Афанасьева Алина

Он и она, нет или да

***

Впервые за два месяца он достал из ящика среди счетов один конверт, где человеческой рукой был написан его адрес. Ее рукой.

Ты помнишь нашу первую встречу? Я не о той, когда ты бегал снимать наличные деньги, а о том недолгом вечере, когда приезжали наши друзья, а ты флиртовал со мной....И было жаль, что ты так быстро уехал. Такое знакомое и незнакомое лицо одновременно. И этот интересный момент, когда ты не понимаешь – это просто обычный способ общения такой с девушкой, или все же немножечко больше…Оказалось много позже – что это твоя манера поведения с противоположным полом. И я до сих пор нахожу ее притягательной.

Ты помнишь, как мы ехали друг другу на встречу под ливнем во вторник? Как стояли в пробке, как не добрались до Подола, и поэтому я впервые в тот день познакомилась с набережной. Ты знал, что проведя с тобой всего один вечер, я думала о том, что ты останешься в моей жизни? Правда я была уверенна только в дружеском общении. Возможно ли что-то большее?

Ты знаешь, какие теплые для меня оказались наши свидания в кафе. Когда только кофе, дождь, и ты везешь меня домой по пустому городу. Как одновременно возможно чувствовать свободу и полет, и немножко грустить о том, что мы едем, чтобы расстаться. Ты спросил – почему мне не страшно с тобой? Тогда ещё мы не пристегивались ремнями безопасности…А я не могла опасаться. – Чего? Я узнала, как это – мчаться по пустым улицам, я увидела красоту ночных огней! Ты знаешь, как я ждала момента, когда ты заглушишь двигатель и станешь меня целовать, но как я не любила, когда мы заезжали в тот двор среди пятиэтажек. Ты знаешь, что всю жизнь до встречи с тобой я только читала о путешествиях. Хотя нет. В детстве я обожала совершать длительные и такие изматывающие поездки для мамы – но не для меня. Это было путешествие к бабушке с пересадкой на вокзалах, с длительными ожиданиями и изнуряющими последними двумя часами езды в автобусе. Это было как приключение, когда я была маленькой девочкой. Я не так много успела посетить мест до встречи с тобой. И, наверное, мне было написано судьбой узнать, что такое автопутешествие именно с таким увлеченным водителем. Ведь это твоя страсть. И ты знаешь, что она стала и моей страстью тоже.

Зачем же мы делили это вместе, чтобы потом разъехаться в разные уголки Европы???

***

Через месяц пришло ещё одно письмо:

Сегодня в метро я видела одну пару. Может они и не пара, но история у них есть…даже если кто-то из них ещё это не подозревает…или же они оба остаются в неведении. Но возможно, только возможно, что они оба вместе к этому идут.

Они стояли чуть ближе друг к другу, чем стояли бы знакомые и вели себя чуть скованнее, чем друзья. Когда машинист вел себя не очень аккуратно с пассажирами, она бросала руку на его плечо, цепляясь за него, и тут же опускала ее. А он так смотрел в ее глаза, что даже стоя рядом можно было опьянеть от его взгляда. Ей нужно было выйти раньше, а он преграждал ей путь, стоя спиной к двери. Не согласившись поменяться местами, он дал ей возможность притронуться ещё раз. А выйдя из вагона, казалось, что они не собираются прекращать разговор. Они остались позади. Так приятно было немножко подсмотреть и даже прочувствовать эту вибрацию между ними…

Я вышла из метро, в уже успевшем стать мне родным городе. Таком, как я мечтала когда-то с тобой. Это город из французских фильмов. В нем много уютных и тем не менее – неприметных с улицы ресторанчиков. Я ещё не знаю их язык. Но милые и приветливые владельцы умудряются всегда достичь понимания. Они так уютны и ненавязчивы, что зовут вернуться вновь и вновь:) Но так везет только таким как я:) Ну и, конечно, местным жителям. А в чем особенность моего положения – я для них как ребенок. Им всем хочется немного позаботиться обо мне, одарить меня родительской любовью, ведь я на чужбине:) Хотя ощущаю себя дома. Наверное, отчасти и благодаря им тоже.

