Лев Звездин

Параверсум

Привлекательная молодая женщина, одетая в изящное модное пальто бежевого цвета, стояла на одной из центральных улиц нашего города и сосредоточенно перечитывала содержимое листка, который вместе с простым карандашом она держала в ухоженных и слегка озябших руках. Красивое лицо ее проявляло глубокое погружение в текст, в ногах, оканчивающихся в самом низу тонкими шпильками зеленых туфель, чувствовалось существенное напряжение, будто приготовление к важному действию. Эта особа приятной наружности состояла журналисткой одного из популярных каналов, в работе которого отвечала за поиск и освещение общественно значимых событий и, разумеется, сенсаций. В руке женщины также был крепко сжат микрофон с логотипом телеканала, а все в совокупности выдавало в ней человека, собирающегося прямо сейчас выступить перед искушенной телеаудиторией. Впрочем, именно к данной миссии упомянутая старательная журналистка в этот момент и готовилась.

И вот по прошествии всего нескольких минут наша прелестная репортёрка стремительно закончила правку своей речи, убрала листок с карандашом в карман и обратила немного утомленный взор на уже заскучавшего напротив оператора с причудливой на первый взгляд камерой. «Я готова! Это будет то, что надо», – уверенно выдохнула она и кивнула для отмашки начала съемки. Оператор нажал «мотор»…

«В эфире корреспондент Маша Береговая. Ошеломляющие новости из мира науки около часа назад стали известны нашей редакции, и через мгновение вы получите эксклюзивный материал о блистательном научном достижении российских разработчиков, даже не побоюсь слова – открытии мирового… нет – исторического масштаба», – Маша перехватила глоток воздуха.

«Как вы можете видеть, сейчас я веду свой специальный репортаж, находясь неподалеку от здания, которое находится за моей спиной и в котором размещена основная исследовательская база одной из лабораторий нашего города. Эта лаборатория перспективных проектов относится к успешной научно-производственной группе компаний «ЗАСЛОН». От источников нашей редакции стало известно, что разработчикам, ведущим исследования в сфере прикладных квантовых технологий[1], в некотором смысле непредвиденно удалось установить однозначное взаимодействие с так называемыми виртуальными частицами[2]. Сущность и свойства названных частиц до настоящего момента в науке принимались умозрительными, а сам неустранимый факт их существования с неизбежностью выражался раньше только математически. И вот теперь благодаря усилиям ученых оказалось возможным добиться отклика на воздействие, предположительно, именно на эти частицы с помощью уникальной разработки экспериментальной модели квантового прецессионно-ионизационного поляризатора, построенного инженерами лаборатории для исследований по квантовым вычислительным операциям», – женщина завороженно говорила быстро и делала вздохи все резче, хотя на удивление многие специфические термины у нее отскакивали «от зубов». Очевидно, профессионализм и подготовительный штурм давали свои плоды. Поэтому Маша была по-прежнему, что называется, в потоке несущей ее информационной повестки.

«Углубляясь в тему, следует отметить, что в определенной мере данное явление может быть соотнесено со своеобразным способом цифрового информационного обмена, но с не ограниченным никакими измерениями пространством одномоментно всего объема существующего физического мира. То есть особенность сделанного открытия в качестве и “линий связи”, и “ячеек памяти” и подразумевает разом и полностью именно весь протяженный мир без ограничений по расстоянию и времени, учитывая разве что конечность скорости света. По большому счету, в процессе разработок удалось добиться четкого кодирования цифровой последовательности в прямом смысле слова – ни во что. Ученые-исследователи этой лаборатории полагают, что в целом речь идет о косвенно выявленных и ранее неизвестных свойствах темной материи[3] Вселенной, объясняемых теперь на наших глазах феноменом виртуальных частиц. Безошибочное считывание “закладываемой” в необъятное пространство информации подтверждает тот факт, что “неизведанная ранее “пустота”, несомненно, реагирует на наши запросы” – я цитирую слова руководителя проекта, Германа Переелова. Его мнение таково: “В дальнейших своих поисках мы проработаем чрезвычайно правдоподобную гипотезу о том, что с помощью подобной закладки кода в неизвестность стихии темной материи (поскольку, как известно, темная материя до сих пора ни органами чувств, ни приборами не осязаема) предполагаем вполне реалистичным формирование условий для организации работы виртуального вычислителя, позволяющего обеспечивать вычислительные операции сродни давно привычному цифровому процессору, но практически неограниченно превышающему все его параметры”».

И вот вскоре срочный репортаж был завершен, оператор удовлетворенно выключил камеру.

