Дэвид Вебер, Джон Ринго

Марш к звездам

ПРОЛОГ

Тело находилось в состоянии прогрессирующего разложения. Время и различные мардукские аналоги насекомых сделали с ним свое дело, и то, что осталось, было в основном скелетом с несколькими кусочками прилипших сухожилий и кожи. Тему Джину хотелось бы сказать, что это было худшее, что он когда-либо видел, но это было бы ложью.

Он перевернул одну из рук скелета и провел по ней сенсорной палочкой. В похожей на катакомбы гробнице было жарко и тесно, особенно с учетом того, что вместе с ним туда поместились еще три члена команды и один из гигантских мардуканцев. Жара на Мардуке всегда была ужасной - в "умеренных" регионах довольно стабильно было тридцать пять градусов, - но в гробнице, с остаточной вонью разложения (не говоря уже о запахе немытых задниц, с которыми он прибыл), это было похоже на преддверие ада.

Того, который уже был заселен.

Не было никаких сомнений в том, что его обитателями были имперские морские пехотинцы. Или, по крайней мере, люди с нанопакетами морской пехоты. Следовые материалы и уцелевшие нанниты были закодированы, и датчик практически кричал "имперцы". Но оставались вопросы о том, как они сюда попали... и почему они здесь. Он мог придумать несколько причин, и вонь от всех них нравилась ему еще меньше, чем вонь в этой комнате.

- Спроси их еще раз, придурок, - сказал Дара напряженным голосом. Руководитель поисковой группы на секунду поперхнулся - снова, - затем отхаркнул, сплюнул и закончил тем, что высморкался на пол. Мардук был сущим адом для его носовых пазух. - Говоришь глупости. Убедись, что это все, что там было.

Джин поднял глаза на возвышающегося мардуканца и запустил перевод через свой имплант. Обучающий имплант, расположенный прямо в его сосцевидной кости, взял выбранные им слова, перевел их на местный мардукский диалект и скорректировал его голос, чтобы компенсировать это.

- Мой прославленный лидер желает еще раз убедиться, что выживших не было.

Выражения лиц мардуканцев отличались от человеческих. Помимо всего прочего, на их лицах было меньше мышц, и большая часть их выразительности происходила от красноречивых жестов их четырех рук. Но язык тела этого мардуканца также был закрыт. Отчасти это могло быть связано с тем фактом, что у него не хватало одной руки от локтя и ниже. В настоящее время на его месте был довольно симпатичный протезный крючок, острый как бритва с обеих сторон. Так что Дара должен был быть либо глупым, либо высокомерным, либо и тем и другим вместе, чтобы в пятый раз спросить, лжет ли представитель Войтана.

- Увы, - сказал Т'Лин Тарг, печально, но осторожно взмахнув руками (и крюком), - выживших не было. Некоторые продержались пару дней, но потом они тоже умерли. Мы сделали для них все, что могли. Если бы мы прибыли всего на день раньше! Битва была великой; ваши друзья сразились с большим количеством кранолта, чем звезд на небе! Они сложили их у стен города и срубили своими мощными огненными копьями! Если бы наши силы помощи прибыли раньше, некоторые могли бы выжить! Горе! Но, увы, мы опоздали. Однако они действительно сломили власть кранолта, и за это Войтан был и остается вечно благодарен. Именно из-за этой благодарности мы похоронили их здесь, вместе с нашими собственными почетными покойниками, в надежде, что когда-нибудь другие из их рода придут за ними. И... вот вы тут!

- Та же история, - сказал Джин, поворачиваясь обратно к руководителю группы.

- Где оружие? Где снаряжение? - потребовал Дара. В отличие от продвинутых аналогов, его имплант был стандартной гражданской моделью и мог справиться с единственной доступной программой перевода. Он был загружен местным диалектом, используемым в отдаленном космопорту, но обработка нескольких диалектов была за пределами его возможностей, и система Джина не смогла загрузить ему файлы перевода.

- Кое-что из этого должно было уцелеть, - продолжил руководитель группы. - И в последнем городе их должно было быть больше. Куда подевались остальные?

- Мой прославленный лидер спрашивает об оружии и снаряжении наших дорогих друзей, - сказал Джин. Специалист по связи вел довольно обширные дела с туземцами, как в далеком космопорту, так и во время адской одиссеи к этому месту последнего упокоения людей, потерпевших кораблекрушение. И из всех них это заставляло его нервничать больше всего. Он почти предпочел бы снова оказаться в джунглях. Что говорило о многом.

Мардук был невероятно жаркой, влажной и стабильной планетой. Результатом стали джунгли почти на всем мире, наполненные самыми злобными хищниками в известных мирах. И казалось, что поисковая команда - или команда убийц, в зависимости от того, как на это смотреть - столкнулась со всеми ними на своем пути сюда.

Атмосферные джамперы доставили их из космопорта на высохшее дно озера, где приземлились четыре боевых шаттла. Нигде не было никаких указаний на то, какое подразделение управляло этими шаттлами или откуда они прибыли. Все они были лишены какой-либо информации, а их компьютеры очищены. Всего четыре имперских штурмовых шаттла, у которых полностью закончилось топливо, посреди пяти тысяч квадратных километров соли.

Однако от берега озера отходила четкая тропа, ведущая в горы. Поисковая группа следовала за ней, летя низко, пока она не достигла джунглей низменности. После этого она просто... исчезла в зеленом аду.

Просьба Дары вернуться на базу в тот момент была отклонена. Было, мягко говоря, маловероятно, что экипажи шаттлов смогут выжить и добраться до цивилизации. Даже если исключить местную флору и фауну из уравнения, место посадки находилось на дальней от космопорта стороне планеты, и если они не захватили с собой достаточное количество пищевых добавок, то умерли бы с голоду задолго до того, как смогли бы совершить путешествие. Но маловероятно это или нет, их судьба должна была быть известна. Не столько потому, что кто-нибудь когда-нибудь спросил бы о них или заботился бы о них. Потому что, если существовала хоть малейшая вероятность того, что они смогут добраться до базы или, что еще хуже, покинуть планету, их следовало устранить.

Это соображение не было озвучено, и это также было одной из причин того, что техник не был уверен, что он переживет миссию. "Официальной" причиной поисков было просто спасение выживших. Но по составу команды можно было предположить гораздо большую вероятность того, что реальным поводом было устранение угрозы. Дара был официальным головорезом губернатора. Любая незначительная "проблема", которую можно было устранить небольшим усилием или незаметно исчезнувшим телом, как правило, передавалась руководителю группы. В остальном он был довольно бесполезен. О чем свидетельствовала его неспособность видеть то, что было прямо у него перед глазами.

Остальная команда была слеплена из того же теста. Все оставшиеся четырнадцать - их было семнадцать... до того, как местная фауна напала на них во время похода сюда, были из нанятой местной "охраны", и все находились в розыске на той или иной планете. Понимая, что содержать войска на планетах третьего класса в лучшем случае сложно, отдаленная имперская столица предоставляла местным губернаторам широкую свободу в выборе персонала. Губернатор Браун, по большому счету, нанял так называемых "шульцев" - охранников, от которых можно было ожидать, что они ничего не увидят, не услышат и не сделают лишнего. Тем не менее, были те особые случаи, когда возникали реальные проблемы. И чтобы справиться с этими проблемами, он нанял "специальные силы реагирования", состоящие из тех, кого можно было бы милостиво назвать "подонками". Если, конечно, кто-то хотел оскорбить подонков.

Джин прекрасно понимал, что он не был "официальным" членом спецназа. Таким образом, эта миссия может стать тестом для поступления, и во многих отношениях это может быть хорошо. К сожалению, даже если это был вступительный тест, все еще существовала одна огромная проблема, связанная с миссией: она могла включать в себя сражение с морскими пехотинцами. У него было несколько причин не желать сражаться с морскими пехотинцами, не последней из которых была вероятность быть превращенным в плазму, но миссия неуклонно продвигалась в этом направлении.

Теперь, однако, казалось, что все его беспокойство было напрасным. Последний из морских пехотинцев погиб здесь, на этом одиноком аванпосте, захваченном варварами, прежде чем их дружественные "цивилизованные" сторонники смогли прибыть, чтобы спасти их!

Конечно, они это сделали, подумал он и мысленно фыркнул. Либо они разбрелись кто куда, а эти парни прикрывают их... либо местные жители прикончили их сами и великодушно готовы отдать должное этим "кранолта". Единственная проблема на данный момент заключается в том, чтобы выяснить, что именно.

- Увы, - еще раз сказал местный житель. "Похоже, ему удивительно нравится это слово", - цинично подумал Джин, когда Тарг жестом указал в сторону далеких джунглей где-то за пределами гробницы. - Кранолта забрали с собой все их оборудование. Нам больше нечего было подарить их друзьям. То есть, вам.

"И ты можешь верить в это так сильно или так мало, как тебе нравится", - подумал Джин. Но ответ оставил зияющую дыру, которую ему пришлось заткнуть. В надежде, что его усилия так и не выйдут наружу.

- Пенистый говорит, что варвары выбросили все снаряжение в реку, - неверно перевел он.

- Пот! - зарычал Дара. - Это значит, что все это разгромлено. И мы не можем отследить блоки питания! Даже если они разбиты, мы могли бы раздобыть что-нибудь из них.

"Какой идиот", - подумал Джин. Дара, должно быть, прятался за дверью, когда выдавали мозги.

Когда тело грабят, мародеры очень редко забирают каждый клочок одежды. И это была не единственная особенность. На трупе перед ним был один прилипший кусочек кожи, который явно был срезан овалом, как будто для удаления татуировки после того, как человек был мертв... и нигде в поле зрения не было никакого оружия или даже его фрагментов. Если уж на то пошло, все место сражения было тщательно осмотрено, чтобы удалить все следы улик. Были даже замазаны некоторые шрамы от выстрелов из плазменного ружья. Варвары, согласно временной шкале местных жителей, вряд ли смогли бы так хорошо прочесать поле боя, какими бы пристрастными к захвату трофеев они ни были, до того, как прибыли "цивилизованные" местные жители, чтобы завершить их изгнание.

Последний город, через который они проезжали, также был удивительно сдержан в отношении действий, которые предприняли на своем пути объекты любопытства поисковой группы. Экипажи сбитых шаттлов, по-видимому, ворвались в город, разрушили и разграбили несколько избранных местных "Великих домов", а затем так же быстро покинули его снова. По крайней мере, по словам местного короля и очень немногих дворян, которых им было разрешено допросить. И в этом городе поисковую группу повсюду сопровождал достаточно большой контингент стражников, чтобы попытки допросить кого-либо еще были противопоказаны.

Все это доказало Джину одну вещь, и нужно было быть таким садистским, сопливым идиотом, как Дара, чтобы не видеть этого.

Тела были стерилизованы.

Кто-то хотел быть чертовски уверен, что никто не сможет определить без базы данных ДНК, кем были эти морские пехотинцы,. Конечно, "импланты" погибших морских пехотинцев уже были мертвой темой. Их встроенные нанниты послушно превратили их в полуразрушенные обломки, как только их владельцы оказались мертвы. Это была обычная мера безопасности, но все остальное определенно выходило далеко за рамки "рутины". Что означало, что эти конкретные люди были чем-то иным, нежели обычные морские пехотинцы. Либо рейдеры, либо... что-то еще. И поскольку местные жители так усердно прикрывали их, было совершенно очевидно, что не все они погибли.

Все это означало, что в джунглях блуждала небольшая рота - судя по количеству шаттлов, Джин увеличил их первоначальную численность до роты - имперского подразделения специальных операций. И единственной разумной целью для их блужданий был определенный космопорт.

Прекрасно.

Он откинул в сторону прядь волос последнего трупа, отыскивая хоть какую-нибудь зацепку. Морской пехотинец был женщиной с длинными светлыми волосами цвета морской волны. Это была единственная вещь в останках скелета, которая была бы узнаваема кем угодно, кроме судебного патологоанатома, которым Джин не был. У него была некоторая базовая подготовка в криминалистике, но все, что он мог сказать об этом трупе, это то, что лезвие отсекло половину левой руки. Однако под покровом волос виднелась крошечная сережка. Просто кусочек бронзы, на котором написано одно слово из семи букв.

Джин не смог удержаться от того, чтобы его глаза не расширились, но он не застыл. Он был слишком хорошо натренирован, чтобы сделать что-то настолько очевидное. Он просто плавным движением повел рукой, и крошечная серьга была вырвана из разлагающегося уха, с которого все еще свисал клочок кожи.

- Я ничего не нахожу, - сказал он, поднимаясь на ноги и стараясь придать своему лицу полную неподвижность.

Он посмотрел на туземца, который бесстрастно ответил на его взгляд. Местного "короля" звали Т'Кал Влан. Он приветствовал поисковую команду как давно потерянных двоюродных братьев, все время создавая впечатление, что хочет продать им ковер. Однако для Т'Лин Тарга всегда казалось, что это выбор между продажей им коврика и тем, чтобы похоронить их в одном из них. Теперь местный житель почесал свой рог крюком и кивнул... совершенно по-человечески.

- Я так понимаю, что вы ничего не нашли, - сказал Тарг. - Мне так жаль. Вы заберете тела с собой?

- Думаю, что нет, - ответил Джин. В том положении, как они стояли, руководитель группы находился позади местного жителя. Джин протянул левую руку, и мардуканец автоматически взял ее, еще один пример аккультурации к землянам. Джин задавался вопросом, осознавали ли морские пехотинцы, сколько улик они неизбежно оставляют после себя. Учитывая, кем они, по-видимому, были, это было вероятно, несмотря на все доказательства того, как усердно они работали, чтобы избежать этого. Когда он пожал покрытую слизью руку мардуканца, в слизи осталась крошечная капля бронзы.

- Не думаю, что мы вернемся, - сказал техник связи. - Но ты, возможно, захочешь расплавить это, чтобы никто другой не нашел его.

В слизь на ладони туземца на короткое время впечаталось слово "ВАРВАРЫ".

Затем оно исчезло.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

- Это фал.

- Нет, это штаг. Передний штаг.

Тридцатиметровая шхуна "Айма Хукер" врезалась в одну за другой аквамариновые волны, настолько совершенные, что их можно было бы срисовать с картины полумифического Максфилда Пэрриша. Над головой такелаж пел под слабым, но устойчивым бризом. Этот нежный зефир, слегка пахнущий рассолом, был единственным утешением для изнемогающих от жары людей на ее палубе.

Джулиан вытер пот со лба и указал на вызывающий кусок такелажа.

- Смотри, там веревка...

- Линь, - педантично поправил Поэртена.

- Ладно, там есть линь и шкив...

- Это целый блок. На самом деле, это талреп.

- Действительно? Я думал, блок - это один из тех, у кого есть рукоятки.

- Нет, это брашпиль.

За "Аймой Хукер" держали строй шесть других шхун. Пять из них были идентичны той, на палубе которой стояли Джулиан и Поэртена: низкие, аккуратные корпуса с двумя мачтами одинаковой высоты и тем, что технически называлось "марсельная шхунная оснастка". Это означало, что на каждой мачте был установлен "гафельный парус", носовой и кормовой паруса, вырезанные в виде усеченного треугольника с головкой, установленной на наклонной рее - "гафеле", - в то время как на фок-мачте также был целый набор обычных квадратных парусов. У кормового паруса - "грота", мысленно поправил Джулиан; в конце концов, он должен был что-то сделать правильно - была стрела; у переднего гафельного паруса ее не было. Конечно, это называлось фок-мачтой, тогда как самый нижний квадратный парус на этой мачте назывался "фок", что показалось ему странным названием для любого паруса. Затем были "фор-марсель", "фор-брамсель" и "фор-бом-брамсель", установленные над носовым фоком.

Вторая мачта (называемая "грот-мачтой", а не "кормовой мачтой", по какой-то причине, которую Джулиан не совсем понял, учитывая, что у корабля изначально было всего две мачты и что на ней было значительно меньше парусины, чем на фок-мачте) несла только один квадратный марсель, что компенсировалось установкой треугольных носового и кормового парусов над гротом. Между мачтами также были установлены стаксели, не говоря уже о летающем кливере, внешнем кливере и внутреннем кливере, установленных между фок-мачтой и бушпритом.

Седьмая шхуна отличалась - гораздо больше, менее маневренная, почему-то выглядевшая недостроенной, с гораздо более глубоким корпусом и не менее чем пятью мачтами - и, по настоянию Армана Панера, капитана имперских морских пехотинцев, радовалась названию "Снарлиоу". Меньшие, более маневренные корабли, казалось, относились к своей более крупной сестре со смешанными чувствами. Возможно, никто бы никогда не назвал "Снарлиоу" чем-то настолько бестактным, как неуклюжая, но она явно была менее проворна, и ее более тяжелые, более обдуманные движения, казалось, почти сдерживали остальных.

Все корабли несли по бортам короткоствольные пушки. "Снарлиоу" установил по пятнадцать из них с каждого бока, что дало ему вчетверо больше бортового вооружения, чем у любой из ее спутниц, но все они также несли одну, гораздо более крупную пушку на поворотной установке в носовой части. И у каждой из них повсюду были веревки. В чем и заключалась проблема.

- Хорошо. - Джулиан глубоко вздохнул, затем продолжил тоном абсолютного спокойствия. - Там есть линь и шк... блок. Так почему же это не фал?

- Фал поднимает парус. Это штаг, он держит гребаную мачту на весу.

Пинопанец вырос на тайной морской терминологии. Фактически, он был единственным человеком, участником экспедиции (за исключением Роджера, проводившего лето в сообществе любителей парусного спорта на голубой воде Старой Земли), который на самом деле вообще разбирался в ней. Но, несмотря на впечатление сухопутных жителей - что эти тайны существовали исключительно для того, чтобы вызвать у них замешательство, - была очевидной реальная необходимость в четкой терминологии. Корабли постоянно сталкиваются с ситуациями, когда четкие и однозначные приказы могут означать разницу между жизнью и смертью. Отсюда важность умения приказывать матросам тянуть за определенную "веревку" определенным образом. Или, в качестве альтернативы, медленно отпускать ее, сохраняя при этом натяжение.

Отсюда такие недвусмысленные и невразумительные приказы, как "Спустить грот и закрепить!" Что не означает, что нужно облить его водой, чтобы увеличить скорость.

- Так какой из них фал? - жалобно спросил Джулиан.

- Какой фал? Считая остатки, на этом корабле семнадцать наборных фалов....

Дизайн "Аймы Хукер" был согласован как наилучший из возможных для местных условий. Она и ее спутницы были созданы с помощью человеческого замысла и местной инженерии, чтобы перевезти принца Роджера и его телохранителей - теперь усиленных различными местными силами - через ранее неисследованный океан. Не то чтобы, как всегда, не было странных, непредвиденных обстоятельств, потребовавших импровизации в последнюю минуту. Тот факт, что к силам Роджера было добавлено гораздо большее количество союзников-мардуканцев, чем первоначально предполагалось, вызвал необходимость в большем количестве морского транспорта. Особенно учитывая огромные размеры "коней" мардуканской кавалерии. Циваны были быстрыми, выносливыми, способными съесть почти все, что угодно, и относительно умными. Однако чего у них не было, так это миниатюрности. Неудивительно, поскольку рост кавалеристов, которые отправлялись в бой на их спинах, составлял в среднем от трех до трех с половиной метров.

После того, как было подсчитано пересмотренное количество местных солдат, оказалось невозможно перевезти морем достаточное количество их циванов на борту шести первоначальных шхун. Итак, как раз тогда, когда все думали, что строительство закончено, им - и где-то около четвертой части всех судостроительных сил Бухты К'Вэрна - пришлось взяться за постройку "Снарлиоу". К счастью, местная рабочая сила многое узнала о новых методах строительства, применяемых на небольших кораблях, но это все равно была непосильная, изнуряющая задача, с которой никто не ожидал столкнуться. Также Поэртена не смог потратить столько времени на доработку своего базового дизайна, что было одной из причин того, что она была уродливой, косолапой и медлительной по сравнению со своими меньшими сестрами. Она также была построена из зеленого бруса, который никогда не подвергался надлежащей обработке и, как можно было ожидать, гнил с пугающей скоростью в климате, подобном климату Мардука. Но принца Роджера и его спутников это вполне устраивало. Все, о чем они действительно заботились, - это о том, чтобы она продержалась достаточно долго для одного рейса.

Хотя по скорости и удобству она уступала первоначальной двухмачтовой конструкции Поэртены, "Снарлиоу" все равно была значительно эффективнее любой местной мардукской конструкции. Она должна была быть такой. Природа местной погоды была такова, что дул почти неизменный северо-восточный ветер, но именно в этом направлении должны были плыть корабли. Это было следствием их треугольных парусов. Их носовая и кормовая оснастки - технология, внедренная людьми, - позволяли им плыть гораздо более резко по ветру, чем когда-либо удавалось любому местному судну с его неуклюжей и неэффективной, примитивной квадратной оснасткой. Подобные корабли бороздили моря Земли вплоть до начала информационной эры, и они оставались оплотом водных миров, подобных Пинопе.

- Теперь я действительно в замешательстве, - простонал Джулиан. - Хорошо. Привязывать что-либо - значит "крепить". Веревка, прикрепленная к парусу, - это "шкот". Веревка, привязанная к мачте, - это "штаг". А петля - это железная штуковина на мачте.

- Стреле, - поправил Поэртена, вытирая каплю пота. День, как всегда, был похож на паровую баню, даже при легком ветре, наполнявшем паруса. - Петля находится на стреле. Если только вы не набираете воду. Тогда вы вычерпываете ее.

- Сдаюсь!

- Не беспокойся об этом, - сказал пинопанец со смешком. - Ты здесь всего несколько недель. Кроме того, у тебя есть я и все эти четырехрукие чудовища, чтобы ходить под парусом. Ты просто тянешь, когда мы говорим "поднимай", и останавливаешься, когда мы говорим "стоп".

- И держусь, когда скажешь "страховаться".

- И держись крепче, когда мы скажем "страховаться".

- Я виню в этом Роджера, - сказал Джулиан, снова покачав головой.

- В чем ты винишь Роджера? - спросил холодный женский голос у него за спиной.

Джулиан оглянулся через плечо и ухмыльнулся Нимашет Депро. Женщина-сержант хмуро смотрела на него, но это слетело с неугомонного сержанта, как вода с утки.

- Это все вина Роджера, что мы оказались в таком затруднительном положении, - ответил он. - Если бы не он, мне бы не пришлось изучать этот хлам!

Депро открыла рот, но Джулиан поднял руку, прежде чем она успела возразить.

- Спокойно, Нимашет. Я знаю, что это не вина Роджера. Это была шутка, ясно?

Хмурый взгляд Депро только подчеркивал классическую красоту ее лица, но оно потемнело от беспокойства.

- Роджер... все еще не очень хорошо воспринимает смерть Костаса, Эйдиб. Просто не знаю... Я не хочу, чтобы кто-то даже шутил о том, что это его вина, - сказала она, и Поэртена кивнул в знак согласия.

- Принц не заманивал нас сюда, Джулиан. Нас посадили эти святоши и тот, кто натравил на нас зомби, - миниатюрный оружейник пожал плечами. - Думаю, это было не очень остроумно.

- Хорошо, - сказал огорченный Джулиан. - В чем-то вы правы. Роджер вроде как таскался повсюду, не так ли?

- Он был в шоке, вот что ты имеешь в виду, - сказала Депро.

- Ну, я уверен, что есть какой-нибудь способ, которым ты могла бы его подбодрить, - предположил Джулиан со злой усмешкой.

- О, черт, - пробормотал Поэртена и быстро попятился. После такой трещины фекалии вот-вот должны были попасть на крыльчатку.

- Теперь это мятежная команда, если я когда-либо ее видела. - сказала старший сержант Ева Косутич, присоединяясь к ним. Она перевела взгляд с разъяренного лица Депро на выражение Джулиана "масло-не-тает-у-меня-во-рту" и нахмурилась. - Хорошо, Джулиан. Что ты сказал на этот раз?

- Я? - спросил Джулиан с невероятной невинностью, но без особой надежды избежать последствий. У старшего сержанта было почти чудесное чувство времени; она всегда появлялась как раз в тот момент, когда действие было самым горячим. Который, если подумать, описывал ее и в постели. - Что бы я сказал?

Теперь он перевел взгляд со старшего сержанта на грозную Депро, решил, что признание вины дает ему наилучшие шансы на выживание, и пожал плечами с покаянным выражением лица.

- Я просто предположил, что, возможно, есть способ подбодрить Роджера, - признался он, затем, не в силах сдержаться, снова ухмыльнулся. - Гарантирую, что я прав. Видит Бог, в последнее время я стал более жизнерадостным.

Старший сержант закатила глаза и скрестила руки на груди.

- Ну, если таково твое отношение, то, черт возьми, тебе лучше на какое-то время стать менее жизнерадостным! - Она посмотрела на трех сержантов и покачала головой. - Это наглядный пример того, как Его Злодейство находит работу для праздных рук. Поэртена, я думала, ты должен был проводить урок такелажа.

- Я пытался ввести Джулиана в курс дела, старший сержант, - сказал пинопанец, бросая на палубу кусок веревки. - Все идет не слишком хорошо.

- У меня в имплант загружено все необходимое, - сказал Джулиан, пожимая плечами. - Но некоторые данные, похоже, неверны, а остальные, похоже, просто бьют и подпрыгивают. Я имею в виду, что значит "передняя шкаторина"?

- Это передний край паруса, - ответила Косутич, качая головой. - Даже я знаю это и ненавижу ходить под парусом. Думаю, нам следовало бы знать лучше, чем пытаться учить морских пехотинцев быть моряками.

- На самом деле они нам не нужны, старший сержант, - сказал ей Поэртена. - У нас полно мардуканцев.

- В любом случае, нам нужно поработать над нашими способами входа, - отметил Джулиан. - Мы участвовали во всех этих маневрах в открытом поле, но когда мы захватим космопорт, это будет в основном ближний бой. Совершенно другой стиль, Смэдж. И на самом деле мы ничего подобного не делали со времен К'Нкока.

Старший сержант нахмурилась, затем кивнула. Она была уверена, что Джулиан придумал это, потому что это было веселее, чем учиться ходить под парусом. Но это не означало, что он был неправ.

- Хорошо. Согласна. Если бы нам нужны были моряки, мы должны были оставить тебя на "Деглоппере", чтобы ты перенес флотскую тошноту. Я обговорю изменения со Стариком. Если он одобрит, мы начнем отрабатывать приемы ближнего боя до конца путешествия.

- Кроме того, - мрачно заметил Поэртена, - они могут понадобиться нам раньше времени. Я никогда не видел подобного места, где не было бы пиратов.

- А еще есть "рыба необычного размера". - Джулиан усмехнулся и указал на изумрудные воды. - Пока все хорошо, верно?

- Не смейся, - пробормотала Депро. - Я прочитала этот журнал. Не хочу связываться с чем-то достаточно большим, что разорвало пополам лодку, даже маленькую.

- Ну, - сказала Косутич, потянув себя за мочку уха. - Если случится худшее, мы всегда можем дать Роджеру перочинный нож и бросить его в это дело.

- Ооооо! - покачал головой Джулиан. - Ты даже не встречала ни одной из этих маленьких рыбок и так сильно их ненавидишь?

* * *

Принц Роджер Рамиус Сергей Александр Чанг Макклинток, третий наследник трона Человека, отвернулся от пенящихся волн, чтобы взглянуть на суету на борту корабля. Старший сержант только что разогнала толпу вокруг Джулиана, и четверо сержантов направились в четырех разных направлениях. Он улучил лишнюю минуту, чтобы понаблюдать, как Депро направляется к фок-мачте. Он знал, что его депрессия начинает сказываться на ней, и что ему нужно вырваться из нее. Но потеря Костаса была единственной раной, которая, казалось, не заживет, и у него было слишком много времени, чтобы подумать об этом с тех пор, как безумная спешка со строительством всех семи кораблей перешла в само плавание. Впервые за то, что казалось вечностью, он не был занят отчаянными усилиями по обучению местных войск, сражению с армиями варваров, строительству кораблей или просто походу по бесконечным джунглям. Если уж на то пошло, никто активно не пытался убить его, проглотить, покушаться на него или похитить его, и часть его была отдаленно поражена, обнаружив, насколько сильно эта передышка угнетала его. Он узнал, что иметь время подумать не всегда хорошо.

Он предположил, что сможет просмотреть список жертв на своем имплантированном компьютере. Но в этом не было особого смысла. Когда они впервые высадились, морские пехотинцы роты "Браво" бронзового батальона собственного полка императрицы, были просто многоликими. А офицеры и команда штурмового корабля "Деглоппер", давным-давно превратившиеся в расширяющуюся плазму, были просто размытыми пятнами. Но с тех пор, как пилоты шаттлов доставили их на вынужденную посадку в этот отсталый ад, через некоторое время после междоусобных боев, вспыхнувших в первом городе, который они посетили, и яростных сражений с варварами кранолта, морские пехотинцы стали чем-то большим, чем просто лицами. Во многих отношениях они стали больше, чем семьей - такими же близкими, как часть его собственного тела.

И каждая потеря была подобна сдиранию кожи.

Сначала потеря половины роты в Войтане в сражениях с кранолта. Затем постоянные утраты на более низком уровне, когда они прокладывали себе путь через остальную часть континента. Много хороших солдат погибло в Диаспре против боманов, а затем еще горстка в Синди против основных сил боманов. Те, кто пал от рук проклятых зверей и мотыльков-вампиров. И крокодилов. Вечно проклятых чертовых кроков.

И одним из тех павших был Костас.

Костас. Не морской пехотинец и даже не один из пилотов флотских шаттлов. Не один из мардуканских наемников, которые слились с бронзовыми варварами. Роджер мог бы, в какой-то степени, оправдать их потери. Вся цель роты "Браво" и наемников состояла в том, чтобы защитить некогда белоснежную кожу принца Роджера Рамиуса Сергея Александра Чанга Макклинтока, и все они знали это, когда подписывали контракт. Но это не было целью Костаса. Он был всего лишь камердинером. Никем. Ничтожеством. Только... Костасом.

Просто человеком, который был рядом с Роджером, когда остальная вселенная думала, что он был полной потерей. Просто человеком, который, взвалив на себя ответственность за питание и одежду роты в походе, без колебаний взялся за это. Просто человек, который находил еду там, где ее не было, и готовил роскошные блюда из болотной воды и плотоядных животных. Только человеком, который был для него отцом.

Только Костасом.

И погибшим даже не из-за действий противника. Проиграл чертову крокодилу, пяти метрам резиновой кожи и зубов. Одной из бесчисленных опасностей проклятых джунглей Мардука. Роджер убил крокодила почти сразу, но было слишком поздно. С тех пор он убил десятки из них, но все они были слишком поздними для Костаса. Слишком поздно для его... друга.

В детстве у него было не так уж много друзей. Даже будучи самым младшим отпрыском императорской семьи, Роджер столкнулся с будущим, полным власти и богатства. И с самого юного возраста вокруг принца в изобилии вертелись подхалимы. Бесчисленные византийские заговорщики имперского города постоянно стремились кооптировать одного эгоцентричного принца. И с тех пор, как он был подростком, именно Костас - осторожный, мышастый Костас - помогал ему пробираться по скалам и отмелям. Часто так, что Роджер даже не подозревал об этом.

И вот теперь он исчез. Просто... ушел. Как Хукер, Билали, Пентзикис и... боги, список можно было продолжать и дальше.

О, они оставили после себя несколько вдов на другой стороне. Они заключали союзы, когда и где могли, в нескольких местах даже прошли без единой ряби. Но чаще всего это были плазменные пушки и шариковые винтовки, мечи и пики, а также несколько тысячелетий технического и тактического опыта, создававших полосу разрушений, которую мог отследить слепой, потому что у них не было выбора. Что создавало свои собственные проблемы, потому что им едва ли нужно было оставлять за собой следы из хлебных крошек. Особенно когда они уже знали, что столкнулись на планете не только со "случайными" врагами. Правда, было более чем достаточно врагов, которые стали опасными исключительно потому, что они чувствовали себя... задетыми, когда роте нужно было пересечь их территорию, но помимо них, Роджер и варвары столкнулись с заклятыми врагами империи и императорского дома.

Планета Мардук была, технически, феодом империи Человека. Фактически, официально она принадлежала лично самой императрице, поскольку была обнаружена несколько сотен лет назад расширяющейся империей и незамедлительно зарегистрирована от имени дома Макклинток. Однако в течение свыше столетия планета была не более чем обозначением на какой-то топографической карте. Затем, в начале правления деда Роджера, были выдвинуты планы для сектора Стрельца. На планеты региона собирались отправляться поселенцы, и для осажденных бедняков внутренних миров должен был наступить "новый день надежды". В рамках подготовки к прогнозируемой волне экспансии на нескольких пригодных для жизни планетах были созданы аванпосты и оборудованы зачаточные космодромы. Имперское правительство вложило немного дополнительных начальных средств в создание ограниченной инфраструктуры и предложило весьма привлекательные концессии некоторым из крупнейших межзвездных корпораций империи, чтобы они построили еще больше объектов, но, по большому счету, планеты в этом секторе были предназначены исключительно как новые места для "маленьких людей" империи.

Роджер предположил, что эти планы хорошо говорили об альтруистической стороне его дедушки. Конечно, именно тот же самый неуместный альтруизм и его склонность доверять советникам из-за того, какими, по его мнению, были их характеры, создали большинство проблем, с которыми мать Роджера, сначала как первая наследница, а затем как императрица, сталкивалась дольше, чем жил Роджер. И это также был альтруизм, надежды которого чаще всего оказывались обманутыми.

Как это было в случае с проектом "Сектор Стрельца".

К несчастью для дедушкиных планов, "бедняки" внутренних миров были относительно довольны своей низкооплачиваемой работой или правительственными пособиями. Имея выбор между маленькой, но приличной квартирой в Империал-Сити, Метрокале, Нью-Глазго или Делкатте и маленьким, но приличным домом в дикой местности, "бедняки" знали, с какой стороны хлеб намазан маслом. Особенно когда воющая пустыня, о которой идет речь, находилась на такой планете, как Мардук. Конечно, даже в Делкатте людям редко приходилось беспокоиться о том, что их съедят.

Таким образом, несмотря на все планы правительства (и императора Эндрю), сектор пребывал в упадке. О, две или три звездные системы в этом районе привлекли по крайней мере ограниченную колонизацию, и система Сандал на самом деле преуспела довольно неплохо. Но Сандал находился на самой окраине сектора Стрельца, скорее как придаток соседнего сектора Генделмана. По большей части планетарные аванпосты Стрельца и их звездные порты обнаружили, что они были назначены хозяевами вечеринки, на которую никто не пришел. За исключением святош.

Одной из менее альтруистических причин попытки колонизировать сектор в первую очередь был тот факт, что в этом направлении расширялась империя Каваза. К сожалению, план создания компенсирующего имперского присутствия провалился, и в конце концов, когда святоши продолжили свою экспансию, они заметили порт, установленный на маленьком гористом субконтиненте Мардука.

Во многих отношениях Мардук идеально подходил для целей святош. "Нетронутому" миру потребовалось бы очень мало "лекарств", чтобы вернуть его в "естественное состояние". Или колонизировать. С их более высоким уровнем рождаемости и несмотря на их "зеленую" позицию, святоши были особенно экспансионистскими. Это было одно из многих маленьких несоответствий, которые почему-то не смогли расположить к себе их межзвездных соседей. А тем временем звездная система была удачно расположена в качестве перевалочного пункта для тайных операций вглубь империи Человека.

Роджер и его морские пехотинцы не были уверены в условиях на местности. Но после того, как их штурмовой корабль/транспорт, КЕВ "Деглоппер", был выведен из строя запрограммированным диверсантом "зомби", им понадобился ближайший порт, в который они могли бы перенаправиться, и таким был выбран Мардук. К сожалению, они прибыли только для того, чтобы быть атакованными двумя субсветовыми крейсерами святош, которые работали в системе вместе со своим шаровым сверхсветовым кораблем-носителем с "туннельным приводом". Присутствие кавазанских военных кораблей сказало морским пехотинцам, что, независимо от всего остального, планетарный губернатор и его "местная" набранная колониальная охрана больше не работают на империю. Это могло быть потому, что все они были мертвы, но гораздо более вероятно, что губернатор достиг какого-то соглашения со святошами.

Какой бы ни была судьба губернатора, неприятные очертания новой миссии "бронзовых варваров" были предельно ясны. "Деглоппер" сумел победить два крейсера, но при этом сам был уничтожен в бою со всем экипажем. К счастью, принц и его телохранители из морской пехоты улетели незамеченными на шаттлах штурмового корабля, в то время как он погиб, чтобы прикрыть их побег и скрыть тайну присутствия Роджера на борту. К несчастью, единственным способом для морских пехотинцев вернуть Роджера домой было бы отобрать космопорт у того, кто его контролировал, а затем захватить корабль. Возможно, перед лицом оставшегося авианосца империи Каваза.

Это был непростой заказ, особенно для одной малочисленной роты морской пехоты, пусть даже самой элитной, потерпевшей кораблекрушение на планете, чей жестокий климат съедал высокотехнологичное оборудование, как леденцы. Тот факт, что у них было очень ограниченное время до того, как закончатся их основные пищевые добавки, только увеличил трудности заказа. Но рота "Браво" из личного состава императрицы была той силой, которая превратила пятнадцать тысяч вопящих варваров кранолта в отбросы. Силой, которая сокрушала всех врагов на своем пути через половину окружности планеты.

Были ли это перебежчики из колониальной стражи или транспортник святош, не имело бы значения. "Бронзовые варвары" и имперская мардуканская стража его высочества собирались превратить их тоже в пыль.

Что не означало, что все "ударники" собирались выжить.

* * *

Арман Панер жевал кусочек слегка пряного корня бисти и краем глаза наблюдал за приближением Косутич к принцу. Вероятно, она намеревалась предложить внести изменения в программу обучения, и он собирался одобрить это, поскольку стало совершенно ясно, что они никогда не сделают из морских пехотинцев "настоящих" моряков в кратком плавании по Западному океану.

Они были близки в последнему этапу путешествия, которое начали так много месяцев назад, и он не мог быть более доволен. В конце будет тяжелая борьба. Захват космопорта и, что еще более важно, исправного корабля потребовал бы солидной военной подготовки. Но по сравнению с остальной частью путешествия это должен быть пикник.

Он мрачно усмехнулся про себя, уже не в первый раз, над тем, как легко и полностью "рутинное" путешествие может пойти не так, как надо. Предполагая, что они вернутся, чтобы доложить, это определенно было бы предметом изучения в школе безопасности. Злое присутствие Мерфи было очевидно повсюду, от беспомощной диверсантки, спрятанной в лояльной команде корабля и отправленной на свою самоубийственную миссию по приказам, запрограммированным в ее имплант, до плохого выбора потенциальных планет для экстренной диверсии, до присутствия сил святош в предположительно лояльной системе.

Как только они достигли реальной поверхности планеты, конечно, все пошло только под откос. Единственным спасительным качеством путешествия было то, что они покинули Землю, охраняя то, что, несомненно, было самым слабым звеном в императорской семье. Сейчас... оно не было таким. Щеголеватый, бесполезный принц, покинувший Землю, умер где-то в дымящихся джунглях Мардука. У сменившего его воина Макклинтока было несколько собственных проблем: самая серьезная из них - склонность к размышлениям и еще более опасная склонность искать ответы в дуле пистолета. Но никто больше не мог назвать его щеголем. По крайней мере, не ему в лицо. Если хотел выжить.

В некотором смысле, если смотреть с холодной логикой, путешествие было чрезвычайно полезным, несмотря на кораблекрушение, смерти и все такое. В конечном счете, прежний принц - бездумный, непредвзятый, подверженный контролю или манипуляциям со стороны различных фракций в императорском дворце - вероятно, стал бы причиной гибели гораздо большего числа людей, чем рота морских пехотинцев. Так что потерю стольких бронзовых варваров Панера можно было считать почти победой.

Если вы посмотрите на это с достаточно холодной логикой.

Но было трудно быть логичным, когда умирали твои морские пехотинцы.

* * *

Косутич улыбнулась командиру роты. Она чертовски хорошо знала, о чем он размышлял, в целом, если не конкретно. Но спросить никогда не повредит.

- Пенни за ваши мысли, капитан.

- Я не уверен, что скажет его мать, - ответил капитан. Это было не совсем то, о чем он думал, но это было неотъемлемой частью его мыслительного процесса.

- Ну, поначалу она будет слушать с недоверием, - фыркнула Косутич. - Не только из-за того, что мы, и принц Роджер в частности, живы, но и из-за перемены в нем. Ей будет трудно это принять. Бывали времена, когда казалось, что Нечестивый сам занимается оперативным планированием, но, между нами говоря, у принца все складывается довольно хорошо.

- Совершенно верно, - мягко сказал Панер, затем усмехнулся и сменил тему. - Кстати, говоря о формировании, я так понимаю, ты не думаешь, что мы сможем превратить Джулиана в швабру?

- Больше похоже на то, что это не стоит того, чтобы беспокоиться, - призналась Косутич. - Кроме того, Джулиан только что отметил, что мы ужасно слабы в навыках ближнего боя, и я должна согласиться. Я бы хотела обучить роту этому, и, возможно, провести несколько совместных тренировок с мардуканской пехотой.

- Меня это устраивает, - согласился Панер. - Депро прошла продвинутый курс тактического нападения, - добавил он после перепроверки со своим встроенным имплантом. - Сделай ее сержантом.

- Ах, Джулиан тоже прошел его, - сказала старший сержант. Панер взглянул на нее, и она пожала плечами. - Это неофициально, потому что он сделал это "негласно". Вот почему этого нет в его официальном досье.

- Как это произошло? - спросил Панер. После столь долгого времени, проведенного вместе, он думал, что знает все, что можно было знать о человеческих войсках. Но всегда оказывался еще один сюрприз.

- Этот курс преподают подрядчики, - отметила Косутич. - Когда он не смог получить место в школе, то взял отпуск и заплатил за себя сам.

- Хммм. - Панер с сомнением покачал головой. - Не знаю, могу ли я одобрить использование его в качестве инструктора, если он не прошел через одобренные каналы. Какой это был подрядчик?

- ООО "Огненный кот". Это компания, которую старший сержант Катроне основал после того, как вышел в отставку.

- Кот? - Панер снова покачал головой, на этот раз со смехом. - Я просто вижу, как он ведет этот урок. Пару раз в джунглях мне казалось, что я слышу его голос, эхом отдающийся в моей голове. "Ты думаешь, это горячо? Парень, тебе лучше подождать с жалобами в аду! И вот где ты окажешься, если не вытащишь голову из своей задницы!"

- Когда, ради пятого имени Нечестивого, вы имели дело со старшим сержантом Катроне? - спросила Косутич. - Он был в отставке по меньшей мере десять лет, когда я присоединилась к Рейдерам.

- Он был одним из моих инструкторов по основной подготовке на базе в Бразилиа, - признался Панер. - Этот человек заставлял дюраллой выглядеть мягким. Мы поклялись, что способ изготовления хромстеновой брони состоял в том, чтобы заставить его есть гвозди на завтрак, а затем собирать их в уборных, потому что его задний проход сжимал их так сильно, что атомы дробились. Если Джулиан прошел курс с преподавателем из Котов, я не против. Решите сами, кто должен руководить инструктажем.

- Хорошо. Считайте, что дело сделано. - Косутич помахала рукой, что почти можно было расценить как приветствие, затем отвернулась и жестом пригласила других сержантов собраться вокруг нее.

Панер кивнул, наблюдая, как она набрасывает план на палубе. Подготовка и доктрина, возможно, и не все, что было на войне, но это была чертовски хорошая половина. И...

Его голова дернулась вверх, и он посмотрел в сторону "Си скиммер", когда раздался треск винтовочной стрельбы, но затем он расслабился с кривой, одобрительной усмешкой. Выглядело так, как будто морские пехотинцы были не единственными, кто проходил какую-то подготовку.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Капитан Кринди Фейн постучал по казенной части винтовки дубинкой, украшенной обтянутой кожей.

- Держи этот ствол опущенным. Ты промахиваешься высоко.

- Извините, сэр, - сказал новобранец. - Думаю, что крен корабля сбивает меня с толку. - Он сжал заряжающуюся с казенной части винтовку нижней парой рук, в то время как более ловкие верхние открыли механизм и вставили еще один промасленный бумажный патрон. Это было действие, которое он мог выполнять с ошеломляющей скоростью, учитывая тот факт, что у него было четыре руки, и именно поэтому его ярко-синяя кожаная сбруя была буквально усеяна патронами.

- Лучше промахнуться низко, - сказал офицер сквозь сернистый привкус порохового дыма. - Даже если вы промахнетесь по первой цели, это даст вам точку прицеливания, на которую можно ориентироваться. И это может ударить по его приятелю.

Стрельба шла хорошо, подумал он. Винтовки, по крайней мере, били рядом с плавающей бочкой. Но это должно было быть лучше, потому что винтовки Карнана имели тенденцию быть в самой гуще событий. Что немного изменилось по сравнению с тем временем, когда они были трудовым батальоном канала Карнан.

Капитан посмотрел на морскую воду, простиравшуюся во всех направлениях за пределы видимости, и фыркнул. Его родная Диаспра с незапамятных времен существовала под в основном благожелательным правлением теократии, поклоняющейся воде, но несколько священников, которые сопровождали диаспранскую пехоту в Бухту К'Вэрна, сначала вытаращили глаза на такое количество воды, а затем отказались пересекать ее, когда пришло время. Так много от Бога оказалось плохим для поклонения.

Он подошел к следующему стрелявшему, чтобы посмотреть через плечо рядового. Капитан был высок, даже для мардуканца. Возможно, не так высок и массивен, как его тень Эркум Пол, но все же достаточно высок, чтобы заглянуть через плечо рядового, когда ветер разметал огромный пороховой налет в сторону.

- Низко и влево, Сардон. Я думаю, вы правильно прицелились; это движение корабля сбивает вас с толку. Больше практики.

- Да, сэр, - сказал рядовой и хмыкнул. - Рано или поздно мы прикончим эту бочку, - пообещал он, затем выплюнул немного корня бисти и начал перезаряжать.

Фейн взглянул на заднюю часть корабля - "корму", как настаивали моряки, чтобы ее называли. Майор Бес, командир пехоты батальона Карнан - "личного состава басика", как его иногда называли, хотя любое сходство между человеческим принцем, которому он служил, и безобидным, трусливым травоядным басиком было чисто поверхностным - разговаривал с одним из рядовых людей, приписанных к кораблю. Три человека были "связными" и поддерживали связь через свои земные системы. Но в отличие от большинства немногих оставшихся людей, они все еще чувствовали себя неуютно рядом с мардуканцами, и руководитель группы, казалось, был особенно расстроен качеством еды. Что только доказывало, что люди, должно быть, совершенно испорчены. Еда, которая была доступна с момента вступления в армию, была одним из главных достоинств для большинства мардуканцев.

- Мне нравится еда, - недовольно проворчал Эркум у него за спиной. - Человек должен держать свое мнение при себе.

- Возможно. - Фейн пожал плечами. - Но люди - наши работодатели и лидеры. Мы многому у них научились, и они были спасителями нашего дома. Я смирюсь с тем, что один из них далеко не идеален.

Конечно, дело было не только в этом. Фейн не был особенно склонен к самоанализу, но ему пришлось долго и упорно думать, прежде чем отправиться в это путешествие. Человеческий принц призвал добровольцев из числа диаспранской пехоты после битвы при Синди. Он предупредил их, что мало что может обещать - что им будут выплачивать пособие и они увидят новые земли, но для всех практических целей это было все.

Большинству диаспранцев выбор казался очевидным. Им нравились люди и, возможно, больше всего их принц, но дома творились странные вещи. Почти одновременное прибытие орд боманов и людей вывело город из тысячелетнего застоя. Каждый день строились новые отрасли промышленности, и можно было сколотить состояния.

Как офицер-ветеран кампании Синди, Фейн был достаточно богат награбленным для инвестирования, и его семья уже нашла хорошую возможность - литейный завод, который строился на расширившейся земле семьи. Крошечный капитал мог бы принести солидную прибыль. На самом деле, с таким доходом он, вероятно, мог бы уйти на пенсию.

И все же он обнаружил, что смотрит на запад. В то время он не знал, что взывало к нему. На самом деле, он даже начал понимать это только через несколько дней после того, как вызвался добровольцем в экспедицию. Но какая-то песня сирены втягивала его в поток людей, и он нашел ответ в бесцеремонном комментарии одного из тех же людей. Фейн сделал заявление о статусе "его" роты, и сержант Джулиан склонил голову набок, глядя на него, и улыбнулся. "У вас все плохо", - сказал сержант.

И именно тогда Фейн понял, что его укусил командный жучок.

Командный жучок был одним из самых пагубных лекарств, известных любой разумной расе. Командовать в бою было одновременно величайшим и самым ужасным занятием, в котором мог участвовать любой взрослый. Любой хороший командир переживал каждую смерть так, как будто это была его собственная. Для него его люди были его детьми, и держать одного из его солдат, когда он умирал, было все равно что держать брата. Но хорошо командовать означало знать, что, какие бы потери он ни понес, при командире более низкого ранга было бы потеряно больше жизней. И Фейн командовал хорошо.

Неожиданно унаследовав свалившуюся на него роту, он провел ее через самую сложную обстановку из возможных - в качестве уступающих численностью стрелков на фланге крупных сил - и сумел великолепно выполнить свой долг. Он потерял солдат, людей, которых знал месяцами и даже годами. Но он также участвовал в нескольких других сражениях, как до, так и после, и знал, что многие из этих людей погибли бы под командованием командира, которого он заменил. Он не терял голову, был изобретателен и знал, когда и как сократить свои потери.

Поэтому, когда встал выбор: отказаться от командования и вернуться к жизни, полной бизнеса и роскоши, или принять командование в неизвестность, следуя за инопланетным лидером, ему потребовалось всего мгновение, чтобы принять решение. Он отправил большую часть своих накопленных средств, вырученных в четырех крупных и второстепенных битвах, своей семье для инвестирования, поднял истинную руку и поклялся в верности принцу Роджеру Макклинтоку и империи Человека.

И, ни к чьему удивлению (кроме, возможно, его собственного), большая часть его роты последовала за ним. Они последуют за ним в ад.

Большая часть его солдат находилась на борту "Аймы Хукер" с сержантом Кневером, но небольшое подразделение находилось здесь, на "Си скиммере", и сегодня была одна из двухнедельных стрелковых тренировок.

Фейн взял за правило лично руководить этими учениями, потому что он на собственном горьком опыте убедился, что хорошая меткость была важным фактором в том виде войны, которому учили люди. Весь стрелковый батальон Карнана постепенно превратился в снайперское подразделение, следуя примеру своего самого знаменитого капитана, а у снайперов превосходная меткость была на первом месте. Предполагалось, что они выйдут перед обычными силами и подстрелят лидеров приближающихся формирований. Чтобы выполнить эту работу, они должны были быть способны попасть во что-то меньшее, чем широкая сторона виска, и винтовки Карнана доказали, что они могут сделать именно это.

Ну, большинство из них.

Потом был Эркум.

При почти четырехметровом росте большой мардуканец казался гигантом даже своему капитану. Мардуканцы обычно достигали трех метров или около того, от их широких босых ног до изогнутых двойных рогов, так что Эркум был гигантом даже для них. И, за исключением умственного развития, он тоже не был медлительным, несмотря на свои габариты. Фейн видел, как он ловил копья в полете и убегал от цивана на коротких расстояниях.

Но он не мог попасть из винтовки с десяти шагов в пагатара. Даже если бы тот направлялся прямо к нему.

Прогулочным шагом.

Эркум привязался к капитану еще до того, как эта особая слабость стала очевидной. На самом деле, раньше Фейн был кем угодно, только не младшим сержантом пикинеров. Но, казалось, все обошлось. Эркум защищал спину капитана, и это была работа вблизи. Когда враги Фейна подходили на расстояние пяти метров или около того, незадачливый рядовой обычно мог поразить их. И даже если он бил их только прикладом своего оружия, они, как правило, оставались лежать. Более того, он приобрел то, что, вероятно, было идеальным инструментом для выбранных им обязанностей.

Оружие было скорее пушкой, чем ружьем. Это было детище того же изобретателя, который придумал стандартную винтовку мардуканца, и в нем использовались металлические патроны, аналогичные тем, что были разработаны для винтовок с затвором, которые пришли на смену шариковым винтовкам морской пехоты, когда закончились их сложные боеприпасы. Но диаметр его ствола был почти в три раза больше, чем у стандартных винтовок, и стрелял он "полуавтоматически". Похожий на стержень магазин вертикально выступал из верхней части оружия. В нем находилось семь коротких, толстых патронов, каждый длиной с руку мардуканца, и при каждом выстреле планка скользила вниз, открывая следующий патрон для ударно-спускового механизма и курка. Вес падающего "магазина" одновременно взводил оружие и приводил следующий патрон в боевое положение.

Первоначально оно предназначалось как скорострельное поворотное орудие для установки на фальшбортах шхун в качестве защиты от морских чудовищ, но в конце концов для этой цели ее заменили гарпунными пушками, установленными на штырях. Однако, как часть его первоначальной концепции дизайна, оно было предназначено для стрельбы либо картечью, либо коническими пулями, и Эркум постоянно носил при себе по паре перезарядок для каждого типа боеприпасов.

Перезарядные устройства с затвором сами по себе были длиной в метр, и человек мог поднять их лишь с трудом. Эркум, с другой стороны, перезаряжал одной рукой и расстреливал патроны так быстро, как только мог нажать на спусковой крючок. Конечно, находиться рядом с его линией огня было довольно вредно для здоровья. Но для телохранителя в боевой обстановке это было достойное оружие. Даже для того, кто не смог бы попасть в гору, если бы она падала на него.

К сожалению, ему было чертовски трудно признать, что он недостаточно меток.

- Эти юнцы, они не знают, как попасть во что-то, - прорычал большой мардуканец. Будь он на сезон старше большинства новобранцев и рядовых, Фейн был бы поражен.

- Все в порядке, Эркум, - сказал капитан, зная, что сейчас произойдет. - Действительно. У них все хорошо.

- Им нужно показать, как по-настоящему стрелять, - пророкотал Эркум, снимая со спины полупортативную пушку.

- Ты не обязан этого делать, - пробормотал Фейн. Но хотя Эркумом было легко управлять в большинстве областей, он чрезмерно гордился своим умением обращаться с проклятым орудием.

- Ни один из вас, бисет, не смог бы попасть в висок сбоку! - крикнул он стрелкам, выстроившимся вдоль ограждения. - Сейчас я покажу вам, как это делается!

Пушка имела двойной плечевой упор с нижней опорой / прикладом, который опирался на бедра. Она удерживалась и "грубо" нацеливалась нижними вторичными руками, а "точно" - верхними истинными руками. Теперь рядовой взвалил оружие на плечо, вставил в него один из магазинов и открыл огонь.

Оружие действительно была маленькой пушкой и выпускало соответствующий дым. Но даже через дым можно было визуально отследить медленно движущийся снаряд, когда он вышел за пределы ствола и пролетел по воздуху. Однако рядовой не смог использовать эту информацию для корректировки, потому что он уже произвел еще два оглушительных, извергающих дым выстрела из оружия во время его полета.

Фейн закашлялся от вонючего облака дыма и попытался не рассмеяться. Судя по брызгам, снаряды падали рядом с бочкой и даже разлетались достаточно далеко, чтобы представлять опасность для баркаса, сбросившего цель. Однако ни один из них не приближался на разумное расстояние к самой бочке.

Он оглянулся через плечо на едва уловимое движение, затем хлопнул в ладоши, когда один из людей незаметно поднял свое собственное ружье и сделал единственный, незаменимый выстрел.

Сверхскоростной шарик было невозможно разглядеть, а звук одиночного выстрела был заглушен продолжающимися взрывами из пушки Эркума. Эффект, однако, было легко заметить, когда бочка разлетелась на тысячу осколков.

- Ха! - Эркум удовлетворенно хмыкнул, снова закидывая оружие за спину. - И они говорят, что я не умею стрелять.

Он величественно фыркнул, подобрал израсходованный магазин и вставил его в один из держателей на ремне безопасности.

Фейн покачал головой жестом, скопированным у людей, и хлопнул в ладоши.

- Без вопросов, - согласился он. - Ты становишься лучше.

- Я и мое ружье, мы защитим тебя, Кринди. - Эркум потер рог и покачал головой. - Ты видел, как она только что взорвалась? Я не могу дождаться, когда смогу использовать это по-настоящему.

Кринди посмотрел на корму корабля и улыбнулся, когда человек поднял свое забрало и сардонически отсалютовал. И поскольку мардуканец смотрел в том направлении, он был одним из немногих, кто увидел, как за кораблем разверзся океан.

Отверстие было по меньшей мере двадцать метров в поперечнике, зияющая пещера во внезапно всплывшей морде рыбы длиной с саму шхуну. Гигантский хищник был охотником из засады, как и земная каменная рыба, и щелкающее раскрытие его наполненной зубами пасти создало относительный вакуум, который буквально остановил корабль на полпути.

Затем шхуна упала.

По всему кораблю раздались крики, человеческие и мардуканские, когда он сначала остановился как вкопанный в воде, а затем откинулся назад, чтобы поцарапать нижние зубы зверя своим обшитым медью корпусом. И раздалось еще больше криков, когда пасть захлопнулась. Челюсти разнесли корабль вдребезги, разрезав его почти пополам и потянув грот-мачту назад, когда они защелкнулись на стойках.

Кринди подавил собственный крик, когда шхуна качнулась назад, и он увидел, как сержант-человек и майор Бес свалились с кормы корабля в пищевод существа. Однако с его рефлексами все было в порядке, и его левая истинная рука метнулась вперед и ухватилась за линь как раз перед тем, как зверь сжал челюсти.

Эркум взревел от ярости, когда удар челюстей твари о палубу подбросил их обоих в воздух, как игрушки. Однако вместо того, чтобы схватиться за веревку, здоровенный рядовой вцепился когтями в свою пушку, даже когда он взревел, а затем все вернулось на круги своя, и чудище отпрянуло назад, повернув свою массивную голову, что превратило и без того разбитый транец в щепки.

То, что осталось от усеченного корабля, начало оседать на корму, палуба опасно наклонилась к воде, мачты были разбиты и свешивались за борт. Всем, кто еще не схватился за веревки, оставалось карабкаться к тросам, пока они скользили к пенящейся зеленой воде, и Кринди выругался и схватил свой собственный болтающийся трос более сильной вторичной рукой. Он слышал крики с нижних палуб и знал, что любой из его отряда, которого он не потерял во время первого чудовищного укуса, вероятно, был обречен. Но на данный момент все, о чем он мог думать, было то, выживет ли он лично.

Он схватил Эркума, когда все еще ругающийся рядовой скользил мимо. Каким-то образом Пол снял свою пушку со спины и теперь пытался вставить магазин на место. Что, по его мнению, он собирался с этим сделать, было больше, чем мог бы сказать Фейн, но капитан не собирался позволять ему умереть только потому, что он вел себя как идиот.

Кринди взглянул на воду и зашипел от гнева, увидев, как тень чудовища, окруженная красной лужей, развернулась и вернулась. Очевидно, первый укус оказался недостаточно вкусным, и ему захотелось остального на корабле.

К сожалению, диаспранцы мало что могли с этим поделать.

* * *

Когда чудовище всплыло на поверхность, Роджер стоял, облокотившись на поручни корабля, ни на что конкретно не глядя. Это было не в его поле зрения, но движение привлекает человеческий глаз, и, как выяснила рота, сочетание естественной генетики и инженерии дало Роджеру сверхъестественно быструю реакцию. Что позволило ему вовремя прийти в себя и посмотреть, как гигантская рыба съела половину корабля и изрядный кусок одного из его лучших батальонов.

Тварь погрузилась через полминуты, кружась по левому борту корабля, ее массивные жабры открывались и закрывались. Жабры, очевидно, служили фильтром, и вода за ними стала темно-красной, оставляя за собой след из расколотого дерева и крови. Она развернулась носом к корме и подобрала нескольких барахтающихся на поверхности мардуканцев, засасывая их в себя сравнительно деликатными вдохами. Затем она нырнула еще раз, очевидно, подстраиваясь для очередного захода к поврежденному кораблю.

Зрелища было достаточно, чтобы заставить любого призадуматься, но Роджер и большинство выживших морских пехотинцев были все еще живы, потому что они доказали, что они самые быстрые, удачливые и - самое главное - смертоносные в и без того элитной группе. Шок больше не замедлял их движения.

Принц услышал команды у себя за спиной - четкие по сети роты от Панера, чуть громче и пронзительнее от удивленных мардуканских офицеров. Но это было для других. В его случае было только одно действие, которое имело смысл. Он потянулся через плечо за своей собственной винтовкой.

Это оружие было с ним повсюду, даже на борту "Аймы Хукер". Это был анахронизм, "столб дыма", как высмеяли его морские пехотинцы, когда они впервые высадились. Они думали, что он не слышал смешков и комментариев. Старинное оружие избалованного богатого мальчика. "Охотника на крупную дичь", который никогда в жизни не сталкивался с реальной угрозой.

Большинство телохранителей на тот момент пробыли с ним недолго. Охрана оригинального, запатентованного, насквозь испорченного принца Роджера была ротируемым заданием для персонала бронзового батальона. Это также было эквивалентом чистилища, и любой, кто был в состоянии избежать этого, делал это... с готовностью. Это означало, что очень немногие из его нынешних нянек понимали, что он обычно избавлялся от своих телохранителей всякий раз, когда охотился. Или что многое из того, на что он охотился на протяжении многих лет, заставило бы их кровь застыть в жилах. Четырехметровый арктурианский гипертигр с золотой нитью в его комнате трофеев не был подарком... и он был добыт тем же самым "дымовым столбом".

Морские пехотинцы использовали высокоскоростные шариковые ружья, которые были хорошим оружием для убийства людей и преодоления обычных бронежилетов. Но ружье принца предназначалось для убийства животных, причем крупных. Когда они впервые высадились, морские пехотинцы предполагали, что главной угрозой будут враждебные туземцы, и так оно и оказалось. Но они обнаружили, что дикая природа тоже не была местом для пикника. И вот тут-то и пригодился принц со своим "гребаным маленьким ружьишком", как окрестил его Поэртена. Ни у кого не было сомнений в том, что потери из-за дикой природы, особенно уродливого существа по имени чертов зверь, были по крайней мере вдвое снижены принцем и его гребаным ружьем.

И теперь, в очередной раз, он доказал, почему.

У принца была старомодная винтовка двойного действия с круглым патронником, снятая с плеча, и он целился быстрее, чем большинство людей могли выхватить шариковый пистолет и выстрелить из него. Однако тварь погрузилась еще быстрее. Это была не более чем серо-зеленая тень в аквамариновой воде, и он взвешивал свои варианты, наблюдая за ней поверх прицела. Он видел, как она разворачивается для очередного захода, и подумал о том, чтобы прорваться сквозь волны. Он достаточно часто стрелял по мелководью во время похода вглубь страны, и относительно низкоскоростные пули из винтовки проникали туда, где сверхскоростные шарики разбивались о поверхность или отскакивали в сторону. Но пули также теряли большую часть своей энергии на первом метре или около того. Если только существо не находилось прямо на поверхности и, по сути, не поднималось из воды, стрелять в него под водой было бы бессмысленно.

Даже когда он обдумывал это, другая часть его мозга планировала попадание в цель. Рыба была огромной, с телом почти такой же длины, как у одной из шхун, и головой в два раза шире. На самом деле, это было чем-то похоже на рыбу, которая была основным продуктом питания в Бухте К'Вэрна, их порту приписки. Если бы это действительно было что-то вроде гигантского колла, то условия для выстрелов были бы ужасными.

Коллы традиционно подавались целыми, поскольку в задней части черепа образовывалась "жемчужина", и сбор ее был частью ритуала трапезы. Из-за этого, а также из-за того, что он побывал на большем количестве обедов в Бухте К'Вэрна, чем мог сосчитать, у него было четкое представление об анатомии рыбы. Опалесцирующий драгоценный камень был разного качества, но он располагался прямо над тем местом, где спинной мозг рыбы подходил к черепу. Учитывая угол, с которого Роджер будет стрелять, если бы он попытался выстрелить в спину - что для него вполне возможно, даже с движущейся палубы, - пуля, вероятно, отскочила бы от эрзац-брони "жемчужины". Однако, если бы он попытался попасть в сердце, даже он, скорее всего, промахнулся бы. Этот орган находился глубоко в теле, и пуле пришлось бы пройти через несколько метров плоти, чтобы добраться до него. Но любой другой выстрел в тело был бы бесполезен.

Тогда лучшим выстрелом было бы попадание в затылок. Голова была широкой, и это была кость, но она также была заполнена полостями. Вместо того чтобы главным образом защищать мозг, череп был приспособлен к механике огромных челюстей. Если он выстрелит прямо в его заднюю часть, пуля должна проникнуть в мозг и "забить" рыбу. Учитывая разницу в размерах между пулями и мишенью, это был лучший шанс, который у него был.

Весь ход мыслей пронесся в его голове за мгновение, и он сделал вдох и рассчитал крен судна, когда рыба начала всплывать на поверхность для очередного потрясающего клева.

* * *

Фейн внезапно осознал, что, хотя слова Эркума звучали бессвязно, в его действиях был полный смысл. Рядовой ни в коем случае не был интеллектуалом, но он был - в этом удивительно двусмысленном человеческом выражении - "хорош в обращении руками". За последние несколько лет Фейн участвовал в слишком многих драках, и он давно понял, что Эркум - хороший человек, которого приятно иметь рядом, будь то с руками, трубками или оружием. Возможно, он и не смог бы попасть в висок с любой дистанции, но он инстинктивно действовал таким образом, что сохранил себе жизнь, когда все валилось в котел. Размышлять он предоставил Фейну, но когда дело дошло до приложения рук, Эркум был настолько хорош, насколько это возможно.

И он собирался устроить какой-нибудь погром. Фейн схватил яростно ругающегося рядового за ногу, не дав ему упасть в воду, но Эркуму было наплевать. Он наконец-то зарядил магазин со сплошными снарядами, и он ждал своей очереди с "большой рыбой". Фейн подозревал, что рядовой знал, что его схватят, доверял своему боссу в том, что он поступит правильно, так же, как Фейн доверял ему, и теперь Эркум ждал, когда это всплывет на поверхность.

Фейн рискнул оглянуться и увидел, что Пол был не единственным, кто планировал, вероятно, безнадежную оборону. Несколько оставшихся стрелков, те, у кого хватило присутствия духа ухватиться за леер вместо того, чтобы соскользнуть вниз по быстро наклоняющейся палубе, уже направляли свои винтовки на воду. Но несколько других просто держались изо всех сил. И этого могло не быть.

- Рота! Приготовиться к залповому огню! - крикнул он, пытаясь нащупать свой собственный пистолет четвертой рукой, которая не была занята тем, что держалась за веревки или Эркума.

У них был только один шанс.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

- Двигай его! У нас будет только один выстрел!

Косутич отвернулась от расчета гарпунного орудия, чтобы посмотреть на морских пехотинцев, рассыпавшихся веером вдоль поручня правого борта. Корабли так и не развернулись, и разбитая шхуна, которая находилась в головной позиции, медленно заваливалась за корму. Если гарпунное орудие быстро не придет в действие, оно может и не выстрелить. Нет, если только они не придут за одним из них, а Панер никогда бы на это не согласился. Он пытался увести корабль принца подальше от этой... этой... штуковины так быстро, как только мог.

По крайней мере, гарпунное снаряжение было установлено наготове у орудия, когда разразился весь этот ад. Складывать заряды для корабельных орудий на палубе было против обычной практики. Отчасти это объяснялось тем, что черный порох был слишком опасен. Искры или открытое пламя были не единственными вещами, которые могли вызвать его взрыв; при неблагоприятных условиях к этому могло привести даже трение при измельчении нескольких сыпучих или рассыпавшихся под ногами зерен. Но в основном это было потому, что порох слишком легко намокал и становился бесполезным. Но это конкретное оружие было разработано именно для таких непредвиденных обстоятельств, и необходимость привести его в действие как можно быстрее диктовала наличие боеприпасов наготове. У людей были пустые контейнеры для магазинов, пластиковые коробки, которые поддерживали температуру и влажность, и один из них был задействован в качестве запасного магазина.

Теперь орудийный расчет мардуканцев откинул крышку и выхватил первый патрон. Пакет с зарядом был небольшим, всего полкило или около того пороха. Но он выбрасывал гарпун достаточно далеко, не разрушая деревянное древко.

Пока наводчик засовывал заряд в дуло, помощник наводчика собирал гарпун. Установка стальной головки на стержень заняла всего мгновение, затем с помощью разработанного людьми зажима был прикреплен свернутый линь. Наконец, этот стержень-заглушка был вставлен в ствол пушки, действуя как собственный шомпол.

Но каким бы тренированным и расторопным ни был орудийный расчет, на все это требовалось время. Которого у "Си скиммера" не было.

* * *

Кринди Фейн часто задавался вопросом, не собирается ли он умереть. Он спрашивал себя, когда на команду, с которой он работал, упала каменная стена. В тот раз его прикрыли несколько строительных лесов, и он выжил. Он снова задавался этим вопросом, будучи капралом в своем первом сражении с пикой, у каналов Диаспры. И он неоднократно задавался этим вопросом, сражаясь с боманами внутри и за пределами Синди. Но он не знал, что умрет.

До сих пор.

Тварь открыла свою пасть, и он зарычал от гнева, когда увидел, как та снова поднимается позади тонущего корабля. Он мог видеть кусочки дерева, ткани и красной плоти, прилипшие к тысячам зубов, выстилающих внутреннюю часть рыбьего рта. Но он по-прежнему не кричал. Он был напуган. Бог воды знал, что он был таким! Но он собирался пойти к своему Богу как солдат и лидер, а не как трус.

И поэтому, вместо того чтобы закричать, он на мгновение замер. Эта короткая пауза, так необходимая для того, чтобы все полностью выстроились в очередь. А потом он крикнул: "Огонь!"

Пятеро из его людей все еще были более или менее на ногах, в достаточной степени соображая, чтобы подчиниться его приказу, но они были почти случайными. Две вещи, которые отпугнули рыбу, были Эркум и принц.

Все пять винтовочных пуль попали в различные места во рту и вокруг него. Две из них даже проникли в череп рыбы, но ни одна из них не причинила никакого жизненно важного ущерба и не причинила особой "боли".

С другой стороны, рана от снаряда Эркума причинила адскую боль.

Шестидесятипятимиллиметровый конический снаряд пробил небо пасти и поднялся вверх, проделав массивную трубу в черепе морского чудовища. По случайному совпадению - ничем иным это не могло быть, учитывая качество стрелка - тяжелый снаряд перерезал правый оптический нерв, ослепив рыбу с этой стороны, и снес верхнюю часть ее черепа, превратив ее в месиво из запекшейся крови.

Почти в тот же момент пуля принца вошла в затылок зверя.

Это был не тот точный выстрел, к которому стремился Роджер, но скорость пули была намного выше, чем у всего, что было у мардуканцев, и это создало значительную полость "гидростатического удара" - область в теле, которая была повреждена ударной волной пули. В этом случае принц промахнулся при выстреле вниз и немного вправо, но область, через которую прошла пуля, находилась прямо под спинным мозгом, и ударная волна ударила по этому жизненно важному нерву.

Совокупный результат заключался в том, что вместо того, чтобы проглотить оставшуюся часть "Си скиммера", рыба отвалила в сторону и нырнула. Но это происходило так дико, неконтролируемо. Она была наполовину слепа, у нее был поврежден спинной мозг, и половина ее мышц не реагировала должным образом.

У этой еды оказались колючки.

* * *

- "Пентзикис", подойдите к левому борту и вступайте в бой. "Си фоум", подойдите к правому борту и вступайте в бой. "Тор Колл", приготовьте глубинные бомбы.

Панер взглянул на принца, который все еще следил за мечущейся тенью. Он не знал, удалось ли Роджеру сделать еще один невозможный выстрел, или это был шквал взрывов с тонущего корабля. Но что бы это ни было, это, по крайней мере, на время разубедило рыбу. Сейчас, чтобы она отпустила добычу.

- Гренадеры на гарпунах. Ставьте с задержкой - я хочу проникновения поглубже в эту штуку, народ, - продолжил Панер, отрезая свежий ломтик корня бисти и отправляя его в рот. Общий план этой битвы был разработан заранее - настолько хорошо, насколько это вообще возможно, по крайней мере, когда никто никогда на самом деле не видел, что это было за существо, пожиравшее корабли на этом участке океана. Ну, во всяком случае, никогда этого не видел и дожил до того, чтобы сообщить об этом. Но, как обычно, враг действовал не по плану. Предполагалось, что они, по крайней мере, мельком увидят существо до того, как оно нападет, что должно было дать им хоть какой-то шанс отогнать его первыми. Теперь все, что они могли сделать, это сражаться за оставшиеся шесть кораблей и надеяться спасти нескольких выживших.

"Си скиммер" быстро погружался кормой, но шел ко дну без крена. Если бы им удалось разделаться с рыбой несколькими выстрелами и отправить шлюпки, они могли бы спасти большую часть тех, кто был на палубе. Те, кто находился под палубой, были обречены, если только им не удастся пробиться к главному люку или выплыть наружу. Все равно это был чертовски неприятный способ потерять четверть батальона, его командира и, возможно, чертовски хорошего младшего офицера вместе с ними. Но в этом проклятом походе было не так уж много хороших мест для смерти.

Он снова взглянул на Роджера и покачал головой. Принц направился к вантам и пытался занять более выгодную позицию для обзора. Надо отдать ему должное за попытку, но Панер сомневался, что винтовка принца выиграет этот раунд.

Пока он думал об этом, прогремело первое гарпунное орудие.

* * *

- Сомневаюсь, что даже ты сможешь что-либо сделать с пистолетом, кузен, - сказал Хонал с мрачным юмором. Его двоюродный брат, бывший наследный принц Тердана, при первом крике вытащил все четыре пистолета и направил их за борт еще до того, как стихло эхо предупреждения.

- Верно, - сказал теперь Растар и убрал в кобуру три ударных револьвера. - Но если оно придет за нами, я, по крайней мере, дам ему знать, что я здесь.

- Лучше держись подальше, что бы ты еще ни делал, - сухо сказал Хонал. - Наши замечательные друзья-моряки вот-вот увидят, лучше ли гарпун пистолета!

- Ну, это зависит от гарпуна и пистолета, - расхохотался Растар. - В конце концов, важно не то, что вы используете, а то, как вы это используете!

- И я намерен использовать это хорошо! - крикнул командир орудийного расчета. - Но если ты встанешь на пути линя, когда он пролетит, ты станешь красным пятном! Чисто!

Орудие было оснащено ударно-спусковым механизмом. Теперь командир орудия дал Хоналу и Растару мгновение на то, чтобы они убрались в сторону, затем глубоко вздохнул и дернул за спусковой шнур.

Выстрел на самом деле был не таким уж громким, но облако дыма накрыло всю носовую палубу, и раздался резкий хлопок, когда размоталась катушка троса у основания гарпуна. Затем с такелажа донесся крик.

- Попадание!

- Закрепить трос! - проревел командир орудия, и расчет успел накрутить на кнехт пятисантиметровый трос, прежде чем он начал визжать и дымиться.

- Приготовиться лечь на левый галс! - крикнул капитан "Пентзикиса".

- Закрепить трос в зажимах! - крикнул командир орудийного расчета. - Эта чертова штука собирается пройти прямо под килем! Если капитан не будет осторожен, это перевернет нас прямо на нашу сторону!

- Пусть этот линь работает! - рявкнул капитан корабля. - Займись этим, когда мы будем на галсе!

- Отходим! - крикнул наводчик. - Мы чувствуем слабину!

- Подождите! - крикнул Растар. - "Тор Колл" вот-вот пройдет по канату!

* * *

- Контакт! - сообщил по ротной сети сержант Энджелл с кормовой палубы "Тор Колла". - Сэр, у нас надежный контакт.

- Верно, - признал Панер, взглянув на строй. - Пусть ваш капитан продолжает заваливаться на левый борт. Я хочу, чтобы вы взяли курс почти строго на юг и попытались оттащить эту штуку от "Си скиммера". "Си фоум", сделайте еще один выстрел. Всем подразделениям действовать осторожно. Попробуйте выпустить по нему несколько снарядов, но не попадайте в другие корабли.

Собственное гарпунное орудие "Аймы Хукер" прогремело у него за спиной, когда шхуна повернула на правый борт. Строго говоря, это было неприлично. Корабль с принцем на борту должен плыть от греха подальше, а не в него. Но с насаженной рыбой это, вероятно, было достаточно безопасно.

"Тор Колл" прошел над мечущейся тенью, и позади шхуны появился огромный бело-зеленый смерч. В глубинных бомбах использовалась комбинация детонатора гранаты и местного взрывчатого пороха. Панер не был уверен, что они будут функционировать так, как задумано, но оказалось, что они работали просто отлично. Самый первый бросок Билали пришелся в цель, и рыба-монстр плюхнулась еще несколько раз, а затем плавно всплыла на поверхность брюхом вверх. Его нижняя сторона, по-видимому, была покрыта хроматофорами, так как она мерцала буйством красок, когда рассекала волны. Она переливалась дюжиной оттенков фиолетового, затем по всему спектру, пока не начала мерцать зеленым, и, наконец, остановилась и медленно приобрела кремовый цвет.

- Поставьте этот целевой баркас рядом с "Си скиммером". Спускайте на воду шлюпки всех кораблей, и давайте начнем спасать выживших. Уоррент-офицер Добреску!

- Да, капитан? - ответил спокойный тенор. Панер оглянулся через плечо и увидел говорившего, стоящего рядом с грот-мачтой, в то время как он смотрел на плавающее чудовище с видом почти отстраненного созерцания.

Старший уоррент-офицер Добреску был одним из пилотов шаттла "Деглоппера". Полет на шаттле был относительно безопасной работой, хотя на этот раз все получилось не совсем так. Но в прошлой жизни он был медиком рейдерских коммандос, человеком, обученным не только стабилизировать состояние раненого в бою, но и при необходимости восстанавливать его жизнеспособность. Его случайное включение в поездку было, в буквальном смысле, спасением. Фактор, на который он иногда с трудом указывал, не говоря уже о том, чтобы жаловаться.

- Я хочу, чтобы вы приготовились к приему жертв. Если таковых нет или они ограничены, я хотел бы услышать ваше мнение о нашей маленькой находке здесь.

- Да, сэр, - ответил медик. - Конечно, я пилот шаттла, а не ксенобиолог, но, по-моему, это похоже на рыбу колл. И это мое профессиональное мнение.

* * *

- Это рыба-колл, - сказал капитан Т'Сул. Капитан "Аймы Хукер" потер свои рога, затем хлопнул в ладоши. - Это невозможно, но пусть Белая Леди проклянет меня, если это не так.

Один из матросов шхуны держал обеими настоящими руками мокрый пакет. Наполненный маслом мешок был обычным для рыбы-колл, частью ее системы плавучести. Но у их нормальных родичей мешочек был размером с последний сустав большого пальца человека и наполнен тем, что для мардуканцев было смертельным ядом. Как оказалось, это масло было, возможно, единственным веществом на планете, которое наннитовые пакеты морских пехотинцев могли превращать в многочисленные витамины и основанные на липидах аминокислоты, которых не хватало людям в пище планеты.

- Что ж, - сказала Косутич. - По крайней мере, у нас достаточно корма для циванов. И этого масла хватит, чтобы мы продержались довольно долго, - добавила она, глядя на масляный мешок диаметром не менее метра.

- Это все еще чистый ноль, - прорычал Панер. - Мы потеряли целый корабль, добывая его, вместе с половиной его экипажа, почти две полные роты пехоты и еще трех морских пехотинцев. Мне не нравится терять войска.

- Мне тоже, - согласилась Косутич. - И эта поездка говорит сама за себя. Его гнилостная рука, безусловно, была над нами все это время.

- Что только что произошло? - спросила Элеонора О'Кейси, поднимаясь через главный люк на палубу.

* * *

Начальница штаба принца была единственным оставшимся "гражданским лицом", застрявшим вместе с ним на планете. Хотя ни один из пилотов шаттла не был так подготовлен к здешним условиям, как морские пехотинцы, у них, по крайней мере, был некоторый опыт выживания в тяжелых условиях и базовый военный набор наннитов. Но до аварийной посадки шаттлов на обратной стороне планеты начальница штаба никогда не выходила за пределы города, и ее нанниты - такие, какими они были, - были предназначены для приятной, безопасной, цивилизованной среды.

Это "приключение" принесло ей некоторые преимущества. Она была в лучшей форме, в какой когда-либо была в своей жизни. Но ее желудок, никогда не отличавшийся особой выносливостью, плохо перенес путешествие, и путешествие на корабле сделало еще хуже. Теперь невысокая брюнетка вертела головой из стороны в сторону, считая мачты.

- Разве мы не теряем один корабль? - спросила она.

- Еще не совсем, - сухо ответил Панер. - Но теперь это ненадолго. - Он указал за борт, туда, где разбитый корпус "Си скиммера" начинал свое последнее погружение. - Мы обнаружили, что съедало другие экспедиции, - добавил он.

О'Кейси подошла к борту мягко покачивающейся шхуны, и ее глаза расширились.

- Оооооо! - выдохнула она и быстро побежала к дальнему ограждению, где она не видела бы мардуканцев, разделывающих огромную рыбу.

- Ну, думаю, она не придет на ужин, - заметила Косутич, покачав головой.

* * *

- Думаю, что с возрастом это мясо становится все жестче.

Джулиан приподнял кончик вилки над куском рыбы колл на своей тарелке, чтобы подчеркнуть свою точку зрения.

Больше нападений на корабль не было, и зондирование показало, что район, в котором "Си скиммер" попал в засаду, был подводной горой. Добреску предположил, что линия таких подводных гор может быть пристанищем гигантской рыбы-колла. Если бы он был прав, возможно, удалось бы создать индустрию по сбору урожая этого вида, как только были бы лучше поняты его привычки. Прибыль, безусловно, стоила бы того, если бы каждый раз не приходилось терять корабль.

- Вероятно, так оно и есть, - согласился теперь медик. - Не то чтобы кто-нибудь в Бухте К'Вэрна когда-либо видел такую большую рыбу, чтобы дать нам какую-нибудь мерную палочку. - Он покатал опалесцирующую жемчужину размером с голову взад-вперед по столешнице, и в ярком, вездесущем облачном свете Мардука казалось, что она парит над поверхностью.

- С другой стороны, эта штука, похоже, идентична тем, что были у рыбок помельче, - продолжал он, постукивая по жемчужине костяшками пальцев. - Конечно, она чертовски больше, и в ней больше слоев. Непосредственно под ней есть кость, которая также покрыта слоями, и я бы предположил, судя по отметинам, что слои указывают на ее возраст. И эти штуки тоже, должно быть, растут чертовски быстро. Если я понял, как правильно рассчитать ее возраст, эта рыба была не более чем в пять раз старше тех, что мы ели в Бухте К'Вэрна.

- Как это может быть? - спросил Роджер, распиливая жесткую мякоть. Он не был особенно голоден, а мясо было жирным и неприятно отдавало рыбой, в отличие от обычной сухой и "белой" рыбы-колла. Но он знал, что нужно просто есть. Ты никогда не знал, будет ли завтра хуже. - Эта штука была по меньшей мере в сто раз больше!

- Скорее, сорок или пятьдесят, ваше высочество, - поправила Депро. Она и Джулиан были относительно младшими, но оба они стали регулярными участниками командных совещаний. Джулиан благодаря своему опыту работы в разведке, а Депро - потому что она успокаивала Роджера. Конечно, помог ее опыт в области коммуникаций и тактики.

- Слои указывают на массовые всплески роста, - сказал Добреску, пожимая плечами, - но генетический материал идентичен. Эти твари могли бы скрещиваться с разновидностью Бухты К'Вэрна; следовательно, это один и тот же вид. Я подозреваю, что изучать историю их жизни было бы непросто. Можно предположить, что они, вероятно, размножаются у берегов или даже в пресной воде. Затем, по мере того как они растут, они начинают бороться за территории. Если они получают территорию увеличенной версии, они очень быстро растут, чтобы "заполнить" эту территорию. - Он сделал паузу и снова перевернул жемчужину. - Я также подозреваю, что если бы мы вернулись через этот район, то не наткнулись бы на другой экземпляр такого размера. Но поблизости все равно водилась бы какая-нибудь чертовски крупная рыба-колл.

- И через несколько лет... - сказал Панер, кивнув. - Кстати, ваше высочество, отличный выстрел.

- Извините? - Роджер еще раз ткнул рыбу, затем сдался. Во всяком случае, он был не первым, кто это сделал.

Коренастый зверь в красно-черную полоску, занимающий весь угол отсека, понял, что к чему. Роджер совершенно случайно подобрал этого питомца в деревне Д'Нал Корда много месяцев назад. Ящероподобные существа выполняли роль собак среди народа Корда, хотя в других местах Роджер не видел никаких признаков каких-либо подобных видов во время их путешествий.

Теперь Догзард встала и потянулась так, что у нее хрустнули позвонки, затем прошла практически от одного конца отсека до другого. Роль единственного падальщика в группе, которая прокладывала себе путь через бесконечные джунгли, кишащие плотоядными животными, пошла бывшей "коротышке" на пользу, и если она когда-нибудь вернется в свою деревню, она будет вдвое крупнее любого из тех, кто остался позади.

Теперь она высунула язык и внимательно рассматривала тарелку Роджера, когда он протягивал ее ей. После краткого мгновения подтверждения того, что да, это была еда и да, ей было разрешено ее есть, ее голова дернулась вперед одним из своих молниеносных ударов, и кусок мяса исчез с тарелки.

Удовлетворенная тем, что на сегодня это все, она вернулась в угол, чтобы дождаться следующего блюда. Или сражаться за еду. Какой бы та ни была.

- На этом позвонке была хорошая солидная трещина, - ответил Добреску за Панера в ответ на вопрос Роджера. - По крайней мере, одной из причин, по которой рыба не вернулась за тем кораблем, был ваш выстрел.

Добреску швырнул свой собственный кусок рыбы в сторону любимицы принца. Кусок мяса не приблизился к палубе и на метр, прежде чем исчез.

- Также в небе у нее была дыра размером с кулак, - продолжил уоррент-офицер и вопросительно поднял бровь, взглянув на младшего мардуканца в конце стола.

Фейн отчаянно пытался разобраться со столовыми принадлежностями. Он пытался смотреть на Хонала, Растара, Чим При и Корда, но это мало помогло. Мардуканские офицеры тоже никогда толком не владели ножом и вилкой, а аси Роджера - технически, раб, хотя Фейн сильно сомневался, что кто-либо когда-либо совершит ошибку, обращаясь с Д'Налом Кордом как с чьей-либо прислугой, - вообще отказывался пользоваться ими.

По крайней мере, в случае Корда, как подозревал Фейн, отказ был в основном позой. Старый мардуканский шаман приложил немало усилий, чтобы сохранить свою идентичность первобытного соплеменника, но для диаспранца было очевидно, что знания аси - и его ум - более чем равны любому жрецу воды, которого он когда-либо встречал. В случае с остальными капитан был менее уверен. Хонал отрезал кусок эластичного мяса и вгрызался в него, в то время как Растар и При взяли куски чуть побольше и делали примерно то же самое. Человеческая способность удерживать мясо вилкой и отрезать маленькие кусочки, по-видимому, была им недоступна.

Теперь, пойманный в ловушку подразумеваемым вопросом медика, Кринди прочистил горло и кивнул человеческим жестом, который переняли многие наемники.

- Это, должно быть, Эркум, - сказал он. - По крайней мере, один выстрел, возможно, больше. Конечно, на борту было очень... запутанно.

- Не настолько сбило вас с толку, чтобы потерять голову, - отметил Панер и сделал глоток воды. - Вы заставили всех, у кого было оружие, дать залп. Я сомневаюсь, что большинство морских пехотинцев так хорошо сохранили бы контроль над своими подразделениями.

- Спасибо, сэр. - Фейн потер рог. - Но из того, что я видел, вежливо не соглашусь. Конечно, вы и принц Роджер сохранили контроль над своим.

- Нет, я этого не делал, - сказал Роджер. Он потянулся за кувшином с водой и налил себе еще стакан. - Я должен был отдавать приказы, а не стрелять самому. Но я разозлился. Это были хорошие войска.

- Хммм, - нахмурилась Косутич. - Не знаю, ваше высочество. Пусть сапожник, так сказать, держится до последнего. - Легкая хмурость превратилась в улыбку. - Должна признать, что иметь вас с оружием в руках никогда не кажется плохой идеей.

Панер улыбнулся смешкам за столом, затем кивнул.

- Независимо от того, должен был его высочество стрелять или отдавать приказы, нам нужно найти место для капитана Фейна. Пехоты и так не хватало, так что я просто собираюсь слить ваш персонал в объединенную роту. Мы потеряли Туркола Беса на "Си скиммере" вместе с вашими ребятами, поэтому нам нужна замена капитану Яиру, который получит звание майора и займет место Беса. Первоначально я собираюсь прикрепить вас к его высочеству в качестве своего рода адъютанта. Большая часть выживших из вашей роты уже находится на борту "Аймы Хукер". Мы внедрим их в остальную часть ее отряда, и, после небольшого опыта работы с "персоналом", вы получите шанс увидеть, как идут дела. Надеюсь, к тому времени, как мы высадимся на сушу, вы будете полностью в деле. Ясно?

- Да, сэр. - Фейн сохранял невозмутимое выражение лица, но видеть, как "его" рота теряет свою идентичность, было неприятно, каким бы необходимым ни было найти место выжившим. - Один вопрос...

- Да, ты можешь держаться за Пола, - сказал Роджер с очень мардуканским хриплым смехом.

- Пожалуйста, сделай это, - одобрил капитан - нет, майор - Яир. - Ты единственный, кто может с ним справиться.

- Мы не знаем, сколько еще таких вещей может быть, - продолжил Панер тоном "это решено" и указал на жемчужину, которую все еще гладил Добреску. - Или что-нибудь еще, черт возьми, об угрозах по пути. Но мы выяснили, что, по крайней мере, можем их убить. Есть какие-нибудь предложения о том, как удержать их от повторения этого?

- Установите пушку сзади. Может быть, пару, - сказал Фейн, не подумав, затем остановился, когда все посмотрели на него.

- Продолжай, - сказал Роджер, кивая. - Хотя, мне кажется, я знаю, куда ты клонишь.

- Держите их заряженными, - продолжил Фейн. - Готовыми к стрельбе, с расчетом, который будет сопровождать их в любое время. Когда он всплывет, стреляйте. У вас есть примерно полторы секунды с их появления до того момента, когда вам придется стрелять.

- Вам нужен был бы кто-то, кто был бы очень бдителен на постоянной основе. - Джулиан покачал головой. - Тогда вам пришлось бы убедиться, что порох не намокнет и не даст осечку. Я не думаю, что у нас есть технические возможности сделать это без модификаций, для выполнения которых нам понадобилась бы верфь.

- Но защита с тыла... - Роджер провел кончиком пальца по столу, явно заинтригованный этой идеей. Затем внезапная злая усмешка осветила его мрачное лицо, как восходящее солнце. - Кто сказал, что это должна быть местная пушка? - потребовал он.

- Ай! - рассмеялась Косутич. - У вас злой ум, ваше высочество.

- Конечно! - глаза Джулиана заблестели энтузиазмом. - Установите плазменную пушку в автоматическом режиме. Если что-то нарушает работу сенсорной области: Бам!

- Шариковую пушку, - поправил Панер. Джулиан посмотрел на него, и капитан помахал рукой ладонью вниз над столом. - Эта штука подобралась слишком близко для плазменной пушки. Мы бы подожгли корабль.

- Да, вы правы. - Джулиан кивнул. - Я приготовлю, - сказал он, затем вытер рот и без энтузиазма посмотрел на кусок мяса, все еще лежащий на его тарелке. - Вы не хотите, чтобы я достал несколько упаковок с пайками? - спросил он с явной надеждой в голосе.

- Нет. - Панер покачал головой. - Нам нужно есть то, что у нас есть. Пока мы не узнаем, насколько долгим будет это путешествие, нам все еще нужно беречь наши внеземные запасы. - Он сделал паузу и перевел дыхание. - И нам также нужно отключить радио. Мы подбираемся достаточно близко к порту, чтобы беспокоиться о помехах радиосвязи. Они малозаметны, но если у порта появится хоть какое-то представление о том, что мы здесь, мы окажемся в глубоком дерьме.

- И как мы будем поддерживать связь между кораблями, сэр? - спросила Депро. Сержант весь вечер была особенно тихой, но она была одним из двух сержантов, отвечавших за поддержание связи. Пока Джулиан устанавливал оружие, ее задачей было спланировать построенную на скорую руку замену сети связи для подразделений флотилии.

- Лазеры связи, флаги, пушки, мигающие огни, - сказал Панер. - Мне все равно. Но никаких раций.

- Да, сэр, - сказала Депро, делая пометку на своем импланте. - Значит, мы можем использовать наши тактические фонари, например?

- Да. - Панер снова сделал паузу и, размышляя, положил в рот полоску корня бисти. - Кроме того, моряки в Бухте К'Вэрна сообщили, что пиратство не является чем-то неизвестным на Мардуке. Итак, почему я не удивлен?

Большая часть группы снова захихикала. Практически каждый шаг путешествия оспаривался местными военачальниками, варварами или бандитами. Для их систем было бы огромным потрясением, если бы оказалось, что эти воды были какими-то другими.

- Когда мы приблизимся к дальнему континенту, нам нужно будет внимательно следить за приближающимися кораблями, - продолжил Панер. - И за этими рыбами. И за всем остальным, что выглядит неправильно.

- И только его Темное величество знает, что будет дальше, - с улыбкой согласилась Косутич.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

- Эй, земля!

Крик дозорного раздался всего через два дня после нападения гигантского колла. Однако на самом деле это никого не удивило. Признаки приближающегося подхода к суше были видны по меньшей мере за день - тонкий серый дымок на горизонте и золотистый альпийский отблеск перед рассветом.

Джулиан вскарабкался по вантам к перекладинам фок-мачты "Аймы Хукер" с проворством, которое могло показаться несовместимым с его решительным настроем против плавания. Он взял с собой свой бинокль. Тот был значительно лучше, чем встроенная в визор его шлема функция масштабирования, и он провел несколько минут рядом с моряком-мардуканцем, который уже сидел там, изучая далекую землю. Затем он снова убрал бинокль и соскользнул обратно на палубу.

- Действующий вулкан, конечно же, - доложил он Панеру. - Остров выглядит пустынным, но в цепочке есть еще один, который только что показался из-за горизонта.

Панер сверился со своим имплантом и кивнул. - Это не отображается на карте, - сказал он, - но при таком разрешении и не должно.

- Но на восточной окраине континента есть линия гор, - указал Роджер, проецируя голограмму из своего блокнота. Для наглядности он указал на горы световой скульптуры. - Они могут быть вулканическими по своей природе. Что, вероятно, сделало бы это южным продолжением этой цепи.

- Эй, палуба! - крикнул впередсмотрящий, все еще находившийся на перекладине. - Дальше на юг! Мы плывем между ними.

Ни один из островов пока не был виден с уровня палубы, но капитан Т'Сул, более привыкший к мелководью и относительно замкнутым водам К'Вэрнийского моря, чем к бескрайним просторам открытого океана, выглядел взволнованным.

- Не уверен, что мне это нравится, - сказал он. - Мы можем наткнуться на отмели в любое время.

- Возможно, - согласился Роджер, бросив взгляд на лазурную воду за бортом. - Более вероятно, что мы все еще находимся над впадиной субдукции или глубоководьем вокруг нее. Вода, как правило, достаточно глубока вплоть до края вулканических образований. На самом деле, я рад видеть, что нашим первым выходом на сушу стали вулканы. Хотя, возможно, вы захотите замедлить движение флотилии и сделать некоторые промеры глубины.

- Что это за "вулканы", о которых ты все время говоришь? - спросил Т'Сул. Роджер проверил свой имплант и понял, что в нем использовалось земное слово, потому что местного эквивалента не существовало.

- Ты когда-нибудь слышал о дымящихся горах? - спросил он.

- Нет, - с сомнением сказал моряк.

- Что ж, тебя ждет развлечение.

* * *

- Почему с горы идет дым? - с благоговением спросил Фейн.

Флотилия замедлила ход, приближаясь к цепи, и теперь осторожно двигалась между двумя островами. Тот, что был южнее, был покрыт густой изумрудно-зеленой листвой, что делало его похожим на зеленый рай. Конечно, как морские пехотинцы узнали на собственном горьком опыте, это, скорее всего, был зеленый ад, мардуканские джунгли были тем, чем они были.

Остров на севере, однако, был просто черным куском базальта, поднимающимся из голубых вод. Благодаря четким, бескомпромиссным линиям он казался больше, чем был на самом деле, а верхушка - единственная часть, имеющая форму, напоминающую традиционный конус, - поднимала легкий шлейф пепла и пара.

- Я мог бы сказать тебе, - ответил Джулиан с гримасой. - Но тебе пришлось бы верить мне, а не своей религии.

Фейн подумал об этом. До сих пор он не нашел ничего, что прямо противоречило бы доктринам Повелителя Воды. С другой стороны, десятки систем верований, с которыми он и другие пехотинцы столкнулись с тех пор, как покинули Диаспру, уже указали ему, что евангелие жрецов Воды, возможно, в корне неверно. Хотя не было никаких сомнений в том, что священники разбирались в науке гидравлики, возможно, их общее понимание мира было менее точным.

- Продолжай, - сказал он, обреченно хлопнув в ладоши. Затем он усмехнулся. - Делай все, что в твоих силах!

Джулиан улыбнулся в ответ и указал жестом на огромное водное пространство, раскинувшееся вокруг флотилии.

- Первое, что вы должны принять, это то, что описание мира священниками как скалы, плавающей в вечных, бесконечных водах, неверно.

- Поскольку мы собираемся плыть на дальнюю сторону, я уже пришел к выводу, что "бесконечная вода" может быть не совсем точной, - признался Фейн, еще раз хлопнув в ладоши.

- На самом деле мир - это шар, плавающий в небытии, - сказал Джулиан и поднял обе руки, когда Фейн начал протестовать. - Я знаю. Как это возможно? Что ж, тебе придется пока довериться мне, а потом проверить это. Но что сейчас важно, так это то, что центр шара - мира - очень, очень горячий. Достаточно горячий, чтобы расплавить камень. И таким он и остается.

- С этим мне приходится нелегко, - сказал Фейн, качая головой. - Почему здесь жарко? И если да, то когда это остынет?

- Это горячо, потому что там есть... материал, который чем-то похож на то, что заставляет работать нашу плазменную пушку, - сказал Джулиан, размахивая руками с каким-то смутным разочарованием, поскольку он искал объяснение, способное преодолеть технологическую пропасть, зияющую между его мировоззрением и мировоззрением Фейна. - Как я и сказал, - сказал он наконец. - Тебе просто придется довериться мне в чем-то из этого. Но это - я имею в виду, жарко - и где-то под этой горой есть канал, который соединяется с этой горячей частью. Вот почему он дымится. Думай об этом как о действительно, очень большом дымоходе. Что касается того, когда внутри мира наступит похолодание, то этого не произойдет дольше, чем я могу объяснить. Когда начнет остывать, людей - или мардуканцев -- больше не будет.

- Это слишком странно, - сказал Фейн. - И как мне объяснить это моим солдатам? Все так, потому что так сказал сержант Джулиан?

- Я не знаю, - ответил Джулиан. - Может быть, старший сержант сможет тебе помочь. С другой стороны...

* * *

Роджер наблюдал, как команда Беби начала отрабатывать вход. Команда уже работала над техникой открытой местности. Теперь они работали с закрытой... и выглядели как полные придурки.

На кораблях флотилии негде было создать реальную обстановку для стрельбы, поэтому солдаты использовали программное обеспечение виртуальной реальности, встроенное в их импланты и системы их боевых шлемов. "Домик-цель" представлял собой не что иное, как открытую палубу шхуны, но благодаря передовым системам и способности имплантов сжимать информацию сенсоров, для участников это было бы так же аутентично, как если бы там были настоящие враги.

Но поскольку их зрители могли видеть, что они стояли не более чем на свободном участке палубных досок, "команда входа" выглядела как группа воинов-мимов.

Программное обеспечение виртуальной реальности, встроенное в шлемы солдат, само по себе было бы мощным обучающим устройством, и его способности взаимодействовать с имплантами морских пехотинцев было достаточно, чтобы сделать иллюзию идеальной. Теперь Мачек разрядил обстановку, установив "пробивающий заряд" на фиктивную дверь, которую он мог как "видеть", так и "чувствовать" с абсолютной точностью, затем отступил в сторону и назад. Насколько он мог судить, он сидел на корточках, почти касаясь стены; для всех остальных он выглядел так, как будто собирался пойти в туалет на палубе.

Старший сержант рядом с Роджером тихо фыркнула.

- Вы знаете, ваше высочество, когда вы делаете это, одна часть вас знает, насколько глупо вы выглядите. Но если вы не проигнорируете это, вам крышка. Я думаю, это одна из его маленьких злобных шуточек над морскими пехотинцами.

Роджер пригладил свой конский хвост и открыл рот, чтобы что-то сказать, затем закрыл его.

- Да, ваше высочество? - тихо сказала Косутич. - Я так понимаю, в этом заявлении есть что-то, что вас беспокоит?

- Не о твоем наблюдении, - сказал Роджер, когда Беби активировала условный заряд и устремилась через образовавшуюся воображаемую дыру. Принц настроил свой шлем на проецирование "дома-цели" в прозрачном режиме, и на его глазах казалось, что команда сражается с фантомами в здании-призраке. В сочетании с его вопросом... потусторонняя природа их противников вызвала у него нечто очень похожее на дрожь по спине.

- Это был тот последний комментарий, - сказал он. - Мне было интересно... . Почему сатанизм является основной религией Армы? Я имею в виду планету, заселенную ирландцами и другими римско-католическими группами. Это кажется немного... странным, - закончил он, и старший сержант издала смешок, который превратился в заливистый смех, которого Роджер никогда раньше от нее не слышал.

- О, сатана, это все? Причина в том, что учебники истории пишут победители, ваше высочество.

- Это ничего не объясняет, - запротестовал Роджер, дергая себя за прядь волос. - Ты верховная жрица, верно? Это было бы равносильно... епископскому званию, я полагаю.

- О, только не епископ! - снова рассмеялся Косутич. - Не одно из этих злобных созданий! Ангелы небесные, они такие! - Роджер почувствовал, что его глаза пытаются скреститься, и она улыбнулась выражению его лица и сжалилась над ним.

- Хорошо, если вы настаиваете, ваше высочество, дело вот в чем.

- Арма была колонизована тихоходными космическими кораблями, как вы знаете. Первоначальные колонисты были в основном из Ирландии, на Старой Земле, с небольшим количеством выходцев с Балкан. Так вот, у Ирландии была кровавая история задолго до христианства, но вся эта история с протестантами и католиками в конце концов вышла из-под контроля.

- Мы в Академии изучали ядерный взрыв в Белфасте как пример внутреннего терроризма, доведенного до определенного предела, - согласился Роджер.

- Да, и что было самым ужасным в этих констеблях, так это то, что они убили столько же - или больше - своих собственных сторонников, сколько и католиков. - Она пожала плечами. - Религиозные войны - это... плохо. Но Арма, возможно, была еще хуже, даже по сравнению с бомбой в Белфасте.

- Первоначальными колонистами были Эйре, которые хотели избежать религиозных распрей, все еще продолжавшихся в Ирландии, но при этом сохранить свою религию. Они не хотели свободы от религии, только свободы от споров по этому поводу. Поэтому они брали только католиков.

- Однако вскоре после приземления произошла попытка религиозного раскола. В то время это все еще была чисто католическая колония, и раскольническое движение больше походило на фундаментализм, чем на какую-либо откровенную ересь. Раскольники хотели, чтобы месса была на латыни, что-то в этом роде. Но это, конечно, грозило начать споры заново. Итак, в результате, чтобы предотвратить повторение религиозной войны, они учредили местную версию папской коллегии с явной целью определения того, что является религиозно приемлемым.

- О, черт, - тихо сказал Роджер. - Это... плохая идея. Разве никто из них не изучал историю?

- Да, - печально сказала она, - так и было. Но они также думали, что на этот раз смогут все сделать "правильно". Инквизиция, Великий джихад начала двадцать первого века, исчезновение Братства и все остальные джихады, крестовые походы и ликуды не имели отношения к делу. Хуже всего было то, что те, кто основал Разговаривающих, были хорошими людьми. Ошибающимися, но хорошими. В конце концов, дорога в ад вымощена благими намерениями. Как и большинство ярых верующих, они думали, что Бог позаботится о том, чтобы они все сделали правильно. Что их дело было справедливым, и что другие люди, которые до них испортили точно такую же идею, страдали - в отличие от них - от какого-то фундаментального недостатка в своем видении или подходе.

- Скорее, от того, что ты просто человек. - Роджер покачал головой. - Это похоже на сторонников перераспределения, которые не рассматривают деконструкцию Ардана как "то, что произойдет".

- Единственная вещь, которую вы извлекаете из истории, ваше высочество, это то, что мы обречены повторять это. В любом случае, на чем я остановилась?

- Они организовали инквизицию.

- Ну, это было не то, что они намеревались устроить, но, да. Это было то, что они получили. - Косутич мрачно пожала плечами. - Это было плохо. Такого рода вещи притягивают... плохие сорта. Не столько социопатов - хотя это и привлекает их, - но и людей, которые настолько уверены в собственной правоте, что не могут видеть, что зло есть зло.

- Но ты сатанистка. Ты продолжаешь ссылаться на "Его порочность", так почему же концепция зла беспокоит тебя? - спросил Роджер, его тон был искренне озадаченным, и Косутич снова пожала плечами.

- Сначала организованная оппозиция коллегии была чисто светской. В манифесте сопротивления действительно был пункт, призывающий навсегда покончить со всякой религией. Но планета была слишком пропитана религиозной мыслью, чтобы это сработало, и Разговаривающие, Определители Истины, настаивали на том, чтобы называть всех в сопротивлении "приспешниками сатаны".

- Итак, вместо того, чтобы пытаться бороться с лейблом, вы приняли его для себя.

- И изменили его, - согласилась Косутич. - В конце концов мы победили, и частью мирного урегулирования был пункт о свободе вероисповедания в Конституции. Но к тому времени сатанисты были религией большинства, а христианство - или, по крайней мере, его версия Армы - полностью дискредитировало себя. Есть действительно древняя поговорка, в которой говорится, что если сатана когда-нибудь заменил бы Бога, ему пришлось бы действовать так же. И чтобы быть религией на благо всех, что было тем, к чему мы стремились с самого начала, мы должны были быть хорошими. Разница между армаганским сатанизмом и католицизмом заключается в отрицании превосходства папы римского, нескольких прибамбасах, которые мы позаимствовали у Викки, и упоминании сатаны вместо Троицы. Для сатанистов это действительно епископализм, что делает ваше сравнение с епископом еще более юмористичным.

Говоря это, она наблюдала за командой по вступлению в тренировку, и теперь поморщилась, когда Беби вздрогнула. Упражнение было простым, "маленькими шажками", разработанным для того, чтобы вернуть морских пехотинцев в режим мышления ближнего боя. Но, несмотря на это, команда не приняла простых мер предосторожности, не проверив все углы комнаты на наличие угроз, и "враг", прячущийся за колонной, только что уничтожил руководителя группы.

- Это мелочи в жизни, - пробормотала она.

- Да, - согласился Роджер. - Похоже, у них получается не все так хорошо.

Он наблюдал, как Мачек "отреагировал" на угрозу, открыв свою собственную область. В этот момент другой скрытый враг воспользовался ослаблением безопасности, чтобы уничтожить Берента. Ноздри Косутич раздулись, и Роджер мысленно ухмыльнулся, представив яростную критику упражнения, которое она, несомненно, готовила. Но старший сержант была одной из тех людей, для которых многозадачность была естественной, и она продолжила свои объяснения, даже наблюдая, как Берент становится жертвой.

- Одно из больших различий между римской церковью и сатанизмом Армы заключается в нашем акценте на финальном конфликте и подготовке к нему, - продолжила она, выражение ее лица теперь было смертельно серьезным. - Мы верим, что христиане - обманщики, что если бы Бог действительно был главным, все было бы лучше. Мы верим, что Люцифер был изгнан не Богом, а другими ангелами, и что они заставили замолчать единого истинного Бога. Это наша работа, в финальном конфликте, поддержать силы добра и победить на этот раз.

Она повернулась к принцу лицом и улыбнулась, увидев его расширенные глаза. Это было не особенно обаятельное выражение.

- Мы относимся к этому убеждению очень серьезно, ваше высочество. Есть причина, по которой Арма, планета с небольшим населением, поставляет три процента всей имперской морской пехоты и где-то около десяти процентов всех элитных сил. Наставления старейшин призывают всех хороших сатанистов всегда быть готовыми к финальному конфликту. Поддерживать добро во всех их деяниях и быть морально честными, чтобы, когда придет время освободить Бога от цепей ангелов, мы не оказались в нужде.

Она повернулась обратно, чтобы посмотреть тренировку, и покачала головой.

- Я упоминаю об этом только для того, чтобы отметить, что братство Ваала съело бы команду Беби на обед. Братство использовало имперское положение о свободе вероисповедания, чтобы произвести над собой некоторые изменения, от которых у большинства из нас, сатанистов, мурашки бегут по коже. Я сомневаюсь, что какой-либо суд признал бы настоятеля Ваала человеком, если бы у него или у нее не было документов, подтверждающих это. Но вы должны увидеть их, чтобы поверить в это.

Роджер наблюдал, как Беби собрала своих "мертвых" и "раненых" и начала разбор полетов.

- Я полагаю, что христиане... несколько неоднозначно относятся к такому подходу.

- Мы не проповедуем, - сказала Косутич. - Мы не обращаем в свою веру. Мы, конечно, не обсуждаем наши убеждения перед широкой публикой. И, честно говоря, мы считаем, что до тех пор, пока христиане, иудеи и мусульмане ведут себя "хорошо", они нарушают намерения своих контролеров. Так что мы аплодируем им за это. - Она повернулась и одарила его по-настоящему злой улыбкой. - Это действительно сбивает их с толку.

Роджер усмехнулся и покачал головой, когда Депро начала перечислять ошибки команды. План был хорош, но когда они добрались до двери, то забыли о нем и дрались за место для себя. На самом деле они сражались так, как сражались бы с мардуканцами. Но следующий крупный конфликт, вероятно, столкнул бы роту "Браво" - то, что от нее осталось, - с людьми. Правда, эти люди, вероятно, были бы пиратскими отбросами и гарнизонными солдатами, но стандартная защита колоний требовала наличия плазменной пушки, способной перехватывать космические цели, клубков мономолекулярной проволоки и бункеров с взаимосвязанными огневыми полями. А потом им пришлось бы захватить корабль.

Это не должно было быть прогулкой в парке.

- Что ж, - сказал Роджер со вздохом. - Я просто надеюсь, что кем бы ни были "хорошие парни", они на нашей стороне.

* * *

Капитан Панер оглядел тесную каюту. Единственным недостатком конструкции "Аймы Хукер", который никто не учел заранее, было то, что шхуна никогда не задумывалась как командный корабль. Поэртена осознал необходимость проектирования с использованием более высоких палубных перекрытий, чтобы обеспечить больше места для возвышающихся мардуканцев из ее команды. Был предел тому, что он мог делать, но конечным результатом - каким бы клаустрофобическим это ни казалось туземцам - было то, что даже самый высокий из людей мог стоять прямо, не беспокоясь о том, что ударится головой о палубную балку. Но как бы корабль ни был вытянут вертикально, горизонтально в корпусе такой длины и ширины, как у "Аймы Хукер", можно было сделать не так уж много. Несмотря на то, что Панер, или, скорее, принц Роджер, имел минимальный "штат", его члены с трудом разместились в кают-компании командной шхуны. Особенно мардуканцы.

И это еще до добавления питомца Роджера. Или его "телохранителя" аси.

- Хорошо, - сказал Панер с мрачной улыбкой. - Нам нужно сделать эту встречу короткой, хотя бы для того, чтобы Растар мог разогнуть свою шею.

Он посмотрел на Растара Комаса Та'Нортона, который стоял, сгорбившись, и его рога стучали по потолку. Бывший принц Северной лиги был невысок для мардуканца, но все еще возвышался над людьми.

- Как дела у циванов? - продолжил капитан.

- Настолько хорошо, насколько можно было ожидать, - сказал северянин, пожимая плечами. Похожие на страусов, всеядные кавалерийские скакуны на самом деле были родственниками значительно более крупных вьючных зверей, поэтому у них была сухая кожа и им было проще переносить высыхание, чем покрытым слизью мардуканцам, происходящим от амфибий. Но они все еще не были хорошо приспособлены для длительного морского путешествия. - Они вписываются в эти игрушки так же хорошо, как и мы, и им никогда раньше не приходилось сталкиваться с качкой. По крайней мере, на борту "Снарлиоу" у них больше места для голов, чем у нас здесь, и эта крупная рыба-колл здорово увеличила их запас корма, но они недовольны. Мы пока никого не потеряли, но нам нужно поскорее попасть на землю.

- Согласно нашей карте, мы скоро подплывем, - прокомментировал Джулиан. Он постучал по своему блокноту, и в поле зрения появилось изображение большого острова или маленького континента, к которому они приближались. - Это самый подробный масштаб, который я могу получить на карте мира, которая у нас была. Похоже, что есть только одна главная река, и что она протекает своего рода полукругом через значительную часть континента. В ее устье или рядом с ним должен быть город, и это должно быть менее чем в трех днях плавания от того места, где мы сейчас находимся, - при условии, что эта линия островов простирается от восточной цепи.

- Космопорт находится на центральном плато, - добавила О'Кейси, - и континент также... обширно гористый. На самом деле, из-за этого Непал кажется плоской - провинцией или планетой. Путешествие в космопорт может занять некоторое время, и это может быть трудным делом.

- О, нет! - усмехнулся Роджер. - Не такой уж трудный марш!

Панер на мгновение ухмыльнулся, но затем покачал головой.

- Это важный момент, ваше высочество. С рыбьим жиром или нет, но у нас нехватка пищевых добавок, а когда мы отправимся вглубь страны, больше не будет рыбы, из которой можно получать масло. Это означает, что у нас тоже мало времени, так что путешествие по этому региону должно быть быстрым.

- У нас есть дополнительная проблема наблюдения сверху, капитан, - отметила Косутич. - С этого момента нам нужно учитывать наши выбросы. Если мы способны слышать их, а мы были способны, то и они могут слышать нас, если они слушают. И они также могут обнаружить наше тяжелое вооружение. Особенно плазменные пушки.

- Кроме того, сэр, - неуверенно сказал Джулиан, - вполне вероятно, что люди с кораблей посещают не только космопорт. Туристы есть всегда, даже на планетах, где местным тварям не терпится их съесть. Мы должны иметь это в виду.

- Принял к сведению и согласен, - кивнул Панер. - Что-нибудь еще?

- Диаспранцы, - прокомментировала Депро. - Они... не счастливы.

Панер повернулся к Фейну. Пехотный капитан все еще осваивался, чтобы командовать прежней ротой Яира (и переведенными выжившими из его собственной, первоначальной роты), но он продолжал демонстрировать впечатляющую способность брать на себя дополнительные обязанности. Он также хорошо зарекомендовал себя в качестве адъютанта Роджера, и в конечном итоге стал постоянным связующим звеном на конференциях командования людей, несмотря на то, что был младше двух других командиров Диаспры.

- Комментарии, капитан? - пригласил Панер, и Фейн осторожно потер рог.

- Это из-за воды. И... пространства, я полагаю.

- Это из-за отсутствия капеллана, - фыркнула Косутич.

- Возможно. - Фейн пожал плечами. - Наверное, нам следовало взять с собой священника. Но им не нравился Бог в таком изобилии. Это беспокоило их. И теперь это начинает беспокоить и мужчин тоже.

- Диаспранцы переживают духовный кризис, капитан, - объяснила Косутич.

- Не так уж удивительно, - фыркнула О'Кейси. Начальница штаба принца была историком по образованию, специализируясь в антропологии (человеческой и нечеловеческой) и политической истории и их теории. Эти сферы интересов сделали ее идеальным выбором в качестве наставницы для члена императорской семьи, с должности, с которой она перешла на незавидное на тот момент назначение в качестве начальницы штаба принца Роджера, щеголя. Они также сделали ее абсолютно бесценной в походе через Мардук.

Однако, несмотря на все это, она не раз испытывала разочарование из-за тиранического дефицита времени, который не позволял ей провести достаточно времени с какой-либо из культур, с которыми они сталкивались, чтобы почувствовать, что у нее действительно было время изучить ее на ее собственных условиях. Слишком большая часть экспертных знаний и анализов, которые ей пришлось провести, были основаны не более чем на поспешных, неуместных аналогиях. По крайней мере, так она это видела, хотя каждый бронзовый варвар - и Роджер - признавали тот факт, что ее "нестандартные аналогии" сделали по крайней мере столько же, сколько плазменные пушки, чтобы до сих пор оставить их в живых.

Однако это путешествие, наконец, предоставило ей возможность сесть и заняться детальным изучением, которое она так любила, и Роджер знал, что одним из первоисточников, с которыми она провела часы, была Книга Воды, старейший и наиболее священный из религиозных текстов Диаспры.

- Совсем не удивительно, что религия Диаспры сложилась именно так, - сказала она сейчас. Роджеру было очевидно, что она тщательно подбирала слова и тон, без сомнения, из уважения к убеждениям Кринди Фейна. - В конце концов, у них есть историческое - и точное - доказательство того, что Бог Воды - единственная причина существования Диаспры.

- Это так? - спросила Депро.

- Да, - подтвердила О'Кейси и кивнула Добреску. - Несмотря на недостатки нашей базы данных о Мардуке, мистеру Добреску и мне удалось подтвердить первоначальное наблюдение Роджера в день нашей первой встречи с Кордом. Это может показаться смешным, учитывая климат, с которым мы здесь столкнулись, но на самом деле эта планета пережила довольно недавний период оледенения. Это породило скальные образования, которые Роджер наблюдал тогда... и, должно быть, также уничтожило значительную часть всего населения планеты.

- Черт возьми, да! - Роджер фыркнул, вспомнив, насколько ужасно уязвимыми были Корд и его племянники в горном климате, с которым они столкнулись при переходе из Маршада в долину Ран Тай. То, что люди считали не более чем приятным прохладным утром, оказалось почти фатальным для нетеплокровных мардуканцев.

- Как вы знаете, - продолжил О'Кейси, - эта планета имеет лишь очень небольшой осевой наклон, что дает ей относительно узкий экваториальный пояс. Насколько нам с шефом Добреску удалось выяснить, почти все, кто находился за пределами этой узкой зоны, должно быть, погибли в результате климатических изменений, связанных с началом оледенения. С геологической точки зрения, это тоже произошло совсем недавно, что, вероятно, объясняет, почему население планеты так невелико, несмотря на нынешний климат, который позволяет собирать несколько урожаев в год.

- Однако существовало несколько изолированных анклавов мардуканцев, которые выжили за пределами экваториальной зоны. Единственной из тех, по которой у нас пока есть какая-либо конкретная документация, была Диаспра.

- Озеро! - сказал Роджер, внезапно щелкнув пальцами, и О'Кейси кивнула.

- Вот именно. Помните, какими невероятно древними выглядели здания вокруг тех вулканических источников? - Она пожала плечами. - Это потому, что жречество Диаспры совершенно верно говорит о том, сколько лет их городу на самом деле. На этом месте был город еще до ледников; именно тепловыделение вулканических источников позволило выжить населению этого города. Неудивительно, что они смотрят на воду как на чудо сохранения всей жизни!

- Это многое объясняет, - сказала Косутич, задумчиво откидываясь на спинку стула. - Ты загрузила "Книгу воды" в свой имплант, Элеонора? - Начальница штаба кивнула. - Тогда могу я попросить тебя загрузить ее перевод в мой после ужина?

- Конечно, - согласилась О'Кейси.

- Хорошо! Буду с нетерпением ждать ее прочтения, потому что я почти уверена, что она конкретизирует то, что я уже почерпнула здесь из разговоров с такими людьми, как Кринди. - Она указала подбородком на Фейна. - Тем временем, однако, я думаю, что я уже достаточно разбираюсь в их теологии, чтобы понять, в чем заключается наша текущая проблема.

Она снова обратила свое внимание на Роджера и Панера.

- По сути, их космология требует, чтобы участок суши плавал в вечном, бесконечном водоеме, - сказала она. - Это также требует, чтобы вся вода, которая не была специально загрязнена, была "хорошей", что означает пригодной для питья. Итак, мы здесь, далеко за пределами видимости суши, плывем над, по-видимому, вечным водоемом с... плохой водой.

- Вода, везде вода, и ни капли для питья, - сказал Панер с легкой усмешкой, затем снова стал серьезным. - Я могу видеть, где это было бы проблемой, капитан Фейн. У вас есть предложения по ее решению?

- Как только что сказала старший сержант Косутич, я обсуждал с ней проблему, сэр, - неуверенно сказал мардуканец. - Полагаю, что для нее было бы полезно иметь дело непосредственно с войсками в качестве замены нашим обычным священникам. И, если возможно, когда корабли вернутся в Бухту К'Вэрна, было бы также полезно, если бы по возвращении они взяли с собой священника.

Панер секунду пристально смотрел на него, затем покорно покачал головой.

- Надеюсь, к тому времени, когда они смогут вернуться сюда из Бухты К'Вэрна, мы будем уже на пути в порт. Если это не так, то с таким же успехом мы могли бы и не отправляться в это путешествие. - Морской пехотинец в раздумье постучал пальцами друг о друга, затем одарил Косутич еще одной легкой усмешкой. - Ладно, верховная жрица, ты в деле. Просто никакого обращения в сатанизм.

- Не парьтесь, - сказала старший сержант. - Я просто укажу им, что в рамках их космологии нет проблем с существованием более чем одного "мира". Мы путешествуем по тому, что технически является бесконечной водой - сфера бесконечна, если смотреть на нее определенным образом. Если уж на то пошло, их определение практически взывает к множественности миров или, по сути, континентов. И из того, что я почерпнула, ничто не говорит о том, что вся вода пригодна для питья. На самом деле, они постоянно имеют дело с определенными типами воды, непригодной для питья. Например, воды, загрязненные отходами. И Бог Вод любит их так же сильно, как он любит питьевую воду, и радуется всякий раз, когда она становится пригодной для питья. Вводит нас в концепцию греха и искупления.

- Пророк Косутич, - сказал Роджер со смешком, и старший сержант улыбнулась ему.

- Я бы пригласила вас на службу, но думаю, что империя пока не готова к этому.

- Теперь, когда мы, надеюсь, разобрались с этим кризисом, - сказал Панер, - следует рассмотреть еще один. Взятие порта не будет похоже на пикник, и я наблюдал за тренировкой отряда по тактике ближнего боя. Все идет не очень хорошо. Комментарии?

