Анастасия Кивалова

ДНК краш-тест

Рыбалка удалась! Не в смысле рыбы много поймали, а хорошо посидели. Душевно так, втроём. Нет, ну сетку то конечно поставили. Нужно же пару карасей дома предъявить, а с удочкой сидеть некогда. Руся и Вася на лодке сеть выкинули, я в это время шашлычок жарил.

Всё, сели мы за стол, отдыхать душой и телом. Одна только мысль меня точила: «Мой – не мой?». Я молчал, все в себе держал. Начали анекдоты травить.Василий взял да древний анекдот рассказал:

– Вышел новый указ: Всем дальнобойщикам собрать своих детей по стране. Мужик так и сделал, собрал всех, привез домой. Зовёт жену: «Выводи наших, знакомить будем!». Жена отвечает: «Так и нет наших-то, вчера забрали всех».

Я экспедитором работаю, мотаюсь часто по командировкам. Есть над чем задуматься. В общем, поделился я с друганами свой проблемкой:

– По статистике ДНК-лаборатория 30% мужей не своих детей воспитывают.

Русик поддержал:

– Родится, ДНК-тест сделаешь. Быстро, надёжно. Я как адвокат по семейным делам, если что, помогу. Скидку сделаю.

А Васька, зараза! Совет дал. Он моим начальником отдела два месяца назад стал, а поучать начал, как будто в деды мне годится:

– А ты, Колян, петицию в Госдуму напиши, чтобы у всех новорожденных прямо в роддоме ДНК-тест брали и отцом записывали только настоящего, а не того, на которого мать покажет.

– Я ж не депутат в Госдуму писать. Кто меня там послушает?

– Есть такой портал «Российская общественная инициатива», пароль от «Госуслуги». Зарегистрировался? Вот. Направляешь туда свою инициативу, народ читает и голосует. Я думаю, много мужиков под этим подпишутся. Я бы подписался.

Руся в это время водку разлил:

– За правду, во всех её проявлениях!

– Поддерживаю!

– В чём сила, брат? В правде!

Утро, правда, было тяжелое. Спали до полудня. Встали. Доели, что с вечера осталось. Надо сеть вытаскивать, лодку сдувать. В этот раз я с Василием в лодку сел. Гребём, тяжело как то идёт. Сети все в траве. Весла цепляются.

– Вода, что ли, за ночь упала?

– Да походу и вода упала, и ты больше Русика весишь.

– Я не толстый.

– Не толстый, только днищем в траве сидим.

Руслан на берегу ржёт:

– Братаны, я еще один анекдот вспомнил: «Поехали мужики на рыбалку. Нажрались, а уже темнеет. Давай сети ставить. Поставили. Утром просыпаются – по вспаханному полю сети раскиданы!

«Ты, придурок! Куда сети ставил?». « А куда ты грёб, туда и ставил!».

Спрыгнули мы с лодки,– по колено. Закинули в лодку сеть. Карась, правда, был.

Приехал домой. Жена сразу прижалась, целоваться начала.

– Соскучилась?

– Да, ты даже не позвонил, – обидчиво сказала Лида.

– Связи не было,– и вроде бы с утвердительной интонацией сказал, а получилось, как спросил. Лезет, подсознательное, сука.

Вечером, накатив рюмашку коньячка, залез я на этот сайт инициатив, сформулировал, как мог. Отправил.

Депутат Госдумы Дегодьев Афанасий Владимирович писал свою предвыборную программу. И вроде бы все стройно было, логично, но изюминки не хватало. Чего-то такого, что на больную мозоль нажимает, а потом долго зудит. Для вдохновения известный популист Дегодьев зашёл на сайт общественных инициатив:

-Вот! Вот это мне и надо. «ДНК-тест прямо в роддоме». За три месяца восемьдесят тысяч подписей! И все-таки все бабы шлюхи, раз так мужики не доверяют. Еще двадцать тысяч «За» и на голосование в Госдуму пойдет. Это мы организуем! Всей партией голоса нагоним.

– Зоя Ивановна, тут от оппозиционной партии новый законопроект поступил, резолюция нужна, – секретарь министра здравоохранения положила на стол папочку.

– Хорошо, Лена, я посмотрю.

Зоя Ивановна добралась до папочки только вечером. Секретарь принесла кофе, еще один час кабинетной работы и можно ехать домой. Прочитав инициативу Николая Карасёва, министр сначала рассмеялась, а потом начала рассуждать вслух:

– Ну, допустим, – Зоя Ивановна отпила кофе,– Вот только интересы ребенка будут всегда на первом месте. И способ вернуть бюджетные деньги потраченные на ДНК-тесты я тоже знаю…

Министр сделала нужные отметки на листе согласования, скинула туфли, к вечеру становившиеся тесными, и предупредила водителя, что уже выходит.

