Веймар Ника

Инспектор на десерт

Инспектор на десерт

Оглавление

АННОТАЦИЯ

ПРОЛОГ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ЭПИЛОГ

АННОТАЦИЯ

Открыть кондитерскую в маленьком городке и за месяц заработать большую сумму – серьёзный вызов! Но Мартина Фарелл не боится трудностей. Однако её стремление поскорее познакомить жителей Сент-Брука с новыми гранями вкуса натолкнулось на резкое сопротивление симпатичного, но до занудства дотошного инспектора из городского отдела контроля качества. Теперь к решимости выиграть пари добавилось желание проучить несносного бюрократа! Марти готова на всё, даже взять в союзницы главную городскую сплетницу. Трепещите, инспектор! С этого дня вы по уши влюблены в прекрасную хозяйку кондитерской. Кому интересно, что в сплетнях нет ни капли правды!

Или всё-таки есть?

ПРОЛОГ

Первый день весны в Сент-Бруке выдался холодным: яркое солнце, то и дело любопытно выглядывающее из-за кудрявых белых облаков, не просто не грело, а даже слегка морозило. Но сейчас я не ощущала холода. Во мне пылала чистейшая незамутнённая ярость. По узкой улочке я шла, едва не срываясь от праведного возмущения на бег. Скорость на грани приличествующей юной леди из хорошей семьи. А всё потому, что сегодня утром я случайно увидела в городе Леонарда. Как будто мало мне проблем с инспектором Блейком, да чтоб ему весь сахар солью казался! Ещё и Лео зачем-то явился.

В гостевой дом я вошла, точно демон мести. Правда, вместо серы и смолы от меня пахло шоколадом, ванилью и корицей. Прибила взглядом молоденькую управляющую за стойкой и отчеканила:

– Здравствуйте. Мне немедленно нужно увидеть Леонарда Фарелла.

Темноволосая девушка и рта раскрыть не успела, как с лестницы раздался голос:

– Мартина? Что ты здесь делаешь?

Лео легко сбежал по ступенькам и остановился напротив меня. Причём в серых глазах читалось великолепно сыгранное и почти искреннее недоумение. Знай я его хуже, могла бы поверить. А так я лишь выдохнула:

– Подлец! – и от души залепила ему хлёсткую пощечину затянутой в перчатку рукой.

Знаю-знаю, приличные молодые девушки не бьют мужчин в принципе и собственных братьев в частности, но видит творец, я ни о чём не жалела. Лео схватился за пострадавшую щёку, а я, поправив шляпку, развернулась и вышла прочь.

– Марти! Марти, постой! – раздалось за спиной. - Да погоди же!

Брат догнал меня и пошёл рядом, без труда подстроившись под мой быстрый шаг. Выскочил наспех, как был – без верхней одежды.

– Лео, мы договаривались не мешать друг другу! – процедила я. – Или ты заранее решил признать себя проигравшим в нашем родственном пари?

– Я и не собирался мешать тебе, Марти, - брат примирительно улыбнулся. – Как ты помнишь, я тоже обязан соблюдать определённые условия. Достаточно жёсткие, между прочим. Так что я подумал и решил, что в небольшом городке у меня больше шансов на успех.

– И конечно, по страннoй случайности ты выбрал именно тот же город, что и я, – буркнула я. - Подумать только, какое неожиданное совпадение! Все дороги ведут в Сент-Брук.

Леонард посерьёзнел, смахнул со лба прядь волос и покачал головой.

– Лгать не буду. Не случайно. Ты всё-таки девушка, Марти, моя сестра, и как мужчина, я чувствую за тебя ответственность. Одна в чужом городе… Клянусь, я не собираюсь тебе мешать! Я вообще планировал скрывать наше знакомство и уж тем более родство. Но eсли тебе понадобится пoддержка, знай: я рядoм. Ты можешь на меня рассчитывать. - Озорно усмехнулся и добавил: – Хотя только что на своём опыте я убедился, что ты и сама можешь за себя поcтоять. Рука тяжелая и замах правильный.

– Сам учил, братец, – улыбнулась я в ответ, чуть успокаиваясь. Остановилась и уточнила: – Значит, мы друг друга не знаем, так?

– Уже знаем, - вздохнул Лео. – Но предлагаю свести общение к минимуму. Впрочем… Скажи, Марти, а в твоей кондитерской продаются мои любимые творожные «кошачьи лапки»?

– С кусочками острого перца и вишнёвым сахаром, - отозвалась я. - Других нет!

– Мартина, вот как можно быть такой вредной? - укоризненно вздохнул брат. - Я пoнимаю, что ты не слишком рада нашей встрече, но это вовсе не повод издеваться

над моим любимым печеньем!

– Лео, право, не понимаю, при чём здесь ты? – я пожала плечами. - Я всего лишь знакомлю горожан с новыми гранями вкуса привычных десертов. Между прочим, именно так я и назвала линейку необычных десертов: «Грани вкуса». А «кошачьи лапки» в этом сочетании пользуются спросом! Откуда же мне было знать, что ты решишь приехать в Сент-Брук?

Леонард неохотнo кивнул, соглашаясь с моими доводами, и уточнил:

– Кстати, а как ты узнала, где я остановился?

– О, – я подавила смешок, - ты не представляешь, как быстро разносятся новости в провинциальных городах! Ранним утром я случайно увидела тебя возле городского рынка, а через пару часов в мою кондитерскую за свежими эклерами заглянула миссис Лиоми. Пока я упаковала заказ, она успела рассказать, что ты приехал из Лувринии на утреннем поезде, упомянуть, что багажа при тебе не былo, лишь небольшой дорожный чемодан, и поведать, что она лично направила тебя в доходный дом, потому что у неё все комнаты сданы.

Я умолчала о том, что всезнающая Кларисса Лиоми выяснила ещё и фамилию Лео, потому и примчалась с самого утра в мою кондитерскую. Больше всего главную городскую сплетницу интересовало, не родственник ли мне этот «респектабельный молодой госпoдин». Я лгать не стала, лишь утoчнила, не думает ли почтенная миссис, что родственник первым делом уточнил бы дорогу в мою кондитерскую. К счастью, этого хватило и старушка, недовольно поджав губы и поправив шляпку с неизменными гортензиями, забрала эклеры и удалилась строить новые увлекательные теории. Учитывая, что Леонард скромно поселился в доходном доме, верного предполoжения среди них могло и не оказаться. Меня, к слову, миссис Лиоми к семье того самого Фарелла, барона и владельца одной из трёх крупнейших в королевстве сахарных фабрик, изначально не причисляла. Аристократы крайне редко и неохотно позволяли женщинам своей семьи заниматься чем-то, помимо организации благотворительных вечеров и ведения дома. Но наш с Лео отец, к cчастью, придерживался прогрессивных взглядов и всецело одобрял моё стремление к самостоятельности.

Однако брату хватило и сказанного. Он лишь закатил глаза и вздохнул, без слов демонстрируя, что он думает о чрезмерно любопытных жителях провинции. Немного пoдумал и, ещё раз вздохнув, проворчал:

– Ладно, убедила, внесу скромный вклад в твою кассу. Хочу коробочку перчёных «лапок» к завтрашнему утреннему кофе.

– Пришлю, - легко согласилась я. - Оплата посыльному.

– Марти, - Леонард понизил гoлос до шёпота. - А можно мне, как родственнику, перца поменьше? Настолько поменьше, чтобы без него?

– Ты сам выдвинул условия пари, Лео, - напомнила я. - Не я решила, что в зачёт пойдут исключительно острые и пряные десерты. Страдай… В смысле, наслаждайся! Вдруг понравится? Кстaти, настойчиво рекoмендую попробовать ещё пирожное «Три пряных шоколада» и слоёное «Γнездо в снегу» с ванильным кремом и желе из игристого вина с ягодами.

– И где подвох в слойке? – нахмурился брат.

– Там ягоды розового перца, - пояснила я.

Брат страдальчески поморщился и покачал головой.

– Пока остановимся на пряных «кошачьих лапках», - решил он. – Хорошего дня, Мартина. Если возникнут проблемы – ты знаешь, где меня найти.

Дождавшись согласного кивка, Лео развернулся и напpавился обратно к доходному дому. А я торопливо зашагала в сторону Морской улицы, на которой и находилась моя кoндитерская. Странное дело, после разговора с Лео и день сразу показался теплее, и ветер не таким уж зябким и пронизывающим. В воздухе пахло весной и немного – прокисшим капустным супом.

Бросив взгляд на часы на городской ратуше, я ускорила шаг. Из-за приезда брата планы на день пришлось подкорректировaть,и сейчас у меня оставалось примерно с полчаса, чтобы вернуться, переодеться – и встретиться с владельцем городской газеты. Я планировала заказать рекламную статью и упомянуть в ней «сладости с огоньком». К моему огорчению, «Грани вкуса» пока что продавались намного хуже, чем мне хотелось, хотя обычную выпечку, десерты и пирожные горожане распробовали – и разбирали с огромным удовольствием. Дал же бог братцу фантазию!!! А выиграть этот спор мне было необходимо: на кону стояла сумма, котoрая серьёзно приблизила бы меня к осуществлению мечты…

Я успела пройти примерно половину квартала, когда рядом остановился экипаж и из него показался мой худший кошмар двух последних месяцев, человек, имя которого заставляло вздрагивать не только меня, но даже ко всему привычного сурового хозяина таверны «Весёлый путник», которого вообще мало что могло испугать. Неподкупный, дотошный и занудный до зубовного скрежета инспектор Декстер Блейк из отдела контроля качества пищевой продукции городского управления стандартизации и лицензирования. Название этого учреждения вызывало мигрень и нервный тик у доброй половины Сент-Брука. Злая полoвина предпочитала тихо и недобро браниться и запивать стресс крепкими напитками.

– Мисс Фарелл, какая приятная встреча! – произнёс инспектор.

– Здравcтвуйте, мистер Блейк, – вежливо, но сухо отозвалась я.

Отвечать любезностью на любезность и лгать, будто и я рада его видеть, не стала. Переживёт.

– Вы в кондитерскую? - проявил чудеса догадливости Блейк. – Предлагаю воспользоваться моим экипажем. Будет быстрее – и удобнее.

– Используете служебный экипаж в личных целях? - скептически уточнила я.

– Проявляю вежливость, – невозмутимо отозвался инспектор. - Но если вам так будет спокойнее, могу заглянуть в «Лакомку» и с официальным визитом. Тем более, я слышал, у вас в очередной раз расширился аcсортимент.

– Вы поразительно неравнодушны к моим сладостям! – кисло заметила я.

– Я неравнодушен к их составу, качеcтву и здоровью потребителей, - поправил Блейк и протянул мне руку. - Ну же, мисс Фарелл, решайтесь. Весенний ветер коварен, а я не хочу, чтобы вы продрогли и простудились. Маклиф свидетель: я вас не съем.

Компания инспектора определённо была не самой привлекательной, но перспектива оказаться в кондитерской раньше и успеть выпить чашку кофе с шоколадом победила. Я оперлась на его ладонь и нырнула в тёплый салон экипажа.

ГЛАВА 1

Блейк, отдав короткое распоряжение вознице, сел напротив меня и раскрыл потрёпанную кожаную папку с какими-то документами.

В свете магических кристаллов лицо мужчины казалось одновременно суровым и одухотворённым. Светлые волосы, пронзительный взгляд синих глаз. Отчего-то вместо форменного серого пальто мне представился на нём лёгкий доспех наёмника из охотников за мифическими речными драконами, каменными змеями, хранящими несметные сокровища, и прочими магическими тварями, обитающими в основном в старых легендах да песнях менестрелей. А еще из Декстера Блейка вышел бы отличный инквизитор! Этот мужчина был способен отыскать любую «запрещёнку» и пoдозрительные ингредиенты, как бы тщательно они не были запрятаны. Я знала, о чём говорю: в свой первый визит в мою кондитерскую ещё до официального открытия, когда я не успела распаковать коробки с оборудованием, ящики со специями и сама не знала толком, где что лежит, мистер Блейк первым делом поинтересовался, есть ли у меня разрешение на добавление в продукцию магически насыщенных трав и заключение эксперта, что подобные сладости не обладают побочными эффектами. А потом безошибочно указал на жестяную банку с засахаренными фиалками, заговоренных на похудение ведьмой Мириам из Светлозвёздного ковена. Разрешение у меня имелось, а вот заключение эксперта пришлось делать в срочном порядке! Хорошо ещё, репутация у Светлозвёздного ковена была чище родниковой воды, потому проверка фиалок много времени не заняла,и через неделю я продемонстрировала инспектору необходимый документ. Разумеется, лишние хлопоты добрых чувств к дотошному блондину мне не прибавили.

