Глаз бури

Глаз бури

Глаз бури

Глава 1

Глава 1

Глаз бури — область прояснения

и относительно тихой погоды

в центре тропического циклона.

В переносном смысле — затишье,

снижение уровня опасности

в самом центре бурного события,

приключения.

Прозвенел будильник и я неохотно вытянула руку из-под тёплого одеяла, чтобы его отключить - в художественном училище, студенткой которого я являлась, начались каникулы и моим намерением было спать до упора. Лучший подарок на праздники…

И тут я вскочила, как ужаленная - подарок на праздники! Я же выиграла просто потрясающий приз в розыгрыше сети магазинов!

Не нащупав тапочек, я побежала в душ босиком, хотя времени было с запасом - я всегда везде боялась опоздать, кого-то подвести. И это была даже не гиперответственность, а скорее страх привлечь к себе внимание. Мне всегда хотелось спрятаться, поэтому я невольно сутулилась. А благодаря некоторым художественным способностям выбрала себе профессию, где можно было спрятаться за мольбертом, а когда-нибудь и в своей мастерской.

Моей страстью были портреты - в музеях я всегда замирала перед ними, стараясь каждому придумать свою историю. Мы с моим однокурсником Женькой очень любили так проводить время. Часами могли рассказывать друг другу эти альтернативные истории, перебивая и дополняя друг друга.

Познакомившись с Женькой, я как будто на время вылезла из своего защитного панциря. Мне казалось, что именно он научил меня легко и беззаботно смеяться, радоваться таким мелочам, как чашка кофе на двоих из автомата, внезапно объявленный пленэр в солнечный день, одновременно сказанное слово и загаданное желание. Мне казалось, что между нами было что-то особенное. Хотя и считала себя поначалу недостойной его дружбы. Я неинтересная и неприметная, а он был всеобщим любимцем. Но больше всего времени мы проводили вдвоём. Нам было легко и хорошо.

Так было до тех пор, пока не появилась на нашем курсе новенькая. Черноволосая, черноглазая, похожая на экзотический цветок, девушка Гуля. Она тут же получила признание первой красавицы курса, прозвище Покахонтас и всё Женькино внимание. Сначала, правда, мы проводили время втроём, но я всё чаще и чаще чувствовала себя лишней. И когда говорила, что мне пора - меня не удерживали.

Постепенно я вновь укрылась в своей раковине и делала вид, что обожаю своё одиночество.

Еще раз убедившись, что у меня достаточно времени до выхода, я встала под обжигающе-горячие струи воды. Ну то есть это для любого другого нормального человека они были бы кипятком, а я только лишь пыталась согреться.

И почему я не родилась где-нибудь на экваторе или где у нас там жарче всего? Не повезло…

Хотя, лучше сейчас подумать о том, в чём повезло. Например, мой внезапный выигрыш - поездку в санаторий в компании таких же везунчиков, как я. Победителям были обещаны всякие спа-удовольствия, развлекательная программа в ресторане, фотосессии на фоне местных красот.

Я никогда так не проводила время и не верила в свою удачу, но в конкурсе можно было принять участие в том числе и представив художественную работу на заданную тему - что-то вроде “Очарование Алтая”. Я просто выбрала один из множества своих этюдов, сдала и забыла.

Каково было моё изумление, когда через полтора месяца мне позвонили и объявили победителем в моей номинации. Просто восторг! Может, это начало какой-то светлой полосы? А может, новой жизни?

На завтрак я сделала себе бутерброд с сыром и чай с лимоном. Подумав, решила налить чай в термос и взять с собой - ехать было далековато, а насколько будет тепло в автобусе, я не знала.

Собирая вещи в дорогу, первым делом собрала свои художественные принадлежности - без них я разве что за хлебом выходила. А тут такая возможность - новые места, новые люди. Пастель, карандаши, несколько блокнотов для рисования.

Взглянув на часы, я заспешила и, торопясь, стала натягивать на себя утепленные джинсы, шерстяные носки, теплый флисовый свитер. Куртка и ботинки были из магазина для экстремальных видов спорта, хотя я и спорт были несовместимы, но зато в них можно было жить и при минус пятидесяти - так уверял консультант. Конечно, сейчас было не особенно холодно - середина осени, но я всегда максимально утеплялась.

Заколов небрежно волосы, я натянула вязаную шапку и, подхватив сумку и этюдник, выскочила из дома.

Мой путь лежал на автовокзал, где нас должен был ждать автобус. Это было недалеко, но я пожалела, что не вызвала такси - казалось, что лицо сразу же покрылось ледяной коркой от холодного ветра.

Воздух звенел, очки запотели и я припустила почти бегом, хотя тяжелые ботинки не давали разбежаться. Поэтому со стороны я, наверное, смешно смотрелась. Впрочем, как обычно. Рыжая, в круглых очках, худая и угластая. Руки всегда красные, как лапы у гуся, поэтому вечно натягиваю на них рукава свитеров.

Я вдруг вспомнила свой первый день в школе - мы с мамой пришли с опозданием, что неудивительно. Она была той еще Машей-растеряшей. Так её называл папа. А меня Варюха-горюха.

В нашей семье всё решал он, а мы с мамой бестолково подчинялись, выполняя его четкие указания. В тот год папы не стало и поэтому мы пришли в моё первое сентября вдвоем - оглушенные и растерянные. Естественно, сразу потерялись и долго еще ходили по кабинетам, разыскивая нужный класс. Весь мой праздничный вид - банты, букет - всё поникло. Представив, что ничего этого не было бы, если бы с нами был папа, я начала всхлипывать, а потом громко реветь.

Когда мы, наконец, нашли мой 1 “Б”, самый первый, самый торжественный урок в жизни, шел уже минут двадцать. Мы возникли на пороге и в классе раздался дружный смех - мы с мамой, наверное, выглядели очень глупо.

Я вздохнула. Неудивительно, что в тот день я дала себе зарок и больше никогда никуда в жизни не опаздывала. Вот и сейчас - похоже, что я пришла первая. Площадь была заполнена автобусами и маршрутными такси. Казалось, что они дремали.

Походив между ними, я нашла автобус со своим маршрутом и стала подпрыгивать рядом с ним, чтобы согреться.

Из-за автобуса вышел пожилой водитель - он постукивал ногой по колёсам.

Увидев меня, он спросил:

-Первая, птица? Замерзла? Иди в машину, я печку включу.

-Спасибо, - благодарно выдохнула я и нырнула внутрь.

Оглядевшись, я шмыгнула на место впереди, спиной к водительскому и лицом к салону. Прижалась к окну, растирая руки.

Постепенно собирался народ. Первой появилась импозантная леди, наверное, наша главная. Меня она отметила небрежным кивком головы, однако дежурно улыбнулась.

Автобус наполнялся. Место напротив меня занял светловолосый молодой человек с сумкой на плече. Он немного посуетился, устраиваясь, два раза уронил сумку и стал рассеянно водить глазами по салону, разглядывая входящих попутчиков.

Я решила достать скетчбук и заняться набросками. Мой руководитель в институте строго настрого указал мне позаниматься на каникулах, если я и дальше хочу всерьёз изучать портретную живопись.

Выбрав своим первым объектом очкарика, я стала тщательно переносить его лицо в свой блокнот. Пропорциональные черты, римский профиль…Через какое-то время я поняла, что забылась и срисовываю его уже не стесняясь, словно находилась в студии с натурщиком.

Парень удивленно посматривал на меня, очевидно не понимая, что происходит. Я густо покраснела. Потом вырвала листок с портретом, подписала его фирменной подписью латинская V в виде чайки и дальше Б-а. И протянула ему.

-Извините.

Он машинально взял листок и стал его изучать, приподняв брови.

А я переключилась на нашего экскурсовода - Наталью Леонидовну, которая как раз стала проводить перекличку, выкрикивая имена по очереди. Парня в очках звали Илья Лазарев, остальных я не запомнила.

-Бочкарёва Варвара! - дама словно к доске каждого вызывала.

Я по-школьному подняла руку.

-Это я…

Перекличка счастливчиков продолжалась. Все старались получить как можно больше информации, задавая наперебой насущные вопросы о наличии одноместных номеров - все хотели жить в собственных хоромах, были вопросы о кулерах и чайниках, о ценах на массаж и прочих условиях.

У меня вопросов не было - как будет, так будет. Я старательно выполняла набросок нашего гида. Красивая дама, стильная, ухоженная. Видно было, что в свою внешность она хорошо вкладывается - всё безупречно. От платиновой стрижки до кончиков ногтей. Я такой макияж, как у неё, видела только в глянце. А взгляд непростой - словно сталь внутри глаз, холод. Хоть и улыбается всем профессионально. Я посмотрела на нее, на свой рисунок и снова на неё - по-моему у меня хорошо получилось.

Нацелившись на очередную свою натурщицу - приятную полноватую женщину лет пятидесяти с короткой каштановой стрижкой. Когда я рисовала этого Лазарева она обратила на это внимание и поглядывала на нас, как-то очень тепло улыбалась. Наверное, подумала, что это такой художественный флирт.

Я услышала, как водитель скомандовал отправление и мы потихоньку тронулись.

За окном мелькали знакомые пока что еще городские виды, лента реки и мосты. Немного укачивало и я решила хлебнуть горяченького. Судя по всему, остальным пассажирам было тепло, но у меня никак не могли согреться руки. Придерживая тщательно локтем скетчбук я полезла в сумку и, стараясь, не разлить, налила в крышку термоса чай. С наслаждением отхлебнув, я перевела взгляд на парня напротив - он уткнулся в книгу, заложив между страницами листок с моим рисунком в виде закладки.

Мне стало любопытно, что он читает и я всмотрелась в обложку. Стругацкие. А вот название он закрывал пальцами. Пальцы длинные, кстати, как у музыканта. Я снова отхлебнула из крышки термоса и оглянулась на Наталью Леонидовну. Она царственно дремала, даже при этом не теряя своей великолепной осанки.

Я почувствовала, что мои глаза тоже слипаются. Сонно поморгав ими, я достала смартфон и прикинула, сколько нам еще оставалось ехать. Выходило, что-то около трёх часов по моим расчетам.

Полистав несколько приложений - с погодой, заметку с сохранённой культурной программой нашей поездки, я сдалась - устроив вещи сбоку от себя, я прислонилась к оконному стеклу головой, натянула шапку на глаза, сунула руки в рукава и закрыла глаза. Мне стало довольно уютно.

Водитель вёл очень аккуратно - маршрутку не трясло, а приятно покачивало и я постепенно погрузилась в сон.

Мне снилось, что я стою на перепутье каких-то дорог, дует сильный тёплый ветер. И я, закрыв глаза, подставляю ему лицо с удовольствием жмурясь. Однако, знаю, что мне нужно выбирать по которой из дорог мне следует пойти. И я начинаю читать про себя считалочку, хотя это и по-детски:

За морями, за горами,

За дремучими лесами

На пригорке — теремок,

На дверях висит замок.

Кто к замочку ключ найдёт,

Тот из круга вон пойдёт.

Проснувшись от резкого толчка, последнее, что я услышала, это был крик водителя. Что именно он кричал, я не разобрала и глаз разлепить не успела. А потом наступила полнейшая тишина.

***

Бывшая столица Гордеро внезапно осветилась шестью гигантскими вспышками. По странам, вплоть до глухих селений и окружавших империю островов, это светопреставление обсуждалось всеми, кто умел слышать и говорить. Кто-то предрекал шесть лет несчастья, кто-то напротив, утверждал, что грядут обильные урожайные годы…Домыслы рождались одни за другими.

На самом деле, никто, кроме шести ушедших в эту ночь душ, не испытал последствий этого явления. Шесть перерождений в эту ночь должны были изменить ход истории.

Глава 2

Глава 2

Просыпаясь, я почувствовала, что мне впервые по-настоящему тепло. Как будто меня на русскую печку положили и ватной периной сверху укрыли! Но тяжести не было. Наоборот - ощущение какой-то незнакомой лёгкости, от которой я даже заулыбалась. Казалось, что жар и свет были повсюду. Ничего прекраснее в жизни не испытывала! Блаженно потянувшись, вдруг пришла в себя, осознав нереальность своих ощущений.

Открыв глаза, тут же зажмурилась - надо мной было ослепительно синее небо и чуть размытый, слепящий диск солнца. Оно было просто гигантским, как мне показалось. Хотела встать на ноги, прикрывая ладонью глаза от яркого света, но обнаружила, что у меня связаны ноги. Что за чертовщина происходит??? Резким рывком перевернувшись на живот, увидела, что лежу на идеально белом песке. Перед глазами плавали зелёные пятна. Полежала так с минуту, привыкая, и, осторожно, перекатилась обратно.

Передо мной открылась безбрежная даль моря или океана, абсолютно ровная и гладкая. Так, только спокойно…Это может быть сон? Я изо всех сил ущипнула себя за бедро. Черт, нет... Это не сон! Может — бред? Галлюцинация? Виртуальная реальность?

Я ощущала неуверенность и испуг, однако, ничего страшного не происходило и нужно было как-то реагировать на новый мир. Решив, что в первую очередь требуется освободить связанные ноги, я занялась этим. Несколько минут возилась с довольно крепким узлом. Ослабив его, чуть передохнула. Руки дрожали от напряжения и я взглянула на них. И тут окончательно и бесповоротно поняла, что если не сплю, то спятила. Это были не мои руки! Не мои гусиные лапки! А чужие, вполне изящные белые кисти с длинными пальцами.

Проведя этими самыми незнакомыми руками по телу, убедилась - тело тоже было чужим! Одета я была в простую, но на вид очень дорогую то ли тунику, то ли ночную рубашку белого цвета, с вышивкой ручной работы, судя по всему. Все же машинная вышивка всегда монотонна, а в этой ощущалась некая крошечная, почти неощутимая, неточность стежков, придавая ей тепла и шарма. Торопливо закончив с веревкой, я вскочила на ноги и огляделась. На сколько хватало глаз не было ни души, а за моей спиной, метрах в ста, начиналась кромка настоящих тропических джунглей.

Внезапно ноги ослабли и я бессильно опустилась на горячий песок, совершенно не представляя, что нужно делать, что произошло и как вернутся домой?! Так, нужно просто понять, что происходит. Во-первых, кто я? Бочкарёва Варвара - мгновенно откликнулось сознание. Это я помню. Я учусь в художественном училище и сейчас у меня… Я вспомнила про каникулы и, одновременно, память услужливо подсунула мне тот самый конкурс, победу в нем и выигранную поездку. Дальше была маршрутка, попутчики. Вспомнила нашего гида, Наталью Леонидовну и парня, что сидел напротив - точно, Илья Лазарев! Память работает, как и мозги, значит, с ума я не сошла!

Снова в отчаянии оглянулась. Может, кто-то из них тоже здесь? Может, мне стоило немедленно отправиться на их поиски? Но я продолжала сидеть, машинально перебирая красивыми чужими пальцами белый горячий песок. Сидела долго, но так и не поняла, что нужно делать. Спокойствие пришло как-то само собой...

Взглянув на бирюзу моря, решила умыться - голову припекало. Нерешительно подойдя к воде, снова оглянулась. Захотелось войти и окунуться с головой, очень захотелось! Но я ограничилась тем, что встала коленями на влажный песок и несколько раз плеснула себе в лицо. Затем намочила затылок. Стало немного полегче. Как-то нелепо поздно спохватилась — а где мои очки, я же без них ничего не вижу?! И тут же осознала, что вижу прекрасно. Это точно было не моё тело. Но сознание было моим, и это нужно было просто принять. Пусть и не сразу, но обязательно принять как данность.

Освежившись, кинула взгляд влево-вправо - до самого горизонта с обеих сторон простирался гигантский пляж. Поэтому решила добраться до джунглей и осмотреться там. Обуви на мне не было. Зато, умываясь, я обнаружила на запястье тонкий золотой браслет. Присмотревшись, я разобрала на нём гравировку. Но на солнце было ничего не рассмотреть, металл бликовал и отсветы резали глаза до слез. И я поспешила в спасительную тень экзотических пальм и каких-то других деревьев, названий которых даже не знала.

Оказавшись в лесу, поняла, что без обуви придётся туго. И, скорее всего, продержусь я недолго. А еще, сообразила, что я забыла на берегу веревку, которой была стреножена. Нужно было за ней вернуться - неизвестно, что ждало меня впереди, наверняка она не будет лишней в джунглях. Откинув за спину мешающиеся волосы, я вдруг обратила внимание, что они тоже стали другими. Они остались рыжими, но изменили оттенок на благородный яркий каштан, стали гуще и длиннее.

Когда-то, в подростковом возрасте, я еще предавалась бесполезным мечтам стать красавицей. Вот оно, как сбывается, оказывается! Бредовая мысль, тем более, что лица своего я еще не видела, но подозревала, как-то просто чувствовала, что оно вполне соответствует и гибкому телу и роскошной гриве. В легкой и влажной тени деревьев поднесла к глазам браслет на запястье и вчиталась в затейливые буквы… Похоже было на латиницу, но не совсем. Я приготовилась разбирать надпись, но внезапно это вышло у меня без труда - Тээле. Что это могло быть, кроме моего имени? Да всё, что угодно. Но, пока будем держать имя — Тээле — за рабочую версию.

Сбегав к воде, где я оставила веревку, подняла её и в последний раз огляделась - как и прежде ни души. Я не могу сказать, что до этой минуты была спокойна, но сейчас в душу стал вползать настоящий ужас - а что, если мне так и придётся блуждать здесь одной по этому райскому Баунти? В этой нелепой белоснежной сорочке и босиком. Без еды и питья. Но главное - в одиночестве. Это мой удел по жизни, что ли?!

Со всех ног я кинулась обратно в джунгли. Нужно было что-то делать, просто, чтобы не сойти с ума! В первую очередь нужна обувь. Далеко вглубь леса босиком я идти побоялась - местами трава была густая, а звуки животного мира - пощелкивания, потрескивания, шуршание и щебетание, говорили о том, что опасаться здесь было кого.

Мой выбор пал на неизвестные мне растения с плотными гладкими листьями и в качестве бечевки на что-то типа нашей осоки. Сначала я осторожно надорвала лист и нанесла капельку сока себе на кожу - растение могло оказаться ядовитым. Когда по моим расчетам через полчаса ничего с кожей не произошло, я неловко принялась сооружать себе нечто среднее между чунями и портянками, приматывая длинными гибкими стеблями.

Получилось вполне приемлемо, хотя я и не знала, сколько мне это прослужит, если не сидеть на месте, а брести через джунгли. Я бы с удовольствием осталась на месте ждать какой-нибудь помощи, но я начинала испытывать жажду. Надо было идти. Никакого опыта выживания в дикой природе у меня не было, но я точно откуда-то знала, что воды в джунглях много - иначе растения не росли так буйно, не была бы такой жирной и пышной. Явно нужно было идти вглубь. Я поколебалась.

Берег казался таким открытым и безопасным. Но, думать было особо некогда - глотать становилось всё труднее, жара выжимала из тела воду. Шла очень осторожно, всё время пугливо оглядываясь, ожидая, что на меня сверху прыгнет какой-нибудь леопард или свалится питон. Обитают ли здесь все эти зверюшки сказать было сложно, но ждать их на свою голову мне никто не мешал.

Шагала я уже около часа, но воды пока никакой не встретила. Ноги подрагивали от постоянного напряжения, дыхание сбивалось, вместо крепких плотных портянок на ногах остались зеленые сочащиеся лохмотья. В конце концов я их просто скинула — толку никакого. Заметив впереди несколько крупных камней, решила отдохнуть на них, перевести дыхание. Солнце сюда проникало уже с трудом, бросая небольшие яркие пятна света сквозь толщину крон и воздух был влажным. Однако странно - прохлады я совсем не чувствовала. По всей видимости, моя тонкая сорочка каким-то образом сохраняла тепло не хуже термобелья. Сидя на одном из почти круглых камней и облокотившись на другой, я чувствовала себя почти без сил. Очень хотелось пить. Подобрав какую-то палочку, я стала безо всякой цели ковырять ею землю.

Наверное не стоит мучить себя, идти куда-то дальше. Всё равно я не умею выживать, куда мне - хилой и неумелой. Я даже не заметила, как расковыряла своей палочкой ямку величиной с кулак. Обнаружила только тогда, когда рука стала мокрой - я с досадой стряхнула грязные капли с руки, заметив, что грязь скатывается с рукава туники не оставляя следов. Ничего себе — чудо-рубашечка! И вдруг до меня дошло! Я подскочила, как пружина - вода! Здесь где-то рядом была вода.

Прислушавшись, ничего не поняла, но сделав несколько десятков шагов в сторону, вдруг увидела вход в пещеру. Он был слегка привален пожелтевшими ветками. В пещере точно могла быть вода - я это помнила смутно из нескольких фильмов, виденных в детстве. Кажется, это было в Томе Сойере…

Однако, так ли просто войти в пещеру, не зная, кто там может притаиться? Я колебалась, но жажда оказалась сильнее и наконец, едва дыша, я заглянула внутрь. Зверьём никаким не пахло, воздух был чист и свеж и я, собравшись с духом, шагнула вперёд смелее. Пещера оказалась примерно метров тридцать по площади, вся в каких-то природных каменных ступенях. Сверху пробивался рассеянный свет, так что я даже не боялась переломать ноги. Зато отчетливо услышала звук капающей воды и кинулась туда, уже не чувствуя никаких страхов.

Крупными каплями она летела откуда-то сверху и звонко, дробью, вливалась в углубление на камне, как в чашу. Я припала к прохладе пересохшими губами, даже не успев задуматься - а безопасна ли эта вода? - и пила, пила, пила. Даже если я полягу здесь, отравленная этим неизвестным нектаром - так тому и быть, мне все равно.

Когда утолила жажду — почувствовала голод. Не сразу, а когда уже слегка улеглось восхитительное чувство свежести.Но прекрасно понимала, что с этим придётся повременить - явно вечерело, из пещеры выходить было опасно. Взяв пару веток из тех, что прикрывали вход, я постелила их на одну из ступеней, которая находилась как бы в небольшой нише пещеры. Что ж, не так уж и плохо.

Единственное, что по-настоящему сильно беспокоило меня сейчас, так это исцарапанные руки и ноги. Они очень сильно саднили - наверное какие-то растения всё же были ядовитыми, а может меня покусала местная живность. Было почти нестерпимо. Я подумала, что мне станет легче, если я промою царапины водой, но сил встать не было.

Вспомнила, как собиралась провести эти выходные и поразилась - словно не то, что происходит сейчас со мной, было галлюциногенным бредом, а та жизнь и те планы стали вдруг бесплотными и ненастоящими. С этой мыслью я и уснула. Снилась маршрутка, мягкое, умиротворяющее покачивание, спокойное урчание мотора, тихое клацание кого-то из пассажиров по экрану мобильника. Я открыла глаза - надо понять, скоро ли мы приедем...

Надо мной колыхались кроны величественных тропических деревьев, воздух вокруг меня был наполнен незнакомыми запахами травы, цветов, растений и влажных испарений земли. Сама я лежала на каких-то носилках, которые несли фигуры, закутанные в белые одежды. С негромким воплем я села на этих носилках и чуть не брякнулась с них. Господи, так это всё не сон! Эта голубая лагуна, белые пески, моё новоё тело, ночь в пещере - всё правда???

Ко мне подлетела еще одна фигура и мягко пригвоздила обратно к носилкам. Я заметила, что вместо растительных портянок мои ноги замотаны теперь мягкой тканью, а царапины больше не болят и не чешутся. Фигура человека была закутана почти полностью - виднелись лишь глаза. Было даже непонятно - мужчина это или женщина. Гортанным голосом на неизвестном мне языке, который я, однако, прекрасно поняла, оно произнесло: -Лежи, лежи! Молча лежи! Затем оно коснулось какой-то точки на мой шее, мягко надавило на неё и я потеряла сознание.

Глава 3

Глава 3

Я открыла глаза и увидела над собой потолок из выгоревших сухих пальмовых листьев. Подо мной был довольно мягкий матрас, судя по всему набитый травой и пухом. Подушка тоже была мягкая и пахла травой.

Осторожно повернув голову, я осмотрела стены — лёгкая постройка из порыжелого бамбука. Одной стены совсем не было и в комнату падал мягкий, рассеянный растущими возле домика деревьями, свет солнца.

Я наткнулась глазами на пацанёнка, который сидел на пороге и таращился на меня. Увидев, что я не сплю, он вскочил и со всех ног кинулся куда-то, подтягивая на ходу какие-то смешные широкие трусы-шорты, похожие на юбочку.

В широком проёме виднелись голенастые пальмы, пышные ветки колыхались от ветра на фоне синего неба. Еще дальше вроде бы стоял ряд хижин, но разглядеть я их как следуетне могла.

Куда же меня занесло? По всей видимости, аборигены нашли меня в пещере, и доставили к себе. Надеюсь, не в качестве главного блюда на ужин.

Присев в своей довольно уютной постели я пошевелила руками и ногами - всё работало. Вспомнив про покусанные ноги, которые так нещадно саднили в пещере, я задрала рубашку и осмотрела кожу - лёгкие следы были, но полностью зажившие. Кожа была как будто слегка в мелу - наверное мне намазали укусы и царапины какой-то целебной болтушкой.

Я коснулась босыми пятками теплого земляного пола и шевельнула пальцами. Не зная, сидеть ждать мне кого-нибудь или нужно выходить на свет Божий, я медлила. Интересно, а мои попутчики здесь? Может в этой аборигении находятся и другие? Первый раз я вспомнила о людях, ехавших со мной рядом. Они там, у места аварии или здесь? Или же они, как и я, в новых телах? Или...

Я даже чуть помедлила, боясь додумать мысль до конца. Или — они все погибли?! Эта мысль подняла меня с топчана и я сделала несколько шагов к выходу.

В этот момент я увидела, как показался тот самый пацанёнок в смешных трусах, а за ним вышагивал неторопливо и величаво какой-то человек, закутанный в белую простыню, которая лежала на его худой фигуре красивыми складками. Головной убор был похож на терновый венец, с вплетёнными пёрышками и кожаными лентами. Руки оставались голыми, ноги босыми. При ближайшем рассмотрении заметила, что лицо его в глубоких морщинах, лоб высокий, а глаза внимательные, карие, прячутся в коротких густых ресницах.

В целом — почти европеоидные черты лица, только густой загар служит отличием.

Смотрелся он вполне величественно и я невольно залюбовалась — вот бы нарисовать его!

Потрясающая внешность. Мальчишка тоже был хорош. Он забавно подтягивал свои штаны и шмыгал носом, но имел вид серьёзного человека при выполнении ответственного поручения.

Мужчина вошел в мой домик для бедных поросят и внимательно меня осмотрел. Я смутилась и опустила глаза, сцепила кисти рук.

-Садитесь, пожалуйста, - неожиданно цивилизованно обратился он ко мне.

Вообще-то я ожидала, скорее, что он издаст какой-то индейский клич, явно же здесь не турбаза, а какое-то настоящее племя.

-Здравствуйте, - ответила я и присела на топчан, как было велено.

-Прошу вас, не бойтесь ничего. Здесь вы в безопасности, - мужчина присел на топорный табурет, который откуда-то принёс мальчишка, я и не заметила, когда.

-Это вы нашли меня? - я не знала, что спрашивать, хотя вопросов было много. Но стоило быть осторожнее.

-Наши дозорные, - спокойно ответил человек, - меня зовут Эмин-су.

-А я Вар…- тут я смутилась и осознала, что я, как Варя, существую только у себя внутри. Тээле! Имя на браслете, - а я Тээле.

От чего-то Эмин-су недоверчиво покачал головой.

-Мы видели ваш браслет, но не могли поверить…

-А в чем дело? - осторожно спросила я.

Он внимательно посмотрел на меня и произнес:

-Давайте сначала мы обустроим вас как следует, вам нужно помыться и поесть. Потом мы поговорим и всё выясним.

Я не против была ни помыться, ни поесть, поэтому только согласно кивнула.

Мы вышли из сарайчика и направились в сторону бунгало. Я молчала и крутила головой, рассматривая всё вокруг.

Когда мы ехали в тот злополучный санаторий, он представлялся мне роскошнейшим отдыхом. Наикрутейшим. Но могла ли я представить, что окажусь в таком месте? Под ногами белый песок, тончайший, как крахмал и поскрипывает так же под ногами, в этой части острова, правда, утоптанный. Кое-где пробивается невысокая кудрявая травка мелкими островками. Кроме пальм с тонкими длинными стволами и пушистыми шапками тут и там росли кустарники, похожие на ивы. Чуть дальше, в противоположную сторону от моря, виднелась возделанная земля. Похоже на обычные огороды.

Или, скорее целые плантации каких-то посадок.

Вскоре мы вошли в посёлок. Хижины имели круглую форму, очень добротно и аккуратно сработанные. Крыши пальмовые, но как будто еще и прошиты какой-то травой. Возле каждой хижины красовался цветничок или несколько небольших грядок, по-видимому с овощами. И почва здесь была совсем другая, красноватая, рыхлая.

Местные жители были одеты попроще, чем мой спутник, как его…Эмин-су. Одежды тоже из мягких тканей, но расцветка что-то между палевым и пыльно-розовым.

Мы с Эмином выглядели в своих белых одеждах очень…торжественно, даже не смотря на то, что моя рубаха была похожа на ночнушку. Кстати, она до сих пор выглядела, как из элитной прачечной - ни единого пятнышка, ни одного залома. Блеск.

Опять вспомнились попутчики. Белобрысая мышка с хвостиком, и округлая приятная тётенька с тёплой улыбкой. Илья этот...

Как бы спросить, что с ними случилось?!

-Скажите, Эмин-су, а кроме меня здесь вы никого не находили? Я имею ввиду в эти сутки.

Он резко обернулся ко мне.

-Кого вы имеете ввиду, Тээле? Кто был с вами?

Я попятилась назад. Он меня немного напугал.

-Со мной никого не было, когда я очнулась на берегу. У меня были связаны ноги и вокруг не было ни души. А что было до этого - я не помню.

Его брови поползли вверх.

-Так вы совсем ничего не помните? И кто вы, и кто ваш отец?

Вот еще новости.

-Какой отец? Ну в смысле да, я не помню…даже имя только с браслета.

Эмин-су озадаченно потёр лоб. А у меня именно в этот драматический момент громко заурчало в животе. Эмин опомнился.

-Ладно, всё позже. Мы почти пришли.

Мы подошли к бунгало, неотличимому от других. Рядом с ним рос душистый горошек и цветы табака.

-Проходите внутрь, - показал мне рукой впереди себя Эмин-су.

Я медленно поднялась на две ступеньки и отодвинула занавеску из тонких бамбуковых палочек.

Внутри было темновато и я не сразу разглядела, что в помещении находится еще кто-то.

Вошедший после меня Эмин-су поздоровался громко

-Храни этот дом, Асфита! Выйди поприветствуй гостью, Инди-ра.

Я не особенно поняла, как звали девушку, которая вышла из сумрака - Асфита или Инди-ра, но решила, что разберусь потом.

Девушка почтительно поклонилась мне, при этом её длинные, причудливо заплетенные волосы коснулись деревянного пола. Когда она выпрямилась, я разглядела её лицо получше.

Глаза необычайной красоты, раскосые, чуть китайские, но огромные с опахалами ресниц. Небольшой носик. Держится почтительно и скромно, без улыбки. Белки глаз словно светятся в этом полумраке. Руки тонкие и от этого кажутся длинноватыми.

-Тээле, - окликнул меня Эмин-су, - вы будете жить пока с Инди-ра, вы не против?

Я растерялась.

-Ддда-да, конечно, если я не помешаю.

Эмин-су удовлетворённо кивнул головой.

-Я зайду за вами ближе к вечеру. А теперь отдыхайте, восстанавливайте силы. Инди-ра позаботится о том, чтобы вам было удобно.

Девушка так же почтительно поклонилась ему и снова её волосы коснулись пола.

Как же я с ней общаться буду, с такой японо-послушной и молчаливой? Наверное, придётся тоже молчать и кланяться.

Однако, как только Эмин-су вышел за дверь, Инди-ра резво повернулась ко мне и глаза её озорно сверкнули.

-Значит, ты та самая Тээле, дочь хранителя реликвий? Как же нам повезло, что тебя вышвырнули сюда, на наш Глаз бури! Ты же мне расскажешь, как оно там всё в столице? Пойдём скорей!

Пока я стояла, разинув рот, соображая, что это за метаморфоза такая, как девчонка схватила меня за руку и потащила вглубь бунгало. Из задней его комнаты шли ступеньки наружу к небольшой площадке, густо засаженной по периметру буйной тропической растительностью. А в центре площадки стояла чаша из какого-то древесного материала, типа коры, наполненная водой.

-Снимай свою тунику, - скомандовала она. А так как я продолжала стоять, как вкопанная, она буквально содрала её с меня и лёгким движением через плечо отправила в эту ванну-скорлупу.

Едва я отплевалась, как она стала поливать меня каким-то мыльным раствором из маленького кувшинчика. Потом отскочила куда-то и кинула в меня чем-то вроде растительной мочалки, только странной фактуры.

Слов у меня не было.

-Ты давай пока, мойся, а я приготовлю такую вкусную ашитаку - пальчики оближешь. А какая у меня имбара! Эмин-су знал, куда тебя вести.

С этими словами она исчезла, а я сидя в этой скорлупе, стала натирать себя мочалкой. Вода была приятно теплой, прогретой на солнце, мочалка — в меру шершавой, мыло сладко и нежно пахло кокосом. Вскоре вокруг меня взбилась плотная сиреневатая пена.

Отмывала она, к слову, отлично. Только как её было смыть я не понимала. Душа, само собой, не было.

Я встала в полный рост и огляделась.

Тут же появилась Инди-ра.

-Ну что ты так долго, давай ополосну.

Я осторожно вылезла и снова поискала глазами душ. В эту секунду в меня прилетело огромное ведро ледяной воды. От моего собственного вопля даже у меня заложило уши.

-Мало, давай еще!

Мой крик “Неееет” буквально утонул в очередном потоке.

Девчонка Инди-ра стояла довольная.

-Всё, держи, у меня всё на столе! Одевайся и я тебя жду! - с этими словами она запустила в меня на этот раз грубоватым льняным полотенцем, которым я, лязгая зубами, растёрлась докрасна.

Вообще-то ощущения по итогу были прекрасные. Тело стало невесомым и загорелось огнем. Я надела свою тунику, которая по-прежнему была идеально чистой и свежей и прошла в бунгало.

Стол был накрыт, как в экзотических ресторанах (в передачах видела) - на банановых листьях были разложены какие-то неведомые мне закуски, похожие на роллы. В глиняных мисках дымилась какая-то похлебка, от запаха которой я шумно сглотнула, иначе бы захлебнулась, а высокие грубые стаканы из мутного стекла были наполнены странной жидкостью бирюзового цвета.

-Вот это да, - тихонько не удержалась я.

Тем временем, Инди-ра зажгла в кокосовой скорлупе тоже по-видимому кокосовое масло и по комнате разнесся густой сладкий аромат, от которого сразу захотелось спать.

-Давай, садись. Пей сначала имбару.

-Я не пью, попыталась отказаться я.

Инди-ра недоуменно уставилась на меня. Потом расхохоталась.

Да это же не та гадость, что наши мужчины пьют, такое и я не пью! А имбара - это нектар! Пей давай!

Она буквально впихнула бокал мне в руку и заставила сделать несколько глотков.

Это и впрямь было божественно вкусно — нотки мяты, горчинка лайма, еще какие-то незнакомые оттенки вкуса. Напиток меня взбодрил и я с энтузиазмом взялась за ложку.

Похлебка оказалась из морепродуктов с какими-то кореньями и травами. Немного загущена, словно мукой. Это было что-то невероятное. Я чуть тарелку не вылизала.

Инди-ра сияла.

-Правда понравилось? Я же говорила! Еще хочешь?

Я хотела бы, но мои глаза неудержимо смыкались.

-Спасибо тебе большое, но я сейчас упаду, если не посплю.

На лице девушки отразилось сильнейшее огорчение, но дважды просить её не пришлось. Она провела меня за ширму, где висел гамак с толстой периной. Уложив меня туда, она накрыла меня такой же толстенной периной, качнула гамак, как люльку и исчезла.

-Божечки, не дай мне проснуться в той маршрутке, - подумала я вслух шепотом и провалилась в сон.

Глава 4

Глава 4

Кто-то легко коснулся моего плеча. Я открыла глаза и увидела внимательные глаза Инди-ра. Она с оттенком тревоги смотрела на меня, а когда я зашевелилась, с облегчением выдохнула.

-Тээле, ну ты и заспалась - солнце уже садится. Я раза четыре приходила тебя разбудить, но ты не просыпалась, только бормотала что-то.

Я села в своём гамаке и чуть не кувыркнулась с него. Инди-ра одним твердым движением придержала мою люльку и помогла мне выбраться.

-Спасибо, - я встала и чуть качнулась, - а что я говорила во сне? - поинтересовалась я осторожно. Понятное дело, я беспокоилась, что могла что-то говорить о том, что было до моего появления на этом острове.

-Да ничего я не поняла, что-то про шесть звёзд. Мы тут языки стёрли о том, что это было. Может ты знаешь?

Я нахмурилась, пытаясь сообразить о чем речь вообще.

-Не понимаю. Объясни.

Мы двинулись по направлению кухни-гостиной и уселись там на циновки с подушками. Между нами стоял низенький столик, сервированный к чаю. Глиняный чайничек стоял на крошечной горелке, пахло травами. Рядом на блюде возвышалась гора малюсеньких пирожков. Я машинально взяла один и положила в рот. Пирожок оказался с креветками в сливочном соусе. Божественно.

Я закатила глаза и жестами показала Инди-ра, что я потрясена.

Прожевав, я переспросила:

-Так что там за звёзды такие, о чем был сыр-бор?

Инди-ра уставилась на меня, а потом закатилась гортанным смехом.

-Как смешно ты сказала! Сыр-бор, - повторила она и снова рассмеялась.

-Ну ладно, так что там со звёздами? - почему-то меня не отпускала эта её фраза, прямо зацепила. Не знаю почему, но мысленно я пересчитала своих попутчиков - пятеро. Ах, да, я же шестая.

-Да не звёзды, а те вспышки, которые многие приняли за конец света.

Я взяла между тем уже третий пирожок. Только ради них стоило оказаться здесь.

-Вспышки где, на небе? - уточнила я.

-Ну да, - нетерпеливо ответила Инди-ра, - на небе вспыхнуло шесть огромных шаров, они висели некоторое время, а потом исчезли. Ничего после этого не изменилось, но люди были напуганы.

-А когда именно это было? - я отхлебнула чай. У него был вкус манго или чего-то такого же экзотического.

Инди-ра прикинула что-то в уме.

-Часов тридцать назад примерно. Когда ты во сне несколько раз повторила “шесть звёзд”, я решила, что ты об этом.

Я покачала головой.

-Ничего не помню.

С улицы раздался затейливый свист. Инди-ра вскочила, просияв всем лицом, глаза её буквально сверкнули.

-Это Аджаро! Его послали за нами. Сейчас я его приведу.

Я кивнула без особого любопытства, меня занимали мысли об этих звёздах. Почему я говорила о них во сне, если ничего об этом не знаю? Между тем, очередной пирожок нашел пристанище в моём желудке.

Инди-ра вернулась и окликнула меня звенящим голосом.

-Тээле, нам нужно идти. Хотя, время допить чай у нас есть. Аджаро, ты голоден?

Я смотрела на того, к кому она обращалась и не верила своим глазам. Если бы мне в художке дали задание нарисовать самый привлекательный собирательный образ в мужском обличии - я бы точно изобразила его.

Литое тело с идеально прокачанными мышцами, торс обнажён, на шее какие-то сложные бусы из полированных ракушек, выполненные с потрясающим искусством. Волосы длинные, черные и блестящие, перехваченные налобной повязкой. Лицо - просто мечта скульптора-эстета. Высокие скулы, волевой подбородок, губы тёмные, словно припеченные. Как чуть перезрелая малина. Глаза похожие на глаза Инди-ра - раскосые, большие, карие. Они смотрели на меня спокойно и ровно. Что скрывал этот взгляд понять было невозможно. Абсолютно непроницаемый.

Я сглотнула и неловко кивнула ему, по-дурацки помахав ему рукой. Он чуть склонил голову в знак приветствия.

-Так ты есть будешь?

Он снова спокойно наклонил голову и сел напротив меня по-турецки. Я пыталась не смотреть на него, но глаза предательски то и дело возвращались обратно, натыкаясь на его взгляд.

Инди-ра налила ему чай и присела рядом, прямо-таки источая сладострастие и патоку.

Рядом они смотрелись просто невероятно. Они были такие…как экзотические прекрасные цветы. Я снова почувствовала себя третьей лишней Варей Бочкарёвой, хотя у меня уже была возможность убедиться в том, что в новом теле я огонь. По-крайней мере внешне.

-Сбор готовится? - обратилась Инди-ра к Аджаро.

Тот промычал что-то, похожее на подтверждение. Он пил чай и закидывал в себя пирожки сразу по несколько штук.

А я заметила, что сижу с одним в руке, аппетит сменился на что-то другое.

Аджаро легко встал и вытер рукой рот.

-Я подожду вас снаружи. Поторопитесь.

Он вышел, а я оглядела себя.

-Инди-ра, я нормально выгляжу в этой одежде? Мне как-то странно в ней…

Девушка странно посмотрела на меня.

-Ты в своём уме? На тебе одежда верховных! Конечно, помня, кто твой отец, это легко объяснить...

ОЯ так и не поняла, что она хотела сказать. Вздохнула. О Боги, сколько мне еще предстоит узнать, что я делаю здесь вообще?

-А что ты знаешь о моём… отце, Инди-ра?

Та порхала по комнате, наводя порядок, убирая со столика остатки еды.

-Тээле, сегодня наш Атару-чи восстановит тебе память, ты сама всё вспомнишь. Но рассказать, конечно, могу. Ты дочь хранителя реликвий. Хранитель реликвий - очень важная персона для всей империи. Не только для нашей страны и нашего острова - вообще для всей. То, что ты оказалась здесь, да еще связанная, говорит о том, что скорее всего твой отец попал в беду, так сказал Эмин-су…Ой!

Она внезапно замолчала и остановилась. Видимо, ляпнула что-то лишнее.

-Прошу тебя, продолжай, я никому не скажу, что ты мне рассказала. Тем более, ты сказала, что я сама всё вспомню. Кстати, что под этим подразумевается? Как это произойдёт - восстановление памяти?

Интересно, как, действительно? Ведь сложно вспомнить то, чего не знал никогда.

Инди-ра медленно опустилась на циновку рядом со мной.

Взяла меня за руку, стала медленно её гладить.

-Тээле, тебе повезло, что ты осталась в живых. Не представляю, что тебе пришлось пережить.

Совершенно точно не представляешь, подумала я. Кстати, а я-то представляю еще меньше. Но так хочется разобраться…

С улицы раздался чуть более громкий и нетерпеливый свист. Инди-ра схватила меня за руку, которую только что гладила и, вскочив, потащила за собой.

-На Сборе будь как можно более скромной, Эмин-су не любит излишней живости и болтовни. Говори, только если тебя спросят, - поучала она меня.

Маленькая лицемерка, усмехнулась я про себя беззлобно. На самом деле девушка была искренна и открыта. Ну а то что перед старшими приходилось притворяться - а где не приходится?

Аджаро неподвижно стоял перед бунгало, в темноте сверкали белки его глаз. Загорелые, они с Инди-ра как будто растворились, их было почти не видно. А я отсвечивала между ними, как белая лилия. Поэтично, усмехнулась я про себя. Нарисовать бы нашу троицу...

Мы шли в кромешной тьме, я постоянно спотыкалась и в один момент налетела на Аджаро. Тот мгновенно и бесшумно развернулся, как огромная гибкая кошка, поддержал меня, не давая упасть, твердо взял за локоть и повел, как ребенка. От его тела шел ароматный знойный жар, который заставлял мои мозги плавиться, хотя я и пыталась скинуть с себя эту неуместную реакцию.

Вдалеке показалось оранжевое пятно и стало понятно, что мы идём к большому костру. Свет, с каждым нашим шагом, становился ярче, слышались приглушенные голоса людей.

Я глубоко вдохнула. Воздух был наполнен ароматами незнакомых растений и цветов, он был словно какие-то восточные духи - густые, тягучие, разбавленные прохладным ветерком с моря. Запах не был тяжел или навязчив, наоборот, хотелось дышать полной грудью - именно так и должно было благоухать на райском острове.

-Аджаро, подожди меня, - Инди-ра переместилась к нам поближе и буквально втёрлась между нами, взяв меня под руку вместо него, за что я мысленно её поблагодарила - хоть голова перестала кружиться.

Войдя в круг света, мы с Инди-ра остановились - она придержала меня, а Аджаро прошел в кружок мужчин, которые неторопливо вели какую-то беседу.

Они оглянулись на меня и расступились.

В причудливом кресле, сплетенном из лозы, сидел старик. На его голове красовался венец, похожий на корону Эмин-су, только более пышный. Он внимательно смотрел на меня, потом что-то негромко сказал Аджаро и тот вернулся к нам, взяв за руку подвёл меня к нему.

-Тээле. - мужчина произнес это, словно что-то подтверждая.

-Здравствуйте, - поздоровалась я, не зная, что еще сказать.

Мужчина указал мне на какой-то пенёк рядом с собой. Я взглянула на Аджаро - тот кивнул, показывая, что я должна туда сесть.

-Я - Атару-чи. И мы рады принять тебя на своей земле, дочь хранителя реликвий. Расскажи, что с тобой произошло.

Я помедлила. С чего начать? С того, как я выиграла поездку или сразу с момента аварии?

-Очнулась здесь на берегу вчера утром, а что было до этого - я не помню, - выбрала я более нейтральный вариант ответа.

Атару-чи прикрыл глаза и несколько минут молчал. Вокруг стояла полнейшая тишина, только писк и стрекотание каких-то ночных птиц раздавался.

Я так и не поняла кто он - вождь их племени? Но для племени они были слишком культурны и цивилизованны, что это за люди такие?

Словно прочитав мои мысли, Атару-чи открыл глаза и протянул мне руку ладонью вверх.

Я непонимающе посмотрела на него.

-Клади свою ладонь сверху, - негромко и ровно скомандовал он. Я подчинилась. Народ вокруг всё так же безмолвствовал. Их было много - человек сто пятьдесят.Женщины и дети стояли отдельно, мужчины ближе к нам. Я нашла глазами Инди-ра. Та еле заметно качнула мне головой. Стало чуточку спокойнее.

Прикрыв мою ладонь второй рукой сверху, Атару-чи стал тихонько раскачиваться. Позади раздался негромкий звук каких-то бубнов. Каждый звук отдавался во мне внутри. От рук Атару-чи шло будоражащее тепло и непонятные вибрации. Мне захотелось закрыть глаза, но я противилась этому, страшась того, что этот шаман реально влезет ко мне в голову и увидит, что я не та, за кого они меня принимают.

Видимо, он почувствовал моё сопротивление, потому что внезапно открыл глаза и строго посмотрел на меня.

-Ты что-то пытаешься скрыть от нас, Тээле? Тебе не нужна помощь? Ради твоего отца мы оказываем тебе полное уважение, будь добра, уважай и нашу волю.

Я вздохнула. Что ж, пусть всё будет, как будет и опустила веки. Меня закружило моментально, понеслись картинки моей жизни, которые внезапно сменялись на какие-то незнакомые. Вот я в каких-то богатых покоях - маленькая девочка, которая сидит на коленях у красивого седовласого мужчины, тот смотрит с любовью и нежностью. Потом снова моя привычная жизнь - школа, художка, Женька, мама. А за этим - белый дворец, в котором я порхаю в белом лёгком платье, играя с рыжей, как и я сама, собакой. Раймо - вспомнила я имя собаки.

Внезапно всё прекратилось - Атару-чи смотрел на меня недоуменно.

-Кто ты?

Я молчала - мне было, что сказать, но это было невозможно.

Атару-чи поднялся.

-Сбор окончен сейчас.

Повернулся к Аджаро.

-Проводите Тээле ко мне. Через час.

Люди стали расходиться, негромко переговариваясь.

