Вертел я ваши кланы! Том 6

Глава 1. Малый Совет

Дисклеймер в связи с принятием нового закона, специально для самых одарённых: автор не преследует цели сформировать привлекательный образ нетрадиционной сексуальной ориентации и не отрицает семейные ценности.

⊰──────⊱ ✿ ⊰──────⊱

— Тот, что собрал нас сегодня, поведай причину.

В небольшом зале, стены и сводчатый потолок которого мягко светились белым светом, в высоких креслах, расставленных в форме полумесяца, восседали семеро мужчин. Все они были одеты в мешковатые балахоны, под которыми, однако, была заметна обычная одежда — рубашки, брюки. Они не были похожи друг на друга, но любой заметил бы между ними кое-что общее: колоритная внешность и глаза, что выдавали огромный жизненный опыт.

Председательствовал в этом составе мужчина с длинными белыми волосами и такими же белыми бородой и усами. Он не выглядел старым — на высоком лбу не было ни одной морщины. К тому же волосы, борода и усы были аккуратно подстрижены и ухожены. Он и заговорил первым.

Напротив них, в центре начертанной на полу семилучевой асимметричной звезды, стоял патриарх Пётр, хотя и он, и остальные присутствующие прекрасно понимали, что у него более чем у всех остальных есть право сидеть, пока остальные стоят. Но традиция есть традиция.

— Вот давай только, Кент, без этих твоих... — Пётр поморщился и сделал неопределённый жест рукой, как бы отмахиваясь. — Про шайку революционеров я уже ранее докладывал, и мы решили не трогать их до времени, чтобы отследить все связи и выяснить, как широко успели распространиться идеи. Я считаю, время пришло.

— Почему именно сейчас? — задал вопрос сосед Кента, мужчина с внешностью профессора археологии, такого, по которому сходят с ума все студентки, несмотря на возраст.

— Во-первых, мы выявили всех, насколько можно судить. Уже пару недель наблюдение не даёт ни одного нового имени. Но наверняка вербовка продолжается. А во-вторых, они оборзели.

Члены совета переглянулись. Пётр, заметивший эти взгляды, решил разъяснить.

— Наши с Переславом потомки делают важные для цивилизации вещи. У молодых людей великолепный потенциал, и в плане наследственности, и в плане продвигаемых ими идей. А революционеры выбрали их целью номер один, и всячески стараются помешать. За сентябрь было пять попыток убить, и два покушения на имущество, очень похожие по организации на ловушки.

— Ты сам был одним из авторов Догмата силы. Молодые люди должны решить свои проблемы самостоятельно, а не через доброго дедушку и Малый Совет, — Кент ухмыльнулся. — Проблемы негров...

— А когда у этих диванных философов дойдёт до революции, это будут чьи проблемы? — Пётр чуть насмешливо склонил голову, впрочем, тон оставался серьёзным. — Они уже много лет занимаются тем, что изолируют старшие кланы, так, что между старшими и младшими становится всё меньше прямых связей. В случае чего — пострадаем только мы, они останутся на коне! Есть ещё одна проблема, и я про неё докладывал. Сергей Лоленко, забравший из лаборатории Тихомировых камень души и воскресший. Его протеже София имеет выход на революционеров и компромат на них, они знают изнутри корпорацию. Они уже пытались подчинить себе Аврору, ещё не зная, что она такое. Теперь знают. И у Сергея есть конкретная цель — свергнуть нас. Он теперь практически бессмертен, не подвержен эмоциям, и он исчез, мы не можем его найти. Если он объединится с революционерами, он может доставить нам серьёзные проблемы.

— Пётр, сколько их уже было — молодых и борзых? Каждые два-три поколения появляются те, кто думает, что лучше нас знает, что делать с планетой. Это просто очередные. Ну что ты хочешь, чтобы мы всё бросили и пошли им глотки резать?

Пётр поморщился. Он, конечно, ожидал, что эти замшелые пни будет непросто расшевелить. Но чтобы вот такое показное пренебрежение...

— Просто дайте санкцию, — вздохнул он, — сам порешу.

— Ты Хранитель знаний, — покачал головой Кент. — Пока что революционеры прямо угрожают только твоему внуку. Пусть он с ними и разбирается. Я даже соглашусь, что это потенциально наша проблема. Мы можем твоего внука вознаградить за её решение. Есть идеи, чем?

— Он студент, учится в академии, — пожал плечами Пётр. — Создаёт свой клан.

— Вот и пусть мятежников под нож пустит, непричастных под клятву, имущество себе заберёт. Что скажете, братья? — Кент обратился к коллегам по Совету.

Все только молча кивнули, а «профессор», сосед Кента, уточнил:

— Сколько их, революционеров?

— Больше ста человек, — Пётр был готов к этому вопросу. — В моём клане гнездо свили, и помимо этого два с лишним десятка кланов и родов. В большинстве случаев замешаны только главы родов. Но всего там больше двух тысяч человек.

— Хм, по меркам мировых революций, конечно, немного. Но я, пожалуй, соглашусь с тобой, брат, — покачал головой председатель, глядя на Петра, — давить их надо в зародыше. Только справится ли твой внук?

— Один клан и один независимый род он себе уже подчинил, — не без гордости ответил Пётр. — У него команда, причём Аврора у них за диспетчера и координатора. Для своих лет просто чудеса творят. Дочку Авроры с того света вон вернули. Переслав должен был доложить.

— Да, мы в курсе. Кажется, ты сильно привязался к своему потомку?

— Он родился вне клана, но имея очень мощный Источник. Я наложил на него полную блокировку, без возможности инициации, по сути, переключил Поток на себя. Но он всё же инициировался, спонтанно.

— Вину перед ним ощущаешь? — удивлённо приподнял бровь Кент.

— Ответственность, — улыбнулся в ответ Пётр. — Он и Рики, которая дочь Тихомировых — как два неогранённых алмаза. С нетерпением жду, когда у них появятся дети. И это ещё одна причина покончить с революционерами.

— Приведи его к нам, — чуть подумав, неожиданно предложил Кент.

— Сейчас? — Пётр даже поперхнулся от неожиданности.

Конечно, он гордился внуком, как, возможно, никем и никогда, но он пока... А с другой стороны, почему бы и да!

— Да, брат, сейчас. Мы обсудим с ним предстоящую операцию, чтобы понять, подходит он для неё или нет.

* * *

— Миша, надевай свой доспех из биомета, — лицо деда, появившегося у нас в гостиной, было непроницаемым. — Совет хочет тебя видеть.

— Такое бывает? — выпучила глаза Катя.

— Бывает иногда, — пожал плечами дед. — Раньше реже, а последнее время зачастили. За сто лет уже третий раз.

Я сбегал в кладовку, разделся, облачился в биомет. Всё же удивительный он материал. Сразу понятно, что магический. В нём не холодно, не жарко, ничего нигде не давит, коже комфортно, одежда к телу не липнет.

— И как мне себя вести? — спросил я, вернувшись в гостиную.

Откровенно говоря, я разволновался. Пульс подскочил, ладони вспотели. Это же Совет! Пусть и малый! Да туда единицы попадают! Это похлеще, чем аудиенция у Папы Римского!

А мои друзья, и особенно мои девочки, и вовсе смотрели на меня, как будто я в космос улетаю. Даже не на орбиту, а к другой планете. На год.

— Да обычно себя веди, — хмыкнул дед. — Братья не кусаются. Ну, не дерзи сильно. Таких, как Переслав, в этом составе Совета нет, попроще все. На самом деле особого этикета на такой случай нет, потому что каждый такой случай уникален. Готов?

— Нет, конечно! — честно ответил я.

— Ну, тогда пошли! — дед хлопнул меня по плечу, одновременно телепортируясь.

Я не знал, чего ждать, но точно не того, что мы окажемся у деда в кабинете. Оглянувшись на всякий случай, я убедился, что мы одни.

— Да не верти ты головой, мы не прямо на Совет идём. Подождут, ничего с ними не станет. Инструктаж сперва.

— Слушаю, деда, — я немного успокоился, но и подобрался.

— Про менталиста я им не говорил, и ты не говори, — отведя взгляд в сторону, сказал дед.

— Деда, ты чего? — само указание меня не удивило, мало ли, о чём говорить не стоит, но вот это поведение деда... — Что не так?

— Да как тебе объяснить... в общем, было у меня несколько случаев, когда я чувствовал, что менталист есть, а доказать не мог, — дед поскрёб в бороде, скривившись от воспоминаний. — За тысячелетия — много таких случаев, если честно.

— Остальные думают, что у тебя на этом пунктик? — напрямик спросил я.

— Да, — вздохнул дед. — Поэтому не говори им ничего. Посмеются только. Про революционеров тоже не сразу поверили. И ты это, полог сними... На Совет с пологом приходить — это как за стол в шапке-ушанке садиться. Неуважение.

Я убрал полог, и тут же почувствовал себя, как будто голым.

— Чего ёжишься? — заметил это дед.

Может и правда, у деда паранойя, а те касания мне просто померещились? Наверное, был бы уверен насчёт менталиста — сказал бы Совету. А раз не говорит — значит, он просто накрутил и себя, и нас с Рики и Авророй. Вот ведь блин! Спасибо, деда, мне своих тараканов-то мало было, так ты ещё от себя добавил!

— Да непривычно, — пожал я плечами, оставив свои мысли при себе. — Привык, даже во сне его держу всегда.

— Выйдем — наденешь, — хмыкнул дед. — Пошли.

И он открыл входную дверь кабинета.

Я даже подумать не успел, куда мы пойдём — в подвал, или на улицу, или ещё куда... Потому что за дверью вместо привычного мне коридора был совсем другой коридор. Широкий, с рядами дверей по сторонам. Стены и потолок светились мягким белым светом. Вообще света было так много, что с непривычки даже глаза заболели. А коридор слегка закруглялся, как будто мы в какой-то башне. Очень большой башне.

Похоже, стационарный портал!

Мы вышли в коридор и пошли направо. Двери, двери, двери... десятки одинаковых дверей с надписями на незнакомом языке.

Линзы я не снимал, как и коммуникатор, и сейчас на периферии поля зрения мигала красная надпись «Нет сигнала». Было бы удивительно, если бы был!

— Деда, коммуникатор-то наверное надо было дома оставить? Он же пишет всё, что я вижу.

— Хм... надо было, — кивнул дед. — Не переживай, Эш позаботится о себе сама.

— Эш? — я приподнял бровь.

— Эштар, — дед обвёл рукой вокруг, — вот это всё. Она как моя Арина, как Аврора. Только сильно старше.

— А почему ты мне об этом рассказываешь? — подозрительно глянул я на деда.

— Скоро поймёшь, — дед отмахнулся и свернул в другой коридор.

Вскоре мы пришли. Коридор заканчивался двустворчатыми дверями, разительно отличающимися от остальных. Кроме надписи, они были покрыты узорами. Но в искусстве, как показало недавнее посещение Лувра, я разбираюсь чуть хуже, чем никак, так что даже под дулом пистолета не сказал бы, что это за узоры.

Странные мысли... какая разница, что за узоры?

А за дверями нас ждал Малый Совет.

Тут уже всё сразу стало понятно. Полукруг кресел, рясы или как это называется. Собравшиеся были похожи на какой-нибудь орден джедаев или тамплиеров. Как я и думал, дед пропустил меня вперёд.

Стула мне, видимо, не предложат? Ну и ладно, я не гордый, постою. Деду, кажется, тоже стул не полагается. Тогда тем более, видимо, традиция, что гости должны стоять. Не самая худшая, бывает, гостей садят в камеру и подвешивают на «браслетах». Плавали, знаем.

Недоделанная звезда подсказала, куда надо встать. Ну я и встал, в самый центр.

И что теперь? Сами заговорят? Или надо поздороваться?

Бородач с белыми, как снег, длинными волосами, уставился мне прямо в глаза. Даже захотелось «включить» обратно полог тишины, но я удержался. В чужой монастырь со своим самоваром не ходят.

И всё же я решил заговорить первым.

— Михаил Медведев, — в горле пересохло, и я кашлянул. — Приветствую вас.

— Готов ли ты исполнить нашу волю, Михаил Медведев? — заговорил белобрысый.

Ох, не нравится мне такое начало разговора!

— Смотря какая воля, — ответил я уклончиво. — Простите за дерзость, но я понятия не имею, зачем меня вызвали, и о чём может идти речь. Меня учили узнать все пункты, прежде чем подписываться.

Вот чует моя задница, не такого ответа от меня ждали! Наверное, полагалось упасть на колени, целовать пол и заверять, что любой приказ для меня — дар судьбы, исполню не задумываясь! Да щас же. С хера ли баня то пала?

Сейчас, наверное, меня прямо тут и испепелят.

Не, уважаемые, я может и на вашей стороне, вы мне ничего плохого не делали, убить меня как раз ваши враги пытались. Так что враг моего врага... ещё не друг, но, по крайней мере, есть о чём поговорить. Но слепо исполнять чью-то волю? Не так меня мама с папой воспитывали.

Против моего ожидания, белобрысый вдруг расхохотался.

— Пётр, ты ведь предупреждал его не дерзить? — спросил он деда, отсмеявшись.

— Мне он вообще как-то морду набил, — хмыкнул дед.

Вот тут белобрысый резко перестал смеяться.

— Покажи, что умеешь, — обратился он ко мне.

Блин, ну здрасьте! И что я должен сделать? Ну, я танцевать умею. Сплясать?

Так, раз предлагает продемонстрировать навыки, магия здесь работать должна. Только связь глушится. С другой стороны, швыряться файерболами, наверное, не стоит.

Ладно, хотите зрелищ?

Я телепортировался под высокий сводчатый потолок, и уже оттуда, метнул вниз, в центр звезды, мощный файербол. После чего, не дожидаясь начала падения, телепортировался обратно, вперёд собственного же сгустка плазмы, приземлился, чуть присев, и выставил вверх руку, затянув её перчаткой из биомета. Сгусток огня просто впитался в биомет, и я ощутил, как затраченная было мана вернулась обратно.

Ещё одна телепортация, и швыряю вниз уже не огонь, а дротик, мгновенно сформированный из биомета. Телепортируюсь вниз, ловлю его... и тут же заставляю распуститься на его кончике ветвистую молнию, которую ловлю второй рукой.

— С водой и воздухом пока не пробовал, — закончил я демонстрацию, втянув обратно в доспех биометовые дротик и перчатку. Эльфийскую магию трогать не стал, она у меня не своя, а на артефакте. — А, ещё летать могу, но это благодаря этому доспеху, — в подтверждение своих слов я расправил за спиной крылья и тут же их убрал.

Зрители переглянулись. По их вытянутым лицам я понял, что шоу прошло просто на ура.

— Пётр, ты нам, оказывается, далеко не всё про своего внука рассказал, — сосед белобрысого, похожий на Индиану Джонса, только шляпы не хватало, уставился за мою спину, на деда.

— Так вы не спрашивали, — тому, похоже, было весело. Веселун, блин!

— Михаил, ты в курсе ситуации с революционерами? — спросил меня белобрысый.

Ну вот, деловой разговор пошёл. Тут я уже могу по существу ответить.

— В общих чертах да, в курсе. С некоторыми уже имел дело, и они вынуждены были после этого пересмотреть свои убеждения.

— Как это произошло? — приподнял бровь «Индиана».

Хм, ну да, они же делами планеты занимаются, зачем им знать подробности пары мелких происшествий с безродным студентом? Я сейчас прямо представил эту пропасть в масштабе. Да для них даже существование Авроры — мелочь.

— В одном случае сам заговорщик принял яд, перед смертью попросил присмотреть за его дочерью, которой оставил всё наследство. Во втором случае сын заговорщика покушался на меня, но я его победил, силой привёл к клятве полного подчинения и, используя его, как заложника, подчинил себе весь клан. Сам заговорщик жив, нам удалось обойти его клятву, но он знает, что мне стоит только напомнить ему про неё — и она же его убьёт.

— Неплохо, неплохо, — кивнул главный, который беловолосый. — Пётр парой слов обмолвился. Мы хотим поручить тебе сделать то же самое с остальными заговорщиками. Нам самим не до таких мелких задач, а Петру невместно, он Хранитель, и в боевых операциях не участвует.

— И что надо сделать? — мой голос прозвучал сипло. Права Марика, это явно не то же самое, что самозащита...

— Самих заговорщиков казнить, — ровным голосом, как будто прогноз погоды читает, ответил главный, — во избежание распространения заразы, и чтобы другим неповадно было. А рода и кланы заберёшь себе, это будет твоё вознаграждение, за решение нашей проблемы.

Я почувствовал, как гулко забилось сердце, кровь ударила в виски. Мне пришлось даже прикрыть глаза, чтобы совладать с собой.

Худшее предположение подтвердилось. Больше ста человек, а потом... ещё и члены их семей, родные, соклановцы... Как Марика сказала? Мы же не палачи! А если кто-то только «играет» в революцию, прельстился идеями, но это не всерьёз? Разве можно просто взять и пустить под нож кучу народа только за одну идею? Впрочем, о чём я, история полна такими примерами. И под нож пускали, и на кострах сжигали, и что только не делали.

Но почему я? Да и легко сказать казнить! А как потом в глаза их близким смотреть? Простите, но ваш папка хотел восстание устроить, поэтому я ему сейчас ножичком по горлу, но так-то я хороший, и вы теперь будете служить мне...

От этих мыслей к горлу подступила тошнота. Я прямо представил, как убиваю кого-то на глазах детей. После Сергея и представлять не надо, достаточно вспомнить. Желудок сжался от спазма, но я удержал позыв.

Но с другой стороны, если этого не сделать — они так и будут пытаться убить меня и моих девочек. С менталистом дед, похоже, мне нагнал, но они и без менталиста хорошо справляются. Сколько было покушений? У меня скоро пальцев на руках хватать перестанет! Вдруг, пока я здесь, вне зоны доступа, кто-то уже лезет в мой дом, и мои там, пока я здесь?

Определённо с этим революционным кружком надо кончать. Но точно ли надо для этого всех их убивать? А может?..

Я открыл глаза и поднял голову. Белобрысый выжидательно смотрел на меня. Патриархи... да, они же чувствуют правду или ложь, наверное, и настрой могут чувствовать.

— У меня есть встречное предложение, — сказал я, сам поражаясь своей наглости.

Глава 2. Эш

— У меня есть встречное предложение, — сказал я, сам поражаясь своей наглости. — Что вы скажете, если мы не будем никого казнить, а поступим как с Миниными и Гордеевыми? Про которых я говорил.

— Тогда расскажи подробнее, в чём суть, — заинтересованно кивнул главный.

И я рассказал. Про Тимофея Минина, который сейчас сидит в Авроре и помогает Насте с управлением наследством. Про Романа Гордеева, который вынужден был дать противоречивую клятву отказаться от своих замыслов. Противоречивую, потому что если другие заговорщики потребуют от него чего-то, его сожжёт конфликтом клятв. Но если не будет других заговорщиков, если все дадут аналогичные клятвы или отправятся к Авроре на передержку — некому будет что-то требовать.

А главное — люди останутся живы, даже если некоторые физически и не совсем, и смогут дальше приносить пользу, да и семьи сохранятся.

— Я задам тебе несколько вопросов, — подумав, предупредил меня главный, — постарайся ответить на них максимально полно и развёрнуто, а главное, искренне.

— Да, конечно, — кивнул я.

— Разделяешь ли ты идеи революционеров? — прозвучал первый вопрос.

— Они меня в свои идеи не посвящали, так что я этого просто не знаю. То, что жизнь на планете устроена не лучшим образом — так это, наверное, все так думают. А вот их желание взять власть в свои руки... Дед нам недавно в Академии популярно про догмат силы объяснил. И я согласен, что если власть попадёт в руки добреньких и справедливеньких идеалистов, то первая же серьёзная опасность рискует стать для человечества последней. То, что я тогда сделал с Федей Гордеевым — очень жестоко, и я этим не горжусь, но это решило проблему. Отец учил меня, что когда тебе угрожают, действовать надо не гуманно, а эффективно.

— Чего сам ты хочешь? Что даст тебе власть над людьми? — «Индиана», переглянувшись с главным, задал второй вопрос.

— Хочу, чтобы со мной считались, — я отвечал, не задумываясь. Всё равно поймут, насколько я искренен. — Когда я только влез в историю с Авророй, каждый только и делал, что пытался меня нахлобучить. Хочу, чтобы такая мысль больше никому не приходила в голову. Кто ко мне с уважением — с тем я и сам с удовольствием буду вести дела. А кто захочет просто меня использовать... Тех не жалко.

— Хочешь стать сильнее всех? — усмехнулся главный.

— Необязательно сильнее. Необязательно быть самым-самым. Я же не один, у меня команда.

Бородач переглянулся с каждым из своих коллег, и те кто кивнул, кто всего лишь глаза прикрыл, кто пальцами какой-то жест сложил. В общем, посовещались.

— Хорошо, — кивнул мне главный, и я понял, что вопросы закончились, и они Совет удовлетворили. — И как именно ты хочешь провернуть операцию? Она не должна затянуться на три месяца, сам понимаешь. Всё должно произойти стремительно, буквально за несколько часов.

— Мне нужна будет поддержка, кто-то, кто будет наводить меня на нужные адреса, — я соображал на ходу. — Даже не так. Города. В каждом городе мне нужен кто-то, кто меня туда наведёт. Внутри города я могу достаточно быстро передвигаться и сам.

— Сколько городов? — уточнил «Индиана».

— Не знаю таких деталей. Я не готовился к операции, и план не составлял. Все подробные данные у Авроры.

— Эш, — главный посмотрел куда-то вверх, — можешь пригласить к нам сюда Аврору?

— Можно попробовать, хотя так никто никогда не делал, — рядом со мной материализовалась молодая женщина. Повернувшись ко мне, она подмигнула. — Приятно познакомиться, Михаил. Давно слежу за твоими успехами. Я Эштар, для своих — Эш.

Я пару раз моргнул. Ну да. Дед говорил, предупреждал. Видимо, подозревал, что до знакомства с этой Эш дойдёт.

Тонкие черты лица, большие чёрные глаза, такие же чёрные волосы. Одежда — не платье, а как будто длинный отрез белой струящейся ткани, в который женщина была замотана с ног до самой шеи. Наверное, ходить в таком не очень удобно... а впрочем, ей вряд ли это нужно. На ногах — сандалии на босу ногу. И никаких украшений.

Я вспомнил первую встречу с Авророй. Та показалась мне в тот момент более величественной. Правда, потом оказалось, что она вполне нормальная, а тогда просто парилась из-за неизвестности. У Эш, похоже, дела в порядке, и она не выглядит заносчивой или высокомерной.

Поняв, что от меня ждут какой-то реакции, я склонил голову.

— Приятно познакомиться, Эш, — я показал ей коммуникатор. — Может, просто разблокировать связь?

— Я её и не блокирую, — красотка непринуждённо пожала плечами, — просто сигнал слабый, не проходит. Мы внутри горы.

— Оу! — только и смог ответить на это я.

Блин, надо бы Аврору предупредить, чтобы про менталиста не болтала. Тьфу, она же наш разговор с дедом слышала. Сообразит.

— Я не смогу перенести её сюда целиком, — заговорила Эш, нахмурившись, — она неразрывно связана со своим миром. Но проекцию создать могу.

Рядом со мной появилась Аврора. Чёрт! Как? Как она это сделала? И кто она вообще такая, эта Эш?

— Привет, сестра, — поздоровалась с ней Эш, в то время как Аврора приходила в себя от потрясения. — Прости, что выдернула тебя без предупреждения.

— Я всё ещё у себя, и в то же время здесь... Вот значит, как выглядит Малый Совет. Приветствую тебя, Кент, — Аврора слегка поклонилась главному, и обвела взглядом остальных, — моё почтение, Великие.

А я меж тем не придумал ничего более умного, как потыкать Аврору пальцем в плечо. Она оказалась вполне материальной, глянула на меня немного растерянно, и снова посмотрела на Эш.

— Полагаю, была серьёзная причина меня призвать? И почему сестра?

— А, неважно, — та отмахнулась. — Похожие технологии. Только мы их повторить не могли, а твой муж смог, правда, по-своему.

— Причина — операция по устранению угрозы революционеров, которую мы сейчас планируем. Нужны данные, Михаил говорит, всё у тебя, — ответил Авроре Кент.

Вот как, оказывается, звать главного. Интересно, откуда Аврора его знает?

— Да. Что требуется?

— Расположение заговорщиков, по городам, и численность в каждом городе.

Эш взмахнула рукой, и на полу появилась карта мира.

— Москва, — показала пальцем Аврора, — два клана и два независимых рода. Новосибирск, клан Петра и один независимый род. Во Владивостоке один род, формально Мишин, но копает под него. Лондон...

Москва, Новосибирск, Владивосток, Лондон, Вашингтон, Берлин, Шанхай, Сингапур, Дубай... Важнейшие столицы и транспортные узлы мира. А революционеры-то, похоже, совсем не дураки, и настроены более чем всерьёз. Действительно, пора с этим заканчивать, а то устроят революцию, а виноватыми окажутся маги, как вид. И будем ходить с жёлтыми звёздами, и в полиции отмечаться.

— Маяками обеспечим, — кивнул Кент, когда Аврора закончила. — Дальше что?

— А дальше я перемещаюсь по маяку, проникаю в дом, подозреваемого усыпляем и его сознание переносим к Авроре. Связь глушим. Один дом — две минуты. За четыре часа управимся. Тело до решения всех вопросов останется в коме, с кем получится договориться — тех вернём обратно, с кем не получится — попадут под допустимые потери. Но их сознание останется у нас, и они всё равно будут работать на нас.

Члены Совета недоверчиво переглянулись между собой.

— Если всё так легко, почему раньше не зачистили? — спросил Кент у деда.

— На бумаге-то оно всегда легко, — протянул дед, — да и не было у нас всей необходимой информации. Четыре месяца на сборы ушло. А если бы Миша с Авророй не договорились, то мы и вовсе знать бы ничего не знали. У меня самого только лёгкое ощущение было, что происходит что-то, а что именно — понять не мог.

— Эш, на тебе координация, явно не только маяки потребуются, но и людей на месте приструнить, чтобы не роптали. Подключи надёжных исполнителей. Михаил, ты руководишь операцией, тебе изнутри будет виднее, кому что делать. На время операции все причастные поступают в твоё распоряжение. Все соответствующие клятвы — по окончании операции и допросов. Аврора, сможешь пустить Эш к себе?

