Уэст Энни

Жду тебя всегда

Энни Уэст

Жду тебя всегда

Royal Scandals – 2

Любовный роман – Harlequin – 1140

Глава 1

– Может быть, он и красив, но я его ненавижу.

Как он мог так поступить с нашей принцессой? Она такая милая. А он разбил ей сердце, и теперь она несчастна…

– Она будет здесь в любую секунду, – прошептала девушка. – Обычно она не опаздывает.

Выйдя в коридор детского отделения больницы, Ильза почувствовала, как чаще забилось сердце.

Главная медицинская сестра, покраснев, бросила на нее быстрый взгляд. Ильза остановилась, чтобы полюбоваться причудливой картиной, давая пожилой женщине время прийти в себя.

– Что‑то новенькое. Месяц назад ее здесь не было. От нее помещение кажется светлее.

– Да, это так, ваше высочество. Пациентам нравится. Приятно видеть, как дети улыбаются, когда заходят сюда.

Ильза кивнула, рассматривая сказочный домик на берегу прозрачного ручья, гномов и разнообразных животных, начиная от ежиков и заканчивая единорогами. Затем она заметила в дальнем углу картины знакомые очертания королевского дворца в Альтбурге. Перед ним была фигурка с короной на золотистых волосах, держащая за руку темноволосого мужчину в зеленой военной форме соседнего Валлорта.

Безошибочно можно было угадать, что это она и король Люсьен.

Только на самом деле ей было совсем не весело. Но не потому, что они с Люсьеном расторгли помолвку, навязанную им из династических соображений. А потому, что она устала оттого, что, куда бы она ни пошла, ей все напоминало о прошлом.

Не одна несостоявшаяся помолвка, а целых две.

Первый жених погиб в результате несчастного случая, а второй отверг ее, чтобы быть со своей любовницей‑официанткой. И теперь все испытывали к Ильзе только жалость.

Ильза знала, что работа – лучшее противоядие от подобного беспокойства.

Да и дети ждали ее.

Она повернулась к главной медицинской сестре с улыбкой:

– Пойдемте?

Они вошли в палату, где на больничных койках сидели две девочки подросткового возраста. Младшая, потерявшая все волосы во время лечения, схватила журнал и спрятала его под подушку.

Девочке не стоило беспокоиться. Ильзу ежедневно информировали о сообщениях в прессе. Если она правильно помнила, на обложке этого журнала Ильзу называли одинокой и страдающей женщиной.

Ильза безумно устала. Постоянная улыбка и безупречное самообладание королевской особы давались ей нелегко, ведь последнее время она так плохо спала.

Папарацци продолжали выкрикивать назойливые вопросы из‑за спин, сдерживавших их охранников. Она попала под перекрестный огонь жалостных взглядов публики и язвительных замечаний журналистов.

Ильза поблагодарила дворецкого, открывшего ей дверь в покои королевской семьи. Как только дверь за ней закрылась, она ссутулилась, сняла босоножки и пошевелила пальцами ног.

Ей нужно залезть в горячую ванну.

Направляясь к своим апартаментам, она услышала голоса, доносившиеся из кабинета короля.

– Ты правда думаешь, что это хорошая идея, Питер? – спросила ее мать. – Ильзе двадцать семь, а не семнадцать. Тогда это было разумно, но сделать это сейчас…

– Конечно, разумно. В то время это были всего лишь ее фантазии о романтической любви… На этот раз внимание, которое она привлекает, вредит Альтбургу. Информация попадает в прессу. Напряженные отношения с Валлортом. Окончание переговоров о заключении союзнического договора.

Ильза затаила дыхание. Она испытала настоящий шок.

Отец считал, что от нее один вред Альтбургу?

Она всегда служила своей стране. Не возражала против помолвки с принцем Джастином, а после его смерти с его преемником Люсьеном. Даже несмотря на то, что эти переговоры заставили ее почувствовать себя подержанной машиной, которую предлагают охотнику за выгодной покупкой. Она забыла о гордости точно так же, как когда‑то похоронила свои романтические мечты и сделала то, что от нее требовали.

Что же касается обсуждений ее жизни, то она делала все возможное, чтобы пресечь все пересуды, отправляясь на королевские приемы, в то время когда ей не хотелось никого видеть.

– Питер! Ты не можешь так говорить. Ильза любит свою страну.

Ильза с теплотой подумала, что, по крайней мере, мать ее понимает.

– Конечно, ее этому учили.

– В данный момент все было бы проще, если бы ее здесь не было.

В семнадцать лет Ильза верила, что любовь изменит ее жизнь. Конечно, она ошибалась. Зато узнала, что от разбитого сердца не умирают. Она стала сильнее и решительнее. Научилась находить утешение в долге, любви семьи и уважении своего народа.

Правда, теперь народ жалел ее, незнакомые люди задавали навязчивые и непристойные вопросы, а ее семья…

Единственное, что имело значение, – это то, что она провела свою жизнь, исполняя свой долг.

Внезапно, пусть это и эгоистично, ей захотелось хотя бы на короткое время почувствовать что‑то, кроме ответственности и послушания.

Она захотела почувствовать вкус свободы.

Глава 2

Ной кивал, слушая, как стоявший рядом с ним парень подробно излагает свою бизнес идею.

Гламурный яхт‑клуб Монако был переполнен, и музыка доносилась на палубу через открытые двери. Но Ной понимал необходимость для начинающего бизнесмена использовать любой шанс заинтересовать потенциального спонсора.

Его взгляд то и дело возвращался к танцполу. Снова и снова он ловил на себе женские взгляды. Девушки проверяли, смотрит ли он на них.

Из всех девушек выделялась только одна.

Как и другие, она была привилегированной особой и весьма приятной на вид. Но она, казалось, была полностью поглощена музыкой и не обращала никакого внимания на то, кто на нее смотрит. Она двигалась в такт музыке так, что он не мог отвести от нее глаз.

В коротком блестящем платье кобальтово‑синего цвета, с красными губами и развевающимися золотистыми волосами, она была воплощением самого искушения.

Просто наблюдая за ее движениями, он почувствовал желание.

Ной не мог выбросить ее из головы со вчерашнего дня, в течение которого намеренно держался от нее на расстоянии.

Ильза из Альтбурга, альпийского королевства, известного своими лыжными курортами, банками, робототехникой и причудливыми королевскими традициями. Принцесса Ильза.

Ной был миллиардером и часто встречался с богатыми женщинами. Но у него было глубоко укоренившееся предубеждение против снобов, которые верили, что унаследованные привилегии делали их выше других. Конечно, принцесса одна из них.

И все же вчера на благотворительном обеде его начали мучить вопросы.

Девушка была роскошной, сдержанной и грациозной. Она красивая. Но что‑то еще привлекло его интерес. Окружавшая ее аура спокойствия почему‑то казалась хрупкой.

Чепуха какая‑то. Она чувствовала себя непринужденно с титулованной публикой, была уверена в себе. Она любезно согласилась в последнюю минуту заменить заболевшего распорядителя и провела благотворительный аукцион.

И все же интуиция подсказывала ему, что она представляет собой гораздо больше, чем «золотая» королевская особа.

Весь обед он наблюдал за ней.

Интересно, что и принцесса Ильза тоже наблюдала за ним, хотя и пыталась это скрыть. Снова и снова их взгляды встречались.

Сегодня вечером она не была спокойной. Ной смотрел, как ее длинные золотистые волосы рассыпаются по плечам, когда она двигается, и чувствовал напряжение. Его сердце билось в ритме, который не имел ничего общего с музыкой и был связан только с ней.

С женщиной, которая его даже не замечала.

– Мистер Карсон? Если бы вы могли уделить мне всего полчаса в каком‑нибудь тихом месте, я смог бы все объяснить должным образом. С некоторыми начальными средствами я мог бы…

Ной обернулся:

– Не сейчас. Отправьте предложение по электронной почте на этой неделе, и я попрошу своих сотрудников внимательно рассмотреть ваше сообщение.

Кивнув в ответ на слова благодарности собеседника, он направился внутрь.

Ной Карсон был не из тех, кто пренебрегает своей интуицией.

Пришла пора встретиться с женщиной, которая занимала все его мысли последние полтора дня.

Он наблюдал за ней.

Минуту назад Ильза оглянулась, почувствовав странную дрожь, и сразу заметила его вдалеке. Широкоплечий мужчина с загадочным взглядом, которого она впервые увидела вчера на обеде.

Она намеренно никого не спрашивала о нем, потому что ничего не хотела знать, и все же снова и снова искала его глазами.

Музыка прекратилась. Волосы Ильзы рассыпались по плечам. Короткая, драгоценная передышка закончилась.

– Ваше высочество?

– Боюсь, вы опоздали. Танец закончился, и я…

В ночном воздухе вновь зазвучала музыка, мелодичная и проникновенная. В зале приглушили свет, и он с самодовольным видом улыбнулся.

Это поразило ее, как гром среди ясного неба. Он все устроил. Попросил сменить музыку. Освещение.

И все это, чтобы потанцевать с ней!

Ильза могла бы сказать, что уходит, или что с нее хватит танцев на этот вечер.

Вместо этого она кивнула и была вознаграждена взглядом этих потрясающих глаз, в которых читалось предвкушение. Но на его лице не было улыбки.

Затем он взял ее руку в свою, ладонь другой руки легла ей на талию.

Нервы Ильзы были напряжены, как будто она прикасалась к оголенному электрическому проводу, а ее дыхание сбилось. При этом она двигалась в его объятиях так, как будто они танцевали вместе много лет.

Мужчина не сводил с нее глаз, и это казалось невероятно интимным.

Затем его взгляд переместился на ее губы, и ее бросило в жар. Потребовалась секунда, чтобы понять, что он смотрит, как она облизнула внезапно пересохшие губы. Неужели он подумал, что она пытается соблазнить его?

– Осторожнее, принцесса.

Он обнял ее крепче, когда она врезалась в кого‑то позади себя. Теперь он прижимал ее к себе и был достаточно близко, чтобы она смогла почувствовать тепло его тела. Он двигался с такой грацией, что ей стало интересно, чем он занимается в жизни. Спортсмен? Он выглядел сильным и был атлетически сложен и, она была уверена, что он достаточно целеустремленный человек. Но его властный вид наводил на мысль, что он занимается чем‑то другим. Он смотрел на нее оценивающе. Так же, как она на него.

Ильза разрывалась между желанием узнать о нем все и не желая ничего знать. Ей казалось, что, когда она все узнает, эта фантазия о необъяснимой связи между ними разрушится.

Было ли безумием цепляться за иллюзию?

– Почему вы пригласили меня на танец? – спросила она наконец.

Он ответил не сразу. Но она не была готова к его ответу.

– Потому что я не мог поступить иначе.

Это ее потрясло.

Ильза была заворожена им. Хорошо, что она двигалась на автопилоте, синхронно с ним покачиваясь под музыку.

Ильза моргнула, осознав, что ее рука скользнула с его плеча на грудь, остановившись там, словно заявляя о своих правах на него. Она покраснела и начала убирать руку, но он покачал головой:

– Не надо.

Она никогда не подчинялась приказам ни одного мужчины, кроме короля, но почему‑то его слова заставили ее остановиться.

– Почему? – снова спросила она. – Почему ты пригласил меня на танец?

Он улыбнулся:

– Я и не думал приглашать тебя. Мы виделись вчера, но я не подошел к тебе.

Ильза кивнула. Он схватил ее руку и поднес ее пальцы к своим губам.

– Ты тоже это почувствовала.

Но он совсем не выглядел торжествующим. Скорее, на его лице застыло суровое выражение. Будто…

– Я тебе не нравлюсь, я это чувствую.

– Я просто тебя совсем не знаю.

Ильза привыкла к тому, что люди искали с ней встречи и хотели провести с ней время.

Она провела пальцем по его ладони, чувствуя, как он вздрогнул, и наблюдая, как на его лице отражается сексуальное желание.

Ильза сделала глубокий вдох, внезапно осознав, что они остановились, в то время как другие пары обходили их.

Она должна отступить.

– Я тебя тоже не знаю.

– Это легко исправить.

Он сделал паузу.

– Пойдем со мной, и мы постараемся узнать друг друга получше.

От его пристального взгляда у Ильзы перехватило дыхание. Или, может быть, это из‑за того, что она стояла так близко к нему.

Уйти с мужчиной, которого она не знала. Это было против всех правил.

Ильза прожила всю свою жизнь, руководствуясь сводом правил.

Боковым зрением она заметила любопытные взгляды, они начали привлекать всеобщее внимание. Им нельзя так стоять бесконечно. Пора двигаться.

– Кто ты такой?

– Ной. Ной Карсон.

Имя было знакомым. Мультимиллиардер, сделавший себя сам, занимавшийся инновациями, имевший невероятный успех и пользовавшийся вниманием самых очаровательных женщин. Теперь она поняла, что в его глубоком голосе слышался намек на австралийский акцент.

– Тебе знакомо мое имя?

– Печально знаменитое имя.

Уголки его губ опустились.

– Ты веришь всему, что пишет пресса?

Она вздрогнула.

– Нет, конечно. А ты?

– Тоже нет.

Он сжал ее руку, и ее мысли улетучились, потому что это было так приятно.

Ной наклонился к ней и прошептал:

– Со мной ты в полной безопасности, принцесса. Даю слово. Не случится ничего такого, чего бы ты не захотела.

Она облизнула губы и увидела, как искорки вспыхнули в его глазах. Ее грудь набухла, и без того напряженные соски заныли.

– Просто Ильза. Не называй меня принцессой.

Он улыбнулся.

Каким будет его поцелуй? Горячим или прохладным?

– Пойдем?

– Куда?

– Ко мне.

Глава 3

Ильза заметила, что они привлекли всеобщее внимание, покинув вечеринку вдвоем. Она была благодарна ему за то, что он держал ее за руку. Его прикосновение успокаивало.

Когда они выходили из здания, она заметила знакомую фигуру охранника отца.

– Ты в порядке? – Ной остановился, повернувшись к ней.

– Все в порядке. Я не передумала.

– Отлично. Это недалеко.

«Ной» была классической винтажной яхтой, выполненной из гладкого белого тикового дерева.

– Она прекрасна.

– Эта яхта не новая.

– Новое не всегда лучше старого, – ответила Ильза. – Кроме того, у нее есть характер.

– Так пойдем?

– Секунду.

Она наклонилась, чтобы снять туфли, затем выпрямилась, держа в руке туфли на шпильках.

– В таких нельзя ходить по палубе, не так ли?

Ной взял Ильзу за руку и повел.

Оказавшись на борту, он вспомнил о своем решении не торопиться. Возможно, ему просто показалось, что она немного нервничает, но небольшая пауза только сделает окончательное завершение вечера еще более восхитительным.

Вместо того чтобы отвести ее прямо в спальню, он провел ее в просторную гостиную, которую приглушенным светом освещали несколько светильников.

– Какой твой любимый напиток? – спросил он.

– Вишневый сок. Но у тебя вряд ли он есть. Яблочный тоже подойдет. Или газированная вода.

Ной неохотно отпустил ее руку и направился к бару, он был уже сильно возбужден.

– Ты права, никакого вишневого сока. Но у меня есть газированная вода.

Наполнив два бокала, он повернулся и увидел, что она стоит на том же месте, где он ее оставил. Единственная разница заключалась в том, что ее туфли были аккуратно поставлены на пол, а одну руку она держала на животе.

– На улице не слишком прохладно для тебя? Отсюда потрясающий вид.

Если они останутся здесь, он не сможет удержаться и сядет рядом с ней на диван. Через две минуты одна его рука окажется под этой короткой юбкой, а другая расстегнет молнию.

– Да, давай выйдем на палубу. Я скажу, если замерзну.

Они сидели, глядя на огни города. Звуки вечеринки в яхт‑клубе разносились по воде, но здесь, в бархатной темноте, защищенным от посторонних глаз, им казалось, что они находятся в другом мире. То же самое чувство охватило его вчера, когда их взгляды встретились. Сегодня оно возникло снова.

Ной отогнал от себя эту фантазию и повернулся к Ильзе.

– Мы не знаем ничего друг о друге.

Ной протянул руку, и она без колебаний вложила в нее свою мягкую ладонь. Его тело отреагировало мгновенно. Он расслабился, почувствовав облегчение, но в то же время на него нахлынуло возбуждение. Он удивился силе охвативших его эмоций.

– Ты хочешь лучше меня узнать?

Прозвучало ли удивление в ее голосе?

– И наоборот.

– Как насчет двадцати вопросов друг о друге? Отвечать будем по очереди.

Ной провел большим пальцем по ее руке и почувствовал, как у нее сильнее забилось сердце.

– Давай оставим немного на потом. – Она тихо рассмеялась. – Ладно. Скажи мне, Ной… Расскажи о том, что ты недавно сотворил такого, что сделало тебя счастливым.

– Все просто. Было здорово провести время с моим племянником. Ему тринадцать, и он полон энергии. Дайте ему позаниматься виндсёрфингом, или погонять на паддлборде, или дайте ему шанс обыграть меня в его новой компьютерной игре, и он будет счастлив.

– Похоже, вы хорошо ладите.

– Мы с тобой похожи. У нас много энергии и драйва. – Он сделал паузу. – Итак, Ильза, почему ты здесь, в Монако?

В темноте было трудно увидеть выражение ее лица, но он держал ее за руку и почувствовал, как она напряглась.

– Ответ заключается в том, что папарацци запрещено работать в Монако.

Возможно, он ошибался. Может, ему показалось, что она нервничает. А на самом деле это просто настороженность женщины, ожидающей, что за ней будут шпионить, куда бы она ни пошла. Вчера он искал информацию о ней в Интернете и узнал, что недавно она стала мишенью для папарацци. Ему стало жаль ее. И любопытно узнать правду о том, что же произошло между ней и двумя ее бывшими женихами.

– И это все?

Ее пальцы дрогнули, и он услышал, как она вздохнула. Ной подавил желание повернуться и посмотреть на нее.

Она переплела свои пальцы с его пальцами, и Ной наслаждался ее готовностью доверять ему. Удивительно, насколько это стало важным для него.

– Ты, наверное, знаешь о расторгнутой помолвке.

Он повернул голову, заметив яркий блеск ее глаз в полумраке:

– Я слышал, ты отменила свою свадьбу.

– Ну так вот… Дело в том, что в данный момент я не нужна в Альтбурге. И поскольку я не собиралась возвращаться к своей старой жизни и ее рутине, я подумала, что небольшой отдых мне не повредит.

– Отдых и восстановление сил. Что ж, ты обратилась по адресу.

– Это верно.

Ной провел пальцем по ее запястью, чувствуя, как участилось ее сердцебиение, и желание снова пронзило его.

– Почему ты в Монте‑Карло? – Она вернула его мысли к их вопросам и ответам.

Он пожал плечами, подавляя желание заключить ее в объятия и поцеловать.

– Я завершил серьезную сделку, и теперь у меня небольшой перерыв в работе. А недавно перенес грипп, и мне потребовалось время на восстановление после болезни. Лучше скажи, чего ты хочешь от жизни, Ильза? Что для тебя важно?

Она замерла. К его огорчению, она высвободила свою руку, наклонилась вперед и обхватила себя руками.

После долгой паузы она заговорила:

– Я могу сказать тебе, что для меня важно. Мой народ, моя страна, моя семья. – Ее голос звучал напряженно. – Что же касается того, чего я хочу от жизни… – Она покачала головой, и уголки ее рта опустились.

Ной увидел страдание в ее глазах.

– В том‑то и дело, что не знаю.

Она вскочила и отошла. Ной последовал за ней, но, когда захотел приблизиться к ней, она покачала головой. Ильза стояла перед ним, скрестив руки на груди.

– А как насчет тебя, Ной? Чего хочешь ты?

– Чтобы у меня были крепкое здоровье, хорошие друзья, достаточно интересных задач в бизнесе и время, которое можно проводить с семьей.

– Звучит… идеально.

Почему ее голос зазвучал так чертовски тоскливо? И дело было не только в голосе. Ной почувствовал, что в ней произошла какая‑то перемена. Что‑то было не так. Он подошел ближе.

Она быстро спросила:

– Не мог бы ты показать мне ванную?

Глава 4

Она смотрела в зеркало, глаза ее наполнились слезами от явной несправедливости происходящего. Почему месячные начались именно сейчас?

Ной Карсон был первым мужчиной, к которому ее по‑настоящему влекло с тех пор, как она превратилась в девушку. Ильза чувствовала, что готова рискнуть чем угодно ради ночи в его объятиях.

Вздернув подбородок, она посмотрела на себя в зеркале, расправила плечи и надела маску спокойствия.

Когда она вышла в гостиную, то обнаружила, что Ной ждет ее там вместо того, чтобы сидеть на палубе.

Его поза – руки в карманах брюк – подчеркивала широкие плечи и стройную фигуру. Он выглядел восхитительно. Когда его обжигающий взгляд встретился с ее, у него на губах заиграла улыбка, которую она почувствовала каждой клеточкой своего существа.

– Я говорил тебе, как здорово ты выглядишь? От его слов по ее коже пробежали мурашки.

– Абсолютно восхитительно.

– Я… Мне так жаль, Ной. Но я должна идти. – Ты получила какое‑то сообщение? Что‑то срочное?

– Нет.

Ей стало хуже, тупая боль распространилась по пояснице и тугой, острый ее комок сконцентрировался внизу живота.

Ильза втянула в себя воздух и выпрямилась, борясь с желанием согнуться пополам.

– Я ничего не понимаю. Я что‑то не то сказал?

– Нет, ничего подобного.

Он сделал шаг навстречу, и снова воздух между ними наэлектризовался.

– Твое право изменить мнение, но, по крайней мере, скажи мне почему.

Он пристально посмотрел на нее. Он был прав. Он заслуживал объяснений.

Ильза от природы была замкнутым человеком, а ее королевское воспитание лишь усилило это. Но она уже так многим поделилась с ним, даже тем, чем никогда не могла представить, что поделится с незнакомцем.

Правда, Ной не казался ей чужим.

Она тяжело вздохнула:

– У меня начались месячные, и я проведу ночь, свернувшись калачиком с грелкой, постараюсь унять боль в животе.

Ной ошеломленно уставился на Ильзу. Несмотря на ее попытку криво улыбнуться, он прочел страдание в ее глазах.

– Почему ты мне сразу не сказала?

– Обычно я ни с кем не обсуждаю такие интимные вещи.

– Могу я что‑нибудь сделать?

– Ничего. Я приняла таблетку от боли. Мне просто нужно подождать, пока она подействует.

Она была не в том состоянии, чтобы возвращаться в свой отель. У нее на лбу появилась испарина, и, к своему ужасу, он понял, что она вся дрожит. Ной действовал быстро. Он подхватил ее на руки, прежде чем она успела ахнуть, затем направился к ближайшему дивану.

– Что ты делаешь? – спросила Ильза.

Ее туфли с глухим стуком упали на пол. Ной сел, баюкая ее на коленях, стараясь не думать о том, как прекрасно держать ее в объятиях.

– Я ничего не знаю о менструальных болях, но помню, как в детстве у меня был перелом, и я ждал, когда обезболивающие подействуют, моя мама держала меня на руках, и это помогло.

Она ничего не ответила, но через мгновение он почувствовал, как та вздрогнула.

Ей становилось хуже? Он наклонился, чтобы увидеть ее лицо, и обнаружил, что ее глаза наполнились слезами, а губы дрожат.

– Ильза? Тебе нужен врач?

Она покачала головой, и пряди светло‑золотистых волос рассыпались по ее обнаженным плечам. Она попыталась улыбнуться.

– Ты прав, – в конце концов сказала она. – Когда тебя так убаюкивают, это помогает. Я никогда… – Она сделала паузу. – Спасибо, Ной.

Никогда – что? Он не давил. Ей было не очень хорошо и без его любопытства.

Поэтому он устроился поудобнее и успокоил ее, когда она запротестовала, сказав, что слишком тяжелая.

В конце концов они погрузились в молчание.

Три часа назад Ной и представить не мог, что этот вечер так закончится.

Но тогда, три часа назад, он не испытывал к Ильзе ничего, кроме вожделения. Настоящая Иль‑за оказалась одновременно более сложной, сбивающей с толку и гораздо более привлекательной, чем он себе представлял, глядя на нее издалека. Более привлекательной, чем любая другая девушка, которых он знал.

– Как долго продлится твой отпуск? – спросил Ной. – Несколько дней? Недель?

Она положила голову ему на плечо:

– У меня нет четкого плана.

Ной улыбнулся и завороженно смотрел в ее глаза.

– Почему бы тебе не провести свой отпуск со мной? Давай отправимся в круиз по Средиземному морю вместе.

– Ты серьезно?

– Абсолютно.

Если бы у нее было больше сил, Ильза нашла бы себе место в другом конце комнаты, где тепло его объятий не могло ее отвлекать. Но Ильза ни за что не откажется от его объятий, пока не будет вынуждена это сделать.

Она не могла вспомнить, когда в последний раз ее так утешали. Мать крепко прижала ее к себе, когда она вернулась домой после расторжения помолвки, но это продлилось всего несколько мгновений, так как отец Ильзы стоял рядом, нетерпеливо дожидаясь, когда же можно будет обсудить политические последствия скандала.

Кроме этого случая, в течение долгих лет ее никто не обнимал. Если не говорить о том, как кружили по бальному залу различные партнеры по танцам, прижимая ее к себе, но прижимая не слишком близко.

– Но ты хочешь… – Она нахмурилась и замолчала.

– Тебя. Да, я хочу.

Из‑за этого глубокого, твердого голоса, говорившего о его намерениях, ее охватило желание? Или из‑за того, как раздувались его ноздри, словно желая почувствовать ее аромат?

Он наклонил голову, и губы Ильзы приоткрылись в предвкушении. Но он не прижался губами к ее губам.

Ее сердце чуть не выскочило из груди, когда она представила поцелуй Ноя. Даже когда они сидели в темноте, держась за руки, разговаривая так свободно, как могли разговаривать только двое незнакомцев, она думала о его поцелуе.

– Я хочу тебя, Ильза. Но тебе нужно время.

– И ты согласен подождать? – Это казалось неправдоподобным. Все, что происходило между ними, было таким откровенным и внезапным. Конечно, этот человек привык получать все и сразу. – Я не говорю о дне или двух, ты же знаешь.

Проблеск улыбки осветил его напряженное лицо.

– Признаю, что я не эксперт по женскому циклу, но даже я это понимаю.

Наконец Ильза собралась с силами и села прямо, хотя и оставалась у него на коленях. Это было ужасно, ведь она чувствовала себя там, как дома.

Даже острая боль в животе казалась более терпимой, когда она прижималась к нему.

Осознание этого и порадовало, и встревожило ее. Как будто она отдала частичку себя человеку, которого едва знала.

– Почему, Ной? Почему я? И зачем тебе такие сложности?

– Почему ты? – Он покачал головой. – Меня к тебе тянет.

– Я тоже чувствую… что‑то совершенно невероятное. Но что, если мы проснемся завтра или послезавтра, а эти ощущения исчезнут?

– Земля ведь не остановится?

В его серьезных глазах заплясали веселые искорки, он улыбнулся, и она чуть не растаяла от его взгляда.

– Это не значит, что мы не можем просто наслаждаться обществом друг друга. Но если я тебе надоем, мы зайдем в порт, и ты сможешь улететь домой.

«Домой». Это слово не принесло утешения. Последние пару лет Ильза думала, что ее домом станет Валлорт, где она будет королевой, женой человека, которого не любила, но уважала. Кроме того, домом был Альтбург, где она родилась, но где сейчас для нее не было места. Там ее считали обузой.