Глава 5

Глава 5

Люди разошлись все до одного, даже Инди-ра, с сожалением и некоторой досадой бросив взгляд на нас с Аджаро, направилась в сторону своего бунгало. Я тоже почувствовала сожаление - с ней мне было спокойно, а вот с Аджаро я не знала, как себя вести. Стеснялась и побаивалась, хотя, судя по его поведению в доме Инди-ра, он был спокоен и безобиден.

Мы остались с ним вдвоем у костра. Последним отошел Эмин-су, сделав Аджаро какой-то знак.Тот едва заметно кивнул головой - я это увидела только лишь потому, что шевельнулись его волосы. Я начинала нервничать, ища во всем скрытый смысл. Что все это значило мне было непонятно, а когда я чего-то не понимала - мне становилось страшно. Зачем меня должны отвести к этому шаману или кто он там у них, что за странные переглядки и знаки? Я решила обратиться к Аджаро с вопросом, хотя и предполагала, что он проигнорирует:

- Можешь мне объяснить, что все это значит, Аджаро? Почему мы остались ждать вдвоем, зачем меня должны вести к Атару-чи. Это что, в его дом? Для чего? - я чувствовала, что начинала тараторить от волнения. На лице Аджаро не шевельнулся ни один мускул. Он промолчал. От досады я замахнулась и хотела шлепнуть его по литому плечу, красноватому в свете костра, но он молниеносным движением перехватил мою руку и сжал ее.

- Тебе здесь ничего не угрожает, сказали же. Бояться нечего. Не дергайся. Он даже по имени меня не назвал! Разве дочь этого самого…как его…хранителя чего-то там не была достойна почтительного отношения? Я пыталась хоть как-то иронизировать про себя, но успокоиться мне это не помогало.

А Аджаро добавил: -И не веди себя так в доме Атару-чи, не размахивай руками и не повышай голос. Если он откажется разговаривать с тобой - хуже будет только тебе. А я только что собиралась разразиться еще одной тирадой, но после его слов захлопнула рот, словно поймала им комара. Хуже я не хотела.

Наконец, вдалеке раздался звук, словно от какого-то духового рожка. Глухой и мощный, он разнесся над тропиками торжественно и нежно. Аджаро сделал шаг вперед, в темноту и оглянулся на меня. - Пойдем. Я застыла, страшась неизвестности. Он терпеливо подождал несколько секунд. - Пойдем, Тээле, тебе нечего бояться. Если тебя это успокоит - я буду рядом все время.

Ого. Если бы рыжая невзрачная мышка Варя Бочкарева могла подумать, что такой великолепный мужчина, с виду просто полубог какой-то, произнесет ей когда-нибудь такие слова, она бы не боялась ничего и никогда в жизни. Меня саму удивила эта мысль — я подумала о себе прежней как о постороннем человеке! А от слов Аджаро действительно стало спокойнее и я протянула ему руку, чтобы не навернуться в темноте. Он усмехнулся почему-то, взял горящую ветку из костра и осветил путь впереди себя. - Так лучше?

Видно было лучше, однако я предпочла бы держаться за него — уж в этом можно себе признаться. Словно прочитав мои мысли, он переложил ветку в другую руку и все-таки сжал мою ладонь крепко. Мы пошли вперед. - А тебе не мешает темнота? Я просто даже в сумерках уже плохо вижу. - Я вижу в темноте, как и при свете солнца, - помолчал, потом продолжил, - у меня эта особенность была с детства, а потом я ее развивал. - Здорово! Мне бы так, - восхитилась я искренне.

Взглянув на него в свете факела, я увидела, что он чуть самодовольно улыбается. Ну вот тебе и полубог - обычный мужчина, которому сделали комплимент, уже плавится и гордится собой. Хоть я и не умела раньше располагать мужчин таким образом, и не пользовалась никогда этим средством обольщения, но сейчас у меня случайно получилось вызвать его улыбку. Интересно, это моя новая особенность или что-то другое? Я задумалась и не заметила, как мы подошли к довольно большому строению. Одна половина его была освещена и выглядела жилой - терраска, на ее перилах горшки с цветами и как-то по-простому висит сушится веселенький коврик. Освещен вход двумя факелами.

Видно было, как внутри мелькает туда-сюда женская фигура, судя по силуэту хозяйка не молода. В общем, обстановка страха не внушала и я расслабилась. Другая же часть строения была глухой и темной, однако, когда мы подошли, юркий мальчишка стал бегать зажигать огни снаружи и внутри. Выглядело это как какая-то языческая церковь.

Во всяком случае так мне они представлялись. Украшенная гирляндами чуть подвядших, и оттого — более пахучих, цветов и лентами, она выглядела нарядно. Портили ее только черепушки каких-то животных, развешанных по периметру. Аджаро провел меня туда и усадил на циновку. Я огляделась - пол был почти полностью устлан, возле стен кое-где подушки. Напротив двери что-то вроде алтаря. Наверное, здесь они возносят молитвы, чтобы пошел дождь или гуще росли кокосы. Аджаро развернулся и собрался уходить. Я испуганно схватила его за руку, которую он перед этим незаметно выпустил. - Ты куда? Не оставляй меня одну, пожалуйста! Ты же обещал!

Он осторожно отцепил мою руку и провел пальцами по раскрытой ладони. От его внезапного движения по моему телу пробежал огонь и я слегка потеряла дар речи. - Я здесь, совсем рядом. Сейчас приведу Атару-чи, а сам останусь снаружи. И вышел за порог.

Уговаривала себя не нервничать, старалась дышать глубже,однако в голову то и дело приходили слова Атару-чи и его недоуменный взгляд. Что я должна ответить на его вопрос: "Кто ты?". Он явно что-то прочитал в моих мыслях или куда он там влез... В эту минуту вошел сам Атару-чи, как-то запросто утирая рот, наверное, после ужина. В руке у него было полотенце, которое он повесил на плечо, да так и сидел с ним потом. - Что ж, Тээле…Ты сама понимаешь, что говорить нам необходимо наедине. Ты не надумала что-нибудь рассказать мне сама?

Я отчаянно замотала головой, решив держаться до последнего. Потому что очень боялась ляпнуть что-нибудь лишнее. Пусть лучше он сам мне все расскажет. Атару-чи помолчал немного, настраиваясь на разговор, наверное. - Итак, Тээле, во время простого обряда, который очищает мысли от сумрака и дает зрить и вспомнить все, я увидел, что в тебе словно намешаны разные воспоминания. В одних я увидел тебя, Хранителя реликвий, нашу столицу…Все это я ожидал увидеть и собирался вытащить из твоей памяти, чтобы ты вспомнила, кто ты.

- Я почти вспомнила, - пискнула я, надеясь, что на этом можно будет остановиться. Однако, Атару-чи сделал мне знак помолчать. - Но кроме этого, я увидел картины не нашего мира, - он похоже, подбирал слова, - в общем, я раньше видел что-то похожее… Он закрыл глаза и погрузился то ли в воспоминания, то ли легкой транс. Я замерла, боясь пошевелиться, помешать, отвлечь. Наконец, он приоткрыл веки и тяжело взглянул на меня. - Я думаю, ты дитя Двух Лун.

Этого еще не хватало, что еще за две луны. Только что я была дочерью Хранителя реликвий. Я вопросительно смотрела на него, надеясь, что по моему глупому выражению лица он поймет, что для меня это совершенно бесполезная информация.

- Несколько тысяч лет тому назад мир был раздвоен и разделен, причиной тому была вторая луна, появившаяся на небосклоне. История обоих миров потекла совершенно по-разному, но граница их размыта и именно поэтому они иногда пересекаются. Редко, очень редко... - мужчина помолчал, думая о своем, затем продолжил: - Появляются люди, вроде тебя. Предки оставили воспоминания о таких встречах. Хотя, надо признаться, что на моем веку я вижу таких, как ты, впервые.

Он замолчал теперь надолго, погрузившись в свои мысли. Я не выдержала: - Ну хорошо. А что мне теперь с этим делать? Кто я здесь, на самом деле? Он откликнулся сразу и как-то строго: - Ты - Тээле, дочь Хранителя реликвий. Другого прошлого у тебя теперь нет. И мы должны вернуть тебя твоему отцу. Иного решения быть не может!

Легко сказать - другого прошлого нет, а если оно все в моем сознании? Как мне принимать вторую сущность, а главное - то прошлое? - А нельзя мне остаться здесь, с вами? Ну, на острове…- как-то слишком жалобно попросила я. Атару-чи задумался. - Некоторое время тебе придется провести здесь - выбраться с острова сейчас невозможно. Наша часть земли принадлежит Саргассиуму и в это время года переправиться на материк невозможно. Решив, что позже узнаю, что это за Саргассиум такой, я уточнила главное для себя. - Ну хорошо, а что мне делать на материке? Он посидел, раскачиваясь, и шевеля губами. - Если ты очутилась здесь, связанная, значит в столице что-то произошло.Тебя похитили зачем-то. Скорее всего для того, чтобы шантажировать твоего отца. Ты должна появиться там как только Саргассиум отпустит наши воды. Будем надеяться, что ты успеешь...

Мысли в моей голове, не смотря на то, что информация была для меня совершенно дикой, оставались стройными и ясными. Мне было понятно, что через несколько месяцев экзотического отдыха здесь, мне придется шлепать в столицу, искать новоиспеченного отца и в чем-то ему помогать, в чем - мне еще предстояло узнать. Причем мне будут мешать те, кто не побоялся похитить дочь одного из верховных вельмож. Занятная перспектива. Однако, я просто кивнула молча. Разве у меня был выбор? Во всяком случае сейчас его точно не было.

- Возвращайся в дом Инди-ра. Если захочешь, мы подберем тебе другой, где ты сможешь жить сама. - Нет-нет, не нужно, - поспешно отказалась я. - Аджаро проводит тебя. Попрощавшись молчаливым кивком, поднялась и вышла в темный проем. Ночь навалилась густым черным бархатом, в глазах плыли разноцветные круги и я не видела даже собственных рук.

Неизбежно споткнувшись, я с воплем полетела куда-то с порога и оказалась в крепких объятиях Аджаро. По-моему, он снова ухмыльнулся, хотя я не могла точно разобрать в темноте, просто почувствовала. - Зачем ты загасил факел? - сердито прошипела я, чувствуя себя неуклюжей, как пенек. А еще и ослепшей. - Он нам не нужен, я буду тебя держать. А ты попытайся видеть сквозь темноту, она не настолько непроницаема, как тебе кажется. Он, похоже, решил меня научить своей способности, польщенный моим внезапным комплиментом. Вот жеж… лучше бы факел оставил, честное слово. Однако, чувствуя, что спорить с ним, все равно, что с каким-нибудь их деревянным тотемом, вздохнула и неуверенно шагнула в темноту. Впрочем, его рука была твердой, надежной, теплой и мне стало уже не так страшно.

Вскоре я поняла, почему темень казалась столь непроглядной - небо было сплошь затянуто тучами. Ни единой звездочки. Иногда появлялось неприятное ощущение, что я окончательно ослепла. Тогда я начинала крутить головой по сторонам - среди деревьев кое-где мелькали огоньки светлячков и это успокаивало. Аджаро шагал молча, надежно поддерживая меня, и я тоже молчала - нужно было обдумать все услышанное от Атару-чи.

Когда мы подошли к деревне, стало светлее - кое-где на хижинах горели факелы. Инди-ра ждала нас, сидя на ступеньках. - Святая Асфита, наконец-то! Входите скорее, я извелась вся, как будто целую рундину вас жду! Аджаро, впрочем, отказался. - Поздно уже, нехорошо. Я зайду завтра. Развернулся и тихо исчез в темноте, как будто растворившись в чернильной гуще. В этот момент тяжелые облака в небе разошлись и все вокруг подсветилось холодным светом. Подняв голову, я четко увидела два небесных светила - одно в точности, как наша луна, а вторая - ее близняшка, похожая на полупрозрачный зеленоватый леденец, слегка обкусанный с одного краю.

Глава 6

Глава 6

Я обживалась на острове и постепенно знакомилась с укладом и бытом местных жителей. Они называли себя массагарами или просто сагарами.

На их древнем языке Мас Сагар значило — Глаз Бури. Официальное название острова - Алеарс - гордо игнорировалось. Они считали, что название Глаз бури оберегает остров от лишений и войн. Держались от страны обособленно и поддерживали только торговые отношения.

Мы провели еще несколько вечеров с Атару-чи, во время которых ужинали, а он рассказывал мне обо мне, об укладе на острове, о моей стране, немного о моем отце - но тут он почему-то осторожничал, говорил уклончиво.

В общем, я узнала, что давным-давно,когда произошел раскол Империи, небольшая часть населения моей страны - Тургаосса - не захотела прогибаться под политические игры верховных и переселилась на остров, назвав его Глаз бури - тихое местечко, защищенное от потрясений и последствий раскола империи, от которых еще долго страдали жители Тургаосса и остальных стран.

Происходил раздел территорий и новоявленные правители спешили защищать границы и города, не стесняясь прихватить чужие земли. Их разрывали войны. Не всегда успешные, но всегда — кровопролитные.

Первопоселенцы острова стали развивать земледелие, рыболовство и скотоводство. На первый взгляд песчаная почва не могла оказаться плодородной для овощных и плодовых культур, однако остров удивил - бананы, батат и сахарный тростник росли, плодоносили и колосились здесь не хуже, чем в черноземных плодородных районах страны.

Охота не очень приветствовалась изначально. Считалось, что остров и так принял их более чем благодарно, поэтому не стоит брать больше, чем нужно. Рыбная ловля, однако, процветала. И рыбное меню, по моему мнению, было просто восхитительным. Я, конечно, не была избалованным человеком в плане питания, но нежная, восхитительно сочная рыбка - я так и не идентифицировала ее с какой-то нашей, запеченная в банановых листьях и гребешки в сливочном соусе произвели на меня совершенно неизгладимое впечатление.

У островитян было две письменности - материковая и собственная, иероглифическая. Когда-то ее придумали первые переселенцы для безопасности, однако материковую благоразумно сохранили тоже - чтобы поддерживать торговлю и давать возможность выбора детям, внукам и правнукам - оставаться на острове или возвращаться в Тургаосс. Жизнь на острове была спокойней, но в столице возможностей было больше. Мудрые старожилы это понимали. Вообще, чем больше я узнавала историю, тем сильнее я уважала тех неведомых мне первых жителей Глаза бури. Сделать такой сложный выбор, взять на себя ответственность повести за собой людей, обустроить на новом месте целое поселение, создав собственную культуру, не предавая забвению прежнюю - это было очень круто.

-Эмин-су,а среди ваших прямых предков были те, кто заселился на остров первыми, - полюбопытствовала я.

Я помогала ему в местной школе - однажды он осторожно спросил меня об этом и с тех пор дважды в неделю мы работали вместе. Я понимала, что мне просто деликатно пытаются найти здесь дело, чтобы дочь хранителя реликвий не чувствовала себя чужой, лишней, за что я была им очень благодарна. К тому же, очень хотелось их отблагодарить за собственное спасение.

-Были, конечно, - приосанился Эмин-су, - мои дед и его вторая жена были первыми учителями на Глаз бури. Они были самыми уважаемыми членами Совета острова.

-Вторая жена? - переспросила я, - а бабушка?

-Мы тогда еще очень мало знали о Саргассиуме, - ответил Эмин-су, помолчав, - в первые годы погибло много людей, бабушка одна из первых, через несколько месяцев.

-А я до сих пор ничего об этом не знаю, расскажи мне, - попросила я.

Атару-чи уже сказал мне, что я не могу отправиться на материк в ближайшие несколько месяцев, как раз из-за этого явления. Но почему-то не рассказал толком, в чем именно была проблема.

Эмин-су почесал костяшкой пальца переносицу - он делал так часто, когда что-то заставляло его задуматься. Я присела на один из отполированных пеньков, которые служили стульями ученикам и засмотрелась в большое окно, за которым было видно море. Протянув руку к миске с сушеными бананами, которые всегда тут стояли, чтобы дети могли подкрепиться во время занятий, я посмотрела на Эмина, ожидая ответа.

-Саргассиум это воды вокруг острова - довольно обширные. Они дают много рыбы и другой морской пищи - и морскую капусту, и гребешков, и ежей. Мы добываем огромное количество раковин и кораллов для украшений и прочих изделий, которыми торгуем потом на материке. У них там скалистые берега и добыча всего этого богатства практически невозможна, очень дорогостояща.

-Ага, понятно, - поддакнула я, - так что такое Саргассиум?

-Ах, да. В определенное время - примерно с конца эрингола по конец асфена (уже немного знакомая с местным календарем, я перевела про себя - с мая по октябрь) со дна поднимаются светящиеся водоросли. Они существуют во всех водах - в морях, океанах и более мелких водоемах нашей империи, но только здесь они агрессивны и опасны. Никто не знает, с чем это связано. Атару-чи считает, что это какое-то проклятие, - тут он улыбнулся мне слегка, давая понять, что сам так не думает.

-Поняяятно, - задумчиво протянула я, - а что они делают, обжигают или что?

-Они тухнут перед тем, как напасть, и незаметно опутывают судно. А затем буквально раздавливают его в щепки, утягивая на дно.

Я содрогнулась, представив это.

-А что значит тухнут?

-Они же светящиеся, - просто пояснил Эмин-су, - у нас многие источники света работают на этих водорослях. Их можно просто натолкать в стеклянный сосуд, залить морской водой и они будут светить много недель. Потом, постепенно, угасают, тогда нужно собирать новый урожай этих саргасс. Сейчас в деревне так темно, потому что старые запасы потухли некоторое время назад, скоро мы будем собирать новые.

-Как интересно, - сказала я, однако тут же поправилась, - конечно, не то, что эти твари охотятся на все живое, а то, что существует такой природный источник света.

-Да, - подтвердил Эмин-су, - это интересно.

Мы почти закончили приготовления к урокам - разложили чистые циновки для тех, кто предпочитал сидеть на полу, я достала коробочки со счетным материалом - камешками и палочками, Эмин-су достал пачечку грубоватой бумаги местного изготовления и пучок перьев для письма.

Снаружи раздался свист. Я невольно улыбнулась, зная, кто там окликает меня из-за зарослей драцены. Аджаро встречал и провожал меня по-прежнему, хотя я уже привыкла и на мой взгляд в защите не нуждалась. Но конечно же не была против его сопровождения.

Эмин-су перехватил мой взгляд в сторону ежистых драцен и снисходительно улыбнулся.

-Беги, Тээле, беги. Спасибо за помощь.

Я просияла, помахала ему рукой и выскочила наружу под слепящее солнце и поискала Аджаро глазами.

Как всегда, увидеть первой мне его не удалось - он возник за моим плечом бесшумно, как кошка, и тронул меня за плечо. Я резко обернулась, едва не хлестнув своими рыжими прядями его по лицу. Он не шевельнулся при этом, сохраняя серьезное выражение лица. А мне так хотелось. чтобы он улыбался мне при встрече так же, как я ему!

Хотя, мне, конечно, возможно, стоило быть и посдержанней - Инди-ра все чаще хмурилась, видя нас вместе, хотя и утверждала, что никаких отношений между ними нет и не было. Но реакция была совершенно прозрачной - наше все более тесное общение и ежедневные встречи ее явно не радовали.

-Куда направляемся? - Аджаро был невозмутим, как истуканы вокруг лобного места, как я называла их местное кострище, где проходили ежевечерние встречи населения деревни.

-Привет, - радостно поздоровалась я, - глядя на него так, как будто мы не сегодня утром виделись. когда он провожал меня сюда, в школу, а по меньшей мере неделю.

Честно говоря, каких-то общественно-полезных дел у меня сегодня больше не было, но у меня возникла мысль немного схитрить.

-Знаешь, я хотела пособирать на берегу чего-нибудь для счетного материала. можно, конечно, палочек наломать, но лучше чего-нибудь красивого.

Я выжидающе смотрела на него, ожидая реакции. Не возмутится ли он, что я заставляю его, охранника и воина племени, собирать ракушки и камушки?

Однако, он кивнул и мы направились в сторону моря, касаясь локтями, хотя идти так близко необходимости не было - и слева и справа от нас места было предостаточно.

Время от времени я искоса поглядывала на него - при каждом его шаге бусы из ракушек на его груди мерно подрагивали, кожа блестела, а сам он смотрел прямо перед собой.

Атару-чи как-то обмолвился, что отправляя меня в столицу, даст мне сопровождающего и я втайне надеялась, что им будет именно Аджаро. Он нравился мне просто ужасно, но пока что я не могла его даже разговорить, что еще сильнее подогревало мой интерес к нему.

Глава 7

Глава 7

Мы сидели с Аджаро на белом песке острова, сделав привал у большого белого плоского камня. Он соорудил какую-то сетку и ловил креветок или лангустинов - я

них не сильно разбиралась, но было вкусно. Аджаро достал из поясного мешочка крупную соль и посыпал эти дары моря сверху. А жарил их, просто нанизав на прут.

До этого мы несколько часов бродили по пляжу, Аджаро вышагивал неторопливо, глядя прямо перед собой, а я собирала симпатичные маленькие ракушки, валяющиеся под ногами. Когда их набралось у меня две горсти, Аджаро предложил сделать привал, передохнуть и перекусить.

Я с жаром поддержала это его предложение, потому что ноги уже отваливались и созерцать гордый профиль моего молчаливого спутника немного поднадоело. Все мои попытки завести какой-то диалог наталкивались на односложные лаконичные ответы.

Поедая креветки или как они здесь назывались, я почувствовала жажду и сообщила об этом Аджаро.

— Знаешь, так пить хочется, что я бы, кажется, даже на морскую воду согласилась.

Спутник мой глянул с удивлением и промолчал. Конечно, юмор может и не очень был, но меня его молчаливость и отстраненность уже раздражать начали. Сам он продолжал уничтожать креветки и только когда наелся, встал и двинулся в сторону тропиков:

-Сейчас принесу попить, - сказал он не оборачиваясь.

-Я буду ждать тебя здесь, - глуповато ответила я, глядя на рельеф его спины. Да где ж таких красивых выпускают, подумалось мне. Заодно вспомнилась красавица Инди-ра. Впрочем, все жители острова были по-своему красивы, и мне хотелось их нарисовать.

Подумав, я подтащила веточкой несколько угольков из костра и подождала, пока они остынут. Белый вертикальный камень выглядел, как холст.

-Ты так умеешь? - раздался голос за моей спиной.

Аджаро изумленно смотрел на свой портрет, нарисованный углем, а я вдруг вспомнила, как зарисовывала лица своих попутчиков в маршрутке. Интересно, где они и что с ними… В первую очередь вспомнился интеллигентный очкарик, портрет которого я от смущения сунула ему в руки. У меня отчего-то возникла острая надежда увидеть его в этой новой жизни, да и всех остальных. Только как мы узнаем друг друга, даже если встретимся?

Я по привычке поставила свою фирменную подпись с чайкой под портретом и обернулась к красавцу-спутнику.

-Нравится тебе?

Он помотал головой, словно стряхивая с себя оцепенение и сел по-турецки перед камнем. Помолчал, рассматривая свое изображение.

-Ты же великий мастер, Тээле. Я только слышал о таких, их имена наперечет в Синцерии. А на острове вообще нет ни одного. Почему я раньше не слышал о тебе, как о живописце?

Я мимолетно удивилась изысканному слову живописец, но больше всего меня удивило то, о чем он сказал. Потому что интонации его были полны благоговения.

-Кстати, — опомнился он, — возьми, — и протянул мне продолговатую флягу из какого-то плода, которую до сих пор держал в руках, - не расплескай, она полная.

-Это вода? - поинтересовалась я, принимая сосуд из его рук.

Аджаро отрицательно мотнул головой.

-Воды здесь поблизости нет, это напиток алеации. Только не осушай все, оно немного хмельное.

Ничего себе сервис, подумала я в очередной раз с момента перемещения сюда, креветки, винишко…

Осторожно сделав глоток, я ощутила вкус, которого раньше не знала - очень тонкий и пряный, чуть сладкий, но и с горчинкой. Потрясающе. И дальше сделала несколько глотков подряд.

Аджаро смотрел на меня завороженно, а поймав мой взгляд, смутился и покраснел. На его загорелой коже румянец выглядел просто волшебно.

-В чем дело? - невинно спросила я, вытирая капли с подбородка. Он отвернулся и легко поднялся на ноги. Глядя вдаль в сторону моря, он вдруг тревожно вскрикнул. Я проследила за его взглядом.

Уже совсем близко к тому месту, где мы находились, плыла лодка с женской фигуркой в полный рост.

-Плыви к берегу немедленно! - крикнул Аджаро, - сию же минуту!

Я узнала в женской фигурке Инди-ра, она и не подумала послушаться Аджаро и причалила к берегу только тогда, когда поравнялась с нами.

Аджаро подбежал к ней и втащил лодку на берег.

-Как ты посмела выйти в море, решила пойти на корм саргассам? - гневно выкрикнул он ей в лицо.

Инди-ра невозмутимо поправила волосы у виска и подошла к костру.

-Идти было долго и я плыла недалеко от берега, не нужно орать, - произнесла она ровно и взяла с пальмового листа один из шашлычков.

Потом протянула руку, чтобы взять у меня флягу с алеацией и сделала большой глоток.

-Неплохо у вас тут.

Затем она увидела мой рисунок и глаза ее расширились.

-Тээле, это ты нарисовала? Это же…- она помотала головой так же, как и Аджаро, недоуменно и с восхищением, затем схватила меня за руку, - а меня ты можешь так нарисовать?

Я смущенно пожала плечами, не понимая их восторгов. Это был обычный набросок, очень схематичный. Откуда столько восторгов.

-Конечно, могу, - в голове у меня немного шумело от их плодового винишка, может и стоило остановиться, но ситуация была странной и я забрала у нее флягу назад, тоже сделав глоток.

Аджаро закатил глаза, глядя на нас. Потеребил бусы на своей груди и произнес

-Нужно идти обратно, лодка пусть остается.

Инди-ра демонстративно села у костра и показала мне, чтобы я села рядом. Я растерялась. Происходило что-то, чего я не понимала. Возникла догадка, что я невольно влезла в чужие отношения и этот неловкий момент исключительно моя заслуга.

Виновато взглянув на Аджаро, я села рядом с Инди-ра. Все-таки быть подлой подругой мне не хотелось.

Парень пожал плечами и закинул сетку за очередной порцией креветок. Молчание было таким напряженным, что его можно было ножом резать.

Солнце клонилось к закату, стало прохладней и легче дышать. Я перебирала ракушки, которые насобирала для школы. Голубые, розовые, сиреневые.

Инди-ра брала в ладонь горсть песка и выпускала его тонкой струйкой обратно. Молчание уплотнялось и становилось тяжелым, почти вещественным. Аджаро принес в сетке креветок и стал сосредоточенно нанизывать их на жесткие веточки.

-Тээле, я могу с тобой поговорить? - тишину разрезал вкрадчивый голос Инди-ра.

Я вздохнула. Ну начинается…

Поднявшись, я отряхнула одежду и ноги от белого, мягкого, как крахмал, песка.

-Конечно, пойдем.

Инди-ра вскочила мягко и плавно, словно кошка или капля ртути. Двигались они все, конечно, невероятно изящно.

Взяв меня под руку, почти по-светски, она небрежно сказала Аджаро

-Мы скоро вернемся, а заночуем здесь.

Словно скомандовала.

Он нахмурился и не глядя на нее кивнул на ее слова.

Инди-ра наклонилась за флягой и спросила его

-Далеко?

-Шагов триста, - отрывисто ответил он, переворачивая шампура.

А я решила, что мне нужно пойти вперед, чтобы оставить их наедине и зашагала по белому скрипучему песку.

Глава 8

Глава 8

Через пару минут Инди-ра догнала меня и мы пошли дальше вместе в полном молчании.

Шаги я не считала, но пройдя совсем немного вглубь тропиков, мы с Инди-ра приблизились к дереву, которое она безошибочно нашла среди других. Я узнала крупные зеленые плоды в виде бутылочек. Значит эта алеация так и булькала в собственных фляжках, оставалось только сорвать и срезать верхушку. Я невольно восхитилась про себя - очень удобный природный барчик.

Обернувшись к подруге, я хотела это прокомментировать, однако прикусила язык - лицо девушки было непроницаемым и сосредоточенным. На меня она не смотрела.

Инди-ра принялась отрезать плоды прямо с веточками, видимо, чтобы донести их до нашей стоянки, не расплескав. Руки ее двигались четко и безошибочно, с хирургической ловкостью.

Ножик - короткий и острый, чуть изогнутый, как акулий клык - она носила на груди в изящном деревянном чехле. Очень тонко выполненный.

-Какой интересный нож, - прервала я молчание, - кто его сделал?

Губы Инди-ра чуть скривились. Я увидела это, потому что она как раз обернулась ко мне с очередной бутылкой алеации и было видно, что она с трудом удерживается, чтобы не запустить в меня ею. Грубовато сунув мне ее в руки, она мягко спрыгнула с толстой низкой ветви, на которой сидела.

-Мне сделал его Аджаро, - вызывающе и отрывисто ответила она и присела на траву, облокотившись на толстый ствол дерева и не глядя, протянула мне руку за флягой алеации, которыми я до сих пор стояла нагруженная.

Во мне вдруг что-то взбунтовалось и я разом сгрузила плоды между нами на землю. Они посыпались, глухо стукаясь друг о друга. А я села рядом, нервно поправляя пряди волос, которые прилипли ко влажному лбу.

-Послушай, я не понимаю сейчас твоей реакции, - раздраженно сказала я ей, одновременно принимая из ее рук плод с аккуратно срезанной верхушечкой, - я ведь спросила, есть ли что-то между вами, ты ответила что нет, так в чем же дело? Чего ты злишься?

-А между нами и нет ничего, я тебе не солгала. Но все, что я вижу, мне не нравится. А иногда и вовсе невыносимо наблюдать.

Инди-ра говорила очень ровным голосом, скорее всего специально, чтобы он не дрожал.

-Хорошо, сейчас нет, но значит, что-то было? Иначе твое поведение не объяснить.

Мы обе прихлебывали из своих фляжек и смотрели на море, которое виднелось среди деревьев, берег был окрашен в мягкий розовый цвет, перед наступлением ночи птицы голосили, как ненормальные. Я бы от всей души наслаждалась этим потрясающе красивым моментом, если бы не этот неприятный разговор. Второй раз уже в моей жизни возникает любовный треугольник, карма такая что ли?

-Мы с Аджаро давно уже нравились друг другу, как только повзрослели, - произнесла грустно Инди-ра, - ничего не было сказано, но все и без слов было понятно. Он дарил мне подарки - оставлял в нашем тайном месте, - она повертела свой ножик в руках, - я ждала, что в ночь выбора невест он подарит мне цветок теветии и мы сможем быть вместе.

Она замолчала, как будто справлялась с собой.

-И что же случилось? - осторожно спросила я.

Инди-ра порывисто встала и обхватила свои плечи руками. Я смотрела на ее тонкий изящный стан, не понимая, как можно добровольно отказаться от такой красоты.

-Я не знаю, - горько сказала она, - наверное, у него это просто прошло, а у меня до сих пор нет. Мы как будто молча договорились быть женихом и невестой, а потом также молча остались просто друзьями. Но я…- тут она, словно опомнившись, прервала себя на полуслове,резко обернувшись ко мне.

-Но ты ему чужая все равно! Ты скоро уедешь на свою большую землю, вернешься в мир верховных, в свой мир! Он не нужен тебе!

Какая-то сила подняла меня с земли и мы стояли теперь лицом к лицу, я чувствовала, что меня переполняет гнев.

-Ты прямо так все и решила - кому куда направляться, кто кому нужен? Может, каждый из нас как-нибудь сам разберется? - такого резкого выпада Инди-ра от меня явно не ожидала, а я сама от себя еще меньше. Однако, это явно произвело впечатление и я продолжила, - я понятия не имею, что между вами произошло, а теперь и знать не хочу. Также я не знаю, что может быть у нас с ним, я просто хочу узнать его ближе. Ну а когда наступит время мне отбывать к себе домой, если он захочет - он последует за мной!

Черт побери, честное слово - мой тон был таким, как будто я была по рождению той самой Тээле, дочерью Хранителя реликвий. Из рода верховных своей страны.

Что сказать еще, я не знала, поэтому просто собрала бутылки с травы, сделала шаг и, зацепившись, за корягу ногой, чуть не полетела со всего размаха носом вниз.

Крепкая рука Инди-ра, подхватила меня за предплечье. Как тогда Аджаро.

-Осторожней, - примирительно сказал она, - давай мне половину и смотри под ноги. Я лишь смущенно пробормотала “спасибо”, сама удивленная своей вспышкой, чувствующая неловкость и даже некоторый стыд и зашагала рядом с ней. Если бы я не свалилась сюда — они бы как-то разобрались в отношениях. Получается, я вбиваю между ними клин. Пожалуй, Инди-ра имеет право злится на меня...

Через несколько шагов она круто остановилась и развернула меня к себе свободной рукой. Уже почти стемнело, но ее глаза поблескивали в темноте красноватым светом, словно у кошки. У меня мурашки пробежали по коже, а она заговорила жарко.

-Я все ждала, что в его отношении что-то изменится, просто спокойно ждала. Но появилась ты и я поняла, что мне нужно что-то делать. Сегодня, перед рисунком, сделанным тобой, я в этом убедилась. Я не хочу воевать с тобой, но за него - буду. Только честно, без подлостей. Пусть выберет сам.

Мне показалось это каким-то детским и беззащитным, хотя моя влюбленная подруга уж точно не выглядела ягненочком. Скорее, пумой, нацеленной победить или умереть.

Издалека раздался причудливый свист Аджаро, наверное, он уже беспокоился.

-Хорошо, идем, - заторопилась я.

-Ты согласна? - настойчиво переспросила Инди-ра.

-Да-да, как скажешь, пойдем скорее.

Мы вышли из тропиков и зашагали к костру. Видно, Аджаро натаскал много сухостоя и пламя было в человеческий рост.

Встретив нас внимательным взглядом, он ни о чем не спросил, только лишь показал на большой банановый лист, на котором были разложены креветки. На другом листе лежало несколько сырых рыбин и больших раковин, вроде мидий.

Обогнув костер, Инди-ра присела возле этих листьев, достала свой ножичек и принялась разделывать рыбу.

-Тебе помочь? - спросила я, впрочем, зная ответ.

-Не нужно, ты не сможешь так, как надо, - сладко улыбнулась она мне, - Аджаро, дай мне свой мешочек с солью.

Я потом узнала, что каждый островитянин носил с собой такой мешочек с солью и сухими травами, чтобы можно было приготовить еду на костре при вылазках за пределы поселения.

Оставшись не у дел, я немного покрутилась и прошлась по пляжу в ту сторону, откуда приплыла Инди-ра. Просто так прошлась, почти бесцельно — мне захотелось немного побыть одной и как-то осмыслить все, о чем мы говорили с ней. Отойдя шагов на пятьдесят, я оглянулась. Оба они возились у костра, негромко переговариваясь. До меня донесся дивный запах жареной на костре рыбки и яркий аромат незнакомых специй.

Отвернувшись, я постаралась абстрагироваться от вкрадчивого воркования Инди-ра и вслушалась в ласковый плеск крошечных волн. Прибой был словно игрушечным. Я скинула обувь и вошла по щиколотку в воду. Она удивительно, причудливо переливалась в глубине, а на поверхности воды красовались две зеленоватые лунные дорожки.

Внезапно послышался крик и меня сбила что-то сбило, увлекая за собой на берег.

Аджаро бесцеремонно выволок меня на берег, а я запоздало почувствовала, что за секунду до этого мою ногу обвивало что-то.

Тяжело дыша, Ааджаро смотрел на меня, как мне показалось, в бешенстве.

“Господи, саргассы же эти! Я совсем забыла” - пронеслось у меня в мыслях и я виновато опустила голову.

-Бестолковая девчонка! Никогда! Никогда так больше не делай! - и подтолкнул меня к по направлению к костру. Там нас встретила чуть встревоженная Инди-ра, которая, впрочем, не удержалась от торжествующей улыбки.

Глава 9

Глава 9

Уж не знаю, кто спал в эту ночь из нас троих. Я же не смогла сомкнуть глаз, глядя на волшебное небо надо мной, разгадывая созвездия. Странное дело, но кроме двух лун - нашей обычной серебристо-молочной и ее зеленоватой прозрачной близняшки, которые выбивались из привычной мне с детства картины, когда я задирала голову, пытаясь сосчитать звезды - особого различия я не видела. Вот же и ковш Большой медведицы, а вот и ее медвежонок рядом…Это заставило меня нахмуриться и задуматься, абстрагировавшись от приодичесого похрапывания Аджаро и вздохов Инди-ра. Как это небо могло быть в точности, как мое, земное? Только вторая луна заставляла меня верить, что я под другим небом .

А что, если вторая - только иллюзия? - я не успела понять, моя ли это была мысль или кто-то разговаривал со мной в перекрестках мирозданья. По всей видимости,я все-таки уснула, убаюканная ласковым шелестом волн.

Утром я проснулась, от того, что в лицо мне прилетела вода. Приличная такая плюха. Я подскочила, отплевываясь и пытаясь проморгаться. Вода была морская, соленая и от нее защипало глаза.

-Инди-ра! - послышался недовольный голос Аджаро,- когда я попросил разбудить Тээле, я не это имел ввиду!

Послышалось хихиканье моей подруги, ну или теперь соперницы.

-Разве?.. А я так поняла.

И она прошла мимо меня, неся воду, чтобы, как я поняла, промыть свежую наловленную рыбу, которую Аджаро натаскал на завтрак.

Очень вы ошибаетесь, если я поведусь на эти милые примитивные провокации, подумалось мне и стало даже как-то весело, азарт взыграл, что ли.

-Спасибо, милая, мне умываться в постель только в прошлой жизни приносили, - с этими словами я потянулась, и оглядела всех ясным безмятежным взглядом.

Инди-ра досадливо прикусила губу, а Аджаро сильно наклонил голову, пряча невольную усмешку.

Я же, неторопливо расчесав волосы пальцами, скрутила их на макушке,закрепив веточкой, которую подобрала у костра и, выпрямив спину, отправилась в тропики, чтобы совершить утренний туалет.

Вернувшись, я присоединилась к завтракающим. Настроение в нашем маленьком лагере царило непонятное и напряженное.

-Когда мы уже вернемся домой? Сегодня занятия в школе, меня будут ждать, - спросила я Аджаро, принимая из его рук жареную золотистую тушку рыбы, на банановом листе.

-Домой? - иронически вклинилась Инди-ра, - ты вроде бы в гостях, Тээле.

-Инди-ра! - гневно прикрикнул на нее Аджаро.

Я вздохнула. Видимо, по возвращении, сразу придется переехать в отдельное жилье. Мне же предлагали…Жаль, конечно, что так все получилось. Инди-ра была моей первой подругой и близким человеком в этом мире. Банально было ссориться из-за мужчины, но раз уж так получилось - пусть будет так, как мы договорились. Пусть он выбирает сам. А лично я еще посмотрю, кто чего стоит. Так я бормотала у себя в уме, шевеля беззвучно губами, не забывая при этом поглощать завтрак.

-Все, пора! - поднялся разом с места на ноги Аджаро, - если выдвинемся сейчас, после обеда будем дома.

-Я поплыву на своей лодке, - независимо заявила Инди-ра, - бросив в костер остатки своего завтрака и ополаскивая руки в мягком ведерке из мягкой кожи, которое привезла с собой.

Аджаро никак не отреагировал на эти слова, лишь подошел к чалику и перевернул его, словно осматривая. Затем, неожиданно, он дал по нем ногой изо всех сил, пробив в лодчонке сквозную дыру. Его нога застряла в этой дыре и он несколько раз подпрыгнул, высвобождая ее, вполголоса ругаясь незнакомыми мне словами.

Инди-ра гортанно вскрикнула, выражая возмущение, однако Аджаро остановил ее жестом.

-Никто никуда не поплывет в ближайшие двадцать пять рундин. А за то, что ты нарушила вчера запрет, ты понесешь наказание, Инди, когда вернемся.

Та кинула в него горстью песка, который не долетел до Аджаро, однако благополучно прилетел в меня, облепив влажное лицо.

-Да что б тебя! - не выдержала я, - ты можешь успокоиться уже и вести себя как взрослый человек???

И снова мой голос прозвучал, не свойственно мне. Это, безусловно, был голос Тээле. Надо сказать, она мне нравилась.Такая ни в какой ситуации сопли на кулак мотать не будет, а скажет ровно то, что считает нужным.

Какое-то время мы шли по пляжу, а потом Аджаро свернул в тропики и я с облегчением вздохнула - на палящем солнце мне было душно и припекало голову.

Аджаро кинул на меня беглый взгляд и объявил привал, чтобы передохнуть и попить. К счастью, мы как раз дошли до небольшого ручейка.

–Передохнуть? Аджаро, мы даже двух часов еще не идем! - дернула плечами Инди-ра, бросив на меня раздраженный взгляд.

Я даже не стала делать вид, что слушаю ее, просто припала губами к ручью и пила ледяную воду, от которой ломило зубы и немело внутри рта, с наслаждением. Затем намочила макушку. Аджаро протянул мне фляжку с их волшебным напитком, однако я отказалась. По всей видимости, у меня было первое в жизни похмелье - голова слегка кружилась. Ну ее, эту вашу алеацию. Воды еще дайте. И я снова приникла к ручью.

На занятия в школу я точно уже не успевала, но, в общем, они и до меня справлялись с тем, чтобы два раза в неделю вытряхнуть циновки от песка и разложить счетный материал.

И в эту минуту мне пришла в голову мысль. Я присела рядом с Аджаро, который дремал, покачиваясь, облокотившись на упругий куст, похожий на короткую иву. Потрясла его за плечо. Он сонно открыл глаза и улыбнулся мне, пока не успел спохватиться и стать привычно серьезным.

-Послушай, Аджаро. Вот смотри. В школе занятия идут всего лишь два раза в неделю. У детей много свободного времени…

-Они помогают родителям в делах общины, - пожал тот плечами и пристроился поудобнее - видимо, все-таки ночью не спал тоже, охранял наш покой.

-Я знаю, - терпеливо ответила я и продолжила, - а что если я буду учить их рисовать? Вы сами сказали, что художников и живописцев в стране мало, почти что нет, а вдруг я найду способных детишек и остров пополнится мастерами этой редкой профессии?

-Ты так говоришь, как будто сама не знаешь, что художники на вес золота, словно божества среди людей у нас, - пробормотал он и задумался над моими словами.

-Да я же не все еще помню, - неловко выпуталась я, ожидая его одобрения.

Наконец он повернул ко мне посветлевшее лицо.

-Ты знаешь, Тээле, это было бы просто чудесно. Для острова, для его будущего, и для тебя, и для детишек…Возможно, этом истинная цель твоего появления здесь, кто знает.

-А больше никакой цели ты не видишь? - с некоторой обидой спросила я, глядя на него в упор.

-Хватит болтать, - раздался резкий голос Инди-ра, - давайте выдвигаться, а то к ночи придем, будучи в двух шагах от деревни.

-Тээле, это очень-очень хорошая мысль, - ушел от ответа Аджаро, пряча от меня огромные свои раскосые глаза в пушистых ресницах.

Он поднялся, увлекая меня за собой

- Нам пора.

Глава 10

Глава 10

Как только мы добрались до главной деревни, я, никому не сказав ни слова - ни Инди-ра, ни Аджаро, направилась к дому Атару-чи. Аджаро было двинулся за мной, однако я резко остановила его.

-Не ходи за мной! - затем, немного мягче прибавила, - ну я же здесь все уже знаю, ты не обязан.

Я обернулась на Инди-ра, но та уже удалялась - ее прямая гордая спина выражала полную независимость.

-Хочу побыть одна, - глядя Аджаро прямо в лицо, - но потом мне понадобится твоя помощь. Приходи завтра с утра в школу. Пожалуйста.

Он медленно склонил голову в знак согласия и остался стоять неподвижно на месте, только длинные его волосы трепыхал поднявшийся к вечеру ветерок. Я чувствовала взгляд Аджаро, провожающий меня, но оборачиваться не стала.

Наверное, я как-то поспешила проникнуться к нему чрезмерной симпатией - всего ничего в этом мире, еще сама себя не узнала, как следует, а уже влюбиться надумала. Впрочем, это же было не нарочно. Уж очень мало в моей прежней жизни было искушений и ярких красок - кроме как на холстах. А тут, как говорится, все такое вкусное…

Так незаметно, в самоукорах и самооправданиях, я дошла до бунгало Атару-чи. Солнце клонилось к закату и он сидел на своей открытой террасе, отдыхая после трудового дня, перебирая какие-то жутковатые четки из позвонков вроде бы мелкого животного.

“Их бы хоть в какие-нибудь веселенькие цвета раскрасить” - подумала я и вспомнила, зачем пришла.

Атару-чи покачивался в плетеном кресле, прикрыв глаза и было непонятно, заметил он меня вообще или нет. Я поздоровалась и осторожно присела на ступеньку у его ног, ожидая, пока на меня обратят внимание.

Вышла жена Атару - Омарула и приветливо мне кивнула. То была простая женщина, совершенно без затей. Она не церемонясь потрясла своего супруга за плечо.

-Ты что, не видишь, что к нам Тээле пришла? Тээле, пойдем в дом. мы как раз собирались ужинать.

Атару-чи недовольно пошевелился, а Омарула, как ни в чем не бывало, встряхнула половички-циновки, и вошла с ними обратно в дом.

-Атару-чи, простите меня за внезапный визит, мне очень нужно с вами поговорить. Я решила сначала спросить вашего разрешения, а потом предложить это Эмин-су…

Старик смотрел на меня внимательно, естественно он не понимал о чем речь. Я заторопилась объяснить.

-Понимаете, я умею рисовать. И даже очень неплохо, как выяснилось. Мне здесь находиться еще полгода, как минимум. Так вот, я могла бы учить ребятишек рисовать, ну тех, кто захочет…

Замолчав, я ждала реакции Атару-чи. Тот помолчал и медленно ответил.

-Пойдем, обсудим все за ужином. Вроде бы звучит это очень достойно. Художников у нас очень мало, на острове точно нет и никогда не было. Было бы неплохо дать детям еще одну возможность чему-то научиться, кроме того, чему можем научить их мы здесь.

Меня затопило изнутри теплое чувство благодарности и глуповатой гордости за то, что я могу здесь быть и полезной и значимой. Мы поднялись одновременно и зашли в дом, предварительно разувшись. Пол в бунгало был дощатым и теплым, по нему было приятно ходить босиком.

Омарула положила мне на деревянную отполированную тарелку изрядную порцию рыбных тефтелек и риса с соусом чатни. Соус был сладко-острым, пряным, содержал в себе уваренные до густоты овощи и фрукты, обильно сдобренный специями.

-И ты в самом деле умеешь переносить изображения людей и животных на ткани и стены? - Омарула недоверчиво покачала головой, - ни разу в жизни не видела, как это делается.

Я с аппетитом уплетала вкуснейшие нежные тефтели, обмакивая их в потрясающий ароматный соус, стараясь не облизывать пальцы.

-Омарула, я могу и вас научить, если хотите, - зверила я, вытирая руки и губы мягкой тканью, которая служила салфеткой.

Та всплеснула руками.

-Да как же это возможно!

-Очень просто, - пожала я плечами, - у нас…

Тут я осеклась, чуть не ляпнув, что в моем мире детей учат рисовать с маленького возраста и научиться хорошо рисовать может каждый.

-У нас я многих научила, всех, кто захотел.

Само собой, что Атру-чи и Омарула посчитали, что речь о столице и о дворце, где мы с отцом проживали.

Я с тоской подумала, что когда-нибудь мне придется покинуть этот уютный дружелюбный Глаз бури, эту тихую гавань, и окунуться в мир каких-то дворцовых и государственных интриг. Впрочем, до этого было еще далеко, несколько месяцев. Поэтому я отогнала неприятную мысль. Но следующая была тоже так себе.

-Атару-чи, мне предлагали поселиться отдельно, если я захочу, - тихо произнесла я, опустив глаза.