— Договоримся, — кивнула Аврора.

— Михаил, — Кент обратился ко мне очень серьёзно. — Пётр уверен, что ты справишься. Мы идём навстречу твоему предложению, как именно проводить операцию. Ты просишь сохранить жизни — теперь эти жизни твои, помни об этом. У тебя есть что добавить?

— Никак нет! — отчеканил я, вытянувшись в струнку. — И благодарю за доверие!

— Как Председатель Малого Совета, я санкционирую проведение операции по устранению революционеров. Время старта определите сами, по готовности. Идите!

Аврора молча поклонилась и растаяла в воздухе вместе с Эш. А мы с дедом тем же маршрутом, через коридоры и двери, вернулись к нему в кабинет.

— Деда, — я плюхнулся в кресло, ноги не держали, — это что сейчас было?

Дед с очень задумчивым видом сел в своё кресло, за стол.

— Это что было, говоришь? — дед положил голову на ладонь, опершись локтем о стол. — А хер его знает, Миша, что это было. Масштабная операция, угроза мирового значения, а проведение, и главное — руководство, поручили студенту. Ну, как студенту... очень способному, конечно. Да и Аврору же ты приручил.

— Он и тебя приручил, — хмыкнула из коммуникатора Аврора. — О, а у меня гости.

— Всем привет! — прозвучал весёлый голос Эш. — Ура, я с вами! Вы бы знали, как я там засиделась!

Мы с дедом переглянулись.

— Эш, очень за тебя рад, — дед подмигнул мне. — Почему бы тебе не дать Мише свой артефакт связи? Тогда не только посмотришь!

— Упс, не подумала! — та хихикнула. — Дай ему свой, тебе пока не нужен будет.

— И то верно, — кивнул дед. — Держи, внук.

Он снял с правой руки браслет и протянул мне. Я даже глаза протёр. Уверен, секунду назад никакого браслета на руке не было.

Я осторожно взял его в руку. Кажется, это какой-то металл, но очень лёгкий.

Браслет выглядел, как наручные часы с металлической полоской вместо кожаного ремешка. А вместо часов — пластинка с узором, похожим на ромашку.

Я осторожно надел его на правую руку, и... браслет исчез, как будто впитавшись в кожу. Я всё ещё его ощущал, но не видел.

«Привет, Михаил!» — прозвучал в голове голос Эш.

«Ой, это кто?» — тут же ответила Рики.

Я мысленно хлопнул себя ладонью по лицу.

«Рики, Эш, знакомьтесь. Эш, Рики — моя жена, она же — дочь Авроры. Рики, Эш — как твоя мама, только у патриархов. Она наш координатор на время операции».

«Оу! — я мысленно представил, как сейчас у Рики глаза вылезли из орбит. — Это большая честь для меня!»

«А для меня — сюрприз. Не знала, что так можно. Видите меня?»

Эш появилась напротив меня, посреди кабинета.

«Да, я вижу», — ответил я.

«А я нет, — ответила Рики, — только слышу!»

Эш помахала рукой и исчезла. Судя по отсутствию у деда реакции, видел её только я.

«Я тоже вижу только глазами Михаила, тебя только слышу, — призналась Эш. — Хорошо, это тоже бонус. Остальное я вижу и слышу через Аврору».

«Тук-тук, мои хорошие!» — а это уже Аврора.

«Мама???» — Рики, кажется, растерялась.

«Мы с Эш объединили средства связи и наблюдения. Она видит через линзы, а я вижу и слышу через её артефакт!»

«Ладно, разберёмся. Я домой, остальные ещё не в курсе предстоящего».

— Деда, ты с нами?

— Думаю, справитесь без меня, — дед усмехнулся. — Ты же слышал, я Хранитель. Но вот когда до моих смутьянов очередь дойдёт — я поучаствую. Возьму на себя контроль за теми, кто останется. Ну и наблюдать и давать советы мне никто не запрещает. Так что иди, я останусь здесь.

Я кивнул и телепортировался к себе домой.

Дома меня буквально засыпали вопросами. Ещё бы, никто никогда даже не слышал о том, чтобы патриархи к себе на Совет вызывали. А когда дошла очередь до знакомства с Эш, все и вовсе замерли, как истуканы.

— Та самая Эштар? — с придыханием спросила Катя, похоже, собираясь грохнуться в обморок.

— Какая та самая? — спросила Эш.

— Ну, из сказок... — Катя растерялась. — Мне мама в детстве рассказывала.

— Я там хоть добрая? — рассмеялась Эш.

— Если не злить... — Катя для надёжности села на диван.

— Так, — я поднял руку. — Хорош! Аврора, Эш, мы полностью готовы, мне только надо будет всем всё объяснить. Эш, что с контактами?

— Я связалась с патриархами, живущими в нужных нам городах, или находящихся поблизости. Некоторые члены Совета тоже примут участие. Покрытие полное. Сейчас поднимают по тревоге лояльные силы правопорядка, группы быстрого реагирования, где есть свои люди. В Москве это родители Миши, в Новосибирске Пётр сам лично обо всём позаботится. Через пятнадцать-двадцать минут все будут на позициях.

— А не рано? — удивился я. — Мы же не можем быть везде одновременно. Кто-то просидит в засаде много часов.

— Ничего, закупятся хот-догами и кофе, — хмыкнула Аврора. — У людей — служба. Надо значит надо. Зато на случай утечек и распространения сигнала тревоги можно будет успеть отреагировать, не дать уйти. Как ты верно заметил, Миша, вы не можете быть везде одновременно.

— Хорошо, тогда я провожу инструктаж, и мы выдвигаемся в первую точку.

— Есть, командир! — со смешком в голосе ответила Эш, а Аврора на это только хмыкнула.

Я встал посреди комнаты и наткнулся на глаза Кати, которые были размером с блюдце каждый.

— Катюш, я понимаю твоё удивление... — начал было я.

— Не-не-не, удивление было, когда тебя на Совет вызвали, — Катя сглотнула. — Сейчас я просто... такоооого не бывает! Вообще! Не может быть! В принципе!

— Катюш, я понимаю твоё изумление, — поправился я, — но Эш просто развлекается. Для неё вся эта наша операция — просто воскресная прогулка в парк отдыха. Ну там на лошадках покататься, сахарную вату поесть...

— Дерзишь, — Эш придала голосу строгости. — Но да, так и есть. Я тысячелетиями наблюдаю за миром, а вот так вырваться удаётся очень-очень редко!

— Ну, мы тебе всегда будем рады, думаю, тебе хватит возможностей быть везде одновременно. Всё, слушайте внимательно.

Я рассказал суть нашей с патриархами договорённости. Особо сделал упор на то, что мы никого не казним, а арест будем производить в виде помещения в вирт-среду Авроры, во избежание безвозвратной смерти. Кто-то может лишиться физического тела в результате, если не захочет сотрудничать, но конечная смерть не грозит никому.

— Передвигаться будем цепочкой. Сперва мы с Рики прибываем на точку. Аврора глушит связь, после чего первой в дом идёт Рики, используя ускорение. Твоя задача уложить всех спать, после чего идёшь на следующую точку. После тебя захожу я, отправляю «пациента» к Авроре. Подтягиваю к себе через портал кого-нибудь из вас, по очереди, сам ухожу за Рики. Одного человека оставляем решать вопросы с семьёй и местными. Пять человек, на одного пациента у нас норматив две минуты, значит, у вас будет в среднем десять минут на одной точке, чтобы закрыть все вопросы. Марика, ты отдельно, ты на подхвате, если кому-то потребуется помощь целителя.

— А какие вопросы надо будет решать? — поднял руку Лёня.

— Разбудить старших в семье, Аврора подскажет, кого. Объяснить ситуацию, чтобы не вздумали вызывать скорую, бежать за помощью к соседям или ещё что-то такое. В большинстве случаев на месте будет кто-то из патриархов, но им невместно слушать причитания. Объясняете, что власть переменилась, они — семья преступников, от их готовности сотрудничать зависит и их жизнь, и жизни близких. Как минимум качество жизни. Потом зовёте патриарха, он им делает заключительное внушение, и докладываете мне, что всё в порядке, я вас вытаскиваю на следующую точку.

— Вроде ничего сложного... — осторожно заметила Вика, глянув на брата.

— Сложно будет, когда наслушаешься слёз, — покачала головой Катя. — Ни у кого из заговорщиков члены семей даже близко не в курсе.

— Мне было тогда очень тяжело, — кивнула Настя, — когда вы ко мне ночью вломились.

— Миша, спасибо, что всё так придумал, — негромко сказала мне Марика, подойдя ближе.

— Я тоже не палач, Марика, — ответил я ей вполголоса, после чего обратился к остальным. — Ну что, все готовы?

— Готовы, — вздохнул молчаливый Федя. — Куда вперёд?

— В Москву, — ответила Эш, — здесь давно все в боевой готовности.

Глава 3. Вокруг света

— Ну что, все готовы? — спросил я.

— Готовы, — вздохнул молчаливый Федя. — Куда вперёд?

— В Москву, — ответила Эш, — здесь давно все в боевой готовности.

— Маяк даст твоя мама, Миша, — добавила Аврора.

— Понял.

Я потянулся сознанием к маме, она ответила, и через секунду мы уже стояли вместе с ней на пустынной улице какого-то коттеджного посёлка, неподалёку от впечатляющего своими размерами особняка.

— Всем привет! — приветствовала нас мама, а меня и моих девчонок она по-быстрому обняла. — Нежности потом, ваша цель — в этом особняке. Там всё спокойно.

— Рики, давай, — скомандовал я.

Рики молча кивнула, и размазалась зелёным росчерком.

— Аврора, дай картинку, — я закрыл глаза, переключаясь на зрение Рики.

Она уже была в доме. Мне пришлось нырнуть глубоко в транс, чтобы происходящее не смазывалось в сплошное размытое пятно. Спальня на втором этаже, в доме все спят, а нет, хозяин оказывается не в спальне, он оставил коммуникатор под подушкой, а сам вышел. Вот как они это делают! Рики коснулась головы начавшей просыпаться хозяйки, зелёная вспышка — и она уснула. Теперь будет спать, пока её не разбудят. Смазанное перемещение — вот он кабинет хозяина. Среагировать он не успел, только поднял глаза на вспышку, и — обмяк в своём кресле.

— Готово, — отчиталась Рики.

— Меньше десяти секунд! — восхитилась мама. — А мне, чтобы усыпить, нужен зрительный контакт и секунд пять, не меньше. И чтобы не было сопротивления.

— Я пошёл, — предупредил я, открывая глаза. Картинка от Рики пропала.

Я телепортировался.

Наш первый клиент — мужчина лет тридцати пяти на вид, сидел, развалившись, в кресле, в одних трусах. Ох, кого-то мы, подозреваю, и за «исполнением супружеского долга» застанем. Я мельком глянул на бумаги, в которых он разбирался. Ничего не понял. Да и пофиг! У меня нет причин не доверять Авроре, и мы не собираемся никого убивать. Если кто-то и помрёт, то это лишь будет доказательством виновности.

Я достал из рюкзака диадему, уже подключенную к блоку питания и ретранслятору. Пожалуй, на будущее её и убирать не стоит, просто на свою голову надевать, так быстрее будет.

— Рики, давай на следующую точку, — я поцеловал жену в губы. — Тут я сам справлюсь.

— Хорошо, — Рики исчезла, телепортировавшись.

Подключение... загрузка...

— Второй готов, — прозвучал в наушнике голос Рики. Ого!

— Настя, давай сюда, будешь первой, — сказал я вслух, не дожидаясь окончания загрузки.

— Иду! — отозвалась Настя.

— Куда ты идёшь, стой, — я потянулся к Насте, она ответила, и я телепортировал её к себе.

— А, поняла, — Настя перешла на шёпот.

— Всем. Диадему надеть любой может, — объяснил я в микрофон, чтобы все слышали. — Я иду вторым после Рики, потому что могу любого из вас подтянуть к себе из любой точки. Таким образом вы не тратите резерв, которого у вас меньше, а он может понадобится, мало ли какие буйные домочадцы попадутся.

— Понятно! — ответили немного вразнобой остальные члены команды.

— Загрузка завершена, — сообщила Аврора.

Я выключил питание диадемы и снял её с головы мужика, надев себе на голову. Всё, теперь он — блуждающее сознание, и даже подключение через обычную вирт-капсулу ничего не даст — Аврора его не отпустит, пока я не дам отмашку.

— Аврора, Эш, начинайте допрос, Рики, дай маяк. Настя, у тебя десять минут на ввод хозяйки в курс дел.

Настя кивнула, и я телепортировался к Рики.

В большой кровати с балдахином двое: седой старик, и рядом с ним жена, на вид ещё старше него самого. Мужик, да тебе просто повезло, что ты в заговорщики подался. Теперь есть шанс на вечную жизнь, а так и не дожил бы до массового внедрения. Я кивнул Рики, и она телепортировалась.

Диадема, подключение... загрузка...

— Катя, ты следующая, — я потянулся к ней, и телепортировал к себе.

— Ну я-то могла и сама, — она приобняла меня, глядя на наших «клиентов». — Думаю, сюда надо на всякий случай Марику.

— Согласен, пожалуй. Марика... — маячок, секунда — и она рядом с нами.

— Хорошо, что позвали, — кивнула наша целительница, обследовав жену заговорщика. — У неё сердце слабое.

— У меня готово, — отрапортовала Рики.

— Жди, — ответил я. — Марика, используй артефакт в коммуникаторе, пролечи и взбодри эту старушку, Аврора подскажет, как. Они все нам нужны живыми и здоровыми. Аврора, в этом доме есть ещё кто?

— Наследник рода живёт отдельно, — ответила Аврора.

— Хорошо. Помните, десять минут на ввод в курс ситуации, потом передаёте местным для наблюдения. По готовности сообщайте. Марика, ты можешь понадобиться раньше или позже, пока не понадобишься — остаёшься с этой леди.

— Поняла, — кивнула Марика.

— Загрузка завершена, — сообщила Аврора.

— Рики, иду к тебе, — я снял диадему и даже себе на голову надевать не стал, так, с ней в руках и телепортировался.

Здесь наоборот, молодая парочка, голые, а в спальне пахнет сексом. Похоже, кого-то ждёт сюрприз.

— Это наследник предыдущего, — объяснила Аврора. — Девушка — любовница на одну ночь, обычный человек. Что с ней делать — не знаю. В идеале выпроводить бы.

— Вика, иди-ка сюда... — потянулся к ней, маячок... телепортация. — Устрой ей скандал и вытащи за волосы на улицу. Голую. Вещи следом кинь. Так, чтобы ей в голову не пришло возвращаться. Аврора, присмотри за девушкой с недельку, мало ли.

— Вот как раз о чём-то подобном и мечтала, — вздохнула Вика, но я не сомневался, сделает всё в точности.

Конвейер заработал. Рики отправлялась первой, укладывала спать всех в доме, я загружал заговорщиков в вирт одного за другим, разбираться оставлял кого-то из своих, а потом местные оставались присматривать.

С Москвой мы закончили за полчаса. Подождали немного, пока все закончат, и собрались снова в толпу.

— Впечатляет! — прокомментировала наши действия Эш. — С задержанными ведём аккуратную разъяснительную работу, так, чтобы обойти данные ранее клятвы.

— Как ты с Гордеевым, — добавила Аврора.

— Хорошо. Куда дальше? — спросил я.

— Берлин, потом Дубай и Лондон, — Аврора даже показала перед глазами карту. — Соединяю с контактом в Берлине.

— Давай.

Я развернул экран коммуникатора, чтобы лучше видеть. Мне нужен хороший зрительный образ, чтобы поймать маячок собеседника.

Ответила девушка в полицейской, кажется форме.

— Хоспода... и тамы, — она заговорила на русском с акцентом. — Мы фас штём, маяк хотоф.

Вгляделся в её лицо, прислушался к голосу, посмотрел, как она жестикулирует, слегка улыбается, такая дежурная полуулыбка... Чуть прикрыв глаза, представил, что она вот, рядом, стоит только протянуть руку...

Есть!

Телепортировался сразу со всей командой, встречающая нас девушка только глазами захлопала. Всё же без портала очень мало кто умеет, насколько я понял, это фишка патриархов. Но обычно телепортация удобнее, хотя расход маны чуть выше.

— Как у вас тут? — спросил я у девушки.

— Фсё спокойно, — ответила она. — Но ф томе ещё не лехли.

— Сейчас лягут, — заверил я её. — Рики, твой выход.

Рики молча рванула в дом. Классическая усадьба, в такой не стыдно было бы и президенту жить. Колонны, треугольник фронтона, и даже ротонда присутствует. Настоящий дворец!

Прикрыл глаза, чтобы видеть глазами Рики.

Чёрт! Вокруг дома полно охраны! А впрочем, Рики это не останавливает. Но движется она странными загзагами, видимо так, чтобы всё время оставаться вне поля зрения охраны, потому что всех, кто попадается, я вижу исключительно со спины. Влетает в дверь, проносится по лестнице, галерее со множеством дверей... всё!

Хозяин дома не успел ничего понять. Рики застала его за просмотром вечерних новостей. Он так и уснул с пультом от телевизора в руке.

— Очень пыстро! — встречающая нас немка показала большой палец.

Я ответил кивком и телепортировался к Рики.

— Аврора, кто этот человек? — спросил я. — Вокруг дома охраны, как у канцлера.

— Оружейный барон, и в доме ещё трое наших клиентов, — ответила Аврора.

— Тогда поменяемся. Рики, загружай его, — я скинул рюкзак с оборудованием. — Аврора, ускорение по необходимости.

— Поняла, — Рики и Аврора ответили одновременно.

— Соседняя комната — спальня, — Аврора подстроилась под мой боевой транс и говорила быстро, одновременно показывая через линзы. — Супруга барона, тоже в заговоре.

Видимо, супруга барона успела что-то услышать, потому что повернулась к входной двери, когда я влетел, едва не снеся её с петель. Тут уже Аврора подключила ускорение, и последние метры я проскользил в зеленоватом мареве. В коммуникаторе нет такой «команды» которая позволила бы мне уложить спать женщину, поэтому я просто телепортировался вместе с ней к Рики, а та уже её усыпила.

— Я за остальными, загружай этих, — кивнул я на наших «клиентов», и рванул на полной скорости из комнаты.

Следующим оказался дедок, похоже, у них вся семья в сговоре. Тот хотя бы оказался один, без старушки, и отправился к своему, видимо, сыну.

— Кто третий?

— Дочь барона, она сейчас в душе, — ответила Аврора, показывая направление. — С нею осторожнее, она сильный водник.

— Веди, разберусь, — хмыкнул я.

Нужная ванная комната оказалась в другом крыле. Дверь не была заперта, так что спокойно зашёл. Душевая оказалась не стеклянной, а со шторкой. Прекрасно.

Перейдя на скорость, я использовал телекинез, чтобы закрыть воду, оборвать шторку и завернуть в неё «клиентку». Чуть-чуть поджарил электрическим разрядом, чтобы не рыпалась. И телепортировался к Рики.

— Последняя? — спросила она, подняв голову.

— Да, — ответила Аврора. — Но с ними есть проблема. Кроме них в доме нет никого, кто мог бы усмирить охрану. Могут поднять шум, а он нам не нужен.

— Дети в доме есть? — спросил я.

— Детей нет, есть несколько человек прислуги, и охрана периметра.

— Тогда взломай систему безопасности дома, и от лица барона отдай всем приказ покинуть дом до особого распоряжения, никого не впускать ни под каким предлогом. Видеосвязь подделать ведь сможешь?

— Обижаешь, Миша, — усмехнулась Аврора, — конечно, смогу. Поняла тебя, займусь.

Через десять минут в доме были только четыре бесчувственных тела, а вся прислуга, охрана и прочий персонал покинули здание. Аврора закрыла здание на автоматические замки, плюс поменяла все логины-пароли, так что теперь проникнуть в здание можно было только штурмом.

— Рики, давай вперёд, я здесь закончу, — приказал я.

— Хорошо, любимый муж, — Рики поцеловала меня и исчезла.

Я потянулся сознанием к той девушке, местной, и когда она ответила, перенёс её к себе.

— Мы здесь слишком сильно задержались, — объяснил я ей свою спешку. — Порталом уйти сможете, если что?

— Та, смоку, — кивнула девушка.

— Дом в Вашем распоряжении, инструкции получите от нашего координатора. К окнам не подходите. Ну и пальчики не оставляйте. Эти четверо без меня в себя не придут точно. Пожалуйста, найдите вон той красавице одежду. Будем на связи.

— Как мне фас напрать? Фдрук что-то понатопится?

— Просто скажите вслух, координатора зовут Аврора, она подключилась к Вашему коммуникатору.

— Следующий готов, — отрапортовала Рики в наушнике.

— Мне пора, — кивнул я немке и телепортировался к жене.

* * *

— А он действительно справляется, — заметил один из членов Малого Совета, крайний слева от Председателя. — Но всё же, Кент, почему ты поручил столь ответственную операцию малолетнему пацану? И почему вообще вызвал сюда?

Председатель, задумчиво разглядывал карту, оставленную на полу Эш. На ней точки, обозначающие революционеров, одна за другой меняли цвет с красного на синий. Помолчав, Кент ответил.

— Потому что Аврора, сама того, возможно, не понимая, является связующим мостом между прошлым человечества и его будущим. Эш, скажи, кому ты подчиняешься?

— Совету, — незамедлительно ответила Эш, материализовавшись.

— А кому подчиняется Аврора?

— Только Михаилу. Насколько я поняла, она делает это добровольно.

— Так вот, отвечая на твой вопрос, — Кент повернулся влево, — парень, который сумел покорить Аврору, заручиться поддержкой сразу двух патриархов, нажить кучу смертельных врагов, освоить три стихии, научившийся телепортироваться, как мы, и летать, чего не умеет никто из нас...

— Заслуживает пристального внимания, — закончил за задумавшегося председателя «Индиана». — Тем более, что всё это он провернул за четыре месяца с момента иницации, которой, если Пётр ничего не напутал, вообще не должно было быть. Понятно, что ему многие помогают, но этого ведь ещё надо было добиться.

* * *

«Вокруг света за пять часов» — так называлась бы книга о нашей операции, если бы мы захотели рассказать о ней. К концу этих пяти часов мы уже ничего не соображали, и немудрено, что где-то на западном побережье США, в каком-то портовом городе, я даже не запомнил его названия, мы допустили ошибку.

Надев диадему на очередного «клиента», я отвлёкся на указания Рики. Следующая наша точка была во Владике, и я попросил её собрать нашу команду и связаться с Гордеевым, чтобы он был готов принять нас. Обернувшись, я увидел, что «клиент» очнулся, и что-то делает, совершенно непонятное. Он не пытался меня атаковать, такое впечатление, что он молился.

Мужик лет сорока, худощавого телосложения, как сидел в кресле с диадемой на голове, так и сидел. С остекленевшими глазами.

В следующий момент у «клиента» пошла пена изо рта.

— Марика! — я выдернул целительницу к себе в долю секунды.

Та появилась рядом со мной и тут же положила ладонь мужику на лоб.

— Миша, поздно... — Марика повернулась ко мне. — Он понял, что раскрыт, и его сожгла клятва. Мозг в кашу, уже не загрузить.

— Проверьте у него руки, — сказала Аврора. — Он что-то доставал из кармана перед вашим приходом.

Я с трудом разжал скрюченные пальцы. На ладони несчастного лежал серебряный рубль.

— Да блять! — не сдержался я. — Никогда не было, и вот опять! Какого хрена он вообще очнулся?

— Наверное, я его плохо усыпила, — не успевшая исчезнуть Рики подошла и присела возле трупа. — Это моя вина.

— Не кори себя, — я положил ей руку на плечо. — Мы все устали, и если кто и виноват, то он сам. Мы не заставляли его клясться.

— Один из почти ста — это допустимые потери, — добавила Эш. — Вы и так превзошли все ожидания.

— Спасибо, Эш, — ответил я, — мы это понимаем, но для нас было очень важно полностью избежать смертей. А с этими вот монетками мы уже не первый раз сталкиваемся.

— Да, Аврора рассказала мне про монеты. Возможно, это не только маяк привязки, но и средство связи, и его разбудил «входящий вызов»?

— Эш, ты ведь старше и опытнее нас всех вместе взятых в миллион раз, — я уже достаточно разозлился, чтобы не переживать об условностях. — Ты сейчас гадаешь или у тебя есть серьёзные подозрения?

— Есть подозрения. В условиях современного мира, когда все каналы связи могут отслеживаться, я бы на месте заговорщиков позаботилась о собственном, неотслеживаемом канале связи. Портальный вызов позволяет обмениваться мыслеформами. Монета — портальный маяк. В принципе, она может служить средством связи. Правда, это нестандартное применение, но технически возможное.

— Если так, то сейчас уже не он один знает про облаву, — покачал я головой. — Хотел немного передохнуть, но, похоже, перекур отменяется. Местные разберутся, погнали дальше.

— Да, он жил один, так что вы можете уходить, — подтвердила Аврора.

Но в это мгновение, когда я уже хотел телепортироваться вместе с Рики и Марикой к остальным, я почувствовал открытие портала. Небольшое окно, меньше полуметра в диаметре, открылось прямо над креслом, в котором сидел наш «жмурик». Какой-то свёрток выпал оттуда прямо покойнику на колени, и скатился под стол.

Глава 4. Семён

В то мгновение, когда я уже хотел телепортироваться вместе с Рики и Марикой к остальным, я почувствовал открытие портала. Небольшое окно, меньше полуметра в диаметре, открылось прямо над креслом, в котором сидел наш «жмурик». Какой-то свёрток выпал оттуда прямо покойнику на колени, и скатился под стол.

Авроре даже не понадобилась команда — всё вокруг мгновенно окрашивается зелёным.

Небольшое усилие, и стол отлетает в сторону.

Вот он, свёрток.

Уже наученный опытом обращения с такими сюрпризами, телепортирую его на километр вверх, а сам следом за ним, вместе с Рики и Марикой — на исходную позицию, к остальным.

— Тысяча один... тысяча два... тысяча три... — считаю вслух секунды.

Взрыв!

Огненный цветок распускается в небе, а ещё через пару секунд до нас доходит взрывная волна.

— Неплохой салют, — прокомментировала Катя. — В чью честь?

— Видимо, в нашу, — я повернулся к местному куратору, шерифу. — Здесь у человека инсульт случился от клятвы, но прежде чем кого-то вызывать, там бы чуток прибраться. Некогда было, из-за посылки.

