Семеркин Сергей Владимирович

Оргазм длиною в жизнь

Антохе, который к этому рассказу не только руку приложил

Ты-дыщ, ты-дыщ – колеса метропоезда привычно обтесывают стыки рельс. Длинная сосиска вагонов с пассажирами переместились из света в темноту и снова вернулись в пелену искусственного освещения. Моя остановка. Выхожу. По тоннелю шлепают недобродушные пингвины, несколько сот метров бок о бок переваливаются с лапы на лапу в плотной колонне и шипят на соседей или просто раскрывают клювы: "не подходи, зашибу". Москвичи и не москвичи, белые и чёрные, мужчины и женщины, молодые и пожилые, бедные и не такие уж безденежные. Пожалуй, в мире нет примера большей противоположности, чем две особи: обыкновенный мужчина и обыкновенная женщина. Я не знаю, о чем думает барышня, которая потеет в толпе рядом со мной, возможно о государственной программе "Доступное и комфортное жилье" или о том, что потолок в спальне надо красить в розовый цвет, а я думаю о простом. Про то, что этот туннель – заветный пропуск в рай для террористов. Дернул за колечко – и ты на небесах с гуриями, а десятки твоих жертв – вширк – и прямиком отправляются в ад для не-право-верных. Нет, ребята и девчата, на рай нам нечего рассчитывать, потому что кто же сейчас соблюдает заповеди или хотя бы любит ближнего своего как самого себя? Потрахаться-то и то не всегда выходит с ближней, в лучшем случае – со второй половинкой, в худшем – с её жалким подобием. Мне бы книжки писать, а я охранником работаю. Но только не сегодня. Сегодня – выходной и баня! С этой светлой мыслью я и поднялся на поверхность города победившего гламура.

В Москве после изнуряющей жары установилась холодная погода. Сильные ливни заставляли местный и не очень местный люд прятаться под зонты, крыши и прочие передвижные и не очень укрытия. От подобных непорядков в хлябях небесных мы сначала хотели затариться в баню, такую баню, что там даже сауна есть, если вы понимаете, на какой род заведений я намекаю. Но что-то не срослось у Игорёни и Машки, нас осталось четверо, а на четверых снимать всю баню выходило дороговато. Дороговато для тех, кто не имеет доступ в закрома Родины. Посему остановились на версии квартирная пьянка.

До того, как пришли барышни и после того, как пришли мы, делать особо было нечего. Поэтому включили дуроскоп, когда он раскалился до состояния голубого экрана, на нем стали транслировать последствия урагана в одной российской деревне (небольшая такая деревенька под миллион жителей) и мы с Антохой заспорили. Мы с ним очень разные и наши суждения не совпадают в ста случаев из ста. Да это и понятно: он – самая большая телезвезда из тех, кого я знаю лично, а знаю я лишь одну телезвезду, впрочем, Антона редко показывают в новостях, он эти… стендапы не любит писать, так что выходит – мой друг и не особо "крупнокалиберный телезвездун"; а я простой – без надежды на повышения статуса – охранник в ночном клубе "Жа-Ра". Правда, я в такие дали ходил, куда Антоху родная телекомпания никогда не пошлёт. Но если я начну про горячие точки вещать, то это заведет нас совсем далеко в сторону от красного лазерного прицела моего повествования…

– Ураганы – это последствия ядерных испытаний и парникового эффекта. Я тебе давно говорил, переходи на шариковые дезодоранты, а ты всё пшикаешь, уменьшаешь озоновый слой! – поддел я друга и жестом изобразил как именно он пшыкает у себя под мышками.

– Не люблю шариковые! От них рак мозга… – тем же тоном, каким я вещал на счет парникового эффекта, заявил Антоха и поправил очки (интеллигенция, однако), – а ураганы в наших селах и весях оттого, что народ многие десятилетия втайне от происков партии и правительства хотел жить как в Америке, – ну это он завелся, щас разовьет телегу, я решил смазать поток информации пивом и открыл пальцами бутылочку тёмного "Козла". Тут следует заметить, что у данной марки пива пробки на бутылках не отвинчиваются и мало кто их без помощи открывалки так ловко дефлорирует пальчиками. У нас было и светлое пиво той же марки, чтобы можно было «поженить» светлых и тёмных козлов.

– … только люди-то чего хотели? Видики, автомобили круче чем "Волга", "Кока-колу" до пуза, рок-н-ролл от заката до рассвета вкупе со свободным сексом, которого в СССР хоть и не было, но дети рождались, между прочим, много лучше, чем сейчас. Но это я отвлекся… А что получили из списка? Если брать по-крупному и не рассматривать колбасу и видики, то только гребаную штатовскую погоду с их торнадами и тайфунами! И никакой демократии, сменяемости власти, независимых судов или не дай Боже федерализма! От свободы слова одна пропаганда осталась. Бойтесь не своих желаний, а нюансов их исполнения…

Следующим сюжетом в новостях шла бодрая реляции о победах нашей доблестной армии в Сирии. Мне эта тема нравилась, террористов надо мочить в любых сортирах, а Антоха не одобрял поддержку режима Асада со стороны ВКС (воздушно-космические силы, пишите правильно!) режима Путина.

– Переключи! – поморщился друг. Я переключил на рекламу прокладок, потом на рекламу жвачек и остановился на рекламе нового «Мерседеса» Е класса, но и она быстро сменилась рекламой прокладок, видимо, за их показ в эфире платили больше. Антоха употребил пивка и его понесло на вечные темы:

– Не помню, кто из наших сказал очень метко: "Англия гадит", не могут шпагой переломить нашу дубину, вот и гадят по маленькому… – при всей своей либеральности друг не любил, когда нападают на Родину. Пусть даже это делали «отцы современной демократии». Настоящие то отцы – в Греции, но кто ж их помнит сейчас?

– Предлагаешь ввести ограниченный контингент на Пикадилли? – я тоже глотнул пива, хорошо так глотнул, глоток до дна бутылки добрался, – А я не одобряю десант на Альбион, там Биг-бен, мильон геев и туманы. Лучше присоединить к нам Мальдивские или Канарские острова, а то в нашем Крыму не всегда тепло…

– Тебе всегда хочется чего-нибудь аннексировать…

Но тут пришли барышни и вечные темы мы надолго заставили в чулан к скелетам. Да, вечерок по всем прикидкам должен был нарисоваться веселым. Кто ж мог предположить, что он сильно изменит и мою жизнь, и жизнь многих мужчин и женщин внутри и снаружи Садового кольца?

Спиртного взяли немного, ибо секс и рок-н-ролл привлекали нас сильнее бухла, точнее секс, ибо музыка шла по второму разряду фоновых эффектов. Антон притараканил с работы флешку, сказал, что это настоящая бомба. В свое время он "щеголял" раритетом – полной версией того, как Ельцин дирижировал оркестром на параде в Германии. Запись была убойной, но оставляла после просмотра тяжёлый осадок. Сначала все держались за животики, видя как президент ядерной державы Борис Николаевич Ельцин сильно подшофе размахивает дирижерской палочкой… позже смех переходил в редкое хихиканье, которое перерастало в общую подавленность. Становилось не смешно, становилось грустно. Возникало мысли: и это наш президент? Наш президент. Какие мы сами, такой и президент. Алкаши, в общем… Хотя не все, вот Ельцин передал скипетр Путину, а тот ведёт здоровый образ жизни и не спрашивает, за кого голосуем мы.

– Надеюсь, не такая жалостливая, как про Ельцина? – поинтересовался я у Антона, и, не сходя с места, открыл тем же проверенным способом (пальчиками) ещё одну бутылочку "Козла".

– Неа, тут полный угар. Начальник читает письмо народу. Адский сАтАнА! – Антон перешел на интернет-жаргон или как там искривленный русский язык зовется на просторах всемирной сети трех перевернутых "М".

– Путин жжот? – взвилась одна бровь у Марины, а брови у неё, нет, когда девушка друга местами нравится больше, чем своя… тут гусаром лучше помолчать.

– Никак нет, сударыня, один из региональных лидеров. Сейчас сами всё увидите.

И мы увидели. Невысокий мужик за трибуной зачитывал доброе и вечное. Месседж излагал простой: "много сделали, но многое ещё предстоит сделать", я подобный пафос перевариваю плохо (это у меня с армии пошло, до службы я его как-то не особо замечал), поэтому добавил к происходящему чуток отсебятины лирического плана: "ещё не всех дураков в правительстве извели, не все автобаны до загородных дворцов проложили".

– Скоро что ли коры начнутся? – отхлебнув охлажденного пива "Карлсберг", спросила вторая половина, в этот отрезок моей холостой жизни вторую половину звали Ксюша. Про таких знойных барышень в народе говорят так: волос длинный, да юбка короткая.

– Сейчас, следите внимательно! – подогрел интригу Антон, он явно сдерживал начинавший рождаться в его утробе хохотунчик.

Все отхлебнули пивасика – Антон предпочитал "Бад", Марина – "Миллер", я – откупорил очередного "Козла" – пошуршали кто чипсами, кто креветками, кто рыбкой мелкой, и дружно вперились в плазменный экран. Начальник читал очередной абзац речи, написанной грамотными помощниками (отдадим им должное) и вдруг… дверь за трибуной отворилась и из неё выплыла аутентичная фигура в тёмно-синем халате и аляповатой косынке с ярким узором. Фиолетовый призрак так и не грянувшей революции совершенно не смутился присутствию в зале начальника и компании «слуг народа» рангом помельче. Понаехали тут! Уборщица или вахтерша или ротмистр вешалки или фиолетовая птица-несчастье торжественно несла в руках пластмассовый электрический чайник, который в свои лучшие времена имел белый прикид, но теперь заматерел и посерел от жизненных перипетий и чаепитий. Уборщица транспортировала чайник осторожно – для неё сосуд с кипятком шёл по приоритетной категории важности, а остальное шло дремучим лесом!

– Што это? – обернулся на хлопанье двери мужик за трибуной и несколько даже съёжился.

Мы рухнули. Благо наши задницы подпирали мягкие кресла и падать пришлось неглубоко. Изображение на экране смазалось, но через секунду стало резким. Никто из охраны не остановил уборщицу или ключницу. Так в обнимку с чайником женщина бальзаковского возраста и дошла себе спокойно до выхода из зала, провожаемая объективами камер (не всех телекомпаний, большинство операторов строго ловили в фокус своих камер начальника, но есть ещё полусвободные журналисты и в провинции – и мы смотрели материал, снятый, видимо, не государственным телеканалом). Фиолетовое пятно удалилось в зону нерезкости – чихать она хотела на послание! Начальник сделал каменное лицо и свел брови в суровую линию. Шушуканье в зале затихло. И читка речи продолжилась, как ни в чем не бывало.

После окончания записи мы долго ещё заражали друг друга смешариками и наше веселье вновь и вновь вспыхивало, наконец, устав держаться за животики, мы утерли слёзы от массированной дозы смеходреналина и даже чокнулись пивом "за искусство".

– Коллеги с местного тэвэ прислали, – объяснил Антон канал поставки видео. – Вроде, эту уборщицу зовут Фора.

– Странное имя какое-то… – задумалась Марина, она даже очень не блондинка и ей реально есть чем думать.

– Стоп, так мы же в квартире Форы пьём!

Любопытство оторвало меня от дивана и прелестей Ксюши, и я ринулся к стационарному телефону. Там на клейкой бумажке, приклеенной к зеркалу, записан номер, по которому надо было звонить "если что". Точно рядом с номером сотового выведено странное женское имя Фора. Афродита… Эвридика… Эврика! О, нашёл! Правда, Фору мы никогда не видели, сначала за деньгами приходил её племяш, а потом мы и вовсе перешли на электронные платежи.

И тут пару слов про нас с Антохой. Мы не геи, но живем вместе уже много лет, далеко не каждый брак по расчету длится дольше. Почему? Так исторически сложилось. Мы временно сняли жилье и… вот уже больше двух пятилеток так и живём «тугэзе», хотя много раз каждый из нас мог взять ипотеку или жениться на барышне с квартирой…

– Дима, пиво нагревается, пока ты бегаешь, – позлорадствовал моим изысканиям Антон. – И тем более эта квартира уже не принадлежит Форе, она её продала, чтобы купить второй лингам.

– Кого? – не поняли девушки. Не понял и я, хотя кое-что читал про все эти древние эротические дела.

– Ну, это вроде искусственного члена на батарейках. Только круче. Гарантирует оргазм длиною в жизнь. В настоящее время к нашему камельку неуклонно приближается Динка. Она клятвенно обещала вас, барышни, ввести во все лингамные тонкости, – Антоха сделал загадочное лицо, мол, сейчас-сейчас главная женская тайна будет раскрыта.

И действительно скоро мелодичная трель (это слова Антохи, я звонок звонка называю просто звонком) известил о госте, точнее о гостье. Динка выглядела так, как будто внутри неё сияло маленькое солнце. Она с места в карьер начала вещать о реально сказочном оргазме… и сразу зашла с козырей, то бишь показала лингам. Небольшой такой серебристый конус. Видали мы лингамы и побольше. Однако Динка так напористо возносила его прелести, что девчонки тоже загорелись и стали ковать вопросы один за другим: "А почему серебряный… а он действительно… а как это работает…" – Слов явно было недостаточно, чтобы осушить это вопросительное море, нужна апробация лингама в деле. То, что случилось дальше и изменило нашу жизнь. Даже и не знаю, в какую сторону…

Динка зарядила ажиотажем предстоящего действа всех, особенно девчонок, да и нас с Антоном. Хотя мы с ним навидались такого, что здоровым цинизмом обладали оба, и его действие распространялось в том числе и на эротические моменты жизни. Ну что мы не знаем, как эрегированным членом в живого человека тыкать? Да все знают. А у кого под рукой живого члена нет… что ж и такое бывает, вот в таком пиковом случае люди и пользуют суррогаты. Однако флюиды – они же заразные, от них под противогаз не спрячешься, так что мало-помалу лингамная лихорадка накрыла и нас с Антохой. Сначала девчонки уединились в спальне. Потом Динка и Ксюша оттуда вышли, а Антоха зашёл. Минут двадцать такие охи-вздохи из спальни доносились, такая энергетика оттуда пёрла, что возбудились все, и я утащил Ксюшу в другую комнату. Динка осталась одна смотреть корочный фильм про Фору, но смеялась она или нет, нам было на уровне койки.

Дальше – больше! Как говорил наш прапор, чем дальше в лес, тем толще партизаны. К нам в комнату вбежала Динка, ничуть ни смущаясь моего присутствия, она ввела лингам в Клюшу и нажала кнопку, она на этой крохе имелась всего одна, так что промахнуться невозможно. И хотя мы только что неплохо погоняли моего нефритового слоника по пещере наслаждений (так, наверное, обычный трах-тибидох описывают в индийских опусах), но с лингамом такая феерия началась! Внешне железяка ничуть себя не проявила, она не вибрировала, не жужжала, не светилась, зато Ксюша… ей словно шпанскую мушку в святая святых закатили размером с птеродактиля, подруга часто-часто задышала, начала гладить себя, заговорила ни о чем, сплошные междометия: "о-о-о! м-м-м!" и так далее по возрастающей. "Воздействует на точку «джи», клитор, вагину и на всё остальное сразу", – пояснила Динка и подмигнула мне, мол, не тушуйся. А нам гусарам нужны ли команды к бою или адюльтеру? Пристроился я к Ксюше сзади, и отымел её во всю Камаринскую. Раньше она мне не давала анально, барышня смотрела на половую жизнь несколько консервативно, но тут – с лингамом – на мой анабасисный вход и выход (или у Ксенофонта только выход был? надо освежить первоисточники) даже не обратила внимания. Такие мультиоргазмы она ловила, что я даже обзавидовался. Хотя, грех жаловаться, эти минуты оказались лучшими в моей короткой и непутевой жизни с Ксюшей. И только глубоко в черепушке долдонила то ли мыслишка, то ли лоскутный фрагмент совести, который не вылетел из меня вместе со спермой: тебе придется за это расплачиваться. Но до совести ли нам, когда вокруг сплошной… лингам?

Что касается секса… есть скудоумные бумагомараки, которые его начинают расписывать: вот она ноги раздвинула, вот я тут сосок ущипнул, тут лизнул, а тут ввел… и так далее до мельчайших подробностей, включая, куда именно ударило семя. А я говорю: херня! Всё очень просто – сексом надо заниматься, а русский язык нужен для общения и чтобы можно было команду отдать, к примеру: "Рота, подъем!" Так что котлеты – отдельно, мухи – отдельно, и не надо добиваться их совместного фарша… это я к тому, что описания отдельных фрикций здесь не будет. У Хемингуэя помню в романе "По ком звонит колокол" старуха Пилар загипнотизировала молодуху Марию, как кобра завораживает своим взглядом птичку, и добилась ответа на вопрос: как у неё прошло с "инглишем" Робертом? Мария ответила коротко и ёмко: "Земля плыла". Два слово и всё понятно – насколько было хорошо двум влюбленным. Так вот у нас с Ксюшей земля плыла… точнее кровать плыла. Если бы я даже был упёртым маньякам и снимал свой секс на видео, то и тогда я не дотянулся бы до кнопки включения записи на своём смартфоне. Так что поясняющих картинок или метафор типа "стебелек-пестик" здесь не будет, а в случае жесткой эротической недостаточности могу направить на бесплатные порноресурсы. Dixi (на счет ненужности латыни – чуть ниже).

Когда сеанс "дас ист фантастишь-фантастишь!!!" закончился, и Ксюша пришла в себя, она стала судорожно давить на кнопку лингама для новой порции оргазмов, но железяка, похоже, не отвечала взаимностью.

– Больше одного раза в сутки нельзя, – пояснила Динка, непонятно откуда взявшаяся на нашем паруснике "Счастье". – Кстати, это так называемые гостевые сеансы с лингамом длятся по пятнадцать минут. Покупаешь свой и полчаса – м-м-м! – она закатила глаза.

– Дима, я хочу лингам! – взяла меня за волосатую грудь Ксюша.

– Дима, лучше купить, она теперь с тебя не слезет, – захихикала Динка и, забрав лингам, удалилась.