Было в этом что-то неловкое, стыдное - эти влюбленности, ревность, чуть и не дележка самца. Меня передернуло.

Омарула картинно замахнулась на мужа полотенцем

-А я что вам говорила! Почему вы, мужчины, никогда не слушаете нас, женщин! Я ведь говорила, что так и будет.

Атару-чи продолжал невозмутимо есть. Его, по всей видимости, ничего не смущало.

-Омарула, после ужина проводи Тээле посмотреть другой дом. И посмотри что там нужно.

-Да уж посмотрю, - проворчала добрая женщина и принялась убирать со стола. Я помогала ей.

-Омарула, а что вы имели ввиду, когда сказали “я же говорила”? - не сдержала я любопытства.

Та оглянулась на мужа, который сладко похрапывал, задремав после ужина, и зашептала мне на ухо

-Каждый брак у нас одобряется Атару-чи, и еще не было случая, чтобы он не одобрил. Просто обычай такой, благословение.

Я кивнула, мне это было понятно.

-Так вот. Когда Аджаро пришел просить разрешения жениться а Инди-ра, Атару-чи впервые отказал. Сказал, мол, другая судьба, как отрезал. Аджаро смирился довольно быстро, видно было, что сердце его скоро стало свободным. А бедная девочка до сих пор не может забыть. Может, думала уехать с ним на материк, где не нужно ничьего благословения.

Атару-чи вдруг громко всхрапнул и Омарула схватилась за веник из сухих пальмовых листьев, делая вид, что подметает. Увидев, что муж продолжает спать, она снова наклонилась ко мне.

-Так вот, когда появилась ты, я тут же смекнула, что Аджаро потеряет покой. И сказала этому старому чурбану и Эмину тоже, что нельзя вас с Инди вместе селить - очень плохо, когда дружат, а потом начинают враждовать.

Я вздохнула.

-Да не хотела я враждовать.

-А он тебе нравится? - пытливо заглянула мне в лицо любопытная Омарула.

-Очень, - виновато призналась я.

Та удовлетворенно закивала, мол, так она и думала, так и говорила.

Потом она стала увязывать в большой узел какие-то вещи - посуду, несколько циновок, подушку, что-то еще.

-Пойдем посмотрим, что там с твоим жильем. Там должно быть хорошо, жила неплохая семья - уехали в столицу, когда дети пошли. Чего не сиделось на месте, на острове.

Она подхватила узел и мы вышли на воздух, наполненный запахом моря, цветов и пением цикад.

И в самом деле - как можно по доброй воле уехать из этого рая, подумала я, шагая вслед за Омарулой, разглядывая огромный баул, который я и с места сдвинуть не смогла бы, а она подхватила его и несла с легкостью, умудряясь еще и меня развлекать болтовней, рассказывая об острове то, чего я еще не знала.

О том, какие развлечения у местных юношей и девушек, да как сватают невест, после того, как получат благословение короля - я уже знала, что Атару-чи был королем острова, а не тлько жрецом. Это и раньше меня удивило - ничего королевского в их с Омарулой быту я не заметила. Наверное, статус короля на острове имел какой-то другой смысл, нежели в общепринятом.

Так, за разговорами, мы пришли к моему новому дому. Внешне он был неотличим от остальных бунгало. Бывшая хозяйка, судя по всему, обладала хорошим вкусом - хижина обсажена красивыми белыми и розовыми цветами, которые словно светились в темноте, а дорожки у дома выложены светлыми, чуть шероховатыми камешками, обкатанными морскими волнами.

-Вот мы и пришли, - объявила Омарула и подтолкнула меня ко входу.

Глава 11

Глава 11

С утра, когда я подошла к школе, Аджаро уже сидел там у входа, подставив лицо утренним лучам солнца и закрыв глаза. Я старалась подходить как можно более неслышно и медленно, чтобы запечатлеть в своей памяти эту восхитительную экзотическую картинку. Он, конечно же, услышал меня или почувствовал особым чутьем охотника. Это для себя я несла себя как воздушный невесомый зефир, а для него, наверное, топотала, как слон.

-Привет, - поздоровался он, не шевелясь и не меняя позы,- Эмина еще нет. Садись.

Я потопталась немного и присела рядом с ним, последовав его примеру - прикрыла глаза и стала наслаждаться нежным утренним солнцем. когда я только очутилась на острове, моя кожа была аристократически-белой, сейчас же ее покрывал легкий загар. Не глубокий бронзовый, как у местных обитателей, а золотисто-карамельный. Мои рыжие волосы немного выгорели и в них появились совсем светлые прядки.

Остров словно деликатно подкрасил меня по своему усмотрению.

-Как спалось на новом месте? - спустя несколько минут просил Аджаро, все так же не шевелясь. Я позавидовала его способности сидеть так неподвижно и величественно. Меня же словно мух кусали - то ветерок волосы в рот задует, то нога затечет, то еще что-нибудь. даже глаза уже пятнадцать раз открыла-закрыла. А он как изваяние. Наверное, из него получился бы идеальный натурщик.

Я вспомнила вчерашний вечер - как Омарула заселила меня в пустующий домик, как затем я осталась там одна. Вообще-то я почувствовала себя довольно умиротворенно - все-таки в гостях хорошо, но и личного пространства хочется. И быть себе хозяйкой тоже. Конечно, мне было хорошо с Инди-ра, пока не началось вот это все. но - раз так случилось, значит так должно было быть…

Почувствовав легкий толчок в бок, я очнулась от своих мыслей - наверное. я надолго улетела, так и не ответив Аджаро.

-Да нормально, - пожала я плечами, - только не поняла, как там воду качать - умываться пришлось из питьевого кувшина. Больше в доме ни капли не было.

-Я зайду сегодня же, посмотрю что там, - мгновенно откликнулся он. Хотела было возразить, а потом подумала - ну что мне без воды. что ли жить? Поэтому ответила просто

-Хорошо.

Вчера у вечернего костра Атару-чи и Эмин-су объявили жителям острова о моем желании учить детей рисовать. Это вызвало сначала недоуменные обсуждения.

-А не праздное ли это дело?

-Пусть занимаются, я слышал, что рисовальщики и даже помощники их получают огромные деньги на материке!

-Но мы-то не на материке, дурень! - слышалось со всех сторон. Жители жарко спорили и обсуждали нововведение. Атару-чи спокойно ждал, когда закончатся дебаты, предоставляя всем желающим высказаться. дети сбились отдельной стайкой и тоже обсуждали новость между собой, слышны были восторженные выкрики, хихиканье девчонок, визг малышей, которые вообще еще ничего не понимали, но радовались возможности пошуметь и побузить.Наверное, на собраниях им нечасто выпадала такая возможность.

Когда шум пошел на спад, Атару-чи поднял руку, призывая всех к тишине. В течении двух-трех минут наступила почти полная тишина. Только мелкота еще возилась и попискивала.

Затем Атару-чи жестом предоставил слово Эмину.

-Я не буду распространяться долго, - начал он, - но скажу вам только он - если есть возможность чему-то научиться - это нужно делать. Никогда не предугадаешь, что может пригодиться в жизни. Вы сами сказали, что рисование хорошая возможность заработать. И для тех, кто уедет зарабатывать на большую землю, и для тех, кто останется.

Ему внимали молча, уважительно, не перебивая вопросами. Он продолжал.

-К примеру, мы ведем торговые отношения с материком, сами знаете - наши слюдяные лампы с саргассами, деревянная посуда, которая изготавливается только у нас - только часть наших товаров. Мы могли бы разнообразить их, если бы умели наносить на них красивые рисунки.

Я подивилась сметливости Эмин-су. Сама я о практической выгоде для всего острова не подумала, а вот он сразу.

-Кроме этого мы можем просто раскрасить свой быт - и дома, и церковь. Правда, Тээле? - обратился он ко мне, пощипывая подбородок и улыбаясь.

-Конечно, - кивнула я. Все уставились на меня, словно впервые увидели.

-Тогда скажи, что тебе нужно для организации занятий и мы выделим людей и все, что потребуется.

Я встала, и, волнуясь, стала перечислять, стараясь ничего не забыть.

-Для изготовления красок мне нужно будет масло, известь, разноцветная глина. Нужно будет набрать самых ярких ягод. Ах, да! И куриные яйца.

Послышались смешки. Эмин-су поднял ладонь, останавливая их.

-Но это можно не сразу, со временем. А пока мы можем рисовать обычным углем из костра, - я указала на кострище для наглядности, вдруг кто не понял.

Среди присутствующих пронесся недоуменный шепоток, словно ветер в листве деревьев.

-Кто хочет помочь в оборудовании рисовального класса? - обратился к жителям Атару-чи.

Первым, разумеется, сделал шаг вперед Аджаро. Затем, к моему удивлению, подскочила с места Инди-ра. Встали еще несколько жителей - мужчин и женщин.

-Достаточно! - испуганно сказала я, - так много не надо!

-Тээле, - сказал Эмин-су, - чем больше народу возьмется, тем быстрее ты сможешь начать занятия.

Это было и правда более чем разумно.

И теперь мы с Аджаро сидели на пороге школы, ожидая нашу бригаду. Вчера было решено, что мужчины выстроят пристройку к школе, где будут проходить прикладные занятия - и рисование, и лепка, и прочие. Часть женщин будут им помогать в легкой работе. Руководить строительством будет Аджаро. А я с другой группой женщин возьмусь за изготовление красок и запаса бумаги. Мне было очень интересно, как здесь происходил этот процесс, это мне еще предстояло узнать.

Я думала, что Инди-ра шмыгнет в команду Аджаро собирать лозу для стен и плести, однако она робко подошла ко мне и попросилась работать под моим началом. Что это было - шаг к примирению или неведомый мне стратегический шаг - мне было неведомо. Ну а спрашивать я не стала, просто кивнула ей, соглашаясь.

Послышались голоса. Приближались строители первой на острове - а может на всей Синцерии? - школы искусств. Так я гордо назвала будущий свой класс.

Глава 12

Глава 12

После долгого и плодотворного дня строительства и оснащения нового класса, мы с Омарулой возились на кухне у меня дома - она помогала осваивать премудрости местной кухни. Продукты пока что ссудили они с Атару-чи - и крупы, и муку, и масло, и рыбу, и фрукты. Кроме того, добавили немного посуды.

- Бери, тебе понадобиться — Омарула выложила на стол целую стопку глиняных мисок и горшочков.

-Но я же не могу все время питаться за чужой счет, Омарула. Как мне можно заработать здесь?

Она засмеялась добродушно, колыхаясь полным крепким телом. Затем погладила меня по голове.

-Девочка…Для всех нас - большая честь принимать тебя в гостях, хоть ты год проживи, хоть три - у тебя всегда будет еда и вообще все необходимое. Люди будут считать своим долгом обеспечивать тебя. Пойми, ты удивила и порадовала многих с этой своей школой. Теперь ты - не просто наша гостья и дочь Хранителя реликвий. Ты - полноценный член нашей общины, который приносит пользу, уважаемый человек - не по долгу, а по праву. Так что не стоит обижать людей отказом. Ты меня поняла? — почти строго спросила она.

Я аж покраснела от этих ее слов. Стало безумно приятно, что меня действительно не считают здесь бесполезным подкидышем и я не даром буду есть свой хлеб здесь.

-У нас есть специальное место для общих продуктов, я покажу тебе завтра. Сегодня было поздно идти туда - долго времени бы заняло, там очень уж много всего, выберешь себе сама.

-Такой большой склад? А кто вообще может брать там продукты?

-Большой, большой. Наверное, сто пятьдесят на сто ангов. Да кому нужно - те и берут. сколько кому нужно. Хоть на ужин, хоть на свадьбу. А работают у нас все одинаково, поэтому еду мы не считаем.

Ничего себе, практически коммунизм построили, подумала я про себя.

-А как вы рыбу храните, кроликов? Холод же нужен, - продолжала я познавать этот такой простой и удивительный быт острова.

-А что ее хранить, она каждый день свежая, - махнула рукой Омарула, замешивая воздушное тесто. Я смотрела на нее и старательно повторяла все ее манипуляции с мукой, яйцами и какими-то приправами. получалось почти так же. Не знаю, в чем именно был секрет, но тесто прямо-таки дышало в руках. Мы готовили местные булочки.

-Как же сейчас рыбачить, если саргассы поднялись? - спросила я. мне все было безумно интересно и столько еще мне предстояло узнать - полный восторг.

-Так с берега рыбачат. Сетями, острогами. И место с понтонами есть, оттуда тоже. С этим не проблема. Рыбу и прочую живность в море добыть всегда проще, чем что-то вырастить.

Я кивнула, понятно.

Какое-то время мы еще молча вымешивали тесто, я думала о том, как много мы сделали за сегодняшний день. Словно прочитав мои мысли, Омарула приостановилась и встала на цыпочки, растягивая и потирая поясницу.

-Ох и ноет, - посетовала она, - понаклонялась сегодня много. Завтра Аджаро со своими уже начнут крышу и мы можем затаскивать лавки и столы внутрь. уже почти готово все будет.

-Омарула, я просто в восторге - как же слаженно все работают, - как муравьи - мелькнуло у меня в голове.

-Так не в первый раз, - ответила Омарула и подхватила железный лист в булочками, сунув его в специальное отверстие печи.

Мы приступили к приготовлению гребешков. Для них Омарула извлекла из корзинки апельсины, коричневый крупный сахар, масло, соль и перец. А также бутылочку алеации с еще не срезанной крышечкой.

-Поставь-ка вариться нут, - велела она мне, - а сама взялась за гребешки. Я быстренько метнулась к плите и поставила подготовленный нут в тяжелом металлическом горшочке на огонь и быстренько вернулась к столу. Я такую экзотику никогда не готовила и мне очень хотелось научиться.

Омарула уже растопила сахар в глубокой сковороде с высокими бортами и, когда карамель стала почти коричневой, выдавила прямо туда несколько апельсинов крепкими, как у мужчины, руками. Затем влила в сковороду содержимое бутылочки с алеацией и принялась интенсивно помешивать.

-Нельзя, чтобы пригорело, не вкусно будет, - пояснила она мне. я кивнула молча, не отрывая взгляда от ловких выверенных движений ее рук.

Омарула, между тем, зачерпнула деревянной ложкой из кувшинчика сливочное топленое масло и бросила в соус, посолила.

-Готово! - объявила она и сняла его с огня, - пожаришь гребешки сама? - предложила она мне, - это легко.

Я, смущаясь, постаралась не спалить нежные морепродукты. что, в общем, мне удалось.

-Теперь полей их соусом и можно есть. Булочки тоже готовы уже. Доставай.

После этого она молниеносно нарезала салат из манго, огурцов, авокадо и каких-то зеленых листиков - шпинат что-ли? и сбрызнула его маслом.

-Спасибо, Омарула! - с чувством сказала я, - мне раньше никогда не приходилось готовить. Я, конечно, немного покривила душой, но сильно, думаю, не соврала - Тээле вряд ли приходилось. Ну а серой мышке Варе не приходилось роскошествовать и даже смотреть в сторону таких деликатесов.

Омарула махнула рукой и засобиралась.

- Да что там, скоро сама все сможешь делать, чуть-чуть подучу и поймешь что и как.

-А ты разве не останешься со мной поужинать? - спросила я. внезапно очень не захотелось оставаться одной. С Омарулой мне было так спокойно и просто.

-Нет, Тээле, надо идти. У меня еще есть дела на сегодня, а завтра в школу идти работать. Да и сдается мне, что одна ты ужинать не будешь, - усмехнулась она.

Только я открыла рот спросить, что она имеет ввиду, как раздался уже хорошо знакомый мне свист. Наверное, Омарула заметила Аджаро раньше. Она насмешливо посмотрела на меня, а я покраснела, неизвестно с чего.

Проводив ее до двери и обняв на прощание, я стала ждать следующего визитера. Неосознанным движением я поправила волосы и даже посмотрелась в металлический блестящий поднос - зеркала у меня не было.

Раздался негромкий стук и покашливание.

-Входи, - как можно более безразлично и ровно крикнула я, накрывая на стол на двоих.

Аджаро вошел и сделал несколько шагов, оглядывая помещение.

-Вкусно пахнет, - одобрительно произнес он, теребя свои бусы. По-моему, он стеснялся и мне стало забавно.

-Садись за стол, - пригласила я.

Аджаро достал из-за пояса довольно крупную бутылочку с алеацией и поставил на стол. Посмотри-ка, подготовился, - захихикала я про себя, внешне сохраняя полную невозмутимость.

-Может сначала дело сделаем? - задал он неожиданный вопрос. Я оторопела. Ничего себе, прыть, обалдел, что ли?

-Т-ты что имеешь ввиду? - я даже заикнулась, поперхнувшись воздухом.

Он смотрел на меня непонимающе, затем пожал плечами.

-Ты же говорила, что не можешь воду включить. Давай посмотрю сразу.

Господи, Варвара! О чем ты думаешь вообще! - взвыла я про себя, донельзя пристыженная. Стараясь сохранить светское выражение лица, я, полыхая щеками, показала рукой, куда идти смотреть водопровод. Хотя, он знал и сам, наверное - планировка домов здесь была примерно одинаковая, водопроводная система тоже.

-Вот, смотри, - показал он мне. Я проследила за его руками - пальцами он вытащил какой-то колышек и повернул бамбуковое кольцо. Из трубы благополучно полилась водичка - прозрачная, чистая. Аджаро полюбовался проделанной работой и сказал

-Неси кувшины, наберем сразу и я отнесу в дом.

И я пошла за кувшинами, чувствуя спиной и не только его пристальный взгляд.

Глава 13

Глава 13

Наш с Аджаро ужин проходил практически в полном молчании, я время от времени поглядывала на него, он лишь увлеченно ел - без каких-то видимых внутренних волнений и метаний.

Я потихоньку выдохнула про себя. Ну или вздохнула, сама не поняла. Чего я невольно ждала от него, я и сама не знала. А вот он точно вел себя в соответствии с заявленным планом - показал мне, как пользоваться краном и остался на ужин.

Аджаро молча подливал алеацию в простые деревянные стаканчики и так же молча прихлебывал ее, запивая гребешки. Меня же стало распирать о чем-нибудь поговорить - наверное, сказывалось действие их хмельного компотика.

-Скажи, Аджаро, - не выдержала я после очередного глотка, - а как мы будем добираться до материка, когда придет время?

В моем вопросе находился и еще один, слегка закамуфлированный - мы будем добираться. Я хотела услышать намерен он сопровождать меня или нет.

Аджаро неторопливо дожевал, сделал глоток и утер губы. Только после этого ответил

-Существуют два пути - прямой и торговый. По прямому добраться быстрее, но он опаснее. Судна пиратов, и потом там легко можно сбиться с курса - дрейфовые течения там коварны.

Он отправил очередной кусок гребешка в рот, и, облизнув пальцы, блаженно зажмурился, отдавая дань кулинарному искусству Омарулы.

-Ну а второй путь? - поторопила я его, любуясь его непринужденными, изящными от природы движениями. Мускулы мячиками гуляли под смуглой атласной кожей.

-Вторым путем мы ходим с товарами, он пролегает мимо нескольких островов, где можно причалить и сделать остановку. Таких островов по пути три. Обычно мы следуем только до второго, там есть еще одно наше небольшое поселение. Мы отвозим туда свои товары, люди с материка привозят свои. Так проще и нам и им.

-А ты бывал на материке? - задала я свой следующий вопрос. Тот кивнул.

Мне на самом деле было интересно, что меня там ждет. Об этом я думала каждый раз со страхом. Остров принял меня так душевно, так радушно и щедро - на красоту, палитру новых вкусов, новых прекрасных и самых разных эмоций. Этот мир все еще был для меня новым, но сразу же стал моим домом. А вот то, неизвестное, очень пугало. К тому же, я должна была не на экскурсию ехать, в качестве туриста, а узнавать о судьбе своего неведомого отца. Да еще и спасать его в случае надобности. Я поежилась. Отчаянной натурой я никогда не была, кто сказал, что я справлюсь?

-О чем ты задумалась? - услышала я голос Аджаро, который внезапно протянул руку и накрыл мою ладонь. Рука моментально загорелась от его прикосновения, а следом вспыхнула и я вся.

-Мне страшно туда ехать, - призналась я.

Он чуть сжал мою руку и убрал свою.

-Я же буду с тобой, - небрежно произнес он, - тебе нечего бояться.

Тут он, конечно, изрядно лукавил. Бояться было чего, судя по тому, как и в каком виде я здесь очутилась.

Уходя, он немного замешкался на крыльце и мы постояли несколько минут, глядя неловко то вокруг себя, то друг на друга. Лично у меня слегка кружилась голова от его близости. Однако, ничего не произошло - Аджаро лишь слегка коснулся моих волос и тут же, одним прыжком, неслышно, как пантера, исчез в темноте. при этом тихо брякнули его неизменные бусы. Больше я не услышала ни звука.

Вернувшись в дом, я не спеша убрала со стола и пошла к работающему теперь уже крану, чтобы облиться прохладной водой и смыть с себя этот долгий день.

Наутро я проснулась в своем гамаке на боковой террасе, где предпочла спать, игнорируя широкий топчан, имеющийся в доме. Гамак слегка покачивался, ветерок был свежим и солоноватым. Как жаль, что нельзя искупаться в море! Проклятые саргассы. А когда они уйдут на дно - мне придется уезжать.

Шлепая по чистому полу босиком, я принялась готовить себе завтрак - напиток из корней лопуха - порошок, с виду напоминающий кофе - и кокосовую лепешку, которую исхитрилась испечь самостоятельно, полагаясь на внутреннее чутье. Получилось очень даже недурно. Намазав ее щедро маслом, я уложила свой завтрак на маленькое блюдо, добавив к лепешке фрукты - дольки грейпфрутов и финики.

Выйдя из дома, я решила позавтракать прямо на ступеньках своего домика. Слева росли редкие деревца - дальше они были уже гуще и метрах в двухста начинались джунгли. А сквозь деревья виднелось море и доносился шум прибоя. Птицы орали, как оглашенные. Масло на лепешке слегка подтаяло, и я ела, стараясь не обляпать одежду. Лопуховый напиток напоминал цикорий. Я разбавила его кокосовым молоком и теперь пила его с наслаждением, жмурясь на утреннем ласковом солнце.

-Тээле! - послышался голос откуда-то издалека. Я завертела головой.

Ко мне со стороны деревни направлялась Инди-ра, она шла своей легкой походкой, размахивая корзинкой, которую держала в руке.

Я немного напряглась. Ужасно не хотелось портить такое прекрасное утро неприятными разговорами.

-Доброе утро, - поприветствовала я ее, - будешь со мной завтракать?

К моему удивлению, она охотно и приветливо закивала и присела рядом со мной.

-Я принесла тебе имбару - вот, в горшочке, помнишь ты ела ее в первый день и тебе понравилось? А еще апельсиновый сок, делала утром и решила сделать для тебя тоже.

Я смотрела на нее во все глаза. С чего вдруг такая забота, осел? - вспомнилась мне фраза из какого-то мультика. Вместо ревнивой тигрицы рядом со мной терлась ласковая мурлыкающая кошечка.

-Что случилось, Инди-ра?

Та немного помолчала, потом посмотрела мне прямо в глаза.

-Я пришла заключить мир, настоящий мир, - произнесла она, убрав из интонации неуместный елей.

-Так мы вроде бы договорились, - пожала я плечами и откусила кусок лепешки.

-Я договаривалась с тобой не от души, - призналась она и принялась грызть финик, взяв его с моей тарелки, - мне хотелось разлучить вас с Аджаро, и даже не важно, достался бы он мне или нет. Пока он не смотрел ни на кого, мне спокойно жилось, а теперь…

Я вдруг резко поднялась в раздражении. Меньше всего мне сейчас хотелось погрязнуть в этих отношениях, треугольниках, дрязгах и прочем. У меня было менее полугода здесь, чтобы научить детей рисовать, да и подыскать среди соплеменников талантливого переемника из взрослых, которого смогла бы натаскать всему, что умею было бы неплохо - должен же кто-то заниматься детьми, когда я уеду. В общем, дел было невпроворот. Сегодня спешным образом нужно было подготовить краски и угольки для завтрашнего первого занятия, а это не один час работы.

В общем, вся эта возня вокруг Аджаро показалась мне в один момент глупой и ничтожной.

-Инди-ра, давай лучше делом займемся, чем переливать из пустого в порожнее. Лично я тебе не враг и не соперница. Ты была у него до меня - у тебя и козыри на руках. Хочешь дружить - я не против, свои чувства и мысли относительно Аджаро я оставлю при себе, если позволишь.

Сказала, как отрезала. Инди-ра смотрела на меня округлившимися глазами, что необычайно ей шло. Эх, и кому ж такая красота достанется? - невольно подумала я и подняла поднос.

-Подожди меня две минуты, - сказала я ей, - сейчас я уберу и пойдем в школу вместе.

Глава 14

Глава 14

Оглядевшись вокруг, я удостоверилась в том, что к завтрашнему занятию все готово - на вечернем собрании у костра я сегодня объявлю об этом и по количеству желающих составлю расписание по часам. Думаю, что их будет три-четыре в первое время. Стило формировать группы всего по несколько человек, чтобы каждому ребенку досталось больше внимания - тогда и результат будет лучше.

Столы-парты были новые - по моей просьбе их сколотили индивидуальными, размером рассчитанным на одного ребенка. Впрочем, взрослому тоже было за ними удобно. А стулья к ним с невероятной скоростью наплели из лозы женщины Мас Сагара. Я попыталась этому научиться, следя за их движениями, но на спинке первого же стула пальцы мои загорелись и вспухли - руки грозились покрыться мозолями, чего я позволить себе никак не могла, учитывая то, что занятия начинались с завтрашнего дня и здоровые руки мне были просто необходимы.

Помещение художественного класса получилось просторным и светлым - я попросила оставить проемы окон максимально большими. На них по бокам висели легкие занавески для уюта.

Стол для меня сколотили размером побольше, чем ученические. Я подумала, что иногда будет возникать необходимость подсаживать к себе кого-то из детей, когда нужно будет помочь или разобрать ошибки, чтобы не мешать другим.

В общем, я постаралась учесть любую мелочь, с учетом условий, разумеется.

Весь день я работала увлеченно, не думая ни об Инди-ра, ни об Аджаро. Его я вообще не помню, чтобы видела сегодня.

А вот подруга моя работая, старалась держаться поближе ко мне. Может, ей и хотелось продолжить утренний разговор, однако я старалась всем своим видом демонстрировать полное отсутствие интереса к этой теме. Общалась только по делу - она с другими девушками изготавливали краски под моим руководством.

Благо, что глину удалось найти самых разных цветов - красную, желтую, зеленоватую и белую. Из угля делали черную. Кроме того в ход пошли кора барбариса и ольхи, молочай, шелковица, отвары луковой шелухи, оболочки грецких орехов, коры дуба, листьев хны —материала было предостаточно.

Теперь я вспомнила почему не видела Аджаро - сама же попросила его добыть чернильных каракатиц. В общем, материала было предостаточно. мы обложились маслами, медом и растительной смолой и смешивали ингредиенты, пока не добивались нужного мне результата.

-Тээле, никогда бы не подумала, что можно вот так из того, что под ногами, создать краски для рисования! - воскликнула Илея - застенчивая молоденькая девушка, почти еще девочка. Она мастерила кисти из палочек, шерсти и других ворсистых материалов, в тм числе и растительных. Я сделала несколько штук разных размеров и дальше она справлялась уже сама, причем превосходно - я залюбовалась движениями ее тонких длинных пальцев. Хорошо, что она тоже записалась в мой класс - к ней нужно было присмотреться. И краски она сразу почувствовала просто отлично - потенциал определенно был от природы, нужно было присмотреться получше…

-Илея, ты останься, когда мы закончим, хочу неного позаниматься с тобой отдельно, - попросила я. Девушка закивала, просияв, а Инди-ра бросила на нее недовольно-ревнивый взгляд.

-Кстати, остаться могут все, кому интересно себя попробовать, - поспешила я исправить свою оплошность - в самом деле, не стоило выделять кого-то так сразу.

Несколько девушек изъявили желание остаться и мы продолжили работать, болтая просто ни о чем. Иногда меня просили рассказать что-нибудь интересное и я выуживала из памяти какие-нибудь забавные факты, которые могли их развлечь. Например, что художники, когда пишут портреты мужчин, используют краски, изготовленные из ярких желтков яиц деревенских куриц, а для портретов женщин - куриц городских, как менее яркие, для придания коже оттенка бледнее. Девушки дружно покатывались со смеху и просили еще историй.

Сейчас уже все разошлись и я ждала Омарулу, чтобы вместе отправиться на их продовольственный склад. Инди-ра немного замешкалась, поглядывая на меня, но я углубилась в изучение простеньких набросков, которые девушки сделали по моей просьбе, и она ушла молча.

Я рассматривала рисунок, сделанный Илеей. На листке был изображен цветок, выполненный, конечно, неумело, совсем по-детски, однако некоторые изящные штрихи несомненно выдавали способности. Я порадовалась тому, что не ошиблась в ней.

-Тээле, ты здесь? - послышался зычный голос Омарулы.

-Здесь! - откликнулась я, бережно собирая рисунки в стопку.

Она вошла и огляделась, одобрительно кивая.

-Славно получилось, славно. Вот я дошила коврики на стулья, - и она положила стопку ярких веселенькой расцветки плоских подушечек.

-Какие красивые, - просияла я и принялась раскладывать их на плетеные стулья. Вид класса преобразился, стало уютно по-домашнему. Не хватало только ученических работ на стенах - как обычно в художественной школе. Но очень скоро появятся и они.

-Пойдем, Тээле, пойдем, - заторопила меня Омарула, - дело к вечеру, там ждут только нас, я предупредила.

По дороге я задумчиво пинала камешки и ракушки под ногами. Тропинка была утоптанная, виднелись следы от колес легких ручных повозок, которыми все пользовались здесь для перевозки чего-либо. Дети вечерами гоняли на них, катали друг друга, частенько отрывали им колеса, за что родители трепали их за уши и вихры. Впрочем, больше для вида - детей здесь любили и баловали.

-Дай-ка угадаю, о чем ты думаешь, златовласка, - лукаво проговорила Омарула, заглядываяя сбоку мне в лицо.

Я удивленно взглянула на нее - Златовласка, имя знакомое мне с детства из старого фильма-сказки, и маленькая я просила маму так меня называть. К горлу подступил горьковатый теплый комок ностальгии, я сглотнула.

-Хорошо, угадайте, - в тон ей ответила я и уступила дорогу мальчишке, который бежал нам навстречу с упомянутой повозкой, нагруженной какой-то едой. Он на бегу поздоровался с нами, взметнув колесами два длинненьких песчаных вихря из-под колес.

-Ты думаешь о том, что будет дальше! - комично провозгласила Омарула, наведя на меня указтельный палец.

Я расхохоталась. С чувством юмора у нее было все в порядке.

-А может вы ошибаетесь и я думаю о том, что было в прошлом? - поддела я ее.

-Подумаешь, погрешность всего лишь наполовину, - притворно проворчала она, - а если это и правда так - выброси все из головы, смотри вперед. Тебе предстоит нелегкий путь.

Я скисла в момент.

-Омарула, скажи хоть ты, по-женски, по-матерински - как хочешь. Мне обязательно уезжать?

Омарула помолчала, настраиваясь на иную тональность разговора. Затем серьезно сказала.

-Детка, судя по всему, положение твоего отца очень смутно, раз ты здесь. Конечно, у него есть и собственная охрана, и охрана короля в его распоряжении. Но тебя не просто так выбросили здесь, причем наверняка знали, что ты будешь в безопасности с нами. Амару с Эмином не раз это обсуждали, - она вновь замолчала.

-Я даже не помню его, - пробормотала я едва слышно себе под нос, однако она услышала.

-Понимаю, Тээле, - проинесла она мягко, - но есть вещи, за которые не должны отвечать наши желания и эмоции. Только лишь долг. Судя по всему, какие-то смутьяны пытаются нарушить хрупкий мир Тургаоса и для того, чтобы свергнуть короля, им нужна какая-то из священных реликвий. Где находятся они все - знает лишь твой отец. Подтверждение власти действующего короля Тургаоса - тоже в его руках. Тебе нужно вернуться, чтобы твоего отца нечем было шантажировать. Это всего лишь наши догадки, но Атару-чи уверен,что так оно и есть.

Я вздохнула. Никак не отвертеться.

Ветер внезапно донес до нас густо запах специй и пряностей, он был таким густым, что дыхание перехватывало. Очевидно, мы пришли.

Глава 15

Глава 15

Мне никогда раньше не доводилась быть на экзотических рынках. Хотя и в сетевых магазинах уже давно появились всякие авокадо, манго, папайи и маракуйи, но к ним я даже близко подходить боялась. Во-первых, из-за цен, во-вторых, стеснялась. Ну типа что я забыла в калашном ряду.

Мне все эти чудо-овощи и фрукты только рисовать приходилось на практике - был у нас заказ на рекламу для магазина здорового питания.

Я очень любила смотреть обзоры всяких восточных рынков - вот уж где царило буйство красок, от которого у меня начинало сосать где-то под ложечкой.

Оказавшись на продовольственном складе острова, я поняла, что до этого не видела ничего подобного. Корзины и подносы с продуктами стояли ровными рядами. Склад был крытым, но плетение стен из лозы было практически ажурным - наверное для лучшей вентиляции.

По площади этот самый склад был примерно с футбольное поле и бродить и смотреть здесь, наверное, можно было часами. А посмотреть было на что!

Первыми располагались лари с мукой и десятком видов круп. Я не обнаружила здесь только привычного риса и, кажется, манки. Все остальное, что было мне знакомо и не очень - присутствовало.

Омарула прикатила откуда-то тележку, вместе с ней подошла поздороваться работница склада - Руна. Голоса других женщин, что трудилась здесь, были слышны на другом конце помещения и между рядами.

-Тээле, а мы вас ждали, - приветливо сказала Руна. Лицо и фигура ее, казалось, принадлежали молоденькой девушке. Однако, когда она улыбалась, лицо покрывалось мелкими-мелкими морщинками и становилось понятно, что ей уже много лет. На этом складе она была старшей - успела сообщить мне Омарула. Руна отвечала за учет и формировала заказы для тех, кто поставлял продукты. Руна заправила пряди волос под повязку на голове, продолжая улыбаться мне. Волосы у нее были светлее, чем у остальных жителей - не черные, а каштановые с пепельным отливом.

-Доброго дня, Руна, - улыбнулась я ей в ответ, - здесь просто потрясающе! Все так красиво и аккуратно уложено, как в лучших…-тут я осеклась, не зная, как не ляпнуть лишнего.

Руна зарделась нежным румянцем совсем по-девичьи, что необычайно ей шло.

-Вам помочь, рассказать где что?

Ее добродушно перебила Омарула, махнув рукой.

-Иди отдыхай! Я все сама покажу, потом мы найдем тебя, - и повернувшись ко мне, пояснила, - все, что люди берут здесь - записывает Руна, так легче вести учет и пополнять припасы.

Мы медленно пошли по рядам, прикидывая что мне необходимо. Тележка наполнялась фруктами и овощами. иногда мне приходилось спрашивать что это такое и получала от Омарулы пространные пояснения. Мне очень хотелось попробовать все новое. Солерос - кактус без колючек, похожий на спаржу, маринованных улиток, соленые побеги молодого бамбука.

У ряда с насекомыми, я, однако заколебалась. Это было уж слишком экзотично для меня. Омарула зачерпнула небольшую горсть сушеных сверчков из корзины и с аппетитом захрустела ими. На моем лице явно проступило испуганное выражение, от чего она расхохоталась и насыпала мне кулечек этой пакости.

Я попыталась отказаться.

-Омарула, я не буду это есть, ну правда!

В итоге мы пришли к компромиссу - сверчков я беру, а вот высушенных крупных гусениц - категорически нет. После чего я поспешила покинуть этот малосимпатичный сектор, Омарула хихикала позади меня.

Рыбный отдел был невероятных размеров. В свежем виде морепродуктов не было видно, Омарула объяснила, что свежее можно взять только ранним утром, а потом все солится и маринуется. Небольшая часть жарится прямо здесь на вертелах и решетках из ветвей каменного дерева. Так что здесь и кулинария своя была. Поразительно. Я не успевала открывать и закрывать рот от изумления. Как же на этом острове все организовано, слаженно, упорядочено. Люди - каждый на своем месте. Вопросы и проблемы решают сообща, без раздоров и склок. Ну кроме незначительных.

Омарула догнала меня и сказала, что мне повезло - лангустинов и мидий мне сейчас принесут. Кто-то заказал себе и не забрал.

-Пойдем приправ тебе возьмем, специй и масла, да и пойдем уже. Теперь ты сможешь приходить сюда хоть в компании, хоть одна.

-Спасибо, Омарула! - с чувством сказала я. Мне очень понравилось здесь, даже много брать не хочется, лучше приходить почаще.

Омарула выглядела довольной. Мы записали у Руны все, что находилось в нашей тележке и попрощались с ней до вечернего сбора.

-Может, придете с Атару-чи ко мне на ужин? - рассеянно спросила я, вглядываясь вперед - мне показалось, что я увидела силуэт Инди-ра в сопровождении Аджаро, но могла и ошибиться - было слишком далеко.

-Нет-нет, - решительно отказалась Омарула, - завтра очень важная служба в храме, Атару нужно провести вечер, настраиваясь к ней. На сборе его тоже не будет.

Я вздохнула.

-Понятно, ну тогда в следуюий раз.

-А как с Аджаро-то время провели? - с хитрецой спросила она.

-Просто поели, - пожала я плечами, - да с водой помог разобраться.

По неизвестной мне причине, я вдруг покраснела и пришлось отвернуться, пока щеки не перестали гореть.

-А не он ли там с Инди? - Омарула приложила ладонь ко лбу в виде козырька.

Значит, я не ошиблась. Парочка стояла у развилки между лобным местом и поворотом в деревню. Я сделала безразличный вид и мы миновали их метрах в пятидесяти по другой тропинке. По-моему Омарула специально свернула на нее. Аджаро не заметил нас - он стоял спиной. А Инди-ра посмотрела на меня, как мне показалось, торжествующим взглядом. Да хоть ритуальный танец спляши от радости, мне все равно - подумала я. Себя мне тоже нужно было в этом убедить. Поэтому я вздернула нос и прошла, стараясь держать спину как можно прямее.

Дома я разложила продукты в специальный шкафчик. Полюбовалась разноцветным изобилием.

Для себя готовить было страшно лень, но лангустинов и мидии нужно было пожарить сегодня же, и я, вздохнув, разожгла плиту.

Раздался знакомый художественный свист, затем, через какое-то время тихий стук в дверь. Открывать я не стала.

Глава 16

Глава 16

На следующее утро я проснулась ни свет ни заря. Вскочила со своего гамака, как пружина. Мной владело взбудораженное и в тоже время радостное состояние - наконец-то я начинаю свои занятия! И, хотя с момента возникновения идеи до ее воплощения прошло совсем немного времени, мне казалось, что я ждала этого вечность.

Мне хотелось отправиться в школу немедленно, однако я сдержала свой порыв - занятия были назначены на послеобеденное время, поскольку с утра дети помогали родителям в делах общины или по дому. Сначала должны были быть выполнены «официальные» обязанности - а потом уже развлечения. Кстати, общеобразовательные уроки на острове тоже считались развлечениями, во всяком случае, дети не относились к ним, как к повинности. Неслись в школу и находились там с удовольствием - я не раз это отмечала.

Не сомневаясь, что смогу увлечь маленьких островитян рисованием, я все-таки в сотый раз задумалась - с чего же мне начать мое самое первое занятие? С многообразия форм или красок? Или с истории изобразительного искусства? Хотя, опомнилась я, какая история здесь - откуда мне ее знать.

Я вспомнила свой первый урок рисования. Он был даже не в школе, да и в художку я пошла позже. Мне было лет восемь или девять, никакими особыми талантами и способностями я тогда не блистала, была обычным среднестатистическим ребенком. А природная застенчивось мешала хотя бы попытаться проявить себя где-нибудь. Рисовать мне нравилось, но я словно тормозила сама себя, пребывая в полной уверенности, что получится у меня плохо. Движения рук, держащих карандаш или кисточку, были неловкими и неуверенными. Варюха-горюха.

В тот летний день у нас во дворе открылось что-то вроде открытой площадки центра дополнительного образования. Наверное, что-то вроде рекламы своих секций и кружков. Выскочив во двор на площадку, где расположились преподаватели и дети, я робко приблизилась к столу с карандашами и красками. Вокруг толпилось много детей и я остановилась позади всех. Занятие вела, как мне тогда показалось, пожилая женщина, которая, заметив меня, вдруг улыбнулась и, не останавливая своего рассказа, обошла всех и обняв меня, подвела поближе. Я вспыхнула от смущения и на некоторое время я практически перестала слышать, что она говорит. А потом услышала ее слова, с которых и решила начать сегодняшний урок: «Рисовать могут все!»

В то лето я еле-еле дождалась сентября и первым делом отправилась в этот центр дополнительного образования. А позже перешла оттуда в художественную школу по рекомендации той самой преподавательницы. Художку я окончила с отличием, поступив после школы в училище изобразительных искусств, и вот на втором курсе я сама становлюсь преподавателем. В следующей жизни. На тропическом райском острове. С ума сойти!

Я приготовила себе завтрак, хотя и не была голодна - предвкушение было переполняющим и очень волнительным. Но именно для того, чтобы немного успокоиться, я нажарила медовых лепешек и сделала кофейный напиток. Завтракать вышла снова на ступеньки, чтобы послушать море и птиц. Хотя последних было слышно и в доме - они щебетали и горланили на все лады, радостные такие вопли - как гимн новому прекрасному дню.

Однако, я сегодня не только художник, но и поэт, - усмехнулась я про себя и уселась завтракать. Прямо передо мной раскачивался на ветке большой яркий попугай. Я показала ему язык, а он распахнул крылья и издал шипящий звук, а затем свист. Я рассмеялась.

Как ни старалась я протянуть время, а в своем классе оказалась часа за два до занятий. Заглянул Эмин-су, покачивая перьями на своем головном уборе. Он внимательно и лукаво посмотрел на меня своими выразительными карими глазами, приветствуя кивком головы.

-Волнуешься, Тээле? Все выглядит прекрасно и пройдет хорошо, слава Эрине, я уверен.

-Очень волнуюсь, - призналась я, - раз такой недобор художников в стране, значит на мне большая ответственность.

Я сказала это в шутку, однако Эмин-су серьезно покивал в знак согласия.

-Это правда, Тээле. Не все еще понимают, но это величайшая возможность для нас всех.

-Не надо меня пугать еще сильнее, - нервно засмеялась я. отводя пряди волос от лица.

-Хорошо, не буду, - помахал он мне рукой, - да пребудет с тобой удача, девочка! - и вышел. Его шаги мягко проскрипели по белому крахмальному песку.

В эту же минуту послышались голоса детей - пришли мои первые ученики.

Пятнадцать пар любопытных глазенок смотрели на меня, словно видели в первый раз. Пока не собрались все - дети еще возились и бесились, словно котята. Потом, рассевшись, они присмирели, как будто внезапно осознали серьезность нашей общей миссии. Мне даже смешно стало. Такие милахи.

-Скажите мне, какого цвета море? - задала я вопрос.

Посыпались самые разные ответы - дети с азартом выкрикивали и голубое, и бирюзовое, и черное, когда ночь, и красное вечером.

-А какого цвета небо?

Так мы поговорили о том, какое множество красок вокруг нас и какой яркий мир. И как интересно было бы уметь его нарисовать.

-А что вы хотели бы научиться рисовать в первую очередь? - перешла я к следующему этапу познания детьми самих себя, как будущих художников.

-Цветы!

-Море!

-А я джунгли!

-Наш костер!

-А я - маму, - застенчиво, как я когда-то, произнесла крохотная девчушка, сидящая прямо передо мной.

Выслушав всех, пока гул детских голосов не стих, я сказала негромко, но убедительно:

-Мы все это научимся рисовать.

Дети снова радостно загалдели и мне это напомнило гомон птиц за моим окном. Громкий и радостный.

Глава 17

Глава 17

Прошло относительно немного времени - месяца полтора, примерно. я полностью втянулась в островную жизнь и организованный мною учебный процесс. В моем художественном классе занимались жители острова самых разных возрастов - от мала до велика.

Первые же рисунки, созданные самыми способными учениками вызвали такой восторг соплеменников, что занятия стали проходить не в две смены, а в три. Учились почти все.

Усталости я не чувствовала, наоборот - пыталась впитать это время всей душой, всем сердцем. Время моего отъезда неумолимо приближалось и я грузила, грузила себя работой, чтобы как можно меньше об этом думать.

Однако и это мне с какого-то времени перестало удаваться.

-Ты должна восполнить пробелы в своей памяти, - заявил Атару-чи. Эмин-су тоже присутствовал при нашей беседе и несколько раз утвердительно кивнул для убедительности, - скоро ты поедешь в столицу и если не будешь владеть элементарными знаниями о сотворении мира, то будешь барахтаться, как младенец.

-Не решить ни одной задачи в настоящем, не зная прошлого! - со значением произнес Эмин-су.

-И что это все значит? - опасливо спросила я, предчувствуя перемены.

-Эмин-су будет рассказывать тебе все, что стерто из твоей памяти, - пояснил Атару-чи. А я внутренне застонала.

Не то чтобы я была против новых для себя знаний, конечно, мне все это должно быть известно. Но ведь мой день был уже расписан по минутам - даже вечером меня неизменно провожали домой несколько учеников, иногда одни, иногда другие. Я старательно отвечала на все вопросы, которые оставались у детей после занятий. Хотелось вложить в них максимум того, на что хватит у меня здесь времени.

После этого я наскоро ужинала и рано ложилась спать. Каждый вечер под моими окнами раздавался знакомый затейливый свист Аджаро, однако я не выходила и делала вид, что оглохла на оба уха. Днем я так же избегала его, и мне это отлично удавалось - дети встречали меня и перед занятиями, чтобы проводить в школу. Рядом со мной постоянно кто-то был, так что у него не было возможности отловить меня наедине.

Однажды утром я обнаружила на ручке своей входной двери нож. Он был точь в точь таким, как у Инди-ра, изогнутый, короткий, с изящной ручкой. Кожаный чехол на длинном шнурке был выполнен искусно - я залюбовалась. Конечно, одинаковые подарки, на мой взгляд, были признаком не очень хорошего тона, но здесь правила были особенными и вряд ли Аджаро имел ввиду что-то плохое. Он просто хорошо делал эти самые ножи.

Я повесила его себе на шею, только не наружу, а спрятала в складках своего платья. Не отдавая себе отчета полностью, как относится к этому подарку, я подумала о том, что он, безусловно, может мне пригодиться. Теперь он постоянно был со мной и, надо сказать, вещь действительно была удобная - я пользовалась им с удовольствием.

-Тээле, ты слушаешь? - мои мысли прервал настойчивый голос Атару-чи, - после занятий теперь приходи к нам с Омарулой на ужин, а после мы с Эмином будем заниматься с тобой.

-Да, конечно, - вздохнула я.

С того дня я почти каждый вечер послушно внимала им обоим, постигая историю возникновения Земли в том виде, в котором она существовала сейчас.

Надо сказать, было довольно интересно. Если бы это не напоминало мне о моем отъезде и смутной неясной миссии.

-Когда-то, еще до того, как по воле Даркана и Эрины возник этот мир, а на небе светила только одна луна, мир был велик и многолюден, а люди были по своему могуществу подобны богам. Они жили долго и могли излечивать большинство болезней. Они могли летать по воздуху быстрее ветра, строили большие небесные ковчеги и даже строили дома на Луне, - бубнил Атару-чи, а я, закрыв глаза, пыталась представить в красках этот неизвестный мне мир. Был ли он альтернативным моему или параллельным - вряд ли мне суждено было узнать истину.

Я слушала про множество стран и большие города, похожие на большие муравейники, про железные колесницы, на которые строили люди, преодолевая на них пространство быстрее ветра. Рассказы же про великих богов Тиэлпхона, Эдернэда и потомка их Эпхона Надкушенное яблоко, заставили меня долго переваривать информацию. Меня взволновало это так, что я крутилась и не спала всю ночь.

