Ксения Лушанина

Экскурсия

На верхушке вантового моста Миллениум сидел юноша. Холодный ветер развивал его черные крылья. Тонкие пальцы юноши усердно выкручивали гайку крепления ванта. Его ослепила яркая вспышка света, и в воздухе появился мальчик. Взмах его огромных белых крыльев, чуть не сшиб с перекладины Люцифера.

– Гавриил! – скрипучий голос Люцифера прорезал ночную тьму.

– Он согласен, – без предисловий сказал Гавриил. – Только выбирать душ для экскурсий будет Он, а не ты.

– По рукам, – согласился Люцифер.

– Одна душа в месяц, не больше.

– Я и на это согласен, я уже на все согласен, – не выдержал Люцифер. – Ад переполнен, я устал мучить падшие души и не получать от этого удовольствия. Я уже забыл, когда последний раз я сам совращал к злу душу. Они сами ко мне приходят толпами, а мне некуда их деть! Дожили! Я работаю сверхурочно…

Гавриил внимательно слушал Люцифера и смотрел на раскинувшийся перед ними ночной город.

– Первая душа – проректор по учебной работе одного из ведущих университетов страны, – перебил Люцифера Гавриил.

– Она?! Почему именно она?

– Она мешает исполнению предназначений людей. У Него на этих людей свои планы, а она их рушит. Для одних тянет время, для других разрушает судьбу. Эти люди, которые приходят к ней, могли бы спасти многие жизни, но сейчас вынуждены спасать лишь свою душу.

– Вот как… То есть Он одним ударом сразу же хочет спасти много душ… Хитер…

– Ты сам просил Его о помощи.

Люцифер ничего не ответил, он наконец-то выкрутил последнюю гайку, держащую крепление ванта и выкинул её далеко в реку. Вант затрещал и стал проседать. Гавриил взмахом руки вернул гайки на место.

– Не забывай, мир людей – это нейтральная территория.

Яркая вспышка вновь осветила мост, и Гавриил исчез, как будто его никогда здесь и не было.

– Нейтральная территория, – передразнил Гавриила Люцифер. Он поднялся на ноги и с громким хлопком растворился в темноте.

***

Проректор Злата Осиповна Шмель сидела в кресле в своем кабинете после очередного удачно переведенного на другой факультет студента и гладила увесистый конверт, лежащий на столе. Шмель уверенная в себе женщина в возрасте с пышными рыжими волосами и водянистыми глазами. Она взяла в руки конверт, достала из него приличную пачку денег и со свистом втянула воздух, наслаждаясь типографским запахом. От удовольствия ее и так ястребиный нос стал еще острее.

Напротив ее рабочего места была установлена огромная панель зеркал. Она создавала оптическую иллюзию, увеличивая ее кабинет в несколько раз. Здесь в этом кабинете она чувствовала себя богом, вершителем судеб. Злата Осиповна очень любила раскачиваться в кресле, потягивая горячий кофе, напевать себе под нос мотив известной только ей песни и улыбаться себе в отражении.

Глухо зазвонил телефон. Злата Осиповна неторопливо поставила на блюдечко чашку кофе и потянулась к кнопке громкой связи.

– Злата Осиповна, вас вызывают вниз, – приятный голос секретарши чуть дрожал.

«Кто вызывает меня вниз? Как это так? Кто вообще имеет право так бесцеремонно вторгаться в мое рабочее время? Я не принимаю!» – подумала Шмель.

– Злата Осиповна, они не представились, но настойчиво просили вас спуститься вниз. Сказали, хотят выразить вам благодарность, – поспешила оправдаться секретарша.

– Благодарность, говорите?

– Они выразились именно так.

Злата Осиповна нажала отбой, неторопливо допила обжигающий кофе и отъехала от стола. Подойдя к зеркалу, она поправила волосы, а выйдя из кабинета, рявкнула секретарше:

– Меня ни для кого нет!

