Гнев Империи IV

Глава 1

Со смертью красных священников и бегством белого закончилась и битва. Почему солдаты решили отступить, мне неведомо, но подозреваю, что таинственный кукловод, который стоял за ними, будь то Рубцов, Мальцев или Беспалов, решил, что терять оставшихся людей в безнадежной попытке меня прикончить бессмысленно.

Умное решение, тем более и я сам уже малость подвыдохся. Пусть энергии мира у меня теперь было достаточно, а вот накопленный Гнев я израсходовал прилично. Только кажется вдоволь его накопил, а вот его уже и нет… А ещё сегодня была опасная ситуация. И остается либо каким-то способом запасти ещё больше энергии Бури на случай повторения схватки, ибо придумать способ, как не лишится большей части сил.

Но это потом.

Я тряхнул головой и провел рукой по мокрым волосам, оглядывая разрушения. Самое забавное, что несмотря на всё, центральное здание гостиницы было самым целым из окружающих. А вот строениям рядом сильно досталось от магических ударов. Но даже так, учитывая, в какое месиво превратился фасад после обстрела, уверен, что на ремонт уйдет целое состояние.

Одно из зданий даже горело, развеивая ночной мрак, и что-то я не слышал вой пожарных серен. Так глядишь и полностью сгорит к моменту, когда кто-нибудь явится. Но мне плевать. Как и на целую груду трупов вокруг, большую часть из которых убили мои товарищи.

А вот и первый неприятный сюрприз.

Центральный вход оказался выбит. Правда непонятно, магией или взрывчаткой, но сразу видно, как обуглился пол, и кучу мелких щепок, так что выбивали точно не руками.

Внутри тоже обнаружились трупы, но немного.

Я двинул дальше, дошел до лестницы на второй этаж. Там должна была находиться ещё одна баррикада, но и её там не обнаружил. И вновь те же обугленные следы. Кто-то, возможно маг, просто сносил их одну за другой.

Я поднялся дальше и обнаружил ещё следы схватки, гораздо более ожесточенной. Все стены были изрешечены пулями, и разумеется, новые трупы.

Двинул дальше, прислушиваясь, зашел за угол одного из коридоров и толкнул ногой дверь, вскидывая пистолет. Дверь распахнулась, и я увидел Таню за трапезой. Она склонилась над вражеским солдатом и неторопливо сосала кровь у него из шеи, но при моем появлении немедленно прекратила.

— Ох, Дима… — с некоторой досадой и смущением сказала она и как-то даже деликатно отступила от тела, доставая из кармана платок и вытирая губы.

— Пьешь, значит? — покачал я головой, убирая оружие, на что она виновато улыбнулась. — Ещё не жалеешь о своем решении?

Я ожидал сомнений, но девушка посмотрела мне прямо в глаза.

— Нет. Я была сегодня очень полезна и убила многих, так что мне не о чем сожалеть. Может я и вынуждена теперь пить кровь, но эта сила…. — я увидел, как тень у её ног колыхнулась. — И сила этого тела полностью это компенсируют.

— Хорошо. Будешь пить кровь моих врагов… К счастью для тебя, их много, но что будешь делать с солнцем? Как ты собираешься учиться дальше в лицее, будучи вампиром?

— У меня есть это, — сказала Таня и вытащила из другого кармана золотистый кругляшок чуть больше монеты на цепочке. При виде его я нахмурился, подошел поближе, и девушка без вопросов дала мне его осмотреть.

Артефакт, причем очень и очень сложный. Магический контур у него был открытый и хорошо видимый, но то, насколько мал предмет, и насколько большую и сложную конструкцию вмещал, и удивляло меня.

— Что это?

— Фломелия дала. Она называла его “амулетом ходящего днем”. Для неё самой он слишком слабый, а вот я, пока его ношу, смогу не бояться солнца. И если тебе интересно, то я уже испытала его. Прошлась по улице днем до того, как прийти сюда.

Я вернул его Тане и вновь покачал головой. Хотелось прочитать ей большую нотацию насчет того, как глупо она поступила, превратившись в чудовище, но… какой в этом теперь смысл? Она уже им стала, и теперь нужно думать, как быть дальше, а не корить её за этот глупый поступок. И все же теперь мне нужно будет внимательно за ней присматривать. Убедиться, что она действительно себя контролирует и не вскроет глотку кому-нибудь из лицеистов.

Вот же Фло… Вроде и помочь хотела, а по итогу докинула мне проблем.

— И когда тебе снова нужно будет… кхм… поесть?

— Сложно сказать, учитывая, что я слишком мало времени нахожусь в таком виде. Думаю… Дня четыре, может даже пять, но точно не больше недели. После этого мне будет сложно себя контролировать.

Я досадливо почесал затылок. Вот же ж…

— Ты закончила? — на всякий случай уточнил я и, дождавшись утвердительного кивка, пошел к лестнице, ведущей на третий этаж.

— Кстати, а почему ты мокрый? — заметила девушка.

— Да так… Не обращай внимания… — скривился я. Самым неприятным в этом было даже не то, что промок костюм, а что мокрой была и обувь, отчего я теперь нелепо хлюпал при каждом шаге.

На третьем этаже меня уже ждали. Стоило появиться, как тут же несколько стволов оказались нацелены мне в голову, но спустя несколько секунд послышались облегченные вздохи.

— Есть кто внизу? — вместо приветствия спросила Ворошилова.

— Нет. Отступили.

— Хорошо, да, хорошо… — с некоторым облегчением высказалась она, после чего стала раздавать приказы своим людям. — Мы уходим, и вам задерживаться не советуем. Вдруг они передумают.

— Не так быстро, — покачал я головой. — Кто-то знал о нашей встрече и сообщил моим врагам. И теперь мне очень интересно, кто бы это мог быть.

— Это не мои люди, — тут же фыркнула Ворошилова.

— Я всецело вам предан, господин Инвестор, — тут же заголосил Золотник, и я перевел взгляд на девушку, что пришла вместе с ним. — И она тоже. Это моя дочь, она помогает мне с делами. Возраст, знаете ли, дает о себе знать.

— Намекаете, что это я? — прорычал нынешний глава Ларцевых. — Мой брат за решеткой, ожидает казни за измену, мой род под ударом. Я до этого момента даже не знал, на встречу с кем иду! Племянник ничего не сказал по этому поводу.

Я окинул присутствующих внимательным взглядом. Основная проблема в том, что я так до конца и не знаю, кто организовал это покушение. Беспалов или Рубцов? Наличие “Богатырей” указывает на первого, но и старый глава Тайной канцелярии далеко не дурак и имеет большие связи. Уверен, достать пару этих боевых машин вполне в его власти. Но возвращаясь к присутствующим…

Ворошилова… Могла ли она меня сдать? Всё зависит от выгоды. Если за всем стоит Беспалов, то он вполне мог пообещать вернуть полные права на шахту и снять другие претензии. Рубцов же в свою очередь мог пообещать ей полное содействие в мести Беспаловым, что тоже многого стоит.

Да и не обязательно сдавать именно ей. Это мог сделать один из её людей, например Бронников, учитывая его связь с Валентиной Сергеевной, секретарем военной кафедры лицея. Но как я уже отмечал — слишком очевидно. Он бы не послал его, поскольку я его уже знаю.

Дальше Золотник.

Мог ли? Да легко! Он подчиняется только из-за страха. Но в таком случае моя мать может быть в опасности прямо сейчас, ведь именно Золотник посоветовал мне её никуда не перевозить. И если она всё ещё в черноморском поместье, то вряд ли он меня предавал.

И последний Ларцев.

С одной стороны, человек, которого я не знаю. Который легко может действовать из каких-то своих интересов и быть тем самым удобным предателем. Но с другой… Он ведь правда не знал, с кем встречается. Конечно, его могли перехватить и заставить сотрудничать, но тоже выглядит притянутым за уши.

Так кто же именно меня предал?

— Кто-то меня предал, — громко и четко сказал я. — И к сожалению, я не могу просто сделать вид, что ничего не произошло. Я ДОЛЖЕН знать, что вам можно доверять.

— И что же ты сделаешь? — спросила Ворошилова, и её люди тут же взялись за оружие. —Допросишь каждого из нас?

— Нет, я поступлю проще.

С этими словами я снял с лица маску, слыша позади удивленный вздох Тани. Да и Бронников удивленно вскинул брови, увидев мое настоящее лицо. Выходит, он не знал. Но, как бы то ни было, в маске больше не было необходимости, по крайней мере сейчас. Да и… подозреваю, что личность Инвестора теперь скомпрометирована, и мне придется использовать в будущем другое лицо. — Каждый из присутствующих принесет мне клятву верности.

— Что за бред? — фыркнула убийца магии. — Клятва?

— Не абы какая клятва, а магическая.

— Я убийца магии, — напомнила Ворошилова. — Магия против меня бессильна.

— Эта сработает, — заверил я её, после чего обратился уже ко всем присутствующим. — Теперь каждый из вас подойдет ко мне и поклянется верой и правдой служить Дмитрию Старцеву. Не действовать против его интересов, не лгать ему, не угрожать ему или его близким, исполнять его приказы. Взамен я обязуюсь быть справедливым сюзереном, заботится о вас и ваших интересах, насколько это будет в моих силах.

— Бред! — фыркнула Ворошилова. — Ни я, ни мои люди не будут в этом участвовать!

— Ты не поняла, — покачал я головой, и за моей спиной, повинуясь мысленной команде, материализовался Летун. Толку в схватке от него нет, но он своим аморфным телом перекрыл проход вниз. — Это не просьба и не предложение, а ультиматум.

— А если мы откажемся? — с вызовом спросила женщина.

— Тогда я вас убью. Из этой комнаты вы уйдете либо как мои вассалы, либо не уйдете вообще.

Ситуация накалилась до предела. Ворошилова сверлила меня взглядом, а её люди были готовы в любой момент пустить в меня несколько десятков пуль. Таня тем временем сместилась чуть в бок, оказавшись у декоративной колоны, и уже окутала Тенью винтовку. В любой момент она могла занять укрытие и атаковать.

— А нам тоже надо? Мы же вроде клялись? — уточнил Коротышка.

— Надо, — подтвердил я. — Это более сильная клятва.

Ведь в этот раз я тоже беру на себя обязательства, так что это будет уже полноценный двухсторонний контракт, имеющий настоящую силу.

— Отлично! — ухмыльнулся этот малый и первым подошел ко мне.

— Протяни руку.

Все прошло быстро. Я коснулся его ладони, сосредоточился, и на миг мы переместились в иное место.

КОНТРАКТ ЗАКЛЮЧЕН!

В этот раз громыхание основного тела прозвучало даже тут, заставив людей Ворошиловой испуганно втянуть плечи.

— Ух! Жуть какая, — хмыкнул Коротышка. — Каждый раз страшно.

Следом был Золотник. Затем его дочь. Потом ещё три человека, что прибыли в Петроград вместе с южанами, и каждый из них после этого вставал за мою спину. Теперь в их преданности я не сомневался.

— Кто следующий?

Глава 2

— Кто следующий? — вновь задал я вопрос, на который так и не получил ответа. Ни Ворошилова, ни Ларцевы не хотели идти под мое крыло, а я в свою очередь не мог их отпустить. — Если в следующие десять секунд никто из вас не подойдет ко мне с протянутой рукой, я решу, что вы отвергли мое предложение, и убью вас. — Десять… Девять…. Восемь… Семь… Шесть…

— Ладно! — воскликнул Евгений Ларцев. — Будь ты проклят!

Глава рода Ларцевых первым из его людей принес присягу новому сюзерену. Всё это проходило быстро, почти буднично. А когда последний человек Ларцевых заключил со мной Контракт, то все они направились на выход. Я не возражал, ведь мог в любой момент связаться с ними.

— Остались вы, — посмотрел я на людей Ворошиловой. — Поступим так…

Я вытащил из кармана ранее забранный договор владения золотоносной шахтой и бросил его женщине. Та ловко поймала его и нахмурилась, не понимая, чего я добиваюсь.

— Возвращаю его вам.

— Мне тебе спасибо сказать?

— Нет, ты и твои люди все ещё должны поклясться мне в верности. Заключить Контракт. А если вы откажетесь, то я заберу эту бумажку с ваших мертвых тел.

— Ублюдок… — прошипела женщина и подошла ко мне. Её люди в тот момент недовольно выругались, а я просто протянул руку, ожидая, что она сделает то же самое.

И она сделала.

Положила ладонь на мою, и в следующий миг мы оказались под взором истинного Гнева.

— Что это? — спросила Ворошилова, испуганно втянув голову в плечи и попытавшись вырвать руку. Последнее я не позволил.

— Настоящий я, — не стал скрывать я. — Ты считаешь меня просто чудовищем, созданием тьмы, но я нечто большее. То, что ты не в состоянии разуметь.

В реальном мире прошло всего десяток секунд, хотя наше прибывание у основного тела затянулось минут на десять. Удивительно, но нам с Ворошиловой оказалось есть о чем поговорить, и когда она отступила, то уже смотрела на меня совсем иным взглядом. Ну да, одно дело, когда думаешь, что перед тобой вампир или нечто схожее, а другое, когда полноценное божество. Вернее его аватар.

И вот теперь на одного человека, знающего, кто я такой больше, но не думаю, что это такая уж проблема. В конце концов, об этом знает Рубцов и целая куча народу, которая с ним связана. Глупо и дальше пытаться скрывать, что я стремление, особенно когда Император прекрасно об этом осведомлен.

Следом начали приносить клятвы её люди. Я в этот момент ожидал, что кто-нибудь заартачится, что сможет указать мне на предателя, но всё прошло удивительно гладко. Даже с Бронниковым, хотя он смерил меня довольно странным взглядом, но не задал ни одного вопроса.

— Закончили. Вы все свободны, — объявил я. — О новой встрече я сообщу.

Не дожидаясь их ухода, сам отправился к лестнице, ведущей на крышу. Таня молча последовала за мной.

— Дима…

— Всё потом, — отмахнулся я. Не то что бы у меня было настроение начинать этот разговор. — Забирайся.

Летун тем временем превратился в крылатое нечто и услужливо подставил свою спину для пассажиров. Меньше чем через минуту мы уже взмыли в ночное небо и устремились прочь от Петрограда.

Благодаря Летуну мы смогли попасть на территорию лицея без каких-либо проблем, оставшись полностью незамеченными, а на утро я как ни в чем не бывало отправился на занятия. Таня тоже присутствовала на построении и ничем не выдавала, что больше уже не человек. Артефакт, что ей вручила Фломелия, работал идеально, и девушка не боялась солнечного света. Разве что старалась всё же держаться тени, когда была такая возможность.

— Ты в порядке? — спросил я после пробежки.

— Даже не запыхалась. И от этого даже немного неловко, — виновато улыбнулась она.

— А солнце?

— Под прямыми лучами не очень комфортно. Странное ощущение, не знаю, как лучше объяснить… Просто странное. Но это мелочи.

Появился старшина, и приступили к другим тренировкам. В первую очередь опять стрельбы, хотя после ночной перестрелки грохот ружей мне малость поднадоел. Но сегодня я отстрелялся довольно неплохо. Всего три промаха из десяти. Почти рекорд.

Старшина, впрочем, считал иначе. Для него то, что я попал в мишень, ещё ни о чем не говорило. Нужно попасть в человека на мишени, и вот тут мне похвастаться было нечем…

— Старцев, тебе бы что ли к окулисту сходить. Я совершенно не понимаю, как ты можешь так плохо стрелять, — покачал он головой, а я лишь виновато пожал плечами.

А вот дальше случилось кое-что новенькое. Старшина решил устроить нам отработку боя с другой группой, и речь вовсе не про рукопашку, как это было обычно, а именно учебное столкновение.

— Самое время посмотреть, как хорошо вы слушали лекции, — ухмыльнулся он. — Вам предстоит бой с третьей группой в городских условиях. Правил особо нет. Две команды, три часа времени. Победит та команда, где по истечению времени будет больше “живых” человек. Ну и соответственно, если вы вынесите всех или вынесут вас, то схватка закончится досрочно. Сражаться будете вот этим.

Старшина продемонстрировал очень похожее на классическую винтовку, которой мы пользовались тут, оружие.

— Это точная копия вашего привычного оружия, но стреляющая шариками с краской. И предрекая вопросы, пусть оно вас не убьет, но попадания весьма болезненные, и останутся синяки. Разбирайте!

— Старшина, а можно вопрос?

— Да, Демидова?

— А что мы получим за выигрыш?

Тут мужчина расплылся в улыбке.

— Хороший настрой. Полный отгул на два дня. А если проиграете, то будете отчищать форму от краски, как свою, так и команды победителя. Всё ясно?

— Так точно.

— Не разочаруйте меня. В первую очередь это командное испытание, не забывайте, — и с этими словами он отправился все подготавливать, а наш отряд стал изучать новое снаряжение. Сразу отметил, что эти винтовки легче, чем настоящие.

— Так, слушайте меня, — привлек наше внимание Тимофей, который после слов о “команде” видимо решил напомнить, что он тут лидер. — Вы слышали старшину. Это командное соревнование, и мы не должны его проиграть, всем ясно? Так что с этого момента безоговорочно слушаетесь меня. Я приказываю, вы выполняете. Говорю ложиться — ложитесь, говорю стрелять…

— Мы тебя поняли, командир, — усмехнулся я, закидывая винтовку на плечо. Помимо неё нам выдали ещё пистолет и нож с тупым лезвием. И что любопытно, в ножнах у последнего тоже была краска, так что им можно оставить след на одежде другого бойца, эмитируя ножевое ранение.

— Не язви, Старцев. Ты может быть и хорошо бегаешь и прыгаешь, но этого мало, чтоб победить. Тем более показатели стрельбы у тебя хуже всех в отряде. Уж кому-кому, а тебе бы прикусить язык и слушать старших.

— Да-да, — и не подумал я смягчиться. — А опыт командования боевой группой у тебя имеется? В боевой обстановке само собой?

— Как будто у тебя он есть, — фыркнул он. Как же хотелось сказать ему пару ласковых, но сдержался, тем более даже Таня успокаивающе положила мне на плечо руку. Да, она совершенно права, мне нет смысла пытаться перетянуть на себя одеяло лидерства в нашем отряде. — Закончил? Тогда заканчивай приготовления, мы выдвигаемся.

Спустя примерно час мы уже были готовы к предстоящей схватке, и я не без некоторого уважения осматривал декорации, о существовании которых я прежде и не подозревал. Далеко, на западной границе полигона, посреди леса была отстроена настоящая городская улица. Два десятка домов, переулки, дорога и даже машины. Да, если присматриваться, можно было заметить, что не хватает мелочей, но это не важно. Главное, что это место в точности воспроизводило городскую среду.

Неподалеку от этих построек мы и выстроились, а прямо напротив нас выстроился третий отряд. Некоторых из них я знал. Например Владислав, что его возглавляя, живет на том же этаже, что и я, примерно в пяти комнатах дальше по коридору.

Вооружены они были так же, как и мы, и количеством не отличались. Вернее трех человек (в счет Миши, принцессы и её телохранителя) от них убрали, оставив девятерых.

Было любопытно наблюдать как за другой командой, так и за своей. Нервничали все. Наверное, если судить по потоку эмоций, из наших больше всего переживала Гуревич, вторым, думаю, был Захаров. А вот правая рука Тимофея, Семён, был в некотором нетерпении, и то и дело поглаживал оружие в своих руках.

Для меня же вся текущая тренировка была сущей ерундой. Я участвовал в настоящих сражениях и боевых операциях, что мне эти дети с фальшивым оружием. Захоти, я бы вынес их всех. Благодаря духовным техникам я мог сделать так, что ни один шарик с краской меня не достигнет, но думаю, это не очень справедливо по отношению к другим.

В этот раз буду играть “по правилам”, так сказать, и не стану демонстрировать свои способности.

— Так, правила вы все уже слышали, — обратился к нам старшина третьей группы.

Наш же, скрестив руки на груди, ограничился ролью наблюдателя. Помимо него тут присутствовало ещё два десятка человек, но они находились на платформе на крыше центрального здания. Видимо, не просто так старшина задумал эту тренировку, она была своеобразным показательным выступлением для каких-то гостей. Может какие-нибудь послы, что задержались после досрочного завершения Научной Выставки, и ректор лицея решил таким образом показать, что его ученики могут.

Для удобства зрителей каждой из команд выдали по повязке. У нас были синие, у второй команды желтые. Затем старшина отправил нас к “точкам входа” на разных сторонах улицы.

— Состязание начнется когда прозвучит сирена. Если попробуете атаковать другую команду до неё — проиграете. Это ясно?

Мне вначале не было понятно, зачем сирена, но вскоре, оказавшись уже на выстроенной улочке, я понял, что нам дают время осмотреться и выработать тактику.

— Будем брать их на живца, — объявил Тимофей, начав объяснять нам свой план. — Предлагаю поставить “жертву” вон туда.

Говорил он об переулке между домами, у которого как раз была припаркована машина. В целом я тоже оценил эту позицию. С одной стороны, “жертва” будет на виду, а с другой, так просто по ней не попасть. Можно отстреливаться, прячась за машиной, привлекая внимание, а затем отойти в переулок, заставляя врага подобраться поближе.

И как раз эти мысли Тимофей и озвучил.

— Когда они будут подходить, остальные откроют огонь вот отсюда, — он указал на дом с противоположной стороны. Перестреляем их с высоты.

— Осталось выбрать, кто будет “жертвой”, — хмыкнул Андросян, и его взгляд словно невзначай лег на меня.

Ну да, ну да, кому же ещё быть.

— Эй, — вступилась за меня Таня. — Почему именно он должен становиться приманкой?

И я только сейчас отметил, что только Таня использовала слово “приманка”, а не “жертва”. Видимо, Тима и его приближенные уже посчитали избранного бедолагу трупом. Впрочем, сам я был не против. По большому счету мне было плевать, проиграем мы или выиграем.

— Потому что он херово стреляет и точно не может быть в команде стрелков, — прояснил вместо лидера его заместитель. — Да и вы сами видели, как хорошо он умеет бегать и прыгать. Лучшего кандидата не придумать.

— В вашем плане одна большая проблема, — я демонстративно зевнул, поковырявшись в ухе. — Хотя нет, не одна.

Тимофей нахмурился, а Фрунгилев с некоторым вызовом выпятил нижнюю губу.

— Говори.

— Для начала, этот план может сработать, если они все пойдут в атаку, причем почти в лобовую. А если они попробуют использовать аналогичный план? Сделать приманку и расстрелять нас.

— Мы просто не купимся.

— Ну так и они тоже могут не купиться. Тут нужно быть конченым имбецилом, чтобы посчитать, что мы просто бросили одного человека. Я бы точно решил, что это ловушка. А затем прикинул бы, откуда по нам могут стрелять, и зашел бы сидящим в засаде с тыла. Мог бы тоже отправить одного-двух отвлекающих, и пока вы стреляли бы по ним, остальные стреляли бы по вам.

— А он прав… — охнула Гуревич.

— И что же ты предлагаешь?

— Я… — я действительно собирался высказать пару своих мыслей. Например о том, что нужно использовать не только верхние этажи, но и крыши. Забраться туда будет намного сложнее, но это может стать сюрпризом для другой команды.

И все же я не успел, потому что в этот момент прозвучала сирена, знаменующая начало соревнования.

— А, впрочем… Командуй, Тимофей. Ты же лидер, хех…

Глава 3

Тимофей всё-таки воспринял мои советы, но от своего плана отказываться не стал. Он разделил нас на три команды. В одной был я, Гуревич, очень недовольная ролью приманки, и Коля Кондратьев, белобрысый коренастый паренек, самый незаметный в нашем отряде.

В отряде Тимофея оказался он сам, Таня, как самый лучший стрелок среди нас всех, и Андросян, который тоже неплохо стрелял. И последнюю команду возглавлял Семён Фрунгилёв, бессменный заместитель Тимофея. Ему в командование были отданы все оставшиеся.

Суть была проста: моя команда будет приманкой. Тимофей справедливо решил, что один человек — слишком подозрительно, а вот три — в меньшей степени. Его отряд снайперский и должен будет атаковать тех, кто придет по наши души, а отряд Семёна будет прикрывать снайперов, если вдруг к ним, как я предположил, смогут подобраться с тыла.

— Как он мог просто взять и бросить меня тут? — продолжала ныть Лера, и у меня от её воя уже голова начинала болеть. — Я его девушка или кто? Он должен меня защищать!

Услышав это, даже Коля закатил глаза и сокрушенно вздохнул.

— Ты солдат, Гуревич, — перебил я её. — Ты сама пришла в лицей, так что пора перестать нудеть и выполнять приказы командира.

— Вот уж не от тебя, Старцев, я хочу слышать упреки в выполнении приказов! — прыснула она. — Так что не смей затыкать мне рот, потому что…

Она в пылу словесного потока даже не пригнулась, так что ничего удивительного, что ей прямо в лоб влетел шарик с краской, отчего девушка с криком повалилась на землю.

— Тот случай, когда я благодарен вражеской команде, — рассмеялся я, видя, как она корчится на земле, хватаясь за голову, а сам уже через две секунды высунулся из-за машины и выстрелил по троим бойцам вражеской команды, что гуськом передвигались по краю улицы, прячась за машинами, которые словно специально были припаркованы вдоль улицы.

Разумеется, я ни в кого не попал, не с моим глазомером. А вот Кондратьев меня приятно удивил, едва не уложил одного из них. Тот лишь чудом успел спрятаться.

— Действуем по плану, — бросил я ему. — Отходим в переулок.

— А она?

— А что она? Она труп, — усмехнулся я.

— Козлы! — бросила нам лежащая в слезах Гуревич. — Больно же.

— Трупам слово не давали, — отмахнулся я от её возмущения, скрываясь в переулке. Нам в спины тут же прилетело, но ни один из шариков не попал, лишь окрасил стену желтыми пятнами.

— Пока всё идет отлично, — довольно сказал Контратьев. — Щас мы их…

А вот я не испытывал его оптимизма. Их там трое, значит где-то ходят ещё шестеро. Вопрос где? Я присел у края стены, отстреливаясь, мой единственный “оставшийся в живых” товарищ стрелял у меня из-за плеча.

— Попал! — обрадовался он.

— В руку, — сообщил ему я. — Не считается.

По правилам “смертельными” считаются попадания в грудь и голову. Руки-ноги дают бойцу возможность продолжать участвовать в схватке, но мешают использовать раненую конечность. Если попали в ногу — надо хромать, если в обе — нельзя ходить. С руками соответственно так же.

— Зато меткости поубавится.

— Ну, тут ты прав, — согласился я, бросая короткие взгляды на наших стрелков. И чего они молчат? Противник уже на линии огня, можно ударить им в спины. Но никто из наших кроме нас с Кондратьевым не стрелял.

И тут прямо нам под ноги что-то прилетело. Я опустил взгляд и беззвучно выругался.

Граната!

Разумеется не боевая, а такая же тренировочная, но это не отменяет факта, что если она рванет, мы присоединимся к Гуревич. Вот уж хрен!

Я бросился вниз, подхватил её с земли, одновременно совершая перекат, и швырнул прямо той троице, что её и бросила, попутно молясь, чтоб та не рванула у меня прямо в руке. Повезло, не рванула, но и полноценно достигнуть цели не успела, взорвалась где-то в воздухе над их позицией, забрызгивая улицу краской.

На нас с Кондратьевым не попало, а вот на вражескую команду совсем чуть-чуть. Думаю, не считается, наблюдатели скорее засчитают это как “царапины”.

— Так вам! — крикнул Кондратьев, выскочив из укрытия в порыве чувств, и тут же чуть не схлопотал “пулю”. Хорошо, что я заметил стрелка и дернул парня на себя, спасая его от неминуемой “смерти”.

— Придурок! — рыкнул я.

— Извини, — он бросил взгляд на стену позади и увидел пятно от краски примерно на том же уровне, где должна была быть его голова.

Что происходит? Где остальные мои товарищи? Почему не прикрывают?

Похоже, что план пошел коту под хвост, и нужно импровизировать. Я конечно могу воспользоваться духовной броней и просто пойти и перестрелять их всех, но какой будет смысл в такой победе?

— Отходим! — приказал я.

— Но это же не по плану!

— План накрылся. Хочешь присоединиться к Гуревич — милости прошу.

Коля секунду смотрел на лежащую на земле девушку, что бросала на нас гневные взгляды, а затем утвердительно кивнул.

Мы пошли по переулку, пока не наткнулись на тупик. Ну да, не просто же так мы выбрали именно это место. Тут к нам со спины не зайти. Впрочем, и загонять себя в безвыходное положение я не собирался. Тут находился вход в одно из зданий, закрытый. Мы это проверили ещё до серены, во время обдумывания тактики. Вот к этой двери я и подскочил, дернул ручку, убеждаясь, что ничего не изменилось, и со всей силы пнул, вышибая дверь с петель.

— Охренеть! — охнул позади меня Кондратьев. — Я знал, что ты сильный, но не думал, что настолько.

Я лишь усмехнулся. Заскочил в здание и тут же рванул к главному входу, ведущему на улицу. Быстро выглянул и довольно ухмыльнулся, видя, как троица врагов уже подбирается к переулку. И, на мое счастье, они совершенно не смотрели на ту точку, где спрятался я.

Я бросил взгляд на Кондратьева и жестом показал, что хочу сделать. Он округлил глаза, попытался возразить, но с чего это я должен был его слушаться? Я выскочил из здания, прыгнул вперед, сделав перекат, и оказался буквально в двух метрах от крайнего противника. Вернее крайней. Кареглазой девушки с круглым лицом. Она услышала что-то, развернулась, но не успела даже вскрикнуть, а три шарика с краской уже попали ей точно в грудь. Промазать почти в упор я не мог.

Перевел оружие на второго, но выстрелить успел лишь один раз, “оцарапав” его плечо.

— Он Катю подстрелил, сволочь!

Два парня, что шли впереди, выстрелили почти одновременно, но “пули” окрасили брусчатку, а я уже скрылся за машиной, готовя следующую атаку. И мне все ещё жутко интересно, что с моими союзниками, ведь если бы план сработал, эта троица уже была бы “мертва”, а в итоге это мне приходится с ними разбираться.

Я бросил винтовку в сторону, заставляя оставшихся на ногах бойцов повернуться на шум, а сам в этот момент перепрыгнул автомобиль, выхватывая из ножен тренировочный нож. Стреляю я может и скверно, а вот в ближнем бою смертельно опасен.

Удар. Удар Удар.

Три удара по застигнутому врасплох противнику, и он, досадливо кривясь, стал падать. Ага, щас! Так я ему и позволил! Ухватив его за ворот формы, я толкнул его прямо на второго, отчего уже они оба упали на землю, и прежде чем последний успел сбросить с себя “мертвого” товарища, я добил его ударом ножа в горло, проведя длинную синюю линию по коже.

— Да бли-и-и-ин… — протянул тот.

— Мальчики, ну как так-то… — с досадой протянула “мертвая” Катя.

— Эй, вы типо мертвы, так что не болтайте, — усмехнулся я.

— Да иди ты, — сердито буркнул тот, которого я толкнул на друга. — Это вообще не честно!

— Да-да, — отмахнулся я и побежал в сторону позиции наших снайперов. Какого хрена они бездействовали? — Коль, догоняй!

В дом, где должны были скрываться мои, я влетел почти на полной скорости, затем рванул к лестнице, и вот я уже на третьем этаже. И… Никого.

— И как это понимать? — сердито буркнул я. — Почему тут никого?

Не став долго думать, вышел на балкон, а затем одним прыжком оказался на крыше. Мне не стоило этого делать, ведь я использовал сверхчеловеческие силы, а с другой стороны старшина мне и слова не сказал про этот запрет. Я сам это для себя решил, чтобы это противостояние не вышло слишком легким.

Наблюдатели заметили меня, и я не нашел ничего лучше, чем махнуть им рукой в знак приветствия, а сам поскакал с крыши на крышу, выискивая кинувших нас на убой товарищей. Я-то думал, что может они ведут бой с противником, но на месте снайперов я не заметил следов схватки. А следовательно меня, Гуревич и Кондратьева просто кинули, бросили зажатыми под огнем врага, и вот за это я с Щепковича спрошу. Плевать, что это игра.

Я перепрыгивал с крыши на крышу, то и дело поглядывая вниз, но все никак не мог никого найти. Ни друзей, ни врагов, и это меня как-то напрягало. Я пропрыгал крыш десять, не меньше, обойдя почти половину локации, и внезапно почувствовал боль в руке, отчего потерял равновесие и чуть было не свалился вниз.

— Что за?

Бросил короткий взгляд на руку, увидев кровь… Нет, не кровь, красная краска. И это вызывало ещё больше вопросов. У нашей команды краска синяя, у вражеской — желтая. Я уже успел в этом убедиться на примере Гуревич, у которой всё лицо было в желтой краске после попадания.

И что же это получается? Против нас играет кто-то ещё?

Пока я это обдумывал и выискивал стрелявшего, в небе высоко над нами возникла черная точка, которая стремительно расширялась во все стороны, закрывая собой вначале небо, а затем и всё поле боя целиком. В один миг день превратился в ночь, и однозначно без магии тут дело не обошлось.

Но я все ещё не понимал, что происходит. И кто в меня стрелял? Как бы я не пытался найти таинственного стрелка с красной краской, у меня не выходило ни откуда был произведен выстрел, ни даже примерной дистанции.

— Вот же зараза…

Тем временем магический купол накрыл нас полностью, окончательно отрезая от внешнего мира, и мои прошлые слова про “день, ставший ночью” были буквальными. На небе появились звезды и луна.

Для меня это большой проблемой не стало. В темноте я вижу относительно неплохо, не так, как должна обновленная Таня, конечно, но ориентироваться вполне могу. И тут прозвучал второй выстрел, и вот он уже цели не достиг, хоть и был близок. Шарик пролетел совсем рядом с моей щекой, обдав воздухом.

— Неплохо, — осклабился я. — Но теперь-то я знаю, где ты прячешься, таинственный стрелок… Хочешь поиграть? Что-ж, мы поиграем!

Глава 4

Теперь я худо-бедно представлял, где находится позиция стрелка — в доме дальше по улице, на другой стороне. Осклабившись, я отступил назад, но лишь для того, чтобы одним прыжком перемахнуть через улицу, аккуратно приземлившись на крышу на другой стороне.

Да, я не хотел пользоваться силами, но и старшина говорил, что мы будем иметь дело с третьим отрядом, а вместо этого деремся с таинственным врагом, стреляющим красными шариками. Так что без обид, но свою мобильность я пожалуй сохраню, разве что доспехом духа попробую не пользоваться, чтоб не быть совсем жуликом.

Я преодолел три дома до цели буквально за пару секунд, спрыгнул с крыши на балкон, заскочил внутрь и нахмурился, никого не обнаружив. Странно, ведь я был уверен, что тут кто-то был.

Сделал два шага вперед, осматриваясь и прислушиваясь к помещению, в котором царил полумрак.

— Есть тут кто? — предпринял я довольно глупую попытку.

И удивительно, но это сработало! Я ощутил рядом с собой какое-то движение, и из темного угла выскочила облаченная в черное фигура.

Шаг назад, и в руке у меня возник нож. Он поступил точно так же, выхватывая оружие ближнего боя на ходу и нанося точный удар в горло.

Быстрый! Слишком быстрый для простого человека!

Но даже так этого маловато против меня. Я встретил его нож своим, отразив нападение, и немедленно контратаковал ударом ноги в корпус. Таинственный враг принял удар на плечо, и его немного отбросило. Впрочем, если обычному человеку в такой ситуации скорее всего переломало бы руку, то это словно и не заметил удара и вновь бросился в схватку.

Он попытался подсечь мне ноги, и это даже почти получилось, но я смог удержаться и отбить очередной нож. А он хорош! Реально хорош! Не слабее Эйрика однозначно, лишь непонятно, умеет ли он использовать доспех духа или, как и я, придерживается правил приличия.

Мы скакали по комнате, попутно разнося внутренние декорации. Один раз мой противник даже швырнул в меня стул. И все же, несмотря на превосходство меня по навыкам, он проиграл просто потому, что я был быстрее и сильнее. Вначале я полоснул ему ножом по бедру, оставляя синюю полосу, а затем приставил клинок к горлу.

— Кто ты? — спросил я и свободной рукой, несмотря на то, что технически не должен её использовать, сорвал с мужчины маску. Под ней оказался… незнакомец, и явно не ученик лицея. Да, конечно, возрастных ограничений для поступления практически нет, но в нем почти нет лицеистов старше тридцати, в основном идут с восемнадцати до двадцати пяти. Этому же мужику было под сорок. Он выглядел обычно, хоть и немного потрепанно. Мелкие застарелые шрамы на лице, короткие волосы и странные голубые, немного светящиеся глаза. — А? Ты подклятвенный?

Пленник криво усмехнулся, а затем подался вперед, наваливаясь на тренировочный нож горлом, а через секунду упал на пол с синей линией на горле.

— Показушник, — фыркнул я, принимая его “смерть”.

Его нож тоже был тренировочным, так что это не настоящее покушение. Тоже часть игры, но я не понимал, для чего это. Зачем руководству военной кафедры приглашать подклятвенного и вводить его в тренировку курсантов? Ерунда какая-то.

— Мог бы хоть ради приличия что-нибудь сказать, — сказал я “мертвецу”, но тот продолжал отыгрывать роль.

Я вновь огляделся, быстренько прошелся по помещению, но больше никого не обнаружил. Мог ли он тут быть один? Что-то у меня большие сомнения в этом. В основном из-за того, что я так и не нашел остальных своих товарищей.

Показав напоследок неприличный жест побежденному, я вернулся на балкон, а затем запрыгнул на крышу. Так я буду очень долго возиться, нужно ускориться и попробовать что-нибудь новенькое.

Вместо того, чтоб бежать куда-нибудь сломя голову, я уселся на крышу в позу медитации и прикрыл глаза, настраиваясь на свою внутреннюю энергию. Цукимару обучала меня некоторым техникам, но если они не относились к бою, то я их не практиковал.

— Как там это было?.. — пробормотал я, пытаясь вспомнить последовательность.

Первым делом нужно представить вокруг себя круг…

Не вышло.

Вернее, круг-то я представил, но тот почти сразу стал разрушаться.

Снова.

На этот раз лучше. Теперь самое главное поддерживать его в воображении, попутно направляя в образ энергию из Сосуда Правителя.

И снова что-то пошло не так, конструкция развалилась, а я досадливо выругался.

Ещё раз!

У меня ушло ещё попыток десять на то, чтобы закончить первый этап и сформировать “зону личного контроля”. По словам той же Цукимару, если научиться применять эту технику в бою, то тебя нельзя будет застать врасплох. Ты будешь видеть каждое движение противника в этой зоне.

“Это также называют боевой медитацией” — говорила лисица, но сколько я не пытался, в бою у меня её использовать не получалось. Даже создание зоны личного контроля в спокойном состоянии выходит не с первого раза, что уж говорить про бой.

Но боевая медитация — это лишь одно из применений. В спокойном состоянии эту зону можно очень значительно расширить, тем самым узнавая обо всем, что происходит вокруг. Разумеется, при большом размахе начинает страдать качество получаемой информации, и ты уже не сможешь увидеть каждую пылинку, но этого и не требовалось. Техника поиска использовалась как раз-таки для поиска чего-то вокруг, например людей.

Теперь главное не накосячить с расширением. Если в этот раз провалюсь, то новая попытка затратит уж очень много энергии. Поэтому я не торопился, старая расширять зону постепенно. Вначале окинул здание, на крыше которого находился, ощутил сердцебиение своей “жертвы”, которая после моего ухода притворяться мертвой перестала и спешила прочь.

Я продолжал расширять зону своего личного пространства, пока не уперся в границу первого круга. Теперь зона вокруг меня составляла примерно пятнадцать метров радиусом, но этого мало. Нужно окинуть всю территорию тренировочной зоны, а значит время создавать второй круг. И при этом не разрушить первый…

И… всё прошло удивительно гладко, я даже едва не потерял концентрацию от удивления, когда у самой границы первого круга, появился второй. Теперь стал расширяться второй, гораздо менее точный в плане прощупывания окружения, но при этом тратящий гораздо больше энергии. Радует, что уровень сложности контроля энергии при этом практически не изменился, а то я боялся, что мне не хватит концентрации.

А вот третий круг выстроить оказалось сложно. В какой-то момент мне даже показалось, что это вообще невозможно с моим текущим уровнем силы и умений, и все же получилось. Я смогу закрыть контур и начать расширение.

И наконец вся территория, находившаяся под куполом, оказалась под моим контролем.

— Нашел, — улыбнулся я, наконец ощутив присутствие группы людей, и понял, что раскинутая мной зона доходит и до “начальства”.

— Как думаете, Виктор Семенович, есть у них хоть какие-нибудь шансы?

— Они же первогодки, нет конечно. Если бы это был третий курс, ещё может быть, а так — пушечное мясо.

— А вот я считаю, что не стоит так думать, — вмешалась в разговор двух мужчин женщина. — Это же схватка, а там может произойти что угодно. Вмешаться случайность.

— Они лучшие из лучших.

— Даже лучшие могут ошибиться.

— Они гвардия Его Величества, вы всерьез думаете, что они смогут проиграть лицеистам первого курса?

Гвардия? Здесь?

Я мало что про них знал, это вроде какая-то особо элитная группа солдат и, как теперь я знаю, подклятвенных, подчиняющаяся Императору и его Охранителю, которым в прошлом был мой отец. Получается, сейчас им отдает приказы Беспалов? Или все же они тут по поручению Императора?

Столько вопросов, на которые ещё предстоит поискать ответы. Но обсуждение на этом закончилось и переключилось на другую, менее интересную для меня тему, да и у меня не было времени на то, чтобы прохлаждаться.

Я поднялся на ноги и поисковая медитация, как я уже успел окрестить новое умение, тут же разрушилась. Я не был способен поддерживать её в движении. Благо локация небольшая, и я точно знал направление, куда нужно двигаться.

Вновь перескочив через улицу, я миновал несколько домов, а затем спрыгнул вниз, приземлившись на небольшой балкончик. Ещё не успел открыть дверь и шагнуть внутрь, как в меня полетели шарики с краской.

Я пригнулся, пропуская их над головой и рванул вперед, усиливаясь энергией бури. Фактически отправил себя в полет. В руке уже был нож, и я даже одного задел, правда так и не понял, по какой части, потому что летел в стену. Сгруппировавшись, сумел оттолкнуться и встать на пол.

— Привет, так вы значит ребята из гвардии? — ухмыльнувшись, поинтересовался я у двоих мужчин в черных одеждах.

Парочка переглянулась и, не обмолвившись ни словом, атаковала, действуя с удивительной синхронностью. Ногой я подцепил оказавшийся так удачно под рук… ногой столик и подбросил его, отчего выпущенные шарики с краской пришлись на преграду, а не меня. Ну, будь у них в руках боевое оружие, это бы меня не спасло разумеется, но поскольку это тренировка, то такие попадания не засчитывается.

Я тем временем перехватил свое оружие, висящее на бедре, и выстрелил во второго, опережая его на доли секунды. С такого расстояния я промазать не должен, и тем не менее промазал, но вовсе не из-за своей хреновой точности, а потому что противник метнул в мою винтовку нож, причем настоящий, а не тренировочный, отчего ствол дернуло в сторону, и шарики ударили в стену в метре от цели.

И пока я пытался разобраться, этот гад вместо того, чтобы выстрелить, врезал мне ногой прямо в грудь. Сильно врезал, отчего я рухнул на пол, а второй тем временем уже целился в меня. Перекатом в сторону удалось уйти от выстрелов, но недалеко, потому что спиной уткнулся в не к месту попавшуюся тумбочку.

Использовать духовную броню? Вот ещё!

Я схватился рукой за край ковра, оказавшегося рядом, и дернул на себя, закрываясь им от краски на манер плаща. В идеале хотелось, чтоб ещё сбил с ног того, кто на нем стоял, но судя по звуку, не вышло. Ну да, они же не новички. Будь на моем месте простой лицеист, от него бы мокрого места не осталось.

Вскочив на ноги, я одной рукой всё ещё прикрывался ковром, а второй вновь ухватился за рукоять винтовки. И в этот раз мне повезло, я смог попасть одному из людей в ногу, попутно закрываясь от краски ковром. И кажется, раненого я серьезно так разозлил, потому что он выставил перед собой руку, вокруг которой закружилась энергия, а в следующее мгновение в ковер что-то сильно ударило, но вместо того, чтобы опрокинуть меня, мою “защиту” разорвало на множество ленточек, а вместе с ними досталось бы и мне, если бы я на рефлексах не заблокировал большую часть урона духовной броней. В итоге отделался лишь немного порвавшейся одеждой.

— Хватит! — закричал второй, и раненый, что только что воспользовался способностью, словно коснулся горячего и отдернул руку, рассеивая завитки энергии, что все ещё кружились вокруг неё.

— Эй, народ, вы не охренели? Будь на моем месте простой человек, его бы на куски порвало, — сердито заметил я. Но второй вместо того, чтобы извиниться, достал из-за пояса рацию.

— Игра закончена. Снимай барьер.

— “Принял”.

И тут же царивший в комнате полумрак стал рассеиваться, через окно начали пробиваться лучи солнечного света.

— Так что происходит, народ? — поинтересовался я, но меня вновь проигнорировали.

Парочка неторопливо направилась в сторону выхода.

— Тц… Эй, я жду извинений! — крикнул им вслед.

Ах так?..

Я бросился за ними.

— Эй!

Они лениво повернулись, а я, подняв свою винтовку, выстрелил, угодив тип,у что чуть меня не разорвал на куски магией, прямо в лоб.

— Ах ты! — рыкнул он, чуть было не бросившись ко мне, но второй схватил его за плечо и крикнул мне. — Теперь вы квиты.

— Ага, щас, — криво усмехнулся я. — Но теперь я по крайней мере не хочу вас прикончить.

Глава 5

— Ладно, приступим к разбору полетов, — объявил наш старшина, когда все собрались. Помимо синих и желтых команд, двенадцатого и третьего отрядов соответственно, тут присутствовали и таинственные красные, в черных одеждах, с балаклавами на лицах. Всего их было пятеро: четверо мужчин и одна женщина. И один из этой пятерки крайне недовольно поглядывал на меня, тот самый, которому я залепил краской прямо в лицо.

Моя команда выглядела плохо. Из синих “выжили” только я, Таня, Тимофей и Коля Кондратьев, которому просто повезло. Остальные расхаживали перепачканные красной краской.

Зато теперь я худо-бедно представлял, что случилось во время игры, и почему я не нашел союзников. Вскоре после начала матча, когда я, Гуревич и Кондратьев отстреливались от желтых у подворотни, на рации капитанам, а раций было всего две на отряд, пришло сообщение о смене правил игры и новой красной команде.

Приказ был объединиться с желтыми, после чего укрепиться в центре и продержаться до наступления “утра”. И увиденный ранее купол как раз обозначал наступление ночи. Именно поэтому я и не обнаружил никого на месте, когда пошел искать группу снайперов.

— Ну и какого хрена ты нас-то не предупредил, командир? — сразу предъявил я Тимофею за такой поступок. Он просто кинул нас, даже не сообщив об изменении ситуации.

— Возможности не было, — отмахнулся он от претензии. — Мы собирались, но на выходе из здания на нас напали! Андросяна вообще положили сразу, в спину! Нам пришлось спешно бежать прочь, хорошо, что Демидова отвлекла одного из них.

— Оправдания, — фыркнул я. — Скажи спасибо, что я спас твою задницу.

— Да пошел ты!

Через пару минут после окончания схватки я узнал, что те двое с которыми я схлестнулся, загнали Тимофея в угол, и он прятался от них в кладовке, даже не попытавшись помочь. Тоже мне лидер, и ведь это тренировочный бой, где “смерть” лишь мелочь, удар по гордости, не более. Что же будет во время настоящего, где от его действий будут зависит жизни товарищей?

А ведь он бросил не только меня. Судя по тому, что я услышал, в стрессовой ситуации Тимофей показал себя как крайне хреновый командир, потерявший половину людей ещё до того, как улицу накрыл купол. Даже удивительно, как я это пропустил, бегая по крышам.

— Эй, — одернул нас старшина. — Двенадцатая группа, пять кругов как закончим. За разговорчики.

Пришлось прикусить язык и отложить дискуссию на другой раз.

— Что-ж, курсанты… Я разочарован. Особенно вами, третья группа. Сколько из вас выжило?

Из желтых руку подняла только одна миниатюрная девушка, но тут же втянула голову в плечи, когда на неё глянул уже их старшина.

— Но если думаете, что двенадцатая группа справилась лучше, то глубоко заблуждаетесь. Я могу похвалить лишь Демидову за то, что ей хватило смелости и проворства отвлечь противника и отвести его от остальных. Но что гораздо похвальнее, она смогла подстрелить одного из гвардейцев.

— А как же Дима? — тут же встрепенулась Таня.

— К господину Старцеву отдельные вопросы. Пусть мы и не обозначили это в правилах, но сама ситуация подразумевает, что силы подклятвенных использовать запрещено, о чем можно было догадаться. Но господин Старцев активно их использовал, прыгал тут с крыши на крышу. Думаете, мы слепые?

— Ну, в свою защиту, они тоже не сдерживались, — кивнул я на пятерку.

— Им было дозволено. В разумных пределах, разумеется. Именно поэтому игра и была остановлена. Потому что использование способностей Старцевым вынудило гвардейцев использовать свои.

— Может тогда эти гвардейцы не настолько хороши, чтобы охранять Императора, да будет править он вечно?

— Что?! — тут же дернулся ко мне один из гвардейцев, но его остановил другой.

Какой-то он импульсивный и не сдержанный.

— Старцев, персонально ещё пять кругов. В следующий раз следи за языком. Оскорбляя Гвардию и её членов, ты пятнаешь честь Императора, да будет править он вечно. Ведь это ставит под сомнения его самоличный выбор.

— Прошу прощения, — я даже вполне искренне поклонился, решив не обострять конфликт. Оскорбление Императора — это серьезно, и глупо с моей стороны разбрасываться подобными словами. — Я был не прав, говоря это.

— Хорошо, но впредь чтоб подобного не слышал. И дополнительные круги с тебя никто не снимает.

Я кивнул.

— Возвращаясь к теме, вы все плохо себя показали, если не считать некоторых. Какой приказ вам поступил?

— Объединиться, закрепиться, удерживать оборону, — отчитался лидер желтой команды. — Но в свою защиту должен сказать, что противник слишком силен. Они профессионалы, а мы… мы лишь ученики. У нас нет никакого опыта.

— Вот именно поэтому они и участвовали. Чтобы у вас был опыт в сражении с профессионалами, чтобы вы знали, как реагировать, когда сталкиваетесь с превосходящим по силе противником. Когда любая, малейшая ошибка может стоить вам и вашим товарищам жизни. И вы все просрали! Обе команды. Хоть одно из наших указаний было исполнено? Где объединение? Где попытка закрепиться? Что у одних, что у других было паническое бегство! Вы метались как ужаленные в зад пчелой псины, в попытке забиться хоть куда-нибудь! Тактика, построение, продуманное отступление и использование укрытий — где хоть что-то из этого?

Почти все виновато потупили взор, а я один из немногих, кто стоял с гордо поднятой головой. Я действовал как мог и почти сумел одолеть двух гвардейцев. Да, использовал силы, и они тоже. А про приказы — я знать не знал, все претензии к Щепковичу, что не довел их до моего сведения.

— Чуть позже, наедине, мы обсудим каждый ваш промах, — продолжал старшина. — И я вас уверяю, мы со Смирновым будем вас дрючить, пока не добьемся слаженности. Все свободны. Кроме тебя, Старцев, задержись.

Я вздохнул. Терпеливо дождался, когда остальные ушли, а сам подошел к старшине, но говорить со мной собирался совсем не он, а та пятерка гвардейцев.

— Отойдем? — предложил один из них, и после моего кивка мы прошли на поле недавней схватки.

— Так что вам нужно? — прямо спросил я, усевшись на одну из машин.

Гвардейцы тем временем стянули маски, открыв мне лица. Тот парень, которого я так раздражал, был самым молодым из них, а вот старший, и как я полагаю, командир, был уже далеко не молод, но все ещё хорошо сложен.

— Можно побольше уважения? — сердито фыркнул молодой.

— Уважение надо заслужить, — пожал я плечами.

— Ах ты…

— Хватит, — рыкнул самый старший. — Я двадцать восьмой, командир этой группы. Это девяносто третья, сто первый, сто двенадцатый и двести третий.

При представлении каждый из людей кивал, обозначая, о ком именно говорит старший гвардеец.

— А имена у вас есть?

— Пока мы состоим в Гвардии, только номера, — ответил мне на это старший. — Так же номера напрямую отражают нашу позицию в иерархии гвардии.

— Значит ты старший, поскольку у тебя выше номер?

— Так точно.

— А он самый последний? — указал я на задирающегося парня.

— Он новенький, недавно приписан к Гвардии и ещё не проникся порядками, но это исправится. Со временем, — с этими словами он бросил взгляд на двести третьего, и тот недовольно скривился. Хм, а я-то думал, что дисциплина в Гвардии получше будет.

— Ладно, это не важно, просто пусть этот парень ведет себя прилично и извинится.

— С какой стати? — тут же огрызнулся он.

— Ты пользовался способностями.

— Ты тоже.

— Да, только не духовной броней. Хорошо я успел вовремя её применить, иначе не только ковер порвало бы, но и меня.

— Может так оно…

— Хватит! — рыкнул старший. — Двести Третий, ещё одно слово, и отправишься к пятьдесят пятому как планировалось изначально.

Он тут же прикусил язык и потупил взгляд. Видимо угроза, что бы она не означала, была для него крайне неприятной.

— От лица Гвардии я прошу прощения, граф Старцев, — поклонился он. — Это была тренировка, как ваша, так и наша. Но мы применили больше сил, чем собирались.