Надкушенное яблоко, которому поклонялись люди? Серьезно?

Дальше я слушала как будто бы историю своего мира и никак не могла избавиться от этого ощущения.

Небесные лодки и маяки - что это было? Космические корабли, спутники? Закралась странная и пугающая мысль, что вторая зелененькая луна, похожая на то самое откушенное яблоко - Хиргово яблоко - дело рук человеческих.

Дальше история мира звучала печально и трагично - вражда мощных государств, голод и болезни коснулись всех. Конечным итогом всего этого явилась великая катастрофа. Почти все страны скрылись под водой, небо заволокло чернотой, не стало света и тепла, началась долгая зима. Спаслись лишь те, кто жил в “небесных домах”.

Но свои трудности со временем настигли и их - через год или два, припасы у небесных жителей кончились, и им пришлось опуститься на землю. Среди них были наши боги: Эрина Милосердная, ее муж Даркан и Хирг (как его называли в древности - Хирорг). С этого момента началась новая история.

Этот образовательный экскурс лишил меня покоя на много дней. Неужели это было историей и моего мира? Того самого, где я родилась, ходила в детский сад, потом в школу и художку. Страшные картины проносились у меня перед глазами, не давая заснуть.

Конечно, со временем впечатление сгладилось или я просто договорилась с собой не думать об этом.

Вскоре Атару-чи объявил на сходе общины, что через несколько недель мы с Аджаро отправляемся. сердце мое замерло. Так скоро? Я склонила голову, стараясь не смотреть ни на кого. Рисовала пальцем на песке какие-то сложные узоры. Стало тихо - наверное, все обдумывали эту информацию.

-Атару-чи, можно мне поехать с ними? - разрезал эту тишину звонкий голос.

Я резко распрямилась - это была Инди-ра. Не могу сказать, что ее внезапное заявление удивило меня - подсознательно я чего-то подобного от нее ожидала. Она стояла, прямая, как стрела, глаза горели, выражение их было вызывающим.

-Объясни свое желание, Инди, - голос Атару-чи звучал странно и вкрадчиво, - мы этого не предполагали. Большее количество людей будет привлекать ненужное внимание.

-Тээле нужна будет помощь, - твердо заявила она - видимо, готовилась, - и там, где Аджаро не сможет пройти с ней, я, как женщина - смогу.

Я слушала ее молча, ничем не выдавая своей растерянной реакции. Старалась сохранить невозмутимость.

Атару-чи повернулся к Эмину и они начали переговариваться вполголоса - слов было не разобрать. За их спинами стоял Аджаро, в упор глядя на Инди. Та стояла, не шевелясь, вскинув подбородок.

-Что ж, - произнес, наконец, Атару, - это не лишено здравого смысла. Мы озвучим своё окончательное решение завтра.

Впрочем, я уже знала, каким оно будет.

ГЛАВА 18

ГЛАВА 18

Я сидела в доме Атару-чи и наблюдала, как ловко Омарула вымешивает тесто. Движения ее сильных рук были красивыми и энергичными. Из-под яркой цветастой повязки выбился длинный кудрявый локон. Он весело подпрыгивал в такт движений хозяйки, как пружинка.

-Омарула, ты правда считаешь, что мне не нужно ничего делать? - в пятый уже, наверное, раз спросила я свою старшую подругу, стараясь при этом, чтобы тон мой был не слишком жалобным.

Мне никак не удавалось разозлиться на Инди-ра, хотелось уткнуться в полное уютное плечо Омарулы и похныкать. Просто я не представляла степень упорства Инди, почувствовав себя обезоруженной и если не слабой, то растерянной. Сама я не была способна на такие откровенные и смелые поступки, особенно в отношении противоположного пола. в этом я точно не изменилась. Хотя, подумалось мне, может как раз и стоило. Если у Инди-ра ее напористось была с перегибом, то у меня она болталась с отрицательным значением.

-Тээле, милая, - чуть запыхавшимся голосом проговорила Омарула, - если не брать в расчет ваш любовный треугольник, то предложение Инди очень здраво.

При упоминании о любовном треугольнике я густо покраснела и, подтянув колени, спрятала лицо. Я сидела напротив Омарулы на циновке в подушках, передо мной стояла большая пиала с моим уже любимым мятным чаем, в другой такой же пиале находился лесной мед. Пах он просто одуряюще. Я машинально макнула в него палец, облизнув его. Потянулась за чаем.

-Скоро ужинать будем, - предупредила Омарула и принялась с

ловкостью фокусника лепить круглые булочки, делая на них надрезы крест-накрест - потом эти надрезы заполнятся ароматным маслом с травами и чесноком.

-Давай я помогу, - приподнялась я, однако Омарула махнула рукой и я плюхнулась обратно. Мне было так уютно и комфортно на этой милой террасе. Половички были приятными, подушки, набитые какой-то ароматной лузгой мягкими, а предзакатное солнце, заливающее террасу - нежарким и томным. Так бы и сидела здесь, ела бы булочки Омарулы, пила мятный чай, и чтобы ничего не нужно было решать, никуда плыть и никого спасать.

К нам вышел Атару-чи и внезапно улыбнулся мне.

-Ты похожа на рыжую кошку, - он кивнул на меня жене, - правда?

Та энергично закивала и тоже заулыбалась, не прекращая своего занятия.

Рядом на небольшой каменной горелочке булькала похлебка из морепродуктов, а булочки, наконец, отправились в жаровню.

Подумалось о том, что если бы мне не пришлось отсюда уезжать, я тоже хотела бы устроить в своем домике такую летнюю кухню и так же готовить на закате ужин в лучах заката.

-Ну довольно, не вздыхай так тяжко, а то можно подумать вся печаль мира свалилась на твои хрупкие плечики, - поддразнила меня Омарула, - давайте за стол, булочки через пять минут будут готовы.

Атару-чи, совсем по-простому наклонился над горшочком с похлебкой и с наслаждением вдохнул. Какие же они милые, в который раз с грустью подумала я. и как же мне не хочется уезжать отсюда на какой-то там материк.

-Вот я оказалась здесь и открыла школу, - делилась своими мыслями я за ужином, - чувствую себя нужной и полезной. А там что? Ведь…- я запнулась, - отец если в добром здравии, захочет оставить меня дома. И буду я жить другой жизнью, которую, может, и принято считать более цивилизованной и даже более богатой…- я откусила булочку, - ммммм, Омарула, ну как ты это делаешь? Атару-чи, вам так повезло - вы каждый день наслаждаетесь готовкой этой великолепной женщины!

Омарула привычно отмахнулась, а Атару-чи довольно закивал, в подтверждении моих слов.

Послышались шаги. Хозяин дома встал, чтобы встретить гостя, загородив его таким образом от меня.

Омарула тоже поднялась, чтобы добавить тарелку.

-Входи, Аджаро, садись. Ты пришел чуть раньше, но это хорошо - поешь с нами.

Мое сердце заухало так, что безусловно это слышали все присутствующие. Все это время мне удавалось избегать общества Аджаро так близко. До сегодняшнего дня. Я подняла глаза и увидела его лицо - непроницаемое, как обычно.

-Привет, - выдавила я из себя, сжимая в пальцах булочку.

-Рад видеть тебя, Тээле, - произнес он бесстрастно и сел рядом со мной, касаясь плечом.

-Так, едим и потом нам предстоит очень серьезный разговор, - Атару-чи сказал это спокойно, но аппетит у меня от чего-то пропал начисто.

===

Друзья мои дорогие) Во-первых спасибо вам за комменты и оценки - это очень приятно и поддерживает)

А во-вторых, хочу поделиться с вами одной книгой, которая тоже сейчас поднимает мне настроение - "Сумеречное колдовство" автора Нюша Порохня. Хорошее настроение вам обеспечено) Я вообще обожаю сказки для взрослых, а вы?))

Пятеро молодых женщин, скрываясь от лап бандитов, попадают... в сказочное Приграничье. Где встречают Бабу Ягу с волшебным котелком, Гадину, которая гонит самогон в озере, страшного Двойника и горячих красавцев Мороков. Приключения обеспечены!

https:// /reader/sumerechnoe-koldovstvo-1

Обратите, пожалуйста, внимание на хомяка в рюкзаке - какой взгляд)))

Глава 19

Глава 19

После ужина Атару-чи и Омарула удалились на несколько минут по каким-то своим домашним делам, мы с Аджаро остались вдвоем.

Затем я попыталась изобразить вызывающий взгляд и как можно холоднее посмотрела ему куда-то в район переносицы. Однако при взгляде на него, мой искусственный лед начинал, как обычно, подтаивать.

-Ты знал, что я здесь? Ты знаешь, что нам хочет сообщать Атару-чи?

Он невозмутимо пожал плечами.

-Знал, что здесь. И догадываюсь, что хочет сообщить.

Последовало молчание, во время которого он неторопливо съел две булочки и долил себе травяной чай. Все очень степенно, никаких нервных движений. Я размышляла – не троллит ли он меня, даже если и слова такого не знает.

-И ты не скажешь мне, что именно? - я начинала злиться, его состояние каменного идола раздражало.

-Зачем тебе нужны мои домыслы? - чуть издевательски спросил он, не глядя на меня. Он разглядывал какую-то пичужку, которая приземлилась на перила террасы, и, повернув голову, тоже смотрела на него, видимо, в ожидании крошек.

Я догадалась, что мой игнор все это время не оставил его равнодушным. Тоже мне, нашел время показывать обиженку. Вскинув голову, я отвернулась в сторону джунглей, давая понять, что с моей стороны разговор окончен.

Сама себе я могла объяснить очень смутно, почему так себя вела с ним. Объективно Аджаро ничем этого не заслужил. Сказать, что я его ревновала? Нет, он достаточно явно проявлял свое предпочтение мне. Пыталась ли я себя от чего-то уберечь? Ну вот это было возможно. Разобраться бы, чего я боялась.

Вышел Атару-чи и кивнул нам. Мы поднялись и последовали за ним, Омарула, которая показалась из-за плеча мужа, кивнула мне ободряюще.

Мы вошли в храм, где все было готово к службе. Это было странно - вечерние службы проводились по особым праздникам. Впрочем, я застала только один за это время - День захода солнца, что ли. Когда я узнала, что на нем мужчины вручают какие-то особенные цветы своим избранницам, что символизирует предложение, то поспешила укрыться в своем домике, отказавшись даже посмотреть обряд.

Не знаю,чего я больше испугалась - получить этот цветок или сцены от Инди-ра, которая могла последовать за этим.

Сейчас же никакого праздника не предвиделось и никого больше в храме не было, кроме девушки, которая служила здесь, помогая Атару-чи в приготовлениях к службе. Впрочем, при нашем появлении она быстро удалилась.

-А что?…- попыталась спросить я, но король острова - а Атару-чи именно сейчас на свой статус и выглядел - властным жестом остановил меня.

-Садитесь, - указал он нам на циновки посреди зала перед алтарем. У меня мелькнула паническая мысль, что с него станется и он возьмет да и сочетает нас браком с формулировкой «так нужно» или «я так вижу».

-Саргассы отступают - рыбаки уже три дня наблюдают это, мы начинаем готовить лодки и товары для торговли, а я с этого дня буду ежедневно проводить с вами обряды, которые помогут вам и в пути, и на материке, - он поправил свой причудливый головной убор и закрыл глаза, наверное настраиваясь.

-А когда именно мы уезжаем и почему Инди-ра не присутствует, она не едет? - я попыталась прояснить для себя ситуацию.

-Тээле! - повышая голос почти прикрикнул на меня Атару-чи, - ты все узнаешь, и тебе еще придется говорить там, где все будут молчать, но не сейчас!

Я прикусила язык - уж больно грозным Атару-чи выглядел в эту минуту.

Что ж, надо так надо. Я изо всех сил зажмурилась и принялась считать про себя от ста к единице. Почувствовав запах трав и ароматических масел, глубоко вздохнула - это было приятно.

Сначала я даже не разобрала, что Атару-чи начал бормотать что-то невнятное, какие-то слова на неизвестном мне языке. Хотя здешний я начала понимать с первого же слова, с первого дня. Здесь была странная помесь из старославянских, кельтских и вроде бы романских корневых сочетаний.

Впав в легкий транс, я почувствовала легкое кружение, которое словно бы унесло меня вперед во времени и я снова увидела белоснежный дворец, лица людей в белых одеждах - они улыбались мне. А потом мне показалось, что я разглядела свой художественный класс здесь на острове. Стены и потолок только были выше и белее, окна больше и застеклены. Что-то еще не совпадало и я попыталась всмотреться в эту картинку, однако вдруг все закончилось. Атару-чи сидел напротив нас уставший. Махнул нам, мол, идите. Мы с Аджаро поднялись одновременно и вышли молча.

-Что ты видел? - не выдержала я. Не может же быть, что его кино было таким же, как мое.

Аджаро, похоже, не собирался мне отвечать. Лицо его было хмурым, насупленным. Неужели он увидел, что нас ожидает что-то плохое? - дрогнула я мысленно.

Какие-такие перспективы перед нами разворачиваются?

Кстати, о перспективах…Давно уже собиралась провести урок на эту тему, а раз скоро уезжать, то надо поспешить.

-Пока! - бросила я своему молчаливому спутнику, сворачивая к своему дому. До него оставалось метров двести и он не пошел со мной дальше. Остановился и смотрел вслед - я чувствовала его взгляд - пока я не поднялась по ступенькам своего крылечка.

Перед сном я принялась повторять урок перспективы про себя - линейная, воздушная, точки схода, линия уровня глаз…нет, покачала я головой мысленно, нужно придумать для них что-то попроще. Ближе-дальше. Можно начать с этого, потом постепенно развернуть…

Засыпая, мне почему-то думалось, что тема перспективы - и в прямом и в переносном смысле возникла в моей голове не случайно. И слова Атару-чи…о том, что мне предстоит говорить тогда, когда все будут молчать и слушать - тоже не просто так.

В этом месте мой мозг сдался и я провалилась в сон.

Глава 20

Глава 20

Все две недели до нашего отправления деревня стояла на ушах, голове - кто на чем мог. До этого, надо сказать, ритм жизни был неспешным. Как будто солнце томило этих людей, делая их движения размеренными и неторопливыми. Работа словно спорилась сама собой, споров никаких не возникало, имущество было общим - только в домиках каждое собственное.

Все друг другу помогали, трутней не водилось - работали одинаково и с удовольствием.

Мне казалось, что такое место как здесь - единственное на земле.

На этой мысли я остановилась и задумалась. А ведь действительно, - подумала я, - мы точно были на планете Земля, я это чувствовала своими пятками, которыми уже бодро пересекала дорожки острова, спеша по своим делам.

Только откуда две луны? После уроков Атару и Эмина у меня осталось много вопросов. Спутник? Но времени на эти размышления у меня оставалось катастрофически мало - хотелось научить свою преемницу Илею всему, что знаю сама.

Я отпросила ее у Атару-чи и устроила ей целый обучающий марафон. Объясняла ей детали цвета, оттенков и тонов. Как смешивать колеры, передавать пространство и объемы.

Илия оказалась идеальной ученицей - гораздо толковей, чем я в свое время.

Кстати о времени. Его было катастрофически мало и поэтому я устроила каникулы на две недели до нашего отъезда, рассудив, что проще и эффективней посвятить все это время ей одной. Тогда она сможет лучше научить детей тому, чего я не успела.

-Жалко уезжать, Тээле? - как-то спросила она меня, участливо заглядывая в глаза, идеально заканчивая между тем штриховку - наше занятие на сегодня.

И я снова убедилась, что безупречно выбрала себе замену. Ведь художник должен не просто передавать картинку, та чувствовать сердцем.

-Конечно жаль, Илея, - вздохнула я, поправляя углем ее ошибку в штриховке. Она на секунде нахмурилась, изучая, а потом деловито кивнув, с точностью профессионального чертежника повторила мой штрих. Просто гениальная одаренность, изумилась я.

-Я не помню свою прошлую жизнь, - продолжила я, - она началась здесь, где меня приняли, как родную. Здесь у меня дом, друзья, ученики…

-Аджаро…- лукаво продолжила Илея, - прищурив один глаз и добавив блик там, где его не хватало, - хотя, он же едет с тобой.

Аджаро? Я пыталась о нем не думать, но когда я не могла уснуть ночью, мне все-таки понималось, что привлекает он меня больше, как художницу - идеальный образец внешности.

Но то, что он не был для меня идеальным образцом мужчины - это было однозначно уже. Манекен, натурщик - услада для глаз, тно не для сердца.

Я снова вспомнила того Лазарева Илью из маршрутки. Возможно потому, что мою ученицу звали Илея. Вот этот зацепил с первого взгляда. И имя какое… Лазарь, пророк Илия…что-то сразило меня тогда незаметно, а сейчас периодически подтачивало.

Как жаль, что мы больше никогда не увидимся, потерявшись среди миров.

Я вспомнила свое любимое стихотворение Анненского.

Среди миров, в мерцании светил

Одной Звезды я повторяю имя…

Не потому, чтоб я Ее любил,

А потому, что я томлюсь с другими.

И если мне сомненье тяжело,

Я у Нее одной ищу ответа,

Не потому, что от Нее светло,

А потому, что с Ней не надо света.

Вздохнув, я сказала, чуть построже

-Ладно, Илея, давай продолжим. Смотри, как я сделала - чуть-чуть под другим углом и больше объема, видишь? - и мы принялись разбирать погрешности работы.

Тем временем в порту острова грузились лодки - сувенирами, фруктами, глиняной посудой и банками с водорослями саргасс - они так светились в темноте на пристани, что ночью небо сверкало в этой части острова, как северное сияние. И плюс две луны. Одна меняющаяся, обычная, а другая словно надкушенное яблоко, зеленоватая…и слегка искусственная.

Когда я совсем не могла уснуть, я выходила на свою террасу и смотрела завороженно на это волшебное космическое зрелище, пока у меня не начинала кружиться голова.

Каждый раз я обещала себе, что когда-нибудь нарисую это великолепие и уходила снова в постель, чтобы попытаться уснуть.

В эти дни я почти не видела ни Аджаро, ни Инди-ра, да и желания не было. Коль скоро мне предстояло расстаться с любимым Глазом бури, то и попрощаться я хотела именно с островом. Ну а их мне хватит и впоследствии, думала я.

-Выход в море завтра в ночь. Саргассы ушли, - объявил как-то Атару-чи на вечернем сборе у костра.

Ну все, подумала я, и, опустив голову тихо заплакала, снова ощутив себя Варей Бочкаревой, которую причудливые вихри судьбы вновь погонят куда-то.

Поднялся гомон, я почувствовала, что меня по очереди обнимает множество рук. Подняв голову, я снова увидела это необыкновенное сияние от банок с саргассами в районе пристани и две луны.

Я смахнула слезы и стала обнимать людей, которые стали мне родными и любимыми. Меня облепили дети, некоторые из них ревели, их родители тоже утирали слезы.

-Девочка моя, златовласка, - залилась целым потоком Омарула, дождавшись своей очереди на обнимание, вернее растолкав всех, - возвращайся к нам, доченька! И береги себя, прошу тебя! - и она обняла меня полными добрыми руками. А я затихла в ее объятиях, ощущая всю нежность острова. Его тропические ароматы и любовь. Как будто меня обняла мама.

Глава 21

Глава 21

Когда они говорили лодки - я не представляла себе, как это выглядит. А когда увидела, просто обалдела. Это были практически полутораэтажные корабли, их было два. Жители острова сновали туда-сюда, как муравьи, таская товар.

Мы с Аджаро и Инди должны были отправиться вместе с ними, однако как выяснилось, к кораблю прилагалось по две небольших лодки. Ну как небольших - они больше были похожи размером на современные катера.

-Обычно они используются для охраны, - объяснял мне Эмин-су, проводя экскурсию. Перья на его головном уборе подрагивали, как и я изнутри, и я не выдержала.

-Эмин, а вот зачем вам это мракобесие на голове? - довольно зло спросила я, - вы же считаете себя цивилизованными! К чему эти бусы и прочее?

Что прочее, я и сама не знала, просто, как говорится, слегка спустила на него собак.

Эмин рассмеялся.

-Тээле, давайте договоримся, что это просто красиво, - и провел рукой по перьям на уборе, - разве нет?

Мне стало стыдно, ну вот зачем я пытаюсь к нему прицепиться?

С собой у меня был холщовый мешок, где находилась моя волшебная неубиваимая рубаха, в которой меня нашли и несколько памятных вещей с острова.

-Тээле, давай я понесу, - в очередной раз предложил Эмин.

Я же цеплялась за этот свой мешок так, как будто если у меня его отберут, я тут же испарюсь с этого острова.

-Эмин, что будет дальше, после того, как мы достигнем этого вашего острова торговли? - я постаралась перевести тему, отчаянно не желая продвигаться дальше к кораблям.

-Тээле, - мягко подтолкнул меня вперед Эмин, - вы достигните материка и узнаете, что с твоим отцом. Для начала. А там у тебя есть дом и, не побоюсь этого слова, целая армия охраны реликвий. Тебя не просто так похитили. Аджаро защитит тебя, ты только не бойся. Инди будет рядом все время. Ты просто едешь домой. Как только ты окажешься там - твоего отца будет нечем шантажировать, а там все и выяснится.

-Легко вам говорить, - не выдержала я и всхлипнула, но тут же взяла себя в руки. Надо, так надо.

Мы поднялись по жердочкам на один из кораблей. Я старалась идти быстрее, чтобы не задерживать людей, которые сновали туда-сюда с полными корзинами.

-Эмин, а если я захочу вернуться, я смогу? - задала я очередной глупый вопрос.

Тот посмотрел на меня тепло и добро. Затем коснулся губами моего лба.

-Эрина хранит тебя, дитя. Если вдруг захочешь - вернешься. Но у тебя другой путь, поверь Атару-чи.

-Почему он не пришел проводить меня? И Омарула тоже, - я не знала уже за что цепляться.

-Потому что так тебе будет легче, - убедительно произнес Эмин-су.

Я оглядывала остров и увидела, что к кораблю, среди других приближается Аджаро и постаралась поскорее попрощаться с Эмином.

-Спасибо, Эмин-су. За все. Приглядывайте за моей школой…

Обняв его, я пошла за провожатым и очень скоро оказалась в своей каюте.

Она представляла собой помещение не больше моего гамака в бунгало - небольшой проходик и узенькая полка для спанья. На ней располагался матрасик, а так же корзина, набитая фруктами и булочками.

-Омарулочка моя, - расплакалась я, обняв корзину.

Дверь распахнулась и на пороге возникла Инди-ра.

-Ну, поехали, подруга, - провозгласила она, откидывая волосы с глаз. И протиснулась в узкое пространство так называемой каюты.

Мои слезы моментально высохли и я ошалело уставилась на нее.

-Мы…Ты…Что, вместе?

-А что ты думала, - снисходительно кинула она мне, - дальше вообще втроем так же поплывем, когда тебя нянчить поедем с Аджаро.

Я поперхнулась. Нормальная у меня смотрительница. Или как ее теперь называть - подруга вроде нет.

-Отлично, - извлекла я из себя знакомое слово, - располагайся.

-Уж как-нибудь, - более примирительно произнесла Инди-ра, занимая три четверти полки.

Помириться с ней, что ли.

-Послушай, Инди, насчет Аджаро…

-Тебе он не достанется, ясно? - высокомерно заявила она, глядя на меня в упор зелеными глазами, - мы сто лет знакомы, он просто никогда не видел таких, как ты. Пройдет.

Тьфу ты. Поговорили.

-Да сдался мне твой Аджаро, - горячо произнесла я.

-Так я тебе и поверила, как будто я…

Тут снаружи послышалась шумные голоса, почувствовалось легкое движение и я поняла, что мы отплываем. Мысленно я перекрестилась, Господи, помоги мне. Или здесь только Эрина работает?

Так мы тронулись в путь.

-Выходить нельзя, - предупредила меня Инди-ра, когда я сделала движение к двери.

Я обреченно вздохнула и подвинула к ней корзину с едой.

-Тогда угощайся.

Глава 22

Глава 22

Не могу сказать, что нас болтало так уж сильно, но качка ощущалась мною прилично. Приташнивало и некуда было себя деть в этой келье. Инди расположилась более комфортно - она с удовольствием уплетала лакомства из корзинки Омарулы и, посмеиваясь, поглядывала на меня. Я же прильнула к двери, тихонько приоткрывая ее, чтобы глотнуть воздуха.

-Давай поболтаем, - Инди-ра похоже, наслаждалась моими страданиями.

Я распрямилась. Ну нет, моя дорогая, у меня есть свои методы тебя заткнуть.

Потянувшись за своим мешком, я вытащила несколько листов бумаги и угольки, бережно завернутые в грубоватую бумагу. Художники никогда не уезжают без своих инструментов.

-Помнишь, ты просила нарисовать твой портрет, - спросила я, сглатывая через слово, как будто на меня икота напала.

Инди оживилась.

-А ты не забыла? Правда можешь прямо сейчас?

-Только если ты застынешь и не будешь шевелиться, - равнодушно бросила я и бесцеремонно сбросила ее ноги с нашей лежанки, устроившись поудобнее.

Инди-ра тут же приняла позу, за которую фотохудожники бы душу дьяволу продали - спина прямая и выгнута, подбородок вздернут, ноги от ушей сложены в идеальную линию, еще и локон выпустила на висок. Ну надо же так уметь позировать.

Я начала делать набросок, как тогда в маршрутке.

-Ну как, получается? - не разжимая губ промурлыкала моя натурщица.

Работа была нехитрой и справилась я с ней минут за десять, однако с удовольствием промариновала ее вдвое дольше.

-Не шевелись, - еще раз предупредила я, вырисовывая в эту минуту свою фирменную подпись с чайкой на листике с ее портретом. Протянув ей рисунок, я снова открыла дверь и глотнула свежего морского воздуха, желудок свело и чуть не вывернуло.

-Господи, а скоро мы уже хоть куда-нибудь доплывем? - взвыла я тихонько.

-Ночь поспать осталось, - ответила Инди, любуясь своим портретом, - как чудесно! - не знаю, что она имела ввиду - мое мастерство или саму себя.

Раздался стук в дверь, которую я перед этим как раз прикрыла и в нашу келью заглянул один из жителей острова - Орсо, исполняющий сейчас обязанности матроса.

-Мы про вас не забыли, немного не укладывались в курс, течение было сильное. Говорил же я - через пару дней выдвигаться надо. Куда было торопиться.

-Можно уже выходить? - вскочила Инди-ра, прижимая к груди листок со своим портретом, - Аджаро здесь?

-По-моему на другом судне, я его не видел.

Инди-ра разочарованно плюхнулась на койку, а Орсо обратился к нам обеим, - вы хотите чего-нибудь? Поесть или воды. Может, алеации?

Я замотала головой - благодаря Омаруле у нас все было, и вода и еда. только есть я не могла, лишь воду пила мелкими глоточками. Она была с лимоном и листиками мяты, это чуть-чуть облегчало мои страдания. Впрочем сейчас, когда качка прекратилась, мне стало полегче.

-Выйду, пожалуй, ты пойдешь со мной? - спросила я Инди. Но та была поглощена созерцанием своего портрета, а без Аджаро палуба была ей не интересна. Я толкнула тяжелую, грубо сделанную дверь и вышла на узенькое пространство между каютой и бортом кораблика.

Стало понятно, почему нам запретили выходить раньше - даже сейчас, когда волн почти не было, крупные брызги били мне в лицо. Представляю, как заливало, когда была качка. Я взялась за перила борта и подставила лицо мелким соленым каплям, с удовольствием вздохнула. Наслаждаться одиночеством пришлось недолго.

Знакомый причудливый свист, только очень тихий донесся до моих ушей и я в недоумении завертела головой.

Шагах в пяти от меня стоял Аджаро и смотрел в упор.

-Как ты меня напугал! - вскрикнула я, - ты разве не на втором судне? Нам так сказали.

-Да, я попросил, - подтвердил он. На острове он всегда ходил с обнаженным торсом, сейчас же был одет в какую-то светлую рубаху. Она была практически насквозь мокрой. еще минут десять и я так же вымокну, - подумала я, а вслух сказала

-Можно подумать, за тобой кто-то здесь гоняться бы стал.

-Ну ты бы не стала, - согласился он и я невольно рассмеялась, представив, как можно испортить ему остаток пути, расскажи я Инди, что он здесь.

-Не говори только, - произнес он, словно прочитав мои мысли.

-Ладно, - махнула я рукой, - долго еще плыть?

-На рассвете будем на первом острове, оттуда на материк двинемся уже сами, - Аджаро смотрел странно, словно намеревался подойти совсем близко и я предпочла ретироваться ближе к каюте.

-Тогда до утра, - поспешно сказала я и толкнула дверь.

Аджаро еще секунду смотрел, а потом сделал несколько шагов назад и исчез.

Инди-ра спала тихо, с легкой улыбкой на губах - наверное, ей снилось что-то приятное. Я могла даже догадываться что - или кто.

Я представила, как полетят наши с Аджаро клочки по закоулочкам, если она узнает о нашем случайном ночном свидании и весело поежилась от ужаса. С этой тропической кошки станется повыдирать мне волосы.

Чувствовала я себя уже вполне сносно и решила хоть как-нибудь притулиться, чтобы попытаться подремать остаток ночи.

Разбудили нас с Инди одновременно громкие голоса за нашей дверью и сильный толчок - кораблик пристал к берегу.

-Добрались! - воскликнула Инди и вскочила. На бегу поправляя волосы, она выскочила наружу и вскоре раздался ее гортанный, но мелодичный голос - она здоровалась со всеми, слышался ее звонкий смех. Здесь Атару-чи и Эмина-су нее было - можно было вести себя вольной птицей и не соблюдать условностей.

Я не чувствовала себя так бодро - после бессонной ночи и пары часов сна в позе эмбриона меня пошатывало и адски болели даже те мышцы, о которых я знала только из учебников по анатомии человека.

Выбравшись на белый свет я зажмурилась - так ярко светило солнце. Оно заливало все вокруг даже ярче, чем га Глаз бури. Конечно же мне так казалось после крохотной душной каюты.

Я поискала глазами сход на берег и сразу же увидела Аджаро и Инди. Она что-то рассказывала ему оживленно, а тот наблюдал за выгрузкой корзин и тюков, иногда помогая преодолеть грузчикам край сходен.

Мог бы и сам потаскать, - неприязненно подумала я. Однако я понимала, что он лишь выполняет работу, которая ему поручена.

Когда он выхватил меня глазами - лицо его неуловимо расцвело. Инди почувствовала перемены в нем тут же и резко обернулась на меня - глаза ее сузились.

Впрочем, мне было не до нее - живот сводило спазмами. За всю дорогу я так и не решилась посетить корабельный гальюн. Меня манили джунгли.

Дождавшись, пока поредеет череда носильщиков, я спустилась по коротеньким сходням, похожим на лестницу в курятник.

-Доброе утро, - кивнула я своим друзьям и хотела было пройти мимо.

Аджаро задержал меня за руку.

-Что с тобой, Тээле? Ты выглядишь очень плохо.

Краем глаза я увидела, как довольно усмехнулась Инди-ра. Плевать на нее.

-Да, - призналась я, - качка меня ушатала. Плохо было всю ночь. А теперь мне надо…- и попыталась сделать шаг в сторону.

Однако Аджаро продолжал держать меня повыше локтя, озабоченно вглядываясь.

-И кавара не помогла? Совсем?

-Какая еще кавара, - огрызнулась я, потому что живот резало беспощадно. Там в джунгли еще идти в глубь, отстаньте вы от меня…

-Инди, ты что, не предложила Тээле кавару? - гаркнул Аджаро гневно так, что даже я испугалась. Что происходит-то?

-Я не знала, что ей плохо, - буркнула Инди, предчувствуя нагоняй.

До меня дошло - на корабле было какое-то средство от укачивания, которое Инди должна была предложить мне, если вдруг станет плохо.

Это было уже слишком подло. Я выдернула руку и пошла к кромке леса, бросив Аджаро -

-Не ходи за мной, пожалуйста.

Глава 23

Глава 23

Немного пройдя вглубь джунглей, неотличимых от леса на нашем острове по довольно широкой протоптанной дорожке, я наткнулась на небольшую лагуну с водопадом. Его шум я слышала еще издалека, но приняла за шуршание бамбуковых листьев, колыхавшихся над моей головой.

Местечко было, видимо, обжито местными жителями и приспособлено для купания и стирки белья. С одной стороны ровной площадки были удобные ступеньки, уходящие вглубь водоема, на другой стороне находилась небольшая плетеная постройка. Наверное, там хранилась утварь для стирки. Запасная моя одежда осталась на пристани, поэтому стирку я отложила на потом. Аджаро сказал, что мы пробудем здесь пару дней, так что успею.

Оглядевшись, я прислушалась - вроде бы людских голосов не было слышно. Наверное, все местные были заняты нашим прибытием на островок.

Вода манила просто неудержимо - бирюзовая, прозрачная, с легкой рябью от падающих струй водопада. Я стянула тунику и, положив ее поближе к ступеням, спустилась по ним вниз.

Глубоко вздохнув, погрузилась сначала по плечи, а потом и с головой. Вода оказалась прохладнее, чем я ожидала - наверное со дна били какие-нибудь холодные источники, или сам водопад был холодным. Но это было даже хорошо. Тело мгновенно загорелось и я сделала несколько движений руками и ногами, привыкая к бодрящей и освежающей температуре. Доплыв до падающих сверху струй, я нащупала ногами камень и попыталась на него встать, однако он был скользким и мои попытки успехом не увенчались. Я попробовала сделать это еще несколько раз, не без удовольствия плюхаясь каждый раз в воду. Забыв о своих проблемах и неясных перспективах на будущее, я плескалась, подставляя струям водопада голову и плечи.

Кончики пальцев на руках сморщились и я с сожалением решила, что пора выбираться, пока сюда кто-нибудь не нагрянул, потому что купалась я голышом. Как раз в этот момент мне показалось, что на меня кто-то смотрит и я завертела головой, не решаясь подняться по ступенькам этого восхитительного природного бассейна.

Вроде бы было тихо. поэтому я, торопясь и оскальзываясь на камнях, неловко выбралась на берег. Почти горячий воздух сразу же высушил мое тело и я натянула на себя тунику. Вернусь сюда при первой же возможности, пообещала я себе и стала отжимать свои длинные густые волосы, с которых еще капала вода.

Когда я подняла голову, передо мной стояла Инди-ра и я чуть не заорала от неожиданности. Даже чуть замахнулась на нее.

-Ты что так подкрадываешься??? На корабле убить меня не получилось, так ты теперь решила?

Инди стояла, опустив голову, а когда подняла ее, то я увидела, что лицо ее было здорово заплаканно, даже глаза опухли и ос покраснел. Видимо ей от души досталось от Аджаро.

Нисколько ей не сочувствуя, я еще раз встряхнула волосами и попыталась ее обойти.

-Тээле! - схватила она меня за руку, - постой пожалуйста, мне нужно поговорить…попросить прощения.

Я вздохнула. В моем сознании всегда жило убеждение - когда перед тобой извиняются, то извинения нужно принимать. Мне совсем не хотелось этого делать сейчас, но дав слабину, я остановилась и взглянула ей в глаза.

-Ну хорошо, я тебя слушаю, - проговорила я холодновато, одновременно высвобождая руку из ее цепких пальцев.

-Прости меня, Тээле, я не знаю, что на меня нашло, - Инди страдальчески сморщила лицо и несколько раз шмыгнула носом для убедительности, - я не хотела, чтобы тебе было плохо. Вернее, хотела, но не так сильно. Я очень жалею о том, что сделала…

-Ну или Аджаро сказал тебе, что ты с нами не поплывешь дальше, - наугад брякнула я. По тому как Инди растерянно захлопала ресницами, я поняла, что попала в цель.

Она снова схватила меня за рукав.

-Тээле, ты ведь не позволишь ему сделать это? Скажи!

Я рассмеялась Ну до чего же простая и наглая девка, просто поразительно!

-Чтобы ты в следующий раз скормила меня крокодилам? - я принялась руками сушить волосы, чтобы время этого бестолкового разговора не проходило даром.

Инди растерянно уставилась на меня.

-Но у нас не водятся крокодилы…

Потрясающе. Она была настолько хитрым и одновременно бесхитростным динозавром, что где-то в глубине души я ее даже простила. Вот что с нее взять.

-Я правда больше так не буду…- захлюпала Инди уже по-настоящему, судорожно втягивая воздух.

-Ой, Инди, прекрати. Ты, может быть сейчас в этом даже уверена, но это до первого же раза, когда Аджаро приблизится ко мне или заговорит со мной, или посмотрит.

Инди задумалась на несколько секунд, а затем вскинула руку.

-Клянусь Эриной милосердной, что если вдруг в мою голову снова придут нехорошие мысли или желание тебе навредить - ни ты, ни Аджаро меня больше не увидите!

Я усмехнулась. Только ради этого ее стоило простить.

-Ладно, - пробурчала я, - мне нужно переодеться и я есть хочу, - пойдем.

Инди вглядывалась в мое лицо, словно желая удостовериться, действительно ли ее пронесло на этот раз, а потом зашагала вместе со мной про дорожке, издавая покаянные вздохи.

Нельзя сказать, что я так уж поверила ее раскаянию и клятвам, но пришлось сделать вид, что поверила.

На выходе из зарослей бамбука нас поджидал Аджаро. Скользнув каменным взглядом по Инди-ра, он обратился ко мне.

-Все хорошо?

-Да, - коротко кивнула я, не желая вдаваться в подробности, - есть очень хочется.

Аджаро мотнул головой в сторону поселения.

-Там все уже готово, нас ждут. Потом можно будет отдыхать и готовиться к отплытию на материк.

Инди-ра обошла нас тихонько и двинулась вперед шагами послушной девочки-первоклассницы.

Мы шли позади, отставая на несколько шагов.

-Она не поплывет с нами дальше, - тихо произнес Аджаро, касаясь моей руки словно в подтверждение своих слов, - это небезопасно.

Я помолчала. Жаль что-то стало эту влюбленную психическую дурочку…Может, если она увидит, что ее Ромео мне не нужен, то и успокоится?

-Аджаро, пусть остается. Она поклялась, что больше такого не повторится. Эриной поклялась, - прибавила я со значением.

Аджаро нахмурился.

-Лучше бы она этого не делала, это очень серьезная клятва, - произнес он глядя в спину Инди, которая по-прежнему шла впереди, ни разу не обернувшись.

-Ну, посмотрим, - неопределенно ответила я, сворачивая разговор. До моего носа донеслись ароматы жареной на костре рыбы и я ускорила шаг.

Глава 24

Глава 24

Жителей на этом островке было немного. В основном те, кто предпочитал более уединенный образ жизни. Ну а прочие, кто работал здесь в сезон торговли, жили, что называется, вахтовым методом, имея возможность отработав неделю-две вернуться домой, на Глаз Бури.

Дома в крошечном поселке все были заняты, свободных не было. А для прибывающих на эту торговую площадку было отстроено три дежурных домика. В один из которых поселили нас с Инди. Выбирать не приходилось, поэтому я молча прошла в бунгало, чтобы переодеться и снова выйти к общему столу, который был накрыт для всех.

Инди уже сидела внутри на одном из топчанов. Обстановка домика была спартанская - селились здесь мужчины, равнодушные к домашнему уюту. К тому же домики эти были всего лишь временным жильем - переночевали после трудового дня, и ладно. Ни полочек с безделушками, ни занавесок на окнах - их заменяли грубоватые рогожки. На спальных топчанах были похожие. Подушки, набитые душистыми травами напоминали о доме на уже родном острове, который мне пришлось оставить. А у этого тропического рынка не было даже названия - первый остров, да и все.

Я продолжала молчать, желая только есть и спать. Ночью-то выспаться не удалось, благодаря некоторым.

Инди покашливала, словно хотела что-то сказать или спросить, но не решалась. Я уже было собиралась развернуться к ней и спросить в чем дело, однако в проем двери заглянула одна из местных жительниц и, широко улыбаясь, пригласила на обед. и я устремилась поспешно под навесы, где уже сидели мужчины. Женщины сновали с банановыми листьями, на которых были разложены ломти жареной рыбы и прочие закуски. Стояло несколько блюд с фруктами и бутылочки алеации.

Меня усадили на почетное место рядом с, как я поняла, управляющим острова. Он следил здесь за порядком, принимал и отправлял судна с товарами, записывал пожелания и заказы на следующую торговую сессию.

Здесь же на острове проживала его семья. Жена - юная красотка Немия, ей было лет двадцать от силы, и дети - мальчишки погодки двух и трех лет. Они выглядели, как настоящие Маугли. Здоровые пупсы шоколадного цвета, которые носились по берегу и вокруг столов. Такие смешные. Я заулыбалась, глядя на них.

Немия перехватила мой взгляд и горделиво засияла - ей было приятно мое внимание. Молодая женщина выглядела очень довольной жизнью. Я наклонилась к ней.

-Спасибо вам за гостеприимство, хорошо у вас. Но вам не скучно здесь?

Она обнажила в улыбке великолепные белые зубы и засмеялась.

-О нет, госпожа! Днем они не дают скучать, а ночью он, - и Немия указала глазами на мужа, который был вдвое старше ее, но семейному счастью это, по всей видимости, не мешало.

Я же слегка вспыхнула от ее откровенных слов - не привыкла к такому.

Еда была попроще, чем на нашем Глазе бури, но такая же вкусная. Я незаметно умяла четыре больших куска рыбы с тонкими хрустящими лепешками, которые выпекала и тут же подавала на стол женщина, похожая лицом на Немию - по всей видимости, мать, а может быть бабушка - довольно возрастная.

Я начинала клевать носом, глаза закрывались - их словно песком присыпали. Протерев их несколько раз, я зевнула, прикрывая рот.Еще немного и я усну прямо здесь.

-Госпожа, вы устали, - с сочувствием произнесла Немия, - давайте я провожу вас.

-Я сама найду дорогу, спасибо, Немия, - и поднялась. Одновременно со мной поднялся Аджаро, -Не ходи, - чуть раздраженно произнесла я, - тут пройти два шага.

Аджаро пожал плечами и уселся на место, вернувшись к еде.

Вернувшись в скромный домик, я повалилась на топчан, не обращая внимания на то, что он твердый, а рогожка на нем грубая. Мне показалось, что я провалилась в пуховую перину, которая словно ковер-самолет, умчала меня в объятия Морфея.

Когда я открыла глаза вокруг было темно и я не сразу сообразила, где нахожусь. Вскочив, я таращила глаза, чтобы найти хоть какой-нибудь источник света, потому что темнота начинала душить как будто бы я ослепла. Кроме меня в домике, похоже, никого больше не было.

Через минуту-две я разглядела проем двери, небо в нем и россыпь неярких звезд. Рванув к выходу, я перелетела через невысокий порожек, чудом умудрившись не упасть.

За стенами домика дышалось легче - я наконец-то ощутила морскую свежесть. У стола под навесом сидели люди, кто именно - отсюда было не разглядеть.

Одна фигура отделилась и направилась ко мне. Я узнала силуэт Аджаро. Сейчас я была не против его компании - хотелось пройтись и немного размять одеревеневшее во сне тело.

-Привет, - мягко проговорил он, - приблизившись ко мне, - как поспала? Отдохнула?

-Да не поняла еще, - призналась я, - странно себя ощущаю.

-Хочешь пройтись? Или может есть, пить?

Я отрицательно покачала головой.

-Только пройтись немного.

И мы направились по пляжу вдоль джунглей, которые сейчас выглядели совсем темными и страшноватыми. Глаз Бури был таким обжитым и домашним, я вздохнула, скучая по нему.

-Тебе страшно? - спросил Аджаро внезапно.

-Конечно, - откликнулась я в ту же секунду, хотя думала сейчас совсем о другом, - скоро все изменится для меня.

-А для меня уже изменилось, - словно бы с трудом произнес Аджаро, - с той минуты, когда ты появилась у нас.

-Скоро изменится и это, если ты понимаешь о чем я, - мой голос звучал практически равнодушно.

Аджаро как-то странно дернулся в мою сторону, но сдержался. Пора было возвращаться и я повернула обратно к поселку.

-Тээле, я знаю, что все это очень странно…Ты из другого мира…

Я вздрогнула при этих его словах - перед глазами промчалась картинка с маршруткой - но тут же сообразила, что Аджаро говорил о социальной разнице между ним и мной - дочерью хранителя реликвий.

-Аджаро, разве дело в этом? Даже если бы мы были…равны, - запнулась я, потому что в самом деле это была ничего не значащая чушь, - мы бы…у нас бы не получилось.

-Почему это? - Аджаро развернул меня к себе резко и не успела я даже выдох сделать, впился в мои губы. Это длилось секунду-две, пока земля, ушедшая из-под ног, не вернулась обратно и я вырвалась из крепких объятий.

-Да вы душу из меня вынуть решили? - закричала я на него, - Ты, Инди…Одна вредит, как девчонка-пакостница, ты с поцелуями набрасываешься, хотя я только что сказала тебе, что между нами если что-то и промелькнуло, то все прошло!

-А у меня не прошло. И никогда не пройдет, я в первый раз чувствую то, что чувствую к тебе, - сказал он, тоже повысив голос, - неужели я даже сказать об этом не могу???

В этот момент мне показалось, что боковым зрением я увидела какое-то движение, словно кто-то стоял в темноте, наблюдая за нами, а теперь бросился наутек.

Я повернула голову, вглядываясь в темноту, но больше ничего не было видно.

-Пойдем, Аджаро, говорить больше не о чем. Я поняла тебя, услышала. Давай ты просто будешь делать свое дело, то, за чем поехал со мной и больше не нарушишь моих личных границ без моей просьбы!

И пошла на несколько шагов впереди, как обычно делает тот, кто из двух ссорящихся более сердит.

Быстро дойдя до поселка, я намеревалась сразу свернуть к нашему с Инди домику и постараться не выходить из него до отплытия на материк.

Нас встретила немного встревоженная Немия.

-Что-то случилось? - спросила я из вежливости, желая сейчас только спрятаться в домике.

-Я жду вас, чтобы об этом спросить! - всплеснула она руками.

Аджаро подошел ближе.

-А что мы должны сказать, - спросил он напряженно.

-Инди-ра, она же была с вами?

Мы растерянно переглянулись.

-Да нет, мы вдвоем были…- я начинала что-то понимать, - а что такое?

-Она прибежала оттуда, с пляжа, как пантера забежала в вашу хижину, потом побежала к кораблям. Наши мужчины уже ушли спать, я еще никого не успела послать за ней, девчонка словно с ума сошла!

В эту же секунда Аджаро сорвался с места и побежал к пристани, а я как стояла, так и опустилась на песок. Я не слушала, что говорит мне Немия, тряся меня за плечо.

В моих ушах звучала отчаянная клятва Инди и я понимала, что скорее всего мы больше не увидим ее. Если только Аджаро не успеет ее остановить.

Глава 25

Глава 25

Уже почти рассвело, а Инди так и не нашли. Мужчины прочесывали лес и пляжную полосу. Мы с Немией тоже прошлись несколько раз по краю леса, примыкающего к деревне, выкрикивая имя Инди, в надежде, что она вдруг отзовется.

Под утро усталая Немия пошла в свое бунгало к детям - ей оставалось поспать час-другой, до того момента, когда они проснутся.

Я сидела под навесом, прислушиваясь к голосам вдалеке. Прохладный ветерок развевал мои волосы и приятно обдувал шею. Собрав пряди в хвост, я затянула их на макушке в небрежный узел.

Судя по приближающемуся возбужденному шуму голосов - мужчины возвращались. И предчувствие подсказывало мне, что без хороших новостей. Я вцепилась в край лавки так, что костяшки побелели. Только бы не самое страшное.

Ко мне подошел Аджаро и присел рядом, остальные разошлись по своим домишкам.

Он молчал, а я ждала, когда он заговорит. Страх словно сковал мои губы. Молчание становилось уже невыносимым. Может, этот истукан так и собирается сидеть, проглотив язык?

-Вы не нашли ее, что делать дальше? - вырвалось у меня, а поскольку он продолжал сидеть молча, тряхнула его за плечо. Он вздрогнул, словно очнулся из глубокого забытья и заговорил, почти без паузы.