- Тренируйся, тренируйся, тренируйся, - сказал Джулиан. - Мы пока едва касаемся поверхности, сэр. Команды совершенствуются. Просто не очень быстро.

- Старший сержант?

- Ну... - нахмурилась Косутич. - Должна сказать, я не чувствую, что они там, Джулиан. Они не концентрируются. Они просто совершают необходимые действия. Нам нужно всадить немного стали в их задницы.

- При всем моем уважении, старший сержант, - вмешалась Депро, - не думаю, что вы можете сказать, что кому-то из нас не хватает "стали". Думаю, что наши полномочия в этом отношении достаточно ясны.

- Может быть, - ответила Косутич. - А может быть, и нет. Одна вещь в том, чтобы быть в бою так долго и так часто, как это делаем мы, заключается в том, что почти у всех через некоторое время острота пропадает. Вы не можете вечно находиться в боевой готовности, и мы поддерживаем ее намного дольше, чем рекомендуется. Так что я думаю, что эта сталь, сержант, начинает плавиться. И это не могло произойти в худшее время. Ты ведь понимаешь, что после того, как мы захватим порт, нам придется сесть на корабль, верно?

- Да. - Депро кивнула, ее глаза потемнели. - Я действительно понимаю это.

- Очевидно, что мы не собираемся заходить в порт, когда знаем, что на орбите есть корабль, который наблюдает за тем, как мы это делаем, - сказал Косутич. - Но это означает, что всякий раз, когда корабль действительно появляется, нам придется захватывать любые шаттлы, которые он отправляет вниз, как только они приземляются. - Она наклонилась вперед и ткнула твердым, как камень, пальцем в деревянный стол. - И предотвращая связь между ними и их кораблем, когда мы это сделаем. Затем нам придется отправить наши захваченные шаттлы вверх, взорвать люки и произвести принудительную высадку. Нам придется пробиться сквозь весь корабль, не разбив ничего, что нельзя было бы починить. И это, вероятно, будет корабль, привыкший к плохим портам - к мысли о пиратах, пытающихся его захватить. Так что его команда не будет сидеть там, ослабив бдительность. Теперь, как ты думаешь, насколько легко это будет?

- Старший сержант, - сказал Роджер с мягким упреком. - Мы все понимаем, что это не будет прогулкой в парке. Но мы это сделаем.

- Будем ли мы? - спросила Косутич. - Это будет не Войтан и не Синди, ваше высочество. Нам не придется стоять на месте, ожидая, когда пенистые бросятся на наши мечи. Это даже не будет просто разгром и захват, как в К'Нкоке и Маршаде. Нам придется действовать молниеносно при посадке и захвате порта. И мы также должны быть точными. И прямо сейчас мы не двигаемся так.

- Вы можете управлять этим кораблем без нашей помощи? - внезапно спросил Растар. - Разве не для этого вы нас привели? Сражаться на вашей стороне, с вашими врагами, как с нашими?

Все человеческие головы в каюте повернулись, как башенки, когда их хозяева посмотрели на него. Рот Роджера на мгновение открылся, прежде чем он смог произнести предложение. Затем...

- Это... не так-то просто.

- Это не та среда, в которой ты хочешь сражаться, Растар, - тихо сказала Элеонора. - Вы, несомненно, будете участвовать во взятии порта. Но корабль будет другой проблемой.

Роджер кивнул, затем наклонился вперед в свете лампы и положил свою руку поверх руки мардуканца.

- Растар, есть очень мало людей, которых я предпочел бы иметь на своей стороне в перестрелке. Но ты же не хочешь сражаться на борту корабля. На борту, если вы нажмете не ту кнопку, вы можете оказаться без воздуха для дыхания, у вас перехватит дыхание и ваша кожа замерзнет, пока вы быстро не умрете.

- Есть... опасности, Растар, - согласился Панер. - Опасности, которым мы предпочли бы не подвергать ваши силы. Вы не подготовлены к такого рода условиям. И, несмотря на трудности, небольшой взвод морских пехотинцев сможет взять большинство грузовых судов. Если уж на то пошло, поскольку в космопорту, вероятно, будет функционирующая броня, мы, вероятно, сможем уничтожить и пирата. Если, как заметила старший сержант, мы натренированы до совершенства.

Он на мгновение задумчиво потер щеку.

- Кто лучший в такого рода вещах? - спросил Роджер. - Я имею в виду, из тех, кто у нас есть.

- Вероятно, я и Депро, ваше высочество, - ответил Джулиан.

- Не сбрасывай меня со счетов, парень, - подмигнув, сказала Косутич. - Я пинала дверь, когда ты был в пеленках.

- Почему бы нам не устроить демонстрацию? - спросил Роджер, игнорируя подыгрывание. - Установите на палубе видимый "домик-цель", сделанный из... я не знаю, парусов и прочего - и пусть команды наблюдают, как Депро и Джулиан делают свое дело. И старший сержант, конечно, если она не слишком старая и дряхлая. Покажет им, как это делается.

- Дряхлая, да? - фыркнула старший сержант. - Я покажу вам дряхлость, сынок!

- Это "ваше высочество, Сынок", - возразил Роджер, задрав нос.

Комментарий вызвал общий смешок. Даже Панер улыбнулся. Затем он кивнул более серьезно.

- Хорошее решение, Роджер. Это также даст нашим союзникам возможность взглянуть на то, что мы делаем. Поскольку мы не собираемся использовать боевые патроны, мы можем дать им детекторы и позволить им быть противником. Пусть они посмотрят, смогут ли остановить команду старшего сержанта.

- Внезапность - это суть нападения, - тихо сказала Депро. - Если они увидят, как мы готовимся, они не будут слишком удивлены.

- Мы будем тренироваться в трюме, - сказала Косутич, дергая за серьгу в виде черепа, свисающую с ее правого уха. - И продублируем условия на палубе.

- Звучит заманчиво, - сказал Джулиан, но в его тоне слышалось некоторое сомнение. Она склонила голову набок, глядя на него, и он пожал плечами. - Вы знаете, насколько все это связано с мышечной памятью, - сказал он. - Даже с виртуальной реальностью в шлеме и нашими имплантами нам все равно понадобится хоть какое-то пространство для перемещения, если мы собираемся все сделать правильно. И, честно говоря, я не думаю, что в трюме "Аймы Хукер" хватит места.

- Он прав, Смэдж, - сказал Роджер. Принц на мгновение нахмурился, затем пожал плечами. - С другой стороны, на "Снарлиоу" гораздо больше места под палубами. Бьюсь об заклад, циваны съели достаточно корма, чтобы дать нам гораздо больше места в носовом трюме "Снарлиоу", чем мы могли бы найти на любом другом корабле.

- Это отличная идея, Роджер, - одобрил Панер. - Ее межпалубные пространства еще глубже, чем у нас, и к тому же у нее гораздо больше бимсов.

- Все еще не так много места, как мне бы хотелось, но намного лучше, - согласилась Косутич.

- И мы будем "оппозицией"? - спросил Растар.

- Да, - сказал Панер, кивнув. - Мы установим оборудование над палубами на одной из других шхун. Трюм все еще может быть немного тесноват для солдат такого размера, как вы, но это должно сработать. Что касается самой демонстрации, вы будете знать, что они придут, но не совсем когда. И вы будете вооружены своим стандартным оружием, но без боеприпасов. Компьютер сможет определить, какие выстрелы попали в цель, а какие промахнулись, и система сообщит вам с помощью звукового сигнала, если вы ранены или убиты.

- Могу ли я тоже принять участие? - спросил Фейн.

- Конечно, - сказал Панер, затем усмехнулся. - Старший сержант и два сержанта преследуют принца и его офицеров. Это должно быть интересно.

- Могу ли я тоже участвовать, вместо того чтобы быть целью? - спросил Роджер. - Я бы хотел посмотреть, как бы я справился с этой тактической командой.

Джулиан начал открывать рот в автоматическом протесте, затем подумал об этом. Каждый раз, когда он сомневался в способностях принца в перестрелке, он ошибался. И поэтому, еще немного подумав, он вместо этого закрыл рот.

Косутич задумчиво нахмурилась. Затем она кивнула.

- Мы... по крайней мере, познакомим вас с этим. Это больше, чем просто умение метко стрелять. Некоторые люди, которые не очень хороши в других боях, очень хороши в ближнем бою, и наоборот. Если вы хорошо справитесь с предварительным обучением, вы примете участие в финальной демонстрации. Если нет, то нет.

- Прекрасно, - сказал Роджер, кивнув. - Сколько времени потребуется, чтобы это установить?

- Начните с утра, - сказал Панер. - Капитан Т'Сул и я свяжемся со шкипером "Снарлиоу" и распорядимся, чтобы на главной палубе "Аймы Хукер" были созданы такие же условия, как в трюме "Снарлиоу". Вы готовитесь там, внизу, а потом начинаете штурм на палубе. Таким образом, мы все сможем наблюдать.

- И, я уверена, отпускать грубые комментарии, - фыркнула Косутич.

- Так мы будем играть в "рубашки и кожу"? - Джулиан мрачно уставился на Депро. - Если так, я предлагаю взять кожу.

Удар ладонью старшего сержанта привел бы к инвалидности или даже к смерти, если бы он пришелся на несколько дюймов дальше вперед, сбоку от его головы, или если бы она использовала основание ладони вместо боковой стороны. Как бы то ни было, это было просто чертовски больно.

- Ты молодец, приятель, - сказала она, посмеиваясь, когда он потер голову сбоку.

- Ну вот, - запротестовал он. - Никто здесь не понимает шуток!

- И не позволяйте этому мешать вашим обсуждениям с мардуканцами, - напомнил Панер старшему сержанту, не соглашаясь подыгрывать. - Я не уверен, что что-то одно имеет приоритет над другим.

Капитан все еще был не уверен и недоволен отношениями между своим старшим сержантом и сержантом разведки. Они были сдержаны, и не было ни намека на фаворитизм, но командование небольшим подразделением сводилось к управлению личностями, а секс был одним из самых больших дестабилизаторов в округе. Существовали строгие правила, запрещающие тип и степень братания, в котором участвовали они вдвоем, и они знали это так же хорошо, как и он. Но, еще раз напомнил он себе, ни одно из правил не предусматривало, что подразделение будет отрезано от всех внешних контактов более чем на шесть месяцев.

- Поняла, - кивнула старший сержант, отметив мрачное выражение его лица.

- Должны ли мы добавить что-нибудь еще в список? - спросил Роджер, намеренно пытаясь вернуть себе менее серьезное настроение. - Я не думаю, что у старшего сержанта Косутич пока достаточно забот.

- Ах, вы просто подождите, ваше высочество, - сказала ему старший сержант со злой улыбкой. - С завтрашнего дня вы просто "новобранец Макклинток". Вы просто продолжайте шутить.

- Что самое худшее, что может случиться? - сказал Роджер с улыбкой. - Возвращение в Войтан?

ГЛАВА ПЯТАЯ

- ТЫ СОБИРАЕШЬСЯ В СЛЕДУЮЩИЙ РАЗ ПРИСМАТРИВАТЬ ЗА СВОИМ СЕКТОРОМ, НОВОБРАНЕЦ?

- Сто двадцать семь. ДА, СТАРШИЙ СЕРЖАНТ!

Существовало несколько аксиом, передаваемых из поколения в поколение унтер-офицерами, которые были истинными хранителями племенной мудрости, в которую твердо верила старший сержант Ева Косутич. "Ни один план не выдерживает соприкосновения с реальностью". "В битве у его Порочности всегда есть открытая карта". "Если враг в пределах досягаемости, то и ты тоже". Все это были правила, которые военные забывали на свой страх и риск, но одно, которое в настоящее время было главным в ее собственном сознании, было "Чем больше ты потеешь, тем меньше ты истекаешь кровью".

И в данный момент некоторым людям, очевидно, нужно было потеть немного больше, чем другим, с горечью подумала она.

У Роджера Макклинтока было несколько преимуществ, когда дело доходило до ближнего боя. Он был одарен реакциями атакующей из ямы гадюки, как от природы, так и в результате давних манипуляций с генотипом Макклинтока. Он был прирожденным стрелком, со зрительно-моторной координацией отличного снайпера, и он провел много часов в одиночестве, настраиваясь на этой платформе, чтобы отточить свою меткость. И у него было хорошее природное боевое чутье; в бою он всегда знал, "где" он находится, и хорошо чувствовал, где находятся враги и товарищи вокруг него. Эту способность часто недооценивали, но она имела решающее значение в условиях высокого уровня насилия и внезапной смерти, для которых они тренировались.

Но хотя он научился быть "командным игроком" в игре в мяч, ему никогда по-настоящему не приходилось совершенствовать это в бою. Хуже того, возможно, он был склонен идти своим путем, что неоднократно доказывалось во время долгого перехода от высохшей стоянки шаттлов на берегу озера до Бухты К'Вэрна. Роджер никогда не был тем, кто интегрирует себя в общий план огня. Что делало предпочтительным его постоянное нахождение впереди, поскольку он также имел тенденцию убивать все, что попадалось ему на пути.

- Твоя работа, когда мы делаем запись, - прикрывать мою спину! Не смотреть, куда я иду! Если я столкнусь с сопротивлением, я разберусь с этим. Но если мне придется одновременно следить за твоим сектором, ты вылетаешь ИЗ ЭТОЙ КОМАНДЫ! Я выражаюсь предельно ясно?

- ЯСНО, СТАРШИЙ СЕРЖАНТ! - Роджер выполнил свое последнее отжимание. - Сто пятьдесят, старший сержант!

- Ты просто оставайся там, в положении для отдыха с наклоном вперед, новобранец Макклинток! Я доберусь до тебя, когда буду готова.

- Да, старший сержант! - выдохнул принц.

В носовом трюме шхуны "Снарлиоу" было жарче, чем в середине ада, и воняло разлагающимися нечистотами. Но это было также самое большое скрытое полое пространство на борту любого из судов флотилии, что, с точки зрения Евы Косутич, делало его наилучшим возможным местом для тренировок. Там все еще было не так много свободного пространства, как ей хотелось бы, - по крайней мере, на большом расстоянии, - но циваны кавалерии уже съели корм, который изначально был сложен здесь. И в отличие от верхней грузовой палубы, в самом трюме не было циванов.

Что было очень хорошо. Циваны, и особенно обученные военному делу циваны, к которым благоволил принц Растар и его люди, были гораздо умнее, чем могло подумать большинство людей при первой встрече с ними. Но чем они определенно не были, так это милыми или приятными на ощупь. На самом деле, любой циван, как правило, обладал характером медведя гризли Старой Земли с больным зубом. Темперамент - и тренировка - тех, кого выбрали в качестве кавалерийских скакунов, только усугубили эту естественную тенденцию. Вот почему циваны, стоявшие вдоль бортов верхней грузовой палубы "Снарлиоу", были "привязаны" (если это подходящий глагол для этого) не упорами или веревками, а пятиточечными цепными креплениями.

Несмотря на это, мардуканцы, ответственные за уход за ними и кормление, были чрезвычайно осторожны в том, как близко они подходили к челюстям зверей, похожим на топоры, и острым, как бритва, боевым когтям с металлическими наконечниками. Что касается самой Косутич, то она была рада иметь тренировочное пространство, пусть даже очень жаркое, промозглое и вонючее, в котором ей не нужно было беспокоиться о потере конечности из-за того, что она слишком близко подошла к цивану в худшем настроении, чем обычно.

Конечно, в данный момент ее настроение было хуже, чем обычно, и она покачала головой, затем жестом пригласила двух других сержантов следовать за ней. Она провела их в самый передний конец трюма, затем повернулась к ним лицом.

- Варианты, - тихо сказала она, и Джулиан вытер каплю пота и покачал головой.

- Он хорош, Смэдж. Очень хорош. Но он не будет сосредотачиваться на обороне.

- Он слишком привык к тому, что мы делаем это за него, - отметила Депро. - Он привык прорываться сквозь сопротивление, в то время как мы прикрываем его спину. Теперь ты несешься по полю, а он должен прикрывать твою спину. - Она едва заметно пожала плечами. - Он не может к этому привыкнуть.

- Да, но большая часть этого в том, что он агрессивный сукин сын, - сказал Джулиан с тихим смешком. - Я не хотел этим оскорбить ее величество.

- Вот это верно, - согласилась Косутич, теребя мочку уха. - Я тоже на самом деле не хочу менять его на кого-то другого. У него есть движения, которые будут лучше, чем у кого-либо другого в роте, если мы когда-нибудь сможем их использовать и скоординировать, и только Мачек, возможно, сможет сравняться с ним в этом. Но я не собираюсь терпеть поражение из-за того, что он не прикрывает свой сектор.

И это было именно то, что до сих пор произошло трижды.

Когда включились системы шлемов и заработала их связь с командами, трюм превратился в виртуальную перестрелку, и Косутич установила очень высокий уровень сложности. Это означало, что враги были не просто на виду, на маршруте, который выбрала команда. Что, в свою очередь, означало, что глаза должны были быть обращены во все стороны... и Роджер настоял на том, чтобы смотреть вперед, вдоль линии нападения. Это не только позволило "врагам", которых он в противном случае нейтрализовал бы, нанести точный удар по команде, но и в одном случае им удалось "выстрелить" старшему сержанту в спину.

Нужно было что-то делать, и Депро нахмурила лоб, пока все трое обдумывали проблему.

- Мы могли бы... - начала она, затем остановилась.

- Что? - спросила старший сержант.

- Тебе это не понравится, - ответила Депро.

- Я делала много того, что мне не нравится, - вздохнула Косутич. - Что еще, клянусь Его Злобой?

- Хорошо, - сказала Депро, пожимая плечами. - Мы могли бы поставить Роджера впереди.

- Э-э, - сказала Косутич.

- Хммм. - Джулиан потер подбородок. - В ее словах есть смысл. Я думаю, у него могло бы получиться довольно хорошо.

- Но... - сказала старший сержант. - Но...

- Но это мое место! - закончил за нее Джулиан со слабым юмористическим подвыванием.

Косутич мгновение метала в него яростные взгляды, затем резко покачала головой.

- Это нечто большее, Эйдиб. Ты действительно думаешь, что капитан не собирается использовать нас? Он собрал нас вместе не только для того, чтобы показать, как это делается. Я предполагаю, что он думает использовать нас для чего-то, как команду.

- Что? Старший сержант его роты, двое командиров отделений и принц? - рассмеялся Джулиан. - Ты шутишь, верно?

- Нет, не шучу, - серьезно сказала старший сержант. - Просто прими как данность, что это может произойти. Потом подумай о том, чтобы поставить Роджера впереди.

- О, - сказал Джулиан.

- Я понимаю ваше возражение, старший сержант, - осторожно сказала Депро. - Но я не уверена, что это имеет значение. Возможно, нам следует взять Мачека или Стиклза вместо принца. Но если мы собираемся использовать его, я все еще думаю, что он должен быть на высоте. Честно говоря, я думаю, при всем моем уважении, что он мог бы быть... даже немного лучше вас.

Депро спокойно смотрела на старшего сержанта, ожидая взрыва, и Косутич снова открыла рот. Затем она со стуком закрыла его, на мгновение потеребила мочку уха и пожала плечами.

- Возможно, ты права.

- Я думаю, что это так, Смэдж, - сказал Джулиан с такой же осторожностью. - Чпокарь быстр.

- Разве так можно говорить о третьем наследнике трона Человека? - с усмешкой потребовала Косутич. - Но ты прав. Чпокарь быстр. И он тоже умеет стрелять. Но я ненавижу оказываться такой... награждать его за то, что он облажался.

- Ты думаешь, идти впереди - это награда? - покачал головой Джулиан.

* * *

Роджер стоял, чуть касаясь правым локтем деревянной переборки, его голова и тело были сгорблены и повернуты влево. Дерево было настоящим, но прямо справа от него был большой дверной проем, который был прорублен в нем совсем недавно. В системах его шлема дверной проем был виден только как контур, набросанный на стене взрывчаткой. И стена была не деревянной, а из пласкрита. И буквально через мгновение "взрывчатка" должна была сработать и пробить новую дверь насквозь. И она взорвалась бы менее чем в полуметре от его руки.

Это должен был быть неприятный опыт. Роджер сильно сомневался, что даже старший сержант оценил все возможности его собственного импланта. Все морские пехотинцы привыкли использовать свои имплантированные компьютеры как боевые усилители, так и тренировочные устройства, и возможности их имплантов в этом отношении намного превосходили возможности аппаратного обеспечения, доступного большинству граждан империи. Но имплант Роджера был, по крайней мере, настолько же более способным, чем у них, насколько они были лучше среднестатистической гражданской модели. Это означало, что тренировочная симуляция была для него даже более "реальной", чем для кого-либо еще в команде. Он подумывал о том, чтобы включить фильтры в попытке избавить себя от некоторых симуляций старшего сержанта... энергичных трюков программирования, но решил отказаться от этого. Он пришел к пониманию мудрости другой любимой аксиомы Косутич: "Тренируйся так, как будто собираешься драться".

Он отогнал эту мысль и сосредоточился на текущем моменте. Если не считать первоначального осмотра смоделированных комнат, он был первый раз на этом месте и подозревал, что старший сержант собирается сделать заявление. На самом деле, это было бы просто в ее стиле - сделать трассу непроходимой. Это соответствовало бы ее страсти делать тренировки сложнее, чем это возможно в реальной жизни, и он уже обнаружил на горьком личном опыте, что у нее неоспоримый талант отдавать должное своей страсти. С другой стороны, это должно было стать тренировкой и для нее тоже, так что, что бы ни ждало его, ждало и ее тоже. Конечно, чтобы добраться до нее, это, вероятно, должно было сначала пройти него, и он не мог не задаться вопросом, что собирался бросить в них искусственный интеллект симулятора. Он не потрудился даже попытаться вытянуть из старшего сержанта еще какую-нибудь информацию. Конечно, она бы ему не сказала. Но даже если бы она могла это сделать, то, вероятно, не смогла бы. Судя по тому, как она все устроила, когда вводила основные параметры сценария в свой компьютер для создания симуляции, даже она не должна была точно знать, что находится по ту сторону стены.

Но это должно было быть плохо.

Депро спокойно заложила последнюю часть имитируемого пробивающего заряда и отступила назад. Взрыв должен наполнить комнату за ее пределами разлетающимися осколками, а также невероятным для обычного мира избыточным давлением, дымом и шумом. Шлемы морских пехотинцев и костюмы-хамелеоны уменьшат то же самое сотрясение мозга, так что это должно дать им момент неожиданности и шока, в течение которого они смогут одолеть того, кто мог бы защищать помещение. Предполагая, что защитники не были оснащены снаряжением, подобным снаряжению морских пехотинцев.

Депро подняла большой палец, показывая, что она готова идти, и посмотрела на остальную команду. Джулиан тоже поднял большой палец и, сгорбившись, отошел от зоны взрыва, за ним последовала Косутич.

Роджер поднял свой большой палец и крепко сжал свою винтовку. Это оружие было стандартной полевой винтовкой для морской пехоты, но его конструкция "буллпап" делала его одинаково удобным на близком расстоянии. Он познакомился с этим оружием в ходе сражений на другом конце континента, и теперь оно было таким же продолжением его тела, как пистолет или личная винтовка. Кроме того, в боевом разделе его импланта был слот для шариковой винтовки, и он усердно использовал систему тренировок, день за днем наращивая свои способности и уверенность в себе. Раньше у него никогда не было особой потребности в обучении стрельбе из автоматического оружия, но он инстинктивно стремился легко нажимать на спусковой крючок, поэтому его очереди всегда были короткими и чистыми. На большинстве мишеней он, как правило, всаживал две или три пули в верхнюю часть груди, шею или голову. Но, за исключением нескольких мишеней, которые представились "заднице Чарли" во время пробежек, это были стационарные мишени. Теперь пришло время посмотреть, действительно ли у него было то, что для этого требовалось.

Депро еще раз взглянула на команду, отодвинулась сама и запустила пробивающий заряд.

Системы скафандра - и импланты - сделали все, что могли, чтобы имитировать условия, и это "лучшее" было действительно очень хорошим. Шлемы имитировали огромное избыточное давление на уши, когда они надевались на головы команды, их импланты сильно встряхивали их, вплоть до потери равновесия, а их костюмы-хамелеоны на мгновение становились жесткими и сильно сжимались в кинетической реакции на "волну давления". Но еще до того, как ткань снова начала смягчаться, Роджер вошел в дверь.

Комнатка за ней была довольно маленькой, не более четырех-пяти квадратных метров. Стол в центре занимал большую часть ее объема, а в дальней стене была еще одна дверь. Сценарий не предусматривал проведения разведки помещения, поэтому количество или местонахождение противников были неизвестны. Но, как оказалось, молодому принцу было над чем поработать.

Пробираясь сквозь дым, он заметил врага в дальнем конце комнаты. Но этот враг только вынимал шариковый пистолет, и что-то заставило Роджера посмотреть направо.

В углу был человек с винтовкой, нацеленной прямо на него. На плече у этого человека была нашивка солдата колониального гарнизона, но в остальном его снаряжение и форма были идентичны форме морских пехотинцев. И было ясно, что он немедленно отреагировал на взрыв и проникновение. Но как бы быстро ни реагировал сим, "он" никогда не имел дела с принцем Роджером Макклинтоком.

Роджер отвернул винтовку в сторону и навскидку дважды "пробил" защитника в углу, затем отклонился влево, чтобы расправиться с вторым защитником в другом углу. Только тогда он переключил внимание и нейтрализовал первую угрозу... которая только начинала наводить свой шариковый пистолет. Шарики посыпались на пол мимо его ног, когда эта угроза отлетела к дальней стене, разбрызгивая красное.

Но к тому времени Роджер уже ушел.

* * *

Косутич последовала за принцем сквозь дым и прикрыла левый фланг. В этом случае она действительно знала расположение и позицию защитников, и была потрясена, увидев, что все трое уже мертвы. Двое "подкрадывающихся" в углах были оба обезглавленными трупами, а главной угрозе у дальней стены одна пуля попала в лоб и еще две в грудь. Старший сержант была еще больше потрясена, когда Роджер бросил светошумовую шашку в дальнюю дверь и последовал за ней, прежде чем шашка успела взорваться.

- Поняла! Сатана, черт возьми, ПРИТОРМОЗИ!

* * *

Принц смутно расслышал старшего сержанта, но предупреждающий дисплей на забрале его шлема показал, что пока команда не понесла потерь. Вот как он намеревался это сохранить. Он последовал за невзрывающейся светошумовой шашкой через дверь, и, как он и ожидал, все защитники на дальней стороне съежились в ожидании вспышки, которой так и не последовало. Эта комната была больше, с открытой дверью вдоль правой стены и закрытой дверью в левой стене. Защитников тоже было довольно много - семеро, если быть точным. По какой-то причине на ум пришли слова "среда, богатая целями". А также "Ева Косутич - стерва".

Он застрелил двоих, которые стояли рядом с дверью справа от него, затем укрылся за удобным верстаком. Из-под верстака он начал бить одиночными попаданиями по коленям и голеням, чтобы остальные пятеро защитников упали на пол и, таким образом, оказались в поле зрения.

Граната одного из "раненых" защитников перелетела через верстак, и, похоже, настало самое подходящее время покинуть свою позицию. Однако это было еще не все худшее. Граната была осколочной стандартного образца, и взрыв, хотя и неприятный, смог бы лишь немного быстрее поднять его над верстаком. Костюм-хамелеон был защищен от всего, кроме высокоскоростных шариков, и шрапнель от гранаты не пробила бы его. Он не был уверен, был ли боевой симулятор разработан для имитации шокированного изумления со стороны "врага", но настоящие бойцы остановились бы в изумлении, увидев сальто вперед, которое он совершил над верстаком, оседлав волновой фронт взрыва.

* * *

Косутич краем глаза заметила вспышку, когда входила в дверь, но поняла, что это был принц. Именно в этот момент условная "граната" взорвалась справа от нее и отбросила ее к стене. Это было нормально, но это отбило ее первый удар, и к тому времени, когда она восстановила контроль над двумя оставшимися защитниками, они оба были повержены выстрелами в голову и горло.

- Роджер!

* * *

Очевидно, была какая-то цель во всех тех упражнениях в седле, которым его подвергали в школе-интернате. Либо его маневр временно заблокировал процессор моделирования, либо он был разработан так, чтобы вызвать шок от изумления, потому что обе оставшиеся цели просто сидели там, застыв, зажимая свои раны, пока он их уничтожал. Старшая сержант о чем-то кричала, но не он устраивал этот кошмар и был чертовски уверен, что не остановится и даже не замедлит ход, пока все цели не будут уничтожены. Он достал осколочную гранату, настроил ее на двухсекундный взрыв и швырнул в открытую дверь. Затем он последовал за ней.

* * *

- Роджер! - раздраженно крикнула Косутич. Она видела, как граната вылетела через дверь, и он последовал за ней слишком быстро, в антибаллистическом костюме-хамелеоне или нет. Ставить его вперед, возможно, имело какой-то смысл; она едва могла за ним угнаться, так что только сатана знал, каково это будет для противника! Но было так же ясно, что во главе с ним его Злоба выходила из-под контроля.

* * *

Система, наконец, подкинула Роджеру подлянку и оценила его шариковую винтовку как поврежденную взрывом гранаты. Она также оценила его правую руку как поврежденную, и его имплант оказал услугу ИИ, послав по руке укол слишком неподдельной боли. Это значительно сократило его возможности, поэтому, пока три цели в комнате пытались оправиться от удара осколочной гранаты, он потянулся через стол и вытащил пистолет левой рукой.

Он также сделал мысленную заметку, чтобы придумать лучший способ входить в комнаты. Возможно, в следующий раз было бы лучше не следовать так близко к своему гранатометному "дверному молотку".

* * *

Депро покачала головой, глядя на бойню в комнате. Было совершенно ясно, что старший сержант намеревалась сложить колоду в стопку. Но, очевидно, она сложила ее недостаточно хорошо.

Нимашет нечего было делать в роли "засранца Чарли", поэтому она попятилась, прикрывая теперь Джулиана и держа в поле зрения единственную закрытую дверь. Если бы они были контратакованы, это, вероятно, произошло бы оттуда. Но не стоило концентрироваться только на одной оси угроз. Лучше быть открытой и готовой участвовать в любом из "ее" направлений, напомнила она себе.

От этого напоминания не было никакой чертовой пользы, когда обрушился потолок.

* * *

В следующей комнате Роджера было только три защитника, и все они были сбиты с ног двойными ударами, прежде чем оправились от гранаты. К сожалению, левый конец комнаты представлял собой стальную стену с бронированным орудийным окном. Пушка в нем не могла стрелять, пока на ее пути были живые защитники, но когда пал последний враг, она открыла огонь.

Роджеру удалось нырнуть под поток снарядов шариковой пушки и присесть вдоль стены, укрывшись от ее огня. К сожалению, произошел некоторый рикошет, и Косутич не смогла последовать за ним через дверь. Он слышал, как в соседней комнате идет перестрелка, поэтому знал, что не сможет долго оставаться там, где был. И это выглядело так, как будто там было достаточно места, чтобы просунуть руку в щель амбразуры рядом с шариковой пушкой.

Он достал из подсумка гранату, и в этот момент индикаторы Депро и Джулиана стали желтыми, затем оранжевыми. Оба были ранены и могли умереть без поддержки.

* * *

Ева присела на корточки за верстаком, который оставил Роджер, и выругалась. Депро и Джулиан оба были повержены, а сама она была прижата огнем с потолка и тремя тяжело бронированными коммандос, которые спрыгнули через дыру. Цели продвигались осторожно, но их более тяжелая броня отбивала большинство ее выстрелов, даже после того, как она переключилась на бронебойные. Это была не силовая броня, просто очень тяжелые реактивные пластины, но если что-то не сработает в ближайшее время, они потеряют и ее.

* * *

Роджер установил гранату на одну секунду, бросил ее в бункер с шариковой пушкой и нырнул к двери. Если искусственный интеллект проклятого симулятора не заставил людей в бункере хотя бы попытаться вытащить гранату обратно со своей позиции, то это было написано не очень хорошо.

Его не достало тяжелое оружие, так что, похоже, это сработало. Но ситуация в дальней комнате казалась плохой, и он устал идти вслепую. Он подумал об этом всего мгновение, затем включил системы обзора своего шлема.

Как оказалось, у "мертвого" - или, по крайней мере, "серьезно раненого" - Джулиана голова была повернута в сторону. Роджер посмотрел в том же направлении через камеру на своем шлеме и увидел три тяжелобронированные цели, приближающиеся к верстаку, который он перевернул, когда проходил через него сам. Он вставил в пистолет новый магазин и осмотрел свою правую руку. Она все еще оценивалась как "желтая" (и этот его чертовски эффективный имплант все еще давал ему прямую нервную стимуляцию, которая причиняла адскую боль, чтобы компенсировать "урон"), и он не был уверен, сколько пользы он мог бы извлечь из этого. Но был только один способ выяснить это, поэтому он вытащил метательный нож и, пригнувшись, приблизился к двери.

Для этого требовалось время. Много времени.

* * *

Время - это все, и в данном случае оно было на стороне праведников. Нашлемный дисплей Косутич показал ей иконку принца, приближающегося к двери, и она улыбнулась. Когда в проеме появилась сама фигура принца, она сосредоточилась на стрелке в потолке.

Время вернуть кое-что из своего.

* * *

Роджер шагнул в дверь, когда Косутич начала разрывать потолок длинными концентрированными очередями вслепую. Его собственная огневая мощь была более ограниченной, но, в отличие от нее, он действительно мог видеть стрелка. Он поднял нож и метнул его в дыру в потолке, одновременно стреляя по трем скорчившимся мишеням в комнате.

Он увидел, как у каждого из них покраснели затылки, затем застонал от боли, когда его костюм-хамелеон затвердел, а имплант вызвал у него еще больше нервной стимуляции. Боль эхом отозвалась в его груди, и на дисплее шлема высветилась краткая схема его тела с туловищем, выделенным желтым цветом. Но к тому времени он направил пистолет в потолок, и прежде чем стрелок успел разрядить еще один патрон, ему засчитали убийство. Враг упал через дыру на палубу, и Роджер заметил лезвие ножа, вонзившееся в левую руку плохого парня.

Роджер повернулся вправо вдоль стены, стараясь не обращать внимания на вспышки боли, которые его имплант послушно посылал по нервам при каждом движении. По его оценкам, сломано по крайней мере одно ребро. Было чертовски больно, но его пакет наннитов уже приглушал боль - или, по крайней мере, его имплант неохотно действовал так, как будто нанниты выполняли свою работу, - поэтому он заставил себя не обращать на это внимания, перезаряжая пистолет.

Затем он взял винтовку Джулиана вместо своей собственной, прикрепил ее к фрикционному ремню своей сбруи и также перезарядил ее. Затем он бочком направился к оставшейся закрытой двери, держа винтовку в неповрежденной левой руке.

Он посмотрел на старшего сержанта и жестом указал на дверь и дыру в потолке, затем пожал плечами. Она скорчила ему гримасу в ответ и указала на потолок. Он кивнул, показал большим пальцем на себя, затем ткнул тем же большим пальцем вверх. Она снова поморщилась, но тоже кивнула и присела на корточки, положив винтовку на пол и переплетя пальцы.

Роджер позволил фрикционному ремню поднять винтовку Джулиана, снова вытащил пистолет и шагнул к старшему сержанту. Он поставил один ботинок ей на руки, прыгнул вверх в дыру

- и врезался в неповрежденную палубу над головой.

* * *

Следующее, что он помнил, он был на полу, схватившись за голову и шею от боли (которая вовсе не была наигранной), в то время как Косутич, Джулиан и Депро пытались не рассмеяться.

- Очистить виртуальную реальность, - сказала старший сержант, и искусственный интеллект симулятора подчинился, хотя Роджер был отчасти удивлен, что он смог понять команду сквозь ее смех. Она склонилась над ним и покачала головой со странной смесью веселья и раскаяния.

- Сатана и Люцифер, - вырвалось у нее. - Я сожалею об этом, ваше высочество. Вы в порядке?

Роджер лежал на полу плохо освещенного трюма, схватившись за шею, и смотрел на нее снизу вверх - и на абсолютно прочный палубный настил над ней.

- Боже милостивый, - простонал он. - Что, черт возьми, произошло?

- Я так увлеклась сценарием, что забыла, что это ненастоящее, - призналась Косутич. - "Снарлиоу" достаточно велик, чтобы я могла встроить в трюм две или три комнаты, но ничего не могла поделать с вертикальными ограничениями, и так увлеклась, что забыла, что на самом деле в "потолке" не может быть дыры. Это обшивка верхней грузовой палубы. Там даже люка нет.

- Где мишени? - жалобно застонал Роджер. - Где шариковая пушка? Где дверь? У нас все было так хорошо!

Джулиан перевернулся на бок, все еще смеясь, в то время как Депро поднялась на ноги.

- К счастью, - заметила она, бросив презрительный взгляд на хихикающего оружейника, - я не умерла.

- О, моя голова, - сказал Роджер, игнорируя ее. - Ненавижу виртуальную реальность! Старший сержант, вы что, только что подбросили меня к потолку?

- Это более или менее то, что я только что сказала, ваше высочество, - сказала Косутич, все еще посмеиваясь.

- Оооо, - простонал Роджер. - Могу я просто полежать здесь немного?

ГЛАВА ШЕСТАЯ

- БАМ!

- Чувак, я хочу вернуть свою шариковую винтовку! - пробормотал Джулиан, когда его снаряд шлепнулся в воду, довольно далеко от плавающей мишени.

Они с Роджером стояли бок о бок у поручня "Аймы Хукер", между двумя ее карронадами по правому борту. Они только что наблюдали, как команда Растара проводила собственную тренировку на главной палубе шхуны, и впечатление было довольно... зловещим. На следующее утро у них должен был состояться конкурс "тесный контакт" с мардуканцами, и не похоже было, что это будет прогулка, даже с учетом того, что Роджер был на высоте. Кавалерия васинов и отборная диаспранская пехота, которые собирались действовать в качестве условной "охраны" ключевых оборонительных сооружений космопорта, будут оценены как имеющие легкие бронежилеты. И поскольку все васины носили по крайней мере три вида оружия, это обещало быть интересным.

- Ты просто завидуешь, - парировал Роджер, когда плавающая бочка, по которой промахнулся Джулиан, разлетелась вдребезги от его собственного выстрела. - И это ранит ваше профессиональное самолюбие, когда вы стреляете со "столбом дыма", - добавил он с усмешкой.

Новые винтовки были изготовлены как раз к боям вокруг Синди, и, поскольку они были в наличии, морским пехотинцам пришлось, по всем практическим соображениям, отложить свои винтовки с прицелом, пока они не доберутся до космопорта. Оружие было разработано с использованием в качестве модели одиннадцатимиллиметрового "магнума Паркинса и Спенсера" Роджера, но модифицировано в свете доступных технологий.

Было невозможно скопировать полуавтоматическую систему Паркинса и Спенсера с двойным затвором, но основой для формы затвора была модификация древней конструкции Руджера, и это работало просто отлично. С добавлением использованных аккумуляторных батарей от плазменных винтовок с пониженной мощностью и различных предметов снаряжения, которые больше не требовались мертвым морским пехотинцам, электронная система стрельбы, встроенная в гильзы Паркинса, также работала просто отлично. И поскольку принц упрямо настаивал на том, чтобы по возможности наводить порядок на своих стрелковых стендах и таскать с собой пустые ящики, латуни было достаточно, чтобы обеспечить более двухсот почти бесконечно перезаряжаемых патронов для каждого из выживших морских пехотинцев.

Черный порох, который был самой совершенной формой взрывчатки, доступной на Мардуке, позволил пойти на несколько компромиссов. Одна из них заключалась в том, что пули с меньшей скоростью просто не могли соответствовать прямой траектории скоростной пули, что означало, что на любой дистанции ствол должен был быть поднят намного выше того, что устраивало любого из морских пехотинцев. Что также объясняло, почему так много их выстрелов, как правило, заканчивались неудачей.

- Можно бросить камень быстрее, чем летят эти пули, - прорычала Депро с другой стороны от Роджера. - Я все еще говорю, что нитроцеллюлоза, которую я приготовила бы, сработала бы - и к тому же дала бы нам чертовски большую скорость!

- Избыточное давление, - прокомментировал Роджер, покачав головой. - И это было бы чертовски нестабильно.

- Я работала над этим! - огрызнулась она.

- Конечно, работала... и тебе повезло, что у тебя не отрастает пара пальцев, - сказал ей Джулиан с очередным смешком и выстрелил снова. На этот раз пуля попала ближе к второй бочке, но с левой стороны. - Черт.

- Парусность, - лаконично сказал Роджер, разбивая вдребезги и этот бочонок.

- Зрелище! - огрызнулся Джулиан.

- Хочешь поменяться? - предложил принц с улыбкой.

- Нет, - быстро ответил морской пехотинец и сердито посмотрел на Депро, когда она хихикнула.

В то время как значительная часть этого была зрелищем, большая часть - как Джулиан прекрасно знал - была зрителями.

- Серьезно, - сказал Роджер, указывая на винтовку Джулиана. - Я бы хотел попробовать. Время от времени я выключаю прицел, но это уже не то же самое. И что произойдет, если я его потеряю?

Джулиан покачал головой и поменялся винтовками.

- Обнулить будет немного сложно, - предупредил он.

- Не совсем. - Принц осмотрел винтовку. Он проверил их, когда первая из них сошла с конвейера, даже выпустил несколько пуль из одной такой. Но это было несколько месяцев назад, и он нашел время, чтобы заново освоиться с оружием. Особенно с учетом различий между этим и его собственным Паркинсом.

Делл Мир, к'вэрнийский изобретатель, разработавший подробные модификации, проделал хорошую работу. Оружие было практически идентичным, за исключением удаления дополнительной системы перезарядки с отдачей газа - которую Роджеру все равно пришлось отключить, когда он использовал патроны с черным порохом в "Паркинсе" - и фактических материалов, из которых оно было изготовлено.

К счастью, в то время как материаловедение мардуканцев все еще находилось в темных веках, их способности к механической обработке были довольно развиты благодаря погоде их планеты. В то время как промышленная технология была в значительной степени обусловлена достижениями в области вооружения на Земле - и на Алтаре, если уж на то пошло, - развитие механической обработки на Мардуке было вызвано чем-то совершенно другим: водой. На этой планете дождь шел пять-десять раз в день, и развитие любого вида цивилизации с таким количеством осадков потребовало передовой технологии откачки. Осушать поля с помощью простых водяных насосов было немного сложно, учитывая, что в год выпадает четыре-пять метров осадков.

Производство лучших насосов, самых быстрых и эффективных, а также тех, которые способны поднимать воду "на самый высокий" уровень, требовало точных допусков станка и стойких металлов. Таким образом, мардуканцы на раннем этапе разработали как токарный станок, так и сверлильный станок, хотя и управляемые животными, а также машинную сталь и различные сплавы бронзы и латуни, которые намного превосходили те, что были найдены на аналогичном общем техническом уровне в большинстве обществ.

Но поскольку они никогда не разрабатывали электричество, не было ни нержавеющей стали, ни гальванических покрытий, поэтому винтовка была изготовлена из прочной среднеуглеродистой стали, которая была какой угодно, только не стойкой к ржавчине. И приклад, вместо легкого бор-углеродного полимера, как у Паркинса и Спенсера, был сделан из профилированного дерева.

Боеприпасы к оружию также немного отличались. Гильзы были те же, с которыми начинал Роджер, - длиной с его ладонь и толще большого пальца, сужающиеся примерно на пятнадцать процентов к пуле толщиной всего с его второй палец. Основные изменения коснулись метательного вещества и пули.

Винтовка Роджера использовала электронную систему стрельбы, которая активировала центральный капсюль, и в ходе одной операции, которой почти полностью занимались морские пехотинцы, Джулиан и Поэртена установили системы стрельбы в каждую из винтовок, созданных из запасных частей для их брони, плазменных винтовок с пониженной мощностью и случайных предметов личного снаряжения, которое не было израсходовано в походе. Каждое из видов оружия имело одинаковую базовую конструкцию, хотя у каждого было несколько разных деталей. В основном, однако, в нем использовались детали от плазменных винтовок, включая неисправные конденсаторы, которые сделали внеземное оружие небезопасным в использовании. Не было никаких проблем с их использованием для этого применения, поскольку временно запасаемая энергия была намного ниже той, которая была необходима для того, чтобы вызвать впечатляющие - и смертельные - детонации, вынудившие вывести оружие из эксплуатации.

Джулиан фактически рекомендовал списать все плазменные винтовки и использовать их запасы в качестве основы для как можно большего количества винтовок с черным порохом, но капитан Панер отверг эту идею. Плазменных винтовок было недостаточно, чтобы обеспечить роту всем необходимым оружием с черным порохом, поэтому большинство из них все равно пришлось бы изготавливать из местных материалов. Кроме того, он все еще обсуждал, смогут ли Джулиан и Поэртена придумать "исправление", достаточно хорошее, чтобы использовать энергетическое оружие еще для одной битвы. Учитывая вероятную трудность захвата космопорта, плазменные винтовки могли быть разницей между успехом и неудачей, и он не хотел полностью исключать возможность их использования.

Порохом в оригинальных патронах Роджера был усовершенствованный бездымный порох. С точки зрения морских пехотинцев с их электромагнитными винтовками, гранатометами дальнего действия и плазменными винтовками, это топливо было смехотворным антиквариатом. Что-то, относящееся к тем временам, когда люди все еще использовали пар для производства электричества. Но то же самое топливо было очень, очень недосягаемо для технической базы мардуканцев, поэтому Делл Мир и морские пехотинцы согласились с тем, что черный порох был единственным эффективным выбором в качестве топлива.

Однако у черного пороха были свои особые причуды. Одним из них, который был болезненно очевиден всякий раз, когда кто-то нажимал на спусковой крючок, было плотное облако особенно дурно пахнущего дыма, которое он испускал. Другим была поистине удивительная способность черного пороха загрязнять оружие слежавшимися остатками и устойчивость этого остатка к большинству чистящих растворителей морской пехоты. Старомодное мыло и вода на самом деле работали лучше всего, но чувства бронзовых варваров были оскорблены, когда они оказались по локоть в горячей мыльной воде, оттирая свое оружие щетками и с большим количеством смазки на руках.

Но самое большое функциональное различие между патронами, заряженными черным порохом, и теми, которые Роджер привез с собой со Старой Земли, заключалось в том, что черный порох взрывался. Более современное топливо сгорало - конечно, очень быстро, но, условно говоря, это был гораздо более постепенный процесс, чем детонация с энтузиазмом черного пороха. В то время как нитропороха вполне могли бы создавать более высокое абсолютное давление в казенной части, они делали это в течение более длительного периода времени. При том же давлении в казенной части черный порох "вспыхивал" гораздо резче, что создавало результирующую нагрузку на казенную часть и ствол оружия.

Не говоря уже об особенно неприятной и тяжелой отдаче.

К счастью, старая аксиома о том, что ты получаешь то, за что заплатил, все еще оставалась верной, и "Паркинс энд Спенсер" действительно был очень дорогим оружием. Частью того, что Роджер получил за астрономическую цену покупки, было оружие, которое было практически неразрушимым, что было немаловажным соображением в буше, где он обычно охотился большую часть времени. Другой частью, однако, была сама базовая конструкция боеприпасов. Конструкторы Паркинса предполагали, что могут возникнуть ситуации, в которых владелец одного из их видов оружия окажется отрезанным от своих обычных источников снабжения и будет вынужден применять полевые методы (пусть и не столь примитивные, как те, которые применялись к морским пехотинцам здесь, на Мардуке) для перезарядки боеприпасов. Таким образом, сами гильзы были сконструированы таким образом, чтобы выдерживать давление, которое вышибло бы затвор прямо из большинства огнестрельного оружия людей докосмической эры. И у них была достаточная внутренняя емкость для заряда черным порохом почти пробивной силы.

Фактически, мощность и начальная скорость перезаряжаемых патронов, хотя все еще были далеки от того, что производили бы инопланетные боеприпасы Роджера с их первоначальным порохом, были достаточны для создания еще одной проблемы.

Патроны, с которыми начинал Роджер, имели пули с оболочкой - старомодный свинец, покрытый тонкой металлической "оболочкой", которая намеренно оставляла открытым свинцовый наконечник пули. При ударе мягкая свинцовая сердцевина увеличивалась более чем в два раза по сравнению с первоначальным размером, а оболочка снова превращалась в расширяющуюся пулю с шестью зубцами. Однако основная причина, по которой оболочка была необходима, заключалась в том, что скорость пули "расплавила" бы обычную свинцовую пулю на ее пути вверх по стволу, покрыв ствол и нарезы свинцом. Современные боеприпасы для стрелкового оружия с химическим приводом изготавливались с использованием технологий, которые были прямым продолжением технологии, доступной с незапамятных времен: к внешней стороне свинцовых пуль с помощью гальванического покрытия добавлялась медь или какой-либо другой сплав. Но у мардуканцев не было гальванопокрытия, и на "изобретение" этой технологии не было времени, так что людям пришлось довольствоваться тем, что есть.

Существовало три потенциальных способа решить эту проблему. Первый состоял в том, чтобы уменьшить скорость пуль до такой степени, чтобы они не заполняли ствол, но это привело бы к снижению как дальности, так и точности. Вторым вариантом было попытаться разработать более прочный сплав для замены свинца, но поскольку мардуканцы никогда не экспериментировали с этим, это снова потребовало бы "изобретения" технологии. Наконец, они остановились на третьем варианте: отливать тонкие медные гильзы для патронов, а затем запрессовывать в них свинец. Существовала проблема с усадкой меди, но компрессионный впрыск - еще один метод, заимствованный из насосной технологии, - решил эту проблему.

Итак, патроны были с медной оболочкой - "цельнометаллической оболочкой", как это называлось. Конечно, они были не такими "идеальными", как оригинальные боеприпасы Роджера. Время от времени одна из пуль оказывалась неуравновешенной и, вылетев из дульного среза, уходила по своему собственному курсу. Но какими бы несовершенными они ни были по имперским стандартам, они были на порядки лучше всего, что когда-либо было у мардуканцев.

Теперь Роджер передернул затвор и поднял лестничный прицел. Прицел - простая откидывающаяся рамка, поддерживающая задний прицел с увеличивающейся диафрагмой и градуированная для регулировки дальности "щелчком" с помощью большого пальца - был необходим для любой точной стрельбы на действительно большие расстояния. Поднятие заднего прицела заставляло стрелка также поднимать мушку, чтобы выровнять их, компенсируя таким образом падение пули. Это было еще одно хитроумное устройство, над которым потели люди и мардуканцы, но как только конструкция была доведена до совершенства (и соответствовала реальным баллистическим характеристикам пуль), у мардуканцев не возникло проблем с его производством.

Но прицелы были не совсем универсальными, потому что все стреляли немного по-разному, хотя бы потому, что все были, по крайней мере, немного разного роста и, следовательно, "подгоняли" свое оружие по-разному. В результате прицелы любой данной винтовки были "обнулены" для человека, которому она принадлежала, что означало, что эта винтовка была обнулена для Джулиана, а не для Роджера. Учитывая, что дальность стрельбы составляла около двухсот метров, пуля действительно могла промахнуться на расстояние до метра, даже если бы Роджер прицелился идеально, по мнению Джулиана. Но был только один способ узнать, насколько все плохо на самом деле, поэтому Роджер рассчитал ветер, выдохнул и нажал на спусковой крючок.

Отдачи было достаточно, чтобы заставить хрюкнуть даже его, но он ожидал этого и пристально посмотрел вниз. Хотя пули были сравнительно медленными, они не были настолько медленными, чтобы он действительно мог наблюдать за ними в полете. Но поверхность океанской зыби была достаточно гладкой, чтобы был отчетливо виден короткий всплеск - более чем на полметра левее.

- Я же говорил тебе, что это было зрелище, - сказал Джулиан с легким смешком.

- Держу пари на цивана, что он попадет следующим, - возразила Депро.

- Пока ты имеешь в виду монету, а не животное, ты в деле, - ответил Джулиан. - Боковой ветер, качающийся корабль, качающаяся бочка и необнуленная винтовка. Двести метров. Ни за что, черт возьми.

- У тебя вошло в привычку недооценивать принца, - заметил Корд. Аси Роджера стоял позади Роджера, опираясь на свое огромное смертоносное копье, в то время как он молча наблюдал, как дети играют со своими новомодными игрушками. - Я заметил, что ты не склонен недооценивать врагов дважды, - продолжил шаман, - и это хорошо. Но почему ты упорствуешь в этом, когда речь идет о "товарищеских матчах"?

Джулиан взглянул на высокого туземца - представителя того, что было немногим лучше общества охотников-собирателей, который, несомненно, был самым начитанным и, вероятно, самым образованным мардуканцем во всей экспедиции. Как всегда, выражение его лица почти отсутствовало, но его веселье ясно проявлялось в языке тела, и Джулиан показал ему язык.

- Это был мой нулевой выстрел, - объявил Роджер, игнорируя перепалку между оружейником морской пехоты и своим помощником. Затем он снова приложил винтовку к плечу и выпустил еще один патрон.

На этот раз бочонок был разбит.

Джулиан мгновение смотрел на качающиеся обломки, затем полез в карман и вытащил тонкий кусочек меди, который передал Депро.

- Я проиграл.

Депро улыбнулась и положила в карман медяк, к'вэрнийскую монету, равную недельному жалованью стрелка.

- Это была неудачная ставка, Эйдиб. Ты когда-нибудь выигрывал соревнование по стрельбе с Роджером?

- Нет, - признался Джулиан, когда Роджер снова поднял винтовку. По поверхности океана были разбросаны еще четыре бочки, каждая из которых плавала в облаке белых брызг, когда морские пехотинцы, выстроившиеся вдоль борта шхуны, обстреливали их.

Роджер прицелился в самую дальнюю бочку, затем покачал головой, когда пуля ушла в море далеко позади.

- Признаю, что оптический прицел действительно помогает, - согласился он, досылая в патронник еще один патрон. Он вернул винтовку в боевое положение, но прежде чем он успел нажать на спусковой крючок, с носовой палубы раздался выстрел. Еще три последовали в быстрой последовательности, и каждая пуля по очереди попала в бочку и разнесла ее вдребезги.

Роджер опустил винтовку Джулиана и посмотрел вперед, когда капитан Панер опустил свою собственную винтовку и выпустил дым из казенника.

- Думаю, капитан хотел, чтобы я был уверен, кто был королем, - сказал принц с улыбкой.

- Ну, ваше высочество, - сказал ему Джулиан, пожимая плечами, - когда вы будете заниматься этим еще пятьдесят лет, вы, возможно, достигнете уровня капитана.

- Согласен, Джулиан, - сказал Роджер, опираясь на бронзовую карронаду рядом с ним. -Интересно, дожили бы мы до этого момента, будь рядом какой-нибудь старый командир бронзового батальона. Капитан Грейдз казался... я не знаю, "о'кей". Но не на уровне Панера. Или я ошибаюсь?

- Это не так, - сказала Депро. - Панер был кандидатом в золотой батальон. Зависание на каждом уровне по пути туда было просто формальностью.

- Я думал, он собирался вернуться на флот, - нахмурился Роджер.

- И он тоже, - ответила сержант. - Хотя сомневаюсь, что это произошло бы. Кто-то собирался сказать ему, чтобы он переходил на сталь, а затем на серебро. Вы знаете, большинство офицеров в этих батальонах не "выбирали" быть там.

- Это странно. - Роджер покачал головой. - Я думал, что полк был добровольным.

- О, это так, - сказала ему Депро, подмигнув. - Капитан Панер, вы только что вызвались взять "Альфу Стил". Поздравляю с вашим новым командованием.

- Так Панер знает об этом?

- Вероятно, нет, - сказал Джулиан. - Или, если он это делает, он пытается игнорировать это. Даже с омоложением полевое командование становится ему немного не по зубам. И он не хочет подниматься выше. Поэтому он хочет в последний раз командовать флотом, прежде чем уйдет в отставку. Для него сталь или даже золото были бы утешительным призом.

Роджер кивнул с пониманием, которого он никогда не смог бы достичь, прежде чем пройти половину окружности Ада с Панером рядом с ним. Затем он тихо усмехнулся.

- Знаете, когда мы вернемся, мама будет у меня в огромном долгу. Я думал о том, чтобы попросить планетарное герцогство в качестве альтернативы тусовкам в Империал-Сити, но, возможно, есть что-то еще, что я должен добавить к этому. Мне кажется, что если капитан хочет командовать флотом, то "друг при дворе" не помешает его шансам!

- Я бы предположил, что нет, - согласился Джулиан с усмешкой, затем склонил голову набок, глядя на принца. - Я рад слышать, что вы думаете о конце путешествия, ваше высочество. Но почему герцогство?

- Потому что я хочу быть чем-то большим, чем белой вороной, - сказал Роджер с гораздо более тонкой улыбкой. - Конечно, вы не спросили меня, какую планету я имею в виду.

- О, нет! - Депро покачала головой. - Вы, должно быть, шутите!

- Мардук обладает всеми требованиями для успешной и продуктивной планеты-члена империи, - ответил Роджер. - Тот факт, что она зарегистрирована непосредственно на имя семьи, значительно упростил бы для матери обозначение ее как таковой, а мардуканцы - прекрасные люди. Они заслуживают лучшей жизни, чем у средневековых пеонов. И если некто Роджер Рамиус Сергей Александр Чанг Макклинток поведет их от варварства к цивилизации в течение пяти или десяти десятилетий, то этого принца запомнят не только как неудачного наследника императрицы.

- Но... - Депро остановилась и огляделась на океан. - Ты хочешь растить детей на этой планете? Наших детей?

- Ладно, хорошо, я просто пойду, - сказал Джулиан, отступая назад. - Помни, никаких ударов, Нимашет. И никакого удаления конечностей или жизненно важных органов.

- О, заткнись, Эйдиб, - резко сказала сержант. - И тебе не обязательно уходить. Не похоже, чтобы планы Роджера были каким-то большим секретом.

- Наши планы, - мягко поправил принц. - И, да, я думаю, что из этого получилось бы прекрасное герцогство. Помимо всего прочего, это уберегло бы вас от придирок Империал-Сити - как мужчин, так и женщин. Я не думаю, что они смогут смириться с тем, что я женюсь на одной из своих телохранительниц, в отличие, скажем, от одной из их собственных хорошо обученных, высококвалифицированных и прекрасно воспитанных дочерей. Ни одна из которых не продержалась бы и десяти минут на Мардуке. Принцесса империи или нет, некоторые из этих драконов превратят вашу жизнь в ад, если дать им хотя бы половину шанса, и, если быть предельно честными, ни у вас, ни у меня действительно нет навыков, чтобы ответить соответствующим - и несмертельным - образом. - Он одарил ее озорной улыбкой.

- И если ты думаешь, что я собираюсь открыть магазин в Бухте К'Вэрна или К'Нкоке, ты сумасшедшая, - продолжил он. - Честно говоря, я думал о долине Ран Тай.

- Хммм. - Выражение лица Депро внезапно стало гораздо более задумчивым. Долина находилась на высоте четырех тысяч метров над парными мардукскими низменностями, и по ночам действительно становилось прохладно. Она также не была подвержена непрерывному дождю джунглей. В целом, это было довольно идиллическое место для людей. Что, конечно, означало, что для мардуканцев это был ад.

- Действительно, "хммм", - сказал Джулиан. - Но ты предполагаешь, что у императрицы нет какой-то другой задачи, идеально подходящей для тебя. У нее, вероятно, есть полдюжины вещей, которые она хотела бы бросить в твою сторону, если бы доверяла тебе до того, как мы ушли. Честно говоря, позволить тебе "томиться в захолустье", вероятно, будет в самом низу ее списка.

- Возможно, я не оставлю маме выбора, - мрачно сказал Роджер. - Честно говоря, на данный момент мне наплевать на потребности матери. Мои дни заботы о том, что думает мама, закончились в Маршаде.

- Она твоя императрица, так же как и моя, Роджер, - сказала Депро. - И это твоя империя, так же как и моя. И наших детей.

- В один прекрасный день я перестану это говорить... - Корд начал с жеста, который был мардуканским эквивалентом покорного вздоха.

- Я знаю, знаю, - ответил Роджер. - Я был рожден для исполнения долга. Я понял это с первого раза.

- И это большая жестокая вселенная, ваше высочество, - сказал Джулиан с непривычной серьезностью. - Если вы думаете, что боманы и кранолта были плохими, вам нужно уделить немного больше внимания святошам. Нет ничего хуже, чем "цивилизованное" общество, которое считает людей расходным материалом. "Одна смерть - это трагедия, миллион - это статистика". Они живут по этой философии. Кроме того, "Единственная проблема с биосферами заключается в том, что в них иногда развиваются софонты". Я имею в виду, что эти люди заинтересованы не только в вымирании человечества; они также хотят избавиться от фенуров, мардуканцев и алтари. Все софонты. За исключением, конечно, лучших из "просвещенных" лидеров святош, которые - в отличие от любых других видов, использующих разрушающие окружающую среду инструменты - способны "справляться" с управлением планетами. Удивительно, как они думают, что наш убогий темп прироста населения настолько плох, когда у их архонта шестеро детей и почти пятьдесят внуков.

- Ладно, ладно, - сказал Роджер. - Я понимаю, в чем дело. Если у мамы есть что-то стоящее, что она хочет, чтобы я сделал, я это сделаю. Хорошо?

- Хорошо, - согласилась Депро. - Конечно, это предполагает, что мы доживем до того, чтобы выбраться из этого комка грязи. Но пока ничто не смогло остановить наш прогресс, - добавила она с улыбкой.

- Вижу парус! - внезапно крикнул мардуканец на фок-мачте. - Парус по правому борту, отлично! - Через мгновение он наклонился и снова закричал. - Похоже, за ним стоит еще кое-что!

- А где есть паруса, там есть города и торговля, - заметил Джулиан.

- А там, где есть торговля, есть и пираты, - добавила Депро. - И несколько парусов означают либо конвой, либо...

* * *

- Пираты, - сказал Роджер. Платформа на перекладине фок-мачты была переполнена четырьмя людьми, Д'Налом Кордом и капитаном Т'Соулом. К счастью, мардуканский дозорный остался на своем посту на перекладине фок-мачты, в двенадцати метрах над ними. Его большая высота над уровнем моря давала ему немного лучший обзор, но люди сами могли видеть приближающиеся паруса, и все, кто мог, забрались на ванты, чтобы рассмотреть получше.

- Почему пираты? - спросил Панер.

- На корабле, идущем впереди, слишком много парусины для таких условий, - ответил принц. - Они движутся по ветру, но ветер неуклонно усиливался весь день. Учитывая, что к ним приближается другой корабль - и я предполагаю, что они заметили нас, - и усиливающийся бриз, не говоря уже о том, что небо затянуто тучами, готовящимися к шторму, они уже должны были уменьшить паруса. А они этого не сделали. Так что, от чего бы они ни уплывали, это опаснее, чем риск сломать мачту или даже перевернуться.

Морской пехотинец задумчиво взглянул на принца. Роджер все еще смотрел на приближающиеся корабли, но, казалось, почувствовал тяжесть взгляда Панера и повернулся им навстречу.

- Итак, каково наше решение? - спросил он капитана.

Панер вернул свое внимание к неизвестным кораблям и снова увеличил изображение в системах своего шлема, размышляя об этом. Безопасная ставка заключалась в том, чтобы просто избежать всей этой ситуации. В схватке не было никаких плюсов... за исключением того, что у них почти не было информации о континенте, к которому они направлялись.

Если анализ Роджера был верен, и если бы они смогли установить контакт с преследуемым кораблем, это могло бы пойти им на пользу. Там, по-видимому, было шесть - вероятных - пиратских кораблей. Каждый был похож на древний когг, но с парой мачт, а не только с одной. Однако на каждой мачте был только один квадратный парус, а их глубокие, округлые, корпуса с высокими бортами имели неуклюжие, похожие на замки цитадели на передней палубе, на которых, несомненно, были установлены некоторые из массивных, громоздких бомбард Мардука. Едва ли это были самые изящные корабли, которые он когда-либо видел, и он удивлялся, почему у пиратов, если они были такими, не было кораблей чуть быстрее.

- Какая альтернатива пиратам? - спросил он.

- Это вопрос с подвохом, капитан? - поинтересовалась Косутич.

- Я так не думаю, - сказал Роджер. - Я думаю, его точка зрения заключается в том, что если они пираты, то все хорошо. Если мы выбьем из них все дерьмо, мы установим нашу добросовестность перед местными властями. Но если они не пираты, объявлять о наших намерениях бортовым залпом может быть очень плохой идеей. Мы должны установить мирный и, надеюсь, плавный контакт с местным правительством. Ну и что с того, что это безобидные торговые суда, которые должны плавать в компании, а на головном корабле просто паршивый капитан, который слишком далеко продвинулся вперед остальных? В этом случае уничтожение их без предупреждения было бы не самым хорошим способом установить "плавный" контакт".

- Вот именно, - сказал Панер. - Итак, каковы другие возможности?

- Лодка, идущая впереди, может быть контрабандистской, - предположила Косутич. - Или что-то в этом роде. И те, кто стоит за этим, могут быть контролерами доходов. Ну, доходные лодки. Доходные корыта.

- И это может быть еще сложнее, чем это, - отметил Роджер. - Они могли бы действовать под каперскими удостоверениями или каким-то эквивалентом. Так что те, кто сзади, могут быть как пиратами, так и представителями правительства, с которым нам нужно связаться. И если это так, то запрос на головной корабль нам этого не скажет.

- Хорошо, - сказал Панер, кивнув. - Мы изменим курс, чтобы перехватить группу. Мы не будем стрелять, пока по нам не откроют огонь. Предоставьте систему шлема для мисс О'Кейси, чтобы она могла использовать усилители для связи. Мы двинемся рядом или отправим абордажную группу для установления контакта. Если по нам откроют огонь с любой из групп, мы ответим одним залпом. Это должно прояснить ситуацию. Если они продолжат давить, мы их потопим.

- А если они "официальные" пираты? - спросил Роджер.

- Мы разберемся с этим по мере необходимости, - ответил Панер. - Нам нужна информация об этом континенте... но нам также нужно жить, чтобы использовать ее.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Тоб Керр, капитан торгового судна "Дочь дождя", закрыл подзорную трубу и выругался. Он не был уверен, откуда взялись странные корабли - по этому пеленгу не было ничего, кроме Суромских отмелей, и на самом деле никто не жил в этих водах, кишащих демонами, - но они направлялись прямо к нему. И плыли по крайней мере на сорок градусов ближе к ветру, чем любым другим галсом, который он мог выбрать. Он не только не знал происхождения кораблей, но даже не мог определить их конструкцию или представить, как могут работать подобные паруса.

Однако, как бы они это ни делали, они явно справились с работой лучше, чем мог бы справиться его собственный корабль, и он задался вопросом, откуда они могли взяться.

С другой стороны, плывущие за ним леммарские рейдеры были слишком хорошо известны. Если повезет, они заберут только его груз. Однако более вероятно, что они продали бы его и команду в рабство, а его корабль продали бы как приз. В любом случае, он был разорен. Так что лучше всего было продолжать идти прежним курсом и надеяться на подарок от Сара, потому что это был явно худший случай, когда дьявол, которого вы знали, был хуже, чем дьявол, которого вы не знали.

Он оглянулся на приближающихся незнакомцев. Чем больше он их изучал, тем страннее они выглядели. Они были низкими, изящными и почти невероятно быстрыми, и у них была огромная площадь парусов - намного больше, чем у всего, что Керр когда-либо видел раньше. Было удивительно, что они вообще могли плавать по глубокому океану; с таким низким надводным бортом он должен был удивляться, почему вода не заливала прямо их палубы. Но этого не происходило. На самом деле, они бороздили волны, как эмбера, зеленая пена разбегалась от их носов, а их странные треугольные паруса были твердыми, как доски, когда они невероятно рассекали встречный ветер.

Он ухватился за линь и соскользнул на палубу. Мозоли, полученные за десятилетия, проведенные в море, нисколько не повлияли на трение, и его помощник Пелу Мапп подошел к нему и встряхнул накладными руками с выражением беспокойства на лице.

- Должны ли мы изменить курс? - спросил он.

"Это был чертовски разумный вопрос", - мрачно подумал Керр. Леммарские рейдеры с самого начала находились в довольно невыгодном положении. Ну, что касается "Дочери дождя". Некоторым другим кораблям повезло меньше, но Керр в полной мере воспользовался ничтожной возможностью сбежать, которую ему предоставила озабоченность пиратов другими судами конвоя. К тому времени, когда они освободились, чтобы полностью переключить свое внимание на "Дочь дождя", Керр сумел установить между ними достаточную дистанцию, чтобы дать ему и его команде более чем равный шанс. Жестокая погоня всегда была долгой, и в таких условиях победа могла достаться любой стороне. Пиратские корабли были немного быстрее торгового судна, но у "Дочери дождя" было хорошее преимущество, и любое количество обстоятельств могло привести к побегу кирстианского корабля, особенно если бы Керр смог держаться подальше от рейдеров хотя бы до наступления темноты. Но теперь, когда неизвестные приблизились от почти мертвой точки к подветренной, ловушка, казалось, захлопнулась.

- Нет, - сказал Керр. - Мы будем придерживаться нашего курса. Они могли бы быть дружелюбными. И насколько они могут быть хуже рейдеров?

Если бы команда попала в рабство, они, вероятно, вернулись бы в Кирсти, но в качестве "гостей" жрецов огня. И если это была альтернатива, он предпочел бы броситься за борт прямо сейчас.

- Мы будем придерживаться нашего курса, Мапп. И пусть решает Владычица Вод.

* * *

Роджер потянул себя за прядь волос и вздохнул.

- Капитан, как бы я ни ненавидел делать предложения... - начал он, но остановился как вкопанный, когда Панер разразился нехарактерным для него лающим смехом, который на мгновение заставил его подпрыгнуть. Затем капитан фыркнул.

- Да, ваше высочество?

- Ну, а я не люблю предлагать, - возразил Роджер.

- Я знаю, что вы этого не любите, ваше высочество, - сказал Панер с улыбкой. - Вы склонны делать что-то самому, а потом спрашивать меня, все ли было в порядке. Признаю, что это отличается от внесения предложений. Итак, давайте разберемся - каково ваше предложение?

- Я думал о направлении ветра, - продолжил Роджер, решив, что сейчас неподходящее время для обсуждения того, совершал ли принц Роджер Макклинток слишком много глупых ошибок в последнее время. Большинство наблюдателей вернулись на палубу, как только были установлены общие очертания приближающихся кораблей и их построение. Рядовой морской пехоты сейчас сидел на перекладине фок-мачты рядом со смотровой площадкой мардуканца, используя системы своего шлема для уточнения данных. Но на данный момент пришлось ждать почти два часа, пока корабли медленно сокращали промежуток между ними.

- Они приближаются к нам по правому борту, прямо с ветра, но строй из шести кораблей развернут к западу от нас, и нам требуется несколько минут, чтобы пройти их. Если мы останемся на этом курсе, когда преследователи приблизятся к нам, самый западный корабль окажется в положении, при котором нам будет трудно полностью уклониться от него.

- Я... не совсем понимаю это, - признался Панер.

Роджер на мгновение задумался, затем сделал быстрый набросок на своем импланте, подробно изобразив флотилию людей / к'вэрнийцев, неизвестного ведущего и преследователей.

- Я просматриваю рисунок, - сказал он, перекидывая эскиз со своего импланта морскому пехотинцу. - С точки зрения уклонения от контакта, мы можем легко отделаться от головного корабля. Но если бы мы решили избежать преследователей, у нас было бы три варианта. Один из них состоял бы в том, чтобы повернуть на правый борт, когда мы подойдем к ним. Это дало бы нам возможность в полной мере воспользоваться погодоустойчивостью шхун, чтобы пройти мимо них по ветру и легко избежать контакта. Но на маневрирование уйдет некоторое время, и есть небольшой риск попасть в мертвое положение без движения.

Панер кивнул на это. Пару раз, особенно в начале плавания, когда капитаны-уроженцы Мардука все еще привыкали к новой оснастке, один или несколько кораблей оказывались во время лавирования "закованными в кандалы" лицом прямо к ветру, фактически не имея возможности двигаться или маневрировать, пока не могли отодвинуться достаточно далеко, чтобы собраться с силами. Это была не та ситуация, в которой он хотел бы оказаться, когда вокруг были потенциальные враги.

- Мы не хотим, чтобы это произошло, - заметил он. - Продолжайте.

- Нашим вторым выбором было бы отклониться на запад, - сказал Роджер, - расправив паруса и либо плывя поперек ветра, либо разворачиваясь, чтобы позволить ему наполнить наши паруса сзади, в то время как мы почти убегаем от него. Это "досягаемость" или "широкий охват". Проблема в том, что на любом галсе у самого западного корабля есть хоть какая-то возможность перехватить нас. Вероятно, мы могли бы показать им свои пятки - я бы голосовал за любой из наших кораблей, даже "Снарлиоу", что они обогнали бы все, что у них есть. Но есть риск перехвата.

- В этом случае мы уничтожаем любую несчастную душу, которая попадается нам на пути, - отметил Панер, выводя эскиз на свой имплант и изучая его.

- Да, капитан, мы можем это сделать, - согласился Роджер, слизывая соленую каплю пота с верхней губы. - Но я утверждаю, что было бы лучше находиться в положении, когда мы могли бы вообще избегать контактов, если это то, что мы решим сделать. Или управлять меню маневров, если мы решим вступить в бой.

- Мы можем? - спросил капитан. - И должны ли мы обсуждать это с Поэртеной или шкипером?

- Может быть, - сказал Роджер. - Вероятно. Но я тут подумал. Если мы повернем на правый борт и разместим их по левому борту, у нас будет все пространство для маневра по правому борту. Это лучшая позиция для ветра. Кроме того, если мы решим ввязаться, мы сможем оказаться с наветренной стороны, чтобы лучше маневрировать с этой позиции. Но нужно немного подождать, пока мы не подойдем чуть ближе.

- Я поговорю об этом с Т'Сулом, - согласился Панер. - Но если не сильно ошибаюсь, это очень хорошая идея.

* * *

- Они носятся повсюду, - сказал Пелу.

- Я это вижу, - ответил Керр. Он потер свои рога, обдумывая маневры маленького флота. Его суда меняли курс на восток левым галсом, и этот маневр был зрелищем для любого моряка. Паруса, казалось, встали на место естественным образом, и за удивительно короткий промежуток времени все пять кораблей были развернуты и летели по ветру.

- Они в лучшем положении, чтобы напасть на нас с наветренной стороны, - беспокоился Пелу. - Может быть, это какой-то новый тип корабля из Леммара?

- Если бы Леммар мог строить такие корабли, - фыркнул капитан, - мы бы уже были в цепях в Кирсти! И если они в лучшем положении, чтобы напасть на нас, они также в лучшем положении, чтобы избегать всех нас. Сейчас они могут оставить нас на своем пути в любое время, когда захотят, но раньше они могли быть отрезаны западными опустошителями. На самом деле, я думаю, что их дела сейчас, - это лучший знак.

- Хотел бы я, чтобы мы знали, кто они такие, - заволновался Пелу.

- Интересно, желают ли они того же самого?

* * *

- Готовы к еще какому-нибудь нежелательному вводу? - спросил Роджер с усмешкой.

- Конечно, ваше высочество, - ответил Панер с легкой улыбкой. - Каждая клеточка моего существа живет, чтобы служить империи.

- Почему-то, мне кажется, я уловил в этом ответе нотку сарказма, - сказал Роджер с ответной ухмылкой. - Но я отвлекся. Я собирался сказать, что нам нужно установить контакт с этими людьми.

- Согласен. И у вас есть предложение?

- Ну, для первого контакта нам понадобится кто-то, кто хорошо разбирается в программе-переводчике и чей имплант обладает достаточными возможностями для ее запуска. И это означает либо мисс О'Кейси, либо меня. И поскольку это потенциально опасная ситуация...

- Вы думаете, что имеет больше смысла послать человека, которого я должен охранять, - закончил Панер. Затем он покачал головой. Твердо. - Нет.

- Так ты собираешься послать Элеонору? - ласково спросил Роджер.

- Перестаньте улыбаться мне! - рявкнул Панер. - Черт возьми. Я командир ваших телохранителей, ваше высочество. Я не должен посылать вас в ситуации, потому что они слишком опасны, чтобы посылать кого-то другого!

- Угу, - сказал Роджер. - Итак, ты посылаешь Элеонору?

- Ты ни за что не попадешь на этот корабль, - сказал Панер. - Никаким способом.

- Понимаю. Итак...?

* * *

- Ах, свобода!

Роджер откинулся назад в страховочной упряжи, подвешенный над изумрудным морем на куске очень тонкой веревки длиной менее вытянутой руки, в то время как катамаран рассекал воду со скоростью почти шестнадцать узлов. Д'Нал Корд пошевелился и попытался принять что-то похожее на устойчивое положение - трудное для человека его габаритов на палубе хлипкого судна - и раздраженно потер рог.

- У тебя необычное представление о свободе, Роджер.

Большинство небольших лодок флотилии имели традиционные v-образные корпуса, но и Роджер, и Поэртена настояли на по крайней мере одном маленьком катамаране для быстрого передвижения. Для их строительства потребовалось почти столько же инженерных знаний, предоставленных человеком, сколько и для гораздо более крупных шхун - легкие, быстрые катамараны требуют точного сгибания поперечных креплений, - но в результате получилось небольшое судно, которое в любую хорошую погоду было даже быстрее шхун.

И плыть под парусом было весело.

- Должна признать, что это в некотором роде забавно, - сказала Депро, обмахиваясь своим форменным топом. - И ветерок освежающий.

- Там, на Земле, катание на катамаранах и лыжах было настолько близко к свободе, насколько мне когда-либо удавалось, - отметил Роджер, прыгая вперед в упряжи, чтобы посмотреть, улучшит ли это положение паруса. - Вы, ребята, действительно позволили мне ненадолго уехать.

- Не жалуйтесь, - ответила Косутич. - Ваша леди-мать провела большую часть своей жизни, завернутая в хлопок. Полк вообще ни за что не хотел рисковать ею, как единственным ребенком вашего дедушки. Ей даже редко удавалось покинуть территорию дворца.

- Честно говоря, проблемы матери меня бы волновали меньше, - холодно сказал Роджер, откидываясь назад в своей упряжи, когда Поэртена слегка изменил курс катамарана.

- Может быть, и нет, - ответила старший сержант. - Но за последние шесть месяцев у вас было больше опыта общения с "реальными людьми", чем у нее за всю ее жизнь. Академия была ближе всего к месту, где она когда-либо имела дело с кем-либо, кроме имперских функционеров и политиков. И даже там она провела все это время, все еще завернутая в хлопок. Они даже не подумали бы о том, чтобы заставить ее выполнять упражнения в невесомости в реальной обстановке - по крайней мере, вне атмосферы. Все это должно было происходить на симуляторах, где не было никакой возможности подвергнуть ее смертельной опасности. И если они никогда не позволят ей сделать это, вы можете только представить, насколько менее вероятно, что они позволили бы ей делать такие вещи, как, о - просто в качестве примера, который приходит мне в голову, вы понимаете - возглавить атаку на орду варваров. И никакие шутники вроде Джулиана не допускались к ней ближе чем на километр.

- И к чему ты клонишь? - спросил Роджер. Он еще больше наклонился вперед и опустил руку в воду, когда чуть более сильный порыв ветра ударил в парус. - Говоря о рисках, ты же понимаешь, что если поблизости окажется хоть один из этих гигантских коллов, нам конец?

- В этом-то и суть, - трезво сказала Косутич. - Империал-Сити полон профессиональных политиков и благородных прислужников, большинству из которых никогда не приходилось бороться за деньги, чтобы снабдить подразделение в полевых условиях. Которые никогда не подвергались воздействию условий "низшего класса". Которые никогда не спали на земле, никогда не ложились спать голодными. В некоторых случаях это означает людей, которые не только не понимают большинство населения империи, но и не любят их или не заботятся о них. А в других случаях - которые, как мне кажется, еще хуже - они их не понимают, но идеализируют. Они думают, что в бедности есть особое достоинство. Или особое качество в том, чтобы родиться в нищете и умереть в ней.

- Святой Симпс, - сказала Депро.

- И различные социальные сети, - согласилась Косутич. - Особенно сторонники перераспределения в старом стиле, выступающие за Ардана.

- Там, по крайней мере, есть аргумент, - сказал Роджер. - Я имею в виду, слишком большая концентрация власти, и тебе не намного лучше, чем при повелителях Кинжала. - Он сделал паузу и ухмыльнулся. - С другой стороны, я знаю, что вы все кучка подонков!

- И если вы живете исключительно в соответствии с тем, что, по вашему мнению, является "волей народа", вы получаете солнечный союз, - продолжила Косутич, демонстративно игнорируя последнее замечание принца.

- Трахальщики, - прорычал Поэртена и сплюнул за борт.

- Да, Арма в основном прошла это, - признала старший сержант. - Но у Пинопы все получилось плохо.

- Что действительно потрясло некоторых членов ранней семьи, так это то, что имперский солнечный союз использовал политику Роджера Макклинтока в качестве своей "модели" для этого идиотизма, - сказал Роджер. - Президента Роджера, то есть. Роджера Объединителя. Но без принятия общественных жертв, которые были необходимы. А потом, когда все развалилось, они попытались обвинить нас!

- Я могла бы отчасти понять участие в реконструкции планеты, - прокомментировала Депро. - Некоторые из этих планет находились в еще худшем положении, чем Арма. Но оставлять свою главную базу полностью неприкрытой было просто идиотизмом.

- И почему они это сделали? - спросила Косутич и продолжила отвечать на свой собственный вопрос. - Они должны были. Они уже были настолько поглощены программами социального обеспечения, что не могли создать такой флот и гарнизонные силы, в которых нуждались, и при этом оставаться сторонниками перераспределения. Так что они положились на блеф, послали весь чертов флот попытаться построить какую-нибудь планету, а Кинжалы ворвались и съели Солнечную систему на обед.

- Кинжалы были очень хороши в убийстве золотого гуся, - сказал Роджер. - Но мы - то есть Макклинтоки - довольно хорошо усвоили этот урок.

- Разве мы? - спросила Косутич. - Неужели действительно мы?

- О, нет, - простонал Роджер. - Это ведь не очередная из тех вещей "давай не будем говорить Роджеру", не так ли?

- Нет. - Старший сержант рассмеялась, но ее глаза были прикованы к туземному кораблю, на встречу с которым они пришли, и ее взгляд был настороженным, когда Поэртена огибал его корму, готовясь подойти к борту слева. - Но внимательно посмотрите на карьеру своего дедушки, - продолжила она, - а затем скажите мне, что мы чему-то научились. Еще один человек, который ни дня в своей жизни не работал и думал, что низшие классы были какими-то волшебными. И, следовательно, что с ними следует нянчиться, платить им и чрезмерно опекать... за счет флота и границ святош.

- Что ж, это единственная ошибка, которую я бы никогда не допустил, будучи императором, - пошутил Роджер, когда Поэртена завершил свой маневр. - Я знаю, что вы все кучка лживых, ленивых трахальщиков.

- Самое время окликнуть, - сказал Поэртена. Корабль и катамаран теперь находились примерно в сотне метров друг от друга, на почти параллельных курсах, причем лодка находилась немного позади гораздо более крупного торгового судна. Поскольку из-за этого ветер дул им в корму, Поэртена поднимал парус до тех пор, пока он не начал надуваться и был опасно близок к тому, чтобы закачаться или упасть на другой борт лодки. Это могло бы заставить их немного беспокоиться о столкновениях между такими вещами, как головы и стрелы, но это также замедлило их настолько, что они не смогли бы обогнать более медленный мардуканский корабль.

- Подведи нас немного ближе, - приказал Роджер, отстегивая ремни и закрепляя их на мачте. - Мне нужно иметь возможность услышать их ответ. И я не вижу никакого оружия.

- Странно это, - сказала Косутич. - Я согласна, что нам нужно подобраться ближе, но если их преследуют пираты или даже суда с каперскими грамотами, можно думать, что у них должна быть защита. И я даже не вижу поворотного орудия.

- Хочу спросить еще кое о чем, - сказал Роджер, когда Поэртена завалился на правый борт. Перемена быстро наполнила парус, установленный так, чтобы он был доступен для досягаемости, и катамаран начал скакать по накатывающей зыби.

- Черт! - Депро распласталась и попыталась сообразить, куда двигаться, когда внезапно стало очевидно, что лодка вот-вот перевернется на бок.

- Ууууу! - сказал принц со смехом, снова перенося свой вес за борт, чтобы упереться пятками. - Не замочи нас, ради бога, Поэртена! Мы пытаемся показать себя с хорошей стороны.

- И я не умею плавать, - добавил Корд.

- Спасательные жилеты! - рассмеялся Роджер. - Я так и знал, что мы что-то забыли!

- Это достаточно близко? - спросил Поэртена, возвращая лодку налево с большей осторожностью. Они приблизились на расстояние шестидесяти метров или около того, и команда мардуканского корабля была отчетливо видна, выстроившись вдоль борта, многие из них с оружием в руках.

- Достаточно близко, - согласился Роджер, затем встал на ноги и ухватился за линь, чтобы не упасть. - Постарайся не слишком сильно шлепать нас.

- Что? И ты стал весь мокрый и неряшливый? - сказала Депро.

- Он никогда не запрещал! - рассмеялся Поэртена. - Я пытаюсь. Хотя никогда не знаешь наверняка.

- Пытайся лучше, - прорычала Косутич. - Прямо и ровно.

* * *

- Просто держи нас на этом курсе, - сказал Керр рулевому. - Похоже, они нам не угрожают. И я все равно не понимаю, что они смогли бы сделать с этой маленькой лодкой.

- Кто они такие? - спросил Пелу.

- Откуда, черт возьми, я знаю? - раздраженно огрызнулся в ответ Керр. - Они похожи на гигантских вернов, но это безумие.

- Что нам делать, если они захотят подняться на борт?

- Мы позволим им, - ответил Керр через мгновение. - Их корабли могут кружить вокруг нас, и я думаю, что те порты, которые видны по бокам, предназначены для бомбард. Если это так, то мы мало что можем сделать, кроме как подчиниться и делать все, что они скажут.

- Это не похоже на тебя - просто сдаваться, - запротестовал Пелу.

- Они не из Леммара и не жрецы огня, - отметил Керр. - Учитывая выбор между ними или Леммаром и священниками, я всегда выберу неизвестное.

* * *

- Здесь ничего не происходит, - сказал Роджер.

- Какой язык ты собираешься использовать? - спросила Депро.

- Ядро, поставляемое вместе с программой. Вероятно, оно взято у племен вокруг космопорта, и мы наконец-то приближаемся к этому континенту. Надеюсь, это, по крайней мере, будет знакомо им для разнообразия. - Он прочистил горло.

- Привет кораблю!

* * *

- О, Крэн, - сказал Пелу.

- Высокий крат, - пробормотал Керр. - Почему это должен был быть высокий крат?

- Это жрецы огня? - нервно спросил рулевой. - Это не могут быть жрецы огня, убирающиеся отсюда, не так ли?

- Это могло быть, - тяжело признал Керр. - Это могут быть сторожевые суда.

- Я никогда не слышал, чтобы у стражи были такие корабли, как у Леммара, - сказал Пелу. - В любом случае, они бы использовали крат, а не высокий крат. Большинство офицеров стражи не могут говорить на высоком крате.

- Но они не священники! - зарычал Керр, яростно потирая свои рога. - Так где же они научились высокому крату?

* * *

- Ответа нет, - сказала Депро. Ненужный комментарий сделал очевидным, насколько нервничала ветеран-сержант.

- Тем не менее, они обсуждают это, - сказал Роджер. - Я думаю, что двое у рулевого - лидеры.

- Верно, - согласилась старший сержант. - Но они ведут себя не по-настоящему счастливыми от удовольствия видеть нас.

- Ну что ж, - вздохнул Роджер. - Время поднять ставку. Разрешите подняться на борт?

* * *

- Ну, по крайней мере, они спрашивают, - заметил Пелу. - Это уже кое-что.

- Это странно, вот в чем дело, - ответил Керр. Он подошел к поручням и бросил взгляд на более отдаленные корабли. Они пересекли его курс почти час назад, а затем повернули обратно на запад. В этот момент они все еще находились к востоку от него, и расстояние от них до "Дочери дождя" должно было открыться, когда она пробегала мимо них в своем юго-восточном направлении... за исключением того, насколько близко они были к ветру. Как бы то ни было, их ближайшее сближение было еще впереди. Но, похоже, они не намеревались причинить никакого вреда. Либо это, либо они боролись за хорошую позицию на ветру.

- Что нам делать?

- Позволить им подняться на борт, - сказал Керр. Его любопытство взяло верх над здравым смыслом, и он знал это. Но в любом случае, говоря реалистично, он не предполагал, что у него было очень много вариантов. - Во-первых, я хочу знать, кто они такие. Во-вторых, если у нас на борту есть часть их команды, у них меньше шансов напасть на нас.

Он подошел к перилам и помахал обеими настоящими руками.

- Поднимайтесь на борт!

* * *

Роджер поймал свисающий линь и полез по нему вверх. Технически, он должен был позволить либо Косутич, либо Депро идти первыми, и он мог слышать проклятия старшего сержанта даже сквозь шум снастей и воды. Но из них троих он был лучше всех знаком с маленькими лодками, и он чувствовал, что даже если это была преднамеренная ловушка, он, вероятно, смог бы прорваться мимо встречающей группы из четырех человек.

Пенистые, ожидавшие его, неуловимо отличались от тех, что были на далеком континенте. Они были определенно ниже ростом, чем северяне-васины, составлявшие основную часть кавалерии, и ближе к диаспранцам по росту. Их рога также значительно отличались, с меньшим изгибом и менее заметными возрастными гребнями. Хотя отчасти это могло быть косметическим, потому что по крайней мере у одного из них были рога, которые явно были окрашены. Они также были одеты в одежду, которая, за исключением доспехов, была обычным предметом на дальнем континенте. "Одежда" представляла собой нечто вроде кожаного килта, очевидно, с набедренной повязкой под ним. В противном случае (если только они не были очень непохожи ни на одного из других мардуканцев, которых встречали люди), определенные "части" были бы видны под килтом. Два лидера также носили перевязи, которые поддерживали не только мечи, но и несколько других инструментов, и даже то, что, по-видимому, было письменными принадлежностями.

Лидер четверки, тот, кто махал им рукой, приглашая подняться на борт, выступил вперед. Его рога были неокрашенными и длинными, что указывало на довольно солидный возраст для мардуканца. Однако он был не так стар, как Корд, а если и был, то в лучшем состоянии, потому что его кожа была упругой и хорошо покрытой слизью, без случайных сухих пятен, которые у местных жителей указывали на преклонный возраст.

Роджер поднял обе руки в жесте мира. Это не требовало большого усилий; и он все еще мог выхватить пистолет и выстрелить прежде, чем кто-либо из четверых поднимет оружие.

- Я рад познакомиться с вами, - сказал он, говоря медленно и отчетливо и используя слова, доступные в ядре, которое было единственным мардуканским языком, изначально предлагавшимся программным обеспечением. - Я принц Роджер Макклинток. Я приветствую вас от имени империи Человека.

- Садар Тоб Керр... приветствую, - ответил офицер.

Роджер серьезно кивнул, обдумывая то, что говорил ему имплант. Язык, который использовал местный житель, был похож на ядро, но он содержал слова, которые были дополнительными к словарному запасу ядра из пятисот слов, в сочетании с некоторыми, которые явно были из совершенно другого языка. Оказалось, что лидер пытался использовать язык ядра, но для него это был второй язык, а не основной. Имплант указывал на то, что некоторые слова, вероятно, были полностью неточными. Капитан - этот Тоб Керр - явно не был лингвистом.

- Используй свой собственный язык, а не тот, который использую я, - пригласил Роджер, когда Косутич последовала за ним через борт. Если бы остальные действовали по плану, следующим был бы Корд, затем Депро. Поэртена остался бы в лодке. - Я смогу быстро этому научиться, - продолжил он. - Но я должен задать вопросы, если позволите. Какова природа вашего положения и что это за корабли, которые преследуют вас?

- Мы... из Крата на... базу в Стреме. Наш... был... захвачен леммарскими рейдерами. Корабли охраны были уничтожены, и мы - единственный корабль, который добрался так далеко. Но Леммар - это так... Я не думаю, что мы это сделаем... Стрем, даже если мы сможем...

Отлично, подумал Роджер. Что, черт возьми, такое Крат? Затем он понял, что ответ засел в глубине его мозга.

- Крат - это материк впереди? - спросил он. Имплант автоматически брал слова, которые он уже выучил, из языка, который использовал капитан, там, где они у него были, и заменял слова ядра там, где их не было. Предложение было почти понятным.

- Да, - ответил капитан. - Краты - это... жители Долины. Стрем - это недавнее приобретение. То... пытается подчинить себе леммарских рейдеров, но захват Стрема означает, что они должны снабжать его. Мы везли припасы и ритуал... для гарнизона. Но леммарские рейдеры напали на нас всей силой и забрали наших сопровождающих. С тех пор эти шестеро выслеживают выживших. Я верю, что мы последние.

- О, черт возьми, - пробормотал Роджер. - Остальные находятся между нами и материком?

- Да, - ответил ему местный житель. - Если ты направляешься к Кирсти, то они на твоем пути. Они находятся чуть ниже горизонта, если смотреть с мачты.

- Отлично. Просто... великолепно, - снова пробормотал Роджер, затем встряхнулся. - Тоб Керр, познакомься со старшим сержантом Евой Косутич, моим старшим унтер-офицером. - Корд спрыгнул на палубу, и Роджер легонько положил левую руку на нижнее плечо шамана. - А это Д'Нал Корд, мой аси. - Ему оставалось надеяться, что программное обеспечение для перевода сможет объяснить, что такое аси.

- Я тоже приветствую вас, - сказал Керр, затем вернул свое внимание к Роджеру и серьезно заговорил. - Ваши корабли могут развернуться и отправиться в Стрем. Отсюда меньше дня плавания, и вы наверняка доберетесь туда. Эти ваши прекрасные корабли - самые быстрые из всех, что я когда-либо видел. Но я не могу гарантировать приветствие гарнизона, когда вы прибудете туда - этот конвой был важен для них.

- Вы понимаете это, старший сержант? - спросил Роджер, отключая систему перевода и переходя на имперский.

- Да, ваше высочество, - ответила сержант. Имплант Роджера автоматически обновил ее бортовое программное обеспечение переводами на местный язык. Как только он снова встретится с остальными участниками плавания, обновления будут переданы и им, переходя от системы к системе. Устройства морской пехоты были хорошо защищены от электронных атак, и хотя большая емкость и мощь импланта Роджера делали его логичным кандидатом на первоначальный перевод, его гораздо более параноидальный дизайн требовал ручного перевода, а не автоматической сети морских пехотинцев.

- Я все еще не уверен в том, что такое леммар, - продолжил принц. - Но если этот парень говорит правду, они враги континентальных сил. И, по-видимому, между нами и континентом есть куча призовых кораблей с некоторым экипажем, с которыми нужно сражаться. Опять же, если этот парень говорит правду.

- Простите меня, - прервал Керр, - но я хотел бы задать свой собственный вопрос, если позволите. Кто ты такой и откуда взялся?

- Мы пересекли Восточный океан, - выдал Роджер заданный ответ. - Мы - первая известная нам группа, которая действительно сделала это, хотя другие тоже пытались. Наше намерение состоит в том, чтобы отправиться на более крупный континент на севере - в Крат - и установить торговые пути. Но ты говоришь, что здесь и там есть пираты?

- Да, и шестеро, которых вы видите, и призы, часть которых вооружены, - сказал Керр. - И, насколько я знаю, вы действительно первая группа, совершившая переход. Несколько раз с нашей стороны также предпринимались попытки переправы, включая одну большую группу кораблей. Предполагалось, что по ту сторону океана живут очень враждебные люди. Я так понимаю, это было неправильно?

- О, да, - вмешалась Косутич. - Ваша проблема заключалась в очень враждебной и очень крупной рыбе между берегами океана. Крупной рыбе размером с корабль. Мы потеряли одно из наших судов из-за одной из них.

- Мы должны принимать решения и поддерживать связь с другими кораблями, - указал Корд. Без единого звука шаман не смог понять ничего из того, что сказал Керр, но, как всегда, он сохранял свою прагматичную сосредоточенность на рассматриваемом вопросе.

- Ты прав, - согласился Роджер. Он кивнул своему помощнику, затем снова повернулся к капитану торгового судна. - Тоб Керр, мы должны вернуться на наши собственные корабли и сообщить им о ситуации. Тогда мы решим, поворачивать ли на Стрем или идти дальше.

- Ты не можешь продолжать, - взволнованно вмешался Пелу. - Их шестеро - плюс вооруженные призы!

Роджер фыркнул, и Корд, стоявший у него за спиной, вздохнул при этом звуке. Не так, как старший сержант.

- И к чему ты клонишь? - спросила Ева Косутич, тоже фыркнув.

* * *

- Леммар - островное государство, - сказал Роджер, указывая на карту, которую они получили от Тоба Керра. - Они живут на этом вулканическом архипелаге, который простирается от континента до этого большого острова на юго-востоке. К югу от этого находится открытый океан, который, по-видимому, также кишит убийственными рыбами колл. Во всяком случае, никто никогда не возвращался, чтобы сказать "да" или "нет". Но к юго-западу от него есть еще один архипелаг, который простирается до южного континента, и они контактируют с этим континентом на довольно слабой основе. Этот "остров Стрем", по-видимому, является перекрестком торговли между ними, что делает его довольно богатым призом. Но хотя он может производить достаточное количество продовольствия, ему также требуются дополнительные поставки с материка. И это был конвой снабжения, который был захвачен. Они везли оружие, новых солдат и "храмовых слуг", и они должны были вернуться с товарами - в основном специями, - которые хранились на Стреме в ожидании безопасной транспортировки.

- Но Леммар изменил эти планы, - сказал Панер.

- Да, сэр, - ответила старший сержант. - Леммар - пираты, и в истории человечества было много случаев, когда пираты объединялись в довольно большие группы. Но, по словам Тоба Керра, то, что шесть их "больших" кораблей одновременно атаковали конвой, стало довольно неприятным сюрпризом. И краты, по-видимому, не особенно хорошие моряки - или, по крайней мере, их флот не слишком хорош. Леммар уничтожил три галеры, которые должны были охранять конвой, без каких-либо собственных потерь, а затем набросился на торговые суда, как свирепые волки на стадо овец. Насколько известно Керру, его корабль - единственный незахваченный.

- Здесь у нас есть возможность, - осторожно заметил Роджер.

- Я осведомлен об этом, ваше высочество, - сказал Панер. - Но помнишь тот маленький разговор о том, чтобы рискнуть? Это классический китайский знак, обозначающий хаос: опасность и возможности смешаны. Конечно, такая возможность есть... но моя работа также состоит в том, чтобы обращать внимание на опасность.

- Если мы уничтожим пиратов, - отметил Роджер, - и вернем большинство кораблей, власти на континенте автоматически должны относиться к нам как к хорошим парням.

- Следовало бы, - вмешалась Элеонора О'Кейси. - Но это зависит от общества, а в базе данных вообще нет социальных данных, касающихся этих людей. На самом деле, нет никаких социальных данных ни по одному из местных жителей на этом континенте. Что, даже учитывая общую скудость данных об этой забытой богом планете, является замечательным упущением.

- Не имея вообще никакой информации, невозможно сказать, как они на самом деле могут отреагировать на наше вмешательство. Они могли бы возмутиться тем, что мы демонстрируем нашу военную доблесть. Они могли бы быть обеспокоены этим. У них могла бы даже быть система чести, при которой спасение их людей сделало бы нас их должниками. Есть тысяча возможностей, которые вы не исследовали и которые могут возникнуть в результате повторного захвата этих кораблей. И это предполагает, что в военном отношении мы способны победить.

- О, я думаю, мы можем, - отметил Панер. Он знал, что он сухопутный боец, но нужно быть человеком без глаз, чтобы не заметить явную разницу в возможностях между кораблями. Пиратские суда были несколько изящнее, чем торговые, и, очевидно, имели гораздо более многочисленный экипаж - обычный признак пиратов. Но они установили лишь несколько неуклюжих поворотных орудий в качестве бортового вооружения, чтобы поддержать единственную большую бомбарду, закрепленную и направленную вперед в их тяжелых носовых "надстройках". Потопить их было бы нетрудно, особенно с преимуществом флотилии в артиллерии. При сокращенных экипажах взятие их на абордаж даже не привело бы к слишком большим потерям, учитывая всех скучающих диаспранцев и васинов, которые были у них на борту. Но были бы некоторые жертвы, и лучше бы конечный результат стоил каждой из них.

- В военном отношении мы можем довольно легко справиться с этими шестью, - продолжил капитан. - Но мы понесем потери, особенно если попытаемся взять их нетронутыми.

- Сколько стоят эти корабли? - спросил Фейн, слегка хлопнув в ладоши, что свидетельствовало о мягком юморе. - Извините, что прерываю, но с точки зрения людей, несущих потери, есть только две вещи, о которых они должны беспокоиться. Помешает ли это нам захватить космопорт - что является нашей большой миссией - и сколько денег мы получим за эти корабли?

- Наемник, - сказал Роджер с улыбкой. - В большинстве обществ корабли стоят прилично. Я бы сказал, что если мы сможем доставить их в порт и если власти разрешат нам продать их в соответствии со стандартными призовыми правилами, то денег будет изрядное количество, которое можно будет потратить. Даже если мы возьмем только один. И мы, возможно, сможем претендовать на большинство или все корабли, которые пираты уже захватили в качестве законных военных трофеев, при условии, что нам удастся вернуть и их. Если мы сможем, этого было бы достаточно для офицера, чтобы уйти в отставку.

- Ну, это у меня уже есть, - сказал Фейн. - Но не все воины участвовали в разграблении Синди. Как одна из потенциальных потерь, и если мы сможем решить, что нам удастся продать их в качестве призов, мой выбор - забрать корабли.

- Они замедлят наше плавание с подветренной стороны к Крату, - указал Поэртена. - Возможно, мы сможем поставить несколько кливерных парусов, но они все равно не будут такими быстрыми, как мы. Им не хватает киля, и это не все.

- Это то, о чем стоит немного подумать в будущем, - отметил Панер. - Захват этих шести военных кораблей - важный вопрос. После этого мы снова связываемся с Керром и получаем его реакцию. Если это будет благоприятно, мы определим, где взять достаточное количество призовых экипажей, а затем отправимся в путь. Если мы столкнемся с остальными призами, мы будем действовать так, как кажется наиболее выгодным на данный момент.

- Другими словами, мы собираемся играть на слух, - сказал Роджер с ухмылкой. - Где, черт возьми, я раньше слышал этот оперативный приказ?

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Кред Сайес взялся за свой меч, когда пять из шести кораблей изменили курс на наветренный. Самый большой из чужаков держал свой первоначальный курс, направляясь на перехват - или защиту - толстого торгового судна, которое так долго преследовал "Гнев Леммара".

- Они собираются вступить с нами в бой, - сказал Кра Вунет. Помощник капитана сплюнул за борт. - С шести до пяти. Шансы на нашей стороне.

Сайес посмотрел на небо и нахмурился.

- Да, собираются. Но, без сомнения, они умеют считать так же хорошо, как и мы, и они, очевидно, решили оставить свой самый большой корабль позади. Я не уверен, что мне нравится, как это выглядит. Кроме того, к тому времени, как они доберутся сюда, будет лить как из ведра. При таких обстоятельствах наверняка выстрелит только бомбарда, а у них, похоже, на борту почти столько же людей, сколько у нас. Это будет тяжелый бой.

- А после этого мы поплывем обратно в Ломсвупе с пятью кораблями нового и превосходного дизайна - шестью, после того как мы заберем тот, который отстает! - сказал помощник капитана с искрометным юмором. - Это заплатит за тысячу ночей наслаждения! Лучше, чем одна вонючая ванна материкового жителя.

- С другой стороны, они явно думают, что могут победить нас, - отметил Сайес, все еще оставаясь пессимистом. - И нам придется носиться по кругу, чтобы вступить в бой, в то время как у них будет благосклонность ветра. Если бы я раньше был уверен, что они собираются атаковать, я бы изменил курс, чтобы атаковать их с подветренной стороны и с пеленгом нашей бомбардировки. Но я этого не сделал. Так что, как я уже сказал, бой будет тяжелым. Жестким.

- Мы - Леммар, - сказал Вунет с еще одним проявлением юмора. - Дракой стоит хвастаться только в том случае, если она тяжелая!

- Посмотрим, - ответил Сайес. - Поверните корабль на левый борт; давайте посмотрим, не сможем ли мы все-таки подойти к ним с наветренной стороны, прежде чем вступим в бой.

* * *

- Вот они идут, - сказал Роджер, опираясь на шариковую пушку, установленную на кормовой палубе "Аймы Хукер" против гигантских коллов. - Заходят по левому борту, как я и предсказывал.

- Я этого не понимаю, - признался Панер. - Даже если им удастся подобраться к нам с наветренной стороны, это все равно оставит их в положении, когда мы сможем зайти им за корму.

- Они так не думают, капитан, - сказал Роджер. - Они сражаются с неподвижными лобовыми орудиями, что означает, что у них нет понятия о бортовом залпе. Они ожидают, что мы сделаем то, что сделали бы они: повернем на правый борт как раз перед тем, как мы окажемся напротив них, и попытаемся подойти прямо к их бортам. К тому времени, если они правильно рассчитают соответствующие скорости, они окажутся немного с подветренной стороны и смогут зайти нам с фланга. Худшее, что может случиться, - это то, что в конечном итоге мы оба пойдем друг на друга лицом к лицу и оба развернемся по ветру, что не так уж плохо для плавания с одним из таких корыт.

- Теперь вопрос в том, есть ли какой-нибудь способ, которым мы можем отбивать чечетку вне досягаемости этих бомбард, пока занимаем позицию, позволяющую поражать их залпом с борта на борт.

- Я думал, идея состояла в том, чтобы пересечь вражескую букву "Т", - вставил Джулиан, наблюдая, как носятся "корыта". Было очевидно, что пиратские суда имели чрезвычайно большие экипажи по двум причинам - как в качестве абордажников, так и потому, что кораблям с квадратными парусами просто требовалось больше живых тел на парусах и брасах. - Это то, о чем они всегда говорят в исторических романах.

Роджер повернулся к нему и поднял сначала забрало шлема, а затем бровь.

- Исторические романы? - повторил он, и Джулиан пожал плечами со слегка застенчивым выражением лица.

- Что я могу сказать? Я человек из многих частей.

- Я бы не ожидал, что любовные романы будут одной из них, - прокомментировал Роджер, опуская забрало обратно и возвращая свое внимание к наблюдению за врагом. - Но чтобы ответить на твой вопрос, пересечение "Т" - идеальная тактика против врага, который использует залповые удары. Но, за исключением нескольких поворотных пушек, отпугивающих абордажников, у этих парней вообще нет возможности вести бортовой огонь, о котором можно было бы говорить. Что не совсем так, когда речь идет о тех больших, колющих бомбардах в носовой части. Так что мы будем очень, очень стараться не пересекать их букву "Т".

Панер чувствовал себя неуютно. Впервые с момента столкновения с Мардуком стало ясно, что опыт Роджера, его знания намного превосходили таковые капитана. С одной стороны, Панер был в восторге от того, что кто-то отличал свою задницу от локтя, когда речь шла о теории боя под парусом. Но "полковник Макклинток" все еще был, по всем практическим соображениям, очень младшим офицером. Удивительно компетентным, поскольку он преодолел обычный идиотизм "лейтенанта", но все еще очень младшим. А младшие офицеры, как правило, упускали из виду важные детали в боевых операциях. Часто с катастрофическими последствиями.

- Итак, какой план вы рекомендуете, ваше высочество? - спросил капитан через мгновение.

Роджер повернулся, чтобы посмотреть на него. Пестрый пластик превратил лицо принца в нечитаемый набор теней, но было ясно, что его разум напряженно работает.

- Думаю, ты серьезно, - тихо сказал Роджер. Он снова повернулся, чтобы посмотреть на далекие корабли, и думал об этом, наверное, секунд тридцать. - Ты хочешь сказать, что я должен принять командование? - спросил он наконец, его голос был еще тише, чем раньше.

- Вы уже командуете, - отметил Панер. - Буду откровенен, ваше высочество. Я понятия не имею о том, как вести морское сражение. Поскольку вы, очевидно, это знаете, вам следует запустить его. Если я увижу что-то, что, по моему мнению, вы упустили из виду, то укажу на это. Но думаю, что дальше это... зависит от вас.

- Капитан, - спросила Косутич по выделенной частной командной линии, - вы уверены в этом?

- Подождите минутку, ваше высочество, - сказал Панер, слегка отворачиваясь от принца. - В конце концов, придется выпустить его из гнезда, старший сержант, - ответил он по тому же каналу.

- Хорошо. Если вы уверены, - с сомнением сказала сержант. - Но помните Ран Тай.

- Так и сделаю, - заверил ее Панер. - Я помню.

Он снова повернулся к принцу, который расхаживал взад-вперед, заложив руки за спину и глядя в небо.

- Мне жаль, ваше высочество. Вы что-то сказали?

- На самом деле, я не говорил. - Роджер перестал расхаживать, вытащил прядь волос и поиграл с ней, продолжая смотреть на небо. - Я тут думал. И я почти закончил.

- Вы собираетесь принять командование полностью, полковник? - официально спросил капитан.

- Да, собираюсь, - ответил Роджер с соответствующей официальностью, выражение его лица приобрело черты непривычной серьезности, когда груз ответственности лег на его плечи. - Первое, что мы должны сделать, это поставить рифы на паруса, прежде чем шквал потопит нас вернее, чем рейдеры Леммара.

* * *

- Они уменьшают паруса, - сказал Кра Вунет. Пять других кораблей рейдеров завершили свои собственные развороты до того, как налетел штормовой ветер, и следовали за "Гневом Леммара" в линии впереди.

- Да, - задумчиво произнес Сайес. - Эти ребристые паруса, вероятно, склонны опрокидывать их при сильном ветре. Я полагаю, что мы сможем плавать при нем довольно ловко, по сравнению с ними.

- Скоро мы потеряем их из виду! - крикнул Вунет сквозь внезапный шум , когда передний край шквала пронесся через последние несколько сотен метров моря к "Гневу". - Вот он идет!

Шквал был типичным для любой тропической зоны - короткий, смертоносный "ливень-водосток", который менее чем за час мог вылить несколько сантиметров осадков. Порыв ветра перед дождем - "порывистый фронт" - обычно был самым сильным во всем шквале, и когда он обрушился на них, спокойные волны с наветренной стороны начали сжиматься в сердитую "отбивную", покрытую белыми завитками пены.

Ветер налетел как ураган, и корабли резко накренились, даже несмотря на то, что их квадратные паруса были подняты на второй риф. Но моряки Леммара отнеслись к этому с апломбом; такие штормы случаются по крайней мере раз в день.

- Ну, их не видно! - крикнул в ответ Сайес, когда странные корабли исчезли в стене ветра, дождя и брызг. - Мы останемся на этом курсе. Независимо от того, упадут ли они с наветренной стороны или будут следовать своим курсом, мы сможем атаковать их спереди. По одному выстрелу с каждого корабля, затем мы идем бок о бок.

- Что, если они изменят курс? - крикнул Вунет в ответ.

- Им будет трудно ходить в этом, - ответил Сайес. - И если они попытаются это сделать, они все еще будут придерживаться курса, когда мы налетим на них. И шторм, вероятно, к тому времени пройдет!

* * *

- Ложитесь на курс три-ноль-пять! - крикнул Роджер.

- Мне трудно пробивать лазером морскую пену! - крикнул Джулиан в ответ, перекрывая ревущую ярость моря. - Сигнал становится очень слабым из-за всей этой проклятой воды!

- Ну, убедись, что ты получишь подтверждение! - крикнул Панер почти в ухо сержанту. - И нам нужно подтверждение получения этого!

- Будет сделано!

Роджер оглядел кренящийся корабль и кивнул головой. Мардуканские моряки хорошо управлялись со снастями, и пока ситуация была под контролем. Сконструированные человеком шхуны шли прямо по ветру, держа курс с запада на северо-запад, держась правого галса, изменив курс, что было бы буквально невозможно повторить мардуканским пиратам с их неуклюжей оснасткой. Во многих отношениях нынешние условия не сильно отличались от других штормов, через которые они прошли по пути, но они не пытались маневрировать в них. Они просто придерживались своего курса и надеялись на лучшее. Однако в данном случае весь его план зависел от их способности маневрировать во время шторма.

Не было бы катастрофой, если бы они не смогли осуществить маневр, который он задумал. Это было бы неприятно, но он был совершенно уверен, что шхуны смогут выдержать по крайней мере один или два выстрела из бомбард пиратов, предполагая, что в таких условиях вообще можно стрелять из упрощенного оружия. Но если бы им удалось осуществить то, что он задумал, они практически не понесли бы потерь. Если бы ему пришлось понести потери, он бы это сделал, но по мере продолжения похода он становился все более и более решительным в том, чтобы свести их к абсолютному минимуму.

Дождь, казалось, продолжался вечно, но, наконец, он почувствовал первые признаки ослабления его ярости. Обычно это означало еще один сильный потоп, после чего шквал рассеивался с поразительной скоростью. Что означало, что почти пришло время начинать следующий маневр.

- Джулиан! У вас есть связь?

- Да, сэр! - мгновенно отреагировал сержант. - Я получил подтверждения об изменении курса со всех кораблей.

- Тогда скажите им, чтобы приготовились лечь на курс два-семь-ноль или около того. И предупредите орудийные расчеты, чтобы они приготовились к бою по левому борту, с небольшой вероятностью, что это может быть по правому борту. Скажите капитанам, что я хочу, чтобы они выстроились в линию с разделением в сто метров, как только прекратится дождь. Я хочу, чтобы они следовали за нами, как бусинки на нитке. Ясно?

- Ясно и отправлено, ваше высочество. И подтверждено всеми кораблями.

- Ты действительно имеешь какое-нибудь представление о том, где они находятся? - спросил Панер у Роджера по системам связи шлема.

- Если я не сильно ошибаюсь, они вон там, - сказал Роджер, указывая с левого борта на слепящий поток.

- И что мы будем делать, когда другие корабли последуют за нами "как бусинки на нитке"? - с любопытством спросил капитан.

- А, - сказал Роджер, затем оглянулся на сержанта связи. - Всем кораблям, Джулиан. Как только кончится дождь, отправьте снайперов на верх.

Корабль сильно накренился на левый борт, когда его подхватил свежий порыв северного ветра, и Роджер небрежно ухватился за поручень.

- Проясняется, - заметил он. - Теперь посмотрим, где находятся другие наши корабли.

- "Си фоум" прямо за нами, - сказал Джулиан. - Но они говорят, что некоторые другие рассеяны.

Дождь прекратился так же внезапно, как и начался, даже без малейшего остатка, и внезапно стала видна остальная часть к'вэрнийского "флота". "Си фоум" была примерно в двухстах метрах позади "Аймы Хукер", но остальные были разбросаны к северу и югу - в основном к югу - от основного курса.

Роджер оглядел строй и пожал плечами.

- Неплохо. Не очень хорошо, но и не плохо.

Панеру пришлось отвернуться, чтобы скрыть улыбку. Это простое "неплохо" было чудом. Было ясно, что на то, чтобы собрать флотилию обратно, уйдет немало минут, и в результате любая надежда просто развернуться и вступить в бой с врагом, когда бы он ни появился, была утрачена. Но принц просто пожал плечами и согласился с тем, что план нуждается в пересмотре. Вот чему полгода почти постоянных сражений на Мардуке научили безнадежного молодого щеголя, который впервые прибыл сюда... и это само по себе почти стоило разбросанных тел, оставленных вдоль их пути.

- Капитан Т'Сул, - сказал Роджер, - ложитесь на курс два-семь-ноль и зарифьте грот. Нам нужно снизить скорость, пока остальная часть флота не сможет нас догнать.

- Да, сэр, - подтвердил мардуканец и начал выкрикивать собственные приказы.

- Джулиан, - Роджер повернулся обратно к сержанту, пока Т'Сул выполнял его инструкции. - Всем кораблям: приведите все паруса в соответствие с погодой и зарифите их по порядку. Возвращайтесь в строй; нам нужно убить пиратов.

* * *

- Дерьмо Крала, - сказал Вунет. Затем: - Невероятно!

Дождь наконец прекратился, и вражеский флот снова был виден... значительно с подветренной стороны от их позиции, формируясь в строй. Ни он, ни кто-либо другой на борту кораблей рейдеров никогда не слышали о судах, способных на такое. Должно быть, они лавировали почти прямо по ветру, вместо того чтобы носиться перед ним! Но было ясно, что, как бы хорошо ни плавали отдельные корабли, они не были хорошо обучены как группа, и шторм сильно разбросал их.

Корабли Леммара, напротив, все еще находились в почти идеальной линии, и Кред Сайес не собирался давать врагу целый день, чтобы привести свое построение в порядок.

- Подайте сигнал всем кораблям развернуться к врагу и вступить в бой!

- Мы будем плыть почти навстречу ветру, - отметил Вунет.

- Я понимаю это, Кра, - сказал Сайес с гораздо большим терпением, чем он на самом деле чувствовал. Конечно, на самом деле они не поплыли бы в "зубы ветра" - в конце концов, это были не галеры! И было до боли очевидно, что чужаки могли плыть гораздо ближе к ветру, чем мог надеяться любой из его кораблей. Но если бы он подобрался к этому так близко, как только мог, не будучи застигнутым врасплох...

- Мы все еще можем поймать их до того, как они соберутся снова, - сказал он своему напарнику. - Может быть.

* * *

Панер снова попытался не рассмеяться, когда Роджер сложил руки за спиной и принял вид расчетливого безразличия. Выражение лица и поза сдержанного хладнокровия, очевидно, были точной копией собственных манер Панера, и он видел, как не один младший офицер примерял их на себя. Роджеру это шло лучше, чем большинству, но затем принц внезапно улыбнулся и вытянул руки вперед, ударив сжатым кулаком по ладони другой руки.

- Да, - прошипел он. - Вы мои!

Панер наблюдал, как пиратские корабли разворачиваются по ветру. Или, скорее, навстречу ветру. Было очевидно, что они никак не могли подойти к нему так близко, как могли бы шхуны, и то, как дрожали их квадратные паруса, указывало даже на его взгляд сухопутного человека, что они были очень близки к тому, чтобы сорваться с пути. Но, несмотря на все это, это также привело к тому, что эти большие, установленные на носу бомбарды выстроились в линию на "Айму Хукер".

- По-моему, выглядит не очень хорошо, - высказал он свое мнение.

- О, они собираются сделать несколько выстрелов в нас, - признался Роджер. - Возможно, мы даже получим несколько попаданий, хотя сомневаюсь, что их стрельба будет чем-то таким, о чем можно написать домой. Но как только все вернутся в строй, мы собираемся повернуть на встречный курс, чтобы ветер остался позади. Мы можем поднять больше парусов и по-настоящему напасть на них. Они собираются сделать один - самое большее два - выстрела в нас, и большинство из них будут промахиваться. Если мы потеряем корабль, то буду удивлен, и я даже не ожидаю очень большого количества жертв. Тогда мы окажемся среди них и разнесем их в клочья обоими залпами. Они вот-вот станут кукурузными початками.

- Значит, это особенно хорошая ситуация? - спросил Панер, оглядываясь на корабли, собирающиеся позади "Аймы Хукер". Флагманский корабль теперь шел почти правым галсом, держась примерно на сорок пять градусов против ветра. Это было далеко не так высоко, как она указывала, но, по-видимому, все еще было достаточно высоко для целей Роджера, и Панер мог видеть, что это дало остальной флотилии дополнительное время, чтобы наверстать упущенное. "Си фоум" резко уменьшил паруса, чтобы соответствовать скорости флагмана, в то время как "Принц Джон" натянул дополнительное полотно теперь, когда шквал прошел, и изо всех сил старался занять позицию. "Пентзикис" и "Тор Колл" приближались к корме "Принца Джона", и казалось, что все вернутся в строй примерно через пятнадцать минут.

- Ну, если бы они придерживались своего первоначального курса и попытались пройти мимо нас, а затем вернуться с наветренной стороны позади нас, это было бы непросто, - сказал Роджер морскому пехотинцу. - Они бы из кожи вон лезли, пытаясь это провернуть, но чтобы покончить с этим в течение короткого промежутка времени, мы должны плыть между ними, где наша артиллерия может поразить их без того, чтобы их бомбарды могли отстреливаться, а их линия была разнесена намного плотнее, чем мне хотелось. Если бы они продолжали двигаться на восток, мы бы рисковали кого-нибудь протаранить, когда проходили через их линию. Развернувшись к нам, они эффективно увеличили интервалы, потому что эти корабли намного больше в длину, чем в ширину, и сейчас мы смотрим на них в упор. Кроме того, в тот момент, когда мы действительно пройдем мимо них, мы окажемся лицом к лицу. Это означает, что наши пушки смогут поражать их с минимальной дистанции, но эти здоровенные бомбарды не будут нацелены ни на что, кроме пустого моря.

- Другим вариантом было бы обогнуть их сзади, подойти с кормы и снимать их одного за другим. Это тоже уберегло бы нас от их пушек, но я не хочу все еще сражаться с этой штукой завтра утром. Помимо всего прочего, есть и другие призовые корабли, за которыми нужно охотиться.

- Посмотрим, - прокомментировал Панер. - После боя, и если реакция Керра будет хорошей. Я не хочу заниматься подобными вещами просто так.

* * *

"О чем они думают?" - спросил себя Сайес.

Головной вражеский корабль терпеливо ждал, пока корабли Леммара опустят рули и направятся как можно ближе к ветру. На самом деле, весь вражеский строй, казалось, намеренно замедлился, что не имело никакого смысла, который мог видеть Сайес. Для него было до боли очевидно, что эти гладкие, низко сидящие суда были гораздо более устойчивы к погодным условиям, чем его собственные. Он двигался так близко к ветру, как только мог, и, сбавив скорость, противник фактически собирался позволить ему направить свою артиллерию на последние три или четыре корабля в его линии. Он не должен был позволять Сайесу делать это, и капитан рейдеров проявлял подозрения всякий раз, когда противник так щедро предоставлял возможности. Его собственные корабли промахнутся мимо ведущего вражеского судна по меньшей мере на двести метров, но после того, как они поразят другие корабли, а затем возьмут их на абордаж, у них будет достаточно времени, чтобы разобраться с лидером. Если бы он решил убежать, Леммар мало что мог бы с этим поделать, учитывая его очевидные преимущества как в скорости, так и в маневренности. Но если бы он попытался вернуться и сделать что-нибудь, чтобы помочь своим менее удачливым спутникам, ему пришлось бы снова войти в зону досягаемости Сайеса.

В таком случае определенно было что-то, что он мог с этим поделать.

