Изергин Илья Игоревич

Шум железа. Документ-0.2

Никто из нас ещё не родился бессмертным, и, если бы это с кем-нибудь случилось,

он не был бы счастлив, как это кажется многим.

Платон.

Приехав на место преступления, я вышла из машины. Вокруг были высокие и острые горы, деревья из всех времен года окружали озеро, которое сковало мои ноги по щиколотки, и множество прекрасных лотосов плавали на поверхности. Я поняла, что попала далеко не по адресу. Я обернулась и собралась скомандовать своему помощнику заводить машину, вместо этого он пошел ко дну с моей алой «Плаймаут фьюри» две тысячи девятьсот пятьдесят восьмого года выпуска. «Это странно», – мой голос раздался мягким эхом, но я не открыла рот, чтобы это произнести.

Машина исчезла в воде, озеро никак не отреагировало на это и скрыло место пропажи белыми цветами. Мои навигационные системы не работали, так же, как и все импланты. Мое тело стало обычным, как и у всех людей. Я почувствовала прохладную воду, нежный ветерок обдувал моё тело, моя одежда исчезла, я осталась в рубашке и трусах. «Это очень странно», – мои мысли снова пронеслись эхом в этом мистическом месте.

– Иванна, – прошептал женский голос за моей спиной. Я почуяла запах, запах крови и молока, – Ты же не хочешь меня обмануть?

– Кто ты? – Обычное хладнокровие пропадало, оно сменялось… умиротворением?

– Лучше спроси это у себя, – неизвестная обняла меня за талию двумя руками, и еще двумя руками обхватила мою шею и голову. Её дыхание успокаивало меня, как мать успокаивает ребенка. Я почувствовала её полную грудь у себя на спине. – Спроси это и перестань быть той, кем не являешься!

Одним движением рук моя шея хрустнула, и я пошла ко дну…

***

– Майор, мы приехали, просыпайтесь.

– Я уснула? – открыв глаза, я вновь оказалась в своей машине, а за окном шел ливень, затапливая улицы города короля Абдаллы.

– Вы не храпели, Иванна Львовна, – вечно улыбающийся Чангминг припарковался рядом с полицейской гололентой, и протянул мне бутылочку с водой, за что я наградила его толчком пальца в лоб.

– За что?

– Это вместо спасибо.

Глотнув воды и поправив пальто, я открыла машину:

– Лейтенант Фа, возьми планшет, пожалуйста, и настройся на съемку.

– Хорошо, – улыбка на миг пропала, и один его глаз сменился с карего на полностью красный цвет.

Пройдя с напарником под гололентой и протиснувшись между полицейских машин, мы зашли под виадук, где и случилась трагедия: три голых распятых мужчины на стене моста в окружении надписей кровью.

Мужчины были прибиты руками и ногами к стене ржавыми железнодорожными костылями, также у всех была проткнута грудь, судя по всему двое из них от этого и скончались, а центральный скончался от вскрытия черепа и уничтожения блока памяти.

– Жутко смотреть на мертвого бессмертного, еще и священника, – ко мне подошел невысокий и полный полицейский и предложил стакан кофе.

– Жутко то, что кто-то смог устроить такую экспозицию, – заметила я, глотнув самого мерзкого кофе, какой мог предложить только Мёрдок и какой любила только я – Том, как так вышло?

– Всё просто, неизвестные врезались в их тачку, проткнули их, тому голову разворотили, повесили всех на стену и свалили.

– И всё? Они не сопротивлялись?

– Еще как, вон тот слева – телохранитель, у него был пистолет, он одного из них ранил, немного крови на двери машины осталось.

– Что-нибудь еще?

– Сделали снимки с глаз, жмурики перед смертью видели странные фигуры в черных плащах и капюшонах, – Мёрдок сглотнул, – а также огромного робопса.

– Прости, что? Ты опять пил?

– Лучше бы это было так. Подойди к Норт, у нее все данные.

– Хорошо, заканчивайте тут потихоньку, местные начинают уже стягиваться.

– Как скажешь, босс, увидимся в участке. – Отдав честь, Том засеменил в сторону распятых.

Подойдя к жертвам и сразу проанализировав их лица, я узнала, что двое по сторонам это Роман МакГордон и Нил Гроуди – обычные телохранители, смертные к тому же. Мужчина у них во главе – Нейтан Смит младший, проповедник, который, скорее всего, открывал новую церковь в этом городе.

Машина была разбита в хлам: бронированный «Ролс-ройс» врезался как будто в танк или что-то подобное, надписи кровью были и на нём.

Я подошла к Норт, она отдала мне флешку с собранными предсмертными снимками и переводом всех этих фраз. Усевшись на дороге у заднего колеса машины священника, я вставила карту памяти в висок и погрузилась в события несколько часовой давности.