— Извинения приняты, — кивнул я. — А теперь давайте к делу, я ещё пожрать собирался. Что вам нужно от меня?

— От вас совершенно ничего. Мы просто пришли проинформировать вас, что отныне мы будем за вами приглядывать.

От этих слов я невольно дернул щекой.

— Собираетесь за мной следить? По чьему указу?

— Его Величества, да будет править он вечно, разумеется.

— А мне казалось, что вами сейчас руководит Беспалов, занявший место моего отца.

— Великий князь Беспалов действительно в данный момент руководит Гвардией на должности императорского охранителя, но у нас прямой приказ Его Величества, и мы будем выполнять его, пока не поступит иное распоряжение.

— То есть если прямо сейчас Беспалов прикажет вам меня убить, вы этого не сделаете?

— Пока Его Величество не отменит приказ — нет.

— Понятно, — кивнул я. Вот же Хладнокровие… Приставил ко мне соглядатаев, да ещё весьма умелых, судя по тому, что я видел. Это сильно усложняет мою дальнейшую работу… Но с другой стороны, это может и сыграть мне на руку. Будет ли так свободно действовать Беспалов и Рубцов, зная, что рядом со мной гвардейцы. Из сказанного выходит, что охранителю они подчиняются только с прямого приказа Императора, и воля государя всегда выше. — Вернее нихрена не понятно, кроме того, что вы теперь за мной следите. Можно детальнее услышать отданный вам приказ?

— Присматривать за Дмитрием Старцевым и по возможности содействовать ему.

— Так, а вот это уже интересно. Содействовать в смысле… вы мне служите или что?

— Содействовать это значит содействовать. Мы не переходим в ваше непосредственное подчинение и вольны решать самостоятельно, как поступать, но в некоторых вопросах мы можем вам помочь. К примеру если вы станете жертвой нападения.

— Так на меня уже напали. Вон он. Содействуйте, — сказал я, указав рукой на двести третьего.

— Кхм… — гвардейцы замялись, и лишь женщина улыбнулась краешками губ. — Я предлагаю закрыть этот вопрос. Если он для вас принципиален, граф Старцев, я лично накажу его за этот поступок.

— Поступай как знаешь, — пожал я плечами. На самом деле мне больше всего нравилось злить того парня.

— С этого момента кто-нибудь постоянно будет с тобой поблизости.

— А вот этого не надо, — запротестовал я.

— Это не просьба, а констатация факта. Ректор лицея и деканы кафедры уже предупреждены о нашем нахождении здесь. Комната Михаила Ларцева по соседству с тобой освободилась, и кто-нибудь из нас всегда будет там, когда ты у себя.

Я скривился. То есть если я позову свою жену или Таню, то они будут слышать все, чем мы занимаемся? Кла-а-а-ас…

Как же хочется послать этих уважаемых господ из гвардии далеко и надолго, но приказ Императора есть приказ Императора. Да и их, как я уже отметил, можно использовать в будущем.

— Что-ж… Ладно, —бросил я им, спрыгивая с машины. — Поступайте как хотите, но скажу сразу — не мешайтесь у меня под ногами.

Глава 6

— Это весьма неожиданно… — хмыкнула Даша, когда я представлял ей её нового телохранителя, того самого наглого паренька, двести третьего. Я уже понял, что с ним мы не поладим, так что решил сбросить на него работу, которую он точно сможет выполнить — присматривать за Дашей.

Двадцать восьмому мое решение не понравилось, в конце концов его и его людей приставили ко мне, а не моей семье, но поговорив немного, мы смогли прийти к компромиссу. Двести третий будет присматривать за Дашей, а я в свою очередь постараюсь учитывать их приказы и не сбегать от “телохранителей”.

— Он весь твой, — сказал я. — Развлекайся.

И помахав растерянной сестре ручкой, я вышел из ресторана, где меня уже поджидала девяносто третья. Черноволосая, невысокая, смуглая и кареглазая. Внешность выдавала в ней южанку, но попытки разговорить девушку ни к чему ни приводили. Даже имя свое оно не назвала.

— Можешь называть меня как хочешь, — ответила она на мой вопрос об этом.

— Может просто скажешь имя?

— Девяносто третья.

Я скривился.

— Хорошо, будешь Рита.

— Почему Рита? — заинтересовалась она.

— Предложи сама, если не нравится.

— Рита значит Рита, — и все же в её голосе улавливались легкие нотки недовольства.

Плевать! У меня и так голова забита целой кучей проблем. Но зато я могу по крайней мере не переживать о безопасности Даши. Скорее всего, ещё до конца дня Рубцов и Беспалов будут знать, что сестру охраняет гвардеец, и это сильно охладит их желания со мной покончить. В конце концов, он оружие самого Императора. Да и я чувствовал себя гораздо увереннее. Случись появление гвардейцев в моем окружении раньше, и возможно не было бы никакого нападения во время собрания в гостинице.

Дальше у меня по планам было… свидание с Хильдой. Давненько я не уделял время северянке. Да и вообще в моем окружении стало слишком много женщин. Цукимару, Таня, Хильда, Фломелия, Лизавета и Эола. Но Фло вроде бы уже покинула этот мир, если верить Тане, а с Лизой у нас скорее договорной брак, чем роман. Но даже без них это всё ещё очень много… Цукимару и Таня уже понемногу пытаются меня делить между собой, и если к ним ещё подключится Хильда, то станет совсем тяжко.

Северянка ждала меня на лавочке в парке, с ней был Эйрик, с которым я обменялся рукопожатиями, и он оставил девушку на мое попечение.

— Ты тоже свободна.

— Я не могу, у меня приказ.

— Да брось. Я никуда из парка не уйду. Можешь покрутиться где-нибудь неподалеку, но не стой над душой.

Рита смерила меня недовольным взглядом и ушла, а я, убедившись, что мы наконец остались одни, присел на лавку. Не успел сказать златовласой девушке и слова, как та уже по-хозяйски уселась у меня на коленях.

— Кто эта женщина? — сразу задала она главный вопрос, при этом немного прищурив глаза.

Ну да, вот о чем я и говорил. Понемногу кончаются золотые деньки, когда меня хватало на всех.

— Она из гвардии. Слушай… Есть что тебе рассказать.

И я рассказал о недавних событиях, о том, что теперь у меня в охране есть пятерка гвардейцев. Северянка слушала внимательно, впрочем самым наглейшим образом пару раз прерывала меня своим фирменным поцелуем с мороженым. У нас на всё было часа полтора, вряд ли больше, после чего каждый разбежится по своим делам, и это время девушка не собиралась тратить попусту.

— Вот так, — закончил я свою историю.

— Занимательно.

— И это всё, что ты скажешь?

— Не знаю, что ещё можно сказать. По мне, после случившегося вполне понятно желание Императора, да будет править он вечно, взять тебя под наблюдение. Твои враги с этого момента будут вести себя гораздо осмотрительнее. Да и…

Она не договорила, зачерпнула мороженого, положила себе в рот и через несколько мгновений поделилась со мной.

— Да и это не самая большая новость, — наконец закончила она.

— О чем ты?

— Сегодня было объявлено, что принцесса Лизавета взойдет на престол вместо своего старшего брата. — Для меня это новостью не стало. — Теперь я гораздо лучше понимаю те видения. И они меня беспокоят.

— Чем же?

— Фёдор. По ним выходит, что он все ещё желает получить корону Империи. Понимаешь?

— Не очень… Ты видела, что он шел по ледяной пустоши к короне, но замерз по пути, — припомнил я.

— Я тогда не всё тебе сказала.

— Не всё?

Хильда собиралась повторить поцелуй, но я её остановил, собираясь вначале дождаться ответа.

— Я не знала, как это интерпретировать. Считала, что речь о войне, но теперь…

— Что ты видела? — прямо спросил я.

— То, что тогда тебе и описала: ледяную пустошь, Фёдора, что идет за короной. Он пробивается через снег, и тот снег окрашивается красным. Краснота расходится в разные стороны, окропляя снег.

— А теперь ты значит, знаешь как это интерпретировать?

— Есть догадки.

— Озвучь.

— Кхм… — девушка замялась. — Думаю, он попробует что-нибудь устроить. Что-то масштабное и кровавое, что может дать ему возможность заполучить то, что он считает своим.

— Государственный переворот? — а вот тут я уже забеспокоился.

— В стране не может быть двух Императоров, а Фёдор уверен, что лишь он может править.

— Вот же…

— Дима, — Хильда мягко взяла меня за подбородок и заставила посмотреть себе в глаза. — Это лишь моя интерпретация. Не обязательно правильная. С таким же успехом Фёдор может возглавить армию, и вместе с ней погибнуть в бою с хагга или османами, пытаясь доказать всем, что он достоин.

— А? Ну да… Ты права… — задумался я.

— Ты сам знаешь, видения порой меняются. Мы сами их меняем. В любом случае, сейчас мы ничего не можем сделать, поэтому я предлагаю просто отпустить ситуацию и смотреть, что будет дальше. В конце концов, Лизавета только стала наследницей, и Император, да будет править он вечно, может отойти от дел через десятки лет.

— Может ты и права, — согласился я, но не стал говорить, что вряд ли Хладнокровие будет править так долго. В лучшем случае ему осталось пара лет, и вряд ли бы он заводил все эти разговоры со мной, если бы всё было не так.

— Но в то же время становление Лизаветы наследницей сильно меняет наши планы. Вряд ли теперь ты сможешь стать её мужем.

— Это ещё почему?

— Потому что теперь у неё есть собственный долг перед страной. Для власти ей нужна будет поддержка, и без обид, но ты не самый лучший кандидат в этом деле. У тебя нет ни денег, ни влияния.

— Лишь сила, — усмехнулся я.

— Одной лишь силы часто недостаточно, но давай не будем об этом. Я пока что не разговаривала с Лизаветой и не знаю её дальнейших планов. Не исключено, что она сохранит прежние намерения, но я бы слишком сильно на это не рассчитывала. А значит…

— Значит ты хочешь затащить меня под венец, — криво усмехнулся я.

— Я давно намереваюсь, — и бровью не повела северянка, нисколько не скрывая своих намерений. — Северу нужен сильный правитель, а я не знаю человека сильнее тебя.

В этот раз она растянула поцелуй на добрую минуту, никак не желая от меня отлипать. И я бы слукавил, сказав, что мне это не нравилось.

— Кстати насчет севера, — наконец смог сказать я, когда она отстранилась. — Я всё-таки думаю туда отправиться.

— В Тысячу Фьордов? Когда?

— Когда появится возможность, — пожал я плечами. — Сама понимаешь, у меня сейчас целая куча проблем и дел, требующих внимания. Но и затягивать я больше смысла не вижу.

— Это… хорошие новости. Возможно мы даже успеем к Празднику вечной стужи в этом году.

— Праздник вечной стужи?

— Это как и большинство праздников на севере: праздник выпивки, драк и разного рода игр на силу. Уверена, что ты там станешь лучшим. Отличная возможность заявить о себе перед танами и ярлом.

— По твоему тону ты словно хочешь меня туда затащить.

— А разве это не очевидно? — хитро улыбнулась девушка. — Но пока у нас есть дела поважнее.

— Например? — потянулся я, чтобы её поцеловать, но к удивлению она меня остановила.

— Не то, о чем ты мог подумать. О том, что Лизавета теперь наследница, было объявлено официально, и через неделю при императорском дворе будет проведен бал, на который мы с тобой, разумеется, явимся.

— Бал? — скривился я

— Не нравятся подобные мероприятия?

— Для начала, я не был ни на одном таком, но даже так полагаю, что на нем соберется весь свет Империи.

— Именно так. Включая всех твоих врагов.

— Просто кла-а-а-ас… Мне точно нужно туда идти?

— Ты теперь дворянин, и имеющий знакомство в высоких кругах. И если хочешь настоящего будущего в этой стране, советую подобные мероприятия не пропускать. Тебе нужны связи и влияние. Империя это не только Беспаловы, Мальцевы и Снигирёвы.

— Приму к сведению.

— К тому же, как я познакомлю тебя со своей матушкой?

— Стоп! Что?

— Я тебе не говорила?

— Когда?!

— Извини, — изобразила виноватую улыбку Хильда. — Моя мама приедет на этот бал, и я собираюсь представить ей своего жениха.

— Кхм…

— Неужели я тебя засмущала? Тебе так или иначе пришлось бы знакомиться с моими родными.

— Я понимаю, но не думал, что это случится так скоро.

— А ещё я не могу позволит тебе заявиться в высший свет в таком виде. Так что выкраивай время в своем графике, завтра мы с тобой идем выбирать тебе костюм.

— У меня есть костюм.

— Но уж нет, я видела весь твой гардероб, и ничего подходящего для выхода там нет. Так что не спорь, завтра мы идем за покупками.

— Да-а-а-а, м-а-а-ам. Ай!

— Больше так не делай, — нахмурилась Хильда, весьма болезненно ущипнув меня.

* * *

В целом, свидание прошло неплохо, хоть и принесло сразу несколько новых забот. Знакомство с родителями Хильды? И как мне с ними вести? Что делать на балу? А если мне придется танцевать? Но я очень быстро выкинул эти мысли из головы, потому что у меня хватало и других забот.

На выходе из парка рядом со мной возникла Рита, держась на три шага позади.

— Скучала? — поинтересовался я.

— Смотреть на парочки всегда скучно. А ещё целоваться на людях неприлично, но полагаю вы и так это знаете.

— Ещё ты меня поучи, — раздраженно буркнул я.

— Какие дальше планы?

— Планы… Для начала нужно сделать пару звонков.

Глава 7

— Так ты выяснила, что это за штуки? — поинтересовался я у Цукимару. Последние несколько дней она правела за изучением трофея с белого священника — той самой цепочки с сосудами, заполненными красной жидкостью.

— Да, на самом деле это было не так уж и сложно, но я должна была убедиться, — подтвердила она, выкладывая на стол трофей. — Это философский камень.

— Серьезно?

— Абсолютно. Материальная форма жизненной энергии, но довольно грубая и грязная, поэтому она в форме жидкости, а не камня. И есть основания полагать, что она создавался не из людей, а реликтов. Десятки, возможно даже сотни жизней были пущены на то, чтобы заполнить эти сосуды.

— Вот же твари… — поморщился я, смотря на трофей.

— Ещё какие, — согласилась лисица. — И то, что они вами заинтересовались, очень плохой знак.

— Согласен, — кивнул я. — А ещё мне очень не нравится, что они обладают силой убийц магии. Находясь рядом с ними, я могу использовать только чистую энергию гнева, а её сложно копить, и быстро расходую. Откуда они вообще берутся?

Раньше мне как-то было не до них. Я сталкивался со священниками в бою лишь один раз, когда освобождал мать из крепости Орлова, поэтому не забивал себе голову, но теперь всё иначе. Они пришли за мной один раз, значит придут и второй.

— Это очень хороший вопрос, достопочтенный муж, — Цукимару выскользнула из-за своего рабочего стола, покопалась в шкафу и принесла карту. — Отсюда.

— Земли изгнанников, — прочитал я надпись. Цуки указывала на огромный остров… Нет, скорее уж континент, находящийся на самом юге, гораздо южнее, чем Небесная империя, Тримурти или Рассветные острова. Последние граничат с Землей Изгнанников на самом юге. — Почему они так называются?

— Потому что с приходом Императоров такие как я оказались на грани уничтожения и бежали прочь. Многие ёкай бежали с Рассветных островов на те дикие земли, спасаясь от Бога-Дракона. А вслед за нами туда стали стекаться и беглецы из других краёв. Морская империя заработала целое состояние, помогая реликтам там обжиться.

— Судя по тому, что ты говоришь о Священниках, ничем хорошим это не закончилось.

— Мы не знаем деталей, — ответила Цуки. — Просто в какой-то момент вся торговля оборвалась. Морская империя прекратила любые контакты с Землями изгнанников, а Бог-Дракон давно запретил плавать в те края. Ни у одной другой страны не было достаточно хорошего флота в те времена, чтобы выяснить, что случилось. И где-то триста лет назад явились они, те, кого мы называем священниками. Вначале их приняли за реликтов, вели охоту, но очень скоро стало понятно, что они слишком сильны. Тогда был заключен Пакт столетней охоты, который в последствии несколько раз продлевался.

— Что это за пакт?

— Название говорит само за себя, — пожала Цуки плечами. — На сто лет им разрешается свободно бродить по землям Императоров и охотиться на реликтов, взамен они никак не вмешиваются во внутренние дела стран. Разве что…

— “Разве что” что?

— Доминион Ночи.

— Дети Лар-Нуны?

— Они единственные не приняли этот пакт, и у них в свое время были конфликты со Священниками, доходившие до полноценных столкновений. Я слышала как минимум о трех крупных битвах, закончившихся ничьей. Я знаю, что произошло между вами и темными эльфами, но может стоит попробовать с ними поговорить, если вас интересует вопрос священников? Скорее всего, они гораздо больше осведомлены о них.

— Тц… — вспоминая наши прошлые встречи, мне не хотелось с ними связываться. Но кое-что в словах Цукимару было верным — эльфы как и я сходились с ними в схватке, и возможно заполучили трупы. Мне в этом плане не так повезло. — Не хотелось бы, да и где их искать?

— А вот с этим нет никаких проблем. Я слышала, что та группа, что была на выставке, не покинула страну. Напротив, они открывают филиал своей торговой гильдии в Петрограде.

* * *

— Я с тобой!

— Я ещё ничего не решил, — бросил я косой взгляд на Таню.

— Ты меня обманываешь или себя? — с легкой ноткой сарказма ответила она.

Что-то в ней изменилось после обращения, она стала менее сдержанной, более колкой на язык. Порой жуть как напоминает более молодую версию Фломелии. И я пока никак не могу для себя решить, нравится мне такое сходство, или всё-таки прежняя Таня была лучше.

— Ладно, я действительно думал к ним наведаться.

— Тогда я иду с тобой, — повторила она.

— Ты ведь понимаешь, что я пойду туда ночью?

— Разумеется. И тем больше причин взять меня с собой.

— Ладно-ладно, — сдался я. Как в такой ситуации отказать?

Когда стемнело, я сменил наряд на более подходящий и выпрыгнул в окно, грациозно приземлившись на траву. Не успел я выпрямиться, как чуть левее рядом со мной возникла тень, очень быстро принявшая облик человека: Таня, облаченная в черный костюм, подчеркивающий стройную фигурку. Черные штаны, черная куртка, нижняя часть лица скрыта полумаской, а рыжие волосы собраны в хвост.

— Готова? — спросил я и, получив утвердительный ответ, призвал Летуна, попутно натягивая на лицо теневую маску. Больше я не Дмитрий Старцев, а Алексей Чернов, Инвестор, но что-то мне подсказывает, что долго я в этой личине не прохожу.

— И куда это вы собираетесь, господин Старцев?

Мы с Таней синхронно повернули голову, уставившись на Риту, которая сбросила невидимость. Я и не знал, что она так может… Крайне неприятное открытие.

— Вы всерьез думаете, что можете так легко сбежать от гвардейцев? И даже это фальшивое лицо вам не поможет.

— На мне что, магическая метка? — недовольно я дернул щекой. Если такая действительно имеется, то это вдвойне неприятно, ведь я её не почувствовал.

— На дверях и окне, — не стала скрывать девушка. — Так что, вы вернетесь в комнату, или мне следовать за вами?

Мне очень хотелось сказать “ну попробуй” и вместе с Таней умчаться в небеса на Летуне, но едва ли нам это что-то даст. Напротив, испортит отношение с гвардейцами, с которыми у меня сформировались обоюдовыгодные договоренности. Они присматривают за сестрой, присматривают за мной, и если Беспалов или Рубцов выкинут что-нибудь, об этом узнает и Император. И в то же время я не хотел, чтобы они лезли в мои не совсем законные делишки…

Дела…

Да и она увидела уже очень многое. И маску, и Летуна… Другое дело, что при этом девушка не выглядит удивленной.

— У меня сегодня есть дела, так что я вернуться не могу, — виновато развел я руками. — Я же могу рассчитывать, что всё увиденное сегодня останется между нами?

— Если это не будет иметь отношения к безопасности страны, то да. Моя задача — охрана императорского престола, всё остальное меня не касается.

— Рад слышать. Тогда вперед, — я приглашающим жестом указал на Летуна. Вряд ли мои дела относительно священников и эльфов хоть как-то касаются гвардейцев, так что буду считать, что Рита не станет об этом докладывать. Вернее, я уверен, что она доложит, но Хладнокровию, а тому вряд ли будет до этого дело.

Летун взмахнул крыльями и рванул в небеса, правда не с такой скоростью, как когда я летал на нем один. Всё-таки трое людей для него многовато.

— Что это за магия? Никогда такой не видела, — наконец выказала заинтересованность Рита.

— Тень, — не стал скрывать я. Думаю, Хладнокровие и так поймет, что это, по банальному описанию. Даже я прекрасно знаю про Тень.

— Впервые слышу.

— А вот она знает о вас почти всё, — добавив загадочности сообщила Таня. — Тень повсюду, она такая же древняя, как Боги Башни, но лишь избранные могут взаимодействовать с ней.

— Что-то мне в это не верится, — покачала Рита головой. — И что за Боги Башни?

— Не забивай голову. Мир больше, чем ты думаешь, Рита, — усмехнулся я. — Намно-о-о-ого больше. Тысячи миров, похожих и чуждых. Боги, демоны, иные сущности. Да одни лишь темные эльфы, к которым мы летим, чего стоят. Им не место в этом мире, он не рассчитан под них, и тем не менее они тут, а в местной таверне можно столкнуться с вампирской богиней.

Я не видел выражение её лица, но подозреваю, что оно не изменилось. Рита в отличие от двести третьего не была склонна проявлять эмоции, но и совсем безэмоциональной её назвать нельзя, просто нужно знать, на что обращать внимание. К примеру, когда та злилась, а эту эмоцию я легко читал, она едва заметно прищуривала глаза. И все в таком духе.

Ночной Петраград мне нравился. Множество огней, красивые постройки, жаль, что не погулять по нему. Каждый раз, когда я в нем оказываюсь, то исключительно по делу или проездом, как когда возвращался с Черноморска.

— Надо как-нибудь тебя на свидание вытащить, — сказал я Тане. — Прогулка по Петрограду, что скажешь?

— О-о-о-о! Хочу!

— Ох… — не сдержала своих эмоций Рита.

— Если не хочешь, можешь не ходить, — сообщил я ей. — Я Таню зову, а не тебя. Кстати, а почему чаще всего со мной именно ты?

— Потому что тебе проще сходиться с девушками, и ты мягче относишься к тому, что за тобой слежу именно я. Даже сегодня, будь на моем месте кто другой из отряда, ты бы менее охотно пошел на встречу и согласился на сопровождение.

— А они неплохо тебя знают, — рассмеялась Таня.

— В этом нет ничего смешного, — буркнул я. — И вообще, соберитесь, мы почти на месте.

Посольство эльфов, и по совместительству здание их торговой гильдии, было весьма крупным. Сверху я мог без труда разделить его на две части: склад и непосредственно рабочую зону. Если склады были просто здоровенными глухими ангарами с въездами для машин, то вот там, где принимали гостей, все было организованно по высшему разряду. Большое, роскошное здание с крупными окнами, сияющее множеством огней.

Летун приземлился прямо перед главным входом, и Рита словно только сейчас опомнилась и поинтересовалась.

— А нас тут вообще ждут?

— Сомнительно. Во время моей последней встречи с эльфами я чуть не прикончил одного из них. Думаю, ты читала рапорты.

— Читала… Надеюсь, ты пришел извиниться?

— Нет, получить кое-какую информацию. Так что не злись, если я нечаянно спровоцирую новый дипломатический инцидент.

— Дима! — укорила меня Таня, видя, что наша сопровождающая аж с шага сбилась. Вряд ли начальство её похвалит, узнав, что она меня не остановила.

А между тем на входе началась какая-то суета. На улицу выскочило несколько темных эльфов в форме охраны и с оружием в руках. Вид у них не очень дружелюбный. Ну и плевать.

— Господа, — я примирительно поднял руки и улыбнулся. — Я бы хотел встретиться с послом Сивилл Альва, если вас не затруднит.

Но те даже не шелохнулись, нацеливая на меня ружья, причем необычные. Энергетическое оружие, основанное на магии? Вспоминая броню того светлого эльфа, это уже не кажется таким невероятным.

— Нам тут не рады, Дима… — прошептала Таня.

Где-то позади вновь сокрушенно вздохнула Рита, после чего вышла вперед и достала из-за пояса жетон.

— Гвардия Его Величества. Пожалуйста, не могли бы вы связаться с послом Альва?

Глава 8

— Спасибо за помощь, — поблагодарила Риту Таня.

— Я просто предотвратила возможный дипломатический конфликт, — равнодушно отозвалась та. — Но если думаете, что и в ваших переговорах буду вам помогать, то глубоко заблуждаетесь.

Мы вот уже какое-то время сидели в зале для приема гостей, и как-то не было похоже, что нам тут рады. Эльфы нам даже напитков не предложили, просто провели в комнатку и закрыли двери. Не удивлюсь, если вообще на ключ, и поставили пару солдат снаружи.

— Успокойся, я не собираюсь тут устраивать кровопролитие. Откуда такие мысли? — развел я руками.

— Ну-ну.

Я вздохнул и запрокинул голову, откинувшись на удобном алом диване. Ну хоть мебель длинноухие подобрали очень комфортную. Только это скрашивало их весьма холодный прием.

Кажется, я даже немного задремал, но краем уха уловил, как Таня интересовалась у девушки возможностями стать гвардейцем.

— Я думал, ты хочешь стать моим адьютантом, — усмехнулся я, приоткрыв один глаз.

— Я рассматриваю все варианты, — отозвалась Таня. — Я не говорю, что больше не хочу, но всякое может случится. Ты можешь передумать или найти кандидата получше, так что лучше быть осведомленной о критериях отбора в Гвардию, чем…

Но она не успела закончить свою мысль, потому что дверь отворилась, и в комнату с небольшим сопровождением охраны вошел высокий скуластый темный эльф в дорогом наряде. Он окинул нас безразличным взглядом.

— Вы хотели видеть посла Альва?

— Всё верно, — подтвердил я, поднимаясь на ноги.

— Как вам будет угодно. Она готова вас принять, но в таком случае попрошу снять маску.

— Это правда так необходимо? — нахмурилась Таня, касаясь полумаски, что скрывала нижнюю часть лица, но не спеша её снимать. Девушка ждала моего дозволения, и я пока не знал, соглашаться ли.

— Может ты подождешь тут, пока я встречусь с ней сам? — решил я.

— Как вам будет угодно, — отозвался темный эльф. — Но ВАМ всё ещё придется снять маску.

— Мне? Маску?

— Вы можете обмануть людей, но не нас. Ваше лицо окутано теневой эссенцией, что само по себе необычно, ведь влияние Тени в этом мире сильно ограничено, но даже так мы не можем это проигнорировать. Сам факт того, что вы скрываете лица, мы считаем оскорбительным, если вы не знали. Лица могут скрывать лишь низшие ранги, слуги, простые солдаты, но никак не гости, желающие аудиенции. Даже генералы надевают шлемы лишь для боя.

— Что-ж… Я этого не знал.

Загвоздка. Продемонстрировать им, кто я такой на самом деле? Если бы это случилось до нападения на меня в гостинице, то я бы ушел и действовал иначе, но теперь… Может и впрямь пора закончить с этим маскарадом?

— Хорошо, — в конечном итоге согласился я, коснулся маски, и та перетекла на запястье, превратившись в татуировку. — Теперь вы довольны?

Таня тоже больше не видела причин для скрытности и избавилась от своей. Рита стянула с головы балаклаву.

— Замечательно, — улыбнулся краешками губ эльф. — Следуйте за мной, госпожа Альва вас ожидает.

Развернувшись, эльф направился на выход, даже не удостоверившись, что мы следуем за ним. Весьма странное, я бы даже сказал хамское обращение. Но учитывая, что мы были незваными гостями, чудо что нас вообще до неё допустили. Могли оставить в комнате ожидания и “мариновать” до момента, когда нам надоест, ссылаясь на то, что у посла сейчас дела. Просидели бы до утра, ожидая аудиенции, а она тем временем улетела бы куда-нибудь.

Но странности начались почти сразу. Ожидал, что нас проведут в какой-нибудь кабинет, но вместо этого мы покинули здание через черный ход и направились к складским помещениям.

— Эй, а мы точно туда идем? — как-то мне это не нравилось.

— Не стоит волноваться. Госпожи Альвы нет на месте, но мы очень быстро вас туда доставим.

— Погодите, — опомнилась Таня, — Мы что, полетим на одной из тех странных штук?

Но эльф и не думал отвечать девушке, продолжая вести нас куда-то. И очень скоро надежды Тани не оправдались, ведь вместо посадочной зоны для летающих кораблей нас привели в небольшой ангар, в центре которого стояла сложная установка, выглядящая как круглая арка, от которой в стороны расходятся треугольные опоры из темного металла.

Сама арка состояла из двух частей: внешней, неподвижной, и внутренней, которая по взмаху руки нашего провожатого пришла в движение. Вначале медленно, но затем все быстрее. Таня смотрела на это завороженно, да и Рита кажется находилась под легким впечатлением, а затем вспышка, и по ту сторону круга возникло совершенно другое место.

— Идемте, — сказал нам темный эльф, имени которого я так и не узнал, и жестом пригласил нас пройти на ту сторону.

Первым пошел я, девушки, раздумывая, точно ли им это надо, чуть задержались, но в конце концов тоже перешли на другую сторону.

Что сразу бросилось в глаза, так это то, что тут было раннее утро. Солнце только-только поднималось на горизонте, пробиваясь через высокие окна без стекол. Архитектура этого места разительно отличалась от того, что я привык видеть в Империи: высокие сводчатые потолки с металлическим орнаментом, шестигранные помещения, больше напоминавшие огромные соты, отсутствие стекол на окнах, что казалось мне немного странным.

По ту сторону врат нас уже ждало несколько эльфов-охранников.

— Где мы? — тихо пробормотала Таня.

Рита не ответила, бросая недовольные взгляды по сторонам.

— Вы в Доминионе ночи, — просветил нас темный. — Так что старайтесь вести себя, как полагается гостям.

— Мы что… Прошли через портал?.. — растерялась Таня. — Это вообще нормально, что у посольства есть портал в Доминион ночи?

— У них есть разрешение, — наконец ответила Рита. — Но я никак не думала, что нам предстоит им воспользоваться…

— Сюда.

Эльф подошел к крупной металлической двери, которая сама собой раскрылась при его приближении, и очень скоро мы оказались на крупной открытой площадке, с которой открывался отличный вид на бескрайний тропический лес, тянущийся до самого горизонта. Судя по всему, место, в которое нас привел портал, находится где-то на горе или очень высоком холме.

Но вид — последнее, что меня сейчас волновало, потому как большую часть внимания забирала посол. Неподалеку от самого края стояла большая металлическая ванна, в которой купалась уже знакомая мне темная эльфийка в окружении слуг.

При нашем появлении она слегка повернула голову, улыбнулась и стала выбираться из воды. И разумеется, на ней ничего не было, впрочем саму женщину похоже не слишком волновало, как мы на это отреагируем.

— Добро пожаловать в Доминион ночи, господин Старцев, — поприветствовала она нас, пока слуги вытирали её тело. Затем её облачили в легкое, почти невесомое платье. — Кто ваши спутники?

— Это моя подруга… — начал я представлять Таню.

Я помедлил, давая ей возможность придумать другое имя.

— Демидова Татьяна, — но она сказала настоящее. Что-ж, её выбор.

— А это…

— Гвардия Его Величества, номер девяносто три.

— Гвардия самого Императора? Весьма неожиданно. Мне не доводилось близко знакомиться с его цепными псами.

При этих словах Рита едва заметно дернула щекой. Видимо, подобное сравнение ей не понравилось, но она ничего в ответ не сказала.

— Так зачем же вы пришли? Если обсудить продажу своего блюда, то можно было сделать это посреди дня и не используя маскировку. И тем более удивляет сообщение о Тени и присутствие гвардейца. Значит, вы здесь по другой причине.

— Всё верно. Я тут по другому делу, — подтвердил я и, сделав несколько шагов вперед, вытащил из кармана емкости с жидким философским камнем. — Вы знаете, что это такое?

— Ох, как интересно и… неожиданно, — эльфийка провела кончиком языка по своим пухлым губам и подошла поближе. — Откуда это у вас?

— Боевой трофей. Я столкнулся с парочкой Священников.

— Парочкой? Даже не одним? И вы при этом целы и здоровы? Как любопытно. Вы очень интересный человек, господин Старцев. Можно мне?..

Я нехотя разжал пальцы. Темная эльфийка взяла емкости и отступила, подошла к самому краю и подняла над головой, словно пытаясь рассмотреть жидкость на солнце.

— Философский камень. Обращенная в материю жизненная энергия, универсальная и крайне мощная. Позволяет вылечить любые раны, даже смертельные, или творить самые мощные заклинания… И в то же время не совершенная, но лучше, чем те образцы, что мы получали раньше.Значит, вы сражались со Священниками и смогли не только выжить, но ещё и получить этот трофей. Мне жутко хочется узнать о том, как вам это удалось. И разумеется, я готова купить этот философский камень у вас. Предлагаю, десять… нет, пятнадцать миллионов ваших рублей. Будь он процентов на десять более густым, я бы отдала и все тридцать.

— Кха… СКОЛЬКО?! — кажется, тут даже Таню пробрало, да и я был шокирован озвученной суммой. Другой вопрос, надо ли мне действительно отдавать эту вещь темным эльфам? Как она правильно сказала, эта вещь может творить чудеса.

— И я готова заплатить хорошие деньги, если вы расскажете во всех подробностях, как смогли его заполучить. Философский камень носят при себе лишь Белые, а они самые опасные. Они превосходят Красных как в физических возможностях, так и в умственных. Хитрые и очень могущественные твари.

— Пока что я не говорил, что продам вам его, — сказал я. — Но я действительно могу это сделать, если вы поделитесь со мной кое-какой информацией.

— Всё зависит от того, что за информацию вы ищите, господин Старцев. Некоторые сведения могут стоить очень и очень дорого.

— Я хочу знать всё о Священниках. Кто они такие, откуда они взялись и… как их убить. Я имею в виду легко и быстро.

Эльфийка пару мгновений с интересом разглядывала меня, а затем просто рассмеялась. И я бы не сказал, что это был издевательский смех, скорее что-то на грани с безумием. Странная женщина… Впрочем, таких вокруг меня навалом.

— Значит вас интересуют Священники… Что-ж, господин Старцев, вы пришли по адресу. Возможно, Доминион ночи единственный в этом мире по-настоящему занимался их исследованием, и нам действительно есть что рассказать.

— И какова будет цена?

— Это мы обсудим позже, — немного хищно улыбнулась эльфийка, прищурив алые глаза. — Обсуждать подобное надо не здесь. Следуйте за мной, мне есть, что вам показать.

Глава 9

Эльфийка повела нас прочь, попутно распорядившись, чтобы охранники остались. Вот уж не знаю, доверяет ли она нам или не доверяет им, но в любом случае с этого момента нас больше никто не сопровождал.

Сивилл провела нас к немного футуристичному подъемнику с отсутствующими стенами, так что, если не считать обычных ограждений, нас совершенно ничего не удерживало. Это была просто огражденная платформа, которая неторопливо опускалась вниз.

— Мы что, летим? — изумилась Таня. — Тут нет ни одного троса. Как он держится в воздухе? Это магия?

— Технология. На самом деле в этом мире не так уж много магии, и большую её часть заграбастали себе Императоры, так что мы не можем расходовать оставшиеся крохи на такие мелочи. Нет, всё это наука, а если быть точным, магнитные поля. Далеко внизу находится магнит, и наверху похожий. Они и образуют поле, которое удерживает подъемник. Верхний магнит понемногу снижает свою силу, и поэтому нижнему проще нас притянуть.

— Впечатляет, — одобрила Таня.

— Выпендрежничество, — не согласился я. — Это сложнее, чем простой лифт, и менее стабильно. Если верхний магнит вдруг отключится, все, кто спускались, разобьются.

Вот теперь Таня перестала улыбаться и восхищаться, а Рита сдержано кивнула, полностью соглашаясь с моими словами.

— Справедливо, — кивнула эльфийка. — На это могу лишь ответить, что мы не за тем развивали свою науку в течении нескольких тысячелетий, чтобы просто спускаться на веревках.

— Я и говорю — выпендрежничество.

Сивилл лишь сдержано улыбнулась, не став продолжать этот глупый спор. Зато виды с этой площадки открывались и впрямь выдающиеся.Солнце окончательно встало, давая нам насладиться видом бескрайнего тропического леса.

— А много городов у Доминиона ночи? — спросил я, чтобы немного скоротать время. Спуск был не таким быстрым, как ожидал.

— Пять и пара небольших аванпостов.

— Пять? И сколько же всего темных эльфов проживает в вашей стране?

— Дай подумать… Примерно двести пятьдесят тысяч.

— Так мало?! — опешила Таня. — Я думала, вас миллионы.

— Увы и ах. У нас имеются некоторые проблемы с популяцией, но я не буду об этом разговаривать с чужаками. Уж извините, это внутренние дела, и они вас не касаются.

— Видимо Лар-Нуна вами очень недовольна, — не смог я сдержать усмешки и тут же почувствовал волну клокочущей ярости. Дружелюбие Сивилл буквально стерлось, казалось, что она прямо сейчас вытолкнет меня с платформы. Охренеть! Я сказал это скорее в качестве шутки, но уж никак не думал, что попаду в точку, да ещё настолько, что эльфийка буквально взбесится. — Спокойно-спокойно… Это была шутка. Неудачная, признаю.

Я решил немного успокоить темную.

Она ещё какое-то время сердито сверлила меня взглядом, но затем сделала глубокий вдох и ответила почти нормально.

— То, что вам известно о нашей богине, господин Старцев, ещё ни о чем не говорит. Вы ничего не знаете о наших порядках и вере, поэтому впредь воздержитесь от подобных высказываний.

— Хорошо, хорошо… — вновь пошел я на примирение. Обычно мне нравится злить людей, но от этой темной эльфийки мне нужны сведения, и портить отношения глупой шуткой я не хотел.

Тем временем платформа опустилась на землю и скользнула в открывшийся под нами тоннель. На миг мы погрузились во тьму, но почти сразу рядом с платформой стали загораться огни, освящая нам спуск.

Во время спуска нам попадались проходы, но платформа у них не останавливалась, опускалась всё глубже и глубже в недра горы. Будет забавно, если нас конвоируют в темницу, из которой мы просто не сможем сбежать. Без помощи Сивилл подъемник мы не активируем, а как забираться наверх по тоннелю — большой вопрос.

Наконец мы достигли цели, и платформа остановилась возле одной из двухстворчатых раздвижных дверей. Стоило женщине сделать шаг к ней, как та распахнулась, и Сивилл жестом позвала нас следовать за ней.

— Почему она так разозлилась? — тихо шепнула Таня.

— Видимо больная тема, — пожал я плечами. — Лар-Нуна — это богиня темных эльфов, а у них со своим божеством крайне любопытные отношения, как впрочем и у “светлых”.

— Не очень понимаю.

— Короче, на брак их должна благословить богиня. И для них это весьма щекотливая и больная тема. Понятия не имею, зачем сестрички-богини так задергали своих детишек, но если коротко, то если в первую брачную ночь они не заделали ребенка, то брак считается несостоявшимся, потому что богиня не дала добро.

— Э?!

— Серьезно? — даже Рита вмешалась.

— Тс-с-с! — шикнул я на них. Ещё не хватало, чтобы Сивилл нас услышала. — А вне брака дети рождаются довольно редко. Вот это и порождает некоторые проблемы. Два любящих сердца пытаются построить союз, а богиня говорит нет. В итоге детей завести сложно, со стороны жрецов сплошные осуждения и прочие прелести эльфийской веры. Так что может поэтому она и злится, сама столкнулась с такой несправедливостью.

Внезапно Сивилл остановилась и развернулась к нам, и этот разворот не сулил ничего хорошего.

— Откуда вам это известно, господин Старцев? — спросила она, нехорошо сверкнув глазам. — Ни один темный эльф, живущий в Доминионе ночи, не станет рассказывать об этом чужаку. Даже имя богини запрещается поминать в присутствии таких, как вы. Так откуда?

Эх… Всё-таки расслышала. Мы правда так громко шептались?

— Я знаю много того, что знать не должен, — пожал я плечами. — Включая то, что дети Лар-Солас и Лар-Нуны не ладят, и я был очень удивлен, когда в мой ресторан пришли представители обеих рас. Вы должны убивать друг друга, разве не этого желают ваши боги?

Эльфийка ещё пару мгновений сверлила меня взглядом, а затем устало вздохнула.

— Они еретики, пришедшие из места, называемое Юндором. И они отринули свою богиню много столетий назад.

— И судя по тому, что он говорил, это такое себе место. Похоже, людей там считают хуже скота.

— Ах да, вы же знаете наш язык, — вспомнила Сивилл и перешла на эльфийский.

— Немного. Учил, когда был моложе.

— Ваш акцент весьма… грубый, но думаю, чуть больше практики, и это можно исправить.

На это я лишь пожал плечами. Немного практики и всё придет, и если я смогу нормально выстроить отношения с темными эльфами, язык вполне вероятно мне ещё пригодится.

— В любом случае, они наш ключ к демографической проблеме. Эти еретики тоже отринули своего бога, но нашли выход. Возможно и мы сможем у них чему-то научиться, но, как я уже сказала, это внутреннее дело Доминиона Ночи, и я проясняю это лишь потому, что вам и так известно слишком многое. Чтобы не было… недопонимания.

— Как вам будет угодно, — я не стал настаивать.

На этом обсуждение демографии темных эльфов завершилось, а ещё через минуту женщина привела нас в какую-то научную лабораторию, в которой в данный момент никого не было. Зато я без труда опознал в массивных стеклянных капсулах своих мертвых врагов.

Священники без своих балахонов и масок казались чем-то инородным, даже близко не похожим на человека. Уродливые, искореженные создания из темной плоти. И тут таких были десятки, и некоторые не вполне целы.

— Вижу вы… весьма преуспели в их изучении, — с легкой ноткой уважения отметил я.

— Разумеется, — улыбнулась темная эльфийка. — У нас был не один век, чтобы их изучить, и все же нам ещё предстоит много узнать. И я поделюсь этим с вами, но вначале… Вы точно хотите это услышать?

— С чего такой вопрос?

— С вами гвардеец Императора, да будет править он вечно, — последнюю фразу эльфийка произнесла с легким пренебрежением и скорее для вежливости к гостям. Ну да, она не подданная, и ей не обязательно такое говорить.

— Хотите сказать, они творение Его Величества?

— Нет. Это не так, но то, что я скажу, вы можете счесть… “еретическим”, так как это подрывает фундаментальное понимание о мире.

— Я готов услышать и вряд ли буду кричать, что такого не может быть.

— Я тоже, — ккивнула Таня.

Оставалась Рита.

— Мне всё равно, что вы скажете. Это лишь слова, и они не пошатнут мою преданность.

— Как угодно, — кивнула Сивилл и жестом активировала голографическую панель неподалеку от себя, отчего позади тут же возникли изображения с какими-то данными и графиками. Но вместо них быстро появился очень старый рисунок, изображавший небо и падающий астероид. — Примерно тысячу лет назад, точная дата нам неизвестна, в этот мир пришло первое Стремление. Это пришествие часто изображают в такой манере, но я сильно в этом сомневаюсь. Метеорит, рассекающий небо… Нет. Эти существа не имеют плоти и не могли прийти в этот мир таким образом, но люди того времени раз за разом изображали его таким образом. Так появился он — первое Стремление, ставшее человеком.

От этих слов у мен по спине побежали мурашки.

— Познание.

И за её спиной появился другой древний рисунок, изображавший человека с тремя глазами.

— Он стал первым Священником? — спросила Таня, которая видимо ещё не связала слова эльфийки с моей сутью.

— Что? О нет. Он стал прообразом Императоров. Сведения о том времени отрывисты, сохранилось не так уж и много, но Познание оказалось слишком важной фигурой, чтобы просто вычеркнуть его из истории, но видят Боги Башни, они пытались.

— Они? — тут даже Рита спросила.

— Императоры, и твой в том числе.

— Бред.

— Я же говорила, что тебе будет сложно это принять, — эльфийка улыбалась краешками губ, словно получая удовольствие от разрушения облика правителя, хотя как по мне, в этом не было ничего такого. Хладнокровие заботился о своей стране, и видимо заботился куда лучше, чем я. — Познание воплощало собой…. Познание. Видимо этому Стремлению было интересно, какоо быть человеком, и оно им стало. Контракт был заключен, а аватар рожден. И он познавал жизнь смертного. Изучал культуры, странствовал по миру. И особенно его интриговали те, кого мы сейчас называем реликтами. Материальные воплощения человеческой культуры. Горгоны, ёкаи, джины, лешие и прочие существа, которые можно считать воплощенными. Воплощенные это…

— Это когда вера человека превращается во что-то материальное. Но обычно это работает с богами.

— Верно, господин Старцев. Так оно и есть. Воплощенные боги — это обыденность во вселенной, а вот с реликтами всё сложнее. Видимо, в этом мир Боги Башни допустили какой-то дефект, позволивший им появляться, либо так и задумали. В любом случае, кто мы такие, чтобы об этом размышлять? Это факт. Познание изучал реликтов, и вместе с ними задумывался о своей природе. И ему стало… любопытно, а какими будут аватары других Стремлений? Так в этот мир пришли те, кого вы называете Императорами.

Глава 10

Темная эльфийка театрально развела руками, и позади её появились изображения девяти людей.

— Хладнокровие, Гнев, Алчность, Развитие, Раздор, Открытость, Беззлобность, Страх и Гармония. Совершенно разные Стремления, разной направленности, они пришли в этот мир следом за Познанием. В конечном итоге они поделили мир между собой.

За её спиной возникла мировая карта, причем динамическая, показывающая момент с зарождения Империй до их нынешних границ. Таня при виде этого даже охнула, крайне впечатленная таким шоу. Рита хмурилась, ей не нравилась данная история, а мне пока что было всё равно. Я примерно и так это знал, без деталей конечно, но встреча с Хладнокровием многое прояснила мне в мироустройстве. Непонятно было только одно: как все это связано со Священниками.

— Вскоре после того, как границы были более-менее определены, Императоры начали устраивать гонения на реликтов. Причины этого полностью не ясны, но мы считаем, что Стремления просто убирали конкурентов, делая себя религиозным воплощением. Где-то это делалось грубо и прямолинейно, как например на Рассветных островах, где Император просто вычистил свои земли от реликтов.

— Не всех, — не согласился я. — Ему всё ещё служат тэнгу и кицунэ.

— Так и есть, — подтвердила Сивилл. — Но они воспринимаются как его слуги, не занимая его роль и практически не афишируя своего существования. Они его орудия, им не строят храмы и не поклоняются. Другие Императоры были менее хладнокровны. Любопытно, что Гнев, который воцарился в Тысяче фьордов, не пошел по этому пути, он занял место их божества, Одина, и выстроил дальнейшую свою власть в согласии с их верованиями. Удивительная гибкость, и даже охота на реликтов в тех землях была самой минимальной. Истреблялись лишь самые проблемные, кто не хотел принимать новые порядки. Но было бы ошибкой считать, что там появилось убежище для остальных. Нет, чужакам там были не рады, и реликтов, посчитавших, что могут найти убежище там, ждал неприятный сюрприз.

На голограмме появились новые рисунки, но уже другого стиля. Что-то подобное я видел в книгах, которые мне показывала Хильда. Рисунки, характерные для Тысячи фьордов. И они изображали резню, причем большую…

— Это всё конечно замечательно, — прервал я рассказ. — Но я так и не понимаю, причем тут Священники.

— Я почти до этого дошла. Просто я примерно знаю, что преподают вам по истории, и этого нет в ваших учебниках. Неприятная правда, которую принято замалчивать. Познание не осталось в стороне и вмешалось, но начинать открытую войну не стало. Ему были отведены собственные земли, которые он практически не использовал. Целый континент, который в дальнейшем получит название Земли изгнанников.

Всё, как и говорила Цукимару. Земли Изгнанников стали приютом для реликтов, но при этом она ни слова не говорила о том, что в этом замешано Познание. Скорее всего, она просто этого не знает. Ох, вот кого надо было сюда приводить, так это мою хвостатую супругу. Она бы нашла общий язык с этой длинноухой.

— Он переправлял реликтов в те земли, где помогал им построить собственное общество. Разумеется, бывали конфликты, и не все слуги Императоры разрешали вывести со своих земель реликтов. Часто Познанию приходилось сражаться ради них. И так длилось несколько столетий, пока реликтов в мире почти не осталось. Конечно существовали и скрытые анклавы, не пожелавшие покинуть свои земли, но их было не так уж и много. Следом пришли ещё два столетия затишья. Познание больше не появлялся на землях Императоров, да и они частенько были заняты междоусобными войнами. Помимо этого появились и свободные земли вроде Морской империи, а позднее и Доминион ночи. Но три сотни лет назад что-то случилось в Землях изгнанников.

Карта вновь сменилась, и теперь крупным планом показывалась южная часть мира.

— Точных данных нет, все записи были уничтожены, но по обрывкам легенд мы предполагаем, что небольшой флот Рассветных островов высадился на Землях, и солдаты вырезали небольшое поселение реликтов. В ответ Познание уничтожило тот флот, а это в свою очередь было объявлением войны.

И вновь карта изменилась, но теперь добрая половина Рассветных островов была закрашена алым.

— Началась полноценная война, которую реликты, некоторые из которых жили сотни лет и лично пережили гонения, так желали. Ими вела месть. И Познание стало во главе, но… что-то с ним произошло. Об этом говорят почти все наши источники.

Вместо карты перед нами возникло изображение человека в маске с тремя глазами, который очень быстро стал напоминать демона.

— Он словно стал одним из них, реликтом, но вместе с этим потерял важную часть себя. Была долгая и кровопролитная война, в которую вмешались и другие Императоры. Впервые в истории большая часть Императоров отринула распри и объединилась перед кем-то. Они боялись Познания, уж слишком он от них отличался. Война закончилась проигрышем и заключением мирного договора с Землям изгнанников. Познание, или как его ещё часто именуют на Рассветных островах, Всезнающий, проиграл. Пал в битве. Про это на тех же Островах написано много легенд, но наши историки приходят к выводу, что всё это полный бред хотя бы потому, что не рассказывают о участии других Императоров, а Познание называют просто очень сильным злым духом.

Сивилл сделала небольшую паузу, крайне театральную, надо сказать.

— И вот мы переходим непосредственно к сути. Кем же по сути являются Священники?

— Они реликты, — это было почти очевидно, учитывая, где их земли.

— Именно, — кивнула эльфийка. — И вместе с этим они не появились естественным путем.

— В смысле?

— Они искусственно созданные существа, в этом у нас нет никаких сомнений. Более того, они не какой-то гибрид, которого взращивали, нет. Это… — эльфийка задумалась. — На ум приходит только одно слово — монстры. А если уж быть ещё точнее, они големы из плоти, но в отличие от некротических существ вполне живые и разумные. Это больше похоже на то, словно какой-то реликт в один момент решил, что было бы неплохо заменить свою хилую руку на руку соседа, который гораздо больше и сильнее, а затем повторял это снова и снова. Они меняли себя по фрагментам, кусочек за кусочком.

— Охренеть…

Дальше изображение стало показывать уже не древние рисунки, а вполне современные записи: архивы вскрытия, изучение анатомии. Все это демонстрировалось мимоходом, не давая нам возможности детально изучить, но если вправду таким заниматься, на это уйдет очень много времени. Сивилл лишь показывала, насколько основательно они подошли к данным исследованиям.

— Да, мы тоже были впечатлены. И теперь становится понятна их одержимость реликтами — они их запасные части. Поглощая их, они становятся сильнее и обретают новые силы. А из остатков создают философские камни. Но их аппетиты уже давно вышли за пределы реликтов. Хватает случаев, когда они нападали и на адептов Императоров.

— А под адептами вы понимаете… — поспешила уточнить Рита.

— Таких как ты, дорогуша. Гвардейцев, Детей Хлада и остальных, тех, в ком течет кровь потомков Императоров. И разумеется убийц магии, их они любят особенно, потому что благодаря этой силе могут лишать сил свою добычу.

— Это многое объясняет, — кивнул я, обдумывая услышанное. У меня были схожие догадки, и вот они подтвердились. — А есть способы этому противодействовать?

— Антимагическому полю? Нет. Мы научились экранировать работу некоторых несложных артефактов от него, делая схемы невосприимчивыми к внешнему воздействию, но не более. Если ищите подходящее оружие против них, советую что-то очень мощное и бронебойное. Простым оружием их не взять. Мечи и прочее холодное оружие можно выкинуть сразу. Нужна невероятна физическая сила, чтобы пробить их броню, таким образом огнестрел лучше, но нужен очень крупный калибр.Энергетическое оружие гораздо более оптимально, но с ним свои сложности.

— А оно, значит, эффективно.

— Против красных — безусловно. Прожигает их тушки без проблем. С белыми сложнее, они могут использовать магическую защиту или даже подпитываться от подобного оружия. Нужно менять тип огня. К примеру, с электрического на лазерный или плазменный и наоборот. Они чаще всего могут отразить только один тип атаки. Но вот против ерных эффективность околонулевая.

— Черные?

— Вы не слышали о них?

— Нет. Значит, есть три типа Священников?

— Насколько нам известно. Впрочем, в том, что вам о них неизвестно, нет ничего удивительного, даже мы с третьим типом не сталкивались очень давно. По меньшей мере несколько десятилетий точно. И не исключено, что есть и другие разновидности, о которых мы не знаем.