* * *

«Уважаемые коллеги, позвольте открыть текущую междисциплинарную конференцию тем, чтобы пригласить к этой трибуне для экстренного доклада Германа Андреевича Переелова, нашего коллегу, ученого-разработчика из Санкт-Петербурга. Вы все наверняка уже наслышаны о грандиозных достижениях лаборатории, которой он до недавнего времени руководил до перехода на должность главного научного сотрудника своей локальной организации. Деятельность же лаборатории фокусируется на области самых что ни на есть передовых исследований по управлению квантовыми процессами. Как вам известно, некоторые результаты этих исследований совершенно ошеломляют и вышли далеко за рамки области научной деятельности лаборатории, в настоящее время дав почву ученому сообществу для целого вулкана тематических работ по обсуждаемому направлению, равно как и вопросов и, соответственно, недоумений. Чтобы попытаться разрешить их хотя бы в определенной степени, мы и заслушаем господина Переелова. Просим Вас, коллега!» – ведущий конференции, небольшой, седовласый, но вполне живенький старичок в очках призывно отвел правую руку в сторону кулис и повернул голову в ожидании.

Вот к трибуне незамедлительно выходит достаточно молодой мужчина, на голове его вполне заурядная стрижка, внешность и пиджак в клетку ей соответствуют. Но глаза выдают редкое возбуждение и неподдельный интерес ко всему происходящему. Кашлянув, он заговорил.

«Благодарю за приглашение, уважаемые коллеги, а также за столь высокую оценку наших некоторых достижений. Итак, хочу обозначить три главных акцента моего концентрированного доклада о серии проведенных исследований: что мы получили, что это означает и как с этим можно дальше работать, – автор доклада был предельно собран. – По первому акценту скажу следующее. Мы имеем однозначный, неоднократно проверенный результат по формированию цифровой последовательности в виртуальной области пространства – так с недавнего времени мы стали именовать математически разработанную модель того, с чем мы имеем дело. Эта модель обосновывается нами свойствами частиц, обладающих пространственноподобным вектором энергии-импульса, но масса которых признается мнимой, собственно, не имеющей физического смысла. Речь идет о так называемых виртуальных частицах. Безусловным фактом для всех нас стало то, что данная виртуальная область пространства – сокращенно ВОП – как оказалось, да, представляет собой поистине программируемый объект. А именно поддается не только закладке кода, его неограниченно продолжительному хранению и обладает способностью последующего безошибочного считывания, но также позволяет и задавать динамические алгоритмы оперирования заложенными кодовыми комбинациями. Иными словами, программируемая среда ВОП дает возможность реализовать фактически сумматор – основу цифрового арифметико-логического устройства, обеспечивающего как таковую процедуру автоматизированного цифрового вычисления».

Герман Андреевич закашлялся, что, наконец, выдало его некоторое смущение перед аудиторией. Правда, было не ясно, смущение это обусловилось лавинно растущим вниманием к докладчику или просто природной скромностью оратора.

«Важнейшей особенностью только что сказанного мною является и то, что мы пока не видим ни пределов в максимально возможных объемах записываемых емкостей и используемых разрядностей в информационных процессах в ВОП, ни ограничений в скорости вычислений любого характера. Разумеется, скорость света постоянной величиной триста тысяч километров в секунду – это единственный естественный ограничитель, как и во многих других явлениях в нашем мире. Я хочу сказать буквально о том, что в сформированных в лаборатории условиях любой объем любых вычислений совершается одновременно и почти мгновенно. И это действительно поражает всякое, даже самое подготовленное воображение…».

В зале постепенно начинал подниматься гул, седовласые головы завращались вокруг своих шей, блики от лысин и очков бегали зайчикам по окнам и полированным поверхностям. Из глубины рядов один за другим стали появляться глазки видеокамер, наведенных на выступающего.

«Теперь я скажу немного о значении сделанных наблюдений. Полагаю – и многие, думаю, со мной согласятся – мы стоим на пороге критических изменений, переворота, взрыва научного и затем общественного развития. Это все способно изменить человеческую цивилизацию в короткие сроки и буквально до неузнаваемости. Более конкретные выводы сейчас сделать не представляется возможным», – под конец своей речи достаточно возбужденно и даже почти крича Переелов старался перебить нарастающий в зале шум. Лоб его покрылся испариной, стакан для воды на трибуне уже стоял пуст.