Они ехали в молчании. Нил был за рулем. Роман сидел рядом и играл в странную игру про желе и пчел. Смит перебирал четки на заднем сидении. Под виадуком в их машину врезался пикап с рельсой вместо бампера. Грязный пикап. Нужно будет поискать грязь с его шин. Три человека вышли, с обрезанных ружей расстреляли двери, открыли их и проткнули арматурой всех троих. В этот момент Роман выстрелил в одного из них, убийца вскрикнула. Это была женщина. За её спиной стояло странное создание из металла, которое напоминало волка или медведя. Подошли еще трое и всех вытащили, пастор получил удар киркой по голове. Записи всех троих обрываются примерно в это время. Норт оставила в конце перевод надписей на стенах с разных языков: «Рагнарёк», «Вы не боги», «Прометей идет», «Четыре».

Вынув флешку, я подошла к двери, которая была в крови убийцы. Я получила анализ с помощью сенсора в пальце и узнала, что убийца – двадцатидвухлетняя Фрида Битнер, студентка школы гостиничного и кулинарного дела в городе Нордерштедт. Далеко же занесло девушку. Грязи на дороге не оказалось. Возможно они смыли её, дабы по ней нельзя было определить, где стоит машина.

– Иванна Львовна, и что Вы думаете? – Чангминг подошел со спины, его улыбка была на месте, это немного приободряло.

– А что думать, нужно найти убийц и брать их живыми.

– Обязательно живыми?

– Да, Чангминг, это второй случай. Три недели назад во Втором Петербурге было подобное, только убит был ректор университета.

– Его распяли?

– Нет, его нашли в загородном доме. Его порубили на куски и спрятали в мертвого быка.

– А где связь? – мы уже садились в машину, – Эти распяты, как в религиозных сказках католиков, а случай с быком мерзкий и странный.

– Связь в надписях. Кто-то против бессмертия. Они преследуют цель воспроизвести в своих убийствах мифы.

– Окей, причем здесь бык?

– Не знаю, либо минотавр, либо Бухис, – допив мерзкий кофе, я закинула стаканчик в сжигательницу, – Единственное, что мы можем, это лично спросить у них, зачем они это сделали. – Лейтенант завел машину, и под мягкое урчание мы тронулись к ближайшему раздатчику.

– Кристина, составь список пикапов, которые могут находиться в радиусе пятисот километров за городом, – скомандовала я, – будем двигаться от этого.

– Как прикажешь, Иванна, – радостным механическим голосом ответила машина.

– Также узнай, где в последний раз видели Фриду Битнер, – я приложила ладонь к электронной панели, – вот её кровь.

– Иванна Львовна, а вы знали, что четыре на японском языке звучит как смерть.

– Это очевидно, но этого мало.

– Согласен, а как вам это? – лейтенант достал из кармана салфетку, в которой был кусочек грязи, – я уже проанализировал его, машина убийц прибыла из Стевоцка.

– Хм, значит они проделали такой путь, чтобы замести следы. Кристина, ищи пикап в Стевоцке, по всему району, и отметь именно те, которые находятся рядом со старыми железными дорогами.

– Я думал, их разобрали.

– Многие железные дороги оставили ржаветь. Но их все еще используют бедняки, а монорельсовые подходят для использования в Антарктиде.

– Я зарядился, майор, – напарник вынул руку из раздатчика и убрал кабель раздатчика от машины.

– Иванна, я узнала откуда к нам прибыли убийцы. Я сопоставила места, где в последний раз видели подозреваемую и где был пикап из Стевоцка – это заброшенный поселок Бесеску.

– Туда и поедем. Возможно их там не будет, но там было их логово.

– Может сообщим нашим и возьмем с собой подкрепление? – Фа проверил наличие пистолета в кобуре, – Хоть мы и бессмертные, но мы не знаем сколько их там.

– Мы просто посмотрим, не более.

Сразу после моих слов мы выехали. Надеюсь не выйдет как в дешевых детективных фильмах, и нам не повезет напороться на банду религиозных убийц вдвоем.

***

Мы доехали до места за сорок минут, попутно увидев машину убийц. Пикап с приваренными рельсами на передней части машины, выглядевший как своеобразный мусорный таран, стоял брошенный у обочины. Весь салон был в крови Фриды. На дороге следы крови, очевидно, что два километра они пронесли её на руках.

Со стороны поселок выглядел заброшенным: дома всего на семнадцать этажей, разбитая магнитная дорога – природа уже захватывала это всё. Чангминг остановил Кристину, и мы вышли.

– Лейтенант, переходи в режим наблюдения, и будь готов перейти в режим захвата, – скомандовала я, – Возьми с собой автомат.

Улыбка пропала с его лица. Мне всегда было не по себе, когда Фа переставал улыбаться. Мы выдвинулись в поселок. Тишина захватила это место, и только луна освещала нам дорогу.

– Тут никого нету, – выдал Чангминг, – я обнаружил несколько тепловых следов, но это могут быть звери.

– А может и нет, будь внимательнее.

Мы подошли к небольшому дому у железной дороги. Возможно тут раньше был штаб ремонтных бригад. Мы уже отчетливо видели по тепловому следу, что в доме было шесть человек и один из них ранен.

– Отлично, что дальше, майор?