И легкой походкой направилась к концу коридора. Подойдя к лифту, она нажала на кнопку вызова, в этот самый момент в коридоре прямо над ней перегорела лампочка. Злата Осиповна не придала этому большого значения, представляя, какую же «благодарность» дадут ей, на сей раз. Раздался звук, и двери лифта тихо открылись. Шмель обдало прохладой. Она зашла внутрь и нажала кнопку первого этажа. Двери закрылись и лифт тронулся. Через долю секунды лифт с треском остановился, свет погас. Шмель выругалась. Лампочка замигала, Злата Осиповна потянулась к панели кнопок и заметила, что их из пяти стало всего лишь две. На одной было написано «вверх», а на другой «вниз». Что за чертовщина, никак обман зрения. Шмель несколько раз зажмурила глаза, но ничего не изменилось. Свет снова погас, через мгновенье вновь появившись. Злата Осиповна с нетерпением несколько раз нажала кнопку «вниз» ей ведь нужно вниз на первый этаж. Лифт тронулся. Шмель успокоилась. Она отвернулась от дверей, уставилась в зеркало и стала вновь приглаживать пышную шевелюру.

Двери лифта открылись, выпуская Злату Осиповну в просторную пещеру. Она замешкалась, потирая глаза. Подул холодный влажный ветер, ее как будто кто-то толкнул сзади, выгоняя из лифта. Как только Шмель сделала несколько шагов, лифт исчез. Пещера была огромная, в нее вели несколько выбоин, из которых были слышны тихие шепоты. С другой стороны простиралась бескрайняя смолистого цвета речка. Профессиональный глаз Златы Осиповны отметил, стены сплошь усыпаны драгоценными камнями. В дальнем углу она заметила силуэт женщины за столом и мелкими шагами направилась в ее сторону.

Бледная женщина в деловом костюме перебирала кипу бумаг. Увидев Злату Осиповну, она вытащила дополнительный бланк, взяла черное перо, предварительно опустив его в ярко алую чернильницу и вместо приветствия и объяснения, куда это Шмель спустилась, спросила:

– Дата и время смерти?

– Что? – испугалась Шмель.

– Дата и время смерти? Если еще помните, при каких обстоятельствах, то это будет вам бонусом, скостим пару лет пыток.

– Что за шутки у вас такие?

– Оставь ее! Это моя почетная гостья, – рявкнул скрипучий голос сверху.

Шмель подняла голову, ища обладателя такого ужасного голоса. Секретарша осталась невозмутимой, переключив свое внимание на взявшуюся из ниоткуда новую кипу бумаг. Шмель вдали заметила, что через черное море к ним летело странное существо. Вроде такой же человек, как и она сама, да только весь темный, за спиной у него были огромные крылья. Злата Осиповна, сглотнула, стараясь подавить приступ тошноты, ей показалось, что веяло от существа смертью.

– Дьявол, – пролепетала Шмель, лицо ее побелело.

– Угадала, – рассмеялся демон, приземлившись у кромки воды. Он отряхнул черные крылья и направился к столу. – Люцифер, – насаждаясь паникой женщины, представился демон.

– Я… А… Я… Мы… – не могла ничего сказать в ответ Шмель.

– Да ты, ты. Я знаю кто ты. Злата Осиповна Шмель – проректор по учебной работе. Значится, спустилась вниз, чтобы получить благодарность? Я-то надеялся, что в этот раз ты откажешься, мерзкая взяточница. Ну что ж получи свою благодарность, – Люцифер взмахнул крыльями, баламутя воду, и цепкими руками схватил Шмель за шиворот. – Для таких как ты у меня найдется место.

Злата Осиповна чуть не потеряла сознание, когда в нее вцепился Люцифер. Сейчас она не чувствовала под собой ничего, только видела отражение в спокойной глади воды. Страх цепкими лапами сжимал ее горло. Она стала задыхаться, хватая ртом воздух. Люцифер ослабил хватку и спустился ниже к воде. От воды веяло могильной сыростью и холодом. Ледяной воздух немного отрезвил Шмель.

– Но, но постойте, – писклявым голосом проныла Злата Осиповна, – я еще не умерла! Или умерла? Но я этого не почувствовала!

– Да не умерла ты, угомонись. Скажи мне Злата Осиповна, ты любишь экскурсии?

– Нет, – взвизгнула Шмель.

– Ну, значит, полюбишь.