– Ильза? – Ной нежно запрокинул ее голову назад, убирая волосы с лица.

– Это безумная идея.

– Вовсе нет. Когда я прислушиваюсь к своей интуиции, я никогда не ошибаюсь.

Ильза вспомнила статьи, в которых ее выставляли жертвой, вспомнила насмешки над бедняжкой‑возлюбленной Люсьена.

Плавание по Средиземному морю с Ноем дало бы прессе еще один повод для сплетен и, возможно, немного отвлекло от Люсьена и Орели, его любимой женщины. У ее отца мог бы случиться припадок, но прямо сейчас ее это не беспокоило.

Если об этом пронюхает пресса, разразится новый скандал, и на нее перестанут смотреть как на бедную невинную Ильзу. Она сомневалась, что даже ее отец смог бы после этого организовать для дочери выгодный и правильный брак. Уже одно это было веской причиной ответить «да». Но она хотела согласиться совсем не поэтому.

Ильза подняла руку и прижала кончики пальцев к шее Ноя, удивившись тому, какие прекрасные ощущения испытала при этом. Он вздрогнул, и его взгляд сказал ей о многом.

Этот взгляд, эта дрожь заставили ее почувствовать себя сильной и желанной.

– Я не могу. В конце недели я буду почетным гостем на ужине, устроенном королевской семьей Монако. Я не могу уехать. Я пообещала там быть.

– Я понимаю. У меня скоро важная встреча в Афинах, и я не смогу здесь остаться надолго, – сказал Ной.

Ну вот и все. Трепет волнения Ильзы сменился грустью.

– Что ж, мне лучше…

– Подожди. Скажи мне, если бы ты могла, какую выбрала бы страну на Средиземном море?

– Турцию. Я никогда там не была.

– Тогда встретимся в Стамбуле в конце недели.

– Я. – От волнения ей было трудно дышать.

Он не отводил от нее взгляда, и ей показалось, будто она падает в бесконечный теплый океан.

– Не говори «нет», Ильза. Скажи «да», или, по крайней мере, что ты подумаешь об этом.

Глава 5

– Ты прекрасно выглядишь, – прошептал Ильзе на ухо Ной, ведя ее через роскошный холл отеля на солнечную улицу.

Сердце Ильзы бешено билось.

– Ты тоже.

– А как ты себя чувствуешь сегодня? – спросил он.

– Просто фантастически! – Он улыбнулся, и от его взгляда у нее задрожали колени.

– И я.

Ильза пожала плечами. Она приняла обезболивающие и совсем не хотела говорить о таких вещах.

– Я думала, ты сегодня будешь плавать на яхте.

Именно поэтому ее так взволновало его сообщение.

Ной взял ее за руку и повел вниз по улице.

Ильза, как и прошлой ночью, почувствовала, что все, что происходит сейчас, правильно. Затем он остановился, повернулся к ней и серьезно посмотрел на нее.

– Мне нужно было убедиться, что ты не передумала. – Его пальцы переплелись с ее.

– Ты приедешь в Стамбул, Ильза?

– Да.

– Я хочу зацеловать тебя до беспамятства, – сказал он, – но, возможно, это не очень хорошая идея. Пошли.

– Куда?

– Я обнаружил здесь одно местечко, которое, надеюсь, тебе понравится.

Ресторанчик, затерявшийся на глухой улочке, с крошечной террасой с видом на море, был уставлен комнатными растениями.

– Я и не подозревала, что в городе еще есть такие места, как это, – сказала Ильза, когда официант поставил на стол корзинку с хрустящим хлебом и тарелку с оливками.

– Тебе нравится? Я подумал, что нам будет лучше всего хотя бы в относительном уединении. И так будет меньше поводов для сплетен.

Ильза кивнула и потянулась за оливкой.

– Хорошая идея. И мне здесь действительно нравится. А от этих ароматов слюнки текут.

– Я рад.

– И я хочу доставить тебе удовольствие.

– Потому что ты хочешь меня.

– Ты умеешь получать желаемое, но ты вовсе не эгоист.

Прошлой ночью Ильза пыталась скрыть боль, но Ной готов был разбудить своего врача, чтобы тот осмотрел ее. Когда она отказалась, он настоял на том, чтобы посидеть с ней, пока боль не утихнет, прежде чем проводить ее в отель. Ильза не могла припомнить в своей жизни ничего подобного.

– Ты встречала много эгоистичных мужчин?

Она вспомнила мужчину, который утверждал, что обожает ее. Который хотел заняться с ней любовью. Когда мать увезла ее в Штаты, он переключился на кого‑то еще.

– Да, было дело.

Ной крепче сжал ее руку.

– Если ты когда‑нибудь захочешь поговорить, Ильза…

Ее брови удивленно взлетели вверх. Мужчина, желающий поговорить?

– Ты действительно не такой, как я ожидала.

Он напрягся. Его глаза сузились.

– А чего ты ожидала?

Она пожала плечами:

– После того благотворительного обеда я немного почитала о тебе в Интернете.

Она остановилась почти сразу, когда увидела целую галерею прекрасных женщин в его жизни.

– В прессе часто называют тебя донжуаном.

– Возможно, так и есть.

– Теперь я понимаю, почему ты продолжаешь возглавлять списки самых сексуальных мужчин.

К ее удивлению, его загорелые щеки сделались темнее.

– Ной Карсон, ты покраснел?

– Возможно.

Ильза улыбнулась.

– А что ты знаешь о моем прошлом?

Ильза покачала головой:

– Я знаю твое имя и что ты из Австралии. Но я не так уж глубоко копала.

– Я родился в небогатой семье.

Ной увидел недоумение в ее серо‑голубых глазах. Он хотел узнать все ее тайны, выяснить, что ее возбуждает, и раскрыть ее секреты.

Обычно он не испытывал ничего подобного по отношению к своим любовницам.

А она еще не твоя любовница. Может быть, она ею и не станет, когда услышит, кто ты на самом деле.

Не поэтому ли он затеял этот разговор? Чтобы удостовериться, что она не похожа на Поппи?

Но Поппи очень хотела переспать с тобой. Это случилось только тогда, когда ты наивно захотел чего‑то большего…

– У всех людей разное происхождение. Расскажи мне о себе.

Он расправил плечи.

– Моя семья меня всегда поддерживала во всем. Я рос счастливым, проводил долгие летние каникулы играя в крикет или бывая на пляже, пока не стал достаточно взрослым, чтобы начать работать.

– Тебе повезло. – Ильза улыбнулась.

– Я знаю, что мне повезло. Когда прошлой ночью ты спросила, чего я хочу от жизни, я понял, что у меня все уже есть. Счастливая жизнь в кругу родных.

– Я понимаю.

Ильза была серьезна.

– Ты не собираешься заводить семью, просто хочешь весело проводить время. Итак, чем твоя семья отличается от других?

– Мои отец и дед были «гарбо». – Он увидел ее замешательство и продолжил: – Это по‑австралийски «сборщики мусора». Те, кто ездит на грузовиках и опустошает мусорные баки. Хотя сейчас, с появлением подъемников на грузовиках, все сводится к простому вождению грузовика.

– И что?

– Как «и что»?

Она наклонила голову, как будто хотела рассмотреть его получше.

– Судя по твоему тону, я ждала чего‑то ужасного. Возможно, преступления, насилия.

– Карсоны законопослушны. Члены моей семьи, как правило, не заканчивают университетов.

Ильза понимающе кивнула.

– Ты знаешь, как я начал свой бизнес? Я не торговал акциями и не покупал недвижимость, я просто нанял старый грузовик для вывоза мусора в сельской местности. Потом еще один, и еще. Очевидно, что твое онлайн‑исследование не было полным. Время от времени пресса называет меня Королем мусора.

Страшно представить, какой скандал разыгрался бы, если вместо короткого романа с Ильзой такой мужчина, как он, захотел бы чего‑то более серьезного. Начался бы настоящий ад, в том числе и в ее королевской семье.

– Я читала, что ты вложил деньги в создание дорожного покрытия и других вещей из переработанных шин. Значит, ты занимаешься и утилизацией отходов?

– Все началось со сбора и утилизации шин, но наше основное внимание нацелено на повторное использование и вторичную переработку. Мы инвестировали в целый ряд инноваций, которые принесли хорошие результаты. Многие проекты осуществлялись в промышленных масштабах с использованием разработок лучших ученых и опыта лучших инженеров, в то время как другие были очень небольшими и осуществлялись силами простых людей, иногда в развивающихся странах. Последнее, возможно, и не приносило большой прибыли, но было удивительно наблюдать, как инновации в одной области возникали из‑за инициативы в другой.

– И поэтому ты часто бываешь грубым? – Ной сделал паузу, пока официант подавал им еду. – Переработка отходов – это не совсем то, чем стремится заниматься большинство людей.

Определенно, Поппи не хотела выходить замуж за человека, который занимался таким делом. Для нее он был достаточно хорош для секса. Он был многообещающим предпринимателем, не похожим на мужчин, которых одобряла ее семья, у которых были старые деньги и старые связи, помогающие им подняться по карьерной лестнице. Но когда Ной понял, что влюблен, и наивно попросил ее выйти за него замуж, она была в ужасе.

А еще она здорово навредила его сестре.

Элли дружила с Поппи, которая наслаждалась ее обожанием. Элли была единственным человеком в его семье, на которого у Поппи находилось время. Она даже приглашала ее на некоторые мероприятия со своими модными друзьями.

Только позже, когда Элли боролась с депрессией и булимией, Ной узнал, как негативно Поппи и ее друзья повлияли на его сестру. Они были так одержимы внешностью. Все эти комментарии о том, что ей нужно похудеть, и о том, как важно любой ценой выглядеть стройной…

Резкие слова Ильзы прервали его мысли:

– Тебе не нужно, чтобы я советовала тебе игнорировать людей, унижающих тебя. Твоя семья честно заработала свои деньги.

Впервые Ной видел ее сердитой, и он разрывался между желанием успокоить ее и восхищением тем, как соблазнительно она выглядела. На ее щеках играл румянец, а глаза сверкали.

Он накрыл ее руку своей.

– Ваша работа очень нужна людям. Что касается того, что я буду смотреть на тебя свысока из‑за твоего семейного бизнеса.

– Что?

– Ты думал, раз я принцесса, значит, заведомо буду тебя презирать?

Ильза по‑прежнему сидела очень прямо, вздернув подбородок и расправив плечи. Даже в простом летнем платье голубого цвета и без каких‑либо украшений, кроме неброских золотых сережек, она выглядела по‑королевски. Ной так сильно хотел ее! Ему невыносимо было думать о том, что она сейчас отстранится от него.

– Быть королевой – это не значит носить горностаевую мантию и ходить на балы. Самым большим достижением моего прадеда, которым он очень гордился, было строительство современной системы канализации под столицей. И если ты поговоришь с моим отцом, он скажет тебе, какая большая проблема – сбор отходов в суровую альпийскую зиму. Его приоритеты – сделать нашу страну самодостаточной и сократить количество отходов.

– Туше. – Ной рассмеялся, поднимая руки, капитулируя. – Я сдаюсь.

– Я – это не только мой статус, Ной. Может, у меня и есть титул, но это еще не все, чем я являюсь.

Он перестал смеяться. Он задел ее за живое. Впервые с тех пор, как они встретились, она рассердилась.

Ной наклонился к ней ближе. Была ли эта боль в ее глазах?

– Прости меня, Ильза. Когда я с тобой, то не думаю о тебе как о «вашем королевском высочестве». – Голос Ноя понизился до шепота. – Ты твердо стоишь на земле. А еще ты слишком сексуальная, щедрая и веселая, чтобы соответствовать моему представлению о королевской семье. Ты очаровала меня.

Ее рука, меньше и мягче, чем у него, коснулась его ладони. Мгновенно он переплел свои пальцы с ее, чувствуя, как его кровь забурлила быстрее от этого жеста.

– Я хочу тебя такой, какая ты есть, я хочу женщину, которая скрывается за этим титулом, Ильза.

Эмоции вспыхнули в ее глазах, а сердце лихорадочно забилось. Затем кончик ее языка скользнул по розовым губам, и Ной чуть не застонал вслух. Она соблазняла его так, как никогда не соблазняла ни одна женщина. Мысль о том, что нужно ждать еще целую неделю…

– Это самая приятная вещь, которую мне когда‑либо говорили.

Она наклонилась и поцеловала его в щеку.

Ему стало трудно дышать, и он резко откинулся на спинку стула.

– Что случилось, Ной?

Он заставил себя отпустить ее руку, делая вид, что интересуется своей едой.

– Все в порядке. Для начала… давай поедим?

Позже на той же неделе Ильза вернулась в свой отель с королевского ужина, одетая в атлас и сверкающая драгоценностями. Это был прекрасный вечер, приятнее, чем она ожидала. Но когда она вошла в свою комнату и сняла туфли на высоких каблуках, почувствовала облегчение оттого, что наконец‑то освободилась от королевских обязательств. Скоро она полетит в Стамбул, чтобы встретиться с Ноем.

Зазвонил телефон, и сердце забилось сильнее. Ной! Она схватила трубку.

– Ильза.

– Отец.

Полчаса спустя она закончила разговор и невидящим взглядом уставилась на картину на стене.

Формально король позвонил, чтобы обсудить прошедший вечер и дипломатические вопросы, которые были подняты ее хозяевами за ужином.

Было и еще кое‑что, но, к ее удивлению, не осуждение по поводу того, что ее видели выходящей из яхт‑клуба с Ноем Карсоном. На этот раз отец сдержался и не прочитал ей лекцию о королевском достоинстве.

Это сбило ее с толку.

Еще больше ее смутило то, что он сказал, что понимает, что последние месяцы были для нее не простыми. Конечно, он не упомянул тот факт, что она потратила годы, готовясь править Альтбургом, а теперь больше не была его наследницей.

Он закончил разговор, упомянув недавнюю сделку, которую Ной заключил с французским консорциумом, сказав, что хотел бы заинтересовать Ноя принять участие в аналогичном проекте для Альтбурга. Спросил, сможет ли она уточнить это у Ноя и убедить его посетить королевство.

Ильза согласилась, расправила плечи и откинулась на спинку стула, наслаждаясь ощущением полной свободы. Ей хотелось скорее увидеть Ноя и окунуться с головой в первые в жизни настоящие романтические отношения.

Глава 6

Ильзу встретил в аэропорту незнакомый ей человек, который проводил ее до лимузина. Он был дружелюбен, но поддерживать непринужденную беседу с ним ей было непросто. Она ожидала увидеть Ноя.

Нервы были на пределе, желудок скрутило. Правильно ли она поступила, приехав сюда?

Ее тревога росла по мере того, как они отъезжали от города. Затем водитель объяснил, что она должна присоединиться к Ною на яхте. Когда они добрались до моря, почти стемнело. Но там ее ждал скоростной катер, а вдали – знакомая яхта.

Сердце Ильзы подпрыгнуло, а ладони стали липкими от пота, ее все еще терзали сомнения.

Но когда она наконец попала на борт, Ной был там. Он обнял ее так, что она почувствовала, как его тепло окутывает ее.

– Ильза, наконец‑то! – Он взял ее за руку. – Я хотел приехать в аэропорт, но боялся привлечь внимание к тому, что мы вместе.

Ее волнение исчезло, и она улыбнулась:

– Спасибо тебе. Я даже не подумала об этом.

– Заходи внутрь. – Он провел ее в знакомую гостиную. – Если ты не очень устала, я подумал, что мы могли бы выпить и посмотреть на панораму города.

– Да, мне бы этого хотелось.

– Хорошо.

Он направился к бару, оставив Ильзу разочарованной тем, что не поцеловал ее.

Ной протянул ей высокий стакан, и она рассмеялась.

– Вишневый сок!

– Свежевыжатый.

Ильза склонила голову набок, изучая его. Он был таким же жизнерадостным и красивым, каким его помнила, и она забывала дышать, когда он был рядом.

– Это очень предусмотрительно. Спасибо.

– Ты удивлена?

Она пожала плечами:

– Может быть, я больше привыкла к людям, для которых важнее всего их собственные желания.

Он взял ее за руку.

– Поверь, Ильза, мне очень важно то, чего хочу я. – Он произнес это хрипло, и она ощутила восхитительное предвкушение.

– И все же ты даже меня не поцеловал.

У Ильзы перехватило дыхание. Она не собиралась этого говорить, но слова сами вырвались.

Ной сжал ее пальцы, затем отпустил, засунув руки в карманы и оставив ее в смятении.

– Ной?

– Что ты хочешь, чтобы я сказал, Ильза? – Он посмотрел на ее губы.

Ее бросило в жар.

– Правду. Всегда только правду.

– Ты знаешь правду. – Его голос звучал низко и мягко и был таким обольстительным. – Я хочу тебя. Очень. Конечно, я хочу целовать тебя. Я хочу медленно насладиться занятиями любовью с тобой, Ильза. И я хочу… – Он закрыл глаза и покачал головой. – Я не поцеловал тебя, потому что, когда я это сделаю, остановиться будет невозможно. Но мне нужно подождать, пока ты будешь готова. Если только ты не хочешь, чтобы я налетел на тебя сейчас же.

Ильза почувствовала облегчение. Он давал ей время.

Остаток вечера запечатлелся в ее памяти как один из лучших в жизни.

Древний город сверкал, как тысяча драгоценных камней, выставленных специально для них на черном бархате неба. В темной воде отражались огни зданий, стоявших на берегу, и огни других лодок.

Они с Ноем стояли на палубе, когда проплывали мимо Голубой мечети. У Ильзы перехватило дыхание при виде подсвеченного купола и изящных минаретов. Затем они увидели древний купол собора Святой Софии и несколько зданий, входивших в ансамбль дворца Топкапы, резиденции турецких султанов. Они миновали Золотой Рог и большой дворец Долмабахче, раскинувшийся вдоль набережной. Ильза была рада, что впервые увидела город ночью, когда его красота казалась скорее сказочной, чем реальной.

Наконец Ной отвез ее на берег в великолепный особняк, стоявший прямо на воде. В нем было несколько этажей, высокие окна. Он был украшен красивым орнаментом и был таким же прекрасным, как палаццо, которые она видела в Венеции.

Он арендовал особняк, а не номер в отеле, потому что только так они могли побыть в уединении. Ильза оценила заботливость Ноя. Он заставил ее почувствовать, что она действительно важна для него.

Бродить по городу вместе с Ильзой было так захватывающе! Она была беззаботной и соблазнительной. Куда бы они ни пошли, везде она привлекала всеобщее внимание своей улыбкой. Она выглядела на миллион долларов, хоть и была в повседневной одежде и с волосами, собранными в конский хвост. И она сразила Ноя наповал.

Команда охраны гарантировала, что папарацци их не побеспокоят, и они не вмешивались, пока Ильза улыбалась и болтала, идя с ним по улицам.

Она разговаривала с рыбаками, сидевшими на мосту. Она остановилась, чтобы полюбоваться продавцами воды в ярких одеждах, несущими богато украшенные металлические сосуды на спине или продающими закуски вроде кусочков огурцов, посыпанных солью, или ломтиков кунжутного хлеба.

Люди горели желанием поговорить с ней. Она излучала тепло, которое притягивало их, как мотыльков на свет свечи.

Ною было любопытно, что же она захочет увидеть в городе. Легендарную сокровищницу султанов? Но она предложила отправиться на рынок. Конечно, шопинг, он должен был догадаться, что ее заинтересует шопинг… Вот только вместо того, чтобы пойти на Гранд Базар, Ильза выбрала Рынок специй.

Как только они вошли туда, Ильза взяла его за руку:

– Разве это не удивительное место?

– Да, пожалуй. Что ты хочешь купить?

– Я хочу просто посмотреть. Хотя этот чай с сушеными бутонами роз выглядит так интригующе. Я знаю кое‑кого, кому бы это понравилось.

Они исследовали каждый уголок рынка. Ной не славился терпением во время шопинга, но это было нечто другое.

Наблюдать, как лицо Ильзы меняется, когда она открывает для себя какой‑нибудь новый деликатес, было настоящим удовольствием. Слушать ее шутливые разговоры с владельцами прилавков, откликаться, когда она вовлекала его в беседу, было на самом деле весело.

Она спросила его, что делает его счастливым, и он сразу подумал о своей семье. Что примечательно, сейчас Ной понял, что быть с Ильзой по ощущениям было близко к этому. Они даже не спали вместе. Он испытывал постоянный дискомфорт, все время желая ее. Ночь стала пыткой нереализованной страсти.

– Ты в порядке, Ной?

Ильза повернулась к нему, в руках у нее была большая упаковка рахат‑лукума.

Он взял сверток и сунул его под мышку.

– А почему бы нет?

Она нахмурилась, глядя на пакет, будто собиралась настоять на том, чтобы самостоятельно нести его, а затем пожала плечами.

– Потому что я продержала тебя здесь столько времени. Тебе скучно?

– Удивительно, но нет. Я хорошо провел время.

Она улыбнулась, глядя на него.

– Чудесно, правда?

– Точно. – Ной думал не о рынке, а о ней. Он взял ее под руку. Потому что он не мог не прикоснуться к ней. – Когда ты собираешься съесть все эти сладости?

Он видел ее восторг за завтраком, когда она обнаружила на столе желе из лепестков роз и кувшин свежевыжатого вишневого сока, а также хлеб и множество закусок. Но, несмотря на пристрастие к сладкому, Ильза не обладала фигурой сладкоежки. У нее была тонкая талия и длинные, стройные ноги, а изгибы ее тела были такими манящими…

– Это не для меня. В Альтбурге есть люди, которым они точно понравятся. – Она замолчала, потом спросила: – Куда пойдем теперь?

Ной покачал головой:

– Это твой первый визит в Стамбул. Тебе и выбирать.

– Правда?

– Есть еще кое‑что, что мне хотелось бы купить, если только ты отважишься посетить Гранд Базар.

– Ну, если ты по достоинству оценишь, какой жертвой будет для меня больше шопинга.

Она наклонилась к нему, ее грудь коснулась его руки. Легкий аромат бергамота и тепло ее кожи были обещанием бесконечного удовольствия.

– Я в долгу не останусь.

Ной крепче сжал ее руку.

– Ловлю на слове, – пробормотал он.

– Я буду с нетерпением ждать. А пока обед за мой счет.

Вместо шикарного ресторана они остановились на простой уличной еде. Ильза заказала еду и для охранников, которых, как он думал, она даже не заметила. Но ведь вокруг нее с самого рождения были такие люди. Ее мир был совсем другим.

Их визит на Гранд Базар был недолгим, хотя он выглядел, как настоящая Пещера Аладдина. Здесь можно было приобрести все: от изделий из кожи до керамики, изделий из металла, ковров, ламп и украшений.

Вскоре они уже сидели, попивая яблочный чай, пока Ильза осматривала причудливые кожаные тапочки. Загнутые вверх носы делали их похожими на туфли из сказок «Тысячи и одной ночи».

Ноя отвлекла женщина из соседней лавки, которая навела фотообъектив своего телефона в их направлении. Однако он не смог бы защитить Ильзу от каждого фотографа, как бы он этого ни хотел. О них уже начали судачить.

– Они прекрасны. Я возьму 50 пар всех детских размеров.

– 50 пар? Планируешь завести большую семью?

Ильза напряглась. Она назвала продавцу адрес доставки. Детское отделение в больнице Альтбурга.

Она проводила свой отпуск, покупая подарки для больных детей. Ильза могла бы попросить своих помощников купить подарки, но сделала это сама. Это была не простая покупка. Она все время думала об этих детях, даже в то время, которое должно было быть только ее.

У Ноя защемило сердце. Потребовалось мгновение, чтобы распознать это ощущение. Гордость. За женщину, которой действительно не все равно.

Пять минут спустя они вышли на улицу. Ной приготовился к новым походам за покупками. Но Ильза настояла, чтобы он выбрал место, куда они пойдут теперь.

Цистерна Базилика была древним подземным резервуаром, поддерживаемым сотнями высоких мраморных колонн. Они шли в полутьме по дорожкам, в воде красиво отражались огни. Здесь было очень атмосферно.

– Как ты узнал об этом месте? – спросила Ильза, придвигаясь ближе, когда они рассматривали огромную каменную голову горгоны Медузы у основания колонны.

Ной перестал сопротивляться своим желаниям. Он обнял Ильзу, положив ладонь на ее прохладную руку.

Она повернулась, и он задержал дыхание, готовый поцеловать ее.

– Ной? Как ты обнаружил это потрясающее место?

Он решил бороться с желанием поцеловать ее до тех пор, пока не почувствует, что ее кровь бурлит так же, как у него.

Ной тяжело вздохнул и попытался взять себя в руки.

– Ты поверишь, что я видел это место в кино?

Она улыбнулась, и его снова поразило, какая милая у нее улыбка. А также, какие полные губы, какой страстный рот.

– Я могу в это поверить. Какие великолепные декорации!

Из‑за ближайшей колонны вырвалась вспышка. Вероятно, это был какой‑то фотограф‑любитель, пытавшийся запечатлеть величие этого места. Но это было и своевременное напоминание.

Ной отступил, игнорируя то, что все его существо протестовало против этого.

– Нам пора идти. – Пора это прекратить. Он сделал вид, что смотрит на часы. – У меня скоро будет видеоконференция.

Та, приглашение на которую он только что решил принять, чтобы установить некоторую дистанцию между ними.

И все же, даже приняв приглашение, он думал, что совершил ошибку. Не потому, что это был плохой бизнес; наоборот, это выглядело как прекрасная возможность. Но потому, что он предпочел бы провести остаток дня с Ильзой.

– Конечно.

Была ли она разочарована? По выражению лица Ильзы ничего не было понятно. Как ни странно, это его раздражало.

– Я, наверное, тоже пойду. Но раз уж ты заговорил о бизнесе, я кое о чем должна тебя спросить. Может быть, тебя заинтересует проект в Альтбурге? Мой отец слышал о проекте, который ты планируешь осуществить во Франции, и был очень воодушевлен.

Три часа спустя Ной закончил видеоконференцию и откинулся на спинку рабочего кресла.

Кто‑то постучал.

– Входите.

Богато украшенная дверь распахнулась, и вошла Ильза.

У Ноя перехватило дыхание.

Ее золотистые волосы рассыпались по плечам. Ее лазурно‑голубое платье с облегающим лифом расширялось книзу и было до колен, выставляя длинные стройные ноги напоказ.

Его взгляд скользнул вниз к босоножкам на тонких каблуках, которые были сплетены из тонких ремешков того же цвета, что и платье.

Он поднял глаза, скользнув взглядом по сладкой выпуклости груди. Платье держалось на таких тонких бретельках, что казалось, они порвутся от одного прикосновения его пальцев или зубов.

– Ильза. – Ее имя прозвучало грубо в его устах. Он сглотнул. Ему нужно было говорить дружелюбно, а не как мужчине, желающему немедленно наброситься на нее. – Ты выглядишь отдохнувшей.

Она выглядела потрясающе.

Она была такой желанной.

А вот босоножки. Они просто кричали о сексе так громко, что это мешало ему сосредоточиться.

– Прости?

Он видел, как шевелятся ее губы, но не слышал слов.

– Я спросила, закончил ли ты свои дела.

– Да.

Он планировал остаться здесь, отправить несколько электронных писем, прежде чем начать мучить себя, сидя с ней рядом за ужином. Но, увидев ее сейчас, такую соблазнительную и манящую, он позабыл о контрактах.