– Берем их, – отрезала я.

– А если они ждут нас? Нам нужно сообщить, что мы нашли их логово, и ждать подкрепление.

– Пока будем ждать, они уйдут. – я положила руку на плечо Фа, – Да и мы же бессмертные, ты не забыл?

– Нет не забыл.

– Тогда ты обходишь дом, а я захожу с парадной двери.

Чангминг кивнул головой, и мы двинулись. Подойдя на свою позицию, я начала слушать их разговор: что-то про Прометея, про то, что они всё испортили, девушку уже подлатали. Прометей встретит одного из них в лачуге Зевса, они тут оставят мусорного пса на случай, если копы пойдут по следу. «Отлично, значит нужно узнать у них, что за лачуга Зевса и найти этого Прометея», – подумала я.

Встав напротив двери, я собиралась высадить её и начать штурм. Выстрелы с другой стороны дома. Чангминг должен был быть на подхвате. Я сразу ударила в дверь, и передо мной в коридоре стоял двухметровый толстяк в экзоскелете и обрезом в руке: «Бросай оружие», – закричала я и получила два выстрела в живот. Урон не критичный. Я ответила ему очередью из штурмового автомата – все сорок четыре пули. Это даже не пробило его кожу. Оружие бесполезно. Передо мной стоял бессмертный из военных, его тело создано, чтобы выдерживать выстрел тяжелой техники в упор. Это была ловушка, они ждали именно бессмертных.

Гигант ударил меня хуком справа, заблокировав его, меня отнесло на шесть метров. Как только я встала на ноги, он уже стоял рядом со мной и махнул руками, чтобы схватить меня. Мне остается только уворачиваться и искать слабое место этого бессмертного.

После того, как я пропустила несколько его ударов, мои сенсоры начали барахлить, воспользовавшись этим, он ударил апперкотом. Когда я начала улетать от него, он схватил меня за ногу и со всей мощи ударил об землю.

Не отпуская моей ноги, он поднял меня, и мы встретились глазами. Почему-то в глаза бросилась татуировка щита и копья на его груди. «Зря ты сюда пришла, – пробурчал гигант, – наше падение неизбежно». Попытка задать ему вопросы провалилась, речевой модуль полетел, и я могла говорить только какофонией металлических звуков. Я отправила сигнал машине. Так же по внутренней связи попыталась узнать, как дела у напарника. Ответа не было.

Защитник убийц схватил меня за голову и начал разрывать меня на две части, при этом он сжимал голову так, чтобы уничтожить блок данных. Впервые за четыреста восемьдесят четыре года у меня появился вопрос: «А действительно ли мы бессмертны? Что будет после уничтожения блока?» Я уже слышала хруст своих деталей и корпуса, системы сходят с ума. Мне кажется, что сейчас я узнаю ответы на все эти вопросы.

Сквозь здания в нашу сторону уже ехала на полной скорости Кристина. Она врезалась в бугая, он выбросил меня и успел удержать её двумя руками, собираясь её то ли опрокинуть, то ли перетолкать. Кристина проигрывает в этой схватке тяжеловесов, мне нужно было остановить её.

Я запрыгнула в машину, выхватила из бардачка капсулы ремонтных нано-роботов и проглотила сразу несколько. Через люк в салоне я вылезла на крышу. у меня был только один удар, поэтому предварительно я заменила свою правую руку на терморезак. Раскалив его, я прыгнула и нанесла удар в переносицу гиганта. В его взгляде застыло недоумение. Кристина перестала газовать, я продолжала нагревать клинок.

– Твоё поражение началось сейчас, – речевые модули толстяка угасали, – Прометей уже… – он отключился на полуслове.

– Иванна, ты в порядке, мне вызвать подкрепление? – моя машина никогда не беспокоилась о себе. Её корпус был сильно поврежден, колёса и двигатель дымились.

– Скршет, – попыталась ответить я, – етшш, кхм, нет, я в порядке, вызывай, я, пш, пш, пошла за, – речевые модули еще не восстановились.

Заменив клинок обратно на руку, я подобрала автомат и зашла в дом. Я подошла к двери, судя по тепловому следу, там остался один человек. Ко мне подошел Фа. Напарник тоже попал в передрягу, он был весь в глубоких царапинах, потерял руку и часть торса. Я протянула ему капсулы для экстренного ремонта.

– Я в порядке, важные детали не повредились, – Чангминг был на позитиве даже в такой ситуации.

– Отк ябет кат лапертоп? – недоумение посетило мою голову, – У янем йовечер ьлудом летелоп, итсорп.

– Хорошо, потом расскажу про большого робота-пса. – Фа посмотрел на дверь, я кивнула, и он выбил дверь, – Полиция Единого государства! Бросайте оружие, вы арестованы!

В центре комнаты нас уже ждала раненая девушка, из одежды на ней была только повязка со следами крови на месте раны. Я просканировала всё вокруг: никакой ловушки, у неё был только один промышленный протез руки. Они знали, что с ней не получится уйти, и оставили её. Разумно, но, имея такого свидетеля, мы найдем того, кто стоит за всем этим.