Речка закончилась обрывом, и Люцифер взял круто вниз. Ледяной воздух сменился жаром. Теперь они летели над выжженным полем. На поле Шмель заметила толпы толкающих друг друга призраков. Они бродили из стороны в сторону и не знали, чем себя занять в бесконечном ожидании своей участи.

Люцифер с гостьей приземлились около переплетенных кованых ворот. Злата Осиповна подняла голову и прочитала «Оставь надежду, всяк сюда входящий». Их выбежал встречать высокий худощавый мужчина в темном балдахине. Раздался лай собаки.

– Это я, Харон, отворяй.

– С Вами мертвец, сир? Куда я его дену, мест нет, – стал возмущаться Харон.

– Круче, Харон, она живая.

– Живая?! Шутите так? Последний живой человек был у нас лет семьсот назад.

– Ты перепутал, лет семьдесят назад. А нет, ты тогда был в отпуске, поэтому не помнишь. А теперь мы запустили пилотный проект.

Харон торопливо перебирал связку ключей, найдя нужный, он вставил его в увесистый замок и повернул тринадцать раз против часовой стрелки. Призраки напряглись, готовясь рвануть в отрывшиеся ворота. Люцифер, почувствовав смуту за спиной, взмахнул крыльями. Из кончиков перьев вырвался столб огня. Призраки застонали, разбегаясь в разные стороны. Люцифер небрежно втолкал почетную гостью в ворота. Шмель не устояла на ногах и повалилась на горячий местами расплавленный песок.

– Я ведь живая, – заныла Злата Осиповна, – нельзя живых в Ад!

Харон уже успел закрыть ворота и защелкивал на них замок, усмехаясь над новоприбывшей.

– Заткнись и слушай меня внимательно, – наклонился к лицу Златы Осиповны Люцифер. – Я же сказал тебе, что это просто экскурсия. Не беси меня лишний раз, – в его глазах заплясали огоньки пламени, – а то я ведь могу и не сдержать своего слова. Я же демон. А демонам закон не писан.

Люцифер кивнул Харону, резко поставил Шмель на ноги.

– Пошли, ну живо!

Злата Осиповна, дрожа всем телом, послушно побрела за демоном.

– Скажи мне, давно ль ты обращалась к Нему?

– К кому? – не поняла Злата Осиповна.

– Видимо вообще не обращалась, раз даже ничего не поняла. Ко мне ты прибегала чаще.

– Я ни к кому не обращалась и не бегала!

– Э, нет, ты прибегала ко мне в своих мыслях, когда брала из рук очередной конверт с деньгами и нагло рушила судьбы молодых людей, вчерашних детей с чистыми душами.

Люцифер дважды хлопнул в ладоши. Перед ними возник мутноватый мираж, отголосок недавнего прошлого. В кабинете Шмель стоял высокий статный мужчина и протягивал ей полный конверт. За столом переговоров сидел мальчик вчерашний школьник и ковырялся в носу.

– Спасибо за понимание, Злата Осиповна, мой сын мечтал учиться на этом факультете – сказал мужчина.

Люцифер вновь хлопнул в ладоши, и картинка переменилась, теперь в кабинете Шмель за столом сидела женщина и девушка. Уверенный наглый голос Златы Осиповны раздался по всему Аду:

– Мы не переводим с факультета на факультет.

– Почему? Я нашла на сайте приказ о переводе одного мальчика, – уверенно сказала девушка. – Я сдала зимнюю сессию на отлично, у меня нет задолженностей по текущим оценкам, школу я закончила с красным аттестатом…

– Мы не переводим с факультета на факультет, – вновь повторила Злата Осиповна с некоторой насмешкой. – Раз поступила, так учись там, куда поступила, либо отчисляйся.

Шмель сглотнула, вспоминая недавние события.

– Я открою тебе завесу тайны будущего. Встав не на свой путь, этот мальчик погубит сотни тысяч душ. А предназначением девочки было изобретение лекарства от излечения сахарного диабета, тем самым она бы спасла миллиарды душ. А ты, Злата Осиповна, нарушила равновесие, пойдя против Его воли и встав на Его пути, – сказал Люцифер.

