Счастная Елена

Поймать наследницу, или Билет в высший свет

Елена Счастная

Поймать наследницу, или Билет в высший свет

Глава 1

— Что значит, «ваша каюта занята»? — я угрожающе облокотилась о высокую полированную стойку размещения пассажиров. — Я же только что прошла регистрацию в порту! Посмотрите внимательнее! Ну?

Голубоглазая девушка-хостес опустила взгляд на стол, а затем подняла его на меня вновь — и испуганно захлопала ресницами, не зная, что придумать в ответ на мою вполне справедливую претензию. Заметив затруднительное положение коллеги, на помощь ей поспешил молодой мужчина со слегка зеленоватым оттенком кожи. Наверное, когда-то в его роду были огры, как и у многих из обслуживающего персонала на этом корабле.

— Что случилось? — участливо поинтересовался он, поигрывая густыми бровями.

Девушка с выбитым на блестящей нагрудной табличке именем «Лорин» и вовсе едва не заплакала. А я ведь на нее даже не кричала! Хоть мне, признаться, очень хотелось. Магоход уже отплыл, издав последний прощальный гудок. Мой багаж отбыл куда-то в недра корабля, и деваться мне теперь некуда — не в воду же прыгать! А разместиться, судя по всему, негде.

— У мисс Рейнфрид билет, в каюту четыреста восемь, — начала объяснять хостес. — Первый класс! — многозначительно добавила она. Я подтвердила ее слова взмахом руки. — Но оказывается, эта каюта уже занята!

Теперь настал черед молодого человека сосредоточенно глазеть в список, где напротив номера моей каюты и правда было вписано чье-то имя. Я перегнулась через стойку и нахально заглянула в листок. Лестер Этелхард — гласила перевернутая надпись.

Кто это вообще такой? Имя показалось мне смутно знакомым, но я никак не могла вспомнить, где могла слышать его.

Тем временем пассажиры, весело галдя, расходились по своим каютам. Шумели дети, предвкушая захватывающее путешествие. Выданные взрослым ключи бодро побрякивали бирками. И только мои руки до сих пор были пусты. Моя камеристка Рона, сидя на диванчике в холле, громко вздохнула.

— Хм-хм, — задумчиво, но как-то неуверенно выдал мужчина-огрит, хмурясь. — Похоже, это какая-то ошибка! Я позову интенданта!

Он кивнул мне, вышел из-за стойки и спешно удалился.

— Мисс Рейнфрид, — любезно улыбнулась мне Лорин. — Вы можете пока присесть и подождать. Мы обязательно во всем разберемся.

Я подавила первое желание ответить ей что-нибудь колкое и разместилась в пухлом, обтянутом кожей кресле неподалеку от камеристки.

Магоход уносил меня все дальше от дома. Вместе со мной в путь отправлялись грандиозные планы и решительные надежды. Остальной груз в виде пары десятков платьев теперь неприкаянно болтался где-то на борту корабля. А что поделать? Скоро начало Светского сезона — нужно выглядеть соответствующе.

Матушка ждала, что этим летом я сумею поднять фамилию Рейнфрид на более высокую ступень светской лестницы.

У моего отца было все: успешный бизнес, деньги, огромный дом в престижном квартале Ринуана. Были любящая жена и двое детей, которым он дал прекрасное образование. Но вот матушку это не устраивало — ей хотелось большего. Она мечтала блистать на приемах у самых знатных аристократов. Куда нас, к сожалению, ни разу еще не приглашали.

Все потому что Оддо Рейнфрид — нувориш, безродный выскочка, которому просто повезло родиться с талантом изобретателя и дельца.

Надо сказать, я без особого энтузиазма относилась к стремлениям мама. А за океан отправилась совсем с иной целью. Потому как в моем случае беда происхождения — вовсе не беда. Гораздо большими неприятностями мне грозила собственная магия. И я намерена была найти легендарного Скульптора, который мог бы исправить ее, чтобы она перестала наконец быть опасной для окружающих.

Задумавшись, я медленно потерла затянутыми в перчатки ладонями друг о друга. Лишь в них мне дозволено прикасаться к другим людям. Иначе — никак.

Время шло, а расторопный администратор с интендантом корабля никак не появлялись. Лорин косилась на меня с опаской. Она приняла и отпустила уже несколько пассажиров. А я все торчала тут, как кукла, которую забыли на скамейке в саду.

Хватит с меня! Надо бы разведать обстановку с другой стороны.

— Рона, останься пока здесь, — велела я компаньонке. — Надеюсь, я скоро.

Снова взглянула в свой билет — каюта четыреста восемь. Ну что ж, посмотрим, кто ты такой, Лестер Этелхард, и как занял предназначенное мне место!

Я плавно поднялась и вышла с корабельного холла — мажордом услужливо открыл передо мной двери. Здесь нужно подняться на ярус выше...

На стенах ненавязчиво горели магические светильники. Вычурно изогнутые бра подмигивали хрустальными подвесками. Шаря взглядом по номерам на дверях, я добралась наконец до нужной. Постучала — ради приличия — но, не дождавшись разрешения войти, толкнула створку.

Вошла и обомлела от роскоши обстановки, которая мягко накрыла меня со всех сторон, словно бархат. Обшитые светлым деревом стены со вставками шелковых обоев, тяжелая резная мебель, и даже небольшой камин у дальней стены — это только гостиная!

Когда матушка говорила мне, что магоход «Нертал», построенный на основе улучшенного магдвигателя, отличается особенным богатством убранства — она ничуть не преувеличивала. Более того — отец заказал для меня билет в одну из пяти самых просторных и дорогих кают! В общем, за океан провожали меня с помпой.

Тихо шурша подолом, я прошла дальше. Звук моих шагов тонул в глубинах толстого узорного ковра.

— Мистер Этелхард? — позвала я. Но не услышала ответа.

Странно, если его тут нет, то почему не заперто? Может быть, хозяин вышел на прогулку, а в каюте делает уборку горничная? Словно в подтверждение моих мыслей сбоку раздался тихий плеск воды.

Я уже собралась было заглянуть в соседнюю комнату, но дверь резко распахнулась навстречу. Ударила меня по голове так, что комната вокруг пустилась в бодрый пляс.

— Ай! — вскрикнула я, хватаясь за ушибленное место.

Зажмурилась, а когда открыла глаза вновь, сразу пожалела, что это сделала.

Передо мной — показалось, совершенно голый — стоял рослый мужчина. Только в следующий миг я осознала, что его бедра все-таки прикрывает обернутое вокруг них полотенце. Да какая разница! Я и так видела слишком много.

Широченные плечи, мощную грудь, поперек которой изгибалось выбитое магической краской тело дракона. Он спиралью обвивал туловище мужчины — голова, очевидно, располагалась на спине, а вот кончик хвоста, пересекая живот, терялся как раз под краем белоснежного полотенца.

Древнейшие! Зачем я вообще туда смотрю?

Взглядом я метнулась обратно к лицу пассажира, жарко краснея до самой макушки.

Тот заинтересованно склонил голову набок, и его влажные темно-рыжие волосы небрежными прядями упали на высокий лоб.

— Позвольте! Что вы тут?..— начал мистер Этелхард.

Ведь это наверняка он! Вряд ли кто-то другой стал бы принимать ванну в его каюте. Верно?

Я попятилась еще, продолжая прижимать ладонью ссадину на виске.

— Осторожнее! — золотисто-зеленые глаза мужчины испуганно расширились.

Он резко протянул мне руку. В этот самый миг с его бедер упало отпущенное полотенце, а я, зацепившись пяткой за ножку стула, упала прямо ему под ноги. Сознание смилостивилось надо мной и услужливо погасло.

Правда, ненадолго. Когда я вновь открыла глаза, обстановка почти не изменилась. Разве что мистер Этелхард успел прикрыть части тела, которые явно не были предназначены для моего просмотра. И на том спасибо.

— Ну как же вы так! — он покачал головой — и мне на грудь упали несколько капель воды с его волос. — Это вам не Грит-холл в столице. Тут все компактно.

Мужчина так ловко и уверенно поднял меня с пола и поставил на ноги, что я даже вдохнуть забыла. А мое тело, кажется, забыло, как находиться в вертикальном положении. Колени подогнулись, я качнулась вперед и самым постыдным образом шлепнулась щекой о прохладную грудь мистера Этелхарда. О! У его дракона даже чешуйки прорисованы! Ну надо же! Как живые.

Очевидно, плохо соображая, я подняла руку и кончиками пальцев дотронулась до рисунка. Что хотела почувствовать через перчатку — не известно. Но от моего прикосновения дракон словно ожил! Его тело изогнулось как-то иначе!

Нет, наверное, мне показалось.

Мужчина даже не заметил, что я вытворяю. Поймал меня за плечи и усадил в кресло у камина.

— Голова болит? — наклонился вперед и, уперевшись ладонями в колени, заглянул мне в лицо. — Я позову бортового лекаря. Если нужно. Сколько пальцев?

Он помахал перед моими глазами широкой ладонью. Хорошие пальцы, длинные, выразительные, с легкими отпечатками мозолей на некоторых фалангах.

— Пять! — выдала я, когда поняла, что выгляжу сейчас крайне неадекватно. Только молчу и таращусь на полуголого мужчину, как на скульптуру в музее.

Отличие только в том, что на скульптуру смотреть не стыдно. А на этого Этелхарда — стыдно. Очень. Но я ничего не могла с собой поделать. Взгляд так и прилипал.

— Очень хорошо. И раз вы в состоянии говорить, расскажите, кто вы такая и что делаете у меня в каюте? — мужчина выпрямился и сложил мощные руки на груди.

Я поправила съехавшую на лоб шляпку, села ровнее и, прочистив горло потребовала:

— Извольте для начала одеться, мистер Этелхард! — прозвучало весьма убедительно.

Я молодец. Голова, правда, болит в нескольких местах, а в остальном все отлично!

Мужчина взглядом оценил свой внешний вид и иронично усмехнулся.

— Думал, вас все устраивает. Вы разве не...

— «Не...»! — возмущенно округлила я глаза. — Что вы себе позволяете?!

Жаль, сижу, а то непременно отвесила бы ему пощечину!

— Да, пожалуй, вы одеты слишком дорого и со вкусом, чтобы прибегать к дешевым уловкам, — наконец резюмировал Этелхард и удалился в спальню.

Теперь у меня есть время прийти в себя и собраться с мыслями. Он принял меня за девицу легкого поведения или навязчивую поклонницу — это плохо. Но быстро осознал ошибку и даже признал, что не прав — значит, не безнадежен.

А еще он саркан — потомок самых древних драконов. В животном виде их давно уже не осталось. Но человеческая раса драконокровных процветала по сей день. Самые сильные правители — драконы, самые лучшие офицеры — тоже они. По силе сарканы уступали тем же огритам — потомкам огров. По живучести — ликанитам. Но вот в стратегии и дипломатии превосходили всех на голову.

Вскоре Лестер вернулся — одетый слегка небрежно, но, без сомнения, статусно. Если в одном полотенце он еще мог сойти за авантюриста, который обманом попал на борт престижного лайнера и занял мою каюту, то сейчас я совершенно точно осознала, что он не просто состоятелен, но еще и довольно высокого происхождения. Строгая выправка тоже бросалась в глаза. Скорей всего, в прошлом он выпускник какой-то из военных академий.

— И все-таки... — проговорил Лестер, поправляя воротник-стойку своего белоснежного жакета. — Как вас зовут? Мое имя вы почему-то знаете.

И правда! Представиться-то я совсем забыла.

— Меня зовут Клэрис Рейнфрид. И это вы мне объясните, как оказались в моей каюте! — я достала из сумочки билет и помахала в воздухе. — Вот!

— Рейнфрид... — задумчиво повторил Лестер. — Интересно.

Что именно ему стало интересно, он не уточнил. Но в мой билет посмотрел очень внимательно. Затем достал из ящика стола кожаное портмоне и вынул из него свой.

— Дело в том, что у меня в билете тот же номер каюты. Я купил его совершенно законно, к слову. В порту Дорвера. Неделю назад.

Неделю назад! Ну надо же! Как будто это достижение немыслимых масштабов.

— Я бронировала свой билет три недели назад в Ринуане! — воскликнула я. — Три! И эта каюта должна быть занята мной, мистер Этелхард. Уж простите.

Но, к сожалению, мой грозный вид гадкого саркана совсем не впечатлил.

— Я могу уступить вам левый край кровати. Или софу, — на его губах дрогнула насмешливая ухмылка. Он еще и издевается! — Я заплатил за свой билет не меньше вашего. И имею такое же право находиться здесь.

В целом он, конечно, прав. Факт налицо. Но моего положения это совсем не облегчало. Не уменьшало это и мое раздражение ото всей этой нелепой ситуации. Казалось бы, серьезная, дорожащая своей репутацией транспортная фирма — их магоходы считались самыми прогрессивными. А допустили такую чудовищную накладку.

Придется как-то решать проблему.

Я встала, но и близко не сравнялась с Лестером в росте. Носом разве что могла ткнуться ему в шею.

— Давайте как-то договоримся! Наверняка на корабле есть еще каюты. Я компенсирую вам разницу в стоимости билетов.

— Предлагаете путешествовать вторым классом? — дракон изумленно вскинул брови и качнулся мне навстречу так, что мы едва не соприкоснулись. — Так себе удовольствие. Плыть нам долго, и это будет слишком утомительно.

— Вы джентльмен? — уточнила я и неосознанно обмахнулась билетом.

Становилось жарковато. То ли в тесноте каюты, то ли оттого, как близко ко мне стоял этот внушительный и необъяснимо притягательный мужчина.

Удивительно, но Лестер задумался, как будто в его джентльменстве могли быть какие-то сомнения. И с этим нахалом наедине я находилась уже слишком долго! Матушка в обморок упала бы, узнав.

— Скорее да, чем нет, — наконец ответил саркан. — Зависит от ситуации.

Какая удобная позиция!

— Тогда вы...

Стук в дверь оборвал мои, без сомнения, логичные рассуждения.

— Войдите! — одновременно откликнулись мы с Лестером.

И сразу уставились друг на друга. Он на меня — со снисхождением, как на девчонку, которая плачет из-за развязавшегося бантика. Я на него — наверное, с негодованием. Мне хотелось, чтобы он его почувствовал. Чтобы везде запекло!

В гостиную осторожно заглянул тот самый администратор — огрит, который отправился на поиски интенданта.

— Мисс Рейнфрид, — облегченно вздохнул он. — Вы тут! Мистер Этелхард...

— Как хорошо, что я еще жив, правда? — прервал тот его.

Молодой человек нервно рассмеялся и покосился на меня с опаской. Как будто я и правда могла угрожать здоровенному дракону расправой.

— Проходите, мистер Моргон, — он отошел и пропустил мимо себя кряжистого мужчину. Его щеки и подбородок покрывали аккуратная борода и бакенбарды. Глаза сходу сражали проницательностью. На форме цвета морской волны не было ни складочки.

— Вы интендант этого судна? — сразу уточнила я.

— Так точно, мисс, — мужчина вежливо поклонился. — Что за проблема у вас возникла? Признаться, я не до конца понял со слов этого олуха.

Он махнул рукой на стремительно краснеющего даже сквозь зеленоватость кожи спутника.

Пришлось пересказывать ему суть произошедшего — без постыдных подробностей моего проникновения в эту каюту. Мистер Моргон внимательно выслушал нас и, сличив билеты, озадаченно крякнул.

— Действительно! Как такое могло случиться? Первый раз на моей памяти такая неприятная ошибка. Мы выделяем определенное количество мест для продажи в разных портах. Видимо, данные в списках задвоились и вашу каюту продали два раза.

Мы с мистером Этелхардом переглянулись.

— Это все прекрасно, — вздохнул дракон. — Но как нам быть? Боюсь, репутация юной мисс Рейнфрид не переживет путешествия со мной в одной каюте. Пусть даже я буду ночевать в шезлонге на палубе.

Интендант вдумчиво оглядел его лицо и подтвердил:

— Не переживет, — как будто это было так очевидно. И тут же добавил: — Загвоздка в том, мистер Этелхард, что на борту нет свободных кают. Все под завязочку.

— Совсем ни одной? — неверяще переспросила я.

— Даже во втором классе, — подтвердил мужчина.

На этой фразе у меня не осталось слов. Я четко представила себе, что мне все же придется каким-то образом делить каюту с Этелхардом. Даже покосилась на него — и в очередной раз поняла, что его замечание насчет моей репутации было справедливо. Она рухнет в первый же день. Было бы гораздо лучше, если бы вместо него тут оказалась какая-нибудь милая дама в годах.

— Мистер Моргон, — осторожно отозвался огрит, который так и стоял у двери. — Позвольте. Но одна каюта есть.

Интендант задумался, а затем кивнул.

— Да, верно.

— Так что же вы молчали! — дракон подозрительно прищурился.

— Но эта каюта, скажем так, не совсем пригодна для жизни. Тем более для людей вашего уровня, — мужчина перевел взгляд на меня и обратно на Лестера. — Не так давно в ней случилась неприятность. Проблемы с магией пассажира. На работоспособности остального судна это не сказалось, но каюту пришлось закрыть на ремонт. Очень основательный ремонт. Он еще не закончен.

— Я хочу взглянуть, — твердо бросил дракон. — Может быть, вы драматизируете?

— Не думаю, — с сожалением покачал головой интендант. — Но если вы желаете убедиться...

— Идемте! — Лестер решительно взмахнул рукой. — Мисс Рейнфрид может остаться здесь и дождаться нас. Думаю, она немало утомилась.

Утомилась — не то слово. Я только на борт взошла, а на мою голову уже свалилась такие несуразные хлопоты!

— С вашего позволения, — я опустилась в уже опробованное кресло. Очень удобное, между прочим.

Мужчины откланялись и удалились, оставив меня одну. Моего терпения хватило ненадолго. Каюта выглядела привлекательно и хотелось ее осмотреть. Тем более нужно было чем-то себя занять.

Поэтому я обошла гостиную, выглянула в большой круглый иллюминатор — за ним тихо шумело спокойное море. По палубе прогуливались пассажиры. Счастливые!

Дальше я прошла в соседнюю комнату, откуда на меня и налетел Лестер. В ванной еще была набрана вода. На деревянной стойке висела небрежно брошенная одежда, а на столике стояли несколько пустых флаконов.

Совершенно без задней мысли я подцепила пробку с одного из них и принюхалась. Ничем не пахнет. Вряд ли это какой-нибудь лосьон для мытья. На втором флаконе осталась бирка: «Аквирум». Я понятия не имела, что это такое. Но похоже на какое-то лекарство.

Отчего-то мне сразу стало неловко. Кажется, не ворошила чужие вещи, не лазила по ящикам, а все равно как будто прикоснулась к тому, что не предназначалось для моих глаз.

Наверное, поэтому в спальню заглядывать я и вовсе не стала. Уселась обратно в кресло, размышляя над случившимся.

Да уж, Светский сезон для меня начался очень неоднозначно. А если задуматься над тем, что ждет меня дальше — и вовсе проще сойти в ближайшем порту и вернуться домой. Пока не поздно.

В конце концов, замуж я совсем не хотела. Но для вида мне пришлось смириться с прихотью маменьки, чтобы вырваться из-под постоянного контроля и опеки. В кои-то веки родители предоставили меня самой себе! Хотя бы на то время, пока я будут плыть до Кальна.

Там меня, конечно, встретят хорошие знакомые матери и сразу приберут под крылышко. Но ими управлять будет гораздо проще. Как и улизнуть из-под их надзора.

Со своей стороны, мне тоже необходимо было приблизиться к высшему обществу Кальна. Только так я могла отыскать следы скрытного Скульптора, о котором ходило столько слухов. Большинство, наверное, небылицы. Но то, что его услуги дороги, и выйти на него можно только через аристократов — не подвергалось сомнению.

Я все же сняла перчатки и оглядела свои ладони. Какой там замуж! Я даже прикоснуться к мужу не смогу по-человечески! Что уж говорить о большем...

Однако скучать долго мне не пришлось. Лестер вернулся — теперь один. Выглядел он хоть и озадаченным, но не расстроенным или злым — неужели все сложилось хорошо?

— Что ж, — дракон прошел к столу и убрал свой билет обратно в портмоне. Проверил еще какие-то документы. — Вам повезло, мисс Рейнфрид. Каюта находится в сносном состоянии. Правда, в нее пока не проведена вода. Но, во-первых, я очень удачно успел принять ванну. А во-вторых, эту проблему интендант пообещал решить в самый короткий срок.

— Значит, я могу занять эту каюту?

— Вполне, — серьезно кивнул саркан. — Я же все-таки больше джентльмен, чем нет. И не позволю вам спать на палубе.

Он выпрямился и обжег меня нечитаемым взглядом. Я растерялась, не зная, как это расценивать. Как попытку поддеть или совершенно искреннее желание войти в мое положение? На палубу, конечно, меня никто не отправил бы — на крайний случай кто-нибудь из команды уступил бы свою каюту. Но саркан решил все более дипломатично.

— Благодарю, мистер Этелхард, — кивнула. — Но как быть с компенсацией разницы в цене кают? Я могу отдать вам наличными. Или перевести на счет, когда доберусь до Кальна.

— Постойте! Вы что, с ума сошли? — прервал меня саркан. — Это оплошность транспортной компании. Они-то мне все и компенсируют. Поверьте, я этого добьюсь. У меня достаточно возможностей уничтожить их репутацию, если они захотят все замять.

Он опасно прищурился, будто представил, как будет воплощать этот план в жизнь. И я вполне поверила, что уничтожить он может кого угодно.

— Оу... — озадаченно посмотрела на свой ридикюль, в котором уже принялась рыться, чтобы найти деньги. — Об этом я не подумала.

— За то что вы так стремительно ворвались в мою каюту, я и с вас мог бы потребовать компенсацию, — Лестер глянул на меня искоса, приподняв бровь. — Но вы и так уже пострадали от своей импульсивности. Похоже, вы мало что знаете о путешествиях.

— Мне раньше не приходилось уезжать так далеко от дома. Тем более одной.

— Что ж, для первого раза вы очень неплохо справляетесь. Далеко пойдете. В Кальне для этого много возможностей.

— Что вы имеете в виду?! — его слова отчего-то неприятно меня укололи. Как будто он видел «таких, как я» насквозь.

— Ну как же. Молодая девушка одна плывет в столицу как раз к началу Светского сезона, — губы дракона дрогнули в ироничной улыбке. — Все мы знаем, что обычно они жаждут удачного замужества.

— Вам-то какое дело, чего «они» жаждут? — фыркнула я. — Или вы жених и боитесь за свою сохранность?

— Упасите Древнейшие! — рассмеялся мужчина. А затем приблизился и быстро сгреб мою ладонь в свою. — Пожалуй, мне пора. Был рад знакомству, хоть оно вышло немного... странным.

Он хмыкнул и слегка встряхнул мою кисть.

А я вздрогнула, потому что осознала, что не успела надеть перчатки обратно. Еще миг, и саркан пожалеет о том, что решил ко мне прикоснуться. А как только это случится — настанет мой черед расплачиваться за неосторожность. Поэтому я дернулась и с силой высвободила руку из его пальцев.

Получилось истерично — дракон наморщил лоб и сделал шаг назад, будто опасался, что я его покусаю.

— Вс-сего доброго, мистер Этелхард, — торопливо отговорилась я, натягивая перчатки.

Не сразу сообразила, что перепутала левую с правой, и принялась их менять. Древнейшие, неловкость-то какая! Щеки пекло, я боролась с ненавистными шелковыми тряпочками. Саркан молчал.

Он, похоже, не успел ничего почувствовать, а потому наверняка посчитал меня неуравновешенной дурочкой. Ну и пусть. Все равно я вряд ли встречусь с ним еще раз. Надеюсь, его новая каюта находится достаточно далеко от моей.

Скоро пришел камердинер Лестера, и к тому времени, как мой необходимый багаж вместе с камеристкой Роной добрался до нужной каюты, вещи дракона уже вывезли.

Глава 2

В главном корабельном ресторане было шумно. Показалось, на ужин собрались все пассажиры — и все блистали нарядами, драгоценностями и самомнением. Стало неловко — я впервые оказалась одна в столь обширном и шумном обществе. А Рона уже ушла в отдельный, предназначенный для слуг, зал.

Раньше мне приходилось появляться лишь на благотворительных приемах, куда матушка начала выводить меня последний год. Но там было так тоскливо! Матроны и уважаемые господа терпели нас только ради денег, которые мы могли даровать на благие цели и косились с такой снисходительностью, что и вспоминать тошно.

Здесь же, на борту «Нертала», все было совсем по-другому. И я чувствовала себя щенком, которого бросили в воду, чтобы поскорее научить плавать. Спустилась по устланной ковровой дорожкой лестнице — одна из хостес сразу встретила меня и проводила за свободный столик. За соседним в одиночестве сидела приятная дама, вся одетая в черное. Замысловатая шляпка с вуалькой бросала на ее лицо тень, но по шее и плечам было заметно, что она уже далеко не молода.

Поправив шлейф расшитого бисером платья, я опустилась на стул и принялась за изучение меню, чувствуя на себе заинтересованный взгляд соседки. Она словно бы наблюдала за плавающими в аквариуме рыбками. Пассажиры шумели, повсюду стоял нескончаемый звон посуды и бокалов. Из соседнего зала доносилась музыка — уже начались танцы.

Удивительная атмосфера!

На время я даже забыла о выборе блюд, рассматривая роскошно одетых мужчин и женщин. И то и дело отмечала, какой они расы. Вокруг было много потомков эльфов. Их даже издалека можно было узнать по изящному телосложению и высокому росту. Слегка заостренные уши женщин-эльфиток украшали замысловатые каффы — их они любили больше обычных сережек.

На фоне остальных ясно выделялись кряжистые и крепкие дворфиты. Их было гораздо меньше, но особая любовь к роскошным нарядам сразу притягивала к ним внимание окружающих. В конце концов, в распоряжении потомков рудокопов и ювелиров всегда самые лучшие драгоценности.

Рослые, слегка грузные огриты, ликаниты, и обычные люди — если приглядеться, можно было быстро отличить присущие им черты.

Увлеченная изучением местной публики, я вздрогнула, когда меня окликнул гарсон. Но едва сосредоточилась на позабытом меню, справа от меня кто-то довольно громко рассмеялся. Сидящие за столами дамы презрительно скривились и зашушукались, поглядывая в ту сторону. Ведь совершенно неприлично так вести себя в обществе уважаемых людей!

Я повернула голову и отвернулась вновь, чувствуя, как жаркая краска бросилась к щекам. Нет, все-таки наивно было полагать, что за несколько дней плавания мы с мистером Этелхардом больше нигде не встретимся!

Он выходил из танцевального зала вместе с молодой женщиной — вполне довольный жизнью. И почему-то особенно ярко выделялся даже среди столь разношерстных пассажиров. Спутницы не касался — но та заметно льнула к нему сама. И смотрела в его лицо с нескрываемым восхищением. Вдруг она подняла руку и заправила ему за ухо рыжую прядь.

Дамы зашептались еще более осуждающе.

— Ох уж этот Лестер Этелхард, — вздохнула сидящая за соседним столиком женщина, явно обращаясь ко мне. Наверное, заметила мою реакцию на появление огненноволосого саркана, хотя, казалось бы, я успела вовремя совладать с эмоциями. — Везде, где он появляется, поднимается шум. Или случается скандал.

— Что же, — решила уточнить я, — он настолько плохой человек?

Помню-помню его сомнения насчет того, джентльмен ли он. Похоже, за этим кроется немало двусмысленных историй.

— Почему же плохой? — удивилась дама. — Вы разве о нем ничего не слышали?

— Не уверена... — я улыбнулась.

Леди шутливо махнула на меня рукой.

— В каком захолустье вы жили, дорогая? Он очень известен у себя на родине — в Кальне. Но и за океаном снискал большую славу. Магические бои — знаете такие?

Ну конечно! Конечно я слышала о магических боях. Грандиозный турнир как раз недавно проходил в Ринуане. Отец даже нашел окошко в бесконечной череде дел, чтобы съездить туда. Звал нас с матушкой, но та резко отказалась и меня не пустила. Дескать, зрелище не для юных девушек.

Зато мой младший брат Варнан вернулся в полном восторге и долго мучил меня красочными рассказами об увиденном. Я чуть не засохла от зависти.

Неужели Лестер один из бойцов? Не думала, что сарканы станут ввязываться в столь сомнительное предприятие и допустят даже возможность унизить себя на ринге. Драконы для этого слишком горды и самолюбивы.

А вы полны сюрпризов, мистер Этелхард!

— Мой отец большой поклонник, — ответила я сдержанно. — Но сама я никогда их не видела.

— Чисто мужское зрелище. Но некоторые дамы тоже очень его ценят, — женщина слегка поморщилась. — Они набирают все большую популярность в последние годы. Как раз благодаря мистеру Этелхарду.

— Он боец? — стараясь состроить совершенно незаинтересованный вид, уточнила я.

А женщина вдруг благодушно рассмеялась.

— Что вы! Он организатор! Владелец собственной арены в Кальне и школы бойцов.

Оу... Как сильно я недооценила его сарканью хватку! Зато теперь стало совершенно ясно, где слышала его имя. Наверняка отец упоминал в разговоре. Или на глаза мне попадалась афиша.

— И он обрел известность за счет такого варварского зрелища? — выразила я сомнение.

— Ну что вы. Не только! — дама снисходительно хмыкнула. — Мистер Этелхард по крови чистейший саркан самой древней крови. Я слышала, у него какие-то проблемы с наследованием титулов и земель отца. Может, потому что он однажды принял другое, более низменное наследство. Но превратил его в крайне доходное дело. Правда, репутацию подпортил. Так что близкое общение с ним губительно для любой молодой девицы. Учтите это.

Красноречивым взглядом она указала на ту самую незнакомку, которая мило болтала с Лестером у выхода из ресторана.

— Учту, спасибо, — я кисло улыбнулась.

Вообще-то, общаться с мистером Этелхардом у меня не было никакого желания. Когда мы сойдем на берег, наши пути разойдутся. Если бы я знала, что о нем ходят подобные слухи, сроду не пошла бы к нему в каюту одна! Хорошо, что интендант не стал придавать этот случай огласке.

И пока я размышляла о том, как хорошо, что все повернулось именно так, саркан вдруг заметил меня.

Древнейшие! И отчего я не заказала ужин в каюту!

Быстро отмахнувшись от собеседницы, он слегка дернул лацканы своего безупречного темно-синего жакета и направился в мою сторону.

Сбежать нельзя — это будет слишком очевидно. К тому же я еще не поела!

Лестер приближался, направо и налево кивая знакомым. Мне же осталось наблюдать за ним краем глаза и делать вид, будто до сих пор его не вижу.

Тут кто-то легонько коснулся моего плеча. Я вздрогнула и повернулась к Роне.

— Пожалуй, я пойду, мисс, — тихо проговорила она и зябко передернула плечами.

— Что случилось?!

— Что-то мне нехорошо. — камеристка приложила ладонь к груди. — Наверное, меня укачало.

Действительно, в последние часы качка слегка усилилась. Это не доставляло больших неудобств. Но, видимо, не для всех.

— Пойдем. Провожу тебя, — тут же ухватилась я за спасительную соломинку.

Встала из-за стола и отвернулась прямо перед носом недоуменно замершего на полушаге Лестера. Подхватив страдающую камеристку под руку, я распрощалась с говорливой леди и повела ее прочь из ресторана.

Пока шли до каюты, Роне стало еще хуже..

— Это просто кошмар какой-то, — с придыханием пробормотала она, присаживаясь на диванчик в гостиной и обмахнулась платком.

Ее лицо приобрело совсем уж нехороший зеленоватый оттенок, а губы побелели.

— Выпьешь воды? — склонилась я над камеристкой.

Она помотала головой.

— Не могу, — вздохнула, — тошнит. Но я сейчас отдохну немного, и все пройдет.

Это вряд ли. Если она страдает от морской болезни, это надолго. А у нас, как назло, нет с собой никаких лекарств на такой случай. Кто мог предположить, что Рону скрутит таким неприятным недугом? Нам даже в голову не пришло!

— Я схожу вызову лекаря!

— Не нужно! — заволновалась Рона. — Все пройдет.

Я не стала настаивать — раз уж ей захотелось проявить стойкость. Но скоро мне пришлось бежать в ванную за тазом и убирать от лица камеристки волосы, пока ее тошнило. То еще удовольствие.

Бегая туда-сюда, я вдруг обо что-то споткнулась. Посмотрела вниз — под ногами лежал белоснежный шейный платок с едва заметным изящным узором по ткани. Он точно не мог принадлежать мне — значит это вещь мистера Этелхарда. Скорей всего, платок просто куда-то завалился — и впопыхах камердинер Лестера его не заметил. А я зацепила носком туфли.

Платок дорогой — хозяин наверняка расстроится, когда обнаружит пропажу. Или расстроится его камердинер — из-за собственной оплошности. Нужно вернуть. Но пока мне было не до этого.

— Все! — решила я, когда в очередной раз сбегала ополоснуть таз. — Тебе становится только хуже! Иду за лекарем!

Качка усиливалась. Ветер униматься никак не хотел. Волны болтали корабль так, что мне тоже становилось дурно, хоть к морской болезни я вовсе не склонна. Много раз мне приходилось путешествовать морем в разные города вместе с родителями. Правда, через океан — впервые.

Рона на мое решение промычала что-то неразборчивое и уткнулась в подушку, время от времени вздрагивая от озноба. И тут я обнаружила, что до сих пор не переоделась с ужина. В расшитом бисером вечернем платье бегать по всему кораблю не очень-то уместно — поэтому пришлось спешно переодеваться во что-то более практичное. Слегка пригладив растрепанные волосы, я оценила свое отражение в зеркале и решила, что выгляжу вполне сносно. Напоследок лишь захватила с собой шарф из плотного шелка — в такую погоду самое то!

На счастье, я еще не успела выйти, когда к нам заглянула горничная — узнать, не нужно ли чего.

— Нужно! — с готовностью согласилась я. — Пожалуйста, приглядите за моей камериской, пока меня не будет.

Можно было бы отправить горничную за лекарем, но лично мне наверняка удастся решить вопрос гораздо быстрее.

Мы с камеристкой очень хорошо ладили — хотелось самой о ней позаботиться, ведь она всегда делала для меня так много. Я, пожалуй, даже могла назвать ее подругой. Порой мы рассказывали друг другу о некоторых переживаниях. Она единственная знала, какие на самом деле у меня проблемы с магией, и никогда не забывала подготовить мне перчатки к очередному платью, понимая, как это важно.

Торопясь, я пробежала по длинному коридору между каютами и скоро спустилась в холл. Здесь оказалось неожиданно людно. Пассажиры прогуливались, общались и тревожно спрашивали у хостес, какие прогнозы насчет погоды и будет ли шторм. Похоже, обстановка обеспокоила не только меня.

Я решительно протолкнулась к стойке, за которой дежурила уже знакомая мне Лорин. У нее при виде меня, слегка дернулся глаз.

— Как вы разместились, мисс Рейнфрид? — уточнила она с лучезарной улыбкой на губах.

— Чудесно, — быстро закрыла я эту тему. — Но у нас возникла одна проблема. Из-за качки моей камеристке стало очень плохо. Я хотела бы вызвать бортового лекаря. Возможно, у него найдутся снадобья, которые могли бы ей помочь? Очень срочно!

— Конечно! — кивнула хостес. — Я передам доктору Вишеру вашу просьбу, и он придет, как только сможет.

Постойте-ка! Это меня не устраивало!

— Что значит, передадите? Вы слышали меня? Нам нужно срочно! Ей очень плохо! Она даже сидеть не может!

Я вновь начала злиться. А когда злилась, магия ощутимо пекла мне ладони — и это раздражало натянутые нервы еще больше.

— Дело в том, что из-за погоды у многих пассажиров возникла та же проблема, что и у вас. Он ходит между вызовами. И как только подойдет очередь, навестит вас. Нужно немного подождать.

Лорин снова улыбнулась — на этот раз виновато.

Ну и что делать? Не устраивать же скандал на этой почве, раз уж сложилась такая ситуация. Всех пассажиров не подвинешь — возможно, кому-то еще хуже. Придется бедной Роне немного потерпеть.

— Хорошо, — согласилась я, едва не скрипя зубами. — Запишите: каюта четыреста восемь.

— Я помню, — кивнула девушка.

Похоже, этот номер она будет помнить очень долго.

Я выдавила улыбку и пошла назад, ловя на себе любопытные взгляды. Наверное, некоторые пассажиры узнавали меня и теперь обсуждали причину, по которой я оказалась на этом корабле.

Фамилия Рейнфрид известна многим, и светское общество — не исключение. Но чаще всего она лишь давала повод для разговоров и сплетен. Ведь особое удовольствие перемыть кости тому, кто не соответствует надуманным стандартам.

Надо бы продышаться! Казалось, в душной каюте я и сама рухну в обморок — после всех событий сегодняшнего дня. Болтанка не настолько сильная, чтобы ходить по палубе было опасно. Поэтому я вышла на свежий воздух — и стало полегче.

Уже темнело. Закат огненным заревом растекался вдоль горизонта — потрясающе красиво! Если бы не эта качка... Древнейшие!

Я остановилась у борта и прикрыла глаза, чувствуя, как ветер гладит разгоряченные щеки. Вдруг по шее что-то скользнуло. Я поймала это ощущение пальцами — оказалось, резким порывом с меня сорвало платок!

Огляделась — вот он! Кинулась за ним, надеясь, что он за что-нибудь зацепится и не улетит прямо в открытый океан. Пока что его несло вдоль палубы — но попробуй догони! Легкую ткань непредсказуемо мотало и кружило, и она постоянно ускользала от меня.

Я уже почти нагнала шарф, но за поворотом ветер изменился, и он вновь пропал. Лавируя между случайными пассажирами, я выскочила на другую палубу — и резко остановилась. Подозрительно знакомый мужчина стоял впереди и пытался отлепить от своего лица обернувший его шелк.

— Да что за безобразие? — громко возмутился он.

Нет, это не день, а коробка с неприятными сюрпризами, надпись на которой «Лестер Этелхард»!

Я слегка оправила юбку платья и пошла к нему. Лестер наконец освободился от надоедливого шарфа и внимательно оглядел его, держа его двумя пальцами, как какую-то не совсем чистую тряпку.

— Это мое! — откликнулась я. — Его сорвало ветром...

Лестер повернулся ко мне, и его брови взлетели вверх.

— Иногда мне кажется, что у вас есть сестра-близнец. Я слишком часто встречаю вас на этом корабле.

Если так рассуждать, то я предположила бы, что у мистера Этелхарда есть целый выводок братьев, как две капли воды похожих на него. И они заполонили весь магоход!

Дракон пропустил шарф между пальцами, но отдавать не поспешил. Даже когда я остановилась напротив.

— Как вы разместились? — спросила из дежурной вежливости. — Мне правда неудобно, что так получилось.

А еще мне внезапно стало страшно неловко, что я так невежливо сбежала из ресторана прямо перед его носом. При воспоминании о несложившемся ужине в животе что-то жалостливо сжалось.

— Нам некуда было деваться, — усмехнулся саркан, продолжая гипнотизировать меня взглядом. — Ничего, я потерплю. Все не так уж плохо. Но почему вы гуляете одна? Думал, девушки вашего возраста не появляются в незнакомом обществе без сопровождения. Тем более вечером.

— У моей камеристки морская болезнь, — я развела руками. — Я вызвала врача и решила немного проветриться, пока иду до каюты.

— Какая неприятность, — строго заметил Лестер и убрал руки с моим шарфом за спину. — Вы тоже выглядите неважно. Как вы себя чувствуете?

— Гораздо лучше, чем Рона. Хотя было бы неплохо, если бы качка немного унялась. Как бы нам не пришлось ждать лекаря слишком долго.

Лестер о чем-то поразмыслил, а затем вдруг взял и накинул шарф мне на шею. Удержал, не давая отстраниться, и даже немного подтянул к себе. Я напряглась, еще не до конца осознавая, что он хочет сделать. Взгляд Лестера заинтересованно скользнул по моему лицу и остановился на губах.

— Что вы?.. — я вцепилась в его запястья.

А перед глазами вдруг ясно встал образ дракона в тот миг, когда он, почти совсем обнаженный склонялся надо мной в каюте. Щеки мгновенно вспыхнули жаром. Глаза саркана наполнились невыразимым чувством, в котором я не могла выделить что-то конкретно. Как будто в его голове крутилось множество мыслей и сомнений одновременно.

Не знаю, сколько мгновений это длилось — кажется, очень долго. А на деле я едва успела сделать пару вдохов и выдохов. Колени стремительно становились ватными. Да чего же он хочет?!

Собственное смелое предположение напугало меня больше, чем порывистые действия мистера Этелхарда. Нет. Ну не может же он быть настолько наглым!

Раньше мое общение с мужчинами ограничивалось лишь тем, которое дозволяли родители. Да и то это чаще всего были деловые партнеры отца — пара вежливых фраз, брошенных между делом. Теперь на меня вдруг свалился целый драконокровный, с которым порой я совершенно не знала, как себя вести! И уж тем более не знала, чего от него ждать.

Но Лестер внезапно переменился в лице. Оно снова приобрело отстраненно-равнодушное выражение. Как будто то, что было сейчас, мне вовсе померещилось, а остальное дорисовала живая фантазия.

Парой ловких движений саркан завязал шарф на моей шее и опустил руки.

— У моего камердинера похожая проблема. Но так как нам приходится плавать довольно часто, при нем всегда есть запас лекарств от морской болезни. Очень эффективных! Думаю, он мог бы поделиться с вашей Роной. Чтобы ей не пришлось мучиться в ожидании лекаря.

Я сглотнула сухой комок в горле. Сердце до сих пор бешено колотилось, а мысли разбегались. Поэтому я, наверное, не сразу поняла, о чем он говорит. Но наконец смысл предложения до меня дошел.

— Да! — торопливо закивала я, как болванчик. Лишь бы скрыть смущение. — Я была бы вам очень благодарна! Вернее, вашему камердинеру.

Саркан, показалось, слегка напряженно провел ладонью по волосам и кивком головы велел следовать за ним. Какой все-таки удивительный мужчина! Как будто в нем борются лед и огонь. То он невозмутим и сдержан, то выкидывает неожиданные финты. То предельно вежлив, то вгоняет в смятение двусмысленными разговорами и взглядами.

И это я знаю его всего полдня! Не позавидую тем, кто вынужден общаться с ним постоянно.

Мы прошли по коридору на уровне кают первого класса, но в другой части корабля. Лестер вошел в каюту, а я проскользнула следом и с любопытством огляделась. Да, она немного уступала в размерах четыреста восьмой, но тоже была обставлена дорого и со вкусом.

Здесь еще пахло свежим ремонтом: деревом и совсем чуть чуть — краской.

Из примыкающей к каюте каморки для прислуги вышел камердинер — и растерянно остановился, заметив меня. А затем, спохватившись, поздоровался.

— Брон, будь добр, поделись с мисс Рейнфрид своим снадобьем от морской болезни, — ответил мистер Этелхард на его вопросительный взгляд.

— Вам плохо? — сочувственно изогнул брови слуга.

— Нет, не мне. Моей камеристке.

Брон сочувственно цыкнул и вновь пропал в своей комнате. Буквально через минуту он вынес мне небольшой флакон с синеватой жидкостью внутри.

— Десять капель на стакан воды. Принимать по необходимости, — выдал краткую инструкцию.

— Огромное вам спасибо! — я прижала склянку к груди. — Чем я могу вас отблагодарить?

Лестер довольно громко хмыкнул, но когда я посмотрела на него, ответил совершенно спокойным взглядом. И меня снова накрыло ощущением раскаленной двусмысленности. Может, я слишком мнительная?

— Это такие мелочи, мисс, — махнул саркан рукой. — Лишь бы вашей камеристке полегчало. Я провожу вас.

Мы снова вернулись на палубу — в отсек, где находилась моя каюта, быстрее можно было попасть так. В полном молчании добрались до нужной двери, и тут услышали резкий вскрик в стороне. А за ним — совершенно неподобающую брань.

Мы с Лестером переглянулись, подумав, верно, об одном и том же. А когда плаксивый возглас повторился, одновременно повернули в ту сторону.

В тени между спасательными шлюпками рослый и слегка тучный мужчина таскал за волосы долговязого мальчишку лет пятнадцати. Парень был одет скромно, но вполне добротно — и сразу становилось понятно, что путешествует он не первым классом. Дети здешних пассажиров разряжены не хуже своих родителей. А девочки так и вовсе порой похожи на кукол.

— Что тут происходит?! — прогремел Этелхард, ускоряя шаг. — А ну отпустите его!

Незнакомец вскинул на нас взгляд, и судя по тому, как вытянулось его лицо, удивился, что здесь появился кто-то еще. Но его намерений это никак не изменило. Он с силой тряхнул парнишку еще раз.

— Этого разгильдяя нужно отвести к интенданту! — прорычал злобно. — Он прятался в шлюпке! Ему нельзя выходить на палубу первого класса. Наверное, он хотел что-то своровать!

— Ничего я не собирался воровать! — заканючил мальчишка, дергаясь в хватке солидного господина. — Просто посмотреть хотел!

— Посмотреть, что можно стащить? — мужчина взял его за грудки и поднял, почти оторвав от пола. — Знаем мы вашу породу, лохматые!

— Отпустите его! — я кинулась вперед. — Прекратите!

Лестер остановил меня взмахом руки. А на разгневанного незнакомца мое мнение и вовсе не возымело никакого действия.

— За борт его кинуть — и дело с концом. Чтобы другим неповадно было! — только сильнее разозлился он.

Даже поволок пленника ближе к краю палубы, будто и правда собрался швырнуть его в воду.

— Остановитесь! Вы в своем уме?!

Лестер одним броском вперед настиг мужчину и, нимало не сомневаясь, двинул крепким кулаком ему в скулу. Я невольно ахнула, решив, что у того попросту отвалится голова — так резко она мотнулась в сторону. Пассажир словно ослеп — растерянно заморгал, забыв вдохнуть, а саркан тем временем рывком оттащил от него мальчика.

— Да кто вы такой?! — подбитый мужчина наконец пришел в себя.

И, позабыв об инстинкте самосохранения, кинулся на Лестера всем своим весом. Но не на того напал! Тот, словно скала, о которую ударилась волна, легко, как тряпичную игрушку, отшвырнул господина от себя. Шагнул вперед, заставив его попятиться еще дальше.

— Дети любопытны! Он просто хотел посмотреть. Из-за этого не стоит вести его к интенданту! А вот на вас точно следует натравить корабельную охрану.

Быстро сообразив, кто тут самый сильный, мальчишка мигом спрятался за спину дракона.

Теперь, когда он выпрямился и одернул задранный в пылу схватки жилет, стало видно особенности его телосложения. Похоже, мальчик ликанит. В этом возрасте уже начинают проявляться крупные мышцы, слегка увеличенная длина рук. А если присмотреться — сразу можно заметить необычный зеленовато-золотистый цвет глаз.

Вот почему этот мерзавец назвал его лохматым!

— Посмотрим, как вы заговорите, когда он стащит у вас бумажник, — мужчина укоризненно покачал головой. — Или сережки у вашей леди.

— Если вы доложите интенданту — пожалеете, — предупредил его Лестер.

Незнакомец снова пошел гневными пятнами, но отвечать ничего не стал. Лишь горделиво приосанился и размеренным шагом удалился, поминутно трогая разбитую скулу.

Я присела на корточки перед мальчиком и, взяв за подбородок, осмотрела ссадину на его виске и царапины на шее. Да этого господина следовало бы посадить в клетку, чтобы не покусал кого-нибудь в бешенстве!

— Он ударил тебя?

Мальчик обиженно шмыгнул носом.

— Я просто хотел посмотреть, — повторил он. — И все! Я первый раз на таком корабле. Мне стало интересно, как тут, в первом классе. Я собирался потом уйти, честное слово!

— Как тебя зовут? — строго спросил Лестер, разминая пальцы.

От звука его голоса парень сразу сжался и сомкнул губы плотнее. Но саркан даже не двинулся в его сторону, поэтому он немного успокоился.

— Джосс Лиярт, — осторожно дотронулся до ушибленного места. — Я плыву на корабле со своими родителями... Они не знают, что я здесь. Вы точно не сдадите меня интенданту?

— Ты не сделал ничего предосудительного, — дракон пожал плечами. — Может быть, не успел, конечно. — он с ироничной подозрительностью покосился на мальчика, а тот рьяно замотал головой. — Смотрю, ты крепкий парень. Уже инициировался?

Джосс взглянул на свои руки. Его широкие почти, как у взрослого мужчины, ладони казались привычными к труду.

— Еще нет. Но отец говорит, что скоро.

Я вынула из сумочки платок и осторожно промокнула выступившую на его ссадине сукровицу. Джосс с легким удивлением покосился на меня, но позволил проявить заботу.

И как не стыдно было этому здоровяку трепать мальчика! Пусть он и крепок для своих лет, но все равно еще ребенок! Да, возможно, он и мог бы одолеть даже превосходящего в размерах противника, но просто не стал отвечать агрессией на его нападки.

Тем временем Лестер вынул из-за пазухи небольшую визитку. Лощеный картон матово блеснул в свете висящих вдоль палубы фонарей. Я даже успела разглядеть на нем смутно знакомую эмблему.

Саркан подал визитку мальчишке, и тот с любопытством на нее уставился. Как на диковинную и очень дорогую вещь.

— Читать умеешь? — уточнил Лестер. Парень кивнул. — Как приедешь в Кальн — ведь вы с родителями направляетесь туда, верно? — найди меня по этому адресу. Думаю, из тебя выйдет толк.

— Вы что же... — глаза Джосса восхищенно расширились. — Вы тот самый?..

Я насторожилась, ожидая узнать еще какие-то подробности жизни саркана. Но мальчик смолк, задохнувшись от переизбытка чувств. А мистер Этелхард, усмехнувшись, кивнул.

— Видимо, тот самый, — и бросил на меня короткий вопросительный взгляд. Будто хотел узнать, поняла ли я что-нибудь. — Ты хотел посмотреть корабль?

— А можно? — Джосс бережно убрал визитку во внутренний кармашек жилета.

— Можно. Идем.

Лестер поманил мальчика за собой взмахом руки.

— Всего доброго, мистер Этелхард, — бросила я им вслед. — Я пойду. Мне нужно дать лекарство Роне.

Дракон обернулся и посмотрел на меня с таким изумлением, будто мое решение было крайне нелогичным. Хотя что-то логичнее тут вряд ли можно было придумать. Хорошо еще, что меня с ним почти никто не видел. Иначе моя репутация погибла бы, не добравшись до Кальна. Не стоит рисковать и дальше.

— Думал, вы составите нам компанию. Но здоровье человека, конечно, важнее. Всего доброго.

Его последняя фраза утонула в холоде.

Я кивнула ему и отправилась в свою каюту. Оказалось, Рона спала. Но тут же проснулась, как только я неосторожно брякнула носиком кувшина о стакан. Горничная сразу откланялась и с явным облегчением сбежала, оставив нас вдвоем.

Камеристка выпила лекарство, я помогла ей переодеться и отправила в прилегающую к моей небольшую каюту — выздоравливать.

Наконец стало тихо. Даже качка, кажется, немного унялась — или просто стала привычной. Я еще немного посидела в гостиной, слушая плеск волн снаружи. Чего-то не хватало, какое-то неудобство не давало покоя, но усталость не позволяла понять, что именно.

В дверь тихо постучали. Дождавшись разрешения, уверенным быстрым шагом внутрь вошел гарсон с большим подносом, на котором блестели и чуть позвякивали тарелки, вазочки и чашки самых разных размеров.

— Ваш ужин, — совершенно буднично сообщил он. — Мисс Рейнфрид.

У меня даже слов не нашлось, чтобы спросить, как совершенно незнакомый человек узнал о том, что я сегодня так и не поужинала? Официант сгрузил все на столик у камина и, откланявшись, удалился, не спросив с меня никакой платы.

Наверное, на подносе оставлен чек?

Я и правда нашла на нем небольшой конверт. Открыла и вынула записку, состоящую всего из двух слов: «Приятного аппетита!».

В вензеле в нижнем углу я сразу узнала инициалы Лестера Этелхарда.

Глава 3

Лестер Этелхард

— Лестер, — слегка томный голос догнал Лестера со спины, когда он вышел к трапу. — Надеюсь, вы заедете на чай. Моя тетушка будет очень рада с вами познакомиться.

Лейра обхватила его локоть руками — как можно более незаметно. Чтобы не увидели пассажиры вокруг, но он как бы невзначай высвободился.

— Если позволят дела.

— Я напомню адрес... — заикнулась девушка.

— Я узнаю любой адрес, какой мне будет нужен, — Лестер мягко отстранился, когда она вновь попыталась поймать его. — Всего доброго. И привет тетушке!

Лейра разочарованно поджала губы. Но начнет настаивать — со стороны все это будет выглядеть крайне неприлично. Светский сезон для нее закончится, не начавшись, потому что никто не пожелает общаться с девушкой, так запятнавшей себя.

Лестер кивнул ей напоследок и пошел дальше. Вся пристань в порту Кальна была забита людьми, а ближайшая дорога и площадь — повозками. Поездка выдалась странной — пожалуй, самой странной из всех за последний год или два.

Он спустился по трапу и окинул взглядом толпу встречающих. Та кишела, словно банка с насекомыми. Люди беспрестанно взмахивали руками, подзывая своих родственников или знакомых — большей частью из второго класса. Для пассажиров первого был предусмотрен отдельный трап и отдельная часть пристани. Тут все было гораздо более чинно и неспешно. Подъезжала повозка, лакей открывал дверцу — и прибывший гордо уезжал в свой наверняка роскошный дом или не менее фешенебельную гостиницу.

Таков Светский сезон — наплыв молодых девиц и лихих богатых обормотов в этом году намечается особенно большой. В Кальне статус значит многое. А в высшем обществе и вовсе почти все делается напоказ.

Вот и за мисс Рейнфрид приехал легкий новенький экипаж. Лестер безошибочно выхватил взглядом ее стройную фигурку среди остальных. Под светом весеннего солнца на ее изящной шляпке плеснула брошь, держащая аккуратный пучок перьев.

Мисс Клэрис Рейнфрид никак не желала убраться из головы Лестера. Они сталкивались на борту еще несколько раз со дня знакомства. Но она неизменно хранила отстраненность и даже холодность. Непривычное поведение. Обычно девушки пытались сблизиться с ним гораздо охотнее.

Из встречающего ее экипажа вышел высокий мужчина с заметно выступающим животом, который отчаянно пытался прорвать плен плотного атласного жилета. Девушка встретила его хоть и вежливо, но довольно прохладно. Видимо, они совсем не знакомы.

После короткого приветствия она огляделась, словно что-то потеряла — и столкнулась взглядом с Лестером, который только спускался. Он кивнул ей — девушка слегка зарделась и, коснувшись камеи на высоком воротнике платья, быстро отвернулась.

Забавная. Она смело кинулась отстаивать свои права на каюту, заступилась за мальчика-ликанита, но вместе с тем непривычная жизнь без родительского присмотра явно вводила ее в растерянность.

Ничего — привыкнет. Лишь бы светское общество не испортило ее очаровательную непосредственность всего за несколько месяцев.

— Лестер! — зычно окликнули его сразу в два голоса.

Он словно очнулся от легкого наваждения и зашагал по пристани навстречу своим старым друзьям, близнецам-огритам Имону и Ханку Адлардам. Огромные братья возвышались над остальными встречающими больше чем на голову. Они радостно переминались и поминутно взмахивали руками, привлекая к себе внимание. И это выходило у них очень хорошо — прохожие косились на беспечных увальней со снисходительным недовольством.

— Ну наконец-то! — Имон хлопнул Лестера по спине так, что тот сделал шаг вперед. — Мы уже заждались! Подумали было, что ты решил остаться в Дорвере.

— К слову, там было очень неплохо, — рассеянно отчитался Лестер и новь неосознанно зашарил взглядом вокруг — пока не отыскал цель, которая так и притягивала его к себе.

Ханк тихо присвистнул:

— Что за куколка? — он кивнул в сторону мисс Рейнфрид, которая еще не уехала. — На борту познакомились? Ты ни разу не сошел на берег без какой-нибудь дамочки. Провожает тебя одна, а ты уже наметил себе другую. Как у тебя это выходит?

Брат толкнул его в бок локтем. Ханк развел руками с видом «что я такого спросил?»

— Просто надо выглядеть, как саркан, и быть таким же известным, как Лестер Этелхард. Все просто! А с такой зеленой рожей успех у дам тебе не светит, — Имон пальцами сжал щеки брата и потрепал, как морду любимого пса.

— Но-но! — предупредил тот его, высвобождаясь. — Ты меня недооцениваешь.

Лестер наблюдал за друзьями, чувствуя, как губы сами расползаются в улыбке. Впрочем, несмотря на лестное мнение Имона насчет его отношений с женщинами, успехом общение с Клэрис назвать было трудно.

— Мы познакомились по недоразумению, она выгнала меня из моей каюты, — кратко пояснил Лестер, чтобы братья от него отстали. — На этом все.

— Да ну! — вздохнул Ханк. — Выгнала? Надеюсь, после она расплатилась за такую дерзость?

Огромной ладонью он изобразил в воздухе солидный шлепок по заду воображаемой «дамы». Имон захохотал, а Лестер скривился.

— Ты, видимо, совсем не умеешь отличать строго воспитанных девушек от тех, кто радостно бежит навстречу любому сносному экземпляру.

Таких он за время разъездов навидался немало. Клэрис казалась совсем другой. Впрочем, он не успел узнать ее достаточно хорошо, а ошибиться на ее счет было бы досадно.

— Я тебя умоляю! — отмахнулся Имон. — Все они перестают быть строго воспитанными, если найти подход. Минус один тебе, Тер. Минус один. Оплошность.

Тихо ворча о несостоятельности друга, близнецы зашагали к экипажу, который ждал их неподалеку. Лестер покачал головой, проводив их взглядом. Теперь по дороге до конторы они не дадут ему покоя.

Клэр

Я ощущала на себя пытливые мужские взгляды ровно до того мига, пока не села в крытый экипаж. Мне сразу полегчало. Если Лестер Этелхард наблюдал за мной как бы невзначай, то два здоровенных огрита, которые его встречали, таращились совершенно в открытую.

Какие беспардонные — просто ужас! Они, кажется, даже хохотали, обсуждая меня. Жаль, что не существует каких-нибудь пилюль, успокаивающих воспаленную мнительность. Сейчас они точно не помешали бы.

Мне и так стоило огромных усилий избегать общения с Лестером Этелхардом весь оставшийся до Кальна путь. Это были сущие страдания для моего любопытства, которое яростно боролось с благоразумием. Казалось, саркан обязательно должен знать, где искать Скульптора. Такие люди знают все! Но обсуждать с ним мою проблему я не собиралась.

Когда Роне стало лучше, я отправила ее передать потерянный Лестером платок и деньги за ужин. Личный визит был бы крайне неуместным.

— Камергер мистера Этелхарда такой обходительный и приятный мужчина! — щебетала камеристка, вернувшись. — Он поблагодарил меня и пообещал, что передаст конверт.

— Надеюсь, ты сказала ему спасибо за лекарство? — напомнила я.

— Конечно! Если бы не он, что бы со мной было. Никогда больше не поплыву на корабле!

Сказала так, будто собралась остаться в Кальне на всю жизнь. А я не знала, куда меня забросит в скором времени.

Уже понадеявшись, что все мои дела с мистером Этелхардом завершены, я была очень озадачена, когда он вернул мне конверт с деньгами. Молча. Без единого пояснения. Я не нашла даже никакой записки — зато мое приложенное к нему письмо с благодарностью за заботу он забрал.

Перебрасываться деньгами дальше было бы глупо — наверняка случится то же, если я попробую настоять — поэтому пришлось смириться.