- Возможно, они похожи на проклятых священников, - сказал Вунет. Сайес взглянул на него через стол. Он не осознавал, что задал свой риторический вопрос вслух, но теперь его помощник хлопнул в ладоши в жесте "кто знает"?. - Может быть, они планируют подплыть к нам и попытаться схватить нас всех вместе, чтобы они могли подняться на борт, как это сделали бы священники.

- Если это то, о чем они думают, они получат взбучку, - ответил капитан. - Мы сделаем несколько выстрелов, когда они приблизятся, затем прочешем их палубы из поворотных орудий, когда они подойдут вплотную.

* * *

- Джулиан, у нас есть надежная связь на месте? - спросил Роджер.

- Да, сэр, - ответил сержант разведки. - Хорошая фиксация на "Си фоум" и "Принце Джоне". Мы все связаны, и мы ни черта не излучаем лишнего.

- Хорошо, соедини меня.

Роджер подождал мгновение, пока каждый из значков корабля на дисплее его шлема не загорелся зеленым, затем обратился через плотную сеть коммуникационных лазеров к старшему морскому пехотинцу на борту каждой шхуны.

- Это должно быть передано капитанам всех кораблей. Я хочу, чтобы по моему сигналу они взялись за штурвалы, и мы повернем на девяносто градусов влево. Это позволит нам плыть прямо с подветренной стороны. Как только мы ляжем на курс, поднимите все паруса в соответствии с погодой. Я обозначаю вражеские суда с первого по шестой, начиная с самого западного. "Айма Хукер" пройдет между первым и вторым; "Пентзикис" пройдет между вторым и третьим; "Си фоум" пройдет между третьим и четвертым; "Принц Джон" пройдет между четвертым и пятым; и "Тор Колл" пройдет по правому борту номера шесть. Если враг будет придерживаться своего курса, мы повернем на левый борт после того, как пройдем мимо, и обстреляем их с кормы. Приготовьтесь двинуться по моему сигналу. Мигайте, когда будете готовы к выполнению.

Он поднял одну руку, стоя рядом с капитаном Т'Соулом, и подождал, пока все значки нашлемного дисплея не загорятся зеленым. Это заняло всего мгновение, а затем его рука обрушилась вниз.

- Всем кораблям: выполнить!

* * *

- Они действительно делают это, - недоверчиво сказал Сайес.

- Я даже не вижу бака, - озадаченно сказал Вунет. - Где, черт возьми, их бомбарды?

- Откуда, черт возьми, я знаю? - зарычал в ответ Сайес. - Может быть, все, что у них есть, - это эти заросшие шарниры по бокам! - Он потер свои рога, довольный тем, что враг был таким глупым, но обеспокоенный тем, что все еще может оказаться, что это была вовсе не глупость, просто что-то, что враг знал... а Сайес - нет.

- Поднимитесь наверх и направьте поворотные орудия. Я не хочу, чтобы произошло что-то неожиданное.

- Верно, - проворчал Вунет. - Что-то вроде проигрыша?

* * *

Роджер прошел по левому борту "Аймы Хукер", поприветствовав по пути случайного мардуканского стрелка. Большинство артиллеристов флотилии были откомандированы из к'вэрнийского флота и служили в артиллерии в битве при Синди. Роджер большую часть битвы находился вдали от города, устраивая собственную стычку с силами варваров, которые отказались находиться в логичном месте. Но он прибыл ближе к концу, после успешной защиты фланга основной армии и устранения угрозы ее линии отступления, и с тех пор он провел довольно много времени рядом с артиллеристами. Большинство из них были коренными к'вэрнийцами, как и моряки, и полагали, что преклонение перед принцами предназначено для других людей. Но, как и члены республик и демократий по всей галактике, они также испытывали тайную привязанность к знати, и они действительно прониклись симпатией к Роджеру.

- Кни Рампол, откуда ты взялся? - спросил принц, протягивая руку, чтобы похлопать одного из командиров орудий по спине. - Я думал, ты был на "Принце Джоне"?

- Капитан Т'Сул попросил меня поменяться местами с Бло Фалом, потому что он не мог поладить с помощником. - Стрелок встал со своего орудия и ухватился за подпорку, чтобы не упасть. Корабль шел с ветром, дующим с кормы, и, подняв все паруса, он то поднимался с одной стороны каждой волны, то опускался с другой.

- Что ж, рад тебя видеть, - сказал Роджер с видоизмененным мардуканским жестом юмора. - Только не играй в покер во время битвы!

- Я не собираюсь, - согласился мардуканец с долей юмора. - Не успеешь оглянуться, как Поэртена втянет в игру, и тогда я останусь без месячной зарплаты!

- Вероятно, так оно и есть, - рассмеялся Роджер. - В таком случае, лучше придержите свои деньги, держите дуло опущенным и продолжайте стрелять, пока вам не скажут прекратить. Это будет серьезная битва, о которой стоит рассказать детям.

- Добрый день, ваше высочество, - сказал лейтенант Лод Так. Командир батареи левого борта делал то же самое, что и Роджер - обходил линию огня, проверяя и подбадривая свои орудийные расчеты.

- Добрый день, Лод, - поздоровался Роджер. - Ты знаешь план стрельбы?

- Заряжать картечью и ядром, - быстро ответил Так. - Не открывать огонь, пока мы не на месте, затем скоординированный залп в упор и переход к индивидуальному огню. Картечь, если мы достаточно близко; ядро, если нет. Звучит хорошо?

- Звучит заманчиво, - ответил Роджер. - Не думаю, что они поймут, что их ударило. План игры состоит в том, чтобы мы повернули на левый галс после того, как пройдем из стороны в сторону. Это приведет нас к их корме, и у нас появится шанс нанести им хороший, солидный удар с близкого расстояния, который должен лишить их большей части экипажа, прежде чем мы поднимемся на борт. Картечь должна отлично справиться с этой задачей... и оставит эти проклятые корабли в целости и сохранности в качестве призов тоже!

- По-моему, это звучит заманчиво, ваше высочество, - согласился мардуканец с веселой кровожадностью. В Бухте К'Вэрна всегда выплачивали отличные призовые за захваченные в целости вражеские корабли, и каждый член команды "Аймы Хукер" точно знал, как ведется эта игра.

Роджер кивнул лейтенанту и продолжил движение вперед, туда, где Депро стояла рядом с поворотным орудием. Бронзовые карронады вдоль борта "Аймы Хукер" метали восьмикилограммовые ядра, и их короткие стволы выглядели почти смехотворно маленькими рядом с возвышающимися мардуканцами. Но поворотное орудие было длинным - со стволом длиной с одного из трехметровых туземцев - и оно выстреливало сплошным ядром массой в пятнадцать килограммов. Или пятнадцатисантиметровым разрывным снарядом.

Депро и Гол Шара, главный наводчик "Аймы Хукер", только что закончили возиться с заряжанием орудия, и язык тела Шара выражал безошибочную ауру разочарования.

- В чем его проблема? - спросил Роджер Депро, тыча подбородком в стрелка.

- Он хотел попробовать снаряды, - ответила она, не отрывая глаз от приближающихся вражеских судов.

- Он хотел, не так ли? - Роджер одарил Шару быстрой усмешкой, на которую мардуканец ответил с полным бесстрастием, затем повернулся, чтобы полюбоваться орлиным профилем Депро. Он решил, что ей определенно не понравилось бы, если бы ей сказали, что она выглядит как фигура девы-воительницы на корабле. - Цель состоит в том, чтобы захватить их как можно менее поврежденными, - мягко заметил он вместо этого.

- О, он понимает; ему просто это не нравится, - сказала Депро, но по-прежнему не отводила взгляда от "Гнева Леммара", и Роджер нахмурился.

- Ты не выглядишь счастливой, - сказал он более спокойно. Он также подумал, что хотел бы завернуть ее в пенопласт и поместить в трюм, где она не подвергалась бы вражескому огню. Но она была его телохранительницей, а не наоборот, и любое предложение позаботиться с его стороны, несомненно, встретило бы бурную реакцию.

- Ты когда-нибудь хотел, чтобы это просто закончилось, Роджер? - тихо спросила она. - Что мы могли бы подозвать их и сказать: "Давайте сегодня не будем ссориться".

Принцу потребовалось мгновение, чтобы подумать об этом. Это было чувство, которое он испытывал перед своим первым крупным сражением при Войтане, где погибло больше половины роты, но с тех пор он редко испытывал его. Ярость, да. Профессиональный страх неудачи, да. Но, обдумывая ее вопрос, он понял, что обычный страх смерти каким-то образом остался позади. Что еще хуже, в некотором смысле страх перед необходимостью убивать делал то же самое.

- Нет, - сказал он спустя большую часть минуты. - Не совсем. Ни разу со времен Войтана.

- Я знаю, - сказала она все еще очень тихо. - Я делаю это каждый раз. - Она наконец повернулась, чтобы посмотреть на него. - Я люблю тебя, и я знала, даже когда влюблялась в тебя, что ты этого не чувствуешь. Но иногда меня беспокоит, что ты этого не делаешь.

Мгновение она пристально смотрела ему в глаза, затем коснулась его руки и направилась обратно к корме.

Роджер проводил ее взглядом, затем повернулся обратно, чтобы понаблюдать за приближающимся врагом. В ее словах был смысл, подумал он. На Мардуке единственным способом выжить было атаковать и продолжать атаковать, но рано или поздно они вернутся на Землю. Когда они это сделают, он снова станет старым добрым принцем Роджером, ребенком номер три, и в тех условиях прыгать в глотку флар-ке, чтобы надрать ему задницу, было неэффективной тактикой. И матери не понравилось бы, если бы он размазал мозги какого-нибудь идиота-аристократа по стенам тронного зала, предположил он. Рано или поздно ему пришлось бы научиться тонкости.

В этот момент головной корабль леммаров открыл огонь из своей бомбарды, за ним быстро последовали все пять его спутников.

Да, она была права. Он должен был признать это. То, о чем скучно думать. Но сейчас пришло время надрать кому-нибудь задницу.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

- Приготовьтесь открыть огонь! - крикнул Роджер, оценивая скорость приближающихся кораблей. Два формирования двигались навстречу друг другу, шхуны двигались по воде гораздо быстрее, чем более неуклюжие рейдерские суда, и он слегка нахмурился. Они собирались обогнать друг друга на противоположных галсах, все верно, но значительно быстрее, чем он ожидал.

- Я хочу уменьшить паруса, когда мы будем проходить через них, чтобы мы могли получить более одного бортового залпа.

- Согласен, - сказал капитан Т'Сул. Мардуканский капитан "Аймы Хукер" стоял рядом с принцем, прищурив глаза, когда он тоже рассчитывал общую скорость сближения. - Думаю, что должно быть достаточно убрать средние и верхние стакселя. Если не хватит, мы всегда можем спустить грот и внутренний кливер тоже.

Несмотря на напряжение, Роджер слабо улыбнулся. Ни в одном мардуканском языке не было терминов для этих типов парусов до того, как их ввел Поэртена, поэтому миниатюрный оружейник был вынужден использовать человеческие. Это сработало - по крайней мере, исключило любую возможность путаницы в мардуканских словах, - но было более чем забавно слышать, как мардуканец с трудом произносит "верхний стаксель"... особенно с пинопанским акцентом. Но Т'Сул почти наверняка был прав. То, что он предложил, значительно уменьшило бы площадь парусов, а вместе с ней и скорость "Аймы Хукер", но фок-мачта была настоящей рабочей лошадкой в оснащении шхуны с марселем. Даже если бы им пришлось также опустить грот, ее маневренность и управляемость не пострадали бы.

- Думаю, что одних стакселей должно быть достаточно, - ответил он. - Джулиан, отправь это на другие корабли вместе со словом, что мы скоро вступим в бой.

- Да, сэр. - Сержант ухмыльнулся. - Я думаю, что мы все можем разобраться с этой последней частью самостоятельно!

Еще один взрыв эхом отразился от приближающихся кораблей, и шар от ближайшей бомбарды был отчетливо виден, поскольку он пролетел значительно выше "Аймы Хукер". Это тоже было слышно даже сквозь шум ветра и моря. Роджер был слишком увлечен, чтобы заметить, но несколько человек вздрогнули, когда визжащее ядро срезало несколько линей над головой. Две стороны находились на расстоянии немногим более двухсот метров друг от друга, и корабли Роджера устремились на леммарских рейдеров.

- Думаю, мы в пределах досягаемости, - сухо заметил Роджер.

- В самом деле? - тон Д'Нал Корда был еще более сухим. Он стоял прямо за спиной Роджера, опираясь на свое огромное копье и прикрывая спину принца, как и подобает настоящему аси, когда надвигается битва. - И, как так любит говорить сержант Джулиан, вы думаете, это потому, что...?

Роджер повернулся, чтобы свирепо улыбнуться своему помощнику, но у других людей на кормовой палубе "Аймы Хукер" были более неотложные дела, о которых стоило беспокоиться.

- Срем Кол! - крикнул Т'Сул и указал вверх, когда мардуканский старшина посмотрел в его сторону. - Поднимите рабочую группу наверх и замените эти лини! Тлар Фрум! Приготовьтесь уменьшить паруса!

Даже когда до него донеслись крики понимания, с линии Леммара снова донесся раскат грома, и Роджер услышал раздирающий треск.

- "Принц Джон" только что получил удар, - сказал Панер, и Роджер, оглянувшись, увидел, что дар капитана к преуменьшению не покинул его. Третья шхуна в его линейке потеряла фок-мачту. Та погрузилась в воду с правого борта, и масса сломанного рангоута и промокшего паруса была подобна якорю. Корабль резко развернулся вправо, подставляя свой бортовой залп приближающимся мардуканским рейдерам.

- Сейчас мы мало что можем с этим поделать, - заметил Роджер с мягкостью, которая не обманула ни Панера, ни его самого. - В любом случае, ничего, кроме как выбить дерьмо из подонков. И, по крайней мере, любой, кто захочет ее, должен будет подойти достаточно близко, чтобы ее карронады сами немного разбились вдребезги. И все же... - Он посмотрел на морского пехотинца, стоявшего рядом с Кордом. - Джулиан, скажи "Джонни", чтобы они сосредоточились на оснастке четвертого. "Си фоум" и "Тор Коллу" придется ударить молотком по номеру три и номеру пять, чтобы удержать их подальше от них.

- Понял, - признал Джулиан. Сержант переключился на боевую схему в своем блокноте и отправил обновленный план на все пять кораблей. - Я получил ответ от всех, кроме "Принца Джона", - сообщил он через мгновение.

- Вижу некоторые повреждения на корме. - Панер увеличил масштаб изображения на забрале своего шлема. - Похоже, что номер четыре и номер пять сосредоточили огонь на них. Они выглядят довольно потрепанными.

- Я в этом не сомневаюсь, - проворчал Роджер. - Это чертовски большие пушечные ядра. Он пожал плечами. - Но теперь мы покончим с их окрошкой через несколько минут. Самое время открыть бал. Всем кораблям - огонь!

* * *

- Что, по их мнению, они сейчас делают? - потребовал Вунет, когда снова прогремела бомбарда "Гнева Леммара".

- Просто наугад, я бы сказал, что они, наконец, готовятся отстреливаться от нас, - едко сказал Кред, когда гладкие борта странных, низко сидящих кораблей внезапно покрылись колючками, которые определенно выглядели как дула коротких бомбард.

- С этими крошечными штучками? - помощник сделал насмешливый жест презрения.

- С этими крошечными штучками, - подтвердил Сайес.

- Мой сын мог бы причинить нам еще больший вред игрушечным мечом, - усмехнулся Вунет.

* * *

Учитывая угол сближения, к'вэрнийская флотилия могла бы открыть огонь из своих передних поворотных орудий еще до того, как это сделали леммары. Роджер, однако, предпочел этого не делать. Какими бы мощными ни были поворотные орудия, маловероятно, что они смогли бы вывести из строя какое-либо из судов рейдеров сами по себе, не используя разрывные снаряды, которые, вероятно, полностью уничтожили бы их цели. Деревянные корабли, пропитанные смолой и покрытые просмоленным такелажем, были пороховыми ящиками, которые только и ждали, когда любой разрывной снаряд подожжет их. И даже если бы это было не так, Роджер не был заинтересован в том, чтобы предупредить мардуканских пиратов о мощи оружия его судов. К'вэрнийский флот не был впечатлен карронадами, когда они впервые увидели их... и со значительно меньшим оправданием, поскольку к'вэрнийцы уже видели созданную людьми артиллерию в действии в Синди. Чем дольше эти пенистые оставались в неведении относительно своих возможностей, тем лучше.

Но время невежества почти вышло. Особенно для "Принца Джона". Роджер мог видеть, как на носовой палубе мелькают топоры, когда команда отчаянно рубит такелаж, удерживающий обломки фок-мачты у борта. Если бы все получилось так, как он планировал, рейдеры были бы слишком заняты, чтобы возиться с "Джонни" в ближайшее время, но если бы что-то не получилось, это был бы случай, когда Бог помогал тем, кто помогал себе сам.

Тем временем...

* * *

- Стреляй, сколько влезет!

"Айма Хукер" и ее спутники несли на борту по двенадцать орудий. Когда-то давным-давно, на планете под названием Земля, эти орудия были бы описаны как восемнадцатифунтовые карронады - короткое, коренастое оружие с максимальной эффективной дальностью стрельбы, возможно, в триста метров. Рядом с кем-то размером с мардуканца они выглядели еще короче и коренастее, и, возможно, пиратских капитанов можно было простить за то, что они не смогли осознать угрозу, которую они представляли. Конечно, Роджер делал все, что мог, чтобы удержать экипажи "Леммара" от этого... до сих пор.

Несмотря на нависшую над шхуной угрозу, "Принц Джон" не выстрелил первым. Его орудия, как и у всех подразделений флотилии, были заряжены в основном для противопехотных боев, с зарядом картечи поверх ядра. Это было замечательное сочетание для разрушения корпусов и уничтожения личного состава с близкого расстояния, но оно оставляло желать лучшего с точки зрения дальнобойности стрельбы. Другие шхуны, продолжая свою гонку навстречу врагу, собирались достичь такого расстояния гораздо быстрее, чем какая-нибудь неуклюжая леммарская посудина смогла бы забраться достаточно далеко с наветренной стороны, чтобы она могла дотянуться. Так что "Джонни" придержал огонь, ожидая увидеть, что - если вообще что-нибудь - попадет от его спутников в зону ее эффективного действия.

Конечно, даже с их превосходным вооружением четырем шхунам может оказаться немного затруднительно помешать шести рейдерам пройти мимо них.

А может, и нет.

* * *

Кред с недоверием наблюдал, как борт ближайшего вражеского судна исчез за клубящимся облаком грязно-белого дыма. Эти короткие, глупо выглядящие бомбарды, очевидно, наносили гораздо более сильный удар, чем он считал возможным. Само по себе количество дыма сделало бы это очевидным, но ураган железа, врезавшийся в его судно, сделал это еще более очевидным. Можно было бы почти сказать, что это до боли очевидно.

Эти низкорасположенные, адски быстрые корабли врезались в строй леммаров, и когда они это сделали, они показали ему, почему они выбрали именно тот подход, который у них был. Бомбарды рейдеров могли бы сделать по три или четыре безответных выстрела каждый, когда "чужаки" приблизились на расстояние их эффективного поражения, но точность этих выстрелов оставляла желать лучшего. Одно из вражеских судов было повреждено и, очевидно, также понесло потери, но остальные остались невредимы.

Теперь они ворвались в промежутки в его собственном строю, и он заскрежетал зубами от разочарования, когда понял, что даже когда они это делали, они фактически уменьшали парусность. Они замедляли ход, жертвуя своим невероятным преимуществом в скорости, и визг и грохот выстрела - ужасный, раскалывающий звук, когда ядро врезалось в бревна его собственного корабля и прошло сквозь них, - был подобен удару молота прямо между рогов, когда он понял, почему.

* * *

- Хорошо! - закричал кто-то, и Роджеру потребовалось мгновение, чтобы понять, что это был он. Не то чтобы он был одинок в своем ликовании.

Бесконечные часы тренировок, которым подвергались к'вэрнийские артиллеристы, того стоили. Расстояние до цели составляло немногим более пятидесяти метров, и на таком расстоянии каждый выстрел попадал точно в цель. В прочной обшивке кораблей рейдеров волшебным образом появились зазубренные дыры. Картечь и осколки их собственных корпусов пронзили скопление войск, выстроившихся на палубах пиратов в явном ожидании абордажной операции, подобно косам. Тела и куски тел летели в ужасающем изобилии, и агонизирующие крики раненых перекрывали даже грохот орудий.

Роджеру захотелось прыгнуть к перилам, чтобы лично помочь обслуживать одно из орудий. Сила свирепого, внезапного искушения застала его врасплох. Как будто крики его врагов, внезапный кровавый узор, разбрызганный по нижним краям квадратных парусов, когда деревянные "щепки" длиной два метра и более пронзали экипажи рейдеров, как неуклюжие циркулярные пилы, замкнули какой-то контур глубоко внутри него. Это был не голод... не совсем так. Но это была необходимость. Это было что-то слишком похожее на принуждение, и глубоко внутри него безмолвный, наблюдающий уголок его мозга понимал, что Нимашет была права, беспокоясь о нем.

Но на такие мысли не было времени, и не страх перед собственными внутренними демонами заставлял его стоять у штурвала "Аймы Хукер", когда гремела артиллерия и визжал враг. Это была ответственность. Осознание того, что он принял командование на время этого сражения и что он не мог больше отказаться от этой ответственности или уклониться от нее, чем Арман Панер. И поэтому он остался там, где был, с Джулианом на одном плече и Д'Налом Кордом на другом, в то время как кто-то другой совершал убийство.

Карронады "Аймы Хукер" ревели снова и снова. Не в одиночном, потрясающем чувства ударе идеально синхронизированного бортового залпа, а по одной и по две, когда более быстрые расчеты наносили свои последующие удары. Над головой раздалось еще больше раскатов грома, когда снайперы - морские пехотинцы с их большими винтовками с затвором и мардуканцы с их еще более мощными казнозарядными устройствами - наносили свои потери врагу.

Основное бортовое вооружение леммарских кораблей состояло из "поворотных орудий", которые были не намного больше, чем встроенные аркебузы. Калибр их был около пятидесяти миллиметров, и дальности стрельбы хватало для к'вэрнийских шхун, рассекающих строй леммаров, но без нарезов они были крайне неточны. С другой стороны, и без того небольшая дальность стрельбы должна была упасть до нуля, когда флотилия, наконец, приблизится к кораблям-рейдерам, и вертлюги все еще могли посеять хаос среди пехоты, которая будет осуществлять абордаж. Таким образом, снайперам была поставлена задача уничтожить орудийные расчеты, а также любых очевидных офицеров, которых они могли заметить.

Даже с гораздо более точными винтовками стрелять было нелегко. Корабли покачивались на длинных волнах мардукского океана и одновременно двигались по встречным курсам, так что цели перемещались в трех измерениях. Поскольку снайперы сидели на боевых площадках на перекладинах мачт или были привязаны к вантам ремнями безопасности, они двигались не только в трех измерениях, они двигались очень широко в трех измерениях, раскачиваясь взад-вперед, вверх-вниз, таким образом, что, если бы они не привыкли к это уже гарантировало бы морскую болезнь. На палубах рейдеров было достаточно мардуканцев, чтобы дать каждому выстрелу из винтовки отличный шанс попасть в кого-нибудь, но, несмотря на все их бесконечные часы практики, шансы на то, что этот кто-то окажется целью, в которую они целились, были намного выше. Снайперы заявили о своей доле жертв, но все их усилия были лишь второстепенными по сравнению с резней, учиненной карронадами.

Каждая из четырех неповрежденных шхун действовала с обеих сторон, когда они проходили между судами леммаров. Грохочущие орудия яростно обрушились на ошеломленных и не верящих в происходящее налетчиков, и Роджер мрачно покачал головой, когда первая фок-мачта леммарского корабля с грохотом упала за борт. Мгновение спустя за ней последовала грот-мачта.

- С этим покончено, капитан, - заметил он Панеру, и морской пехотинец кивнул.

- А как насчет поддержки "Принца Джона?" - спросил капитан, и Роджер взглянул на него. Тон морского пехотинца ясно давал понять, что его вопрос был именно таким - вопросом, а не завуалированным предложением. Но это было разумно, подумал принц, глядя за корму на облако порохового дыма, поднимающееся над искалеченной шхуной. Однако, судя по звуку его орудий, "Джонни" стрелял с твердой обдуманностью, а не с тем отчаянием, которое могло бы свидетельствовать о близком столкновении.

- Сначала у нас есть время разобраться с этими ублюдками, - сказал Роджер, кивая на зарождающуюся рукопашную схватку, и Панер снова кивнул.

- Ты командуешь, - согласился он, и Роджеру потребовалось время, чтобы одарить его быстрой, свирепой улыбкой, прежде чем он снова обратил свое внимание на Т'Сула.

- Поверните штурвал в сторону, капитан! - приказал он, и Т'Сул махнул двумя руками своему рулевому.

- Руки к шкотам! - проревел мардуканский капитан сквозь бедлам. - Долой шкоты! - Моряки, которые на собственном горьком опыте усвоили свои обязанности во время плавания, бросились сквозь дым и ярость выполнять его приказы, даже когда артиллеристы продолжали стрелять, и Т'Сул наблюдал, как линейные матросы разбежались по своим местам, затем снова помахал рулевому.

- Руль в сторону! Отпустите шкоты - вот так красиво! - прогремел он, и рулевой крутанул штурвал.

"Айма Хукер" развернулась на каблуках, как настоящая леди, которой она и была, и, грохоча парусиной, развернулась по левому борту со скоростью и точностью, в которые никто из рейдеров не поверил бы, что это возможно.

- Тянуть быстро! - крикнул Т'Сул, и шхуна легла на свой новый курс, с попутным ветром по левому борту. Матросы закрепили шкоты большого носового и кормового парусов фок-мачты, и ее бортовой залп вызвал новый раскат грома, когда она атаковала корму своих врагов.

Для защиты кормы рейдеров не было никаких орудий - бомбард или вертлюгов, и бойня на борту леммарских кораблей удвоилась, когда смертоносная картечь разлетелась по всей длине судов. Одна-единственная из железных сфер могла убить или покалечить дюжину - или даже две дюжины - налетчиков, и затем шариковая пушка, установленная на кормовой части "Аймы Хукер" против коллов, тоже открыла огонь.

Впервые с тех пор, как морские пехотинцы высадились на Мардуке, их высокотехнологичное оружие оказалось почти излишним. Десятимиллиметровые сверхскоростные снаряды были невероятно смертоносны, но шквал картечи и разлетающиеся осколки самих кораблей создавали ураганный фронт разрушений, более широкий, чем все, что могла бы произвести шариковая пушка. Шарики были просто глазурью на торте.

- Верните нас назад на левый галс, капитан Т'Сул! - рявкнул Роджер, и "Айма Хукер" еще больше повернула влево, возвращаясь обратно к своему первоначальному курсу, который вывел ее назад между потрепанными кораблями-рейдерами к позиции "Принца Джона". Карронады обоих бортов продолжали изрыгать пламя со смертоносной эффективностью, и Роджер мог ясно видеть толстые струи крови, текущие из шпигатов мардукских кораблей.

Флагман флотилии прорвался обратно сквозь разрушенный строй противника, из его орудийных портов струился дым в густом тумане, пронизанном пламенем и яростью. Мачты другого рейдера с грохотом упали за борт, и Роджер глубоко и с облегчением вдохнул обжигающий легкие дым, несмотря на свои предыдущие уверенные слова, сказанные Панеру, когда он увидел "Принца Джона".

Сломанная фок-мачта была полностью срезана; он мог видеть, как она покачивалась за кормой судна, когда оно приводилось в движение только гротом и гафелем. Вряд ли это была эффективная комбинация парусов, но в данных обстоятельствах этого было достаточно. Или так и должно быть, во всяком случае. Оно двигалось еще не очень быстро, и повреждение такелажа стоило ему передних парусов, а это означало, что лучшее, что оно могло сделать, - это прихрамывать по ветру. Но его скорость увеличивалась, и, по крайней мере, оно было под командованием и двигалось. Что было хорошо, поскольку рейдеру номер четыре каким-то образом удалось пробиться сквозь рукопашную схватку.

"Джонни" видел, как он приближается, и его карронады уже обрушивались на противника. Борта большего, более мощно построенного рейдерского судна были сильно разрушены, а в его парусах, казалось, было едва ли не больше дыр, чем неповрежденного полотна, но оно все еще шло, все еще приближаясь к поврежденной шхуне, и большая, медленно стреляющая бомбарда защищенная массивной деревянной "броней" ее баковой надстройки все еще действовала. На глазах у Роджера еще одно мощное ядро попало в гораздо более легкую по конструкции шхуну, и он злобно выругался, когда полетели щепки обшивки.

- Это был бы "Джонни", - услышал он, как Панер сказал это почти философски. Он посмотрел на морского пехотинца, и капитан пожал плечами. - Кажется, правило никогда не подводит, ваше высочество. На что вы можете рассчитывать, так это что враг найдет самое уязвимое место. - Он покачал головой. - У них на борту довольно много карнанцев, и они уже понесли потери, когда мы потеряли "Си скиммер".

- Не считайте свои деньги, когда они все еще лежат на столе, - ответил Роджер, затем повернулся к Джулиану. - Всем кораблям, - сказал он. - Сблизьтесь с пиратами с подветренной стороны и к бортам. Мы сами придем на помощь "Джонни."

- Ваше высочество, - начал Панер, - учитывая, что вся наша миссия состоит в том, чтобы доставить вас домой живыми, не думаете ли вы, что, возможно, было бы немного разумнее отпустить кого-то другого...

Роджер как раз повернулся к морпеху, чтобы возразить, когда забрало шлема Панера автоматически затемнилось, чтобы защитить обзор капитана. Роджер не знал, устанавливал ли отряд морской пехоты "Принца Джона" изначально плазменную пушку для своей системы защиты от коллов. Если бы они это сделали, подумал он со странной отстраненностью, они, вероятно, услышали бы об этом - подробно - от Панера и старшего сержанта. Но также было возможно, что они заменили бортовую пушку в последнюю минуту, пока остальная команда работала над ремонтом поврежденного такелажа шхуны. Не то чтобы это имело значение. Рейдер номер четыре сумел обойти "Джонни" за кормой, куда не доставали смертоносные залпы его карронад. И, добившись такого преимущества, пиратское судно оказалось именно там, где этого хотела команда шхуны.

Плазменные пушки морской пехоты могли уничтожать современные основные боевые танки, и если шариковая пушка "Аймы Хукер", казалось, мало что добавила к кровавой бойне ее карронад, никто бы никогда не сказал этого о последующем вооружении "Принца Джона". Снаряд ворвался прямо по центру корабля-цели, чуть выше уровня главной палубы. Он срезал мачты, такелаж, фальшборт и большинство пиратов, собравшихся на палубе в ожидании абордажа. Что было в некотором смысле хуже, так это термическое расцветание, предшествовавшее основному клубку плазмы. Обжигающий жар охватил всю поверхность корабля, превратившись в пламя за крошечную долю секунды, и ревущая печь мгновенно превратилась в кусочек ада, адское пекло, плавающее в бескрайнем море, которое не предлагало помощи своим жертвам. У тех несчастных душ под палубами, "защищенных" от мгновенного сжигания абордажной командой, было еще несколько вечных минут, чтобы закричать, прежде чем взорвался пороховой погреб бомбарды и милосердно отправил разбитые пылающие обломки в уничтожающие глубины.

- Я думал, мы хотели захватить корабли неповрежденными, - сказал Роджер почти мягко.

- Что бы вы сделали, ваше высочество? - спросил Панер. - Да, мы хотим захватить корабли и отбить конвой, если сможем. Но "Принц Джон", очевидно, предпочел бы, чтобы его самого не взяли на абордаж.

- И, по-видимому, леммары согласны с этим предпочтением, - заметил Д'Нал Корд. - Посмотри на это.

Он поднял верхнюю часть руки и указал. Одно из шести рейдерских судов беспомощно дрейфовало, полностью разрушенное, в то время как кровь, стекающая по его борту, окрашивала воду вокруг него. Палуба корабля была завалена телами членов экипажа, и было очевидно, что в живых могло остаться не более горстки из них. Еще у трех рейдеров рядом с каждым была одна из других шхун флотилии, и теперь, когда карронады "Аймы Хукер" больше не ревели, Роджер мог слышать треск стрельбы из стрелкового оружия, когда к'вэрнийские абордажники штурмовали их. Плазменная пушка "Принца Джона" уничтожила пятый рейдер, но шестому и последнему пиратскому судну каким-то образом удалось пройти через жестокую схватку с более или менее неповрежденным такелажем, и оно удалялось с подветренной стороны так быстро, как позволяла его разорванная парусина.

- Мы позволяем им уйти или сближаемся с ними? - спросил принц.

- Сближаемся, - сказал Панер. - Мы хотим захватить корабли, и я не очень верю в то, что нужно давать убегающему врагу равные шансы. Они либо сдаются, либо умирают.

* * *

- Они не отстают от нас, - сказал Вунет.

- А ты бы стал? - Сайес оглядел палубу и разразился горьким смехом в ответ.

Экипаж спешно пытался устранить некоторые повреждения, но это была тщетная задача. Просто их было слишком много. Эти их проклятые бомбарды были чертовски точны. Невероятно точны. Они разнесли "Гнев Леммара" от носа до кормы и в процессе срезали более половины ходового такелажа. Вкупе с тем, как они разорвали сами паруса, повреждения корабельных канатов - и потери тех, кто управлял ими, - замедлили их побег до ползания.

Бомбардировки нанесли почти такой же урон и экипажу. Квартердек был залит кровью и телами, и команда заставила бригаду рабов работать, выбрасывая тела за борт. Вражеские снаряды были достаточно плохи, но осколки, которые они вырывали из корпуса, были еще хуже. Некоторые из них были почти на две трети длиннее самого Сайеса, и один из них выпотрошил их первого рулевого, как разделанную рыбу. И это был не единственный член экипажа, которого разнесло на куски его собственным кораблем. Что-то из этого всегда случалось, когда "бомбарды" наносили точный удар, но Сайес никогда не представлял себе ничего подобного. Обычные бомбардирующие ядра были намного медленнее, чем выкованные в аду снаряды, которые уничтожили его корабль. Хуже того, он никогда не видел ни одного корабля, который мог бы извергать огонь, как воду из насоса, а сочетание высокой скорости ядра и его огромного объема было разрушительным, превосходящим его худшие кошмары о бойне.

Теперь "Гнев" пытался прихрамывать на юг, подальше от мстительных демонов позади него. Он надеялся, что, получив повреждения одного из них (что, по сути, было единственным удачным выстрелом), остальные четверо могли бы отпустить его собственный корабль. Но, похоже, у них были другие планы.

- Мы могли бы... - сказал Вунет, затем сделал паузу.

- Ты собирался предложить нам сдаться, - резко сказал Сайес. - Никогда! Ни один корабль Леммара никогда не сдавался никому, кроме Леммара. Когда-либо. Они могут захватить наш корабль, но ни один член команды, ни один раб не будет принадлежать им.

* * *

- Они не собираются этого делать, - сказал Роджер с ворчанием. - Капитан Панер?

- Да, ваше высочество? - ответил формально морской пехотинец.

- Если мы действительно хотим, чтобы этот корабль был цел, наше преследование вот-вот превратится в абордажную акцию. Думаю, самое время позволить наземному командиру взять управление на себя.

- Ты собираешься сразиться с ними один на один?

- Я думаю, мы должны, если мы не хотим, чтобы они ушли, - ответил Роджер. Панер пристально посмотрел на него, и принц пожал плечами. - "Пентзикис", "Тор Колл" и "Си фоум" уже заняты своими делами. "Принц Джон", вероятно, сможет справиться с четвертым пиратом - сомневаюсь, что на борту у того осталось в живых больше пары дюжин этих леммаров, и без мачт он вообще не сможет уйти. Но этому парню перед нами просто не повезло. Он умный... и хороший. Если бы это было не так, он бы слонялся там со своими приятелями. Так что, если вы хотите, чтобы его поймали, мы единственные, у кого есть реальный шанс напасть на него.

- Понимаю. И когда мы его догоним, вы будете где именно, ваше высочество? - вежливо спросил Панер.

- Как я уже сказал, сэр, - сказал Роджер, - пришло время позволить наземному командиру взять управление на себя.

- Понимаю. - Панер несколько мгновений задумчиво смотрел на него, обдумывая то, чего принц не сказал, затем кивнул с невидимой улыбкой.

- Очень хорошо, ваше высочество. Поскольку действия по высадке на борт - это моя работа, я просто пойду и соберу участников для этого мероприятия.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

- Оторвитесь от пушек и установите мортиры! - приказала Депро, снимая артиллеристов с карронад, когда она рысью двинулась вдоль линии батареи правого борта. - Мы собираемся подниматься на борт через порты!

"Айма Хукер" снова рассекала воду, быстро догоняя убегающее пиратское судно. Глядя на выражение лица сержанта, было бы трудно догадаться, насколько она была этим недовольна. Не то чтобы ей больше, чем капитану Панеру, хотелось увидеть побег налетчиков, если не по точно таким же причинам. У Нимашет Депро была серьезная проблема с отношением к пиратам - любым пиратам - но она была бы гораздо счастливее, если бы хотя бы одна из других шхун была в состоянии поддержать "Айму Хукер". На борту этого корабля все еще было ужасно много пенистых, как бы сильно они ни были потрясены последствиями стрельбы карронад. И какими бы хорошими ни были к'вэрнийцы и ветераны из Диаспры, рукопашный бой на качающейся палубе был тем, чем леммары зарабатывали на жизнь. Были бы жертвы - вероятно, довольно большие, - если бы налетчики когда-нибудь оказались в пределах досягаемости оружия, а руки мардуканцев были очень, очень длинными.

И Депро была особенно обеспокоена одним возможным несчастным случаем, который не стал бы проблемой, если бы на месте "Аймы Хукер" была любая из других шхун.

Но, по крайней мере, если бы им пришлось это сделать, все выглядело так, как будто Роджер намеревался сделать это как можно умнее. Он держал курс почти прямо по кильватеру леммарского корабля, находясь в безопасности вне зоны угрозы любого оружия, установленного на рейдере. Учитывая превосходящую скорость и маневренность "Аймы Хукер", Депро никогда не сомневалась, что Роджеру удастся поставить ее прямо поперек кормы другого корабля. Она также не сомневалась, что ему удастся относительно безнаказанно прошить пиратскую палубу картечью из конца в конец, когда он приблизится. После чего команда шхуны и диаспранцы Кринди Фейна поднимутся вверх, перелезут через разрушенную корму и быстро уничтожат всех, кто уцелел из команды леммаров.

Конечно, они бы так и сделали.

И Роджер даже близко не подошел бы к месту драки.

И зубная фея трижды щелкала каблуками и мгновенно возвращала их всех на Старую Землю.

Она резко остановилась рядом с другим устройством, которое было новым для Мардука. Абордажная мортира, одна из трех, имевшихся на каждом борту "Аймы Хукер", представляла собой небольшую тяжелую трубку, предназначенную для сильно модифицированного, прикрепленного тросом к лебедке, абордажного крюка, чтобы он аккуратно помещался в ее дуло. Заряженная порохом, она должна быть способна метать крюк дальше и точнее, чем любой человек или мардуканец. Конечно, это предполагало, что это вообще сработало. Система была протестирована перед тем, как покинуть Бухту К'Вэрна, но это отличалось от попытки использовать ее в бою в самый первый раз.

Депро открыла шкафчик рядом с мортирой, вытащила крюк и прикрепила линь к карабину на его головке, в то время как один из оружейников побежал вниз к погребу за метательным зарядом. Он вернулся меньше чем через минуту с мешком пороха, и Депро наблюдала, как один из мардуканских артиллеристов с батареи правого борта засунул заряд в тяжелую железную трубку. Затем последовал комок вощеного войлока, а затем Депро лично вставила древко крюка и использовала его как собственный шомпол, чтобы затолкнуть заряд внутрь. Когда она убедилась, что он полностью установлен, она отступила назад. Полая игла, сделанная из мардуканского эквивалента птичьего пера и наполненная гремучим порохом, вставлялась в запальное отверстие, ударник взводился, и мортира была готова.

Все три орудия левого борта были заряжены одновременно, и Депро потратила несколько секунд на осмотр двух других, затем активировала свой коммуникатор.

- Мортиры левого борта готовы.

- Хорошо, - ответил Роджер. - Мы приближаемся к нашему последнему повороту.

Депро ухватилась за поручень и высунулась за борт, стараясь держаться подальше от канониров карронад, вглядываясь вперед за паруса и сужающийся бушприт. Шхуна быстро приближалась к корме леммарского корабля, и она услышала скорострельный залп приказов, когда моряки бросились к линям. Один из стрелков левого борта "случайно" стукнул ее ганшпугом по колену, и она быстро подняла глаза. Лица мардуканцев, возможно, и близко не были такими выразительными, как человеческие, но за последние бесконечные месяцы она научилась читать язык тела пенистых и распознала эквивалент широкой ухмылки в том, как его вторичные руки держали ганшпуг.

Она одарила его человеческой версией того же выражения лица и убралась с его пути, когда командир орудия присел на корточки за мортирой и глянул вдоль короткого ствола. Затем он взвел курок.

* * *

- Убрать все паруса!

Теперь, когда сражение превратилось в серию стычек между кораблями, Роджер оказался адмиралом, которому некому было отдавать приказы. Теперь все зависело от отдельных капитанов кораблей, таких как Т'Сул, и Роджер решил, что лучшее, что он мог сделать, это убраться из-под ног.

И он тоже планировал пересидеть высадку. Всеобщие комментарии о глупости того, что он поставил себя в затруднительное положение, наконец-то начали попадать в цель. Если бы он был прав, морские пехотинцы на борту "Аймы Хукер" не смогли бы уделить внимание захвату корабля или сохранению собственной жизни, потому что они слишком старались бы защитить его. Поэтому он занял позицию в рядах крыс, откуда мог наблюдать за боем, не участвуя в нем.

Для того, чтобы хорошо рассмотреть, требовалось возвышенное положение, потому что корабли вряд ли могли быть более непохожими друг на друга. Леммарец представлял собой судно, похожее на каравеллу с высокими бортами, довольно круглое по отношению к своей длине, в то время как шхуна была длинной, низкой и тощей. Результатом стала разница почти в три метра от верхней части фальшборта шхуны до верхней части фальшборта ее противника.

Абордажников с "Аймы Хукер" должны были возглавить несколько ветеранов Диаспры под командованием Кринди Фейна, а морские пехотинцы-люди во главе с ганни Джином - в качестве экстренного прикрытия. Диаспранцы не были особенно опытны в такого рода сражениях, но к'вэрнийские моряки объяснили им азы корабельного боя еще до того, как они отправились в плавание, и они тренировались в этом почти так же, как в меткой стрельбе. Учитывая разницу в высоте фальшбортов двух кораблей, даже мардуканцам было бы непросто перебраться через высокую корму рейдера, но, по крайней мере, яростный обстрел картечью карронад по прибытии даст им возможность совершить переправу.

С другой стороны, даже мардуканцы не могли по-настоящему разглядеть другой корабль с уровня палубы. Это было одной из причин, по которой Корд присоединился к Роджеру, ненадежно примостившись на выбленках вместе со своим племянником Денатом. Другая причина заключалась в том, чтобы подвести их достаточно близко к Роджеру, чтобы позволить им поднять свои огромные щиты в случае, если леммарцы решат метнуть в него свои метательные топоры.

Роджер наблюдал, как морские пехотинцы выстраиваются позади мардуканских абордажников, и был так же рад, что Депро командовала абордажными мортирами. К лучшему это или к худшему, но он беспокоился о ней больше, чем о других морских пехотинцах. Управляя абордажными крюками и быстрыми лебедками, к которым они были прикреплены, она была бы не в состоянии участвовать в схватке. Было ли это просто счастливым совпадением или что-то такое, что Панер и Косутич заранее обдумали со злым умыслом, когда назначали ее на эту работу, он не знал. Да его это и не особенно заботило. Не до тех пор, пока это удерживало ее вне линии огня.

Прогремел последний залп, и Роджер кивнул в мрачном одобрении, когда ураган картечи снес большую часть кормовой палубы пиратского корабля. Он также великолепно справился с обрезкой такелажа и того, что осталось от корабельной парусины. Однако, похоже, сам рангоут все еще был более или менее цел. Восстановление этого приза заняло бы весь день, но это было бы далеко не так сложно, как ремонт кораблей, потерявших целые мачты.

Он наблюдал, как Депро приказала мортирам открыть огонь, и лини пронеслись к вражескому кораблю. Они летели прямо и ровно, описывая дугу над кормовым ограждением леммарского корабля, и мардуканские матросы на быстрых лебедках начали сматывать их обратно. Он отметил, что мортиры, по-видимому, были успешным экспериментом, и позволил себе определенное самодовольство как автору идеи. Попытка проделать то же самое с ручными крюками была бы в лучшем случае рискованным процессом.

* * *

Пиди Карузе отказалась поддаваться отчаянию. Худшее случилось в тот момент, когда рейдерский отряд кратов напал на деревню. С этого момента вопрос был только в том, сколько времени ей потребуется, чтобы умереть.

В некотором смысле, ее пленение леммарами фактически продлило ее существование. Вероятно, в конце концов они собирались продать ее обратно жрецам огня. Или она могла бы закончить жизнь рабыней или на селитряных рудниках. Но, по крайней мере, у нее не было билета в один конец до Стрема. И она не стала служанкой Бога.

Так что она была готова смотреть на свою нынешнюю ситуацию с определенной степенью отстраненности, выжидая время и собирая силы на исчезающе малый шанс того, что она действительно найдет возможность сбежать. Однако за последние несколько часов это отношение претерпело заметные изменения.

Проблема, конечно, заключалась в своеобразном леммарском методе борьбы с абордажными действиями. У леммаров был простой ответ на возможность захвата: не допускайте этого. Отчасти их отношение проистекало из их отношений со жрецами огня; в отличие от шинов, они категорически отказались позволить захватывать себя, чтобы встретиться лицом к лицу со жрецами огня... и религиозными обрядами. Но еще большей частью их отношения был фактор террора; ни один леммар никогда бы не сдался ни при каких обстоятельствах, и они позаботились о том, чтобы все их враги знали это.

Как правило, это означало, что стража жрецов огня не утруждала себя попытками захватить корабли леммаров. Они могли потопить их, но рукопашная схватка с врагом-самоубийцей была сопряжена с большими потерями и приносила минимальную прибыль, даже если она была успешной. Жрецы огня также не совершали набегов на острова Леммар. Возможно, они и отобрали Стрем у конфедерации, но сам остров был всем, что они получили. И если бы они хотели сохранить его, им пришлось бы полностью заселить его заново, поскольку леммарцы убили даже своих женщин и детей, вместо того чтобы их взяли в плен.

Для Пиди Карузе и полудюжины других пленников, прикованных цепями на палубе "Гнева Леммара" это означало, что, избежав встречи со жрецами огня на Крате, избежав отправки на Стрем и пережив наполненный осколками ад бортовых залпов, они были близки к тому, чтобы быть убитыми их похитителями.

Бывали дни, когда просто не стоило смотреть на свои рога по утрам.

Она прижалась к палубе так низко, как позволяли ее цепи, хотя ее мозг осознавал тщетность ее инстинктивной реакции, когда ударил еще один вражеский залп. Большая часть этого залпа была нацелена высоко, что-то со злобным звуком просвистело в воздухе и разорвало такелаж корабля, как грег, поедающий верна. Но часть его пролетела ниже, и осколок размером с ее рог попал в живот одному из других рабов шинов. Это был действительно довольно маленький осколок, по сравнению с некоторыми другими, которые с воем разлетелись по палубе, но раб, казалось, взорвался от удара, и его внутренности разлетелись по окровавленной палубе... и Пиди.

Даже сквозь крики и грохот вражеского оружия она могла слышать молитвы захваченного стражника рядом с ней, и, когда кровь ее товарища по клану брызнула на нее, этот звук, наконец, подтолкнул ее к краю пропасти.

- Заткнись! - крикнула она. - Надеюсь, что ты будешь гореть в огне до конца вечности! Это твоя тупая стража втянула меня в это!

Она мало что могла сделать, поскольку ее руки были скованы за спиной цепью и соединены с остальными рабами, но она сделала все, что могла, - а именно наклонилась вбок и ударила тупого крата ногой в голову. Это был не лучший ее удар за всю историю, но этого было достаточно, чтобы он отскочил от нее, и она удовлетворенно хрюкнула, когда другая сторона его черепа жестко ударилась о стойку палубы...

- Богохульница-шин! - Он плюнул в ее сторону. - Огонь достаточно скоро очистит твою душу!

- Это очистит вас обоих, - сказал один из пиратов, обнажая свой меч. - Время показать этим вернам, почему вы не подниметесь на землю Леммара.

- Мочись на себя, моряк! - прорычала женщина-шин. - Твоя мать была верном, а твой отец был креном - с плохим зрением!

- Мочись на себя, ведьма шин, - парировал леммар и поднял свой меч. - Время встретить свой огонь.

- Это ты так думаешь, - сказала Пиди. Она выбросила ноги вперед, и обе ступни попали в цель, когда она резко ударила пирата в промежность. Он резко наклонился вперед во внезапной агонии, и она рванулась вверх так далеко, как позволяли цепи. Это было как раз достаточно далеко. Их рога соприкоснулись, а затем, совершив маневр, который, как она знала, оставил бы у нее синяки и ноющую кожу на неделю, если бы она собиралась прожить так долго, она позволила себе упасть назад и перекинула гораздо более крупного самца через голову на спину. Другой рывок разжал ее рога как раз перед тем, как он рухнул на настил, и она перевернулась вверх тормашками на затылок, крутанулась на месте на шарнире своих кандалов и обеими пятками опустилась на горло запыхавшегося пирата.

Вся атака закончилась в одно мгновение, вместе с жизнью пирата, и она снова встала на колени на палубе, чтобы осмотреть оставшихся пиратов, собравшихся для отражения нападения.

- Следующий? - выплюнула она.

Несколько леммаров выругались, и двое из них направились к ней, чтобы завершить неотложную задачу по убийству своих пленников. Но прежде чем они успели сделать больше одного шага, в воздухе пролетела веревка. Это была только одна из трех, но этот конкретный крюк приземлился в двух метрах перед Пиди, причем линь пролегал между ней и охранниками-кратами.

- О, дерьмо огненного жреца, - прошептала она, когда четырехзубый крюк начал быстро скользить обратно по палубе. Он направлялся к кормовому поручню, выбивая на ходу щепки из обшивки... и нацеливаясь прямо на цепь, связывающую всех рабов вместе.

Он зацепился за цепь и даже не замедлился, когда оторвал переднюю часть двух тяжелых железных колец, которые прикрепляли его - и рабов - к палубе.

"Это будет больно!"

Пиди наклонилась вперед и напрягла мышцы, готовясь к тому, что должно было произойти, но все равно было невероятно больно, когда все четыре ее скованные руки были вывернуты назад. Только одно из колец вылезло из обшивки, что делало ситуацию еще хуже. Вместо того чтобы потащить их всех прямо на корму, неистовый крюк ударил по цепи, как кнут. Полетели искры, когда зубья крюка яростно заскребли по тяжелым звеньям, и чей-то крик перешел в отвратительный булькающий стон, когда крюк выпотрошил его. Она могла слышать крики других рабов, когда всю группу тащили по палубе, пока, наконец, крюк полностью не освободился от цепи. Но не раньше, чем он жестоко впечатал их всех в правый фальшборт корабля.

Она почувствовала, как будто ее руки были вырваны из суставов, и когда она посмотрела вбок, то увидела, что это буквально произошло с одним из других шинов. Но она не позволила этому остановить себя, снова перевернувшись через голову и поджав ноги под себя.

Такой выверт был бы достаточно трудным для человека; большинство мардуканцев сочли бы это практически невозможным, но та же тренировка, которая спасла Пиди жизнь в схватке с первым пиратом, снова вышла на первый план. Она сложилась практически пополам и вытянула сначала одну, затем другую ногу, пока не смогла лежать со связанными перед собой руками. Конечно, теперь они были перевернуты, накладные руки поверх истинных, но ее запястья скользнули в наручники, чтобы позволить ей ослабить давление на локти и плечи, и таким образом даже с поднятыми накладными руками она была счастливее. Кроме того, это был также оскорбительный жест рукой, который идеально соответствовал ее настроению.

* * *

Роджер уделял пристальное внимание подготовке к нападению. Несмотря на то, что он был сосредоточен на других вещах, он смутно слышал негромкий разговор между Д'Налом Кордом и Денатом, но не придал этому особого значения. До тех пор, пока Корд внезапно не обрушился с гневной отповедью на своего племянника. Глубокое, с острыми краями предложение было коротким, едким и впечатляюще непристойным.

- Что? - голова Роджера резко повернулась из-за крайне нетипичной вспышки его эмоций.

- Похоже, они пытаются убить своих пленников, - сказал Денат, указывая жестом в сторону другого корабля.

Роджер проследил за машущей правой рукой и увидел полдюжины мардуканцев, прикованных цепями к палубе у центральной линии. Один из них был слишком очевидно мертв, явно став жертвой залпов "Аймы Хукер". Цепь, натянутая между двумя приподнятыми железными кольцами, соединяла их всех вместе, проходя через сложное четырехточечное удерживающее устройство позади каждого мардуканца, чтобы держать его руки за спиной. На глазах у Роджера один из захватов зацепился за цепь, и он поморщился от сочувствующей боли, когда крюк вырвал одно из крепежных колец цепи из настила и потащил пленников по палубе. Это также убило еще одного из них, а затем остальных пленников ударило о фальшборт корабля с более чем достаточной силой, чтобы убить любого, кому не повезло. Действительно, Роджеру показалось, что все они, кроме одного, были ранены, возможно, серьезно. Но это не помешало еще нескольким леммарам броситься на них с мечами наготове как раз в тот момент, когда абордажники "Аймы Хукер" начали перепрыгивать через борт их собственного корабля.

* * *

Пиди Карузе еще раз встала на колени, осмотрела свое положение и позволила себе одно злобное проклятие. Крюку удалось вырвать только одно кольцо; другое оставалось прочно прикрепленным к палубе, все еще удерживая ее в плену. Хуже того, другим рабам, прикованным к ней, пришлось гораздо хуже, чем ей, поскольку они были отброшены к борту корабля и лежали вокруг, как множество других инертных якорей. Помимо того, что ее руки снова были вытянуты перед собой, она была так же беспомощно прикована цепями, как и раньше, и посмотрела на корму, где через нее перелезали первые абордажники. Сначала она подумала, что это могут быть шины, потому что на них была ярко-синяя сбруя, похожая на те, что были распространены в клане фардар. Но в следующее мгновение она поняла, что это не могли быть ее люди. Абордажники использовали оружие, которого она никогда раньше не видела, и их тактика была непохожа ни на одну другую.

Первая волна через транец образовала стену из щитов, больше похожую на то, что сделала бы тяжелая пехота кратов, которая сдерживала пиратов, в то время как подкрепление роилось на борту позади них. Вторая шеренга несла что-то вроде длинноствольных аркебуз. Однако, в отличие от любых аркебуз, о которых Пиди когда-либо слышала, у этих не было проблем с водой или погодой - что они продемонстрировали с самого первого залпа. По крайней мере, у некоторых из такого количества обычных аркебуз во время переправы промок бы заряд, но все это оружие успешно стреляло в массу пиратов, колотящих по стене щитов.

У длинноствольных аркебуз также были ножи на концах, и после первого залпа вся группа бросилась вперед. Они орудовали ружьями, больше похожими на копья, чем на огнестрельное оружие, но делали это дисциплинированно и целеустремленно, что было решительно не свойственно шинам. Они шагали вперед вместе и наносили удары в унисон, в то время как щитоносцы орудовали короткими копьями, ударяя ими снизу вверх из-под своих щитов.

К сожалению, у нее не было много времени, чтобы обдумать этот новый способ ведения войны, прежде чем некоторые пираты вспомнили о своем долге Леммара и решили, что убивать связанных пленников - лучшее использование их времени, чем сражаться с абордажниками. Она, наконец, познала отчаяние, когда четверо пиратов приблизились, один из них рубанул, чтобы убить почти бессознательного стражника, в то время как еще двое осторожно приблизились к ней.

- Слизь Леммара! Я съем ваши языки на завтрак! - крикнула она, подпрыгивая, чтобы нанести удар ногой в живот ближайшему из них. Он отлетел назад, но и она тоже, и когда она рухнула на спину, тот, кого она не ударила, прыгнул вперед с поднятым мечом.

* * *

Роджер перестал следить за пленниками, наблюдая, как абордажная группа под руководством Кринди Фейна вспенивается на палубе другого корабля. В очередной раз молодой мардуканец доказал свое мастерство, сначала отправив небольшую команду солдат с ассегаями и щитами, за которой последовала двойная линия с винтовками. Раздалась команда, войска ассегаев мгновенно и одновременно присели на корточки, выставив щиты под углом, и стрелки дали двойной залп поверх их голов. Массивные пули врезались в плотно сбитых леммаров, и диаспранцы немедленно последовали за ними штыковой атакой, на которую было приятно смотреть. Комбинация рассеяла оставшихся защитников Леммара на кормовой палубе пиратского корабля, и абордажники устремились вперед, к уцелевшим группам рейдеров дальше вперед.

- Да!

Даже когда Роджер торжествующе закричал, он скорее почувствовал, чем увидел, как Корд покинул его. Его голова резко повернулась, и его глаза расширились в момент чистого шока, когда шаман прыгнул вниз по выбленкам. Огромный мардуканец двигался с невероятной скоростью и ловкостью, а затем он бросился по воздуху на вражескую палубу.

Он приземлился, абсолютно без поддержки, на полпути вверх по кораблю от абордажников "Аймы Хукер". И как будто этого было недостаточно, он бросился перед тем, что, должно быть, было самой большой группой Леммара, все еще стоявшей на ногах, - группой примерно из двенадцати человек, четверо впереди и еще шесть или восемь следовали за ними.

Роджер не мог в это поверить. В каждом сражении, с того дня, как он впервые спас Корду жизнь, его аси всегда был рядом с ним, прикрывая его спину. Единственный раз, когда его не было там, это случилось потому, что он был слишком серьезно ранен в предыдущем бою, чтобы удержаться на ногах. Это было неслыханным нарушением обязанностей его аси с его стороны - покинуть своего "хозяина" в такое время!

Принц даже не выругался. Корд слишком часто поддерживал его, чтобы он тратил драгоценные секунды на ругань. Он просто проверил, надежно ли засунуты его револьверы в кобуры, а меч в ножнах за спиной.

Затем он выпрыгнул наружу вслед за Кордом.

* * *

Леммар с мечом зарычал на Пиди и опустил свое сверкающее оружие... только для того, чтобы оказаться яростно отброшенным назад огромным копьем с листовым лезвием, которое внезапно рассекло его грудь.

Пиди не знала, откуда взялся этот парень, откровенно нависающий над ней, но это было лучшее зрелище, которое она когда-либо видела в своей жизни. Даже с этого ракурса.

Парень был стар и гол как полотно, даже без сбруи, не говоря уже о бардуше, но он орудовал своим огромным копьем с ловкостью, которая напомнила ей личного оруженосца ее отца дома. Тот старый оруженосец повидал больше сражений, чем она видела завтраков, и мог поколотить любых трех молодых парней, одновременно выпивая чашу вина. И это выглядело так, как будто этот парень был скроен из того же теста.

И он был не один, хотя она никогда не видела ничего более странного, чем существо рядом с ним. Он был похож на верна ростом в два срена. У него было только две руки, длинные желтоватые головные усики, похожие по цвету на ее собственные рога, свисающие с его спины и собранные вместе кожаной лентой, и очень странные пистолеты в каждой руке. Прямо за ними двумя появилось еще одно странное существо, похожее на помесь сорна и атула. Оно было снабжено самым впечатляющим набором клыков, цветом в красную и черную полоску, в длину больше ее роста, и высотой примерно по колено старику с копьем,. Полосатая тварь приземлилась на палубу, огляделась и с пронзительным рычанием бросилась на пиратов.

Определенно, самый странный секс втроем, который она когда-либо видела, подумала она со слишком отстраненным спокойствием.

Парень постарше уложил еще двоих пиратов своим копьем - еще одного ударом в грудь, а второго действительно экономичным ударом по горлу, на который было приятно смотреть, - и полосатое существо повалило еще одного челюстями, которые аккуратно оторвали пирату голову. Но остальные леммары построились для атаки, и они привлекли по меньшей мере еще дюжину своих товарищей, чтобы помочь им. Новая группа нападавших привлекла внимание красно-черного, чем бы оно ни было, и существо оторвало взгляд от своей первой жертвы, чтобы броситься вперед в контратаке... как раз в тот момент, когда похожий на верна взвел курки своих пистолетов.

Пиди подумывала указать на то, что два пистолета, особенно такие хилые, как эти, никоим образом не остановят две дюжины пиратов. К счастью, он открыл огонь раньше, чем она смогла это сделать. Ее отец достаточно часто говорил ей, чтобы она наблюдала, прежде чем открывать рот, и, как оказалось, он был прав еще раз, когда пистолеты выплевывали выстрел за выстрелом. Они тоже были точны, как и стрелок. Каждый снаряд поражал одного из пиратов чуть ниже выступа бронированного рога, вызывая оглушительный каскад взрывов. Через несколько мгновений все, что осталось, - это дрейфующая пелена порохового дыма и мертвые пираты с раздробленными черепами, из которых вытекал мозг.

Красота.

* * *

Капитан Панер одобрительно кивнул, когда диаспранская пехота устремилась к вражескому кораблю. Фейн не был офицером, который позволил бы врагу одержать верх, и молодой капитан перебросил свои отряды ассегаев через борт в тот момент, когда корабли соприкоснулись, еще до того, как Панер успел отдать приказ, а затем последовал за ним со своими винтовками в эволюции, столь плавной, что она была похожа на шелк. Эффективные подчиненные были сокровищем, и Кринди Фейн был так же хорош, как и все, кого морской пехотинец встречал со времен Бистема Кара.

Все рикки-тик, подумал он.

В ближайшие дни Арман Панер поразмыслит над преждевременностью этой мысли. Он размышлял над этим, как грешник размышляет о необъяснимых действиях разгневанного божества. Он бы задался вопросом, возможно ли, что, позволив себе так думать, он разгневал Бога Извращенности и Мерфи, который является Его Пророком. Это было единственное преступление, о котором он мог подумать, чтобы объяснить то, что произошло дальше.

Даже когда он позволил себе насладиться успехом Фейна, что-то мелькнуло в уголке его глаза, и он повернул голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как Роджер в полете спрыгнул с выбленок, поймал свисающий конец оторванных леммарских вант и закружился в воздухе, как какая-то золотоволосая обезьяна, приземляясь прямо на вражескую палубу.

Панер просто... смотрел минуту. Настолько он был потрясен. Принц, с Догзард прямо за ним по пятам, приземлился рядом со своим аси... в точно нужном месте, чтобы притянуть последнюю оставшуюся сформированную группу пиратов, как магнит. У Панера даже не было ни малейшего шанса поддержать их. Даже если бы он приказал снайперам прикрывать благородного идиота, леммары были бы на пару секунд раньше, чем снайперы смогли бы понять приказ и перенаправить свой огонь.

Корд уничтожил одного из группы, которая, по-видимому, намеревалась расправиться с пленниками, прикованными цепями к палубе. Догзард уложила второго пирата, а шаман с безжалостной эффективностью расправился с еще одной парой, когда Роджер вытащил оба пистолета, а затем принц открыл огонь. Револьверы - значительно меньшие по размеру, чем монстры, которых предпочитал Растар, но все еще стреляющие двенадцатимиллиметровыми патронами с отдачей, достаточной, чтобы вывихнуть запястья многим людям, - были двойного действия. Скорострельность Роджера была намного ниже, чем он мог бы добиться со своим инопланетным шариковым пистолетом, но, тем не менее, это было впечатляюще. Особенно для пиратов из культуры, которая вообще никогда не сталкивалась с концепцией повторного использования огнестрельного оружия. Палуба корабля леммаров уже была сильно затемнена дымом от винтовок диаспранцев и последнего залпа "Аймы Хукер", но из-за облаков дыма, вырывающихся из пистолетов его высочества, видимость резко ухудшилась еще больше.

К счастью, в очередной раз на помощь Панеру пришли хорошие подчиненные, поскольку по крайней мере двое снайперов самостоятельно вступили в бой с группой, атаковавшей принца. Капитан едва мог видеть, что происходило на борту другого корабля, но также было очевидно, что Фейн заметил происходящее и приказал своим ассегаям наступать. Однако диаспранцам придется быть несколько осторожными, поскольку они продвигались более или менее прямо под огонь Роджера.

Палуба корабля леммаров была очищена, но, похоже, под палубами все еще оставалось много пиратов. Некоторые из них пытались пробиться наверх через люки, в то время как прочие защищали еще другие люки, через которые диаспранцы пытались пробиться вниз. И, конечно же, Роджер прямо в центре всего этого.

Что бы ни случилось с ныне полностью скрытым в дыму принцем, Панер почему-то сомневался, что Роджер мертв. Какое бы сильно перегруженное работой божество ни посвятило все свое время и усилия сохранению жизни молодого болвана, оно, несомненно, позаботилось бы об этом. С другой стороны, другое дело, что могло случиться с Роджером, когда он попадет в руки некоего Армана Панера.

Он обещал, что больше не собирается заниматься такого рода... дерьмом.

* * *

Внезапная звенящая тишина наполнила уши Пиди, и она поняла, что находится на палубе, свободной от (живых) пиратов, все еще прикованная, лежащая на спине и смотрящая на этого старика... болтающегося... над ней. И хотя зрелище было приятным, с одной стороны, ракурс мог бы быть и получше. Не говоря уже о том, что ее шея и плечи чертовски болели.

- Гм, - сказала она так мило, как только могла в данных обстоятельствах. - Я не думаю, что тебя можно было бы убедить снять с меня эти цепи?

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

- Роооджер!

Принц закрыл один из цилиндров перезаряженного револьвера и обернулся, когда Депро перелезала через борт корабля.

- Черт возьми, Роджер! Когда ты собираешься научиться?

- Ваше высочество, - сказал капитан Фейн, шагая по палубе. - Это было в высшей степени легкомысленно с вашей стороны. Мы были на пути к освобождению корабля, а вы выскочили прямо на линию нашего огня.

- Я знаю, капитан Фейн, - сказал Роджер, переключая свой имплант на диаспранца. - Но...

- РООООДЖЕР! - Арман Панер вышел из поляны оружейного дыма. - Что, черт возьми, это было, ваше высочество? Мы хорошо справлялись с этой проклятой битвой!

Бормотание на мардуканском вырвалось у Роджера за спиной, когда он повернулся к капитану морской пехоты с обеспокоенным выражением лица. Денат самостоятельно, не торопясь, выбрался на палубу и был вовлечен в разглагольствования своего дяди. Судя по тону попыток шамана ответить - не говоря уже о том, как гневно сжались его нижние конечности, - Корд был готов начать орать в ответ, как обезьяна-ревун.

Что было удивительно похоже на то, что он чувствовал сам, подумал принц. Затем он глубоко вздохнул и включил усилитель на своем шлеме.

- Все заткнитесь к черту!

Внезапная тишина была столь же резкой, сколь и полной, и Роджер удовлетворенно фыркнул. Затем он выключил усилитель и продолжил более нормальным тоном.

- Я отвечу на все вопросы, как только получу ответы на свои.

Он повернулся к Корду и смерил старого шамана злобным взглядом.

- Корд, о чем, черт возьми, ты думал?

- Они убивали пленников, - ответил шаман на своем лучшем имперском. Его акцент делал с ним... интересные вещи, но он провел много долгих вечеров во время бесконечного путешествия, работая над овладением универсальным языком империи Человека. Ему это было нужно, чтобы он мог обсудить, как должна быть организована империя, в долгих вечерних дискуссиях с Элеонорой О'Кейси. В результате его базовое владение языком было на самом деле очень хорошим, несмотря на его акцент, учитывая, что ему не хватало преимущества, которое давали им человеческие импланты. Кроме того, это было намного лучше, чем его диаспранский, и Корд знал, что Фейн смог бы следить по крайней мере за частью разговора, если бы все они использовали этот язык.

- И это все? Все объяснение? - спросил Роджер, уперев руки в бедра. - Мы очищали весь корабль, Корд. Большинство из этих пиратов должны были быть захвачены войсками Кринди не более чем через несколько минут. Обычная схема такова: сначала убейте врага, затем спасите пленников. А не наоборот!

- Они убивали их в то время, ваше высочество, - указал аси тоном чрезвычайной сдержанности. - Смерти были бы совершены еще до того, как даже солдаты капитана Фейна смогли бы их остановить. Я не мог с чистой совестью допустить, чтобы это произошло.

Панер глубоко вздохнул и повернулся, чтобы посмотреть на возвышающегося мардуканца.

- Подожди. Ты имеешь в виду, что ты пошел первым?

- Да, он это сделал, - сказал Роджер с огромным, перенапряженным терпением. - Я просто последовал за ним. И это еще кое-что, - продолжил он, снова поворачиваясь к Корду. - А как насчет меня? А? Ты должен был прикрывать мою спину. Я рассчитываю на то, что ты прикроешь мне спину, ради Бога!

- Ты был в безопасности на другом корабле, - сказал Корд. - Откуда мне было знать, что ты последуешь за мной?

- Конечно, я собирался последовать за тобой, ты, старый идиот! - крикнул Роджер. - Корд - Аррргх!

- Они убивали пленных, - повторил Корд, указывая на того, кто был прикован у его ног. - Я. Не. Мог. Позволить. Этому. Случиться. Как я связан с тобой за то, что ты спас мою жизнь, так и я обязан спасать других. Это единственный благородный поступок, который можно сделать.

- Итак, вы следовали за Кордом? - спросила Депро. - Я хочу внести ясность в это.

- Да, - отчетливо произнес Роджер. - Я следовал за Кордом. Дело было не в том, что принц Роджер был идиотом-самоубийцей. Или, скорее, это был не принц Роджер сам по себе, а идиот-самоубийца.

- Я не был склонен к самоубийству, - вмешался Корд. - Как вы сами только что указали, группа капитана Фейна вскоре очистила бы палубу. Все, что мне нужно было сделать, это задержать пиратов на короткое время.

Роджер схватил себя за конский хвост и в отчаянии дернул за него.

- Капитан Панер, вы хотите разобраться с этим?

- Шаман Корд, - сказал капитан очень официально, - это было не очень хорошее решение с вашей стороны. В наши обязанности не входит подвергать Роджера ненужной опасности.

- Капитан Панер, - ответил шаман так же официально, - я аси принца Роджера. Он не мой аси. В его обязанности не входит сохранять мою жизнь, и ему не угрожало прямое нападение, когда я покинул его. Более того, тот факт, что я аси, не освобождает меня от обязанностей каждого воина пути. Действительно, как тот, кто является аси - чья собственная жизнь была спасена тем, кто не был обязан это делать, - я обязан по пути проявлять ту же щедрость к другим. Этого требует симметрия... а это значит, что на мне явно лежала ответственность за предотвращение убийства невинных. Но в обязанности принца Роджера не входило присоединяться ко мне, когда я действовал.

Панер открыл рот. Затем он снова закрыл его, на мгновение задумавшись об этом, и, наконец, пожал плечами.

- Вы знаете, ваше высочество, в его словах есть смысл. На самом деле, даже в нескольких моментах. - Он подумал об этом еще немного, и когда он это сделал, слегка злая улыбка исказила его лицо.

- Что? - сердито спросил Роджер.

- Ах, что ж, ваше высочество, - голос капитана звучал подозрительно, как у человека, который пытается не рассмеяться, - мне просто интересно, как вы себя чувствуете, когда на этот раз надеваете ботинок на другую ногу.

Роджер начал горячо возражать, затем резко остановился. Он сердито посмотрел на капитана, затем огляделся, когда Депро начала смеяться. Наконец, он улыбнулся.

- Аааа, черт бы вас всех побрал, - сказал он со своим собственным смешком. - Да, хорошо. Я понимаю, в чем дело. - Он покачал головой, затем оглядел палубу. - Итак, теперь, когда с этим покончено, кто-нибудь знает, в чем дело?

- Похоже, все в основном под контролем, - сказал капитан Фейн... как раз в тот момент, когда двое мардуканцев - рядовой диаспранской пехоты и один из пиратов - вырвались наверх из одного из люков. Они упали на палубу, перекатываясь снова и снова, причем леммар использовал все четыре руки, чтобы приставить нож к шее рядового, в то время как рядовой пытался оттолкнуть его истинными руками и замахнулся на более тяжелого пирата обеими вторичными руками.

Роджер и его товарищи наблюдали, как они вдвоем покатились по палубе, слишком удивленные их внезапным извержением, чтобы сделать что-либо еще. Но Эркум Пол, как всегда следовавший за Фейном, как огромная тень, отреагировал со всей присущей ему эффективностью. Он протянул вниз две невероятно длинные руки, рывком поднял пирата за рога, боднул его головой, а затем отпустил.

Пират рухнул как подкошенный, а рядовой в знак благодарности помахал Полу рукой.

- Как я уже говорил, - продолжил Фейн. - Более или менее под контролем. Леммары сражаются... очень жестко. Никто не сдался, хотя некоторые, - он указал за спину на жертву Пола, - были лишены сознания.

- Я не уверен, что этот выживет, - заметил Роджер. - Может быть, Эркуму следовало использовать доску.

- Как бы то ни было, - сказал Фейн, - у нас есть корабль.

- И эти трое выживших пленных, - задумчиво произнес Роджер. Он засунул большой палец за пояс с оружием и забарабанил пальцами по коже, в то время как свободной рукой указал на женщину у ног Корда. - Посмотри на это. Она крепкая маленькая штучка.

Затем он вытащил свой складной нож и шагнул ближе к ней.

- Итак, - сказал он, переходя на местный диалект. - Какова твоя история?

* * *

Эти новые возможно-верны были очень шумными, а у того, что с пистолетами, был действительно невероятный голос. Это было так громко, что у Пиди до сих пор звенело в ушах. Однако, что еще более важно на данный момент, и какой бы язык они ни использовали, было ясно, что между ними возникли некоторые разногласия, и она просто надеялась, что дело не в том, выбрасывать всех за борт или сжигать корабли с ними на борту. Наконец, тот, кого она предварительно определила как лидера - хотя поначалу казалось, что все на него сердятся, - повернулся к ней.

- Какая у тебя сказка барда? - спросил он на смеси крата и высокого крата.

Пиди достаточно знала крат, чтобы понять, что он сказал, но вопрос не имел особого смысла. И ей пришлось задаться вопросом, что произошло бы, если бы она сказала правду. Они знали крат, поэтому поддерживали контакт со жрецами огня. Это означало, что они будут знать, что такое служитель Бога. Но если бы она попыталась сказать им, что она и ее товарищи по плену не были подготовлены, и они узнали бы, это только ухудшило бы ситуацию. Лгать или не лгать? Однако некоторые из них были одеты как шины, и старый сражался, чтобы спасти их от леммара. Может быть, они были союзниками шинов, и она просто никогда о них не слышала?

Не лги.

- Я Пиди Карузе, дочь короля Мадх-Хема. Я была захвачена бандитским отрядом, чтобы стать рабыней Бога. Нас отправляли в Стрем, чтобы мы были там слугами, но нас, в свою очередь, забрали леммары, а теперь и вы. Кстати, кто ты такой?

Одна из других пленных шинов оправилась от волочения и теперь смотрела на нее широко раскрытыми глазами.

- Что случилось, что на долину Мадх-Хем можно было совершить набег? - спросила она Пиди на шине.

- Предполагаю, что шейдемы нашли путь через Огненные земли, - сказала Пиди, взмахнув своими накладными руками в самом выразительном пожатии, какое позволяли ее кандалы. - Учитывая, что были так тщательно обойдены земли для сражений, они, должно быть, решили нанести глубокий удар. В нашей лени и ложной безопасности мы позволили им напасть на нас врасплох, но я была за стенами и подняла крик. И все равно была захвачена, пусть и не врасплох, - фыркнула она.

- Какой язык вы используете? - спросил лидер. Или, во всяком случае, она думала, что это было то, о чем он спросил. Трудно было быть уверенным, учитывая мешанину слов крата и шина, на которых он говорил.

- Он называется шин, - сказала она ему и решила быть дипломатичной по поводу его... акцента. - Откуда ты это знаешь?

- Я знаю это от тебя, - сказал лидер. Затем он наклонился над ней, и лезвие ножа внезапно появилось на... предмете в его руке.

Ближайший к нему, другой верн, поймал ее удар в воздухе.

- Ого, вот так, - сказал верн с еще более сильным акцентом. - Он просто перережет цепь.

Лидер так быстро отскочил назад, несмотря на то, что находился не в равновесии, что она, вероятно, все равно промахнулась бы. Она отложила его - вероятно, "его", хотя все верны носили маски, из-за которых было трудно сказать, - экстраординарные рефлексы на будущее рассмотрение. Но он, казалось, на удивление не был обеспокоен ее попыткой отделить его голову от плеч и указал ножом на цепь.

- Ты хочешь это отрезать или предпочитаешь оставить это на себе?

- Извини, - сказала Пиди, высвобождаясь из объятий цепи. - Отрезать.

Теперь, когда она могла ясно видеть это, нож выглядел удивительно похожим на простой складной нож, хотя и сделанный из незнакомых материалов. Но как бы это ни выглядело, его лезвие без особых усилий разрезало тяжелую цепь - и ее кандалы. Верн, казалось, вообще не прилагал усилий, но ее путы разошлись с металлическим звоном, так легко, как если бы они были сделаны из ткани, а не из стали.

- Это хороший нож, - сказала она. - Полагаю, я не смогла бы убедить тебя расстаться с ним?

- Нет, - сказал лидер. - Не то чтобы я не ценил твою наглость. - Последнее слово было на неизвестном языке, но контекст прояснил его, и она снова пожала плечами накладных рук.

- Я шин Мадх-Хема. Это наш путь.

- Рад с вами познакомиться, - сказал лидер. Его лицо дрогнуло в странном подергивании мышц, показавшем маленькие белые зубы. - Я принц Роджер Рамиус Сергей Александр Чанг Макклинток, третий наследник империи Человека, и в настоящее время возглавляю эту банду головорезов. - Его лицо снова дернулось. - Я видел, как ты забила до смерти того стражника; похоже, ты отлично впишешься в команду.

* * *

Только трое из шести пленников были еще живы. Один, стражник огня, был убит леммаром, а двое других - оружием абордажников или когда цепь протащила их по палубе.

Хотя обе эти жертвы были шины, Пиди не держала за них зла против вновь прибывших, этих... "людей" или их стражи. Война была образом жизни для шинов; от самого низкого крепостного до самого высокого из королей. Умереть в бою считалось высокой честью, и многие крепостные, как и другие пленники, завоевали свою свободу героической обороной от набегающих колонн кратов.

Пиди задумалась, что делать дальше. Хотя крепостные происходили из других кланов, очевидно, что ее обязанностью было заботиться о них и обеспечивать их благополучие до тех пор, пока они не смогут быть возвращены в свои вотчины. Если возвращение окажется невозможным, она должна будет поддерживать их в меру своих возможностей. И на данный момент эта способность была довольно низкой.

Крепостная, которая говорила так резко, вышла вперед, скрестив руки на груди, и опустилась на колени на палубе, склонив голову в ритуальном поклоне.

- Светлость Мадх-Хем, вы видите меня?

- Ты, должно быть, из долины Сран, - сказал Пиди с жестом шутливого согласия.

- Да, ваша светлость, - сказала крепостная с явным удивлением. - Как вы узнали?

- Если бы мой оруженосец увидел, как кто-то из Мадх-Хем вот так подпрыгивает и расшаркивается передо мной, он бы умер от смеха, - сказала Пиди. - Вставай. Кто ты такая?

- Я Сли, слуга вассала Тром Сусиспа, ваша светлость.

- А ты? - спросила Пиди у другого крепостного.

- Я тоже из земель вассала Тром Сусиспа, ваша светлость, - сказал он, опускаясь на колени рядом со Сли. - Да здравствует ваше сияние. Пин - это мое имя.

- Ну, в Мадх-Хеме мы не придаем большого значения всем этим поклонам и расшаркиваниям, - резко сказала Пиди. - Встань и веди себя так, как будто ты знаешь, для чего нужны твои рога. Нам лучше, чем было, но мы еще не дома.

- Да, ваша светлость, - сказала Сли. - Но, прошу прощения, должны ли мы вернуться на наши земли?

- Если я смогу это устроить, - сказала она. - Это наш долг.

- Ваша светлость, я согласна, что это наш долг, - сказала Сли тоном легкого сожаления. - Но, конечно, это обязанность бенана следовать за своим хозяином?

Пиди почувствовала, как у нее пересыхает слизь, когда она прокрутила в памяти этот потрясающий прыжок со стороны старика. Она наверняка умерла бы без его вмешательства - вмешательства незнакомца, не обязанного помогать ей.

- О, Крим, - прошептала она. - О, Крим.

- Вы не осознали, ваша светлость? - спросила Сли. Пиди просто посмотрела на нее, и крепостная резко вдохнула. - О, Крим.

- Клянусь огнем, дымом и пеплом! - выругалась Пиди. - Я как-то не подумала. Мой отец убьет меня!

- Ваша светлость, - сказал Пин, - любой может оказаться бенаном. Это... случается.

- Не за это, - сказала Пиди, выругавшись еще более гнусно. - За то, что забыла.

* * *

Роджер наблюдал за освобожденными пленными, пока продолжалась дискуссия о том, как укомплектовать экипажи судов. Обычно, когда корабль был захвачен, победители сажали на борт небольшую призовую команду. Его цель состояла скорее в том, чтобы гарантировать, что выжившие члены первоначального экипажа доставят захваченное судно в порт приписки захваченного судна, чем в том, чтобы фактически "экипировать" сам приз.

Но леммары, как немногие мардуканцы, сражались не на жизнь, а на смерть. Причина этой яростной обороны до последнего человека еще не была определена, но пока реакция на усилия пиратов со стороны бронзовых варваров и их помощников была довольно негативной. Леммары сражались яростно и без пощады, но не особенно хорошо. По мнению собственных сил басика, это превратило их из героических защитников в идиотов-самоубийц.

Каковы бы ни были причины леммаров, на этом корабле осталось слишком мало людей, и почти то же можно было сказать о всех остальных. В сочетании с ожидаемым возвращением торговых судов конвоя на север это означало, что большая часть нынешних и предполагаемых трофеев флотилии будет сильно недоукомплектована к тому времени, когда они достигнут места назначения.

Именно с учетом этого соображения Роджер осматривал освобожденных пленников. В зависимости от их происхождения, возможно, удастся привлечь их к службе в качестве моряков, а возможно, и нет. До сих пор, однако, они выглядели довольно... странно.

Во-первых, было ясно, что женщина, которую Корд "спас" (в той степени, в какой она нуждалась в спасении), была главной. Это было достаточно странно, поскольку за все время их путешествия было только два места, где женщины считались чем угодно, только не движимым имуществом. Даже в этих двух местах женщина не считалась бы автоматически начальницей, но в данном случае она определенно была таковой.

Был также вопрос о ее возрасте. Ее рожки были довольно короткими и очень светлого цвета. Этот гладкий, медово-желтый цвет обычно наблюдался только у очень молодых мардуканцев, но у основания был более темный и грубый ободок, так что вполне возможно, что их окраска и состояние были искусственными, а не естественными. У другой пленницы, которая до сих пор вела большую часть разговора, также были рога, которые были более гладкими и несколько светлее, чем обычно. Он задавался вопросом, является ли окраска и гладкость общественным символом? Если это было так, возможно, спутники женщины-воительницы оказывали ей почтение, потому что состояние ее рогов указывало на ее принадлежность к высшей касте.

Однако, о чем бы они ни говорили, казалось, все было закончено, потому что лидер - Пиди Карузе, если он правильно помнил - шагала к командной группе с очень решительной осанкой на своих четырех плечах.

- Твоя подружка уже идет сюда, Корд, - сказал Роджер.

- Она не моя "девушка". - Д'Нал Корд посмотрел на принца сверху вниз и сделал красноречивый жест четырьмя руками, выражающий одновременно смирение и отвращение. - Я не играю с детьми.

- Просто спасаешь их, да? - пошутил Роджер. - Кроме того, я не думаю, что она так уж молода.

- Это был мой долг, - надменно ответил шаман. - И нет, она не "та молодая"; она просто слишком молода.

- Тогда я не понимаю, в чем проблема, - продолжил Роджер. - Если, конечно, ты просто не придираешься.

Он наслаждался замешательством шамана. После всех месяцев, когда Корд ходил за ним по пятам, сыпал пословицами и афоризмами на каждом шагу (не говоря уже о том, что бил его по голове, чтобы подчеркнуть пункты его нравоучительных проповедей об обязанностях правителя), было приятно хоть раз увидеть, как он теряет равновесие. И несмотря на все его неприятие местной женщины как "просто ребенка", было ясно, что шамана... влекло к ней.

Корд сердито посмотрел на него, и Роджер решил снять своего наставника с крючка. Вместо этого он обратил свое внимание на прибывшую мардуканку.

- Пиди Карузе? Чем мы можем вам помочь?

Пиди не была уверена, как затронуть эту тему, поэтому вернулась к церемониям.

- Я должна поговорить с тобой о Пути Чести, о Пути Воина.

Роджер распознал формальную формулировку как явно церемониальную, и его имплант подтвердил, что термины были на отдельном диалекте, вероятно, архаичном.

- Я буду рад поговорить с вами о Пути. Однако большинство способов воина признают приоритет текущих потребностей, и в настоящее время мы находимся в кризисе. Не могла бы эта дискуссия подождать?

- Я сожалею, что это невозможно, - решительно ответила мардуканская женщина. - Тем не менее, полное обсуждение должно быть коротким. Я потерпела неудачу с честью из-за своей неспособности признать долг. Долг и другие вопросы чести, возможно, несколько противоречат друг другу, но сам долг остается, и я должна его решить.

- Капитан, - окликнул Роджер Панера. - Мне нужна Элеонора здесь, пожалуйста! - Он повернулся обратно к мардуканке и поднял руку. - Мне нужен один из моих советников, чтобы разобраться с этим. Подозреваю, что это будет связано с социальными различиями, и нам понадобится лучший перевод и анализ, чем я могу предоставить.

Хотя акцент верна неуклонно и почти невероятно быстро улучшался, многое из того, что он только что сказал, осталось для Пиди полной тарабарщиной. И что бы он только что ни сказал, это не могло изменить ее обязательств. Не могло ждать и прибытия этого "советника", о котором он упоминал.

- Клянусь честью, это не может ждать, - сказала она и повернулась к Д'Налу Корду.

- Я Пиди Дорсон Акос Лефан Карузе, дочь Пиди Агола Ропара Шета Гастана, короля долины Мадх-Хем, повелителя Мадх-Хема. Я приношу в это место только себя, свое обучение, свою жизнь и свою честь. Я официально признаю узы бенана на этом Пути и, таким образом, клянусь в своем служении во всем, начиная с этого момента и до тех пор, пока мы не достигнем конца Пути, через Огонь и Пепел. Да продлится наше путешествие.

- О, черт, - пробормотал Роджер на имперском. Он взглянул на Корда, чье непонимание языка Пиди было слишком очевидным, и поспешно сверился с базой данных культурного влияния своего импланта. Затем он снова сверился с ним, сопоставляя ее слова с языковым ядром оригинала и всеми другими культурными матрицами, через которые они прошли в своем долгом путешествии. К сожалению, оба раза все вышло одинаково.

- Что? - огрызнулся Корд. - Что она сказала?

- О, черт, - сказал Роджер и озадаченно покачал головой. - И у вас, ребята, даже нет общего языка!

- Что? - спросил Панер, подходя к ним троим.

- Привет, Корд, - сказал Роджер со злой улыбкой. - Ты помнишь все те разы, когда предупреждал меня думать, прежде чем прыгать?

- Что она сказала? - угрожающе повторил шаман. - И нет, обычно с вами разговаривал я или капитан Панер.

- Ну, может быть, тебе стоило прислушаться к себе, - сказал ему Роджер, начиная посмеиваться. Он махнул широким жестом на него и Пиди. - Она говорит, что она аси.

- О... черт, - сказал Панер. Мгновение он пристально смотрел на Пиди, затем перевел взгляд на Корда. - О... трах.

- Но... но только мой народ признает узы аси, - запротестовал Корд. - У меня были долгие дискуссии с Элеонорой о культуре моего народа и культурах других стран, с которыми мы встречались в наших путешествиях. И только наши люди признают узы аси!

Роджер покачал головой, пытаясь - хотя и не очень усердно - удержать свой смешок от превращения в хохот во все горло. Попытка стала еще более трудной, когда он оглянулся на Пиди и осознал ее разочарование из-за того, что она оказалась так же неспособна понять Корда, как и он ее. Их полная неспособность общаться поразила принца как совершенная месть Мерфи шаману-космополиту, который назначил себя "рабом" Роджера, наставником, моральным наставником и безжалостным надсмотрщиком. Особенно с учетом того, что ему очень казалось, что Пиди будет, по крайней мере, так же упряма в отношении этой связи с бенаном, как Корд был упрям в отношении связи с аси.

- Что ж, - заметил он с ангельской улыбкой, - по крайней мере, у вас, ребята, будет так много общего.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

- О, у них больше общего, чем это, - сказала Элеонора О'Кейси людям, собравшимся во вновь переполненной кают-компании "Аймы Хукер" чуть более трех часов спустя. - На самом деле, гораздо больше.

Проблема призовых экипажей была частично решена. Пять уцелевших пиратских кораблей были укомплектованы экипажами, набранными со всех шести шхун флотилии, наряду с несколькими к'вэрнийскими пехотинцами, которые знали разницу между носом и кормой. Затем "Айма Хукер", "Пентзикис", "Си фоум" и "Тор Колл" направились на северо-запад, держась на близком расстоянии и отбрасывая пену, в то время как "Снарлиоу" и "Принц Джон" (занятый установкой новой фок-мачты) составили компанию "Дочери дождя" Тоба Керра и захваченным судам леммаров. К счастью, флотилия везла с собой запасной рангоут в качестве палубного груза на борту "Снарлиоу". Замена мачты "Принца Джона" не была бы проблемой, но Роджер совсем не был уверен, что они смогут заменить такелаж обоих потерявших мачты пиратов. Однако, независимо от того, удастся ли произвести ремонт или нет, он чувствовал себя уверенно, оставляя "Снарлиоу" и "Принца Джона" присматривать за делами, в то время как остальная часть флотилии будет стараться захватить оставшуюся часть конвоя, плененного пиратами.

Нынешнее совещание было созвано для того, чтобы попытаться решить некоторые проблемы, с которыми они столкнутся при захвате или "отвоевании" оставшихся кораблей. Кроме того, Роджер и Панер согласились с тем, что настало также время рассмотреть, какие проблемы могут возникнуть после выхода на сушу. В рамках этой второй цели встреча также послужила бы ознакомлению большей части основного командного состава - по крайней мере, насколько это возможно - с политической ситуацией на материке.

- Продолжайте, - сказал теперь Панер, вытаскивая корень бисти и отрезая ломтик. - Я разобрался по крупицам, во что мы ввязываемся, но с таким же успехом ты могла бы рассказать всем остальным.

- Конечно. - Начальница штаба Роджера достала свой блокнот и подключила его к остальным. - Сначала...

- Минутку, пожалуйста, - прервал его Корд. - В то время как все мы, - взмах истинной руки указал на людей, диаспранцев и северян, толпящихся в отсеке, - поймем тебя достаточно хорошо, моя... бенан этого не сделает. Она тоже должна знать об этом.

- О, все в порядке, Корд. - О'Кейси улыбнулась с большим, чем просто намеком на озорство. - Мы, девочки, уже все это обсудили. Она в курсе событий.

- Ах, - стоически ответил Корд. - Хорошо.

О'Кейси подождала мгновение, чтобы посмотреть, сможет ли она еще что-нибудь вытянуть из шамана, но он только бесстрастно сидел. Через несколько секунд она снова улыбнулась - немного шире - и продолжила.

- Пираты в этом районе, как уже сообщил нам капитан Керр, называются "леммары". На самом деле, я подозреваю, что термин, который он использует, не совсем точен. Или, возможно, было бы лучше сказать, что это понятие не совсем точно. Кажется, он использует это как общий этнический термин, но, насколько я могу судить, Леммар, по-видимому, также является политической единицей - аналогично Берберийскому султанату на Земле или Конфедерации Шотокан. Она основана на рейдерстве, пиратстве в открытом море и принудительной дани. Что касается нашей конкретной партии леммаров, мы захватили карты и журналы с двух их кораблей, и у нас есть хорошая информация о нашем местоположении, нахождении рейда и вероятном маршруте, по которому призовые корабли будут возвращаться домой. Так что мы должны быть в состоянии найти большинство из них и преследовать их. Маленькая местная фишка заключается в том, что, как я уверена, все заметили, леммары не любят, когда их берут в плен.

Довольно резкий смешок пробежал по каюте при ее последней фразе. Бойцы в кают-компании - и диаспранцы, и васины, и люди - прошли через слишком многое за последний год, чтобы их действительно волновало, хочет ли кто-то покончить с собой. Если это был выбор их общества, так тому и быть; группа, которая привыкла называть себя собственными войсками басика, была бы счастлива подчиниться местному обычаю.

Что, конечно, не означало, что они были слепы к тактическим последствиям ситуации.

- Это вызовет некоторые проблемы с возвращением кораблей, - отметила Косутич через мгновение, - учитывая тот факт, что они, по-видимому, также не хотят, чтобы был освобожден кто-либо из их заключенных. Должны ли мы вообще пытаться вернуть призы, если леммары собираются перебить всех захваченных членов экипажа до того, как мы поднимемся на борт? Предпочтет ли культура материка получить свои корабли без экипажей? Можем ли мы переправить их на материк без экипажей? И есть ли какая-то политическая выгода в том, чтобы вернуть корабли, если в процессе мы потеряем все их экипажи?

- Из того, что я почерпнула у Пиди, следует, что должна быть как политическая, так и финансовая отдача, - заверила ее О'Кейси. - Технически корабли являются собственностью Храма, но если они захвачены в открытом море, применяются довольно "универсальные" правила утилизации. Если мы их вернем, то в худшем случае получим процент от их стоимости. И припасы, которые у них есть на борту, по-видимому, были очень важны для установления присутствия Храма на одном из бывших островов Леммара. Местное духовенство вложило в этот проект большой политический капитал, поэтому помощь в спасении его от полной катастрофы должна восприниматься хорошо, если только не будет какой-то странной вторичной реакции.

- Значит, возвращение кораблей было бы политически позитивным действием? - сказал Панер. - Я хочу внести ясность в это.

- Да, капитан, - сказала О'Кейси. - Я не зайду так далеко, чтобы сказать, что это было бы "жизненно важно". Но бездействие может быть истолковано как менее дружелюбное - и, конечно, менее "храброе" - чем принятие мер. По моему профессиональному мнению, за исключением явных военных негативных факторов, это следует считать весьма полезным для установления позитивного первого контакта с культурой материка.

- Хорошо, - сказал Панер. - Мы обсудим средства позже. Но получить большинство кораблей и сохранить их в целости может быть непросто.

- Они, должно быть, разбежались, - размышлял вслух Роджер. - Сначала мы должны найти их. Затем придумать, как захватить их, не убив при этом все первоначальные экипажи.

- А как насчет леммаров? - спросила О'Кейси.

- Да, как насчет леммаров? - спросил Роджер в ответ. Его ответ вызвал еще один общий смешок, а начальница штаба кивнула и перешла к следующему пункту в своем списке.

- В таком случае, я хотела бы поговорить о том, что мы будем называть "народом долин" - то есть шинов - в сравнении с культурой равнин, или кратов. Я также предложу некоторые предположения относительно того, откуда берутся эти культуры. Джулиан позже обсудит чисто военные аспекты.

- Шины - довольно типичная культура высокогорных варваров. Они сосредоточены вокруг небольших плодородных долин, в каждой из которых есть глава клана, или "король". Все они номинально независимы, некоторые из них в союзе друг с другом - или вовлечены в кровную месть - на все времена. Есть "великий король" или военачальник, по крайней мере теоретически, но его власть строго ограничена.

- У нас действительно есть контакт с шинами, - отметила начальница штаба, кивнув на женщину-мардуканку, которая заняла позицию рядом с Кордом. Шин села бы позади шамана, но поскольку он уже сидел позади Роджера, там просто не было места. Это вызвало определенные переговоры, когда они впервые вошли в каюту.

- И расстояние по прямой от входа в долины до космопорта короче через долины, - продолжила начальница штаба. - С другой стороны, учитывая полученную к настоящему времени информацию, мы с большей вероятностью столкнемся с трудностями при прохождении через долины, чем если останемся на равнине.

- Эти кровные распри, - сказал Панер.

- Совершенно верно, - кивнула О'Кейси. - Кланы постоянно враждуют. Предположительно, мы могли бы вступить в контакт с кланом Мадх-Хем и получить помощь и проход от него, но если бы мы это сделали, мы автоматически оказались бы в состоянии войны с кланом Сей-Дор. Существует также дихотомия "сквозь Долину", которую Джулиан обсудит. Но это не должно повлиять на нас.

- Отлично, - сказал Роджер. - А как насчет долин? А как насчет сходства между ними?.. Шинами и людьми Корда?

- Сходство можно вывести из лингвистической и культурной матрицы, - ответила О'Кейси. - Язык шин удивительно похож на язык народа Корда. Те же основные грамматические правила, похожая фонематическая структура, даже одни и те же слова во многих случаях и лишь слегка измененные в других. Нет никаких сомнений в том, что они происходят из одного корня общества, и что разделение произошло исторически недавно.

- Что, предположительно, объясняет культурное сходство между бенан и аси, - пробормотал Роджер, затем приподнял бровь, глядя на свою бывшую наставницу. - Есть какие-нибудь идеи, что там происходит?

- Лучше всего предположить, что шины - аборигенная раса этого континента, которая, подобно диаспранцам, пережила ледниковый период, сосредоточив свою культуру на вторичных вулканических особенностях. То есть они останавливались вокруг горячих источников и естественно прогретых пещер, которые должны быть довольно распространены на этом континенте. Если бы я рискнула высказать предположение, я бы сказала, что некоторые из них затем каким-то образом перебрались на континент Корда, на восточную окраину. Это было бы чертовски трудное путешествие под парусом, но вполне возможно, что между этим местом и тем есть мелководная зона, которая была частично или в основном обнажена во время ледникового периода. Однако нам пришлось бы провести много обследований и исследований, чтобы подтвердить это.

- Значит, расхождение произошло относительно недавно, и вы думаете, что группа предков прибыла с этого континента?

- Да, и хорошим примером является языковая дивергенция, - отметила О'Кейси. - "Бенан" явно происходит от "банан", что на языке крат означает "невеста". Но сравните это с "бенаан" народа Корда, которое у них означает "брак". - Она пожала плечами. - Очевидно, что все три слова произошли от общего предка.

- Очевидно, - согласился Роджер, затем ухмыльнулся, наклонился и ударил Корда по руке. - Уже чувствуешь себя женатым, приятель?

- О, заткнись, - проворчал Корд. - Это было ради моей чести.

- Я знаю, - сказал Роджер с некоторым раскаянием. - Это было и для меня тоже. Иногда честь - это проклятие.

- Часто, - внезапно сказала Пиди. - Я... уверяю, что... светлость О'Кейси понимает. Слово имеет смысл. Немного. - Она дернула одной вторичной рукой в гримасе разочарования. - Почти.

- Вроде того, - согласился Роджер, переключаясь на шин. - Но даже если языки связаны, это была настоящая путаница предложения.

- Да, но я могу изучать народ, - сказала Пиди.

- Нет. Я изучаю шин, - сказал Корд. - Вот, шин. Народа здесь нет.

- Хорошо, похоже, мы можем преодолеть языковой барьер, - вставил Панер, затем склонил голову набок в сторону О'Кейси и вернул разговор в нужное русло. - А как насчет кратов? - спросил я.

- Глядя на карту, долины шинов, вероятно, составляют большую часть континента, который в основном представляет собой вулканические "бесплодные земли", - сказала О'Кейси. - Но континент разделен пополам более крупной Долиной, которая изгибается, как головастик, или перевернутая запятая, с юга в большом изгибе на север и запад. И в этой Долине проживает большинство населения и находится реальная власть континента.

- В Долине кратов протекает река, которая тянется через несколько водопадов от большой горной долины до моря. И, судя по описанию Пиди, Долина очень густонаселена. Она также является одной более или менее непрерывной политической единицей. Я говорю "более или менее", потому что, судя по описанию происходящих интриг, император, который также является высшим из первосвященников и который правит из столицы рядом с космопортом, имеет лишь ограниченный контроль над нижней частью Долины.

- Общество представляет собой строго регламентированную теократию, где главными политическими должностными лицами каждого региона также являются первосвященники. И, в отличие от Диаспры, она не является благожелательной. Это общество похоже на позднесредневековое общество Аданти или китайской династии маньчжуров. И это также в значительной степени основано на рабстве, о чем сейчас расскажет Джулиан.

Сержант кивнул в ответ на его реплику и встал.

- У нас небольшая проблема. Одна из причин, по которой краты и шины не ладят, заключается в том, что краты рассматривают шинов как готовый источник рабов для своей теократии - так называемых "рабов Божьих". Кроме того, низменное варварское общество разделено Долиной пополам. В основном на западной и северной сторонах находятся шины, но на восточной и южной сторонах Долины проживают шейдемы. А шины и шейдемы вообще не ладят. На самом деле, краты используют шейдемов в качестве передовых разведчиков для своих рейдовых отрядов против шинов. Как следствие, шины действительно ненавидят шейдемов.

- Что касается самих рейдовых групп, то они, похоже, осуществляются одним из трех подразделений военного комплекса кратов. Фактически, вооруженные силы кратов, по-видимому, разделены на этих рейдеров, которые тесно контролируются Храмом, на военно-полицейский аппарат внутренней безопасности, который поддерживает контроль над гражданским населением, и полевую армию.

- Причина наличия "армии" в первую очередь сложна, - вмешалась О'Кейси. - При всем должном уважении к людям Пиди, шины в лучшем случае является незначительной помехой для кратов. На самом деле, у Долины нет эффективного внешнего врага, поэтому не должно быть необходимости в значительной полевой армии. Но сатрапы, по-видимому, участвуют в определенной степени в ритуальной войне для урегулирования споров. Рейдеры и силы внутренней безопасности контролируются священством, но отвечающие за них священники представляют собой почти отдельную секту. Полевая армия, напротив, находится под пристальным контролем первосвященников, часть которых даже была офицерами. Как будто аппарат внутренней безопасности и эти налетчики на рабов являются "подклассом" военной иерархии. Неизбежное зло, но не особенно хорошо воспринимаемое "регулярными".

- Насколько велика и насколько "хороша" эта их армия? - спросил Панер. - Возможно, нам придется использовать ее против космопорта.

- Я бы предположил, что они довольно хороши в стандартном бою, сэр, - ответил Джулиан. - В настоящее время все наши разведданные поступают из одного предвзятого источника. Однако, даже учитывая это, мне кажется, что они не очень гибкие. Уверен, что мы могли бы использовать их в атаке или в фиксированной оборонительной позиции, но непонятно, насколько на самом деле они были бы полезны при захвате космопорта. Как бы я ни презирал концепцию, стоящую за ними, их "рейдеры на рабов" на самом деле могли бы быть лучше.

- Оправдывающие обстоятельства? - спросил Панер. - И насколько они многочисленны?

- На данный момент у меня нет никаких точных оценок их численности, - признался Джулиан. - Однако, исходя из того факта, что они кажутся наиболее... широко используемым родом войск, я предполагаю, что они представляют собой, по крайней мере, потенциально стоящую вспомогательную силу. Что касается того, почему они, вероятно, были бы нам более полезны, чем полевая армия кратов, то рейдеры - это те, кто регулярно выступает против шинов, а шины явно не бездельничают на своей территории. Рейдеры должны быть быстрыми и ловкими, чтобы справиться с ними, а с космопортом, вероятно, нужно действовать как раз быстро и ловко. Так что... какими бы отвратительными они ни были, нам, вероятно, следовало бы попытаться...

- Проникнуть к ним в доверие? - спросила О'Кейси. - Великолепно.

- Я все еще не понимаю всей истории с налетчиками на рабов, - сказал Роджер. - У них должен быть избыток рабочей силы в Долине, основываясь на том, что Элеонора только что рассказала нам. Так зачем устраивать набеги на рабов?

- Очевидно, их рабы не отличаются... большой продолжительностью жизни, ваше высочество, - сказал Джулиан старательно невозмутимым голосом. - Это создает постоянную потребность в их свежих поставках. Итак, краты совершают набеги на земли шинов в поисках этих "слуг". Таких как наши собственные самые последние рекруты.

- О-о-о. - Роджер поморщился. - Корд всегда хочет быть у меня за спиной. И теперь Пиди придется повсюду следовать за ним...

- И будет очевидно, что она шин, да, ваше высочество.

- Это вызовет проблемы на переговорах, - отметила О'Кейси. - Но у нас есть и другая проблема в этом отношении. Краты считают себя центром вселенной, а все остальные государства должны подчиняться им. И их ритуалы поклонения обширны.

- Итак, они считают императрицу, как еще одного "иностранного варвара", своей подданной, - сказал Роджер. - Это... не редкое поведение в ситуациях первого контакта. Особенно с застойными, удовлетворенными планетными цивилизациями.

- Нет, не для ситуаций первого контакта, - немного мрачно вставила Депро.

- Понимаю, к чему ты клонишь, Нимашет, - сказала О'Кейси через мгновение. - И ты права. Политика империи заключается в отказе признавать настойчивое требование таких правительств об их главенстве, особенно над самой императрицей. Но обычно у посла есть в распоряжении десантный батальон, чтобы демонстративно отказаться выражать почтение императрице.

- И человек, делающий отказ, обычно именно такой - посол, - отметил Панер. - Не член самой императорской семьи. Так что же нам делать?

- Что ж, я приму участие в переговорах, - ответила О'Кейси. - Первые официальные лица, с которыми мы столкнемся, вероятно, не потребуют формального поклона, поэтому я буду вежливо отбивать чечетку столько, сколько смогу, указывая на то, что, хотя "сын огня", несомненно, отличный парень, о том, чтобы наши лидеры совершали полный земной поклон, просто не может быть и речи. Вероятно, мы сможем избежать этого, продемонстрировав нашу личную мощь и имея дело только с функционерами более низкого уровня.

- А как насчет возможности того, что они проинформируют космопорт? - спросил Панер.

- Возможно, нам действительно повезет там, - осторожно сказала начальница штаба. - Хотя сын огня, несомненно, бог, похоже, что некоторые из его служителей настроены в своих желаниях очень светски. Кроме того, Долина разделена на пять сатрапий, которые довольно независимы от центрального правительства. Местный сатрап может вообще связаться со столицей империи, а может и не связаться, и даже если он это сделает, имперская бюрократия не обязательно обратит на это внимание. Или отправят в космопорт, даже если бы это было так. У меня такое ощущение, что портовые власти в значительной степени избегают контактов с местными жителями.

- Почему? - резко спросил Панер.

- Пиди никогда не слышала ни о ком подобном нам, - ответил Джулиан за О'Кейси. - Но в остальном она очень хорошо осведомлена о местных обычаях и политике. Это говорит о том, что люди держатся довольно сдержанно. Если уж на то пошло, она никогда даже не слышала о "кораблях, которые летают". Если бы существовало какое-либо регулярное воздушное сообщение между портом и кратами, можно было бы ожидать, что слухи об этом были бы довольно широко распространены, но ни она, ни кто-либо из шинов никогда ничего об этом не слышали. С другой стороны, она знает, что подавали на последнем пиру императора.

- Ладно, это подводит меня ко второму пункту, который меня сбивает с толку, - сказал Роджер. - Практически во всех других культурах, с которыми мы имели дело, женщины считались меньше, чем ничем. Как с этим у шинов?

- Пиди? - спросила О'Кейси, переключая имплант на шин. - Почему ты воительница? У нас, людей, с этим нет проблем; некоторые из наших лучших воинов - женщины. - Она помахала Косутич и Депро. - Но мы находим это странным в вашем мире. Необычным. Мы не видели ничего подобного нигде в наших путешествиях до тех пор, пока не приехали сюда. Объясните нам это, пожалуйста. На шине или крате, как вам больше нравится.

- Я не воительница, - ответила женщина на языке шин. - Я бигей - дитя войны. Мой отец - воин, король воинов, и от меня ожидают, что я буду спариваться с воинами. Чтобы наш союз был крепче, я обучена малым искусствам - искусству рук, ног и рога, а также малым искусствам владения копьем и мечом. Если вы хотите увидеть кого-то, кто действительно хорош в искусстве, вы должны увидеть моего отца.

- Относятся ли краты к своим женщинам как к равным? - спросил Роджер. - Или, по крайней мере, почти равным, как вы описали?

- Нет, они этого не делают, - практически выплюнула шин. - Их женщины - верны, без обид.

- Не принято, - сказал ей Роджер с усмешкой. - Я слышал это раньше - хотя на другом континенте предпочитают "басик". Но если краты этого не сделают, что насчет шейдемов?

- Женщины шейдемов еще хуже - рабыни, и ничего больше. Они ходят закутанные в сумей, тяжелые одежды, которые скрывают даже их лица. То же самое с тварями леммарами! - Она внезапно замолчала, задумчиво склонив голову набок, как будто что-то в тоне Роджера внезапно пробудило какое-то внутреннее подозрение.

- А что? - спросила она.

- Что ж, - сказал Роджер с еще одной ухмылкой, - я думаю, мы только что нашли нашу маскировку для шин.

- Нет, у нас этого не будет! - сердито сказала Пиди. - Я не шейдем или верн леммаров, чтобы разгуливать вся в их вонючей сумей!

- Ты бы предпочла быть слугой Божьей? - бесцветно спросил Корд на своем родном языке. Шаман явно следил за разговором, по крайней мере, в общих чертах, и он обратил взгляд, такой же невыразительный, как и его голос, на свою новую бенан. - Или отказалась от своего долга? Путь долга - это не вопрос выбора "я не буду".

Роджер сомневался, что Пиди тоже полностью поняла слова Корда, но было очевидно, что суть дошла до нее. Ее губы на мгновение задвигались, затем она прошипела ему односложный ответ.

- Мантия.

- Ну вот, все улажено, - радостно сказал принц. - Но что это за одеяние? И где мы его возьмем?

- Сумей весит по меньшей мере пять лат - это "что за одеяние", - с горечью сказала Пиди. - И мы можем получить их в Кирсти. Это один из главных ткацких центров всех кратов. - Через мгновение она просияла. - С другой стороны, это также один из основных производителей косметики. - Она сделала сложный жест раздражения. - И по этому поводу у светлости О'Кейси есть еще кое-что, что она должна сказать.

- Я не уверена, что мы будем с этим делать, Пиди, - сказала начальница штаба, бросив странный, косой взгляд на Корда.

- В чем проблема? - спросил Панер.

- Ну, - начал Джулиан, героически берясь за рога дилеммы для О'Кейси, - вы заметили, что большинство мардуканцев, с которыми мы столкнулись на этой стороне пруда, одеты.

- Не Пиди, - возразил Роджер, указывая подбородком на бенан.

- Ах, да, но она была рабыней, - осторожно ответила О'Кейси. - Оказывается, что у кратов и шинов - даже у шейдемов - есть строгие табу на скромность тела.

- О, боже, - сказала Косутич. - Я думаю, может быть, тогда нам стоит купить юной леди какую-нибудь одежду, а?

- Это было бы хорошо, - согласился Джулиан. - Корд чувствует себя совершенно нормально таким, какой он есть. Он просто... раздет. Пиди, с другой стороны...

- Чувствует себя некрасиво, - закончила старший сержант. - Попался. Мы разберемся с этим буквально через мгновение. Но как это влияет на остальных из нас?

- Ну, васины, как правило, в своих доспехах, - отметил Джулиан. - То же самое с диаспранцами и к'вэрнийцами. Если мы просто объясним, что местный обычай заключается в ношении одежды, а оставаться в доспехах - самый простой способ сделать это, они будут оставаться в доспехах большую часть времени.

- В любом случае, нам нужно раздобыть им какую-нибудь одежду, - заметил Панер. - Доспехи все время - это плохая гигиена.

- Да, сэр, - подтвердил Джулиан. - Но они привыкли к этой концепции. Корд и Денат, с другой стороны...

- А что насчет нас? - спросил Корд.

- Если мы отправимся бродить с голыми "дикарями", мы нарушим различные местные табу, - деликатно объяснила О'Кейси. - В этом может быть определенный политический "толчок", но гораздо более вероятно, что это приведет к дестабилизации.

- Поскольку местный обычай - носить одежду, как у людей, Корд, - перевел Роджер, - нам всем придется делать то же самое, иначе эти заносчивые местные жители подумают, что мы нецивилизованные.

- Что? Прикрыться тканью? - в голосе Корда звучало недоверие. - Нелепо! Какой разумный человек поступил бы так?!

- Пиди сделала бы, - напомнил ему Роджер с непривычной деликатностью. - Леммары забрали ее одежду не из любезности, когда они захватили ее, Корд.

- Ты имеешь в виду... О. - Шаман сделал сложный жест разочарования. - Я слишком стар, чтобы иметь аси-бенан! Особенно ту, которую я даже не могу понять!

- Эй, приятель, не вини в этом язык! - возразил Роджер. - Никто не понимает женщин!

- Вы заплатите за это, ваше высочество, - предупредила его Депро с улыбкой. Роджер кивнул в знак признания ее угрозы, но выражение его лица внезапно приняло рассеянный вид. Он на секунду потянул себя за прядь волос, затем оглядел стол.

- Люди здесь носят одежду, - заметил он, и его взгляд переместился на новую бенан Корда. - Сколько человек леммары выделили каждому из своих призовых экипажей, когда они захватили конвой, Пиди?

- Это выглядело как от пяти до десяти - возможно, целых пятнадцать для более крупных судов. А что?

- Растар?

Бывший принц васинов поднял глаза, когда Роджер назвал его по имени. Он молчал на протяжении большей части обсуждения, поскольку оно было связано с морскими делами, где ему нечего было добавить. Теперь он склонил голову набок, настороженный тоном Роджера.

- Ты звал, о свет востока?

Роджер усмехнулся и покачал головой.

- Как ты думаешь, сколько из этих леммаров ты сможешь уложить? Серьезно?

- Врасплох, я так понимаю? - спросил васин. Он положил одну руку на рукоятки обоих своих револьверов. - По крайней мере, шесть, я полагаю. Больше, если дистанция достаточно велика для дополнительных выстрелов, прежде чем они смогут приблизиться. Все зависит от обстоятельств.

- И вот, я думаю, ответ на вопрос о том, как мы захватим другие корабли, - сказал Роджер, кивнув.

- И кто же, если я могу спросить, поддерживает его? - мрачно спросил Панер.

- Ну, - ответил Роджер с совершенно невинной улыбкой, - я полагаю, это зависит от того, кто - после Растара, конечно - быстрее всех обращается с пистолетом.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Трас Софу не собирался становиться слугой Бога.

Снова.

Однажды он сбежал из загонов для рабов высокого храма. Лишь горстка слуг могла заявить об этом, и еще меньше из тех, кто сбежал, избежали повторной поимки. Это был момент, который был насильственно усвоен Софу, когда он понял, что агенты правосудия были повсюду в Кирсти. Тогда же он решил, что жизнь моряка - для него. Торговля между островами Леммар была опасной - здесь приходилось считаться не только с пиратами, но и со многими отмелями и другими опасностями для судоходства. Но, учитывая выбор между плаванием по отмелям и риском агентов, он в любой день потерпел бы кораблекрушение.

Теперь, однако, его ставка обернулась против него, и он, вероятно, направлялся прямо обратно в загоны. Однако ходили слухи, что Леммар иногда держал при себе особенно хороших работников. Всегда было много леммаров, которые хотели работать на своих кораблях - самой большой проблемой островов была нехватка судоходства, а не рабочей силы для лодок, - но хороший член команды, каким был Трас, мог быть лучше, чем необученный сухопутный житель. Так что всякий раз, когда требовалось сделать какую-нибудь мелочь, Трас Софу всегда оказывался прав в этом. Любой линь который нуждался в сматывании, сматывался немедленно, и когда команда поднималась в воздух, впереди всегда был Трас Софу.

Его похитители на Леммаре - и его товарищи по команде, если уж на то пошло, - знали, что он делал. Однако одобряли ли его леммары или просто приценивались к топору, было другим вопросом. Он знал, что пираты могли дать слизь независимо от того, жил какой-либо крат или умер. То, как они небрежно отрубили головы капитану и помощнику, сделало этот момент предельно ясным. И, по правде говоря, он относился к пиратам не намного лучше, чем к самим жрецам огня. Но в то время как часть его ненавидела быть соучастником собственного порабощения, быть незаменимым для своих новых хозяев было единственным известным ему способом избежать его прежних... и загона.

Никто из других членов экипажа, казалось, не разделял его отношения. Они погрузились в апатию, никогда ни в чем не проявляя инициативы. Леммарам буквально пришлось силой поставить их на место, и они вели себя так, как будто они уже были слугами, не подлежащими искуплению. Конечно, никто из них, казалось, не был заинтересован в том, чтобы подражать заискивающему рвению Траса.

Вот почему именно Трас, всегда державший голову высоко и высматривавший любые изменения, которые он мог бы обратить в свою пользу, первым заметил странные треугольные паруса на горизонте. Единственное судно, быстро идущее невозможным галсом, практически прямо по ветру, было самой диковинной вещью, которую Трас когда-либо видел - и он на мгновение замер, глядя на гладкое судно с низкой посадкой, когда более медленный торговый корабль кратов погрузился в волну. Он на мгновение задумался, какой червь пожрал мозги того, кто был настолько глуп, чтобы плыть навстречу леммарскому кораблю. Конечно, торговое судно не очень походило на рейдерское судно, так что, возможно, эти сумасшедшие не понимали, с чем имеют дело. Если это было так, то было ли его обязанностью попытаться предупредить их до того, как они отправились навстречу такой опасности?

Он обдумывал это предложение со всех сторон в течение нескольких вдохов, затем решил, что здравомыслие других людей - не его проблема. Остаться в живых было важно, поэтому он сложил свои настоящие руки рупором и повернулся к капитану призовой команды.

- Эй, парус!

* * *

Роджер отказывался смотреть на Косутич.

Он знал, что какие бы эмоции ни испытывала старший сержант, они не будут очевидны. Что не означало, что то, что она чувствовала, было счастливым.

Яростный спор принца с Панером был настолько приватным, насколько это было возможно на таком маленьком корабле, как "Айма Хукер". Но тот факт, что спор имел место - и что капитан не выиграл - был очевиден для всей команды. Это был один из очень немногих случаев с момента их первого прибытия на эту планету, когда у Роджера и командира его телохранителей, человека, который поддерживал ему жизнь на протяжении всего кошмарного путешествия, были четкие и холодные разногласия. И это был самый первый раз с момента высадки на Мардук, когда Роджер припер его к стенке.

Он понимал, что такого рода разногласия были серьезной проблемой в любой команде, но он также чувствовал, что в этом были два положительных аспекта. Первая заключалась в том, что даже Панер был вынужден признать, что он действительно был лучшим бойцом ближнего боя во всей их группе, лучше даже, чем Косутич или сам Панер. Оба этих старших воина отправились в путешествие с гораздо большим опытом, чем у принца. Но эта одиссея включала в себя больше сражений, чем любой морской пехотинец обычно видел за три жизни, и по пути Роджер доказал, что в роте не было никого столь быстрого или опасного в ближнем бою, как принц, которого рота должна была защищать. Это означало, что, споря или не споря, с любой тактической точки зрения, он был именно тем человеком, который должен был находиться именно там, где он был.

И вторым положительным аспектом было то, что у них с Панером произошел спор. Несмотря на всю его свирепость, не было ни криков, ни визга. Разногласия были глубокими и фундаментальными, и, в конце концов, Роджер знал, что его ранг члена императорской семьи сыграл важную роль в том, что Панер уступил его точке зрения. Но он также знал, что Арман Панер никогда бы не признал это в любом случае, какими бы ни были потенциальные будущие последствия для него самого или его карьеры, если бы он не научился уважать суждения Роджера. Он может не разделять этого, и в данный момент капитан, возможно, тоже не особенно осознает, что он "уважает" это. Но Роджер знал. Избалованный принц, защита которого было задачей капитана Армана Панера, никогда бы не выиграл спор с командиром роты бронзовых варваров. Полковник Роджер Макклинток, официальный командир полка Панера, вышедший из горнила Мардука, мог бы выиграть один раз... если бы спорил достаточно долго.

С другой стороны, ничто из того, что Роджер мог сказать или сделать, не могло изменить того факта, что, с точки зрения Панера, вся эта операция была совершенно безумной. Какими бы большими ни были политические преимущества от захвата торговых кораблей храма, потеря жизни Роджера сделала бы совершенно бессмысленным все, ради чего погибло слишком много морских пехотинцев Панера на этой планете. Роджер знал это, и он понимал, что Панер тоже знал. Точно так же, как он знал, что командир его телохранителей способен применять безжалостную логику к командным решениям, с которыми ему приходилось сталкиваться. Что оставило Роджера немного озадаченным. Он предположил, что некоторые офицеры на месте Панера, возможно, посмотрели на меняющуюся структуру взаимосвязанных привязанностей и военной дисциплины в собственных войсках басика и решили, что пришло время применить этот старый афоризм: "Никогда не отдавай приказ, который, как ты знаешь, не будет выполнен". Особенно не тогда, когда бывший объект презрения морских пехотинцев превратился в их воина-лидера... и в фигуру первостепенной власти в глазах поддерживающих их "местных новобранцев".

Но это было не в стиле Панера. Если бы капитан почувствовал, что он теряет контроль - а вместе с ним и способность выполнять свои обязанности, вытекающие из присяги, - перед очень младшим офицером (каким бы ни было звание этого младшего офицера при рождении), он бы предпринял шаги, чтобы предотвратить это. И Роджер узнал Панера достаточно хорошо, чтобы быть уверенным, что любые шаги, предпринятые капитаном, были бы эффективными.

Так что в уравнении должен был быть еще один фактор, который Роджер еще не совсем определил. Что-то, что заставило Армана Панера быть готовым позволить принцу, жизнь которого он обязался клятвенно сохранить, даже ценой того, что кровь каждого из его собственных мужчин и женщин прольется, как вода, рисковать своей шеей в операции, которая, по сути, была второстепенной.

Незнание того, что это был за фактор... беспокоило Роджера. Казалось, это подчеркивало какие-то глубокие, фундаментальные перемены в его отношениях с человеком, который стал для него еще большим отцом, чем был Костас. И хотя он никогда бы не признался в этом Панеру в стольких словах, эти отношения стали одними из самых драгоценных за всю его жизнь.