И вот сидя за крохотным столиком с бокалом красного вина, разглядывая краски заката в окнах домов я мечтала…

"И все??? Это все??? А дальше??? " – он разозлился на свою реакцию и ожидание. Теперь он хотел продолжения.

***

Прошло всего две недели:

Мечтала, что не поднялась наверх по ступеням метро, а спустилась по трапу самолета. Где-то там должен быть крохотный аэропорт, где нет автобусов на полосе, а все идут пешком к зданию. И там все работники такие местные и близкие друг другу, шутят между собой, говорят о детях и проблемах в школе…А ты ждешь меня, под дождём. Сигарета за сигаретой, кофе…Я же летела над Прибалтикой и успела в нее влюбиться. В холодное море и длинным песчаный пляж. Дождавшись маленького чемодана, я наконец вышла к тебе….И был долгий поцелуй. А ещё впитывание запаха, чтобы оставить его на себе. И стояли мы, не отпуская друг друга, я бы чувствовала щекой твою щетину, хотя сутра ты побрился, а ты бы грел мой ледяной нос. Ты привел меня к красной крохе на колесах, всей в каплях дождя…, и мы поехали кататься. Куда глаза глядят. Сворачивая, где будет поизвилистей дорога…А потом, когда стемнело, мы бы опомнились, что нужно снять номер. Ведь была вероятность не найти открытый в выходной день отель где-то посреди страны.

Но дорога привела к удивительному городку на фьорде, а полиция подсказала гостиницу. Нам рассказали, где можно ещё успеть поужинать. Мы шагали по мокрому деревянному мосту, кушали пиццу, возвращались по совершенно пустым улицам. И шелест дождя за окнами приглушал звуки из нашего номера. На рассвете горячий кофе, который здесь пьют как чай, чтобы согреться скорее, чем взбодриться, яичница и снова в путь!

И всю дорогу было так странно. Мы то наперебой обменивались впечатлениями, мыслями, ощущениями, тоской и радостью, от жизни за рубежом. А потом замолкали. Мы не могли никак начать говорить о том, что болело сильнее. Мы старательно об этом молчали. Как мы смогли так разойтись, даже разлететься? Ведь мы же не можем друг без друга долго….Насколько мы сильны, чтобы не быть вместе?

***

На этот раз перерыв был длительным. Два месяца ящик предательски не отдавал следующее послание. И наконец:

Какими же прекрасными могут быть краски осени. Жёлтая разметка, затянуто небо, красные и даже фиолетовые деревья. А ещё озера-зеркала, домики с дерном на крыше, разноцветные трактора и бесконечные горы. Всю эту красоту мы увидели на второй день. И вдруг я сказала тебе: "Отвези меня к океану, это же не может быть так далеко, как из Киева к морю?"

"Сейчас посмотрим." – ты порылся в навигаторе. – "Думаю часа полтора, и мы на месте!"

"Ура" – тихо выдохнула я.

Океан был таким темным, больше серым – графитовым, чем синим, очень шумным и холодным. Но среди камней на лишайнике все-равно находили в себе силы цвести какие-то травы. Солнце проскальзывало на водную гладь сквозь плотные тяжелые облака, играя бликами на волнах и рисуя картины, что только хватайся за кисть и холст. Мы продрогли до кости и поехали на заправку за кофе и хот-догами. Там единственный раз в жизни мы ели сосиски, которые были в два раза длиннее булочек. Кофе был обжигающим и мы быстро пришли в себя.

"А давай найдем снег, а? Или это сильно севернее?"

"Да нет, ребята говорили, что недалеко от Осло, вершины гор заснежены. Главное чтобы дороги были открыты. Здесь много трас перекрыто в зимний сезон полностью."

И снова извилистая черная лента дороги с желтой разделительной, а иногда только у обочины – где полотно имеет расширения и можно разъехаться со встречным автомобилем. Подальше от океана, за лесами и фьордами, начинаются бескрайние поля камней и лишайников. Где нет даже кустарников, но много озер. А дальше – белый снег! И закрытый туннель. Но мы все-таки нашли белый вершины гор до перекрытых дорог! И выйдя в осенней курточке из машины, я держала в руках снег. А озера, берега которых уходят холмами в небо – они на фоне голубого неба формировали совершенно неземные, почему-то для меня лунные, пейзажи.