И действительно Ксюша теперь делала регулярно всё, что я просил и даже больше, и буквально высосала из меня лингам. Да я особо и не сопротивлялся. Только потянул время в стратегических целях. Ну, до этого мы хотели купить «пежошечку» (Peugeot 206 или 306). Кто-то скажет, что это не машина для настоящего джигита, но мне нравятся шустренькие крохотульки-пежо. И мне всё равно, как я буду выглядеть в ней. По мне так перемещаться по городскому асфальту со скоростью в потоке 20-30-40 километров в час на слонопотамах внедорожниках, особенно, если это гроб на колесиках типа «Хаммера» (а сейчас это делают не только мачисты, но и мачистки) – это верх кретинизма и потакание комплексу неполноценности. Мы все занимает всего одну скорлупку и раздувать гроб не получается даже у элиты, размеры стандартные, а если могила братская, то можно захоронить орешки и без скорлупок… хотя, если вездеход покупается для езды по настоящему внедорожью, благо у нас в России его хватает, то тогда совсем другое дело, и человечество не придумало внедорожника лучше, чем УАЗ-469. А если уж разобрать вопрос с тачками раз и навсегда, то у меня в гараже имеется "копейка" цвета воронова крыла. И тонировка соответствующая на всех окнах, за что я имел долгие и продолжительные беседы с продавцами полосатых палочек. Но когда я в тридцатый раз рассказывал, как наш десантный батальон штурмовал высоту N… сердца служивых людей ёкали и давали слабину, короче, за наглухо затонированные стекла на "копейке" я ни разу не заплатил штрафа. Ко всему прочему на болиде я лично установил антикрыло и спойлер, они не то чтобы придавали аэродинамики, скорее тормозили тупую торпеду. А вот скорости "единичке" добавляли форсированный движок и редуктор от "двойки", до 60 километров они разгоняли тачку так быстро, что колеса, как фрезы, снимали верхний слой асфальта и оставляли глотать гарь и лицезреть стопсигналы боевой "копейки" даже довольно крутые иномарки (но не спорткары), не способные догнать мой болид с синхронного старта на светофоре. Правда после шестидесяти машина больше гудела, чем набирала скорость и 80 км в час для неё был потолок. Так ведь для Москвы с её перманентными пробками, давно уже сросшимися в одну гипертрофированную пробищу, больше 80 и не нужно. А на трассу я выезжал редко, у меня нет дачи и посему никакая фазенда с шестью сотками мои трудовые рубли и не менее трудовые часы не поглощала.

Так, я же на позитиве, чего опять загоняюсь? Peugeot 206 или даже 306 захотел, да? Тоже мне олигарх недорезанный! После знакомства с прелестями лингама покупка четырехколесного болида даже не обсуждалась. Бакланили только о лингаме. У родичей я финансовой помощи не просил. Ежу понятно: на авто мне батя чуток лавандосов подбросил бы, а на лингам у предков не займешь. В банке менеджер прочухал, что деньги мне нужны совсем не на новые колеса (и где их только этому учат? на психо-тренингах что ли?), хотя в соответствующей графе я именно так обозначил цель займа. И такую хитрую рожу состряпал, мол, конечно, конечно, на автомобиль. Однако холодный и трезвый искусственный интеллект на службе у банка, пораскинув электронными мозгами, кредит одобрил.

"Ура!" – зацеловала меня Ксюша, когда нам объявили положительный вердикт.

Так я занял десять тысяч нерусских денежек у банкиров-капиталистов, и вся эта сумма ушла сквозь мои пальцы – одним махом! – на лингам. Теперь каждый вечер я имел Ксюшу как хотел, а она наслаждалась лингамом. Только вот, если взвесить на весах меня и лингам и просто лингам, то разницы почти никакой не обнаружилось бы. Для Ксюши. Был бы я гордый – выкинул эту железяку серебристую или расплющил молотком в серебряный блин. Но тут же каждый день такой трах, что раньше и не мечталось! И мой член заборол мою гордость. Медовый месяц продолжался два календарных. Даже свадьбу хотели сыграть, но дату объявлять не пришлось…

Первую тревожную красную ракету запустил Антоха, он всё никак не мог смириться с тем, что в сети не находилось путной информации о лингамах. Я его успокаивал, мол, народ и квантовую механику ни хрена не понимает…

– Дима, на квантовой механике деньги не делают, а на лингамах их лопатами кто-то гребёт. А инфа отсутствует! И мошенничества вокруг этой лингамщины не замечены. Странно… – он поправил очки и снова вперился в экран ноутбука, пытаясь разрешить загадку.

Но что странно для Антохи, то для меня и вовсе муть непонятная.

Касательно же свадьбы, то она не состоялась. В квартиру Форы – так мы неофициально прозвали наш траходром – явилась Динка… с двумя лингамами! Они были пристегнуты на поясе как револьверы в стильных таких кожаных кобурках, отделанных стразами Сваровски. Снова начался безудержный секс… только с одним нюансом. Девчонки зарядились двумя лингамами (одним своим и одним динкиным), а мы… что мы устроили групповуху, то есть поимели саму Динку чисто по пацановски: Антон сзади, я – спереди, а потом наоборот. Хорошо? Это только так кажется… Нет, иногда ты просто не можешь осознать картину в целом. Главное происходило не у нас, «скованных одним сексом» в цепь из трёх звеньев. Если один лингам – это "чума", то два лингама – это полная "чума". Наши барышни просто сошли с ума! Один момент я опущу… нет, пару моментов… Только вопрос возник и встал, как пик полного и окончательного линганизма: на второй конус удовольствия надо 40 – сорок! – тысяч нерусских рублей.

– А почему бы вам просто не меняться лингамами "ты – мне, я – тебе" и ловите кайф круглые сутки? – иногда мой котелок варит, а не только три-четыре раза в день поглощает пищу.

– Хренасе! Гостевым лингамом можно попользоваться только один раз, потом всё – доступ запрещен. Идентификация по а-волне, ну это вроде также четко как по дээнка, только быстрее и дешевле! Вот девчонки в прошлый раз пользовались моим первым лингамом в качестве гостевого, а сейчас – вторым. И третьего раза не будет. Если бы можно было меняться, никто бы второй лингам не покупал. Это же азбука! – Динка посмотрела на меня как на имбицила, гоблина, обезьяну или другое существо, стоящее на низшей ступени эволюции. А у меня начались видения Апокалипсиса. Интересно имбицилы обладают возможностью грезить наяву?

Так что вакханалия для наших барышень длилась ровно четверть часа и не секундой больше лимита. Далее всё просто и банально: Ксюша затрахала меня до смерти, выпрашивая для себя второй лингам. Я воспользовался ситуацией, потому что знал: сорока тысяч – и ни центом меньше! – у меня нет, то есть, нет совсем. Когда Ксюша поняла, что ни занимать денег, ни убивать кого-то для братвы, ни перевозить дурь из точки А в точку Б, ни красть нанотехнологии, ни идти в бодигварды к нашим местечковым олигархам я не буду… Ну в общем мы расстались. Она – с лингамом, я – с кредитом за него. А тем временем лингамная лихорадка вышла на общероссийский уровень. Я не жил в сети и не знал, что аналогичная ситуация сложилась по всему цивилизованному миру, а скоро к ней присоединился и нецивилизованный мир, потому что мир на самом деле один. Он плоский. Не в смысле кривизны планеты, она то круглая (чуток сплюснутая на полюсах), а в смысле глобализации.

Как-то утром я смотрел после ночной смены программу "Час суда" и там парниша с внешностью типичного терпилы предъявлял иск своей невесте (такая ядреная бабель от слова «стапель»): "купил ей лингам, денег особо не было… взял кредит в банке якобы на автомобиль… ну а когда выяснилось, что у меня нет денег купить ей второй, она меня бросила!" И тут мне экран телевизора зеркалом почудился. Осерчал я и даже плюнул в него. Такая злость взяла. Толку – ноль, одни эмоции.

У Антона ситуация разрулилась спокойнее. Он на телевидении получал существенно больше, чем я за ночные смены в "Жа-Ре", и мог бы купить своей пассии второй лингам, но не купил… ох и мудр мой друг! Респект и уважуха (об этом чуть позже). Да, Марина от него тоже ушла, как от меня Ксюша. Но… и это очень большое но! Кредит на нем не висел.

А Игорёня и Машка вообще развелись. Плюс этот хитрован как-то умудрился продать их квартиру несколько раз и сбежал на Бали. И это с живой женой (пусть и бывшей) и двумя детьми. Пока шум да дело неделю Маша и два спиногрыза жили у нас. Никогда мы с Антохой не думали, что дети так шумят. Но ничего, выдержали, потом Маша выпала из нашего поля зрения.

Наши "квартирники у Форы" стали проходить реже, чаще мы просто пили. Ну, пили и пили – такое и раньше случалось и до нас и после нас ничего не изменится. А вот мир вокруг стал другим, новым что ли: девчонок в клубах стало приходить меньше, и изменились их приоритеты: всем нужны лингамы, причем сразу два. А это стоило 50 тысяч. Опять же купишь ты ей лингамов пару. И чего? Каждый вечер бабу на полчаса выключает. Она орет, мычит, и ловит мультиоргазмы. А что делать мужику? Закатить за щечку – так она себя в этот момент не контролирует, ей не до минета. Запросто член откусить может. Антон принес запись с одним очень доходчивым "хоум видео", которое этот процесс ярко демонстрировало. Так что неофиткам в лингамном чёрном деле нужны были деньги на первый лингам, девчонкам поопытнее – на второй. У тех, кто мог похвастаться двумя лингамами, к мужикам резко пропадал интерес. Таких потребительниц лингамов стали называть лингамщицами

И дни стали короче, а ночи – длиннее…

В один скучный и ничем не примечательный вечер я жарил идеологически правильные котлеты, то есть котлеты из мяса невинно убиенной свинки, а на соседней комфорке клокотало какое-то жуткое жёлто-зелёное вегетарианское варево Антохи. От гастрономических споров, а они всегда вспыхивали с новой яростью, когда мы ужинали вместе, на тему: "кто мы такие человеки – всеядные или травоядные животные, сиречь обезьяны?" – нас отвлек визит Динки…

– Я к вам жить, – объявила она с ходу. Буду убирать и стирать, ну и секс, если надо.

Мы с Антохой переглянулись – нам таки надо!

– Только у нас нет денег на твой патронташ из лингамов, – заявили мы хором.

– А мне и не надо, у меня их три! – объявила наша подруга, ядрёная, как только что наструганная кочерыжка. Или не подруга. Она вообще человек?

Я аж подпрыгнул, но ловко словил котлету, которую в этот момент переворачивал лопаточкой, и окунул её в кипящее масло уже с другого бока.

– А третий зачем? В рот?

– Нет. Для двойного оргазма каждый день. Вы, мужики, такие дремучие!

И она нас посвятила в очередной женский секрет. Оказывается, два лингама для полного счастья мало! Допустим, первый активировался в 8 часов утра, второй – в 8 вечера. Каждый перезаряжался сутки в прозрачном таком гнездышке, на стильной подставке которого имелся экранчик, где обозначалось время: сколько долгожданных часов и минут осталось до "времени готовности", а чтобы и в темноте сей архиважный момент не пропустить, подставочка при готовности лингама загоралась зелёным светом почти как свободный таксомотор. Следите за мыслью. Итак, на зелёный свет каждый день утром в 8 часов и вечером в 8 часов можно было гарантировано получать оргазм (одиночный). Или… один двойной – то есть ту самую полную чуму, круче которой наслаждения просто невозможны! Но двойной выходил не каждый день. Утром в 8 часов двойной оргазм был невозможен, потому что второй лингам ещё не перезарядился. Вечером в 8 часов – таки да. Полная чума! Но тогда первый (его еще называли основным) лингам не успевал перезарядиться к следующему вечеру, а утром соответственно не был готов второй. В итоге на следующие сутки после двойного оргазма такой же полной чуме было не быть, мог быть только одиночный оргазм.

– …вот поэтому и необходим третий лингам, и я его купила! – с радостью сообщила нам Динка.

– За 160 тысяч? – уточнил всегда более информированный Антоха.

– Почти, мне сделали небольшую скидку, – Динка прищурилась на размер скидки.

– А деньги где взяла?

– Квартиру продала, зачем она? Так у меня каждый день двойной оргазм. А квартира – это ведь просто стены. В них кайфа нет.

Слова упали на пол гирями, чересчур логичными гирями. Всё-таки мы – я имею в виду особей как бы сильной половины человечества – романтики. А женщины – прагматики. Нет, раньше, может быть, было по-другому… в стародавние времена, когда мы жили в мужском мире и Земля крутилась по правилам большого пацановского заговора. Вот ведь золотой век был, а мы его и не замечали! Чудаки на букву "М"… А после того, как шариком овладела лингамная лихорадка, сильный пол остался не у руля. Всё за мужчин стали делать женщины, причем быстрее, качественнее и за сущие гроши. Начнем издалека с чисто женской ипостаси – коммерческого секса. Раньше от Москвы до Нижнего Новгорода почти на каждой версте стояли проститутки, где покучнее, где пореже. Зарабатывали кто на жизнь для себя и для детей, кто на наркоту и скорую смерть. А сейчас девок на трассе стало столько, что даже эпитета не подберешь. Как грязи, хотя попутные барышни стали наоборот чище и все строго пользовали презервативы. Наркотой баловались только уж совсем отмороженные с салом в голове. Наркотики ослабляли кайф от лингама, а лингам приносил удовольствия сильнее, чем трава, кокаин, героин, винт, ЛСД и прочие суррогаты счастья…. Просто не с чем сравнить. Полная чума! Ну и зачем девчонкам наркотики? Они зарабатывали деньги на лингамы. Что у нас далее в программе? Шпионские секреты стоили не так дорого, как во времена холодной войны, а после начала лингамной лихорадки так и вовсе упали в цене. Потому что любая родина продавалась на раз, если в перспективе светил второй-третий-четвертый лингам. Спецслужбы стали потихоньку избавляться от офицеров женщин. А вот со смертниками стало тяжелее – кому охота врывать себя и всех вокруг, если лингам гарантировал рай на Земле, причем каждый день? Так что школы шахидок столкнулись с недобором учениц… Дальше – больше! Девчонки ринулись в шоу-бизнес, они и раньше пели, но тут стимул (в переводе с греческого толстая сучковатая палка) удлинился на порядок! В фото-графинях женщинах растворились фото-графы мужчины, та же картина Репина "Уплыли" или "Ваш поезд ушёл" наблюдалась у художников, модельеров, поваров, театральных критиков… во всех нишах прекрасный пол стал двигать пол "безлингамный", даже в преферансе и шахматах, что не лезло ни в какие ворота. Да чего говорить, женщины-пилоты стали обычным явлением. Раньше они не особо умели ловить ветра, а теперь лучшие капитаны пассажирских лайнеров – это… барышни. Да ладно небо, на земле творилось чёрти чё: цены на жильё в Москве упали! Раньше было так: цены на квадратные метры в Первопрестольной из года в год, из века в век только росли, а если и снижались, то на сотые доли процента, чтобы глотнуть кислорода для очередного рывка вверх. А тут сорвались в штопор! Просто квартиры стали массово продавать, менять на меньшую жилплощадь. Принцип простой: для счастливой жизни теперь нужна была одна комната и два лингама, а не один лингам и пентхаус на двести квадратов – такая вот занимательная арифметика.

Некстати: пользовать лингамы могли только женщины, мужики, конечно, тоже имели возможность засунуть лингам кое-куда и нажать на кнопку, только вот толку от этого – как от козла молока. То есть, засунуть ты засунул, а вот кайфа не словил. По сути дела на Земле тихой сапой произошла первая по-настоящему глобальная, то есть всепланетная революция. Женщиной стало быть выгоднее. У них есть "полная чума" каждый день. А мужикам еще надо попотеть, чтобы найти свой хиленький коротенький оргазмик. Насколько всё круто у девчонок с лингамами можно понять из примера: Динка привела на Форину квартиру одну очень недоверчивую восьмиклассницу. Та всё упиралась, говорила, что у неё никогда и ни при каких обстоятельствах не бывает оргазмов. Мол, какие только вибраторы не использовала – полный швах.

– То вибраторы, а тут лингам. Эффект гарантирован! – напирала Динка, она и без изучения энэлпи и прочей ахинеи могла добиться от человека всего, даже того, что он не хотел "сдавать" ни при каких обстоятельствах. И вот "дефлорация" девственницы состоялось, причем только в лингамном смысле этого слова, целку то у неё, судя по всему, давно сломали или произошел автовзлом "мохнатого сейфа". И что? После нажатия на кнопку произошло локальное чудо – девчоночка завертелась в простынях как веретено, орала на весь переулок. Мы с Антоном попользовали её в задок и на этом успокоились. А вот превратившаяся из фригидного айсберга в пышущую флюидами эроса нимфетка загорелась идеей фикс – ей срочно понадобился лингам. Или даже так: "Дайте два!"

О произошедших на третьей от Солнца планете изменениях лучше всего из моих близких выразился Антоха, я его даже записал на мобильник, так он внушительно излагал:

– Мир изменился. Ни изобретение электричества, ни полёт в космос, ни интернет, ни пиратские фильмы, ни бесплатное порно не изменили наших устоев больше, чем это сделали лингамы. Раньше люди мечтали стать аристократами, то есть не такими, как все, выше других, и притом богатыми аристократами, менее удачливые или более ограниченные помышляли только о золоте. Сейчас большей и активнейшей части человечества нужны только лингамы, а накопление материальных ценностей, слава и прочие реальные или эфемерные блага женщинам не нужны вовсе! Им всё равно есть на кухне столовое серебро или нет, вышла дочь за графа или конюха, а вот сколько лингамов на поясе – это важно. Меньшей и более пассивной части человечества – то есть нам, мужикам, – остается сосать лапу или даже…

Но тут на моем телефоне закончилась память. К лучшему, наверное…

И ещё Антохе в его измышлениях слегка помог я, точнее моё безделье на боевом посту в клубе, во время которого я посмотрел почти одновременно два фильма: "Последний дюйм" и "Мужчина и женщина". Утром я обмолвился о своем кинопросмотре с другом за чашкой кофе, он пьет его чтобы взбодриться, а я после большой чашки кофе с молоком и пятью ложками сахара – не размешивать, не люблю сладкого! – наоборот, засыпаю. Антоха тут же стал что-то строчить в своём жэжэ, вышло вроде пламенного призыва к борьбе: "Тёмные силы вбили клин в последний дюйм, разделяющий мужчину и женщину". Далее Антоха призывал отключиться от сети, уйти из каменных джунглей городов и слиться с природой или хотя бы с её остатками, как было в золотом веке, то бишь, до начала лингамной лихорадки.