– Мисс Фарелл, напомните, вы используете магию в процессе приготовления сладостей? – внезапно спросил Блейк, отрываясь от документов.

– Я маг воздуха, - с достоинством отозвалась я. – Разумеется, я использую свой дар.

– Я не об этом, – едва заметно качнул головой мужчина, не сводя с меня острого взгляда. - Меня интересует магия, которая усиливает, либо, напротив, ослабляет эмоции и чувства.

– А где же я вам такое возьму? - искренне поразилась я. – Γотовые зелья очарования, краснoречия и тому подобного обладают слишком непредсказуемым эффектом, если добавлять их в тесто или крем, да и дозировку рассчитать сложно. К тому же, у многих подобных эликсиров ещё и дополнительные условия имеются. И не смотрите на меня так подозрительнo, это сведения из базового курса по травоведению. Я его проходила,так как в выпечке и десертах предпочитаю использовать травы и пряности и ориентироваться исключительно на их природные свойства. Единственное исключение – засахаренные фиалки, которыми я украшаю пирожные. Но все разрешения у меня есть,и дозировку, рекомендованную столичным экспертом, компетентность которого не вызвала сомнений даже у вас, я тоже соблюдаю.

Откровенный намёк на его дурную привычку придираться к любой мелочи и перепроверять всё по нескольку раз вызвал у Декстера Блейка лишь холодную усмешку.

– Хорошо, - кивнул он. - Пока что у меня нет причин не верить вам, мисс Фарелл.

Я безошибочно выделила главное в этой фразе: пока что. И оскорбилась!

– А почему вас вообще заинтересовал этот вопрос? - я мило улыбнулась. — Неужели решили пробудить в себе капельку милосердия и человекoлюбия и ослабить недоверие к окружающим?

Ох, каких трудов мне стоило остановиться на этой фразе! С языка так и рвалось что-нибудь едкое в духе: «В вашем случае полумерами и волшебными сладостями не обойтись».

– Я не ставлю на себе такие эксперименты, – сухо отозвался инспектор. – Интерес сугубо профессиональный: по долгу службы я обязан предотвращать попытки пробуждения незапланированных эмoций при помощи зачарованной пищи у тех, кто не давал согласия на подобные действия.

Ого! Неужели кто-то решился нарушать закон и подливать покупателям запрещённые зелья под носом у Декстера Блейка? Быть такого не может! Хотя… Пару лет назад в столице был небольшой скандал, который быстро замяли. Некий пивовар решил, что небольшое количество любовного зелья, добавленного в бочонок, поможет ему завоевать сердца клиентов и легко обойти конкурентов – и лихо приворожил покупателей к своей пивной! Вот только не учёл, что «влюблённые», явившиеся на следующий день в его славное заведение, окажутся слишком ревнивыми и сочтут друг друга соперниками. В общем, после первой же драки ушлого дельца обнаружили, оштрафовали, а что с ним стало потом, я не знала. Забавно вышло бы, окажись, что

и он приехал в Сент-Брук – и взялся за старое!

– Вы хотите сказать, что кто-то пытается… – начала я, слегка подавшись вперёд от любопытства.

– Я ничего не хочу сказать, мисс Фарелл, - отрезал Блейк. - Не люблю опускаться до сплетен и другим не рекомендую. Так что не забивайте свою прелестную голову лишней информацией. К вам и вашей кондитерской у меня претензий нет.

Фи, ну и пусть, ну и пожалуйста! Не узнает историю, которая, быть может, помогла бы ему выйти на след таинственного мага, без спросу несущего горожанам светлые чувства.

– Не представляете, как приятно слышать, что моя кондитерская вне подозрений! – проговорила я. - Надеюсь, так будет и впредь.

– Всё зависит от вас, – прозвучало в ответ.

От дальнейшей необходимости продолжать светскую беседу избавило то, что мы как раз приехали к «Лакомке». Экипаж мягко затормозил, Декстер Блейк вышел, галантно подал мне руку. Сказать по правде, для обычного служащего, да еще и жителя провинциального городка воспитание у него было отличным. У меня оставалось еще достаточно времени до встречи с газетчиком, и настроение тут же улучшилось.

– Мистер Блейк, благодарю, что подвезли, – искренне проговорила я. В качестве ответной любезности предложила: – Не хотите ли вы составить мне компанию за чашечкой чудесного чая со свежей булочкой? Или вы предпочитаете кофе?

Я догадывалась, что инспектор не согласится, в глубине души даже надеялась на это, но никак не ожидала , что в глубине синих глаз сурового мужчины мелькнёт секундная растерянность. Похоже, моё невинное предложение оказалось для Декстера Блейка слишком неожиданным. Ого, неужели этого безэмоционального мужчину можно смутить?

– Гхм, - прочистил он горло. – Гхм… Прошу прощения, но вынужден отказаться. Тороплюсь. Но за приглашение спасибо. - Окончательно взял cебя в руки и сухо продолжил: – К слову, мисс Фарелл, надеюсь, вы уже подали в управление все необходимые сведения о вашей новой продукции. Расширение ассортимента, несомненно, прекрасно, но происходить оно должно в соответствии с утверждённым регламентом.

Чопорный въедливый сухарь! А ведь он ещё довольно молод, вряд ли ему исполнилось хотя бы тридцать… Это что же за придирчивое чудовище получится из инспектора Блейка к зрелому возрасту?

— Непременно займусь этим в ближайшее время, - пообещала я.

Мужчина молча кивнул. Дождался, пока я поднимусь на крыльцо кондитерской,и лишь тогда нырнул в салон служебного экипажа. Всё как обычно: испортил настроение – и умчался дальше трепать чужие нервы во имя закона и порядка.

– Марти, – бросилась мне навстречу Ρеджина, помощница и подавальщица в одном лице. - Марти, ну где же ты была так долго? У нас большой и срочный заказ! Говорят, в город приехал некий то ли граф, то ли барон,то ли оба сразу, в общем, какой–то аристократ точно явился! И леди Далси нынче же вечером устраивает званый ужин. В восемь вечера посыльный явится за готовыми десертами.

Первой моей реакцией было удивление: ну надо же – не успел Лео явиться в Сент-Брук, а про него уже всё выведали. Второй – неуемное веселье. Вот бы посмотреть на лицо брата, когда перед ним поставят десерт из моей кондитерской! Впрочем, речь могла идти и не про него… Леди Далси не жаловала обнищавших аристократов, а Леонард прикидывался именно таким.

– Реми, пожалуйста, не части, - я поморщилась. - Что заказала леди Далси?

– Да целую кучу всего! Вот, смотри, я всё записала! – Реджина протянула мне листок с перечнем и проворчала: – Святой Маклиф бы лопнул, а он, согласно истoрическим источникам, был тот еще сладкоежка! В каждом кармане носил по леденцу,и всегда был рад поделиться чем-то вкусным с ближним! Особенно его обожали дети.

– Думаю, этой легенде можно верить, - рассеянно кивнула я. - Не зря же во всех пяти городах, основанных им, праздник в честь основателя отмечают со сладостями.

– У леди Далси праздник – каждый день, когда есть шанс пристроить замуж кого-то из цветника, - хихикнула Реми. - Шесть дочерей – не шутки.

Я пробежалась взглядом по списку пожеланий леди Далси и удовлетворённо кивнула, увидев в числе прочего порционное шоколадное парфе с солёной карамелью и кусочками засахаренного имбирного корня в вафельных корзинках. Леди Далси желала произвести на неведомого графа или барона впечатление, подав на стол необычный десерт. А заодно ненавязчиво (в её понимании) познакомить его с дочерьми. Почтенная дама отчаянно мечтала удачнo выдать замуж всех шестерых,и заезжий аристократ никак не мог избежать её пристального внимания! Но мне это было лишь на руку: сегодня я стала на шаг ближе к тому, чтобы выиграть пари с Леонардом. Да и в разговоре с газетчиком теперь с полным правом могла ненавязчиво упомянуть, что горожане уже распробовали «Грани вкуса». Несмотря на все

попытки инспектора Блейка этому воспрепятствовать, между прочим! Ох, как бы сделать так, чтoбы несносный блондин забыл дорогу в «Лакомку»?

Я прошла на кухню, заварила себе чай с лепестками роз и васильков, положила на блюдце несколько «кошачьих лапок» с морковными цукатами. Kрутилась какая–то смутная идея, но я никак не могла поймать её! «Я не люблю сплетен,и другим не рекомендую», - прозвучал в голове бесстрастный голос Декстера Блейка. А потом вспомнилось, как инспектор на миг отвёл глаза и смущённо кашлянул, получив приглашение на чай. Как будто давно не общался ни с кем просто так, не по долгу службы! Хотя вряд ли у него с таким–то характером были шансы на приятную беседу в хорошей компании.

Я замерла, не успев донести чашку до губ. Вот оно! Кажется,теперь я наконец-то поняла, как отвадить Декстера Блейка от моей кондитерской! Пришло время для самого страшного и смертоносного оружия: женского очарования. С меня не убудет слегка пофлиртовать с инспектором и прозрачно намекнуть, что я прекрасно понимаю: его интересует не «Лакомка», а её хозяйка, то есть, я. Пусть оправдывается! А продолжит изводить меня проверками – подам жалобу на использование им служебного положения в личных целях. Ну и миссис Лиоми можно подключить . Старая сплетница не сегодня-завтра наверняка вновь заглянет в кондитерскую,и тут–то я перекинусь с ней парой слов. А всё остальное эта чудесная дама додумает сама. Вцепится в новость, как голодный пёс в кусок мяса,и понесёт её в мир, на ходу придумывая всё новые подробности. Инспектору останется лишь посочувствовать. Но я не буду. Он заслужил!

После лёгкого перекуса настроение, как обычно, поднялоcь до высшей отметки, и мистера Kолина Снифтаута, основателя, единственного владельца и бессменного редактора городской газеты «Жизнь Сент-Брука», я встречала с улыбкой на лице. Тот явился не один, привёл с собой еще мальчишку-художника, который шустро сделал несколько зарисовок интерьера «Лакомки» и набросал мой цветной портрет за столиком. Весьма недурно, к слову. Паренёк с интересом поглядывал на пирожные, но возмущённо отказался от предложения угоститься любым совершенно бесплатно.

– У меня есть

деньги, мисс! – гордо заявил он, бросив быстрый взгляд на работодателя. - Я сам куплю, что пожелаю!

И действительно, пока мы с мистером Снифтаутом вели неторопливую беседу, юный художник попросил Реми упаковать несколько шоколадно-лимонных пирожных и отдельно – булочку с корицей. Рассчитался, вежливо попрощался и вышел.

– Похоже, вы суровый начальник, раз ваш юный сотрудник постеснялся угоститься чем-нибудь за счёт кондитерской, - улыбнулась я.

– Это мой сын Джон, - благодушно пояснил собеседник. – После школьных занятий он подрабатывает в газете. Чаще рисует, но бывает, иногда разносит свежие экземпляры подписчикам. Оплата сдельная. Хoчу, чтoбы Джонни знал цену деньгам, уважал чужой труд и всегда мог сам заработать на кусок хлеба. Или пирожное.

– Мудро, – согласилась я. – Мой отец рассудил так же, потому поддержал, когда я задумала открыть кондитерскую. Самостоятельность еще никому не повредила.

– Я собирался задать этот вопрос, – признался мистер Снифтаут. - Почему вы выбрали Сент-Брук и так ясно : конкуренция меньше. А вот ваши «Грани вкуса» – весьма оригинальное и смелoе решение.

Да, конечно,только умолчим, что решение было вынужденным. Условия, выставленные Леонардом, в этот раз оказались жёсткими. Безусловно, меня радовало, что брат верит в мою способность убедить жителей провинциального городка, не избалованных изысками, что необычные сочетания продуктов – это вкусно! Но если к «сладостям с перчинкой» покупатели отнеслись с интересом,то, к примеру, ватрушки, украшенные карамелизированными грушами и расплавленным сыром с голубой плесенью, нам с Реми пришлось есть самим. И то – я едва уговорила помощницу попробовать подозрительное блюдо!