Уставший с дороги, с разрывающейся от невысказанных мыслей головой, ты привез меня к себе в Осло. Мы вернули машину в прокат, купили продукты и приготовили простой ужин, как ты любишь – кусок мяса, пару помидор черри и баночка пива. А меня ты отвел в волшебный отдел сыров, где я думала с ума сойду и останусь там жить. Мы купили козий, мягкий, с грецкими орехами, к нему крекеры и джем.

Так началась твоя рабочая размеренная неделя и мои пять дней наслаждения одинокими прогулками и новым городом.

Мы жили, как будто не расставаясь. Я готовила ужин, бродила сутками по улицам, грелась в кафе с чашкой "оне" капуччино и бельгийскими вафлями, а ещё фотографировала. В предпоследний вечер нас позвали твои ребята на крышу на вечеринку. Я впервые увидела обустроенные террасы простых многоквартирных домов, одноразовые мангалы, и гигантский выбор спиртного, но в очень маленьких количествах. Мне повезло, твои ребята были очень галантны и приносили мне Baileys и Martini, пока сами пили самогон из бутылок с этикетками "Живчик". А потом ты сел ко мне на лавочку и прошептал: "Оставайся со мной, не улетай, я же вижу, как ты счастлива. Мне большего ничего не будет нужно. Я буду покупать тебе сыр каждый день!" Я засмеялась, завертелись шутки и вернувшись домой, мы просто рухнули спать. Сутра в душе я вспомнила о твоем предложении. День прошел очень быстро, ты ни разу меня не о чем таком не спросил. И только когда мы ехали в автобусе в аэропорт:

"Ты даже мне не ответила. Ты помнишь, что я тебе вчера предложил?"

Ты говорил с улыбкой и я немного успокоилась.

"Ты не помнишь?"

"Вообще-то я думала – ты не помнишь:) Я размышляла об этом целый день."

"И?"

"Ну сегодня я улечу, у меня же даже нет вещей, а здесь все дорого:) Я не обещаю тебе ничего, кроме того, что я подумаю об этом очень серьезно. И как только приму решение – я напишу. Тебе не придется долго ждать. Дай мне пару дней"

Я бы хотела…

***

Звонок:

–Я прилетел. Ты сможешь со мной встретиться?

–Это ты???

–Прости, привет, ты меня узнала?

–И ты ещё спрашиваешь? Где ты сейчас?

–Забираю багаж, все чемоданы уже выехали, а мой счастливый…

–Ты сможешь попить там кофе, я приеду прямо в аэропорт, мне нужно всего минут 40.

–Было бы отлично!

Ее мир перевернулся в одну фразу. Все сразу смешалось в полный хаос. "Как себя вести? Нет, что я чувствую? Нет, зачем он приехал? Нет, как он узнал??? А да, письма…так, остыть. Нужно остыть. Кофе, где ключи? По дороге подумаю…"

Так не светились улыбкой ее глаза уже давно. Только, когда она танцевала. Потому что Танго-это танец страсти, и она мечтала о том, чтобы такое выражение ее истинного "я" когда-нибудь он увидел. Поэтому отдавала всю себя, не веря, что на это способна. Ей повезло с тренером, который муштровал, будто это не любительские занятия, а спорт. Он же и стал ее партнером. Сам посоветовал ей представить рядом того, кому бы она могла отдаться без остатка. Но если такой человек есть. Тогда она подумала-никому без остатка. Никогда. Только не потерять себя. Только не раствориться в ком -то другом. Но потихоньку по мере того, как тренировки перестали быть скучными, и только техничными, когда навыки начали въедаться в ее жилы, мышцы и кости, она приняла то, что уже почти отдала себя…Что испуг и бегство не спасло ее, и теперь даже хотела раствориться. И возможно, только этого и ждет.

Она решила, что взглянет на его и все определится. Поняла, что просто безумно рада его увидеть, услышать. Что будет с ним говорить и сможет прикоснуться. Она себе это запретила несколько месяцев назад. А он освободил ее сегодня от ее же плена.