— Сделаем, — шериф нахмурился, но кивнул. — Сегодня приберёмся и так и оставим. Пусть его свои найдут.

— Тоже вариант. Аврора, помоги шерифу, пожалуйста. У тебя есть видеозапись, чтобы восстановить обстановку.

— Конечно, — отозвалась Аврора. — Шериф, приятно познакомиться.

— Аврора, куда нам теперь, к Гордееву?

— Да, но... боюсь, вы опоздали. Елисей Гордеев-Уткин только что застрелился. В голову. Он мёртв.

— Ефимов! Аврора, нам надо к Ефимову! — сообразил я, вспомнив, что до этого Елисей позвонил Семёну Ефимову, и с этого звонка и началась наша облава.

— Согласна. Пётр уже там.

Ах да, в своём клане дед курирует облаву сам. Мы его напоследок и оставили.

Я потянулся к деду, и он ответил. Секунда — и мы там.

Никогда не видел Семёна Ефимова, но сразу понял, что это он. Широкоплечий, я бы даже сказал, могучий. На деда отдалённо похож. Только вот мозги его оказались на стене.

— Блевать в портал, и подальше отсюда, — предупредил я, особенно сбледнувших Катю и Вику. — Дед, давно ты здесь?

— Пять секунд. С улицы выстрел услышал, — дед глубоко вздохнул.

Хоть последний год или может больше и происходило в клане что-то непонятное, а всё же родич, как-никак.

Я обратил внимание на стол. На нём была россыпь серебряных монет и записка.

“Помилуйте остальных, это я организовал взрывы. Исполнители мертвы”.

— Ну, исполнителей ещё надо установить и проверить, — я показал записку деду. — Хотя с контейнеровозом как раз всё понятно.

— Закончить надо, — дед как будто даже осунулся. — Аврора, оставшиеся хоть живы?

— Да, Ефимов, похоже, не стал никого предупреждать, — отозвалась наша координатор. — Сейчас ещё по делам передвигаются, но большинство можно выловить.

— Не будем мы их вылавливать, — дед сплюнул. — Сами придут. Я всё ещё патриарх.

— А клятва? — я удивлённо посмотрел на него.

— Обед с главой клана — не самое подозрительное мероприятие, — хмыкнул дед. — Идём домой. Здесь позже разберёмся. Сюда Светку надо, с её ищейками.

— А вот это мы как раз организуем, — согласился я и набрал маму.

Она ответила сразу, как будто ждала звонка.

— Ну как вы там? Закончили? — голос у мамы был уставший, похоже, отдохнуть ей так и не удалось.

— У нас всё хорошо, а вот у Ефимова не очень. Он застрелился. Мы сейчас у него. Можешь тут...

— Провести исследования? Конечно. Только не топчите там сильно.

— Хорошо. Как будешь готова — я дам маяк.

— Деда, идите домой, я встречу маму и тоже подойду, — предложил я.

— Угу, — дед кивнул и исчез вместе со всеми. Я остался один.

— Аврора, если будут звонить Семёну — поговори, хорошо? — я сел на стул подальше от трупа.

— Да, разумно, — согласилась Аврора. — Но только если кто-то из заговорщиков.

А через секунду рядом со мной показалась Эш.

«Ну и что ты думаешь, Михаил?» — спросила она, взяв в руки одну из монет.

У меня глаза вылезли из орбит. Но потом я вспомнил Рики.

«Не удивляйся, я всё же почти богиня, хоть и почти забытая, — Эш улыбнулась и попробовала монету на зуб, потом лизнула. — Пустая».

«В каком смысле пустая?» — не понял я.

«Простой портальный маяк, но не связана ни с кем. Не средство связи».

Она прошлась ладонью вдоль тела Ефимова сверху вниз, и вытащила ещё одну монету из кармана брюк. Повторила свой «экспресс-анализ».

«А вот и она. С нею связаны ещё люди, но не сотня. Пятнадцать, кажется. Один мёртв, это Елисей».

«Ого! Спасибо! Это очень ценная информация! Получается, что Семён Ефимов и был организатором всей этой движухи?»

«Ещё идут допросы, если можно так сказать, — Эш отдала мне монету и пошла по кабинету Ефимова, разглядывая обстановку. Труп хозяина её, похоже, не смущал. — К этому делу подключились даже некоторые члены Малого Совета. Мы распутываем клубок, кто с кем был связан, кто кого привлёк, кто был свидетелем, чтобы по возможности снять с людей клятвы. Ты прав, это ценные кадры, не стоит ими разбрасываться. С Гордеевым и Мининым ты правильно поступил. Теперь оба работают на тебя, и из шкуры вон лезут».

«Ну а что дальше?» — спросил я.

«А дальше... решать, конечно, Совету, но, насколько я поняла, их всех хотят передать под твоё руководство. Сформируют единый клан. Кто-то же должен за ними присматривать, чтобы снова в революцию не полезли».

«А я могу отказаться? — задал я вопрос скорее из упрямства. — В этом ведь нет моей заслуги. Операцию мог провести любой, в конце концов, сами Патриархи».

«Можешь, конечно, — Эш очень натурально присела на край стола. — Но не советую. Ты хотел, чтобы с тобой считались? Сегодня патриархи приняли твой план, его удалось почти чисто реализовать. Осталось девять человек, это уже скорее технический вопрос. Это успех, Миша. Ты становишься очень влиятельным молодым человеком».

Я посмотрел на неё исподлобья, но не заметил даже следа иронии.

«Только этому влиятельному молодому человеку пора возвращаться к учёбе, — усмехнулся я. — Домашку никто не отменял!»

«Кстати, об этом. Браслет, который дал тебе поносить Пётр, оставь себе. Ему нетрудно будет зайти взять другой. Некоторым вещам я сама буду тебя обучать. Если ты, конечно, не против. Ну и так, средство связи всегда будет. Зная Кента, я думаю, он поручит мне курировать твой новый клан».

«А так что, можно? Я думал... ну... ты вроде как с Советом, нет?»

«Мы же боги, Миша! Кто нам запретит? Кент сегодня сказал важную вещь, и я с ним согласна. Твоя команда — это мост между прошлым человечества и его будущим. Будущее неизбежно наступит, но вы даёте надежду, что оно наступит мирно, а не через очередное обнуление цивилизации».

От её спокойного тона у меня мурашки побежали по спине. Похоже, для них действительно всё человечество — всего лишь ресурс в решении каких-то своих задач. Очень долгосрочных, раз они до сих пор не перецапались между собой. Ну или может как в анекдоте про змею и черепаху — просто боятся цапаться. Лучше играть в игры, где вместо фигур на доске — рода, кланы и целые страны. В чём-то революционеры, может быть, и правы. Но если есть какая-то сверхзадача, про которую патриархи просто не говорят — тогда может быть и смысл во всём этом есть, и тогда я на той стороне.

Вот! Вот оно!

Вспышка понимания озарила меня. Я внезапно понял, что подспудно давило на меня все эти месяцы! А правильную ли я выбрал сторону?

«Эш, раз уж у нас сегодня день откровенностей... Чего так боятся патриархи?»

Она очень внимательно на меня посмотрела, как будто видела впервые.

«Ты узнаешь это со временем. Когда будешь готов».

И исчезла.

Вот ведь зараза! Хоть бы намекнула!

Почувствовав входящий вызов от мамы, я дал ей маяк, и рядом со мной открылся портал, из которого вышел сперва мужчина в лабораторном халате и с чемоданом, а потом и мама, с ещё одним чемоданом.

— Уже наследили! — воскликнул мужчина, оглядываясь по сторонам.

— Как ты это видишь? — спросила мама, обнимая меня.

— Я по запаху чувствую! — пожал плечами мужчина и включил фонарь, в свете которого кровь на полу стало лучше видно. — Тут толпа целая была, вон, я же говорил, затоптали.

— Ладно, не ворчи, — фыркнула мама, — здесь особый случай. С причиной смерти и так всё понятно, он у нас под наблюдением был, и в доме точно никого не было.

— С точки зрения камер, в доме и сейчас никого нет, — заметил я. — Теоретически, мы могли и не заметить. Монеты на столе — портальные маяки.

Криминалист аккуратно осмотрел руки Ефимова.

— Тут как раз всё на первый взгляд чисто. У него порох на руках. Держал револьвер двумя руками, чтобы точно не промахнуться. Спусковой крючок нажимал правой рукой, что соответствует почерку. Гематом и ссадин на пальцах нет, что говорит о том, что его никто не принуждал силой выстрелить. Держал ствол под челюстью, вот, смотрите, тут где входное отверстие — кожа разорвана и обуглилась. Немного сдвинулся в кресле, чтобы пуля на вылете попала в стену... вот, кстати, она. Траектория разлёта фрагментов черепа соответствует положению тела и раневого кхм... канала, тут затылка нет, считай. Узел галстука затянут, и почерк в записке ровный. Кажется, он был совершенно спокоен. Анализ крови, Света, сделай, пожалуйста, — он протянул маме ватную палочку.

Мама развернула свой чемодан, достала оттуда маленькую пробирку с жидкостью, поболтала в ней ватную палочку. Пробирку вставила в гнезо внутри чемоданчика, и нажала несколько кнопок.

Анализ занял пару минут, в течение которых криминалист тщательнейшим образов изучал и протоколировал всё в кабинете.

— Хм... — мама изучала анализ крови. — Очень интересно. Судя по уровню нейромедиаторов, у Семёна был приступ паники!

— Но рука не дрогнула, — покачал головой криминалист. — Волевой мужик.

— Я вам не нужен? — спросил я.

— Нет, Миша, иди. Мы закончим, и отчёт предоставим, — мама только отмахнулась от меня. — Но в выходные мы к вам в гости обязательно наведаемся с Кириллом.

— Хорошо, будем ждать! — я обнял маму и телепортировался к своим.

И застал всех за столом. Мне тоже нашлось место, по правую руку от деда. Вот только аппетита не было. И, похоже, не у меня одного — к еде почти никто не притронулся.

Дед сидел очень грустный и задумчивый.

— Деда, ты как? — спросил я негромко.

— Нормально, Миша, — он как будто только что меня заметил, встрепенулся. — Сам понимаешь, случалось и не такое. Просто я с этим уже год живу, и вот она, развязка. Вспоминаю, где когда Семёна упустил.

— Может, заговорщики сами расскажут. Эш сказала, их сейчас очень аккуратно опрашивают, чтобы не напороться на клятвы. И может даже позже попробуют с них эти клятвы снять.

— Ты, кажется, не понимаешь, Миша. Я ж Семёна с рождения знаю. Он в моём клане рос, и всё это — моя ответственность. Думаешь один Семён недовольный в мире? Полно таких. Но тут-то прямо у меня под носом.

— Так у себя под носом труднее заметить, деда, — вклинилась в разговор Вика. — Не кори себя. Ты хоть и патриарх, но тоже ведь человек.

— Ладно, — дед оглядел всех, — похоже, никто сегодня есть не хочет. Катя вон вообще не притронулась, сидит вся белая, краше в гроб кладут.

— Простите, как вспомню Ефимова... — Катя выскочила из-за стола и убежала.

Дед глянул на меня, ожидая, видимо, реакции.

— Катя только кажется толстокожей, — пожал я плечами, — на самом деле она нежная и ранимая. И впечатлительная.

— Я созвал всех, через час будут, — дед с противным скрежетом отодвинул стул и встал из-за стола. — Пока всем отдыхать. Семёна помянем, а потом, Рики, клади всех. До того не высовывайтесь, чтоб не смекнули, что к чему. Подождите в библиотеке, или у бассейна.

Мы ушли в библиотеку, но разговор не клеился. Рики устроилась у меня на коленях, свернувшись почти клубочком. Потом вернулась Катя, и Рики, глянув на её зеленоватое лицо, уступила «сестре» место, а сама села рядом, на подлокотник кресла.

— Ты как? — спросил я Катю тихонько.

— Всё нормально. Просто мозги на стене оказались для меня последней каплей. Еле сдержалась там.

— Осталось чуть-чуть, и домой, отдыхать. Сегодня до вечера проспим и никуда не пойдём. А завтра мои обещали заскочить в гости, сейчас мама сказала.

— Это хорошо, — Катя прижалась ко мне покрепче, и прошептала на ухо: — Люблю тебя!

— Спит! Прикинь! — прошептала мне в другое ухо Рики.

Я опустил взгляд. Катя действительно уснула.

— Иди сюда, — я обнял Рики за плечи и прижал к себе. — Немного отдыха нам всем будет только на пользу.

— Ага, — Рики протяжно зевнула и закрыла глаза. Умаялась.

Проснулся я от вибрации коммуникатора. Звонил дед.

— Миша, подъём, хватит спать! — почти мягко гаркнул дед в наушнике. — Гости прибывают, сейчас на крыльце переговорят и зайдут. Вы с Рики тоже подходите. Остальные пусть дальше спят.

— Хорошо, — ответил я шёпотом.

Огляделся, действительно, все спали. Лёня разлёгся на диванчике, головой на коленях у Насти, которая сама завалилась на бок, на Лёню. Федя с Викой ушли в самый дальний угол, и там уснули в кресле. Марика развалилась в самом большом кресле, как королева, и посапывала, откинув голову на спинку. Ну и мои девочки со мной.

Я аккуратно поднял обеих телекинезов в воздух и встал сам, после чего Катю уложил на диванчик, пусть спит. А Рики так по воздуху и вынес за дверь. И только там поставил на ноги.

— Это было очень приятно, но мог просто сказать, что пора вставать. Я же не спала.

— Ага, а кто храпел?

— Что??? — возмутилась Рики. — Я не храплю!

— Откуда ты знаешь? — подмигнул я ей. — Пойдём, дед зовёт. Пора.

В зале за столом уже собрались почти десяток человек. Крупные, коренастые, сразу видно, что родственники. На нас особо внимания не обратили, обсуждали что-то, удивлялись отсутствию Семёна и ждали деда.

Дед вошёл последним, с пыльной бутылкой и подносом рюмок. Резко стало тихо. Молча разлил, так же молча телекинезом раздал рюмки присутствующим.

— Для начала, — дед встал, — хочу представить вам нашего родича, сына Светланы, Михаила Медведева, и его жену Илларию. Миша встань.

Я поднялся, поприветствовал всех собравшихся кивком головы и снова сел. Никто даже бровью не повёл, ждали, что скажет дед.

— Молодые люди в гостях проездом, а у нас тут такой повод, — дед взял в руку рюмку. — Час назад мне сообщили, что у себя дома, в своём кабинете застрелился Семён Ефимов.

Шумный вздох прошёл по двум рядам за столом. Мужики запереглядывались, никто не знал, как реагировать.

Я толкнул Рики под столом ногой. Она кивнула мне в ответ, мол, поняла.

— Давайте помянем, — сказал дед, и залпом выпил содержимое рюмки.

Один за другим собравшиеся вставали, выпивали и садились обратно. Молча.

Когда все сели, дед посмотрел на Рики и кивнул.

Зелёная молния проскочила по залу, и через секунду все обмякли на своих стульях. Кто-то завалился на стол, у кого-то рюмка упала на пол и разбилась.

Дед молча налил свою рюмку, накрыл взятым с подноса кусочком хлеба. Потом достал из кармана простой гранёный стакан, налил и выпил залпом.

— За упокой, — грохнул он стаканом по столу и вышел из зала.

Когда я повернулся, рядом с нами стояла Эш.

«С ним всё будет в порядке, не переживайте».

Мы с Рики переглянулись. Я понял, что она слышала наш с Эш прошлый разговор. И ведь ничего не сказала! Или... или Эш сделала так, что Рики тот разговор не слышала? А неважно, потом сам расскажу, в любом случае.

«Мы знаем. Но всё равно переживаем», — ответила Рики.

Я сходил за диадемой, и мы загрузили всех заговорщиков.

— Аврора, мы сегодня ещё нужны? — спросил я, когда мы закончили.

— Все вы — нет, — ответила Аврора. — А ты понадобишься. Но пока отдыхай. Трёх часов тебе хватит?

— Я его потом подбодрю, когда проснётся, будет как огурчик, — заверила её Рики.

— Отлично, — а это уже Эш. — Через три часа, Миша, ждём тебя.

Глава 5. Встречное предложение

Мы с Рики решили не отрываться от коллектива, и вернулись в библиотеку. Никто, похоже, не заметил нашего отсутствия — в библиотеке царили тишина и умиротворение. Заняв последний свободный диванчик, и свернувшись на нём «ложечками», мы сразу же завалились спать.

Проснулся я сам, без будильника, но чувствовал себя откровенно хреново. Рики будить не стал, выскользнул тихонько, и пересел на кресло.

— Аврора, — прошептал я в микрофон, — можешь через артефакт инициировать «бодрячок»?

— Да пожалуйста, — отозвалась Аврора в ухе. — А почему ты, когда его проектировал, ручной запуск не предусмотрел? Автоматический есть, через коммуникатор тоже есть, а ручного нет.

— Я не знаю, что сказать, — также шёпотом ответил я. — Но может ты приложение сделаешь, чтобы через него можно было запускать?

— Будем считать, первый блин комом, — хихикнула Аврора. — Приложение сделала, там четыре кнопки, не ошибёшься. Потом можешь на действия жесты повесить, и даже телекинетические жесты. Но не сейчас. Мы тебя ждём, подключайся.

— Иду!

Найдя новое приложение, я активировал «заряд бодрости». Зелёная пелена омыла и придала сил, ощущение — как после хорошего сна умыться снегом. Диадема, лёгкий транс... пошла загрузка.

На пороге ресторана меня встретили Аврора и Эш. Что-то я давненько Элуидес не видел... похоже, она плотненько так занята обычными гостями в параллельных потоках.

— Как у вас дела, богини? — вежливо поинтересовался я, стараясь выглядеть серьёзно.

Богини переглянулись и расхохотались.

— Я понять не могу, коллега, — сквозь слёзы обратилась Эш к Авроре, — он такой дерзкий или такой глупый?

— Скорее, немного наивный и прямолинейный, — уже почти серьёзно ответила Аврора. — Мы поговорили со всеми. Общую схему взаимных клятв выявили. Она простая — каждый связан со своим вышестоящим и ещё двумя-тремя из структуры. И да, инициатор и идейный вдохновитель — Ефимов.

— Всё-таки Ефимов... Видимо, когда ему София нас с Катей заказала, он не только отработал заказ, но и поверил в исходящую от нас угрозу.

— Как-то слишком уж сильно он поверил, — покачала головой Аврора. — У меня есть запись его разговора с сыном, он там говорил, что ему позарез нужна Настина фабрика, из-за какой-то детали, которую только на ней делают. Может, он вообще подставил Минина, чтобы заполучить фабрику? Но я ума не приложу, о какой детали речь.

— Допустим, мотив — фабрика. А зачем тогда взрывать самолёт, контейнеровоз? — я жестом предложил сесть в кресла, и обе женщины кивнули, соглашаясь. — К отстранению патриархов от власти это вообще каким боком относится? Зачем это Ефимову?

— В том же разговоре Ефимова с сыном, — Аврора остановила меня жестом руки, — Стас поделился с отцом опасениями, что вы с Катей, если поженитесь, подомнёте под себя оба клана. И Семёна, похоже, это волновало всерьёз. Возможно, он просто тебе завидовал. Звучали там фразы, мол, он тоже потомок Петра, как и ты.

— Там, на контейнеровозе, маяк среагировал на моё приближение, — вспомнил я. — Второй раз портал открылся, когда я подошёл к дыре в крышке. Что, серьёзно, хотел меня взорвать?

— Люди порой делают странные вещи из-за зависти или ревности, — философски заметила Эш. — Но есть ещё кое-что. Общее в структуре Ефимова то, что кроме вышестоящего, привлёкшего к заговору, есть ещё два-три свидетеля клятвы. С первым — вертикальная связь, а со свидетелями — горизонтальные. Мы выявили этих людей. И узнали много интересного.

Эш с Авророй, дополняя друг друга, рассказали, и даже показали на схеме, как разрасталась структура революционеров. Началось всё с Ефимова, потом он привлёк некоторых родичей. Потом ещё и ещё. Но самое главное во всём этом было то, что на тот момент, когда к Ефимову примкнули первые родичи, с ним уже был Гордеев-Уткин и ещё двое, которых Аврора на схеме обозначила просто номерами.

— Эти двое — мертвы, — пояснила Аврора. — Первый тот, из США, которого сожгла клятва, но он успел подать сигнал, видимо, Ефимову. Второй из Москвы, застрелился одновременно с Ефимовым и Гордеевым-Уткиным. И вот что интересно, они ранее не попадали в поле моего зрения. С ними не было никаких контактов. Но тот, что из США, недавно побывал в Торонто. Вы с ним в аэропорту ненадолго пересекались.

Я внимательно разглядывал структуру, нарисованную Авророй. На самом верху был Ефимов, на втором «уровне» Гордеев-Уткин и два «номера», Первый и Второй. Под ними дальше — вся остальная структура, причём эти трое были свидетелями лишь для небольшого числа заговорщиков, а сами никого не привлекали. Всё это выглядело так, как будто...

Используя палец вместо курсора, я «передвинул» этих троих выше, на один уровень с Ефимовым. И провёл от них и от самого Ефимова линии выше.

— Помнишь, Аврора, София тогда сказала, что вышла на Минина и Гордеева через знакомого, используя компромат? Мне кажется, этот знакомый — кто-то из этих четверых, или выше. А что если София тоже в заговоре? — я нарисовал на пересечении дополнительных линий кружок и поставил внутрь него знак вопроса.

— Цель для системы ставится извне, — Аврора покачала головой. — Общая теория систем.

— Это всё объясняет, — нахмурилась Эш. — Наш противник, кем бы он ни был, пожертвовал фигурой, в данном случае Ефимовым, вместе со всей его структурой, чтобы скрыться самому и не дать нам отследить вертикальные связи выше.

— Получается, мы даже не знаем истинных размеров этого революционного движения? — спросил я. — И реальных руководителей?

— И даже настоящих целей, — Эш откинулась в кресле.

— Перефразируя известную фразу, — хмыкнула Аврора, — революции задумывают романтики, которых используют проходимцы.

— Согласна. Мне надо сообщить о наших выводах и подозрениях Совету. Это точно не та проблема, с которой вы должны разбираться своими силами.

— А что делать с нашими заключёнными? — спросил я.

— У тебя договор с Советом, — улыбнулась Эш. — Забирай их под себя. Думаю, вы с Авророй найдёте применением всем и каждому.

— Понятно, — вздохнул я. — Опять буду наживкой, только на этот раз будем охотиться на рыбу покрупнее.

— За всё приходится платить, — Эш стала серьёзной. — Ты можешь отказаться.

— И окажусь на обочине? Нет, Эштар, цена мне по карману. Передай Совету, я в деле. Мы дождёмся ответа, прежде чем разговаривать с мятежниками.

* * *

— Таким образом, у нас есть серьёзные основания считать, что структура Ефимова была лишь одной «ячейкой», а общее количество революционеров, их руководителей и настоящие цели установить пока не представляется возможным. Считаю, за Михаилом и его новым кланом необходимо присмотреть, при необходимости помочь, — Эш закончила доклад перед Малым Советом.

— Эх, ну почему это всё происходит в нашу смену? — вздохнул Кент. — Как-то вдруг, вне графика! Нам осталось-то всего два года, потом бы кто-то другой с этим бардаком разбирался!

Прочие члены Совета с тоской посмотрели на председателя. Не всем, но многим пришла в голову та же мысль.

— Тем не менее, надо поблагодарить Петра за бдительность, — «Индиана» потёр виски, — мы и правда могли проморгать революцию. А приглядывать за Михаилом предлагаю поручить Эш. Вы, кажется, сработались.

— Сработались, — улыбнулась та. — Я так и думала, что вы поручите мне их курировать. Только что с Михаилом об этом говорила, он понимает, что объединяя в свой клан всех мятежников, сам становится мишенью для ещё не выявленных. «Опять будет наживкой», как он выразился. Но считает, что оно того стоит.

Кент осмотрел коллег, и все молча кивнули. Если не она, то кто-то из них, а этого никому не хотелось.

— Тогда решено, — председатель снова повернулся к центру зала. — Что у Михаила с формальными условиями для объявления клана?

— Насколько я могу судить, — хихикнула Эш, — у него с этим всё хорошо. Кстати, обручальные кольца они заказали Элигию.

— Элигий взял заказ? — спросил «Индиана». — Или просто проволоку согнуть?

— Да, именно то, о чём ты подумал, — подтвердила Эш.

— Ха, будет интересно посмотреть, чем они будут рассчитываться! Говорят, некоторые остаются ему должны до конца жизни!

— Они заплатили авансом, — Эштар усмехнулась, увидев, как вытянулись лица патриархов. — При этом его же способности для этого и использовали.

— У меня начинают закрадываться сомнения, коллеги! — воздев руки, расхохотался Кент. — Это мы оказали честь Михаилу, пригласив его на Совет, или он нам, удостоив своим визитом?

* * *

Когда Эш исчезла, я посмотрел на Аврору и сказал только одно слово:

— Менталист.

Аврора глубоко вздохнула.

— Множество косвенных улик и ни одной прямой. Всё это может быть как следствием работы менталиста, так и может быть и нет его, и не было. К сожалению, мне недоступны архивы Древних, да и патриархов тоже, Пётр информацией делится крайне неохотно, а у Эш спрашивать... Пётр не хочет, чтобы Совет знал, боится, коллеги сочтут, что у него паранойя.

— Даже если у тебя паранойя, это не значит, что за тобой не следят, так?

— Так, Миша, — Аврора ещё раз вздохнула.

— Давай сделаем вот как. Поговорим с Эш, но деда затрагивать не будем. Если мы имеем дело с менталистом, то это может быть вообще вне нашей компетенции. А если у нас просто глюки — гордость деда не пострадает.

— Лучше перебдеть, согласна. Кроме того, Эш оставила тебе устройство для связи. Думаю, она сможет видеть, слышать и чувствовать всё то же, что и ты, круглосуточно.

— А до этого его дед носил, не снимая, — я хлопнул себя по лбу. — Значит, Эш уже и так в курсе, а мы тут гадаем!

— Всё в силе, — коротко сообщила Эш, появившись прямо в кресле. — И да, меня назначили вашим куратором. Точнее, я сама напросилась.

— Почему? — удивился я.

— А с вами весело! Знаете, что они сейчас обсуждают? — Эш закатила глаза. — Цены на ядерные сборки для электростанций. Вот счастье-то! Десять тысяч лет об этом мечтала!