Но все эти мелочи, которые незримо связали нас, продолжали меня беспокоить. События крутились и крутились в голове. Я не могла оставить их даже когда села в присланный за мной экипаж.

— Мы сразу поедем в дом мистера и миссис Таркетт, — сквозь лихорадочные мысли донесся до меня голос мистера Холлдора, дворецкого, который встретил меня на пристани. — Они давно ждут вас. Миссис Таркетт была так рада письму вашей матушки...

Он говорил еще что-то, а я лишь кивала, почти не слушая. Рона после перескажет мне самую суть — она-то внимала словам солидного, строго одетого мужчины со всей готовностью.

Я же пока пыталась вспомнить, что успела узнать о семье, которая согласилась принять меня под свою опеку на то время, пока я, по наставлениям родителей, буду занята поиском достойного жениха.

Аделла Таркетт — троюродная сестра моей матери. Сама она была такого же невысокого положения в обществе, но ее мужу удалось основать небольшую сеть уютных и довольно дорогих гостиниц. Она постепенно расширялась и приносила хозяину солидный доход. Однако это не помогало семейству Таркетт добиться признания сливок чванливого и консервативного кальнского общества.

— Зато ты будешь жить в хороших условиях! — пыталась матушка утешить сама себя, когда отправляла меня в дорогу. — Их дом стоит почти в самом центре столицы! Это очень хорошо. Ты будешь на виду. Таркеттов знают, и о тебе начнут говорить. Общество молодых людей более гибкое. Кто-то да пожелает завести с тобой знакомство.

Казалось, все ее мысли занимает только это. Как я пропустила тот миг, когда желание приобщиться к высшему свету стало ее навязчивой идеей? Подозреваю, за этим должно стоять что-то еще. Но причина пока оставалась неясной — а оттого еще более тревожной.

Мы катили по аккуратным мощеным улочкам Кальна — одной из самых древних столиц смешанных королевств. Здесь находилось место для любой расы. Сюда стремились за перспективами в поисках хорошей жизни. Многие разочаровывались, но некоторые и правда добивались немалых успехов.

Глядя в окно, я отмечала, насколько строго одеты здешние женщины. У меня на родине, в Ринуане, платья шили из более ярких тканей и не такими закрытыми. Даже в жаркую погоду днем женщины не демонстрировали руки и плечи. Прятались под палантинами и легкими шалями, над головами держали зонтики.

Сдержанные цвета, лаконичные прически. И перчатки! Да я тут сойду за свою!

— Остановимся! — вновь врезался в уши голос дворецкого. — Миссис Таркетт поручила мне купить в этой пекарне самого вкусного печенья к чаю. Нарочно ради вас. Вам оно точно понравится!

Мужчина улыбнулся. Экипаж остановился напротив выкрашенной в зеленый цвет двери с красочной вывеской над ней, и в окна сразу влился пряный аромат свежего хлеба и сладостей. Потрясающе!

— Можно пойти с вами? — взглянула я на дворецкого. — Хочу взглянуть!

Тот слегка задумался, но кивнул.

— Конечно! Выберете, что вам понравится. Здесь пекут лучший хлеб Южного округа.

Он подал мне руку, помогая выйти из экипажа, и пропустил вперед.

— Эй! — вдруг раздалось в стороне. — Стой! Помогите! Ловите его!

Мимо меня пронесся мужчина в слегка пыльной одежде. В его руке была зажата яркая женская сумочка. Он едва не снес с ног Рону и зацепил ногой подол моего платья. Мистер Холлдор попытался схватить его, но вор оказался очень прытким. Он увернулся и быстро пропал в узком переулке.

Прохожие лишь проводили его растерянными взглядами — никто не успел сориентироваться.

— Полиция! — истерично взвился женский голос.

Но ни одного патрульного рядом, как назло, не оказалось. Улица снова выглядела мирной и тихой, как будто только что тут не обокрали человека.

— Ужас, что творится! — гневно пропыхтел мистер Холлдор. — Средь бела дня! А ведь это такой благополучный округ.

Видимо, не такой уж благополучный...

Я сразу забыла о том, что хотела зайти в булочную. Огляделась, пытаясь запомнить, куда скрылся вор. В нашу сторону, стуча каблучками и придерживая подол платья, бежала хорошенькая девушка едва ли намного старше меня. Она остановилась, тяжело дыша, и обреченно опустила руки.

— Ну вот! — незнакомка беспомощно посмотрела на дворецкого, не зная, видно, кому еще пожаловаться. — У меня там была почти половина моего гонорара, я хотела купить...

Она махнула рукой, посчитав, что для нас это неважно. Наверняка в таком крупном городе людям нет большого дела до неприятностей других. Прохожие только немного сбавили шаг, собралась небольшая толпа зевак, но никто не поторопился кинуться за вором, чтобы отыскать его.

Девушка перевела на меня взгляд — хлопнула ресницами, и по ее щеке соскользнула слеза, оставив блестящую дорожку. Удивительно — но я точно ощутила исходящую от нее магию. Сладковатую и щекочущую ноздри, точно взлетевшая в воздух пыльца.

Похоже, в ней текла малая толика крови нимф. А они, как известно, владеют довольно сильными чарами. Нимфиты способны расположить к себе почти кого угодно. В нынешнем мире такое умение считается опасным — и только особые амулеты могут защитить от их воздействия.

Поэтому потомки нимф предпочитают не ввязываться в сколькие дела — за это может последовать суровое наказание.

Магия этой девушки была слабой. Но и ее могло оказаться достаточно. Незаметно сняв перчатку, я подошла к ней и погладила по плечу — через ткань рукава.

— Как вас зовут? — спросила, стараясь вложить в голос как можно больше участия.

— Сарика, — девушка всхлипнула. — Сарика Эббет.

— Мы обязательно поймаем его, Сарика! — уверенно заявила я.

И осторожно коснулась ее открытого локтя. Сжала кончиками пальцев — и крохотная толика магии нимфит перетекла в меня. Рассыпалась искрами под кожей — и моя собственная энергия мгновенно приобрела схожую с ней структуру.

Я отняла руку, пока воздействие не стало слишком заметным, а затем и опасным. К счастью, расстроенная нимфита сейчас была не в том состоянии, чтобы что-то почувствовать. Она лишь немного поморщилась и потерла руку там, где я до нее дотронулась.

— Как мы поймаем? Он уже сбежал, — досадливо воскликнула она, помотав головой. — Чем я буду платить за квартиру. Ой! И ключи от нее тоже там!

И сразу потерявшие интерес к произошедшему горожане начали расходиться. Некоторые еще пытались дозваться полицию, но пока все их усилия оставались тщетны.

— Я видела, куда он побежал, — я доверительно заглянула в лицо Сарики.

— Мисс! — с легким возмущением окликнула меня Рона.

Дворецкий полностью разделил ее невысказанное мнение насчет моей инициативы.

— Нам нужно ехать, — высказался он строго. — Пусть мисс Эббет обратится в полицию. Вора отыщут и накажут по всей строгости закона. Вы ведь запомнили, как он выглядит, мисс Эббет?

Она растерянно пожала плечами. На ее месте я тоже не успела бы ничего запомнить! Что за глупости?!

— Кто звал полицию? — тут же раздалось за нашими спинами.

Мы одновременно повернулись — молодой патрульный смотрел на нас с раздраженным ожиданием. На его лбу блестел пот, как будто он бежал к нам с другого конца улицы. Впрочем, может, и бежал. Судя по всему, он из ликанитов — а у них острый слух, и перемещаются они быстро. Поэтому именно они часто служат в охране и полиции.

Пришлось быстро пересказывать ему случившееся — пока я не потеряла полученный от девушки след магии. Патрульный кивал, а я раздражалась от того, что время уходит. Вор может передать украденное кому-то еще — и тогда найти его будет гораздо сложнее.

— Скорее, мы еще успеем! — я повернула в сторону нашего экипажа. И потащила за собой растерянную Сарику.

— Подождите! — попытался остановить меня полисмен. — Вы что же, сами собираетесь преследовать вора? Он мог свернуть куда угодно! Я вызову подкрепление. Они дежурят на этой улице — и мы двинемся по следу.

— Простите, констебль, — я бросила короткий взгляд на знаки отличия на его форме. — Но пока вы собираете остальных, будет уже поздно. Как часто вы находите украденные у женщин сумочки после их обращения в полицию? А сейчас мы можем это сделать. У вас же чутье, верно? А у нас экипаж. Так что вперед!

Следом за мисс Эббет мы затолкали в повозку и полисмена — несмотря на его осторожное сопротивление.

— Мисс Рейнфрид! — дворецкий предпринял последнюю попытку меня остановить. — Но это же совсем не подобает...

— Мистер Холлдор! — я сложила ладони на груди. — Конечно же, не подобает! Без вас я никак не обойдусь!

— Но...

Мужчина закатил глаза, даже обернулся на дверь булочной — но деваться ему было некуда. Он не мог оставить меня без присмотра. Пришлось и ему садиться с нами. В повозке сразу стало тесновато.

— Туда, в переулок! — велела я кучеру, захлопнув за собой дверцу.

И тот мигом пустил резвых лошадей по тающему следу.

Я боялась упустить его. И вновь прикасаться к нимфите не хотела — иначе она точно что-нибудь почувствует — а это нежелательно. Полисмен настороженно смотрел по сторонам и явно пытался понять, правильно ли мы едем.

— Налево! — командовала я, постучав в стенку экипажа, чтобы привлечь внимание кучера. — Направо.Тут!

— Мисс, — констебль недоуменно на меня посмотрел. — Я не успеваю ничего почувствовать! Куда мы едем?!

Я только мило улыбнулась на его слова. Остатки магии нимфиты сработали на отлично — мужчина успокоился и доверился мне. После, когда чары развеются, он наверняка не поймет, почему так поступил.

Мы отстановились в темноватом закутке между домами, отъехав достаточно далеко от благополучного района, где вкусно пахло булочками. Здесь витали совсем иные ароматы. Запущенный тенистый двор на несколько домов был залит подозрительного вида лужами. Из открытого окна доносилась яростная ругань.

— Мисс, — взмолился дворецкий. — Как мы найдем его тут?

— Доверьтесь моей интуиции, — я уверенно взмахнула рукой и вышла. — Выходим-выходим, господа!

— Тут может быть опасно! — на этот раз отозвался констебль. — Девушкам лучше остаться в экипаже.

— Но с нами же представитель закона! — я улыбнулась ему.

Он расцвел еще больше — чары продолжали действовать.

— И все-таки, оставайтесь на месте, — мягко надавил он.

Рона закивала, вжавшись в угол экипажа — ее отсюда теперь не вытащишь. А мисс Эббет коротко на меня взглянула, решив, видно, поступить так же, как и я. Ну, что ж. Лезть на рожон и правда будет глупо — след привел нас сюда, теперь пусть мужчины разбираются.

— Думаю, там, — я указала на открытое окно, откуда и доносились звуки перебранки. — Проверьте. Я почти уверена.

— Интуиция интуицией, но след я отыщу, — строго заметил полисмен.

Он протянул руку Сарике, а та осторожно подала свою — видимо, она понимала, зачем это нужно. Мужчина склонился к ее ладони и тихонько втянул носом воздух. Вот оно что! Никогда близко не сталкивалась с работой полисменов-оборотней, а теперь видела в действии.

Мужчина снял с пояса заряженный ударной магией жезл — тот способен был хорошенько оглушить и дизориентировать — и еще раз окинул взглядом окна, на которых одни за другими захлопывались ставни.

— Вам помочь, офицер? — уточнил мистер Холлдор.

— Думаю, да, — согласился тот. — Скорей всего, вор-ликанит. Он может быть достаточно силен.

После этих слов на помощь им вызывался еще и кучер. Оставив девушек прятаться в экипаже, мужчины поднялись по скрипучей лестнице на второй ярус этого сомнительного жилья — и пропали внутри.

— Я не понимаю, как вам это удалось? — наконец заговорила совершенно ошалевшая от происходящего нимфита.

— Я просто очень наблюдательна, — не моргнув глазом соврала я.

Хотя это почти правда! Только наблюдательность помогла мне быстро оценить ситуацию и принять решение.

В многоквартирном доме стало совсем тихо — будто всем жителям тут было что скрывать, и теперь они затаились при виде представителя закона. Затем послышался грохот, глухие голоса и крики. Дверь едва не слетела с петель, когда во двор вывалился тот самый вор. Теперь он снова пытался сбежать.

— Стой! — заорал ему вслед полисмен.

Но мужчина даже не обернулся. Быстро скатился с лестницы, на ходу поправляя оторванный рукав потертого сюртука, и ринулся к повозке. Что же, укатить решил? Нет уж!

Я схватилась за ручку дверцы и в тот миг, когда вор пробегал мимо, резко открыла ее.

От удара мне едва не вывихнуло запястье. Но задержать беглеца удалось! Он приостановился, мотая головой — а там уже подоспели преследователи.

— Ах ты, гад! — совсем неподобающе выразился мистер Холлдор и тыльной стороной ладони вытер выступившую на ухе кровь. — Он укусил меня!

И в этот миг констебль ткнул вору в бок жезлом. Раздался треск, нас ослепило короткой вспышкой — и беглец кулем осел на землю.

Глава 4

— В первый же день приезда ввязаться в авантюру с преследованием! — сокрушенно бормотал мистер Холлдор. — Это же надо. Что я скажу миссис Таркетт?

Он промокнул пострадавшее ухо платком и критически осмотрел пятна на нем. Вор укусил его не так уж сильно — но болезненно и обидно. Больше всего, думается, пострадала его гордость.

— Скажете, что это было очень увлекательно, — парировала я . — И что мы поступили по совести.

Мы все еще оставались в этом дворе, ожидая, когда сюда прибудут другие полисмены, чтобы забрать преступника в отделение и там уже заняться всеми протоколами. Нас попросили не уезжать, чтобы мы могли дать необходимые показания.

Меня эта ситуация ничуть не расстраивала, а вот дворецкий весь был как на иголках. Мы уже опоздали к обеду и рисковали добраться до дома Таркеттов только к ужину.

— Что бы я без вас делала! — воскликнула Сарика, отвлекшись от изучения содержимого найденной сумочки. — Все на месте! Видимо, он еще не успел припрятать мои деньги! Какое облегчение!

Она воздела глаза к небу в рамке крыш плотно стоящих друг к другу домов. Затем она словно что-то вспомнила и, порывшись в глубинах ридикюля, вынула оттуда два небольших листочка, похожих на билеты в театр. Разгладив хорошенько на колене, девушка протянула их мне.

— Вот, это самое меньшее, чем я могу вас отблагодарить, мисс Рейнфрид!

— Прошу вас, просто Клэр, — я улыбнулась и принялась разглядывать подарок.

Это оказались контрамарки на некое представление в кабаре «Красный фламинго». Дворецкий взглянул на них тоже и поморщился.

— Не уверен, что это будет прилично, мисс, — он с укором посмотрел на Сарику. — Незамужней девушке нежелательно ходить в такие заведения.

— Это очень хорошее кабаре! — возмутилась та. — На представление туда ходят самые уважаемые люди!

Сейчас она уже пришла в себя после потрясения, стерла потеки румян с щек, и к ней, похоже, вернулась обычная уверенность.

— Наверняка это, в основном, мужчины! — фыркнул Мистер Холлдор. — Это очень мило с вашей стороны, но...

— Мне очень хотелось бы посмотреть представление! — как бы невзначай прервала я его. — Вы танцовщица?

Дворецкий снова хмыкнул, задрав нос, словно в этом было что-то особенно постыдное. Рона, которой я отдала подарок Сарики — посмотреть поближе — с укором на него покосилась. Всему же должен быть предел!

— Да, — мисс Эббет кивнула. — В этот вечер планируется мое выступление с кардебалетом. Будет очень красиво. И я буду рада видеть вас. Может, вы найдете себе компанию, в которой явиться будет подобающе?

— Я обязательно постараюсь!

Мы одновременно повернулись в сторону переулка, когда оттуда донесся грохот копыт и колес по мостовой. Небольшой зарешеченный кэб вкатился на двор и остановился. Оттуда сразу вышли несколько полисменов. Часть из них ринулись в дом, чтобы обыскать жилье задержанного, остальные двинулись к нам.

Уже знакомый констебль остановился позади, давая слово старшему.

— Кто из вас помог задержать преступника? — деловито осведомился он.

— Мисс Рейнфрид! — ответил за меня дворецкий.

— Я и сама способна говорить, — грозно глянула я на него.

Похоже, он уже взял меня под опеку и решил, что я должна подчиняться, и каждый раз опускать взгляд при попытке любого мужчины заговорить со мной.

— Мисс Рейнфрид, — повторил констебль и что-то пометил в форменном листке. — Остальных свидетелей тоже прошу представиться и проследовать за нами в участок.

— Но нам уже нужно ехать! — приосанился мистер Холлдор. — Мисс Рейнфрид ждут дома. Она устала с дороги.

Ну, насчет дома, допустим, он погорячился. По сути, в Кальне полицейский участок являлся для меня домом не меньше, чем особоняк Таркеттов.

— Мы не задержим вас надолго, — скупо улыбнулся усатый констебль и поправил фуражку. — Формальности. Нам нужно заполнить документы, и мы оставим вас в покое. Прошу вас!

Он сделал приглашающий жест внутрь нашего экипажа.

Скоро остальные констебли закончили обыск — во время него они не нашли ничего особо интересного. Закованного в наручники вора погрузили в кэб и двинулись впереди. Нам осталось лишь поехать следом.

Всю дорогу дворецкий ворчал, как сильно пострадает моя репутация, если вдруг кто-то узнает, что случилось. Что леди самой приходить в полицейский участок — последнее дело! И вообще, у него куча забот дома, чтобы тратить время на разъезды по городу...

Мы с Сарикой и Роной лишь устало поглядывали на него.

— Он всегда такой строгий? — тихо спросила меня танцовщица.

— Не знаю, — я пожала плечами. — Мы первый день знакомы. Он дворецкий в доме тетушки, к которой я приехала погостить.

— О-о, — протянула девушка. — Светский сезон.

Она понимающе закатила глаза.

Скоро мы добрались до нужного нам участка. Преступника сразу увели на задний двор, а нас проводили в кабинет местного шефа.

Я вошла первой, когда передо мной открыли дверь. Мне навстречу тут же встал высокий мужчина в форме, которая очень выгодно подчеркивала его атлетичную фигуру. На пару мгновений он замер, оглядывая меня, а затем словно очнулся и немного неловко поправил строгий воротник рубашки.

В это время мистер Холлдор просочился следом, никак не желая оставлять меня наедине с мужчиной — пусть этот мужчина самый яркий представитель закона.

— Комиссар Рой Нэллад, — он вежливо поклонился и взмахом руки указал мне на стул перед собой.

— Не понимаю, зачем нужны все эти беседы, комиссар. Давайте мы запишем наши показания и поедем наконец отдыхать! — вздохнул мистер Холлдор. — В конце концов, это всего лишь кража сумочки, которую уже отыскали. Мисс Эббет утверждает, что все на месте.

Шеф полиции взглянул на него исподлобья. Затем посмотрел на меня — сочувствующе.

— Мистер, прошу оставьте нас с мисс Рейнфрид. Мне нужно переговорить с ней с глазу на глаз. Если вы опасаетесь за ее сохранность — что очень странно в отделении полиции — можете наблюдать за нами через окно.

Он нехотя растянул губы в дежурной улыбке. А я достала из сумочки платок, чтобы обмахнуться им. В кабинете комиссара было слегка душно.

— Я не хотел бы... — осторожно возразил дворецкий.

— Выйдите, — надавил мистер Нэллад.

Уронил, кажется, негромко, но так твердо, что мужчина сразу встал с места и вышел. Но его строгая физиономия тут же появилась с другой стороны большого окна, за которым кипела жизнь обычного полицейского участка. Один полисмен опрашивал Сарику. Другой — Рону. Даже кучера вызвали — и он явно чувствовал себя здесь неуютно.

Да и мне стало слегка неловко под пытливым взглядом местного шефа.

— Итак, мисс Рейнфрид, — начал он, встряхнув листок протокола, который передал ему один из констеблей, бывших на месте поимки вора. — Скажите, как долго вы знакомы с мисс Эббет?

— Мы познакомились сегодня, — ответила я спокойно.

Но первый его вопрос уже меня насторожил. Зачем ему это нужно? Я всего лишь помогла попавшей в беду девушке!

— Хорошо, — комиссар вновь уколол меня внимательным взглядом.

Я отметила про себя, что он довольно хорош собой. Волевые черты, жесткий, чуть тяжеловатый подбородок, слегка наметившиеся морщинки у глаз, будто он имел привычку подозрительно прищуриваться. Радужка необычного цвета — с фиолетовым оттенком. Наверняка, у него наверняка немало поклонниц среди девушек и женщин его круга.

Но пока я не могла точно сказать, какой комиссар расы. Ни на кого из самых ярких представителей он не был похож. И в то же время он точно не обычный человек.

— Тут написано, что именно вы смогли отыскать след преступника и привели констебля туда, где он скрывался.

— Да, все верно, — я тихо сглотнула сухой ком в горле.

— Каким образом вам это удалось? — комиссар положил листок на стол.

— Если бы я знала! — мой смех вышел слегка напряженным. — Сначала я отметила, куда он побежал, а потом как-то само так получилось. Матушка всегда говорила, что у меня хорошая интуиция. И ваш констебль очень скромничает! Он же чуял след.

— Он утверждает, что не успевал толком его почуять. Вы принимали решение быстрее него, — голос мистера Нэллада звякнул сталью.

Вот и зря он показался мне приятным мужчиной! Такой под кожу залезет и вынет оттуда все, что ему нужно! Может, он вообще менталист: слышала, бывают и такие маги. Но они очень редкие.

Хотя с такими умениями он вряд ли сидел бы в обычном участке — уже наверняка дослужился бы до самой верхушки.

— Честно говоря, комиссар, — я промокнула выступившую над губой испарину, — не знаю, что ответить вам. Все произошло так быстро. Мне стало так жаль мисс Эббет. Наверное, мой энтузиазм решил большую часть задачи. Я как будто чувствовала, куда нужно ехать!

— Ясно, — разочарованно вздохнул Рой. Но мне он, кажется, совсем не поверил. — Дело как будто обычное, да?

Еще один взгляд-укол заставил меня внутренне вздрогнуть. Он как будто выводил на совсем не выгодную для меня откровенность. Пытался по моим фразам и реакции понять что-то важное.

— Я не работаю в полиции, комиссар, чтобы отличать обычное дело от необычного.

— Верно. И все же я поясню, почему все это кажется мне странным, — мистер Нэллад откинулся на спинку кресла. — Тот вор, которого с вашей помощью удалось так быстро поймать, принадлежит одному довольно влиятельному в Кальне синдикату.

— А такие здесь есть? — я вскинула брови. — При наличии столь доблестной полиции.

Моя лесть не удалась. Комиссар приподнял бровь — и следующие слова застряли у меня в горле.

— Поверьте, они есть везде, — он нахмурился, словно этот факт очень его злил. — И прикрываются самой разной деятельностью, чтобы отвлечь внимание от более важной. Поэтому их так трудно привлечь к закону, Так вот мне показалось странным, что участник этой группы рискнул попасться на таком мелком деле.

— Думаете, за этой простой кражей кроется что-то более крупное? — я слегка подалась вперед.

Не знаю почему его слова отозвались внутри острым всплеском любопытства. Никогда не замечала за собой тяги к расследованиям и выяснению чужих тайн.

— Боюсь, что да. Зачастую такие мелкие детали выдают причастность к очень серьезным махинациям.

— Тогда, думаю, вам стоит допросить не меня, а преступника, — поддела я комиссара. — Я только сегодня прибыла из-за океана. И еще не успела влиться в местные синдикаты.

Вышло немного кокетливо — но менять что-то было уже поздно. Похоже, Рой нежелательные интонации в моем тоне тоже расслышал, и его суровое лицо слегка смягчилось. Он даже усмехнулся:

— Я обязательно его допрошу. И, поверьте, гораздо более пристрастно, чем вас, — отложил протокол в сторону, но затем вернул обратно.

Как будто слегка терялся в моем присутствии. Что это с ним? Чары нимфиты давно уже должны были развеяться. Да и вряд ли такой человек легко попадается на женское очарование.

— Тогда зачем вы вызвали меня лично? — от его загадочного вида мне становилось все тревожнее. — Я всего лишь помогла девушке.

Мистер Нэллад встал и прошелся по кабинету, а затем остановился рядом со мной.

— Скажем так, мне стало любопытно, кто же оказался расторопнее моего сотрудника. Ликанита, между прочим! Я собирался подавать прошение о его повышении в ближайшее время. А вот теперь засомневался — не так уж он эффективен, получается. Совершенно обычная девушка справилась лучше.

Фиолет в его глазах стал немного ярче. Кто же он такой?

— Прошу вас, — я приложила ладонь к груди, решив подыграть ему. — Не стоит из-за одного только случая останавливать рост его карьеры. Это стечение обстоятельств.

— Возможно, — по губам комиссара скользнула улыбка. — К тому же, когда я вас увидел, решил предупредить. Кальн — не только древнейшая столица с прекрасной архитектурой. Не просто большой город, который открывает огромные возможности для каждого. У него есть и изнаночная сторона — и она не такая привлекательная.

— Хорошо, я буду иметь это в виду, — от его пытливого внимания мне хотелось скрыться все сильнее. И желательно — быстрее.

Пожалуй, в последние дни я слишком часто сталкиваюсь с настолько волевыми и влиятельными мужчинами. Нужно отдохнуть! Вот прибуду к тетушке и пару дней вообще из комнаты не выйду. Буду читать книги и смотреть в окно!

— Ну что ж, — сжалился комиссар. — Тогда подпишите протокол с вашими показаниями. Вы точно ничего не хотите добавить?

— Точно, — уверенно отрезала я.

Быстро пробежалась взглядом по листку, который он подвинул ко мне ближе, проверила, что все с моих слов записано верно, и поставила подпись в нужной графе. Затем встала, собираясь уходить, но вышло слегка неловко — мы с комиссаром оказались слишком близко друг к другу. А он не успел вовремя сделать шаг назад, чтобы увеличить расстояние между нами.

— Вы совсем расстроились, — Рой улыбнулся, продляя миг, когда я не знала, куда себя деть.

— Вовсе нет! — я решительно щелкнула застежкой ридикюля. — Просто, наверное, вы привыкли запугивать людей. Чтобы воззвать к их совести.

— Я и не думал пугать вас, — воскликнул мистер Нэллад. — Просто не хотелось бы, чтобы такая... гхм... чистая и отзывчивая девушка попала в неприятности из-за своей доверчивости и жажды справедливости. Будьте внимательнее.

— Спасибо, — я криво улыбнулась, — Вы прямо спустили меня с небес на землю. Теперь я могу идти?

Комиссар отступил, пропуская меня мимо себя. Я сразу пошла к двери, на ходу пытаясь заправить за ухо раздражающую прядь.

— В случае чего вы всегда можете обратиться ко мне, — донеслось мне в спину. — По любому вопросу.

Я выдохнула и покинула кабинет комиссара. Хватит на сегодня приключений.

Лестер Этелхард

Дороги в городе сегодня были почти свободны, поэтому до конторы Лестер с братьями Адлардами добрался быстро. Букмекерское отделение уже было открыто, и работа в нем кипела. Популярность магических боев и состязаний возрастала с каждым месяцем. Люди охотно делали ставки — кто из чистого азарта, а кто — из желания заработать.

— Как ты и просил, мы пустили слух о том, что скоро состоится крупный турнир, приуроченный к Светскому сезону, — отчитался Ханк, который заведовал букмекерскими делами. — Горожане уже спрашивают, когда станет известен список участников, чтобы определиться, на кого ставить.

— Для начала нам нужно сформировать этот список. Но у нас не хватает нескольких участников младшей лиги.

Лестер поморщился. Достойных магов и тем более тех, кто был бы годен к состязаниям, находилось не так уж много.

— Цуркан Зетенс отказался участвовать, — добавил Имон. На нем лежала часть задач по подбору бойцов.

— Ах, ну да, он же считает, что уже достаточно силен, чтобы выйти в стреднюю. Почему тогда проиграл пять последних боев? Не знаете, случайно?

— Потому что спотыкается о свое самомнение, — хмыкнул огрит.

— Вот именно. Не нравится в младшей лиге, пусть проваливает. Найдем более эффективного и зрелищного бойца.

На ходу здороваясь с женщинами, которые в надежно защищенных комнатах принимали ставки, они прошли через первый этаж до лестницы и поднялись в приемную. Здесь даже братьям Адлардам запрещалось что-либо трогать. И секретарь Риара — эльфита в таких годах, что сама толком не помнила — относилась к этому строго. Гоняла всех любопытствующих далеко от двери кабинета.

— Добрый день, мистер Этелхард! — она радостно подскочила с места, словно молоденькая, как только увидела его. — Наконец-то вы приехали! Я так устала от этих оболтусов! С вами порядка гораздо больше!

Она с укором посмотрела на Имона, который сразу состроил недоумевающий вид.

Лестер взял миссис Ар'анук на работу из старой конторы дяди, которая досталась ему в наследство. То, как эльфита выполняла свои обязанности, его полностью устраивало.

— Я тоже рад вас видеть, Риара, — он улыбнулся, открывая дверь. — Как поживает Барнаф?

— Ворчит, как всегда, — она махнула рукой. — Говорит, что мне нужно меньше времени уделять работе и больше ему.

— Ну уж нет! — Лестер закатил глаза. — Что я буду без вас делать? Передайте Барнафу, что пойти на это я никак не могу.

Секретарь гордо усмехнулась — она и сама считала, что без нее «молоденький дракон» совсем пропадет. А он не разуверял ее в этом — так она работала с большим рвением.

Лестер пропустил братьев в кабинет и зашел следом.

— Дышать-то тут хоть можно? — ехидно выдал Имон, оглядывая идеальный порядок кругом.

— Только осторожно, — ответил тем же Лестер. — Так что с кандидатами? Есть достойные?

— Я отобрал нескольких, — старший Адлард с важным видом уселся в кресло. — Но ты должен сам посмотреть. Парочка из них очень перспективные. Можно запускать с младшую лигу. Но на самые легкие бои. Возможно поставить их в спарринг друг с другом.

— Они совместимы по магии?

— Вполне.

— Тогда пригласи их. На утро. Я посмотрю, — кивнул Лестер. — От тебя, Ханк, жду отчетов о доходах от последних боев.

— Да все отлично, Тер, — младший махнул рукой. — Бумаги уже у Риары.

— Что насчет дома Брорнаредов? — Лестер выложил на стол привезенные из Дорвера бумаги. — Мистер Яспер нашел лазейку, чтобы я мог его выкупить?

Братья переглянулись.

— Знаешь, твой юрист не слишком-то перед нами отчитывается. Но он заезжал недавно. И намекнул, что дело непростое. На Брорнареде большие долги, содержать поместье ему не на что. Но на аукцион дом пока не выставляют, — быстро выложил Имон. — К тому же ходят слухи... Благодаря старым связям отца, Армэль тянет время. Надеется во время Светского сезона найти себе богатенькую невесту. И с ее приданого закрыть долги.

— Этот смазливый хлыщ точно ее найдет, — фыркнул Ханк. — Девицы таких любят. А аристократы умеют быть обходительными, когда им это надо.

— Значит, — вздохнул Лестер, — мне придется разрушить его матримониальные планы.

— Все настолько серьезно? — Ханк приподнял густые брови. — Зачем тебе именно поместье Брорнаредов? Эта махина, которую не прокормишь?

— Мне тоже интересно, — поддакнул Имон. — Мы проверяли. На торгах есть дома не хуже — бери хоть сейчас. Они прекрасно подойдут для Боевой школы. Много комнат, просторные дворы...

— Мне нужно поместье Брорнаредов. Считайте, это мое наследственное право, — Лестер опустил взгляд в первый попавшийся листок, чтобы сделать занятой вид. Иначе от близнецов не отмашешься и до конца дня.

— Что-то не припомню, чтобы Этелхарды когда-то владели этими землями, — Ханк оперся локтем на край стола и заглянул ему в лицо. — Ваши владения совсем в другой стороне.

— Это было очень давно. Ты даже не представляешь, сколько мне пришлось поднять старых документов. И сколько архивной пыли я проглотил за это время.

— Рассказал бы хоть. Нам же интересно, насколько глубоки корни твоего семейства. Неужели они древнее наших? — Имон усмехнулся.

Да, род Адлардов считался одним из самых древних в королевстве. Деды и прадеды братьев были особами, приближенными ко двору. А отец заседал в городском Совете Кальна.

Как же он был зол, когда оба сына после окончания престижной Королевской военной академии предпочли работу с Лестером — службе в элитном гарнизоне при дворце! Оттуда при том же рвении они скорее достигли бы высокого положения и солидного жалования.

Но дружба для них оказалась важнее министерских чинов в будущем. И они с радостью влились в открытое Лестером дело.

— Ты даже себе не представляешь, насколько, — Лестер дернул бровью.

— Да ну! Ваши мелкие драконы еще по земле ползали, когда наши предки-огры кушали их на завтрак.

— Если вы заговорили о еде, вам пора обедать.

— Кстати, это мысль. Ты еще не проголодался? — Ханк похлопал себя по плоскому, крепкому животу.

— Позже. Пока нужно кое-что решить. Поезжайте без меня.

Братья развели руками и быстро уехали — наверняка в свою любимую ресторацию неподалеку. Там и порции побольше, и хозяин — огрит, который очень уважал своих высокородных постоянных гостей.

Лестер перебрал все документы о прошедших в Ринуане и Дрорвере боях. Подготовил бумаги для отправки юристу и для уплаты налогов — он всегда старался, чтобы его бизнес был прозрачным и законным. Престиж в этом деле значит многое. Подпольные и мусорные бои — не его уровень. Более того, ему удалось вытащить из этой ямы нескольких очень умелых бойцов, которые стали звездами в своей лиге.

Когда Лестер поднял голову, оказалось, за окном уже вечер. Риара в очередной раз заглянула в кабинет и уточнила, не хочет ли он хотя бы чаю.

— Нет, я уже уезжаю, — он встал и, разровняв стопку бумаг, убрал их в ящик под ключ.

— И куда же? — ахнула секретарь. — У меня для вас еще отчеты от Ханка. Я проверила их — там все в порядке. Но вам тоже стоит взглянуть, чтобы быть спокойным.

— Посмотрю завтра, — он накинул снятый со спинки кресла жакет и, улыбнувшись Риаре, вышел из кабинета. — Закройте за мной!

Целый день одна мысль не давала ему покоя. Вернее, много мыслей, которые сходились к одной и той же девушке. Казалось бы — обычная домашняя скромница, которую родители воспитали без права лишнего слова. Ее наверняка готовили в жены кому-то из влиятельных и обеспеченных людей — за этим она и приехала в Кальн на Светский сезон.

Лестер ощущал глубокую загадку, которую она в себе хранила, и ему до зуда хотелось ее разгадать. В памяти чаще всего всплывал тот миг, когда он взял ее руку в свою. Она высвободилась быстро и слишком нервно. И может быть, это было игрой воображения, но Лестер на полмига ощутил удивительный отклик спящей магии внутри.

Как будто так и не пробудившийся дракон в нем вздрогнул и приподнял голову.

Сейчас все было как обычно. Но память о том случае засела накрепко и требовала приокрыть эту тайну. Если она существует, конечно.

Он сел в в экипаж, который по его приказу пригнали к крыльцу конторы, и отправился к одному давнему знакомому. Лестер знал комиссара Нэллада со времен учебы в Академии. Тот был одним из лучших на своем курсе.

Всего за несколько лет Рой дослужился до комиссара участка — и впереди его ждали самые радужные перспективы.

Сегодня в отделении Южного округа было как-то особенно шумно. Констебли бурно обсуждали некую новость — но из обрывков фраз Лестер совсем ничего не понял. Кивая на приветствия, он сразу дошел до кабинета Роя и, постучав, вошел.

— Тер! — тот сразу встал и приветственно раскинул руки. — Ты уже вернулся? Как быстро пролетело время!

— Только сегодня. Но я к тебе ненадолго. У меня есть одно небольшое дело, в котором ты мне очень быстро сможешь помочь.

Лестер остановился у стола комиссара.

— Ты же знаешь, я всегда готов помочь, — Рой сел и жестом пригласил Лестера сесть тоже.

— Мне нужно узнать, где живет одна девушка. Она сегодня приплыла на магоходе «Нертал». Должна поселиться у родственников, я так полагаю. Но их фамилия мне не известна.

— А как девушку-то зовут, ты знаешь? — усмехнулся Рой.

— Это — знаю. Клэрис Рейнфрид.

Показалось, с губ комиссара на миг сползла приветливая улыбка. Но быстро вернулась. Он дернул тугой воротник рубашки и откинулся на спинку кресла.

— Неужели она настолько тебе приглянулась? — он протянул руку и взял со стола белоснежный, отделанный кружевом платок. Странная вещь для мужчины.

И прежде чем Рой убрал его в ящик стола, Лестер успел разглядеть на нем вышитые инициалы. В груди сразу тревожно подпрыгнуло.

— Все может быть. Сейчас достаточно того, что на меня заинтриговала, — ответил он спокойно. — Ну так что, поможешь?

— Конечно, — Рой черкнул имя девушке на листке. — Я сообщу, когда информация по ней будет готова.

Глава 5

Клэр

После разговора с комиссаром Нэлладом мне еще пришлось дожидаться, когда возьмут показания у мистера Холлдора, кучера и Роны. Особо придирчиво констебли допрашивали мисс Эббет. Она отвечала спокойно и взвешенно — я видела ее лицо через окошко кабинета, где она все рассказывала одному из офицеров.

Слова комиссара не давали мне покоя — теперь казалось, что танцовщица и правда влипла в какие-то неприятности. Но это не мое дело, верно? И своих проблем хватает! Еще не известно, куда они меня заведут.

Скоро нас отпустили, но к дому Таркеттов мы добрались только к вечеру. Еще на подъезде я хорошенько его разглядела. Солидный двухэтажный коттедж хорошо было видно издалека — от самого поворота широкой улицы. Высокое крыльцо ярко освещали установленные на постаментах фонари, из арочных окон лился мягкий желтоватый свет.

Похоже, дом построили совсем недавно, и он значительно выделялся среди других построек на улице. А Таркетты любят размах! Впрочем, как и маменька — видимо это у них семейное.

Дворецкий, который уже устал ворчать, молча удалился в боковую дверь для слуг, которая скрывалась под крыльцом. И тут же к нам вышли два крепких лакея. Без лишних разговоров они принялись вынимать с запяток экипажа мои чемоданы. Рона потихоньку руководила ими.

— Осторожнее! Не трясите так! — хлопотала она. — Не уроните.

Мужчины терпели и только косились на нее с легким неодобрением.

В это время на крыльцо выбежала статная немолодая женщина в сдержанном домашнем платье. За ней вышел плотный, но крепкий и бодрый на вид мужчина.

— Клэр! Дорогая Клэр, — принялась причитать она. — Что случилось? Почему вы так долго? Мы уже не знали, что делать! Я отправила лакея в порт, чтобы он выяснил, прибыл ли «Нертал»! Я уже собиралась ехать в полицию!

Она схватила меня за руки и энергично их встряхнула.

— В полиции мы уже были, — я улыбнулась. — Здравствуйте, тетушка!

Она проворно притянула меня к себе и попыталась поцеловать в щеку, но я мягко увернулась.

— Не люблю эти нежности, простите! — пояснила уверенно.

Аделла покачала головой.

— Молодые люди сейчас такие отстраненные! — она страдальчески закатила глаза. — От сына тоже сроду не дождешься лишнего поцелуя в щеку. А я ведь столько для него сделала. Ты слышишь, Элиот?

Тетушка повернулась к мужу, который так и стоял за ее спиной, не проявляя ко мне особой теплоты и приветливости. На фоне своей хлопотливой супруги он выглядел медлительным и задумчивым. Он лишь поздоровался со мной и решил, что этого хватит.

— Слышу-слышу, — ответил размеренно. — Ты ведь повторяешь это каждый день! Считаю, уже то, что наш сын продолжает жить в этом доме со своей женой, в полной мере выдает его привязанность к тебе.

— Ничего ты не понимаешь! — Аделла махнула на него рукой. — Ну что же мы стоим на крыльце! Ужин уже давно готов. Ждем только тебя, дорогая!

Мы вошли внутрь, и тетушка сразу повела меня через просторный, чуть пустоватый холл к широкой лестнице, которая вела на второй этаж. Я даже прищурилась от блеска огромной хрустальной люстры, которая нависала над головой, как угроза. Казалось, такую махину не выдержит ни одно крепление.

— Я провожу тебя в комнату, — продолжала без умолку трещать Аделла. — Переоденешься, и сразу спускайся в столовую! Ты, наверное, голодная! Какой кошмар! И что значит, «были в полиции»? Что случилось? Расскажет мне кто-нибудь?

Учитывая, что с тетушкой я осталась одна и она не давала мне вставить и слово, рассказать о том, что произошло по дороге из порта, было очень проблематично. Но наконец Аделла замолчала, и я вкратце пересказала ей суть нашего неожиданного приключения.

Тетушка даже остановилась, так и не открыв дверь, за ручку которой взялась.

— Ты с ума сошла?! А если бы это оказалось опасным! Прошу тебя, больше даже не приближайся к подозрительным людям и не встревай в сомнительные события! В конце концов, Амелин отправила тебя сюда совсем с иной целью! Ты должна сохранять вид благочестивой молодой леди, а не разбойницы, которая гоняется за... за...

Тут ее мысль дала сбой и, недосказав, за кем же обычно гоняются разбойницы, она вздохнула. А я не стала ничего возражать. В этом споре мне точно не победить.

К счастью, Аделла скоро оставила меня одну со строгим наказом не задерживаться! Рона пока не приходила — видимо, знакомилась с местными слугами и размещалась в своей комнате. Позже расспрошу ее, как она устроилась.

Я наугад распаковала один из своих чемоданов и вынула оттуда подходящее случаю платье. Не стоит еще больше расстраивать тетушку своим неподобающим видом. Умывшись и кое-как переодевшись без помощи камеристки, я взглянула на себя в зеркало.

Щеки раскраснелись, а на лбу выступила испарина. Уф! Жарковато! Справиться в одиночку с неудобным платьем в очередной раз оказалось непростой задачей. Я открыла ридикюль, чтобы достать оттуда платок — другой искать было лень — но обнаружила, что его там нет.

Видимо, выронила в участке. Как обидно!

Но что ж, пора познакомиться с остальными родственниками. И посмотреть, кто из них окажется наиболее полезен.

Все уже ожидали меня за столом. Судя по недовольному лицу Элиота, моя задержка его немало раздражала. Похоже, троюродный дядюшка не слишком-то рад моему приезду. Да я и сама не в восторге, правду сказать. Все эти светские хлопоты мало меня интересовали.

По правую сторону от Элиота сидел молодой мужчина — ровно того возраста, когда мужчин вообще перестают называть юношами — холеный, весьма самодовольный, но, кажется, беззлобный. Он оглядывал меня с приветливым любопытством. Напротив него сидела хрупкая рыжеволосая девушка в голубом, закрытом до самого подбородка платье. Она часто хлопала ресницами и слегка улыбалась, как будто в ее голове в этот миг крутились самые хитрые мысли. Наверняка ей хотелось с кем-то ими поделиться, но она сдерживалась только из вежливости к старшим.

— Очень рад встрече! — мужчина встал и учтиво наклонил голову. — Фелан Таркетт. Сын этих двух тиранов.

Он кивнул в сторону родителей.

— Фел! Что это вообще такое? — сразу возмутилась Аделла.

— Ну а что? — Элиот пожал плечами. — В чем-то он прав.

— А это моя супруга — Морвенна, — как ни в чем не бывало продолжил Фелан.

Девушка лучезарно улыбнулась и сразу защебетала, как будто ей дали на это безмолвное разрешение:

— Я уже слышала, какая невероятная история приключилась с вами по пути сюда! Вы что же, и правда вернули сумку Сарике Эббет? — она взглянула на мужа так, словно хотела, чтобы он разделил ее восхищение.

— Так вышло, — я села на учтиво придвинутый для меня лакеем стул. — Сама не ожидала, что все обернется именно этим.

В стоящей передо мной тарелке, словно по волшебству, появилась еда: овощи и ароматное мясо. И тут я поняла, насколько проголодалась! Вести какие бы то ни было разговоры сразу расхотелось, но Морвенна, кажется, еще не закончила обсуждение событий сегодняшнего дня.

— Это просто удивительно! — она без интереса повозила вилкой в своей тарелке. — Сарика Эббет — звезда кабаре « Красный фламинго». На ее выступления всегда собирается полный зал. Я видела его только однажды и была очень впечатлена.

— Да-а, — протянул Фелан, словно заправский ценитель. — У нее куча поклонников. И билеты в дни ее выступлений всегда дороже обычного.

— Сарика подарила мне две контрамарки, — между делом упомянула я.

Чем привела более молодую часть слушателей в полный восторг.

— Вот это удача! — Морвенна совсем позабыла про ужин. — Наверняка, выступление в честь открытия Светского сезона — это и вовсе что-то грандиозное!

Да-да — сразу подумалось мне — как и все, что связано с этим самым Светским сезоном. Что ни упомянешь рядом с этим словосочетанием, так все обязательно «грандиозное», «небывалое» и «потрясающее».

— Так может, вы составите мне компанию? — я поняла на Морвенну взгляд. — В этом не будет ничего предосудительного. Вы, можно сказать, мои родственники.

— И речи быть не может! — отрезала Аделла. Ну надо же, столько молчала, что я уже подумала было, что ей все равно. — Посещать такое заведение девице неприемлемо!

— Разве с сопровождением тоже? — это положение возмущало меня все больше.

Думала, хоть здесь часть строгих правил, которыми меня мучили дома, перестанет иметь вес.

— Нежелательно, — чуть менее уверенно добавила тетушка. — Это удар по репутации.

Ох уж мне эта репутация! От этого слова меня скоро начнет тошнить!

— Послушайте мать и оставьте глупые затеи! — вставил Элиот свое веское слово, едва оторвавшись от еды.

— Да! — облегченно подтвердила Аделла. — Клэр, тебе лучше подумать о том, что скоро в зале нашей самой крупной гостиницы будет проходить благотворительная ярмарка!

— Наверняка «самая грандиозная» — в честь Светского сезона, — невинно предположила я.

Тетушка скривилась, расслышав в моем голосе явную иронию.

— Тебе достаточно понимать, что на ярмарке соберутся все видные аристократы города. Особенно женщины, конечно. Через знакомства с ними можно добиться и более престижных приглашений на приемы. К сожалению, участвовать в ярмарке ты не сможешь. Но зато у тебя будет возможность там прогуляться, что-то купить и хотя бы мелькнуть на глазах у нужных людей.

— Невероятная честь, — вздохнула я.

Честно говоря, больше мне хотелось побывать на представлении в кабаре, чем на сборище степенных матрон. И пусть оно носит самый благородный характер. Впрочем, нужно понимать, что это и правда будет мне полезно. Среди женщин всегда ходит много слухов. Может, удастся узнать что-то важное.

— Хорошо, — согласилась я, не желая вступать в дальнейшие ехидные пререкания.

Морвенна переглянулась с мужем, а затем склоунилась к моему уху.

— Мы обязательно сходим в кабаре! — шепнула заговорщицки. — Миссис Таркетт об этом не узнает!

Лестер Этелхард

Первое после возвращения в Кальн утро сложно было назвать добрым. Почти всю ночь Лестер маялся от странного зуда под кожей. Там, где тело обвивало магическое изображение дракона.

Надо же! Столько лет он никак его не беспокоил — существовал, как обычный рисунок, который наносят из прихоти или ритуальных соображений. Лестер даже перестал обращать на него внимание. А сегодня то и дело просыпался от явственного ощущения, что по нему кто-то ползает. Неприятно, знаете ли!

К тому же, как только Лестер открывал глаза, в голову сразу лезли мысли о странном и тревожном поведении Роя Нэллада в последнюю их встречу. Уличить друга было не в чем — все это только подозрения. Однако как бы не пришлось искать Клэрис Рейнфрид другими силами.

Но наконец ночь закончилась. И обрадоваться бы, что проявившийся в виде татуировки, но так и не оживший дракон наконец дал о себе знать. Но отчего-то сейчас это вызывало только опасливое недоумение.

— И что тебе надо? — Лестер взглянул в свое отражение после умывания. — Только не говори, что я просто двинулся умом.

Дракон без пререканий исполнил просьбу и действительно ничего не сказал. Впору подумать, что это был какой-то дурацкий сон.

Пока Лестер ходил по дому, пытаясь собраться с мыслями и хоть как-то взбодриться после беспокойной ночи, камердинер распорядился на кухне насчет завтрака.

— Какие у вас сегодня планы, мистер Этелхард? — поинтересовался он буднично, не прерывая чистку развешенного на плечиках сюртука.

— Нужно заехать в тренировочный зал, — ответил тот, пытаясь одновременно с этим выпить кофе, не облившись, и прочитать самые важные новости в утренней газете. — Имон обещал показать мне перспективных бойцов. Что-то я сомневаюсь... Ты представляешь! Вензос купил очередной банк! Этого следовало ожидать, но я не думал, что так скоро.

— Мелким конторам сейчас сложно выживать, — флегматично ответил Брон. — Вы знаете это, как никто другой.

Лестер хмыкнул. В свое время он и сам выкупил несколько небольших букмекерских бюро. Их доход все равно был смешным, но они занимали необходимые ему в те времена места на рынке. А он хотел держать ставки на боях под контролем. Сейчас ему принадлежала большая часть этого бизнеса. Остальным приходилось покупать у него права, чтобы поставить свои столы на крупных состязаниях.

— Знаю. За всем приходится следить. Иначе может случиться так, что тебя проглотит кто-то более прожорливый.

— Все верно, — кивнул камердинер. — Но вам это не грозит. Какой жилет наденете сегодня?..

Решив все важные, по мнению Брона, вопросы с одеждой, Лестер выехал из дома. Поутру улицы еще не были загружены повозками, поэтому до недавно отстроенной Арены он добрался в мгновение ока.

В темноватом холле было пусто. Только из-за двери тренировочного зала слышался спокойный разговор. Но Лестер еще не успел войти, как его встретил Имон.

— Ты рано! — грянул так, что под потолком брякнула массивная люстра. — Один кандидат уже пришел. Другой вот-вот будет.

— Значит, пока посмотрим того, который оказался пунктуальнее.

На ходу снимая жакет, Лестер вошел в зал. На краю огороженного ринга сидел коренастый, но все же довольно высокий для своей расы дворфит. Взглянув исподлобья, он сложил крепкие, словно два полена, руки на груди.

— Доброго утречка, мистр Этелхард, — бросил небрежно.

Как будто уважительное обращение к кому-либо было для него в новинку.

— Доброе утро, мистер. — Лестер взглянул на Имона, а тот молча сунул ему в руки тонкую папку. Видимо, с собранным на кандидата досье. — Мистер Ургаф Кар'умун.

Он слегка запнулся на фамилии дворфита. Язык сломаешь с непривычки!

— Просто Ургаф, — фыркнул тот.

— Что ж, посмотрим, на что вы годитесь!

— А как смотреть-то будете? Вон там, — мужчина указал взглядом на папку, — все написано. А второй не пришел. С кем я в спарринг встану?

Лестер демонстративно огляделся. Можно было бы поставить с ним Имона — тот никогда не откажется помахать кулаками и зарядить противнику промеж глаз магически усиленным приемом.

Но Лестер немного поразмыслил, бросил бумаги на стол и принялся снимать одежду до пояса. У дворфита округлились глаза, как будто до этого мига он искренне считал, что «главный» не станет мараться и утруждать себя тренировками.

Имон тихо хмыкнул, наблюдая за тем, как друг стягивает через голову рубашку.

— Ты давно на ринг не выходил, — между делом заметил он. — Поломает тебя.

— Будешь высказывать сомнения насчет меня в присутствии кандидатов, я тебя сам поломаю, — раздраженно огрызнулся Лестер.

Имон капитулирующе вскинул руки.

— Как хочешь. Мое дело предупредить.

Стоило признать, в чем-то огрит был прав. В последнее время Лестер ввязывался в спарринги не так часто, как раньше. Но сегодня ему было не до размышлений о том, чем все это грозит. Его переполняло такое непривычное раздражение, что поскорее куда-то его выплеснуть. Почему бы не на этого самоуверенного дворфита, который наверняка уже видел себя звездой грядущих состязаний?

Обнажившись достаточно, чтобы одежда не стесняла движений, Лестер поднялся на ринг. Ургаф ждал его, пружинисто подпрыгивая и встряхивая руками — перед боем магическую энергию всегда нужно разогнать. Судя по всему, он знал это очень хорошо.

Опыт боев у коротышки явно немалый, и вряд ли они были легальными.

— Надо ж, — бодро заметил дворфит. — А вы и правда саркан. Иссигнами меня бить будете?

Лестер покачал головой, медленно приближаясь к противнику. Кое-какими древними сарканьими заклинаниями он владел — особенно хорошо теми, которым обучили в Академии. Он продолжал исследовать их и теперь, ища ответ на главный вопрос — как заставить своего дракона расправить крылья.

Его иссигны действовали почти так же сильно, как у пробужденного ящера. Но в схватке, подобной этой, пользоваться можно было только определенным списком самых безопасных.

— Буду, если придется. Но вы же опытный поединщик. Должны быть готовы.

— А я готов! — Ургаф подмигнул ему.

Он резко опустил руку, и, вспыхнув синеватым проблеском, в ней тут же появилась призванная дубина. Она призрачно мерцала и уплотнялась. По сути — это сгусток магической силы, но выглядело оружие почти как настоящее.

А Ургаф явно знает толк в развлечениях! Подобные заклинания доступны только дворфитам, а такие сильные — далеко не всем из них.

— Будем считать, я впечатлен, — Лестер принял боевую стойку. — Только не стоит выкладывать все секреты перед противником в начале схватки.

Он шагнул вперед и, набрав в грудь воздух, резко вытолкнул его из легких вместе со связкой отрывистых заклинаний.

От ударной волны опрокинулся один из расставленных в зале стульев. Имон успел закрыть уши ладонями, но не удержался — сделал шаг назад.

Дворфита отбросило в угол ринга. Громко выругавшись, он встряхнул рукой, из которой сразу пропало призванное оружие. Ему повезло, что удар иссигна не вывел ее из строя сразу. Могла вовсе онеметь и повиснуть плетью.

Так и было бы, обладай Лестер полными силами саркана.

Но Ургаф быстро собрался после первой неудачи и, довольно крякнув, просто кинулся вперед. Словно молоты, выбрасывая кулаки в череде ударов, он обрушился на Лестера. Тому пришлось уйти в оборону, быстро выставляя перед собой предплечья, окутанные наручами магической защиты.

Усиленные атаки болезненно врезались в заслон, почти достигая тела. Дворфит был значительно ниже Лестера ростом, но его кости были крепче и шире, кулаки постоянно метили в корпус с самых неожиданных сторон.

Защищаться было неудобно, приходилось тратить время на изучение противника и попытки под него подстроиться. Пару раз Ургафу удалось достать Лестера, игнорировав щит. Гордость недовольно взбрыкнула, придав ему недостающей злости.

Он отогнал от себя упертого коротышку и пошел в наступление.

В целом техника дворфита оказалась не самой сложной. Он тратил слишком много магии, стараясь измотать противника, и не задумывался о том, на каких резервах будет заканчивать бой. Отбиваясь по необходимости и атакуя, чтобы соперник не расслаблялся, можно было успеть набраться сил для нового иссигна.

Ургаф заорал от неожиданности и боли, когда кожа Лестера покрылась твердой, горячей, как тысячи раскаленных стальных пластин, чешуей. Эффект был недолгим. Без пробужденного дракона поддерживать такую защиту слишком затратно.

Но ошарашить противника удалось. Дворфит ободрал костяшки, заплясал на месте, встряхивая кисти рук и бранясь на чем стоит свет. Но в этом был и один минус: он стал умнее.

Еще одно дворфье заклинание — и его пострадавшие кулаки облачились в призванные перчатки.

Тяжелыми шагами Ургаф кинулся обратно. Умудрился увернуться от простенького оглушающего иссигна и, словно тараном, уронил Лестера на спину. В плече что-то подозрительно хрустнуло.

— Назад! — рявкнул Имон.

Лежачих не бьют — это верно.

Лестер вскочил на ноги, дворфит приготовился, и они схлестнулись, стараясь продавить соперника и заставить отступить. Никому не хотелось проиграть — в какой-то миг они оба, кажется, позабыли о том, что бой ненастоящий — показательный.

Потея и отбивая друг другу бока, они кружили по рингу. Пробуя излюбленные заклинания, не жалея магических ресурсов. Имон едва не сорвал голос, пытаясь докричаться до них и остановить поединок.

Первым разум вернулся к Лестеру. Он отшвырнул от себя дворфита и выставил руку вперед.

— Хватит!

— Сдаешься? — рыкнул Ургаф, азартно скалясь.

— Нет, просто я понял все, что мне нужно.

— Чокнутые... — выдохнул Имон.

Он провел ладонью по коротко остриженным волосам и сел, едва не попав мимо стула.

Теперь только они услышали, как в дверь зала стучат. Если это пришел второй кандидат — то он вел себя удивительно робко. Обычно такие наглые самоуверенные типы, как Ургаф, захотят, открывая дверь с ноги.

А другим на ринге не выстоять.

— Да войдите уже! Что за?.. — раздраженно рявкнул огрит.

Все одновременно повернулись к вошедшему. Но это оказался совсем не тот, кого они ожидали увидеть.

— Д-доброе утро! — икнув от волнения, пробормотал молодой парень-ликанит и прошел дальше.

Тот самый Джосс Лиярт, которому Лестер подарил свою визитку на борту «Нертала». Быстро он прибежал — видимо, чтобы о нем не успели позабыть. Парень оглядел всех, и его глаза расширились — но не от страха, а восхищения. Мальчишки часто представляют себя на месте самых известных бойцов и являются самыми ярыми поклонниками такого зрелища.

— Здравствуй, Джосс, — Лестер взял протянутое ему Имоном полотенце и вытер лицо. — Вижу, тебе не терпелось посмотреть на зал, где тренируются лучшие бойцы? Сегодня они придут позже.

— Кто это такой? — нахмурился огрит.

— Так вы берете меня, нет? — напомнил о себе Ургаф. — Я ж не зря тут выкладывался, можно сказать, по- полной?

— Беру, беру! — махнул на него рукой Лестер. — Сегодня вам нужно съездить в контору и подписать необходимые документы. Завтра — на полноценную тренировку. Будем решать, с кем поставить в поединок, чтобы не разочаровать зрителей.

— Да хоть с кем! — самодовольно усмехнулся дворфит. — Я любого...

— Вот и решим, — перебил его Лестер. — И, кстати, излишняя самоуверенность вредна. Из-за нее многие застревают в младшей лиге дольше, чем рассчитывали. Советую подумать над этим до завтра!

Ургаф фыркнул и, покосившись на скромно стоящего у двери ликанита, вышел.

— Крепко ты его, — хмыкнул Имон. — Я в тебе ошибся.

— Спасибо, что иногда понижаешь мою самооценку.

Лестер хлопнул его по плечу и, натянув рубашку на слегка влажное после боя тело, вновь повернулся к мальчишке.

— Так зачем ты пришел? Поглазеть? Как тогда, на корабле?

— Нет. Я подумал... — Джосс вздохнул. — Подумал, вы пригласили меня.

— Сразу в боях участвовать? — Лестер рассмеялся.

Имон поддержал его зычным хохотом.

— Ты вообще ребят из младшей лиги видел? — пальцем он вытер выступившую слезу. — Да такие, как этот дворфит, в лепешку тебя расшибут в первые минуты боя.