— Кстати, — вмешалась Таня. — а почему Священники? Разве они служат какому-то богу?

— А, это легко. В прошлые времена их принимали за странствующих монахов-проповедников, а их невнятное бормотание себе под нос — за молитву. Вот и повелось. Им пытались давать другие названия, но по какой-то причине те не прижились. Должна признаться, даже у нас иные термины для их не прижились, хоть в официальных документах они и фигурируют как неореликты.

— А их общество? Что из себя сейчас представляет Земля изгнанников?

— Это очень хороший вопрос, на который мы и сами были бы рады узнать ответ, — Сивилл жестом заставила смениться изображения, показав нам снимки, как я предполагаю, той самой Земли изгнанников. Пустынные скалистые пейзажи, посреди которых можно наткнуться на массивные постройки из темного камня.

— Они… строят пирамиды?

— Они уже были построены до того, как мы начали наблюдения, и за все это время не было возведено ни одной новой постройки. Разумеется, речь только об окраинах, вглубь материка нашим разведчикам попасть не удалось. Последний пытавшийся туда добраться был сбит мощной магической атакой, которую не выдержали даже щиты. Но даже так это крайне показательно, потому что никакой активности на поверхности мы не замечаем. Возможно, она имеется в редких лесных зонах, но… Скорее всего, все коммуникации между постройками, как и возможно сами постройки, на самом деле находятся глубоко под землей. Нам неизвестно ни что там происходит, ни какова истинная численность Священников.

— То есть получается, кроме физиологии вы мало что о них знаете? — я был немного разочарован.

— К сожалению, мы пока не в том состоянии, чтобы начинать полноценную войну с теми тварями только ради того, чтобы посмотреть, как они живут. Благодаря пакту между Императорами и Священниками поддерживается определенное равновесие. Они не трогают адептов Императоров на их территории, в свою очередь получая возможность охотится на реликтов.

— А вы в него включены?

— Нет, — улыбнулась Сивилл. — Никаких пактов, никаких сделок. Мы достаточно сильны, чтобы дать отпор, но не более. Думаю, когда мы решим нашу демографическую проблему, мы займемся этими существами, а пока пусть живут и готовятся к тому моменту, когда мы придем.

Глава 11

Кто-то нежно провел рукой мне по груди, отчего я проснулся. Поерзав, нехотя разлепил глаза и увидел нависающую надо мной Сивилл. Её левая грудь упиралась мне в плечо, а правая просто лежала, давая во всех подробностях рассмотреть её крупный темный сосок.

— Хорошо спал? — улыбаясь краешками губ, поинтересовалась она.

— Как будто ты мне дала… — пробормотал я, окидывая взглядом пустую спальню и обнаженную эльфийку, лежащую рядом. Её улыбка тем временем стала практически хищной, а рука с груди скользнула ниже…

Ох, проклятье… Я определенно этого не планировал…

Пришлось её остановить, а то из этой постели я выберусь ещё не скоро.

Сразу после небольшого экскурса по лаборатории, посвященной изучению Священников, Сивилл предложила нам немного задержаться и воспользоваться гостеприимством Доминиона ночи, и заодно мы могли бы обсудить кое-какие дела. Было у эльфийки какое-то деловое предложение. Вначале мы отказывались, но она предложила заплатить, а учитывая, что финансы были мне нужны… я решил рискнуть и наладить отношения с эльфами.

Затем Сивилл крайне мастерски спровадила девушек на спа-процедуры, обещая, что их кожа станет как у младенца, а меня пригласила на “деловые переговоры”. И какое-то время мы действительно говорили о делах, моих бургерах и некоторых других потенциальных проектах. В частности я смог договориться о получении пары весьма высокотехнологичных аппаратов, что позволят в промышленных масштабах создавать газировку.

А затем Сивилл подсела мне на колени и прошептала: “Я очень возбудилась от того, как ты избил хаттона Эматия”.

И очень быстро дела улетели куда-то на второй план…

А теперь просыпаюсь у неё в постели. Блин… Я определенно не планировал, что день закончится так…

Эльфийка наклонилась и поцеловала меня, и я не видел причин не ответить. Не после этой ночи.

— И почему у меня ощущение, что мной попользовались?..

— Мы все используем друг друга для собственной выгоды. Делаем ставки в надежде, что одна из них выстрелит, — рассмеялась Сивилл, выскользнула из постели и потянулась, подставляя тело лучам солнца, что лились через огромные окна её спальни. Она прошлась по комнате, набросила наверх полупрозрачный халатик и налила себе что-то в бокал. Запах был странным, слишком резким для выпивки, больше похоже на какой-то пахучий травяной чай. — И моя выстрелила.

Последней её фразы я не понял, но и уточнять, что же она имела в виду, желания не возникло. Все, что я хотел в этот конкретный момент — принять душ, переодеться и покинуть эти дальние земли.

— Если хочешь, можешь задержаться на несколько дней. Уверена, мы найдем чем заняться.

— Нисколько не сомневаюсь, — ответил я вежливой улыбкой. — Но мне пора. Надеюсь, все вчерашние договоренности в силе?

— Разумеется. Более того, я докину кое-что бонусом, — эльфийка игриво подмигнула.

Бонусы — это хорошо… Правда факт, что за них меня в буквальном смысле поимели, вызывал определенный внутренний дискомфорт. Нет, ночь с ней мне понравилась. Она была такой же экзотичной и горячей, как Эола, но при этом опытной, как Фломелия. Ядреное сочетание.

Сивилл указала мне на душ в своих апартаментах, и я быстренько ополоснулся. Когда вернулся в основные комнаты, посол темных эльфов уже практически привела себя в более деловой вид. Расчесалась, облачилась в платье, нанесла немного косметики на лицо.

Когда я вернулся, в руках у неё был какой-то маленький странный артефакт, выдающий разноцветные огоньки. Вот уж не знаю, что она в нем увидела, но выглядела темная гораздо довольнее, чем когда я уходил.

— Увидела что-то хорошее?

— Вроде того, — подтвердила она и отложила вещицу в сторону. — Распоряжусь, чтобы тебе сделали специальный пропуск для посольства.

— С чего вдруг такая честь? — удивился я.

— С того, что я не намерена обрывать контакты. У нас с тобой ещё может быть очень много деловых проектов.

— Звучит… жутковато.

— Да брось. Я уже говорила, что Доминион собирается усилить свое присутствие в твоей стране, и раз уж ты теперь граф, то вполне способен стать торговым представителем моей страны. Вообрази, что именно твой род и твои люди отвечают за весь товар, что будет проходить через границу двух стран. Ты будешь решать, кому продавать и с какой наценкой. Вот так по щелчку, — и она действительно щелкнула пальцами, — ты можешь за пару десятилетий стать таким же богатым, как Беспаловы, Снигирёвы или Мальцевы.

Я замер, недоверчиво поглядывая на эльфийку.

— С чего вдруг такая… щедрость? Хотя нет, “щедрость” — это немного не то слово. Я никто, и к чему такой как вы, посол Альва, вручать в мои руки подобный денежный поток? Это абсурд.

— Вы видимо плохо изучали законы вышей страны, господин Старцев. Мы не можем продавать или покупать товары напрямую, лишь через доверенного посредника. Нужно одобренное Императорской канцелярией предприятие, которое и будет выступать посредником.

— Всё ещё не понимаю, почему я. Думаю, в Империи найдутся сотни графов, герцогов и князей, которые душу будут готовы продать, чтобы стать вашим торговым предстателем. Вряд ли из-за одной ночи.

— Скажем так… У меня есть особое чутье. Разумеется, логика говорит, что лучше всего заключить договор с одним из великих родов. Любой из великой тройки с радостью возьмет на себя обязанности торгового представителя, и вместе с этим попытка выбрать в качестве такого человека независимую силу закончится печально. Их просто раздавят те же великие рода. Понимаете, к чему я веду?

— Намекаешь, что меня раздавить пока не получается?

— В точку, — её улыбка стала хищной. — Я навела о тебе много справок, Дмитрий. И ты кра-а-а-айне занимательная персона. Юноша, родившийся с расстройством разума, ведущий затворнический образ жизни. Сын охранителя, что предал Императора.

— Мой отец невиновен.

— Может и так, но приговор был ясен. Тебя и твою сестру фактически тоже приговорили красным билетом, но вместо того, чтобы умереть, ты… переродился? Едва ли человек передо мной тот же Дмитрий Старцев, информацию о котором мы собирали. И дальше о тебе удавалось собрать всё более и более невероятные вещи. Ты разрушил одну из ледяных колонн в императорском лицее, устроил сражение с несколькими Священникам почти неделю назад, а уж то, что ты продемонстрировал во время Научной выставки… Я была там, я видела. Я не знаю, кто или что ты такое, но ты смог меня заинтриговать. Поэтому я предлагаю тебе такую сделку. Ты как кость в горле у великих родов Империи, и я знаю, что не безосновательно.

— Я подумаю, — сухо ответил я.

— Подумаешь? Мне казалось, это предложение, от которого нельзя отказаться.

— Если я просто соглашусь, то всё, чем я буду обладать, будет благодаря тебе. Да, я стану богатым, но вместе с этим именно мне придется держать удар перед теми самыми великими родами. И у них появится ещё больше причин меня прикончить. И в то же время я окажусь намертво привязан к тебе, неспособный отказать в любой просьбе.

— Значит, любишь свободу?

— В том числе. Твое предложение слишком соблазнительное, но вместе с этим несет за собой столько подводных камней, что я не готов сразу давать согласие. Мне нужно обсудить всё со своими людьми.

— Что-ж… как тебе будет угодно, — не стала давить Сивилл. — Но не слишком долго. Мы не можем ждать вечно, и если в ближайшее время не согласишься, начнем подыскивать другие варианты.

* * *

— Вижу, ты очень хорошо провел время, — сказала крайне рассерженная Таня, скрестив руки на груди.

— Кхм… — тут даже мне пришлось неловко почесать затылок. — Это были деловые переговоры.

Злой выглядела только Таня. Рита же казалась удивительно расслабленной и словно помолодела на пару лет. Большую часть времени обычно она казалась напряженной и уставшей, но сейчас не было ни намека на это.

— Ну да, ну да. Деловые. Переговоры, — сквозь зубы процедила мой будущий адъютант.

— Всё верно, — подтвердила Сивилл, подходя ко мне со спины и немного по-хозяйски проводя рукой по моему плечу. Таня при виде этого немного нервно дернула щекой. Вот уж не думал, что она такая собственница, а ведь к Цукимару или Хильде у неё нормальное отношение. — И мы достигли очень больших успехов в них. Я права, Дмитрий?

— Посмотрим, — неопределенно ответил я, бросив на неё хмурый взгляд. Темную эльфийку моя холодность нисколько не задела, скорее позабавила. В её глазах словно читалось “ты всё равно вернешься”.

И именно это мне и не нравилось. Она, как и Рубцов, намеревалась использовать меня в своих целях, только в отличие от старика действовала более хитро и элегантно. И похоже, мое соблазнение было первым этапом этого плана.

“Я буду использовать тебя, но тебе это даже понравится”.

Но размышления прервала внезапная вспышка в небе, а затем послышалось нечто, напоминающее раскат грома. Одно из огромных окон находилось неподалеку, так что мы сразу увидели появившийся в небе крупный объект вытянутой формы с заостренным носом.

— Это что, корабль?

— Хаттон пожаловал, — без особой радости объявила посол. — Пожалуй, вам лучше отправиться назад. Если вы встретитесь, это может вызвать… некоторые проблемы.

Я тоже не горел желанием встречаться с длинноухим ублюдком, что оскорбил мою сестру, так что я в сопровождении девушек направился к порталу. Его активация заняла меньше минуты, и вот мы уже готовы вернуться в родную страну.

— Дмитрий, — окликнула меня Сивилл перед тем, как я шагнул в портал.

— Да?

— Не думай слишком долго. Просто напоминаю.

Я кивнул и шагнул на ту сторону. Пару секунд спустя проход закрылся, а мы оказались на складе возле посольства темных эльфов.

— О чем это она? — тут же поинтересовалась Таня.

— Я потом тебе всё расскажу. Хорошо?

— Ла-а-адно, — она недовольно поджала губы.

***

Мы отсутствовали почти целый день, так что, когда вернулись, уже вечерело. Таню это не порадовало, потому что ни она, ни я отгулы не взяли, и к нам могут появиться некоторые вопросы завтра. Ну да ладно, это дело уже будем решать потом. А на следующий день я устроил очередное небольшое собрание. Проблема была лишь в том, что собраться могли не все необходимые мне люди, поэтому я накануне позвонил и велел ещё одному человеку прийти.

И разумеется, речь про Золотника. Как я мог обсуждать подобные деловые вопросы без него? Пришел он не один, а со своей дочерью Юноной, которую я уже видел один раз во время нападения на гостиницу, и их сопровождал Коротышка.

— Бо-о-о-о-ос! Так вот значит где вы обитаете! — рассмеялся он.

— И я рад тебя видеть. Представлю вам остальных. Это Дарья, моя сестра, и второй человек в роду после меня. С Татьяной вы знакомы. А это Хильда Лоденборг, дочь ярла Лоденборга.

— Большая честь, — раскланялся Золотник перед дамами, а его дочь сделала реверанс. Коротышка тоже поздоровался, но в своей простодушной манере, чем вызвал легкое раздражение у бухгалтера

— Так зачем мы тут собрались?

— Скажем так, мне сделали предложение всей жизни, и я на грани того, чтобы его принять, — как бы неприятно это не было. Я и так являюсь целью Беспалова, а ресурсы Доминиона ночи могут сильно помочь сместить баланс сил.

— И какое же? — слегка заинтересовался Золотник.

— Думаю, многие слышали, что Доминион ночи собирается открыть тут свой филиал. Торговую гильдию.

Золотник и Хильда кивнули, а Даша вопросительно вскинула бровь, не понимая, причем тут они.

— Ну и, если коротко, я встречался с послом Сивилл Альва, и она предложила мне стать её единственным торговым представителем в стране.

Я знал, что эта новость произведет впечатление, но даже не думал, что такое. Золотник замер с открытым ртом и выпученными глазами, Даша чуть со стула не свалилась, а Хильда зажала рот руками.

— Стой-стой-стой-стой…стой…те, — наконец Золотник пришел в себя. — Доминион ночи хочет вести все свои дела через… ВАС?! Вы понимаете, что это значит?!

— Горы денег.

— Такие, что вы не можете себе представить. Да все наши, не вполне… кхм… законные доходы не идут ни в какое сравнение с этим. Вы понимаете, что это торговля не только тем, что производит непосредственно сам Доминион, но и тем, что он перекупает у других стран. У Империи духа или Морской империи например, с которыми у нас минимальные торговые отношения. Это настолько огромный поток товаров, что сейчас это сложно даже вообразить!

— Если оно такое выгодное, почему ты сомневаешься? — спросила Даша, словно прочитав это по моему лицу.

— Первое — мы поставим себя под удар. У нас и так много врагов, но они действуют нерешительно, но если они увидят наш резкий взлет, то это приведет к полноценному конфликту.

— А второе? — спросила Хильда. — Вряд ли бы страх перед врагами тебя остановил.

Я довольно улыбнулся и кивнул.

— Ты права, не остановил. Я не боюсь того, что на нас могут полезть. Это случится так или иначе. Вторая причина моих раздумий — она будет держать меня за яйца.

— Может даже буквально, — шепотом произнесла всё ещё сердитая Таня, но поняв, что её услышал, тут же поправилась. — Извините…

Я бросил недовольный взгляд на девушку. Нашла причину ревновать.

— Всё наше богатство будет зависеть от неё. Если она передумает, мы падем так же быстро, как поднялись.

— Действительно, — согласился Золотник. — Предприятия под твоим началом очень быстро разрастутся. Нужны будут сотни, если не тысячи рабочих рук. Армия бухгалтеров, да и просто армия, если вдруг кто-то решил попробовать нас “пощипать”. Это огромная организация, и если поток финансирования резко иссякнет, она развалится очень быстро.

— А ещё мы не сможем ей отказать, если она попросит, — кивнул Коротышка. — Хреново, как не посмотри.

— Она заплатила нам почти двадцать миллионов, — напомнила Таня. — За тот трофей со Священников. И добавила к этому бонус.

— Двадцать миллионов — это очень хорошие деньги, — согласилась Юнона. — Но этого слишком мало для того, что задумал господин Старцев.

— А что он задумал? — не поняла Даша.

— Я собираюсь ни в чем не уступать Беспаловым, Мальцевым или Снигирёвым. Мой род должен стать таким же крупным, как они. И к сожалению, для этого мне нужны деньги этой женщины…

Не будь я ограничен по времени, то отмахнулся бы от Доминиона с его золотыми горами. Пустил бы эти двадцать миллионов в дело и расширил бы сеть, понемногу добивался бы успеха, но Хладнокровие дал мне полгода. И с каждым днем времени становится всё меньше. Если я стану торговым представителем Доминиона ночи, то стану важным человеком, смогу сильно стимулировать экономику страны, и думаю, увидев это, он решит, что я полезнее живой.

— В таком случае, — заговорила Хильда, сцепив пальцы в замок на столе. — Думаю, нам стоит обсудить стратегию будущей торговой войны. Не стоит забывать, что как они могут попытаться задавить нас, так и мы можем выгрызть кусочек от их бизнеса.

— Как я вижу, мы в хорошей компании, — одобрил решимость северянки Золотник. — И у меня уже есть некоторые идеи.

Глава 12

Я сидел напротив темной эльфийки и терпеливо дожидался, когда она закончит изучение наших правок к её договору. Пару дней назад ко мне в кафе пришли посланники Доминиона ночи и принесли запечатанный увесистый конверт с договором. Его я отдал на ознакомление Хильде и Золотнику, после чего выслушал их короткие доводы.

Что и требовалось доказать. Договор был весьма и весьма кабальным, но со своими бонусами. Чего-чего, а денег у Доминиона много, и они были весьма щедры, так что отдельно в договоре имелись пункты о премиях и поощрениях, но при этом была целая куча требований, некоторые из которых были попросту абсурдны и сажали меня не просто на цепь, которую держала в руках Альва, а чуть ли не связывали по рукам и ногам.

К примеру, если Сивилл вдруг захочется меня увидеть, то я должен явиться к ней не позднее чем через три часа после вызова, а вызывать меня собирались с помощью какой-то магической вещицы, которую я должен постоянно таскать с собой.

Разумеется, идти на подобное я не собирался. Вычеркнул целую кучу пунктов и внес добрый десяток правок в оставшиеся. И вот тогда договор всё ещё был не самым приятным, но хотя бы выгодным мне.

И чем дольше Альва изучала наши правки, тем сильнее кривила губы и бросала на меня хмурые взгляды. Я же с невозмутимой наглой ухмылкой наблюдал за этим, всем своим видом демонстрируя, что не собираюсь превращаться в её послушного песика.

Участвовал я переговорах я, к слову, не в одиночестве. Золотник по какой-то причине не захотел отправляться в посольство, а отправил со мной свою дочь Юнону. Ту самую, что уже присутствовала во время недавнего крупного собрания в гостинице, когда на нас напали солдаты. Стройная, сероглазая, с темными каштановыми волосами. Она была симпатичной, но слишком уж отстраненной, всем своим видом показывающей, что я для неё в первую очередь работодатель, и отношения у нас исключительно деловые.

— Смотрю, самомнения у вас не отнять, Дмитрий, — покачала головой Сивилл, откладывая документы. Я на этот комментарий лишь пожал плечами.

— Если ты хотела купить меня с потрохами, то не выйдет. Я согласен быть твоим торговым представителем, но я не твоя собственность. И что за пункт восемь, подпункт два “а”? Тебе самой-то не кажется, что это малость перебор?

— Я должна была попытаться, — темная эльфийка развела руками и лукаво ухмыльнулась.

Если коротко, то в этом пункте была крайне мутная формулировка о том, что я должен исполнять роль кого-то вроде любовника на полставки, с премиями и надбавками. Я конечно рад, что ей понравилось, но это была разовая акция, и я бы предпочел, чтобы наши отношения оставались исключительно деловыми.

По многим пунктам Сивилл вела спор, и я порадовался, что захватил с собой группу поддержки в лицо Юноны. Девица была на удивление хорошим спорщиком и торговалась до победного. Все-таки некоторые пункты нам отбить не получилось. Например, на одном из руководящих постов моего будущего предприятия должен находиться ставленник Сивилл, один из темных. И этот пункт нам убрать не получилось, но мы смогли значительно уменьшить его значимость. Если в базовом договоре этот эльф обладал чуть ли не таким же влиянием, как я, мог накладывать вето на мои решения и всё в таком духе, то в финальной версии договора он становился лишь советником. Советником с широкими полномочиями, но которого я мог поменять на другого, если вдруг возникнет конфликт.

В любом случае, финальный договор вышел вполне себе неплохим компромиссом для нас обоих. Разве что из него уже сама Сивилл вычеркнула пункт о премиях для меня со стороны Доминиона. Скорее всего речь шла о миллионах, но даже так я все равно должен превратиться в очень богатого человека.

Дождавшись согласного кивка Юноны, я взял перо и расписался. Затем то же самое сделала Сивилл, и на каждом из экземпляров были проставлены печати Доминиона ночи, заверяющие их подлинность. Ещё один экземпляр отправится прямиком в Императорскую комиссию для заверения, но как я понял, это уже мелочи. Тут скорее идет речь о том, что они будут проинформированы, что теперь граф Старцев становится торговым представителем Доминиона ночи на территории Империи.

— Раз с формальностями покончено, то я пожалуй пойду, — сказал я, вставая с дивана.

— Уже? Я думала, ты немного задержишься, — Сивилл провела кончиком языка по верхней губе. — Отпраздновать сделку.

— Извини, но у меня крайне плотный график в последние дни, и на сегодня назначена ещё как минимум одна встреча.

— Даже так?

Я лишь пожал плечами, изображая виноватый вид. Но даже если бы это было ложью, я бы нашел отмазку, чтобы сбежать. Эльфийка уже один раз воспользовалась моей слабостью, и я не собирался позволить ей сделать это снова.

— Увы и ах.

— Думаю, я задержусь, — вмешалась Юнона. — Есть ещё очень много вопросов относительно дальнейшей работы, которые нужно определить. Логистику, каналы сбыта, типы товаров и их востребованность в тех или иных регионах. Нужно составить максимально подробный список товаров, которые Доминион ночи хочет поставлять, и с какими компаниями нужно связаться в первую очередь для их сбыта.

— А, ну да… — я даже слегка растерялся.

— Полагаю, что вы сами не будете этим заниматься, так что останусь я. Когда мы закончим, я составлю краткий доклад и сформирую базовый план.

— Отлично, — одобрил я.

— Похоже, тебе повезло с подчиненными, Дмитрий, — улыбнулась Сивилл. — Ступай, мы хорошо о ней позаботимся.

— Если попробуешь её перекупить, я разозлюсь, — предупредил я посла, на что темная эльфийка послала мне насмешливый воздушный поцелуй.

И вот как мне это понимать?

Досадливо покачав головой, я покинул комнату Альвы и в сопровождении кого-то из местных слуг направился к порталу, что должен отправить меня назад в Империю. Перед выходом из посольства накинул пальто, недовольно цокнув языком.

Холодает, причем довольно быстро. Ещё пару недель назад стояла тридцатиградусная жара и солнце, а тут уже без верхней одежды на улицу не выйдешь. Ещё и неприятная морось в лицо… Эх, закончить бы со всеми этими делами и махнуть на юга…

Неподалеку от посольства стояло несколько бронированных автомобилей, возле которых меня дожидалась группа вооруженных людей.

— Ты долго, — мрачно заметила Ворошилова, скрестив руки на груди.

— Это специально, чтобы вас позлить, — не остался я в долгу.

— А где твоя спутница?

— Осталась тут. Пришлешь за ней кого-нибудь.

Женщина в ответ недовольно сплюнула и жестом приказала своим людям загружаться в машины, ну а я забрался на заднее сидение той, что была в центре. Первая и последняя прикрывали фронт и тыл, а вот в середине перевозили уже меня, и я пока не мог решить, нравится ли мне это. С одной стороны, подобная безопасность была излишней, меня так просто не прикончишь, а с другой — нынешний статус обязывает. Я теперь не абы кто, а торговый представитель целой страны. И даже если я могу о себе позаботиться, то нужно создавать определенное впечатление.

— Как всё прошло? — тут же поинтересовалась Ворошилова, когда мы сели в машину. Глава моей службы охраны, кем она теперь является, правда не была в большом восторге от этого, сидела на пассажирском сидении, а вот рядом со мной уселась Рита, которая дожидалась моего возвращения вместе с охраной. По какой-то причине в этот раз в портал её не пустили.

— Сделка подписана, — озвучил я. — Теперь я официальный торговый представитель темных.

— А наша договоренность?

— Будут тебе насосы, будут. И не только они.

Собственно, Ворошилова согласилась на меня работать полноценно после моего обещания помочь с восстановлением шахты. Мы не могли использовать машины, что делал Беспалов, но… могли позаимствовать аналоги у эльфов.

Я договорился, что найму на пять лет Ворошилову и её людей в обмен на восстановление шахты, буду получать десять процентов с продажи всего золота, остальное — её. А спустя пять лет она сможет уйти и станет независимой, я же буду числиться в списке инвесторов и получать с этого процент от дохода шахты. В итоге все в выигрыше.

— Очень на это надеюсь. Вопрос — когда?

— В одной из первых партий. Я сказал об этом Сивилл, да и Юнона в курсе, так что не беспокойся, всё будет.

— Хорошо, — удовлетворилась женщина ответом и отвернулась, впрочем, молчала Ворошилова недолго. Не прошло и пары минут, как она заговорила вновь. — Ты же понимаешь что мы в дерьмовой ситуации? Я том, что мы не потянем прямого столкновения. Моих людей мало для того, что ты задумал.

— Так найди новых, — пожал я плечами. — Финансы теперь не проблема. Думаю, у тебя хватает знакомых ветеранов, готовых взяться за эту работу.

— Большая часть из них уже отправилась на фронт, — без особой радости заметила собеседница. — Я бы и сама была там со своими людьми, если бы не семейные обстоятельства. Так что найти таких ребят в нынешнее время сложно.

— Но ты же попытаешься?

— Конечно!

— Вот и славно, а что там по твоим документам. Всё готово?

Женщина молча залезла в бардачок автомобиля, достала оттуда папку и передала ту мне. Я открыл её и проглянул листы с печатями. Это было официальное заявление рода Ворошиловых о расторжении вассалитета. Разумеется, так просто это сделать нельзя, но эта женщина хорошо подготовилась и собрала все необходимое. Единственное, что её останавливало от подачи этих документов — права на шахту, которые до недавнего времени были у Беспалова. Теперь, когда все документы готовы, а право владения определено, остались формальности. Ну и, разумеется, Ворошиловой придется заплатить откупную в размере двух миллионов рублей. Неподъемная сумма для неё, но не для меня. Она рассчитывала восстановить работоспособность шахты и со временем выплатить эту сумму, теперь же в этом не было необходимости.

— Замечательно.

— И когда мы их используем?

— Сегодня.

— Что?!

— Что? — даже Рита, сидевшая рядом и большую часть времени лишь наблюдающая за происходящим, удивленно выпучила глаза.

Но я и не думал им ничего объяснять, вместо этого напомнил.

— Мы едем на Троицкую.

— И что там?

— Ещё одна встреча.

Приехав на нужное место мы выгрузились и принялись ожидать, пока из одного из домов не показался полноватый немолодой мужчина, попросивший следовать за ним. Сопровождение я оставил внизу, со мной пошли лишь Рита и Людмила.

Нас провели на последний этаж пятиэтажного дома, в просторную квартиру с десятком комнат, в одной из которых меня ожидал нынешний глава рода Ларцевых.

— Дмитрий Алексеевич, — поприветствовал он меня кивком и протянул руку.

— Евгений Степанович, — ответил я на рукопожатие. — Вы все подготовили, о чем я просил?

— Да, но… Кхм… Вы уверены, что сможете это провернуть?

— Более-менее, — подтвердил я.

Дядя Миши хмыкнул, после чего вышел из комнаты, чтобы вернуться через минуту с документами в руках. Все было почти так же, как и у Ворошиловой, разве что подготовиться так же хорошо Ларцевы не успели. Если Людмила планировала свой выкуп из кабалы долгие годы, то Ларцевы оказались не столь дальновидны, и с ними могут возникнуть трудности. Но самые нужные документы подготовлены. Обращение в императорскую комиссию, официальное извещение главы рода для своего сюзерена о прекращении вассальной клятвы.

— Тут не указана сумма, — неодобрительно покачал я головой, заметив пустую строчку.

— Мы не знаем, сколько он затребует в качестве компенсации, — скривился глава рода.

— Плохо. Что если сумма будет астрономической? Вроде… ста миллиардов золотых рублей?

— В таком случае мы обратимся в комиссию для оценки.

— И это, как я полагаю, вызовет затяжные разбирательства?

— Верно. Но это не выгодно и им. Люди вроде Беспалова не любят, когда чужие лезут в бухгалтерские книги. Тем более что в этом деле будут задействованы люди Снигирёвых. К тому же, я почти уверен, что Беспалов использовал наш род для уменьшения налогов, и по документам он получал с нас больше, чем на самом деле, переводя таким образом не вполне законные деньги.

— А ведь это можно использовать, — задумалась Ворошилова.

— Это слишком сложно доказать, и тогда дело действительно может затянуться на годы. А у нас нет этих лет. Он не станет отказываться от откупной, но скорее всего существенно её завысит, учитывая обстоятельства.

— Но есть хоть примерные цифры?

— Не менее пяти миллионов, но не больше семи.

— Много, — досадливо вздохнул я. В худшем случае мне придется отдать больше половины вырученных от Сивилл денег, а ведь мне ещё предстоит развить инфраструктуру для будущего торгового представительства.

— Честная цена была бы чуть больше трех. Именно столько он субсидировал нашему роду после принятия вассальной клятвы, но если он запросит больше семи, то можно торговаться или в конечном итоге идти в императорскую комиссию. Возможно, даже если делу не будет дан полноценный ход, он согласится на меньшую сумму.

— Значит будем торговаться.

— Это лучшее решение. Но… вы правда уверены? У вас действительно есть необходимая сумма?

— Не стоит об этом волноваться, — улыбнулся я, возвращая документы. — Надеюсь, у вас нет сегодня больше никаких дел?

— У вас есть какие-то планы? — удивился Евгений Ларцев.

— Да. Можно сказать и так. Я не вижу смысла терять время и предлагаю навестить князя Беспалова и проинформировать о разрыве отношений прямо сейчас.

— ЧТО?! — тут уже хором воскликнули почти все, отчего я недовольно поморщился и поковырялся мизинцем в ухе.

— Не вижу смысла тянуть. У меня о-о-о-очень мало времени, да и как я смогу уснуть, если лично не увижу его лицо, когда принесу все эти бумаги?

Глава 13

Наш небольшой кортеж подъехал прямо к главным воротам имения Беспаловых, натолкнувшись на самый настоящий пропускной пункт с хорошо вооруженной охраной и парой огневых точек. Впечатляюще и отбивает желание ломиться в поместье с парадного входа.

К нам вышел один из сотрудников охраны, поинтересовался, кто мы такие и с какой целью пожаловали. В его бумагах, как я понял, не было ни слова о том, что кто-то должен был прибыть.

— Передайте князю Беспалову, что пожаловали госпожа Ворошилова, господин Ларцев и граф Старцев, — сказал я ему и тот пошел прочь, видимо звонить непосредственно главе службы безопасности, а тот в свою очередь сообщит о гостях хозяину имения.

— Не факт, что мы сегодня попадем на аудиенцию, — покачал головой исполняющий обязанности главы рода Ларцевых. — Последний раз, когда я запрашивал аудиенцию у Павла Иннокентьевича, ждал несколько дней, и то удостоился лишь короткого телефонного разговора.

— Я бы тоже на многое не рассчитывала. Мы для такого как он — никто, — согласилась Ворошилова.

— Так-то оно так, и именно поэтому с вами отправился я, — я потянулся и зевнул, после чего взглянул на часы. Мы ждем уже минут десять, и не похоже, чтобы кто-нибудь соизволил нас прогнать.

— Его может не быть дома, — вмешалась в разговор Рита. — В конце концов, Павел Иннокентьевич исполняет роль императорского охранителя, и у него много работы.

— Тогда бы нас сразу отослали, — не согласился я. — Сказали бы, что князь в отъезде или вроде того, а они связываются с поместьем и уточняют насчет нас.

И все же легкое сомнение в том, что нас могут развернуть и отправить туда, откуда пришли, становилось всё сильнее. Не переоцениваю ли я свою значимость для Беспалова? Надо было брать с собой темную эльфийку, вот кому-кому, а ей точно бы никто не отказал. Тц…

Наконец со стороны пропускного пункта появилось шевеление, а затем к нам вышел тот же самый человек, что узнавал по поводу гостей.

— Вас ожидают. Машины сопровождения пусть сразу заворачивают направо, там о них позаботятся, гости — прямо по дороге.

— Спасибо, — вежливо улыбнулся я ему, а затем ворота в имения стали неторопливо открываться. Машины тронулись, и мы въехали на территорию “врага”. Первая машина, как и было приказано, сразу повернула направо, а когда наша миновала поворот, завернула и замыкающая. Вот мы и остались без прикрытия.

Евгений Ларцев явно нервничал из-за предстоящей встречи, аж руки тряслись, а вот Ворошилова напротив выказывала ледяное спокойствие. И все же это не было отсутствием эмоций. По тому, как слегка приподняты уголки её губ, и как блестестят её глаза, видно, что скорее она испытывает нетерпение.

— Дмитрий, если вы не против, то я останусь в машине, — внезапно сообщила Рита, чем меня сильно удивила. Обычно, чтобы та ушла, приходилось чуть ли не приказывать.

— Из-за того, что он твой начальник?

— Я уже говорила… — хотела она сказать, что её начальником является сам Император, но передумала. — Просто не хочу создавать проблемы внутри Гвардии. Не уверена, что князь Беспалов осведомлен о полученном нами приказе, и если узнает меня, это породит некоторые сложности. Для всех будет лучше, если я останусь.

— Как хочешь, — не стал настаивать я. — Просто удивлен, что ты не хочешь услышать наш разговор лично.

— Вы мне потом его перескажете.

— А если я сделаю глупость?

Она недовольно сверкнула глазами. Ох, нравится мне её злить и ничего не могу с этим поделать. Уж очень приятный у её злости аромат.

— Я верю в ваше благоразумие.

Закончив с разговором, я принялся осматриваться и испытал странные чувства от увиденного. Имение Беспалова поражало своими размерами. Мы ехали уже пару минут, созерцая парки, наполненные фонтанами и скульптурами, за которыми скорее всего ухаживает целая армия садовников, дворников и рабочих, а само имение все никак не показывалось на глаза.

А когда оно всё-таки появилось, то я ощутил некоторую досаду от того, насколько же он богат. Само имение было подобно гигантскому дворцу, возвышающемуся на холме и давящему своим размером. Казалось бы, всего пять этажей, но оно настолько раскинулось вширь, что если пройти из его правой части в левую, можно выдохнуться как после хорошей тренировки. Я, конечно, утрирую, но оно было раз в двадцать больше того, в котором жили мы с сестрой ещё до казни отца.

— Вот на что шли деньги, которые его род высасывал из наших, — прошипела Ворошилова, смотря на поместье.

— Да уж… — согласился Ларцев. — Если бы я не знал, кто тут живет, то решил бы, что это дворец Императора, да будет править он вечно.

Кажется, я не один впечатлен местной роскошью, а это говорит о многом. В любом случае, долго нам таращиться в окна не пришлось. Один из слуг указал, где именно нам стоит припарковаться, затем уже другой отворил двери, приглашая нас выйти.

Нас встречало по меньшей мере человек двадцать, у каждого из которых была своя работа, но выделялся среди них один статный мужчина в костюме, с моноклем на левом глазу и прямой как палка осанкой. Выглядел он, как по мне, даже чересчур показушно, словно дворецкий из каких-то карикатурных зарисовок.

— Дамы и господа, прошу за мной. Князь примет вас, как только освободится, — сказал он, опять же, демонстративно громко и ни к кому конкретно не обращаясь. — Но на будущее, лишь Императору, да будет править он вечно, дозволено являться без предварительной записи. Видимо, у князя хорошее настроение, раз он решил вас принять, обычно в таких случаях мы выдворяем гостей.

И с этими словами повел нас в главный дом.

— Да уж, гостеприимно, ничего не скажешь, — буркнул я, чувствуя легкое раздражение. Впрочем, я вообще ожидал целую кучу вооруженных солдат, а в итоге если и замечаю охрану, то в отдалении, и кажется, той до нас мало дела.

Ан нет, на входе в само поместье нас обыскали. Ворошиловой пришлось сдать револьвер, а Ларцеву — небольшой нож. У меня не было ничего, по крайней мере такого, что могли обнаружить. Вряд ли кто-то из охраны обратил внимание на часы, которые на самом деле являются смертельным демоническим оружием.

— Вам вернут оружие на выходе, — с легкой леностью бросил дворецкий и повел нас дальше, в комнату, где гости имения дожидаются аудиенции.

Это был просторный роскошный зал, где стоял проигрыватель, играющий какую-то незамысловатую мелодию.

— Не удивилась бы, если бы тут вместо пластинки была бы полноценная оркестровая труппа, — криво и без особого смеха заметила Ворошилова. Похоже, что эта показная роскошь раздражала её сильнее всех из нас.

— Обычно так и бывает, но вы прибыли сюда без записи.

Мне казалось, что дворецкий ушел, но нет, он остановился где-то в дверях и похоже не собирался пока оставлять гостей наедине.

— А долго нам придется ждать? — уточнил Ларцев.

— Князь занятой человек, и как только он найдет время, встретится с вами. Я сообщу вам, если что-то изменится.

Под его непрестанным взором мы расположились в комнате для гостей и стали ждать. Лишь через пару минут после этого дворецкий соизволил нас оставить, отправившись по каким-то своим делам, но в коридоре остался кто-то другой. Я его не видел, но ощущал отголоски эмоций.

— Можете вздремнуть, — посоветовал Ларцев. — Это надолго.

— В смысле? — не понял я. — Разве нас не поведут к нему с минуты на минуту?

— Едва ли, — ответила за него Ворошилова.

— Но ведь он нас примет. Иначе бы нас не пустили в имение, разве нет?

Мои спутники переглянулись и ухмыльнулись друг другу, словно знали какой-то секрет, который был неведом мне.

Раздражает…

— Выходит, вы и впрямь не слишком осведомлены о дворянском этикете, граф, — с легкой ноткой снисходительности произнес Ларцев. — На самом деле далеко не факт, что у князя Беспалова сейчас действительно есть дела. Возможно, он просто нежится в ванне и не торопится из неё вылезать. А когда таки соизволит это сделать, то может пойти почитать книгу, раскуривая трубку, позвонить своей матушке, что отдыхает где-нибудь на юге, и так далее… А мы будем ждать. И не факт, что вообще его встретим.

— Нас “маринуют”, — добавила Ворошилова. — Указывают место.

— Таким образом дворяне порой показывают степень важности гостя. К примеру, если к тебе пришел дорогой друг, то и десять минут задержки может быть слишком большим сроком, и напротив, если к тебе пришел посланник врага, то можно оставить его в такой вот комнате и так и не прийти на встречу. Ему просто передадут, что хозяин отбыл из поместья. Если это встреча с сюзереном, и раньше тебя принимали в течении получаса, а затем это время выросло до двух часов, значит ты чем-то сильно его разозлил, и он напоминает о долге.

— Я смотрю, это целый этикет… — поморщился я.

— И вам бы тоже не помешало его выучить, граф, — совершенно серьезно сообщил Ларцев. — Если уж у вас появятся подчиненные, то нужно всё это учитывать. Вы должны понимать, кого можно заставлять ждать, а кто воспримет это как личное оскорбление.

— Кхм…

— Так что нам повезет, если нам действительно позволят сегодня с ним увидится. И, возможно, ехать вам лично было плохой идеей, учитывая отношение Павла Иннокентьевича к вашей персоне.

— Думаете, он попробует меня унизить?

— Почти уверен, — подтвердил Ларцев, да и Ворошилова кивнула, соглашаясь с его доводами.

— Нет, так не годится…

И все же я смерил гордыню и стал ждать, поглядывая на часы. Я дал Беспалову час, после чего я заставлю его со мной встретиться. Хочет он того или нет. Досадно лишь, что нельзя использовать насилие и просто ворваться к нему. Не то у нас положение, чтобы творить такое, да и Хладнокровие… Я должен доказать ему полезность, а нападением на одного из самых влиятельных людей страны такого не достичь.

Но даже спустя час никто нас не позвал. Что-ж… Придется заставить его нас принять.

Поднявшись с дивана, я прошел в коридор, тут же столкнувшись с выскользнувшим из-за угла крупным мужчиной в форме охраны.

— Не могли бы вы позвать того дворецкого?

— Альберта Игоревича?

— Наверное, — я пожал плечами. — Он не представился.

Охранник отступил, что-то сказал другому, похожему на первого, словно это был родной брат, а через пару минут на зов пришел и тот прямой как палка тип. Дворецкий смерил нас высокомерным взглядом и нервно дернул щекой.

— Вы что-то хотели?

— Хотели бы узнать, когда князь нас примет.

— Как только закончит свои дела, — ответил он нервно дернув щекой.

— Понимаю, он крайне занятой человек… Ой! — и в этот момент я облокотился на постамент с вазой. Та покачнулась и разлетелась вдребезги от падения на пол. — Какой я не ловкий! Пусть князь пришлет мне счёт, я обязательно оплачу.

Дворецкий бросил на меня буквально уничтожающий взгляд, который я встретил наглой ухмылкой.

— Нисколько не сомневаюсь, — сквозь зубы процедил он. — Я пришлю уборщицу.

Развернувшись, он направился прочь, а я тем временем чуть ли не подбежал к проигрывателю в котором крутилась пластинка.

— Давайте немного промотаем, не люблю эту песню, — громко сказал я, а миг спустя проигрыватель полностью пришел в негодность. — Ох, кажется я его сломал. Как печально…

Ворошилова, глядя на мою отвратную актерскую игру, удивленно вскинула брови. Видимо, ещё не понимает, что я задумал.

— Прошу больше ничего не трогать! — зато вернулся дворецкий. Он буквально влетел в помещение, бросая сердитые взгляды на гостей.

— Ох, я же не специально, просто хотел сменить песню, — пользуясь моментом отступил и бросил взгляд на выключатель освещения на стене. Ухмыляясь, я шагнул к нему и протянул руку. Дворецкий это заметил.

— Ничего не трогайте!

— Я просто включу свет, чтобы было проще собрать осколки вазы.

Я щелкнул по кнопке и одновременно выплеснул в него своей силы. В тот же миг лампочка на потолке вспыхнула, ослепляя нас, а затем взорвалась. То же самое случилось и в других помещениях, и кажется, кто-то закричал о пожаре. Неужели я перестарался? Вряд ли имеющихся денег хватит, чтобы рассчитаться за этот дворец.

— Упс, — я развел руками. — Может, князь всё же захочет со мной повидаться… Пока я ещё чего-нибудь, совершенно случайно разумеется, не сломал.

Глава 14

— И долго ещё вы собираетесь заставлять их ждать, князь? — поинтересовалась женщина в черном платье с маской на лице. В данный момент она повернулась к камину и ворочала угли с помощью магии. Павел окинул взглядом ей стройную фигуру и в очередной раз напомнил себе, что связываться с этой особой себе дороже. Уж лучше их отношения останутся исключительно деловыми.

— Столько, сколько потребуется, — после короткой паузы ответил он, но сам невольно украдкой посмотрел на часы, стоящи на краю стола.

— И вам совсем не интересно, с чего вдруг Дмитрий Старцев лично явился к вам домой? — женщина оторвалась от камина, повернулась и с легким любопытством взглянула на Павла.

Хозяин имения с ответом не спешил.

— Считаешь, что он пришел меня убить?

— Средь бела дня? В компании твоих не слишком верных вассалов, которых ты готовишься вот-вот выкинуть на помойку? Нет, сомнительно. Да и ты считаешь так же.

Павел кивнул.

— Может просто пригласишь их?

— Слишком рано. В иной ситуации я бы вообще проигнорировал их просьбу о встрече.

— Как же ты любишь эти дворянские штучки.

— А ты слишком нетерпелива.

В ответ его собеседница лишь развела руки в стороны, словно говоря: “Да, я такая и есть. Ничего не могу с этим поделать”.

— И всё же, зачем Дмитрию Старцеву в такой компании приходить к тебе прямо сюда? Неужели у тебя нет никаких предположений?

— Предположений много, но вот делать какие-либо выводы пока рано. Похоже, что он создает какой-то альянс против меня и собирает сторонников. Ларцевы, Ворошиловы… Два моих вассальных рода, которые не питают любви к своему сюзерену.

— А я давно тебе говорила, что нужно менять стратегию.

На это князь лишь поморщился.

— Они слабы и заслуживают того, что с ними происходит. Используют мои деньги, а затем кусают за руку дающего. Насчет Ворошиловых ничего не скажу, надо поднимать бумаги, но Ларцевы работали на Мальцева уже долгие годы. Создавали почву для перехода.

— Получается, Старцев тут по поручению Мальцева?

— Случись эта встреча чуть раньше, я бы тоже так подумал, но пару недель назад Рубцов с помощью Священников пытался убить Старцева, что инкогнито созывал какой-то совет. Неудачно, как можешь судить по его визиту. Я так и не получил информации, с кем именно встречался Старцев, но теперь, кажется, знаю ответ

— С Ларцевыми и Ворошиловыми.

Беспалов щелкнул пальцами, подтверждая правоту собеседницы.

— Но в таком случае получается, что Старцев лишился поддержки Рубцова. Как по мне, это идеальная возможность от него избавиться.

— Нужен план. Как видишь, грубая сила не работает. Есть хоть какие-нибудь зацепки по тому, кем он является?

После всей уже полученной информации Беспалов мог твердо сказать, что Старцев не подклятвенный. Даже если бы кто-то из самых сильных Детей Хлада отдал ему большую часть своей силы, он не был бы настолько живучим и сильным. Он так же не может быть кем-то из пришлых. Силы избранных Императорами довольно сильно деградируют за пределами подконтрольных территорий. Даже самый сильный маг Османской империи, оказавшись на территории Российской Империи, потерял бы больше половины сил уже через пару недель и в итоге докатился бы до уровня самого посредственного из Детей Хлада. Тоже самое и с подклятвенными.

Оставалось предположение, что Дмитрий Старцев реликт, как и его мать. Но Мария Старцева лишь озерная дева, судя по донесениям, и не может даже близко продемонстрировать такой уровень сил.

— Консорциум работает над этим, но кое-какие выводы мы уже можем сделать.

— Например?

— Например, что мы сомневаемся в его принадлежности к реликтам.

— Тогда кто он, если не реликт?

— Вы правда хотите это узнать, Павел Иннокентьевич?

— Разумеется!

— Судя по тому, что нам удалось выяснить, он скорее ближе к Императорам, чем к их слугам.

— Погоди… Что?! Он один из богов?

— Скорее полубогов. Если Императоров ещё можно так называть, то его вряд ли. Скорее он человек, получивший фрагмент божественной силы, и этот фрагмент больше, чем обычно дают смертным.

— Это… точно?

— Разумеется, нет. Лишь одно из самых логичных предположений. Я присутствовала на ужине, на который вы его пригласили, если помните. Я видела его силу и сделала вывод, но он ни на чем не основан. Просто на ощущениях. Наш мир большой, и тут могут скрываться очень любопытные создания. Кое-кто из моих подчиненных недавно столкнулся с одной особой. Решили, что это кто-то из упырей, но судя по силе, она не слабее древнего вампира. И её же видели в компании человека, называющего себя Инвестором.

Павел удивленно вскинул бровь.

— Вы, надеюсь, от неё избавились?

— Нет, она скрылась. И по правде говоря, она у меня вызывает гораздо больше опасений, нежели Дмитрий Старцев. В конце концов, даже если он действительно тот, о ком я думаю, он человек, а вот древние вампиры… Эти твари необычайно живучи и обладают целой кучей проблемных способностей.

— Значит, Старцеву помогает кровосос? Интересно…

— Да, и похожую женщину замечали во время атак на наши предприятия.

При упоминании бедлама, что происходил ещё пару месяцев назад, Беспалов поморщился. В те времена граф Косточкин все уши ему прожужжал про Инфериора, считая его чуть ли не своим заклятым врагом.

— Получается, что Инвестор, Инфериор и Старцев — один и тот же человек. Про то, что он Инвестор, я косвенно догадывался, он словно и не пытался создать настоящее прикрытие, а вот Инфериор… Да одного этого хватит, чтобы уничтожить Старцева, и не один раз.

— Доказательства, Павел Иннокентьевич. У нас их нет, лишь косвенные улики и показания свидетелей, видевших кого-то. Пусть Дмитрий Старцев самонадеян и вероломен, но не глуп. Никто не видел его лично во время инцидентов, а доказать, что он был под маской, будет сложно. С подобными обвинениями придется идти в Императорской суд, и как я понимаю, вы вряд ли сами этого хотите.

Разумеется, Беспалов не хотел. У него хватает своих секретов, которые не следовало выносить на суд общественности, и как на зло, действия Старцева затронули как раз их. Среди них есть и то, что может привести к краху не меньшему, чем падение рода Старцевых. Такого Беспалов допустить не мог.

— Ладно, пусть их приведут. Узнаю, что именно им нужно.

* * *

В кабинет Павла Беспалова я входил первым, с максимально нахальной улыбкой. Последнее, наверное, было лишним, но просто не мог удержаться и мгновенно был вознагражден кислой миной хозяина кабинета. За мной вошли Ларцев и Ворошилова, но вели себя гораздо более вежливо. Ларцев поклонился, приложив кулак к груди, а Ворошилова сделала ленивый реверанс.

Кабинет мне понравился, он был просторным, светлым, в меру загроможденным, но вместе с этим я не ощущал какой-либо безвкусицы или избытка вещей. Будь их чуть больше, и это место выглядело бы как антикварная лавка, чуть меньше — и не было бы солидного эффекта. В целом нечто подобное ощущалось и во всем имении как таковом. Показушного богатства хватало, но в меру, если не считать гигантоманию к размеру построек и комнат.

— Похоже, кое-кому манеры не прививали, — это он видимо обо мне.

Беспалов махнул рукой, приглашая нас сесть за противоположный конец стола.

Я сделал несколько шагов к столу и ощутил чей-то взгляд и отголоски эмоций. Похоже, в комнате есть кто-то ещё, но несмотря на огромные панорамные окна, отлично освещающие рабочий кабинет, я никого не увидел.

Может, мне кажется? А впрочем какая разница. Даже если это невидимый охранник, я не собираюсь сегодня применять силу.

— Павел Иннокентьевич, последний раз, когда мы виделись, разговор прошел не очень хорошо, и надеюсь, что в этот раз будет иначе, — сказал я, присаживаясь на центральный стул и закидывая ногу на ногу. Мои спутники тоже заняли свои места.

— Если проломишь стену в моем доме — ввек не расплатишься, — не остался он в долгу. Беспалов говорил почти спокойно, но в его голосе так и сквозило раздражение и пренебрежение. — Не думай, что я не в курсе твоего финансового положения. Ты вложил все имеющие средства в тот странный ресторан, и окупить эти расходы у тебя в ближайшее время вряд ли получится.

Я продолжал улыбаться, стараясь от этих слов не улыбнуться ещё шире. Похоже, про мою сделку с Доминионом ночи он не в курсе. Отлично, тем взрывнее будет эффект!

— Так зачем вы явились? — перешел хозяин имения к сути нашего визита, не став тратить свое время на бессмысленную болтовню.

— Рода Ларцевых и Ворошиловых принесли вам прошения о разрыве вассального договора. Я собираюсь “забрать” их себе.

Мои спутники выложили на письменный стол главы подготовленные документы. Хозяин кабинета не спешил их брать, лишь бросил презрительный взгляд.

— Смело, ничего не скажешь.

— Согласно Имперскому Кодексу от четыреста девятого года вассальные рода имеют право уйти от сюзерена, если будут погашены все долги или выплачена разумная откупная.

— Верно, — не стал спорить Павел Беспалов, презрительно ухмыльнувшись. — Кто я такой, чтобы оспаривать закон? Но вы — “убыточные предприятия”, которые так и не окупили вложения, что сделал мой отец. И как же вы собираетесь откупиться? Признаю, золотая шахта Ворошиловых могла бы это сделать, но она уже много лет простаивает, да и вообще по документам она моя. Она была передана вашим…

Беспалов не закончил, потому что на стол лег ещё один документ. Документ о собственности, который Ворошилова выкрала вместе со своими людьми.

— Это копия, — прояснила Ворошилова. — Но мы готовы предоставить оригинал Императорской комиссии для подтверждения статуса земли. Вы не владеете ей, Павел Иннокентьевич. Вам принадлежит там лишь небольшая доля, и уверяю, что мы её выкупим со временем. Но основное право собственности все ещё находится у моего рода.

Беспалов этого не ожидал. Судя по вспышке злости, Ворошилова только что отвесила ему крайне болезненную оплеуху, пусть и не буквальную. Теперь, когда документы найдены, земля больше не спорная собственность.

— Даже если так, я просмотрел информацию о вашем деле, пока вы ожидали встречи. Даже если шахта ваша, без моего оборудования вы не сможете вести там добычу. Насосы для откачки воды, шахтерские буры и прочее — для использования всего этого нужно разрешение моей горнодобывающей компании.

— С этим мы сами разберемся, — тут вмешался я. — Пусть вы и монополист, Павел Иннокентьевич, но я нашел выход.

— Черпать воду ведрами? Удачи!