Но, по крайней мере, пока все шло достаточно гладко, чтобы предположить, что план полковника Макклинтока был эффективным. Это был пятый корабль, к которому они приближались, и все остальные падали как по маслу. Леммары, казалось, не могли себе представить, что два человека могут быть настолько опасны. Косутич и Хонал были единственными, у кого было очевидное оружие, поэтому они, как правило, привлекали внимание пиратов к себе... и подальше от Растара и самого Роджера. Что было неудачно для леммаров.

Растар был одет в халат, похожий на джеллабу, открытый с обеих сторон и скрывавший четыре пистолета, которые он носил в кобурах спереди, не замедляя его движений, когда он тянулся за ними. Древняя земная басня о волке в овечьей шкуре невольно приходила на ум каждый раз, когда Роджер бросал взгляд на рослого северного кавалериста. Не то чтобы он сам был менее опасен. Панер, возможно, и проиграл спор о том, кто именно отправляется в эту маленькую экспедицию, но он наотрез отказался позволить Роджеру взять револьверы размером с человеческий рост, которые он носил с тех пор, как они покинули бухту К'Вэрна. Сохранение незаменимых боеприпасов для шариковых пистолетов морских пехотинцев - это все очень хорошо, но, как он довольно холодно заметил, не было смысла экономить боеприпасы, если человек, за защиту которого они все несли ответственность, умудрится по-идиотски покончить с собой. Вот почему Роджер надел плащ из маршадской дианды, чтобы скрыть пару шариковых пистолетов в кобурах под форменной туникой.

Теперь, когда парусная шлюпка приблизилась к своей пятой цели, Роджер встал позади Растара, выглядя как можно более безобидно, в то время как Хонал и Косутич обращались со своим оружием с определенной нарочитой демонстративностью, призванной убедиться, что все взгляды обращены на них.

- Привет палубе! - взревел Растар голосом, натренированным пробиваться сквозь бедлам и резню кавалерийского сражения.

- Отойдите подальше! - почти так же громко рявкнул в ответ один из пиратов. Отвечавший находился в середине судна, по правому борту, прикрывая глаза ладонью, чтобы разглядеть маленькое судно. Большинство остальных его собратьев-пиратов, казалось, сосредоточились на "Айме Хукер", которая тактично заняла позицию в трехстах метрах от правого борта призового судна. С другой стороны, у капитана Т'Сула были открыты орудийные порты с выкаченными карронадами. Эти леммары имели бы не больше представления о смертоносности этого оружия, чем первые пираты, с которыми столкнулась флотилия, но они распознали бы их как преднамеренное предупреждение о том, что у их посетителей есть свои собственные зубы.

- Нам никто из вас не нужен! - резко добавил представитель пиратов. - Отойдите, я говорю!

- Мы здесь только для того, чтобы купить! - крикнул ему Роджер, подхватывая инициативу с присущим импланту беглым владением местными языками, на которое Растар и надеяться не мог. - Мы пересекли восточный океан, и это было более длительное путешествие, чем мы ожидали! У нас не хватает припасов - особенно еды!

Он посмотрел вверх, наблюдая за силуэтами мардуканцев на фоне затянутого серыми тучами неба, и порадовался, что и Пиди Карузе, и Тоб Керр смогли подтвердить, что довольно распространенной практикой был бартер со случайно встреченными кораблями, когда заканчивались собственные припасы. Конечно, обычно при этом избегали иметь дело с такими людьми, как леммарские рейдеры, но, насколько было известно этим рейдерам, люди в маленькой лодке, плывущей рядом с ними, никак не могли понять, что они не были честными торговцами.

- Мы отправим на борт двух наших - не больше! - добавил Роджер таким вкрадчивым тоном, на какой только был способен. - И мы перевезем все, что купим, на маленьких лодках, вроде этой. Не волнуйся! Мы не пираты - и наш корабль останется в стороне от вас! Мы готовы платить золотом или обменять на товары!

Члены призовой команды коротко посовещались, но в конце концов, как и все их товарищи, они тоже согласились.

- Держи руки по швам - даже ты, парень, похожий на верна! И только двое! Лидеры, а не их охранники.

- Согласен! - ответил Роджер. - Но будьте осторожны! Наш корабль быстрее вашего и более хорошо вооружен. И мы не "лидеры" - просто казначей с переводчиком и хорошо плаваем! Попробуй взять нас в плен, и мы вылетим за борт так быстро, что у тебя закружится голова. После чего наша команда набросится на тебя, как грег, и мы возьмем то, что нам нужно, и скормим тебя рыбам!

- Справедливо! - крикнул в ответ капитан леммаров с негромким, наполовину искренним смехом. Конечно, он был не совсем доволен сложившейся ситуацией. В конце концов, он видел, как быстро "Айма Хукер" догнала его собственный неуклюжий корабль, поэтому он прекрасно знал, что никогда не сможет надеяться убежать от нее. И какими бы миниатюрными ни выглядели эти бомбарды, на странном корабле, очевидно, было установлено их много, в то время как на его захваченном торговом судне было установлено не более четырех жалких вертлюжков. Не был он незнаком и с древним морским законом: большая рыба ест маленькую, и в данный момент эта неуклюжая посудина торгового судна может оказаться действительно очень маленькой рыбой, если уж на то пошло. Так что, если он сможет пережить эту встречу, просто продав часть груза - особенно по хорошей цене, - тем лучше. В конце концов, он ни за что из этого не платил!

И если переговоры пойдут плохо, эти два своеобразных "казначея" могли бы стать слугами, от чего хуже не будет.

* * *

Роджер поймал брошенный линь и поднялся по борту корабля, перебирая руками. Как и другие захваченные ими торговые суда, это было почти таким же в ширину, как и в длину. Конструкция предусматривала большое грузовое пространство, а при достаточном количестве балласта она была мореходной - по крайней мере, в некотором роде. Но корабли двигались медленно, ужасно медленно. Если бы эта штука могла развивать скорость шесть узлов во время урагана, он был бы удивлен.

Кроме того, это был самый большой корабль, с которым они до сих пор сталкивались, что, вероятно, означало, что призовой экипаж тоже будет больше.

Он добрался до верха и кивнул уставившемуся на него леммару, который бросил веревку, держа руки подальше от боков и единственного ножа, который он открыто носил на поясе, когда перемахивал через перила. Двое пиратов, приветствовавших его, легко держали аркебузы в своих настоящих руках, не направленные прямо на него, но близко к этому. Рядом с рулевым был третий пират, а еще один руководил рабочей группой на носу. На борту трех из четырех кораблей, которые они уже захватили, было пятеро пиратов, а на борту четвертого - семеро, так что здесь по крайней мере один все еще числится отсутствующим. Однако, учитывая размеры корабля, Роджер предположил, что где-то под палубами было еще по меньшей мере три. Возможно, целых пять или шесть.

Растар перелез через борт позади него и сделал сложный, многорукий жест приветствия.

- Я приветствую вас от имени бухты К'Вэрна, - сказал он на языке васинов. - Я Растар Комас, бывший принц Тердана. Мы, как мы уже говорили, нуждаемся в провизии. Нам нужно десять тысяч седантов зерна, по меньшей мере тысяча четыреста седантов фруктов, четыре тысячи седантов соленого мяса и минимум семь бочек пресной воды.

Роджер торжественно кивнул Растару и повернулся к явно ничего не понимающим пиратам.

- Это Растар Комас, бывший принц Тердана, - объявил он через свой имплант. - Я его переводчик. Принц Растар теперь является офицером по снабжению нашей торговой партии. Он перечислил наши потребности, но чтобы перевести их должным образом, мне требуется лучшее знание ваших весов и мер, которые, очевидно, должны отличаться от наших собственных.

Он сделал паузу. Призовые экипажи остальных четырех кораблей отреагировали одним из двух способов в этот момент его небольшой речи, и они с Растаром заключили небольшое пари относительно того, какой из этих ответов выберет эта группа.

- Ты что-то сказал о золоте? - спросил более крупный из вооруженных аркебузами пиратов.

"Ах, второй тип. Растар должен мне денег".

- Да. Мы можем заплатить золотом по весовой стоимости, или у нас есть товары для торговли, такие как ткань, из которой сделан этот плащ.

Роджер развел драпировку шелковой накидки в стороны, затем повернулся на носках, чтобы показать, как хорошо она струится. Когда он обернулся, в его руках были два шариковых пистолетов.

У любознательного пирата так и не было времени осознать, что произошло. Он и его спутник уже летели назад, со снесенными сверхскоростными шариками головами, прежде чем он даже успел задуматься, что это за странные предметы в руках огромного верна.

- Клянусь богами Грома, Роджер! - пожаловался Растар, сделав два выстрела, чтобы уложить леммара рядом с рулевым. - Оставь немного для нас остальных!

- Неважно, - отрезал принц. Третий выстрел уложил пирата, который руководил впереди рабочей группой, и он вышиб аркебузу из рук дергающегося тела у своих ног. Затем он повернулся, чтобы осмотреть люки, в то время как Косутич переваливалась через борт. Ближний моряк рабочей группы укрылся за телом своего бывшего руководителя и не выказывал ни малейшего желания выходить из-за него, поэтому он не мог составить никакого представления о том, где могут прятаться другие пираты.

- Берите корму. Мы начнем с носа, - сказал он, делая шаг вперед. - Будьте осторожны.

- Как всегда, - ответил Хонал за своего кузена. Васинский дворянин передернул затвор своего нового дробовика, у которого был ствол шестого калибра и бумажные патроны на латунном основании. Затем он отдал честь. - И на этот раз следите за своей головой, - добавил он. - Не вбивайте ее в нижнюю часть палубы!

- Кстати, об этом, - сказала Косутич, надевая шлем принца ему на голову. - А теперь будьте хорошим мальчиком и опустите забрало, ваше высочество.

- Да, мама, - сказал Роджер, все еще глядя на самый передний люк. Он был надежно закреплен снаружи, но с таким же успехом его можно было закрепить и изнутри. Он опустил забрало шлема и послал импульс ультразвука, но область под палубой, казалось, была грузовым отсеком, заполненным неразборчивыми формами.

- А ты что думаешь? - спросил он старшего сержанта.

- Ну, я ненавижу идти там, где они ожидают, но я также не хочу, чтобы эта чертова штука затонула, - ответила Косутич.

- По крайней мере, у них не было никаких бомбард до того, как их захватили, - отметил Роджер. - Что означает, что порохового погреба тоже нет.

- Замечание принято, - признала Косутич. - Плавать, я полагаю, чертовски лучше, чем быть взорванной. Но это было не совсем то, что я имела в виду.

- Я знаю, что это было не так, - ответил Роджер и взял подрывной заряд, который старший сержант извлекла из своего рюкзака. Он разложил катушку со взрывчаткой на носовой палубе и отошел от круга.

- Не должно быть никаких проблем с наводнением, спускающимся сверху, - отметил он. - И я уверен, что позже мы сможем убедить первоначальную команду починить для нас любые маленькие дырочки в палубе.

Глубокий "бум" донесся с кормовой части корабля, когда Хонал опробовал свой новый дробовик, и Роджер потянулся к детонатору.

- Огонь в дыре!

* * *

Хонал еще раз признал, как многому люди научили васинов. Человеческие техники "ближнего боя", например, были новым подходом. Традиционная техника васинов для ведения боевых действий внутри города, например, заключалась в том, чтобы просто бросить группы на решение проблемы и позволить им решить ее. Но люди возвели искусство ведения боя внутри зданий, или, в данном случае, кораблей, в ранг высокого искусства.

Он вставил еще один бумажно-латунный патрон в затвор для перезарядки и кивнул своему принцу. Растар наконец закончил перезаряжать один из своих револьверов и кивнул в ответ. Они прошли больше половины пути по кораблю и пока что столкнулись еще с четырьмя леммарами. Никто из пиратов не выжил во время встречи, и, учитывая, что по пути был убит только один из моряков кратов, "поломка", как называли это люди, была минимальной.

Растар закрыл цилиндр и осторожно двинулся вперед к двери в переборке перед ними, затем остановился, услышав характерное "крэк!" одного из шариковых пистолетов Роджера. Затем оба васина услышали второй выстрел. И третий.

- Осторожно, - сказал Растар. - Мы приближаемся. Может быть, еще одна каюта.

- Согласен, - ответил Хонал чуть громче шепота, когда он взялся за дверную щеколду. - Готов.

- Иди!

Хонал выпустил патрон в защелку и широко распахнул дверь ногой, затем встал в стороне, когда Растар прошел через нее. Пространство за ним, по-видимому, было камбузом корабля, и единственным обитателем был один из матросов кратов - предположительно, повар или помощник повара - скорчившийся в углу с тесаком в руке. Однако имелись еще две двери: одна в дальней переборке и одна по правому борту.

Звук выстрелов Роджера доносился скорее с правого борта, поэтому Растар одним глазом следил за этой дверью на случай, если принц ворвется через нее.

- Чисто, - крикнул Растар... как раз в тот момент, когда открылась дальняя дверь.

Леммар, который прошел через нее (старший командир, судя по качеству его брони и оружия), был высок, как гора, и явно взбешен. Войдя, он повернул налево, к двери по правому борту, так что, вероятно, намеревался перехватить Роджера и Косутич, направлявшихся на корму. К сожалению, сначала он столкнулся с принцем Тердана.

Первый выстрел Растара пришелся ему высоко по левому боку. Удар пришелся не в жизненно важное место, что делало его действительно неудачным для Растара, поэтому пират смог поднять свой короткий меч и броситься вперед. Хуже того, еще два леммара вошли в дверь прямо за ним, оба с аркебузами.

Растар произвел второй выстрел двойного действия в лидера из своего верхнего левого револьвера, затем последовал выстрел с правой истинной руки. Обе пули попали в грудь его цели на расстоянии едва ли одной ладони друг от друга, и атака пиратского офицера внезапно оборвалась.

В нижнем левом пистолете Растара закончились патроны, и в нижнем правом остался только один патрон, но он использовал его, чтобы поразить аркебузира с правого борта, когда тот обходил своего теперь уже падающего командира. Но все равно оставался левый аркебузир, и обычно молниеносная реакция Растара никогда не казалась такой медленной. Его руки с пистолетами, казалось, были в замедленной съемке, когда они повернулись к леммару, и его мозг отметил каждую деталь, когда леммар осторожно поднял свое оружие, прицелился и медленно опустил горящий фитиль к запальному отверстию...

Только для того, чтобы отлететь назад в потоке крови, когда Хонал наклонился к своему двоюродному брату и выпустил один патрон.

- Я же говорил тебе взять дробовик, - сказал Хонал, проходя мимо бывшего принца.

- О, конечно, - проворчал Растар. - Только потому, что они сделали для вас настоящие патроны, а у меня все еще есть эти штучки с листом-вспышкой!

Дверь по правому борту распахнулась, и в поле зрения медленно появилась голова Косутич. Она оглядела камбуз и покачала головой.

- Ты хороший человек, когда говоришь "оставь немного для остальных нас", - сухо заметила она.

* * *

Роджер наблюдал, как галера медленно приближается к "Айме Хукер", и покачал головой.

- Почему у меня вверх по позвоночнику ползет этот червячок? - тихо спросил он.

- Потому что мы вот-вот потеряем часть нашего контроля, - спокойно ответил Панер. - Неприятное чувство, не так ли? Тем более, что совершенно ясно, что если мы расстроим этих людей, они могут раздавить нас, как букашек.

Кирсти была огромной. Гавань представляла собой обрушившуюся кальдеру по меньшей мере двадцать километров в поперечнике, которую прорезала огромная река. Вся кальдера, от уровня воды до ее самого высокого гребня, была покрыта смесью террасных насаждений и зданий. Большинство зданий представляли собой одно- и двухэтажные сооружения с деревянным каркасом, пустоты в котором заполнял побеленный саман, и они были плотно прижаты друг к другу.

Ближе к уровню воды большинство зданий были красивее и крупнее. По словам Пиди, это были резиденции для городской иерархии, и они были построены из хорошо подогнанных базальтовых блоков. На каждом из обращенных к суше склонов кальдеры, там, где она была разделена рекой пополам, также располагался обширный храмовый комплекс. Западный комплекс был больше и тянулся от основания склона вверх по массивному гребню до самого гребня.

К северо-западу от этого храма находились три явно действующих вулкана, чьи слабо дымящиеся гребни возвышались даже над массивными стенами кальдеры. А за кальдерой большая долина - предположительно, знаменитая Долина кратов - погрузилась в голубую тайну.

Там, где река впадала в гавань, она была по меньшей мере три километра в поперечнике. Затопленная часть кальдеры насчитывала около двенадцати километров в поперечнике, а внешний разлом был по меньшей мере шесть километров в ширину, поэтому гавань располагала двумя массивными естественными волнорезами по обе стороны от входа. Странно, но, учитывая качество гавани, большинство лодок в поле зрения были местными - небольшие рыбацкие каики и дори, многие из которых были вытащены на берег из базальта и туфа. Было несколько крупных торговых судов, таких как "Дочь дождя" и другие корабли ее злополучного конвоя, но большинство верфей, похоже, были способны строить только суда меньшего размера.

Большинство торговых и рыболовецких судов находилось в восточной гавани, в то время как большинство военных судов - коллекция галер и небольших парусных судов - находились на западной стороне, недалеко от более крупного храма. Массивные форты с гигантскими кольцевыми бомбардами обрамляли внешний вход, а груда дерева и ржавеющих цепей на западном берегу указывала на то, что гавань при необходимости можно было закрыть цепной стрелой, несмотря на необъятность ее входа.

Течение реки было сильным там, где она впадала в кальдеру, и отток воды из гавани был очевиден в течение последних двух дней подхода флотилии к городу. При таком течении и очевидном заносе реки илом любая нормальная гавань за очень короткое время заполнилась бы и превратилась в дельту. Однако в случае Кирсти весь ил, казалось, смывался в море, что, по мнению Роджера, вероятно, говорило о некоторых интересных вещах о рельефе недр. На более непосредственном уровне последствия течения реки должны сделать ситуацию еще более "интересной" для местного военно-морского флота.

Флотилия получила свой эскорт очень рано накануне, когда две галеры кратов появились из-за горизонта и быстро направились к ним. Они немного сбавили скорость, когда поняли, насколько большой - и необычно выглядящей - на самом деле была флотилия. Но младший священник, командовавший ими, также быстро распознал в захваченных торговых судах то, чем они были, и продолжил идти вперед, чтобы установить контакт. Изучив ситуацию и взяв показания у Тоба Керра и некоторых других членов экипажей на борту захваченных кораблей, он пришел к выводу, что любое принятие решений должно осуществляться на более высоком уровне.

Конвою было приказано проследовать в Кирсти в сопровождении младшей галеры, в то время как командир повел свой корабль вперед. Шхуны продолжали плестись позади более медленных кораблей кратов, пока, наконец, не достигли порта, все еще в сопровождении младшей галеры, которая, очевидно, пыталась решить, была ли это почетная охрана или захватчики.

Теперь другой корабль вернулся, и на его кормовой палубе была отчетливо видна группа явно высокопоставленных чиновников. Фактически должен был вот-вот состояться первый контакт с группой, которая также поддерживала контакт с космопортом.

Неудивительно, что это был... неудобный момент, подумал Роджер. Они прошли долгий путь, чтобы достичь этой точки, и временами казалось, что, учитывая все, что они уже преодолели, ничто не сможет остановить их сейчас. Но реальность, как продемонстрировал этот огромный город, заключалась в том, что самая трудная часть путешествия была еще впереди.

- Нет хорошего способа выполнить эту часть, ваше высочество, - продолжил Панер. - Мы даже не знаем, осведомлен ли этот конец Долины об имперском присутствии, и у нас нет представления о том, каким может быть отношение верхней Долины. Если правители Кирсти знают об имперском присутствии и довольны этим, то мы не можем прямо заявить, что собираемся выселить нынешних жителей. Если они не знают о присутствии имперцев, то попытка объяснить нашу цель потребовала бы гораздо больше объяснений, чем любой из нас хотел бы выдать. Поэтому мы просто скажем им, что мы потерпевшие кораблекрушение торговцы, путешествующие с другими торговцами и посланниками из "земель за морем" в их столицу, чтобы установить коммерческие и дипломатические отношения с их верховным жрецом. Хотя попытка уговорить их пропустить нашу маленькую армию должна быть интересной.

Роджер посмотрел на капитана, затем снова на галеру. Тот факт, что Панер сказал так много в этот момент, не показался ему хорошим знаком. Это был самый явный признак нервозности, который он когда-либо видел у обычно жизнерадостного морского пехотинца.

- На данный момент нас никто не остановит, капитан, - сказал принц. - Мы направляемся в порт. Мы собираемся захватить порт, реквизировать первое попавшееся грузовое судно "бродягу" и отправиться домой к маме. И это все, что в этом есть.

Панер покачал головой и усмехнулся.

- Да, сэр, ваше высочество, - сказал он. - Как скажете.

Роджер глубоко вздохнул, когда первый из местных стражников поднялся по трапу, затем резко кивнул командиру своей охраны. Они возвращались домой, подумал он... или его звали не Роджер Рамиус, а Сергей Александр Чанг Макклинток.

* * *

Сор Теб попытался одновременно справиться со своим шоком и грациозно выпутаться из дурацкого приспособления из веревок и дерева, которое подняло его на борт. Описание вернувшегося командира галеры почти целый день просачивалось по цепочке жрецов и первосвященников, пока не дошло до кого-то, кто знал о присутствии людей на плато. Когда это произошло, конечно, все запаниковали. Учитывая политические и личные трения между Гимоз Кушу и Огненной Пастью, сразу же было высказано предположение, что люди прибыли как посланцы с плато, и это было основанием, на котором Тэб был послан поприветствовать их.

Но один взгляд на этих посетителей сказал ему, что все тщательно продуманные расчеты иерархии были ошибочными. Эти люди явно отличались от тех, что были на плато.

Во-первых, людей было не так уж много. На самом деле, в данный момент он видел в поле зрения не более семи или восьми из них, что стало серьезным потрясением для системы. Он никогда не видел старшего человека с таким количеством стражников! Но, очевидно, у этих старших людей были другие приоритеты. Действительно, они, похоже, действительно использовали мардуканцев в своей группе в качестве личной охраны, в то время как никому из людей плато и в голову не пришло бы так глубоко доверять местным жителям.

Во-вторых, хотя дорожная униформа этих людей была похожа на экипировку стражников имперского порта на плато, их оружие таким не было. Впрочем, это оружие тоже не было аркебузами. Они попали в некую золотую середину, с тем неоспоримым видом смертоносности, который, казалось, характеризовал все человеческое оружие, но также и с видом чего-то, что было произведено на месте, а не привезено на борту одного из их чудесных кораблей из-за облаков. Но что было самым удивительным из всего, так это то, что их местные стражники и сопровождающие носили то, что явно было версиями того же оружия, которое было модифицировано для их большего размера. Ни один человек с плато никогда бы не подумал о чем-то подобном!

По крайней мере, у одного из людей был пистолет в кобуре явно имперского производства, но Сор Теб не видел ни одного из огнестрельного оружия - "плазменных пушек", - которые носили стражники плато. Он даже не видел ни одного из "шариковых ружей". Возможно, некоторые из них были на борту этого замечательного судна, но если они были, то почему ни у кого из людей их не было на борту?

На мгновение он задумался, какова была их история. И еще ему было интересно, что бы они сказали. И, наконец, он задался вопросом, как бы он определил разницу между двумя версиями.

Это было бы интересно.

* * *

Элеонора О'Кейси кивнула и улыбнулась с закрытым ртом, затем попятилась от группы священников.

- Все любопытнее и любопытнее, - сказала она, поворачиваясь к Роджеру и Панеру.

- Довольно скрытные, не так ли? - ответил Роджер. - Я ничего не получаю.

- Они поддерживают связь с портом, - сказала О'Кейси. - В этом нет вопросов. И по крайней мере двое из них встречались с людьми. Заметили, что они не кажутся такими выпученными, как остальные?

- Да, - сказал Панер. - Но они не очень-то откровенны, не так ли?

- Да, это так. Я думаю, что происходят две вещи. Этот сатрап не поддерживает контактов с портом, но один из "второстепенных" членов партии, этот Сор Теб, недавно был в столице и имел дело с людьми. Наверное, именно поэтому он часть всей этой вечеринки. Я предполагаю, что он ближе всего к тому, что у них есть к "специалисту по человеческим ресурсам", так что он здесь как что-то вроде посла от двора.

- Или шпион, - указал Панер.

- Или шпион, - согласилась О'Кейси. - Я также думаю, что он действительно тот, кто контролирует всю группу. Ничего из того, что делают другие, но весь разговор меняется всякий раз, когда он что-то говорит.

- Мы можем высадиться? - спросил морской пехотинец, возвращаясь к сути разговора.

- Да, хотя они, очевидно, не очень рады тому, что небольшая армия прошла прямо через их город.

- У нас должна быть охрана, - твердо сказал капитан.

- Это скорее вопрос того, сколько их, - ответил начальник штаба. - Они не желают разрешать покидать корабли более чем трем сотням одновременно. И все мы должны носить свое холодное оружие в мирных целях, а огнестрельное оружие незаряженным, хотя они могут носить с собой боеприпасы. Каждому будет выдано "удостоверение личности", показывающее, что им разрешено носить с собой и где. Честно говоря, все очень цивилизованно. О! И офицеры могут носить заряженные пистолеты.

- Ну, это первая рота нападающих, - рассмеялся Роджер. - С Растаром и мной.

- Ладно, - несчастно сказал Панер. - Я не вижу другого выхода, кроме как принять их условия. Но у нас есть снаряжение, чтобы добраться туда, где мы разместимся. И это еще одна вещь - мы должны находиться вместе в защищенном месте.

- Я позаботилась об этом, - заверила его О'Кейси. - Я указала, что Роджер высокопоставленный дворянин империи людей, хотя называла его бароном Чангом. Это даже не было ложью, поскольку это один из его второстепенных титулов. Но как человек-барон, он обязан всегда быть в безопасности. И я также сказала им, что у нас довольно много сумок и багажа. Их это устраивает.

- И у них нет проблем с официальной причиной нашего визита? - спросил Панер.

- Во всяком случае, пока нет, - сказала О'Кейси. - Я объяснила, что "барон Чанг" потерпел кораблекрушение на другом континенте, и что местные жители там помогли ему и его группе. В качестве награды и чтобы выполнить свои обязательства чести перед теми, кто помог ему, барон направил представителей местных торговцев и принцев на этот континент, чтобы установить отношения с кратами, а также сопровождать его в качестве охраны к его "друзьям" в космопорту. Они, кажется, принимают все это как достаточно разумное, но они хотят, чтобы мы разместились здесь, в районе причалов. Я не думаю, что они раньше имели дело с большими контингентами из других цивилизаций, но они реагируют немного так же, как Япония времен Мэйдзи. Они устанавливают приемлемую зону для иностранцев и закрывают для них остальную часть города с общим передвижением.

- Вам нужно будет принять помещения для нас, когда мы доберемся туда, но они должны быть адекватными. Кроме того, мы не сможем просто позволить войскам бродить по своему усмотрению. Они расстроятся, если вокруг будет заметно присутствие иностранцев, поэтому нашим людям нужно будет оставаться в основном в жилых помещениях.

- Помните Маршад, - тихо сказал Роджер.

- О, да, - согласился Панер, нахмурившись. - На этот раз мы тщательно прочешем стены.

Он оглянулся на О'Кейси.

- А как насчет циванов? И как мы пополним запасы? Людям придется ходить на рынки. И я не уверен, что стоит держать все войска взаперти, пока они не решат, что с нами делать.

- Эти люди не привыкли к иностранцам, - сказала О'Кейси, пожимая плечами. - Руководство собирается попытаться изолировать нас настолько, насколько это возможно, и население, вероятно, будет немного враждебно настроено, так что в любом случае держать войска поблизости, вероятно, было бы хорошей идеей. И что бы еще ни случилось, циванам придется остаться здесь, с нами, в доках. В храме, похоже, нет никаких конюшен. Если уж на то пошло, на этом континенте, похоже, вообще нет ни одного цивана, хотя у них есть туромы. В любом случае, дальше в городе нет подходящих конюшен, но здесь, у доков, есть помещения для содержания скота, которые должны им подойти, и мы можем приобрести корм у местных торговцев.

- Можем ли мы торговать напрямую с торговцами? - спросил Роджер. - Или мы должны торговать через Храм?

- Мы должны передать часть торговых товаров Храму в качестве налога. На самом деле, импланты переводят это как "десятина". В остальном мы можем иметь дело напрямую с местными торговцами.

- Уверен, что T'Сул сразу же приступит к работе по установлению контактов для Уэс Тила, - сказал Роджер, смеясь.

- Существуют некоторые дополнительные ограничения, - продолжила О'Кейси с задумчивым выражением лица, когда она получила доступ к своему импланту. - Их много. Каждому из нас будут выданы памятные таблички, определяющие, куда мы можем пойти и при каких обстоятельствах. Никто из нас не может войти в храм, пересечь границу восточного города или войти в какое-либо частное жилище без специального официального разрешения. Офицеры и определенные охранники - не более пяти - могут входить в храмовые помещения, которые являются более или менее светской собственностью. И тут довольно строгий комендантский час: запрещено покидать территорию нашего комплекса после наступления темноты или во время религиозных обрядов. У меня есть список церемоний на ближайшие пару недель, так что мы сможем без особых проблем их спланировать.

- Боже, - сказал Роджер. - Настоящие дружелюбные люди. Теперь я жалею, что мы не отпустили их проклятые корабли!

- Возможно, их реакция могла быть и хуже, - отметила О'Кейси. - Проблема в том, что это общество типа "запрещено все". Если это специально не разрешено, то это запрещено. Очевидно, они также облагают налогом все, кроме дыхания. И я бы поспорила, что они работают и над этим!

- Ну, если вы согласны, капитан, я бы все равно сказал, давайте сделаем это, - нахмурившись, сказал Роджер. - Мы возьмем роту Карнанского батальона под командованием Фейна, а остальных оставим на кораблях. Они могут приземлиться, чтобы размять ноги, и потом мы поменяем подразделения. То же самое с кавалерией, но мы возьмем с собой Растара и Хонала и покинем корабль вместе с Чимом.

Панер оглядел огромный город, затем медленно кивнул головой.

- Согласен, ваше высочество. Но нам лучше не высовываться и быть по-настоящему терпеливыми. О какой-либо альтернативе ладить с этими людьми просто невыносимо думать.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

- Уууууу, теперь это то, что я называю цивилизацией! - Джулиан рассмеялся, когда колонна войск двинулась вглубь острова от доков. Район, где они должны были быть изолированы, находился примерно на полпути между собственно причалами и началом храмовой зоны.

Местное население систематически эвакуировалось с их пути, но было ясно, что дороги обычно кишели покупателями и продавцами. Обе стороны маршрута были уставлены временными прилавками и тележками, которые были поспешно брошены, вероятно, по приказу стражников с посохами, которые "сопровождали" людей. Этот район, казалось, был главным образом рыбным рынком, но со склона открывался прекрасный вид на другие бульвары, и все они были забиты толпами людей.

- Все еще овцы, с которых нужно снять шкуру, - проворчал Поэртена, поправляя свой рюкзак, чтобы он лучше прилегал.

Его конструкция была чем-то вроде легенды. Ее основой был стандартный походный рюкзак морской пехоты, но он был "расширен" с помощью специально отформатированного мультиинструмента примерно в четыре раза по сравнению с обычным объемом. Никто не был до конца уверен, что там было. Они знали, что в нем не было настольного тестера для плазменных винтовок, хотя теперь в нем имелась удобная замена для одного из них в полевых условиях. И в нем не было кухонной раковины; несколько морских пехотинцев просили об этом. Кроме этого, в нем, казалось, было все, что обычно можно найти в первоклассном арсенале, включая, но не ограничиваясь этим, плазменные сварочные аппараты, микрометры, детали, полевые токарные станки и даже "городской инструмент", получивший название "разводной ключ", который был засунут сбоку через верхнюю крышку. "Разводной ключ-отмычка" был инструментом последней надежды Поэртены - регулируемый Стилсон метровой длины. Если неподатливое оружие не работало в соответствии со спецификациями или, не дай бог, доспехи запирались, оно подвергалось воздействию "отмычки". Обычно часть оборудования поддавалась сразу же. Если нет, то его обработка продолжалась до тех пор, пока оно не обретало нужную форму или не отправлялось на выброс.

- Мы собираемся научить их тузу-двойке? - спросил Денат. Племянник Корда проехал за ротой через полмира, скорее из любопытства, чем по какой-либо другой причине. На этом пути он доказал свою неоценимость как прирожденный "агент разведки" - лишь невежливые люди называли его шпионом. И, конечно, он оказался не менее ценным в качестве правой руки Поэртены, когда дело дошло до ознакомления людей с новой концепцией "карт".

- Не-а, - сплюнул пинопанец. - Для этих трахальщиков? Мы научим их канасте.

- Оооооооо, - засмеялся Джулиан. - Это отвратительно!

- Канаста - это то, чему я учу людей, которые мне не нравятся, - сказал Поэртена. - Хуже ее только бридж. И даже эти ублюдки не заслуживают того, чтобы обрушивать на них бридж. Я не думаю, что они мне сильно нравятся, но они могут быть слишком противными.

* * *

- Мне это не нравится, Кринди. - Эркум Пол перевернул тисненую табличку, висевшую у него на шее, вверх ногами и попытался прочитать ее. - Я чувствую себя циваном на рынке.

- Привыкай к этому, - ответил Фейн, наблюдая, как рядам диаспранской пехоты выдают похожие на амулеты идентификационные значки. - Если у нас их не будет, нас арестует местная стража за незаконное ношение оружия.

- Это еще одна вещь - мне не нравятся все эти гребаные стражники. - Пол с подозрением вглядывался в ряды местных мардуканцев. Церемония выдачи проходила на большом складе у набережной, входящем в комплекс из четырех зданий, и вдоль двух стен склада стояли стражники кратов.

Как только всем будут выданы удостоверения и территория будет считаться защищенной, этот склад и три других будут переданы людям и их союзникам для размещения и хранения. У здания было очень мало возможностей для этого, но, по крайней мере, это была крыша, и она не раскачивалась. Прямо снаружи было общественное отхожее место, и местные жители заверили их, что оно способно утилизировать все отходы к'вэрнийского контингента. В остальном это было бы ненамного лучше, чем разбить лагерь. В общем и целом, до сих пор это соответствовало недружелюбному характеру их приема.

Кринди мгновение созерцал ряды стражников, затем сделал жест отрицания.

- О них не стоит беспокоиться, - проворчал он. Помимо всего прочего, охранники были вооружены только длинными дубинками. Было очевидно, что большую часть своего "боевого" времени они проводили, имея дело с грабителями и бунтовщиками. Его диаспранская пехота, напротив, была вооружена казенниками и все еще носила с собой штыки. Ружья были разряжены, а штыки вложены в веревочные ножны, но исправление заняло бы всего мгновение.

И все же оружие было лишь частью этого - и не самой большой. Ветераны "собственных сил басика" были выжившими в титанических столкновениях вокруг Синди, где тридцать тысяч солдат Диаспры, Бухты К'Вэрна и васинов разгромили более чем в три раза превосходящих их общее число воинов боманов. По отдельности, застигнутые этими стражниками кратов в драке в баре, их опыт может не иметь никаких особых последствий. Но в подразделении, подчиненном дисциплине, было сомнительно, что на всем Мардуке была другая боевая сила, равная им.

И если таковая и была, то эти гребаные киски кратов точно ей не были.

- Не проблема, - сказал Фейн с тихим смешком. - Басик для атула.

* * *

- Все идет не очень хорошо, - сказала О'Кейси, опускаясь на одну из подушек и вытягиваясь. Джулиан последовал за ней в комнату, и сержант разведки выглядел так, словно надкусил лимон.

- Еще один обходной маневр? - Роджер приподнял бровь.

- Еще один обходной маневр, - подтвердила О'Кейси.

Встреча была небольшой, в нее входила только центральная группа командования: О'Кейси, Роджер, Косутич и Панер, а также Джулиан для получения разведывательной информации и Поэртена для обсуждения поставок. Даже Корд и Пиди Карузе куда-то запропастились. Трудности, с которыми уже столкнулась О'Кейси, наводили на мысль, что им придется встретиться снова, с большей группой, если они собираются разработать планы по преодолению тех же трудностей. Но сейчас казалось разумнее обсуждать плохие новости только с командирами.

Суть заключалась в том, что им нужны были краты. На континенте Бухты К'Вэрна всегда были "рычаги", которые они могли использовать - различные фракции, с которыми они могли вступать в союз или манипулировать ими, или альтернативные маршруты, которые они могли использовать, чтобы обходить препятствия. Здесь, однако, единственный способ добраться до их цели лежал через кратов, а краты оказались не только замкнутыми и враждебными, но и на удивление нерешительными.

- Есть несколько вещей, происходящих на поверхности, - сказала она со вздохом, - и кто знает, сколько их на заднем плане! Сор Теб, наш встречающий невысокого ранга, на самом деле является главой сил по добыче рабов. Технически, это все, чем он является, но реальность, похоже, такова, что он нечто среднее между великим визирем и главой службы внешней разведки. Он в значительной степени играет в свою собственную игру, и я предполагаю, что он стремится стать преемником местного верховного жреца. Все остальные в местной властной структуре, похоже, тоже так думают, и мне кажется, что существует два лагеря: один против него, а другой нейтральный.

- Совсем никаких союзников? - бровь Роджера изогнулась. - И какое это имеет отношение к нам?

- Во всяком случае, явных союзников нет, - ответила О'Кейси, покачав головой. - И что это имеет отношение к нам, так это то, что у него не только одни из лучших сил, но он также представляет наиболее вероятную опасность для наших планов. Существует также тот факт, что, как правило, никто другой в совете не желает принимать решение без его присутствия, так что, возможно, на самом деле происходит то, что его заговор зашел так далеко, что все остальные просто держатся подальше от него.

- Из стражников вроде его солдат, вероятно, получились бы приличные убийцы, - отметил Джулиан. - И их очень боятся - Бича, то есть. Гораздо больше, чем Цепа.

- Что это за Бич? Или, если уж на то пошло, Цеп? - спросил Панер. - Это новые условия для меня.

- Мы только что узнали о них, - признался Джулиан. - Названия трех военизированных групп, связанных с Храмом, - Сире, Бич и Цеп. Бич - это группа ловцов рабов Сор Теба, но Сире - это внешняя охрана, в то время как Цеп - это внутренняя полиция. Вместе члены этого триумвирата составляют высший военный совет.

- Я бы предположил, что первосвященники используют эти группы, чтобы уравновесить друг друга, - перебила О'Кейси. Она посмотрела в окно на три вулкана, нависшие над городом, и пожала плечами. - Сопротивление Сор Тебу оказывается, в основном со стороны Сире, обычных вооруженных сил, функция которых заключается в перестрелках с другими сатрапами. Лидером Сире является Лорак Трал. Из всего высшего совета Трал больше всего похож на истинно верующего, поэтому он пользуется большой симпатией у населения в целом, и его фракция, похоже, следующая по силе. Местный сатрап, однако, начинает терпеть неудачу. Борьба за его должность набирает обороты, и, похоже, это может произойти слишком рано для планов или перспектив Трала. Тот факт, что последние два первосвященника были из Сире, тоже подливает масла в огонь. Очевидно, другие заинтересованные группы считают, что было бы плохой идеей позволить Сире создать еще какую-то "династию", посадив на трон сатрапа своего третьего соправителя подряд, что очень затрудняет Тралу заручиться большой поддержкой среди его коллег-советников. Похоже, что бы ни думала об этом широкая общественность, следующим верховным жрецом станет лидер Бича.

- Не может быть популярным выбором, - заметил Роджер. Он почесал позвоночник Догзард и покачал головой. - Работорговец в качестве верховного жреца?

- Это непопулярно, ваше высочество, - немедленно согласился Джулиан. - Люди не говорят этого прямо, но его совсем не любят. Его боятся, но это даже не уважительный страх. Просто... страх.

- Так какое отношение к нам имеет эта борьба за престолонаследие? - снова спросил Роджер, затем напрягся, когда пол слегка содрогнулся под ними. - О-о-о!

Дрожь продолжалась мгновение или два, затем прекратилась, и Джулиан покачал головой.

- Вы знаете, ваше высочество, если вы собираетесь включать этот генератор землетрясений всякий раз, когда говорите...

- Черт, - сказала Косутич. - По крайней мере, было светло. Хотя я надеюсь, что это не было предварительным шоком.

- Без хорошей сенсорной сети это невозможно узнать, - сказал Роджер, наклоняясь и похлопывая шипящего зверя по ногам. - Но я не думаю, что они нравятся Догзард.

- Она не единственная, ваше высочество, - сказал Панер. - Было бы чертовски трудно завезти тебя так далеко и потерять из-за землетрясения!

- Взаимно, капитан, - улыбнулся Роджер. - Но на чем мы остановились? Ах, да. Этот Сор Теб и почему он важен для наших планов.

- Начинает казаться, что мы никуда не пойдем без его согласия, - отметила О'Кейси. - Мы даже не получили твердого "да" или "нет" на разрешение покинуть город, не говоря уже о том, чтобы отправиться в другие сатрапии. Официальная позиция заключается в том, что местные власти должны заранее получить разрешение других сатрапов, прежде чем позволить нам въехать на их территорию, но это не выдерживает критики.

- Да, это не так, - согласился Джулиан. - Денат разговаривал с Пиди Карузе. В каком-то смысле это забавно. Корд, вероятно, лучший ученый, который у нас есть, конечно, после Элеоноры, но у Дената гораздо лучший слух к языкам.

На самом деле, подумал Роджер, Джулиан значительно преуменьшил суть дела. Он никогда не встречал никого, мардуканца или человека, у кого был бы такой же слух к языку, как у Дената. Природная склонность племянника Корда к языкам была почти пугающей. Единственным уроженцем Мардука, который был близок к тому, чтобы соответствовать этому, был Растар, и даже у него был гораздо более выраженный акцент, каким бы хорошим ни было его понимание грамматики и синтаксиса.

- Он перенял от нее достаточно местного диалекта для приличного начала, - продолжил Джулиан, - и он отправился исполнять своего "тупого варвара".

- Согласно тому, что ему удалось подслушать, довольно большая часть Долины непосредственно к северу контролируется Кирсти. Следующий сатрап к северу - Вио, и местные жители не очень хорошо относятся к Вио. Все сатрапы вверх по реке отсюда - начиная с Вио - взимают грабительские пошлины за перемещение товаров через них, и Кирсти чертовски возмущена тем, что торговые классы других сатрапий субсидируются. В случае Вио, например, торговцы Кирсти могут либо иметь дело исключительно с Вио... или теряют половину своей стоимости из-за сборов Вио еще до того, как они попадут на другой рынок на другой стороне.

- И, конечно, торговля вообще не может проходить через долины племен, - отметила О'Кейси. - Нет особого смысла пытаться пройти через шейдемов. Даже если бы они не совершали набеги на караваны вслепую, они находятся "снаружи" изгиба реки, так что на другой стороне им все равно не с кем торговать. И попытка пройти через земли шинов была бы... действительно плохой идеей.

- Но между Кирсти и границей Вио довольно большое расстояние, - сказал Джулиан. - Они делят сатрапии на районы, называемые "дозорами", и кажется, что каждый дозор имеет около пятидесяти километров в поперечнике. Между этим местом и Вио их четыре, так что мы рассчитываем на расстояние около двухсот километров. И между этим местом и Вио также есть целый крупный город. Похоже, у них довольно хорошая внутренняя транспортная система. На самом деле, похоже, это далеко не лучшее из всего, с чем мы сталкивались до сих пор. Так что нет никаких реальных физических препятствий для нашего путешествия. Они просто хотят удержать нас на месте.

- Как далеко до самой столицы империи? - спросил Роджер. - И до космопорта.

- Двадцать дней марша, - быстро ответил Джулиан. - И еще три сатрапии.

- Могли ли они уже отправить сообщение? - спросил принц. - В столицу или даже в порт? Я знаю, что они независимы от столицы, но "что, если"? Если уж на то пошло, "что, если" единственная причина, по которой они не дают нам покинуть Кирсти, заключается в том, чтобы держать нас взаперти здесь, пока по цепочке не придет сообщение с указанием, что с нами делать?

- Что ж, - сказал Панер. Он откинулся назад, задумчиво уставился в потолок, вытащил корень бисти и аккуратно отрезал кусочек. Затем он медленно и обдуманно положил кусочек в рот. Насколько им удалось выяснить, корень был неизвестен на этом континенте, и его запасы быстро истощались.

- Мы здесь уже десять дней, - сказал он наконец. - Если до столицы двадцать переходов, это означает еще десять дней для любого гонца, чтобы добраться туда или в порт. Если бы сообщение дошло до столицы, я бы подумал, что было бы какое-то обсуждение, прежде чем оно было отправлено в порт. Итак, прикиньте, еще двенадцать дней или около того, прежде чем это попадет к губернатору... или тому, кто управляет портом.

- И мы могли бы увидеть здесь штурмовой шаттл в течение дня или двух после этого, - сказал Роджер с гримасой.

- Да, ваше высочество, - спокойно согласился капитан. - Мы могли бы.

- И что нам с этим делать?

- Одно дело - попытаться лучше понять намерения этого парня Сор Теба, - ответил Панер. - Если он достаточно амбициозен, чтобы захотеть возглавить местную сатрапию, он, вероятно, был бы еще больше заинтересован в том, чтобы прибрать к рукам всю Долину.

- Попытаться завербовать его? - с сомнением спросила О'Кейси и поморщилась. - Он скользкая маленькая змея, Арман. Напоминает мне Грат Чейна в Диаспре... только этот компетентный.

- Мне он тоже не нравится, - сказал Панер. - Но он, скорее всего, захочет рискнуть. Если мы поддержим его переворот, мы используем наше лучшее положение и его рейдерские силы, чтобы продвинуться через других сатрапов и захватить порт.

- А если он откажется? - спросил Роджер.

- Что ж, если переговоры Элеоноры не будут завершены к концу недели, я предлагаю нам разработать план Б и реализовать его, - сказал Панер. - На данный момент мы можем предположить, что порт осведомлен о нашем присутствии.

- И что нам с этим делать? - снова спросил Роджер.

Панер позволил вспышке раздражения промелькнуть на своем лице, но вопрос на самом деле не был неуместным. На самом деле, это был удар в самую точку.

- Затем мы выбираемся из города, направляемся к холмам и чертовски надеемся, что сможем исчезнуть в горах шинов до того, как порт нас обнаружит.

- Я думал, ты говорил, что терпению нет альтернативы, - сказал Роджер с улыбкой, и почти вопреки себе Панер улыбнулся в ответ, совсем чуть-чуть.

- А шины? - продолжил принц через мгновение.

- Мы перейдем этот мост, когда подойдем к нему, - сказал Панер, его улыбка сменилась хмурым выражением. - Выбраться из города будет достаточно сложно, - продолжил он и повернулся к сержанту разведки.

- Джулиан, нам нужно разузнать полный боевой порядок местных сил. Кроме того, мне нужны маршруты отсюда к воротам, альтернативные маршруты и альтернативные ворота. Я хочу знать, где находятся все караульные помещения, из чего состоят силы в каждом караульном помещении, вероятное время реакции и как они оснащены. Я также хочу знать как можно больше о силах за пределами города. И нам нужно лучше понять относительные возможности трех различных сил здесь, в Кирсти. И последнее, я хочу знать, где находятся основные подразделения этого рейдового отряда. Начинает казаться, что они являются одновременно и самой эффективной силой, и той, у которой самый эффективный командир. Если мы предпримем попытку вырваться из города, я хочу знать, где находится большинство из них, и когда мы можем ожидать их реакции.

- Трудная задача, капитан, - сказал Джулиан, делая пометки в своем блокноте. - Но я попытаюсь. У нас все еще осталось несколько наших пультов с дистанционным управлением. Я их разверну, а затем попрошу Поэртену и Дената раскидать немного серебра, посмотрим, какой урожай они смогут вытрясти.

- Привлеки Депро и любого другого, кто вам нужен, - сказал капитан. - Ты знаешь, что делать.

- Да, сэр, - ответил Джулиан. - Это я знаю.

- Поэртена, - продолжил Панер. - Припасы.

- Плохо, капитан, - прорычал пинопанец. - Цена на зерно возмутительна - хуже, чем когда-либо со времен Ран Тай! И у этих трахнутых тоже нет армий варваров, чтобы объяснить их подъем. Еда должна составлять почти половину годового дохода. Просто кормить циванов становится дорого. Я запасся припасами для поездки, но их мало, сэр. Недостаточно.

- Джулиан, выясни, что хранится вблизи нас. Обсуди это с Поэртеной. Составьте список целей.

- Эти парни действительно заставили вас напрячься, капитан, - осторожно сказал Роджер. - Обычно вы не мыслите в терминах мародерства.

- Они заставляют меня нервничать, ваше высочество, - ответил морской пехотинец. - Их неизменная реакция была, по крайней мере, пассивно враждебной. Они очень закрыты, что мне не нравится, и мы рассматриваем возможность того, что они могут контактировать с портом. Все эти вещи, как правило, приводят в действие мою профессиональную паранойю.

- Мою тоже, - сказала Косутич. - И это не единственное, что заставляет меня нервничать. Или, скорее, меня беспокоит... один из способов, которым они "закрыты". Я старалась никому не наступать на пятки, избегая темы религии, и это было на удивление легко.

- Могу сказать по твоему тону, что это гораздо больше, чем просто "беспокоит" тебя, Смэдж, - сказал Роджер. - Но почему это происходит?

- Вы были в теократии, ваше высочество, - ответила старший сержант. - Подумайте о Диаспре. Или о диаспранской пехоте. Они постоянно обсуждают религию; это их главная тема для разговоров. Но эти люди вообще не говорят о своей религии. Это ненормально с точки зрения любой теократии. На самом деле, это откровенно странно. Говорят, что в Арме, если вы спросите цену буханки хлеба, пекарь скажет вам, что его нечестие исходит от Бога. Но если вы попросите у мясника бифштекс, он скажет вам, что Бог исходит из Своего нечестия. Насколько я могу судить, эти ребята поклоняются богу огня. Вот и все, сэр. Одна энчилада. Это общая сумма всего, что я смогла узнать о доктрине и догмах теократии, и большую часть этого я почерпнула из бесед с Пиди.

Она покачала головой.

- Не доверяю теократам, которые не хотят обсуждать теологию, ваше высочество. Я должна задаться вопросом, что они скрывают.

- Нам все равно было бы лучше с их поддержкой, - сказал Панер. - Но в том случае, если все пойдет наперекосяк, если они сообщат порту о нашем присутствии, и нам придется иметь с этим дело, у нас должны быть планы, как покинуть город и как получить необходимые нам припасы. К счастью, у нас есть неделя или две, чтобы разобраться во всем этом.

- Есть только одна вещь, - сказала О'Кейси с задумчивым выражением лица. Панер посмотрел на нее, и она пожала плечами. - Что, если они справятся быстрее? Быстрее, чем через двадцать дней?

- Что ты имеешь в виду? - неловко спросил Роджер. - У них нет циванов, поэтому я не понимаю, как они могут двигаться намного быстрее, чем караван туромов.

- Я думаю об инках, - сказала его начальница штаба с недовольной гримасой. - Раньше они использовали команды гонцов. Вы были бы удивлены, какое расстояние можно преодолеть, когда каждый человек бежит, о, двадцать километров так быстро, как только может. Или, скорее, какое расстояние сообщение может преодолеть за короткое время, если каждая передача осуществляется кем-то, кто должен пробежать всего двадцать километров так быстро, как только может.

- Нет, я бы нисколько не удивился, - сказал Панер с еще более несчастной гримасой. - Это прекрасная мысль.

- Да, - согласился Джулиан. - На этой ноте, я думаю, мне лучше начать с этого боевого порядка, - добавил он. Затем он рассмеялся.

- Что? - спросил Панер.

- Ну, и каков наихудший вариант, сэр? - спросил Джулиан с явно маниакальной ухмылкой. - Я имею в виду, это то, о чем мы должны подумать, верно?

- Да, это так, сержант, - натянуто согласился Панер. Он дал сержанту определенную поблажку, потому что стресс выявлял в Джулиане две вещи: гениальность и юмор. - Наихудший случай? Наихудшим случаем было бы то, что космопорт полностью находится под контролем святош, и они в состоянии определить, что людьми, о которых им сообщили, руководит его высочество.

- Да, сэр. Это наихудший случай с нашей точки зрения, - согласился Джулиан. - Но теперь подумайте об их реакции на эту новость.

* * *

Это было худшее ремесло, которое Тему Джин видел за все тридцать с лишним лет, прошедших с тех пор, как он впервые покинул Пинопу.

Небольшая брешь в стене безопасности на задней стороне космопорта требовала, чтобы "секретный контакт" губернатора пересек весь комплекс только для того, чтобы встретиться с местным гонцом. И поскольку поход требовал, чтобы получатель нарушал свой обычный распорядок дня - обычно без предварительного предупреждения, позволяющего ему придумать правдоподобную причину своего присутствия здесь, - любой, кто расследует (многие) незаконные действия губернатора, обнаружил бы, что идентифицировать, проанализировать и разорвать коммуникационную цепочку до смешного легко. Все, что им нужно было бы сделать, это наблюдать за идиотом, марширующим взад-вперед в самое нелепое время суток по наименее логичной причине.

Если не считать голографического плаката с надписью "Секретный курьер!" метровыми буквами, Джин не мог придумать ничего другого, что он мог бы сделать, чтобы хоть немного облегчить работу гипотетического аналитика.

В невероятно глупой постановке было только два спасительных момента. Первая заключалась в том, что он был настроен предыдущим специалистом по связи, так что Джину не пришлось брать на себя ответственность за это. Другая заключалась в том, что человеком на базе, ответственным за попытку найти связь, был Джин.

Это тоже был "жесткий контакт". То есть люди на обоих концах знали, есть ли сообщение, которым нужно обменяться. Для сравнения, его собственная слабая связь со своим управлением была мягкой и почти полностью "односторонней". Его метод исходящей связи - чипы сообщений, тайно передаваемые хорошо оплачиваемыми экспедиторами грузовых судов - был отключен, когда все трое его контактов стали жертвами "пиратства" в секторе.

Да, это было проще. Местный гарнизон получал множество электронных писем, а тщательно составленные личные объявления передавали всю необходимую ему информацию. Просматривая их, он иногда задавался вопросом, сколько других сообщений было зашифровано. Особенно он заинтересовался этим после последнего послания - сообщения для "Ирен", в котором говорилось, что все кончено. Что она должна продолжать жить своей жизнью.

То, которое сказало ему, что он был законсервирован.

С профессиональной точки зрения было интересно, что в электронных журналах этого месяца было по крайней мере в два раза больше личных сообщений, чем обычно. Воспоминание все еще вызывало определенный мрачный смешок, и он задавался вопросом, сколько других людей на скольких других планетах смотрели на эти сообщения и думали: "Что за...?"

Код был окончательным сообщением о катастрофе, сообщавшим ему, что "Мир" исчез, и он должен был разорвать все контакты, никому не доверять, не отвечать ни на что, кроме личных контактов. Для него это было просто еще одним гвоздем в крышку гроба. Черт возьми, плохие новости о Мардуке были такими же ожидаемыми, как дождь, верно?

Он взял кожаную сумку у мардуканца и вернулся в кусты на краю поля. Вся эта затея была просто слишком идиотской. Такой слабоумной. Настолько дилетантской, что ему было неловко каждый раз, когда он проходил через этот фарс. Мардуканец, какой-то неизвестный "агент" сатрапа Кирсти, теперь должен был вернуться через расчищенный проход в минных полях, через часть монопровода, которая была заменена менее смертоносным материалом, и через область, не просматриваемую датчиками. Губернатор, чья жизнь и здоровье в случае нападения зависели от всех этих средств защиты, приказал внести изменения, чтобы эти "секретные коммюнике" могли просочиться. Заказал это!

Джин покачал головой и взломал печать на мешочке. Губернатор, конечно, не мог читать крат, несмотря на то, что проработал здесь более пятнадцати лет, и несмотря на тот факт, что для "изучения" этого потребовалась бы всего лишь загрузка в его имплант и несколько минут его времени. Нет, у губернатора были дела поважнее, чем выучить язык настолько, чтобы второстепенные сообщения - типа только что пришедшего на ум примера, о, секретного коммюнике, - мог прочитать кто-то, кроме его специалистов по связи. Например, сам губернатор.

Джин снова покачал головой. Возможно ли, что империи действительно так не хватало функционального генетического материала, что у них не было выбора, кроме как отправить этого... этого... идиота губернатором?

Нет, нет, сказал он себе. Империя не могла так сильно нуждаться в талантах. Нет, это была блестящая уловка имперской бюрократии. Они обнаружили, что застряли с кем-то настолько глупым, настолько ослепительно некомпетентным, что единственной возможной защитой было отправить его куда-нибудь в настолько незначительное место, что даже он не смог бы причинить там никакого вреда.

Джин глубоко вздохнул, очищая свой разум от губернатора и идиотизма того, кто назначил его на Мардук. Это действительно помогло, и он почувствовал себя немного бодрее, когда развернул послание. Затем он прочитал первые несколько слов... и закрыл глаза.

Всего на мгновение ему показалось, что запомнившийся запах разложения заполнил его ноздри, и он чуть не вышел из образа. Он знал - знал, - что если бы кто-нибудь увидел его в этот момент, его жизнь не стоила бы и капли мардукского дождя. Он знал, что должен взять себя в руки, что от этого зависит гораздо больше, чем просто его жизнь, но на мгновение это было все, что он мог сделать, чтобы не заплакать. Ему хотелось плакать. Кричать. Ему хотелось кричать от радости и ужаса. Чтобы объявить о наступлении момента, о котором он мечтал часами, глядя на встроенную койку над собой. Хотя, по его признанию, его мечтательное воображение никогда не предполагало возможности того, что его стошнит, когда наступит подходящий момент.

Однако у него была настоящая проблема. Не та, которую он не планировал, но, тем не менее, проблема. С тех пор как он вернулся из прерванной "поисковой миссии", он медленно и осторожно довел себя до положения, при котором получал большинство этих сообщений. Обычно их отправляли человеку внизу у тотемного столба - мало того, что по жаре это был долгий путь через порт, так еще и сообщения редко имели какое-либо значение для людей. В основном они касались меняющейся политики в ходе "войн" между сатрапами, и насколько сильно это повлияет на порт? Другие сатрапы отправляли сообщения в другие места, и он также перехватил большинство из них. Но это было единственное коммюнике, которое губернатор абсолютно никогда не должен был увидеть... и именно то, на которое он настроил всю систему, чтобы убедиться, что он его действительно увидит.

Или увидел бы, если бы у Тему Джина было хоть какое-то намерение когда-либо позволить ему это.

К сожалению, хозяин не был полным идиотом. У него всегда было по крайней мере два человека, которые переводили любое послание от его местных контактов, и он был в курсе, что Джин отправился за этим письмом. Что означало, что Джин не мог просто заставить этого человека исчезнуть. Должен был быть какой-то другой вариант.

Он сунул руку в карман туники и вытащил небольшой сверток, затем пролистал различные сообщения, содержащиеся в нем, пока не добрался до того, которое ему понравилось. Он перечитал его еще раз и слегка улыбнулся. Оказалось, что варвары шины подумывали о союзе с Вио в обмен на то, что Вио прекратит свои набеги. На самом деле это была полная чушь собачья. Но поскольку это была "неподтвержденная" информация от сатрапа Им Эненсу, оказавшаяся неверной, можно было бы просто предположить, что сатрап Им Эненсу или его начальник разведки не смогли найти свою задницу всеми четырьмя руками.

Кто-нибудь мог заметить, что сигнал был адресован Кирсти, а не Им Эненсу, но это было маловероятно. Тему тоже был тем, кто получил его... точно так, как планировалось.

Он услышал голос в своей голове, как будто это было вчера: "План! Предварительное планирование предотвращает очень низкую производительность! Планируйте все непредвиденные обстоятельства. И будьте готовы, когда ваши планы провалятся!"

Если подумать, он действительно хотел, чтобы кто-нибудь сказал об этом его контролю.

Он положил новое сообщение в сумку, закрыл ее и убрал оригинал в карман. Он мог бы проанализировать его позже. Это было бы интересное чтение.

Он поднял глаза на вечные облака Мардука, широко раздул ноздри и улыбнулся первым каплям дождя.

- Какой прекрасный пасмурный день!

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Денат взял плохо обожженную глиняную чашку и ссутулил плечи. Начался мелкий дождь, и обитатели портового базара в основном искали укрытия под навесами. Лично Денат скорее наслаждался легкой моросью, и, сидя под ней, он должен был еще больше походить на невежественного варвара, слишком глупого, чтобы прятаться от дождя. Конечно, не тот тип подслушивающих, о котором стал бы беспокоиться цивилизованный городской житель - в конце концов, невежественный мужлан все равно не смог бы понять цивилизованный диалект!

Но Денат понимал достаточно, чтобы делать выводы, и даже со своего места на открытом воздухе он мог слышать различные разговоры под навесами. Он поморщился, потягивая жидкое кисловатое вино - как раз то, что любой городской бармен предложил бы тупому варвару, - и подсознательно упорядочил беседы вокруг себя.

Природная склонность Дената к шпионажу, как и его дар к языкам, никогда не были заметны среди его народа, когда он был племянником деревенского шамана. Были хорошо известны его мастерство и опыт охотника, который на самом деле предпочитал охотиться гораздо более опасной ночью, чем днем. И еще до прибытия морских пехотинцев у него была склонность собирать информацию в К'Нкоке, что было одной из причин, по которой Корд попросил его сопровождать людей, когда они направлялись в тот первый город. Но никто никогда всерьез не рассматривал его на роль шпиона.

Первоначально предполагалось, что он и другие деревенские воины вернутся после того, как аси Корд и его спутники пройдут через К'Нкок, чтобы начать свой монументальный, вероятно самоубийственный, поход через полпланеты. Вместо этого он и еще несколько человек остались поблизости, скорее для того, чтобы поиграть в карты с Поэртеной, чем для чего-либо другого, и путешествие, которое так заметно изменило принца, почти так же сильно изменило Дената.

Он обнаружил свои природные способности к языкам и драматический дар, которые позволяли ему либо вливаться в общество, либо разыгрывать превосходную роль "тупого варвара". И он также обнаружил, как сильно ему нравится применять эти таланты на практике.

Последние несколько дней он бродил по городу именно в роли тупого варвара, и впечатления, которые он получал, вызывали у него беспокойство. Он все еще имел лишь зачаточное представление о крате и еще более зачаточное об обществе, говорившем на нем, но ничто из того, что он узнал до сих пор, казалось, не сходилось.

Этот город был полон храмов. На самом деле, казалось, что на каждом третьем углу улицы было по одному, и все они были более или менее одинаковыми, за исключением размера. У них была квадратная передняя часть, которая соединялась с конической задней частью. Конус явно должен был символизировать вулкан, и в единственный священный день, который отмечался с момента их прибытия, из всех храмов повалил дым. И дым был наполнен горьковато-сладким ароматом горящего мяса, которое, должно быть, было очень дорогим. Денат знал, во сколько обходится Поэртене корм для циванов, поэтому он также знал, что стоимость кормления мясных животных должна быть чрезвычайно высокой. Итак, если верующие были готовы пожертвовать десятину, достаточную для того, чтобы священство откормило достаточное количество жертвенных животных, чтобы они почувствовали запах такого количества дыма, тогда они, должно быть, действительно набожны.

Количество дыма объяснялось достаточно легко. Это произошло из-за бесконечных партий угля и дров, которые были доставлены в течение предыдущих нескольких дней многочисленными рабами Храма. Что не сходилось, так это то, что вокруг храмов не было загонов для содержания животных. Диаспранцы не практиковали жертвоприношения животных, но другие религии на родном континенте Дената практиковали, и за всеми этими храмами были загоны для жертвенных животных. Но вокруг этих храмов не было ни одного турома.

Кроме того, как отметила старший сержант Косутич, никто не спорил о религии. Этот город явно был теократией, еще более тотально находившейся под контролем местного жречества, чем Диаспра. Но если в Диаспре все обсуждали природу Воды, то здесь никто вообще не обсуждал природу своего бога. Было даже неясно, что это за бог, хотя Денату сказали, что это бог огня.

Разговоры вокруг него были бесполезны. Все они жаловались на отсутствие торговли, что было довольно постоянной темой. Что-то высушило ее, и, по-видимому, довольно недавно. Непосредственные последствия были очевидны, особенно в районах доков, где многие причалы не использовались. Однако, что именно с ними случилось, было, мягко говоря, неясно. Почти полное отсутствие торгового флота дальнего плавания, по-видимому, имело к этому какое-то отношение, но сама причина нехватки судоходства была, опять же, неясна.

Кирсти превращалась в тайну, обернутую в головоломку. И это вызывало у него раздражение.

* * *

Корд прокладывал себе путь по оживленным улицам, опустив руки в знак неодобрения.

- Действительно, прекрасный город, - проворчал он, - но это прикрытие тела - варварство. - Он потянул за что-то похожее на килт, затем зарычал, когда один из местных налетел на него. - И манеры у них отвратительные.

- Краты, что еще сказать? - Пиди нервно огляделась по сторонам. Она пыталась имитировать шейдемский акцент, говоря на имперском. Поскольку она была далека от красноречия на шейдемском и еще дальше от беглого владения имперским, это было непросто. Но альтернативой было позволить ее акценту шин быть заметным, и она очень старалась этого избежать. Она также знала, что существуют привычки к содержанию сумей и управлению им, которых у нее просто не было. Хотелось бы надеяться, что до Кирсти добралось так мало шейдемских союзников кратов, чтобы никто не был достаточно знаком с тем, как правильно носить сумей, чтобы распознать ее собственные промахи. Она сказала себе, что до тех пор, пока ей не придется снимать мантию, с ней все должно быть в порядке.

На самом деле, она говорила себе это по крайней мере раз в четыре или пять человеческих "минут".

До сих пор этот совместный поход по магазинам и разведывательная миссия проходили достаточно хорошо, чтобы показать, что она, вероятно, была права. С другой стороны, на один предмет, который она намеревалась приобрести до возвращения в отведенные им городским советом помещения, могли бы посмотреть косо. Она не была уверена, знали ли женщины шейдемов о его применении или нет. Некоторые краты так и делали, но на это не смотрели с большой благосклонностью. Да будет так. Она не собиралась больше ни дня обходиться без васена.

Корд остановился в начале переулка и сверился с картой, нарисованной Поэртеной. Коротышка морпех уже "изучил" большую часть магазинов в западном городе, и его карта указывала, что это будет одно из лучших мест для поиска товаров, перечисленных Пиди. Однако теперь, когда они были здесь, вход представлял собой темную пещеру, несколько ступенек вниз, в выложенный кирпичом туннель, который Корд нашел особенно непривлекательным.

- Иди, - прошептала Пиди. - Люди смотрят.

- Ненавижу города, - пробормотал Корд и шагнул в темноту.

С нижней площадки короткой лестницы было очевидно, что туннель в некотором роде освещался высокими потолочными окнами, которые через неравные интервалы отбрасывали по всей длине яркие круги на пол. Лестница продолжалась слабым, слегка органичным изгибом вправо, затем резко поворачивала влево примерно через пятьдесят метров. По обе стороны были дверные проемы, многие из них низкие, и перед каждым дверным проемом виднелись группы мардуканцев, большинство из них сидели на матерчатых покрывалах. В нескольких дверных проемах один или несколько местных жителей работали над каким-то изделием - здесь мастер по металлу чеканил узоры на горшке, там мастер по изготовлению ножей приковывал рукоятки к лезвиям, а примерно на полпути по проходу ювелир под одним из световых люков тщательно вжигал каплю огня в роговой браслет.

Атмосфера была насыщена смесью дыма от угольных очагов, плывущего подобно клочьям тумана сквозь свет из окон в крыше, и пьянящего запаха специй. В нескольких дверных проемах прятались краты, некоторые из них женщины, готовившие на маленьких грилях. Большую часть готовившихся блюд составляли морепродукты, начиная от вареных морских водорослей и заканчивая жареной на гриле рыбой колл, а также небольшими горшочками вездесущего ячменного риса.

Корд зашагал вперед, не обращая внимания на взгляды, которые привлекали его диковинная одежда и копье, скрепленное узами мира, пока не достиг ниши слева, украшенной разнообразными сушеными предметами и бутылками с таинственными жидкостями.

Крат, который управлял аптекарской лавкой, был невысокого роста даже по местным меркам. Он подозрительно уставился на возвышающегося шамана и пробормотал быструю, плавную фразу на местном торговом наречии.

Корд уловил лишь часть смысла, но вопрос был достаточно ясен. Он присел на корточки, а Пиди послушно устроилась позади него.

- Мне нужно купить, - сказал он. - Нужны вещи для меня. Вещи для жены. Нужен васен.

Торговец сделал жест и проворчал еще одну быструю фразу. Знаки рук были ближе к универсальным на Мардуке, где так много выражалось языком тела и жестов, чем на многих других планетах. Так что, хотя Корд никогда не видел этого конкретного, он видел очень похожий в бухте К'Вэрна.

Его жест правой руки остановил Пиди, как раз когда он почувствовал, что она начала двигаться вперед. Он подождал пару вдохов, чтобы убедиться, что она остановилась, затем наклонился вперед, пока его древнее, сухое лицо не оказалось в сантиметрах от лица торговца.

- Не думай, что кожа на копье спасет тебе жизнь. Оставь комментарии при себе, или съешь рог через жопу.

Шаман начинал отчетливо сожалеть об этой поездке. Он не был уверен, что такое васен, но уже решил, что это не стоит того, чтобы беспокоиться.

* * *

Пиди начала задаваться вопросом, стоило ли это того ей самой. Возможно, было бы разумнее просто забыть о васене. В конце концов, это было не так, как если бы она действительно собиралась нуждаться в этом в ближайшее время. Или, в противном случае, было бы разумнее прийти самой или в компании одной из женщин-морских пехотинцев. Возможно, Депро. Но бенан не разрешалось покидать своего хозяина даже на мгновение.

Не тогда, когда существовала вероятность опасности... что, кстати, имело место везде в этом проклятом пеплом городе.

Она вдруг задалась вопросом, жил ли Корд также в условиях этих ограничений. И, если да, то как он примирился с разлукой с принцем Роджером. Или ее собственная настойчивость в конце концов заставила его поступиться своей честью? И если да, то в какой степени ее собственная честь была запятнана действием, на которое она его вынудила?

Васен начинал все меньше и меньше походить на хорошую идею.

Она наклонилась вперед и, держа руки завернутыми в сумей, указала на одну из высушенных вещей. Это был вид морского существа, которое цеплялось за камни в зоне прибоя. Довольно редкий на континенте, васен был одним из основных торговых товаров альянса Леммар и одной из причин недавней успешной попытки отобрать Стрем у Леммара. Помимо использования, для которого она его предназначала, он использовался в различных отраслях промышленности, включая текстильную.

Однако в подобном месте, его купили бы только для менее приемлемых целей. Менее приемлемых, по крайней мере, для кратов.

* * *

Корд посмотрел на засохший кусочек чего-то похожего на мясо и, в свою очередь, указал на него.

- Сколько?

Мальчиком, путешествуя в далекий Войтан, он узнал, что наряду с "Где вода?" и "Где еда?" это была одна из трех самых важных фраз, которые любой путешественник мог выучить на местном диалекте.

Торговец поднял пальцы, указывая на число, которое, безусловно, показалось шаману диковинным. Но именно в этом и заключался торг, и он автоматически назвал встречную цену, составляющую треть от предложенной.

Торговец завопил, как застрявший атул, и схватился за рога. Предложение, должно быть, было почти правильным.

* * *

Когда Корд, с явной неохотой, вытащил мешочек и начал отмерять серебро по весам торговца, Пиди наклонилась вперед и взяла массу васена размером с ладонь. Она сразу заметила, что он был необычайно твердым, и после того, как она сунула его под мантию и сломала, ей захотелось закричать от гнева. Вместо этого она наклонилась вперед и настойчиво потянула Корда за руку.

- Нехорошо, - прошипела она на языке маленьких людей, который она знала. - Плохое качество. Старый. Нехорошо.

Корд обернулся и смерил ее свирепым взглядом.

- Ты можешь использовать? - спросил он.

- Слишком давний, - яростно настаивала она. - Плохое качество. Слишком стар.

Корд снова повернулся к торговцу.

- Она говорит слишком старый товар, - прорычал он. - Никто не может использовать.

- Васен первого качества, - выплюнул в ответ аптекарь. Остальная часть предложения была слишком быстрой, чтобы шаман мог расслышать, но одно слово прозвучало особенно плохо.

Однако аптекарь говорил не слишком быстро для Пиди. Ей удалось не перейти на шин, но после минутного замешательства она перемахнула через сидящего Корда и схватила торговца за рога.

- Надери себе задницу, моддерпокер! - закричала она, используя единственные имперские ругательства, которые она знала - пока. - Надери себе задницу!

- Варварская шлюха! - крикнул в ответ торговец. - Отпусти меня, ты, сука!

Корд схватил одну из рук своей бывшей телохранительницы и высвободил ее из рук торговца, затем толкнул крата на землю.

- Вот твое серебро, - сказал он с рычанием. - Я оставлю себе медяк в качестве платы за то, что назвал мою жену шлюхой.

- Варвар сатрек, - прорычал торговец.

Корд оглядел других торговцев. Некоторые из них двинулись на помощь аптекарю, и он потащил все еще ругающуюся Пиди вниз по дороге, пока они не скрылись из виду с места столкновения.

- Послушай меня, - проскрежетал он на смеси имперского и своего родного. - Ты хочешь убить нас всех? Ты хочешь убить своего аси? - По драпировке ее сумей он мог сказать, что она скрестила все четыре руки под складками одеяния.

- Плохое качество, - прошипела она. - Слишком старый. И... - Она остановилась и топнула ногой. - Моддерпокер, - пробормотала она.

- Что он сказал? - спросил Корд. - Это было то, что действительно вывело тебя из себя, не так ли?

- Он говорит... он сказал... - Она остановилась. - Не знаю имперского. Не знаю язык народа. Во всяком случае, не хочу говорить. Плохой.

- Что это было? - спросил Корд. - Меня называли довольно скверно, и я выжил.

- Был... проводил сезон со слимером. С ребенком.

Корд на секунду задумался о том, что она имела в виду, затем потрогал браслеты мира на своем копье, выполняя упражнение диншон, чтобы контролировать гнев.

- Имперский термин - педофил, - сказал он через мгновение, как только убедился в собственном самообладании. - А "моддерпокер" означает проводящего сезон со своей собственной родительницей. Если тебе вдруг будет интересно.

Пиди на мгновение задумалась над этим, затем издала слабый смешок.

- Жаль, что гребаный торговец не говорит по-имперски, - сказала она гораздо бодрее, и Корд покачал головой и вздохнул.

- Пиди Карузе, от тебя много хлопот.

* * *

Поертена перевернул закрытую карту и снял банк.

- Слишком много хлопот ради жалких нескольких медяков, - проворчал Денат, собирая карты, чтобы начать тасовать.

- Чего бы это ни стоило, - ответил пинопанец, откидываясь назад и пожимая плечами. - Ты не ищешь неприятностей?

- Тебе не обязательно сидеть с этой компанией, - сказал варвар. - Самая отвратительная группа, с которой я когда-либо имел дело.

- Ты уверен, что это только один способ? - осторожно спросил Джулиан. Обычно он сидел за карточными играми Поэртены - пинопанец был смертельно опасен с колодой, - но ожидание действовало ему на нервы. И, по-видимому, на Дената. - Ты стал довольно... обидчивым в последнее время.

- Что ты имеешь в виду? - резко выстрелил в ответ Денат. - Я в порядке.

- Ладно, ты в порядке, - согласился Поэртена. - Но ты должен признать, что в последнее время был довольно вспыльчивым.

- Я не вспыльчивый, - горячо настаивал он. - О чем, во имя девяти кругов ада, ты говоришь? Когда это я был вспыльчивым?

- Ммм... сейчас? - легко ответил пинопанец. - И ты вчера чуть не убил того диаспранца.

- Ему не следовало подкрадываться ко мне сзади! Это не моя вина, что люди все время подкрадываются! - Денат бросил карты на их карточный столик и рывком поднялся на ноги. - Я не обязан с этим мириться. Ты можешь просто найти кого-нибудь другого, чтобы оскорблять!

- Итак, - спросил Джулиан, когда мардуканец зашагал прочь. - Мы это начали, или мы были правы?

- Думаю, ты прав, - смущенно ответил Поэртена. - Он даже не оскорбил меня, когда уходил. Я думаю, у нас проблема.

- Должны ли мы поговорить об этом с Кордом?

- Может быть, - пинопанец потер голову. - Тем не менее, Корд довольно откровенен со "своей девушкой". Может быть, я спрошу Дената позже. Он может остыть, решить поговорить. Это могло бы сработать.

- Лучше не позволяй Корду слышать, как ты называешь ее его "девушкой", или Денат будет наименьшей из твоих забот.

* * *

Им удалось приобрести одежду получше в маленьком текстильном магазине без единой дополнительной катастрофы. И у травника они нашли какие-то таинственные смягчающие средства. Неподалеку от лавки травника Пиди незаметно обратила внимание Корда на два маленьких меча, которые он также купил. Эти сделки были относительно простыми, хотя местные жители были настроены особенно враждебно по отношению к ним обоим.

Собрав эти минимальные припасы, Корд в одностороннем порядке направился обратно в отведенные им покои, вынудив Пиди последовать за ним. Шин явно хотела бы провести больше времени на огромном сумрачном рынке, но шаман был уверен, что что-то еще выведет ее из себя, если он позволит ей это. Она была самой трудной женщиной, с которой он когда-либо имел несчастье столкнуться. Умная, да, но очень упрямая и не способная или не желающая обуздывать свой темперамент. Она продемонстрировала некоторую способность сдерживать свой темперамент на корабле леммаров, и мечи - о которых, как она указала, у нее были некоторые знания - должны были прояснить, имела ли она достаточную квалификацию или нет.

Вернувшись в их помещения, она схватила пакеты - включая двойные мечи и таинственный васен - и исчезла в своей личной комнате. Они должны были проверить свои боевые навыки друг против друга после похода по магазинам, но Корд обнаружил, что некоторое время остывает, пока солнечные лучи пробираются сквозь облака. На самом деле, яркий, оловянно-серый свет низко опустился на западе, прежде чем Пиди снова появилась.

Ее внешность... изменилась.

Грубые темные ободки у оснований ее рогов исчезли, а общий цвет рогов слегка поблек, став еще более желтым, медовым, с легким оттенком ржавчины. Также была раскрыта тайна назначения смягчающих средств, поскольку на ее коже образовался еще более тонкий слой слизи. Одежда оказалась набором мешковатых брюк и жилета, который спускался до середины ее живота, соединяясь у основания, но оставляя свободными все четыре руки. Общий цвет был светло-алым, с желтой вышивкой по краям жилета, а также на манжетах и талии брюк.

- Тебе это нравится? - Пиди шагнула в дверь и слегка повернулась на одной ноге.

Корд на мгновение посмотрел на нее и подумал, не сказать ли то, что он думал. Но только на мгновение. Вместо этого он сдержал свою первоначальную реакцию и прочистил горло.

- Ты моя аси, мой бенан, а не моя спутница жизни. Твоя внешность имеет значение только в том смысле, что она не навлекает немилости на меня или мой клан. Твое умение обращаться с этими жалкими мечами имеет гораздо большее значение.

Пиди остановилась на середине пируэта, повернувшись к нему спиной. Прошло мгновение, затем она просунулась в дверь и подобрала свои "жалкие мечи". Она повернулась обратно к Корду и заняла защитную позицию.

- Ты готов? - спросила она с определенной, опасной невозмутимостью в голосе.

- Не хочешь ли сначала размяться или поупражняться на растяжку? - спросил Корд, все еще опираясь на свое копье.

- Перед битвой у тебя нет такого шанса, - ответила Пиди и, не говоря больше ни слова, атаковала его одним мечом, который держала в левой руке, а другой вытянула перед собой.

Корд ожидал этого, но он забыл, насколько она быстра, поэтому его первой реакцией было выставить наконечник копья навстречу ей. Оно было бы непреодолимым препятствием, даже с кожаными узами. Но после недолгого колебания он изменил решение и вместо этого нанес удар основанием копья в сбивающем с ног взмахе.

Ее реакция заставила его задаться вопросом, активно ли она предвидела маневр с нацеленным копьем. Когда древко копья развернулось, она легко подпрыгнула в воздух, опустила левый меч так, что он едва коснулся копья. Меч правой руки скользнул вокруг, чтобы встретить его, а затем она извернулась, скорректировав курс в воздухе, что оставило ее с обеими рукоятками меча, зафиксированными на копье.

Запястья вывернуты, нога слегка ударила, и копье было почти вырвано у него из рук. Но шаман испытал подобную технику, хотя и много лет назад, и изогнул свое тело во время разъединения. Каждый долгий год своего возраста он чувствовал, как скрипучие мышцы неохотно реагируют на движение, но было похоже, что Пиди никогда раньше не имела дела с разъединением.

Древко копья извивалось в трех измерениях, при одном движении больно надавило на ее запястья и чуть не вынудило ее выронить один из мечей. В конце маневра она наклонилась вбок и сильно потеряла равновесие, в то время как Корд перевернул свое копье и снова мирно оперся на него.

Выглядя так, как будто он вообще никогда не двигался.

- Это было интересно, - жизнерадостно сказал он, изо всех сил стараясь не выдать своего прежнего минутного отсутствия самообладания. - Почему бы нам не попробовать следующий раз немного помедленнее, чтобы мы могли увидеть, где ошиблись?

Пиди потерла запястье и очень задумчиво посмотрела на шамана.

- Я не уверена, кому больше нужен бенан, - сказала она через мгновение с жестом печального удивления.

- Я изучал оружие задолго до того, как ты родилась, - безмятежно заметил Корд. - Когда я был в твоем возрасте, до падения Войтана, меня отправляли в лучшие школы страны, и с тех пор я учился и искал новые пути. Путь меча - или копья - это путь постоянного изучения. Каждый день он богат новыми открытиями. Усвой это, и ты станешь опасной. Забудь об этом, и мы оба будем мертвы.

- Аааа! - застонала Пиди. - Было неприятно быть пойманной жрецами огня. Было неприятно быть отправленной в Стрем в качестве слуги. Было даже неприятно попасть в плен к леммарам по пути туда. Но, по крайней мере, в мой самый мрачный момент я могла утешить себя мыслью, что наконец-то избавилась от оружейников!

Корд развернулся и уставился в окно на горы. Это была довольно глупая и драматичная поза, и он знал это, но не хотел, чтобы она видела его веселье. Или тот факт, что... части его только что поднялись.

Не сезон, подумал он. Пожалуйста, только не это. Это было бы... плохо.

- Какой бы ни была твоя жизнь и судьба раньше, - сказал он наконец торжественно, стараясь, чтобы в его голосе не было ни капли юмора - или чего-либо еще, - твоя жизнь и судьба сейчас - стать оружейником.

- Так что, как сказал бы Джулиан, набей это в свою трубку и выкури ее.

- Я знаю это, - сказала Пиди с жестом смирения. - Но это не значит, что мне это должно нравиться.

- Возможно, ты и не знаешь, но... - начал Корд, но тут же замолчал, пристальнее вглядываясь в окно.

- Но что? - спросила она.

- Но у меня есть к тебе вопрос.

- Да? - Она посмотрела вниз на свой наряд. - Что-то не так?

- Я бы скорее надеялся, что ты сможешь сказать мне это, - сказал Корд, указывая в окно. - В конце концов, ты родом отсюда. Так скажи мне, горы часто курятся?

* * *

Был почти полдень, но единственным источником света в комнате были масляные лампы, когда человеческий и мардуканский персонал и старшие командиры просачивались в комнату. Панер посмотрел в окно, прислушиваясь к медленному, атональному пению, которое эхом разносилось по темным улицам, и покачал головой.

- У меня странное чувство, что это нехорошо, - пробормотал он.

- У них, должно быть, эти извержения происходят довольно регулярно, - заметила О'Кейси, плюхаясь на одну из подушек. Она убрала прядь волос с лица и поморщилась, увидев, что она покрыта мелким пеплом. - По крайней мере, теперь мы знаем, почему они носят здесь одежду. Извлечь это вещество из мардуканской слизи, должно быть, почти невыполнимая задача.

Роджер подтянул свою собственную подушку, даже не оглянувшись назад, в то время как различные личности, которые привыкли следовать за ним, боролись за позицию. Обычно это заканчивалось тем, что Корд отходил в сторону, Пиди подтягивалась в том же общем направлении, а Догзард сворачивалась калачиком поверх Пиди. Если бы не тот факт, что каждый из них был, по-своему, хорошо вооружен, это было бы забавно.

- Я хотел бы, чтобы мы лучше разбирались в их религии, - серьезно сказал он, слушая то же самое песнопение. - Я не могу понять, празднование это или похороны.

- Жрецы огня кратов считают это мрачным предзнаменованием своих богов, - сказала Пиди. - Будет собрано много слуг.

- Тогда снова набеги на рабов, - сказал Панер.

- Да. И большое собрание. - Шин изобразила жест абсолютного отвращения. - Любящие огонь ублюдки.

- Торговцы замолчали, - сказал Поэртена. - Не доставляются даже те вещи, на которые мы уже заключили контракт.

- Как мы устроились? - спросила Косутич. - Можем ли мы подождать, пока все прояснится, или нам нужно поговорить с сильными мира сего?

- У нас запас на десять дней или около того, - сказал пинопанец, не сверяясь ни с одним из своих информационных устройств. - И многое другое на корабле. Но если нам придется отказаться, у нас возникнут проблемы.

- Возможно, нам удастся избежать этого, - сказала О'Кейси. - Думаю, что в совете что-то вырвалось на свободу. Может быть, это как-то связано с извержением - я не знаю. - Она пожала плечами. - Что бы это ни было, мы получили сообщение от верховного жреца, указывающее, что он готов встретиться с Роджером на согласованных нами условиях. То есть, что Роджеру не придется признавать примат верховного жреца.

- Я думал, что совет более или менее контролирует ситуацию, - сказал Панер. - Если это правда, то какой смысл встречаться с верховным жрецом?

- Совет контролирует текущую ситуацию, - признала О'Кейси. - Но если верховный жрец объявит, что мы можем свободно путешествовать, совету придется согласиться с этим.

- Когда это произойдет? - спросил Фейн. - А кто будет сопровождать Роджера?

- Я, например, очевидно, - сказал О'Кейси со слабой улыбкой. - После этого список гостей будет составлен капитаном Панером. Который, я верю, начинит его подходящими смертоносными личностями.

- Косутич за главную, - сказал Панер. - Депро и пожарная команда из ее отделения. Включите свои дымовые шашки и достаньте винтовки с прицелом. У нас осталось достаточно боеприпасов почти для полного боекомплекта вашей команды, и некоторые из этих людей могут узнать имперское оружие, когда увидят его. Если они это сделают, я хочу, чтобы они знали, что мы заботились о них достаточно, чтобы прислать самых лучших. Фейн, одно отделение от вашей пехоты и одно отделение кавалерии. Ты, Растар и Хонал, однако, держитесь подальше.

- Я пошлю Чим При, - сказал Растар. - Это уберет его с лодок.

- Где это будет происходить, Элеонора? - спросила Косутич.

- В Высоком храме. Это тот, который находится на самом гребне хребта.

- Хотел бы я знать, хороший это знак или нет, - сказал Роджер.

- Думаю, что это хорошая идея, - сказала ему О'Кейси. - Если бы на их фронте не было какого-то движения, не имело бы смысла организовывать встречу с верховным жрецом.

- Посмотрим, - сказал Панер. - Вы знаете, это также может быть потому, что у них такие плохие новости для нас, что первосвященник - единственный подходящий представитель, чтобы сообщить их нам. Растар, как поживают циваны?

- Им не нравится пепел, - сказал принц Тердана. - Мне тоже, если уж на то пошло, и их шкуры намного более устойчивы к этому, чем моя слизь! В остальном с ними все в порядке. По крайней мере, они оправились после морского путешествия, и мы возвращаем их к тренировкам.

- Хорошо, - кивнул Панер. - Я не знаю, как пройдет эта встреча, но мы подходим к концу времени, которое можем позволить себе провести здесь. Я хочу, чтобы все тихо и не слишком явно приготовились съехать по первому требованию. Мы проведем инспекцию и все упакуем для этого. Элеонора, когда эта встреча?

- Завтра, сразу после утренней службы.

- Верно. Мы назначим инспекцию на это же время.

- Означает ли весь этот воинственный пыл, что вы думаете о предстоящих проблемах на встрече? - спросил Роджер, бессознательно постукивая по рукояти одного из своих пистолетов.

- Надеюсь, что нет, - сказал Панер. - Я пойду дальше - если бы я думал, что у вас будут проблемы, я бы вас не отпустил. Время. Мы не зашли так далеко, принимая вещи как должное, но я не ожидаю, что это будет та проблема, для решения которой вам понадобится пистолет. Во всяком случае, никто не собирается вызывать приезжего имперского вельможу и его телохранителей к верховному жрецу всей сатрапии на состязание в стрельбе.

- Не-а, - согласилась О'Кейси с улыбкой. - Главы государств слишком ценны, чтобы использовать их в качестве мишеней или попадать под перекрестный огонь. Вот для чего нужны функционеры низшего звена.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Большой зал для собраний находился недалеко от самой высокой точки всего комплекса Высокого храма, с единственным широким балконом на одном конце, с которого открывался вид вниз и на город. Оттуда исходило незначительное количество света, но не очень много. Город все еще был окутан тьмой и пеплом от продолжающегося слабого извержения. Помещение было длинным и низким (по мардуканским стандартам), уходящим серией низких арок в абсолютную темноту, подчеркиваемую тусклыми лампами, которые едва пробивались сквозь мрак.

Принц отказался от шлема в интересах дипломатии, и его волосы, распущенные из-за формального характера встречи, рассыпались по спине золотой волной. Из уважения к своему имиджу и тому факту, что встреча, какой бы формальной она ни была, была назначена внезапно и без какой-либо конкретной повестки дня, он надел свой шариковый пистолет и перекинул меч за спину. Формальности - это все прекрасно, но на Мардуке паранойя была чертой выживания.

Глаза Роджера выиграли от генетических изменений не меньше, чем все остальное в нем, и сумели компенсировать тусклое освещение, когда он вошел в зал заседаний. Он мог различить стражников, выстроившихся двумя группами вдоль стен, почти так же хорошо, как своих телохранителей-морпехов с их системами низкой освещенности на шлемах. И он также мог видеть окутанного тенью верховного жреца, стоящего и ожидающего, чтобы поприветствовать его в дальнем конце, и Сор Теба сбоку него. Это казалось подходящей ситуацией: темные места, населенные темными душами.

Роджер остановился в десяти шагах от священника и поклонился. Было определено, что определенное количество поклонов допустимо, но доза должна быть должным образом сбалансирована. Да, он был принцем звездной империи. Но верховный жрец - они надеялись - знал его только как "барона Чанга". И был также тот незначительный факт, что ему принципиально не хватало мощной поддержки.

Прелат, чрезвычайно пожилой мардуканец, безусловно, выглядел достаточно хрупким, чтобы оправдать слухи о его скорой кончине. Он поманил своих посетителей вперед, и Роджер сделал еще несколько шагов, сопровождаемый своими собственными телохранителями.

Со времен Маршада, чей правитель воспользовался относительно небольшим отрядом охраны, чтобы взять принца "в плен", эмпирическим правилом было то, что Роджер никогда никуда не отправлялся "угрожать" менее чем с дюжиной телохранителей.

По мере того как людей становилось все меньше и меньше, а миссий требовалось выполнять все больше и больше, коренные мардуканцы брали на себя неуклонно растущую степень ответственности за охрану его безопасности. Таким образом, более половины сил охраны, выделенных для этой встречи, состояли из мардуканской кавалерии и пехоты. Блок охранников, следовавший за принцем, представлял собой смесь людей с винтовками, диаспранцев с казнозарядом, васинов с револьверами, Пиди в сумей и все еще почти обнаженного Корда с его огромным копьем. Это создало разношерстную, но опасную команду.

Роджер остановился и снова поклонился, сделав жест двумя руками, который более или менее соответствовал местному для почтительного приветствия.

- Я рад познакомиться с вами, с вашим голосом. Я Серан Чанг, барон Вашингхоум, империи Человека, к вашим услугам.

- Я приветствую вас, барон Чанг, - ответил священник дрожащим от старости голосом. - Да благоволит к вам Бог. Я говорю Его Голосом. Пришло время поговорить о многих вещах, которых долгое время избегали. - Мардуканец отступил назад, с поддержкой Сор Теба, и опустился на низкий табурет. - Много чего.

- Сначала такие вопросы обычно обсуждаются на более низком уровне, - нахмурившись, заметил Роджер. - Если только вы не имеете в виду нашу петицию о путешествии вверх по реке?

- Путешествия - это для обсуждения другими, - сказал верховный жрец, кашлянув. - Я говорю о нуждах Бога. Бог разгневан. Он насылает на нас Свою Тьму. Он сказал, и на него должен быть дан ответ. Слишком долго люди избегали служения Повелителю Огня. Именно об этом мы должны говорить. Я говорю Его Голосом.

Роджер склонил голову набок и снова нахмурился.

- Должен ли я понимать, что вам требуется "Слуга Божий" из числа людей нашей партии, прежде чем нам будет разрешено уйти?

- Это не наше требование, - ответил за верховного жреца Сор Теб с тем, что у человека было бы маслянистой улыбкой. - Это принадлежит Богу.

- Простите меня, - сказал Роджер, затем отвернулся в сторону. - Время собраться, люди.

Его старшие советники приблизились, и он посмотрел на закутанную в ткань Пиди Карузе, которая практически подпрыгивала вверх-вниз.

- Минуту, Пиди. Я знаю, ты не думаешь, что это хорошая идея. Элеонора?

- Мы не знаем параметров того, чтобы быть слугой Божьим, - просто сказала она. - Я пыталась получить некоторое представление об обязанностях, но местные жители очень сдержанны по этому поводу, и разговор с Пиди был поверхностным. Их обязанности - "служить Богу". Я не знаю, означает ли это быть прославленным служкой при алтаре, поденщиком, моющим каменные полы, или что-то еще. Вы вообще не видите никого из слуг на публике, так что я понятия не имею, куда они все ходят, не говоря уже о том, что они все делают.

- Так ты говоришь, что мы действительно могли бы пойти на это? - зашипела Косутич. - Я не думаю, что это хорошая идея. Вовсе нет.

- Послушайте, - резко сказала О'Кейси, - если быть слугой означает участвовать в каких-то безобидных ритуалах, а альтернативой является попытка с боем выбраться из города, что бы вы предпочли сделать?

Косутич взглянула на Пиди и покачала головой.

- Люди не дерутся, как дикие кошки, чтобы избежать каких-то "безобидных ритуалов". До сих пор она ничего не говорила об уборке. И мне не нравится ни одна религия, которая не проводит свои ритуалы открыто. Назовите меня старомодным, но единственное приличное место для ритуала - это открытый воздух. Попахивает чем-то еще...

- Христианство? - спросила О'Кейси, выгнув бровь. - Вероятно, мы сможем добиться некоторых уступок в отношении характера их обязанностей. Затем, после того, как мы вернем космопорт, мы вернемся и проведем еще какие-нибудь переговоры. С какой-то реальной огневой мощью за спиной.

Несмотря на напряженность момента, Роджер почти улыбнулся. Его начальница штаба, возможно, и не стала такой кровожадной, каким, по мнению Депро, становился он, но она определенно стала сторонницей идеи мира благодаря превосходящей огневой мощи.

- Ты хочешь сказать, что, должны ли мы соглашаться или нет, зависит от обязанностей? - спросил он ее через мгновение и, приподняв бровь, посмотрел на Косутич.

- Ладно, ладно, - сказала старший сержант. - Если с ними будут хорошо обращаться, мы могли бы оставить добровольца. Кто-нибудь захочет.

- Я так и сделаю, - сказал Депро. - Если это звонить в колокола и лить воду, а не пробиваться с боем из города, что ж, просто отдайте мне эти чертовы колокола!

- Ты не годишься, - решительно сказал Роджер.

- Почему нет? - сердито спросил Депро. - Потому что я гуууурл?

- Нет, - тон Роджера был резким. - Потому что ты моя невеста. И потому, что все знают, кто ты такая, и это ставит тебя в особую категорию. Смирись с этим.

- Он прав, - сказала Косутич прежде, чем Депро успела раздуться от возмущения. - И тебе действительно нужно смириться с этим, сержант Депро. Технически, мы должны были бы охранять тебя. Если бы мы вернулись на Землю, у тебя было бы кольцо вокруг тебя двадцать четыре / семь. Поскольку у нас нет персонала, у тебя его нет. Но ты больше не "просто еще один отряд". - Старший сержант покачала головой. - Вероятно, я или ганни Лей были бы лучшим выбором - обе "гуууурлы", как ты могла бы заметить.

Роджер усмехнулся, увидев выражение лица Депро, затем снова, жестче, когда он посмотрел на группу вокруг него. Из людей больше половины его охранников и советников были женщинами.

- Я не замечал до этого момента, но, похоже, это действительно эпизод "воительниц-амазонок Мардука".

- Улыбайтесь, когда говорите это, ваше высочество, - сказала Депро. Но, по крайней мере, она улыбнулась, когда сказала это.

- Я улыбаюсь, - ответил Роджер, скорчив гримасу. - Хорошо, если обязанности не слишком обременительны - а мы определим, что означает "обременительные" - мы согласимся при условии, что остальным из нас будет предоставлен бесплатный проезд в космопорт.

- Согласна, - сказала Элеонора, и Роджер посмотрел на Пиди, которая все еще делала тайные отрицательные жесты под своей сумей.

- Хорошо, почему бы и нет?

- Не слуга, - прошептала она на ломаном имперском. - Плохо, очень плохо. Не слуги.

- А что, если обязанности в порядке? - спросил Роджер на крате.

- Долг слуги - служить, - прошептала в ответ шин. - Нет никакой другой обязанности.

- И что в этом такого плохого? - тихо спросил Роджер.

- Что?! - Голос шин сорвался на писк, так как она старалась не выкрикивать этот вопрос. - Долг - быть полезным! Насколько хуже это могло быть? Быть полезным и прислуживать! Что ты хочешь, обслужить дважды?

Роджер взглянул на О'Кейси и Косутич, которые обе внезапно стали очень задумчивыми.

- Мы что-то упускаем, - сказал он.

- Согласна, - сказала Косутич. - Я имею в виду, она худощава, а это "гуууурл", которая голыми руками убила двух вооруженных охранников. Будучи прикованной к палубе. - Она покачала головой. - Может быть, перевод был плохим?

- Это единственная языковая группа, для которой у нас действительно было всеобъемлющее ядро, когда мы приземлились, - задумчиво сказала О'Кейси. - Вполне возможно, что в ядро закрался сдвиг. Хотя я не уверена, что с этим делать.

Роджер на мгновение задумался над программой перевода. На протяжении всей поездки бремя перевода новых диалектов ложилось на него и Элеонору из-за их превосходных имплантов. Чтобы помочь в этом, он прочитал большую часть руководства к программному обеспечению, но это было давным-давно. Там был раздел о плохих переводах, связанных с первоначальными впечатлениями и неточными ядрами, но на данный момент он не смог найти его в меню справки.

- Единственное, что я могу придумать, это сбросить ядро, - сказал Роджер. - Выбросить всю схему перевода и начать заново.

- Нам нужно время, чтобы сделать это, - возразила О'Кейси.

- Согласен, - ответил принц и повернулся обратно к местным лидерам. Они проявляли признаки нетерпения, и он улыбнулся гораздо спокойнее, чем чувствовал.

- Нам нужно обсудить это с другими членами нашей партии, и у нас, похоже, возникла проблема с нашей системой перевода. Не могли бы мы, возможно, объявить перерыв и возобновить обсуждение завтра?

- С сожалением я должен отклонить это предложение, - ответил Сор Теб. - Бог говорит с нами сейчас. Сейчас Он насылает Свою тьму на Свой народ. Сейчас настало время, когда мы должны собрать наших слуг, и вы являетесь лидером своего народа, принимающим решения. Если вы предпочитаете, чтобы слуга пришел от одного из ваших меньших приспешников в вашей штаб-квартире, а не от тех, кто здесь с вами, мы можем послать гонца. Но решение должно быть принято сейчас.

- Тогда извините, я еще на минутку, - медленно произнес Роджер и повернулся к остальным.

- О, черт, - тихо сказала Депро.

- Он только что сказал то, что я думаю, что он сказал? - спросил Корд.

- Вот вам и "второстепенные функционеры", - фыркнула Косутич. - Время Маршада.

- Прекрати болтать, - сказал Роджер, указывая пальцем прямо на Пиди. Как только она замерла, он послал команду своему импланту "сбросить" весь язык крат и все, что они определили о шине. Затем он также заблокировал "ядро", которое поставлялось вместе с системой. Теперь это было так, как если бы он никогда не слышал о шине или крате, и любые предубеждения были бы стерты, если бы он сосредоточился на их игнорировании. Он также заблокировал низкоуровневое взаимодействие между системами, чтобы его собственная не была испорчена системами морских пехотинцев и О'Кейси. Сделав предположение, основанное на идее О'Кейси о миграционной связи между народами шинов и Корда, он загрузил язык "Народа" в качестве потенциального ядра.

- Хорошо, - сказал он, согнув окаменевший палец. - Теперь говори.

Сначала то, что говорила бенан, было всего лишь тихим, неразборчивым бормотанием. Но через мгновение кусочки начали соединяться воедино.

- ...храм... жрецы... смерть... служи... приноси жертвы... служи поклоняющимся... пируй.

- О, черт.

Роджер сравнил два перевода, и разница сразу стала очевидной. В ядре слово "садак", когда оно использовалось в контексте священников, переводилось как "слуга". Однако, когда ядро было сброшено, это переводилось как "жертвоприношение". На самом деле, в систему была встроена целая серия синонимических и тематических искажений, но изменение нескольких слов и устранение синтаксического искажения сделали все понятным.

Включая то, почему леммары отказались быть захваченными.

Он ввел изменения в свой имплант с молниеносной скоростью прямого нейронного взаимодействия, затем перезагрузил исправленное ядро и медленно повернулся обратно к Сор Тебу и верховному жрецу.

- Мы определили проблему с нашим переводчиком. Чего ты хочешь, так это человеческой жертвы. Которая затем будет разделена как пир среди ваших почитателей. Тело и кровь, так сказать.

- О, черт, - прошептала Косутич и поморщилась, еще раз взглянув на стражников. - Я знала, что мне не нравятся эти ребята. Они паписты! Чувак, я ненавижу фанатиков!

- Мы признаем, что некоторые меньшие народы отказываются принимать этот обряд, - ответил Сор Теб, презрительно махнув рукой в сторону Корда и обмотанную тканью Пиди. - Но люди, в конце концов, цивилизованы.

- Цивилизованы, - прошептала Депро. Она была слишком хорошо натренирована, чтобы на самом деле проверять оружие, и она могла чувствовать тишину, которая опустилась на солдат позади нее. Каждый из них был очень осторожен, не доставая оружия. Они тщательно не считали патроны и не следили за тем, чтобы их штыки свободно находились в ножнах. По крайней мере, снаружи.

Роджер медленно полез в мешочек и извлек тонкий кожаный ремешок. Затем он откинул волосы за спину и медленно собрал их в конский хвост.

- А если мы вежливо отклоним это приглашение? - спросил он, укладывая свои локоны один за другим и приглаживая волосы на макушке. Позади него О'Кейси украдкой вздохнула и убедилась, что ее тело балансирует на носках.

Сор Теб взглянул на верховного жреца, который теперь, по-видимому, спал на своем табурете, затем снова на людей.

- Моя стража в этой комнате превосходит вас числом, и у меня более сотни в коридорах. Одним словом, вы все слуги. А потом я заберу всех остальных из вас в доках, и люди узнают, что это был Бич, который наконец привел людей к Богу.

Его накладные руки двигались в сложном пожатии плечами, которое означало полную уверенность.

- Или, - продолжил он, - вы можете пожертвовать единственной жертвой по вашему выбору. Этого будет достаточно для моих целей... и Бога, конечно. Но в любом случае, у меня будет слуга, который мне нужен, и люди будут знать это. Это ваши единственные альтернативы.

- Действительно? - тихо, невозмутимо сказал Роджер, в последний раз дергая себя за конский хвост, чтобы затянуть его потуже. - Хммм. Набор бинарных решений. Только одна проблема с твоими планами.

- Что? - глаза Теба сузились, и Роджер мягко улыбнулся.

- Ты никогда не видел, чтобы я двигался.

Принц и его телохранители прорвались через полдюжины городов-государств в своем кровавом походе по Мардуку. Роджер знал, что может положиться на то, что они выполнят свою работу и поддержат его. Поэтому, когда его руки опустились к пистолетам в кобурах на боку, он сосредоточился исключительно на том, что находилось в его собственном поле зрения.

Местные аркебузы не отличались особой точностью, а униформа морских пехотинцев была разработана для защиты от высокоскоростных снарядов за счет упрочнения, позволяющего распределять воздействие на большую площадь. Однако ни на Роджере, ни на О'Кейси не было шлемов, так что неудачное попадание одной из аркебуз могло оказаться смертельным. А Корд и Пиди были совершенно беззащитны.

Таким образом, первой мишенью был аркебузир слева от трона. Верховный жрец не представлял угрозы, и попадание в цель слева позволило бы Роджеру проследить вправо и следующим выстрелом сразить Сор Теба.

Но к тому времени, как Роджер сменил цели, еще до того, как обезглавленное тело успело начать падать, Сор Теб просто переместился. Роджер слышал, как морские пехотинцы комментировали его собственную скорость, часто вполголоса. Теперь он понимал почему. Когда вы видите кого-то, кто сверхъестественно быстр - Растар был одним из таких, - это внушает благоговейный трепет. а Сор Теб, как оказалось, был сверхъестественно быстр в выживании. Советник оказался за троном и вышел через боковую дверь прежде, чем кто-либо, кроме принца, смог нацелиться на него.

Но это не означало, что люди сидели сложа руки.

Косутич опустила дуло своего дробовика и уложила аркебузира справа от трона, в то время как стражники Бича вдоль стен бросились вперед. Их основным оружием, по-видимому, были двойные палки. Длинные прутья были толщиной почти с человеческое предплечье, и охранники орудовали ими с точностью. Один из них опустился к предплечью старшего сержанта, очевидно, намереваясь обезоружить ее, но это было резко заблокировано коротким мечом.

- Мадх-Хем! - закричала Пиди, как проклятый зверь, и крутанулась на месте, отбрасывая свой сумей, когда появились оба меча. Она рубанула вниз, чтобы оторвать все пальцы на руке одного из стражников, затем взметнулась вверх, чтобы выпотрошить его, как рыбу.

- Долины!!

Изумленные стражники отшатнулись при виде клинков и матовых рогов. Люди были неизвестными страшилищами даже из самых отдаленных уголков долины, но шины всегда были там. И никогда не недооценивались. Даже женщины.

- Шин!!!

Мардуканка снова развернулась, блокируя еще один удар, направленный на нее сзади, и ударила стражника ногой в пах. Она повернулась к трону, где собралось большинство выживших стражников, защищая верховного жреца, и сплюнула.

- ВРЕМЯ ВСТРЕТИТЬСЯ С ОГНЕМ, МАЛЬЧИКИ!

* * *

- Сапоги и седла!

Панер вскочил на ноги, потирая ухо, когда крик из системы связи шлема заставил его выпрямиться.

- Ваше высочество? - позвал он, направляясь к двери своего кабинета, в то время как его затопило внезапное ледяное спокойствие человека, который видел слишком много чрезвычайных ситуаций - и только что услышал безошибочно узнаваемый звук винтовочных залпов на фоне прерванного радиовызова.

- Всем подразделениям, ретрансляция роты "Браво"! Уничтожить всех стражников кратов в поле зрения с крайней поспешностью. Выполнить это СЕЙЧАС ЖЕ!

Панер услышал крики со склада, и когда он ударил в дверь, началась стрельба. Двое стражников кратов атаковали одного из диаспранских пехотинцев у главных дверей, но их уложили двумя выстрелами прежде, чем капитан успел даже вытащить свое оружие. Со всеми остальными в поле зрения уже разобрались.

- Принц Роджер, это капитан Панер, - спокойно сказал он, направляясь к грудам снаряжения, которые были наполовину готовы к погрузке. - Что происходит?

- Слуги - это человеческие жертвоприношения, - запыхавшись, вмешалась Косутич в командный канал. На заднем плане Панер услышал звук удара ножом по дыне, с которым вся компания стала слишком хорошо знакома. - Мы пытаемся с боем выбраться из храма. По какой-то причине они просто немного раздражены нами.

- Это может быть потому, что Пиди Карузе прорвалась к верховному жрецу, когда мы выходили из комнаты, - сказал Роджер с ворчанием на фоне затихающего крика. - К счастью, до сих пор все охранники были без доспехов. Мы экономим боеприпасы, в буквальном смысле прорубая себе путь к отступлению. Но Сор Теб сбежал, черт возьми! Он нас подставил.

- Мы уже в пути, - сказал Панер, жестом призывая команды прекратить то, что они делали. Самое необходимое снаряжение уже было упаковано для марша, большая его часть была погружена в большие кожаные сундуки с твердыми бортами и множеством колец для переноски, чтобы их можно было легко загружать и снимать с вьючных животных. Остальное составляли продукты питания и другие подобные предметы первой необходимости, которые можно было захватить по дороге. Было мерзко, но если у вас были патроны, вы всегда могли добыть фасоль.

- Отрицательно! - рявкнул Роджер. - Мы направляемся к главным воротам города. Вы знаете правила игры - васины, чтобы захватить ворота, мобильные колонны, чтобы обезопасить перекрестки и блокировать ответные действия, сообщите кораблям, чтобы они направлялись в Бухту К'Вэрна, а остальные все бегут изо всех сил к воротам. Мы собираемся объединиться в этом районе. Если вы попытаетесь прорваться в храм, у нас ничего не получится. Следуйте плану, капитан. Это приказ.

- Скажите мне, что вы можете пробиться наружу с боем, ваше высочество, - проскрежетал капитан. - Скажите мне это.

- Пост один, - ответил Роджер. За его голосом кто-то еще взревел от ярости. Рев стал громче, как будто горло, из которого он вырвался, устремилось к Роджеру, но затем звук резко оборвался, и Панер услышал глухой удар и звук брызг.

- Птах! Только не забудьте взять с собой гребаное полотенце.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Тему Джин преодолел последние несколько метров тропинки и кивнул ожидавшему его мардуканцу. Вождь шинов был средних лет для одного из местных жителей, со спокойным и замкнутым лицом. Он оперся на длинный топор, который был символом его должности - символом, позволившим ему более или менее беспрепятственно пройти через племена на его пути.

Теперь вождь наклонился вперед и пристально посмотрел на человека.

- Я две недели путешествовал из своего дома ради тебя, Тему Джин, - прорычал он. - Я сделал это, когда мой народ был в опасности, когда молодые воины сомневались в моей полезности. Я сделал это, потому что ты указал, что нам жизненно важно встретиться. Все, что я могу сказать, это то, что лучше бы это было важно.

- Решай сам, - сказал Джин. - Люди высадились в Кирсти.

- Это не важно! - отрезал вождь. - Все рано или поздно проходит через Кирсти, как я слишком хорошо знаю.

- Ах, но какие люди? - ответил Джим. - Эти люди не отправились в Кирсти с нашей базы здесь. Они прибыли на кораблях - кораблях, построенных здесь, на Мардуке, которые пересекли море, чтобы достичь этого континента.

- И что из этого? - потребовал ответа вождь. - Почему меня должен волновать тот факт, что они плыли по воде, а не летали по воздуху?

- Как я уже говорил тебе, империя не собирается благосклонно относиться к Крату, когда я, наконец, получу известие от своего начальства. Но я не знаю, когда это произойдет. Эти люди могли бы помочь распространить информацию.

- Почему? Почему эти люди, а не беспризорники, которых ты уже свалил на нас?

- Эти люди... важны, - тянул время Джин. - Но им понадобится некоторая поддержка.

- Конечно. Разве они не всегда так поступают? - проворчал вождь. - Что теперь?

- Я пришлю тебе несколько посылок. Боеприпасы и некоторые необходимые запасные части, которые они, вероятно, могли бы использовать. А также кое-какое современное оружие. Если ты сможешь установить с ними контакт, это принесет нам большую пользу. Было бы еще лучше, если бы ты смог увести их из Крата в земли шинов.

- Что? Никаких одеял? Никаких "спальных мешков"? Нет средства от насекомых? - вождь фыркнул по-мардукански. - Я надеюсь, что ваше начальство скоро придет вам на помощь - все эти посетители начинают утомлять. Что касается "отвадить их от кратов", я могу разослать сообщение вождям кланов, но это будет зависеть от них индивидуально. И они невысокого мнения о людях. Только если они придут прямо на мои земли, я смогу обеспечить их безопасность.

- Думаю, вы найдете этих людей немного другими, - мрачно сказал Джин. - И сомневаюсь, что за ними нужно будет много присматривать. Помимо всего прочего, по крайней мере некоторые из них - морские пехотинцы.

- Морские пехотинцы? - вождь усмехнулся. - Это ваши космические воины, да? Воинов у нас предостаточно.

- У вас нет имперских морских пехотинцев, - предупредил Джин. - И если они те морские пехотинцы, о которых я думаю, то у вас нет ничего близкого.

Вождь мгновение злобно смотрел на него, затем задумчиво потер свои рога.

* * *

- У кого-нибудь есть какие-нибудь идеи, где мы находимся? - спросил Роджер. Его урезанная командная группа стояла на пересечении пяти коридоров с куполообразной крышей. Единственная масляная лампа давала скудное освещение, и принц лениво вытирал кровь с лезвия своего меча, оглядываясь по сторонам.

Они оторвались от своих преследователей, главным образом потому, что ставили позади полевые мины-ловушки. После первых нескольких взрывов стражи Бича стали удивительно осмотрительными в своей погоне. Но это не помогло беглецам найти выход из дворца. Или к воротам. Системы их шлемов могли сообщить им, где они находятся, относительно начальной точки и ворот, указанных в их планах эвакуации в качестве выхода из города, а также в каком направлении они направлялись, но это имело строго ограниченную полезность. Храм примыкал к внешней стене города, так что, вероятно, существовала связь между тем, где они стояли, и защитой стен - например, воротами, в которых они нуждались. Но они не могли сказать, какой из бесчисленных коридоров приведет их туда.

- Мы примерно в ста метрах ниже ворот, - отметила Косутич, осматривая вместе с ним различные коридоры. - И все еще на юге. Я думаю, нам нужно направиться на северо-восток и вверх.

- Угу. К сожалению, - отметил Роджер, - все еще остаются два пути.

- Ини-мини-мини-мо, - сказала старший сержант. - Чим, иди по левому коридору.

- Да, старший сержант, - ответил васин. - Пахнет так, как будто впереди кухни.

- Это так, - смущенно согласился Роджер. - Немного. - Чим был прав, из коридора до них донесся отчетливый запах готовящейся пищи, но его перекрывал неприятно знакомый зловонный запах железа.

Коридор представлял собой арку высотой в пять метров, ведущую в темноту. В отличие от перекрестка, здесь не было даже тусклого света масляной лампы. Системы наблюдения на шлемах морских пехотинцев позволяли им четко видеть даже в таких условиях, но ничего не сделали для мардуканцев в группе - или для Роджера или О'Кейси, ни один из них не взял шлемы на то, что должно было быть дипломатической встречей, - поэтому морские пехотинцы включили фонари, установленные на их винтовках. Белые пятна светильников, казалось, открывали и скрывали в равной мере, потому что стены были сложены из базальтовых блоков, которые, казалось, поглощали свет. Сложное взаимодействие света и темноты придавало дополнительный вид нереальности их полету, но, по крайней мере, туземцы (и Роджер) могли что-то видеть.

Примерно через дюжину метров коридор закончился тяжелой деревянной дверью. К счастью, она была заперта на засов с их стороны, и Чим махнул одному из диаспранцев вперед, чтобы тот отодвинул засов. Как только дверь открылась, васинский дворянин метнулся в образовавшийся проем, держа пистолет двумя руками. Остальные васины хлынули следом за ним, и Роджер услышал залп аркебуз, на который ответили пистолетные выстрелы и яростный рев.

Принц последовал за ним прежде, чем эхо пистолетных выстрелов успело стихнуть, и когда он переступил порог, причина рева стала очевидной. Большая комната за ней была заполнена костяными ямами. Он мог видеть группу слуг кратов, убегающих через дальнюю дверь, оставив корзины с пеплом и костями, которые они несли, разбросанными по полу.

Чим тоже упал, схватившийся в мертвой хватке с одним из четырех стражников. Запах в комнате был намного сильнее, чем в коридоре - смесь гниющего мяса и обугленных костей, которая заставила Роджера вспомнить Войтан. Он проглотил тошноту и проверил, все ли остальные в порядке. Когда он искоса взглянул на Пиди, она казалась странно невозмутимой. Она просто взглянула на могильные ямы, затем отвела взгляд.

- Ты не кажешься слишком разбитой, - сказал Роджер. - Это... мерзко.

- Иногда к тебе приходят священники, - ответила Пиди. - Иногда они достают тебя. Мы их не едим, но и не оставляем в живых тех, кого поймаем.

Бенан Корда направилась к дальней двери, но Роджер положил руку ей на плечо.

- Позвольте профессионалам пройти первыми. Есть идеи, что находится на другой стороне?

- Не многие выходят из огня, - отметила Пиди. - Но поскольку здесь есть ямы, кухни должны быть справа, а святилище вверху и слева.

- Старший сержант, - сказал Роджер, указывая на дверь. - Направляйся в святилище. У него должен быть общедоступный доступ, а это означает первичную точку входа... и выхода. Это дает нам лучший шанс быстро найти выход из этого проклятого лабиринта.

- Да, сэр, - сказала Косутич. Она положила руку на засов закрытой двери и взглянула на других воинов с мрачными лицами, столпившихся вокруг принца. - Давай потанцуем.

Коридоры снаружи были чаще из того же черного базальта, впитывающего свет фонарей морских пехотинцев. Еще несколько метров привели их к узкой лестнице наверх и направо. Косутич посветила на нее фонариком, затем быстрыми, бесшумными шагами поднялась по ступенькам. Наверху она обнаружила еще одну тяжелую деревянную дверь, на этот раз с красным светом, пробивающимся из-под нее, и склонила голову набок, прислушиваясь к громкому атональному пению, доносящемуся сверху.

- Господи, я ненавижу папистов, - пробормотала она, проверяя свои подсумки с боеприпасами и закрепляя штык. Затем она вытащила поясной нож, когда Роджер подошел к ней. - Для этого нам действительно следовало взять с собой дробовики, ваше высочество.

- Потребности диктуют, - ответил Роджер. Он оставил свой шариковый пистолет в кобуре, сохраняя патроны на случай более острой необходимости, и держал в левой руке револьвер с черным порохом. - Сделай это.

Старший сержант просунула свой нож в щель, где должна была находиться планка, и передвинула ее вверх. Мономолекулярное лезвие без усилий прорезало запорное устройство, дверь слетела с петель, и она ринулась вперед, в ад.

Неф храма был битком набит молящимися, женщины с одной стороны, мужчины с другой. Поклонение в Высоком храме явно предназначалось только для состоятельных членов общества Кирсти - большинство молящихся были не только одеты в замысловатые халаты, но и носили тяжелые украшения.

Двойная шеренга "слуг" тянулась по центральной линии храма, окруженная охраной. Очередь вела к месту жертвоприношения, где в массовую бойню были вовлечены три команды жрецов. Жрецы носили замысловатые одежды, богато расшитые золотой нитью, и шапки из золота и черного опала, имитировавшие вулканы, а украшения храма были прекраснейшими. Не стенах виднелись полудрагоценные камни и золотая фольга, снова и снова украшенные повторяющимся мотивом священного огня. В целом, это было варварское и ужасное зрелище, усугубляемое тяжелыми кожаными фартуками, которые также носили жрецы. Конечно, если бы они их не носили, запекшаяся кровь от их бойни испортила бы красивые золотые нити.

Как машина - или как то, чем это было на самом деле: скотобойня - каждого связанного пленника клали на алтарь, затем быстро разделывали на части, разделяя на приемлемые куски. Команды низших жрецов бросали субпродукты в жерло печей в задней части, в то время как другие уносили съедобные куски, даже когда вперед выводили другого "слугу". Глубокое, ритмичное пение верующих было причудливым аналогом неистовых криков, когда пленников тащили вперед... пока крики резко не обрывались ножами жрецов.

Если что-то и было хуже, чем отвратительная эффективность жертвоприношений, с ее явным подтекстом частого и длительного опыта, так это хорошо одетые прихожане, раскачивающиеся взад-вперед в истерической реакции на бойню и распевающие свой экстатический контрапункт молитвам священников.

Когда Косутич открыла дверь, молитвы священников внезапно прекратились, и пение оборвалось нестройными звуками. Роджер оглядел внезапно воцарившуюся тишину и покачал головой.

- Я просто не потерплю этого, - сказал он почти непринужденным тоном.

- У нас мало боеприпасов, сэр! - указала Косутич. - Мы можем отступить. Дверь задержит их ненадолго.

- К черту это. - Роджер протянул правую руку через плечо. - Лучший, кратчайший путь наружу - через храм, старший сержант. И я не думаю, что они просто позволят нам пройти, не так ли?

- Нет, ваше высочество, - ответила сатанистка.

- Ну, вот ты права, - рассудительно сказал Роджер. - И я полагаю, что если у нас закончатся боеприпасы, это просто должно быть холодное оружие, не так ли?

Сталь прошелестела в почти полной тишине, когда он снова обнажил свой меч, и Догзард хлестнула своим хвостом взад-вперед. Запах крови ударил в нее, и ее шипы задрожали.

- Поняла! - Депро крикнула из толпы у двери, затем - Оу! Черт возьми, Догзард, следи за хвостом!

- Держись сзади, Нимашет, - прорычал Роджер. - Позвольте мне и васинам разобраться с этим.

- Позвольте мне отметить, что это неразумное начинание, - заметил Корд, поднимая свое копье. - Как бы то ни было, освободите дверь, ваше высочество!

- Пустите меня к ним! - крикнула Пиди, размахивая обоими окровавленными мечами над головой. - Я дам им "низшие расы"!

- О, черт с этим! - сказала Депро, выходя вперед, когда церемониальные стражники в храме внизу подняли свои посохи. - Ты никуда не пойдешь без меня!

- Нет, - вмешалась Косутич, не сводя глаз с ожидающих стражников. - Прикрой заднюю дверь. Мы не хотим, чтобы нас ударили сзади.

- Но...

- Это была не просьба, сержант! - рявкнула старший сержант. - Прикройте наши чертовы спины!