— Ладно-ладно! — Лестер покосился на него. — Не пугай мне тут будущую звезду арены. Многие из успешных бойцов начинали тренировки как раз в его возрасте. А кто-то и раньше.

— Я дрался на улицах! — выпалил ликанит так, будто это было преимуществом.

— А вот это плохо! Такие бои бесполезны. И вообще — родители знают, что ты тут? Если ты хочешь начать тренироваться, я должен с ними поговорить и получить их одобрение.

Имон покачал головой и тихо сказал Лестеру:

— Ладно, вы тут болтайте. Если что, я наверху. Надо отыскать этого. второго. Куда он запропастился?

Мальчик проводил его полным опаски взглядом. Здоровый огрит на кого угодно мог навести страх. А когда они появлялись вместе с братом — одного их вида могло хватить, чтобы любой противник дал деру.

Джосс молчал и явно тянул время.

— Значит, родители не знают... — вздохнул Лестер. Он вышел из зала и быстрым шагом обошел холл. Из темного закоулка под лестницей достал солидный, плотно набитый вещами рюкзак. — Что это?

Глаза ликанита забегали.

— Я подумал...

— Значит, родители против. И более того — ты сбежал, — Лестер со всего размаху швырнул сумку в него. Парень ловко поймал ее и даже не пошатнулся. — Думаешь, мне нужны проблемы, когда они заявят, что я тебя похитил? А ну, пошел вон отсюда!

Джосс отступил, мотая головой, но не ушел. А затем сел на ступеньку и, обняв свои пожитки, понурился.

— Нет у меня тут родителей! Я один приплыл!

— Врать мне еще будешь! С чего вдруг родственникам отпускать тебя через океан, в другое королевство? — Лестер отвернулся, показывая, что собирается уходить.

Мальчишке лучше рассказать ему правду прямо сейчас. Иначе после будет поздно, и жалостливые оправдания не помогут!

— Мои родители уплыли сюда много лет назад. Я еще маленький был. Так и запомнил — в Кальн. От них сначала приходили письма. Мало. Всего пара за почти год. А потом — совсем ничего. Они оставили меня с дядей. Сказали, заберут, когда обустроятся. Искали новых возможностей. Тут их родина. А жизнь в Ринуане не сложилась. В общем. Я накопил денег — помогал дяде с работой. И уплыл. Он не хотел меня отпускать.

Слушая его, Лестер медленно сел рядом. Мальчик выглядел мрачным, но не подавленным — значит, он уверен в том, что поступил правильно. И не боится.

— И где ты остановился после того, как сошел на берег?

— Снял комнату. Я уже достаточно взрослый, чтобы о себе позаботиться! — заметил Джосс гордо. — Но... у меня не так много денег... И я подумал, что, может быть, вы дадите мне какую-нибудь работу. Я могу исполнять поручения! Помогать где угодно!

— Значит, ты хочешь отыскать родителей. Верно?

Джосс немного по-детски шмыгнул носом и кивнул.

— Это тоже. Если получится. Я просто хочу понять, что с ними случилось.

— И тебе не жаль дядю, который заботился о тебе?

— Я оставил ему письмо. Он... поймет.

Не поймет. Если мальчишка был дорог ему, он будет волноваться и корить себя за то, что случилось.

— Хорошо, — Лестер хлопнул себя по колену ладонью. — Я возьму тебя на работу. И напишу твоему дяде письмо, чтобы он получил хоть какие-то вести о тебе и понял, что ты под присмотром. С завтрашнего дня приступаешь. Не жди, что я сразу сделаю из тебя чемпиона. Начнешь с малого. Мне надо к тебе присмотреться. Но, если я хоть что-то понимаю в бойцах, из тебя выйдет толк.

Глава 6

Клэр

Давать самой себе обещания — очень неблагодарное дело. Сидя в полицейском участке я твердо решила, что не стану никуда выходить ближайшие пару дней и самое большее, что позволю себе для общения с миром — это наблюдение за городской жизнью из окна.

Но утром я встала отдохнувшей, события прошедшего дня перестали казаться мне такими уж странными и настораживающими. И после завтрака я уговорила тетушку позволить мне прогуляться до ближайшей почты, чтобы отнести туда накопившиеся письма.

— С этим справится и дворецкий! — пыталась возразить Аделла. — Нечего леди самой носить письма, словно какой-то секретарь!

— Мне кажется, вы преувеличиваете кошмарность ситуации, — спокойно возразила я. — Но если не желаете, чтобы письма относила я — пусть отнесет Рона. А я прогуляюсь вместе с ней. Ведь нет ничего зазорного в том, чтобы пройти по улице вместе с камеристкой?

На это Аделле нечего было ответить. Мы с Роной быстро собрались и вместе вышли на шумную улицу — только я из парадной двери, а она — из нижней, под крыльцом.

День выдался теплым, почти летним. Повсюду уже кипела городская жизнь. Идти до почтового отделения оказалось совсем недалеко. С поручением Аделлы мы справились быстро — и не спеша пошли обратно.

— Похоже, жить здесь мне будет ничуть не свободнее, чем дома, — рассуждала я по дороге. — А тетушка попытается запихнуть меня на каждый из возможных скучнейших приемов. Но они вряд ли приблизят меня к цели.

— Ну почему же, — Рона пожала плечами. — Думаю, рано или поздно вам повстречается нужный человек. Тот, кто подскажет, где искать того самого... — она опасливо замолчала. — Ну вы понимаете. Или, возможно, он встретится вам сам.

— Это был бы огромный подарок судьбы, — вздохнула я.

И внутри что-то екнуло от нехорошего предчувствия. Как будто мне в спину уперся чей-то недоброжелательный взгляд. Это ощущение было настолько явственным, что хотелось повести лопатками, чтобы сбросить его. Я терпела долго — и наконец обернулась.

Вокруг все так же сновали прохожие. Шли позади нас и навстречу. Кто-то порой бросал на меня любопытствующий взгляд, но большинству просто не было дела до двух девушек, которые, как и все, идут по своим делам.

— Что-то не так? — взволнованно спросила Рона.

— Мне показалось, кто-то за нами наблюдает.

Окончательно нарушив правила конспирологии, камеристка тоже завертела головой, пытаясь распознать злоумышленника. Но ничего особенного не заметила. Мы невольно ускорили шаг.

В доме нас встретил лакей. Едва он закрыл за нами дверь, я прошла через холл и, отодвинув край шторы, осторожно выглянула на улицу.

Вокруг городских коттеджей Кальна обычно не было даже палисадников, поэтому все вокруг хорошо просматривалось.

Несколько мгновений мимо крыльца обыденно сновали люди. А затем от общего потока как будто отделился один мужчина. Его лицо скрывала тень от полей шляпы, и он постоянно умудрялся поворачиваться таким боком к солнцу, чтобы не открыть ничего лишнего. Разглядеть его было совершенно невозможно.

Перейдя дорогу, он остановился на противоположной стороне улицы, держа под мышкой газету.

Некоторое время незнакомец как будто праздно глазел на текущую мимо городскую жизнь. Пару раз посмотрел на карманные часы. Но мне все равно казалось, что он наблюдает именно за этим домом.

Моя мнительность сегодня просто била все рекорды. Я успела придумать с десяток биографий этого мужчины, пока Рона не окликнула меня, заставив вздрогнуть.

— Вы идете? Миссис Таркетт сказала, что хочет выпить с вами чаю. И обсудить что-то насчет будущей ярмарки.

Оказалось, камеристка уже успела сходить в гостиную и вернуться. Мне даже стало любопытно, что именно тетушка желает со мной обсудить. И чем я вообще могла тут помочь, учитывая, что прибыла только вчера.

— Иду!

Но не успели мы с Роной дойти до лестницы, как раздался звон дверного колокольчика. Мы переглянулись — я даже успела подумать, что это тот самый подозрительный мужчина. И камеристка, кажется, предположила то же. Стало не по себе.

Из боковой двери степенно вышел лакей, который встречал нас, и, нимало не раздумывая, открыл.

Тут же, едва не снеся его с ног, в прихожую ввалился подросший долговязый щенок непонятной породы. Жарко дыша и вовсю работая лапами, он начал хаотично носиться туда-сюда, пока не занялся погоней за собственным хвостом.

— А ну стой! — раздалось снаружи. — Да чтоб тебя. Как ты выбрался? Простите!

— Это ваш? — недоуменно уточнил лакей, наблюдая за возней мохнатого малыша.

— Да! То есть нет, — я начала узнавать голос визитера, но из-за широкой спины слуги и не до конца открытой двери пока не видела его. — Еще раз простите. Я его заберу. Вернее, я заехал к мисс Рейнфрид. Мне нужно отдать ей кое-что.

Лакей взглянул на меня — я кивнула, разрешая впустить гостя. В холл вошел комиссар Нэллад и тут же направился к щенку, а тот, конечно же, бросился прочь от него.

Сделав круг по холлу, пес прошмыгнул мимо лакея, который даже не шелохнулся, и спрятался за моей юбкой.

— Нашел себе заступницу, значит, — хмыкнул комиссар.

Щенок завозился, стараясь спрятаться получше, а Рой остановился в нерешительности — не будет же он копаться у меня под подолом! Я кивнула лакею, разрешая идти, и взмахом руки пригласила комиссара пройти в малую гостиную. Лучше пока тетушке не видеть, что тут творится.

Щенок, забавно повиливая хвостом, побежал следом за мной.

— Так это все-таки ваш? — я указала на него взглядом, когда мы присели на диван. Рона отправилась на кухню — отдать распоряжение горничной, чтобы принесла чаю.

— Не совсем, — Рой усмехнулся, наблюдая за возней пса. — Просто у нас в отделении ощенилась одна из поисковых собак. Да! Не со всем могут справиться даже ликаниты — иногда им нужна помощь. Так вот щенков решили оставить для дальнейшей дрессировки. А этого забраковали. Сказали, слишком мелкий.

— Разве это влияет на его поисковые качества? — удивилась я.

— В полиции свои стандарты. Иногда не получается пойти против них. Думаю, щенок просто оказался лишним. Я хотел отвезти его одному знакомому. Возможно, он забрал бы его.

— А вы? Вы не любитель животных?

— Я почти целыми днями на работе. Мне некогда ухаживать за питомцем, — виновато улыбнулся комиссар. — Я не думал, что он успеет забежать в дом. Но, видимо, он в последний момент успел выскочить из экипажа. Еще раз простите за беспокойство.

— Вы сказали, что хотите что-то мне отдать, — напомнила я.

Спохватившись, Рой быстро сунул руку за пазуху и вынул оттуда тот самый платок, который я не нашла в ридикюле вчера.

— Думаю, это ваше. Вы обронили.

Принимая платок, я пристально взглянула в лицо комиссара. Все это походило на маленькую хитрость с его стороны. Как будто он просто нашел повод прийти. Не такая уж великая потеря — платок, чтобы ради него нарочно ехать сюда.

— Спасибо, что озаботились. Это такая мелочь!

— Мне было не трудно. Тем более у меня сегодня выходной. — Отдавая мне платок, Рой на пару лишних мгновений задержал его в руке. Мне пришлось приложить легкое усилие, чтобы его забрать.

— Тем более зачем тратить выходной на такие незначительные хлопоты.

— На самом деле я еще хотел предупредить вас. Вами интересуется довольно влиятельный человек, — комиссар понизил голос, когда в гостиную вошла горничная с подносом.

Мы дождались, когда она расставит посуду и приборы перед нами и удалится.

— Что за человек? Он опасен? — задала я животрепещущий вопрос.

— Дело не в этом, — Рой вздохнул. — Просто его репутация весьма неоднозначна, а отношение к женщинам всегда было легкомысленным. Я не хотел бы, чтобы вы попались в ловушку его обаяния.

— Так вы скажете мне, кто это? — подозрительное предчувствие отдалось щекотанием в горле.

— Мы в довольно хороших отношениях, а он вряд ли желал бы открыть свое имя раньше времени. Я просто посчитал нужным предупредить, чтобы вы были готовы к неожиданностям, которые он, возможно, планирует.

— Умеете вы нагнать жути, — я напряженно рассмеялась.

И пусть комиссар не назвал имени, в том, кто этот загадочный человек, у меня не осталось почти никаких сомнений. Уж больно описание схоже с тем, что я однажды слышала от дамы на корабле.

— К счастью, в этом никакой жути нет, — поспешил успокоить меня Рой.

— Как продвигается ваше расследование насчет того вора? — между делом поинтересовалась я, чтобы скорее сменить тему разговора.

— Мы выяснили кое-что странное, но, к сожалению, я не могу раскрыть тайну следствия посторонним людям. И это не должно обижать вас.

— Ну что вы! Я понимаю, что в этом деле я совершенно посторонняя.

К превеликому счастью, надо сказать!

Я вздрогнула от неожиданности, когда что-то теплое прижалось к моим ступням. Оказалось, это щенок устал от собственной возни и решил отдохнуть.

— Вы ему понравились, — отметил комиссар. — Даже жаль отнимать его от вас.

— Он очень милый, но, к сожалению, я не в своем доме, чтобы решать, можно ли мне его оставить. Иначе непременно оставила бы!

Я наклонилась и потрепала пса по макушке. Он умильно зажмурился.

— А почему бы и нет? — раздался позади бодрый голос Фелана. — Этому дому не помешает немного хаоса. Мы скоро тут все помрем от тоски.

Мы с комиссаром одновременно повернулись к нему. Кузен обошел диван и присел перед щенком на корточки. Тот доверчиво подставил ему светлое пузо для чесания.

— А миссис Таркетт не будет против? Или мистер Таркетт? — уточнила я на всякий случай.

Очень уж мне хотелось оставить щенка — одним своим видом он поднимал настроение и придавал чужому для меня дому недостающий уют. В Ринуане мне не разрешали заводить питомцев. Только в нашем загородном доме была собака — она принадлежала одному из сторожей. Он любил охоту и часто ходил с ней в лес, а когда родители не видят, позволял поиграть с ней.

Но после загородный дом мы продали: не получалось ездить в него достаточно часто. А средства отец решил вложить в дело, которое в те времена требовало особого внимания и повышенных расходов.

— Знаешь, мне давно не четырнадцать, чтобы по каждому поводу спрашивать разрешения родителей. Они слишком погрязли в своих делах. Наш дом уже стал менее уютным, чем любая из их гостиниц. Об атмосфере, которая будет встречать постояльцев, они заботятся гораздо больше, — он взял щенка в руки и поднял перед собой. — Как ты хочешь его назвать?

Но пес явно не захотел смиряться с таким положением. Он шустро заработал лапами, вывернулся, словно скользкая рыбина, и, соскочив на пол, умчался в направлении кухни. Из коридора раздался удивленный вскрик кого-то из служанок.

— Он быстрый, как ветер, — я вскочила на ноги, собираясь ловить его, но Фелан остановил меня взмахом руки. — Муссон! Мне нравится имя Муссон! — сразу пришло мне в голову.

Щенок тут же вернулся в гостиную, словно я позвала его, сел передо мной и задрал голову, отчего его слегка вислые уши оттопырились.

— Кажется, ему тоже нравится, — усмехнулся Рой. — Что ж, если хозяева дома не будут слишком сильно на меня обижены, то ему лучше остаться здесь.

— Ну что вы, комиссар! — возразил Фелан. — Как на вас можно обижаться! Это чревато! Эй, Муссон! — окликнул он пса, и тот сразу повернул к нему морду. — Пойдем прогуляемся во дворе!

Щенок, едва не подпрыгивая на ходу, помчался за ним следом, и скоро в гостиной стало тихо.

— Вам, конечно, не стоило тревожиться из-за платка, но вы заехали очень кстати, комиссар! У меня тоже есть для вас новости, — перешла я к серьезной теме. — Сегодня мне показалось, что за мной кто-то наблюдал. Я понимаю, что вы можете посчитать это всего лишь игрой воображения, но...

— Что вы! — тут же пылко прервал меня Рой. — Это очень важно. Как он выглядел, вы успели заметить?

Я пересказала ему все, что показалось мне примечательным. Комиссар выслушал меня со всем вниманием.

— Может, это был всего лишь прохожий, а я просто испугалась.

— Думаю, если случай с ограблением мисс Эббет связан с чем-то более серьезным, вами и правда могли заинтересоваться, — степенно заключил Рой. — Вот что мы сделаем. Чтобы я был уверен в вашей безопасности, мы на несколько дней приставим наблюдение за вашим домом и за вами.

— Теперь мне стало еще страшнее! — я улыбнулась. — И как я отличу ваших людей от чужих и, может быть, недоброжелательных?

— Просто не обращайте внимание. В любом случае вы будете в безопасности. Они вам не помешают. Наблюдение не будет долгим. Думаю, несколько дней окажется достаточно, чтобы понять, действительно ли это связано с тем, что вы помогли поимке преступника.

Он вдруг наклонился вперед и накрыл мою ладонь своей. Я не снимала перчаток, поэтому только улыбнулась и мягко высвободилась.

— Благодарю вас за заботу, комиссар.

Щеки потеплели от того, как Рой смотрел на меня. Его необычного оттенка глаза словно вспыхивали крошечными молниями. Не припомню таких особенностей у рас, которые мне приходилось видеть воочию. А я видела почти все!

— Не стоит. Это моя работа, — выражение лица Роя стало немного отстраненным. Как будто он был раздосадован моей холодностью. — Кстати. Раз уж вы приехали только вчера, может быть, вам будут интересны некоторые местные традиции? Через три дня состоится цветочный фестиваль. В честь...

— Начала Светского сезона, — сквозь смех, закончила я.

Рой улыбнулся тоже — и его взгляд вновь потеплел.

— Да, именно. Сам я, конечно, не ботаник. Но вот мой дядя давно занимается разведением редких видов. Именно поэтому я хожу туда каждый год, сколько себя помню. Там обычно очень красиво. Среди цветов самое место такой, как... — он слегка запнулся, словно понял, что его понесло в слишком вольные дали. — Как вы.

Закончить мысль ему все же пришлось.

— Благодарю! — я сделала вид, что не заметила возникшей неловкости. — Конечно, я приду! Наверняка это будет просто восхитительно!

Комиссар сконфуженно встал и привычным движением, словно форму, одернул гражданский жакет.

— Тогда всего доброго, мисс Рейнфрид. Был рад вас видеть. И ваши сведения о возможной слежке будут нам очень полезны. Нельзя пренебрегать безопасностью!

Я проводила его до двери. Удивительный все же мужчина! И по-своему настораживающий. Таких лучше иметь в друзьях. А вот от Мистера Этелхарда точно следует держаться подальше!

Лестер Этелхард

Джосс ввалился в кабинет так, словно за ним прямо сейчас гналась стая одичалых звероликанов в самой боевой форме, какая только возможна. Риара, которая бежала следом, пыталась изловить прыткого мальчишку, но он ловко уворачивался от ее весьма цепких рук. А ими она, между прочим, умудрялась остановить даже Имона и Ханка.

— Совершенно несносный! — она остановилась и досадливо нахмурилась. — Скажите ему, мистер Этелхард, чтобы вел себя приличнее. Раз уж взяли в помощники!

Состроив очень важный вид, Джосс сбавил шаг и степенно прошел через кабинет, после чего, поправив рукава пыльной рубашки, уселся в кресло напротив.

Лестер только усмехнулся.

— У ликанитов очень острый слух. Думаю, он вас услышал, Риара.

Секретарь покачала головой и закрыла дверь ровно так, чтобы не хлопнуть слишком громко, но дать понять, что она крайне возмущена таким поведением в конторе.

— Что у тебя? — Лестер вернулся к чтению письма от юриста.

— Я проследил за комиссаром Нэлладом, как вы и велели, — доложил мальчишка. — Правда, не понимаю, зачем вам это надо...

— Вырастешь — поймешь, — вставил Лестер. — Дальше!

Он отложил бумагу в сторону.

— Так вот... — ликанит кашлянул. — Я сел на запятки пойманного им кэба. Спрыгнул заранее, чтобы комиссар меня не заметил. Райончик, я вам скажу, о-очень презентабельный. И дом большой. Кустики-цветочки.

— Адрес какой? — нетерпеливо подогнал его Лестер.

Описание местных пейзажей его совершенно не интересовало.

— Адрес... — Джосс нахмурился, как будто тянул время нарочно. — Шади стрит, дом двадцать четыре.

— Ты узнал, кто там живет?

Нужно убедиться, что предположения оказались верными. Что Рой не просто так спрятал тот платок с монограммой, а значит, попытался вернуть его хозяйке по первому же поводу.

— Это было непросто, между прочим! С комиссаром была собака. Она меня едва не выдала! — мальчишка недовольно наморщил нос. — И знаете что?

Лестер закатил глаза.

— Давай обойдемся без нагнетания интриги.

Джосс надулся, но продолжил уже более деловым тоном:

— Когда комиссар вышел, его провожала та мисс. Которая была с вами на корабле. Ну, вы помните, конечно, — он слегка смутился. — Вы отправили меня за комиссаром из-за нее?

Лестер вскинул брови, стараясь взглядом передать все возмущение подобной беспардонностью.

— А тебе не кажется, что это не твое дело, волчонок? Мне нужен был адрес.

— Ну тогда пошли бы к какому-нибудь констеблю. Наверняка у вас есть знакомые среди них, — фыркнул ликанит. — Зачем гонять меня?

— За тем, что я хочу, чтобы ты уяснил одну вещь: нужно делать, что я говорю. Молча, быстро и эффективно. Если хочешь пойти выше. Сразу запрыгнуть на верхушку не получится. Чтобы узнать как можно больше, нужно останавливаться на каждой ступени.

— Так что, мне теперь мальчиком на побегушках быть? Я не за этим к вам пришел! — еще больше насупился Джосс.

— Кажется, ты пришел ко мне, потому что оказался в бедственном положении, совсем один в незнакомом городе? Или я что-то путаю? — Лестер прищурился. — Ты можешь уйти и слоняться по улицам, пока не закончатся деньги. А затем попасть в какой-нибудь нищенский приют или работный дом. Выбирай.

— Ладно, ладно! — парень вскинул руки, быстро оценив перспективы. — Я понял. Начать с малого.

— Именно, — Лестер удовлетворенно кивнул. — Да, я мог обратиться к знакомому констеблю из участка комиссара Нэллада. Но всегда есть опасность, что он же доложит начальству о моих расспросах. Не со зла, конечно, а просто из желания угодить всем сразу. А я хотел кое-что проверить. И заодно увидел тебя в деле.

— Но если бы тот комиссар поехал не туда, куда вам нужно?

— Значит, ты наблюдал бы за ним до тех пор, пока он не поехал бы «туда». Это, знаешь, очень полезно: терпение и наблюдательность.

Джосс пятерней растрепал вихры на макушке.

— Кстати, я могу пожить в конторе? Ну, пока не начну зарабатывать, чтобы мне хватало на съем комнаты? Пойти мне некуда. А миссис Риара на меня сильно ругалась утром.

— Вообще-то тут не ночлежка, — нарочито строго заметил Лестер. — Но, думаю, на некоторое время ты можешь остаться. Только не суй нос, куда не следует. Я передам Риаре, чтобы она больше тебя не гоняла.

Податься мальчишке пока и правда было некуда. И пусть он хорохорился, а денег у него явно меньше, чем он хотел показать. Скорей всего, их и вовсе нет. Так что придется наказать секретарю кормить мальчика, пока он не станет способен обеспечивать себя сам.

В дверь размеренно и уверенно постучали — так делала только Риара. Она вошла и, чопорно сложив руки одна на другую, доложила:

— Вас хочет видеть его сиятельство, граф Этелхард, — недовольно скривила губы.

Зная некоторые подробности жизни Лестера, о которых он счел нужным рассказать, она недолюбливала его отца. И настороженно относилась к каждому его появлению в конторе.

— Я могу его не пускать? — произнес Лестер так громко, чтобы было слышно в приемной.

— Думаю, нет, — раздалось оттуда.

И в кабинет, слегка оттеснив Риару в сторону, вошел граф Этелхард. Ему даже пришлось пригнуть голову, чтобы макушкой не задеть притолоку. Отец небрежно махнул рукой на секретаря, прогоняя ее, но та не сдвинулась с места.

— Идите, Риара, — отпустил ее Лестер. — И ты, Джосс, иди. Скоро приедет Имон, и ты отправишься в тренировочный зал. Посмотришь на разминочные бои, чтобы понимать, что тебя ждет.

Мальчишка кивнул и, вскочив с места, бочком покинул кабинет, стараясь даже не дохнуть на графа. Тот наблюдал за ним с возрастающей подозрительностью во взгляде.

— Все с беспризорниками и маргиналами возишься? Когда тебе это надоест? — проговорил он, когда ликанит пропал с глаз.

— Наверное, не раньше, чем в тот день, когда тебе наскучит отчитывать меня. Теряюсь в догадках, что ты хочешь сказать мне на этот раз.

Отец прошел дальше и, слегка брезгливо осмотрев кресло, в котором только что сидел Джосс, опустился в него.

— Слышал, ты интересуешься домом Брорнаредов? — он поднял на Лестера совершенно нечитаемый взгляд. Вместе с драконом они отлично умели владеть собой. Но если вывести графа из себя, он спалит все вокруг без жалости.

— Мне он нравится. У Армэля проблемы с уплатой долгов. Я просто оцениваю перспективы.

— Знаю я твои перспективы! — отец вдруг хлопнул по столу ладонью. — Ты затеял опасное дело. И поверь, если не перестанешь копаться в том, что уже давно кануло в лету, все это обернется одними неприятностями.

— Предлагаешь смириться... — Лестер хмыкнул.

— Такое случается. Что дракон не инициируется и не устанавливает связь с сарканом. В этом нет ничего катастрофического. С твоим умом ты мог бы и в таком положении прекрасно устроиться!

— Что я и сделал, — Лестер обвел рукой свой просторный кабинет.

Он не любил излишнюю роскошь, он был обставлен без кичливости, но так, чтобы статус хозяина был сразу заметен.

— Ты циркач! — вновь повысил голос граф. — Сначала позорился тем, что участвовал в боях — неизвестно, что и кому доказывая. А теперь и того хуже! Дуришь головы людям и дерешь с них деньги.

— Я попросил бы! — Лестер тоже начал злиться. Справедливости ради, сегодня ему удалось продержаться спокойным дольше обычного. — Мой бизнес совершенно честный. Я не торгую информацией и не фальсифицирую бои, если ты об этом.

— И хочешь сказать, твои бойцы не принимают никаких особых эликсиров? Чтобы кто-то определенный мог победить... — отец покачал головой.

— О чем ты? Не понимаю.

— Правда не понимаешь? — граф приподнял брови, внимательно изучая лицо сына. — До меня дошли слухи, что среди бойцов ходит некий... стимулятор.

— В несанкционированных турнирах встречается и не такое, — Лестер немного успокоился. — У меня на арене все чисто.

Но внутри уже засел крохотный червячок сомнения. Надо бы проверить всех еще раз. В каждой лиге. Чтобы было чем ответить всем скептикам, если такие вдруг появятся. Да и самому быть уверенным в своей правоте.

— В таком случае я рад. При том, что в целом твой бизнес не одобряю, — не стал дальше упорствовать граф.

— Да, ты предпочел бы, чтобы я занял пост секретаря при каком-нибудь советнике. Раз уж мне не дана полная драконья сила, чтобы войти в королевскую гвардию.

— Почему секретаря? Зачем ты постоянно утрируешь? — граф страдальчески закатил глаза.

— Вот только не надо в очередной раз изображать непонимание.

Теперь отец предпочел забыть о том, как он прочил Лестеру конторскую должность помощника архимага — сразу после того, как стало известно, что его дракон не пробудился. И преподносил это под видом великой благодетели, не заботясь о том, что сын может в первую же неделю помереть от тоски. Лестер воспринял это как унижение и отказался. А через некоторое время троюродный дядя оставил ему в наследство просторный, но совсем запущенный дом и небольшую букмекерскую контору, дела в которой шли кое-как.

Отец был просто взбешен решением Лестера продолжить и развить дело дяди. Видите ли, это не подобает потомку древнейших драконов.

— Ладно! Ладно... Что было, то прошло, — окончательно отступил граф, очевидно, боясь в очередной раз вернуться к скользкой теме. — Я заехал к тебе вовсе не затем, чтобы снова поссориться.

— Да неужели! — Лестер скрестил руки на груди.

— На самом деле меня беспокоят твои задумки. Вся эта Боевая школа.

— Для тех, кто не может себе позволить поступить в Академию, заметь. Или в этом есть что-то нелогичное?

— Я слышал, кого ты среди прочих собираешься туда набирать.

— Тех, у кого не пробудились положенные им магические способности. И сарканов в том числе, спокойно согласился Лестер. — Не надо говорить мне, что таких мало. Я собирал информацию несколько лет. Каждый год происходит достаточно случаев, когда подросток не инициировался. Это списывают на статистически обоснованные сбои. Но их число растет. Возможно, в свое время я был одним из первых, с кем такое случилось. Но точно не последним.

— И ты надеешься найти ответ в истории предков? У них не было таких проблем, поверь мне, — отец небрежно взмахнул рукой. — К тому же половина того, о чем пишут в книгах — всего лишь легенды.

— Поэтому я и хочу поискать ответ там. Узнать, что мы потеряли. Что упустили, раз с нами случается такое. И не нужно мне мешать! Твоя жизнь достаточно благополучна, чтобы просто не обращать на мои дела внимание.

— Я волнуюсь за тебя! И мать волнуется. — граф вздохнул. — Ты хотя бы на день рождения сестры приедешь? Она ждет.

— Конечно, я приеду.

— Я передам ей, — облегченно улыбнулся отец. — И все же будь осторожен. Не суйся к Брорнареду. Сдается мне, младший все больше погружается в мутные дела. Не хочу, чтобы ты касался и этого тоже.

— Я разберусь, — Лестер медленно кивнул. — Всего доброго, отец. Пришли приглашение на бал. А то вдруг без него меня не пустят в ваш дом.

Граф прищурился и скрипнул зубами, но удержался от очередного упрека. Видимо, дал обещание матери: не ссориться со старшим сыном перед днем рождения дочери. Он встал и, скупо кивнув, вышел.

Лестер долго сидел, глядя в залитое светом окно, пока не осознал, что в голове нет ни единой мысли. Каждая встреча с отцом проходила так же, как предыдущая — напряженно, на грани грозы.

— Риара! — позвал он секретаря.

Та явилась с присущей ей расторопностью.

— Вам что-то нужно? — она приготовилась записывать распоряжения в блокнот, хоть отличалась феноменальной памятью и не нуждалась в этом.

— Да. Кажется, на днях в «Красном фламинго» будет особо пышное представление, — Лестер поднял на нее взгляд. — Закажи три билета для меня и Адлардов.

— Хотите развеяться? — Риара черкнула на листке пару слов.

— Почему бы и нет. Все-таки начало Светского сезона. Нельзя оставаться в стороне.

Глава 7

Клэр

Сегодня погода не заладилась с самого утра. Вдоль улицы гулял буйный ветер, небо закрывали плотные облака, время от времени проливая на землю ленивый дождь. Муссон сонно ворочался на коврике у моих ног и иногда замирал, по-щенячьи крепко засыпая.

Бурю негодования по поводу его появления в доме я не застала — удар принял на себя Фелан. Но щенок по праву считался моим, влился в семейство и даже Элиот Таркетт нет-нет, да подходил почесать ему макушку.

Сегодня в доме было особенно умиротворенно. И без необходимости куда-либо выходить можно было заняться любимым делом.

Больше всего меня увлекало и успокаивало рисование эскизов женских шляпок, перчаток и других мелких аксессуаров, которым можно было бы дополнить свой наряд. Уже с юности я все норовила украшать сшитые портнихой платья своими деталями. А придумывать шляпки — это для меня особый вид удовольствия.

Правда, родители относились к моему увлечению, как к обыкновенной забаве, и не видели в нем ничего серьезного. Однако за все годы у меня уже скопилась солидная папка с эскизами.

— Вот эта просто восхитительная! — Рона отложила в сторону шитье и взяла только что законченный рисунок в руки. — У вас истинный талант, мисс! Вот бы найти ему применение!

— Сейчас я свободнее в своих действиях, вот только надо разобраться с магией. Она мешает мне нормально жить! Может быть, на ярмарке мне удастся познакомиться с нужными людьми. Правда, если они захотят со мной разговаривать...

— Знаете, каждый готов разговаривать с тем, от кого могут получить деньги. Если вы не можете участвовать в ярмарке, вы можете быть там покупателем.

— Да, ты права. Деньги — это пока все, что может привлечь ко мне внимание. И это не повод для радости, — я вздохнула и убрала листок в папку к другим работам.

Достала чистый, но вдохновение, навеянное сегодняшней меланхоличной погодой, уже куда-то улетучилось.

В дверь постучали, когда я провела на листке первую линию будущего эскиза. Рука чуть дрогнула, и она получилась неровной. Впрочем, из этого вряд ли вышло бы что-то стоящее. Многие эскизы я выкидывала, даже не закончив.

— Войдите! — бросила громко, а Рона тут же кинулась открывать.

В комнату впорхнула Морвенна и, окинув быстрым взглядом разложенные передо мной рисунки, восхищенно хлопнула в ладоши:

— Какая прелесть! Я и не знала, что у тебя такое необычное увлечение! — она поцокала языком и быстро потеряла к эскизам интерес, сразу перейдя к теме, которая волновала ее гораздо больше: — А вообще я к тебе по важному делу, дорогая.

Она плюхнулась на софу рядом со мной и достала из декольте сложенный вдвое листочек.

— Что это? — поинтересовалась я, завязывая тесемки на папке.

Морвенна явно ждала от меня этого вопроса.

— Как что? — она развернула листок. — Это билет на шоу в «Красном фламинго». Ведь у тебя всего две контрамарки. А как же пойдет Фелан? — девушка рассмеялась, довольная своей шуткой. — Так вот я настоятельно рекомендую тебе сегодня не киснуть, а подобрать роскошный вечерний наряд для поездки в кабаре!

— Правда? — я выхватила из ее пальцев билет и внимательно рассмотрела со всех сторон. — Но как же миссис и мистер Таркетт? Они явно будут недовольны.

С одной стороны мне очень хотелось поехать, а с другой было невежливо злить хозяев дома, которые приняли меня у себя, как родную. Однако, желание увидеть выступление Сарики с каждым мгновением все увереннее побеждало совесть.

— Они будут недовольны уже после, — Морвенна махнула рукой. — Когда узнают. Но поделать с этим ничего не смогут.

— Вряд ли они не заметят наш выезд, — я сложила руки на груди.

Совесть снова опасливо трепыхнулась.

— Наш с Феланом выезд, конечно, заметят! — кивнула Морвенна. — Но нам и не запрещено посещать такие заведения. А ты тихонечко выйдешь через дверь для прислуги, пока мы отвлекаем их внимание. Скажешь, что плохо себя чувствуешь, и уйдешь после ужина пораньше!

Выдав мне всю суть нашего маленького заговора, она удалилась. А я, совершенно растеряв настрой творить, принялась за выбор вечернего платья. То, что надевала на корабле, сразу было отброшено. Еще пара показались мне слишком скучными для того, чтобы надеть их в такое шумное заведение. Наверняка дамы будут блистать в честь такого важного светского события!

Пройдя несколько кругов отбора, победило роскошного оттенка серо-голубое платье, расшитое жемчугом по лифу и шелковыми лентами и кружевом — по шлейфу. Но едва я собралась его примерить, как ко мне решила заглянуть Аделла — пришлось спешно прятать наряд.

Как мы и условились с Морвенной, я ушла с ужина чуть раньше и затаилась в своей комнате.

— Они уже собираются! — Рона прибежала ко мне, как только получила распоряжение от моих сообщников.

Мы тоже принялись за сборы. Но как только я надела платье, поняла, что его декольте, пожалуй, слишком открыто. В Ринуане он не вызвал бы никаких вопросов, но здесь все же приняты более сдержанные наряды. Как бы мой вид не вызвал лишние пересуды!

Но менять что-то было уже поздно. К крыльцу подкатил крытый — по случаю моросящего дождя — экипаж. Значит, пора выходить.

— Все будет хорошо! — попыталась успокоить меня Рона. — Вы выглядите просто очаровательно!

Пробираясь по коридорам прислуги, я расслышала слегка раздраженный разговор из прихожей. Аделла отчитывала сына за то, что тот «воспользовался подарком Клэрис» и едет на представление по моим контрамаркам «пока бедняжка хворает».

Мы с Роной переглянулись и одновременно прыснули. Бедный Фелан, ему, похоже, достается тут больше всех!

Наконец я вышла из двери под крыльцом и метнулась к калитке. Молодые супруги как раз садились в экипаж. Для меня открыли противоположную дверцу, чтобы можно было сесть к ним незамеченной.

Сердце начало биться снова только когда мы отъехали от дома.

— Ну наконец ты увидишь что-то более интересное в Кальне, чем пыльную улицу за окном! — Морвенна игриво переглянулась с мужем.

— Надеюсь, представление и правда будет впечатляющем, чтобы компенсировать все мои моральные страдания от выговоров матушки! — Фелан закатил глаза.

— Обещаю разделить все страдания с вами, когда вернемся, — на кураже выдала я и с предвкушением уставилась в оконце.

Это мой первый выезд в свет без присмотра старших! Я должна его запомнить!

Экипаж катил к самому центру города. Мы проезжали мосты, переулки и широкие мостовые, пока перед нами, словно праздничный торт, не выросло слегка помпезное здание кабаре «Красный фламинго».

Вокруг него горели огни, крыльцо устилала широкая ковровая дорожка. Кареты останавливались одна за другой, и оттуда выходили дорого одетые люди, чтобы через пару мгновений исчезнуть в шумном нутре заведения.

Высокий лакей открыл дверцу нашего экипажа и подал мне руку, когда я выбиралась из него последней.

Из распахнутых входных дверей лилась бодрая музыка, доносились голоса гостей, которые задерживались в холле, чтобы поприветствовать друг друга и между делом поинтересоваться последними новостями.

На входе нас попросили показать билеты. Случилась короткая заминка, во время которой в холл вошли несколько молодых людей, смеясь и что-то бурно обсуждая. Один, не заметив, случайно задел меня плечом. Затем неловко отшатнулся, на ходу извиняясь, но тут же наступил мне на шлейф.

— О, прошу прощения! — в десятый раз повторил он, когда я, сделав шаг в сторону, едва не потеряла равновесие. — Сегодня здесь так много людей!

Его внимательный взгляд скользнул по моему лицу и угодил прямо в декольте. Задержался там на несколько лишних мгновений, и молодой человек как-то мечтательно улыбнулся. Вместо того, чтобы пропустить, он предупредительно попытался поддержать меня под локоть. Я привычно увернулась, хоть на мне сегодня были длинные перчатки, закрывающие почти всю руку до края рукава — опасаться нечего.

Фелан тут же подоспел на помощь и преградил путь прыткому незнакомцу.

— Ничего страшного! — бросила я, выглянув из-за его плеча.

— Вы решили еще потоптаться на платье моей кузины? — угрожающе уточнил Фелан. — Если нет, проходите, пожалуйста, тут стало очень тесно.

Все спутники этого молодого человека уже сгрудились вокруг, чтобы посмотреть, что случилось. Теперь они расступились, и мы наконец смогли пройти в зал.

— Зачем ты так резко, Фел? — слегка укорила мужа Морвенна. — Это просто неловкость.

— Прости, — тот резко провел рукой по волосам, как будто они растрепались. — Ты же знаешь, я недолюбливаю Брорнареда. Пусть идет своей дорогой.

Супруга только пожала плечами, но его слова явно ее расстроили. Для меня осталась загадкой причина предубеждения Фелана к «Брорнареду», но это его личное дело.

Нас вежливо проводили к свободному столику. И пока лакей отодвигал для меня стул, я мельком успела оглядеться. С высокого потолка зала спускалась огромная, источающая приглушенный магический свет люстра. На каждом столе под матовым хрустальным колпаком сиял такого же оттенка огонек.

А хозяин заведения не скупился на убранство! Недаром это кабаре считалось лучшим в Кальне.

Дорогая мебель, просторная сцена, которую обрамляли кулисы из тяжелого бархата. Освещалась она тоже магией, а это требует немалых ресурсов!

Устроившись за столом, Фелан с Морвенной принялись изучать меню. А я исподволь оглядела прибывающих гостей. Чаще всего это были солидные супружеские пары и небольшие компании мужчин — старше или моложе. Девушек такого возраста, как я или Морвенна, вокруг не наблюдалось. Стало слегка неловко.

Все выглядели состоятельными и самоуверенными, но из общей массы гостей выделялась настороженно настроенная группа мужчин, которые сидели в дальнем конце зала.

— Хм, — выдал Фелан, проследив за моим взглядом. — Что бы тут делать Цуркану Зетенсу? Решил залить горе от того, что вылетел из младшей лиги?

— Вот только не начинай, — вздохнула Морвенна. — Вряд ли Клэр интересует жизнь бойцов Арены.

Я пригляделась: главным среди тех незнакомцев казался коренастый дворфит. Еще молодой, но уже отмеченный шрамами на лице и шее — видимо, он и есть боец. Его что, боевые ликаны грызли?! Взгляд Зетенса был колким и недоброжелательным, будто он заранее ненавидел всех вокруг. Как его сюда вообще пустили?

Но от тревожных размышлений меня отвлек выход конферансье. Под фанфары он появился на сцене и сразу обратил на себя всеобщее внимание. Конферансье был облачен в нарочито старомодный фрак густого винного цвета и оттого походил на гладкий наполненный бокал.

В зале стало тихо, музыканты опустили инструменты, чтобы дать ему слово. Он, слегка раскинув руки в стороны, приветливо оглядел всех гостей.

— Дорогие леди и джентльмены! Я счастлив видеть всех вас в этом зале! Кальн снова расцветает вместе с началом Светского сезона. В город приехали молодые люди, двери самых лучших домов открываются для гостей. Пышные балы, ярмарки и фестивали — все это составляет его дыхание. Сегодня кабаре «Красный фламинго» радо представить вам...

Позади нас по полу грохнул стул. Конферансье и ухом не повел, но несколько гостей — как и я — обернулись. Тот самый подозрительных дворфит почему-то вскочил со своего места, а один из приятелей в этот миг что-то тревожно шептал ему на ухо.

Глаза незнакомца разгорались все более явственным гневом. Он сжал кулаки и быстрым шагом покинул зал. Все сразу успокоились и вновь обратили взгляды к сцене.

— Итак, уважаемые леди и джентльмены, начинаем наше представление! — воскликнул конферансье и удалился за кулисы.

Грянула музыка, от которой в груди восторженно трепыхнулось сердце. Все внимательно уставились на сцену, ожидая, когда же начнется действо. Но танцовщицы, стуча каблучками и шурша пышно украшенными нарядами, внезапно появились в зале — не иначе, через какие-то потайные двери. Улыбаясь гостям, как бы невзначай задевая мужчин юбками, они двумя вереницами выбежали на подмостки.

Их танец напоминал порхание цветных бабочек на лугу. Они встряхивали пышными юбками, слаженно сменяли друг друга — их движения завораживали и заставляли наблюдать за ними, восторженно сложив руки у груди. Просто изумительно!

Вдруг сквозь ритмичные звуки музыки из холла донеслись чьи-то громкие голоса. Поначалу никто не обратил на это внимания. А некоторые, может, и вовсе не расслышали. Девушки продолжали танцевать, заигрывая с публикой, пока двери в зал не распахнулись.

Гости снова начали оборачиваться. Голоса стали громче — и через миг в зал, как небрежно брошенный грузчиком мешок, влетел тот примечательный дворфит.

Он почти сбил с ног дежурящего у двери лакея, шарахаясь и сшибая мебель, едва не рухнул, но сумел удержать равновесие.

Тут даже музыканты сбились с ритма. Танцовщицы запутались в движениях и постепенно остановились, растерянно глядя в темный зал, где явно что-то происходило.

— Ах ты... — совершенно не стесняясь приличного общества, выругался дворфит, ненавидяще глядя куда-то в глубины холла.

Навстречу ему выступил высокий мужчина, которого я не сразу разглядела, ослепленная сценическим светом. Но непонимание длилось недолго.

— Мы уже все обсудили, — заявил он. — Я свои решения не меняю.

Этот пробирающий до мурашек тембр и подчиняющие интонации. До меня сразу дошло. Лестер Этелхард! Пожалуй, только он мог заявиться в кабаре так феерически шумно.

Меня он пока не заметил — и хорошо. Еще лучше, если бы и вовсе не узнал в новой обстановке и непривычном виде.

Тем временем Лестер прошел дальше. Цуркан кинулся было к нему, но приятели слегка его придержали. Саркан приблизился, похлопал бойца по плечу и, тихо что-то ему сказав, отвел в сторону.

Кажется, Цуркан начал успокаиваться. Он покивал на его слова и нахмурился, будто устыдился.

— Прошу простить нас за неподобающее поведение! — громко проговорил Лестер, повернувшись в зал. — Все в порядке!

Гости, до сего момента напряженно наблюдавшие явление двух не поделивших территорию самцов, возмущенно переговаривались. Но их голоса понемногу становились тише.

Конферансье, весь взмокший от волнения, снова вышел на сцену. Его взгляд бегал, он явно пытался на ходу придумать ободряющую речь, чтобы снова повернуть вечер в нужное русло.

Но что-то опять пошло не так. Едва зрители приготовились слушать его, как по залу пронеслась ощутимая магическая волна. На голове шевельнулись волосы, даже ткань платья колыхнулась, а по плечам скользнул озноб. Наверное, это я ощутила его особенно остро — и мне сразу стало нехорошо. Потому что это была магия такого толка, от которой надо бежать подальше.

На осознание этого у меня ушел всего миг. Я вскочила с места на чистых инстинктах, но не успела скрыться от настигшей меня участи. Она, в лице бодро летящего через зал Лестера, сбила сначала наш столик, а затем и меня с ног.

Похоже, уговоры на дворфита не подействовали... Он разъярился вновь.

Я рухнула на то же место. Этелхард упал на меня, словно огромная гиря с крыши. Одна ножка кресла подломилась, все опрокинулась — и у меня появилась прекрасная возможность в деталях рассмотреть магическую люстру над головой. В одно мгновение я оказалась на полу — хорошо, что мебелью не зашибло. Зато с покачнувшегося столика мне на платье упал бокал с водой, а колени придавило чем-то очень тяжелым. И что самое тревожное — шевелящимся.

— О-о, — сквозь смех простонал Лестер, разглядывая люстру вместе со мной. — Вам не мешало бы побольше есть.

— Зачем? — совершенно без задней мысли поинтересовалась я.

— Ваши колени слишком костлявые.

— Что-о? — я тут же пнула его.

Проклятое платье смягчило удар, поэтому гадкий саркан пострадал мало.

Гости шумели уже вовсю.

— Вызовите полицию! — вопил кто-то.

— Да где же охрана?

— Господа! — пытался докричаться со сцены конферансье. — Сейчас мы все уладим!

— Да слезьте же с меня! — я еще раз толкнула удобно расположившегося на моих ногах Лестера.

— Не могу. Я прикидываюсь мертвым. Иначе этот бешеный Цуркан попытается меня добить, — Лестер посмотрел на меня снизу вверх с такой нарочито наигранной мольбой, что я хмыкнула, пытаясь скрыть улыбку.

Даже в таком положении он вовсе не выглядит жалким. Скорее, его все это забавляет! Конечно же, его слова оказались лишь шуткой — он не из тех, кто бежит от драки. В глазах саркана вовсю полыхало драконье пламя возмездия, а по шее разливалось похожее на зарево свечение. Если он сейчас доберется до дворфита, тому не поздоровится!

Лестер поставил на пол чудом уцелевший светильник с моего столика, который зачем-то сжимал в руке, и встал.

— Клэр! — ко мне сразу подбежал Фелан. — В сторону!

— Что это? — я провела пальцами вдоль шеи. — Что это у него?

— Это драконий огонь — он усиливает заклинания во много раз, — мрачно пояснил кузен. — Если он сейчас выдаст иссигн, нас тут всех расшвыряет!

И это, похоже, понимал не только Фелан. Наперерез разбушевавшемуся саркану кинулся огромный огрит — его я уже видела вместе с ним в порту. Позади, удерживая рвущегося в бой Цуркана, стоял его брат-близнец.

— Стой, Лестер! — рявкнул он, выставив перед собой руки. — Не надо! Мы его держим. С ним что-то не так!

Тот сразу остановился, будто очнулся.

— Что? — выдохнул, гася сияние в груди.

Огрит округлил глаза, давая понять, что разговор не публичный. В зал подтянулась слегка запоздавшая охрана. Лакеи спешно поднимали с пола опрокинутую мебель, а официанты принялись вновь накрывать столы, извиняясь перед взбудораженными гостями.

Что произошло дальше, я не увидела, потому что Морвенна потянула меня в дамскую комнату, чтобы мы могли привести себя в порядок. Как шла до нее — не заметила. Сердце в груди словно кувыркалось и выделывало невообразимые па.

Огонь! Настоящий драконий огонь — я видела его вживую! Пусть и под кожей. Разве сарканы на это способны?

— Ты слышала? — заговорщицки пробормотала Морвенна, внимательно разглядывая свое отражение в зеркале. — Так и думала, что с этим дворфитом творится что-то неладное. Кто в здравом уме выкинет такое в приличном заведении!

Я наконец очнулась и тоже решила оценить, насколько пострадал мой внешний вид. Оказалось, все не так уж плохо. Мокрое пятно на платье почти высохло, а волосы удивительным образом не растрепались. Унять бы еще этот лихорадочный румянец, которым полыхали щеки!

— И с чем это может быть связано? — спросила я, доставая из ридикюля пудреницу.

— Я слышала... — Морвенна запнулась. — Знаешь, ходят слухи, что некто изобрел усиливающее магию средство. Но оно пока не проверено. И находится вне закона о безопасности. Может, это оно. Видела, как он отшвырнул саркана? Откуда у дворфита такие силы?

Я пожала плечами, совершенно не зная, что на это ответить. Разве что глубокомысленное «Мда-а...»

Скоро в зале вновь заиграла музыка. Кажется, все понемногу приходило в норму, вечер продолжался в задуманном ключе и представление никто не собирался отменять из-за такого странного и шумного происшествия.

Стараясь сохранять невозмутимый вид, я направилась к нашему столику. Морвенна слегка отстала. Вокруг и правда все выглядело так, будто ничего и не случилось. Лишь сцена пока пустовала — видимо, танцовщицы готовились к продолжению представления.

Буйного дворфита уже увели куда-то. Возможно, заперли, чтобы он не натворил других бед. Гости совсем успокоились, лишь некоторые еще тихо обсуждали между собой короткую, но зрелищную драку.

— Мисс Рейнфрид, — я сбилась с шага, когда путь мне внезапно преградил Лестер Этелхард. Словно поджидал нарочно. Я резко остановилась, а он взглянул на меня так, будто собрался оказать великую милость. — Прошу простить меня за то неловкое положение, в которое я вас поставил.

Ну надо же! Не думала, что он способен на извинения.

Давая понять, что все в порядке, я улыбнулась Морвенне, которая как раз проходила мимо. Она не стала вмешиваться.

— Ради Древнейших, мистер Этелхард! Думаю, это не ваша вина. Наверняка тот дворфит вел себя очень дерзко. А вы... Просто не приближайтесь ко мне больше.

— Отчего же? — саркан недоуменно вскинул темно-рыжие брови. — Может, я очень даже хочу приближаться. Да и вы, наверняка, прибыли в Кальн для того, чтобы к вам приблизился какой-нибудь перспективный мужчина.

— А вы, значит, перспективный... — я окинула его взглядом.

Нет, перспективы тут, конечно, налицо. Выдающиеся, но какие-то тревожные.

— Желаете ознакомиться с перечнем? — голос саркана подернулся знакомой хрипотцой.

Охо-хо. Пора уносить ноги!

— Воздержусь. Я уже поняла, что от вас одни неприятности. Чего бы вы ни коснулись, все встает с ног на голову.

— А вы любите спокойствие? — по губам Лестера скользнула ироничная улыбка.

— Я хотела бы дожить до старости без нервного тика. Приятного вам вечера, мистер Этелхард.

Я вежливо кивнула ему напоследок и вернулась к Морвенне с Феланом, которые во все глаза таращились на нас и, кажется, пытались прочесть каждое слово по губам.

Глава 8

Вкратце кузен пересказал события, что разворачивались тут, пока нас с Морвенной не было. Оказалось, в кабаре внезапно нагрянула полиция — кто ее вызвал и как они прибыли так скоро, осталось для всех загадкой. Но они сразу скрутили нарушившего покой гостей Цуркана и увезли — очевидно, в участок.

— Всегда бы они действовали так быстро, как сегодня, — подытожил Фелан. — Прямо чудеса какие-то!

Я покивала, догадываясь, почему, на самом деле, констебли появились здесь так оперативно. Если верить словам комиссара Нэллада, за мной должны были приглядывать его люди. Видимо, они и вызвали патрульных, как только заметили неладное. Но рассказывать об этом я, конечно, не стала. Ни к чему новообретенным родственникам лишние беспокойства.

— Кстати, ты разве знакома с Лестером Этелхардом? — завершив свое увлекательное повествование, спросил кузен.

— Весьма посредственно, — попыталась я отговориться, глядя на пустую сцену так сосредоточенно, будто там происходило что-то интересное.

— Если что, я спрашиваю из самого практического интереса, — рассмеялся Фелан. — Может, ты раздобудешь нам контрамарки еще и на Арену?

Он дернулся, когда Морвенна пнула его под столом, и непонимающе на нее уставился.

— Можно подумать, у тебя нет денег, — хмыкнула она.

— Экономия никогда не бывает лишней, — прагматично заметил кузен. — Тем более, я узнавал, сколько стоят билеты в первые ряды...

— Все равно ты пойдешь на бои один. У меня нет совершенно никакого желания это наблюдать. И сегодня хватило! — его жена заметно разобиделась.

— Думаю, наше с мистером Этелхардом знакомство носит совсем не тот характер, чтобы рассчитывать на подарки, — сразу окончила я зарождающийся спор. — А сейчас он просто извинился за то, что доставил неудобства.

— Да на такое неудобство с радостью согласилась бы половина нынешних невест, — Морвенна обмахнулась веером. — Чтобы Лестер Этелхард прилег к ним на колени. Как пикантно, не находишь? Хоть для репутации молодой леди весьма вредно. Это крайне досадно!

Фелан только фыркнул, но не стал комментировать слова супруги, от которых у меня снова загорелись щеки.

Тем временем на сцену в очередной раз вышел конферансье. Судя по безмятежному взгляду, он успел выпить успокоительных капель, и теперь его не выбило бы из колеи даже землетрясение. Он объявил о продолжении представления — и все прошедшие тревоги окончательно позабылись за восхищением красочными танцами изящных девушек и молодых людей, которые дополняли их в некоторых номерах.

В одном из коротких антрактов к нам подошел гарсон и поставил на стол солидную бутылку игристого вина. На наши непонимающие взгляды он ответил:

— От графа Брорнареда. В качестве извинения за неподобающее знакомство.

— Так и знал, что наша Клэр не уйдет отсюда незамеченной, — вздохнул Фелан. — Это и хорошо бы. Но не в этом случае.

— Перестань! — махнула на него рукой Морвенна. — Армэль, конечно, довольно заносчив. Но не так плох, как Клэр может подумать с твоих слов. Не слушай его, дорогая! Это личная неприязнь — только и всего!

— Просто я не люблю самодовольных хлыщей. Это верно, — фыркнул кузен. — Но ни в коем случае не пытаюсь влиять на твое впечатление о нем.

Сказал таким тоном, будто повлиять на самом деле очень хотел бы.

А мистер Брорнаред решил зайти с широкого жеста! Вино было дорогим — не все могут позволить себе такое. Это мало походило на извинение — скорее на желание напомнить о себе. Но вот незадача! Игристое вино я совсем не любила: от него у меня моментально начинала болеть голова. Поэтому тут граф промахнулся.

Я неспешно огляделась и отыскала его за столиком по соседству. Он улыбнулся и отсалютовал мне бокалом. Пришлось ответить на его приветствие сдержанным кивком. Сейчас мне удалось разглядеть его чуть лучше: что ж, моей матушке он точно понравился бы. Она считала всех поголовно аристократов утонченными красавцами с острыми скулами и томным взглядом. Даже если они выглядели совсем иначе.

Но тут все эти признаки были, так сказать, в наличии. Судя по всему, мистер Брорнаред — эльфит. Отсюда и характерные черты лица, и отпечаток многовековой гордости за свой род и свое положение — на нем.

Впрочем, не исключаю, что на моем восприятии уже сказывались слова Фелана.

Наконец антракт закончился. Гости вернулись в зал, и конферансье вновь обратился ко всем со сцены:

— Я знаю, вы ждали этого, — начал он загадочно. — Многие ради этого сюда и пришли, верно? — подмигнул кому-то из сидящих ближе всего мужчин. — Встречайте! Неподражаемая Сарика Эббет!

Аплодисменты гостей заглушила музыка. Грянув поначалу, она немного стихла. На сцену начал выходить кордебалет, но я напрасно пыталась разглядеть среди них Сарику. Из глубин зала раздался мягий, завораживающий голос — и магические огни удивительным образом сосредоточились на ней, выхватывая из полумрака.

Поразительно красиво! Не думала, что она еще и поет!

Все замерли, очарованные нежной и немного печальной песней, а я ощутила легкий флер магии, которая исходила от девушки. Она медленно ступала между столиками, ее платье переливалось, оборки на юбке колыхались, как лепестки какого-то цветка.

Мелодия становилась быстрее, Сарика начала пританцовывать — на ходу коснулась плеча одного мужчины, затем другого — и они неизменно замирали, будто хотели уловить этот миг. Ее внимание доставалось не всем, но, кажется, никто не чувствовал себя обделенным.

Чуть дольше Сарика задержалась напротив Лестера, который наблюдал за ней с легким любопытством — не более. Девушка даже склонилась к нему, провела ладонью по груди и сделала вид, будто собирается присесть к нему на колени. Но тут же упорхнула, а один из близнецов, хохоча, толкнул саркана в плечо кулаком.

Впрочем, Этелхард не выглядел растерянным. Он даже рукой шевельнул, чтобы попытаться ее коснуться. Зато точно и быстро перевел взгляд на меня, зная, что я все вижу.

Я сразу отвернулась, чувствуя, как подскочившее к горлу сердце снова падает на положенное место. Да что же ему от меня нужно? Не похож он на того, кто вдруг решил найти себе невесту. Скорее, для него это развлечение — вскружить голову очередной девице и нескучно скоротать Светский сезон.

Сквозь музыку что-то треснуло — и я тут же позабыла об Этелхарде.

— Ой! — вдруг воскликнула Морвенна и вскинула ладонь к губам.

По всему залу пронеслась волна замешательства, опережая то, что вот-вот должно было случиться.

С потолка сцены над головами кордебалета и поднявшейся к нему Сарики опасно нависла какая-то деревянная балка. Она замерла на миг и, последний раз хрустнув, полетела вниз вместе с закрепленной на ней люстрой.

Сейчас она рухнет точно на Сарику! Едва я осознала это, как по залу просесся рык, мало похожий на человеческий. В тот же миг в кожу вонзились сотни магических иголок — я обхватила себя за плечи в неосознанной попытке отгородиться от них.

Сильнейшая энергия веером разлетелась вокруг. На столах дрогнула посуда. Фелан еле успел поймать падающий бокал. Морвенна подпрыгнула на месте от испуга. Но главное, сценическая люстра вместе с куском балки резко передумала падать на танцовщиц и отлетела куда-то за кулисы. Там она и рухнула, судя по грохоту, по пути сотворив страшную разруху.

Все это случилось за какие-то пару мгновений. Все стихло — и в зале повисло звенящее напряжение.