На счет использовать или не использовать жэжэ мы с Антохой тоже разнились как лёд и пламя. Друг, конечно, свой блог имел, а я – нет. Мне вообще мало что нужно от всемирной сети. Да, я регулярно захожу на сайты весталок Гидрометцентра и других сторонних производителей прогнозов, чтобы узнать погоду на завтра, а утром, днём и вечером следующего дня я на собственной шкуре узнаваю, насколько и кто из весталок ошибся. Такая вот довольно занимательная игра. У португальцев есть поговорка: «Погоду на завтра узнаем послезавтра». Очень правильно подметили. Ещё я посещал один не очень известный автомобильный форум, где за темы типа: "почему бумер лучше мерина" удаляли раз и навсегда. Народ там тусовался бодрый, фотки выкладывали термоядерные, иногда собирались где-нибудь на природе… но я на выездах не присутствовал, даже не зарегистрировался. Просто читал и фотки зырил, там про железки мало трындели, больше про жизнь на колесах и около дорог. Запомнились мне дебаты про зайца, начались они с исторической ссылки на случай с Пушкиным, когда поэт спешил в Питер к декабристам, но дорогу ему перебежал заяц (а это плохая примета), и в итоге на восстание Пушкин опоздал. Далее шла история про одного нашего современника, пошёл мужик на охоту, подстрелил зайца, поднял косого, чтобы как следует разглядеть, а тот был ещё жив и со всей дури задними лапами распорол охотнику шею, и мужик умер от потери крови, убитый на охоте… зайцем. Судьба. А если уж совсем меня тоска заедала, то для поднятия настроения заходил на сайт анекдотов и читал пару десятков.

Ещё я каждую неделю по воскресеньям слушал Веллера на «Эхо Москвы», уж больно мощно и тотально он жёг сердца напалмом своих глаголов. Однако старикан испортился и кинул стакан с водой в ведущую (не попал или не хотел попасть), за что его забанили. Также я для бодрости по понедельникам и пятницам заходил на сайт Гоблина. В последнее время там стало много роликов про историю. И я себя интеллектуально развивал, а то ведь многого не знаю. Два раза же мозги промывали, сначала говорили, что большевики хорошие, а царь плохой, в 90-е всё с ног на голову перевернули и хорошими стали белые и невинно убиенный император, а коммуняки – плохи. Сейчас какая-то эклектика (слова моего друга, я обычно всё называю проще и матернее). А Антон вот презрительно фыркал, когда видел на экране своего лептопа в титановом корпусе от "тёти Сони" мною открытый сайт Гоблина. По его понятием читать то, что написал «мент поганый», нельзя в принципе, хуже чтения ментовских измышлений было только чтение мемуаров кровавых гэбистов. Кровавая рука гебни вообще Антохе мерещилась во многом, в том числе и во взрывах жилых домов в Москве. К слову, он мог заочно поспорить с Юлией Латыниной (которую злодеи выжили из страны) и Екатериной Шульман. Он знал кое-что почти обо всём, а в некоторых темах копал на полный штык. Например, он читал Аристотелевскую «Политику» и много думал тем, что у него между душек очков расположено. Антоха мог объяснить разницу между аристократией и олигархией или между демократией и политией (форма общественного управления при которой правит большинство в интересах общей пользы). Но я никогда его на такие темы не спрашивал, зачем мне излишне напрягать мозг?

Наверное, вы уже давно поняли, что Антоха и я сделаны из разного теста, я – из рабоче-крестьянского, он – из интеллигентского замеса. За что я уважал Антона? Он был своим и при этом он был не таким как все. В садике это уже как-то выражалось, но меня больше интересовали солдатики и снежки – в каких масштабных битвах мы участвовали! – а вот в школе дифферентация прошла глубже и стала заметной: он учился в элитной школе, я – в простой, он – отличник, я – троечник, которого не оставляли на второй год только потому, что это не принято в системе всеобщего образования страны победивших советов, а позже победившей советы. Но Антоху-отличника не били. Мы дрались вместе. По разным поводам. Чего он со мной возился? Ведь я на год младше, хотя по росту это и в детстве было незаметно, а потом я его и вовсе перегнал и в длину и в ширину. Чего я защищал его, даже в самых пиковых ситуациях, когда коллектив был по одну сторону баррикады, а мы с Антохой – по другую? Не знаю. Потому что мы друзья. Настоящие. Из благополучных семей. А однажды мы зашли в семью неблагополучную. Колян не пришел в мою школу, ну я и решил выяснить – почему. Конечно, пошли с Антохой. Тут и увидели картину, которую ни один социалистический Репин не нарисовал: отец Коли напился и бил бабушку (то есть свою мать). Колян как мог отцу противостоял (дверь открыла младшая сестра). Мы с Антохой тоже приняли участие в квартирном побоище и втроем пьяницу обездвижили. Такое не забывается. А ещё мы укрывали Ленку – у неё маман подсела на наркоту и дочку сначала пыталась заставить заниматься проституцией, а потом и вовсе продать. На стрелку с какими-то залетными я позвал всех, кого знал, а рядом с моим плечом находился Антоха. Тогда ему разбили очки. Такое тоже не забывается.

Вот и выходит, что мы немножечко абсолютно разные. Его приняли в пионеры одним из первых, меня – в самый последний заход опионеривания. Я не стал комсомольцем, потому что комсомол, как и многое другое в нашей стране, развалился и перестал существовать. Антоха не вступил, потому что уже не мог работать винтиком в этой системе. Он уже прочёл "Архипелаг Гулаг" и "Крутой маршрут" и еще много чего. Я тоже прочёл кое-что, всю "Стальную крысу" и "Звездную пехоту"… Так что красные звёзды на Кремле для Антохи были пятиконечными и сатанистскими символами, слово Сталин – ругательством, партия большевиков – орденом меченосцев, которые сгубили царя батюшку и белую гвардию. А я жалел лишь о том, что наши танки "Т-90" – самый лучший танк! – не стоят по всей Евразии. Тогда бы и иностранные языки не пришлось учить и на всём континенте – один сплошной безвиз… но если разъединяло – хотя и не могло разъединить – меня и Антоху многое, то сближало… ну про дружбу сказал, но это же невидимое… а еще сближало вино и барышни. С вином просто: Антоха не пил его, хотя любил вкушать кровь убитых виноградин и мог отличить бордо от каберне, шардоне с южного склона холма от шардоне с северного склона, но вина он не умел пить в дозе умеренной, то есть бокал-другой, он пил бутылками, а на утро мучился зубами – они от вина не то крошились, не то просто трескались, он не объяснял подробно, просто молчал с закрытым ртом и озабоченно и грустно глядел на мир из-за стекол очков. Я же не люблю вина… наверное, потому что люблю водку и солёные помидоры да под картошечку с мясцом! А ещё люблю вредоносные чипсы с пивасиком… кстати, пиво я различаю влет: пиво в алюминиевой банке отличу от пива этой же марки но в бутылке (про баллоны не будем – кто же не поймет, что пиво в баллонах – это разбодяженное пиво из поллитровой бутылки до емкости 1.5 литра), пиво в бутылке отличу от бочкового, бочковое – от свежесваренного. Из бюджетных предпочитаю "Козла", а вот Антоха это пиво не жалует. Видимо животное на бутылке идёт в разрез с его эстетическим вкусом. Я вот могу хлебать коньяк из трехлитровой банки, а ему обязательно необходимо, чтобы производитель разлил коньяк в бутылки, ну например, с этикеткой "Мартель", а потом в пузатые рюмки. Непременно рюмки! Одноразовые стаканчики не прокатят. Мне кажется, что в данном вопросе друг мой находится в плену у предрассудков, от которых сам себя не хочет освободить, и только я и иду тропой настоящего витязя в тигровой шкуре.

Касаемо же барышень, то около Антохи всегда увивались девчонки. При свете такого "маяка", на который летели бабочки со всех близлежащих обителей, мне было легче проводить рекогносцировки, фланговые атаки (их ещё Ганнибал любил), отвлекающие маневры… в общем, ловить своих мотыльков… да, мы из-за баб дрались с Антохой ровно один раз. И чего? Где эта барышня, из-за которой мы измочалили друг друга до крови (я не бил левой, как Холмс в спарринге с Ватсоном)? Далеко. А вот мы с другом – здесь. От женщин перейдем к геям – они снова нас с Антохой "разделяли" по разные стороны баррикад. Он утверждал, что каждый своей жопой может распоряжаться так, как ему хочется. А я даже в самые свои толерантные умонастроения всегда выступаю за выселку всех голубых на зелёный остров-континент Австралию, в минуты же озлобления я голосую за стационарные и мобильные крематории, из которых бы вырывался голубой дым. А ещё я последовательно тележу за разгон гей-парадов с применением вертолетов… ох как бы я этих заднепроходников поливал с малой высоты из крупнокалиберного пулемета! И правильно и так должно быть, ведь парады устраивают победители, а геи покамест нас ещё не забороли! В нашей стране может быть только один парад – парад победителей 9 мая! Антоха на такие мои экзерсисы лишь махал рукой и бурчал что-то типа: «гомофоб».

И ещё на счет курева мы опять одного поля ягоды, хотя и разных сортов. Антоха, скорее всего, курил бы траву, ему тема растамании и всего что связано с зелёным дымком близка. Но вот легкие слабые и посему он не курит даже просто табак. А я могу своими "грелками" полсигареты в пепел превратить одной затяжкой. И не курю. Мне отец в детстве сказал так: "Сигарета – это игрушка для слабаков". Веско так сказал и без картинного пафоса, который вообще отличает антиникотиновую пропаганду. А ведь в детстве во дворе у нас на лавочках сидели и курили поголовно все… кроме нас с Антохой.

А вот по тачкам у нас тоже не срасталось. У Антохи своих колес никогда не будет. Он, когда не работает, не трахается и не бухает, то всегда думает, посему погружен сам в себя и ему некогда смотреть на знаки дорожные, на светофоры, на девок, что топчут сапогами "зёбру", на чайников, которые мельтешат где ни попадя… короче, ему не до движухи на своей и встречной полосе… ведь он думает. Так что для друга возможна покупка или автомобиля для жены или сразу с шофером для себя. Жены пока нет, а на шофера, видимо, ещё не заработал. Так и ездит на такси, а по выходным – на велике по ближайшему парку. Ну а про свою "копейку" я уже рассказывал, она временами жива, а временами мертва, как кот Шредингера (увидите его – покормите). В конце концов «единичка» окончательно перешла в мир иной посредством переплавки формы и содержания, а новой машины с моими доходами, моей безалаберностью, моим стойким желанием подбухнуть… короче, колес мне долго ещё не видать…

Зато у нас автоплатеж с Антохой настроен на один день. Сразу после зарплаты. Зелёный светодиод на смартфоне замигал – эсэсэска пришла, автоплатеж совершен. Мы с другом направляли деньги в один благотворительный фонд, про который точно знали – там не воруют и всё собранное идёт детям. А ещё телеканал Антохи шествовал над детским домом и выполнял желания деток и помогал лечить больных, ведь среди сироток много деток с разными заболеваниями. И я в этих спецоперациях добра тоже участвовал. К сожалению, встречаются граждане и гражданки, которые бросают своих отпрысков, когда узнают, что у них тяжёлые диагнозы. А на самом деле тяжёлые диагнозы у этих граждан и гражданок («матери» и «отцы» – слова не для них). Если в моей жизни и был какой-то смыслы, то только вот в этом – в солнечных лучиках, льющихся из глаз малышей, которым мы помогли. Правда порой в мой мозг, как сверло дрели, вворачивалась подлючая мысль – а ну как кто-то из этих детишек вырастит в нового кровавого фюрера? Но я её жестко геноцидил. Помогать нужно здесь и сейчас нуждающимся, а уж какую выросшие дети выберут колею – это их дело.

Возвращаясь, уже и не знаю куда, наверное, к сети для ловцов душ человеческих… У Антона контактов в разных мессенджерах насчитывалось больше пятисот и география собеседников Россией и смешной трехбуквенной аббревиатурой СНГ не ограничивалась (он мог бегло говорить и по-английски и по-французски, и по-испански), и вообще создавалась впечатление, что за пределами нашей страны Антоху знали лучше, чем в родном отечестве. В жэжэ мой друг – тысячник, кого-то он там постоянно френдил и наоборот отфренживал. Ник у него гордый – Антиох, что увлекало его выдуманную генеалогию в древнюю Грецию к царям и героям, а и одновременно с этим характеризовало его настроение анти-ох – что значит закоренелый позитивист, лишь иногда впадающий в сплин-тоску-печаль-заразу. Антоха часто давал мне почитать свои посты. Помню забавную байку про гитариста, который играл свою глубоко авторскую песню на просторах туристского майдана с обязательными речкой, палаткой и тушенкой, и в декорациях этих незатейливых гитарист и любил… девушку-чебурашку. Её большие мохнатые уши согревали парнишу в холодные походные ночевки. Ещё помню опус о маленькой девочке в длинных коридорах Останкино. Антоха шёл по коридору, а на него вылетела птица, она махала бумажными крылами и курлыкала, потом показала свое гнездо – картинки, найденные по "Яндексу" и распечатанные на чёрно-белом принтере. И Антоха для поддержания беседы спросил:

– Кем станешь, барышня, когда вырастишь?

– Я не барышня, я птица, – заявил ребенок, потом девочка поморщила лобик и продолжила: – Когда я вырасту, я буду продавать семечки… и кормить ими круглый год голубей и воробьев.

– Зимой холодно продавать семечки. Может, тебе лучше стать дизайнером, ты же нарисовала вот это, – Антоха ткнул пальцем в единственный рисунок на стене гнезда птицы.

– Нет, я буду продавать семечки и кормить ими птиц. И летом тоже.

– А откуда возьмешь семечки?

– Из подсолнухов, – лицо ребенка озарилось светом неофисным.

И я пошёл по тем же самым коридорам Останкино, но немного другим. Примерно так заканчивался рассказ Антохи. Отдельно он строчил серию "сопли в сахаре". Вот её сильнее всего отторгала моя организма (простите за великий и могучий русский). Типичный пример: парень идёт по улице и видит девушку. Красивую. Настолько красивую, что не может к ней подойти. Всё думает: к такой на хромой козе не подъедешь, нужен вороной конь, да не просто вороной конь, а потомок Буцефала… и зачалась рефлексия и родила она самокопание, а самокопание наплодило экзистенциональных тараканчиков, склонных к суициду, которые кушали мозг преимущественно не таких, как все людишек. Деваха в это время тоже не просто так по асфальту бредёт, а также как и парень сопли перетирает, типа: хорошо бы принять горизонталь и вертикалью догнаться. Причем всё там так подробно выписано, что я начинал потеть и чесаться в самых неприличных местах. Редко какую историю я дочитывал до середины. Если за них Антохе делали рейтинг, то скорей бы наше поколение уступило место следующему. Всех в топку! Впрочем, иногда в его записульках я находил полезные бесполезности вроде того: в Москве без шума и пыли снесли последнюю хрущовку; в этом году количество городских землян впервые превысило количество землян сельских; треть жителей нашей планеты до сих пор живет в мазанках (или других домах из земли); или феерическое описание процесса конгломерации блох в стаи…

Про лингамщиц Антоха написал в жэжэ целый трактат, который тут же попал в топ. Animal impudens – понятно, что по-русски друг мой трактата назвать не мог. Конечно, возможно, в некотором роде, вероятно, иногда, быть может, Animal impudens и звучит загадочно, но мне вот непонятно "шо це такое" и я допёк автора, чтобы он не выёживался и резал правду-матку по-русски.

– "Бесстыдное животное" в переводе с латинского, – он сказал это просто, без позы, он действительно думал, что это и отставному прапору понятно.

– Ты где живешь, земляк? Тебя же пол России просто не поймет, а остальные сделают вид, что поняли, хотя половина от той половины тоже будет не в зуб ногой. Ты бы хоть какой-нибудь смайлик поясняющий добавил.

– И так хорошо кликают, – отмахнулся от меня Антоха, он не признавал смайлики за рамками общения в соцсетях.

Кликали действительно массово, Антон стал живым классиком… или живым современником или живым авторитетом. Мужики его уважали, а лингамщицы предали остракизму и анафеме (тьфу! эта штука заразная). Рассказываю на пальцах, что я понял в трактате Animal impudens: если раньше у женщин с моральными ориентирами было не очень, то с изобретением лингама они лишились даже остатков морали лишились, то есть вышли из категорий "добро и зло". Дальше шла мощная цитата Марка Твена: "Одни поклоняются чинам, другие – героям, третьи – силе, четвертые – Богу, из-за этого они спорят между собой, но все единодушно поклоняются деньгам". Но так было до начала лингамной лихорадки. Сейчас похотливые самки бросили поклоняться огламуренному золотому тельцу и нашли себе нового кумира: прорастающий через весь внутренний мир лингам, и круче одного лингама может быть только лингамов пара и далее по нарастающей у кого на сколько средств хватит, лишь в преумножении лингамов теперь есть смысл жить и Animal impudens нет дела ни до чинов, ни до героев, ни до силы и Бога, им даже глубоко безразличны деньги, вне лингамного контекста, золотые кружочки интересны только в лингамном эквиваленте, то есть весь мир меряется теперь одним общим аршином-лингамом. И у кого на поясе-неверности их больше, тот и счастливее здесь и сейчас.

Далее Антоха раскалялся так, что я даже стал бояться за его очки (а ну как лопнут?) Но обошлось. А латынь мне вышла боком. Вот всегда так. Пнёшь какого-нибудь гордого и мертвого ёжика, так он не просто взлетит, он наберёт высоту, развернется и возвратится к тебе колючим и дурно пахнувшим бумерангом. По телеку начали трещать про Deus ex machine (Бог из машины) – это какая-то древняя тема для мозгокрутства у схоластов, а также про Devil ex machine (Дьявол из машины) – это уже у современных пустозвонов стало любимой темой. Ну, конечно же, именно Дьявол породил лингамы! У нас всегда так: добро может быть от Бога, может быть от людей, ну а зло – оно сразу от Дьявола, люди – они ведь сплошь белые и пушистые, потому что по образу и подобию Бога сделаны и не могут быть злыми… И так проповедники клеймили лингамщиц, что я даже подумал, авось отключат сервер lingam.com по настоянию отцов различных церквей? Однако не смогли. Или как говорил Чебураха: "Не шмогли". А на счет латыни: может её отменить, а? Волевым решением. Докторишкам станет труднее выписывать неразборчивые рецепты, да и вообще на кой ляд нам эти мертвые языки, а?

Чуток перемотаю… принес я другу холодную бутылку пива, он сказал спасибо (вежливость у него врожденная, на уровне ДНК), глотнул, но от экрана так и не оторвался. Он методично выяснял, откуда впервые в Россию попали лингамы. Вроде бы выходило, что из Японии. Однако концов найти нельзя, как ни копай. Не выходила карта со стрелочками типа Батый причапал в кибитке к Москве отсюда, Наполеон надвинул свою гвардию – оттуда, а Гитлер навалился со своим Барбароссом вот с этих опорных территорий. Из троих властителей дум только Батый не получил от наших предков на орехи сразу при жизни, но потомки отгребли по-полной. А вот с лингамами всё совсем не так, их очаги возникали без какой-либо системы… И ещё странность: при взрывном росте потребления конусов для наслаждений всем лингамщицам они прибывали без задержек и мучительного ожидания. Даже в самый отдаленный населенный пункт их приходило ровно столько, сколько необходимо. Всегда! Никакого дефицита или затаваривания. Антоха пытался мне что-то объяснить про логистические центры и теорию распределения товаров, но, видя, остекленение моих глаз, бросил это дело и уже сам сходил до холодильника за пивом…

Полусвет московской квартиры сменил свежий воздух дворика. Мы рубились в футбол на нами же размеченной площадке без газона и ворот с перекладиной. Разумеется, мы с Антохой играли в одной команде. Бились отчаянно. Ни он, ни я не смотрим футбол по телеку, не ходим на стадион. Ибо болеть – это пустое. Или ты играешь, или нет. А сублимировать – это… ладно не буду опускать любителей пить пиво перед телевизором или курить косяки на стадионах. В этот раз мы выиграли и пропотели на славу.