— Тогда я бы хотел обсудить с тобой границы, — я сделал максимальное серьёзное лицо и показал правое запястье, на котором проявился узор устройства связи.

Ого! Оказывается, оно даже в вирт проецируется!

— Подглядывать не собираюсь, если ты об этом, — Эш улыбнулась. — Сильно сомневаюсь, что у тебя найдётся, чем меня удивить. Ты легко сможешь контролировать и регулировать моё присутствие. Немного потренируешься и научишься. Не воспринимай меня как шпиона.

— А что, похоже, чтобы воспринимал именно так? — меня начал немного подбешивать этот покровительственный тон.

— Ты очень независимый парень, Миша, и было бы естественно с твоей стороны относиться ко всему настороженно. Тем более после стольких попыток тебя убить. Предлагаю договориться вот как. Попробуй походить с вертамом, не понравится — снимешь, понадобится — наденешь. Я не обижусь.

— Значит, эта штука называется вертам? — я взглянул на запястье.

— Да хоть шизофоном назови! — рассмеялась Эш. — Я пытаюсь донести до тебя, что наше сотрудничество — это не ограничение твоей свободы, а расширение возможностей.

Я глубоко вздохнул. Вот как ей втолковать?

— Смотри, я очень люблю своих родителей, правда. И меня греет мысль, что они всегда рядом, помогут, что бы ни случилось. Но если бы они контролировали каждый мой шаг...

— Эш, я поняла, что Миша пытается объяснить, — улыбнулась Аврора. — У нас с ним довольно долго отношения выстраивались, поначалу он думал, что я — компьютерная программа. Да я сама тогда так думала. А потом мы с ним обменялись клятвами, так что у нас ещё вопрос, кто кого контролирует. Я ему не куратор, и даже не как тёща. В команде у меня своя роль — координатор. Миша не воспринимает то, что я вижу его глазами, как нарушение личных границ, потому что сам это позволил. А ты — куратор от Совета, проще говоря, наблюдатель от начальства.

— Кажется, я очень давно не общалась с людьми, — хмыкнула Эш. — Раньше они падали перед нами ниц, а теперь вон, личные границы. Ещё совсем недавно люди верили, что боги слышат каждую мысль. А теперь...

— Зато с нами тебе весело, — заметил я. — И не в личных границах дело. А в том, что команда должна воспринимать меня как однозначного единоличного лидера. Когда начальство где-то далеко, вопросов нет. Есть Совет, с нас могут спросить, мы все это понимаем. Но если ты будешь где-то рядом, вместе с нами, или ещё как-то, и мои будут знать, что ты — мой куратор, они будут путаться, кто лидер, вплоть до того, чьи приказы выполнять. В критической ситуации это может стоить кому-то жизни!

— Предлагаешь войти в команду и выполнять твои приказы? — спросила Эш с непроницаемым лицом.

Я смутился, вспомнив вдруг, с кем говорю. Действительно, не охренел ли я? Привык к Авроре... Ну всё, сейчас-то моей карьере и придёт конец!

Но Эш вдруг что-то для себя решила.

— У меня есть, как ты говоришь, встречное предложение, — подмигнула она. — В оперативной обстановке я безоговорочно выполняю твои приказы в роли... наверное, связного с Советом и другими магами. А в спокойной у меня будет роль, скажем, советника. Ну и по вертаму договоримся, как не нарушать личные границы. Идёт?

— Идёт, — кивнул я внешне спокойно.

Но внутри всё бурлило от ликования. Ведь Эш спокойно могла сослаться на приказ Совета и выставить свои условия! А поди ж ты, прогнулась!

— Ну, раз этот вопрос решили, можем и задержанными, наконец, заняться, — не упустила случая подколоть Аврора. — Их ведь ещё обратно возвращать!

— Да, ты права. Можешь их всех собрать в одном зале? Не хочу повторяться. Минина тоже позови.

— Сейчас организую, — Аврора на секунду исчезла и снова появилась. — Готово, идём!

Глава 6. В ожидании

Аврора собрала всех в зале, чем-то напоминающем древнегреческий театр, только маленький — в центре круглая площадка, а от неё вверх полукольцо амфитеатра с рядами простых каменных лавок без спинок. И вот на этих лавках сидели люди. Много, больше ста человек. Все те, кого мы вытащили из их тел. Все заговорщики Ефимовской «ячейки».

Выражение лиц было настороженно-выжидающим. Ну да, они здесь уже несколько часов. Не в этом зале, а вообще, в вирте. То, что это вирт — давно уже поняли. Со всеми вели осторожные беседы, как выразилась Эш. А значит, должны понимать, что вляпались по полной программе. К тому же многие знакомы между собой, как раз по своим заговорщицким делам.

Мне оставалось только довести их до нужной кондиции, как тогда с Гордеевым. Но сделать это аккуратно. Рыбка должна надёжно заглотить наживку, чтобы не сорвалась, когда буду подсекать, но при этом она не должна этой наживкой поперхнуться. Каждый умерший от клятвы — это будущие напряжённые отношения с их родными, это недополученная в будущем прибыль, а то и прямые убытки. Трое застрелившихся — это может и допустимые, но всё же потери.

Вместе со мной в круг вышли Аврора, Эш и Тимофей Минин.

Наше появление зал встретил гробовой тишиной. Никаких перешёптываний, они даже не смотрели друг на друга. Напряжённые позы, замершие в ожидании лица. И все глаза устремлены на меня.

— Некоторые в этом зале обо мне слышали, — начал я. — С некоторыми мы совсем недавно даже встретились. Но большинство понятия не имеют, кто я, поэтому начну с того, что представлюсь. Я Михаил Медведев, один из потомков патриарха Петра Барлакова. Я родился вне клана, и вообще про магию узнал сравнительно недавно. Также я студент Академии в Геленджике, руковожу отделом тестирования инновационных разработок в Mind Technologies, а помимо этого возглавляю собственный клан, который сам основал, и в который отдельными младшими родами вошёл клан Гордеевых. Скорее всего, про него большинство из вас никогда не слышали, но это не страшно.

Я говорил ровным, спокойным тоном. Эмоции остались где-то там, в этой безумной ночи, когда мы обогнули Землю, но опоздали к Ефимову. После того кабинета с мозгами на стене оставалось только излагать сухие факты.

— Также я представлю своих спутников, — продолжил я. — Аврора Тихомирова, жена и соратница изобретателя технологии виртуальной реальности, погибла 13 лет назад, но её душа и сознание сохранились здесь. Аврора расскажет вам про феномен блуждающего сознания. Эштар, да, та самая, представляет здесь Совет Патриархов. Если вам вдруг будет мало её присутствия, то мы пригласим ещё кого-нибудь из Совета. Ну и наконец, Тимофей Минин, соратник Семёна Ефимова, ныне тоже, к сожалению, мёртв, наглотался цианида, но мы успели вытащить его душу и сознание. Тимофей расскажет, как тяжело приходится его дочери Насте руководить предприятием, которое завещал ей любящий отец.

Я переводил взгляд с одного слушателя на другого, но никто даже не шелохнулся. Похоже, предварительные беседы прошли весьма результативно, господа были готовы внимательно слушать. Более того, внимать. Только лица моих безмолвных слушателей вытягивались всё больше и больше, по мере того, как я представлялся сам и представлял остальных.

— Кстати, вы очень правильно делаете, что молчите. Настоятельно рекомендую молчать дальше, и это, возможно, сохранит вам ваши жизни и то, что вам дорого. Мы предоставим вам необходимую для размышления информацию, а выводы вы сделаете сами. Желающие принять условия, про которые я скажу позднее, вернутся, непожелавшие сотрудничать останутся здесь. Поэтому я могу быть с вами достаточно откровенным. То, что вы сегодня узнаете, в некотором роде тайна, но рассказать вы её никому не сможете. Вопросы, если будут, зададите потом. Пока слушайте внимательно, от этого зависит и ваша жизнь, и жизни ваших близких.

Вот тут по залу всё-таки прошёл гул. Похоже, они что-то бормотали себе под нос. Пофиг, могут хоть проклинать. Лишь бы слушали.

— Для начала я расскажу, что такое клятва, с точки зрения физиологии. Когда вы даёте клятву, у вас в мозгу формируется участок, работа которого поддерживается маной тех, кому вы эту клятву принесли, а также свидетелей. Для того, чтобы клятва работала, как ограничитель, не давая вам что-то сделать, или наоборот, заставляя что-то делать, необходимо соблюдение трёх условий. Во-первых, вы должны понимать, то вы делаете, или не то. Вы сами оцениваете, соответствуют ваши действия клятве, или нет. Например, если вы поклянётесь никому не рассказывать о чём-то, то не сможете ни рассказать, ни написать в письме, ни отправить сообщение. Но эта клятва не помешает вам сделать запись в личном дневнике, и если его без вашего ведома найдут и прочтут — вам за это ничего не будет. Клятва не сработает автоматически, надо чтобы вы сами понимали, что делаете. Во-вторых, необходимо поступление маны от тех, кому вы клялись. Если по каким-то причинам эта мана перестанет поступать, хотя бы временно — клятва потеряет силу. Правда, если клятва защищённая, и вы её нарушите, пока мана не поступает, а потом поступление маны возобновится, вы умрёте. При условии, что будете считать, что нарушили клятву.

Кто-то хотел что-то спросить, и даже начал поднимать руку, но передумал, и я продолжил.

— Это всё общеизвестно, вы это проходили во время учёбы, вам это объясняли родители, и вы сами много раз проверяли это на практике. Но есть ещё третий аспект. Клятва завязана на определённую структуру в головном мозге. И если мозг умрёт, то клятва перестанет действовать. Кажется, это очевидно, мёртвые не могут исполнить клятв. И вот тут мы подходим к следующей теме нашей лекции, а пока просто запомните: в момент смерти человек освобождается от клятв. От всех клятв. Кстати, пока вы здесь, вы ещё не мертвы, ваши тела находятся в глубокой коме. И я могу вернуть вас обратно... на определённых условиях, об этом позже. Никаких вопросов пока, дамы и господа, имейте терпение! Аврора, прошу!

Я обернулся к Авроре, и заметил одобряющие полуулыбки на лицах обеих женщин, а вот Минин стоял задумчивый, и, похоже, тоже внимательно слушал. Гордеева бы ещё сюда... ну да ладно, обойдутся. Кого не получится убедить по-хорошему — тех дожмём силой или просто оставим дозревать.

— Когда мы с моим мужем, — начала рассказывать Аврора, — построили первую виртуальную реальность, мы обнаружили интересное, но пугающее явление. Если вдруг по какой-то причине связь с капсулой пропадала, сознание игрока оставалось в игре, без возможности выхода. Причина этого в том, что в первых капсулах сознание не проецировалось в виртуальную реальность, а переносилось. Позднее во всех капсулах и всех ядрах была установлена блокировка утечки сознания, и теперь, если разорвать связь, перерезать оптокабель или выдернуть вирт-капсулу из розетки, игрок просто проснётся. Но есть исключение. Это я. Так как я непосредственно участвовала в разработке виртуальной реальности, то, когда сама стала её частью, научилась эту блокировку утечки сознания обходить. На всех ядрах она аппаратная, и только в моём ядре стоит единственная в мире программная блокировка. Я могу её включать или отключать по своему желанию. В обычной капсуле тоже стоит такая блокировка. Но специально для нас, нашей команды, была изготовлена необычная. В которой блокировка также может быть отключена. Она, кстати, очень мобильная, это не капсула, а просто обруч, который на голову надевается. Вместе с блоком питания легко помещается в рюкзак.

— И если, — Аврора рассказала что сочла нужным, и я продолжил, — к примеру, усыпить с помощью магии всех, кто находится в доме, а потом надеть на голову хозяина дома этот обруч, и запустить загрузку, то мы получаем блуждающее сознание. Вы можете жить здесь, в вирте, сколько угодно времени. Все ранее данные клятвы на вас больше не действуют. Вы можете связаться с родственниками в реальном мире, конечно, если мы договоримся. Даже если при попытке отправить вас обратно в ваше тело вы погибнете из-за действия клятвы, ваши душа и сознание останутся здесь. Навечно. Тимофей, как общение с дочерью?

— Ну, она приходит ко мне, звонит, когда ей нужен совет... — Тимофей всё же мужик умный, сообразил, что к чему. — Здесь, в вирте, общение вообще неотличимо от реальности. Но вот только все дела в реале ей приходится решать самой. Общаться с клиентам, поставщиками, сотрудниками, банками, налоговой, страховой... Недавно у нас одна фабрика сгорела — и все сопутствующие вопросы Настеньке пришлось разруливать без меня, а я только слушал, иногда подсказывал. И то потому, что стараюсь быть Михаилу полезным, а сама Настя планирует войти в его клан. А иначе мою дочку некому было бы защитить. А всё потому что однажды я принял то решение, которое принял, а потом мне уже ничего не оставалось, мне Ефимов сказал выпить цианид — я выпил.

— Поднимите руки, кому что-то непонятно! — остановил я Минина, пока он не начал прямым текстом рассказывать про заговор.

Несколько человек подняли руки, и я кивнул тому пожилому мужчине, чью жену отпаивала Марика в самом начале операции.

— Я одного не понимаю, молодой человек, — дедуля поднялся с места, — то, о чём вы говорите, похоже не то на сказку, не то на кошмар. Как это всё вообще возможно? Вы же по сути о переселении душ говорите! Это ни наукой, ни магией не объяснить!

— Это техномагия, основанная на знании Древних, — ответила Эш вместо меня, и при этих словах по залу прошёл сдавленный вздох. — Подробностей рассказать не можем, для Авроры и Михаила это корпоративная тайна, а для меня это особо охраняемая тайна Совета Патриархов.

— А правда, что кланы Барлаковых и Тихомировых объединились? — задал вопрос с места неприметный мужичок с лицом не то юриста, не то пронырливой крысы.

— Это не так, но стратегический союз между этими кланами существует уже лет двадцать, — приоткрыл я завесу тайны. — Мой клан является третьим кланом в этом союзе.

— Говори уже, чего предложить хотел! — также с места выкрикнула единственная среди этих старпёров девушка, опа, да это же та самая, дочка оружейного барона, которую я из душа вытащил! — Потом уточним, что непонятно.

— Помолчи, дочь, — положил ей руку на плечо её отец, сидевший рядом выше. — Пусть сам всё расскажет.

— Да некогда мне ждать, у меня свидание, меня потеряют! — дёрнула плечом та.

— Можешь не сомневаться, уже потеряли, — ответил я ей. — И со всеми, кто остался в реале, проведена объяснительна работа, чтобы не паниковали, скорую не вызывали, а только тянули время. Если что, то тех, кто в момент задержания был раздет, мы одели.

Девушка покраснела, видимо, вспомнила, что была в душе.

— Я тоже хочу услышать, в чём предложение, — добавил очень смуглый мужчина в белоснежном платке на голове и одежде... как там она называется, у арабов, нечто среднее между рубахой и халатом до пяток. Ах да, мы ж там в Дубае какого-то сына шейха взяли.

— Предложение очень простое, — поднял я руку. — Все вы — главы независимых родов и младших кланов. Кроме глав нескольких родов из клана Барлаковых. Но не суть. Так вот, мы с вами заключаем некоторое соглашение, у меня есть примерный текст, я дам ознакомиться. По этому соглашению вы вместе со своим родом или кланом в полном составе, до последнего человека, входите в мой клан, — мне пришлось повысить голос, чтобы перекричать поднявшийся ропот недовольства, — отдельными родами, в случае кланов. Новый клан получится достаточно сильным экономически, чтобы такой союз был оправданным. И живёте спокойно дальше. Вам никто не задаёт вопросов, способных повредить душевному здоровью. В том числе патриархи. Я очень хочу, чтобы все вы жили долго и счастливо, любили детей и внуков, занимались тем делом, которое вам по душе, работали и приносили прибыль. Потому что если вы не согласитесь, то вы останетесь здесь. Предложение войти в клан получат ваши наследники, если согласятся — то вы сможете им помогать и наставлять, но, как заметил Тимофей Минин, это не всегда одно и то же. Если же и они откажутся, то клан ли это или род, но он будет полностью уничтожен Советом Патриархов. Убеждать и уговаривать никого не буду, кто считает, что патриархи ему не указ, может попробовать. Я со своей стороны сделал всё, что мог, а главное, убедил Совет дать вам второй шанс.

Говоря, я внимательно следил за тем, чтобы ни у кого не возникло признаков контакта с клятвой — затруднённого дыхания, например. Но вроде обошлось. Думаю, все всё поняли, но ничего, компрометирующего клятву, сказано не было.

— Сейчас вы снова окажетесь в отдельных комнатах, — предупредила Аврора. — Текст соглашения мы вам предоставим. Можете изучать сколько угодно. Имейте только в виду, что после недели в коме выйти из неё будет сложнее, тело плохо это переносит.

— А ещё отсутствие на месте владельца плохо переносит бизнес, — я многозначительно поднял бровь. — Так что да, мы никого не торопим, но и сильно не затягивайте. Возникнут вопросы или пожелания, просто скажите вслух, Аврора вас услышит.

— Господа, — неожиданно поднялся со своего места оружейный барон, — я скажу за себя, но, мне кажется, сейчас все думают о том же. Нас поимели. И то, что предлагает молодой человек — не самая плохая альтернатива. Могло быть хуже.

— Трое пустили себе пулю в голову, — кивнул я. — В том числе Ефимов. Всё, дамы и господа, размышляйте, как будете готовы — зовите.

Я кивнул Авроре, и зал опустел. Мы снова остались втроём.

— До завтра они потерпят, — что-то прикинув, заговорила Эш. — Пусть предаются размышлениям. А тебе, Михаил, надо закрыть вопрос с признанием клана.

— Сегодня? — у меня отпала челюсть.

— Хотя бы формально, но надо, — кивнула Аврора. — Как с Гордеевым тоже можно, но это не слишком надёжно. В его случае послушание подкреплено тем, что ты с Феди взял клятву полного подчинения. Не будешь же ты у каждого сына или дочь в заложники брать, как в средние века.

— Катя хотела пышную свадьбу, в Париже... — приуныл я.

— Да кто вам мешает? — всплеснула руками Аврора. — Я же говорю — формально. Распишитесь, Совет клан признает — а саму свадьбу хоть через полгода делайте. Или не делайте.

— У нас даже кольца не готовы, — я вздохнул. — Но тут да, назвался груздём — полезай в короб. Ладно, я пошёл...

— Катюш... Катя... — я осторожно потеребил невесту за плечо, чтобы не разбудить остальных.

— Мммм? — она открыла один глаз и тут же закрыла. — Погоди, тут паучата учатся паутину плести, я им пирожки принесла.

— Чего??? Какие паучата? — я не сразу сообразил, что Катя ещё не проснулась, и ей продолжает сниться сон.

— Маленькие, розовые, они мне платье сплели, — она снова отключилась.

Ну вот что с нею делать?

Я глянул на часы на периферии зрения. В Москве начало одиннадцатого, день только начинается. Ладно, пусть поспит. Кстати, что она там про пирожки говорила?

Пройдя на кухню, я застал Дарью Николаевну в слезах.

— Что случилось? — спросил я её.

Она повернулась ко мне и долго смотрела, о чём-то раздумывая.

— Миша, спасибо тебе, родной, — наконец выговорила она и порывисто меня обняла.

С её габаритами я сразу почувствовал себя маленьким и хрупким.

— Что такое, Дарья Николаевна? — просипел я, судорожно пытаясь вдохнуть.

— Так эти, балбесы... — она неопределённо мотнула головой. — Мне Петя немножко объяснил, говорит, ты слово за них замолвил, а так бы порешили всех.

— Не порешили бы, — я вздохнул, — просто они б самоубились об клятвы. А у Вас там...

— Так брат же! А, да ты ж никого толком и не знаешь! Ладно, чего тебе бабские причитания слушать. Ты чего пришёл то?

— Простите, что не вовремя, но есть хочется, да и Катю надо разбудить, а она спит, и ей пирожки снятся. Мы двое суток на ногах, отдохнуть не удаётся, и сейчас надо мчать в Москву, опять дела. И всё срочно.

— Держи, — она поставила передо мной большую кастрюлю, обмотанную полотенцем. — Квадратные с мясом, треугольные с рыбой. А вот здесь, — рядом появилась вторая кастрюля, чуть поменьше, — сладкие. Их я вам в столовую принесу, вместе с чаем.

— Вот спасибо! — я от всей души обнял нашу волшебницу, — тогда я побежал!

Я подхватил кастрюля с пирожками и отправился в библиотеку. Конечно, это не место для еды, но мы там есть и не будем.

Как я и думал, стоило мне открыть у кастрюли крышку, как мои зашевелились. Первой открыла глаза Рики, потом Марика.

— Сколько сейчас времени? — проворчал Лёня. — Капец у меня шея затекла!

— Спи в следующий раз на подушке, — фыркнула Настя, — ногу мне отлежал и ещё недоволен!

— А ты мне локтем рёбра отдавила, — парировал Лёня.

Катя проснулась последней, совершенно осоловелой, с уголка рта даже слюнка стекала.

— Ну как твоё платье? — спросил я, подсаживаясь.

— Какое платье? — не поняла сначала Катя.

— То, которое паучата плели! — я постарался не рассмеяться, но это было очень сложно сделать.

— Они его бисером украсили... какие паучата, ты о чём вообще? — Катя, наконец, окончательно проснулась.

— Так! Всем подъём, умываться и в столовую, обедать! Через полчаса отбываем домой! — я понизил голос. — Катя, тут такое дело... пойдём, на крыльце поговорим.

— Ого! — остатки сна с неё как рукой сняло. — Бегу!

Новость Катя восприняла спокойно.

— Миша, да ЗАГС тут вообще ни при чём! Туда же все желающие в любом случае не влезут. А желающих будет много. Как минимум мы обязаны будем пригласить всех глав родов, это что касается официальной части. А хочется ведь ещё и оторваться! Я вообще обо всём этом подумать не успеваю. Но если мне Аврора чуть поможет, мы с ней всё придумаем.

— Конечно, помогу, — тут же влезла в разговор Аврора.

— Погоди, ты что, хочешь провести свадьбу в вирте? — начало до меня доходить.

— Миша, ты у нас такой крутой, такой умный, — Катя покачала головой, — но вот какие-то простые вещи тебе приходится объяснять. Ну а где ещё-то? Куда ты пригласишь Аврору, Эш, Элуидес? А Крома?

— Хм... а так-то логично, если подумать, — признал я. — Столько всего связано с виртом, что это будет... естественно. Да в конце концов, у нас же свой ресторан!

— А пока пойдём, поедим! — Катя чмокнула меня в губы. — Так есть хочется!

Но к пирожкам Катя так и не притронулась. Только чай попила.

— Что такое, Катя?

— Не знаю. Как-то... вроде и хочу, и не хочу.

— Понятно. Заглянем-ка к Маргарите Николаевне в «Лекарь». А уже потом делами будем заниматься. Не нравится мне твоё состояние, ещё с пожара на фабрике. Мало ли чего ты там наглоталась! Да и на самолёте ты тогда весь хвост облазила, сколько пластика переработала!

После обеда мы отправились к нам домой. А оттуда, оставив команду обживаться, мы с Катей и Рики отправились в Москву. Маргарита Николаевна любезно согласилась принять нас без очереди. Катя, вопреки моим ожиданиям, не возражала, и это напрягало меня гораздо больше, чем если бы она наотрез отказалась обследоваться.

— Вы пока здесь посидите, — махнула нам с Рики рукой целительница, когда мы постучались к ней в кабинет. — Пошли, Катюша, рассказывай, что беспокоит.

Дверь за ними захлопнулась, и мы остались в коридоре вдвоём с Рики. Ничего другого не оставалось, только ждать.

Глава 7. Ответственность

— Ты думаешь, он готов к такой ответственности? — спросила Эш у Авроры.

Две богини сидели посреди лесной поляны на травке, и пили вино из хрустальных бокалов. Идея принадлежала Эш, она попросила Аврору показать ей какие-нибудь приятные моменты из жизни обычных людей. А Авроре пришло в голову устроить пикник.

— Жизнь покажет, — Аврора посмотрела сквозь гранатовую жидкость на солнце. — Но ответственности за две с лишним тысячи человек из родов заговорщиков он не испугался.

— Может быть, он просто не понимает, во что ввязывается? — Эш хмыкнула и отпила из своего бокала. — Хорошее вино. Это твои воспоминания?

— Да, мои. С этим вином связана одна история... А нет, уже две истории, — Аврора посмотрела на «коллегу» и поправилась, улыбнувшись, — теперь три. А Миша... ну конечно не понимает. Но это не бесшабашность юности, дело в другом. Он знает, что не один, и рассчитывает на свою команду.

— Плох тот полководец, что стремится победить в одиночку, — согласно кивнула Эш. — Держи.

Эш протянула Авроре флэшку. Точнее, Эш, когда протягивала, видела голографический кристалл в корпусе из материала, похожего на камень, Аврора же видела обычную флэшку в потёртом алюминиевом корпусе. Две разнородные техномагические системы, взаимодействуя, выбрали для пакета данных каждая свой образ.

— Что здесь? — Аврора не торопилась принимать подарок, предпочла сперва узнать, в чём он заключается.

— Здесь материалы по предполагаемым случаям появления менталистов, — Эш отхлебнула ещё глоток, прислушиваясь к ощущениям. — И нет, я не стану сообщать Совету о ваших подозрениях. Петру везде мерещатся менталисты, и это негативно сказывается на его весе в Совете. Но если ты не видишь дракона у себя за спиной, это не значит, что его там нет.

— Предполагаемым случаям? — Аврора приподняла бровь, беря флэшку.

— За всю историю человечества, — Эш глубоко вздохнула, — не было ни одного доказанного случая полноценного мага-менталиста, хотя в той или иной степени слабые ментальные способности не редкость. Чувство опасности, чувство взгляда, способность чувствовать ложь, связь между близкими людьми независимо от расстояний — это всё есть даже у обычных людей, и у магов тоже проявляется. Но свободно читать мысли других людей, внедрять новые, как могли иные Древние — такого не было.

— Ты одна из Древних, да? — спросила Аврора. — Как и патриархи?

Эш внимательно посмотрела на неё.