На сцене стало сумрачно. Безмолвие резко сменилось судорожной паникой. Некоторые танцовщицы, истерично вереща, опрометью бросились прочь. Другие бестолково заметались, как курицы с отрубленными головами. Сарика и вовсе замерла на месте, ошарашенная случившимся.

Среди гостей поднялся настоящий гвалт. Они повскакивали с мест и толпой направились к выходу, чтобы немедленно покинуть кабаре. Пока здесь не случилось что-то более страшное, чем драка двух бойцов и обрушение декораций.

Кажется, о приме все позабыли.

Только пара девушек из кордебалета догадались поддержать ее. Но едва они приблизились, как она начала оседать на пол. Один из огритов-спутников Лестера Этелхарда сорвался с места и бросился им на помощь. Он легко поднял Сарику на руки и в сопровождении хлопочущих вокруг танцовщиц унес ее от любопытных взглядов. В его огромных объятиях, в облаке оборок, девушка выглядела хрупкой куклой.

— Нужно уходить, — велел Фелан, приводя меня в чувство. — Пока все это не приняло масштабы урагана. Сюда и журналисты скоро подтянутся. Оно нам надо — светиться в описании завтрашних новостей? Думаю...

— Мне нужно проведать сарику, — возразила я, отмахнувшись от него.

— Перестань! — возмутился кузен. — О ней есть, кому позаботиться.

— Это Этелхард отклонил люстру? — взбудоражено комкая свои перчатки, невпопад спросила Морвенна. — Он, да?

А я-то об этом и не задумалась! Чье было заклинание, которое спасло девушек на сцене. Кто вообще имеет такие способности. Я невольно взглянула на Лестера, который с самым невозмутимым видом поднялся со своего места, собираясь уходить, как и остальные. Никто даже и не подумал поблагодарить его. Все были заняты только собой и своим спасением неизвестно от чего.

— Конечно, он! — устало согласился Фелан. — Идемте же! Выразите свое восхищение им по дороге домой.

Он взял Морвенну за руку.

— Подождите меня в экипаже!

Я уверенно направилась через зал за кулисы, чтобы узнать, как Сарика себя чувствует. Иначе не усну сегодня от волнения! Все это казалось таким странным и вовсе не было похоже на обычную случайность. Разрозненные мысли атаковали голову, и она гудела, словно колокол, в который только что ударили.

Но как только я ступила на лестницу, как кто-то схватил меня за руку.

— С ума сошли? Хотите, чтобы и вам что-то на голову упало?

Я обернулась к Лестеру, который крепко держал меня. Не иначе, от потрясения я совершенно забыла о собственной безопасности.

— И правда, — я осторожно высвободилась и растерянно огляделась, будто только что пришла в себя. По коже бегал озноб, от Этелхарда до сих пор исходил ощутимый магический фон, что совершенно сбивало с толку все мои внутренние рецепторы.

— Пройдите через боковую дверь, — голос саркана стал мягче, словно он почувствовал мое состояние. — Я провожу.

Его ладонь скользнула вверх по моему предплечью — до самого края длинной перчатки. Как будто нарочно!

— Не нужно! — выпалила я, отстраняясь. — Я справлюсь.

— Как пожелаете, — Лестер пожал плечами. — Увидите Ханка — поторопите его.

Его тон вновь обрел обычную прохладную отстраненность. Будто все, что он делал, было всего лишь вежливостью. Может быть, я просто надумываю себе лишнее? Хорошо, если так.

В подсобных помещениях кабаре оказалось удивительно безлюдно. Видимо, все были заняты суматохой в зале. По дороге в гримерку Сарики меня никто не остановил. Только на встречу попался тот самый огрит — Ханк — такой раздосадованный, будто его прогнали. Он окинул меня коротким взглядом и сердито пронесся мимо — я даже сказать ничего не успела.

Комната Сарики отыскалась довольно скоро: вокруг никого не было, а дверь в нее оказалась чуть приоткрыта. Наверное, она сейчас окружена подругами: оттуда доносились тихие голоса. Я просто спрошу, как она — всего-то! — и сразу же уйду. Ей нужно прийти в себя после такого испуга. Да и вообще всем нам. Вечер удался на славу!

Я уже взялась за дверную ручку, но меня остановил странный разговор, вовсе не похожий на взволнованное щебетание девушек.

— Меня чуть не убили, а вы... — с легкой паникой в голосе воскликнула Сарика. — А если вас кто-то увидит?

— Мне нужно то, о чем мы условились — и все. Я оставлю вас в покое, — спокойно ответил ей некий мужчина.

— И вы расскажете, где мне искать его? — голос танцовщицы стал глуше. — Вы не предупреждали, что это окажется так трудно. Так опасно!

— Раньше надо было думать, с кем связываешься, — безразлично заметил мужчина. — Мы договорились. Ты передаешь товар и получаешь информацию. Но вокруг тебя возникло слишком много шума. Поэтому ты сделаешь еще кое-что, прежде чем я расскажу тебе то, что узнал.

Я вздрогнула от звука размеренных шагов. Они приближались! Интуиция пискнула, что, если меня тут обнаружат, ничего хорошего из этого не выйдет. Поэтому я метнулась обратно, еле вспомнив, что надо придержать подол, чтобы не запнуться. Но добежать до конца коридора не успела — спряталась за колонной.

Шаги остановились, я живо представила, как тот мужчина подозрительно оглядывает пустой коридор — затем хлопнула дверь и стало совсем безмолвно.

Опрометью я бросилась дальше — едва не сбила с ног одну из танцовщиц, которая как раз выходила из общей гримерной. Может, как раз она и спугнет того незнакомца. Или ее прогонят так же, как Ханка.

Похоже, комиссар Нэллад был прав! За кражей сумочки Сарики крылось что-то более серьезное, чем простое желание разжиться деньгами. Но вот что? Во что она ввязалась?

Лестер Этелхард

— Зачем нужно было вызывать меня в участок? — Лестер прошел через кабинет комиссара Нэллада и остановился напротив. — Неужели другие свидетели рассказали тебе недостаточно о том, что случилось в « Красном фламинго»?

Разговаривать с Роем совсем не хотелось. Доверие ушло — теперь он видел в приятеле только соперника. Но сообщать об этом ему пока не собирался. Хотел понаблюдать.

— Прошу не сравнивать себя, прямого участника этих событий, с простыми обывателями, которые в полумраке многое просто не разглядели. А что не увидели, то придумали сами, — комиссар приветливым жестом указал ему на стул перед собой.

— Надеюсь, Цуркан Зетенс надежно заперт? — уточнил Лестер. — Вчера он вел себя крайне неадекватно. Думаю, его стоит изолировать от общества на месяц-другой.

— Почему он на тебя напал?

— Не думаю, что это имеет большое значение. Гораздо важнее...

— И все же? — перебил комиссар. — Я должен знать все. Любая деталь может сыграть роль.

Лестер встряхнул перчатки, которые сжимал в руке. Чем дольше он тут находился, тем сложнее было говорить. Не только потому что вид Роя Нэллада стал вдруг его раздражать. Просто в горле и груди до сих пор пекло после внезапного проявления драконьего огня. На него Лестер не рассчитывал — и поэтому совсем не был готов.

Чтобы призывать драконий огонь в человеческом теле без вреда для себя, необходимы тренировки. Но Лестер забросил их со времен учебы в Академии — за ненадобностью.

Вот и получил. Теперь ему казалось, будто он провел несколько очень мучительных дней без воды в пустыне — в горле все буквально ссохлось.

— Думаю, он очень осерчал на меня за то, что мы вывели его из младшей лиги.

— Почему? — Рой наморщил лоб. — Я не любитель боев, но, кажется, Цуркан был восходящей звездой.

— Его звезда как взошла, так и зашла обратно. Он провел серию очень неудачных, просто бездарных боев. Зато развил в себе такой гонор, будто до чемпионства ему оставалось полшага. У нас состоялся не очень приятный разговор в последнюю нашу встречу. Да и Имон припечатал его парой крепких словечек. Вот его гордость и взбунтовалась.

— Думаешь, он пришел в кабаре нарочно? — комиссар что-то отметил в блокноте и снова поднял на Лестера взгляд.

— Подозреваю, что так.

— Как ты считаешь, его поведение было необычным?

Лестер неопределенно покачал головой. Он обдумывал это уже не раз — и все больше убеждался, что в этом происшествии было достаточно странностей. Кто-то рассказал Цуркану о том, что он будет в «Красном фламинго». И его способности.

— Мне показалось — и не только мне — что его силы возросли в несколько раз. Раньше Цуркан точно не смог бы пробить мой магический щит. А тут — почти сразу.

— Имон и Ханк сказали то же, — согласился Рой. — Что его силы были необычными. Призванное оружие — гораздо мощнее того, каким он пользовался раньше во время боев.

— Именно, — Лестер кивнул. — И либо он был очень на меня зол. Либо... дело в каком-то стимуляторе. С горя он мог вляпаться в грязное дело. Проведите проверку. Наверняка остатки стимулятора еще в его крови. И в структуре магии.

Комиссар вдруг встал и прошелся по кабинету, словно эти слова сильно его взволновали.

— Мы проводили проверку. Своими способами, — он остановился у окна, через которое можно было видеть почти все отделение Южного округа. — Ничего.

— Что значит, ничего? — не понял Лестер.

Любой стимулятор оставляет след. В подпольных боях на это чаще всего не обращают внимание. Только победителя могут проверить — но и этого можно избежать, если хорошенько договориться с организатором. Скандалы случались, конечно, довольно часто. Но там, на дне, это мало кого волновало.

Даже если Цуркан был в страшной ярости, она не могла придать ему такую мощь и уж тем более — резко улучшить его навыки.

— Вот так — ничего, — развел руками Рой. — Применение стимулятора налицо. А доказать это мы не можем. И если нам не удалось сейчас, то дальнейшие проверки и вовсе бесполезны. С каждым часом посторонняя магия рассеивается сильнее.

— Это плохо.

— Не то слово! Мы припишем ему только хулиганство и нарушение общественного порядка. Больше зацепиться не за что. Но все это явно скверно попахивает.

— Я бы сказал, смердит.

— Как и очередная темная история, связанная с Сарикой Эббет, — добавил комиссар. — Мы осмотрели место падения люстры. Это не похоже на трагическую случайность. Или халатность работников, которые устанавливали декорации.

— Считаешь, ей хотели навредить намеренно?

— И навредили бы, не окажись ты в этот день в кабаре. Всегда поражаюсь реакции сарканов! — показалось, с искренним восхищением заметил Рой.

— Ведьмакам такое недоступно, да? — Лестер усмехнулся.

— Почему же... при определенном усердии мы можем овладеть разными заклинаниями. Но иссигны и молниеносные действия — это ваши особенности. По сути мы всего лишь люди.

— Которым слишком скучно жилось — и они вдруг решили приручить магию в непредназначенном для этого теле, — Лестер понимающе покивал.

— Так вот. Исходя из твоих особых умений, — прервал его Рой. — Ты не заметил ничего подозрительного среди гостей? Может быть, рядом с Сарикой мелькал какой-нибудь навязчивый поклонник? Или злобная соперница недобро на нее посматривала?

Признаться, несмотря на похвалу Роя, в тот вечер Лестер был несвойственно для себя рассеян. Его внимание было сосредоточено только на одной девушке — которая раз за разом упорно его отталкивала и избегала более близкого знакомства.

Так что крутись рядом с мисс Эббет целый рой подозрительных кавалеров, он вряд ли это заметил бы. И уж тем более завистливую соперницу.

— Ты же знаешь высшее общество Кальна. Там все через одного подозрительные.

— Не знаю, — напомнил комиссар. — Я в него не вхож. Но... наслышан. Что ж, будем разбираться дальше, — он вдруг заторопился, посмотрев на карманные часы. — Спасибо, что заехал. Ты многое для меня прояснил. И теперь я лучше представляю, куда двигаться дальше.

Он взял со спинки кресла свой форменный сюртук и встряхнул его.

— Куда-то поедешь? — Лестер встал.

— Да. Да, — размыто ответил комиссар. — Нужно опросить одну свидетельницу. Может, она что видела.

— Почему же ты не вызовешь ее сюда?

Очередной неприятный укол в груди едва не заставил Лестера дернуться и потереть это место через рубашку.

— Требовать от леди приехать в участок. Я лучше сам.

Рой напряженно улыбнулся.

— К слову о леди, — Лестер преградил ему путь. — Ты случайно не выяснил адрес мисс Рейнфрид? Я просил тебя несколько дней назад. Неужели это оказалась настолько сложная задача?

Комиссар помрачнел, его кадык дернулся. Похоже, он осознал, что оказался в западне.

— Кажется, вы должны были встретиться вчера в «Фламинго». Разве нет? Ты не узнал у нее адрес лично?

— Ты едешь к ней, верно? И ездил недавно. Только забыл сообщить мне о том, что не желаешь говорить, где она живет. И более того, что она на тот момент уже бывала в твоем участке.

— Тер! — взмолился Рой. — Я просто хотел сначала понять, зачем тебе ее адрес.

— Решил, что я задумал плохое? — Лестер рассмеялся. — Ты серьезно? Честно говоря, твоя мелочная подлость стала для меня сюрпризом. К сведению: я не собираюсь поступать с ней скверно. Так что прочь с моей дороги!

На последней фразе его голос исказился, словно в него вплелись чужие интонации. Лестер ошарашенно смолк, а Рой оглядел его, подозрительно прищурившись, как будто тоже заметил что-то неладное.

— Боюсь, такие, как ты, ее вовсе не прельщают, — он усмехнулся. — Но... Время покажет. А сейчас извини. Мне нужно ехать.

Глава 9

Клэр

— Это просто ужасно! Ужасно! — в очередной раз воскликнула тетушка Аделла, дочитывая статью о происшествиях в «Красном фламинго», которая вышла в утренней газете.

Поразительно все же, как журналисты умудряются так быстро подхватывать скандалы и выдавать их публике. Причем так, что даже у самых стойких волосы встанут дыбом — что уж говорить о впечатлительной Аделле.

— Подумаешь, — пожал плечами Фелан. — Да в городе каждый день творится что похуже. Но это тебя почему-то не возмущает. А драка в кабаре и неполадки с декорациями...

Мать взглянула на него так, что он посчитал благоразумным замолчать.

— Меня не волнует большинство новостей, потому что в них не упоминается имя моей племянницы! — она обвинительно махнула газетой в мою сторону. — И что еще хуже, именно мой сын втянул ее в эти неприятности! Что теперь скажут люди!

— Я не сделала ничего предосудительного, — вздохнула я.

— Ну, во-первых, ты солгала мне, — напомнила Аделла. — А я поверила! Поверила, потому что всегда считала, что благовоспитанные леди не лгут! А, во-вторых. — она вновь пробежалась взглядом по строчкам таблоида. — Тебя несколько раз видели в обществе Лестера Этелхарда. Лестера! Этелхарда!

Она страдальчески закатила глаза.

Я тоже закатила глаза, понемногу осознавая, насколько скандальную репутацию он носит, раз одно только его имя повергает тетушку в такое отчаяние.

— Перестань, Аделла, — наконец вмешался Элиот. — Наверняка они обменялись всего парой слов.

— Именно! — вставила я, решив умолчать о том, что мы с Лестером некоторое время едва не в обнимку валялись на полу ресторана.

— И что? — возмущенно пискнула тетушка. — А журналисты уже приписывают им роман! Если об этом прочитают благовоспитанные молодые люди. Они будут обходить ее десятой стороной!

— Пф, — хмыкнул Элиот. — Где ты встречала благовоспитанных молодых людей среди аристократов Кальна? Да все они...

Он осекся и кашлянул, напоровшись на подозрительный взгляд супруги.

— Клэр и так в нелегком положении. Без титула, без... Ай, да что об этом говорить! Теперь все просто ужасно! Дорогая! — она обратилась ко мне. — Я прошу тебя! Если это возможно, прекрати любое общение с Этелхардом.

— Да я и не собиралась с ним общаться! — я сердито брякнула вилкой по тарелке. — Он просто извинился. Древнейшие! Да почему я должна оправдываться, если ни в чем не виновата!

— Понимаешь, милая, — чуть ласковее сказала Аделла. — Иногда даже стоять рядом с некоторыми людьми нежелательно.

— Я поняла. Может, мне вообще никуда не выходить? Буду ждать, пока жених сам свалится мне на голову.

— А он и свалился, — ехидно улыбаясь, напомнил Фелан.

И показалось, что тихо сидящая рядом Морвенна сейчас ткнет его вилкой в бок.

— Вы доведете меня до сердечного удара! Честное слово! — тетушка вновь впала в близкое к панике состояние.

— Простите меня, — я вздохнула. — Простите, что обманула. Я не думала, что в кабаре все сложится так неудачно. Я просто хотела посмотреть представление — только и всего!

Аделла взглянула на меня с укором, но заметно смягчилась. Отложила проклятую газету в сторону и вернулась к завтраку.

— Кстати, — проговорила она спокойно. — Твои платья, милая, не мешало бы перешить. У нас не принято ходить с такими глубокими вырезами и открытыми руками. Тебя посчитают легкомысленной особой. Я уже договорилась о встрече с отличным портным. Вы с Роной отвезете платья в мастерскую сегодня. Перешить кое-что в них будет быстрее, чем сшить новые. Да и зачем убирать в шкаф такие прекрасные наряды, если их можно просто доработать, верно?

— Если ни одно платье не годится, чем мне ходить? Послезавтра цветочный фестиваль. Я хотела бы посетить его: думаю, это будет полезно.

— Мы вместе отберем среди твоих нарядов самы подходящий, — благосклонно разрешила тетушка. — А на фестиваль сходите обязательно! Это просто чудесное зрелище!

И там наверняка будет много много людей — возможно, мне удастся познакомиться с теми, кто сможет вывести меня на Скульптора. Пропустить это событие никак нельзя. К тому же там будет комиссар Нэллад. Возможно, он что-то знает, и раз уж настаивает на продолжении знакомства, можно попытаться извлечь из этого выгоду.

— Благодарю, — лаконично ответила я тетушке.

А она лишь снисходительно улыбнулась.

— И, будь добра. После визита к портному поезжай сразу в «Таркеттхолл». Поможешь мне с разбором документов перед будущей ярмаркой.

Думается, моя помощь не так уж сильно была нужна ей. Помощников кругом полно. Просто тетушка решила взять меня под более строгий контроль. Ну что ж, пусть тешится надеждами.

Собрав все необходимые платья, мы с Роной выехали в швейный район Кальна. Он был просто напичкан всевозможными мастерскими, ателье и салонами, где уже можно было выбрать себе готовый наряд. Самые лучшие портные работали именно там. Аделла уверила меня, что ее знакомы мастер обшивает половину аристократок города. И сделает работу очень быстро.

По дороге в Швейный округ я занялась рисованием городских пейзажей, которые проплывали мимо окон экипажа. Быстрые наброски складывала рядом с собой — тут важно поймать момент, впечатление. И это просто отличный способ скоротать время в поездке — а его было предостаточно!

В разгар дня некоторые улицы оказались загружены. Нам порой приходилось останавливаться, чтобы подождать, когда экипажи и повозки разъедутся на перекрестке. И, в очередной раз глянув в окно во время такой заминки, я обратила внимание на витрину одной из лавок. На первый взгляд, ей было вовсе не место в районе, где сплошь одни конторы и промышленные торговые склады — это оказался галантерейный магазин. В небольшом окне были выставлены декорированные шейными платками и шарфами манекены, вокруг — разложены перчатки и небольшие тканые ридикюли. Даже издалека они притягивали взгляд необычными принтами и некоей самобытной отделкой.

— Остановитесь тут! — крикнула я кучеру.

— Да мы и так... стоим, — растерянно выдал он.

Но с трудом все же протиснулся ближе к обочине.

— Что такое? — удивленно спросила Рона. — Мы же еще не приехали.

— Нет. Но я хочу заглянуть.

По пыльному, нагретому солнцем тротуару мы добежали до лавки с вывеской «Галантерея мастера Канаги». Мелодично звякнул колокольчик на входе, и удивительно молодой хозяин за прилавком тут же поднял на нас взгляд.

Его брови изумленно попозли вверх, как будто посетителей он совсем не ждал.

— Добрый день, милые леди! — сразу заговорил он. — Проходите! Меня зовут Зинаут Канаги. Спрашивайте обо всем, что вас заинтересует!

Я кивнула ему, осматривая выставленные вокруг товары. Это же просто очаровательно! Удивительно, почему здесь не толпятся клиентки в надежде урвать шелковый платок с нежным рисунком или или изящные перчатки. Но вот шляпка. Я добавила бы на нее небольшую розетку с пером, да и фасон такой уже редко где носят.

Мы ходили по залу очень долго. Все хотелось потрогать, все — рассмотреть внимательнее. Я словно оказалась в уютном мире человека, который вкладывает в каждое изделие частичку души.

— Почему тут так пусто?

Рона, которая как раз взяла в руки отделанный атласным плетением поясок, едва не уронила его от неожиданности. Мастер явно смутился — похоже, я невольно ударила по больному месту.

— Как вы, должно быть, понимаете, место для расположения лавки не самое удачное. К сожалению, — он вздохнул. — Арендовать помещение в Швейном округе оказалось слишком дорого для меня. Да и конкуренция. Там столько именитых мастеров!

— Которые и в подметки вам не годятся! — заметила я, критически осматривая идеально сшитый ридикюль. Мелкие аксессуары мастера были просто восхитительны. А вот шляпки — явно не его конек. Они, хоть и были выполнены безупречно, казались чуть старомодными и откровенно скучными. Остальное выходило у него гораздо лучше.

— Ну что вы, — польщенно протянул мастер.

— Правда! Ваши перчатки, сумочки и пояса просто очаровательны. Я возьму этот. И этот тоже... А платки! Рона, смотри, какие платки!

— Просто чудо! — подтвердила камеристка.

— Если вы и правда хотите что-то приобрести, рекомендую сделать это сейчас, — совсем погрустнел Зинаут. — Боюсь, скоро мне придется съехать и отсюда.

Наверное, я посмотрела на него, как на сумасшедшего, потому что он сразу осекся и захлопал глазами.

— Ни в коем случае! Вы должны знать, что лучшая реклама — это рекомендации, верно?

— Было бы кому рекомендовать.

Я еще раз огляделась вокруг. Нет, такому добру просто нельзя позволить пропасть в безвестности! А если дополнить ассортимент, то можно развернуться даже в таком, казалось бы, не самом удачном месте. В конце концов, до Швейного округа отсюда недалеко. Наверняка модницы регулярно проезжают этой дорогой.

— Пожалуй, у меня созрело одно интересное предложение для вас. Мы можем помочь друг другу!

— Это какая-то шутка, да? — вдруг напрягся Зинаут.

И его можно было понять. Я свалилась ему, как снег на голову!

— Почему?

— Просто я не верю в такие подарки судьбы.

— А это не подарок, — строго заметила я. — Нам придется очень хорошо поработать. Но если вы согласитесь, я уверена, скоро покупателей у вас станет гораздо больше. И многие в Швейном округе позавидуют вам.

Мастер задумался, не торопясь спрашивать, что я вообще хочу ему предложить. А у меня в голове крутилось столько радостных мыслей! Я казалась себе такой гениальной, что не терпелось поделиться этим со всеми.

— Хорошо! Что вы предлагаете? — наконец решил продолжить разговор Канаги. — Учтите, шить по вашей указке я не буду!

— А вы пробовали? — уточнила я. — Нужно же как-то нарабатывать клиентов. Если они почувствуют, что вы можете сделать то, что им понравится, они будут возвращаться к вам снова. Но сейчас я не об этом.

— А о чем же? — чуть расслабился Зинаут.

— Вы слышали, что скоро в самом центре Кальна, в отеле «Таркеттхолл», будет проходить благотворительная ярмарка?

— Кто же об этом не слышал... — мастер возвел глаза к потолку. — Но попасть на нее могут только избранные. Кто имеет связи...

— Я помогу вам заполучить место под прилавок на этой ярмарке. Выставите там что-то простое, но элегантное. Небольшие платки или тканевые кошельки — то, что можно купить легко, но что будет каждый раз напоминать о вас.

— Я могу набрать достаточное количество мелочей для продажи, — уже более уверенно кивнул галантерейщик. — Но как вам удастся? Наверняка все места уже заняты.

— Не переживайте. Я найду способ, — слегка слукавила я, хоть и не была полностью уверена в успехе. — Но и от вас я хочу получить одно обещание. Если вы его не выполните, то все это может обернуться очень печальными последствиями. Так что советую быть честным со мной.

Совершенно не хотелось никого запугивать, но и он должен понимать, что не стоит держать меня за наивную дурочку. Впрочем, Зинаут хоть и выглядел слишком гордым и даже слегка заносчивым, наверняка был еще и патологически честным. Иначе нашел бы способ пробиться в Швейный округ.

— Я слушаю, — серьезно кивнул он.

— У меня есть одно увлечение. Очень давно. Но до сих пор я не смогла реализовать его во что-то стоящее. Так что я прошу вас посмотреть мои эскизы, чтобы вместе мы могли отобрать среди них самые привлекательные — и по ним вы изготовите первую партию эксклюзивных шляпок.

— Но... — сразу испугался мастер.

Наверняка он успел подумать, что я предложу ему нечто совершенно кошмарное. Нет ничего ужаснее для ценящего свой труд творца, чем через силу выполнить то, что он не понимает и не может принять всей душой. А от молодой девицы он, наверное, не ждал особо талантливых работ.

— Вы опасаетесь за качество?

— Ну что вы... — попытался успокоить меня галантерейщик.

Однако его взгляд выдавал все сомнения.

— Дайте мне чистый листок и карандаш! — я махнула рукой на прилавок. — Давайте-давайте! Не бойтесь! Вы не ослепнете от кошмарности зрелища.

Сейчас я была так взбудоражена, что поистине готова была выдать настоящий шедевр. Обилие природных красок в аксессуарах вокруг меня вдохновляло. Безупречное исполнение, лаконичность и элегантность — в голове уже созрело несколько образов!

С некоторой неуверенностью во взгляде Зинаут протянул мне плотный лист бумаги и уже немало обточенный карандаш.

Буквально несколько взмахов рукой — и новый силуэт сформировался в желаемую форму. Именно так, как я и задумывала. Еще пара штрихов — и все. Рона улыбалась, глядя на мою работу. Мастер ждал, поглядывая на меня с легким недоумением, будто встретил городскую сумасшедшую и теперь не знал, как от нее отделаться.

— Держите! Дарю, — я отдала ему набросок.

Зинаут застыл, перестав контролировать свою челюсть, которая неумолимо поползла вниз.

— Простите! — пробормотал он чуть погодя и повторил громче: — Простите меня, ради всех Древних! Это удивительно! Я никогда не задумался бы, что классику можно так... усовершенствовать.

— Не обижайтесь, но вам и правда слегка не хватает свежести взгляда. Зато остальные ваши изделия выше всяких похвал! — уверила я его. — И мы можем дополнить друг друга. Я лично буду рекомендовать вас. И совершенно искренне буду носить ваши аксессуары, потому что действительно считаю их безупречными. И, если нужно, помогу деньгами. Но и вы помогите мне воплотить мою мечту. К сожалению, я не обладаю мастерством, чтобы самостоятельно шить шляпки. Родители не позволяли мне учиться этому. Считали, что это слишком тяжелая и сложная работа для леди.

— Я понимаю, — покивал мастер, все еще разглядывая эскиз. — Я помогу вам. И научу всему, чего только пожелаете.

От сердца сразу отлегло. Пожалуй, выбить место для него на ярмарке будет не так просто, как кажется. Я не имею в высшем обществе Кальна никакого веса. Обо мне почти никто не слышал. Да и тетушка — хоть имеет к организации непосредственное отношение — вряд ли может стукнуть по столу кулаком и настоять на своих условиях. Решают, кого пускать, а кого — нет, совсем другие люди.

Но я готова была попытаться!

— Что ж, — я собрала в охапку все свои будущие покупки. — В таком случае, если мне все удастся, я дам вам знать. Будьте готовы!

— Считайте, что я уже готов, — улыбнулся мастер.

Скоро мы с Роной вышли из примечательной лавки с солидным свертком приобретенных аксессуаров. Вот-вот мне представится возможность продемонстрировать их на фестивале. И нужно подумать, как бы невзначай упомянуть лавку мастера Карнаги в возможных разговорах с местными модницами.

К счастью, пока мы разговаривали с галантерейщиком, дорога расчистилась. Добраться до Швейных кварталов удалось скоро. Коробки с моими платьями аккуратно перенесли в мастерскую, пока я знакомилась с рекомендованным тетушкой Аделлой портным. Снятие мерок и обсуждение изменений заняло еще некоторое время.

У меня едва не вскипела голова от швейных премудростей и особенностей здешних женских нарядов, которые мне обязательно стоило учесть на будущее. Портной оказался весьма нудным мужчиной, но явно знал свое дело.

Все это звучало весьма удручающе. Жариться мне летом в закрытых почти наглухо платьях — и не думай даже пискнуть!

— Ну как можно так себя мучить? — внутри все кипело от возмущения. — В северных монастырях и то наверняка одеваются свободнее!

Закончив это хлопотное дело, мы с Роной вернулись к разгруженному экипажу.

Один из подмастерий портного, провожая, вежливо открыл передо мной дверцу. Я ступила внутрь и замерла, забыв выпрямиться.

Да нет же! Мне просто мерещится! Наверное солнце ослепило, и теперь перед глазами мелькают лишние пятна в виде мирно сидящего с противоположной стороны мужчины.

— Как вы тут оказались? — глухо пробормотала я. — Вы что, следите за мной?

Лестер Этелхард повернул ко мне голову, будто только что меня заметил. На мгновение я даже засомневалась, моя ли это повозка. Может, ошиблась?

— Да за вами разве что ленивый не следит, мисс Рейнфрид, — он нахально усмехнулся. — Я имел удовольствие наблюдать, как за вами таскается несколько констеблей, искренне считая, что делают это совершенно незаметно. Вы знаете об этом или это личная инициатива комиссара? И, кстати, доброго дня.

Какой наблюдательный! Как много времени ему понадобилось, чтобы распознать среди обычных прохожих людей Роя?

Я прошла дальше в полумрак экипажа и опустилась напротив. Рона, ошарашенно тараща глаза, присела перед Этелхардом в книксене и хотела было устроиться рядом со мной, но саркан остановил ее взмахом руки.

— Будьте добры, мисс, подождите снаружи. Не волнуйтесь, мы просто поговорим.

— Может быть, для вас это новость, мистер Этелхард, но вряд ли нам есть о чем разговаривать, — холодно возразила я. — Правильно о вас говорят...

— Да что вы, — Лестер коротко рассмеялся. — Говорят. Хорошо, что говорят — значит, людям есть до меня дело. Но не советую верить всему, что вы слышали и еще услышите. Сейчас я просто прошу уделить мне немного вашего времени.

Камеристка, которая так и сидела в ожидании моего решения, тревожно покосилась на меня — и лишь когда я кивнула, оставила нас вдвоем.

— Говорите скорее, что вам нужно?

Отделаться бы от него поскорей! От этого саркана я не ожидала ничего хорошего. Кто знает, что он решил обо мне выяснить и не вздумает ли использовать это в своих целях.

— Не беспокойтесь, я не слежу за вами постоянно, — Лестер словно бы прочитал мои мысли. Он расслабленно откинулся на спинку, неспешно и с видимым любопытством оглядывая меня с головы до ног. — У меня было время подумать надо всеми нашими встречами, и я отметил кое-что необычное. Поэтому решил увидеться с вами.

— Могли бы выбрать более традиционный способ, чем грубое нарушение личного пространства, — заметила я.

— Ну что вы. Ваше личное пространство я пока не нарушал! — саркан самодовольно прищурился.

— «Пока»?!

— Не цепляйтесь к словам, мисс, — он назидательно погрозил мне пальцем. — Поначалу я чинно заехал к вашей тетушке, чтобы попросить о встрече с вами. Но... супруга вашего кузена, полагаю, любезно сообщила мне, куда вы отправились. И предупредила, что у вас еще много дел, и появитесь вы нескоро. Поэтому я решил перехватить вас тут.

— Что за срочность? — я слегка нервно хлопнула веером по ладони.

— Признаюсь, виновато мое нетерпение. Дело в том, что после знакомства с вами со мной творится нечто странное. То, чего раньше я не замечал.

Я скептически усмехнулась.

— Только не говорите мне, что в вас внезапно вспыхнули небывалые чувства!

— Вовсе нет, — покачал Лестер головой. Явственная ирония в его голосе слегка меня уязвила. — Скорее это связано с магией, которая заключена во мне и в вас, очевидно, тоже.

— С чего вы взяли?

Наверное, удивление, которое я попыталась изобразить, вышло не очень убедительным. Лестер спокойно продолжил:

— Дело в том, что я ощущаю некоторые отголоски души дракона.

— А разве для саркана это не нормально? — я совсем перестала понимать, о чем он говорит — причем с таким загадочным видом, будто это что-то удивительное.

— Для меня — нет. Вы так много обо мне слышали, но, видимо, не знаете самое главное. Я не инициированный саркан, — в голосе Этелхарда проступила горечь. — То есть, когда пришло время слиться с душой дракона, связь не установилась.

— Но вы же владеете иссигнами.

— Это малая часть того, что обычно подвластно сарканам. Например, я не могу обращаться драконом и летать. Уже существенно, правда? И только после встреч с вами во мне проявляются более широкие способности. С каждым разом они все усиливаются.

Его откровенность немного сбила меня с толку. Подобные признания наверняка давались ему с трудом. Любому неприятно было бы напоминать самому себе о собственной неполноценности и уж тем более обсуждать это с полузнакомой девицей. И это будто бы накладывало на меня какие-то обязательства. Неприятное чувство, ничего не скажешь!

— Не думаю, что это как-то связано со мной. Может, это просто совпадение? И сейчас с вами происходит то, что должно было случиться давно. Просто задержалось... — в затылке ощутимо похолодело от одной только мысли, что я и правда могла иметь отношение к его метаморфозам.

Если, конечно, это не хитрость с его стороны, чтобы выяснить обо мне больше.

— «Задержалось», — беззлобно передразнил он меня. Чуть запрокинул голову и прикрыл веки. — Я не стану долго разъяснять вам тонкости обретения сарканами душ драконов. Это не нужно. Только хочу попросить вас позволить мне убедиться кое в чем.

— Каким образом? — напряглась я еще больше.

— Дайте мне руку. Без перчатки.

Он пересел рядом со мной и протянул мне раскрытую ладонь. Сердце сделало невероятный кульбит и заколотилось в ребра.

— Что за блажь? — я прижала кулачки к груди.

Наверное, мое поведение выглядело странным. Не так уж это страшно — просто дать мужчине руку. Но не в моем случае!

Я и сама не до конца знала, на что способна моя магия. Но она усиливалась с каждым годом. И если в детстве я еще могла касаться кого-то, пусть и недолго, то со временем безопасное время контакта сократилось до пары мгновений. А Лестер сейчас смотрел на меня так, что становилось ясно: этого ему будет мало.

Так что пусть лучше считает меня девицей с придурью: может, отстанет наконец.

— Я же не прошу ни о чем затруднительном или постыдном, — Лестер натянуто улыбнулся, а в его глазах зажглась вполне объяснимая подозрительность. — Обещаю не пользоваться ситуацией.

Можно только представить, какие предположения сейчас крутятся в его голове!

— Мистер Этелхард! Я не знаю, что вы задумали. Но... Просто оставьте меня, — совершенно бездарно отмахнулась я. Более достойных аргументов у меня все равно не нашлось. — Сходите лучше к тому, кто хорошо разбирается в магии драконов — уверена, вашему состоянию найдется логичное объяснение.

— Просто дайте руку! — чуть повысил голос саркан. Его интонации завибрировали, срываясь в горловой рык. — Я не хочу настаивать и пользоваться тем, что сильнее вас!

— Не нужно мне угрожать! — зацепилась я за возможность вывернуться из щекотливой ситуации.

— Что за глупое упрямство?!

Видят, Древнейшие, из его ноздрей сейчас пар повалит!

— Уходите!

Лестер качнулся вперед — и я уперлась спиной в стенку экипажа. Горло сжалось — попробуй закричать, совсем ничего не получится. Терпение саркана лопнуло.

Лестер Этелхард

— Что ж, я хотел по-хорошему, — выдохнул Лестер прямо в приоткрытые от изумления губы девушки.

В последнем, почти бесполезном порыве она уперлась ладонями в его грудь, но он и правда был гораздо сильнее и тяжелее нее. Это все равно, что пытаться толкнуть стену. Лестер обхватил Клэрис за плечи и притянул к себе.

— Не смей... — пискнула она еле слышно.

Но вторая часть фразы утонула в поцелуе.

Нет, пожалуй, он хотел этого не только в исследовательских целях. С самого первого дня, как Клэр Рэйнфрид бесцеремонно ворвалась в его каюту, он постоянно возвращался к ней мыслями. Ее нежный образ накрепко отпечатался в памяти и с каждой встречей становился все навязчивее. Невыносимо далекие отголоски воли дракона, словно тот пытался докричаться из-за толстой стены, твердили: забери! Забери и не позволяй приблизиться к ней никому больше!

Вспышка эйфории затопила голову, напрочь гася последние остатки разумных мыслей. Нет! Нельзя увлекаться!

Но стоило только коснуться мягких губ Клэрис своими, как захотелось пойти до конца. Дыхание развернулось в груди, распирая ее до треска ребер. В горле стало горячо и сладко одновременно.

Вся эта невообразимая палитра чувств оглушила Лестера, но ненадолго. Расплата за вольность настигла внезапно и быстро. Магический контур, прочно вплетенный энергию тела, вдруг натянулся по всем нитям сразу. До боли и судорог в мышцах.

Лестер попытался отстраниться, но понял, что почти не может двигаться. Блаженство от близости Клэр сразу же схлынуло под натиском совершенно иррациональной паники. Как будто его разбудили, бросив в море.

Отыскав в себе какие-то скрытые резервы сил, Лестер все же отпрянул от девушки. Она, словно тряпичная кукла, сползла по спинке сидения, хватаясь за шею. Под ее кожей уверенно и опасно растеклось огненное свечение.

Откуда ему взяться, ведь она точно не саркан!

— Помогите, — произнесла Клэр одними губами.

Лестер сгреб ее в охапку, не обращая внимания на то, что сам необъяснимо ослаб.

Руки подрагивали, дыхание тугим молотом ворочалось в легких: воздух стал плотным, словно смола. Но страх, что он причинил девушке непоправимый вред, придавал лихорадочные силы держать ее и не отпускать.

Клэр смахнула с груди кружевную шаль и зашарила по ней ладонями словно хотела вынуть то, что причиняло ей боль.

— Что происходит?! — резко распахнув дверцу, в экипаж заглянула ее камеристка. — Что вы сделали?!

Она панически схватилась за голову и протиснулась внутрь.

Лестер судорожно пытался сообразить, как может спасти Клэр от выжигания. Мгновения уходили слишком быстро. Нужно что-то делать! Перебирая все известные заклинания, он вспомнил о том, которое узнал во время учебы. Поглощающий иссигн! Не слишком популярный, но довольно полезный как раз в этом случае. Правда, ни разу не приходилось им пользоваться. К тому же он активировался только от силы истинных сарканов. Но другого выхода все равно нет.

Собрав всю доступную энергию, Лестер одно за другим прорычал слова заклинания, стараясь не навредить Клэрис еще больше. Удивительно, но иссигн сработал! Воздух вспыхнул магическими искрами, упругая волна окутала девушку и медленно растворилась.

Показалось, что все осталось, как прежде.

Одно мгновение, другое... третье...

И вдруг Клэр слегка обмякла, перестала отчаянно цепляться за одежду Лестера, а ее взгляд затуманился. Свечение под ее кожей ослабевало с каждым ударом сердца, пока не погасло совсем.

В тот же миг девушка потеряла сознание...

— Вы совсем дурак? — не стесняясь в выражениях, налетела на него Рона. — Что это вообще такое было? Вы едва не убили ее! Немедленно, мистер Этелхард, отпустите! Чего вцепились?

— Успокойтесь! — рявкнул он.

И камеристка замерла, опустив руки. Ее глаза наполнились слезами, а губы задрожали. Она открыла было рот, чтобы что-то сказать, но передумала.

Клэр дышала ровно и выглядела так, словно совсем ничего не случилось. Лестер наконец осознал, что от испуга и бессилия у него взмокла спина. По вискам скатились крупные капли пота.

Голова понемногу прояснялась, силы возвращались — похоже, в норму он придет очень скоро. А вот Клэр лучше показать лекарю.

— Вы не видели ничего необычного, поняли? — обратился Лестер к камеристке. — Ей просто стало дурно от духоты. Вот и все. Я отвезу ее к знакомому лекарю, он скажет, все ли в порядке, и поможет при необходимости.

Та немного подумала и кивнула: получается, это в ее же интересах. И в интересах леди Рейнфрид. Впрочем, кучер все-таки заметил суматоху и обеспокоенно сунулся в оконце.

— Эй, мистер... — возмутился было.

Хотя сам же и позволил ему сесть в экипаж леди.

— Мисс Рейнфрид просто разволновалась, — Лестер растянул губы в улыбке. — Отвезите нас на Халлоут стрит. Тут недалеко. Ее быстро приведут в чувство.

Кучер подозрительно нахмурился, но взглянув на Рону, которая уже взяла себя в руки, успокоился тоже.

— Может, вы все же отпустите ее? — не забыла напомнить камеристка по дороге. — В конце концов, именно от вашего присутствия ей стало плохо!

— Так расскажите мне, в чем дело! — Лестер вскинул брови, и не подумав даже отпустить Клэр. — Что с ней не так? Почему такая реакция?

К слову сказать, он немало целовал женщин, но ни одна из них после этого не норовила самовоспламениться!

— Это с вами что-то не так, — без всяких обиняков заявила камеристка. — До встречи с вами все было нормально!

Врет — точно врет. Отсюда и слишком резкий тон, и грубость, которую она не позволила бы себе раньше по отношению к тому, кто много выше ее по статусу. Значит, нарочно хочет сбить с толку. Таких верных слуг хоть пытай — они ничего не расскажут.

— Значит, я виноват. Интересно!

Клэрис вяло завозилась в его руках. Слава Древнейшим! А то ее состояние уже начало внушать большое беспокойство. Огненный свет без защиты сарканьей крови мог запросто убить ее!

Немного придя в себя, девушка приподняла голову и сразу встрепенулась.

— Куда вы меня везете? — просипела еле слышно.

И, словно осознав что-то, вырвалась из рук Лестера. Кинулась к окну и повисла на нем, тревожно озираясь.

— К лекарю, — невозмутимо ответил тот. — Вообще-то вы потеряли сознание. Мы с Роной не на шутку перепугались.

— Вы! Вы... — она развернулась и едва не ткнула пальцем ему в глаз. Но осеклась, видно, не найдя слов, которые выразили бы ее негодование и при этом не навредили бы облику благовоспитанной леди. — Выметайтесь! Немедленно выметайтесь отсюда. И если только коснетесь меня еще раз, я позову полицию!

Ее голос обретал все большую уверенность. Кажется, сильно она не пострадала — это уже хорошо!

— Ах, ну да! — Лестер едко рассмеялся. — Ведь вам достаточно просто высунуться в окно, чтобы позвать подручных комиссара Нэллада! Я и забыл, что вы под личной охраной. Кстати, почему? Как ценный свидетель? Или просто потому что Рой тоже заподозрил что-то неладное?

— Комиссар Нэллад, в отличие от вас, заботится о моей безопасности! — фыркнула девушка. — И, прежде чем по локти совать руки в мою магию, разберитесь для начала со своей. Вы едва не сожгли меня изнутри!

Камеристка кашлянула, ошарашенная двусмысленностью такого заявления. А вот саму Клэр оно совсем не смутило.

— Я разберусь, — Лестер кивнул. — Но тогда будьте готовы к тому, что нам придется поговорить еще раз.

— Да уберегут меня Древнейшие! — Клэр стукнула в стенку экипажа, веля кучеру остановиться. Повозка свернула к тротуару и замерла. — Убирайтесь, мистер Этелхард!

Он напоследок еще раз пристально взглянул в лицо девушки. Ее щеки полыхали румянцем, глаза блестели. Но она прятала взгляд, будто случившееся на самом деле задело ее сильнее, чем хотела показать. И дело не в опасности, которая свалилась на них, как снежный ком с крыши — тут что-то более личное.

До Лестера начало доходить. О другой стороне он даже и не подумал! Возможно, это был ее первый в жизни поцелуй... Который вполне мог стать последним.

Как можно быть таким олухом?

Лестер вздохнул, пытаясь подобрать более мягкие слова, чтобы успокоить ее. Наверное и правда стоит начать с себя. Выяснить, что именно с ним происходит. Зря он поддался порыву и надавил на Клэр. Теперь все станет гораздо сложнее...

- Всего доброго, мисс Рейнфрид. И простите меня.

Он кивнул сначала Клэр, затем ее камеристке и быстро покинул экипаж.

Глава 10

— Проклятый саркан! — выдохнула я сквозь зубы, как только экипаж снова тронулся.

Взгляд невольно соскользнул в оконце: мы проехали мимо Лестера Этелхарда, который, мрачно что-то обдумывая, стоял посреди улицы.

Жаль, что сейчас он поймает кэб и ему не придется идти пешком. Иначе у него было бы гораздо больше времени поразмыслить над своим поведением.

— Так все же, — осторожно заговорила Рона, — что он сделал? Я, если честно, ничего не поняла, а у него спрашивать не стала.

Я прикусила губу и отвела взгляд. Даже камеристке не хотелось рассказывать — слишком стыдно. Стоило только вспомнить эти мгновения, что я оказалась в полной его власти, как в груди словно бы снова разгорелся пожар. На этот раз, к счастью, воображаемый.

В первый миг, как он прижался к моим губам, я подумала, что неплохо бы стукнуть его хорошенько — жаль, что не могу двинуться толком. А затем все гневные мысли вдруг погасли, схлопнулись, словно мыльные пузыри. Остался только пряный вкус поцелуя, горячее дыхание Лестера и ощущение его крепких, требовательных рук на плечах.

Это совсем не было похоже на холодный расчет или желание что-то выяснить. Он словно хотел вынуть из меня душу и пленить ее! Никогда в жизни я так явственно не чувствовала чью-то страсть. Никогда так остро не ощущала, как что-то во мне жадно откликается на нее.

Напор Лестера подкупал и пугал меня одновременно. Я словно оказалась в западне, из которой совсем не хотелось освобождаться. Мысль о том, что все это совершенно неподобающе и может уничтожить мою репутацию безвозвратно, догнала меня со значительным опозданием. За миг до того, как моя магия решила заявить о себе.

К слову, я уже целовалась раньше. Но, если вспомнить особенности моей магии, для кавалера этот опыт оказался печальным. Благо я вовремя успела отпрянуть, прежде чем навредила ему слишком сильно. Рональд тогда просто упал в обморок, а когда очнулся, почти ничего не смог вспомнить.

А я навсегда уяснила, что столь тесные контакты с мужчинами для меня под запретом. Даже прикосновения — и те лишь момолетные. А лучше вовсе никаких.

После того злосчастного поцелуя Рональд необъяснимо начал избегать визитов в наш дом, а наши «многообещающие» отношения охладились. Так я потеряла первого возможного жениха. А остальных начала сторониться сама.

Да и матушку они совсем не устраивали, что значительно облегчало мне задачу.

Ожидание ответа затягивалось. Рона нетерпеливо заерзала, едва удерживаясь, чтобы не поторопить меня.

— Он поцеловал меня, — ответила я наконец. — А дальше... Ты сама знаешь, что случается дальше.

— О! — изображая изумление, воскликнула камеристка. — Надо же. А сказал, что вы всего лишь поговорите.

Наверняка ведь и сама догадалась, что именно Лестер Этелхард со мной делал!

Ее лицо приобрело крайне любопытствующее выражение, но расспрашивать меня она не стала. Впрочем, если бы все не окончилось катастрофой, я и сама рассказала бы подробности — тем более запомнила их очень хорошо. Но это все не имело значения, потому что больше не повторится.

— Вот мы и поговорили, — я поправила сползшие перчатки. — Договорились, так сказать.

Теперь только гадать, какие выводы сделал Лестер из случившегося. И не решит ли копать дальше.

— И все же, — осторожно заметила Рона, — мистер Этелхард очень красивый мужчина.

— Ну да... — я хмыкнула, закатив глаза.

— И саркан.

— Сомнительное достоинство.

— И он остался жив!

— Несите фату!

— Зря вы иронизируете, — камеристка слегка надулась. — Вот сами увидите: то, что произошло, его не испугает. Такие мужчины не боятся трудностей.

Похоже, к Лестеру она испытывала необъяснимую симпатию. Меня же он просто до белого каления доводил! В прямом и переносном смысле.

За время пути до отеля «Таркетхолл» я успела окончательно прийти в себя. К счастью, то невероятное проявление саркановой магии, существенно мне не навредило. Разве что в груди до сих пор немного пекло, а голос стал чуть хриплым.

Надеюсь, Аделла не обратит на это внимания.

Но оказалось, тетушка ждала меня, будто от моего присутствия и правда зависело исполнение некоторых очень важных дел.

— Древнейшие! Клэр, ты что, отвезла платья в другой город? — она всплеснула руками. — Мы уже и сами тут все закончили.

Фелан, который стоял у стойки регистрации, что-то разъясняя хостес, утвердительно кивнул.

— Простите, просто дороги очень загружены сегодня. Даже не знаю, что такое!

— Ничего! — махнула рукой Аделла. — Мы уже скоро поедем домой. Я только кое-что проверю и...

Она стрельнула взглядом на резные входные двери. Кто-то из вошедших так крепко привлек ее внимание, что необходимость отчитать меня отошла на второй план.

— Добрый день, миссис Таркетт, — к нам подошел мужчина в легком льняном жакете цвета кофе с молоком. Я видела его только краем глаза. От него пахнуло терпким парфюмом — и в обожженном сегодня горле засвербило еще сильнее.

— Ваше сиятельство, — слегка залебезила Аделла. — Какими судьбами?

Я повернулась — и тут же столкнулась взглядами с Армэлем Брорнаредом. И правда, что ему тут делать?

— Ко мне сегодня приехал один дальний родственник. Вот. Решил навестить его. До поместья в его возрасте ехать затруднительно. Дорогу с этими дождями сильно размыло.

Он говорил с тетушкой, но не сводил с меня взгляда. Лишь закончив с вежливыми объяснениями, граф сделал шаг ко мне и протянул ладонь навстречу.

— Мисс Рейнфрид! Бесконечно рад вас видеть!

Глаза Аделлы округлились. Она слегка растерянно улыбнулась и спешно отошла в сторонку, оставляя нас условно наедине. Если не считать работников отеля, которые бодро сновали по холлу, и постояльцев, прибывающих и уезжающих по делам.

— Какая неожиданная встреча, — я позволила Армэлю коснуться моей руки губами.

К счастью, он хотя бы не просит снять перчатку!

— Эта поездка стала во много раз приятнее! Неужели вы тоже живете тут? Или помогаете миссис Таркетт с организацией ярмарки?

Я сразу взбодрилась, когда разговор коснулся волнующей меня темы. Надо бы прощупать почву!

— К сожалению, мне только и остается, что помогать. Участвовать я не могу.

Армэль удивленно наморщил лоб.

— Почему же? Я уверен, в рукоделии вам нет равных. Ваши товары разлетелись бы быстрее горячих пирожков!

А он льстец! Совершенно меня не зная, наобум сыплет комплиментами. С его безупречного лица не сходила осторожная улыбка. Не нарочито натянутая и открытая — скорее вежливая. Он наверняка знал, что так он становится еще привлекательнее.

— Ваше сиятельство... — я сокрушенно покачала головой.

— Прошу вас, просто Армэль!

— Армэль, — не стала я противиться столь быстрому сближению. — К сожалению, у меня нет достаточных связей и соответствующего положения, чтобы претендовать на место в устроенной благородными леди ярмарке. Да и приехала я недавно. И ведь как назло я познакомилась с чудесным мастером-галантерейщиком. И подумала, что было бы здорово устроить для него прилавок в зале! Его изделия имели бы успех. Вы не видели, но они просто чудесны!

Чем больше я говорила, тем шире становилась улыбка графа. Казалось, он и не слушал даже — просто любовался — а в его голове зрели какие-то только ему известные идеи.

— Прошу вас, не расстраивайтесь! — мягко проговорил он, когда я смолкла. — Моя троюродная сестра — одна из организаторов ярмарки. Готовилась к ней с зимы, — он возвел очи горе. — Чуть весь свой дом не завалила вышитыми подушками! Я могу поговорить с ней.

— Правда? — я сложила руки у груди, досадуя, что мой голос утратил мелодичность и звучал сейчас, как хрип курильщика. — Наверное, уже слишком поздно что-то менять.

Маленькая хитрость удалась. Графу захотелось утешить меня еще больше.

— Если вы утверждаете, что изделия галантерейщика действительно хороши, — он придвинулся ближе, — игнорировать его будет большой ошибкой. Я рекомендую его к участию. Только назовите имя и где находится его лавка.

— О, ваше сиятельство... То есть Армэль!.. — я едва не подпрыгнула на месте от радости. — Я буду очень вам благодарна!

— Насколько сильно, мисс Рейнфрид? — тон эльфита едва заметно изменился.

Это слегка насторожило. Но сейчас я не намерена была идти на попятный.

— Не поймите меня неправильно...

Армэль тихо рассмеялся.

— Думаю, если вы согласитесь приехать, скажем... на мои именины через неделю — это не станет слишком большой платой за столь незначительную услугу с моей стороны, — он слегка склонился к моему уху.

Я подавила острое желание срочно отстраниться. Черту он не перешел, но его стремление мгновенно сократить расстояние между нами тревожило. Сегодня мне хватило слишком тесного общения с другим мужчиной. Я не вынесу еще и поползновений этого!

— Я не могу приехать без приглашения. Да и без одобрения тетушки.

— Что ж, я вижу, вам отчаянно не хватает нужных знакомств в Кальне. Я пришлю приглашение! Завтра же! И буду счастлив видеть вас снова, — отголоски светлой магии эльфитов коснулась меня, словно легкий ветерок.

Это что, какое-то воздействие, призванное усыпить бдительность? Эльфиты способны на многое — они одни из самых сильных магов. Некоторые, говорят, владеют и ментальными заклинаниями — но обычно это держится в тайне.

— Хорошо, — выдавила я, уже сомневаясь, что обратилась за помощью к нужному человеку.

И, как только Армэль получил мое согласие — сразу заторопился.

— Простите, мисс Рейнфрид, мне пора, — с сожалением произнес он, делая шаг назад. — Меня ждут. Всего вам доброго... Клэр.

Отвесив короткий кивок, он направился к лестнице и скоро свернул на второй этаж. Я исподволь проводила его взглядом.

Казалось бы, все повернулось очень удачно, и мне даже не придется идти на какие-то хитрости, чтобы обеспечить мастеру Карнаги прилавок на ярмарке. Но я была недовольна. И своим поведением, которое было слишком кокетливым — ради пользы, конечно! — и тем, как ловко он форсировал события. Мы встречались-то один раз до сегодняшнего дня, а он уже собирается пригласить меня на именины!

— О чем вы говорили? — сразу подскочила ко мне тетушка.

Фелан подошел тоже, но более вальяжно. Весь его вид выражал большое недовольство нашим с Армэлем общением.

— Мы обсудили одно важное дело. Я хочу участвовать в ярмарке — хотя бы в качестве посредника. А он вызвался мне помочь.

Аделла одобрительно покивала.

— Ну вот! Оказывается, ты умеешь заводить нужные знакомства! Не зря Аделин возложила на тебя такие надежды! Армэль Брорнаред — один из самых уважаемых аристократов Кальна!

— Таковым был его отец, — ехидно заметил Фелан. — Да и то до тех пор, пока не разорился.

— Милый, — напряженно улыбнулась тетушка, сверкнув на него взглядом, — что ты такое говоришь? У многих знатных людей случаются трудности. Да, Армэль еще молод, и ему нелегко обходиться без родительского наставления. Но, я считаю, он неплохо справляется. У него все получится!

— Он сирота? — уточнила я.

— Да, такое несчастье! — Аделла сочувственно покивала. — Пару лет назад в Кальне была вспышка очень опасной болезни. Армэль тогда был в отъезде у родственников. Граф Брорнаред с супругой заразились. К сожалению, излечиться они не смогли.

— Как жаль. — я вздохнула.

— Но нет худа без добра. Сейчас он один из самых завидных женихов Кальна и окрестностей. С таким огромным наследством! Голова кругом!

— Я бы не назвал старое запущенное поместье шикарным наследством, — вновь вставил свое скептическое мнение Фелан.

— Ой! Я прошу тебя, помолчи! — взвинтилась Аделла. — Ты судишь предвзято. Да, любое поместье требует вложений. И его трудно обеспечить, если оно такое большое. Но это такие роскошные земли, луга.

— В общем, Клэр, я бы на твоем месте не питал иллюзий, — кузен заговорщицки подмигнул мне. — Придется раскошелиться, если ты решишь связаться с Брорнаредом.

Мать замахнулась на него веером.

— Я не питаю никаких иллюзий, Фел, — ответила я спокойно. — И прекрасно понимаю, что сейчас всем будут нужны мои деньги. Особенно потенциальным женихам.

Которые сто лет мне не сдались, пока я не разберусь со своей магией, — хотелось добавить. Но об этом лучше помалкивать. Если Брорнаред продолжит наступление, постараюсь как можно дольше держать его на расстоянии. Вдруг через него я смогу узнать что-то полезное!

— Деточка, — Аделла взяла меня под локоть и отвела в сторону от несносного сына. — Постарайся не упустить этот шанс. Если даже тебе не нравится Армэль — хотя как, ведь он такой красавец, Древнейшие! — она обманулась ладошкой. — Так вот, рядом с ним все равно всегда много других знатных господ.

— Он собирается пригласить меня на именины, — как бы невзначай сказала я.

— О! — тетушка пришла в полнейший восторг. — О! Это просто замечательно! Это огромный шаг вперед! Ты просто умница.

Я подавила вздох, изучая лепнину на потолке гостиничного холла. Ну почему умницей называют лишь тех девиц, кто вовремя находит себе жениха? Остальное становится совершенно неважным.

— Сейчас, дорогая, — не преминула напомнить Аделла, — тебе еще усерднее нужно избегать общества нежелательных мужчин. Ты понимаешь, о ком я. Он приезжал сегодня к нам в дом. Какая наглость! Надеюсь, вы не столкнулись?

— Да вы что! Конечно нет! — я приложила ладонь к груди, выражая сильнейшее возмущение.

Только надо бы поговорить с кучером, чтобы он случаем не проболтался о том, что случилось сегодня. Возможно, придется его подкупить.

Лестер Этелхард

Здание Королевской Академии, как и всегда, поражало своей значительностью и монументальностью. От него исходил обычный ровный магический фон, который любого, кто к нему приближался, одаривал умиротворением.

Сейчас здесь было тише обычного: занятия адептов уже завершились, и теперь они готовились к экзаменам.

Даже несмотря на пять лет обучения, Лестер не переставал испытывать в этих древних стенах необъяснимый трепет. Старась ступать как можно тише, по окутанному полумраком коридору он дошел до кабинета декана Форза. В свое время тот был его куратором, и сложно найти саркана, который лучше разберется в том, что происходит с бывшим учеником.

Лестер постучал и заглянул внутрь. Миаль поднял на него взгляд и удивленно наморщил лоб.

— Добрый день, декан Форз, — перед ним Лестер вновь почувствовал себя адептом, которому нужно держать отчет о своих успехах или неудачах.

— Лестер! — саркан тут же встал и пошел навстречу. — Ну надо же, как неожиданно!