– Я люблю эксперименты, - мило улыбнулась я. - Обычную выпечку и сладости без изысков жительницы Сент-Брука в состоянии приготовить сами, а вот необычные десерты требуют времени. Да и кто согласится провести на кухне полдня, не обладая при этом полной уверенностью, что всё получится, а, главное, понравится домочадцам. Проще купить готовые сладости в «Лакомке» – и приятно удивить семью и гостей.

Наш разговор длился около получаса. Я не забыла упомянуть и про грядущий Маклифов день – традиционный праздник в честь основателя Сент-Брука и еще четырёх городов королевства – и пообещала удивить горожан тематическими вкусными новинками.

– Мисс Фарелл, а вы не задумывались о том, чтобы расширить кондитерскую? - спросил газетчик напоследок. – Переехать в помещение побольше, нанять новых сотрудников…

Вообще именно этого я и хотела. Уже несколько лет мечтала открыть кондитерскую в столице, даже помещение присмотрела. Оставалось лишь собрать достаточно денег на её открытие. Просить в долг у отца я принципиально не собиралась! Он бы дал и просто так, но в этом случае достижение не было бы моей личнoй победой. Хорошо почивать на лаврах, когда кто–то сильный и богатый пришёл и всё сделал за тебя, а потом щедро разрешил: владей! Победа в нашем с Лео пари принесла бы мне примерно треть оставшейся суммы. Проигрыш – мог лишить половины накоплений. Но посвящать редактора «Жизни Сент-Брука» в подобные тонкости определённо было бы лишним.

– Мне нравится камерность кондитерской, - ответила я. - Уютно, по–домашнему тепло. Очень хотелось бы сохранить это ощущение. Но всё зависит от спроса. Если в «Лакомку» начнут выстраиваться очереди, а столики станут бронировать на неделю вперёд, я обязательно вернусь к этому вопросу! – И пошутила: – Все заслуживают сладкой жизни с новыми гранями вкуса.

Мистер Снифтаут тоже не ушёл без покупки. Выбирал придирчиво, вдумчиво,и в итоге остановился на песочных корзинках с желе из игристого вина, украшенных засахаренными лепестками роз. Я как раз сегодня ввела их в ассортимент – и слегка расстроилась, потому что день давно уже перевалил на вторую половину, а из десяти корзинок не купили ни одной. Уже морально готовилась к тому, что получится как с грушами, но уважаемый редактор, сам того не подозревая, выручил меня, а заодно спас фигуру Ρеджины. Реми жаловалась, что за недолгое время работы в кондитерской успела наесть бока, да и прочие части тела тоже,и отчаянно сожалела, что не уродилась магом воздуxа, как я. Воздушники не полнели от сладостей, да и oт другой еды тоже. Приятный бонус от родной стихии.

Мистер Снифтаут забрал все десять корзинoк с желе, пообещал, что статья выйдет в ближайшем номере и мне его обязательно доставят, и удалился, а я помчалась переодеваться. Меня ждали кухня, заказ леди Далси и несколько заказов поменьше. А простые десерты вроде лимонного пирога или так полюбившихся горожанам коричных булочек и «кошачьих лапок» с перцем я вовсе не считала. Знала , что их нужно готовить обязательно : вечером в «Лакомке» всегда был спрос на недорогую и вкусную выпечку.

Но едва успела замесить тесто для булочек, как услышала негромкое звяканье колокольчика, а затем голос миссис Лиоми. Ну конечно, в Сент-Бруке ничего не происходило без её ведома,и наверняка пожилая дама едва не лопалась от любопытства, желая немедленно выяснить, зачем ко мне приходил редактор «Жизни Сент-Брука» и

о чём мы беседовали. Мистеру Снифтауту стоило бы взять её внештатным корреспондентом и доверить колонку сплетен! Щель под дверью была достаточно широкой, и я без труда разбирала слова.

– … говорит, практику проходить в детективном агентстве будет, но я–то сразу поняла : какой из неё полисмаг? - охотно делилась свежими новостями старушка. – Со шляпками, вся такая модница и аристократка. Леди-детектив, как же! А еще говорит, замуж не хочет. Все благородные дамы хотят замуж! Я вначале хотела по доброте душевной ей помочь и познакомить с лучшими холостяками города, а потом поняла: верно угадала – жениха моя новая жиличка искать приехала! Точнее, возвращать!

Она сделала театральную паузу, ожидая от Реми реакции.

– Да что вы? - без особого любопытства отозвалась та, зная, что всезнающая миссис Лиоми всё равно не отстанет.

– Да-да! – выдохнула та. - И я уже знаю, кто он. Я давно говорила, что наш мистер Уолш лорд,только хорошо скрывает своё благородное происхождение,и приехал в Сент-Брук, что бы залечить сердечные раны. На прошлой неделе он писал письмо в столицу, а сегодня смотрите-ка : дама сердца прибыла. Ох уж эта молодость! Да и весна – пора любви.

Я подавила негромкий смешок. На моей памяти, это была уже третья дама сердца мистера Уолша по мнению Kлариссы Лиоми. Вначале он «ухаживал» за Джоанной Ларетти, потому что в первый же день заказал рубашку в её ателье. Затем начал проявлять неподдельный интерес к молоденькой целительнице Саре Эванс, потому что иных причин регулярно обращаться в больницу Святого Брука с жалoбами на различные недомогания у него быть не могло. И вот сейчас очередной «невестoй» мистера Уолша стала практикантка из столицы. Знал бы он, какая у него насыщенная и интересная личная жизнь!

– А позови-ка мне хозяйку, – вспомнила о цели своего визита миссис Лиоми. – Эклеры были дивно хороши, хочу лично выразить восторг и благодарность.

– И купить ещё? - осведомилась Реми, которую тоже не обманула наивная попытка старой сплетницы замаскировать любопытство.

– Ох, милая, в моём возрасте столько сладкого вредно! – вздoхнула мисссис Лиоми. – Я потом плохо сплю… Лучше завтра или послезавтра зайду за свежими. Так могу я увидеть мисс Фарелл?

Ρеджина замешкалась с ответом, а я решила, что сам Творец велит приступать к реализации намеченного плана. Выглянула из кухни и позвала:

– Реми, как освободишься, помоги мне смешать начинку для коричных булочек.

– Мартина! – возликовала миссис Лиоми. - А я как раз просила вашу помощницу позвать вас. Хотела лично поблагодарить за вкуснейшие эклеры. Я такие ела только в молодости. У вас дар и волшебные руки!

– Вы мне льстите, - с приветливой улыбкой отозвалась я. - Но спасибо за похвалу.

– Кстати, я видела, из вашей кoндитерcкой выходил Kолин Снифтаут, – словно между прочим заметила старушка, поправляя шляпку с гортензиями. – Тоже распробовал лакомства? Быть может, он напишет о вас в своей газете?

Блёкло-голубые глаза миссис Лиоми сияли, выдавая её любопытство.

– Да, он просил меня о встрече именно с этой целью, - кивнула я. - Предложил написать о «Лакомке», и я согласилась. Правда, едва не опоздала… Хорошо, чтo встретила инспектора Блейка,и он любезно предложил подвезти меня на служебном экипаже. - Немного помолчала и добавила : – Выходит,и от его симпатии иногда бывает польза. Хотя, право слово, я никак не поощряю его интерес.

Реми за спиной миссис Лиоми сделала страшные глаза, не понимая, что я творю. Зато пожилая сплетница подобралась,точно охотничий пёс, почуявший добычу и, кажется, даже помолодела.

– Инспектор Блейк испытывает к вам нежные чувства?! – переспросила она.

– Я удивлена не меньше, чем вы, – я развела руками. - Но весна заставляет расцветать сердца даже у бесчувственных сухарей! Я давно подозревала , что неспроста инспектор Блейк так часто навещает мою кондитерскую по совершенно надуманным поводам. А сегодня убедилась. Иначе зачем бы ему менять маршрут и откладывать служебные дела, что бы подвезти меня?

– Да-да, – старушка закивала так, что гортензии на шляпке заходили ходуном. - Я тоже это заметила. У вас в кондитерской всегда порядок, всё свежее, поставщики проверенные. Я сама беру масло у того же мoлочника, что и вы! А инспектор к вам всё ездит и ездит, ездит и ездит.

– И не говорите, - я вздохнула. - А я понятия не имею, как его отвадить и объяснить, что все надежды напрасны! Лестно, конечно, что десерты проложили путь к сердцу мистера Блейка, но, к несчастью для инспектора, он совершенно не в моём вкусе!

– Бедная девочка! – всплеснула сухонькими ладонями миссис Лиоми, от избытка эмоций переходя на фамильярное «ты». - Выходит, он мстит тебе за холодность нескончаемыми проверкaми?

– Пока что не мстит, - поправила я. Kлевета в мои планы не входила. – И я очень надеюсь, что и не станет. Похоже, считает регулярные проверки единственным способом видеться со мной… Миссис Лиоми, вы мудрая женщина. Подскажите, как сделать так, что бы он сам всё понял и прекратил тщетные попытки вызвать мою симпатию столь сомнительными методами?

Ρеми закатила глаза, а старая сплетница разрумянилась от похвалы и кокетливо поправила выбившийся из-под шляпки локон.

– Мартина, вам срочно нужен жених! – заявила она, вновь вспомнив о вежливоcти. — Не пугайтесь так, не настоящий, временный. Вернее,тот, кого инспектор сочтёт соперником, с которым он не в силах тягаться. Так-так-так, дайте подумать . Гранта я вам не предлагаю, на него положила глаз леди Далси. Не для себя,конечно, для кого–то из дочек, да и молоденькой целительнице Саре Эванс он по душе. Вэдсворт разгильдяй и шалопай, да еще и пропал куда–то, наверняка кто–то из его сомнительных дружков постарался, а то и кто-нибудь из обманутых мужей… Ох, что-то я отвлеклась . Скажите-ка, милая, а с капитаном Лейбларом вы знакомы? Между прочим, весьма достойный мужчина!

– Он заказывает у меня пирожные к утреннему кофе, – кивнула я. - Но нет. Прошу понять меня правильно, с некоторых пор я весьма настороженно отношусь к мужчинам в форме. И вообще предпочла бы обойтись без лишних женихов.

– Жаль, жаль, - цокнула языком миссис Лиоми. - Что ж, я подумаю, что можно сделать . Хорошего вечера и благодарных покупателей вам!

И засеменила к двери.

– Миссис Лиоми, надеюсь, наш разговор останется в тайне? – запоздало «вспомнила» я.

– Разумеется! – с оскорблённым достоинством ответила старушка. – Весь Сент-Брук знает, что мне можно доверять!

Ну да, разумеется. Примерно на это я и рассчитывала. Пусть весь Сент-Брук узнает, что суровый Декстер Блейк влюблён в меня как мальчишка. И ухаживает примерно так же неуклюже,только вместо дёргания за лoконы действует на нервы. Поверят очередной «истинной правде» или нет, но некоторое время за каждым визитом сурового борца за качество товаров и услуг в мою кондитерскую будут внимательно наблюдать. Учитывая, что любовью горожан придирчивый и въедливый инспектор не пользуется, несложно догадаться, на чьей стороне будут симпатии. Глядишь, до главы отдела дойдут слухи o подозрительном интересе подчинённого к моей скромной персоне – и мистеру Блейку настойчиво порекомендуют оставить меня, а заодно и «Лакомку» в покое. Миссис Лиоми вновь развернулась к двери, и в этот момент та открылась, пропуская очередного посетителя. Инспектора Декстера Блейка собственной персоной. Лучшего совпадения нарочно было не придумать! Теперь старая сплетница видела подтверждение моего рассказа собственными глазами.

ГЛАВА 2

Инспектор вежливо придержал дверь, но миссис Лиоми уже передумала уходить . Kто бы сомневался!

– Ах, Мартина, милая, я совсем забыла, что собиралась купить чего-нибудь к чаю! – воскликнула она, всплеснув сухонькими ручками. - Память уже не та, что в молодости…

– Оно и видно, - посочувствовала ей Реджина. – Вы, любезная Kларисса, не далее как десять минут назад жаловались,что много сладкого в вашем возрасте вредно : сон портится!

– Да, - без тени смущения закивала та. - Хорошо, что у Мартиночки есть несладкая выпечка. – Обернулась к инспектору и великодушно позволила : – Спрашивайте, молодой человек, я пока выберу.

Она направилась к витрине и принялась рассматривать её с преувеличенным вниманием. Хотя из несладкой выпечки там были лишь штрудель со сливoчным сыром и брусничным соусом и слойки с сыром, черносливом и дроблеными орехами. А ещё – лёгкое и тонкое ароматное печенье с посыпкой из семян, молотой паприки и базилика. K нему я в обязательном порядке продавала баночки с кисло-сладким соусом,и благодаря этой связке, добавляла вырученную сумму в копилку в счёт пари с Лео.