***

С захвата одной из убийц прошло два дня. Меня, Чангминга и Кристину отвезли на ремонт в городе Альбион. Полиция решила обосновать там штаб по расследованию дела «Прометей». Как мне удалось узнать, по всему миру проходили подобные облавы на ячейки этой организации. Но живого участника удалось поймать только нам, кроме того мы единственные, кто сильно пострадал во время захвата, но выжил.

Было дождливое утро. Я курила на балконе одной из моих квартир. Сегодня мне предстояло встретиться с начальством и допросить Фриду Битнер. Возможно она состоит в низшем звене этой организации, но всё равно должна знать хоть что-то. И нужно не забыть встретиться с Холи МакЛора – моей давней подругой. Докурив сигарету, я взялась за новую. Вдохнув влажного воздуха вперемешку с дымом, мне пришла мысль, что я не хочу участвовать в допросе и в расследовании этого дела. Это была усталость. Моральная. Посмотрев на руку, я спросила у себя: «Могу ли я устать?»

Зазвонил телефон. Отец уже два дня пытался связаться со мной. Я написала ему сообщение, я пока не готова говорить с ним. Мой речевой модуль хоть и починили, но небольшой брак остался. Теперь я говорю с хрипотцой. Хотя может это добавит шарма к моему образу бессмертного детектива.

Интересно, все ли, кто переместил свой разум в машину, задаются такими вопросами или только те, кто понял, что это обман системы. Что даже такие, как мы, могут умереть. Понимаю смерть гражданских, они не оснащены такой защитой и гаджетами как я, мой напарник или тот, кого мы убили во время захвата. А ведь он бы сделал то, что хотел, если бы Кристина не подоспела вовремя. Тот гигант был создан в качестве венца бессмертия, но теперь его разбирают и пытаются восстановить блок данных, где записан его разум. Я провела рукой по выбритой части головы. Мысль о том, что мы стали лишь набором данных, начала на меня давить. Внизу я увидела Кристину и Фа, он стоял с зонтом и улыбался в ожидании меня. Затушив очередную сигарету, я начала собираться. На будущее, нужно попросить отпуск.

Когда мы с напарником сели в машину мы молчали. Фа, как и я, был погружен в разные мысли, даже его дежурная улыбка не скрывала того, что он думает о том же, о чем и я.

Доехав до места в полной тишине, мы вышли из машины.

– Иванна Львовна, можно я пойду к криминалистам. От одной мысли о допросах, хочется утопиться.

– У тебя не получится этого сделать, Фа.

– Ваша правда, – улыбка его стала меньше, но настоящей.

– Я не против, поговорю с ней сама, – я улыбнулась ему в ответ, – Как закончишь собирать информацию, сразу иди к шефу. Там и встретимся.

– Хорошо, Иванна Львовна, – он сразу двинул в сторону одного из корпусов этого отделения.

– Чангминг! – выкрикнула я и он молча обернулся, – Прости меня, ты был прав.

– Не проблема, майор, – его улыбка сейчас говорила о том, что он запомнит это надолго. Либо я становлюсь параноиком.

***

Сколько себя помню, комнаты допроса никогда не менялись: два стула, стол и черное стекло, за которым стоят несколько полицейских. Напротив меня сидела Фрида Битнер, у дверей стоял офицер Том Мёрдок.

Её протез руки сняли при задержании, живая рука была пристегнута к столу наручником. Она смотрела на стол пустым взглядом. Я думала с чего начать допрос и отстукивала пальцами неизвестную никому мелодию.

– Твоё имя – Фрида Битнер, – прохрипела я.

– Да.

– Ты студент школы гостиничного и кулинарного дела в городе Нордерштедт?

– Уже нет, простите.

– За что простить?

– За скучные ответы, – она не проявляла никаких эмоций.

– Ничего, вопросы тоже скучные. Мне перейти к интересным вопросам?

– …

– Хорошо, как ты попала в эту группировку?

– Меня позвал Ахир.

– Кто такой Ахир?

– Тот, кого ты убила тогда.

– Он пытался убить меня, я защищалась. Значит он у вас был главным?

– Нет, мы все равны.

– Даже Прометей?

– Да.

– Ахир, он твой старый знакомый? Он из бессмертных, где была ваша точка пересечения?

– Я проходила практику на кухне его родителей.

– Тебя взяли из-за умения готовить?

– Нет, из-за умения собирать роботов, это моё хобби.

– И почему ты пошла учиться на повара?

– Мой отец не мог позволить мне другого обучения. Да и он думал, что я смогу выжить, если буду готовить для сливок общества.

– Значит ты собирала машины? Для чего?

– Для устрашения, для защиты.

– Тот страшный робот – твоё произведение?

– Да, это Фенрир-сорок три.

– Почему сорок три?

– Потому что я его сделала сорок третьим.

– А ты продуктивна, для человека с одним протезом.

– Я работала в мастерской, полностью автоматизированной.