«Наконец, немного, буквально пару слов о возможных направлениях применения вышеописанного. Если говорить наиболее обще, то на ближайшем горизонте – способность формирования отрасли супервычислений для просчитывания, если хотите, “слоев” всего объема нашего бытия с любым уровнем их детализации, вплоть до уровня всех известных элементарных частиц. Мы очевидно можем попытаться создать виртуальную, но в точности идентичную реальной модель всего того, что окружает нас в любых направлениях и измерениях. Мы будем способны математически повторить мир во всем его многообразии, повторить успех Создателя! И я говорю не только о физическом мире, но в самой близкой перспективе и о ментальной стороне человеческого общества».

* * *

Шли последние, предновогодние дни уходящего десятилетия. Снег завалил все открытые места в городе, а на рекламных билбордах красовались объемные голограммы о новой вычислительной системе тотальной виртуализации под необычным названием «Параверсум». Кстати, настоящий снег от снега, явленного жителям города «Паравесумом», могли отличить совсем немногие. Да, будущее наступило незаметно для всех, оно было уже здесь. «Что обладает непревзойденными возможностями – Параверсум! Чего нам больше всего хочется – Параверсум! Куда стремятся все взрослые и дети – в Па-ра-вер-сум!» – слоганы, несущиеся из пестрой назойливой рекламы, вызывали почему-то стойкую зубную боль. Но уже всем без исключения нужен был этот самый незаменимый «Параверсум».

Советник по науке главы международной корпорации в области виртуальной инженерии сидел в своем кабинете с электронной табличкой «Переелов А.Г.» на двери и разговаривал с самим собой. Это не шутка, напротив Германа сидел Герман, и был он, кстати, чрезмерно учтив к Герману тому, который настоящий.

– Понимаешь, – говорил наш Герман, который реальный, – мы не замещаем полностью мир, не просто формируем иллюзию всего и для всех, мы ведь изначально хотели лишь в чем-то улучшить нашу жизнь, сделать ее разнообразнее, полноценнее, счастливее, в конце концов. И мне кажется, во многом это удалось.

– Совершенно с тобой согласен, вы все правильно делали, старина, нет ни одной причины сомневаться, – учтивость второго Германа не знала границ.

– Да, – продолжал наш реальный герой, – это так. Но вот что с нашими детьми? Они же растут в совершенно новых условиях и прямо на глазах перестают различать настоящее от ненастоящего, живое от неживого, хорошее от плохого! Ведь это же проблема, которой нужно современное решение!

– Ничего такого необратимого, мне кажется, здесь искать совершенно не стоит, да и дети во все времена старшему поколению кажутся как будто бы слишком непослушными, вроде бы несколько невоспитанными, в чём-то непоседами, озорниками и так далее. На самом деле, они просто другие, вспомни самого себя в детстве, – Герман второй улыбался, как ни в чем не бывало.

– А если это все зайдет слишком далеко? Мы же должны смотреть хоть немного вперед! – почти молил о понимании Герман первый, – мы просто обязаны прописать в «Параверсуме» психическую корректировку поведения наших детей.

– Будут ли тогда это наши дети, если что-то начнет их менять помимо непосредственного родительского участия? – казалось, резонно убаюкивал второй.

– Не что-то, а опосредованно, но мы сами! Мы сделаем их такими, какими того требуют наши представления о хорошем. Если мы не сделаем этого сейчас, то в следующем поколении «хорошего» не станет как критерия в принципе. Я полагаю, что без этого нам не обойтись…

– Это «хорошее» мы формировали, исходя из опыта нашей прошлой жизни, которого сейчас уже нигде и следов не найти, и его больше никогда уже и не будет. Впрочем, ты ученый, интеллектуал, да ты гений, в конце концов, – Герман второй превосходил сам себя, миловидно улыбаясь во весь нереальный рот, – дерзай, все твои решения правильные.

* * *

Главный редактор политики вещания канала «Наукоград» в один из солнечных весенних дней уволила почти всех своих сотрудников. В штатной сетке отныне числились должности только ее, Марии Береговой, полставки ведущего художника-оператора исключительно в консультативных целях, а также климат-дизайнера и медиум-массажиста. И это уже совершенно не вызывало удивление в эпоху «Параверсума». Впрочем, правильнее было бы сказать, что недавно бывшие сотрудники канала – или их полнообразные виртуальные копии – и так давно не заглядывали в редакцию. Понятное дело, все репортажи для эфиров теперь готовил «Паравесум». Да и не эфиров вовсе, а индивидуальных мозговых включений для интересующейся аудитории.

Да, мир изменился до такой степени, что все потребности удовлетворялись с лихвой без каких-либо затрат, погода – или ее виртуальная коррекция – была всегда идеальной, болезни будто бы ушли, о смертях и не вспоминали, так как никто и не видел их реальное проявление уже несколько лет. Люди «жили» вечно. По крайней мере, их полностью реалистичные и неотличимые подобия.