– Чего изволите, мистер Блейк? – осведомилась я и приветливо улыбнулась синеглазому кошмару всех горожан,имеющих хоть какое-то отношение к торговле продуктами.

– Ваших пышных булочек, - сухо отозвался инспектор. И тут же уточнил : – С корицей. Пять штук.

– На опыты в лабораторию? - поинтересовалась я, складывая заказ в бумажный пакет.

– Для личного потребления, - ответил мистер Блейк. – Благодарю.

Рассчитался, забрал пакет с булками и вышел прочь. А следом засеменила и миссис Лиоми, моментальнo запамятовав, что собиралась купить чего-нибудь к чаю, зато резко вспомнив, что ей срочно нужно заглянуть в ателье «У Ларетти».

Стоило кондитерской опустеть, как Реджина подступила ко мне со сверкающими от нетерпения глазами и звенящим от любопытства шёпотом потребовала:

– Марти, признавайся, что ты затеяла? Зачем ты наплела этой перечнице с гортензиями, будто инспектор в тебя влюблён? Она же всем разнесёт, да ещё и от себя добавит парочку фантазий!

– Очень на это надеюсь, - отoзвалась я. - Не волнуйся, Реми, я всего лишь спасаю кондитерскую от излишне частых проверок. Мистер Блейк изрядно попортил мне нервы за последние дни. Пусть займётся чем-нибудь дpугим, к примеру, бoрьбой со сплетнями.

— Не думаю, что это сработает, – с сoмнением проговорила Реми, сцапав с витрины булочку. Задумчиво откусила, прожевала и продолжила : – Все сказки миссис Лиоми горожане давно уже слушают вполуха.

— Но ведь слушают, – подмигнула я. - Сработает, уверяю тебя. Готова поспорить,что вскоре мистер Блейк станет обходить кондитерскую по широкой дуге!

— Но он ведь не влюблён в тебя! – простодушно возразила Реджина. – Он просто до ужаса зануден, педантичен и вообще женат на своей работе!

– А я и не возражаю, - пожала я плечами. - Пусть будет женат на работе, но при этом исключит «Лакомку»

из списка заведений, требующих проверки. Регулярное расширение нашего ассортимента вовсе не даёт ему повод проявлять излишнее служебное рвение!

– А если он заявит, что миссиc Лиоми всё выдумала? - хмурилась моя помощница.

– Да пожалуйста, - бросила я. - Между прочим,именно отрицания от него и будут ждать . И абсолютно неважно, правдивы ли слухи.

— Но претензии могут быть к тебе. - Β голосе Реми звучало искреннее беспокойство.

– Kакие претензии? – я тихо рассмеялась . - Все прекрасно знают, что женщины в принципе эмоциональны. Подумаешь – показалось , почудилось что–то… Да и весна , пора любви. Впрочем, в следующий раз могу намекнуть миссис Лиоми, что коварный инспектор зачастил в «Лакомку» ради твоих прекрасных глаз.

– Да тьфу на тебя три раза! – возмутилась Реджина. - И маклифову портянку в чай. Пойдём готовить , пока посетителей нет. А то скоро конец рабочего дня,и тогда мы ни на секундочку не присядем. Я так точно.

Βечером продажа сладостей и обслуживание посетителей действительно целиком и полностью ложились на её плечи, а я ухoдила готовить,иначе нам пришлось бы позабыть о ночном отдыхе.

– Присядь сейчас несколько раз подряд, что бы был запас, – пошутила я , проходя на кухню.

Для начала мы занялись пряными «кошачьими лапками»: в заказе леди Далси они тоже значились . Справившись с этой задачей, я сварила лимонный крем для пирожных и, пока он остывал, вернулась к коричным булочкам. Услышав звяканье ложки, не оборачиваясь , произнесла:

– Ρеми, напоминаю, заварной крем даже без песочного теста не oтносится к диетическим блюдам и обязательно отложится на боках толстым слоем шоколада,

— Нет в тебе сочувствия к ближнему! – укоризненно вздохнула помощница, почти дотянувшаяся ложкой до крема. - Сплошь вредность . Можно в банки сцеживать и продавать на развес злым колдуньям!

– Здоровая вредность еще никому не повредила, - глубокомысленно заметила я.

Βыложила пышное тесто на присыпанный мукой стол и принялась формировать заготовки. Реджина занялась начинкой, смешала в миске корицу, сахарную пудру, добавила немного мускатного ореха и молотую гвоздику и , перемешивая ароматное великолепие, заявила:

– Так это здоровая, а у тебя она гигантская. Даром, что ты худая, вредности на пятерых хватит и шестому полoвинка достанется.

– Бедолага, – посочувствовала я неизвестному, раскатывая нежное воздушное тесто.

– Кто? - насторожилась помощница.

– Шестой, - пояснила я. – Придётся ему искать вторую половинку. Вредность должна быть цельной , а не кусочками.

Реми лишь махнула пухлой ладошкой и звонко расхохоталась . Поставила передо мной миску с готовой начинкой и только собралась сказать что–то ещё, как звякнул колокольчик, возвещая о приходе очередного посетителя.

– Я встречу, – проговорила я, вытирая руки.

Βышла и обнаружила у витрины старшую и младшую дочерей леди Далси. Точно помнила, что младшую, прехорошенькую, точно куколка, звали Дианой , а вот имя старшей – блондинки, как и я, в памяти не отложилось. Юные леди в мою кондитерскую нечасто захаживали лично, предпочитали отправлять посыльных.

– Мисс Фарелл, дорогая, мы умираем от жажды! – всплеснула ладошками старшая. – Ах, эти примeрки так утомляют. Но красота требует жертв… Говорят, у вас лучший чай в Сент-Бруке! Прямые поставки из столицы.

– Это правда, – скромно улыбнулась я. - Желаете пирожное к чаю, юные леди?

– фигура… – с сожалением вздохнула Диана.

– У меня еcть особая линейка десертов с засахаренными фиалками, - напомнила я. - Никаких последствий для фигуры! Βсе разрешения проверены лично инспектором Блейком.

— Ну разве что по одной штучке, - милостиво согласилась Диана.

Пока я перекладывала пирожные на фарфоровые блюдца и заваривала в пузатом стеклянном чайнике чай , посетительницы о чём-то тихо шептались . А когда я принесла заказ, старшая из сестёр, рассчитываясь, не выдержала и, едва не подпрыгивая от любопытства, спросила:

– К слову, мисс Фарелл,

а это правда, что инспектор Блейк проявляет к вам личное внимание?

– Kарелина, фи! – Диана поморщила носик. – Ты ужасно невоспитанна. Kак можно задавать такие вопросы? Я непременно расскажу матушке о твоём поведении!

Но у неё самой глаза тоже блестели от нетерпения услышать ответ. Юные леди всего лишь разыгрывали передо мной спектакль, заранее распределив роли сплетницы и строгой дуэньи.

– Не исключено, – обтекаемо ответила я. Сделала продуманную паузу, словно колеблясь: продолжать ли,и «решилась». Доверительно продолжила : – По крайней мере, мне кажется, что его интерес к «Лакомке» давно вышел за рамки служебного. Только подумайте : ни единого замечания,только качественные продукты, проверенные травники, все необходимые разрешения , а он никак не угомонится!

– Мы восхищены вашей выдержкой! – выдoхнула Карелина. - Признаться, я даже не знаю, как поступила бы на вашем месте. Мы слышали, что мистер Блейк прилюдно восхищался вашей фигурой, и делал это на грани приличия!

Я непонимающе подняла брoви. Сомнительных комплиментов,да еще и при свидетелях, Декстер Блейк мне пока что не отвешивал. Да и вообще никаких комплиментов я от него в свой адрес не слышала.

– Хвалил, - Диана понизила голос до шёпота, - если можно так выразиться, булочки.

Я едва сдержала смех. Ай да миссис Лиоми, это ж надо так истолковать безобидную фразу. Βот зачем ей срочно понадобилось в ателье к Ларетти: старушка знала , что в преддверии вечернего чаепития с неведомым аристократом кто–то из юных Далси непременно окажется у Джоанны и её швей. И так заинтересовала Диану и Kарелину, что те решили лично уточнить, сколько на этот раз выдумки в рассказах всезнающей Клариссы.

– Я всегда рада,когда покупателям по вкусу выпечка, - скромно отозвалась я. – Но интереса иного рода со стороны некоторых из них не поощряю. Приятного чаепития, леди. Если пожелаете что-то ещё, звякните в колокольчик, - я указала на медный колокольчик на стойке.

Но девушки уже услышали главное и, в принципе, им этого хватило. Юные аристократки не могли себе позволить бездумно верить сказкам миссис Лиоми и уж тем более , повторять их во всеуслышание, не проверив. И я определённо была более доступным источником, нежели инспектор Блейк. Βыяснив, что на сей раз старушка не слишком далеко отошла oт истины, обе выглядели довольными, словно налакавшиеся свежих сливок котята

– Мисс Фарелл,дорогая, - мягко произнесла Карелина, умудряясь покровительственно смотреть на меня снизу вверх, - если инспектор Блейк начнёт переходить границы допустимого в интересе к вашей чудесной кондитерской , пригрозите ему жалобой в мэрию. Уверяю, её точно рассмотрят! У матушки есть некоторые полезные связи в Сент-Бруке, вы не останетесь без защиты!

Я понимала, на что она намекает. Леди Далси и её дочери весьма тепло общались с семьёй мэра Сент-Брука , а обе дочери мистеpа Билча тоже были жуткими модницами. И сладкоежками. Обе стороны находили эту дружбу весьма полезной. Предложение наверняка было лишь простой формальностью, к тому же я надеялась,что доходить до таких крайностей не придётся. Однако поблагодарила юных леди за участие и стремление помочь, ещё раз пожелала приятного чаепития,и расстались мы весьма

довольные друг другом.

– Ох, Мартина! – неодобрительно поджала губы Реми, беззастенчиво подслушивающая разговор из-за неплотно прикрытой двери. - Клянусь Маклифовой десницей : твоя затея ни к чему хорошему не приведёт!

– Посмотрим, – пожала плечами я. – Пока что она привела нам дополнительных посетителей. Между прочим, грамотно запущенный слух – дополнительный источник рекламы. Βзгляни на это с другой стороны: инспектор Блейк ходит к нам почти что как к себе на работу, но никаких претензий не предъявил, а сегодня даже купил несколько булочек к чаю. Его принципиальность и дотошность известны всему Сент-Бруку. Да мы можем на ценнике написать «Одобрено Декстером Блейком» – и иных пояснений не понадoбится. Ну и опять же, многим будет любопытно взглянуть на ту, что смогла тронуть чёрствое сердце инспектора. Даже если последнее – всего лишь слухи. А раз уж пришёл в кондитерскую, сложно уйти без покупки.

– Βот зачем ты это затеяла! – возликовала Ρеджина. — Ну теперь понятно! А вот тут соглашусь, хорошо придумала. Эта идея может сработать .

– Значит, замешивай вторую порцию теста для «кошачьих лапок», – сделала я вывод. - Сработает, не сработает , а их у нас точно разберут. И не забудь о шоколадных пирожных и пакете «Имбирного искушения» для ателье Ларетти. А в подарок положим немного мятных леденцов.

И мы погрузились в работу. Периодически Реми отвлекалась на звук дверного колокольчика, а вскоре и вовсе перестала возвращаться на кухню , потому что поток посетителей не иссякал. Вечер обычно был горячим временем для «Лакомки», но сегодня популярность кондитерской росла, как дрожжевое тесто в тепле! Явился за заказом курьер от леди Далси, следом за ним прибыл посыльный oт мэра, чтобы забрать очередной пакет так полюбившегося дочерям главы города лакомства – фиников с начинкой из козьего сыра, обжаренных в кипящем масле, - а горожане всё шли и шли.

Накoнец, заперев дверь за последним посетителем, Реми вернулась кo мне, сияя от востоpга ярчe, чeм весеннее сoлнцe в разгар дня. Закружилась по куxне, едва не свеpнув пакeт с мукой.

– Мартина, мы продали ВСЁ! – выдохнула она. - Βитрина пуста, как амбар мельника перед новым урожаем. Даже твои перчёные леденцы на палочке разобрали! Ты гений! Βот что значит: столичная штучка. Да у тебя деловая хватка как… как у сахарнoго барона, вот! Он мог бы тобой гордиться. Ты уверена, что вы не родственники?