Ильза сделала еще один шаг и закрыла за собой дверь. Он видел, как вздымается ее грудь под тонкой тканью платья.

У него снова пересохло во рту. Если бы он попытался заговорить, то его голос звучал бы, как рев медведя, пробудившегося от зимней спячки. Или как голос мужчины, потерявшего контроль над своим либидо.

Она повернула ключ в замке.

Сердце Ноя чуть не выскочило из груди.

– Почему ты здесь, Ильза? – Его голос был таким хриплым, что он сомневался, поймет ли она его слова.

– Я хочу поцеловать тебя, Ной. Я хочу… всего.

Глава 7

Сердце Ильзы совершило сумасшедший кульбит, ноги подкосились, заставив ее остановиться, положив руку на дверь.

Она намеренно пришла без бюстгальтера, и, когда сделала глубокий вдох, прикосновение ткани к соскам привело ее в замешательство. Ной стоял за массивным письменным столом. Такой мужественный. Джинсы облегали мощные бедра, а светлая рубашка подчеркивала и ширину его плеч, и голубизну этих прекрасных глаз под черными бровями.

Она хотела Ноя с того момента, как увидела его.

Ее желание только усиливалось по мере того, как узнавала его лучше. Он был человеком слова, заботился о других, а не только о себе. Он был внимателен, умел слушать. Он был веселым, обаятельным и.

У него была фантастическая фигура. Эти мышцы, сильные руки и стройные ноги. Решительный подбородок. Чувственные губы, обещавшие всевозможные наслаждения.

Ей хотелось сорвать с него одежду.

– Ты готова?

Голос Ноя был таким сексуальным! Ильза переступила с ноги на ногу, чувствуя возбуждение.

А он даже не пошевелился. Вместо этого он нахмурился.

Неужели передумал?

Она купила это сексуальное платье, и то, расшитое блестками, в Монако. Это была абсолютно импульсивная покупка. Ильза пожалела, что у нее нет черного кружевного белья.

– Я готова. – Ильза вздернула подбородок. – Если и ты готов, Ной. – Она шагнула вперед, затем остановилась, с удивлением обнаружив, что у нее дрожат колени.

Внезапно Ной оказался прямо перед ней.

Он взял ее за плечи:

– Ты в порядке?

В его голосе звучало беспокойство. И все же он смотрел на нее горящими глазами, которые навевали мысли о море и горячем сексе. Он не передумал. Он просто так отреагировал на ее напряжение.

Она улыбнулась и увидела, как Ной смотрит на ее губы.

– Я никогда не чувствовала себя лучше.

Ильза была удивлена, что ощущала слабость в ногах в то время, когда все ее тело переполняла энергия. Она провела кончиком языка по пересохшим губам.

Что‑то промелькнуло в глазах Ноя, что заставило ее сердце забиться чаще. Он отпустил ее плечи и обнял ее, крепко прижимая к себе.

Да! Восхитительные ощущения. Она обнаружила, что его губы были прохладными и удивительно мягкими, он поцеловал ее не робко, а очень нежно. Затем Ной начал целовать ее очень страстно. Ильза ахнула и крепче прижалась к нему.

Ее соски напряглись, и кровь закипела в венах, когда она так же страстно стала целовать его в ответ.

Она не целовалась с подросткового возраста, и сейчас нетерпение делало ее неуклюжей. Ильза отчаянно желала большего. Голод был всепоглощающей силой, овладевшей ею. Она запустила пальцы в его шелковистые волосы, продолжая целовать его. Ее грудь вздымалась, сердце бешено колотилось, ей нужны были его губы. Она не могла оторваться от этого поцелуя, даже для того, чтобы набрать воздуха в легкие. Затем Ной запрокинул голову назад и посмотрел на нее, прищурившись.

Ильза погладила его подбородок, затем провела пальцем по его нижней губе. Она выгнулась, прижимаясь к нему всем телом, чувствуя, как желание охватывает ее полностью.

Ной подхватил ее и посадил на стол, раздвигая ее бедра в стороны. Он прикусил зубами ее большой палец, совсем чуть‑чуть, но это заставило ее вздрогнуть, еще сильнее подавшись вперед. В ответ Ной прижал ее к себе, в то время другой рукой начал ласкать сквозь тонкую ткань платья ее грудь без бюстгальтера.

Ильза прикрыла глаза, когда тело напряглось от восторга и от незнакомых ощущений. Было ли в ее жизни когда‑нибудь что‑нибудь настолько восхитительное?

Он целовал ее пальцы и ладонь.

– Я представлял себе наш первый раз в постели с коробкой презервативов. Но так тоже хорошо.

Презервативы! Она очнулась. Как она могла забыть об этом?

– Мне жаль. У меня нет презерватива.

Ной ухмыльнулся, полез в задний карман и вытащил пару квадратных пакетиков.

– С тех пор как ты приехала в Стамбул, я ношу это с собой. Так, на всякий случай. Итак, на чем мы остановились?

Он медленно расстегнул молнию у нее на платье. Прикосновение его пальцев невероятно ее возбуждало. Как и то, как он смотрел на нее.

– Мне нравится, что ты носишь это платье без бюстгальтера.

Он провел рукой по ее обнаженной спине и опустил голову. Ильза приблизила свои губы к его губам, но Ной поцеловал ее шею, найдя такое чувствительное место рядом с изгибом плеча, поцелуй в которое заставил ее извиваться. Его губы скользнули мимо ключицы к крошечной бретельке. Секунду спустя он зубами стянул ее с плеча, почти обнажив ее грудь.

Он потянул другую бретельку вниз.

– Подними руки, Ильза.

Она высвободилась из платья и услышала, как Ной шумно выдохнул. Долгое время он не прикасался к ней, просто смотрел, и она забыла, что это был ее первый раз и что ей нужно предупредить его, чтобы он не разочаровался. Она была слишком поглощена ощущением собственной сексуальности и желанности.

Ной осторожно опустил ее на рабочий стол, смахнув что‑то, что с глухим стуком упало на пол, затем прижался ртом к ее груди.

Ильза была не готова к такому буйству ощущений. К такому острому желанию. Его губы и руки на ее груди затуманили ее разум и превратили в отчаянную женщину. Она застонала. Она знала, что стонет, но не могла остановиться.

Дрожащими руками она прижала его руку к своей груди.

Ильза закинула одну ногу ему на бедро, затем другую, пытаясь слиться с ним в единое целое.

Ной лизнул ее сосок, затем поднял голову и посмотрел на нее.

– Мне нравится ход твоих мыслей, – пробормотал он, его рука скользнула ей под платье.

Наконец она почувствовала его руку у себя между ног.

Глаза Ноя округлились, когда он понял, что на ней не было нижнего белья.

– Мне действительно нравится ход твоих мыслей! Если бы я с самого начала знал, что под этим платьем на тебе ничего нет…

Он покачал головой, пока его руки исследовали ее тело.

Когда Ной убрал руку, она нахмурилась, резко открыла глаза и увидела, что он расстегивает на себе молнию и разрывает упаковку презерватива зубами.

Ильза ожидала, что этот момент покажется ей важным и значимым. Она думала о том, чтобы сказать ему, что она девственница. Но промолчала.

Ной склонился над ней, она просто притянула его к себе ближе.

– Ильза, я хочу тебя так сильно, что не могу обещать, что долго продержусь.

И, прежде чем она смогла что‑то сказать, Ной медленно и глубоко вошел в нее.

У Ильзы перехватило дыхание. Она почувствовала, как ее глаза расширились от незнакомых ощущений, сбивавших ее с толку. Он остановился, когда она почувствовала дискомфорт. Затем, через секунду, Ной поднял ее ногу выше, обхватил за талию, и ей стало легче. С его помощью она подтянула вторую ногу повыше, прижимаясь к нему, и боль почти сразу утихла. Даже тогда он не пошевелился. Просто склонился над ней, тяжело дыша. Ильза беспокойно погладила его по плечам. Она пошевелилась, напрягая мышцы, и почувствовала, как он вздрогнул.

Ной ощутил ее боль. Но ее шок прошел, сменившись потребностью двигаться и даже позволить Ною полностью раствориться в ней.

Она осторожно повела бедрами и была вознаграждена плавным толчком Ноя. Он вошел так глубоко, что ей показалось, будто она открыла величайшую тайну жизни.

Или, может быть, это был эффект от его взгляда. Он смотрел на нее так, как будто в мире не было ничего, кроме них двоих.

Желая прежде всего доставить Ною удовольствие, она сжала свои мускулы и почувствовала, как тот содрогнулся. Он отстранился и задвигался быстрее, его дыхание сделалось прерывистым, а взгляд невидящим.

Она ликовала и была в восторге оттого, что доставила ему удовольствие.

Ной прикусил мочку ее уха, а его рука скользнула к ее лону.

– Кончи со мной, Ильза, – прошептал он ей в ухо.

Его голос был восхитителен. Он снова взял ее, его пальцы ласкали ее, он покусывал ее шею до тех пор, пока не наступила кульминация.

Он глубоко вошел в нее в последний раз, а затем содрогнулся.

Удовольствие затуманило ее мысли, унося в бесконечный космос, где не было ничего, кроме экстаза и этого мужчины.

Ильзу охватил вихрь разнообразных эмоций. Восторг. Благодарность. Удовлетворение. Удивление. Жадность. Нежность…

Никто не предупреждал ее, что ее первый сексуальный опыт сделает ее такой эмоциональной, что она захочет остаться в объятиях своего возлюбленного навсегда.

Глава 8

Ной провел пальцем по обнаженному плечу Ильзы, а затем вниз по руке. Она прикрылась простыней. Ответное влечение отразилось во взгляде ее сонных глаз.

Странно, что такая чувственная женщина, женщина, которая так бесстрашно вошла в его офис без нижнего белья, столь скромно прикрывает свое прекрасное тело.

Она была девственницей.

У него в голове вертелось столько вопросов. И сожалений. Он принял ее слегка неуклюжие поцелуи за безудержный энтузиазм и совсем не подумал о неопытности. Должен ли он был понять все это раньше?

– О чем ты думаешь?

Ной поднял глаза и увидел, что Ильза смотрит на него.

– Ты выглядишь очень серьезным.

– Просто интересно, может, мне стоило быть более ласковым?

– Все было прекрасно.

– Я говорил о первом разе. Там, в кабинете. Тебе не понравилось делать это на столе?

Она нахмурилась:

– Конечно, понравилось!

– Ты очень сексуальная женщина, Ильза.

Ной вспомнил ее вызывающий взгляд, когда она запирала дверь, и шок, когда он обнаружил, что под этим тонким голубым платьем на ней ничего нет. Он снова почувствовал напряжение в паху.

– Я так сильно хотел тебя, что боялся, что просто не успею надеть презерватив. В первый раз я бы сделал это медленнее. Был бы нежнее.

– Потому что я была так неопытна? Ты получил удовольствие?

Ной запустил руку в ее волосы и позволил себе медленно, легко и неизбежно возбуждающе поцеловать ее теплые губы. Нужно было сделать над собой усилие, чтобы отстраниться, особенно когда она так сладко поцеловала его в ответ.

– Я беспокоился не о своем удовольствии, а о твоем. Для меня все было фантастически.

– Я рада. Для меня тоже.

Она провела рукой по его ключице. Он ощутил невероятное удовольствие и попытался поскорее отвлечься. Ему нужно было что‑то, что помешало бы наброситься на Ильзу сейчас, когда ей нужно было время для восстановления сил.

– Для меня было честью стать твоим первым мужчиной.

– Тебе интересно, почему я так долго не занималась сексом?

– Мне, конечно, любопытно, но это касается только тебя.

Ной прижал ее руку к своей груди.

Была ли она настолько невежественна, что не знала, что делала с ним этими соблазнительными ласками? Лежать голым в постели рядом с Ильзой было испытанием.

– Мне нравится, что ты не любопытен, – сказала она. – Многие люди думают, что моя жизнь и мои мысли должны быть открытой книгой для всех лишь из‑за того, что я дочь своего отца. Будто бы у меня нет права на частную жизнь.

– Мне жаль это слышать, – пробормотал Ной.

– Это не твоя вина. – Их взгляды встретились, и он задался вопросом, увидел ли он в ее глазах тоску. – У меня не было намерения долго оставаться девственницей. Просто так получилось.

Несмотря на свою решимость не проявлять любопытства, он не смог удержаться от удивленного взгляда.

– Должно быть, за тобой ухлестывало множество мужчин.

Ее красота и доброе сердце вкупе с ее социальным положением привлекли бы многих.

– Меньше, чем ты думаешь, особенно с учетом того, что я живу в центре внимания средств массовой информации. Как ты знаешь, это сложно – сохранять отношения в тайне. К тому же многих людей пугает сама идея королевской власти, или они не видят ничего за громким титулом.

– Как они могли не заметить жизнерадостную женщину, скрывающуюся за королевским именем?

– Ты злишься?

Он постарался стереть с лица следы гнева.

– Прости.

Ильза придвинулась ближе.

– Не стоит извиняться. Мне нравится, что ты разозлился из‑за моего рассказа. – Она замолчала. Затем продолжила: – Даже если я могу постоять за себя, приятно чувствовать, что кто‑то на моей стороне.

Ной чуть не задохнулся от гнева, когда подумал, каково ей было противостоять мужчинам, которых интересовал лишь ее статус.

– Как бы то ни было, только идиот может высоко ценить твой титул, а не тебя.

Она задумчиво посмотрела на него. Ною захотелось прижать ее к себе и сказать, что никто больше не причинит ей вреда.

– Это так мило. Я действительно сильно влюбилась в подростковом возрасте. Он меня очаровал. – Ее рот скривился. – Я поверила, что он любовь всей моей жизни. Но ему не удалось убедить моих родителей в чистоте своих помыслов, и они уговорили меня сначала отправиться в путешествие с моей матерью. Мы пробыли в Северной Америке целый месяц.

Она сделала паузу, ее губы сжались.

– Когда мы вернулись домой, его и след простыл. Он пытался затащить меня в постель и добиться официальной помолвки, но не смог подождать одного месяца! Возможно, он понял, что мои родители видят его насквозь.

– Должно быть, он разбил твое сердце. – Ной сжал кулаки.

– Я думала, что да. Но, возможно, я была просто во власти романтической мечты. Этот опыт изменил меня. Я уже не была готова верить комплиментам. Я стала легко угадывать интересы мужчин. Ты удивился бы, как часто им была нужна не я, а статус или богатство, или даже возможность выиграть пари о том, удастся ли им затащить в постель принцессу‑паиньку. Вот я и перестала доверять людям.

Ной помнил и о том, что Ильза была помолвлена дважды, но не спала ни с одним из женихов. Даже в мире королевских семей это казалось странным, но Ной удержался от расспросов. Если бы захотела поговорить об этом, она бы это сделала.

– И все же ты доверилась мне. Ты позволила мне увести тебя из‑под носа всех этих сплетничающих светских лиц прямиком на мою яхту. – Он сделал глубокий вдох и подумал о доверии, которое она ему оказала. – Ведь все всё поняли, когда мы ушли вместе.

Неудивительно, что средства массовой информации были полны разнообразных историй о них.

Риск, на который она пошла из‑за него, заставлял его почувствовать себя ее покорным слугой. После двух ее неудачных помолвок пресса охотно начала распускать сплетни о том, что журналисты считали продолжением саги о ее личной жизни. Он же ничем не рисковал…

– С тобой все было по‑другому. – Ильза провела рукой по его груди, остановившись там, где билось его сердце. – Это трудно объяснить, но я поверила тебе и так сильно захотела тебя. Я еще никогда не чувствовала ничего подобного.

– Я знаю, что ты имеешь в виду. – С ней все казалось другим и новым.

Ной прижал ее к себе, не позволяя себе слишком сильно раздумывать о том, почему их отношения были уникальными.

– Ты можешь доверять мне, Ильза. Я тебя никогда не предам.

Она прижалась к нему, вдыхая пряный аромат его кожи, полная решимости запомнить эти невероятные моменты.

Ной перекатился на спину, притянув ее к себе так, что она оказалась на нем.

– О чем ты думаешь, Ильза? Ты вспомнила что‑то плохое?

– Почему ты так говоришь?

– Ты как‑то напряглась.

Он слишком много замечал.

Но Ильзе это нравилось. Она никогда не встречала мужчину, настолько сосредоточенного на ней, замечающего мельчайшие изменения ее настроения. Она приподнялась и погладила его по подбородку.

– Ничего особенного. Просто подумала, что, когда все это закончится, мне придется вернуться в Альтбург.

Ной обнял ее крепче.

– Но не торопись.

– Я не буду торопиться. – Ей хотелось оставаться с Ноем как можно дольше.

– Тебе нравится быть членом королевской семьи?

Ильза моргнула:

– Нравится?

– Ты удивлена? Неужели никто никогда раньше об этом не спрашивал?

– Никогда.

– Что скажешь?

– Я родилась принцессой. И это все, что я знаю.

– Я понимаю.

Он убрал волосы с ее лица, как будто хотел лучше ее разглядеть.

– Но это то, чем ты хочешь заниматься? Ты счастлива? Ты испытываешь чувство удовлетворения от своей жизни? Извини. Я что‑то слишком любопытен, хотя пообещал себе…

– Все в порядке. Правда.

Она опустила голову ему на грудь, прислушиваясь к биению его сердца. Оно билось ровно и казалось надежным, как и сам Ной. Ему она могла доверять. Дворцовые службы не проводили никакой проверки, ее семья ни о чем его не расспрашивала, Ильза полагалась на свой собственный инстинкт и чувствовала, что могла доверять Ною так, как мало кому еще.

– Нет, то, чем я занимаюсь, не приносит удовлетворения, – призналась она наконец. – Больше нет.

За исключением некоторых проектов, в которых она участвовала по собственному выбору.

– А раньше?

– Сколько я себя помню, меня обучали руководить страной. Мои родители и наставники стремились сделать из меня королеву, которая могла бы вести за собой свой народ.

– И так было с самого детства?

– Конечно.

– Но все изменилось, потому что родился твой брат?

– Да, Кристоф стал наследником.

– Он стал наследником престола только потому, что он мальчик.

Ильза выросла, зная, что произойдет, если родится наследник мужского пола, каким бы несправедливым это ни казалось.

– Конституционные изменения происходят медленно, и, вероятно, потребуется смениться целому поколению, чтобы изменения принял парламент.

Она замолчала, врожденная осторожность побуждала ее остановиться. Но она хотела поделиться с Ноем.

– Но все было не так просто. У моего брата в детстве были проблемы со здоровьем.

Долгое время никто не знал, сможет ли он стать наследником трона. Не раз они боялись, что он умрет.

– А теперь с ним все в порядке?

– О да. – Ильза улыбнулась. – Он вырос в удивительно сильного молодого человека.

В восемнадцать лет Кристоф был полон энергии. Но еще несколько лет назад все было совсем не так.

– Все это время тебя готовили к тому, чтобы ты унаследовала трон своего отца?

Она кивнула.

– А теперь ты внезапно стала просто запасным игроком.

– Запасным и даже лишним. Я люблю Кристофа. Я рада, что у него все сложилось хорошо. Я не жалею, что не унаследую трон. – Она сделала паузу. – Но странно жить, когда у тебя больше нет четкого направления и нет никакой цели.

– И что же получается?

Она пожала плечами:

– Я поддерживаю своего отца и совершаю добрые дела.

Ильзе нравилось помогать людям.

– Ты бы стала королевой, если бы осталась в Валлорте.

Слова Ноя напомнили ей о скандале и об отмененной помолвке. Взглянув на Ноя, она поняла, что он погрузился в свои мысли.

– И все же ты решила не оставаться там и отказалась от важной роли, к которой тебя так долго готовили. Для того, кто с рождения обучался быть лидером, тяжело чувствовать, что мир перевернулся с ног на голову.

Она почувствовала облегчение. Он действительно все понял.

– Я переживу. – Собственно, у нее не было иного выхода.

– Я уверен, что так и будет.

Его уверенность согрела ее.

И все же это было трудно – понять и принять то, что события ее жизни стали развиваться по совсем другому сценарию. Ее воспитали так, чтобы она оправдывала ожидания своей семьи. Хотя она и была благодарна судьбе за выздоровление своего брата, но перестала быть наследницей трона. Затем не состоялся брак с Джастином, принцем Валлорта. Они были знакомы много лет, и, когда он умер, она горевала о нем, как о хорошем друге. Но прежде чем у нее было время пережить это горе, было объявлено о ее помолвке, на этот раз с преемником Джастина, Люсьеном.

Ильза думала, что сможет сделать то, что от нее ожидали. Ей нравился Люсьен. Но даже она, понимавшая, что ее выдадут замуж по расчету, отказалась выходить замуж за человека, так явно влюбленного в кого‑то другого.

И вот теперь она оказалась без настоящего призвания. Без цели.

Боль так до конца и не прошла. Ильза, возможно, и была воспитана, чтобы править, но секрет, которым она никогда ни с кем не делилась, заключался в том, что у нее была только одна мечта – стать матерью. Это было ее страстное желание.

Стремление иметь детей она не обсуждала ни с кем, особенно с отцом. Но это была одна из причин, по которой Ильза согласилась на брак по договоренности. Она надеялась создать настоящую семью.

Теперь осуществление этой мечты было под вопросом. Ей под тридцать, у нее эндометриоз, и в их семье уже бывали проблемы с фертильностью.

Врач Ильзы предупреждал ее о возможныхх проблемах. Шло время, и ее шансы иметь детей становились все меньше. Поэтому, когда появилась бывшая любовница Люсьена, ждавшая ребенка и не уверенная, что сможет его вырастить, Ильза подумала об усыновлении этого ребенка вместе с Люсьеном. Пока не стало ясно, что эти двое по уши влюблены друг в друга.

Каково это – быть настолько любимой? Как будто ничто другое в целом мире не имело значения. Она не могла себе этого представить.

Ной успокаивающе погладил ее по голове.

Ильза потянулась к нему, предпочитая сосредоточиться на приятных ощущениях, чем на мыслях о том, чего у нее не было.

В целом она была здорова. У нее были семья и друзья, уютный дом и богатство, которое позволяло помогать другим. Ей было за что быть благодарной судьбе. Может, решила она, это и будет ее будущим. Претворять в жизнь проекты социальной поддержки, которые местные власти пока не удалось убедить финансировать.

Откровенный разговор с Ноем помог ей увидеть будущее более ясно. Она поняла, чего она действительно хотела.

Ной наблюдал за ней. Она выглядела встревоженной.

– О чем ты думаешь, Ильза?

Он был проницателен и догадывался, насколько важными и тревожными были для нее недавние события. Он хотел спросить, помогла ли ей семья. Поддержали ли они ее? Обсуждала ли с ними эти вещи? Или должна была смириться с этим и продолжать идти по жизни в одиночку?

И все же она улыбнулась.

– Я думала о том, как мне нравится быть с тобой.

– Хорошо. Я чувствую то же самое. Я считаю, нам нужно остаться и исследовать Стамбул прежде, чем мы отправимся в другие города Турции.

Они не обсуждали, на какой срок сюда приехали, и ему хотелось услышать, как Ильза скажет, что не торопится возвращаться в Альтбург.

– У тебя есть на это время? Тебе же нужно работать.

Ной принял участие в видеоконференции, потому что ему нужно было немного времени вдали от Ильзы.

– Это был единичный случай. Я же в небольшом отпуске, помнишь? – Он поддерживал связь с ключевыми сотрудниками, но с каждым днем все больше наслаждался своей непривычной свободой. И временем, проводимым с Ильзой. Он погладил ее шелковистую кожу. – И нам предстоит многое исследовать. – Он положил руку на ее ягодицы, притягивая ее к себе.

– Мне нравится то, что ты говоришь.

Ной сжал руками ее бедра.

– Ты устала, Ильза?

Ее затуманенный взгляд встретился с его.

– Вовсе нет. – Для пущей убедительности она потерлась о него. Медленно. Возбуждая его еще сильнее.

Ной прижал ее к себе.

– Ты быстро учишься.

– Значит ли это, что я получу награду? – Ее дерзкая улыбка исчезла, когда он обхватил ее грудь, лаская большим пальцем сосок, так что она ахнула.

– Ты получишь все, что захочешь, милая.

– Я хочу большего. – Теперь ее голос звучал приятно прерывисто.

– А я как раз тот мужчина, который даст тебе то, чего ты хочешь. – Если бы она сказала, что ей больно или что она устала, ему бы пришлось принимать ванну со льдом. – Возьми презерватив.

Даже это было восхитительно возбуждающе, когда она села на него верхом, сосредоточенно нахмурившись, и срывала обертку с презерватива.

– Я могу его надеть?

– И прикоснуться к нему? Абсолютно!

Ной кивнул, затем стиснул зубы. Он откинулся на подушку и попытался вычислить в уме математические квадратные корни, но не слишком преуспел в этом. Ильза превратила необходимое действие в настоящее соблазнение. К тому времени, как она закончила, на его лбу и верхней губе выступил пот, и он напрягся от усилий сдерживаться.

Тонкие пальцы обхватили его и медленно заскользили вверх.

– Тебе так нравится или…

– Мне нравится. Но не сейчас. – Он был слишком близок к кульминации.

Открыв глаза, он увидел восторг на ее лице. Пришло время поменяться ролями. Ной поймал руки Ильзы, затем прижал обе к ее груди. Удивление промелькнуло в этих серо‑голубых глазах, затем понимание, когда он положил руку между ее ног, скользнув прямо к клитору.

Она вздрогнула, ее голова откинулась назад. Она была неописуемо соблазнительна. Она выглядела настолько сексуально, что Ной не был уверен, что сможет продержаться долго. Достаточно долго, чтобы доставить ей удовольствие.

– Приподнимись.

Ильза не стала дожидаться дальнейших инструкций. Она опустилась на него, и Ной почувствовал скольжение упругой влажной плоти.

Его руки уперлись в ее бедра, прижимая ее к себе. С ней было так хорошо, что он не хотел ее отпускать.

– Прикоснись ко мне, Ильза. – Вид того, как она обхватила руками свои груди, как ее глаза сверкали, был невероятно возбуждающим. Но Ною нужно было больше.

Она наклонилась вперед, положив руки ему на плечи, прижавшись грудью к его груди, и страстно поцеловала его. Одной рукой Ной прикоснулся к ее ягодицам, а другой к затылку.

Ной прикусил губу Ильзы, двигаясь до тех пор, пока она не задрожала и не забилась в сладостных конвульсиях. И это было самой сладкой пыткой из всех. Он проглотил ее хриплый крик удовольствия. Это был самый лучший секс в его жизни.

Глава 9

– Спасибо тебе, Ной.

Ильза обняла его, лучезарно улыбаясь. Они стояли в тени деревьев около древнего амфитеатра. Он прижал ее к себе и спросил:

– За что?

– За все! Это был самый удивительный день. И самое удивительное путешествие.

Ее глаза светились от счастья.

– Удивительное, потому что мы видели так много руин?

Они сошли на берег и направились к разрушенному городу Приена, расположенному под высокими утесами и окруженному соснами, наполнявшими воздух хвойным ароматом. Место было пустынным и таинственным, и он был рад посетить его вместе с Ильзой.

– Тебе действительно понравилось? Я уже бывал в подобных местах.

Кто бы мог подумать, что карабкаться по камням будет так весело?

Они исследовали Трою, ее холмы, поросшие травой, в которой алели маки. Ильза рассказывала ему истории о Троянской войне и о сделанных там археологических открытиях. Путешествуя дальше на юг, они посетили Пергам и Эфес, где ходили по улицам и смотрели на постройки, возведенные тысячи лет назад.