-Час назад Орсо обнаружил, что пропал один из яликов, которые были закреплены за бортом судна. Скорее всего Инди покинула остров на нем. Наверное, решила вернуться домой, на Глаз бури.

Аджаро смотрел прямо перед собой, словно пытался взглядом преодолеть пространство над морем и разглядеть одинокую крошечную лодку с своевольной необузданной пассажиркой на борту.

Я попыталась обдумать сказанное.

-Но она ведь сможет добраться? - неуверенно спросила я.

Вид у Аджаро был мрачнее тучи.

-Течение. Она не справится с течением на одном лишь весле и ее унесет в открытое море.

Я вскочила и встала перед ним, чтобы поймать его взгляд, но он как будто смотрел сквозь меня.

-Так можно же попробовать догнать ее! - воскликнула я, с ужасом представляя, что Инди где-то в открытом море без надежды вернуться и спастись самостоятельно.

Аджаро покачал головой.

-Нет. Уже слишком поздно.

У меня внутри все сжалось и похолодело.

-Она ведь умрет без еды и воды, - сдавленно сказала я, борясь с подступающей тошнотой.

-Через какое-то время да, - отрешенно ответил Аджаро, - если только ее не подберет какое-нибудь случайное судно. На первое время у нее будет небольшой запас воды и сухарей - в каждом ялике в носовой части есть ящик, там самое необходимое. Она знает. Шансы у Инди-ра есть, хоть и небольшие.

Аджаро помолчал.

-Иди отдыхать, сегодня мы двинемся дальше.

Я понимала, что Аджаро считал себя виноватым в произошедшем. Понимала, потому что сама чувствовала себя точно так же.

Слова были бессмысленны и я, тяжело вздохнув, отправилась в свой домик. Аджаро остался сидеть на месте, не двигаясь.

Уже было совсем светло, только солнце еще не показалось. Домик был подсвечен изнутри серым утренним жемчужным светом. Я прошла к своему топчану, присев на него и машинально посмотрев на кровать Инди.

Ее вещи были вытряхнуты из мешка, словно в спешке она искала что-то. Я подошла ближе рассмотреть беспорядок на покрывале и вокруг, чтобы хоть что-то понять в ее действиях, хотя это, наверное, все равно бы не помогло.

Несколько платьиц и туник, сандалии из тонкой кожи - все было на месте. В оставленном ворохе я обнаружила щетку для волос и несколько украшений. Почему она оставила все, если собралась уйти, и что она искала в спешке?

Детектив из меня был фиговый и, ничего не надумав, я прилегла на свою постель. Усталость от недосыпа и беспокойства смежила мне веки и я провалилась в сон.

Проснулась я с тяжелой головой, как будто с похмелья. Мгновенно вспомнив все случившееся, я подскочила и бросила отчаянный взгляд на постель Инди - вещи все так же были разбросаны. При виде их я почувствовала такой же раздрай в душе, словно ее растрепали и обрывки разметало в разные стороны.

Поколебавшись, я решила сложить все аккуратно в мешок - наверное мы отправим их на Глаз Бури с командой. Укладывая вещь за вещью, я вспоминала их на Инди или в ее руках.

Конечно, с какого-то момента она стала мне докучать, словно заноза, но настоящего негатива я к ней не испытывала. Она была добра ко мне, когда я появилась в ее доме, а потом…что ж, сердцу не прикажешь. Каждый человек по-своему выражает свои чувства. Вот и она - как могла.

Складывая тунику бледно-оливкового цвета, я вспомнила, что она была на Инди, когда я рисовала на корабле. Как изящно она позировала тогда, смешная немного в своей серьезности.

Мне захотелось отыскать рисунок, чтобы оставить его себе на память. В моей папке с рисунками уже было несколько портретов - Атару-чи, Эмина, Омарулы и других. Всех, кого я хотела запомнить. Вот и Инди пусть присоединится к ним…

Однако, перебрав все вещи, а так же заглянув за кровать, я убедилась в том, что портрета не было. Странно. Инди так носилась с ним. Неужели в каюте забыла? Я задумалась.

В домик заглянул Аджаро.

-Ты готова? Медлить не будем, пообедаем и отправляемся, - глаза его были воспалены, а лицо приобрело какой-то землистый оттенок. Даже морщинки прорезались. Как же он переживает…

-Аджаро, - торопливо заговорила я, - мне нужно на минутку попасть в нашу с Инди каюту.

Он даже не стал спрашивать, зачем. Кивнул только.

-Я возьму твои вещи.

-Не надо, я сама, они не тяжелые. Вещи Инди я уложила.

Не глядя на него, я вышла и бегом припустила к кораблику, в надежде отыскать портрет там.

Глава 26

Глава 26

Трюм нашего с Аджаро нового судна являлся одновременно и каютой, где было темно и душно. А еще тесно. Поэтому мы почти все время проводили на палубе, слава, как говорится, Эрине Милосердной стоял полный штиль. В тени паруса было очень комфортно.

С нами был еще один человек, который должен был сразу отплыть обратно, чтобы не бросать кораблик бесхозным у берегов провинции Фано - нашей отправной точки уже на материке.

-Оттуда мы должны добраться до столицы Тургаосса, - рассказывал мне Аджаро, коротая время в пути, когда его у руля хрупкого суденышка сменял второй, вечно безмолвный матрос.

-Долго нам добираться? - спросила я, поглядывая то и дело на нашего спутника, потому что в этот момент как раз рисовала его для коллекции портретов жителей Алеары - таково было официальное название нашего Глаза Бури.

Аджаро пожал плечами.

-Как повезет. Из Фано раньше был короткий путь в столицу, самый безопасный, коридор через пустынные земли. Но коридор дело временное и ненадежное - сегодня есть, завтра нет, а вот в пустынные земли не хотелось бы попасть, дикие кочевники, бывает, лютуют.

Я уставилась на него.

-Постой, что значит лютуют? И вообще, кто такие эти кочевники?

-Ну слушай. Когда-то империя была цельной, ну ты это знаешь. А после того, как раскололась, некоторые народы сильно пострадали. От того, что внешне они отличались от других народов, их хотели сделать рабами, у них забирали земли, выгоняли из домов в голые степи. Многие ушли, чтобы не подвергать свои жизни и жизни своих детей опасности. С тех пор они надолго нигде не задерживаются - у них такие временные дома, которые они могут собрать за считанные минуты и покинуть место, прожив на нем всего несколько дней или, если очень уж хорошее безопасное место - несколько месяцев.

-Так это они лютуют? - у меня не укладывалась в голове картина, в которой бедные мирные гонимые люди стали бы на кого-то нападать, если сами вечно жили в бегах. Я живо представила это и мне стало жутко, я поежилась словно от холода, хотя мою кожу обвевал ласковый теплый бриз.

-Нет, Тээле, слушай. Тех, кто не соглашались уйти - убивали. Много крови было пролито. Конечно, немало оказалось тех, кто сильно ожесточился и тогда эти люди - и мужчины, и женщины, многие из которых потеряли своих родных в этих кровавых гонениях - стали собираться в банды. Их еще называют пустынниками. Сейчас они представляют самую большую опасность на нашем пути, потому что превратились в своих гонителей - убивают, грабят, насилуют, берут в рабство.

Рассказ Аджаро меня ужаснул. Почему меня раньше не предупредили о каких-то дикарях? Впрочем, я понимала, что знание это ничего бы не изменило. Меня так же мягко подтолкнули бы на выход, со словами Надо, Варя, надо. Ну не Варя, конечно. Тээлька.

-А есть еще другой путь, - продолжал Аджаро, как ни в чем не бывало, - тогда нам нужно будет или вернуться на первую торговую пристань и снова начать путь на материк оттуда, или сухопутным курсом из Фано двинуться в Оплам.

Я поморщилась.

-Ничего не понимаю. Пустынные земли, коридоры, провинции…Давай я карту попробую нарисовать?

Аджаро несколько секунд поразмышлял и воодушевился. Сняв одну из ниток бус со своей шеи, сказал деловито:

-Сейчас я тебе покажу, что где находится.

Ловко раскладывая камешки-бусины он довольно понятно объяснил мне что где находится.

-Очень наглядно, - похвалила я и, склонившись над листом бумаги, принялась за дело.

Аджаро было интересно, однако в этот момент его позвал матрос и он отошел от меня.

-Иди посмотри! - крикнула я ему через несколько минут.

-Сейчас, подожди, - ответил он, помогая матросу затянуть какую-то веревку.

Я отложила свеженарисованную карту и принялась перебирать рисунки в своей папке. Передо мной проплывали лица Атару-чи, Эмина, Омарулы, Илии…Портрета Инди тогда я так и не нашла, что меня, конечно, очень огорчило. Я восстановила его по памяти, но все же…

Об Инди мы больше не говорили. Это расстраивало и меня, и Аджаро. А исправить мы ничего уже не могли. Общие переживания за подругу немного сблизили нас по-дружески. И, как ни странно, общаться нам стало проще.

Я приподняла стопку чистых листов, под которыми лежали те рисунки, которые никому не показывала. И рассматривала их только оставаясь одна.

На них был изображен мой прежний мир и люди, которых я знала в прошлой жизни. Мой родной город, мама, моя школа, дом, в котором я выросла, наш дворик. Несколько пейзажей Алтайских красот. Исаакиевский собор, который я так мечтала увидеть воочию - но в Питер мне так и не удалось попасть, не успела.

Наконец, лица моих попутчиков в маршрутке. Я часто на них смотрела, гадая, где сейчас они могли находиться, кем они могли стать в этом мире…И очень надеялась, что они живы и все здесь, как и я.

Последним в папке лежал портрет Ильи.

-Ну что, показывай, - Аджаро подошел неслышно и я поспешно захлопнула папку.

-Вот, смотри, похоже?

Аджаро взял листочек и внимательно стал его изучать. Через минуту он поднял глаза и широко улыбнулся мне.

-Это просто отлично! Даже мне станет проще с ней в руках.

-Да ладно тебе, - не поверила я ему, - ты и так с закрытыми глазами знаешь что где находится.

-А покажи что там у тебя еще, - снова присел он рядом, показывая на папку. По-моему, от него не укрылась та поспешность, с которой я захлопнула папку перед его носом.

Поколебавшись, я медленно раскрыла ее и стала по одному показывать ему островные рисунки и портреты жителей Алеары. Он разглядывал каждый, как-то комментируя. А над портретом Инди-ра замолчал. Он смотрел на него дольше, чем на другие, а затем так же молча вернул его мне.

-Еще есть, Тээле? - спросил Аджаро меня очень ровно и я точно поняла, что он увидел что-то, что не предназначалось для его глаз. А ведь подошел он в ту минуту, когда я передо мной был портрет Ильи Лазарева, который я всегда разглядывала подолгу после всех остальных.

Глава 27

Глава 27

Меня разбудили аккуратным толчком. Ну а потом не очень аккуратным. Я спала в тесном трюме, мне снились Инди и Илья, почему они вместе?

С этой мыслью я проснулась и откинула руку, которая трясла меня за плечо.

-Тээле, проснись, Тээле!

Я подскочила, трясясь какой-то собачьей тряской. В голове всё смешалось.

-Проснись, начался шторм! Вставай!

Ударившись головой о балку, я схватилась за вещи - мне нужна была папка. Стала рыться в темноте, нащупала ее и полезла наверх, запихивая ее за пазуху. Теперь я понимала Инди, которая, убегая, взяла с собой только рисунок. Все остальное можно добыть, купить, а это - бесценно…

-Тээле, давай, поднимайся!

В трюм просунулась рука Аджаро, я ухватилась за нее и выбралась наружу.

Лодку болтало, впереди виден был берег. Палубу заливало, приходилось держаться за все, что под руками.

-Аджаро, что происходит? - прокричала я и рот мой залило соленой водой, волны накрывали с головой.

-Ложись! Тээле, ложись! Саргссы под…- он не договорил, тоже захлебнувшись морской водой.

Я в ужасе прижалась к мачте, уткнувшись лицом в палубу. Господи, Эрина милосердная, кто-нибудь, спаси нас…

Постепенно качка стихала - мы приближались к пустынному берегу. Я наконец-то смогла приподняться и осмотреться. Аджаро, убедившись, что я в порядке, сменил матроса, который, как вкопанный, стоял у руля.

Когда мы причалили, мужчины опустили сходни и я на трясущихся ногах, спустилась на сушу.

Ничего не напоминало Глаз Бури. Твердая, серая, словно выжженая, как обугленный камень, земля. Вдали виднелись скалы.

-Где мы? - спросила я Аджаро. Он был хмур, но внешне спокоен.

-Нас вынесло на пустынные земли, и нужо уносить отсюда ноги поскорее.

Папка за пазухой подпирала меня, словно корсет, не давая вздохнуть нормально и я вытащила ее, отвернувшись. Оглянулсь на Аджаро - тот смотрел в упор немигающим взглядом, его посыл мне был непонятен, поэтому я просто присела на камень и осмотрела папку снаружи, заглянула внутрь. Бумага промокла лишь по краям, я бережно разгладила их и стала помахивать всей пачкой, чтобы немного просушить.

-Принесу наши вещи, - сказал, наконец, Аджаро, - идти придется целый день, причем очень быстро.

-Хорошо, - кивнула я. После райских островов здесь было ужасно неуютно и меня отчаянно потянуло назад. Но думать об этом было бссмысленно.

Вернувшись, Аджаро осмотрел мою обувь, прокомментировал, что еще сырая и спросил:

-Ты есть хочешь? Можно задержаться, но очень нежелательно - слишком открытое место.

Вспомнив его рассказ о кочевниках я замоталаголовой так, словно пыталась свернуть себе шею. Было очень страшно нарваться на этих дикарей, творящих зверства. Я понялась.

-Лучше пойдем поскорее, - и призналась, - мне очень страшно.

Аджаро промолчал, скорее всего ему нечем было меня успокоить - если нам встретится банда этих ребят, он один мало что сможет сделать.

Мы попрощались с матросом и он тут же отчалил от берега - тоже торопился покинуть это неприветливое место.

Аджаро нацепил мне на спину что-то типа вещевого мешка, у него на спине тоже находился баул устрашающего размера. А плетеная сумка с моими личными вещами висела у меня через плечо.

-Я постарался разложить всё, чтобы руки оставались свободными, - пояснил он, - не очень тяжело?

-Вообще не тяжело, давай уже пойдем.

Мне все время казалось, что из-за прибрежных скал за нами кто-то наблюдает, но скорее всего это было всего лишь разгулявшееся т страха воображение.

Карабкаясь по камням вслед за Аджаро, который ловко, словно цирковой артист с легкостью и изяществом перемещался, помогая мне в трудных местах, я чувствовала себя мешком картошки. Вот Инди бы здесь скакала как горная коза, вздохнула я про себя.

Мой вздох не укрылся от Аджаро.

-Устала? Потерпи немного, скоро дорога будет полегче. Но если тяжело, давай остановимся. Вроде бы тихо, можно рискнуть.

-Ой, нет, давай не будем рисковать, - испуганно сказала я, хотя силы были совсем уже на исходе - мы шли по этим валунам часа четыре, наверное. Колени подрагивали, а мешок за спиной казался тяжелее в несколько раз, чем вначале.

Мы продолжила путь, хотя Аджаро и сбавил темп, чтобы мне было проще поспевать за ним. Я сцепила зубы и постаралась не думать о том, сколько еще осталось идти.

Наконец, валуны стали рядеть, вдалеке уже была видна ровная местность - сероватая редкая травка и чахлые кустики. Аджаро показал пальцем

-Нам туда.

И мы отправились к трем деревцам, растущим сиротливо у условной дороги. Хотя никакой дороги здесь не было в помине, здесь вообще ничего не было. Даже кочевникам - ну вот что здесь делать?

Как будто прочитав мои мысли Аджаро произнес, устраиваясь под деревом и разворачивая свой мешок

-В общем, думаю именно в этой части пустоши нам практически ничего не грозит, я уже понял примерно где мы. Заночуем сегодня здесь и завтра к полудню можно рассчитывать дойти до границы Фано. Не смотря ни на что, нам крупно повезло, что выбросило в этом месте, - и он с аппетитом откусил от сырной лепешки, протянув мне половину.

Я пожевала без аппетита и меня стало неудержимо тянуть в сон. Придвинувшись ближе к Аджаро на всякий случай, я пристроила сумку под головой и закрыла глаза, а через минуту уже спала.

Проснувшись ночью от каких-то звуков и шорохов, я в страхе посмотрела на Аджаро - тот мирно похрапывал. Растолкав его, я сделала ему знак, чтобы он прислушался.

-Здесь только лисицы водятся и грызуны всякие, Тээле, еще может вете сухие шары гоняет. Не бойся, спи. Если так уж страшно - я подежурю, а ты ложись, - он коснулся моей руки, глядя на меня в темноте. Я помнила, что зрение у него было, как у кошки. Глаза даже как будто бы чуть светились в темноте. В груди у меня что-то мимолетно затрепетало, но я без труда задавила в себе эти неуместные ощущения.

-Нет, Аджаро, все в порядке, ты тоже ложись, - но на самом деле мне было жутковато и, наверное, он это почувствовал.

-Хорошо, иди ко мне, - и он лег, внезпно увлекая меня за собой, обняв обеими руками. Я хотела было возмутиться и вырваться, однако мне в один момент стало так спокойно и так захотелось спать, что я лишь устроилась поудобнее у него на плече и снова уснула.

Проснулась я уже одна, лицо ощущалось так, как будто бы его пчелы покусали основательно. Аджаро сидел на корточках спиной ко мне, упаковывал вещи.

-Давай я полью тебе умыться, - сказал он, не оборачиваясь, хотя я даже не шевелилась, только глаза открыла.

Было зябко, поэтому я немного попрыгала, чтобы согреться, а потом подставила ладони ковшиком под струю воды и несколько раз плеснула себе в лицо.

-Как холодно! - воскликнула я, - на острове никогда не было даже прохладно.

-Здесь другой климат, - подтвердил Аджаро очевидную вещь и мы двинулись в путь.

Через несколько часов местность заметно изменилась - ландшафт, растительность. Стало посимпатичнее и поприветливей.

-Мы уже в Фано? - спросила я, разглядывая окрестности, - здесь мне спокойнее.

-А вот это напрасно, -последовал неожиданный ответ, - здесь гораздо опаснее, потому что граница недалеко, прохожих и путников больше, а значит и возможностей для варваров тоже.

Словно в ответ на его слова вдалеке послышалось лошадиное ржание и я испуганно ахнула, схватив Аджаро за руку.

Вглядываясь вдаль, он вначале хмурился, но потом его лоб рагладился и он повернулся ко мне с улыбкой.

-Это херета реты, народ такой. Я рассказывал - они мирные. Мы можем сделать остановку у них, хочешь?

-Н-ну можно, наверное, - ответила я неуверенно. Сама я еще никого ровным счетом не видела, - откуда ты знаешь, что это они, а не банда? - не выдержала я, - не видно же еще никого.

Аджаро рассмеялся.

-Я и правда далеко вижу, - чуть хвастливо согласился он, - хорошо, что мы передохнем перед Фано.

По мере приближения я уже могла разглядеть купола юрт, множество лошадей и практически темнокожих мужчин и женщин. Некоторые из них смотрели на нас, стоя неподвижно и переговариваясь, наверное гадали кого это несет к ним нелегкая.

Аджаро взмахнул рукой и произнес какое-то гортанное слово, я не разобрала. Нас поприветствовали так же, почти хором на разные голоса.

Жители стана были одеты просто и в тоже время броско - свободные рубахи, на женщинах сверху корсеты, а на головах платки. Я обратила внимание на обувь - она была потрясающе красивой. Сапоги из мягкой на вид кожи.

К нам подошел мужчина и они с Аджаро обменялись каким-то сложным рукопожатием, а меня со мной поздоровался, склонив голову.

-Халисат, - представился он, - оглаживая усы, - куда путь держите?

-Аджаро, Тээле, - назвал наши имена Аджаро, - в столицу. Вы разрешите передохнуть у вас немного?

-Конечно, добро пожаловать, коли вы с миром. Манижа! - позвал он кого-то. Из толпы вышла женщина, поблескивая белками глаз на фоне смуглой кожи. - Устрой девушку, а я провожу Аджаро.

Мне не очень хотелось расходиться с Аджаро в разные места, но спорить я не осмелилась и послушно пошла за Манижей.

Глава 28

Глава 28

Сколько же здесь у меня было необычных пробуждений, когда я думала, что это все еще сон? Сегодня было такое же ощущение, когда я увидела над собой купол этой юрты или яранги, как они там называются. Воздух внутри был прохладным. Я не знаю, сколько спала, но чувствовала себя гораздо лучше.

Повернув голову влево, я увидела поразительно красивую девочку с пиалкой в руках. Пиалку она тут же протянула мне - видимо ждала моего пробуждения.

-Здравствуйте, - приветливо склонила она черную головку и выбежала из помещения.

Я присела и отхлебнула из плоской глиняной чашечки - терпкий, даже вязковатый привкус, однако я продолжала пить, чувствуя, как напиток восстанавливает силы и прогоняет оставшуюся сонливость.

Вошла Манижа, видимо девочка позвала ее.

-Если хотите, оставайтесь до утра, но потом мы снимаемся с места.

Я кивнула.

-Спасибо, мне нужно поговорить с моим спутником.

Манижа молча показала мне рукой направление и я пошла искать Аджаро. Не очень хотелось почему-то оставаться здесь, хотя и встретили нас приветливо. Ощущение было, что нас боятся, хотя и улыбались, и приютили, но дискомфорт чувствовался. Я попыталась отвлечься, разглядывая это странное поселение.

Выглядело все довольно живописно - купола песочного цвета, много лошадей в пестрых сбруях, крепкие мужчины, смуглянки-красавицы женщины.

Мне очень захотелось все это нарисовать, но сейчас для этого не было времени, поэтому я очень старалась запомнить все детали.

Наконец, я увидела Аджаро. Он стоял с мужчинами, по-моему они выбирали нам лошадь. Я помахала Аджаро рукой и он подошел ко мне, затягивая потуже повязку на волосах.

-Отдохнула? - спросил он меня, глядя с участием. На душе у меня потеплело. Приятно все-таки, когда о тебе заботятся. Мне рано пришлось стать самостоятельной, поэтому я очень ценила даже такое мимолетное проявление внимания.

-Спасибо, да, все хорошо, - улыбнулась я ему в ответ, - мы же сегодня двинемся дальше?

К моему облегчению он кивнул.

-Я купил для нас лошадь, мы уже сегодня будем в Фано, там переночуем в каком-нибудь постоялом дворе и оттуда прямиком в столицу.

-Ты так хорошо ориентируешься, - удивилась я, - как будто не на острове родился и вырос, а здесь, на материке.

-Мне приходилось сопровождать Эмина-су в поездках. И я быстро осваиваюсь в новых местах, - пожал он плечами, - ты голодна? Перекусим, может быть?

Есть я хотела, но отрицательно покачала головой. Лучше уж поскорее добраться.

-Ну и отлично, ты иди за вещами, к ночи будем в Фано.

Я поспешила за своим мешком. В юрте никого не было и я, прихватив вещи, отправилась поискать Манижу, чтобы поблагодарить ее.

Долго искать не пришлось - женщина, стоя у костра, помешивала что-то длинной палкой в котле, наверное готовила обед. Интересно, чем они здесь питаются, в пустыне? Ни овощей под рукой, ни фруктов.

-Манижа! - крикнула я ей, та обернулась и махнула мне рукой, чтобы я подошла.

-Мы решили ехать сегодня, спасибо за приют.

Женщина обеспокоенно глянула на меня, потом покачала головой.

-Не хорошо ехать в ночь, опасно.

-Аджаро сказал, что к ночи мы уже доедем, - торопясь, сказала я, - ничего страшного.

-Вчера дикие были недалеко отсюда, наши мужчины видели их.

-Вы поэтому завтра уезжаете? - спросила я, очень желая поскорее покинуть эту жутковатую пустошь и добраться до цивилизованных мест.

-Они нас не трогают, - отрицательно ответила Манижа и вновь склонилась над котлом, откуда пахло бараниной и какими-то травами.

-Ну мы собрались уже, еще раз спасибо, - неловко ответила я и направилась к Аджаро.

Он уже ждал меня, держа за уздечку коня, тот мотал головой и фыркал, словно тоже хотел сказать: куда ж вы претесь на ночь глядя.

Когда я приблизилась, конь показался мне огромным, просто гора какая-то. Раньше я никогда не ездила верхом. Первая попытка взобраться на высоченное животное была мною провалена.

-Давай подсажу, - сказал Аджаро, подставляя мне сцепленные руки. Ребятишки, наблюдающие за нами, захихикали в предвкушении забавного представления.

-Чувствую себя мешком картошки, - пробормотала я под нос, краснея от неловкости.

-Давай, расслабься. Ты просто боишься, - и практически одной рукой подкинул меня в седло. Скользко было ужасно, я почувствовала, что сползаю вбок.

-А веревка есть? Меня, кажется, необходимо привязать.

Аджаро расхохотался, а за ним и ватага мелких сорванцов, которые по-моему были просто счастливы. Я бы погрозила им пальцем, но тогда бы точно свалилась, добавив им радости.

Легко взявшись за седло, Аджаро взлетел ко мне наверх и, устроившись, прижал меня к себе одной рукой, очень, надо сказать, плотно.

-Одно неловкое движение, и ты отец, - сказала я тихо, чтобы он не услышал. Но тут было не до демонстрации целомудрия - так я хотя бы не свалюсь.

Аджаро помахал рукой детишкам и мы тронулись. Ветер бил в лицо и я сразу же наглоталась пыли. Волосы мои тоже разлетались и лезли в рот, я пожалела, что не собрала их в узел, но просить Аджаро остановиться в первые же десять минут пути было неловко.

-Мы остановимся передохнуть недолго на половине дороги, - словно прочитав мои мысли крикнул Аджаро мне в ухо.

-Хорошо! - крикнула я и тут же пожалела об этом и теперь пыталась отплеваться.

Аджаро на секунду отпустил поводья и убрал мои волосы на одну сторону - так они перестали развеваться и мешать. В знак благодарности я слегка сжала его руку.

Часа через два показался лесок.

-Начало конца пустынных земель! - крикнул Аджаро снова и я кивнула, в знак того, что поняла.

Когда мы остановились, мне снова понадобилась помощь Аджаро, теперь уже чтобы слезть. Ноги затекли и я с опаской подумала, что никогда уже не смогу свести их вместе.

Есть уже хотелось довольно сильно и я почти пожалела, что не приняла приглашение Манижи.

Услышав урчание в моем животе, Аджаро хлопнул себя по лбу и полез в свой мешок.

-Вот же…- развернул он тряпицу, в которой был хлеб, желтоватый сыр и кусок жареного на костре мяса, - забыл совсем.

-У меня уже живот к спине прилип, - призналсь я, отламывая всего по немногу.

Аджаро рассмеялся и сказал, что пойдет поищет воду.

-Только недолго, ладно? - попросила я.

-Ты не одна, с тобой Атрейо, - указал он на коня и добавил, - я пройдусь недалеко.

Меня с собой он не позвал, а проситься с ним я не стала. Как-то я и так достаточно ною в дороге, надо прекращать.

Задумчиво жуя нехитрый ужин, я услышала свист, потом второй. Подумав, что это Аджаро, я завертела головой, выискивая его взглядом, и тут же сообразила, что свист совсем не похож на привычный мне. И тут я поняла, что до этого мне почти совсем не было страшно - сейчас меня охватил настоящий ужас.

Я вскочила на ноги, не представляя куда мне бежать и где прятаться.

Глава 29

Глава 29

К месту нашего привала приближались двое всадников. По мере их приближения я смогла рассмотреть их детально - одежда сшита из цветных тканей и шкур, как будто бы способом лоскутного шитья. На головах шапки, увенчанные султанчиками из конского волоса и лент. Они громко переговаривались и гортанно смеялись - наверное обсуждали легкую на вид добычу.

Я наблюдала за ними из кустов, до которых доползла с проворством ящерицы, сама не ожидая от себя такой прыти.

Как только я увидела этих двоих, то инстинкт самосохранения заставил меня рухнуть вниз, натянуть на яркую рыжую голову шарф и двинуться к лесу, до которого было метров сто пятьдесят. Я старалась ни на миллиметр не отрываться от земли, благословляя цвет своего платья, обычный для женщин Глаза Бури, пыльно-розовый. Боясь поднять голову и хотя бы глянуть влево, откуда приближались кочевники, я, глотая пыль, наконец, достигла кромки леса и скрылась в довольно колючих кустах.

Там я позволила себе выдохнуть и посмотреть из-за веток, что происходит. Я как раз успела - всадники достигли места нашей стоянки и спешились, довольно гогоча.

Сначала они осмотрели коня, заглянули в зубы и одобрительно похлопали по крупу. С места моего укрытия их слов было не разобрать, но несложно было догадаться, что они рассуждают, куда делся всадник, потому что стали оглядываться на лес. Я пригнулась ниже, дрожа, как мышь. Где же Аджаро? А вдруг эти варвары двинутся на наши поиски?

Сжавшись в комок я собралась отползать вглубь леса и в этот момент увидела, как один из кочевников наклонился к нашим вещам. И только сейчас меня словно пронзило раскаленным копьем - моя папка, мои рисунки!

Не отдавая себе отчета я издала какой-то высокий птичий крик и рванулась вперед - мне казалось, что в лапах этого мародера сейчас окажется вся моя жизнь!

Меня перехватила крепкая рука Аджаро, а вторая залепила мне рот. Схватив и сжав меня намертво, он внимательно смотрел через ветки на действия наших грабителей.

-Тише, Тээле, тише…Они не пойдут сюда, просто заберут всё и уедут…Не шуми.

Я еще несколько раз дернулась в его железной хватке и затихла, хотя мне очень хотелось изо всех сил укусить его за руку, которая держала меня за лицо, плотно зажимая мне рот.

-Сейчас я отпущу тебя, но не делай глупостей, - проговорил он, - достаточно тех, что наделал я. Не побежишь туда?

Я покачала головой, а когда он меня отпустил, попыталась лягнуть ногой, что мне не удалось. Обернулась, готовая вцепиться в него с яростью, однако Аджаро схватил меня за запястья и проговорил с нотой горечи

-Прости, Тээле, я никак не думал, что кочевники могут оказаться так близко к границе. Их не должно было быть здесь.

Он снова выглянул из-за ветвей.

Бандиты уже закончили увязывать наши вещи, наверное решив не тратить время на поиски их хозяина. Коня привязали к одному из своих и через несколько минут от них осталась тлько пыль над дорогой.

Я, находясь в практически шоковом состоянии, опустилась на землю, облокотившись спиной на какое-то чахлое деревце.

-Как такое могло произойти, Аджаро? Почему мы сразу не спрятались в лесу, когда решили остановиться?

Он поморщился, переживая, конечно тоже.

-Я же сказал, здесь их не должно было уже быть. А если ты спросишь, почему я не попытался схватиться с ними…

-Не спрошу, - досадливо ответила я, злясь на него не смотря на его оправдание.

-Эти двое, Тээле, совершенно отпетые, - тем не менее продолжил он, - то, что их всего двое, значит, что их изгнали даже из орды. Хорошо, что они не стали искать нас - я же говорю, здесь кочевникам опасно. Они к границам провинции не приближаются. Это случайность. Нужно просто смириться с тем, что произошло.

Я всхлипнула. От пережитого страха и потери самого ценного для меня совсем пала духом.

-Конечно смириться, тебе легко говорить, - проговорила я с трудом, глотая слезы, - что еще остается. Ты же знаешь, что значат для меня все эти рисунки, портреты. Это как часть меня…

Аджаро постоял рядом, сжимая и разжимая кулаки, потом присел рядом со мной.

-Послушай, тебе сейчас покажется глупым или чем-то невероятным, что я скажу, но это правда, послушай меня. Каждая наша потеря в конечном случае оборачивается чем-то хорошим, тем, что в итоге найдется или откроется. Сейчас ни ты, ни я не знаем, какой пользой или радостью обернется для тебя твоя утрата, но так и будет, поверь.

Он попытался погладить меня по плечу, но я отдернулась от него и закрыла лицо руками.

Не то чтобы я не понимала, что радоваться нужно, что мы спаслись чудом, что нас не убили и не изнасиловали. Но когда я вспоминала с какими чувствами, с какой любовью я рисовала, что вкладывала в каждый штрих - не могла удержаться от слез. Нарисовать заново - конечно, а как же. Только те чувства никогда не повторятся, будут уже совсем другими. Что было объяснять тому, кто никогда не поймет…

-Как мы теперь доберемся? - глухо спросила я, вытирая слезы и пытаясь успокоиться.

Аджаро смотрел на меня внимательно, со своей привычной непроницаемостью, глаза были темнее, чем обычно.

-Теперь мы уже не успеем до темна, пойдем на рассвете. Идти не так уж долго, дойдем до обеда.

Что ж, вздохнула я про себя. Какая теперь разница.

-Там есть ручей, нужно пройтись немного, можно даже искупаться, - Аджаро говорил так же ровно, но я чувствовала, что он деморализован. Ну и пусть.

Поднялась молча и направилась за ним. Не произнесу ни слова до самой столицы, пусть помучается.

Дойдя до ручья, я увидела небольшую купальню - максимум по колено. Но в целом, место было хорошее. Я снова немного попеняла себе за то, что не послушала совета кочевницы Манижи.

Уже смеркалось, поэтому нужно было не тянуть время - как можно быстрее смывать с себя пыль, которая у меня даже на зубах скрипела и ложиться спать, чтобы встать пораньше.

Аджаро развел небольшой костер, выкопав под него ямку - огня практически не было видно, но рядом было не зябко и можно было просохнуть после купания.

-Пойди погуляй чуть-чуть, - не глядя на Аджаро, сказала я ему, - пробуя воду босой ногой. Хотелось как можно скорее содрать с себя одежду и окунуться в прохладную воду.

-Я останусь здесь, но отвернусь, - непреклонно ответил Аджаро и я поняла, что спорить бесполезно, да и сил не было.

Сняв пыльную тунику, я с облегчением вошла в воду и долго смывала с себя эту долгую тревожную дорогу.

Глава 30

Глава 30

Когда мы достигли границы провинции Фано, я уже почти валилась с ног. Но показывать этого я не хотела. Аджаро несколько раз предлагал помочь мне идти, однако я неизменно отказывалась.

Конечно, я понимала, что у любого человека есть право на ошибку, но справиться с чувствами пока не могла. Слишком горька была обида из-за потери моих рисунков.

Мы не разговаривали почти, лишь обменивались односложными и скупыми словами.

Как таковой границы не существовало - никаких ограждений, однако существовали конные патрули и охраняемый въезд в город. Чисто номинальный, кстати - мы прошли в город беспрепятственно, мимо сонных охранников.

Так странно заканчивались эти дикие земли - сразу начиналась каменная кладка мостовой. Честно говоря, я не поняла, что мешает диким кочевникам периодически грабить город или хотя бы его окраину. Наверное, какая-то причина была, однако спрашивать было лень. Может, дело было связано с их богами?

В другое время я бы обязательно спросила - почему так, но сейчас от усталости и других переживаний мне было все равно.

Аджаро подошел к одному из охранников и обменялся с ним парой слов. А затем уверенно повел меня по извилистым улицам. Наконец, мы достигли довольно оживленного постоялого двора.

Был разгар дня, у ворот был раскинут стихийный рынок, гвалт стоял страшный.

-Аджаро, я готова лечь прямо здесь - рядом с торговцем этими вонючими шкурками.

Шкурки были и правда гадкими на вид, плохо выделанными и над ними кружили мухи.

-Сейчас мы снимем комнату и ты отдохнешь, - пообещал Аджаро и уже не спрашивая взял меня за руку и повел внутрь постоялого двора.

-Поедим? - спросил он меня. Я замотала головой - торговец шкурками отбил у меня аппетит надолго.

Комнатка организовалась быстро. Размером она была чуть больше нашей каюты на кораблике, но главное, там была кровать. Рухнув на нее, я пробормотала:

-Долго нам добираться до столицы?

Меня уже уносило в сон, когда Аджаро ответил.

-Завтра уже будем на месте, мне нужно кое-что разузнать, ты спи…

Показалось мне или нет, что голос его прозвучал сдавленно, как будто через силу? Впрочем, он же тоже устал.

Проснувшись, я приподнялась и не сразу поняла где я, взглядом привычно поискала свою холщовую сумку-мешок и вот в эту минуту вспомнила всё. Меня прострелило изнутри и я откинулась на подушку обратно. Аджаро в комнате не было и я понятия не имела, который сейчас час и вообще день.

Как будто мы целую вечность назад покинули такой уютный и безопасный Глаз Бури, словно в соленых каплях и дорожной пыли прошли недели, нет - рундины.

Как будто рухнул весь привычный мир и образовался бестолковый тревожный хаос вокруг меня.

Я решила не вставать, пока не вернется Аджаро. Закуталась в плотную простыню, как в кокон и стала думать, что же будет дальше. Приезд в столицу означал по меньшей мере проблемы, новых людей, которые знают меня, как Тээле и которых знать не знаю я.

А самое сложное - отец. Мало того, что я не знаю, что мне спасать, кого и как. Так еще и что делать потом, в случае, если мне придется остаться.

-Ты спишь, Тээле? - как-то неожиданно раздался голос Аджаро почти у меня над ухом, от чего я подпрыгнула и треснулась о его голову своим лбом.

-Ой! - воскликнула я, потирая ушибленное место. Оно как раз пришлось в его повязку, и именно в то место, где были нашиты бусины, было довольно чувствительно.

-Прости, - произнес он спокойно и присел рядом со мной, подвинув бесцеремонно. В руке у него были два чудовищных по размеру сэндвича, однако довольно соблазнительных.

-Дай сюда, - простонала я, протягивая руку за одним из них. Откусив, я вздохнула - это вам не изысканная кухня острова. Креветки, гребешки, соусы…Здесь все было просто - мясо, хлеб, зелень и еще раз хлеб.

-Что ты узнал? - с набитым ртом спросила я.

Аджаро улыбнулся мне, прежде чем откусить от своего бутерброда. У него были потрясающей красоты зубы - белые, один к одному. Один из набросков Аджаро в той самой папке был с едва уловимой улыбкой, очень завораживающей. Сейчас же мне захотелось сделать шарж, не смотря на его красоту.

-В общем, в столице все тихо, мы можем ехать спокойно, направимся прямо во дворец твоего отца.

-У моего отца есть дворец? - недоверчиво переспросила я, подтыкая вокруг себя жесткую простыню.

Аджаро уставился на меня, словно только вспоминая, что я ничего не помню.

-Тээле, твой отец второй человек после короля, ты что…

-А, ну да, - досадливо поморщилась я.

В этот момент я отчетливо поняла, что меня обратно никто не отпустит - спасу я отца или нет. Аппетит пропал.

Я отдала обратно бутерброд.

-Не хочу больше, спасибо, - помолчала немного, а потом почти жалобно спросила, - Аджаро, ты потом совсем уедешь?

Аджаро еще немного медленно пожевал бутерброд и ответил

-Тээле, ты сама увидишь. Мне там не место.

Желание есть совершенно пропало. Раз надо так - значит так, нечего рефлексировать.

Аджаро отложил на столик невостребованную еду.

-Тогда поехали, - сказала я, откидывая простынь, однако не рассчитала и мои голые колени оказались прямо около рук Аджаро. Его пальцы скользнули по ним и оказались у меня под спиной, а затем в волосах

-Тээле…- выдохнул он мне в губы.

Остатком моего разума была мысль: он хотя бы любит меня, а что ждет дальше…

Конечно, я хотела бы, что бы моя первая близость с мужчиной оказалась с какими-то перспективами на наше совместное будущее, или была бы оправдана какой-то неземной любовью…Но как случилось, так случилось. Возможно, я боялась, что дальше будет и кто окажется рядом со мной.

А сейчас со мной был он, и все страхи и тревоги гасились его поцелуями и ласками. Сегодня точно не хотела спешить в столицу Туаргосса. И очень боялась расстаться с Аджаро.

Глава 31

Глава 31

Добравшись до столицы Туаргосса Аджаро решил остановиться где-нибудь недалеко от замка моего отца. Ну как моего. Тээле. Разузнать новости, разведать ситуацию.

В Туаргосс мы приехали под покровом ночи, причем Аджаро настоял, чтобы я повязала голову и закрыла лицо до самых глаз на манер восточных женщин.

-Иначе тебя узнают, - предупредил он, - а твое появление не должно тебе угрожать ничем. Пока что мы ничего не знаем.

-Хорошо, - покорно согласилась я.

После того, что между нами произошло, мы оба не знали как себя вести - будущее наше вряд ли было общим, по крайней мере я это четко понимала. Он был очень хорошим, но не моим человеком, хотя и очень нравился мне. Наш общий порыв был мне понятен, однако что думает обо всем этом Аджаро было неизвестно. Внешне оне вел себя ровно, даже слишком.

Вполне возможно с его стороны было не очень благородно - не сделав предложения оказаться в моей постели. Но ведь я была не против, поэтому хотелось его как-то успокоить, однако я не знала, ждет ли он этого.

Молчали, как будто ничего не произошло. А еще я не знала, как здесь относились к потере невинности, впрочем, мне было плевать. Слишком много мне пришлось здесь испытать, чтобы в чем-то себе отказывать.

От Вари Бочкаревой во мне остались, наверное, только воспоминания. Ну и страсть к рисованию. Только возможности взяться за кисти и краски пока не было, а хотелось погрузиться в творчество, восстановить хоть что-нибудь из того, что я потеряла.

Доехав до большого дома, мы остановились. Аджаро придирчиво осмотрел меня, чтобы ни один локон не выбивался из-под глухой темной накидки, а потом повел внутрь.

-Завтра с утра прибудем во дворец, а сегодня уже поздно.

Я была только рада оттянуть этот пугающий момент.

Молча сунув привратнику монетки в руки, Аджаро провел меня в одну из комнат, которую указала молчаливая служанка, а сам занял другую.

На мой вопросительный взгляд он сказал негромко

-Тебя могут узнать, и если мы окажемся в одной комнате, меня просто казнят прилюдно.

Ничего себе, порядочки.

-Серьезно? И ты пошел на такой риск? Если бы я знала, то…

-Тээле, давай оставим это, нечего тут обсуждать, - он смотрел на меня черными глазами, которые не выражали сейчас ничего.

-Хорошие дела, - нервно засмеялась я, - может стоило бы обсудить?

Он непреклонно качнул головой.

-Тебе ничего не будет, если ты об этом.

-Я обо всем, Аджаро, - меня уже несло и я повысила голос, - я, может, предложения ждала от тебя после того что было.

-Не ждала, не надо сейчас притворяться, - ответил он ровно и буквально силком протолкнул меня в комнату, - а о том чтобы взять тебя в жены мне остается только мечтать - мне тебя никто не отдаст.

-В смысле? - возмутилась я, - я что, вещь?

Несколько секунд он смотрел на меня мрачно, а потом произнес

-Закройся изнутри и не открывай никому, кроме меня, - и захлопнул дверь перед моим лицом.

Если честно, он меня разозлил. Можно было и раньше головой думать.

Я зашагала из угла в угол, по диагонали насчитав их шесть, а в другую сторону почему-то четыре с половиной. Но пересчитывать не стала.

Я надеялась, что Аджаро хотя бы первое время здесь побудет со мной, но неужели бросит сразу?

Примерно через час Аджаро вернулся, в руках у него был сверток из которого вкусно пахло, а я была уже порядком голодная.

Он присел на кровать и развернул сверток. Там были круглые закрытые пироги, которые я сначала приняла за простой хлеб. Однако хлеб оказался с начинкой - один с мясной, другой с рыбной.

-Вкусно, - похвалила я, - не ожидала даже. Странный пирог.

-Это пай, - коротко пояснил он, впиваясь зубами в мясной, - так дольше хранится, обычно берут с собой в дорогу. Сейчас это единственное, что я нашел.

-Все хорошо, Аджаро, дай попробовать мясной. Сто лет мяса не ела.

-Ну ты же знаешь, на острове мы не едим мяса…

Некоторое время мы ели молча.

-Ты узнал что-нибудь о моем отце? Вообще о том, что происходит?

Он прожевал.

-Кое-что узнал. Он продолжает исполнять свои обязанности и о твоем исчезновении никто не знает.

-А это хорошо или плохо? - озадаченно спросила я, вытирая руки. Пироги-паи были божественны.

-Ну хорошо, я думаю. Думаю Атару-чи был прав - тебя похитили, чтобы шантажировать его, а твое отсутствие скрыли. Такое хитросплетение может касаться только короля. Кто-то пытается захватить власть, но очень изощренным образом.

-И мое появление что-то изменит? Как? - недоверчиво спросила я, заворачивая остатки нашего ужина обратно в тряпицу.

-Думаю да. Давай ложиться. Каждый день может быть точкой невозврата.

Я с уважением посмотрела на него. Ишь ты - точка невозврата. Эмин-су давал своим ученикам хорошее образование. Меня всегда тянуло к ботанам, тут же вспомнился Илья.

Поколебавшись, Аджаро поцеловал меня в щеку и тут же вышел, крикнув снаружи

-Закройся!

Я не сразу смогла лечь спать, померила еще шагами комнату. В целом, сведения, добытые Аджаро, немного успокаивали. Я боялась худшего - что отца придется спасать из каких-то катакомб, искать его, ну и так далее.

Все оказывалось проще - папенька был жив-здоров это раз, ну и два и три.

С завтрашнего дня моя жизнь изменится в очередной раз и придется начинать все заново. Привыкать к новым людям, жить по новым правилам. И, возможно, навсегда забыть об острове Глаз Бури.

Я села на кровать и, закрыв глаза, вспоминала всех, кого оставила там. Первые слезы появились, когда я вспомнила Инди - что же с ней такое, надеюсь, она жива. Потом Омарула и Атару с Эмином. Моя школа, такие открытые и непосредственные дети. Вернуться бы к ним, чтобы научить еще большему…

Вытерев слезы, я улеглась на аскетичную постель и попыталась заснуть. Завтра будет трудный день.

Глава 32

Глава 32

Проворочавшись всю ночь без сна, я вскочила, как только услышала первые звуки на улице. Умылась из грубоватого кувшина, расчесала волосы и оделась в ту самую белую рубаху-тунику, которая была на мне, когда я очнулась на острове. Она сохранила свой удивительно первозданный вид и свежесть.

Что мне делать дальше, я не знала, поэтому просто присела на кровать и села отсчитывать удары своего сердца.

Наконец, в дверь поскреблись и послышался тихий голос Аджаро. Я одним прыжком оказалась у двери и открыла ему. Слабый свет допотопной лампы едва освещал пространство. Лицо Аджаро казалось вырубленным из черного дерева, только слабые желтоватые блики прорисовывали черты лица. Я тут же пообещала себе нарисовать такой его портрет, когда обзаведусь набором масляных красок и грубым фактурным холстом - представляла себе только эти материалы для портрета. Поняла, что задумалась, только тогда, когда Аджаро бесцеремонно подергал меня за рукав и вдвинул в комнату, чтобы войти самому.

-Ты оглохла что ли? Слышишь. что тебе говорю?

Как-то он стал грубоват, отметила я про себя и ответила с достоинством

-Да, я задумалась. Так что ты говорил?

Он раздраженно глянул на меня, затем в окно и сова обернулся ко мне.

-Мы едем? - опередила я его вопросом. Мне надоело уже добираться, прятаться, бояться. Хотелось уже определенности в назначенной мне судьбе.

-Я еду, - сделав акцент на себе произнес Аджаро.

Слегка оторопев, я спросила

-Без меня? Я не поняла…

-Поеду один, - подтвердил он, для убедительности показывая мне один палец, - долго думал, как доставить тебя к отцу и решил так.

-Интересно. Меня доставить без меня? - усмехнулась я, усаживаясь обратно на кровать.

-Я долго думал, как обезопасить тебя от тех, кто похитил. Они ведь никуда не делись. Если бы у меня была какая-то вещь, по которой твой отец допустит меня к личной встрече…

Мы оба задумались.

-Прядь волос? - предположила я, понимая абсурдность предложения.