Зато матёрый футбольный болельщик Палыч находился явно не в духе. Когда он встретил нас у лифта, то засыпал проклятиями в адрес нашей сборной по футболу, которая в Краснодаре вчистую проиграла чёрным «слонам» из Кот-д’Ивуара со счетом 0-2. Все подробности в рыке Палыча без дешифратора разобрать было нельзя, но хватало и тех, что понимались подкоркой от инфразвука. Речь шла о браке в защите, дырками в которой и воспользовались коварные иварийцы. Правда, иногда большое сердце Палыча начинало сопереживать нашим и он начинал размахивать руками и объяснять, как в следующий раз мы их порвем… в одной руке у него, между прочим, находилась бензопила (видимо, с дачи возвращался)… И тут я сильно заволновался за Антоху. Я-то футбол по телеку не смотрю, ну и не смотрю. А у Антохи позиция и он её может изложить: футболисты – как одни из самых высокооплачиваемых спортсменов, а значит, наиболее показательны – сосут. Но не конечность тела, а нефть из недр нашей Родины. Часть углеводородов, то есть достояние народа, которое распределяют и конвертируют в наличность олигархи, перепадает футболистам (в этом смысле сосут). Ну и далее по тексту. Так вот я заволновался, ведь мы уже зашли с Палычем в лифт, а в нем – в Палыче, а не в лифте – 120 килограмм, ну вычтем пивное пузо, а это минус 20 кэгэ, но центнер живой биомассы с мускулами наберётся. И как мы будем драться, если Антоха начнет говорить про нашу сборную и произнесет глагол "сосут"? Палыч ведь может не дождаться развития сюжета… а нас в лифте трое, размахнуться будет негде. Конечно, я владею кунг-фу Ще-кот-ки и только оно будет действенно в данной ситуации супротив Палыча с бензопилой… Однако Антоха, похоже, умаялся гонять круглый мячик по прямоугольному полю и просто кивал Палычу и лупоглазился смиренно из-за очков. А Палычу много ли надо? Сочувствия просила его душа… А уловив отклик, он настроился на мажорный лад и, потрясая бензопилой с небольшой амплитудой… это слово я запомнил из-за учительницы математики, у неё был бюстгальтер пятый номер или пятого номера? Тяжело иногда без студентки-филологини… Короче, Палыч стал вбивать лозунги в стены лифта, как гвозди-двухсотки: "…тра-та-та, уж в следующий раз!" Вот в этом весь наш сегодняшний футбол федерального масштаба – он в будущем времени. По мне так лучше в настоящем времени бить по мячу в подворотне… Но и я промолчал, и кивал Палычу, хотя и не так артистично, как Антоха.

А дома, то бишь на Фориной квартире, всё вернулась на круги своя:

– Что это за гейская штучка появилась у нас в ванной? – спросил я у друга после контрастного душа. А душ я всегда оккупирую первым по причине более высокого быстродействия в беге от лифта до дверей ванны.

– Уж скорее Эгейская…

– Да какая разница. Чо за хрень?

– Это бурлящий шарик…

– Бурлящий шарик?

– Так точно! – передразнивая легендарного прапорщика Зацепина из моих армейских воспоминаний, рявкнул Антоха. – Читай инструкцию солдат, распаковать, опустить в ванну и лежать в ней 10 минут!

– Ванне от неё хорошо?

– Слушай, не хочешь не пользуйся. Только не кушай мне мозг. Ты же дезодорантами пользуешься?

– Ну…

– И не гей.

– Ща получишь.

– Шарик, к слову, антидепрессивный. Тебе будет полезно… как и мне…

На том и порешили. Быстро я у Антохи эти шарики бурлящие извел и как честный человек пополнил БК (боекомплект) – купил аналогичные «мелко глубинные бомбочки», только не антидепрессивные, а гармонизирующие.

Вообще-то никакая ванна не заменит бани. Но баню я люблю настоящую, с вениками, беготней по снегу и броском в прорубь или хотя бы в сугроб. Не люблю бани общественные, где всякие умники льют эфирные масла на камни в сауне, и в принципе не терплю разговоров за жизнь, а также неумеренного пьянства (или секса) в помывочном отделении. Пар – он погруженности в себя требует, а пьянством можно где угодно заниматься, только не в бане. Возьмем помывочную при фитнес-клубе, куда я хожу тягать железо. Только сядешь на скамью и прикроешь глаза, чтобы парком насладиться, обязательно или начнут всякую пакость на каменюки плескать (некоторые и пивом не брезгуют), или про мои татуировки спрашивать. А их у меня богато по телу разбросано. Ну и молодым интересно. Интересуются. Когда я сам был таким же дурнем, как они (я и сейчас не шибко умный, но уже кое-что на ус намотал, так что опытом компенсирую отсутствия серого вещества), тоже татушками интересовался. Сейчас бы я краской своё тело не изводил, шрамов уже достаточно, чтобы биографию обозначить. Вот и в последний раз ко мне подсел один раскаченный товарищ, у него бицухи были достойные чемпионата мира по бодибилдингу, и начал интересоваться по каким горячим точкам я гонял басурманов. Ладно еще Доцент (байкер) зарулил в парную и присёк сразу всё: и поползновения чего-нибудь подлить на камешки, и разговоры за жизнь. Поддали пару так, что слабаки сдернули, а джигиты молчали и лишь щетина на морде лица трескалась от жара…

По настоящему уважать жэжистов я начал после видео, которое выложили на ютубе, и о нем загудело всё сообщество ЖЖ (где сообщество ММ, где ММ, я вас спрашиваю?). В короткой записи "правили бал" яйцеголовые из корпорации "Айк". Два типа – классические ботаники! – рассказывали о том, как они аки шерочка с машерочкой изобрели лингам. Говорили на английском. Антоха понимал с лету, а мне требовался подстрочный перевод, хотя друг утверждал, что он не просто хреновый, а очень хреновой. Но по мне так лучше, чем никакого перевода. В общем два забугорных Кулибина исследовали свойства цитоплазматических мембран. Якобы это важно для поиска лекарства от рака. Рак ведь это не инородная болезнь, это наши клетки, которые с дуру начинают плодиться неумеренно, то есть они совсем не инородцы, как, например, вирус СПИДа (хотя и на эту мразь тяжело найти узду, сложный он и форму меняет), короче говоря, очень трудно излечить рак (кто бы сомневался). И вдруг ассистентка Хельга (показали блондинку – я оживился) стала получать оргазмы вблизи установки L-7 (Эл семь). Ну а дальше они вычленили (корень член) а-волну (аналогия с а-бомбой) и очень скоро стали засекречены и не получили Нобелевскую премию. Я так понял, именно эта мотивация и толкнула их на запись своих откровений, которые и просочились в сеть. Этим яйцеголовым лично я поверил сразу, да и Хельга с томными глазищами и светлыми каскадами волос тоже внушала доверие, а вот Антоха зарубился:

– Деза! Очень похоже на правду, более того – так и должна выглядеть правда. Ни одного даже самого малого прокола! Они явно не актеры, говорят не по сценарию, и верят в то, о чем вещают. Блеск! Только это спектакль, даже больше, это…

– Тебе везде заговоры мерещатся. И кровавая рука гебни… – я другу не даю забыть про его любимого конька-горбунка.

– Если у тебя нет паранойи, то это не значит, что за тобой не следят, – парировал Антоха. Туше.

Мы не нашли примирения даже на дне бутылки водки.

Динка продолжала политику лингамонизации масс и приводила на квартиру неофиток. Мы ими пользовались, пока малолетки пробовали самый большой в своей жизни кайф. Потом девчонки исчезали, потому что наши кошельки для них были пусты и даже умопомрачительным сексом из нас нельзя было вытрясти ни евро, ни доллара, ни даже укрепляющегося рубля, для него даже свой символ придумали, злые языки утверждали, что похоже на один лингам большой и два поменьше.

– Слушай, а какой прок от того, что ты свои лингамы другим сдаешь? – наконец спросил я то, о чем должен был узнать гораздо раньше (или я знал, но уже забыл… не иначе контузия даёт о себе знать).

– Каждый гостевой вход дает бонус-скидку на следующий лингам.

– Так у тебя же три, куда больше? – осуждаю жадность во всех её проявлениях.

– Четвертый позволит получать двойной оргазм чаще, чем раз в день. Только стоит, зараза, дорого почти шестьсот тонн.

– А разве не шестьсот сорок?

– Размер скидки на четвертый лингам можно довести до пятидесяти штук. Но даже пятьсот девяносто – это для меня слишком много. Но у меня есть одна идейка, если выгорит – куплю четвертый! – и она так задорно заулыбалась. Я испытал противоречивые чувства, мне хотелось её одновременно трахнуть и задушить.

– А потом пятый…

– Всё может быть.

– А когда до дюжины доберешься, ты станешь растением, такой кайфовой грушей или овощем…

– Дима, ты фантастики насмотрелся? Во-первых, лингамов не может быть больше семи…

Важное замечание: тогда я не успел спросить, почему больше семи низя? Может, это из-за названия установки L-7? Или если больше – то барышни все-таки превратятся в овощи или крысок? Вспомнился известный опыт по вживлению в мозг крыс электродов, импульс от которых вводил животных в состояние нирваны, и серые бестии только и делали, что жали на кнопку включения наслаждения и умирали от голода. Вот не спросил, а теперь спросить некого…

– …во-вторых, знаешь, сколько стоит седьмой? Сорок миллиардов, я конечно, оптимистка, но не до такой же степени. Плюс шестой тоже надо будет купить не за тугрики, а за десять миллиардов. Так что не надо нас жалеть, женщины с лингамами не превратятся в овощи. В отличие от вас мужиков, пару литров на грудь и грядка овощей готова! – она звонко щелкнула по крутобедрой бутылке своим маникюром со стилизованным изображением лингамчиков на каждом ногте.

– Антоха, может, поймаем её и посадим на грядку в ванной?

Но Антоха не обладал достаточным количеством энергии, чтобы воплотить идею в жизнь. А я в одиночку путевку ей тоже не выписал, так лишь на командировочные хватило: в ванне мокрые и смеющиеся мы слегка позабавились… Но оказалось, что душ промыл не всего меня. Друг мой ситный стал промывать мозги:

– Заметь, Димон, хозяева этой лавочки лингамной ни копейки не тратят на рекламу. Ни одной растяжки по городу (Антоха имел в виду, разумеется, Москву, а не какие-то захудалые Нью-Йорк или Токио), ни секунды на телевидении, ни одного баннера в иннете. Ноль, зеро! – он мне показал пальцами этот самый ноль, за которым я увидел очки и серьёзный серый глаз друга. – Просто фантастика! Билл Гейтс рекламируют новую "винду" хоть и не так широко, как это было в стародавние времена, когда "окнам" приходилось доказывать, что они лучше, чем "полуось", "линукс" и все время забываю, что было на "маках" до "Леопарда" и "Тигра". Но даже сейчас, когда альтернативам детищу "мелкософта" по сути дела нет, корпорация вкладывается в рекламу "окон". Берем "Икею", гениальная идея построить по всему миру одинаковые сараи и продавать в них мебель, которую покупатель сам возит на тележках по складам, вжиу… – Антоха несколько оживился и продемонстрировал, как возится мебель на тележках, – а потом шлеп-шлеп – собирает её также самостоятельно у себя на хате. Но, – перст Антона устремился в полоток, – рекламу "Икея" дает. Чтобы не думали кролики и хомячки покупать циновки для норок в других мега-сараях! А хозяева лингамных фабрик ни гроша ломанного на рекламу не тратят. Прямой маркетинг. Из рук в руки, точнее… (здесь могут быть дети, так что заменим точную фразу эвфемизмом рифмованным: "из звезды в звезду"). Владелец ноу-хау лингама уже сейчас самый богатый человек в мире.

– А кто он? – люблю считать деньги в чужих карманах, когда их нет в своих.

– Неизвестно. Возможно, не один человек. Картель. Три буквы, которые нам ни о чем не говорят – "Айк". Лингамный маркетинг обходится даже без логотипа и слогана. А ведь и выдумывать ничего не нужно было бы: "Оргазм длиною в жизнь!" Звучит?

– Звучит! – поддерживаю друга, выходит невесело, крайне невесело.

– А по факту не звучит! И даже на заборах не пишут ничего похожего.

– А для здоровья это не вредно, сразу четыре лингама? – вдруг озаботился я Динкиным здоровьем, ведь если она от передозировки лингамами в больницу загремит… и её саму жалко и нам будет скучнее на Фориной квартире.

– Да ты чо?! – возмутилась она. – Я же с ними помолодела лет на пять… – она поглядела в зеркало, выгнулась аки кошка, и огласила более точный вердикт: – нет на все семь! О мигренях забыла, с женскими болячками распрощалась, а смотри, какая у меня кожа стала!

Я заценил. Кожа действительно удивительно гладкая и бархатистая, как после… всех этих жутких процедур, которые делают задорого в клиниках красоты.

– …почти перестала пользоваться косметикой. Раньше проблемы были, я на кремы страшно сказать сколько денег изводила. А сейчас хрен они от меня лавандосы получат! – и Динка показала "фак" забубённым магнатам от косметической индустрии.

Надо сказать магнаты озаботились. Конечно, не "факом" Динки, а убытками. Золотые реки превратились в ручьи и продажи мегакорпораций скукожилась до неприличных размеров! Кремы антицилюлитные, для штукатурки морщин, просто для кожи, чтобы ей веселей жить казалось, а также для умягчения, увлажнения, подтяжки, и прочее и прочее стали не нужны барышням-лингамщицам. Заметьте, один лингам стоил 10 штук – да, дорого, но зато на всю жизнь. А сколько барышни тратят на косметику в год? Вот! А теперь косметических дел мастера теряли не просто большие, а очень большие деньги. Десятилетиями выстроенные пирамиды по распространению косметики рухнули. Времени пирамиды не боятся, а лингамов – таки да! Капиталисты от косметологии не смогли договориться по-хорошему с хозяевами лингамного производства. И тогда началась война. Первая лингамная.

Находящиеся в предбанкротном состоянии корпорации заплатили солдатам удачи и те рванули на остров Счастья, где в искусственных пещерах мощные сервера поддерживали жизнь на главном и единственном сайте корпорации "Айк" – lingam.com. Не спящие ни днём, ни ночью электронные болваны с нехилой вычислительной мощностью обеспечивали бесперебойную регистрацию новых пользовательниц детища, вылупившего из чрева установки L-7. Ну, шуршат они себе шуршат, а к выкупленному с потрохами острову Счастья выдвигаются корабли с десантурой, только вот пираты некарибского моря до заданного квадрата не добрались – весь их флот потопили флибустьеры, которых было заметно больше, чем пиратов, да и забашляли им тоже побольше. Косметические корпорации не успокоились на недостигнутом, и блицкриг с "Титаниками" переименовали в план "Кабы сдох!" Наверное, курнули гидропоники, сейчас это модно у не особо удачливых криэйтеров. К масштабным разборкам подключили французский легион и английский флот. Жахнуть, видимо, хотели громко… однако, около острова Счастья англо-французскую Антанту ждал большой сюрприз. Большой такой сюрприз для маленькой такой кампании! На траверзе сверкал звездно-полосатыми матрасными флагами седьмой флот США. Пришлось воякам аванс отдать, конечно, за вычетом командировочных расходов и той части, которую жестоко и нецивилизованно зажулили.

– Вот ведь … хотели лингамы отключить! – Динка на чем свет стоит материла коалицию туманных бриттов и лягушкофильных галлов и их транснациональных нанимателей. – Хрен я теперь куплю даже самое дешевое косметическое молочко! Бойкот … и она начала перечислять длинный список фирм, которым теперь не видать денег Динки как своего ребрендинга.

А в мире тем временем происходило всякое. В Индии женщины взбунтовались, и так они взбунтовались бессмысленно и беспощадно, что у местных мужиков дыхание в зобу сперло. Причем взбунтовались не из-за трактовок в Камасутре, а… – правильно! – из-за лингамов. Так бабы там не бунтовали со времени запрета на самосожжения вдов. Но в седой древности по большому счету в бузе участвовали лишь сами вдовы, которые хотели по раз и навсегда утвержденному порядку отправляться на костер вслед за своими мужьями, а английские бездуховные колонизаторы им энто дело запретили, якобы нецивилизованно так – сжигать себя вместе с трупом мужа. Теперь же взбунтовались все индийки, не зависимо от касты. И лингамы жительницам древней страны разрешили, вне зависимости от национальности и вероисповедания. Дальше – больше! Северная Корея подключилась к интернету только ради регистрации лингамов. Ну а зачем еще нужна сеть? Правда, судя по объему трафика, северокорейские мужики всё-таки нашли выходы на бесплатные порно-ресурсы. Такова жизнь (се ля ви).

Жизнь интересует меня во всех её проявлениях и я снова стал допрашивать полуголую Динку (в квартире было жарко, но я не спешил проветривать):

– Слушай, а чего это ты их на работу таскаешь, лингамы ведь должны перезаряжаться?

– Дима, а оно тебе надо? Зачем голову забивать, – подруга закатила глазки, ей бы в кино сниматься.

– Интересно! – а я настойчивый такой, да. Из нашей троицы Динка была главным кладезем информации по конусам наслаждений. Хотя и Антон иногда интересные фактики подкидывал, а я – самый непросвещенный, посему всегда стараюсь загладить пробелы.

– Там внутренние ограничения стоят по времени использования, а заряжаются они за десять минут, так что время подзарядки – не узкое место лингамов. А на работу я их ношу ради статуса. Пусть все видят, что у меня их три! – Динка гордо повела бедрами…

– Не боишься, что ограбят? – я не мог оторвать глаз от великолепного пупка с пирсингом. А в голове от виска к виску билось слово из четырех букв, и это было совсем не "пЫво", которое мы, москали, называем "пИво".

– Ну, ты и дремучий! Красть лингам бесполезно, без индификации по моей а-волне его даже активировать по-гостевому не получится, а уж по полной программе – тем более. И что с ним делать? В цветмет сдать?

– А по запчастям продать? – я потянул руки к достоянию лингамообладательницы, за что тут же получил укорот в виде хлопка по граблям.