– Сколько ты сделала всего роботов? Сколько вас там было?

– Около тысячи. Примерно пятьдесят, хотя я многих, наверное, не видела.

– Вы как будто готовитесь к войне.

– Именно так, – чувство страха на десятую секунды пробежало у меня в голове.

– Плохо верится. Скажешь, где находится Прометей, и ты избежишь смертной казни за убийства невинных людей.

– Лачуга Зевса.

– Где эта лачуга? Отвечай!

– Я сказала всё, что хотел сказать вам Прометей.

– Твою мать! Офицер, уводи её, пусть нейромеханик ею занимается.

– Майор, моя рука! – выкрикнул Мёрдок, пытаясь удержать свою же руку, которая держала пистолет, – она сама!

Я подошла к нему и попыталась отвести пистолет в сторону, но его рука оказалась сильнее. У Тома так же не двигались ноги. С той стороны копы пытались открыть дверь, но её, видимо, тоже взломали. До меня дошло, что с рукой я не могу справиться. Я начала разжимать пальцы, но они сжали пистолет насмерть. «Мёрдок, мне нужно отрезать твою руку», – мы кивнули друг другу. Я заменила руку на терморезак, но, когда я занесла лезвие над Томом, он ударил прикладом мне по ключице, оттолкнув меня. Том выстрелил по три раза в голову и сердце девушки. Сразу после этого открылась дверь, и Мёрдок получил контроль над своим телом. Видимо террористы Прометея играют в эту игру серьёзнее, чем мы.

***

Покинув участок, я пошла сразу к машине. Разговор с шефом был на стандартные темы: улучшение моего тела и ослабление моей наглости. По первому пункту никогда не была с ним согласна. По второму – может так и есть, если бы не моя наглость, то мы бы так не пострадали. Но, как бы то ни было, дело нужно продолжать, пока оно стремительно несется, как космобус с Марса.

После допроса меня не покидает чувство того, что Прометей хочет, чтобы его поймали, и чертит для нас дорогу. А мы в свою очередь не сильно то и торопимся идти по ней. Они готовятся к войне и совершают убийства популярных бессмертных и намеренно оставляют зацепки. Да и во время задержания они всегда дают бой полиции: ради запугивания или сокращения нашего числа – но точно не для того чтобы скрыться или защититься. И потом мы имеем дело не с бандой – всего было несколько сотен задержаний подобных нашему. И если Фрида не врет, то у них есть база и роботизированная армия. Как показывает опыт, последние слова перед смертью почти всегда правдивы.

– Ваш любимый омерзительный черный кофе, – лейтенант передал мне бумаги и кофе, обошел машину и сел за руль, – Иванна Львовна, вы не активировали Кристину. Почему?

– Пусть отдохнет, мне пока нужно подумать, – я откинула сиденье почти в горизонтальное положение и закинула ноги на панель, – Да и она будет ругаться на меня за это.

– Она чистюля, Иванна Львовна. Вскрытие бессмертного которому вы расплавили блок памяти, и вскрытие робота ничего интересного не показали.

– Фенрир.

– Что Фенрир?

– Фрида сказала, что пса, точнее псов, зовут Фенрир.

– Хорошо, Фенрир, так вот, они определили только происхождение металла: он собран из утилизированных бессмертных.

– А ты Тюр.

– Простите? – Чангминг скривился, как будто я назвала его грязным ругательством.

– Ну Тюр, из скандинавской мифологии. Чтобы сковать огромного волка Фенрира волшебной цепью Глейпнир, он положил ему руку в пасть в знак отсутствия дурных намерений. А тот ему руку и отцапал, когда понял что к чему.

– Какой-то Тюр дурак в этой истории.

– Нет, Тюр и Фенрир были близкими друзьями, – я задумалась, – прости, просто всё это заставляет думать о мифах.

– Понимаю, – Фа обхватил руль, – что мы будем делать дальше?

– Искать лачугу Зевса и Прометея и кончать это дело.

– У меня вообще нет идей. Может это из-за того, что тот робот долбанул меня по блоку памяти?

– Да и у меня, – я привела сиденье в нормальное положение и закурила, – Мне кажется, что Прометей ведет нас.

– В смысле?

– Да в прямом, смотри, это дело чересчур простое. Фрида на допросе всё выложила, – я протянула ему результаты допроса, – их лидер хочет быть найденным.

– Ну тогда почему мы не знаем, где он хочет быть найденным?

– …

– Иванна Львовна, можно вопрос?

– Валяй.

– Почему шеф так упрашивает вас поменять тело? – Машина наполнялась дымом от нашего непрерывного курения.

– Потому что оно маленькое и неэффективное.

– А почему вы его не поменяете?

– Потому что это индивидуальность.

– Я даже не думал, что такие как мы могут быть ростом в полтора метра.

– Я тоже, мой отец заплатил приличную сумму, чтобы мне сделали тело не по стандарту.