Аджаро взглядом подтвердил, что я сморозила глупость.

Отдать тунику? Ну допустим, а откуда видно, что она моя?

Всё это время я машинально прокручивала на руке золотой браслетик с моим именем - с ним я очнулась на острове, еще не зная, кто я.

Конечно же в один момент меня озарило, какая я идиотка - когда прокрутила его, наверное, в сотый раз.

-Аджаро, думаю, отцу точно знакома эта вещь, - и, сняв браслет с запястья, протянула ему.

Он поднес браслет к лампе и внимательно осмотрел. Лицо его просветлело.

-То, что нужно! - воскликнул он и не стал медлить, - я поехал. Не выходи никуда ни в коем случае, я постараюсь как можно быстрее. Закройся, - бросил он мне привычно и стремительно вышел.

Для меня потекли долгие бесконечные часы ожидания. я прислушивалась, смотрела в окно, представляла себе одну сцену за другой - как Аджаро пытается добиться аудиенции моего отца (как-то я быстро привыкла к этой мысли), я даже пыталась мысленно рисовать. Сначала графику предметов вокруг, но их было не так много, поэтому я переключилась на пейзажи пустынных земель - на первый взгляд простые, однако передать их сдержанный цвет было гораздо сложнее, чем казалось. Кочевники - ну конечно. Эти колоритные персонажи. А потом я стала мысленно листать рисунки из своей папки…

В дверь постучали - нет, загрохотали! Я вся сжалась, не имея понятия сколько прошло времени. Кто там за этой дверью? Может те, кто похитил меня схватили Аджаро и теперь уже не совершат такой оплошности, выбросив меня на райский безопасный остров?

-Тээле! Тээле! - взывал незнакомый голос из-за двери. Я и не подумала подойти, чтобы открыть. Хотя понимала, что вышибить ее - дело двух секунд.

-Она не откроет, пока я не скажу, - среди шума голосов и шагов я разобрала голос Аджаро. Видимо, его подпустили к двери и он обратился ко мне, - ты можешь открыть, здесь твой отец с кучей своих головорезов. Вокруг него возмущенно зашумели, а я медленно подойдя к двери, отперла засов и отошла.

Дверь распахнулась, и, растолкав всех, в комнату ворвался седовласый мужчина, смутно знакомый мне по моим видениям на острове. Одет он был почти в такую же белую тунику в пол, подпоясанную золотым поясом. Мужчина протянул ко мне руки и страдальчески скривился.

-Девочка моя, ты жива! - и стремительно заключил в объятия. Его сердце колотилось о мое правое плечо, руки перебирали волосы, а его слезы очень скоро промочили мою макушку.

Господи, как же изобразить такие же чувства, чтобы не обидеть его? Я художница, а не актриса! Впрочем, кажется он не замечал моего скованного оцепенелого состояния.

Когда у него улегся первый порыв, он обнял меня одной рукой и увлек к выходу, кивнув охране на Аджаро

-Наградить и отпустить! - затем обратился ко мне, - сейчас мы будем дома, маленькая моя, уже всё позади. Ты расскажешь мне всё, а я тебе…Главное, что теперь я смогу сделать всё, чтобы ты была в безопасности!

Вырвавшись из его рук, я выкрикнула

-Никуда не пойду без Аджаро! - и, найдя его взглядом, прошептала дрожащим голосом, - ты пойдешь со мной? Пожалуйста!

Отец - я даже еще не знала как его зовут, мне никто не говорил! - переводил непонимающий взгляд с меня на Аджаро и обратно.

Затем нахмурился.

-Хорошо, дочка, если это твой друг - пусть будет моим гостем столько, сколько ты пожелаешь. Только пойдем скорей домой.

Я посмотрела на Аджаро умоляюще. Неужели он захочет уйти?

Аджаро коротко кивнул мне и наша процессия выдвинулась из страшненькой гостиницы. Мы с Хранителем традиций смотрелись странно здесь в своих сияющих белых одеждах.

Отец настоял на том, чтобы Аджаро поехал с охраной в следующей повозке, мы же с ним пршли в роскошный экипаж - белый с золотом, запряжена была в него шестерка белых лошадей в золоченой сбруе. Ничего себе, какая роскошь. Даже не представляю, что нас ждет во дворце.

-Огонёк мой дорогой, - произнес отец ласково, любуясь мной не отрывая глаз. Я же не знала куда девать собственные глаза.

Нужно было что-то говорить.

-Как получилось так, что меня похитили, - неловко произнесла я.

-Я успею рассказать тебе, успею! - жарко сказал Хранитель традиций, откидывая крышку золоченого ларца - там оказалась лёдница и напитки в тонком цветном стекле. Он налил себе бокал и осушил его залпом, - что ты будешь, радость моя, ты хочешь пить? Ты в самом деле провела всё это время на Алеаре, как сказал этот туземец?

Однако, папенька, хоть и душевный вроде бы человек, но сноб - мелькнула у меня.

-Да! - вскинула я голову, - эти туземцы спасли мне жизнь и я провела на острове прекрасное счастливое время!

Отец немного изменился в лице и произнес примирительно

-Хорошо, хорошо, обещаю тебе, что все твои спасители будут вознаграждены, не смотри на меня так, - он вскинул руки в знак примирения, - ведь твое возвращение не только вернуло мне мою жизнь и мое сердце, но и спасло жизнь королю Тургаосса, - здесь он немного понизил голос.

Как интересно.

-Ну так расскажи мне, - попросила я, думая о чем думает сейчас Аджаро. Мне не терпелось остаться с ним наедине. Надеюсь, нам разрешат.

Отец закатил глаза и принялся рассказывать всю историю с самого начала.

В двух словах король Туаргосса был человеком славным, легким, добрым правителем по отношению к своему народу. Среди всех властвующих особ осколков империи он считался самым демократичным, принимая реформы, способствующие процветанию народа Туаргосса и облегчению его жизни.

Однако при всех своих достоинствах, он был склонен к меланхолии и несколько картинным приступам самоуничижения. В один из таких моментов сестра короля Деспина уговорила его подписать отказ от престола с открытой датой, как говорится.

-И он сделал такую глупость? - не выдержала я, принимая из рук отца какую-то розовую нежную шипучку, ароматом она напоминала лимонад “Лесные ягоды”, - Деспина же в своих интересах это сделала?

-Конечно, - подтвердил отец и продолжил рассказ, - как ты знаешь, каждый документ, подписанный монаршей рукой, должен храниться бессрочно. Так, наш король в минуту слабости, практически подписал себе приговор на отказ от престола. Стоит этому документу обрести дату, как сразу власть автоматически переходи к Деспине. А это ужасающие перспективы, ты сама понимаешь.

-Так а где этот документ? - спросила я, отхлебывая лимонад. Интересно, Аджаро там чем-нибудь угощают? Нужно будет сразу проследить, чтобы он не нуждался ни в чем и не оказался в унизительном положении.

Отец развел руками.

-Ну а как ты думаешь? Твой отец Хранитель реликвий. В моем секретном хранилище, куда имею доступ только я и то при соблюдении строгого протокола, ну ты же знаешь.

Как бы ввернуть ему про потерю памяти? А то это “помнишь” и “знаешь” возможно лишало меня какой-то информации.

-Значит, документ у тебя и Деспина решила похитить меня, чтобы ты его отдал ей? - я решила резюмировать по-простому.

-Ох, дочка…- отец коснулся висков, - я все это время изворачивался, как мог, чтобы узнать где ты и что с тобой. Я боялся, что как только я отдам предписание, тебя просто не оставят в живых. А так мне гарантировали, что ты где-то в безопасности. Теперь я могу уничтожить этот документ и выдохнуть.

В общем, всё было ясно.

Мы подъехали к дворцу и я завертела головой, чтобы не упустить Аджаро, как только увижу его.

Глава 33

Глава 33

-Доченька, не волнуйся, твой друг будет прекрасно устроен. Ты увидишь его позже, - отец заметил, как я кручусь и оборачиваюсь.

Он крепко держал меня за плечи, не желая отпускать от себя ни на минуту. Конечно, я понимала его - все эти месяцы он жил в страхе за меня, не зная где я и что со мной. Поэтому я подчинилась, решив довериться ему.

-Хорошо, - кивнула я покорно, - но мне нужно будет увидеться с Аджаро как можно быстрее.

Отец покачал головой в знак непонимания, но промолчал. Я вдруг рассмотрела его, словно увидела только что. Вначале он показался мне очень пожилым - наверное, из-за седой шапки волос. Теперь же увидела, что ему, может быть, около сорока-сорока пяти лет. Худые аристократические кисти рук с длинными пальцами, сам весь стройный, хоть и не очень высокий. Чертами лица я не была похожа на него, наверное, на мать. О ней я пока что не знала ровным счетом ничего.

-Сегодня тебе предстоит аудиенция у короля - твое возвращение очень большое событие не только для меня, но и для всего королевства.

-Понимаю, - чуть упрямо сказала я, - но я ведь не виновата, что меня похитили.

Отец или не расслышал или решил не продолжать бессмысленный спор.

Он проводил меня до самых покоев. По дороге я разглядывала дворец - часть его была помпезной, роскошь сквозила во всем. Обивка мебели, канделябры, зеркала, хрусталь - всё раззолоченное, сверкающее. Король Туаргосса явно не стеснялся показать процветание своей небольшой страны. Мы прошли лишь небольшую часть этого музея, а потом через короткую галерею попали в гораздо более скромную часть королевских палат.

-Вот мы и дома, - ласково обратился ко мне отец.

Я с облегчением выдохнула - здесь мне понравилось гораздо больше. Белые стены в деревянной отделке, балки под потолком. Минимализм во всём.

Хотя, впрочем, мои комнаты изнутри оказались все-таки девичьими. Но тоже без излишеств - просто драпировки нежных расцветок, кровать под прозрачным пологом, полы устланы пушистыми коврами. Масляные лампы с небольшими хрустальными подвесами в простенках и большая свечная люстра под потолком.

-Тебе нужно сейчас что-нибудь, дочка? - спросил отец все так же ласково.

Мне было неловко от его заботы, словно я была самозванкой. Поэтому я просто пожала плечами.

Отец хлопнул в ладоши два раза и в комнату тут же вошли двое - молодой человек и девушка.

-Хран Соул…- оба присели в почтительном поклоне. Это имя отца, что ли?

-Моя дочь очень устала, сделайте всё, что нужно с дороги, - это он обратился к девушке, а затем к молодому человеку, - узнай, как разместили спутника госпожи Тээле, затем сообщишь Роуде, а та доложит госпоже.

Молодой человек кивнул.

-Да, хран Соул.

-Ты довольна, милая? - повернулся отец ко мне. Мне снова стало неловко.

-Конечно, спасибо…, - вот как Тээле называла его? Отец или папа? Я не знала, но и расстраивать этого любящего родителя очень не хотела и внезапно порывисто обняла его за шею.

Папа Соул прослезился и торопливо вышел из моих покоев. За ним последовал юноша, а Роуда подергала за один из шнурков, видимо, вызывая необходимую прислугу и с любопытством уставилась на меня.

Я не знала, о чем с ней разговаривать, поэтому просто прошла к креслу у очага и села в него.

-Госпожа, сейчас будет ванна, принесут еду и питьё, а что-нибудь еще нужно? - девушка прямо поедала меня глазами, как будто видела в первый раз и я решила рискнуть.

-А ты давно в замке?

-Я не очень, всего три месяца, за меня поручилась тетушка Сейда, которая служила вам, - Роуда испуганно затараторила, словно боялась, что я прогоню ее за неопытность.

-Ясно, - вяло ответила я, - а где сама Сейда?

Роуда печально склонила голову.

-Когда вы пропали, моя тётя, которая держала вас на руках с колыбели, очень сдала - у нее отказала левая рука и ей стало тяжело здесь находиться. Хран Соул отпустил ее, благословив, назначил пенсию, хотя она очень боялась, что ее обвинят в вашем похищении. Но он уверил ее, что знает - милая Сейда ни при чем. Только попросил, чтобы она нашла и подготовила девушку вместо себя.

-Зачем? Он же не мог знать, что я вернусь, - я почувствовала, что глаза мои стали слипаться - нервный ресурс на данный момент был исчерпан.

-Он верил, госпожа, очень надеялся! Ждал вас каждый день…- и она благоговейно склонила голову.

-Хорошо, Роуда. Теперь ты можешь успокоить тетушку и передать ей от меня пожелания всяческого здоровья, - я проговорила это почти механически - так захотелось спать, и я покосилась на уютную кроватку.

Роуда перехватила и верно истолковала мой взгляд.

-Госпожа, еще совсем немного, я пойду узнаю!

Я остановила ее.

-Узнай лучше, как там Аджаро - мой спутник. Ты знаешь о ком я, видела его?

В ее глазах сверкнул восторг.

-О да, госпожа! Я видела! - в голосе прозвучало благоговение.

-Можешь привести его ко мне в покои?

Роуда оторопела. Такого бесчинства от меня она явно не ожидала.

-Мне очень-очень нужно с ним поговорить, понимаешь? - я умоляюще сложила руки, ждала от служанки ответа.

Та медленно кивнула.

-Хорошо, госпожа, хорошо, вы только не переживайте. Я пойду узнаю у Миру где ваш друг и схожу за ним сама.

Я расслабилась.

-Спасибо, Роуда.

В этот момент двери распахнулись и началось суечение и мельтешение.

Меня проводили в ванную комнату и я погрузилась в теплую воду. Сразу несколько рук принялись намыливать и тереть меня мягкими, похожими на фланель тряпочками.

Я вспомнила, как первую ванну мне помогала принимать на острове Инди-ра, в итоге окатив ледяной водой и невольно улыбнулась, не открывая глаз. Хотя, как я не силилась сжать веки посильнее, несколько слезинок все-таки выкатились из уголков глаз и затекли в уши.

Служанки тревожно перешепнулись между собой и сноровисто продолжали свое занятие.

Через некоторое время я снова находилась у себя в спальне, облаченная в белое платье из такой же ткани, что и моя туника, только более нарядное - по вороту и подолу шла золотая вышивка, пояс был кожаным, тоже позолоченным.

От еды я отказалась, только лишь осушила почти полный графин какого-то лимонада. Его тут же наполнили снова.

Я вышагивала по комнате в ожидании Роуды с Аджаро, минуты текли мучительно долго. Наконец Роуда вошла и шикнула на девушек, которые до этого не торопились уходить.

И через короткое время в комнату стремительно вошел Аджаро. Я кинулась ему на шею и замерла так, чувствуя стук то ли его, то ли моего сердца.

Наконец, медленно отстранилась, но не выпустила из объятий, глядя в его лицо, такое родное. Почти любимое. Теперь, когда он в любой момент мог покинуть меня, я чувствовала, что дороже него у меня нет никого в этом мире.

В его глазах были и боль, и сострадание, и любовь, и я поняла.

-Когда, Аджаро?

-Завтра, - его ответ словно камнем упал где-то у меня в груди.

-Разве тебя отослали назад? Я попрошу отца…

Аджаро одной ладонью медленно прикрыл мне рот, а другой взял мою ладонь и поцеловал ее.

-Я должен возвращаться, меня ждут дома.

И я спрятала лицо у него на груди. Раз он так говорит, значит так и есть.

Мы постояли так немного.

Роуда деликатно покашляла за дверью, стало понятно, что Аджаро пора уходить.

-Я надеюсь, мы сможем увидеться и попрощаться перед моим отъездом, - сказал он и поцеловал медленно и нежно, перебирая пальцами мои волосы.

Роуда отчаянно кашляла за дверью, как Катя из “Девчат”, и он скользнул из спальни, а я прошла к своей кровати и рухнула на постель. А потом почти сразу - в сон.

Не знаю через сколько времени меня разбудила Роуда.

-Госпожа, хран Соул велел передать вам, что нужно собираться на аудиенцию к королю. У нас мало времени, вставайте скорей!

Тяжело вздохнув, я поднялась. Ну к королю, так к королю. Меня это мало волновало. Только Аджаро. В голове зрело твердое решение не дожидаться завтрашнего дня, чтобы дежурно и неловко прощаться при посторонних, я постараюсь найти его сегодня ночью.

Глава 34

Глава 34

Несмотря на то, что перед сном меня отлично помыли, несколько девушек во главе с Роудой спешно и практически на себе снова пронесли меня в роскошную помывочную.

В этот раз я уже смогла разглядеть ванну из какого-то белого камня, скамьи разной высоты, пушистые, а так же грубые полотенца аккуратными стопками.

Вода показалась мне прохладной и чуть масляной, в воздухе царил интенсивный запах чайных роз. Сначала меня стали натирать чем-то вроде мелкого песочка, особенно уделяя внимание пяткам, локтям и коленям. Попытавшись расслабиться, я подумала, что в конце концов, когда я садилась в ту маршрутку, гид обещала спа-процедуры. Вон оно, оказывается, когда начало исполняться.

Я вспомнила стать и фарфоровую холодную красоту нашей Натальи Леонидовны. Если она тоже в этом мире, то не иначе хозяйка всей Империи, а то и парочки соседних.

Тем временем меня вытащили из ванны и уложили на подогретую каменную скамью, принявшись в буквальном смысле умасливать.

-Меня к аудиенции готовят, или к первой брачной ночи? - пробормотала я, впрочем, не сопротивляясь - процедуры были на самом деле приятными.

Потом мне долго сушили длинные волосы, чуть ли не каждую прядку отдельно, чуть завивая на концах. Ресницы так же завили, а брови слегка подщипали. Я всерьез забеспокоилась, что это как-то странно, но постаралась убедить себя, что мой любящий отец не допустит ничего такого, что может обидеть или оскорбить меня.

В конце концов меня облачили в очередную белую тунику. Эта была чрезвычайно торжественной - золотистая вышивка тонкой вязью почти сплошь покрывала ткань. На запястьях оказались широкие золотые браслеты - очень тяжелые, а на лбу тонкая золотая диадема.

Я смотрелась в зеркало и не верила, что это в самом деле я - нескладная очкастенькая Варя Бочкарева или даже легкая свободная Тээле со счастливого острова Глаз Бури.

Девушка в зеркале была по-королевски прекрасна. Сразу откуда-то появилась особенная стать, и даже движения изменились.

Ну не из-за ванны же? Да и не из-за платья. Наверное, Тээле дала мне не только свою прекрасную внешность, но и что-то большее.

Вошел богато одетый слуга и по облегченному взгляду Роуды я поняла, что мы успели.

-Эрина милосердная с вами, - склонилась девушка передо мной, вслед за ней присели в поклоне и другие.

Я только кивнула и пошла за безмолвным слугой. Наверное, я должна была волноваться, но ничего подобного не чувстовала, думая только об Аджаро.

Сказать, что у меня проснулась какая-то сумасшедшая к нему любовь? Нет, и я это прекрасно осознавала. Просто хотелось вцепиться в него мертвой хваткой и не отпускать от себя никуда. Я понимала, что без него остаюсь здесь совсем одна.

В одной из галерей нас встретил хран Соул, одетый так же торжественно. Про себя я отметила, что к его благородной седине больше подошла бы серебряная вышивка на одежде.

-Ты хорошо отдохнула, Тээле? - он коснулся мягкими губами моего лба, - я хотел бы отложить аудиенцию, но король вне себя от нетерпения, хочеть выразить свою радость по поводу твоего чудесного возвращения.

-И по поводу своего чудесного спасения, - чуть язвительно прокомментировала я.

-А как же, конечно, - спокойно ответил отец, - Его величество король Демилин не скрывает своего восторга по этому поводу в первую очередь.

Честное слово, папа начинал мне искренне нравиться. Чувство собственного достоинства, душевная теплота, несмотря на такую высокую должность - можно было сказать, что мне повезло попасть из одних любящих рук в другие. Снова вспомнив об Аджаро, я тихонько вздохнула.

Отец на ходу чуть повернул ко мне голову и внимательно посмотрел, но ничего не сказал. И деликатность - внесла я еще один пункт в список его достоинств.

Наконец, мы достигли покоев короля Демилина. Черт, я же протокола не знаю! - спохватилась я. Кланяться, приседать, что мне делать-то?

Машинально схватив отца за руку, я сжала его кисть, как маленькая девочка. Так, держась за руки, мы и вошли в тронный зал.

Король сидел в большом кресле, очень мягком и широком. Оно мало походило на трон - очень комфортабельное, почти кушетка. На этом троне можно было расположиться полулежа, поджав ноги. Будуарное какое-то кресло, а не трон. Куча маленьких подушечек вокруг монарха довершали салонный образ.

Я встретилась с ним глазами - его взгляд был восторженный, чуть детский, от этого Демилин был похож на ребенка, хотя на вид он был немногим моложе моего отца.

Мне почему-то подумалось, что, наверное, они были дружны с детства и отец всю жизнь помогал и опекал доброго, но инфантильного Демилина.

Рядом с креслом короля находилось еще одно - строгих форм, с прямой спинкой. На нем сидела абсолютно бесцветная дама - белесые, гладко зачесанные волосы, ни кровинки на лице, в том числе и в губах. Черты невыразительные, будто недорисованные какие-то, - подумалось мне, - как рисунок водой на кальке.

Деспина была похожа на брата, тот тоже не отличался особой красотой и яркостью, но весь словно светился изнутри. А сестра его была тусклой.

Вокруг толпилась свита - народу было достаточно много, но все как будто перемешались и выглядели размытыми.

-Тээле, ну наконец-то! Мы уже было надежду потеряли! - король вскочил и направился ко мне.

Скорее всего, это было нарушением церемониала, на что, как я подозревала, королю было наплевать - как легкомысленному ребенку.

-Демилин, - не разжимая губ недовольно произнесла его сестра. Она не отрывала от меня злых голубых глаз в коротких едва заметных ресницах.

Я заметила, что она обратилась к брату просто по имени, как будто одергивала собственное неразумное дитя.

Король не обратил на неё никакого внимания. Приблизившись к нам, он провел рукой по плечу своего самого близкого подданного и друга.

-Соул, я так рад, что твоя дочь снова украшает наше общество! Что она жива и здорова!

Затем повернулся ко мне, взял мою ладонь и накрыл своей.

-Тээле, мы сейчас отметим твоё возвращение и ты всё-всё нам расскажешь. Мне уже доложили, что ты была на Алеаре, там действительно рай на земле? Если бы не саргассы, я бы уже давно посетил это место.

Да уж, король был проще табуретки и, наверняка, его чопорная сестра считала, что место на троне должен занять кто-нибудь более достойный. И средствами ради достижения цели не гнушалась.

Я подумала, что нужно что-нибудь ответить.

-Спасибо, ваше величество, - проговорила я тихо, приседая в неглубоком поклоне, - да, в самом деле Алеара чудесное место. И там живут прекрасные люди.

-Очень интересно! - просиял король, - давайте же пройдем скорее в обеденный зал, мы должны немедленно начать праздновать! Тээле, прошу вас, - и Демилин галантно предложил мне руку, согнутую в локте. Пришлось оставить отца и идти за ним. Следом за нами пошел отец, затем поднялась Деспина и после потянулась остальная свита.

Перед нами распахнулись двери в обеденный зал, где располагался какой-то совершенно нескончаемый стол, уставленный красивой посудой и канделябрами. Пахло чересчур обильной, жирной едой. Я уже привыкла к легкой средиземноморской кухне острова и меня чуть замутило.

Меня усадили по левую руку от короля. Справа от него привычно сел отец. Деспина со своей свитой заняла место напротив короля и я была рада, что она оказалась подальше от меня. Эта женщина не сводила с меня ледяных глаз, этот взгляд словно прожигал меня насквозь. Я понимала, что моё возвращение послужило крахом ее надежд и планов и вряд ли она мне это простит.

За ужином король произнес речь в честь моего возвращения и дальше предоставил мне рассказывать обо всем, что мне пришлось увидеть и пережить.

Я рассказывала об острове, о его жителях, об укладе. Какой там царит мир, как там красиво и хорошо. Когда я дошла до того, что открыла класс живописи на Алеаре, народ за столом прямо-таки ахнул. Последовала пауза.

Я совсем, совсем забыла…

-Тээле, разве вы умеете рисовать? - недоуменно спросил король Демилин и повернулся к моему отцу вопросительно. Тот сидел, приподняв брови от удивления - он не знал, что ответить.

-Это такая же новость для меня, ваше величество, - наконец произнес он.

От меня ждали ответа.

-У меня…было…просто было много времени, - запинаясь, произнесла я, - я попробовала однажды и у меня получилось.

Не знаю, насколько это звучало убедительно, наверное, не очень, потому что все по-прежнему смотрели на меня круглыми глазами.

-Так это же прекрасно! - воскликнул король Демилин, - маэстро Нуар, вас теперь двое мастеров при дворце! Это же грандиозно! Вы разделите с Тээле мастерскую, а потом мы сравним ваши работы, это будет замечательное развлечение для всего дворца.

При этих словах на меня резко вскинул голову и неприязненно уставился мужчина, сидящий через несколько человек по диагонали от меня.

-Как прикажете, ваше величество, - медленно произнес маэстро Нуар. Я нервно улыбнулась ему и подумала, что вот, внезапно, плюс еще один недруг…Мало мне их было.

По счастью, ужин подходил к концу - к еде я еле прикоснулась, но сейчас стали разносить нарезанные фрукты, переложенные льдом - их я поела с удовольствием, больше всего желая оказаться у себя в покоях в компании верной Роуды и отправиться на последнюю встречу с Аджаро.

По всей видимости, король тоже утомился, потому что сделал знак распорядителю и тот громко хлопнул в ладоши три раза. Все присутствующие поднялись одновременно без промедления и Демилин, не прощаясь, вышел из зала.

Отец подал мне руку и мы вышли, выждав минуту или две.

-Я провожу тебя до покоев, - произнес он и пошел рядом со мной неторопливо.

Говорить мне не хотелось, однако от него прозвучал вопрос.

-Ты в самом деле умеешь теперь рисовать на таком уровне, что можешь обучать других? Как такое возможно? Это же великое мастерство, а ты даже интереса не проявляла никогда.

Вздохнув, я только развела руками.

-Возможно, это провидение богов, - брякнула первое, что пришло в голову.

Отец серьезно посмотрел на меня.

-Я тоже подумал об этом, хотя и не решался произнести вслух. Это ведь серьезная доля - дар богов, хотя и великое благословение.

Я согласно покивала. Какое хорошее объяснение - это всё боги, все вопросы к Хиргу с Эриной.

Тем временем мы дошли до моих покоев и я заторопилась сплавить папу. Чмокнула его в щеку и попрощалась до завтра.

Он степенно поцеловал меня в лоб и удалился.

Я же, влетев в покои, стала тормошить Роуду, которая дремала на стуле у входа.

-Роуда, милая, проснись! Слышишь меня?

Девушка вскочила, сонно хлопая глазами.

-Проводи меня к нему сейчас же, слышишь? Уже так мало времени осталось!

Она окончательно проснулась и кивнула, приложив палец к губам.

-Пойдемте, госпожа, только тихо, если не хотите мне неприятностей.

Я замерла и дальше не произнесла ни звука, идя за ней на цыпочках по длинному коридору. Мы спустились на уровень ниже - наверное, этаж располагался под землей. Охранники стояли безмолвно, словно шастающие по ночам дамы были не их заботой.

Наконец, Роуда остановилась перед одной из дверей.

-Он здесь, госпожа. Я подожду?

Я положила руку ей на плечо и пристально посмотрела в глаза.

-Не надо, Роуда. Я найду дорогу обратно.

Девушка понимающе кивнула и удалилась прочь без лишних слов.

А я перевела дух, чтобы унять бешеный стук сердца и постучала. Звук прокатился глухим эхом по коридору и замер где-то в его глубине. А дверь практически мгновенно распахнулась.

На пороге стоял Аджаро, едва различимый в темноте.

-Я так и знал, что ты придешь, - проговорил он и одним движением втянул меня внутрь.

Глава 35

Глава 35

Мы лежали на узкой кровати, окруженные кромешной темнотой спальни. Аджаро в этой тьме почти совсем не было видно, лишь очертания моего тела выделялись на фоне темной его кожи.

Аджаро взял мою руку, которая покоилась на его груди.

-Ты светишься в темноте. Как будто изнутри свет. А волосы, как огонь. Ты так не похожа на других.

Я рассмеялась тихим счастливым смехом.

-Ты такой поэтичный. Не замечала за тобой этого раньше,- затем, помолчав, спросила, - а я бы значила для тебя что-то большее, если бы не отличалась внешне от твоего народа?

Аджаро ответил сразу, не задумываясь ни на секунду.

-Ты бы всё равно выделялась из всех.

Я прикрыла глаза и затихла, наслаждаясь этими последними минутками, отведенными нам.

Почему я не люблю его так, чтобы просто взять и уехать с ним обратно на Глаз бури? Ведь с отцом, с королем, с Туаргоссом через несколько дней после того, как будет уничтожен злосчастный документ об отречении от престола, всё будет в порядке. Держать силой меня никто не станет - отец добр и любит меня, я смогла бы его убедить, я была в этом уверена.

Или дело было не в Аджаро, а в каком-то неуловимом подсознательном чувстве, что я здесь не просто так…

Одно сейчас я знала точно - Аджаро уезжает, а я остаюсь.

Время летело очень быстро и скоро тоненькие щели в ставнях окрасились сероватым светом.

-Мне пора, - прошептала я, касаясь губам его твердой груди. Она чуть вздрагивала мерно в ритм ударов сердца.

-Я уеду, как только взойдет солнце, - ответил Аджаро, словно ждал этих моих слов, - не выходи, чтобы попрощаться, мы это уже сделали.

В последний раз прижавшись к нему, я молча выскользнула из постели, с трудом натянула на себя свой вечерний наряд, который выглядел сейчас больше, чем неуместно, и, не оглядываясь, вышла за дверь.

Миновав все эти темноватые коридоры с молчаливыми охранниками, я очень скоро достигла своего крыла здания, а затем и покоев.

Дверь тихонечко отворилась навстречу мне и в щель просунулась голова Роуды - она не спала, ожидая моего возвращения.

Увидев меня, девушка с облегчением закатила глаза к потолку и прошептала что-то, выругалась или вознесла молитву - я так и не поняла, потому что прозвучало невнятно то ли “эрина милосердная”, то ли “хирговы дети”.

Она втащила меня в спальню так же, как чуть раньше Аджаро, и поспешно захлопнула дверь.

-Я думала с ума сойду, госпожа! Вы смерти хотите своей верной Роуде? - она театрально приложила тыльную сторону кисти ко лбу.

Невольно улыбнувшись, я проговорила устало.

-Ну, не драматизируй. Я же не пленница, а ты не стражник. В любом случае никто бы не умер, просто лишние глаза и уши ни к чему.

Роуда немного успокоилась.

-Конечно, госпожа. Вы желаете чего-нибудь?

Я по идее должна была хотеть только пребывать в печали и слёзы лить, однако ощутила внезапный прилив бодрости и неслабый голод.

-Роуда, есть очень хочется, - призналась я.

Девушка понимающе ухмыльнулась и переставила ко мне ближе поднос с фруктами.

-Сейчас принесу вам завтрак посытнее, подождите немного.

В задумчивости жуя грушу, я думала, что же мне делать дальше. Как я могла продолжать реализовывать себя здесь? На острове было всё ясно, как день. Я учила рисовать детей и никаких подводных камней не существовало. Здесь же было всё по-другому. Один взгляд маэстро Нуара чего стоил.

Впрочем, может это первая реакция была такая. Ни он, ни я еще не видели творчества друг друга. Возможно, я и не конкурент ему, как он воспринял меня с неприкрытой агрессией.

Кстати, даже по одному этому было видно, что художники и живописцы были на особом счету. Я была знатной особой, дочь Хранителя Реликвий - правой рукой короля, а маэстро мог позволить себе и хамский тон и неприязненный взгляд.

Вошла Роуда с подносом, на котором вкусно дымилась какая-то еда. Я вдохнула ароматный пар и шумно сглотнула.

-Госпожа, ваш друг уезжает с минуты на минуту, вы не желаете выйти проводить его? Сейчас есть возможность - все еще спят, - Роуда осторожно взглянула мне в лицо.

Я замотала головой.

-Это лишнее, мы только что попрощались и не стоит растягивать это удовольствие - сейчас оно уже будет сомнительным и болезненным.

Роуда пожала плечами и захлопотала вокруг меня, накрывая завтрак, который больше был похож на обильный обед. Впрочем, после проведенной с Аджаро ночи, я была не против.

Намазав кусок теплой лепешки утиным паштетом с яблоками, я перемешала в тарелке кашу, похожую на булгур с овощами. сверху таял кусок сливочного масла, отдавая своё сливочное тепло специям и рождая неземные ароматы.

Я принялась есть, как не в себя. Только мясо отодвинула подальше - на острове я почти совсем отвыкла от него.

-Госпожа Тээле, а что вы сегодня будете делать? Мне, может, подготовить всё к вашему выходу в город или будете отдыхать здесь у себя?

Я стала жевать медленнее. Действительно, нужно определиться. Если пока и не глобально, то на ближайшее время.

-Пожалуй, я бы посетила мастерскую маэстро Нуара, - решила я, - ты предупреди его или спроси разрешения, я еще не знаю, как с ним обращаться.

Роуда кивнула, а я возблагодарила Эрину Милосердную с Хиргом вместе, что девушка относительно новенькая во дворце и мне не приходится объяснять почему я не знаю элементарных вещей.

-Это будет не раньше полудня, - предупредила меня девушка, наливая мне лимонад в кубок, - вы бы поспали, госпожа.

Глаза и в самом деле смыкались, и я, поблагодарив Роуду, прошла к кровати. Я думала, что сейчас буду думать о том, что Аджаро сейчас удаляется от замка, от самого Туаргосса, что, возможно, мы никогда больше не увидимся - но внутри ничего не отзывалось на эти мысли. Как будто вместо части души образовалась пустота и глухота. Наверное, психика что-то там купировала, подумала я, не особо в этом разбираясь, и легла спать практически спокойно.

Проснулась я через несколько часов спокойная и отдохнувшая. У изголовья стояла ваза из цветной мозаики с букетом свежих цветов, похожих на гигантские лютики. Разноцветные нежные цветочки пастельных тонов - сиреневых, розовых, зеленоватых. Прелесть.

Я спрятала в них лицо, пытаясь уловить очень тонкий нежный аромат.

-Это ваш отец прислал, госпожа, - Роуда возникла незаметно со стороны ванной. Наверное, там все готово, чтобы госпожа освежилась - подумала я.

-Отец ничего не просил передать мне, Роуда? - я нашарила туфельки и встала, поправляя волосы.

-Ничего, госпожа, от него просто прислали цветы. Ванна готова, пойдемте?

После водных процедур, когда Роуда сушила мне волосы, прислали записку от маэстро Нуара. В ней он сообщал, что готов принять меня в своей мастерской когда мне будет угодно.

-Сейчас соберемся и пойдем, - решила я. Может, я в самом деле смогу занять себя чем-то и здесь, - а ты хочешь пойти со мной, Роуда.

Девушка всплеснула руками, уронив при этом деревянную щетку мне на голову.

-Госпожа, это невозможно! К маэстро Нуару могут входить только те, кого он пригласит!

-Так он и пригласил, - пожала я плечами, - чем ты можешь помешать? Если тебе интересно - пойдем.

Роуда восторженно просияла и продолжила расчесывать мои рыжие пряди, пока они не начали блестеть и переливаться.

Новый наряд был традиционно белым, но, слава Богу, более простым, повседневным. Несколько тонких полосок кружев под грудью были единственным его украшением.

Распущенные волосы надоели и я попросила Роуду заколоть их мне на затылке, оставив несколько прядей на лбу.

-Ну что ж, пойдем на встречу с искусством, - скомандовала я, и мы отправились в мастерскую.

Маэстро встретил нас сдержанно. Вчерашней резкой неприязни не показывал, но и не расшаркивался.

Сказал сдержанно, без выражения.

-Что вам интересно, госпожа Тээле? Раньше вы не проявляли интереса к живописи, поэтому скажите сами, чем я могу развлечь вашу милость.

Все-таки некоторая язвительность в его голосе звучала, хоть речь и была безупречно выверена.

“Умный мужик”, - подумала я невольно.

-Покажите, что хотите сами, - мягко сказала я, - может то, что считаете своим лучшим детищем, то, над чем работаете сейчас.

Он задумался на секунду, а потом повернул ко мне лицом несколько холстов на подрамниках. Я медленно осмотрела каждую.

Маэстро делал вид, что его не интересует мнение дилетанта, однако нервно пощипывал подбородок, вглядываясь вместе со мной в каждую из картин.

-Ну и что вы скажете? - чуть вызывающе спросил он меня, не выдержав.

Наверное, как каждый творческий человек, он, всё же, был чувствителен, не смотря на свою звёздную статусность - королевский живописец!

Ну что я могла ему сказать? Пейзажи были неплохи, даже не техника, а чувство цвета - тут у него было всё в порядке.

А вот портреты…Это была печаль. Лица выглядели плоскими, без малейшего выражения.

Я решила быть честной, но постаралась выразиться как можно более деликатно.

-Маэстро, мне кажется, в этих работах не хватает глубины - теней и света.

Нуар нахмурился, скривился.

-Что вы имеете ввиду?

Руки его нервно сжимались. Сейчас еще наваляет, откуда знаешь, чего от него ждать…

Роуда притихла в углу, испуганно поглядывая на меня.

-Можно я покажу? - тихо спросила я, показывая на кисти возле мольберта.

Художник подумал секунду, а потом водрузил на свободный мольберт небольшой холст и сделал приглашающий жест рукой.

Я не спеша осмотрела кисти и выбрала одну из них, пушистую. Осмотрев баночки с краской (Господи, нормальная краска! Отличные кисти! Это же рай!) выбрала любимую охру, кобальт и сажу, и, дав себе настроиться минутку, принялась рисовать легкими движениями в технике “сухой кисти” портрет самого маэстро Нуара.

Он смотрел на меня изумленно, вернее не на меня, а на то, что вначале выглядело на холсте бесформенными пятнами, и за несколько минут превращалось в его отражение, даже с тем же самым выражением лица - как будто он смотрел на чудо.

Я работала не более пятнадцати-двадцати минут. В этой технике можно было получить конечный результат за очень короткое время. Мне как раз и нужно было это сейчас просто, быстро и наглядно. Пока без прорисовки деталей.

Маэстро недоверчиво коснулся пальцами холста.

-Невероятно…- прошептал художник. А затем резко повернулся ко мне.

-Где вы этому научились? Этого просто не может быть!

Я не могла понять - зол он, рассержен или это что-то другое? В конце концов я поняла, что таилось в глубине его глаз - то были восхищение…и страх.

- Госпожа, честное слово, я такого никогда не видела! Да и откуда мне было… Но вот, что важно - маэстро Нуар, по всей видимости, тоже видел такое впервые! - Роуда, чуть задыхаясь, торопилась идти со мной вровень - я шагала очень быстро, как будто за мной кто-то гнался.

Резко остановившись перед своей дверью, словно налетев на препятствие, я перевела дух.

Во что я влипла вообще? Только сейчас я сообразила, что меня так и в колдовстве могут обвинить, неровен час. Уж больно бурная реакция у всех была на мой новоявленный талант.

Маэстро Нуар выглядел потрясенным, когда провожал нас до двери своей студии. Так молча и закрыл за нами дверь.

Теперь я в ужасе представляла какой это ужас - затея короля. В каком свете будет выставлен маэстро в глазах всего двора. При одной этой мысли меня охватывала дрожь.

И я задумалась о том, что лучшим выходом из ситуации было бы покинуть дворец, хотя бы на время. Скорее всего и король, и придворные подзабудут со временем о назначенном состязании. Ну а потом я бы что-нибудь придумала. Позанималась бы с Нуаром, если бы тот согласился.

- Госпожа, - осторожно подергала меня за рукав Роуда, - вы в порядке?

- Да, - очнулась я, - вернее, не особенно.

Мы вошли в покои, и я с облегчением опустилась в кресло. Роуда присела на низенький мягкий стульчик рядом. Девушка смотрела на меня с обожанием, видимо, мои таланты произвели на нее сильнейшее впечатление.

- Брось, - невольно усмехнулась я, - мне даже неловко. Ты на меня как на божество какое-то смотришь. Если ты захочешь, я научу тебя рисовать.

Роуда уставилась на меня недоверчиво.

- А разве можно научить такому волшебству? Это же особый, редкий дар.

- Можно, Роуда, конечно, можно. Я с удовольствием позанимаюсь с тобой, мне нравится учить. На Алеаре у меня целая школа была, - и я стала рассказывать девушке, как обустраивала свое гнездо искусств и чему обучала детей.

- Завтра же раздобудем бумагу, краски, кисти и начнем…

На какое-то время мне удалось оттянуть сомнительное развлечение, которое придумал нам король, сказав, что нам с маэстро Нуаром нужно как следует подготовиться. Нуар горячо поддержал меня, даже с некоторой благодарностью в голосе, и теперь мы видели его редко - очевидно, он усиленно работал. За помощью не обращался и к общению не стремился, а я навязываться не хотела, чтобы не задевать его чувства.

Я с удовольствием погрузилась в обучение Роуды. Это поглощало все наше время. Каких-то сверхспособностей у нее не было, но девушка была крайне старательна, и многое у нее уже получалось. Пусть и не с первого раза, но в результате упорного труда.

В один из вечеров мы сидели, разбирая одну из ее работ - кисть винограда. Роуда хмурилась, потому что на моих этюдах виноградины выглядели прозрачными, словно наполненными солнцем, а ей пока что такого результата добиться не удавалось.

Раздался стук в дверь и Роуда пошла открывать. Вернулась она с каким-то свитком и протянула его мне.

- Гонец привез из Гордеро.

- Мне, что ли? - не поняла я. Впрочем, почему бы Тээле не получать какие-нибудь послания? Это же я здесь никого не знаю, а меня очень многие…

Я с интересом и азартом разломала печать и развернула желтоватый листок.

Мне пришлось несколько раз перечитать содержание, прежде чем до меня дошел его смысл. Медленно опустив листок на колени, я уставилась куда-то в пространство, медленно шевеля онемевшими губами, произнося про себя письмо уже наизусть.

«Ридганда Тээле, вы не знаете меня, но я надеюсь на ваш ответ. Меня зовут Малисат. Я хозяйка школы в Гордеро. Случайно на рынке я увидела листы бумаги с рисунками, на одном из которых изображены вы. Мой помощник сказал, кто вы и где вас найти. Я пишу вам лишь с одним вопросом – кто вас нарисовал? Я готова приехать, чтобы встретиться с этой девушкой, готова принять ее у себя и оплатить ее сопровождение в Гордеро. Я очень надеюсь на то, что вы поможете мне. Если это вы, то должны знать, что я нашла себя на ваших рисунках. Женщина, что смотрит в окно. Думаю, вы поняли меня».

Три последних предложения были написаны на русском языке… На моем родном языке! Почувствовав во рту кисловатый вкус, я сглотнула. Без сомнения, письмо было написано Еленой - милой пожилой женщиной из маршрутки. Господи! Она тоже здесь!

Я вскочила и, опрокинув графин с водой, принялась кружиться, кружиться, прижимая свиток к груди.

- Да что там, госпожа Тээле? - почти испуганно воскликнула Роуда, подбежав ко мне. Я схватила ее за обе руки.

- Я еду в Гордеро! Я еду в Гордеро! - мой голос звучал ликующе.

- Когда? - изумилась Роуда. - И зачем?

Я плюхнулась в кресло и снова пробежала глазами письмо. И несколько раз три последних предложения. Нет, мне не привиделось. Моя попутчица Елена ждала меня в столице.

- Не могу сказать тебе, милая моя Роуда, но это очень важно.

- Госпожа Тээле, возьмите меня с собой! - Роуда бухнулась на колени и сложила руки перед собой, как в молитве.

Я плюхнулась рядом, потому что у меня ослабли ноги.

- Конечно, ты поедешь со мной, куда же я без тебя. Роуда, если бы я могла все тебе рассказать, если бы ты знала! - и я порывисто обняла девушку от избытка чувств.

-А ваш отец не будет против? Вы же только недавно вернулись. Захочет ли он отпустить вас?

Я задумалась. Действительно, отцу придется как-то объяснить мой отъезд. Впрочем, объективные причины были.

Во-первых этот дурацкий смотр талантов в лице меня и Нуара, который должен был столкнуть нас лбами. Во-вторых Деспина. Я все время чувствовала исходящую от нее опасность, пока документ об отречении от престола не был уничтожен.

Уже несколько раз я спрашивала отца, почему это до сих пор не сделано.

- Тээле, должен быть соблюден протокол, - терпеливо объяснял он мне. - В Хранилище реликвий не могу так просто войти даже я. И сделать это можно не чаще, чем один раз в пять рундин. Осталось совсем немного.

Он провел ладонью по моим волосам и поцеловал в макушку.

Я досадливо морщилась.

- Если меня похитят в следующий раз, то я могу оказаться не на райском острове, а где-нибудь в пустынных землях на съедение кочевникам.

Отец нахмурился.

- Не волнуйся, тебя круглосуточно охраняют незаметно для тебя, чтобы не мешать. За людьми Деспины тоже приглядывают. Скоро все закончится.

Делать было нечего - приходилось ждать и по возможности не думать об этом.

Но сейчас мне хотелось поскорее уехать в Гордеро, и вопрос назрел опять. Честно говоря, хотелось убедиться перед отъездом, что проклятая бумага больше никому не угрожает. А то ходи и оглядывайся.

- Завтра же поговорю с ним, - решительно сказала я Роуде, - тянуть я не могу. Ты начинай готовить всё к отъезду, а я пока, наверное, напишу ответ. Даже если письмо хоть ненадолго опередит нас - хорошо.

Роуда кивнула и через несколько минут принесла мне письменные принадлежности. Я задумалась. Нужно ли было соблюсти такую же осторожность, как сделала это Малисат ака Елена? И я решила, что чем меньше слов, тем безопаснее. Однако совсем коротко не получилось - слишком уж переполняли чувства.

“ Ридганда Малисат! Я счастлива была получить послание и узнать, что папка с моими рисунками находится в ваших руках - она очень дорога мне. Постараюсь собраться и выехать в Гордеро как можно скорее.

И дальше по-русски:

Елена, я поверить не могу, что это и правда вы! Я так надеялась на то, что встречу в этом мире хоть кого-нибудь из тех, с кем мне пришлось покинуть нашу прежнюю жизнь. Очень хочется расспросить вас о других наших попутчиках, но надеюсь, мы встретимся вскоре после того, как вы получите мой ответ. Варя. ”

Теперь оставалось только дождаться того, чтобы отец смог уничтожить документ - до этого оставалось всего несколько дней. Затем собраться и ехать.

Елена ничего не написала об остальных - она была крайне осторожна. Но мое сердце затопила горячая надежда на то, что я встречу, увижу… их всех.

Глава 36

Глава 36

Отец сначала нервно вышагивал передо мной от книжных стеллажей до окна и обратно, а потом встал передо мной, глядя прямо и сердито, но больше с тревогой.

- Почему ты не можешь сказать мне истинную причину твоего отъезда? - в руке он держал письмо от Малисат, - рисунки это понятно, но ведь самое главное зашифровано здесь? - и он ткнул пальцем в последние строчки, написанные по-русски.

Недаром хран Соул занимал свою высокую должность и был правой рукой короля - в проницательности его сомневаться не приходилось.

- Пап, - я произнесла это как-то очень по-простому, виновато гдядя на него снизу вверх, - ну не сердись, пожалуйста. Во всём этом нет никакой угрозы, поверь мне. И уж гораздо опаснее мне сейчас оставаться во дворце. Не Деспина, так Нуар.

- А что Нуар? - отец сделал резкое движение ко мне. - Он что, угрожал тебе? Почему? - и он сделал два хлопка, вызывая охрану.

- Если ты сейчас поднимешь шум, я больше ни слова не скажу, - быстро проговорила я, глядя Соулу прямо в глаза.

В комнату вошли двое охранников и остановились на пороге, вопросительно глядя на отца. Тот несколько секунд вглядывался в моё лицо, а затем досадливо махнул рукой, чтобы охрана вышла.

- Я все равно поеду, - тихо, но твердо сказала я, - просто не хочу, чтобы ты переживал и волновался.