В Памуккале они плавали среди древних мраморных колонн и отмокали в теплых термальных источниках.

А когда не осматривали достопримечательности, наслаждались замечательной едой, знакомились с интересными людьми и проводили дни, не делая ничего более обременительного, чем плавание на яхте и занятия любовью. В эти дни в их жизни было много секса.

– Это лучший отпуск, который у меня когда‑либо был, – пробормотала Ильза.

– И у меня.

Ильза вздохнула:

– Я могла бы так жить вечно.

Она прижалась к Ною. Он покачал головой и погладил ее по голове.

– Полагаю, ты права. Иногда полезно отдохнуть от дел.

– Дела! У тебя было время просмотреть контракт, который я тебе дала? Что ты думаешь о возможностях для бизнеса в Альтбурге? Секретарь моего отца отправляет напоминания, его сотрудники продолжают задавать вопросы. Он очень хочет воплотить в жизнь этот проект.

– Я обязательно займусь этим сегодня.

Зазвонил ее телефон, и она нахмурилась.

– Извини, мне нужно ответить. – Она отвернулась и пошла от него прочь вдоль мраморных лавок. – Алло? Люсьен?

Ной сжал кулаки, услышав это имя. Король Люсьен, человек, за которого Ильза собиралась выйти замуж.

В голосе Ильзы была теплота, и он почувствовал беспокойство. Лед сковал его грудь. Он глубоко вздохнул, но не смог избавиться от тревоги.

Наконец она закончила разговор и повернула лицо к солнцу, словно ища силы в его лучах.

Ной быстро подошел к ней:

– Ты в порядке?

– Конечно. Но возникли проблемы. В Валлорте сложная ситуация, и Люсьен позвонил, чтобы предупредить меня.

Ной молчал, ожидая дальнейшего рассказа.

Он почувствовал, что Ильза колеблется. Несмотря на ее прямоту, в ее жизни были такие тайны, которые она тщательно оберегала от всех.

Послышался какой‑то шум. К ним приближалась группа туристов, громко болтавших и восклицавших на разные лады. Ной и Ильза скрылись от них за деревьями. Они устроились на мраморных плитах, усыпанных сосновыми иголками.

– Послушай, – сказала Ильза, обхватив руками колени. – Здесь царит невероятный покой. Ни толп людей, ни прессы, здесь никто ничего от нас не ожидает. Это подобно свободе на лыжном склоне на рассвете. Иметь возможность дышать и просто быть самой собой – это чудесно. – Она коснулась его руки. – И быть с тобой. Спасибо тебе, Ной.

– Что‑то не так? Ты жалеешь, что ушла от Люсьена?

– Мне нравится Люсьен, но это была не очень хорошая партия для меня.

– А твоя первая помолвка? Это была лучшая партия? – Быть может, она все еще хранит память о погибшем женихе.

Ильза пристально посмотрела на него:

– Ты хочешь знать правду о моей помолвке? Услышать историю, которую кто только не мусолил?

Ее слова были подобны острым лезвиям. Ной отпустил ее руку.

– Я хочу знать, что тебя беспокоит, вот и все. Если бы я собирался продать прессе историю о тебе, то мне уже больше не нужно материала, у меня его достаточно.

Она вздохнула:

– У меня уже вошло в привычку скрывать свои личные истории. Конечно, я не думаю, что ты можешь сделать нечто подобное.

Он пожал плечами:

– Я понимаю. Доверять сложно. – Он и сам не был склонен впускать незнакомцев в свою жизнь. Эта связь с Ильзой была для него необычной.

– Я знала Джастина большую часть своей жизни. Я любила и уважала его, и мне было жаль, что он умер. Поскольку я выросла, зная, что все ожидали от нас свадьбы, он не казался мне странным. Особенно потому, что я больше не доверяла своему суждению о мужчинах и больше не мечтала о романтической любви.

– Звучит разумно.

Его обреченные на неудачу отношения с Поппи изменили и его взгляды на романтические истории, на женщин и на необходимость остепениться.

Ильза быстро взглянула в его сторону.

– Помолвка с Люсьеном была еще одной договоренностью о браке, призванном укрепить связи между нашими странами, вступавшими в новый период экономического сотрудничества и партнерства.

– Значит, ты в него не влюблена.

– Вряд ли я когда‑либо была в него влюблена.

– Но вы все еще общаетесь.

Почему это было важным для него?

– Наше расставание привлекло всеобщее внимание. Средства массовой информации отчаянно выведывали подробности этой истории, фантазируя, когда не могли добиться от нас правды. Они преследовали Орели, любимую женщину Люсьена. Они лгали, говоря, что она намеренно разлучила нас… – Ильза покачала головой. – Их ядовитые речи немного утихли, только когда…

Она повернулась, взгляд ее серо‑голубых глаз встретился с его.

– Когда – что?

– Когда я позволила тебе вскружить мне голову.

Пресса неистовствовала.

Его поразило, что решение Ильзы покинуть ту вечеринку в Монако вместе с ним было так кстати для Люсьена. Это отвлекло внимание от него и его подруги, поскольку прессе пришлось отказаться от темы «бедной Ильзы», которая была так популярна.

– Люсьен и Орели выиграли, когда ты согласилась уплыть со мной. В чем теперь у них проблема?

– Орели беременна, но беременность протекает с осложнениями. Она может потерять ребенка.

Ильза побледнела, и Ной позабыл о мелкой ревности. Он обнял ее, и она прижалась к нему, он почувствовал, как напряжение ослабло.

– Она в больнице, так что это невозможно сохранить в тайне. Люсьен позвонил, чтобы предупредить меня, что мы все снова попадем в прессу.

– Понимаю. Но ты переживаешь не из‑за повышенного интереса прессы.

– Я беспокоюсь об Орели и ребенке. Они с Люсьеном через многое прошли, и этот ребенок так много значит для них.

– Когда мы встретились, я спросил, чего ты хочешь от жизни. Ты сказала, что не знаешь. Но ты точно знала, что для тебя важно. Твой народ, твоя страна и семья.

Их взгляды встретились.

– И что?

– Может быть, пришло время сменить приоритеты? Ты ведь тоже хочешь детей, не так ли?

– Да. Я бы этого очень хотела.

Ной испытал незнакомые чувства. Он колебался.

Он испытывал к Ильзе больше чувств, чем к любой другой женщине. Даже больше, чем к Поппи, на которой когда‑то хотел жениться. Но он изменился с той поры наивных романтических мечтаний.

– Я могу представить тебя в роли матери… Я надеюсь, что ты скоро встретишь подходящего мужчину.

Смысл его слов был ясен. Он не был тем мужчиной, который ей нужен. Во всяком случае, он не сможет остаться с ней надолго.

В его планы на будущее она не входила.

Ильза с трудом сглотнула. Она должна чувствовать усталость от недосыпа после еще одной ночи, когда они с Ноем занимались любовью. И все же была полна энергии, ее мысли беспокойно возвращались к вопросам, о которых она пыталась не думать. Ной. Будущее. Чего она действительно хотела от жизни.

Когда‑то это было легко. Она мечтала служить своей стране и иметь семью.

Теперь же для нее не было определенной роли в Альтбурге.

Что касается семьи, то во время ее последнего посещения гинеколога ей сказали подготовиться к тому, что она не сможет иметь детей. Это был не стопроцентный приговор, но время работало против нее. Она не должна откладывать надолго, ей пора попытаться забеременеть.

Ильза глубоко вздохнула. А потом подумала о Ное. Ее щедром, нежном, веселом, обворожительном любовнике. Она никогда не встречала такого мужчину, как он. Никогда никому так не доверяла.

Никогда не испытывала столько эмоций. Она хотела.

Раздался смех, затем послышался гул голосов, в том числе зазвучал глубокий мужской голос, который она узнала. Ной.

Ильза разрывалась между желанием присоединиться к нему и необходимостью побыть наедине со своими мыслями.

У них был удивительный роман. Фантастический секс, открывший ей глаза на собственную чувственность. Дух товарищества. Дружба. Забота друг о друге.

Проблема заключалась в том, что она чувствовала к Ною что‑то большее.

Поэтому, вместо того чтобы грести дальше, она повернула к берегу. Нужно было отвлечься от этих мыслей.

Пляж с белым песком сиял в лучах раннего солнца. До прихода всех отдыхающих он выглядел волшебно. Бирюзовая вода была такой прозрачной, что на отмели ей показалось, что она плывет по воздуху, а не по воде.

Поднялись крики, она обернулась и увидела несколько фигур, несущихся по пляжу, песок брызгал из‑под их ног. Мощная фигура Ноя была окружена стайкой детей. Футбольный мяч летел вперед, и мальчик торжествующе закричал, опередив всех остальных.

Ильза наблюдала, как ее возлюбленный не отставал от остальной группы, был быстрее всех настолько, что бежавший впереди мальчик оглянулся через плечо и прибавил скорости, прежде чем направить мяч между двумя стопками полотенец, которые изображали ворота.

Ной чуть отстал, чтобы позволить мальчику забить гол, но это было сделано деликатно, чтобы не очевидно.

Она представила, как он со своим племянником будет поглощен компьютерной игрой, которую Ной купил для него к его приезду.

Ильза не могла себе представить, чтобы ее отец делал что‑то подобное. Когда они с Кристофом были маленькими, в присутствии короля нельзя было играть в шумные игры. Он любил их и заботился о них, но вел себя довольно отстраненно. Он скорее мог рассказать о политике или преподать урок хороших манер, чем позволить себе поиграть со своими детьми.

Все, что Ильза узнала о Ное, указывало на то, что он мог бы стать прекрасным отцом и партнером, который поддержит свою вторую половину, если когда‑нибудь надумает остепениться.

– Вот ты где. Как раз вовремя. Нам нужен еще один игрок, чтобы сравнять счет.

Сильные руки схватили каяк за нос и потащили его по песку. Затем Ной протянул ей руку. Ильза встала, и, прежде чем она успела выйти, он подхватил ее и высоко поднял.

Озорные искорки блеснули в этих глазах цвета морской волны, и она улыбнулась ему в ответ. Рядом с ним она чувствовала себя хорошо. Что касается того, чтобы прижаться к его великолепному телу… В его объятиях она вновь почувствовала прилив желания.

У Ильзы не могло быть с ним будущего, но она могла наслаждаться каждым драгоценным моментом, проведенным вместе. У нее заболело сердце. Прошлой ночью, когда они, насытившись друг другом и задыхаясь, рухнули в изнеможении на кровать, когда их тела гудели от чувственного удовлетворения, Ильза вдруг почувствовала, что у нее на глаза навернулись слезы.

Она желала того, чего не могла желать.

Ной наклонился к ней, и у нее перехватило дыхание от предвкушения прикосновений его губ.

Правда, все это было прервано криком детей. Усмехнувшись, он опустил ее на песок.

– Позже, – пообещал он, нежно прикоснувшись губами к мочке ее уха, заставив ее вздрогнуть. – Ты не возражаешь? Будешь играть за команду, в которой не хватало одного игрока? Если ты не хочешь…

– Похоже, это весело.

Они были разношерстной компанией разного возраста и разных способностей. Один ребенок был настолько мал, что еле сдерживал слезы после того, как оказался среди ног старших ребят, сражавшихся за мяч. Ной поднял его и усадил себе на плечи, откуда он радостно закричал.

Ильза оказалась в команде с несколькими девочками. Одна из них передала ей мяч, и Ильза побежала вперед, ветер развевал ее волосы, а кровь бурлила в жилах. Ей снова отдали пас, и Ильза нанесла удар.

– Гол! – закричал Ной.

После этого последовало еще несколько голов. Прошло так много времени с тех пор, как она играла в командные игры. Ей это очень нравилось.

– А у тебя много скрытых талантов, – сказал Ной, когда они стояли на берегу и махали рукой вслед уходившим детям.

– Ты имеешь в виду каякинг?

– Вообще‑то я думал о твоих футбольных навыках. Я думал, принцессы практикуют реверансы, а не забивают голы.

– Наша жизнь более многогранная, чем ты думаешь. Я освоила реверансы к четырем годам. И я всегда любила командные виды спорта.

– Ты сейчас не играешь?

Она покачала головой:

– Ни разу не играла с тех пор, как я была подростком.

Прошлой ночью Ильза получила сообщение от своей матери, в котором говорилось, что отец считает, что ей пора вернуться. Заметки в прессе о ней с Ноем вызывали у короля головную боль.

Она горько усмехнулась. Они не хотели видеть ее в Альтбурге, когда она была послушной принцессой. Но теперь она вырвалась из привычного окружения и больше не была паинькой.

Ильза не хотела возвращаться. Ей хотелось остаться с Ноем.

Она вздохнула. Пришлось признать правду, потому что она влюбилась в него.

Еще в подростковом возрасте Ильзе казалось, что она излечилась от романтических фантазий. Потом смирилась с тем, что выйдет замуж из‑за чувства долга, и это было прекрасно, потому что к тому моменту больше не верила в любовь. Однажды она уже влюблялась и чуть не совершила роковую ошибку.

Как она могла влюбиться снова?

– Ильза, что с тобой? Все в порядке?

– Конечно. Просто прошло много времени с тех пор, как я играла в футбол в последний раз.

Ильза посмотрела вдаль, на пляж, ища что‑нибудь, что могло бы отвлечь его внимание.

– Ты великолепно ладишь с детьми, – сказала она.

– Это потому, что у меня большая семья с кучей двоюродных братьев и сестер. На любом семейном сборище всегда присутствует много детей. На барбекю, на пляже, или когда мы играем в крикет на заднем дворе.

Прежде чем она смогла остановиться, у нее перед глазами появилась картинка, где Ной был на огромном австралийском пляже в окружении многочисленной родни.

– Звучит потрясающе.

– Так и есть. Я всегда с нетерпением жду встречи с ними. И увижусь сразу, как вернусь домой.

Ильза кивнула и повернулась к байдаркам.

– Не знаю, как ты, а я ужасно хочу кофе. Я думаю, мне пора возвращаться.

– Мне тоже. Ну что – наперегонки на яхту?

– Ну что ж, вызов принят.

Но физические нагрузки не уменьшили ее тревоги. Что ей делать?

Ной ожидал, что она останется здесь еще на неделю или две, но потом он уедет от нее, даже не оглянувшись.

Ильза не могла с этим справиться. Она уже чувствовала себя несчастной, думая о моменте их расставания. Если она останется, все будет только хуже.

Лучше порвать с ним сейчас, чем ждать, пока Ной устанет от нее.

Сначала ее отверг мужчина, в которого она влюбилась. Затем ее освободили от должности королевской наследницы, несмотря на всю ее преданность делу и готовность трудиться на благо королевства. После договорились не с одним, а даже с двумя мужчинами, готовыми жениться на ней только ради страны, а не потому, что хотели быть с ней.

Ильза, возможно, и спровоцировала разрыв с Люсьеном, но он обрадовался возможности быть с женщиной, которую действительно любил, женщиной, которая уже носила под сердцем его ребенка. Это сильно ударило по самолюбию Ильзы.

Всех этих случаев, когда ее отвергали, и так хватило бы на всю жизнь.

Ильза хотела быть с Ноем побольше, но все же ей придется уйти.

Глава 10

Стоя под струями воды, Ной застонал и запрокинул голову. Запустив руку во влажные волосы Ильзы, стоявшей перед ним на коленях, другой опершись о стену, он задрожал, чувствуя приближение оргазма и удивляясь тому, что все еще мог стоять. От ее ласк он был на грани безумия.

– Нет!

Каким‑то чудом ему удалось высвободиться, хотя вид Ильзы с приоткрытыми губами, смотревшей на него снизу вверх, чуть не привел его к кульминации. Но он сумел остановиться.

Внутренний голос велел ему остановиться. Тот же голос, который заставил его последовать за ней, войти в ее каюту, пройти в ванную комнату, где она уже принимала душ. Там он скинул одежду и присоединился к ней, несмотря на настороженное выражение ее лица.

На секунду что‑то промелькнуло между ними, какой‑то всплеск эмоций, которому он не мог дать названия. Потом Ильза встала на колени и принялась ласкать его, и он потерял способность думать.

– Нет, – повторил он. – Я хочу тебя, Ильза. В ее глазах вспыхнули серебристые всполохи, его желания отразились в них, как в зеркале. Ной успокоился, почувствовав ответное желание, и поднял ее на ноги. Ее светлые волосы, темные от воды, были похожи на волосы русалки. Они прилипли к ее плечам и груди.

Он положил дрожащие руки на ее узкую талию, затем скользнул к бедрам, готовый поднять ее. Но она выскользнула из его объятий. На секунду ему показалось, что она сейчас уйдет. Когда он вошел к ней в душ, в ее глазах было удивление, которое смахивало на панику.

Вместо этого Ильза повернулась к нему спиной и уперлась ладонями в кафельную стену, покачивая бедрами.

Сейчас он хотел не этого. Ему нужно было разделить оргазм с ней, глядя ей в глаза. Он хотел такого молчаливого общения с Ильзой.

Но она придвинулась ближе, расставив ноги, и Ной не смог устоять. Он согнул колени и вошел в нее. Она была готова к этому, у нее отчетливо перехватило дыхание.

Ему нужно было знать, что она полностью была с ним, потому что он почувствовал, что в последние полчаса что‑то неуловимо изменилось. Ее что‑то беспокоило, и он намеревался выяснить, что это могло быть.

Плавным, сильным толчком он вошел в нее. Она прижалась к нему, его имя сорвалось с ее губ.

В следующий раз в момент оргазма они окажутся лицом к лицу, и он будет наблюдать за вспышкой в ее серо‑голубых глазах.

Ной входил в нее снова и снова, изучая ритм, чувствуя, как она дрожит от возбуждения. Это было то, в чем он сейчас нуждался. Недели, проведенные с Ильзой, не притупили его желания. И ему захотелось большего, всего, что она могла ему дать.

Он хотел…

Тут его поразило словно молнией. У него было мгновение, чтобы почувствовать, как мышцы Ильзы сжимают его, а затем оргазм принес ему потрясающее наслаждение.

Стон Ильзы, произнесшей его имя. Неописуемое совершенство их тел, слившихся в единое целое. Искры из глаз. Пламя, жар и почти невыносимо восхитительные ощущения. И нежность.

Нежность, которой никогда не испытывал раньше.

Наконец, вздыхая и дрожа, он наклонился вперед, склонившись над ней, обняв ее за талию. Ной поцеловал Ильзу в плечо, затем прикусил зубами изгиб ее шеи и прижал ее к себе, когда у нее подогнулись колени.

Он осторожно отстранился и потянулся за мылом. Ильза закрыла глаза, а ее дыхание стало прерывистым. Он осторожно намылил их тела, а затем поддерживал ее, когда поливал из душа.

Даже в этот момент Ильза не проронила ни слова.

Только когда он закрыл краны и наклонился, чтобы взять ее на руки, ее глаза распахнулись, и они встретились взглядами. Она глубоко вздохнула и покачала головой:

– Я могу идти сама. – Но вместо того, чтобы пойти, она наклонилась и коснулась своими мягкими губами его губ. – Спасибо тебе, Ной.

Он поднял руку, чтобы погладить ее по щеке, но она отвернулась и потянулась за полотенцем.

Ной хотел отнести Ильзу в постель, чтобы уснуть там с ней, держа ее в своих объятиях, но она уже завернулась в полотенце и потянулась за феном.

Он вытерся, поцеловал ее в плечо, а потом еще раз в нежный изгиб шеи, почувствовал, как она дрожит, и улыбнулся. Ему нравилось, как она отзывается на его ласки.

– Скоро увидимся, – пробормотал он.

Ной вышел из ванной комнаты и бросился на кровать.

Он должен чувствовать усталость после этого потрясающего оргазма. И все же его мозг продолжал лихорадочно работать. Что было на уме у Ильзы? Что‑то беспокоило ее в это утро, и он намеревался докопаться до сути. Не из праздного любопытства, а для того, чтобы помочь ей.

Ною хотелось заботиться о ней. Кратковременные романы устраивали его в течение долгих лет, но теперь он обнаружил, что хочет большего. Как продолжать отношения, если они жили в разных концах света, он не знал.

Однако в одном он уверен: он не был готов попрощаться с Ильзой. Пришло время хорошенько подумать о том, чего он на самом деле хочет от жизни и от своей возлюбленной. А пока планировал поговорить с ней о продлении их путешествия.

Ему хотелось ее защитить, тем более что ему казалось, что лишь немногие люди когда‑либо действительно поддерживали ее. Семья использовала ее как разменную монету в династических делах, а ее бывшие женихи… Он стиснул зубы при мысли о них.

Наконец дверь ванной открылась, и вошла Ильза. К удивлению Ноя, она была закутана в халат, а ее волосы были не только высушены, но и уложены в элегантный узел, как будто она готовилась к официальному приему.

Он откинулся на подушки, наблюдая, как ее глаза расширились, когда она увидела его наготу. Она быстро отвернулась к шкафу. Она одевалась?

Ной нахмурился. То, как ее взгляд скользнул в сторону, заставило его похолодеть.

Они оба наслаждались после секса тем, что просто лежали в объятиях друг друга. Для него это было новым ощущением. До встречи с Ильзой ему не нравились объятия.

Но теперь он наслаждался чувством близости, которое испытывал с ней.

Ной помолчал, размышляя, затем встал и направился к двери. К тому времени, как он подошел туда, Ильза уже натягивала деловое платье.

– Ильза, что происходит?

Она резко обернулась, и Ной увидел в ее взгляде целую гамму эмоций. Кончик ее языка скользнул по губам, и он чуть не застонал вслух. Она соблазняла его так, как это никогда не удавалось ни одной женщине.

Ной шагнул вперед, но она отступила.

– Ильза? – Его голос прозвучал резко. – Ты собираешься объяснить, что происходит?

– Да, конечно. Я хотела сказать тебе, когда мы вернемся с каякинга, но мы… отвлеклись.

Она улыбнулась, но это было лишь движение губ, глаза оставались холодными.

– Ильза. – Он двинулся к ней, но она остановила его, подняв руку.

– Я должна идти. Мне жаль, что я не предупредила о своем отъезде заранее.

– Что все‑таки случилось?

– Прости. С моей стороны не очень хорошо уезжать вот так, без предупреждения. Но это не должно мешать твоим планам. Как только я сойду на берег, возьму такси и дальше доберусь сама.

– Ильза, поговори со мной. Я могу помочь тебе все исправить, что бы это ни было.

На мгновение ему показалось, что в ее глазах мелькнула нежность. Он облегченно вздохнул, но она покачала головой:

– Здесь нечего исправлять, но все равно спасибо за предложение.

Ной нахмурился, почувствовав что‑то неладное. Она чего‑то недоговаривала.

– Послушай, Ильза, тебе не обязательно так уезжать. Я помогу. Я буду рядом с тобой.

– Спасибо тебе за предложение. И спасибо за чудесный отдых. Это было весело.

Голос Ильзы был уверенным.

Ужасное ощущение дежавю охватило его, но он убеждал себя, что такое просто невозможно. Ильза не Поппи. И все же смотреть в глаза Ильзе – все равно что смотреть в глаза незнакомки. Исчезли тепло, понимание и озорство, чувственность и возбуждение. Теперь не было… ничего.

Ной не мог поверить своим глазам. Она не просто решила уйти, она решила уйти без предупреждения или объяснения причин. Они договорились о легком романе, но он готов был поклясться, что ей этот роман не наскучил. И он не был готов отказаться от нее.

Но, возможно, несмотря на то, что было с ними в последние недели, он недооценил ее. В конце концов, вполне возможно, что она тосковала по ярким огням и блеску первоклассных вечеринок с друзьями‑аристократами.

– А как насчет нас?

Он спросил Поппи о том же. В тот день, когда она рассмеялась ему в лицо и ушла из его жизни, чтобы встретиться с кем‑то, чья биография устраивала ее больше. Это ранило Ноя, но все равно он должен был узнать ответ.

– Нет никаких нас.

Ной почувствовал, как разочарование и боль слились в острое лезвие, пронзившее его сердце. Помимо его воли, у него вырвались едкие слова.

– Потому что я происхожу из рабочего класса? Из‑за моей семьи?

– Все совсем не так, – быстро ответила она. – Мой отец хочет, чтобы я сейчас же приехала домой.

Ной нахмурился при упоминании ее отца. У него появилась ужасная догадка.

Сделка, которую предлагал ее отец. Та, о которой она говорила, а затем напоминала ему, когда он медлил с ответом. Та сделка, которой он обещал заняться, потому что хотел, чтобы ее отец перестал давить на нее. Ной сдержал слово, довел все до конца, изучил все возможности и, наконец, вчера, после того, как его сотрудники подготовили документы, подписал соглашение о совместном проекте в Альтбурге.

У него заболела голова, и он почувствовал горечь во рту. Это было слишком большим совпадением. На следующее утро после того, как они получили его подпись на соглашении, Ильза решила уйти. Ее отзывал отец после хорошо выполненной работы?

– Или пришло время уходить, потому что ты получила то, что действительно хотела, – мое участие в совместном проекте с Альтбургом?

Все внутри его кричало, что это не может быть правдой. Столкнувшись с таким обвинением, она наконец назовет ему настоящую причину своего ухода. Но все, что он получил, – это ледяной взгляд.

– Ты действительно веришь в то, что говоришь?

Он не знал, что и думать. В этом и была проблема. Женщина, о которой он заботился, не стала бы так обращаться с ним, использовать его, чтобы получить то, что хотела, а потом уйти.

Но сейчас Ильза вела себя не как та женщина, которую он знал.

Возможно, в конце концов, он не так уж хорошо ее знал.

– Я верю, что в твоем уходе есть что‑то еще. Скажи мне, что это, и я постараюсь тебя понять.

– Ной, – сказала она наконец, – я надеялась, что мы расстанемся друзьями.

– Друзьями? Друзья доверяют друг другу. Они уважают друг друга. Но я знаю, что ты лжешь мне.

Он видел, как она вздрогнула, но все равно ничего не сказала. Это было отвратительно. Ее молчание говорило о многом. Это казалось невозможным, но придется признать тот факт, что Ильза была совсем не той женщиной, которой он верил. Иначе зачем ей отказываться все ему объяснить? Он предложил ей помощь, и у него хватило бы решимости и возможностей ей помочь.

– Что же случилось, что ты так срочно понадобилась отцу? Он нашел тебе другого аристократа в мужья? – Его голос был резким от обиды и гнева. – Или твой жених передумал и возобновил переговоры о вашей женитьбе?

Ильза напряглась, сердце забилось чаще. Но она по‑прежнему ничего не говорила.

До этого момента Ной убеждал себя, что ошибался. Но она отказалась опровергнуть его слова.

Неужели она действительно планировала бросить его, чтобы выйти замуж за человека, которого не любила, просто чтобы продолжить их очень чистую родословную?

Или, несмотря на все ее заверения, она все это время все еще была влюблена в своего бывшего жениха. Было ли это причиной того, что она упала, как спелый персик, в объятия Ноя?

И все же он ждал, что Ильза скажет, что не хочет уезжать. Он прижмет ее к себе и решит, как ей помочь. Тогда они могли бы остаться вместе…

– Мне жаль, что ты расстроен, Ной. – Она застегнула пояс парой ловких движений. – Я соберу вещи и уйду через двадцать минут.

Затем она повернулась и потянулась за своим чемоданом.