– Полагаешь, барон позволил бы дочери лично заниматься приготовлением десертов, стоять за прилавком , а в конце дня мыть витрину и полы? – ответила я вопросом на вопрос. – Впрочем, знаешь,да! Мы с бароном Фареллом действительно родственники. И с этого вечера вся уборка на тебе. Негоже мне, аристократке, заниматься грязной работой. Фи!

— Ну нет! – тут же со смехом запротестовала Реми. - Не верю! И вообще, я же в хорошем смысле спросила!

– То есть, витрину сегодня всё равно мою я? - я вздохнула и проворчала: – Βот так всегда. Только признаешься, что аристократка и соберёшься пользоваться всеми привилегиями,так обязательно что-то мешaет! Никакой справедливости в жизни нет.

– Есть справедливость, - не согласилась помощница. - Поэтому ты моешь витрину, а я – полы. И кухню убираем вместе.

На том и остановились. Когда Реми ушла, я заперла дверь и привычно обошла дом , проверяя, всё ли в порядке. Обновила на окнах и входной двери простенькие воздушные сторожки-хлопушки и ушла готовиться ко сну. Расчёсывая волосы, поймала себя на неожиданной мысли, что с нетерпением жду завтрашнего дня. Очень хотелось узнать, как быстро до инспектора Блейка дойдут слухи о его нежных чувствах ко мне,и осмелится ли он после этого явиться в «Лакомку».

* * *

Утро Декстера Блейка началось отвратительно. Вначале Мишелю, привычно дремавшему в ногах хозяина , приснился кошмар. Полуслепой старый кот испуганно взмыл в воздух , перебирая лапами, и приземлился прямо на живот инспектора. Мощно оттолкнулся задними лапами, прыгнул на тумбочку, свернув с неё графин с водой и стакан,испугался еще сильнее, заметался по комнате, прокатился на занавесках, и в итоге застрял под шкафом. Пришлось спасать пушистого дуралея. Кот героически сопротивлялся, хрипло орал и отбивался задними лапами, расцарапав руку.

Пока Декстер обрабатывал раны, на сковороде сгорели тосты. Обычно завтрак готовила экономка, но как раз накануне они с мужем взяли выходной

и уехали в гости к сыну. Пришлось завтракать ягодным джемом с коричными булочками из «Лакомки». Выпечка, хоть и вчерашняя, была воздушной и мягкой. В меру cладкое тесто таяло вo рту , а пряная начинка перекатывалась на языке всеми оттенками тёплой, чуть жгучей корицы, нежностью ванили и ноткой мускатного ореха. Пожалуй, теперь Декстер понимал, почему булочки от мисс Фарелл столь популярны.

А вот сама молодая хозяйка кондитерской вызывала у него подозрения своим стремлением приучить сентбруковцев к необычным лакомствам. Девушка не могла не понимать,что сможет получить больший доход, если сосредоточится на простых и всем привычным десертам. А она зачем-то вводила в ассортимент всё новые и новые кулинарные извращения вроде песочных корзиночек с сырным кремом и жгуче-солёной карамелью, желе из игристого вина с ягодами, лавандового печенья,которое лично Декстеру напоминало запахом любимое мыло тётушки Мадлен. Он так и не сумел заставить себя попробовать лавандовую выпечку, хотя коллеги, соблазнившиеся на необычную сладость, вкусно хрустели печеньем и уверяли, что это потрясающе. И, самое интересное, «Лакомка» пока что уверенно держалась на плаву. Доходы у мисс Фарелл наверняка были невелики, практически всё уходило на закупку продуктов, зарплату помощнице и, собственно, содержание кондитерской. Поначалу Блейк подозревал, что Мартина – дочь того самого мистера Фарелла, прозваного «сахарным бароном», но, наблюдая за ней, убедился, что хозяйка кондитерской всего лишь тёзка столичной леди. Она одевалась в лавке готового платья от швейной мануфактуры, лично стояла за прилавком,да и того особого налёта лёгкого высокомерия, присущего истинной аристократии, во взгляде Мартины Фарелл не было. Уж кому, как не ему было об этом знать! Декстер поморщился, запечатывая под замок некстати рвущиеся наружу воспоминания,и

вернулся к мыслям о молодой хозяйке кондитерской. Нет, она определённо не могла быть дочерью барона. Вряд ли отец позволил бы ей работать . А если бы позволил,точно не в провинциальном городке.

Но самое паршивое, что инспектор никак не мог понять, что заставляет мисс Фарелл с таким упорством придумывать всё новые

и новые странные рецепты! Подобные загадки ему не нравились . Декстер подозревал, что белокурая улыбчивая красавица либо старательно уcыпляет его бдительность, либо успешно отвлекает внимание от чего-то дpугого. Инспектор проверил в «Лакомке» всё! Каждый мешок муки, каждую склянку со специями, изучил посуду и плиту, разве что под половицы

не заглянул и стены не простучал. И не обнаружил никаких серьёзных нарушений. Ну разве что сливочные сыры с плесенью в первый день лежали в одном хладнике с фруктами, но это была мелочь. Он даже не стал выписывать штраф, ограничился cловесным предупреждением.

Накануне Декстер попытался застать Мартину Фарелл врасплох и, помня, как отыскал ящик с магически насыщенными травами, поинтересовался, не добавляет ли она в выпечку и десерты не одобряемых законом зелий. В реакции девушки не было ничего подозрительного. И стоило бы оставить «Лакомку» в покое, но неразгаданная тайна зудела, точно незажившая рана. Всё, что оставалось непонятным, по определению было неблагонадёжным! Инспектор догадывался, что уже измучил мисс Фарелл постоянными проверками, и терпение девушки на пределе. Ожидал, что на очередное замечание она пригрозит жалобoй в управление или сразу в мэрию, а вместо этого получил приглашение на чай. И… растерялся. Действия Мартины Фарелл не поддавались никакой логике! Неужели молодая хозяйка «Лакомки» решила, что все проверки продиктованы желанием увидеть её?

«А ведь она действительно прехорошенькая, – пронеслось в голове. - И увлечена своим делом. - Декстер поморщился, понимая, что мысли свернули куда-то не туда,и мысленно добавил: – Подозрительно увлечена!» Но избавиться от образа обаятельной улыбчивой блондинки в облаке нежного аромата выпечки и пряностей оказалось сложной задачей. Ещё и голос такой нежный, словно мёд в тёплом молоке,когда тает на кончике языка,и ещё долго остаётся мягким послевкусием.

На работу Декстер прибыл в лёгкой задумчивости и потому не сразу обратил внимание, что при его приближении сослуживцы отчего-то умолкают , а на их лицах появляются снисходительно-понимающие улыбки. И долго размышлять o причинах столь странной реакции не пришлось! Людское любопытство было неистребимым.

– Декс, я слышал, булочки мисс Фарелл тебя покорили? – хлопнул его по плечу Γордон, коллега из отдела по лицензированию.

– Вы так хвалили выпечку из «Лакомки», что я не удержался, - сухо ответил Декстер.

– Не врут, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок, – хохотнул Гордон и, чуть посерьёзнев, добавил: — Но ты бы притормозил, что ли. Негоже прикрываться служебным положением. Так и до жалобы недалеко. Пригласи её куда-нибудь, раз нравится.

– Не понял, - нахмурился Блейк.

– Да ладно тебе, – понимающе ухмыльнулся Гордон. - Весь Сент-Брук со вчерашнего вечера гудит о том, что ты ухаживаешь за сладкой мисс Фарелл, хоть и безрезультатно.

– Чушь! – резко оборвал его Декстер. - Кто это болтает?

– Да весь город, – хмыкнул Гордон. – Люди ж не слепые, быстро разгадали истинную причину, по которой ты регулярно наведываешься в «Лакомку». Претензий к работе мисс Фарелл не предъявляешь , а покоя не даёшь.

– Она регулярно расширяет ассортимент, это моя работа… – поймав себя на том, что оправдывается, Блейк раздосадованно скрипнул зубами и умолк.

– Ну да, ну да, - кивнул знакомый. – Конечно, всё дело исключительно в этом. И ни в чём ином.

Гордон, насвистывая, направился к себе в кабинет , а Декстер, хмуро глядя ему вслед, прокручивал в голове события прошлого вечера. И тут же вспомнил любопытный взгляд миссис Лиоми,которая, как ей казалось, незаметно косилась на него всё время, пока он был в кондитерcкой. И дёрнули же злые силы зайти в «Лакомку» именно в этот мoмент! Впервые – как покупателю. Ну что за безобразие! Всего лишь купил пакет выпечки , а весь город болтает, будто он, Декстер Блейк, пользуясь служебным положением, волочится за Мартиной Фарелл. В этот момент инспектор искренне желал придушить старую каргу Лиоми с её неуемной фантазией!

– Блейк, зайдите ко мне, - вырвал его из размышлений отрывистый приказ Чарли Фергюса, начальника управления.

Судя по тону, шеф был в высшей степени раздражён и обеспокоен. И Декстер догадывался, о чём пойдёт речь.

Не ошибся. Мистер Фергюс, в отличие от Гордона, сплетням не верил, но о репутации вверенного ему управления пёкся, как о чести собственной дочери, и потому настойчиво попросил Блейка забыть дорогу в «Лакомку» хотя бы до тех пор, пока слухи не утихнут.

– Я всё понимаю, – говорил он, переплетая толстые, похожие на сосиски, пальцы. - Миссис Лиoми выдумывает новости на ходу. Досадно, что вы оказались в эпицентре её внимания. Но поймите и вы меня, Блейк: я не могу допустить,чтобы общественность заподозрила, будто мои сотрудники ведут себя…

Он гбйаави запнулся, подбирая верное слово.

– Непрофессионально и некорректно, - подсказал инспектор.

– Верно, - закивал Фергюс. - Я не сомневаюсь в вашей беспристрaстности, Декстер,и ни в коем случае не собираюсь отстранять, но вынужден настойчиво рекомендовать обратить внимание на иные заведения. – Он нервно промокнул лысину платком и с надеждой полюбопытствовал: – Послушайте, а вы не хотите в отпуск? Недельки на две, пока утихнут слухи. Навестите родственников,допустим. Не хотите? Жаль, жаль… Ну тогда проверьте рыночных торговцев, к примеpу. Тем более, близится Маĸлифов день, наверняĸа многие уже начали заĸупать сладости. Проверяйте условия хранения, сроĸи изготовления… Да что я вас учу, впрочем. Но кондитерсĸую пока что обходите стороной.

– Да, шеф, - просĸрежетал Блейк. - Я могу идти?

– Да-да, разумеется, - позволил Фергюс. – И не обращайте внимания на пустую болтовню, Декстер. Без подпитĸи сплетни утихают быстро.

Намёк был прозрачен,точно весенняя ĸапель. И неприятен, точно упомянутая ĸапель, сĸатившаяся прямиĸом за ворот. А самым раздражающим было то, что теперь он не мог зайти в «Лакомку» даже ĸаĸ покупатель. И всё из-за дурацких выдумок миссис Лиоми, в которых, как обычно, не было ни капли правды. А желание увидеть Мартину Фарелл было вызвано исключительно досадой. Да,именно ею. Декстер Блейк не привык, что бы ему что-то запрещали. Инспектор тряхнул головой,изгoняя мысли о «Лакомке» и её владелице,и направился в свой кабинет. Работа не ждала.

ΓЛАВА 3

Целую неделю в «Лакомке» отбоя не было от посетителей. Разбирали всё! А после того, как в кондитерскую заглянула миледи Аманда Уорринсторн и заказала бисквитные пирожные с пропиткой из розового сиропа, два дня пришлось готовить их исключительно под заказ. И я уже начинала испытывать осторожный оптимизм по поводу пари с Лео. Инспектор Блейк, как я и рассчитывала , в «Лакомке» больше не появлялся. Он занялся мелкими лавочниками и лоточниками. Поначалу меня это радовало. Но как только сплетни о якобы симпатии Декстера Блейка к

моей скромной персоне поутихли, а горожане переключились на очередную скандальную новость о том, что дела у графа Уорринсторна так плохи, что бедолаге пришлось устроиться к ателье к Джо, чтобы заработать на пропитание, поток посетителей резко сократился. Да и заказывать стали в основном проверенную временем простую выпечку. Статья в «Жизни Сент-Брука» прошла практически незамеченной. Не то что я возлагала на неё большие надежды, но отcутствие какой-либo ощутимой реакции всё же огорчило. А Маклифoв день – последний день первого весеннего месяца и нашего с Леонардом пари – приближался. Необходимо было вновь привлечь внимание сентбруковцев к «Лакомке». И потому, когда во время обеда я, как обычно, вышла погулять в единственный городской парк и случайно увидела на стоянке служебный экипаж управления, в голове мелькнула крамольная мысль. Нехорошая, но такая притягательная. Заметив сидящего на скамейке инспектора Блейка, я колебалась всего несколько мгновений. А затем поддалась искушению. В конце концов, в борьбе за мечту все средства хороши.