До них стали долетать истошные крики. Люцифер кивнул Харону и направился в сторону маленького домика. Злата Осиповна дрожала, но послушно побрела за демоном.

– Не нравятся мне эти экскурсии в преисподнюю, но деваться то не куда, – как будто сам себе стал говорить в пустоту Люцифер. – Грешных душ так много, что они вынуждены ждать своей очереди тысячелетия. Ты сама это видела там, на поле перед воротами. Ждешь, потом испытываешь муки и просишь прощение, и когда все твои грехи искупятся, Он забирает тебя отсюда. А нам опять остается вся грязная работа. В современном мире каждый второй попадает сюда для искупления своих грехов, так люди испортились, ничего уже не боятся. А Он не принимает их в Рай без искупления. Мои демоны взвыли, работают сверхурочно без выходных. И я сам взмолился ЕМУ, попросил забрать половину душ к себе. Впервые за все время моего существования! Он прислал ангела-дипломата, и мы заключили пари. Открыть двери Ада для живых кто может еще при жизни искупить свои грехи и отправится прямиком в Рай. Так что все в твоих руках, Злата Осиповна Шмель.

– Много у вас уже было? – пискнула Злата Осиповна.

– Нет, ты третья, но первая женщина. Второго мы лечили от атеизма лет семьдесят назад, вроде. Здесь время течет несколько иначе, чем в вашем мире. Но к нам он не попал, значит, урок усвоил.

Они обошли домик, и вышли на развилку. Люцифер пошел по узкой левой тропе. Через несколько шагов перед ними открылось огромное поле, сплошь усеянное бесплотными душами. Над каждой грешной душой стоял надзиратель демон. Все они со скучающим видом наблюдали за пытками своих подопечных. Одна душа пыталась убежать от анаконды, другая задыхалась от камнепада, третья сидела напротив стола, набитого едой, и не могла притронуться ни к чему.

– Столько стонов…

– Столько же, сколько и грехов. Они не сразу начинают взывать к Нему за помощью.

– Я представляла Ад иначе…

– Как? А догадываюсь. Был у меня один тут лет семьсот назад, тоже на экскурсии. Наш первый гость… Для него Ад разделился на семь кругов. Потом он вышел и накатал комедию, перевернув все. А перед тобой был атеист, всюду видел туманный серый город. Да только ни один из них не прав. Каждому это место представляется по-своему. Ад – это воплощение всех твоих страхов.

Люцифер увел ее подальше, выбрав тайную тропу. Через несколько секунд они вышли к роскошной резиденции. Большой дом по периметру охранялся горгульями и фуриями. Они вошли в красивый сад, украшенный каменными фигурами древних богов всех народов.

– Ну-ка поделись со мной своими страхами, – Люцифер остановился, посмотрел в испуганные глаза Златы Осиповны, провел рукой около лица и с наслаждением вздохнул. – Так много страхов… И грехов… И Он выбрал тебя для экскурсии, я бы не простил.

– У меня нет страхов, – пискнула Злата Осиповна.

– Нет страхов? Меня не обманешь. Ты боишься задохнуться, утонуть, сгореть заживо и высоты, а еще, – Люцифер еще больше рассмеялся, – ты боишься пауков. Ха, пауков.

Люцифер хлопнул в ладоши. Злата Осиповна побледнела и схватилась за сердце, к ней приближался огромный тарантул.

– Не боится она ничего, – издевательски рассмеялся Люцифер. – Был у меня один такой же. Утверждал, что ничего не боится, а оказалось все просто. Одиночество, вот его страх. Теперь сидит один в клетке и сходит с ума. Но хватит. Приступим.

Люцифер вновь хлопнул в ладоши. Тотчас к ним подлетели трое демонов, из земли вырос огромный чан с водой. Еще один хлопок и Злата Осиповна оказалась в воде. Плавать она не умела, и как правильно заметил Люцифер, боялась утонуть. Шмель, не чувствуя под собой дно, стала бешено бить руками о воду, а ближайший к ней демон взлетел и опустив руку на ее шею стал топить. Злата Осиповна дико заорала. Страх парализовал ее, подкравшись к груди и стиснув сердце.