Я на это лишь ухмыльнулся, скрестив руки на груди.

— Кто говорит о чем-то столь примитивном? — ответил я вопросом на вопрос, но пока раскрывать свои карты не спешил.

— И вы всерьез думаете, что я подпишу эти документы?

— А разве у вас есть выбор? Вы обязаны это сделать, озвучив сумму компенсации.

— Вы не в состоянии её заплатить.

— Кто сказал?

— Меня уже утомил этот разговор. Хотите услышать сумму? Пять миллионов рублей, золотом.

Видимо, он думал, что эта сумма покажется мне слишком большой, но я рассчитывал, что придется заплатить на пару миллионов больше.

— Это большая сумма, — изобразил я недовольство. Соглашаться на озвученную сумму сразу было бы ошибкой. — Разве это не чересчур много за два рода, учитывая их не самое лучшее материальное положение?

— Напомню, что это вы пришли в мой дом, пытаясь забрать моих людей. Пять миллионов — справедливая цена. И если считаешь, что сможешь её сбить, то советую дважды подумать. Я вообще не вижу смысла в этих торгах, ведь ни у кого из вас не может быть таких денег.

— Я предлагаю три миллиона, — проигнорировал я очередное заявление о моей несостоятельности.

— Это меньше, чем мы вложили в эти рода при заключении вассального договора. Считаете, что мы согласимся на откупную себе в убыток?

— Да бросьте, Павел Иннокентьевич. Вы выжали из них все, что могли. Золотая шахта уже пару лет как не работает, фабрики Ларцевых почти ничего не приносят. Три миллиона — справедливая цена за то, чтобы избавиться от них.

— Десять.

Видимо, я его немного разозлил.

— Хорошо, я думал, что мы можем прийти к компромиссу, но если вы желаете судебного разбирательства — ваше право. Я завтра же отправлю соответствующие прошения в Императорскую комиссию и там проверят, сколько действительно стоят эти рода, и какая сумма будет справедливой.

С этими словами я поднялся на ноги, спутники последовали моему примеру и уже протянули руки, чтобы забрать документы.

— Стоять! — рыкнул Беспалов. — Четыре миллиона. Повторюсь, я не могу отдать их за три. Если надеетесь сбить цену сильнее, то зря. Тогда можете идти в комиссию, но и они спустя полгода не дадут цену дешевле трех с половиной-четырех.

Я несколько мгновений смотрел на него, изображая раздумье.

— Четыре, — протянул я руку.

— Четыре, но знайте, если это какой-то трюк, то вы глубоко пожалеете об этом.

“КОНТРАКТ ЗАКЛЮЧЕН!”

От прогремевшего голоса Беспалов отшатнулся, ошалело уставившись на меня.

— Теперь не советую идти на обман. Это… кхм… чревато. — я отступил и улыбнулся. — Теперь подписывайте.

Беспалов поправил костюм и бросил косой взгляд на угол кабинета. Тут действительно есть кто-то еще? Тем временем Павел макнул перо в чернильницу и расписался на поданных документах, после чего заверил эти подписи восковой печатью с гербом рода, что находилась у того на кольце. Надо бы мне обзавестись такой же. Сумму так же вписали сразу.

— Надеюсь, ты счастлив, Старцев. Не знаю, что за игру ты в этот раз задумал, но ты менее значительная фигура, чем пытаешься казаться.

— О, а вот в этом Павел Иннокентьевич вы не совсем правы. — Я вытащил из кармана бумагу и продемонстрировал её хозяину кабинета.

— ЧТО?! ЭТО БРЕД!

— Вы говорите с торговым представителем Доминиона ночи. Вы спрашивали, откуда я возьму горнодобывающее оборудование, и теперь знаете ответ. Пока это официально не объявлено, но уверяю, скоро об этом будут говорить все.

Глава 15

— Ох-ре-неть! — протянула сестра, таращась на здание во все глаза.

— Очень рад, что тебе нравится, — не стал сдерживать я довольной ухмылки.

— Погоди… Так ты правда купил это имение нам? Во сколько оно тебе обошлось?!

— Дай подумать… Около двух миллионов, и по прикидкам Юноны, которая уже успела осмотреть его, придется вложить ещё столько же.

— Огромные деньги…

— Мы теперь дворяне, — пожал я плечами. Нужно соответствовать статусу.

Имение и впрямь было достаточно большим. Крупный трехэтажный центральный дом, пяток домов поменьше, разбросанных на территории в десяток гектаров. Поместье уже много лет как заброшено, за ним практически не ухаживали. В противном случае оно бы обошлось мне гораздо дороже.

— Дима, ты же понимаешь, что всё это необязательно? Оно конечно большое, красивое, и при должном старании его можно привести в надлежащий вид, но не слишком ли это необдуманная трата? Ты ведь заплатил кучу денег Беспалову за Ларцевых и Ворошиловых…

— Ох, не напоминай, у меня изжога начинается, когда я об этом думаю. Заплатить кучу денег своему врагу… бр-р-р-р!

— Он ведь виновен во всех наших бедах.

Лишь после того, как сделка состоялась, сестра показала свое настоящее отношение к ней. Разумом она всё понимала, но вот сердце бунтовало.

— На лекциях литературы я услышал одну хорошую фразу: месть — это блюдо, которое подают холодным. Плевать что мне пришлось ему заплатить. Деньги у нас ещё будут, и Беспалов ими однажды ещё подавится. А пока все, что я делаю, это укрепляю нашу семью. Лишь это имеет значение, понимаешь? И это имение — тоже часть укрепления. Оно наше по праву.

— В смысле? — не поняла Даша, хотя в этом не было ничего удивительного. Она тут никогда не была, но эта земля крепко связана с нашим родом.

— Это имение принадлежало нашему деду. Тут родился наш отец, его дед и прадед.

Тут Даша удивленно округлила глаза, вытаращившись на меня.

— Но… Я никогда… — она переводила взгляд то на главный дом, что возвышался дальше по мощеной дороге, то на меня. — Я думала, что наш старый дом был нашим имением.

— Нет. В смысле он им стал после того, как дед продал это имение.

— Продал? Почему?

— Точно не знаю, — пожал я плечами. — Мы о нем вообще случайно узнали. Когда я подыскивал варианты вместе с Юноной, мы обращались в Земельное управление, и их начальник, пожилой дядька, вспомнил об этом месте. Говорил, что эта земля принадлежала нашему роду больше трех сотен лет, и несколько деревень, что были там, там и там, — я указал пальцем в разных направлениях, — были нашими.

— Прям деревни?

— Ага. Но это в прошлом, земельная реформа семьсот девятнадцатого года упразднила крепостное право, но до восемьсот восемьдесят шестого мы получали с этих земель налоги.

— Ты подозрительно много знаешь, — прищурилась Даша.

— Да просто узнав об этом имении, решил покопаться в семейной истории, и только.

— И все же, если оно было таким важным для нашей истории, почему дед внезапно его продал? Неужели ты ничего не выяснил? Судя по всему, ты очень сильно им заинтересовался.

— Есть лишь предположение, которое выдвинула мама. Она тоже тут раньше не была, а отец не так уж часто вспоминал жизнь тут. С её слов Петр Степанович сильно переживал смерть жены, и всё тут напоминало ему о ней, вот он и решил избавиться от этого места.

— И в итоге мы сюда возвращаемся… — задумчиво произнесла сестра.

— Ага, — подтвердил я, и как раз в этот момент позади показалась одинокая машина, неторопливо ползущая прямиком в нашу сторону.

— Мы кого-то ждем? — уточнила Даша.

— Ага, вроде того, — улыбнулся я.

Автомобиль остановился неподалеку от нас, двери распахнулись, и первым на улицу вышел богатырь, которого на подпольной арене называли Молотом. Крупный, бородатый, с бритой головой и вечно кислым выражением лица. Затем уже с пассажирского сидения выбралась его сестра Тамара, поспешившая помочь выйти моей матушке.

Сестра пару мгновений удивленно таращилась, а затем стремглав поспешила к ней. Мама на при виде Даши разрыдалась, да и сестрица не отставала в проявлении эмоций. А я улыбался, смотря на них, и всё же где-то на задворках крутилась мысль, что на самом деле я не их сын и брат. Просто чужак, который занял его место.

И все же полностью остаться в стороне мне не получилось. Матушка сама подошла ко мне, заключила в объятиях и поцеловала в щеку, заставив немного смутиться.

— Ох, Дима, что-то ты слишком похудел. Надо обязательно сказать Цукимару, чтобы следила за твоим питанием.

Выслушав небольшую порцию подобных возгласов, я оставил матушку на сестру и подошел к Ветрову.

— Ну как добрались, без проблем? — уточнил я.

— Плюс-минус, — пожал он плечами. — Не привык я к таким долгим дорогам, да ещё и на машине, но в остальном никаких проблем. Крупные города объезжали стороной, внимания не привлекали.

— Хорошо. Слушайте новые указания: теперь поживете тут, работа пока всё та же, только место другое. Но вообще в ближайшие дни я предложу вам обоим вполне неплохие контракты с оплатой. Полагаю, что-то в районе двухсот золотых в месяц для тебя, здоровяк, и пятьдесят для сестры. С полным проживанием, обедами и прочими бонусами. Я теперь граф и собираю собственную гвардию, так что мне нужны люди. Ты не хотел быть мордоворотом, так что предлагаю тебе место гвардейца. Но если решите пойти своей дорогой — что-ж, не стану спорить. Ещё месяц охраны, и мы в расчете.

— Мы подумаем, — переглянулись они с сестрой, а я тем временем поспешил нагонять дам, что уже подходили к главному дому имения.

Внутри построек я кстати пока ещё не бывал и, зайдя внутрь, неприятно поморщился. Всё оказалось гораздо хуже, чем я думал. Запустение, разруха, сырость и плесень. Судя по всему, дом не топили уже года два или три, что негативно сказалось на его состоянии.

— Дим! Дима! Давай быстрее сюда! — послышался возбужденный возглас сестры, идущий откуда-то со второго этажа. Я немедленно взбежал по лестнице и заскочил в комнату, откуда и шел голос. Кажется, раньше это была библиотека, но большую часть здешних книг забрали, оставив лишь горстку самых испорченных, и посреди пустых полок на одной из стен висела картина.

— Это те, о ком я думаю?..

— А я ещё не слишком верила в то, что ты рассказал, — усмехнулась Даша.

На картине была изображена большая семья, и пусть я лично никого из них не знал, по чертам лиц легко было понять, кто это. Старцевы во времена моего деда. Полагаю, что именно он стоял в самом центре рядом с женой, у его ног сидели дети, позади стояли другие родственники и приближенные.

— Это Алексей, — тепло улыбнулась матушка и, подойдя, коснулась портрета одного из детей и едва не расплакалась. — Совсем малыш…

— Да, это и впрямь папа! Ох! Так странно видеть его таким, да ещё в этих забавных подтяжках и смешной шляпе.

— Ты не помнишь, но Дима тоже ходил в такой одежде.

— Правда?!

— Да, и…

Но дальше я уже не слушал, продолжая вглядываться в картину. Вот перед глазами наследие утерянного прошлого, и кто-то это наследие у нас отнял. Я так увяз в нынешних разборках, что как-то совсем забыл, что в прошлом Старцевы были большим родом, и у моего отца были братья, сестры, тети и дяди, но никого из них уже нет в живых. Кто-то методично, в течении десятков лет убирал нас, пока не остались только мы.

Это был Беспалов? Очень даже может быть. Или за этим стоял кто-то другой, кто пока скрывается в тени, равнодушно наблюдая за тем, как знатные рода грызутся друг с другом.

Обойдя центральный дом, я отправился проверять остальные, и их назначение сразу становилось понятным. Один — дом для гостей, тоже большой и красивый. Пусть тут почти ничего не осталось от предметов декора, но всё ясно по размерам комнат и их расположению. Другой дом для прислуги, тоже большой, но комнатки тут небольшие, и не во всех есть окна. В таком месте могло разместиться по меньшей мере пять десятков человек.

Складские помещения, гараж, домики охраны, а на самом краю имения, у реки, обнаружился причал и лодочный дом. Эх, перегнать бы сюда яхту с юга, но вряд ли до этих мест есть прямой канал. Если только плыть на север, выйти в залив и плыть через Тысячу Фьордов, обогнуть материк и… Нет, это уже на кругосветное путешествие тянет, да и плыть через владения османов — самоубийство.

Закончив с осмотром, я вернулся к своим родным. Решили, что пока матушка с охраной поживет в домике для гостей. Он был меньше, и судя по всему, сторож, который жил тут до момента нашей покупки имения, проживал именно там, отчего и общая сохранность постройки была выше. Главным домом же пока займутся строители, и желательно успеть привести его в надлежащий вид до зимы.

Как раз к моменту, когда я попрощался с родными, к поместью подъехал десяток машин, причем половина из них была грузовых.

Я глянул на часы и покачал головой. Опаздывают, и сильно. Я ожидал, что они прибудут гораздо раньше матушки.

— Не пунктуально, — тут же сделал я выговор Ворошиловой.

— Мы колесо пробили, — пожала она плечами, словно это была хорошая причина настолько опоздать. Но видя мое недовольство, поджала губы и поклонилась. — Прошу прощения, граф, такого больше не повторится.

— Так-то лучше, — удовлетворенно кивнул я. — Займете домики охраны, обеспечите моих родных всем необходимым. Когда прибудут рабочие, к гостевому домику их не попускать, пусть занимаются исключительно главным домом. С патрулями и контролем территории ты, думаю, и сама разберешься.

— Разумеется.

— Что с пополнением?

— Я связалась кое с кем из старых знакомых, и они обещали помочь. Думаю, ещё до конца недели мы наберем порядка двадцати-тридцати человек.

— Хорошие новости. Тогда… захвати человек десть из своих, самых надежных, кому ты доверяешь как себе, и вместе с “грузом” езжай прямо по дороге, — указал рукой в каком направлении. — Там увидишь остатки фруктового сада, припаркуешь грузовик там.

— Я поняла, — кивнула женщина и поспешила исполнять приказы. И пока она раздавала команды подчиненным, я неторопливо сам пошел по указанному маршруту. Фруктовый сад сейчас представлял собой печальное зрелище. Деревьями никто не занимался, и видимо их поразила какая-то хворь, потому что они все погибли. Теперь его только выкорчевывать.

В этот раз Ворошилова так сильно не опаздывала. Не прошло и десяти минут, как грузовик и одна машина сопровождения, в которой находились отобранные ей бойцы, прибыла на место. Я приказал разгружать грузовик, а сам с немного скучающим взглядом наблюдал за этим.

Одиннадцать черных металлических ящиков были выставлены на земле, ещё столько же, но уже деревянных, были сложены чуть в стороне.

Дождавшись, когда они закончат, я подошел, окинул взглядом избранных Ворошиловой людей и нисколько не удивился, заметив среди них Бронникова.

— Теперь можем приступить к делу. Сейчас мы проведем что-то вроде тестирования одной штуки, которую мне предоставил Доминион Ночи. Но вначале… — я подошел к деревянным ящикам и быстро нашел тот, на котором была цифра один. Вскрыл его и среди опилок, служащих защитой от повреждений, нашел маленький металлический черный кейс с кодовым замком. Код от него мне передала Сивилл чуть раньше. Внутри находилось одиннадцать шприцов-инъекторов. — А теперь каждый из вас должен будет сделать себе укол.

— Что это? — спросила Ворошилова. Она не знала, что мне передал Доминион, лишь доставила это.

— Что-то вроде ключа к техномагическим штукам Доминиона. Вы сможете использовать некоторую технику.

— При всем уважении, граф, но становиться подопытными крысами… — поморщилась Ворошилова.

— Эх… Мне нужен хотя бы один доброволец для демонстрации, остальные сами пусть решают, надо это им или нет.

Минутная заминка, и вперед вышел Бронников. Отец Валентины Сергеевны молча подошел, взял один из инъекторов и вколол себе содержимое в руку.

— Что теперь? — спросил он.

— Дай препарату минут десять, после чего мы приступим к демонстрации.

Первые несколько минут с ним ничего не происходило, затем Бронникову стало дурно, и его даже вырвало, но это состояние долго не продлилось. Сивилл говорила, что могут быть побочные эффекты, но они скорее всего должны быть кратковременными.

— Готов?

— Вроде, — кивнул он. — Голова немного прояснилась. Я словно напился, протрезвел, а затем опохмелился. И все за десять минут… Но голова все ещё побаливает.

— Это пройдет. А теперь подойди к любой из черных коробок и коснись её.

Бронников неторопливо, без особого желания подошел к ближайшей и положил руку на её гладкую черную поверхность. Тотчас внутри механизма что-то пришло в движение, и ящик раскрылся, хватая мужчину за руку. Он рефлекторно попытался отскочить, но было поздно, а спустя десяток ударов сердца он стоял перед нами в броне, напоминающей ту, что я видел у эльфов. Чуть облегченный вариант, не выглядящий таким громоздким. Руки и ноги были закрыты лишь частично, по внешней стороне, так же отсутствовал шлем.

— Так это… броня? — нахмурился он.

— Нет, господа… и дама. Это нечто намного более крутое.

Глава 16

Бронников, облаченный в новомодную броньку, выполнил стандартную пробежку, затем прыгнул аж на шесть метров в высоту, вызвав у боевых товарищей восхищенные возгласы, а закончив с пробежкой, вскинул винтовку, позаимствованную из других, уже деревянных ящиков, и выстрелил, превратив в щепки сразу несколько деревьев.

После этой небольшой демонстрации он подошел к нам, даже не запыхавшись.

— Как ощущения? — поинтересовался я.

— Честно?

— Разумеется.

— Странно и непривычно. Нужно осваиваться.

Я кивнул, после чего повернулся к остальным.

— И это далеко не все, на что способна данная броня. Как вы наверное уже поняли, она делает своего обладателя сильнее. Думаю, по своим физическим показателям вы сравняетесь с подклятвенными или хагга. Сможете сражаться с ними на равных.

Среди солдат послышались удивленные возгласы, а я продолжил.

— Повернись, — приказ был адресован Бронникову, и тот тут же его выполнил. — Вот тут, на спине, находится что-то вроде небольших ракетных укорителей. По идее их активация должна помочь вам оказываться на крышах зданий. Так же они автоматически включаются, если вы падаете с большой высоты, для смягчения удара.

Я похлопал воину по плечу, говоря, что он может повернуться обратно.

— Броня дает повышенную двухуровневую защиту. Она на тридцать процентов состоит из тентруллита, а это один из самых прочных металлов во вселенной, — так и хотелось добавить, что в этом мире его нет, но не стал. — Поэтому броня в теории выдержит даже крупнокалиберный снаряд. Но я не просто так сказал, что защита двухуровневая.

Я отошел чуть в сторону, подобрал первый попавшийся камень и метнул его прямо в мужчину. Вспышка, и камень отлетает в сторону, так и не достигнув цели.

— Броня также генерирует барьер. Не слишком сильный, но от мелкого калибра вполне способен защитить.

— Выходит, она дает пользователям и способности подклятвенных? — уточнила Ворошилова.

— Всё верно. Защита, физические возможности — всё примерно на том же уровне. Теперь по оружию, — я взял его из рук Бронникова. — Для начала, оно стреляет не пулями, а чем-то вроде маленьких металлических шариков. Скорострельность может быть чуть ниже, чем у автоматической винтовки, но убойность практически такая же. Плюс магазин вмещает в себя гораздо больше патронов. Тип стрельбы тоже можно регулировать. Можно снизить скорострельность и повысить убойную силу, или вообще выплевывать шары разом, поражая цель на манер дробовика.

— Это всё… очень впечатляет. Но слишком хорошо, чтобы быть правдой. Зачем Доминиону ночи передавать нам вещи такого уровня? Это оружие может составить большую конкуренцию богатырям.

Я щелкнул пальцами, таким образом полностью подтверждая правоту Ворошиловой.

— Верно. Может. Более того, Сивелл Альва планирует поставить несколько тысяч таких для нашей армии в будущем, но пока что это эксклюзив. Я планирую вооружить таким всех солдат моей гвардии. И ты права в том, что не всё с ним так просто. Как говорится, батарейки в комплект не входят. Их нам придется закупать отдельно.

— Значит, она собирается зарабатывать не только на оружии и броне, но и на энергии для них, — нахмурилась Ворошилова.

— Да.

— Это делает нас уязвимыми. Она в любой момент может разорвать контракт, лишив нас боеспособности. На месте Императора, да будет править он вечно, я бы не соглашалась.

— Я тоже сомневаюсь, что он снарядит всю армию подобным. Может батальон или два, чтобы отправлять в самые горячие точки, — согласился я. — Но я пока так далеко не заглядываю. Я использую это оружие, чтобы усилить свой род, здесь и сейчас. С этим снаряжением каждый из вас будет стоить десятка, а то и больше солдат, и Беспалов или кто другой сильно пожалеет, если решит с нами связаться.

— Плюс, — тут же добавила женщина. — Демонстрация подобного оружия у твоей гвардии повысит важность тебя как торгового представителя. Остальные будут гадать, что ещё может тебе дать Доминион ночи.

— Именно. Ладно, вот уколы, вот броня, дальше вы сами. Развлекайтесь. Через пару дней я хочу посмотреть, как вы освоились. Приказ ясен?

— Так точно, господин! — хором ответили все.

***

Обратно в Ильинск меня вез Двадцать восьмой, лидер группы императорской гвардии, которую приставили за мной приглядывать. С ним мы пересекались редко, чаще всего ко мне приставляли Девяносто третью, которую я обычно называл Ритой. Реже её подменяли Сто первый или Сто двенадцатый, которых я окрестил Пашей и Колей. Двадцать восьмой не стал исключением, и я обычно называл его Володей. Почему так? А фиг его знает, просто мне казалось, что так удобнее, а ему, кажется, не было до этого дела.

— Есть какие-нибудь новости? — спросил я у водителя.

— Никаких, граф.

Я кивнул и откинулся на заднем сидении, прикрыв глаза. Мы неторопливо ехали по дороге, и я даже успел задремать, но из сна меня вырвала внезапная остановка. Неподалеку от въезда в один из небольших городков дорогу перегородила грузовая машина.

— Поедем в объезд, — незамедлительно решил водитель. Да и я слегка напрягся. Уж слишком часто меня пытались убить, и когда оказываешься в подобных ситуациях, лучше всего соблюдать осторожность.

Мы дали назад, но позади оказалась другая машина, легковая, да и слева от нас возник фургон, полностью заблокировавший возможность объехать. Чисто теоретически можно было свернуть направо, но тогда мы бы рухнули в довольно глубокий кювет и вряд ли смогли бы из него выехать.

Прислонившись спиной к задней дверце, я вытянул перед собой руку и дал мысленную команду Мечу. Тот незамедлительно принял форму пистолета, и я навел его на дверь фургона, ожидая, что та вот-вот откроется, и внутри окажутся стрелки.

Но внезапно грузовик впереди стал заворачивать и освобождать проход. Трактор, который оказался впереди нас, загромыхал и двинул вперед. Володя тоже нажал на газ, и мы поспешили следом, а фургон так ничего и не предпринял.

Странно.

Может мне и впрямь все это кажется.

Мы стали объезжать грузовик, забитый сеном, который освободил одну из полос, фургон пристроился сзади. Я опустил оружие, но на всякий случай сохранял боевую готовность и активировал духовную броню.

Да как они будут стрелять из такой позиции, через лобовое? Нет, тот момент, когда мы были зажаты, являлся самым оптимальным.

Дорога за грузовиком была свободна, и тут кажется даже Володя немного вздохнул с облегчением, но, как и я, оружие не убрал. Его табельный револьвер лежал на колене, под рукой.

И в этот момент произошел взрыв.

Я не почувствовал ничего и даже не успел понять, что именно сдетонировало, но одно точно — взрывчатки было о-о-о-очень много.

Не знаю, сколько времени я провел во мраке, но пришел в себя посреди поля, видя над головой лишь тяжелое серое небо. Мне должно было быть больно, но боли не было, ничего не было. Ни звуков, ни запаха, ни чувств. Я едва мог дышать, а когда попытался пошевелить рукой, то понял, что её нет на месте. С другой дела обстояли чуть лучше: разорванная на куски, с двумя уцелевшими пальцами.

Это должно было меня разозлить, привести в ярость, заставить тело регенерировать, но вместо этого я ощущал странную апатию и равнодушие ко всему происходящему. Какая-то часть моего сознания сейчас билась, крича, что я должен срочно разозлиться, но другой было на это совершенно плевать.

Я не услышал шагов и понял, что кто-то рядом, лишь когда по лицу скользнула чужая тень. Я сфокусировал взгляд единственного целого глаза и увидел мужчину, лицо которого было скрыто балаклавой. В руках у него была винтовка, и я сильно сомневался, что это “друг”.

Мы встретились взглядами, и в его глазах я увидел лишь равнодушие, очень похожее на мое собственное. Он кивнул мне, после чего приподнял балаклаву, обнажая подбородок, достал из кармана сигарету и прикурил, затем вновь посмотрел на меня.

— Чего пялишься, ублюдок? — хотел сказать я, но голос подвел, и всё, что я смог издать, это нечленораздельный хрип. Но он словно понял меня и лишь криво усмехнулся, направляя ствол оружия мне в лицо.

Давай же, злись, Гнев! Почему, во имя Башни, нихрена не получается?!

Стоило только мне собрать крупицы вспыхивающего гнева и раскрутить его, заставить шевелиться внутри тела, как энергия просто рассыпалась.

Один выстрел разделял меня от смерти.

Окончательной смерти…

Нет уж! Я столько прошел не для того, чтобы вот так легко сдохнуть!

Внезапно из тени рядом выпрыгнуло бесформенное нечто, сбивая мужчину с ног. Выстрелить он успел, но мимо. Пуля врезалась в землю в полуметре от моей головы. Я протянул свою искалеченную руку и коснулся черного тела Летуна. Оно тут же потеряло привычную форму, стало аморфным и обволокло меня, подобно кокону.

Внезапно вернулись чувства.

Боль, ярость… Серый и бесцветный мир словно обрел краски, насколько это вообще было возможно в такую пасмурную и блеклую погоду. Я рывком встал на ноги, лишь миг спустя осознав, что ног-то у меня тоже нет, и в данный момент их заменяет Летун.

Упавший на землю мужчина тут же среагировал и выпустил в меня весь магазин, а я закрылся руками, что изменили форму, создав что-то вроде щита. Когда раздался щелчок, оповещающий нас обоих о том, что патроны закончились, я сделал свой ход.

Я бросился к солдату, он выхватил из-за пояса нож и попытался ударить меня им в голову, но я играючи остановил руку, сломав кости.

— В чем дело? Уже не смешно? — спросил я и второй рукой ударил ему в живот, пробивая мужчину насквозь.

Высвободив руку, я оттолкнул его и встал сверху, придавив его грудь ногой.

— Кто ты?! Кто тебя послал?! — прорычал я, но ответа не получил. Тип был на последнем издыхании.

Тяжело дыша, я оторвал от него взгляд и закрутил головой, выискивая других врагов, но никого не увидел. Лишь нескольких обеспокоенных случившимся людей, полыхающие и раскуроченные машины, трупы случайных жертв… Но никаких солдат.

Ко мне полностью вернулись силы, и я снова чувствовал себя живым, а внутри раскручивалась ярость, которую я направлял на залечивание многочисленных ран. Благодаря Летуну я мог ходить и больше не истекал кровью, но лечить он не мог. Кто бы мог подумать, что подарок Фломелии в который раз спасет мне жизнь.

Убийца сдох, так что я оставил его позади и вернулся к дороге. От машины, в которой мы ехали, мало что осталось. Её фрагменты валялись повсюду, и я выжил возможно лишь потому, что всё-таки успел частично активировать духовную броню, которая приняла на себя часть удара.

А вот Двадцать Восьмой… Володя… Его не стало. Даже гвардеец Императора не смог выжить в таком мощном взрыве.

— Ублюдки… Кто бы это не сделал, вы за это ответите…

Глава 17

— Граф! Что тут случилось?!

Я поднял глаза, посмотрев на приближающуюся ко мне группу людей. А вот и моя гвардия подъехала, и как обычно, мне пришлось их ждать. Помимо самой Ворошиловой прибыло ещё несколько бойцов, причем все в новеньких доспехах.

— Что произошло, что произошло… Убить меня пытались, вот что! — проворчал я, поднимаясь с земли.

К моменту, когда прибыли мои люди, на месте взрыва уже работали силы правопорядка, и я даже ожидал, что объявится лично Рубцов, он любит являться в такие моменты, но нет. Были лишь обычные полицмейстеры, взявшие показания и оцепившие территорию до прибытия криминалистов.

— И знаете что самое дерьмовое? Почти удачно…

Меня все сильнее беспокоил тот факт, что я вдруг потерял все свои силы. В том, что это было какое-то воздействие со стороны, я даже не сомневался. В момент после взрыва, когда этот тип приставил мне ствол к голове, я не чувствовал вообще ничего. Не смог распалить свои эмоции. Это было похоже на воздействие убийц магии или священников, но немного иное. Если бы не Летун, я бы тут сдох. Охрененные новости, что тут скажешь.

Сейчас я чувствовал себя гораздо лучше, и опять же спасибо Летуну за то, что он сейчас частично замещал мое тело, пока я мог спокойно регенерировать. В первую очередь нужно было залечить внутренние органы, а затем отращивать потерянные конечности.

Я уже собрался уезжать, как меня перехватил один из инспекторов, настоятельно прося в ближайшие дни посетить управление полицмейстеров для уточнения деталей случившегося.

— Без обид, но я сам могу решить, когда и что мне делать, — сказал я ему в ответ и забрался в машину, после чего мы тронулись.

— Нам нужно было использовать кортеж, — высказалась Ворошилова. Кажется мое покушение она восприняла довольно близко к сердцу, как собственный прокол. И я не собирался её в этом разубеждать, хотя технически, если бы машин было три, то вряд ли итог сильно отличался, только жертв было бы больше.

— Забудь об этом и сосредоточься на том, кто мог знать, что я поеду сегодня назад по этой дороге.

— Вы же не думаете, что среди нас…

— Я ничего не думаю, я ориентируюсь на факты. Это была подготовленная ловушка, а значит они знали, где и как я поеду. Каким образом? А ещё меня слегка беспокоит, что убийца был только один. Последний раз, когда меня пытались прикончить, прислали целую армию.

— Не обязательно, что он был один. Могла действовать малая группа, — возразила Ворошилова. — Три-четыре человека, просто лишь один из них был отправлен убедиться, что вы мертвы, а когда вы оказались живы, они предпочли отступить.

— Даже если так, то всё равно это подозрительно.

— А у твоих… — начал было Бронников, сидящий за рулем, но тут же получил тычок от женщины и исправился. — У ваших новых ушастых друзей нет такой же брони, только для машин?

— Имеешь в виду генераторов щита?

— Если бы у машины была такая же защита, то подорвать её было бы намного труднее.

— Знаешь… А это отличная мысль!

***

Если не считать покушения, то мои дела однозначно шли в гору. Уже официально было объявлено, что я становлюсь торговым представителем Доминиона ночи в Империи, и это вызвало целую бурю как в высших кругах, так и у простого люда. Мне на глаза попадались газеты с громкими заголовками “Сын предателя теперь служит темным эльфам”. А учитывая, что такими газетами владеют Беспаловы, то не удивительно появление подобных статей. Но несмотря на всяческие попытки очернить меня, мелькание в инфополе значительно усилило мой собственный бренд, над которым мы работали. Рестораны, которых на данный момент с легкой руки Золотника насчитывалось уже больше десяти, были полны, газировка, которую мы только начали производить, разлеталась мгновенно. И это только если касаться моего собственного бизнеса.

Что же до эльфийских торговых дел, всё было уже не так хорошо. Товара длинноухие предлагали целую кучу, но вот с его реализацией были некоторые проблемы. Похоже, никто из “крупных игроков” не желал появления такого сильного конкурента и всячески выдавливал нас с рынка. Многие мелкие покупатели, что изначально желали получить тот или иной заграничный товар, один за другим отказывались от покупки, ссылаясь на разные причины. Но я-то понимал, что скорее всего на них давили сильные мира сего. И тем не менее торговля шла. Каждый день с территории эльфов на мои склады перевозили тонны груза, а дальше после заполнения всех бумаг они уходили уже по покупателям или дилерам, что занимались реализацией.

Эльфы продавали всё, начиная безделушками, редкими ингредиентами, заканчивая техникой. Но с последней было сложно. Сложные и военные артефакты мы продавали исключительно военным, по военным контрактам. Разумеется, ко мне наведывались и темные личности, что были хорошо осведомлены о военных возможностях Доминиона, но их я или мои помощники посылали лесом. Если техномагическое оружие и попадет не в те руки, то не с моих складов.

Хотел бы я сказать, что деньги текли рекой, но едва ли. Учитывая, сколько людей на меня теперь работало, и сколько имущества нужно было содержать, я был лишь в небольшом плюсе. Хотя то, что для меня “небольшой плюс”, по меркам прежнего меня — огромное богатство.

Самым неприятным во всей этой ситуации стало то, что я закончил со своим обучением в лицее. Мне там нравилось. Тренировки на полигоне, учебные занятия, размеренность жизни — теперь это все было в прошлом, отчего я чувствовал легкую досаду. Но в то же время это был закономерный шаг для меня. Теперь у меня слишком много дел, и я уже не могу большую часть дня проводить в лицее. А вот Таня осталась учиться, но обещала, что когда нужно, обязательно будет рядом. Как у неё это будет получаться, я не имел ни малейшего понятия, но это уже её дело. Я в какой-то мере даже был рад, что она продолжит свое обучение. Она хорошая девушка, и я немного жалею, что втянул её во все свои разборки и что познакомил с Фло.

Сегодня я тоже был по горло в делах. Утром у меня была инспекция одного из складов, а затем деловая встреча с моей партнершей по бизнесу. Когда я вернулся в офис собственной компании, Сивилл Альва уже ждала меня в кабинете, по-хозяйски развалившись на стуле.

— Когда ты собирался сказать мне, что тебя чуть не убили? — услышал я вместо приветствия.

— Не думал, что такое тебя касается, — невозмутимо пожал я плечами. — Но мне бы пригодились твои защитные артефакты. Хочу поставить их на мои автомобили на тот случай, если их захотят взорвать.

— Думаю, я могу решить эту проблему, — кивнула она. — А ещё, услышав про это, я решила предоставить тебе кое-что в качестве маленького бонуса.

Я вопросительно вскинул бровь, на что темная эльфийка довольно усмехнулась, выскользнула из моего кресла и, покачивая бедрами, прошла к выходу. Я следовал за ней, пока мы оба не оказались на заднем дворе офиса, где располагался один из моих складов. Там, на парковке для грузовых автомобилей, стояла одна из летающих транспортных машин, принадлежащих эльфам. Она напоминает гигантскую стрекозу, у которой вместо крыльев два круглых диска, внутри которых кружится голубое пламя.

— И? — я непонимающе взглянул на Сивилл.

— Это мой тебе подарок. Разумеется, вместе с пилотом.

— Погоди, вот эта летающая хреновина — подарок мне? — теперь я уже по-новому взглянул на техномагический транспорт. — С чего вдруг такая щедрость?

— С того, что я не хочу, чтобы тебя прикончили. Ты не попадешь в засаду, если тебя будет перевозить эхрикорт.

— Значит, эта штука называется эхрикорт, надо будет запомнить.

— Плюс это повысит твою мобильность, — продолжила эльфийка. — Ваша страна очень велика, а телепортов тут нет, и это позволит тебе лучше контролировать филиалы.

— Кстати насчет порталов, мне бы…

— Нет уж, — улыбнулась она. — Имей совесть. Есть вещи, которые мы не станем поставлять.

— Очень жаль, — с легкой досадой ответил я.

Как бы я сэкономил на транспортных расходах, будь у меня порталы. Раз, и тонны груза уже в тысячах километрах отсюда, без необходимости нанимать водителей и грузовики, да и риски, что с грузом что-то случится по пути, гораздо ниже. А то случаи уже бывали, отчего приходилось отправлять охрану вместе с ценным грузом.

— Что же до остального, пока ты меня исключительно радуешь. Наш товар уходит, деньги приходят, да и та газировка, которую ты начал производить, пользуется популярностью. Мы бы хотели увеличить поставки, что скажешь?

— Скажу, что быстро это не получится. Она и у нас разлетается как горячие пирожки, я выделил партию тебе только из-за твоей просьбы. Так что я предпочел бы прежде, чем расширять рынки сбыта, обеспечить ей внутренний рынок.

— Эх, — не скрывая разочарования, вздохнула Сивелл. — Но хотя бы мне пару бутылочек попробуй прислать. Ты даже не представляешь, какие потрясающие коктейли получается делать с её помощью.

— Пару бутылочек можно. Но меня скорее удивляет, что ты просишь делать их меня, а не организовала производство сама. В конце концов, оборудование твое.

— Ну, не буду говорить, что не пыталась, но выходит не так вкусно, а продавать заведомо более худший товар, чем у конкурента, не позволяет гордость. Да и отношения с партнерами я портить не хочу.

— Предпочитаешь честно вести дела? Даже немного удивлен слышать от тебя такое.

— Просто не привыкла использовать моменты для сиюминутной выгоды. Это недальновидно.

И ведь не врала, чертовка. Но учитывая всё то, что видела Хильда и что рассказала мне, было бы ошибкой считать её честным купцом. Она построила состояние на торговых сделках, и если бы все было так радужно, она бы не нажила состояние.

— У меня есть к тебе маленькая просьба, — реши я сменить тему. — Насчет моего покушения. Раз уж у тебя есть такие обширные архивы, связанные со священниками, реликтами и прочим…

Я коротко пересказал, что ощутил во время нападения. Разумеется, исключая тот момент, что это сделало меня совсем уж безоружным, просто как странную особенность нападающего — способность гасить эмоции, как делают убийцы магии с магией.

— Попробую что-нибудь выяснить, — легко согласилась Сивилл. — Может это даст зацепку о том, кто тебя заказал.

— Да я и так знаю. Это либо Беспалов, либо Рубцов. Больше особо не кому.

— Но и избавиться от кого-то столь влиятельного ты пока не можешь.

— Не могу, но поверь, у меня найдется, чем ответить.

План уже почти сформировался в голове, и я даже на миг подумал, что может стоит его озвучить темной, но звонкий цокот каблучков совсем рядом отвлек. Обернувшись, я увидел почти несущуюся к нам, приподняв пышную юбку, Хильду, и судя по лицу, она жутко зла.

— Дмитрий! Не могли бы мы с вами серьезно поговорить?

— Не буду вам мешать, — рассмеялась Сивилл и, похлопав меня по плечу, неторопливо пошла прочь.

— Ты… Ты…

— Ты что, ревнуешь? — я всё ещё не мог понять, чего это она так завелась.

— Что? Нет! Я не… Гр-р-р-р! Я злюсь из-за того, что уже пару дней не могу с тобой связаться! Ты то тут, то там! Звоню сюда, говорят, что ты в отъезде, перезваниваю, говорят, что ты уже отбыл. А ведь я просила мне позвонить!

— А, блин, точно… Было такое… — досадливо почесал я затылок. И ведь она была совершенно права. Мне один из секретарей говорил, что Хильда звонила, но я как-то забыл перезвонить. — Извини. Целя куча дел. Если подумать, то я последнюю неделю почти не спал. А что-то случилось?

— Ещё нет, но очень скоро случится. Императорский званый вечер!

— Так его же отменили, — мы ещё несколько недель назад на него собирались, но затем что-то случилось на фронте, и тот был отменен.

— Не отменен, а перенесен. И он состоится завтра!

— А-а-а-а… Хлад… Может ну его? Уже официально объявили, что я торговый представитель Доминиона, и не вижу смысла мотаться туда.

— Именно потому, что это объявлено официально, ты и должен пойти. Нужно обзаводиться связями! Ты не сможешь встать на один уровень со своими врагами, если будешь вести жизнь затворника!

— Да я не затворник, просто дел куча… Я конечно сбагрил часть на помощников, но всё равно…

— Дима, это не обсуждается, мы идем! Завтра! Вместе! Ты и я! Так что заканчивай со всем и приезжай ко мне вечером.

— Зачем?

— Будем делать мерки. Выглядеть на мероприятии ты должен безупречно, и я приложу все силы, чтобы так оно и было!

Глава 18

— Ай! — взвизгнула Хильда, когда я ущипнул её за упругую бледную задницу, пока она выбиралась из постели.

— Дима! — обиженно пискнула она, но прежде, чем девушка успела сказать что-то ещё, я схватил её за руку, вновь затащил в кровать и навалился сверху.

Вот тебе и неприступная Хильда, хранящая себя до свадьбы. Стоило мне только остаться у неё ночевать после примерки костюма, выпить пару бокалов вина, сдобрив их нежным поцелуями, как наши отношения резко продвинулись вперед. И вглубь, хех…

— Дима… — слегка смущенно охнула она, когда я стал целовать её тонкую лебединую шейку, затем опустился ниже, к груди. Той я уделил особое внимание. и от поцелуев девушка сладко заурчала, словно довольная кошка. Но на этом я не остановился, и теперь поцелуи спустились ниже, на плоский животик, а затем и ниже.

И в этот момент в дверь постучали.

— Мы заняты! — крайне сердито и раздраженно крикнула Хильда, и словно не желая, чтобы я останавливался или передумал, она по-хозяйски запустила пятерню мне в волосы и вжала в себя.

Стук повторился, причем гораздо более настойчиво, заставив Хильду раздосадованно вздохнуть, а затем пробормотать что-то не очень разборчивое. Но последняя надежда исчезла, когда по ту сторону двери зазвучал громкий голос.

— Я знаю, что вы уже проснулись!

Тут уже я вздохнул. Это Таня.

— Мы вечером, после приема, продолжим, — пообещал я блондинке и чмокнул её в губы.

— Обещаешь? — прищурилась она.

— Конечно.

Я выбрался из постели, поспешно натягивая штаны. Не скрывая досады, Хильда тоже поднялась, завернулась в полотенце и поспешила в ванную комнату, куда и собиралась до моего коварного щипка за задницу.

Убедившись, что девушка закрылась, я подошел к двери и открыл её, встретившись взглядом с крайне недовольной Таней.

— Очень надеюсь, что ты выкроишь и мне денек в своем графике. Например, через пару дней должна состояться театральная премьера, и мы туда пойдем.

— Э-э-э… — я даже немного опешил от такого внезапного напора с её стороны, но Таня, как оказалось только начала.

— И теперь мы будем ходить на свидания каждую неделю хотя бы раз, ясно?

— Да…

— Вот и договорились, — дружелюбно улыбнулась она, но вот в глазах была сталь. Таня словно говорила мне: “Только попробуй меня продинамить, и я вскрою тебе горло и выпью всю кровь”.

Лишь через несколько секунд я заметил в руках у Тани поднос с чайником, тремя чашками и сластями. С ним она горделиво прошла в комнату и поставила его на столик, примерно к тому моменту вышла и Хильда, успевшая одеться и стянуть длинные светлые волосы в хвост.

— Таня, вот так сюрприз!

— Хильда!

Девушки обнялись, обменялись приветственными поцелуями в щеки, как принято у подруг, а я почему-то порадовался, что они из-за меня волосы друг другу не дерут. А ведь у Тани сейчас есть все причины для этого. После того, как я перестал ходить в лицей, мы стали гораздо меньше видеться.

— Удивлена, что ты тут. Что-то случилось?

— Просто решила убедиться, что все в порядке. Сегодня же у вас важное мероприятие, а Диму потеряли, да и твой телефон молчит.

— Мой телефон? — на миг Хильда зависла, а затем выругалась на своем северном диалекте. Меня эти её внезапные ругательства порой очень забавляют. — Мне вечером вчера всё звонили, и Дима поступил так, как обычно поступает в таких ситуациях.

— Разбил его? — догадалась Таня.

— Вырвал провод со словами “нечего мешать нам наслаждаться вечером”.

— Да, это и впрямь на него похоже.

— Я скажу, чтобы все починили. Извини, если заставили беспокоиться.

— Всё нормально. Хоть немного проветрюсь, а то я редко выбираюсь из Ильинска. И очень надеюсь, что это вскоре изменится, — с этими словами Таня бросила на меня сердитый взгляд. — Кстати, Дима пригласил меня на Покорение Атлантиды на следующей неделе.

— Правда? Ох! Хороший спектакль. Особенно Карл Фандригон, он отлично сыграл Франсуа Сюрэтэра.

— Да, такой мужественный и красивый одновременно.

— О да, ты бы видела, как…

Тут я уже закатил глаза, ощущая какой-то дискомфорт от того, что дамы обсуждают другого мужчину, да ещё с таким придыханием. Разумеется, ревновать к какому-то актеру глупо, да и уверен, что они делали это специально. Таня уж точно.

Так что, не став их слушать, я сходил в душ и ополоснулся. Был соблазн вообще набрать себе полноценную ванну и отпариться, может даже кто-нибудь из девушек решит потереть мне спинку, но было лень, да и времени уже много. До приема императора осталось часов пять, а ещё непонятно, что там у меня с костюмом. Успеет ли портной его дошить, или мне придется думать над одеждой?

К моменту, когда я вышел, девушки уже закончили свои обсуждения театральных премьер, и в данный момент Таня помогала Хильде с прической. Я же налил себе свежего чаю и стал потягивать его с печенюшкой. Девушки продолжали ворковать о чем-то своем, женском, отчего меня даже как-то разморило, и я провалился в сон ненадолго.

— Дима, ты что, уснул?

— А? Что? Нет… — я рефлекторно вытер слюну с подбородка и лишь сейчас осознал, что Хильда успела принарядиться и уже была готова хоть сейчас отправляться на прием к Императору. Выглядела она хорошо, всё-таки правильно, что перестала наносить на себя ту тонну косметики, как делала это раньше. Естественность ей идет гораздо больше.

— Давай тоже собирайся, — Таня ухватила меня за руку и вытащила из-за стола, и я невольно отметил, что сил у неё и впрямь прибавилось. Я без использования усиления вряд ли смог бы ей что-то противопоставить. — Твой костюм уж готов.

— Готов? — опешил я. Даже не слышал, как его доставили.

— Да, давай уже, не тормози. Хильда готова, а ты ещё в трусах сидишь.

— И впрямь… — досадливо поморщился я.

Пока я просыпался. Таня успела принести мне костюм, а затем, несмотря на все мои возражения, помогла в него облачиться. Не успел я опомниться, как тоже был полностью готов к предстоящему мероприятию, хоть наряд мне и не нравился. Разукрашенный золотой вышивкой камзол казался немного вычурным и сидел не вполне удобно.

— Мне не нравится…

— Это модно среди аристократов, а ты теперь один из них, — напутствующим тоном сообщила Таня.

— Это не отменяет того факта, что мне этот костюм не нравится.

— А мне, например, не нравится носить каблуки, — вмешалась Хильда, не забыв при этом продемонстрировать стройную ножку. — Но нужно выглядеть соответствующе, и порой для этого приходится чем-то жертвовать. Да и нет у нас времени подбирать тебе что-то другое.

Я нахмурился, смотря на себя. Нет, я просто смешон в этом наряде.

Я сбросил камзол, затем стянул эти дурацкие, кажущиеся нелепыми, штаны.

— Ты не пойдешь в своей обычной одежде, — почти хором сказали девушки, и от них прям веяло угрозой. Не знал, что они так могут.

— У меня есть план получше, — улыбнулся я им своей обезоруживающей улыбкой и, нагнувшись, коснулся тени. Летун откликнулся почти сразу и натянулся на меня словно вторая кожа. Затем пара мысленных манипуляций и вуаля, стильный черный костюм с длинным плащом, причем выглядевший максимально дорого. — Во-о-о-от, другое дело.

— Дима, а как ты это сделал? — удивилась Таня.

— В смысле, как? Это же ты владеешь Тенью.

— Да, но… — она нахмурилась, оглядывая одежду. — Он не должен так уметь.

— Маска же умеет, — пожал я плечами.

— Но он не маска, он же… Ах, ладно, не важно… — Таня была сбита с толку, но меня, по правде говоря, мало это волновало. — Время поджимает, а я пожалуй пойду.

— Вот так сразу? — охнула Хильда. — Я думала, мы ещё поболтаем часок.

— Я бы рада, но мне правда пора. Я и так задержалась дольше, чем планировала. И ещё, Дима, не забудь про свидание.

— Не забуду, — буркнул я.

— Ну, удачи повеселиться, — послала она нам воздушный поцелуй и скрылась за дверью. На самом деле я так до конца и не понял, чего она вообще приходила. Я бы и сам вспомнил, что телефон выключен, тем более нам необходимо было сделать пару звонков.

— Ди-и-и-има, — проворковала Хильда, опустившись мне на колени, стоило двери за Таней закрыться.

— Да?

— Так на чем мы с тобой остановились?..

***

Машина прибыла примерно за полтора часа до начала приема, и если не случится фарс-мажора, то мы будем на месте примерно за полчаса до начала. А учитывая, что начало у подобных мероприятий, со слов Хильды, всегда довольно медленное, то мы могли без каких-либо проблем опоздать на полчаса-час, а вот если больше, то это уже признак неуважения к организатору.

В общем, ещё одна дворянская негласная традиция, которую я не понимал.

Водителем, кстати, оказалась Рита, что после смерти Двадцать восьмого возглавила группу. Про смерть Володи мы с ней не говорили, да и она, судя по виду, не собиралась обсуждать гибель своего начальника. Просто сообщила мне, что теперь она в группе старшая, пока не пришлют замену.

Мне было жаль Володю, правда. Он был вполне неплохим мужиком, с которым мы нашли общий язык. Какой-нибудь придурок на его месте мог бы вместо Риты приставить ко мне всю группу, что таскалась бы за мной словно тень, а он вот нашел компромисс, который устроил нас обоих.

— А кто вообще будет на том приеме? — спросил я у Хильды, что со скучающим видом разглядывала огни ночного Петрограда.

— Помимо твоих врагов?

— Ну то, что Беспалов там будет, я даже не сомневался, ещё и Мальцев скорее всего явится. Хоть посмотрю ему в глаза.

— А вы не встречались?

— Только через Рубцова. Он кстати там будет?

— Не уверена. Он же не дворянин в привычном понимании.

— И это странно.

— У него был титул князя.

— Серьезно?

Хильда кивнула.

— Да, я немного узнавала про него. Его отец был крайне влиятельным человеком в прошлом, и титул князя должен был перейти сыну, но Виктор Степанович отказался от него, поступив на службу простым полицмейстером. Всё состояние его семьи перешло сестре, а та, в свою очередь, вышла замуж за Николая Мальцева, младшего брата Вадима Михайловича Мальцева, главы рода.

— Значит, Рубцов и Мальцев родственники.

— Да.

— Любопытно, — хмыкнул я, но пока что понятия не имел, что мне могут дать подобные сведения. Думаю, я и сам при желании все это мог раскопать, отправившись в городские архивы. Но вот то, что Рубцов отказался от состояния и пошел простым государственным служащим, было странным. Он совсем не тот человек, который пойдет на такое. Я не поверю, что его запугали или обманули, а значит мы просто чего-то не знаем.

Глава 19

Впереди показались огни петроградского императорского дворца, и я при этом ощутил легкую нервозность. Меня не слишком волновали враги, а вот встречу с Хладнокровием я бы предпочел обойти стороной. Он дал мне время, и я бы не хотел попадаться ему на глаза раньше конца срока, а то вдруг ещё передумает и решит от меня избавиться.

Но, раз уж теперь я дворянин, то скверно с моей стороны игнорировать такое мероприятие, тем более я на него приглашен. А вот Хильда напротив была жутко довольная и счастливая, я бы даже сказал, выглядела гораздо более живой, чем обычно. Вот что ночь любви делает с женщиной, хех…

На въезде нас остановили, после чего была быстрая проверка, но нас даже обыскивать не стали, и тут, как мне кажется, сыграла роль личность Риты, что сегодня занимала место водителя. Ну ещё бы, она же в конце концов из Гвардии, из самых преданных Императору людей.

Мы миновали въезд и проехали дальше, пока машина не остановилась у главного входа. Несколько слуг тут же заботливо открыли двери и помогли нам выйти из машины. Я бы и сам справился, но этикет есть этикет. Я оказался рядом с Хильдой, подставляя ей руку. Та лучезарно улыбнулась, и вот мы уже зашагали по ковру к главному входу.

Из дворца уже играла музыка, был слышан смех и веселье.

— Граф Дмитрий Старцев и баронесса Тысячи фьордов леди Хильда Лоденборг! — громогласно объявил слуга, когда мы вошли в огромный бальный зал.

— На нас все смотрят, — досадливо поморщился я, видя, как десятки, если не сотни пар глаз поглядывают на нас со всех концов зала. И взгляды были весьма разнообразные, как откровенно презрительные, так и заинтересованные.

— Ну ещё бы. Учитывая твою репутацию, в этом нет ничего удивительного. Наследник опального рода, что предал Императора, да будет править он вечно, в итоге не только вернул дворянский титул, но ещё и стал торговым представителем Доминиона ночи. Сам понимаешь, это веская тема для сплетен.

— Мда… Как-то мне не хотелось быть веской причиной для сплетен, — поморщился я, на что Хильда весьма мило захихикала. Я тоже улыбнулся и вдруг, глядя на всех этих людей, поймал себя на мысли, что близок к выполнению своего контракта. Со всей этой беготней, сражениями и составлением планов я как-то стал забывать, в чем была моя основная цель — реабилитировать род Старцевых, восстановить его честь. И пусть пройдет время, прежде чем у меня получится полностью стереть репутацию предателей, теперь я не так уж и далек от этого. Газировка и бургеры уже носят мое имя, а вскоре появится и много чего ещё. Скоро Старцев будет ассоциироваться именно с этими товарами, и я должен сказать Сивилл спасибо за это. Без её помощи и финансирования у меня вряд ли бы получилось достигнуть такого положения за какой-то месяц.