- Васины! - призвал Роджер. - Один залп, и обнажить оружие! Холодная сталь!

- Холодная сталь!

- Люди!

- ШИН!

* * *

- Два главных перекрестка безопасны, - крикнул Растар, когда его циван рысью проехал по широкому бульвару мимо Панера. - По пути мы захватили главную штаб-квартиру "Цепа" в секторе. Они пытались драться, но от этих блюющих стражников вообще никакого толку.

- Басик для атула, - согласился Фейн, когда прогремел еще один залп. Диаспранец плотно разместил свою роту вокруг отступающих фургонов, позволяя васинам расчистить путь впереди. - Они просто тупо дерутся. Почти так же тупо, как варвары. Ни стиля, ни тактики - простые личные атаки, и они просто попадают под наш огонь. Тупые.

- Не тупые, просто... застойные, - поправил Панер. - Они так привыкли сражаться одним способом, что не знают другого. И они еще не придумали, как измениться. Я подозреваю, что они настолько хороши, насколько это возможно, против сил другого сатрапа или когда дело доходит до подавления беспорядков в городе. Но они никогда не имели дела с винтовочными залпами или снайперами.

Последние - в основном морские пехотинцы, но также и несколько диаспранцев - выбирали любых лидеров, которые проявляли настоящее воображение.

- Есть какие-нибудь новости о Роджере? - спросил Растар.

- Ничего с тех пор, как они сообщили из Храма, - сказал капитан.

- Они справятся, сэр, - сказал Фейн. - Это Роджер, не так ли?

- Да, это то, что мне говорят. - Панер покачал головой. - Я почти жалею, что его все еще считают некомпетентным. Может быть, тогда я бы послал с ним отряд приличного размера.

* * *

- Знаете, - Роджер парировал удар посоха и скользнул лезвием вниз по древку, чтобы отсечь пальцы мардуканца, - я мог бы пожелать, чтобы Панер не был так уверен в мне!

- Почему? - Косутич пробила своим штыком небо кричащего рта владельца посоха. В отличие от стрелков Диаспры, штыки морской пехоты были сделаны из мономолекулярного пластика с памятью, а не из стальных лезвий местного производства. Невероятно острый штык разрезал тело вверх и наружу, без усилий разбрызгивая кровь, и она с ворчанием оттолкнула падающее тело со своего пути.

- Ну, если бы капитан не был так уверен, что мы справимся с чем угодно, он бы послал с нами больше солдат! - Роджер закричал, когда Догзард, никем не замеченная, приземлилась на спину стражника, собиравшегося ударить Корда. Мардуканец, возможно, и смог бы выдержать сто двадцать килограммов со старта стоя, но когда на него обрушился снаряд на скорости сорок километров в час, он упал лицом в красное месиво на полу. И лежа ничком, с разъяренной Догзард на спине, он мало что мог сделать, кроме как умереть.

- Но больше войск означало бы меньше стражи для каждого из нас! - запротестовала Пиди, перерезав горло одному нападавшему и развернувшись, чтобы отсечь правую руку другого чуть ниже плеча. В ответ посох со звоном отлетел от ее рогов, и она ударила ногой владельца, полоснув его краем своих рогов и последовавшим ударом в грудь. Из спины крата торчал кусок окровавленной стали на ширину ладони, и она вывернула запястье. - Меньше кратов, которых нужно убивать, и тел, которые нужно грабить! Что бы это было за развлечение?

Она вытащила свой клинок, облившись алым, и Роджер остановился, чтобы осмотреть залитую кровью ризницу. Это место - к счастью или к несчастью - было спроектировано для надлежащего дренажа, и из печей в задней части, где заканчивались желоба, доносился противный шипящий звук и ужасный запах подгоревшего стейка. Земля была усеяна телами жрецов и стражников, оставшимися после васинов и морских пехотинцев. Немногочисленным прихожанам, которые присоединились к стражникам, чтобы попытаться остановить их, пришлось не лучше, и васины были особенно жестоки. На многих трупах было обнаружено больше ударов, чем было строго необходимо.

- Полагаю, да, если посмотреть на это с такой точки зрения, - сказал Роджер, когда один из васинов вытащил из статуи изумруд размером с его большой палец. Судя по украшениям и одежде жрецов и молящихся, только в этой комнате, вероятно, можно было найти месячную плату васинов. Принц наклонился, подобрал более или менее чистую тряпку из... мусора и вытер свой меч. Во всем храме почти не было слышно ни звука, за исключением шипения сзади и случайных стонов их единственной серьезной жертвы. Васины были особенно эффективны в обеспечении того, чтобы не было раненых кратов.

Жертвы рассеялись. Смогут ли они выжить и смешаться с населением, Роджер не знал. Все, что он знал, это то, что выход был свободен и что в поле зрения не было никаких живых угроз. На Мардуке этого было достаточно.

- Три минуты на грабеж, а потом пора уходить, народ! - крикнул он, махнув мечом в сторону двери. Даже после быстрого протирания лезвие оставляло в воздухе багровый след. - Давайте найдем выход из этого места!

* * *

- Третье отделение сомкнулось, капитан, но мы испытываем немалое давление с тыла, - сказал Фейн. Где-то внизу прогремел винтовочный залп, на который ответили пронзительные крики. - Ничего такого, с чем мы не могли бы справиться. Пока.

- До сих пор ничего не слышно от Роджера, - сказал Панер, кивнув. Он огляделся в полумраке и покачал головой. Одним из "цивилизованных" аспектов Кирсти было то, что на многих главных бульварах были газовые фонари. Теперь он знал, почему у них были газовые фонари; это было для того, чтобы они могли видеть средь бела дня.

- Время от времени с его стороны раздавались взрывы, так что, полагаю, он в пути, - продолжил морской пехотинец. - А теперь, если бы мы могли просто взять ворота до того, как он доберется сюда.

- Извини за это. - Растар пожал плечами. - Когда мы прибыли, они были закрыты. Вероятно, они сделали это заранее.

- Почему бы не использовать плазменную пушку, сэр? - спросил Фейн.

- Подпись. - Панер вытащил корень бисти и отрезал кусочек; к тому времени, как он отправил его в рот, он был покрыт тонким слоем горькой золы. - Если они где-то и будут искать современное оружие, то это будет на этом континенте. И плазменные пушки - это не оружие заблудившегося охотника. Почти по той же причине, по которой после его первого сообщения мы не поддерживали связь с его высочеством. Нет, нам придется действовать по старинке.

- Это будет дорого стоить, - сказал Фейн, глядя на защиту ворот. Центральная сторожка была окружена двумя оборонительными башнями, обе с бойницами для обстрела внешней части сторожки из аркебуз и легкой артиллерии. Укрепления, очевидно, должны были быть одинаково защищаемыми с обеих сторон, так что, если бы врагу удалось перелезть через стену, ему все равно пришлось бы тяжело сражаться за надвратную башню.

- Кипящее масло будет наименьшим из них, - добавил диаспранец.

- Ну, я не планирую складывать тела, чтобы карабкаться вверх и через это, - сказал Панер и указал на лестницу. Она поднималась по внутреннему фасаду сторожки к массивной деревянной двери на уровне третьего этажа. - Мы поднимаемся туда, взрываем дверь ранцевым зарядом и занимаем внутреннее помещение. Где-то там должно быть управление.

Дверной проем, о котором шла речь, находился на вершине стены, на виду у западной башни. Огневые щели вдоль восточной стороны башни позволяли хорошо видеть лестницу и площадку перед дверью. Растар осмотрел щели, в которых, вероятно, скрывались тяжелые поворотные орудия. Они, несомненно, были бы заряжены шрапнелью, как гигантские дробовики. Он видел такое же оружие в Синди, использованное против варваров боманов, и точно знал, каким будет эффект.

- Мы все равно понесем немало потерь.

- Я знаю, Растар, - печально сказал Панер. - И это ляжет в основном на диаспранцев и васинов. Я не могу позволить себе потерять еще много морских пехотинцев. Черт, большинство из тех, что у меня еще остались, все равно уже заняты.

- Что должно быть сделано, то должно быть сделано, - философски заметил Растар, доставая свои пистолеты. - Нам нужно подготовить ранцевый заряд.

- У меня они есть, - сказал Поэртена, вытаскивая свой рюкзак. - Два ранцевых заряда. Один или другой сработают.

- Это не ваша специальность, сержант, - сказал Панер. - Кому-то нужно будет зайти в сторожку и найти пульт управления воротами. Это не будет похоже на работу в оружейной.

- Я по... морской пехотинец, сэр, - выпалил в ответ пинопанец. - Должен где-нибудь умереть.

Панер пристально смотрел на него, наверное, секунду, затем пожал плечами.

- Очень хорошо. Похоже, что васину выпадет честь взять врата при поддержке оружейника подразделения.

- Что дальше? - спросил Джулиан с улыбкой. - Вооружаете пилотов?

- И поваров, клерков и группу старшего сержанта, - сказал ему Панер. - Забирай это отсюда, Растар.

- Правильно. - Теперь у Растара были револьверы во всех четырех руках, и он проверял, не заклинил ли пепел их действие. - Хонал? - обратился он к своему двоюродному брату.

- Васины! - Хонал, в свою очередь, обратился к кавалерии, выстроившейся позади него. - Хорошие новости! Мы должны взять ворота! Поднимаемся по лестнице, коротышка вышибает дверь, и мы внутри!

- Ну, я полагаю, это все, что они понимают под оперативным приказом, - пробормотал Панер, отступая назад. Он надеялся, что они, по крайней мере, спешатся. Циван, возможно, и смог бы подняться по лестнице - в конце концов, все васины были превосходными наездниками, - но провести их через дверной проем было бы непросто.

Когда Хонал приказал кавалерии лечь на землю, нижняя амбразура на западной башне внезапно извергла пламя. Мощный взрыв потряс укрепление, по строению повалил дым, и из-за пожара донесся грохот ружейной стрельбы.

- Я полагаю, что появился его высочество, - заметил Панер. - Иди! Поднимайся туда сейчас же, Растар!

- Чертовски вовремя, Роджер! - крикнул бывший васинский принц. Затем он махнул пистолетами в сторону стены и посмотрел на своих людей.

- Тердан!

* * *

- Думаю, что мы, возможно, перестарались, старший сержант, - сказал Роджер, кашляя и роясь в своей сумке в поисках патронов. Он израсходовал последние из своих незаменимых пистолетных шариков на выходе из храма. Затем он израсходовал все патроны для своего собственного револьвера в своей руке по пути в оборонительный комплекс надвратной башни. Это было тогда, когда он забрал револьвер и сумку с патронами у раненого васина. Он был слишком велик, рассчитан на руки мардуканца и мог переломать даже запястья Роджера при каждом выстреле. Но единственное, что он действительно ненавидел в этом, так это то, что у него тоже закончились патроны для этого.

- О, я не знаю, ваше высочество. - Косутич тряхнула головой, чтобы избавиться от звона в ушах. - Думаю, бочонок пороха был как раз кстати.

- Дверь заклинило! - объявил Марк Сент-Джон. Сквозь дым Роджер едва мог разглядеть Килети, который колотил в дверь куском гнутого железа. Принц подавил проклятие и прищурился, но даже с его превосходным природным зрением детали было невозможно разглядеть. Все утро он сожалел, что оставил свой шлем в казарме, поскольку вся поездка была из мрака в еще больший мрак. И при этом наполненный дымом еще более глубокий мрак.

- Что ж, нам лучше ее открыть, - спокойно сказал он, когда позади него раздался еще один залп. - Ты так не думаешь?

- И как именно они это сделают, ваше высочество? - спросил Корд, затем внезапно поднял глаза. - Ложись!

Копье каким-то образом пролетело мимо блокады диаспранцев и васинов, державших арьергард. Принц не мог сказать, как его аси вообще увидел это в таких условиях. К сожалению, просто увидеть это было недостаточно.

Взмах руки Корда отбросил Роджера в сторону, но короткое широкое лезвие копья попало шаману чуть ниже правого плеча.

- Черт возьми! - Роджер больно отскочил от каменной стены. Затем он увидел Корда. - Чертов дырявый ад!

Копье глубоко вонзилось в нижнюю часть груди шамана. Корд лежал на спине, неглубоко дыша и неподвижно держа копье, но Роджер знал, что боль, должно быть, была огромной.

- Ах, чувак, Корд, - сказал он, опускаясь на колени. Его руки порхали по поверхности почти обнаженного тела шамана, но он не был уверен, что делать. Копье было в животе шамана по самую рукоятку. - Я должен отвезти тебя к доктору Добреску, приятель!

- Убирайся, - выплюнул Корд. - Убирайся сейчас же!

- Ничего подобного, - сказал Роджер и посмотрел на Пиди. Бенан шамана держала оба окровавленных меча скрещенными на коленях. - Думаю, мы оба пропустили это, да?

- Неужели моему позору никогда не будет конца? - спросила она с горечью. - Я отворачиваюсь только на мгновение, и это!.. - Она покачала головой. - Мы должны вынуть его, иначе оно загноится.

- И если мы это сделаем, мы увеличим кровотечение, - резко возразил Роджер. - Нам нужно отвезти его к доктору.

- Что бы мы ни делали, ваше высочество, нам лучше сделать это быстро, - сказала Косутич. - Мы освободили дверь, но арьергард не будет держаться вечно.

- Возьмите морских пехотинцев. Очистите башню, - рявкнул Роджер, вытаскивая свой нож. Даже с мономолекулярным лезвием древко копья изогнулось, когда он крепко ухватился за него, а затем рассек его поперек. Шаман делал неглубокие вдохи и истекал слизью при каждой вибрации, но единственный звук, который он действительно издал, был с последним рывком, когда древко разъединилось - тихое поскуливание, как у Догзард, когда она хотела перекусить.

- Мы вынесем его, - сказал Роджер, злобно швыряя обрезанное древко через вонючую, задыхающуюся от дыма каменную камеру.

- Мы кто? - спросила Косутич, качая головой, когда представила, как пытается поднять двухсоткилограммового шамана. Затем она глубоко вздохнула. - Да, сэр.

- Боеприпасы! У кого-нибудь есть что-нибудь? - крикнул Биркендал от двери. - Большая часть нижнего помещения пуста, но мы ведем огонь со второго этажа.

- Знаю. - Депро бросила ему свою сумку с патронами. - Сент-Джон, возьми свою команду и очисти верхние этажи, - продолжила она. - Я возьмусь за руку, Пиди возьмет за руку, Роджер возьмет за ногу, и мы позволим другой болтаться.

- Чим При ранен, - сказал Роджер, хватаясь за ногу. - Кто, черт возьми, отвечает за мардуканцев?

- Сержант Кневер, - сказала Депро. - Кневер! Мы уходим!

Она увидела поднятый большой палец, появившийся из толпы, собравшейся вокруг дверного проема, и схватила Корда за руку.

- Поехали!

* * *

Поэртена перешагнул через останки одного из васинских кавалеристов. Он прислонил ранцевый заряд к двери, потянул за фрикционный язычок, чтобы включить взрыватель, и огляделся в темноте в поисках какого-нибудь укрытия. Его шлем настроил все на уровень освещенности в шестьдесят процентов стандартного дневного света, но при рендеринге размывались тени, что негативно сказывалось на восприятии глубины. Несмотря на это, он мог ясно сказать, что на стене было не так уж много укрытий, но, по крайней мере, пригнувшись справа от двери, он слегка приподнялся между своим телом и двумя килограммами взрывчатого порошка.

Он установил свой шлем на "Герметичность", согнул свое тело в минимально возможном пространстве и оттолкнулся от стены башни, но волна избыточного давления все еще трясла его, как терьер трясет крысу. Слишком большой рюкзак вообще не помог, так как взрывная волна подхватила его там, где он выступал из укрытия, отбросила его от укрытия и прижала к каменной кладке стены. Он взял себя в руки и потряс головой, пытаясь избавиться от паутины перед глазами, и мысленно оценил ситуацию. Недостатком было то, что он ничего не мог слышать; плюсом было то, что теперь на месте двери была дыра.

Не то чтобы у него было много времени, чтобы оценить ситуацию.

Поэртена никогда не умел обращаться с винтовкой. Он понимал, что ни один настоящий морской пехотинец никогда бы не признался в таком постыдном недостатке, и все же это было так. И он был еще худшим стрелком из пороховых винтовок, с которыми рота импровизировала в Бухте К'Вэрна. Вот почему он смастерил себе помповое ружье в то же время, когда проектировал ружье Хонала.

Ствол у него был меньше, чем у портативной пушки васина, и короче обычного, с пистолетной рукояткой, вырезанной из дерева, и стволом длиной едва тридцать сантиметров. В нем было всего пять патронов, и оно брыкалось, как мул, но у него была одна спасительная особенность - пока вы удерживали спусковой крючок, он стрелял с каждой "помпой".

Поэртена продемонстрировал эту способность мардуканцам, поднимающимся с пола в комнате за разрушенной дверью. Их было явно больше, чем гильз в патроннике, но он не позволил этому остановить себя, когда яростно качался и целился, наполняя комнату рикошетящими свинцовыми шариками, дымом и узорами крови.

Курок щелкнул по пустой казенной части, и он выкатился из дверного проема обратно в свое первоначальное укрытие. Он лежал там, облизывая порез на тыльной стороне ладони, где один из рикошетов прошел слишком близко, затем перезарядился, пока вторая волна васинов наконец поднималась по скользкой лестнице.

- Я думаю, что оставляю это на ваше усмотрение, линейные псы, - сказал он мардуканским кавалеристам, когда последний патрон со щелчком вошел в магазин.

- Что? Ты имеешь в виду, оставить немного для нас? - спросил Хонал. Он остановился у дыры и заглянул внутрь. - Итак, сколько их было?

- Я не знаю. - Поэртена взглянул на дальнюю башню, когда с ее верхнего этажа раздались выстрелы. - По-видимому, недостаточно.

Он решил не пялиться на дуло средней бомбарды, направленное с вершины другой башни, чтобы прочесать стену. Она выстрелила один раз - уничтожив всю первую волну васинов, которые должен был прикрыть его собственный подход с подрывным зарядом, - и он полностью ожидал, что она сметет и его тоже. Но у расчета бомбарды, по-видимому, были на уме более важные вещи после того первого выстрела. Теперь орудие на мгновение вздрогнуло, затем откатилось в сторону, открывая человеческое лицо.

- Биркендал, какого черта ты там делаешь? - заорал Поэртена. - Тащи свою задницу сюда и займись настоящей работой!

- О, конечно! - отозвался рядовой. - Ожидать благодарности от пинопанца - все равно что ожидать точных изменений от к'вэрнийца!

- Что это значит, "точное изменение"? - спросил Поэртена, пожав плечами, и последовал за Хоналом через дыру.

* * *

Роджер просунул лезвие своего меча в дверной проем, затем двинулся вперед. В основании противоположной башни, которая, по-видимому, была внутренней стороной главной сторожки, была дыра, и он мог слышать выстрелы с верхних этажей. Но верх стены на мгновение стал чистым.

С южной стороны, назад к городу, продолжались бои. Это выглядело так, как будто диаспранцы и васины сдерживали силы Кирсти. Судя по виду местных жителей, здесь было больше городской стражи, вооруженной только посохами, и немного официальной "армии". Их можно было отличить по более тяжелым доспехам и более тяжелым копьям. Оружие было чем-то похоже на римский пиллум, и солдаты хорошо им владели, удерживая хорошую стену щитов и сильно давя на обученную людьми пехоту.

Диаспранцы и васины были отброшены численным превосходством, и теперь они были настолько уплотнены, что едва могли использовать свое огнестрельное оружие. Однако было очевидно, что ни одна из групп не забыла о своем происхождении как бойцов с холодным оружием, поскольку диаспранцы выдвинули вперед свои отряды ассегаев. Это элитное подразделение начинало как городская стража, похожая на местных жителей, и с тех пор разбило две армии варваров в своих путешествиях с людьми. Бок о бок с васинами, которые обнажили свои длинные сверкающие мечи, диаспранцы сдерживали силы Кирсти. Более того, они, вероятно, убивали по меньшей мере троих местных жителей за каждого из своих, кто пал.

Но у местных жителей было достаточно людей, чтобы принять такое количество жертв, и Роджер мог видеть, что по дорогам движется больше людей, чтобы усилить атаку. Это был только вопрос времени, когда васины и диаспранцы будут разгромлены. Пора убираться к черту из "Доджа". Или Кирсти, или где бы это ни было.

- Так много городов, так много стычек, - пробормотал он, когда остатки его собственного отряда хлынули через дверь позади него.

Сержант Кневер прошел последним, и диаспранец закрыл за ним дверь.

- Мы запечатали двери с другой стороны и установили медленный взрыватель на пороховом складе, - сказал сержант, отдавая честь. Приятной чертой мардуканцев было то, что они могли отдавать честь и одновременно держать оружие наготове, а Кневер старался прикрывать своего принца даже во время салюта. - Шаман Корд эвакуируется обратно в роту, и весь живой персонал покинул здание. У нас было еще трое убитых в бою и двое раненых, не считая шамана Корда. Оба они также были эвакуированы.

Сержант на мгновение замолчал, затем закашлялся в резком, задымленном воздухе.

- А как насчет мертвых? - спросил Роджер.

- Согласно вашим инструкциям, мы загрузили их в утилизатор морской пехоты и сожгли, сэр, - ответил сержант.

- Я действительно устал от этого дерьма, - сказал Роджер, проверяя свой имплант. Едва пробило десять утра по местному времени. За день, который длился тридцать шесть часов, это составило всего два часа после восхода солнца. - Господи, это будет долгий день. Нам нужно действовать, сержант.

- Да, сэр, - согласился Кневер и махнул в сторону дальней башни. - После вас, сэр.

Сержант еще раз взглянул на север, в таинственную темноту Долины. Насколько мог видеть глаз, там были тысячи, миллионы - миллиарды - рассеянных огней, выстилающих темноту дна Долины. Что создавало огни, было неясно, но казалось, что город простирался на километры, и километры, и километры. Мгновение он смотрел на открывающийся вид, затем покачал головой человеческим жестом.

- Это будет нехорошо.

* * *

- Так, это нехорошо, - резко сказал Хонал. Верхний отсек башни представлял собой массу колес, ремней и цепей. - Здесь нам нужны несколько диаспранцев или что-то в этом роде.

- Не-а, ты меня достал, - пропыхтел Поэртена, поднимаясь по последней лестнице. Он схватился за стену и за свой бок. - Иисус Христос, думаю, этот подъем убьет меня!

- Это была не лестница, это был твой рюкзак, - сказал Хонал. - Но теперь, когда ты здесь, нам нужно открыть ворота. У тебя есть хоть какое-нибудь представление о том, что делает любая из этих штучек?

Поэртена огляделся вокруг, затем еще раз. Он нахмурился.

- Я... думаю, что большое колесо перед тобой - это кабестан.

- Ты думаешь, - повторил Хонал. - А что такое кабестан?

- Это то, что надо поворачивать, чтобы открыть врата, - ответил Поэртена. - Только одна проблема.

Хонал посмотрел на колесо. Насколько он мог судить, оно было лишено таких мелочей, как ручки.

- Где мы возьмем? - спросил он.

Поэртена оттолкнулся от стены и пошел вперед. На северной стороне комнаты были амбразуры, и он подошел и посмотрел вниз через них. Они явно предназначались для того, чтобы поливать нападающих чем попало, но он был совершенно уверен, что они очень хорошо служили и для избавления от ненужного оборудования.

- Тебе потребовалось какое-то время, чтобы попасть сюда, да? - спросил он. Он снова повернулся к огромному колесу, похожему на барабан.

- Да, это так, - признал васинский дворянин.

- Похоже, у них было время ободрать кабестан, - сказал пинопанец, задумчиво глядя на колесо. Оно было почти четыре метра в поперечнике, и его явно невозможно было повернуть без массивного рычага. С другой стороны, прямо наверху была очень удобная гайка. - Мне просто нужен рычаг...

- Достаточно большой, чтобы перевернуть мир? - спросил Роджер, входя в дверь. - Пора открывать ворота, Поэртена. Чего ты ждешь? Метафизическую сущность?

- Нет, ваше высочество, - сказал Пинопан, наклоняясь, чтобы поднять длинный деревянный брус. - Физическое понятие.

Брус был широким, почти десять сантиметров, и длиннее роста Поэртены - вероятно, заменил бы недостающий рычаг. Оружейник мгновение созерцал это, затем сбросил свой рюкзак и нырнул внутрь.

- Хорошо, сначала ты достаешь экстрактор метафизических сущностей, - согласился Роджер и взглянул на двоюродного брата Растара. - Хонал, эта комната охраняется?

- Ну, нас не контратаковали, - сказал кавалерист. - Пока.

- Черт возьми, на этой гребаной планете нет определения безопасности, - сказал Поэртена, извлекая рулон скотча из пакета. - И, конечно же, я не собирался покупать метафизический экстрактор!

- Конечно, нет, - сказал Роджер, опускаясь на одно колено и поднимая брус. - Я должен был догадаться, что это будет космическая лента. Это, или сброшенный шнур. Что еще? И что именно мы собираемся с этим делать?

- Что ж, - ответил Поэртена, потянувшись к верхней части рюкзака. - Ты знаешь, когда мы впервые встретились.

Роджер настороженно посмотрел на гаечный ключ, вспомнив неподатливый комплект доспехов и оружейника, который так быстро избавил его от него.

- Ты же не собираешься ударить меня этим, верно?

- Нет, - сказал Поэртена, укладывая рукоятку гаечного ключа вдоль бруса и начиная наклеивать ленту, - но мы собираемся посмотреть, сможет ли это сдвинуть мир с мертвой точки!

* * *

Док Добреску покачал головой, проводя стерилизатором по своим рукам. У них было более двух дюжин раненых, но из тех, кто мог выжить, Корду было хуже всех.

- Все, чем я хотел быть, это пилотом, - пробормотал он, опускаясь на колени рядом с шаманом. Он посмотрел на местную женщину, которая где-то по пути сбросила свою обволакивающую маскировку. - Для этого мне понадобится шесть рук, так что ты выбрана. Протяни свои руки.

- Что это? - спросила Пиди, протягивая все четыре руки, когда человек провел по ним палочкой.

- Это отпугивает демонов, - огрызнулся Добреску. - Это уменьшит инфекцию - вы бы назвали это кишечной лихорадкой. Он сильно пострадал, так что это не остановит его полностью. Но это остановит нас от распространения инфекции.

- Он умрет, - тихо сказал Пиди. - Я чую нутром. Он умрет. Мой бенан. Что я могу сказать своему отцу?

- К черту твоего отца, - прорычал Добреску. Он похлопал по лбу самку, которая, казалось, вот-вот уплывет в страну ла-ла. - Эй! Блондиночка, посмотри на меня!

Пиди вскинула голову, чтобы зарычать на медика, но застыла, увидев выражение его лица.

- Мы не собираемся терять его! - рявкнул Добреску и снова стукнул ее по лбу. Потяжелее. - Мы. Не. Собираемся. Терять... Его. Вбей это себе в голову и будь готова помочь. Понимаешь?

- Что я должна делать? - спросила Пиди.

- Именно то, что я говорю, - спокойно ответил Добреску. Он посмотрел на месиво в животе Корда и покачал головой. - Я чертов медик, а не ксенохирург.

Корд был без сознания и дышал неглубоко. Добреску интубировал шамана и подключил кислородную линию. У него не было приличного обезболивающего для мардуканцев или газового баллончика, если уж на то пошло. Но он сделал шаману инъекцию "сонного сока", экстракта одного из самых вредных представителей фауны Мардука, столбчатого убийцы. Если бы он правильно подобрал дозировку, Корд бы ничего не почувствовал. И он может даже очнуться после "операции".

- Поехали, - пробормотал уоррент-офицер, беря копье за древко.

Он начал с того, что с помощью лазерного скальпеля удлинил отверстие в брюшной стенке. Мышцы шамана обвились вокруг наконечника копья, и было необходимо открыть отверстие наружу, чтобы извлечь оружие. Он применил два автоэкстрактора, которые медленно раздвигали отверстие, по очереди освобождая каждый из надрезанных слоев.

Наконец-то он хорошенько рассмотрел повреждения, и они были довольно серьезными. Копье воткнулось в край мардуканского эквивалента печени, который находился примерно там же, где и у людей. Чуть впереди того места, где, казалось, заканчивалось копье, был массивный кровеносный сосуд, и Добреску снова покачал головой, радуясь удаче шамана. Еще миллиметр или сильный толчок на пути, и Корд истек бы кровью через минуту.

Наконечник копья также пробил толстую, тонкую и среднюю кишки шамана - последняя особенность мардуканцев, не имеющая человеческого аналога, - и разорвал вторичный желудок. Но повреждения каждого органа были незначительными, и, похоже, ему не пришлось бы ничего резецировать.

Худшая проблема заключалась в том, что был проколот меньший кровеносный сосуд, вена. Если они не зашьют рану в ближайшее время, шаман все равно истечет кровью до смерти. Единственная причина, по которой он еще не истек, заключалась в том, что копье частично закрывало прокол.

- Я собираюсь вытащить это, - сказал Добреску, указывая на наконечник копья. - Когда я это сделаю, у него бешено пойдет кровь. - Он вручил мардуканской самке два временных зажима. - Я собираюсь указать, где они мне нужны, пока я работаю. Тебе нужно надеть их быстро, понимаешь?

- Поняла, - серьезно сказала Пиди. - Клянусь моей честью.

- Честь, - фыркнул медик. - Я просто хотел летать на шаттлах. Это было слишком много, чтобы просить?

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Впервые за свою карьеру, в которой этот термин использовался больше раз, чем он хотел бы запомнить, Арман Панер только что открыл для себя, что на самом деле означает "стоять спиной к стене".

В данных обстоятельствах это была гораздо более сильная метафора, чем он полагал ранее. Но это было потому, что было неприятно буквально стоять спиной к закрытым воротам, в то время как все больше и больше врагов приближалось к людям и их союзникам. Собственные силы басика были оттеснены назад в виде широкой буквы "С" вокруг ворот, и он знал, что если они не откроют ворота - каким-то образом - они все будут убиты.

И съедены.

Этого было более чем достаточно, чтобы убедить любого командира в том, что его ждет плохой день. Однако в случае Панера это был лишь один второстепенный дополнительный пункт. Арман Панер был широко известен как человек, который становился все спокойнее по мере ухудшения ситуации. Что, несомненно, было причиной того, что его голос был очень, очень спокоен, когда с докладом явилась старший сержант Косутич.

- А где, - спросил он ее, - Роджер?

Те же обстоятельства, которые вызвали монументальное спокойствие у капитана, вызвали своего рода маниакальный юмор у старшего сержанта, и Косутич сняла шлем и склонила голову набок, глядя на него.

- Чувствуете себя немного напряженно, капитан? - спросила она, и Панер слегка улыбнулся ей.

- Старший сержант, - тихо ответил он, - я знаю вас уже несколько лет. И нам нужно все оружие, которое мы можем собрать. Так что я не убью тебя. Если... ты скажешь мне, где принц Роджер. Прямо сейчас.

- Там, наверху. - Косутич указала вверх, когда звук отпираемых замков эхом разнесся по надвратной башне. - Открывает ворота.

- Отлично, - сказал Панер с раздражением, приберегаемым для моментов, когда у него не оставалось иного выбора, кроме как положиться на талант своего неугомонного подопечного пережить без него тот или иной почти самоубийственный беспредел. - Теперь, если мы сможем просто разорвать контакт, мы освободим дорогу к дому.

* * *

Поэртена вздрогнул, когда подрывной заряд пробил еще одну тяжелую деревянную дверь. Внутренняя защита башни требовала двойных зарядов, и избыточное давление, ударившее по морпеху, заставило его скафандр снова на мгновение стать жестким.

Вероятно, по ту сторону портала не осталось большой угрозы, учитывая град осколков, который заряд должен был разнести по комнате. Но сын мамы Поэртены не продвинулся так далеко на основании "вероятно", и он не собирался рисковать, когда они были так близко к дому. Поэтому он нажал на язычок разрывной гранаты, бросил ее в соседнюю комнату и подождал, пока оружие сработает, прежде чем последовать за ней через разрушенный дверной проем.

Комната была заполнена дымкой остатков взрывчатки, но два крата все еще частично функционировали в дальнем конце комнаты. Один прыгал вверх-вниз, зажимая осколочную рану в ноге, а другой только поднимался на ноги после второго взрыва. Двух выстрелов из дробовика хватило, чтобы справиться с ними, затем Поэртена внимательнее осмотрел комнату и удовлетворенно хмыкнул, заметив большие бочки, сложенные у стены.

- Примерно гребаное время. ЧИСТО!

- Это то, за чем мы пришли? - спросил Нетери, заходя за пинопанцем и поводя винтовкой из стороны в сторону.

- Да, - ответил Поэртена. - Тащите сюда побольше ваших тел; нам понадобится немного мускулов. - Оружейник вытащил из рюкзака гаечный ключ, который он забрал, как только ворота были подняты, и посмотрел на упоры, удерживающие бочки на месте. - Я надеюсь, что не похороню себя, делая это.

* * *

Панер прошел через второй ряд ворот, огляделся и кивнул. По крайней мере, по ту сторону стен не было непосредственной угрозы.

Территория за воротами была открытой примерно на сто метров - очевидная расчищенная оборонительная зона. Однако за этим, насколько можно было разглядеть во мраке, тянулся сплошной ряд зданий. Очевидно, город продолжался далеко за стенами.

Сильный пеплопад, казалось, ослабевал, и сквозь него начинало пробиваться немного света. Оба эти изменения были - вероятно - хорошими знаками. Пепел был несчастьем для всех, и немного дополнительного света в битве было бы полезно.

- Хорошо, - сказал капитан Косутич. - Мы прошли через ворота. Теперь все, что нам нужно сделать, это забрать нашего подопечного и вернуть его в целости и сохранности под нашу защиту, а не наоборот. О, и каким-то образом разорвать контакт с несколькими тысячами вопящих религиозных фанатиков. Есть какие-нибудь предложения?

- Что ж, - произнес бестелесный голос из темноты над головой, - я думаю, что использовать плазменную пушку - это правильно. - Роджер нажал на спусковой крючок, чтобы выйти из положения головой вниз, и спрыгнул на землю с последних нескольких метров. - Доброе утро, капитан.

- И вам доброго утра, ваше высочество, - натянуто произнес морской пехотинец. - Развлекаетесь?

- Не совсем, - ответил принц. - Кажется, я добился того, что мой аси чуть не погиб, я потерял морского пехотинца и четырех васинов, и, похоже, действительно разозлил кратов. В остальном все просто великолепно.

- Да, хорошо, - сказал Панер через мгновение. - Мы поговорим об этом позже. Сомневаюсь, судя по тому короткому рассказу Элеоноры, что вы могли бы поступить по-другому.

- Придерживаюсь того же мнения, - признался Роджер. - Но от этого не чувствую себя счастливее. И тот факт, что мне постоянно приходится искать выход из подобных ситуаций, становится... раздражающим.

- Я бы сказал, что это "раздражало" и ваших врагов, ваше высочество, - со смехом заметила Косутич. - За исключением того, что они обычно не выживают достаточно долго, чтобы быть раздраженными.

- Сор Теб выжил, - признал Роджер. - Этот чпокнутый быстр. Сначала я достал аркебузира, и к тому времени, как сменил цель, Теб уже был за троном, а затем исчез.

- Это случается. - Панер пожал плечами. - Важно то, что мы вернули вас вместе с большей частью вашей группы. Мы в сторожке у ворот, и мы также собрали наши силы. Теперь все, что нам нужно сделать, это разорвать контакт.

- Поэртена работает над этим, - сказал Роджер. - Однако нам нужно перевести всех по эту сторону ворот. И нужно сделать это быстро.

Панер посмотрел на пробку из туромов, мардуканских наемников, носильщиков и прихлебателей в воротах и вздохнул.

- Не знаю насчет "быстро", ваше высочество. Но мы приступим к работе над этим.

- При условии, что ворота будут очищены... - Роджер сверился со своим имплантом, - через пятнадцать минут с этого момента.

- Поняла, - сказала Косутич. - Я вытащу часть васинов и отправлю их сюда в качестве охраны, затем отправлю в путь невооруженных.

- Сделай это, - согласился Панер. - Тем временем нам нужно начать планировать, какая катастрофа у нас будет следующей.

* * *

Поэртена еще раз заглянул в дыру в полу и покачал головой.

- Ну же, ваше высочество, - пробормотал он. - Время уходит.

- У нас гости, - сказал Килети из разрушенного дверного проема. - В комнате управления вратами есть краты.

- Хорошо, что мы нарушили контроль, да? Эти ворота не закроются, пока кто-нибудь не построит совершенно новую декорацию. Они могут опустить решетку, но даже это будет нелегко, не с тем, как мы ее заклиним!

- Да, но если они войдут во вторую комнату обороны, мы будем отрезаны, - указал стрелок.

- Да, - сказал один из кавалеристов васинов, стоявших у бочек с маслом. - А потом мы пойдем и убьем еще нескольких этих ублюдков кратов.

- Выбор времени для этого непрост, - сказал Поэртена, еще раз взглянув в дыру, когда из дальней комнаты донесся звук топоров, вгрызающихся в дерево. - Я думаю, вам, васины, лучше уйти в другую комнату и не шуметь, а?

- Хорошо, - сказал сержант васинов и кивнул своим товарищам. - Давайте соберем несколько рожек, мальчики.

Поэртена покачал головой, когда четверо кавалеристов покинули комнату.

- Клянусь, этим парням нравится подобное дерьмо. - Внизу послышалось движение, и он увидел, как диаспранская пехота переформировывается и начинает медленный обратный марш в кишечник туннеля ворот, все это время поддерживая непрерывный треск винтовочного огня. - Почти время начинать бал.

* * *

- Отступи на шаг и стреляй! - рявкнул Фейн. Его горло саднило от сочетания оружейного дыма, пепла и криков, но рота поддерживала хороший огонь, и по крайней мере половина их стойкости была вызвана уверенностью в голосе позади них. Он не собирался останавливаться сейчас. Однако он обернулся на вежливое похлопывание по плечу.

- Доброе утро, капитан Фейн, - сказал Роджер. - Мне нужно немного скорректировать ваши приказы, если не возражаете.

Фейн посмотрел на принца, затем покачал головой. Теперь он уже мог сказать, когда Роджер хитрил.

- Конечно, ваше высочество. Чем может быть полезен батальон Карнана - то, что от него осталось?

Роджер поморщился, услышав это уточнение.

- Это было плохо? - спросил он.

- Теперь, когда краты у нас на ограниченном фронте, это намного лучше, - сказал Фейн, указывая на ворота, которые открывали его люди. - Но уличные бои были довольно кровопролитными.

- Мне жаль это слышать, - тихо сказал Роджер. - Я начинаю уставать терять друзей. - Он вглядывался в дым и пепел в течение одного или двух ударов сердца, затем резко вдохнул.

- Нам нужно быстро прервать контакт, - сказал он более оживленно. - Старший сержант Косутич убрала всех с дороги позади вас, за исключением одного ряда васинов. Мне нужно, чтобы вы скоординировали отступление в тыл зоны ворот с большой огневой мощью. Крайне важно, чтобы городская половина туннеля врат была абсолютно свободна от всех наших людей, включая раненых. Понятно?

Фейн посмотрел вверх, на отверстия для убийств над ним. Он наполовину ждал, что они в любой момент откроются в направлении его роты, и ему не нравился мысленный образ такого развития событий, который рисовало его воображение. Теперь, однако, мысль о предстоящей бойне была совершенно утешительной.

- Понял, ваше высочество, - ответил он, взмахнув вторичной рукой с мрачным весельем. - Будет сделано.

* * *

Поэртена помахал рукой в безуспешной попытке разогнать дым, поднимающийся через дыру, когда диаспранцы перешли на более высокую скорострельность. Эта стена свинца не могла поддерживаться очень долго - потому что у отдельных солдат быстро закончились бы боеприпасы, - но пока она длилась, это позволило им начать отступать, открыв брешь между ними и наседающими кратами.

- Думаю, пора приниматься за работу, - сказал он, когда из дальней комнаты раздался еще один залп пистолетных выстрелов. Он вытащил свой гаечный ключ в последний раз и подождал, пока первый крат не появился в поле зрения через отверстие.

- Поздоровайся с моей маленькой подружкой! - закричал он, затем замахнулся на верхнюю часть бочки, как игрок в гольф.

* * *

Фейн кивнул, когда первая струйка рыбьего жира потекла через отверстия. Краты, которые ожидали, что оно будет горячим или даже кипящим, были приятно удивлены, что это было ни то, ни другое. Скользкое вещество еще больше затрудняло им продвижение вперед по телам, скопившимся в туннеле, но, по их мнению, это был более чем справедливый компромисс. Фейн сомневался, что они будут чувствовать себя так еще долго.

- Это верно, - прошептал он. - Еще немного дальше...

* * *

Поэртена откатил третью массивную бочку в сторону, когда из нее вытекли остатки жира, затем кивнул Нетери и вытащил гранату.

- Раз, два, три...

Он нажал большим пальцем на язычок гранаты и бросил ее в отверстие. Нетери одновременно бросил свою собственную гранату в отверстие рядом с ней, затем они оба перешли к следующей паре отверстий и повторили процесс.

- Время уносить задницу отсюда, - сказал Поэртена, направляясь к двери и неуклонно ускоряясь. - Это почти лучший способ научить их играть в бридж!

* * *

Зажигательные гранаты были созданы по древней технологии - небольшой разрывной заряд, окруженный слоями белого фосфора. Просто, но эффективно.

Горящий фосфор охватил внутреннюю часть ворот, и часть его распространилась до переднего ряда диаспранской пехоты. Несмотря на мощь их ружейного огня, они не смогли удержать фанатиков кратов от того, чтобы они подобрались ближе, чем надеялся Роджер. К сожалению, как гласит самый древний из межвидовых военных афоризмов, "дерьмо случается", и поэтому несколько союзников людей на собственном горьком опыте узнали, что самое ужасное в белом фосфоре - это то, что его невозможно погасить. Вы должны снять его или просто дать ему выгореть. Вода не утоляет его; от этого он горит только жарче.

И все же то, что случилось с диаспранцами, было всего лишь очень плохо; то, что случилось с кратами, было неописуемо. Пылающий фосфор в одно мгновение поднял температуру в туннеле врат более чем на тысячу градусов по Кельвину. У десятков мардуканцев, которые были покрыты рыбьим жиром Поэртены, не было ни единого шанса, поскольку он превратился в пар и пламя. Единственным милосердием - если такое существительное вообще можно применить к моменту такого запредельного ужаса - было то, что смерть действительно наступила очень быстро.

Это произошло менее быстро для сил, собравшихся вокруг внутренней стороны ворот, когда ненасытное пламя вырвалось наружу. Некоторые из тех, кто находился по крайней мере в пятнадцати-двадцати метрах позади, действительно выжили.

Пламя вырвалось и через отверстия для убийств, едва не задев последнего кавалериста васина, когда он спускался вниз по веревке на внешней стене. Внутренняя часть надвратной башни была похожа на дымоход, направляя взрыв тепла и ярости, которые подожгли все деревянные конструкции и залитые маслом бочки внутри башни. Сила, питаемая от пожара внизу, который теперь включал в себя горящие тела, пламя и жар, прокатилась по верхним секциям башни, как если бы это была доменная печь.

Через несколько секунд вся сторожка была полностью в пламени.

* * *

- Прекрати это, ты, тупое животное!

Роджер дернул за поводья своего цивана, который нервно топнул. Он понимал, почему пламя и запах горящей плоти заставляли всех кавалерийских скакунов чувствовать себя неловко, но от понимания этого управлять его собственным скакуном было ничуть не легче, и он почувствовал внезапную тоску по Пэтти.

Практически на протяжении всего похода через дальний континент его основным скакуном был вьючный зверь флар-та - чудовище размером со слона, которое больше всего напоминало всеядного трицератопса. В его конкретной лошади было нечто большее, чем просто прикосновение гораздо более опасной дикой породы, которую морские пехотинцы привыкли называть "капетоадами". Пэтти была на пять тонн ненасытнее, неудержимее в драке, и в подобные моменты, когда казалось, что весь путь до гор и возможные сражения с варварскими племенами за их пределами - это тяжелая работа, он сильно скучал по ней.

Но не было никакого способа везти флар-та на шхуне, так что какое-то время ему просто приходилось мириться с этими проклятыми двуногими идиотами.

Панер подошел и взглянул на принца, пока Роджер пытался успокоить нервничающего цивана.

- Думаю, ваш план сработал, ваше высочество.

- На самом деле, лучше, чем я надеялся, - признал Роджер, прислушиваясь к ровному реву пламени, пожирающего внутренности башни ворот. - Им придется подождать, пока все остынет, прежде чем они смогут преследовать нас по эту сторону реки. Либо так, либо спускаться по стенам.

- Но они, должно быть, послали гонцов на дальний берег, - указал Панер, указывая на едва видимую реку. - Вы знаете, что где-то выше по течению есть мост, и гарнизоны уже готовятся.

- Тогда, я полагаю, нам следует отправляться, - сказал Роджер, коленями разворачивая зверя мордой к северу, подальше от ада у ворот. Он опустил забрало шлема и натянул перчатки.

- Время показать этим религиозным джентльменам, почему не стоит ссориться с домом Макклинток.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

- Ты абсолютный идиот, Сор Теб, - прорычал Лорак Трал.

Генерал теребил свой меч, свирепо глядя на Бича, в то время как дым от пожаров проникал даже в небольшой внутренний зал заседаний. Не потребовалось много времени, чтобы огонь от ворот распространился по всему верхнему храмовому району, особенно когда покрытые маслом и огнем солдаты с криками разбегались во все стороны. Краткий, случайный потоп дождя помог справиться с сильнейшим пламенем, но ущерб был значительным. И это даже не считая ущерба, нанесенного самой сторожке врат... или потери верховного жреца. Борьба за эту должность всегда приводила к социальным волнениям, и в результате хаоса, оставленного отступающими людьми, город ненадежно балансировал на грани гражданской войны.

- Ты не можешь так разговаривать со мной, Лорак, - ответ Бича звучал оскорбительно употреблением одного имени. - Что бы ни случилось, я по-прежнему Бич Божий. Я тот, кто выбирает. Остерегайся того, кого ты называешь идиотом.

- Я буду называть тебя так, как захочу, идиот, - сказал ему генерал ледяным голосом. - Ты можешь быть Бичом, но пока это не будет улажено, ты должен воздерживаться от любых дальнейших действий. Это совершенно ясно?

- И кто сделал тебя верховным жрецом? - огрызнулся Теб. Он отказывался показывать это, но крошечная струйка страха закралась в его сердце. Обычно Лорак был довольно скромным типом; должно быть, за последний час или около того произошли заметные изменения, раз он так высоко поднялся.

- Он не верховный жрец, - тихо сказал Верд Рас. Цеп, глава внутренней полиции, держался в стороне от большей части маневров в борьбе за престолонаследие, но у него повсюду были глаза и уши.

- Однако, - продолжил Рас, - кворум полного состава совета постановил, что у него будут все полномочия разобраться с этой ситуацией. И ему специально приказано вернуть людей на землю. Совет был... не впечатлен твоими действиями, Сор Теб. Подвергать Голос опасности было идиотизмом. Делая это со слишком малым количеством стражников, ты просто усугубил свой идиотизм. И бросить его, когда стало ясно, что твой план провалился, было непростительно.

- Ты собираешься попытаться остановить людей с помощью вернов своего Сире? - презрительно сказал Теб Лораку. - Все, что ты знаешь, это как создавать красивые фигуры. Люди направляются к шинам. С ними был один из них, замаскированный под женщину-шейдема. Ты ведь знаешь, что это значит, не так ли?

- Ты придаешь слишком большое значение шинам, - ответил генерал с таким же презрением. - Настало время преподать этим варварам урок.

Глаза Теба расширились.

- Ты ведь шутишь, верно? - Он повернулся к Верду Расу. - Скажи мне, что он шутит.

- Нам сообщили о том факте, что в группе, убившей Голос, был шин. На самом деле, есть некоторые признаки того, что именно шин на самом деле совершил это деяние. Как бы то ни было, если шины помогут людям, их будут преследовать до полного уничтожения. Сообщения были переадресованы в Квейкаф и Тирлот и будут переданы шинам. Если долины помогут людям, они будут преданы огню, и все шины будут взяты в качестве слуг.

- Итак, теперь ты тоже выбираешь, - сказал Сор Теб с юмористическим жестом. - Я полагаю, шины просто собираются принять это лежа?

- Мне все равно, как они это воспримут, - сказал Лорак. - Давно пора этим варварам узнать, кто их хозяева.

- Хозяева, - задумчиво повторил Сор Теб. - Хозяева. Вы знаете, что последние три раза, когда Кирсти пыталась организовать карательные экспедиции против шинов, они были отрезаны и погибли.

- Это потому, что никто из них не подстраховал свою линию снабжения, - ответил Лорак с презрительным жестом. - Мы сохраним Тирлот и Квейкаф в качестве укрепленных складов снабжения и будем сопровождать конвои в горы под усиленной охраной. Как и Бич, единственное, что знают шины, - это набеги и засады. Они не смогут перекрыть эту линию снабжения, потому что - как и ваш драгоценный Бич - они даже не знают, что означает "линия снабжения".

- Ах, да, это мы, - сказал Теб, вскидывая вторичную руку в жесте притворного согласия. - Не намного больше варвары, чем мы сами. Только один последний вопрос; вы говорите, что проинформировали Квейкаф и Тирлот. Означает ли это, что ты просто позволишь им убегать всю дорогу до холмов, прежде чем отправишься за ними?

- Невозможно организовать подготовленную атаку за то время, которое им потребуется, чтобы продвинуться так далеко, - сказал Верд. - И то, что произошло здесь сегодня, является достаточным доказательством того, что будет необходимо подготовленное нападение, чтобы одолеть людей в одиночку, а тем более раздавить шинов, если они будут достаточно глупы, чтобы предложить им помощь. Так что, да, мы собираемся позволить им "убраться в горы". Если гарнизоны в Тирлоте или Квейкафе смогут их остановить, тем лучше. Если нет, мы сообщим шинам, что они могут передать людей нам или столкнуться с последствиями.

Сор Теб на мгновение потрогал свои рога. Он не происходил из верхов социальной иерархии, как Верд или Лорак. Он начинал как младший налетчик Бича, и он знал истинный огонь горных племен намного лучше, чем этот идиот, который видел шинов только после того, как они были "смягчены" Бичом. План мог бы даже сработать, потому что Сире был прав насчет неспособности шинов организовать крупную акцию. Но что касается того, что племена просто переворачиваются на спину и обнажают свои животы... это было примерно так же вероятно, как если бы горы внезапно стали плоскими.

- Понимаю, - вот и все, что он сказал. - Очевидно, что мне здесь нечего делать. Я пойду в свою комнату и останусь там, пока меня не позовут.

- Нам понадобится несколько человек из вашего персонала в качестве проводников, - сказал Верд Рас. - Вам будет выслан список требований. За исключением этой группы, вы должны держать свои войска в казармах. Любое движение с их стороны будет расценено советом как враждебное и будет встречено со всей должной силой.

Теб на мгновение задумался над этим, затем пожал плечами. - Очень хорошо. Могу ли я свободно идти?

- Пока, - ответил Лорак. - На данный момент.

* * *

Роджер соскользнул с цивана и хлопнул его по морде, когда тот повернулся, чтобы откусить от него кусочек.

- Прекрати это, ты, сукин сын, или я пристрелю тебя на ужин!

Панер покачал головой, глядя на лошадь принца, в то время как остальная часть их каравана неуклонно двигалась мимо них.

- Мне никогда не нравилось беспокоиться о том, попытается ли мой транспорт вырвать из меня куски, - заметил он. - Думаю, я просто пойду дальше пешком, большое вам спасибо.

- Нет приличного способа идти в ногу. Вы в значительной степени привязаны к одной части каравана, если все, что у вас есть, - это ваши собственные ноги, - высказал мнение принц. Он взглянул на покачивающиеся в движении носилки с ранеными, и его лицо напряглось. - Есть какие-нибудь новости о Корде?

- Не знаю, но я точно знаю, что пришло время поковыряться в мозгах его бенан, - ответил морской пехотинец.

- Согласен. - Роджер подошел к носилкам своего аси и покачал головой. Хитроумное устройство раскачивалось между двумя туромами и должно было быть невероятно неудобным, даже для того, кто не был ранен, подумал он, как раз в тот момент, когда док Добреску появился из колонны, словно вызванный волшебством.

- Как у вас дела, ваше высочество?

- Прекрасно, я полагаю. Принимаю свой рыбий жир и все такое. Как поживают пострадавшие?

- Большинство из них либо умерли, либо вне опасности, ваше высочество, - признал Добреску. - Сент-Джон - то есть Марк - на этот раз потерял правую руку. Снаряд из аркебузы, я думаю. Конечно, он потерял левую в Войтане, как и старший сержант. На этот раз в низу предплечья, а не большую часть руки, и она должна довольно быстро отрасти. Он будет полностью работоспособен примерно через месяц. И у нас умер один из раненых васинов - я думаю, общий отказ систем.

- А Корд? - спросил Роджер, указывая на аси. Пиди шла рядом с его носилками с прямой спиной и каменным лицом. Она выглядела точь-в-точь как словарный образ стойкой представительницы племени, совершенно не заинтересованной в том, чтобы просить пощады для себя или кого-либо еще, но время от времени поглядывала на шамана.

- Трудно сказать, - признался медик. - Он получил сильные повреждения, и операция была очень грубой и неподготовленной. Затем следует указать дозировку анестетика и любые побочные эффекты, которые он может вызвать, например, усиление кровотечения. Он крепкий орешек, но ударение на этом можно было бы сделать на "старом". Если вы понимаете, что я имею в виду.

- Может быть, а может и нет, - сказал Роджер со вздохом. - Делайте все, что в ваших силах, док.

- Не буду спрашивать, можем ли мы где-нибудь остановиться, сэр, - сказал Добреску Панеру, когда подошел капитан. - Я не хочу в конечном итоге стать чьим-то обедом.

- Вижу, вы слышали, - заметил Панер. - Да. Отличные парни, верно?

- Надо любить цивилизацию, - сказал Роджер и обвел рукой окрестности. Пепел, наконец, перестал падать, и можно было увидеть истинное пространство Долины Крат, открывшееся перед ними огромной панорамой.

Сама долина была по меньшей мере ста километров в ширину, широкий U-образный разрез посреди скалистых гор, часть которых поднималась на высоту более пяти тысяч метров. По ее середине протекал Крат, широкий, покрытый илом поток, который питал и орошал долину по повторяющимся каналам, которые отходили к расположенным по бокам горам.

Однако в глаза бросались дно и стены Долины. Насколько хватало глаз, долина представляла собой лоскутное одеяло из оросительных каналов и ухоженных полей. Она возделывалась настолько интенсивно, что ни один квадратный метр земли не казался неиспользованным. Большинство домов и все города располагались на крутых склонах гор, оставляя каждый плоский участок для возделывания, и каждый из них был окружен растущей зеленью, большая часть которой явно была съедобной.

Сама дорога проходила по линии, где более плоское основание долины начинало подниматься вверх по горным склонам. Все города, которые они проезжали, были эвакуированы до их прибытия, оставив жуткое, неестественное ощущение городов-призраков и таинственных исчезновений. Было ощущение, что тысячи, миллионы глаз наблюдают издалека, и на самом деле была видна горстка мардуканцев, работающих на некоторых из более отдаленных полей, вспахивая туромом или пропалывая ряды ячменного риса и бобовых.

Кроме этого, в поле зрения не было ни души.

Управление Долиной - ровные дороги, аккуратные деревни и ухоженные каналы - было, возможно, более пугающим, чем город каннибалов за ними, подумал Роджер. Это был видимый признак целой страны, огромной страны хорошо организованных каннибалов. После всех сражений, которые они вели против бесконечных приливов варваров на континенте Бухты К'Вэрна, мысль о том, что означала "цивилизация" на этом континенте, была ужасающей.

- Цивилизация либо велика, либо по-настоящему ужасна, - сказал он, хотя бы частично облекая свои мысли в слова. - Посредственность в это не входит. - Он еще мгновение смотрел на долину, затем покачал головой и посмотрел на Пиди. - Теперь перейдем к следующей битве, - сказал он.

Панер кивнул и обошел строй туромов, чтобы дотронуться до руки Пиди.

- Мисс Карузе, не могли бы вы присоединиться к нам на минутку?

Пиди оглянулась на морского пехотинца, затем на медика, который пожал плечами.

- Я буду присматривать за ним, - сказал ей Добреску. - Прямо сейчас для него было бы лучше, если бы мы остановились. Но это произойдет не в ближайшее время.

- Очень хорошо, - сказала она. Она похлопала по покрывалу, которым был укрыт шаман, затем повернулась к Панеру и Роджеру, когда носилки проехали вперед. - Чем могу помочь?

- Вы знаете, что мы направляемся в горы, - сказал Роджер. - Что вы можете рассказать нам о маршруте?

Пиди, очевидно, должна была остановиться и подумать об этом.

- Все, что я знаю, - это от торговцев и рейдеров. Я сама никогда не путешествовала по холмам. - Она сделала паузу, пока принц не кивнул, понимая это уточнение, затем продолжила. - Предполагается, что там должна быть широкая дорога к городу Тирлот, где река Шин впадает из долин в водопад Сейсут в Долине Крат. Вдоль Шина есть дорога вверх, но она закрыта цитаделью Квейкаф, а сам город Тирлот окружен стеной, очень хорошо защищенной. Вам пришлось бы, по крайней мере, взять врата, а я не думаю, что это возможно.

- Вы можете быть удивлены, - сказал ей Роджер. - Вероятно, мы могли бы выбить ворота, но тогда нам все равно пришлось бы пробиваться через город с боем.

- И у нас, вероятно, недостаточно сил, чтобы сделать это, - сказал Панер. - В Кирсти мы застали кратов врасплох, но пробиваться через полностью подготовленный город - это совсем другое.

- Вы могли бы призвать их сдаться, - сказала шин, задумчиво потирая свои рога. - Если бы они отказались, и вы взяли бы их штурмом, они были бы ответственны за полное уничтожение. Если бы вы создали хотя бы небольшую брешь, им почти автоматически пришлось бы сдаться.

- Это признанный закон войны? - спросил Панер. - Похоже на то.

- Да, - ответила шин. - Сатрапы все время воюют, и они не хотят разрушать города. Таким образом, у них есть тщательно разработанные правила о том, что допустимо, а что нет, и что города должны делать. Укрепления тоже, но считается, что их гораздо труднее взять. Но даже если бы Тирлот сдался, вам также пришлось бы пробиваться с боем через крепость Квейкаф, а это было бы намного сложнее.

- Два укрепления. - Панер вытащил кусочек корня бисти и отрезал ломтик. Он отправил его в рот и задумчиво прожевал, затем покачал головой. - Если бы это была чисто военная вечеринка, я мог бы на это решиться. Но у нас есть рой сопровождающих и люди, не участвующие в боевых действиях, о которых тоже нужно беспокоиться. При таких обстоятельствах я бы действительно предпочел не рисковать ими.

- Какая у нас есть альтернатива? - спросил Роджер.

- Вверх по горам, - ответила Пиди, указывая жестом на восток. - Есть небольшая тропа, которая ведет на южную сторону земель Мадх-Хем; она выходит недалеко от Несру. У кратов там есть защитная стена, чтобы помешать отрядам шинов захватить перевал Шесул, но с этой стороны позиция защищена слабо.

- Так вы думаете, мы могли бы убрать их с нашего пути? - спросил Панер.

- Увидев ваших воинов в действии, я уверена в этом, - ответила она. - Но по другую сторону стены есть группы рейдеров шинов, из Мадх-Хема и других мест. Тех, кто из Мадх-Хема, я могу отговорить от нападения на нас, если они заранее объявят о своем присутствии. Люди из других долин могут признавать, а могут и не признавать мою власть, и есть другие опасности. Маршрут используется редко, поэтому он не был очищен от нашулов и ралтаков.

- А кто, - спросил Роджер, - такие нашул и ралтак?

- Нашулы - это... звери, роющие норы. Они выглядят как скала и нападают врасплох. Очень большие, их очень трудно убить. Ралтаки - летуны, очень большие. И те, и другие едят горных туромов, таров.

- А если мы пойдем по маршруту через шинов? - спросил Панер.

- Мы направимся прямо в долину Мадх-Хем, - сказала Пиди с жестом, эквивалентным человеческому пожатию плечами. - Нам придется пройти через Земли сражений, и я понятия не имею, что подумают об этом торговцы в Несру, но все они более или менее находятся под контролем Мадх-Хема. У нас не должно возникнуть проблем на этом маршруте. Во всяком случае, не от шинов. Однако Тирлот и Квейкаф считаются неприступными.

- Уверен, что мы могли бы взять их, - сказал Панер. - Если бы использовали плазменную пушку, чтобы разрушить ворота.

- Нет, - сказал Роджер. - Мы выдали бы себя

- Совершенно верно, ваше высочество, - сухо сказал Панер. - Это было в духе сарказма.

- О, - ответил принц с улыбкой. - И тут я подумал, что это был тест. - Он пожал плечами. - Как бы то ни было, это горный маршрут.

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

Семмар Рег вышел из зала правосудия и посмотрел на возвышающегося над ним монстра. Это был двуногий зверь со злобными когтями и явно порочным нравом. Однако всадник на его спине был еще более устрашающим. Его оружие и амуниция отличались от таковых у стражников Долины - доспехи из кожи и тонко сшитая кольчуга, копье и длинное оружие, похожее на тонкую аркебузу. Рег низко поклонился, когда призрак подъехал во главе колонны всадников, экипированных подобным образом, и спешился. Кем бы еще ни был незнакомец, отметил Рег, у него было больше пистолетов, чем у кого-либо, кого мэр когда-либо видел.

Рег поспешил в ратушу, как только услышал звуки перестрелки с юга. В ясный день он мог легко увидеть с колокольни Срана контрольно-пропускной пункт стражи на дороге в Кирсти. Конечно, сегодня было далеко не ясно, несмотря на недавний ливень, который вымыл большую часть пепла из воздуха, и нынешние условия видимости затрудняли разглядывание деталей. Но когда он добрался до вершины башни, то увидел небольшое количество дыма от аркебуз и бомбард, все еще витающего вокруг укрепления. Он также видел эту колонну всадников, направлявшуюся в город, и если они понесли много потерь от стражи, это было незаметно.

Что было очевидно, так это то, что сформированное военное подразделение вот-вот должно было обрушиться на Сран. И этого не случалось уже двести лет.

* * *

Растар оглядел город и почувствовал явный прилив удовольствия. Позади него поднимались горы, и один дом громоздился практически на вершине другого. На южной стороне горный ручей вырывался из ущелья с острыми краями и собирался для использования несколькими мельницами, которые, по-видимому, были основным источником местного дохода.

Было очевидно, что, по крайней мере, некоторые жители этого места когда-то были более зажиточными, чем сегодня, поскольку несколько крупных бывших усадеб были превращены в жилье для рабочих. Но если у предыдущих владельцев усадебных домов были трудные времена, то у рабочих, живущих в их домах сегодня, дела шли достаточно хорошо. Если уж на то пошло, весь город казался относительно процветающим, и это было хорошо. Процветание имело значение для людей, поскольку они очень доброжелательно относились к живущим в городе туромам. Растар, с другой стороны, был васином. Васины обосновались в своих северных крепостях всего за три поколения до того, как их захватили боманы, и давняя традиция совершать набеги была у них в крови. Возможно, это стало несколько приглушенным в последнем поколении или около того, но они определенно не были "горожанами".

Таким образом, Растар увидел город с незамысловатой точки зрения командира кавалерии в длительном походе. То есть как цыпленка, ожидающего, когда его ощиплют. Конечно, не было никакой необходимости быть невежливым по этому поводу.

- Доброго тебе дня, добрый сэр, - сказал бывший принц Тердана на крате с поистине отвратительным акцентом, сделав жест приветствия. - Тебе повезло, что я добрался сюда первым!

* * *

Рег снова нервно поклонился.

- Для меня большая честь познакомиться с вами...? - сказал он.

- Растар Комас, - представился незнакомец в доспехах. Или, по крайней мере, Рег думал, что он сказал именно это. Из-за диковинного имени и еще более ужасного акцента было очень трудно быть уверенным. - Принц Тердана, - продолжал незнакомец, делая накладной рукой жест доброй воли. - Похоже, что караван, в котором я двигаюсь, вот-вот пройдет через ваш город и направится к холмам шинов. К сожалению, у нас немного не хватает припасов.

- Полагаю, вы и есть та группа из-за морей? - деликатно сказал Рег. - Мне сообщили о вашем присутствии. Однако всевышний постановил, что вам не разрешается покидать Кирсти. Я... удивляюсь вашему присутствию здесь. Кроме того, дорога на Шесул закрыта для всех видов транспорта, кроме военного. Боюсь, что у вас нет санкционированного доступа.

- О, пустяки, мой хороший. Пустяки, я уверен! - сказал Растар с человеческой ухмылкой. Это было ненормальное мардукское выражение, поскольку мардуканцы, как и любой разумный вид, рассматривали оскал зубов как признак враждебности. Даже Элеонора О'Кейси не могла винить его за то, что он так весело улыбнулся местному мэру, но Растару было приятно отметить, что это выражение произвело на него должный эффект.

- Признаю, что были некоторые незначительные неприятности, когда мы покидали Кирсти, - продолжил он. - Но, конечно, ни одно разумное правительство не возложило бы на вас ответственность за наше присутствие, когда половина стражи Кирсти мертва у ворот Атула.

- О. - С иностранным акцентом или нет, у Рега не было проблем с пониманием последней фразы. Он старался не вздрагивать, осознавая его ужасный подтекст, но был совершенно уверен, к чему клонится остальная часть разговора. - Я согласен с вашей оценкой, - сказал он через мгновение. - Что может сделать для вас город Сран?

- Ну, как я уже упоминал, у нас ужасно не хватает припасов, - сказал Растар с еще одной улыбкой, которая по случайному совпадению обнажила немного больше зубов, чем в прошлый раз. - Но тебе повезло, потому что я добрался сюда раньше этих варваров из Диаспры или... что еще хуже, людей. Итак, я думаю, что мы можем внести ясность, о, скажем, с пятой частью запасов на ваших складах. И, конечно, нескольких маленьких безделушек. Исключительно для удовлетворения распутных похотей этих варваров-пехотинцев Диаспры. Мы постараемся не дать людям сжечь город дотла, но ты же знаешь, какие они. Возможно, если бы все было собрано, на тележках, готовое к отправке, когда они прибудут, их было бы легче сдерживать. И теперь, когда я думаю об этом, если бы мы могли отвлечь их праздником за городом, мы действительно могли бы держать их в узде.

- Теперь, я полагаю, мы могли бы заплатить за часть этого, - добавил он с жестом, выражающим тревожное раздумье. - Но тогда мы провели бы здесь весь день, ведя переговоры, и они, вероятно, прибыли бы раньше, чем мы были бы готовы к их приему. Как ты думаешь, что было бы лучше?

- Я пойду позову начальника отдела снабжения, - сказал мэр.

* * *

- Боже, я люблю хороших подчиненных! - сказал Роджер, оглядываясь вокруг со вздохом удовольствия.

- Они - настоящее сокровище, не так ли? - со смехом согласился Панер.

Вдоль дороги выстроилась длинная колонна повозок, запряженных туромами. Некоторые из них все еще загружались, но большинство уже было доверху завалено мешками с ячменным рисом и другими менее узнаваемыми товарами. По другую сторону дороги был большой парк деревьев, очевидно, служивший источником дров для города, и среди деревьев была разбросана линия столов с едой. На кострах томились несколько котлов с ячменным рисом, а два турома вращались на вертелах прямо за несколькими длинными столами, уставленными фруктами и свежими овощами. Мясо должно было получиться немного недожаренным, но...

- Потрясающе, Растар, - сказал Роджер, подъезжая на своем циване к васинскому принцу, который грыз ножку басика. - Я удивлен, что ты смог сделать все это так легко.

- О, это было тяжело, - заверил его Растар, затем рыгнул и перебросил кость ноги через плечо. - Местный мэр был жестким переговорщиком.

- Во что это нам обойдется? - спросил Панер, подходя к ним, все еще демонстративно отказываясь ехать на одном из циванов.

- О, что касается этого, - беззаботно сказал Растар, - похоже, местные жители были настолько впечатлены нашей формой верховой езды, что...

- Растар, - прорычал Роджер, - ты должен был заплатить за припасы.

- Я пытался заставить их заплатить, - сказал Тердан. - Но они категорически отказались. Это было действительно потрясающе.

- Чем вы им угрожали? - спросил Панер.

- Я? Угрожать? - потребовал Растар с мардуканским жестом руки, красноречиво свидетельствующим о шоке. - Я не могу поверить, что вы могли обвинить меня в подобном, когда мы, васины, так повсеместно известны своим смирением и безграничным уважением к жизни!

- Ха-ха! - рассмеялся Роджер.

- Что ж, признаю, что репутация людей за безграничную жестокость и бессмысленную резню, к сожалению, предшествовала вам.

- О, ты ублюдок, - сказал Роджер с очередным смешком. - Знаешь, когда-нибудь мне придется управлять этими людьми.

- Тогда хорошо, что они чувствуют железную руку внутри перчатки, ваше высочество, - сказал Панер. - До тех пор, пока их общество не станет стабильным, а они сами не станут достаточно образованными для того, чтобы воцарилась демократия, определенная рациональная степень страха является жизненно необходимой.

- Я знаю это, капитан, - печально сказал Роджер. - Мне не обязательно это должно нравиться.

- До тех пор, пока вы будете следовать этому правилу, - сказал Панер. - Разница между доктриной Макклинтока и падением имперского солнечного союза заключалась в отсутствии уважения к союзу и его мышлению, что он может "построить нацию" по дешевке, что оставило шкаф пустым, когда у союза не хватило кредитов и он не мог расплатиться наличными со своими военными.

- Я в курсе этого, капитан, - вздохнул Роджер. - Ты когда-нибудь замечал, что я пытаюсь использовать "минимальную силу"?

Морской пехотинец задумчиво посмотрел на него, затем покачал головой. - Нет, я этого не делал. Замечание принято.

- Я стал чувствовать себя более комфортно, чем когда-либо хотел, требуя молотка побольше, - сказал Роджер. - Мне не обязательно должно нравиться это, но последние несколько месяцев преподали все наглядные уроки, которые кто-либо мог когда-либо пожелать, о том, что происходит, когда вы боитесь применить силу при необходимости.

Он начал говорить что-то еще, затем закрыл рот, и Панер увидел, как он посмотрел туда, где Нимашет Депро ехала на своем "циване" рядом с вереницей повозок с ранеными. Всего на мгновение глаза принца потемнели, но затем он встряхнулся и вернул свое внимание командиру бронзовых варваров.

- Поскольку у вас - и Растара - похоже, все полностью под контролем, я собираюсь пойти проверить Корда и других пострадавших. Попроси кого-нибудь принести мне тарелку, хорошо?

* * *

Роджер просунул голову под кожаный навес и посмотрел через носилки на Пиди.

- Как он? - спросил я.

Большинство раненых перевозили в обтянутых кожей повозках с туромами, которые внешне мало чем отличались от фургонов "Конестога". Роджер провел некоторое время в подобных условиях на марше, поэтому он знал, каково это, когда тебя подбрасывает на неухоженных дорогах, пока ты отращиваешь руку. Термин "неприятно" описывает далеко не все. Но пока они не вернулись к "цивилизации" и не убедили цивилизацию в том, что есть трудный путь, а затем есть путь Роджера, выбор был невелик.

Однако тот вариант, который существовал, коснулся и Корда. Его носилки были подвешены между двумя туромами, что должны было быть хотя бы немного лучше. По крайней мере, его не трясло на каждом ухабе дороги, хотя было ли движение из стороны в сторону на самом деле таким уж превосходным, вероятно, оставалось вопросом мнения. Однако на данный момент это было лучшее, что Роджер мог предложить своему аси.

Он редко чувствовал себя таким неадекватным, когда предлагал кому-то свое "самое лучшее".

- Он все еще не просыпается, - тихо сказала Пиди. - И у него жар; его кожа сухая.

- Добрый день, ваше высочество, - сказал Добреску. Медик слез с одной из тележек, встал рядом с носилками и указал на Корда. - Я слышал, что вы проверяли раненых, и подумал, что найду вас здесь.

- Как он? - повторил Роджер.

- Он не выходит из наркоза, - признался медик. - Что нехорошо. И, как заметила Блонди, у него жар. Это не то, с чем я сталкивался раньше; они не теплокровны по своей природе, поэтому лихорадка для них ненормальна. Температура не такая уж высокая, но у него примерно на три градуса выше той, какая, по моему мнению, должна быть, исходя из температуры окружающей среды.

- Он... - Роджер сделал паузу, пытаясь решить, как это выразить. - Он что-то вроде... монаха-воина. Возможно ли, что он бессознательно...?

- Использует диншон, чтобы повысить температуру своего тела? - Добреску закончил за него. - Возможно. Я видел, как он пару раз использовал диншон, чтобы контролировать свой метаболизм. И лихорадка может быть вызвана любым метаболическим остатком, который позволяет ему делать это, реагируя на инфекцию. Есть причина, по которой у людей развивается лихорадка; более высокая температура улучшает иммунный ответ. Так что лихорадка, при определенных обстоятельствах, может быть нормальной у мардуканцев. Но он все еще в плохом состоянии.

- Нужно ли еще что-нибудь сделать? - спросил Роджер. - Ненавижу видеть его таким.

- Ну, насколько понимаю, я эксперт по физиологии мардуканцев, - сухо сказал медик, - и, боюсь, ничего не могу придумать. Мне жаль так выражаться, сэр, но он либо выкарабкается, либо нет. Я дал ему единственный антибиотик, который, как я знаю, можно применять мардуканцам, и мы накачиваем его жидкостями. Кроме этого, мы мало что можем сделать.

- Понял, - сказал Роджер. - Больше не буду надоедать тебе. Пиди?

- Да, ваше высочество? - с несчастным видом сказала шин.

- Изнуряя себя заботой о нем, ты не вернешь его раньше, - многозначительно сказал принц. - Я хочу, чтобы ты поменялась местами с теми другими рабами, которых мы "спасли", и немного отдохнула, когда сможешь. Мне нужно, чтобы ты была на ногах и готова разобраться с племенами, когда мы перейдем перевал. Если нас захватят из-за того, что ты слишком устала, чтобы подобрать нужные слова, чтобы помочь нам пройти, это убьет его мертвее мертвого. Понимаешь?

- Да, ваше высочество. Я позабочусь о том, чтобы быть доступной. И бодрой.

- Хорошо, - сказал Роджер, затем вздохнул. - Это будет долгое путешествие.

- Что? - мрачно сказал Добреску. - На Мардуке? Правда?

* * *

- Растар, нам также нужны разведданные о том, во что мы ввязываемся, - сказал Панер после ухода принца. - Пиди сама никогда не пользовалась этим маршрутом.

- Я разговаривал с местными жителями, - ответил Растар. - Языковая проблема довольно серьезная, но я попросил Мачека воспользоваться его имплантом, чтобы проверить перевод для меня. По словам местных жителей, дорога к перевалу крутая и, по-видимому, плохого качества. Она годится для повозок туромов отсюда до самого перевала, но за крепостью это не более чем колея. Я не думаю, что после этого мы сможем пользоваться тележками. Или, по крайней мере, не очень далеко после этого.

- Что ж, если твои васины отдохнули, медленно двигайся вверх по дороге. - Капитан покачал головой. - Никогда не думал, что вернусь к тем дням, когда мое представление о хороших разведданным сводилось к каким-то расплывчатым описаниям дороги и кавалерии в паре часов езды впереди меня.

* * *

Циван Роджера затормозил на том, что сошло за перекресток. Дорога через Сран была достаточно крутой, но на другой стороне города она шла почти вертикально. Она была вымощена плоскими камнями и, очевидно, за ней ухаживали, но только что открылась новая мардуканская промывочная дождевая машина, и дорожное полотно мгновенно превратилось в мелкую реку с бурлящей коричневой водой, пронизанной желтой пеной.

- Это безумие, капитан! Ты ведь знаешь это, да? - Роджеру практически приходилось кричать, перекрикивая грохот дождя и рев паникующего турома. После того, как караван проедет, дорожное полотно будет залито не только дождем.

- Это действительно так, ваше высочество! - крикнул в ответ Панер. Он разговаривал с васинским кавалерийским разведчиком, которого оставили на перекрестке, но теперь он повернулся и перешел дорогу, чтобы посмотреть на противоположную сторону. В пятидесяти метрах внизу был отвесный спуск к белой воде. - К сожалению, это единственный маршрут. Если у вас есть какие-либо другие предложения, я был бы рад их услышать!

- Как насчет того, чтобы мы трижды щелкнули каблуками и сказали: "Нет места лучше дома, нет места лучше дома"? - предложил Роджер, и капитан рассмеялся.

...Колесо по Лезвию Неба, и Бездна у самых ног,

А путь, распахнутый в вечность, прямее, чем твой плевок...

- Опять Киплинг? - сказал Роджер, приподняв бровь.

- "Пушкари", - сообщил ему Панер [перевод И. Грингольца].

Роджер ухмыльнулся сквозь проливной дождь, затем снова пустил своего скакуна в ход, поднимаясь навстречу буре. Примерно через сотню метров дорога немного выровнялась, превратив уклон в двенадцать-пятнадцать градусов всего в шесть-семь. Принц начал немного расслабляться... только для того, чтобы нога цивана соскользнула. Роджер навалился всем весом на седло, когда -циван запрыгал по скользким камням мостовой, ища опору. Через мгновение тот пришел в себя, и он пнул его в бок.

- Давай, ты, ублюдок! Вперед и вверх!

* * *

Кринди Фейн крякнул и навалился на колесо повозки с туромом. Мгновение ничего не происходило, а затем кто-то еще встал рядом с ним плечом к плечу. Массивные мускулы Эркум Пола напряглись, и тележка рванулась вверх, выбираясь из расщелины, которая скрывалась под водой глубиной по колено, с ревом несущейся по дорожному полотну. Фейн распрямил ноющую спину и наблюдал, как повозка продвигается дальше в гору, затем обернулся, когда кто-то похлопал его по плечу.

- Капитаны, по большому счету, не толкают тележки в горы, капитан, - заметил Арман Панер.

Вереница повозок едва двигалась - возможно, не слишком удивительно, учитывая крутые склоны, с которыми они столкнулись после отъезда из Срана. Первые три были достаточно плохими, но четвертый был наихудшим на данный момент, длиной почти двести метров и поднимавшимся под постоянным углом в пятнадцать градусов. Практически все, как люди, так и мардуканцы, упирались плечом в повозки, а туромы были отцеплены от крайних повозок и согнулись пополам на передних, чтобы протащить их в подъем.

Когда Фейн повернулся к человеку, ударила рябь молнии, перескочив с одной стороны ущелья на другую со звуком, похожим на артиллерийский залп. Это вызвало небольшой оползень, и туромы взбесились - или попытались взбеситься, натягивая упряжь и поскальзываясь на камнях дороги, когда валуны летели у них под ногами.

- Ну, в данный момент я не командир, сэр! - крикнул Фейн, перекрывая шум, прыгая вперед, чтобы упереться плечом в тележку рядом с Эркум Полом, когда она начала съезжать назад. - И у меня нет никаких существенных обязанностей. Так что мне показалось, что это лучшее использование моего времени.

Панер схватил чурку и бросил ее под правое колесо, когда один из туромов упал на колени.

- Просто не дай себя убить, ладно?

- Не проблема, - пропыхтел бывший рабочий каменоломен. - Как это вы, люди, говорите? "Осторожность - мое второе имя".

- Всем ветрам, - засмеялся морской пехотинец. - Капитан Кринди Осторожно-По-Ветру Фейн.

- Может, и так, - проворчал мардуканский капитан, когда тележка снова заскользила. - Но, по крайней мере, "осторожно" где-то там есть!

* * *

- Все идет не очень хорошо, - сказал Роджер, - но, по крайней мере, у нас нет преследования.

Причина, по которой дорога так мало использовалась, стала слишком очевидной. Колонна прошла менее двадцати километров с тех пор, как покинула Сран, и долгий мардукский день клонился к своей столь же длинной второй половине. Трудно было оценить, насколько быстро могли отреагировать силы Кирсти, но все они были удивлены тем, что после них на дороге уже ничего не появилось.

- Вполне возможно, что смерть первосвященника положила начало откровенной гражданской войне, - отметила О'Кейси. - Маловероятно, но возможно. В этом случае отсутствие реакции объясняется тем, что все укрепляют свои позиции, и у них нет никаких сил, чтобы тратить их на что-то столь незначительное, как преследовать нас.

- Более вероятно, что они просто не торопятся, - сказал Панер. - Я бы предположил, что хотя бы рейдеры действительно не в себе. Они, вероятно, могли бы отреагировать и раньше, если бы не было какой-то конкретной причины не делать этого. Как, например, если бы Сор Теб был в достаточной беде, чтобы, возможно, получить личное представление об огне.

- Мы всегда можем надеяться, - кисло сказал Роджер.

- Но надежда - это все, - отметила О'Кейси. - И даже если он мертв - или, по крайней мере, в серьезной немилости - кто-то уже должен преследовать нас, если только что-то не отвлекает их ближе к дому.

- Не слишком полагайтесь на задержку, - предупредил Панер. - Уверен, что Бич мог бы двигаться достаточно быстро, чтобы настичь нас к настоящему времени, но обычному подразделению потребуется вся его логистика, прежде чем оно двинется в путь. И, говоря о логистике...

- ...на этот раз у нас их слишком много, - закончил Роджер.

- Не совсем так, ваше высочество. Что у нас есть, так это слишком много тележек или слишком мало туромов для тех, что у нас есть. Нам нужно уменьшить нагрузку. Вероятно, примерно до половины того, что мы тянем сейчас.

- Если мы это сделаем, у нас не будет ничего, чтобы добраться до порта, - отметил Поэртена.

- И если мы попытаемся утащить все это с собой, мы все равно не доживем до того, чтобы добраться туда, - сказал Панер. - Если мы не сможем торговаться с племенами за то, что нам нужно, мы никогда не справимся, и точка. Выбросьте лишнее.

- Да, да.

- Васины говорят, что до этого места еще сорок или пятьдесят километров, - продолжил Панер. - Однако они на перевале, или достаточно близко, чтобы увидеть его. Мы должны быть на их позиции к завтрашнему вечеру, иначе у нас будут большие неприятности.

- Конечно, если мы сможем воспользоваться проходом после того, как доберемся туда... - указал Роджер.

- О, большое вам спасибо, что напомнили мне об этом, ваше высочество.

* * *

- Милостивые боги, - сказал Хонал. - Это не просто стена - это чертова крепость.

Они с Растаром сидели на гребне холма, откуда открывался хороший вид на перевал. Отверстие прохода было узким, не намного больше широкого каньона с почти вертикальными бортами. Поперек него была переброшена каменная стена со сторожкой у ворот, а вдоль ближней стороны стены строился или был завершен ряд сооружений. На юго-восточной стороне перевала деревянный частокол и крепость переходили в каменные, а на западной стороне возводился бастион. Крепость была встроена в поперечную стену, и было очевидно, что в долгосрочной перспективе краты намеревались заполнить проход укреплениями.

- Я не собираюсь недооценивать людей, - сказал Растар. - Может быть, они смогут это сделать. Отправьте посыльного. Мы не собираемся брать это место кавалерией.

- С таким же успехом мы могли бы окопаться и разжечь несколько костров, - прокомментировал Хонал, глядя на угол наклона солнца. - Это будет долгий день.

* * *

Роджер натянул поводья своего цивана и соскользнул на землю, передав поводья одному из ожидавших васинов. Он начал отворачиваться, но вовремя уловил предупреждающий рык Догзард и ударил цивана наотмашь, когда тот снова попытался откусить кусок от его руки.

- Еще не время ужинать, скотина, - сказал он. - И тебе лучше радоваться, или я пристрелю тебя и прикажу выбросить.

- Им просто требуется знать, кто здесь главный, ваше высочество, - сказал Хонал с юмористическим жестом.

- Обычно это не проблема, - сказал Роджер. - Где ваша позиция? Я так понимаю, ты не стоишь на виду, чтобы они все могли наблюдать, как ты проверяешь их маленькую крепость.

- Наверху, на гребне, - сказал Растар, указывая через плечо. - Мы почти уверены, что нас заметили, но мы не делаем известным ни наше присутствие, ни численность.

- Они выслали патруль? - спросил Роджер, начиная взбираться на холм.

- Их было два, - сказал Хонал с хриплым смехом.

- И?

- Мы захватили обе группы, - сказал Растар. - Мы держим их в боковой долине. Похоже, гарнизон тоже почти полностью состоит из крестьян равнин. Во всяком случае, они определенно не горные парни! Они даже не заметили нашу засаду, пока мы ее не устроили, и почти сразу сдались. Во втором патруле было десять человек, и мы взяли его всего двумя васинами.

Роджер усмехнулся, выезжая на гребень и увеличивая увеличение на забрале своего шлема.

- Что тут смешного? - спросил Растар.

- То, что ты только что сказал, - это кульминация очень старой человеческой шутки. Это есть во многих культурах, но кульминационный момент всегда один и тот же: "Это ловушка! Их было два!"

- Я бы хотел как-нибудь это услышать, - сказал Хонал. - У вас, людей, хорошие шутки.

- Да, удивительно, как много точек соприкосновения существует между людьми и мардуканцами, - сказал Роджер. - Больше, чем между нами и фенурами, это точно! Эти люди странные. Конечно, юмор - это одно из качеств, которое труднее всего перевести через межвидовые границы. Вот что я имел в виду, говоря о точках соответствия.

- Мы смеемся над одними и теми же вещами? Это большое дело? - спросил Хонал.

- Пока больше, чем ты, вероятно, можешь предположить, - заверил его Роджер, вглядываясь в долину. Затем он сдвинул шлем назад и снял его, чтобы провести пальцами по волосам.

- Не проблема, - объявил он.

- Действительно? - Хонал хрюкнул от смеха. - Если вы думаете, что это не проблема, возможно, у нас меньше "точек соприкосновения", чем вы думали!

- Нет, я серьезно, - заверил его Роджер с усмешкой.

- О, не сомневаюсь, что мы справимся с этим, - сказал Хонал. - Но мы потеряем много людей, делая это.

- Нет, - сказал Роджер. - Или, скорее, мы, вероятно, потеряли бы их, если бы гарнизон знал, что мы приближаемся. Или откуда мы пришли.

Он рассматривал крепость еще несколько мгновений, затем покачал головой.

- Отправьте гонца назад. Попросите капитана Панера ускорить отправку команды из отделения Джулиана в путь. У меня есть для них небольшое дельце.

* * *

Роджер вытирал руки, когда Джулиан въехал в лагерь. Солнце едва село, но васины уже разбились на отряды по ту сторону хребта, разжигая костры от горного холода и устраиваясь на ночь. Холоднокровные мардуканцы обнаружили, что почти невозможно двигаться, когда температура опускалась ниже той, которую люди считали изнуряющей. Люди, с другой стороны, включая небольшой отряд стражи с Роджером, думали, что ночные температуры были приятными.

- Достаточно холодно для тебя, Джулиан? - спросил Роджер, когда морской пехотинец слез с цивана. С заходом солнца температура упала до того, что в Империал-Сити можно было считать приятно теплым осенним днем.

- Просто великолепно, сэр, - кисло сказал сержант. - То есть, за исключением седельных болячек. Не могу поверить, что вы заставили нас кататься на этих штуках!

- Подозреваю, что просто станет прохладнее, - сказал Роджер, глядя на север. - А что касается седельных болячек, боюсь, у меня не было особого выбора. У нас будет плотный график, и по мере того, как температура будет падать, мардуканцам будет еще труднее передвигаться.

- По этому поводу у меня есть для вас сообщение, - неловко сказал командир отделения. - Капитан Панер бросил половину тележек и удвоил туромов на остальных. Так что они двигаются лучше.

- Хорошо! Они будут здесь вовремя?

- Возможно, но у них были некоторые проблемы. Они наткнулись на что-то вроде "горного атула". Некоторые туромы запаниковали, и одна из повозок перевернулась... Депро.

- Что?!

- Она в порядке! Просто сломана рука, - сказал Джулиан, поднимая руку, когда Роджер вскочил на ноги и повернулся к привязанному цивану. - И капитан попросил меня указать, что у вас здесь есть работа.

- Да, но... - начал Роджер полубезумным тоном.

- И Депро попросила меня передать вам, что если вы примчитесь обратно, чтобы увидеть "свою бедную обиженную подружку", у вас тоже будет сломана рука.

- Да, но...

- И вы торопили меня все время по этой чертовой дороге на одном из этих дерьмовых циванов, - закончил Джулиан. - Так что вы, черт возьми, вполне можете сказать мне для чего, сэр.

Роджер несколько мгновений думал об этом, затем глубоко вздохнул и повернулся обратно.

- Ах, черт, - вздохнул он.

- Давайте просто продолжим работу, сэр. - Джулиан похлопал его по плечу. - Жизнь - сука, а потом вы умираете. Верно?

- Правильно. - Роджер снова вздохнул, затем указал в темноту. - Тогда ладно. У меня есть для тебя работа. И, должен признать, не из тех, которые могли бы подождать, пока я вернусь, чтобы проверить Нимашет. Взгляни на цель.

Они поднялись на гребень хребта, и Джулиан включил систему сбора света и увеличения в своем шлеме.

- Большое траханье, - заметил он, глядя на стену. - Есть какие-нибудь идеи по гарнизону?

- Около двухсот, - спокойно ответил Роджер.

- Станет, если брать ее лобовой атакой, даже против мечей и аркебуз, - заметил Джулиан. Он посмотрел на оба боковых хребта и поморщился. - Вы думаете о том же, что я подозреваю?

- Вы с Гроннингеном - наши эксперты по высокогорью, - сказал Роджер с улыбкой в голосе.

- Конечно, - проворчал сержант. Он не упомянул, что ранее эту должность занимал Доккум. Уроженец планеты Непал был экспертом во всем, что касалось "высот". К сожалению, "был" стало точным термином. Он погиб незадолго до Ран Тай.

- Это не будет коротким броском, - продолжил сержант через мгновение. Покрытые ковром мардукские джунгли уступили место более открытому лиственному лесу, но даже он заканчивался, не доходя до вершин горных хребтов. Вдоль хребта виднелась едва заметная тропа, оставленная местным аналогом коз, но добраться до нее было бы непросто. Гребень возвышался по меньшей мере на пятьсот метров над их нынешним положением, и эти метры были чертовски близки к вертикали.

- Мы заставим васинов двинуться в путь незадолго до рассвета, так или иначе, - сказал Роджер. - Мне нужно, чтобы к тому времени ты был на месте.

Мардукская ночь длилась восемнадцать часов, что дало бы отряду по меньшей мере пятнадцать часов на то, чтобы осуществить переход. Джулиан подумал об этом несколько секунд, затем кивнул.

- Могу сделать, босс. - Он покачал головой с притворной печалью. - Мне нужно стать менее компетентным или что-то в этом роде.

Роджер усмехнулся и хлопнул его по спине.

- Только представьте, какие истории вы сможете рассказать в клубе сержантов. Вам больше никогда не придется покупать пиво.

Джулиан снова посмотрел на гору без следов и кивнул.

- Теперь у нас есть мотиватор. Бесплатное пиво. Бесплатное пиво. Я просто буду продолжать это повторять.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Мачек сплюнул за край гряды и покачал головой.

- Ты смотришь в бездну, и бездна смотрит в ответ, - пробормотал он.

- Меньше философии, больше восхождения, - прорычал в ответ Гроннинген с того места, где он остановился на широком месте у подножия второго пика.

Отделение было растянуто вдоль острого хребта, вершины седловины между двумя горами. "Плоская" поверхность была шириной не более метра, с отвесными обрывами с обеих сторон. И штурмовой группе пришлось бы пересечь почти вертикальный выступ второго пика, чтобы занять позицию над цитаделью.

- Там была полка, - сказал Джулиан, слегка отдуваясь. Хребет возвышался почти на пять тысяч метров над уровнем моря Мардука, что означало, что при несколько более плотной атмосфере кислорода было в избытке. Более того, Джулиан позволил Гроннингену задавать темп, зная, что неукротимый асгардец доведет их до предела... и он это сделал. - Еще около ста метров вверх и на северо-запад, - добавил сержант, снова тяжело дыша.

- Думаю, что вижу это, - согласился Гроннинген. Он увеличил масштаб на своем шлеме и изучил особенности местности. - Узко, - высказал он свое мнение, затем снял шлем и вытер пот со лба. Ночь стала совершенно прохладной, и из долины дул сильный ветер, но от такого темпа все вспотели, как будто они все еще находились в джунглях Мардука. - Действительно узко.

- Лучшее, что Его пальцы смогли заметить до захода солнца, - ответил Джулиан, проверяя время на своем импланте. - Еще четыре часа, прежде чем нам нужно будет быть на стенах.

- Мы можем сделать это легко, - сказал Гроннинген, надевая шлем и подбирая свой рюкзак. - То есть, если мы продолжим идти.

- Веди, Мул, - сказал Джулиан. - Вперед и ввысь.

* * *

Джулиан высунулся с узкого выступа и направил лазерный луч на вершину крепости далеко внизу.

- Две тысячи метров.

- Прямо на пределе падения по Уставу, - сказал Мачек, с сомнением покачав головой. - Долгий путь к падению.

- Это так, - с несчастным видом согласился Джулиан.

Выступ действительно был узким - тонкая полочка из чуть более твердого гранита врезалась в окружающую матрицу. Какое-то недавнее движение земли сдвинуло и сложило гору, выдвинув горизонтальную дамбу наружу, подвергнув ее эрозии. Со временем остатки превратились в участок гранита шириной в полметра, подвешенный над двухтысячеметровым обрывом.

- Однако это единственный выбор, который у нас есть, - добавил командир отделения. - Я хочу, чтобы все рассредоточились. Похоже, мы прямо над внутренними зубчатыми стенами. Следите за своим распределением и, ради Бога, не запутывайтесь - эта проклятая паутинная проволока разорвет вас пополам, если вы дадите ей шанс.

- Да, но это работает, - сказал Гроннинген, незаметно прикрепляя зажим к спусковому ремню сержанта. Сочетание его голоса и ночного ветра скрыло тихий звук, который он издал, когда нажал кнопку "домой"... а затем он столкнул Джулиана со скалы.

Джулиан ничего не мог поделать - удар в спину был слишком неожиданным. Его отбросило далеко от обрыва, и он обнаружил, что почти автоматически переходит в дельта-трек, положение для маневрирования с высоты птичьего полета. Его мозг лихорадочно перебирал список способов пережить падение, но ничего не приходило на ум, и он не мог понять, зачем одному из его лучших друзей только что удалось убить его.

* * *

Мачек крутанулся на месте, держа винтовку на уровне глаз, но Гроннинген поднял руку с катушкой "визжащий паук" в ней. Было очевидно, что другой конец провода был прикреплен к Джулиану.

- Какого черта ты делаешь, Грон? - зарычал капрал. - У тебя есть около двух секунд, чтобы объяснить!

- Только это, - сказал Гроннинген с редкой улыбкой. Он прикрепил катушку к стене с помощью магнитного зажима и усилил натяжение. - Я имею в виду, теперь мы знаем, что это работает, верно?

* * *

Джулиан посмотрел вниз, на зубчатые стены, в сотне метров под ним. Он довольно внимательно наблюдал за ними в течение последних нескольких минут, с тех пор как паутинная линия заставила его остановиться. Больше он ничего не мог сделать; веревка подвешивала его почти головой вниз.

Он услышал слабый скрежет камня, а затем рядом с ним появился Гроннинген, тоже полностью перевернутый.

- Гроннинген, ты чего тут валяешь дурака? - спросил Джулиан со смертельной угрозой.

- Я тоже люблю тебя, чувак, - процитировал асгардец. - Помнишь, в Войтане я сказал: "Ты поплатишься"?

- О, ты сукин сын...

- А-а-а! - ухмыльнулся асгардец. - Я нажимаю на этот зажим, и он действительно становится шикарным, когда ты нажимаешь на верхнюю часть этой штуки.

- О, ты сукин сын... - Джулиан остановился и вздохнул. - Хорошо. Ты подловил меня. Господи, ты меня понял. Я обещаю, больше никаких шуток. Просто... не делай больше ничего подобного, ладно?

- Вы бы видели Джено, - сказал Гроннинген с еще одной ухмылкой, передавая командиру отделения свежую катушку с пауками. - Я думаю, у него чуть не лопнул кровеносный сосуд.

- Ну, я абсолютно уверен, что ты не умрешь от страха по пути вниз, - сказал Джулиан. - Господи. Однако это не перемирие. Я собираюсь добраться до тебя. Просто подожди.

- Я трепещу от предвкушения, - сказал ему асгардец со смешком. - Ты хорошо держишься за эту катушку?

- Да. А что?

- Хорошо, - сказал Гроннинген и снял зажим, который удерживал сержанта в подвешенном состоянии.

Джулиан попытался не закричать, когда снова упал в пустой воздух.

* * *

Мачек оглядел верхушку зубчатой стены с выражением недоверия на лице. Кроме вечного завывания ветра, не было слышно ни звука, и никого не было видно.

- Хорошо, я попался, - прошептал он. - Где охрана?.

- Не знаю, - сказал Джулиан. - Не здесь.

Верхняя часть сторожки была около тридцати метров в поперечнике, с люками на обоих концах. Ворота заполняли проход из стороны в сторону. На юго-восточной стороне более узкий проход вел на вершину второстепенной башни, по-видимому, казармы или штаба. Гроннинген вернулся оттуда, качая головой, в то время как Мачек скорчил гримасу.

- Только не говори мне, что они не выставляют часовых, - сказал он. - Это... сумасшедшие.

- Здесь холодно, - заметил Джулиан. - Я имею в виду, что здесь всего около десяти градусов. Если бы они были остались тут, они были бы в кататонии, возможно, мертвы.

Гроннинген сверился со своим имплантом, затем кивнул с отстраненным выражением лица.

- Пятьдесят или около того по Фаренгейту, да? - сказал он. - Не холодно, но бодряще.

- Для пенистых больше, чем просто бодрячок, чувак, - сказал Джулиан.

- Значит, они просто вообще не охраняются? - спросил Мачек. - Все еще не слишком умно.

- Они привыкли сражаться с шинами, - ответил командир отделения, - и я не думаю, что те тоже смогут двигаться при этой температуре. Посмотрите на васинов. Они все сгрудились вокруг костров, пребывая в оцепенении. Такой холод может убить мардуканцев.

- Значит, они все внутри и ждут, чтобы стукнуть нас по головам, как только мы их туда засунем? - спросил Мачек. - Это хитроумный заговор, чтобы заманить нас на верную смерть?

- Нет, это был вербовщик, который уговорил нас вступить в морскую пехоту, - сказал Гроннинген. Он подошел к ближайшему люку и потянул за ручку. Дверь была огромных размеров, рассчитанная на мардуканцев, и Гроннинген, вероятно, был единственным человеком в роте, который мог бы ее поднять. Однако она даже не дрогнула, и он опустился на колени, чтобы рассмотреть ее повнимательнее. Свет просачивался по краям, и он хмыкнул, обнаружив более темную тень там, где свет перекрывала фиксирующая планка.

- Не проблема, - сказал Джулиан, опускаясь на колени рядом с ним. Сержант снял с пояса устройство и просунул невероятно острое, гибкое ленточное лезвие в трещину. Он прорезал полуметровую перекладину из железного дерева, как будто ее там даже не было.

Гроннинген был готов, и воздух зашипел в его ноздрях, когда он рванул вверх. Дверь приподнялась на полметра, и Джулиан пролез под ней и уперся снизу изо всех сил. Вдвоем они подняли ее на высоту плеч, и Мачек подпер ее куском дерева.

Лестницы не было, но после восхождения на гору спуститься в комнату внизу было достаточно простым делом. Помещение имело около пятнадцати метров в длину, с высоким куполообразным потолком и лестницей в западном углу. Там тоже было пусто, только в камине, похожем на хибачилику, посреди комнаты горел полупотухший уголь.

- Это быстрый способ задохнуться, - шепотом заметил Мачек.

- Вышли? - пробормотал Гроннинген, указывая на дверь с восточной стороны. - Или вниз?

- Вниз, - быстро прошептал Джулиан в ответ, хотя выражение его лица было озадаченным.

Винтовая лестница вела к проходу - высокому для людей, но низкому и узкому для мардуканцев, - который шел как вправо, так и влево, к воротам и казармам соответственно.

- Хорошо, - сказал Джулиан и пошел первым.

Проход поворачивал, очевидно, следуя по склону холма, и открывался в большую комнату с зарешеченными окнами, через которые дул холодный ветер. Комната находилась у основания ворот, и лестница уходила вверх, во мрак, где, предположительно, располагалось управление воротами.

Если не считать какого-то мусора в одном углу, комната была пуста.

- Это становится глупым. - На этот раз Мачек не стал утруждать себя шепотом.

- Мы попробуем в казармах, - сказал Джулиан. - Здесь должен быть кто-то поблизости.

Они пошли по тому же проходу обратно в противоположном направлении, к казармам. По пути им пришлось столкнуться еще с двумя зарешеченными дверями, но, наконец, они вошли в главный зал крепости. Это было чудовищное сооружение со сводчатым потолком, с огромной ямой для костра посередине и разбросанными вокруг ямы вездесущими подушками, которые служили мардуканцам стульями.

Однако никто не пользовался ни одной из подушек. Вместо этого середина ямы была заполнена группой мардуканцев, расположенных довольно аккуратной кучкой. Наполовину сгоревшие поленья и зола были вытащены из центра и отброшены в сторону. Очевидно, мардуканцы днем разожгли костер в яме, чтобы ночью спать на нагретом камне под ней.

И каждый из них находился в состоянии полубессознательной спячки, которую экстремальный холод вызывал у их вида.

- О, пожааалуйста! - воскликнул Мачек с отвращением. - Это все? Я проделал весь этот путь верхом, играл в горного козла, а потом спрыгнул с чертовой скалы ради этого?

- Я думаю, что эти ребята, должно быть, ездили в школу на неисправном аэрокаре, - сказал Джулиан. - Васины, по крайней мере, стараются, чтобы один парень из отделения не спал. Это идиотизм. Джено, поднимись на крышу и подай сигнал принцу. Скажи ему, что мы взяли "крепость".

- Будет сделано, - сказал Мачек со вздохом. - Но это действительно как-то не так.

- Что? Ты хотел драки? - спросил Гроннинген, глядя на груду мардуканцев. Оружие всего гарнизона было аккуратно сложено вдоль одной стены, а все их доспехи были разложены рядами. Очевидно, они были готовы встать через несколько часов, когда все разогреется, и начать трубить в рог для лучших из них. - Я думаю, это здорово, - объявил асгардец.

- Как скажешь, - проворчал Мачек. - Это просто оскорбляет мое чувство профессионализма.

- А Гомер, который столкнул меня со скалы, этого не делал? - спросил Джулиан.

- Не-а, - ответил капрал с усмешкой. - На самом деле, это была самая профессиональная расплата, которую я когда-либо видел!

* * *

Колонна завернула за последний поворот бесконечной трассы сразу после рассвета. Снова пошел дождь, но с увеличением высоты это был холодный, отвратительный дождь, который разъедал форму морских пехотинцев, как кислота. Технически униформа "хамелеон" подходила для любых условий - от джунглей до Арктики. Но морские пехотинцы почти шесть месяцев бороздили враждебный мир, и это было заметно.

Униформа представляла собой потрепанное лоскутное одеяло из разных тканей. Там были целые рукава и штанины из дианды - похожего на шелк льна из далекого Маршада - как немое свидетельство ужасной битвы при Войтане. Дианда, в свою очередь, была залатана тонкой, похожей на саржу тканью Бухты К'Вэрна и Диаспры. Все заплатки были из выцветшей темной ткани, которая обладала преимуществом низкой заметности, но плохо сочеталась с основной тканью-хамелеоном.

Морские пехотинцы выглядели такими же выцветшими, как и их униформа. Их лица были осунувшимися и бледными из-за подъема в горы, из-за холода, из-за продолжающегося дефицита витаминов в их заменителях из рыбьего жира и из-за вездесущей войны. В целом, подумал Роджер, рота, похоже, была на последнем издыхании.

Он подошел к началу колонны и иронично отсалютовал капитану Панеру.

- Я дарю вам крепость на перевале Шесул с пятьюдесятью туромами, ста двадцатью довольно сомнительными солдатами и богатой добычей стрелкового оружия, - объявил он, и Панер усмехнулся.

- Я думаю, вы слишком увлекаетесь этим, ваше высочество.

- Просто пытаюсь вести себя как римлянин, капитан, - ответил Роджер с усмешкой. - Серьезно, нам, вероятно, следует отдохнуть день или два, прежде чем двигаться дальше.

- Мы не можем сбрасывать со счетов преследование, - отметил Панер.

- Нет, - согласился принц. - Но когда вы хорошенько осмотрите это место, я думаю, вы согласитесь, что мы также можем оставить мобильный арьергард, чтобы сдержать любое преследование. - Он помахал О'Кейси, когда она присоединилась к ним.

- Мисс О'Кейси, - поприветствовал он ее кивком. - Горный воздух, похоже, вам подходит, - сказал он, и это было правдой. Во многих отношениях академик выглядела лучше, чем морские пехотинцы в ее окружении.

- Это долгая прогулка, чтобы принуждать старую женщину, - ответила его начальница штаба.

- Что ж, капитан почти убедил меня позволить вам сделать перерыв, - пошутил Роджер. - У кратов, должно быть, были планы на этот проход; площадь объекта намного больше, чем необходимо для гарнизона. Здесь достаточно помещений, чтобы разместить всех нас в относительном комфорте, хотя они, похоже, не соорудили дымоходы, поэтому камины наполняют комнаты дымом.

- Если вы не возражаете, капитан, - сказал док Добреску, спрыгивая с одной из проезжавших мимо тележек, - я должен согласиться. У нас много раненых и покалеченных, и эти повозки для них сущий ад. Дайте им пару дней под крышей и в тепле, и они смогут выздоравливать гораздо быстрее.

- Хорошо, - сказал Панер. - Мы останемся. Два дня. Ваше высочество, я полагаю, васины тоже пострадали от холода?

- У них не все хорошо, - согласился Роджер. - На самом деле, они привычны к этому больше, чем я ожидал, вероятно, из-за того, что они с северных равнин, но максимум, что они могут сделать, это выставить часовых.

- Мы дадим им тоже отдохнуть, - решил Панер. - Мы должны быть в состоянии снизить уровень безопасности примерно до десяти процентов. Я бы действительно предпочел выставить группу часовых в долине, но мы довольствуемся тем, что разместим их на стенах. Старший сержант!

- Да, сэр, - ответила Косутич. Повозки достигли открытого двора крепости и теперь стояли в ряд. Роджер заметил, что большинством из них управляли морские пехотинцы, а у горстки местных водителей, которые вели остальных, под сиденьями горели маленькие угольные жаровни.

- Мы останавливаемся здесь на день или два, - сказал Панер Косутич. - Оставьте тележки в основном нераспакованными; в крепости должны быть запасы, и мы будем жить за счет них. Десятипроцентная охрана, только для морских пехотинцев. Разместите всех по койкам и займитесь снаряжением.

- Да, сэр, - повторила Косутич, не прилагая никаких усилий, чтобы скрыть свое очевидное облегчение. Старший сержант была тверда, как железо, но она знала, когда подразделение было на последнем издыхании. Теперь она подняла глаза и покачала головой.

- Говори о дьяволе, - сказала она и ухмыльнулась, когда Джулиан направился к командной группе. Но сержант разведки не улыбнулся в ответ, и ее собственная улыбка исчезла, когда она переварила выражение его лица.

- Господа, - сказал он, кивая офицерам, затем поднял небольшое устройство. - Я нашел это в комнате командира.

Панер принял его, повертел в руках и нахмурился, увидев клеймо производителя.

- Трехмерная камера Зуйко? - задумчиво произнес он.

- Я думаю, они, должно быть, были в контакте с портом, - мрачно сказал Джулиан. - У нас может возникнуть реальная проблема, сэр.

- Может быть, - сказал Роджер. - А может быть, и нет. Нам нужно выяснить, откуда это взялось. Свяжись с кем-нибудь из местных и выясни.

- Да, сэр, - сказал сержант. Он повернулся к главному входу в крепость, затем остановился. - Или, может быть, нет.

Один из васинов Растара медленно шел к ним, оставляя за собой шлейф дыма. Одним из способов, которым кавалерия справлялась с холодом, было таскать с собой маленькие жаровни с древесным углем, похожие на курильницы для благовоний.

- Капитан Панер, - медленно произнес кавалерист, когда, наконец, добрался до группы, и отдал честь. - Морской пехотинец. Гроннинген. Нашел. Человека. - Эта фраза, казалось, отняла у него все, что было, и он отдал честь и застыл, как статуя.

- Мы должны спуститься ниже. Вскорости, - сказал Косутич, чтобы заполнить паузу в разговоре.

Они все знали, что этот момент наступит, но это был первый "новый" человек, с которым они вступили в контакт с момента крушения на планете. И хотя мардуканцы могли бы помешать им покинуть планету в любое время, люди могли бы остановить их, если бы поняли, с чем столкнулись. Как обращаться с местными людьми, рассматривалось и обсуждалось очень долго, но было невозможно составить какие-либо четкие планы, не имея больше информации, чем у них было. Теперь для них настал момент расплаты.

- Ну, думаю, нам лучше пойти встретиться с ним, - наконец сказал Панер.

* * *

Гарвард Мансул пожалел, что у него нет с собой фотоаппарата. Конечно, с таким же успехом он мог бы пожелать вернуться в штаб-квартиру Общества на Старой Земле, пока он был там. На самом деле, он тоже этого хотел, но он был реалистом. Он бы удовлетворился тем, чтобы вернуть трехмерную камеру в целости и сохранности. Зуйко был жестким - так и должно было быть, чтобы выжить рядом с ним, - но он не был неуязвимым, и рано или поздно они откроют его, чтобы узнать, как это работает.

В этот момент все должно было прекратиться. С работой, конечно.

Когда он не беспокоился о своей трехкамерной камере, он коротал время в своей довольно сырой камере, размышляя, сколько времени потребуется Обществу, чтобы организовать спасение. Если они когда-нибудь беспокоились. Он дошел до того, что начал сожалеть о своей привычке исчезать на долгие годы. Учитывая его работу над "Шехерезадой", общество может начать поиски не раньше, чем через десятилетия.

Он вздохнул и снова постучал в дверь. Обычно рогатые просыпались раньше, и он с нетерпением ждал утренней зарядки. Но сегодня в его маленький каменный куб до сих пор практически не просачивалось ни звука.

- Хеллооо! Уже утро! Не могли бы вы, любезные джентльмены, выпустить меня?

* * *

- Я почувствовал, что лучше всего предоставить вам разобраться с этим, сэр, - сказал рядовой. - Я не знал, как вы хотите это разыграть, или даже хотели ли вы, чтобы он знал, что мы здесь, поэтому я послал одного из васинов проверить его. Он был таким... довольно громким.

- Ладно, давай, - сказал Роджер. - Давайте выясним, что они поймали.

- Интересно, они прятали его в кладовой, чтобы потом перекусить? - задумалась Косутич.

- Сомневаюсь в этом, - сказала О'Кейси. - Я не видела здесь, в крепости, ни следа каких-либо религиозных предметов. Я думаю, они, вероятно, просто подобрали его где-нибудь и спрятали до тех пор, пока им не скажут, что с ним делать.

- Учитывая наш собственный опыт, я могу догадаться, что бы это было, - фыркнул Роджер, направляясь вниз по каменным ступеням и по узкому - для мардуканца - проходу. Они подошли к двери камеры, и он отодвинул засов и распахнул ее.

- А кем бы вы могли быть, сэр? - весело спросил он.

* * *

Мансул поднял глаза на человека, стоявшего перед ним, и озадаченно нахмурился. Судя по остаткам униформы, этот человек был имперским морским пехотинцем. Учитывая остальную его внешность, он, вероятно, также был дезертиром, потому что ни один знакомый Мансулу морской пехотинец, который не был дезертиром, никогда бы не позволил своей форме прийти в такое состояние.

Мужчина в дверях камеры был не просто на целую голову выше Мансула. Он также был либо очень чисто выбрит, либо у него почти не было волос на лице. Хорошая структура кости, вокруг глаз намек на азиата до диаспоры, но в остальном очень классический североевропейский тип. Великолепные волосы тоже ниспадают золотистой массой. Фотограф решил, что из него получился бы замечательный снимок со всех сторон. Затем была странная винтовка - судя по виду, с химическим порохом - и длинный меч, перекинутый через спину. Настоящий неоварвар. Абсолютно идеальный. Даже освещение было хорошим.

Это действительно заставило его пожалеть, что эти рогатые варвары забрали его камеру.

Мансул взглянул еще раз, и на самом деле в первую очередь его привлекло семейное сходство. Одним из его последних заданий перед Мардуком было подготовка материала об императорской семье, когда ее величество праздновала день рождения наследника. Мансул не мог припомнить, чтобы когда-нибудь видел лохматого, широкоплечего варвара с мечом, стоящего рядом, чтобы помочь разрезать пирог или разлить пунш, однако у молодого человека перед ним был характерный лоб Макклинтока. Так кто же?

- Боже милостивый! - услышал он свой возглас. - Я думал, вы мертвы!

* * *

Роджер ничего не мог с собой поделать. Изумление в выражении лица и голосе пленника было просто слишком велико, и на ум пришли отрывки из его собственного недавнего классического чтения. Несмотря на реакцию, которую, как он знал, это вызовет у О'Кейси, он просто не смог устоять.

- Я рад сообщить, что новость о моей кончине была чрезвычайно преувеличена. - Он подождал, пока стоны позади него прекратятся, затем протянул руку. - Я его высочество принц Роджер Рамиус Александр Чанг Макклинток. А вы кто такой?

- Гарвард Мансул, - ответил мужчина голосом, который все еще был наполовину ошеломленным. - Имперское астрографическое общество (ИАО). Вы были здесь все это время?

- Да, я был на Мардуке, - сказал Роджер. - Остальное - несколько долгая история. И полагаю, что мы завладели кое-чем из вашей собственности. - Он протянул руку к Панеру за трикамерой, затем передал ее ему.

Мансул едва взглянул на предмет, о котором он так страстно мечтал больше недели, затем открыл линзы.

- Улыбнитесь.

* * *

Роджер постучал в дверь, подождал, пока ответил тихий голос с другой стороны, затем открыл ее, огляделся и ухмыльнулся.

- Отдельная комната, я вижу, - заметил он. - Очень мило.

- Настоящее маленькое любовное гнездышко, - ответила Депро. Она лежала, опираясь на груду подушек на полу, ее рука была обездвижена в силовом гипсе. Ее лицо было слегка серым, она все еще была покрыта грязью после похода, а кусочки листьев и грязи застряли в ее волосах и на штанах. Любая другая женщина выглядела бы адски, подумал Роджер, но Нимашет Депро умудрилась выглядеть как звезда три-ди, загримированная под девушку, попавшую в беду.

- Я действительно расстроен из-за тебя, - сказал Роджер, садясь и беря ее за здоровую руку. - Ты должна заботиться о себе получше, чем в этот раз.

- Я пыталась, - сказала она и прислонилась к нему. - Боже, я устала от этого.

- Я тоже, - сказал Роджер, осторожно обнимая ее одной рукой.

- Лжец. Ты боишься вернуться ко двору, не так ли?

Роджер на мгновение замолчал, затем пожал плечами.

- Да, - признал он. - Мардук весь... несложный. Мы либо заводим друзей, либо нет. Мы ведем переговоры или надираем задницы. Большую часть времени это черно-белое. Двор это... постоянные переговоры. Все это серое. Это все, кого ты разозлил последним, и люди, борющиеся за должность. Там некому...

- Прикрывать твою спину? - закончила она за него, наклоняясь к нему. - Я так и сделаю.

- Тебе никогда не приходилось иметь дело с придворными дамами как с "личностью", - ответил он. - Ты была простым морским пехотинцем; ты не считалась. - Он покачал головой, в глазах была тревога. - Теперь все будет по-другому, и их ножи проходят прямо сквозь броню.

- Как и мой, любимый, - сказала она, осторожно поворачиваясь, пока не смогла посмотреть ему в глаза. - И, Роджер, морские пехотинцы все видят, они все слышат. И тебя поддержат так, как, я сомневаюсь, когда-либо поддерживали другого Макклинтока. Мы будем прикрывать тебя.

Он осторожно вытащил кусочек листа из ее волос.

- Я люблю тебя, - сказал он.

- Я выгляжу ужасно, - фыркнула она. - Ты просто пытаешься заставить меня чувствовать себя лучше.

- Ты выглядишь великолепно, - сказал он хрипло. - Абсолютно красивая.

Она мгновение смотрела на него, затем притянула его голову к своей. Поцелуй длился долго, в то время как Роджер пробегал пальцами вверх и вниз по ее спине. Но, наконец, она отстранилась, фыркнув.

- Так вот оно что, - сказала она. - Я тебе просто нравлюсь обездвиженной!

- Ты мне всегда нравишься. Я был влюблен, когда впервые увидел тебя без доспехов, хотя, признаюсь, я был немного...

- Запуганным? - подсказала Депро.

- Да, - признал он. - Запуганный - это, наверное, правильное слово. Ты немного подавляешь, и я действительно не хотел вступать в отношения. Но... ты настолько хороша, насколько это возможно.

- У твоей матери сейчас случится удар, - сказала Депро. - Я имею в виду, совершенно баллистический.

- На самом деле меня не волнует реакция матери, - ответил он. - Честно говоря, после того, через что мы прошли, мама будет у меня в большом долгу. И это не так, как если бы я был наследником, так что я не совсем подходящая династическая пара. Мама может поцеловать меня в задницу, прежде чем я откажусь от тебя.

- Мне нравится, когда ты говоришь непристойности, - сказала она и притянула его к себе для еще одного поцелуя.

Роджер провел руками по ее бокам, оставляя за собой дорожку из мурашек. Через мгновение руки переместились вперед, словно по собственной воле, и пробежались по ее животу едва заметными касаниями кончиков пальцев. Она дернулась в сторону, задирая свою футболку, и...

Раздался осторожный стук в дверь.

- Черт, - пробормотал Роджер с сильным чувством. Затем он вздохнул, сел и повысил голос. - Да?

- Ваше высочество, - сказала капрал Беби с дальней стороны двери, - капитан Панер хочет провести командное совещание через семь минут в кабинете коменданта крепости. Сержант Депро освобождена от присутствия в связи с ее травмой.

Роджеру не нужно было видеть лицо капрала. Один ее тон красноречиво давал понять, что масло никогда не растает у нее во рту.

- Я говорила тебе, что морские пехотинцы знают все, - прошептала Депро, натягивая топ с разочарованной гримасой.

- Семь минут? - спросил Роджер.

- Мне... потребовалось несколько минут, чтобы найти вас, ваше высочество, - объяснила Беби, и Депро воспользовалась возможностью, чтобы провести руками по спине Роджера.

- Я... - Роджер прочистил горло. - Я сейчас буду.

- Да, ваше высочество.

- Две минуты, чтобы добежать отсюда до кабинета командира, - сказала Депро. - Итак, на чем мы остановились?

- Если я появлюсь, запыхавшись и поправляя свою одежду, все узнают, где я был, - сказал Роджер.

- Роджеррр, - угрожающе сказала Депро.

- С другой стороны, - сказал он, снова наклоняясь к ней, - они тоже могут поцеловать меня в задницу.

Она восхищенно улыбнулась, когда он еще раз провел руками по ее спине. Он наклонился еще ближе, ее губы приоткрылись, и...

Раздался осторожный стук в дверь.

- Кровавый... что?

- Ваше высочество, - дипломатично сказал Добреску, - я знаю, что у вас через минуту совещание, но я хотел бы поговорить с вами о Корде.

Роджер поднялся на ноги, качая головой и тяжело дыша, пока Депро снова поправляла свою одежду.

- Пойдем! - мрачно сказал наследник трона Человека.

- Что теперь? - прошептала сержант Депро.

* * *

Большая часть припасов, собранных кратами, хранилась в ящиках из вареной кожи турома. Поначалу просмотр коллекции в запасниках цитадели был немного похож на очень кожаное Рождество. Но после нескольких часов вскрытия коробок и каталогизации содержимого Поэртена и Денат начали уставать.

- Сушеная и соленая рыба. - Денат захлопнул крышку коробки и снова запечатал ее. - Еще чертова сушеная и соленая рыба! Я удивлен, что у этих кратов не выросли жабры.

- Им нужно было отрастить немного чертовых мозгов, - сказал Поэртена. Рота все еще посмеивалась над находкой Джулиана. - Вы, пенистые, становитесь чертовски странными, когда становится холодно.

- Ну, по крайней мере, мы не ходим вокруг да около и не жалуемся на прилично теплый день, - огрызнулся Денат в ответ. - Сколько раз я видел, как один из вас, морских пехотинцев, корчился на земле от небольшого жара?!

- Эй, я думаю, это был Пентзикис, а тепловой удар - это не шутка! - запротестовал Поэртена. - Я всего лишь пошутил! Возьми себя в руки - мы здесь почти закончили.

- Ну, шлепни тебя, креветка! - прорычал мардуканец. - С меня хватит. Ты заканчиваешь. Если ты вообще сможешь поднять коробки!

- Денат, что тебя гложет? - спросил Поэртена, и в его тоне слышалась неподдельная тревога. Мардуканец дрожал, как будто у него был припадок. - Мы можем бросить это, если нам нужно. Ты не очень хорошо выглядишь.

- Я в порядке! - взревел Денат. Он схватился за свои рога и яростно дернул за них. - Я в порядке. Я буду... аааарх!

Поэртена очень усердно думал о том, чтобы держать рот на замке, но он только что кое-что заметил, и это действительно беспокоило его.

- Э-э, Денат? - осторожно спросил оружейник. - Ты знаешь, что основания твоих рогов распухли?

* * *

Роджер улыбнулся и принял засахаренный яблоперсик от О'Кейси.

- Ах, во времена фруктов кейт! - вздохнул он.

Основная командная группа собралась, и он повернулся к самому новому члену их отряда.

- Итак, Гарвард. Какого черта ты здесь делаешь?

Журналист имперского астрографического общества отложил свою ножку басика и брезгливо вытер руки.

- Это было обычное задание, ваше высочество. На Мардуке сделано не так уж много, поскольку здесь не останавливаются регулярные пассажирские линии. Во времена вашего дедушки была статья ИАО, когда они впервые планировали открыть планету для колонизации, но с тех пор ничего. И эта статья только касалась столицы кратов. В то время шины были более или менее в мире с кратами, и врезка о шинах в статье привлекла внимание моего редактора. Он послал меня за статьей о "горных племенах".

Он сделал глоток вина и покачал головой.