Хран Соул провел рукой по моим волосам, рука его чуть дрожала. Затем прошел за свой рабочий стол и опустился в кресло. Подумав, он взял бумагу, перо и стал сосредоточенно что-то писать.

- Что ты делаешь? - спустя некоторое время спросила я, наблюдая за ним. Лицо Соула было сосредоточенным и хмурым. В его власти было запретить мне ехать, и я, конечно, нервничала, гадая, что он там решил.

Отец потер лоб, перекладывая бумаги.

- Нужно подготовить всё к уничтожению документа - я отпущу тебя только после этого. Потом составить несколько рекомендательных писем для тебя - они могут понадобиться. Ну и сопроводительную грамоту, на границах с ней тебя не будут задерживать. С тобой поедет охрана - я сам лично отберу людей.

Повинуясь порыву, я подошла к этому человеку, который стал моим отцом здесь, и искренне обняла, несколько раз чмокнув в щеку.

- Спасибо, папа! Ты самый лучший!

Отец устало улыбнулся и потрепал меня по плечу.

- Иди, огонёк, мне нужно работать, - затем прибавил, - ты так торопишься снова покинуть меня…

У меня сжалось сердце.

-Я вернусь, - проговорила неуверенно в ответ.

А вдруг нет? А если мне захочется остаться где-то в другом месте?.. И я пообещала себе, что как бы там ни было, я буду и приезжать, и навещать.

Из кабинета отца я вышла, охваченная противоречивыми чувствами. Сердце мое готово было разорваться - часть его хотела остаться здесь, другая рвалась навстречу к моим попутчикам… к Илье, а третья вообще осталась на Алеаре, в лучшем месте среди всех миров.

За дверью меня ждала Роуда.

- Ну что же, госпожа Тээле? Что хран Соул, отпускает вас? - она сжала кулачки и прижала к груди в волнении, ожидая моего ответа.

Медленно выдохнув, я кивнула.

- Отпускает…Хотя ему это и непросто дается. Мы уезжаем через несколько дней. Ты отправила письмо в Гордеро?

Девушка закивала.

- Ты вот что, Роуда, иди к нам и начинай собираться, а я хочу нанести визит маэстро Нуару. Пошли кого-нибудь узнать у него - примет ли он меня, я подожду ответа на большой террасе.

Большой террасой называлась галерея со множеством цветочных арок. Собственно, это был длинный открытый балкон для променада, свиданий и моциона. Традиционные плетистые розы желтовато-кремового оттенка, благоухающие шафрановые лилии, золотистые махровые левкои - цветы здесь высаживались в одной цветовой гамме, чуть разбавленные белым. От этого галерея казалась сплошь залитой солнечным светом, при этом здесь царила комфортная прохлада в любую жару.

Я любила прогуливаться в этом месте, когда королевская свита предавалась послеобеденному сну - режим во дворце соблюдался неукоснительно. Однако, я его игнорировала. Замечаний мне не делали, и я этим пользовалась.

Кто-то тронул меня за плечо. От неожиданности я резко обернулась и оказалась лицом к лицу с маэстро Нуаром. Он смотрел на меня с непроницаемым лицом, но вроде бы как без негатива.

- Маэстро, не ожидала, что вы сами спуститесь ко мне, - проговорила я наконец.

Нуар поклонился, прижав руку к груди.

- Госпожа Тээле, я решил лично сопроводить вас. Вы же хотели посетить мастерскую? Или просто поговорить? Тогда мы можем прогуляться и здесь.

- Маэстро Нуар, сначала я хотела переговорить с вами. А уже потом мы вместе решим, нужно ли нам в мастерскую.

Художник вопросительно поднял бровь и молча ждал продолжения.

- Вы видели сами, - запинаясь, проговорила я, - что мне удалось овладеть некоторой техникой, даже несколькими, которые позволяют мне передавать лица на бумаге и холсте живыми.

Сделав паузу, я взглянула на него. Нуар слушал меня, в задумчивости пощипывая бороду.

- Да-да, - ответил он, словно бы не мне, - этот портрет дышал, глаза на нем смотрели и даже можно было бы сказать, что он… думает.

Маэстро сердито взглянул на меня.

- Я не спрашиваю вас, как вы этого достигли. Мастера не выдают своих секретов. Так что же вам нужно?

Его глаза метали искры, поэтому, вздохнув, я ответила, как можно мягче и покорней.

- Через несколько дней я покидаю дворец. Не знаю, сколько буду отсутствовать и вернусь ли вообще. И я… В общем, я как раз хотела вам предложить позаниматься, если вы не против. Я открою вам всё, что знаю сама.

Маэстро смотрел недоверчиво, всё так же не произнося ни слова. А я словно пыталась его уговорить. Потому что черт знает почему - он мне нравился. В нем чувствовалась искра.

- Вы владеете искусством живописи, и мне потребуется совсем немного времени, чтобы научить вас, - я взглянула на него чуть ли не просительно. Сама не знаю, почему мне было так важно, чтобы он согласился.

Художник надолго уставился в проем балконной арки, увитой цветами. Я проследила за его взглядом. Виднелись остроконечные крыши домов Тургаосса, дальше в дымке - холмы.

-Зачем вам это нужно? - задал мне вопрос Нуар отрывисто.

Я постаралась ответить максимально честно.

- Не знаю, маэстро.

Он хмыкнул.

- Конечно, только глупец откажется учиться у вас, госпожа Тээле. Когда вы окажете мне эту честь? - Нуар склонился в легком поклоне.

Я почувствовала облегчение и заулыбалась ему.

- Если хотите - прямо сейчас.

Глава 37

Глава 37

-Нет, маэстро, смотрите… - и я принялась сушить кисть на клочке бумаги, - вы берете много краски, а нужно, чтобы инструмент был прямо сухой-сухой, вот еле-еле чтобы оставлял след, видите?

Маэстро Нуар нахмурился и стал вытирать свою кисточку.

- Вот здесь должна быть глубина, тень, а чтобы её подчеркнуть, нужно оставить светлое пятно в серединке и немного сбоку. Не блик, а мягче… - я выдохнула.

Художник внимательно смотрел за моими движениями, а затем внезапно взял меня за запястье.

- Мне бы хотелось нарисовать вашу руку в этой технике, можете подержать ее так?

Я поняла, о чем он говорил - так меня иногда цепляли черты лица, какой-то особый взгляд, который мне хотелось передать. В маэстро определенно было то, что я называла даром. Он умел видеть.

Поэтому я не стала кокетничать и играть, а дала ему рассмотреть мою руку.

Нуар взял кисточку, высушил ее, как я показала до этого, и стал набрасывать скелет, затем абрис кисти, а потом накидывать очертания мягкими тушующими движениями.

Я замерла - у него получалось. То ли я была хорошим преподавателем, то ли он талантливым учеником - рука на холсте вышла живой.

- Госпожа Тээле, - выдохнул он, - я понял…

Не удержавшись от горделивой улыбки - гордость была за него, за себя, за успех - я расслабила руку.

- Маэстро, вот вы почувствовали? Я очень рада!

Нуар улыбнулся расслабленно. Опустив кисточку, он рассматривал свой набросок. Над ним можно было еще работать, доводя до совершенства, но уже было видно - получилось.

- Скажите все-таки, госпожа Тээле, как появился ваш дар?

Он повернулся и смотрел на меня внимательно.

Да черт побери, как же мне отвечать на этот вопрос правильно. Я попыталась перевести всё в шутку.

- Наверное, это результат удара по голове, когда меня бесцеремонно похитили, - я улыбнулась и отошла к другому мольберту, на котором находилась незаконченная работа.

Нуар смотрел на меня, прищурив глаза, как кот на солнце.

- Странно, что ваше похищение прошло как рядовое событие и вообще долго скрывалось, - проговорил он. - Виновных ищут?

- Нет, - коротко ответила я, - меня заверили, что опасности больше нет, и я этот вопрос не поднимала.

- Очень странно, - повторил он, - спасибо вам за занятие, буду отрабатывать технику. У вас удивительная способность толково объяснять. Я учился у хорошего мастера и даже превзошел его, но вы…

Я пожала плечами. Честно говоря, надоела эта тема. Готова была обучать, делиться секретами и тонкостями мастерства, но бесконечно говорить о внезапном даре… как будто больше не о чем.

- У вас есть семья, маэстро? Жена, дети? - мой вопрос оказался неожиданным для него.

Ответил он не сразу, вначале взял лист бумаги и сделал набросок девушки - пухлые губы, чуть удивленный взгляд, волосы струятся по открытым плечам.

Рисунок был почти схематичным, чуть ли не абстрактным, однако девушка выглядела настоящей и теплой.

- Красиво, - похвалила я все сразу - и барышню и качество работы, - это ваша невеста?

- Персея. Я был в нее влюблен, - неловко проговорил Нуар, глядя задумчиво на портрет, - думал сделать предложение. Это было много лет назад.

- И что же случилось? - спросила я после паузы.

Он перевел взгляд на меня.

- Я был весь в работе, пропадал в мастерской сутками. Моя возлюбленная не была для меня на первом месте, хотя была достойна этого больше всех. Я не смог бы сделать ее счастливой.

Надо же…Нуар действительно был редким человеком.

- Вы жалеете об этом? - не удержавшись, полюбопытствовала я.

- И да, и нет, - сделал он неопределенный жест рукой, - знаете, госпожа Тээле, вы иногда напоминаете мне Персею. Не чертами. В ней была та же благородная мягкость, а еще отчаянность и робость одновременно. Да, вы очень напоминаете мне ее.

Я почувствовала, что нужно уходить

- Прощайте, маэстро. Надеюсь, что смогла помочь вам, желаю творческих успехов…

- Так вы уже уезжаете? - вскинул он голову, глаза его словно вспыхнули и погасли.

- Да, маэстро, надеюсь сегодня завершить все дела, и в путь.

- А кто вас ждет в Гордеро? - в его голосе прозвучали непонятные ревнивые нотки. А я быстро ответила, что знакомые, и вышла, размышляя, что всё это значит. Конечно, в процессе совместной работы, особенно творческой, можно влюбиться, еще как. Однако, до сегодняшнего дня я ничего такого не замечала. Хорошо, что до отъезда оставались считанные часы.

- Госпожа Тээле, к вам приходили от вашего отца, оставили письмо, - Роуда протянула мне сложенный листок.

Вокруг стояли открытые сундуки - она с помощью двух девушек собирала нас с ней в дорогу.

В записке отец сообщал, что сегодня ночью состоится долгожданное нами всеми событие. Будут присутствовать несколько самых доверенных людей, а также король Демилин любезно приглашал меня.

Конечно же, я буду присутствовать - хочу лично убедиться в том, что Деспина больше не является угрозой для королевства и лично для нас с отцом. А пока я занялась вещами, чтобы отобрать половину - Роуда набрала их слишком много. Мне же не хотелось обременять себя большим багажом.

Наши неспешные хлопоты прервал стук в дверь. Принесли сверток, завернутый в красивую, расшитую золотым и красным атласом, ткань.

- От маэстро Нуара с пожеланиями хорошей дороги и скорого возвращения, - поклонился слуга.

Развернув богатую упаковку, я обнаружила деревянную резную коробку, а в ней прекрасный набор кистей разной формы и мягкости. Это был царский подарок, и я заколебалась - не стоит ли отблагодарить Нуара чем-то. Пока я раздумывала, за мной пришли от отца, и пришлось отложить вопрос с Нуаром.

Небольшая, но очень торжественная процессия шла по каким-то тайным коридорам дворца. Некоторые из дверей были скрыты незаметными панелями. Воздух стал немного сыроватым и зябким, я поёжилась.

Двери в главное хранилище королевства были массивными, с какой-то сложной системой замков. Охраны у самих дверей не было, но с такими предосторожностями она здесь была, похоже, без надобности.

Сразу несколько человек достали ключи разной формы, последним самый главный замок вскрывал мой отец.

Хранилище представляло собой похожий на библиотеку ангар. Длинные ряды стеллажей, уставленные сундуками разных размеров, а также кипами бумаг, свитками и старинными фолиантами. Ещё здесь находились несколько массивных письменных столов. Ну точно как в библиотеке.

Мы достигли черты, выложенной на полу резным кирпичом.

Отец сказал негромко.

- Дальше могу пройти только я. Любое нарушение протокола откладывает процедуру до следующего раза.

“Стойте, Бога ради, на месте!” - взмолилась я про себя. Мне не хотелось застрять здесь еще на месяц, отложив поездку в Гордеро из-за чьего-то неловкого движения.

Король покашлял, чтобы поторопить отца, и тот быстро прошел между стеллажами. Пробыл он там не менее пятнадцати минут, и я успела порядком замерзнуть.

Наконец, он вернулся с бронзовой урной и свитком. Король ознакомился с содержимым и убедился, что это тот самый документ. Он легонько кивнул отцу и тот прошел за один из столов, зажег длинную спичку и несколько минут все завороженно наблюдали, как в урне полыхает небольшой костер.

Постепенно пламя затухло, всё было кончено. Я была в безопасности, я была свободна. А путь в Гордеро открыт!

Глава 38

Глава 38

Мы с Роудой наконец-то находились в дороге, и от нетерпения у меня даже руки немели - было и страшно, и радостно, и волнительно.

Дорожную карету нам выделили огромную, рассчитанную человек на шесть-восемь. Со мной должна была отправиться прислуга, которая обеспечивала бы мне в дороге комфортное существование. Но я тут же придумала, как использовать свободное пространство дома на колесах и категорически отказалась от лишних людей. По этому поводу мне пришлось выдержать практически битву с отцом. Он чуть ли не руки заламывал.

- Огонек, ну что ты со мной делаешь! - он делал страдальческое выражение лица, пытаясь вызвать у меня сочувствие. - Чтобы моя дочь - дочь Храна Соула, Хранителя Реликвий отправилась в дорогу, как бродяжка безродная??? Здесь я закрывал глаза на то, что тебе служит одна Роуда - в конце концов, ты в замке, и в случае необходимости в твоем распоряжении десятки слуг! Но в дороге!

Я была непреклонна.

- Папа, мне не нужны эти десятки. Кроме того, не забывай, с каким количеством слуг я оказалась на Алеаре, м? И ничего - и есть себе готовила, и стирала, и даже - о ужас! - мылась сама! - я рассмеялась, а отец качал головой, наверное, представляя себе эти невесёлые картинки.

- Ты ранишь меня в самое сердце, - скорбно произнес он, - но без охраны я тебя не отпущу! Вот здесь я не уступлю ни на одного человека!

Впрочем, здесь его горячность была излишней - я вовсе не была против охраны. Натерпевшись страхов в пустынных землях, я совершенно не горела желанием пережить нечто подобное.

- А вот охранников хоть десяток прикрепляй, папочка! - чмокнула его в щеку. - Можешь мне выделить человека, который слегка переоборудует пространство кареты?

Отец снова покачал головой и махнул рукой, также поцеловав меня.

- Я отдам распоряжение. Спустись через некоторое время и расскажи, как и что ты хочешь переделать.

Это было дней десять назад, а сейчас я довольная и счастливая, оглядывала помещение экипажа, в котором мы с Роудой отправились в путешествие.

Он представлял собой просторную комнату площадью метров двенадцать-пятнадцать. Стены были обиты шелковой китайской (ну или что здесь в Синцерии было вместо Китая?) тканью с набивным рисунком - какие-то райские птицы, экзотические цветы. Эти цветочные обои напомнили мне Глаз бури, и я тихонько вздохнула, в глубине души очень скучая по острову и друзьям.

Спальная часть кареты была отделена тяжелым занавесом. Там стояли две кровати - я настояла, чтобы они обе стояли в одном месте, без всяких там социальных глупостей.

А вот другая половина кареты превратилась в мастерскую. Здесь были установлены и закреплены четыре мольберта и закрытый стеллаж с художественными инструментами - кисти, краски, холсты в рулонах. Все это выделили мне с разрешения маэстро Нуара из его личных кладовых. Там было всего в изобилии, хоть и стоило все в пересчете на деньги примерно как пару островов. Это говорило о том, как ценились художники и их произведения искусства в Синцерии. Что ж, повезло.

Толстое ковровое покрытие с части пола там, где размещалась мастерская, я попросила убрать. Было бы жаль обляпать его красками. Так же по моей просьбе здесь убрали плотные шторы с окон - мне необходим был естественный свет.

В третьей части кареты располагался наш багаж, который я постаралась минимизировать. Тут мне уже пришлось бороться с Роудой, которая настаивала на том, чтобы упаковать в сундуки весь мой роскошный гардероб.

Я совершенно не видела в этом нужды, потому что белоснежная одежда верховных в Туаргоссе - уж не знаю, из чего ее шили и как над ней колдовали, не пачкалась, не мялась и практически не изнашивалась. Это я заметила еще на острове по своей тунике, но тот секрет так и остался для меня секретом по возвращении.

- Роуда, услышь меня! Ну не главное для меня одежда! Есть на смену, и ладно.

Девушка картинно закатывала глаза и, как львица, пыталась отвоевать каждое платье, каждую тунику или накидку. С ней мне пришлось даже тяжелее, чем с отцом.

- Ну и характерец! - в сердцах как-то выдохнула я. - Тебе бы школой командовать! И ученики бы по струнке ходили, и учителя!

И мы обе захихикали над моей шуткой.

- Госпожа, вы не на остров свой дикий едете, а в Гордеро! Это же столица мира! - Роуда многозначительно и благоговейно подняла указательный палец вверх, указывая, видимо, на небожителей. Как выяснилось, я не сильно преувеличила.

- А расскажи мне, что ты знаешь о Гордеро, - попросила я, преследуя две цели - узнать что-нибудь полезное для себя и отвлечь въедливую Роуду, которая пиявкой вцепилась в мои вечерние платья, не желая уступать.

- Я не была там никогда, - призналась девушка, - но у нас о Гордеро знают все. Это огромный город. Он расположен между гор, в ложбине. Его огибает самая большая река в Синцерии - Асфия. Самое главное место там - храм Всевышних, место паломничества. Вот моя тётя - ваша верная слуга - была там, с молитвами. Она мне всё это и рассказывала. И какие золоченые купола у этого храма, и как красив сам город. Я слушала ее рассказы, словно волшебную сказку, и никогда даже не мечтала попасть. А теперь еду с вами! Я и так была счастлива служить вам - вы лучшая, госпожа Тээле. Так вы еще и ученицей меня своей сделали, и в Гордеро с вами еду! Какая же я счастливая!

Было очень приятно смотреть на ее такую искреннюю и детскую радость. К тому же под шумок я затолкала сундук с платьями обратно в гардеробную. Роуда, заходясь в восторгах, этого, к счастью, не заметила.

Теперь же мы катили по дорогам Синцерии, проводя практически всё время за рисованием. Роуда, воодушевленная поездкой, делала большие успехи. Я даже задумалась о том, что она сама могла бы со временем преподавать. Детям уж, во всяком случае, точно.

Вот Илея на Алеаре - у нее же получилось. И я снова мысленно унеслась на остров. Как же мне хотелось хоть на полчаса оказаться там и вдохнуть свежего соленого воздуха, ощутить на лице бриз, услышать потешные крики попугаев, пройтись по знакомым тропинкам… Однако дальше я усилием воли остановила свое погружение. Не стоит. Тем более то, чего я хочу всем сердцем на самом деле на острове точно нет. И я, прикрыв глаза, вызвала в своем воображении до мельчайшей черточки знакомый далёкий образ из прошлого.

Глава 39

Глава 39

Гордеро был уже в нескольких днях езды, сообщили нам наши возницы. Места, которые мы проезжали, стали поинтереснее. Раньше пейзаж за окнами экипажа был скучноватым - мы добирались по границе пустынных земель. Города, если и попадались, то их по каким-то соображениям объезжали по окраинам.

Теперь же, на нашем пути один за другим следовали торговые городишки со множеством лавочек и палаток. Несколько раз я просила остановиться, чтобы пройтись по рядам. В этих местах было так красочно, словно меня занесло на турецкий базар. Чего здесь только не было - обливная цветная посуда, всевозможный текстиль - ткани и платки.

Попадались и торговцы со странным ассортиментом товаров. Как будто магазины из серии “Тысяча мелочей” или “Всё по одной цене”. На сомнительного вида покрывалах были разложены вещи явно неновые, все разного назначения - от одежды до каких-то железяк и хозяйственных принадлежностей неизвестного мне предназначения.

Хозяева продавали все это за бесценок.

- Это всё награблено в пустынных землях, - шепнула мне Роуда, держась за меня крепко, - давайте уйдем отсюда. И вообще, может, поедем дальше?

- Пойдем, да, - я в задумчивости отошла от “прилавка”.

Кошмарно было представлять, сколько людей убито и ограблено ради того, чтобы потом их вещички были проданы за копейки. А то и вовсе выброшены, как не нашедшие спроса у покупателей.

Я так радовалась, что нашлась моя папка, что она попала именно к Елене. Все это было невероятным, чудесным стечением обстоятельств. Однако, оборотная сторона этой медали была удручающей, и поделать с этим ничего было нельзя.

- Госпожа Тээле, - ко мне подошел старший из охраны, Коуб, - нам крайне нежелательно отправляться в путь сегодня.

- Почему? - рассеянно спросила я, с трудом отрываясь от своих мыслей, - ты же говорил, что нам всего ничего ехать.

Коуб молча показал на небо - там сгущались странного цвета тучи. Какие-то лилово-зеленые.

С момента отъезда с острова мне редко приходилось смотреть на небо так подолгу, как там. Вот и сейчас, взглянув мельком, я нетерпеливо повернулась к охраннику.

- И что это значит?

- Будет песчаная буря, лучше остановиться на ночь на постоялом дворе. Как вы распорядитесь?

- Хорошо, - коротко ответила я, - тебе виднее. Поехали на постоялый.

Гостиница была вполне приличной, чистенькой. Двор был вымощен желтым камнем, окна и двери выкрашены также в желтый цвет, стены побелены.

Что ж, вкуснейшая рассыпчатая каша с маслом, как в детстве, и горячая ванна примирили меня с вынужденной остановкой. Наши сопровождающие притащили в комнату большую лохань, а хозяин любезно позволил нагреть “сколько угодно” воды на кухне "для госпожи".

Роуда подошла с полотенцем, однако я запротестовала.

- О, нет, я буду находиться в воде, пока она льдом не покроется! - и погрузилась в мыльную пену с головой.

- Завтра мы уже будем в Гордеро, - произнесла Роуда.

Из-под воды я слышала ее голос не очень отчетливо. Вынырнула, отплевываясь, и протянула руку за полотенцем, которое Роуда прижимала к груди, мечтательно воздев глаза к потолку в толстых белых балках.

- А ты заметила, как Коуб на тебя смотрит? - я вылезла из остывшей воды и принялась вытираться. - Он любой повод находит, лишь бы к нам зайти или к тебе обратиться. Симпатичный парень.

Роуда промолчала и протянула мне нагретую фланелевую ночную рубашку, я натянула ее и влезла под тяжелое одеяло.

- Приятно будет наконец поспать, не подпрыгивая на ухабах, - я устроилась поудобнее на подушке и прикрыла глаза. Было совсем еще не поздно, просто хотелось поваляться вот так, ничего не делая. Медленно перебирая предсонные мысли.

- Конечно, заметила, госпожа Тээле, - тихо ответила Роуда, когда я уже забыла, о чем спрашивала её. Точно, про Коуба!

- Ну так и что? - вынырнула я из полудремы.

В комнате горело пару неярких ламп. Девушка пристроилась возле одной из них и задумчиво черкала угольком по бумаге - что-то рисовала.

- Коуб мне тоже нравится… немного. Но я не хочу, чтобы он понял это.

- А почему? - полюбопытствовала я, подтыкая одеяло так, чтобы от стены не было холодно.

- Раньше, до того как я пришла во дворец, и мне позволили служить вам, я бы считала, что это лучшее, что может случиться с простой девушкой, вроде меня. Ведь Коуб такой видный, у него хорошая должность, вот же счастье! - она замолчала, ниже наклонившись над рисунком, занавесив волосами лицо.

Я не хотела ее торопить.

- А потом я почувствовала, что этого мало. Сейчас я учусь такому редкому искусству, и вы говорите, что у меня получается. А вдруг я еще что-то могу в этой жизни? Просто у меня раньше не было возможности узнать. Понимаете? - Роуда взглянула на меня.

Кивнув, я легла на бок, и, подперев рукой голову, наблюдала за девушкой. Лицо её было одухотворенным, мечтательным.

- Коуб вернется во дворец, а я…

- А ты не собираешься? - улыбнувшись, я подбодрила Роуду взглядом.

Та виновато посмотрела на меня.

- Теперь я не хочу каких-то границ для себя. Как уж там получится - воля богов.

Я покачала головой и легла обратно на подушки. Размышления Роуды были очень смелыми, но близкими и понятными мне. Девушку явно ждало будущее гораздо интереснее, чем всю жизнь прислуживать кому-то.

- Все будет так, как ты захочешь, - ответила я ей наконец. - Ты много работаешь, занимаешься. И это всегда будет вести тебя к цели, к мечте. Не бойся мечтать, Роуда…

- А о чем вы мечтаете, госпожа Тээле, чего хотели бы больше всего? - с любопытством спросила приободренная девушка.

Если бы я могла самой себе объяснить, возможно, я и ответила бы ей. Пока мои мечты были лишь смутными кусочками пазлов, которые должны были сложиться в единую картинку.

- Может, в Гордеро я найду ответ на этот вопрос, - ответила я уклончиво. - Покажешь мне, что ты там нарисовала?

Роуда лукаво покачала головой и прижала рисунок к себе.

- Я еще не закончила. Потом, ладно?

- Ну хорошо, тогда давай спать. Мы долго ждали завтрашнего дня. Так пусть он, наконец, настанет!

Глава 40

Глава 40

Гордеро потрясал своим величием. Но я не была сильно удивлена - уж так все уши прожужжала мне Роуда, что я просто внимала.

Наверное, я так чувствовала бы себя, если бы в той, своей прошлой жизни успела бы попасть в свой заочно любимый Питер или на Красную площадь.

Я оглядывалась по сторонам, попросив Роуду помолчать. От волнения у меня даже слезы подкатывали - у меня были свои переживания.

- Передай, что нам ехать вот к этой ридганде Малисат, пусть найдут её, - я протянула Роуде письмо Лены своей служанке, а уже и подруге, и ученице.

Роуда встревоженно смотрела на меня.

- Госпожа, у нас в Туаргоссе не принято, но мне также сказать, что Малисат ищет ринганда Тээле? Вы не нуждаетесь в титулах, ваш отец…

- Роуда, прошу! - я крикнула так резко, как будто мне стало больно, - хватит уже о моем отце! Пусть найдут Малисат, и всё. Сейчас я хочу побыть одна.

Девушка покорно кивнула и вышла из экипажа, а я изо всех сил сжала руками свою шею, как будто пыталась перебить ощущение томления и страха.

Господи, пусть всё это будет не сон! Пусть я найду…

Я не знала, сколько просидела так, наверное несколько часов, потому что тень, падающая от мольбертов, значительно сместилась.

В дверь аккуратно постучали.

- Да, войдите! - хрипло крикнула я и попыталась откашляться. Оглянулась. Нужно было сделать хоть глоток воды. Всё это время я словно боялась пошевелиться. Чтобы не сглазить.

Перед глазами промелькнуло лицо, черты, которые я лелеяла в своём сердце. И все надежды…

- Госпожа Тээле, - голос Роуды звучал напряженно. Я, наверное, обидела её. Но если бы она знала, на что я надеялась!

- Роуда! - чуть не плача вскрикнула я. - Вы нашли их???

Роуда вошла тихонько, присела рядом и взяла меня за руку.

- Госпожа Тээле, кого их? Нашли ридганду Малисат, она может сейчас принять нас, мы поедем…

Я резко поднялась.

- Роуда, нет. Я отправлюсь туда одна.

Девушка съежилась, как будто я ударила её. И у меня вдруг открылись глаза на то, как неестественно я веду себя.

Я кинулась к ней, обнимая и поглаживая по волосам.

- Милая, милая, прости меня! Ты просто не знаешь всего! Роуда! - я расцеловала её в щеки, а потом в глаза - на ее ресницах дрожали слезы.

- Госпожа Тээле, - подняла она на меня взгляд, - вы ищите человека, которого любите? Просто иначе я не могу понять…

Я выдохнула и опустила руки.

- Да, Роуда, так и есть. Но это, конечно же, не ридганда Малисат. Просто она может знать, где он…

Роуда округлила глаза.

- Я… я думала, что Аджаро ваш человек…

Вот что я могла сказать?..

- Роуда, я должна отправиться к Малисат сама, одна. Хорошо? - помедлив, добавила, - я обязательно расскажу тебе все, что со мной случилось.

Передо мной промелькнула вся моя прошлая жизнь. Лицо моей мамы, которое я никогда не могла бы забыть, моя первая учительница рисования, тот самый первый урок в нашем дворе.

Я должна была с кем-то поделиться. Так пусть это будет Роуда. Но только после того, как я найду кого-то из прошлого…

- Хорошо, госпожа Тээле, - завороженно глядя на меня прошептала Роуда, - я никогда никому не расскажу, то, что вы мне доверите…

***

Я не верила своим глазам. Передо мной стояла молодая женщина, даже скорее девушка. Красивая до невозможности. И она была Леной.

Глаза! Её глаза были такими же тёплыми и добрыми! Этот взгляд - усталый и лучистый, я бы не перепутала…

Пытаясь улыбнуться, я то поправляла волосы, то что-то оправляла на себе.

- Я Тээле, ридганда Малисат, - а потом шепотом, - я Варя…

Когда Лена отправила всех из помещения, я не выдержала и кинулась к ней на шею, словно нашла здесь маму, хотя теперь Елена стала здесь моей ровесницей.

Я не могла наговориться с Еленой, всё время хотелось дотронуться до ее рук и волос.

Она рассказала мне, что здесь находятся Наталья и Светлана.

Господи, если раньше в моей груди тлел огонек надежды, то сейчас уже вспыхнул пожар. Я ждала, что вот-вот Елена расскажет мне об остальных. И о нем. Об Илье.

Но Елена о нем не заговаривала, а сама я спросить стеснялась. В итоге я поняла, что она ничего о нем не знает. Мне стало тяжело и душно.

- Тээле, так как, вы согласны? - Елена, вернее Малисат, предлагала мне возглавить отделение искусств в ее школе.

Я вполуха слушала это всё, а сама думала:

- Ну где он, где же он мог быть в этой Синцерии? Ведь по всей видимости, все остальные мои попутчики находились здесь.

Я старалась делать вид, что мне хорошо и весело. Мы обсуждали с Леной планы - какие создадим классы, как я увижусь со Светланой и Натальей, осмотрели школу и продолжили ужин.

Об Илье я так и не спросила. О нем никто не упоминал, а значит, никто ничего и не знал в этом мире.

- Я сама его найду, - подумала я. И, как оказалось, вслух.

- Что, Варенька? - взяла меня за руку Лена.

Но это я решила оставить при себе. Они его даже не запомнили, наверное. А, значит, я сама его найду.

- Расскажи подробнее о том, кого и чему нужно обучить, Малисат, - улыбнулась я. - Я ведь привезла тебе, кроме себя, прекрасную учительницу.

Малисат заметила, что я не назвала её Леной, хотя мы и были одни уже. И по-моему поняла, почему.

Глава 41

Глава 41

Мы с Малисат договорились, что классы я обустраиваю и занятия расписываю на свое усмотрение. Только один пункт она попросила внести в учебный план - рекламный дизайн, это было очень важно для развития её дела.

Здесь существовали нюансы. В общем-то ничего невыполнимого для меня в этом не было, но всё-таки специалистом я не была, поэтому мы решили исходить из списка пожеланий самой Малисат. Плюс я внесла свои правки, которые были ею одобрены. Туда входили занятия каллиграфией - самые трудные, графика, основы композиции и другие.

Все эти предметы проходили и в других классах, но в рекламном дизайне они были основными.

По-моему Малисат была очень довольна моей деятельностью, поэтому, когда мы обговорили все тонкости, оставила всё на моё попечение и занялась своими делами.

Роуда была в восторге - я определила её преподавателем для самого младшего класса, и в тоже время она продолжит впоследствии заниматься со старшими. До мастерства, уровень которого удовлетворил бы меня, чтобы оставить её здесь вместо себя, было еще далеко.

При этой мысли я резко остановилась. Оставить вместо себя?..

Как-то раньше я пропускала эту мысль мимо своего сознания, само собой молча подразумевалось, что я останусь в Гордеро, как в самом прогрессивном и перспективном месте Синцерии.

Но, несмотря на это, моё сердце не чувствовало, что оно дома. Так я ощущала себя только в самые первые дни, когда встретила Лену-Малисат, а потом, чуть позже, впоследствии Наталью и Светлану.

Сначала они были для меня как, не знаю, как Родина. Вот так, чуть высокопарно мне ощущалось.

А потом я все-таки поняла, что здесь всё по-другому. И как ни крути, мы все чужие, также как и в той маршрутке.

Конечно, мы были связаны навсегда. Те пути, которые принесли нас сюда, в эту империю, были пересечены навечно. Те нити, которыми мы были связаны, были неразрывны.

Я не знала своих попутчиц до аварии на той Алтайской дороге, какими они были и насколько изменились. Но меня не отпускало чувство, что достаточно сильно.

Неужели так же и я перестала быть той Варей Бочкаревой?

- Госпожа, - неслышно подошла Роуда.

Я вздрогнула и обернулась к ней. Мы только что закончили обустраивать студию, которую готовили специально для меня - с правильным светом и удобным рабочим местом. Мольбертов было решено разместить здесь аж десять штук, так я могла работать над несколькими портретами одновременно.

Шоаран, жених Малисат, был так потрясен моим мастерством портретиста, что заказал мне сразу несколько портретов. Самой Малисат и их совместный. Их друзья и знакомые выстроились за ними в длинную очередь с заказами. В общем, я приготовилась долго и упорно работать. Покидать Гордеро было рано. Да и куда мне было направляться, я не знала. Мне отчаянно хотелось найти Илью. Но информации о нем было ноль.

- Госпожа, - снова позвала меня Роуда, увидев, что я снова улетела мыслями куда-то.

- Да, дорогая, - рассеянно ответила я ей.

- Хорошо мы поработали? - ей хотелось пообщаться.

Мы обошли помещение. Просторное и светлое, с белыми стенами и большими окнами, оно идеально подходило для работы. Всё находилось под рукой, и в тоже время не было ничего лишнего.

А я вдруг вспомнила с тоской свой милый класс на острове, с плетеными стенами и яркими подушками.

- Очень хорошо, Роуда, - похвалила я нас обеих, - здесь отлично будет работать. И когда мы одни, называй меня просто Тээле, ну что ты вот…

- Хорошо, Тээле, - лукаво произнесла Роуда, словно только и ждала этого, - раз вы меня удостоили чести быть вашей подругой, может, расскажете всё-таки, что с вами произошло с момента, как вас похитили? Вы уже сколько обещаете.

Конечно, мне было страшно исполнить обещание. А вдруг девушка сочтет меня сумасшедшей? И нужно было выбирать слова очень тщательно, чтобы не выдать моих попутчиц. Но, в конце концов, обещание нужно было выполнять.

- Ты попроси, пожалуйста, принести нам что-нибудь поесть… и, наверное, вина. Сейчас ни тебе, ни мне оно не помешает.

Роуда округлила глаза, сделавшись смешной, и пулей метнулась к двери.

- “Кажется, я её заинтриговала”, - усмехнулась я и отошла к небольшому мягкому диванчику.

Роуда вернулась быстро, неся поднос с фруктами и щербетом, а следом вошел слуга, с высоким графином и кубками.

Подруга моя смотрела на меня так жадно, что я рассмеялась, прямо с лепешкой во рту. В руке у меня был инжир и я махнула им на Роуду.

- Да не смотри так, а то я рассказывать не смогу.

Сделав несколько глотков очень сухого терпкого вина, я начала:

- Ты что-нибудь слышала о переселении душ?

В общем, оказалось, что Роуда слышала такую легенду. Их божества допускали и приветствовали такое переселение, чтобы принести пользу для мира, как-то так. Поэтому мне было проще объяснять.

- Ну и вот… я не вполне ридганда Тээле. Раньше я жила в другом теле и в другом мире. Была художницей, меня звали Варей. И в Синцерии я появилась в тот момент, когда бедняжку Тээле похитили, и, видимо, она погибла…Так я оказалась в её теле по воле ваших богов. Ну, теперь уже наших.

Взгляд Роуды я даже красками не смогла бы описать. Словами уж тем более - мастером слова я не являлась никогда. Поэтому я принялась за еду, дав девушке освоиться с шокирующей информацией.

Роуда взялась за виски и покачалась из стороны в сторону.

- Так вот оно что… - шепотом произнесла она, - так вот откуда ваше волшебное мастерство! Невероятно! Непостижимо!

Она вскочила и нервно зашагала по комнате. Я сидела спокойно, наблюдая за ней. Мне стало гораздо легче, после того, как я рассказала. Продолжить было бы уже легче, но нужно было дождаться, пока Роуда не примет, как говорили в моём мире, шок-контент.

Внезапно она остановилась, робко глядя на меня.

- А как же мне теперь вас называть? И обращаться?

Я укоризненно взглянула на неё.

- Вот скажи, с чего ты взяла, что что-то должно измениться? Это теперь моя жизнь, пусть я этого и не хотела, но приняла. Я - Тээле, дочь Храна Соула из Туаргосса. Ты хочешь знать всё остальное?

Волной любопытства девушку просто подкинуло ко мне и она вскрикнула:

- О да, конечно!

- Хорошо, - ответила я, - только пообещай, что никому ни словечка не расскажешь. Это будет наш секрет.

Роуда молча сделала какой-то сложный знак у своего рта, из которого я поняла, что губы ее пришиты одна к другой и она, даже если пожелает, рассказать ничего не сможет.

- В то утро я собиралась поехать на экскурсию… ну, в общем, в небольшое путешествие… - мой рассказ петлял, обходя неудобные моменты, в том числе и о моих товарищах по несчастью. Однако Роуда оказалась догадливее.

- Тээле, других тоже переместили в наш мир? Они тоже создают здесь что-то?

- Вот этого я не могу тебе рассказать, прости, - твердо ответила я, - всё-таки у них здесь своя жизнь, и вряд и об этом должны знать все.

- Конечно, конечно! - закивала головой, как пони, Роуда, - но вот этот, которого вы упомянули, Илия. Он тоже здесь? Честно - вы его хотите найти?

Я опустила голову. Роуда задумалась, а потом продолжила медленно.

- Но если вы друг друга не знали, и виделись один раз, почему вы так страстно этого хотите?

Невольно я встала и отошла к окну.

- Так просто бывает, дорогая. Лично я об этом только читала, и со мной это в первый раз. Чтобы человек запал в самую душу за какие-то минуты. Сама не понимаю, почему так произошло. Я даже не знаю, думает ли он обо мне…

- Понятно, - с видом бывалого, умудренного жизненным опытом, человека, сказала Роуда, прищурив глаза. - И если бы не этот Илия, вы бы давно полюбили Аджаро.

И она важно покачала головой в знак подтверждения своих слов.

Я невольно рассмеялась. Что ж, где-то она была права. Илья мне очень мешал, занимая мои мысли и сердце. Поэтому мне нужно было его отыскать, чтобы разобраться с этим.

Когда высказала эту мысль Роуде, она крепко задумалась, а потом решительно сказала.

- Мы что-нибудь придумаем, Тээле. Вместе придумаем. Хорошо, что вы мне всё рассказали. Это же надо, такой груз в себе носить, и чтобы поболтать было не с кем! - она с таким сочувствием это произнесла, что я аж сама себя пожалела.

- Давай пойдем отдыхать, дорогая. И мне нужно подумать, и тебе. А завтра у меня первые клиенты. Хорошо, что это пока что Малисат с Шоараном. Не чужие люди, но всё же настрой должен быть рабочий и голова свежая.

Роуда помолчала секунду.

- Я сегодня переночую в вашей спальне, хорошо, госпожа? Вдруг вы захотите поговорить?

Я пожала плечами. Да с чего мне быть против.

- Конечно, распорядись, чтобы тебе там постелили.

Ночью меня разбудило то, что меня безбожно трясут за плечо.

Мне снились все подряд, и он, конечно, тоже.

- Что случилось? - я никак не могла вынырнуть из водоворота знакомых лиц, часть из которых были живыми, а часть портретами. Они кружили вокруг меня, словно затягивали, и я вот-вот должна была утонуть в них. Лицо Ильи мелькало то живым, то нарисованным, а я понимала, что мне стоит искать другое - ведь в этом мире он должен был стать иным.

- Тээле! Госпожа, я придумала, как вам его найти! Вернее, он сам найдет вас…

Присев в подушки, я выслушала Роуду и поняла, что предложенный ею выход, наверное, единственный способ мне встретиться здесь с Ильёй.

Глава 42

Глава 42

Я упорно трудилась, успевая поработать с несколькими клиентами в неделю. Поток желающих не иссякал, и я уже сомневалась, что когда-нибудь покину Гордеро.

С одной стороны, я была рада обилию заказов - с каждой законченной работой моё мастерство всё более оттачивалось. Оборотной стороной медали оказалось то, что я чувствовала себя всё более и более привязанной к столице. А мне хотелось чувствовать не только востребованность, но и свободу.

Однако я старалась не возводить это в степень проблемы. Когда я действительно буду готова, я уеду в любой момент.

А пока что работала, писала портреты знатных вельмож, преподавала и продумывала каждую деталь идеи Роуды. Её воплощение было масштабным и затратным по времени, однако сама идея была проста до гениальности.

Роуда сказала, что додумалась до этого, когда вспомнила о послании Малисат, о её тайной части.

Работая над портретами я заработала уже столько, что совершенно не нуждалась в деньгах отца и могла бы позволить себе писать всё, что душе угодно, путешествуя по Синцерии.

Я уже представляла себе, как разъезжаю по самым разным городам, всматриваясь в людей и запечатлевая самых интересных из них совершенно бесплатно. Конечно, у этого путешествия в мечтах была и еще одна подоплека. Однако, лица Ильи я не знала и, конечно же, не смогла бы его встретить и узнать.

Мне эта некоторая одержимость человеком, которого я видела полчаса в своей жизни и в сущности совсем не знала, напоминала почему-то миф о Психее и Амуре, о том, как она искала его, потеряв.

А сам Илья, как я иногда иронизировала, представлялся мне одной из гермесовских коров, с веником на хвосте, заметающим следы.

Что касалось финансовой стороны дела, у меня ведь еще было вознаграждение от короля Туаргосса - его я, как раз, собиралась забрать и обустроить хорошие классы рисования на моем острове. Суммы было вполне достаточно - я к этому моменту прекрасно ориентировалась в ценах и могла себе представить стоимость проекта. Кстати, для сравнения, на эти деньги можно было купить Глаз Бури целиком.

Дела в школе Гордеро шли хорошо. Роуда была совершенно увлечена и горда званием учителя, с обязанностями которого она прекрасно выполняла.

Я иногда присутствовала на её занятиях - мне нужно было убедиться, что она в процессе преподавания не совершает каких-либо грубых ошибок.

Вот и сейчас я присутствовала на одним из занятий для самых юных наших учеников.

Роуда проводила с ребятишками урок на тему “Натюрморт”. На небольшом возвышении стояла небольшая вазочка простой формы и апельсин.

Я не вмешивалась в ход занятия, только знаками показала Роуде издалека, чтобы она проверяла периодически - правильно ли держат дети угольки в руках и ровно ли лежат перед ними листочки.

Роуда, как обычно, поняла меня с полуслова и прошлась по рядам, не прерывая своих объяснений.

“Молодец, - подумала я, - ничего не забыла, всё дословно, как я ей объясняла. Да еще и попроще пытается разложить, чтобы детям понятно было”.

Одобрительно ей кивнув, от чего она просияла, я поспешила к себе в студию. Там меня ожидали четыре незаконченных портрета. Присутствия заказчиков-натурщиков уже не требовалось, там оставалось проработать только детали, так что встретить никого, кроме слуг, я не ожидала. И ошибалась.

- Ридганда Тээле, вас ожидают, - склонился передо мной охранник у дверей.

Я удивленно приподняла брови.

- Кто там, Вамир?

Тот сделал знак, проведя ладонью по своему лицу сверху вниз - это означало, что здесь присутствует какое-то крайне высокопоставленное лицо и ему велено молчать.

Задавать вопросы дальше было бессмысленно и я, взглянув на себя в тускло-зеркальную панель на стене, обреченно вздохнула. Вид был абсолютно рабочий - грязный фартук, руки в краске и угле, хотя я и оттирала их. Даже на лбу какое-то пятно.

Я сняла фартук и постаралась его чистой стороной привести себя в пристойный вид. Получился не вполне пристойный, но получше, и я вошла в студию.

Между мольбертами расхаживал человек в нарядной дорогой одежде, которую носила знать. Через плечо была нашита какая-то лента голубого цвета, выглядела она, как знак отличия. “Чиновник какой-то, - подумала я своим земным языком”

На звук двери и моих шагов он обернулся и расплылся в улыбке, направляясь навстречу.

-Ридганда Тээле! Был наслышан о вашей красоте и таланте, думал, людям свойственно преувеличивать, но вижу, молва даже преуменьшала все ваши достоинства!

Я покраснела. Он так цветисто выражался, что я ответила ему насколько могла неловко

- Рада приветствовать вас, ридган… - дальше не знала, как обратиться, растерялась, замолчала.

- Позвольте представиться - ридган Аррива, - он сделал паузу и, видя, что я никак не реагирую на его имя, продолжил внушительно, - я первый помощник картарга - ридгана Сереста.

Несколько секунд я соображала кто это, а потом до меня дошло - правитель Гордеро же!

Я изобразила поклон и ответила

- Что же привело столь высокого вельможу к вашей скромной слуге?

Аррива расхохотался.

- О вашей скромности я тоже наслышан, ридганда Тээле! А ведь вы стали величайшей художницей в Синцерии. Да и происхождение ваше… кстати, я ведь знаком с вашим отцом - Храном Соулом. Мы встречались только один раз, но он произвел на меня впечатление.

“Впечатлительный какой, - подумала я, - и что же тебе от меня надо, банально портрет? Как-то не похоже”

Словно прочитав мои мысли, он стал более серьёзен и почти официально произнёс.

- Почтенная ридганда Тээле Соул, я прибыл, чтобы передать вам приглашение к ридгану Сересту.

Я соображала.

- А какого рода визит? - осторожно спросила я.

Ридган Аррива уважительно посмотрел на меня.

- Вы проницательны. У нашего картарга к вам и личный интерес и, так сказать, деловой.

Нахмурившись, я перебила его.

-А что значит личный интерес?

Он сделал успокаивающий жест.

- Только то, что вы интереснейшая личность, он мечтает познакомиться с вами.

- Хорошо, - кивнула я, - передайте картаргу моё согласие и благодарность. А деловой - он хочет, чтобы я написала его портрет? Так это не проблема…

- Не совсем, - прищурился Аррива, - картарг сам изложит вам свою просьбу. Ну а вы, в свою очередь - конечно, в случае вашего согласия - можете обратиться к нему с любой своей просьбой.

И вот тут я почувствовала, что у меня заколотилось сердце. Это была судьба.

Дело в том, что в плане Роуды существовал один большой пробел. Очень-очень большой пробел. Огромный в прямом смысле. И чтобы его заполнить самой идеей у нас не было ни малейшей возможности. Несмотря на то, что моими заказчиками были люди и влиятельные, и богатые.

Действительно, моё желание мог исполнить только картарг Гордеро.

- Я согласна, - повторила я так решительно, что Аррива несколько удивленно взглянул на меня, - где и когда?

- В самое ближайшее время, ридганда Тээле, вам сообщат дополнительно, - поспешил откланяться мой визитер.

Проводив его, я задумалась. Что же было нужно от меня самому важному вельможе в Гордеро?

Аррива сказал “не совсем”. То есть, не совсем портрет? Как это можно было понимать?

Занятия у Роуды вот-вот должны были закончиться и я стала расхаживать по студии в ожидании - обычно она сразу в перерывах приходила сюда, мы пили лимонад, перекусывали и болтали.