-Ты такой загорелый!

–Ну я же не под Скандинавским солнцем читал твои письма. Хотя я не представлял, что меня ещё когда-нибудь, что-нибудь сможет выдернуть из Балкан.

–Ты останешься у меня:) И сегодня мы пойдем кушать паэлью!!! Я надеюсь ты очень проголодался???

–Как три собаки:)

Когда огромная сковорода риса с морепродуктами опустела наполовину, а вторая лишилась всей начинки, они довольные откинулись на спинки стульев и смогли насладиться видом друг друга и улицы вокруг кафе.

-Как ты узнала, куда я уехал?

–Это же единственное место на земле, ради которого ты мог решиться на смену места жительства.

–Я серьезно, я никогда не получал бумажные письма, только счета, представляешь как я удивился, увидев на конверте твой почерк???

–У тебя хорошие друзья…И ты ни разу мне не ответил.

–Я не знал, что писать, и писать ли.

–Да нет, ты не понял – я не ждала ответа. Это был мой способ, моя потребность…это был не диалог, прости может это звучит как использование....

Она запнулась, опять не может ему всего объяснить.

-Как ты думаешь, зачем я прилетел.

Он стал таким откровенным…

-Честно, я боюсь об этом думать…

–Почему мы не могли так откровенно разговаривать раньше?

Это уже пугает…он читает мои мысли.

-Может, потому что мы не теряли друг друга. Идем со мной, тебе понравится…

Она отвезла его на пляж. 6 км песчаного рая. Синее-синее небо, шелест волн и следы ног, съедаемые морской пеной у кромки воды.

Они долго гуляли по просеянному песку, ещё немного темному и сырому. Болтали о том, чем занимаются, в каком кругу общаются, описали новых друзей так подробно, что каждый как будто уже с ними познакомился.

–Ты не изменилась.

–Ты так думаешь? Мне кажется, все же изменилась.

–Я имел в виду внешне.

–А ты похорошел!

–Таки изменилась…

–Ты тоже…ты стал более открытым.

–Не знаю…это все твои письма…мне же казалось, что я, наоборот, прячу от всех что-то…А ты стала легче.

–А я была тяжелой? По-моему, ты переоценил себя только что!!!!

–Да нет! Говорить легче!

–Спасибо:)))

–К тебе поведу я!

–Это почему это?

–Потому что ты вся в мурашках! Мы идем искать тебе глинтвейн, а я хочу кофе!

–Скажи лучше правду – не можешь быть пассажиром, или ещё не сидел за рулем старенького Фиата????

–И то, и другое! Ты меня знаешь:)

Ее так разморил коктейль, что в голове роились разные обнажённые картины…

-Тебе бы понравилось у меня. Ты и вправду легко относишься к иммиграции. Смотрю на тебя и понимаю, что тебе здесь хорошо, комфортно, не тоскливо.

–Ты приглашаешь? Нет, у тебя там нет танго!

–Ты же любишь Балканы!

–Да…но танго – моя страсть в настоящее время, и я только начала сносно говорить по-испански!

–Там ты бы заговорила раньше…

–А работа?

–Действительно…что-то я устал, пойдем?

***

Когда они ехали к ней, он наконец не выдержал, за рулем он всегда мог отвлечься от всего и одновременно думать и говорить о главном.

-Почему ты улетела от меня? Если мы были для тебя не такими ценными, зачем ты мне писала все это время?

–Посмотри на них…

Пока они тянулись на светофоре, по бульвару шла пожилая пара. Он в старомодных брюках и туфлях на мужских каблуках. Она была в ковбойских сапогах и легком сарафане. Они не то, чтобы выделялись на этом фоне яркой испанской Ривьеры, они умиляли.

-Им лет по 70 – как думаешь? И они идут за руку. В этих смешных шляпах. А я не представляю, как можно прожить всю жизнь и даже в 70 держаться за руки…

–Думаешь, они были уверенны в этом около 50-ти лет назад? Или 30-ти?

–Если не знать, то зачем тогда?

Он разозлился уже.

-А зачем ты думала вообще об этом? Если нам было хорошо, почему просто не позволить этому длиться????