Стоило припомнить темную эльфийку, как я заметил и её саму. Она, облаченная в вечернее, немного вульгарное платье, разговаривала с важного вида господами. Мы встретились глазами, и она мило улыбнулась.

— Не знала, что она тоже тут будет, — задумчиво протянула Хильда, заметив Сивилл.

— А вот я не удивлен.

В любом случае, эльфийка не собиралась подходить к нам, так что я быстро выкинул это из головы.

— Хильди, а что тут вообще надо делать?

— Хильди? — нахмурилась северянка.

— Не нравится?

— Меня так бабушка называла, так что пожалуйста не надо.

— А мне казалось, что так будет милее, но как хочешь. И все же, чем вообще занимаются на таких приемах?

— Разговаривают, устраивают заговоры, пьют и танцуют. Но танцы будут позже, когда все вдоволь наговорятся и дойдут до нужной кондиции.

— Ла-а-а-адно, — протянул я и предоставил своей спутнице инициативу. Я чувствовал себя посреди всех этих людей крайне неуютно, понятия не имел, с кем нужно говорить, а кого следует избегать. Я был гостем, который никого толком не знал, а тот, кого знал, на глаза не попадался.

А впрочем, кажется, я найду, чем себя занять… Хе-хе-хе…

Неподалеку в компании своих прихлебателей обнаружился Лев Беспалов. Молодежь, судя по всему, образовывала свою тусовку, а господа постарше — свою. И разумеется, Лев и его друзья просто не могли проигнорировать мое появление.

— Старцев, вот уж кого-кого, а тебя я тут увидеть не ожидал, — сказал он, чувствуя власть из-за того, что находился на “своей территории”, в окружении друзей, и мое физическое превосходство тут никакой роли не играет. Не стану же я портить вечер дракой, да и друзья его непременно подтвердят, что зачинщиком был я. — Похоже, сюда из-за жалости стали пускать кого попало.

— Я уже давно не кто попало, — мило, почти по-дружески улыбнулся я. — Можешь скалиться и пыжится сколько угодно, но мы-то оба знаем, кто ты такой на самом деле и чего стоишь.

Втянув через ноздри аромат его кипящей ненависти, которую Лев всеми силами пытался сдержать, я ещё раз улыбнулся и в компании Хильды пошел прочь, помахав компании ручкой.

— Тебе нравится его бесить.

— Мне вообще нравится бесить людей.

— Даже меня?

— Обожаю, когда ты злишься, у тебя сразу ямочки на щеках проступают.

Так мы с Хильдой и ходили от стола к столу, время от времени выпивая бокалы, которые приносили официанты, курсирующие по всему залу с подносами. Северянка чувствовала себя тут довольно уверенно и активно знакомила меня с сильными мира. Тут были и военные генералы, и богатейшие промышленники, и много кто ещё. И если поначалу я пытался запоминать имена, то после десятого знакомства просто махнул на это рукой. Это было бесполезно.

Зато я смог увидеть Хильду в новом образе. Обычно она серьезна и прямолинейна, порой казалась немного печальной, и в то же время уверенной в своих действиях. Но в высшем свете она много смеялась, много улыбалась и вообще была душой компании, чего обычно за ней не замечал.

Во время этих бесчисленных разговоров большую часть новых знакомых интересовали темные эльфы. В глаза ту же Сивилл они спрашивать бы о таком не стали, а вот меня — запросто. Правда ли, что они едят человечину? Правда ли, что они поклоняются темным богам и проводят кровавые ритуалы? Ну и всё в таком духе. Длинноухие по какой-то непонятной причине имели дурную репутацию, а уж каких я небылиц о них наслушался… Подозреваю, что источником слухов служили Беспаловы или Мальцевы, те, кому было не выгодно, что Доминион взял себе независимого торгового представителя. Я, разумеется, все это сразу отметал, обеляя образы длинноухих, да и Хильда не осталась в стороне, также помогая мне в этом. Она рассказывала о том, что темные финансируют частные школы для бедняков, приюты и помогают армии в борьбе с Османской империей.

— А правда, что они финансируют профсоюзы рабочих?

— Разумеется, — сказал я, улыбаясь, а вот Хильда при этих словах досадливо поморщилась. Вначале я не понял почему, но тогда улыбающийся мне господин помрачнел и разразился такой яростной тирадой, что я малость офигел.

— В следующий раз на такие вопросы отвечай нет, — сказала Хильда когда мы ретировались.

— Да что такого в профсоюзах? — не понял я. — Я ведь даже не знаю, правда ли она их финансирует.

— Правда, — кивнула Хильда. — Вообще всё, что я сказала, было правдой. Доминион старается создать максимально позитивный образ внутри страны, а это значит, что они пришли всерьез и надолго. И финансирование профсоюзов — это отличный шаг получить любовь среди простого народа и ненависть у владельцев предприятий. Профсоюзы требуют нормированный рабочий день, выплаты за травмы и больничные, повышение заработной платы работников и всё в таком духе. Это как механические часы, в которых несколько шестеренок внезапно решили, что достойны большего. Весь механизм ломается, а предприятия теряют прибыль. Так что да, финансирование профсоюзов со стороны крайне негативно воспринимается большинством из присутствующих, да и ты, уверена, в будущем с этим столкнешься.

— Мда…

— Они головная боль. И я очень рада, что на севере профсоюзов нет… Но, как бы не было прискорбно, тенденция только набирает обороты. Последние десятилетия особенно. Раньше все было проще: были дворяне и простой люд. Одни работают, другие получают из этого выгоду, теперь же все иначе. Рабочие теперь и сами могут диктовать условия своим господам. И сегодня они требуют поднять заработную плату на рубль в неделю, а завтра на все десть.

— Каждый хочет жить хорошо, — пожал я плечами. — Лично я не вижу в этом ничего плохого. Вот ты бы хотела гробить свою жизнь и здоровье за деньги, которые хватает лишь бы на выживание? Думаю, что нет. Сивилл не глупа, более того, она возможно богатейшая из присутствующих, и раз она считает, что профсоюзы нужны, то значит в этом есть определенный смысл. Не в обиду, но возможно ты мыслишь так же, как присутствующие: сиюминутной выгодой или выгодой в короткой перспективе. А Сивилл вполне может играть на десятилетия вперед, а может даже и дальше.

Хильда удивленно на меня посмотрела, затем бросила заинтересованный взгляд на темную эльфийку.

— Я не обижаюсь. Может ты и прав. В конце концов, я даже не смогла найти тебе миллион, а она вручила тебе пятнадцать. Но такие люди меня пугают, Дима, ведь начинает казаться, что они видят даже больше, чем я. А я вижу… Ну, ты в курсе.

— Ага.

Но в этот момент разговоры стихли, потому что случилось главное событие вечера — явилась непосредственно императорская семья. Вышли они откуда-то со второго этажа и прямо сейчас спускались в бальный зал по лестнице. Во главе шел непосредственно глава семьи, под руку с ним шла жена, полагаю мать Фёдора, так как, насколько я слышал, мать Лизаветы скончалась при родах, а за ними шли дети, причем тут были не только Фёдор и Лизавета, но и трое других дочерей.

Хладнокровие окинул гостей взглядом, остановившись где-то на середине лестницы, и разумеется, он не смог не задержаться взглядом на мне. Я в ответ продемонстрировал ему одну из самых нахальных из возможных для меня улыбок.

А в ответ…

Кхм…

Он показал, кто тут главный. Меня словно ледяным порывом ветра обдало, а мир вокруг словно замер, замороженный лавиной силы. Длилось это считанные секунды, но зато я ясно понял, что лучше вести себя тут потише и не портить ему настроение.

Но уже через миг он потерял ко мне всякий интерес и улыбнулся гостям.

— Дорогие друзья, я рад приветствовать всех вас на этом чудесном празднике…

Звучала обычная торжественная речь, которую я слушал в пол уха, но ради приличия изобразил максимальную заинтересованность, попутно борясь с желанием зевнуть, и так увлекся этим процессом, что едва не упустил “нападение”.

Кто-то внезапно схватил меня за бока, и я аж чуть бокал с шампанским не выронил от неожиданности, да и Хильда охнула, сердито нахмурившись. Из-за моей спины выскользнула рогатая прелестница в черном платье с ехидной улыбкой на лице. Похоже, что Эоле было так же скучно как и мне, вот она и решила напугать меня.

— Ох, не ожидал тебя тут увидеть.

— Да, компания не моя, — пожала она плечами. — Но Лиза отказалась идти без меня, и вот я тут, но хотя бы местным зазнайкам будет кого обсудить. Что?..

Последний вопрос был адресован тому, что я малость подвис, смотря на неё.

— Э… Ну… Ты накрасилась?

— Да, что в этом такого? — удивленно вскинула она бровь.

Я впервые видел Эолу с косметикой. Темная помада, подведенные веки с добавлением желтых теней, стильная пышная прическа. И все это вместе с красивым, изящным платьем, отлично смотрящемся на её стройной подкаченной фигуре.

— Ты выглядишь просто… офигенно.

— Правда? Тебе нравится? — внезапно демоница покраснела и засмущалась.

— Конечно.

— В таком случае, — она подвинулась поближе и зашептала мне на ухо. — Может оставим всех этих напыщенных павлинов и найдем место потише? Я знаю пару укромных уголков, где нам не помешают…

Когда я оказываюсь наедине с этой рогатой чертовкой, то могу забыть о важных вещах, например о том, что мы вообще-то не наедене.

— Кхем-кхем, — недовольно поджала губы Хильда, до которой дошел смысл её слов. — Прости, Эола, но сегодняшним вечером он мой.

И с этими слова прилипла к моей правой руке, прижавшись грудью. На демоницу это, впрочем, не произвело никакого впечатления, и если Хильда пыталась вызвать у той ревность, то зря. Порой мне кажется, что у их расы вообще нет такой черты.

— Ну как знаете, — равнодушно отозвалась Эола. — Но Дима, пригласи Лизу на танец. Она тоже не любит подобные мероприятия и будет рада, если ты спасешь её от окружающих.

— Приложу все силы, — улыбнулся я. Что-что, а спасать принцесс я мастер.

Глава 20

Речь Хладнокровия была долгой, и к основной её сути он подошел далеко не сразу, зато когда это случилось, среди части присутствующих это вызвало настоящий фурор.

— Наследницей императорского престола станет моя старшая дочь, Лизавета.

Фёдор, который только что перестал быть цесаревичем, опустил взгляд, и на его лице промелькнули далеко не теплые эмоции. Он даже бросил на сестру ненавидящий взгляд. Вот придурок, он даже не понимает, почему такое происходит. Чтобы вернуть к жизни Лизавету, Хладнокровию пришлось передать ей управляющий конструкт, фактически силу Стремления, завязанную на его аватар.

Больше никаких перерождений. Выходит, даже такие, как мы, могут устать от жизни и перестать цепляться за существование. Интересно, что буду делать я, когда придет время?

Но эти мысли я быстро отбросил в сторону, не до того сейчас.

Следующие минут десять среди местной публики царило настоящее оживление, а когда принцесса отделилась от своего отца, дворяне её тут же окружили словно стервятники, слетевшиеся на добычу. Император тоже не остался в одиночестве, и вокруг него хватало людей, но основное внимание было сконцентрировано именно на принцессе.

— Тяжко ей, — вздохнула Эола, видя, что Лизе буквально прохода не давали. Казалось, только она “отбилась” от одних, так сразу натыкалась на новых. Фёдор же мгновенно перестал быть интересен кому-либо. Серьезно, первые минуты он вообще остался в полном одиночестве и, здраво рассудив, что выглядит жалко, направился к своим приятелям.

После обсуждений были танцы.Вначале я станцевал с Хильдой, потом хотел предложить потанцевать и Эоле, но та отказалась. А жаль…

Затем немного светского общения. Ко мне тоже проявляли интерес, несмотря на репутацию, но едва ли это можно было сравнить с творящимся вокруг принцессы. Большая часть знакомств были беглыми, да ещё и деловыми. Кто-то хотел купить товары, кто-то хотел продать что-то эльфам. Правда я сам не горел желанием обсуждать дела, так что, когда увидел очередного кавалера, желающего пригласить бедную Лизу на танец, то воспользовался возможностью и просто вклинился между ними, протягивая руку.

— Позволите?

Лизавета улыбнулась, а в спину послышалось яростное возмущение.

— Утихни, — вполоборота сказал я, добавив силы в голос. Подействовало.

Танцевать с Лизой оказалось намного комфортнее и приятнее, чем с Хильдой. Она умело вела, хорошо подстраивалась и грамотно сглаживала мою неуклюжесть.

— Ты совсем не умеешь танцевать, — улыбаясь, сказала она.

— На мое счастье, ты умеешь.

Мы закружились, я на мгновение выпустил её из рук, а затем вновь заключил в объятьях.

— Скажи честно, это Эола тебя убедила пригласить меня?

— Да брось. Как будто я сам не мог до такого додуматься.

Мы разошлись, сошлись снова и сделали круг по часовой, держась за руки.

— Дима, слушай… А ты не мог бы меня украсть?

— В смысле?

— Отсюда. Уже нет сил тут находиться.

— И куда же я тебя украду?

— У меня есть одно укромное место. Так что скажешь? Если я буду одна, то вряд ли получится.

— Пропажу принцессы сразу заметят.

— Ну на поиски же они не бросятся? Решат, что я пошла припудрить носик.

— Ну что-ж, твоя воля — закон.

Улизнуть незамеченными было сложно. Лизавета находилась в центре внимания, но нам на руку сыграло то, что начался медленный танец, и немного приглушили свет. Пользуясь сумраком мы и смылись, оставив кавалеров, желающих получить танец от принцессы, с носом.

Попутно хитрая Лиза прихватила два бокала и шампанское, да ещё и улыбку такую выдала, когда я это заметил. Если первую минуту уводил подальше от пиршества нас я, плутая по коридорам дворца, то очень быстро инициативу перехватила принцесса. Именно благодаря ей нам удалось не натолкнуться на слуг, и мы какими-то хитрыми ходами оказались не где-нибудь, а на крыше дворца.

— Пошли, — махнула она мне рукой, и мы прошли к краю восточного крыла, в то время как основное веселье происходило в западном.

— Интересные вы места находите, Ваше Величество.

— Перестань. Тут красиво, — протянула Лизавета и с важным видом уселась на самый край, поставив рядом с собой “сворованные” бутылку шампанского и бокалы.

И не поспоришь. Вид с дворца открывался отменный. Вдали видны огни ночного Петрограда, над нами висит огромная луна, которая сегодня словно чуть ближе, чем должна быть, но думаю, что это просто кажется.

— Действительно, — согласился я, присаживаясь рядом.

Тут было тихо и спокойно, музыку всё-ещё можно было услышать, но если очень хорошо прислушиваться, её без труда перекрывал шелест листвы деревьев, растущих перед дворцом.

— Б-р-р-р… — внезапно поежилась Лизавета.

— Тебе холодно? — тут же спросил я.

— Извини, — виновато улыбнулась она. — Как-то не подумала…

— Сейчас… — не был уверен что получится, но, как не странно, вышло. Я смог отделить пиджак от другой одежды, хоть фактически она была Летуном. И его я набросил на плечи принцессы. — Лучше?

— Ух, спасибо. Да, намного. А ты сам?..

— Я же не вполне человек. Сейчас разгоню энергию внутри, и станет тепло.

— Удобно… Отец говорит, что я скоро тоже так смогу. Я уже порой чувствую силу, текущую во мне, но не всегда могу её контролировать. Позавчера за завтраком я внезапно превратила горячий чай в кусок льда, представляешь? И знаешь… Вначале я была жутко рада этому, но затем поняла, что на месте кружки мог быть человек. Я могла взять Эолу за руку и случайно причинить ей боль. Сила всё чаще прорывается сама, а мне не хватает сил её контролировать.

— Хм-м-м-м… — задумался я. — И отец тебе ничего насчет этого не советовал?

— Он очень занят в последнее время, и я не хочу его отвлекать своими проблемами. Я должна справиться с этим сама.

— Понятно… Ладно, давай я тебя попробую кое чему научить. В первую очередь, закрой глаза.

— Когда парень такое говорит…

— Давай не придумывай, — отмахнулся я. — Закрой глаза и расслабься.

Лизавета немного недовольно пожала губы и выполнила просьбу.

— А теперь дыши и одновременно сосредоточься на своей силе. Представь, что на вдохе ты впитываешь её, а на выдохе выпускаешь.

— Глупость какая-то…

— Просто доверься мне. Пробуй.

И девушка начала пробовать. Разумеется, у неё ничего не выходило, что нисколько меня не удивило. Она только постигает свою силу, ей предстоит ещё долгий путь. Но видимо Лизавета была талантлива, потому что спустя минут десять бесплодных попыток я внезапно ощутил морозную ауру вокруг принцессы. Если она немного её уплотнит, то выйдет что-то вроде духовной брони. Кажется, она и сама это почувствовала и внезапно распахнула глаза.

— Ох…

— Почувствовала, да? — улыбнулся я, ощутив ледяной порыв ветра, образовавшийся от рассеивания энергии.

— Да… Я ощутила, как она окружала меня. И это было так… Так… Потрясающе!

— Сила пьянит, не забывай об этом. Выполняй эти упражнения регулярно, соедини их с дыхательным рефлексом, и сможешь обрести контроль.

— Откуда ты всё это знаешь?

— Цукимару рассказала. Это какой-то восточный способ контроля внутренней энергии через медитации и дыхание, и он на удивление рабочий.

— Спасибо, — немного растерянно, поблагодарила меня Лиза. — Не ожидала, что наш маленький побег даст такие плоды.

— Рад был помочь. На тебя в последнее время наверное много навалилось?

— Даже не представляешь, сколько… — устало вздохнула девушка. — Я-то считала, что принцессой быть сложно, но наследницей на порядок, а ведь официально об этом объявили только сегодня. Страшно представить, что будет потом…

— Не думай об этом, — попытался я приободрить её. — Просто наслаждайся вечером.

— Да, ты прав. Так и поступлю. Оставлю позади все эти тревоги и просто буду отдыхать.

— Вот и правильно, — кивнул я и разлил нам по новой порции шампанского.

— Знаешь, я раньше никого кроме Эолы сюда не приводила. Мы вот так могли полночи сидеть тут, смотреть на звезды и болтать. Вот уж не думала, что буду вот так сидеть тут с парнем. Знаешь, это очень похоже на свидание… — немного мечтательно вздохнула Лиза.

— А по мне скорее на похищение, — усмехнулся я. Представляю, как сейчас все разыскивают пропавшую с вечера принцессу.

— Да не преувеличивай. Если уж кто кого похитил, то это я тебя.

— Ну, если ты так говоришь, — пожал я плечами. — А так да, действительно напоминает свидание.

— Вот и я о том, — улыбнулась принцесса, поглядывая на луну. — Если подумать, то я никогда не была на свидании в классическом понимании. Когда парень и девушка вдвоем сбегают куда-нибудь, чтобы провести время вместе. Прям как в романтических книжках.

— А тебе хотелось бы?

— Раньше — да. Знаешь, когда объявили о нашей с тобой помолвке, я мечтала о чем-то таком, но мы были слишком малы. А потом, ну… Ты знаешь.

— Знаю. А Лев? Он же долгое время был твоим женихом, и я уверен, вы много общались.

— Лев никуда в одиночестве не ходил. Какие свидания, когда рядом постоянно твой старший брат и дружки будущего мужа? Нет, в их компании я всегда ощущала себя лишней, да и с Эолой они не больно ладили, так что я не так уж и часто оказывалась с ними в одной компании.

— А ты значит хотела романтики?

— А какая девушка не хочет романтики?

— Ну раз так…

— Ты чего?..

Я поднялся и пересел поближе, переместив бутылки и бокалы чуть в сторону. Теперь я сидел рядом с Лизой и по-хозяйски приобнял её за талию. Она тут же крайне мило покраснела и растерянно заметалась взглядом, видимо не очень понимая, как стоит реагировать.

— Вот теперь это свидание.

— Дима, мой отец запретил мне выходить за тебя, — вздохнула Лиза, положив голову мне на плечо.

— Ну и ладно.

— Ты не удивлен?

— Я предполагал, что так будет, — после разговора с Хладнокровием было очевидно, что он захочет разделить меня и Лизу. — Да и какая разница? Что бы твой отец тебе не говорил, ты это ты. Ты сама вольна решать, что делать. В конце концов, именно ты станешь правителем этой страны. Так что поступай так, как считаешь нужным, не оглядываясь на него. У него был свой путь, у тебя будет свой.

— Хочешь, чтобы я пошла отцу наперекор и все-равно сделала тебя своим мужем? Пытаешься залезть на престол через меня? — и тон у неё стал странный, вот вроде говорит это в шутку, но за этими словами кроется крайне серьезный вопрос.

— Я ничего не пытаюсь. Престол? Едва ли он мне нужен, — усмехнулся я. Возжелай я власти, то уже несся бы на север, чтобы получить силу другого Гнева, что некогда правил севером. — Я просто говорю, что тебе нужно поступать так, как ты считаешь. Чтобы твои решения и твои поступки были только твоими, а не продиктованы кем-то другим. Отцом, братом, женихом, другом. Пусть они дают советы, но не решают, как тебе жить.

— Ты так думаешь?..

— Лучше в конце жизни сожалеть о собственных ошибках, чем об ошибках, которые ты сделала по чужой воле.

Лиза отстранилась и заглянула мне в глаза, словно пытаясь понять, серьезно ли я это говорю. По крайней мере, так мне казалось…

— Хорошо, тогда я поступлю так, как хочу сама.

— Вот, другой нас…

И в этот момент она меня поцеловала. Просто подалась вперед и припала своими губами к моим. Хлад! Она совсем не умеет целоваться, и тем не менее пытается. В её действиях чувствовались робость и волнение, так что пришлось как настоящему джентльмену брать дело в свои руки.

Прижав девушку к себе, перехватил инициативу, и теперь уже я задавал темп и настрой, а ей оставалось лишь робко отвечать. Не знаю, сколько мы так просидели. Принцесса явно вошла во вкус и не спешила останавливаться, да и мне в целом всё нравилось, но все же пришлось взять паузу и заставить её отстраниться.

— Всё, давай-ка сделаем паузу в этом уроке поцелуев.

— Уроке?

— А разве это был не он?

Лиза мгновение удивленно смотрела на меня, а затем весело и задорно расхохоталась. Ну и славно, сразу видно, что ей становится гораздо лучше.

— Ну и как же мои успехи? — игриво поинтересовалась она, закончив смеяться.

— Очень даже неплохо. Ты весьма одаренная ученица.

— Вот как, — улыбалась она.

Возможно, я впервые видел перед собой настоящую Лизу. Обычно она вынуждена играть роль принцессы. Она должна выглядеть лучше всех, и Хильда такая же. И лишь рядом с близкими они могут немного расслабиться. Я нередко замечал, что Лиза ведет себя гораздо проще, когда мы оставались втроем: она, я Эола. И вот сейчас передо мной была настоящая Лиза: девчонка, которой в жизни очень не хватает простых вещей вроде свиданий с мальчиками.

— Просто у меня был очень хороший учитель, — закончила она. — И раз уж я теперь буду императрицей, то нарекаю тебя придворным учителем по поцелуям. Будем проводить занятия два раза в неделю. По вторникам и субботам.

— По субботам я не могу, — виновато пожал я плечами. — Может, по воскресеньям?

— Я подумаю, — изобразила она задумчивость. — Но воля императрицы — закон!

— Конечно-конечно.

Мы посмеялись, выпили ещё по бокалу и вернулись к поцелуям. Ну а чем ещё заниматься на крыше ночью подвыпившим парню и девушке? Я бы даже сказал, что мы ещё весьма сдержано себя вели, могли бы пойти и дальше. Впрочем, вечер ещё не закончился…

И всё же я старался держать себя в руках. Милые обжимашки с принцессой на крыше это одно, а вот сорвать её бутон, а в том, что его ещё никто не сорвал, я даже не сомневался, было как-то страшновато. Уж слишком неопределенные отношения у меня с её отцом. Оторвет мне голову напоследок, терять-то нечего.

Но в какой-то момент держать себя в руках перестала принцесса. Она внезапно повалила меня на спину и в буквальном смысле оседлала, усевшись мне на бедра.

— Хочу! — объявила она, а я вдруг поймал себя на мысли, что Лизе больше не наливать. Шампанское слишком сильно ударило принцессе в голову.

— Что хочешь?

— Тебя.

— Лиза…

— Заткнись, это… ик… приказ твоей госпожи! Повелеваю тебе сделать со мной то же, что делаешь с Эолой. Я что, хуже, ик?..

И наглейшим образом она ухватила меня за руки и положила себе на грудь. Она у неё и впрямь ничего: пышная, мягкая. Но наслаждения от жмякания выпуклостей как-то не было, напротив, мозг уже активно искал причины, чтобы вежливо отказаться. Переспать с перепившей принцессой, особенно когда я больше не числюсь в списке её женихов, чревато целой кучей проблем в будущем. Нафиг-нафиг.

— Слушай, Лиза, ты конечно прелесть…

— А ну убери руки от моей сестры, животное! — послышался сердитый возглас, который мгновенно убил всю атмосферу.

— Тц… — сердито цокнула языком принцесса, сделав при этом такую раздосадованную мордаху, что у меня едва не прорвался смешок. А ситуация тем временем была не слишком-то приятной. Я кое-как вывернулся, насколько позволяла позиция, и бросил взгляд на гостя. Вернее, на гостей. Ну разумеется, помимо Фёдора появились и его друзья, включая Льва Беспалова.

— Не тебе указывать, что ему делать, — пробубнила пьяная принцесса, вернув мои руки на прежнее место, то бишь на груди.

— Хватит, Лиза, ты позоришь и себя, и меня! — зарычал Фёдор, подскакивая к нам. Он схватил девушку за руку и стащил с меня. Я в этот момент почувствовал некоторое облегчение, но лишь на миг, потому что ситуация становилась всё более напряженной.

— Никого я не позорю, — обиженно буркнула Лиза, даже не в состоянии сфокусировать на брате взгляд. Блин, а она прям в хламину… Казалось бы, выпили совсем немного.

— Да ты только посмотри на себя! Пьяная, едва стоишь на ногах, лобызаешься с этим ничтожеством.

— Эй, кого это ты назвал ничтожеством? — мне не хотелось лезть в семейные разборки, но раз уж меня самого в них втягивают, то сами виноваты.

— А ты вообще не лезь! Думаешь, что стал песиком эльфов и уже сравнялся с нами? Уверяю, я сделаю всё, чтобы ты и твоя семейка остались на задворках истории, где ей самое место.

— Хватит, не говори так с ним, — вступилась за меня Лиза и попыталась вырваться из хватки брата, но не смогла. — Отпусти, мне больно.

— Что подумает отец, когда увидит тебя такой? Что скажет, узнай, что ты чуть не отдалась непонятно кому?

— Федя, да ты посмотри на неё, — вмешался в разговор Лев Беспалов. — Она же ничего не понимает. Этот тип опоил её и пытался обесчестить, тут и думать нечего!

— Верно, — поддержала его свора. — Да, так оно и было!

— Воспользовался слабостью принцессы. Ты даже хуже, чем мы о тебе думали, но теперь уж точно все об этом будут знать.

Я аж зубами заскрежетал от злости. Вот именно этого я и опасался, не желая связываться с принцессой: что эти ублюдки сделают все, чтобы повернуть это против меня. И они это делают прямо сейчас, и то, что Лиза в полнейшем неадеквате, лишь всё усугубляет.

— Верно, — в глазах Фёдора мелькнуло понимание. — Он опоил тебя.

— Что? Нет… ик… Мы просто хорошо проводили время… Отпусти меня…

— Ты совершаешь большу-у-у-ую ошибку, — сказал я Фёдору, смотря ему прямо в глаза.

— Ошибку? Нет. Тут нет никакой ошибки. Ты пытался воспользоваться моей сестрой, и должен за это заплатить.

Вся свора взяла меня в оцепление, но это вызвало лишь кривую усмешку. И Лев, и Фёдор прекрасно знают о моих силах. Льву я вообще руку сломал, так на что они надеются?

— Драться что ль собрались? Ну вперед, но сразу скажу, что жалеть вас не буду. Переломаю все кости, — и демонстративно хрустнул костяшками пальцев.

— Хватит! — внезапно крикнула Лиза и даже, кажется, вложила в голос силу. — Перестаньте! Дима тут совсем не причем!

— Да что ты? — Фёдор картинно удивился.

— Я сама хотела провести с ним время!

— И думаешь, от этого ситуация становится лучше? Наследница престола-потаскуха! Вот что будут говорить. Что ты легкодоступная, раздвигающая ноги перед мужчинами. Разве такой должна быть императрица?!

— Уж лучше быть шлюхой, чем братоубийцей, — не осталась в долгу Лиза, и внутри Фёдора буквально взорвался вулкан. Я не понимал, о чем она, но вот сам Фёдор был в ярости и, не сдерживаясь, отвесил сестре пощечину, отчего та рухнула на пол.

— ЭЙ! — тут уже я вмешался. Хватит, постояли столбом. — Ты охренел?! Может мне тебя ударить?

Я встал между им и Лизой, едва сдерживаясь, чтобы не ударить, понимая, что если ударю, то убью нахрен. Во мне сейчас слишком много злости, как своей, так и чужой.

Фёдор отступил, и во взгляде тут же возник страх, а вот я повернулся к Лизе и тотчас ощутил, что что-то не так. Она сидела на крыше, смотря на кровавые капли на руке, что капали из разбитой ударом губы.

— Лиза… Лиза! Дыши! Слышишь? Дыши! Вдох-выдох, как я тебя учил! — тут же присев на одно колено, стал говорить я ей, но девушку всю трясло, а внутри неё раскручивалась буря. — Лиза! ЛИЗА!

И тут “рвануло”.

Буквально.

Меня отшвырнуло ударной волной даже несмотря на то, что я выставил духовную Броню. Отшвырнуло недалеко, но оглушило знатно. Я сел, пытаясь хоть немного прийти в себя, и потряс головой.

Ну Лиза…

Я поднял взгляд и увидел принцессу, сидящую на прежнем месте, разве что вокруг теперь было множество ледяных кристаллов. Неподалеку приходили в себя Беспалов и компания, которым тоже досталось, но слабее, чем мне. Они изначально держались чуть в стороне.

— Лиза, — сказал я, поднявшись и направившись к ней.

Принцесса подняла взгляд, схватившись за голову, и сразу поморщилась от боли. Видимо, откат.

— Ты в порядке? — спросил я.

— Я… — немного растерянно ответила она, смотря на лед вокруг себя. — Это я сделала?

Ответить я не успел, потому что откуда-то снизу послышался истошный женский крик. И лишь сейчас я заметил одну вещь: которая вылетела из головы. Фёдор… Я не видел Фёдора. А ведь он стоял неподалеку от края.

— Ох нет, — нервно сглотнул я слюну и метнулся к краю крыши. — Хла-а-а-ад…

Фёдор действительно был внизу. Лежал на мраморном полу в луже крови.

Глава 21

— Писец... — вздохнул я, желая выпить что-нибудь покрепче. Вот вам и веселый вечер с принцессой, который внезапно превратился в трагедию. Хорошая новость — Фёдор остался жив. Серьезно ранен, но жив. Плохая... Да всё остальное. Ситуация выходила скверная, причем не столько для нас, сколько для самого Фёдора.

Во-первых, Хладнокровие не смог ему помочь. На моих глазах Император пытался оказать раненому сыну первую помощь магией исцеления, но у него ничего не вышло. Я видел, как Хладнокровие, простите за тавтологию, потерял хладнокровие, ощутив собственное бессилие.

Вторая же плохая новость заключалась в том, что во дворце не было Истинного, способного исцелять. Разумеется, Рубцов, которого я, к слову, увидел за вечер только сейчас, бросился обзванивать все военные части округа, пытаясь узнать, есть ли в Петрограде хоть кто-нибудь. Уверен, что он найдет мага, но состояние Фёдора было тяжелым, и ещё неизвестно, выживет ли он. Прямо сейчас я наблюдал за тем, как его увозят в больницу на вертолете.

Проводив взглядом летающую машину, я решил проведать Лизавету. Принцесса сидела на диванчике в одной из множества комнат дворца в компании своего телохранителя. Эола при моем появлении бросила обеспокоенный взгляд, а вот сама Лиза словно замкнулась в себе. Прижала ноги к груди и смотрела в одну точку где-то на полу.

— Я вас оставлю, — сказала демоница, похлопав меня по плечу. Я кивнул и занял её место на диване.

Лизавета этого словно и не заметила.

— Ты как? — спросил я.

— А сам как думаешь? — огрызнулась она в ответ.

— Хреново.

— Тогда зачем спрашиваешь?

— Пытаюсь тебя поддержать.

— Не стоило нам сбегать и подниматься на ту крышу, — прошептала она. — Если бы не я...

— С ним всё будет в порядке, Лиза. Извини за грубость, но твой брат мудак и сам нарвался. Не будь он твоим братом и отпрыском Императора, да будет править он вечно, я бы сам ему морду набил.

— И всё же я виновата... Эта сила... Она пугает. Я хотела однажды пройти Ледяное пробуждение, но то, что творится со мной... Это что-то за гранью. Когда у меня только начали проявляться силы, я разговаривала с Истинными, но то, что они рассказывали, сильно отличается от происходящего со мной...

— А что тебе говорит отец?

— Что это нормально. Что это последствия моего исцеления. Что я таким образом получила Ледяное пробуждение.

— И всё?

— Да.

Хлад! Хладнокровие действительно ничего ей не рассказал? Ни про эти силы, ни про то, кем она в итоге станет. Как безответственно с его стороны.

— Зато теперь ты понимаешь, насколько важен самоконтроль. Запомни, Лиза, ключ этой силы — эмоции. Вспомни, как обычно спокоен твой отец, и когда ты сама научишься не поддаваться им, то обретешь полный контроль над силой.

— Тебе легко говорить...

Лизавета на меня даже не смотрела всё это время.

— Да, мне легко говорить, — не стал я спорить.

Моя сила прямо противоположна, чем чище и ярче эмоции, тем сильнее я становлюсь. Заставить себя злиться намного проще, чем сохранять хладнокровие, и тем удивительнее, что существует такое Стремление.

Я замолчал, не зная, что ещё тут сказать. Думаю, Даша нашла бы нужные слова, но вот я понятия не имел, что нужно говорить в таких ситуациях. И, как оказалось, порой даже молчания бывает достаточно.

Лиза просидела ещё пару минут, ничего не говоря, а затем качнулась и легла мне на плечо. А ещё через пару минут разрыдалась. Я гладил по её серебристым волосам, стараясь поглотить её боль. Никогда не пробовал делать это раньше — тянуть эмоции, которые чужды моему нутру. Как оказалось, я действительно это могу, правда сильнее от этого не становлюсь. Я поглотил почти весь страх и боль, что переполняли принцессу, и, кажется, даже немного ощутил то же, что чувствовала она. Дерьмовые эмоции, надо сказать...

— Успокоилась? — спросил я, когда девушка перестала плакать.

— Да, извини... Мне правда легче, — Лизавета даже попыталась улыбнуться.

— Я рад. Слушай...

Но в этот момент дверь отворилась, и в комнату вошел какой-то строгий мужчина с имперским значком на вороте военного мундира. Гвардия. Такие же значки я видел у Риты и её товарищей. Пригляделся к цифре выгравированной на нем.

«Третий»

Охренеть, да это один из высшего руководства пожаловал.

— Граф Старцев, Император, да будет править он вечно, желает вас видеть. Немедленно.

— Да-да...— вздохнул я. Надеюсь, он в итоге не скажет, что это я во всем виноват.

Спустя пять минут я стоял перед императорскими покоями. Передо мной отворили дверь, но внутрь вошел лишь я один.

— Есть кто дома? — не удержался я от глупого вопроса, заметив, что внутри как-то тихо.

Императорские покои были примерно такими какими, я себе их и представлял. Несколько комнат, утопающих в роскоши, но при этом не чувствовалась её избыточность. Всё было плюс-минус на своих местах, минимум лишнего, никаких вычурных статуй и картин.

Император обнаружился в соседней комнате, лежащим на кушетке с отсутствующим видом.

— Прежде чем ты что-то мне скажешь, я тут... — но я осекся, потому что Хладнокровие внезапно перевернулся на бок и выплюнул на пол аленькую лужицу крови. Выглядел он очень плохо. Он и на самом приеме выглядел больным, но всё ещё ощущался «стержень» что ли, величие, а сейчас хоть в гроб клади. — Хлад. Ты в порядке?..

Император не без труда сел, запрокинул голову и наверное полминуты смотрел в потолок, и мне даже показалось, что он вообще отключился. Но нет, он моргнул, глубоко вздохнул и, вернув голову в нормальное положение, хмуро на меня посмотрел.

— Не вижу смысла отвечать на твой вопрос. Достаточно того, что ты видишь меня в таком состоянии.

— Действительно.

— Садись, — он махнул рукой на стул неподалеку. Жутко захотелось подерзить в духе «мне и стоя хорошо», но это было бы ребячеством, учитывая его состояние. Так что я сел. А уже через несколько секунд поднялся, подошел к Императору и протянул руку.

— Что ты задумал?

— Просто пожми её.

Я понятия не имел, выйдет ли, но почему бы не попробовать?

КОНТРАКТ ЗАКЛЮЧЕН!

Прогрохотало истинное тело, и ему вторил второй голос, принадлежащий истинному Хладнокровию. Император тут же вздрогнул, а его кожа перестала быть бледной как мел.

— Спасибо, — сказал он, явно чувствуя себя гораздо лучше.

— Сам понимаешь, временный эффект, — пожал я плечами. Контракт был простым: я поделюсь с ним божественной энергией, а он отменит ультиматум. Учитывая, что с нынешним прогрессом потери сил он не доживет до этого самого ультиматума, Хладнокровие ничего не терял. — Но по крайней мере это даст тебе немного дополнительного времени.

— Это все что мне сейчас нужно. Время... — устало вздохнул Хладнокровие, но голос при этом звучал гораздо тверже и живее, чем до контракта.

— Почему ты не сказал Лизе, что с ней происходит? — спросил я, теперь уже присаживаясь на тот самый стул. — Она заслуживает право знать.

— Поверишь, если скажу, что боюсь? — он печально усмехнулся. — Человеческое существование накладывает слишком много следов, ты это и сам со временем поймешь. Мне страшно сказать дочери, кем я являюсь. ЧЕМ я являюсь. Страшно сказать, что если бы не передача управляющего конструкта, то я бы, скорее всего, занял тело Фёдора.

— Раньше тебя это не останавливало.

Император ожег меня злым взглядом, но я уловил лишь едва заметный аромат злости. Хладнокровие скорее источал усталость.

— Не читай мне нотации, Гнев. Ты в этом мире всего лишь год, в то время как я уже много столетий.

— И всё же тебе нужно поговорить с дочерью. Она не понимает, что это за сила, и как ей управлять. Я дал ей пару советов по тому, как учился я сам, но вряд ли этого достаточно. В конечном счете меня питает только мой собственный гнев и злость окружающих, в то время как твой источник сил — вся страна.

Он кивнул, но едва ли это значило, что Хладнокровие воспользуется советом. Печально... Судя по виду, ему действительно осталось не так уж много времени, но едва ли меня это радовало.

Император поднялся с кушетки, прошел к тумбе, на которой стоял графин и стакан, плеснул себе воды, после чего извлек из ящика маленькую пилюлю странного вида. Я бы такое в рот класть не стал, но у правителя было другое мнение, и он проглотил её целиком, запив водой.

— Так зачем ты хотел меня видеть?

— Идем, — махнул он рукой и пошел к выходу из собственных покоев. Мы вышли в коридор, прошли метров двадцать, после чего завернули в комнату для совещаний, где уже присутствовало несколько человек. Один, судя по погонам, был генералом-фельдмаршалом, второй — уже знакомый мне Третий, из Гвардии. Да уж... народ серьезный.

При появлении Императора они тут же отдали ему честь, он сам же, даже не посмотрев на людей, махнул мне рукой, подзывая к столу. Тут была огромная карта Империи и прилегающих территорий со множеством фигурок которые, видимо, обозначали расположение войск, причем как наших, так и вражеских.

— Ты искал возможность показать, что ты мне полезен, и вон она. Мне нужна твоя помощь, — Хладнокровие не стал ходить вокруг да около, сразу перейдя к сути. Император кивнул, и к разговору тот час подключился генерал-фельдмаршал.

— Османы стянули крупные силы сюда, сюда и сюда.

Мне указали на три позиции неподалеку от границы, причем каждая из них находилась на приличном расстоянии от других.

— И, как мы полагаем,они готовят для нас крупный и сокрушительный удар. Либо это атака с трех разных позиций в попытке прорваться хоть где-то, либо... — генерал переглянулся с Императором.

— Либо? — переспросил я.

— Либо все это будет один удар, по одной позиции.

— Две других — отвлекающий маневр.

— Не совсем, — покачал головой генерал. — Мы полагаем, что они подготовили сразу три инфернальных семени, и когда придет время, используют их для переправки войск в одну точку.

— И какую, вы не знаете?

— Почему, знаем, — тут заговорил Гвардеец, и генерал, недовольно поджав губы, согласно закивал.

— Вот сюда, — генерал указал на точку, что находится неподалеку от знаменитой донской крепости, что во время прошлой войны смогла удержать штурм.

— Почему? — спросил я.

— Там Хаггот, вернее его аватар, — сказал Хладнокровие. Ему было тяжело говорить и стоять, так что он присел на стул у стены, наблюдая за разговором со стороны. — Так что логично, что это будет то самое место. К тому же, это в его стиле.

— Ага... — протянул я, всё ещё не слишком понимая, что от меня хотят.

— Мы уже укрепляем оборону там, но не успеваем. И вряд ли успеем, если они действительно совершат такой маневр. Чтобы его отбить, нам придется стянуть силы с большей части фронтовой линии, а это в свою очередь приведет к ослаблению позиций в других местах.

— Получается, что ваши силы равны, но он может стянуть войска быстро в одну точку, а вы нет.

— Примерно.

— И если вы стянете силы к донской крепости от двух других позиций, а он не станет там нападать, предпочтя рассеянный удар, то вы легко отобьете один, а на двух других вражеские войска не встретят сопротивления.

— Ну без сопротивления не обойдется. Мы всё заминируем и сделаем всё, чтобы им было максимально трудно продвигаться.

— Но продвигаться они будут?

— Будут. В таком случае мы попробуем ударить им в тыл, перекрыв снабжение, но не хотелось бы вести военные действия на нашей территории.

— Ладно-ладно, я понял. Что ты хочешь от меня? — вопрос был задан Хладнокровию.

— Чтобы ты убил аватар Хаггота. Ты уже сделал это один раз.

— С чего ты взял, что это был я?..

— А кто ещё был на это способен? Не отрицай, это очевидно.

— Тц... Ладно-ладно... — я поднял руки над головой. — Сдаюсь, вы меня поймали. Но всё-равно, ты не считаешь, что просить меня о таком как-то слишком? В той схватке с Хагготом мне просто повезло. Он был слишком самоуверен, да и дрались мы не на его территории. В конце-концов, он один из гребаных Князей Инферно и гораздо древнее, чем мы с тобой.

— А к кому ещё мне обратиться. Ситуация безвыходная. Либо мы попытаемся нанести превентивный удар и не дать им осуществить задуманное, либо понесем серьезные потери. Ты ведешь дела с эльфами, у них есть весьма полезные технологии, которых нет у нас. Думаю, с их вооружением ты во главе небольшого отряда легко проникнешь к ним в тыл и нанесешь удар. Убьешь Хаготта или хотя бы уничтожишь инфернальное семя. Тогда это разрушит их план.

Как же в этот момент мне захотелось послать нахрен Хладнокровие с его проблемами.

— Я бы не просил тебя о таком, будь иной выход. Я бы сам всё сделал, как делал это прежде... Но я просто не могу. А Лизавета не готова, ей не хватит сил.

— И остается старина Гнев, да? — не удержался я от язвительного тона. — Если сдохнет, то и пусть. Одной проблемой меньше.

— Что ты хочешь?

— Что я хочу? Для начала, полное восстановление моего родового имени. Титулов, владений. Ты вернешь всё, что я потерял, а также публично объявишь о восстановлении репутации Старцевых. Все упоминания о «покушении» будут стерты из хроник.

— Ты забываешься, — вмешался гвардеец, но Император жестом заставил его не вмешиваться.

— Значит, вот что ты хочешь? Вернуть то, что было у Старцевых до твоего появления?

— Именно.

— Это твой Контракт?

Я промолчал, но думаю, это очевидно.

— Хорошо. Будь по твоему. Если ты сделаешь, что я прошу, если разберешься с проблемой, то я дарую тебе титул великого князя. Про статус императорского охранителя я ничего не могу обещать, этот вопрос нужно обдумать, но в остальном я исполню твою просьбу. Этого достаточно?

— Почти. Реликты.

— Что с ними?

— Верни им права. Пусть они будут гражданами с такими же правами, как и у остальных.

— Нет, этого не будет. Они оттягивают на себя силы.

— Я понимаю, но для тебя правда это важно сейчас? Ты и остальные отняли их земли, устроили геноцид. Неужели они не заслужили хоть какой-то компенсации за это?

— С чего вдруг ты так о них заботишься?

— С того, что я реликт. Что моя сестра реликт. Моя мать была морской девой, дочерью морского царя. У меня хватает друзей реликтов, которые любят эту страну так же, как и простые люди. А может даже больше. Я хочу, чтобы они чувствовали себя в безопасности, гражданами своей страны, которая не позволит пустить себя на органы каким-то тварям. Понимаешь?

— А если я откажусь?

— Тогда я уйду, и сам разбирайся с последствиями.

Хладнокровие смерил меня взглядом, и я ощутил, как от него волнами расходится сила. Есть ли у меня шансы против него, даже раненого и ослабленного? Вряд ли, но и он в попытке убить меня потратит слишком много сил.

— Хорошо, — в конце-концов сказал он. — Сделай это, и я исполню твою просьбу. Но имей в виду, тогда нам придется столкнуться с недовольством священников.

— Отлично! С тварями мы разберемся в свое время, не волнуйся. А пока мне бы хотелось услышать детали.

Глава 22

— Ты псих. Просто отбитый на голову сумасшедший.

— Очень приятно, что ты в меня веришь, — не удержался я от улыбки, смотря на голографическое изображение темной эльфийки, проецируемое артефактом. Ещё один её маленький подарок на тот случай, если мне нужно срочно с ней связаться без необходимости лично отправляться в посольство.

Я не стал делиться всей информацией относительно предстоящей миссии, но дал ровно столько, чтобы она поняла, насколько дело серьезное. Проникновение на территорию хагга, в тыл войск, и совершение диверсии.

— Граница кишмя кишит демонами. Там людей практически не осталось, а за ними ещё и армия осман, готовая ударить вслед за хагга. Если ты действительно собираешься пойти туда малым отрядом, без прикрытия, то это самоубийство.

— Вот я и надеялся, что ты немного увеличишь наши шансы, — улыбнулся я. — Не хочешь же ты потерять своего любимого делового партнера.

— Я всё ещё не понимаю, зачем тебе вообще туда идти, да ещё и лично. Пошли своих людей.

— Не могу, я должен все сделать сам. Знаешь, есть вещи, которые мужчина должен просто пойти и сделать, несмотря на непонимание других. И это одна из них.

— Пойти и сдохнуть можно и по-другому, гораздо более приятно, чем быть разорванным демонами. Например, могу снять тебе сотню шлюх, чтобы они буквально затрахали тебя до смерти, что скажешь?

— Соблазнительно… А ты среди них будешь?

— Вот не пойму, ты меня только что оскорбил или пытался соблазнить? — прищурила Сивилл свое алые глазки.

— Может всё вместе.

— Если тебе так не хватает женского внимания, то я так и быть выкрою недельку в своем расписании и уделю тебе особое внимание. Лишь бы ты не делал глупостей и не вынуждал меня искать нового представителя себе замену.

— Всё будет нормально, — отмахнулся я. — Но недельку выкрои, когда я вернусь. Отпразднуем.

— Я подумаю, — уголок её рта чуть приподнялся. В такие моменты я слегка поражаюсь тому, что эльфийка одинока. Ей же определенно нужен мужик, но по какой-то причине среди длинноухих она его себе не нашла. — Что же до твоей просьбы, посмотрю что можно сделать. У меня широкие возможности в Доминионе, но они далеко не абсолютны. Я и так предоставила тебе то, что не должна была.

— Даже так?

— Даже так, — кивнула Сивилл. — Посмотрим, что ещё смогу. Много у меня времени?

— От силы пара дней.

На это она выдала какое-то замысловатое эльфийское ругательство. Цукимару бы оценила, она любительница такого.

— Тогда не буду его тратить, — эльфийка помахала мне ручкой, и изображение растворилось в воздухе.

* * *

— Дамы и господа, очень рад сегодня всех вас тут видеть, — улыбнулся я присутствующим. Собрание я организовал в своем новеньком огромном поместье, которое сейчас активно ремонтировали. Сделал это в личном концертном зале, попутно поймав себя на мысли, что не слишком комфортно чувствую себя на сцене.

Собрались тут практически все. И люди Ворошиловой, и Ларцевы, включая Михаила, и гвардейцы Императора, причем как хорошо знакомые, так и новенькие. Также тут присутствовало несколько магов, солдат, да и просто людей, которых я не знал. Что поделать, самому вылазку мне провести не дадут. Самым странным наверно был тот факт, что помимо людей здесь сидела троица эльфов, причем один из них был тот самый, которому я начистил морду в прошлый раз. Вот Сивилл, вот удружила, я конечно просил о помощи, но не такой же...

— В общем, — продолжил я. — Некоторые уже в курсе, некоторые узнают сейчас, но Император, да будет править он вечно, поручил мне одну непростую работенку…

И я коротко пересказал всё, что нам предстояло сделать. Опустил лишь одну ма-а-а-а-аленькую деталь — Хагготта. Не нужно им о нем знать, да и если столкнемся, то я возьму его на себя.

— Всем всё ясно?

Разумеется, сразу началось бурление. Вопросы сыпались один за другим, и на некоторые у меня просто не было ответа. В основном мне говорили, что это безумие и самоубийство.

— Так, хватит! — остановил я всех. — Во-первых, я никого с собой не тяну. Если не хотите участвовать — это ваше право. Миссия действительно опасная, и брать с собой тех, кто не готов, я не стану.

— А во вторых? — спросила Ворошилова, сидящая в первом ряду.

— А во-вторых, ситуация плачевна. Вы очень скоро это поймете. Если мы это не сделаем, то рискуем потерять инициативу в войне, и цена у этого будет очень большой. Нам придется рискнуть своими жизнями, чтобы спасти намного больше жизней.

Я сделал небольшую паузу, чтобы все могли это обдумать.

— Так что повторю: кто не готов — можете уйти. Если понадобится, я пойду туда один. Но чем нас будет больше, тем выше шансы на успех.

Я немного отступил от трибуны, чтобы дать людям возможность решить, кто готов, а кто нет. Длилось это минут пять, и по итогу никто не ушел. Хороший знак. После чего я спустился вниз и передал словно какому-то высокопоставленному офицеру, который должен осуществлять курирование предстоящей операции. Технически я был главным, но у меня мало опыта командования большой группой людей, да ещё в боевых условиях, так что, взвесив все за и против, я решил, что так будет лучше для всех.

Степанов Сергей Григорьевич, ему за сорок, с короткой аккуратной бородой и темными, с проседью волосами. Я точно не знал его звание и должность, но судя по тому, что слышал, он был каким-то важным человеком в прошлом. То ли бывшим бригадным генералом, то ли вроде того. Именно его мне порекомендовали в роли тактика и руководителя. И в качестве подтверждения, что это был правильный выбор, я заметил, как оживились Ворошилова и её люди. Похоже, что вот они его отлично знали и были рады, что он с нами в одной команде.

— Граф Старцев всё верно вам сказал. Положение сейчас тяжелое, и мы до конца сами не знаем, что задумал враг. Можем лишь предполагать, и по этой причине нам и необходимо провести эту операцию, — он дал рукой знак, и оператор проектора, который подготовили заранее, продемонстрировал слайды на экране за спиной Степанова. — Наша цель — выкрасть или уничтожить инфернальное семя. Всего в операции будет задействовано две группы, каждая из которых по итогу может стать как основной, так и отвлекающей. Ровно через четыре дня четвертая и восьмая дивизии выступят к Дону под прикрытием семьдесят первого, сто первого и двадцать шестого полков. Они должны будут стянуть на себя силы хагга из этих областей, в то время как два отряда, пользуясь моментом, переправятся на другой берег и, обойдя основные позиции врага, дойдут до их штаба, где и должно находиться инфернальное семя. Каждый из отрядов будет…

Я отвлекся от речи и повернул голову к Хильде, что села рядом со мной. Когда я выступал, она стояла там, на сцене, и лишь сейчас спустилась вниз.

— Ну, что скажешь?

— Тебе не понравится, что я скажу, Дима…

— Всё настолько плохо?

— Я вижу печать смерти над почти всеми присутствующими.

— Даже так?.. — вздохнул я.

— Да… Эта миссия — самоубийство. Вы все там погибните.

— Ты сама говорила, что твоя сила не абсолютна. Много раз ты видела что-то плохое, но этого не случалось. Как с Дашей, как с Цукимару.

— Да, но… Это все правда плохо кончится, Дима. В этот раз ты не сможешь защитить всех.

— Я попытаюсь. Ты сделала то, что я просил?