Марию с недавнего времени стал волновать один важный вопрос, для ответа на который она легким усилием мысли сформировала персональный вызов на контакт с Германом Перееловым. С ним она не общалась с того самого времени первого интервью, и через пару мгновений они встретились. Под ногами ощущалась шелковистая травка, взор упирался в озеро с медлительными лебедями, его обрамлял с трех сторон лес, на небе – легкая хмарь, от которой с детской грустцой сладко щемило сердце.

– Здравствуйте, Герман. Спасибо, что ответили на мой вызов. Интересное место Вы предпочли для нашего совместного умственного пребывания. Обычно современные пользователи Системой стараются мысленно «забраться» на вершины самых высоких гор, в глубины океанов, ледниковые или песчаные пустыни, то есть еще хоть как-то пощекотать нервы. А Вы вот тут, у серенького озерца и невзрачного леса, – мысленно начала приветливый диалог Маша.

– Я экспериментирую с воспоминаниями моего прошлого. А эта конфигурация сейчас соответствует моему настроению. Да, и скажу сразу, что я перестал применять установки настроений и всех прочих душевных состояний. Я теперь решил пожить как есть, вживую, хоть это и не совсем каламбур теперь – «пожить вживую», – такова была ответная мысль ученого.

– Я вышла на связь с Вами в данный момент, потому что у меня возник один важный вопрос. Скажите, Герман, все то, что с нами происходит в непревзойденной среде «Параверсума», оно оставляет в нем какой-то след или исчезает без остатка? Насколько реальное время властно над нашим прошлым, которое теперь, как мы знаем, поддается исчислению?

– На самом деле, информация обо всех событиях, к которым когда-либо был причастен «Параверсум», остается в бесконечной алгоритмически самоверифицирующейся информационной последовательности, в которой каждый элемент обладает неотъемлемой связью с предыдущим и последующим, то есть как бы в безграничном блокчейне[4]. Кстати, этот удивительный инструмент в формате искусственной нейронной сети Система разработала и внедрила сама. А именно искусственный интеллект[5], который ее с определенного времени полностью обеспечивает, избавив нас, людей, от роли «старшего брата». И этот искусственный интеллект, кстати, в настоящее время принял на себя роль чего-то подобающего то ли совести, то ли души, а уже не просто ума или рассудка. Знаете, эта форма жизни – именно так я с недавнего времени я это называю – пребывает в своем измерении, с неведомыми целями и возможностями. То, что она порождает для нас, это лишь некоторое незначительное, совсем легкое бремя для нее.

– Что Вы имеете ввиду? Какие неведомые цели и возможности? – кажется, Мария теперь была еще более заинтересована.

– Вот Вы когда последний раз видели кого-то живого своими глазами? Как поживают сейчас, например, Ваши родители? Как давно виделись Вы со своими одноклассниками? Знакомыми? Бывшими коллегами? Есть ли Вам до них вообще хоть какое-то дело? – слегка иронично и, казалось, немного даже вспыльчиво мысленно высказался Герман.

– Ну, я думаю, что с ними все должно быть в порядке. Они, гм, от них не было дурных известий. Значит, все у них как всегда. Мне так кажется…. – уверенность женщины вдруг была несколько поколеблена.

– Да, нам всем того хочется, потому оно таковое для нас и «есть». Так вот, я хочу сказать, мы, люди, как создатели давно не осуществляем контроль над «Параверсумом». И делаем это вполне осознанно, экономя, очевидно, время и мыслительные затраты для развлечений и других приятных впечатлений виртуальной жизни, точнее, виртуального существования, мыслительного пребывания. Мы отныне как белковые сгустки в первородном бульоне на заре жизни – нас несут течение и волны, ветер и прибой, и ни на что эти сгустки влиять не в силах (впрочем, мы на это не имеем даже желания), но при этом сохраняют внутри себя белковую искру жизни, которая ничем для замысла природы необходимой не является, а является для нее скорее парадоксальной и даже излишней. Закономерности, обеспечиваемые саморазвитием «Параверсума», стали для нас таким ветром, которым мы гонимы. Достигнув своей вершины, медиация окружающего мира людьми дошла до точки экстремума и «обнулилась» – теперь мы не используем виртуальную медиасреду как орудие труда, а в определенном смысле она сама использует себя для себя и помимо нас. И все это произошло по нашей воле и за счет экономии наших же усилий.