… Партнерские роды. Вот сдались они Лиде. Ну что не сделаешь, ради спокойствия. Я решил в коридоре отсидеться, а когда родится, пусть зовут пуповину обрезать. Сижу, в белом халате и в маске. Вдруг, слышу, зовут:

– Карасёв! – а потом истошно на весь роддом,– Карасёв!!! Где тебя носит! Бегом во второй родзал!

Влетаю я в родзал. Посередине кресло с крупной толстухой, явно не Лидка, врачи там суетятся, а на полу мужик валяется.

– Карасёв, нашатырь отцу дай.

И вдруг я увидел… Ребенка от туда… Дальше не помню.

Глаза открыл: интерн, мой однофамилец (судя по бейджику) дал нашатырь и мне, и папашке того ребенка. Меня поздравил:

– Карасёв! Николай! Дочь у вас родилась!

Оказалось, он первый день в этом роддоме работал и он со мной не только фамилией похож, но и комплекцией, акушерка нас перепутала.

Жена решила необычное имя ребёнку дать – Интернета, то ли в честь всемирной паутины, то в честь того интерна, что за места меня на родах присутствовал. Вот что с бабой гормональные взрывы делают! Бороться с этим бесполезно, но можно руководить процессом:

– А ладно! Пусть будет Интернета Николаевна. Хорошо звучит и в честь прабабки будет!

– Какой прабабки? Её вроде Натальей звали?

– Это мы её Наташей звали, а по документам она – Интерната была, в честь Всемирного Интернационала, а брат её – Коминтерн. А как еще могли звать внуков основателя колхоза в деревне? Меня случайно Колей назвали. А если бы прабабка настояла, я бы Сталином был. Сталин Семёнович.

– Да? Ничего себе,– задумалась. Потом изрекла:

– Уговорил, Наташкой будет.

Через пару месяцев я все же сделал ДНК-тест, убедился, что Наталья Николаевна моя дочь и забыл об истории с инициативой. Тем временем моё предложение прошло все стадии согласований, голосований и подписаний. И вступило в законную силу.

Неделю назад Василий вызвал меня в кабинет. Орал так, что стены дрожали:

– «Инициатива наказуема» – слышал когда-нибудь?

– Что случилось?

– Меня из-за твоей инициативы жена из дома выгоняет, ипотеку оплачивать не могу! Любовница, тварь, сказала, что сделала аборт. А сама родила! Алименты мне присудили.

– Так ты мне сам сказал, чтобы я в Думу написал!

– Так я пошутил.

– По старому закону любовница могла в суд подать на установление отцовства.

– Да, но это время. Я бы подготовился, жену подготовил. А тут сразу в роддоме! Не отходя от кассы! Знаешь, Колёк, тебе лучше сменить место работы.

В общем, не видать мне премии за квартал. Васёк себе на алименты мою премию накинет и дальше гнобить будет. Доработаю до отпуска, там что-нибудь найду.

Вчера в почтовом ящике нашёл письмо из органов опеки и попечительства. Вызывают зачем то. Бабка, которая под нами живёт, наверное, всё моё день рождение забыть не может . Плачет дочка по ночам, это да, колики у неё. Карге старой лишь бы повод найти!

Сразу после обеда рванул в Управление опеки и попечительства.

– Здравствуйте, Николай Семенович. Присаживайтесь, инспектор мило улыбается.

– Здравствуйте. По какому поводу столько внимания?

– Николай Семенович. Тут у вас два сына-близнеца в детском доме нашлись. Десять лет мальчикам. Миша и Семён.

– Эта какая-то ошибка.

– Ну как же, вот результаты сравнения образцов ДНК, вашего и сыновей. Вероятность отцовства 99,98 % . Мальчики весенние. Веселое студенческое лето, практика, море, одна единственная связь, возможно на пьяной вечеринке. Так часто бывает.

– Я не давал своё согласие на проведение теста.

– А это сейчас и не требуется. По новому закону права несовершеннолетних на родительскую заботу обеспечиваются в не зависимости от желания этих самых родителей.

– В смысле теперь алименты на них платить?

– Можете в семью забрать. Они сироты. Мать умерла год назад, никто из её родственников забрать не захотел.

– А если не заберу?

– Тогда через судебное решение с вас взыщут стоимость содержания мальчиков в детском доме за прошедший год и назначат алименты.