— Это никогда не было тайной, — ответила, наконец, она. — Просто мы предпочитаем пореже об этом вспоминать. Тысячи лет жизни — это не столько дар, сколько проклятие. А я, видимо, даже патриархов переживу. Они стареют, я — нет. Все забудут про нас, а я буду помнить. И вспоминать, как была наивной девочкой, мечтающей об открытиях. Лучшей в своём отряде, кстати. Всё бы отдала, только бы вернуться. Но это невозможно.

Ещё секунду Эш всматривалась куда-то в одну ей ведомую даль, а потом исчезла. Вышла. Только пустой фужер мягко упал на траву.

* * *

— Заходите, — Катя выглянула в коридор минут через двадцать.

Взгляд у неё был при этом какой-то очень уж растерянный. В душу закралось нехорошее предчувствие и не хотело отпускать.

Эти двадцать минут мы с Рики сидели в коридоре молча, держась за руки. Я чувствовал, как напряжена и взволнована Рики, она, наверное, ощущала то же во мне. Слова были излишни, мы просто ждали.

— Сразу скажу, ничего страшного, — заговорила Маргарита Николаевна, и меня чуть отпустило. — Но, Миша, очень хорошо, что ты настоял на посещении. Мы провели некоторые исследования, и предварительно я могу диагностировать острое отравление свинцом.

— Вы же сказали ничего страшного? — у меня возникло чувство диссонанса. — Свинец — это звучит довольно страшно!

— Во-первых, — начала объяснять целительница, по одному отгибая сжатые пальцы, — Катя — маг, и её в принципе сложнее отравить. Организм сам справляется. Во-вторых, с ней работала Марика, а потом ещё и Рики своей специфической магией воздействовала. И если бы Катарина просто отлежалась недельку, организм справился бы. Но неделька у вас выдалась весьма активная, да ещё и сопряжённая с новыми неблагоприятными факторами.

Я опустил голову. Какой мне клан, если я даже своих девочек защитить не могу? Перед глазами снова, в который раз, замаячило воспоминание из детства — умирающий на моих руках Руся, руки в крови... Меня передёрнуло.

— А в третьих? — спросила Рики.

— А в третьих, теперь вашей красавицей займусь я, — Маргарита Николаевна улыбнулась. — И поверьте, с нею всё будет хорошо!

Я посмотрел Кате в глаза. Видимо, что-то такое она уловила в моём взгляде, что мгновенно вспылила:

— Медведев, даже не смей! — она упёрла мне в грудь указательный палец, на котором отрос и больно кольнул меня коготь. — Я же вижу! Ты сделал то, что и должен был! Как и я!

— Но...

— Миша, то, что ты отвечаешь за своих людей, — вдруг подала голос Аврора, — не означает, что ты виноват во всём, что с ними происходит.

Пара глубоких вдохов и выдохов. Аврора права, вина и ответственность — разные вещи. И теперь уже поздно разбираться, почему сразу не проверили кровь на токсины, почему раньше не настоял на походе к Маргарите Николаевне. Не проверил, не настоял, не проконтролировал. Впредь буду проверять, настаивать, контролировать. Всех, кто был на том пожаре, на контейнеровозе — всех надо проверить. Там не только Катя надышалась, но и куча рабочих, пожарные...

— Я пришлю на обследование всех, кто был на пожаре, — сказал я вслух уже спокойно.

— А вот это правильно, — кивнула целительница. — С тебя и начнём. Но чуть позже. Катя сказала, вам надо срочно в ЗАГС?

— Да, надо, но... Вы же сказали займётесь ею! — я немного растерялся.

— Пять дней прошло, — старушка небрежно махнула рукой, — час или два ничего не решат. Я Катю магией почистила немного, как раз пока вы все дела свои делаете, у меня развёрнутый анализ крови будет готов. Но потом она должна вернуться, и до завтра полежит под капельницами. Согласны?

— Конечно, согласны! — ответили мы едва не хором.

— Хм... — Маргарита Николаевна подозрительно на нас посмотрела, потом ещё раз на Катю. — Ладно, езжайте. Я пока насчёт палаты распоряжусь.

Когда мы вышли из кабинета, я обнял Катю.

— Прости, малышка, — прошептал я ей на ухо.

— Ты не виноват, — ответила она мне также тихо.

— Знаю, — вздохнул я. — И ты всё равно выйдешь за меня?

— Ой, дурак! — в голос расхохоталась Катя. — Конечно! Просто надо будет доработать экипировку!

— А, ну это да... — я даже чуток растерялся. — Надо будет. Лёню озадачим.

Подошла Рики.

— Ну всё, Миша, успокоился? — спросила она.

— Вроде да. Главное, чтобы всё обошлось!

— Обойдётся, — она хлопнула меня по плечу, и порывисто обняла нас обоих. — Идём на парковку, я такси вызвала!

* * *

— Господин, мы узнали, кто это был, — один молодой человек поклонился другому, не многим старше его.

— Рассказывай, не тяни, — нетерпеливый взмах рукой.

— Они говорили по-русски, и мы предположили, что это может быть связано с тем русским, Ефимовым, которому мы поставили тротил неофициально, через портал. Вы тогда ещё сказали, что не доверяете ему, и приказали узнать, где будет использована взрывчатка.

— Теракт в самолёте и взрыв на контейнеровозе. Оба раза эффект — как от детской хлопушки. Этому русскому я бы даже фейерверк не доверил. Что дальше?

— Мы достали список пассажиров того рейса. И нашли обоих, а с ними ещё одну девушку. Парень — Михаил Медведев, студент Академии в Геленджике. Девушка — Иллария Медведева, гражданка Канады. Оба ничего из себя не представляют. А вот вторая девушка, которая была с ними — это Катарина Лоленко, дочь погибшего недавно Сергея Лоленко, гендиректора и фактического владельца Mind Technologies.

— Ефимов покушался на наследницу империи? — тот, что принимал доклад, от удивления даже подался вперёд. — Он идиот?

— Думаю, ему её кто-то заказал, возможно, из членов правления корпорации. Тот же Тихомиров. Это изначально его компания, а сейчас у Катарины блокирующий пакет, а вместе с матерью — контрольный.

— Ладно, это их дело, меня интересуют эти двое. Остальные в нападении на мой дом не участвовали.

— Не совсем так, господин. Михаил и Иллария вели радиопереговоры с некой Авророй. Жену Вадима Тихомирова звали Аврора. Мы нашли в Сети видеозаписи с ней. Голос совпадает. Правда, Аврора Тихомирова 13 лет как мертва, но кто знает причуды этих русских! Мы стали копать глубже, и выяснили, что Михаил Медведев работает в Mind Technologies, причём вместе с младшими из клана Барлаковых, к которому относится и род Ефимова. Попытка связаться с Ефимовым ни к чему не привела, но нам удалось выяснить, что он застрелился вскоре после нападения на Ваш дом, господин.

— Очень много совпадений! Похоже на то, что Тихомировы и Барлаковы решили зачистить всё, что связано с терактом на самолёте. Наблюдение установили?

— Да, господин. Внешнее наблюдение установлено за домом Михаила в Геленджике, домом его родителей в Москве и усадьбой Лоленко там же.

— Сообщи мне, если они где-то появятся. Хочу с ними побеседовать. И пусть подготовят к вылету мой Блитц.

— Уже, господин. Михаил и обе девушки вышли из дома в Москве, сели в такси и вылетели в центр. Сейчас они в клинике Лекарь. Наблюдение сохраняем. Все данные у Вас в коммуникаторе.

— Хорошо. Ты хорошо служил отцу. На случай, если я не вернусь, я дал инструкции в отношении тебя моему поверенному.

— Благодарю, господин, но это лишнее.

— Проследи, чтобы хакеры взломали защиту дома аккуратно и незаметно, чтобы не вспугнуть эту полицейскую суку. Когда вернусь, займусь ею лично.

* * *

ЗАГС встретил нас шумом чьей-то торжественной регистрации. Мы, стараясь не мешать, сразу отправились к «единому окну». Рики зашла вместе с нами.

— Слушаю вас, молодые люди, — встретила нас улыбающаяся женщина лет тридцати.

— Мы бы хотели расписаться, — ответил я.

— Давайте начнём с подачи заявления, — она протянула нам считыватель. — Мне нужны ваши документы.

Мы с Катей открыли на своих коммуникаторах Госпортал и разрешили считывание персональных данных. Катя что-то долго возилась, я уже всё передал, а она ещё какие-то документы сканировала. Может ей там от клана что-то требуется, я не стал спрашивать.

Пару минут женщина проверяла переданные нами данные.

— Когда желаете провести регистрацию? — спросила она, закончив.

— А сейчас можно? — внезапно хриплым голосом задала встречный вопрос Катя. Опередила меня.

— Можно, — улыбнулась женщина. — Вот бланк заявления, подпишите его.

Она развернула к нам самый обычный монитор, на котором было заявление, и указала на считыватель. Я пробежал глазами по заявлению, не сильно вдаваясь в детали. Медведев Михаил Кириллович, Лоленко Катарина Сергеевна, после регистрации брака — Медведева.

— Ну, чего ждёте? — Рики ткнула нас с Катей.

Мы с Катей посмотрели друг другу в глаза. Офигеть, мои сверстники сейчас сидят на уроках, корпят над математикой или ещё чем, а я вот в ЗАГСе сижу, заявление на брак подписываю... Причём, одна жена уже стоит сзади и торопит. Чума! Скажи мне кто такое полгода назад, я, наверное, надорвался бы со смеху.

Глядя в глаза Кате, я протянул руку с коммуникатором и поставил свою подпись. Катя спустя секунду сделала то же самое.

Мы так и сидели, не отрывая взгляда, и глупо улыбались. А потом взялись за руки.

— Готово! Ещё вот здесь подписи... здесь и здесь, — женщина показывала нам очередной документы, мы подписывали...

Зашуршал шестерёнками допотопный принтер, и нам вручили бумажное свидетельство. Поздравительную речь мы прослушали. А когда уже выходили из кабинета, на коммуникатор пришло уведомление от Госпортала: «Поздравляем Вас с регистрацией брака!»

— Стойте! — Рики проскочила вперёд. — Дайте я вас сфотографирую на память!

— Готова поспорить, — улыбнулась Катя, — твоя мама уже фильм монтировать заканчивает!

— Заканчиваю, — ответила Аврора, — но всё равно пусть сфотографирует.

— Поверить не могу, — я подтянул Катюшу к себе и поцеловал, — что всё так легко и быстро получилось! Там же вроде надо месяц ждать. Думал придётся договариваться, что-то доказывать. Вообще сомневался, что с первой попытки получится. Аврора, ты базу взломала?

— Нет, Аврора здесь не при чём, — улыбнулась Катя. — Просто в некоторых случаях допускается регистрация сразу в день обращения. У нас как раз такой.

— И какой же?

Катя приблизилась губами к самому моему уху.

— У нас будет малыш!

Глава 8. Добрым словом

— У нас будет малыш! — прошептала Катя.

Я замер в растерянности, буквально потеряв дар речи.

— Серьёзно? Уже? — подскочила услышавшая шёпот Рики.

— Ага! — заулыбалась Катя. — Миша, ну ты чего молчишь?

— Эммм... — я попытался собраться с мыслями, но не тут то было. — А это что, вот так просто, раз и?..

Девчонки обе рассмеялись, но потом Катя ответила серьёзно.

— Я тоже думала... точнее, вообще не думала! — она сразу сбилась. — Одно дело знать в теории, как всё происходит, и совсем другое вдруг понять... Никаких ритуалов, или там не знаю, экзаменов, тестов, мы просто... и тут раз, и вот!

В голове была каша. И из этой каши постепенно выкристаллизовалась одна, вполне конкретная, мысль. Я отчётливо понял, что вот это всё всерьёз. Даже создание клана носило в себе элемент игры — прокачка, ачивка, новый уровень... А вот ребёнок — это по-настоящему. И никакие отмазки типа «не знал», «не думал», «не готов» — не прокатят. Ответственность в любом случае с этого дня будет полной.

Видимо, все эти мысли отразились у меня на лице, потому что Катя не стала больше ничего спрашивать, просто прильнула ко мне, обняв обеими руками. А я обнял её. Как всё же удачно она выбрала момент, чтобы сообщить новость!

— Спасибо, — прошептал я ей на ухо. — В первую очередь за доверие.

— Катя, в боевых операциях больше не участвуешь! — тоном, не терпящим возражений, заявила Рики.

— Да щас! — Катюха выставила было в её сторону руку с оттопыренным средним пальцем, но, взглянув на меня, сникла. — Что, серьёзно?

— В рискованных — однозначно, — кивнул я. — Но не переживай слишком сильно, мы придумаем тебе чем заняться, без риска для жизни и здоровья. Возьмёшь на себя представительские функции? Тебя ведь к этому готовили, наверное.

Катя скривила лицо так, как будто откусила лимон.

— Готовили. Знаю, умею, но практиковать не хотелось бы. Но если надо — значит, надо. Такая подготовка из нас всех только у меня.

— Ещё у меня, — подала голос Аврора. — И кое-что я Рики в голову вложила. Так что прорвёмся!

— Я тоже не упущу возможности развлечься, — а это уже Эштар.

— О, это меняет дело! — Катя улыбнулась. — С такой поддержкой я согласна!

— А про малыша давайте пока никому не скажем, — заговорщицким тоном предложила Рики. — Это надо обставить как большой сюрприз!

— Точно! — захлопала в ладоши Катя. — Вот когда пол будет известен — тогда. Тортик цветной закажем, я в Сети видела, как это делается!

— Идёт, — согласился я. — А сейчас давайте домой. Нам надо отдохнуть, прежде чем начнётся вся эта беготня с мятежниками.

Я хотел уже было перенестись домой сразу, но натренированный папой взгляд выцепил камеры наблюдения, да и охранник, и несколько посетителей смотрели в нашу сторону. Мы ведь прямо посреди холла первого этажа остановились. Блин, придётся такси брать, лететь к моим, оттуда уже домой.

Так что я обнял девчонок за талии и направился на парковку. Ах да, надо же ещё такси вызвать.

— Я уже вызвала такси, — словно прочитав мои мысли, сказала Рики.

— Отлично! — ответил я, погружаясь снова в свои мысли.

Наверное, я должен был радоваться, но мы не так давно вместе, да и, откровенно говоря, не тот возраст. Это в тридцать лет парочки ждут, надеются, потом радуются... А у нас всё так внезапно, что... Когда в самый первый раз Катя сказала, что нам так и так нужен ребёнок, я просто принял это как данность, и даже не думал больше об этом. Просто решили, что предохраняться не будем, и всё. И надо же, с первого раза! А кто-то, я слышал, годами пытается. Интересно, среди всех моих знакомых магов вообще нет никого, у кого в семье было бы больше двух детей. Хотя никто, кажется, не бедствует. Почему, интересно? Или у меня просто мало знакомых? Или магия как-то влияет? Столько вопросов!

Но радости я пока что не испытывал. Катя понятно, почему довольна. У неё клановое мышление. Нужен наследник, и вот она ... молодец, в общем. Правда молодец! И радуется она, наверное, пока что не столько малышу, сколько своей полезности для клана, для меня. Как говорила Аврора, люди для клана — ресурс. И дети в первую очередь. Хотя может я на Катю и наговариваю. Она вообще очень сильно изменилась за время нашего знакомства.

Поговорить бы с кем-нибудь... С отцом поговорю, когда всем всё расскажем. А с Авророй — при первой возможности.

«Миша, не парься, — услышал я мысли Рики. — Для нас для всех это сюрприз, и Катя тоже не была готова. Всё будет хорошо, вот увидишь!»

«Ты что, слышала, о чём я думал?»

«Ты очень громко думаешь, милый, когда тебя что-то гложет. Стой!»

Я резко остановился, и вовремя. Ещё шаг, и я бы врезался в машину такси. Вот это задумался!

Посмотрев с благодарностью на Рики, я открыл перед ними с Катей заднюю дверь, а сам сел вперёд и задал маршрут к дому родителей. Когда мы набрали высоту и легли на курс, я повернулся назад, к девчонкам.

— А что если нам пообедать у моих, как думаете? — спросил я.

— Бабушка обрадуется, — согласно кивнула Рики.

Боковым зрением я заметил какое-то чёрное пятно, промелькнувшее сзади нашей машины. В следующую секунду я увидел россыпь... файерболлов! Они неслись в нашу сторону, и явно не с дружественными целями!

Выставив щит, я закрылся от первой атаки, но машину ощутимо тряхнуло. Вот это мощь! Щит выдержал, но развалился. А если это не максимальная мощность?

— На нас напали, — я повернулся к штурвалу и переключился на ручное управление.

В ту же секунду я увидел в зеркалах заднего вида ещё одну очередь. Хорошо, что файерболлы относительно медлительные. Щит, манёвр уклонения... на этот раз они проскочили, едва зацепив нас.

— Что за ... ? — на этот раз я отчётливо увидел, откуда стреляют. Да, понятно, что из машины. Но стреляет не человек, стрельба ведётся из чего-то, напоминающего пулемёт с обмотками. Устройство, создающее боевые магические конструкты? Тогда это наверняка кто-то серьёзный!

Сама машина чёрная, наглухо затонированная, и с такими обводами, что вариант оторваться на скорости сразу отпал. Куда там тихоходному такси против такой, по виду гоночной машины? Это как на кукурзнике от истребителя пытаться оторваться.

Значит, отрываться и не будем, будем атаковать.

«Позволь немного помочь?» — прозвучал в голове голос Эш.

«А ты умеешь летать на такой вот технике?» — удивился я.

«На чём-то похожем как раз училась, — кажется, в голосе промелькнула ностальгия, — и была лучшей!»

«Не знаю, как ты хочешь помочь, главное, не мешай», — можно сказать, согласился я.

Оказывается, у Эш был свой метод. Я как будто разом увидел все возможные варианты боя. И стратегию, и тактику.

— Девчонки, держите щиты, надо выяснить возможности противника.

Убедившись, что Рики с Катей поняли меня, и поняли правильно, я сосредоточился на штурвале. Машину теперь целиком окутывал щит в два слоя. Даже если пробьёт один — второй выдержит.

На какую-то секунду, или даже меньше, вручную закрываю маршевые двигатели заслонками, и одновременно убираю крылья, сейчас они будут только мешать. Левые полный вперёд — турбины поворачиваются параллельно земле, правые — полный назад. Разворот в воздухе на 180°! Кто бы мне сказал, что эти вёдра с болтами вообще так умеют!

Конечно, скорость сразу падает. Машина переходит в режим маневрирования, как при взлёте и посадке, только за счёт тяги турбин. А вот у противника скорость не менялась! Выставляю перед собой щит, вливаю в него максимум маны...

Бросаю короткий взгляд в зеркало. Девчонки поняли, что сейчас будет, и упёрлись руками в передние сидения.

Удар!

Мой щит выдерживает, но и щит противника тоже. Мы просто отскакиваем друг от друга, как два бильярдных шара.

Пытаюсь схватить противника телекинезом, но он соскальзывает, как будто... но в этот момент приходится переключиться на пилотирование, и я сбиваюсь с мысли.

— Миша, мы же можем просто телепортироваться отсюда! — кричит Рики, пока я ныряю вниз, снова расправляя крылья и набирая скорость в пикировании.

— Можем, но нас перехватили у ЗАГСа, а значит, следили! — объясняю очевидное мне. — Чтобы устранить угрозу, надо понять, от кого она! Держите щиты! Аврора, чего молчишь? Что по машине?

— Ничего, транспондер не отвечает, по внешнему виду — серийная, но такое оружие нигде не встречалось, и ни на одной выставке показано не было.

— У тебя есть эксперт по оружию, спроси его!

— Минуту...

Ох уж эти учёные! Тайны вселенной познают, а муху в собственной тарелке с супом не заметят!

Вижу внизу знакомый пейзаж, и, уходя от очередной атаки, заваливаюсь на крыло, проваливаюсь вниз, к земле. Черная машина пикирует за мной, стремительно сокращая расстояние. Новая очередь файерболлов, щиты держат, но просаживаются. Кажется, противник не ожидал серьёзного сопротивления, и в его арсенале только файерболлы... надеюсь, во всяком случае. Впрочем, обычной машине, без щитов, хватило бы одного попадания. А очередь, пожалуй, поджарила бы даже танк.

Ныряю в Гагаринский тоннель. Раньше здесь, говорят, постоянно были пробки. Но теперь, когда на земле остались в основном только грузовики... Мчу по тоннелю, петляя между фурами.

— Миша, штраф же будет за пролёт по тоннелю, а оторваться мы здесь всё равно не сможем, — замечает Катя.

— Нам не оторваться надо, а протянуть, пока Аврора машину идентифицирует, — возражаю я. — Здесь он по нам стрелять поди не станет. Толку никакого, а зацепить левые машины — лишние разборки.

Но я ошибаюсь. Наоборот, как только впереди замаячили несколько фур сразу, противник открыл огонь. Могу увернуться, но тогда фуры взлетят на воздух... погибнут люди... а мы можем и не проскочить сквозь взрыв.

Да, лезть в тоннель было ошибкой!

Приходится принимать весь огонь на себя, закрывая собой фуры. А огонь не прекращается. Как же ты достал!

— Рики, я прикрою щитами, вжарь по нему молнией!

— Оооо!!! — отзывается она с явным удовольствием и лезет в потолочный люк.

Пара секунд, и вот в зеркале заднего вида я вижу прямое попадание. Молния, ветвясь, врезается в противника и стрельба файерболлами сразу прекращается! Вот только молнии, кажется, не причиняют чёрной машине какого-либо вреда. Она только свои «плазмопушки» спрятала, а так продолжает лететь ровно. А молнии как будто обтекают корпус.

«У него кроме щитов ещё и полог, — подсказывает Эш. — Вот почему электроника недоступна!»

«Полог не отражает излучение, только размазывает, — вспоминаю я. — Ему сейчас внутри очень жарко!»

«Мне тоже... — голос Рики, очень напряжённый, — всё, больше не могу!»

Тяжело дыша, она села обратно на своё место. Всё же выдала не один разряд, а с десяток секунд держала!

— Это сын барона, — заговорила Аврора. — Машина серийная, переделана, вооружение — автоматические пушки, стреляющие файерболлами. Разработка оружейников барона. Сам сынок — малосилок. Барон очень просил его не убивать.

— Взломать управление машиной можешь?

— Нет. Она под пологом, в боевом режиме связь с внешним миром полностью блокируется.

— Почему он вообще напал? — задался я вопросом, маневрируя между фурами, чтобы побыстрее выскочить из тоннеля, пока противник отходит от нашей контратаки. — Мы же всех родственников предупреждали. А в случае с бароном ты вообще его имитировала!

— У них есть дублирующая система видеонаблюдения в доме, оказывается, — пояснила Аврора. — Полностью автономная и аналоговая.

— Понятно. И наверняка ещё и кодовые фразы, на которые ты не знала, как правильно ответить. И когда сын обнаружил, что его папа лежит на полу, в то время как он с ним разговаривает, он решил... Да неважно, что он решил, но вышел на нас, и очень быстро. Молодец. Будет очень полезный кадр. Обязательно надо его сберечь... Так, по вооружению у нас паритет, взломать мы его не можем...

Мы выскочили из тоннеля, и, крутанувшись над Андреевским мостом, я упал к самой воде Москвы-реки, по направлению к центру города. Оглянувшись, я мысленно потёр руки — за нами в воздух поднялся целый шлейф водяной пыли. С электроникой это не проблема, а вот когда летишь чисто глазами... Вот теперь догоняй!

— Аврора, держи штурвал. Лети строго прямо, как по линейке. Высота — два метра, чтобы пыли было умеренно. Справишься?

— Конечно, — Аврора, хмыкнув, переняла управление, и я откинулся в кресле, закрыв глаза.

— Ты чего задумал? — обеспокоенно спросила Рики.

— Если гора не идёт к Магомету... держите щиты, он сейчас снова будет стрелять.

«Эх, мне бы сейчас круг...» — добавил я мысленно.

«Просто дай развернуться конструкту, — Эш, кажется, не просто говорила, а показывала, как это делается, на уровне магических ощущений, — расстояние минимальное, тебе не нужно много маны, нужна точность».

Вот что она говорила про обучение. Учитель, способный направить прямо в момент, когда ты творишь магию... это невозможно переоценить!

Я оглянулся на моих девочек. Они, конечно, сами могут о себе позаботиться, но оставлять их одних в машине, под обстрелом... А ведь мы так и не сменили биометовую броню на обычную одежду. Просто внешний вид подстроили — джинсы, куртки...

— Девчонки, готовы полетать?

— Машина же... — заикнулась было Катя, но я уже телепортировал нас всех на пару километров вверх, выше обычных транспортных потоков.

Мы все трое синхронно расправили крылья и закрылись шлемами.

— Аврора, опустись ниже.

Нам с высоты было видно всю Москву, а далеко внизу, по реке, скользила, поднимая шлейф воздушной пыли, маленькая жёлтая машинка, а за ней, едва видимая, ещё одна, чёрная. Вот шлейф стал ещё выше, гуще, и преследователь полностью скрылся из глаз. Обязательно поднимется чуть выше, невозможно же так лететь, да и смысла нет, в водяной пыли файерболлы бесполезны.

Так и вышло. Чёрная машинка медленно проявилась среди белой завесы. Преследователь набрал высоту. Отлично.

— Аврора, поднимайся, высота десять метров.

— Он же её сейчас подобьёт! — возмутилась Катя.

— Да, — спокойно согласился я. — Выпишем ему потом счёт. Аврора, предупреди, пожалуйста, родителей. Магическая атака это, кажется, по их части.

— Предупредила, — отозвалась Аврора. — Выезжают.

Очередь файерболлов, и машина такси просто взорвалась.

— Ну, я пошёл, — сообщил я, переходя в пикирование. — Присмотрите за округой.

«Я думала, ты собирался телепортироваться к нему в кабину», — заговорила со мной Эш.

«Да, сперва так и собирался. Но это рискованный и не отработанный приём, решил не оставлять моих одних. Мало ли что».

«Тоже верно. Думаешь, он скоро снимет полог?»

«Теперь, когда девчонки в безопасности, меня это уже не сильно беспокоит. Он теперь в любом случае мой».

«Полностью одобряю».

— Аврора, как хоть его звать-то?

— Георг, — тут же ответила Аврора. И добавила: — Георг фон Зенгер.

— Ну что ж... Жора... пора познакомиться!

Набрав скорость, я телепортировался поближе к земле, буквально в ста метрах позади чёрной машины. В этот момент она как будто поменяла цвет. Из чёрно-матовой стала глянцевой. Сбросил полог. А заодно и скорость. Отлично!