- Как только я приземлился, я сразу понял, что все изменилось. Единственной доступной информацией о планете была более ранняя статья ИАО и два исследования по мардукской социологии и планетографии. Они мало что сказали, но в столице кратов произошли очевидные социологические изменения. Среди прочего, когда я попытался сделать обновленные фотографии их религиозных праздников, мне запретили посещать их храмы.

- Обновление? - спросила О'Кейси. - Предыдущая команда ИАО сделала фотографии? И включила их в свою статью?

- Да, краты были очень откровенны в своих церемониях, - сказал Мансул. - Это была в высшей степени аскетичная религия, в чем-то похожая на буддизм, делавшая упор на личную сдержанность и медитацию. Церемонии включали небольшие жертвоприношения зерна и мяса Богу огня. Большая часть пожертвований фактически шла на оплату содержания жрецов, которые также были основными исследователями и архивариусами. Я не знаю, что они делают сейчас, но количество жертв определенно возросло, если дым от пожаров является каким-либо показателем.

- Вы могли бы сказать, что было несколько... литургических изменений, - мрачно сказал Роджер. - Интересно, какой умный человек познакомил их с концепцией человеческого жертвоприношения?

Мансул поперхнулся вином.

- Человеческое жертвоприношение?

- Ну, в основном, мардуканское, - сказал Роджер. - Вместе с каннибализмом. - Он откусил еще кусочек яблоперсика и поморщился от вкуса.

- Я так понимаю, вы находите их переход... необычным? - спросила О'Кейси у Мансула.

- Мягко говоря. - Фотограф ИАО изящно вытер пролитое вино. - Весь исходный материал о религии кратов настаивает на том, что это аскетическая вера, в некоторых отношениях похожая на даосизм в древнем Китае. Или, по крайней мере, так было, когда появилась первоначальная команда ИАО. Ее жертвенные аспекты были личными: медитация и акты великодушия. Они даже не приносили в жертву туромов!

- Ну, теперь они приносят в жертву своих рабов, - категорично сказала начальница штаба. - А потом они их съедают. Мы видели внутреннюю часть храмов. И кухни, и ямы с костями.

- Все ли рабы шины? - спросил журналист.

- Я не знаю, - признался О'Кейси, - и наш местный гид по шинам, похоже, пропала.

- Она ухаживает за Кордом, - сказал Роджер. Он взглянул на Мансула. - Это долгая история.

- Я люблю длинные истории, - признался Мансул. - Как только они увариваются, из них получаются превосходные изделия. Почему бы вам не рассказать это мне?

- С чего начать? - спросил Роджер.

- Начните с самого начала, - посоветовал Панер. - Идите до конца...

- ...и заполните все это в середине, - кивнул Роджер. - Хорошо.

- Но, может быть, позже, - добавил морской пехотинец. - Нам нужно определить, что произойдет дальше. Мистер Мансул, вы прибыли из порта?

- Да, и там тоже есть проблемы.

- Святоши, - сказал Роджер.

- Действительно? Этого я не заметил. Что я на самом деле заметил, так это то, что губернатор не хотел, чтобы какие-либо люди покидали территорию комплекса. Он не был проинформирован о моем визите, и он вел себя так, как будто я был имперским шпионом. Честно говоря, я начал задаваться вопросом, не стану ли я "жертвой несчастного случая", когда один из местных жителей предложил вывезти меня контрабандой. Я присоединился к шинам и был в деревне к югу от Мадх-Хема, когда отряд кратов напал на группу, которую я снимал. Они забрали шинов с собой в Кирсти, но оставили меня здесь, предположительно, для репатриации. Или, может быть, подождать, пока губернатор заберет меня. А потом появились вы.

- Как тебя "вывезли контрабандой"? - спросил Панер.

- В обороне есть прорехи, - ответил Мансул. - Контрабанда ввозится и вывозится. - Он пожал плечами. - Я был просто еще одной посылкой.

- Вот это интересно, - сказал Роджер.

- Разве это не просто? - согласился капитан.

- О, это еще не все, - сказал Мансул. - Там есть небольшая... колония, возможно, подходящее слово... людей, живущих среди шинов. Другие, которые столкнулись с губернаторскими головорезами. Их около пятнадцати или двадцати, и им откуда-то доставляются припасы.

- Откуда? - спросил Джулиан.

- Этого я не знаю, хотя думаю, что местный вождь знает. Эти люди не занимаются благотворительностью. Он поддержал бы беженцев, только если бы на то была причина.

- Сатана, - вздохнула Косутич. - Все сложнее и сложнее.

- Да, - сказал Роджер. - И нет. Основы те же, может быть, даже проще, если их охрана настолько слаба, что контрабандисты могут входить и выходить по своему желанию. Нам нужно добраться до Мадх-Хема и установить контакт с этим лидером шинов.

- Пиди Гастан, - вставил Мансул.

- Пиди Гастан? - резко повторил Панер.

- Да, а почему бы и нет. - Мансул выглядел удивленным. - Вы слышали о нем?

- Можно и так сказать. - Выражение лица Роджера было чем-то средним между гримасой и улыбкой. - Правда более странная, чем вымысел, мы спасли его дочь от пиратов. - Мансул моргнул, и принц усмехнулся. - Но чего я не совсем понимаю, - продолжал он, - так это почему мы ничего не слышали от нее об этой "колонии" людей". - Он посмотрел на фотографа с легким подозрением. - Она была очень откровенна с нами, насколько мы можем судить, и она никогда даже не слышала о людях, не говоря уже о каких-либо беженцах, которых ее отец мог бы защищать.

- Не знаю, почему бы ей этого не сделать, - медленно произнес Мансул. - Я лишь мельком встречался с Гастаном, и, насколько я понимаю, существование беженцев держится в строжайшем секрете. На самом деле, никому из нас вообще не позволено бывать в Мадх-Хеме. Вместо этого он прячет "колонию" в одной из действительно отдаленных долин под присмотром очень маленького клана. Я направлялся туда, когда мы с моими сопровождающими наткнулись на кратов. Я полагаю, вполне возможно, что даже его дочь могла не знать, чем он занимался.

- Я думаю, все возможно, - медленно согласился Роджер. Затем он фыркнул. - Конечно, некоторые вещи более возможны, чем другие, и сохранение секрета от Пиди кажется мне одним из самых трудных занятий в жизни!

- Но это возможно, - сказала О'Кейси. - И если краты поддерживают контакт с портом, и если Гастан знает об этом, тогда у него были бы все мыслимые причины не дать кратам узнать, что он тоже был там.

- Но мог ли он действительно держать это в таком секрете, что Пиди вообще не слышала о людях? - спросил Роджер немного скептически.

- Вероятно, мог бы, - ответила О'Кейси. - Не забывай, что это дотехническое общество, Роджер. Я знаю, что между кратами и шинами существует торговый интерфейс, но каждый бит информации должен передаваться из уст в уста, и я очень сомневаюсь, что существует что-то похожее на настоящий информационный поток между шинами и людьми, которые продолжают убивать их в качестве религиозных жертвоприношений. Так что, даже если краты знают о человеческом присутствии здесь, на Мардуке, они, вероятно, не обсуждают это с шинами. В любом случае, по тому, как большинство населения Кирсти отреагировало на нас, очевидно, что существование людей не является общеизвестным даже среди них.

Она покачала головой.

- Я бы сказала, вполне возможно, что так далеко от самого порта факт существования людей доступен только самым верхним уровням общества кратов. В таком случае, вероятно, вполне возможно, что Гастан смог бы сохранить это в секрете даже от своего собственного народа. Конечно, - она задумчиво нахмурилась, - я бы хотела знать, как этому человеку вообще удалось связаться с ним.

- Возможно, вы правы, - признал Роджер и кивнул Мансулу. - Вы что-то говорили до того, как мы прервали? - пригласил он.

- Что ж, если вы спасли дочь Гастана, это должно сработать хорошо, - сказал репортер, стараясь не показывать своего облегчения, когда жесткий огонек подозрения немного потускнел в опасных зеленых глазах принца. - Я думаю, что он на нашей стороне, в любом случае, но...

Раздался стук в дверь, а затем Поэртена просунул голову, не дожидаясь разрешения.

- Прошу прощения, ваше высочество, но мне нужен док Добреску прямо сейчас! Что-то не так с Денатом. Думаю, он сходит с ума!

- Иди, - одновременно сказали Панер и Роджер. Затем они мгновение смотрели друг на друга, прежде чем Роджер указал на Панера.

- Похоже, мы здесь почти закончили, - спокойно продолжил капитан. - Док, ты иди. Джулиан, выжми из пленных все, что сможешь, об оставшейся части пути к землям шинов. Старший сержант, все остальные находятся на полном отдыхе и переоснащении. Я хочу, чтобы мы были в хорошем состоянии, когда уедем. Давайте приступим к этому.

- А я пойду выясню, что не так с Денатом, - сказал Добреску.

- Есть какие-нибудь идеи? - спросил Роджер.

- Я еще даже не осмотрел его, ваше высочество, - запротестовал медик. - И я пилот шаттла, а не психолог. Тем не менее, буду держать вас в курсе.

* * *

Уоррент-офицер Добреску последовал за Поэртеной в небольшой отдел снабжения, который захватили пинопанец и Денат, и покачал головой мардуканцу.

- Что ты нюхал, Денат?

- Я в порядке, - сказал мардуканец. Он дрожал, его тело сильно обмякло, а у основания каждого из его рогов появилась красноватая выпуклость. - Прости, что я накинулся на тебя, Поэртена. Но со мной все будет в порядке. Это пройдет.

- Что это? - спросил Добреску, садясь и раскладывая свой медицинский сканер. Сканер мог многое зафиксировать даже на расстоянии, и он показал, что сердце Дената и скорость метаболизма зашкаливают. Мардуканец на самом деле находился при повышенной температуре по сравнению с окружающей средой, что было очень необычно. - Поэртена сказал, что ты был ворчливым в последнее время, и он рассказал мне о том, что только что произошло. Мне нужно знать, что происходит.

- Это... мардуканская штука, - сказал Денат. Дрожь пробежала по его массивному телу.

- Мне вроде как нужно знать немного больше, чем это, - настаивал медик. - Я должен кое-что сказать капитану Панеру. Это человеческая черта.

- Это пустяки! - закричал Денат, стуча всеми четырьмя кулаками по массивному столу из железного дерева с такой яростью, что восьмисоткилограммовый предмет мебели подпрыгнул в воздух.

- Денат, согласно моим приборам, ты трещишь по швам, - мягко сказал Добреску. - Почему бы тебе не сказать мне, что не так?

- Потому что все в порядке, - выдавил мардуканец. - Это совершенно нормально.

- Тогда в чем же дело? - резонно спросил уоррент-офицер.

Денат посмотрел на него, расстроенно потирая руки. Потом он вздохнул и рассказал ему.

* * *

Пиди сняла тряпки с раны и опустила их в раствор, который дал ей целитель, затем потянулась за свежими повязками. Она и два других освобожденных раба ухаживали за Кордом с момента ранения. Сама рана в основном зажила, но он все еще не просыпался и становился еще беспокойнее и горячее. Однако в последнее время ей, по крайней мере, удавалось заставить его взять немного еды, и он что-то бормотал себе под нос. Она выучила несколько слов на его родном языке до того, как он был ранен, но недостаточно, чтобы понять большую часть того, что он говорил, хотя слово "банан" было близко к "бенан", так что, возможно, он обращался к ней.

Она открыла баночку с лосьоном и начала втирать его в сухие участки его кожи. Она узнала кое-что о его прошлом, больше из разговоров с людьми и Денатом, чем от него самого, и поняла, каким ценным человеком он, должно быть, был в своей родной стране. Прийти к таким знаниям, которые он приобрел, было нелегко для такой захолустной деревни, из которой он вышел, и мужчины - особенно воины, - которые получили столько подготовки и понимания, были чрезвычайно ценны для любого племени. Она подозревала, что человеческий принц, окруженный множеством воинов и ученых, не знал, каким ударом, должно быть, было для Корда и его народа потерять его.

И она должна была признать, что для человека было бы невыносимо потерять его. И для нее. Старый шаман был одним из лучших мужчин, которых она когда-либо встречала; сильный, но в то же время нежный и мудрый. Знающий, но физически храбрый и часто до крайности скромный. Трудно было где-либо найти такие качества, и она должна была признать, что найти их среди шинов было еще труднее, чем в большинстве мест.

Потому что медик не знал, может ли повышенная температура тела привести к психическому повреждению - конечно, ужасная мысль! - они заворачивали голову шамана в прохладные тряпки. Она начала заменять текущие тряпки, затем остановилась, задыхаясь.

Она положила руки на выпуклости у основания рогов шамана и почувствовала, как дрожь прошла по ее телу. Ей пришлось бороться с противоречивыми эмоциями, но, наконец, она глубоко вздохнула, откинула легкую простыню, которая прикрывала его, и взглянула, прежде чем быстро набросить ее обратно.

Она откинулась на спинку стула, напряженно размышляя, и многое внезапно встало на свои места. Она вспомнила, что светлость О'Кейси сказала о языковом сходстве, и подумала о последствиях сложившейся ситуации. Она очень тщательно обдумала их, а затем, в последнюю очередь, вспомнила о Корде, перелезающем через перила пиратского корабля.

- О, Пиди, это такая плохая идея, - прошептала она, натягивая простыню до упора.

* * *

- То, что мы здесь имеем, - это неспособность общаться, - сказал Добреску со смешком.

Он попросил капитана Панера, старшего сержанта и принца встретиться с ним в офисе склада. Они это сделали - и они также предсказуемо отреагировали на вид дрожащего тела Дената и выпуклого лба.

- Что, черт возьми, это значит? - потребовал Роджер. - Денат, ты в порядке?

- Если не считать желания убить тебя, я в порядке, - проскрежетал мардуканец. - И это не имеет никакого отношения к тому, что ты принц. Ты просто поговорил со мной, вот и все.

- Это хорошая идея - делать это здесь? - спросил Панер.

- С ним все должно быть в порядке, - успокаивающе сказал Добреску. - И мы уйдем буквально через секунду. Но на самом деле проблема довольно проста: у него течка.

- В чем? - спросила Косутич. - Это а... О, да.

- Это верно. Мардуканские "самцы", по нашим стандартам, функционально и технически являются самками, - сказал Добреску. - И наоборот. Пол Дената производит яйцеклетки, другой пол производит сперму. Когда приходит время, и эти двое, кхм, "собираются вместе", пол Дената использует их... известные органы для имплантации своих яйцеклеток другому полу.

- В настоящее время у него овуляция. Что означает, с эволюционной точки зрения, что он должен сражаться с другими "самцами" за шанс спариться. Отсюда и роговые выступы и другие признаки. К сожалению...

- У меня здесь нет пары, - прорычал Денат. - И я не буду просто бродить вокруг, воя в пустыне, пока ищу что-нибудь, с чем можно было бы соединиться.

- В некотором смысле, он должен был бы, - сказал Добреску. - Приятель, это так. С точки зрения населения, это плохая идея - исключать одного из этих парней из уравнения.

- Проблема сохранения, о которой вы говорили некоторое время назад, - сказала Косутич.

- Да, потому что пол, который производит яйцеклетки, делает это только два раза в год. Если они не имплантируют их другому полу, то, по статистике, теряют шанс на длительный период, - сказал Добреску. - Причина, по которой кранолта потерпели такое поражение после того, как они сокрушили Войтан, заключалась в том, что их производители яиц были рассеяны по всему аду и исчезли.

- Могу ли я... должен ли я думать о них как о женщинах, - сказал Панер. - Могут ли самки принять яйца в любое время?

- Да. Они поддерживают своего рода "мешок со спермой", эквивалентный сперматозоидам у людей, - сказал Добреску с легкой улыбкой из-за очевидного дискомфорта капитана. - Яйцеклетки имплантируются... что ж, мы все видели яйцекладущих. После имплантации они соединяются со сперматозоидом в этой области и становятся плодами. Я с нетерпением ждал возможности понаблюдать за развитием событий, но мы всегда пропускали этот этап. Некоторые из них находились в разработке в Маршаде, но я не успел толком на них взглянуть.

- Я их вообще не видела, - сказала Косутич. - Беременных мардуканских самок?

- Да, - сказал медик. - Плодные мешочки образуют у них на спине нечто похожее на волдыри.

- Итак... - начал Панер, затем сделал паузу. - Я только что обнаружил, что не хочу знать подробностей. Или, по крайней мере, хотя мне будет интересно прочитать ваш отчет, я не хочу обсуждать его в данный момент. Это важно для миссии?

- Только с медицинской точки зрения, - сказал Добреску. - Единственное стоящее соображение, которое вижу, заключается в том, что я бы не ожидал, что от них будет много пользы с военной точки зрения во время их течки.

- Неужели они все собираются начать вести себя подобным образом? - спросила Косутич. - Денат довольно сдержанный парень, но если васины и диаспранцы пострадают, когда нас будут ждать несколько серьезных боев... Я не хочу даже пытаться представить, каким был бы, например, Эркум Пол.

- Не знаю, какой у них сезон, - признался Добреску. - Я имею в виду васинов и диаспранцев. Это может произойти, и когда это произойдет, то, вероятно, произойдет у всех сразу. Денат из другого района, и, похоже, это связано с сезоном. Что, вероятно, на данный момент только к лучшему. Он единственный мардуканец из той местности, который с нами.

- Неправильно, док, - сказал Роджер. - Корд и Денат родом из одной деревни.

- Ай! - Добреску поморщился и покачал головой. - Хорошее замечание, ваше высочество. Мне нужно осмотреть его и выяснить, есть ли у него такое же состояние. Если он это сделает, это может объяснить некоторые странные вещи, которые происходят с ним с тех пор, как он был ранен.

- Пожалуйста, сделайте это, - сказал Роджер и встал. - Денат, извини, парень. Жаль, что мы не можем что-то сделать.

- Все в порядке, - сказал мардуканец. - Теперь, когда я знаю, что происходит, я могу сосредоточиться на том, чтобы контролировать это. - Он изобразил жест печального юмора. - Все же я хотел бы быть в Маршаде.

- Как ее звали? - спросил Роджер. - Девушка-шпион в Маршаде?

- Сена, - прошептал Денат.

- Ну, если ты все еще... - принц сделал паузу, подыскивая подходящее слово.

- "В сезон" - это, наверное, самый простой способ обозначить это, - сказал Добреску с усмешкой.

- Если у тебя все еще будет "сезон", когда мы возьмем космопорт, посмотрим, что сможем сделать, - сказал Роджер со вздохом. - В противном случае, я думаю, тебе просто придется стиснуть зубы.

- Я сама всегда рекомендовала холодный душ, - сказала Косутич с усмешкой. - Но это, вероятно, противопоказано мардуканцу, да?

- Нам нужно рассмотреть последствия этого в долгосрочной перспективе, - сказал Панер. - Док, как только вы проверите шамана Корда, я хочу, чтобы вы попытались определить, как скоро остальные войдут... в "сезон". Нам нужно иметь возможность планировать с учетом этого.

- Да, сэр, - сказал уоррент-офицер. - Однако лично я планирую взять на той самой неделе отпуск. Эти парни могут быть откровенно обидчивыми.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

- Расскажи мне еще раз, что ты слышал, - сказал Гастан. Он вглядывался в крепость через устройство, бинокль, который дали ему люди.

- Все торговцы сразу покинули Несру, - сказал стражник шин. - Все сразу. Из Квейкафа прибыл гонец с сообщением, что перевал Шесул подвергся нападению с тыла или что он пал. Сначала он сказал, что прибыло небольшое войско и забрало его вместе с демонами. Но ему никто не верит.

"Конечно, ему никто не поверил", - иронично подумал Гастан. В конце концов, лишь крошечная горстка шинов знала о людях. Большинство его соплеменников верили, что его бинокль был изготовлен мастерами кратов из далекой великой Долины, и никто из них не осознавал огромной разницы между мастерами, которые могли их изготовить, и самым искусным мастером, которого когда-либо производили краты. Но любой шин, который когда-либо видел, как используется человеческое оружие, имел бы полное право поверить, что он видел демонов.

- И теперь Квейкаф греет свое масло, - размышлял он вслух, пытаясь извлечь больше деталей из изображения, которое показывал ему бинокль. Он и стражник стояли на краю пепельного конуса к северу от Мадх-Хема. Отсюда открывался превосходный вид на крепость кратов, не прибегая к трудностям и опасности переправы через реку. Конечно, вид - это все, что это давало ему, и при том, как шли дела, могло наступить время, когда ему придется нести свое знамя в Нопет-Нуджам. Что было бы... неудобно.

Опасность, которая могла бы побудить его сделать это, заключалась в том, что краты, казалось, нашли путь через огненные земли. Было очевидно, что какой бы путь они ни нашли, он был трудным и не подходил для передвижения большого количества людей, но использовавшие его отряды Бича нанесли болезненные потери. Очень болезненные.

Проблема заключалась в том, что это открытие, казалось, убедило кратов в том, что пришло время наконец взять Мадх-Хем, в то время как долины были отвлечены знанием о том, что Бич нашел путь в их тыл. Если бы они были полны решимости предпринять новую попытку, основной удар пришелся бы - как всегда - через Земли сражений, и у него не было бы выбора, кроме как противостоять этой атаке.

И все же, если бы он взял свое знамя с собой в Нопет-Нуджам, он столкнулся бы с двумя проблемами. Первая заключалась в том, что разношерстная масса рейдерских отрядов, которые всегда собирались вокруг Мадх-Хема, чувствовала бы себя вынужденной следовать за ним, что превратило бы поездку в логистический кошмар. Но во многих отношениях это было бы лучше, чем альтернатива, потому что, если бы они выразили готовность остаться, ему пришлось бы предположить, что это будет означать несколько случайных набегов и мародерства на его собственных землях во время его отсутствия.

К сожалению, если бы они решили следовать за его знаменем, он столкнулся бы со своей второй проблемой. Ему пришлось бы оставить долину слишком слабо прикрытой от кратов, которые могли бы пробраться через огненные земли по их новому, тайному пути, потому что ему понадобился бы его клан, чтобы контролировать мародеров среди его собственных "союзников". И это даже не учитывало возможность того, что клан вступит во вражду с одной из рейдерских группировок шинов, что приведет к бог знает какому кровопролитию и кто знает, к каким политическим головным болям с другими вождями кланов.

Быть "королем" шинов было все равно что жонглировать раскаленными углями.

Не в первый раз он испытывал скорбь из-за потери своей дочери Пиди, и не просто естественное горе отца, чья дочь попала в огонь. Она была своевольной и упрямой, как горы, но если бы он послал ее в Нопет-Нуджам, чтобы она была его глазами и ушами, она бы вернулась с кратким и правильным отчетом. У него действительно не было никого другого, кому он мог бы доверить это сделать; они все "приукрашали". И ни один из сотни их не умел читать. Чтобы заставить их учиться чему угодно, кроме набегов и охоты, было все равно что вырывать зубы.

Он почувствовал более сильный укол горя - и вины, - когда другая мысль пришла ему в голову. Горе от того, что он потерял ее... и чувство вины за то, что вместо этого он пожалел, что не потерял Тертика.

Он снова поднял бинокль, используя его, чтобы скрыть свои глаза от Найгарда, чтобы они не выдали слишком многого, но он не мог скрыть правду от самого себя. Как бы сильно Гастан ни любил всех своих детей, было... прискорбно, что из их помета выжили только Тертик и Пиди и что Тертик был самцом. Возможно, что еще хуже, его старший сын был идеальным образцом воина шинов. Бесстрашен в бою. Искусен во владении любым оружием. Способный перепить самого упрямого из своих соплеменников до падения под стол.

И совершенно лишенный каких-либо следов воображения. Если бы только Пиди была его наследницей! Или, если бы только Тертик был слабаком, он мог бы убедить клан отказаться в пользу Пиди или тщательно подобранного для нее супруга. Но ее не было, и Тертик не был слабаком. И поэтому в то время, когда само существование шинов висело на волоске, он не осмелился настолько доверять благоразумию своего собственного наследника, чтобы рассказать ему об единственном, ничтожном шансе кланов на выживание.

Но он мог бы рассказать Пиди. Если бы она была его наследницей. Или если бы он был готов предать Тертика, доверив своей дочери информацию, которую он не осмелился доверить своему сыну.

"Я все равно должен был сказать ей", - подумал он. Не то чтобы в конце концов это имело бы какое-то значение.

- Итак, перевал Шесул мог быть атакован, - сказал он вслух, не позволяя ни следу своих мыслей омрачить его голос. - Или, может быть, пал. Есть какие-нибудь сведения о том, кто был врагом? Кроме "демонов", конечно! - добавил он со смешком.

- Нет, Гастан, - сказал Найгард. - Посланник из Квейкафа не знал.

- Кто мог проникнуть в Шесул? - размышлял вождь. - Ни один из известных мне рейдеров не смог бы поцарапать эти стены. - Он на мгновение задумался над этим заявлением. Насколько это было возможно, это было правдой, потому что он не знал ни о каких "рейдерах", которые могли бы захватить перевал. И если бы он мог подумать о ком-то еще, кто бы это мог быть, сейчас было не время и не место делиться этой мыслью с Найгардом.

- Хватит, - сказал он вместо этого с жестом смирения, - у меня слишком много других проблем, о которых нужно беспокоиться, чтобы подробно рассмотреть эту.

Он выпрямился и понюхал воздух, насыщенный запахом серы, доносящимся с Огненных земель на севере. Это был один из многих продуктов долин. Сера для пороха, руды, шкуры, драгоценные камни и необработанные самородки золота - все это вытекало из долин и проходило через Мадх-Хем. И все этого хотели. Другие шины, да, но особенно краты. Мадх-Хем была самой густонаселенной долиной со времен падения Утомофа, а также самой богатой, служившей каналом торговли со всей восточной половиной хребта Шин. Вот почему краты хотели захватить эту долину превыше всех других долин.

Они пытались по меньшей мере дюжину раз, с разных сторон, вторгнуться в область шинов и уничтожить их раз и навсегда. Разрушение Утомофа было результатом одной из таких войн, и он почувствовал перемену в воздухе, опасность, такую же слабую и острую, как привкус серы в ветре, но такую же реальную... и становящуюся все сильнее. Надвигалась война; он чувствовал это нутром.

Но пока этого не произошло, ему нужно было ломать головы и улаживать споры. В общем, все сводилось к одному и тому же.

* * *

Роджер вскочил на тележку турома и махнул рукой в сторону раскинувшейся перед ними долины.

- Скажи мне, что я вижу, Пиди.

Было очевидно, что долина Мадх-Хем была довольно сложным местом, как геологически, так и политически. Долина, по крайней мере частично, представляла собой нагорный ледниковый цирк с некоторыми признаками взорванной вулканической кальдеры. Различные геологические катастрофы создали своего рода пеструю форму, нарушенную правильными холмами и окруженную вздымающимися вулканическими горами. Река Шин пересекала долину почти строго с востока на запад, и ее русло с обеих сторон было обрамлено смесью полей и укреплений.

На востоке, на ближайшем берегу реки, две массивные крепости стояли друг против друга на большом, изрытом газоне. Каждая из них была размером с главный храм в Кирсти, и каждая перекрывала всю ширину соответствующей долины от горы до реки. Поля между ними были большими - от ближайшей крепости до дальней было по меньшей мере десять километров - и они явно возделывались до недавнего времени. Однако в данный момент они были заняты армией.

Ближайшая крепость приобрела новый, необработанный вид, как будто ее построили в спешке, но она выстояла против силы, раскинувшейся перед ее стенами. Армия (это могли быть только регулярные войска кратов) рассредоточилась по полям, заполнив долину от края до края. Палаточный городок в тылу был поделен на широко разнесенные кварталы, в то время как массивные каре пехоты ближе к крепости ожидали приказа штурмовать крепостные стены. Они продвигались вперед против ближайшей крепости регулярными волнами, но было видно, как подкрепления для тех, кого Роджер принял за защитников шинов, пересекали крытую дамбу позади сражающихся и двигались по боковым дорогам с защищенной подветренной стороны крепости.

У обеих крепостей были сопутствующие форты на дальнем берегу реки, или, возможно, их точнее было бы считать чрезмерно большими внешними сооружениями, защищающими дальний берег. На той стороне не было открытой местности, только разбитая масса щебня, упавший базальт и разрушенный наводнением берег. Но ни одна из сторон, казалось, не считала это непреодолимым.

К западу, позади боевых действий, но на более близком берегу реки, лежали руины того, что когда-то было довольно большим городом. Возможно, он был не так уж велик по сравнению с Кирсти или Бухтой К'Вэрна, но он был больше, чем Войтан. Теперь это были полуразрушенные руины, очевидно, из них добывали камни для своих зданий.

На дальнем берегу реки была большая впадина, или вторичная долина, с городом, окруженным стеной, построенным на склоне пеплового конуса. Пепловый конус, в свою очередь, был центром большой зоны геотермальной активности. Небольшой ручеек, окрашенный минералами в ярко-голубой цвет, стекал с пепловых конусов, гейзеров и фумарол.

Массивный мост, достаточно широкий, чтобы по нему могли проехать в ряд четыре повозки туромов, вел из города в разрушенный город. Очевидно, это был канал для большей части припасов и подкреплений для новой крепости.

- Два главных форта - это Нопет-Нуджам и Квейкаф, - сказала ему Пиди. - Область между ними обычно представляет собой торговый город Несру, полный торговцев кратов и шинов. Дальние форты - Нопет-Вусоф и Мафджив.

Роджер кивнул. Он все еще не знал, почему ее отец мог скрывать от нее любой контакт, который у него был с человеком в порту. Что было достаточно справедливо, поскольку она тоже не смогла придумать никакой причины. Хотя было вероятно, что О'Кейси была права относительно причин, по которым Гастан чувствовал себя обязанным держать это в секрете, но зачем скрывать это даже от Пиди? Она могла быть упрямой, импульсивной и лично безрассудной, но Роджер и остальные члены собственных сил басика видели ее более чем достаточно, чтобы понять, что она также очень умна и обладает железным чувством чести. Ее отец должен был доверить ей свой секрет.

"С другой стороны, маме следовало бы довериться мне, вместо того чтобы искать надуманные предлоги для моей отсылки подальше от двора", - подумал он. - "Не то чтобы я когда-либо давал ей такое доказательство того, что она может доверять мне, какое Пиди, должно быть, дала своему отцу".

Он отбросил эту мысль в сторону и вернул свое внимание Пиди.

Часть его желала, чтобы она провела этот инструктаж раньше, чем сейчас, но она была очень мало заметна со времени пребывания на перевале Шесул. Отчасти это было из-за того, что большая часть ее времени была посвящена уходу за теперь явно выздоравливающим Кордом, но она была почти невидима, даже когда не заботилась о нуждах шамана. На самом деле, она проводила большую часть своего времени, отсыпаясь в задней части повозки с туромом, что Роджер списал на восстановление после всего того времени, которое она провела с больным Кордом. Во всяком случае, она определенно заслужила время на отдых, и, похоже, тоже шла на поправку. Во всяком случае, сегодня ее уровень энергии, казалось, был на подъеме, и в данный момент счастье от того, что она дома, было написано в каждой черточке языка ее тела.

- Город через дорогу - Мадх-Хем, а ближайший, разрушенный, - Утомоф. Он перешел к кратам во времена моего прадеда, и они перешли к осаде стен самого Мадх-Хема. Но во времена моего дедушки мы загнали их обратно в Квейкаф и построили Нопет-Нуджам. Они понесли тяжелые потери в той битве, и с тех пор редко посылали против нас большие силы.

Она посмотрела вниз на атакующую армию и покачала головой одним из усвоенных ею человеческих жестов.

- Я боюсь, что мы, как сказали бы вы, люди, "поставили им галочку", - добавила она. - Могу я одолжить ваш бинокль, пожалуйста?

Роджер передал ей бинокль. Он был более неуклюжим, чем системы его шлема, но он также был более мощным, и Пиди несколько мгновений наблюдала через них за ближайшей крепостью. Затем она кивнула.

- Эмблема моего отца на стенах, наряду с эмблемами практически всех вождей кланов. Интересно, кто защищает Мадх-Хем?

- Полагаю, мы должны пойти и выяснить, - сказал принц, обновляя свою карту, чтобы отразить свежую информацию и загрузить ее в сеть. Панер решил, что люди могли бы воспользоваться маломощной сетью межимплантной связи с низкой вероятностью перехвата. Было маловероятно, что стандартный спутник связи и разведки, который располагался над портом, смог бы их засечь.

- Отец не обрадуется ничему из этого, - предупредила его Пиди.

- Даже не тому, что ты вернулась? - беспечно спросил Роджер. Затем он улыбнулся. - Ну, в таком случае, нам просто нужно посмотреть, сможем ли мы убедить его стать счастливее.

* * *

На организацию встречи ушло почти три часа. Солнце уже клонилось к закату, когда Роджера, Панера и группу морских пехотинцев и мардуканцев, включая Пиди и непреклонного, хотя и едва передвигающегося Корда, привели в присутствие Гастана.

Отец Пиди был низкорослым для мардуканца, ненамного выше средней мардуканской женщины, но широким, как стена. Двойные мечи, которые были обычным вооружением воина шинов, были перекинуты через его спину, и вместе с группой увешанных трофеями вождей за его спиной он был настоящим изображением варварского военного вождя.

Роджер махнул Пиди вперед, и она встала перед своим отцом с кожаной сумкой в одной руке и склонила голову.

- Отец, я вернулась.

- Так мне сказали. - Гастан говорил тихо, едва удостоив людей взглядом. - Бенан, - добавил он.

- Бенан, отец, - согласилась она. - И в союзе с людьми.

Никто не мог бы не заметить ударения, которое она сделала на этом последнем существительном, или едва заметного вызова в языке ее тела. Но если Гастан и заметил что-либо из этого, он не подал абсолютно никаких признаков этого.

- Подозреваю, у тебя есть что-то для меня в сумке?

Пиди снова слегка поклонилась. Затем она полезла в сумку и достала голову верховного жреца Кирсти. Она протянула ее за рога, и шепот пробежал по толпе вождей, как ветер на перевале. Гастан мгновение созерцал его, затем протянул руку и забрал у нее.

- Захвачено тобой?

- Да, отец.

- У меня армия у ворот, я ищу повод, и у меня есть дочь, которая признается в преступлении. Ты знаешь, что мы находимся - были - в мире с кратами. Наказание за такое преступление должно назначаться жрецами огня.

- А как насчет их проступка против нас, отец? - зарычала она. - А как насчет захвата моего отряда, нападения на Мадх-Хем?

- Цена, которую мы принимаем, чтобы предотвратить... это, - сказал он, указывая одной вторичной рукой в направлении похожих на прибой звуков боя. Роджер внезапно осознал, что они находятся очень близко к вершине стены, вероятно, на верхних уровнях одного из бастионов, примыкающих к главным воротам.

- Как ты думаешь, что я должен сделать, дочь? - спросил Гастан через мгновение.

- Полагаю... - Она на мгновение заколебалась, затем вдохнула и гордо подняла голову. - Я полагаю, меня следует передать жрецам. Если это положит конец войне.

- Только через мой труп, - непринужденно сказал Роджер и улыбнулся.

- Возможно, человек, - сказал Гастан. - И нам еще предстоит разобраться с вами. На самом деле, жрецы огня направляют свою злобу не на мою дочь, а на некоего "барона Чанга". Это ты, человек?

- Возможно, - ответил Роджер. - И ты тоже не отдашь меня, как ягненка на заклание.

- Барон, - задумчиво произнес Гастан. - Это дворянин из ваших человеческих земель, да?

- Да, - согласился Роджер.

- Ты несешь ответственность за благо других, "барон"? Ты держишь их жизни в своих руках и чувствуешь тяжесть этого?

- Да, - серьезно ответил Роджер.

- Я потерял более четырехсот воинов шинов с тех пор, как началась эта война, "барон". Включая Тертика, моего сына и наследника. - Роджер услышал, как Пиди резко вдохнула, но внимание Гастана не отрывалось от человека. - Это цена, которую я и мой народ уже заплатили. И ты думаешь, что я бы дрогнул при мысли о том, чтобы передать тебя кратам, если это положит конец этой бойне?

- Я не знаю, - сказал Роджер. - Однако я хотел бы спросить тебя об одной вещи. Если бы они подошли к тебе, указали на одного из твоих воинов и сказали: "Отдай его нам. Мы принесем его в жертву Богу и пожрем его, и это положит конец этой войне", - согласился бы ты?

Гастан долгое время спокойно смотрел на него, затем сделал двусмысленный жест.

- А ты бы согласился? - ответил он.

- Нет, - сказал Роджер. - Это был выбор, поставленный перед нами, и я отверг его. Демонстративно.

- Хммм. Но за кого именно ты несешь ответственность, "барон"? Эту группу? Этих оборванных наемников? У людей, похоже, их в избытке. Почему бы не отдать одного, если это спасет других?

- Потому что люди и мардуканцы не пешки, - сказал Роджер, затем вздохнул. - Я полагаю, я могу стоять здесь и обсуждать это весь день, если тебе нравится, но на самом деле это не моя сильная сторона. Так ты собираешься попытаться убить нас или нет?

- Так быстро в бой, - сказал Гастан с юмористическим жестом. - Как ты думаешь, ты бы победил?

- Это зависит от вашего определения понятия "победа", - сказал Роджер. - Мы выберемся из этой цитадели живыми, хотя и не все, и мы соберем нашу группу и уйдем. Вас захватят краты, пока вы будете пытаться - и потерпите неудачу - убить нас, и пока это произойдет, мы будем продолжать двигаться прямо к космопорту. Нет ничего такого, чего бы мы не делали раньше. Это, однако, поставит галочку для бенан моего аси. Я должен это обдумать.

- Хммм, - снова сказал Гастан. - Вы просто собираетесь дойти до космопорта пешком, "барон"?

- Конечно, - сказал Роджер. - В конце концов, мы люди. Они примут нас.

- Я вижу, что ты попал в дурную компанию, - сказал отец Пиди. Одна из бровей Роджера приподнялась от очевидной непоследовательности, и Гастан указал на журналиста ИАО, который спокойно записывал всю встречу. - У нас есть предупреждение из канцелярии губернатора о том, что этот человек является разыскиваемым преступником, опасным предателем и вором, который должен быть возвращен в порт для суда, - сказал он.

- Я кто? - Мансул опустил "Зуйко" и впился взглядом в Гастана.

- У меня есть и другие подобные сообщения, - продолжил шин, как будто журналист никогда не говорил. - В одном из них упоминается группа людей, оборванных наемников, которые могут попытаться выдать себя за имперских морских пехотинцев. Они должны считаться очень опасными и должны быть убиты на месте и без предупреждения. За их головы назначена награда - на самом деле, очень привлекательная. Что вы об этом думаете, "барон"?

- Гастан, ты знаешь, что это ложь, по крайней мере, обо мне! - запротестовал Мансул. - Так что ты должен понимать, что все остальное тоже ложь!

- Я должен? - легко спросил Гастан. - Тише, Гарвард Мансул. Я хочу услышать ответ этого благородного человека. Этого "Барона Чанга".

Роджер рассматривал Гастана долгую, медленную минуту, затем кивнул.

- Меня зовут, - сказал он четко и внятно, - принц Роджер Рамиус Сергей Александр Чанг Макклинток. И я собираюсь подтереть пол губернатором. И любым другим, кто встанет у меня на пути.

- Понял, - прорычал Панер, и его рука опустилась на рукоятку своего шарикового пистолета.

- Тише, защитник, - сказал Гастан, поднимая свои руки в знак умиротворения как командира морской пехоты, так и своих собственных вождей, которые сдвинулись при движении человека. - Тише, Арман Панер. Тише, люди, шины. Друзья. Я думаю, друзья, о да.

Он поднял голову верховного жреца. Климат Мардука не был к ней благосклонен, и он мгновение холодно рассматривал отвратительный предмет, затем оглянулся через плечо на одного из своих стражников.

- Принеси мне мой символ власти.

Он подождал, пока трофейный посох вынесут вперед, затем направился к внешней двери. Люди последовали его жесту, и когда они ступили на стены, бычий рев шинов и вой сил кратов, выстроившихся против них, ударили им в лицо, как волны избыточного давления от далеких взрывов.

Большой рог, длиннее роста Роджера, был прикреплен к стенам, очевидно, в готовности к такому моменту, и Гастан сначала подул в боковой клапан. Скорбный гул прорвался сквозь шум битвы, и лица снизу повернулись к нему. Он дал им несколько мгновений, затем открыл встроенную в него переговорную трубку.

- Краты! - взревел он, и эффект рупора заставил его голос эхом прокатиться по долине подобно раскатам грома. - Вот голова вашего верховного жреца! У нас есть люди, которые принесли это в наши стены! И вот ответ долины Мадх-Хем на ваши требования!

Он высоко поднял голову обеими настоящими руками и плюнул на нее, его движения были достаточно широкими, чтобы их можно было наблюдать по всему полю боя. Затем он прикрепил ее на самый верх посоха, подняв его так, чтобы все могли видеть, и вставил окованную железом ножку посоха в гнездо на вершине зубчатой стены.

Он оставил его там и зашагал обратно в зал совещаний, даже не оглянувшись, расправив плечи, в то время как оглушительные крики шинов на стенах выражали ликующий вызов кратам. Роджер и его спутники последовали за ним, и Гастан мрачно повернулся к ним.

- И, похоже, союзники моей дочери - это и мои союзники, - сказал он. - Но, принц Роджер Рамиус Сергей Александр Чанг Макклинток и капитан Арман Панер из бронзового батальона, если вы думаете, что спешите в порт Мардука, не помогая нам выбраться из этой передряги, в которую втянула нас моя дочь, вы жестоко ошибаетесь.

* * *

- Есть человеческая группа имперского бюро расследований, - сказал Гастан, передавая кувшин вина. - Ты знаешь это, да?

- Да, - согласился Роджер, наливая бокал вина. Встреча была сужена до основного персонала и нескольких лидеров племен. Фотограф ИАО сумел втиснуться в группу и незаметно снимал на заднем плане, а Роджера - неизбежно - сопровождала Догзард. Но на этот раз численность свиты Роджера не вышла полностью из-под контроля.

Пока их командиры устраивались, чтобы обсудить ситуацию, обе группы подчиненных оценивали друг друга и задавались вопросом, кто принесет больше пользы.

Шинов, конечно, было больше. При первых признаках нападения кратов Гастан собрал племена, и был представлен каждый сегмент гор Шин. Существовало по меньшей мере три отчетливо обособленные группы, различимые по их доспехам и оружию, а также по их особенностям.

Самой многочисленной группой, по-видимому, была группа, тесно связанная с отцом Пиди. Они были примерно нормального роста для мардуканцев, вооружены разнообразным оружием - в основном мечами и боевыми топорами - и носили доспехи, которые варьировались от легкой вареной кожи до тяжелых пластин. Их рога, как и у Корда, были высокими и округлыми, с выступающими гребнями по бокам. У многих из них были замысловатые украшения на рогах и шлемы, предназначенные для того, чтобы наилучшим образом их демонстрировать.

Вторая группа больше напоминала офицеров кратов. Они были экипированы почти так же, как командиры Цепа, в тяжелых латах и кольчужных нижних рубахах, вооружены длинными мечами и квадратными щитами. У них также была надменная осанка, которую Роджер привык ожидать от кратов.

Как оказалось, они были лидерами кланов из "низинных" долин, где влияние - и деньги - кратов были самыми сильными. На них часто совершались набеги, поэтому они, как правило, были непоколебимы в бою, но они также были готовы к переговорам, если битвы можно было избежать.

Последняя группа казалась самой бедной и была вооружена копьями и немногим другим. Физически они были ниже среднего мардуканца, а их рога были странными - очень темного цвета и резко загибались назад вдоль черепа. Их старший лидер клана был одет в легкую кольчугу поверх вареной кожи и нес огромный и явно древний боевой топор. Из предыдущих брифингов Пиди и подслушанных комментариев Роджер знал, что это были кланы с самых задворок высокогорья; шины, которых видели только раз в поколении - настолько редко, что многие из других шинов считали их не более чем легендой.

- В порту есть агент ИБР, - продолжил Гастан. - В настоящее время он не поддерживает связь со своим начальством, но он действовал против губернатора, ожидая, когда появится один из его контактов. Именно он связался со мной и начал тайком вывозить из порта людей, которые, по его мнению, подвергались риску. Он просил о какой-то довольно экстраординарной помощи в вашем отношении, поэтому я заставил его сказать мне почему. Он многое мне рассказал - не все, я уверен, но многое - и дал мне это. - Гастан передал чип с данными. - Ваша "империя" находится в тяжелом положении, принц. Боюсь, у меня очень плохие новости.

- Что? - спросил Роджер. Он пожал плечами и сделал глоток вина. - Как бы плохо ни было на этой планете, насколько хуже может быть дома?

- Порт закрыт для вас. Губернатор продал свою душу вашим врагам, "святошам". Они не всегда находятся в системе, но часто бывают, и сюда почти год не прилетал ни один имперский космический корабль. Насколько кто-либо может судить, империя забыла здесь всех. Без корабля, даже после захвата порта, покинуть планету невозможно, и если святоши обнаружат, что их купленный губернатор свергнут, ваши жизни ничего не будут стоить.

- В наших собственных оценках мы заходили так далеко, - сказал ему Роджер. - С другой стороны, ваш анализ того, насколько ничтожны наши шансы, довольно убедительно наводит на вопрос. Если наши шансы так плохи, и если святоши собираются обрушить на нас столько горя, когда они прихлопнут нас, почему ты должен рисковать, помогая нам?

- Губернатор вступил в союз с кратами. Он еще не использовал ваше человеческое оружие против нас, но если краты не сокрушат нас этой атакой, это будет только вопросом времени, когда он поступит так. Он уже сделал это в поддержку "сына огня" ближе к вашему порту. Рано или поздно он сделает это и здесь, и когда это случится, мы не сможем сопротивляться. Агент ИБР пообещал мне, что если мы поможем ему, он обеспечит нам поддержку, когда планета будет отвоевана. Это слабая надежда, за которую можно цепляться, но лучше, чем ничего.

- Что ж, в таком случае, позволь мне подкормить ее для тебя, - сказал Роджер. - У нас нет времени, чтобы я мог точно объяснить вам, сколько наших законов губернатор и его приспешники нарушили здесь, на Мардуке. Давайте просто скажем, что условия, которые он создал в одиночку, заставили бы империю вмешаться, чтобы возместить ущерб. Но в дополнение к этому, я лично гарантирую, что также последует благодарность Дома Макклинток. Если это последнее, что я сделаю, краты и их налеты будут остановлены.

- Но чтобы это произошло, нужно предположить, что ее величество может побеспокоиться о том, чтобы найти Мардук на карте, - вздохнул Гастан. Роджер слегка напрягся, и мардуканец сделал быстрый жест отрицания. - Я не ставлю под сомнение ни ваши законы, ни ваше слово, ни вашу честь, принц Роджер, но временами даже самый благородный из лидеров должен в первую очередь обращать внимание на проблемы, которые находятся ближе к дому, и есть новости похуже, чем я уже сообщил вам.

Роджер сидел очень прямо на своей подушке, пристально глядя на мардукского военачальника, и Гастан поднял обе вторичные руки в сложном жесте сочувствия.

- Была попытка свергнуть вашу мать, императрицу, - спокойно сказал он. - Подразделения ваших морских рейдеров атаковали дворец. Они были отбиты, но не без больших человеческих жертв и большого ущерба дворцу.

- Мама? - лицо Роджера было каменным, все выражение застыло в почти мгновенной реакции, но холод межзвездного пространства внезапно пронзил его сердце и живот, и, несмотря на все его потрясающее самообладание, он знал, что его голос был ровным от шока... и страха. Он почувствовал внезапное, ледяное молчание других людей позади него, но он не отводил взгляда от Гастана. - Моя мать жива? - спросил он тем же ровным голосом.

- Это так, - сказал Гастан, - хотя она была ранена в бою. Но есть кое-что похуже, принц. Гораздо хуже. Мне прискорбно сообщать тебе, что твои брат и сестра мертвы. Как и дети твоего брата. Он и они были убиты во время нападения на дворец; корабль вашей сестры был уничтожен в космической засаде.

- Черт возьми, - прошептал Джулиан в ошеломленной тишине. - Означает ли это то, о чем я думаю?

- Я думаю, что нет, - сказал Гастан. - Во всяком случае, нет, если ты имеешь в виду то, во что я верю, что ты делаешь. Потому что, по словам императрицы, заговорщиком, сыгравшим центральную роль в покушении, является не кто иной, как ее младший сын, принц Роджер Макклинток. И за свои преступления он и все, кто был с ним, объявлены вне закона за государственную измену.

* * *

- Общая схема такая же, как та, которую дал нам Гастан, - сказал Джулиан, перенося данные из своего блокнота в системы других. Для этого случая собрание морской пехоты действительно было сужено; все, кроме основного командного состава, были исключены. Решения должны были приниматься на основе информации на чипе, и характер этих решений в обозримом будущем определял действия того, что осталось от роты Браво.

- Во всяком случае, - продолжил сержант разведки, - детали еще хуже.

- Переворот, по-видимому, был попыткой флота взять ситуацию под свой контроль. Во всяком случае, таков официальный анализ, но рассуждения действительно туманны, и никто активно не взял на себя ответственность ни за одно из действий. Все налетчики были убиты либо во время штурма, либо в результате ответной высадки линейных морских пехотинцев. Насколько я могу судить, практически весь личный состав императрицы был уничтожен, удерживая нападавших до тех пор, пока линейные пехотинцы не смогли напасть на них сзади. - Он поднял взгляд от своего блокнота, мрачные глаза встретились с глазами других морских пехотинцев. - Похоже, мы фактически все, что осталось от полка, шкипер, - сказал он Панеру.

- Я уже предполагал это, - тихо сказал капитан. На мгновение повисла тишина, пока он и его подчиненные думали обо всех мужчинах и женщинах, которых они никогда больше не увидят. Мужчины и женщины, которых они считали дома в безопасности, в то время как они сами прокладывали себе путь через дымящийся ад Мардука.

- Продолжайте, сержант, - наконец сказал Панер, его голос был все еще тихим, но непоколебимым.

- Да, сэр. - Джулиан снова взглянул на свои записи, затем продолжил. - Этот агент ИБР - Тему Джин - включил группу статей из различных электронных новостных агентств, а также аналитические статьи из Джейн'с, Торт и АстроСтрэтеджи, а также полные электронные новости из ведущих изданий. Все они проиндексированы, и он выделил некоторые из них. Я только бегло просмотрел их.

- По-видимому, переворот застал ИБР врасплох. В штаб-квартире ИБР была взорвана авиабомба - теперь это груда обломков. Глава ИБР в то время находился в штабе флота Метрополии. На него также напали, но ему удалось выжить и начать контратаку, в том числе вызвать десант морских пехотинцев флота Метрополии. Нифермаат, заместитель командира ИБР, в то время находился за пределами планеты, и теперь его разыскивают для допроса. Об этом есть записка от Джина. Он думает, что исчезновение Нифермаата, вероятно, указывает скорее на то, что он мертв, чем каким-либо образом связан с переворотом.

- Причина? - категорично спросил Панер.

- Оказывается, Нифермаат был в цепи командования Джина. Приказ Джину залечь на дно поступил примерно через два дня после переворота вместе с запиской, в которой в основном говорилось, что реальная правовая ситуация неясна и что все агенты должны игнорировать приказы любого вышестоящего органа, если они не могут подтвердить, что они действительны.

- Это может быть просто Нифермаат, вырезающий часть ИБР, - размышляла О'Кейси. - Или это может быть дезинформация, направленная против Роджера.

- Что, черт возьми, заставляет тебя так думать? - спросил Роджер. - Как кто-то вообще мог узнать, что мы здесь - что я здесь - чтобы быть дезинформированным в первую очередь?

- Не знаю, - сказала О'Кейси. - Но когда вы начинаете погружаться в эти запутанные игры империи, вы должны осознавать, что некоторые из них очень глубоки и очень странны. И что некоторые из них просто странные, но выглядят глубокими и таинственными, потому что люди, управляющие ими, настолько сбиты с толку.

- Пока, если не появится что-то еще, мы будем считать данные Джина достоверными, - решил Роджер. - Просто имейте в виду, что это может быть неправильно.

- Очень хорошо, ваше высочество, - согласился Джулиан. - Мы скоро вернемся к предположениям Джина, но сейчас я просто скажу, что согласен с ними. И если он прав, это означает, что Нифермаат - козел отпущения. Мертвый. Или, по крайней мере, в бегах и скрывается.

Он еще раз заглянул в свой блокнот и кивнул.

- Ваша мать жива, ваше высочество, но, согласно отчетам, она была ранена. Это всего лишь последняя информация в списке, где она вообще появляется на публике... в сопровождении принца Джексона и графа Нью-Мадрида.

- Моего отца? - Роджер уставился на него в полном недоумении.

- Да, ваше высочество, - подтвердил Джулиан. - Теперь он считается будущим супругом, помолвленным с твоей матерью.

- Срань господня, - сказал Роджер очень, очень тихо. - Понимаю, почему ты думаешь, что в Дании есть что-то подозрительное.

- Согласно сообщениям в новостях, сообщалось, что мы все погибли вместе с Роджером, когда "Деглоппер" не прибыл на Левиафан по расписанию, - продолжил Джулиан. - Похоже, наша "кончина" произвела сильное впечатление на службы новостей... пока не произошла попытка государственного переворота и не отодвинула нас в конец очереди.

- Я думал, что история заключается в том, что за всем стою я, - сказал Роджер.

- Да, сэр, но это недавнее событие. На самом деле, совсем недавнее. Это появилось только в последних новостях от Сола, и это представляет собой совершенно новый поворот оригинальной истории.

- Сразу после переворота наше исчезновение было связано со смертью Александры, как часть общей атаки на императорскую семью, но это продолжалось недолго. Я не могу сказать по данным, откуда впервые пришло это предположение, но в конце концов кто-то указал, что мы исчезли задолго до того, как остальные члены семьи подверглись нападению. Новая теория заключается в том, что на самом деле произошло то, что мы исчезли из поля зрения как первый шаг в глубоком, сложном плане Роджера по уничтожению всех, кто стоит между ним и троном. - Он натянуто ухмыльнулся своей молчаливой аудитории. - По крайней мере, мы больше не мертвы; теперь они хотят заполучить всех нас за измену.

- Стандартный протокол, - сказал Панер. - Сколько?

- Много, - сказал ему Джулиан с еще более натянутой улыбкой. - За вашу голову назначена награда в сорок миллионов кредитов, капитан.

- Надеюсь, что я буду рядом, чтобы забрать ее. - Панер ухмыльнулся в ответ, но затем выражение его лица снова стало серьезным. - Впрочем, ты прав. Что-то здесь не сходится. Что делают флоты?

- Принц Джексон приказал всем флотам, за исключением флота Метрополии, покинуть Солнечную систему. На самом деле, он отправил большинство из них в свой сектор контроля, но это также вдоль границы со святошами, так что в этом есть некоторый смысл. Однако шестой флот пока не смог двинуться с места. Согласно сообщениям, у них возникли проблемы с подготовкой логистического поезда, который им нужен для столь радикальной смены базирования. Особенно с учетом того, что все остальные командования флота действуют в одно и то же время и изо всех сил стараются удовлетворить свои собственные потребности в материально-техническом обеспечении. На данный момент они все еще находятся в секторе Кварнос.

- Адмирал Хельмут не может найти необходимые ему грузовые транспорты? - Роджер мгновение пристально смотрел на Джулиана, затем резко фыркнул. - О, да. Правильно! - Он покачал головой. - И что делают святоши, пока все это происходит?

- Насколько я могу судить, ничего. И это меня беспокоит.

- Зачем им отсиживаться в стороне? - вслух поинтересовался Роджер. - Я бы ожидал, что они прихватят, по крайней мере, несколько систем. Как, ну, Мардук.

- Из того, что Джулиан говорит о передислокации принца Джексона, многие подразделения флота направляются этим путем, - отметил Панер. - Предположительно, они тоже это знают. Так что, возможно, они залегли на дно, решив, что сейчас неподходящее время для атаки.

- И, возможно, им сказали, что если они сейчас откажутся, то позже смогут добиться уступки, - резко сказал Роджер.

- И, возможно, это тоже, - признал Панер.

- Хорошо. - Роджер глубоко вздохнул. - На данный момент мы не будем делать никаких предположений об их мотивах, просто отметим, что они еще не выдвинулись - пока - и надеемся, что так и останется. - Он снова посмотрел на Джулиана. - Однако это все еще оставляет несколько десятков других животрепещущих вопросов. Например, кто отвечает за флот? Что случилось с флотом Метрополии? И что, черт возьми, случилось с ИБР, что позволило им таким образом огорошить маму?

- Генерал Джанетто получил должность верховного главнокомандующего силами флота, - сказал Джулиан.

- А, - сказал Панер со своей первой настоящей улыбкой за всю встречу. - Превосходно!

- Э-э, - вмешалась О'Кейси. - Может быть, не так уж и превосходно.

- Почему это превосходно? - спросил Роджер. - А почему, может быть, и нет? Сначала Арман.

- Я знаю Гая Джанетто время от времени почти полвека, - сказал Панер, хмуро глядя на О'Кейси. - Он амбициозен, но он также твердо выступает за сильную империю, сильный империум. Он никогда бы не предал империю. - Он начал говорить что-то еще, затем заставил себя заметно передумать. - Что хочет сказать Элеонора? - спросил он вместо этого, его тон был наполовину вызывающим.

- Что вы совершенно правы, - ответила она. - Генерал Джанетто никогда бы не предал империю. Как он это видит.

- Ты хочешь сказать, что он может почувствовать, что необходимы какие-то действия, чтобы спасти империю от самой себя? - спросил Роджер. Панер открыл рот, но принц мягко поднял руку. - Дай ей высказаться.

- За последнее десятилетие он и принц Джексон становились все ближе и ближе, - сказала О'Кейси. - Оба они выступают за сильную оборону, хотя интерес Джексона к таким вопросам... сложный. Во-первых, состояние его семьи тесно связано с оборонной промышленностью. Во-вторых, он самый выдающийся дворянин сектора Стрельца, поэтому он постоянно осознает угрозу со стороны святош. Это дает ему две причины выступать за сильную защиту, и именно поэтому его так часто можно встретить в комитетах, связанных с обороной.

- Что плохого в желании иметь сильную защиту? - спросил Панер. - Это большая, уродливая галактика, советница.

- Проповедую здесь перед знающими людьми, капитан, - серьезно сказала О'Кейси. - Но есть неизбежные вопросы. В процессе закупок много коррупции - вы знаете это даже лучше, чем я, - и Джексон и его семья имеют отношение ко всем пирогам. Он также установил очень дружеские отношения с большинством высшего офицерского состава. Очень дружеские отношения. Он не только приглашает их на вечеринки и званые обеды, но даже зашел так далеко, что подписал займы для некоторых из них. Даже покрыл некоторые из них, когда они объявили дефолт.

- Это противоречит правилам флота, - сказал Панер. - Если это правда - я не говорю, что это не так, заметьте, - но если это правда, где, черт возьми, был генеральный инспектор? И почему меня не пригласили?

- Полагаю, тебя не пригласили, потому что ты был слишком младшим, пока не принял это командование, - сказала О'Кейси. - И, да, где был генеральный инспектор? - Она посмотрела Панеру прямо в глаза. - Кем был Джанетто последние семь лет?

- О, - сказал капитан сдавленным тоном, и его рот горько скривился.

- Джанетто считается образцом добродетели, - продолжала начальница штаба. - Вот почему в первую очередь его сделали генеральным инспектором. И, ладно, он гораздо... более покладистый парень, чем адмирал Хельмут. И ее величество изначально доверяла ему. Но за последние пару лет она получала все больше и больше указаний на то, что... Ну, давайте просто скажем, что я не удивлена, увидев его в этом. Опечалена, но не удивлена.

- Итак, что, по нашему мнению, происходит? - спросил Роджер. - Джулиан.

- Думаю, что переворот удался, ваше высочество, - категорично сказал сержант. - Думаю, что Джексон прямо или косвенно контролирует императрицу. Думаю, что Джанетто и твой отец, по крайней мере, в этом замешаны.

- Кто командует флотом Метрополии?

- Это все еще адмирал Гринберг, сэр, - сказал Джулиан после быстрого ознакомления со своими записями. - Коммодор Чан, его начальник штаба, был признан местным организатором переворота. Он был "убит при сопротивлении аресту"....

- И ты можешь верить в это так много или так мало, как тебе нравится, - с горечью добавил Роджер.

- Во всяком случае, Гринбергу удалось сохранить командование и исполнять обязанности своего собственного начальника штаба по крайней мере несколько дней, может быть, неделю или две. Трудно сказать. Однако в конце концов Чана заменил капитан Кьерульф, офицер по операциям флота, - добавил Джулиан.

- Гринберг - змей, - сказал Панер. - Если только у вас нет ничего, что можно было бы добавить в противовес, мисс О'Кейси?

- Я полностью согласна, - сказал начальник штаба. - Змей. С другой стороны, я помню, что о Чане хорошо думали.

- Возможно, он связался с плохими товарищами, - сказал Панер с гримасой отвращения. Было ясно, что он все еще недоволен и неуверен в Джанетто. - Но более вероятно, что он был удобным козлом отпущения. Но Кьерульф, сейчас. Это интересная данность.

- Ты знаешь его? - спросил Роджер.

- О, я знаю почти всех, ваше высочество, - сказал ему Панер с мрачной улыбкой. - Полагаю, быть может, не все из них так хороши, как я думал. Но Кьерульф из Гроннингена, пять лет учился в колледже, затем в штабной школе и командном колледже, плюс тридцать лет опыта.

- Хммм, - сказал Роджер. - Итак, о чем это нам говорит?

- Вероятно, он был готовым выбором, - ответила О'Кейси. - Они не могли оправдать то, что позволили Гринбергу работать постоянно без надлежащей поддержки персонала, и он был первым человеком, логически доступным, независимо от того, хотели настоящие заговорщики использовать его или нет. Если это так, то это говорит нам о том, что переворот не полностью распространился по флоту. И что не все могут быть настолько убеждены "линией партии", как им хотелось бы. Нет, если им нужно так сильно беспокоиться о показухе и рассеивании подозрений, что они поставили такого человека, как Кьерульф, в такое щекотливое положение.

- Все согласны с этим? - спросил Роджер, оглядывая лица своих советников. - Произошел успешный государственный переворот. Его контроль, возможно, еще не совсем прочен, но он движется в этом направлении. И мать находится под давлением. - Головы за столом закивали, и он поморщился. - Замечательно. Потому что если бы это было так, то была бы только одна проблема.

- Это не может продолжаться долго, - подсказала за него О'Кейси. - В конце концов, она либо нарушит их контроль, либо - если это прямой наркотик или контроль импланта - об этом узнают.

- Итак, о чем это нам говорит? - повторил Роджер. - Предположим, они думают, что я действительно мертв.

- Считаю, очевидно, что это именно то, что они думают, ваше высочество, - вставила Косутич. - "Деглоппер" был первой звездой в журнале, и они, очевидно, думают, что поймали нас. Чего я не знаю, так это того, намеревались ли они с самого начала сделать из вас козла отпущения, или это был своего рода мозговой штурм ex post facto. - Старший сержант фыркнула горьким смехом. - Знаете, с чисто тактической точки зрения, вам это должно понравиться. Посмотрите на это - у них есть идеальный Повелитель Зла! Они могут продолжать преследовать вас десятилетиями, чтобы поддерживать "угрозу", которая оправдывает любые "чрезвычайные меры", которые они решат предпринять, и они знают, что никогда не смогут поймать вас, потому что вы мертвы!

- Старший сержант права, - согласилась О'Кейси. - И если они думают, что вы мертвы, и они беспокоятся о том, что императрица выходит из-под их контроля, они, должно быть, ищут наследника. Вероятно, еще одного из Нью-Мадрида.

- А если у них не будет наследника, а с матерью все равно случится трагический несчастный случай? - спросил Роджер. - Дядя Торри, верно?

- Герцог Сан-Кристобаль, да, - согласилась О'Кейси. - Но...

- Но он чертовски близок к маразму и никогда не утруждал себя тем, чтобы завести детей, - закончил Роджер. - А после него?

- По меньшей мере дюжина претендентов, - сказала О'Кейси. - Все с более или менее равными претензиями.

- Джексон не в этой группе, - развеселился Роджер. - Но он близко. И учитывая его выгодное положение...

- Вполне вероятно, что трон достался бы ему, - сказала О'Кейси. - Но смог бы он удержать это или нет, было бы другим вопросом. Учитывая всех других конкурирующих наследников, почти столь же вероятно, что империя просто распалась бы на враждующие группировки. Конкурирующие клики все еще существуют, вы знаете, ваше высочество.

- Аррргх. - Роджер закрыл глаза и потер лицо. - Джулиан, какая дата в первом выпуске новостей, в котором говорилось, что мама была что-то вроде "жива и выздоравливает"?

Сержант быстро просмотрел и вытащил статью.

- Хороший выбор слов, сэр. "Жива и должна полностью оправиться от ран". Два месяца назад. Через три дня после нападения.

- Должно быть, это были напряженные дни, - сказал Роджер с легкостью, которая никого из них не обманула. - И я думал, что быть на Мардуке - это плохо. У нас есть семь месяцев.

- Да, - согласился Панер. - Ребенок должен родиться из ее тела.

- Что означает, что она, по крайней мере, должна быть жива, когда банка расколется, - сказал Роджер.

- Ну, технически, да, - сказала О'Кейси. - Но, это возможно...

- При других обстоятельствах, возможно, - оборвал ее Роджер. - Но не в этих. Если она умрет до того, как у них появится признанный наследник трона, тогда, как вы только что сказали, есть вероятность, что вся империя может развалиться из-за них. - Он покачал головой. - Нет, Элеонора. На данный момент она - их козырная карта. Она защищена до тех пор, пока не родится здоровый ребенок, и будет доказано, что его генетика соответствует ее все еще живому телу, чтобы придать легитимность их режиму. Затем мать умирает, Джексон становится регентом, и с этого момента он может делать все, что пожелает. Но до рождения ребенка у нее есть время, чтобы оставаться в относительной безопасности. А это значит, что у нас есть всего семь месяцев до того, как жизнь моей матери, вероятно, не будет стоить и плевка.

- Согласен, - сказал Панер. - В то же время, ваше высочество, мы должны разобраться с другими нашими проблемами, прежде чем сможем что-либо сделать с этой. Нам просто нужно будет пересечь этот мост, когда мы к нему подойдем.

- Действительно, капитан. Действительно. - Роджер печально вздохнул. - Ну, если бы это было легко, они не платили бы нам больших денег.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Гарвард Мансул прятался прямо за пределами зала совещаний, когда закончилось собрание.

Журналист редко задавал принцу какие-либо вопросы, предпочитая прокачивать младших морских пехотинцев и мардуканских наемников, которые были более чем готовы поделиться своими историями. И, конечно же, его не пригласили присутствовать на самом совещании командного состава. Но он получал многочасовые видеозаписи принца, и это начинало беспокоить О'Кейси.

Она вышла из зала совещаний как раз в тот момент, когда Мансул бросился за Роджером, протянула руку и схватила его, прежде чем он смог убежать. Он посмотрел на нее с некоторым удивлением, но у начальницы штаба за время путешествия по Мардуку развились удивительно жилистые руки, и у него хватило ума не сопротивляться, когда она потащила его обратно в теперь уже пустой зал.

- Нам нужно поговорить, - любезно сказала она.

- Да, мэм, - сказал журналист. - Я стараюсь держаться в стороне.

- И вы преуспеваете, - отметила она. - И я знаю, что это чертовски захватывающая история. Но это не обязательно то, что ИАО сможет опубликовать, когда мы вернемся.

Мансул вздохнул и кивнул.

- Я понимаю это. Но знаете ли вы, что намерен сделать принц? Собирается ли он связаться с императрицей, когда мы вернемся? Как мы собираемся возвращаться?

- Это... еще не решено, - тянула время О'Кейси. - но... Вы понимаете, почему мы должны начать исключать вас из некоторых собраний?

- Понимаю, - повторил Мансул. - Но вы же знаете, что это не просто хорошая история. Это разворачивающаяся история. И какая история! Я имею в виду, это лучшая история за тысячу лет! Он мог бы сам сыграть главную роль!

- Что вы имеете в виду? - спросила начальница штаба.

- Пойдемте со мной, - сказал Мансул и взял ее за руку. - Я хочу вам кое-что показать.

Он вывел ее за дверь и потащил по коридору, время от времени спрашивая у стражника, как пройти к принцу.

В конце концов они нашли его на зубчатой стене, где он совещался с местным руководством шинов. Небо, как всегда, было серым, но яркое оловянно-облачное сияние могущественного солнца Мардука было почти в зените, и день был ярким - жарким и почти сухим на этой высоте. Преобладающий ветер в этом районе дул с ледников в верхней части долины, и в некоторые дни он усиливался почти до штормового. Сегодня он двигался со скоростью около тридцати километров в час, и волосы принца были распущены. Они развевались на ветру, пока он совещался с местными вождями, указывая на далекие линии фронта.

- Вот, - сказал Мансул.

- Что?

- Это то, на что я привел вас посмотреть, - ответил он. - Никто этого не видит. Я хочу, чтобы вы посмотрели на принца и сказали мне, что вы видите. Не торопитесь.

- Я очень занята, мистер Мансул, - сказала начальница штаба. - У меня нет времени на игры. Это принц Роджер.

- Это не игра, мисс О'Кейси, - серьезно сказал он. - Теперь смотрите.

О'Кейси посмотрела на Роджера. Он разговаривал с Гастаном и одним из других полевых командиров шинов в сопровождении Панера и Косутич, все еще едва двигающегося Корда, группы телохранителей васинов и диаспранцев и Догзард.

- Я вижу Роджера и компанию, - огрызнулась она. - Что насчет этого?

- Опишите его, - тихо сказал Мансул. - Как если бы вы писали статью.

- Высокий мужчина... - начала она, а затем внезапно остановилась.

Высокий мужчина, сильно загоревший под чужим солнцем, с мечом за спиной и пистолетом на боку, его распущенные светлые волосы развеваются на ветру. Он был окружен группой могущественных, умных, способных последователей, которые не просто были готовы следовать за ним куда угодно, но уже сделали это - и сделают снова, в любой момент, даже зная, какие невыполнимые задачи стоят перед ними. Его лицо было молодым, но с почти древними зелеными глазами. Глазами человека, который уже прошел через дюжину адов...

- О... боже... боже, - пробормотала она.

- Теперь вы понимаете. - Шепот журналиста был странной смесью восторга и чего-то очень похожего на благоговейный трепет. - Это не просто история всей жизни. Это история столетия - возможно, тысячелетия. Вы не смогли бы оторвать меня гравитационным домкратом.

- Это... - Она покачала головой, пытаясь прогнать видение. - Это просто Роджер.

- Нет. Это не так, - сказал журналист. - И, поверьте мне, вы не та мисс Элеонора О'Кейси, которую я мельком видел во дворце. Вы выжили, мисс О'Кейси. Конечно, вы были защищены, но готовы ли вы сказать мне, что вы тот же человек, каким были до этого потрясающего похода?

- Нет, я не такая. - Наконец она вздохнула и бросила еще один взгляд, прежде чем отвернуться. - Но это все равно глупо. Мне все равно, кем он стал, он все еще Роджер.

* * *

- Это глупо, - пробормотал Роджер. - Я беру свои слова обратно. Есть такая вещь, как слишком много излишеств.

Они наблюдали за линиями осады кратов с вершины западной стены, пытаясь определить, могут ли силы Роджера что-нибудь добавить к обороне. Панер притащил на зубчатые стены всех старших командиров вместе с основным "боевым штабом", чтобы они хорошенько все рассмотрели. И это выглядело не очень хорошо.

- Да, - сказал Гастан с жестом веселья. - Это немного ошеломляет, не так ли?

Это выглядело очень похоже на то, как если бы Кирсти перебросила всю свою армию целиком на равнину. С гор, будучи рядом с запряженной туромом повозкой Пиди, эта армия выглядела как большой муравейник; со стен она выглядела как... огромный муравейник.

Палаточный городок в тылу имел протяженность почти четыре километра в одну сторону, разбитый на три отдельных лагеря с обычными дорогами и хорошо продуманной системой сбора мусора и личных отходов. Последние, по-видимому, в первую очередь вывозились на грузовых повозках, а не просто сбрасывались в реку, что поразило людей как лучшая полевая гигиена, с которой они когда-либо сталкивались. С другой стороны, было очевидно, что большинство сил не проводили много времени под прикрытием.

Перед цитаделью шинов разворачивалась обычная осада. Десятки отдельных зигзагообразных коммуникационных траншей вели вперед из района лагеря кратов к гораздо большей траншее, параллельной стенам. Параллельная траншея была прикрыта прочными деревянными частоколами, и время от времени с огневых точек вдоль параллели вели огонь бомбарды. Но использовавшиеся бомбарды были невелики; они все еще находились достаточно далеко от крепости, чтобы едва попадать в зону поражения; и их было не очень много. В сочетании с их низкой скорострельностью их воздействие на оборону было незначительным... пока.

Несмотря на признаки того, что краты были здесь надолго, они, казалось, были вполне готовы уладить все быстрее, если представится такая возможность. И они, очевидно, считали, что у них есть рабочая сила, чтобы изучить... более прямые и незамысловатые альтернативы пробиванию пути через каменную кладку артиллерией. Лобовая атака - или, точнее, еще одна лобовая атака - очевидно, была предпринята ранее в тот же день, и мертвых еще не убрали от основания стен.

Силы, направленные против шинов, были огромны. Между задней частью осадных сооружений и палаточным городком были кварталы, кварталы и кварталы пехоты. Так много, что все, что большинство из них могли делать, это сидеть на земле, ожидая следующих приказов. Там буквально не было места, чтобы в любой момент времени использовать против крепости больше, чем часть из них.

- В поле зрения по меньшей мере двести тысяч солдат, - сказал Джулиан, сверяясь со своим сигналом. - Похоже, что в Квейкафе и боковых фортах может быть еще шестьдесят тысяч, и неизвестное количество в палатках.

- Хуже, чем боманы, - пробормотал Растар. - Эти ублюдки организованы.

- Большинство из них возвращаются в палатки ночью, - сказал Гастан. - Они нужны не только для укрытия, но и для тепла, и им приходится чистить свои красивые доспехи, не так ли?

- Подозреваю, что они тоже ждут, пока вернутся, чтобы заняться своими делами, - прокомментировал Хонал. - В противном случае, они бы уже были по колено в дерьме.

- Если бы они просто атаковали все сразу, они бы сокрушили вас, - сказал Панер, игнорируя посторонние разговоры.

- Возможно, - ответил Гастан с жестом смирения. - А возможно, и нет. Двигать их всех вперед одновременно - это... это своего рода вызов. Это требует очень сложной координации. И им пришлось бы укладываться друг на друга, чтобы добраться до верха стены. Мы являемся основным источником любого количества сырья для кратов, включая древесину, поэтому у них возникают небольшие проблемы с поиском достаточного количества материалов для лестниц. Тогда, даже если бы они захватили крепость, им пришлось бы управлять группами, которые были в ней. Они и раньше захватывали участки стены, но те краты, которые вступали на них, просто слонялись наверху, гадая, что делать дальше, пока мы не контратакуем и не убьем их или не прогоним. Они вполне готовы продолжать попытки штурма при малейшем шансе, что один из них может сработать - у них определенно есть для этого рабочая сила! - но они также прибегли к более сложным средствам.

Он махнул в сторону обнесенной частоколом параллели... и на траншеи, зигзагообразно отходящие от нее вперед. Было очевидно, что траншеям поменьше предстояло пройти, возможно, еще пятьдесят-семьдесят пять метров, чтобы достичь точки, в которой будет прорезана следующая параллель, гораздо ближе к стенам.

- Они неуклонно продвигали линии осады вперед, - сказал Гастан. - Им не нужно будет подходить намного ближе, чтобы вывести свои бомбарды на эффективную дальность действия. Когда они это сделают, они могут ударить нас достаточно сильно, чтобы вызвать брешь. Тогда они введут свои войска, и все будет кончено.

- Я мало что могу добавить, - сказал Фейн. Он делал несколько вычислений на обратной стороне стены и теперь бросил свой кусок угля и отряхнул свои истинные руки, язык тела явно выражал недовольство, когда он рассматривал цифры, которые он нацарапал на камне. - Каждому из моих товарищей пришлось бы убить тысячу четыреста из них. Я не могу гарантировать ничего больше тысячи, если только мы не получим больше боеприпасов.

Панер в задумчивости потирал подбородок. Теперь он вытащил кусочек корня бисти и отрезал ленточку.

- Скажу тебе правду, - сказал он отцу Пиди. - Нам нужно добраться до космопорта, и, судя по тому, что вы сказали, это не такой уж долгий путь отсюда. Если бы мы взяли его, мы могли бы вернуться со всей огневой мощью, необходимой нам, чтобы очистить местность от кратов.

- Это точка зрения, - согласился Роджер. - Пара кассетных бомб была бы настоящим угощением для этих парней.

- Это было бы... трудно, - холодно сказал Гастан. - Мне и так нелегко убедить своих людей в том, что вообще стоит бороться с кратами, особенно учитывая причину, по которой они сидят у нас на пороге. Если бы вы по какой-либо причине ушли, я сомневаюсь, что смог бы продолжать обеспечивать вашу безопасность. Или других моих гостей-людей.

Панер вздохнул, кивнул и отправил ломтик корня в рот. Он задумчиво жевал несколько секунд, затем пожал плечами.

- Я подозревал, что это будет что-то в этом роде. Ладно, давайте сначала попробуем несколько "старомодных" средств. Если это не сработает, мы подумаем об альтернативах.

- Думаю, это, пожалуй, наш единственный вариант, - согласился Роджер. - С другой стороны, рано или поздно нам все равно придется перейти к порту. Я искренне надеюсь, что принять это будет не так сложно, как могло бы оказаться, когда мы все-таки решимся на это, и я думаю, нам нужно подумать об этом одновременно. Арман, нам с тобой нужно сосредоточиться на том, как справиться с кратами. Но пока мы полностью разбираемся в местной ситуации и балансе сил, Джулиан, тебе нужно начать анализировать данные, которые дал нам Джин. Нам нужен путь в порт.

- Да, ваше высочество, - с сомнением произнес сержант. - Если кто-нибудь из нас останется, чтобы предпринять это.

* * *

Роджер старался не показывать своего веселья, наблюдая, как Пиди и все еще прихрамывающий, очень медленно передвигающийся Корд соревнуются за право пройти через дверь. Морские пехотинцы уже прочесали другую сторону, и даже включая Депро и Пиди, Роджер был, вероятно, самым опасным человеком из присутствующих. Но приоритет безопасности был превыше всего.

- Я уверен, что мы все здесь друзья, Пиди, - сказал он, положив руку ей на спину, когда она проходила мимо него. Затем он отдернул руку и странно посмотрел на нее. На ее спине чувствовались... комки. Если бы она была человеком, и если бы это было спереди, а не сзади, он бы подумал, что случайно положил руку на грудь. Но на ощупь они были более твердыми, как большой волдырь. Или опухоль.

Что бы это ни было, Пиди уклонилась от прикосновения. Затем к ней, казалось, вернулось ее обычное самообладание.

- И мы были уверены, что верховный жрец никогда бы не допустил, чтобы на вашу группу напали в его присутствии, ваше высочество, - сказала она. - Мой долг как бенан ясен. Я несу ответственность за то, чтобы в комнате было безопасно. Не морские пехотинцы.

- И это моя обязанность - убедиться, что это безопасно для тебя, Роджер. - Голос Корда все еще тревожно хрипел, и Роджер покачал головой.

- Тебе нужен отдых, старый друг, - сказал он. - Ты не сможешь охранять меня, если ты слаб, как однодневный басик.

- Тем не менее, это мой долг, - сказал Корд, безуспешно пытаясь скрыть, как сильно он был вынужден опираться на свое копье для поддержки.

Роджер остановился в дверях и повернулся к своему помощнику. Он посмотрел в лицо, которое теперь казалось скорее знакомым, чем чужим.

- Корд, я нуждаюсь в твоем совете больше, чем в твоей охране. И ты мне очень нужен. Уважай мое мнение в этом вопросе; тебе нужно спокойно отдохнуть. Верни себе силы. Мне неприятно упоминать об этом, но ты уже не так молод, как раньше, и тебе нужно больше времени, чтобы восстановиться. Это была серьезная рана, так что отдыхай. Иди в Мадх-Хем. Прими грязевую ванну. Иди немного поспи. Меня прикрывают морские пехотинцы, и я сам приеду в Мадх-Хем, как только завершатся последние из этих переговоров.

Корд долгое время бесстрастно смотрел на него, но затем сделал жест смирения.

- Все так, как ты говоришь. В таком состоянии я не могу выполнять свои обязанности должным образом. Я пойду.

- Хорошо! - Роджер похлопал его по руке. - Выздоравливай. Набирайся сил. Тебе это скоро понадобится.

* * *

- Доброе утро. Меня зовут сержант Эйдиб Джулиан, и я проведу первый инструктаж о предлагаемой тактике решения проблемы кратов, - сказал Джулиан, оглядывая комнату. Зал находился недалеко от центра цитадели шинов и был достаточно большим, чтобы вместить всех командиров принца и старших военачальников шинов.

Последние были чрезвычайно разношерстными. Некоторые из них представляли группы, которые находились в длительном тесном контакте с кратами, и были довольно "цивилизованными". Они появились в хорошо отполированных доспехах и, казалось, с интересом следили за инструктажем. Они казались особенно очарованными голограммой структуры сил, которую создал сержант. Однако многие другие вожди, очевидно, были выходцами из "запредельного". Последние отличались более легкой и менее ухоженной броней, а широкое разделение, которое Гастан установил между группами - и между некоторыми кланами внутри каждой группы, если уж на то пошло - предполагало, что некоторые из них предпочли бы сражаться друг с другом, чем с кратами.

- Краткий анализ относительной боевой мощи кратов и альянса шинов / морской пехоты показывает, что прямое нападение вряд ли будет эффективным, - продолжил Джулиан, приводя репрезентативную анимацию нападения шинов / людей. - Неспособность человеческих сил использовать свое плазменное оружие в сочетании с отсутствием силовой брони означает, что любое прямое нападение, даже при поддержке людей, диаспранцев и васинов, может быть поглощено без отрыжки.

Когда он закончил говорить, короткая голографическая анимация закончилась тем, что "хорошие парни" погибли на поле, а флаг кратов развевался над Нопет-Нуджамом.

- Однако альтернативы этому могут быть жизнеспособными, - продолжил он и вызвал новую анимацию. - У кратов был лишь очень ограниченный опыт обращения с атакой циванов, и у них вообще нет эквивалента "стене пик".

В анимации подразделение циванов быстро атаковало один фланг сил кратов, заставив остальных передислоцироваться. Как только они это сделали, анимация отступила, показав смутно очерченное "синее" подразделение пикинеров и ассегаев, поддерживаемое обычными силами шинов, на склонах над палаточным городком кратов.

- Если эта атака будет выполнена одновременно с атакой на палаточный городок скрытым бронированным подразделением, может возникнуть достаточный хаос, чтобы позволить крупной вылазке при поддержке диаспранцев и морской пехоты вернуть осадные рубежи и уничтожить частоколы и большинство их бомбард, прежде чем они когда-либо приведут их в действие.

"Синие" войска на склонах устремились вниз, убивая застигнутых врасплох кратов на своем пути, и анимация закончилась тем, что деревянные частоколы осадных линий, палаточный городок и огневые точки бомбард подняли столбы черного дыма, весело пылая вдали.

- И что потом? - спросил один из наиболее варварских вождей, отрываясь от рисунка, который он вырезал кинжалом на столешнице. - Ты думаешь, они повернутся и побегут после единственного поражения? Нам нужно взять Тирлот! Мы лишим их еды и отступим, как делали всегда, и, кроме того, это хорошая добыча!

- Тирлот хорошо защищен, - сказал один из вождей низин, полируя свой блестящий нагрудник. - Они оставили значительную часть своих сил там по пути наверх, а еще часть находится в Квейкафе. Если ваша неряшливая группа думает, что может взять Тирлот, прибавьте ей мощности.

- Неряшливый?! Я устрою тебе разнос!

- Хватит! - рявкнул Гастан, и его стражники ударили по полу своими церемониальными копьями. - Шем Котал, Шем Сул. Захват Тирлота был рассмотрен и отклонен. Сержант Джулиан?

- Мы могли бы взять Тирлот, - сказал Джулиан, многозначительно глядя на вождя в нагруднике. Его имплант, по сигналу Гастана, высветил имя Шем Сула перед его взором. - Конечно, мы могли бы войти в город. С нашей помощью вы, вероятно, могли бы уничтожить силы, которые, по данным шпионов Гастана, находятся в городе. Наше неплазменное тяжелое оружие могло бы разбивать двери, наша броня могла бы проделать любую дыру, необходимую, чтобы проникнуть внутрь стен, а отряд шинов и морских пехотинцев мог бы войти в город и бродить почти по своему желанию.

Он удерживал взгляд более лощеного варвара, пока тот не сделал жест согласия.

- Чего мы не смогли сделать, так это удержать его, - сказал он затем, поворачиваясь к другому вождю, Шем Коталу. - И если мы не сможем удержать его, мы не сможем перерезать их линии снабжения. Краты развернут свою армию в тыл и нападут на Тирлот, окружив стены. Эти стены едва достигают десяти метров в высоту; они могли бы встать друг другу на плечи и перелезть прямо через них. И они могут отправиться обратно по дороге на тех пайках, которые у них есть прямо здесь, в лагере - до Тирлота всего два дня пути. Когда они доберутся туда, наши силы в городе будут разгромлены. Они, несомненно, были бы вытеснены с серьезными потерями, возможно, отрезаны и уничтожены. Другие планы, предусматривающие блокирование дороги Квейкаф-Тирлот, также были отклонены по той же причине. У нас просто нет достаточных сил, чтобы противостоять армии кратов где-либо, кроме Нопет-Нуджама.

- Все это, без сомнения, правда, - сказал Шем Сул. - Но я должен согласиться с моим коллегой. - Он указал на голограмму. - Вы обсуждаете порочную атаку, не более того.

- Это лучшее, что мы можем сделать на данный момент, - сказал Джулиан. - И это разрушительная атака, которую мы можем воспроизвести почти по желанию.

- Они не так глупы, - сказал другой вождь. - Они изменят свою диспозицию. Это всего лишь десятая часть из них, которые нападают в любое время. Все, что им нужно сделать, это отвести часть других своих войск назад, и ваши рейдеры будут бесполезны.

- Тогда мы изменим тактику, - сказал Роджер. - Смысл в том, чтобы измотать их.

- В отличие от того, чтобы нас убивали впустую, - ответил Сул. - Вы будете нести потери в каждом рейде, и они выиграют битву на истощение. Я должен согласиться с Шемом Коталом; мы должны перерезать их линии снабжения. Срежьте их, и их армия засохнет на корню. Ничто другое, кроме человеческого супероружия, не сработает.

- Мы не можем использовать наше супероружие, пока не захватим порт, - сказал Панер. - И вы правы, это битва на истощение, с добавлением попыток сломить их волю. В какой-то момент мы могли бы забрать их, хотя бы для того, чтобы сжечь дотла, но только если это поможет нашей цели, которая заключается не столько в том, чтобы победить их, сколько в том, чтобы убедить их уйти. У нас недостаточно сил, чтобы убить их всех - наши руки отвалились бы прежде, чем мы закончили, - поэтому мы ищем способы убедить их, что победа просто обойдется слишком дорого. Мы рассмотрим и другие варианты, но пока нам нужно обсудить предварительный план.

Роджер внимательно слушал, но теперь он сел прямо, взял свой блокнот и начал вращать голограмму, увеличивая и уменьшая масштаб области вокруг Квейкафа. Он увеличил изображение дороги к востоку от крепости, где долина сужалась до ущелья реки Шин, зажимая дорожное полотно между стенами долины и глубокой, широкой рекой.

- Джулиан, эта карта масштабируется?

- Нет, ваше высочество. Масштаб по вертикали составляет один к трем.

- Хммм... очаровательно...

- Что, ваше высочество? - спросил Панер. Он задумчиво посмотрел на принца, гадая, что юноша задумал на этот раз. Практично это или нет, но, по крайней мере, должно быть чертовски интересно, подумал морской пехотинец, потому что на некоторых уровнях Роджер был гораздо более искусным тактиком, чем он сам.

- Возможно, здесь просто есть уязвимое место, которым можно воспользоваться, - сказал принц, снова поворачивая изображение так, как будто для просмотра поля боя с уровня земли. - Капитан Панер, вожди шинов, нам, вероятно, следует попробовать следующий план, хотя бы по одной другой причине, кроме как заставить их немного больше обороняться. Но, возможно, просто есть другой способ. О, боже, да. Настоящая слабость.

* * *

Корд повернул обратно по коридору, все еще тяжело опираясь на свое копье для облегчения, когда дверь за принцем закрылась. Пиди попыталась взять его за руку, затем отняла ее, когда он дернулся в сторону.

- Я не настолько слаб, чтобы нуждаться в твоей поддержке, бенан, - резко сказал он.

- Я прошу прощения, бенаи, - сказала она. - Я и не подозревала, что контакт с твоим бенаном был настолько ниже твоего достоинства.

- Не ниже моего достоинства, - вздохнул Корд. - Возможно, мне не следует огрызаться, но...

- Но? - Пиди открыла дверь и осмотрела коридор за ней. Гастан расставил охранников вдоль коридора, и они кивнули ей, когда она проходила. Некоторых из них она знала много лет, выросла вместе с ними. Но она чувствовала расстояние, которое теперь разделяло их, пропасть, которую трудно было определить, но которая была такой же реальной, как сама смерть. Все, что она знала, это то, что либо она отдалилась от Мадх-Хема, либо он каким-то образом отвергал ее.

- Но... - начал Корд, затем глубоко вдохнул, и не только из-за боли от движения с его частично зажившей раной. - Я знаю, что я твой бенаи, а не твой отец, - прорычал он. - Но в узах аси у мастера есть определенные обязанности. Хотя в моей культуре женщины не могут стать аси, если бы у них были... проблемы, это было бы... ответственность мастера за то, чтобы иметь с ними дело.

- Проблемы? - лукаво спросила Пиди, когда они вошли в их общую комнату. - Какие проблемы? спросила она, открывая дверь и осматривая комнату.

- Не играй со мной, Пиди Карузе, - твердо сказал Корд, опускаясь на груду подушек внутри. Тот факт, что ему едва удалось подавить стон, когда он устраивался в них, многое говорил о том, насколько на самом деле он был далек от выздоровления. - Мне слишком больно, чтобы играть в игры. Я ясно вижу твое состояние, как и любой, у кого есть глаза. Это только люди сбиты с толку. Я бы ожидал, что твой отец к этому времени будет в ярости.

- Моему отцу не пристало "кипятиться", - резко сказала она. - Как бенан, я неподвластна ограничениям моей семьи.

- Тогда это моя обязанность - расследовать ситуацию, - сказал Корд. - Ты знаешь, я в ярости из-за этого. Ни один настоящий мужчина не сделал бы этого, а затем оставил бы тебя нести это бремя.

Пиди открыла рот, потом закрыла его.

- Это мое бремя, которое я должна нести, - сказала она через мгновение. - Это был мой выбор.

- Нужны двое, чтобы сделать такой выбор, - отметил Корд, морщась, пытаясь найти удобное положение. - Где-то есть мужчина, которому нужно многое объяснить. Мужчина, который мог бы оплодотворить тебя, а затем отказаться признать этот факт - такой мужчина лишен чести.

- Это не его вина, - сказала Пиди. - Я не могу - я не буду - говорить больше. Но это моя ответственность, которую я должна нести.

Корд раздраженно вздохнул, но сделал жест смирения.

- Как пожелаешь. Я не могу представить тебя лежащей с мужчиной без чести. Но пусть это будет вашим секретом, вашим "крестом", как сказали бы люди. Я воспитаю любого из выводка, как если бы они были моими собственными.

- Я бы не стала тебя упрекать за это, - сказала Пиди, доставая бальзам, приготовленный человеческим врачом. - Это так... Это не твоя вина.

- Я, однако, мужчина чести, - сказал Корд, затем вздохнул с облегчением, когда она начала втирать мазь в воспаленную рану. - Я благодарю тебя за это, - сказал он ей, затем встряхнулся и строго посмотрел на нее. - Но возвращаясь к тому, что действительно важно, я не позволю, чтобы твоих детей растили незаконнорожденными, Пиди. Я этого не сделаю. Это будет так, как если бы они были моими.

- Понимаю, бенаи, но я справлюсь с этим, - сказала она деревянным голосом. - И ситуация с отцом... сложная. Я хотела бы, чтобы ты позволил мне справиться с ней по-своему.

- Как пожелаешь, - сказал он с очередным вздохом. - Как пожелаешь.

* * *

- Я бы хотел, чтобы это не выглядело так просто, - пробормотал Джулиан.

- Что? - спросила О'Кейси. - Что-то в этом забытом богом беспорядке кажется тебе "легким"?

Она выпрямилась на походном стуле, потирая поясницу, и ухмыльнулась сержанту. Это была очень кривая усмешка, потому что в течение последних двух часов оба они просматривали свои отдельные "фрагменты" разведданных от агента ИБР. В то время как Джулиан сосредоточился на самом Мардуке, она просматривала данные о перевороте и приходила к выводу, что Джулиан был прав относительно надежности этой информации. И о последствиях этой надежности.

На диске было слишком много данных, и они были слишком последовательными и из слишком многих известных источников, чтобы быть полностью сгенерированными локально. Но если бы это было сгенерировано центральной властью, если бы империя или святоши знали, что Роджер выжил на Мардуке, планета кишела бы поисковиками. Поскольку это было не так, данные, вероятно, были подлинными, и агент ИБР, вероятно, был на уровне. В таком случае, что бы ни случилось здесь, на Мардуке, "просто вернуться домой" больше не было подходящим вариантом.

- Если у вас есть хорошие новости, мне бы они не помешали, - продолжила она, откидываясь от своего блокнота.

- В том-то и дело, что я не знаю, хорошая ли это новость, - сказал Джулиан. - Проблема в том, что этот губернатор либо полный идиот... либо неуловимо гениальный. И я работал над предпосылкой "тонко блестящего", отыскивая подлый план.

- Я даже не смотрела, - призналась О'Кейси. - Кто такой губернатор?

- Имир Браун, граф Маунтмарч, - сказал Джулиан, затем резко поднял глаза, когда О'Кейси разразилась раскатистым смехом, прежде чем прикрыть рот рукой, чтобы сдержать последующее хихиканье.

- Ты знаешь его? - спросил Джулиан. Она кивнула, прикрыв рот обеими руками, и глаза сержанта злобно сверкнули. - Хорошо, я вижу по твоей реакции, что ты действительно знаешь его, и что он, вероятно, не такой уж и великий. Но ты должна дать ему поблажку - расти с таким именем, как "Имир", вряд ли было так уж весело.

- Ты слишком добр к нему, - заверила его О'Кейси. Еще один смешок вырвался у нее, и она покачала головой. - И поверь мне на слово, на что бы ты ни смотрел, это не глубоко продуманный план. Каким бы глупым он ни казался.

- Я почти хотел бы, чтобы это было так, - сказал сержант. - Я просто ненавижу полагаться на глупость плохих парней. Даже у идиотов есть дурная привычка время от времени оступаться и делать что-то достаточно разумное, хотя бы для того, чтобы Мерфи мог запудрить тебе мозги. Кроме того, никто на самом деле не мог быть таким тупым.

- Что он сделал? - спросила О'Кейси, глядя через его плечо на неразборчивую схему. Через мгновение она превратилась в карту порта.

- Ну, он создал разведывательную сеть во всех сатрапиях кратов, - сказал Джулиан. Он коснулся элемента управления и вывел на экран изображение континента с прокручивающимися по сторонам данными и нанесенными на карту политическими границами. - Это совсем не глупо. Но к нему поступают все эти донесения, и он не хотел, чтобы шпионы просто проходили через его парадные ворота. Итак, он проложил расчищенные полосы в обороне!

О'Кейси снова ухмыльнулась, на этот раз над выражением его лица. Недоверие смешивалось с профессиональным возмущением на лице сержанта, пока в итоге он не стал глядеть просто с отвращением.

- Это точно Маунтмарч, - сказала она. - Он блестящий манипулятор средствами массовой информации и думает, что его мастерство в этом распространяется на все. Нет ничего в мире, для чего у него не было бы лучшего и гораздо более блестящего плана. Конечно, реальность такова, что подавляющее большинство из них приводит к обратным результатам - часто плачевным.

- Кто он такой? - спросил Джулиан. - Кроме губернатора колонии, то есть?

- Раньше он был влиятельным человеком при дворе, - сказала О'Кейси, откидываясь на спинку стула. Она не потрудилась сохранить в своем импланте файлы о графе Маунтмарче, поэтому они были потеряны вместе с большинством ее справочных работ и документов, когда "Деглоппер" был уничтожен. Теперь она глубоко погрузилась в простую старую биохимическую память, пытаясь вспомнить все, что могла, о графе, и задумчиво нахмурилась.

- Это было еще в последние дни жизни дедушки Роджера, - продолжила она. - Нет особых сомнений в том, что он действительно был блестящим примером "торговца пряниками", а старый император был очень зациклен на общественном мнении. Несмотря на то, что он не был избран, он чувствовал, что воля народа должна быть соблюдена. Все это прекрасно, но править на основе опросов общественного мнения, особенно тех, которые продиктованы узкими целями, никогда не является отличной идеей. Это одна из причин, по которой у императрицы все еще так много проблем. Или были, во всяком случае, до переворота.

На мгновение их взгляды мрачно встретились. Затем она встряхнулась и продолжила еще раз.

- Подход имперской бюрократии - что она либо полностью неприкасаема, либо что ее функция заключается исключительно в том, чтобы действовать в соответствии с волей опросов общественного мнения (что на самом деле означает по воле искусных манипуляторов, таких как Маунтмарч, которые формируют эти опросы) - является огромным препятствием для того, чтобы что-либо исправить, - сказала она. - Это пережиток бюрократической инертности и инертности высокопоставленных политиков в сочетании с железным треугольником интересов сенаторов, интересов бюрократии и групп с особыми интересами и опросов общественного мнения, которые в совокупности определяют повестку дня сената, сделали практически невозможным для императрицы проведение каких-либо реальных изменений или замены худших из бюрократов более инициативными людьми.

- Но я отвлеклась, - сказала она, делая паузу, чтобы вдохнуть, затем склонила голову набок, когда Джулиан разразился смехом. - Что?

- Ну, сказать по правде, я не думаю, что слышал, чтобы ты так много говорила о ситуации дома за всю поездку.

О'Кейси вздохнула и покачала головой.

- Я знакома с доиндустриальными обществами, и заговоры и заговорщики, похоже, такие же на Земле, как и на Мардуке. Но именно современная имперская политика является моей настоящей сильной стороной.

- Я могу понять, - сказал Джулиан с еще одним смешком. - Но ты говорила о Маунтмарче?

- Маунтмарч, - повторила она. - Ну, он преуспел в том, что воспользовался шансами, которые ему были представлены - какими бы они ни были, но они, как правило, находились на "святом" конце политического спектра - и превратил мух в горы. Он знал практически всех в средствах массовой информации, и независимо от того, кто ему платил или за что, прежде чем вы могли сказать "это для детей", что бы ни привело к концу вселенной на этот раз, это было заголовком номер один во всех электронных выпусках и журналах. И внезапно, с поразительной быстротой, появились бы комитеты, и группы "голубая лента", и законодательство, и опросы общественного мнения, и неправительственные благотворительные организации - все они со списками контактов и почти одинаковыми темами для обсуждения, - появляющиеся как грибы. Это действительно была целая индустрия.

- И утечки! У него был доступ ко всем в высших эшелонах правительства его величества, либо потому, что они его боялись, либо потому, что хотели, чтобы он сделал то же самое для них. И всякий раз, когда появлялся лакомый кусочек информации, который отвечал интересам, которые он отстаивал в данный момент, это становилось главной новостью в тот день, когда он ее получал. Затем появилась Александра.

- Мать Роджера годами наблюдала, как он фактически помыкает ее отцом, и ее это нисколько не волновало. В целом, Александра сама склоняется к социалистической стороне политического спектра и защите окружающей среды, но она также осознает опасность для общества заходить слишком далеко. Поэтому, когда новейший проект, который продвигал Маунтмарч, пришелся на скоплении Лортан, она сильно толкнула его.

- Лортан? - спросил Джулиан. - Ты имеешь в виду инцидент в Лортане?

- Тот самый, - сказала она. - Маунтмарчу была предоставлена информация о том, что была отправлена оперативная группа, чтобы сбить со следа и попытаться поймать с поличным святош, совершающих набеги на лортанские колонии. Сами они настаивали на том, что это были не кто иные, как пираты, и предлагали "военную помощь в нашей нужде", но все указывало на то, что это были силы святош или силы, которые пытались изгнать людей и их "заражение" из обитаемых районов Лортана.

- Так это были святоши или пираты?

- Ну, официально никто не знает, - сказала О'Кейси. - Оперативная группа была скорее участником засады, чем ее организатором, и официально так или иначе не было никакой информации о том, были ли это святоши или пираты. Конечно, пиратский флот, который мог бы противостоять имперскому оперативному соединению, довольно маловероятен. А еще были два крейсера класса "Мьюир", которые были захвачены почти неповрежденными.

- Я этого не слышал, - сказал Джулиан.

- И не услышал бы дальше. Но когда мы вернемся и я устроюсь, то отвезу тебя на базу Харон, и ты сможешь их увидеть. Дело в том, что утечка стоила флоту почти тысячи четырехсот жизней, и Александра была недовольна.

- Значит, она свалила это на Маунтмарча?

- Он был самым вероятным посредником в подобных вещах. Сделал ли это он или кто-то другой, ей действительно было все равно. Она использовала административные действия, чтобы лишить его большинства титулов, но в качестве подачки она, должно быть, отправила его на Мардук. Самый отдаленный, бесплодный, заброшенный и бесполезный пост в империи. И он находится под имперским законом, так что, если бы он хотя бы чихнул, то имел бы дело с безопасностью и ИБР, а не с местными офицерами и управлением имперского суда. Он может манипулировать теми; у него все еще есть люди, которые по какой-то забытой богом причине думают, что у него есть ключ к разгадке. Но инспекция и ИБР - это совершенно другое дело.

- Напомни мне не изображать ее с плохой стороны, - сказал Джулиан. - Конечно, думаю, что при небольшой тренировке Роджер будет почти таким же противным. Может быть, еще противнее. Самое сложное будет удержать его от убийства любого, кто его разозлит. Но прямо сейчас, по крайней мере, я могу сообщить ему несколько хороших новостей - местный командир идиот, хотя и хорошо манипулирует средствами массовой информации, и, похоже, порт будет легкой прогулкой.

- Давай не будем дерзить, - предостерегающе сказала она.

- О, мы не будем, - сказал Джулиан. - Две плазменные пушки указаны как нерабочие, но пунктом номер один будет в любом случае вывести их из строя, просто на всякий случай. Сначала мы отправим броню, чтобы снять проволоку, на случай, если она действительно там есть, а затем мины. Есть и другие детали. Мы сделаем все правильно.

- А потом сядем на корабль и отправимся домой, - сказала она.

- К чему? - спросил Джулиан. - Это будет не так-то просто.

- Нет, - призналась она. - Все в этой загрузке сходится воедино, так что я думаю, что Тему Джин набирает обороты. Все обычные подозреваемые в чем-то вроде "попытки государственного переворота" говорят все обычные вещи. На самом деле, они ведут себя настолько "нормально", что у меня возникает вполне определенное ощущение либо превосходного управления информацией, либо давления из-за кулис. Хотя "Империал Телеграф" призвала к "полному и независимому медицинскому осмотру ее величества" со "всем должным уважением к трону". С другой стороны, большинство крупных новостных агентств критикуют их за "давление на нее в ее горе".

- Как будто это имеет значение, когда на кону безопасность империи? - спросил Джулиан.

- Ну, для некоторых это так, или, по крайней мере, так говорят опросы, - сказала О'Кейси с тонкой улыбкой. - Только палата общин может потребовать вотума доверия ее величеству, и это то, что потребуется, чтобы принудить к независимому медицинскому обследованию, если наши подозрения верны. И мы не единственные, кто их озвучивает; ходят слухи, что отец Роджера контролирует разум императрицы, при этом Джексон почти не упоминается. Проблема в том, что это превращается в "теорию заговора", связывающую смерть императора Джона и все остальное, вплоть до вторжения неумолимых инопланетных жуков из галактики Андромеда.

- Слава богу, что есть галактика Андромеды! - рассмеялся Джулиан. - Без этого вообще не было бы научной фантастики!

- Действительно, - улыбнулась она. - Ну, у одного шутника это действительно система Андромеды, но он, вероятно, говорит о Ригеле.

- Возможно, - согласился Джулиан. - Еще одно любимое блюдо.

- Но если... когда выяснится, что ее контролируют, нам предстоит нелегкий подъем, чтобы убедить людей, что так оно и было. В этом случае то, что оказывается абсолютной правдой, успешно привязывается к каждой глупой, параноидальной фантазии, свободно витающей вокруг. Что означает, что это, несомненно, находится в процессе отклонения каждым "серьезно мыслящим" человеком в империи".

Она покачала головой.

- Я хотела бы быть убеждена, что это просто так получилось, но не думаю, что это так. Я думаю, что то, на что мы смотрим, - это тщательно организованная глубокая оборона. Во-первых, люди, действительно стоящие за переворотом, рассчитывают на то, что "здравомыслящие люди" сразу же отвергнут такие безумные слухи. Это сведет на нет любые попытки принудить императрицу к независимому обследованию, которое могло бы доказать, что ее контролируют, а это уже достаточно плохо. Но что еще хуже, если Роджер вернется и заявит, что его подставили и что его мать находится под контролем другого разума, будет очень, очень трудно убедить кого-либо в том, что он говорит правду.

- Но в то же время, я думаю, Джексон намеренно выставляет Нью-Мадрид в качестве "козла отпущения" - "злого манипулятора", которого "добрый регент" может обнаружить и свалить всю вину на него, если что-то пойдет не так. Он может в любой момент обыграть Нью-Мадрид, и посмотрите на другое преимущество, которое это ему дает. Нью Мадрид - отец Роджера, независимо от того, выносит его Роджер или нет. Так кто же был бы более естественным "злым манипулятором", чем отец этого заклятого предателя, Роджера Макклинтока? Очевидно, отец и сын придумали все это вместе!

Она вздохнула и снова покачала головой.

- Я уверена, что он верит, что Роджер действительно мертв, так что все это задумано для того, чтобы использовать Нью-Мадрид в качестве козла отпущения и отвлекающего маневра, если ему это понадобится. Полагаю, я могла бы даже возразить, что, по его мнению, ему, возможно, достаточно сильно нужен отвлекающий маневр, чтобы состряпать эту новую историю, обвиняя во всем Роджера, является признаком того, что его контроль намного более шаткий, чем это выглядит отсюда. Но даже при том, что он затевает это по совершенно другим причинам, для Роджера все будет выглядеть еще хуже, если Джексон "внезапно обнаружит", что Нью-Мадрид все это время контролировал "императрицу". И нам будет намного сложнее справиться с этим, чем пробиться через оборону Маунтмарча здесь, на Мардуке.

- О, уверен, ты что-нибудь придумаешь, - сказал Джулиан. - И хорошая новость заключается в том, что если ты не сможешь, то с такой же вероятностью мы все будем мертвы задолго до того, как возникнет проблема.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

- Я хотел бы, чтобы мы могли использовать трахнутые радиоприемники.

Роджер вгляделся сквозь дым поля боя и выругался. Армия кратов использовала примерно одну аркебузу на каждые десять солдат, и вместе они, морские пехотинцы справа, диаспранская пехота слева и случайные бомбарды с обеих сторон покрывали поля настоящей дымовой завесой. Системы визора его шлема обеспечивали ему гораздо лучшее зрение, чем мог бы обеспечить любой невооруженный глаз, но это мало о чем говорило. Хуже того, вздымающиеся волны дыма делали невозможным использование визуальных сигналов вместо радиоприемников. Иногда он мог пробиться насквозь коммуникационным лазером, но достаточное количество порохового дыма лишало его даже этого.

- Тяжело, не так ли, ваше высочество? - спросил Панер. - Дело в том, что до тех пор, пока мы не попали в Крат, вы были избалованы в том, что касается дисциплины выбросов. Когда у вас нет полной монополии на это, бывает много случаев, когда вы не можете позволить себе роскошь пользоваться радио. Не стоит позволять другой стороне слышать вас, независимо от того, могут они вас понять или нет. Тогда есть пеленгация. Или битва может происходить на расстояниях с задержкой, когда время обработки передач просто делает это непрактичным. - Он посмотрел на покрытые дымом поля между двумя цитаделями и кивнул. - По крайней мере, на этот раз вы почти видите, что происходит. Это дает вам хотя бы шанс судить о том, что происходит.

Позади них по каменным ступеням застучали шаги, и Роджер повернулся к гонцу, который только что появился у левой стены. Он отметил, что звук в том направлении снова превратился в обычные залпы взвода.

- Как дела, Орол?

- Капитан Фейн говорит, что враг отбит со стены и отступает, - ответил гонец, вытирая кровь из пореза у основания своих рогов рядом с глазом.

- Плохо? - спросил Роджер.

- Не совсем, ваше высочество, - сказал мардуканец с хриплым смехом. - Они не так уж много значат как отдельные бойцы; никакого сравнения с боманами. Они едва добрались до верха стены, и мы контратаковали сталью. У нас было хорошее убийство.

Роджер рассмеялся и хлопнул его по плечу.

- Иди, осмотри свою голову, старый болван, - сказал он. - Там, откуда они взялись, есть еще кое-кто.

- Да, и они вернутся завтра, - ответил мардуканец. Затем он отдал честь и направился обратно вниз по лестнице, а Роджер повернулся к Панеру.

- Похоже, что дела на той стороне почти такие же, как и то, что происходит справа. Время для вылазки?

- Я думаю, что да, - ответил Панер. - Гастан?

- Если ты считаешь это мудрым, - сказал король шинов. - Однако они могут увязнуть и попасть в ловушку, - добавил он, выглядя немного неуверенно.

- Время выяснить, - сказал Роджер и отошел к задней части стены. Его позиция выходила на внутренний двор непосредственно за воротами, который в настоящее время был забит циванами. Агрессивные двуногие всеядные животные топали своими огромными трехпалыми ногами и беспокойно огрызались друг на друга. Старшие из них понимали условия и были готовы к действию; это часто приводило к действительно хорошему корму.

- Тебе пора отрабатывать свое чертово жалованье, Растар! - крикнул он.

- Просто убедитесь, что вы рядом, чтобы прикрыть это! - крикнул в ответ последний принц Тердана, затем посмотрел на командира надвратной башни. - Откройте ворота!

Кавалерийское подразделение двинулось колонной по четыре, пересекая систему двойных рвов и обходя часть разрушенной осадной башни с самого дальнего фланга кратов, пока они не достигли внешних укреплений. Затем они выстроились в единую колонну и поехали по дороге прочь от замка прогулочным шагом. Когда последний всадник миновал крайние укрепления, вся колонна начала разворачиваться, пока не превратилась в линию, повернутую под прямым углом в сторону от проезжей части.

В тот момент, когда маневр был завершен, циваны перешли в длинный скачущий галоп по направлению к левому флангу... и почти сразу же исчезли в клубах дыма.

- Проклятье! - Роджер с отвращением уставился на дым, перегружавший тепловизионный прицел его шлема - с нетеплокровными мардуканцами это делалось проще, чем с большинством видов. - К черту все это, я направляюсь к позиции Фейна. Может быть, смогу что-нибудь увидеть оттуда!

- Очень хорошо, ваше высочество, - сказал Панер и кивком головы указал на группу морских пехотинцев и диаспранцев во главе с Джулианом, который остался охранять спину принца. - Но, пожалуйста, твердо помните, что теперь вы - первый наследник трона.

- Я так и сделаю, - вздохнул Роджер. - Я так и сделаю.

* * *

Капитан Фейн оторвался от краткого разговора с Эркумом Полом и кивнул, когда Роджер вырисовался из дыма, поднимавшегося от ружейного огня диаспранцев.

- Добрый день, ваше высочество. Как обстоят дела с остальной частью стены?

- Похоже, они нанесли самый сильный удар вот здесь, - сказал Роджер, вглядываясь сквозь дым в сторону вражеских траншей. - Мне только кажется, или они, кажется, все еще на ногах?

- На самом деле, они, похоже, обдумывают еще одно нападение, ваше высочество, - ответил Фейн. - Я бы счел это неразумным, будь я их командиром, особенно учитывая, насколько они не организованы. Но... тем не менее.

- Они не будут долго раздумывать над этим, - сказал Роджер капитану со злым смешком. - Я надеялся, что они не вернут себе свои окопы; было слишком надеяться, что они действительно будут готовиться к новой попытке.

- Ах, мы собираемся стать свидетелями атаки циванов? - спросил Фейн, а затем издал хрюкающий мардуканский смешок, когда Роджер кивнул. - Я уверен, что Хонал просто ненавидит это!

* * *

- Проклятье, я ничего не вижу! - выругался Хонал.

- Ну, если мы останемся на этом направлении, мы должны найти что-нибудь для атаки... в конце концов. Даже если мы этого не видим, - спокойно сказал Растар, сверяясь с тактической картой на человеческом планшете, который Джулиан запрограммировал для него. - Согласно этому, мы примерно в двух третях пути от сил, расположенных напротив Фейна.

- Если этот чертов диаспранец вообще знает, где он сам, - сказал Хонал, когда его циван провалился в яму. Крат, который, казалось, заблудился, вынырнул из тумана дыма и быстро умер под взмахом меча Хонала. - Давай, Вэйлан! - зарычал Хонал, стряхивая кровь со своего клинка. - Дайте нам подышать свежим воздухом!

* * *

- Надвигается дождь, - сказал Роджер, когда небо слегка потемнело. - Это должно покончить с любой видимостью.

- Перерыв в игре, ваше высочество, - ответил Фейн. - Конечно, дождь тоже мог бы немного рассеять дым, что не повредило бы. - Капитан-туземец пожал плечами, не отрывая глаз от поля перед собой. - Я действительно верю, что краты подготовили свои ответы. Возможно, вам стоит подумать о возвращении в центральную крепость.

- Черт с ними, - сказал Роджер, высовываясь и сам вглядываясь в дым. - Здесь я в достаточной безопасности.

Фейн вздохнул и оглянулся через плечо в поисках Эркума Пола.

- На данный момент вы в достаточной безопасности, ваше высочество. Но если я попрошу вас уйти назад, я должен настаивать на том, чтобы вы приняли мое суждение. Я не буду объяснять капитану Панеру, почему из-за меня вас убили.

Роджер посмотрел на него с выражением, очень похожим на удивление, затем расхохотался и кивнул.

- Хорошо, Кринди! - сказал он, вытирая глаза. - Извини, но ты там говорил точь-в-точь как Панер.

- Это не входило в мои намерения, ваше высочество, - сказал офицер, снова глядя в сторону линий кратов. - Но я не считаю это оскорблением. И, я должен добавить, это время может наступить совсем скоро.

Краты использовали знаки в человеческий рост, укрепленные на длинных шестах, в качестве ориентиров для своих подразделений. Знаки были помечены сложными цветовыми узорами, обозначавшими подразделение и ранг. В культуре, где не было радио или каких-либо других атрибутов высокотехнологичной цивилизации, такие чрезвычайно простые визуальные сигналы были единственным способом для подразделений сохранять сплоченность в дыму и неразберихе на поле боя. У кратов не было другого выбора, кроме как использовать их - или что-то очень похожее на них - если они хотели сохранить какую-либо организацию, но система также облегчала диаспранцам оценку того, когда они действительно восстановились. И они, казалось, восстановили свою игру в рекордно короткие сроки.

- Еще немного, - сказал Роджер. - Потом я уйду. - Он посмотрел в сторону цитадели кратов, которая только что исчезла за серебристой стеной. - Дождь все равно почти начался. Через несколько минут я ничего не смогу разглядеть.

Как раз в тот момент, когда он говорил, порыв ветра, который предшествует шквалу, разогнал дым, открыв поле боя во всех деталях.

- О боже, - сказал Роджер.

* * *

- Хо! Мои молитвы услышаны! - сказал Хонал, когда ветерок коснулся его щеки. Затем, когда дым рассеялся, он поморщился. - Может быть, по-другому было лучше.

Краты не просто восстановили подразделения, которые только что атаковали; они также подтянули подкрепление. Новые подразделения были развернуты блоками по обе стороны от первоначальной штурмовой группы, и несколько последних выдвигались на позиции, когда дым рассеялся. Что оставило васинов всего в двухстах метрах от ближайшего батальона кратов... который только начинал выстраивать свои линии.

- Слишком поздно беспокоиться об этом! - рявкнул Растар, оглядываясь в обоих направлениях. Удивительно, но кавалерия более или менее сохранила свою форму. - А теперь, ради Шула, не увлекайся так, что тебя отрежут или что-то в этом роде; я устал от необходимости приходить тебе на помощь. Горнист, труби атаку!

* * *

- Казу, казу Севера, - пробормотал Роджер. Васины использовали короткий рожок из металла и кости, который для человека звучал удивительно похоже на казу.

- Вот это красиво, - прокомментировал Панер через плечо Роджера.

- Я думал, ты останешься у ворот, - сказал Роджер, оглядываясь на морского пехотинца. Затем он вернул свое внимание к полю. - И, да, это так.

Копья васинов с развевающимися вымпелами опустились как одно целое, и циваны пустились в галоп, опустив головы и размахивая ногами. Этот вид был похож по внешнему виду на вымершего земного велоцираптора и почти так же опасен. В данный момент, распластавшись, размахивая хвостами, чтобы сохранить равновесие, они выглядели как самое опасное существо в галактике. Вкупе с васинами на спинах они, безусловно, были самой смертоносной ударной силой ближнего боя, когда-либо созданной на Мардуке.

- Что это за цитата? - тихо спросил Роджер. - Что-то в том, что это хорошо, что война такая ужасная?

- Хорошо, что война так ужасна, иначе мы могли бы слишком полюбить ее. - Американский генерал по имени Ли в ранний индустриальный период. В его словах был смысл.

- Это прекрасно, - сказал Роджер. - Но краты собираются проглотить их без отрыжки.

В батальоне, который атаковали васины, было по меньшей мере в три раза больше людей, чем у них самих. И это был всего лишь один из по меньшей мере двадцати, выстроенных перед стенами.

- После битвы с боманами единственное, что Растар знает, - это когда нужно отступить, - отметил Панер.

- Будем надеяться, - ответил Роджер.

* * *

Растар попытался вытащить копье, которым только что пронзил пехотинца кратов, но оно крепко застряло. Он ненавидел отказываться от преимущества копья в досягаемости, но он также знал, что лучше не превращать себя в неподвижную мишень, пытаясь вернуть его. И поэтому он продолжал двигаться, пока выхватывал свой меч и рубил одного из кишащих местных жителей как раз в тот момент, когда его циван врезался в другого. Злобные, окованные железом когти кромсали туловище своей цели, даже когда меч вонзался в плоть, но было очевидно, что они увязали.

Дело было не в том, что местные жители были обучены защищаться от кавалерии. Действительно, батальон, по которому они нанесли первый удар, исчез, разбитый и рассеянный по ветру. Но за этим стоял другой, и еще больше сил хлынуло из окопов. В этот момент васины были почти окружены просто из-за явной инертности сил кратов на обоих флангах их проникновения. Перепуганная пехота хотела убраться с дороги, но деваться ей было некуда.

Он огляделся в поисках горниста и понял, что остался почти совсем один.

- Черт возьми, - пробормотал он. Это было проклятие, которое Хонал перенял у целителя-человека, и оно было уместно в данный момент. Земля во всех направлениях была покрыта телами. - Мне действительно нужно вытащить нас из этого.

Он начал махать ближайшим подразделениям, собирая их вокруг себя, когда направился в тыл, и тут начался дождь. Сначала капли были рассеяны, но через несколько мгновений ливень превратился в настоящую мардукскую бурю. Вода обрушивалась вниз, как молот - или водопад, - и быстро образовывала лужи глубиной почти по колено человеку.

Растар зарубил нескольких местных жителей на выходе, особенно когда они задерживали его силы, но сейчас его главной целью было вывести своих людей целыми и невредимыми, а не увеличивать количество убитых. Он только один раз вытащил свои револьверы, но когда увидел скопление врагов вокруг группы спешившихся васинов, все четверо пошли в ход. Васины, включая Хонала, притаились за своим поверженным циваном, нанося удары и стреляя в группу примерно из двадцати кратов, которые, очевидно, хотели получить их оружие и сбрую.

Растар пустил цивана в галоп, и тот устало откликнулся. Он мог сказать, что зверь был сильно утомлен, но его ноги отталкивались от тел павших, и он перепрыгивал через случайные тела циванов, пока, наконец, не ворвался в гущу нападавших кратов. Растар окружил себя завесой револьверного огня, в то время как циван пинался и кусался во всех направлениях, пока дюжина других солдат, которых он собрал, не бросилась в атаку, чтобы прикончить врага.

- Растар! - запротестовал Хонал, вонзая свой меч в одного из раненых кратов. - Ты ничего не оставишь для меня!

Растар наклонился и предложил своему двоюродному брату руку, когда один из других солдат спешился, чтобы забрать горниста и флаг Тердана.

- И какого черта группа цветных преследовала тебя, а не меня? - потребовал он.

- Ты чертов идиот! Ты убежал вперед нас. И ты жалуешься на то, что я упрямый! Мы увязли, и вот ты был там, мчался вдаль, как какой-то ребенок!

- О, конечно, вини в этом меня, - сказал Растар. Он взял горн у горниста, который явно был слишком измотан, чтобы владеть им, и поднес его к губам.

* * *

- Похоже, они отступают, - сказал Панер, отступая под навес, когда небо над ними разверзлось.

- Интересно, продвинутся ли краты в этот ливень? - спросил Роджер.

- Вероятно, ваше высочество, - сказал Гастан.

- Что это такое, "Следуйте за Роджером Уиком"? - спросил Роджер с улыбкой, которую, как он надеялся, Гастан истолковал правильно.

- Наращивание на этом фланге было легко заметить, - сказал Гастан. - Я не уверен, что вылазка стоила потери ваших верховых животных.

- Да, думаю, что это было так, - согласился Роджер. - И даже если налетчики в тылу устроили какие-то пожары, они были потушены дождем.

- Время для плана Б, - размышлял Панер. - Если бы он у нас был. Но единственное, что я могу придумать, - это сначала захватить космопорт. Гастан, я не буду спорить за этот план, но сколько времени потребуется войскам, чтобы добраться отсюда до порта?

- Не более двадцати дней, - ответил Гастан. - Меньше для гонцов. Я могу доставить сообщение Тему Джину менее чем за девять, а ответ получить в два раза быстрее.

Короткий, сильный шквал дождя уже прошел, и Роджер пристально посмотрел на далекую крепость.