– Куда лапы тянешь! Да и нет там ничего дорогого, ни золота, ни других драгметаллов, ни дорогой электроники. Так что ни в ломбард, ни в пункт приема цветмета их не возьмут. Ну если только дырку просверлить, чтобы было похоже на кулончик, и вывозить аборигенам племен тумба-юмба… Да и то накладные расходы на перевозку превысят полученную выгоду… короче, овчинка выделки не стоит. А если я все-таки лингам потеряю… тьфу-тьфу-тьфу! – она сплюнула через левое плечо, – мне его бесплатно заменят.

– А если пароль взломать? – не унимался я и снова потянул ручонки к гарному телу в чёрном ажурном поясе и нейлоновых чулочках. И снова получил по граблям. И тут мне Динка хорошо поставленным голосом прочитала лекцию:

– Там шифрование стоит на уровне…

…бит или байт (я в этих карапузах не разбираюсь), далее она сравнила эту цифру с длиной ключа у обычной цифровой подписи и у той, которой запечатывают секреты государственной важности. Выходило, что лингамы зашифрованы круче!

– Откуда ты это всё знаешь? – чего-то я охладел к горизонтальным утехам.

– Из обучающего курса, я неплохо подковалась, чтобы лингамы неофиткам впаривать. На любой вопрос отвечу, любое сопротивление сломлю! – похвасталась она.

– Я заметил. А историю ты копала, лингам – это что, тринадцатый член Шивы?

– Не знаю, об этом пресс-релизы молчат… – Динка показала мне язык.

– А если хакеры на остров Счастья нападут? – если я не порадуюсь победе разума над сарсапариллой, так нашкодю.

– Сегодня в новостях увидим, инфа просочилась, что договорились сервер заблокировать пустыми запросами, – пообещал Антон, он только что вернулся с телекомпании и обладал самой последней информацией. А может, это включилась мужская солидарность.

– Вот уроды!.. – распалилась Динка и на всякий случай воспользовалась лингамом, хотя второй у неё еще не зарядился и кайф вышел одинарный. Мне малолетки надоели, так что я всё-таки поимел старую тёплую ламповую Динку (почему-то вспомнилось из нетленки, которая и в воде не тонет и в огне не горит: "голод не тетка, а либидо – не биде"). А вот Антон к нам не присоединился, у него на работе новая стрингерша появилась, которая копила на второй лингам, и наш многоопытный гуру ей был нужен, чтобы пролезть в гнездо небожителей телеканала СТВ (содружество творческих водкохлёбов – так шутил Антоха), в общем, на Динку он не польстился… по крайней мере, в этот вечер.

Но ни на этой календарной неделе, ни на следующей седмице хакерской атаки на цитадель лингамонизации масс так и не последовало. То ли бойцы невидимого фронта силы копили, то ли договориться не могли, то ли журналисты слишком подогрели эфир разговорами о предстоящей баталии, что её дату перенесли. Только в конце сентября хакеры действительно устроили массированный штурм острова Счастья. Столько романтиков клавиатуры и мышки под одно антилингамное знамя собралось, что ни один чат или какая другая интернетовская летопись и не упомнит. Сайты Пентагона в свое время хакерам поддались, сайты "мелкософта" хакеры тоже валили. И? С серверами острова Счастья вышла осечка – они нападение выдержали, сервисы регистрации новых лингамов не прекратили свою деятельность ни на секунду. Ни на секунду! А вот несколько десятков хакеров по всему миру были на следующий день найдены повешенными. Причем вешали их не очень старательно, не имитировали самоубийства. Чтобы всем стало ясно: удавили как собак бездомных. И что характерно полиция в демократических и не очень странах не спешила искать убийц. Многие прозрели и поняли – кто теперь хозяин на Земле. Только не я…

У нас в закромах имелась гитара, нестройная, капризная Синеглазка, имя она получила такое потому, что у неё на грифе какой-то безвестный и малоталанный художник намалевал глаза, синие такие глазища с ресницами. Ну, гитара и гитара, дешевая, простая и без изысков, тренькал на ней в основном я, потому что Антоха на "ударных инструментах" не играл, мог на скрипке, но лучше это слово при нем вам не употреблять. И ещё «сольфеджо» не говорите, пожалуйста. Репертуар мой незамысловат, но отточен репетициями и в-меня-принятиями разных алкогольных напитков. Могу исполнить "Черный ворон" под настроение из серии "душа разворачивается и заворачивается", а если внутренний барометр показывает ясно, то обычно начинаю орать песни Бременских музыкантов или про Стеньку Разина (девку с яхты, яхте легче). Одного из современников перефразировал так:

Динка как картинка

С фраером гребет

Дай, Антоха, финку,

Я пойду вперед…

А теперь чего петь?

Динка как картинка

с лингамами идет

здесь она засунет,

там она воткнёт…

Взять бы и разбить Синеглазку об стену. И сила для этого имелась, и воля, только силы воли не наблюдалось. Лучше всех про нашу троицу ДАД (Динка-Антоха-Димка) как-то раз сказал друг мой единственный: "Мы трое – по сути одно, одна душа на троих, вот и тянемся друг другу". Я этот тезис (а прапорщик Зацепин это словечко в меня вдолбил почище устава: "Ты этот тезис брось…" – далее обычно шла короткая и ёмкая команда) оспорил и предложил именоваться одной семьей. Но шведскую семью в российских реалиях тут же подняли бы на смех. Тогда во мне забурело гражданское самосознание и я предложил создать партию. "Ага, хороша партийная ячейка! Два члена и один мозг", – съязвила тогда Динка. После чего я запихал бузотерку под холодный душ, не смотря на её отчаянное сопротивление в виде попыток укусить и исцарапать … Во были времена! Я все-таки взял Синеглазку в руки и в открытую форточку выдохнул: "Врагу не сдается наш гордый Варяг!"

А про нашу троицу мне вспомнился ещё один случай: ехали на моторе, долго его ловили, потому что денег имелось в край как мало (как молоды мы были…), поймали задрипанную "шаху", там значится такой бодрый парниша за рулем, я занял переднее сидение, а сладкая парочка затарилась на заднее и там всю дорогу целовалась. Ну, мы с водилой разговорились, то да се, он про друзей спросил, я и сказал между делом, что Антоха – журналист. "Я сразу понял, интеллигенция!" – сразу фишку просек водила.

Возвращаюсь в настоящее. Антоха загадочно блестит очками рядом. Не могу спокойно смотреть и предлагаю:

– А может, бросить всё и уехать в Бобруйск? – моя провокация заключалась в слове "уехать", я знал, что кое-кто взял билет в солнечное и прекрасное далеко. Но друг мой придрался к другому слову.

– В Урюпинск ты хотел сказать.

– Не понял, это что два разных города? – я действительно находился в некотором топографическом недоумении.

– Да. Уехать в Урюпинск пошло от бородатого анекдота советских времен. На современный язык это можно переложить так: на экзамене по истории партии "Единая Россия" студенту задают вопрос о руководящей роли партии в реализации плана Путина. Студент недоуменно спрашивает: "Какой партии?" Преподаватель негодует: "У нас только одна партия!" – Антоха перевоплощался то в студента, то в преподавателя, ему бы в кино сниматься (вместе с Динкой), а он на кухне со мной бакланит. – Студент поднимает удивленные глаза: "Неужели одна?" Преподаватель дает последний шанс: "Кто у нас президент?" Студент тупя взор: "Извините, не знаю". Преподаватель машет рукой: "А вы собственно, откуда?" Юноша говорит: "Из Урюпинска". Преподаватель возвращает студенту зачётку: "Приходите, когда выучите", и после ухода студента задумчиво говорит сам себе: "Эх, бросить бы всё да уехать в Урюпинск…"

– И? – в моем арсенале это самый краткий и самый опасный вопрос для Антохи, он позволяет моему другу развернуться на полную мощь.

– А Бобруйск получил "путевку в жизнь" из лексикона пАдонкоФ современного иннета. Выражение "В бАбруйск жЫвотное!" обозначает крайнюю тупость собеседника.

– Антоха, я совсем запутался. Куда ехать-то?

– В Урюпинск – людям, в Бобруйск – жЫвотным. Если тебе будет проще, объясню на твоих любимых ракетах. Если хочешь запульнуть в Бобруйск, то целься по памятнику бобра в сюртуке…

– В сюртуке?

– Или лапсердаке… такой еврейский пиджак…

– А там что тоже евреи есть?

– Это же Белоруссия… там есть всё, даже КГБ. В общем, целься по бобру в пиджаке.

– Теперь-то уж не промахнусь.

– А если ты захочешь Урюпинск с землей сравнять, то направляй боеголовки по такому ориентиру – там есть памятник козе с ребёнком.

– Записываю. Коза – одна штука, ребятёнок – одна штука. Почти как в Риме, где волчица двух мальчонков выкормила… гм… а нормальные памятники в провинциальных городах есть?

– Нормальные – это Ленин в кепке? Или Сталин без кепки? Касательно же волков, то это у них там homo homini lupus (человек человеку волк), а у нас человек человеку козёл.

– Доходчиво объяснил, внушаешь, во всяком случае, я теперь Бобруйск с Урюпинском не перепутаю. А ты куда лыжи навострил?

– В Тайвань на две недели. Буду знакомиться с опытом создания свободных экономических зон…

– Антоха, будь другом, а не какой-нибудь редиской! Привези мне пару чемоданов тайских девочек, только несовершеннолетних прошу, не испорченных лингамной лихорадкой…

– Дима! Тайские девочки – в Таиланде, а я лечу в Тайвань.

– Опять двадцать пять! Это две разные страны, как Маркс и Энгельс, что ли? Давай снова координаты по памятникам…

Далее я услышал лекцию про королевство Таиланд, про народности таи и лао, ну и про трансвеститов, конечно, а также про то, как несколько раз присоединяли Тайвань к Китаю, про одну страну и две системы. Голова у меня опухла и требовала залить жидкость в радиатор. Холодным пивом разгоряченные трубы и успокоились…

А сам я, чтобы развеяться, тоже свалил, только не в знойный Тайвань, а на холодное Белое море, оно мне еще с детства нравилось больше, чем Чёрное. А уж после того, как побывал в местах, где мох у деревьев растет везде, а не как написано в учебниках только с северной стороны, и в местах, где мха совсем нет, и там, где стрелка компаса отклоняется от обилия железа в земле, и там, откуда не возвращаются, и вот, пройдя и жару и холод, вроде бы мне надо повернуться лицом к курортам Краснодарского края, а меня по-прежнему тянет на Север и Архангельск милее Сочи.

Отпуск всегда кажется короче, чем он есть на самом деле…

Вернувшись с просторов северных в Москву, как-то вечером, точнее ночью, да уже практически на рассвете шёл я дворами проходными нах хаус, и в скверике на скамейке заметил группу скинов. Я сам хотел на этом пятачке подбухнуть остатками водки размешанной с фантой, что я нёс уже и не помню откуда и думал благополучно опорожнить до родимых пенат. Ну ладно присел на поломанную скамейку недалеко от арийской компашки. Раньше-то здесь длинноволосые неформалы да хиппи тусовались, теряли в болоте судьбы девственность и прыщи, и зарабатывали церрозы печени да пирсинг в различные части тела. Ну а теперь скины значится расчехлились. Ладно, сижу недалече, слушаю обычные их речевки вроде "Россия для русских", пью пузырящуюся химическую фанту и простую прозрачную нашу водку в одном коктейльном замесе. Тут ко мне один юный скин не при параде (без белых шнурков и подтяжек) подошел с целью спросить закурить и языком почесать. Ну, курить у меня никогда нет. К слову, на огонек сигареты человека за километр можно снять из снайперского винтореза… а вот алкоголем поделился, я всегда на родных просторах рад собутыльнику. И тут разговор за жизнь пошел, Ницше там, все дела, в контексте: великий гений прошлого женщинам ещё тогда не доверял (называл коровами), а теперь они не только с чёрными путаются, но еще и с лингамами. А чёрные понаехали, чего им на родине не сидится? Ну и далее по накатанной и утрамбованной пластинке. Тут к нам подтянулся скинхед постарше и поматерее – Игорь, я с ним был знаком шапочно. Прикинул: говорить ли ему, что в их компанию затесался полицейский стукачок? Потом решил, что не моё это дело. Если бодяга идет по чьему-то плану, то не мне в колеса палки вставлять. Тут Игорь меня юному скину представил просто как героя войны, мол, в Чечне я чурок валил пачками направо и налево. Молодость прониклась ко мне уважением. Взгрустнулось, не люблю я ни тиры, ни лавры. И ошибка стратегическая обозначилась: надо было пить водку, а фантой организму вообще не травить.

– Кого и где я мочил, это мое прошлое. Игорь, мне вот твоя рожа симпатичнее, чем многие чёрные, что на нашем рынке трутся. Но и многие чёрные на рынке, симпатичнее, чем ваша лысая компания… – это я старшому больше, чем малому сказал, а потом уж к отроку обратился: – А Ницше твой говно!

За сим встал со скамейки, собираясь уходить.

– Это тебе твой еврейский друг объяснил? – спросил Игорь.

– Какой еще еврейский друг? – не сразу мозги у меня включились.

– Ну, очкарик, часто вместе ходите.

– Антоха что ли? Я при его зачатии свечку не держал, – выдыхаю, берусь за брус в скамейке и вы-ла-мы-ваю, а потом хрясь об колена и бруса уже два. – Если спарринг хотите, можете взять по палке, а я кулаками да головой обойдусь…

– Дмитрий, с тобой трудно разговаривать… – ухмыльнулся Игорь.

– Еще вопросы ко мне есть?

Вопросов никто не озвучил. Вообще тогда со мной без диалектики и арматуры мог бы справиться только ротный Петров. Вот это был мужик… я помянул ротного, сложившего голову за нашу Родину. Родину, которая часто забывает сынов, отдавших за неё свои жизни… и потопал домой. Благо мои часы "Амфибия" намекнули, что совсем ещё не утро, как мне казалось, а вполне себе детское время, без четверти час. В круглосуточном магазине меня знали и выдали пузырь в кредит. Мир не без добрых людей, всё-таки…

На лестнице я слегка подпоил уж и вовсе юную молодежь, при этом вытатуированной на плечике несовершеннолетней барышни ящеркой я занюхивал водку… потом лестница начала туманиться и закручиваться в бесконечную эшеровскую спираль, вот по ней я и побежал вверх, в надежде, что меня на пути к звёздам где-нибудь изнасилует банда нимфеток… разумеется мечты никогда не сбываются так как фантазия наметила… из живых существ, что меня окружали периферическое зрение выделило только тараканов. Эти твари мне где-то после второго литра начинают мерещиться… Я затопал ногами, чтобы рыжие и усатые не забрались на меня, а на мне, как на броне БТРа, не проникли в Форину квартиру… кто-то открыл дверь… наверное, я сам… ба, знакомые всё лица! Антоха джаз смотрит по телеку. Или слушает. С джазом не поймешь, то ли его надо слушать, то ли смотреть, как негры рожи корчат. Неизвестно, что прикольнее. Я икнул, ну вот, с кем поведешься, от того расизма и наберёшься…

Закрыл один глаз и картинка перестала двоиться: саксофонист в телеке наяривал в неизвестной мне группе (ну для продвинутого человечества-то, наверное, известной) так, что его маме никогда не придется заботиться о пособии или пенсии, она верняк получит не один лям бакинских после смерти от наркоты или СПИДа своего сына. На счет саксофонистов мне история вспомнилась романтическая. Любил я одну саксофонистку, а она перед выступлением так трость саксофонную обсасывала…

– Антоха, как будет рок в смысле судьба по-умному?

– Фатум, – отмахнулся от меня друг и снова погрузился в океан джаза.

Вот именно жестокий фатум нас и разлучил. Она – талантливая, а я – вышибала в баре, только что из Чечни вернулся, башню тогда у меня сносило капитально… не склеилась из нас пара. Но кое-какие оргвыводы мне после романа с саксофонисткой сделать пришлось, не буду её имя тут называть, а ну как она стала фигурой известной, а я по-прежнему мордоворотством занимаюсь по клубам… так вот, после всего, что между нами было, я перестал чмырить длинноволосых и феничканутых. Короче, не таких, как я с армейской ультракороткой прической. Я провел рукой по черепу, да, оброс, на одуванчик стал похож, надо будет растительность привести в соответствие: прическа "Спортивная", сверху – 6 мм, с боков – 3 мм…

В один из фартовых вечерков Палыча заносили домой. Под утро. Наша сборная – в Москве! – выиграла у корейцев (южных) со счетом 4:2. А я даже и не знал, что играли, это ведь всё «товарники» (товарищеские матчи) идут, наши и так попали на чемпионат мира, как хозяева. Так чему радоваться? Но для кого-то праздник. Сколько литров выпил Палыч останется тайной его печени. Его несли трое. С одной стороны супруга, с другой стороны два фаната. Два матёрых фаната, каждый чуть меньше Палыча, то есть рыла кило под девяносто каждый. Но они больше подпирали Палыча, даже скорее опирались на его тушу так, что он не мог упасть направо. А слева его держала и тащила вперед Людан, барышня весом от силы 55 килограмм. Зато какой темперамент! Она чисто на силе воли подвигала Палыча в родные пенаты, попутно частила его, а также футбол в целом. Ей не противоречили, ибо Палыч этого не смел, да и не мог, а фанаты могли, но не смели. При встрече со мной и Антохой и нам досталась пара «ласковых» словесных оплеух от Людан. На наше предложение помочь, она ответила: «видали мы таких помощничков, уже двое в качестве балласта плетутся…» ну и обмолвилась так вскользь, что скоро продаст телек к такой-то матери, чтобы по нему зелёное поле не видеть, и купит лингам… Я раньше думал, как они с Палычем сексом занимаются? Она сверху, наверное, а может ещё как… а теперь вот, думаю, какой там секс-то…

В клубе подвижки начались. Меня вызвал начальник охраны и объявил: или соглашайся на снижение зарплаты и повышение продолжительности раб-дня или до свидания. Прямо «Капитал» Маркса какой-то… Я, конечно, поинтересовался, с какого это перепугу при росте цен на энергоносители и пусть невысокой, но все же инфляции заработная плата в московском ночном клубе у охранников должна секвестироваться? Шеф сказал почему, коротко и ёмко. А скоро я увидел визуализированное подтверждение его слов. К нам наняли охранниц. Девчужки такие нехилые были, раскаченные. Лесбиянки. Лингамщицы. Вот они цены и демпенговали. У нас работал отмороженный Сеня, он подговаривал устроить лингамщицам тёмную. Мы как-то идею не поддержали – стрёмно как-то бабам тёмную делать… а на следующую ночь во время дежурства Сеня совершенно случайно упал и ударился виском об угол кафельной ступеньки в туалете. И мы похоронили Сеню. А потом помянули. А когда протрезвели, то кто-то жевал сопли, а кто-то так проглотил, но все одно: стали работать больше, а получать меньше.