Несмотря на первую неловкость — они все же давно не виделись — Миаль сгреб его в крепкие, костедробительные объятия. Признаться, раздосадованный неудачно прошедшей инициацией, Лестер в свое время наговорил ему много резкостей. Но после извинился. Однако легкое чувство вины осталось.

— Что тебя привело сюда? Только не говори, что ты снова хочешь поступить на обучение, — декан хитро прищурился.

— Нет, благодарю, мне хватило, — Лестер усмехнулся. — Но я к вам по очень важному вопросу. И, наверное, деликатному.

— Понял! — Миаль заговорщицки ему кивнул. — Но надеюсь, у тебя все в порядке?

— Пока не знаю, поэтому и пришел.

Они разместились в креслах у окна, и наставник приготовился слушать. Лестер постарался в подробностях рассказать обо всем, что с ним теперь творилось, особенно в те моменты, когда он находился рядом с Клэр. Пока «симптомов» было не так много, но зато ощущения от них оставались самые яркие. И он не знал, радоваться этому или тревожиться.

— И вот, теперь это выглядит как-то так...

В заключение своего рассказа, Лестер расстегнул жилет и, распахнув рубашку, продемонстрировал декану вновь изменивший положение рисунок. Теперь голова дракона переместилась ему на грудь.

Всю дорогу до Академии он мучился от зуда под кожей. И потому ничуть не сомневался в том, что именно случилось.

Миаль наклонился вперед и внимательно изучил магическую татуировку, которую наносят всем адептам-сарканам в начале пятого курса — для подготовки к инициации.

— Любопытно. Он принял правильное положение.

— Да, первый раз с тех пор, как...

Лестер покривился — воспоминания не из приятных.

Единственный из своего курса он остался без дракона. Это не позор, конечно — к такому стараются относиться с пониманием — но сплетни пошли. И это значительно подпортило ему жизнь.

Миаль задумался. Встал и прошелся по кабинету, словно бы подсчитывая что-то в голове.

— Почему ты не пошел с этим к отцу? — он взглянул на Лестера через плечо. — Граф знает о драконах не меньше моего.

— Прошу вас, не начинайте эти примирительные речи, — тот застегнул рубашку и откинулся на спинку кресла. — Мы сами разберемся. Вы многого не знаете.

— Возможно, — хмыкнул наставник. — Ну что ж, из всего, что ты мне рассказал, я могу сделать вывод, что это влияние подготовленного к принятию души дракона магического контура.

Лестер нахмурился, не совсем понимая, что это значит.

— Это не пробуждение дракона?

— Не совсем. Связи с ним я в тебе не чувствую. Но, если ты помнишь, я говорил, что в твоем контуре есть некоторые нарушения, что не позволило тебе принять дракона. Он просто не смог пройти через твой внутренний блок.

— Да, я помню. И получатся, этот блок ослаб?

— Скорей всего. Вот только я не пойму, что вдруг на это повлияло? Раньше никто не мог исправить нарушения.

— Даже Скульптор отказался со мной встречаться, — добавил Лестер.

Зная легенду о Скульпторе, он потратил немало времени, чтобы выйти на него. Но все ограничилось лишь встречей с помощником. Сам Скульптор не пожелал продолжить знакомство. Видимо, задача показалась ему слишком сложной.

— Да, — покивал декан. — И как бы я ни относился к этой загадочной личности, это был сигнал, что все очень непросто. А тут резко такой сдвиг в сторону улучшений! С чего бы?

Лестер слегка замялся: не хотелось рассказывать слишком много подробностей. Но без них и правда сложно будет разобраться.

— Я встретил девушку, — он кашлянул.

— Хм, — Миаль пальцами помял подбородок, явно пытаясь скрыть улыбку, в которой так и норовили растянуться его губы. — Девушка, это... гхм... веский повод. А раньше ты с девушками не встречался?

Его голос иронично дрогнул.

— Видимо, те были... не такими.

Наставник снова покивал и вернулся в кресло.

— Что ж, девушка и правда может стать неким. катализатором, но только в случае, если она вызывает у саркана определенные эмоции. А она вызывает, я так полагаю.

Лестер задумался, решая, стоит ли хоть как-то намекнуть на ту странную магию, которой обладает Клэр, и в которой он пока не оставил надежду разобраться. Но раз она так упорно скрывает ее, значит, та опасна, и нежелательно, чтобы о ней знали лишние люди.

— Вызывает. Очень много необычных для меня эмоций.

Декан наконец открыто улыбнулся. Даже как-то по-отечески, словно ему только что сообщили о рождении внука.

— В таком случае я могу предположить, что изменения в твоем контуре продолжается, если эта девушка будет находиться рядом с тобой как можно чаще. Особенно — если ты решишь связать с ней свою жизнь.

— И я обрету дракона?

— Тут я не могу сказать точно. Но твои способности усилятся — однозначно. Правда, для обычной инициации уже слишком поздно. Могут возникнуть трудности при повторном ее проведении. Никто не гарантирует положительный результат.

— Но есть и другой способ, верно?

Повисла пауза. Об этом не принято было говорить, но в истории сарканов бывали и темные пятна. Когда им хотелось больше могущества, они изобретали разные способы, чтобы усилить свое влияние и обрести как можно более сильные души драконов.

— Ты имеешь в виду намеренную привязку? — декан помрачнел. — Это были давние времена. И, к сожалению, они дали толчок вымиранию драконов. Не нужно даже говорить об этом. До нас дошло много небылиц и романтических легенд. Но в этом мало приятного.

Лестер кивнул и поднялся. В чем-то наставник его обнадежил, а в чем-то предстоит покопаться самому. В одном он был полностью согласен с Миалем — Клэр должна быть к нему как можно ближе. Во что бы то ни стало! Тогда он скорее поймет, что с ними происходит.

Глава 11

Клэр

По возвращении в коттедж Таркеттов меня ждала тревожная новость. Морвенна вышла встречать нас и сразу протянула мне сложенную вдвое записку.

— Приезжал окружной комиссар Нэллад. Хотел поговорить с тобой, но не застал, — опасливо косясь на Аделлу, сообщила она.

Тетушка, конечно, сразу пришла в крайнее возбуждение и гневно прошлась по гостиной.

— Еще полиции нам в доме не хватало! Когда же это все закончится? Клэр, я очень надеюсь, что такое больше не повторится! Это вредит положению всей нашей семьи. Визиты полиции... Сплетни в газетах... Далла! — позвала она камеристку, которая всегда крутилась поблизости. — Далла, дай мне успокоительных капель! Это совершенно невыносимо!

Я вздохнула, наблюдая за ее метаниями, и развернула листок.

В записке Рой выражал сожаление, что не удалось поговорить со мной в более спокойной обстановке. И что он вынужден вызвать меня в комиссариат для серьезного разговора, который касался происшествий в кабаре «Красный фламинго». При этом он попытался успокоить меня: нужны всего лишь свидетельские показания — ничего более.

Аделла попыталась забрать у меня записку, чтобы прочесть тоже, но я не позволила. В конце концов, это мой личное дело!

— А вдруг он зовет меня на свидание? — пошутила я.

Но тетушка не оценила иронию.

— Тем более, я должна знать об этом! Комиссар Нэллад, каким бы уважаемым человеком он ни был, тебе не ровня, — ее тон вновь стал назидательно строгим.

— И почему с красивыми мужчинами постоянно что-то не так? То они слишком хороши, то «не ровня». То полны каких-то совершенно невыносимых недостатков! — всплеснув руками, вопросила Морвенна. Фелан возмущенно кашлянул. — Ну, конечно, исключая тебя, милый.

Она тут же подскочила к мужу и обняла его — тот сразу смягчился.

Я поманила за собой крутящегося у ног Муссона и поднялась в комнату. Нужно все хорошо обдумать, прежде чем встретиться с комиссаром! Скрывать какие-то факты опасно как для Сарики, так и для меня в будущем. Если это вскроется, будет страшный скандал.

С другой стороны, мне совсем не хотелось подставить Сарику. Вдруг то, о чем я случайно узнала, вовсе не имеет отношения к делу, зато навлечет на нее новые неприятности?

— И что нам делать, Муссон? — я потрепала лежащего рядом со мной на кровати щенка между ушами.

Тот поднял на меня внимательный и очень смышленый взгляд, будто все понял и хотел бы что-то ответить, только не мог.

Пожалуй, визит к Рою лучше оставить на завтра и, прежде чем выкладывать все ему, нужно поговорить с Сарикой. По ее поведению будет понятно, как действовать дальше.

Поэтому я сверилась с афишей представлений в «Красном фламинго» и вечером, рассчитывая вернуться к ужину, прихватила с собой Рону и отправилась туда.

Когда тетушка узнает, то будет очень недовольна. Но что она может сделать? Запереть меня? Тогда я точно не найду себе знатного жениха. Так что поворчит и перестанет.

Когда я добралась до «Фламинго», двери кабаре еще были закрыты для гостей. Представление начнется гораздо позже. Но у здоровенного, как старый комод, вышибалы я выяснила, что Сарика живет в доме напротив, и еще не приходила на репетицию.

Успею перехватить!

Ее квартира располагалась на втором этаже аккуратного и чистого дома. Но после того, как я постучала, пришлось подождать, прежде чем за дверью раздался настороженный шорох, и она приоткрылась. Сарика оглядела меня, удивленно наморщила лоб и сразу впустила.

— Добрый вечер, — я протянула ей коробку купленных по дороге конфет. — Я хотела встретиться с вами после прошлого преставления. Но... В той суматохе это оказалось не так просто. Поэтому приехала сегодня.

— О, к чему такое беспокойство! — Сарика попыталась улыбнуться. — Со мной все в порядке. Если бы не мистер Этелхард... не знаю, что было бы! А так... я могу и дальше выступать. Это самое главное.

Получается, она знает, кто ее спаситель? На миг мне стало любопытно, выразила ли она благодарность перед Лестером за такую неоценимую помощь. Встретились ли они после. Но пришлось одернуть себя, когда мысли вильнули в ненужную сторону. Какая мне в конце концов разница!

Сарика взмахом руки пригласила меня проходить дальше.

— И все такие я тревожилась за вас. К тому же, есть то, что я хотела с вами обсудить, — осторожно начала я.

Девушка тут же принялась готовить чай, слишком нервно брякая чашками и крышечкой чайника. Затем она ушла в кухню, и там, видимо, поставила воду греться. В каждом ее движении чудилось желание оттянуть разговор как можно больше. Наверное, она уже о чем-то догадалась. Я же не торопила ее. Не прогоняет — и ладно.

— Простите, но мне скоро нужно будет уходить на репетицию, — виновато улыбнулась Сарика, вернувшись. — Поэтому, надеюсь, повод для разговора не слишком серьезный?

Она присела рядом со мной на диван.

— Я не знаю, насколько он серьезен. Но если у вас какие-то неприятности, то прошу вас, расскажите мне. И может тогда я смогу вам помочь. А если нет — успокойте меня. Потому что то, что я совершенно случайно узнала, показалось мне очень тревожным, — я помолчала, внимательно следя за ее реакцией. Но Сарика словно застыла — как будто до полусмерти испугалась. — Дело в том, что я слышала ваш разговор с неким мужчиной после происшествия на сцене. И теперь мне предстоит дать показания в комиссариате.

Танцовщица взмахнула рукой, останавливая меня.

— Я понимаю. И очень ценю, что сначала вы решили поговорить со мной, — она опустила голову. — Клянусь, по собственной воле я ни за что не ввязалась бы в какие-то грязные дела! И на самом деле не знаю, что мне нужно было передать тому... посетителю. Я не открывала конверт. Но мне и правда нужна информация, которую он может дать. Теперь я влипла, он будет трясти с меня услугу за услугой. И мне запрещено обращаться в полицию. Иначе...

Она всхлипнула, осекшись.

— Какая информация может стоить так много? Чтобы пойти на поводу у таких сомнительных людей, — я придвинулась к ней чуть ближе.

— Он сказал, что может разузнать, где я могу найти своего сына.

У нее есть сын?! Я еще раз оглядела Сарику. Честно говоря, никогда не подумала бы, что в таком возрасте она успела обзавестись ребенком. Хотя я мало что в этом понимаю, а она, видно, привыкла скрывать такие подробности своей жизни.

— Что случилось с вашим сыном? — спросила я, стараясь говорить спокойно и умиротворяюще.

— Его забрал отец, — голос Сарики дрогнул. Она встала и принялась было расставлять чашки на столике, но выронила одну — и та не разбилась лишь потому что упала на ковер. Девушка бессильно опустилась на пол, а я сползла следом за ней.

— Давно?

— Почти год назад. Я... я пыталась найти его, но мои возможности слишком малы. Я узнавала везде, где могли отыскаться его следы. Но безуспешно. И недавно после выступления ко мне пришел один мужчина. Сказал, что поможет с поиском Теона в ответ на услугу.

— Почему вы не рассказали о похищении ребенка полиции? — я вернула упавшую чашку на стол. — Они давно надавили бы на вашего мужа.

— Он мне не муж, — слегка разозлившись, оборвала меня Сарика. — И я уже прокляла тот день, когда очаровалась им и поддалась на уговоры! Полиция мне не поможет. Он очень влиятельный человек. Очень. Влиятельный. И заткнет за пояс любого самого ответственного комиссара. Я даже не уверена, что кто-то пожелает с ним связываться.

Я сглотнула сухость в горле. Кем он может быть? Раз его боится даже полиция!

— Он... преступник? — уточнила шепотом.

— Нет! — танцовщица вдруг слегка нервно рассмеялась. — Вовсе нет. Но он очень знатный человек. Я не могу назвать его имя. И я почти уверена, что упавшая люстра — его рук дело. Вернее… его жены.

— Так он женат.

Сарика лишь развела руками. Признаться, все это не укладывалось у меня в голове. Впрочем, неудивительно — с моим-то скудным жизненным опытом. Наверное, влюбленная женщина и правда может пойти на многие необдуманные поступки. И даже связаться с женатым мужчиной. Но все равно после всего он не имел права забирать у нее ребенка!

Я взяла Сарику под локоть и вновь усадила на диван. Кажется, ее внезапно вспыхнувшая истерика отступила, и мы снова могли разговаривать спокойно.

— Так я могу рассказать комиссару Нэлладу о том, что слышала? Если вы и правда не замешаны в сомнительных делах, вам ничего не грозит. Напротив — вас защитят!

— Нет! Прошу тебя, Клэрис. Я же могу называть тебя просто Клэрис? Если информатор узнает о том, что под него копает полиция, я никогда не найду Теона! — девушка помотала головой. Ее глаза заблестели от слез. — И я не хочу, чтобы ты ввязывалась в это. Может, я смогу разобраться во всем сама.

— А мне показалось, что не сможешь! — заметила я строго. — К тому же это мои показания. Если я расскажу о том, что видела, без подробностей, вряд ли подумают на тебя. В кабаре было много свидетелей!..

Сарика задумалась, глядя на свои сложенные на коленях руки. Наверное, на ее месте я тоже сомневалась бы. От того, что повлечет за собой мой разговор с Роем, зависит, увидит ли она еще когда-то своего сына.

— Я хочу помочь, — тихо проговорила я, стараясь справиться с ее нерешительностью. — У меня больше возможностей. Не связывайся больше с теми людьми! Я помогу тебе найти сына. Если ты доверишься мне.

— Мне придется выполнить договор, — девушка вздохнула, комкая ткань юбки. — Сейчас я уже не могу пойти на попятный. Мне не позволят.

— Выполни договор и уезжай! — я взяла ее за руку и решительно сжала ладонь в своей. — Только не к родственникам. А в любое не связанное с тобой напрямую место. Только дайте мне знать, куда.

— Не ввязывайся в это! — повысила голос Сарика. — Ты замечательная. Я вижу это. Просто забудь о том, что слышала. И все. Полиция сделает только хуже.

Дальше она совсем отказалась разговаривать со мной. И сколько бы я ни пыталась уговорить ее поскорее разорвать этот замкнутый круг шантажа, пока не стало поздно, она не стала меня слушать.

Пришлось уйти.

Рона, заметив мое подавленное состояние, не стала расспрашивать о подробностях. Да и это совсем не ее дело. Взглянув на башенные часы, мимо которых мы проезжали по пути домой, я решила, что поговорю с комиссаром прямо сегодня. Нет смысла затягивать. Поэтому велела кучеру ехать в комиссариат — наверняка Нэллад еще там.

Так и вышло. Почти все констебли уже разошлись по домам — только Рой сидел над какими-то отчетами. И даже не сразу заметил мое появление.

— Мисс Рейнфрид! — он вскочил с места, когда подчиненный доложил обо мне. Пригладил волосы и тронул покрытый щетиной подбородок, словно пожалел, что не привел себя в порядок. — Я уже не ждал вас сегодня.

— Я тоже не думала, что приеду. Но представился случай.

Я села напротив, наблюдая, как Рой спешно надевает форменный сюртук — будто это могло спасти положение. Однако весь его слегка помятый виду выдавал усталость и замешательство. Похоже, сейчас он размышляет над непростым делом.

— Как вы уже поняли, я хотел поговорить с вами в более неформальной обстановке. — слегка рассеянно проговори он, продолжая шарить взглядом по бумагам на столе.

— Да, но это ваша работа. И я понимаю необходимость всех протоколов.

— Благодарю, — Рой коротко улыбнулся. — Мне просто нужно узнать: заметили ли вы что-то необычное в тот вечер в кабаре? Или, может, обратили внимание на подозрительных личностей?

Я дала себе еще пару мгновений, чтобы решить, что именно можно рассказать.

— Да, видела. И разговаривала с Сарикой сегодня, — нет смысла скрывать. Все равно приставленные ко мне констебли доложили бы ему об этом. — Она ищет похищенного ребенка. И именно его отец может быть причастен к несчастному случаю на сцене.

Комиссар Нэллад ошарашенно уставился на меня, словно я выдала нечто невероятное. Затем он прочистил горло и что-то черкнул на чистом листе, но задумался.

— Я так полагаю, это не для протокола.

— Полагаю, что нет, — я кивнула, поощряя его догадливость.

— Странно, что мисс Эббет сама не рассказала нам об этом.

— Она напугана. И боится, что никогда больше не увидит сына. Сама она не может обратиться в полицию. Поэтому к вам обращаюсь я.

Рой скомкал только что исписанный листок и бросил его в корзину. После чего поднял на меня внимательный взгляд.

— Хорошо. Я попытаюсь что-то разузнать о ее ребенке и о том, кто может являться его отцом.

— Боюсь, ее могут шантажировать. Я знаю, что после происшествия она встречалась с неким мужчиной. Но... — я осеклась, стараясь не рассказать лишнего. Пусть полиция разбирается сама. — Я не знаю, о чем они говорили. Однако сегодня мне показалось, что он опасен, потому что Сарика не хочет о нем рассказывать.

Если бы на головы танцовщиц не упала люстра, я не пошла бы к ней в гримерную и не увидела бы того мужчину. Но обстоятельства сложились именно так. И если человек попал в опасность, оставаться в стороне нельзя.

— Леди Рейнфрид. — комиссар пытливо оглядел мое лицо. — Я очень благодарен вам за честность и смелость. И уверен, что вы очень помогли расследованию.

— Но я не знаю имени. И даже не видела его лица!

— Не беспокойтесь. Это не ваша забота. Однако теперь мне придется оставить вас под охраной на более долгий срок.

Он встал и, собрав бумаги, закрыл их в столе. Затем застегнул сюртук до конца. Я поднялась тоже, вдруг ощутив неловкость в его присутствии. Деловая часть нашего разговора закончилась, и в воздухе повисло ожидание — неизвестно чего.

Я вздрогнула, когда Рой решительно шагнул ко мне и взял за руку. Взглянув снизу вверх, он слегка потянул ее на себя и прижался к ней губами. Совсем не так, как это сделал Армэль Брорнаред при встрече — учтиво и отстраненно. В порыве комиссара ощущалось что-то, что мгновенно вгоняло в краску.

— Помимо необходимости... — комиссар удержал мою ладонь в своей. — Я был рад вас видеть. Мисс Рейнфрид.

От проскольнувших в его тоне мягких интонаций вдоль спины пронеслись мурашки. И странное дело: я не ощутила гнева, как после встречи с Лестером сегодня — когда мне хотелось расколотить об его голову что-нибудь тяжелое. Не ощутила прохлады, как после разговора с Армэлем. Меня вдруг укололо острое чувство вины — к чему бы?

Наверное, из-за слов тетушки о том, что Рой мне не ровня — и что он сам прекрасно об этом знает.

— Всего доброго, мистер Нэллад, — я отступила. — Прошу, сообщите мне, когда выясните что-то о проблеме Сарики. Мне важно это знать.

Фиолетовый отлив в глазах Роя стал ярче. Он набрал в грудь воздух, словно собрался сказать что-то еще, но выдохнул и натянуто улыбнулся.

— Конечно!

Лестер Этелхард

— Риара, где сегодня Джосс? — Лестер поднял взгляд на стоящую перед ним эльфиту.

Она перестала сосредоточенно строчить очередной пункт списка дел на сегодня и пожала плечами.

— Он со вчерашнего дня сам не свой. Сегодня с самого утра умчался в тренировочный зал Арены. Сказал, будет ждать вас там.

— Непоседливый мальчишка, — заметил Ханк, который сидел на диване у окна. — Кажется, он решил, что совсем скоро сможет стать хорошим бойцом. А ведь даже не инициирован. Что ты ему наобещал?

— Я ничего ему не обещал. Но Джоссу не запрещено мечтать.

— Лишь бы он не разочаровывался в том, что дело движется медленнее, чем ему хотелось бы.

— Ничего, привыкнет, — Лестер отложил в сторону бумаги, которые сегодня ему еще понадобятся. Затем вновь обратился к секретарю. — Риара, закажите мне из публичной библиотеки книги по классификации магии Королевств и Свободных земель. Все, что найдется.

Риара нахмурилась и переглянулась с Ханком, который только развел руками. Мол, знать ничего не знаю и сам не понимаю, зачем ему это.

И он действительно не знал.

— Вас интересует что-то конкретное? — уточнила эльфита. — Я могу заказать более узкую литературу.

— Нет. Мне нужны... наиболее полные сведения.

— Зачем? — все же не выдержала Риара, хоть ее это совсем не касалось.

— Хочу поразмыслить над тем, каких еще бойцов мы можем привлечь к состязаниям. Какую-то экзотику, может. Это нравится публике.

— Поедем шерстить независимые поселения? — Ханк потер ладонями друг о друга. — Знаешь, я бы навестил исконные земли. С детства там не был.

— Возможно, тебе удастся снова встретиться с дальними родственниками, — хмыкнул Лестер. — Риара, книги должны быть у меня в кабинете к вечеру!

Секретарь кивнула и вышла.

На самом деле поиск новых «экзотических» бойцов не был первоочередной задачей в изучении видов магии, которые существовали на землях двух континентов. Прежде всего Лестер хотел найти в их описании какие-то схожие черты с той, которая обнаружилась у Клэр. С таким раньше он не сталкивался: ни у одного адепта Академии, ни у кого-то из бойцов Арены не встречалось ничего подобного.

Полночи Лестер не мог уснуть, обдумывая слова куратора о том, что Клэр именно та, кто может разрушить внутренний блок его магии окончательно. И это будоражило возможностями, которые тогда откроются перед ним. Наконец он будет спокоен.

Вскоре они с Ханком сели в прохладный крытый экипаж и покатили в сторону тренировочных залов Арены. Надо бы узнать, чем занят Джосс — нечего ему слоняться без дела.

— Сегодня я был в мужском клубе Хайтнана, — как бы невзначай заговорил огрит. — Ты же знаешь, я просто не могу отказаться от омлета, который готовит Фрера. Ничто так не заряжает силой с утра, как ее стряпня.

— Ближе к делу, Ханк, — Лестер постучал пальцами по краю оконца.

— Ну да. Так вот догадайся, кого я там встретил?

— Даже пытаться не буду.

— Армэля Брорнареда, — Ханк замолчал, ожидая реакции Лестера, но тот только выжидательно уставился на него.

— И что? Он съел все яйца из запасов Фреры вперед тебя?

— Да куда ему столько съесть, хлюпику, — самодовольно хмыкнул огрит. — Он, кажется, меня даже не заметил. Или заметил, но не подал вида. Зато я услышал кое-что интересное. Армэль любит хвалиться своими победами. И сегодня он вовсю трепал перед своими приятелями, что намедни — и больше, ни меньше — окрутил одну очаровательную девицу. Да так, что она без раздумий согласилась поехать к нему на именины.

— Сейчас ты скажешь, чтобы я угадал ее имя.

— А ты не угадаешь? — прищурился Ханк.

— Клэрис Рейнфрид. Я прав?

В горле стало горячо от одного упоминания имени Клэр рядом с Брорнаредом. Когда он успел? Они едва обменялись парой слов в кабаре. А тут она уже собирается к нему с визитом. Проклятый эльфит!

— Прав. Конечно, прав, мой друг. Я тоже не дурак, и сразу вспомнил, что это та красотка, за которой ты пытался увиваться в «Красном фламинго» и которая так ловко тебя отбрила.

— Если бы ты не был моим другом, я бы подумал, что ты злорадствуешь.

— Вовсе нет! — Ханк вскинул руки в капитулирующем жесте. — Просто хочу, чтобы ты знал. Армэль прытко скачет к своей цели. И если ты вдруг решишь оторвать ему голову. Подумай. За это сажают.

— Очень жаль, — Лестер вновь отвернулся к окну. — Спасибо, что сказал. Это... важно.

Сейчас он не мог понять, что злит его больше: успехи Брорнареда в деле поиска богатой невесты. Или то, что он выбрал для своих целей именно Клэр. А если она и правда очарована? Она не выглядит очень искушенной в таких вопросах.

Что за несправедливость! Лестера она убить готова, но спокойно согласилась наведаться в гости к Армэлю.

Что с ним не так?

Память услужливо подкинула Лестеру самый свежий образ Клэрис — пылкий, разгоряченный, полный негодования. Она была вчера просто невероятно прекрасна. При всей кажущейся скромности — такая буря внутри. Вынужденное отступление злило Лестера, но он чувствовал, что так поступить будет правильно. А дальше нужно действовать мягче и осторожнее.

Она должна забыть о Брорнареде, даже если он ей приглянулся.

Сейчас Лестер чувствовал, будто внутри него и правда сидит драконья душа, которая требует забрать свое.

И так будет!

Вскоре они с Ханком добрались до Тренировочных залов. С порога их встретила небывалая для утра суматоха. Обычно в это время из-за дверей слышатся только приглушенные звуки спаррингов, а теперь в холле стоял необъяснимый гвалт.

— Помрет малой! — донеслось из гурьбы окруживших кого-то бойцов.

— Да ну, — с сомнением ответил кто-то.

И навстречу Лестеру на руках вынесли крайне побитого, почти поломанного Джосса.

Сначала показалось, что он и вовсе без чувств, но парень моргал и вяло ворочался. На его теле виднелось несколько подпалин, и, судя по неровному, лихорадочному фону, магические контуры были немало сбиты.

— Кто это сделал? — Лестер оглядел гурьбу бойцов, которые в заметном смятении теснились друг к другу.

Растолкав всех, вперед смелов вышел молодой огрит Анзо, который уже подавал неплохие надежды в младшей лиге.

— Он сам попросил! — запальчиво заявил он. — Сказал, мол, хочу силы попробовать. И можно его не жалеть.

Лестер сжал кулаки и Анзо отшатнулся. Это же надо быть таким олухом! Впрочем, виноват в неосмотрительности не только он. Как тренер, который должен следить за справедливостью поединков, вообще такое допустил?

— Худд! — окликнул Лестер того, кто отвечал за группу бойцов младшей лиги. — Худд Трар'ус. Выйди сюда!

Тренер не очень-то поторопился, но все же протиснулся мимо своих и вышел вперед. Остановился, сокрушенно вздыхая и пряча взгляд. Ни разу до сего дня он не заставлял сомневаться в своих способностях. Его бойцы всегда были дисциплинированными и собранными. Что случилось сегодня?

— Когда я вернусь — сразу ко мне в кабинет, — велел ему Лестер. — Если ты и дальше хочешь пойти со мной, преподавать в будущей Школе, тебе придется крепко подумать над своими методами обучения.

— Я понял, мистер Этелхард, — кивнул тот.

Видимо, сказать ему больше было нечего. После достанется еще и Имону, который вовремя не вмешался и вообще где-то пропадал, судя по тому, что среди остальных видно его не было. Права Риара, пока Лестер был в отъезде, они тут совсем распустились!

Оценив перспективы работы по восстановлению порядка, Лестер потер веки пальцами, а затем махнул рукой в сторону двери.

— Джосса в мой экипаж. Все, кто допустил поединок между неинициированным ликанитом и опытным бойцом, получат сполна!

Он погрозил кулаком в толпу. И даже те, кто ни в чем не провинился, опасливо попятились.

Джосса быстро отнесли в экипаж, который еще не успел отъехать от крыльца. Лестер сел следом и велел ехать к Адину Сорзи — лекарю-эльфиту и давнему его знакомому. При своих выдающихся умениях тот и шкуру ликаниту подлатает, и с магией поможет.

Многие эльфиты с течением поколений растеряли значительную часть своих лекарских знаний, которыми когда-то славились. Но Адин сумел сохранить наследие — и считался одним из лучших лекарей Кальна.

Всю дорогу Джосс пролежал с закрытыми глазами, хоть был в себе и не спал. Лестер молчал, не торопясь расспрашивать его о случившемся. Он и так понимал рвение и самоуверенность мальчишки. Многие думают, что скачок от ученика до звезды арены происходит быстро, по щелчку пальцев — были бы данные.

Джосс был очень слаб и совсем не шевелился. Наверное, у него помяты ребра, а может еще что. Адин разберется.

К счастью, дороги оказались почти свободны. Возле дома лекаря Сорзи не стояло повозок, значит, он, возможно, сейчас не занят. Но на виду у всех тащить на лечение побитого неудавшегося бойца — слишком плохо для репутации Лестера. И без того многие не одобряют такой вид развлечений и считают, что он слишком много на себя взял. Кто-то может пронюхать о неудаче — и все это разнесут сплетни, не задаваясь вопросами о причинах.

А значит, основание школы для таких же, как Джосс, подростков окажется под угрозой.

Поэтому Лестер велел кучеру подъехать к дому Адина с заднего двора. Там располагалась скрытая плющом калитка для пациентов, которые желают сохранить анонимность перед любопытными взглядами окружающих. К тому моменту Джос уже смог сам встать на ноги. Правда, скорее он больше бравировал — слушались они плохо.

Поддерживая его, Лестер дернул колокольчик черного входа, и очень скоро им открыл сам Адин.

Без лишних слов оглядев пострадавшего, лекарь взмахом руки велел им входить.

— Я думал, ты внимательнее относишься к здоровью своих бойцов. Даже на турнирах я не видел такого мяса!

Адин помог проводить Джосса в смотровую.

— А он и не боец, — возразил Лестер. — Но почему-то решил, что может состязаться на их уровне. Ты, главное, голову ему проверь получше, а то я подозреваю, что с ней у него еще до травм были очень большие проблемы.

Адин понимающе хмыкнул и закрыл перед его носом дверь кабинета. Лестер расположился в кресле приемной. Сегодня у лекаря, похоже, выходной — раз на месте нет неизменной помощницы.

В смотровой долго было тихо, Лестер уже успел подумать, что придется провести тут весь день, а значит, забыть об остальных запланированных делах. Но вот Адин вышел, вытирая руки белоснежным полотенцем, и присел рядом.

— Что могу сказать. Потрепало его немало. Треснули пара ребер, вывихнуто плечо. Есть магические ожоги: его природная защита в виду отсутствия инициации еще не активирована полностью. Кое-что я уже подлечил, но на восстановление уйдет время. И пока лучше ему в новые драки не ввязываться. Чужая магия может разрушить наложенные мной лекарские заклинания и прекратить действие снадобий. Кто-то будет следить за тем, как он принимает лекарства?

— Будет, — буркнул Лестер, наблюдая, как Джосс нерешительно выползает из кабинета.

Рука зафиксирована на подвесе, туловище накрепко перебинтовано. Он уже держится на своих двоих — это хорошо. Но взгляд — как у побитого щенка. Видимо, понимает, что сотворил глупость.

— Ну что ж, — удовлетворенно кивнул Адин и протянул Лестеру листок с огромным списком рекомендаций. — Все прописано тут. Я поправил его магические связи. Пока он не инициирован, сломать их очень просто. В более тяжелом случае это могло привести к полному разрушению и невозможности инициироваться после.

— Ты слышал? — повысив голос, обратился Лестер к ликаниту.

Тот лишь набычился и зло плюхнулся на диван напротив. Видимо, его такие выводы совсем не устраивали.

— В общем, разбирайтесь. На прием через неделю. Нужно будет проверить, что все восстанавливается, как нужно, — оценив напряжение между ними, Адин удалился. Свое дело он сделал.

Той же дорогой через задний крытый двор Лестер с Джоссом вернулись в экипаж. За это время мальчишка не сказал ни слова. Он постоянно что-то обдумывал, будто произошедшее не напугало его, а лишь придало решимости.

— Я тебе еще раз повторяю, — первым заговорил Лестер. — Всему свое время. До инициации будешь тренироваться только со мной. Или напрямую с тренерами, которые умеют сдерживаться, в отличие от бойцов. И не нужно никого просить «не жалеть» тебя. Сам видишь, чем это все обернулось. Магические бои выглядят красиво, но они очень опасны.

— Пока дождешься тренировок с вами, состариться успеешь! — вдруг огрызнулся Джосс. — Чем раньше я начну, тем скорее...

— Тебе переломают оставшиеся кости? — закончил за него Лестер. — Я взял на себя ответственность за твою жизнь в Кальне. И либо ты меня слушаешься, либо я покупаю тебе билет на магоход — и уматывай обратно к дяде! Понял?

Экипаж приостановился перед перекрестком, чтобы пропустить повозку. В тот же миг Джосс ловко открыл дверцу и выскочил на улицу. Лестер дернулся было остановить его, но передумал. Раз ликанит решил нарабатывать опыт вместе с шишками — это его дело. Идти в Кальне ему все равно некуда.

Глава 12

Клэр

День Цветочного фестиваля выдался совершенно безоблачным и безветренным. Сегодня я была особо рада тому, что тетушка для поездки на прогулку все же одобрила одно из моих платьев. Не заставила меня прикрываться шалью или платком.

Сейчас мне искренне жаль было всех этих женщин и девушек в глухих коконах плотных платьев, которые совсем не подходили лету.

Вся площадь Кальна сегодня была заставлена прилавками с живыми и срезанными цветами, целыми композициями, собранными из свежих бутонов. Даже сверху на головы гуляющих горожан неизвестно откуда сыпались лепестки.

Я глазела кругом, как ребенок, первый раз попавший на ярмарку. Все благоухало, словно мы оказались в самом прекрасном саду. Муссон, который крутился у ног и обнюхивал все, что попадалось на пути, громко чихал от попадающей ему в нос пыльцы.

— И почему у нас в Ринуане не проводится нечто подобное? — вздохнув, спросила Рона, поминутно прикасаясь на ходу то к одному, то к другому цветку.

— Потому что Ринуан деловой город. Там настолько много серьезных людей, которые погружены в зарабатывание денег, что им просто не до цветов, — язвительно откликнулась я.

И правда, сейчас мой родной город на фоне цветущего Кальна выглядел одетым в серое учеником строгого лицея рядом с дедулей в пестром жилете.

Бродя по импровизированным улочкам этого цветочного городка, я невольно оглядывала гуляющих. Наверное, пыталась отыскать комиссара Нэллада: ведь он должен быть тут. Может быть, он расскажет что-то новое о Сарике, и я пойму, как можно помочь ей в той сложной ситуации, в которой она оказалась.

Вместе с Роной и следящими за мной издалека констеблями, которые ловко маскировались под гражданских, мы дошли до большой сцены, которая тоже щедро была украшена цветочными гирляндами и целыми каскадами.

Надпись на широком баннере гласила: «Конкурс на лучший выведенный без помощи магии цветок».

— Да тут планируется грандиозное состязание, — Рона пришла в полный восторг. — Интересно посмотреть на участников!

— Мой дядя точно будет участвовать, — заметил кто-то позади нас.

Я обернулась — и недоуменно моргнула, потому что не сразу узнала Роя, которого сама же и пыталась отыскать взглядом все это время.

Сегодня, в белой рубашке, перехваченной широким бирюзовым поясом, и в свободных, заправленных в сапоги штанах, он выглядел, как южный плантатор. И почти ничем не напоминал комиссара. Только его фиолетовый взгляд оставался таким же цепким, как и всегда.

— Мистер Нэллад! — я кивнула ему. — Вы и правда тут.

— Как я могу оставить дядю без поддержки? Цветы — самая большая его любовь и утешение после кончины жены. Так что он всерьез настроен победить!

— Не сомневаюсь... — я улыбнулась.

— Как ты приятель? Хорошо охраняешь хозяйку? — комиссар присел на корточки перед Муссоном и попытался погладить его, но тот увернулся.

— Охраны мне достаточно, поверьте, — я вздохнула.

Рой слегка сконфуженно покосился на Рону. А камеристка так увлеченно разглядывала роскошно украшенную сцену, что не замечала его невербальных знаков. Наверное, он хотел поговорить со мной с глазу на глаз. Поэтому пришлось вмешаться самой.

— Рона, найди мне, пожалуйста, какой-нибудь красивый букетик. А лучше несколько. Я засушу для будущих шляпок. У меня родилось несколько идей.

— О! Вы делаете шляпки? — лицо комиссара изумленно вытянулось.

— Еще нет, но планирую. Однажды в Ринуане я узнала один удивительный рецепт. Составом на его основе нужно покрыть живые цветы, они высохнут, но сохранят цвет и форму. А еще не рассыпятся, представляете? Хочу попробовать.

Рона тем временем уже отдалилась от нас на такое расстояние, чтобы не упускать меня из поля зрения, но не слышать разговора. Мы с комиссаром пошли вдоль прилавков.

— Вы... — начал он и запнулся. — Вы выглядите просто чудесно! И я рад, что нашли время прийти сюда.

— Ну что вы. Это я благодарна вам, что пригласили!

Между нами снова повисло неловкое молчание.

Людей на площади становилось все больше. Постоянно прибывали экипажи, и из них выходили одетые в светлое мужчины и пестрые, словно лепестки, женщины и девушки. Скоро здесь будет не протолкнуться! Я слегка натянула поводок Муссона, чтобы он не путался под ногами прохожих.

— Я понимаю, что прошло слишком мало времени, комиссар. Но вам удалось хоть что-то узнать по делу Сарики Эббет? — вновь заговорила я.

— Пока только размытые слухи, — пожал плечами Рой. — Тот, с кем у нее был серьезный роман, и правда очень влиятельный человек, раз ему удалось так хорошо замести следы прошедших отношений.

— Это плохо, да? — я посмотрела на него искоса.

— Будет сложно. Но я уверен, мы что-то раскопаем. Я уже запросил список всех гостей, кто был на том представлении. Возможно, удастся провести некоторые связи.

Что дальше говорил комиссар, я резко перестала слышать, потому что из очередного экипажа вышел никто иной, как Лестер Этелхард. Вот уж не думала, что он любитель цветов!

Он лениво огляделся, одергивая легкий жакет благородного серого цвета, а затем подал кому-то руку.

На его ладонь опустилась изящная, затянутая в кружевную перчатку кисть.

А затем на свет вышла хорошенькая молодая девушка с убранными под соломенный капор каштановыми волосами. Стройную фигурку очаровательно подчеркивало фиалкового цвета платье из муслина.

Она прищурилась от яркого солнца и, спустившись на мостовую, улыбнулась Лестеру. Тот ответил очень благожелательно, нежно подхватил ее руку и опустил себе на локоть.

Что ж, похоже, не слишком-то долго он расстраивался из-за неудачного поцелуя. И пары дней не прошло, как нашел себе утешение! Впрочем, ничего удивительного!

Пока я, совсем позабыв о хоть какой-то скрытности, таращилась на пару, Муссон внезапно решил, что гулять на привязи ему надоело. Он рванулся вперед, а я от неожиданности выпустила поводок из пальцев.

— Муссон! — только и успела крикнуть.

Но щенок, подбрасывая задние лапы, радостно мчался вперед. Его уши развевались, хвост вихлял из стороны в сторону. Возможно, он успел бы удрать очень далеко, если бы на его пути не встал Лестер.

Он сориентировался моментально — с грацией и скоростью настоящего дракона. Наклонился и подхватил улепетывающего щенка на руки. Тот замотал лапами в воздухе, словно не сразу понял, что случилось. А затем наконец остановил свой воображаемый бег и потянулся носом к лицу саркана. Его хвост продолжал робко подрагивать.

Лестер внимательно осмотрел Муссона, а затем поднял взгляд, чтобы понять, от кого тот сбежал, и тут же заметил меня. Девушка, дернув его за рукав, что-то спросила, косясь в мою сторону, а он ответил ей — показалось, небрежно.

Пользуясь случаем, пока пленитель отвлекся, Муссон вытянул морду вперед и щедро лизнул его в щеку. Саркан вздрогнул, а его спутница заливисто рассмеялась.

Все это случилось за считанные мгновения — но мои ноги словно успели врасти в землю.

Так мы и стояли — между нами мелькали горожане и торговцы с лотками. Молчали — будто каждый пытался подобрать соответствующие случаю слова. А когда я, совершив огромное усилие над собой, сделала шаг навстречу, Лестер двинулся с места тоже.

И так же одновременно мы остановились вновь.

— Если хотите, я заберу Муссона, — напомнил о себе Рой.

Вся эта немая сцена, похоже, не очень-то ему нравилась. Да я и сама чувствовала себя невероятно глупо.

— Не нужно, что вы! Это же моя собака.

И, набравшись смелости, пошла быстрее. Теперь все, что случилось между нами с Лестером так недавно, казалось ужасно постыдным. В какой-то момент я как будто перестала в это верить, а теперь вновь осознала, что это и правда было. Сколько ни отмахивайся.

— Добрый день, мисс Рейнфрид, — голос Лестера показался чуть хриплым. Как будто он за эти дни успел простудиться.

На самом же деле у сарканов, как я слышала, очень крепкое здоровье, и каким-то там жалким сквозняком их не проймешь. Может, это последствия воздействия моей магии? Или он снова опалил горло своим же пламенем?

— Добрый день, мистер Этелхард! — я, кажется, слишком чопорно кивнула ему. — Спасибо, что поймали Муссона. Я имела бы глупый вид, если бы пришлось за ним гоняться.

— Думаю, он вряд ли всерьез хотел от вас сбежать, — Лестер опустил щенка за землю и протянул мне поводок. — Он забавный.

— Просто чудесный! — поддакнула подоспевшая следом девушка. Она достала из ридикюля платок и быстро вытерла Лестеру обслюнявленную щеку. — Ты ему понравился, Тер.

Ее голос звучал игриво, но не кокетливо. Она смотрела на Лестера так, что у меня тоскливо засосало под ложечкой, а в животе образовалась неприятная тяжесть. В ее глазах было столько восхищения, даже обожания, словно их отношения длятся уже очень давно.

— О, прошу прощения! — спохватился саркан. — Позвольте представить: Элвина Этелхард.

Я четко почувствовала, как у меня вытянулось лицо. Как это — Этелхард?

— Очень приятно, — в голове стало совершенно пусто. — Это что же, ваша...

— Сестра, — закончил за меня саркан.

И улыбнулся — так, будто сказал: «Я знаю, о чем вы подумали».

Я едва удержалась, чтобы не подобрать юбки и не сбежать отсюда тотчас же! Напридумывала себе невесть чего! Даже на миг не представила, что это попросту его родственница. Где была моя голова?

Сейчас я начала замечать схожесть Лестера и Элвины, на которую не обратила внимания издалека. Вот, даже веснушки на щеках у нее такие же, только чуть более яркие, чем у брата. И волосы. Если снять шляпку, на солнце они будут сиять так же, как у Лестера. Такой же сдержанной, благородной рыжиной.

— Очень приятно познакомиться, — Элвина снова схватилась за локоть брата, а затем посмотрела мне за спину. — Рой! Я тебя едва узнала!

Оказалось, комиссар подошел тоже — и теперь они с Лестером меряли друг друга слегка раздраженными взглядами. Поэтому я только убедилась в том, что комиссар, когда предупреждал меня о внимании некоего мужчины, имел ввиду именно Этелхарда.

— Сколько мы не виделись? — он все-таки нашел в себе силы улыбнуться Элвине. — Ты так выросла!

— Вообще-то я выросла уже давно, — притворно обиделась девушка.

— Элви собирается замуж, — пояснил Лестер. — Скоро будет объявлено о помолвке. Мы пришли, чтобы выбрать цветы для украшения вечера.

— Ты взяла с собой плохого советчика, — весьма едко заметил Рой.

— Это верно, — саркан рассмеялся. — Но я не мог упустить случай повидаться...

Он внезапно замолчал и взглянул на меня так, что захотелось поправить волосы. Значит, он как-то выяснил, что я тут буду? Что за мужчины меня окружают! Один приставил констеблей, у другого шпионов, наверное, полгорода. Куда от этого деться?

Я растерянно огляделась, решая, как поскорее завершить разговор, чтобы это не прозвучало слишком резко. И тут на помощь мне пришла Рона: позвала меня к одному из прилавков энергично взмахивая рукой.

— Простите! Я должна взглянуть.

Оказалось, внимание камеристки привлекли необычные цветы удивительной расцветки, которую я никогда раньше не встречала. Они были похожи на лилии с длинными, утонченными лепестками цвета розового мрамора. Их тычинки серебрились, как будто их сбрызнули жидким металлом — и он так и застыл.

— Они настоящие? — спросила я у садовника, который терпеливо наблюдал за тем, как я разглядываю цветы со всех сторон.

Это прямо произведение искусства. Словно их вырезали из камня!

— Конечно, миледи, — кивнул мужчина. — Чтобы вывести их, мне понадобилось много лет.

— Я могу купить их?

— Они не продаются, мисс, — покачал головой садовник. — но если они вам и правда понравились, проголосуйте за них на конкурсе. Это будет лучшей наградой.

— Непременно! — уверила я его. — Может, все же хоть несколько цветков?

Хотелось потереть руки от нетерпения. Я уже представила, как украшу этими цветами одну из шляпок. Будет просто восхитительно! И наверняка эксклюзивно!

— Нет, мисс. Простите, — упрямо повторил мужчина.

Еще немного полюбовавшись лилиями, мы с Роной отошли от прилавка.

— Какой странный, — пожала плечами камеристка. — Отчего бы не продать нам букетик?

Пока мы занимались сбором цветов для будущих шляпок, которые я собиралась начать шить уже очень скоро — с помощью мастера Карнаги, конечно — Лестер с сестрой куда-то удалились. А Рой Нэллад вернулся к дяде, чтобы поддержать его.

Когда на площади стало еще более людно, одна за другой на сцене фестиваля начались презентаци цветов-конкурсантов. Вовсю играла музыка. Люди галдели, спорили о том, чей цветок лучше с таким азартом, будто делали ставки на скачках.

Пару раз мне наступили на подол, и я решила, что надо бы отойти подальше от эпицентра людского интереса. Да и Муссон, кажется, немного устал. Он без энтузиазма семенил рядом и иногда жалобно просился на ручки.

И вдруг щенок пришел в крайнее возбуждение. Навострил еще не вставшие, как у взрослых собак, уши, повел носом — и уверенно потащил меня прочь с площади. Весь его вид говорил о том, что он нашел нечто интересное — и это нужно обязательно увидеть.

Дав ему немного воли, но в любой миг собираясь остановить, я вышла из самой плотной толпы гуляющих — тут даже дышалось намного легче. Никто не толкался, от густого запаха цветов не кружило в голове.

— Отдохнем немного немного, да? — обратилась я к Муссону, который напряженно принюхивался и нетерпеливо топтался, показывая, что хочет пойти дальше.

Я достала из ридикюля платок и слегка смахнула им испарину с шеи. А пока озиралась, не заметила, как слева, из переулка к нам кто-то вышел.

Только голову успела повернуть, как меня буквально сгребли в охапку, зажав рот затянутой в перчатку ладонью. Дернули назад и потащили в тень — подальше от пестрых кибиток цветочников и горожан, которые за собственным гомоном и музыкой не слышали моих сдавленных воплей и отчаянного рычания Муссона. Щенок пытался цапнуть злодея за лодыжку, но, видимо, укусы маленьких челюстей не были настолько сильным, чтобы остановить его.

Когда первая волна паники схлынула, до меня наконец дошло, что можно сделать. Я отпустила поводок щенка — и тот, словно услышал приказ, бросился обратно к площади.

Тем временем я сопротивлялась, как могла, искренне считая, что сейчас меня затолкают в какой-нибудь фургон и увезут в неизвестном направлении. Надо хоть как-то оттянуть этот миг. Раньше я и не думала, что способна хотя бы на пару шагов сдвинуть вперед такого высокого и крепкого мужчину. Однако время от времени мне это удавалось. Пару раз он, гнусно ругаясь, споткнулся о мою юбку, что тоже нас замедлило.

Я пыталась дышать, хоть огромная ладонь закрывала мне пол-лица. Смотрела вперед, ожидая, когда же появится помощь. Где констебли Роя, в конце-то концов, когда они так нужны?

Незнакомцу все же удалось оттащить меня в один из узких переулков, где можно было едва разойтись вдвоем. Он прижал меня к стене — и перед носом мелькнуло острие кинжала, который показался немного странным. Его лезвие было выполнено не из стали, а как будто из стекла.

— Будешь дальше совать нос, куда не следует, — заговорил злодей, — очень сильно пожалеешь. Лучше тебе вовсе не разговаривать с Сарикой Эббет. И уж тем более прекратить походы в полицию. Откажись от помощи комиссара — и будешь в безопасности. Нужно только вести себя благоразумно.

Его голос показался мне искаженным. Лицо было совершенно не знакомо — но удивительно, что этот человек не попытался ничем прикрыть его. Я же запомню и расскажу в деталях! Или он надеется, что поддамся на угрозы?

Впрочем, мне и правда было очень страшно. По всему телу меня пробило холодным потом — стоило только представить, как больно кинжал может врезаться в тело. Но, судя по всему, убивать мужчина меня не собирался. И пока он говорил, пятерней прижимая мою голову к холодной стене, я потихоньку сняла перчатку.

Что ж, загнанные в угол девушки тоже на многое способны!

Я подняла руку и впечатала ладонь прямо в лицо злодея. Показалось, она прошла сквозь жидкий кисель. Что это такое?

— Мамочки! — крикнула я. Но мой рот по-прежнему был зажат, поэтому получилось только эмоциональное бульканье.

Мужчина дернулся было отстраниться, но его словно парализовало — этот эффект тоже был мне знаком. «Жертва» просто перестает управлять своим телом. Черты лица мужчины поплыли, исказились и стали прозрачными. Сквозь них начали проступать совсем другие — и это было жутковатым зрелищем.

Со стороны площади послышались топот и грозный лай Муссона.

Незнакомец наконец отшатнулся от меня. Махнул кинжалом, и мою выставленную вперед ладонь рассекла полоса боли.

Я схватилась за нее и начала оседать на землю — перед глазами поплыло от испуга напряжения. Чужая энергия во мне взбунтовалась — и по всему телу разлился жидкий огонь. Это скоро пройдет, но поначалу будет неприятно.

— Клэр! — сквозь шум в ушах услышала я. — За ним, быстро!

Двое констеблей бросились дальше по переулку, чтобы догнать того мужчину. А передо мной на корточки опустился Лестер Этелхард.

— Ну почему снова вы? — взмолилась я, подняв мутный взгляд к небу.

— Судя по всему, я все-таки не самый худший вариант. Давайте уже признаем это, — совершенно спокойно произнес саркан.

Он быстро подхватил меня на руки и куда-то понес.

— Муссон, за мной! — скомандовал моему — между прочим! — псу.

Скоро он принес меня в подсобное помещение какого-то кафе, которых вокруг площади было немало. Здесь пахло стряпней с кухни, из зала доносились голоса посетителей.

К нам сразу вышла дородная женщина — и замерла в проходе с вытаращенными от ужаса глазами. Да, вид у меня сейчас был тот еще...

— Не нее напали, — кратко пояснил Лестер. — Принесите что-нибудь перевязать руку.

Я только покивала, отупело глядя на алые пятна, которые россыпью горели на платье. Это что же, и правда моя кровь? Шок от случившегося никак не хотел отступать. Казалось, я вообще перестала понимать, что творится кругом.

— Клэр, вы слышите меня? — саркан усадил меня на какие-то мягкие тюки. — Дайте посмотрю!

— Не трогайте! — я отдернула от него пострадавшую руку. — Я сама.

Женщина быстро принесла мне целый моток тонкой тканины и какое-то снадобье от порезов.

— Вот. Взяла на кухне, — она встряхнула флакон. — У нас повара режутся, бывает. Помогает очень хорошо.

— Спасибо! — Лестер аккуратно подхватил женщину под локоть и подтолкнул к двери.

— Надо позвать полицию! — напомнила та.

— Полиция уже тут, не волнуйтесь! Мы скоро уйдем.

Пока он пытался выпроводить женщину прочь, я сбрызнула порез жидкостью из флакона и начала перевязывать. Не очень удобно одной рукой, конечно, но уж как есть. После Рона перевяжет лучше — мне бы до дома добраться!

Пока я возилась, перепачкала и вторую перчатку — и теперь походила на странного мясника в юбке.

— Как вы вообще там оказались? — Лестер критически оценил мой потрепанный внешний вид.

А я задумалась — и правда, как? Я просто пошла следом за щенком, думая, что ему надоело слоняться среди горожан.

— Муссон повел. Но я уверена, он не виноват!

Саркан хмыкнул, опустив взгляд на щенка, который продолжал доверчиво тереться рядом.

— Конечно, он не виноват. Просто, как и положено поисковой собаке, учуял что-то подозрительное. Может, и в первый раз, когда он вырвался, причина была та же.

— Значит, его нарочно приманили?

— Зависит от того, кто это сделал и что ему было от вас нужно.

— Если бы я знала...

Лестер вновь присел рядом. Муссон любовно прижался к его ноге, словно так ему становилось спокойнее. Но встревоженный взгляд пса был прикован ко мне.

— Вы запомнили, как он выглядел? На случай, если констебли не сумеют поймать его.

— Я видела лицо... Но мне показалось, оно не его. Как будто под ним было другое.

Лестер нахмурился и поразмыслил над чем-то, глядя в сторону.

— Вы слышали о «личине»? — вновь повернулся он ко мне. Я помотала головой. — Это полузаконное изобретение дворфитов. Очень давнее. Но оно совершенствуется. Правда, изготавливать его очень дорого, поэтому оно не очень распространено, его можно найти только по определенным каналам, и стоит оно бешеных денег. Видимо, на вашем злоумышленнике была именно «личина». Бывают, конечно, и обычные заклинания подмены внешности, но они действуют недолго и не очень надежны.

— Если это было то устройство, оно сломалось, когда я прикоснулась к лицу этого мужчины. Не очень-то оно надежно!

Я едва удержалась от того, чтобы погрозить кулаком воображаемому противнику.

— Зачем вы его касались? — голос Лестера стал подозрительным.

И вся моя боевая решительность тут же схлынула. Вот так, в состоянии шока, выдам ему все, что хотела скрыть. Надо быть осмотрительнее!

— Хотела оттолкнуть, — надавила я.

— И для этого сняли перчатку? — саркан взглядом указал на мою перебинтованную ладонь. Ну да... это явная улика. — Клэр. Когда вы расскажете мне, что с вашей магией? Возможно, я сумею помочь!

— Не лгите! Не в ваших интересах помогать мне! — вспылила я. — Вы ясно дали мне понять, что вам нужна моя магия именно в том виде, в котором существует сейчас! Иначе зачем полезли тогда с поцелуем? Древнейшие! Не надо было вообще разговаривать с вами!

— Вы ничего обо мне не знаете! И даже не желаете узнать, хоть я не сделал вам ничего плохого намеренно, — тоже начал закипать Лестер. Но быстро взял себя в руки. — Ладно. Чего хотел этот мужчина? Явно же не убить вас.

— Он угрожал, — буркнула я, все еще немного злясь на него. — Чтобы я не лезла, куда не надо.

— А вы куда-то успели влезть? Не просто так Рой приставил к вам надзор.

Я поерзала на не очень-то удобном сидении. Похоже, подо мной сахар или даже мука. Значит, мое платье не станет чище.

— Я только рассказала мистеру Нэлладу, что видела в кабаре. И помогла поймать одного вора.

— Видимо, этим вы перешли дорогу влиятельным людям. Кроме, пореза, вы не пострадали? — саркан заглянул в мое лицо.

Я упрямо уставилась на него тоже. Похоже, сидим мы и правда на свежепривезенной муке, которую еще не успели убрать в кладовую, потому что на щеках Лестера виднелось несколько белесых полос, да и на жакете остались пыльные пятна.

Совершенно позабыв о том, что он спросил, я стерла муку с его скулы. Лестер никак не отреагировал, как будто побоялся спугнуть. Но выражение его глаз едва заметно изменилось, а шея напряглась.

Я спохватилась, осознав, что зачем-то позволила себе лишнее.

— Нет! Нет, больше он меня не тронул, — затараторила, стараясь скрыть смущение. — И вообще — уже все в порядке. Мне надо рассказать комиссару.

Я осеклась, вспомнив, что сказал тот мужчина. Если вновь пойду к Рою, вдруг станет еще хуже?

Меня пробило ознобом. Зубы застучали. Я попыталась обхватить себя за плечи, но зашипела от вспыхнувшей в ладони боли. Как теперь рисовать буду? От приступа жалости к себе на глаза выступили слезы.

Лестер сомневался всего мгновение, а затем обнял меня и бескомпромиссно прижал к себе.

— Ну, ну! Все прошло, — шепнул мне в макушку. — Я сопровожу вас домой, если хотите.

— Не хочу! — я попыталась вырваться — но, честно говоря, не очень уверенно.

В его объятиях мне стало необъяснимо спокойно. Как будто его руки ограждали от всего мира, от всех проблем и внезапно вспыхнувших страхов.

— Ну, нет, так нет, — проговорил он спокойно. — Тогда позвольте хотя бы проводить вас до экипажа. Я позову вашу камеристку. Поедете домой, выпьете чаю.

Муссон тихонько заскулил, словно ему тоже захотелось, чтобы его напоили чаем, завернули в плед и уложили на диван у камина.

— Это он позвал вас? — спросила я.

— Да, нашел меня в толпе — и я сразу понял, что что-то случилось. А потом столкнулся с констеблями.

— И что мне теперь делать? Я же хотела, как лучше!

— Мы все хотим, как лучше, — Лестер пожал плечами и вздохнул.

Его широкая грудь наполнилась и опала. Я закрыла глаза, слушая ровный стук его сердца. Он так спокоен!

— Вам что-то еще нужно? — раздался позади голос хозяйки этого случайного заведения.

— Нет! Нет... Благодарю, что помогли, — я отпрянула от Лестера, вспомнив, что обнимаюсь с ним уже очень долго.

Саркан легко отпустил меня и встал. Я смотрела только краем глаза, и, кажется, он сунул сердобольной женщине несколько купюр. Та попыталась было отказаться, но он настоял.

— Я могу позвать лекаря...

— Не стоит беспокойства.

Лестер ненадолго оставил меня. Я слышала, как снаружи он разговаривает с констеблями: и, судя по всему, им не удалось поймать того мужчину. Затем он велел им отыскать моего кучера и пригнать сюда экипаж. Все это время я сидела, держа на коленях Муссона, и гладила его по мягкой шерстке. Постепенно на душе стало совсем спокойно.