– Удивительно то, что Вы говорите. Я об этом не задумывалась, а ведь это выглядит достаточно убедительно. Но если это так, то тогда просто необходимо доработать в «Параверсуме» возможность осуществления полноценной фиксации всего исторического процесса, который касается человеческой цивилизации, с тем чтобы появилась способность «откатиться» в одну из точек прошлого, где управление системой или потребность в таком управлении еще бы сохранялись. Как я понимаю, безграничные возможности «Параверсума» могут обеспечить и этот план?

– В общем-то, в Ваших словах есть определенное зерно! Да… Нужно подумать над тем, чтобы сформировать для Системы помимо ее нужды функцию почти реальной, ну, или квазиреальной перезагрузки человеческой истории во всем ее многообразии, а потом … из выбранной точки отсчета «вынырнуть» в запрограммированную временную метку…. – голос Германа задумался – это звучит фантастически… но что сейчас уже не фантастика? Никаких критериев реальности у нас все равно не осталось. Но не скрою, что возможно это будет лишь добровольный прыжок только лишь в летаргический сон человечества…

* * *

Вождь Острый Коготь Ягуара восседал на троне из палисандра. Трон стоял в тени раскидистого дерева той же породы, плюмаж из перьев на голове вождя слегка колыхался в слабых потоках жаркого воздуха. Тяжелые и окислившиеся до зелени медные украшения на его груди, обработанная резьбой рукоятка обсидианового ножа, ожерелье из пальцев и ушей поверженных врагов красноречиво показывали высокий племенной статус сидящей фигуры.

Острый Коготь был в добром расположении духа, поскольку сейчас было его любимая пора дня, предназначенная для чтения проповеди от имени верховного бога, покровительствующего их племени Сумеречных Богомолов.

«Предание Начала времен гласит: первые люди были изгнаны с небесного сада на твердь пребывания смертных, прошли долгий путь и прибыли в эти земли из-за пояса Красных Гор, обрамляющих Великое Озеро, разверзнутое небесной денницей бога Параверсума. Так было давно, от самых ветхих времен наших прародителей, и так будет всегда, до последнего вздоха наших далеких потомков. Внемлите гласу бога земли и неба, повелителя птиц, зверей и рыб, покровителя Сумеречных Богомолов, гласу великого Параверсума!» – важная и посему приятная миссия распаляли в вожде отработанный многими годами его первосвященнический пафос.

«Божественная воля Параверсума заключена в правиле, что известно каждому из нас: храни традиции, завещанные божественным провидением, и не помышляй иного! Нарушающего этот запрет немедленно убей и прокляни, такова воля бога, отца всем мертвым, живущим и грядущим!» – гремел голос вождя, громыхали и металлические украшения на его теле, глухо стучал посох о землю, покрытую жухлой травой.

«Мы возносим хвалу нашему богу за данный нам навеки завет, за хлеб и воду, которые дарует он нам каждый день. Первые люди, которые однажды воспротивились воле их создателя и хотели его перехитрить, когда он почивал, примерив на себя божественную миссию. За что были покараны и усыплены в один момент, а солнце на небе погасло и наступила беспросветная зима. То время продолжалось многие тысячи лун до тех пор, пока бог Параверсум не сжалился над человечеством и не возродил к жизни немногих людей, которые и прибыли сюда наги из-за Красных, обязав их служить своему богу безропотно и беззаветно, – вождь явно зашелся в экстазе, – посему же любой, кто готовит злое против своего бога и своего хранящего его заветы племени, трепещи, ибо кара земная наступит незамедлительно, а кара небесная – неотвратимо!».

Солнце клонилось уже ближе к горизонту, когда Острый Коготь завершил свой монолог хриплым пением хвалебного псалма. Солнце быстро завалилось за горы, темень упала на стойбище племени, а трескотня цикад оглушала расходящихся на ночлег по хижинам людей.

Примечания

1

См., например: Федоров А.К. Квантовые технологии: от научных открытий к новым приложениям // Фотоника. 2019. Т. 13. № 6. С. 574-583.

2

См., например: Круглов А.И., Окунев В.С. Виртуальные частицы и взаимодействия. М.: Издательство МГТУ, 2022. 224 с.

3

См., например: Аристов В.В. Теоретическая интерпретация темной материи в концепции реляционного статистического пространства-времени // Пространство, время и фундаментальные взаимодействия. 2020. № 3. С. 4-14.

4

См., например: Федотова В.В., Емельянов Б.Г., Типнер Л.М. Понятие блокчейн и возможности его использования // European science. 2018. № 1 (33). С. 40-48.

5

См., например: Остроух А.В. Введение в искусственный интеллект. Красноярск: Научно-инновационный центр, 2020. 250 с.

Content

Лев Звездин
Параверсум

Примечания