Мы продолжили молча сидеть, в голове не было ни единой логичной зацепки, всё происходит слишком сумбурно. Мне, как и Фа, просто хотелось ничего не делать. То задержание, когда мы могли погибнуть. Нам просто повезло. Будь их чуть больше, и даже если бы это были люди, они могли убить нас обоих. Больше всего я хотела увидеть отца, и Холи, и еще… Стук по окну прервал мои мечты, за окном стояла девушка в пуховике с пышным рыжим хвостом. Рата Тоск – противная бессмертная, которая всегда сует нос не в свое дело, но она очень полезна полиции из-за её связей с преступным миром. Она давно могла сесть за решетку и сгнить на Меркурии, но к сожалению список ее преступлений ничтожно мал по сравнению с тем скольких людей она сдала.

– Я на минутку, Фа, поговорю с этой белкой, – лейтенант только кивнул и решил включить музыку.

– Иванна, дорогая, как ты? – Рата улыбалась так сильно, насколько позволяло ей лицо. – Слышала ты недавно чуть не померла? Мы же бессмертные, нам нельзя помирать.

– Тоск, что тебе нужно?

– Я соскучилась по подаркам от тебя, и хочу рассказ каково это убить того, кого нельзя убить. – Я вновь закурила, мы перешли дорогу и встали под навес около автомата общих товаров. – Просто если наши тела не такие крепкие как в рекламе, мне придется думать о самозащите, а это такая морока.

– Откуда ты узнала?

– А волшебное слово? Ну и когда я за бесплатно рассказывала что-либо? Вот подаришь мне… – Я не хотела знать, что хочет эта крыса, я ударила её в живот, спиной она погнула стенку автомата, из него выпало несколько бутылок, и сама Рата сползла на пол.

– Следующий удар будет сильнее, и по лицу, – улыбка пропала с её лица, – скажи откуда у тебя эта информация.

– Успокойся, а то каркас накалится. Прометей лично мне все рассказал.

– Что? – это было очень странно. – И какие у тебя дела с ним?

– Ничего такого, считай конвой денег из точки А в точку Б.

– С этим потом разберемся, зачем он тебе это рассказал?

– Наверное, что бы я опасалась тебя, убийца бессмертных. – она поднялась на ноги опираясь на стенку, видимо я что-то ей повредила, это и хорошо.

– И всё?

– Всё.

– А ты хорошо подумай, у меня в руках терморезаки, ими я и убила военную модель бессмертного.

– Не всё, – она посмотрела на Кристину, – еще есть пару слов для Фа.

– Скажи и я передам.

– Прометей сказал, что только ему, можно сказать, – после этих слов, Рата получила удар в скулу, она упала на землю и я её сразу подняла за шиворот.

– Следующий удар будет летальным, крыса, – её металлическое тело дрожало, обычная реакция для человека, и программа воспроизводила такую реакцию.

– Хорошо! – у белки пошли слёзы, левая часть лица была всмятку, глаз немного вышел из орбиты. – Я должна сказать Фа, что Прометей ждет вас двоих в лачуге Зевса.

– Говори дальше! – Выкрикнула я. – Не заставляй меня делать из тебя пазл для техников!

– Лачуга Зевса находится на Балканах, в особняке Шоровского, того самого, который президент ЭнерджиЭарч. – Она пыталась сжаться в клубок, на этом моменте, мне бы уже было жаль её, но не сейчас. – Больше я ничего не знаю, адрес на бумажке у меня в кармане. А теперь отпусти меня, больная тварь!

Я достала бумажку из кармана, бросила Рату в автомат. От удара её глаз оторвался и упал на землю, а сама она сидела, обняв ноги, боясь пошевелиться и взять глаз обратно. Надеюсь она запомнит это надолго. Но благодаря ей мы знали, где находится Прометей, и сейчас я собиралась ехать прямиком в капкан, который он поставил для нас.

***

Запах сырой земли, сигар и рома проникли в самую душу. Девушка в черном пиджаке и громадной юбке за руку вела меня в неизвестность. Её шляпа намеревалась слететь с головы, а длинные рыжие волосы развевались и касались моего лица. Я чувствовала, как аромат трав щекотал мне нос. Я опять стала человеком из плоти и крови. Это снова сон. Мы двигались с невероятной скоростью: «Ну и кто ты? – захрипела я, – и куда мы так спешим?» В ответ было гробовое молчание. Мои ноги были сбиты в кровь. Я чувствовала усталость, я спотыкалась, но неизвестная дергала меня, и я снова начинала бежать за ней. Она сжимала мою руку, как змея сжимает свою жертву. Она резко остановилась, и я по инерции врезалась в её спину и упала в грязь. Девушка встала перед стариком, который раскуривал трубку и ножом делал фигурку из дерева.

– Можешь говорить с этой, – начал старик, его голос ощущался как дым костра, – по сути это её мир.

– Хорошо, Легба, – сладкий, как сироп, голос девушки перебил запах фразы старика, – я могу провести её?

– Конечно, дорогая, твой муженёк уже заждался её, – он повернулся ко мне, – как твое имя, дитя?