Вскоре пришла Рона. Ахая и причитая, она отвела меня в экипаж, который стоял у входа в переулок. Лестер все еще был тут. У самой дверцы повозки он задержал меня, проговорил, мягко сжимая мою ладонь пальцами:

— Будьте осторожны, Клэр. Комиссар не во всем сможет вам помочь. Да, я знаю Роя давно. Он ответственный и честный человек. Однако при столкновении с теми, кто в Кальне ворочает очень серьезными делами, он может оказаться бессильным. Просто знайте об этом. И не ждите чудес.

— Я подумаю над этим, мистер Этелхард. Спасибо за помощь. И всего доброго.

Похоже, большая часть горожан сейчас гуляла на Цветочном фестивале, а потому улицы оказались свободны — стоило только отъехать от площади. Всю дорогу я разглядывала свою руку и думала над тем, зачем вообще тот мужчина меня порезал, если не хотел убить? Это можно было бы провернуть даже в толпе.

Перед глазами все еще стоял тот необычный клинок. Надо бы разузнать, для чего такие используются. Не просто же так, для красоты!

К счастью, даже в праздничный день тетушка была занята в гостинице: она любила все контролировать. Значит, успею привести себя в относительный порядок до ее возвращения. Зато мистер Таркетт уже вернулся — и, стараясь с ним не столкнуться, я быстро поднялась в свою комнату, пока Рона отправилась за водой и лекарствами, чтобы получше промыть обработать мою руку.

Как только я вошла, сразу почувствовала неуловимо знакомый запах. Огляделась: на столике у окна, где были разложены незаконченные эскизы и шкатулки с лентами, стояла ваза с теми самыми мраморными лилиями.

Целый букет! Едва не все цветы, выставленные на прилавке того упрямого садовника были здесь!

Я подбежала и первым делом ткнулась лицом в нежные лепестки. У них и правда просто удивительный, не похожий ни на что аромат! Затем только я решила поискать записку.

«Невероятные цветы для самой загадочной девушки континента», — было написано в ней.

Но сколько я ни вертела крошечный конверт и само послание, никакой подписи не обнаружила.

Глава 13

— Сегодня тут будет очень много влиятельных и просто знатных людей Кальна, — напомнила мне тетушка, когда мы последний раз перед открытием осматривали готовность зала гостиницы для ярмарки. — Я постараюсь познакомить тебя с кем-то. Но они настороженно относятся к чужакам. Им нужно время присмотреться. Так что не навязывайся.

И подобные наставления я выслушивала сегодня с самого утра.

— Я и не собиралась никому навязываться. Если эти уважаемые дамы не желают новых знакомств, насильно мила я им не стану.

— Это верно, — неожиданно согласилась Аделла. — Лучше проявить скромность. И потратить побольше денег на покупки с их прилавков. Тогда тебя точно заметят. Для начала хотя бы так. Твой жест оценят.

Я покивала, не собираясь углубляться в эти дебри. Скупиться не буду — все же благотворительность. Даже без необходимости понравиться местным матронам и заносчивой молодежи, я поступила бы так, как посчитала нужным.

Отделавшись от Аделлы, я подошла к мастеру Карнаги, который любовно раскладывал на украшенном мною лично прилавке свои товары. Простенькие, но изящные перчатки, платки и атласные пояски с вышивкой. Я попросила его выбрать для ярмарки то, что не будет стоить слишком дорого, но привлечет внимание леди и побудит их на покупку. Зинаут справился на отлично. Все это наверняка разберут в первые же часы.

Его руки слегка подрагивали. Он словно что-то подсчитывал в голове — настолько был сосредоточен.

— Не волнуйтесь! — я осторожно коснулась его плеча. — На вашу галантерею непременно обратят внимание.

— У меня никогда не было столько знатных клиентов разом! — Зинаут воздел глаза к потолку, а затем покосился на девушек и женщин, которые по соседству с ним занимались обустройством своих прилавков. — Я как будто лишний тут.

— Ничего! Они каждый раз собираются одним кругом. «Свежая кровь» явно пойдет им на пользу.

Судя по подозрительным взглядам, старожилы подобных ярмарок и правда не очень-то благожелательно встретили незнакомого мастера, который неизвестно какими заслугами получил здесь место. Но, к счастью, Армэль Брорнаред сдержал слово, за мастера Карнаги высказалась его тетка, а значит, им придется с этим смириться.

Наконец все было готово. Двери просторного бального зала отеля «Таркеттхолл» открылись, впуская пришедших к самому началу ярмарки гостей. Пока их было немного. Вошли несколько пар среднего возраста и одна семья с подросшими детьми. Они без особого интереса оглядели прилавки издалека и принялись бродить между ними, прицениваясь.

Вскоре следом начали подтягиваться другие. А когда в зале собралось достаточно гостей, на небольшой помост между прилавками поднялась солидного вида женщина — и все сразу обратили к ней взгляды. Как успела рассказать мне Аделла, она была главным и бессменным организатором ярмарки: одна из самых уважаемых леди Кальна, жена мэра — Глорианна Верлид.

На фоне весьма сдержанного платья ярко выделялось ее колье, собранное из золотистых чешуек. Как характерно! Заметив его, я пригляделась к глазам — она и правда саркан! Женщин-драконов рождалось гораздо меньше, чем мужчин, и не у всех проявлялась вторая сущность — это считалось нормальным. Но она выглядела так, будто и правда носила в себе драконью душу. Странно, что тетушка, когда рассказывала мне о ней, умолчала об этом.

— Дорогие друзья! — начала миссис Верлид. Ее удивительно молодой голос звонко разнесся по залу. — Я и Комитет матерей Кальна рады приветствовать вас здесь сегодня. Перед нами стоит важная задача: оказать помощь тем, кто не может постоять за себя сам. Все средства от продажи товаров пойдут на нужды сиротского приюта Фоггиджа. Именно там находится так много детей, которые остались без родителей после бушевавшей в Кальне два года назад болезни. Мы будем рады любым вложениям!

Она по-матерински раскинула руки в стороны, словно хотела обнять всех без исключения. Показалось, сейчас за ее спиной развернутся крылья. Господа принялись аплодировать, а когда все стихло, она спустилась с помоста и влилась в компанию своих приятельниц.

В это же время распахнулись двери соседнего зала, где усилиями тетушки Аделлы был устроен богатый фуршет для всех. Оттуда вышел Фелан и, на ходу здороваясь со всеми подряд, остановился рядом со мной.

— Все же несправедливо, — заметила я, наблюдая, как гости вполне охотно переходят из одной комнаты в другую, чтобы подкрепить еще не растраченные на покупки силы. — Тетушка предоставила зал для ярмарки и организовала фуршет, но ее даже словом не упомянули в благодарность!

— Более того, — заметил Фелан, — ее даже не приняли в Комитет матерей, когда она пыталась туда попасть. Объяснили это тем, что у нее лишь взрослый сын, которого уже сложно отнести к детям. Но на самом деле гораздо проще: она попросту не подходит им по происхождению. Ты бы видела некоторых участниц этого Комитета! Там порой настолько дряхлые старухи, что их дети давно уже сами нянчат внуков.

— Как бы меня не постигла та же участь. Только вежливые улыбки — и ничего более.

— Нет, что ты. Будет гораздо больше! — язвительно добавил кузен. — Например, сплетни за спиной. Так что, может, в твоем знакомстве с Брорнаредом и правда есть резон. В конце концов, пусть он сам и ничтожен, но его имя пока играет ему на пользу. А значит, сыграет и тебе.

Я подхватила его под руку, и вместе мы прошлись по залу. С одной стороны продавали изящные корзинки, куда можно было бы складывать заготовки для шляпок. С другой — шелковые ленты с самыми разнообразными узорами. Дольше всего я остановилась у прилавка мастера Карнаги, нарочно привлекая к нему больше внимания.

— Как у вас идут дела? — спросила между делом.

— Пока никак, — тот тревожно огляделся. — Они как будто не замечают меня!

Я решила понаблюдать тоже. Оказалось, что Зинаут пожаловался не зря. Со всех прилавков покупали понемногу. А его как будто нарочно обходили стороной. Может, еще не время? Ярмарка только началась, но поведение гостей уже казалось мне подозрительным. Неужели, это козни высокородных торговок и их протеже?

Надо бы преломить ситуацию!

Я снова вернулась к прилавку Зинаута и начала подбирать себе вещи для покупки. И пока рассматривала одну за другой, как бы невзначай демонстрируя их окружающим, гости пришли в легкое возбуждение.

— Он-то что здесь делает? — буркнула торгующая с соседнего прилавка девица.

Судя по скучающему виду и слишком дорогому платью, в этом деле она смыслила очень мало и топталось тут лишь для проформы. Я обернулась: в зал неспешно и даже слегка вальяжно вошел Лестер Этелхард. За ним, едва помещаясь в дверной проем, ввалились близнецы-огриты. Под руки с ними шли две девушки — тоже очень похожие между собой.

— Выбирайте, что понравится! — довольно громко заявил один из зеленокожих кавалеров.

Я хоть и успела узнать их имена, но еще пока мало различала.

Девушки смущенно потупились и заулыбались. Близнецы повели их вдоль прилавков, а Лестер пока встал в стороне, оглядывая гостей, которые в смятении решали, как отнестись к его появлению. Довольно скандальному, надо сказать. Потому что репутация спутниц огритов явно оставляла желать лучшего.

Группка «Комитета матерей» под предводительством жены мэра зашипела, словно змеиный клубок. Того и гляди, позовут охрану, чтобы нежелательных посетителей вывели на улицу.

Впрочем, такие сами кого угодно выведут.

Лестер как будто нарочно делал вид, что не замечает поведения своих друзей и меня заодно. Каждый раз его взгляд проскальзывал мимо. А я затаилась, старась не привлекать к себе его внимание. Пусть он и помог мне недавно, а явная неловкость между нами так и осталась.

Наконец, оценив обстановку и отвесив несколько приветственных кивков знакомым, он уверенно пошел через зал. Остановился напротив миссис Верлид и почтительно ей поклонился.

— Добрый день! Я смотрю, ваши ярмарки с каждым годом становятся все обширнее! — проговорил он отчетливо.

Люди притихли.

— Лестер! — с легким напряжением в голосе ответила Глорианна. — Не ожидала тебя тут увидеть. Я думала, ты перестал ходить на ярмарки, как только вырос.

— Будем считать, что мне снова стало любопытно.

— Боюсь, здесь ты вряд ли найдешь что-то интересное для себя, — женщина скривила губы и посмотрела на Лестера, как на шкодливого мальчишку, который сотворил какую-то глупость.

— Ну, почему же... Я постараюсь, — он невозмутимо огляделся. — Вот, например! Просто прекрасно, вы не находите?

Развернулся и быстрым шагом направился прямо к прилавку мастера Карнаги.

От неожиданности я едва не выронила из рук выбранный для покупки кошелек! А уж у Зинаута и вовсе челюсть отвисла.

Однако он нашел в себе силы вежливо поприветствовать возможного покупателя.

— Что вы делаете? — прошипела я, на полшага приблизившись к нему.

Отсюда мне было прекрасно видно, как в зал входит тетушка Аделла вместе с Морвенной, и как ее глаза становятся круглыми от ужаса. Зато Фелан с азартным выражением лица взял бокал с подноса проходящего мимо гарсона и что-то ему сказал, махнув в нашу с Лестером сторону рукой. Он что там, пари заключает?

— А что еще можно делать на ярмарке? — с искренним удивлением в голосе ответил саркан. — Покупать, конечно!

Уголки его губ иронично дрогнули.

Так, я обещала себе, что буду держаться от него подальше... Надо просто улыбнуться и сделать шаг назад. Пусть делает, что хочет! Но сейчас я не могла заставить себя просто развернуться и уйти.

— Перестаньте! — моя душа просто не выдержала нарочито важного вида Лестера Этелхарда. Он как будто издевается! — Да разве я поверю.

— Я беру все! — перебил меня саркан. — Все. Сколько я вам должен, уважаемый мастер... — он взглянул на вывеску, — Карнаги? То, что прелестная мисс успела выбрать для себя, я оплачу тоже.

Он достал из-за пазухи скрепленную зажимом пачку купюр и отсчитал, похоже, гораздо больше необходимого. Вряд ли он вообще считал. Позер!

— М-мистер, — Зинаут даже начал заикаться, когда взглянул на врученную ему сумму. — Но тут...

— Все на благие цели, — Лестер ободряюще похлопал его по плечу и добавил чуть громче: — Ведь мы все за этим тут собрались, верно? А ваши товары, мастер, и правда отличные!

— Ты ничего не оставил нам! — возмутился из другого конца зала один из близнецов.

— У вас еще есть шанс взглянуть, пока все не упаковали! — великодушно разрешил гадкий сарканище и демонстративно развернулся уходить, оставив мастера Карнаги ошарашенно таращиться на собственный прилавок, гостей— пораженно перешептываться, а меня — закипать от негодования.

Да он же все испортил!

Я бросила на стол несчастный кошелек и, мило улыбаясь всем, кто попадался на пути, отправилась за ним.

Стремительно бледнеющая Аделла только рот открыла, чтобы остановить меня, но так ничего и не сказала.

— Мне нужно уладить кое-что, — пояснила я ей на ходу. — Не волнуйтесь.

Лестер уходил быстро, я успела перехватить его почти у самого выхода. Благо в холле отеля почти никого не было — только хостесс возились с какими-то бумагами за стойкой.

— Что вы устроили?! — процедила я сквозь зубы вслед саркану. — Что это за представление было? Вы собираетесь всегда появляться там, где я?!

Он плавно развернулся ко мне.

— Во-первых, с чего вы взяли, что это связано с вами? А во-вторых, если бы я иногда не появлялся, у вас было бы гораздо больше неприятностей.

Ну надо же! Это самомнение так задирает ему нос, что тот едва не упирается в потолок?

— Скорее меньше!

— Ну, как знаете. Мне просто понравились изделия этого мастера. Они гораздо лучше скучных носовых платков, пересохших корзин и колючих шерстяных чулков. Тем более чулки я не ношу.

— А перчатки на пять размеров меньше, чем ваши лапищи, значит, носите? Зачем вам это? Все же понимают, что это просто фарс! — я сложила руки на груди. — Вы топчетесь по моей репутации! И по репутации мистера Карнаги!

— Зачем мне это? — саркан задумался. — Пожалуй, раздарю знакомым женщинам. Как раз хватит. Или могу вернуть в магазин мастера. Он продаст все это еще раз!

— Продаст? — я фыркнула. — Да он больше ничего не продаст, после того, как все решат, что теперь эти вещи будут носить ваши... ваши...

— Ну? — Лестер наклонился ко мне. — Говорите! Или воспитание не позволяет?

— Вы сами поняли!

— Я-то понял, а вот вы зря так говорите о моих знакомых. Среди них весьма много знатных дам. Но, по понятным причинам, я не буду называть их имена. Это, знаете ли, не мои секреты.

Только когда мы оба замолчали, стало понятно, как вокруг тихо. Даже в зале, откуда мы ушли, как будто пытались прислушаться, о чем мы говорим. Представляю, в каком полуобморочном состоянии сейчас Аделла, и сколько нравоучений от нее мне придется выслушать за ужином. Но что я могу поделать, если этот саркан настолько невыносимый, что я просто не могу промолчать?

Наверное, с возрастом стану сдержаннее, а сейчас. Сейчас уже поздно — я уже вспылила.

— Вам скучно, да? — проговорила чуть спокойнее. — Вам становится скучно, и вот вы появляетесь где-нибудь и устраиваете фейерверк. Чтобы о вас не забыли. Чтобы потешить свое самолюбие.

Поза Лестера стала расслабленнее, словно он понял, что опасность быть разорванным мной на кусочки миновала.

— Не беспокойтесь, обо мне и так не забудут. Скоро начнутся первые отборочные бои младшей лиги. Все самые уважаемы господа, которые предпочитают воротить носы от тех, кто выступает на ринге и тратит свою магию для их развлечения, придут на Арену. Именно потому что в их жизни не хватает острых ощущений. В их жизни, а не моей.

— Вы могли бы просто купить эти товары. Или прислать кого-то. А не заявляться с такой помпой.

— Если бы кто-то тихонько купил эти товары, разве эти снобы обратили бы на них такое внимание? — голос Лестера тоже стал мягче. Как будто и я, и он наконец выпустили пар и что-то осознали. — Зато теперь ждите — к мистеру Карнаги повалят покупательницы. А если нет... Я побреюсь налысо.

Я не удержалась — прыснула. Лестер тихо рассмеялся тоже.

— Не побреетесь: вам наверняка слишком жаль своих роскошных волос.

— Роскошных? — он прищурился.

И почему я снова ляпнула не подумав?

— Ну, вы же наверняка считаете их такими!

— Вовсе нет, — выражение лица Лестера стало и вовсе хулиганским. Однако через мгновение он посерьезнел. — А если честно. Я волновался за вас. Но, после того, как ваша тетушка почти открыто прогнала меня из своего дома, единственным способом узнать, как вы и не охотится ли за вами еще кто-то, было прийти на эту ярмарку. Хоть тут мне и не рады.

— Но почему?

— Это долгая история. Я наломал много дров в свое время. Но не я один, — саркан помолчал. — Так как вы себя чувствуете? Как ваша рука?

— Заживает, — я взглянула на свою одетую в перчатку ладонь.

Пришлось перерыть всю библиотеку Элиота Таркетта, чтобы отыскать хоть какие-то книги об оружии. Видимо, мои родственники по материнской линии были далеки от военного дела. Но я все равно не нашла ничего подходящего по описанию на тот клинок, которым ранили меня. Наверное, комиссар Нэллад смог бы помочь, но идти к нему я теперь опасалась: пусть все уляжется.

Рой хотел встретиться в тот же день после Цветочного фестиваля, но Аделла, уже разгневанная случившимся, и его выгнала.

Я не слышала: после приема всех лекарств улеглась спать гораздо раньше обычного. А о том, что комиссар приходил, тетушка рассказала мне только наутро.

— Вы что-то недоговариваете, — с укором заметил Лестер. — Я же вижу.

Я подняла на него взгляд снова. А почему, собственно, и нет? Без чьей-то помощи на поиски информации у меня может уйти очень много времени.

— Дело в том, что я забыла сказать тогда. Наверное, от боли и шока. У того мужчины был необычный кинжал. Наверняка непростой. Как будто сделанный из стекла.

Я подбежала к стойке регистрации отеля и взяла у хостес чистый листок бумаги. На нем быстро накидала по памяти изображение того клинка.

— Вот! — отдала его Лестеру. — Примерно такой. Я могу упускать детали, но лезвие запомнила неплохо.

— Странно, — Лестер внимательно изучил рисунок, и его лицо помрачнело. — Я таких раньше не встречал. По такому кинжалу можно отыскать владельца или хотя бы точнее узнать его цели!

— А я вот совсем не разбираюсь в оружии. Самый острый предмет, который я в руках держала — нож для писем.

Саркан поднял руки, сдаваясь. Какой все же несносный! Когда его глаза становились такими хитровато-игривыми, он даже напоминал мне брата. Мы тоже могли ссориться по несколько раз за день, но он всегда поддерживал меня, когда нужно.

— Ладно, — Лестер взглянул на меня с напускным снисхождением. — Я попробую разузнать что-то о подобных кинжалах. В конце концов, я закончил боевую академию. Уж там о самом разном оружии, даже редком, должны знать все.

— Я была бы вам... благодарна, — сказала и тут же пожалела.

В благодарность за помощь один эльфит уже взял с меня слово прийти к нему на именины. Что придумает этот сарканище, и представить страшно. Уже тем, что я стою с ним тут — пусть и на глазах работников отеля — можно вызвать целую кучу сплетен.

— Не стоит, — неожиданно отмахнулся он. — Это совсем не сложно. Как только я что-то узнаю я, скажем... напишу вам. Письмо. Чтобы не смущать вас и вашу тетушку личным присутствием. Договорились?

— Хорошо, — я облегченно кивнула. — И спасибо, что купили все у мастера Карнаги. Эти леди... Они просто игнорировали его! Но я вам все возмещу!

Лестер фыркнул, задрав глаза к потолку.

— Клэр... Вы потрясающе очаровательны в желании оставить за собой последнее слово. Но дело в том, что оно все равно останется за мной. Всего доброго. Я рад был увидеть вас, — он повернулся и пошел к двери, ворча на ходу: — Возместит... Ну надо же!

Когда он ушел, мне стало страшно возвращаться в зал. Стоило только представить все эти любопытствующие взгляды, как по спине пробегал неприятный холодок. Прав Фелан, и Лестер тоже прав — эти снобы не очень-то оценят произошедшее.

Но возвращаться все же пришлось. Конечно же, меня сразу окутало чужим неблагосклонным вниманием. Они, наверное, уже успели перемыть мне все кости до блеска. Разве что тетушка Аделла изо всех сил пыталась отвлечь влиятельных дам от моей персоны, которая со всего размаху вляпалась в лужу по имени «Лестер Этелхард». Но помогало это плохо.

Я состроила самый невозмутимый вид, на который только была способна. Подошла к прилавку мастера Карнаги и принялась деловито отбирать те безделушки, которые понравились мне больше всего — стараясь не увлекаться.

— Как ни странно, — рассудила задумчиво, когда ко мне приблизилась незнакомая женщина, — у мистера Этелхарда и правда прекрасный вкус. Каждая из этих вещиц — просто чудесный подарок для элегантной леди. Это было очень щедро с его стороны.

Повисло молчание. Я каждый миг ждала, что леди просто развернется и уйдет.

— Мэрдок, взгляни, — вдруг деловито проговорила она и потеребила руку своего мужа. — Действительно, безупречно. Почему мы не подошли сюда раньше?

Мужчина только скучающе повел плечами.

— В следующий раз будешь расторопнее. Пока какой-нибудь очередной наглец вроде Лестера Этелхарда не увел у тебя из- под носа пару перчаток.

Я улыбнулась его безобидной шутке.

— Вот, мистер Карнаги, я возьму это, — достала из ридикюля несколько купюр. — Мистер Этелхард любезно позволил выбрать все, что мне понравится. Но я не буду воспринимать это, как подарок, поэтому оплачу, как и полагается.

Зинаут, кажется, уже начал привыкать к причудам состоятельных людей. Поэтому только кивнул, принимая деньги — и положил их в предназначенную для сбора корзинку.

— Эти ленты прекрасно подойдут к вашим глазам, мисс!

Весьма довольная тем, как мне удалось вывернуться из щекотливой ситуации с нахальной благотворительностью Лестера, я забрала свои покупки и отошла в сторонку. И тут же к прилавку Зинаута начали сходиться остальные гости ярмарки, пока вокруг не образовалось небольшое столпотворение.

— Мисс, все это уже продано! — то и дело были слышны мольбы мастера. — И это тоже... Мистер Этелхард сказал упаковать.

— Ну хоть этот кошелек! — уговаривал его кто-то. — Мистер Этелхард и не заметит!

Я наблюдала за внезапным ажиотажем со смесью гордости и легкого стыда. А ведь саркан оказался прав! Мастеру Карнаги удастся продать некоторые вещи по два раза!

— Ловко вы их окрутили, — Морвенна подошла ближе. — Все-таки Этелхард умеет производить впечатление. Даже несмотря на сомнительность некоторых своих действий.

— Хорошо, что все обернулось именно так. Но он все-таки наглец, — осторожно возразила я. — И это целиком его затея.

— Смотри, его друзья сметают все, что еще не успели купить! «Комитет матерей» засохнет от злости, — Морвенна кивком указала на деловито гуляющих между прилавками огритов. В ее голосе проскользнуло легкое злорадство. — Кажется, это будет самая успешная ярмарка за все годы. И все благодаря тебе.

— Почему мне?!

— Потому что Лестер Этелхард пришел сюда ради тебя.

Пылая возмущением, я повернулась к Морвенне, но она уже направилась к мужу, оставив меня размышлять над ее словами. Да, Лестер пришел из-за меня: он сам признался. Но то, что это ясно понимают и остальные — не очень-то приятное открытие.

Только через час Зинауту удалось отбиться от желающих купить у него хоть что-то. Список приобретений Лестера изрядно сократился — но ему наверняка все равно. Цель поднятой им шумихи была достигнута. А после того, как зал покинули близнецы-огриты со своими дамами, торговля на ярмарке совсем остановилась.

Когда прилавки были разобраны, а зал убран, я договорилась с Зинаутом о встрече, где мы обсудим условия дальнейшего сотрудничества. Мастер уехал довольный и ошарашенный тем, как прошла торговля. И пусть он не получил с с этого денег, польза от его участия в ярмарке проявится уже очень скоро.

Лишь под вечер мы добрались домой — и всю дорогу я ждала, что Аделла обрушится на меня с упреками, но она молчала. Видимо, необходимость высказать мне недовольство общением с Лестером боролась в ней с пониманием, что его визит стал толчком к небывалому сбору средств. Но я не питала иллюзий насчет того, что мне удастся избежать словесной экзекуции завтра.

Наутро я проснулась, полная решимости собраться и отправиться в лавку мастера Карнаги. Меня прямо переполняла жажда деятельности. Я уже старательно собирала эскизы, какие посчитала самыми удачными, когда в комнату вошла Рона с двумя конвертами.

— Смотрите! Вам уже письма начинают писать, — с самым довольным выражением лица доролижла она. — Один — из поместья Квиткост. Другой — без подписи. Только с вашим именем.

— Квиткост... — я взяла первый конверт. — Это поместье Брорнаредов? Кажется, я слышала где-то. Или встречала в газете.

Развернула празднично оформленное послание: так и есть. Посчитав, что свою часть «сделки» выполнил, Армэль прислал мне приглашение на именины через неделю. Надеюсь, он понимает, что приехать одна я не могу? В моем положении мне необходима компаньонка.

Но с ним хотя бы все понятно.

А вот второе письмо выглядело куда загадочнее. Но почерк на конверте показался мне знакомым.

«Уважаемая мисс Рейнфрид. Вчера мне удалось немало узнать о том кинжале, которым вас ранили. Оказалось, стеклянные клинки такого вида используются для забора образцов крови и содержащейся в ней магии. Естественно, официально подобные методы не применяются — только в ритуальных или преступных целях. Лезвие создано и зачаровано таким образом, что внутри него находятся тончайшие сосуды, куда и проникает кровь. Даже небольшого пореза достаточно, чтобы ее набралось необходимое количество.

Так что на вашем месте я был бы осторожнее и не выезжал никуда без охраны. Если хотите узнать больше и попытаться отыскать владельца, сообщите мне об этом в ответном письме. Такие кинжалы довольно редки, и через знакомых артефакторов-оружейников я с большой долей вероятности смогу выяснить, где он мог быть создан. Если же пожелаете обратиться к комиссару Нэлладу, но боитесь ехать сами, я могу нанести ему визит и расскажу обо всем, что мы узнали.

Решение за вами.

Л.Э.»

— Что там? — поинтересовалась Рона, когда я дочитала и опустила руки с письмом на колени.

— Ничего хорошего. Но не волнуйся, я разберусь.

Вернее, разберется Лестер Этелхард, если я решу изъявить ему такое желание. И тут меня осенило. Я вскочила с места и достала из письменного стола небольшую записку, которую нашла в букете мраморных лилий. Цветы уже несколько дней стояли в вазе, словно только что срезанные, и даже не думали увядать.

Сличила почерки — точно один и тот же!

— Так мы едем к мастеру Карнаги? — камеристка вывела меня из легкого оцепенения.

— Да. Да, конечно! Я только напишу ответ

Глава 14

Лестер Этелхард

— Почти у всех бойцов есть боевая форма. Сарканы покрываются чешуей, ликаниты переходят в полуоборот. Дворфиты призывают доспех... Тебе нужно будет изучить все эти особенности прежде чем ты начнешь выходить с ними в спарринги наравне, — Лестер вытер лицо полотенцем и вновь повернулся к Джоссу.

Парень запыхался — а это он еще даже не начал по-настоящему его гонять!

— Я не смогу выходить с ними наравне, пока не инициировался, — напомнил Джосс. — А это может случиться еще нескоро.

Лестер встряхнул руки и медленно двинулся на него. Ликанит уже достаточно восстановился, чтобы вновь приступить к тренировкам — у таких, как он, очень быстрая регенерация. А когда они входит в полную силу — восстановление становится почти мгновенным. Именно поэтому их так сложно измотать.

— На самом деле, внутренняя магия чувствует, когда от нее требуют большего, чем она может дать. И в конце концов, процессы взросления в тебе могут ускориться, если ты подойдешь к своему развитию с умом. И не будешь пытаться угробить себя раньше времени.

— Постепенное развитие, — вздохнул Джосс, вставая в боевую стойку. — Я понял.

— Именно. Есть, конечно, экстремальные средства для пробуждения сущностей. Но они очень опасны и непредсказуемы. Так что просто слушай умных людей — и все сложится даже лучше, чем ты себе это представляешь.

Лестер резко шагнул вперед и, прежде чем ликанит успел что-то сообразить, перехватил его поперек туловища и быстро уложил на обе лопатки.

— Нет, ну так нечестно! — возмутился тот, грохнув кулаком по полу. — Вы меня отвлекли!

— А ты не отвлекайся. Порой противники очень коварны. И они владеют массой отвлекающих уловок. У тебя сейчас есть прекрасная возможность изучить теорию, прежде чем ты полноценно приступишь к практике. Ладно. Ты устал — отдыхай. Продолжишь с тренером.

Лестер спустился с ринга, а Джосс — за ним. Их место сразу заняли дворфит Ургаф и его тренер. Молодой боец и правда подавал большие надежды. Возможно, он станет еще более известным, чем попавший в полицию Цуркан Зетенс. Он хоть и самодоволен, но способен трезво оценивать свои силы, если нужно.

— Вот, смотри. Готово расписание боев на ближайшие две недели, — Имон сразу сунул в руки Лестеру листок с календарной таблицей. — Как только ты его утвердишь, пускаем афиши и билеты в печать. Кассирам предстоят жаркие деньки.

Лестер внимательно изучил расписание и внесенные в него имена бойцов.

— Этот что тут делает? — он ткнул кончиком пальца в одно из имен.

— Тер, — вздохнул Имон, — я понимаю, что его протектор тебе не нравится. Но он и правда сильный боец. Разнообразит программу. Далеко не продвинется, зато взбодрит нашего Ургафа. Верно, Ургаф? — окликнул он дворфита.

Тот напряженно наблюдал за движениями тренера, пытаясь не пропустить атаку, а поэтому выдал только задумчивое «угу».

— Он очень агрессивен, — Лестер покачал головой. — У нас не бойня в коллекторе, а солидное зрелище.

— Мы вынуждены привлекать бойцов со стороны, — вздохнул огрит. — Иначе на нас скоро нападут с обвинениями в фальсификации боев. И так уже проскакивают слухи. Что все предрешено. Это не правда, но на пользу нам не идет. Приятно быть монополистом, но с этим не согласны некоторые влиятельные люди. А они могут создать нам ненужные проблемы. Этот боец сольется быстро. Не волнуйся.

— Если что-то пойдет не так, ты будешь за это отвечать.

— Хорошо, — мрачно согласился Имон.

Дверь зала распахнулась, и внутрь заглянул посыльный.

— Вам письмо, мистер Этелхард!

Мальчишка выглядел загнанным. Видимо, ему пришлось добираться от конторы до Арены в очень короткий срок. Он вручил послание Лестеру, встряхнул в ладони положенные за хлопоты медяки и, довольный, удалился.

От конверта едва ощутимо пахло цветами. Этот аромат мгновенно взбудоражил все внутри. По груди скользнуло горячее покалывание: похоже, снова магическая татуировка шалит. С каждым днем Лестер все четче ощущал драконью жажду. Обладать, летать, выплескивать полную мощь иссигнов. Как будто накопленное за годы ожидания напряжение норовило пробить крепкую плотину.

Скорей всего, воображение тоже играло в этом не последнюю роль. Но Лестер знал, что все меняется — и как скоро это произойдет, зависит от одной хрупкой юной девушки, написавшей письмо, которое он держал, предвкушая, как вот-вот откроет.

«Уважаемый мистер Этелхард. Я очень благодарна за вашу заботу. Мне не хотелось бы доставлять вам большие неудобства, но положение, в котором я оказалась, вызывает у меня немалое беспокойство. Если вы имеете возможность узнать больше о том, откуда взялся кинжал и чем это мне грозит в дальнейшем, конечно, я не могу отказаться от этой информации. Однако, ради Древнейших, обещайте мне не ввязываться в опасные дела».

— О, она о тебе беспокоится! — голос Имона вклинился в умиротворенное течение воображаемой речи Клэр в голове.

— Имей совесть! — Лестер загнул уголок листа, чтобы скрыть написанное от любопытного взгляда друга.

— Я не мог удержаться. Эта девица доставляет тебе много хлопот, как погляжу. И надеюсь, она того стоит.

— Стоит, — Лестер хмыкнул. — Думаю, она стоит больше, чем все остальные женщины разом.

— Оу, — огрит поиграл бровями. — Тревожные симптомы.

Лестер, не щадя, толкнул его кулаком в плечо. С коленей соскользнула папка с бумагами, которую он расстегнул, чтобы вложить туда расписание боев. Листы рассыпались по полу до самого ринга.

Вздохнув, Лестер отправился их собирать.

— А что это у вас, мистр Этелхард? — отдыхающий после разминки Ургаф ткнул пальцем в сделанный Клэр набросок кинжала. — Артефактами интересуетесь?

Лестер поднял листок и взглянул в совершенно бесхитростное лицо дворфита.

— Да, попался тут любопытный экземпляр. Расширяю кругозор. А ты знаешь, что это?

— Толком не знаю, — Ургаф почесал в затылке. — Но, помню, несколько лет назад видел у деда в мастерской что-то подобное. И на рукояти была вот такая же закорюка. Я почему запомнил, потому что дед всыпал мне потом за то, что нос, куда не надо, сую.

— А твой дед еще жив?

— Жив, что ему сделается, старой коряге! — боец цыкнул, качая головой.

Видимо, его дед — дворфит не с самым приятным характером.

— Я могу с ним поговорить насчет кинжала? Вдруг он расскажет мне что-нибудь интересное.

— Ну, если не прогонит вас сразу, то поговорите. Отчего бы и нет, — пожал плечами Ургаф. — Как скажете, так и съездим к нему.

Лестер кивнул и одобрительно хлопнул бойца по спине. Вероятность того, что именно его дед изготовил тот самый кинжал, мала. Но, возможно, он сможет вывести его на верный путь.

Клэр

На подъезде к лавке мастера Карнаги я успела было подумать, что ошиблась адресом. Может, свернули не туда? Потому что обычно проходное место, где никто не задерживался, сегодня было забито легкими летними экипажами. Кучеры уныло закипали на солнце, а по улице бодро сновали разодетые в прогулочные платья леди.

— Вот это да-а, — протянула Рона, наблюдая за суетой вокруг нашумевшего вчера галантерейщика. — Теперь я не удивляюсь, отчего бои мистера Этелхарда настолько популярны. Он умеет привлечь внимание.

Да он просто ходячий магнит для чужого внимания. Где бы ни появился — все взгляды обязательно будут прикованы к нему. Что за чудеса такие?

Я еще раз взглянула на свои эскизы и решительно вышла из экипажа. Что ж, раз добралась сюда в такой жаркий день, не откладывать же важное дело! К тому же, помня о предупреждении Лестера, вряд ли отважусь на слишком частые выезды так далеко от дома.

К счастью, затеряться в толпе новых покупательниц Зинаута оказалось просто. Я быстро проскочила в лавку и на ходу бросила мастеру:

— Жду вас в мастерской.

Он только похлопал глазами, едва сообразив, чего я от него хочу, и кивнул вслед. Я быстро скрылась от посторонних взглядов в соседней комнате и устроилась за столом, на котором царил самый творческий беспорядок.

— Похоже, ждать мы будем долго... — вздохнула Рона, выглянув в зал через дверную щель.

— Надеюсь, мистер Карнаги придумает, как выдворить всех покупательниц хотя бы на время. Мы договаривались!

— Кто же знал, что его лавку возьмут в осаду, — хмыкнула камеристка.

Кто знал? Например, Лестер Этелхард. От воспоминания о нем у меня даже раненая ладонь зачесалась. Интересно, что он сумеет узнать о кинжале — и не обернется ли это новыми проблемами? Как мало я хотела с ним встречаться, а придется. Остается только надеяться, что это не надолго.

Скоро мне наскучило сидеть без дела. Рисовать не хотелось, а все ленты, броши и тесьму, что лежали на столе мастера, я уже успела рассмотреть в деталях. В зале не становилось тише. То и дело среди общего гомона раздавался голос Зинаута — похоже, он и не собирался отвлекаться.

Я слегка оттолкнула Рону с места наблюдения, чтобы тоже оценить перспективы. Леди в лавке становилось только больше. При том, что многих лиц я не видела даже на ярмарке.

— Вот причина! — Рона победно вскинула руку с сегодняшней газетой.

Среди светских новостей Кальна, довольно подробно была освещена ярмарка, прошедшая в зале отеля «Таркеттхолл». В статье были упомянуты все самые громкие фамилии, и автор не забыл описать небывалый ажиотаж, возникший вокруг одного прилавка.

— Всем просто стало интересно, — я отложила газету в сторону и вновь посмотрела в зал.

Вдруг среди разнообразия лиц мелькнуло одно особенно знакомое: такое не забудешь. Это была та самая пожилая леди, которая заговорила со мной в ресторане магохода «Нертал». Надо же, как все-таки тесен мир!

Она неспешно прогуливалась, присматривалась то к одной мелочи, то к другой. Казалось, все это ее совсем не интересует, и она приехала лишь потому что ей стало любопытно. Девушки и женщины приветливо кивали ей. Кто-то пытался завести беседу, но она быстро пресекала их порывы. Похоже, она весьма известная в городе личность, общения с которой ищут, перед которой заискивают.

Не стоит этим пренебрегать.

В конце концов, в тот день я сбежала из ресторана так внезапно, что даже не попрощалась и не поблагодарила женщину за интересную беседу. Да что там! Даже имени ее не узнала.

Поэтому сейчас решила выйти в зал.

— Добрый день!

Женщина подняла на меня цепкий взгляд.

— О! Юная путешественница! — ее лицо сразу прояснилось, словно с него сошло облако безразличия. — Как неожиданно и приятно встретить вас тут. Вы добрались до Кальна без неприятных приключений, надеюсь?

— Не совсем без приключений, — я беспечно махнула рукой, — но вполне сносно. Мне так жаль, что в тот вечер я так и не представилась. Это было очень невежливо с моей стороны. Клэр Рейнфрид.

Женщина окинула меня еще одним пытливым взглядом и благосклонно улыбнулась.

— Мариэль Джалраун. Очень приятно познакомиться! А я читала о вас в газетах. И не раз. Для леди, которая прибыла в Кальн недавно, о вас пишут слишком часто.

Она беззлобно рассмеялась.

Краем глаза я успела отметить, что все больше внимания посетительниц лавки обращается к нам. Пришлось мягко увлечь женщину за собой — в дальний угол зала, где было обустроено уютное место для общения с заказчиками. Сейчас оно пустовало: все толпились у прилавка. Миссис Джалраун, похоже, не прочь поболтать. И раз уж она так уважаема здешним дамским обществом, еще одно полезное знакомство вовсе не будет для меня лишним.

Расценив все верно, к нам тут же вышла Рона и предложила приготовить чай. Мы не стали отказываться.

— Так случилось, что город приготовил мне немало сюрпризов, — мягко оправдалась я в продолжение разговора.

— Это иногда полезно. Начинаешь чувствовать жизнь острее, — похоже, миссис Джалраун вовсе не осуждала меня, как это делала, например, тетушка. — Немного шума никому не помешает. Смотрю, вы тоже решили присоединиться к всеобщему модному безумию и купить что-то у мастера Карнаги? — она обвела зал рукой. — Он безусловно талантлив. Удивительно, как оказался в такой дыре! Думаю, благодаря этому неслучайному стечению обстоятельств на ярмарке он станет новой городской легендой. Если не растеряет запал, конечно.

— А в Кальне много легенд? — как бы невзначай уточнила я.

— Это старый город. И в нем случалось разное.

— К сожалению, я мало знакома с историей Кальна. Но кое-что слышала. Многое показалось мне удивительным и загадочным.

— Что же? — леди приподняла брови.

Я сделала вид, что задумалась. По-настоящему интересовало меня лишь одно. А мисс Джалраун в силу возраста и жизненного опыта вполне может что-то об этом знать.

— Например о Скульпторе. Даже в своем родном Ринуане, за океаном, я немало о нем слышала. Уж не знаю, выдумки или нет.

— Да, — покивала Мариэль, — он и правда персона весьма известная и вместе с тем загадочная. В Кальне и окрестностях не так много людей, кому довелось встретиться с ним. И, к сожалению, для этого обычно случались не самые радостные поводы.

— Да что вы! — я ахнула, приложив ладонь к груди. — Знаете, я ведь об этом даже не задумывалась.

— Чтобы попытаться его отыскать, нужен очень веский повод, — серьезно продолжила леди Джалраун. — Говорят, он живет уже больше сотни лет. Хоть я мало в это верю. Никакого документального подтверждения его работы нигде нет. Он хранит строгое инкогнито. Поэтому люди придают его образу лишнюю зловещесть.

— Если никаких подтверждений нет. Может, он и вовсе не существует? — я отпила чай из чашки с самым невинным видом.

Мариэль покачала головой, словно поразилась моей наивности. В ее глазах залегла пока непонятная мне печаль.

— Существует, конечно. Более того, одна из моих родственниц... очень дорогой мне человек, однажды с ним встретилась. Он ей помог. Спас жизнь, можно сказать.

Я едва не поперхнулась. Вот оно! Наконец-то ощутимая нить, которая может меня к нему вывести! Я должна не упустить этот шанс.

— И в чем же он ей помог? — осторожно уточнила я.

Между нами повисло озадаченное молчание.

— Дорогая Клэр, это не моя тайна, — усмехнулась женщина. — И я не могу рассказывать о ней всем. Скажу только, что ее магия имела очень неприятные эффекты и изрядно портила ей жизнь. К тому же угрожала здоровью ее ребенка.

Досадно, что миссис Джалраун не может рассказать подробности. Проблема ее родственницы очень похожа на мою — разве что исключая ребенка. Но если начну допытываться, вызову подозрения, а то и вовсе разозлю пока что словоохотливую женщину.

— Это действительно очень неприятно, — согласилась я. — Когда магия не позволяет жить полной жизнью. Признаться, я всегда думала, что магия, это родовой дар. И она открывает множество возможностей перед тем, кому достается!

Мариэль покачала головой.

— К сожалению, те расы, кому магия достается по праву крови, со временем перестают ее ценить. Мне кажется, такие сбои — это напоминание, что нельзя воспринимать ее как должное. Нужно ценить и заботиться о том, что тебе дано.

Почему-то после ее слов я сразу вспомнила о Лестере. Сильный, красивый мужчина с огромными планами на жизнь — но магия сыграла с ним злую шутку. Для саркана это, наверняка, особенно унизительно.

— Но как же ваша родственница вышла на Скульптора, если это так сложно? Раз до сих пор никто не понял, кто он есть на самом деле.

— Она не посвящала меня в детали, — Мариэль развела руками. — Одно из условий «работы» со Скульптором — полная секретность. Подозреваю, он очень влиятельный человек. Ведь за нарушение правил, как говорят, может последовать расплата. Правда, пока, как я понимаю, никто на это не отважился, — она усмехнулась. — К тому же... Мало кому хочется выносить свои проблемы на всеобщее обсуждение. Так что в скрытности заинтересованы обе стороны.

Пока она говорила, я пригляделась к ней, пытаясь понять какой же расы она сама. Женщин порой гораздо сложнее разгадать, чем мужчин. Даже у огрит кожа светлее и имеет почти незаметный зеленоватый оттенок. Единственное — глаза выдают почти всегда. Впрочем, по моим, например, никак не скажешь, какая опасная сила во мне таится.

В глазах миссис Джалраун я тоже ничего особенного не заметила. А спрашивать было неловко.

Может, она и вовсе обычный человек. Тогда почему «родственница» — маг?

Я окончательно запуталась в своих рассуждениях и расстроилась, что так и не смогла выяснить ничего полезного. Однако ее можно попытаться побольше узнать об этой истории у тех, кто хорошо знает город и его самых известных жителей.

— Я рада, что в вашей семье теперь все хорошо, — мне только и осталось, что улыбнуться.

— Если говорить о магии — да, все вполне сносно, — Мариэль покрутила чашку на блюдце. — Впрочем, мне уже нужно ехать. Рада была познакомиться! Молодое поколение Кальна порой такое испорченное! Поэтому вдвойне радостно встретить здесь такую очаровательную и предприимчивую леди, — Мариэль допила свой чай и поднялась с диванчика. — Надеюсь, мы скоро увидимся.

— Всего доброго, миссис Джалраун.

Я проводила ее до двери, а когда она ушла, вдруг обнаружила, что в лавке стало гораздо свободнее. Те женщины, что тут еще были, довольно громко перешептывались, косясь в мою сторону.

Усталый мастер сидел за прилавком, только чуть выглядывая над ним. Наверное, пытался спрятаться от клиенток, которые едва на части его не разорвали.

— И как вам это удается? — спросил он тихо, когда я подошла ближе. — Мистер Этелхард. Теперь мисс Джалраун. Ваше очарование способно творить чудеса. Близкое знакомство с ней, а уж тем более — долгая беседа — это привилегия немногих.

Через стекло в двери я еще раз взглянула на Мариэль. Она как раз садилась в свой экипаж.

— Честно говоря, я не знаю, кто она такая.

Зинаут фыркнул.

— Когда она пришла, я чуть в обморок не упал, хоть в обмороки вообще никогда не падаю! Она вдова крупного магната и унаследовала весь его строительный бизнес. К тому же мисс Джалраун — устроительница самых модных приемов в Кальне. У нее не брезгуют появляться даже принцы. Особенно, говорят, старший часто заезжает. Попасть в ее дом непросто.

— Никогда не подумала бы, что она настолько высокая персона. Мы так мило поговорили.

— Вот-вот! — мастер хитро улыбнулся. — Это все ваше очарование. Вам просто невозможно отказать! Наверное, сами Древнейшие послали вас мне в награду за терпение!

Он воздел руки над головой.

— Ничего, вы еще пожалеете о знакомстве со мной, когда мы будем обсуждать дела, — шутливо пригрозила я.

— Да! Дела-дела, — вздохнул Зинаут. — А у меня целая гора заказов! Если раньше я справлялся сам, то сейчас мне придется нанимать портних!

Я подхватила мастера под локоть и поставила его на ноги.

— Ничего. Наймем сколько нужно. Им и вам, и мне предстоит большая работа. Я хочу научиться всему! И скоро мы значительно расширим ваш ассортимент! На одних только перчатках далеко не уедешь.

— Вы правы. Если уж на меня и вас свалился такой успех, мы не можем его упустить! — мистер Карнаги заметно приободрился. — Древнейшие! Я так вам обязан, мисс. Вы даже не представляете!

— Прежде всего, наш с вами договор нужно будет официально оформить, — пришлось слегка приземлить его восторженное состояние. — Так что обсудим условия.

Наконец, последние посетительницы вышли, и пока не появились другие, мы закрыли лавку на перерыв. Обсуждать все нужно в спокойной обстановке.

Глава 15

Вот и задала мне миссис Джалраун задачку. Всю дорогу до дома я размышляла над тем, как мне выяснить, кто из ее родственников мог встретиться со Скульптором. Смогу ли я узнать больше. Одна деталь была известна — это женщина. И женщина с ребенком. Остальное оставалось в тумане.

Не успела я еще подняться к себе в комнату, как из гостиной меня окликнула Аделла.

— Клэр, дорогая, подойди! Я хочу серьезно с тобой поговорить.

Созрела, значит... Я вздохнула, мысленно обращаясь к Древнейшим, чтобы они пощадили меня, а затем, изобразив самое большое смирение, вышла к тетушке.

Она сидела за письменным столом и разбирала ворох писем и бумаг.

— Что-то случилось? — уточнила я.

— Скажи, пожалуйста, где ты пропадала полдня? — она едва подняла на меня взгляд. — После того, что случилось на ярмарке, это небезопасно.

— Я была не одна и не гуляла по городу. Мне нужно было уладить некоторые дела.

Тетушка сняла с носа пенсне и посмотрела на меня с самым явным укором, на какой только была способна.

— Какие у тебя могут быть дела в незнакомом городе? Надеюсь, ты не на свидание ездила? — она свела брови, стараясь придать себе еще более суровый вид.

Похоже, и правда подозревает, что я могла встретиться с Лестером Этелхардом, например. Раз уж о нас так много болтают.

— Нет, я была в лавке мастера Карнаги.

— Так и сказала бы, что ездила за покупками, — голос Аделлы сразу смягчился. — Кстати, как скоро привезут твои перешитые платья? В одних и тех же появляться в городе скоро станет неприлично.

— Через два дня, — сухо ответила я. — Но я ездила не за покупками. Просто решила дать своему увлечению жизнь. Возможно, из этого выйдет что-то стоящее.

— Это какому увлечению, прости? — вновь напряглась тетушка.

— Клэр рисует чудесные эскизы шляпок! — внезапно отозвалась из-за моей спины Морвенна, которая только что вошла в комнату. — Я видела их. Честное слово, не отказалась бы ни от одной, если бы кто-то наконец их изготовил.

Она прошла до дивана и плавно опустилась в него. Мы переглянулись.

— Надо же! — Аделла хмыкнула. — Неужели ты решила шить их сама! Да еще и продавать! Леди не должна работать!

— Но вы же работаете!

— Я не леди, — тетушка снисходительно улыбнулась. — А вот ты должна вести себя совершенно иначе, если действительно когда-то хочешь ей стать!

— Я не буду шить шляпки лично, — чуть раздраженно ответила я. — Мне помогут мастер Карнаги, к тому же мы наймем швей и шляпниц, если нужно. От меня требуются только эскизы и согласование при пошиве.

— Ох, ну что ж, — Аделла всплеснула руками. — Я все же советовала бы тебе не увлекаться. Не хотелось бы лишних разговоров.

— Если дело пойдет, мое имя появится на вывеске мастерской рядом с именем мистера Карнаги.

— Мне кажется, это лишнее. И вообще. Я предпочла бы, чтобы ты помогала мне в гостиничных делах. Только немного и так, чтобы не знали другие. Скоро закончится строительство еще одной. Мы будем сбиваться с ног.

— Но Клэр вовсе не обязана разделять все ваши интересы. У нее вполне могут быть свои, — очень своевременно напомнила Морвенна. — К тому же мы с Феланом помогаем вам всеми силами.

— Это очень, очень хорошо, милая. Клэр, конечно, ты можешь заниматься тем, что тебе интересно, если это не навредит твоей репутации. Просто будь осторожна. Бери с собой Муссона и не оставайся одна! И еще... Своевременно предупреждай меня о том, куда ты выезжаешь.

— Хорошо, — не стала я спорить. — Кстати, завтра я собираюсь к юристу. Мне нужно правильно оформить договор с мистером Карнаги.

— Надеюсь, за всеми этими хлопотами ты не забудешь об именинах Армэля Брорнареда, — тетушка отложила в сторону очередное письмо.

— Я уверена, вы напомните мне о них еще не раз.

Морвенна тихо прыснула, распознав легкую колкость.

— Зря вы хихикаете! — без тени обиды в голосе ответила Аделла. — Клэр срочно нужно обзаводиться нужными знакомствами. Пока что у нее больше скандальных. Даже ярмарка не помогла!

— Кстати, о знакомствах, — устав стоять, я присела рядом с Морвенной. — Сегодня в лавке я встретила миссис Мариэль Джалраун. Это знакомство можно назвать достаточно полезным?

Аделла едва перо не выронила и посмотрела на меня с таким изумлением, словно я сказала ей, будто своими глазами видела живого дракона.

— И она говорила с тобой?

— Вполне мило. Оказывается, мы встречались раньше. На «Нертале». Но кто она такая, я узнала только сегодня, представляете? Такая интересная личность! Жаль, я так мало о ней знаю.

Тетушка села поудобнее, и ее лицо приобрело выражения готового вести лекцию профессора.

— Тебе еще позволительно некоторое невежество. Миссис Джалраун одна из самых состоятельных и уважаемых женщин Кальна. Но, к сожалению, и в ее семье были несчастья, — она сочувствующе вздохнула. — Ее муж и сын погибли несколько лет назад при строительстве моста Балхорн. Ты наверняка видела его.

— И она осталась совсем одна? — ахнула я.

— Нет, у нее еще есть средняя дочь — она уже замужем. И младший сын. Он сейчас учится в университете. В обычном человеческом университете. В ее роду не было магов.

Я нахмурилась.

— И со стороны мужа тоже?

— И с его стороны. А вот ее сын женился на ликаните. Это был просто сногсшибательный роман, как говорили! — Аделла мечтательно улыбнулась, но ее лицо быстро омрачилось. — Магические расы редко связывают себя узами брака с обычными людьми. Но тут все складывалось, как в сказке. Свадьба была просто грандиозной! Половина нашего отеля была забита гостями, которые на нее приехали! Оба молодых супруга аристократического рода, оба состоятельны и влюблены друг в друга. Все складывалось просто замечательно. Правда, невестка Мариэллы вела довольно скрытную жизнь, пока была беременна. Но это и неудивительно.

— Наверное, об этом ходило много сплетен. — осторожно прощупала я почву.

— Да, болтали разное, конечно. Союз ликаниты и человека мог обернуться непредвиденными сюрпризами. Но все обошлось. У них родился чудесный мальчик! А потом случилась эта ужасная трагедия. И после этого между Мариэллой и ее невесткой словно земля растрескалась. Та уехала в загородное поместье, которое ей досталось в приданое от родителей. И, насколько я знаю, с миссис Джалраун они почти не общаются.

— Как это все печально.

— К сожалению, наша жизнь полна неожиданностей. И никто не знает, как сложится судьба. Мариэлла нашла утешение в светских приемах и работе. Она переняла все дела мужа. Конечно, за это ее осудили. Мол, женщина, леди, не может одна мотаться по городу и решать дела с мужчинами самостоятельно. Прямо, как ты, Клэр! — не забыла она уколоть меня. — Но ей всегда было все равно. И она не потеряла ни капли своего высокого положения.

— Значит, все зависит от того, как себя поставить, — едко заметила я. — Она решила, что не хочет зависеть от чужого мнения. И люди приняли это.

— Так бывает далеко не всегда. И для этого должны быть основания. Семья Джалраун слишком влиятельна, чтобы остальные начали вдруг ее презирать. У Мариэль множество инвестиций в самые важные проекты. Даже мэр с ней считается.

— Это действительно очень серьезно.

— Знакомство с ней — это приятное обстоятельство. Но нужно быть осторожнее. Такие люди могут возвысить, а могут уничтожить, если чем-то им не угодить, — Аделла помолчала. — А ведь ее младший сын вполне подходящего возраста, чтобы...

— Так! — я подняла руку, останавливая ее рассуждения. — Не будем начинать. Мы всего лишь обменялись парой слов! На этом все.

— Всегда нужно иметь запасной вариант, — разобиделась тетушка.

— А у Клэр их немало, — в шутку упомянула Морвенна.

Я едва удержалась от того, чтобы не ткнуть ее локтем в бок.

— Кроме Армэля, это не варианты вовсе! — взбунтовалась Аделла. — Все! Хватит болтовни, у меня еще куча дел!

Она помахала на нас рукой, прогоняя. Уже вернувшись в свою комнату, я решила, что обязательно должна выяснить, где живет невестка Мариэллы и поговорить с ней. Только нужно придумать, как сделать это наиболее скрытно.

Лестер Этелхард

Как и ожидалось, дед Ургафа жил в новой части Артефакторного района Кальна. Старая часть была гораздо ближе к Центральному округу, но город, как известно, разрастается вширь, поэтому позже построенное жилье теснилось почти на самых его окраинах.

— Мое семейство переехало в Кальн не так уж давно, — как будто попытался оправдаться Ургаф, которого Лестер взял с собой. — Но дед раньше нас всех. Он еще успел занять неплохое место среди артефакторов. И будь у него не такой скверный характер, он нашел бы гораздо больше покупателей.

— Да, с покупателями надо нежнее... — согласился Лестер, глядя в окно.

Чем дальше, тем район больше напоминал промышленный: однообразные дома из бурого кирпича, приземистые, как и самые лучшие артефакторы среди всех магических рас — дворфиты.

— Вот его дом! — ткнул пальцем в сторону Ургаф.

Но опытный кучер без лишнего напоминания остановил экипаж прямо у нужной двери.

Лестер спустился на сыроватую мостовую. Вокруг было оживленно: здесь предпочитали жить не только дворфиты, но и обычные люди, которые отлично с ними ладили. Далекая от светской жизнь кипела в своем ключе.

Потертая дверь лавки Скреуха Кар'умуна оказалась заперта — и это в разгар торгового дня! Похоже, он и правда не очень-то был заинтересован в новых клиентах. Ургаф несколько раз громко постучал и гаркнул так, что даже Лестер вздрогнул от неожиданности, а лошади в упряжи взволнованно зафыркали:

— Эй! Дед! Тыт тут? Открывай, коли тут! Свои пришли.

Некоторое время внутри было тихо. Ургаф воззвал к упрямому родственнику еще раз. А потом еще раз. Затем крепко выругался — и только тогда шуршащие жалюзи на дверном окне поднялись и в нем появилось недовольное лицо пожилого дворфита.

Он подозрительно оглядел сначала внука, затем Лестера и скрылся в полумраке.

— Просто отлично. — простонал боец.

Но неожиданно щелкнул замок, и дверь приоткрылась.

На деле Скреух был гораздо ниже, чем показалось сначала: он едва доставал Лестеру до плеча.

— Чего надо? У меня обед вообще-то! — проворчал он с порога. — Чего тебе не живется спокойно, деревянная твоя башка? — налетел на внука.

— У нас дело к тебе, говорю же! — огрызнулся тот. — И какой такой обед? Ты что, полдня обедаешь?

— Добрый день, мистер Кар'умун, — вежливо отозвался Лестер, не собираясь слушать спор двух упрямых дворфитов. — Я хотел бы с вами посоветоваться, опираясь на ваш артефакторно-оружейный опыт.

— Заказать что хошь? — не слишком приветливо уточнил Скреух. — Если личину заказать, я за такое не берусь! К лупоглазому Аруду идите! Он бесстрашный.

Лестер открыл было рот возразить, но осекся, слегка ошарашенный внезапно всплывшей информацией. Вида постарался не подать. Получается, не очень давно у знакомого Скреуху мастера кто-то заказал личину? А на Клэр как раз напал человек под магической завесой.

Надо бы раскрутить этот вопрос.

— Нет, я без заказа, — Лестер улыбнулся и сделал один шаг вперед, показывая свои намерения. — Но я хорошо заплачу.

Старик почесал рыжую, с проседью, бороду, которая по старинному обычаю дворфитов была украшена несколькими косичками, и качнул головой внутрь лавки.

— Тогда заходите. Чего топчетесь?

Внутри было сумрачно и тихо. Расположиться пришлось на двух пыльных и не очень удобных стульях. Мастерская-магазин Скреуха оказалась весьма захламленной, торговый зал не мешало бы расчистить, на полках навести порядок. Похоже, гостей старый дворфит вообще не любил. Любых.

— Чего узнать хотите? Если что, я ничего незаконного не делаю. Твой приятель не из полиции, Ургаф? А то с тебя станется вляпаться во что-то и остальных запятнать!

Лестер начал терять терпение.

— А может, вы меня послушаете? — рявкнул он так, что дед сразу обидчиво нахохлился.

— Да говори уже! Вы, сарканы, только рычать умеете по-драконьи! Тоже мне.

Лестер медленно выдохнул, чувствуя умоляющий взгляд Ургафа. Злиться на старика толку нет. Его не проймешь.

— Я хочу узнать, кто мог изготовить редкий вид магического кинжала. Он наверняка вам знаком, — с этими словами он продемонстрировал Скреуху эскиз Клэр.