Ещё одна телепортация, и я оказался прямо над ним. Подтянув к себе машину телекинезом и закрывшись от встречного ветра щитом, я сел на крышу, принял позу как будто сижу в кресле... Через потолочный люк я увидел, как Жора поднял голову, увидел меня. Глаза у него распахнулись, он потянулся к приборной панели.

Но в этот момент я телепортировался в салон.

— Привет! По-русски говоришь? — спросил я вежливо.

— Нихт, — тот помотал головой.

— English? — я наклонил голову вбок.

— Yes, — ответил Жора в полной растерянности.

Видимо, он уже понял, что при непосредственном контакте он мне ничего сделать не сможет.

— Так, Жора, — дальше я говорил уже на английском. — Произошло недоразумение. Твой отец задержан по решению Совета Патриархов, передавал тебе привет и просил не убивать. Убивать не буду, но стоимость такси, которую ты взорвал, и сопутствующие расходы оплатишь из личных средств. Личных, не рода!

— Понял... — по лицу Жоры было видно, что он пока ничего не понял.

— Ты посмел напасть не только на меня, но и на моих женщин. Машину конфискую в качестве виры, — добавил я. — Хорошая машина, для представительских целей как раз подойдёт.

Жора только кивнул.

— Да, ты же ещё не в курсе. Но власть немного переменилась. Твой род теперь войдёт в мой клан. Так что я, вроде как, твой новый глава клана. Михаил, приятно познакомиться, — я протянул руку для пожатия.

Тот машинально ответил, и я влил в него такое количество «приветственной» маны, что у него, кажется, дым из ушей пошёл. А второй рукой, вытянутой вперёд, я продемонстрировал на ладони поочерёдную смену стихий — огонь, земля, молнии. Воду бы ещё освоить и воздух...

— Вычудишь ещё что-нибудь в таком духе — сломаю волю и подчиню силой. Понял? — спросил я Жору.

Но ответить он мне не смог. Ушёл в отруб. Похоже, решил, что нарвался на патриарха.

— Аврора, сейчас-то ты можешь управление перехватить?

— Теперь могу. Куда?

— К дому родителей. Там его на такси посадим, пусть домой своим ходом добирается, как хочет. Что там фон Зенгер старший?

— Готов принять наши условия прямо сейчас. Я бы сказала, преисполнен благодарности за сына. Я ему ваш бой от и до показала.

— Насчёт машины не роптал? — хмыкнул я.

— Скорее удивился такой скромности с твоей стороны.

— Кхм... учту! В следующий раз скромничать не буду! Ладно, фону передай, сейчас пообедаем и приступим. Сына его тогда я сам доставлю.

— Мне кажется, Миша, — послышался голос Кати, — Жора нам очень даже помог. Вон как у его папы лояльность повысилась!

— Ага, — согласился с ней я, — добрым словом и пистолетом можно добиться гораздо большего, чем одним только добрым словом.

Глава 9. Vae victis

— Клянёшься ли ты соблюдать установленные Советом Патриархов принципы и догматы?

— Клянусь.

— Клянёшься ли ты следить за порядком в своём клане, дабы доверенные и доверившиеся тебе люди жили и трудились, соблюдая принципы и догматы, установленные Советом Патриархов?

— Клянусь.

— Клянёшься ли ты хранить доверенные тебе Советом Патриархов тайны, не злоумышлять против Совета и следить, чтобы твои люди делали то же?

— Клянусь.

— Волей Совета Патриархов объявляем тебя Главой клана Медведевых. Во славу потомков!

Оказывается, клан — это не так просто. Не справка из паспортного стола, совсем даже. Полноценная клятва, подобная той, которую я давал в Канаде, в присутствии патриархов. Почему-то никто меня об этом не озаботился предупредить. Видимо, все посчитали, что я с этим знанием родился, или в букваре прочитал. А если бы что-то не соответствовало моим собственным принципам?

К счастью, ничего противоречащего в клятве не было. Ссориться с Советом Патриархов я в любом случае не собирался, а клятва была, по сути, именно об этом. Совет делегировал мне людей, со всеми вытекающими, в первую очередь в плане ответственности. Теперь все эти мятежники не их головная боль, а моя. Могу приводить их к клятвам, могу казнить за провинности. Ну, это, конечно, перебор. Но формально у меня такое право теперь есть. Кажется.

Понятно, что полностью «инструкцию для глав кланов» мне никто почитать не давал. Сомневаюсь, что она вообще существует. А было бы неплохо ознакомиться. А то в клятве речь шла об обязанностях перед Советом, а вот об обязанностях перед кланом мне почему-то никто не сказал. А ведь две с лишним тысячи человек, на всех континентах — не шутка в деле!

Впрочем, в Совете явно не дураки сидят, поэтому Эш к нам и командировали. И спасибо им! Иначе я просто не знал бы, с какой стороны за что браться. Хорошо, что Эш оказалась покладистой и вообще мировой тёткой. А как она тогда, при нападении Жоры, умудрилась вписаться с подсказками, даже не отвлекая! В общем, всем бы таких учителей в школе!

Сам обряд принесения клятвы проходил у нас дома, который временно становился клановым кхм... особняком? маловат... Штаб-квартирой? вот, наверное, ближе. Штаб-квартирой клана. В гости нагрянули сразу три патриарха из Малого Совета. Которые так и не удосужились представиться. Наверное, это и правильно, мы ведь не дружить собрались. Они выполняли свою функцию, я свою. У женщины в ЗАГСе, которая нас регистрировала, я тоже имя не спрашивал.

Я только имя главы совета запомнил. Кент. Странное какое-то имя, как из комиксов. Но на Супермена не похож...

Спасибо патриархам, собрались быстро. Потому что Катя, когда узнала, что церемонию проведут «вот прямо сейчас», ложиться в больницу наотрез отказалась. Предупредила, что сбежит, и никакие стены её не удержат. Потому что она больше всех старалась, и ни один чёрствый диктатор и шовинист не посмеет лишить её заслуженного торжества. Убедила, чего уж там. Час туда, час сюда. Ещё она сказала, что ребёнку это отравление не повредит, а сама она не настолько уж сильно пострадала.

Помимо трёх патриархов из Совета присутствовали, понятное дело, все мои, кхм... домочадцы. Боялись дышать, но в обморок, кажется, никто падать не собирался. Родители в последний момент примчались, вместе с Вадимом Тихомировым. Ну и дед, конечно. Как без него?

В общем, тусовка подобралась донельзя представительная. Я, как мог, старался делать морду кирпичом, но было слегка не по себе.

Вроде бы добился, чего хотел, и теперь со мной точно будут считаться. Но с другой стороны, оставалось подспудное ощущение, что не я власть взял, а мне позволили её взять. А то и просто, случайно оказался в нужном месте в нужное время. А может и в ненужном... патриархи Совета такие радостные, как будто удачно нашли, на кого свои проблемы свалить.

Ничего, я на деле докажу, что своё место не за красивые глазки занял! Себе докажу. А Совету ничего доказывать не буду, они сами увидят.

«Да, милый, обязательно!»

«Я опять громко думал?»

«Немножко», — Рики, стоявшая напротив меня, ободряюще улыбнулась.

«Миша, — а это уже Эш, — если бы у кого-то были в тебе сомнения, ничего этого сейчас бы не было».

«Прости, ты права. Просто нервы расшалились».

— Этот перстень, — Кент протянул мне печатку, на вид из старого серебра, с плоской верхней поверхностью, — содержит в себе подтверждение твоих полномочий главы клана. Просто прикоснись ею к человеку, и влей ману. И он поймёт, кто перед ним. Кроме того, это «прямая линия» с Советом, на случай событий, требующих нашего вмешательства. Но постарайся никогда её не использовать. Эш тебе всё объяснит. Потом, когда придумаешь герб, вырежи здесь его. Печать, сделанная с толикой маны, будет содержать в себе след твоей силы и твоего статуса.

— Как цифровая печать? — спросил я.

— Это цифровая печать — как эта печатка, — усмехнулся Кент. — Но суть ты уловил верно.

Рано или поздно всё заканчивается. Патриархи, сделав дело, сразу нас покинули. Дед тоже с ними ушёл. Наверное, захотел что-то обсудить. Ах да, что с его-то мужиками делать. Они ведь тоже томятся в ожидании.

— Миша, поздравляю! — первой подошла ко мне Марика. — В клан примешь? Теперь уже официально.

— Само собой! — я даже удивился вопросу. — Для своих двери всегда открыты.

— Только не сейчас, — заметила Рики. — Сперва надо как-то Катю в больницу уложить.

— Что такое? Надолго? Что-то серьёзное? — посыпались на нас со всех сторон вопросы.

Пришлось объяснять про пожар и отравление. Раскрасневшаяся от избытка внимания Катя на отравленную и умирающую не походила, так что все успокоились.

— Миша, — вышла на связь Аврора, — прими и мои поздравления! И соболезнования тоже.

— Спасибо! — искренне поблагодарил я. — Кажется, я не ошибся, это всё не только очень круто, но ещё и изрядный геморрой?

— Конечно. И он уже начался. Я позволила задержанным общаться между собой. Барон фон Зенгер, кажется, взял на себя роль проповедника новой власти. Он даже не скрывает свои мотивы: крупный клан, автоматически международный — это интересные финансовые перспективы.

— Если пьянку нельзя предотвратить, её следует возглавить, — фыркнул отец. — Знаю я этого фон Зенгера, держит нос по ветру и всегда выходит сухим из воды. Готов поспорить, что он метит в замы. А потом свой род сделать в клане наиболее значимым.

— А потом найти способ избавиться от недоразумения в виде молодого рода Медведевых, — кивнул я, соглашаясь. — Хрен ему. Выход из вирта — через клятву личного вассалитета.

— Тогда надо, чтобы связь с телом была, — напомнила Аврора.

— Рики, — повернулся я к жене, — придётся тебе встречать наших гостей в реале. А я буду их в вирте провожать.

— Хорошо, — она перестала улыбаться, сразу стала серьёзной. — Не переживай, я справлюсь.

— Я не сомневаюсь. Всё равно телепортироваться на большие расстояния по наводке на образ человека только ты сможешь. Кого-то с собой возьмёшь?

Рики задумалась. Потом покачала головой.

— Не вижу смысла. Работа несложная, опасность мне никакая не угрожает, зачем ещё кому-то со мной таскаться?

— Возьми меня, — неожиданно предложила Марика. — Тебе я не нужна, но людям могу понадобиться.

Я кивнул, одобряя идею, и Рики показала Марике большой палец. Всё, этот вопрос решён.

— Нам нужна вторая мобильная диадема, — покачал я головой.

Нет, я ни на что не намекал. Но Вадим понял правильно.

— Когда закончите, обсудим взаимодействие между кланами, — он протянул мне руку. — Молодец, Миша. Ты действительно всего этого достоин.

— Спасибо, Вадим, — ответил я серьёзно. — Ваше мнение для меня особенно ценно. А сейчас давайте уже займёмся делом. Боюсь, всё это затянется до вечера, а то и до утра.

Мы — Вадим, родители, Катя, Рики, Марика и я — переместились в гостиную дома родителей. Оттуда Вадим уже на своей машине отправился в офис. Мы тепло попрощались и договорились встретиться в выходные.

Когда он ушёл, ко мне подошли папа с мамой.

— Было немного неловко при всех, — начала объяснять мама, — нас ведь знают, как ночной кошмар всех преступников, а тут я...

Мама сбилась, шмыгнув носом. На глазах у неё выступили слёзы.

— Мы тобой гордимся, сын, — закончил её мысль отец. — Но будь осторожен, думаю, это всё — только начало, и проблем теперь станет на порядок больше.

— Уверен, папа, так и будет, — кивнул я. — Но я не один, так что прорвёмся.

Мы обнялись, и на душе сразу как-то потеплело.

— Фрица то своего заберёте? — вышла с кухни бабушка. — Я его покормила, а то уж больно худой.

За её спиной маячил немного растерянный, но, кажется, вполне довольный жизнью Георг.

— Ой, точно, а я про него и забыл! — хлопнул я себя по лбу. — Рики, подбрось его, пожалуйста, до дома. Ему как раз надо будет с папой своим пообщаться.

Про папу, что характерно, Георг понял без перевода. Помрачнел, но ничего не сказал.

— Миша, мы Катю отвезём в больницу, — подмигнула мама.

— Я так-то и сама могу! — возразила Катя.

— Можешь, — я поцеловал её, чтобы не спорила, — но мало ли, вдруг Жора не единственный благородный мститель. Мне так будет спокойнее. Или хочешь, я сам тебя отвезу?

— Нет, иди, — вздохнула Катя. — Мы с тётей Светой посекретничаем.

Она показала мне язык, а Рики погрозила кулаком.

— Смотри там, чтоб без меня никаких происшествий!

Родители с Катей улетели в больницу, Рики, прихватив с собой Георга и Марику, ушла порталом, и я остался с бабушкой.

— Что, внучок, говорят, ты теперь большая шишка? — бабуля стряхнула с меня несуществующие пылинки.

— Выше только патриархи, бабушка, — вздохнул я.

Та только головой покачала.

— Помни, что поросёнка откармливают, чтобы потом съесть.

— Подавятся, — я обнял бабушку. Какая она стала маленькая! — Мне пора в капсулу.

— Кажется, это уже не игрушки? — минутка телячьих нежностей прошла, и бабуля хитро мне подмигнула.

— А я тебе всегда говорил, что я в капсуле работаю! — расхохотался я, убегая на второй этаж.

В комнате ничего не изменилось, как будто я вчера из неё вышел. Как был, в биометовой «броне», растёкшейся по телу на манер гидрокостюма, я нырнул в свою старенькую капсулу. Очень символично, что теперь, взойдя на одну из самых высоких вершин, я вновь в ней, как в самом начале пути.

Аврора встретила меня вместе с Эш.

— Ну что, готов? — спросила Аврора.

— В общем, да, — кивнул я. Кажется, действительно готов. — Давайте вот как сделаем. Соберём их снова в том театре и включим трансляцию. Покажем им в реальном времени, что происходит в реале. И чтобы мне тоже было видно. Диадему можно, я думаю, не скрывать, без тебя она всё равно бесполезна.

— Трансляцию сделаю, — кивнула Аврора, — а что касается амфитеатра, то там они и ждут.

— Тогда идём. Кстати, Эш, а ты свидетельницей клятвы выступать можешь? — спросил я на ходу.

— Уж думала, не попросишь, — хмыкнула богиня. — Могу. Согласна.

— Спасибо! — я улыбнулся. Даже просить не пришлось.

Мы вышли на «сцену». Нашего прихода почти никто не заметил. Собравшиеся в зале что-то оживлённо обсуждали, разбившись на группы.

— Аврора, о чём они говорят? — спросил я.

— Ты будешь смеяться, но о бизнесе, — закатила та глаза. — То, что они почти умерли, их не особо смущает. Знакомятся, выясняют, кто чем при жизни занимался, чем могут быть друг другу полезны, если получится вернуться. Некоторые, кто верит, что вернутся, уже условия сделок оговаривают.

— Пора агентство «Некронетворкинг» открывать, — мне оставалось только головой покачать.

Они неисправимы. С другой стороны, я теперь буду получать процент с них со всех. Так что их такая активность только мне на руку. Ещё логистику если оптимизировать, то совсем хорошо будет. Интересно, как таможня отнесётся к стационарным порталам? А впрочем, там ведь тоже наверняка есть наши.

— Дамы и господа, — я повысил голос, насколько мог, — минуту внимания, пожалуйста!

Вот теперь меня заметили. Расселись, смотрят на меня. Вроде не враждебно, и то хлеб.

— Наконец-то домой? — выкрикнул кто-то с места.

— Да, — я поднял руку, предупреждая дальнейшие расспросы. — Это займёт несколько часов, потому что моей жене придётся опять по кругу навестить каждого с мобильной установкой для подключения. Просто по щелчку мы вас отсюда выпустить не можем. С нею, на всякий случай, моя целительница, но вам она вряд ли понадобится, скорее кому-то из самых впечатлительных родственников может помощь потребоваться.

— Так чего мы ждём! — подала голос дочка барона. — Давайте начинать! Это у вас конец недели и вы никуда не торопитесь, а у меня сегодня свидание!

— Ещё один пункт, — кивнув ей, продолжил я. — Как вы уже поняли, на выходе вы должны будете принести клятву. Я думал принимать клятву после выхода. Но произошли кое-какие события, из-за которых я решил пересмотреть процедуру. Мы с вами встретились при таких обстоятельствах, что трудно ожидать сейчас взаимной любви и преданности. Я надеюсь, мы с вами сработаемся и найдём и общий язык, и точки соприкосновения. Многие уже начали. Но пока вы тут отдыхали, на меня и мою семью уже было покушение. К счастью, это было скорее недоразумение, и мы во всём разобрались. Однако, во избежание даже мыслей о чём-то подобном, я решил включить в клятву ещё один пункт, исключающий возможность вредить мне лично и моему роду. Кроме того, клятву надо будет принести до выхода. Считайте её обратным билетом.

— А что, такая клятва имеет силу в реале? — заинтересовался мужичок интеллигентного вида. Кажется, откуда-то из Америки. У него там что-то с умной бытовой техникой связанное, кажется. Маленький род, ведущий семейный бизнес. Куда, спрашивается, полезли.

— При определённых условиях — да, — подтвердила Эш. — Я сама выступлю свидетельницей. Если кто забыл или не знал, я Эштар, архивариус Совета Патриархов. И кстати, малейшую попытку нарушить клятву я замечу.

— Михаил, а это не слишком? — заговорил араб. — Мы понимаем, в какой ситуации оказались. Но против Вас лично ничего не имеем, сами виноваты. А Вы требуете, по сути, вассальную клятву.

— Я не хочу спорить, господа. И дамы. Давайте я вам расскажу свою историю, а вы сами решите, что делать. Может, кто-то захочет остаться.

И я рассказал. Не вдаваясь в особые подробности про взаимоотношения с кланом Тихомировых и личную жизнь, я сделал акцент на истории покушений. Рассказал про Настю и Федю, про взрывы на фабрике и контейнеровозе, про попытку взорвать самолёт.

— У нас есть доказательства, что за всеми покушениями стоял так или иначе Семён Ефимов. Но не он был заказчиком. В двух случаях заказчик нам известен, а вот в трёх свежих — нет. Поэтому я оказался перед Советом Патриархов. Не потому что какой-то особенный, выдающийся или сделал что-то замечательное. А потому что Семён Ефимов, организатор вашего кружка по интересам, — тут я увидел, как поморщились большинство присутствующих в зале, всё же я задел чуть-чуть их клятвы, — охотился за мной. Совет предложил мне, цитирую, пустить вас всех под нож, а имущество кланов и родов забрать себе.

Ага, прониклись.

— И почему мы еще живы? — спросила жена барона.

— Я разве похож на палача? — пожал я плечами. — Но сами понимаете, нельзя просто взять и отказать Совету. Так что пришлось импровизировать. Некоторый опыт с виртуализацией у меня уже был, вот, буквально на ходу, сочинил схему, которая сработала. Вы все живы, а когда вернётесь — будете здоровы. И я прекрасно понимаю, что объединённый клан в нагрузку это такое, весьма сомнительное вознаграждение. Спокойной жизнью не пахнет от слова совсем.

— Инициатива наказуема, — хмыкнул один из моих родственников, здоровяк, которого я видел у деда, на «поминках» Ефимова. Похож на Дарью Николаевну, повариху дедову. Поди он и есть её брат?

— Да, именно так, — согласился я. — Ещё я нисколько не сомневаюсь, что рано или поздно те, кто на меня охотится, выйдут на кого-то из вас, или среди вас найдутся желающие изменить ситуацию в свою пользу. А я хочу, чтобы в клане, коль уж нас Совет посадил всех в одну лодку, не было распрей. Я не могу исключить все возможные поводы, но могу исключить возможность злоумышлять.

— Совет одобряет этот пункт в клятве, — добавила Эш.

— В сухом остатке, лояльность в обмен на жизнь, — буркнул араб.

— В обмен на жизнь всех членов рода, — поправила его Эш. — Совет считает полумеры неэффективными.

— Уважаемая Эштар, — обратился, поднявшись со своего места пожилой китаец, кажется, связанный с производством овощей где-то на востоке Китая. — Пользуясь случаем, прошу Вас, передайте патриархам, что в значительной степени именно излишняя категоричность Совета по ряду вопросов и послужила причиной сложившейся ситуации.

Как хорошо, что в вирте отсутствует языковой барьер. Каждый говорит на своём языке, система автоматически переводит. Иначе было бы довольно сложно понять друг друга. Пожалуй, штаб-квартиру клана в вирте и надо будет устроить. У нас же здесь свой ресторан! Ой, это же всех этих вот на свадьбу ещё звать...

— Непременно передам, — серьёзно кивнула Эш. — Но для категоричности есть очень серьёзные причины.

— Пример нашего нового главы клана, — китаец сделал в мою сторону лёгкий полупоклон, — наглядно показывает, что есть и иные варианты.

— Если бы всё было так просто, — вздохнула Эш. — Впрочем, я здесь как раз затем, чтобы посмотреть, что из этого получится. Можете считать себя пилотным проектом Совета. По использованию мягкой силы вместо, как Вы выразились, излишней категоричности.

Стало тихо. Господа и немногочисленные дамы обдумывали услышанное.

— Может быть, проиграв, — задумчиво поскрёб в затылке барон, — мы в итоге добьёмся даже большего. Я согласен на все условия, и готов быть первым.

— Вы и так первый, — усмехнулся я. — Моя жена сейчас в Вашем имении и готова принимать Вас в реале. Аврора, включи, пожалуйста, трансляцию.

Барон спустился к нам. А Аврора на свободном участке «сцены» создала трёхмерную проекцию — ту же комнату с телевизором, где мы пленили барона. Сейчас тела барона, его жены, отца и дочери лежали так, как мы их и оставили, на полу. Прошло около 12 часов, ничего страшного, ну покряхтят немного, когда вставать будут. Кроме коматозников, в комнате находились Рики, Марика и та девушка, из местных полицейских. А вот Жоры видно не было. Наверное, дом отправился инспектировать. Бар, например.

— Как зовут юных леди? — спросил, сглотнув, барон. — Мне ведь их как-то приветствовать предстоит, я так понимаю.

— Та, что с красными волосами — моя жена Иллария. Вторая — целительница, Марика. Давайте руку, барон, и приступим.

* * *

— Я получила сообщение. Ефимов застрелился. Что будем делать? Мы можем обойтись и без фабрики Мининых, но это потеря времени!

— Время не имеет значения.

— Наш ... консультант рекомендует поторопиться. Нас ищут. А корпорация выкупила все старые модели.

— Значит, обзаведёмся самой новой.

__________________

Vae victis — «горе побеждённым» (лат.)

Глава 10. Выгрузка

— Я, Вильмар фон Зенгер, клянусь...

Клялся барон минуты две. Но если отбросить словесную шелуху, то основных пунктов было три. Барон отрекался от идей, направленных против Совета Патриархов, обязался ввести в мой клан и свой род, и младшие рода, а так же, самое для меня главное — признавал моё главенство и клялся не злоумышлять против меня, хранить мои тайны и выполнять мои приказы. Со своей стороны я обязался беречь честь и достоинство барона, что не даст мне отдать преступный или аморальный приказ. Ну и ещё много чего по мелочи, оговорки всякие... Суть сводилась к том, что хочет барон или нет, но он теперь мой со всеми потрохами. И его люди — мои.

Сама процедура оказалась довольно простой. Рики надела на барона диадему там, в реале. Прошло подключение. Но пока мы с бароном держались за руки, выйти он не мог. Далее сама клятва, свидетельницей которой выступила Эш. И, наконец, барон, сказав напоследок жене, что будет ждать её на той стороне, вышел.

И через пару минут очнулся в реале.

— Майне дамен, — встав с пола, он учтиво поклонился и отошёл в сторонку, чтобы не мешать.

Следующей на выход отправили непоседливую Клаудию, опаздывающую на свидание. Очнувшись в реале, она что-то прошептала на ухо Рики, отчего та покраснела, а потом убежала в свою комнату.

Последними в этом доме ушли отец и жена барона. Кажется, только теперь, увидев воочию, как всё происходит, господа и немногочисленные дамы заговорщики поверили, что это всё не розыгрыш, а по-настоящему.

Нам здесь было слышно, что происходит в реале. Когда Рики закончила, а Марика проверила состояние «пациентов», они набрали следующую точку. Дом араба. Там его ждала, кажется, жена. И когда Рики сперва связалась с ней через коммуникатор, а потом просто телепортировалась к ней вместе с Марикой, по залу пронёсся шумный вздох. Вот так, по звонку, даже обычный портал к незнакомому человеку, наверное, мало кто открыть может. А чтобы телепортироваться!

«Молодец, Рики, зарабатываешь нам репутацию!» — привычно подумал я «вслух».

«Спасибо, милый. Стараюсь!» — ответила Рики.

В смысле??? Я же в вирте!

«Если ты удивляешься тому, что вы слышите друг друга, — встряла Эш, — то всё нормально. Ты же, Миша, в вирте не весь целиком, только проекция. Физически ты в вирт-капсуле, и душа твоя там же».

«А, ну да. Раньше мы просто не пробовали. Удобно! Очень удобно!»

* * *

Дарья Николаевна, улучив минутку, снова убежала к брату. Говорят, Миша как-то умудрился договориться с Советом, никого не казнят, хоть Пётр и ходит мрачнее тучи, и амброзию свою хлещет, что на него вообще не похоже.

— Даша, — патриарх зашёл в столовую, из которой заговорщиков никуда не переносили, оставили лежать у стенки, — поговорить надо. Садись.

Дарья Николаевна молча села за стол, на указанный ей стул, а сам Пётр сел напротив. Не на своё место во главе стола, а на обычное.

— Что-то случилось, Пётр Александрович? — обеспокоенно спросила она.

— Уволить тебя собираюсь, — тяжело вздохнув, сказал патриарх. — Не представляешь, как мне от этого тяжело и пакостно.

— Из-за брата, да? — догадалась Дарья Николаевна.

— Он и остальные покинут клан, и войдут в клан Миши. Совет предлагал мне их оставить у себя, но это будет неправильно. И... прежние отношения уже не восстановить. А ты ведь так и осталась в роду, когда твой брат старшим стал. Замуж не вышла, так что...

— Вы же патриарх! Кто Вам слово скажет? Пётр Александрович, я ведь всю жизнь в Вашем доме прожила!