– Я уже давно не дитя – это раз, – мой голос был горьким и хриплым, как мой любимый кофе, – а, во-вторых, если это мой мир, то ты его должен знать, мистер Легба.

– Ха! Неплохо-неплохо, – его смех заставил стаю ворон улететь прочь, – с таким ростом могут же быть только дети, сколько в тебе футов? четыре?

– Пять футов! – выкрикнула я, как выплеснула теплое молоко на стол.

– Ну это совсем другое дело! Ведь так, Бригитта? – они оба раскатились смехом, который невольно опьянял меня всё больше и больше. – Маман, веди девчонку, а то Барон забудет, что хотел ей рассказать.

– Я напомню ему, Папан Легба, ой напомню.

Девушка ногой высадила огромные железные ворота, и потащила меня опять. Пролетая между могилами и танцующими мертвецами, меня начало укачивать. Как только я подумала, что меня вырвет в моем же сне, Бригитта усадила меня, как мягкую игрушку, на памятник, и сама так же быстро и легко ушла. Передо мной сидел долговязый мужчина в черном костюме и шляпе, он опирался на трость, и по ней на его руку заползла змея. Он театрально поднял голову и уставился на меня. Его лицо напоминало череп, это и есть Барон.

– Иванна, как ты думаешь, зачем ты здесь? – его речь была четкой, несмотря на огромную сигару во рту.

– Можно мне закурить? – ответила я, – хоть это и сон, но начало у него дикое.

– Конечно можно, – он зажег спичку и поднес ко мне, – а может это и не сон, кто знает.

– Я знаю, это сон.

– Почему? Может ты и вправду попала в мир духов.

– Бред, ты и остальные просто миф, не более, богов нет.

– Справедливое высказывание, – он задумался, по крайней мере сделал такое лицо, – но не верное.

– И почему не верное?

– Тогда кто ты?

– Я бесс…

– Кто-кто?

– Я не знаю.

– А ты подумай! Да хорошенько!

– Я человек?

– У человека есть вот это, – из кармана он достал сердце, – а у тебя батарейка из водорода.

– Но я не машина.

– Точно?

– Да! Я мыслю, как человек!

– Кристина тоже мыслит, как человек, но она великолепная ретро-машина.

– Черт возьми, кто я?

– Ты?

– Я! Именно я!

– Лучше ответь на этот вопрос, Иванна. Кто я?

– Ты? Бог жизни и смерти.

– Ты же говорила, что богов нет.

– Во сне и не такое может быть.

– Тоже верно, тогда зачем ты здесь? – его лицо почти вплотную приблизилось к моему.

– Наверное, потому что я умерла?

– Разве умерла? Ты просто уснула!

– Умерла как человек…

– Или умрёшь, хотя кто знает. Как карта ляжет.

– Что ты имеешь в виду?

– Всё в этом мире умирает, рано или поздно. Таков закон жизни, – он прокрутился вокруг себя и указал тростью на меня, – Хочешь совет? Бесплатно!

– Хочу.

– Верь своему сердцу, даже если там стоит батарейка, – он улыбнулся, – и не бойся умирать. И своим таким же скажи это!

– Ну, спасибо…

– Увидимся на этой стороне, коротышка! – Самеди толкнул меня тростью, и я упала прямо в могилу. Рефлекторно я попыталась встать, но крышка гроба ударила меня по голове и закрылась.

***

Я подходила к особняку Шоровского на Балканах. Стояла жаркая ночь, красная луна как будто пыталась расплавить меня и заставить отступить. Сад был покрыт огромным количеством цветов и виноградной лозы, были видны только горы за ними. Когда осталось дойти метров десять, я остановилась и закурила. Чангминг прикрывает меня с шокер-винтовкой, Кристину я оставила прям у ворот. Это была ловушка для нас, это было очевидно. Нужно было действовать разумно.

Докурив я услышала шорох в кустах, но мне нужно было идти в дом. Когда я подошла к двери, она медленно отворилась, и я зашла. В огромном зале стояли два кресла, столик и мужчина в костюме дворецкого.

– Мы вас ждали, Иванна Львовна, – сказал слуга и указал на одно из кресел. Мне ничего не оставалось как подчиниться – подойти и сесть в кресло.

Старик налил чаю, подвинул ко мне печенье в виде животных. Я кивнула ему в знак благодарности, и он встал рядом с пустым креслом. Прождав десять минут, я просканировала чай и печенье, они оказались самыми обычными, и я принялась за них. Позже я закурила, несколько раз. Просидев тридцать минут, я хотела встать, и дворецкий покачал головой в знак того, что этого лучше не делать. Я и не заметила, но в кресле напротив уже сидел мужчина, молодой, по торс раздетый, с кудрявыми волосами и наглым лицом.

– Прошу простить меня за опоздание, госпожа полицейская, – выплюнул слова мужчина.

– Ничего. Вы Зефир Артурович Шоровский?

– Нет, я даже не его родственник, – он закурил сигарету, – я думал, что вы быстро догадаетесь кто я, Иванна.