Как-то я ехал в автобусе. В полупустом автобусе я ехал. Восседал на самом заднем и самом высоком сидении. Рядом чалились то ли студентки, то ли школьницы, щас акселерация и без осмотра пачпорта трудно разобрать возраст барышень. И тут малыш, что сидел рядом с мамкой на сидении впереди, громко так спросил у нее: "А откуда берутся дети в животе?" Девчонки рядом со мной прыснули, я улыбнулся. Мама ничего не ответила. Тогда малыш – в пуховике с надвинутым капюшоном и не разобрать то ли мальчик, то ли девочка – повторил свой вопрос. И тот снова остался без ответа. А потом мама повела ребенка на выход и малыш сменил объект своего любопытство. Автобус долго стоял на красном свете (светофор на этом перекрестке настроен гореть действительно «долгокрасным») и чудо в пуховике поинтересовалось: "чо стоим, кого ждем?" – ну не такими словами, конечно, более детскими. А потом и девчонки вышли… и я остался один, совсем один.

Мой запой в связи с депрессией совпал с запоем Антона. Та стрингерша, которую он протежировал, подвинула "гуру тележурналистики". Из грязи в князи поднялась. Через постель с шефом пролезла на должность, которую Антоха метил для себя. В итоге мы жестко пили и гадали, сколько ещё осталось до конца света. Только в отличие от пензенских фанатиков под землю не прятались (метро не в счет). Привычный уклад на планете трещал по швам. Капитально так, то бишь без возможности перезагрузки системы. Человечество опять разделили по половому признаку, вроде уже женщина окончательно стала человеком, и ей во многих странах дали такие же права как нам, и тут – хренасе гости понаехали! – шашка оказалась в дамках. Одним всё небо в алмазах, а другим – остатки с барского стола, которые ни хрена не сладки!

Антоха стих прочитал о былом (фамилию поэта я тут же забыл, у меня это с… Барто, кажется, началось, не запоминаю блин ни фамилии, ни стихов). Наверное, или Мандельштам или Пастернак. Вот Пушкина я точнее определяю: «Жеманный кот, на печке сидя, мурлыча, лапкой рыльце мыл» – сразу ясно, что Александр Сергеевич. А тут точно не он про весну чувств зарифмовал:

И любящие, как во сне,

Друг к другу тянутся поспешней,

И на деревьях в вышине

Потеют от тепла скворешни.

Скворешни… Всё-таки Пастернак. Но это когда было? Наверняка до изобретения телевидения, интернета и лингамов. Но если любовь может победить телемыло и киберсекс, то какая любовь выдержит испытанием двумя лингамами сразу? Только настоящая, один случай на миллион, а что делать угнетенному большинству?

Щас поэзия в иннете такая вот:

Наша Маша громко плачет,

у нее лингама нет.

Постбартонизм…

В сегодняшний вечер, который вчера был ещё только завтра, а завтра уже будет вчера, Антоха пил абсент, а это плохой признак. Я запах полыни не люблю. Он у меня с контузией ассоциируется, а ещё с проникающим ранением в легкое (пневнемоторикс… не запомню никак это докторское слово): очнулся, пахнет кровью, блевотиной и полынью… а потом ещё и лекарствами, когда меня перевязывать стали.

– Как ты можешь пить эту гадость?! Воняет аптекой, ну ё-моё… – расстроился я и отвинтил крышку у бутылки водки, чтобы атмосфера в комнате наполнилась человеческими запахами.

– Ничего ты не понимаешь в благородных напитках… – он ещё и расплавленный сахар в зелёную гадость стал капать.

– Помнишь историю про… (Антоха не любит мат и я поправляюсь) …пусть будет про гея, который выпил абсенту и отрезал себе ухо… чужие лавры покоя не дают?

– Мне ничего не известно про сексуальную ориентацию великого художника Ван Гога… ик… и вообще непонятно, может, у них дуэль с Гогеном была и это он отсёк мочку от уха Ван Гога… ик…

Тут я примеряющим взмахом руки прервал я друга, а то не миновать часовой лекции по живописи.

– За зелёную фею! – Антоха все-таки подбухнул абсентом. А я перепрятал кухонный нож из одного ящика в другой, авось там не найдёт. Я вот интуитивно всё что угодно могу найти, причём где угодно, даже иголку в стогу сена, просто запущу пятерню и она меня кольнет, а вот Антоха, если вещь чуть сдвинуть с привычного места, то у него сразу наступает паника и никакая интуиция ему не поможет потеряшку найти, он сразу у меня спрашивает: "Ты не видел открывалку?" ибо считает, что вербальное общение завсегда до цели доведет быстрее, чем несистемный поиск…

После водки мои мозги зафурычили и родили вот какую империалистическую идею: а может, взять и направить ракету с ядерной боеголовкой прямиком на остров Счастья? В качестве антигуманитарной помощи. Антоха агрессивный проект поддержал. Видимо зелёная фея подсуетилась, в неизменном состоянии психики друг мой был за мир во всем мире и за непротивление злу насилием. Будущее показало, что не только нам эта идейка пришла в голову…

Большой и управляемый бум – это так просто! Но на той стороне шахматисты играли сильнее, куда уж нам ходы так далеко вперед просчитать. В США на президентских выборах победила… нет, не баба, то есть женщина! или как там по политкорректному: человек с клитором, а не с членом. Не Хиллари Клинтон (правда, про неё говорят, что яйца у неё есть … но мы слишком далеко ушли в первичные половые признаки). Победил Дональд Трамп, он мужик, хотя и республиканец. А что потом? Трамп написал в твиттере что-то про влияния инопланетян и возможность ядерного удара по острову Счастья. И? И в два месяца Дональд уходит по импичменту и на его место приходит… независимая баба-кандидат Сара Коннор. А ведь она не обещала снизить налоги, раскатать под орех Иран, или раздать деньги олигархов народу, а неграм – баскетбольные мячики. Нет, она была тиха, мягка и, улыбаясь белозубой улыбкой – слава стоматологам! – вымолвила в микрофон: "Лингамы будут в два раза дешевле и наш флот, а также авиация и морская пехота защитят остров Счастья от любых посягательств". И всё, на этой платформе она въехала в овальный кабинет.

У нас всё вышло прикольней. Сначала кандидатками на выборы президента набежали блондинки во главе с Собчак. А Навального не зарегистрировали и он призвал к забастовке избирателей. Потом самовыдвинулся Путин и с результатами выборов стало всем всё ясно… (явка больше 70 процентов, за Путина больше 70 процентов)…

Лирическое отступление. В то время стала популярна песня группы Corner, где были такие строчки:

Выборы есть, а выбора нет!

В чем провинились?

Какой здесь секрет?

И почему, куда ты ни ткнись,

Выборы есть, а выбора нет!

Как-то возвращаюсь я уже и не помню откуда (я же уже говорил про контузию, да?), слушаю песенку про выборы… гляжу, друг сидит, сайт Навального читает, а там – батюшки-светы! – проститутки, олигархи, чиновники… скрепы духовные на Руси, видимо, распрямились. А потом я пошёл на кухню и обомлел…

Вернулся к Антохе и отвлёк его от Навального:

– Это ты купил топор?

– Да, не мешай! – отмахнулся от меня друг.

– Это же легендарный топор мастера Масахиро! – восхитился я.

– Ага…

– Антоха, если бы ты был женщиной, я бы на тебе женился!

– Ага, мне топорик тоже понравился… – но друг окончательно погрузился в пучины, где Герасим топил Муму, а Рогозин – таксу, но всплыла почему-то проститутка рыбка, которую жарил то ли Дериписька, то ли Дерипаська – хрен редьки не слаще. Мне эти темы не интересны.

А я пошёл на кухню и под бодрые запилы группы Corner начал рубить мясо для котлет (на этот раз из курицы и с творогом) топориком Масахиро! Иё-хоу!

К слову, на выборах поставленные плановые показатели выполнили и даже перевыполнили. И я к этому руку приложил – проголосовал за Путина. А вот Антоха и сам не голосовал и всех знакомых активно агитировал присоединиться к забастовке избирателей Навального… не знаю, был ли в этом толк.

Вновь передислоцируемся к главному. Самый важный вопрос – кто набрал больше всего голосов? Не те проценты, что озвучили по дуроскопу, а всамделишние? Правильно – Ольга Смирнова! Её не показывали по телевизору, она не состояла в партии "Единая Россия", её не поддерживали кремлевские группировки, её не выдвигала оппозиция, ей не башлял седой Запад, её не протуливал загорелый Восток. Но она пообещала сделать лингамы в четыре раза дешевле для россиянок, а еще пообещала, что ни одна наша боеголовка не будет нацелена на остров Счастья. И чего? Вы думаете, её прокатили? Конечно, её прокатили мужики, только ведь мужики – это не большинство. По факту: Ольга Смирнова набрала больше голосов, чем Путин! Это вам не дутые рейтинги, это реалии мира, находящегося в состоянии лингамной лихорадки.

После 18 марта, конечно, все присягнули на верность Путину. Инаугурация – прошла чин-чинарем! – портреты нового-старого императора остались висеть в кабинетах… И вдруг – опаньки, приехали вместо светлого завтра в стрёмное сегодня – полная изоляция со стороны мирового общества. Да и было отчего. Наш новый президент пообещал сохранить старый курс (он ведь правильный – кто бы сомневался), но… обмолвился, что в связи с возросшей напряженностью, которая возникла в обществе из-за лингамов, возможно, вооруженные силы Российской Федерации… и главное секретное оружие есть. Долетит и ни одно ПВО его не собьёт. Кому любопытны подробности, эту речь теперь можно прочитать в учебниках истории.

Вот из-за этого заявления и разгорелся так называемый лингамный кризис. В США президент – баба, в Англии – баба, во Франции – тоже баба. А в России – мужик. Стабильность, ёшки-матрёшки… Все за круглым столом на большой восьмерке трындят о лингамах, и только наш курилка – об особом пути России. Нестыковка. Опять же когда арабы потихоньку взрывают евреев, а евреи потихоньку бомбят арабов – это их чисто местечковые разборки. Если США вторгается в Афганистан и там в три раза возрастает производство наркоты (с которой бойцы демократии успешно борются, судя по их пресс-релизам), то это их чисто звездно-полосатый инвестиционный проект. А тут мало того, что президентом России должна стать – по демократическим понятиям и по правде, в этот раз они совпали! – Ольга Смирнова, так еще российская военщина тянет руки к острову Счастья. Да, Путин заявил, что уши создателей лингамов торчат с другой планеты и если будет нужно – бабахем. Не порядок…

Даже Куба во времена Карибского кризиса не испытывала такого давления извне, какое пришлось испытать России… в новейших учебниках истории лингамный кризис обозначают периодом времени длиной в неделю, но на самом деле это были пять полных дней и четыре ночи. Дольше российские мужики не смогли бороться со всем миром и с "пятой колонной" в виде российских лингамщиц. Если бы на нас напали армии всех мировых держав, если бы по нам нанесли ядерный удар… мы бы сдюжили! Или просто взорвали бы у себя свои запасы бомб и планете настал бы полный кирдык. Но…

Лингамы были у любовницы (или гражданской жены) президента, у супруги премьера, у жен губернаторов и мэров городов, полпредов, олигархов, магнатов, генералов армии, МВД и прочих силовых структур, директоров медиа-холдингов, свечных заводиков и т.д. и т.п.

И вдруг лингамы отключили. Но! И это важный нюанс! Отключили лингамщиц не только на территории России. Отключили весь мир! Корпорация "Айк" объяснила такой всеобщий игнор так: невозможно ввести бойкот отдельной территории, или все лингамы работают или все не работают. А работать в штатном режиме остров Счастья видите ли не могет, пока одна из ядерных держав ей "козу" показывает. Вот сем и показали "кузькину мать". Посадили всех лингамщиц планеты на голодный паек. Представляете, какая буря прошла по миру? Нет. Вы её не представляете. СПИД, Холокост, птичий грипп, и даже то, что Каин убил Авеля – а также 1000 и 1 факт из мировой истории поблекли и полиняли на фоне повсеместного отключения лингамов. Возможно, кое-кому покажется сравнение кощунственным, но ему другое можно поставить в упрек – оно не достаточно точно передает несравнимость событий. Потому что такая буря поднялась… такая штормина, которой никогда не фиксировали ни история, ни священное писание!

А потом всё просто: президентом России становится Ольга Смирнова и у неё развязаны руки. Только два наказа: не делить асфальт (сиречь всё что присвоено – то присвоено), и не грозить острову Счастья (а она и не собиралась, ведь лингамщица). Только один фактик присовокуплю, который свободная российская пресса как-то обошла своим вниманием. Некоторое количество наших непримиримых генералов (их еще прозвали лингамофобами) были найдены в закрытых кабинетах и находились они в позах неуставных… как новогоднюю ёлку украшают шарики, так кабинеты некоторых золотопогонников и красноломпасников "украсили" их хозяева. Все одинаково мёртвые. И кое-кому стало ясно, кто на шарике теперь хозяин. Только не мне, сержанту запаса…

Примерно тогда и показали по телевизору хороший такой документальный фильм про плохих красных кхмеров. Они пришли к власти в отдельно взятой стране Камбоджа и стали наводить порядок. Новый. То есть убивали интеллигентов за то, что они интеллигенты, простой народ сгоняли в трудовые лагеря (мужчин отдельно от женщин), деньги отменили, а смертные приговоры приводили в исполнение тяпками, чтобы зря не изводить патроны на "материал" человеческий.

– Антоха, тебя бы тяпкой по башке урыли за очки, – невесело мне было и шутка вышла такая же.

– А тебя бы за самоволку в женский лагерь.

Да долго бы мы при красных кхмерах в Камбодже не прожили. А вот в России, пораженной лингамной лихорадкой, ничего себе живем. За окном вот на подоконнике – я туда иногда крохи хлеба кидаю, – чирикали воробьи и ничего они не знали про лингамы…

– К слову, кхмеры – чемпионы по уничтожению собственных граждан в процентном отношении к общему количеству населения. А на втором месте – товарищ Сталин. За годы его правления к высшей мере было приговорено около 800 тысяч человек, в самый пик 1937-1938 годы почти 700 тысяч. А сколько погибло в ГУЛАГе, при уничтожении крестьян и депортации целых народов – никто не знает! – у Антохи началось.

– А нацисты во главе с Адольфычем уничтожили у нас от 20 до 28 миллионов человек, пришли к нам с европейской армией, системно работали, за людей нас не считали. И мы сейчас с тобой живем только потому, что наши деды и бабки эту машину смерти уничтожили. Вечная им за это слава! – парировал я, у нас периодически случаются подобные перепалки.

– Про нацистов правда – они нас считали недочеловеками. Только, Дима, при чём тут сталинские репрессии? Вавилова сгноили в тюрьме. Отца Шукшина расстреляли, а он был простым колхозником. Это только пара примеров, у нас миллионы людей уничтожили, а десятки миллионов прошли через лагеря. Этот шрам навсегда! Планово расстреливали людей в городах и селах, в армии и на производстве. Почитай историю! Не только своё окружение этот упырь зачищал, не только Ленинскую гвардию, по всей стране метла смерти прошла!

Смотрю, праведный гнев в друге закипает, сейчас он начнет вещать про уничтоженную в ходе массового террора верхушку Красной армии, про бездарное отступление, про «трупами закидали» и я поднял руку и ладонью остановил вырывающийся из Антохи поток слов:

– Стопэ-э-э! Давай тему не развивать, а то начнешь про сдачу Ленинграда и Москвы и я что-нибудь сломаю, а у нас и так шкаф на ладан дышит…

Антоха умный, посему промолчал и шкаф остался целым. А дверку у гардеробчика я на следующий день починил.

Правда, которая есть противоположность кривды: ночные клубы стали потихоньку закрываться. Зачем в них ходили раньше? Чтобы снять телку. Теперь любая – малолетка, в возрасте, с грудью ядреной или плоской, с длинными ногами, без ног и так далее – очень быстро примчится по вызову, чтобы удовлетворить тебя и заработать на лингам. Это за деньги. Бесплатно можно иметь либо неофиток, которые пробуют лингамы, либо купить своей барышне один (тока не два, ибо тогда вы станете ей не нужны) и иметь её в те отверстия, которые не заняты лингамом. Опять же раньше в клубы девушки ходили отрываться. За счастьем, так сказать. Ну, колеса пожевать, попрыгать от драйва до одури… а сейчас кайфа выше крыши дают лингамы, колеса жевать – без надобности, а счастья в жизни столько, что на клубы не остается времени. Только счастье и работа, лингамы и работа по 16 часов в сутки, чтобы счастья стало ещё больше. Да, сохранилось прослойка клабберов, которые, скорее умрут, чем пропустят очередную вечеринку. Но не они делают основную выручку. Опять же зачем ходить парням в клуб, если там нет девок, ради парней? Продажи телевизоров упали (впервые в истории), а вы говорите клубы. Голливуд и Болливуд стали распродавать активы, а вы говорите клубы. Рынок бриллиантов захирел – а ведь это когда-то были лучшие друзья девушек, а вы говорите клубы.

– Антон, меня уволили, – сказал я как-то вечером.

Окопался я в блиндаже культурно: на столике стояла бутылочка водочки (её сестрица охлаждалась в холодильнике), рядом селёдочка, чёрный хлебушек и крупно порезанный лучок.

– Кто будет платить за квартиру?

Я налил водку Антону.

– Ты мне зубы не заговаривай! – хреновое у него настроение, наверное, хреновее даже моего.

– А давай её частично сдадим? – а что я еще мог сказать?

– Да кому она теперь нужна… ты знаешь, что сейчас стоит квартира в Москве? Как китайцы стали – бабы готовы спать в коробках из-под холодильников, половина мужиков продает квартиры, чтобы отдать кредиты, жилплощадь на хрен никому не нужна. Полный…

– И что мне делать? – я снова разлил холодную субстанцию по граненым формам.

– Не тебе, а нам, меня тоже уволили. У нас на всех постах бабы теперь работают, по две нормы выдают стахановки-чертовы, а через койку с ними не договоришься, у всех лингамы… тра-та-та-та – завелся бывший телевизионный мэтр… метр… аршин… лучше ещё раз разолью до краев.

И тут мой орлиный глаз заметил, что селёдку мне завернули в газету на английском языке. Там фотка – человек выходил в окно небоскреба.

– Антоха, переведи, чего это?

Друг пробежал строчки глазами.

– В Нью-Йорке психоаналитики в массовом порядке стали выбрасываться из окон небоскребов. Вот это здание даже прозвали последним приютом уставшего психоаналитика.