— И напрасно, я тебе много раз говорил. С твоими талантами... А, да что там. Готовь прощальный ужин, этих всех, — он кивнул головой в сторону лежащих рядком тел, — покормишь, и простимся на том.

— А если я у Михаила попрошусь остаться здесь у Вас? — ухватилась немолодая уже женщина за соломинку.

— У Миши ресторан и амбиции, с чего бы ему тебя оставлять? — удивился Пётр. — Ты сама себя не ценишь, это не значит, что другие не ценят! Но хочешь — так спроси. Теперь он — твой глава клана, ему решать.

Патриарх тяжело, опираясь на столешницу, встал и вышел за двери. А Дарья Николаевна хотела было поплакать, но потом вспомнила, что ужин сам себя не приготовит, всплеснула руками и кинулась на кухню. В помощницы она кликнула Зою, приходящую домработницу, которая сегодня очень удачно вышла во вторую смену. У той, конечно, одни кавалеры на уме, но помогать на кухне она всегда охотно соглашалась. Говорила, что ухажёры от её стряпни тают и подарки дарят. Вот только замуж не зовут, хмыкнула про себя Дарья Николаевна, потому как зачем, если Зоя и так всегда накормит и приголубит.

— Ну кто так тесто раскатывает? — ругалась она на Зою четверть часа спустя. — Ты лапшу делать будешь или пончики? Тоньше, тоньше раскатывай!

Немаленькая Зоя, неуклюже повернувшись, своротила своей кормой холодильник.

— Я стараюсь! — психанув, она хлопнула ладонью по столу, от чего тот подпрыгнул.

— Да вижу я, как ты стараешься, — вздохнула Дарья Николаевна. — У тебя поди это, эти дни?

— А? — Зоя недоумённо посмотрела на хозяйку кухни, а потом часто закивала. — Да, да, эти...

— Так а чего ты тогда пришла мне тут мешаться? Иди вон, стол сервируй. На... семнадцать человек. Ох, ну куда ты пошла... Ладно, Ульянку позови, скажи я наказала, вдвоём поди управитесь. А потом её ко мне отправь. Всё, иди с глаз моих!

Зоя молча ушла, а Дарья Николаевна принялась раскатывать тугое, непослушное тесто. Надо налепить ещё любимых Мишиных пирожков, задобрить. Ну не откажет же он ей в просьбе?

* * *

Очень быстро торжественное, обставленное клятвами, возвращение теперь уже бывших заговорщиков к новой жизни превратилось в скучный рутинный конвейер. Телепортация, подключение, клятва, выгрузка, следующий. Три-четыре минуты на каждого. Клятву зачитывали по бумажке, а чтобы дело двигалось быстрее, Аврора даже что-то вроде электронной очереди организовала. Пока один выгружался, следующий уже готовился.

И, тем не менее, процедура затягивалась. И затягивалась очень сильно. Но ускорить её никакой возможности я не видел. Половину всего времени занимала клятва, вторую половину — выгрузка. По сравнению с этими тремя минутами перемещение девчонок из одного дома в другой было почти мгновенным.

Все эти имена, города, страны... В голове уже была каша. Мне никогда не запомнить столько всего! А ведь у них ещё есть жёны, мужья, родители, дети. А ведь кланы — это ещё и младшие рода! Ну ладно, запоминать дни рождения и даже имена детей мне не нужно. Куда важнее знать, кто чем занимается, кто чем может быть полезен другим. Но даже это — дохрена!

Сеть гостиниц — это у араба или у того китайца? А нет, китаец овощи выращивает, точно. У него сеть тепличных хозяйств. Интересно, что будет, если обработать почву слабым воздействием эльфийской регенерации? Вкусовые качества улучшатся? Для тех же гостиниц это ведь, наверное, важно. Им бы ещё мастер-класс от Дарьи Николаевны, которая в свои пирожки наверняка что-то магическое добавляет, ну не могут они быть такими вкусными просто так.

А у этого производство медицинского оборудования... так! Надо будет перетереть. Мне точно нужна их лицензия!

Что здесь? Программное обеспечение... Хм, познакомить их с Авророй? Хотя нет, ей и так забот хватает. Но может сама заинтересуется.

А вот эти — коммуникаторы делают, малоизвестный бренд. Что-то у них не ладится, надо будет разбираться.

Авиакомпания? Ого! И как? Пассажиры предпочитают конкурентов? А почему? Проблемы с запчастями? Замкнутый круг? А если разорвём?

Пока шла выгрузка одного, я успевал перекинуться несколькими словами со следующим. Началось с простой вежливости, но остальные сразу подхватили. Через два часа у меня уже голова трещала по швам от избытка информации.

«Рики, ты как там, силы ещё есть?» — спросил я после трёхчасового нон-стопа.

«Пока держусь, если что — взбодрюсь. Надеюсь, хотя бы в эти выходные мы отоспимся!»

«Если тормозить не будем — есть шанс закончить хотя бы сегодня! А завтра нам на занятия. И я боюсь даже подумать, сколько всего мы пропустили, и сколько нам домашки делать!»

«Да я на любую домашку уже согласна!»

Меня взбодрить было некому, так что пришлось держаться самому, на морально-волевых. Никогда бы не подумал, что можно так устать в вирте!

Вдруг стало легко-легко! Я закрутил головой, ища причину, и увидел, как мне подмигнула Аврора. Ах да, коммуникатор же я не снял, залез в вирт-капсулу как был. Видимо, Аврора догадалась, что мне нужен «допинг». Я благодарно кивнул ей.

За следующие два с половиной часа мы закончили всех. Остались только родственники, так сказать. Те, с кого начались подозрения. Члены клана Барлаковых. Здесь к нам присоединился дед, от чего мужики вжались в сиденья.

— Зла на вас ни на кого не держу, — начал свою речь дед. — Но и оставить в своём клане не могу. Да и не хочу. Мне Совет предлагал, но я отказался. Так что пойдёте под Мишку, а кого что не устраивает — встретятся с Советом. Есть желающие?

Желающих вполне ожидаемо не было.

— Имейте в виду, Мишку поддерживает не только Совет, которые далеко и у них дел много, но и я лично. И я всегда рядом. Узнаю, что кто-то из вас балует — сочту личным оскорблением. На дуэль патриарху вас, тщедушных, вызывать невместно, так я по-отечески, поджопников выпишу.

— А что с договорами, Пётр Александрович? — поднялся с места один из оставшихся.

— Что ж раньше о договорах-то не думал, а? — сплюнул дед. — В силе все договора останутся. Там такой клубок, что и не распутать. Со временем разберёмся. Сейчас Миша с женой вас вернут в реал, там девки стол накрыли. Ужин. Прощальный. Давайте, выстраивайтесь в очередь, мне вас ещё из своего клана изгнать надо, а не то здесь застрянете.

Я посмотрел внимательно на деда, но он, кажется, избегал моего взгляда. Глаза подозрительно блестят. И осунулся весь. Как будто разом на тысячу лет постарел.

Ладно, позже поговорим. Сейчас не место и не время.

Порядок немного поменялся. Теперь Рики надевала диадему, обеспечивая связь души с телом, и сперва с «пациентом» работал дед.

— Я, патриарх Пётр Барлаков, изгоняю тебя и род твой ... из своего клана, и освобождаю тебя от всех клятв, кроме клятвы и впредь хранить мои тайны и тайны клана.

Вспышка белого света... всё, человек свободен... Формула односторонняя, ответных слов или действий не требует. Это принять в клан — куча условий и оговорок, а выгнать — просто говоришь «пошёл на**й», и всё. Удобно.

Дальше клятва мне, выгрузка...и я видел на проекции, как вставая и отряхиваясь, они один за другим с понурыми лицами садились за стол.

Рики уже, кажется, на ногах не держалась. Заговорщики были уложены головой к стене, и чтобы Рики было удобнее, и не бегать, их к ней подтаскивала дородная домработница, Зоя. Она ещё массаж знатно делать умеет, и Дарье Николаевне на кухне часто помогает. И здесь помогла, спасибо ей.

Вот к Рики подошла Марика и что-то ей сказала. Рики кивнула, и они поменялись. Ну да, ничего сложного в работе с диадемой нет.

Последним оставался брат Дарьи Николаевны. И, видимо, он слишком близко к сердцу изгнание воспринял. В буквальном смысле.

— Аврора, подожди, не выгружай! — предупредила Марика. — У него, кажется, инфаркт!

— Марика, давай вдвоём, — подскочила к ней Рики. — Диадему кто-нибудь снимите!

Зоя, неуклюже расстегнув защёлку, сняла диадему и отошла в сторонку.

Я не мог, конечно, видеть через камеру, но сейчас несчастного должны укрыть и целительская, и эльфийская магия, которая сама по себе порой не хуже целительской. Но эльфийская лишь ускоряет заживление, а целительская восстанавливает то, что повреждено. Вместе они вообще способны творить чудеса.

Вдруг Рики подняла голову и посмотрела в сторону Зои. Та сделала рукой жест, какой-то знакомый...

— Стоять! — Рики ускорилась, и тут же ускоренное восприятие включилось и у меня.

Похоже, Аврора решила, что мне надо это видеть. А я на автомате нырнул в боевой транс, так что теперь плавные движения Рики видел, как в замедленной съёмке.

Она не просто вскочила, но ещё и ударила в Зою молнией! Но та даже не обратила на это внимания. Электрический разряд, способный поджарить до румяной корочки, обогнул её и ушёл в стену.

Что там происходит?

Зоя развернулась навстречу Рики. Стоп! Рики же под эльфийским ускорением! А Зоя — простой человек! Какого хрена она двигается с такой же скоростью?

Но потом...

Рука Зои внезапно удлинилась, выстрелив в лицо Рики серым клинком, от которого та каким-то чудом сумела уклониться.

Чего??????

Рики тут же ударила файерболлом, но Зоя, видимо, выставила перед собой щит, потому что пламя, вполне видимое, растеклось по сферической поверхности, не причинив Зое вреда.

На секунду на меня напал ступор, но только на секунду. В следующее мгновение я сделал то, что и должен был с самого начала.

Я телепортировался туда, к Рики, за спину к Зое.

Вот только я забыл, что моё тело лежит в вирт-капсуле в Москве, а сам я нахожусь в вирте.

Глава 11. Зоя

Я телепортировался туда, к Рики, за спину к Зое.

Вот только я забыл, что моё тело лежит в вирт-капсуле в Москве, а сам я нахожусь в вирте.

Понятия не имею, что было бы, если бы Аврора позволила мне загрузиться без блокировки утечки сознания. Если бы получилось, меня постигла бы участь моих теперь уже мятежников — душа и сознание остались бы в вирте, а вот тело... телепортировалось бы оно из капсулы? Вряд ли. Скорее всего, у меня просто ничего бы не вышло.

К счастью, Аврора отключала блокировку, только когда в этом была необходимость. Так что первым моим ощущением после телепортации было чувство падения, с последовавшим за ним сильным ударом спиной и затылком о камень. Видимо, как лежал в вирт-капсуле горизонтально, так горизонтально и появился. На высоте метра от пола. Это меня, естественно, дезориентировало, как и аварийный выход из вирта. Какого хрена я вообще вычудил? Интересно, кто-нибудь ещё так пробовал?

Следующим ощущением был удар в живот. Не сильный, скорее не удар, а толчок. Сознание немного прояснилось, и я увидел, что надо мной стоит Зоя, левая её рука превратилась в клинок, и вот этот клинок она и попыталась в меня вогнать. Вот только дальше биомета он не прошёл.

Ускорение ещё действует? Если нет, Аврора, надеюсь, сообразит! Глубже в транс. Боль в затылке отступает.

Пытаюсь встать, но не могу. Я физически прикован к Зое. Кто она, чёрт побери? Стоп, она что, ворует мой биомет? Ах ты, сука! Стоять!

Нет, как маг камня она явно сильнее. Сейчас она только пробует броню на вкус, удивляется, но потом просто оставит меня голым. Не пойдёт!

Хватаюсь за клинок рукой, чтобы пропустить по нему молнию. Что это? На ощупь как кожа... латекс? Так вот почему молнии Рики прошли мимо! Готовилась, тварь!

А как тебе такое? Формирую прямо в ладони файербол, вливаю в него ману... радостное шипение резины возвещает о том, что цель достигнута. Хватаюсь за раскалённый клинок и чуть не ору от боли от ожога. Но это меня не останавливает, а наоборот, распаляет. Не сдерживаясь, херачу в этот клинок молнией.

Вот теперь есть эффект!

Зоя отлетает от меня в потолок, и цепляется за него, втыкая в дерево... у неё что, паучьи лапы? Твою ж... на что мы напоролись?

Рики! Фуф! Она не пострадала, стоит в паре метров от меня, задрав голову. Высокие у деда потолки!

Диадема... не знаю, зачем она «Зое», но рисковать нельзя! Сейчас диадема болтается у неё на руке, кабель оторван, но это не поломка...

Видимо, та же идея пришла в голову и Рики, потому что мы оба, не сговариваясь, ударили по диадеме и огнём, и молнией, с двух рук.

Есть!

Счетверённый удар не оставил противнику шансов. Зоя успела создать щит, но наш удар пробил его и превратил диадему в облако осколков.

Мне показалось, что Зоя повернула голову. Но это было не так. Просто лицо растаяло на одной стороне головы и проявилось на другой. Внушительная грудь исчезла, разгладилась, платье трансформировалось в мужской костюм...

С потолка, воткнув в него вывернутые в обратную сторону паучьи лапы, на нас смотрел Сергей Лоленко.

— Вы мне мешаете, — произнёс он спокойным голосом, после чего отцепился от потолка.

Я ожидал, что он упадёт нам на головы, и рефлекторно прикрыл нас с Рики щитом. Но Сергей открыл прямо перед собой портал и провалился в него.

— Рики, ты цела? — бросился я к жене.

— Меня сейчас разорвёт от досады, — Рики топнула ногой, — но да, цела! Мешаем мы, ему, видите ли!

— Марика? — я повернулся к нашей целительнице.

— Что случилось? — та подняла на меня глаза. — Откуда ты взялся? Что сейчас вообще было? И где Зоя?

Мы с Рики переглянулись.

— Ускорение действовало всё время вашего боя, — пояснила Аврора. — Он занял около секунды реального времени.

Я огляделся и просто охренел. Деду явно потребуется ремонт в столовой. Стены и пол испещрены ударами молний, дверь выбита в обратную сторону и улетела куда-то в коридор. Камень на полу и то потрескался! И даже местами оплавился! Портьеры... я смахнул телекинезом ткань и сжал, перекрыв доступ кислорода. В потолке, набранном из какого-то дорогущего даже на вид дерева, остались дыры с разодранными краями, сетка от удара молний, а в одном месте дерево тлело, и от него тянулась струйка дыма.

Обернувшись, я увидел бывших барлаковцев. Оооо!!! Какие лица! В момент, когда Рики напала на «Зою», все они смотрели на Марику, следили за реанимационными процедурами. У кого-то ложка замерла на полпути ко рту, кто-то подавился, кто-то облился компотом... Они видели всё, и в то же время ничего. Слишком быстро. Намного быстрее порога восприятия.

Но то, что на их глазах произошла нехилая схватка, поняли, я думаю, все.

— Телепортировался прямо из вирта, когда понял, что Рики нужна помощь, — ответил я Марике. — А что было? Сергей был, Лоленко. Замаскировался под Зою и хотел выкрасть диадему.

— А где тогда сама Зоя? — нахмурилась Рики.

— Я не следила за ней специально, — ответила Аврора. — Её коммуникатор выключен уже около семи часов, тогда девушка была ещё дома.

— Марика, что с твоим пациентом? — спросил я.

— Как диадему сняли — ему полегчало, сейчас стабилен, — отчиталась та. — Приступ прошёл, небольшие последствия я залечу, а если Рики поможет — это будет быстрее.

— Рики, помоги ей, — кивнул я. — Деду объясни... и помягче, он и так не в себе. Я скоро вернусь.

Рики внимательно посмотрела мне в глаза.

«Думаешь, Зое нужна помощь?»

«Боюсь, она ей уже не нужна», — покачал я головой, и вышел за дверь, стараясь не обращать внимания на боль от ожога.

Моя машинка ждала меня под навесом. За ней кто-то всё это время присматривал, по крайней мере, когда я сел в неё, заряд накопителей оказался полным.

Немного поколебавшись, я набрал Малофееву. Ответила она, как ни странно, сразу.

— Любовь Викторовна, простите, что так поздно, — в Новосибирске уже был час ночи. — Это Михаил.

— Да, узнала. И номер записан. Что-то случилось? — Малофеева ответила голосом человека уставшего, но спать ещё не собирающегося.

— Есть такие подозрения. У нас девушка одна на работу не вышла, а она очень исполнительная, и коммуникатор не отвечает.

— Михаил... это... — чувствовалось, что соображает она со скрипом. — Ты не стал бы мне звонить, если бы она просто не вышла на работу, так?

— Любовь Викторовна, я в городе никого не знаю, мне просто больше не к кому обратиться, ну не в полицию же звонить по такому пустяку!

Ага, конечно. В полицию звонить по пустяку не вариант, а прокурору города в час ночи — в самый раз. Ну же, включай мозги!

— Поняла, — из голоса пропали малейшие следы усталости. До прокурорши, наконец, дошло, что причина для такого звонка должна быть самая серьёзная. — Куда ехать?

«Улица Вязовского, 13, квартира 26», — подсказала Эш.

Я повторил адрес вслух.

В трубке замолчали.

— Михаил, мы сейчас как раз по этому адресу... — Малофеева засопела в трубке. — Я не имею права сообщать детали, но... ваша девушка на работу уже точно не выйдет.

— Минуту... «Эш, Аврора, картинку с её коммуникатора и всех, кто есть поблизости!»

То, что я увидел, напоминало кадры из какого-нибудь фильма ужасов.

Девушка сидела, примотанная к стулу скотчем. Вот только вместо рук у ней были обрубки. А сами руки, разрезанные на отдельные кусочки, были аккуратно разложены перед ней на полу.

И что-то мне подсказало, что их так и отрезали, по кусочку. Слишком аккуратно даже для скальпеля, так аккуратно можно отрезать только силовым щитом.

К такому меня жизнь точно не готовила...

В лицо девушки я смотреть побоялся. И так она мне теперь ночами будет сниться, как пить дать.

Захотелось проблеваться.

— Михаил? — пока я разглядывал Зою, прокурорша меня потеряла.

— Я понял, — в горле внезапно пересохло настолько, что я говорил беззвучно. Кашлянул. — Я понял, Любовь Викторовна. Передам. Как закончите — дайте знать.

— Хм... хорошо, — Малофеева на видео, которое транслировала Аврора, пожала плечами.

Связь прервалась. Можно никуда не ехать.

Общаясь с патриархами и богинями я забыл, что для Малофеевой я всего лишь внук Барлакова, с которым она по глупости сцепилась, но конфликт был улажен. Я ей не начальство, и приказывать права не имею. А кто имеет?

— Аврора, дед где сейчас?

— Вышел вслед за тобой, сейчас в столовой. Миша... ты не виноват в этом вот.

— А? — я удивился такому повороту в словах Авроры. — Конечно не виноват, я и не собирался себя накручивать. Кошмары мне, правда, всё равно обеспечены.

Я выключил двигатели и вышел из машины. Жаль, не полетали. Я даже успел по ней соскучиться. Всё таки первая своя машина, да ещё и трофейная.

— Хорошо. Если будет нужно поговорить...

— Аврора, какого хрена? — я просто взорвался. — Мне жаль эту девушку, но мы не были с ней близко знакомы, и она не первая погибла за последнее время. Со мной всё в порядке.

— Полегчало? — участливо ответила Аврора, и не думая на меня сердиться.

А мне правда полегчало. Вспышка ярости что-то переключила в голове. Нельзя одновременно орать и накручивать себя!

— Да, спасибо, — я глубоко вдохнул и выдохнул.

— Обращайся, — хмыкнула Аврора. — Гнев полезнее уныния и самокопания. Петр уже в курсе, звонит Виноградову. Здесь он без тебя разберётся. А тебе лучше заняться последним коматозником. Его возвращение лучше не затягивать.

— Диадему мы взорвали... новая ещё когда будет. Давай его через мою капсулу вернём?

— Подойдёт, — согласилась Аврора. — Он малосилок, как и Жора, ты можешь взять с него клятву и после выхода.

— Хорошо. Спасибо.

Блин, с дедом поговорить не получается... нехорошо... но сейчас ему не до меня, а у меня своя задача.

Зайдя в столовую, я застал бурное обсуждение. Рики что-то объясняла достопочтенной публике.

— Да не могу я ничего вам рассказать! Вы ещё не до конца в клане! — втолковывала Рики мужикам.

Моё появление остановило спор.

— Так, господа. Вас здесь никого вечером не было. Утром приехали, Ефимова помянули и по домам уехали. Весь день грустили, ни с кем общаться не хотели. Девушка, которую вы здесь видели — это... очень долго объяснять, но он может менять внешность. Охотился он за диадемой, хотя я понятия не имею, зачем она ему. Зоя, настоящая Зоя — мертва. Всего этого я вам не говорил. Ужин, полагаю, закончен. Нам надо заняться нашим родственником, — я кивнул в сторону коматозника.

Стало тихо.

— Как мертва? — послышалось от входа. В дверях стояла Дарья Николаевна.

— Убили её, чтобы проникнуть в дом, — ответил я ей. — Этим сейчас дед занимается. А нам надо Вашим братом заняться.

— А я? — женщина села на краешек стула. — Что со мной будет? Пётр Александрович меня ведь уволил.

— Дарья Николаевна, — я присел перед ней на корточки. — Крепостное право у нас уже скоро двести лет будет, как отменили. Вы лично ничего плохого никому не сделали, и к Вам ни у кого никаких претензий нет. Не переживайте, всё хорошо будет. И с вами, и с остальными. Зое просто не повезло, вот и всё. Но мы обязательно найдём того, кто это сделал, и за всё с него спросим.

— Угу, — она вытерла слёзы. — Миша, она ведь странно себя сегодня вела, а я внимания не обратила, думала, просто не в настроении девка.

— Это была уже не она. Дарья Николаевна, оставайтесь пока здесь, я с дедом поговорю чуть позже. Нам надо поторопиться.

— Угу, — повторила она и залилась слезами.

Я осмотрелся. Рики подошла ко мне, Марика сидела на стуле возле нашего «пациента». Как там его звать-то? Я ведь даже не спросил.

— Рики, Марика, давайте плотнее, — скомандовал я.

Мы скучковались, и я перенёс нас четверых, вместе с бесчувственным телом, в Москву, в свою комнату.

Подключение и возвращение прошли штатно. Мужик, правда, едва поместился в моей капсуле. Какие же они все широкие! Аврора что-то в ней подкрутила, и капсула загрузилась насухую, без раствора. Правильно, зачем коматознику раствор. Хорошо, раздевать не пришлось.

Между делом Рики с Марикой на пару заживили мне руку. Новая кожа взамен сгоревшей оказалась розовой и нежной. Ничего, это ненадолго.

— Аврора, как хоть его звать-то? — спросил я, когда выгрузка уже подходила к концу.

— Даниил Николаевич Кузнецов. Потомственный кузнец. У него небольшая мастерская, занимаются всякой мелочёвкой из металла. В отличие от большинства Барлаковых — маг металла. И художник в душе.

— Вот как его угораздило в этой компании очутиться? — покачал я головой. — Семья, дети?

— Женат на сестре Семёна Ефимова. Детей двое, старшему парню скоро в академию идти.

— Вон оно что... понятно тогда.

Мы помолчали, дожидаясь завершения выгрузки.

— Жив? — Даниил Николаевич порывисто вдохнул. — Я жив?

— Жив, жив, — подтвердил я. — Как самочувствие? Марика, проверь?

— А... а как моя семья? — он сел в капсуле, свесив ноги.

— Не в курсе, — честно ответил я. — В Новосибирске ещё не поздно. Возможно, жена отчитает, что допоздна работаете.

— Она волнуется, наверное, дед давно к себе не созывал всех. Значит, всё в порядке?

— Всё в порядке, Данила Николаевич, — подтвердила Марика. — Только сердце берегите, Вы нам живые и здоровые нужны. В другой раз меня может не оказаться рядом.

— Спасибо, дочка, — кивнул здоровяк, опускаясь на ноги. — Век не забуду.

Он вдруг обнял Марику, стиснув так, что у той кости затрещали. А отпустив её, подал мне руку.

— Я готов, — коротко сообщил он.

Свидетелями этой клятвы выступили Рики с Марикой, но и призрачная Эштар присоединилась. Не знаю, почувствовал ли её присутствие Данила Николаевич, но вот Рики точно почувствовала. Надо будет в спокойной обстановке потренироваться с Эштар на предмет личных границ, как договоривались.

Когда мы закончили, спустились вниз. Там нас встретили родители. Оказывается, они уже по своим каналам были в курсе произошедшего с Зоей. Я отправил Данилу порталом к деду одного, а мы остались переговорить с папой и мамой.

— Пока разборки были между магами, никто не вмешивался, — объяснила мама. — Но на этот раз погибла обычная девушка. Сергей, что называется, допрыгался.

— Его будут искать?

— Утром будет совещание, — покачала головой мама, — но я думаю, что специально искать мы его не будем. Он может менять внешность, и если начать его загонять — жертв станет больше. Но в розыск, тем не менее, объявим. Как особо опасного. А значит, если попадётся на камеры или ещё как-то, к поимке можно будет официально привлечь федералов.

Я решил, что момент подходящий.

— Мама, папа, давно собираюсь вас спросить... кто вы вообще такие? Не ЧОП ведь.

— ФСБ, особый отдел, — пожал отец плечами. — Но и ЧОП, между прочим, тоже. Совершенно официальная лицензия.

— Так и думал, — я даже не удивился. — Но подробности мне знать не положено.

— Допуска нет, — заржал отец. — Да, так и есть.

— Видимо, ваш особый отдел как раз преступлениями с применением магии занимается, — предположил я. — Не отвечай, это достаточно очевидно.

Родители переглянулись.

— Достаточно, — сказала мама. — Всегда говорила, что сын у нас умный парень. Просто весь в бабушку. Сколько мама не говорила, что раскусила меня?

— С первого дня знакомства, — припомнил я давнишний разговор. — Мы пойдём. Мне ещё с дедом поговорить надо и с Катей созвониться. Как она там хоть?