Дворфит подался вперед и, щурясь, изучил рисунок.

— Первый раз вижу, — заявил уверенно и сложил руки на груди.

— Неужели? А ваш внук уверяет меня, что раньше вы могли сталкиваться с такими артефактами очень близко.

— Мой внук порой вообще слишком много болтает, — Скреух пожал плечами. — Не всему можно верить.

— Эй! — возмутился тот. — Я точно видел подобный у тебя в мастерской.

Дед посмотрел на него так уничтожающе, что даже Лестеру сделалось не по себе.

— Вам ничего не угрожает. Я не собираюсь ни в чем вас обвинять. Но... — он покосился на бойца, решая, стоит ли говорить при нем. — Этим кинжалом недавно ранили человека. И отыскать его владельца очень важно, чтобы не допустить такого снова.

Ургаф вытаращился на него, словно услышал нечто ужасное.

— Вы говорили, что вам просто интересно!

— Мне действительно интересно, — подтвердил Лестер. — Но ради пустого интереса я не стал бы сюда тащиться. Тем более ради того, чтобы посмотреть на старого упрямца, который боится рассказать, что знает. Потому что за запертой дверью, конечно, гораздо спокойнее.

Скреух поджал губы, которые едва было видно под пышными усами, а затем вздохнул.

— Если вы говорите, что ни в чем обвинять меня не станете...

— Не стану.

Старик досадливо цыкнул, на что-то решаясь.

— Было дело, попался мне однажды такой заказ, — проговорил он осторожно. — Но тот кинжал было совсем простенький. Девица баловалась, сопернице насолить через магию хотела. Вот и пришла, сделайте, мол, кинжал для ритуала. Вот я и сделал. Но и тогда это было незаконно. Ножичек-то был с палец, а этому олуху, видно, показалось другое, потому что мелкий еще был!

Он снова взглянул на внука.

— Так значит, вы понимаете, что это.

— Понимаю, конечно. Вещица серьезная. Не для баловства. И сделана по самым старым дворфским схемам. Таких сейчас почти нигде не сыщешь. Видите, вот эту завитушку?

— Вижу.

— Это что-то вроде магнита. Притягивает магию. Вот в этот сосуд, который находится в рукояти. Лезвие — проводник. И для крови, и для силы. Такие кинжалы могут изготовить только самые умелые мастера.

— И такие есть в Кальне? Кроме вас, конечно.

— Сомневаюсь, — покачал головой дворфит. — Такие остались только в исконных землях. В Долине морозных озер. Там еще можно раздобыть такую штуку. Здесь изготовлением заниматься опасно — если всплывет, загремишь, как миленький, в каталажку. Вот вы же пришли ко мне. И очень быстро.

— Значит, этот кинжал привезен издалека.

Лестер неспешно убрал эскиз обратно в папку.

— Скорей всего. Либо лично кто-то раздобыл, либо через посредника. У многих дворфитов остались связи дома. И не все они чисты на руку.

— А у вас? Остались?

— Эт на что вы мне намекаете, мистр? — ощетинился старик. — Чтобы я вам ниточку в руку дал? А каков мне с того прок? Ввязываться в неприятности.

— Я же сказал, что заплачу, — терпеливо напомнил Лестер. — И заплачу немало. Особенно если ваш рассказ выведет меня на нужный след.

— В нехорошее дело ввязываетесь, мистр. Простые люди и даже маги такими вещицами не обзаводятся.

— Я это понимаю. Но пострадал человек. И, возможно, пострадает еще больше, если я не отыщу владельца кинжала.

— Хорошо. Дам я вам один адресок. Но если спросят — я вам ничего не говорил.

Лестер кивнул, а лицо Ургафа приобрело страдающее выражение: похоже, он-то влипать ни во что не желал.

Но ему все же пришлось вытерпеть весь разговор Лестера с его дедом. Тот на удивление старательно описал, где и у кого можно спросить подробности о том, откуда взялся кинжал и кто мог им заинтересоваться — и вообще перестал казаться таким уж бирюком.

— Но гарантировать, что вы найдете именно то, что вам нужно, я не могу, — напоследок добавил он. — Не всем хватит смелости рассказать правду.

— Главное, что вам хватило, верно? — Лестер улыбнулся, пряча листок с адресом за пазуху.

— Верно, — хмыкнул дворфит, потирая шершавые ладони. — Так что насчет оплаты?

— Поступим так. Я заплачу вам часть вознаграждения за очень приятный разговор сейчас. А остальное — когда выясню то, что меня удовлетворит. Идет?

Скреух задумался, глядя на внука. Тот наконец не выдержал:

— Мистр Этелхард очень уважаемый и честный человек. Можешь ему доверять!

Поручился, так поручился Лестер еле сумел сдержать улыбку. Такой незамысловатой похвалы он никак не ожидал.

— Ну тогда по рукам! — дворфит встал с места. — И давайте поскорей. Скоро вечер, а я еще не закончил важные дела!

Лестер отсчитал ему заранее обдуманную сумму, и они распрощались. Скреух даже проводил гостей до экипажа и долго стоял, глядя ему вслед, пока тот не повернул за угол.

Ургаф хмурился и мысленно ворчал: казалось, если напрячься, можно было бы расслышать все бранные выражения, которыми он сейчас крыл упрямого деда. Тот немало их задержал.

Лестер ждал. Наконец они завернули в другой переулок, и экипаж сразу остановился.

— Разве мы уже приехали? — Ургаф озадаченно выглянул в окно. — Ехать-то далеко отсюда. А я уж этот район, как свои пять пальцев знаю!

— Нет, мы не приехали. И не поедем по тому адресу, который указал твой уважаемый родственник, — Лестер открыл дверцу и шагнул на улицу. — Идешь или подождешь меня тут?

— А куда идем-то?

— Следить за Скреухом, конечно. Уверен, сейчас он выждет немного времени, и побежит к своему знакомому, о котором умолчал, чтобы предупредить его о моем визите и обо всех вопросах, которые я ему задавал.

Ургаф вышел тоже, снял с головы слегка мятую шляпу и почесал наморщенный лоб.

— Я чего-то ничего не понимаю. С чего вы взяли? А это тогда что за адрес?

— О, это настоящий адрес, не беспокойся! Тут твой дед вполне честен. Но так получилось, что названного им артефактора я хорошо знаю. Он пару раз вел у нашего потока лекции в Академии. Заменял основного преподавателя. И, я могу поручиться, с изготовлением кинжала он точно не может быть связан. Так что твой грандпапа, скорей всего, просто пустил нас по ложному следу. Чтобы потянуть время.

Лестер улыбнулся ошалело хлопающему галазми Ургафу и быстрым шагом направился обратно. Скоро они вернулись к дому старика-артефактора. Тот еще был в лавке: внутри горел тусклый свет. Но вот он погас, и Скреух, озираясь и явно торопясь, вышел в переулок.

— Мы что, пойдем за ним? — зажимая нос, гундосо проговорил Ургаф.

К сожалению, им с Лестером пришлось спрятаться в закоулке между домами, где нещадно пованивало какой-то тухлятиной.

— Пойдем, а как же! — кивнул тот и выдвинулся первым.

Скреух не оглядывался, поэтому можно было просто идти за ним на достаточном отдалении и не попадаться на глаза. В этот час на улице было весьма людно, и от случайного взгляда удавалось прикрываться горожанами, которые тоже спешили по своим делам или просто прогуливались.

Наконец дворфит пошел медленнее. А затем, снова оглядевшись, юркнул в дверь часовой мастерской. Преследователи заняли самую близкую из возможных скрытных позицию, чтобы ничего не упустить.

— Может, у него часы сломались? — наивно предположил Ургаф.

Но и в его голосе слышалось сомнение. На самом деле он лучше всего знал, на что способен его родственник — и в то же время пытался хоть как-то оправдать его.

— Ты знаешь, кто держит эту мастерскую?

— Только по имени. Никогда с ним не разговаривал. Он учился у деда одно время. Или его сын... Не помню уже толком. Оба они у него часто ошивались. В общем, все это вообще может быть не связано с тем, что мы приходили к нему!

— Может быть. — Лестер покивал.

Скреуха не было достаточно долго. Он вышел, чем-то встревоженный, а на крыльце следом показался другой дворфит — помоложе и пониже. Он тревожно огляделся, а затем хлопнул гостя по плечу и что-то сказал, склонившись к его уху.

— Лучше тебе затаиться на время, — донеслось сквозь городской шум. — Глядишь, уляжется.

— Вот! А ты говоришь, не связано, — шепнул Лестер спутнику.

— Как вы поняли?

— Мало кто так легко и внезапно заговорит, если до этого упорно отпирался. А я ведь его даже не пытал. К тому же, повторюсь, с адресом он прогадал.

Ургаф с опаской покосился на Лестера, но больше ничего говорить не стал — видимо, на всякий случай.

Обменявшись с другом еще парой слов, Скреух наконец ушел — той же дорогой. Часовщик еще некоторое время постоял на крыльце, над чем-то размышляя, а затем суетливо скрылся внутри.

— Идем! — Лестер сразу шагнул вперед. — Думаю, у этого мистера мы узнаем гораздо больше интересного, чем я думал.

— Я закрываюсь! — крикнул мастер, выглянув из рабочей каморки, когда услышал звон дверного колокольчика.

Едва оглядел гостей, как его лицо тут же испуганно окаменело, а по щекам разлилась бледность.

— Простите, но я хотел бы... — начал Лестер.

Но больше мастер ничего слушать не стал. Только бросил на него бешеный взгляд и метнулся обратно в полутемную комнату.

— Подождите, вы не дослушали! — пришлось бежать за ним.

Ургаф остался у двери — караулить на случай, если часовщик решит сбежать через нее.

Впрочем, он и решил — только не через входную дверь, а через окно, которое выходило на сумрачный переулок с другой стороны дома.

Такого поворота Лестер почему-то не предположил. Он ускорил шаг, уверенный, что успеет его нагнать. Но, уже сидя на подоконнике, дворфит вдруг развернулся и выбросил руку вперед. С его ладони сорвался полупрозрачный серебристый шар. А за ним еще одни.

— Чтоб тебя... — ругнулся Лестер.

Повернул было назад, но оказалось поздно. Оба шара разбились прямо у его ног. Сильнейшая ударная волна оторвала его от пола и швырнула через всю комнату в зал. По пути он ударился плечом о дверной косяк. В суставе что-то хрустнуло, а перед глазами вспыхнули радужные пятна.

С полок посыпались коробки и ящики с инструментами. Все — прямо на голову Лестера.

— Держи, гада! — рявкнул он Ургафу.

И тот бросился в погоню. Однако сначала на его пути оказалась раскиданная ударной волной по комнате мебель. И пока Ургаф спотыкался, пробираясь к окну, часовщик успел сбежать очень далеко.

— Ушел, мистр Этелхард, — досадливо отчитался тот. — Как вы?

— Да не очень, — прокряхтел Лестер, садясь. — Кажется, плечо вывихнул. Вот тебе и часовщик.

— Кто бы мог подумать, — сконфуженно пробормотал дворфит. — Дайте я посмотрю. Я, знаете, в юности каких только травм не получал. Научился кое-чему. Ну-ка!

Он ощупал руку Лестера до плеча и вдруг дернул так, что тот припомнил резервный запас бранных слов, к которому прибегал не так уж часто.

— Предупреждать надо!

— Нет, лучше без предупреждения! — хмыкнул боец. — Через несколько дней будете, как новенький. Но к лекарю все же сходите.

— Обязательно, — согласился Лестер, вставая… попытался покрутить пострадавшей рукой — тянущая боль не позволила слишком многое. К тому же на лбу саднила содранная чем-то упавшим сверху кожа. Так себе поездка вышла.

— Что делать-то будем? — тихо уточнил Ургаф. — Вы только деда моего не трогайте. Он точно не со зла... Просто хотел своего прикрыть.

— Со зла или нет, разберемся. Я не могу обещать, что не трону его, если выяснится нечто скверное, — Лестер серьезно взглянул на дворфита, и тот понурился. — Но это потом. А пока надо съездить к одной очаровательной мисс и очень серьезно с ней поговорить. Все может оказаться еще серьезнее, чем я представлял.

Глава 16

Клэр

— Смотрите-ка, а порез неплохо заживает, — отметила Рона, внимательно разглядывая мою ладонь. — Как хорошо, что он не оказался слишком глубоким...

Каким бы он ни был, все равно мешал мне рисовать. Ладонь была словно деревянная, а при каждом резком движении отзывалась режущей болью. Мало приятного, как ни посмотри.

В дверь постучали. После разрешения войти в комнату заглянула камеристка миссис Таркетт и, таинственно округлив глаза, позвала Рону для «консультации». По тихому гулу голосов я отметила, что они остались за дверью, но не стала прислушиваться — это наверняка не мое дело.

Но Рона скоро вернулась, и теперь уже у нее было крайне загадочное выражение лица. Я даже успела подумать, что это заразно.

— Пойдемте со мной, мисс, — зачем-то шепотом позвала она. — Только давайте тихо.

Я посильнее запахнула стеганый халат поверх домашнего платья. Ужин уже прошел, можно было оставить официоз и расслабиться без корсетов и плотных одеяний.

— Ты можешь сказать мне, что случилось?

— Увидите.

Она открыла передо мной дверь. Пришлось довериться ей и все же спуститься в хозяйственную часть дома, где располагались кухня, спальни слуг и кладовые. Всю дорогу камеристка хранила молчание, и казалось, что от предвкушения она сейчас начнет пританцовывать. Словно куда-то опаздывая, мы быстро прошли мимо кухни, где мистер Холлдор гневно выговаривал женщинам за какое-то непонятное мне «попустительство». Затем Рона впустила меня в кабинет дворецкого.

Я замерла в дверях, не веря своим глазам. Они что, сговорились? Ладно Рона, на камеристка тетушки с чего вдруг?

— Мистер Этелхард? Что вы тут делаете? Да еще и в такой поздний час!

Этот саркан, видят Древнейшие, где угодно просочится. Даже туда, где ему не рады.

— Мне срочно нужно было поговорить с вами, — спокойно ответил он. — Но через парадные двери я не рискнул проходить. Меня обязательно встретила бы ваша тетушка. И, скорей всего, прогнала бы. Если вы не заметили, она меня недолюбливает. Поэтому пришлось просить слуг о помощи. К счастью, они оказались очень участливыми.

— Рона! — я повернулась к камеристке. — А сразу нельзя было сказать?

— Тогда вы, возможно, не стали бы спускаться, — она пожала плечами.

По ее губам скользнула улыбка. Похоже, она окончательно на его стороне — а это проблема. Когда собственная камеристка мнит себя сводницей...

— Если миссис Таркетт узнает, что будет! Вы подумали? Мистер Этелхард! Мы же договорились на письма.

Вместо ответа на мои впролне справедливые претензии, Рона просто удалилась. Ну это совсем прекрасно!

— К сожалению, у меня не так много свободного времени, чтобы каждый раз писать вам письма и ждать ответа, — слегка разозлился саркан. — Быстрее и надежнее поговорить очно. Я постараюсь не привлекать внимания. И уйду тем же путем.

Он встал и внезапно схватился за плечо.

— Что с вами? — я шагнула ближе.

И тогда только заметила, что на его лбу красуется бурая, уже подсохшая ссадина. Да и одежда вся в пыли и пятнах неопознанного происхождения.

— Да так. Одно небольшое происшествие с преследованием, — Лестер нарочито беспечно отмахнулся. — Неудачным преследованием. Я всего лишь хотел побольше узнать о том кинжале, которым вас ранили. А в меня швырнули оглушающим снарядом. Даже двумя. Но я цел. Если вам интересно, конечно.

— Цел? — я всплеснула руками. — Это вы называете «цел»? Я же просила вас не ввязываться в неприятности!

— Знаете ли, иногда не сразу понятно, неприятности это или нет, — хмыкнул Лестер. — Но это неважно. Со мной все будет в порядке. А вот вас я настоятельно прошу не выезжать из дома ближайшие несколько дней. И даже поблизости от него не ходить одной. Пока я буду искать следы того, что едва меня не контузил.

— Я не могу отложить дела. И меня пригласили на именины. Отказаться будет невежливо.

— На именины к Брорнареду? — лицо Лестера сразу посуровело.

— Даже если и к нему, какое вам дело? — ощетинилась я.

— Мне есть дело до вашей безопасности. А там будет много людей. И не всем из них можно доверять, — он задумался, принимая какое-то решение. — Что ж. Раз не ехать вы не можете. Думаю, вам придется смириться с сопровождением.

— Я и так буду с сопровождением. Со мной будет Рона.

— Это никуда не годится! Она не сможет всегда быть рядом, — возмутился Лестер. — Нет. Сопровождать вас буду я. Но мы об этом никому не скажем, — он подмигнул мне. — Обещаю сохранять безопасную дистанцию. Никто и не догадается!

Ну конечно! О нас и так уже слишком много болтают — дай только повод.

— Вас тоже пригласили? — удивилась я.

Насколько успела узнать, Лестер с Армэлем не очень-то ладят. С чего бы эльфиту приглашать к себе тех, кто ему неприятен?

— Я вас умоляю, когда мне нужно было приглашение? Не волнуйтесь, я найду пути попасть туда.

Лестер рассмеялся, но тут же поморщился и вновь ощупал пострадавшую руку.

— Да садитесь же вы уже! — вздохнула я, не в силах видеть, как он кособочится. — Вам бы к лекарю лучше ехать, а не сюда. Древнейшие! Вот почему женщины живут дольше мужчин!

Я приблизилась и хотела было осмотреть его лицо, но вспомнила, что уже сняла перчатки — поэтому прикасаться передумала.

— Боитесь? — сразу догадался Лестер.

Я кисло усмехнулась.

— Просто все это очень скандально, если подумать.

— Перестаньте! Я уже понял, что скандалы не пугают вас так, как вы хотите показать. А если так?

Он произнес какое-то непонятное заклинание. Достаточно громко — надеюсь, его не услышали снаружи. Его кожа вдруг покрылась полупрозрачной защитной чешуей. В полумраке она только едва заметно отливала золотистым переплетением. Удивительно! и завораживающе красиво.

— Что это? — я, как заколдованная, протянула руку вперед, но вовремя себя одернула.

— Это одна из метаморфоз сарканов. У нее есть несколько стадий. Самая крайняя — это, собственно, превращение. Если хотите, можете попробовать дотронуться.

Он протянул мне навстречу широкую ладонь. От этого жеста так и веяло уверенностью — будто никто не сможет устоять. И это действительно оказалось сложно. Словно на меня воздействовала какая-то чужая воля, по силе значительно превосходящая мою.

— Почему вы вообще решили, что я боюсь? — я сложила руки на груди, чтобы не поддаться соблазну.

— Мне хватило времени, чтобы понаблюдать за вами и сделать некоторые выводы. Вы всегда в перчатках.

— Это положено этикетом!

Лестер усмехнулся.

— Да, а еще вы не позволяете прикоснуться к вашей открытой коже.

— Я этого не люблю. И вообще. это другой уровень доверия!

— А еще я вас целовал. Это было очень показательно!

— Ну, знаете!

Щеки вновь вспыхнули жарким румянцем. К чему вообще об этом вспоминать?!

— Ладно! Ладно... Не кипятитесь. Я просто предложил вам провести эксперимент, — голос саркана стал безразличным. — Но, видимо, моя тяга к знаниям гораздо больше вашей.

Он как бы между делом осмотрел свою ладонь и взглянул на меня исподлобья.

У меня даже кончики пальцев защекотало — так захотелось прикоснуться к нему и убедиться — в чем? Что его магия способна противостоять моей? Или все же не способна?

— Так что с кинжалом? — сменила я тему.

Присела на стул рядом, посматривая на Лестера искоса.

— Кажется, я отыскал того, кто его сделал или продал. Но он сбежал, к сожалению.

— И что теперь? — сердце гулко забилось от понимания того, как все это опасно и как далеко ведет.

Обычному мастеру нет нужды копаться в чужой магии, значит заказ поступил от того, кто в этом многое смыслит.

— Теперь я размышляю над тем, где его искать. Думаю, придется поговорить со Скреухом Кар'умуном еще раз.

— С кем?

— С одним очень хитрым и, судя по всему, бесстрашным дворфитом. Но это не ваша забота. Кстати! — Лестер покопался у себя в кармане. — Смотрите, что я нашел в мастерской этого, так называемого, часовщика.

Он продемонстрировал мне изящно выполненный кафф в форме эльфийского уха. Такие любят носить не только сами эльфиты, но и обычные люди, которым хочется хоть чем-то походить на одну из самых сильных магических рас. Даже у моей матушки в шкатулке хранилось несколько драгоценных каффов. Но это была, скорее, импульсивная, чем практичная покупка.

— И что? Это обычное украшение. Если только оно не упало с уха самого часовщика, — я улыбнулась. — Тогда это было бы действительно странно.

— А вот и не обычное! — шутливо обиделся саркан.

И вдруг надел кафф себе на ухо. Пара непонятных мне манипуляций, и его лицо расплылось, а затем вдруг приняло черты незнакомого мне молодого дворфита.

— Древнейшие! Это что, личина? — я даже отпрянула.

— Да, — подтвердил Лестер своим голосом. Удивительно было видеть, как «не его» лицо совершенно естественно шевелится. Как настоящее! — Я опробовал его на своем помощнике. Он оказался под рукой. Но можно создать и совершенно случайное лицо. Что-то подобное было на том мужчине, который напал на вас.

— Значит... Кто-то заказал себе еще одну личину?

Лестер поднял руку и снял кафф — его лицо сразу стало прежним.

— Возможно. Такие заказы редки и требуют особых компонентов, которые очень сложно раздобыть. А законно почти невозможно. Особенно если стоит цель сделать личину такого качества. Мастера, которые владеют знаниями создавать такие артефакты, не станут разбазаривать родовые секреты.

— А можно мне?

Я протянула Лестеру раскрытую ладонь. Он улыбнулся и положил в нее кафф, стараясь не коснуться моей кожи. Я покрутила артефакт, разглядывая со всех сторон. А он мог бы мне пригодиться! Если бы только как-то уговорить Лестера отдать его. Но он сразу что-то заподозрит.

— Мисс! — в комнату вдруг заглянула Рона. — Миссис Таркетт интересуется, где вы. Я должна что-то ответить.

— Скажи, уже сплю! — я вскочила с места. — Мистер Этелхард, вам пора уходить!

— Когда вы будете называть меня просто по имени? — страдальчески вздохнул тот.

Я гневно на него уставилась. Сокращать дистанцию между нами неразумно. Этот саркан и так позволяет себе слишком многое: даже в дом проник без предварительного договора!

— Думаю, и так хорошо, — ответила я с угрожающе-милой улыбкой. — Я провожу вас.

— Хотите убедиться, что я точно уехал?

Лестер пропустил меня вперед, а сам пошел следом: под неодобрительным взглядом дворецкого и любопытствующими — остальных слуг, которые толпились за ним в попытке увидеть больше. Удивительно, как мистер Холлдор вообще такое допустил. Наверное, его просто поставили перед фактом.

Мы вышли через дверь для слуг под крыльцом. Вдоль улицы горели газовые фонари, но вокруг уже было пустынно: почти все разошлись по домам.

Я выглянула через невысокий кованый забор, чтобы убедиться, что мы никого не встретим. В стороне, так, чтобы не видно было из окон, стоял черный экипаж, а возле него туда-сюда ходил приземистый дворфит. Он то и дело поглядывал в сторону дома: видимо, ждал Лестера.

По улице проехал случайный кэб, но вместо того, чтобы скрыться вдали, он остановился у крыльца.

Я тут же отпрянула назад в тень. Кого еще принесло на ночь глядя? Насколько я знаю, тетушка не приветствует поздних визитов — даже по работе. Да и вообще: заявляться в такое время попросту неприлично!

Из экипажа вышел мужчина, фигура которого показалась мне знакомой, под светом фонаря на его форменной одежде сверкнули серебристые пуговицы.

Комиссар Нэллад! Его-то каким ветром принесло?

— О! — выдал за моей спиной Лестер. — А я и забыл, что его люди наблюдают за домом. Наверняка они увидели, как я захожу, и доложили ему.

— Ну и что? Это не повод приезжать! — ответила я шепотом. — Вы все с ума посходили, честное слово!

Самообладание стремительно покидало меня. Эти своенравные и совершенно нахальные мужчины творят, что хотят!

Рой поставил было ногу на первую ступеньку, собираясь подняться, но прислушался.

— Назад! — велела я Лестеру.

Развернулась и толкнула его в грудь.

— Назад нельзя! — пискнула Рона. — Там миссис Таркетт на кухне. Расспрашивает слуг. Кажется, она что-то подозревает!

— Древнейшие! — воскликнула сдавленно.

Со всех сторон западня!

— Добрый вечер! — вдруг поздоровался Лестер, глядя поверх моей головы. В его голосе проскользнула издевка. — Прогуливаетесь, комиссар?

Я медленно повернулась к Рою.

— Мне доложили, что у дома отирается подозрительный тип, — бесстрастно ответил тот. Его взгляд коротко упал на мою забинтованную руку. — Я приехал напомнить мисс Рейнфрид о безопасности. И обратить внимание миссис Таркетт на то, чтобы она лучше приглядывала за ней.

Ответный укол вполне очевиден.

— Самоотверженность и ответственность нашей полиции поистине восхищает! Вместо того, чтобы ехать домой и отдыхать, комиссар спешит исполнить свой долг по защите населения! — Лестер пару раз хлопнул в ладони. — А между тем, я не замышлял ничего плохого. Просто заехал повидаться, — прикинулся он дурачком.

Лицо комиссара не дрогнуло, но глаза полыхнули ярче. В полумраке это выглядело совсем уж зловеще.

— А хозяйка дома знает? — осведомился он.

— Незачем тревожить ее по таким пустякам, — усмехнулся саркан. — И тебе не советую.

— Клэр?! — раздалось из дома.

Все, это катастрофа! Меня точно запрут на неизвестный срок. Точнее, на известный — до самых именин Армэля Брорнареда. Такой прием тетушка мне не позволит пропустить даже под арестом.

— Миссис Таркетт, — попыталась задержать ее Рона. — Мы вышли подышать.

В мгновение ока Лестер схватился за забор и перемахнул через него одним ловким прыжком. Край его удлинненного жакета зацепился за декоративную пику, раздался треск, и на черненом штыре остался кусок подкладки.

Сам же саркан быстро скрылся из вида. Только мы с Роем, растерянные, остались на месте.

— Что значит, подышать? — не поняла тетушка. — Дышите через открытое окно. Зачем ходить на улицу?

Судя по шороху, она протиснулась мимо Роны и вышла наружу.

— Что здесь происходит? — сразу и безошибочно уперлась взглядом в мистера Нэллада. — Комиссар! Что вы тут делаете, ради Древнейших!

Она спешно подошла и отгородила меня от него, словно он чем-то мне угрожал.

— Мы просто разговаривали! — вступилась я.

— Да! — подтвердил комиссар. — Вообще-то я хотел зайти с главного входа. Но увидел мисс Рейнфрид тут и подошел. Дело в том, что у меня важное сообщение для нее. А для вас, миссис Таркетт, предупреждение, чтобы как можно более ответственно относились к безопасности вашей племянницы.

— Я и так отношусь к этому ответственно. А еще — к ее репутации. И ваше нахождение здесь без моего ведома просто вопиюще! Если кто-то увидит? Вокруг полно соседей, которым только и дай, что заглядывать в окна!

— Дайте нам еще немного времени, прошу вас! — Рой и глазом не моргнул. — Далеко можете не уходить.

— Прошу вас, — я молитвенно сложила руки у груди, когда Аделла повернулась ко мне. — Мне нужно выслушать комиссара.

— Хорошо! — согласилась тетушка. — Если что, я все вижу!

Она погрозила комиссару пальцем, как какому-то мальчишке, и отошла в сторону.

Рой слегка приблизился и приглушенно заговорил:

— Вообще-то я хотел заехать завтра, как и полагается. Но раз такой случай... — он слегка сконфуженно провел ладонью по волосам, — В общем, я вызвал Сарику Эббет для разговора. Нужно было уточнить некоторые детали. Но оказалось, что она пропала! В кабаре ее не видели уже на нескольких репетициях. Поначалу она сослалась на недомогание, но оказалось, что ее нет в квартире, где она жила.

Я вскинула ладонь к губам.

— Может, ее похитили? Может, она в опасности? Зря я вам все рассказала!

— Вовсе не зря! — попытался успокоить меня комиссар. — Вряд ли ее похитили. Похоже, она просто собрала вещи и куда-то уехала. Видимо, страх сыграл свою роль. Сейчас мы попытаемся отыскать ее. Теперь это очень важно. А вы...

— Постараюсь без нужды не выезжать из дома, — закончила я за него фразу. — Сегодня мне это уже советовали.

Рой кашлянул, помрачнев. Видимо, вспомнил о Лестере, который сбежал и подставил его под гнев тетушки Аделлы.

— Да, все верно. Как только о мисс Эббет станет что-то известно, я вам сообщу.

— Благодарю, комиссар! — я кивнула. — Доброй ночи.

Рой еще немного потоптался на месте, как будто уходить ему совсем не хотелось. Но Аделла ждала, стоя неподалеку за моей спиной. Да и я уже дала ему понять, что встречу пора заканчивать. И комиссару ничего не осталось, как удалиться.

— Это всего лишь случайность! — сразу сказала я тетушке, когда мы вернулись в дом. — Я правда вышла подышать.

— Даже выйдя подышать, ты умудряешься попасть в какую-то непонятную ситуацию, — проворчала Аделла.

И, к счастью, этим ограничилась.

Вернувшись в комнату, я сразу решила лечь спать, хоть разрозненные мысли о том, что сообщили Лестер и Рой, будоражили меня и тревожили. Снимая халат, заметила, как на пол упало что-то блестящее. Оказалось, это тот самы кафф, который показывал мне саркан. Видимо, я просто сунула его в карман и забыла. Да и Лестер тоже.

Очень хорошо! Теперь у меня есть прикрытие на случай тайных встреч.

Лестер Этелхард

— Вообще-то мне домой хотелось бы, мистр Этелхард, — простонал Ургаф, тяжело привалившись виском к стенке экипажа. — Вы бы хоть покормили меня чем. А то мотаемся по городу полдня, как бешеные.

— Тебе не мешает скинуть немного жирка, — заметил Лестер, глядя в окно. — Лечебное голодание — слыхал о таком?

— Не слыхал, и слышать не хочу! — возмутился боец.

Но, хоть его никто силой не удерживал, он и с места не сдвинулся. Так и продолжил сидеть, вздыхая и ворча.

— Чуть в полицию сегодня не загремели. Это ж надо! А, вроде, уважаемый человек...

Лестер только усмехнулся. Да, сегодня на их долю выпало немало приключений.

Снаружи послышался стук копыт. У крыльца дома комиссара Нэллада остановилась повозка, и он, расплатившись с кучером, сошел на тротуар.

— Сиди тут, — велел Лестер Ургафу.

— Да сижу. Весь зад уже отсидел! — буркнул тот.

— И не выражайся!

Пока Рой поднимался к двери, Лестер успел нагнать его. Комиссар настороженно обернулся, даже вскинул руку в готовности оглушить противника каким-нибудь заклинанием, но передумал.

— А, это ты... — он достал из-за пазухи ключ. — Осторожнее нужно. Тебе, вижу, сегодня и так досталось. Что случилось, кстати? Неужели тебя застали с чужой женой?

— Не пори чепухи, — Лестер остановился напротив. — И послушай, что я скажу. Мне нужна твоя помощь. Сегодня в Артефакторном районе я пытался поговорить с одним типом, которого подозреваю в связи с тем, кто напал на Клэр.

Рой сразу насторожился и опустил руку с ключом.

— Что ты несешь? Зачем ты вообще взялся за это? Клэр... То есть мисс Рейнфрид нужно было прийти ко мне. Самой.

— А-а, — протянул Лестер. — Тебя тоже не пустили в дом Таркеттов?

Рой дернул плечом.

— Просто Клэр уже спала. Они не имею права не пускать в дом представителя закона. В отличие от... — он окинул Лестера взглядом искоса.

— Ну кому как не тебе знать, что я только сегодня выгляжу, как проходимец, — сразу разгадал тот его намек. — Впрочем, дело не в этом. Просто Клэр угрожали и запретили обращаться в полицию. Иначе ее ждут еще большие неприятности.

— Поэтому она пошла к тебе?

— Допустим, не пошла. Но у нас было немало времени поговорить, пока твои бестолковые констебли пытались поймать того беглеца с кинжалом. Я предложил ей помощь.

— Ну, конечно! — Рой закатил глаза. — Еще бы ты упустил такую возможность.

Лестер тихо скрипнул зубами. Никогда бы не подумал раньше, что причиной их с давним другом негласного раздора станет женщина.

— Дело не в возможностях, Рой. А в том, что меня беспокоит ее безопасность. Она явно заинтересовала влиятельных и опасных людей. Вот, возьми, — он сунул комиссару в руку свернутый эскиз. — И посмотри внимательно. Мне удалось поговорить с одним дворфитом, а тот случайно вывел меня на другого дворфита. Скорей всего, тот изготовил клинок, которым порезали Клэрис. Часовщик Тергатак Гаррат. Я провел в его мастерской небольшой, аккуратный обыск. И нашел пару любопытных вещиц. Похоже, он зарабатывал не только тем, что собирал и ремонтировал часы.

Лестер сунул руку за пазуху, чтобы достать кафф-личину, но там оказалось пусто. Обшарил карманы — тоже ничего. То ли выронил, когда сбегал от мисс Таркетт, то ли забыл у Клэр.

— Что такое?

— Да так. В общем, тот мастер изготавливал запрещенные личины. На не потоке, конечно. По заказам. Я нашел там некоторые компоненты для них. К тому же он вполне ловко оглушил меня магснарядами. Тоже, знаешь, непростые вещицы. И вряд ли гражданским можно их изготавливать. Ты в этом больше понимаешь.

— И чего ты от меня хочешь? Артефакторный район не относится к моему округу. Там свой комиссар. Та еще скотина, кстати.

— Это да. И он даже прибыл на место происшествия. Однако, если тебе не безразлична Клэр. Ты вмешаешься в это дело. Гаррата нужно найти — он где-то затаился — и допросить его. Еще нужно допросить Скреуха Хар'умуна. Только аккуратно. Вряд ли он напрямую замешан в этом. Просто решил покрыть «своего».

— Хорошо, — Рой кивнул. — А вообще удивительно, что ты пришел ко мне. Думал, не захочешь, чтобы я занимался делом Клэр.

— Я мог бы копать дальше сам. Но без тех сведений, которыми обладает полиция и которые она может раздобыть, все это было бы гораздо дольше. А нам нужно действовать быстро. Думаю, и то, что случилось с Сарикой Эббет, как-то с этим связано.

— Я подозреваю то же, — согласился Рой, слегка приободрившись.

— Но у меня будет одна просьба, — Лестер взглянул на него исподлобья. — Я хочу присутствовать на допросе Тергатака и Скреуха.

— Это не положено по протоколу!

— Прости, но кому как не тебе знать, что протоколы действуют только тогда, когда это удобно. А мне удобно услышать, что скажут дворфиты.

— Значит, ты не отступился. Просто дал мне временный карт-бланш.

Рой с усмешкой повертел листок между пальцами.

— Можно сказать и так. Не надейся, что я оставлю Клэр на полное твое попечение. Она моя. Просто помни об этом.

Лестер хлопнул комиссара по плечу и пошел обратно к экипажу.

Глава 17

Клэр

К поместью Квиткост мы подъехали как раз к назначенному в приглашении времени. Оставалось совсем немного. Огромный дом уже виднелся в конце зеленой аллеи и разрастался вширь вместе с тем, как мы приближались.

В закатном свете он казался устрашающе огромным. Действительно сложно содержать такое чудовище! Однако становилось понятно, насколько влиятельным и состоятельным было семейство Брорнаредов в лучшие свои времена.

— Смотри, — обратилась я к Роне. — Там, кажется, часть дома обрушилась. Вернее, крыша.

Камеристка тоже высунулась в окно. И мы вместе посмотрели в даль. Отсюда было видно, что в одной части дома крыша и правда обвалилась вместе с частью стены. Это же до какого упадка нужно довести дом, чтобы такое случилось! Теперь предупреждения Фелана о благосостоянии Армэля окончательно перестали казаться его личной предвзятостью.

— Да, этому дому не мешала бы хорошая реставрация, — подытожила Рона.

Муссон, который лежал рядом со мной на сидении, одобрительно проворчал, как будто состояние Квиткоста тоже его возмущало. На том, чтобы взять щенка с собой, настоял Фелан. Он тоже был обеспокоен нападением на меня, и потому отказался отпускать без хвостатого сторожа. Аделла попыталась было возмутиться, что это неподобающе — заявляться в гости с собакой. Но после смирилась, решив, что он еще достаточно мал, чтобы не доставить больших хлопот.

Впрочем, когда мы подъехали к парадному крыльцу Квиткоста, разруха вокруг перестала бросаться в глаза. Похоже, за двором все-таки ухаживали, фасад дома был не в таким плачевном состоянии, как представилось издалека.

Прямо перед нами из своего экипажа вышла пара гостей и скрылась в доме, откуда уже доносилась музыка.

Передо мной открыли дверцу, но едва я оперлась на поданную руку, как навстречу мне, слегка торопясь, вышел сам Армэль. Муссон, словно нарочно, кинулся ему под ноги. Граф едва не споткнулся, но вынес подлянку от щенка с достоинством.

— Позвольте! — он оттеснил лакея в сторону и поймал мою ладонь в свою. — Чрезвычайно рад вас видеть, мисс Рейнфрид. весь день только о вас думал и предвкушал нашу встречу. Вы просто потрясающе выглядите!

Я даже слегка оторопела от резко вываленных на мою голову лестных слов и не сразу сообразила, что надо что-то ответить.

— В-весьма благодарна, ваше сиятельство, — произнесла, заикнувшись.

Мне резко захотелось домой.

— Мы же договорились... — с укором напомнил граф.

— Армэль. Да, я помню.

Он повел меня в дом так торжественно, словно нес победный кубок. Похоже, ему срочно нужно было продемонстрировать, что я вожу с ним очень многообещающее знакомство.

В огромном холле уже собралось немало гостей. Почти никого из них я не знала — только тех, кто мелькну на ярмарке. Десятки взглядов сразу вцепились в меня, оценивая, послышались шепотки. Или это я воображала, что слышу их даже сквозь музыку.

— Как добрались? — участливо спросил Армэль, пока мы шли через зал.

Муссона я взяла на поводок — и он гордо вышагивал рядом, привлекая к нам еще больше внимания.

— Вполне сносно.

— Да, дороги здесь не самые лучшие. Поэтому, для гостей, которые приехали издалека, подготовлены комнаты. Чтобы не пришлось в темноте добираться обратно по этим жутким колеям! — Армэль с улыбкой покосился на меня. — Вас проводят, если пожелаете.

— Я не уверена, что останусь до утра, — спешно уточнила я этот скользкий момент.

Хоть тетушка и дала на это добро — как ни странно. Видимо, ей хотелось, чтобы о нашей связи с Брорнаредом начали говорить больше, чем о Лестере.

— Но вас все же проводят, — настоял граф. — Вы сможете подняться туда в любой момент, чтобы побыть в тишине, например.

— Это очень мило с вашей стороны, благодарю! Ничего, что я с Муссоном? Не хотелось оставлять его.

— Что вы! — поспешил уверить меня Армэль. — Он очень забавный. И наверняка ему тяжело пришлось бы без вас. Как только будете готовы, спускайтесь, бал скоро начнется.

К счастью, до самой комнаты Армэль не стал меня провожать — за него это сделала горничная. Рона быстро догнала меня и пошла рядом, осматриваясь вокруг. Хоть в полумраке гулких коридоров сложно было что-то разглядеть толком.

Похоже, на свечах хозяин дома тоже экономил, как мог. Почти все люстры, которые висели вдоль потолка, не горели. Всего несколько — в начале, середине и конце, освещали путь. Да и то они не были заполнены так, как полагается.

— Мрачноватое место, — заметила Рона шепотом.

Обнюхав очередную штору, Муссон согласно чихнул.

— Это очень старый дом, — решила я слегка оправдать хозяина. — Сложно содержать все в порядке, когда в одном месте чинишь, а в другом разваливается.

— Ваши родители как-то с этим справляются, — хмыкнула камеристка. — Хоть ваш дом немногим меньше. Да и тут они навели бы порядок.

— На то и расчет, — я вздохнула.

Планы Армэля на меня очевидны настолько, что осталось только вышить их на салфетках.

— И где же мистер Этелхард? — как бы невзначай посетовала Рона. — Он обещал приехать, если не ошибаюсь. Но я не видела его среди гостей.

— Возможно, приедет позже, — я дернула плечом. — А может, и вовсе не появится.

— Вот уж не верю, что такой мужчина не сдержит обещание.

Я промолчала о том, что думаю сама. Потому что думать о Лестере лишний раз мне совсем не хотелось. Он и так стал занимать слишком много места в моей жизни. Против моей воли, между прочим!

Горничная открыла перед нами дверь просторной, старомодно обставленной комнаты. Все было убрано и вычищено, но здесь явно очень давно не обновляли отделку. Лет этак пятьдесят.

Следом за нами пришел и лакей с огромным саквояжем, куда я положила вещи, которые могли мне понадобиться, включая дорожное платье — на случай, если мне захочется переодеться перед отъездом.

Рона сразу усадила меня перед зеркалом, чтобы собрать волосы в прическу. Выложила на столик перед трюмо целую связку шпилек и ворох лент.

— Давай без излишеств, — напомнила я, хоть и знала, что к излишествам камеристка не склонна.

Скоро она закончила — и теперь образ со слегка перешитым по местным канонам вечерним платьем сложился полностью.

— Как вам все же идет лавандовый! — умильно вздохнула Рона. — Думаю, те, кому надо, оценят!

Я гневно посмотрела на нее, сразу догадавшись, кого она имеет в виду. Но комментировать не стала.

Платье и правда было чудесным. Его сшили на заказ по самой последней моде еще в Ринуане — нарочно для местного светского общества. Главную роль в нем играла расшитая замысловатым узором и крошечными кристаллами ткань — что не требовало дополнительных украшений.

Разве только серьги сменить. Другие все же будут смотреться лучше. Не зря я захватила их, сомневаясь.

— Если я вам больше не нужна, то пойду. Мне нужно распорядиться насчет завтрака, на случай если вы решите остаться до утра. Я буду наблюдать за вами, — отчиталась камеристка.

— Я еще немного побуду тут. Так не хочется спускаться!

— Понимаю. Муссон вас проводит!

Рона старательно погладила щенка вдоль спинки и упорхнула по делам. Я прошлась по комнате, заглянула в окна, оттягивая момент выхода к гостям. Но время спускаться все же пришло.

— Идем! — позвала я Муссона. — Будешь меня охранять. Только под ногами не путайся.

Честно говоря, я слабо представляла себе, как щенок впишется в светское общество. Но сейчас мне было все равно, что обо мне подумают — это всего лишь собака. К тому же совершенно безобидная.

Немного эпатажа этой публике точно не повредит. В конце концов, я под защитой хозяина дома — думаю, мне простят маленькое несоответствие этикету.

Поразмыслив над этим тоже, я решила, что мне все равно, что подумает обо мне даже сам Армэль. Я приехала сюда только из чувства долга — в благодарность за оказанную мне услугу. Но, если Брорнареду что-то не понравится, настаивать на знакомстве дальше я не стану. Женихи в ближайшем будущем мне точно не понадобятся.

Из своих мыслей я вынырнула лишь осознав, что иду совсем не туда, куда нужно. Еще мгновение назад была уверена, что свернула на нужную лестницу, а затем еще раз — на том самом этаже, где располагался зал... Или нет?

Выглянула в окно, которое должно было выходить во двор, но увидела только заросли сада, который подстригали постольку-поскольку — лишь бы в нем не завелись волки.

Но, как можно было догадаться, на территории вокруг Квиткоста я ориентировалась еще хуже, чем внутри него. Поэтому не поняла, в какой части дома нахожусь. А в этих проклятых сумерках вообще ничего не видно!

Дом просто огромный, заблудиться в нем проще простого. Что я, собственно, и сделала — сама не поняла как. Будто кто-то заколдовал!

Однако, Муссона это совсем не насторожило: он беспечно семенил рядом и лишь принюхивался. Ничто в нашей странной прогулке не заставляло его тревожиться.

— Какой ты еще все-таки бестолковый! — вздохнув, упрекнула я его. — Тоже мне, защитник! Надо возвращаться.

Но это тоже оказалось непростой задачей: чем дольше я шла, тем запущеннее становился дом вокруг. Теперь даже люстры не освещали мне дорогу — только небольшие бра на стенах. Вообще не известно, кто их здесь зажег — ни одной живой души!

А за окнами почти стемнело.

В конце концов, я остановилась, решая, куда же пойти дальше. Казалось, прошла обратно тем же путем, но заблудилась еще больше.

— Муссон! Хоть ты нас выведи! — опустила взгляд на щенка.

Но тот только плюхнулся задом на пыльный пол и задрал голову ко мне. Как будто, со своей стороны, он полностью полагался на меня. Просто потрясающе.

Мы прошли еще немного в другую сторону — стало прохладно, как будто по коридору гулял сквозняк. Я снова остановилась, чтобы подумать и немного отдохнуть. Огляделась кругом и решительно пошла на свет, который струился из-за дальнего поворота. Это уже похоже на выход!

Щенок припустил быстрее, будто тоже почуял освобождение. Раз он приободрился, значит, точно идем верно! Но мы добрались до конца галереи, повернули и оказались в тупике, который оканчивался огромной, свеже остуганной дверью. Ну хоть что-то в этом доме новое!

Но удивительным было не только это. На деревянном полотне ворот, которые преграждали мне дорогу дальше, были вырезаны замысловатые символы, которые испускали слабое сияние — и так по всему контуру. Какой-то магический замок?

Я осторожно подошла ближе, приглядываясь. Кажется, надписи выполнены на древнеэльфийском. Значит, за дверью находится что-то, что хозяин решил оградить от случайного чужого внимания?

Муссон бесстрашно подбежал к двери вплотную и поскреб ее лапой. Затем встал на задние и принялся работать обеими передними. Да так усердно, что на дереве остались царапины.

— А ну прекрати! — одернула я его.

Щенок снова сел и с мольбой уставился на меня. Даже заскулил тихонько. Конечно, и мне было интересно, что там, но лезть в чужие секреты я не собиралась. И своих забот хватает — разобраться бы!

— Все! Пойдем. У нас еще есть шанс выбраться отсюда.

Я решительно зашагала обратно. И оказалась права! Стоило отдалиться от двери, как меня словно отпустил какой-то морок. Коридоры сразу стали казаться знакомыми и светлыми, лестницы вели, куда нужно, а не пытались запутать. Пока что я еще не до конца понимала, правильно ли мы идем, но, к счастью, хотя бы дом перестал меня пугать.

И в какой-то миг — может быть, это были шутки эха — вдалеке послышались чьи-то торопливые шаги. Ну наконец-то хоть кто-то! А то еще немного, и я решила бы, что осталась совсем одна в этом чудовищном особняке!

Наверное, это кто-то из слуг. Может быть, меня уже ищут!

Торопясь убедиться в своих догадках, я повернула с лестницы в очередную галерею, а мне навстречу как раз вышел мужчина.

— О, наконец-то! — облегченно выдохнула я и подняла на него взгляд.

— Наконец-то! — одновременно со мной проговорил он. — Вы, как всегда, заставили меня поволноваться, мисс Рейнфрид!

Лестер Этелхард встревоженно улыбнулся, будто еще не до конца осознал облегчение.

В одной руке он держал огромный, набитый свечами канделябр — и от него становилось необычайно светло кругом. Оказывается, мои глаза уже неплохо привыкли к вечному полумраку.

Я обхватила себя руками за плечи и потерла их — только сейчас почувствовала, что озябла, хоть погода весь день стояла чудесная, и даже вечером снаружи наверняка было тепло. Но казалось, этот дом не может прогреть даже самое яркое солнце.

— Замерзли? — тут же заметил Лестер. Поставил канделябр на пол и быстро скинул свой роскошный фрак. — Я приехал чуть позже вас. Сначала Рона сказала мне, что вы в комнате. Я не стал вас тревожить. Но ожидание затягивалось, а вы все не спускались. Даже Армэль, кажется, начал волноваться. Ваша камеристка пошла вас проведать, и сразу прибежала ко мне. Сказала, вы пропали. Мы решили пока ни о чем не говорить гостям и поискать вас.

Говоря все это, он старательно расправлял фрак на моих плечах. Тепло его тела стремительно разливалось по коже.

— Да, а я, представьте, заблудилась.

Осталось только развести руками по этому поводу.

— Ну что ж, хорошо, что довольно скоро нашлись, — Лестер посмотрел мне за спину, словно и сам не прочь был взглянуть, что там, в нежилой части дома. — Пойдем обратно, если хотите.

— А у вас есть другие предложения? — придерживая слишком большой для меня фрак, я направилась следом.

— У меня очень много предложений, — загадочно протянул саркан. — Но я вовсе не уверен, что хоть одно из них вы одобрите. Так что придется отвести вас в это змеиное гнездо, которое у нас именуется светским раутом.

Мы на время смолкли, не слишком-то быстро шагая по длинной галерее. Вдоль нее располагалось несколько дверей. Я так напиталась тайнами этого дома, что хотелось заглянуть в каждую. Теперь казалось, что Армэль Брорнаред точно что-то скрывает.

Муссон бежал рядом с Лестером, будто это он был его хозяином. Впрочем, это неудивительно. Животные всегда чувствуют, кто самый сильный и кого нужно держаться.

Он старательно обнюхивал дорогу перед собой, иногда отбегал в сторону, заинтересовавшись чем-то. И в какой-то миг просто юркнул за единственную приоткрытую дверь.

— Муссон! — позвала я его.

Лестер остановил меня взмахом руки и пошел первым. Я немного потопталась у порога, но, не услышав никаких запретов, вошла следом за ним.

Лестер стоял посреди камерного зала, в центре которого стоял черный лакированный рояль. На блестящей крышке скопилось уже немало пыли. Но, судя по всему, ее все же иногда протирали.

Обычно такие залы предназначены для посиделок в тесном семейном кругу, чтобы вечером спокойно оценить таланты кого-то из домочадцев и насладиться музыкой. Но почти всей семьи Армэль Брорнаред, как известно, лишился.

Щенок озадаченно крутился возле рояля и явно не понимал, что это за странная штука и для чего она предназначена.

— Странно увидеть здесь настолько хороший инструмент, — Лестер подошел, поднял крышку клавиатуры и провел подушечкой пальца по табличке с именем мастера. — Григори Тибальт. Интересно...

Он поставил канделябр рядом с пюпитром и сел на банкетку. Попытался откинуть полы фрака, но тот был надет на мне. Вышло забавно и непринужденно — мы оба рассмеялись.

— Не знала, что вы играете, — сказала я тихо, стараясь уже ничему не удивляться.

Лестер Этелхард, боец, который крошит костяшки о лица соперников, оказывается, еще и музицирует! Сколько же граней у его натуры?

— Издержки аристократического воспитания, — ответил он с улыбкой. — В детстве и юности я провел немало времени за роялем. Не всегда мне это нравилось, но какие-то навыки еще остались.

— Сыграете? — я заинтригованно приподняла брови.

— Почему бы и нет. Все равно никто, кроме вас с Муссоном, не увидит моего позора.

Я не стала комментировать его самокритичное замечание — лишь взмахнула рукой... приглашая начать. Лестер покачал головой, поднял руки и плавно опустил их на клавиатуру.

Признаться, с его слов я успела представить себе, что его умения и правда очень посредственны. Но оказалось, что мистеру Этелхарду все же свойственна некоторая скромность. Играл он легко и уверенно. И не простую мелодию, которыми обычно развлекаются те, кто не успел ничему научиться.

Это было увлекательное, сложное и смутно знакомое мне произведение. Даже Муссон заслушался, сев от музыканта на безопасном расстоянии. Он внимательно наблюдал за движениями рук Лестера — то плавными, то резкими и порывистыми. А я смотрела в лицо Лестера, отмечая, как оно изменилось, наполнилось какой-то особой сосредоточенностью.

Наконец мелодия закончилась. Саркан поставил последний мягкий аккорд и замер. Я вздохнула, будто резко вынырнула из другого мира.

— Рояль не мешало бы настроить, — помолчав, отметил Лестер. — Но в целом даже удивительно, что он в довольно неплохом для такого места состоянии.

Он встал, хотел было закрыть крышку клавиатуры, но передумал. Впервые я ощутила его смущение, которое, казалось, никогда и ни при каких обстоятельствах не могло коснуться этого самоуверенного мужчины.

— Вижу, вы тоже презираете Армэля за то в каком положении он находится?

Для себя я все еще пыталась как-то оправдать плачевное состояние, в котором находился этот роскошный дом. Но, видимо, самого хозяина это не очень беспокоило, раз вместо того, чтобы заняться ремонтом, он устроил бал в честь своих именин.

— Я не презираю, — Лестер немного приблизился и остановился напротив. Его взгляд медленно скользнул вдоль моего тела. — Мне просто жаль, что так случилось. И жаль, что, имея возможность все восстановить и даже улучшить, я не могу это сделать. Вы просто ослепительно прекрасны, Клэр.

Внутри все вздрогнуло от слов, которыми он неожиданно завершил рассуждения о Квиткосте.

— Благодарю. Вы тоже... — я снова поправила сползающий с плеч фрак. — То есть вы как-то нетипично выглядите сегодня. Наверное, потому что я ни разу не представляла вас за роялем.

— А как представляли? — Лестер улыбнулся.

— Я не... — в груди сразу стало жарко. — Я вообще не представляла вас! Что за глупости?! Почему обязательно нужно устраивать провокации?

Я всучила ему фрак обратно — все равно уже согрелась — и повернулась уходить. Но Лестер успел поймать меня за руку, а Муссон преградил дорогу. Тоже мне, заговорщики!

— Простите, мисс Рейнфрид, — проговорил саркан у меня над ухом. Сердце замерло от понимания того, как близко он стоит. — Да, мне хочется провоцировать вас, чтобы понять, что вы чувствуете на самом деле. Вы кажетесь открытой и, наверное, даже наивной. Но только тем, кто вас совсем не знает. На самом же деле.

— Вы правы, я не так наивна, как кажется, — я вновь повернулась к нему. — Так что хватит считать, что куплюсь на ваши уловки.

— Хорошо, — Лестер серьезно кивнул. — Кстати, а вы знаете, что это магический рояль?

Я перевела взгляд на инструмент и обратно — на лицо саркана.

— Я слышала о них, и матушка даже хотела однажды купить такой. Но мы с братом совсем не склонны к музыке. Так что она воздержалась от покупки. Возможно, временно.

— На самом деле совершенно бесполезная вещь. Игрушка, — саркан хмыкнул. — Но когда видишь в первый раз, это кажется забавным и удивительным. Он способен повторить последнюю сыгранную на нем мелодию. Проверим?

Он наконец отпустил мою руку и прошел обратно к инструменту. Склонился над ним, что-то перещелкнул — и рояль словно вздохнул. Пару мгновений он как будто собирался с духом, а затем его клавиши стали нажиматься сами по себе, будто на нем играл призрак. Признаться, выглядело жутковато. Если бы я увидела это одна, испугалась бы, пожалуй.

А мелодия и правда была точь-в-точь такая, какую исполнял Лестер.

— Сомневаюсь, что сегодня для меня найдется строчка в вашей бальной книжке. К тому же я обещал держаться от вас на расстоянии — для всех остальных. Поэтому хочу воспользоваться возможностью, пока никто не видит. — саркан протянул мне руку в приглашающем жесте.

— Я не уверена, что нужно...

Взгляд вцепился в его ладонь — и первым порывом было шагнуть ему навстречу. Это какое-то иррациональное притяжение! Будто внутри что-то вспыхивает и обволакивает горячей патокой, а голова заполняется легким туманом. Главное, вовремя это осознавать.

— Я не буду трогать вас за неположенные места. Обещаю, — чуть понизил голос Лестер, будто сообщил о чем-то запретном.

— Что значит, неположенные места?! — я попятилась. — Мистер Этелхард, вы все-таки.

— Ладно, я грубый и несносный! Но не будем тратить драгоценное время на обозначение моих неприглядных качеств. Они очевидны.

Я и глазом не успела моргнуть, как оказалась в его осторожных и даже немного церемонных объятиях. Совершенно ничего лишнего — только то, что положено танцем. Это меня немного успокоило, я даже не стала вырываться. Только пристально посмотрела в его глаза, пытаясь увидеть в них хоть тень иронии.

Но нет.

Лестер дал мне мгновение освоиться и повел по залу в такт мелодии.

Некоторое время мы просто молчали. Я сосредоточилась на шагах, чтобы не наступить Лестеру на ногу — ведь, несмотря на многочисленные уроки с преподавателем, опробовать свои умения в свете мне еще не доводилось. А саркан танцевал просто изумительно — у него-то практики в «полевых условиях» предостаточно. Несколько раз он направил меня, когда я ошибалась, но не сказал ни одного колкого слова.

Постепенно мелодия стала быстрее, тело разогрелось. Мы кружились по пустому залу, словно во всем доме не было никого, кроме нас. Лестер держал меня крепко и в то же время деликатно. Черед перчатку меня прожигал жар его ладони. Кажется, я даже чувствовала, как в его груди бьется сердце.

Но мелодия понемногу стихла, прозвучал тот самый последний аккорд — и мы остановились у окна, с которого в сторону была отдернута портьера. Небо еще горело последними отсветами золота над самым горизонтом. Сад и постройки вокруг Квиткоста превратились лишь в темные силуэты.

— Вы едва меня не уморили, — выдохнула я.

Осторожно дотронулась до верхней губы, чувствуя, как кожу над ней холодит от испарины.

— Вы подаете большие надежды! — усмехнулся Лестер. — Этот бал станет вашим звездным часом.

— О, перестаньте! — я толкнула его кулачком в грудь, и тогда только заметила, что он до сих пор обнимает меня одной рукой за талию.

— Смотрите, — саркан повернулся к окну. — Это же удивительное место! Время от времени я пытаюсь представить, как можно было бы преобразить его. Чтобы оно вновь наполнилось жизнью и стало приносить пользу.

— Кажется, я слышала, что кто-то хочет выкупить этот дом, — вспомнила я. — Получается, это вы?

— Да. Понимаете, мне мало Арены. Я хочу расширить свое дело. И дать возможность тем, кто не может позволить себе обучение в магических Академиях, развивать свои способности, чтобы в дальнейшем лучше устроиться в жизни. Магия дает больше перспектив, как ни крути.

— Благотворительная школа?

— Что-то вроде того, — Лестер улыбнулся, вновь взглянув на меня. — Но пока это только мечты. Реальность настроена против.

Я промолчала, не найдя, что ответить. В словах Лестера чувствовалось что-то глубинно личное. То, что действительно его тревожит. И касаться этого, если он не желает рассказывать сам, значит, лезть в душу.

— Кажется, Армэль не собирается продавать дом.

— Естественно. И я его понимаю.

— Может, вам стоит поискать другой?

— Если бы вы знали, как часто я это слышу, — Лестер горько усмехнулся. — Но мне нужен этот. По крайней мере, пока.

— Знаете, мне показалось, Квиткост очень странный. Как будто у него есть своя воля. Только не смейтесь!

Саркан непонимающе наморщил лоб.

— Я и не собирался. И вполне верю, что у такого старого дома может сформироваться нечто вроде собственного характера, — он сделал паузу и добавил: — Вы видели что-то необычное, когда заблудились?

В его тоне мне почудился тщательно скрываемый интерес.