– Прометей…

– Именно! Я, черт возьми, зря что ли рассыпал все эти хлебные крошки для тебя?

– Какие крошки? Ты знал, что я приду? – волнение подкрадывалось ко мне, как слон подкрадывается к посудной лавке.

– Ну почти. Я рассчитывал, что ты умрешь от рук Ахира, но ты со своей машиной замочили его.

– Мой напарник должен был сидеть на этом месте?

– Да, но он теперь сидит далеко и целится в меня из мощной винтовки. – Он увидел Чангминга, это плохо.

– Это на случай если тебя нужно будет захватить.

– Или убить, ведь так?

– Шокер только оглушит тебя, не более.

– А ты уверена, что он взял шокер-винтовку? Может у него противотанковая винтовка, которая сможет разорвать тело бессмертного в клочья?

– Ты боишься этого?

– Да, я молод чтобы умирать. А ты боишься смерти, полицейская?

– Да, это было бы досадно.

– Ха! Но что-то мы отошли от темы, – он потушил сигарету в пепельнице, и дворецкий быстро очистил её, – ты, наверное, ждешь, когда я спрошу, что ты тут делаешь?

– Уже нет, ты и так знаешь.

– Тогда я должен спросить о том, как вы вышли на меня?

– Тоже нет, это же твоя игра, ты сам сказал, где прячешься.

– Тогда спроси, зачем я это сделал! – его глаз задергался, мое хладнокровие выводило его из себя.

– Зачем ты убивал бессмертных?

– Это всего лишь часть приглашения, давай другой вопрос.

– Мог же просто сразу отправить гонца, если хотел пригласить нужного тебе полицейского.

– Ты права, но убийства бессмертных еще дало людям уверенность того, что вы можете умереть, и у них есть силы.

– Зачем тебе давать им силы? Вы же делаете боевых роботов, и некоторые бессмертные с вами в союзе.

– А почему бы не дать им огонь, когда они мерзнут.

– Революция?

– Именно! Предупреждения, армия роботов, огромное финансирование. Именно это всё и называется революцией, полицейская.

– Революция, чтобы свергнуть власть бессмертных?

– Да, ну и сделать еще пару дел заодно. Но это уже тайна, которую я даже тебе не расскажу.

– Тебе придется рассказать, – я потянулась за пистолетом, но он пропал.

– Дворецкий уже забрал твоё оружие, не считая того, что внутри твоего тела, разумеется.

– Умно.

– Спасибо. Но всё равно оно тебе не пригодилось бы, ибо те «дела» даже мне не известны.

– Валяешь дурака, Прометей?

– Нет. Они известны моим бессмертным последователям.

– Твоей армии? Это нелогично.

– Нет, не армии бессмертных, а настоящим лидерам.

– Значит, ты не один?

– Один. Они это я, – он улыбнулся, – ты поняла в чем соль?

– Ты скопировал свой разум в несколько бессмертных тел? Но кто мог такое сделать?

– На Земле никто, а вот на Меркурии могли.

– Меркурий же тюрьма.

– Была давно. Теперь это государство из зеков и их охранников, и проводят всякие разные и интересные вещи, как вот эту.

– Значит тут замешан Меркурий.

– И не только, – он начал считать на пальцах, – Так же Луна, Фобос и Станция «Родина».

– Большую вы решили устроить заварушку.

– Очень большую, – он описал круг и указал на меня, – и ты сыграешь в ней главную роль.

– А если я откажусь?

– Уже поздно, – он встал и развел руками, – встань же, Иванна! Начнем революцию!

Я встала. Дворецкий отошел в сторону, и последовал взрыв. В зал вбежала группа захвата из тридцати человек. Их вызвал Чангминг, определенно. Они все целились на Прометея, это просто арест, всё идет, как и должно идти, но что-то тут было не так. Человек, который стоит передо мной без какой-либо защиты и улыбается, явно не боится умирать, или же он жаждет смерти. Я увидела отблеск камер, спрятанных в картинах. Другие лидеры! Они видят то, что тут происходит. Он хочет начать революцию. Черт.

– Не стрелять! – я повернулась к оперативникам и кричала, – брать живым!

– Майор! – окликнул меня один из солдат.

Я повернулась, он уже целился мне в голову. Он не выстрелит, если бы хотел это сделать, то сделал бы это давно. Он всё это спланировал не для того, чтобы просто убить меня. Он это спланировал, чтобы…

Выстрел. Правая рука и часть тела Прометея превратилась в кровавую кашу, он смог только посмотреть на меня и выдавить: «Пламя». Значит он спланировал это, чтобы выставить себя жертвой бессмертных. Чангминг убил его, чтобы защитить меня, но он не понял, что его смерть зажжет огонь в сердцах смертных. Это и был план Прометея – подарить людям этот огонь. И когда огонь появился, люди увидели путь, который ведет к победе над бессмертными.

Над богами.

Над нами.

И эта война убьет и бессмертных и людей.

Смогу ли я остановить этот Рагнарек…

Content

Изергин Илья Игоревич Шум железа. Документ-0.2