– Нет, нет. Бред какой то! Подделка эти ваши тесты ДНК, лишь бы переложить содержание детей на плечи невинных граждан! Дармоеды!

Я вышел из кабинета, громко хлопнув дверью. Мочевой пузырь сигналил в переработке потребленной в обед жидкости. Зашёл в туалет, помыл после процесса руки, и лицо, чтобы успокоится. Подставил руки под электросушилку, она автоматически включилась. Мне в ладони из аппарата выдуло пять тараканов, которые быстро разбежались во все стороны. Греются они в сушилке. Опять помыл руки, просто встряхнул.

Всю ночь мне снился кошмар: кривой палец морского чудища с длинным ногтем из фильма «Варвара-краса, длинная коса». Он поднимался из чашки с кофе, и потусторонний голос скрипел «Должок…», а потом на меня бежали гигантские тараканы. Надо же, какая-то мимолетная встреча, девушка, которую я даже не помню, может разрушить мою семью.

Лида все-таки узнала о сыновьях. На «Госуслугах» нужно было заполнить какие то формы для пособий, сам я поленился, делегировал жене. Лида обнаружила в на моей странице вызов в суд. Обиделась, забрала дочку и уехала к маме. Перед отъездом, она сказала только одно слово: «Слабак!». И моему отцу не забыла всё рассказать.

Вечером пришёл батя с коньяком. «Странно»,– подумал я. Вроде бы он категорически против разводов. Выпили. Я свою версию произошедшего рассказал. Отец помолчал-помолчал и выдал:

– Твоё свидетельство о рождении у тебя? Я дома не нашёл.

– У меня. Тебе зачем?

– Внуков забрать хочу. Подтвердить родство нужно.

– Батя, не дури.

– А я серьезно. Все обдумал и решил. Я работаю, и на пенсии работать буду. Ты алименты платить будешь. Мальчики уже большие, нянька не нужна. Дети должны в семье воспитываться.

– Батя!

– Дашь свидетельство?

– Нет. В МФЦ заказывай, если так надо.

– Мне в МФЦ не дадут. На другого человека свидетельство о рождении дают, если он уже умер. Живые сами на себя получают.

– ДНК-тест сделай. Но я в этом не участвую.

– Не покажет ДНК-тест, что мальчики мои внуки. Видишь ли, Коля, я твою мать встретил, когда она уже беременная тобой ходила. Я знал, что ребёнок не мой. Тогда взял ответственность, и сейчас возьму.

– Что? В смысле я тебе не родной?

– Родной, родной. Но не кровный. Ну что? Дашь свидетельство?

– Уйди.

– Уйду. Была бы мать живая, она стыдится тебя начала.

– Да пойми, не готов я. Мне работу новую искать надо, с женой мириться надо. Я даже не представляю, как сыновья выглядят. Ни привязанности, ни чувств, пусто.

Отец ушёл.

В пятницу с Русиком в гараже сидел. Обсудил свою проблему.

– Если заберешь пацанов, то у тебя статус многодетного отца будет, льготы там всякие. А вот если не заберешь, то после восемнадцати лет государство детей квартирами обеспечит. В случае если твой отец заберет и опеку оформит, то квартиры им все равно дадут. Но ты алименты платить будешь. Как то так.

– Думать надо.

– Согласен.

Думай – не думай, в понедельник в суд.

В субботу в семь утра заехал отец:

– Собирайся, поехали.

– Куда?

– В детский дом, в соседнюю область. Я все узнал.

– Пап, ну зачем?

– Затем. На выходные пацанов возьмем, познакомимся. Одевайся, я в машине жду. Кофе по дороге купишь.

Детский дом не выглядел убого. Нет, все чистенько так, казенно. Все есть, плоские телевизоры, деревянные кровати с пружинными матрасами. Мальчики были разными. Миша совсем на меня не похож, наверное, в мать свою. Её Юля звали. Юля, Юля. Смуглая с чёрными глазами. Да, я припоминаю тебя. Случайная попутчица.

А Сема? Сема улыбался как батя. Вроде бы на меня похож, а улыбка – деда. И как то они вдвоем сразу на одной волне стали, два Семёна.

Аквапарк, кафе, кино. Вернули их вечером.

В воскресенье позвонила Лида:

– Хочешь, я завтра с тобой в суд пойду? С Наташей мама посидит.

– Да, было бы не плохо. Путь инспектор из Опеки увидит, что мы нормальная семья и сможем воспитать троих.

– Конечно, любимая.

Content

Анастасия Кивалова
ДНК краш-тест