- Она немного ниже нашей, но у нас нет никакой эффективной артиллерии, чтобы уничтожить ее, - размышлял он.

- Они начали отливать настоящие осадные пушки в Бухте К'Вэрна, - сказал Джулиан. Затем он виновато поморщился. - Извините, просто мозговой штурм. Слишком далеко, слишком долго.

- А что бы мы сделали, если бы разрушили стены? - спросил Роджер, указывая на кратов. Хорошей новостью было то, что, казалось, сочетание дождя и вылазки заставило врага отступить на день, но... - Они все еще превосходят нас численностью сорок к одному, - заметил он.

- Когда они напали на нас, мы разбили их формирования, нацелившись на руководство, - сказал Фейн. Концепция мозгового штурма была объяснена ему, и он счел ее обоснованной идеей. - Это был прием, который я рассматривал против боманов, но в то время так и не смог его реализовать; мои люди недостаточно хорошо стреляли. Вся практика стрельбы по мишеням с тех пор имела значение.

- Французы внедрили эту технику во время наполеоновских войн, - прокомментировал Панер. - Поздравляю с тем, что вы заново открыли это для себя. Я должен был предложить это.

- Но мы не можем изрешетить их до смерти, - сказал Роджер, глядя на горы, нависающие над цитаделью. Горы на севере и юге имели относительно пологие склоны, и крепость кратов была вырублена в них. Но за этим долина спускалась к ущелью реки Шин. Оттуда она снижалась более чем на тысячу метров до города Тирлот. - Мы могли бы высадить на них отряды, но даже с броней это были бы булавочные уколы.

- Убить руководство? - предположил Джулиан.

- Они относительно цивилизованны, - отметил Панер. - Они сражаются с помощью политики, а не личности, и у них есть надежная субординация. Если мы убьем нынешних лидеров, те, кто придет им на смену, практически незамедлительно займут их посты. В противном случае это сработало бы.

- Мы могли бы скатывать на них камни с холма, - сказал Джулиан. - Гроннинген может справиться с валунами.

- Опять булавочные уколы, - возразил Панер. - Даже большой оползень на цитадель или армию не нанес бы достаточного ущерба. Даже если бы мы сделали это несколько раз, они бы просто отказались от склонов. И мы все еще не могли сдвинуть их с места.

- Делай это достаточно часто, и это может сломить их волю, - упрямо возразил Джулиан. - Цель состоит в том, чтобы сломить волю врага.

- Комбинация всех способов? - задумался Фейн. - Морские пехотинцы и мои товарищи-снайперы, умение подниматься на высоту и устраивать обвалы, случайные вылазки и рейды... со временем мы могли бы измотать их до такой степени, что они покинут поле боя?

- Нет. - Роджер покачал головой, все еще глядя на далекие хребты. - Не битва на истощение; нам нужна битва шах и мат. Гастан, еще раз, сколько времени потребуется, чтобы передать сообщение Джину?

- Девять дней. - Король шинов искоса взглянул на Роджера. - Что ты рассматриваешь?

- Я собираюсь заставить их пожалеть, что они меня разозлили, - сказал Роджер. - Собираюсь заставить их сдаться, без необходимости в одиночном сражении. Собираюсь отправить их домой без оружия, еды, постельных принадлежностей или их хорошеньких маленьких палаток. И практически без человеческих жертв. Собираюсь унизить их.

- И как именно вы собираетесь все это сделать, ваше высочество? - спросил Панер.

- Я собираюсь познакомить их с геологией, - сказал Роджер с дикой улыбкой.

Панер посмотрел на него, потом на горы, а затем на конец долины. Интенсивность его размышлений была очевидна, но, в конце концов, он пожал плечами с озадаченным выражением лица.

* * *

- Основным моментом плана является то, что вся эта долина когда-то была озером, - сказал Роджер, оглядывая наполненную паром комнату.

Собрание было перенесено в город Мадх-Хем по множеству причин, но главной из них было то, что Роджер хотел услышать мнение Депро. Поскольку все раненые были перевезены в Мадх-Хем, чтобы последовать за ними, пришлось перенести собрание.

Перенос был выгоден и на другом уровне. Хотя город был наполнен резким запахом тухлых яиц из близлежащей геотермальной зоны, он также был удивительно приятным для людей - что, конечно, означало неприятный холод для мардуканцев. Жители Мадх-Хема поддерживали свою способность передвигаться, купаясь в теплых водах Огненных земель, и город был наполовину варварской деревней, наполовину сибаритским курортом.

Действительно, поскольку собрание перенесли на вечер, в итоге оно состоялось в главной бане Гастана; и большинство мардуканцев погрузились по шею в горячую воду, от которой шел пар. При любых других обстоятельствах мысль о том, что крупное заседание по планированию войны проводится в спа-салоне, была бы нелепой. Но для бронзовых варваров, которые в течение последних полугода находились под проливными грозами, в болотах, горах и затопленных равнинах, это было бесконечно лучше, чем многие альтернативы. Вид Догзард, переходящей от человека к человеку за угощением, и журналиста ИАО, незаметно снимающего всю конференцию, просто добавлял забавный контрапункт.

Но принц должен был признать, что вид Нимашет, наполовину раздетой, чтобы погрузиться в воду, немного отвлекал.

- Геология этого региона указывает на то, что во время последнего ледникового периода долина сначала была прорезана ледником, а затем ледник медленно сменился глубоким горным озером, - продолжил он и вывел первую картинку, изображающую долину с набросанным озером. Он надеялся, что это было достаточно ясно, чтобы люди, непривычные к представлениям, поняли, что они видят.

- Где-то в окрестностях Квейкафа когда-то была массивная плотина - вероятно, наполовину вулканический мусор, наполовину лед; вы все еще можете увидеть некоторые ее следы на небольшом выступе, на котором расположен Квейкаф.

- Именно осадок из этого высокогорного озера и пепел вулканов дают вам богатую почву, которую вы обрабатываете. Но самым важным моментом для нас прямо сейчас является то, что озеро можно создать снова.

- Вы же не собираетесь затоплять долину! - запротестовал один из вождей.

Роджер набросал план Гастану перед конференцией, и он более чем подозревал, что коварный монарх шинов задал именно этот вопрос. Вождь, который "спонтанно" высказал протест, был одним из личных вассалов Гастана, и отец Пиди очень тщательно рассмотрел моменты, которые, как можно было ожидать, вызовут беспокойство у его последователей, когда они с Роджером впервые обсуждали возможности. Человеческий принц начинал ценить, как умело Гастан манипулировал своими встречами. Это был важный момент, который он должен был сохранить для своего последующего использования, а также то, что сейчас он должен был держать в центре своего внимания. Если Гастан решит, что ему не нравится человеческий план, он станет опасным противником.

- Нет, - сказал теперь Роджер с ухмылкой и взмахом рук, который воспроизвел, насколько это было возможно для недостаточно оснащенных двуруких людей, жест мардуканца, вызывающий сильное веселье. - Нет, не всю долину - только тот участок, на котором стоят краты.

От вождей, собравшихся в дымящейся воде, пошла рябь, и по тому, как некоторые вглядывались в голограмму и потирали свои рога, он мог видеть, что они прекрасно поняли изображение.

- Даже если бы мы захотели затопить всю долину, у нас нет материалов, - сказал им Роджер. - То, что мы предлагаем сделать, - это обрушить часть горного склона над рекой Шин, где она выходит из долины. Пожалуйста, отправьте сообщения вашим контактам в космопорту с просьбой прислать нам как можно больше октоцеллюлозы. Это очень сильное обычное взрывчатое вещество, и мы будем использовать его сначала, чтобы просверлить отверстия в склонах над выходом, а затем взорвать большой кусок горы.

- Этот кусок создаст временную плотину. Мы должны быть в состоянии сбросить в реку достаточно материала, чтобы поднять уровень до точки, которая вынудит кратов выйти на открытое место, под наши стены. Альтернативой будет утопление или, по крайней мере, стояние в холодной воде по пояс. У их армии не будет другого выбора, кроме как сдаться.

- Или атаковать стены, - мрачно сказал один из других вождей.

- Вода будет быстро подниматься, - вмешался Панер. - У них будет, самое большее, два часа, чтобы решить, что делать и как это сделать, и все указывает на то, что они практически неспособны реагировать на неожиданность. Я был бы удивлен, если бы они смогли даже принять решение за два часа, не говоря уже о его реализации.

- Но если они поймут, что мы планируем, - сказал Роджер, - и приготовления, по необходимости, будут проходить на виду, у них будет достаточно времени, чтобы спланировать ответные действия. Так что у нас должен быть план обмана. Мы сделаем так, чтобы это выглядело так, как будто силы, устанавливающие заряды, на самом деле строят крепость, чтобы угрожать их линии материально-технического обеспечения.

- Что, если мы не сможем достать взрывчатку? - подсказала Депро.

- В таком случае, мы будем использовать порох, - сказал Роджер. - Здесь есть пороховая мельница; Мадх-Хем является основным поставщиком. Это займет больше времени и больше материалов, но все равно сработает.

- Я могла бы приготовить немного нитро, - размышляла она. - У них есть все, что мне нужно.

- Я бы предпочел тебя целой и невредимой, - сказал ей Роджер с усмешкой. - Нитроглицерин слишком летуч. Если мы сможем получить октоцеллюлозу, давайте остановимся на этом.

- Вы сказали, временная плотина, - сказал Гастан. - Как "временно"?

- Это продлится по крайней мере два дня, - уверенно сказал Роджер. - Это может длиться годами, в зависимости от того, как падает материал.

- Это можно было бы сделать полупостоянным, если хотите, - вставил Фейн. - Мы, диаспранцы, хорошо знакомы с подобными структурами; потратив несколько дней на работу, мы могли бы гарантировать, что они будут функционировать неделями. За несколько недель мы могли бы сделать это постоянным. Это предполагает, что земляное полотно хорошее - мне нужно было бы взглянуть на это. Но я согласен с тем, что минимум на пару дней. Материал горы, по-видимому, представляет собой смесь этого черного камня...

- Базальт, - сказал Роджер.

- Этот "базальт" и мелкий пепел. Базальт создаст структуру, а зола, которая является особенно непористой, заполнит промежутки. Я подозреваю, что из нее самой получится отличная плотина.

- Я видел такие плотины, - сказал один из вождей горцев. - Они разбросаны по всем горам. Это... это могло бы сработать. Если ты сможешь "сбросить" достаточное количество горы.

- Если мы сможем достать октоцеллюлозу, это не проблема, - сказал Роджер, пожимая плечами. - Кусок октоцеллюлозы размером с ваш большой палец обладает взрывной силой бочонка пороха. Материал трудно описать, но это очень плотная упаковка из восьми молекул углерода, связанных с нитратами, такими как ваша селитра, которая входит в состав пороха. Это обычное взрывчатое вещество среди моего народа.

- Мы не можем просто выложить это на поверхности, ваше высочество, - вмешался док Добреску. - Нам придется вкапывать заряды внутрь. Копайте их поглубже, если хотите того рода материального движения, о котором вы говорите.

- Это будет непросто, - сказал Роджер. - Я говорил об этом с Кринди, и мы можем либо пробить что-то вроде шахтной полости, вбив шип, а затем взорвать полость, либо мы можем попытаться изготовить очень длинные стальные сверла, которыми можно просверлить отверстия.

- Не-а, - сказал Джулиан. - Депро, ты можешь изготовить кумулятивный заряд?

- Конечно, - ответила сержант, затем поморщилась. - Ну, контролировать изготовление, - поправилась она, пожимая плечами. - Есть подходящие для полевых работ кумулятивные заряды, которые вы можете изготовить из кованого железа. А что?

- У меня был приятель, который был инженером, - сказал Джулиан с задумчивым выражением лица. - Он сказал, что, когда они учились в школе, они делали кратеры, сначала взрывая отверстие кумулятивными зарядами, а затем заполняя полость взрывчаткой. Однако я не знаю размера кумулятивных зарядов или сколько их нужно заложить.

- Ну, если мы проделаем ряд отверстий, а затем запакуем их комбинацией октоцеллюлозы и пороха, даже без материалов для получения приличной взрывчатой суспензии, это должно сработать, - сказала Депро, и ее лицо просияло.

- Думаю, что твоей возлюбленной взрывчатка нравится больше, чем тебе, принц Роджер, - сухо прокомментировал Гастан, и Роджер пожал плечами, когда хрюкающий мардуканский смех заполнил комнату. Его отношения с Депро стали широко известны.

- Она любит горячее, что я могу сказать?

- Мы все еще должны предполагать, что кратам станет известно о наших планах, - сказал Гастан.

- Даже если они это сделают, им будет трудно атаковать разработки, - ответил Роджер. - Ваши силы - и наши - лучше сражаются на высотах.

- И все же, я думаю, они попытаются, - сказал Гастан. - И когда они не смогут их забрать, вместо этого они придут сюда.

- Они приходили раньше! - запротестовал один из вождей, ныряя в сернистую воду и выныривая обратно, пуская пузыри. - Мы остановим их, как делали это раньше!

- Если они придут все сразу? - спросил Гастан. - Отчаявшиеся в своем страхе перед поднимающимися водами?

- Вы должны быть готовы предложить им перемирие, вы понимаете, - сказал Роджер. Это тоже было чем-то, что обсуждали они с Гастаном - и О'Кейси, и поэтому он был готов спокойно оглядеться по сторонам, когда раздастся рев протеста. Одним из удачных преимуществ проведения совещания в банном зале было то, что вожди были безоружны. Конечно, это все еще выглядело так, как будто они были готовы разорвать его на части голыми руками.

- Нет пощады поджигателям шинов!

- Смерть кратам!

- Кровь! Кровь!

- Что? - крикнул в ответ Роджер, махая им руками. О'Кейси помогла Гастану подготовить эту часть, и принц видел, как она старается не улыбаться.

- Вы не можете убить их всех! - продолжал он. - Я не имею в виду "вы не должны"; я имею в виду, что вы не можете! Вам пришлось бы резать глотки, пока у вас не отвалились бы руки! И это предполагает, что они выстроились бы в очередь, чтобы их резали! Нет, вместо этого вам придется их кормить, а это значит привозить еду из верхней Долины Крат и через перевал Шесул, поэтому первое, что нужно сделать, это заставить их работать над ремонтом этой дороги. Вы ведь понимаете, что собираетесь разоружить их всех, верно? И что все их оружие и доспехи станут добычей?

Он оглядел внезапно притихших вождей и увидел, как в их глазах пляшут знаки одобрения.

- Ага. Если уж на то пошло, вы, вероятно, можете выжать из кратов дань уважения. Это основная полевая армия Кирсти. Если у них ее не станет, следующий сатрап в очереди может забрать всю территорию, которую он хочет - они, вероятно, тормозят его согласием воздерживаться, пока они сокрушают вас. Если вместо этого вы раздавите их, они окажутся между молотом и наковальней. Дань уважения в изобилии. Снова контроль над Квейкафом, контроль над всеми торговыми путями, дань - дьявол, конец набегам рабов и жертвоприношениям. - Когда вы возьмете их за яйца, их сердца и умы последуют за вами.

- В твоих устах это звучит так просто, - пожаловался один из вождей.

- Ах, ну, это моя работа, - сказал Роджер с усмешкой. Они снова рассмеялись, но затем он позволил своей ухмылке исчезнуть. - Легко? Нет. Они, вероятно, сильно ударят по Нопет-Нуджаму. Они могут ударить по Нопет-Вусофу. Но у них не будет много времени, чтобы что-либо сделать, если только кто-нибудь не начнет болтать с этой встречи. Если мы используем заряды для образования кратеров - а это звучит как лучший план, - мы сможем обрушить склон горы на следующий день после того, как достигнем высот. Через два часа после того, как склон сойдет, вода дойдет до их палаток.

- Однако мы должны быть готовы к серьезной атаке, - сказал Гастан. - Нам понадобится, чтобы каждый воин на стенах был готов и отдохнул в свое время. С помощью наших союзников-людей мы еще можем одержать победу - одержать ее полностью и навсегда. Но нам все еще предстоит тяжелая битва, и мы должны подготовиться к ней. Шины! Смерть кратам!

- СМЕРТЬ КРАТАМ!

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

Роджер погрузился в воду и вздохнул, когда вожди потянулись к выходу.

- Все прошло хорошо, - сказал он, обнимая Депро за плечи.

- Возможно, - сказал Гастан. - Возможно.

- Что не так? - спросил Роджер. - Я думаю, что план сработает. Что-то пойдет не так, но мы должны быть в состоянии реализовать основы, несмотря ни на что.

- Мой отец боится за наш народ, - сказал Пиди. Она и Корд хранили молчание на протяжении всей встречи, но, тем не менее, они присутствовали - советник принца и светлость Мадх-Хема, которая теперь была его бенаном. Там тоже происходило что-то еще, но Роджер не был уверен, что именно.

- Мы понесем жестокие потери в последней атаке, если она состоится, - наконец сказал Гастан. - Смерти воинов. Это то, что меня беспокоит, потому что только благодаря воинам народ может продолжать, что... новая жизнь приходит в мир.

Он взглянул на свою дочь, затем отвел взгляд.

- Я здесь чего-то не понимаю, - сказал Роджер.

- Думаю, что мне понятно, - сказал доктор Добреску. - Это похоже на кранолта, ваше высочество. Гастан, прости меня, если я буду резок. Чего вы боитесь, так это того, что в то время как женщины, такие как Пиди, могут выносить много детей, эти дети могут быть созданы только через воинов - мужчин. Это правильно?

Гастан вздохнул и махнул рукой.

- Да. Когда самец ложится с самкой, на свет появляется всего несколько детенышей. Но если два самца ложатся с самкой, их рождается больше. Самка может выносить... о, может быть, шесть или восемь, с трудом. Но мужчина никогда не сможет... дать больше, чем три или четыре. Итак, если самцы падут в битве, откуда взяться следующему поколению?

- Вы должны помнить, ваше высочество, - сказал Добреску, тщательно отключив программу-переводчик своего импланта, - что мардуканские "мужчины" технически являются женщинами.

- И они имплантируют яйцеклетки, а не вводят сперму, - сказал Роджер, также на имперском. - Понял. И поскольку сезон у них происходит только два раза в год...

- Во время набегов мы потеряли больше воинов, чем женщин, - сказал Гастан, - и мы уже чувствуем последствия этой долгой войны. Если мы потеряем хотя бы половину наших воинов - а в большой атаке это возможно, - мы можем быть обречены, даже если ваш план увенчается успехом. Краты просто уничтожат нас.

- Кооптируйте их, - предложила Элеонора. - Пусть они "иммигрируют". Краты перенаселены. Пусть они просачиваются в горы. Пусть они восстановят Утомоф.

- Возможно, - сказал Гастан с оттенком сомнения. - Это предлагалось и раньше. Есть отдаленные деревни, которые были настолько разорены рейдерами, что опустели. Однако нам не нужны жрецы огня кратов.

- Священников можно... приспособить, - сказал Фейн. - В ближайшем будущем вы можете столкнуться с большим количеством пленных, чем у вас есть населения. Прежде чем они уйдут, спросите лучших из них, не хотят ли они переехать сюда. Сделай их шинами, а не кратами. Если они придерживаются своей религии, убедитесь, что они отказываются от жертвоприношений. В любом случае, вы должны включить это в условие мирного договора.

- Я все еще в замешательстве по этому поводу, - сказала Косутич. - По словам Гарварда, это недавнее нововведение, и оно совершенно не соответствует его данным об их религии. Я предполагаю, что это культурное заражение людьми, но откуда и почему - вот в чем вопрос.

- Это началось во времена отца моего отца, - сказал ей Гастан. - Первоначально это было исключительно среди кратов, но во времена моего отца они начали совершать набеги на нас в поисках слуг огня. Отчасти это, возможно, было связано с тем, что воины Утомофа совершили набег до самых окраин Кирсти. Первые слуги из шинов были захвачены в карательных рейдах, но с тех пор их число неуклонно растет.

- Сначала это было среди кратов? - спросила Косутич. - Они начали не с налета на вас?

- Нет, не сначала. Позже... сейчас это больше от нас, чем от них.

- Элеонора? - старший сержант посмотрела на О'Кейси. - Человеческие жертвоприношения и каннибализм?

- В цивилизациях? В отличие, скажем, от племенных охотников за головами?

- Да, - сказала уроженка Армы, погружаясь глубже в воду. - Ацтеки. Кали...

- Ваал, если считать ритуальное детоубийство, - сказала начальница штаба с насмешливым выражением лица.

- Ваал! - Косутич выпрямилась и хлопнула себя по лбу. - Как я могла забыть Ваала? Бьюсь об заклад, это оно!

- Что такое "это"? - потребовал Роджер.

- С чего начать? - спросила старший сержант.

- Начни с самого начала... - предложил Панер с легкой улыбкой.

- Ну и дела, большое спасибо, сэр!

Жрица снова опустилась в воду, задумчиво нахмурившись.

- Хорошо, - сказала она наконец. - Поклонение Ваалу древнее. Ваал - лишь слегка "смешанный" бог; в основном он бог крупного рогатого скота, и только позже он добавил человеческую форму. Минотавр, вероятно, связан с поклонением ему, и в доегипетской культуре есть несколько очень важных религиозных мотивов, предшествовавших Ваалу.

- Одним из главных аспектов поклонения Ваалу является ритуальное детоубийство. Детей, младенцев младше восьми недель, заворачивают в пеленки и кладут в костры, которые горят внутри огромной фигуры, обычно быка, но иногда человека, похожего на минотавра. Часто это дети пар из высокой касты.

- До развития цивилизации в регионах Турана и Террейна этот район был раем для охотников-собирателей. Но тектонический сдвиг - фактически изменение наклона земной оси - примерно в 6000 году до н.э. вызвал серьезное изменение климата. Появилась Сахара, которая была пустыней там, где сейчас находятся Ливийские равнины. В ответ быстро развивалась цивилизация, поскольку охотники-собиратели были вынуждены изменить свой образ жизни, чтобы приспособиться к изменениям климата.

- Итак, первые свидетельства культа Ваала возникли практически в тандеме с цивилизацией. Аспекты этого были обнаружены в очень раннем египетском обществе, хотя жертвенные аспекты неоднозначны. Но это определенно было найдено у протофиникийских скотоводов и рыбаков в Леванте. Финикийцы, конечно, распространили это повсюду, и это, возможно, повлияло на переход от самопожертвования ольмеков к человеческому жертвоприношению ацтеков. Несомненно, они контактировали с ольмеками, а также с протоинками и майя; финикийские журналы, которые были, гм, "извлечены" у профессора Ван Дорна в 2805 году, убедительно это доказали.

- Один из классических примеров идеологической предвзятости, - сказала О'Кейси со смехом. - Действительно, "анализируем их на предмет подлинности"! Если бы его научный сотрудник не сообщил властям, он бы уничтожил все таблички.

- Совершенно верно, - согласилась старший сержант. - Но, по крайней мере, это наконец положило конец двухсотлетнему правлению фанатиков сухопутного моста в антропологии. В настоящее время обоснование детоубийства все еще иногда обсуждается. Детоубийство практикуется в любом обществе, и часто его больше поддерживают женщины, чем мужчины...

- Извините меня, старший сержант, - сказала Депро, нахмурившись. - Каждое общество? Я так не думаю!

- Когда-нибудь слышала об абортах, девочка? - огрызнулась в ответ армаганка. - Как ты думаешь, что это, черт возьми, такое? Я не выступаю ни за, ни против детоубийства, но это одно и то же. Дело в том, что существует широко распространенное стремление людей к этому. Но это не объясняет ритуализацию, которая встречается только в определенных культурах, и особенно в культе Ваала. В 2384 году доктор Эльмхан из Тегеранского университета завершил окончательное исследование возникновения баализма. Он проанализировал результаты более чем четырех тысяч раскопок по всей Террейне и Турании и пришел к выводу, который по сей день горячо обсуждается, что это был прямой ответ на демографические проблемы сразу после изменения климата.

- А, бинго, - сказал Роджер. - Проблема населения кратов!

- Проблема населения Крата, - согласилась Косутич. - Я предполагаю, что это было культурное заражение - и тоже не случайно. Была сатирическая статья раннего индустриального писателя об ирландцах... Как его звали? Быстро? Быстро?

- Свифт? - спросил Панер. - "Элегантное решение" или что-то в этом роде. "Пусть они едят своих детенышей".

- Да, - согласилась О'Кейси. - Но чего Свифт не понимал, так это того, что существовали общества, где, по всем практическим соображениям, именно это и происходило. Фактически, одним из главных факторов, повлиявших на расцвет христианства в римской культуре, был его запрет на детоубийство. Стремление к этому есть, но оно не пользуется широкой поддержкой. Римские матроны, которым дали возможность сказать: "Мой Бог запрещает это", тысячами прыгали на борт. Именно этот запрет, наряду с принятием ритуалов Митры в качестве стандартной мессы, создал католическую церковь.

- Ритуалы чего? - жалобно спросила Депро. - Ты едешь слишком быстро.

- Я просто сижу здесь, положив челюсть на стол, - сказал ей Роджер, фыркнув. - Я даже не пытаюсь понять половину из этого.

- Ритуалы Митры, - вставил Фейн, приподнимаясь так, что из дымящейся воды показались не только его уши и рога. - Один из разговоров, которые были у нас со жрицей. В качестве политической уловки, чтобы заручиться поддержкой римской армии, ранние христиане взяли всю серию ритуалов из религии, называемой митраизмом, и превратили ее в свою мессу.

- Если подражание - самая искренняя форма лести, то раннехристианская церковь была очень впечатлена митраистами, - кисло сказала Косутич. - Но в тот момент на стороне христиан были две главные политические силы в Риме: армия, которая массово перешла в христианство, как только увидела, что это всего лишь Митра в другом обличье; и матроны, которым больше не нужно было душить своих лишних детей. Остальное известно истории - император обратился в христианство, и все закончилось, кроме криков. И позвольте мне сказать вам, что об этом яростно спорили - а иногда и воевали - в течение почти двух тысяч лет после того, как это стало возможным обсуждать публично. Но, в конце концов, преобладание улик указывало на то, что это была закономерность, а не на то, что его мать говорила ему, что он должен это сделать.

- С другой стороны, - отметила она, - это имеет мало или вообще ничего общего с кратами, кроме как как пример пересечения религии и политики.

- Могу я спросить об одной вещи, которая меня беспокоит? - сказал Роджер.

- Спрашивайте, ваше высочество, - ответила старший сержант.

- Ты часто использовала настоящее время, когда обсуждала культ Ваала и его жертвоприношения, - осторожно сказал Роджер. - И я припоминаю, что ты что-то говорила о "Братстве Ваала" среди армаганцев...

- Братство не практикует человеческие жертвоприношения, - сказала Косутич, затем взмахнула руками. - Насколько я знаю. Хотя у них иногда случается смерть во время ритуалов "улучшения", что может засчитываться. Они, конечно, не практикуют ритуальное детоубийство. Церковь Райбека, с другой стороны, имеет множество баалианских влияний.

- Святоши, - сказал Панер. - Я все гадал, когда ты перейдешь к делу.

- Святоши, - кивнув, сказала старший сержант. - Есть разные... выборы слов и фраз в церкви Райбека, которые указывают теологам-компаративистам на то, что на нее оказал влияние новый культ Ваала, который сформировался - и умер - в годы Кинжала. Кроме того, у райбекианцев есть различные суб-культы, которые, гм, более "фундаментальны", чем другие.

- Я заметил, что ты говоришь "кхм", когда пытаешься чего-то не сказать, - заметил Роджер. - Что это было за "кхм"?

Косутич вздохнула и покачала головой.

- Есть... слухи, которые обычно не принимаются во внимание, о некоторых субкультурах Райбека, поедающих своих детенышей. Лично я не очень-то в них верю. Вы слышите подобные вещи о всевозможных ненавистных подгруппах. Но... я бы тоже не стала пропускать это мимо ушей. В любом случае, вы можете представить себе их реакцию на переполненность кратов. Хотя никогда этого не докажешь.

- И мы можем ошибаться, - указал О'Кейси. - Здесь чувствуется все влияние космопорта, первоначальной исследовательской группы, предыдущей группы археологов... Это мог быть любой из них или спонтанная серийная разработка, если уж на то пошло.

- Оооо, как пирамиды? - спросила Косутич, приподняв одну бровь.

- Ну... - О'Кейси слегка покраснела и даже пошевелилась в воде. - В данном случае это, по крайней мере, возможно. Я знаю, что у археологов все еще плохая репутация из-за этого, но в данном случае это возможно. Каннибализм распространен во всех культурах, кроме фенуров.

- У которых даже войн нет, - прошептала Депро Джулиану.

- О, они у них есть, - ответил сержант разведки. - Их просто не замечают.

- Они эмпаты, - тихо запротестовала она. - Как эмпаты могут воевать?

- У тебя, очевидно, никогда не было тещи-еврейки, - сказал ей Джулиан вполголоса.

- Старший сержант, вам явно весело, - вмешался Панер. - Но я не уверен, что знание того, откуда у кратов появилась идея жертвоприношений, поможет нам. Я думаю, здесь нам нужно немного сосредоточиться на тактике.

- Я думаю, это просто, - сказал Роджер. - Мы напишем сообщение Джину. Гастан отправляет это через своих гонцов. Когда мы получим взрывчатку, Нимашет изготовит кумулятивные заряды, мы взорвем гору, а затем призовем кратов к капитуляции.

- А тем временем, ваше высочество?

- Ну, примерно через пять или шесть дней мы начнем собирать команды и тренироваться, - сказал Роджер. - А до тех пор я намерен выпить немного вина и посидеть в горячей ванне со своей девушкой. Я предлагаю вам сделать то же самое. Ну, кроме части с подружкой. Вы можете воздержаться от этого.

- Большое спасибо, ваше высочество, - сказал Панер.

- Без проблем, - ответил принц. Он протянул фляжку и чашку. - Вина?

* * *

Тему Джин посмотрел на сообщение, затем на посыльного.

- Ты знаешь, что они собираются с этим делать? - спросил он.

- Я даже не знаю, что такое "это", человек", - коротко ответил гонец от шинов. Гонец, казалось, был почти другим видом, чем Гастан. Он был таким же высоким, как любой мардуканец, с которым Джин когда-либо имел дело, и у него были странно длинные пальцы и укороченные рога. В сочетании с четырьмя руками и широко расставленными глазами это делало его похожим на покрытое слизью насекомое. - Все, что я знаю, это то, что нас ждут еще четверо. И мы должны принять посылки от вас. Мы ждем, пока будут подготовлены посылки.

- Тогда пошли, - сказал Джин, махнув рукой.

Встреча, как обычно, проходила в задней части космопорта. Теперь Джин спустился по небольшому склону с края и направился к ближайшему селению кратов, крошечному городку, который местные жители называли Тул. Большинство из немногих инопланетных посетителей оставались в резервации порта. Те немногие, кто обычно не выходил через главные ворота, а оттуда по дороге в имперский город Крат, с удивительным воображением именуемый "Крат". Очень немногие люди или любые другие посетители, если уж на то пошло, приезжали в Тул.

С одной стороны, это делало его плохим местом для сокрытия украденных материалов. Вид человеческого лица там был явным признаком того, что что-то происходит. С другой стороны, взятки были ниже, а местные фермеры и ремесленники напоминали ему о доме. Пока он продолжал платить, они вряд ли стали бы доносить налоговикам, которые были их единственным контактом с центральным правительством.

И это было удобно для поставленной цели - создать тайный склад на тот случай, когда он ему понадобится.

Первоначально тайники создавались как страховка от того, что губернатор Маунтмарч может решить, что он может обойтись без услуг некоего Тему Джина. Джин прекрасно понимал, что он глубоко погружен в категорию "слишком много знает; недостаточно близок к внутреннему кругу, чтобы ему можно было доверять". Жизнь на границе была дешевой, и единственным законом был губернатор. Если Маунтмарч хотел его смерти, это был вопрос простого кивка головой. В преддверии этого почти неизбежного дня он начал контрабандой вывозить из порта лишнее оружие или боеприпасы. И когда он понял, насколько это просто, он расширил свои грабежи до использования целых групп мардуканцев для контрабанды материалов.

Насколько кто-либо мог бы сказать, это была просто обычная операция на черном рынке. Он продавал имперские материалы мардуканцам, а взамен у него был хороший мардуканский слуга и торговые товары, которые он использовал для покупки материалов у стыковочных спейсеров. На самом деле большинство материалов не продавалось, а хранилось в бункерах. Каждый раз, когда он отправлял вещи вниз, он также отправлял платежи мэру - либо человеческие товары, либо монеты Крата. И каждый раз, когда он вытаскивал материал, он платил больше. У него были резервные тайники в горах, включая полный комплект брони, для которой у него были коды, и тяжелую плазменную пушку. Если бы ему пришлось бороться, чтобы получить остальное, он мог бы. Но у него никогда не было никаких проблем с Тулом. Он думал об этом как о своем маленьком военном банке.

И теперь пришло время сделать вывод.

Они вошли в деревню черным ходом, через поля туромов, осторожно обходя круглые шары их навоза. Как и большая часть архитектуры континента, дом мэра представлял собой приземистое сооружение из тяжелых базальтовых блоков. Он был построен больше как крепость, чем большинство других, и его задняя дверь была сделана из досок полуметровой толщины, которые плохо реагировали на стандартный стук. Вот почему Джин вытащил свой шариковый пистолет и постучал в дверь рукояткой, размахивая пистолетом, как молотком.

Через несколько минут дверь распахнулась, и на пороге появилась иссохшая старая мардуканская женщина. Джин никогда не был уверен, была ли она поваром, или свекровью, или кем еще. Вероятно, это не имело значения, но это терзало его чувство любопытства. Она всегда была той, кто открывал дверь, независимо от того, приходил он рано или поздно.

Она посмотрела на него, вместе с ним посмотрела на мардуканцев, сделала знак подождать, затем закрыла дверь. Еще через несколько минут ее открыл местный лидер кратов.

- Тему Джин, я вижу тебя, - сказал он. - Ты привел шинов к моей двери?

- Мне нужно взять несколько вещей.

- Конечно, - сказал мэр с жестом смирения. - Я боюсь, что власти начинают слишком интересоваться этим делом.

- Сделаю все, что в моих силах, чтобы не позволить тебе втянуться в это, - сказал Джин. - Я дорожу твоей безопасностью так же, как ты дорожишь моим золотом.

- Возможно, - пробормотал мэр, затем поманил Джина следовать за ним и повел через погруженный в темноту город.

Маршрут привел их в заброшенный подвал, который был выдолблен и укреплен с одной стороны. Полость, в свою очередь, была забита коробками, и Тему Джин начал проверять упаковочные листы.

- Катаклизмит, - пробормотал он, качая головой. - На кой черт ему двести килограммов катаклизмита?

* * *

Депро отмахнулась от кубка с вином, когда Джулиан вышел за дверь.

- И для меня тоже.

- Не заставляй меня пить все это в одиночку, - сказал Роджер. - Кроме того, это полезно для заживления костей. В нем есть кальций.

- Это в молоке, придурок, - сказала Депро. Она усмехнулась, но потом посерьезнела. - Роджер, нам нужно поговорить.

- Э-э, о. Что я натворил на этот раз?

- Я думаю... - Она остановилась и покачала головой. - Я думаю, нам следует перестать встречаться друг с другом.

- Послушай, ты моя телохранительница, - сказал Роджер. - Я должен тебя видеть.

- Ты знаешь, что я имею в виду.

- Если это из-за братания, мы с этим разберемся, - сказал он, нахмурившись. Он начинал понимать, что она говорила серьезно. - Я имею в виду, мы были... ну... друзья на такой долгий срок. Если бы что-то должно было пойти не так, это произошло бы раньше.

- Дело не в этом, - сказала она, качая головой. - Давай просто оставим это, хорошо? Скажем "спасибо", пожмем друг другу руки и будем друзьями.

- Ты шутишь, - выплюнул он. - Скажи мне, что ты шутишь! Что вообще случилось с "вечной любовью" и всем этим?

- Некоторые вещи... изменились. Я не думаю, что мы правы.

- Нимашет, вплоть до того момента, как мы добрались до Мадх-Хема, ты думала, что мы были так же правы, как... Ну, я не могу придумать метафору. Очень правильно. Так что же изменилось?

- Ничего, - сказала она, отворачиваясь и вылезая из воды.

- Это один из морских пехотинцев?

- Нет! - сказала она. - Пожалуйста, не играй в двадцать вопросов, хорошо?

- Нет, не все в порядке. Я хочу знать, что изменилось.

- Это сделал ты, ваше высочество, - сказала она, снова садясь на край воды и отжимая волосы. - Раньше ты был принцем Роджером, третьим наследником трона Человека. Теперь ты либо разыскиваемый преступник, либо следующий император. И ты не готов оставаться разыскиваемым преступником, не так ли?

- Не готов, - злобно сказал Роджер. - А ты?

- Я не знаю, - вздохнула она. - Было так много смертей, я боюсь, что это никогда не закончится. Даже не станет лучше.

- Эй, йоу, сержант Депро, - улыбнулся он. - Ты та, кто вынес меня из битвы в Войтане. Помнишь?

- Роджер, с тех пор я ни разу не стреляла в бою... Синди. Да, я думаю, это все. Это твое маленькое "удерживающее действие" перед главным сражением.

- Что?

- Помнишь, когда мы выходили из храма в Кирсти? У кого единственного были боеприпасы?

- У тебя, - ответил Роджер. - Но... я думал, ты просто была очень консервативна со своим огнем.

- Я вообще не стреляла! - огрызнулась она. - Даже когда этот ублюдок чуть не оторвал тебе голову на задней лестнице!

- Но... - Роджер уставился на нее, ошеломленный этим открытием. Затем он встряхнулся. - Косутич меня прикрыла, - сказал он. - Кроме того, какое это имеет отношение к тому, что я никогда больше не увижу тебя?

- Никакого, - призналась она. - За исключением того, что ты не собираешься просто оставить прошлое в прошлом. Ты собираешься вернуться в Империал-Сити с налитыми кровью глазами. И ты либо свергнешь Джексона, либо умрешь, пытаясь. Верно?

- Чертовски верно!

- Итак, ты либо умрешь, либо станешь императором, верно?

- Ну, мама, вероятно, компетентна...

- Но когда она умрет или отречется от престола, ты станешь императором, верно?

- Ой.

- И ты думаешь, что император может просто взять и жениться на какой-нибудь деревенской девчонке с задворок запределья? - спросила она. - Конечно, когда ты был просто принцем Роджером, это было похоже на сбывшуюся мечту. Я решила, что побуду знаменитостью девять дней, а потом мы найдем какое-нибудь уединенное место, чтобы... побыть Роджером и Нимашет. Но теперь ты станешь императором, а у императоров бывают династические браки, а не браки с девушками с внешних планет.

- О, - повторил он. - О, Нимашет...

- Ты знаешь, что я права, - сказала она, вытирая глаза. - Я видела, как О'Кейси смотрела на меня. Я хочу быть твоей женой. Я даже готова быть твоей девушкой. Я не хочу быть твоей любовницей или наложницей. И это выбор, доступный императору Роджеру и сержанту Нимашет Депро.

- Нет, - сказал он, обнимая ее колени. - Нимашет, ты мне понадобишься. Даже если мы добьемся успеха, а это не само собой разумеется, мне нужно, чтобы ты была там. Я... ты всегда прикрываешь мою спину. Может быть, ты больше не стреляешь, но ты все еще там. Даже когда Корда нет, ты рядом. Ты как моя правая рука. Я не смогу сделать это без тебя.

- Хах, - фыркнула она сквозь слезы. - Ты бы все еще проклинал своих врагов с отрубленными руками и ногами. И утопил их в крови, чтобы убить их. Ты не знаешь, когда нужно остановиться. Я? Я знаю. Я ухожу. Когда мы вернемся и все будет сделано, я сниму форму. А до тех пор я собираюсь попросить старшего сержанта Косутич о моем назначении на небоевые обязанности. Это выходит за рамки боевой усталости, Роджер. Я просто больше не могу сосредоточиться. Я могу быть у тебя за спиной, но это потому, что ты уничтожаешь все перед собой, а за твоей спиной самое безопасное место. Единственная проблема в том, что я должна быть твоей телохранительницей, а не наоборот.

- Ты спасла мне жизнь... - Он подумал об этом. - Три раза, я думаю.

- И ты спас столько же мне, - ответила она. - Дело не в том, чтобы вести счет. Просто забудь об этом, ладно? Я не могу выйти замуж за императора, я ни черта не могу охранять тебя, и ни на что другое я не гожусь. Я вернусь в Мидгард, куплю ферму, найду хорошего флегматичного мужа и... постараюсь не думать о тебе. Хорошо?

- Нет, это не "хорошо"! Я вроде как понимаю твою логику. Но если ты думаешь, что я собираюсь отпустить тебя, чтобы ты спряталась на ферме, тебе стоит подумать по-другому. И если нет четкой причины для династического брака, я все равно собираюсь жениться на тебе, несмотря ни на что. Даже если мне придется тащить тебя в церковь, брыкающуюся и кричащую!

- Вы и какая армия, мистер? - опасно спросила она. - Если я говорю "нет", я имею в виду "нет".

- Послушай, ничего из этого не решено, пока мы не доберемся до Терры, - сказал Роджер. - Давай просто... отложим это прямо сейчас. Мы вытащим его и посмотрим на него снова, когда все уляжется. Но меня не волнует, если ты не на сто процентов сильна в ближнем бою. Кто изготавливает кумулятивные заряды?

- Я, - вздохнула она.

- И кто будет руководить взрывами?

- Я.

- И когда мы вернемся на Терру, могу ли я доверять тебе, что ты останешься там и сделаешь все, что нужно, в меру своих возможностей, при условии, что тебе не придется никого убивать?

- Да, - призналась она.

- Могу я пойти и забрать с улицы какого-нибудь старого шутника, которому я могу доверять? Или кому-нибудь из морских пехотинцев на Терре? Нет. Мне понадобятся все до единого люди, которым я могу доверять. И ты - тело, которому я могу одновременно доверять и которым восхищаюсь, - закончил он с ухмылкой.

- Ну и дела, спасибо, - улыбнулась она.

- Ты давным-давно сказала мне, что мы, возможно, не сможем удалиться на Мардук. У моей матери могут быть другие планы на нас. Что ж, то же самое касается и тебя. Если нас всех не убьют, у меня будут дела, которые нужны мне, чтобы ты их сделала. Только одно из них предполагает женитьбу на тебе, и мы обсудим это, когда придет время. Хорошо?

- Хорошо.

- Значит ли это, что я не могу бороться с тобой в воде? - спросил он, проводя рукой вверх по ее боку.

- Если ты промочишь этот гипс и закоротишь его, Добреску убьет тебя, - указала она.

- Все в порядке. Я стреляю быстрее, чем он.

- Ну, раз ты так ставишь вопрос, - ответила она, соскользнула в воду и наклонилась вперед, чтобы поцеловать его.

- Ваше высочество, - сказала Беби, прислоняясь к двери. - Приветствия капитана Панера, и он хотел бы видеть вас в своей комнате.

- Кажется, я начинаю улавливать здесь закономерность, - прорычал Роджер себе под нос.

- Один раз - это случайность, два раза - совпадение, и три раза - действия врага, - хрипло ответила Депро. - Пока что это просто совпадение.

- Пока, - ответил Роджер. - Но я должен задаться вопросом.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

- Ты жестокий человек, Эйдиб Джулиан, - сказала Косутич.

- Это искусство, - ответил он, постукивая по блокноту. - У Депро повышается кровяное давление и сердцебиение, они ссорятся. Сердцебиение учащается, кровяное давление падает, и они... не такие.

- А как насчет Роджера? - спросила старший сержант.

- Сказать по правде, он страшен, - сказал Джулиан. - Все это время его сердцебиение никогда не менялось в пределах какого-либо стандарта вариации. Ровные пятьдесят два удара в минуту. Кстати, это самый низкий показатель в роте. И его кровяное давление почти не колебалось. По биометрии вы ничего не можете сказать о том, что он думает или чувствует. Жутковато.

- Он злится, - сказала Косутич. - Я видела это.

- Конечно, - согласился сержант, закрывая блокнот. - И когда он это делает, в его венах все еще течет ледяная вода.

- Хммм. Знаешь, я думаю, мы только начинаем понимать, почему ты не хочешь ссориться с Макклинтоком.

* * *

За тысячи лет до появления расы, называемой Человеком, гора была огнем. Расплавленная порода и пепел извергались из недр мира, укладываясь чередующимися слоями по мере того, как гора становилась все выше и выше. Образовались боковые отверстия, и красная порода потекла из них подобно дымящейся лавине, иногда отрывая целые склоны горы в виде полужидкого, огненно-горячего геля, называемого пирокластическим потоком.

В конце концов, жестокий ядерный пожар, который был в центре местной горячей точки, прошел, и горы начали остывать. Вода принесла свое благотворное охлаждение дымящейся горе, очистив ее склоны и вызвав рост там, где раньше была расплавленная порода. Со временем черная, дымящаяся пустошь превратилась в плодородный склон, заросший деревьями и цветами.

Время шло, и солнце планеты под названием Мардук замерцало. На время, которое было коротким для солнца или планеты, солнце стало холоднее. Для самого солнца эффект был едва заметен. Но на единственной населенной жизнью планете, которая вращалась вокруг него, эффект был разрушительным.

Дожди прекратились. Там, где раньше были дымящиеся джунгли, теперь были выжженные солнцем равнины. Появился лед. Там, где раньше были залитые жидкостью горы, вода выпала в виде снега и сжималась, и уплотнялась, и оставалась, и оставалась, пока не превратилась в горы - стены из ледникового покрова.

Виды вымерли, и зарождающиеся цивилизации более высоких широт пали. Выжившие сгрудились вокруг горячих источников, в то время как белые стены становились все ближе.

Вдоль склона горы белый лед все рос и рос. Горячие точки с одной стороны поддерживали непрерывное таяние, и сточные воды, запруженные за конечной мореной ледника, заполняли долину из конца в конец. Регулярные наводнения укладывали слои более светлых и темных материалов на дно долины, улучшая и без того отличную почву. Ледник принес с собой лесс, мелкую пыль, которая осталась, когда лед раздробил противостоящие ему породы. Ледник также принес массивные валуны, которые он сложил в сложные закрученные узоры, которые позже жители часто использовали в качестве дорожного полотна и каменоломен для производства строительного камня. И повсюду он сокрушал склоны долины, ударяясь о стены горы и разрывая ее каменный и пепельный фундаменты.

Наконец, за короткое для звезды время солнце перезапустилось и снова включило свой термостат на максимум. Пошли дожди. Джунгли разрастаются заново. И лед... стал плавиться.

Все начиналось медленно, и каждую весну наводнений было больше, чем весной до этого. Затем ледник начал разрушаться, и конечная морена, плотина в начале долины, смешалась с кусками льда. На какое-то время плотина стала выше, поскольку наводнения занесли на нее ил и обломки четырехтысячелетнего оледенения. Но в конце концов, неизбежно, плотина в начале долины прорвалась. Сначала появился ручеек, затем наводнение, затем каскад и, наконец, настоящее цунами воды, обрушившееся в ущелье внезапным наводнением, положившим конец всем таким внезапным наводнениям. Оно расчистило ущелье шире, чем за сто тысяч лет меньших наводнений. Оно уничтожило маленькую деревню, которая была недавно основана у подножия ущелья. И это осушило долину Шин, оставив плодородные пастбища, которые просто напрашивались на колонизацию.

И гора уснула.

* * *

Эркум Пол орудовал мачете как автомат, рубя подлесок, держась при этом за веревку, чтобы не соскользнуть обратно вниз по склону. Она также была обернута вокруг его талии; это был очень крутой склон.

- Он сказал: "Установи несколько зарядов", - пробормотал Джулиан, скользнув вбок и остановившись, ухватившись за дерево. К сожалению, его кора была хорошо усеяна длинными шипами, один из которых впился ему в руку. - Ааррргх! "Взорвите склон горы", - сказал он. - "Нет проблем", - сказал он.

- У нас есть взрывчатка, - сказал Фейн, соскальзывая по веревке рядом с ним. - У нас есть "кумулятивные заряды". В чем сложность?

- Может быть, в их размещении на шестидесятиградусном склоне? Нам придется выкопать ямы для зарядов и удерживать их с помощью штырей, вбитых в скалу. У них должно быть что-то, что их немного сдерживает. Обычно дело только в корпусе заряда и весе материала, но в этом случае нам придется закрепить корпуса, поскольку они направлены вбок. И я не уверен, что какого-либо веса катаклизмита будет достаточно, чтобы вырезать отверстия.

- Траншея, - сказал Роджер, пробираясь, перебирая руками, по склону через подлесок. - Мы выроем неглубокую траншею и будем взрывать их прямо вниз. С этой высоты мы должны добыть достаточно материала, чтобы перекрыть реку.

- Мы можем это сделать, - сказал Фейн. - Как будто начинаешь новую каменоломню.

- Вот именно. На самом деле, если вы сможете выцарапать траншею в суглинке, мы сможем проложить линию детонирующего шнура, который практически сделает это за нас.

- Это выдаст нашу позицию, сэр, - указал Джулиан. С их позиции была смутно видна вершина цитадели кратов, по крайней мере, ее северный бастион.

- Они все равно скоро заметят нас здесь, - заметил Роджер в ответ. - И определенно заметят, когда мы взорвем кумулятивные заряды.

Последние ждали вверх по склону на узкой тропинке, которую местный гид "нашел" через гору. Было очевидно, что, несмотря на все усилия как Гастана, так и местного начальника Крата ограничить всю торговлю между ними торговым городом и тем самым обложить ее налогами, множество контрабандистов передвигалось по холмам вокруг него.

- Капитан Фейн, выделите несколько групп безопасности и давайте приступим к работе, - сказал Роджер.

- Да, ваше высочество. Это будет как неделя в старом доме.

* * *

- Что, во имя всего святого, они делают там, наверху, как думаете? - вслух поинтересовался Лорак Трал.

Командир Сире предусмотрел весь план в одно мгновение, когда до него дошло известие о смерти верховного жреца. Слишком долго шины и Бич, который преследовал их, были занозой в боку Крата. Но со смертью верховного жреца от рук людей (людей, предположительно, вступивших в союз с шинами, судя по их действиям), наконец-то была подготовлена почва для уничтожения Бича. В течение двух поколений Бич - большинство из них были немногим больше, чем сами шейдемы и шины - находился на подъеме. Если бы им было позволено продолжать расти, Крат попал бы под власть работорговцев. Лучше воспользоваться этой возможностью, чтобы отрезать им ноги. Сокрушив Мадх-Хем, Сире продемонстрировал бы свою важность совету, и полезность Бича сократилась бы вдвое.

И не повредило бы, если при этом оставило бы его первосвященником.

- Возможно, они планируют перерезать линию снабжения, - сказал Вос Тон. Командир крепости нервно потер свои рога. - Даже небольшая остановка в пополнении запасов осложнит наше положение. Я мог бы пожелать, чтобы вы привели с собой меньше войск.

Трал пристально посмотрел на это место и покачал головой.

- Даже с их винтовками им будет трудно помешать нам воспользоваться дорогой. И они не могут помешать нам захватить Мадх-Хем.

- Если мы когда-нибудь это сделаем, - проворчал Тон. - Нопет-Нуджам - это не простое предложение. Я предупреждал тебя об этом, когда ты придумал этот план.

- Важно показать, что никто не может просто войти и убить нашего верховного жреца, - ответил Трал. - Мы должны показать им ошибочность их путей.

- Каждый день, когда мы усердно осаждаем их, дает им еще один день, чтобы попробовать что-то новое, - отметил Тон. - Это то, что я хочу сказать.

- Что бы они ни делали, их слишком мало, чтобы по-настоящему повлиять на нас, - ответил Сире. - Если только ты не думаешь, что они могут призвать на нас бога огня?

- Нет, - ответил Вос Тон, глядя на фигуры, по большей части скрытые деревьями. Даже если бы они скатили камни вниз, они не упали бы на его крепость. - Нет, но мне интересно, что они собираются на нас обрушить.

Мгновение спустя по склону горы прокатился оглушительный грохот. Поднялось огромное облако пыли и дыма, а затем, так же быстро, как и возникло, посыпались камни и срубленные деревья. Они подпрыгивали и кувыркались, падая вниз, и хотя большинство из них были захвачены деревьями ниже среза, многие добрались до основания, спрыгнули с последнего выступа, по дуге пересекли дорогу и оказались в реке Шин.

Дорожное полотно в сужении было вырезано в неглубоком естественном уступе, который поднимался примерно на десять метров над рекой, что выше, чем почти при любом зарегистрированном наводнении. Несколько камней и деревьев, добравшихся до реки, слегка подняли уровень воды, но это увеличение составило лишь малую долю разницы между ее нормальной поверхностью и проезжей частью.

- Они пытаются перекрыть дорогу? - озадаченно спросил Тон. - Или поднять реку, перекрыв ее?

- Что бы это ни было, если их попадет в реку достаточно, чтобы стать проблемой, мы вышлем рабочую группу, - ответил Трал. Затем он хрюкнул от смеха. - Смотри, - добавил он, когда глубокая стремительная вода разрушила неглубокую плотину и унесла ее прочь. - Река делает нашу работу за нас.

- Возможно, - с сомнением согласился командир крепости. - Но я хотел бы, чтобы у нас были какие-нибудь донесения от наших шпионов. Я хотел бы знать, о чем было их собрание. Я хочу знать, что, по их мнению, они там делают.

- Хммм... - сказал Трал. - Мы почти готовы к великой атаке. Мы можем приблизить ее на несколько часов; тогда, что бы это ни было, мы захватим их крепость прежде, чем они смогут ею воспользоваться.

- А как насчет сил Бича?

- Они должны были атаковать так же, как и мы, - сказал лидер Сире. - И, на самом деле, они никогда не должны были быть чем-то большим, чем отвлекающим маневром. Что бы ни случилось, это будет Сире, который сломает хребет Мадх-Хему на все времена. Это то, что запомнится надолго.

- Из твоих уст в уши бога огня, - сказал командир крепости.

* * *

- Знаешь, - сказал Роджер, ступая в узкую траншею, - держу пари, им действительно интересно, что мы здесь делаем.

- Ну, еще примерно через шесть часов будет неважно, что они думают, - сказала Депро. В это утро с нее сняли силовой гипс, и она с энтузиазмом размахивала своей недавно освобожденной рукой, указывая на места вдоль траншеи, одновременно отталкивая локтем Роджера с дороги другой рукой. - Здесь, здесь, здесь...

- Хммм, - пробормотал принц. Немного подумав, он вскинул винтовку к плечу и увеличил усиление оптического прицела. - Интересно.

- Что? - спросил Джулиан. У его винтовки вообще не было оптического прицела.

- Просто... некоторые из групп там, внизу, - пробормотал Роджер. Он подошел к концу траншеи, где было вырвано с корнем дерево, сел за ним и положил винтовку поперек ствола. - Большинство из них просто снуют вокруг. Но есть пара групп, которые явно наблюдают за нами. И одна из них выглядит как группа командиров...

- Мы обсуждали это, ваше высочество, - сдержанно сказал Джулиан. - Мы не должны стрелять.

- Я знаю, - вздохнул Роджер. - Но я все еще зол на них из-за того, что случилось в Кирсти.

- Позвольте мне побеспокоиться об этом, - сказала Депро. - И демо-версии. У нас есть всего около пятнадцати минут, пока не будут установлены кумулятивные заряды; вам нужно направляться к гребню.

Роджер подобрал свою винтовку и встал с явным сожалением.

- Думаю, что один из них - это тот старший военный лидер, Лорак Трал. Один выстрел никому не повредит, не так ли? - он так походил на маленького мальчика, пытающегося выпросить у своего наставника особое угощение, что Джулиан улыбнулся. Но сержант также твердо покачал головой.

- Действуем по плану, ваше высочество. Вы обещали.

- Ладно, ладно. - Роджер посмотрел вверх по склону и поморщился. - Это чертовски долгий подъем.

- И когда вы доберетесь туда, вы можете с таким же успехом продолжать идти, - сказала Депро. - Я начну разливать кашицу через пятнадцать минут после взрывов. К тому времени, как вы спуститесь сюда обратно, придет время отступать, и если вы тогда встанете у меня на пути, я оставлю на вас отпечатки ботинок. Я, например, вообще не собираюсь быть на горе, когда мы будем снимать этот фильм.

- Я понимаю, в чем дело, - вздохнул Роджер. - И ты должна прийти прямо в Мадх-Хем, поняла? Ты не в том состоянии, чтобы быть в Нопете, если они нападут.

- Я так и сделаю, - сказала она с улыбкой. - А теперь идите, ваше высочество.

* * *

Роджер соскользнул с цивана и небрежно отсалютовал Панеру.

- Трудно назвать группу, которая может построить что-то подобное, "варварами", - сказал он, указывая на массивные стены над ними. Задние ворота в Нопет-Нуджам были не такими большими, как передние, но их защитные башни и бастионы все равно представляли собой внушительное сооружение.

- Местные мастера, конечно, - сказал Панер. - Но это была "Крат инжиниринг". Ваше высочество, вы не должны быть здесь.

- Что-нибудь происходит? - спросил Роджер.

- Нет, - бесстрастно сказал капитан. - Краты собрали небольшие силы на горе после того, как вы ушли, но диаспранцы отбили их. С нашей стороны пострадавших нет. Группа по установке зарядов находится на обратном пути, а группа безопасности удалилась на задворки горы. Теперь мы собираемся устроить подрыв в любое время, и мне было бы действительно очень приятно, если бы вы вернулись в Мадх-Хем, когда это произойдет.

- У меня есть картинка, - рассмеялся Роджер. Затем он посерьезнел. - Не забудь также отправить Депро обратно. С такой больной рукой она еще не в форме для боевых операций.

- И она не будет такой даже после того, как сняли гипс, - заметил Панер, глядя ему прямо в глаза. - Как, я полагаю, вы знаете.

- Когда ты узнал? - спросил Роджер после долгого молчания. - Я... она сказала мне прошлой ночью.

- О, я начал подозревать еще в Синди, - сказал Панер. - Этого следовало ожидать от большинства морских пехотинцев - это одна из причин, по которой я пытался перевести их на руководящие должности, а не стрелять. Депро не единственная. Пожалуй, единственная команда, в которой я еще полностью уверен, - это третья; маньяки Джулиана неумолимы.

- Это... усложняет ситуацию, - тихо сказал принц. - А как насчет меня? Или мардуканцев?

- Я думаю, вы один из тех парней, которые на самом деле не достигают пика, ваше высочество. - Панер покачал головой. - Добреску в последнее время указывал мне на ваши жизненно важные показатели. Ваше сердцебиение и дыхание почти не изменились за все время, пока вы были в храме; это необычно, на случай, если вы об этом не знали.

- О, у меня такое чувство, - сказал Роджер. - Но что мы собираемся делать в космопорту?

- Если мы сможем справиться с этим, я думаю, остальное будет легким делом, - сказал ему Панер. - Судя по данным Джина, то, как Маунтмарч нарушил свою собственную безопасность, должно облегчить захват самого порта. И с современным оборудованием, которое просто случайно оказалось на складе в порту, где мы можем его достать, не должно быть слишком сложно захватить прибывающее судно. Если мы только сможем разобраться с этой маленькой проблемой. Что, я мог бы добавить, возвращает нас к вам. В частности, к вашему присутствию в этом конкретном месте пространства-времени.

- Ладно, уже, - сказал принц, усаживаясь обратно на цивана и пиная его по морде, когда тот повернулся, чтобы цапнуть его за ногу. - Я уверен, что мы как-нибудь справимся. Увидимся после капитуляции.

- Да, - согласился Панер, махнув рукой в знак приветствия, столь же небрежного, как и у самого Роджера. Он подождал, пока принц и его мардуканские стражники не ушли далеко по дороге, прежде чем покачать головой.

- Чьей, ваше высочество? - затем пробормотал он: - Чьей?

* * *

Роджер постучал в дверь и вошел, услышав невнятный ответ.

Он вернулся в Мадх-Хем в сопровождении минимального количества охраны, но когда он добрался до города и обнаружил только двух стражников на всей передней стене, он осознал, до какой степени его лишили защитников, чтобы усилить Нопет-Нуджам. Поэтому он оставил трех своих диаспранцев у ворот, чтобы усилить охрану шинов, и его сопровождали только два васина. Те, кого он оставил снаружи, когда вошел в жилище, которое Гастан передал Корду.

Внутри было темно, но высоко для человека. Каменные скамьи вдоль двух стен были покрыты подушками, а задняя часть помещения была занята очагом для приготовления пищи и большой низкой ванной.

Корд болтал ногами в последней, спиной к двери, в то время как Пиди и два раба, которых они освободили от леммаров, растирали ему спину.

- Похоже, ты упал в хороший пруд, старый лягушонок, - со смешком заметил Роджер.

- Я рад, что ты благополучно вернулся, - сказал шаман, и Роджер тщательно скрыл свое беспокойство, когда Корд с трудом поднялся на ноги. Официально его рана почти полностью зажила, но старый воин уже не огрызался так, как после ранения при Войтане. Действительно, Роджер начал очень втайне беспокоиться, что к его аси могут никогда не вернуться его здоровье и сила. По крайней мере, не до конца.

- И я стыжусь своей слабости, - продолжил Корд, как будто прочитал мысли Роджера. - Аси должен был быть на твоей стороне.

- У меня много телохранителей, - заметил Роджер. - У меня гораздо меньше советников, которым я доверяю. Хотя, если подумать, у меня тоже заканчиваются телохранители. Правда, на самом деле это не имеет значения. Тебе нужно подлечиться; об остальном побеспокоишься позже.

- Так почему ты здесь? - спросил Корд, прихрамывая к одной из скамеек.

- Депро направляется сюда из Нопета, а это значит, что они, должно быть, собираются отложить съемки. Это должно быть впечатляюще, даже отсюда. Я подумал, тебе захочется посмотреть.

- О, на это было бы забавно посмотреть, - сказала Пиди. - Ты снимаешь все лицо Каркрага, да?

- Пиди не должна напрягаться, - сказал Корд, откидываясь на спинку скамейки. - Мы останемся здесь.

- Пиди не должна напрягаться? - повторил Роджер. - Что, черт возьми, это значит?

- Ничего, - сердито ответила Пиди. - Ничего такого, по поводу чего он имеет какое-либо право принимать решение.

- Ты моя бенан, - холодно сказал Корд. - Я отвечаю за обеспечение твоего благополучия, так же как и ты - за обеспечение моей безопасности.

- Благосостояние, возможно, - выплюнула она в ответ. - Но не безопасность . Со мной все будет в порядке, спасибо!

- Вау, - сказал Роджер. Он взглянул на двух других бывших рабов, которые забились в угол, явно недовольные спором. - Я не хочу пересекать всю эту планету только для того, чтобы умереть в результате бытовых беспорядков. Корд, тебе нужно выйти на свежий воздух... ну, настолько свежий, насколько это возможно здесь. Мы поднимемся на стены, посмотрим кадр и вернемся. И пока мы идем, вы оба можете думать о том, что вы хотите рассказать мне о том, что происходит.

- Это не твоя ответственность, принц Роджер, - сказал Корд.

- Как ты уже указывал мне раньше, старый лягушонок, я несу ответственность за успех или неудачу всего в этой группе. И у нас будет этот разговор. После того, как мы посмотрим кадры.

* * *

- Они начинают нервничать, - сказал Панер. Краты послали еще одну группу вверх по горе, используя путь, отличный от того, которым пользовался их собственные люди. Поскольку команда безопасности отступила, было даже к лучшему, что краты прибудут слишком поздно. Однако они также вывели большую часть своих сил из палаточного городка и, похоже, готовились к крупномасштабному штурму.

- Да, - вкрадчиво сказал Гастан. - Разве это не прекрасно?

- У вас подход вашей дочери к обращению с врагами, - сказал Панер со смехом.

- К счастью, у меня нет ее подхода к обращению с друзьями, - ответил король шинов тоном, в котором внезапно появилось такое раздражение, что Панер посмотрел на него с неподдельным удивлением.

- А я думал, нам здесь рады, - сказал он. - Или я чего-то не понимаю?

- Нет, вам рады, даже если за вами гонится целая армия, - сказал Гастан. - Вашей светлости О'Кейси должно быть очевидно, что эта война позволила мне укрепить свою власть так, как не удавалось ни одному Гастану за последние три десятилетия. И ваша поддержка была неоценима в этом. Но я мог бы пожелать, чтобы моя дочь сделала лучший личный выбор.

- Ладно, теперь вы действительно меня запутали, - сказал Панер, когда краты начали заполнять штурмовые траншеи. Гастан посмотрел на него сверху вниз и сделал жест смущенной покорности.

- Я хотел бы лучше понимать язык твоего человеческого тела. Ты что, шутишь? Или ты действительно не видишь знаков?

- Признаков чего? - спросил Панер. Вдалеке зазвучали рога сборища кратов, когда все войско начало двигаться вперед. Войска в штурмовых траншеях попытались бы прижать обороняющихся, чтобы расчистить путь для массового штурма стен.

- Ты действительно их не видишь, не так ли? - сказал Гастан. Панер снова посмотрел на линию шинов и покачал головой.

- Она беременна, - сказал Гастан, когда взорвалась взрывчатка на склоне холма и гора развалилась на части.

* * *

По счастливой случайности, больше, чем по знаниям, количество и расстояние между зарядами взрывчатых веществ были почти идеальными, не слишком близкими и не слишком разными. Поначалу единственным признаком надвигающейся катастрофы была серия приглушенных глухих ударов и грибовидная форма пылевых струй над каждой из скважин. Депро настроила их на последовательный подрыв, а не одновременный, и серия выстрелов сработала как очень большой пулемет, поскольку шестнадцать зарядов взорвались менее чем за три секунды.

На мгновение после этого воцарилась тишина, и Панер испугался, что все планирование было напрасным. Затем, медленно, склон горы начал сползать. Гигантские деревья местного тика были первыми, кто продемонстрировал движение, раскачиваясь взад-вперед, как будто их подбрасывало сильным ветром, прежде чем они начали скользить. Затем начала подниматься пыль, и, наконец, вся масса начала сползать на дно долины, чтобы соудариться с гигантским грохотом, который ощущался даже в Мадх-Хеме.

В этот момент заблокированные воды начали искать выход. И искать, и искать... и подниматься, и подниматься.

* * *

- Круто, - сказал Роджер, глядя на аккуратный участок земли, который был снят со склона горы. Они с Депро перебрались на стену города шинов и теперь стояли, наблюдая за битвой с безопасного южного парапета.

Городские стены не шли ни в какое сравнение с могучими крепостными валами Нопет-Нуджама. На самом деле это были просто двойные деревянные частоколы с утрамбованной земляной насыпью, а сооружения, примыкающие к воротам, были открыты сверху, а под ними располагались небольшие караульные помещения. Стены города были спроектированы так, чтобы останавливать случайные набеги Бича или враждебных шинов, а не отражать серьезные атаки, которые были направлены на Нопет-Нуджам. И для прежней цели они сработали просто отлично. Они также обеспечили шикарную смотровую площадку.

Издалека это выглядело так, как будто какой-то великан взял ложку для мороженого и зачерпнул порцию базальта и пепла. Массивная крепость кратов скрывала все, кроме столба пыли, поднимающегося в воздух позади нее, но было ясно, что большая часть того, что они намеревались сделать, сработала.

- Теперь посмотрим, не блокирует ли это воду, - сказала Депро.

- Ты молодец, Нимашет, - ответил он, обнимая ее за талию.

- Мы посмотрим.

- Пессимист, - усмехнулся он.

- Я всегда держу в уме, что может пойти не так.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

- Все идет не очень хорошо, - сказал Панер.

- Скажи мне что-нибудь, чего я не знаю! - крикнул в ответ Гастан, воткнув один из коротких мечей шинов в прорезь для копья и вытащив его обратно красным.

Краты начали атаку всеми силами, и если очень скоро что-то кардинально не изменится, это сработает. Штурмовые группы с криками выскочили из траншей, нагромождая тела на уже пропитанную кровью землю. Они едва добрались до стен, прежде чем умереть, но при этом поглотили достаточно огня защитников, чтобы позволить основным силам кратов подойти к ним последовательными волнами. Бешеная атака была сосредоточена на главных воротах и стенах по обе стороны, и третьей волне удалось разбить защитников шинов на зубчатых стенах и захватить три участка.

Вклад людей в основном заключался в устранении руководства, и они проделали хорошую работу. Роты кратов, которые добрались до стены с все еще стоящими на ногах офицерами были редкостью, но даже это не остановило штурм. Давление сзади каждой волны загоняло даже самых трусливых в атаку и на стены. Теперь защитникам ворот оставалось лишь удерживать фланговые бастионы и делать все возможное, чтобы не допустить никаких таранных ударов.

- Поэртена, что на твоей стороне? - позвал капитан.

- Краты, краты и еще раз краты, сэр, - крикнул в ответ пинопанец, прицелившись и выстрелив через щель. - Однако другой бастион держится.

- Капитан! - крикнула Бекли из одной из передних щелей. - Вы можете видеть, как вода поднимается из реки! На этой стороне крепости!

- Где? - потребовал капитан, подходя к щели рядом с Бекли и увеличивая изображение на своем шлеме. - Не бери в голову. - Через мгновение он усмехнулся. - Теперь, если бы мы только могли указать им на это.

- Оглянитесь назад, вы, тупые ублюдки! - крикнул Гастан из своей щели. - Река поднимается! Река сражается за шинов!

* * *

- Отключите его! - крикнул Трал. - Разрушьте эту плотину! Сейчас же!

- Как? - спросил командир крепости. Он уже обдумал эту проблему и готовил плоты, груженные порохом. У него были сомнения в их эффективности, но это была единственная возможность, которую он видел. К сожалению, даже если бы у них был хоть какой-то шанс на успех, их пришлось бы направлять на место, и еще через час - меньше - вода поднялась бы над рабочей зоной. Она поднималась быстрее, чем судостроители успевали закончить свое судно.

- Я не знаю! - прорычал командир Сире. - Разберись с этим! - Он впился взглядом в далекую крепость шинов и взмахнул обеими вторичными руками в жесте яростного гнева. - У нас есть силы на стене. Все, что им нужно сделать, это взять Нуджам, и мы сможем переехать туда. Это все, что им нужно сделать!

* * *

- Сало! - приказал Гастан, не отрывая взгляда от щели. - Посмотрите назад! Река поднимается! - взревел он, когда кипящий жир был вылит на войска кратов, толпившиеся на зубчатых стенах снаружи бастиона. - Идите остыньте там!

- Так и есть, - пропыхтел Панер сквозь нарастающий хор криков, приветствовавших брызги жира. Морской пехотинец только что вернулся в щель рядом с королем шинов после того, как справился с другой угрозой. Штурмовая группа кратов взломала нижние двери бастиона, и им пришлось потрудиться, чтобы остановить их, а затем воздвигнуть баррикаду. Долгий подъем обратно на вершину никак не повлиял на его дыхание, но он мог ясно видеть, как вражеская армия начинает стекать со стен. Она разворачивалась с тыла, где оставшиеся силы могли видеть, как река поднимается, чтобы захлестнуть все их мирские блага. Но те, кто был на стенах, тоже это видели, и они спускались вниз быстрее, чем поднимались. Вода уже наполовину достигла палаточного городка; к тому времени, когда те, кто был на стенах, доберутся до него, вся территория окажется под водой.

- Все, что мы сейчас делаем, это ждем, когда они придут к неизбежному выводу, - продолжил Панер. - И тем временем сохраним наших собственных людей.

* * *

- Вот и все. - Роджер снова увеличил изображение на своем шлеме. - На стенах нет кратов. Все кончено, кроме переговоров.

- Это должно быть достаточно сложно, чтобы продолжать. - Депро покачала головой. - Эта армия развалится на части, когда осознает свое затруднительное положение.

- Уверен, что капитан справится с этим, - ответил Роджер и повернулся, когда на маленький деревянный бастион поднялись Корд и Пиди, сопровождаемые двумя освобожденными рабами.

- На этот раз ты отсиделся, - с ворчанием заметил Корд. - Хорошо.

- Ты готов к этому, Корд? - спросил Роджер. Шаман все еще заметно прихрамывал и клонился набок, когда двигался, и Роджеру не очень нравился звук его дыхания.

- Целитель Добреску говорит, что мне нужно начать передвигаться, - ответил Корд. - Я перехожу с места на место. Лестница, я признаю, была неприятной.

- Старый дурак, - пробормотала Пиди себе под нос.

- И ты тоже выглядишь лучше, Пиди, - отметил Роджер. В походке женщины-шин была пружинистость, которой он не видел уже довольно давно.

- Спасибо, ваше высочество, - ответила Пиди. - Удивительно, что немного сна и немного васена могут сделать для женского мировоззрения.

Депро фыркнула и покачала головой.

- Я никогда не могла вникнуть во всю эту историю с косметикой. Таким образом, мне бросают полный вызов.

- Это как любое другое оружие или доспехи, - сказала Пиди с юмористическим жестом. - Ты должна практиковаться, практиковаться, практиковаться.

- О, как секс, - жизнерадостно заметила Депро, затем ухмыльнулась, услышав сдавленный вздох Роджера.

- У нас это... по-другому, - несколько чопорно сказала Пиди. - Мы не занимаемся этим как... развлечением.

- Очень жаль. - Депро снова ухмыльнулась. - Ты не знаешь, чего ты лишаешься.

- Ну, разве сегодня не чудесный денек на свежем воздухе? - Роджер махнул на север, где более темное пятно облаков указывало на приближение дождя. - Дымящиеся вулканы, запах серы на ветру, армия Крата сдается...

- Они сдались? - взволнованно спросила Пиди.

- Мы еще не получили сообщения, - признался Роджер. - Но они отошли от стен. Война, похоже, закончилась.

- Я с нетерпением жду возможности зарезать их для разнообразия, - мрачно сказала женщина-шин.

- Ах, мы намеревались предложить им условия, - отметил Роджер. - Я думаю, было бы... трудно убить их всех. И мы, вероятно, сможем получить за них больше, если они живы.

- Вы, люди, в этом смысле такие глупые. - Жест Пиди граничил с презрением. - Предлагаю отрубить всем им головы и спустить тела вниз по реке. Таким образом, они получат сообщение.

- Ну, есть альтернативы, - сказал Роджер. - Мы могли бы просто ослепить и кастрировать их всех, а затем заставить их вернуться пешком. Всех, кроме одного из двадцати или около того, которого мы можем оставить с одним глазом, чтобы вести остальных. Или мы могли бы обстрелять их из пушки; вы могли бы зарядить их бомбардами до самых бедер. Или мы могли бы накрыть их досками, затем поставить столы и стулья поверх досок, сесть и съесть наш ужин, пока они все были раздавлены насмерть. Или, что лучше всего, мы могли бы снова захватить космопорт, вернуться со штурмовыми шаттлами и сбросить на них оружие на жидком топливе. Они хотят огня, мы дадим им огонь.

- Вас поняла, - сказала Депро.

- Это подошло бы, - согласилась Пиди. - Но я могу сказать, что ты шутишь.

- Суть в том, что люди перестают заниматься подобными вещами, потому что мы чертовски хороши в этом, - сказал Роджер. - Мы можем сделать это эффективно или изощренно, используя миллион различных методов, отобранных из всей нашей истории. Я сомневаюсь, что мардуканцы могут превзойти нашу изобретательность, хотя они могли бы сравняться с ней. Но этот путь никогда ни к чему вас не приведет; вы попадаете в ловушку вечного круга массовых убийств и ответных массовых убийств. Только после того, как вы разорвете порочный круг и создадите сильные группы - нации, - которые будут обеспечивать соблюдение законов и требовать какого-то международного стандарта приемлемого поведения, ситуация начнет улучшаться.

- Прекрасно, но мы здесь. И это сейчас, - запротестовала шин. - И когда вы, люди, уйдете, краты все еще будут там. И их солдаты все еще будут там, и Бич все еще будет там.

- Все это часть переговоров, - ответил Роджер. - Они потеряли свою полевую армию. Если они не получат ее обратно, они станут мертвым мясом для других сатрапов. Мы лишим их сокровищ, заставим платить дань и заставим подписать обязательные к исполнению договоры, запрещающие набеги за рабами. Мы будем брать дань не для того, чтобы "наказать" их, а для того, чтобы ослабить их, чтобы они не представляли для вас смертельной угрозы. Условия могут соблюдаться, а могут и нарушаться. Но люди, которые дружелюбны к шинам, также будут контролировать космодром, Пиди. Если краты выйдут из-под контроля, мы можем послать штурмовой шаттл. И мы это сделаем.

- А как насчет Бича? - спросил Сли.

- А что насчет них? - Это был первый раз, когда Роджер услышал, как один из освобожденных рабов задает вопрос, поэтому это застало его немного врасплох.

- Меня не волнует Сире, мой господин, - ответил слуга. - Но это Бич, который сжег наши дома и забрал наших детей. Они выходят на свободу?

- Я сомневаюсь, что мы сможем конкретно нацелиться на них, - сказал Роджер через мгновение. - Но они останутся без работы.

- Что означает, что они снова станут бандитами, - сказала Пиди. - Да будет так. Шин в любой день - лучшие бандиты, чем Бич.

- Не совсем то, к чему я бы стремился, - вздохнул Роджер. - Но если это то, что держит твою лодку на плаву.

- Ваша светлость! - крикнул единственный стражник шинов. - Есть сообщение из северной башни. На краю Огненных земель была замечена группа!

- Насколько большая? - спросила Пиди. Она подошла к парапету бастиона и вытянула шею, пытаясь заглянуть за северные укрепления города.

- Я не знаю, - ответил стражник. - Сообщение было просто "группа". - Он указал на северный бастион, где был поднят красный флаг со сложным рисунком.

- Время поменяться местами, люди, - сказал Роджер. Он повернулся и направился к лестнице. - Мне не нравится такое время.

* * *

- Дерьмо. - Роджер снова увеличил изображение на своем шлеме. - Если не сильно ошибаюсь, это рейдовый отряд Бича. Как, черт возьми, им удалось таким образом обойти нас сзади?

- Мы знали, что Бич нашел путь через Огненные земли, - сказала ему Пиди почти рассеянно, напрягая собственные глаза, когда смотрела поверх стены. - Мы должны были помнить об этом. Я должна была помнить, поскольку именно так я оказалась в их руках до того, как леммары захватили меня. Но все их пленники были в капюшонах по пути через лавовые поля, поэтому я не смогла сказать отцу, где лежит их маршрут. - Она горько фыркнула. - Похоже, они снова решили использовать его.

- Вас поняла, мы... сильно в меньшинстве. - вставила Депро. Она сама подсчитывала, и ей не понравился ее итог. - У нас в городе около пятнадцати стражников, и там больше сотни кратов.

- Это нехорошо, - согласилась Пиди. - Но это тоже не так плохо, как кажется. Многие лидеры кланов привезли с собой свои семьи, и многие из них обучены так же, как и я. И у нас есть стены. Я пойду приведу их в порядок, приведу их сюда. Ты можешь отправить сообщение Нопет-Нуджаму?

- Могу, - сказал Роджер. - Но это в часе езды оттуда. Даже если бы они послали васинов сейчас, они были бы здесь слишком поздно. Бери своих боевых дам. Я собираюсь найти свои доспехи.

- Что ты собираешься делать, Роджер? - нервно спросила Депро.

- Попытаюсь вежливо отговорить их, - ответил принц.

* * *

- Сор Теб, пока я живу и дышу.

- Добрый день, принц Роджер Рамиус Макклинток, - ответил глава Бича, подходя ближе, пока не оказался на расстоянии вытянутой руки.

Рейдовый отряд Бича остановился и развернулся на расстоянии полета дротика от стен. Их было, наверное, полторы сотни - смесь рейдеров из кратов и шейдемов. Они были легко вооружены и бронированы, но, учитывая, с чем им пришлось столкнуться, это, вероятно, не имело бы значения.

За исключением Роджера.

Принц облачился в свои боевые доспехи и взял с собой тяжелую шариковую пушку. Они еще не получили много боеприпасов из космопорта, потому что большую часть своего транспорта использовали для взрывчатки, необходимой для разрушения горы. Но они раздобыли несколько патронов для шариковых пушек, и его набор был заряжен картечью поверх более крупных ядер. Если бы он открыл огонь, то покрыл бы поле кусками кратов и шейдемов.

- Ну, если ты знаешь, кто я такой, ты должен знать, что я не блефую и очень хорошо веду переговоры, - спокойно сказал Роджер Тебу и почувствовал укол веселья, когда командир Бича слегка напрягся. Очевидно, мардуканец надеялся, что шок от осознания того, что его опознали, хотя бы немного собьет Роджера с толку.

- Ты здесь с дурацким поручением, Сор Теб, - продолжил принц. - Сире были хладнокровно остановлены, и наше подкрепление прибудет сюда в кратчайшие сроки. Ваша армия оказалась в ловушке между нашими стенами и поднимающейся рекой, и она массово сдается. Все пленники, которых вы возьмете, будут возвращены, иначе вы не получите обратно свою полевую армию. И если вы не развернетесь прямо сейчас, в рамках переговоров мы добавим вашу голову к нашим требованиям.

- Очень храбро, ваше высочество, - сказал Бич с хрюкающим смехом. - Но есть три вещи, о которых ты не знаешь. Во-первых, учитывая ситуацию, которую вы и ваши люди создали в Кирсти, моя голова в любом случае не стоит плевка в огонь. Во-вторых, мы здесь не для того, чтобы брать пленников; мы здесь для того, чтобы убить всех, кого сможем, и разграбить город до основания, а затем вернуться к шейдемам. Я не собираюсь возвращаться в Кирсти.

- Что ж, в таком случае мое последнее замечание заключается в том, что если ты не вернешься, я собираюсь превратить тебя в пасту, - сказал Роджер, поднимая пистолет с шариками. - Я могу убить по крайней мере половину из вас, прежде чем вы доберетесь до стен. И тогда я смогу разыскать остальных и вырвать твои руки из суставов. О, и ты не умеешь считать - это было всего два замечания.

- Но я могу, ваше высочество. - Крат повел рукой вокруг. - Мое третье замечание заключается в том, что у меня есть для тебя сюрприз.

Роджер никогда на самом деле не видел примера устройства в левой истинной руке командира Бича - так сказать, во плоти. Но он сразу же узнал это. Он был не больше старого докосмического фонарика, и принцип, на котором он работал, был почти таким же древним, как и его внешний вид. Очень немногие предметы на самом деле могли пробить хромстеновую броню, но существовали способы обойти это. По сути, "сюрприз" Сор Теба был последним оружием контактной дальности, специально разработанным для поражения боевой брони или легкобронированных боевых машин. Известный как "одноразовый", он состоял из сверхпроводящего конденсатора, мощного миниатюрного тягового луча и стограммового заряда пластифицированного катаклизмита в облицованном хромом канале.

Если бы одноразовый пистолет можно было привести в физический контакт с целью и активировать, тяговый луч с конденсаторным питанием зафиксировал бы его там, как неподвижную тарелку. Затем катаклизмит на высокой скорости загоняли в полый ствол оружия в виде комка консистенции пластилина для лепки. Когда он ударялся о внешнюю поверхность брони, он распространялся по ней, а затем взрывался. Контактный взрыв не мог проделать дыру в хромстене... но он мог провести через него ударную волну, а внутренняя поверхность брони была сделана не из хромстена. Она была сделана из пластали, гораздо более прочной, чем любой докосмический сплав, но гораздо менее стойкой к повреждениям, чем хромстен. С одной стороны, она поддерживала хромстеновую матрицу, а с другой - множество мониторов биологической обратной связи и сервоактиваторов, которые покрывали каждый квадратный миллиметр внутренней поверхности брони. И детонации такого количества катаклизмита было вполне достаточно, чтобы сорвать с внутренней поверхности брони "коросту" из пластали толщиной не более сантиметра или около того.

С более чем достаточной мощностью, чтобы нанести смертельные повреждения носителю брони, на которую нацеливалось оружие.

Во многих отношениях это было орудие самоубийства. Максимальная дальность, на которой тяговый луч мог быть активирован с любой вероятностью успешного захвата, составляла не более пяти-шести метров, и шансы на успешную атаку резко возрастали по мере уменьшения дальности. Это означало, что просто подвести его достаточно близко, чтобы ранить кого-то в силовой броне, было проблематично, но у него было более чем достаточно других недостатков.

Рукоятка одноразового оружия была специально разработана для сдерживания позднего взрыва катаклизмита, но она часто терпела неудачу. И даже если бы этого не произошло, если тяговый луч не смог плотно зафиксироваться на цели, ответный удар с лицевой стороны брони цели обычно убивал бы любого небронированного человека поблизости. Не говоря уже о том факте, что, когда замок луча полностью выходил из строя, одноразовый пистолет превращался в старомодную ракету на химическом топливе со всей тягой, которая когда-либо понадобится, чтобы пробить насквозь человеческое тело или, по крайней мере, оторвать ему кисть. Но когда это срабатывало, это позволяло кому-то без брони сразить бронированного противника.

Сор Теб доказал, насколько он быстр в Кирсти. Был ли он на самом деле быстрее Роджера или нет, без сомнения, было интересным моментом, но на данный момент не очень актуальным. У него было преимущество внезапности, и, в отличие от него, Роджер пытался сделать две вещи одновременно. Он уже начал поднимать шариковую пушку, когда узнал одноразовый выстрел, и движение его собственного оружия слегка отвлекло его, когда мардуканец направил на него вспышку одноразового выстрела. Даже если бы этого не произошло, физика была против него.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

- Черт! - Депро вскинула винтовку к плечу. - РОДЖЕР!

Она попыталась найти Сор Теба, но как только он выстрелил, вся группа Бича бросилась бежать к стенам. А Теб не был дураком. Он растворился в массе, исчезнув за пределами ее способности выделить его из нее. Поэтому она в отчаянии выбрала одного наугад и всадила пулю ему в грудь.

- Моддерпокеры!

- Что случилось? - крикнул Корд. - Что случилось?!

Все, что он смог увидеть, это то, что произошла яркая вспышка, и что Роджер был на земле. С такого расстояния его броня казалась неповрежденной, но он не двигался.

- Один выстрел! - прорычала она. - Это противотанковое оружие малой дальности действия. Бесполезно на расстоянии нескольких метров, и его трудно использовать, но если ты попадешь, это может разрушить броню. - Она осмотрела приближающийся отряд Бича, на этот раз в поисках кого-то, кто, казалось, был главным. Она нашла кого-то, кто махал рукой, что было для нее достаточно хорошо, и сделала еще один выстрел. Ее цель упала и исчезла под атакующими ногами его товарищей, и ей потребовалось мгновение, чтобы закрепить штык, когда нападавшие достигли частокола.

- Он жив? - потребовал Корд, затем покачал головой и поднял копье. - Мы должны были пойти на переговоры, а не он!

- Слишком поздно для этого, - парировала Депро и бросилась к частоколу. Шейдем вскочил на плечи двум другим Бичам, но отлетел назад, когда полуметровый кусок стали пробил его горло. Она развернулась на месте, когда еще одна голова показалась из-за стены. Налетчик отпустил хват и схватился за лицо, когда ее удар рассек его из стороны в сторону, но именно удар прикладом избавил ее от уродливой рожи.

Она передернула затвор и выстрелила от бедра, отбросив третьего налетчика с вершины частокола.

- Слишком поздно для этого, - повторила она, - но если он выживет, я убью его!

- Беспокойтесь о том, будем ли мы здесь, чтобы убить его, - посоветовала Пиди, снимая голову шейдема, которого Догзард прижала к внутренней стороне парапета. Корд, возможно, и не мог двигаться со своей обычной скоростью и мощью, но, по крайней мере, он был достаточно мудр, чтобы признаться в этом самому себе, и он переместился за спину своей бенан, прикрывая ее сзади и не вставая у нее на пути.

- Хорошее замечание, - пробормотала морской пехотинец, выискивая цель дальше по стене. - Будь мы прокляты, если нам не придется убить их всех.

- Я слышал, у тебя были проблемы с этим, - сказал Корд сквозь стон собственной боли, когда он вонзил свое копье в горло шейдема в вуали, который попытался обойти Пиди с фланга.

- Я только что пережила это!

* * *

- Мадх-Хем подвергается нападению, - ровным голосом сообщил Панеру Гастан.

Два командира переместились на зубчатые стены, чтобы наблюдать за событиями. Какое-то время на поле боя царил абсолютный хаос, поскольку армия Крата массово взбунтовалась. Теперь его командиры восстанавливали некоторый порядок, и начались официальные переговоры. Первоначальные переговоры были негласными; в них участвовали группы, которые были вооружены и подошли на расстояние выстрела к стенам. Тем, кто сложил оружие, было позволено переместиться к стенам, все еще на расстоянии, но достаточно далеко от поднимающихся паводковых вод.

Другие группы, более безрассудные или отчаянно пытавшиеся вернуть свои вещи, были застигнуты поднимающейся водой. Несколько таких ютились на разбросанных выступах возвышенности, но большинство было сметено наводнением. Общее число погибших таким образом было небольшим, но это сильно деморализовало, и только после того, как первые группы исчезли в голодных водах, краты начали активно сдаваться.

Когда первые признанные герольды отправились в путь, а краты сложили оружие, казалось, что война окончена. По крайней мере, у стен Нопет-Нуджама.

- Поговорим о том, как вырвать победу, - сказал Панер, глядя назад. Красные флаги бедствия над городом были очевидны... как и борющиеся фигуры на стенах. - Черт возьми.

- Мы не можем передать им приказ сдаться, - сказал Гастан. - Это займет слишком много времени.

- С Роджером все будет в порядке, - ответил Панер. - Депро заставит его надеть свои доспехи, и ничто из того, что есть у кратов, не пройдет через это. Но остальное...

Он перегнулся через край зубчатой стены и огляделся вокруг, пока не заметил человека.

- Тернер! Найди Растара. Скажи ему, чтобы вел всех васинов в Мадх-Хем; на него напали! Распространите информацию!

- Это в высшей степени неприятно. - Гастан опустил бинокль. - Они сжигают мой город. Если они думают, что это улучшит переговоры, они жестоко ошибаются.

- Побеспокойся об этом после того, как мы выясним, кто жив, а кто мертв, - пробормотал Панер.

* * *

- Э-э-э! - Депро так сильно ударила крата прикладом по лицу, что ее винтовка разбилась, но на самом деле это не имело значения. У нее совершенно закончились патроны... и почти не оставалось времени.

- Сукин сын верн! - Пиди закричала, блокируя удар посоха шейдема. Она рванулась вперед, словно стальная мельница, которая закончилась ударом ноги, отправившим шейдема спотыкаться обратно за край стены. Его кишки выскользнули вслед за ним.

- Пиди! - Депро ахнула и метнула свою сломанную винтовку мимо шин, как копье.

Сор Теб отразил удар одним из своих мечей и зарычал.

- Я собираюсь с удовольствием отправить тебя на костер, ты, ведьма-шин! - сказал командир Бича дочери Гастана. Он был едва ли не последним кратом на зубчатых стенах. Но, опять же, они тоже были в значительной степени одни.

- Сначала тебе придется с этим справиться, - сказала Пиди и бросилась вперед.

С точки зрения Депро, эта схватка была не чем иным, как стальным вихрем. Звук скрежещущих друг о друга мечей звучал так, словно множество сталей заточено в действии, и ни один из бойцов не обращал внимания ни на одно из других сражений, происходящих вокруг них. Они находились в сосредоточенном, уединенном мире стали и ярости, и когда Депро наблюдала за смертоносными сверкающими клинками, она, к своему изумлению, поняла, что рефлексы Пиди были такими же экстраординарными, как у Роджера или Сор Теба.

Они на мгновение оторвались друг от друга, словно по обоюдному согласию, как раз в тот момент, когда Корд, прихрамывая, подошел к ним, и шаман покачал головой.

- Запястье! Держи запястье прямо!

- Спасибо, - выдохнула Пиди. - Я буду иметь это в виду.

- Нет, я разговаривал с ним, - сказал Корд. - Его техника ужасна. Твое запястье идеально, дорогая.

- Дорогая? - Пиди посмотрела на него через плечо.

- Мне жаль, - сказал он. - Это просто вырвалось.

- Я собираюсь накормить тебя, твоего парня, и ты доберешься до костра, - пропыхтел Бич.

- Ты много говоришь, - ответила Пиди, снова сосредоточившись на текущей задаче. - Посмотрим, кто сегодня пойдет на костер.

- Да, мы так и сделаем.

Сор Теб сделал жест левой накладной рукой. Глаза Пиди метнулись к нему всего на мгновение, и именно тогда его правая накладная рука пошевелилась. Она бросила ей в лицо пригоршню пыли, и он полетел вперед прямо за ней.

Пиди вскинула свою накладную руку. Ей удалось остановить большую часть порошка, но часть его все же попала ей в глаза и рот, и она согнулась, когда мгновенная боль и тошнота пронзили ее. Но ей все же удалось опуститься на одно колено, и она взмахнула обоими мечами вверх, когда нисходящий удар Бича врезался ей в плечо.

Сор Теб посмотрел на два меча, по самые рукояти вонзившиеся ему в живот, и закашлялся потоком крови.

- Нет, - пробормотал он, пытаясь поднять свой опустившийся меч.

Корд поднял копье, но прежде чем он смог вонзить его вперед, Догзард, которой надоели эти дурацкие единоборства и справедливость, врезалась в грудь умирающего крата и решила дело, вырвав ему горло.

Депро метнулась вперед и поймала Пиди, когда из ее плеча хлынула кровь.

- Черт возьми, почему Добреску никогда не бывает рядом, когда он тебе нужен? - спросила она у вселенной.

- Пиди? - Корд опустился на колени рядом с ней, разрывая свою ненавистную одежду, пока не оторвал полоску и не скомкал ее в импровизированную повязку. - Пиди, не уходи от меня.

- Я... - Она вздрогнула. - Это больно.

- Целитель Добреску скоро будет здесь, - сказал Корд. - Он чудотворец - посмотри на меня. Просто держись. Не... не оставляй меня. Я не хочу потерять и тебя тоже.

- Ты не потеряешь... дорогой, - она выдавила улыбку. - У меня слишком много того, ради чего стоит жить. Ты... и твои дети.

- Мои? - повторил он почти рассеянно. Затем в отчаянии схватился за свои рога. - Мои? Как?

- Я... мне жаль, - сказала она со вздохом. - Тебе было так больно, ты так нуждался. Ты начал свой сезон, когда был травмирован. Я не могла смотреть на тебя в такой агонии, а ты звал свою... свою жену. Я... аааа! - Она задыхалась от боли. - Я люблю тебя...

- Слушай, это трогательно и все такое, но ты позволишь мне поработать с ее плечом или нет? - потребовал Добреску.

- Что? - Корд поднял глаза, когда медик постучал по нему ногой, затем встал. - Откуда ты взялся?

- Я говорил, что не вижу особой пользы от цивана, - ответил уоррент-офицер. - Никогда не говорил, что не знаю, как им пользоваться, - добавил он, когда на стенах появились первые васины.

- О, - добавил он. - Кавалерия здесь.

* * *

Роджер открыл глаза и застонал.

- Дерьмо, - пробормотал он. Его ребра чертовски болели.

- Воды? - сладко осведомился Добреску. У медика были темные круги вокруг глаз, но выглядел он таким же озорным, как всегда.

- Ну, поскольку я жив, я так понимаю, мы победили. - Роджер сделал глоток из предложенного водяного мешка, затем поморщился. - Что это было за яйцо, которое разбилось?

- Довольно здоровенное, ваше высочество, - произнес новый голос, и Роджер повернул голову как раз в тот момент, когда Панер сел рядом с его кроватью. Капитан тоже выглядел так, словно не спал слишком долго.

- Скажите мне, что я выгляжу лучше, чем вы двое, - сказал принц и поморщился, очень осторожно принимая сидячее положение.

- На самом деле, вы, вероятно, знаете, - ответил Панер. - Док?

- Главным образом четыре сломанных ребра и ушибы, - сказал медик. - Что не имеет большого значения для его высочества. - Он устало улыбнулся Роджеру. - Я продержал вас в отключке целый день просто для того, чтобы вы не путались под ногами и дали своим наннитам шанс начать ремонт, - добавил он. - Вы можете начать передвигаться, когда захотите.

- Это так больно... черт возьми, - отметил Роджер.

- Это хорошо, - сказал ему Добреску и встал. - Это могло бы удержать вас от глупых поступков.

Он легонько похлопал принца по плечу и вышел, оставив его с Панером.

- Ты жив, - сказал Роджер, возвращая свое внимание к морпеху. - Это хорошо. Как у нас обстоят дела в других случаях?

- Просто отлично, - ответил Панер. - Потери шинов были серьезными, как в Нопете, так и в Мадх-Хеме. Но они выживут. Гастан говорит о том, чтобы позволить некоторым кратам поселиться в долине, поскольку шины снова владеют обеими цитаделями.

- Рота? Диаспранцы? Васины?

- Потери низкие, - заверил его Панер. - Мы не потеряли ни одного морского пехотинца, даже Депро, о которой, я замечаю, вы не спрашивали. Мы потеряли двух васинов и диаспранца. Вот и все.

- Хорошо, - вздохнул Роджер. - Я собирался спросить о Нимашет, как только спросил о делах.

- Я не буду рассказывать ей о ваших приоритетах, - сказал капитан с редкой улыбкой. - Но отмечу, что я одобряю. И, по крайней мере, мы решили всю проблему с Кордом и Пиди.

- Какая проблема? Я знал, что что-то происходит, но не мог сказать, что именно.

- Ах, для этого ты спал. - Улыбка Панера превратилась в ухмылку, и он покачал головой, вытаскивая корень бисти и отрезая ломтик. - Гастан тоже был не очень счастлив, хотя и не показывал этого. Оказывается, она беременна.

- Пиди? - спросил Роджер. - Когда? Как? - Он помолчал мгновение, затем покачал головой с выражением почти благоговейного трепета на лице. - Корд?

- Корд, - подтвердил Панер. - Пока он выздоравливал. У него не было никаких воспоминаний об этом.

- Ой. О, и вся эта история с "я не могу использовать своего аси таким образом"... О, парень!

- Да, - сказал капитан. - Вот почему она не могла сказать ему, чьим ребенком - детьми - они были. Он предположил, что у нее была... интрижка, за неимением лучшего термина. Добавьте к этому, что она была значительно моложе его, больше чем вдвое, но что он был... заинтересован в ней в любом случае, и...

Роджер рассмеялся, затем от боли схватился за грудь.

- О боже. Майско-декабрьский роман, действительно! - вырвалось у него, чуть не с плачем от смеха и боли.

- Итак, теперь у Гастана появился новый зять, который старше его, - признал Панер. - И из того, что мы с Элеонорой можем выяснить, все еще даже сложнее. Поскольку старшему сыну Гастана, Тертику, не повезло погибнуть, Пиди является его законной наследницей. Но бенан не может унаследовать его положение. В истории шинов было несколько женщин-гастанов, хотя они очень редки. Чаще всего титул наследовала супруга наследника женского пола. Но бенан обязан следовать за своим бенаи, куда бы это ни привело, поэтому он вряд ли может оставаться дома, чтобы править племенами. К счастью, дети бенана могут наследовать. Итак, дети Корда - внуки Гастана - являются законными наследниками власти в долинах шинов.

- И поскольку Корд настаивает на том, чтобы следовать за мной за пределы планеты...

- Совершенно верно, - согласился капитан с тонкой улыбкой. - Я надеюсь, вы простите меня за то, что я указываю на это, ваше высочество, но у вас троих есть несомненный талант оставлять за собой хаос. Ну, честно говоря, я полагаю, мне не следует включать в это Корда. По крайней мере, до тех пор, пока мы не встретили леммаров и его чувство чести не втянуло его во все это!

- Я думаю, ты слишком строг к нему, - сказал Роджер со смехом. - Насколько я могу судить, он боролся изо всех сил, чтобы противостоять своему влечению к Пиди. Это не его вина, что он в конце концов проиграл - особенно после того, как она так бессовестно воспользовалась им, когда он был без сознания и не мог сопротивляться ее домогательствам!

- Ты бы придумал что-нибудь подобное, - сказал ему Панер, смиренно качая головой. - И я полагаю, что это действительно в некотором роде забавно. Но не смей смеяться, когда увидишь их. Они похожи на пару подростков. Это хуже, чем у тебя с Депро.

- О, большое вам спасибо, капитан, - сказал Роджер и усмехнулся. Затем поморщился, когда смешок отозвался собственным уколом боли.

- Или Джулиан и Косутич. Или Берент и Стиклз. Или, не дай Бог, Джено Мачек и ганни Джин, если уж на то пошло. - Морской пехотинец вздохнул, потирая голову.

- Мне жаль, Арман. - Роджер обратился к командиру своих телохранителей. - Я знаю, что мы взвалили на вас ненужное бремя, и за это я приношу извинения.

Капитан посмотрел вниз на ладонь на своей руке, затем похлопал по ней и покачал головой.

- Командные испытания просто делают жизнь интереснее, - сказал он со слабой улыбкой. - Хотя, после определенного момента, они действительно имеют тенденцию тянуть вас вниз. - Он снова покачал головой. - Например, я был бы очень признателен, если бы в обозримом будущем вы могли держаться подальше от дистанции одноразового пистолета.

- По-моему, это хорошая идея, - признал Роджер, откидываясь на подушки и очень осторожно ощупывая свою грудь. - Конечно, мне никогда не приходило в голову, что у этого ублюдка может быть такое.

- Мне бы это тоже не пришло в голову, - признался Панер. - И я не могу сказать, что тот факт, что он это сделал, делает меня очень счастливым. Но, по крайней мере, он не просверлил тебя начисто.

- Я не понимаю, почему ему это не удалось, - задумчиво сказал Роджер. - Я считал, как только одна из этих штуковин зацепится за твой нагрудник, ты почти облажался.

- В значительной степени, - согласился Панер. - Но, судя по вашей броне, вам удалось вывернуться вбок как раз в тот момент, когда он врезался в замок сцепления. Он не заперся ровно. Вместо того, чтобы поместить заряд взрывчатого вещества под прямым углом, он попал в вас наискось, и большая часть силы взрыва просочилась вбок по поверхности пластины. Этого все еще было достаточно, чтобы шоковое повреждение сломало вам ребра, вывело из строя около шестидесяти процентов систем вашей брони и лишило вас сознания. Но ему так и не удалось сдунуть струп внутрь, и вам повезло, ваше высочество. Ваши антикинетические системы продержались достаточно долго, чтобы не дать ему сделать что-нибудь похуже, чем сильно ударить вас по ребрам. Док Добреску не был бы так рад тому состоянию, в котором они находились, если бы у вас не было еще лучших наннитов, чем выдаются Корпусу. Я знаю, что ребра все еще чертовски болят, но они быстро восстанавливаются.

- Я знаю, что мне повезло, - согласился Роджер, все еще нежно исследуя свою грудь. - Просто мне так не кажется.

- Может быть, и нет, - мрачно сказал Панер. - Но если бы ему удалось вырвать эту заразу на свободу, все антикинетические системы в галактике не помогли бы вам. И если бы они потерпели неудачу, одно только сотрясение мозга превратило бы каждую косточку в вашем торсе в кашицу. - Он покачал головой. - Нет, ваше высочество. Вам определенно повезло. Это все, что спасло вас - ну, это и ваши усиленные рефлексы. Я не знаю, смог бы кто-нибудь другой развернуться настолько, чтобы поставить это под приемлемым для выживания углом.

- А что насчет Сор Теба?

- Ему тоже повезло... на какое-то время, - сказал Панер. - Тяговый луч, должно быть, достаточно хорошо заблокировался, чтобы, по крайней мере, остаться на месте, вместо того, чтобы прорваться прямо сквозь него. И угол, должно быть, был достаточно наклонным, чтобы направить ответный удар в сторону от него. Уверен, он решил, что ты действительно мертв, так как у него был при себе второй одноразовый пистолет, и он не использовал его на тебе, чтобы убедиться. К несчастью для него, он столкнулся с Пиди на парапете и потерпел неудачу.

- Боже, держу пари, ей это понравилось!

- Можно сказать и так. Особенно с учетом того, что именно это подтолкнуло Корда заявить о своих чувствах к ней, - согласился Панер со злым смешком.

- Но возвращаясь к вам и маленькому сюрпризу Сор Теба, - продолжил морской пехотинец, - возможно, ему и не удалось убить вас, но ему определенно удалось пробить вашу броню.

- Что нехорошо, - сказал Роджер с гримасой. - Не похоже, чтобы у нас с самого начала было так уж много исправных костюмов.

- О, все не так уж плохо, - успокоил его Панер. - На самом деле, Поэртена должен быть в состоянии решить эту проблему без особых трудностей. При условии, конечно, что мы захватим космопорт до того, как он взорвется.

- Поэртена? - приподнял бровь Роджер. - В чем его проблема?

- Он только что узнал, что у Маунтмарча есть полноценная мануфактура первого класса в порту, - сказал Панер, вставая. - Можете ли вы представить Поэртену с полномасштабным заводом-изготовителем в его власти?

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

Тему Джин взял свою чашку и сделал глоток. Его внимание - очевидно - было полностью сосредоточено на кофе, и он продолжал в том же духе, пока таймер не перевалил за мардукский полдень.

Обычно в центре управления связью дежурили два техника-связиста, но в обеденный перерыв они по одному уходили с дежурства, чтобы перекусить. Конечно, там все еще оставались два стражника, но они были размещены в вестибюле сразу за взрывозащищенной дверью, которая была единственным возможным входом, а не в самом центре. В этот конкретный день была очередь другого техника идти на обед первым, из-за чего Джин остался единственным человеком в комнате. Что для него сработало просто отлично. Особенно с учетом того, что центр связи также выполнял функции диспетчерской для периметра безопасности.

Краем глаза он наблюдал за схемой и внутренне кивнул, когда на его экране появилось первое обозначение возможного нарушения периметра. Как раз вовремя. Для разнообразия было приятно иметь дело с профессионалами.

* * *

Предполагалось, что охранники центра связи будут отправлены на велосипедах вместе незадолго до полудня, вместо того, чтобы по одному отправляться за чем-нибудь съестным, но их смена запоздала. В этом не было ничего необычного - на Мардуке смена обычно приходила поздно, и они опаздывали в свою очередь. Но это означало, что они немного страдали от низкого уровня сахара в крови, что делало их более угрюмыми, чем обычно, с мардуканским посланником.

- Чего ты хочешь, пенистый?

- У меня сообщение от губернатора, - сказал Растар на тщательно продуманном имперском с сильным акцентом, держа свое сообщение перед камерами наблюдения. Он стоял там в одежде, похожей на пончо, которую обычно носили крестьяне в окрестностях космопорта, и старался выглядеть как можно более похожим на одну из местных деревенщин.

Должно быть, это сработало.

- Хорошо, мы передадим это выродку, - сказал один из охранников и набрал код, чтобы открыть дверь.

- Спасибо, - сказал Растар на своем ужасном имперском и шагнул внутрь, чтобы передать сложенное послание, когда дверь закончила открываться. Затем он снова сунул руку под "пончо".

- И если вы будете настолько добры, что отведете меня в центр связи, - продолжил он на неожиданно безупречном имперском, когда четыре ножа с полимерными лезвиями сомкнулись, как ножницы, на шеях охранников, - я оставлю вас в живых.

* * *

- Центр связи у Растара и Джина, - сказал Джулиан. - Команда Фейна сняла охрану у главных ворот. Воины шинов прорвали заграждение в космопорту и захватили автопарк. У меня есть код, подтверждающий, что плазменные башни отключены.

- Я поверю в это, когда мы окажемся внутри, - прорычал Панер и пошевелил телом, пробираясь сквозь куски руды в задней части тележки с туромом.

Главная трудность при захвате космопорта заключалась в том, что сенсорная сеть простиралась далеко за его периметр. Помимо усиленной радиолокационной развертки с геосинхронного спутника, по всей округе были разбросаны датчики-микриты. Эти крошечные датчики передавали данные о выбросах энергии, следах нитритов, формах металла и множестве других показателей, которые могли означать потенциальную атаку как низкотехнологичных, так и высокотехнологичных противников. Справиться с ними было на самом деле несложно, но это отнимало много времени и было кропотливым делом.

Одной из вещей, которые искали датчики, были признаки хромирования или блоков питания высокой плотности. Чтобы скрыть и то, и другое, бронекостюмы были спрятаны в грудах металлической руды после того, как тесты показали, что руды было достаточно, чтобы скрыть их от собственных датчиков морских пехотинцев.

Предприятие регулярно закупало сыпучие материалы у кратов и шинов, и, опять же, агент ИБР был неоценим. Он потратил свое время и ограниченные ресурсы на подкуп различных сотрудников учреждения, что давало ему всевозможные интересные возможности, когда он в них нуждался. В этом случае он не только убедил начальника отдела снабжения, что ему нужно сделать заказ "немного пораньше", но даже дал ему список того, что заказать. Если бы шеф не захотел подчиниться, определенные фотографии, которые были у него в личной системе, были бы переданы губернатору. Удивительно, но заказ на шесть тележек железной руды и десять продовольственных смесей был размещен в течение дня.

Теперь, когда сенсорная сеть и - будем надеяться - плазменные башни находятся под контролем "дружественных" сил, пришло время постучать во входную дверь.

- Что ж, давайте выясним, что может пойти не так, - сказала Косутич, выпрыгивая со дна тележки с туромом в позу паука. Она посмотрела на открытые ворота и покачала головой. - Остерегайтесь одноразовых выстрелов; мы знаем, что поблизости есть какие-то из них.

Других разговоров практически не было, когда морские пехотинцы высыпали из повозок и прошли через ворота. Они разделились на команды по три и четыре человека и рассредоточились по объекту.

- Защищенная связь, - пропел Джулиан, рысцой следуя за Панером, когда они оба направились в апартаменты губернатора. - Оружейный склад: диаспранцам нанесли там удар, но команда морской пехоты его обезвредила. - Слева послышалась стрельба, и он проверил свой блокнот. - Казармы держатся, но ситуация не угрожающая.

- Отправьте туда вторую волну васинов, - сказал Панер. - Диаспранцам оставаться на связи. Отправляйся в космопорт.

- Вторичная диспетчерская башня в безопасности, - продолжил Джулиан. - Там никого нет. Техническое обслуживание и ремонт: никакого сопротивления.

Они обогнули оружейный склад и зашагали по ухоженной лужайке перед резиденцией губернатора. Двух людей у парадных дверей надежно связывали диаспранцы, одетые как "мальчики" по уходу за газоном.

- Слуги в безопасности, сэр, - сказал сержант Шри, рывком поднимая одного из охранников-людей на ноги. - Губернатор в своих покоях.

Панер проследовал по схеме, услужливо присланной Тему Джином, к комнатам, отмеченным на карте, и остановился у главных дверей.

Джулиан шагнул вперед и окинул помещение глубоким взглядом радара. После неприятного взаимодействия Роджера с одноразовым пистолетом все они начали возвращаться в режим "нам могут навредить даже в броне". Потребовалась некоторая корректировка - броня была абсолютным козырем во многих предыдущих столкновениях, - но они добивались своего.

- Отсутствует оружие высокой мощности, - доложил Джулиан, водя сенсорной палочкой взад-вперед. - Двенадцатимиллиметровый шариковый пистолет. Вот и все.

Панер на мгновение задумался над управлением дверью, затем пожал плечами и пинал пластик с памятью до тех пор, пока не нанес достаточный ущерб, чтобы заставить его разойтись. Он шагнул сквозь него, затем выругался, когда пуля отскочила от его брони.

- О, это прекрасно, - прорычал он.

Джулиан последовал за ним и покачал головой, увидев голого, дрожащего мальчика посреди кровати. Мальчику - ему не могло быть намного больше десяти - было очень трудно просто держать тяжелый шариковый пистолет, но выражение его лица было почти таким же решительным, как и испуганным.

- Положи эту штуку, ты, маленький идиот, - строго сказал ему Панер через внешние динамики его брони. - Даже если тебе удастся ударить меня снова, это только отскочит и причинит кому-нибудь боль. Где губернатор?

- Я тебе не скажу! - закричал мальчик. - Имир сказал мне ничего тебе не говорить!

- Ванная, - сказал Джулиан и подошел к кровати. Он протянул руку и перевел шариковый пистолет в положение "безопасно", затем выдернул его из рук парня. - Просто останься тут на секунду, - сказал он ему.

Панер прошелся по спальне. На этот раз он не стал утруждать себя пинками; он просто всадил снаряд из шариковой пушки в верхнюю часть двери ванной, предварительно убедившись, что его бронированное тело находится между кроватью и любым возможным рикошетом.

Шарик прошел через дверь, через стену за ней, через участок стены казармы, а затем направился к горам вдалеке, когда Панер вошел в дверь и поднял голого толстяка в ванной за то, что осталось от его волос.

- Губернатор Маунтмарч, - прорычал он, приподнимая подбородок чиновника дулом пушки, - мне доставляет особое удовольствие поместить вас под арест за государственную измену. Мы собирались добавить всевозможные дополнительные пункты, но думаю, что просто остановимся на педофилии. Казнить кого-то можно только один раз.

- Черт. - Джулиан поморщился, увидев внезапно появившуюся на полу желтую лужицу. - Уборка в десятом проходе.

* * *

- И это все? - Роджер откинулся на спинку стула во главе стола для совещаний. - Это и есть та большая битва за космопорт, над которой мы потели последние шесть месяцев? - Он вздрогнул и посмотрел на дверь. - Кстати, о потоотделении, или, скорее, нет, кто-нибудь, включите термостат.

Панер улыбнулся. Затем он нажал на кнопку управления на поверхности стола из местного тика, и над ним расцвело изображение планеты.

- Ну, ваше высочество, у нас было двести васинов и диаспранцев, - сказал он, кивая на Фейна и Растара, которые выглядели заметно вялыми. Джулиан установил термометр примерно на тридцать пять градусов, что для мардуканцев было слишком низким показателем. - У нас также была внутренняя помощь от агента Джина и почти тысяча шинов.

- Которые ожидают, что им заплатят, - сказал Гастан. - Мне понадобятся различные безделушки, чтобы успокоить кланы холмов, но что касается меня, мне нужно оружие. Предпочтительно шариковые ружья.

- Это не проблема, - заверил его Роджер. - Мы организуем отправку как можно скорее.

- У нас есть и другие потребности, ваше высочество, - отметил Панер. - Войска нуждаются в перевооружении. У нас есть базовые запасы большинства материалов, но их нужно будет установить и отладить электронику. Для этого нужна мануфактура.

- Мы составим расписание, - сказал Роджер. - Надеюсь, никто не возражает, что экипировка войск имеет первостепенное значение? - Он оглядел качающие головы и жесты отрицания. - Хорошо. Я хочу, чтобы васины и диаспранцы также были экипированы.

- Почему? - спросил Панер. - Я думал, мы договорились, что они собираются охранять порт, а не идти с нами?

- Ну, им все еще нужна форма, - ответил Роджер. - Правильная, антибаллистическая форма - я хочу, чтобы они бегали в броне получше, чем эти стальные нагрудники. И контроль температуры также позволит им не впадать в спячку каждый вечер.

- И еще нужно подумать о захвате этого корабля, - прокомментировал Растар. - Знаю, вы думаете, что мы не можем быть полезны в этом, но я должен не согласиться. Наше место в битве - рядом с принцем и его морскими пехотинцами.

- Растар, - неловко сказал Роджер, - еще раз, я благодарю тебя за предложение. Но корабли... это неподходящие места для беготни неподготовленных людей.

- Тем не менее, - сказал Растар, - это наш долг.

- Ну, - сказал Роджер после минутного раздумья, - как насчет того, чтобы вы были дублерами? В любом случае, мы собираемся вернуть штурмовые шаттлы. Мы можем вместить в них около шестидесяти мардуканцев, как только вытащим все лишнее снаряжение. Если вы нам понадобитесь при нападении, мы вас позовем. Если вы нам не нужны, извини, вы действительно будете только мешать. Как только у нас будет корабль и у вас будет возможность осмотреть его, вы поймете.

- Это хороший довод, ваше высочество, - вставил Панер. - На самом деле, они могли бы немного потренироваться за пределами планеты, когда мы поднимем шаттлы в воздух; на базе достаточно топлива. И мануфактуру можно запрограммировать так, чтобы она оснастила их костюмами-хамелеонами и стандартными шлемами. У них не будет всех возможностей наших материалов, но этого будет достаточно. По крайней мере, связь и основные тактические данные. И термостаты.

- Более того, - он тонко улыбнулся, - они могут выступать в качестве телохранителей для вас, ваше высочество. Вы, конечно, понимаете, что не собираетесь участвовать в штурме корабля.

- О? - угрожающе сказал Роджер.

- О, - ответил капитан. - Теперь вы первый наследник, ваше высочество... и нет никаких других наследников, второго или третьего. Вами нельзя рисковать. И, честно говоря, многие моменты, которые вы затронули о мардуканцах, справедливы для вас. Вы не обучены корабельному бою. Я открыто признаю, что - оставляя в стороне такие незначительные вопросы, как имперская преемственность, небольшой вопрос о перевороте, необходимость спасти вашу леди-мать и мою личную клятву защищать вашу жизнь любой ценой - я бы в любой день взял вас в мардуканские джунгли, а не в отделение морской пехоты. Но не на корабль. Разные обстоятельства, разное оружие - и вы не обучены ни тому, ни другому. И сейчас не время позволять "природным способностям" идти своим чередом.

- Значит, мардуканцы и я отсиживаемся на планете? Пока вы с морскими пехотинцами захватите корабль?

- Это правильный план, ваше высочество, - вмешалась старший сержант.

- Но...

- Если вы решите отменить мой приказ, ваше высочество, - стоически сказал капитан, - я подам в отставку, прежде чем попытаюсь предпринять какие-либо действия. На данный момент я не буду рисковать вами.

- Черт, - с горечью сказал Роджер. - Ты серьезен.

- Как сердечный приступ, ваше высочество. Вы больше не относитесь к категории, которую можно подвергать даже малейшей угрозе. Вы - наследник. Я не могу в достаточной степени подчеркнуть это.

- Хорошо, - сказал Роджер, качая головой. - Я останусь на земле с мардуканцами.

- Я хочу услышать ваше слово по этому поводу. И без уклонений.

- Я останусь на земле... если только вы не вызовете подкрепление. И примите к сведению: если вы не вызовете подкрепление, когда оно вам понадобится, вы подвергнете меня опасности. И если вы окажетесь на закуску к бою, все ставки отменяются.

- Согласен, - кисло сказал Панер.

- Так что вам лучше побыстрее захватить корабль, - заметил Роджер.

- В этом не должно быть ничего особенного, - сказала старший сержант. - Большинство бродячих грузовых судов довольно застенчиво относятся к тому, что их грабят, по очевидным причинам. Но у нас будет защищенный шаттл, и как только мы пройдем через шлюз, они мало что смогут сделать против взвода морских пехотинцев на борту.

- Ты забираешь всех? - спросил Роджер.

- После погибших осталось достаточно костюмов, чтобы экипировать всех наших выживших, - отметила Косутич. - Это еще одна вещь, которую можно добавить Поэртене в кучу, но не похоже, что он занят.

* * *

Джулиан шагал по коридору, поводя плечами из стороны в сторону. Новая униформа была сшита из мягкой, приятной ткани и должна была быть очень удобной. Но униформа, которую он только что аккуратно сложил и убрал, была на нем почти восемь месяцев. Она была составлена из различных тканей. И независимо от того, насколько хорошо сшита или насколько в принципе удобна ткань, к новой униформе определенно всегда требуется привыкнуть.

Он забыл о своих мелких неудобствах, когда завернул за угол на последнем подходе к оружейной. Помимо новой униформы, они получали новое оружие и сдавали то, которым владели последние полгода. Учитывая, что большинство шариковых винтовок и гранатометов, с которыми они прибыли, годились только для утилизации в качестве запасных частей, он просто упаковал оружие и направился в оружейный склад. Как и в случае с униформой, имело больше смысла выбросить оружие, чем хранить его.

Вот почему он остановился с выражением удивления на лице. Половина оставшихся морских пехотинцев выстроилась на полу в коридоре перед арсеналом, усердно чистя свое оружие.

- Даже не утруждай себя, чувак, - прорычал Гроннинген. - Поэртена ведет себя как гребаный ублюдок.

- Ты шутишь.

- Продолжай, - устало сказал Мачек. - Посмотри сам.

Джулиан шагнул через противопожарные двери и покачал головой. Новое оружие, многое из которого было изготовлено недавно, и все оно сверкало смертоносным назначением, было разложено на стеллажах в задней части оружейной, с сетчатым экраном безопасности между ними и главной административной зоной. В передней части большого хранилища находился прилавок с распашными воротами на одном конце и ремонтной зоной на противоположном конце. Поэртена устроился за прилавком и тщательно осматривал каждое оружие, которое ему приносили.

- Гребаная грязь, - сказал он и бросил гранатомет обратно Беби. - Принеси его обратно, когда вычистишь его.

- Давай, Поэртена! - прорычала гренадер. - Я чистила его дважды! И ты все равно просто собираешься это сделать!

- Я не собираюсь объяснять капитану Панеру, почему трахнутая инспекция проверяет мой гребаный арсенал, - прорычал сержант. - Принеси его обратно, когда вычистишь.

- Мы планируем свергнуть инспекцию! - запротестовала гренадер, но все равно ушла. С гранатометом.

- Поэртена, - сказал Джулиан, - у тебя слишком много дел, чтобы ковыряться в оружии микроинструментами!

- Это говоришь ты? - ответил пинопанец и выхватил винтовку из рук Джулиана. - Ствол грязный! - сказал он, вскрывая оружие и проверяя его. - Отложение кремнезема в дырявой разрядной трубке! Джулиан, ты лучше знаешь, что это не так! Никто не получит пропуск в этот арсенал!

- Черт возьми, Поэртена, тебе нужно выложить в Сеть тридцать костюмов! - огрызнулся Джулиан. - Впереди целая неделя напряженной работы изо дня в день. Возможно, даже больше! Не говоря уже о перенастройке мануфактуры для оснащения всех васинов и диаспранцев!

- Наверное, я буду слишком занят, - с усмешкой ответил оружейник. - Я слышал, что тебя ищет старший сержант, хотя...

- А, вот и ты, Эйдиб! - Косутич шагнула в оружейную. - Поэртена, возьми винтовку сержанта и найди кого-нибудь другого, чтобы почистить ее. Он будет довольно занят.

- О, нет, - простонал Джулиан. - Давай, Ева.

- Не называйте меня "Евой", сержант, - сказала она с усмешкой. - Вы полностью квалифицированы для первого класса - я проверила ваши записи. И в любом случае потребуется целая команда, чтобы выполнить всю работу. К счастью, вы командир отделения.

- Послушай, - упрямо сказал Джулиан, - я могу стоять здесь и спорить весь день о том, кого тебе выбрать - меня или кого-то другого. И делать это хорошо. Начнем с того, что я командир отделения; предполагается, что я должен управлять своим отделением. Ты сама сказала мне, что...

- Привет, Поэртена, - сказал Роджер, входя в противопожарную дверь. - Мне нужно сдать мой шариковый пистолет и...