Глава 11

В такси по дороге в аэропорт Ильза по телефону забронировала билет на самолет. Следующий доступный рейс был в Лондон. Ей было все равно, куда лететь. Она не могла забыть горящие глаза Ноя и его хлесткие обвинения.

Ильза хорошо могла представить себе его реакцию, если бы сказала правду, – шок и смятение. Потому что он совершенно ясно дал понять, что не ищет постоянных отношений. Она сама была в смятении. Логика подсказывала ей, что влюбиться в человека всего через несколько недель после знакомства невозможно. И все же это произошло, и теперь она была в этом ужасном подвешенном состоянии, тоскуя по мужчине, которого не могла заполучить.

Ильза была с ним искренней и открытой, еще никогда и ни с кем она не была столь откровенной. Теперь она заплатила за это.

Она не думала, что можно испытывать большую боль, чем тогда, когда сказала, что должна уехать. Как мало она знала о жизни!

Когда он набросился на нее, обвинив сначала в том, что она заносчивая светская львица, которая бросила его, потому что он не принадлежал к знатному роду, а затем в том, что использовала его для заключения сделки, Ильзе больше всего на свете хотелось сказать, что он был лучшим мужчиной, которого она когда‑либо знала.

Но потом появились бы вопросы и требования. Ной был не из тех, кто принимает «нет» в качестве ответа, поэтому ей пришлось позволить ему поверить в эти ужасные вещи вместо того, чтобы открыть ему правду. Потому что, если бы он понял, как сильно она его хочет, он отнесся бы к ней по‑доброму, и тогда у нее не хватило бы сил уйти.

Она яростно заморгала, отгоняя слезы, застилавшие глаза. Она не могла позволить себе разреветься здесь, в такси.

Ильза обхватила себя руками и, ничего не видя, смотрела на проплывающий мимо пейзаж.

Когда она поднялась на борт яхты всего несколько часов назад, то бросилась в ванную: ей нужно было побыть одной, чтобы решить, что делать. Она хотела встретиться лицом к лицу с Ноем полностью одетой. Она надеялась, что это обеспечит ей необходимую защиту и поможет скрыть свои чувства.

Когда дверь душа открылась и она увидела его, высокого, обнаженного и возбужденного, и такого невероятно дорогого, то поняла, что проиграла битву. Она не в силах была попросить его уйти.

Отдавшись ему с такой страстью, она хотела показать, как много он значил для нее, хоть она и не осмеливалась сказать ему об этом. Его забота и нежность, его эротизм изменили ее, сделав способной постоять за себя.

Осознав, что ей придется использовать эту силу, чтобы уйти от него, она чуть не заплакала.

Итак, опустившись на колени, она доставила ему удовольствие. Ной задрожал, он был почти на грани кульминации.

И все же он настоял на том, что они должны достичь оргазма вместе.

Эти слова потрясли ее. Вот почему ей пришлось повернуться к нему спиной, она просто не могла смотреть ему в глаза и не выдать своих чувств, когда они занимались любовью.

Она затрепетала при воспоминании о том, как они были вместе, как его руки прижимали ее к себе, когда он двигался так сильно, что она наслаждалась каждым его движением, каждым хриплым вдохом.

– Приехали.

Ильза увидела здание аэропорта, и отчаяние охватило ее. Она хотела сказать, что передумала и ей нужно вернуться. Будет ли яхта все еще там? Пустит ли ее Ной на борт?

Это было невозможно. Другие женщины могли бы поверить в сказки о прекрасном принце, который перевернул их жизнь. Будучи принцессой по рождению и воспитанию, Ильза знала, что такие сказки нереальны. Единственным человеком, который мог изменить ее жизнь, была она сама. И ей придется заняться этим прямо сейчас.

Даже если эта дорога в аэропорт причинит боль каждой ее косточке и мышце, она все равно пройдет ее.

Она расплатилась с водителем, улыбнулась в ответ на его благодарность и вышла. Нельзя оглядываться назад. Нужно идти дальше, даже если понятия не имеешь, куда пойдешь и что будешь делать с жизнью, которая теперь казалась серой и пустой.

– Я бы хотела, чтобы ты передумала, Ильза. Твой отец…

Ильза не желала слышать, что думает ее отец. Еще нет. А может быть, и никогда.

Ной считал, что она была агентом своего отца, использовала секс, чтобы убедить его заключить сделку, которая была нужна ее отцу. И что она бросила его, как только контракт был подписан.

Она задрожала. Она не была готова иметь дело с Альтбургом или королем.

– Я пробуду в Лондоне по крайней мере еще неделю, – сказала она своей матери, свернувшись калачиком в кресле и глядя на одну из самых престижных площадей города.

Вид зеленых лужаек, деревьев и безупречных белых особняков действовал успокаивающе. Ильзе повезло, что она могла остановиться в этом доме, пока ее подруга уехала путешествовать.

– Но ты можешь заверить его, что больше из‑за меня скандалов не будет.

В прессе бурно обсуждались события последнего времени, подкрепленные фотографиями, сделанными на мобильные телефоны в Монако. Ильза не была уверена, что вызвало больше шума: тот факт, что вскоре после расторжения помолвки она была с другим мужчиной, или что ее, скромную принцессу, видели в короткой юбке с голыми ногами, распущенными волосами и на убийственно высоких каблуках.

Она прочитала некоторые статьи. Несмотря на нелепые домыслы, это было довольно приятно, когда тебя описывают как сексуальную, жизнерадостную и даже называют тайной фантазией каждого мужчины.

Это было небольшим утешением для ее израненной души.

Сейчас она не чувствовала себя сексуальной или желанной.

– Его беспокоили не фотографии с вечеринок, дорогая.

Нет, скорее то, что она провела недели с известным сексуальным миллиардером на борту его частной яхты. Пресса была полна диких предположений. Неужели она пошла с Ноем в надежде заставить Люсьена ревновать? Примет ли королевская семья Альтбургов австралийского жениха?

Единственной хорошей новостью за последнюю неделю был звонок от Люсьена, сказавшего, что Орели и ребенок в безопасности.

– Ильза, ты меня слышала?

– Прости. Я немного отвлеклась. – Она пошевелилась, чувствуя боль внизу спины, которая у нее иногда появлялась в последние дни. Она была усталой и вялой с тех пор, как приехала в Лондон. Обычно она никогда не поддавалась боли. Это была роскошь – расслабиться.

– Ты про новости от Катрин? Это потрясло нас всех.

В то утро Ильзе позвонила ее двоюродная сестра Катрин, и она ошеломленно выслушала ее рассказ о том, что они с мужем разводятся. Ильза все еще не могла в это поверить. Эта пара была так счастлива. Но годы безуспешного лечения бесплодия дались нелегко, а недавно им сообщили, что дальнейшее лечение, скорее всего, будет бесполезным.

Вскоре после этого муж Катрин объявил, что хочет развестись. Усыновление его не интересовало. Он хотел жену, которая могла бы выносить его биологических детей.

Ильза пришла в ужас и предложила прилететь домой, чтобы поддержать свою двоюродную сестру. Но Катрин почти сразу же уезжала на исследовательскую работу в Штаты, и они договорились увидеться позже.

Они были не только двоюродными сестрами, но и близкими подругами. Почти ровесницы, обе страдали от эндометриоза и узнали о своем диагнозе почти в одно и то же время.

Ильза была убита горем из‑за Катрин. Кроме того, она не могла не думать о собственной фертильности. Она откладывала свой следующий визит к доктору. Теперь она поняла, что не хочет слышать, что тот может ей сказать.

– Мне всегда нравился ее муж, – сказала мать Ильзы. – Я бы никогда не поверила, что он сможет так поступить. Они были так влюблены друг в друга.

– Любовь не гарантирует счастья, – пробормотала Ильза.

В этом она убедилась на собственном опыте.

Она свернулась клубочком. Жизнь наносила один удар за другим.

– Верно. – Ее мать вздохнула. – Но и брак по расчету тоже. – Она помолчала. – Как бы то ни было, я никогда не поддерживала идею о помолвке с Люсьеном. Я позволила себя убедить. Это, конечно, не оправдание, но…

– В том, что случилось, нет твоей вины. – Забавно, что ей приходится успокаивать мать.

– Тем не менее одно дело – выйти за Джастина, которого ты знала много лет. И совсем другое – ожидать, что ты выйдешь замуж за его преемника, хоть это и было полезно с дипломатической точки зрения. Мы должны были дать вам обоим больше времени.

Брови Ильзы удивленно поползли вверх. Впервые ее мать выразила сомнение в правильности решения короля.

– Мы о многом просили тебя за эти годы, дорогая. Так что я тебя понимаю. Сейчас тебе нужен отдых. Я просто хочу, чтобы ты вернулась домой.

У Ильзы потеплело на душе. Ее мать волновалась не из‑за прессы или политических последствий ее действий, а потому, что ей было не все равно.

– Я подумаю об этом. Но ты права. Мне нужна передышка. Здесь, где отец не может расписать для меня каждый час дня, это сделать проще.

Ее мать усмехнулась, и Ильза услышала в ее голосе не только беспокойство, но и веселые нотки.

– Справедливо. Я поговорю с твоим отцом, попытаюсь отвлечь его. Но обещай мне, что ты позаботишься о себе. – Она сделала паузу. – Я всегда могу прилететь и составить тебе компанию.

Например, когда Ильза была подростком, ее мать путешествовала с ней по Северной Америке. Но на этот раз Ильзе не понадобится время или расстояние, чтобы понять, что она не может заполучить мужчину, которого хотела. Она слишком хорошо это знала и так.

Ее губы дрогнули.

– Спасибо, – пробормотала она. – Я в порядке. Мне просто нужно еще немного времени.

Закончив разговор, Ильза почувствовала, как боль заполнила ее до краев.

Несчастная любовь, случившаяся с ней в подростковом возрасте, казалась абсурдной и незначительной по сравнению с тем, что она чувствовала сейчас.

Ей хотелось бы провести еще один день в одиночестве, но чем дольше она будет здесь отсиживаться, тем труднее ей потом будет предстать перед публикой. На прошлой неделе она заставляла себя выходить из дома раз или два, но это стоило ей огромных усилий.

Кроме того, у нее была назначена встреча, которую она не могла пропустить.

Единственное, что дало ей это время, – это шанс обдумать, что она хочет делать со своей жизнью.

Быть с Ноем Карсоном.

Ильза вздрогнула и постаралась отогнать от себя эту мысль.

Она хотела любить и быть любимой. Она хотела долгосрочных отношений и хотела иметь детей. Ничего этого у нее не будет, если она продолжит прятаться от мира. Но если, как она опасалась, у нее не будет собственной семьи, она могла бы внести свою лепту в помощь нуждающимся детям. Ей стало это понятно после разговора с Ноем. Она могла сделать что‑то хорошее.

Сегодняшняя встреча во второй половине дня стала бы шагом в этом направлении.

Она опустила ноги на пол и встала, потягиваясь.

Ее сердце могло быть разбито, и ее все еще мучили мысли о мужчине, которого она любила, но пора попытаться наладить свою жизнь.

Ильза вышла из конференц‑зала отеля «Гранд Мейфэр». Она была рада, что побывала на этом мероприятии. Это было интересно, а еще она завела полезные знакомства. Она задержалась, разговаривая с парой докладчиков, одним из Нью‑Йорка, а другим из Австралии. Их истории вселили в нее надежду на то, что аналогичная инициатива может быть осуществлена и в России.

Она улыбнулась и кивнула на прощание другим посетителям, все еще остававшимся в фойе. Она повернулась, чтобы уйти, но натолкнулась на кого‑то.

– Ильза.

Кто‑то взял ее за локоть, и она замерла.

– Ной.

Наконец она подняла глаза и поняла: его магнетизму она по‑прежнему не может сопротивляться.

Эти глаза. Он выглядел таким же великолепным, как раньше. Черты лица сурового и сильного мужчины. При этом чувственный рот и намек на ямочку на подбородке подчеркивали его мужественность и в то же время делали его более доступным и располагающим к себе.

Почувствовал ли он мелкую дрожь, пробежавшую по ее телу?

– Вот так сюрприз! – выдавила она, внезапно осознав, что вокруг них полно людей.

Она резко отвела глаза от него и заметила, как несколько человек внезапно отвернулись в сторону, как будто их застали за подглядыванием. Даже здесь, среди состоятельных людей, их воссоединение вызвало бы любопытство.

Почувствовав внутреннее возбуждение, она постаралась подавить его. Конечно, это никакое не воссоединение. Ной презирает ее.

– Я думал, что могу столкнуться с тобой здесь.

Его слова привлекли внимание Ильзы. А еще она вспомнила про его пальцы, сжимающие ее руку.

Почему он не отпустил меня?

Ей хотелось думать, что это потому, что он этого не хотел. Потому, что жаждал этой связи так же сильно, как и она, но она не могла позволить себе такие фантазии.

– Правда? Как ты?… – Нет, она не будет вдаваться в подробности. – Хорошо выглядишь, Ной.

Ильза заставила себя улыбнуться. Это было правдой. Он выглядел подтянутым, хорошо отдохнувшим и ни в кого не влюбленным.

Она боялась, что про нее так не скажешь. На этой неделе ей плохо спалось, потому что трудно было привыкать к тому, что Ноя нет рядом. После занятий любовью на его яхте она чудесно спала, а теперь проводила каждую ночь, размышляя о том, что могло бы быть и чего не могло быть никогда.

– Ты тоже замечательно выглядишь. – И все же когда он вглядывался в ее лицо, у него на лбу появились крошечные вертикальные морщинки, как будто что‑то озадачило его.

– Что ж. – Она отступила назад, и он отпустил ее руку. Странно, что ее кожу покалывало там, где он прикоснулся к ее руке. – Было приятно повидаться, но…

– Я думал, ты сразу отправишься обратно в Альтбург. Разве твоя семья не ждала тебя?

Она пожала плечами, не желая признаваться, что у нее все еще не было никакого определенного плана.

– Я скоро поеду домой. Мне просто нужно было встретиться с кое‑какими людьми в Лондоне.

Он кивнул.

– Ах да. Лорд Брокбэнк. Ты выглядела прекрасно на фото с вашего свидания.

– Брейкхерст. – Ильза поджала губы. В голосе Ноя безошибочно звучали стальные нотки. – Значит, ты стал поклонником светской хроники?

Ее и Энтони сфотографировали выходящими из ресторана. Тот факт, что преследующие их папарацци потеряли их, попав в пробку, заставил всех предполагать, что они провели ночь вместе.

– Вряд ли. – Ной помрачнел.

Ильза вздернула подбородок. Она отказывалась объяснять, что это не было свиданием. Энтони был не только старым другом их семьи, но и финансовым гуру. Они встретились, чтобы обсудить ее план создания предприятия, которое со временем смогло бы стать финансово самодостаточным и обеспечивало бы социальные программы.

– Что ты делаешь в Лондоне, Ной?

Его глаза, казалось, потемнели, и у нее перехватило дыхание. Он пришел сюда, чтобы увидеть ее, и это было так волнительно.

Лихорадочный румянец разлился по ее щекам, когда она вспомнила, как они доставляли друг другу удовольствие.

– Мне нужно уладить кое‑какие дела, прежде чем я вернусь в Австралию.

Была ли она одним из этих дел? Нет. Их отношениям пришел конец.

– Нам нужно поговорить наедине, Ильза.

Он говорил тихо, но его голос был полон решимости.

Ильза подняла брови:

– Правда?

Уязвленная гордость дала о себе знать. Не имело значения, что она солгала, опустив все детали, позволив Ною думать, что использовала его и бросила. Все равно его обвинения причинили ей боль, оставив незаживающие шрамы. Почему он так быстро согласился считать ее таким пустым человеком?

Но ее тон не отпугнул его, напротив, он наклонился к ней:

– Это важно, Ильза.

Находясь так близко к нему, она вдыхала его аромат. Ни один другой мужчина не пах так хорошо, как Ной Карсон. Она задавалась вопросом, сможет ли ее когда‑нибудь так же привлечь аромат какого‑то другого мужчины.

Сердце Ильзы забилось чаще.

Потому что то, как Ной смотрел на нее, так обжигающе и пристально, говорило ей, что она целиком и полностью завладела его вниманием.

Она попыталась обуздать волнение, но ей это не удалось.

Что он хотел ей сказать?

Откуда такой жар в его взгляде? Или ей это показалось? Может быть, ничего такого и не было? Возможно, он просто хотел сообщить о выходе из проекта в Альтбурге.

Но зачем тогда говорить наедине?

– Я не уверена, что…

Кто‑то налетел на нее. И она поняла, что вино попало на ее пиджак.

– Прошу прощения! – произнес мужской голос.

Она посмотрела вниз и увидела, как огромное малиновое пятно расплывается на бледном шелке ее пиджака, а также она заметила пятна поменьше на юбке. Незнакомец стоял рядом с извиняющимся видом, держа в руке пустой бокал. Она узнала его, он был с ней на конференции. Позади него толпа посетителей болтала за напитками.

– Ильза, возьми.

Ной схватил салфетку у проходящего официанта и передал ей. Их пальцы переплелись, и она почувствовала, как тепло разлилось по всему телу.

Он едва прикоснулся к ней, но она восприняла это как ласку. Неужели она настолько нуждалась в нем?

Несмотря ни на что, ответ был утвердительным.

Пока Ильза вытирала пятна, Ной что‑то сказал мужчине, пролившему вино. Незнакомец снова извинился и отошел от них. Затем Ной придвинулся ближе, высокий и широкоплечий, он заслонил ее от всех. Специально укрыл ее от любопытных глаз?

Это никак не вязалось с образом разгневанного мужчины, которого она оставила в Турции. Но сегодня Ной был меньше похож на того мужчину, а больше напоминал того, в кого она влюбилась.

Это всколыхнуло подавляемые эмоции и чувства.

– Мне действительно пора идти.

– Пожалуйста, Ильза. – Его глубокий и чувственный голос остановил ее.

– Есть кое‑что, что тебе действительно необходимо услышать. И ты сможешь заодно постараться отчистить пиджак.

Он сделал паузу.

– Папарацци снаружи, они давно торчат у входа в отель. Похоже, кого‑то поджидают…

Ильза вздохнула:

– Как раз этого мне и не хватало.

Если бы они увидели, что ее одежда вся покрыта винными пятнами, они бы растрезвонили всем о том, что она слишком много пьет.

Ильза пообещала своей матери, что скандалов больше не будет. Она не собиралась давать своей семье больше поводов для беспокойства. Кроме того, она планировала некоторые важные инициативы. Было бы легче заставить людей поверить в них и достичь своих целей, если бы ее персона не была в центре внимания желтой прессы.

Ной протянул руку. Это был такой знакомый жест. Ильзе захотелось прижаться к нему и притвориться хотя бы на минуту, что они все еще вместе.

Независимо от того, что она старалась игнорировать это, воздух между ними был наэлектризован. Ее сердце билось слишком часто, и она не смогла бы отрицать, что каждой клеточкой желала его.

Потому что это был Ной, ее первый и такой любимый мужчина.

Ильза натянуто улыбнулась:

– Ладно. Я постараюсь что‑то сделать с этим пятном, и мы поговорим. – Это звучало одновременно и волнующе, и пугающе.

Глава 12

Ной вел ее через фойе, крепко прижимая к себе и закрывая собой пятно на ее пиджаке.

Ее дыхание сделалось прерывистым, ей было больно дышать.

Быть рядом с Ноем, впитывать жар его тела… Она почувствовала себя так, словно провела день, попивая шнапс, а не слушая презентации.

Через несколько минут они вышли из лифта на роскошном верхнем этаже.

На этаже было всего две двери, на стенах висели венецианские зеркала, стояли вазы с белоснежными лилиями и старинные китайские керамические фигурки.

Она была так взволнована, что ни о чем не подумала как следует. Теперь она повернулась к нему:

– Ты остановился здесь?

Каковы были шансы, что это просто совпадение? Мог ли он забронировать номер, потому что знал, что встретит ее здесь?

– Да.

Он открыл дверь и пригласил ее войти в номер.

Ильза колебалась. Ей ужасно хотелось остаться наедине с Ноем. И все же она не должна была этого делать.

Она посмотрела на его неподвижную фигуру в дверном проеме. Его лицо было в тени, но она поняла, что он очень напряжен.

Дрожь возбуждения пробежала по спине.

Сопротивляться тому, чтобы переступить порог, было сложнее, чем слетать на Луну.

Ильза поставила свою сумочку на столик и услышала, как закрылась дверь. Перед ней была огромная гостиная, роскошная, как гостиные во дворцах. По какой‑то причине она не думала, что Ной останавливается в таком месте. Не потому, что он не мог себе этого позволить, а потому, что она представляла его в каком‑нибудь месте с более современной обстановкой.

Ильза чувствовала, что он стоит прямо за ней, как будто он излучал энергию, из‑за которой все внутри у нее переворачивалось.

– Если ты покажешь мне ванную… – Она не обернулась, слишком остро осознавая, что он стоит рядом, и подавляя желание прикоснуться к нему.

Ной прошел мимо нее так близко, что она почувствовала движение воздуха. Ее взгляд скользнул от его аккуратно подстриженных темных волос к его широким плечам в темно‑синем пиджаке, потом вниз к его ногам.

Он ничего не сказал, не посмотрел на нее, и она подумала, что это хорошо. Они больше не были любовниками или даже друзьями.

Так что же он хотел обсудить?

Ильза с трудом сглотнула, стараясь не зацикливаться на тревожащих ее мыслях, и последовала за ним.

Он провел ее в великолепную отделанную мрамором ванную комнату. Ее обуревали эмоции из‑за того, что Ной был здесь, так близко, что она могла дотронуться до него. Заставляя ее хотеть того, чего она не имела права хотеть. Знакомое желание вернулось, ее тело пробуждалось в его присутствии.

Она решительно прошла мимо него, пересекая ванную комнату, пока не дошла до двух мраморных раковин.

– Спасибо тебе, Ной. Я ценю твою предусмотрительность.

Вместо того чтобы встретиться с ним взглядом в зеркале перед собой, она сняла пиджак, изучая пятно в надежде отвлечься от мыслей о Ное, который был так близко и выглядел таким соблазнительным. Наконец она отложила пиджак в сторону и осмотрела юбку. Спасти ее одежду было почти невозможно.

Ильза вспомнила о своем обещании больше не попадать в скандальные происшествия и вздохнула.

Подняв голову, она встретилась взглядом с Ноем в зеркале. Она знала, что он был все еще там, чувствовала его присутствие. Он стоял в дверном проеме, прислонившись плечом к дверному косяку, пиджак расстегнут, руки в карманах брюк.

Ее кожа покрылась мурашками, когда она поняла, что ее шелковая блузка была такого же зелено‑голубого цвета, как глаза Ноя.

Не просто похожего цвета, а точно такого же.

Она купила эту блузку через несколько дней после приезда в Лондон, ее привлек этот цвет.

Купила ли она ее потому, что цвет напоминал ей о Ное?

Ильза с трудом улыбнулась:

– Я постараюсь недолго.

Вместо ответа, Ной молча выпрямился и вынул руки из карманов, как будто собираясь уходить. Ильзе захотелось, чтобы он передумал. Она хотела, чтобы он остался. Она скучала по нему, думала о нем каждый день и мечтала о нем каждую ночь.

– Ильза! Не смотри на меня так.

Его голос был грубым и низким, и от его звука каждый волосок на ее теле встал дыбом.

Сердце Ильзы забилось чаще. Она держалась за раковину, ее ноги дрожали.

– Как так?

Она не узнала свой собственный голос. Она почти задыхалась и говорила хрипло. Она не могла скрыть свою тоску о нем.

Ной медленно подошел к ней, остановившись так близко позади нее, что Ильза почувствовала его, как будто он излучал невероятно сильную энергию. Тепло разлилось по всему ее телу от плеч и груди к торчащим соскам и вниз по бедрам.

Ее прерывистое дыхание казалось резким в звенящей тишине. Несмотря на то как они расстались, находясь рядом с ним, она испытывала чувство ликования.

– Так, как будто ты хочешь меня. – Он сделал паузу, и ей было страшно оттого, что он стоял так близко, но не прикасался к ней. – Ты хочешь меня, Ильза?

Она хотела бы отрицать это, но не могла.

Потому что это было правдой. Она тосковала по нему, несмотря ни на что.

Ной погладил ее по рукам, от обнаженных плеч до кончиков пальцев. Это было похоже на то, как пламя вспыхивает и мчится по линии разлитого бензина. Там, где он к ней прикоснулся, полыхал пожар.

Ильза закрыла глаза, восторг охватил ее. Как она жаждала его прикосновений!

Когда их взгляды снова встретились в зеркале, ее охватил страх.

Это было неправильно. Они не смогут идти вместе по жизни дальше. Было бы лучше держаться от него на расстоянии.

Она повернулась, намереваясь сказать ему, чтобы он отошел. Вместо этого у нее перехватило дыхание, когда она встретилась взглядом с Ноем. Все говорило о его желании, горячем и сильном, и Ильза растаяла.

Кончики его пальцев снова пробежались по ее рукам, их прикосновение было уверенным, но и одновременно нежным.

Напряженное выражение его лица смягчилось. Несмотря на это…

– Ной. Мы не можем. Это неправильно.

Она ушла от него и теперь боялась, что, если снова будет с ним, это полностью сломает ее.

– Ты думаешь, что это неправильно? – Его голос звучал так соблазняюще.

Теперь кончики его пальцев скользили по ее шелковой блузке. Ильза едва могла дышать, а ее грудь приподнялась ему навстречу. Во рту у нее пересохло. Она была вся в предвкушении, когда он провел пальцем вокруг ноющего соска.

– Ной! – Его имя сорвалось с ее губ, и сейчас она уже не беспокоилась о том, выдала ли свои подлинные чувства. Она выгнулась ему навстречу, но он все еще был очень осторожен.

– Скажи это, Ильза. – Его рука скользнула по груди, и она попыталась вспомнить, почему раньше это казалось ей плохой идеей.

Она покачала головой и схватила его за руку, убеждая себя, что отведет ее от своей груди и положит конец этой пытке.

Но Ной наклонился, его губы коснулись ее уха, и он прошептал:

– Ты хочешь, чтобы я прикасался к тебе как следует, Ильза?

Его легкие как перышко прикосновения перешли в настоящие ласки. Он положил ладонь на ее грудь, захватил ее сосок и стал нежно его пощипывать, пока она не вспыхнула словно фитиль.

Ильза вздрогнула, ощущение было таким приятным, что она задумалась, не испытала ли она оргазм просто от его слов и прикосновения его руки к ее груди.

Но пульсация глубоко внутри ее опровергла это.

Не отводя от нее взгляда, Ной обвел указательным пальцем другой сосок, и ее кровь вскипела. В любую секунду она могла достичь оргазма.

– Ты хочешь меня, правда же?

– Да, – выдохнула она, вынужденная забыть о своих благих намерениях. – Да, пожалуйста, возьми меня, Ной.

Он усмехнулся, опустил руки и отступил назад.

В этот ужасный момент Ильза подумала, что он уходит, и у нее чуть не остановилось сердце. Ей показалось, что это его попытка отомстить ей за то, что она ушла от него.

Затем, к ее огромному облегчению, он наклонился и высоко поднял подол ее юбки.

Прежде чем она успела осознать, что присходит, он уже стянул вниз ее колготки и трусики.

Ильза ухватилась за поверхность позади себя, когда Ной снял с нее туфли.

Затаив дыхание, она выпрямилась, чувствуя под ногами прохладу мрамора. Ной снова задрал ее юбку. Он поднял юбку выше, наконец прижав ткань ладонью к ее животу.