— Я дошла до странной двери, которая заперта эльфийским заклинанием. Но этот язык я не знаю, поэтому не поняла, в чем суть. Но, кажется, эту дверь установили недавно.

— Это плохо... — задумчиво отметил саркан, глядя в сторону.

— Что?

— Говорю, плохо, что, пока хозяин ищет средства на ремонт, дом разваливается все больше, — беспечно отговорился он. — Но это его проблемы. Значит, он мало старается.

Прислушиваясь к звучанию голоса Лестера, я не заметила, как он поднял руку и вдруг осторожно коснулся кончиками пальцев моей щеки.

— Что вы делаете?! — я сразу отшатнулась, но стальная хватка саркана не позволила отдалиться.

На коже Лестера вновь сверкнул отлив чешуи, чуть более плотной, чем раньше. И удивительно: я совершенно ничего не почувствовала, никакого всплеска магии, хоть он продолжал касаться меня уже довольно долго.

В его глазах плясали отсветы свечных огоньков. Но их скоро затопило совсем другим пламенем. Пара мгновений — и черные зрачки Лестера вытянулись в вертикальные, а радужка подернулась зеленоватым оттенком. Я словно посмотрела в глаза совсем другого существа и, словно завороженная, накрыла ладонь саркана своей, прижимая к себе еще сильнее. Казалось, что так увижу больше. Ощутив привкус победы, Лестер подался вперед.

Но здравый рассудок все же вовремя догнал меня, дал силы разорвать соприкосновение и сделать шаг назад.

— Простите, Клэр.

Саркан сжал пальцы в кулак и отвернулся. А я еле заставила себя снова дышать — настолько меня оглушило понимание, для чего все это было задумано. Рояль, танцы в полумраке...

Лестер Этелхард меняет тактику на ходу — лишь бы добиться того, что ему нужно.

— Надеюсь, вы удовлетворены итогами своего эксперимента? — резко бросила я ему в спину.

— Какая вам разница? — Лестер пожал плечами. — Ведь вам все это совсем не интересно.

— Более того, мне это неприятно!

— Да ну? — на этот раз саркан обернулся. — Мне показалось иначе. Что между нами есть что-то, чему вы старательно противитесь.

— Значит, вы ошиблись. И, наверное, именно поэтому все гнете свою линию! Но вы не интересны мне как мужчина. Абсолютно.

Я выдохнула, высказав все, что хотела и не хотела тоже. Потому что правдой в этом было далеко не все. Однако Лестеру лучше об этом не знать — он и так вообразил себе слишком много. А я поддалась — какая же дура!

— Что ж... пусть так, — раздраженно ответил Лестер. — Но я извинился! Не волнуйтесь, сегодня я к вам больше не приближусь.

— Надеюсь, не только сегодня.

Сердце колотилось в груди, как сумасшедшее. Хотелось плакать — и я не могла найти этому объяснение. Ведь меня сложно назвать плаксой! Но, видимо, Этелхарду удалось докопаться до чувствительных глубин моей души и запустить в них руки по локоть.

Дверь приоткрылась еще немного — и в зал заглянула Рона. Она с выражением полного удовлетворения на лице окинула нас с Лестером взглядом и степенно произнесла.

— Мисс, простите, что помешала, но вас уже давно ждут. Его сиятельство очень обеспокоен.

— Да, я уже иду. Я просто немного. заблудилась.

— О, такое случается, — камеристка загадочно улыбнулась.

— Еще увидимся, мисс Рейнфрид, — бросил Лестер напоследок.

Но даже не взглянул, как будто ему вдруг стало все равно. Подозвав Муссона, который так и терся возле его ног, словно хотел утешить, я вышла следом за камеристкой.

— Я бы тоже была не прочь так заблудиться, — таинственным шепотом сообщила она.

Видимо посчитала, что наша встреча с Лестером была спланирована. Какая глупость, в самом деле!

— Перестань! Это правда было случайно.

Глава 18

— О, Клэр! — Армэль бросился ко мне как только я вошла в зал. — Честно говоря, я уже собирался отправить слуг на поиски, но ваша камеристка убедила меня, что и сама справится.

Я позволила ему взять меня за руку, но невольно обернулась. Роны рядом уже не было, зато Лестер появился среди гостей, стараясь передвигаться за спинами так, чтобы на него не обратили внимание. Если кто-то даже предположит, что мы могли прийти вместе, не оберешься новых сплетен.

— Как видите, она и правда справилась, — я улыбнулась. — Просто я случайно вышла из комнаты не в ту сторону. А ваш дом настолько огромный, что не так-то просто отыскать дорогу назад.

— Это верно, — вынужден был согласиться Армэль. — Раньше здесь жило большое семейство со всеми бабулями, невестками и их детьми. Сейчас фамилия Брорнаред значительно оскудела на родственников. Моя сестра вышла замуж и уехала. Вот я и вынужден мыкаться тут почти в полном одиночестве.

Он печально улыбнулся и плавно отвел меня в сторону от гостей, которые так и норовили подслушать наш разговор. Из-за музыки говорить приходилось чуть громче, чем нужно. Намек Армэля был мне предельно ясен, но я сделала вид, что пропустила его мимо ушей.

— Получается, южной части дома совсем никто не живет? — продолжила тему дома, пытаясь выведать чуть больше о той загадочной двери.

Теперь, когда страх прошел, мне становилось все более любопытно, что за ней скрывается. К тому же она явно встревожила Лестера — а это что-то да значит.

— К сожалению, после смерти родителей, там некому стало жить, — граф удрученно покачал головой. — Наверное, вы заметили, что дом стоит почти у самого подножия гор. И в этих местах очень редко, но все же случаются подземные толчки. На мою долю выпал именно такой период. Землетрясение не было сильным, но, видимо, вовремя него провалились какие-то подземные пустоты. И значительная часть южного крыла попросту обвалилась! — он как бы невзначай погладил подушечкой пальца мою ладонь.

— Какая неприятность! — сочувствующе отметила я, стараясь немного отстраниться.

— Мне пришлось запечатать все выходы туда, — продолжил граф. — Это же небезопасно! Теперь я решаю что с этим делать. Или ремонтировать, отстраивать вновь, или снести все окончательно. Это так досадно! К счастью, когда это случилось, там никого не было.

— Наверное, вам сложно без родителей справляться с таким большим имением.

— Конечно, у отца было гораздо больше опыта в этом. Но я учусь. И надеюсь в дальнейшем вернуть Квиткосту былое величие.

С этими словами он наклонился и очень старательно коснулся губами моих пальцев.

— Уверена, у вас все получится, — весьма кисло заключила я.

Лишь мысленно отметила, что с такой расточительностью он вряд ли когда-то изыщет средства на ремонт дома. Если только что-то ему не поможет.

— Позволите пригласить вас сегодня на танец? — сразу перешел к делу граф. — Хочу успеть до того, как вас одолеют толпы кавалеров.

— Ну что вы, какие толпы! — отмахнулась я. — Меня здесь почти никто не знает.

— В этом и есть еще одна ваша загадка. А мужчины падки на загадочных девушек, — как большую тайну поведал мне эльфит. — Смотрите-ка! Даже Лестер Этелхард приехал, — он покривил губами. — Никак не оставит надежды прибрать мой дом к рукам ради своих сомнительных целей. Наверняка, дай ему волю, устроит тут какой-нибудь притон для маргиналов. А они за это будут сильнее бить друг друга на ринге.

Он снисходительно хмыкнул, а я невольно взглянула на саркана вновь. Несмотря на все старания, его появление не осталось незамеченным. Вокруг уже начали собираться девушки и даже женщины явно старше него. Хоть я могла поклясться, что еще пару минут назад он стоял среди мужчин.

Дамы тихо переговаривались и время от времени посматривали в его сторону. Кто-то старательно строил глазки, играя веером. Кто-то держался в стороне, смущаясь. Но Лестер словно не видел сосредоточенного вокруг его персоны женского интереса. Он следил за чем-то, перемещающимся по полу. Затем наклонился и поймал Муссона под лапы. Тот блаженно свесился с его руки и подставил голову для чесания.

Похоже, щенок и саркан решили выдать меня с потрохами!

Зато девицы сразу оживились. Некоторые, осмелев, одновременно двинулись в его сторону, чтобы выразить умиление Муссоном, а заодно завести разговор.

— Может быть, это только слухи? — я вновь повернулась к Армэлю, лишь бы не видеть, как дамы подолами протирают дыры на брюках саркана. С таким усердием это точно случится к концу вечера!

— Планы Этелхарда на мой дом? — изумленно уточнил тот. — Нет! Это совершенно точно. Его юрист постоянно что-то вынюхивает. И на те огромные деньги, что Лестер ему платит, он скоро купит большой дом в престижном районе Кальна.

Армэль гневным жестом схватил бокал с подноса мимо проходящего лакея и выпил одним махом. А мне стало интересно, кто же все-таки меценат нынешнего раута в честь именин? Неужели сам граф изыскал некие средства. Или залез в долги, лишь бы произвести впечатление на гостей?

Насчет кавалеров Армэль внезапно оказался прав. Выждав положенное приличиями время, ко мне один за другим подошли двое молодых мужчин и спросили разрешения пригласить на танец. Моя бальная книжка была почти пуста — лишь одну строчку занял сам граф. Но я всеми силами старалась отговориться. Лишние контакты мне точно ни к чему!

И ровно в тот миг, как от меня отошел очередной расстроенный кандидат в танцевальные партнеры, дверь холла распахнулась, и в дом вошел слегка припозднившийся гость. Слегка — это мягко сказано — его не ждал, кажется, даже сам хозяин дома.

Но стоило только ему ступить внутрь, как все вокруг наполнилось ощутимой суетой.

— Мистер Лангрэс! — Армэль сразу двинулся к нему, оставив разговор с кем-то из знакомых. — А я уже решил было, что вы не приедете!

— Как же я мог пропустить именины дорогого друга! — весьма громогласно ответил тот и, чуть театрально раскинув руки, пошел ему навстречу. — Но кое-какие дела задержали меня в Кальне. Я от души поздравляю тебя!

Они обменялись теплым рукопожатием.

А я пока исподволь разглядывала приметного незнакомца. Он явно любил внимание и любил создавать вокруг себя шум. Но не так, как это происходило с Лестером.

Появляясь где бы то ни было, саркан невольно становился центром всеобщего интереса и только при необходимости устраивал легкий эпатаж. Этот же мужчина всеми силами старался обратить на себя взгляды: одежда, выполненная не просто из дорогих, а из роскошных тканей, громкий голос и даже довольно ярко одетые девушки, которые приехали вместе с ним. Как будто он конферансье, а это — кардебалет, который вот-вот пустится в пляс.

Мистер Лангрэс сам по себе был красив и эффектен — но чрезмерность, с которой он делал почти все, бросалась в глаза в первые мгновения знакомства с ним. Странно, что я не слышала о нем раньше.

И едва успела об этом подумать как Армэль, отыскав меня взглядом среди гостей, повел гостя в мою сторону.

Поначалу я растерялась и даже успела подумать о том, что надо куда-то скрыться: очередные знакомства на сегодня не входили в мои планы. Но мужчины были уже слишком близко, чтобы сбегать от них. Поэтому пришлось натягивать на лицо улыбку. Удивительно, но все любопытствующие кавалеры мигом испарились из поля зрения, как будто опасались попасть под раздачу.

— Позвольте представить вам герцога Калеба Лангрэса, — бодро начал Армэль. — Калеб, это мисс Клэрис Рейнфрид. Моя самая дорогая гостья.

Пока он говорил: с легким волнением в голосе, будто знакомил меня с родителями — я успела приглядеться к его спутнику лучше. Вблизи стало видно, что ему уже около пятидесяти. А поначалу показалось, что не больше сорока.

Он явно молодился за счет юных спутниц и весьма яркой одежды — но тяжелый взгляд и жесткие морщины вокруг рта, выдавали его истинный возраст и опыт. Причем как в увеселениях, так и в делах более серьезных.

— Я наслышан о вас, мисс Рейнфрид, — проговорил он, вдумчиво изучая меня, словно бабочку под увеличительным стеклом. — Одна из самых притягательных невест Кальна в этом сезоне. Верно, Армэль?

Он беспардонно толкнул графа локтем в бок. Тот явно напрягся и даже помрачнел, но тут же вернул себе прежнее приветливое выражение лица.

— Не могу с этим спорить. Клэр и правда самая яркая девушка и всех, кого я встречал.

Калеб покивал, покачивая вино в бокале, а затем сделал щедрый глоток и продолжил:

— И о вашем отце я многое слышал. Гениальный изобретатель и предприниматель. За океаном он словно король. Новатор в стремительно развивающейся сфере.

— Да, в Даралоре он уже набрал большую популярность, — согласилась я.

— Ходят слухи, ваш отец собирается расширять дело на восток. Привнести, так сказать, магический прогресс в наш дремучий Старый свет?

— Отец посвящает меня не во все свои планы, — сдержанно ответила я.

И вдруг почувствовала, как мне в ноги ткнулся Муссон. Я подхватила его на руки. Кажется, даже от его шерстки исходил знакомый аромат Лестера. Вернее, того лосьона, которым он, вероятно, пользовался.

— Какой прелестный малыш, — одобрил герцог и протянул руку, чтобы погладить щенка, но тот с удивительной злостью щелкнул зубами рядом с его пальцами. И что еще более странно — зарычал!

— Простите. Наверное, Муссон просто устал. Я попрошу камеристку погулять с ним и отвести его в мою комнату.

Я сделала полшага назад, опасаясь, как бы он, изловчившись, не цапнул мужчину.

— Ничего страшного. Он с характером! И просто защищает хозяйку. Это похвально, — отмахнулся Калеб. — Это же поисковый пес, если не ошибаюсь?

— Да, все верно.

— И где же вы сумели раздобыть такого?

— Это подарок.

— А у вас небывалая для юной девушки хватка, мисс Рейнфрид, — голос мистера Лангрэса стал холоднее. Армэль заметно заволновался, как будто уже пожалел о том, что привел его знакомиться со мной. — Наверное, это в отца. Ведь от волка не рождаются овечки, верно? Знаете, если то, что говорят о планах мистера Рейнфрида правда, клянусь, я стану инвестором его проекта. Хочется, знаете ли, прикоснуться к будущему.

— Думаю, вы узнаете одним из первых, если отец и правда задумал нечто подобное.

На самом деле, о том, что ему давно хотелось выдвинуть самые новые идеи для развития в Фабдерелле, а особенно — его столице, я знала давно. Но все это находилось на стадии обдумывания стратегии. С посторонними еще рано обсуждать подробности.

— Я буду ждать, — задушевно проговорил герцог, склонившись ко мне. — Кстати, у вас не найдется свободного танца для меня на сегодняшний вечер?

— Простите, но все уже расписаны, — не моргнув глазом, соврала я.

Но Калеб не стал верить мне на слово, как это полагается джентльмену. Он подхватил висящую на ручке моего веера бальную книжку и, дернув к себе, заглянул в нее.

— Ну что же вы так рассеяны! — пожурил он меня. — Вот, смотрите. Еще полно свободных мест. И ближайший как раз могу занять я. Если вы не против. Ты не против, Армэль?

Граф только рот раскрыл, не зная, что ответить на такое нахальство. Как будто даже для него оно стало сюрпризом.

— Ваша светлость, — попробовала я возмутиться. — Я не имею желания танцевать прямо сейчас!

Но Калеб уже достал из нагрудного кармашка карандаш и быстро вписал в мою книжку свое имя. И тут Муссон не выдержал — сердито гавкнул на него и принялся вырываться из моих рук. Видимо, чтобы на месте разобраться с этим напыщенным наглецом.

— Вот и славно! — герцог не обратил на него ни малейшего внимания. — Я обязательно подойду к вам. Чуть позже.

Он наконец отпустил мою книжку. Армэль виновато посмотрел на меня, но не нашел слов оправдаться за поведение гостя. Калеб быстро увел его прочь.

И что же мне теперь делать?!

Казалось бы, в одном танце нет совершенно ничего страшного. Но отчего-то проводить его с герцогом Лангрэсом мне совсем не хотелось. Я принялась соображать, как можно уклониться и от этой обязанности, и вообще — от всего этого опостылевшего бала в целом.

Прикинуться, что нехорошо себя чувствую? Самое верное средство, но, боюсь, слишком предсказуемое.

— Плохи дела Армэля, — вдруг прозвучало за моей спиной. — Герцог Лангрэс заткнул его за пояс, как тряпку.

Я осторожно повернула голову. Лестер стоял рядом, но чуть в стороне, будто оказался тут случайно. Он пристально следил за тем, как Калеб медленно удаляется, то и дело останавливаясь для разговора с многочисленными знакомыми.

— Кто он такой? — стараясь не смотреть на саркана, спросила я. — Он ведет себя, как принц.

— По сути он и есть принц, — пояснил Лестер. Сейчас мы могли разговаривать почти так же безопасно, как наедине. Потому что временно все внимание на себя перетянул его светлость. — Брат короля — по отцу.

— Почему я не слышала?

— Потому что об этом не принято распространяться. Он бастард. И очень этого стыдится. Бывший король долго не хотел его признавать, но все же признал. Однако, чтобы пресечь все поползновения в сторону престола, лишил его возможности обрести дракона.

— Так он саркан?

— Да. Примерно такой же купированный, как и я, — тихо хмыкнул Лестер.

Я едва удержалась от того, чтобы возразить. У меня язык не повернулся бы назвать его «купированным». Кажется, чем дольше я его знала, тем лучше ощущала его силу. И ей позавидовал бы любой!

— Разве такое возможно — запретить?

— Вполне. Ходили слухи, что Калеб сильно обиделся за это на отца. А тот постарался задобрить отпрыска, подарив ему титул и полностью обеспечив всем, что ему вообще могло понадобиться, — Лестер помолчал. — Он довольно шумный, но в целом безобидный. Насколько я его знаю.

Что ж, это меня не очень успокоило. От одной только мысли, что придется танцевать с ним, мне становилось дурно. Вот случается же такая подсознательная и непреодолимая неприязнь! Калеб Лангрэс не сделал мне ничего плохого, но стоило лишь представить, что он протянет ко мне руки, как все внутри переворачивалось.

Сбоку от меня вдруг что-то зазвенело. На грудь мне плеснуло липкой холодной жидкостью — вязкая струйка потекла прямо в декольте. Каким-то чудом я успела спасти Муссона от душа из игристого вина, которое по неосторожности на меня выплеснул проходящий мимо лакей.

— Простите, простите, мисс! Я споткнулся! — принялся причитать он.

Лестер шагнул вперед и оттеснил его подальше. Под его ногами захрустели осколки.

— Позовите горничных, чтобы убрали здесь, — невозмутимо распорядился он.

— Простите, мисс! — в сотый раз повторил мужчина, прижимая к груди поднос.

Я ошарашенно оглядела расплывшееся по груди и юбке пятно насыщенного бордового цвета. Как в таком виде вообще можно здесь оставаться?

— Что случилось? — Армэль возник словно из ниоткуда. — Где этот косорукий растяпа!

Он гневно огляделся в поисках неловкого лакея, который уже успел скрыться.

— Он не виноват, — вступился за него Лестер. — Это я случайно толкнул его. Не заметил. Засмотрелся.

Он красноречиво указал взглядом в мою сторону.

— Вы нарочно, да? — прошипел граф, сразу сбавив тон. — Вам нужно было нагадить мне хоть какой-то мелочью?

— Поверьте, если бы я хотел кому-то нагадить, это было бы более ощутимо, — саркан улыбнулся так, словно приставил к горлу Армэля холодный клинок. — Так что избавьте меня от ваших пустых подозрений. Это просто случайность.

— Я пойду к себе, ваше сиятельство, — вмешалась я, пока дело не дошло до настоящей ссоры. — Простите, что так вышло. Но оставаться тут я не могу.

— Вы же не поедете домой прямо сейчас, Клэр? — заволновался граф.

— Уже поздно. Если позволите, я останусь до утра.

Армэль поймал мою руку в свою и пылко, совершенно никого не стесняясь, прижался к ней губами. Гости вокруг притихли, наблюдая за развернувшейся сценой. Представляю, что в ближайшие дни напишут в светской хронике!

Наконец отделавшись от хозяина бала, я отправилась в комнату. Испорченного платья было совсем не жаль. Главное, мне больше не нужно находиться среди всех этих людей, не нужно делать вид, что мне интересно их общество.

И, кажется, я знала, кого нужно за это благодарить.

Лестер Этелхард

Несмотря на сильнейшую неприязнь, которую Армэль Брорнаред испытывал к Лестеру, он все же предоставил ему комнату на ночь. Не такую большую и удобную, какая полагалась бы в таком случае, но в ней хотя бы была кровать — и это уже можно было бы счесть плюсом.

Лестер не собирался оставлять Клэр без присмотра — среди стольких ненадежных мужчин. К счастью, камеристка Рона с радостью предоставляла ему всю нужную информацию. По его же совету пообещала остаться ночевать с ней в одной комнате и обязательно проверить, заперта ли дверь изнутри. Это немного успокаивало. Ведь в невинности намерений Армэля он вовсе не был уверен.

К тому же имел на ночь обширные планы: рассказ Клэр о том, что она видела некую загадочную дверь, вселял немалые тревоги. Состояние дома было удручающим, но обрушенная крыша южного крыла, покореженные стены говорили о том, что разрушение произошло вовсе не от старости.

Надо бы разведать, что там к чему.

Но для начала предстояло дождаться, когда все гости, пожелавшие остаться на ночь, отправятся спать.

Лестер сначала прошелся по комнате, посмотрел в окно, за которым было тихо и темно. Скоро все парочки, которые совершали вечерний променад по саду, разошлись — и бал понемногу стих.

Лестер в ожидании присел на софу. Глаза нещадно слипались, но приходилось одергивать себя, чтобы не уснуть. Возможность осмотреть дом, где мало слуг и совсем нет охраны — попросту потому что хозяину не на что их содержать — предоставляется не так уж часто.

Поэтому Лестер ждал и размышлял о том, что случилось сегодня между ним и Клэр. Сначала все было просто прекрасно. Ровно до того мига, как он снова дал волю своему любопытству и нетерпению.

Та сущность, которая время от времени напоминала о себе из-за глухой стены внутреннего блока, вновь встрепенулась — стоило только ощутить отклик магии Клэр даже через барьер драконьей чешуи. Огонь полился по венам, сердце заколотилось, словно колокол — звоном наполняя все тело. Сдерживаться стало совершенно невозможно. И Лестеру не удалось это утаить. Не удалось сохранить полную невозмутимость.

Жаль. Клэрис снова разозлилась и обиделась. Придется исправлять.

Скоро мысли стали путанными. Пытаясь сбросить муторную сонливость, Лестер встал и вышел из комнаты, чтобы провести небольшую разведку. К счастью, во мраке — спасибо сарканьей крови — он даже без свечей видел довольно неплохо: брать с собой канделябр не придется. Но, видимо, где-то он все же свернул не туда, потому что вдруг обнаружил себя возле двери комнаты Клэр. Огляделся и не смог вспомнить, как тут оказался.

Внутри было тихо: наверное, девушки уже спали — не стоит их беспокоить даже под предлогом заботы. Но едва Лестер решил, что надо уходить, как его со страшной силой потянуло вперед. Словно кто-то упорно толкал его изнутри: давай, открой дверь и войди! Взглянешь одним только глазком — и сразу назад.

Я только проверю, заперто ли, — решил Лестер и взялся за ручку. Толкнул — дверь поддалась, открылась без единого звука. В комнате было темно. Лишь огромная луна, которая, как начищенное серебряное блюдо, висела на небе, смотрела в окно с противоположной стороны и освещала очертания мебели.

Надо уходить! Но тело не слушалось.

Будто по чужой воле Лестер ступил внутрь и прошел до высокой постели, где спала Клэр. Он четко видел ее изгибы, отрисованные тонким одеялом. Даже черты лица различал — такие безмятежные и притягательные.

Девушка вздохнула и нахмурилась, будто что-то почувствовала, но снова крепко уснула. Лестер приблизился еще — и вдруг заметил, что от нее исходит золотистое сияние, приглушенное лишь тонкой преградой ночной сорочки. Оно отдавалось в магическом контуре хорошо изученной силой. Его силой.

Он подошел вплотную и, осторожно взяв девушку за плечо, перевернул на спину, уже не боясь разбудить. Через ее нежную кожу просвечивал огненный источник, который пульсировал в такт биению сердца. Совсем, как после того поцелуя в экипаже.

По спине прошибло холодным потом.

— Клэр! — позвал Лестер, испугавшись, что снова что-то сделал не так и навредил ей.

Девушка распахнула глаза.

Он вздрогнул и... проснулся.

— Древнейшие... — выдохнул в потолок, куда в первый миг уперся мутным взглядом.

Провел ладонью по лицу, сгоняя остатки тяжелой дремоты. Шея затекла в неудобном положении, отсиженная нога по ощущениям превратилась в кисель. Но это был всего лишь сон! Сон. Как же хорошо.

Сколько теперь времени? Кажется, уже давно пора выходить!

Лестер осторожно выглянул из комнаты — никого. Пощипывая себя за руку, чтобы убедиться, что теперь точно не спит, он прошел дальше по коридору — в ту сторону, где встретил Клэр — чтобы оттуда двинуться к южному крылу.

То и дело вдалеке приглушенно раздавались чьи-то голоса: еще не все слуги легли спать. Но вокруг все равно было пустынно, и дом казался совсем заброшенным.

Чем дальше Лестер уходил от центральной части Квиткоста, тем больше укреплялось это жутковатое ощущение. Кажется, где-то было разбито окно — заметно сквозило, ветер подбрасывал пыльную занавесь в конце коридора. Хорошо, что заранее удалось изучить раздобытый в Кадастровой конторе план дома — тут и правда немудрено заплутать.

Вскоре Лестер явственно начал ощущать упругий барьер чужой силы. Прозрачной, как родник, и острой — такая свойственна лишь чистокровным эльфитам. Значит, та самая дверь с заклинанием, о которой говорила Клэр, уже близко!

Но оказалось, это не совсем так. Чем быстрее шел Лестер, тем больше путался. Как будто магический фон искажала посторонняя сила, пробиваясь даже через завесу эльфитских заклинаний. Вскоре она превратилась в монотонный зов, который доносился из далеких глубин. Словно кто-то просил помочь ему и освободить как можно скорее.

Стало не по себе.

Вдалеке, сквозь полную темноту пустого коридора, проступило слабое сияние. Лестер прибавил шаг — и тогда вдруг понял, что кто-то идет следом. Стало светлее.

— Это уже форменная наглость! — раздался позади голос Армэля. — Я представлял, что рискую, оставляя тебя здесь. Но надеялся, что ошибаюсь.

Лестер вздохнул и остановился. До цели оставалось всего ничего! Но теперь она вмиг стала недостижимой.

— Я просто прогуливался, — он повернулся к графу. — Никто не запрещал.

Оказывается, Армэль пришел не один: за его спиной маячили трое крепких парней-огритов. Откуда бы им тут взяться? Разве что герцог Лангрэс поделился своей личной охраной. Или оплатил ее на один только вечер. С недавних пор он благоволит Брорнареду — явно лелея надежду получить с этого какую-то выгоду.

— Тебе по умолчанию запрещено шариться тут. Радуйся, что я не прогнал тебя с порога, как только ты приехал, — Армэль двинулся на Лестера, а детины — за ним. — Как ты вообще раздобыл приглашение на бал? Кого подкупил, кому пригрозил?

— У меня много друзей, которые не горят желанием встречаться с тобой и с радостью предпочтут другие дела необходимости ехать сюда по разбитым дорогам и любоваться на твою надменную эльфитскую физиономию.

— Вот как... — граф хмыкнул. — Что ж, я проверю список не приехавших гостей. Чтобы знать, кого иметь в виду. А ты — убирайся отсюда, пока я не обратился в полицию с заявлением о посягательстве на частную собственность!

— Смотрю, ты осмелел, когда за твоей спиной встал герцог Лангрэс. А без его подручных рискнул бы прогнать меня?

— При чем тут герцог Лангрэс? — Армэль дернул уголком рта. — Он только немного поддерживает меня. По-дружески. А тебе пора расстаться с надеждами заполучить мой дом. Клэрис Рейнфрид скоро станет тут хозяйкой — я тебя уверяю. И тогда мои дела резко пойдут в гору.

— Для Клэрис Рейнфрид ты как лягушка в болоте, которая квакает чуть громче других, — Лестер хмыкнул. — Нужно быть слепым, чтобы не заметить этого.

Армэль побагровел, махнул рукой в его сторону и рявкнул так, что под сводами зазвенело эхо:

— Уберите его отсюда!

Огриты обошли его и уверенно направились к Лестеру. Издалека они даже были немного похожи на Имона с Ханком, только в глазах было гораздо меньше интеллекта.

— Ну, кому зубов не жаль? Подходи первым! Впрочем, можете одновременно — так все закончится гораздо быстрее, — Лестер расправил плечи и спокойно заложил руки за спину.

Мужчины безмолвно переглянулись и придержали шаг. Наверное, они все же вспомнили, что мало какой огрит сможет выстоять против настоящего сарканьего иссигна. Так и костей можно не собрать.

— Да вышвырните вы его! — страдальчески вздохнул граф. — И все раздойдемся на отдых.

— Стоять! — уронил Лестер, когда огриты снова сдвинулись с места. — Спокойнее, господа. Я уйду сам.

Он улыбнулся и, неспешно обойдя охрану, пошел обратно к своей комнате. Никто не догадался бы, каких усилий ему стоило не дать волю разочарованию и злости. Чего стоило удержаться от хорошего тычка кулаком прямо промеж глаз Армэля. Цель была так близко. Он точно знал, что сумеет найти за дверью что-то важное — что не увидела Клэр, просто потому что не знала, куда смотреть.

Но теперь Армэль будет стеречь границы Квиткоста еще внимательнее.

Глава 19

Лестер Этелхард

— Проходите, мистер Этелхард. Комиссар Нэллад ждет вас.

Констебль открыл перед ним дверь и пропустил мимо себя в кабинет Роя. Тот стоял вполоборота ко входу и сосредоточенно застегивал пуговицы на мундире.

— Доброе утро, — Поздоровался Лестер, озираясь. — Надеюсь случилось что-то действительно важное, что ты выдернул меня из дома в такую рань.

Ведьмак поднял на него взгляд.

— Ты же хотел присутствовать на допросе Тергатака Гаррата? — он вновь вернулся к приведению себя в надлежащий вид. — Так вот мы нашли его. Это было не так просто, как я представлял поначалу. Пришлось пободаться с комиссаром Вокницем. Но мне удалось убедить вышестоящих офицеров, что это дело положено расследовать мне. Поэтому Тергатак тут.

— Неожиданно, — усмехнулся Лестер.

— Почему?

Рой одернул мундир и поправил ворот.

— Я думал, ты все равно поступишь по-своему и не допустишь меня на допрос.

Комиссар покачал головой, а затем вышел из кабинета, поманив Лестера за собой взмахом руки.

— Я до сих пор считаю, что это не по протоколу. Но ценю твой неуклюжий вклад в это дело. Поэтому посчитал справедливым позвать тебя.

— Неуклюжий? — удивился Лестер.

— Конечно! Вы наделали столько шума, что об этом теперь болтают по всему Артефакторному району. Если у Тергатака там были сообщники, они теперь будут в два раза осторожнее. И добиться от них правды будет сложнее.

— Я сделал, что мог, — Лестер пожал плечами. — А вы еще долго не сделали бы и этого.

— Сделали бы, если бы вы с мисс Рейнфрид не решили утаить некоторые очень важные улики! — Рой потряс в воздухе скопированным изображением кинжала. — В общем, это бессмысленный спор. Ты услышишь все, что будет сказано на допросе. Но тебя не должны видеть. Иначе мне немало достанется от начальства.

— И что ты мне предлагаешь? Спрятаться под стол?

— Нет, что ты. У нас в отделении нет такого стола, под который ты поместился бы. Все гораздо проще.

Он нажал на одну из деревянных панелей, которыми были отделаны стены коридора, и навстречу ему приоткрылась небольшая дверца. За ней обнаружилась темная каморка с решетчатым оконцем, которое выходило в комнату допросов.

— Значит, я не первый желающий тайно присутствовать при допросе подозреваемого, — Лестер огляделся и степенно сел на неудобную твердую скамью в углу. — Стоило ли делать важный вид и разглагольствовать о протоколах, если вы давно практикуете это?

— Ты и сам все прекрасно понимаешь, — Рой оперся плечом на ребро двери. — Я понимаю, что для тебя это непосильная задача, но постарайся вести себя тихо. Через это окно все достаточно неплохо видно и слышно.

— Спасибо! — Лестер кивнул.

— Это первый и последний раз, — предупредил комиссар. — Я вернусь за тобой.

И закрыл потайную дверцу.

В каморке было тесно и душно. От безделья Лестер осмотрел ее всю, но ничего интересного не обнаружил. А чуть позже услышал, как в комнату допросов кто-то вошел — и прильнул к решетке, чтобы ничего не пропустить.

Тергатака сопровождал Рой. Дверь за ними закрыл крепкий констебль и остался снаружи, чтобы прийти на помощь, если понадобится. Дворфит, неловко приподняв плечи, уселся за стол и положил на него скованные магнаручниками запястья.

— Ну что ж, мистер Гаррат, — вздохнул Рой. — Приступим, — он бросил перед собой тощую записную книжку, приготовившись фиксировать все, что скажет подозреваемый. — Судя по показаниям мистера Этелхарда, при встрече с ним вы сбежали, при этом прикрыли свой побег взрывом двух оглушающих снарядов... — что-то черкнул на листке. — Зачем вы это сделали?

— Я испугался, что за мной пришла полиция, — глухо ответил Тергатак.

— Собственно, она за вами все равно пришла. Только позже. Так почему вы решили, что можете быть интересны полиции? — Рой пристально взглянул на него. — Не потому ли, что в своей мастерской проводили сборку артефактов, которые считаются незаконными?

— Нет. Вернее, не только поэтому, — дворфит потер ухо плечом. — Незадолго до этого ко мне пришел мой знакомый Среух Кар'умун. И предупредил, что некто интересовался.

— Чем? — поторопил его комиссар.

— Интересовался кинжалом, которым я когда-то владел.

— Владели или изготовили его?

Тергатак сразу осклабился и выпрямил спину.

— Владел. Я его не изготавливал и не смог бы, потому что не владею такими знаниями. Этот кинжал достался мне от деда, примите Древнейшие его душу.

— И вы продали его?

— Да, мне пришлось, — голос дворфита снова стал тише. — Работой часовщика при такой конкуренции в Артефакторном районе много не заработаешь — едва хватает на жизнь. А моя жена последние несколько лет очень хворает. Этот кинжал был просто выставлен в стеклянной витрине. Для красоты. Но им заинтересовался один из посетителей. И спросил, может ли его купить.

— Вы не задумались о том, что этим кинжалом можно нанести очень большой вред? Тем более, учитывая его свойства, можно применить его в противозаконных делах. Недаром оружие такого типа запрещено!

Тон Роя наполнился гневом. Похоже, он разозлился, вспомнив, чем обернулось для Клэр знакомство с этим клинком. Да и Лестер, слушая его, почувствовал, как закипает. Владеть таким оружием и продать его невесть кому — что может быть безответственнее?

— Я толком и не знал, какие у него свойства! — огрызнулся часовщик.

— Незнание не освобождает от ответственности, — заметил ведьмак. — Более того, я очень сомневаюсь, что вы и правда не знали, чем опасен такой клинок, иначе не сбежали бы.

— Среух меня напугал! Сказал, что точно загребут!

— И оказался прав. — хмыкнул Рой, что-то записывая в блокнот. — А что насчет личин? В вашей мастерской было найдено множество составляющих для их изготовления. Или они тоже. достались вам от деда?

Тергатак фыркнул, распознав сарказм в словах комиссара.

— Это был заказ. Да! Но я уже говорил вам, что...

— Ваша жена хворает. Я помню. Но сомневаюсь, что суд сочтет это смягчающим обстоятельством. Вместо честного труда вы выбрали изготовление артефактов, которые чаще всего используются в преступных целях. И вы достаточно взрослый дворфит, чтобы понимать это. Верно?

— Да.

— Что касается вашего знакомого... Среуха Кар'умуна. Он помогал вам в изготовлении?

— Нет, — Тергатак помотал головой. — Но он знал, чем я занимаюсь. В юности я учился у него — да. Но он ни при чем.

— Как это ни при чем? — ехидно возмутился комиссар. — Это называется «пособничество».

— Я прошу вас. Он просто предупредил меня.

— Следствие разберется! — оборвал его Рой. — Личины у вас заказал тот же человек, который купил кинжал?

— Нет. Каждый раз это были разные люди. Но думаю... они связаны.

— Вы можете назвать их имена?

— Нет. Они сохраняли анонимность. По понятным причинам.

— И вы не боялись, что вас подставят?

— Боялся. Но у меня не было выбора. Это... опасные люди — я уверен. И с ними не стоило спорить.

Рой сделал паузу, внимательно разглядывая лицо дворфита, а затем продолжил:

— Вы сможете их опознать?

— Если увижу — думаю, смогу.

— Есть еще что-то, что вы можете сообщить следствию?

— За изготовленными личинами должны были прийти через четыре дня. Но…

Комиссар иронично покачал головой. И Лестер понимал его скепсис: после того шума, что поднялся в Артефакторном районе, после того, как всю лавку часовщика сверху до низу обыскала полиция, никто за личинами не придет. Заказчик наверняка уже в курсе и не станет подставляться.

— Что ж. Вы остаетесь под стражей до выяснения всех обстоятельств и до суда. Уведите! — гаркнул Рой констеблям, которые ожидали за дверью.

Тергатака увели в камеру, а комиссар скоро пришел за Лестером.

— Ну что, ты доволен? — спросил он, провожая его обратно в свой кабинет.

— Ни капли. Он не сказал ничего полезного. Но кое-что можно проверить...

Лестер уже отметил несколько догадок, которые посетили его, пока он ждал возвращения Роя.

— Так, стой! — подбил тот его мысль на взлете. — Это дело полиции, и я запрещаю тебе лезть вследствие своими драконьими лапами!

Захотелось отвесить ему хорошую затрещину за наглость и повелительный тон, которого Лестер не терпел.

— Ты не отец мне, чтобы запрещать! И даже он однажды утратил это право. Так что. если я додумаюсь до чего-то интересного — сообщу.

Он кивнул Рою напоследок и пошел прочь.

— Тер! — окликнул тот его. — Я говорю, не лезь!

— Иначе что?

Комиссар только вздохнул, не найдя достойных контраргументов.

Постоянно обдумывая полученную от дворфита скудную информацию, Лестер вернулся в контору, куда с утра только нос успел сунуть. Риара проводила его пристальным взглядом, но не сообщила ни одной новости — это хорошо.

Лестер тяжело опустился в глубокое кожаное кресло за столом и оглядел заваленный бумагами, письмами, газетами стол. Нужно срочно все разобрать! С вечными разъездами последних дней ему и присесть толком было некогда.

Взгляд зацепился за стопку заказанных из библиотеки книг по типам магии, где можно было найти их подробное описание. Когда он попросил Рону доставить их? Уже и сам забыл. И, конечно же, еще не открывал.

Наверное, самое время. Потому что, чем больше он знакомился с магией Клэр, тем больше путался в ее оценке. Что она такое — дар или наказание? Спасение или опасность для всех, кто с ней столкнется?

Лестер взял лежащую сверху толстую книгу и принялся листать с самого начала. Классические виды магии он пролистал — и так изучил их вдоль и поперек, когда один за другим менял соперников на ринге. Они вряд ли чем-то смогут его удивить.

Далее следовали более редкие, смешанные типы — но и в их описании не нашлось ничего похожего на способности Клэр.

Большой раздел был посвящен ведьмакам — как отдельному типу магов, не относящихся к урожденным. Тут могли поджидать какие-то сюрпризы. Ведь каждый ведьмак сам «выращивает» свои умения, подгоняя их под личные потребности и цели.

Вот только по поведению Клэр нельзя было сказать, что свои способности она намеренно развила сама. Обычно ведьмаки кичатся своей магией и не забывают лишний раз напомнить всем о том, чего им стоило этого добиться — ведь от рождения они не наделены силой, как древнейшие расы. Этим в свое время страдал даже Рой Нэллад.

Да и глаза необычных оттенков всегда выдают тех, кто преобразовал энергию своего тела в магическую. Так что ведьмаки тоже не подходят.

Лестер отвлекся только на то, чтобы выпить чашку кофе, который принесла Риара — и вновь вернулся к книге.

Следующая глава начинала целый раздел о различных отклонениях от обычных видов магических сил. Вот тут-то пришлось вникать гораздо внимательнее. Правда, Лестер сразу понял, что патологические нарушения не совсем подходят случаю Клэр. Однако прочитал все.

«Редкие и исчезнувшие виды» — гласил следующий раздел.

Лестер вздохнул, глядя в потолок. Похоже, поиски в этой книге не дадут ровным счетом никаких результатов. Возможно, у Клэр и правда какое-то редкое, неизученное нарушение контура. И оно требует отдельного исследования. А он тратит время на давным-давно всем известные факты. Даже скулы от скуки сводит.

Но хотя бы с этой книгой стоит разобраться до конца.

Лестер без интереса продолжил листать дальше. И поначалу ничто не показалось ему достаточно занимательным, пока он не наткнулся на «опасные» виды магических смешений.

«Сакарды, — рассказывалось в одной из глав, — порождение смешанных браков между ведьмаками и обычными людьми. Большинство таких союзов не приводит к рождению наделенных магией детей. Другие — и это, видимо, обусловлено способностями ведьмаков — приводят к тому, что сила отпрысков принимает причудливые и опасные формы...

Долгие годы после того, как люди научились «приручать» природные магические силы, проявления отклонений у детей не было настолько ярким, чтобы обращать на него пристальное внимание. Первые случаи преступного применения искаженной энергии начали происходить около двух сотен лет назад.

Сакарды, не имея собственного выраженного типа умений, обладали возможностью поглощать чужую силу, подобно мифическим вампирам. В случае взаимодействия с древнейшими расами их энергия некоторым образом копировала полученную — и сакард временно мог применять ранее недоступные ему способности. В случае же контакта с обычным человеком, маг такого типа попросту поглощал его жизненные силы, что порой приводило к фатальным последствиям...»

— Мистер Этелхард! — голос Риары резко вклинился в монотонное звучание слов в голове. — К вам Джосс. Сказать ему, чтобы он вас не отвлекал?

— Пусть войдет! — рассеянно ответил Лестер.

Мысли сосредоточились исключительно вокруг новых сведений о «вымершем» типе магов. Такой ли он вымерший? И что вообще могло привести их к такому итогу?

— Я победил! — Джосс влетел в кабинет так стремительно, будто кто-то толкнул его в спину. — Победил, слышите?

Лестер поднял на него взгляд. Мальчишка выглядел совершенно счастливым и гордым.

— Слышу-слышу. А кого ты победил, собственно? Только не говори, что тренера. Иначе я буду вынужден считать, что тот поддавался.

Ликанит сразу надулся и плюхнулся в кресло напротив.

— Не тренера, конечно, но Рихса победил.

Лестеру понадобилось лишнее мгновение, чтобы вспомнить, кто это. В младшей лиге бойцы меняются чуть чаще, чем в старших. Отбор проходят далеко не все. Но если кому-то удается закрепиться, его почти наверняка ждет успех.

— Рихс сильный боец. Кстати, хорошо, что ты выбрал подобного тебе. На таких лучше всего изучать тактику правильного боя. И подмечать для себя полезные приемы, — Лестер вложил в книгу закладку и отодвинул ее в сторону. — И как же ты его победил?

— Как? Да на обе лопатки! — Джосс изобразил воображаемый прием.

Затем вдруг вскочил с места и сделал круг по кабинету, рассказывая, какие использовал уловки и как подловил более сильного бойца, чтобы одолеть его. Повествование вышло сумбурным — Лестеру так и не удалось четко понять, как ликанит провернул такое непростое дело. А может, просто не мог сосредоточиться на подробностях.

И вообще — странное перевозбуждение Джосса показалось ему подозрительным.

— Ну-ка, подойди сюда! — велел он мальчишке.

Тот сразу притих и приблизился. Остановился на расстоянии вытянутой руки, непонимающе хмуря брови.

— Что не так-то, мистер Этелхард? Рихс не поддавался, честно!

— Наклонись!

Джосс подался вперед. Лестер схватил его лицо в ладони и внимательно пригляделся. Да, парень сейчас полон восторга и поэтому вертится волчком, не зная, как спокойнее выразить свою радость. Но в целом ничего в нем не выдавало особой «ненормальности». Вполне обычная реакция подростка на внезапный успех.

Но почему-то Лестер не мог разделить удовлетворение его победой. Как бы она не вскружила ему голову раньше времени.

— Ты точно не хитрил? — все же уточнил он.

— Да что вы, мистер Этелхард! — возмутился Джосс. — Я же понимаю все.

— Ладно. Я поверю тебе. Но если узнаю, что с тобой что-то нечисто, тебе будет худо, понял?

— Чего ж не понять. — парень шмыгнул носом.

— Ну раз ты такой понятливый, у меня для тебя будет небольшое, но ответственное задание. Вся надежда на то, что ты окажешься достаточно милым и вежливым.

— Милым? — ликанит хмыкнул. — А что надо-то?

— Поедешь к уже знакомой тебе мисс и пригласишь ее на встречу. От моего имени.

Клэр

— Ну что ж, мистер Карнаги, — я встала из-за стола и с удовлетворением окинула взглядом лист только что подписанного договора. — Надеюсь, наше с вами сотрудничество выйдет очень продуктивным и успешным.

— Я в этом даже не сомневаюсь, — Зинаут аккуратно сложил свои экземпляры в папку. — Я уже присмотрел пару умелых швей себе и вам в помощь. Если вы не против, они выйдут на работу уже на следующей неделе. Пока же мы с вами займемся отбором нужных эскизов, которые отошьем первыми.

— Не забывайте про уроки. Я хочу сама научиться всей технологии.

Мастер ласково и чуть снисходительно взглянул на меня.

— В иных условиях я сказал бы, что вам это совсем не нужно. Но, как человек, который и сам учился долгие годы, только рад вашей тяге к знаниям.

— Хочется наверстать упущенное, — я улыбнулась.

После короткого стука в дверь в кабинет мастера заглянула Рона, которая все это время ждала меня в торговом зале.

— Вас тут спрашивают, мисс. Какой-то молодой человек...

Она не успела еще договорить, как за ее спиной возник мальчишка-ликанит, за которого заступился Лестер Этелхард на борту «Нертала».

— Джосс, верно? — уточнила я.

— Верно, мисс! — радостно отозвался тот. — Мне бы вас всего-то на пару слов! Очень важно!

— Мы закончили, мистер Карнаги? — я повернулась к мастеру.

— Вполне! Жду вас завтра, — Зинаут шутливо погрозил мне пальцем.

Я распрощалась с ним и вышла в зал. В оэидании Джосс переминался возле стойки с манекеном, плечи которого были покрыты тончайшим шелковым палантином. Парень задумчиво изучал узор на ткани, а Рона пристально наблюдала за ним, сидя на диванчике в затененном углу.

— Джосс! — окликнула я ликанита.

Парень вздрогнул, словно успел обо мне позабыть, неловко развернулся и зацепил манекен плечом. Тот покачнулся и, взмахнув краями палантина, рухнул прямо ему на голову. Благо он был обтянут мягкой тканью, поэтому, несмотря на его солидный вес, мальчишке сильно не досталось.

— Вот же увалень! — в сердцах воскликнул Зинаут, который успел застать момент падения манекена. — Таких вообще нельзя пускать в магазин с изящными и хрупкими товарами.

— Не ворчите! — заступилась я за сконфуженно потирающего ушибленный затылок Джосса. — Ничего страшного не случилось. Рона, пойдем.

Мы вышли на улицу, и мастер перевернул табличку на двери с «закрыто» на «открыто».

— Что случилось, Джосс? — спросила я по пути к повозке.

— Мистер Этелхард просит приехать к нему в контору, — бодро доложил мальчишка.

— Я — к нему в контору? Даже так! — я повернулась к Роне. — Представляешь?

Камеристка только пожала плечами. Она не была бы против, переедь я прямиком в дом саркана на всю жизнь. После именин Армэля Брорнареда она все уши мне прожужжала, насколько Лестер хорош, как обходителен и, конечно же, красив. А как смотрит на меня — да любая женщина была бы рада оказаться на моем месте.

Как будто много смыслит в мужских взглядах! Сама-то еще в девицах ходит.

— Думаю, мы можем заехать по дороге домой, — осторожно предложила она.

— Ты считаешь, мне в конторе мистера Этелхарда самое место?

— Но никто не узнает.

Джосс рьяно закивал.

— Никто, мисс! Я точно никому не скажу! Босс очень хотел вас увидеть. Он хочет поговорить с вами о чем-то важном.

— Босс... — я хмыкнула.

Кто же вы, Лестер? С одной стороны — утонченный аристократ, мечта светских львиц, о которой они не говорят вслух. С другой — кумир парней, которых вытащил из грязи навстречу лучшей жизни.

— Поедемте, мисс! — взмолился ликанит. — Не приедете, мне босс... то есть мистер Этелхард, голову открутит!

Пришлось соглашаться — вдруг дело и правда серьезное?

— Конечно, я не могу позволить, чтобы тебе открутили голову. Но если это уловка...

Джосс довольно улыбнулся, прекрасно понимая, что мне нечем ему угрожать.

Сюда он добрался на кэбе, а потому в сторону конторы Этелхарда мы поехали в моем экипаже. Оказалось, саркан совсем не экономил на обустройстве своего рабочего места. Его «контора» занимала солидный дом почти в самом центре Кальна. На подходе к крыльцу я заметила два броских баннера, которые гласили, что со дня на день начнутся первые бои Сезона. Билеты можно приобрести в кассах по всему городу. А самые лучшие места — прямо тут.

Внизу располагались те самые кассы, откуда продавали билеты в самые дорогие ложи Арены. Пока они были закрыты — шла подготовка.

— Потом тут будут принимать ставки, — на ходу пояснил Джосс, хоть я и не спрашивала. — Когда будет известен список участников.

— Ты тоже выйдешь на ринг?

— Нет. Мне еще рано, — с явным сожалением ответил ликанит.

Мы поднялись на второй этаж. Там, в приемной, нас встретила строгого вида секретарь-эльфита. Она оглядела меня так придирчиво, будто отбирала гувернантку для дорогого сыночка — не меньше.

Лестер ждал меня внутри. Я вошла и поняла, что до его стола еще шагать и шагать — настолько кабинет просторный. Похоже, саркан не приемлет стеснения своей свободы, в чем бы оно не заключалось.

— Зачем вы хотели меня видеть? — осведомилась я издалека, медленно ступая по полированному паркету. — Вы разучились писать? Я все же настаиваю на продолжении общения посредством писем. После того, что вы устроили в доме Брорнареда, мне с вами лучше вообще не встречаться.

Лестер повернулся ко мне всем корпусом и облокотился о массивный стол, на котором царил педантичный порядок.

— Вы сами-то в это верите? — он небрежно поправил распахнутый ворот рубашки. Шейный платок был небрежно откинут на спинку его кресла. — Вам не надоело следовать привычным заветам матери, тетушки и всех, кто когда-то сказал вам, что дышать с такими, как я, одним воздухом вредно? Как будто вы сразу превратитесь в распутную девицу, которую ни один приличный мужчина не возьмет замуж!

Признаться, я немного растерялась от колкого напора, с которым он ответил мне. В его тоне чувствовалась необъяснимая досада. Может быть, даже злость.

Лестер взял в руку увесистую книгу, которая лежала рядом, и поднял ее, демонстрируя обложку. Я присела в широкое кресло напротив и пригляделась к названию. И что он хочет этим сказать?!

— Вы ходите в библиотеку? Прекрасно. Это добавляет вам несколько потерянных очков.

Лестер оценил иронию — судя по тому, как на миг приподнялся уголок его рта — но снова посерьезнел.

— Мне кажется, я окончательно понял, что вы скрываете, Клэр. И, признаться, поражен.

Горло стянуло душным спазмом. Одно дело — его догадки, против которых мне всегда было что сказать. Другое — такая ледяная уверенность, будто за дверью уже стоят констебли, которые готовы немедленно взять меня под стражу.

— И что же я скрываю?

— Я не стану пересказывать вам то, что вы и без меня давно знаете о себе, а значит, и о сакардах, — Лестер вновь положил книгу на стол. — Но теперь я понимаю, чего вы боитесь. Если верить выдержкам из хроник, таких, как вы, уничтожали за любой проступок. Истребляли веками, чтобы искоренить любые возможные отклонения в будущем. Ведьмаков, от которых рождались сакарды, лишали магии. Ваш отец ведьмак? Я ничего об этом не слышал.

Все, что сказал Лестер, настолько оглушило меня, что осталось лишь спокойно смириться с этим.

— Нет, — я покачала головой. — Но прадед по его линии был ведьмаком.

— Значит, отклонения выявились через два поколения. Интересно, почему. — Лестер покусал губу. — Ваши родители знают?

— Нет. Может, это не написано в вашей книге, но магия сакардов не действует на тех, кто родственен им по крови. Я не говорила им.

— Почему?

— Мне было страшно. Я знаю, что происходило с теми, кто «породил» сакардов. И не хочу, чтобы их это коснулось.

— Что ж, это ваше право, — согласился Лестер. — Впрочем, важно сейчас не это, Клэр, а то, что вы в опасности еще большей, чем я считал раньше. И я хочу, чтобы вы выслушали меня. У меня есть к вам предложение.

— И что вы можете мне предложить? — я почувствовала, как начинаю злиться. — Шантаж? Вы никому не расскажете, о чем догадались, благодаря своей наглости и напору, а я сделаю нечто вам выгодное?

Лестер нахмурился, как будто я чем-то его обидела.

— Кажется, раньше я ни разу не дал повода подумать, что могу перед кем- то вас раскрыть.

— Я не знаю вас, мистер Этелхард. Что-то подсказывает мне, что все это, все ваши манеры, уловки и услуги, это ширма, за которой кроется то, что вы сами предпочитаете не открывать посторонним. Так что я не знаю, чего от вас ждать. Может, и шантажа.

— Нет, я не собираюсь вас шантажировать! — вспылил саркан. — Я только хочу, чтобы вы доверились мне. Это деловое предложение, можно сказать. Вы поможете мне обрести дракона и получить доступ в дом Армэля Брорнареда. А я, в свою очередь, помогу вам разобраться с вашей магией. Понять, что с этим можно сделать. Совершенно конфиденциально, разумеется.

— Единственное, что я хочу сделать со своей магией, это избавиться от нее! — голос сам сорвался в резкий выкрик. — Совсем. Проснуться утром и ощутить себя обычным человеком. Вам не понять. Ведь вы, наоборот, хотите преувеличить свою исключительность. И к тому же пытаетесь втянуть меня в какую-то аферу!

— Клэр! Вам не нужно избавляться от этого! Столько лет все боялись магии сакардов, но никто не пытался узнать, как можно применить ее во благо! — Лестер подался вперед — и я порадовалась, что нас разделяет стол.

Он хоть немного ограждал меня от сокрушительной притягательности саркана. Уродился же он таким на мою голову!

— Говорю же, вам не понять, — я встала. — То, что вы, может быть, чувствовали, когда касались меня, это только крошечная часть всей пропасти, в которой я живу с самого детства. Вы не представляете себе, сколько кругов страха и осознания я прошла.

— Я хочу узнать, Клэр... — саркан поднялся с места тоже. И направился ко мне.

— Не подходите! — я выставила вперед руку. — Вами движет любопытство и надежда. Но вы, наверное, не заметили, что и ваша магия для меня опасна? Вы замечаете только то, что касается вас лично. Но нам лучше оставаться на расстоянии друг от друга. Я хочу жить. Вам же выгодно сохранить мои силы, чтобы использовать их себе во благо. Видите? У нас разные цели, и они никогда не сойдутся.

Лестер замер на полушаге.

— Клэр, я хочу быть рядом. Я чувствую, что должен быть рядом с вами. С первого дня, как встретил вас.

— Оставьте ваши романтические бредни для девушек, которые хотят их слушать. Мы уже выяснили, что я не настолько наивна, чтобы не видеть второе дно всех ваших действий, — я перевела дух, собираясь с мыслями. — Вы даже в дом Брорнареда приехали не ради меня, а ради своих целей — я была только поводом попасть в Квиткост. Кому-то нужны мои деньги. Кому-то моя магия. Кому-то высшее общество и признание. И никому нет дела до того, что нужно мне!

— Жаль, что вы так считаете.

Я кожей ощущала напряжение, которое разрасталось вокруг Лестера, словно купол. Как будто он хотел рвануться вперед, сломить с трудом выстроенную мной защиту, подмять под себя — но сдерживался. И это стоило ему огромных усилий.

— Если вам будет, что обсудить со мной касательно поисков того, кто меня ранил, пишите письма, — глухо проговорила я. — Всего доброго, мистер Этелхард.

Повернулась и вышла из кабинета.

Казалось бы, то, что узнал Лестер, должно было встревожить меня сильнее. Но я чувствовала себя совершенно спокойной. Как будто обледенела изнутри. В голове стоял шум. Все действия Этелхарда сошлись к одному логическому центру — в котором был он сам. Если бы он предложил найти способ избавить меня от опасной силы, я доверилась бы. Но ему нужно иное.

Рона словно чувствовала, в каком состоянии я нахожусь, и не вмешивалась в течение моих мыслей.

Прежде чем войти в дом тетушки, пришлось взять себя в руки и принять самый благожелательный вид — чтобы ни у кого и мысли не возникло о том, какая буря ворочается сейчас внутри меня на самом деле.

Аделла встретила меня почти у самой двери. На ее губах играла загадочная улыбка.

— У меня для тебя хорошая новость! — выпалила она и протянула мне запечатанный конверт экспресс-почты.

— Что это?

— Это значит, что в Кальн едут твои родители, дорогая!

Еще одна новость, которую не знаешь, как расценивать.

— Но как? Зачем? Ведь они не собирались сюда так скоро!

— Просто они не ожидали, что ты так быстро освоишься, — тетушка насторожилась. — Впрочем, все прочитаешь в письме. Наверняка, там они все объяснили.

Я поднялась к себе в комнату и распечатала конверт. Письмо оказалось довольно скупым. В нем почерком матушки было написано о том, что они и правда прибудут в Кальн со дня на день. Отец задумал грандиозное дело и подготовил роскошный проект. Но поездка состоялась бы гораздо позже, если бы не письмо Армэля Брорнареда, который искренне и страстно желает с ними познакомиться. И более того — обсудить с ними важный вопрос, который касается нас обоих и нашего будущего.

— Что?! — воскликнула я на всю комнату. — Кто-то объяснит мне, что тут происходит?

Но, естественно, никто мне не ответил. Только Муссон, который сидел рядом со мной на диване и внимательно наблюдал, сочувственно проскулил. Примерно то же самое хотелось сделать сейчас и мне.

Конец первой части.

Content

Счастная Елена Поймать наследницу, или Билет в высший свет

Елена Счастная Поймать наследницу, или Билет в высший свет

Глава 1

Глава 2

Глава 3 Лестер Этелхард

Клэр

Глава 4

Лестер Этелхард

Глава 5 Клэр

Лестер Этелхард

Глава 6 Клэр

Лестер Этелхард

Глава 7 Клэр

Глава 8

Лестер Этелхард

Глава 9 Клэр

Лестер Этелхард

Глава 10

Лестер Этелхард

Глава 11 Клэр

Лестер Этелхард

Глава 12 Клэр

Глава 13

Глава 14 Лестер Этелхард

Клэр

Глава 15

Лестер Этелхард

Глава 16 Клэр

Лестер Этелхард

Глава 17 Клэр

Глава 18

Лестер Этелхард

Глава 19 Лестер Этелхард

Клэр