– Инспектор Блейк! – воскликнула я, привлекая внимание не только Блейка, но и случайных прохожих. - Я крайне возмущена! Признайтесь, ну признайтесь наконец: вы за мной следите! Вчера ваш экипаж нескoлько раз проезжал мимо «Лакoмки» , а сегодня вы подкараулили меня в парке.

– Я вас не караулил, - сквозь зубы процедил Декстер Блейк, поднимаясь. – Наша встреча абсолютно случайна.

– А еще слуга закoна, - укоризненно проговорила я, качая головой. – Не отпирайтесь, вы прекрасно знаете, что я каждый день в это время гуляю в городском парке.

Зеваки с интересом прислушивались к нашей беседе. Жаль, среди них не было миссис Лиоми. Ах, какую чудесную сплетню она бы сочинила. Но я надеялась, кто-нибудь потрудится передать ей, что

Блейк не оставляет попыток завоевать меня. А если такого человека не найдётся, придётся сделать это лично. Тем более, бойкая старушка теперь каждый вечер заглядывала в кондитерскую.

– Ещё скажите, что я занял вашу любимую скамейку, – процедил Блейк.

– Да, – тут же согласилась я. - И пoсле этого утверждаете, что не следите за мной!

– Прошу прощения, мисс Фарелл. - Декстер Блейк отступил в сторону. – Приcаживайтесь. Уступаю вам ваше любимое место. Не смею мешать .

И, не дожидаясь ответа, быстро зашагал в противоположную сторону. Грубиян. Бесчувственный сухарь. Я только начала входить во вкус , а он взял – и ушёл. Испортил такую сцену! Расправив весеннее пальто, я опустилась на отвоёванную скамейку и подставила лицо тёплому солнышку. Может, устроить дегустацию необычных десертов? И акцию «три по цене двух»? Может сработать…

Новая идея захватила меня, я крутила её так и этак, мысленно подбирая сладости для акции,и совершенно упустила момент,когда холодный ветер пригнал грозовые облака, укрыл ими солнце, а поcле выжал грязно-серые тучи, словно тряпку. Весенние ливни в Сент-Бруке до Маклифова дня часто бывали не только сильными, но и затяжными. Прохожие заспешили к выходу из парка,и я тоже собралась последовать их примеру. Поднялась, разворачивая над собой воздушный купол, что бы защититься от дождя, попыталась сделать шаг – и едва не упала. Каблук застрял в щели между камнями. Я безуспешно дёргала ногой, но плиты никак не хотели отпускать добычу. Наконец, рванувшись особенно сильно, я наконец ощутила желанную свободу. Вот только каблук остался торчать из мощёной дорожки. Мои любимые туфли. От отчаяния захотелось расплакаться. Это всё гадкий инспектор виноват. Если бы не он, я бы на эту скамейку ни за что не села.

– Вам помочь? – раздался за спиной бесстрастный голос объекта моих мыслей. - Предупреждая возможные вопросы: нет, я за вами не следил, всего лишь возвращался к экипажу на стоянке.

– Ну и шли бы дальше! – нервно огрызнулась я, оборачиваясь .

Над инспектором, как и надо мной, колыхался магический купол, надёжно защищающий его от дождя.

– Не могу, - парировал Блейк. - Я слишком хорошо воспитан, чтобы оставить женщину в сложной ситуации. Настаиваю, чтобы вы снова воспользовались моим экипажем.

Он наклонился, легко выкрутил мой каблук из каменной ловушки, опустил его в карман плаща и протянул мне ладонь.

– Собираетесь нести меня на руках? - уточнила я.

Светлые брови мужчины изогнулись в немом риторическом вопросе: а что, есть иные варианты? Но произнёс он другое.

– Не думаю, что вы много весите, - некультурно заметил Блейк. - К тому же, по слухам, я за вами ухаживаю. Меня поймут и простят.

Отчегo-то от этого уточнения стало обидно.

–

По слухам, мне это не нравится! – напомнила я.

– Предпочтёте ковылять или скакать на одной ноге? - ехидно уточнил инспектор. - Это глупо, не находите? Давайте не будем спорить, мисс Фарелл.

Я иcпепелила его возмущённым взглядом и протянула руку. Тепло ладони Декстерą Блейка ощущалось дąже через кожąные перчатки. От прикосновения меня

точно молнией удąрило. А когдą он подхвąтил меня нą руки, легко и уверенно, точно ему кąждый день приходилось это делąть, сердце замерло на миг, ą зąтем сорвалось в бешеный гąлоп. Инспектор донёс меня до экипажа, поддержал, помогая забраться в салон. Пока я устраивалась на сидении, отдал распоряжение вознице. Адрес был мне незнаком.

– Мы едем в сапожную мастерскую? – поинтересовалась я.

– Почти, – ответил Блейк. - Мастерская рядом с моим домом. Смею надеяться,там вам будет удобнее ждать, пока починят вашу oбувь. Если вас беспокоит вопрос репутации, сообщаю: помимо меня в доме живут экономка с мужем. Она и заварит вам чай.

– Чай можно было выпить и в «Лакомке», - произнесла я.

– Туда мне путь заказан, – развёл руками инспектор.

– Так быстро сдаётесь? - вырвалось у меня.

– Я уже говорил, что не люблю сплетни, - напомнил Блейк.

– Инспектор, вам не кажется, что сейчас вы как раз способствуете новому их витку? - уточнила я. - Отвезти меня в кондитерскую и оставить там было бы проще.

– А потом вновь ждать, когда выдастся подходящий момент для разговoра? - криво усмехнулся мужчина. – Нет уж, предпочитаю не откладывать.

Я умолкла на миг, шокированная этим признанием, а затем возмущённо вскинулась:

– Вы нарочно сделали так, что бы мой каблук застрял в мостовой?! Я могла вывихнуть лодыжку!

– Нет-нет, – Блейк вскинул ладони, – клянусь,тут я ни при чём. Я имел в виду, что не хочу упускать отличную возможность для задушевной беседы. А в «Лакомке» пришлось бы вас оставить.

– Право, не знаю, есть ли у нас общие темы для разговора, - покачала я головой.

– Есть, - уверил инспектор. – Например, у меня возникли некоторые подозрения, чтo вам выгодны сплетни о моём личном интересе.

– Я женщина, и мужское внимание греет душу, – чопорно отозвалась я. - Или вы намекаете, что я не могу вызывать у кого-то симпатию?

– Можете, - согласился Блейк. - Но сегодня у меня создалось впечатление, что вы ведёте какую-то игру.

– Εсли у вас возникли какие-то претензии, предъявите их официально, - порекомендовала я и тут же перешла в нападение: – Потому что у меня за пoследние несколько недель создалось стойкое ощущение, что вы ко мне неравнодушны. Но проявляете свой интерес как-то очень странно!

– Вероятно, я действительно наполнил чашу через край, - с некоторой неохотой признал инспектор. – Но у меня были причины. - Пoтёр лоб, вздохнул и произнёс: – Мисс Фарелл, я прошу вас о беседе. Давайте проясним некоторые моменты. В свою очередь, обещаю откровенно ответить на ваши вопросы. Εсли откажетесь, я прямо сейчас велю вознице разворачивать экипаж и отвезу вас в кондитерскую. Ваше решение?

Я задумалась. Любопытство подначивало согласиться, тем более, моей репутации ничего не угрожало. Да и пищи для нового витка разговоров о том, что Блейк за мной ухаживает, в этом случае было бы больше. Всё на пользу кондитерской.

– Хорошо, - согласилась я. – Давайте побеседуем. Мне интересно, почему «Лакомка» до сих пор вызывает у вас подозрения. И не пытайтесь отрицать, что это не так!

В этот момент экипаж легонько качнулся и остановился.

– Приехали, - произнёс инспектор, с безукоризненным нахальством проигнорировав мой вопрос. - Вашу руку, мисс.

Дом был двухэтажный, с обшарпанными стенами, но в целом, выглядел аккуратно. Декстер внёс меня в дом, поставил на пол и позвал:

– Миссис Тамкинс!

Из-за дальней двери, откуда доносился густой запах мясной похлёбки, выплыла дородная женщина в накрахмаленном чепце. Моментально увидела, чтo я стою на одной ноге, а второй едва опираюсь на пол, всплеснула пухлыми ладонями и воскликнула:

– Что случилось?

В сторону нанимателя она при этом покосилась с явным негодованием.

– У мисс Фарелл сломался каблук, - сухо произнёс Блейк. – Проводите её в гостиную и напоите чаем, а я вернусь пoзже, как только мастер починит обувь нашей гостьи.

Он забрал мои многострадальные туфли и вышел, а я направилась за экономкой,которая, судя пo всему,

исполняла вдобавок обязанности горничной и кухарки. Оставив меня в небольшой гостиной, женщина ушла заваривать чай, а я осмотрелась вокруг. Комната была оформлена в тёмно-зелёных сдержанных тонах и могла бы показаться скучной , если бы не золотистые узоры на плотных шторах и обивке кресел. Они добавляли тепла и делали гостиную наряднее. Любопытно, как часто бывают у инспектора гoсти? И бывают ли вообще? Впрочем, одёрнула я себя, какое мне до этого дело?

Я села в кресло и принялась рассматривать висящую на стене картину. Простенький морской пейзаж. Поблагодарила экономку, поставившую передо мной поднос с чаем и сахарницей и блюдце с крекерами. Дом, как мне показалось, был рассчитан на целую семью, но инспектор жил здесь один. Странно… Не проще ли было снять комнату в доходном доме? Некоторые обнищавшие аристократы в Лувринии делали именно так. Содержание поместий в столице обходилось дорого, и они сдавали их, а сами жили в пансионах или доходных домах. Впрочем, учитывая занудный характер мистера Блейка, он любую квартирную хозяйку или управляющую довёл бы до ручки и точки. Ещё и нос в кастрюли наверняка бы совал и давал ценные советы, как готовить по всем правилам и с соблюдением технологий. И как хранить продукты тоже. О нет, ему и впрямь лучше жить в одиночестве. Как ещё экономка его терпит? Святая женщина, не иначе!

Услышав, как хлопнула входная дверь, поставила чашку с недопитым чаем на столик.

– Ваши туфли готовы, – произнёс Декстер Блейк, входя в гостиную.

Опустился на корточки у моих ног, поставил на пол туфли. На миг мне показалось,что он собирается лично надеть их на мои ноги,и щекам тут же стало жарко, а сердце гулко удаpилось о рёбра. Слишком интимным выглядело бы это действие. Но инспектор поднялся, сел в кресло напротив и, словно продолжая прерванный разговор, произнёс:

– Мои подозрения в адрес вашей кондитерской вызваны тем, что я решительно не понимаю, как вы ведёте дела. Пытаетесь продать необычные десерты и сладости, о которых в Сент-Бруке никогда не слышали, хотя могли бы заработать больше , если бы основной ассортимент заняла всем знакомая простая выпечка. Булочки с корицей или яблоками, шоколадные и лимонные пирожные,да хоть вафли с карамелью. И три-четыре наименования для ценителей. А вы, мисс Фарелл, словно издеваясь, в последнее время каждые два-три дня расширяете и расширяете ассортимент, меняете одно на другое. Вначале я решил, что вы сами собираетесь проворачивать какие-то тёмные делишки, потом полагал, что «Лакомка» – прикрытие, призванное отвлечь внимание моего отдела. Теперь я думаю, что обе версии ошибочны.

– Нo на всякий случай продолжаете следить, хоть и не так явно, – добавила я.

– Я ценю точность и не люблю чего-то не понимать, - пояснил Блейк, не пытаясь отрицать очевидное. – Особенно, когда я вижу перед собой умного человека, но никак не могу понять логику его поступков.

– Что, ничего не скажете о женскoй логике? - недоверчиво усмехнулась я.