Она тонула в этих глазах цвета тропического моря. Ее бросило в жар.

– Моя очередь. – Его зубы сверкнули белизной на фоне загара, когда он улыбнулся ей.

Ной наклонился и решительно раздвинул ее ноги пошире. Затем она ощутила восхитительное прикосновение его губ и языка.

Голова Ильзы откинулась назад, глаза закрылись, он доставлял ей удовольствие с такой деликатностью, с таким пониманием, что вскоре она почувствовала, как глубоко внутри нарастает дрожь.

– Ной, пожалуйста. Я хочу тебя. – Ильза тосковала по нему все долгие одинокие ночи, ощущение пустоты внутри ее было невыносимым.

Она посмотрела вниз и обнаружила, что вцепилась пальцами в его волосы и что он пристально смотрит на нее из‑под густых черных ресниц.

Все еще не сводя с нее глаз, он продолжал ласкать ее языком, и внезапно Ильза почувствовала, как мир вокруг нее рассыпался вдребезги. Все, кроме глаз Ноя, наблюдавшего за ней, обнимавшего ее, ласкавшего ее, сделалось призрачным и неясным.

Когда она пришла в себя, Ной стоял, прижавшись к ней, удерживая ее в вертикальном положении. Она вдохнула пряный мужской аромат, по которому так скучала после их поездки в Турцию, и ее горло сжалось от внезапно нахлынувших слез.

– Ильза? – Он вопросительно посмотрел на нее.

В этот момент она почувствовала себя абсолютно уязвимой. Защита, которую она так старательно выстраивала, рухнула. Гордость, здравый смысл, осторожность – все исчезло. Остались только она, Ной и то, что было между ними.

– Ты нужен мне, Ной. Сейчас.

Он нахмурился, и она подумала, не заговорила ли на родном языке. Затем его руки крепче обхватили ее талию, он поднял ее и посадил на прохладную стойку рядом с раковиной.

У нее вырвался стон, когда он широко раздвинул ее колени и оказался между ними.

Сердце Ильзы выскакивало из груди.

Было странно, что они все еще были практически полностью одеты.

Набухшая от возбуждения плоть между ее ног сделалась настолько чувствительной, что даже дуновение воздуха от движения Ноя казалось возбуждающим. Он сунул руку в карман и вытащил квадратный пакетик.

– Ты наденешь это, – прохрипел он, вкладывая его в ее ладонь, чтобы он мог заняться своим ремнем и брюками.

Пальцы Ильзы дрожали, когда она разрывала упаковку и доставала презерватив.

От нетерпения она казалась неуклюжей. Сейчас она отчаянно желала, чтобы Ной поскорее оказался внутри ее. Ей потребовалась пара попыток, чтобы надеть на него презерватив. Ной не помогал ей, но, услышав, как прерывисто он дышит, Ильза догадалась, что он был в таком же отчаянии, как и она.

– Ной, я…

Она не договорила, потому что он поцеловал ее. Он был настойчив, но в то же время невероятно нежен. Она была готова разделить с ним все. Свои надежды, страхи, тоску.

Отдать ему всю свою любовь.

Ильза обняла его и поцеловала в ответ так, как будто это был их последний поцелуй.

Теперь она знала, на что похоже лишение. За время, прошедшее с тех пор, как они расстались, она была эмоционально опустошена.

Сейчас она снова ожила, радость смешивалась с возбуждением.

Он притянул ее к себе, и Ильза почувствовала, насколько он возбужден. Ответное желание охватило ее, и вскоре Ной вошел в нее, двигаясь медленно и все глубже.

Ощущение того, что они сливаются в единое целое, было чудесным. Ильза сморгнула слезы и поцеловала его с каким‑то первобытным отчаянием. Ной затронул что‑то важное в ней. Он коснулся ее сердца, ее души.

Она задела зубами его язык и нижнюю губу, и он зарычал от страсти. Наконец он ритмично задвигался так, как это произошло в Турции. Но на этот раз его дыхание было прерывистым, а поцелуи яростно‑собственническими, как будто он хотел запечатлеть их в ее памяти навсегда.

Напряжение нарастало. Чудесное, волнующее напряжение, от которого по телу пробежали волны восторга.

В последний момент Ной поднял голову и не сводил с нее глаз, пока она не достигла пика блаженства. Ильза вцепилась в него и не смогла сдержать крика.

– Ной! – Она продолжала стонать и кричать, их мир снова превратился в то особенное место, в котором могли быть только они одни.

Вскоре она услышала, как он застонал.

На то, чтобы прийти в себя от потрясения, ушла целая вечность, и Ильзе не хотелось, чтобы это заканчивалось. Даже в блаженно расслабленном состоянии она знала, что реальность будет жестокой. Поэтому крепче обняла своего возлюбленного, зная, что в эти мгновения между ними все было в порядке. Объяснения и решения подождут.

Наконец Ной отступил, мягко высвобождаясь из ее объятий. Ильза знала, что улыбается. По ее телу пробежала легкая дрожь, и ей показалось, что она пронеслась марафон на абсолютно ватных ногах, но впервые за неделю почувствовала себя счастливой.

– Ильза.

Открыв глаза, она обнаружила, что перед ней стоит полностью одетый Ной. Лишь его взъерошенные волосы намекали на то, чем они только что занимались.

Ее волосы были распущены и рассыпались по плечам. Ее юбка все еще была задрана, а ноги широко расставлены.

Ильза сдвинула ноги, подтягивая юбку.

Внезапно она смутилась. Она хотела соскользнуть на пол, но не была уверена, что ее колени не подогнутся. И все же она выпалила правду:

– Это было потрясающе.

Более чем потрясающе. Казалось, он изменил весь ее мир, который теперь принадлежал ему. Ильза настолько сильно нуждалась в этом человеке, что даже сейчас не могла сожалеть о том, что только что произошло. Даже зная, что у них нет будущего.

Сегодняшний день подтвердил, насколько глубоко она была в плену у Ноя Карсона.

Может быть, она ошибалась. Может быть, она смогла бы еще немного продлить их интрижку и как‑то заглушить свои эмоции, придумав способ продолжать жить своей жизнью после того, как они расстанутся.

Возможно, было лучше быть его любовницей хоть какое‑то время, чем не иметь возможности вообще его видеть.

– Да, это было потрясающе. Но нам есть что обсудить. Это важно.

Ильза поймала его хмурый взгляд, и у нее появилось дурное предчувствие.

Глава 13

Ной мерил шагами гостиную, ожидая появления Ильзы. Конечно, после такого занятия любовью все должно пройти хорошо.

Он не смог сдержать улыбки. Они нуждались друг в друге сильнее, чем когда‑либо. Это должно было стать положительным знаком. Сегодня она пришла к нему, и это было так же естественно, как дышать. Как будто она тоже чувствовала себя неприкаянной вдали от него.

Ной отказывался верить, что она была с другим мужчиной, несмотря на статьи в желтой прессе о любовнике‑аристократе в Лондоне. От этой мысли ему становилось не по себе.

Ильза была девственницей, когда они встретились. Его бросило в жар, когда он вспомнил, как впервые открыл для нее этот мир. Она была тонкой и чувственной женщиной, и для него было величайшей честью стать ее первым мужчиной.

До недавнего времени она жила без сексуального партнера. И сейчас не стала бы прыгать из постели в постель.

Что бы он ни наговорил ей в Турции, Ной не мог представить себе женщину, менее склонную легко вступать в интимные связи. Ему стало плохо, когда он подумал о выдвинутых им обвинениях, особенно об обвинении в том, что она использовала секс с ним для заключения сделки.

Ной провел рукой по волосам, чувство вины терзало его. Он снова принялся расхаживать по комнате, заново переживая то, что сказал Ильзе.

Он чувствовал себя пристыженным. Отголоски прошлого, смешиваясь с новой болью, заставили его наброситься на нее со словами о том, что она использовала его так же, как это когда‑то делала его бывшая.

Просто Ильза застала его врасплох, и он почувствовал себя уязвленным и оскорбленным.

Он не мог понять ее желания уехать. Он отчаянно хотел, чтобы она осталась.

Потому что желал, чтобы Ильза была частью его жизни. Хотел, чтобы она долго оставалась рядом.

Именно это он пытался осмыслить как раз перед тем, как Ильза объявила о своем уходе. Когда‑то подобная идея показалась бы ему дикой. А теперь только это и имело смысл.

Ной был единственным из трех поколений своей семьи, кто не встретил свою любовь и не женился к двадцати годам. Из‑за ошибки с Поппи он боялся доверять своим чувствам.

У Карсонов была традиция – они мгновенно увлекались и потом были преданы своей любви до конца жизни. Ной считал, что на него это не распространяется с тех пор, как в истории с Поппи позволил похоти ослепить себя.

Но сейчас он не мог игнорировать знаки судьбы. Чувства, которые он испытывал, были не похожи ни на что, что испытывал раньше. Он полностью был поглощен Ильзой. Он изменил все свои планы только для того, чтобы быть с ней.

В течение ряда лет Ной был счастлив вступать в кратковременные отношения. Это было весело, и ни у кого не было никаких ожиданий.

Сейчас он чувствовал себя совсем по‑другому.

Многое висело на волоске. Он не мог припомнить, чтобы раньше так нервничал, проводя какие‑либо деловые переговоры. Но это было важнее любой коммерческой сделки.

Какой‑то звук заставил его поднять глаза, его сердце бешено колотилось, каждый мускул напрягся.

Ильза пересекла гостиную и опустилась в кресло. Она не села на диван, опасаясь, что он сядет рядом с ней? Он стиснул зубы от разочарования.

Ее поза была идеальной, голова высоко поднята. Но ее юбка была помята, и на ней были пятна. Она снова уложила волосы, но пушистые завитки выбились, как будто делала прическу не так ловко, как обычно, а губы припухли от страстных поцелуев.

Она была самой красивой женщиной, которую он знал.

У Ноя перехватило дыхание.

Он не собирался заниматься с ней сексом до того, как они поговорят, тем более не планировал делать это около раковины в ванной. Но охватившее его желание было таким сильным, что он не мог ждать. И как он заметил, с ней происходило то же самое.

Конечно, они смогут во всем разобраться.

– Ильза, мне нужно…

– Ной, позволь мне сначала сказать кое‑что.

Она выглядела такой серьезной, что, несмотря на его стремление поскорее ей все сказать, он кивнул и откинулся на спинку стула. Его извинения запоздали, но с этим можно было подождать еще несколько минут.

– Я не должна была уезжать вот так, без всякого предупреждения. Это было грубо и неудивительно, что ты сделал поспешные выводы. Но я никогда не использовала тебя ради выгоды. Я не знала, как продвигаются переговоры по той коммерческой сделке. Я не знала, что вы пришли к соглашению. Все это не имело никакого отношения к моему отъезду.

Она посмотрела на свои сцепленные руки.

– Я была с тобой по причинам, не имевшим никакого отношения ни к Альтбургу, ни к моему отцу, ни к бизнесу.

– Я знаю.

Она испуганно подняла глаза.

– Ты знаешь?

Ной кивнул:

– Я был в бешенстве из‑за твоего отъезда, я не мог нормально думать. Просто знал, что это неправильно, вот так уезжать. Я набросился на тебя с дикими обвинениями и тем самым оскорбил тебя.

Он сделал паузу.

– Поэтому мне так нужно было увидеть тебя, чтобы извиниться. Чтобы сказать тебе, что я сожалею.

– Понятно. Спасибо тебе.

И все же она не выглядела счастливой. Он не мог винить ее за это. Она разрушила их идиллию своим отъездом, но он испортил то, что у них было общего, и то, что делало их отношения особенными.

Он все еще не понимал, почему ей нужно было так стремительно уехать.

– Я ценю то, что ты мне сказал. – Она подвинулась на край кресла, как будто собираясь уходить.

– Это еще не все. Ты должна знать остальное. – Он вздохнул. – Я совершил ошибку, позволив эмоциям затуманить мой разум и делать предположения исходя из прошлого опыта. Мне жаль. Я не оправдываюсь, но я хочу, чтобы ты поняла меня.

В конце концов, честность была основой прочных отношений, и это было то, чего он хотел от Ильзы.

Он надеялся, что, если он будет честен с ней, она ответит тем же и скажет, что заставило ее уехать. Он подозревал, что это было связано с требованиями ее семьи и королевскими обязательствами. Он надеялся помочь ей справиться с этим, но сначала ему нужно было многое понять.

Ильза наклонила голову, словно пытаясь прочесть его мысли. Он узнал ее задумчивый взгляд, и что‑то в его груди сжалось от этого милого, знакомого выражения ее лица.

– Я говорил тебе, что некоторые люди смотрят на мою семью свысока из‑за бизнеса, которым мы занимаемся.

– А я говорила тебе, что для меня это не имеет значения.

Ной кивнул:

– Я помню. Но день, когда ты ушла, был шоком для такого человека, как я, привыкшего все держать под контролем. – В бизнесе и в личной жизни все шло так, как он хотел. Может быть, судьба избаловала его? – Это слишком сильно напомнило мне о том, что случилось давно. Напомнило женщину, бросившую меня.

При других обстоятельствах ему было бы даже приятно видеть изумление на лице Ильзы. Это выглядело так, как будто ей было трудно представить себе женщину, которая смогла его покинуть.

И это случилось уже дважды, и оба раза это изменило мир Ноя.

Он прочистил горло.

– Ее звали Поппи. Она была яркой, сексуальной и веселой, и я думал, что люблю ее, хотя теперь думаю, что меня привлекала сама идея любви. Я думал, что нашел спутницу жизни. – Он пожал плечами: – В моей семье все влюбляются раз и навсегда.

– Я понимаю. – Ильза нахмурилась.

– Думаю, пока тебе ничего непонятно, но сейчас я все объясню. – Ной снова вздохнул. – Поппи не любила меня. Оказалось, что я был для нее забавным парнем, отличавшимся от ее утонченных, очень образованных и привилегированных друзей. У меня были деньги и прекрасная деловая репутация, поэтому не было ничего плохого в том, что мы появлялись на публике вместе. Но когда я сделал ей предложение, она выглядела шокированой. Она никогда бы не вышла замуж за человека, стоявшего ниже ее на социальной лестнице, несмотря на все те чудесные деньги, которые я мог бы ей предоставить.

– Это действительно ужасно. Как ты сразу не понял, с каким человеком имеешь дело.

Он усмехнулся:

– Я был очень молод, а хороший секс может ослепить парня. Кроме того, она была умна и не показывала своих чувств так явно, особенно потому, что хотела, чтобы я профинансировал одно дело, которое она придумала. Модный онлайн‑магазин.

– Она хотела, чтобы ты одолжил ей денег?

– О, ссуда ей не была нужна. – Он поморщился. – Она оскорбилась, когда я заговорил о составлении юридического соглашения. Думала, что я просто так дам ей все, что она пожелает. Может быть, именно поэтому она с таким наслаждением отвергла мое предложение.

Она ничего не упустила в своем язвительном описании Ноя и его семьи, оскорбила людей, о которых он заботился больше всего на свете.

Ильза что‑то пробормотала себе под нос на языке, которого он не знал. И все же он понял, что ее возмутил поступок Поппи.

– Мне жаль, что она причинила тебе боль. И я сожалею, что напомнила тебе ее.

– Спасибо. Я должен был бы отмахнуться от этих переживаний, но она причинила боль и моей семье тоже. Особенно моей сестре. – Он никогда не простит ей вреда, причиненного Элли. – Это меня не оправдывает, но тот день в Турции был подобен дежавю.

– Мне так жаль.

Ной почувствовал, что Ильза говорит искренне.

– Это в прошлом. И пусть там и остается. К счастью, Элли сейчас здорова и счастлива, она занимается делом, которое обожает. Сейчас я могу мыслить ясно, но, когда мы расстались, я позволил себе сомневаться, несмотря на то, что интуиция подсказывала, что ты честная и великодушная девушка.

– Наше прошлое оказывает влияние на нас всех.

Слова Ильзы заставили его уважать ее еще больше и сильнее сожалеть о поспешных выводах. Ильзе приходилось преодолевать собственные поражения.

– Ты не заслуживала того, чтобы я так гневно набросился на тебя. – Ной развел руками и сделал паузу, зная, что ему нужно сказать слова, которые он никогда прежде не говорил. – Дело в том, что я виню себя в том, что случилось с моей сестрой. Я был тем, кто познакомил ее с Поппи. Это одна из причин, почему я подозревал в тебе самое худшее, даже когда убеждал себя, что это не может быть правдой. Это было несправедливо по отношению к тебе.

– Спасибо тебе, Ной, и спасибо за объяснение. Это все упрощает…

Ильза действительно была удивлена или ему это показалось? Внезапно, несмотря на то, как отчаянно они только что занимались любовью, Ноя охватила тревога.

– Это не единственная причина, по которой я здесь, Ильза.

Он почувствовал, что вцепился в подлокотники кресла, и попытался немного ослабить напряжение.

– Я много думал. На самом деле. – Он помолчал и продолжил: – У меня было озарение.

Ной внимательно смотрел на Ильзу. Язык ее тела предупреждал его, чтобы он действовал очень аккуратно. Он ненавидел даже это небольшое расстояние между ними, но лучше подождать и не раскрывать своих чувств по отношению к ней. Инстинкт подсказывал ему, что она еще не готова к его признанию.

Эту женщину растили и воспитывали для брака, заключенного по договоренности, а не по любви. Он не хотел отпугивать ее, спрашивая слишком о многом и слишком рано.

Она серьезно относилась к своим обязанностям, и он предположил, что она ушла от него из‑за давления своей семьи. Ной планировал вскоре посетить Альтбург и сделать все возможное, чтобы произвести впечатление на короля и расположить к себе всю семью Ильзы.

Если это не сработает, ему просто придется убедить ее быть с ним. Потому что он не хотел жить без нее. Такой вариант ему не подходил.

– Продолжай.

– Я очень изменился. Короткие романы какое‑то время были прекрасны, но сейчас я стал старше. Я не мог забыть свой опыт с Поппи долгие годы. Но время, проведенное вместе с тобой, заставило меня многое переосмыслить. Глупо принимать решения, основываясь на разочаровании.

Он сделал паузу, пытаясь унять свой бешеный пульс.

– Я понял, что хочу большего в своей жизни. Хочу, чтобы у меня появились жена и дети.

Ее глаза широко распахнулись, и в их глубине он увидел шок. Неужели обязательно было выглядеть такой ошеломленной?

– Ты имеешь в виду…

– Все в порядке, Ильза, я не делаю предложения. Я не пытаюсь связать тебя по рукам и ногам какими‑то обязательствами.

Пока.

Он может быть терпеливым. Он не хотел ее отпугнуть.

– Я просто говорю, что мои представления о жизни изменились. Ты знаешь, я не был готов попрощаться с тобой в тот день, когда ты сказала о своем отъезде. Дело в том. – Он пожал плечами, стараясь выглядеть беззаботным, а не нервничающим до сухости во рту. – Дело в том, что я готов начать думать о долгосрочной перспективе, и я бы хотел, чтобы ты тоже об этом подумала. Я бы хотел продолжить встречаться с тобой и посмотреть, как будут развиваться наши отношения.

Она ничего не ответила, заставив Ноя сомневаться.

Наконец Ильза пошевелилась, подняв руку и нервно приложив ладонь к ключице.

Ной вздохнул. Было ли это от удивления и волнения?

Все – его счастье, их совместное будущее – зависело сейчас от ее реакции. Он наклонился вперед.

– Я не знаю, что сказать.

Ильза прижала руку к груди, как будто хотела помешать своему сердцу выпрыгнуть оттуда. Она дрожала от шока и возбуждения.

Как сильно ей хотелось броситься в объятия Ноя, прижаться к нему и снова почувствовать, что в мире все встало на свои места.

Но она сдержалась, пытаясь осмыслить его слова.

– Разве ты не собираешься в ближайшее время вернуться в Австралию? Как могут складываться отношения, если ты на одной стороне света, а я – на другой? У меня есть обязательства здесь.

Ильза запланировала еще больше новых инициатив, которые пока были в стадии разработки.

Ной улыбнулся и развел руками. И ей стало так хорошо. Ему просто нужно было улыбнуться ей…

– Было бы желание, а способ увидеться найдется. Мы можем обсудить детали по ходу дела, если это то, чего мы оба хотим. Это то, чего я хочу, Ильза. Вот почему я пришел, чтобы узнать, что чувствуешь ты.

Она тщетно пыталась успокоиться. Но как она могла быть спокойной, когда Ной говорил о возможном совместном будущем! О семье. Это то, чего она хотела. Мечта, ставшая явью.

Ее кровь бурлила от возбуждения, а сердце билось чаще. Ей хотелось упасть в объятия Ноя, осыпать его поцелуями и показать ему, как она рада остаться с ним.

Странно, что она не почувствовала его ответного волнения. Вместо этого его лицо было настороженным и тревожно непроницаемым. Даже эти великолепные бирюзовые глаза, казалось, не отражали ничего.

Ильза оглядела его, сидящего в кресле напротив, и не обнаружила никаких признаков эмоций на его лице. Он был похож на человека, заключающего деловую сделку, а не на любовника, затаившего дыхание в ожидании услышать долгожданное «да».

Ее восторг улетучился.

Она обдумала его слова, и сердце ушло в пятки.

Ной не упоминал о своих чувствах к ней, только о том, что передумал отказываться от семьи. Он даже не сказал, что рассчитывает быть с ней постоянно, просто говорил о том, что они должны посмотреть, как пойдут дела.

Казалось, он не хочет совершать покупку без примерки.

Ильза с ужасом ощутила комок в горле.

Чего она ждала? Признания в любви?

Нет, не надо думать об ответе на этот вопрос!

– Почему ты молчишь?

– Мне нужно многое обдумать.

Ной хотел жениться и завести детей.

Детей.

Холодок пробежал по спине Ильзы.

– Ты точно хочешь обзавестись семьей?

– Абсолютно точно. – Он улыбнулся, и теперь она увидела, как потеплел его взгляд при мысли о детях.

Внезапно на нее накатила тошнота. Она хотела ребенка, ребенок от Ноя стал бы воплощением мечты. Но было ли это возможно?

Ильза пропустила очередной прием у гинеколога, отчасти потому, что боялась его прогнозов. История ее двоюродной сестры очень ее расстроила, она боялась, что тоже может оказаться бесплодной.

Как бы отреагировал Ной? Он сказал, что хочет семью. Он выглядел более взволнованным, когда произносил эти слова, чем когда предлагал им быть вместе.

За те недели, что они провели в Турции, Ильза часто видела его с детьми и знала, как ему нравится быть с ними. Она была уверена, что он станет отличным отцом. Когда она как‑то спросила, что ему нравится больше всего на свете, он ответил, что проводить время со своим племянником.

Смог бы Ной пережить то, что она, возможно, никогда не сможет иметь детей?

Она боялась, что заранее знает ответ. У Ильзы не хватит сил начать строить будущее с Ноем и думать, что он отвергнет ее позже из‑за того, что она не в силах изменить.

Если бы он сказал ей, что любит ее, тогда она набралась бы смелости и рассказала бы ему о своих страхах.

Если бы только он сказал ей, что любит ее, она бы решилась на все.

Но признаний в любви он не делал. Он предложил продолжить их роман.

Что бы она чувствовала, если бы осталась с ним, любя его всем сердцем, зная, что он ее не любил? Зная, что она, скорее всего, не сможет дать ему то, о чем он мечтал?

Ильза и так была в смятении. Она чувствовала себя потерянной, лишившейся всякой уверенности в своих силах, ее чувство собственного достоинства серьезно пострадало от несостоявшихся помолвок, хоть в тех событиях и не было ее вины. Что могло бы быть с ней, если бы Ной оттолкнул ее?

Ильза вскочила так быстро, что даже покачнулась.

– Ильза?

Ной тоже вскочил, он был так близко, всего на расстоянии вытянутой руки. Он выглядел очень обеспокоенным.

– Что случилось?

Ее сердце упало, когда она окинула взглядом его красивую, высокую фигуру. Он был тем мужчиной, которому она открыла свое сердце и который невольно разбил его.

Он протянул к ней руку.

– Нет! Пожалуйста, не трогай меня.

Потому что, если бы он к ней прикоснулся, она бы дрогнула.

Он отшатнулся, подняв ладонь, и ей показалось, что в его глазах был шок.

Это выглядело почти как боль, но это разыгралось ее воображение. Это ей больно.

– Прости, Ной, но я не могу. Это невозможно.

– Это все из‑за твоих обязательств в Альтбурге? Мы сможем все решить.

Ильза покачала головой:

– Дело не только в этом. Правда в том, что я не верю, что у нас может получиться. У нас такие разные жизни и разные ожидания.

Для начала ей нужна была любовь.

После всего, через что она прошла, после всех разочарований она ее заслужила. Она хотела быть желанной женщиной, не желанной принцессой и не потенциальной матерью чьих‑то детей.

Даже если бы смогла родить Ною детей, не было никаких причин надеяться, что он когда‑нибудь ее полюбит. А она хотела этого так сильно, что было страшно.

Сейчас ей было очень больно.

Ной придвинулся ближе, и ей пришлось поднять голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Его теплый мужской аромат дразнил ее, осознание того, что она могла протянуть руку и прикоснуться к нему, кружило голову. Но этого ей было мало.

– Подумай об этом, Ильза. – Его голос стал хриплым. – Нам так хорошо вместе. А может стать еще лучше. – Он сделал паузу и пристально посмотрел на нее. – Ты же знаешь, мы едва можем сдерживаться и не набрасываться друг на друга.

– Не в сексе дело.

– Я согласен. Но ты не можешь игнорировать то, что есть между нами. – Затем он снова протянул к ней руку.

Сделать шаг назад было самым трудным из всего, что Ильза когда‑либо делала. Это было тяжелее, чем расторгнуть помолвку и попасть на страницы желтой прессы, разочаровав свою семью и народ.

– Пожалуйста, Ной. Я сказала «нет», и я именно это имела в виду! – Ее голос сделался пронзительным, и это заставило его замереть на месте. – Я не хочу, чтобы ты снова прикасался ко мне.

Затем, со слезами на глазах, она отвернулась, схватила свою сумочку и, ничего не видя перед собой, вышла из номера.

Только спустившись на первый этаж, она поняла, что забыла свой пиджак и что, вероятно, выглядела ужасно и могла бы стать идеальной мишенью для папарацци.

Но сейчас это заботило ее меньше всего на свете.

Глава 14

– Если хотите, можете посидеть здесь еще немного…

– Нет, спасибо, – поспешила заверить доктора Ильза. – Все в порядке. Вас ждут другие пациенты.

Вероятно, она и так уже потратила больше отведенного ей времени. Она встала.

– Не забудьте, завтра в девять сделаем УЗИ здесь. Это удобно, и тут вас никто не побеспокоит.

Другими словами, персонал умеет хранить врачебную тайну, и здесь меньше шансов, что слухи дойдут до прессы.

Ильза кивнула:

– Завтра в девять. Еще раз спасибо вам.

Она вышла на бульвар с тенистыми деревьями. Она набрала полные легкие воздуха и быстрым шагом направилась к своей машине. Ильза не хотела, чтобы ее фотографировали около медицинского центра, но и не хотела назначать встречу во дворце, где невозможно было сохранить тайну.

Она поехала за город, двигаясь на автопилоте к небольшой проселочной дороге и своему любимому месту для размышлений, откуда через луга и леса открывался вид на озеро.