– Можешь очередной пост у себя в жэжэ назвать: "Хроники пикирующего психо…"

– Лениво, – прервал меня Антоха, – Лучше начисли ещё по полтишку…

С горя-горюшка мы тогда знатно накирялись и больше уже не говорили на серьёзные темы. Даже чокались молча… И я не сказал любимый тост моего бати: "Чтобы крепость внутреннего стержня перерастала в стояк стержня наружного". Сейчас члены не актуальны, шо партийные, шо беспартийные…

В какой-то день запоя или запоя вечер:

– Слушай, переключи, я тебя прошу, невозможно же слушать эту попсу! – умолял меня друг, но я был не преклонен.

– Это же Си Си Кейтч! Помнишь школа, квадратные магнитофоны. Только не говори, что ты не слушал блондинку Си Си!

Антоха мне стал мне вещать про "Пинк Флойд" и "Лед Зеппелин"…

– А "Машину времени" ты тоже не слушал?

– То машина! Прошу, выключи дискотеку 80-х!

– А "Ласковый май"?

– Нет!

– КИНО?

– Нет!

– А Си Си Кейтч?

– Фашист!

– Для "Рамштайн" ещё рано, да и настроение лирическое, хотя и говняное. А зачем она с неграми танцует, для контрасту?

– Выключи, тогда скажу, – прошептал окончательно обессилевший от "пыток" Антоха, но я не выключил и снова не узнал правды.

– Да ты знаешь скока ей лет?

– Какая разница, выглядит… ну на сорок, хотя отгримировали на тридцать пять.

– Ща узнаем, может хотя бы это тебя разочарует… – Антоха достал ноут, вышел в иннет, прошерстил сайты в поисках нужной информации и выдал: – Пятьдесят три.

– А я бы её трахнул и в пятьдесят пять! даже если она конченная лингамщица.

– Наверняка чосом по России зарабатывает на пятый лингам, – зависть никого не красит, даже друга.

– Ну и пусть, она мне нравится! – и я прибавил звук. – Антоха, и у нас всё будет хА-рА-шО! – конечно, я никогда не пересплю с Си Си Кейтч и у нас не всё будет хорошо, но хотя бы поорать сегодня – это получится.

В стену застучали соседи. А я застучал битой по стене громче…

Другой неопределенный вечер. Антоха принёс виски, он его любил потреблять с большим количеством льда, то есть заполнял бокал льдом до краев и потом уж наливал в щели между мини-айсбергами вискарь. А мне данный напиток всегда напоминал первач, хорошее виски, плохое, дорогое, дешёвое – оно и в Европе, и в Африке, и в России самогон и есть. А самогон я с детства не люблю. Поэтому в особо больших количествах не пью, а в малых так вообще не перевариваю. Но если развести виски тоником – тогда эту гадость ещё более-менее можно цедить сквозь зубы.

Я кисло посмотрел в коричневую жидкость, переливающуюся в бокале.

– Схожу-ка я за лимонадом.

– Как ты его можешь пить, там же мутогенный аспартам вместо подсластителя. Его запретили в нормальных странах! – вдогонку кинул мне аргумент друг.

– В топку минералку! – ответил я залпом орудий крупного калибра.

Мы не совпадали и насчет воды. Антоха никогда не пил "Василек", "Алису", "Колокольчик", и прочее дешевое пойло. Он тратился на снабженную железом и другими металлами минералку с газом или чаще без газа. А мне незатейливые лимонадики нравились, я с ними детство вспоминал. И мне всё равно за счёт каких подсластителей и химикатов они приобрели именно такие цвета и вкусовые качества. А вот минеральные источники… как-то наших корешей подстерегли рядом с родником и всех люто убили, там тоже была жутко полезная вода. В топку минералку!

Однако в этот раз моя борьба с "Алисой" завязалась не на жизнь, а на смерть. "Алиса" не хотела мне давать. Крышка у бутылки не отвинчивалась. Бывает с ними такое. Иногда. Я силушкой не обижен, но тут скока не давил пальцами по пластмассе – нуль эффект. Зубы стерли пару кружков пластмассовой стружки, но пробка сказала: "неа". Виски по-прежнему плескалось в бокале "сухим". Отвинтить крышку через футболку не получилось – также проворачивалась, паскуда, но не открывалась! Тогда я стал из чайника лить на пробку кипяток над раковиной. Крутить заметно потеплевшую крышку стало приятнее, но не легче. Она как наши герои бойцы во время Великой Отечественной в Бресте не сдавалась превосходящим силам противника. Тогда я рубанул сдерживающие пластмаски на крышки ножом. Но даже отделенная от своей нижней кромки пробка не отвинчивалась. Я налил кипятка в плошку и опрокинул туда бутылку, и держал так, покуда изрядно подсократившиеся боезапасы терпения не иссякли вовсе. Тогда я снова впился пальцами в бока пробки. На успех я не надеялся, но вложил в это усилия всю злость и эта злость сильно сдавила белый кругляк, но пробка тоже была злючкой еще той и сжала челюсти насмерть…

– Зае… – с этим криком я несколько раз ударил бутылкой по кухонной стене. И стена и пробка выдержали. Виски стояло "сухим". Ярость поднялась во мне выше кадыка, кухня стала багроветь…

Тогда я взял кухонный нож и пырнул бутылку – её создатель рядом не отсвечивал, а жаль! Из дыры вырвался фонтан газировки и ударил мне в левый глаз. Я надавил на ручку ножа и отсек ненавистную пробку корявым зигзагом. Сколько при этом сладкой водицы вылилось в раковину – мне плевать. Главное, я её сделал! Бухнул лимонада в виски и отхлебнул, глоток вышел таким, что ополовинил бокал. Пришлось мокрым идти к Антохе доливать виски, а потом из порубанной бутылки его сдабривать. Я так посмотрел на Антоху, что тот ничего не спросил. А я ничего ему не ответил, в тишине опустился в кресло и стал потихоньку тянуть виски с "Алисой"… мое мироощущение почти достигло нирваны. Почти. Потому что какой-то урод не отрегулировал нормально сигнализацию на машине. И она завывала, лишенная общения с хозяином. Некоторое время я крепился, но потом потолок стал алеть… и я зарычал матом всякие гадости в адрес …долбоклюев… из окружающей меня Вселенной. Вышел на лестничную клетку, потом на балкон, выходящий во двор… ситуация оказалась ещё более мерзкой, чем я думал. Автохам припарковал своё корыто так, что к пациенту не могла проехать скорая помощь. В итоге врачи пошли к нужному дому пешком. А я нашёл подходящий объект для метания и со всего размаху направил волну народного гнева на консервную банку. Обломок бетонной стены смачно попал в лобовое стекло, он не смог его проломить на вылет, но смачно застрял в триплексе лобовухе. Долбоклюю придется эвакуировать машину за свой счет. А если бы я был диктатор, то разговор вышел короткий: твоя машина мешает проезду скорой или пожарной? Приготовься к тому, что ее эвакуируют и отправляют под пресс без страховых выплат и возможности обращения в суд. А как же незыблемое право частной собственности? Оно заканчивается, когда ваше движимое имущество угрожает жизни или здоровью других людей. Бросил машину во дворе так, что она мешает проезду скорой или пожарной – твой тазик эвакуировали и расплющили. Dixi! (снова латынь лезет, газы что ли из меня выходят?)

Я не стал дожидаться признания моих заслуг от соседей и ушел в тень, попутно заметил, что в руках по прежнему держу виски с "Алисой". Клёво! Отпил из бокала и мне уже не мешала воющая сигнализация на улице. Я скалил зубы в темноте и дышал перегаром первача и газировки в подъезд…

Утро следующего дня:

– А может, купим попугайчика, назовем его Лингамом и потом башку открутим? – предложила моя разламывающаяся от похмелья голова.

– Давай, – согласился друг.

Только наша безграничная лень помешала привести этот гениальный план в исполнение.

После глубокого падения начался долгий и нудный подъем к потерянным высотам. Мы с Антохой занялись йогой. Это выглядело так: он лежал на одном диване, а я на другом. Мы думали о хорошем. О том, что больше никогда не будем пить. Совсем, то есть никогда. Займемся физкультурой, будем больше бывать на свежем воздухе, но без пьянок за городом, в лесопарках, на набережных, в кабаках и на квартирах. Поскольку мы в это не верили, йога выходила какая-то неказистая.

Примерно также обстояли дела с той религиозной анафемой, которую изрыгали на лингамы служители культа. Столько эфирного времени проповедники на телеэкранах ни занимали никогда. По всей видимости, крепко им жаренный петух клюнул в одно место. Доходы их резко упали с началом лингамной лихорадки. Монахов мужеского пола, может, и стало больше. А доходы упали. И это не могло не волновать князей церкви. Я обычно переключал канал, когда слышал, что-то вроде: "женщина – не сосуд для лингама". Не знаю, почему были профуканы результаты крестовых походов. Наверное, потому что воевали не за идею, а за золото. А тут даже и победы никакой не могло быть в принципе. Сколько страждущим ни внушай, что лингамы – зло, женщина она сама решит, чо как. Купила, воткнула, дальше целюлит прошел, о ПМС забыла, волосы стали шелковистыми, грудь упругой, морщины разгладились, мешки под глазами отправились в эмиграцию… но и этого мало – раньше считающиеся абсолютно бесплодными женщины благополучно рожали! Ну не от лингамов, конечно, а от мужиков. Но в первую очередь благодаря лингамам. А тут проповеди. Нет, камни святые или просто кирпичи в огород лингамщиц не долетали. И что странно: ни одного слова в защиту лингамов, ни статей от "независимых" ученых. Ни пука, ни свиста, ни слова тихого. С той стороны. И молчание поглотило всю ту многомиллионную и многоглоточную шумиху, которую развели святые или не очень отцы. Женщины в городах и весях, где никогда не было интернета, подключались к нему только чтобы зарегистрировать лингамы. Представительниц прекрасного пола пугали адом. А они втыкали лингамы, много работали, плодотворно творили и активно рожали детей. Даже те страны, где рожать уже стало традиционно не модно, вдруг, "проснулись" – расцвели. И в роддомах заугукали… преимущественно девочки. Новая поросль, точнее старая, но на новый лад. Счастливые. Здесь, сейчас.

Копаем глубже… как говорил наш прапор: «на полный штык». У нас сломалась микроволновка от известного брэнда, но когда мы её разобрали, то увидели надпись – Made in China.

– Удивительно! – заявил Антоха и глаза у него за очками стали больше.

– Обычные дела. Ты же сам мне рассказывал, когда из Парижа вернулся, что купил там брелок с Эйфелевой башней, перевернул к верху пузом, а там написано Made in China.

– Да я не про печку. Про лингамы…

– А лингамы тут причем?

– Любой товар китайцы разбирают и делают у себя дешевле. А с лингамами так не вышло.

– Ну не любой. Макинтоши в Китае не делают. Эти… телефоны Верту тоже там не штампуют.

– Это не массовые изделия. А лингамы по всему миру разошлись. И никакого контрафакта.

– Там же регистрация…

– Там тайна, такая тайна, что…

И Антоха не договорил. Я стукнул кулаком по разобранной микроволновке, но от этого ей лучше не стало. И мне тоже.

Из финансовой пропасти и болота безнадеги нас вытащила Динка, как бы парадоксально это ни звучало. Она сильно поднялась. На два месяца исчезла, вернулась с четырьмя лингамами, вся светящаяся от ежедневного двойного кайфа. Она мне как-то пыталась объяснить график включений-подзарядок её четырех лингамов, но это оказалось инфой не для средних умов и я фишку не просёк, а вот Антоха сказал, что ему всё ясно.

– Ну, что, мальчишки мои любимые, – она нас обняла, – пойдёте ко мне работать?

Я чуть не прослезился. Был готов на всё, но работа оказалась не пыльной. В службе мониторинга. Проще говоря, мы выбивали кредиты за лингамы, которые барышни не спешили отдавать. Как оказалось, наличные деньги у населения кончились, а поток лингамов не оскудевал. И откуда они только брались? Так вот, теперь бабам предлагались льготные кредиты на лингамы, цены на которые пусть и не в четыре, а в два раза, но все же упали. А значит, Ольга Смирнова в отличие от других царей и президентов за свой базар ответила хотя бы на 50 процентов. Брали то кредиты охотно, а вот отдавать подавляющее большинство женщин не спешило. Тогда и являлись мужики – исключительно мужики! – облаченные в черную униформу с белыми буквами "СМ" (служба мониторинга) на спине. Почему в эту коммерческую силовую структуру шли исключительно мужики, думаю, объяснять не надо. Ворон ворону – глаз не выколет, лингамщица лингамщицу поймет, кое-что кое-где дрогнет и очередную выплату по кредиту можно будет отложить. А вот мужик, обозленный лингамами, и более уже не являющийся вершиной эволюции – он на происки лингамщиц ноль внимания, фунт презрения. Потому что мы одной бедой развенчаны!

Сначала мы увещевали (этим в нашей паре занимался интеллигентный Антон), а ежели понимания не наступало, то в дело вступал я (отвечающий за крутые меры). С каким наслаждением я вырубал лингамы! Этого не передать. Естественно, нас ненавидели. В народе нас прозвали эсэсовцами. А кое-кто из интеллигенции бросали нам злобное: «кромешники!» Мне Антоха пояснил, что так называли опричников во времена Ивана Грозного. Точное определение, но не прижилось. Ведь кто такие фашисты, в нашей стране знают все, а коннотации слова «кромешники» ещё поди разбери. К слову, в нас бросали не только слова, но и более тяжелые предметы. И даже стреляли иногда из газовых и травматических пистолей. Поэтому на дело мы ходили в бронниках и при оружии. Мало-помалу между женщинами и мужчинами стала разгораться холодная война, плавно переходящая в горячую. Женщины стали высшей расой, а мужики – вроде как балластом. Те мужчины, из которых гвозди можно было делать, а не те, что тряпками зовутся, теперь работали в "СМ" и отключали лингамы от сети. Было от чего возненавидеть друг друга, клин вошел между полами "М" и "Ж". Но были и плюсы – я наконец-то отдал кредит. Банк был рад. Я радовался меньше.

В творческом порыве Антоха рисовал на картонке котятку. Такого разноцветного котятку, забавного котятку, игрунчика. Возможно, в стиле импрессионизм, я в во всяких «измах» не разбираюсь. Незатейливый рисунок, я бы сказал, даже примитивный. От широты души он мне его презентовал, когда закончил.

– Спасибо! Антоха, а можно я на твоем ноуте буду рассказ писать?

– Ты же всегда им пользовался и разрешения не спрашивал, что изменилось? – удивился друг.

– Ну, рассказ – это же серьёзно… это не на порносайты лазить.

Его глаза за очками повеселели. Он достал лептоп из сумки, сдул воображаемую пыль и торжественно вручил мне.

– Владей! Теперь он твой! – и улыбнулся, как улыбаться может только друг с детского сада.

– Да мне только рассказ написать, мне так-то ноут не нужен, ты же знаешь…

– Дима, так будет вернее. Только уж не просто пиши слова одно за другим, пиши кровью из сердца.

Чего-то я расчувствовался…

– А я хотел напополам с чернилами разбавлять, теперь меньше напишу от задуманного.

– Про лингамы?

– Про жизнь и смерть.

– Только не бери меня в редакторы!

– Как так? Ты же лучше всех понимаешь, что я хочу сказать, когда говорю гм… м-м-м… э-э-э и просто когда молчу.

– Ну, нет, добавлять – это уже соавторство. Я помогу только отсечь лишнее, да некоторые слова подправить, а то ведь армейский жаргон попрёт. – И друг не обманул, он действительно поправил мало, всё по делу. Правда заменил (или удалил) все мои матюки… но по чесноку, кого сейчас матом удивишь?

– Так я на нём и хотел выехать на крутых поворотах.

И мы спели вместе: "На крутых поворотах".

Наступило лохматое бря. Неважно какое бря. Мы с Антоном вернулись на квартиру после задания. Приняли душ, накрыли на кухне поляну. Надо было снять стресс. По телеку показывали про бунты женщин в мусульманских странах. Ислам, как и христианство, как и ещё куча распространенных и не очень религий категорически запретили использовать женщинам лингамы. Только одно дело запретить и пригрозить гипотетическим адом, которого мало кто видел (а большинство из тех, кто всё-таки видел, как они утверждают, вполне достойны помещения в дурку), и другое дело – реальные лингамы, дарящие в отличие от мужчин райское наслаждение уже сейчас. Шариат запрещает лингамы и грозит смертью за их использование? Ладно, тогда женщина-тоже-человек отвечала вот каким простым алгоритмом: иммиграция и покупка лингама в кредит в так называемых цивилизованных странах (вопрос долой чадру или не долой – решался индивидуально). Крепкий институт семьи, которым хвалились на востоке, дал трещину. Отцы нянчили своих чад мужского пола и готовили их к очередной "священной" войне, а мамаши с девочками переходили границу, чтобы делать любую работу и подниматься по лингамной лестнице к райскому счастью на земле, а не в небесах. Такого выплеска свободной энергии человечество не знало никогда. Женщины не просто двигали прогресс, науку, культуру и искусство со страшной силой. Они делали это творчески, с выдумкой, нестандартно. То ли во время мультиоргазмов на них знание сваливалось из высших миров (или из глубин подсознания), то ли собственная кошеварка варила недуром – но факт остается фактом – холодный термояд воплотили в жизнь бабы! Причем в группе ученых активно работала блондинка, что уж вовсе привело в шок Нобелевский комитет. Премию барышни пустили на лингамы – кто бы сомневался? Вообще мир стал потихоньку разделяться – женщины стали объединяться в коммуны, снимали большие дома и жили в них с детьми. За мелкими всегда было кому присмотреть, пока женщины работали. А мужики? Пили, наркоманили и уничтожали себя ещё всякими погаными способами.

Отдыхали мы от трудов праведных. То бишь пили водку. После третьей Антона потянуло на заумь.

– А ты знаешь, что деньги, которые платят бабы за лингамы, нигде не всплывают? На них уже можно было бы всю нашу Землю с потрохами купить! А этого никто не делает. Выходит что?

– Что? – повторил я, считая бульки водки. Разлив белой – дело сурьёзное, а разливал я с точностью аптекарских весов, а может даже круче, где вы видели аптекарские весы, которые бы разливали белую?

– Выходит, что корпорации "Айк" наша планетка не нужна.

– А что ей нужно тогда? Наши души? – поднял я стопку.

– Заметь, не я это сказал.

Мы выпили без тоста непонятно за что.

По телеку показывали какую-то политическую баталию (звук был выключен), и мы увидели Фору.

– Гляди, Фора! – я ткнул в экран вилкой, с нанизанной на неё сосиской, откусанный конец которой густо отпомидорил кетчупом.