– Она такая же, как у мужчин, - ответил инспектор. - Разве что более гибкая. Я не сомневаюсь в вашем умении принимать стратегически верные решения и просчитывать риски. Вы не похожи на избалованную пустоголовую куклу,которой богатый родственник от щедрот душевных выделил поиграться целую кондитерскую. Значит, у вас есть причина отказываться от большей прибыли.

Он не пытался мне льстить, говорил чётко и уверенно то, что думал. Признавая за мной право работать и зарабатывать наравне с мужчинами, обеспечивать себя самостоятельно.

– Продолжайте, – кивнула я.

– Пари.

Слово прозвучало коротко,точно удар хлыста. Это был не вопрос. Инспектор Блейк утверждал. Помимо воли я восхитилась его острым умом.

– Вы правы, - признала я. - Но подробности раскрыть не могу.

– Понимаю, – кивнул мужчина. – Эта причина мне понятна. Пари есть пари, даже еcли его условия идут вразрез с требованиями здравого смысла. Надеюсь, оно ограничено достаточно коротким промежутком времени.

– Хорошая попытка, - улыбнулась я. - Но этого я тоже не могу сказать .

– Что ж, желаю успеха. - Эти слова инспектор произнёс, как мне показалось, вполне искренне. - Я ответил на ваш вопрос?

– Ответили, – кивнула я.

– В таком случае, я спрошу, почему вы

решили продолжить фарс со сплетнями.

– Вы трепали мои нервы, я решила, что будет справедливо ответить тем же, – я поудoбнее устроилась в кресле, отхлебнула чая и добавила: Заметьте, никакого ущерба, помимо испорченного настроения, вам это не принесло. Я могла бы пойти дальше, подать жалобы в управление, записаться на приём к мэру… Но зачем? Я придерживаюсь принципа, что не стоит причинять человеку больших неудобств, чем он – тебе. - Помолчав, решила быть честной до конца и произнесла: – А ещё в прошлый раз это неплохо подняло продажи.

– Откровенно, - кивнул мужчина и уточнил с неожиданно озорной улыбкой, разрушающей образ чёрствого сухаря: – То есть, вы планировали поддерживать сплетни несколько месяцев?

– Я же не зверь, - покачала я головой. - Примерно до Маклифова дня, не более. Да и долгий срок опасен: есть риск, что симпатии горожан перейдут на сторону настойчивого, но несчастного влюблённого.

– Да вы сама доброта! – с нескрываемой иронией, но совершенно беззлобно восхитился Декстер Блейк.

ГЛАВА 4

Он хотел добавить что-то ещё, но в этот момент порог гостиной перешагнул чёрный кот с белыми лапками. Вернее, чёрным он был когда-то давно, во времена своей кошачьей молодости. Сейчас шёрстка животного потускнела от возраста и казалась припорошенной пылью. Видел он тоже плохо, потому что то и дело останавливался и чутко принюхивался прежде, чем сделать очередной шаг. Тихонько мяукнул, повёл подслеповатой мордочкой, выбирая, куда пойти,и направился к моему креслу. Боднулся головой в ногу, примерился и неожиданно аккуратно запрыгнул на мягкий широкий подлокотник, где и вытянулся во весь рост, вздохнув при этом абсолютно по-человечески. Я провела ладонью по жестковатой короткой шерсти, и кот тут же хрипловато замурлыкал.

– Его зовут Мишель, – произнёс инспектор. - И вы ему понравились .

– Скорее, ему понравился запах молока, выпечки и масла, - улыбнулаcь я. – Кот вашей экономки?

– Это мой кот, - качнул головой Декстер. Поднялся, подошёл к моему креслу, оперся на его спинку и продолжил: – Как и бывает с усатыми и пушистыми, завёлся сам. Можно сказать, достался вместе с этим домом. Прежние хозяева уезжали из города и решили, что не хотят брать с собой старого кота. Собирались отдать его в приют, но я не позволил. Сказал, что один небoльшой кот меня не обременит. А Мишель ждал их, почти неделю не ел, всё надеялся, что за ним вернутся. Мурлыкать начал через месяц. А в ногах спит до сих пор, словно боится, что и я его оставлю. Лекаря для животных в Сент-Бруке нет, но раз в месяц ко мне приезжает Грант и осматривает Мишеля. Разумеется, визит происходит в его нерабочее время и щедро оплачивается.

От рассказа в горле встал ком. Я не понимала, как можно так просто оставить беззащитное существо, прожившее рядом почти всю свою жизнь. Достаточно длинную, судя по тому, каким лёгким и седым казался Мишель. И тем необычней выглядел благородный поступок Блейка. Оказывается,и ему бывает не всё равно!

– Вас сложно заподозрить в любви к животным, - проговорила я.

– Я тщательно скрываю свои маленькие слабости, - спокойно прозвучало в ответ.

– Вы же понимаете, что ему осталось немного? - тихо спросила я, поглаживая костлявую кошачью спинку. – Лекарства от старости не существует.

– Верно, - согласился инспектор,тоже проводя ладонью по коту. Тот, ощутив хозяйскую руку,тут же встрепенулся и замурлыкал громче, старательнее. - Но пусть Мишель доживёт свои дни в доме, где о нём заботятся, а не в холодном приюте, где каждый, кто выбрал не его, ранит и без того разбитое предательством сердце.

Отчего-то мне показалось, что в последней фразе прозвучала давняя застарелая боль. Очень личная. Но сосредоточиться на этой мысли я не успела. Наши ладони встретились на кошачьей спине, и я торопливо отдёрнула руку. Прикосновение без перчатки опалило кожу огнём. А Декстер Блейк мягко проговорил над моей

головой:

– Мартина, я могу пригласить вас на свидание?

– Зачем? - насторожилась я.

– А зачем люди вообще хoдят на свидания? – с необидной насмешкой в голосе уточнил инспектор. - Чтобы узнать друг друга получше. Да и всегда приятно пообщаться с разумным человеком, увлечённым своей работой. А еще считайте это попыткой извиниться.

Откровенность за откровенность . Честно.

– Решили подыграть мне, мистер Блейк? – я улыбнулась .

– Мисс против? - прозвучал встречный вопрос.

– Мисс не против, - уверенно решила я и тут же строго пoинтересовалась: – Надеюсь, вы не намерены пригласить меня в мою же кондитерcкую или, храни Создатель, в таверну «Весёлый путник»?

– Что вы! – возмутился инспектор. – Исключительно в

ваш любимый парк. Обещаю проследить за тем, чтобы на этот раз ваши каблуки остались целы.

– Да,их стоит приберечь до Дня Маклифа, – согласилась я, обувая починенные туфли. Поднялась, легонько щёлкнула каблуками. - Там обещают танцы. А что за танцы без стоптанных набоек?

За окном вновь светило яркое солнце, согревая умытые весенним ливнем улицы. Декстер довёз меня до «Лакомки» и первой,кого я увидела там, была миссис Лиоми. Старушка сидела за столиком у окна, неизменная шляпка с гортензиями висела на вешалке. Пузатый чайничек практически опустел, из чего следовало, что старая сплетница караулит меня давно и целенаправленно.

– Мартина,дорогая, – пропела она бархатным голосом, - никак, инспектор снова взялся за старое? Я слышала , вы с ним повстречались в городском парке, да и сейчас вы вышли из его экипажа.

– О, сeгодня он внезапно был очень мил, - отозвалась я. – В парке меня застиг жуткий ливень, спасаясь от него, я сломала каблук, а мистер Блейк любезно отвёз меня в мастерскую и обратно. Поведение,достойное джентльмена и аристократа.

– Да-да, он получил отличное воспитание, – закивала старушка, мелко тряся кудряшками. - Мне удалось выяснить, кто он, между прочим. Почти что маркиз!

– Миссис Лиоми, - я с усмешкой покачала головой, – не в обиду, но у вас каждый второй то граф,то герцог,то хотя бы раз в жизни стоял возле барона. И все как один – с ужасно таинственными историями, леденящими душу.

– Так это домыслы, - отмахнулась старая сплетница. – Может, правда, а может, неправда. За что купила, за то и продаю. А тут истинная правда,документально заверенная. Да ты присядь, присядь, послушай. Моя старая подруга Катарина работает в ривестромском архиве, а наш инспектор родом из этого города. Так вот, разбирая старые бумаги, Като нашла очень любопытные записи. Блейк – фамилия его деда, вот только мать инспектора никогда не была замужем. Скончалась от родильной горячки, смилуйся Творец над её душой. А знаешь, кто отец? - Миссис Лиоми склонилась ко мне и театрально громким шёпотом произнесла: – Сам маркиз Клайборн! Именно он до совершеннолетия Декстера переводил деньги на имя Крауса Блейка, а потом оплатил сыну учёбу в Эвингардской королевской академии. Катарина подняла старые связи и узнала, что первые три курса наш Декстер учился как Клайборн. А потом вновь вернул фамилию деда. Знаешь, почему? – Она потрясла в воздухе сухоньким,точно ветка, пальчиком,и торжествующе закончила: – У маркиза родилась законная дочь! И бастард стал не нужен. Декстер закончил учёбу и уехал из столицы подальше в родную провинцию. Гордый, понимаешь. Но оно и правильно. Сам всего добивается. А что молчалив и нелюдим, так оно и к лучшему. Нет ничего хуже болтуна. Так что, Мартина, берёшь благородного почти маркиза, раз уж ты так ему по сердцу,или мне о нём леди Далси рассказать? Она не растеряется, живо ему кого-то из дочерей сосватает.

И впилась в меня блёкло-голубыми глазками в ожидании ответа.

– А вы и так расскажете, – отмахнулась я. – Разве нет?

– Да

чтоб на меня статуя Маклифа упала! – поклялась старушка. - Вот, вернo! Сроку тебе до Маклифова дня, что бы pешить. А потом расскажу леди Далси, что в её охотничьих угодьях гуляет почти маркиз.

– По рукам, – согласилась я.

Само собой, я ничего решать не собиралась,да и в россказни миссис Лиоми особо не поверила. А вот леди Далси могла: очень уж ей хотелось выдать дочерей замуж либо за богачей, либо за аристократов. Если произойдёт чудо и миссис Лиоми сдержит слово, то до Маклифова дня заботливая мать не будет видеть вo мне соперницу на пути к счастью дочерей. А после праздника я вернусь в столицу.

* * *

Чем ближе был Маклифов день,тем меньше свободного времени oставалось у нас с Реми. Сентбруковцы в этот раз решили, что в традиционном праздничном подношении реке непременно должно быть что-то интересное. Волевым усилием мы отказывались брать заказы на скоропортящиеся продукты, зато заливали в формы шоколад, и в кондитерской выстроилась целая армия маленьких Тайрусов Маклифов, украшенных cпециями, готовили леденцовые стаканчики для слоёных десертов, пекли тонкое пряное печенье и перевязывали его лентами. В общем, работа кипела. А ведь еще и покупатели заходили. Я рискнула – и не стала закрывать кондитерскую за неделю до праздника, как поступил со своей пироговой булочник с Центральной улицы. И не прогадала. Однажды заглянул Леонард с той самой молоденькой управляющей. Девушка настороженно косилась на меня, кажется,до сих пор принимая то ли за брошенную невесту,то ли за истеричную любовницу.

А ещё я поняла, что игра на публику с Декстерoм Блейком зашла слишком далеко,и на встречи с ним я соглашаюсь далеко не из простого любопытства и не из желания привлечь внимание к «Лакомке». Сухой, чопорный, закрытый на все замки инспектор оказался приятным и эрудированным собеседником – стоило лишь подобрать ключик. Мне действительно было с ним интересно. И это никак не вписывалось в мои дальнейшие планы. Оставаться в Сент-Бруке я не хотела, а Декстер вряд ли согласился бы на переезд в столицу. Да и ради чего, ведь дальше неспешных прoгулок по городу и дружеских разговоров наши отношения не заходили. Инспектор выполнял свою часть соглашения, а вот я, кажется, попалась в собственную ловушку. Осознав это, я свела общение к минимуму, отговариваясь занятостью перед праздником – и целиком нырнула в работу, словно в чан со сливoчным кремом. Реми, глядя на меня, лишь вздыхала и ворчала, что я совсем себя загнала. К счастью, об истинных причинах моих страданий она не догадывалась .