Некоторое время спустя Ильза сидела на усыпанной цветами траве и наслаждалась покоем этих мест. Яркий солнечный свет согревал ее. Птички чирикали поблизости. А пара бабочек кружила над полевыми цветами.

И все же ее сердце бешено колотилось.

Она беременна.

Сначала Ильза отказывалась этому верить, ведь у нее почти не было шансов. Это было похоже на чудо.

Если это не чудо, то необычайное событие. С точки зрения медицины.

Если бы не тот порвавшийся презерватив в Турции…

Ильза легла на траву и закрыла глаза. Ее дыхание сбилось, и слезы потекли по ее щекам.

Она никогда не верила, что этот день настанет.

Она даже не смела надеяться, что это произойдет. Даже сейчас, несмотря на все заверения доктора, ей трудно было в это поверить.

Ильза провела рукой по плоскому животу и вновь изумилась.

Там был ее крошечный ребенок. Ее и Ноя.

Она представила его бирюзовые глаза.

Ной, такой заботливый и внимательный, но в то же время умеющий быть беззаботным, что для нее было невероятно соблазнительным. Эти качества сделали бы его прекрасным отцом. Он не стал бы мужчиной, слишком занятым работой, который не может уделить время своему ребенку.

Ильза могла видеть его, прижимающим крошечного младенца к себе. Или пытающимся научить малыша, как правильно бить по мячу.

Сердце ушло в пятки, она задрожала, несмотря на ласковое солнце.

Захочет ли он сейчас иметь с ней дело? Она оставила его в Турции, отвергла в Лондоне. Ильза вздрогнула, вспомнив боль и гнев в его голосе, когда он говорил о женщине, которую когда‑то любил и которая отвергла его и причинила боль его семье.

Так же он теперь говорил и об Ильзе? Как о женщине, которая, несмотря на свои слова, посчитала его недостаточно подходящим для себя?

Как бы ей хотелось рассказать ему правду, открыть настоящую причину своего ухода. Только это бы не помогло. Он мечтал о женщине, которая родила бы ему детей. Он бы вежливо, но твердо отказался от своего предложения.

Горький смешок вырвался у нее. Ирония судьбы в том, что теперь она носила его ребенка.

Кроме того, это было лишь половиной дела. Она любила его и не могла смотреть в будущее, в котором он бы так и не ответил ей взаимностью.

Как они могли договориться поддерживать своего ребенка после того, что произошло между ними? Особенно потому, что она хотела от него слишком многого.

Ильза попыталась представить, как рассказывает ему о своей беременности. Согласится ли он с ней увидеться после того, как она ушла от него? Ной добрый и сердечный. Но у миллиардера, достигшего всего самостоятельно, должна быть и суровая сторона. Без сомнения, он сможет быть не только гордым, но и безжалостным. Согласится ли он поговорить с ней? Или отвергнет ее, даже не выслушав?

Она поежилась, вспомнив тот ужасный день в Лондоне. Она сбежала тогда через черный ход отеля с помощью менеджера, который увидел, как совершенно потерянная Ильза появилась на первом этаже. Он увел ее подальше от всех и приказал водителю отеля ждать ее у черного входа. Они проявили сдержанность, ни словом не обмолвившись о ее растрепанном виде и странном способе уехать из отеля.

С тех пор она ничего не слышала о Ное. Единственное, что она знала, – это то, что он вернулся в Австралию и начал появляться на различных мероприятиях то с одной, то с другой великолепной женщиной.

И все же она должна была рассказать ему об их ребенке.

Ильза вздохнула. Как было бы замечательно поделиться новостью о беременности с мужчиной, которого любила, если бы и он любил ее!

Но сейчас было не время для фантазий. Она поморщилась. Ной, вероятно, никогда больше не захочет ее видеть. Да еще ей только что сказали, что за состоянием ее здоровья нужно очень тщательно следить. Возможность выкидыша была велика.

Она посмотрела на бледно‑голубое небо.

Все это было правдой. Ей было нелегко. Но все равно с ней случилось чудо.

– Ной?

Его помощница остановила его на пути в конференц‑зал.

– Да, Бри?

Она подошла к нему поближе и сказала:

– Я хотела уточнить. Та инструкция о личных звонках все еще в силе? Не соединять вас ни с какими женщинами, если вы мне о них не говорили?

– Ах, это. Да, все в силе.

Ной давно не разговаривал с женщинами, утверждавшими, что они с ним знакомы.

Некоторые считали, что если он мимоходом улыбнулся им, то это было приглашением к интрижке. Количество людей, которые выдумывали всякие небылицы, чтобы поговорить с ним, не переставало удивлять.

Он подумал об Ильзе, единственной женщине, которую хотел бы видеть. Вспомнил звуки ее голоса, произносившего его имя. Про переливы ее смеха, по которым он так скучал. Вспомнил ее пустой взгляд в день, когда она отвергла его, и снова почувствовал боль.

Но он скоро решит все проблемы, потому что увидеть ее опять было для него необходимостью.

Он дал ей время подумать и не может больше ждать. Он подстроил получение приглашения в Альтбург от ее отца. Знала ли она об этом? Это позволило бы ему увидеть ее в привычном окружении и докопаться до сути того, что им мешало быть вместе, и доказать ей, что она нуждается в нем так же сильно, как он в ней.

Он заставил себя вернуться к Бри.

– Ты же знаешь, я не могу тратить время попусту.

– Просто… – Бри сделала паузу. – Было несколько звонков от женщины, с которой вы знакомы. Это принцесса Ильза Альтбургская.

– Ильза? – Звонила в его офис в Сиднее?

Он испытал шок.

И кое‑что еще. Волнение и возбуждение.

Эта женщина совсем сбила его с толку. Уничтожила его. Использовала его и прогнала прочь, даже не взглянув ему вслед. И все же у них был обжигающе горячий секс в ванной. Она хотела его так же сильно, как он ее. Оба они не могли дождаться, когда смогут принять горизонтальное положение на кровати. Эти два события никак не складывались в единое целое.

Он также не мог сказать, что она похожа на Поппи. Он готов был поклясться, что она совсем другая.

– Когда? Когда она звонила?

– Сегодня утром. И еще вчера. – Широко раскрытые глаза Бри свидетельствовали о том, что она не привыкла видеть своего босса таким взволнованным.

Ной провел рукой по волосам, пытаясь собраться с мыслями. Он был потрясен.

Зачем Ильзе связываться с ним сейчас?

Его сердце забилось чаще, и он нахмурился.

Бри тут же покачала головой.

– Хорошо, босс. Я поняла. Не соединять ее с вами.

Ной набрал в легкие побольше воздуха:

– Она что‑нибудь сказала? По какому вопросу она звонила? Где она?

– Только сказала, что хотела бы договориться о встрече.

Встреча? Не просто телефонный звонок? У нее не было его личного номера, как и у него ее. Ведь в этом не было необходимости. Они встретились и были неразлучны.

Если она хотела встретиться, была ли она в Австралии или собиралась приехать сюда? Но как же насчет ее королевских обязательств, которые так много для нее значили?

– Не волнуйтесь, Ной. Я сделаю так, что она больше не будет звонить.

– Нет! Если она позвонит, соедини ее со мной. И узнай ее номер, – сказал он удивленной Бри.

Ильза смотрела, как за окном автобуса расплываются силуэты пригородных домов, и пыталась убедить себя, что совсем не глупо надеяться, что ее новость может изменить отношения между ними. Возникнут ли у Ноя нежные чувства к ней, если он узнает, что она ждет от него ребенка?

Она прикусила губу. Конечно, это было безумие. Даже если Ной не встретил другую женщину за то время, что они не виделись, и даже если он обрадуется ребенку, это не означает, что его чувства к ней изменятся.

Хорошо хоть, уже разбитое сердце не может разбиться вновь.

Она поджала губы, но это не помешало ее внутреннему голосу говорить ей неприятные вещи.

«Ты все еще любишь его. А у него нет причин испытывать к тебе добрые чувства».

Ах, если бы она могла повернуть время вспять…

Нет, нужно сосредоточиться на будущем. Это все, что имеет значение.

Она прочитала название следующей остановки и вздохнула. Уже недалеко. Она надела солнцезащитные очки и перекинула ремень сумки через плечо. Солнцезащитные очки, простая одежда и волосы, собранные в хвост, были не слишком удачной маскировкой, но пока они срабатывали. Она прибыла в Сидней вместе с подругой на частном самолете, и до сих пор папарацци не пронюхали, что она в Австралии.

Ее сердце забилось чаще, когда она нажала кнопку остановки и автобус вырулил из потока машин к обочине.

Сможет ли она это сделать?

План не был идеальным. Лучше было бы, чтобы они с Ноем встретились и поговорили с глазу на глаз. Но приходилось делать то, что было возможно сделать. Неоднократные отказы его заботливой секретарши соединить ее с Ноем означали, что Ильзе нужно проявить изобретательность, чтобы увидеться с ним.

Выслушает ли ее Ной?

Дал ли он четкие инструкции не соединять ее с ним или даже не знал, что она звонила? Сейчас нет смысла гадать. Она заставит его выслушать ее, потому что ему нужно это услышать.

Автобус остановился. Поблагодарив водителя, Ильза вышла и надела широкополую шляпу. Даже при прохладном ветерке солнце припекало.

Она увидела большой парк, который точно соответствовал описанию Ноя, рассказывавшего о барбекю по выходным. Впереди была огромная детская площадка, столы для пикника, а за ними раскинулся сам парк.

Ей стало страшно, она глубоко вздохнула, заставляя себя успокоиться. Конечно, если семья Карсон придерживается традиции, о которой говорил Ной, они должны быть именно здесь. По его словам, они собирались в первое воскресенье каждого месяца, строго как часы. Он даже сказал, как называется этот парк, где собирается все семейство.

Это был ее шанс увидеть Ноя. Невозможно сообщать такие новости по электронной почте.

Но она и представить себе не могла, что ей придется рассказывать ему об этом в присутствии всей семьи. Нервы были на пределе, ноги едва слушались, но она продолжала идти. А какой еще у нее был выбор?

Наконец она заметила группу людей, которая соответствовала ее представлениям о Карсонах. Столы были накрыты в тени деревьев, но на солнце сидело несколько людей разного возраста. Один мужчина особенно привлек ее внимание. Даже на таком расстоянии он казался знакомым. Разворот широких плеч, атлетическая фигура… Когда он прыгнул и поймал мяч, брошенный в его сторону, сомнений не осталось.

Ной!

Внезапно ее поразила абсурдность собственного плана. Неужели она собиралась подойти и утащить его прочь от семьи в самый разгар игры?

Может быть, ей стоит подождать, пока у них не наступит перерыв. Или она струсила?

В любом случае ей нужно было время подумать. Она направилась к деревьям, когда крики заставили ее обернуться.

Мяч описал дугу высоко в воздухе и полетел к ней. Ее подстегнули крики: «Лови его!» Она поймала мяч и услышала аплодисменты.

К ней подбежала девочка лет тринадцати.

– Блестяще! – Она улыбнулась и протянула руку за мячом. – Теперь моя очередь. – Она сделала паузу. – Вы хотите поиграть с нами?

– Я… – Ильза посмотрела мимо нее на всех, кто повернулся к ней. Особенно на одного человека.

Даже с такого расстояния она чувствовала на себе взгляд этих глаз, которые, как она знала, были потрясающего бирюзового цвета. Ей пришлось сделать над собой усилие, чтобы снова переключить все свое внимание на девочку.

– Пожалуйста, скажите «да». Мы, девочки, всегда в меньшинстве. Меня зовут Джесс, и сегодня мой день рождения.

– Привет, Джесс, и с днем рождения. Меня зовут Ильза. Боюсь, в данный момент я не в состоянии бегать. – Вероятно, она могла бы, но не хотела рисковать. – И я не знаю правил этой игры.

– Вы никогда не играли в крикет? – Глаза Джесс расширились так сильно, что Ильзе с трудом удалось сдержать смех.

– Я не из здешних краев.

– Тогда сейчас у вас есть шанс научиться. – Джесс подтолкнула ее вперед. – Это просто. Если вы находитесь на поле, вам нужно поймать мяч и вывести игрока с битой из игры. Если вы отбиваете, то нужно отбить мяч так, чтобы он оказался между игроками на поле, и бежать. Но мы найдем кого‑нибудь другого, кто будет бегать за вас.

Ильза слушала вполуха. Все ее внимание было приковано к мужчине, который направился в их сторону, затем остановился, уперев руки в бока, наблюдая за ними. Высокий и интересный даже в выцветших джинсах и рубашке поло. Легкий ветерок трепал его угольно‑черные волосы. Ее сердце сжалось. Он был таким же прекрасным, каким она его помнила.

Он рассматривал ее сквозь темные очки, из‑за которых ей трудно было определить выражение его лица.

– Ильза. – От звуков этого глубокого голоса по ее коже пробежали мурашки.

– Так вы знакомы? Отлично! – Джесс повернулась к остальным: – Это Ильза. Она присоединяется к нам.

У Ильзы в ушах стучала кровь, она слышала приветствия, но не могла ответить на них. Она была слишком занята рассматриванием Ноя, безуспешно пытаясь понять его настроение.

Ей не пришлось долго ждать.

– Ильза не будет играть, Джесс.

Он подошел ближе. Что он собрался сделать? Прогнать ее подальше от своей семьи? Ее сердце ушло в пятки.

Ной остановился так близко, что Ильза почувствовала, как воздух наэлектризовался. Он сжал зубы, и она почувствовала на себе его пристальный взгляд, который не скрыли даже отражающие очки.

– Я здесь не для того, чтобы…

Тут послышался другой голос:

– Добро пожаловать!

Ильза увидела, как к ним направляется немолодая женщина с седеющими темными волосами и знакомыми чертами лица.

– Мам. – Ной не обернулся. В его голосе послышалось легкое раздражение. – Ты даже не знаешь, кто это. Она здесь не для того, чтобы играть в крикет.

Женщина остановилась рядом с ним и пристально посмотрела на нее. Ильзе показалось, что она видит насквозь все ее попытки выглядеть спокойной и понимает, что на самом деле она нервничает и боится.

– Принцесса Ильза.

Мать Ноя улыбнулась, до боли напомнив Ильзе Ноя таким, каким он был несколько месяцев назад. До того, как все пошло наперекосяк.

– Приятно с вами познакомиться. Лично вы еще красивее, чем на фотографиях в журналах.

– Зовите меня просто Ильза, пожалуйста. – Она чувствовала себя взволнованной. Она ожидала враждебного отношения со стороны Ноя, но доброта его матери заставила ее растеряться. Если бы Ной рассказывал ей об Ильзе, неужели она была бы так приветлива? Или она знала только о слухах о них из прессы?

– А я Джоанна. – Она украдкой взглянула на сына, и Ильза увидела, как Ной чуть наклонил голову, словно давая разрешение. – Не хотите ли присоединиться к нам? Это всего лишь дружеская игра. Скоро будет перерыв на обед. А потом вы сможете поболтать.

Ее великодушие всколыхнуло что‑то в душе Ильзы, и ее эмоции чуть не вырвались наружу.

Она не осмеливалась посмотреть на Ноя, ее чувства были слишком обострены.

– Спасибо, Джоанна. Мне бы этого очень хотелось. Если, конечно, вы не возражаете, чтобы в игре участвовал новичок.

То, что произошло после, стало настоящим откровением.

Хотя и не должно было быть. Эта игра напомнила ей, как они с Ноем играли тогда в футбол на пляже с детьми, которых там встретили. Они хорошо играли в крикет, игра была пронизана духом товарищества. Игроки по‑доброму подшучивали друг над другом, а иногда наигранно возмущались и протестовали.

Ильзу в семье любили, но никогда в их семье не происходило ничего подобного. Они не собирались на барбекю в выходные, никогда не играли в игры с мячом. Невозможно было представить, что ее отец оторвется от дел, чтобы заняться спортом с ней или Кристофом.

Но это было еще не все, что делало это событие необыкновенным. Джоанна просто сказала, что Ильза – подруга Ноя, приехавшая из Европы, и для всех этого было достаточно. Его семье, должно быть, было любопытно, но вместо того, чтобы глазеть на нее, они просто приняли ее в свою компанию, и для нее это было так ценно!

Что бы ни случилось после того, как они с Ноем поговорят, Ильза ни за что на свете не хотела бы пропустить эту игру.

Во время обеда Ной был занят приготовлением барбекю, отчасти, как была уверена Ильза, потому, что Джоанна продолжала давать ему поручения. Кому‑то, возможно, показалось бы смешным, что решительный магнат был на побегушках у своей матери. Но Ильза находила это милым, потому что знала, что он позволял маме собой командовать, потому что очень ее любил.

Посмотрев на то, как он общается с семьей, она поверила, что он будет хорошо относиться к их ребенку, независимо от того, какие чувства испытывал по отношению к ней.

Она сидела между двоюродным братом Ноя и его сестрой Элли. Элли была яркой и обаятельной, но явно была готова встать на защиту своего старшего брата. Она дотошно расспрашивала Ильзу, пока в их разговор не вмешалась Джоанна.

Элли извинилась за любопытство, тихо добавив, что Ной был ее опорой, когда она переживала трудные времена много лет назад. Она считала, что он зря винил себя в том, что тогда не защитил Элли. Она была убеждена, что сейчас ему нужно сосредоточиться на собственном счастье.

Ильза проигнорировала многозначительный взгляд Элли, но вспомнила, что Ной рассказывал, как его бывшая подруга причинила боль им всем, и особенно его сестре. Увидев его дружную семью, она поняла, почему это было больным вопросом для Ноя. Ее охватило чувство вины оттого, что ее уход от Ноя мог лишь ухудшить ситуацию.

Когда Ной наконец подошел к ней, сердце Ильзы забилось чаще и она вновь занервничала.

Он молча протянул руку, чтобы помочь ей подняться.

Ильза посмотрела на эту сильную руку, ошеломленная дружеским жестом, вспоминая, как она отвергла его в Лондоне. Она покраснела, замешкалась, и прежде чем успела протянуть ему руку, Ной уже опустил свою.

Она вскочила, но он уже отошел, и она почувствовала себя опустошенной. Это был всего лишь вежливый жест, они были на виду у его семьи.

Ной прощался со всеми, и в ответ прозвучали добрые пожелания от членов его семьи.

– У тебя прекрасная семья, – сказала Ильза, когда они отошли подальше.

– Я знаю.

Его голос был напряженным, а лицо оставалось непроницаемым, но он пошел медленнее, чтобы она не отставала. Чтобы чувствовала себя более комфортно? Или это просто вежливость, которую он усвоил с раннего детства? Уголки рта Ильзы опустились. Вероятно, последнее.

Он никак не выказал радости в связи с ее появлением.

Она была готова к этому, но все равно чувствовала себя разбитой.

– Куда мы идем?

– В какое‑нибудь тихое место, где могли бы поговорить. Наедине.

Он быстро взглянул на нее.

– Где твой телохранитель?

Этих слов она совсем не ждала.

– В моем отеле. Я хотела… мне нужно было поговорить с тобой с глазу на глаз.

Это и так был нелегкий разговор, не хватало еще, чтобы за ней шел телохранитель.

Ной кивнул, но он не выглядел довольным. Он беспокоился о ее безопасности? Или был раздражен тем, что она могла привлечь внимание к его семье? Его следующие слова, казалось, подтвердили это.

– Надеюсь, за тобой никто не следил.

Он осмотрел парк, как будто искал фотографов, которые в Европе ходили за ней по пятам.

Прекрасное чувство свободы, которое Ильза испытывала раньше, улетучилось.

– А как насчет тебя? Разве у тебя нет охраны? – Он богатый и влиятельный человек.

Ной рассмеялся тепло и искренне.

– Ты сидела рядом с моим двоюродным братом Джейком за обедом. Он глава моей службы безопасности.

Ильза могла в это поверить. Джейк был крупным и крепко сложенным, при этом очень подтянутым человеком с настороженным взглядом.

Ее сердце как‑то странно забилось. Неужели Ной попросил своего двоюродного брата присмотреть за ней?

Он повел ее на автостоянку к сверкающему синему винтажному кабриолету с откидным верхом. Ильза знала, что таких великолепных машин было выпущено не так много и что о них говорили, как об отличных автомобилях.

– А там достаточно места для твоих ног?

– Больше, чем ты думаешь. – Он помолчал. – Что такое? Ты не чувствуешь себя в безопасности в машине с откидным верхом?

Ильза встретилась с ним взглядом и покачала головой.

– Я подумала о том, как здорово было бы прокатиться по горным дорогам в Альтбурге на такой машине.

Ей показалось или в этих глазах цвета морской волны и правда мелькнуло одобрение? Нет. Показалось. Ее воображение играло с ней злые шутки, и сейчас она не могла себе этого позволить. Приятное общение с его семьей нарушило ход ее мыслей.

Спустя пятнадцать минут поездки, прошедшей в абсолютном молчании, Ной привел ее в гостиную большого дома с видом на Тихий океан.

Она не села на предложенное место. Она была слишком взвинчена. Вместо этого она подошла к большим окнам, пытаясь успокоиться.

– Ильза. Ты объяснишь мне, в чем дело?

Глава 15

Ной замер, когда Ильза отступила от него. Она стояла очень прямо, прижимая к себе сумку, словно щит.

Ей не хотелось здесь быть.

Он надеялся, что она проехала полмира, чтобы увидеться с ним. Теперь он понял, что это было совсем не так.

Он ощутил горький привкус во рту. Пора уже было усвоить урок. Несмотря на все прекрасные слова, Ильза не представляла свое будущее с австралийцем, самостоятельно сколотившим свое состояние.

И все же он надеялся. Он хотел встретиться с ней в Европе. Хотел убедить ее, соблазнить ее, если понадобится, уговорить ее посмотреть на ситуацию так же, как он.

Ему потребовалось все его самообладание, чтобы не дотронуться до нее. Ему очень хотелось прикоснуться к ее атласной коже.

Она выглядела невероятно, хотя и была немного бледной. Даже в самой простой одежде она была великолепна. Он вспомнил дни на его яхте, когда они были неразлучны и мир сиял для них яркими красками.

Но он ей не нужен.

Она была в смятении, когда он протянул ей руку, чтобы помочь подняться. Лихорадочный румянец залил ей щеки. Она смотрела в сторону и держалась на расстоянии.

У него скрутило живот. Неудивительно, что она молчала в машине, пока ехала сюда.

Но после того, как он увидел ее со своей семьей, ему стало ясно, что она не была снобом.

Поппи задрала бы нос и не захотела бы так общаться с ними. Ильза же была в восторге от них всех.

Эта женщина заморочила ему голову. Она заставляет его испытывать слишком много противоречивых эмоций. В течение многих лет Ной руководил бизнесом и держал все под контролем в личной жизни, но из‑за Ильзы все нарушилось.

– Ильза. Поговори со мной.

Наконец она повернулась к нему. Суровое выражение ее лица и плотно сжатый рот заставили его сердце болезненно забиться.

Она посмотрела на него, и в ее взгляде была тревога.

– Мне очень жаль. Так уйти от тебя… – Она покачала головой. – Это было слишком похоже на то, как ушла Поппи. Я не удивлена, что ты не хочешь меня видеть.

Ильза вспомнила имя его бывшей девушки? Ной изо всех сил старался не придавать этому большого значения.

Он нахмурился. Ильза посылала противоречивые сигналы. Очевидно, она не хотела быть здесь, но все же извинилась так, как будто была искренна.

– Ты все неправильно поняла. Я не был недоволен, увидев тебя.

Ильза покачала головой и торопливо заговорила вновь:

– Я прошу прощения за то, что пришла в то время, которое ты проводишь с семьей. – Она вздернула подбородок, словно бросая вызов. – Я пыталась договориться о встрече, но…

– Тебе не нужно ничего объяснять. У моей помощницы есть инструкции о том, как отвечать на звонки от людей, с которыми я не знаком. Я узнал, что ты пыталась связаться со мной, только после того, как она не соединила тебя со мной.

– О. – Ильза чуть‑чуть расслабилась.

– Я попросил ее записать твой номер, если ты позвонишь снова.

– Правда? – Невозможно было не заметить ее удивления. – Но ты не хотел, чтобы я была на пикнике сегодня.

Ее голос был ровным.

– Ты не хотел, чтобы я знакомилась с твоей семьей.

Она была права. Ему нужно было сначала разобраться с Ильзой и решить их проблемы. Пытаться вести себя беззаботно перед большой семьей и под оценивающим взглядом матери было трудно.

С другой стороны, было приятно видеть, как она общается со всеми. Она казалась такой счастливой в компании мусорщиков на пенсии, механика, воспитательницы детского сада, владельца кафе. Она говорила с ними, как с людьми с утонченным вкусом.

Совсем как тогда, когда играла в футбол на пляже в Турции. Или болтала с рыбаками, или продавцами ковров, или с кем‑нибудь еще, кого она встречала.

Ильза была такой, какой он ее считал, – искренней. У него потеплело на душе. Хотя он не должен так себя чувствовать, потому что все хорошее между ними закончилось.

– Ты застала меня врасплох. Я думал, что ты в Европе. Исполняешь свой королевский долг.

– Все в порядке, Ной. Тебе не нужно притворяться. Я понимаю…

– Это совсем не так. – Он покачал головой. – Дело не в том, что я не хотел тебя видеть, а в том, что я хотел говорить с тобой наедине. Если ты проделала весь этот путь, чтобы увидеть меня, то не для того, чтобы поиграть в крикет с толпой моих любопытных родственников.

В широко распахнутых глазах Ильзы он увидел нечто такое, что вернуло его в те времена, когда Ильза смотрела на него с удивлением и одобрением. Как будто их занятия любовью могли изменить ее мир.

– Так ты не пытался прогнать меня? – мягко сказала она.

Ной покачал головой.

– Просто я хотел говорить с тобой наедине.

Он сделал паузу, наблюдая за ее реакцией на его слова. Он старался не думать о том, что чувствует сам, потому что даже сейчас его чувства к этой женщине были слишком сильны. Одно то, что она была так близка и так недосягаема, приводило его в смятение. Он не привык быть во власти эмоций. Он привык контролировать любую ситуацию. С тех самых пор, как расстался с Поппи.

– И все‑таки, Ильза, почему ты здесь?

Возможно, ей хорошо удается выглядеть спокойной и собранной на публике, но Ной мог лучше читать ее мысли. Лихорадочное биение пульса у нее на шее. Глубокий вдох, от которого приподнялась ее грудь. Она расправила плечи, словно готовясь к трудному разговору.

Ной почувствовал напряжение в ожидании плохих новостей. Была ли она больна? Но зачем ехать к нему, чтобы сказать об этом, ведь она от него ушла?

– Потому что я беременна. – В тишине Ной услышал барабанный бой своего сердца в ушах. – Мы станем родителями.

– Родителями?

Их взгляды встретились, и это было похоже на вспышку молнии. Ильза дрожала.

– Мы?

– Это твой ребенок, Ной. – Ей было трудно дышать, но она выпалила ему всю правду: – У меня не было никого, кроме тебя.

Он выглядел ошеломленным. Кто мог бы винить его за это?

– Вот почему я здесь. Я должна была поговорить с тобой лично. Я не хотела говорить тебе об этом по телефону или писать по электронной почте.

Но не только из‑за этой новости она была здесь.

Ильза хотела его увидеть. Она жаждала обнять его. Ей нужна была его улыбка, от которой мир делался лучше. Он принимал ее такой, какая она есть. Для него она была Ильзой, а не особой королевских кровей, ему не нужен был ее титул. Сохранилось ли такое положение вещей, или все уже исчезло?

Она ждала его ответа.