— Да, — кивнула она и протянула мне бумагу с именами всех присутствующих, напротив каждой из которых было несколько пометок, понятных только мне и Хильде. — Ладно… Поехали…

Пока речь Степанова продолжалась, я распределял людей по отрядам. Один был “отрядом смертников”, из тех, над кем знаки по словам Хильды были однозначными. Их ждет смерть. Во второй шли люди с более оптимистичными прогнозами. И отряд смертников собирался возглавить я сам. Предсказания Хильды не всегда сбывались, я раз за разом разрушал их порой одним своим присутствием. И я намеревался этим воспользоваться, прикрыть собой, если понадобиться, но уберечь. Второй же отряд… Там тоже скорее всего будут потери, но я не мог разорваться надвое. Будем надеяться, что коллективная удача большей части его членов поможет остальным.

В общей сложности это собрание длилось около часа, Степанов объяснял нюансы предстоящего, как мы должны действовать, что нам примерно ожидать, но сразу предупредил, что данных о территории хагга у нас очень мало. Все наши информаторы из стана врага находились в рядах османов, потому что попытки перекупить хоть кого-то проваливались. И я прекрасно знал, почему: Хагготт.

После чего все были свободны. Списки групп будут объявлены завтра, и мы займемся подготовкой к началу операции.

— Разношерстная у вас команда, граф, — сказал мне Степанов, когда все разошлись. — Вы уверены, что не хотите воспользоваться людьми, которых я рекомендовал? У нас есть несколько сработанных боевых групп, готовых выполнить эту миссию.

— Больше веры в нас, Сергей Григорьевич. Понимаю, что вы не доверяете нам, считая, что у нас нет дисциплины и сработанности, но уверяю — мы справимся. У нас есть техника эльфов, у нас есть маги, у нас есть убийца магии, — у нас есть Я, — и мы выполним эту миссию. Втопчем демонов в грязь.

— Мне бы вашу уверенность, — покачал он головой. — С вашего позволения, я пойду. Нужно хорошо подготовиться.

— Разумеется, — кивнул я.

Вместе с Хильдой я уже направился на выход, как мне дорогу преградил Молот.

— Да?

— Возьми меня с собой, на эту вашу миссию.

— Тебя? — я удивленно моргнул. Несмотря на то, что он присутствовал на собрании, я не записывал Ветрова ни в один из отрядов. Он телохранитель матери и сам не раз говорил, что не головорез. — Я думал, ты предпочтешь остаться с сестрой.

— Я богатырь.

— Да я в курсе так-то.

— Нет, ты не понимаешь… — покачал он головой. — Ты сказал, что нашей родине угрожает враг. И внутри меня при этом словно… Я не знаю, как это описать. Это как зуд, который никак не унять. Богатыри — защитники этой земли, и, возможно, я последний из них. И что, мне отсиживаться за спинами, когда нашей земле угрожают? Мне это нужно… Слышишь? Нужно!

Мне хотелось съязвить, что если Молот так хотел защищать родину, то мог отправиться на границу и готовиться к войне. Но вместо этого он бил морды в бойцовском клубе. Да, у него сестра, но всё же. Когда это останавливало мужчину от глупости?

— Хорошо, — согласился я. — Ты отправишься с нами, если так хочешь. Но не забывай, кто главный. Не хочу слышать споры и пререкания из-за личного отношения. Ты солдат, я твой командир. Ясно?

— Да. Я буду исполнять приказы.

— Тогда у нас с тобой проблем не возникнет, — улыбнулся я и похлопал ему по плечу. — Иди собирай вещички. И не забудь меч. Очень хочу посмотреть, на что способна эта штука.

Глава 23

Фронт. Я очень много слышал о том, что тут происходит, но впервые появилась возможность побывать здесь лично. И… я почему-то представлял себе поле боя, усеянное трупами, где сходятся в схватке армии, но реальность оказалась чуток иной.

Нынешняя граница столкновений проходила по Дону, и весь наш берег от горизонта до горизонта был изрыт окопами, утыкан укрепленными огневыми точками с колючей проволокой, за которыми сидели скучающие стрелки. Так что весь берег представлял собой довольно унылое зрелище.

А вот противоположный берег, напротив, выглядел спокойным и умиротворенным. Лесок, поля. Хотя если начать присматриваться, то на последних можно заметить множество воронок от взрывов. И лес уже не такой густой, со множеством поваленных деревьев. Да и вообще, с периодичностью в двадцать-тридцать минут то тут, то там громыхало, и на другой берег прилетали “подарочки” прямо демонам на головы.

— Шумно тут у вас, — хмыкнул я, поковырявшись в ухе.

— Отпугиваем их, — кивнул генерал Голованов, руководивший этим участком и встретивший нашу группу. — Хагга трусливы, да и участок у нас спокойный. Вот севернее, ближе к крепости, всё гораздо хуже. У нас тут устье реки шире, и перебраться сложнее, легко изрешетить ещё на подходах, а там наоборот, вот демоны и стягиваются туда. А тут так.

Он махнул рукой словно, это все не очень-то и важно.

— “Так” это как? — всё-таки уточнил я. Нам нужно переправиться на тот берег, и я надеялся, что эта информация хоть немного скажет, чего нам ожидать.

— Ну… Где-то раз в неделю они пробуют форсировать Дон в разных местах, причем во время переменки караулов обычно. Видимо, наблюдатели у них имеются, но мы в курсе, так что все эти попытки пресекаем. Обычно прорваться пробуют группы в двадцать-тридцать демонов, большая часть из которых часто даже без оружия.

— Османы их что ли не снабжают?

— Почему? Снабжают, но они тупые слишком. Дай Император, да будет править он вечно, два из десяти демонов умеют стрелять, остальные же скорее товарищей подстрелят. Так что огнестрел выдают лишь тем, кто смышлёней. Или людям.

— Людям? Среди них есть люди?

— Попадаются. В газетах обычно пишут, что демоны убили всех людей на тех землях и всё в таком духе, но на деле там ещё хватает городов. Хагга не могут жить сами, думаю, вы и так это знаете. Им нужны тела людей, и люди же часто служат им пищей для трансформации. Так что городов и деревень там хватает, но они скорее эдакие огромные фермы.

— Дерьмо…

— И не говорите, — кивнул генерал. — Но не доверяйте там людям. Они слишком напуганы и сломлены, не верят, что возможна другая жизнь. Уж поверьте, я многих лично допрашивал, и все очень печально. Хагга находят способ забраться людям в головы пытками, угрозами и магией, так что выжившие попытаются от вас избавиться, лишь бы демоны их не тронули.

Артиллерия и тяжелая техника, вроде тех же “богатырей” Беспалова, находились чуть в отдалении от берега, примерно в паре километров от текущей позиции. Причину этого мой собеседник тоже доходчиво объяснил.

— У них тоже есть маги. Их, как и наших, немного, но есть, и вот они работают не хуже нашей артиллерии. Разве что дальность у них не так велика. Они могут бить только прямо с берега или рядом с ним.

— Поэтому и работает артиллерия? — догадался я.

— Да, это их отгоняет, не позволяет занять позицию и укрепиться.

— Тогда почему не снести лес напротив? Разве он не мешает?

Если бы я был командиром, то первым делом это бы и сделал. Река создает хорошую возможность взять врага тепленьким при форсировании, но без леса было бы лучше. Можно было бы сразу увидеть, что враг идет, а так…

— Бесполезно, — махнул рукой генерал и поморщился. — Конечно мы пытались. Я бы даже сказал, пытаемся. Регулярно поджог устраиваем, но демоны тушат оперативно. Пару раз получалось хорошенько так его подрезать, но демоны каким-то образом могут его выращивать.

— Выращивать лес?

— Ага. Понятия не имеем как, даже наши маги не понимают. Вот леса нет, а за пару недель вырастает как новенький.

— Понятно… — это мне многое объясняло.

Генерал мне ещё рассказывал некоторые особенности местного быта, пока мы не вышли к столовой, где сидела моя команда. Бронников и ещё двое парней из людей Ворошиловой, Миша, который теперь носил форму Истинного, Таня, уже знакомая мне Волкова, Пепельный маг и богатырь Ветров. Разношерстный у нас отряд конечно получился. Большая часть из них в данный момент с большим аппетитом уплетала кашу. Но при моем появлении все поднялись на ноги, приветствуя командира. А тут я в первую очередь был им, а не другом.

— Расслабьтесь, — сказал я им.— Отдыхаете?

— Немного, — улыбнулся Миша, сидевший с краю.

— Когда выступаем? — спросила Таня.

— После заката. Нам говорят, что перебраться на другой берег лучше всего ночью. Так что проверяйте свое снаряжение, поспите и наберитесь сил. Как только переправимся, времени на отдых не будет. У нас три дня, чтобы выйти на нужную позицию.

Все согласно закивали, принимая к сведению приказы.

— А где Цукимару? — спросил я, заметив, что одного из членов группы нет.

— Где-то вон там. Сказала, что хочет прогуляться, — ответила Таня, и я, благодарно кивнув, отправился на поиски лисицы.

Искать её долго не пришлось. Она сидела на пригорке чуть выше основных рвов и смотрела на противоположный берег. И она, к слову, была не одна, рядом с ней, свернувшись калачиком, спал Казимир.

Вообще было довольно необычно видеть кицунэ в военной форме. Воинственный вид портила округлая миловидная мордашка с азиатскими чертами и круглые очки. Так и не понимаю, почему она их носит, если со зрением у неё всё в порядке.

— Ты ведь помнишь, что не обязана с нами идти? Это даже не твоя родная страна.

— Теперь моя, — не согласилась она. — Мы с тобой неразрывно связаны, отныне и навсегда, и раз это твоя родина, то теперь она и моя.

— Но это всё ещё не повод идти. Тебе же страшно, я вижу.

— Ох, мне страшно… Да, мне очень и очень страшно… — произнесла Цукимару и подняла трясущуюся руку. — Видишь? Меня всю трясет…

— Так зачем идешь?

— А зачем идешь ты?

— Потому что здесь небезразличные мне люди, — пожал я плечами. — Потому что если не пойду, если не прикончу очередной аватар Хагготта, то кто-то из тех, кого я знаю, может погибнуть. Когда я только пришел в этот мир, мне было плевать на всех кроме себя, если подумать. Я подчинил тебя, не спрашивая разрешениея, просто воспользовавшись тем, что ты слаба. Я уничтожал фабрики Беспалова, и мне было по большому счету плевать на тех, кто их охраняет. Все, что я хотел, это уничтожить влияние своего врага.

— А сейчас?

— Нет, я все ещё хочу его уничтожить. Но понимаю, что методы выбрал не самые лучшие.

— Полагаю, что это называется “повзрослел”.

— Да, наверное. Просто раньше рядом со мной была только ты да сестра, но сейчас людей становится все больше. На меня уже работают тысячи человек, и я начинаю задумываться о том, что мне не плевать на них. Я хочу, чтобы у них все было хорошо, чтобы они доверяли мне и верили в светлое будущее. И едва ли всё будет так хорошо, если Хагготт перейдет реку со своей армией.

Цуки кивнула.

— Я решила пойти, потому что нужна тебе. Мои иллюзии смогут скрыть нас от демонов, смогут сохранить наши жизни, и поэтому я тоже должна идти, несмотря на страх. Да и… Я устала бегать, — она вздохнула и опустила взгляд. — Я всю жизнь боюсь и бегу, бегу и боюсь. Но знаешь, встреча с Йоримару что-то во мне изменила. А может изменил ты, в конце концов я теперь часть тебя, — лисица протянула руку и легонько стукнула меня по груди. — Как бы то ни было, я взглянула сестре в лицо, выслушала угрозы которые она бросала о том, что убьет тебя, как я буду стоять на коленях перед Богом-Императором, и вдруг поняла, что мне не страшно. Что её угрозы убить тебя нелепы и лишь смешат. Я почувствовала себя защищенной, словно за каменной стеной, и впервые в жизни поняла, что не хочу больше бегать. Знала, что, что бы ни случилось, ты спасешь меня.

С этими словами лисица положила голову мне на плечо и взяла за руку.

— Поэтому если тебе нужно, чтобы я пошла, я пойду. Страхам нужно заглядывать в глаза.

— Я это очень ценю, Цуки. Правда.

— Да и если ты там умрешь, то я тоже умру, так какая разница… — словно невзначай ляпнула она.

— Цуки…

— Да, извини, — тут же поправилась она. — От старых привычек порой так сложно избавиться.

* * *

— Все готовы? — спросил я, смотря на товарищей, готовых водрузиться на две простеньких деревянных лодки.

— Конечно!

— Прикончим этих ублюдков.

— Только вперед.

— Отлично, — улыбнулся я и посмотрел на Цуки.

— Я скрыла нас. Кажется…

— Так скрыла или нет?

— Скрыла, скрыла. Наверное…

Всё-таки Цуки это Цуки…

— Я не стала делать нас полностью невидимыми. Это слишком сложно, и как ты помнишь, для этого нужен телесный контакт. Не очень представляю, как это сделать в нынешней ситуации с таким количеством людей, так что я просто немного исказила ночную воду, чтобы мы казались её частью.

— Я тоже могу попробовать нас немного прикрыть, — предложила Таня. — По идее могу попробовать окружить нас Тенью.

— Тогда поступим так. Таня, ты поплывешь на второй лодке и скроешь её Тенью, я с Цуки на первой, и возможно у неё получится сделать нас невидимыми.

— Да хватит уже трепаться, я устал тут ждать, — внезапно заговорил Казимир, по хозяйски усевшись на нос одной из лодок.

— Стойте, кот только что… — немного охренел Бронников, да и половина присутствующих тоже.

— Ага, он говорящий, — кивнул я.

— Но… Как же…

— Он ещё и голову откусить может, — усмехнулась Таня. — И ещё он мягкий и очень приятный, когда большой. Так и хочется в него зарыться с головой.

— Вы меня не кормите в истинном виде, — обиделся кот. — Я уже и не помню, когда в последний раз человечину ел.

— Так он ещё и людоед?..

— Он на диете, — усмехнулся я. — Но так — да. Поэтому если вдруг решите его пнуть, имейте в виду, он может вас сожрать.

— Сожру с большим удовольствием! — подтвердил Казимир.

— Ладно, правда хватит болтать. По лодкам и в путь, у нас слишком мало времени, чтобы тратить его на пустую болтовню.

Глава 24

Переправа на другой берег прошла без проблем, разве что Цукимару немного ежилась от холода. Ночи становятся все холоднее. Скорее всего, не пройдет и недели, как выпадет первый снег. Не хотелось бы попасть под снегопад…

Лодки затащили на берег мы с Ветровым, после чего быстро их замаскировали и, водрузив на плечи рюкзаки со всем необходимым, двинулись в путь. Вперед я отправил кошака, в конце концов он самый маленький и незаметный из нас, а сам отряд двинулся следом, четко сверяясь с картой и часами. Генерал дал нам расписание и план артиллерийской бомбежки, чтобы мы могли избежать опасных мест и не попасть под дружественный огонь.

Не прошло и получаса, как мы вышли на усеянное кратерами поле. Хотя нет, говорить “поле” — не совсем правильно, потому что тут настолько всё было изрыто взрывами, что и не поймешь, может тут был лес.

— Это же сколько тут взрывали… — изумилась Таня.

— Ну так, ты же слышала работу артиллерии, — пожал я плечами.

Преодоление этих рвов, часть из которых была заполнена водой, походило на полосу препятствий, отчего Цукимару выдохлась через пару минут. Она шла налегке, но едва ли это помогало, слишком мало у неё было физической активности. Я немного устал смотреть на то, как она пыхтит и тужится, пытаясь не задерживать отряд, поэтому дал команду Летуну. Тот возник рядом с нами, подхватил лисицу и усадил себе на спину.

Большая часть отряда при этом спохватилась и похваталась за оружие, пришлось их успокоить.

— Ты в следующий раз предупреждай, — рыкнул Бронников. — Говорящий кот, это странное чудо-юдо… В следующий раз рука сама может дернуться.

— Да вроде это всё, — задумался я. — Но если вдруг вспомню, то обязательно сообщу.

В ответ солдат недовольно сплюнул под ноги.

В целом продвигались мы довольно резво. Немного тормозили маги, потому что мы с Таней и Ветровым могли просто запрыгнуть на холмы, тоже самое могли сделать солдаты в бронекостюмах, а вот маги были лишены сверхчеловеческой силы, а Летуну тащить троих было сложно.

Когда вспаханное артиллерий поле закончилось и вновь начался лес, мы с облегчением выдохнули. Эти постоянные подъемы-спуски довольно сильно раздражали. Тут, сверившись с картой и компасом, мы передохнули пару минут и двинулись дальше. А ещё через час к нам вернулся Казимир.

— Демоны, — сообщил он.

— Много?

— Три десятка. У некоторых есть оружие.

— Таня, ты со мной на разведку, — приказал я. — Остальные, будьте готовы.

Сейчас ночь, так что я решил не тратить силы Цукимару на маскировку, тем более что Таня в ночном лесу тоже неплохо с этим справлялась, сгущая тени. Казимир вывел нас к какой-то проселочной дороге, где стояло два побитых жизнью и не только грузовика, из которых выгружались хагга. Демоны, судя по всему, собирались отправиться к реке для нападения.

Казимир не обманул. Лишь у четверых из демонов было оружие, но и демоны это были не простые. Не рыцари Инферно конечно, но тоже покрытые плотной костяной броней. А вот остальные — “свежаки”, совсем недавно обращенные в демонов люди, тела которых теперь занимали гости из Инферно. “Старшие” выдавали им оружие: ножи, топоры, мечи и прочее. Причем низшие демоны судя по всему были вообще дикие, потому как двое ухитрились подраться из-за меча, отчего один из них лишился руки. Демонам с нормальным оружием на это было в принципе плевать, видимо, для них они были просто пушечным мясом.

— Ну и что будем делать? — тихо спросила Таня.

— Заберем их транспорт. На своих двоих нам слишком далеко добираться.

Это тоже была часть плана. Переправлять транспорт через реку было слишком накладно и сложно, а ещё нас могли заметить. Ключевая же часть операции состояла как раз в том, что мы должны были действовать тихо, не дав Хагготту узнать, что мы тут.

Теоретически он мог бы увидеть нас глазами этих демонов, но для этого ему нужно было знать, какого демона “касаться”.

— Действуем, — сказал Тане, и мы отступили, а через десяток минут вернулись уже всем отрядом. Бронников с моего дозволения расставил позиции, и когда настал момент, дал сигнал.

Первыми мы, разумеется, ударили по тем, кто мог стрелять. Люди Ворошиловой и Таня сработали четко, сняв одновременно всех четверых. Причем Таня стреляла не из обычного оружия, а из какой-то своей теневой винтовки, что выглядело очень внушительно.

— Что? Тоже такую хочешь? — спросила она и ухмыльнулась.

— Такую, как ты? Такую, как ты, хочу, — ухмыльнулся я в ответ и чмокнул эту рыжую вампиршу в губки.

— Дурак! — смутилась она, но времени на заигрывания не было. Демоны очухались, сообразив, откуда стреляют, и всей толпой бросились на нас. Тут уже пришлось действовать всем. Миша сделал шаг вперед, взмахнул рукой, и с его пальцев сорвалось десятка два острых сосулек, прошивших сразу троих демонов.

— КРОВИ-И-И-ИЩА! — взревел Меч и тут же принял форму пистолета, повинуясь мысленному приказу. Бах, и одного из демонов буквально разрывает на куски. Бах, и вот уже второй готов.

В конечном итоге мы расправились со всеми быстрее, чем они успели до нас добежать, несмотря на их существенное численное преимущество.

— Крови-и-и-ища… — жалобно пропищал крайне обиженный Меч. — Хочу крови-и-и-ищу…

— Ну извини друг, в другой раз. Тут ещё полно демонов.

— Хнык-хнык…

— Тебе должно быть стыдно, Дима. Ты расстроил Меч, — совершенно серьезным тоном сказала Таня, но я по бесятам в глазах понял, что она шутит.

— А, так у тебя ещё и оружие разговаривает… — закатил глаза Бронников. — У тебя трусы часом не говорящие?

— А не должны? — изобразил я удивление, а Таня разразилась громким смехом.

— Народ, вам не кажется, что сейчас немного не то время и место, чтобы шутить? — слегка опасливо вклинился в наш разговор Миша.

— Да пусть, — высказался Бронников. — Наоборот, такое немного снимает стресс и выпускает пар, иначе чайник свистеть начнет.

— В-всё закончилось? — из кустов высунулась кицунэ и опасливо закрутила головой. — Т-точно?

— Точно-точно. С ними разобрались.

— Ух… Хорошо. А то это было так страшно, что я спряталась. Да и вообще, не думаю что вам стоило давать мне эту штуку, — она подняла и показала пистолет. — Я всё равно не умею ей пользоваться.

Пока мы болтали, солдаты проверили транспорт. Из плохих новостей — одна машина пришла в негодность. Несколько пуль попали в бак и пробили его. А вот второй грузовик был в целости и сохранности, так что в него мы и поспешили загрузиться.

За руль сел один из бойцов Ворошиловой, сама же она сейчас вместе со Степановым руководила второй группой, и я чувствовал за собой небольшую вину за то, что никому не сообщил о Хагготте. Вернее, решение, что это должно остаться тайной, принадлежало Хладнокровию и его ближайшим советникам, а меня просто поставили перед фактом.

Ладно, это не так страшно. Их миссия— уничтожить семя Инферно, как впрочем и моего отряда. Хагготт же — это лично моя проблема, которой я займусь персонально. Остальные в случае чего смогут продолжить операцию без меня.

Машина тронулась в путь, и Цукимару вместе с Таней на пару укрыли нас чем-то вроде маскирующего полога. А потом впереди показался не то блокпост, не то небольшой поселенный пункт, и самое неприятное, что нам так или иначе придется проехать через него. Ну либо останавливаться и пилить пешком через лес.

— Дима, что будем делать? — спросила Таня. — Пробиваться с боем?

— Нет, у меня есть идея получше, — ухмыльнулся я. — Все в кузов. Таня, ты за рулем. Сможешь создать маску, как эта? — я показал на ту, что так любил использовать для своих похождений в инкогнито. Сейчас, после того, как Чернова, который только-только обрел имя и обязанности, раскрыли, я ей почти не пользовался.

— Да.

— Отлично, тогда подыгрывай. Ты же вроде мечтала стать актрисой в детстве?

— С чего ты взял?

— Да так, в голове вдруг всплыло, — и действительно всплыло. Что-то из обрывков памяти настоящего Старцева.

— Тебе показалось, — она довольно забавно надула губки.

— Неважно. Цукимару, сделай их невидимыми. Всех. Справишься? — спросил я, дождавшись момента, когда все члены нашего отряда окажутся внутри кузова.

— Ну… Они близко… Но им придется меня коснуться.

— Отлично! А теперь все дружно лапаем Цукимару!

— ЧТО?! — воскликнула лисица. — Пощади меня, я же твоя жена…

— А, ну да. Тогда осторожно трогайте Цукимару, но если кто полапает её за грудь, сломаю руки. Ясно?

— Нервничаешь? — спросила Таня, заметив мой внезапный прилив остроумия. Как-то в последнее время не до этого было, а тут само прорывалось.

— Может самую малость. Давай уже за руль, мисс упругая попка. Цуки, они все ещё видимы!

— Ох… Да стараюсь я… Стараюсь. Их слишком много, вот будь у меня четыре хвоста.

— Я знаю, как тебе можно поставить четвертый хвост, и тебе это даже понравится!

— Дима! — воскликнула Таня уже с водительского места.

— И тебе поставим, не переживай.

Наконец Цукимару справилась со своими способностями, и кучкующиеся вместе люди исчезли, превратившись в просто какие-то ящики. Видимо, лисица решила, что проще их замаскировать, чем делать невидимыми. Ну а я натянул маску на лицо, но в этот раз принял весьма любопытный облик — одного из старших демонов Хагготта. Из рассказов Эолы я знал, что они высокое звено в управлении армией демонов, даже выше рыцарей Инферно, потому что обладают более высоким и гибким интеллектом.

— Как я выгляжу? — спросил я у Тани, запрыгнув на крышу автомобиля и свесившись к окну.

— Ох, Хлад! Ты меня напугал! — выругалась она, уставившись в два горящих водоворота в глазах.

— Так как я выгляжу?

— Как Эола.

— Такой же горячий? Блин, я то собирался их обмануть, а не соблазнить.

— Дима, хватит, — серьезно сказала девушка. — Не смешно.

— Да-да, прости, я правда нервничаю. Слишком многое поставлено на карту, — например, возможность моим родным и друзьям стать полноправными гражданами. Реликты смогут перестать прятаться. — Так значит я похож на Эолу?

— Да. Ты выглядишь как демон её расы, — Таня протянула мне небольшое зеркальце. Откуда она его взяла?

— Отлично, этого и добивался. Ты тоже должна выглядеть так же.

— Вот так?

— А говорила, мне быть серьезным… — укорил я её, потому что с водительского сидения на меня смотрело точно такое же лицо. Таня воспроизвела то, которое напялил я, буквально один в один. Я едва не рассмеялся, представив, как абсурдно это выглядит. Въезжаем мы туда, и демоны видят двух одинаковых людей, только у одного есть грудь, а у другого нет. Смешно-смешно…

— Ты сам сказал сделать такое же. Вот я и сделала. Сейчас… Нормально?

— Да, очень даже. Ты весьма горяча в этом… демоническом виде. Мне нравится.

— Очень за тебя рада, а теперь поехали уже. Мы и так задержались из-за твоих шуток.

Глава 25

Грузовик неторопливо двинулся вперед, а я забрался на его крышу и уселся в позу лотоса. Смотрелось со стороны это немного нелепо, но так и было задумано Это должно отвлечь внимание демона от содержимого кузова, сосредоточив его на нас.

Стоит отдать отродьям Инферно должное, к этому пункту они отнеслись со всем основанием. Тут и укрепления, и огневые точки, правда на страже стояло всего несколько бойцов, и виду у них был… небрежный что ли. Одеты в рванье, через которое растет костяная броня. В руках оружие, но держат его абы как. У того, что стоял на наблюдательном посту, оружие вообще просто висело на одном из костяных шипов, словно на вешалке.

Да уж… Даже не знаю, что сказать. “Качество” у армии Хагготта хромает на две ноги.

При появлении машины в стане демонов началось небольшое шевеление. Правда случилось это, когда мы уже почти подъехали к местному КПП.

— Кто это? — спросил один из демонов, уставившись на нас немного туповатым пылающим взглядом.

— А сам не видишь, кретин? — добавив в голос высокомерности, сказал я. — Мы едем. Пропусти нас.

— Не положено…

— Да плевать мне, положено или не положено. Пропускай, мы торопимся.

Демоны переглянулись, словно спрашивая друг у друга, что делать в такой ситуации, и не нашли ничего лучше чем, отправиться за старшим. А старшим оказался точно такой же синемордый демон, каких изображали мы.

— Твой план идет по одному месту, — шепнула мне Таня.

— Не боись, я всё продумал!

— Всё это что?

— Ну… Просто не боись, ладно?

Вот синемордый выглядел уже гораздо приличнее, даже похож на офицера, и вид у него как у интеллигента, что вынужден служить с полными кретинами. И когда он увидел нас с Таней, то сразу остолбенел, а его лицо вытянулось. Словно потерпевший крушение на необитаемом острове спустя десяток лет увидел других людей.

— Куда это он?..

— Я не знаю…

Этот офицер внезапно развернулся, просто бегом понесся прочь и скрылся в одной из палаток.

— Может таки пропустишь нас? — попыталась теперь уже Таня. — Мы торопимся.

— Без старшего нельзя.

— Так ваш старший только что убежал… Это вообще нормально?

Демон, с которыми мы разговаривали, повернул голову и скучающим взглядом глянул на командирскую палатку, после чего пожал плечами.

— Не знаю. Он странный.

Демонское войско с каждой минутой вызывало у меня всё больше разочарования. Особенно когда один из демонов словно невзначай спросил нас.

— А людских кишок у вас случайно нет?

— А разве похоже, что есть?

— Ну мало ли… — и приуныл.

Зато наконец вернулся офицер, правда теперь уже облаченный не просто в военный мундир, а в парадный военный мундир! С погонами, наградами, и при этом шагал так, словно ему палку в зад вставили. Это смотрелось так комично и абсурдно, что мне сложно было сохранять серьезное лицо.

— Кажется, он для нас принарядился…

— Ставлю золотой рубль на это… — согласился я с Таней.

— Командир отделения Хэсгус Гур, к вашим услугам, — представился он, отдав честь.

— Лейтенант… — я задумался, какое бы имя взять. — Дибелей Мун. А это моя помощница Лола.

— Мун? — синемордый удивленно моргнул. — А мне казалос,ь этот клан уничтожили.

— Это потому… — я малость завис, но нас выручила Таня.

— Потому что так угодно владыке Хагготту. Он хотел, чтобы люди думали, что этот клан уничтожен, а такие, как мы, выполняем его особые задания.

— О, понимаю-понимаю… — на лице офицера возникло блаженное выражение. — В таком случае, не откажетесь вы выпить чашечку чая со мной?

— Мы вообще-то торо… — начал было я, но демон не терпел вообще никаких возражений. Он с каким-то лютым остервенением и восторгом вытащил нас из машины и отвел себе, пообещав что с нашим транспортом ничего плохого не случится.

И вот мы за столом, переглядываемся с Таней, находясь в легком шоке с того, что нас смогли затащить на чай. Причем хагга болтал буквально без умолку.

— А потом эти дебилы измазались дерьмом! Понимаете! Измазались! С ног до головы! Перекидывались им! — кричал он. — Ещё печеньку?

— Да… Спасибо… — Таня приняла из его рук печенье, но есть не стала.

— Да лучше б я в Инферно остался! У меня вообще-то там жена! Жена и три чудных дочери! А я тут… с этими! Владыка Хагготт мудр и велик, но я не понимаю, почему оказался именно тут, именно с этими…

— Кажется, ему просто очень нужно было выговориться, — шепнула мне Таня.

— Видимо…

— А совсем недавно мы поймали человека, лазутчика. Но когда я об этом узнал, они его уже прикончили! А ведь столько информации можно было из него выпытать… Может даже чего ценного, и меня перевели бы куда подальше. Куда-нибудь, где есть ещё хоть кто-то кроме них… Кста-а-а-ати! — да этот парень был просто психом. Поехал кукухой от службы с демонами-дегенератами. — Я ради эксперимента решил обучить одного письму. Дал букварь и два месяца каждый день с ним занимался. И вы должны увидеть результаты, они…

— Так-так-так, стоп! — остановил я его, видя, что тот собирался отправиться на поиски того самого демона и продемонстрировать нам все его удивительные достижения.

Нет уж, мы и так тратим время впустую. У меня уже голова начинает болеть от его болтовни. Если первые минуты я опасался, что нас раскроют, потом была надежда, что мы с Таней сможем выведать информацию о враге, чтобы лучше скоординировать свои действия, то теперь я хотел бежать из этого места без оглядки, чувствуя, что ещё чуть-чуть, и сам начну пускать слюни как местные демоны-дегенераты.

— У нас с… — на миг я подзабыл, каким именем обозвал Таню. — Лолой очень важная миссия, и мы не можем просто просиживать штаны. Так что спасибо, но мы поедем дальше…

— Д-да! Верно! — тут же поддержала она меня. — Мы наверное… э… пойдем.

— Стойте! — чуть ли не сорвавшись на фальцет воскликнул хагга. — У меня есть… есть… Крекеры! И шоколадки! Шоколад прямо из Эдирне! Стойте! Стойте! У меня есть то, что вам точно понравится… Сейчас-сейчас… Вещь из стана врага…

И он куда-то унесся, но мы, увы, даже не успели смыться. В руках у него был аквариум, ну или как можно назвать стеклянную коробку иначе? И в этой коробке, на тарелке, лежал бургер. Один из тех, что мы продаем… Немного помятый и далеко не свежий…

— Это трофей, полученный из стана наших врагов. Бур-хэ-э-эр!

Мы с Таней даже невольно переглянулись. Видимо, она тоже понятия не имела, как реагировать на это.

— Может быть всё-таки ещё чаю?.. — взмолился офицер, понимая, что мы уходим.

— Можно, — внезапно сказал я, отчего Таня посмотрела на меня как на умалишенного. — Но не расскажете вначале, что происходит в округе?

— В округе… Ну…

И он рассказал. Рассказал вообще ВСЁ. Расположение войск, их численность, попутно удивившись, что мы этого не знаем, но боясь оскорбить нас, не стал заострять на этом внимание. Он даже карты принес, с чувством рассказывая, что и как происходит на фронте, попутно делясь своим экспертным мнением относительно того, что бы сделал он. Некоторые его идеи были очень даже дельны, другие граничили с полным абсурдом, вроде создания воздушных шаров, с которых будут десантироваться демоны. А то, что эти шары сбить из имперского оружия — не проблема, он даже не думал.

В общем, веселый был господин синемордый, но с ним надо было заканчивать. Мы тут провели часа три или четыре, сильно запаздывая по графику. В конце концов, до него тоже дошло, что мы уезжаем и никакими бурхэ-э-э-эрами не заставишь нас остаться.

— Пожалуйста, замолвите за меня словечко перед начальством. Я знаю, что наш владыка велик, и у него есть цель, но я больше не могу тут… Три года уже… Последних из кланов я видел тут больше года назад…

И он правда рыдал. Казалось, что прямо сейчас бросится нам в ноги и начнет умолять остаться. Хлад! Когда я отправлялся на территорию демонов, уж точно не был готов к ТАКОМУ.

Чтобы хагга не придумал новой причины нас задержать, я поспешил забраться в кузов, а Таня — за руль. Машина взревела, и мы проехали через пропускной пункт, с некоторым облегчением выкатив на дорогу. К тому моменту уже начало светать, и Таня избавилась от маски. А сделал тоже самое.

— Дим!

— А?

— А ты не думаешь, что он мог тут что-нибудь подкрутить или горючее слить…

— Тань… Пожалуйста… Не нужно говорить таких страшных вещей…

Убедившись, что демонов нет, Цукимару избавилась от маскировки, и подчиненные стали подниматься, разминая затекшее тело.

— Чего вы там так долго возились? — тут же потребовал ответа Бронников. — Зачем вообще было идти с этим отродьем?

— С того, что теперь мы знаем, куда ехать, — и с этими словами достал карту и по памяти внес на неё обозначения. — И знаем, где есть блокпосты.

— Вы что, его пытали? — удивился военный.

— Ах если бы, скорее это место — его персональный ад, — усмехнулся я. — Он нам всё сам рассказал. Причем добровольно, лишь бы мы не уходили. Совсем не этого я ожидал от демонов, совсем не этого…

— Не расслабляйтесь, — вполне серьезно сказал Бронников. — Мы сейчас в окружении армии хагга, и не стоит относиться к этому легкомысленно. Они численно нас превосходят, и если возьмут в кольцо, то…

— Да, я понимаю, — ответил ему. — Не думай, что я не отношусь к происходящему серьезно. Я бы даже сказал, что все более чем серьезно.

— Отлично, — кивнул Бронников, хоть по глазам и было видн,о что он мне не слишком-то поверил. Но мне тут оставалось лишь пожать плечами и выбросить это из головы. Да, встреча с одиноким офицером хагга немного выбила нас из колеи, но миссия есть миссия, и я собирался её выполнить.

Мы продолжили свой путь, не встречая никаких проблем. Один раз заметили патруль демонов, но мы с ним разминулись. Они не обратили на нас никакого внимания, занимаясь какими-то своими делами. Ехали мы не слишком быстро, в основном потому, что часто приходилось ехать вообще окружными маршрутами, чтобы избежать блокпостов, а пару раз пришлось вообще останавливаться, чтобы не попасться на глаза их армии.

Похоже, что план работал, и хагга активно стягивали силы в сторону Дона, но конкретно в данный момент это скорее был минус, а не плюс, потому что единственная дорога, по которой мы должны были проехать, вновь оказалась перекрыта, но не блокпостом, а целой колонной техники, везущей пехоту. Мы часа три убили, дожидаясь, когда они пройдут.

И если по плану выходило, что мы должны достигнуть места к ночи, то на деле же проделали только полпути, и в лучшем случае прибудем к утру. И всё бы ничего, пока мы в какой-то момент чуть было не задавили человека…

Глава 26

В тот момент за рулем сидел один из людей Ворошиловой, Габрилян, кажется. Не помешало бы выучить имена всех людей, что меня окружают… Так вот, он едва успел дать по тормозам, когда к нам под колеса бросилась какая-то светловолосая девица в рваной одежде.

Грузовик остановился буквально в полуметре от неё, и судя по всему, способности Цукимару и Тани исправно работали, потому что девушка, кажется, даже не сразу поняла, что чуть не оказалась раздавлена. Зато когда осознала, в ужасе бросилась прочь.

— Поймать, — скомандовал я Летуну, и тот рванул вперед, скручивая непонятно откуда взявшуюся девицу.

Существо из Тени четко исполнило приказ, догнало и оплело блондинку, скрутив по рукам и ногам, пока мы неторопливо выбирались из транспорта. Стоило отдать незнакомке должное, она не собиралась мириться с собственным пленением и всячески пыталась освободиться. Рычала, брыкалась, пыталась укусить Летуна.

— Эй, прекрати, — сказал я ей, присаживаясь рядом, желая заглянуть той в глаза.

Глаза у неё были нормальными, следовательно она не хагга, а простой человек, но вот что она забыла на дороге посреди леса — большой вопрос.

— Да перестань ты брыкаться, мы тебе не враги, — устало вздохну я. — Наверное…

И тем не менее девица не успокаивалась, брыкалась, кричала.

— Перестань, говорю, — сказал ей и зажал рот ладонью. А то ещё услышит кто… Но та в ответ укусила меня! Впилась зубами в руку! Вот же дрянь!..

— Да, такой палец в рот не клади, — усмехнулся Бронников.

— Не смешно, — огрызнулся я, зажимая рану. Но я был так зол, что та затянулась за считанные секунды, оставалось лишь вытереть кровь. Таня услужливо протянула мне платок.

— Спасибо, — кивнул ей и вернулся к девице. — Да хватит уже, успокойся!

Она уже немного выбилась из сил в попытках сбежать, так что я предпринял новую попытку с ней поговорить.

— Успокоилась? — Таня с фонариком подошла чуть поближе, давая нам получше её рассмотреть. Симпатичная на самом деле, но грязная, и пахло от неё скверно, словно она пару месяцев не мылась. Теперь девица лишь гневно раздувала ноздри и волком смотрела на нас. Мда… — Ты вообще кто и как тут оказалась?

Но прежде, чем я смог получить от неё хоть какой-то ответ, примерно оттуда же, откуда парой минут назад выскочила девушка появились демоны. Немного, где-то шестеро, причем двое были вооружены винтовками. Возглавлял их синемордый, но совсем не тот, с которым мы столкнулись на КПП, да и вел он себя как и полагается солдату.

Они застыли, удивленно уставившись на нас. Но долго заминка не продлилась. Главный демон оскалился, вскинул руку и обрушил на нас огонь. Я не успел ему помешать, лишь схватил Таню, прижал к себе и укрыл нас обоих духовной броней.

Пламя пропало, и я лишь сейчас понял что в этом не было никакого смысла. Меня, Таню, Бронникова и незнакомку накрыло барьером, который и принял на себя весь удар. Волкова постаралась, а следом сразу троих пронзило градом ледяных сосулек. Это уже Миша поработал. Бронников вскинул оружие и пальнул по синемордому, но тот уклонился от пули, словно это было плевым делом. Даже короткая очередь не помогла, демон оказался слишком быстрым.

Я тоже не стоял столбом, превратил Меч из часов в пистолет. Выстрелил по собрату Эолы, но тот сумел уклониться, прыжком взмыл в воздух и обрушился на меня сверху. Его тело окутала алая энергия Инферно, недвусмысленно давая понять, что неспроста такие как он в армии Хагготта занимают высокие должности.

Я принял удар на духовную броню, и та выдержала, но ещё бы чуть-чуть, и разрушилась. Не ожидал, что у него будет настолько большая сила атаки. Бронников выстрелил снова, и на этот раз демон уклоняться не стал. Барьер вокруг него поглотил всё.

— Он мой, займитесь другими, — крикнул я, зловеще ухмыльнувшись.

Выстрелил синемородому в упор, отчего барьер вокруг него мигнул , а он сам попытался сделать мне подсечку. Подпрыгнул, увернувшись от этой атаки, и отпрыгнул чуть назад, стараясь увести противника за собой. Но он не купился, вместо этого нацелился на Таню.

Энергия вокруг его руки обрела форму превратившись в когтистую лапу, которой он попытался порвать девушку. Таня отпрыгнуть не успела, зато поставила перед собой что-то вроде щита из Тени, не сильно разбираюсь в её способностях. Но это когти не остановило, они прошли через Тень, встретив минимум сопротивления, и вскрыли живот Тане.

— Не смей её трогать! — рыкнул я, и внутри меня вспыхнула буря.

Рывок, и я с разворота ударил его. Хагга выставил перед собой барьер, но тот был сущей ерундой. Куда ему тягаться со Стремлением. Огромный кулак, сотканный из моей бури, буквально смел демона, отправив в продолжительный полет. Он влетел в дерево, снес его своим телом и больше уже не поднялся. Оставшаяся троица демонов к тому моменту уже была мертва.

— Таня! — бросился я к девушке.

— Хорошо… Всё хорошо… — пробормотала она, сидя на земле и зажимая рану на животе. — Дай мне минутку…

Она достала из-за пояса небольшую флягу, открутила колпачок и присосалась к ней. Несколько алых капель потекли от уголка рта к подбородку.

И вот после такого мне, наверное, стоит сказать спасибо Фломелии, если мы ещё когда-нибудь встретимся. Этот удар убил бы Таню, будь она простым человеком, но благодаря рефлексам вампира она смогла снизить урон, а благодаря крови и регенерации вскоре будет в порядке. Хотя, если бы Фломелия не обратила Таню, последнюю на миссию я бы никогда не взял. Даже Цукимару в случае чего способна стать невидимой или сбить врагов с толку иллюзией, а вот у Тани были бы в лучшем случае навыки неплохого снайпера.

— Хлад! — охнула Волкова, начав колдовать, но я жестом её остановил, догадываясь, что происходит. Тело синемордого демона дернулось и стало подниматься, причем делало это очень неестественно. Он от удара был весь переломан, и словно невидимые нити заставили того встать словно марионетку.

Его голова накренилась вбок, а глаза распахнулись и сфокусировались на мне.

— Гнев, какой приятный сюрприз, — демон осклабился, и выглядело это весьма жутко. — Вот уж не думал, что ты решишь заглянуть на огонек.

Демон попытался сделать пару шагов вперед, но сложно это делать, когда одна из ног выгнута под неправильным углом, и тем не менее он попытался.

— Хагготт…

— Что? — за моей спиной послышались удивленные возгласы.

— Спасибо, что использовал силы, а то я чуть было тебя не пропустил. Сложно уследить за всем, знаешь ли.

Я молчал.

— Что тебе нужно на моих землях? В прошлый раз, когда я предложил тебе сотрудничество, ты плюнул мне в лицо. Если ты думаешь. что я это забуду, то подумай ещё раз. Как мне доводилось слышать, ты сейчас уже далеко не единственный аватар Гнева, так что и ценность твоя как союзника сомнительна. И все же, если ты докажешь мне…

Я поднял Меч, что был в форме пистолета, прицелился и пальнул, разметав верхнюю половину синемордого на мелкие куски. Как там в поговорке? “Остались только рожки да ножки”? Но “подгадить” Хагготт всё-равно успел.

То, что осталось от тела, только успело рухнуть, как рядом с ним стали открываться порталы, откуда один за другим выходили рыцари Инферно. И вот это, чтоб его, было очень и очень плохо!

— В машину! — крикнул я друзьям, бросившись наперерез рыцарям. Бронников подхватил визжащую и трепыхающуюся девицу.

Миша в то же время ударил по ним ледяной магией, но те успешно блокировали её щитами. Я обрушился на них сверху, просто прыгнул и ударил. Рыцарь принял мой кулак на щит, но я уже был совсем не тем человеком, что дрался с ними в поезде. Демона буквально вмяло в землю, но даже так он ухитрился устоять. Его сосед попытался ударить меня пылающим мечом, но я оказался быстрее и смог увернуться, одновременно вскидывая руку и стреляя из Меча.

И вот тут меня ждал ещё один неприятный сюрприз. Мощности выстрела не хватило. Доспех в зоне поражения словно оплавился, но рыцарь этого и не заметил, а я тем временем оказался в окружении.

На меня обрушились сразу два пылающих клинка, но получилось заблокировать их духовной броней, хоть сил на это ушло гораздо больше, чем ожидал.

— А как вам такое? — оскалился я, и вернул Мечу форму меча, заметно влив в него энергии, отчего тот прибавил в размерах, став по размерам почти двуручником. Взмах, и сразу две вражеских руки падают на землю.

Я уже собрался отступить, заметив, что остальные добрались до машины, но тут мне на помощь внезапно пришел Ветров. С криком: “Получи, супостат!” — он набросился на одного из хагга. Тот закрылся щитом, но это демона не спасло. Меч-кладенец, который я выдал во временное пользование, просто разнес на куски щит, а следом пришел черед умирать и рыцаря Инферно.

—Тебе помощь нужна, — и это был не вопрос.

И вот даже не знаю, радоваться такому внезапному появлению или отругать за то, что приказ не исполнил.

— С чего вдруг? Я и сам прекрасно справляюсь! — ответил ему и для пущей демонстрации рассек мечом щит.

— Точно? — Ветров словно издевался. Он кулаком врезал демону в морду и отправил того в полет к товарищам, лезущим из портала. Мне кажется, или он знатно прибавил в силе? Я бы не сказал, что рыцари Инферно были для меня по-настоящему сильными противниками, просто не видел смысла выкладываться на полную до схватки с Хагготтом, но объективно богатырь раскидывал демонов намного более зрелищно, чем я.

Одному он подрубил ногу, а затем сапогом раздавил голову, другого пинком отправил полетать. Я тоже их кромсал, но как-то менее эффектно. Обидно, блин!

— Отходим! — приказал я.

— Что? Да мы же с ними сейчас разберемся!

Я сомневался. Да и в машину уже прилетела пара магических ударов, и если бы не Волкова, выставившая защиту ту бы уже подорвали.

Я рассек очередного рыцаря пополам, начав пятится.

— Ветров! Отходим! Это приказ! — рыкнул я, видя, что он окружен врагами. Снес защиту одного, ударил второго, но и сам при этом получил огненным мечом по руке. В отличие от меня, богатырь не мог поставить духовную броню, компенсируя это крепким как камень телом. Удары, что должны убить простого человека, оставляли на его коже лишь царапины.

— Отходите! Я прикрою! — рычал он и словно хохотал. Да наш богатырь вошел в раж! Вот же придурок…

Бросать его я не собирался, так что подскочил, ухватил за ворот рубахи и дернул на себя что есть силы, швыряя того к машине, а дальше помчался сам под прикрытием стрелков и Миши.

— Ты что творишь?! Я тебе помогаю! — прорычал он мне в лицо, поднявшись.

— Сдохнуть захотел тут? А как же сестра?

Он моргнул, и в его полубезумном взгляде появилось понимание.

— В машину! — приказал я и сам запрыгнул в кузов, а затем уже крикнул водителю. — Гони!

Глава 27

Машина на полной скорости уносилась от магических атак, что обрушивали нам на головы рыцари Инферно. Волкова, окружив нас барьером, довольно неплохо держала удар, но сил на это у неё уходило немало. Когда мы наконец оставили врагов позади, она просто осела, а Цукимару услужливо предложила ей воды. Я тем временем повернулся к нашему богатырю.

— Ну и какого хрена это было? — спросил я, схватив Молота за ворот. — Совсем с катушек слетел? Я приказал отходить к машине, а не “жертвовать собой” ради какой-то ерунды! Что бы я твоей сестре сказал?! Он сдох как герой, прикрывая наше отступление, хотя прикрывать не было необходимости?

Ветров смотрел на меня каким-то полубезумным взглядом, но стоило упомянуть его сестрицу, как в глазах тут же начал появляться разум.

— Я… — начал было оправдываться он, но тут же оскалился и сбросил мою руку. — Не трогай меня!

— Тань, вот скажи, может мне его с машины скинуть? Пусть исполнит свое желание.

— Дима… — укорила она меня.

— Что это была за хрень, Боря?

— Да не знаю я… — уже менее агрессивно отмахнулся богатырь. — Я просто… Не знаю… Почувствовал, что могу что-то сделать.

— Сдохнуть?

— Нет. Защитить родину. Богатыри же всегда были защитниками, которые встают на страже простого народа. Всю свою жизнь я словно бегал от своего предназначения, жил чужой жизнью, но сейчас… Сейчас я словно на своем месте. Я могу сделать что-то правильное. Словно вся моя жизнь была лишь подготовкой к этому моменту! Такому, как ты, этого не понять…

— Дима, можно тебя? — Таня осторожно потянула меня за руку, и мы чуть отошли, сместившись ближе к кабине грузовика. — Я думаю, его накрыло.

— Да я почти в этом уверен!

— Нет, я о том, что это может быть как с голодом у вампиров. Он же реликт, и то, что он говорит о “защитниках”, имеет смысл. Богатыри всегда были героями. В сказках они сражаются с захватчиками и побеждают чудовищ, вот у него в голове что-то и переклинивает при возможности погеройствовать и спасти людей. Не злись на него, вряд ли он сам этому рад.

— А по мне очень даже рад, — не согласился я с Таней.

— Просто не дави на него, — попросила она. — Думаю, тут как и с голодом, нужно просто научиться глушить эти порывы.

Я на это лишь закатил глаза. Мне ещё теперь придется присматривать за здоровяком, чтобы он не помер от острого приступа внезапного героизма. Знал бы — оставил по ту сторону реки.

— Ветров, — вернулся я к нашему богатырю. — Контролируй себя, понял? У меня нет ни времени, ни желания присматривать за тобой. Что до остальных… — теперь я уже обратился ко всему отряду, добавив к голосу командирские нотки. — У меня для вас плохие новости.

Теперь я уже не видел смысла скрывать настоящую цель нашей миссии, тем более когда о нас знает Хагготт. Реакция была неоднозначной. Бронников смачно выругался, Таня помрачнела, а вот на лице Ветрова расплылась такая улыбка, словно он услышал самое прекрасное в жизни. Сдохнуть в попытке прикончить князя Инферно — мечта всей жизни, чтоб его…

— Это самоубийство, — покачала головой Волкова. — Мы не справимся с кем-то вроде Хагготта. Даже будь каждый из нас магом, не уверена, что были бы шансы.

— А вам и не надо. Ваша миссия прежняя — найти и уничтожить семя Инферно. Хагготт — моя забота, так что нет причин для паники.

И тем не менее люди волновались, и даже очень. Таинственная девица, что все ещё была скручена по рукам и ногам, вообще попыталась свалить из грузовика, но бедняжке не позволили. Нам ещё предстояло выяснить, кто она такая, а пока были дела поважнее. Я развернул карту и разложил её у наших ног.

— Мы тут, а нам нужно сюда, — сказал я, прокладывая примерный маршрут.

— Мы не так уж и далеко от места, — заметила Волкова.

— Да, ещё часа два-три, и мы там. Но теперь нас будут ждать и скорее всего попытаются перехватить, — поморщился я.

— И какие варианты? — спросила Таня.

— Либо прорываться с боем, либо отступать и надеяться, что вторая команда осталась незамеченной. Сыграем роль отвлекающего маневра, — высказалась Волкова.

— Они не справятся с Хагготтом… — вздохнул я. — С ним так или иначе придется разбираться мне.

— Попробуем выманить его? Пусть следует за нами? — спросил Миша.

— Ему нет смысла за нами идти, — покачал я головой. — Он скорее всего уже понимает, что мы задумали: не дать ему собрать армию в одном месте и устроить прорыв. Он, в отличие от подчиненных, не дурак. Я бы на его месте даже не дергался, сами придем…

И в этот момент я прочувствовал на себе, что значит дар Хильды. Я собрал команду из людей, которые вероятнее всего умрут, надеясь, что смогу их защитить, укрыть своей бурей, так сказать, и переписать возможный исход, но сейчас ситуация была противоположной. Если мы будем прорываться, то кто-нибудь, или даже все, погибнут. Особенно наш богатырь. А если я отправлю их назад, а сам пойду за Хагготтом, то где гарантии, что они не попадут в засаду?

Мне крайне не нравилась подобная дилемма, потому что при любом раскладе я мог совершить фатальную ошибку и погубить отряд.

— Да хватит уже дергаться, — рыкнул один из людей Ворошиловой, когда наша “пленница” в очередной раз попыталась сбежать.

Кстати о ней, надо бы выяснить, кто она такая. Я оторвался от карты и переместился к неизвестной девушке, жестом показав, чтобы вытащили кляп у неё изо рта. Оный оказался нужен, потому что девица кусалась.

— Ну что, ты хоть немного успокоилась?

— Иди нахер!— услышал я в ответ.

— Да что мы с ней вообще возимся? — фыркнула Таня. — Выкинем на дорогу, и пусть бежит куда хочет.

— Слышала? Не начнешь сотрудничать — избавимся от тебя. Теперь о нас знают, и нам нечего терять.

Девушка задумалась. И правильно, ведь мы правда её бы выкинули. Может не на ходу, но тащить за собой упирающийся балласт я не видел смысла.

— Я… Кристина, — представилась она, зло поглядывая на нас.

— Хорошо, Кристина. И ты?..

Но она не стала отвечать. Просто злобно искрила глазами.

— Всё, я устал. Сергей, выброси её за борт, — махнул я Бронникову, и тот, понимающе хмыкнув, поднял девушку одной рукой, словно котенка, и перекинул за борт. Та забрыкалась, зашипела, словно уже оговоренный котенок.

— Стойте! — наконец крикнула она, поддавшись на угрозу.

Отлично, но разговор по душам пришлось немного отложить.