Она взорвалась в секунду, срываясь на крик и слезы, все больше опасаясь, может ли это себе позволить. Позволить все же открыться ему, вот так, не прикрываясь письмами и расстоянием.

-Я не хотела боли. Это слишком больно. Ты же сам знаешь…Не думаю, что мы смогли бы расстаться спокойно и легко, остаться друзьями.

Чуть помолчав и затихнув, она добавила:

– Я не смогла бы, увязнув больше…Это был мой рубеж.

Он решил прекратить разговор. Не хотел совершенно с ней ссориться. Не хотел, чтобы эмоции снова захлестнули их и позволили наделать глупостей. Она совсем успокоилась, расслабилась, вновь сидя рядом с ним в машине и просто наблюдая за дорогой, за уже ее городом, но ещё как бы со стороны.

***

Во время их разговора разразилась гроза. Они даже не заметили этого. Но сильно промокли, пробежавши квартал к ее квартирке, ведь под домом парковать машину было негде.

Пока он принимал душ, она быстро переоделась в сухое и открыла бутылочку вина. Он подошел тихо сзади, обнял ее и поцеловал в шею. Это всегда вызывало мурашки по всему телу, она развернулась с двумя бокалами и пригласила его присесть. Но он не отошел.

-Чего же ты так боялась?

Казалось, она была ещё не готова. Выпила залпом свой Syrah, резко поставила бокал на стол и ринулась в спальню к чемодану. Он пошел за ней, злясь на ее привычку уходить от разговора. Пока она, забросив тяжелый чемодан на кровать, расстёгивала его, он думал, что сейчас развернётся и уедет. Но вино было терпким, а ее запах не давал отодвинуться даже от стены. И вдруг она начала:

-Я не хотела захотеть ребенка и натолкнуться на твое нежелание. Не хотела убеждать, объяснять, просить, или ждать, когда ты созреешь. А хотела бы все как-то случайно и неслучайно, и очень обоюдно желанно.

-Глупенькая!!! Было бы здорово, чтобы сейчас рядом бегал такой же глупыш, как ты…

-Ты опять меня перебиваешь! А я не хотела бы увязнуть в мамском быту, не успевая или не желая приводить себя в порядок. Не хотела бы потерять себя в семейных делах. А хотела бы оставаться тебе интересной, не свалившись во что-то совсем неженственное, банальное и шаржевое.

Не хотела погрязнуть в вечных претензиях – в бытовых, в словах, что ты все делаешь не так….Не хотела бы никогда стать той, кому будет все-равно, вернешься ли ты домой…

Не хотела, чтобы у нас закончились темы для обсуждений, настоящие такие разговоры, которые только и есть сейчас у нас. О жизни, о друзьях, о детстве, о дедушках и бабушках, о сокровенных мечтах, о неприятных и стыдных моментах. Но потом, когда будет: "купи батон", "нужно на заправку" и "я завтра задержусь". Не хотела остаться в отношениях сожителей, которые по деловому соглашению пытаются просто выжить рядом. Не хотела забывать, как это, хотеть тебя обнять. И в то же время ждать тебя холодными вечерами, чувствуя себя забытой и ненужной.

Я тогда охладела бы и спряталась в свою кожуру. И ты ко мне бы долго не смог достучаться. Или совсем не смог. Я хотела бы продолжать смеяться, говорить часами без телевизора и средств связи. Валяться, обниматься и делиться мыслями и чувствами здесь и сейчас, а не с кем-то ещё, занимаясь разными делами, спиной друг к другу.

Не хотела смотреть на твоих друзей и не понимать – кто ты, и что ты. Хотела бы узнавать тебя в этой дружбе, приглашать их к нам и смеяться с ними над тобой и мной.

-Подожди! Да остановись ты хоть на минуту! Ну что ты бегаешь все! Оставь в покое мои вещи!

Он попытался всучить в руки ей второй бокал, обновив вино и себе. Уже начало слегка пьянить и страшно захотелось покурить. Но ее было не унять.