- Ну наконец-то! - я схватила за руки едва вошедшую Роуду и потащила в наш любимый уголок, который мы обустроили для себя в студии.

Та перепугалась.

- Что случилось?

Я рассказала о визите ридгана Арривы, о неясном, но перспективном предложении, которое мне намереваются сделать, о своих мыслях на этот счет.

И что же первое услышала от Роуды?

- Госпожа Тээле! - взвыла та. - Я же говорила, что нужно взять хоть одно красивое платье! С вышивкой, с кружевами! В чем, скажите, вы отправитесь к самому картаргу?

Я закатила глаза.

- Роуда, ну я думала, что ты поумнела, какие еще платья? Ну выберем лучшее, что есть, и поеду. Ты и так втихаря половину гардероба моего взяла. Ты лучше скажи, что ему от меня нужно? Ну как ты думаешь?

Моя подруга задумалась, а затем решительно сказала.

- Смысла нет гадать, давайте лучше поспешим работать, потому что на всякий случай нужно закончить то, что есть. Мало ли, что он предложит! Вдруг это займет всё ваше время.

Она была права.

- Я помогу вам, - продолжила Роуда, - я могу хотя бы наброски для вас делать, подмалёвки.

- Ты можешь уже гораздо больше, дорогая, ты абсолютно права. Давай я закончу сегодня эти портреты, а завтра начнем вместе - у меня аж три заказчика с нуля.

- Договорились! - Роуда поднялась, а я залюбовалась ею. Такой она выглядела решительной и вдохновленной. Несколько недель и, надо же, как она изменилась.

Я даже почувствовала некоторую гордость за то, что разбудила в ней этот огонь.

Тут Роуду внезапно осенило.

- Ооо, ведь картарг может помочь нам!

Я рассмеялась:

- Ну а я о чем. Это шанс.

Глава 43

Глава 43

Я еле вытерпела, пока Роуда собирала меня на прием к “главе города”, как я называла это про себя.

Перебирание и примерка платьев, обсуждение причесок, Боже, а туфли, туфли, за ними надо послать! Я хваталась за голову и, ссылаясь на обилие работы, сбегала. Если бы это помогало! Каждую свободную от работы минуту моя подруга оказывалась рядом со мной и всерьёз обсуждала детали моего внешнего вида в момент визита к правителю Гордеро.

В конце концов, я сама задумалась - а не так ли уж она неправа. Ведь и у нас, что называется “встречали по одёжке”. Когда эта мысль пришла мне в голову, я смирилась и уже не протестовала, когда моя тиранесса заставляла меня делать очередную примерку.

Кстати, Роуда теперь задавала много вопросов - как в нашем мире девушки учатся, как они служат или работают, какие у них права.

Иногда я была удивлена ее вопросами. Они были… ну как бы это сказать. Совершенно не в духе этого мира и времени.

Мы жили в каком-то почти волшебном мире под светом двух лун, где мужчины и женщины четко знали свои места, а Роуда прониклась не без моей помощи духом своеобразного феминизма и щебетала о том, “кем я стану, когда вырасту”. Я ей не мешала. Рассказывала всё, что она хотела знать о моей Земле.

- Вот бы наши боги переместили меня туда к вам, - как-то мечтательно протянула она, глядя куда-то вдаль.

Я коснулась ее щеки, возвращая с небес на землю Синцерии.

- Ты и здесь сделаешь очень много, дорогая. Иногда мне даже страшно, какой в тебе скрыт потенциал.

- Правда, Тээле, я смогу? - вспыхнула девушка.

- Даже не сомневайся, - твердо ответила я, - не удивлюсь, что ты когда-нибудь картаргом Гордеро сможешь стать.

Роуда рассмеялась и стала хлопотать над моей прической - с минуты на минуту мы ожидали вести курьера, что за мной прислали экипаж.

Об этом было сказано в письме, которое я получила из рук посланника картарга Сереста. Что я обязуюсь сохранять в тайне всё, что будет связано с визитом. Поэтому и экипаж, мол, они пришлют свой.

Я не особенно обратила на это внимание - по моему мнению великие мира сего очень любили напускать на себя и свои дела таинственность.

Как только Роуда довела до совершенства последний локон на моей голове и объявила: “Готово!” - раздался стук в дверь. Это означало, что за мной прибыли от ридгана Сереста.

Роуда молча обняла меня и взглядом пожелала удачи.

Я кивнула ей и вышла за безмолвным слугой.

Экипаж был на удивление скромен. Наверное, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания.

Изнутри высунулась рука, как бы предлагая мне подняться. Я ухватилась за неё и обнаружила в экипаже довольного Арриву.

- Ридганда Тээле, вы выглядите…

- Спасибо, - перебила я его и села напротив. Он уставился на меня откровенно любуясь, однако без намёка на сальность.

Роуда потрудилась над моим видом, и даже я должна была признать, что выгляжу безупречно. Волосы мягко сколоты сзади в пучок, украшенный шпильками с жемчужинками.

Платье мы выбрали простого кроя, вроде обычной туники, только чуть более приталенное и с узкими длинными рукавами, расклешенными ближе к кистям, а вырез на груди был в форме каре.

Расшитое мелким жемчугом, оно мягко деликатно переливалось.

Я улыбнулась Арриве в ответ и стала разглядывать окрестности Гордеро в окно экипажа.

Чудесные зеленые, словно затянутые зеленым плюшем, холмы. Асфия петляла между ними, поблескивая на солнце.

- Красивооо…- протянула я, любуясь.

- Вынужден прервать ваше созерцание, ридганда. В прямом смысле, - вкрадчивый голос Арривы заставил меня обернуться к нему.

Он протягивал мне белую бархатную маску, вроде тех, что у нас используют для сна. Я в недоумении уставилась на него, не понимая, чего он хочет от меня.

- Это требование картарга, прошу нас извинить. Место, куда мы направляемся должно оставаться в тайне до некоторых пор.

Я продолжала смотреть на него - этих объяснений мне было недостаточно.

- Что это за место?

Аррива мягко улыбнулся и прижал руку к груди.

- Клянусь Эриной милосердной, ридганда, ничего плохого. И обещаю - вам понравится!

Поколебавшись, я нехотя взяла протянутую мне маску и нацепила на лицо. Дурацкое положение. Я бы тут же прекратила этот маскарад и вернулась домой, однако, поскольку у меня был свой личный корыстный интерес, пришлось смириться.

Мелькнула мысль - а вдруг меня опять похищают? Но я играла ею, скорее, от скуки. Аррива разговорами меня не развлекал, наверное, дремал.

Ехали мы, наверное, не меньше часа. Затем экипаж стало нещадно подбрасывать на ухабах и я почувствовала, как мой спутник успокаивающе взял меня за руку.

Повязку снять я не пыталась - раз они установили такие правила, значит, следовало их соблюдать.

Наконец, возница крикнул что-то гортанно, послышался какой-то скрип и мы остановились.

- Ридганда Тээле, вы можете снять маску, - послышался голос Арривы.

- Спасибо, - пробурчала я, стягивая её аккуратно, чтобы не испортить прическу, над которой Роуда вдохновенно трудилась пару часов, если не больше.

Сначала свет залил глаза, и я некоторое время не могла проморгаться. А затем, когда мне удалось, наконец, сфокусировать взгляд, я ахнула.

Мы стояли перед великолепным дворцом, перед которым меркли самые красивые здания Гордеро - фасад какого-то сложного бирюзового цвета, величественные белые мраморные колонны, лепнина, золоченые орнаменты. Строительный мусор, леса, снующие туда-сюда темнокожие работяги с тачками вносили легкий диссонанс.

Вокруг дворца в настоящий момент высаживался сад - на сложных деревянных конструкциях подвозили огромные деревья и опускали в заранее подготовленные ямы.

- Просто потрясающе! - повернулась я к Арриве, - что это? Это дворец ридгана Сереста?

Аррива неопределенно улыбнулся и сделал приглашающий жест. Мы прошли ко входу, а по пути я старалась не запачкать свое белоснежное платье в строительной пыли.

Картарг Серест ждал нас у входа. Я, конечно, не знала, что это он, однако Аррива предусмотрительно шепнул мне об этом на ухо.

Холл, в котором мы находились, не уступал роскошью фасаду - бежевые мраморные стены, на высоком потолке графическая роспись из ромбов. Графика создавала иллюзию купола, хотя сам потолок был ровным.

Ридган Серест заметил, что я разглядываю роспись.

- Что скажете, ридганда Тээле? Вам нравится?

- Да, очень, ридган Серест. Искусно и впечатляет, но…

- Пойдемте, - перебил меня он, - вы, конечно, хотите узнать о цели, с которой я пригласил вас?

- Безумно интересно, в любом случае счастлива знакомству с вами… и этим потрясающим местом, - ответила я из вежливости и оглядела холл.

- Вот-вот, речь как раз о нём и пойдёт, давайте я покажу вам всё здесь.

- А почему такая таинственность, ридган Серест?

Мы вошли в следующий зал. Он был, наверное, бальным или парадным. Просто бесконечный, со множеством зеркал и огромными люстрами. В середине его находилась исполинских размеров широкая ваза или чаша - в половину моего роста высотой.

- Я сейчас всё вам объясню, - ридган Серест держался безупречно. Аррива шел за нами, почтительно держась на шаг позади.

- А зачем эта ваза? Такая большая, - не удержалась я.

Серест кивнул Арриве, и тот охотно стал объяснять.

-Дело в том, что… посмотрите на эти люстры, видите? В них помещается множество свечей, чтобы вечером и ночью зал был освещен, как в самый солнечный день. Так вот, свечи будут сильно нагревать воздух в помещении, а представляете, сколько здесь может находиться людей во время бала или приёма? - Аррива развел руками, словно демонстрируя мне всех тех людей, которые будут здесь находиться.

Я кивнула. Мы потихоньку продвигались вперёд.

- Так вот, - продолжал Аррива увлеченно, - чтобы охлаждать воздух, и была установлена эта чаша - она будет наполнена льдом.

Он посмотрел на меня, в ожидании восхищения. Я послушно восхитилась. Понятно, кондиционер. Что ж, для этого времени действительно прогрессивно. И, надо признать, красиво, изящно.

Но всё-таки, что же им от меня нужно?..

Однако, экскурсия продолжалась.

Следующий зал был алого цвета, он был тронным. Он был выполнен в стиле своеобразного ампира - всё вокруг пестрело изображениями богов - я разглядела по всей видимости Эрину с Дарканом, отдельно Хирга. В верхней части стен располагались фальш-окна с зеркалами для дополнительного освещения. Кроме того они добавляли пространства. А вообще здесь было тяжеловато из-за обилия красного цвета.

- Это ваш тронный зал? - спросила я Сереста.

Тот с некоторым сожалением покачал головой.

- Вы позволите предложить вам разделить со мной трапезу? И мы обсудим все вопросы, - по-всей видимости, он утомился. Впрочем, я тоже.

- Благодарю вас, ридган Серест.

Мы сидели за изящно накрытым столом. Небольшая столовая комната была светлой, со множеством окон.

Перед нами стояли щербеты, фрукты, вино, сыр.

- Ридганда Тээле, теперь, когда вы познакомились с убранством дворца, я могу открыть вам истинного его хозяина, - Серест сделал паузу, - Его сияющее Величество канган Гросс Цернер.

Естественно, я знала, кто это - правитель всей Синцерии.

Теперь мне стало понятна вся эта небывалая, просто кричащая роскошь и великолепие.

- Я потрясена, - ответила я, пытаясь вложить в голос как можно больше чувства, - но всё же, при чем тут я?

Серест помолчал.

- Слава о вас, как о величайшем живописце Синцерии достигла и слуха кангана Гросса, он и изъявил желание, чтобы именно вы заполнили этот дворец произведениями живописи, а кроме того его парадным портретом.

Я поперхнулась сыром и уставилась на Сереста немигающими глазами. Еле справившись с куском, застрявшим в горле, я отдышалась.

- Да вы что, - чуть было не сказала “с ума сошли”, - я не могу, это слишком… слишком ответственно… я не могу!

- Дорогая ридганда Тээле, я дам вам несколько минут, чтобы освоиться с этим предложением. Кстати, - небрежно добавил он, - это не обсуждается.

Я откинулась на стуле, а мысли лихорадочно метались в моей голове.

Так. Так-так-так.

По существу дела. Как ни странно, портрет правителя, даже такого полубога - не проблема. Что я, портретов не рисовала? Справимся.

Но наполнить картинами весь дворец? Это же годы работы…

Я в страхе посмотрела на Сереста, который добродушно поглядывал на меня, тщательно занимаясь гроздью винограда на своей тарелке.

- Это невозможно, - почти прохрипела я, - слишком много работы…

- Ридганда Тээле, - проворковал он, - мы предоставим вам всё что нужно - материалы, людей, средства. Вы не можете отказаться. Так что думайте, как это осуществить.

За кажущимся добродушием взгляд Сереста не оставлял сомнений - отказаться возможности не было.

Я прикрыла глаза и стала думать.

Меня никто не торопил.

Прошло, наверное, не менее получаса. Открыв глаза, я заговорила.

- Список средств и материалов я предоставлю после того, как еще раз обойду дворец и пойму какой минимум картин следует написать…

- Почему минимум? - неприятно перебил меня картарг. Внезапно он утратил всё своё обаяние.

- Потому что ваш…наш, - поправилась я, - правитель захочет пополнять свою коллекцию новыми произведениями и для них должно быть место.

- Допустим…- потарабанил пальцами по столу Серест, - далее…

- Мне нужны все лучшие художники Синцерии. Ну или хотя бы Гордеро. Для начала Гордеро.

- Зачем они вам? - прищурился Серест.

- Да затем, ридган Серест, что предстоит много черновой работы, той, с которой справятся и те, кто хотя бы кисть в руках держать умеет! - отрезала я. Почтения в моём голосе не осталось.

- Хорошо, - кивнул картарг, - вам предоставят всё необходимое. И ещё…

- Что ещё? - спросила я, поднимаясь. Мне страшно хотелось домой, к Роуде. А еще сильнее - на Глаз Бури. Клянусь, как только всё это закончится, я уеду туда. Насовсем!

- До окончания вашей работы вы останетесь здесь, - снова мягко и добродушно произнес картаг Серест.

Глава 44

Глава 44

Я стояла у окна своей новой спальни, куда меня привел Серест. Кстати, слуги и Аррива пытались следовать за нами, но картаг мягким жестом отпустил их, оставшись со мной наедине.

Сказать, что меня охватил ужас - нет. Я знала, что если он приблизится ко мне, то просто перегрызу ему сонную артерию.

Я очень четко представила себе это - ведь я была художницей. Анатомию нас заставляли изучать не хуже медиков. Я точно знала, куда бить и, если что - как убивать.

Конечно, это были только холодные мысли на всякий случай, но по-моему он как-то их прочел, потому что стал мурлыкать что-то о прекрасном виде из окна, куда я и отошла, чтобы прийти в себя.

Понятно, что где-то я пошла не тем путем, погналась не за тем, что мне нужно - и жизнь привела меня сюда. А того, за кем я погналась не было со мной в самый трудный момент.

Да если бы Аджаро только знал…Почему-то об Илье в этот момент мыслей даже не было. Но не было и отчета в этом - только поток.

В моих глазах закипели слезы слабости и жалости к себе, но за моей спиной стоял враг - сильный и опасный.

Однако, у меня был козырь - меня нанял не этот холуй, пусть и правитель Гордеро, а сам правитель Синцерии.

Я обернулась, пытаясь изобразить самый холодный и презрительный взгляд.

- Значит так, здесь меня всё устраивает, немедленно мне холсты и резцов, портных - кто там будет их резать. Я буду идти по дворцу и только пальцем показывать где и что будет находиться.

Серест побагровел, но понял, что проиграл, поэтому, поперхнувшись, слушал.

- Дальше. Мою помощницу Роуду не трогать - школа не должна останавливаться из-за ваших прихотей, однако я передам ей письмо.

Серест пришел в себя.

- Ридганда Тээле, вы забываетесь, с кем говорите! Если что…

Я улыбнулась холодно и зло, наверное впервые в своей жизни так.

- И что вы доложите кангану Гроссу? Что вы насилуете меня здесь, держите в плену? - я поправила пучок и локоны на голове - они были в порядке. - А может быть, вы сами нарисуете ему лучшие картины в Синцерии?

Мой голос был вкрадчивым, а тон ледяным.

Серест опять приоткрыл рот, лицо его стало нежно-лиловым.

- Дорогой мой картаг, - проворковала я, приблизившись к нему почти вплотную, - я очень хорошо понимаю, что приказ правителя мы должны выполнить оба. Так вот, ваше условие я выполню - работу. А мои - записывайте!

Господи помилуй, к чертям их богов, откуда у меня только злости хватило…

А вот над последним пунктом условий я думала очень долго. Могла ли я, имела ли я право… Но дала слабину.

-Напишите письмо королю Туаргосса или моему отцу.

- Это исключено, - поспешно произнес Серест.

- Не перебивайте меня, пожалуйста, Серест, - отрубила я, - вы попросите доставить сюда маэстро Нуара, но только с его согласия!

Серест прищурился.

- А зачем он вам?

Я повернулась к нему спиной и сказала истинную правду.

- Мы много работали вместе, он может работать практически так же, как и я. Он может мне помочь.

Серест замер, текли секунды. Потом его перо недовольно вновь заскрипело по бумаге и он пробурчал:

- Хорошо…

Я резко обернулась.

- Но только, если он согласен! Иначе, клянусь вам, я переломаю себе пальцы, и вы будете объясняться с правителем сами!

- Я понял, понял, - раздраженно откликнулся мэр Гордеро и вышел, не прощаясь.

Когда он вышел, я плюхнулась на кровать и расплакалась. Я растирала слезы по лицу, как ребенок, всхлипывая и желая прижаться хоть к кому-нибудь - к Омаруле, к маме или к Роуде.

Но никого из них рядом со мной быть не могло, помогало лишь осознание, что где-то они были и любили меня всем сердцем.

Эта мысль придала мне сил, и я поднялась с кровати, нашла умывальник и долго плескала себе в лицо ледяной водой, чтобы смыть следы слабости.

Вошел слуга и принес поднос с едой.

Я сказала ему, что не буду есть и попросила известить, как только прибудут первые люди для выполнения работ.

- Принесите мне сюда все изображения правителя кангана Гросса, бумагу и уголь, - попросила я. Что толку было терять время, хоть над набросками поработать…

До конца дня ни Серест, ни Аррива не показывались, а мне предоставили несколько небольших портретов Гросса.

Честное слово, только взгляд на них смог хоть как-то поднять мне настроение. Местные художники, словно как один, изображали этакого громилу с выпученными глазами - для острастки, наверное.

Я стала сверять портреты один с другим и составила себе примерный образ. Набросала несколько эскизов лица и тела - чисто схематично. Работа заставила меня успокоиться, почти забыть, что я в плену.

И тут мне принесли письмо от Роуды!

“Тээле, - писала она, - я так рада, что вы удостоены такой чести! Правда, какой, мне не сказали, но теперь вы будете работать на самого правителя Гросса, слава Эрине милосердной! Такая честь! Вы только скажите, какие материалы из мастерской вам передать и какие наряды.

И я так рада, что ваша мечта исполнилась! Мы будем скучать вместе, я и Аджаро. Ваша Роуда”

Я в раздражении откинула письмо и зашагала по комнате.

Конечно, Роуда ни в чем не была виновата, чтобы мне было злиться на нее. Но как можно быть такой глупенькой девочкой и не понять. И при чем тут Аджаро, где он вообще…

Вздохнув, я поднялась, и, словно вихрь догадки закружил меня, кинув обратно.

Я схватилась опять за письмо. “Мы будем скучать вместе, я и Аджаро. Ваша Роуда”

Боже, это не Роуда глупенькая восторженная девочка, это я идиотка!

Аджаро даже близко не было, значит, моя подруга подавала мне знак, что всё поняла. А это значило, что мне нужно очень грамотно составить ей ответное письмо для моего отца.

Глава 45

Глава 45

Я сидела на облаке и обижалась, а сидящая напротив женщина смотрела, как я скрещиваю руки на груди и надуваю губы.

-Почему я снова ребенок? - спросила я, осознав, что слишком мала и ощущаю своё тело, как будто мне лет пять-шесть.

Женщина внимательно смотрела на меня, словно ожидая, когда я закончу надувать губы, скрещивать руки на груди и капризничать.

“Это Эрина, - прошелестело мягко у моего уха”

Ничего себе, сама богиня говорит со мной? Хотя Эрина ничего, в сущности еще не сказала, только смотрела с мягким упреком.

-Что вам от меня нужно, - прошептала я, уже с некоторым страхом.

-Тебе дан шанс, девочка, ты была избрана.

-Почему я? - глаза мои наполнились слезами., - зачем я вам?

-Ты бы никогда не была востребована в своей прошлой жизни так, как здесь, - Эрина поправила локоны и улыбнулась.

Я обиделась снова, как ребенок.

-Да может, я стала известна и у себя, откуда вам знать?

Мне хотелось затопать ногами, потому что всё решили за меня.

Эрина снисходительно посмотрела на меня и велела

-Выполни со смирением, что тебе велено - и ты получишь всё, что захочешь, да, Хирг?

Появился мужчина, который мельком взглянул на меня.

-Она противится, Эрина?

-Нет-нет, - со смешком ответила ему богиня и обратилась ко мне

-Правда же, дитя?

Потом обратилась к Хиргу

-Ты же видишь - она лучшая, Хирг. В ней свет и доброта. А, кроме того, неизбалована. Конечно, мы любого могли бы…

Хирг прервал ее саркастично и несколько снисходительно

-Эрина, тебя не зря нарекли милосердной, я бы её прямо сейчас уничтожил, - и перед тем как исчезнуть, внезапно подмигнул мне.

Я выдохнула, потому что при их диалоге мне показалось, что этот Хирг сейчас испепелит меня.

Но он так шкодно посмотрел на меня напоследок, что я успокоилась.

Эрина смотрела куда-то вдаль, а я почувствовала себя лет на десять старше. Подростком.

-Ты растёшь, Тээле. Или как тебя лучше называть, Варвара?

Я насупилась, но больше из вредности. Понимая, что пытались донести до меня боги, я вполне оценивала свою избранность. Ничего себе - они выбрали меня из всех!

-Ну хотя бы сейчас я всё делаю правильно? - буркнула я, безо всякого почтения к богам.

Эрина покивала благосклонно.

-Ты получишь всё, о чем мечтаешь, милая, - только выполни свою работу. И еще одно - не иди пустой дорогой. И не оборачивайся. Твоё - рядом.

Эрина исчезла, а я резко проснулась, не понимая сон это или явь.

В дверь не просто стучали - грохотали.

-Тээле! Тээле!

Кто это? Аджаро? Мой отец?

Я была в ночной рубашке, слава богу не голой, потому что сорвалась с постели вихрем и распахнула дверь.

И если бы маэстро Нуар не подхватил меня, я бы упала прямо перед ним - мне отказали ноги.

До этого несколько дней - сколько, понятия не имела - я почти не ела и не спала - выверяла размеры холстов, стояла над столярами, которые изготавливали подрамники, одновременно делая наброски.

Работы было море, мне прислали около десяти человек художников, и они делали подмалёвки в тонах, которые я указала.

Нуар оказался моим спасением. Я знала, что теперь не одна.

-Мы получили ваше письмо, Тээле. Ваш отец готов был выехать вместе со мной, но я остановил его. У меня был вещий сон…

-Боги говорили с тобой? - спросила я, уже сидя в кровати, закутанная в одеяло. Нуар сидел напротив.

Я смотрела на него и не понимала - как раньше не видела какое у него лицо, какие глаза.

-Тээле, я не стану передавать свой сон, думаю, это слишком серьёзно, - он подсел ко мне, однако на приличном расстоянии, - скажи, сколько у нас работы и что нужно сделать мне прямо сейчас. Насколько я понял, пока мы не закончим - тебя не отпустят.

-Меня не отпустят, Нуар, - я улыбнулась несколько криво, чтобы не расплакаться, - при чем тут ты.

-НАС не отпустят, - твердо отрубил Нуар и нащупал мою руку. Его ладонь была теплой и сухой. Он не нервничал.

Я высвободила руку и попыталась приподняться. Однако поняла, что моя грудь едва прикрыта кружевом - до этого я этого не осознавала.

-Одевайся пока, а я подожду снаружи, - понимающе улыбнулся мне Нуар, и вновь нащупал мою руку.

-Спасибо тебе, - прошептала я, а когда он покинул мою спальню, схватила одеяло, скомкала его и обняла, счастливо зажмурившись.

Как же это приходит внезапно…И от этого так хорошо!

Вмиг исчезли все - Аджаро, Илья. Я видела только Нуара, и только он был рядом со мной сейчас.

Я с сумасшедшей скоростью оделась, умылась и причесалась. Взглянула в зеркало - мои глаза сияли, впервые после приезда в Гордеро.

Мы с Нуаром прошлись заново по всему дворцу - все ещё спали. Я рассказала ему что и где хотела бы разместить. А пока мы ходили по безмолвным залам, моя рука то и дело оказывалась в его. Такой теплой и надежной.

“Прости, Роуда, милая, - прошептала я про себя, - кажется, твоя идея реализуется несколько по-другому”

Глава 46

Глава 46

Прибыли художники Гордеро, человек двадцать-тридцать. Мы с Нуаром встречали их на пороге дворца Гросса, как какая-нибудь королевская чета.

Впрочем, на королевских особ мы мало были похожи - были перемазаны краской, все в пятнах от льняного масла и воняли скипидаром.

У художников вид был испуганный. Видимо, после того, как их привезли сюда в обстановке строгой секретности и с завязанными глазами.

Однако, мне меньше всего хотелось, чтобы они работали над картинами трясущимися руками, поэтому, поздоровавшись, я попыталась их успокоить.

-Уважаемые маэстро, я очень прошу вас не волноваться и не надумывать себе каких-то страхов. Мы всего лишь будем готовить с вами тайный сюрприз для правителя Гросса. Вместе у нас всё получится быстрее…

-Ридганда Тээле! - окликнул меня кто-то из них. Я нашла глазами говорившего. То был хмурый мужчина с черной клокастой бородой. На голове его волосы тоже росли неравномерно. - Может, хоть вы скажете сколько времени нам придется здесь провести? У нас дома семьи остались, они ничего не знают. Да и кормить их надо.

Я подумала несколько секунд, что именно им ответить, потому что понятия не имела, сколько они здесь пробудут - впрочем, это я как раз могла предположить. Мы с Нуаром расписали по пунктам и каждый за, и каждую картину. А вот на что они будут кормить свои семьи…Серест обязан был выплатить им вознаграждение, однако, я бы не удивилась, что этим бедолагам объявят в итоге, что им была оказана высочайшая честь и отпустят с миром.

-Я скажу вам чуть позже, - задумчиво ответила я им. Это в самом деле был серьёзный вопрос. По всей видимости, мне предстоял разговор с Серестом.

Пока мы с Нуаром работали, он редко показывался нам. Лишь изредка торопливо проходил мимо и я только боковым зрением улавливала его характерные черты - вытянутое лицо, большой нос, оттопыренные уши. Про себя я называла его Дуремаром.

-Мы передадим ему, что есть разговор. Условия давно нужно было обсудить, - Нуар сказал это, наклонившись ко мне, улыбнулся мне одними глазами и обратился к своим коллегам, - сейчас вас разместят и чуть позже мы встретимся на этом месте, начнем работу.

Слово мужчины, по всей видимости, успокоило живописцев. Они стали роптать потише и направились за управляющим. Им уже было подготовлено крыло для прислуги, которое пока еще почти полностью пустовало.

Я с облегчением выдохнула.

-Спасибо тебе, я немного растерялась.

Нуар посмотрел на солнце - было еще рано.

-Давай выпьем чего-нибудь холодненького, они скоро вернутся. Кстати, а что ты потребуешь за свою работу?

Об этом я еще не думала - в деньгах не нуждалась, благодаря отцу, потом у меня была значительная сумма от короля Туаргосса на открытие школы на Алеаре, да и заработала я неплохо, пока писала на заказ в Гордеро.

-Мне ничего не нужно, - пожала я плечами.

-Ты не права, - покачал головой Нуар, - не забывай, что дело не только в твоей бессеребрянности. Ты могла бы совершить что-то хорошее, или исполнить любую свою мечту.

Он внимательно посмотрел на меня, а я покраснела, как будто Нуар мог прочитать мои мысли - моей мечтой все эти месяцы было найти Илью. Но сейчас, внезапно, это перестало быть для меня таким уж важным. Правда, я всё еще думала, что делать с идеей Роуды - мне всё-таки хотелось как-то её обыграть.

-Подумаю, - кивнула я Нуару, - кажется, я слышу шум, они возвращаются, пойдем скорей.

Работа закипела. Мы провели небольшой тест, чтобы выяснить кто в чем наиболее силен и распределили обязанности.

В списке картин, которые должны были пополнить коллекцию правителя Гросса и стены его дворца были пейзажи, натюрморты, несколько стен монументально-декоративной росписи - проще говоря, фресок. В главном зале должны были расположиться портреты богов - их выполнение я полностью взяла на себя, как и портрет Гросса. Ассистировал и помогал с портретами Нуар, он же контролировал работу других художников. вообще не знаю, что без него делала бы.

Мы немного вынесли за скобки то наше влечение, которое вспыхнуло в первый день - с обоюдного молчаливого согласия, отложили это на потом, чтобы не мешать работе. И так головной боли хватало. Например, если с портретами богов проблем не возникало - их изображали только условно одинаково, как на наших иконах лица могли отличаться, то портрет правителя Синцерии должен был быть фотографически точен. Во-первых, божеством он еще не стал, во-вторых, был еще жив.

-Мне необходимо встретиться с ним, - убеждала я Сереста, - иначе результатом он будет вряд ли доволен.

-Это невозможно, - стоял, как скала, Серест, - нет, нет и нет!

По-моему, он боялся, что я нажалуюсь на него. Скорее всего, он позволил себе лишнее и мог огрести за самоволие.

-Я вам обещаю, что могу вовсе не говорить с ним, мне только нужно сделать несколько набросков, - убеждала я, - иначе получится очередная карикатура, а не портрет!

Серест сердито хмурил брови, глядя на меня. Хотел, чтобы я сотворила чудо, видимо.

Кстати, относительно вознаграждения художников, включая Нуара, мне удалось договориться легко, на удивление. Оно было щедрым, я осталась довольна переговорами.

-А чего хотите вы за свою работу, ридганда Тээле? - прозвучал вопрос, который назревал давно.

Я медлила. То, что мне хотелось попросить в самом начале, было мелочью, и мне предоставят это бонусом, я даже не сомневалась.

-Пока вы не решите, ридганда, - буркнул Серест, встреча с правителем не состоится, - направляясь к двери.

-Я хочу Глаз Бури! - неожиданно для себя крикнула я ему в спину.

Серест медленно обернулся, на его лице было написано недоумение. Конечно, ведь официально остров назывался Алеара. Глазом Бури называли его островитяне.

-Я хочу остров в Саргассиуме - Алеару, - твердо сказала я.

Серест потирал подбородок, в задумчивости глядя на меня.

-А позвольте спросить, зачем он вам? - подозрительно задал он мне вопрос.

-Позвольте вам не ответить, на это существуют исключительно личные причины, - отрезала я.

Серест скривился.

-Я передам правителю оба ваши требования, - ответил он и вышел.

Позже мы сидели с Нуаром на террасе одного из залов, где работали над портретами. А в данный момент отдыхали, наслаждаясь вечерним свежим воздухом, и предзакатными красками.

-Скажи, а на самом деле, зачем тебе Алеара, - осторожно спросил меня Нуар, - ты хочешь вернуться туда?

Я подумала, а затем склонила голову на его плечо.

-Знаешь, в первую очередь, мне хочется защитить его от этой цивилизации. Не допустить, чтобы в это райское место просточился яд интриг, все эти властные щупальца. Когда-нибудь они доберутся и туда, а я мечтаю, чтобы Глаз Бури остался таким первозданным. Таким, каким сделали его жители.

Я не видела лицо Нуара, но почувствовала, что он улыбается. И торжественно добавила.

-И там будет самая лучшая школа искусств в Синцерии!

Глава 47

Глава 47

Мы с Нуаром закончили серию портретов Богов для тронного зала и теперь их развешивали в соответствии с нашими указаниями.

-Хоть что-то готово, - вздохнула я, мечтая как можно скорее покинуть это место и продолжить свою жизнь. А вернее, начать новую. С этими мыслями я повернулась к Нуару и улыбнулась ему, тот поймал мой взгляд и словно вспыхнул изнутри тепло и ясно.

-Когда там наш правитель соизволит приехать, чтобы ты смогла запечатлеть его? - он свистнул рабочему, который стоял на лестнице, - немного левее, еще! Вот так!

Я пожала плечами.

-Вторую неделю едет со дня на день. Ну или наше сияющее Величество канган Серест что-то финтит.

-Финтит? - расхохотался Нуар, - на него похоже. Давай я с ним поговорю. Он трусоват, может скажет, наконец, как есть.

-Не нужно, - поспешно ответила я, беря его за руку, подумав, что Серест действительно может испугаться крупного мужественного Нуара и с помощью охраны ликвидировать его, не взирая на то, что он был первым моим помощником.

Нуар ответил мне любящим взглядом, а я поспешно отвела взгляд, страшась кинуться в пучину страсти, хотя у меня голова кружилась от одной только этой мысли.

Не хотела я начинать нашу с ним историю в тюрьме. Однако моё сердце рвалось к нему так же, как и на волю.

Самое прекрасное в этом было то, что Нуар понимал меня без слов - я видела это по глазам.

Я всегда мечтала о том, чтобы рядом со мной был мужчина, близкий мне по духу, что называется, сотканный из тонких материй. Но и в тоже время, чтобы был мне плечом, опорой, защитником.

Хотя я давно открыла в себе и самодостаточность в творчестве, и способность постоять за себя - в своём мужчине я хотела видеть те же самые черты.

Наверное, поэтому с самого начала я внутренне металась между Ильёи и Аджаро, не подозревая, что могу встретить по-настоящему своего человека, в котором сочеталось бы всё, о чем я мечтала. Даже странно, что я не разглядела этого сразу.

В зал ворвался помощник Сереста.

–Правитель Гросс будет здесь через два дня! Вы должны быть готовы!

-Хорошо, - бросила я ему через плечо, и обратилась к Нуару, - здесь уже закончат без нас, пойдем посмотрим остальные залы, я там уже долго не была.

-Там всё в порядке, - заверил меня Нуар, и мы вышли, не обращая внимания на взъерошенного помощника, который с трудом переводил дыхание, с удивлением взирая на нас.

Действительно, Нуар очень ответственно организовал наших подмастерьев, и работы почти во всех залах подходили к концу, а в некоторых уже были закончены.

Наши коллеги сообразили, что чем быстрее и качественней они выполнят задание - тем скорее окажутся дома, да еще и с приличным вознаграждением. Помимо этого, поработав со мной на правителя Синцерии, они зарабатывали имя и, заодно, проходили прекрасную школу.

В общем, хмурых лиц, как в первый день, больше не наблюдалось. Работа шла полным ходом, вдохновение просто-таки витало в воздухе.

Что ж, через пару дней, может и не всё будет готово, но почти. Если Гросс захочет - сможет внести свои правки. Хотя на мой взгляд всё было идеально.

-Интересно, согласится наш высочайший позировать несколько часов без движения? - Нуар устанавливал огромный холст, где до верхней его части я могла достать только с высокой лестницы.

-Да шел бы он лесом со своими амбициями и портретами, я сделаю наброски и напишу его по памяти. Тем более, ты со мной, - я благодарно провела рукой по его плечу, почувствовав, что между нами словно ток пробежал.

-Если ты пожелаешь, я всегда буду рядом, - Нуар сказал это почти небрежно, разглядывая, как падает свет на холст.

Моё сердце заколотилось стремительно. Мы так избегали какого-то излишнего проявления чувств, но они помимо воли рвались наружу.

-Подожди чуть-чуть и мы поговорим обо всём, - ответила я тихонько, чуть касаясь лбом его крутого плеча, - осталось совсем немного.

-Я знаю, моя радость, - похоже Нуару ждать было совсем невтерпеж, - всё, готово. Давай разметим, я даже могу подмалёвок сделать.

И мы принялись за работу, уже не отвлекаясь.

Через несколько дней в свою новую резиденцию и в самом деле прибыл правитель всея Синцерии Гросс.

Мы с Нуаром очень надеялись, что работа над его парадным портретом сразу, однако его высочайшее сиятельство отдыхало еще пару дней. Некоторые покои были отделены от общего доступа, а мы вдруг почувствовали дикую усталость и тоже решили отдохнуть.

Заручившись разрешением короля Сереста, мы с Нуаром уединились на берегу небольшого искусственного водоёма в отдалении от резиденции, прихватив запас еды и напитков, планируя провести там весь день до вечера.

Было таким наслаждением оставить где-то там работу, ответственность, проблемы - и остаться наедине, не торопясь прокладывая тропинку близости друг к другу.

Когда Нуар попросил меня рассказать о моем детстве, я задумалась. Если нас ждет совместное будущее, то он должен знать обо мне всё. Ведь поняла же меня Роуда, значит, и он может…

Но лучше сделать это потом, когда мы покинем этот прекрасный дворец, от которого нам обоим хотелось оказаться подальше.

А пока я слушала рассказы Нуара о том времени, как он был мальчиком. Как ближе всех для него была мама, которая увидела в нем талант и отказывала себе во всем, чтобы нанять учителя для него.

-Я только потом это понял, когда подрос, как было трудно маме - рассказывал Нуар.

-Понимаю тебя, - задумчиво сказала я.

“Нужно организовать какие-то бесплатные курсы по всей Синцерии для малообеспеченных детей, - подумала я”

-Тээле, - рассмеялся Нуар, - ну как ты можешь понять, ты дочь хранителя реликвий, ты никогда не знала бедности.

Я нахмурилась. Момент истины еще не пришел, а вот как реагировать на такие замечания?

-Нуар, - я взяла его за руку, перевернула и стала поглаживать ладонь, - а если я скажу, что ты много обо мне не знаешь, тебя это сильно напугает? Если ты узнаешь, что я вообще не та, за кого себя выдаю?

Он секунду или две вглядывался в моё лицо, а потом забрал свою руку и легко чмокнул в губы.

-Нет, незнакомка, я готов всю жизнь узнавать тебя…и влюбляться в тебя каждый день.

У меня закружилась голова, и я сама обхватила его за шею, чтобы обхватить покрепче.

-Мне никто никогда не говорил таких слов…

Мы провели чудесный день в разговорах, неге и отдыхе. И когда уже собирались обратно, за нами примчался заполошный помощник Сереста.

-Ридганда Тээле, вас призывает к себе правитель Гросс! Немедленно!

Ну прелестно! Волосы у меня были мокрыми, губы распухшими от поцелуев, сознание плавилось от любви и нежности, кто такой Гросс?

Однако, прошлось взять себя в руки и направиться к резиденции. Финал нашего здесь пребывания был близок.

***

-Ридганда Тээле, я поражен тем, что мы только недавно узнали о вашем таланте, почему ваш отец скрывал вас так долго?

-Ваше сияющее Величество канган Гросс, мой отец ни при чем, - я аккуратно подбирала слова, пока выписывала черты правителя Синцерии, - просто я оттачивала своё мастерство, чтобы когда-нибудь написать ваш божественный портрет, - и принялась интенсивно замешивать охру.

Нуар стоял чуть ниже меня на лестнице и чуть толкнул меня локтем.

Я даже смотреть на него не стала - представила выражение его лица.

-Ридганда Тээле, вы сказали, что хотите владеть островом Алеара. Вообще-то…

-Ваше сияющее Величество, не опускайте подбородок, спасибо. Вы не согласны отдать мне Алеару? - я опустила кисть и спокойно посмотрела на него.

-Ну почему же, маэстро Тээле, просто мне непонятен ваш выбор. На пути к Алеаре Саргассы, путь туда всего два раза в год, сложное место…

-Ваше сияющее Величество, вам честно ответить или дипломатично? Подбородок приподнимите, спасибо.

Канган Гросс рассмеялся, колыхаясь всем телом.

Объективно говоря, это был довольно приятный мужчина. В его подчиненных спеси было гораздо больше. Возможно, он просто мог себе позволить быть милым…просто потому что был главным.

-Тээле, вы действительно невероятны. Уже давно никто не разговаривал со мной так свободно. Я получаю потрясающее удовольствие общаясь с вами. Так зачем вам дикая Алеара?

-Канган Гросс, Алеара - моя любовь и это взаимно, считайте, что я хочу овладеть ею.

Гросс покивал благосклонно.

-Вам виднее, и вы вполне мне это объяснили. Забирайте. Я уж было испугался, что придется отдавать вам Гордеро, - и он снова заколыхался.

-Эрина милосердная, - вырвалось у меня вместо Боже упаси, - Гордеро большой город, я хочу вот такое небольшое местечко.

-Вы просите даже меньше, чем я ожидал, маэстро Тээле, - зевнул Гросс, давайте еще что-нибудь - ведь я в восторге от картин, которые украсили мой дворец.

Я не колебаясь ни на секунду, произнесла

-Дайте мне самую большую стену самого большого здания в Гордеро, я хочу написать на ней картину.

Гросс не спрашивая разрешения слез со своего пьедестала, и подошел к холсту и его глаза округлились.

Его портрет был практически готов, в технике сухой кисти работа сразу была живой, остались лишь прорисовки.

-Невероятно…- прошептал он, завороженно глядя на своё изображение, - одна из стен Храма - ваша. Но, все-таки, что вы хотели бы на ней изобразить?

Я улыбнулась. Когда Роуда предложила мне изобразить там Илью, и надпись: “Найди меня”, я подумала, что так я и сделаю. Но сейчас я решила, что на этой стене будет нечто другое.

-Там будет семь человек, совершенно вам незнакомых, канган Гросс, - считайте, что это посланники богов.

Канган внимательно посмотрел на меня и, поразмышляв минуту, кивнул, - хорошо, маэстро Тээле.

Когда мы закончили с портретом, и смогли остаться наедине, Нуар, приобняв меня чуть ревниво, спросил

-А кого ты хотела изобразить сначала?

Я улыбнулась, может, чуть печально.

-Одного человека, которого хотела найти. А написать хотела “Найди меня”

-А что ты хочешь изобразить сейчас? Кто эти семь человек, и что ты хочешь написать, - спросил он, прижимая меня чуть крепче.

Я ответила, не задумываясь.

-Кто эти семь человек - я расскажу тебе обязательно. А напишу я там…”Найди себя”.

Глава 48

Глава 48

Мы уезжали из Гордеро, а я, высунувшись из окна экипажа, смотрела на стену храма Богов, где были изображены все мои попутчики, которые оказались здесь, в Синцерии.

Лица Лены, Натальи, Сан Саныча… Ильи и остальных.

Надпись я, подумав, изобразила на двух языках - Синцерии и на русском. Вот здесь, я думаю, точка была поставлена. “Найди себя”.

- Ты думаешь о нем? - Нуар обнял меня за талию и притянул к себе, оттянув от окна.

Я легла на него, закрыв занавеской на окошке прошлое.

- Милый, я, наверное, всегда буду думать о нем, как и об остальных. Не ревнуй, иначе мы жить не сможем - впереди Глаз Бури, а там Аджаро…

- Хм, а с чего ты взяла, что отец отпустит тебя на Глаз Бури?

Я резко обернулась.

- А отец меня может не отпустить?

Нуар смотрел внимательно.

- Ну ладно, хорошо, я знаю, что Хран Соул отпустит тебя. А если я не поеду, ты оставишь меня?

- Ты не оставишь меня, - заявила я. - Только попробуй!

Нуар рассмеялся, обнимая меня.

- Девочка моя, - он чмокнул меня в макушку, - если уж я не оставил, когда нужно было расписывать стену незнакомыми людьми…

Расхохотавшись, я стукнула его в плечо, и потом мы долго-долго целовались, пока не приехали в Туаргосс.

Отец встретил меня, чуть не задушив в объятиях.

- Тээле, малышка моя! Наконец-то ты вернулась домой!

Я разрешила отцу проявить его чувства, заглянуть в мои глаза и накрутить мои локоны на палец.

- Папа, я уезжаю, - произнесла я, страшась реакции. Откровенно говоря, я боялась, что сделаю ему больно.

Так и произошло. Соул осел, как будто у него произошел сердечный приступ, хватаясь за грудь.

Я кинулась к нему - потерю второго отца пережить мне было бы трудно за две жизни.

- Папа, папочка, но ведь я всего лишь уезжаю на Алеару и выхожу замуж!

Тут мой отец схватился второй рукой за грудь, словно у него было второе сердце, а Нуар, подхватывая его, укоризненно кинул на меня взгляд:

- Тээле!

Я слегка опомнилась.

- Отец, да я ведь всего лишь еду на Глаз Бури, я ведь не умираю, не исчезаю, ну что ты вот…

Когда Хран Соул опомнился, он совершенно стал самим собой и стал отдавать распоряжения.

А мы с Нуаром удалились в мои покои.

- Тээле, ты готова оставить отца? - спросил он.

А мне подумалось, что Нуар не готов оставлять дворец и всю эту жизнь.

- Посмотрим, милый, - чмокнула я его в щеку. Давай отдохнем и подумаем оба.

- Давай, - с облегчением выдохнул он и пошел к себе. А я, выждав немного, вернулась к отцу.

Соул еще не спал, разбирал какие-то бумаги - работал.

Постучавшись, я вошла к нему.

- Дочка! - он обнял меня, как будто я только что вернулась.

- Пап, - всхлипнула я, - мне нужно поговорить с тобой.

Хран Соул обнял меня, и, целуя в макушку, увлек на кушетку рядом со своим рабочим столом.

- Что случилось, Огонек?

- Папа, мне кажется, Нуар не хочет ехать со мной, - я всхлипнула, а отец прижал мою голову к себе.

- Огонек, людям иногда сложно решиться на что-то, что крайне (резко) изменит их жизнь. Не будь категоричной, иди своим путём, а те, кому суждено, последуют за тобой.

Я всхлипнула еще раз.

- Ты можешь отправить меня на Глаз Бури одну?

Отец рассмеялся и снова прижал меня к себе.

- Хорошо, но я тебя уверяю…

***

Наш кораблик направлялся к Глазу Бури, до него оставалось буквально день пути.

Я встала на рассвете, чтобы увидеть солнце, встающее из-за горизонта. За моим небольшим корабликом тянулась большая баржа, на которой находился груз с материалами для новой школы.

Вытянув несколько листов, я села делать наброски - какой она будет. Теперь она будет другой, самой лучшей. Сюда будут приезжать только те, кто действительно стремится к мечте…

Сзади меня обхватили сильные руки, а теплые губы расцеловали мои плечи и шею.

- Еще солнце не встало, а ты уже работаешь? - спросил Нуар.

Я обернулась к нему и прищурила один глаз - солнце как раз вставало.

- И как мой отец доверил меня тебе? Когда ты еще не сделал мне предложения? Кстати, сразу тебе говорю - не факт, что я соглашусь.

Нуар поднял голову к небу и прищурился так же, как, я.

- Любовь моя, а ты не против, если мы поженимся на твоём острове? У какого-нибудь божественного тотема, и нас благословит кто-то из твоих гуру…

Я хихикнула, потому что это звучало очень смешно.

А Нуар вдруг стал серьезным и произнес

- Ридганда Тээле, ты выйдешь за меня?

Я готова была дать ответ на этот вопрос, но вдруг меня забеспокоило другое.

- А почему ты не сделал предложение при моем отце, официально?

Нуар подхватил меня на руки и закружил. Потом чмокнул в нос и ответил серьезно:

- Потому что с тобой всё должно быть не так, как обычно. Так что ты ответишь?

Я показала ему кончик языка, а потом ответила:

- Я соглашусь, если ты…

- Хватит условий, - прервал меня Нуар, - я на всё согласен, - и прервал мои капризы поцелуем.

Нас ждал Глаз Бури.

КОНЕЦ

Content

Глаз бури

Глаз бури

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

ГЛАВА 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48