- Я ухожу отсюда, - объявил Джулиан и бросился к выходу. - Я думаю, вы что-то говорили о переналадке мануфактуры, старший сержант?

- Что я такого сказал? - спросил Роджер, когда Косутич, хихикая, вышла из комнаты вслед за Джулианом, а Поэртена выхватил пистолет у него из руки.

- Что? Вы называете это гр... Вы называете это чистым? Ваше высочество.

* * *

- Хорошо, капитан Фейн, добро пожаловать в центр снабжения, - сказала Абурия, жестом приглашая мардуканца войти в дверь.

Из уважения к температурной чувствительности местных жителей в комнате было установлено около сорока градусов. Для большинства людей это было бы изнурительно, но после шести месяцев на Мардуке морские пехотинцы обнаружили, что здесь приятно прохладно. Что не помешало капралу вытереть каплю пота со лба, когда она указала на платформу.

- Сэр, я бы хотела, чтобы вы встали здесь, пожалуйста, - сказала она. - Мы собираемся снять с вас мерку для вашей униформы.

- Это странный способ, - сказал диаспранец. Комната была наполнена звуками, которые мардуканец классифицировал как падающий молот, а также своеобразным скрежещущим шумом. Однако наиболее заметной особенностью была низкая вибрация пола, которую Фейн счел очень неприятной.

- Ну, мы делаем это немного по-другому, сэр, - ответила капрал. - Пожалуйста, на платформу.

Капитан подчинился, и морской пехотинец своим имплантом ввела код.

- Огни безвредны, сэр, - сказала она, когда лазеры окрасили тело мардуканца в синий цвет. - Они снимают с вас мерку для вашей униформы.

Через мгновение они погасли.

- И если вы спуститесь, - продолжила капрал, снимая кусок пластиковой ленты с консоли, - это ваш номер. Стиклз в другой комнате, и он покажет вам, где взять ваше снаряжение.

- И это все? - спросил Фейн, махнув Эркуму, чтобы тот поднимался на платформу.

- Ага, - сказал морской пехотинец. - Там, сзади, есть большая машина, которая собирается все провернуть. Основа униформы изготовлена из импортного материала, а для изготовления шлема будут использованы различные импортные и местные материалы. Это точно так же, как машины в Бухте К'Вэрна, -- закончила она, - только...

- Гораздо более изощренная, - закончил Фейн, когда Пол спустился с платформы и взял свой собственный кусок пластика.

- Да, сэр, - сказала человек с усмешкой. - У нас на вас несколько тысячелетних технологий, сэр. Не воспринимайте это плохо.

- Я не знаю, - сказал капитан, уходя. - Я просто рад, что вы на нашей стороне.

- Ну, это не всегда идеально, - призналась Абурия. - И просто умение что-то делать не всегда означает, что это работает так, как вы планировали.

- О?

* * *

- Послушай, ты, глупое животное. Если ты хочешь отправиться со мной на корабль, я должен надеть это на тебя.

Роджер оценил время, которое, должно быть, потребовалось Джулиану, чтобы спроектировать и сшить костюм на заказ для Догзард. Он счел, что усилия сержанта были приятным комплиментом, особенно учитывая все остальные обязанности, которые были возложены на него. Догзард, однако, не смогла поделиться своей оценкой конечного продукта.

Мардуканский зверь зашипел, когда Роджер попытался просунуть одну его лапу в скафандр. Затем она внезапно дернулась назад, вывернулась и метнулась в угол.

- Это по последнему слову техники, - пропыхтел Роджер, прыгая через отсек в попытке прижать монстра к земле. - У него даже есть маленькие двигатели, так что ты можешь маневрировать в невесомости, и...

Догзард извивалась в его хватке, пока ей не удалось высвободиться, затем бросилась к двери. Продемонстрировав поразительный уровень изощренности, она нажала на кнопку открывания двери и выскочила наружу.

- Ну, - сказал Роджер, посасывая порез на руке. - Думаю, что все прошло хорошо.

ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ

- Думаю, что все идет довольно хорошо, - сказал Панер, наблюдая, как кавалерист васинов пробует свою новую плазменную пушку. Для любого человека, не облаченного в силовую броню, тяжелое оружие использовалось со станка, обслуживаемого расчетом, но мардуканец стоял на стрельбище, держа пушку и стреляя из нее "навскидку". Мало того, он делал выстрел по мишени на секунду раньше. Затем он остановился на мгновение, переключил переключатель на "авто" и начал выпускать плазменные разряды, которые разъедали утес, используемый в качестве цели, пока магазин питания не разрядился сам по себе и автоматически не выскочил наружу. В этот момент кавалерист использовал вторичную руку, чтобы вставить на место новый... и возобновил огонь менее чем через секунду.

- Мы все еще не можем использовать их внутри корабля, - сказала Косутич, ухмыляясь, когда склон холма начал дымиться от стрельбы по мишеням. - Они наносят слишком большой ущерб.

- Согласен, - сказал Панер и отрезал себе свежий ломтик корня бисти. Его поразило, что Мерфи работает сверхурочно, когда выяснилось, что во всем комплексе не осталось ни одной жевательной резинки. Он чуть не застрелил одного человека, который жевал свою последнюю палочку, когда они окружили сотрудников Маунтмарча.

- Во всяком случае, мы не можем использовать их на борту корабля, если хотим, чтобы он был целым, - продолжил он, начиная жевать. - Хотя... когда мы загрузим их, мы оснастим большинство из них шариковыми пушками. Может быть, одной плазменной пушкой на троих. И вместо шариков мы зарядим флетчетты. Таким образом, они не будут катаклизмом, который только и ждет, чтобы произойти.

- Вы думаете, что действительно могли бы их использовать? - нахмурившись, спросила старший сержант.

- Думаю, что если у нас будут резервные силы, то это вполне могут быть резервные силы, которые мы можем использовать, - ответил капитан со вздохом. - И именно мелкие детали имеют решающее значение.

В этом он был прав, размышляла старший сержант. И на выяснение подробностей ушло две недели. Помимо переоборудования и перевооружения всех морских пехотинцев и их союзников, нужно было уладить миллиард других "мелочей", причем все как можно быстрее.

Первоочередной задачей было определить, насколько глубоко святоши на самом деле вцепились в планету. Как оказалось, губернатор частично прикрыл себя, получив разрешение на "случайные визиты для социального обеспечения и социализации" от проходящих мимо военных кораблей святош. В его запросе указывалось, что он находится неизвестно где, без флота, и что отказ в запросах может быть хорошим способом начать войну.

Но его личные файлы, услужливо взломанные всегда полезным Тему Джином, раскрыли другую сторону истории. Маунтмарчу было бы достаточно трудно объяснить неуклонно растущие счета в банках Нью-Рошель, но записи электронных сообщений были убийственными. Было ясно, что он был в кармане у святош почти с того дня, как прибыл на Мардук. Действительно, некоторые упоминания в переписке наводили на вполне реальную мысль о том, что он был агентом святош, даже когда был центральной фигурой придворных интриг. В одном ответе от его куратора из святош, указанного в сообщениях только как "Мьюир", указывалось, что святоши использовали комбинацию денег и шантажа, вероятно, по поводу его незаконного пристрастия к маленьким мальчикам, в качестве средства контроля. Когда бронзовые варвары вернутся на Старую Землю (и при условии, что им всем удастся пережить путешествие, а затем добиться отмены различных ордеров против них), база данных станет интересным чтением в ИБР.

На данный момент, однако, более важным было то, что данные давали им хорошее представление о посещениях святош, а следующий военный корабль был запланирован не раньше, чем через два месяца. Кроме того, в нем указывалось, что в обозримом будущем деятельность в целом будет сокращена. Переворот принца Джексона привел все другие звездные нации, окружающие империю, в состояние повышенной готовности, и большая часть флота святош была переброшена в более важные системы.

Пока Джулиан и Джин копались в электронных файлах, команда, состоящая из третьего отделения и дополненная Элеонорой О'Кейси для политического взаимодействия, была отправлена, чтобы замести следы и забрать шаттлы. Гарвард Мансул запросил и получил разрешение сопровождать их, и они посетили большинство точек маршрута роты. Они проследовали по всему своему шестимесячному пути менее чем за неделю и убедились, что различные общества, через которые они прошли, выжили. Мансул тем временем записал интервью со многими мардуканцами, которые пережили переход роты. Помимо того, что он заложил основу для серии увлекательных статей и одной чертовски интересной документальной драмы, его записи были предназначены в качестве доказательства в защиту Роджера, когда придет время, поскольку они ясно давали понять, что он и рота "Браво" были слишком заняты выживанием, чтобы участвовать в каких-либо заговорах против трона.

Бухта K'Вэрна была на пути к крупной промышленной революции и тащила за собой брыкающуюся и визжащую Диаспру. Капитаны кораблей флотилии вернулись, и в Бухте было очень много раздумий по поводу того, что именно делать с Кирсти. Общественное отношение к отправке последующей военной экспедиции ужесточилось, но О'Кейси смогла сообщить им, что к тому времени, когда флот сможет вернуться в Кирсти, жрецы огня скорректируют свое отношение и будут ждать дружественного визита.

Маршад переживал некоторую политическую нестабильность и пострадал в двух незначительных войнах. Команда "консультировала" всех участников, но О'Кейси признала, что потребуется полноценная группа социологов, чтобы заставить города-государства сотрудничать, а не конкурировать за территорию. Однако Маршад все еще контролировал прибыльные торговые пути дианды в Войтан, и доходы от этого помогали ему оправиться от почти полного краха от рук своего бывшего сюзерена.

Денат сопровождал команду, но вместо того, чтобы вернуться в свое родное племя, он решил остаться в Маршаде до их обратного путешествия.

Войтан тоже переживал эпоху возрождения. Здесь сформировался оживленный класс торговцев, которые обменивали стальные слитки и готовое оружие в Маршаде на дианду, а затем отправляли ткань на юг в города-государства. Были открыты новые торговые пути вплоть до Южного океана, и рынок на юге испытывал голод как по войтанской стали, так и по маршадской ткани. У Войтана были некоторые проблемы с притоком рабочих, спасавшихся от войны на юге, которая звучала примерно как худшая из войн городов-государств в древней Италии, но, учитывая нехватку рабочей силы, с которой начался возрожденный город, приток был в основном к лучшему.

К'Нкок процветал как побочный эффект возрождения Войтана. Во многих отношениях первый город, который посетили морские пехотинцы, меньше всего изменился за время их путешествия. Он поставлял сырье из гор и джунглей на западе и севере в Войтан и другие, более крупные города-государства, и единственным реальным изменением, казалось, было увеличение площадей по обе стороны реки. С переходом мардуканцев от охотников/собирателей к поставщикам материалов их потребность в обширных лесах уменьшилась, и был подписан новый договор о расширенных землях, на время прекративший любое обоснование конфликта между двумя группами.

Шаттлы были практически нетронуты. Все, что им было нужно для старта, - это топливо, и на обратном пути команда остановилась, чтобы забрать Дената вместе с Т'Лин Сеной, которая приняла его предложение руки и сердца.

Шаттлов и других самолетов порта также хватило, чтобы забрать иждивенцев васинов и диаспранцев, а также запасных циванов и даже нескольких флар-та, включая Пэтти. Они обнаружили, что могут просто завести одного флар-та на шаттл, и когда они усыпляли животных, путешествие было проще простого.

В дополнение ко всему этому, мардуканские члены "собственных сил басика" прошли краткий курс корабельного боя. Их доставили на орбиту на борту штурмовых шаттлов и показали, как двигаться в свободном падении. После краткого периода полной дезориентации большинство из них хорошо освоились, и оказалось, что четыре руки местных жителей были невероятно полезны в бою в невесомости.

После первоначального воздействия микрогравитации они провели несколько маневров и, наконец, оказались в своей новой униформе в вакууме. После этого делать было больше нечего. Лучшее, что люди могли сделать в сложившейся ситуации, - это познакомить местных жителей с космическим боем в его самом базовом смысле. Если бы до этого дошло, мардуканцам пришлось бы изучать все тонкости по ходу дела, что редко было путем к долгосрочному выживанию.

Корд не присоединился к ним в их тренировке. Несмотря на яростные протесты старого шамана, Роджер решил, что его аси не имеет никакого отношения к каким-либо потенциальным действиям по абордажу. Все больше и больше казалось, что Корд будет, по крайней мере частично, навсегда выведен из строя из-за своей раны, несмотря на все, что мог сделать Добреску. Даже если бы он был в полном здравии, безжалостно заметил Роджер, ничто из того, что Корд мог бы сделать в бою, так или иначе не имело бы большого значения для защиты того, кто уже облачен в силовую броню. Но у него было не совсем хорошее здоровье, и на этом все.

О чем Роджер очень осторожно умолчал, так это о своей убежденности в том, что его аси не имеет права участвовать в боевых действиях ни при каких обстоятельствах, когда он стоял на пороге того, чтобы окончательно стать родителем. Пиди была столь же осторожна, чтобы не вмешиваться во всю дискуссию, но Роджер оценил ее благодарность, когда Корд, наконец, ворчливо признал, что решение его "хозяина" было окончательным.

Поскольку подготовка мардуканцев была настолько близка к завершению, насколько это было возможно, они спрятали штурмовые шаттлы, заправленные топливом и боеприпасами, в джунглях на краю земель шинов и расположились в ожидании подходящего корабля. Когда придет время, основные силы разместятся в одном из портовых шаттлов, соответствующим образом замаскированном, в то время как мардуканская "подмога" будет ждать на земле в гораздо более грозных штурмовых шаттлах.

Один корабль уже пришел и ушел, но поскольку это было грузовое судно "бродяга" под флагом Райден-Винтерхоу, они отказались от него. Захватывать корабли под флагом одной из других крупных межзвездных империй было не очень хорошей идеей. То, что они искали, было кораблем под флагом империи, или, что еще лучше, кораблем, принадлежащим имперской компании, но под удобным флагом. Возможно, они возвращались, чтобы попытаться совершить контрпереворот, но в процессе они не хотели начинать межзвездную войну.

Это были беспокойные две недели, но теперь, когда все приготовления были на месте, все, что им оставалось делать, это ждать и тренироваться. И если корабль не прибудет в ближайшее время, им придется либо сократить запасы боеприпасов у васинов - что может привести к мятежу, - либо найти новый утес для стрельбы.

Панер усмехнулся при этой мысли, затем включил связь на своем шлеме в ответ на вызов из центра связи. Он послушал мгновение, затем кивнул и повернулся к Косутич.

- Хорошо, старший сержант. Скажи войскам, чтобы они прекратили свои забавы и переодевались.

- Корабль?

- Ага. Грузовое судно "бродяга", принадлежащее "Джорджеску Лайнз". Срок прибытия через тридцать шесть часов. Сомневаюсь, что они смогут обнаружить плазменные всплески с интервалом более двадцати часов, но думаю, нам следует начать закрывать полигоны и надевать боевые маски.

- Джорджеску? Это компания Новой Либерии, не так ли, сэр? - спросила Косутич, и Панер нахмурился. Он понял, к чему она клонила, потому что Новая Либерия определенно не была частью империи Человека.

- Да, - сказал он, - но владельцы компании, судя по всему, имперские. Или, может быть, подставная корпорация. И не похоже, что Новая Либерия собирается воевать с империей, даже если мы захватим один из их кораблей.

- Да, я тоже так не думаю, - согласилась Косутич.

Новая Либерия принадлежала Конфедерации миров, которая была пережитком договоров, положивших конец войнам Кинжала. Конфедерация представляла собой набор систем, которые ни одна из крупных держав не желала настолько сильно, чтобы воевать друг с другом, и договоры сформировали ее главным образом как буферную зону. Однако, несмотря на прошедшие с тех пор столетия, она так и не продвинулась далеко за уровень неоварварских миров с минимальным достатком, большинство из которых были деспотиями, а Новая Либерия была, безусловно, самой развитой. Что мало о чем говорило. Даже эта планета была не более чем удобным местом для размещения внеземной корпорации-оболочки или регистрации корабля с минимальными годовыми затратами. Что касается самой Новой Либерии, то планета имела население менее шести миллионов человек - большинство из них были бедняками - и несколько внутрисистемных фрегатов, которые были игрушками для любого хулигана с нахмуренными бровями, одержавшего верх в ходе последнего переворота. Вряд ли они стали бы обвинять империю в пиратстве, особенно в отношении грузового судна, принадлежащего имперской корпорации, обходящей налоговое законодательство.

- Мы призовем их сдаться, постараемся свести потери к минимуму и рассчитаемся с Джорджеску, когда вернемся, - сказал капитан. - Полагаю, мы могли бы просто сказать, что мы реквизируем корабль, и попросить капитана спуститься на поверхность, чтобы сдаться, но тогда возникает небольшая проблема, связанная с тем, что за наши головы назначена награда.

- Если бы был малейший шанс в аду, что мы сделаем что-нибудь, кроме того, что сами исчезнем, когда вернемся, я бы передал нас первым попавшимся властям, - продолжил он, нахмурившись. - Но этого шанса нет. Джексон не мог позволить себе оставить нас в живых.

- Как вы думаете, это он поставил "зомби" на "Деглоппер"? - спросила Косутич. Во время путешествия они потеряли так много морских пехотинцев, что ей было трудно даже вспомнить все имена, но она помнила, как стреляла в мичмана Гуху, как будто это произошло вчера. Убить человека, который действовал по собственной воле, - это одно. Стрельба в эту зомби - хорошего младшего офицера, которая отчаянно хотела делать что угодно, кроме того, что подсказывал ей чип в ее голове, - все еще вызывала у нее тошноту в животе. Даже если бы выстрел спас корабль.

- Возможно, - вздохнул Панер. - Как глава военного комитета в палате лордов, он обладал контактами и знаниями. И он не был другом императрицы.

- Что означает, что он также убил остальных членов семьи, - сказала старший сержант. - Я хотела бы получить какое-то подтверждение, но думаю, что он - тот человек, которого я с большим удовольствием прикончу с максимально возможным для человека предубеждением.

- Мы потребуем подтверждения того, что императрица не полностью и осознанно согласна с его поведением в ситуации, - сказал Панер. - Я не думаю, что есть какие-либо сомнения в том, что это не так, но получить веские доказательства этого будет... интересно. У меня есть несколько идей на этот счет - по крайней мере, с чего начать, - но прежде чем мы сможем что-то с этим сделать, так или иначе, нам нужен корабль. - Он махнул Хоналу, который наблюдал за тренировкой. - Собери их, Хонал. Мы ожидаем гостей.

- Хорошо! - сказал васин. - Я с нетерпением жду боя на корабле. И мне нравится мысль увидеть все те другие миры, о которых ты продолжаешь говорить.

- Я тоже, - тихо сказал Панер. - И особенно увидеть отличные от Мардука.

* * *

- Капитан. - Роджер кивнул в знак приветствия, когда морские пехотинцы вошли в командный центр. - Похоже, все готово к приему посетителей.

- Лучше бы так и было, - проворчал Панер. - Мы готовились только последние две недели.

- Я тут подумал. У вас есть какие-нибудь серьезные планы на период между настоящим моментом и запуском шаттлов?

- Ничего такого, что я бы классифицировал как серьезное, - сказал морской пехотинец. - А что?

- В таком случае, я подумал, что было бы неплохо устроить вечеринку, - сказал Роджер с улыбкой. - Я подготовил несколько подходящих наград...

* * *

Роджер был немного обескуражен, обнаружив, что не он придумал концепцию вечеринки. Но после того, как он увидел, как Панер и Косутич менее чем за пять минут составили план на вечер, он расстроился меньше.

Солнце садилось за горы на западе, когда большая часть группы, пробившейся к космопорту, собралась за столами, расставленными под навесами. Горное плато космопорта было намного выше и суше, чем на большей части Мардука, что давало редкое чистое небо и вид на обе луны. Было также намного прохладнее, но новая форма мардуканцев наконец-то сделала их невосприимчивыми к оцепенению, которое наступало с вечерним холодом.

Ужин состоял из семи блюд. Все началось с фруктов, собранных за всю поездку, и все согласились, что победителем станет либо к'вэрнийская морская слива, либо маршадский фрукт кейт. Вино, которое рекомендовал Т'Лин Тарг, было светло-белым с виноградника на равнине Маршад. Вторым блюдом была запеченная в вине рыба колл, доставленная из Бухты К'Вэрна, - маленькая, нежная, не стейки из гигантского колла - в сопровождении местного картофеля, обжаренного на сковороде с нарезанным перцем Ран Тай. Вино для второго блюда, легкое, сладковатое вино из морской сливы, рекомендованное Т'Силой из Синди, идеально подходило для охлаждения палитры после перца.

Третьим блюдом был басик с фруктовой начинкой на подушке из ячменного риса. На столе Роджера стояло очень большое блюдо. Несколько обычных басиков были собраны вокруг скульптуры очень большого басика с очень заостренными зубами, сделанной из ячменного риса. Вино для этого блюда было выдержано в стиле кейт-фрут с новых виноградников вокруг Войтана.

Четвертым блюдом была главная достопримечательность. Джулиан вышел и в одиночку сразил чертова зверя, используя не более чем отряд поддержки и шариковую пушку, и его приз был подан зажаренным настолько целиком, насколько это было возможно. Потребовалась определенная тщательная перестановка, чтобы закрыть огромную дыру в его шее, и его доставили на гигантском блюде, которое внесли шестеро местных слуг кратов. Джулиан лично руководил разделкой стейков, которые подавались вместе с ячменным перцем, приправленным перузом, и тушеными овощами. Вино было марочным из Ран Тай, которое понравилось роте за время ее пребывания там.

Остальные блюда состояли из десертов и потрохов, а кульминацией застолья стало то, что все расселись на земле, выковыривая из зубов кусочки чертова мяса и пытаясь решить, сколько вина им можно выпить.

Наконец, когда с последним блюдом было покончено, Роджер встал и поднял свой бокал с вином.

- Садитесь! - воззвал Джулиан.

- Да, садитесь, Роджер, - сказал Панер. - Давай посмотрим... Я думаю... Да, Нидербергер! Ты должен произнести тост.

Назначенный рядовой торопливо глотнул вина, затем встал, пока ганни Джин что-то шептал ему на ухо. Он откашлялся и поднял свой бокал.

- Дамы и господа, ее Величество Александра Седьмая, императрица Человечества! Да здравствует она!

- Императрица! - донесся до него с грохотом ответ, и он постарался не суетиться, откидываясь на спинку стула с явным облегчением.

- Теперь встаньте вы, Роджер, - сказал Панер.

- Разве это не должен быть ты? - спросил Роджер.

- Не-а. Вы старший офицер, полковник, - сказал капитан с усмешкой.

- Никаких званий в столовой! - крикнул Джулиан.

- Я просто указывал на это, - сказал Панер. - Ваша очередь, Роджер.

- Хорошо. - Роджер снова поднялся на ноги. - Леди и джентльмены, отсутствующие товарищи!

- Отсутствующие товарищи!

- Прежде чем мы перейдем к другим тостам, - продолжил Роджер, жестом приглашая Джулиана сесть, - у меня есть несколько слов, которые я хотел бы сказать.

- Речь! Речь! - крикнул Поэртена, и большинство васинов присоединились к нему. Оружейник сел с ними за столик, хотя они ясно дали понять, что не хотят играть в карты.

- Это не речь, - не согласился Роджер и протянул руку Депро. Она протянула ему внушительный мешок, затем с улыбкой села обратно.

- По счастливому случаю, когда мы почти выбрались из этого комка грязи, - сказал Роджер. - Кстати, приношу извинения всем вам, люди, которые здесь родились. Но по этому случаю, я думаю, будет уместно, если мы раздадим несколько сувениров. Вещей на память о нашем путешествии.

- О-о, - прошептала Косутич. - Ты знал об этом?

- Ага, - ухмыльнулся Панер. - Или, скорее, я узнал об этом как раз вовремя.

- От нанимателя, - сказал Роджер, вытаскивая кусок пластиковой ленты и маленький медальон. - Ах, да. Марку Сент-Джону и Джону Сент-Джону. Серебряная "М" и серебряная "Д", чтобы мы могли, черт возьми, отличить вас друг от друга!

Роджер просиял, когда братья-близнецы подошли, чтобы принять подарки, затем пожал им руки (рука Марка довольно хорошо восстановилась после Кирсти), вручая сувениры.

- Носите их в добром здравии. Итак, что еще у нас есть? Ах, да. - Он сунул руку в мешок и вытащил гаечный ключ длиной не более трех сантиметров. - Для Поэртены маленький рябой гаечный ключ, за то, что он исправляет маленькие рябые выбоины на доспехах!

Он продолжал в том же духе со всем оставшимся подразделением морской пехоты и многими васинами и диаспранцами, показывая, что он распознал их индивидуальные причуды и личностные черты. Прошел почти час смешанного смеха и стонов, прежде чем он начал закругляться.

- Рядовому первого класса Гроннингену, - сказал он, поднимая серебряный значок. - Недремлющий серебряный глаз. Потому что ты знаешь, что Джулиан доберется до тебя, рано или поздно.

Он вручил значок ухмыляющемуся асгардцу и хлопнул его по плечу.

- Ты обречен. Ты ведь знаешь это, верно?

- О, да.

- Наниматель. Мы приближаемся ко дну сумки... О, да. Эйдибу Джулиану - значок стрелка с символом "нет" поверх него. Значок боло стрелка за то, что он всегда был вторым в любом соревновании по стрельбе!

Джулиан принял это с благосклонностью, и принц повернулся к старшему сержанту, Панеру и старшим мардуканцам.

- Я также рассматривал "недремлющий глаз" для Растара, - сказал Роджер, и волна человеческих смешков потонула в хрюкающем смехе мардуканцев, когда морские пехотинцы и васины вспомнили свою первую встречу и засаду Роджера на спящего Растара. - Но, в конце концов, я решился на это. - Он сунул руку в сумку и достал искусно отделанный набор шариковых пистолетов мардуканского размера. - Пусть у тебя никогда не кончатся патроны.

- Благодарю вас, ваше высочество. - Растар принял подарок с пышным поклоном.

- Никаких званий в столовой, - напомнил ему Роджер и повернулся к своей следующей жертве. - Для Кринди - набор биноклей Зуйко. Кажется, ты никогда не сможешь сражаться на дальней дистанции, но чем черт не шутит.

- Спасибо, вас понял, - сказал диаспранец и взял систему визуализации со своим собственным легким поклоном.

- Еве Косутич, нашей личной сатанистке, - сказал Роджер с еще одной ухмылкой и вручил ей маленькие серебряные вилы. - Медаль "Серебряные вилы". Она всегда была рядом, чтобы подтолкнуть ягодицу; теперь у нее есть, чем подтолкнуть. Вы можете смело ставить ее куда вам заблагорассудится.

- А вашу ягодицу всегда приятно было подтолкнуть, Роджер, - сказала она ему с улыбкой, принимая награду. Роджер рассмеялся вместе со всеми, затем повернулся к Корду.

- Корд, что я могу сказать? Ты оставался со мной, несмотря ни на что, в основном, в худшем.

- Ты можешь ничего не говорить и сесть обратно, - ответил шаман.

- Нет, не после того, как я пошел на все эти неприятности, - сказал принц и подмигнул Пиди. - Итак, у нас есть: упаковка детского питания, которое, как обещает мне Добреску, отлично подойдет для мардуканских детей. Упаковка одноразовых подгузников - я знаю, что вы, ребята, засовываете своих детей в свою слизь, но когда мы попадаем в среду людей, это не всегда может быть вариантом. Комплект из четырех детских одеял - что я могу сказать, вам всегда достаются четверни? И последнее, но, безусловно, не менее важное - набор затычек для ушей. Правда, только для Корда. Они ему понадобятся.

- О, большое тебе спасибо, Роджер, - сказал Корд, принимая подарки и садясь.

- Не думай об этом как о критике, - сказал ему Роджер. - Думай об этом как о детском душе.

- Что это? - Пиди тихо спросила Депро.

- Обычно, - прошептала в ответ морской пехотинец, - это когда вы дарите подарки, которые могут помочь с ожидаемым ребенком. Однако в данном случае Роджер поддразнивает Корда.

- А вот и Догзард, - сказал Роджер, заглядывая под стол.

Зверь поднял голову, когда она услышала свое имя, затем она вскочила на ноги, когда она увидела положение тела своего хозяина.

- Это хороший шашлык, - сказал ей Роджер и стащил со стола огромную ножку чертова мяса. -Тогда кто же хороший зверек?

Полуящерица выхватила кусок из руки Роджера и спряталась обратно под стол. Ее хвост длиной в полтора метра торчал из-под него, радостно мотаясь из стороны в сторону, и Роджер помахал рукой.

- Ай, ай! - Он демонстративно сосчитал свои пальцы, затем вздохнул с облегчением, в то время как все смеялись. Но затем принц опустил руки и повернулся к последнему человеку в своем списке.

- И вот мы подошли к Арману Панеру, - сказал он серьезно, и смех стих. - Что вы преподносите офицеру, который удерживал вас вместе восемь ужасных месяцев? Кто никогда не колебался? Который всегда был спокоен? Кто ни на мгновение не позволял нам думать, что мы можем потерпеть неудачу? Что вы дадите человеку, который взял сопливого мозгляка и сделал из него мужчину?

- Предпочтительно, ничего, - сказал Панер. - Это на самом деле была моя работа.

- И все же, - сказал Роджер и полез в теперь уже почти пустую сумку, чтобы вытащить маленький значок. - Я вручаю вам орден Бронзового щита. Если смогу, я попрошу мать превратить это в рыцарский орден; нам нужен по крайней мере еще один. За службу, превышающую служебный долг перед короной. Спасибо тебе, Арман. Ты был больше, чем тебе было нужно, на каждом шагу. Я знаю, нам еще предстоит пройти долгий путь, но уверен, что вместе мы сможем этого добиться.

- Спасибо, Роджер. - Капитан встал, чтобы принять подарок. - И у меня тоже есть для тебя маленький подарок.

- О?

- Да. - Морской пехотинец официально откашлялся. - Задолго до имперского солнечного союза, до империи Человека, на заре космической эры существовала могущественная нация под названием Соединенные Штаты. Как и Рим до этого, они поднялись в столбе пламени и в конце концов пали. Но во время своего расцвета у них было несколько медалей, с которыми приходилось считаться.

- Было много наград и ленточек, но одна, хотя и обычная, возможно, превзошла их все. Это была простая винтовка на синем поле, окруженная венком. Это означало, что владелец был там, где летели пули, и, вероятно, сам стрелял в людей, и вернулся с места сражений. Это просто означало, что владелец видел пехотный бой и выжил. Все остальные медали, на самом деле, были просто глазурью на этом торте, и, как и ИСС до этого, империя сохранила эту же награду... и по тем же причинам.

- Принц Роджер Рамиус Сергей Александр Чанг Макклинток, - сказал капитан, принимая новоиспеченный значок от старшего сержанта Косутич и прикрепляя его к форме принца, - я вручаю вам значок боевого пехотинца. Вы снова и снова шли в огонь и выходили оттуда не невредимым, но, по крайней мере, слава Богу, живым. Если ваша мать наградит вас всеми медалями, которых вы заслуживаете, вы будете выглядеть как мировой диктатор-неоварвар. Но я надеюсь, что вы иногда думаете об этом, потому что, на самом деле, в нем все сказано.

- Спасибо тебе, Арман, - тихо сказал Роджер.

- Нет, спасибо вам, - ответил Панер, кладя руку на плечо принца. - За то, что совершили переход. За то, что выжили. Черт, за то, что спасли все наши задницы. Спасибо вам от всех нас.

* * *

Вечеринка дошла до того, что Эркума Пола пришлось оттащить вниз, прежде чем он ударил кого-то доской, и Роджер отвел Депро в сторону. Она была тихой всю ночь, и он думал, что знает почему.

- Ты все еще настаиваешь, что не можешь выйти за меня замуж, не так ли? - спросил он.

- Да, и я бы хотела, чтобы ты перестал спрашивать, - ответила она, глядя вниз с холмов на город кратов в долине. - Я невысокого происхождения, Роджер. Я останусь на Земле и сделаю все, что в моих силах, чтобы спасти твою мать от опасности. Но я не выйду за тебя замуж. Когда мы устроимся и все будет в безопасности, я подам документы об увольнении. А потом я возьму свое выходное пособие и пойду искать себе хорошего, надежного, безмятежного фермера, за которого выйду замуж.

- Двор - это просто другая среда, - запротестовал Роджер. - Ты прошла через сотню на этой планете в одиночку. Ты можешь приспособиться!

- Наверное, я могла бы, - сказала она, качая головой. - Но недостаточно хорошо. Что тебе нужно, так это кто-то вроде Элеоноры, кто-то, кто знает скалы и отмели. Отчасти проблема в том, что мы слишком похожи. У нас обоих очень прямой подход, и тебе нужен кто-то, кто может дополнять тебя, а не усиливать твои негативные качества.

- Ты останешься до Земли, верно? - спросил он. - Обещай, что останешься до тех пор.

- Я обещаю, - сказала она. - А теперь я вернусь, Роджер. - Она остановилась и посмотрела на него, склонив голову набок. - Я делаю предложение в последний раз. Пойдешь со мной?

- Нет, если ты не выйдешь за меня замуж, - сказал он.

- Хорошо, - вздохнула она. - Боже, мы оба упрямые.

- Да, - сказал Роджер, когда она уходила. - Упрямый - это одно слово.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ

- У нас никогда раньше не было инспекции "здоровья и социального обеспечения", - подозрительно произнес голос.

- Да, скажи мне что-нибудь, чего я не знаю. - Джин тщательно контролировал свой голос, добавляя в него только нужные нотки раздражения. - К нам выезжает оперативная группа с инспекционной группой ИБР, и нам нужно устроить большое шоу. Лично я думаю, что они оперируют теорией о том, что всем нужна хорошая встряска после попытки государственного переворота, но что я знаю? Согласно Уставу, мы должны делать такие вещи на каждом корабле, хотя никто никогда этого не делал! Но теперь мы под колпаком, поэтому пытаемся навести порядок в бумагах.

Последовала долгая пауза, и Джин пожалел, что не может видеть лицо собеседника, но грузовое судно предоставило только голосовой канал.

"Эмерэлд доун" был известным кораблем. Он проходил через систему по крайней мере дважды до этого, один раз после того, как был внедрен Джин. Обычно он обменивал мелкие технологические безделушки вроде зажигалок на местные драгоценные камни и произведения искусства. Кроме того, он получал небольшую плату за то, что сбрасывал электронные переводы в систему, что и было настоящей причиной его визитов. На самом деле, именно он разговаривал с кораблем во время его предыдущего рейса и надеялся, что знакомый голос в какой-то степени убаюкает их.

- Хорошо, - наконец произнес новый голос. - Это капитан Деннис. Один человек может подняться на борт для вашей проверки "здоровья и благополучия". Но это последний раз, когда я прихожу в этот порт. Мне не нужно это обострение из-за горсти дешевых драгоценных камней, почтового чека, который едва покрывает наши потери воздухае, и груза дерьмового художественного дерьма.

- Неважно. - Джин впустил в свой тон нотку сварливого бюрократа. - Я просто делаю свою работу.

Шаттл был на автопилоте, поэтому он выскользнул из кресла пилота, кивнув Поэртене, и направился на корму. Это было несколько затруднено тем фактом, что небольшое судно было битком набито морскими пехотинцами в боевой броне. Большинство из них прижалось к стенам и палубе, но некоторые дрейфовали более или менее случайным образом.

Он остановился напротив капитана Панера, чьи ноги прилипли к потолку, когда он стоял "головой вниз", просматривая схемы цели.

- Они не очень счастливы, - сказал агент ИБР.

- Меня не волнует, счастливы они или нет, - сказал Панер. - До тех пор, пока они открывают свои двери.

- Один выстрел, и мы все превратимся в пар, - отметил Джин.

- И, насколько им известно, они внезапно стали бы самым разыскиваемым кораблем в империи, - отметил Панер. - Было бы очень дурным тоном для бродячего грузового судна обстреливать официальное имперское инспекционное судно. Они позволят нам причалить. После этого ты просто выходишь на палубу.

* * *

- Почему это заставляет мою задницу морщиться? - спросил Фиорелло Джованнучи, известный наземной станции связи как "капитан Деннис", глядя на изображение приближающегося небольшого корабля на обзорном экране.

- Потому что твоя задница всегда морщится, когда нас берут на абордаж. - Аманда Бич, его первая помощница, покачала головой с притворной серьезностью. - Расслабься. На нем есть все коды имперского таможенного корабля. На самом деле, это потому, что твоя совесть не чиста. Тебе нужно провести некоторое время на планетах, вновь обретая свое единство с Геей.

Джованнучи взглянул на нее, затем покачал головой и вздохнул.

- Знаешь, твое чувство юмора - это причина, по которой ты здесь. Просто продолжай в том же духе. - Он наклонился вперед, как будто экран мог сказать ему больше, если бы он только смотрел достаточно пристально, и потер щеку. - И ты ошибаешься. Здесь что-то очень сильно не так.

- Ты хочешь, чтобы я спустилась к воздушному шлюзу? - спросила Бич, когда командир замолчал, наблюдая, как шаттл совершает свой последний заход на посадку. Он продолжал молчать еще несколько секунд, но, наконец, кивнул.

- Да. И возьми с собой Лонго и Учелли.

- Боже, - сказала она, поджимая губы и поднимаясь на ноги, - ты нервничаешь. Разве это не перебор?

- Лучше перестраховаться, чем наоборот, - сказал Джованнучи. - Иди. Быстро.

* * *

Джин подождал, пока все контрольные индикаторы не загорелись зеленым, затем открыл дверь воздушного шлюза и осторожно проскользнул через нее вперед. Три человека, ожидавшие его, представляли изрядный процент от общей команды для такого бродяги, как этот, и их присутствие в таком количестве указывало на то, насколько им, должно быть, некомфортно.

Он бы точно так же нервничал на их месте. Прибыли, которую можно было бы получить от "угона" подобных кораблей, было достаточно, чтобы сделать их высокоприоритетными целями. Даже такой старый и потрепанный бродяга, как "Эмерэлд доун", стоил почти миллиард кредитов. Так что всякий раз, когда один из них припарковывался где угодно, кроме как в полностью охраняемом порту - что ни в коей мере не подходило для описания Мардука, - его команда всегда была начеку в поисках пиратов. И не было невозможным представить, что весь порт будет захвачен, или даже что один Тему Джин будет замешан в этом. В пограничных землях происходили более странные вещи.

Кроме того, теперь, когда он подумал об этом, это было на самом деле довольно справедливое описание, хотя и слегка искаженное, того, что на самом деле должно было произойти.

Тройка, очевидно, была выбрана с некоторой тщательностью. Судя по нашивкам на воротнике, женщина была старшей, лейтенантом торгового флота, так что, вероятно, она была заместителем командира "Эмерэлд доун". Из-за этого она была немного не в себе и выглядела изрядно потрепанной. Регенерация зажила почти идеально, но шрамы были неизбежны - по крайней мере, когда конечность не нужно было полностью отращивать, - а у этой, при всей ее поразительной внешности, их было предостаточно. Она участвовала не в одной драке, и пара из них, должно быть, были с ножами.

Вторым по значимости был самый крупный из группы, неуклюжая фигура, которая превосходила даже грозного Гроннингена. Но что-то в нем подсказывало Джину, что он был одним из тех больших и быстрых мужчин, которых люди склонны недооценивать, исходя из теории, что любой такой большой человек должен быть слишком медлительным, чтобы быть опасным. Он выдержит наблюдение.

Если уж на то пошло, то и маленький парень тоже. Он казался самым спокойным из всех, небрежно прислонившись к переборке, но низко висящие двойные пистолеты вроде как говорили сами за себя.

И все трое были одеты в легкие бронежилеты.

Джин осторожно шагнул вперед, все время держа руки на виду, и протянул блокнот.

- Мир, хорошо? - Он нажал на кнопки управления и обвел рукой вокруг. - Все, что мне нужно, - это отпечаток большого пальца, говорящий о том, что "проверка" была завершена и что у вас нет жалоб. Я внесу все проверенные материалы, в основном половину того, что указано в вашем манифесте. И мы все счастливы. Я счастлив, вы счастливы, мудак из ИБР счастлив, и все могут вернуться к своим обычным делам.

Бич взяла блокнот и взглянула на документ на его дисплее. Как и предположил потеющий от пуль ботаник, на нем был показан подробный осмотр воображаемого корабля, соответствующего их классу, с открытым и проверенным списком груза. Это была довольно художественная подделка, шедевр жанра.

- Что ж, спасибо, - сказала она, слабо улыбнувшись ему, делая пометки и ставя отпечатки пальцев на блокноте. - Что не так? Ты выглядишь нервным.

- Да? Что ж, мистер Ган-Хэппи вон там выглядит так, будто вспоминает последнего ребенка, которого съел, и я даже не собираюсь комментировать мистера Тролля, - сказал Джин с нервным смешком.

- Я не ем младенцев, - прошептал стрелок. - Они застревают у тебя в зубах.

- Ха-ха, - сказал агент ИБР.

- Готово, - сказала Бич и протянула ему блокнот.

- Спасибо, - ответил Джин со вздохом облегчения. Его рука была необъяснимо неуклюжей, когда он брал блокнот, и он выскользнул у него из пальцев. Он выругался, схватил его, затем последовал за ним на палубу, и, когда он это сделал, то отметил с холодной, профессиональной отстраненностью, доступной только по-настоящему напуганным, что троица отреагировала на маленькую уловку так, как будто подобные вещи случались с ними каждый день.

Ткань его скафандра затвердела под кинетическим воздействием первой пули как раз в тот момент, когда позади него распахнулся шлюз шаттла.

* * *

- Черт, - сказал Джованнучи и, вскочив со своего места, ударил кулаком по тревожной кнопке. - Джекеры!

Они не могли просто объявить, что они морские пехотинцы, которые захватили судно от имени империи. Во-первых, им бы никто не поверил, а, во-вторых, всех их разыскивали за государственную измену. Почему-то они были почти уверены, что "Нет, правда. Все это было большой ошибкой", не сработало бы. Итак, план состоял в том, чтобы обезопасить "приветственную вечеринку" и попытаться свести к минимуму потери при штурме.

"План", очевидно, провалился еще до того, как Гроннинген совершил прыжок из воздушного шлюза. Низкорослый стрелок всаживал патроны в Джина, в то время как агент ИБР катался по палубе, распределяя попадания по защитной поверхности своей униформы. Здоровяк, с другой стороны, достал урезанную пушку - откуда, оставалось загадкой - и заполнял воздушный шлюз флетчеттами, в то время как женщина-лидер достала тяжелый шариковый пистолет и идеально прицелилась в Гроннингена.

"Не стрелять, пока в тебя не выстрелят", очевидно, не сработало бы при таких обстоятельствах.

Гроннинген, скользя, приземлился на палубу и первым прицелился в маленького стрелка, но стрелок бросил один взгляд на боевую броню морской пехоты и решил, что шансы были против хозяев поля. Тяжелая пуля пробила переборку, но стрелка уже не было. Однако следующий выстрел Гроннингена отбросил тяжелого стрелка назад, окатив его брызгами красного.

Женщина была быстра. Прежде чем он смог снова прицелиться в нее, она нажала кнопку выхода с палубы и вышла оттуда. Внутренняя дверь шлюза захлопнулась за ней, и Гроннинген с трудом поднялся на ноги, когда Мачек проскользнул мимо и нажал на кнопку открытия двери.

- Запечатано, - сказал Джено. - О, хорошо. - Он раскатал кусок глиноподобного вещества и шлепнул им по люку. - Огонь в дыре!

* * *

- Кто, во имя Мьюира, эти парни? - потребовал Джованнучи. Группа безопасности направлялась на командную палубу, но он хотел быть впереди. Последнее, что он видел, была волна тяжелой имперской брони, выходящая из шаттла, и это не было хорошей новостью.

- Я не знаю, - ответила Бич по своему коммуникатору. - Какие джекеры носят боевые доспехи? Или даже знают, как им пользоваться, если уж на то пошло? Но если они из империи, почему у них нет военного корабля? И если там есть военный корабль, то где, черт возьми, он находится?

- Я не знаю, - ответил командир, глядя на свою схему. - Но кем бы ни были, они уже прошли через шлюз. И двигаются вниз по палубе С. Похоже, они знают, где находится оружейная.

- Они хотят захватить нас в плен? - потребовала второй офицер. - Я возвращаюсь к арсеналу, но у меня всего ограниченная группа. Пока только восемь и двое коммандос у дверей оружейной.

- Ну, у меня есть тела, но у тебя есть все оружие, - огрызнулся Джованнучи. - Личное оружие бесполезно против их брони.

- Я знаю, - сказала Бич. - Я в оружейной. Теперь, если бы мы только могли совместить тела с оружием!

- Я пошлю группы через боковые проходы, - сказал Джованнучи. - На этот раз то, как они разделали эту посудину, когда перестраивали ее, сработает в нашу пользу.

- О, да? Что ж, в следующий раз скажи им, чтобы они убрали этот проклятый арсенал подальше от главного люка!

- Сойдет. Джованнучи, конец связи.

* * *

- Лей, отправляйся с первым отделением в инженерный отдел, - рявкнул Панер. - Ганни Джин, ты со вторым. - Когда команды направились к выходу, старший сержант подхватила Джина и Депро. Она вгляделась в забрало шлема командира отделения, но его вращающаяся зеркальная поверхность не позволяла разглядеть выражение лица молодой женщины.

- Депро, я знаю, что ты не слишком хорошо отслеживаешь... - сказала Косутич.

- Я в порядке, старший сержант, - ответила сержант.

- Нет, это не так, - спокойно возразила Косутич. - Ты безнадежный случай. Как и Беби и Нидербергер. И Гелерт, и Мутаби, если уж на то пошло.

- Черт, - сказал Джин. - Мутаби тоже?

- Да, - ответила Косутич. - Я пыталась удержать всех вас от боя как можно дольше. На этот раз у меня нет никакого выбора.

- Со мной все будет в порядке, - в отчаянии сказала Депро. - Действительно. Мне было хорошо в Мадх-Хеме.

- Тем не менее, Джин идет с нами, - сказала ей Косутич. - Позволь ему руководить твоим отделением; ты просто прикрывай всем спину.

- Я справлюсь с этим, старший сержант, - сказала сержант. - Я могу.

- Депро, просто делай, что я говорю, хорошо? - огрызнулась сержант.

- Да, старший сержант, - с горечью ответила она. - Я пойду дальше и отдам свое отделение ганни.

- Доверься ганни, - тихо сказал ей Джин, похлопав ее по плечу.

- Все будет хорошо, - сказала Косутич, когда палуба содрогнулась от отдаленного взрыва. - Так или иначе, все будет хорошо.

* * *

- Кто, черт возьми, эти гребаные парни? - огрызнулся Джулиан. Он едва не был размазан сверхскоростной ракетой, которая только что разнесла переборку в кучу конфетти. Для "бродячего грузового судна" у команды "Эмерэлд доун" было довольно мощное вооружение. И много персонала.

- Капитан Панер, это Джулиан. Третье отделение застряло на подходе к мостику. Я бы оценил, что защитники состоят, по крайней мере, из отделения с тяжелым вооружением, и они упорно сражаются. Мы пытались пробить переборки, но некоторые из них сделаны из усиленной взрывозащищенной стали. Нам трудно это прорезать. Мы устранили два пункта защиты, но мы также потеряли два костюма, чтобы попасть сюда. - Он оглянулся на четырех членов отделения, стоявших позади него. - Честно говоря, сэр, не думаю, что мы справимся без некоторого подкрепления.

* * *

- Джулиан, держи то, что у тебя есть. Я посмотрю, что смогу раздобыть.

Панер посмотрел на Тему Джина и поднял бровь. Агент ИБР пытался взломать корабельную инфосеть почти две минуты. Было ясно, что с кем бы они ни столкнулись - с контрабандистами, пиратами или кем-то еще, - это было не "бродячее грузовое судно".

- Итак, на что мы только что наткнулись, агент Джин?

- Ну, если это бродячий грузовой корабль, то я верховный жрец Армы. Без обид, старший сержант.

- Не принято, - прохрипела Косутич. - Нам нужно что-то здесь сделать, капитан.

- Да, мы знаем, старший сержант. - Панер посмотрел на нее. - Но нам действительно, действительно нужна некоторая информация, чтобы решить, что именно, ты так не думаешь?

* * *

- Персонал, персонал... - пробормотал ганни Джин, глядя на выцветшие надписи, нанесенные трафаретом на переборки. - Где находятся каюты экипажа?

- Кайру, прикрой свой сектор, - рявкнула Депро. Рядовой поглядывал на Джина, пока ганни пытался ориентироваться в незнакомом лабиринте.

- Да, сержант, - ответил плазменный стрелок, снова поворачивая направо.

- А, каюты экипажа, - наконец пробормотал ганни, затем сделал несколько шагов и повернул налево в поперечный проход. - О... черт.

Депро застыла, когда ганни и Кайру исчезли в серебристом шаре, а переборки по обе стороны начали плавиться.

- Нимашет? - позвала Бекли. - Сержант?!

Депро почувствовала, как у нее задрожали руки. Всего на мгновение Бекли показалось, что она находится в нескольких километрах от нее, и она закрыла глаза. Но затем она глубоко вздохнула и открыла их еще раз.

- Команда "Альфа", подготовьте огневую позицию. Браво, шевелись!

* * *

Старший сержант взглянула на свою схему и поморщилась.

- Ламасара погиб, - сказала она с горечью. - Мы теряем людей с каждой минутой, капитан.

- Да, это так, - спокойно ответил Панер. - Но пока я не узнаю, кому, мы просто будем оставаться там, где мы есть. За одним исключением. - Он переключился на другую частоту. - Братья Сент-Джон. Идите, идите, идите.

* * *

Джон Сент-Джон посмотрел на своего брата и улыбнулся.

- О, молодец. Время немного прогуляться.

- Ненавижу свободное падение, - проворчал Марк Сент-Джон, но он также нажал на кнопки управления внетранспортным устройством класса А. Круглый ранец для автономного движения в вакууме, больше похожий на маленький космический корабль, чем на скафандр, принял ранее настроенные команды и выпустил тщательно рассчитанные по времени струи газа, которые отправили двух морских пехотинцев по курсу, который огибал поверхность шаровидного звездолета. Курсу, который в конечном итоге пересек бы первую из двух точек, связанных с оружием.

- Ах, просто думайте об этом как о прогулке в магазин рогаликов, - сказал Джон Сент-Джон. Он включил свою шариковую пушку, чтобы убедиться, что она работает в вакууме. - Или к разносчику маффинов.

- Это были те дни, не так ли, братан? - вздохнул Марк. - Ты знаешь булочника...

- Булочника, булочника, - ответил Джон.

- Вы знаете маффинмена? - хором спросили они, когда ранцы автономного движения набрали скорость, унося их к платформе с противокорабельными ракетами. Платформе, которая, вероятно, была бы усиленно защищена. - Вы знаете булочника, он живет на Друри-Лейн!

* * *

- Понял, - крикнул Джин. Он посмотрел на данные, поступающие из корабельной системы, и побледнел. - О, нет.

* * *

- Сержант Джулиан, это Панер.

Джулиан наклонился вперед и послал поток тяжелых шариков вниз по проходу, чтобы прикрыть Гроннингена. Большой асгардец метнулся через отверстие и нырнул в люк, едва избежав потока плазменного огня.

- Продолжайте, сэр, - выдохнул сержант.

- Есть плохие новости и еще худшие новости. Плохая новость в том, что это не грузовое судно для бродяг. Это десантный корабль специального назначения "святош" под командованием некоего полковника Фиорелло Джованнучи.

- О... трах... Коммандос?

- Подразделение миротворцев, - подтвердил Панер. - И на случай, если вы не узнали это имя, Джованнучи был ублюдком, командовавшим операцией Леонидиса несколько лет назад. Он настолько хорош, насколько это возможно... и истинно верующий.

- Ой... я... - Джулиан замолчал, не в силах думать, затем встряхнулся. - Продолжайте, сэр.

- Вот тут-то мы и переходим к худшим новостям, - спокойно произнес голос Панера. - Ганни Джин внизу, вероятно, погиб на пути в то, что оказалось оружейной, а не каютами экипажа, несмотря на планы корабля. Где отделение Депро, по-видимому, блокирует доступ большей части роты коммандос к арсеналу.

- Ой. Целой роты?

- Да. Таким образом, они являются текущим приоритетом. Если миротворцы доберутся до арсенала, нам по-настоящему крышка, так что нам просто придется позаботиться о них, прежде чем мы сможем усилить вас.

- Да, сэр.

- Прикройте свою спину. Не допускайте подкрепления на мостик. Точно так же не выпускайте наружу охранников мостика, которые почти единственные, у кого есть тяжелое вооружение. Понятно?

- Держать то, что у нас есть. Никто не входит, никто не выходит. Инженерный отсек?

- Ганни Лей осталась там, как и сержант Энджелл. Но Георгиадас держит ситуацию под контролем; там есть пункт охраны, который они заняли, и они прикрыты в обоих направлениях. У вас не так, так что держись крепче. Понял?

- Понял это в одном, сэр. Что помешает им отчалить, сэр?

- Ничего. - Джулиан мог расслышать мрачный юмор за этим единственным словом. - Георгиадас сообщает, что двигатель прогревается под пультом дистанционного управления с мостика прямо сейчас, когда мы разговариваем.

- Да, сэр. - Джулиан облизнул губы и тихо выругался. - Сэр, меня спросят. Что, черт возьми, мы собираемся делать? Я думаю, что предпочел бы снова встретиться с кранолта.

- Я собираюсь сделать одну вещь, до которой, как я поклялся себе, я бы не опустился ни при каких обстоятельствах, особенно если бы дела были плохи.

* * *

- Вперед! Вперед! Вперед!

- Ваше высочество, просто подождите! - рявкнул Добреску. - Еще тридцать секунд до подъема. Это оптимальное окно. Так что просто сядьте, черт возьми, и заткнитесь, черт возьми.

- Черт побери! - Роджер чуть было не ударил кулаком по дисплею, но вспомнил, когда он в последний раз, все эти столетия назад, был в столь тесном маленьком отсеке, как этот, в боевой броне с силовым приводом, и осторожно постучал по панели управления. И все же ему было трудно сдерживать себя. Трудно. Дисплей показывал, что из тридцати морских пехотинцев, которые поднялись на "бродячее грузовое судно", в живых уже осталось двадцать четыре. Такими темпами спасать было бы некого.

- Приготовиться к подъему, - крикнул Добреску по системе "Всем сразу". - Наденьте шлемы! Вы, пе... мардуканцы, приготовьтесь. Вы будете чувствовать себя по-настоящему тяжелыми. Три, два, один...

- Просто держись, Нимашет, - прошептал Роджер. - Просто держись...

Четыре штурмовых шаттла морской пехоты, в которых находился мардуканский контингент собственных сил басика, поднялись в небо на столбах пламени.

* * *

- Всем подразделениям, держите то, что у вас есть, - крикнул Панер. - Кавалерия уже в пути.

- Сатана, защити нас, - рявкнула Косутич, когда подразделение коммандос покатилось по коридору. Она подстрелила одного, но остальные трое ушли. - Нас перехитрили и превзошли в стрельбе, капитан.

- Я заметил, - спокойно сказал Панер. - Предложения?

- Пусть мы с Поэртеной отнесем это им, - сказала Косутич. - Наличие мобильных сил заставит их отреагировать.

- Я пришлю сюда мобильные силы через... - Он сверился со своим скафандром, - семь минут.

- Семь минут - это долгий срок, Арман.

Панер вздохнул и кивнул.

- Так оно и есть.

* * *

- Ааааааа!

- О, успокойся, Растар, - проворчал Роджер. На всех шаттлах еще были установлены дополнительные баки с водородом, и запланированный перехват был рассчитан на основе этого почти безграничного запаса топлива. Таким образом, они поднялись при трех g и достигли бы максимума почти в семь. Для Роджера и пилотов это было просто очень неприятно. Для мардуканцев, которые никогда не испытывали перегрузок больше пары g во время своих ограниченных ознакомительных полетов в условиях микрогравитации, это был кошмар.

Они заставили бы их всех пройти по крайней мере через один подъем, но ничего подобного этому. Людям удалось убедить себя, что не существует мыслимой ситуации, в которой мардуканцев действительно использовали бы для боевого нападения, поэтому не подвергали их реальным стрессам, связанным с таким запуском. И теперь мардуканцы и их союзники расплачивались за эту самодовольную мягкость.

- Помните, все руки напряжены! - ахнул Роджер. - Сожмите свои животы, как будто собираетесь помочиться, но заткните свои задницы. - Он взглянул на контрольные индикаторы. - Всего только две... три минуты.

* * *

- Ненавижу свободное падение, - сказал Марк Сент-Джон, обнимая корпус корабля.

Их ранцы автономного движения исчезли, и теперь двое морских пехотинцев лежали ничком за крошечным внешним мостиком. Первая огневая точка, ракетная установка, была незащищена. Но к тому времени, как они добрались до второй и последней, тяжелой плазменной пушки, святоши почувствовали прилив здравого смысла и послали одно из своих немногих "свободных" тяжелых орудий для ее защиты. Межкорабельная пушка сама по себе не могла выстрелить достаточно сильно, чтобы поразить морских пехотинцев, иначе они бы уже превратились в составные атомы, но тяжелая пушка, выскочившая из огневого отверстия, надежно прижала их к корпусу. Из-за угла, который у них был, они не могли даже отступить назад и развернуться.

- Мама всегда говорила, что у нас будет плохой конец, - сказал Джон Сент-Джон.

- Не изображай из себя героя, братан, - сказал Марк. - Должен быть разумный выход из этого.

- Примерно через тридцать секунд принц появится из-за горизонта, Марк. - Джон приготовил свою плазменную пушку. - Итак, у тебя есть ровно двадцать секунд, чтобы что-нибудь придумать.

- О, это не сложно, - сказал Марк... и встал.

Первая бусина попала ему в левую руку. Тяжелый снаряд пробил хромстеновую броню, как папиросную бумагу, оторвав конечность чуть выше локтя в брызгах газа и жидкостей тела.

- Черт, только не снова, - выдохнул он, нацеливая пушку одной рукой в основание защитной платформы и возвращая спусковой крючок в исходное положение.

* * *

- Загрязнение, - прошептал Джованнучи, отворачиваясь от дисплея. Бронированная фигура получила три шариковых пули, прежде чем плазменная платформа взлетела вверх, но она все еще стреляла. Кто бы это ни был, он должен был быть мертв. Но он продолжал стрелять до тех пор, пока последние средства космической обороны "Эмерэлд доун" не превратились в плавающие обломки.

- Что нужно, чтобы убить этих людей? Кто они, черт возьми, такие?

- Сэр, - сказал его техник связи, - вы должны это услышать.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ

- Корабль святош, это его высочество принц Роджер Макклинток. Прекратите сопротивление этой законной высадке, и вы будете задержаны для последующей репатриации в качестве военнопленных. Если вы продолжите свое сопротивление, то по законам войны будете считаться нелегальными участниками боевых действий. Через две минуты я проведу принудительную высадку вместе с оставшейся частью личного состава "Принца Роджера". До тех пор вы должны подчиниться.

* * *

- Есть ли какие-либо указания на то, с какого шаттла это прилетает?

- Отрицательно, полковник Джованнучи. Это ретранслируется со всех четырех.

- Жаль, - пробормотал командир "Эмерэлд доун", затем пожал плечами. - Соедини меня.

* * *

- Приближающиеся шаттлы, имейте в виду, что принц мертв. Он погиб во время кораблекрушения. Значит, вы не он.

Роджер посмотрел на коммуникатор и пожал плечами.

- Верьте во что хотите, но сообщение о моей кончине было чрезвычайно преувеличено. Одна минута и двадцать секунд.

* * *

- Если мы сдадимся, они, вероятно, сделают то, что скажут, - сказала Бич по дискретному командному каналу. - Это не могут быть джекеры. Только имперские морские пехотинцы настолько точны. Это имперцы, все в порядке.

- И это означает, что это может быть принц, - размышлял полковник Джованнучи. - Но на самом деле это не имеет значения. Если мы сдадимся и они репатриируют нас, священнослужители отправят нас к стенке. Единственный реальный выбор - это победить.

Он рассмотрел ситуацию, касающуюся мониторов, освещающих три основных места боя. Он знал, что Бич, как и большинство флотских офицеров, назначенных в специальные операции, возмущалась традицией, согласно которой приписанными к операциям кораблями командовали армейские офицеры. Он даже был готов признать - в частном порядке, - что аргументы флота против этой практики могут иметь смысл, когда речь заходит о действиях в космосе. Но это был его вид боя, не Бич, и он еще мгновение обдумывал свои варианты, затем посмотрел на лейтенанта коммандос, стоявшего рядом с ним.

- Мне не нравится, что они удерживают проход к мостику. Я хочу немного свободы передвижения. Возьмите несколько охранников мостика и обойдите их с другой стороны. Затем мы попытаемся разделить их между собой - расчистим их и обеспечим себе некоторое пространство для маневра. Пока вы занимаете позицию, я разберусь с этим напыщенным болваном.

* * *

- Принц Роджер, или кто бы ты ни был, спасибо за предложение. Но, нет. Я думаю, мы воспользуемся своим шансом.

Роджер снова пожал плечами и перевернул схему, чтобы посмотреть на векторы сближения.

- Будь по-твоему. Увидимся через несколько минут. - Он сменил частоту и кивнул на изображение Фейна, появившееся на мониторе. - Капитан, когда мы причалим, отправьте один взвод на мостик, один в оружейный склад и один в инженерный отсек.

- Как прикажете, ваше высочество, - сказал диаспранец.

- Я пойду на мостик. Я рекомендую вам выбрать одно из других мест. - Роджер повернулся к васину, который делил с ним сиденье, и помахал рукой. - Растар, я хочу, чтобы твои ребята направились к отсекам шаттлов, но в остальном, просто рассредоточьтесь и притормозите этих святош, которые пытаются пробраться к оружейной. Однако отправьте одно подразделение капитану Панеру, чтобы он использовал его в качестве резерва.

- Хорошо, - сказал Растар, когда ускорение наконец прекратилось. - Это облегчение, - добавил он со вздохом блаженства, когда шаттл перешел в режим свободного падения.

- Не привыкай к этому, - посоветовал Роджер... как раз в тот момент, когда началось торможение.

- Аааааааахххх...

* * *

- Полковник, нас здесь убивают, - сказала Бич. - Ко мне в оружейный склад добрались несколько человек, но они просто восполняют наши потери. Мы в тупике.

Она посмотрела на свою схему и покачала головой с неслыханным рычанием.

- И у нас есть кто-то, кто передвигается поблизости. Я только что потеряла команду на третьей позиции.

- Я знаю, - ответил Джованнучи, наблюдая за своими собственными дисплеями. Внутренние системы не были рассчитаны на ведение ожесточенного боя, но он мог использовать мониторы, чтобы следить по крайней мере за некоторыми действиями. Их осталось не так уж много; захватчики систематически отстреливали их. Он мог более или менее сказать, где они были, по следу из крошек разбитых камер, но, как правило, не мог сказать, где они находились в настоящее время.

- Плохая новость заключается в том, что они вот-вот получат подкрепление, - сказал он своему руководящему сотруднику. - Нам нужно выйти из тупика до того, как это произойдет, или, по крайней мере, обеспечить нам некоторую мобильность.

- Предложения приветствуются, - едко сказала Бич.

- Единственное, что может сработать, - это нанести удар по одному из пунктов обороны и вырваться, - сказал полковник. - Подготовка займет всего пару минут. Мы ударим по ним одновременно через пять минут.

- Меня это устраивает, - лаконично согласилась Бич. - И я чертовски надеюсь, что это сработает для всех нас. Если имперцы не убьют нас, это сделают клерики.

* * *

Ева Косутич скользила по проходу, используя свои включенные датчики звука и движения для поиска врагов... и очень, очень старалась, чтобы никто на другой стороне не узнал, где она была. Большинство святош были в легких бронежилетах и кожаных костюмах, поэтому довольно легкое оружие было способно пробить их тщательно нацеленным огнем. В ее случае она зарядила один из своих сдвоенных магазинов патронами с низкоскоростными проникающими пулями. Разработанные для того, чтобы избежать повреждения важных систем при действиях на борту судна, они оставляли очень маленькую дырочку в своей жертве и не кувыркались и не разрывались при попадании. Но они были способны поражать избранные точки легкой брони и части шлемов. И для Евы Косутич это было все, что требовалось.

Ее сенсоры сообщили ей, что по тому же проходу движется другое подразделение, пытающееся проникнуть мимо различных групп морской пехоты к оружейной. Она огляделась вокруг, а затем приподнялась в положение над головой, удерживаясь на месте, прислонившись к палубе одной рукой и расставив обе ноги.

* * *

- Я собираюсь отправить всех этих проклятых грязных имперцев прямиком в ад, - сказал сержант Лестин. Сержант-коммандос повернул руку на цевье своего шарикового ружья и зарычал. - Прямиком в ад.

- Ну, не заставляй нас всех делать это в килтах, - ответил капрал Муравьев.

- Мы будем убивать! - рявкнул сержант... как раз в тот момент, когда старший сержант открыла огонь.

Первые три пули попали чуть ниже шлемов их целей, пробив легкую броню на относительно незащищенном участке в верхней части шеи и разорвав шейные позвонки. Но к третьему выстрелу команда отреагировала, высококвалифицированные коммандос развернулись и нырнули в укрытие. Но как бы хороши они ни были, у них не было особых шансов против боевых доспехов и еще более хорошо обученной имперской телохранительницы, которая только что прошла продвинутый курс выживания в бою.

Косутич спрыгнула на палубу и подошла, чтобы подтолкнуть тела носком, проверяя их.

- Не сегодня, сержант. - Она вздохнула, затем взглянула на свои контрольные приборы. Больше движения. - Не сегодня.

* * *

Роджер дважды проверил герметичность, затем нажал на кнопку открытия люка, позволив Растару и двум другим васинам пройти перед ним через все еще дымящуюся дыру в борту корабля.

Даже грузовые суда использовали хромстен для своих корпусов. Материал был дорогим, составляя значительную долю от общей стоимости корабля. Но, учитывая, что он был устойчив практически ко всем видам космической радиации и представлял собой отличную систему защиты от микрометеоритных ударов, это заслуживало всяческих похвал.

Грузовые суда, однако, не имели толстого хромированного покрытия, как у военного корабля. Толщина материала снаружи грузового судна обычно составляла менее двух микрон, в то время как его толщина на военном корабле могла достигать сантиметра. И именно это различие позволило тепловым пикам штурмовых шаттлов пробить корпус менее чем за три секунды.

Место, выбранное Роджером для пробития корпуса, было одним из бесчисленных трюмов судна, и его внутренности были заполнены транспортными контейнерами всех мыслимых размеров и форм. Роджер огляделся, пожал плечами и махнул васину вперед. Где-то была битва, в которую нужно было вступить.

* * *

Растар нажал на кнопки управления запечатанным порталом, но было ясно, что люк из трюма заперт.

- Я исправлю это, ваше высочество, - сказал один из его васинов, поднимая свою плазменную пушку.

Растар яростно попятился, но он все еще уловил контуры взрыва, когда дверь разлетелась вдребезги.

- Следите за этими тварями! - крикнул он, затем переключил радио на передачу, когда незадачливый кавалерист отлетел от дверного проема, большая часть его тела превратилась в древесный уголь. - Следи за этими штуками. Это не карабины, ради Вэйлана! - Он огляделся вокруг, а затем опустил взгляд на свой костюм. - Почему скафандр твердеет?

* * *

- Проклятые пенистые, - прорычал Добреску, протискиваясь мимо принца. Роджер едва мог расслышать его из-за пронзительного воя выходящей атмосферы. Взрыв из плазменной пушки и возникшее в результате этого избыточное давление разрушили часть временных уплотнений между корпусом шаттла и дырой, проделанной в обшивке "Эмерэлд доун".

- Следите за огнем! - крикнул уоррент-офицер на частоте васинов.

- Мы можем что-нибудь с этим сделать? - спросил Роджер.

- Нет, если я не отодвинусь и не запечатаю, - кисло ответил Добреску. - С таким же успехом мы могли бы подождать, пока не заделаем дыру.

- Что поднимает интересный момент. Есть ли у нас кто-нибудь, кто знает, как сваривать хромстен?

- Сейчас самое подходящее время спросить, ваше высочество, - сказал Добреску с резким смехом.

- Мы не должны были столкнуться с таким сильным сопротивлением, - отметил принц.

- Прошу прощения, принц Роджер, - сказал один из васинов, пробираясь сквозь остатки воздуха. - Принц Растар приветствует нас, и мы понятия не имеем, в какую сторону идти.

Роджер усмехнулся и указал на Добреску.

- Продолжайте, док. Поднимите столько шума, сколько сможете, нанося при этом минимальный урон. Не пропускайте их подкрепления на мостик, к инженерным сооружениям и арсеналу. Особенно обратите внимание на отсеки для шаттлов.

- Понял, - признал Добреску, поправляя перевязь своего карабина. - Куда вы направляетесь?

- К мостику, - ответил Роджер, когда к нему присоединились четверо васинов. Он расположил их так, чтобы единственный плазменный стрелок находился перед ним. Шариковые пушки остальных были заряжены шариками и не могли пробить его броню.

- Теперь мы узнаем, гений я или идиот.

* * *

Джованнучи пролистал экраны, пытаясь разобраться в битве. Он был уверен, что всем четырем шаттлам удалось прорваться и сесть на борт, и один был виден на внешнем мониторе. К сожалению, трюмы и в лучшие времена были плохо прикрыты, и до сих пор ему не удалось выяснить, сколько подкреплений морской пехоты прибыло на борт.

Он коснулся другого пульта управления, затем поднял глаза, услышав, как лейтенант Андерс Челлини, его тактический офицер, ахнул.

- Сэр, - сказал офицер тактической службы сдавленным голосом. - Экран четыре-один-четыре.

Джованнучи переключил монитор на удержание и застыл в шоке.

- Это то, о чем я думаю, сэр? - спросил Челлини с явной ноткой недоверия.

- Они пенистые, - ответил Джованнучи голосом, исполненным смертельного спокойствия. - С плазменными и шариковыми пушками. Этот высасывающий ресурсы врожденный кретин дал пенистым плазменные пушки. И он привел их на борт моего корабля!

- Ну, по крайней мере, это больше не морские пехотинцы империи. - Голос офицера тактической службы звучал так, как будто он очень старался найти светлую сторону, на которую можно было бы посмотреть, и Джованнучи издал резкий, почти лишенный юмора смешок.

- Ты шутишь, верно? - огрызнулся он. - Морские пехотинцы империи, по крайней мере, знали бы, что нельзя проделывать дыры в борту корабля; трюм разгерметизирован.

* * *

Когда Гарвард увидел желтый огонек над люком, он понял, что вызваться "помочь" было плохой идеей. Не то чтобы у него был большой выбор. Морских пехотинцев осталось так мало, что, в конце концов, принц отправил с мардуканцами на помощь всех людей, которым, по его мнению, он мог доверять. Теперь техники из порта и даже законченные гражданские лица, такие как Мансул, бегали по внутренностям Q-корабля святош, пытаясь удержать пенистых от самоубийства.

Это оказалось трудным заданием.

- Кнопка не открывает дверь, - прорычал Хонал, снова включив схему.

- Э-э...

По вполне понятным соображениям безопасности Гарвард вклинился в середину строя пенистых. К сожалению, это означало, что он не смог добраться до дворянина васина до рассвета.

- Ага! - сказал Хонал. - Экстренный выпуск.

- Хонаааалл!

Было слишком поздно. Прежде чем человек смог привлечь внимание васина, Хонал выдернул рычаг аварийной разблокировки и отбросил его.

Как понял бы Хонал, если бы он действительно мог прочитать информацию, отображаемую на блоке блокировки, дальний отсек не был полностью разгерметизирован. Однако атмосферное давление там было гораздо ниже, чем на ближней стороне люка. Результатом стало довольно сильное всасывание.

Хонал не смог отпустить люк до того, как тот отлетел назад, увлекая его за собой. Однако физика его открытия, вместо того чтобы закружить его, чтобы он врезался в переборку, в сочетании со порывом ветра в спину подхватила его и яростно швырнула по коридору.

Все, что мог услышать Мансул, - это короткий, оборвавшийся крик, лязг закрывающегося люка и хруст. Затем его унесло в паническом бегстве, когда терданский контингент бросился на помощь своему командиру.

Гарвард нашел его лежащим рядом с аппаратурой радиометрического контроля, смятым и скрученным, как крендель. Его голова была засунута подмышку, а одна из его ног была откинута назад, касаясь палубы.

- Итак, Гарвард Мансул, - прохрипел он. - Что означает желтый свет?

* * *

- Ты шутишь, верно? - Бич потеряла контакт с Учелли и пыталась собрать побольше отставших, чтобы скормить их котлу вокруг оружейной. Она также охотилась за имперцами. Команда попала в засаду где-то здесь, и она была полна решимости выследить ответственных за это морских пехотинцев. Она послала Учелли перекрыть проход, ведущий из грузового отсека, но теперь пожалела, что не оставила его при себе. Маленький стрелок был бы хорошей подмогой для борьбы с пенистыми. Хотя... может быть, не пенистым, вооруженным плазменной пушкой.

- Нет, здесь мы на пределе, - сказал полковник. - Если мы не сможем собрать больше людей, вооруженных и бронированных, мне придется взорвать корабль.

- Я была бы действительно признательна, если бы вы этого не делали, - сказала Бич. - Я знаю, у нас были разногласия по поводу Единой веры, но вы должны признать, что самоубийство, как правило, не является хорошей вещью. Подумайте о растрате ресурсов.

Джованнучи слабо улыбнулся ей поверх монитора.

- Нет, Бич, мы другие. Видишь ли, я верю, а ты нет. Вот почему я командую, а ты нет. Если вы не сможете выйти из тупика в оружейной, мне придется установить подрывные заряды.

- О, великолепно, - прошептала она после того, как отключила связь. На мгновение она яростно задумалась, но на самом деле не видела выхода. У тактического офицера был второй ключ от механизма самоуничтожения, так что в ней не было необходимости; ее отсутствие на мостике не помешало бы Джованнучи сделать именно то, что он только что сказал.

- О, грязь, - снова прошептала она... затем врезалась в переборку, когда ее униформа затвердела под сильным кинетическим ударом.

Она отскочила назад и крутанулась на месте, поднимая свою винтовку, но серебристый вихрь врезался в казенник, раздробил ее левую руку и выбил оружие из ее рук. Она начала приседать, но замах сзади задел ее по шлему, и она снова отскочила от переборки, а затем рухнула на палубу.

Поэртена использовал гаечный ключ, чтобы разбить монитор, затем оттащил потерявшего сознание офицера в ближайший шкаф с припасами. В предположении, что они выживут в этой козлиной заднице, она могла им понадобиться, поэтому он снял с нее коммуникатор и оружие, а затем заварил дверь. Дверь была герметизирована и была помечена как аварийное убежище для жизнеобеспечения, так что пока корабль не взорвался, с ней все должно быть в порядке.

* * *

Растар посмотрел вниз, на кажущийся бесконечным проход, а затем взглянул на пилота-человека.

- Ты уверен, что это тот путь?

- Так было сказано на схеме, - коротко ответил Добреску. - Это еще далеко не все.

- Очень хорошо. - Принц васинов поднял руку в воздух широким и драматичным жестом. - К отсекам для шаттлов!

Он продолжал спускаться по высокому, широкому коридору. Это была первая не предназначенная для карликов вещь, которую они нашли на корабле, и это было огромным облегчением. Он и Хонал разделили свои силы, чтобы подойти к отсекам шаттлов с разных направлений в надежде, что один из них сможет пройти незамеченным. До сих пор ни один из них не столкнулся с каким-либо реальным сопротивлением, и это заставляло Растара очень, очень нервничать. Это также было одной из причин, по которой он был так рад увидеть этот просторный коридор. Все мардуканцы находили обычные короткие, узкие проходы и слишком близкий "горизонт", вызванный искривлением корабля, очень странными и чуждыми, но его беспокойство было гораздо более фундаментальным. Чем дальше он мог видеть вперед, тем меньше у него было шансов нарваться на засаду.

Примерно через пять минут они достигли перекрестка в форме буквы "Т" со знаками, ведущими к мостику и стоянкам шаттлов. Васинский дворянин махнул влево, затем наблюдал, как плазменный стрелок в упор отлетел назад с разнесенным затылком.

Растар даже не подумал о своем ответе. Он просто вытащил все четыре охотничьих пистолета и перепрыгнул через относительно узкий перекресток, сверкая пистолетами. Однако он был удивлен, увидев в проходе только одну человеческую фигуру. Человек стоял с пистолетами в каждой руке, и они взметнулись вверх подобно молнии, когда Растар прыгнул. Несмотря на то, что человек, возможно, не мог точно знать, где и когда появится Растар, четыре пули пробили костюм васина, прежде чем он приземлился на дальней стороне перекрестка.

К счастью, ни одна из них не проникла внутрь, и Растар рухнул на палубу. Он поднял руки к группе на дальней стороне, жестом приказывая им оставаться на местах. Затем он быстро высунул голову наружу и обратно, а затем поднял руку в жесте "подожди минутку", который был почти таким же универсальным среди мардуканцев, как и среди людей.

Когда это не привлекло никакого внимания, он высунул голову в коридор, как можно ближе к палубе, насколько это было возможно. На этот раз реакция была немедленной и энергичной, и Растар выругался, отпрянув назад. Одна из прилетевших пуль полностью промахнулась, но другая оставила борозду на боковой стороне его шлема. Еще полсантиметра в сторону, и он проделал бы дыру в шлеме, что было бы крайне неприятно.

Принц Тердана откинулся назад, обдумывая то, что он увидел одним коротким взглядом. Святоша был невысокого роста, даже для басика - ненамного выше Поэртены. Но скорость и смертоносная точность, которые он уже продемонстрировал, сказали принцу, что перед ним достойный его противник. Это было не так хорошо, как мечи или ножи, но должно было сойти.

Он подумал еще несколько мгновений, затем ухмыльнулся по-человечески, увидев табличку на переборке рядом с собой. Он не знал, куда на самом деле вел проход, в котором находился человек, но он не вел к отсекам шаттлов, если предположить, что надпись на переборке была правильной. Маленький стрелок, должно быть, выбрал свою позицию, чтобы поразить любого, кто направлялся к отсекам для шаттлов с фланга, когда они проходили мимо.

- Добреску? - сказал он по радио.

- Да?

- Возвращайся тем же путем, которым мы пришли. Свяжись с Хоналом.

- А как насчет тебя?

- Я думаю, этот парень достаточно хорош, чтобы мы все хотели оставить его там, где он есть, - ответил Растар.

Говоря это, он подъехал немного ближе к перекрестку, затем высунулся, заметил человека - теперь наполовину скрытого за чем-то похожим на вырванный люк - и произвел четыре выстрела скорострельной очередью. Его противник пригнулся, но лишь на мгновение, а затем настала очередь Растара поспешно откатиться дальше в укрытие, когда шарик со смертельным визгом пронесся мимо.

- Ты иди найди Хонала, - весело сказал он целителю-человеку. - Я останусь здесь и немного поиграю.

* * *

- Нам нужно идти, - сказал Джованнучи и застегнул свою форменную куртку. Материал не был бы устойчив к плазменным и шариковым пушкам морской пехоты империи, но он, по крайней мере, обеспечил бы некоторую защиту от вспышек и осколков.

- А как насчет Бич, сэр? - спросил Челлини.

Джованнучи только пожал плечами и указал на люк, но когда бронированный коммандос нажал на кнопку открытия, он сам удивился. В конце концов, первый офицер была одной из всего лишь четырех человек, которые могли обезвредить уничтожающие заряды.

* * *

- Капитан Панер, у нас начинается контратака! - сообщила Депро. - Они пытаются вырваться из арсенала!

- Как у тебя дела? - спросил Панер. Капитана Фейна задержала небольшая группа бродячих коммандос, но он был почти на позиции сержанта - не более чем через минуту. Конечно, в бою минута - это долгий срок.

- Кайру и Биркендал мертвы, сэр, - ответила сержант. Панер мог слышать треск огня на заднем плане поверх ее голоса. Учитывая, что она была в броне, это означало несколько сильных ударов. - Кларк ранен, но все еще сражается, а Сент-Джоны выбыли из строя. У меня осталось четыре человека, сэр.

- Просто продержитесь еще минуту, сержант, - спокойно ответил капитан. - Всего одну минуту. Фейн почти на месте.

- Мы попытаемся, сэр, - сказала она. - Я...

Панер покачал головой, когда система связи автоматически выдала сигнал обратной связи. Что-то наполнило частоту статическими помехами. Он знал, что означает этот звук, но это не означало, что он должен был ему нравиться.

- Сержант Депро? - спросил он. Ответом была тишина. - Компьютер, переключись: Бекли?

- Сэр! - лидер группы "Альфа" тяжело дышала. - Депро ранена! Мы находимся в режиме буги-вуги, сэр. Оружейная открыта!

- Держитесь крепче, Бекли, - ответил Панер. - Ты просто должна держаться!

- Я бы хотела, сэр, но здесь функциональны только я и Килети. На нем Кейн, у Чио есть Кларк, а у меня Нимашет. Мы собираемся попытаться отступить через диаспранцев и передать бой. У нас нет выбора, сэр.

- Компьютер, переключи: Фейн!

* * *

Гроннинген пригнулся, когда взрыв плазмы наполнил проход паром. Предыдущий взрыв прошил внутреннюю переборку и пробил трубу с серой водой. Теперь взрыв превратил серую воду в пар и фекальную плазму.

- Джулиан! - крикнул он, поднимая свою плазменную пушку над постом охраны и стреляя в ответ. - Они пытаются вырваться!

- Всем подразделениям, - объявил Панер на общей частоте. - Общая контратака продолжается. Держите то, что у вас есть; диаспранцы почти на месте!

- Черт возьми, - прорычал командир отделения, скользя на животе к позиции плазменного стрелка. - Почему они не могли просто дождаться нашего подкрепления?

- Потому что они не хотят умирать? - предположил асгардец. - Ты знаешь...

Второй выброс плазмы был более тщательно скоординирован: две плазменные пушки и шариковая пушка были нацелены на основание пункта охраны. Хотя этим основанием была "жесткая накладка", хромстеновая пластина, которая была не только прикреплена к переборке, но и закреплена на соседней палубе, концентрированный взрыв из нескольких источников сначала ослабил эту накладку, а затем вырвал ее из каркаса.

Хромстеновая пластина, с подложкой из закаленной стали, расплавившейся при сильном нагреве, пролетела по проходу, застигнув Мосеева врасплох и впечатав его в подвесную переборку.

И весь скоординированный огонь, который накладка больше не перехватывала, обрушился на Гроннингена.

* * *

Джулиан нырнул под последний поток плазменного огня, добрался до пораженного асгардца и перевернул его. Последний взрыв поразил его чуть ниже пояса и разнес тяжелый бронежилет в клочья с непринужденной жестокостью. Глаза Гроннингена были зажмурены, но он открыл их всего на мгновение, подняв руку к командиру своего отделения. Его рот беззвучно шевельнулся, а рука легла на бронированное плечо сержанта.

Затем он упал, и Эйдиб Джулиан издал крик чистой первобытной ярости.

- Ложись! - взревел Мачек, схватив Джулиана сзади и пытаясь повалить его на палубу, но Джулиан не был заинтересован в том, чтобы оставаться внизу.

- Мертв! Они все мертвы! - закричал он и отшвырнул Мачека, как игрушку.

- Сержант Джулиан, - позвал Панер. - Какова ваша ситуация?

- Я посылаю их всех к черту, сэр! - крикнул сержант в ответ и поднял оружие плазменного стрелка.

Имплант Джулиана, любезно обновленный Тему Джином, был загружен всеми протоколами взлома, доступными как военной, так и гражданской разведке. Он использовал их сейчас, глубоко погружаясь в центральные схемы своей собственной брони, вырывая протоколы безопасности, пока система не превратилась в голые кости. Хотя личная броня была спроектирована так, чтобы быть частично подвижной в условиях невесомости, прыжковая система никогда не была предназначена для боя в условиях полной гравитации. Но, сняв все системы управления с того, что, по сути, было небольшой плазменной пушкой, сержант смог создать возможность прыжка, которая действительно заслуживала такого названия.

Конечно, были и недостатки.

- Не пытайтесь делать это дома, мальчики и девочки, - прошипел он и отключил питание.

Его прыжок перенес его через баррикаду на палубу, и воющий поток плазмы расплавил переборки позади него.

Мачек взвыл, когда струя прошла по его голеням, нагревая почти неуязвимую броню его костюма и повышая внутреннюю температуру почти на сто градусов. Автоматические системы сбрасывали тепло почти так же быстро, как оно поступало, но всего на мгновение броня заставила Мардук казаться прохладным.

Броня Джулиана врезалась в потолок, частично отбросив его на верхнюю палубу, бросая его из стороны в сторону в хаотичном порядке, который было невозможно отследить боевым доспехам святош. Каким-то образом ему удалось превратить отскок в вращение, развернувшись, когда была израсходована последняя энергия, и когда последний, злобный заряд плазмы из прыжкового механизма вонзился в потолок, он перелетел с одной стороны прохода на другую, пока не приземлился на ноги за защитниками-святошами.

Четверо святош все еще пытались отследить его, когда первый его выстрел поразил их. Он взмахнул оружием из стороны в сторону, низко, вырывая ноги из-под них. Когда коммандос упали, он продолжал размахивать оружием взад-вперед, игнорируя кричащий индикатор аварийной перегрузки, когда он расплавил не только их упавшую боевую броню, но и палубу под ней и переборки по обе стороны. Он расходовал мощность пушки, как пьяница, но прежде чем конденсатор полностью разрядился, перегруженные цепи управления отключились.

Шар ненаправленной плазмы поднял сержанта и швырнул его спиной в бронированный люк командной палубы. Поскольку дверь была сделана из хромстена, как и броня, но гораздо толще, он ударился и отскочил.

Жестко.

* * *

Кринди Фейн покачал головой, когда люди в скафандрах упали назад в пересекающийся боковой проход, а затем завернули за угол в поисках укрытия. Воздух в другом проходе был серебристо-красным от плазменных разрядов, а переборка на противоположном краю коридора исчезла, когда огонь святош пробил ее насквозь и попал в один из бесчисленных трюмов, прежде чем рассеяться на грузе.

Его подразделение - двадцать диаспранцев, сам капитан, Эркум Пол и барабанщик - приближалось с запада корабля. Арсенал должен быть примерно в двадцати метрах вверх по коридору, из которого только что вывалились люди. И, очевидно, он был усиленно защищен.

- Ах, я, - пробормотал он, возясь с человеческим радиоуправлением. - СНАПУ: Ситуация нормальная, Все обстреливается. Первый взвод готовится вступить в бой, - сказал он, продолжая рысью двигаться к перекрестку, когда наконец-то должным образом заработала рация. Огонь ослаб до того уровня, который, по мнению защитников, очевидно, был достаточным, чтобы удержать морских пехотинцев от повторного входа в проход. - Взвод встанет лицом прямо в коридор, колонной по три, направляясь к оружейному складу с залповым огнем на марше. Взвод, быстро... Марш.

* * *

- Сержант, что это?

Рядовой Капила Амманн был бы рад с таким же удовольствием заползти обратно в свою койку. Он давным-давно оставил попытки выяснить, зачем он вообще присоединился к коммандос. Именно такие дни, как этот, заставляли его считать, сколько часов осталось до его свидания с инопланетянами, но при том, как развивались события, он не собирался доживать еще сто двадцать шесть дней, четырнадцать часов и - он взглянул на свой хронометр - двадцать три минуты.

- Что есть что? - рявкнул сержант Гао, затем удивленно поднял глаза от раненого, которого он лечил. - Подразделение... марширует?

- Святое загрязнение, - прошептал Амманн, когда диаспранцы завернули за угол. - Они дали пенистым плазменные пушки!

* * *

За последние несколько месяцев диаспранцы пережили революцию в вооружении, на достижение которой людям потребовались тысячелетия. Они начинали как необученные призывники, которых превратили в пикинеров. Затем они продвинулись до мушкетеров, затем до стрелков из порохового оружия, а теперь они были стрелками из плазменных и шариковых пушек. Но многое из того, что они выучили с первых дней, сохранилось. И они использовали это сейчас.

Первая шеренга повернула за угол, разворачиваясь к внутреннему мардуканцу, навела свою плазменную пушку и открыла огонь, строем шагнув вперед.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

- Ааааааа!

Капила прижался к палубе, когда воздух буквально исчез вокруг него. Мардуканский огонь в основном прошел над его головой, но его интенсивность сначала перегрела атмосферу в коридоре, а затем расширила ее до самой границы вакуума. Он предполагал, что мог бы открыть ответный огонь, но, похоже, в этом не было особого смысла. Если бы он убил одного или двух пенистых выстрелом, за его усилия остальные превратили бы его в дрейфующие атомы. Даже если бы они этого не сделали, близкого промаха было бы достаточно, чтобы убить его. Разлетающиеся осколки могли легко пробить дыры в его стандартном корабельном костюме, что позволило бы сильному нагреву поджарить его до хрустящей корочки... зато, по крайней мере, спасло бы его от удушья при разгерметизации скафандра.

Но до сих пор они, казалось, отсутствовали. Ему это нравилось, и он не собирался ничего делать, чтобы это изменить.

Он повернул голову, чтобы оглянуться на проход позади себя, и увидел, что все его подразделение исчезло. Один или двое из них, возможно, вернулись в оружейную, но он видел по крайней мере четыре углеродные статуэтки, которые указывали на потери. Однако Граубарт был все еще жив. Он мог бы даже выжить дальше, если бы ему была оказана срочная медицинская помощь. Сержант Гао, с другой стороны, был всего лишь парой ног, прикрепленных к какому-то вареному мясу.

Капила осторожно отодвинул свое шариковое ружье в сторону и распластался на палубе, надеясь, что пенистые ограничатся тем, что просто схватят его.

Конечно, он слышал, что те пытали своих пленников до смерти. Но если бы речь шла о возможности пыток или о том, чтобы полностью сгореть в плазменном взрыве, он бы пошел на такую возможность в любой день.

* * *

- Прекратить огонь, - приказал Фейн, обходя зияющую дыру в палубе. Огонь его солдат вскрыл переборки по обе стороны прохода в окружающие отсеки, и разрушенный коридор заискрился электричеством и мелкодисперсным паром. Усиленный хромстеном арсенал выдержал большую часть повреждений, и теперь большая часть одной из его стен и несущей конструкции, которая пострадала от ударов, были видны сквозь щели в переборках. В целом, они нанесли довольно большой ущерб, размышлял он. Но пока они были в своих скафандрах, условия окружающей среды были приемлемыми. На самом деле, все выглядело хорошо; люк оружейной был закрыт, и проход был безопасен.

- Сержант Серн, возьмите четырех человек и оцепите дальний конец зала. - Он еще немного повозился со своим радио, пока ему не удалось переключить частоты. - Капитан Панер, мы взяли коридор снаружи оружейной. Однако ее двери закрыты.

На палубе лицом вниз лежал человек - предположительно, один из "коммандос" святош. Казалось, он не был ранен, но его пальцы были переплетены на задней части шлема, и он не двигался. Фейн махнул Полу, который поднял негодяя сзади за мундир и подбросил его в воздух.

- И, похоже, у нас также есть пленник.

* * *

Роджер завернул за угол ко входу на мостик и остановился, благоговейно качая головой. Корабль был разгромлен. Действительно, никогда в своих самых страшных кошмарах он не мог представить, что корабль может быть настолько разбит и все еще держаться целым.

Более или менее.

Палуба выглядела так, словно ее взрезал гигантский детсадовец, которому каким-то образом попалась в руки забытая по рассеянности паяльная лампа. Сверхпрочный пластик настила расплавился и разбрызгался, оставив на переборках неровные брызги, похожие на импрессионистские сталагмиты, и огромные дыры, из которых капала вода, в самой палубе. Сами переборки также получили серьезные повреждения. Многие из пробитых в них отверстий были достаточно большими, чтобы в боевой броне можно было пролезть в окружающие отсеки. Одно из самых больших вело к тому, что когда-то было дневной каютой капитана, которая была так же основательно разгромлена, как и сам проход.

И люк мостика снова был плотно закрыт.

Роджер вздохнул, когда клубящийся дым и пар внезапно переместились в сторону и исчезли. Ему не нужно было смотреть на красный индикатор вакуума на дисплее своего шлема, чтобы понять, что только что произошло.

- Памятка для себя, - пробормотал он. - Использование мардуканцами - или морскими пехотинцами, если уж на то пошло, - плазменных пушек при штурме корабля противопоказано.

* * *

Хонал последовал за первой командой входа в отсек для шаттлов, затем нырнул вбок, когда поток скоростных шариков разорвал троих васинов на части. Огонь, казалось, шел отовсюду в открытом отсеке, но большинство людей-защитников находились на дальней стороне, возле огромных внешних люков отсека. Было достаточно легко определить, где они находились, но делать что-либо с этим было совсем другое дело, потому что они укрылись за массивной приподнятой плитой, которая, несомненно, делала что-то значительное, когда в огромном, похожем на пещеру пространстве были припаркованы шаттлы.

Хонал отдавал предпочтение винтовкам с шариками, а не пушкам, поскольку полноразмерные винтовки - после соответствующей переделки Поэртеной - стали коротким и удобным карабином для кого-то размером с мардуканца. Теперь он использовал свой, чтобы открыть ответный огонь, водя шариками по верхней части плиты. Каждый удар отрывал кусок от верхней части устройства - чем бы оно ни было - но, похоже, не беспокоил никого из людей, скорчившихся за ним.

Остальные васины вошли следом за ним, но огонь, который их встретил, был убийственным. Помимо святош у главных воздушных шлюзов, еще несколько были разбросаны по мосткам кругом в отсеке, а некоторые укрывались за вторым рядом люков. Комбинированный перекрестный огонь прижал васинов на открытом месте, без какого-либо собственного прикрытия, и защитники методично уничтожали их.

- К черту все это! - зарычал Хонал. Он и человек-Мансул были частично защищены панелью управления. Ему потребовалось несколько нажатий, но он все еще был работоспособен, судя по красным и зеленым мигающим символам над кнопками в его центре. Мгновение он созерцал устройство, а затем улыбнулся.

- Мансул, ты можешь управлять этой штукой?

* * *

Гарвард Мансул в своей жизни попадал в несколько трудных ситуаций. Он не раз имел дело с бандитами и однажды даже написал о них небольшую статью. Потом были пираты. Однажды он был на корабле, когда его захватили пираты, но глава группы был читателем ИАО и отпустил его. На самом деле, его отправили восвояси с фотографией главаря пиратов в соответствующей маске с автографом. В него стреляли городские банды, он получил ножевое ранение во время перестрелки в Империал-Сити и чуть не погиб, когда его команда заблудилась в пустыне. Затем был схвачен кратами и заключен в тюрьму группой ритуальных каннибалов. Это было неприятно.

Но то, что его прижала команда специальных операций святош, подняло "неприятности" на новый уровень. Ничто другое в списке его предыдущего жизненного опыта даже близко не подходило. Так что задирать голову, чтобы посмотреть на панель управления, не входило в его список приоритетов.

Но он все равно бросил быстрый взгляд.

- Люки, гравитация, обработка грузов, охрана окружающей среды! - крикнул он, по очереди указывая на соответствующие разделы панели. - Что ты собираешься делать?

- Сыграть розыгрыш.

* * *

- Здесь ничего не происходит, - пробормотал Хонал себе под нос и нажал зеленую кнопку.

Ничего не произошло. Он подождал пару ударов сердца, чтобы убедиться в этом, затем поморщился. "Время для второй фазы", - подумал он и поднял прозрачную защитную пластиковую коробку над красной кнопкой рядом с зеленой.

Он нажал на нее.

Порыв ветра из наполовину расплавленного люка позади него сильно толкнул его на панель управления, но это было почти все. Святошам на дальней стороне отсека, стоявшим спиной к открывающимся дверям отсека шаттлов, повезло меньше. Более половины из них были подобраны и высосаны открывающимся порталом прежде, чем смогли среагировать. Остальные, к сожалению, сумели найти опору для рук и держались до тех пор, пока не прекратился чрезвычайно короткий всплеск изменения давления. Затем они снова открыли огонь.

- Ну, это не сработало, - раздраженно проворчал Хонал. Краткий восторг, который он испытал, когда первые люди исчезли в отверстии, только усилил его раздражение, когда остальные не появились, и он снова уставился на панель управления. Описание Мансулом их функций было значительно меньше, чем голые кости, размышлял он. А он, в конце концов, был всего лишь невежественным васинским рейдером на циване. Было неразумно ожидать, что он действительно поймет, что кто-то из них сделал, так что, возможно, ему следует просто делать то, что приходит само собой.

Он начал нажимать на кнопки наугад.

Свет то включался, то выключался. Панели появлялись из палубы и поднимались, а другие панели исчезали, в то время как краны, шкивы и менее легко идентифицируемые элементы оборудования сновали взад-вперед по подвесным рельсам. Хонал понятия не имел, чего должны были достичь эти завораживающие, сбивающие с толку движения и энергия в нормальных условиях. Но его это тоже не особо заботило, когда одна из кнопок опустила платформу, за которой укрывались святоши, на палубу. И тогда, наконец, сама гравитация исчезла.

Хонал наблюдал, как изумленный коммандос святош перевернулся в воздухе - ну, в середине вакуума, поправил себя васинский аристократ, - когда он выстрелил из своей винтовки с шариками как раз в тот момент, когда кто-то отобрал у него гравитацию в отсеке шаттлов. Святоша беспомощно выплыл на открытое место, движимый неожиданным реактивным двигателем, в который только что превратилась его винтовка, а затем взорвался в ужасном изобилии багровых капель крови, когда чья-то очередь разорвала его почти пополам.

- Вот теперь это больше похоже на то! - сказал Хонал с широкой ухмылкой в человеческом стиле, вытаскивая свой меч и хватаясь за верхнюю часть центра управления своими вторичными руками, как будто это была прыгающая лошадь. - Васины! Вверх и на них! Холодная сталь!

* * *

- Роджер, какова ваша позиция? - спросил Панер.

Как ни странно, казалось, что ситуация может стабилизироваться. Георгиадасу удалось убить достаточное количество святош, контратаковавших его позицию, чтобы продержаться до прибытия диаспранцев. Теперь инженерные сооружения у него оставались нетронутыми, и хотя в арсенале могло быть (а могло и не быть) еще несколько вражеских солдат, войска Кринди Фейна полностью изолировали их. Контратака персонала мостика "Эмерэлд доун" также была остановлена, и васины неистовствовали. Собственная зона Панера все еще находилась под давлением, но две трети корабля потеряли атмосферу, и большая часть внутренней гравитационной сети была отключена. Северная кавалерия прониклась симпатией к бою в невесомости. Что было просто... отвратительно.

Он не хотел думать о той ужасной цене, которую заплатили его люди и их союзники-мардуканцы, но святоши явно находились в обороне и были на пути к полной потере своего корабля. Теперь, если бы они только могли отговорить выживших офицеров "Эмерэлд доун" покинуть мостик, прежде чем те нанесут непоправимый вред.

- Нахожусь на пункте охраны мостика. Гроннинген мертв, а Джулиан ранен. Единственные, кто держится, - это Мосеев, Абурия и Мачек, но даже они не в очень хорошей форме; я бы оценил их броню не более чем в тридцать процентов от базовой. Максимум. Готовлюсь к переговорам с командующим святош.

- Понятно. - Панер махнул Тему Джину, чтобы тот оставался на месте, отслеживая взломанную инфосеть, затем рысью направился вверх по коридору. - Подожди, пока я не приду туда. Я слишком много раз видел результаты ваших переговоров.

* * *

- Святой командующий, это принц Роджер.

Джованнучи посмотрел на вспотевшего офицера-тактика. Старший сержант Айован, который был с полковником с тех пор, как Джованнучи стал бритоголовым, стоял, приставив дуло пистолета к уху Челлини. Приставленный к уху пистолет мог заставить вспотеть практически любого, но офицер-тактик выглядел особенно изможденным. Потребовалось некоторое время, чтобы заставить его отказаться от своих кодов блокировки, и еще больше времени потребовалось компьютеру, чтобы принять их. Вероятно, из-за его заикания. Но теперь он, казалось, более или менее смирился со своей судьбой.

- Что ж, принц Роджер, или кто бы ты ни был. Это полковник Фиорелло Джованнучи, отдел специальных операций империи Каваза. Что могу сделать для вас?

- Вы можете сдать свой корабль. Я дал вам один шанс, и теперь большая часть вашей команды и коммандос мертвы. Последний шанс. Сдавайтесь, и мы пощадим остальных. Сопротивляйтесь, и я отдам вас всех кратам. Они ритуальные каннибалы, но они не брезгуют людьми.

- Что ж, я дам тебе пару вариантов, приятель, - яростно прорычал святоша. - Убирайся с моего корабля, или я взорву его!

* * *

- Поговори со мной, Арман, - сказал Роджер, глядя на запечатанный люк.

- Направляюсь к мостику. Инженерные сооружения и оружейная находятся под охраной. Капитан Фейн только что захватил оружейную. Но мы должны выяснить, что делать с этой надвигающейся угрозой.

- Думаешь, он серьезно? - спросил Роджер. - Он звучит именно так.

- Большинство святош не являются истинно верующими, - сказал Панер. - К сожалению, я слышал о Джованнучи, и он именно такой. Не разрывайте связь, ваше высочество. Компьютер, соедини с Косутич.

- Косутич, - подтвердила старший сержант, глядя поверх прицела своей винтовки на святош, которых она захватила. - Думаю, что у нас есть большая часть основной команды корабля, Арман. Похоже, они гораздо меньше заинтересованы в славной смерти, чем коммандос.

- Хорошо, но у нас возникла ситуация, - сказал ей Панер. - Расскажи мне, что ты знаешь о самоубийственных зарядах святош.

- Я так понимаю, это не академическое упражнение, - сказала она с гримасой. - Они всегда устанавливаются с задержкой по таймеру. Для их активации требуются код и ключ - на самом деле их два; они не могут быть установлены только одним человеком. Для их деактивации требуется по крайней мере один ключ и код, но сработают любые ключ и код. Они работают на основе блокировок положительного действия; если у вас нет кода и ключа, вы не сможете их отключить. Уполномоченными владельцами кодов/ключей обычно являются командир, исполнительный офицер, тактический офицер и главный инженер.

- Хорошо, - ответил Панер. - Это то, что я тоже вспомнил. Компьютер: всеобщий доступ. Весь имперский персонал, начинайте эвакуацию корабля. Компьютер: командная группа. Капитан Фейн? Растар?

- Здесь, - позвал Фейн.

- Это Хонал, - сказал кузен Растара мгновение спустя. - Растар... занят, но мы обеспечили безопасность отсеков для шаттлов. Они повреждены, но в безопасности.

- Вам нужно начать эвакуацию корабля, - сказал Панер. - Вытащите столько пленников святош, сколько покажется практичным.

- Арман, - сказал Роджер на дискретной частоте. - Мы не можем их отпустить. Если мы это сделаем, моя жизнь не стоит и плевка.

- Нет, но если мы выведем наши силы, у нас может появиться шанс атаковать следующий корабль, - ответил Панер.

- Имперский командующий, - позвал Джованнучи. - У вас есть тридцать секунд, чтобы начать эвакуацию. После этого я запущу последовательность детонации, и нет никакого способа остановить это.

Роджер автоматически переключился обратно на частоту командной группы, что означало, что голос полковника святош был услышан всеми остальными, подключенными к нему вместе с ним. Он поморщился, но потом пожал плечами. Может быть, это было к лучшему.

- Вот такая ситуация, ребята, - сказал он.

- Нехорошо, - сказал Хонал. - Мы загружаемся на шаттлы, но наше нападение нанесло определенный ущерб.

- Хонал, - сказал Косутич. - Отправьте команду васинов в юго-западный сектор. У меня есть группа экипажа, которая нуждается в эвакуации.

- Полковник Джованнучи, - позвал Роджер, на этот раз убедившись, что он также не передает это по командной частоте. - Мы эвакуируемся, пока говорим, но у обеих сторон есть жертвы, и по всему кораблю есть зоны разгерметизации. Это займет немного времени.

- Я даю вам две минуты, - ответил Джованнуси. - Но это все.

- Арман, я не отдам этот корабль, - прорычал Роджер на дискретной частоте. - Если они настолько глупы, чтобы пойти дальше и взорвать себя после того, как мы эвакуируемся, что ж, прекрасно. Но если они просто улетят, нам крышка.

- Я знаю, ваше высочество, - вздохнул капитан.

- Капитан Панер, - прервал его голос Поэртены. - Предполагается, что мы эвакуируем святош?

- Да, - спокойно ответил Панер. До сих пор только командная группа знала, что они столкнулись с ситуацией самоликвидации, и он намеревался поддерживать ее в таком состоянии как можно дольше. - Корабль в плохом состоянии. Нам нужно эвакуировать святош для их собственной безопасности и в качестве военнопленных.

- Хорошо. Я думаю, что у меня есть корабельная помощница, связанная в шкафу. Я схожу за ней.

- Подожди секунду, Поэртена, - прервал его Роджер. - Где ты? - спросил он.

- В юго-восточном секторе, - ответил оружейник. - Четвертая палуба.

- Старший сержант, - проинструктировал Роджер. - Направляйтесь в юго-восточный сектор и соединитесь с Поэртеной. Сделайте это сейчас.

- Не сходи с ума, Роджер, - предупредил Панер. Он был почти у туннеля под мостиком.

- Не проблема, - ответил Роджер. - Я холоден как лед.

* * *

Косутич взяла предложенный лом и вставила его в щель между дверью и ее рамой. Затем она навалилась на него всем своим весом, и металлическая пломба сорвалась со взрывным "крэк!" Дверца шкафа распахнулась, и она посмотрела на женщину-офицера в боевой стойке и покачала головой.

- Я, вероятно, могла бы снять с тебя броню, - предупредила ее старший сержант. - И у нас нет времени на игры.

- Я знаю это. Нам нужно убираться отсюда, - ответила Бич. - Этот помешанный на загрязнении идиот готовится взорвать весь корабль.

- Что произойдет, если мы возьмем мостик? - спросил Косутич. - Для общей информации, у нас уже есть инженерный отсек и оружейная.

- Ну, если вы возьмете мостик, возможно, я смогу отключить взрывающие заряды, - призналась Бич. - Все зависит от обстоятельств.

- У нас здесь не так много времени для дебатов, - сказала Косутич.

- Послушайте, технически мы захваченные нелегальные воюющие лица, - сказала Бич. - Ты это знаешь, я это знаю. Каков ваш закон на этот счет?

- Как правило, вы репатриируетесь, - сказала ей Косутич. - Особенно, если мы сможем обменять тебя на одну из наших групп.

- И затем, большую часть времени, мы заменяем вашу группу на планете восстановления, - сказала Бич. - Чтобы я могла быстро умереть здесь, когда сработают заряды. Или я могу умереть медленно, будучи заморенной до смерти работой и голодом.

- Или?

- Или я могу получить убежище.

- Мы не можем предоставить убежище, - сказала Косутич. - Мы можем попробовать, но мы не можем этого гарантировать. У нас нет на это полномочий.

- Парень, который ведет вас, действительно принц Роджер? Потому что, согласно нашей разведке, он мертв, и был мертв уже несколько месяцев.

- Да, это действительно он, - ответила Косутич. - Тебе нужно его слово по этому поводу или что-то в этом роде?

- Да. Если член вашей императорской семьи обещает, по крайней мере, это будет большой политический скандал, если имперцы не выполнят его обещание.

- Ты понятия не имеешь, насколько все усложняешь, - пробормотала старший сержант.

* * *

- Имперский командующий, у вас есть пятнадцать секунд, чтобы покинуть корабль, - крикнул Джованнучи. - Я не думаю, что ты уже ушел.

- Мы работаем над этим, - сказал Роджер, как раз в тот момент, когда на его шлеме вспыхнул приоритетный сигнал от старшего сержанта. - Подождите минутку, полковник Джованнучи. Это может быть от моих людей в отсеке для шаттлов. Компьютер: переключи на Косутич.

- Это вторая из святош, все в порядке, - подтвердила старший сержант по защищенному каналу. - Она готова дать нам коды в обмен на убежище. Она хочет услышать личное мнение Роджера.

- Если она думает, что это поможет, она, очевидно, не знает, что за мою голову назначена награда, не так ли? - сказал Роджер с мрачным смешком.

- Я думаю, мы имеем дело с задержкой разведданных, - ответила Косутич. - Она знает, что вы мертвы; она еще не слышала последнюю версию Джексона. В любом случае, что мне делать? Кстати, мы уже в пути.

- Скажи ей, что у нее есть мое личное слово Макклинтока, что я сделаю все, что в моих силах, чтобы гарантировать, что она получит убежище в империи, - ответил Роджер. - Но я хочу быть там, когда она узнает, что я вне закона.

- Будет сделано, - сказала сержант-майор с ухмылкой, которую можно было услышать по радио. - Примерно минута, пока мы не будем на месте.

- И я уже здесь, - сказал Панер, подходя к Роджеру сзади. - Вам нужно убираться к черту с корабля, ваше высочество. Сержант Депро уже на шаттле, как и большинство раненых.

- Кто-то должен взять этот мостик, Арман, - натянуто сказал Роджер. - И нам он нужен более или менее неповрежденным. Кто у нас лучший специалист по ближнему бою?

- Вы не нападаете на мостик, - сказал Панер. - Потеряем вас, и все это напрасно.

- Потеряете корабль, и все будет напрасно, - ответил Роджер.

- Будут и другие корабли, - сказал Панер, положив руку на плечо принца.

- Да, но если этот уйдет, они будут святыми перевозчиками!

- Да, но...

- В чем заключается задание, капитан? - Роджер резко прервал его, и Панер на мгновение заколебался. Но потом он покачал головой.

- Чтобы защитить вас, ваше высочество, - сказал он.

- Нет, - ответил Роджер. - Миссия состоит в том, чтобы защитить империю, капитан. Защита меня - это только часть этого. Если только Тему Джин вернется и спасет мою мать, прекрасно. Если ты вернешься и сделаешь то же самое, прекрасно. Если Джулиан вернется и выполнит задание, прекрасно. Она может произвести на свет нового наследника. Если она захочет, она может использовать ДНК отца Джона и Александры. Миссия, капитан, - "Спасти империю". И чтобы сделать это, мы должны захватить этот корабль. И чтобы захватить этот корабль, мы должны использовать персонал, который может сделать это наиболее эффективно и который физически может прибыть сюда вовремя, чтобы сделать это. И это делает взятие этого мостика наилучшей возможной ролью полковника Роджера Макклинтока. Я ошибаюсь?

Арман Панер долго молча смотрел на человека, которого он восемь бесконечных месяцев поддерживал в живых на планете кошмаров. Затем он снова покачал головой.

- Нет, это не так. Сэр, - сказал он.

- Так и думал, - сказал Роджер и направил свою плазменную пушку на люк.

* * *

Джованнучи посмотрел на офицера-тактика и кивнул, когда первый взрыв потряс мостик.

- На счет три, - сказал он, вставляя свой ключ в консоль.

Лейтенант Челлини медленно протянул руку, чтобы вставить свой собственный ключ, но затем остановился. Его рука оторвалась от доски, и он покачал головой.

- Нет. Это того не стоит, сэр. - Он повернулся лицом к Айовану, поворачиваясь на месте до тех пор, пока пистолет сержанта не оказался направлен прямо ему между глаз. - Осталось двести человек экипажа, старший сержант. Двести. Ты собираешься убить их всех за что? Коррумпированное руководство, которое проповедует защиту окружающей среды и строит себе замки в самых красивых уголках дикой природы? Убей меня, и ты убьешь себя, и ты убьешь полковника. Подумай о том, что мы здесь делаем!

Джованнучи посмотрел на сержант-майора и вопросительно вздернул подбородок.

- Айован?

- Все когда-нибудь умирают, лейтенант, - сказал старший сержант и нажал на спусковой крючок. Голова Челлини отлетела в сторону от удара, и старший сержант вздохнул. - Какая бессмысленная трата человеческой жизни, - сказал он, очищая ключ от мозгов и глядя на полковника. - На счет три, вы сказали, сэр?

* * *

Хромстен был почти непроницаем для плазменного огня, но "почти" было относительным термином. Даже хромстен передавал энергию на лежащую в его основе матрицу, что означало, в случае с командной палубой, использование высокопрочного керамического пластика. И по мере того, как тепло, накопившееся от повторяющихся плазменных разрядов, проникало в него, лежащая в основе матрица начала плавиться, а затем сгорать... .

* * *

- Брешь! - крикнул Роджер, когда центральная часть люка прогнулась, а затем с треском открылась. Всего на мгновение белый свет с мостика осветил дым и пар от пылающей матрицы, прежде чем их жадно засосал вакуум.

Подъездной коридор просто исчез . Сильный жар от плазменных разрядов расплавил материал окружающих переборок и палуб, образовав большое отверстие, через которое был виден мостик в виде хромированного цилиндра тридцати метров в поперечнике и пятидесяти в высоту, прикрепленного к бронированному инженерному ядру.

Преодоление зияющей пятиметровой пропасти между его нынешней позицией и проломом должно было стать первой проблемой Роджера.

- Нет времени лучше настоящего, - пробормотал он и активировал прыжковое устройство своей брони значительно более мягким касанием, чем использовал Джулиан.

Он переплыл пропасть, одной рукой поддерживая плазменную пушку, в то время как другая тянулась к отверстию, и врезался во внешнюю поверхность цилиндра. Протянутая рука просунулась в пролом, но его пальцы не нашли ничего, за что можно было бы ухватиться. Его рука скользнула назад, и всего на мгновение он почувствовал укол паники. Но затем его пальцы зацепились за неровный край отверстия и сомкнулись.

- Проще простого, - выдохнул он, и экзоскелетные "мышцы" заныли, когда он приподнялся на небольшой выступ, который был всем, что осталось от внешней дверной коробки. Он собрался с духом и рванул дыру, расширяя ее. Матрица самого хромстена начала разрушаться под плазменным огнем, и материал заискрился на его бронированной руке, возвращаясь к своей первоначальной атомной структуре хрома и селена.

* * *

Джованнучи и Айован стояли, заложив руки за головы, а остальная команда командной палубы выстроилась на своих местах позади них, когда Роджер вошел в отсек вместе со своей плазменной пушкой. Все они были в защитных костюмах от низкого вакуума, который теперь заполнял большую часть корабля.

Роджер оглядел мостик, затем на запекшуюся кровь, забрызгавшую консоль самоликвидации, и покачал головой.

- Это было строго необходимо? - спросил он, подходя к телу тактического офицера и переворачивая его. - Кто?

- Я, - сказал Айован.

- Короткая дистанция, - презрительно сказал Роджер. - Думаю, ты не смог бы попасть в него с большего расстояния.

- Сними эту гребаную броню, и мы посмотрим, как далеко я смогу стрелять, - сказал Айован и сплюнул на пол.

Панер пролез через дыру, еще больше расширив ее в процессе, и подошел к принцу.

- Вам следовало подождать, пока мы его закрепим, ваше высочество, - сказал он по командной частоте.

- И дать им шанс уничтожить систему управления? - Роджер ответил по той же частоте. - Ни за что. Кроме того, - он натянуто усмехнулся, - я подумал, что они, вероятно, перешли на шариковые ружья после сумасшедшего трюка Джулиана. Если бы это было не так, они бы все еще стреляли в нас в проходе.

Он снова переключился на внешний усилитель, включил его на максимум в почти вакууме, который в тот конкретный момент на мостике "Эмерэлд доун" сошел за "воздух", и посмотрел на Джованнучи и Айована.

- Я не могу прочитать табели о рангах "торгового флота". Кто из вас Джованнучи?

- Я, - сказал ему полковник.

- Выключи самоликвидацию, - сказал Роджер.

- Нет.

- Хорошо, - сказал Роджер, незаметно пожав плечами под своей броней, и повернулся к Айовану. - Кто ты такой?

- Я не обязан тебе этого говорить, - сказал Айован.

- Старший сержант, - сказал Панер.

- Да, у него такой взгляд, - сказал Роджер. - Ты не офицер мостика, так что ты не можешь это отключить, не так ли?

- Никто здесь не может, - сказал Джованнучи. - Кроме меня.

Роджер начал отвечать, затем полуобернулся, когда Косутич вползла на мостик.

- У меня здесь эта второй офицер, - сказала старший сержант по командной частоте. - Она готова отключить самоликвидацию, как только мы уберем всех этих парней с мостика. Она сказала следить за командиром. Он настоящий истинно верующий.

- Итак, кто из вас принц Роджер? - спросил Джованнучи.

- Да, - ответил принц. - И я собираюсь позаботиться о том, чтобы тебя повесили, даже если это последнее, что я сделаю.

- Я так не думаю, - спокойно сказал полковник святош и вытащил одноразовый пистолет из-за головы.

Время, казалось, ползло, когда Роджер начал поднимать свою плазменную пушку, затем уронил ее. Если бы он выстрелил из него, взрыв вывел бы из строя половину систем управления кораблем... включая консоль самоуничтожения. Поэтому вместо этого он прыгнул вперед, его рука продолжала подниматься к рукояти меча, даже когда плазменная пушка упала.

Принц был почти сверхъестественно быстр, но смог ли он убить полковника до того, как тот выстрелил, навсегда останется неизвестным, поскольку Панер врезался в его костюм, раскинув руки.

Удар отбросил доспехи принца в сторону, отправив их вдребезги на тактический дисплей и с линии огня святоши как раз в тот момент, когда Джованнучи выбросил оружие вперед, поразив Панера в упор, и нажал кнопку.

Роджер выпрямился с воплем чистой ярости и крутанулся на месте, когда Айован достал еще одно оружие и бросился на него. Но на этот раз ошибки не было, и сверкающий клинок, выкованный Войтаном, снес голову и руку старшего сержанта, обдав его дымящимся веером крови.

Выстрел из низкоскоростного оружия отбросил Джованнучи назад и повалил на палубу. Теперь он снова поднялся на ноги и поднял руки.

- Мне жаль, что я промахнулся, - натянуто сказал он. - Но мы все равно умрем. Загрязнение заберет тебя.

- Я так не думаю, - проскрежетал Роджер. - У нас есть ваш заместитель, и она более чем готова отключить заряды. Но ты это сделаешь, я тебе обещаю, - продолжил он голосом ледяного гелия и посмотрел на Косутич. - Старший сержант, отведите полковника в отсек для шаттлов. Убедитесь, что он больше не причинит вреда, но и не позволяйте, чтобы с ним что-нибудь случилось по дороге. Мы разберемся с ним позже, и я хочу, чтобы он был в идеальной форме, когда встретится с палачом.

Старший сержант что-то сказала в ответ, но Роджер ее не услышал, так как опустился на колени рядом с Панером. Он перевернул капитана так осторожно, как только мог, но на самом деле в этом не было особого смысла. На этот раз попадание было точным. Одиночный выстрел поразил морского пехотинца прямо в панцирь его брони, и отколовшийся осколок брони сделал именно то, что должен был сделать.

Роджер наклонился поближе, пытаясь разглядеть сквозь мерцающее искажение капитанского шлема. Показания говорили, что мозг все еще функционировал, но по мере того, как кровь отливала от головы к раздробленному телу, жизнь быстро угасала.

- Я обещаю, - сказал Роджер, поднимая капитана и удерживая его. - Я обещаю, что не умру. Я обещаю, что спасу свою мать. Ты можешь положиться на меня, Арман. Ты можешь, я обещаю. А теперь отдыхай. Отдыхай, мой защитник.

Он сидел там, покачивая тело, пока не погас последний дисплей.

ЭПИЛОГ

Роджер постучал по своему дисплею, когда бывшая офицер святош покинула каюту капитана. Учитывая все обстоятельства, Бич восприняла новость довольно хорошо. С другой стороны, поскольку она довольно определенно связала свою судьбу с группой Роджера, она мало что могла сделать, кроме как помочь. Как бы то ни было, она была вне закона как по законам святош, так и по имперскому закону. Если бы Роджеру удалось все задуманное, она бы сидела очень мило. Если бы он этого не сделал, ей было бы ничуть не хуже. Конечно, как только они приблизятся к цивилизации, он не сможет ей доверять. Но пока они не доберутся туда, куда собирались, чтобы начать процесс проникновения в империю, у нее действительно было только два выбора: помочь им или умереть. Выбор был невелик.

Он оторвал взгляд от дисплея и встал, когда вошел следующий человек в его списке.

- Сержант Депро, - сказал он. - Я хотел бы поговорить с вами о планах на ближайшее будущее.

Он снова сел и вернул свое внимание к дисплею, затем поднял глаза с раздраженным выражением лица, когда Депро заняла позицию парадного покоя.

- О, черт, Нимашет. Не могли бы вы, пожалуйста, присесть - раздраженно потребовал он и подождал, пока она не подчинилась, прежде чем снова взглянуть на дисплей и покачать головой.

- Я не осознавал, насколько вам на самом деле мало оставалось служить, когда мы покидали Старую Землю. Вам следовало закончить свой срок, когда мы были еще в Синди.

- Я думала об этом в то время, - ответила она. - Капитан Панер тоже говорил со мной об этом. Очевидно, я не могла просто уйти.

- Вероятно, я мог бы найти способ освободить вас сейчас, - вздохнул Роджер. - Вместе с четырьмя другими людьми, которые живы и выслужили свои сроки. Но возникла бы небольшая проблема с ценой за ваши головы.

- Я останусь с вами на некоторое время, сэр, - сказала Депро.

- Спасибо, - формально сказал Роджер, затем глубоко вздохнул. - Я.. я должен спросить о... Однако я хотел бы обратиться с просьбой.

- Да?

Он потер лицо и оглядел каюту.

- Я... Нимашет, я не знаю, смогу ли я это сделать... - Он остановился и покачал головой. - Я... черт возьми, я знаю, что не смогу сделать это один. Пожалуйста, пожалуйста, пообещай мне, что ты не уйдешь при первой возможности. Пожалуйста, пообещай, что ты просто не уйдешь. Ты мне нужна. Мне не нужен твой пистолет; я могу найти много стрелков. Мне нужна твоя сила. Мне нужно твое чувство юмора. Мне нужно твое... благоразумие. Не оставляй меня, Нимашет Депро. Пожалуйста. Просто... останься со мной.

- Я не выйду за тебя замуж, - сказала она. - Или, скорее, я вышла бы замуж за "принца Роджера", но отказываюсь выходить замуж за "императора Роджера".

- Я понимаю, - сказал Роджер со вздохом. - Просто не оставляй меня. Хорошо?

- Хорошо, - сказала она и встала. - Это все, сэр?

Роджер мгновение смотрел на нее, затем кивнул.

- Да, спасибо, сержант, - сказал он официально.

- Тогда спокойной ночи, сэр.

Copyright Н.П. Фурзиков. Перевод, аннотация. 2023.

Content

Дэвид Вебер, Джон Ринго
Марш к звездам

ПРОЛОГ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ГЛАВА ВТОРАЯ

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

ЭПИЛОГ