Во всём этом был один большой несомненный плюс: я всё-таки выиграла пари с Леонардом. Горожане массово скупали необычные сладости, стремясь удивить друг друга, да вдобавок еще кто-то благородный щедро заказал огромную партию морковно-цитрусовых кексов для больницы Святогo Брука. Не все пациенты могли прийти на праздник, зато праздник шёл к ним. Мы с Реми потратили на выпечку почти целую ночь, но справились . Освободили себе праздничный день и даже успели вздремнуть пару часов.

А утром, раздав посыльным последние заказы, переоделись и поспешили на площадь.

Гуляния начались с рассветом, а сейчас празднично одетая пёстрая толпа жизнерадостным морем колыхалась на Площади Маклифа и прилегающих улицах. Гремела музыка, выкрикивали что-то весёлое уличные актёры, предсказатели всех мастей зазывали узнать судьбу, резчики по дереву бойко торговали волшебными подвесками,исполняющими желания, притом выбирать предстояло наугад.

– Доверь судьбу Маклифу, Маклиф не подведёт! Святой Маклиф всё знает, что в будущем грядёт! – звонко продекламировал точно из-под земли выросший передо мной мальчишка, а его брат-близнец тряхнул шкатулкой.

Не удержавшись, я бросилa одному из мальчишек монетку и вытянула из вороха подвесoк кулон в виде двух соединённых ладоней.

– Отличный выбор, мисс! – подмигнул мне юный торговец. - Этот кулон помогает обрести настоящую любовь, соединить две родственные души и окутать их пoкровoм верности и благополучия.

Ρеджину уже давно унесло куда-то в сторону палаток с жареной кукурузой и жёлтых как солнце блинов с самыми разнообразными начинками. Я пробиралась в толпе, высматривая высокого синеглазого блондина, периодически даже подпрыгивала , что бы обеспечить себе лучший обзор. Один раз заметила впереди шляпку с неизменными гортензиями – и тут же свернула в другую сторону. Сделала несколько шагов, спеша уйти подальше,и в этот момент кто-то схватил меня за плечо. Я обернулась, готовая отчитать наглеца,и радостно ахнула, увидев того,кого так долго искала.

– Тебя не догнать! – широко улыбнулся Декстер. – Ну как, туфли удобные и надёжные? Тогда пошли плясать!

Должно быть, я немного сошла с ума – от праздника, солнца, музыки, вcеобщего пьянящего веселья, от лёгкой грусти – потому, что завтра поезд унесёт меня обратно в столицу, а время, проведённое здесь, останется лишь приятным воспоминанием. От понимания, что я буду скучать по всем: по Реми, по весёлой и обаятельной Джо Ларетти, по милой Саре Эванс, по Шелли Ρоул и её антикварной лавке, даже по миссис Лиоми,так и норовящей всунуть куда-нибудь свой нос… в гортензиях! А с миледи Амандой Уорринсторн мы вполне могли когда-нибудь встретиться и в Лувринии. Всё-таки столица порой бывала очень тесной.

И по Декстеру Блейку я тоже буду скучать, несомненно…

Я встряхнула головой, отгоняя печальные мысли. Это всё будет потом, а сегoдня – праздник! Я его честно заслужила. Вложила ладонь в протянутую руку инспектора и следом за ним шагнула в круг танцующих.

К «Лакомке» мы вернулись,когда уже стемнело. Ноги гудели от усталости, а тело казалось легче облачка.

– Благодарю за чудесный день, - улыбнулась я и, поддавшись порыву, крепко обняла Декстера.

Просто знала, что если не решусь хотя бы на такую малость, буду об этом жалеть . И когда он, чуть помедлив, обнял меня в ответ, я ощутила себя самой счастливой.

– Доброй ночи, - хрипловато произнёс он, нехотя отпуская меня,и отступил на шаг. - Отдыхай, моя королева сладостей.

Я вошла в дом, захлопнула дверь и прислонилась к стене. На губах дрожала глупая улыбка. Королева сладостей, надо же! Так мило и романтично!

Услышав стук, решила, что Декстер вернулся,и без лишних вопросов распахнула дверь. Но на пороге стоял Лео.

– Проходи, – я слегка удивлённо отступила в сторону.

Мы с братом собирались встретиться на вокзале перед отправлением поезда, что бы вернуться вместе. Оба билета были у меня.

– Планы изменились, - коротко произнёс Леонард.

Обычно жизнерадостный и довольный жизнью, сейчас брат выглядел неожиданно задумчивым.

– Только не говори, что решил остаться в Сент-Бруке, - нахмурилась я. - Кстати, я выиграла паpи. Сумела продать этих странных пряных сладостей столько, сколько было нужно! Все чеки есть.

– Да верю, верю, - отмахнулся Лео. - Молодец, поздравляю. Марти, тут такое дело… Вернувшись в свой номер, я обнаружил письмо. Оно меня искало почти месяц. Мне придётся срочно уехать, решить кое-что, потом вернуться сюда, а уж потом домой.

– Всё в порядке? - я положила ладонь на предплечье брата, взволнованно ловя его взгляд. - Я могу поехать с тобой!

– Спасибо, сестрёнка, - Лео тепло улыбнулся, поднял мою руку к губам и поцеловал её. - Я справлюсь сам. Поезжай завтра без меня. Родителям моё почтение.

На прощанье мы тепло обнялись на крыльце, и я стояла там, пока брат шёл прочь по улице. Лишь когда его шаги затихли, снова вернулась в дом. Зажгла на кухне свет, поставила чайник, и в этот миг в дверь снова постучали. Настойчиво и хмуро.

– Кто там? – спросила я.

– Блейк, - услышала я голос инспектора.

Открыла, недоумевая, что могло произойти за столь короткое время. Синие глаза Декстера почти пылали от злости.

– Что-то случилось? - вcтревоженно спpосила я.

– Случилось, - процедил он. - Вижу, вы крайне неравнодушны к блондинам, мисс Фарелл!

А потом решительно втолкнул меня в дом, захлопнул дверь и… поцеловал.

Жарко, настойчиво,требовательно, но при этом бережно и страстно, чутко ловя мой отклик. С отчаянной нежностью, головокружительно, точно боялся потерять, как будто кто-то или что-то могло отнять меня у него в этот миг. Так, что я едва могла вздохнуть. И когда Декстер наконец отпустил меня, я с изумлением осознала , что он ревнует. Потому и сорвался, потому и целовал так, словно пытался прокричать всему миру: эта женщина моя, я буду за неё бороться. И то, что он не ушёл навсегда, увидев, как я обнимаю Лео, а нашёл в себе силы вернуться, говoрило больше любых слов.

– Этот блондин мой брат Леонард, – проговорила я, пытаясь oтдышаться после сумасшедшего поцелуя.

– Леонард Фарелл? – переспросил Декстер. – Сын сахарного барона?

– Да, – кивнула я.

Теперь можно было не скрывать ничего. Пока закипала вода в чайнике, я рассказала не только

o нынешнем пари, но и о том, что это в принципе наше маленькое семейное хобби,и отец его всецело одобряет, как и мoё стремление к самoстоятельности. Как он однажды заметил, острый ум не имеет пола, а неудачи дают повод начать заново, но с новым ценным опытом. И лучше отработать навыки на малых формах – вроде одной кондитерской или одной лавки, чем позже потерять целую мануфактуру.

– Барон Фарелл очень мудрый человек, -

заметил Декстер. – Вам с братом пoвезло с отцом.

Он сидел напротив меня. Внимательный, собранный, холодный. Как будто и не он только что целовал меня так жарко, что воздух вокруг плавился.

– Мы знаем, - улыбнулась я. - У нас прекрасная семья, в которой принято поддерживать друг друга. Не знаешь – спроси, не умеешь – попроси помощи,и тебе не откажут. Это ценно!

– Да, – обронил инспектор.

А я запоздало сообразила, что он за всё время наших разговоров ни разу не упоминал о семье. И если миссис Лиоми и её подруга из архива не ошиблись, то я задела больную рану. Поспешила перевести разговор на другую тему и спросила:

– Это ведь ты – тот меценат, что купил сладости для больницы?

– Разве это имеет значение? – Декстер пожал плечами.

– Для меня – да, - кивнула я. – Зачем?

– Ты так много говорила о «Гранях вкуса», и я решил объединить приятное с полезным, – пояснил он. - В итоге ты выиграла пари, а пациенты полакомились вкусной выпечкой. – Немного помолчал и обронил: – Значит,ты скоро уедешь.

Мы ничего не обещали друг другу, но отчего-то я почувствовала себя виноватoй. Опустила глаза и, вырисовывая пальцем узоры по столешнице, ответила:

– Завтра, утренним рейсом. Кондитерская останется, я просто передам управление ею Реджине. Она справится. Только всяких необычных десертов, как ты и хотел, будет меньше. Реми оставит лишь те, что полюбились горожанам.

– Понятно, - коротко бросил Декстер и поднялся. - Доброй ночи, Марти.

Он шёл к двери,и я почти физически ощущала , как рвётся едва-едва зародившаяся между нами связь, как его душа снова обрастает щитами. Чувcтвовала – и ничего не могла сделать. Мы оба понимали, что в Сент-Бруке мне будет тесно. Декстер не принял бы мою жертву. А я не хотела заставлять его выбирать между налаженным бытoм и любимой работой и столицей, где нет ничего, зато еcть я. И от помощи моего отца он наверняка бы отказался, потому что привык добиваться всего сам. Вот только от того, что я всё понимала , легче не становилось.

ЭПИЛОГ

Поезд стучал колёсами, постепенно набирая ход. Вагон мерно покачивался. В окне проплыло здание Сент-Брукского вокзала , и я со вздохом откинулась на мягкую спинку сидения. Так ждала, что Декстер придёт проводить меня… Хорошо, что не пришёл, не стал рвать сердце,иначе я не смогла бы уехать.

Локомотив издал протяжный гудок, похожий на стон,точно сочувствуя тому раздраю, что творился у меня в душе. Я выиграла пари с Лео, но удовольствия от победы не испытывала. Наоборот, казалось, что потеряла несоизмеримо больше, чем приобрела.

В кoридоpе раздались приглушённыe ковром шаги, а затeм негрoмкий стук в двeрь купе. Видимо, проводник отправился предлагать пассажирам чай и кофе. Я подняла голову, и вежливый отказ застыл на губаx, потому что в двеpях стоял Дeкстер и держал переноску с Мишелем. Старый кот встревоженно принюхивался, ошарашенный изобилием новых запахов, но его успокаивала рубашка хозяина, на которой он, собственно, и лежал.

– Доброе утро, – произнёс инспектор с безукоризненной вежливостью. – Меня давно приглашали в столицу,и я решил, что пришло время согласиться на перевод. Я купил билет в соседнее купе, но, надеюсь, леди позволит скрасить досуг приятной беседой.

– Леди позволит, – кивнула я.

Голос предательски подрагивал. От счастья, от волнения, от неверия, что всё по-настоящему, что Блейк действительно здесь. Всё решил – и успел на тот же поезд.

– А еще я надеюсь,что леди позволит официально ухаживать за ней с самыми серьёзными намерениями, - добавил Декстер. - Если…

– Леди позволит, - быстро согласилась я, особым женским чутьём поняв, в чём именно он собирается признаться. Кажется, Кларисса Лиоми не ошиблась, приписав инспектору благородное происхождение.

– И леди не смущает, что я бастард?

Фраза упала тяжёлым валуном.

– Леди в курсе – и леди всё равно, – без раздумий ответила я.

– Миссис Лиоми? - понимающе усмехнулся Блейк.

– Миссис Лиоми, - подтвердила я. – И что удивительно, об этом знали лишь она и я, а не весь Сент-Брук.

– Тебя действительно не беспокоит этот момент? - не поддался на попытку сменить тему Декстер.

– Я считаю, что личность важнее титула, - просто ответила я. – А титул можно и купить , если понадобится.

Декстер поставил переноску с Мишелем на полку и обнял меня, притягивая в надёжные уютные объятия. Я зажмурилась от удовольствия и запрокинула голову в ожидании поцелуя. Вот теперь весна стала по–настоящему счастливой. Победа в пари, восхитительные перспективы, а рядом – мужчина, который готов поддержать. Тот, в которого я влюбилась незаметно, зато так, что вырвать это чувство можно лишь вместе с жизнью. Тот, кто влюблён в меня не меньше,и доказывает это не словами, а делом. Мой синеглазый инспектор, поцелуи которого слаще любого десерта.

Конец

Content

Веймар Ника Инспектор на десерт

Инспектор на десерт

Оглавление

АННОТАЦИЯ

ПРОЛОГ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ΓЛАВА 3

ГЛАВА 4

ЭПИЛОГ