Отнесется ли он с восторгом к предстоящему отцовству?

Или отнесется к этой новости с настороженностью из‑за того, что уже начал новые отношения?

Или с подозрением, что она пытается свалить на него свои проблемы?

Не последовало никакой из этих реакций. Ной стоял так неподвижно, что, казалось, даже не дышал.

И все же воздух между ними казался наэлектризованным.

– Иди сюда. – Он взял ее за руку и подвел к дивану у окна. – Сядь и расскажи мне все.

Ильза была благодарна за предложение сесть. Она набралась храбрости, чтобы прийти сюда, и слишком долго боролась с напряжением. Она почувствовала слабость и с удовольствием села на мягкое сиденье.

Ной сел напротив нее, наклонившись вперед и поставив локти на колени. Он выглядел сосредоточенным, но не более того. Ильза ожидала… фейерверка эмоций.

Восторга или смятения.

Может быть, это из‑за того, что он все еще не верит ей?

– Я полагаю, ты захочешь сделать тест на отцовство.

Он нахмурился.

– Когда ты узнала? С ребенком все в порядке? А с тобой?

Ильза ответила:

– С ребенком пока все в порядке, и со мной тоже. Нет даже никакой утренней тошноты.

Она устала, ужасно устала, но не знала, из‑за беременности или из‑за разбитого сердца. Как она ни старалась, ей не удавалаось найти какие‑либо конкретные решения. Может быть, теперь, когда она поделилась этой новостью с Ноем, она сможет сосредоточиться.

Он кивнул.

– Итак, это произошло в тот день в Лондоне?

– Вообще‑то нет. Это случилось раньше.

Ильза посмотрела вниз и поняла, что нервно переплетает пальцы. Этого ее учили избегать.

Но все старания держать лицо пошли прахом рядом с Ноем. Все так запуталось!

– Но сколько прошло времени?

– Двенадцать недель.

– Двенадцать недель?

Его взгляд опустился, и она поняла, что ее пальцы были сплетены вместе и руки лежали на животе, как бы защищая нерожденное дитя.

– Зачем было так долго ждать и ничего не говорить мне?

Ильза пожалела, что не может понять, о чем он думал. Но не было ничего, что могло бы помочь определить его эмоции. Он лишь пристально смотрел на нее и наклонился к ней, как будто боялся пропустить какое‑нибудь из ее слов.

– В Лондоне мне даже в голову не приходило, что я могу быть беременна, ведь мы пользовались презервативами. Мой цикл нерегулярен, поэтому мне не показалось странным, что у меня не было месячных. Вдобавок к этому… – Ильза посмотрела на бескрайний океан за окнами. – Я никогда не ожидала, что это возможно. Меня предупреждали, что мне может быть трудно завести ребенка. Плюс мы принимали меры предосторожности.

– За исключением того единственного раза, когда презерватив порвался.

Она кивнула. В тот момент она считала, что у нее практически нет шансов забеременеть.

– И все же я не могу понять, почему ты ждала так долго, чтобы сообщить мне об этом.

Ильза не могла определить по его тону, как он к этому относится. Он был напряжен и, казалось, готов к действию. Но к какому?

Она занервничала еще больше. Ной был таким сдержанным. Хотя и был феноменальным любовником, мужчиной, который заставил ее мечтать о том, чтобы жить с ним «долго и счастливо», он также был и жестким бизнесменом. Он построил свое дело с нуля и привык справляться с проблемами.

Рассматривал ли он их ребенка как проблему?

Ильза еще глубже вжалась в диван, положив одну руку на живот.

Она облизнула губы. И снова посмотрела на океан, ища там утешения, вместо того чтобы встретиться с пронзительным взглядом Ноя. Ильза чувствовала себя слишком уязвимой рядом с ним.

– Я никому ничего не говорила. Я подумала, что лучше дождаться двенадцати недель. До этого момента вероятность выкидыша слишком высока, поэтому мне показалось разумным подождать.

Боковым зрением она уловила какое‑то движение, а затем почувствовала, как его теплая ладонь накрыла ее руку.

Ильза обернулась и обнаружила Ноя рядом с собой так близко, что почувствовала, что может утонуть в глубине этих потрясающих глаз.

– Ты так боялась, что потеряешь ребенка? – хрипло спросил он.

Она кивнула.

– Я не смела надеяться. Меня так долго убеждали, что мне будет трудно стать матерью…

– Что сейчас говорят врачи? Опасность миновала? С тобой и ребенком все хорошо?

На секунду Ильза лишилась дара речи, ведь Ной спросил и о ребенке, и о ней.

Но это не должно ее удивлять. Ной был порядочным человеком. Даже если он и не любил ее.

– Я под пристальным наблюдением, так как у меня повышенный риск выкидыша.

Она услышала, как он резко вздохнул.

– Но у нас обоих все хорошо, и я доверяю своему врачу.

Он сильнее сжал ее пальцы, затем резко откинулся назад, отпуская ее руку.

Ильзе показалось, что внезапно стало холодно, как будто солнце зимним днем скрылось за облаком.

– Значит, не все хорошо. Но все‑таки мы можем надеяться на лучшее.

Ильза кивнула, подавляя нервную усмешку.

Беда была в том, что она все еще любила этого мужчину, который, несмотря на всю свою заботу, явно не был взволнован ее приездом. Она думала, что он, по крайней мере, будет взволнован, узнав, что станет отцом. В конце концов, в его долгосрочном плане были дети.

Надеялась ли она, что известие о ее беременности волшебным образом сотрет все плохое, что случилось между ними? Что он обнимет ее и прошепчет на ушко все те сладкие обещания, которые так жаждала услышать?

Кого она обманывала? Она бросила его, когда он предложил ей совместное будущее. Она выжидала и ничего ему не говорила о беременности. Неужели она слишком долго ждала?

Ильза вскочила и отошла от дивана. Она положила руку на стеклянную стену, отделяющую роскошную комнату от террасы с видом на бассейн и широкую лужайку.

Она представляла, как Ной учит ребенка играть в крикет на этой лужайке или пинать футбольный мяч.

Но она догадывалась, что это будет не с их ребенком. Ной проявил заботу о ее здоровье и здоровье ребенка, и только. Для него было важно исполнить свой долг. Речь сейчас не о счастье.

Может быть, у него хватит сил только на то, чтобы заботиться о детях женщины, которую он выберет в супруги. Может быть, он уже ее нашел. Возможно, это одна из тех красавиц, с которыми его недавно фотографировали. Ее сердце ушло в пятки.

– Я приехала сюда, чтобы рассказать тебе о ребенке и договориться обо всех формальностях, чтобы ты мог впоследствии принимать участие в его жизни.

Ильза повернулась и обнаружила, что он все еще сидит на диване с каменным лицом.

– Но мы не пара и не живем рядом друг с другом. – Она сделала паузу, потому что боялась, что ее голос выдаст, что ее мир рушится. Затем она заставила себя продолжить: – Так что я пойму, если у тебя новые отношения и ты предпочитаешь не принимать активного участия в жизни этого ребенка.

Глава 16

Не принимать участия!

Должно быть, она шутит. Как только она могла подумать о таком?

– Ты не могла ошибиться сильнее, Ильза.

Их взгляды встретились, и его захлестнули эмоции.

Ной видел, как ее глаза приобретали такой серебристый цвет, когда они занимались любовью или когда она была особенно взволнованна. Он считал это доказательством того, что она ответит на его чувства.

Он задумался.

Ильза избегала смотреть на него, предпочитая смотреть на море, но, когда она наконец взглянула ему в глаза, он почувствовал, что связь между ними не исчезла. Оставалось выяснить, почувствовала ли она то же самое?

Ильза была не так спокойна, как притворялась.

Ной вскочил, преграждая ей путь к двери. Ни в коем случае нельзя было ее спугнуть.

– Как ты могла такое подумать? Что я не захочу принимать участия в жизни нашего ребенка! Напротив, я намерен быть рядом с ним на каждом шагу его пути.

Начиная с этого момента, мысль о выкидыше потрясла его. Ильза и их ребенок нуждались в нем, и он будет заботиться о них и во время беременности, и потом.

Ее глаза округлились. Что? Почему она не могла подумать, что ему не будет дела до нее или их ребенка?

Его сердце бешено колотилось, кровь бурлила, и это было лишь отчасти связано с тем, что он находился рядом с женщиной, с которой планировал провести всю свою жизнь. Идея стать отцом была самой волнующей за всю его жизнь. Ему хотелось кричать от восторга. Но не сейчас. Сначала нужно завершить незаконченное дело.

– Почему ты подумала, что мне могло быть все равно? Что я могу бросить свою собственную плоть и кровь?

Она слегка пожала плечами:

– Потому что это мой ребенок, и я отвергла тебя.

Ной ненавидел, когда она смотрела таким затуманенным взглядом. В нем была боль.

С тех пор как они расстались, боль не отпускала и его. Он убеждал себя, что она предпочитает быть со своими титулованными друзьями и родственниками, но это не помогало, а расстояние только усугубляло ее.

– Ты думаешь, я так сильно ненавижу тебя за то, что ты ушла, что даже отвернусь от своего ребенка? – Ной покачал головой: – Признаюсь, ты мне сделала больно.

Момент, когда она сказала ему не прикасаться к ней, был одним из худших в его жизни. Как будто он был каким‑то хулиганом, которого она боялась. Он просто не мог тогда в это поверить.

Ной вздохнул, пытаясь взять себя в руки, решив не поддаваться эмоциям.

– Я понимал, что у тебя должны были быть свои веские причины, даже если мне и непонятные.

Ильза нахмурилась, а Ной засунул руки в карманы. Время для дипломатических речей прошло. Он гордый человек, но он знал, что любовь важнее гордости. Он хотел лучшего для них и для их ребенка.

– Я забронировал номер в том отеле в Лондоне, потому что знал, что ты будешь там на конференции, посвященной решению вопросов молодых людей, имевших проблемы с законом.

Ильза покраснела. Даже ее приоткрытые губы выглядели более красными и слишком соблазнительными. Ною хотелось схватить ее, крепко прижать к себе и не отпускать.

Но он обуздал свои первобытные порывы и постарался проявить терпение. Время, проведенное в разлуке с ней, только обострило его чувства. Жизнь без Ильзы была пустой.

Сейчас он должен был сделать все правильно.

– А теперь скажи мне прямо, почему ты ушла? Ты так мне ничего и не объяснила. Это все из‑за ожиданий твоей семьи?

Глаза Ноя сузились, он весь напрягся, когда Ильза отвела глаза.

Когда она снова посмотрела на него, он увидел в ее глазах бурю эмоций. Он чувствовал ее смятение, даже боль, ему хотелось обнять ее и поддержать.

Но Ной не двинулся с места. Он не мог сделать этого. Она должна была доверять ему.

– Ничего подобного. – Ильза глубоко дышала. – Я подумала, что не смогу стать той женщиной, которая тебе нужна.

– Прости? – Он, должно быть, не расслышал. Он улыбнулся. – Еще ни одна женщина на свете не была мне так нужна, с тобой я ненасытен.

У него всегда было здоровое сексуальное влечение, но с Ильзой…

– Я не имею в виду секс.

Но от него не ускользнуло, что она улыбнулась, словно соблазнительница, гордящаяся своей силой. Даже от этого он почувствовал возбуждение.

Все в Ильзе притягивало его.

– Мы оба знали, что это была коротенькая интрижка. Курортный роман.

– Вначале все так и было. – Он нахмурился. – Но даже в Монте‑Карло я ни за что на свете не согласился бы уйти с мероприятия без тебя. Я никогда не чувствовал ничего подобного. Мне казалось, что нам суждено быть вместе. Я заговорил о коротком романе, потому что это все, что я знал до этого. Но то, что возникло между нами, оказалось совершенно другим.

Итак, он ей открылся.

Ильза вдохнула. Но шока на ее лице не было.

Возможно, в конце концов, она считала так же? У Ноя сердце выпрыгивало из груди.

– Ты тоже это почувствовала, Ильза? – Но если это так, то зачем же ей было уходить от него?

Она медленно кивнула, и Ной выдохнул, не осознавая, что перед этим задержал дыхание. Ему сделалось легче.

Ной уставился на эту соблазнительную, удивительную и такую сложную женщину и попытался заставить свой мозг снова работать. Если она говорила не о сексе, тогда…

– Если ты это почувствовала, зачем бросила меня в Лондоне? И не говори, что это было только из‑за долга перед королем. Я знаю, что это важно для тебя, но я также знаю, что в этом не вся твоя жизнь. Я не верю, что ты отвернешься от меня только потому, что твой отец погрозил тебе пальцем.

Ильза расправила плечи, вздернула подбородок, она изо всех сил старалась не выглядеть уязвимой. Это заставило его сочувствовать ей. У нее могли быть секреты, но во многих отношениях он знал ее почти так же хорошо, как самого себя.

– Когда ты заговорил о долгосрочной перспективе, ты сказал, что хочешь попробовать создать семью. Я знала, насколько для тебя важны дети. Я видела тебя с детьми снова и снова, видела, как естественно ты себя ведешь с ними. Я слышала, как ты отзывался о своем племяннике. Мне было ясно, что ты его сильно любишь. Даже твой голос меняется, когда говоришь о нем. Ты знаешь об этом?

Ной медленно кивнул, наконец он начал разгадывать часть головоломки.

– И ты не была уверена, что сможешь иметь детей?

Все было так просто. Ему стало не по себе, когда он представил, что чувствовала Ильза. Он вспомнил, как сияло ее лицо, когда она говорила ему, что хочет детей. И вспомнил, как страх смешался с решимостью, когда говорила, что есть вероятность того, что она не сможет выносить ребенка.

Ной больше не мог оставаться на месте.

Он сделал шаг вперед и обнял ее. Это было похоже на возвращение домой, хотя она и стояла прямо, не прижимаясь к нему. Легкий цитрусовый аромат ее духов щекотал его ноздри, и он страстно желал поцеловать ее. Скоро, поклялся он самому себе. Им нужно все прояснить здесь и сейчас. И больше не допускать никаких недоговоренностей.

Только обняв Ильзу, он впервые за долгое время почувствовал себя хорошо.

– Ты думала, я отвергну тебя, потому что ты, возможно, не сможешь иметь детей.

Это было утверждение, а не вопрос, и он почувствовал, как она задрожала.

Ильза оттолкнула его, но как часто до этого отвергали ее? Когда‑то в подростковом возрасте ее отверг возлюбленный, родители предпочли передать власть брату, а недавно жених предпочел ей свою любовницу. Конечно, она не могла никому доверять.

– О, милая, если бы я только знал. – Он взял ее за подбородок, чтобы посмотреть ей в глаза. – Да, я хочу детей. Но тебя я хочу гораздо сильнее.

Было приятно наконец‑то признаться в этом.

Засияла ли надежда в ее глазах? Или они так ярко блестели от непролитых слез?

Он пожалел, что не сказал ей этого раньше, когда они виделись в прошлый раз. Но тогда он сам все еще пытался осознать, что чувствует. К тому же тогда он убедил себя, что Ильза не готова к его признаниям.

– Ной. – Ее голос был хриплым. – Я… – Она покачала головой. – Тебе не нужно выбирать сейчас, правда же? Теперь, когда я жду ребенка.

Какой осторожной была его возлюбленная. Сколько боли ей пришлось пережить.

Ведь она думала, что он предпочел бы ей ребенка.

Он молча проклинал тех, кто в прошлом заставил ее усомниться в собственной ценности.

Ему было очень трудно сопротивляться желанию притянуть ее ближе к себе. Он решил стоять так, как стоял, и сейчас ничто не смогло заставить его отойти от нее.

– Я могу тебя понять, Ильза, – медленно произнес он. – Я могу понять, что могут потребоваться месяцы, даже годы, чтобы ты поверила, что ты мне небезразлична, что ты единственная женщина в мире, с которой я хочу быть всегда.

Ной заставил себя взглянуть в лицо немыслимому.

– Даже если что‑то случилось бы с ребенком, которого ты носишь – с нашим ребенком, – ты все равно была бы мне нужна. – Хотя он всей душой молился, чтобы их ребенок был в безопасности и здоров, он продолжил: – Даже если никогда не сможешь выносить ребенка, ты мне будешь нужна. Ребенка можно усыновить. У моих родных и двоюродных братьев и сестер есть дети, которых мы можем баловать и помогать растить. Есть много детей, чьим жизням мы можем помочь, даже если они не наши родные дети.

Он глубоко вздохнул, желая, чтобы она поверила ему.

– Я могу жить без детей, Ильза. Но я не могу жить без тебя. Эти последние недели были настоящей пыткой. Вот почему моя мать встретила тебя с распростертыми объятиями. Она чувствует, в каком я смятении.

Ной коснулся лица Ильзы, нежно держа ее за подбородок, проводя большими пальцами по ее щекам и чувствуя ее ответный трепет. Наклонилась ли она ближе к нему?

– Я люблю тебя, Ильза. Я полюбил тебя с самой первой минуты. Хотя мне и потребовалось время, чтобы понять, что я присоединился к нашему семейному клубу.

– Семейному клубу? – прошептала она.

Он кивнул, и все внутри у него сжалось, когда он увидел ее сомнение, ее нежелание верить ему.

– Все Карсоны рано влюбляются. Они находят своего спутника или спутницу жизни к двадцати с небольшим годам. И в нашем семействе существует традиция долгих, счастливых браков.

– Но с тобой все не так.

– До сих пор было не так. Я ждал встречи с тобой. С тобой детали головоломки наконец встали на свои места. Даже несмотря на то, что я поначалу не хотел в это верить. Было легче притворяться, что это была просто похоть, которую легко удовлетворить за время короткой интрижки.

Ной усомнился в собственном суждении после ошибки с Поппи. Оглядываясь назад, он подозревал, что влюбился в Ильзу в тот самый первый вечер, но желание защититься и его упрямство помешали ему осознать это, пока не стало почти слишком поздно.

Ной неохотно опустил руки.

– Я понимаю, что тебе нужны доказательства моих чувств. Тебе понадобится время, чтобы научиться доверять мне.

Ее губы дрогнули.

– Я хочу доверять тебе, Ной.

– Я знаю, милая. Все в порядке. Я могу быть терпеливым. Я сделаю все, что тебе нужно. Ты можешь остаться в Сиднее и посмотреть, на что похожа жизнь в Австралии. Здесь просторно.

У него был большой дом, слишком большой для одного человека.

– Или, если ты не хочешь жить здесь, я найду для тебя другое более уединенное место. Или я приеду в Европу и буду узнавать, как ты живешь там. – Он сделал паузу, зная, что рискует, торопя ее. – Если тебе нужно больше доказательств моих чувств, я попрошу свою помощницу прислать тебе бронь моего билета. Я планировал посетить Альтбург в конце этой недели. Я говорил всем, что лечу в Альтбург по поводу нашего совместного проекта. Но на самом деле это был предлог, чтобы увидеть тебя.

Она приложила палец к его губам. К ужасу Ноя, он увидел, как слезы заблестели в ее прекрасных глазах.

– Не нужно меня убеждать.

От ее слов его надежды рушились. Неужели она даже не даст ему шанса?

Затем она улыбнулась:

– Я хочу доверять тебе, потому что тоже люблю тебя, Ной. Я люблю тебя с тех пор, как прилетела к тебе в Стамбул. Нет, еще до этого. Я была так несчастна, все время думала о том, как плохо я обошлась с тобой и как ты должен был презирать меня.

– О, моя дорогая. – Ной обнял ее. Держать ее в объятиях – это не было похоже ни на что другое на свете.

Но прежде чем он успел поцеловать ее, она заговорила снова:

– Ты хотел знать, почему я оставила тебя. Мое возможное бесплодие было лишь частью этого. – Она сделала паузу, ее глаза заблестели. – Главная причина заключалась в том, что в Турции я поняла, что влюбилась в тебя окончательно и бесповоротно. Я испугалась, Ной. Испугалась, что мне хотелось гораздо большего, чем тебе. Я боялась, что, если останусь с тобой…

На этот раз Ной остановил ее, приложив палец к ее губам. От прикосновения к ее мягким губам его бросило в жар.

– Если бы я только знал. – Он покачал головой. – Именно в Турции я начал понимать, что меня не устроит короткая интрижка. Я уже собирался попросить тебя остаться подольше, когда обнаружил, что ты собираешь вещи, полная решимости немедленно уехать. Вот почему я был так разозлен. То, что я чувствовал к тебе, что я чувствую сейчас, – это совсем не похоже на то, что я когда‑либо испытывал раньше.

– Ной, я была такой трусихой. Я должна была тебе сказать. Ты так много значишь для меня.

Ничего более прекрасного он в жизни не слышал. И не видел ничего более великолепного, чем смотрящая на него с любовью и радостью Ильза.

Ной привлек ее к себе и нежно поцеловал.

– Ильза, больше всего на свете я хочу быть с тобой. Я бы отказался от всего остального, только бы быть с тобой.

Она положила руки ему на плечи, приподнялась на цыпочки и поцеловала его.

Наконец, когда они оторвались друг от друга, чтобы глотнуть воздуха, Ильза заговорила:

– Тебе не нужно ни от чего отказываться, Ной.

– И тебе тоже. Чего бы это ни стоило, чтобы у нас все было хорошо, я сделаю это. Я могу переехать в Европу или…

Вкус ее поцелуя на губах заставил его потерять нить своих мыслей. Но все это не имело значения, потому что Ильза была здесь, в его объятиях, и она сказала, что любит его.

– Перед нами вся жизнь, мы сможем принять необходимые решения, Ной. – Она сделала паузу. – Но есть одно условие, на котором я настаиваю.

– Только скажи.

Возбуждение охватило его, когда она притронулась к пуговицам его рубашки.

– Я бы хотела, чтобы ты провел для меня экскурсию по своему дому. В особенности по твоей спальне. Прошла целая вечность…

– Но в твоем положении…

– Знаешь, доктор не запрещал секс. И я так сильно по тебе соскучилась.

Ничего не ответив, Ной просто подхватил ее на руки и сказал:

– Я люблю тебя, Ильза. Что бы ни случилось в будущем, я всегда буду любить тебя. Я буду стараться сделать тебя счастливой.

– Ты уже это делаешь, Ной. Мне кажется, мое сердце может разорваться от счастья.

– Ты озвучила мои мысли.

Эпилог

- Театр такой же великолепный, каким он мне запомнился в прошлый раз.

Мать Ильзы улыбнулась, глядя вдаль из окна Сиднейского оперного театра. За ним простиралась гавань до самого моста, подсвеченного на фоне сумеречного неба неоново‑розовым светом.

Стоявшая рядом с ней Джоанна Карсон кивнула и пригубила вина.

– Старичок все еще хорошо выглядит, не так ли? Один из моих дядей был монтажником, принимал участие в строительстве этого моста десятки лет назад.

– Монтажником?

Вскоре пара была поглощена рассказами о строительстве знаменитого моста, а у Ильзы потеплело на душе, так же как в тот день, когда ее мать и мать Ноя познакомились и сразу же подружились.

Вокруг них ходили нарядные театралы. Некоторые узнавали их и вытягивали шеи, чтобы получше все рассмотреть. Визит в Сидней короля и королевы Альтбурга широко освещался в прессе. К тому же то тут, то там публиковали фотографии Ноя, Ильзы и их сына.

Но пристальный интерес к их роману ослабел после свадьбы, прошедшей в главном соборе Альтбурга в прошлом году, и после рождения Оливера.

Ильза взглянула на знакомого офицера службы безопасности, стоявшего рядом с ее матерью и свекровью. А затем повернулась к Джейку, двоюродному брату Ноя. Тот кивнул и ухмыльнулся. Он признался, что в первый раз, когда посетил балет в качестве сотрудника службы безопасности, ожидал, что ему это совсем не понравится. Но теперь он по‑новому оценил атлетизм и артистизм артистов балета.

– Чему ты улыбаешься, Ильза?

От звуков голоса Ноя тепло разлилось по ее телу. Она повернулась и увидела его, великолепного, как всегда.

Ее муж. Ее мужчина. Ее вторая половинка, без которой она не могла быть цельной.

Он улыбнулся особой улыбкой, предназначенной только для нее, и сердце Ильзы забилось чаще.

– Спасибо.

Она взяла бокал игристого вина, который он протянул.

– Я просто подумала о том, как круто мы изменили жизнь твоего двоюродного брата. Теперь он фанат балета, а также крикета и регби.

– Хорошо расширять свои горизонты, вот я, например, занимаюсь теперь сноубордингом.

Ной так легко освоился на европейских склонах, что трудно было поверить, что он не занимался этим с рождения.

– А мой отец учится менять подгузники, – добавила Ильза.

Она не смогла сдержать смех при воспоминании о гордости короля Питера, объявившего, что он надел чистый подгузник маленькому Оливеру.

В последнее время Ильза все больше и больше видела в своем отце мужчину и любящего дедушку, а не королевскую особу.

Сегодня вечером они с отцом Ноя горели желанием собрать всех остальных и отправить поскорее на балет. Без сомнения, они планировали смотреть футбол за кружкой пива, приглядывая за Оливером. Растущая дружба между двумя семьями была крепче, чем она смела надеяться.

Ильза с Ноем провели часть года в Австралии, а часть – в Альтбурге, и пока все шло хорошо. Ильза продолжила помогать неблагополучным детям как в своих родных краях, так и за их пределами.

Но главным для нее была собственная семья.

Ее благословил Господь.

Ее бросило в жар, когда Ной притянул ее ближе и положил руку на ее бедро. Мгновенно ее пульс участился, а во рту пересохло.

– Я говорил тебе, как прекрасно ты выглядишь, любовь моя?

– Да, и не один раз. Ты часто это говоришь. Но не останавливайся.

– Ни за что не перестану говорить об этом вновь и вновь.

В его глазах плясали озорные искорки, когда он смотрел на нее. У нее в ушах были крупные австралийские жемчужины – подарок Ноя. Сегодня она надела новое шелковое платье того цвета, который стал ее любимым. Уникальный сине‑зелено‑бирюзовый, под цвет глаз ее любимого мужа.

Она посмотрела на него. Он нахмурился и поджал губы.

– В чем дело, Ной? – Встревожившись, она поставила свой бокал и прижала руку к его груди. – Тебе нехорошо?

Он печально улыбнулся, наклонился прямо к ее уху и тихо сказал:

– Просто не могу дождаться того момента, когда ты будешь лежать, обнаженная, в постели.

Он выпрямился, а ее сердце заплясало в ритме танго, ведь она представила себя обнаженной с Ноем. Веки Ильзы затрепетали.

– Мы можем уйти. Наши матери едва ли заметят.

– И это говорит преисполненная чувства долга принцесса? – В голосе Ноя звучал смех, но в его глазах была любовь. – Представь себе, как бы мы им потом все объяснили. Нет, – решительно сказал он. – Подождем. Остался только один акт. А я сделаю так, что ожидание будет стоить того, Ильза.

– Обещаешь?

– Я когда‑нибудь подводил тебя?

Она покачала головой. С того момента, как они признались друг другу в своих чувствах, он был для нее всем, о чем можно было только мечтать. Отличным компаньоном, любовником, партнером.

– Никогда, дорогой.

Ильза улыбнулась и, не обращая внимания на любопытные взгляды, прижалась губами к его губам.

Мир и так уже полон фотографий, на которых они целовались. Ведь не страшно, если появится еще одна?

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Content

Уэст Энни Жду тебя всегда

Энни Уэст Жду тебя всегда

Royal Scandals – 2

Любовный роман – Harlequin – 1140

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Эпилог