-Я не хотела перестать считать тебя человеком, который – как моя душевная отрада, чтобы всем-всем поделиться с тобой. Не хотела ощутить, что чем-то делюсь с кем-то другим, а с тобой…тебе не нужно…Не хотела потерять тебя, как того человека, с которым весь мой мир-твой….Не хотела почувствовать и осознать, что это ошибка – делить с тобой свое душевное неравновесие, страхи, тревоги. Не хотела однажды оказаться в том, что ты используешь это против меня. Обесцениваешь это. Не хотела почувствовать, что ты стал чужой.

Не хотела однажды ощутить запах чужой женский на тебе. Мне так действительно приятно смотреть, как ты галантен с женщинами, и приятно наслаждаться тем, какое обаяние в тебе просыпается особенно рядом со свободными женщинами. Но я бы не хотела остаться в стороне от твоей галантности ко мне. Не хотела бы захотеть тебя предать, чувствовать что это ничего уже не значит…или даже ничего не чувствовать. Не хотела бы оправдываться: где была и с кем, и как. Не хотела бы чувствовать, что ты скрываешь что-то от меня. Как и то, что тебе просто уже не хочется и не помниться напомнить именно мне – где ты, и с кем ты задержался. Боялась потерять смелость задать вопрос.

Не хотела бы дать тебе однажды ощутить себя ненужным….Не представляю этого, ведь я так и не смогла без тебя, но жизнь меняет все на свете и всех на свете.

Он лег на кровать. Она все продолжала носиться между ванной, комодом и шкафом. Достала зачем-то гладильную доску и утюг, хотя не умела толком гладить даже свои платья.

-Не хотела бы стыдиться за твой деспотизм, начать тяготиться им, а хотела бы продолжать гордиться им. Не хотела бы начать жаловаться на тебя друзьям. Ведь ты же мой выбор, мой человек, моя жизнь. Как можно на это жаловаться? Ведь если что-то не так – ты берешь и исправляешь – меняешь работу, растешь, развиваешься, чтобы увеличить доход, меняешь место жительства и окружение, а на любимого....Не можешь – не хочешь – расставайся, а не жалуйся, ведь они потом всегда буду смотреть моими жалобами на тебя. А не на тебя настоящего…

-Хрррррр-пщщщщщщщщ. Хрррррррр – пщщщщщщ.

Она бросила в него подушкой и наконец, обессиленная морально больше, чем физически, села на кровать разбирать носки.

-Ну вот! Ты издеваешься, а я не хотела, чтобы ты в моей жизни обесценился, чтобы я забыла, что все это для меня значит, чем изначально было. Не хотела, чтобы мы разошлись в разных направлениях своих отдельных жизней. Нет, не то, чтобы помнить каждое мгновение. Но ситуативно видеть, проникаться, быть благодарной судьбе время от времени, осознавая снова и снова, что нереально повезло….Не хотела быть просто идеальной картинкой, хотела не переставать чувствовать это, когда нужно тебя трогать, обнимать, прикасаться, целовать, писать всякие глупости…Ну как же это возможно протянуть на года????

-Слушай! А давай это напишем!!!! И у нас будет инструкция! Пусть это будет нашим брачным соглашением:) Мы будем иметь возможность возвращаться к этому контракту, перечитывая понимать – "Ага! Нет, туда двигаться не стоит! Нужно что-то делать!" И я буду бежать за цветами, а ты искать рецепт очередного кулинарного шедевра! Ну хотя бы на первые 10 лет! А дальше разберемся..

–Каким соглашением???

–Будь моей женой.

И он вновь протянул ей бокал вина.

-Что вот так с грязными носками????

–Да, и с ними тоже:) Про грязные носки ты ничего не говорила:)

–Нет.

–Нет?

–Нет, не говорила:) Буду…

–Будешь говорить ещё и про носки???? Я куплю стиральную машинку....

Она встала с кровати и направилась в душ, бросая через плече:

–Да НЕТ ЖЕ! БУДУ твоей женой:))) Только нарежь сыр, много....он в холодильнике.

Через 10 секунд сквозь шум воды из ванны донеслись крики: "И не буду я печь пироги, а пойду и куплю билеты на самолет!"

Content

Афанасьева Алина Он и она, нет или да