Люцифер смеялся, подпитываясь новой порцией страха. Злата Осиповна, видя, что ее крики не приносят никакого должного эффекта на демонов, вынырнув за новой порцией воздуха прокричала:

– Я расскажу об этом всему миру!

– Не расскажешь. В современном мире тебе никто не поверит… А если расскажешь, то проведешь остаток дней в психушке, а потом уж точно придешь ко мне. Грехи-то не искупишь, идиотка, – как для маленького ребенка повторил Люцифер. Демоны рядом заржали. – Перейдем к другому страху.

Люцифер хлопнул в ладоши и чан с водой исчез. Злата Осиповна стояла сухой, но дрожала всем телом. Новый хлопок и появился котел с огнем, а через секунду Шмель уже жарилась в нем. Трое демонов радостно заплясали около котла. А Люцифер ждал.

Злата Осиповна кричала громче всех грешников в Аду. Под конец обессилев, она наконец-то вспомнила, что говорил ей Люцифер, поняла, кто такой Он и взмолилась, проглатывая слова:

– Господи, пожалуйста, пощади! Спаси! Я клянусь больше никогда не возьму взяток и решать вопросы буду по совести…

Ждать долго не пришлось, раздался грохот, и молния освятила весь Ад.

– Ну, наконец-то, – цокнул языком Люцифер. – Долго ж ты держалась. Но учти, попадешь ко мне после смерти, и так молить будешь тысячелетия, пока тебя не услышат. А сдержишь обещание, попадешь прямиком к Нему. И теперь твой последний страх…

Люцифер хлопнул в ладоши, котел исчез. В этот раз Злата Осиповна стояла и потирала обожженные пальцы рук, дуя на них. После очередного хлопка земля стала уходить из-под ее ног. Она зажмурила глаза и заорала что есть мочи, в тот же самый момент она оказалась в своем кабинете в кресле. Тело ее ломило, как будто по ней только что прошелся каток, щеки горели, а на руках остался жар. Она открыла глаза и огляделась по сторонам, шумно вдыхая прохладный воздух. В груди кололо, ноги дрожали. Она обхватил себя руками, как будто пытаясь исчезнуть. Немного успокоившись, она протянула костлявую руку к кнопке громкой связи, раздался звук падающей капли и из телефона послышался приглушенный голос секретарши:

– Злата Осиповна?

– Кофе мне сделай… Пожалуйста… И скажи я ведь никуда не выходила на встречу?

Услышав отрицательный ответ, Шмель вконец успокоилась, нажала отбой и пробормотала:

– Галлюцинации… Простые галлюцинации… Ха! Где мои успокоительные?!

В кабинете стояла тишина, нарушаемая только монотонным тиканьем часов. Злата Осиповна поднялась с кресла, направляясь к соседнему стеллажу. Там стоял графин с водой. Она прошла вдоль зеркал и только сейчас заметила, что одна прядь ее густых рыжих волос поседела. В этот момент ото всюду раздался голос:

– Помни, что обещала Ему!

Злата Осиповна схватилась за сердце и сползла спиной по зеркалу на пол.

***

Легкий ветер шевелил черные крылья Люцифера. Он вновь сидел высоко на мосту и разглядывал спящий город.

– Ты чего такой радостный, – сказал Гавриил, материализовавшись из ниоткуда.

– Ты глянь-ка, как она изменилась. За прошедший месяц не взяла ни одной лишней копейки, – Люцифер громко рассмеялся. – Я тут подсчитал, – опять приступ смеха, – даже если она за оставшееся ее время здесь не возьмет ни одной взятки, все равно не искупит столько загубленных ей душ. А в Аду я сам ей займусь, она мне понравилась. Да даже если и хотя бы выйдет в ноль, неужели Он ее простит?

– Господь всех прощает, главное, чтобы этого хотел сам человек. Если она искупит свои грехи, попадет к нам, – невозмутимо сказал Гавриил.

– Я бы не простил.

– Ты не Он. Ты демон, Люцифер. А Он – Любовь, – Гавриил взмахнул рукой. Перед ними возник легкий мираж. – Держи следующего. И не переусердствуй.

Content

Ксения Лушанина
Экскурсия