— Заворачиваем сюда, придется оставить машину, — с прискорбием отдал приказ.

Это было очевидно в нашем положении. Машина дает определенную маневренность, но ровно до перекрытия дорог, а этим Хагготт и займется в первую очередь. Так что в лесах на своих двоих гораздо безопаснее.

Мы проехали ещё около километра, прежде чем остановили машину и спустили её в канаву, укрывая всяким мусором. Цукимару добавила к этому небольшую иллюзию, закрепив ту за одной из веток, что значительно снизит риск обнаружения транспорта. Мало ли, вдруг он нам ещё понадобится.

И вот уже после того, как мы замаскировали транспорт и углубились в лес, пришел черед допроса.

— Кто вы такие? — это был первый вопрос от нашей новой знакомой.

— Не-не, — покачал я головой. — Это мы тут задаем вопросы, дамочка. Кто ты такая?

— Я из… — она замялась и ответила секунд через тридцать. — Я из гонимых.

Я переглянулся с окружающими, но в ответ те лишь пожимали плечами. Ни мне, ни остальным это ничего не говорило.

— Извини, но мы понятия не имеем, что это значит.

— Вы… не знаете о нас?..

— Понятия не имеем.

— Погодите-погодите… Гонимые… Что-то знакомое, — внезапно заговорила Волкова. — Я что-то такое слышала. Кажется, это какая-то небольшая повстанческая группа на территории хагга.

— А генерал говорил, что местным доверять нельзя, — припомнил я.

— Сопротивление есть везде. Другое дело, что едва ли оно носит массовый характер. Насколько я знаю, у нас с ними нет контактов.

— Так если она на нашей стороне, чего брыкалась и кусалась? — с подозрением покосился я на пленницу.

— С того, что я понятия не имею, кто вы, — огрызнулась она. — И кто сказал, что мы на одной стороне?

— Мы тебя от демонов спасли, — напомнил я.

— И? Это все может быть ловушкой, обманом Хагготта и его шавок, чтобы через меня добраться до остальных.

Ладно, генерал может и не соврал. Вполне возможно, излишняя подозрительность девицы как раз и связана с тем, что доверять никому нельзя.

— Мы не имеем никакого отношения к хагга, — сказал я. — Мы диверсионный отряд Российский империи, выполняющий одну очень важную миссию.

— Ну да, — девица чуть было не плюнула мне под ноги.

— Ладно, надоело, — устало вздохнул я и взмахом руки заставил Летуна отпустить девицу. Её мы временно погрузили на моего питомца, чтобы не гнуть спины, таща на себе. — Всё, беги, гонимая. Ты свободна.

Девушка удивленно уставилась на меня, после чего действительно вскочила и побежала. Отряд мой поступок не оценил, по глазам видно.

— Она может вывести врага на нас, — высказался Бронников.

— Враг и так знает наше примерное местоположение. Даже если её схватят и выпытают, где нас искать, мы уже будем в другом месте. У нас было ещё два выбора — прикончить её или тащить с собой. Так что если ей с нами так не нравится, пусть валит. Двигаем.

Время у нас ещё было. Чтобы семя Инферно расцвело, превратившись в древо, ему нужно дойти до определенного состояния. И по сведениям наших разведчиков со стороны Османской империи, у нас должно быть ещё дня три, чтобы уничтожить его, не дав вырасти.

— Она идет за нами, — спустя полчаса доложила Таня. — Держит дистанцию и не похоже, что собирается уходить.

— Ну раз так, приведешь?

Таня растворилась в Тени, а через пару минут к нам вышла Кристина с руками, сложенными за головой, и Таня, держащая ту на прицеле теневой винтовки.

— Так-так-так, ну и кто это тут у нас? — не стал скрывать я улыбки. А вот девица была не рада, что оказалась пленницей во второй раз.

— Вы правда диверсионный отряд? — сходу спросила она.

— Правда.

— Тогда… может я смогу вам помочь?

— Только что ты нам не верила и мечтала сбежать, — напомнил я ей.

— Да, и вы меня отпустили. Это единственная причина, почему мы с вами разговариваем. Думаю, если бы это была какая-то уловка, вы бы не стали меня отпускать, а постарались убедить в том, что у вас важная миссия и убеждали помочь.

— Нам бы может и впрямь помощь пригодилась, но мы в похожем положении. Мы не знаем, кто ты такая, Кристина, и можно ли тебе верить. У нас не так уж много времени, так что тратить его на убеждение тебя мы не собираемся.

Она с сомнением смотрела на меня. От неё то и дело исходил то страх, то злость, то другие эмоции, которые мне было сложно различить.

— Хорошо. Я помогу вам, а вы поможете мне.

— И как же?

— Вы же направляетесь в Народный? — спросила она, но я не спешил подтверждать. Народный был одним из самых крупных городов в этих местах. В прошлом он принадлежал Империи, но последняя война сместила границу к Дону. — Можете не отвечать, если не хотите, это и так ясно. Сейчас это не город, а крепость, вы туда самостоятельно не проникните.

— А ты, значит, можешь помочь?

— Могу. У нас есть связи.

— А взамен?

— Тут есть одна деревня. Вернее, была когда-то деревней, а сейчас это что-то вроде военного лагеря, куда привозят таких, как я. Там пытают и допрашивают пленных, выбивая информацию.

— И?

— Помогите мне вытащить оттуда моих людей.

— А если мы откажемся?

— Тогда я уйду и буду думать, как сделать это сама.

— У нас нет на это времени, — возразил Бронников.

— Тоже так думаю, — согласилась Таня. — Мы не можем ей доверять.

— Но они ведь лучше знают местность, — высказался Миша. — Мы почти ничего не знаем про Народный. Идем туда вслепую. Время у нас ещё есть, и возможно, мы сможем помочь друг другу.

— Тц… — цокну я языком. Но с другой стороны, может это тот самый выход, который я так искал?

— Рискнем. Миша, бери рацию и связывайся со штабом, узнаем, как обстановка на фронте. А ты, — я указал пальцем на Кристину. — Выкладывай детали. Я хочу знать, во что ввязываюсь.

Глава 28

— Уверены, что нам действительно туда надо?

Бронников был полон скептицизма относительно того, что мы хотели сделать. Ну ещё бы, место, на которое нам указала Кристина из гонимых, было небольшой крепостью. Обнесенная частоколом деревня, с блок-постами, техникой и патрулями. Я специально облетел это место на Летуне, чтобы определиться с планом. И не сказать, что увиденное мне сильно понравилось.

Ворваться в это место с нашими силами не невозможно, но довольно хлопотно. Это не тот блокпост с немного поехавшим синемордым демоном, тут всё серьезно. И тем не менее я решил рискнуть и помочь им.

— Да, сделаем это. Сергей, ты берешь отряд под свое командование, в то время как я атакую их с неба.

— На своей летающей штуке?

— Именно. Нападу, а дальше вы, выждав минут десять, ударите с одного из въездов. Они будут отвлечены мной, и вы сможете легко их обезвредить. Постарайтесь действовать скрытно, но если не получится, то ладно.

— Но тогда тебе придется принять основной удар на себя, ты понимаешь? — высказалась Таня.

— Не впервой, — ухмыльнулся я, возвращаясь к Летуну.

— Погоди, я с тобой!

— Это не самая лучшая идея, — покачал я головой.

— Я адепт Тени и смогу легко управлять Летуном. Буду прикрывать тебя с небес.

— Тань…

— Вот даже не спорь! — буркнула она и с решительным видом взгромоздилась на наше крылатое нечто. Пришлось смириться и принять тот факт, что она готова рискнуть. — Ну так что, мы летим?

— Конечно-конечно, — кивнул я и тоже забрался на Летуна. Таня взяла управление на себя, а я пристроился сзади, обнимая её за талию.

Взмах могучих крыльев, и мы взмываем в небеса.

Но мысли об предстоящем сражении как-то ушли на второй план, потому что всё, о чем я думал, это эта рыжеволосая девушка, к которой я прижимался. Такая маленькая, хрупкая, но вместе с этим невероятно сильная и отважная. И вместе с этим пришло понимание, что я не уделяю ей столько внимания, сколько она заслуживает. Вокруг меня столько девушек крутится в последнее время, но если брать к примеру Хильду, то любит ли она меня? А люблю ли я её? Да, мне хорошо с ней, но словно чего-то не хватает. В первую очередь она думает не о себе или обо мне, а о своей родине.

Или принцесса. Нас с ней связывает лишь договорной брак, который нынче аннулирован. Она симпатичная, но некоторые её загоны жутко раздражают. А то, что было на крыше… Ну, ей алкоголь и гормоны в голову ударили.

Эола… Забавно, но с телохранителем принцессы нас кроме постели вообще ничего не связывает. Едва ли просто секс без обязательств можно считать отношениями. В лицее мы часто вообще делали вид, что друг друга не знаем, да и в процессе и парой слов могли не обменяться. Чистая биология.

Фломелия… Вот с ней у меня была химия. Сложно признаться, но думаю, я по уши в неё втюрился. Она не только великолепная и горячая любовница, как Эола, но и приятная собеседница. Умная, повидавшая жизнь, понимающая и чуткая. Но она ушла, уже навсегда, Таня это подтвердила. И я чувствовал из-за этого какую-то легкую обиду, словно меня предали и бросили.

Сивилл… Наши отношения на девяносто пять процентов деловые. Один раз она меня споила и соблазнила, но на этом все.

Кто остался? Цукимару. И вот она ещё одна сложность. Лисица не сказать что любила меня до того, как отдала частичку сердца, и не может с уверенностью сказать, не вызваны ли её нынешние чувства реликтовой магией.

Вот и получается, что я толком даже не могу сказать, кто любит меня, и кого люблю я на самом деле.

И вот Таня, та, кому я предложил стать моей девушкой, та, с кем я лишился невинности. Она всегда была рядом, всегда поддерживала меня, и даже когда мы отдалились друг от друга, она продолжала быть рядом. Она отказалась от своей человечности в первую очередь из-за меня, чтобы не остаться позади и быть полезной. Чтобы быть рядом. Хлад, да она сейчас даже челку прямую отращивает, как у Фло, потому что знает о моих чувствах к вампирской богине.

Она та единственная во всем моем окружении, кто любит меня по-настоящему, но почему-то понял я это только сейчас. Понял и почувствовал себя мудаком, что так легко игнорировал её чувства. И ведь я вот так навскидку уже и не помню, как давно проводил с ней время.

— Таня…

— М?

— Я люблю тебя.

Но видимо, сказал я это зря, потому что девушка внезапно потеряла контроль над Летуном, и мы камнем стали падать вниз. Хорошо, что продлилось это недолг,о и мы быстро вернулись на нужную высоту.

— Хлад! — выругался я. — Ты чего?!

— Да это ты чего?! — заикаясь и запинаясь пробормотала девушка. — Это ты тут… внезапно всякие милости говоришь.

— Я лишь сказал, что люблю тебя.

Летуна снова немного тряхнуло, но не так как первый раз.

— Да что такого-то? — не понял я её реакцию. — Я же не сказал ничего такого.

— Ты раньше этого не говорил.

— Что?

— Ты не говорил раньше, что любишь меня, — Таня внезапно всхлипнула носом и, кажется, тихо заплакала, что ещё сильнее выбило меня из колеи. Не говорил? Серьезно?!

— Прости… Не в смысле, что сказал это, а в смысле что не говорил. У меня в последнее время очень много хлопот, и не на всё хватает времени.

— Да, я понимаю. Порой кажется, что мир вращается вокруг тебя, и если я остановлюсь, то меня снесет им.

— Тань…

— Извини, видимо ветер слишком сильный, — она шмыгнула носом и постаралась принять свой обычный серьезный вид. А я почувствовал себя ещё большим мудаком. Я правда не говорил? Эх…

— Слушай. У меня предложение. Давай, когда всё закончится, мы с тобой на недельку рванем на юг. У меня там есть отличный домик с личным пляжем. Что скажешь? Только ты и я.

— А как же Цукимару и Хильда?

— Обойдутся, — отмахнулся я. — Сошлюсь на деловую поездку, а в итоге будем прохлаждаться на шезлонгах, гулять, ходить в театры, загорать, купаться и заниматься любовью на пляже. Только ты да я. Что скажешь?

— Заманчиво… — смутилась Таня. — Но с загаром могут возникнуть проблемы, я же вампир.

— Используем много солнцезащитного крема! Буду его в тебя втирать. Ну или будем принимать лунные ванны.

Девушка усмехнулась, отчего как-то сразу на душе потеплело.

— И я приложу все силы, чтобы мы с тобой хотя бы раз в месяц выбирались вот так на пару дней. Знаю, что быть со мной не просто, что приходится делить с другими, но я постараюсь, чтобы ты свой кусок обязательно получала.

Таня довольно хихикнула и внезапно развернулась, да ещё так ловко, словно гимнастка. Просто внезапно задрала ноги к верху, и раз, мы уже лицом друг к другу.

— Тань, ты чего? — немного опешил я, а она вообще разлеглась на спине Летуна передо мной.

— Хочу свой кусок пирога прямо сейчас, — ухмыльнулась она и провела пальцами от воротника, по груди, к самому паху, и одежда, сотканная их Тени, начала расползаться, перетекая в наше крылатое транспортное средство.

— Мне десантироваться с минуты на минуту… — немного растерянно напомнил я, смотря на её изящное обнаженное тело.

— Сделаем небольшой круг, за десять минут управимся… Наверное…

***

Ох, Хлад! Я за свою не слишком долгую жизнь делал целую кучу безумных вещей, но секс с вампиршей на спине неведомой крылатой хрени за несколько минут до начала боевой операции… Теперь это официально самая безумная и прекрасная вещь, что я делал. И это были одни из самых прекрасных моментов в этой самой жизни. Никогда прежде я не чувствовал себя настолько живым и…

Ох, Хлад!..

Пришлось в буквальном смысле натягивать штаны в полете, спрыгивая с Летуна.

— Порви их там! — крикнула мне довольная Таня, но я на девушку не смотрел, падая вниз.

Демоны ещё не заметили наше появление, так что, когда я свалился на одну из машин, превратив её в кучу металлолома, они не сразу поняли, что именно произошло. Тревогу ещё не успели поднять, но демоны-солдаты, причем гораздо более организованные и умные, уже спешили к моей позиции.

Пятерка демонов наконец увидела меня. Один из них, видимо командир, уже собрался было что-то крикнуть, но не успел. Умер, разорванный на куски выстрелом из Меча.

— КРОВ-И-И-ИЩА! — завопило демоническое оружие.

— Ага, отрывайся, — осклабился я и бросился в сторону. По мне открыли огонь, причем не только заметившие меня солдаты, но и кто-то ещё. Кажется, на крыше центрального трехэтажного здания появились стрелки, но и им уже через десяток секунд пришлось столкнуться с моим прикрытием. Таня вытворяла весьма красивые виражи на Летуне, попутно ухитряясь отстреливаться от демонов. Даже захотелось поаплодировать тому, как ловко это у неё получалось, но быстро стало как-то не до этого.

Я прикончил ещё одного демона издалека, уходя за одну из построек, и столкнулся чуть ли не лицом к лицу с одним из хагга. Тот выпучил на меня полыхающие глаза, оскалился, но тут же лишился головы. Меч раскрыл свою пасть и откусил её, с хрустом начав жевать.

Наконец зазвучала тревожная сирена, а по Тане заработал крупнокалиберный пулемет, заставляя девушку на Летуне увеличить дистанцию.

— Сзади! — внезапно предупредил меня Меч, за что ему спасибо. Очередь, которую мне выпустили в спину, принял на духовную броню. Прошло то время, когда мне нужно было постоянно регенерировать. Сейчас я могу гасить большую часть урона, используя барьеры.

Развернулся и пустил в демона, и ещё одного, который возник из-за спины стрелка, энергетический залп. Первого разорвало чуть ли не пополам, а второго задело по касательной, но всё-равно сильно, оторвав руку. Оставалось лишь добить.

И тут дом, за которым я прятался, рванул.

Взрывы… Терпеть не могу взрывы!

Успел вовремя прикрыться, но меня всё-равно отбросило метров на пять. В ушах зазвенело, голова закружилась, но я быстро пришел в себя. В дело вступили маги, собратья Эолы, и сразу двое ударили по летающему существу мощным магическим зарядом, отчего небо вспыхнуло, а я невольно зажмурился.

Но Таня вроде успела вывести из под удара Летуна, и я облегченно выдохнул, наблюдая, как тот старается улететь подальше. Главное чтобы она больше не рисковала.

Позади я услышал какой-то шум, стал оборачиваться, но тут в мои уста впились пухлые девичью губки, а руки обвили шею.

Таня, собственной персоной.

— Ты когда успела тут оказаться? — удивился я, отстранив девушку.

— После магического удара. Спрыгнула прямо в Тень, как в воду. Испугался?

— Немного. Лучше бы ты ушла.

— И бросить тебя? Нет уж. Если в пекло, то вдвоем!

— Вот уж не знаю, кто мне нравится больше, старая Таня или новая…

— С новой веселее.

— Ну, с этим не поспоришь, — согласился я и услышал звук магического удара со стороны одного из въездов. — А вот и наши.

— Да, пойдем прикроем их.

Глава 29

Таня одним ловким прыжком оказалась на крыше ближайшей постройки и открыла огонь по магам. Я тем временем обходил постройку сбоку. Там как раз появилось несколько бойцов, по которым я открыл огонь из Меча. И когда я уже придумаю ему нормальное имя?

— КРОВИ-И-И-ИЩА! — как обычно визгливо завопило демоническое оружие.

— От тебя уши вянут, — буркнул я, поморщившись.

— Простите…

А вот и мои люди. Бронников метнул гранату на позиции стрелков, и та рванула, разрывая демонов на куски. Оставшихся добивали из винтовок, а двое наших магов ударили по вражеским, помогая Тане.

Проблемы начались, когда из одного из шатров выехал самый настоящий танк. А вот это плохо… Его башня неторопливо повернулась к позициям людей Бронникова, и первым делом загрохотал крупнокалиберный пулемет, ствол которого торчал чуть правее главного калибра. Хотя чего это я удивляюсь наличием у них танка? Это же военная база, и то, что основную группу войск стянули к фронту, совсем не значит, что тут ничего не оставили.

Я уже собрался разобраться с этой грудой металлолома, но меня опередил богатырь. Он прыжком ушел от пулеметной очереди, обрушился своим мечом на танк и одним взмахом меча-кладенца перерубил гусеницу. Зрелище было тем ещё, надо сказать.

Танк попытался задавить вредителя на том, что осталось, но богатырь уперся ногами в землю, и многотонная боевая машина так и не смогла сдвинуть его с места. Зато из моторного отсека пошел дым, не сулящий экипажу ничего хорошего.

Тогда танк попытался как-нибудь достать негодяя стволом, ну и наш богатырь не нашел ничего лучше, чем ухватиться за него и начать скручивать. И пока всё это он делал, его прикрывали бойцы Бронникова, стреляя в демонов. Противник действовал хаотично, но не совсем уж плохо. Малый отряд попытался зайти сбоку, но я это приметил и ринулся им наперерез.

Влетел прямо в группу из четырех бойцов, отсекая одному голову духовным клинком, а другим полакомился Меч. И вот тут меня подстрелили, немного отвлекся и не успел вовремя активировать духовную броню. Одна пуля прошила живот насквозь, другая вскользь поранила бедро, но это все ерунда. Пули самые обычные, да и энергии гнева здесь предостаточно, как от демонов, которым тоже не чужды эмоции, так и от тех, кого тут пытали. Так что я просто втянул в себя эту энергию, на ходу залечивая раны, и свободной рукой пробил грудь демона насквозь, вырывая сердце. Последний оказался довольно трусливым и бросился наутек, но далеко не убежал. Его прикончила Таня, скачущая с постройки на постройку.

Подмигнув мне и послав воздушный поцелуй, она вернулась к стрельбе, а я, усмехнувшись, глянул, что там у богатыря. Ветров вывел танк из строя, но этого словно казалось ему мало, и теперь наш здоровяк пытался вырвать у боевой машины башню. Пыжился, кряхтел, металл гнулся и ломался, а башня никак не снималась.

— Мда…

А в главной постройке решил похозяйничать Казимир. Он пробрался в центральный корпус, крупное трехэтажное здание из камня, принял полную форму и напал на демонов. Я через окна видел, как он перекрыл собой коридор.

— Главное чтоб людей не слопал… — скривился я. Будет неприятно, если мы придем спасать пленных, а о них уже позаботился дорвавшийся до еды кот-людоед… Вот же хитрец, напал на самых беззащитных. Не похоже, что там есть маги, а обычные пули не могут пробить его шкуру.

В этот момент магия ударила по нашему богатырю, так и не успевшему оторвать башню у боевой машины. Причем попадание было сильным, его буквально смело оттуда, но когда Ветров поднялся на ноги, я облегченно выдохнул. Впрочем, рано. Присмотревшись, увидел довольно сильный ожог на его груди и правой руке, да и боевой настрой богатырь как-то резко потерял.

— Придурок, — буркнул я.

Помимо магов тут были и рыцари Инферно. Один поспешил к Тане, но та, памятуя, как в прошлый раз подставилась, спряталась в Тени, оставив воина с носом. Ловко это она. И пока демон пытался понять, что случилось, я всадил ему в спину Меч, а затем располовинил супостата надвое.

Схватка тем временем начала понемногу заканчиваться. Тут было не так уж много солдат, и большую их часть мы положили буквально в первые минуты боя. Один я прикончил наверное десяток, а может больше. Наши маги тоже справились на ура, добив тех, что остались.

— Чисто! — крикнул Бронников.

— Чисто, — послышался возглас одного из людей чуть в стороне.

— Вроде всё, — согласилась появившаяся рядом с нами Таня. Она словно выплыла к нам из-под земли. Действительно эффектно, ничего не скажешь.

— Хлад! Мужа своего так пугать будешь! — выругался Бронников, в отличие от меня к такому появлению Тани он не привык. Сама рыжеволосая девушка при этом довольно ухмыльнулась и бросила на меня многозначительный взгляд. Намекает на то, что было бы неплохо и её в жены взять? Почему бы и нет, собственно. Титул только подходящий заполучу. Тогда и Хильда, и Цуки, и Таня — все получат желаемое.

Но сейчас малость не до этого.

Убедившись, что на территории больше не осталось сил врага, мы дали сигнал, и к нам вышли Цукимару и Кристина. Потерь у нас не было, если не считать ранения богатыря. Добегался, блин, наш “герой”. Ожог, который он получил от вражеской магии, оказался гораздо серьезнее, чем могло показаться на первый взгляд. Когда горячка боя прошла, богатырь просто рухнул на землю плашмя, лицом вперед. Пришлось в срочном порядке оказывать ему первую помощь. Как хорошо, что добрая половина отряда проходила курсы по ней, и заодно Таня отчитала меня за то, что их прогулял я. Как-то я пропустил даже, что такое было у нас в лицее.

Богатырем занималась Волкова и ещё один боец из людей Бронникова.

— Как он? — спросил у Истинной, когда та закончила.

— Понятия не имею, — устало ответила та. — Он же не человек, а реликт. Обычный человек был бы не жилец с такой раной, а этот матерится, кряхтит и все пытается встать, хоть ему и приказали пока лежать.

Да и я сам мог сказать, что рана серьезная, и рукой правой Ветров практически не может шевелить.

— Да, это на него похоже, — устало согласился я. — Ладно, народ, а теперь давайте посмотрим на друзей нашей новой подруги

***

Демоны с пленниками не церемонились. Даже условия, в которых содержали мою мать, были гораздо лучше тех, в которых оказались пленники хагга. Узкие тесные камеры без окон и какого либо света, без кроватей и даже места, где можно справить нужду. Все приходилось делать в углу маленькой камеры, и воняло тут соответствующе.

При нашем появлении пленники испуганно шарахались, и я ощущал их страх. Более того, все пленники так или иначе были покалечены. У кого-то отсутствовали конечности, у кого-то глаза, нос, уши… Миша, будучи не готовым к таким ужасам, довольно быстро поспешил блевать в сторонку.

Пленников выводили по одному, отправляя наверх. Кристина тем временем нашла радиостанцию и попыталась выйти на связь со своими, и судя по тому, что я ничего не понял из сказанного, это был какой-то секретный код.

— Дальше делайте то, что я говорю, не задавая вопросов. Ясно? — твердо сказала она.

— А если нет?

— Тогда катитесь нахрен. Делайте, что хотите, а мы пойдем своей дорогой.

— Дамочка, — нахмурился я. — Это мы вам помогли, это мы вас спасли. Ты, приняв нашу помощь, взяла на себя обязательства. А обязательства надо исполнять.

— И я их исполню, но вы должны меня слушаться.

Мне это не нравилось, но я в итоге решил, что попробую довериться ей. Но если она выкинет что-нибудь, что мне не понравится, то я оторву ей голову.

Не прошло и десяти минут с этого разговора, как показались два грузовых автомобиля. Я дал команду Бронникову и его людям, отчего мы тут же заняли позиции на случай, если это вражеское подкрепление, но обошлось. Кристина вышла вперед, перекинулась парой слов с одним из водителей, после чего махнула нам рукой.

Всего сюда приехало трое людей: два водителя и один помощник, причем лица у них были скрыты шарфами и шапками. Говорить с нами они тоже не собирались, и все разговоры шли через Кристину.

— Поторопимся. Говорят, демоны уже в курсе, что тут случилось. У нас есть минут десять, не больше.

— Большие силы? — уточнил я на всякий случай.

— Очень. Но мы проскочим, если поторопимся.

Я кивнул, после чего мы начали грузить пленников в машины. Кузов был забит ящиками, и Кристина убедила нас в том, что мы должны залезть в эти самые ящики. Туда же прятали и спасенных, но мне всё-равно это не нравилось. Своих людей я распределил поровну, после чего и сам забрался в ящик, предупредив её напоследок.

— Если это ловушка,то имей в виду: ты поплатишься за это головой.

— Хватит уже угроз, — сказала в ответ Кристина. — Я свою часть договора выполню, но и рисковать не могу. Забирайся в ящик уже.

Поворчав, я забрался в эту коробку, и девица поспешно закрыла крышку, попутно забив ещё и пару гвоздей. Насчет этого я сильно не переживал. То же самое было сделано и с другими, а если что-то случится, пара гвоздей не удержат меня в этой “темнице”. Разметаю доски в два счета.

Машины завелись и тронулись, а я прикрыл глаза и погрузился в медитацию, поглощая энергию мира, чтобы восполнить немного опустевший Сосуд Правителя. Но на территории демонов это было делать гораздо сложнее. Воздух пропитан энергией Инферно, отравлен ей, отчего вычленять из него нужную мне энергию было довольно хлопотно

— Пс-с-с-с.

— Что за?.. — я аж вздрогнул, когда услышал рядом голос.

— Я что, тебя напугала? Хи-хи-хи…

— Таня? — Ящик был очень узким, и мне было сложно в нем двигаться. Я сформировал над своей ладонью сгусток энергии, который немного развеял мрак, и увидел рядом что-то вроде отростка, выходящего из Тени. — Это ещё что?

— Да так, маленький трюк. Не была уверена, получится ли он, но получилось.

— Ты меня видишь?

— Только слышу. Это как телефон, но через Тень.

— Хитро…

— Да. Скучно тут как-то, вот и решила узнать, что делаешь.

— Ну… Лежу.

— Какое совпадение, я тоже.

Мы рассмеялись. Но разговоры пришлось прекратить, потому что машина остановилась, и поблизости я слышал речь хагга. На всякий случай обернул Меч в оружие, чтобы в случае чего немедленно отреагировать, но вскоре машина тронулась с места. Похоже, мы проехали какой-то пропускной пункт. Интересно.

— Я считаю повороты, — сообщила Таня.

— Зачем?

— На всякий случай, чтобы понять, где именно мы оказались.

— Понял.

Ехали мы долго, я бы даже сказал слишком долго, и у меня вообще возникли сомнения в том ли направлении. А в какой-то момент мы вообще слышали треск деревьев, словно кто-то рядом решил устроить лесоповал. Странно это.

И наконец машины остановились, после чего я услышал новый треск дерева, но уже другой. Кажется, начали вскрывать ящики. И действительно, вскоре и в мой “гроб” вонзился гвоздодер, и после пары движений крышку убрали.

Я был готов, что там будут вооруженные солдаты. Так оно и вышло. Кристина и ещё четверка бойцов с оружием.

— Спокойно, — сказала она мне. — Вылезай.

Ну я и вылез. И нехило так прифигел. Это была гигантская пещера, стены которой были усеяны массивными светящимися корнями. И тут была целая куча людей.

— Преле-е-е-есно… — протянул я, осматриваясь. — Где это мы?

— Это наш штаб. Не задавай вопросов, а просто…

— Это Лукоморье, — девушка от голоса аж вздрогнула, а рядом со мной появился кот Баюн. — Мы с богатырем дома!

Глава 30

— Лукоморье?.. — сказать, что я охренел, это не передать даже десятой доли своего охреневания. Я то и дело переводил взгляд то на окружение, то на кота, то снова на окружение. — Но ведь ты говорил, что Лукоморье находится где-то далеко на востоке. Как оно может быть тут?

— Ты меня не понял, — рассмеялся кот. — Я говорил тебе, что сердце Лукоморья находится там, но сюда можно попасть и из других мест.

— Как интересно, — рядом со мной внезапно материализовалась Цукимару с блокнотом. — И почему ты мне этого раньше не рассказывал?

— Потому что лисица коту не товарищ, — хмыкнул Казимир. — Да и вообще, это наше убежище, детей земли русской, а не островитян. Вот я же не спрашивал, где у вас подобное находится.

— У нас ничего такого давно нет, всё уничтожено Богом-Драконом.

— А вот мы уцелели, и уцелели отчасти потому, что чужакам о том, как сюда попасть, не рассказываем.

Пока я слушал этот диалог, к нам уже приближалась группа воинов, причем выглядели они довольно странно. Половина были словно богатыри из былин, в доспехах, с мечами, в остроконечных шлемах, вторая же половина — просто солдаты, одетые кто во что, с ружьями в руках.

Кристина поспешила им навстречу, а затем вообще бросилась на шею одному из могучих воинов. Богатырь подхватил её как пушинку и заключил в объятьях. Остальные при виде этого немного потеряли суровый вид и понимающе заулыбались.

— Знакомые всё рожи… — без особой радости заметил Казимир.

— Знакомы? — уточнил я.

— Вроде того…

Кристина в сопровождении мужчин подошли к нам. Главный богатырь, который был почти на голову выше Ветрова, с небрежным взмахом рукой велел простым людям заняться ранеными, которых мы привезли. Вместе с ними отправилась и Кристина, видимо проследить, чтобы всё было сделано в лучшем виде.

— Как интересно, — протянул мужчина, оглядывая нас хмурым взглядом. — И кого это к нам сегодня принесло? Тебе тут не рады, блохастый.

— Но это все ещё мой дом, где я родился и вырос, — не остался в долгу Казимир.

— Ты потерял право называть Лукоморье своим домом после того, что сделал, — обрубил мужчина. — И я не выпнул тебя отсюда только потому, что ты помог моей жене.

— Ну, ты можешь попробовать, — оскалился кот.

— Так, остыньте, горячие головы, — вмешался уже я. — Ещё не хватало, чтобы вы тут драку устроили.

Кот раздраженно фыркнул и демонстративно отвернулся, а я теперь заставил богатыря проявить к моей персоне хоть какой-то интерес. По правде говоря, до этого момента он смотрел на нас как на пустое место.

— Стало быть, это ты главный среди них?

— Я. Дмитрий Старцев.

Я протянул руку для рукопожатия, но богатырь никак на это не отреагировал. Его руки как лежали на поясе, готовые в любой момент схватиться за меч, так и лежали.

— Дядька Святогор! Это ж вы? Дядька Святогор!

А тут уже ожил наш богатырь. Ему в этот момент оказывали помощь вместе с ранеными, и он не сразу заметил появление других воинов. Их старшой нахмурил густые брови, прищурился, а затем внезапно улыбнулся.

— Борька! Ты что ли?!

— Ох, дядка! Я это! Я! — с радостными воплями Ветров поковылял к своим.

— Счастливое семейное воссоединение, — буркнул кот. — Меня сейчас стошнит.

Святогор на это сердито зыркнул на Казимира, но ничего не сказал.

— Ну ты и вымахал, Борька! Почти с меня ростом стал! — ну это Святогор погорячился. Мой богатырь ему только до плеча доходил. — Это ж сколько тебе годков было, когда я тебя видел?

— Лет пять было, дядька, а сестрице и того меньше.

— Точно, а Тома с тобой? Бабка будет очень рада её видеть.

— Нет,— покачал тот головой. — Не стал я её брать с собой, опасные края демонов.

— А вот это правильно, — кивнул тот. — А это стало быть твои друзья?

Ветров собирался ответить, но внезапно скривился и упал на колени. Его тут подхватил стоящий рядом со Святогором богатырь.

— Ох, да он едва живой!

— К бабке его, быстро! — скомандовал старший, и воин, взяв Ветрова на руки, поспешил прочь, скрываясь за поворотом пещеры. — А вы ждите.

— Мы спешим. Твоя жена обещала нам помочь.

— Раз обещала, поможем, а пока сказано ждать. Вот и ждите.

Так, кажется я начинал понимать, почему с Ветровым в свое время у нас общение не задалось. Да и с этим, судя по всему, будет аналогичная ситуация. Богатыри отступили, но встали так, чтобы мы не смогли пройти дальше.

— Может, наедем на них грузовиком? — предложил Казимир.

— А ты, я смотрю, их не больно-то любишь.

— А с чего мне их любить? — фыркнул он, но рассказывать о причинах старого конфликта и не подумал.

— Подождем немного, посмотрим, что будет, — решил я. — Кстати о твоей персоне, кошарик. Ты сказал, что с Ветровым не знаком, а вот Святогора он знает. И ты знаешь. Странно это, не считаешь?

— А чего странного? Ты вот тоже не знал многое о своей семье. Вот батьку я Борьки знал. Не близко, конечно, но лицо и имя помню, и было это во времена, когда та парочка ещё не родилась даже.

Ситуация изменилась, когда из того же прохода, куда по одному уносили спасенных, явился старичок с посохом. Выглядел этот дед… странно. Болезненно худой, буквально кожа да кости, гладко выбритый и лысый, отчего очень сильно напоминал ходячий скелет, а не человека. Шел он неторопливо, но внешний вид был обманчивым. Может простой человек и обманулся бы его видом, но я ощущал огромную исходящую от него силу. Возможно даже большую, чем у меня, а это говорило об очень многом.

При его появлении богатыри как по стойке смирно вытянулись, но смотрят на него с некоторым подозрением.

Старик приблизился, окинул хмурым взглядом вначале богатырей, затем нас.

— Ну и что у вас тут? — спросил он немного высоким, скрипучим голосом.

— Чужаки, — ответил Святогор.

— И вы их сторожите?

— Сторожим.

Старик снова посмотрел на нас.

— Смотрю, вы Казю нам вернули, да ещё и Борьку малого. Думали, что не вернутся они уже никогда. А ты, — теперь обращался он именно ко мне. — не место тут такому, как ты, отшлепать Кристину бы за самодеятельность. Будь я помоложе, сам бы и занялся, — хохотнул дед, а вот Святогор как-то странно скривился. И дед это заметил. — Не обращайте на него внимания, хобби у меня такое было, невест красть.

— Красть невест… болезненный вид… — забормотала Цукимару у меня за спиной, и тут же выскочила вперед, едва не толкнув меня. — Дедушка, а вы случайно не Кощей Бессмертный? Я занимаюсь изучением реликтов, и если это вы, то у меня есть один блок вопросов, на который я хотела бы, чтобы вы мне ответили.

Старик расплылся в улыбке при виде очаровательной рыжеволосой девушки-лисицы, но тут Цукимару запустила руку в сумку и вытащила оттуда здоровенную папку, из которой стала доставать анкеты. Помню, она как-то и меня просила заполнить такую…

— Вот, пожалуйста, заполните это, это и вот это. А так же это, это, вот это, можете не обращать внимание на пункты двенадцать-семь, двенадцать-восемь и двенадцать-девять, они были сделаны для тех, у кого есть щупальца. Так же можете пропустить пункты семнадцать-один и семнадцать-два, они рассчитаны на реликтов менее преклонного возраста.

Теперь старик не улыбался, лишь непонимающе смотрел на целую кипу бумаг, которую всучила ему лисица. Мда… Деда надо спасать.

— Цукимару, — мягко сказал я своей супруге. — В этом совершенно нет никакой необходимости. Мы в гостях, и невежливо нагружать хозяев твоей исследовательской работе.

— Но ведь это во имя науки! Это займет всего-то пару часов.

— Цуки…

— Ладно-ладно… — сокрушенно вздохнула она, убирая свои бумаги обратно. Да и дед вроде выдохнул с некоторым облегчением.

— И ещё, мы с тобой серьезно поговорим потом, — нахмурился я. — Мы же договорились, что ты возьмешь с собой только самое необходимое.

— Так это необходимое, — удивленно заморгала Цуки, словно это не она тащила с собой гору ненужной макулатуры, а я спрашиваю какую-то глупость. — И видишь, пригодилось! Мы встретили других реликтов.

— Ох…

— Думаю, нам с тобой стоит немного поговорить по душам, мил человек, а твои друзья пусть отдохнут. Подозреваю, что вы проделали длинный путь.

— Даже не представляете, насколько, — кивнул я. — А почему поговорить именно со мной?

— Не так уж часто к нам заглядывает один из злейших врагов.

Сказано это было беззлобно, но четко дало мне понять, что он прекрасно осведомлен о том, кто я такой.

Богатыри тут же зашевелились, их руки легли на оружие, готовые в любой момент обнажить клинки, но старик жестом их остановил.

— Спокойнее, мальчики, — сказал он им. — О нашем дорогом госте я позабочусь сам, а вы отведите его друзей в город. Накормите, пусть расслабятся и отдохнут. Пойдем что ли, — последнее было адресовано мне.

— Дим, — слегка обеспокоенно сказала Таня, но я на это лишь мягко улыбнулся.

— Идите и отдохните, мне этот старик ничего не сделает.

— Уверен? Если это тот, о ком я думаю…

— Он самый я, он самый, — вмешался дед. — Пойдем уже.

И махнув рукой, он побрел в проход, ну и я направился за ним. Странно это, но несмотря на его слова о враге, не ощущалось от него никакой настоящей угрозы, хоть силы старику было не занимать.

Тем временем мы понемногу вышли из вытянутой пещеры-тоннеля в ещё большую пещеру, и вот тут я уже присвистнул. Это место просто невероятно огромное — настоящий подземный город, в центре которого находится огромное дерево, источающее свет. Оно словно подпирает собой свод пещеры, а его корни расходятся во все стороны, формируя что-то вроде этажей, на которых выстроены дома. Этажи соединены собой множеством мостиков, подъемников, а корни поменьше выполняют роль своеобразных главных дорог.

Мы вышли где-то на верхних этажах этого места, благодаря чему вид открывался во всех смыслах сказочный. И что самое удивительное, у корней дерева я увидел огромное озеро и расходящиеся в разные стороны поля, на которых работали люди.

— Удивительно, правда? — ухмыльнулся Кощей.

— Да, поразительное место.

— Это всё Леший постарался, ну и я само собой. Баба Яга тоже свою лепту внесла. Много кто руку приложил, чтобы все мы выжили. И именно поэтому я и хочу спросить, зачем ты пришел сюда, Гнев?

Глава 31

— Проходи, — сказал Кощей, пригашая внутрь своей избушки. И это… и впрямь была изба, причем очень уж типичная, словно тоже сошла из сказок. С белой печью, лавками и прочим. Очень уж отличалось увиденное от того, к чему я привык. Тут даже электричества не было, и освещалось жилище с помощью масляных ламп. — Поставлю травяного чаю.

С этими словами Кощей стал растапливать печь, чтобы подогреть воды. Я же уселся за стол на лавку и принялся ждать, разглядывая убранство. Простенько тут, но довольно уютно и обжито.

— Ты так и не ответил, Гнев, зачем ты пришел в наше место? Ты и тебе подобные уже забрали большую часть мира, не оставив нам места в нем. Мы не лезем в ваши дела.

— Скажи это Кристине, в конце концов это она привела меня. Она там целую повстанческую группировку судя по всему возглавляет.

— Чем бы дитя не тешилось, — махнул он рукой. — Дела Кристины — это дела Кристины. Святогор в них не участвует, как и остальные. Мы живем в Лукоморье и не покидаем его, никогда.

— А Казимир? А Ветров и его сводная сестрица?

— Они исключение. Казя был изгнан за дело, и спустя много лет он мог вернуться, но оказался слишком горд для этого. Что же до родителей малыша Бори… Там своя история, и тебя она не касается. Если захочет, он сам тебе о ней расскажет. Скажу лишь, что были на то причины, но они были последними, кто из нашего рода покинул Лукоморье.

— А как же моя мать? Она дочь морского царя.

Кощей на этих словах чуть чайник не выронил. Последний, к слову был очень уж грубым, из чугуна, совсем не похож на те, что обычно используютсяу нас.

— Так ты ещё и один из нас? — удивленно моргнул Кощей и через секунду с недоверием прищурился.

— Телом, — подтвердил я. — Я тоже реликт, хоть и на половину. Отец был человеком, а мать — морской девой.

— И под водой дышать умеешь?

— Умею.

— А если проверить решусь? — с недоверием уточнил старик.

— Я легко это продемонстрирую. Уже как-то один раз приходилось, хоть ощущения ещё те. Моя младшая сестра тоже так может. В детстве, по рассказам мамы, она вообще полдня в реке провела.

— О, как. Неожиданно… И все же, ты второй раз уходишь от моего вопроса.

— Ну да, — признал я. — Да ничего мне не нужно. Я оказался тут случайно, вообще не думал, что когда-либо окажусь тут. Казимир говорил, что Лукоморье где-то далеко на востоке, в лесах, где почти нет городов и деревень.

— Нашему Казе нужно хвост выкрутить, — проворчал старик. — Слишком уж много он болтает того, что не надо бы.

— Да ладно, как я понял, не так всё просто с этим местом, иначе бы Священники вас давно бы уже нашли.

При упоминании тех тварей старик поморщился. Неприятная тема, что в целом не удивительно.

— Может и не просто, но это совсем не значит, что об этом нужно трепаться всем подряд.

— Справедливо, — согласился я.

— Что же до Морского царя… Хотя какой он морской царь, в прошлом это. Возвел себе дворец на дне Байкала и живет тихо-спокойно. Пока он и его приближенные не лезут к тем, кто живет на суше, его не трогают. Он сам по себе, независим от Лукоморья, хоть и был в прошлом одним из главных его создателей. Не просто же так появилось это название, согласись? Первое Лукоморье появилось на берегу моря, в закрытой бухте, где, как мы считали, нас никто не тронет. Потом Морской царь нас бросил, решив, что на дне безопаснее, а мы перебрались под землю. Но мы немного отвлеклись.

— Да, немного, — согласился я. И все же мне было интересно послушать об этом. — Как я уже сказал, мое появление тут не более чем случайность. Я со своими друзьями выполнял важную миссию: мне нужно остановить Хагготта, прежде чем он активирует инфернальное семя, и Кристина обещала, что если помогу ей, то она и её люди помогут нам.

— Всё зависит от того, какая именно помощь тебе требуется. Как я уже сказал, мы не вмешиваемся в конфликты за пределами Лукоморья. Жители твоих краев считают край реликтов сказкой, и пусть так и остается. Мы не лезем в дела Императоров, не участвуем в их конфликтах, а он взамен не вспоминает о нас. Вполне себе честная сделка.

— Я тоже заключил сделку с Императором, — сообщил я. — Если я смогу выполнить эту миссию, то он даст вам права. Вам больше не будет нужды скрываться.

Кощей на это лишь криво усмехнулся.

Не верит.

— С чего ему так поступать?

— С того, что у него нет выбора. И я уверен, что свое слово он сдержит.

— Твои речи словно мед, — покачал старик головой. — Но нет, извини. Что бы там не наобещала тебе Кристина, мы не станем помогать. Нынешние порядки сформировались не просто так. Этому месту удалось сохраниться на протяжении стольких лет как раз по-тому, что мы были сами по себе.

Старик как раз заканчивал с чаем, когда отворилась дверь, и в избу вошла пожилая горбатая бабка с крючковатым носом.

— Ну как Борька наш?

— Да что с ним станется? — отмахнулась она. — Богатырь же. Полежит на печи пару деньков и будет как новенький. А ты, я смотрю, ишь кого в дом привел…

— А что, оставлять его с остальными? Нет уж, пусть лучше под присмотром.

— Ну, хоть так.

Старуха прошла в комнату, уселась на лавку по другую сторону стола и оценивающе уставилась на меня.

— Вот уж не думала, что буду сидеть за одним столом с врагом.

— Может хватит меня так называть? — нахмурился я. — Я вам не враг, что бы вы там себе не надумали.

— Ты Стремление.

— И?

— Вы слишком жадные. Вы не порождены этим миром, чужды ему, и именно поэтому вас ничто и не сдерживает. Вы только поглощаете и поглощаете, подпитываясь теми, кто вокруг вас. Ты можешь думать, что ты нам не враг, но истина куда сложнее, — выдала бабка. — Многие из тех, кто только появились, тоже вначале были “хорошими”, но со временем сильно поменялись. Это уже пройденный для нас этап. Последним, кому мы доверились, был Познание, и ничем хорошим это не закончилось, ни для него , ни для нас.

— Во-во, — согласился дед, разливая чай по стаканам. Один он поставил перед мной, а два других для себя и бабки. — И не смотри ты так на чай, не отравленный он.

— Ну, мало ли, вы же не раз называли меня врагом.

— И тем не менее гостеприимство — это святое. Пока ты и твои друзья уважаете нас, мы уважаем вас в ответ. Так у нас заведено. Что о нас скажут, коль мы гостей травить начнем?

Немного подумав, я для вежливости пригубил чай, сделав совсем уж маленький глоток. Если там есть яд, то такое количество я должен суметь перебороть.

— Ты слабее других, — хмыкнула бабка. — Да и вообще, разве Гнев не погиб на севере?

— Умер другой Гнев, — прояснил я. — Да и отвык я уже так себя называть. Просто Дмитрий Старцев. И я другой аватар, не тот, которого называли Одноглазым. Я владею этим телом меньше года.

— И это ещё одна причина, почему ты для нас враг, — добавил Кощей. — Ты захватил его, подчинил. А как же тот человек, который был им раньше? Разве он хотел быть вышвырнутым из своего тела?

Тут мне пришлось невесело усмехнуться.

— Как не странно, именно того он и хотел. Я стал Дмитрием Старцевым потому, что он сам был слаб и не способен защитить свою семью. Это был договор.

— Но меняет ли это суть?

— Ох, ладно вам, — буркнула бабка. — Уж не тебе, старый некромант, говорить о том, как использовать чужие тела.

— Это было давно, — отмахнулся старик.

— Ага, и не правда, — съязвила бабка, на что дед буквально подавился чаем. Кощей некромант? Любопытно… Впрочем, не думаю, что когда дело касается Лукоморья, умным и дальновидным решением будет использовать силу. Учитывая много столетий гонений, логично, что они никому не доверяют.

— Я не прошу у вас многого, — обратился я к ним. — Кристина обещала помочь нам проникнуть в Народный. Это важно. Хагготт вот-вот начнет новую войну, и его первый удар может иметь колоссальные последствия. Я тут, чтобы остановить его, и тем самым дать нам возможность смягчить этот самый удар.

— Прости, но это не наша война. Пусть Императоры сами разбираются.

— Да плевать на них, под угрозой простые люди. Вы же реликты, гребанные воплощения, — и вот тут я стал злиться. — Вера людей создала вас, она питает вас, даже сейчас. Сказками о Кощее и Бабе Яге пугают детей. И те, кто в вас верят, погибнут, если вы будете бездействовать.

— Мы не можем, извини. Наши войны в прошлом.

***

Дом Кощея я покинул с бурлящей яростью внутри.

— Трусы, — это всё, что я мог сказать после двух часов бессмысленных разговоров.

Может где-то разумом я и могу их понять, но не могу принять этого. Их нынешнее существование такое лишь по одной причине — Император перестал считать их угрозой. Если так подумать, то Хладнокровие после того, как укрепил свою власть, больше не пытался устраивать геноцид реликтов. Более того, я не слышал о законах, что запрещают рассказывать сказки, что в свою очередь подпитывает силой местных обитателей. Вера — это то, что позволяет реликтам существовать точно так же, как и воплощенным богам. Может их физические оболочки и не разрушатся, но едва ли они смогут использовать какие-то сверхъестественные силы, сели обычные люди погибнут.

— Ну и как поговорил? — на пути мне попался Казимир, на которого местные все еще косились.

— Хреново. Вернее… Вроде как они нас выпустят, но и только.

— А ты подумал, что сможешь упросить стариков нам помочь? Чтоб они своих богатырей с нами отправили? Мечтай. Это место не любит перемен. Они нашли свой маленький рай и боятся даже шелохнуться, чтобы он случайно не разрушился. Тьху. Идем. Тебя как раз ждут. По крайней та девица вроде бы собирается исполнить свою часть договора. Нас провезут в Народный.

— Ну хоть что-то хорошее.

* * *

— Не смотри так на меня, старая, — поморщился Кощей, видя взгляд Бабы Яги. — Мы не будем в этом участвовать. Лукоморье ни во что не ввязывается. Мы и так потеряли слишком многих…

— А что если это наш шанс всё вернуть, Кощей? Ты ведь слышал, что этот мальчонка сказал. Если мы поможем, то нам вернут права. Мы больше не будем изгоями.

— Люди нас всё-равно не примут.

— Люди нас и создали, — напомнила она. — Мы и так чахнем с каждым годом всё сильнее. Что если демоны действительно победят? Вырежут простых людей, что ещё верят в нас? И что у нас останется? Мы продержимся ещё столетие-другое, а дальше что? Либо это место станет нашей гробницей, либо до нас доберутся. Хагга, священники…

— И что ты от меня хочешь, Яга?

— Чтобы ты вспомнил, кем ты был. Чтобы возглавил богатырей. Чтобы ударил по супостатам со всей нашей силой. Мы покажем людям, что они не одни. Что те, кому обращены их чаяния, тут, готовые встать на их защиту.

— Я уже не тот, кем был, — покачал головой Кощей.

— Все мы уже не те, кто были, — вздохнула Яга. — Но вдруг это наш шанс? Шанс поступить правильно.

— Ты бредишь, старая.

— Наверное. Просто Борьку увидела, готового хоть сейчас идти в бой, и почувствовала стыд. Пока молодые сражаются за будущее, мы, старики, цепляемся за прошлое, всеми силами убегая от реальности.

— Если мы в это влезем, многие погибнут… — мрачно заметил Кощей. — Я не могу им приказывать идти на битву.

— А ты не приказывай. Просто попроси, и мы увидим, чего на самом деле хочет Лукоморье: медленного и мирного увядания или битвы, что может дать нам будущее.

Глава 32

И вновь ящики. Вывозить нас из Лукоморья по-нормальному, видимо, никто не собирался. Казимир по пути немного поведал о том, как работает это место. Мол эти пещеры соединены с определенными точками в мире. Одна, например, открывается в том лесу, где мы были, другая может выходить где-то на юге, в горах, третья — ещё где-то. Причем эти выходы можно переносить, и по этой причине попасть сюда можно, лишь точно зная, что искать и как открыть проход.

Казимир даже знал, как этот проход открыть, но был уверен, что после того, как нас выпустят, лукоморцы сменят точку выхода. Но мне как-то не было до этого никакого дела. Эти старики решили продолжать вести свою затворническую жизнь несмотря на то, что их помощь могла бы дать возможность реликтам не прятаться.

Плевать.

Я делаю это не для них. Я делаю это в первую очередь для себя и своих близких.

— Насчет вашего богатыря не волнуйтесь, мы за ним присмотрим. Вернем его в ваши края, если сам захочет, когда встанет на ноги.

Мне оставалось лишь кивнуть. Ветров и впрямь плох, тащить его с собой было бы неправильно, так что если о нем смогут позаботиться, то пусть так.

— Хорошо, присмотрите за ним, — сказал я и занял место в ящике. Как и в прошлый раз, крышки заколотили, и когда со всеми приготовлениями было покончено, машины двинулись в путь.

В этот раз ехать пришлось чуть дольше, и я даже позволил себе немного вздремнуть, а проснулся, когда крышку уже начали вскрывать. Но вместо Кристины надо мной возвышался Бронников. Солдат протянул мне руку и рывком помог встать на ноги, и я даже был ему рад. После поездки тело немного занемело.

Осмотревшись, я понял, что мы находимся на каком-то крупном складе, полном всяких ящиков. И судя по свету, пробивающемуся в окна. уже наступило утро.

— Где мы? — спросил я у подошедшей Кристины.

— В Народном, как и договаривались. Я доставила вас на место, а дальше вы действуете сами по себе.

Таня тем временем крайне ловко, со сверхчеловеческой грацией забралась на один из стеллажей, которых тут тоже хватало, и выглянула с него в окно.

— У меня одна просьба, — обратилась к нам Кристина. — Прежде чем будете действовать, подождите хотя бы пару часов, чтобы я со своими людьми ушла на достаточное расстояние.

— Не беспокойся об этом, у нас есть ещё какое-то время, так что действовать будем ночью. А пока Казимир сходит на разведку.

— Ну коне-е-е-е-ечно Казимир сходит на разведку, — раздраженно протянул кот. — Мне же делать больше нечего, кроме в разведчика играть.

— Тебя за это и взяли, — напомнил я.

— Да-да…

Наши новые знакомые уехали, и я на всякий случай напомнил, что если они захотят со мной связаться, то пусть ищут Дмитрия Старцева. Думаю, у них с этим проблем не возникнет.