– Точно, она теперь полпред в приволжском федеральном округе. Теперь уборщицы управляют государством. Сбылась мечта Бисмарка, хорошо, что он до этого не дожил…

И ещё я уважаю Антоху за то, что он мне ни разу не сказал: "А если ты такой умный, то почему строем не ходишь?" никогда, понимаете?! Только иногда подкалывал так витиевато: "Устал твой Устав, Дима?" Он то не служил, откосил от армии. Конечно, защищать Родину, где правила бал кровавая гебня он не мог.

И тут – на острие недокусанной сосиски… я плавно подвожу к неизбежному: нас навестила Динка. Она приезжала к нам, как сама говорила, чтобы пообщаться с народом. Сама она уже сделала карьеру и работала советником президента по рациональному использованию лингамов. Серый кардинал в юбке, точнее розовый – Динка помолодела и светилась жизнью, так хорошо она не выглядела никогда. Телохранителям мы предложили водки, но они отказались. Все в чёрном и шлемах с зеркальными забралами, таких даже у нас нет (а мы ведь не самые последние челы, мы – парни из "СМ"). Элита, мать их! А вот Динка выпила полтишок, смачно закусила огурчиком, картинно прилегла у меня на плече.

– Так не хватает мужчин в правительстве! – показно вздохнула, – но не справляются, работаю мало, зарплату хотят большую, да еще любовниц, лимузины, дачи, недвижимость и счета за бугром. То ли дело мы… – она поцеловала меня в щеку, отчего кровь ударила мне в голову (в обе). – Опять обсуждаете судьбы России… судя по литражу… судьбы мира… наверное, решаете куда деваются деньги, которые мы тратим на лингамы. Да не бойтесь, жучков у вас здесь нет. Просто у вас всё на лицах написано.

– Это у него написано, – я посмотрел на Антона, – а у меня нарисовано.

Посмеялись. Выпили. Закусили. Динка отпустила охрану. Черношлемники вышли и стали топтаться в коридоре и соседних комнатах, оттуда их нельзя было выгнать даже прямым приказом советника президента. А потом мы занялись сексом, как в старые добрые времена. Много позже, когда черношлемники всё также дежурили в коридоре, а мы в трёху лежали на кровати, я поинтересовался у Динки:

– Зачем тебе секс сейчас?

– Девочку хочу, – на ушко мне прошептала она.

Больше я ничего не спрашивал. Да, кстати, девчонок стало рождаться гораздо больше, чем пацанов. Примерно четыре к одному. Это у лингамщиц, но даже у тех матерей, что лингамами по религиозным или каким другим соображением не пользовались, на три девочки приходилось всего два мальчишки. Вот такие "правила игры" включили в небесной канцелярии или в подземной.

Количество суши-баров в Москве заметно поубавилось (так в свое время почти вымерли совдеповские столовки и пельменные), еле нашли подходящий. Динка и Антоха заказали богато всех этих глупостей с рисом и неразбери пойми чем. Я взял как настоящий северный викинг: на первое – водки, на второе – водки, на третье – водки, и еще компот (его заменил яблочный сок), а из забугорного общепита на деревянное полено, которое передо мной положили в качестве тарелки, я сгруппировал лишь васаби и имбирь, их и потреблял вприкуску после водки. Что бы жизнь малиной не казалась. А Динка и Антоха палочками вымачивали колобки, обернутые водорослями в соусе, весьма эротично кормили друг друга с рук, урчали от удовольствия, а я далеко не с первой и даже не с седьмой рюмки присоединился к их веселой волне, но все же догнал парочку… Динка увидела, как я провожаю взглядом одну официанточку с формами скрипичными сверху и семенящими ножками снизу (все официантки носились по заведению в жутко неудобной для ходьбы униформе) и включила административный ресурс. Очень быстро барышня оказалась у меня на коленях, что категорически запрещал внутренний распорядок, но мы же квасили не с кем-нибудь, а с советником по лингамам президента РФ, у Динки на поясе блестели пять лингамов – шутки в сторону! Посему полог тайны опустился над нашей кабинкой или как там вигвамы зовутся на языке апачей? А чёрные шлемы надежно охраняли тылы…

На Лиговки это случилось. Впервые в нашей практике. Против нашей группы применили огнемет. Запросто так. Без предупреждения и объявления войны. Тотально сжечь ненавистных эсэсовцев. То есть нас. Хорошо ещё, что я загривком почуял беду и с бедра полоснул из автомата по засевшему в засаде огнеметчику. А то бы хана. Но все равно нас задело. Антона довольно сильно – его увезли в больницу, меня лишь по касательной пламя поцеловало и я от госпитализации отказался. Медсестра смазала левую руку, которая покраснела и нещадно ныла, но что мне могли дать в госпитале? Я на месте принял спирту и послал на хер обезболивающие лекарства, хотя от меня воняло обгорелым мясом. Привалился к стене и тупо смотрел в пустоту, ограниченную соседним домом. Тогда она и подошла.

– Больно? – прямо ангел небесный.

Хотел я послать незваную как их там величают… самаритянку что ли, да язык не поворачивался уже. Прилип. Просто холодно так посмотрел, мол, вали отсюда! Но не отошла. Так и стояла в длинном красном кашне, а вот пальтишко чёрное и сапоги чёрные простые такие чёрные сапоги… поплыла картинка…

– Ты добрый, просто кажешься злым. Тебя эта форма чернит.

Так и сказала "чернит". Наклонилась ко мне. Сумасшедшая, наверное. Глаза уж слишком глубоко синие. Таких у нормальных не бывает. Видел я такие глазища в Кащенко, доводилось.

– Пошли ко мне, умоешься, – она помогла мне встать и куда-то потянула. Даже если это засада антилигамщиков – мне всё равно. Надо же кому-то я небезразличен. Однако рука привычным движением все же сняла с предохранителя автомат…

Она мне поливала из ковша, а я умывался одной правой, потом она меня обтерла мохнатым полотенцем… а потом… это была не засада, ствол я долго не мог найти и еще я не мог найти следов ни одного лингама или зарядника.

– У тебя что, нет лингамов?! – изумился я.

– Ты, наверное, это ищешь, – протянула Надя мой короткий автоматический огнестрел.

– На наркотиках сидишь? – я не мог понять феномен.

Она тряхнула головой. Отвернулась. Обиделась. Мне стало плохо.

– Извини, – сказал я слово, которое по-всамделишному не говорил уже несколько лет.

Обнял, поцеловал.

– Я не хотел. Почернел на службе. Только у тебя отмок, ты светлая…

Больше ничего не мог из себя выдавить. Но и этого хватило. Она повернулась ко мне, сквозь слёзы улыбнулась.

– Знаешь… я так долго ждала тебя… а ты приходил только во сне, а наяву ни разу! Везде тебя искала, а тебя нет! За йогуртом пошла, возвращаюсь, а ты у нас во дворе сидишь обожженный.

– Надя, ты что, с тобой всё в порядке? – сердце у меня зашлось. Чуть не задушил в объятиях, медведь треклятый! Повязку сорвал и даже не заметил этого. Она мне её поправила.

– Ты ведь не уйдешь… не пропадешь… не бросишь…

– Нет! Нет! Нет! – я еще сильнее прижал её к груди, хотя и так мы были не двумя, но одним. Навсегда, без каких либо условий и оговорок.

Третью лингамную войну я почти не помню. Вроде бы заваруха началась вот с чего: исламские фундаменталисты протащили на остров Счастья ядерный заряд и устроили большой бум. Потом страны большой восьмерки (этот символ теперь лучше рисовать с лингамами в дырочках) начали вгонять бомбами да ракетами в каменный век особо упертые в отношении к лингамам государства. И Россия тоже в этом участвовала, хотя у нас много мусульман и мы традиционно против крутых решений США и Великобритании на Востоке. Но мир изменился, и былая система сдержек и противовесов уже не работала. Чем всё закончилось, вы знаете. Вторая мировая война с её Сталинградом, Хиросимой и Дрезденом стала казаться детскими шалостями ХХ века, а мы попали сразу из XXI века в век XXL. Век без иллюзий.

Меня интересовало другое – мир без лингамов. Его открывала для меня Надежда. Надя. Наденька. Сыграли свадьбу, Антон выступил в качестве свидетеля с моей стороны, рыжая художница Алеся – с её, а Динка подарила нам квартиру. Мы не стали ерепениться, сами бы не купили, мы же почти люмпены. В небольшой двухкомнатной, почти без мебели хате и зажили тихо и счастливо (после медового месяца, проведенного в Карелии). Без лингамов. "Я пробовала, нечеловеческое это…" – в одно из своих откровений поведала Надя. И друзья появились новые. Светлые. Семейные пары, девчонки – без лингамов. Так и живут. Раньше я о таком и не слышал. То есть жили люди рядом с нами, но их не показывали по ТВ, не писали в газетах и в блогах, не судачили бабки на лавочках. Они не протестовали против лингамов, не шли в террористы, просто жили, рожали и воспитывали детей. Странные люди. Я ушел из службы мониторинга, Антон в ней остался, его повысили, из простых оперативников он поднялся до координатора (это уже практически штабная работа). А я теперь дворник. Убираю сразу три участка – иначе не прожить. Зато на воздухе и в курсе последних новостей. Наших – о делах дворовых, простых и незатейливых.

И вот ведь как получилось. С батей наладилось. Мы не находились в контрах, но держались друг от друга на почтительном расстоянии. Да, помогали, да исполняли все, что родственные связи предполагали. Но без фанатизма и уж тем более без телячьих нежностей. Шли, так сказать, параллельными курсами. А тут он мне выдал на свадьбе: "Держись за нее, охламон!" И так тепло стало после этой его фразы, как будто в костёр бензином плеснули. "Батя!" – тока и смог ответить я и чуть не заплакал. И мы обнялись, а такого не бывало с детства. И ещё он мне сказал: "В жизни мужчины бывает только две женщины: его мать и мать его детей. Раньше я тебе этого не говорил, потому что ты, как и я в молодости, был просто глупым охламоном, а теперь ты меня поймёшь". И я его понял, не головой, а сердцем.

А вот последний разговор с Антохой… для меня так и остался мраком, сколько я над ним голову ни ломал. Только начать надо с предпоследней беседы, потому что негоже телеги ехать впереди лошади. Мы сидели на скамеечке в одном слегка заброшенным муниципальными властями парке и пили водочку. Пэпээсники, обратив на форму Антохи свой взор и получив приглашения присоединиться к нашему алкоголизму, отрицательно помотали головами, явно поставив свои желания в разрез с долгом. И нас оставили в покое. Тогда-то Антоха и произнес свою речь. Про то, что нас всех ждет коллапс. То есть экономику ждет коллапс, а мы окажемся в полной жопе. Правда, Антоха называл это место анусом. Разница несущественная, на мой взгляд, особенно, если глядеть через бутылку водки, а допили мы её быстро почти без закуски.

– …часть денег, получаемых корпорацией "Айк" за лингамы, возвращается на фондовый рынок. И что ты думаешь, на них покупается? Сеть интернет на корню, плюс к этому операторы связи, плюс телевидение. Сеть и связь понятно – это нужно для активизации лингамов. А ты видел по дуроскопу хоть раз что-нибудь про "Айк"?

– Я вообще телек перестал смотреть.

– Очень хорошо. А мне вот приходится, и поверь, что, владея по сути самым мощным медиа-ресурсом на планете, "Айк" себя не пиарит. Кто владеет информацией, тот не хочет владеть миром! Ты можешь себе это представить? – Антоха был на взводе.

– Может, просто всему своё время.

– Этого я ещё не понял… – сказал Антоха словно бы и не мне. – Эти ребятки просто разгоняют экономику, сейчас деньги банкам дают под ноль процентов, ну а сами банкам клиентам – под один процент и это почти во всех странах. Когда такое было?

И дальше он что-то развивал, но я уже плохо понимал, куда друг клонит. До того, как меня проглотила муть, я спросил:

– Антоха… а ты на звонки отвечаешь, когда сексом занимаешься?

– Да…

– А я… ик… нет…

– Так вот почему иногда… до тебя дозвониться нельзя…

И одновременно сказав "Друган" мы обнялись… "Но вуман, но край!", – затянул Антоха, а я добавил рева в его баритон: "Нет Динки, нет слёз!"

Тогда я заметил, но не предал значения: друг мой на что-то решился, на что-то большое, большее, чем он сам. Но я уже напился и восстановил картину эту много позже, когда время было, а тогда я мог сносно уже только моргать… ну, а самый последний разговор… да и не разговор это был, а послание. Только четыре слова друг сказал:

– Правда там, где свет… – и его смартфон отрубился.

Позже я много раз прокручивал в памяти эти мгновения, но так и не смог понять, что хотел до меня донести Антоха. А на следующее утро по телевизору – я специально смотрел новости – показали сюжет о самоубийстве координатора СМ Антона Михайлова. Про его доблестную службу Отечеству ведущая заливалась соловьем. Глаза сухие у меня были, я и в детстве, ежели разжалобить кого надо было, то палец слюнявил, а из глаз мокроту ни по желанию, ни от боли или обиды вышибить не получалась. Вот и сейчас только пелена алая, но не мокрая, а огненная.

Раскололи они Антоху. Это я могу прикинуться пробкой и убедительно тупить: "Мне нужна босая беременная блондинка на кухне отдельной виллы на Канарах и чтобы эта… значится… мильон золотых червонцев в тумбочке рядом с двуспальным сексодромом… а лингамы ваши мне ваще неинтересны" и ни один Полиграф Полиграфович меня бы с этой темы не сбил. А Антоха… он же думал, чувствовал, переживал. И где-то прокололся. Больше у меня нет живых друзей…

Потом я кое-что написал Динке с зарегистрированного не на моё имя почтового ящика:

Динка! Надеюсь, ты не знала, что ваши хотят повесить Антоху. То, что он не самоубийца… это даже не обсуждается. Мы же одна душа на троих и понимаем друг друга без лишних слов. Если захочешь выбраться из лингамного болота, приезжай к нам – мы с Надей примем тебя как родную! Но, ежели ты в курсе была про Антоху… тогда не приезжай никогда. Он бы тебя, может, и простил, а я цельный и простой, как табуретка. Зашибу!

А дальше – освободившись от глупых слов – я начал действовать легко. На подъеме из эмоциональной пропасти я расстался с самыми дорогими для сердца людьми: отправил в Тьмутаракань Надю и Валюшу – наша доча, принцесса с такими глазищами, что я за неё уже спокоен, за принцев волнуюсь … прощание прошло быстро, потому что долгие проводы моё сердце с детства не переносит. Лучше ударный инструмент гитару сразу о стену ломануть, чем каждую струну по отдельности лопать… так и хвост у собаки надо отрубать сразу, а не по частям. Валёк за палец мой большой подержалась и в беззубой улыбке расплылась, и я щетинистую морду-лица попытался скруглить в улыбке, мол, все пучком! Только плохо получилось. Надя пыталась не сорваться до слёз, знала, что я остро на них реагирую… но не удержалась и так крепко ко мне прижалась, чтобы враз их из себя выдавить. "Не волнуйся, Надюша, не в первый раз на войну ухожу. Вернусь, опять улицы буду подметать. Вон Валёк за меня кулачки как держит, а? Ты тоже держи и я скоро вернусь! Надо же еще наследника престола родить. А то кому я метлу в руки передам, то?" – гладил я любимую женушку и шептал Наде слова уверенности в светлом завтра, уверенности, которой у меня не было. И целовал в макушку и в заплаканные глаза и в такие алые без помады губы…

Ушёл я от их теплоты, ушёл и не оглянулся. Маму тоже отправили в надежное место. А мы с батей теперь в подполье, подмосковное оно у нас, майне кляйне партизанен. Мы тут плюшками балуемся, оптоволоконные кабеля режем да на березы и осины наматываем, вышки сотовых операторов валим и обрубаем связь и сотовую и обычную стационарную, что идет по медным проводам. Базовые станции мы уничтожаем избирательно, оптические кабеля перерезать проще и эффективнее. При этом официальные структуры как бы должны с нами бороться, но по факту нас даже поддерживают все, кроме кромешников. Но их мало кто любит в зелёнке. Так что мы почти без боев жрём тушенку из стратегических запасов госхрана. Только вот ведь какая штука, проверил я почту. Ту самую почту. Письмо в ящике хоронилось. От Динки.

Здравствуй, Дима!

Что я должна тебе сказать, чтобы ты поверил? Что у нас будет дочь. Что Антона я любила всегда больше, чем тебя. Что если бы надо было выбирать между вами, то замуж я бы вышла за… ты ведь догадаешься за кого. Что за это письмо я могу потерять всё и наша дочь может не родиться… что я не приеду к вам. Но я скажу другое: наши знают, где Надя и Валя, только их не тронут и тут дело даже не во мне. И я знаю слова, которые тебе не успел сказать Антон, только письму его доверить нельзя, я тебе его на ушко прошепчу, если доведется.

Целую любимого партизана!

Динка.

P.S. Кроме водки и тушенки твоему организму нужны ещё и витамины.

Так, так, так. Пока мы в прятки неплохо играем, только не знаю надолго ли. Всё равно найдут рано или поздно. Но как ни угадывай будущее, а оно всё равно придет к тебе через другие врата. Лучше подсчитаю… мужики, конечно, самые большие кретины по отсчету месяцев назад… ага, это было в пеленочный период, Валя орала и просила грудь мамки в любое время дня и ночи, с Надей мы поссорились теперь уж и не вспомнить почему… тут нас и навестила Динка такая вся румяная да пригожая… оправданий – клюева туча, а правды нет как нет! Хотя вот девочка родится. В этом, наверное, и смысл. Правда там, где свет… Я ударил кулаком по земле, а потом затылком по березе, к которой прислонился, когда вышел в иннет с ноутбука, подаренного другом. Порву гадов! За Антоху. Найду и порву!

По моему окровавленному кулаку полз маленький черненький муравьишка. Я спросил у него: "а ты за кого голосовал на выборах?" ничего не ответил шестипалый и я сдул коллегу партизана с руки. Пусть исполняет ему предначертанный замысел и не бздит, защищая родной муравейник…

Мудрости бы добыть, чтобы понять: где Антон оставил для меня послание? Уж конечно не дома, не в ноутбуке, не у друзей – это все в раз вычисляется. Надо искать в месте, которое знали только он и я, и не в таком, как Бобруйск или Урюпинск, а в таком надо искать, чтобы было без вариантов и я не перепутал мягкое с теплым. И я, кажется, стал понимать, что к чему, но уж конечно, тут я об этом не напишу. Без обид, ладно? А вот всё остальное скину в сеть до того, как мы повалим очередную вышку и окрестные леса станут белым пятном на карте сотовых операторов… а слово конец не будет, уж больно на лингам похоже.

Ну всё, теперь можно взрывать…

Content

Семеркин Сергей Владимирович Оргазм длиною в жизнь