Ну а дальше началось ожидание. Казимир ушел на разведку, Таня поглядывала в окна, Цукимару ковырялась в каких-то бумагах, что взяла с собой. И это ожидание меня немного утомило.

— Цуки, ты сделаешь нас с тобой невидимыми для демонов, как делала это в банке?

— Думаю да, это не сложно, если нас всего двое.

— Эй, а как же я? — оживилась Таня, услышав, что идти собрались только я и лисица.

— А ты сиди тут. Сейчас день, от тебя толку будет не так уж и много, — может на солнце Таня и не горит благодаря какому-то там артефакту, но вот теневые способности работать не будут.

— Чем меньше людей, тем надежнее мои иллюзии, — с важным видом заявила кицунэ и взяла меня под руку. И судя по тому, как внезапно закрутила головой Таня, Цукимару использовала эти самые иллюзии, чтобы нас скрыть.

— Мы скоро, — крикнул я товарищам, после чего мы с лисицей покинули склад и вышли в город.

Народный представлял из себя довольно… странное и неоднозначное зрелище. Это достаточно крупный город, где хватает многоэтажных построек. Помимо демонов здесь много и людей, но выглядят они, мягко говоря, так себе. Больные, измученные и понурые. Они ходили, опустив глаза, вдоль зданий, боясь даже смотреть по сторонам. А вот хагга чувствовали себя тут хозяевами. Я увидел очень много синемордых, и едва ли это было хорошей новостью. Как показали наши схватки, именно от них больше всего проблем. Они быстры и сильны как подклятвенные, и вдобавок могут использовать магию.

Когда Кристина говорила, что Народный представляет собой крепость, то нисколько не преуменьшала. Тут стоит целая куча бронетехники, каждая улица под контролем, и даже просто прогуливаясь, я то и дело натыкался на хорошо укрепленные огневые точки. По улицам постоянно шныряли патрули, в каждом из которых по меньшей мере трое старших демонов. Ещё любопытно, что тут практически нет слабых демонов, которые ещё не успели измениться, зато время от времени попадались такие жуткие твари, которых видимо специально человечинкой откармливали. Они были облачены в такую костную броню, какой не каждый рыцарь Инферно может похвастаться.

Кстати о рыцарях. Они тут тоже имелись, и довольно много, но по большей части эти воины исполняли роль охраны, стояли на входах и перекрестках.

— Неприятное место, давящее, — шепнула Цукимару.

— Это ещё мягко сказано, — согласился я.

Неприятных открытия было два. Первое: семя Инферно уже активировано и проросло, но видимо ещё не дошло до финальной стадии, потому что основную массу войск сюда ещё не переправили. Это стало понятно по огромным сияющим ветвям в самом центре города. А значит времени у нас совсем немного. Возможно, уже завтра Хагготт откроет врата и перенесет сюда войска.

Или не перенесет. Мы все ещё не уверены в том, как именно он поступит.

Второе: попасть непосредственно к дереву у нас не получилось. Все те районы хорошо укреплены, и даже с невидимостью Цукимару мы не могли просто взять и просочиться внутрь. А ведь было бы так удобно… Эх.

На всякий случай мы обошли центральную часть города в поисках возможности проникнуть туда, но не нашли даже близко ничего подходящего. Плохо.

Пришлось возвращаться. К тому моменту Миша как раз смог связаться с остальными, используя переносную радиостанцию, и получил пару важных сведений. Вторая группа успешно дошла до Народного и сейчас находится где-то у северного въезда в город. Внутрь они пока что не попали.

— Передай, пусть ждут ночи, — решил я.

— Будем пробиваться вместе?

— Нет, мы поступим чуть иначе. Всё прежняя тактика: отвлекаем и атакуем. После заката пусть они будут изображать попытку прорваться, тем временем вы ударите с противоположной стороны и выскользните отсюда.

— Но ведь мы должны… — попыталась возразить Волкова.

— Вы должны выжить. А я займусь инфернальным семенем и Хагготтом.

— Это очень плохая идея, — покачала головой Таня, нахмурившись.

— Хагготт не знает, что мы уже внутри. Когда нападет второй отряд, он будет думать, что это мы с вами.

— И попытается “нас” измотать, — понял Бронников. — Кинет все силы для обороны, в то время как сердцевина ослабнет.

— Именно. Пара демонов для меня не проблема. Я прошмыгну и разберусь с ним.

— А отступать как будешь? — вмешалась Таня. — Это ведь очень рискованно. Вдруг ты будешь ранен…

— Использую Летуна.

— Дима, я с тобой, — решила Таня.

— Нет. Не в этот раз.

* * *

Битва уже началась, но пока она только набирала обороты. Войска хагга все активнее стягивались к берегу, а имперские солдаты держали оборону. Сложно изображать прорыв, когда тебе нужно сохранить как можно больше солдат.

Хладнокровие с некоторым равнодушием наблюдал за битвой издалека. Ему даже не нужен был бинокль для этого, он легко мог наблюдать за теми, кто отдал ему частицу своей души в обмен на силу. Дети Хлада обрушивали на демонов целые потоки магического огня и льда, сокрушая десятки и сотни. Но демоны всё шли и шли, их маги тоже не дремали и прикрывали основные силы от артиллерии и магического удара.

— Ваше Величество, — поклонился один из генералов, прибывших с донесением. — Мы только что получили сообщение от отрядов лазутчиков. Оба они на месте, готовы приступить к миссии.

— Хорошо, — кивнул Хладнокровие. Теперь им всем оставалось лишь ждать. — Пусть солдаты продолжают держать оборону и готовятся отступить по первой же команде.

— Будет исполнено, — поклонился офицер и удалился, Хладнокровие же продолжал наблюдать за линией фронта. Что-то его беспокоило, и он пока не мог понять, что именно. Все шло гладко, можно даже сказать слишком гладко. Хагга отошли от своих позиций, встречая вражеские силы, солдаты империи уже смогли захватить крупный кусок их территорий и закрепиться на том берегу.

Богатыри принимали на себя основной удар, их прикрывала артиллерия и маги. А демонов становилось все больше и больше. Словно саранча они лезли без особой организации. Не у всех было даже оружие. Хагготт посылал свои войска на убой, не особо беспокоясь о потерях, собираясь буквально завалить трупами имперские войска. А их магия и дальнобойная боевая техника нередко била по своим.

Для Императора всегда было загадкой, в чем смысл таких трат демонов? Они использовали свои силы как пушечное мясо, даже не пробуя их ничем снаряжать. Даже османский Император должен был понимать, что гораздо эффективнее было вооружить своего союзника, как они делали в прошлом. В былые времена, когда был ещё жив Гнев, не тот аватар, которого отправили на миссию в тыл врага, а тот, кого в мире именуют Одноглазым, демоны сражались иначе. Тогда не было ни ружей, ни пушек, ни артиллерии, лишь мечи, копья и доспехи. И демоны были снаряжены не хуже его людей.

Но все эти размышления отошли на второй план, потому что ситуация резко изменилась. Правый фланг взорвался от мощного взрыва, от которого не спасли даже магические щиты Истинных. Сотни и сотни солдат, а также боевые машины были уничтожены магией гораздо более сильной, чем могли использовать обычные демоны.

Стройные ряды рыцарей Инферно мчались по равнине. Офицеры уже получили донесение о том, что случилось, и приказы закрыть брешь уже стали разноситься по местам, но слишком медленно. Пока раненые приходили в себя, а остальные силы пытались сгруппироваться, чтобы отбить атаку, рыцари уже вошли на позиции воинов, без труда прорываясь через то, что осталось от оборонительных укреплений.

И позади них Хладнокровие ощутил того, кого тут быть не должно.

Аватара Хагготта.

Теперь стало понятно, откуда взялась такая разрушительная сила. Аватар Князя Инферно решил поучаствовать в этой схватке самолично, и это было странно. Ведь если он тут, то кто сейчас находится рядом с семенем Инферно? Разве он не сам планировал открыть портал?

И вывод из этого напрашивался только один — аватаров двое. Один явился сюда, другой остался с семенем.

Люди тут не справятся. Чтобы одолеть аватара, нужен кто-то сопоставимый по силам. Например аватар Стремления. В прошлом Хладнокровие незамедлительно бы сам вступил в схватку и обрушил на врагов своей Империи всю свою силу, но сейчас, когда у него осталось так мало сил, он сомневался. Эта схватка может стоить ему жизни, и Хагготт это знает. Готова ли Лизавета занять его место? Готова ли страна потерять своего защитника раньше времени?

Страх… Такая чуждая для него эмоция, но именно её он сейчас испытывал. Поэтому он отринул её, стал тем, кем должен быть — Стремлением.

— Я покончу со всем этим, сегодня, — тихо сказал он сам себе, после чего жестом подозвал к себе одного из советников. — Подготовь бумаги и печати, я должен сделать распоряжения.

“Последние свои распоряжения” — мысленно добавил он. — “Дальше все будет зависеть от тебя и Лизаветы, Гнев”.

Глава 33

Как только солнце скрылось за горизонтом, я сел на Летуна и взмыл в небеса. Мои товарищи покинули свои позиции минут двадцать назад, и только что прозвучал взрыв на главном въезде. На территории крепости тут же зазвучала тревога. Это и было сигналом для меня.

Летун устремился ввысь, и я прижимался к нему, про себя отсчитывая время и раскручивая внутри смешанную энергию— силу этого мира и собственной бури. Схватка предстоит серьезная, мне придется выложиться не просто на все сто, а на сто пятьдесят или даже двести процентов. Я должен прикончить аватара Хагготта и уничтожить инфернальное семя, что сейчас находится внутри ствола огромного инфернального древа.

Пока что меня не заметили, и я тоже не спешил приближаться к дереву. Нужно дать время врагам стянуться к выходу, чтобы мне было проще разобраться с Хагготтом. Не сомневаюсь, вокруг него сейчас полно охраны, он точно не отправит всю свою свиту ко входу в крепость, но её часть — вполне возможно. Цукимару создаст фантомного меня. Князь наверняка будет наблюдать за нашим штурмом глазами своих подручных, и если получится его обмануть, то застану ублюдка врасплох.

Самым сложным тут было выжидать, прятаться и стараться не думать о том, что дорогие мне люди могут пострадать. Видение Хильды все ещё может сбыться…

Летун сделал круг в воздухе, и я внезапно что-то почувствовал: вспышку огромной силы, но не тут, а где-то далеко. Повернув голову, увидел на востоке странное, едва заметное зарево. Кажется, именно в той стороне должна проходить отвлекающая внимание битва между силами Империи и демонами.

— Да что там происходит?

Тряхнув головой, вернул мысли к текущей ситуации. Не до того сейчас, чтобы отвлекаться. Вместо этого вновь глянул на битву, что шла у въезда в крепость. Кажется, в спину врагам ударили уже мои друзья. Вроде я даже видел Таню, что тенью скакала по крыше.

Дам им ещё две минуты.

Как только время истекло, я направил Летуна прямо к дереву. И вот теперь меня заметили. Со стороны крепостной стены, которая ограждает сердцевину города, в меня полетела как магия, так и целый свинцовый дождь. Летуну физические повреждения были не очень страшны, так что пули можно было смело игнорировать, а вот от магии приходилось уворачиваться.

Неподалеку от ствола внезапно вспыхнула яркая вспышка, и в меня ударил мощный поток пламени, который с легкостью мог бы испепелить целые армии. Летун лишь в самый последний момент успел уклониться, но пламя немного потрепало его крыло.

— Тц… Хаггот не мелочится… — буркнул я себе под нос.

Мой теневой “конь” влетел в вершину стены, уйдя в Тень, а сам я соскочил с него и взмахом меча отрубил голову одному из магов хагга.

— КРОВИ-И-И-ИЩА! — по традиции завопил меч. Как бы я не пытался отучить его от этой дурной привычки, все бестолку. Он всё-равно вопит, когда превращается из часов в оружие.

Впрочем, сейчас на это было как-то плевать. Демоны, увидев меня, немного дрогнули. Кто бы что не говорил о хагга, но они тоже злятся, боятся и любят.

Они для меня такие же батарейки, как и для своего господина. Я втянул их злость, добавив к своей силе, и бросился в атаку. Тут практически не было простых солдат, одни лишь синемордые, а чуть в отдалении ещё и рыцари Инферно собственной персоной. Взмахом меча отсёк одному демону руку, мешая колдовать, второго ударил кулаком, используя усиленный удар, отчего его смело со стены. Ну ещё бы, там такая сила, словно грузовик влетел на полной скорости.

Тут на меня бросилось сразу двое рыцарей, и я поспешно отступил, уворачиваясь от полыхающих клинков.

— Открылся, — осклабился я и, превратив пистолет в меч, выстрелил. Руку с мечом и плечо рыцаря разорвало на ошметки. Их щиты имеют очень высокую прочность и стойкие к магическим ударам, а вот доспехи гораздо слабее.

Второй клинок я отбил, покрыв свободную руку доспехом духа. Отбил, заставил рыцаря пошатнуться и всадил Меч, который уже успел по мысленной команде опять стать мечом, в бок, аккурат в сочленение доспехов.

Мы с демонов встретились взглядами, и он всё понял ещё до того, как Меч сделал “кусь”. Даже не хочу представлять, как это выглядело, но мое живое оружие отгрызло приличный кусок внутренностей рыцаря…

Понятия не имею, как, откусывая приличное количество мяса, меч ухитряется возвращать себе исходную форму и размеры, но с высвобождением оружия не возникло никаких проблем. Взмах клинка, и я готов продолжать схватку.

Страх, злость, бессилие — эмоций становилось все больше и больше. Демоны дрогнули, столкнувшись с превосходящей силой, да и я больше не сдерживался, вдохнул чистую бурю и обрушился на них со всей имеющейся силой.

В один миг тройной удар превратился в десятикратный, усиленный бурей. Им я даже не пытаюсь поразить кого-то конкретно, просто бью себе под ноги, в клочья разнося эту часть стены, а заодно и всех, кто находится поблизости. Я долгое время копил энергию, и даже в последних схватках её сильно экономил.

— ХАГГОТТ! — крикнул я, усилив свой голос. — Я ПРИШЕЛ ЗА ТОБОЙ! ПОКАЖИСЬ!

И один из Князей Инферно не заставил себя долго ждать.

Выглядел он чуть иначе, чем во время нашей прошлой непосредственной встречи. Хагготт выглядел очень похожим на обычных демонов, завладевших человеческим телом, но разница кроется в деталях. Я ощущал, какая сила от него исходит, и с ней приходилось считаться. Облачен он был в доспех, очень напоминающий тот, что носят его рыцари, разве что сам он не стал использовать щит.

— Гнев, вот мы и снова встретились. По правде сказать, ты шел гораздо дольше, чем я думал. Чем занимался все эти дни? Планировал проникновение? Мог бы просто постучаться в ворота, и тебя бы встретили, — улыбался он.

— Ну да, ну да. С хлебом и солью.

— Вижу, ты сохранил мою вещицу, — его взгляд скользнул по Мечу в моей руке.

— Ага. Хорошая и удобная штука, понимаю, чем тебе понравился, — я демонстративно взмахнул своим оружием.

— Да, обидно было потерять. Подобное оружие отправлять в эту часть вселенной весьма… затратно, знаешь ли. Хотя не буду отрицать, что удивлен, что ты его сохранил. Считал, что ты уничтожишь его, или оно будет лежать в одном из тайников вашего правителя.

— Ты же не думаешь, что я тебе его верну?

— Разумеется нет, да и не нужно. У меня есть другое.

В его руке возник похожий меч, разве что клинок был гораздо больше. Двуручный меч, но размер не показатель. Я свой тоже мог в двуручник превратить, но в нынешней форме он мне нравится больше.

— Мое предложение все ещё в силе, Гнев. Император этой страны слаб, ты и сам это знаешь, осталось ему не долго. Ещё не поздно присоединиться к победителям.

— Знаешь, сложно относиться к такому предложению серьезно, зная, что ты уже один раз меня прикончил. В тот раз я не знал, что знаменитый Одноглазый, которому поклоняются в Тысяче Фьордов, это я, а ты не удосужился сказать.

— Посчитал, что это многое усложнит.

— Ему ты тоже предлагал сделку?

— Разумеется, но мы встретились с ним слишком поздно, так сказать. Тогда он уже оброс бременем, как и твой нынешний “хозяин”. Он не мог просто взять и согласиться на мое предложение. А вот ты другое дело. Молодой, слабый, буйный. Мы вполне могли бы сработаться.

— Как ты его убил? Одноглазого. Никто не знает, как ты это сделал.

Я не спрашивал у Хладнокровия, лишь у Хильды, но как я понял, никто на севере об этом не знает. Одноглазый просто погиб, а вырвавшаяся сила разворотила те земли.

— Ты правда думаешь, что я отвечу? Некоторые козыри стоит держать при себе.

— Понимаю, — кивнул я, взвешивая оружие и прикидывая, как будет лучше вести сражение. Он не уступает мне по силам, даже возможно превосходит, но я уже убил его один раз, так что возможно получится и во второй.

— Размышляешь над тем, что уже побеждал меня однажды?

— Ты и мысли читаешь?

— Нет, лишь людей,— криво усмехнулся он. — Жаль, что мы не договоримся. Но имей в виду, в тот раз я дал аватару слишком мало сил. Но ведь ты понимаешь, что в этот раз я подобной ошибки не совершу? Может мне повезет, и сегодня я прикончу сразу двух Стремлений.

— Двух? — не понял я, но время разговоров прошло. Хагготт атаковал.

***

Уже практически наступила ночь, но магия в небе и осветительные вспышки, которые то и дело запускала в небо артиллерия, рассеивали мрак.

Хладнокровие парил над полем боя, и раз уж пришел сюда, то решил оказать поддержку своим войскам, обрушив на демонов целый поток магии, превращая в пыль сотни и сотни демонов одним лишь взмахом руки.

А затем перед Императором возник и Хагготт. Демон скалился, тоже паря в воздухе, облаченный в источающую едва заметный огонь броню.

— Вот мы и снова встретились, Хладнокровие. Давненько этого не случалось вот так, лицом к лицу. Последний раз это было, вроде, когда погиб Гнев?

— Я пришел не за тем, чтобы любезничать с тобой.

— Ну да, ты пришел меня убить, — кивнул аватар Князя. — В таком случае не будем тянуть, да?

Они ударили одновременно, отчего в небе произошла мощная вспышка, от которой содрогнулись небеса, от которой битва на земле сама собой остановилась. И демоны, и люди испуганно втягивали головы в плечи, наблюдая за двумя богоподобными существами, что сошлись в схватке.

И за этой схваткой издалека наблюдала третья сторона, неторопливо подтягивающаяся к полю боя.

— Ишь, разошлись, — буркнул Кощей, наблюдая, как от силы Князя и Стремления гремят небеса. Старик словно помолодел на несколько десятков лет и нынче был облачен в доспех, сделанный из темной кости. И, как подобает древнему некроманту, восседал он на восставшем из мертвых жеребце. Богатырям, что окружали Кощея, такое не было по душе, но это мелочи, на которые старик не обращал никакого внимания. — Святогор!

— Да, господин.

— Помоги простым солдатам. Пусть они увидят, что богатыри, защитники земли русской, на их стороне.

— А вы, господин?

— А я попытаюсь помочь нашему врагу, чтобы он сдержал обещание. Будет же обидно, если тот помрет в схватке с этим чертом, так и не исполнив обещанного. Верно?

И не дожидаясь ответа, Кощей пришпорил коня и понесся к полю боя, накрывая его туманом собственной силы, из которого один за другим рвались призраки. Картина была ужасающей, и демоны дрогнули. Кощей же взмахнул посохом и ударил темным лучом по Хагготту.

Хладнокровие отступил, с удивлением смотря на внезапного союзника. Он прекрасно знал Кощея, но считал, что тот давно сгинул. Вначале Император подумал, что этот реликт пришел на помощь Хагготту, но когда армия призраков обратила в ужас демонов, а следом пришли богатыри, воины из былин, стало понятно, что Кощей союзник.

— Не отвлекайся! — рыкнул Хагготт, атакуя Хладнокровие. Стоило отдать демону должное, тот был намного сильнее, чем ожидалось. Вернее, это Император ослаб. Даже сейчас он ощущал, что силы становилось все меньше и меньше.

Кощей тем временем гнал коня, нанося магические удары как по демонам, так и по Хагготту в моменты, когда они с Хладнокровием расходились.

— Вот же… Совсем силы не берегут…

Но схватка не могла длиться долго, особенно при магической поддержке со стороны. Император и Хагготт вновь столкнулись, как две кометы в небе, и вспыхнули такой яркой вспышкой, что старик зажмурил глаза. Но упал только один, от второго же совсем ничего не осталось. Чьё-то тело стало падать с небес, и Кощей направил коня туда, куда должен был упасть победитель.

Но несмотря на всю скорость, успеть к месту раньше он просто не успел. Остановив коня, Кощей спрыгнул и оказался перед самим Императором. Тот был серьезно ранен: лишился одной руки, часть лица обгорела, но он был жив. При появлении реликта Хладнокровие открыл глаза и посмотрел на некроманта.

— Спасибо за помощь. Не уверен, что справился бы сам, — тихо прошептал Император. — Ты пришел из-за Старцева?

— Гнева? Да.

— Я его недооценил, — криво ухмыльнулся умирающий. — Но всё это теперь не важно. Ты можешь меня убить, если хочешь.

— О, ты даже представить себе не можешь, как я этого хочу! — прорычал Кощей, обнажив меч и поднеся его кончик к горлу своего давнего врага. — После всего, что ты сделал, после всего, через что мы прошли. Я считал тебя другом! И вот как ты нам отплатил?!

— Все мы совершаем ошибки…

— Ты… сожалеешь? — Кощей невольно отступил на полшага.

— Я сожалею обо всем. Но я поступил бы также, будь у меня вторая жизнь. Порой ситуация и мир гораздо сильнее нас. В те времена был выбор: я или вы. Я выбрал себя.

— А теперь?

— А теперь это не имеет значения. Я построил то, что хотел, и очень надеюсь, что оно не рухнет, когда меня не станет.

— Гнев сказал что ты дашь реликтам права, если мы поможем.

— Если он поможет. Но да, распоряжение уже отдано. Его обнародуют в ближайшие дни. Больше вы можете не прятаться.

— Знал бы ты, как я тебя ненавижу…

— Я сам себя ненавижу. Так что сделай это. Убей меня. Это всё, что я могу тебе подарить напоследок.

Кощей оскалился, занес меч, но замер, так и не завершив удар.

— Ты правда вот так просто собрался умереть?..

— Мое время пришло. Кажется… я действительно жил слишком долго.

— Нет. Я не стану тебя убивать, — покачал головой некромант. — Где гарантии, что все будет, как ты сказал? Что твой преемник выполнит твои обещания? А Гнев? Он забавный малый, но и ты был безобидным, когда мы впервые встретились. Нет. Как бы я не хотел тебя прикончить, я должен тебя отсюда вытащить…

Глава 34

Хагготт ударил сверху окутанным пламенем мечом, я блокировал его своим, отчего аж земля под ногами треснула.

— А ты стал гораздо сильнее с нашей последней встречи, Гнев! — хохотал демон, нанося удар за ударом. Я отступал, парируя его атаки и пытаясь выгадать момент для контратаки.

Хагготт нисколько не лукавил, говоря, что использовал даже близко не все возможности аватара. Этот не просто на голову, а на три головы сильнее, и что хуже, он не злился, а контролировал эмоции, мешая мне подпитываться.

Я ударил аватару ногой в грудь, отбив очередной выпад, отчего тот проскользил по земле метров десять, но тут же ринулся вперед, пытаясь нанести удар огненным клинком мне в грудь. Отвел клинок в сторону, а сам ушел в бок и одновременно нанес ему десятикратный удар левой.

Это вдребезги разнесло энергетический щит Хаггота, после чего отправило демона в полет, впечатав в крепостную стену. Его нагрудник и наплечник потрескались, и вот теперь демон перестал контролировать эмоции. Одно дело — знать, что тебе нельзя злиться, а другое — действительно контролировать эмоции.

— Ну раз ты так хочешь поиграть, то получи! — зарычал он, поднял над головой меч, и тот вспыхнул ярче чем когда-либо. Пламя превратилось в настоящий огненный столб, который стал падать прямо на меня.

Мысленно выругавшись, я использовал десятикратный шаг. Это ещё один эксперимент с техниками. По аналогии с ударом вокруг моих ног образовывался многоуровневый покров, каждый из которых создавал толчок. И чем больше слоев, тем сильнее он выходил. Это позволяет мне создавать кратковременные ускорения.

Столб обрушился на то место, где я только что был, просто испепеляя добрый десяток построек и крупный фрагмент крепостной стены. Ух! Не хотел бы я под него попасть.

— КУДА ТЫ СБЕЖАЛ, ГНЕВ?! Я только…

— Да тут я, — я возник как раз рядом с Хагготом. Он ошалело вылупил глаза и попытался ударить меня мечом, но не успел. Его вновь впечатало в стену, на этот раз не так сильно, но тем не менее.

Демон вскинул руку, и в мою сторону устремился десяток небольших самонаводящихся энергетических снарядов.

Тройной шаг, и я играючи увернулся от них, заставляя Хагготта злиться ещё сильнее.

Он сильнее меня, но благодаря техникам я быстрее. Князь Инферно обрушивал на меня колоссальные потоки магии, которые обращали в пыль всё вокруг, но он никак не мог меня достать. И самое удивительное при этом, что я не так уж много энергии тратил.

От начала битвы прошло минуты две-три, но от внутренней крепости Народного мало что осталось. Одно лишь Инфернальное дерево полностью игнорировало весь полученный урон.

В порыве отчаяния Хагготт поднял меч, а затем воткнул его в землю под своими ногами. Поверхность в радиусе пары сотен метров покрылась алыми трещинами, а затем вспыхнула и рванула вверх.

Рванул и я, используя десятикратное ускорение. А затем, в воздухе, повторил трюк, заставляя себя подняться ещё выше. Но всё-таки полностью урона избежать не удалось. Пламя ударило мне в спину, пробившись сквозь духовную броню, и вот это было больно! Оно обуглило кожу, часть мышцы и почти дошло до внутренних органов, и это был не абы какой урон, а чистой инфернальной энергией. Быстро залечить такое не выйдет.

Я рухнул на тлеющую землю совсем неподалеку от Хагготта, направляя основные силы на восстановление главных мышц. Мне нужно двигаться, иначе я труп.

— Видишь, Гнев? Ты не так уж силен, — криво усмехнулся Хагготт. — Я бы уже тебя прикончил, если бы не был вынужден вести две битвы сразу.

— А по мне ты просто красуешься, — фыркнул я, поднимаясь. — Я даже не Император, у меня нет тысяч последователей, но я всё-равно сумел тебе как следует наподдать.

— Это твои последние слова?

— Неа, мои последние слова… Выкуси!

Мы ударили одновременно. Он — своим огненным мечом, но тот рассек лишь фантом, а вот мой Меч расколол треснутую броню и вошел под ребра.

— Как ты?.. — округлил он свои полыхающие глаза, отшатнувшись, но тут же врезал мне кулаком, отчего я отлетел на пару десятков метров, кубарем пролетев по земле.

— У меня есть очень прелестная жена… — морщась от боли, сказал я, как только вернул на место челюсть.

Цукимару говорила, что благодаря своему сердцу я тоже могу создавать какие-то простые иллюзии, но раньше у меня не получилось. Видимо, я из тех людей, которые открывают в себе новые возможности, когда прижмет… Сам не понимаю, каким образом смог сделать себя настоящего невидимым, подменив на копию.

— Хороший трюк, — Хагготт вытащил из своего бока меч и бросил его в сторону, а сам, одной рукой зажимая рану, а второй взмахивая мечом, направился ко мне. — Но если думаешь, что он поможет тебе меня победить, то заблуждаешься.

К моменту, когда он оказался передо мной, я уже успел подняться на ноги, и тут в его лицо что-то прилетело. Черная вспышка опалила его кожу. Мы с демоном обернулись одновременно и увидели в сотне метров от нас Таню с винтовкой из Тени.

— БЕГИ! — крикнул я, бросаясь на Хагготта.

Но он всё-равно успел выпустить из руки огромный сгусток пламени, волной устремившийся к девушке.

— НЕ-Е-Е-ЕТ! — закричал я, и внутри с новой силой раскрутилась буря.

Хагготт повернул голову ко мне и тут же получил в лицо кулаком, да с такой силой, что у меня треснули кости. Плевать!

Теперь Хагготт направил руку уже на меня. В его ладони вспыхнул огонь, и волна огненной магии устремилась прямо в меня. Пытаться заблокировать? Глупо и опасно, так что я поступил иначе: использовал многоступенчатый удар, но с измененной формой. Если обычно моя аура повторяла форму тела, то сейчас я сделал её больше похожей на клин.

Клиновидный удар? Пусть будет так…

Его поток пламени против моего клиновидного удара, и я буквально рассек это пламя надвое. Хагготт на мгновение замешкался, а вот я нет, набросился на него и наконец разбил броню. Мы вместе полетели на землю, а я просто бил, подпитываясь собственной яростью.

Меч Хагготта пронзил мне живот, его пламя выжигало всё внутри, но я продолжал бить, обрушивая на него удар за ударом, пока от его головы не осталось лишь кровавое месиво. Как впрочем и от моих рук. Кости были перемолоты в труху, и лишь благодаря внутренней энергии руки поддерживали хоть какую-то функциональность. А вот с раной в животе все было очень плохо. Ещё бы чуть-чуть, и демон меня просто бы располовинил. Но беда была не в этом.

Рана никак не хотела заживать. Сколько бы ярости я туда не посылал, сколько бы сил не тратил, регенерации словно и не было.

Таня… Я должен найти Таню… Надеюсь, с ней всё в порядке…

Но я почти сразу понял, что в этом нет смысла. У меня не хватит на это сил. Я кое-как поднялся на ноги, удерживая торчащий из живота двуручник, и в таком вид побрел по направлению к дереву.

Да, это последнее, что я мог прямо сейчас сделать: дойти до дерева и уничтожить семя Инферно. Искать его мне нет никакой необходимости. Я чувствовал его совсем рядом, так что просто шел на “путеводный свет”.

И прямо у корней дерева я нашел спуск, ведущий вниз, узкий проход, в конце которого я увидел искомый предмет. Больше всего эта штука походила на страусиное яйцо, только словно состоящее из алого прозрачного стекла, а внутри бурлило инфернальное пламя.

— Я тебя нашел, — осклабился я и, морщась от боли, вытащил из собственного брюха оружие. Двуручный меч Хагготта в отличие от моего Меча ничего не говорил, да и не нужно мне это было. Я просто направил в него свою энергию бури, а затем с размаху вонзил клинок в семя. Стеклянная “скорлупа” треснула, и внутри началась цепная реакция.

Времени убраться у меня было не так уж и много, так что я собрался с последними силами, зажал восстановившейся рукой незаживающее брюхо и побрел обратно, ощущая, как всё сильнее и сильнее бурлит энергия позади.

Мне повезло, я успел выбраться из ствола, но на этом всё.

Позади что-то рвануло, меня запулило куда-то в воздух. Кажется, я даже потерял сознание, а когда открыл, увидел столб огня, который испепелил небеса. Жуткое зрелище, если подумать, но мне уже было всё-равно. Я просто лежал и смотрел на него, думая о том, что возможно это конец. Я лежал, истекая кровью, и не мог пошевелиться. Я буквально чувствовал, как из меня уходит жизнь…

У меня ещё было столько планов, столько вещей, которые нужно бы сделать. Отомстить Беспалову, разобраться с Рубцовым, восстановить наконец честь моего рода. Но видимо, это мой предел. По крайней мере, я сделал что-то для своих близких… Теперь главное, чтобы Хладнокровие сдержал обещание…

На этой мысли я окончательно потерял силы и провалился во мрак.

* * *

Рубцов в окружении своих подчиненных наблюдал за тем, как на посадку идет вертолет. Наконец он приземлился, и бригада встречающих медиков поспешила к транспорту. Лекари, среди которых были и Истинные, с особой осторожностью вынесли человека на носилках из вертолета, и поспешно, но всё с той же бережностью транспортировали его в недра дворца.

— Никто не должен ничего знать, — приказал Рубцов своим помощникам, лишь краем глаза взглянув на Императора. Правитель выглядел ужасно: часть лица обгорела, одна рука отсутствовала, да и на других частях тела было множество ожогов. — Ограничить круг допущенных лиц. Новость о состоянии Императора, да будет править он вечно, не должна выйти за пределы дворца.

И очень быстро Рубцов понял, что этот приказ был верным решением. Первые же отчеты медиков подтвердили самые страшные опасения — Император умирает, причем дело не только в ранах, что он получил на поле боя, а в том, что его тело в ужасном состоянии. Как сказал один из Истинных, его органы словно у девяностолетнего старика, чудо, что он вообще до сих пор жив с такими ранами.

Рубцов хотел сохранить эту информацию в тайне как можно дольше, чтобы решить, что делать дальше, но этого ему не дали. Не прошло и часа с момента, как доставили Императора, как на личном вертолете прибыл и Павел Беспалов, прекрасно осведомленный обо всем произошедшем.

— Как имперский охранитель вы не очень-то хорошо справляетесь с работой, — отметил Рубцов своему старому знакомому вместо приветствия.

— Ну что вы, Виктор Степанович, — Беспалов криво улыбнулся. — Вы же и сами прекрасно знаете, что если Император, да будет править он вечно, что-то приказывает, то мы это исполняем. А он возжелал отправиться на поле боя самостоятельно, без гвардейцев, — а затем, выждав пару секунд, предложил. — Может продолжим разговор без свидетелей?

— Идемте.

Они вдвоем углубились в сад, после чего заняли одну из беседок неподалеку от пруда с лебедями.

— Как состояние Фёдора? — поинтересовался Рубцов, зная, что бывший наследник престола сейчас находится в лучшей клинике Империи, восстанавливаясь после несчастного случая.

— Стабильное. Он пришел в себя. Немного дезориентирован, слаб, но нам всем повезло. Встречный вопрос, каково состояние государя?

— Всё плохо, — Рубцов не стал ничего скрывать. Беспалов и так после окончания этого разговора всё узнает. — Истинные бессильны, лекари говорят, что ему осталась от силы пара дней.

— Весьма прискорбно.

— Давай не будем ходить вокруг да около, Паша, — отбросив весь официоз, предложил Рубцов, достал из внутреннего кармана портсигар и закурил.

— Не знал, что ты куришь.

— Никто не знает, даже моя жена.

— Нам надо решить, что будет после его смерти, Витя. Я и Мальцев не очень-то друг друга любим, и на то есть целая куча причин, но эту вражду можно и закончить для блага страны. Мы можем сколько угодно грызть друг другу глотки, но можем и прийти к удовлетворяющему всех соглашению.

— Пока не слышу конкретики.

— Ты правда считаешь, что эта девка достойна стать Императрицей?

— Неважно, что считаю я, это решение Его Высочества.

— Это решение смертельно больного человека, который одной ногой в могиле. У нас началась война с хагга, османы пока притихли, но мы оба знаем, что это временно. Они дождутся, когда мы измотаем друг друга и ударят, как сделали в прошлый раз. И именно в такое время мы не можем позволить себе нарушать традиции. Первая за тысячу лет Императрица? Манифест, дарующий права реликтам? Да это же бред!

— Вот уж не ожидал подобных ретроградных высказываний от главного промышленника, ратующего за прогресс, — не смог не поддеть Рубцов собеседника.

— Промышленность — это одно, а устои самодержавия — другое. Власть должна быть крепкой, и подобные потрясения сейчас будут подобны удару в спину. Фёдора готовили к престолу со дня его рождения!

— Технически, его готовили со дня смерти Константина, — не согласился Рубцов. Но это были мелочи. Эпохальное событие тогда случилось. Вместо одного мальчика-наследника императорская семья получила сразу двух. Близнецы. Константин был старше Фёдора на пару минут, и именно он должен был по итогу занять престол, но когда братьям было семь, случилась трагедия, и старший брат утонул, упав с лодки. И одна служанка, что случайно стала этому свидетелем, говорила, что в речку Константина столкнул именно Фёдор.

Впрочем, убил ли Фёдор правда своего брата, сейчас уже не было так важно.

— Ты бы ещё что-то более старое вспомнил, — отмахнулся Павел. — Я к тому, что Лизавета уже много раз доказывала свой своевольный характер, идя наперекор всем вокруг. А эта демонова шлюха, что таскается вместе с ней? Вот ты и Мальцев можете быть уверенными, что эта хагга не залезла нашей принцессе в голову и не вбила ей “неправильные” мысли?

Рубцов задумался. Он никогда не относился к той девушке-хагга серьезно. Просто трофей, который был отдан принцессе как игрушка. Но в прошлом принцесса не была так уж важна.

— Да я и про тебя тоже самое могу сказать, Паша. Или думаешь, я понятия не имею о том, что у тебя свои связи с хагга?

— Я просто использую врагов себе на благо.

— А они используют тебя.

— Это все в прошлом.

— Ну-ну.

— Я серьезно. И я никогда не вел с ними дел напрямую. О большей части творящегося дерьма я даже и не знал.

— Консорциум?

Беспалов промолчал, и для Рубцова это было лучшим ответом.

— У нас не так много вариантов, Вить. Я не склоню колени перед этой девицей, если вы решите посадить её на престол.

— Ты хочешь начать гражданскую войну? Сейчас?

— Я ничего не хочу, но имей в виду, что моего мнения придерживаются многие.

— Значит, ты хочешь проигнорировать указ и посадить на престол Фёдора, и учитывая, какое ты имеешь на него влияние… Это сделает тебя вторым человеком в государстве. Ни я, ни Вадим, ни Снегирёвы это не приемлем.

— Именно поэтому я и предлагаю забыть старые обиды и закончить с войной. Мы либо можем воспользоваться возможностью и разделить эту власть между собой, либо… будем грызть глотки друг другу в разгар войны, и тогда все мы плохо закончим. Ты вроде бы увлекался историей, вспомни, в античные времена, ещё до того, как пришли божественные владыки, было похожее событие, где три военачальника образовали триумвират.

— И вроде бы этот союз не был таким уж долгим.

— Но и мы не первобытные люди. Мы можем сделать так, чтобы все остались довольны. Соглашения и договора, которые должны четко выполняться. Мы сделаем Императора номинальной фигурой. Беспаловы, Мальцевы и Снегирёвы создадут свой триумвират, что будет править империей.

— Ох, Паша… Скверно пахнут твои слова.

— Скверные времена рождают скверные решения.

— Но есть проблема — Лизавета. Чтобы твой план удался, других престолонаследников быть не должно.

— Разумеется. Мало ли кто решит использовать её против нас.

— Я не могу говорить от имени Вадима, да и Снегирёвы…

— Можешь. Вадим доверяет тебе как себе, так было всегда. А Снегирёвы будут лишены выбора. Их положение тяжелее нашего, и в итоге они просто примкнут, осознав, что против двух родов ни за что не выстоят.

— Скорее всего, — нехотя признал Рубцов.

— Остался только один вопрос, который предстоит решить.

— Какой же?

— Божественная сила, которой владеет государь. Я так и не смог выяснить, как именно она переходит от отца к сыну. Возможно, всё решится, когда Император… — Беспалов на миг хотел добавить “да будет править он вечно”, но не стал. — умрет? Но я так понимаю, что даже если этого не произойдет, ты знаешь выход. Я прав?

— Да.

— Тогда мы решим много вопросов. Мы сделаем Фёдора Императором сами, и он будет подчиняться нам.

— Вначале нужно избавиться от Лизаветы.

— Не волнуйся об этом, мои люди этим займутся.

— Тогда мои позаботятся об остальных, — без особой радости вздохнул Рубцов.

Грядут большие перемены.

Глава 35

— Тебе нужно поесть, Лиза, — Эола скрестила руки под грудью и хмуро посмотрела на подругу, сидящую на кровати.

— Я не голодна.

— С Фёдором всё хорошо, ты же сама слышала врачей.

— Угу...

Демоница, услышав это угуканье, закатила глаза. Будь они в поместье, то просто взяла бы эту знатную особу в охапку, притащила к пруду и отправила бы искупаться. Может хоть после этого та вышла бы из апатичного состояния.

Лизавета не выходила из комнаты общежития лицея вот уже несколько дней и практически не ела. А вот бутылку белого вина выдула в одно горло и даже не поделилась с подругой. И Эола обязательно это ей когда-нибудь припомнит. Но, видимо, не сегодня.

— Если ты сейчас же не возьмешь тарелку и не поешь, то я тебя свяжу и накормлю силой.

— Ты знаешь, какой невыносимой порой бываешь? — наконец зашевелилась принцесса и подняла взгляд на подругу.

— От тебя научилась. Поднимайся, пока я тебя ещё и не отшлепала.

Пробурчав себе под нос что-то нечленораздельное, Лиза наконец поднялась, подошла к столику и без особого аппетита взглянула на пюре с мясом.

— Я не из-за Фёдора переживаю, — усевшись за стол, сообщила Лизавета и начала ковыряться в еде ложкой. — В смысле, из-за него тоже, в конце-концов я чуть было его не убила. Но когда сказали, что с ним всё будет нормально, то немного отпустило, а потом накрыло с новой силой. Я думаю о собственных возможностях. Я не понимаю, что со мной происходит. Отец ничего не рассказывает, Дима тоже словно что-то знает, но молчит. А между тем я без пяти минут Императрица, но понятия не имею, что с этим делать...Я же... Я же просто хотела быть свободной. Сама выбирать свой путь и свою жизнь! Ох...

— Выговорилась? — уже гораздо мягче спросила Эола, едва сдерживая теплую улыбку.

— Да... Немного полегче...

— Тогда ешь.

— Да, «мамочка»...

Но это уже хоть какой-то прогресс. С момента трагедии Лизавета закрылась в себе и за день могла лишь парой коротких фраз обмолвиться.

— От Димы нет вестей? — словно невзначай поинтересовалась принцесса, продолжая с недовольным видом ковыряться в пюре.

— Нет, — Эола покачала головой.

— Интересно, что за миссию поручил ему отец...

— Думаю, он сам нам расскажет после возвращения.

— Угум.

Внезапный стук в дверь заставил Лизавету и Эолу переглянуться. Как-то повелось, что никто кроме Старцева без приглашения сюда не заходил. Даже заведующая общежитием сюда никогда не заглядывала.

Эола прошла к двери, открыла её и оказалась лицом к лицу с одним из гвардейцев.

— Да?

— Присутствие Её Высочества срочно необходимо во дворце, — безэмоционально объявил тот. — Немедленно.

— Причины?

Это было странно. Никогда прежде за принцессой не посылали целый отряд из Гвардии, а их Эола насчитала по меньшей мере пятерых.

— Я не уполномочен об этом докладывать. Вы всё узнаете, когда прибудете во дворец.

— Что-то случилось? — Лизавета выбралась из-за стола, но даже потребовав, прямого ответа ничего не услышала. Гвардейцы не собирались отвечать на её вопросы даже после прямого приказа. — Ладно... Дайте мне пару минут на сборы.

Принцесса скрылась в смежной комнате, переоделась, и всё это время Эола не сводила взгляда с мужчин. Она их знала в лицо, но и только. Разве что их старший, номер Четыре, был тем ещё мудаком на взгляд демоницы.

— Всё, я готова.

Стоило им покинуть комнату, как гвардейцы взяли Лизавету в кольцо, оттеснив телохранителя назад. Это было неприятно и лишь вызывало ещё больше вопросов. Что-то и впрямь приключилось.

Они спустились на этаж ниже, когда Эола внезапно поняла, что именно её так сильно настораживает в них.

Жажда крови.

Ощущение угрозы, которое идет не от чего-то постороннего, а от них.

Но они же Гвардейцы, и в этом Эола тоже не сомневалась.

И тем не менее, странное ощущение становилось все сильнее.

— Стойте! — внезапно объявила Эола. — Мы должны доложить ректору о том, что покидаем учебное заведение.

— В этом нет необходимости, он проинформирован.

— И всё же, могли бы мы зайти к нему на минуту? Это не займет много...

— Нет. Мы не будем ждать.

Ощущение угрозы стало ещё сильнее. Казалось, что в любой момент идущий рядом Гвардеец нанесет удар. Эола далеко не раз и не два чувствовала чужую ненависть и презрение, но это было что-то другое. Что-то, что заставило демона действовать несмотря на логику. Инстинктам нужно верить, и Эола верила.

Она действовала молниеносно. Выхватила кинжал из-за пояса и нанесла удар тому, что шел справа, прямо в горло. Мужчина словно этого только и ждал, но всё-равно не успел среагировать.

Двигаясь всё так же стремительно, прежде чем успели среагировать другие, Эола вытащила кинжал из горла первой жертвы, собираясь ударить другого, но в этот момент ощутила острую боль в груди. Что-то врезалось в неё с такой силой, что сбило с ног.

Рука коснулась груди, и Эола увидела кровь, и лишь затем то, что Четвертый держит в руках дымящийся ствол.

— Что?! — Лиза только сейчас осознала, что случилось, и застыла, увидев раненую подругу в луже крови. — Эола?!

— БЕГИ! — закричала демоница, но принцесса и не думала убегать. Вместо этого её глаза наполнились силой, а воздух потяжелел от магии.

— Что вы с ней...

Удар прикладом в затылок, и Лизавета падает на пол, теряя сознание.

— Лиза! — закричала Эола, пытаясь достать второй кинжал из сапога, игнорируя боль, но Гвардейцы этого не позволили. Ближайший, которого Эола так достать и не успела, со всй силы врезал ей в лицо сапогом.

— Демонова шлюха!

— Ну и чего ты этим добилась? — скривившись, поинтересовался Четвертый. — Лишь доставила нам лишние проблемы...

— Что вы собираетесь с ней сделать?!

— Не волнуйся, скоро принцесса к тебе присоединится, — теперь Четвертый улыбнулся и направил Эоле ствол оружия прямо в лицо. — Передавай привет своему хозяину.

— Пошел ты...

* * *

Глаза открылись с неохотой, но когда я увидел голубое небо, то почувствовал... радость что ли.

Я жив.

Ничего себе, я действительно выжил после той схватки. Чудом вырвал свою жизнь из лап смерти, но стоило только порадоваться этому факту, как пришла боль в брюхе. Я даже не сдержался и заскулил.

— Смотрите, кто вернулся в мир живых, — раздался внезапно совсем рядом голос Бронникова, но сам он при этом был где-то за пределами моего поля зрения.

— Ох, ты очнулся! — обрадовалась возникшая надо мной Таня. И боги, как же я был рад видеть её улыбающуюся мордашку.

— Вот, пусть он попьет, — вмешалась в разговор лисица и чуть ли не силой влила мне в рот воды.

— Да, Дима, пей. Ты потерял много крови, тебе нужно много воды.

— Вот-вот, — согласилась с Таней Цукимару. — И вообще, очень некрасиво с твоей стороны чуть не умереть там. Ты видимо совершенно забыл, что мы с тобой теперь связаны. Если бы умер ты, умерла бы и я!

— Прости, — хрипло произнес я, сделав пару глотков. — Таня...

— Да?

— Ты сама-то в порядке? Я видел...

— Ух, это было страшно. Я укрылась в Тени, но инфернальный огонь меня даже там достал. Пришлось уйти на глубокие слои Тени, а оттуда сложно выбраться. Извини, что не смогла помочь больше. Когда я выбралась наружу, всё уже закончилось.

— Значит... это ты меня нашла?

— Нашла и оказала помощь, — похвалила её Цукимару. — Ты жив только благодаря ей.

Таня засмущалась.

— А где мы сейчас вообще?..

И вот тут на меня посыпались хорошие новости.

Мы держим путь домой. Из наших вроде бы никто сильно не пострадал, не считая меня, так что мы реквизировали пару машин у демонов и отправились к границе. И, судя по тому, что мы узнали в пути, обстановка там стала весьма приятной.

Для начала, было известие, что Император лично вмешался в схватку, а позднее на помощь солдатам пришли богатыри и армия призраков. Их появление переломило ход битвы, и теперь наши войска пошли в контрнаступление, тесня демонов. Да и хагга действовали особенно неорганизованно и хаотично. Видимо, это связано с тем, что я уничтожил одного из аватаров. Хаготту стало сложнее руководить, а его подчиненные частенько слишком глупы, чтобы действовать самостоятельно.

— Может, мы даже прежние границы отвоюем, — ухмыльнулась Таня.

— Я бы на это не сильно надеялся, — вмешался Бронников. — Но преимуществом надо пользоваться.

А спустя пару часов после моего пробуждения мы действительно встретили союзные войска, и, как я быстро понял, они тут были не спроста. Их отправили к нам навстречу, так что дальнейший путь и форсирование реки проходило в большой компании. Но я большую часть дороги пропустил, проспав. Мне сделали максимально удобную в таких условиях лежанку, и я просто дрых, время от времени просыпаясь и набивая желудок.

Лучше я стал себя чувствовать, уже когда мы пересекли реку и оказались на территории военной части. Тут меня осмотрели лекари, даже привели Истинного, что владел целительной магией, но он не смог ничего сделать с раной на животе. Но и просто так оставить её заживать врачи не дали, так что меня отправили на операционный стол.

Вскрыли, зашили и прописали постельный режим. Да уж, кто бы мог подумать, что Хагготт оставит мне такой серьезный подарочек. Я не мог заживить эту рану даже с помощью энергии бури. И нынешними темпами полное восстановление по оценкам врачей займет у меня минимум полгода. Весело...

Но в целом — плевать. Я своего добился, а через пару дней смогу вернуться домой. Пока что врачи не желали меня выписывать, опасаясь ухудшения состояния. Они вообще были шокированы, что я с такой раной всё ещё жив. Ну а пока я наслаждался тем, как вокруг меня водили хороводы девушки, то Таня, то Цукимару. Заглядывали и остальные, но редко, а вот эта парочка словно менялась.

И я думал, что всё так и будет продолжаться, пока внезапно в палатку госпиталя не вбежала Хильда. Вот кого-кого, а северянку я не ожидал увидеть так близко к фронту.

— Ох, Дима, как же я рада, что ты жив.

— И почти цел, — слегка вымученно улыбнулся я ей.

— Извини, что так внезапно, но тебе срочно нужно собирать вещи. Я лишь чудом успела сюда раньше их.

— Что? Кого их? — я поморщился, не понимая о чем речь, а Хильда тем временем положила рядом с моей койкой чистую одежду и уже сбрасывала с меня одеяло.

— Гвардейцев.

— А они тут причем? — не понял я.

— Дима, Императорская канцелярия издала указ о твоем аресте этим утром.

— Что? С чего бы? — я ничего не понимал. — Я же герой, выполнил невыполнимую миссию и...

— Дима, — Хильда довольно грубо прервала меня, положив указательный палец мне на губы. — Послушай ещё раз. Что-то произошло во дворце, возможно... — она понизила голос. — Император, да будет править он вечно, при смерти. Или... Уже... В любом случае, гвардейцам было поручено тебя арестовать. Поэтому мы должны бежать туда, где тебя никто не достанет. На север. Там ты...

Но полог палатки открылся, и внутрь вошли несколько людей в форме Гвардии. Ни одного знакомого лица, что весьма печально.

— Дмитрий Алексеевич Старцев, по указу номер семь-семь-три-два-девять, вы арестованы по обвинению в государственной измене. Проследуйте с нами.

Я смерил их хмурым взглядом и неторопливо выбрался из кровати, держась левой рукой за зашитый бок. Болело жутко...

— А если я откажусь?

— Тогда мы будем вынуждены применить силу, — с этим словами гвардейцы достали оружие.

— Я может не в самой лучшей форме, но всё ещё кое-что могу. Так что это мы ещё посмотрим, на чьей стороне сейчас сила.

— Дмитрий Алексеевич, не нужно пустых угроз. Если вы попробуете начать бой, то кто-нибудь невинный может пострадать, — говоривший гвардеец бросил недвусмысленный взгляд на Хильду. Дерьмо... — Для блага всех вам лучше проследовать с нами по доброй воле.

— Дима, мы можем... — тихо зашептала Хильда, стоя позади меня. А я прикидывал, смогу ли справиться со всеми ними и защитить при этом девушку? Нет, не смогу, не в нынешнем состоянии.

— Хорошо, я пойду с вами, — ответил им, а сам шепнул девушке. — Предупреди остальных.

Я все ещё не знал, что именно происходит. Хладнокровие на смертном одре решил изменить свое решение и избавиться от меня? Или что-то ещё? В любом случае, побег сейчас не в моих интересах, так что оставалось пока плыть по течению и ждать прояснения ситуации.

Один из гвардейцев подошел ко мне с кандалами в руках.

— Это обязательно?

— Да, руки пожалуйста.

— Что-ж... Пусть так, — согласился я и протянул запястья, на которых уже через секунду закрылись оковы.

— А теперь следуйте за мной, и без глупостей, — попросил их лидер, и тут я услышал едва слышное насвистывание какой-то песенки. Знакомой песенки, точно такой же, какую я уже слышал во время покушения. Когда не мог использовать энергию бури.

Оторвав взгляд от браслетов на руках, посмотрел на одного из гвардейцев, того, кто именно её напевал. Невзрачный, обычный человек, без каких-либо отличительных особенностей. Светлые волосы, голубые глаза.

Я тут же попытался использовать бурю внутри себя, но не смог. Попытался заставить себя разозлиться, но не смог. Этот тип словно контролировал мои эмоции.

— Кто ты такой? — спросил я, но тот не ответил, вместо этого я получил от одного из гвардейцев толчок в спину.

— Пошли. Нам предстоит очень долгий путь.

Продолжение следует...

Старт следующей книги состоится либо в конце этой недели, либо в начале следующей.

Nota bene

С вами был Цокольный этаж, на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Наградите автора лайком и донатом:

Гнев Империи IV

Content

Гнев Империи IV

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Nota bene