— Катя прекрасно, — улыбнулась мама. — Лежит под капельницами, читает, смотрит фильмы, играет в сетевые игры. В общем, очень скучает.

В этот момент наверху, на втором этаже, раздался страшный грохот. Дом ощутимо тряхнуло, такое впечатление, что там что-то взорвалось!

Мы на секунду замерли, глядя друг на друга.

Рики, и с небольшой задержкой и я тоже, окутались зеленоватым сиянием. Видимо, Аврора сообразила, что сейчас ускорение может понадобиться. Через три секунды субъективного времени мы были уже у дверей моей комнаты.

Достаточно быстро, чтобы ощутить открывающийся портал, но недостаточно быстро, чтобы успеть его перехватить.

Когда мы ворвались внутрь, в комнате уже никого не было. В потолке зияла огромная дыра — что-то пробило крышу, чердачное перекрытие и потолок второго этажа. И вдобавок превратило мою кровать в ошмётки.

— Вирт-капсула исчезла, — Рики указала на то место, где она стояла.

Глава 12. Новые заботы

— Вирт-капсула исчезла, — Рики указала на то место, где она стояла.

— Сука! Шоб ты в ней захлебнулся! — заорал я в звёздное небо, задрав голову. — Я ж её сам собирал!

Пригляделся к краям дыры. Дыра... дырища... дырень... Здесь теперь можно машину парковать. Прямо через крышу. А доски-то выломаны внутрь!

Действие эльфийского ускорения прошло, и в комнату ворвались мои родители.

— Итииить! — присвистнул папа. — Что сюда упало? Метеорит?

— Если бы! — мама повела носом, как будто принюхиваясь. — Здесь открывали портал.

— Мы знаем только одного эм... условно разумного, способного проломить собой крышу и два перекрытия, и уйти порталом, — вздохнул я, немного успокаиваясь. — Бедная Зоя!

— Но зачем Сергею твоя вирт-капсула? — спросила Рики.

— Очевидно, затем же, зачем ему нужна была диадема, — пожал я плечами. — Как и нам. Кого-то куда-то загружать. Только вопрос — кого и куда? И загружать или выгружать?

— У меня нет версий, — отозвалась Аврора. — Чисто теоретически, если бы у Сергея было свободное ядро, свободный камень души и желающие пройти моим путём... Но даже в этом случае! У Вадима были предоставленные ему Петром, с разрешения Совета, знания Древних, и то потребовались годы экспериментов!

— А трудно заполучить свободное ядро? — спросила Рики. — Мы с Мишей ещё летом пытались это выяснить, но быстро поняли, что нам это не по карману тогда было.

— Сейчас уже по карману. И хотя ядро — это только часть системы, это не проблема, а расходы. Проблема для Сергея была бы в том, что работа каждого ядра отслеживается. Грубо говоря, в них вшит серийный номер. Там вообще больше десятка контуров защиты от реверс-инжиниринга и нелегального использования. Думаешь, почему китайцы ещё не смогли скопировать? Ядро саморазрушается при любой попытке влезть внутрь.

— Тогда зачем ему моя вирт-капсула? — спросил я прямо.

— Не знаю, — честно ответила Аврора. — Единственное предположение — они с Софией не в курсе всех этих защит, и думают, что загрузка в ядро — это легко и просто. Подключил к ядру вирт-капсулу, загрузился — и готово. Если так, то мне их даже жалко.

— А зачем им загружать кого-то в ядро? — спросила Эш, присоединившись к нашему совещанию.

Сейчас она показалась, видимая только мне, чтобы осмотреть комнату, но голос транслировала через Аврору и динамик коммуникатора.

А ещё Эш «переоделась». На ней была вполне обычная одежда: джинсы, толстовка, кроссовки. Во всём этом она смотрелась не намного старше нас. Может, лет на двадцать пять, не больше. Встретишь такую на улице — и не обратишь внимания.

Мы переглянулись с Рики.

— То, что он хочет сделать что-то подобное, — начал рассуждать я вслух, — логически следует из его действий. Единственное, чем отличается диадема и моя вирт-капсула, это возможностью загрузки в вирт.

— Да, это понятно, — Эш дёрнула плечом, мол, не тупая, уже догадалась, — я спросила, зачем ему это. Вы его знаете, имели с ним дело. Я — нет.

— При жизни, — сделал я небольшое уточнение, — он хотел сместить патриархов и править планетой. Потому что считал, что у Совета это плохо получается. Но если революционеров, как я понял, не устраивали в первую очередь догматы и то, что маги живут в тени, то Сергей конкретно считал, что именно он лучше других знает, как устроить жизнь на Земле. Мне его жена рассказывала. Что у него перемкнуло после смерти — можно только гадать.

— София жаловалась, — вспомнила Рики, — что он стал очень рационален. Как компьютер. Никаких эмоций, только цель. Да и когда мы его видели, он был реально как статуя.

— Если он так рационален... — Аврора на долю секунды задумалась. — В соответствии с теорией личного интереса, наивысшая и предельная рациональная цель заключается в том, чтобы устроить свою жизнь так хорошо, как это только возможно. Но какие у него потребности? Пить-есть не надо, секс, видимо, не нужен, безопасность? Мог бы зарыться под землю и сидеть там. Но он оттуда и вылез.

— Думаю, — заговорила мама, — у него ничего не перемкнуло. Скорее, замкнуло. Цель, мне кажется, осталась та же, причём единственная и не подвергаемая сомнениям. Как у фанатиков. Во всяком случае, мне не приходит в голову никакая другая цель, для реализации которой потребовалась бы мощь живого суперкомпьютера, извини, Аврора, за такое определение. Они с Софией могли бы создать новую корпорацию за несколько лет, опыта им хватит. Без всего этого.

— Согласна, — кивнула Эш, хотя этот кивок, такой естественный, и мог увидеть только я, — очень похоже на желание создать супероружие, пусть и информационное. Аврора, ты уверена, что нам не о чем беспокоиться, и у них нет шансов реализовать такое?

— Обсужу это с Вадимом, — вздохнула Аврора. — Всё же это его детище. Но Илья, технарь и помощник Вадима, за тринадцать лет так и не смог разобраться. Куда уж Сергею с Софией!

— Поговори, пожалуйста, после этого вернёмся к разговору, — я от души зевнул. — Слушайте, этот день когда-нибудь закончится? Папа, с дырой-то что делать?

— Ну что делать? — пожал плечами отец. — Чем-нибудь закроем, а то мало ли дождь. А завтра бригаду вызову. Забей, разберёмся.

— Давай поищем, чем закрыть, и уже после этого мы домой, — предложил я.

Дыру в крыше закрыли большим куском плёнки, которую я оплавил немного магией так, чтобы она прилипла к кровельному настилу. Провозились больше часа, но дождь в комнате в ближайшее время теперь точно не грозил. Эх, если бы с нами была Катя, она из песка с тренировочной площадки черепицу бы сделала, лучше настоящей. Но я не Катя, мне пока до такого контроля камня ещё далеко. Биомет послушный, он изначально рассчитан на управление, а вот камень... Как Катюха, превращать гранит в сметану я пока не могу.

Когда мы, наконец, очутились дома, было уже одиннадцать вечера. В доме никто не спал, все ждали нас. Но прежде чем сесть ужинать и рассказывать, мы с Рики позвонили Кате.

Та, понятное дело, не спала. Тоже нас ждала.

— Ничего не рассказывайте, — предупредила она, скривившись, — я в курсе всех основных событий благодаря Авроре.

— Про вирт-капсулу тоже? — уточнил я.

— Да, всё видела, — Катюша тяжело вздохнула. — Мне очень жаль, что всё это произошло, и происходит. Это ужас какой-то!

— А тебе обязательно оставаться на ночь в больнице? — прищурилась Рики.

— Да, — ещё один вздох, — я тут вся в трубках, мне даже вставать нельзя. И ко мне не вздумайте припереться! Не хочу, чтобы вы меня видели в таком виде!

— Вставать нельзя, а как в туалет? — спросил я.

— Давай не будем об этом, ладно? — смутилась Катя. — Я в жизни ни разу не болела, и для меня лежать в больнице... Маргарита Николаевна так объяснила, что если бы в теле кусок свинца застрял, она бы его без проблем вынула, за пять минут. Или если бы биологический яд был, к примеру, то, что организм может сам переработать — сложно, но целительская магия может помочь. А вот с таким отравлением проще использовать капельницу. Так что буду лежать, как обычный человек, минимум два дня, потом два дня перерыв, и повторный курс.

— Хм... а ведь я тоже никогда не болел, — задумался вдруг я. — Ну так, разве что лёгкая простуда.

— Маги вообще не болеют, — пожала Катя плечами. — Ах да, ты же всего этого не знаешь. Так, вы чем планируете заняться?

— Поедим и спать, — честно ответили мы с Рики, переглянувшись, а я добавил: — Сразу бы спать, но нас наши ждут с рассказом, и кто-то ужин приготовил. Неудобно отказываться.

— Ну ты иди в душ, милый, а мне тут сестрёнке пару слов наедине сказать надо, — Катя послала мне воздушный поцелуй. — Давай, спокойной ночи!

— Хм, ну ладно... — я снял свой коммуникатор и отдал его Рики. — Спокойной ночи, солнышко!

Не знаю, о чём они там болтали, но через пару минут Рики присоединилась ко мне в душе. Прильнула всем телом, привстала на цыпочки и впилась жарким поцелуем. И только мне в голову полезли всякие мысли, удобно ли будет, если наши подождут нас чуть дольше, как она выскользнула из моих объятий и повернулась ко мне спиной.

— Это был аванс! А сладкое — на десерт, после ужина! Поможешь помыть голову?

— Помогу, — я выдохнул, выравнивая дыхание. — А о чём вы с Катей говорили?

— Она мне объясняла, почему она на меня обидится, если я тебя сегодня не соблазню! — рассмеялась Рики. — Я не всё поняла, что у неё в голове, но кажется, она всерьёз.

— А я думал, мы просто спать ляжем? Двое суток на ногах!

— Ты так-то полдня в капсуле лежал, дорогой! — Рики ткнула меня локтем под рёбра. — Так что не отмажешься!

— И не собирался! — соврал я.

Но пока мы, наконец, поужинали тем, что приготовили Вика с Настей, пока поговорили, пока добрались до кроватки... Когда я залез под одеяло, Рики уже спала. Будить я её, конечно, не стал. Отложил до утра.

А вот утром, свежий, отдохнувший и полный сил... Пришлось бедняжке отдуваться за двоих и просить пощады!

Звонок деда застал меня одевающимся после душа, куда как раз убежала Рики. Я включил только голосовую связь.

— Здравствуй, деда.

— И тебе не хворать, — пробурчал патриарх. Голос у него был такой, будто спать он и не думал ложиться. — Ты вчера хорошо и правильно сделал с Малофеевой. Я Виноградова подключил, а он уже твоего отца. Всё под контролем.

— Самое смешное, что мы-то знаем, кто её... — я замялся.

— Убил. Да, Миша, это убийство, причём очень жестокое. Называй вещи своими именами.

— Да, деда. И Сергей это сделал с одной лишь целью — завладеть диадемой. А потом он выкрал мою вирт-капсулу.

— Знаю, — ответил дед бесцветным, отстранённым голосом. — Всё знаю. У нас тут совещание с утра было, пока ты спал. Вас будить не стали. Всё равно ничего нового не придумали. Вадим уверен, что Сергею ядро не взломать, а без этого их служба мониторинга его при первом же выходе в Сеть отследит. Так что решили ждать, чтобы не спровоцировать новые жертвы. Но ты помнишь Кукловода?

— Он тогда Сергея к камню души направил, — кивнул я, забыв, что дед меня не видит. — Думаешь, у него могут быть и другие секретные данные?

— Если он менталист, то у него может быть что угодно, прямо из головы Вадима, — помявшись, ответил дед.

Опять менталист... только вроде эту тему закрыли!

— Не возражаете, если мы с Эш присоединимся к разговору? — раздался голос Авроры.

— Да куда от вас денешься! — фыркнул дед. — Ну, говорите, что хотели сказать.

— Помните того несчастного в самолёте, который общался с маршалом? — начала Аврора, ничуть не обидевшись

— Такое забудешь! — проворчал я.

— При нём не было никаких технических устройств, кроме коммуникатора. Он не мог передать сигнал, используя радиосвязь. Также при нём не было никаких магических артефактов, кроме монеты, использованной в качестве маяка. На момент, когда он общался с маршалом, монеты при нём уже не было. Он никак не мог передать сигнал на землю. Также я проанализировала записи с камер. Свидетелей этого разговора не было. Сам маршал передать сигнал также не мог. И он прошёл серию допросов, как и остальной экипаж, и ничего подозрительного ни в чьих действиях выявлено не было.

— Их допрашивали? — я не то чтобы удивился, но всё равно неприятно. Они же не при чём совершенно.

— Эшли и второй пилот отстранены компанией от полётов на неопределённое время, к сожалению, — Аврора вздохнула. — Остальные работают как обычно.

— У Эшли отозвали лицензию или это только внутри компании? — уточнил я.

— Только внутри компании. Но если она сейчас уйдёт оттуда — её могут нигде не взять, разве что на какие-нибудь местные рейсы.

— Мы отвлеклись, — заметил я. А по поводу Эшли себе зарубку сделал. Чуть позже займусь этим вопросом. — Ты хочешь сказать, что поведение того мужчины доказывает ментальное воздействие?

В этот момент в комнату вышла замотанная в полотенце Рики. Она слышала последнюю фразу и удивлённо приподняла бровь.

— Не совсем тааак, — протянула Эш. — Не доказывает, но объяснимо им. Точнее, мы не нашли иного объяснения. Это не значит, что его нет, но мы не нашли.

— Так ты мне веришь или нет, Эштаринанна? — кажется, дед хлопнул ладонью по столу.

— Зачем так официально, Пётр Александрович? — хмыкнула Эш. Эм, так то, как её дед назвал — её полное имя? — Я тебе всегда верила и верю, но это не доказательства.

— А если доказательства будут? — спросил я, ещё не зная, как я собираюсь их добыть.

— Тогда это будет совсем другой разговор, Миша, — признала Эш. — У тебя есть идеи? Ладно доказательства, нам нужны ориентиры для поиска!

— Пока нет. Но я что-нибудь придумаю! Деда, а ты зачем звонил? Только из-за этого?

— Не только. Даша просится остаться, только что в ноги не падает.

— Деда, так я ей вчера сказал — её ж никто не неволит, крепостное право отменили. Хотя у меня уже появлялись кое-какие идеи для неё. Но ведь не могу я ей приказать!

— Вообще-то можешь, Миша, — дед, кажется, улыбнулся. — И она сделает, как ты скажешь.

— Тогда пусть остаётся, раз так хочет! А когда и если у меня какие-то идеи для неё появятся, ещё раз её мнение спросим! Что вы из меня тирана-то делаете?

— Добре, Миша, — точно лыбится, вот по голосу чувствую, — пусть остаётся, коли хочет. На обычный контракт переведу, как с внешними. Вот теперь всё! Спасибо тебе, внучек, уважил старика!

— Ох, деда... — я только головой покачал.

— Слушайте, а что там в Академии? — спросил я за завтраком. — Ректор ведь грозился из нас одну группу сделать.

— Ждёт тебя, — чуть не подавившись, ответил Лёня. — У них всё готово, кроме учебной программы.

— Да уж, дочь богини у них ещё не училась! — хохотнул я, подмигнув смутившейся Рики.

— Зато родные дети патриархов учились, — парировал Федя. — И думаю, они сейчас поднимают старые программы, анализируют. Ты им работы задал — закачаешься!

— Ничего, это их работа, пусть работают. Ещё какие новости?

— Ну, куратором у нас будет эта чокнутая артефакторша...

— Почему чокнутая? — я перестал жевать, глядя на Федю. Артефакт! Вот, вот что нужно!

— Так она кроме своей работы ничего не знает, и знать не хочет. И задания сложные задаёт всегда, а сама говорит, что простые.

— Я думаю, ты просто плохо её знаешь... — автоматически ответил я, уходя в свои мысли.

Мы ведь уже пытались сделать нечто вроде детектора. Точнее, мы с Рики сами и были детектором!

«Рики! Слышишь меня?»

Рики подняла на меня взгляд.

«Слышу. Что такое?»

Я тут же поднял защитный полог, такой же, как мы ставили от менталиста, только не на 5%, а немного сильнее.

«У тебя блузка расстегнулась!» — не придумав ничего лучше, подумал я вслух как бы шёпотом, стараясь не скользнуть взглядом на надетую на Рики футболку.

И тут же снял полог.

«Ну, чего молчишь?» — спросила она.

«Урааа!!! Работает!!!»

«Что работает?» — Рики посмотрела на меня с подозрением.

«Наша с тобой мысленная связь! Она слабеет, когда полог включен!»

«И что нам это даёт?» — тут же влезла в наш разговор Эш.

«Нам это даёт образец для настройки детектора ментального воздействия!» — торжественно сообщил я.

«Такие были... у Древних. Но я не знаю их принцип действия. И с собой у нас их не оказалось ни одного. Если это получится... это будет серьёзный прорыв! Но делать придётся в тайне ото всех! Кроме Авроры, конечно».

— Вика, Настя, спасибо большое! — я доел яичницу и рассеянно посмотрел на тарелку.

Интересно, глава клана должен мыть за собой посуду? А кстати, из присутствующих пока ни один в мой клан официально не вошёл. Да в него вообще ещё никто не вошёл, кроме нас с Катей. Остальные «в процессе».

Тарелку я закинул в посудомойку. До занятий было ещё достаточно времени.

— Я буду в кабинете, — предупредил я друзей.

Глава 13. Артефакторика

Я закрылся в кабинете, уселся в удобное кресло и принялся вспоминать, когда мы с Рики общались мысленно.

Понятно, что до её отделения не считается, там мы были в одном теле. А уже после того как она обзавелась своим телом...

Началось всё сразу после переселения Рики, ещё в машине родителей Илларии. И потом в поселении индейцев мы с ней общались. Но там мы полог не держали...

А вот на обратном пути, в самолёте, когда мы заподозрили присутствие менталиста, мы общались мысленно с поднятыми пологами.

Но самое интересное, что расстояние для нашей связи не имеет значения. А она точно ментальная? Может быть, она имеет какой-то иной характер? Или... просто она достаточно сильная, чтобы преодолевать расстояния?

«Эш, ты здесь?»

«Конечно», — она появилась в кресле напротив.

Я повторил для Эш свои рассуждения «вслух».

«Ты, наверное, думаешь, что я знаю всё на свете, но это далеко не так, — огорошила меня она. — То, что касается ментальной магии, я знаю не многим больше тебя».

«Миша, — прозвучал в голове голос Рики, — а давай я попробую до тебя как бы докричаться, а ты меняй мощность полога?»

«Да, для начала сойдёт и так, — согласился я. — Иди сюда тоже».

Рики пришла сразу, уселась в то же кресло что и Эш, из-за чего та фыркнула и пересела в другое.

— Итак... Рики, я устанавливаю полог, а ты начинаешь с шёпота и потом громче, громче, пока я тебя не услышу или пока ты не сможешь громче.

— Да, поняла.

Я установил полог на привычную мощность в 5%.

— Давай шёпотом.

«Я тебя люблю!» — услышал я приглушённый, как будто смазанный, шёпот.

— Я тоже тебя люблю, — улыбнулся я. — Слышно, но так, как будто... как под водой. А вот обычной речи такой уровень не мешает!

«Меня ты тоже слышишь?» — услышал я тихий голос Эш.

— Да, Эш, тебя тоже слышу, — ответил я вслух. — И вот тебя — без искажений, обычно.

— Обидно, — надула губы Рики, но тут же улыбнулась. — А вот я её сейчас едва услышала.

— Потому что связь идёт сперва через этот браслет, — я поднял руку, — а это, я так понимаю, переговорная рация Древних. Видимо, мощность сигнала выше, чем даже наша ментальная связь. А то, что слышишь ты — это уже отражение, эхо в моих мыслях, и полог его глушит.

«Подтверждаю, скорее всего, так и есть», — кивнула Эш.

Я поднял мощность полога вдвое.

— Давай Рики, опять с шёпота. Мощность 10%.

И ничего, тишина. Шёпот я уже не слышу.

Рики выставила вперёд кулак и отогнула один палец. Потом второй.

В этот момент я почувствовал... как будто щекотка. По пологу.

Третий палец.

«Серьёзно не слышишь?» — донёсся до меня очень глухой, как через вату, голос Рики.

— Вот теперь слышу! Стоп! Какая была громкость?

— Ну, чуть выше обычного разговора. Как если бы мы на улице разговаривали.

Ещё щекотка, по пологу, и как будто браслет Древних чуть кольнул...

Я посмотрел на Эш.

— Я чувствую. Но не слышу. Давай чуть громче!

«Говорю негромко, слышишь?»

— Да, Эш, теперь слышу. Но глухо. Но это всё мелочи. Рики, выставь полог двойной мощности.

Рики кивнула, и я попытался до неё «докричаться шёпотом».

Брови у неё тут же взлетели вверх.

— Это! Вот оно! Как скребётся что-то по пологу! — воскликнула она.

— Да, и у меня то же самое. Как тогда, в корпорации. Когда Марк погиб, такое было, и когда у Вадима обедали с Настей. Помнишь?

— Помню!

— То есть вы с таким воздействием уже сталкивались? — удивлённо спросила Эш через динамик коммуникатора.

— Да, сталкивались! — ответили мы с Рики синхронно.

— Я же тебе рассказывала, — напомнила Аврора.

— Дорогая, я помню, — в голосе Эш послышалось беспокойство, — но согласись, им могло почудиться что угодно. А сейчас мы опытным путём воспроизвели характер воздействия, и это уже...

— Доказательство? — прищурился я.

— Нет, положительный результат следственного эксперимента. Ну хорошо, косвенное доказательство! Но косвенное! И пока мы не добудем прямые, я не буду поднимать панику. Даже Совету ничего не скажу. И Петру лучше ничего не говорить, чтобы не радовался раньше времени. И это... вы двое, полог больше не снимайте.

Эш даже с кресла вскочила. Похоже, для неё это довольно личная тема.

— Эш, — пользуясь случаем, решил спросить я, — у тебя тоже с менталистами что-то такое связано? Какой-то пунктик?

Она остановилась и долго на меня смотрела. Даже некомфортно стало.

— Связано, — наконец, ответила она. — Но эта история произошла ещё до Исхода, и все её участники давно мертвы, я полагаю. Или хуже, чем мертвы.

Опять этот Исход... Но ведь если спросить — опять скажет, что всё узнаю, когда буду готов. Эх!

— Прости, — сказал я вместо этого. — А вот скажи... я могу сделать артефакт, который создаст полог. Это ведь не сложно. Представил образ полога, записал в кристалл... А можно сделать схему, которая бы отслеживала возмущения в пологе?

— Конечно, — развела руками Эш, — он же постоянно подпитывается, отслеживаешь манопоток и всё!

— У Вадима есть готовые схемы датчиков манопотока, — по голосу Авроры я понял, что она улыбается. — Не нужно изобретать велосипед... каждый раз. И что ты хочешь сделать?

— Собственно, изобрести велосипед! — усмехнулся я.

Потому что идея, которая пришла мне в голову, была древняя, как говно мамонта. Вот только ни разу не слышал, чтобы что-то подобное делали в реале!

— И что именно это будет? — спросила Рики.

Я выдержал театральную паузу. Подождал, пока Рики перестанет дышать в ожидании, пока Эш закончит осматривать кабинет и уставится на меня...

— Аптечка, — выдал я, наконец, откинувшись в кресле.

Две пары глаз внимательно смотрели на меня, ожидая продолжения. Первая сообразила Эш.

— Артефакт малого исцеления, я правильно понимаю? — спросила она.

— Аааа, зелье исцеления! Дошло! — хлопнула по лбу Рики. — Погоди, а их что, в реале нет?

— Только сейчас это поняла? — подмигнул я ей. — Да, малого. Насколько я понимаю, что-то серьёзное требует уже детальной работы с причиной. А мелочёвку можно исцелить и «общей терапией».

— Можно, да... — задумалась Эш. — В том браслете, который тебе Пётр отдал, есть такая функция. Действует автоматически или по моей команде, так как все вертамы завязаны на меня. Разумеется, такие артефакты и раньше создавались. Идея иметь при себе личного целителя лежит на поверхности. Но ведь мы сейчас обсуждали не целительство, кажется?

— За всё время, — начал я объяснять, — мы почувствовали менталиста два раза. При этом даже не смогли бы сказать, сильнее или слабее было воздействие. Что-то поскреблось. В каких попугаях оценивать? Когда мы искали логово Золотой Ручки, Аврора для триангуляции около сотни точек использовала.

— Трилатерации, — поправила Аврора.

— Пусть трилатерации, — согласился я. — Но при этом этот менталист ведь очень активен. Он в курсе всех новостей, следит за нашими перемещениями, строит какие-то козни. Причём я далёк от мысли, что мы для него — самоцель. Наверняка он задумал что-то глобальное. А значит, у него должны быть сотни контактов, осведомителей, марионеток, чьими руками он всё делает. Полагаю, письма для него — не единственный и даже не главный способ. Может, он их использует только как средство доставки маячков или каких-нибудь веществ? Или когда не может вступить с жертвой в личный контакт? Ведь для полноценного внушения нужен прямой контакт, да, Эш?

— У меня только самые общие сведения из школьного курса, Миша, — Эш прикусила губу. — К моему рождению менталисты были истреблены. В целом да, ты прав. Для глубокого проникновения в сознание менталисту нужен физический контакт и время. Но закрепившись, он может общаться с жертвой и на большом расстоянии. А поверхностные мысли может считывать и без контакта, но всё равно ему надо или видеть человека, или хотя бы хорошо представлять.

— То есть, находясь в одном зале в аэропорту, он может узнать, кто куда летит? — уточнила Рики.

— Да, примерно так. Но глубоко залезть в сознание случайных попутчиков, внушить им сложные мысли — не сможет. Во всяком случае, нам это так говорили. И Пётр также объяснял. Вот он менталистов застал.

— Значит из этого и будем исходить. Я хочу сказать, что тех, с кем он контактирует, должно быть очень много. Но мы не можем с каждым провести беседу и научить пользоваться пологом. Или уговорить поносить артефакт — детектор ментального воздействия.

— А аптечку? — приподняла бровь Эш. — Разве не вызовет подозрений, у того же менталиста, если ты начнёшь раздавать направо и налево такой чудесный артефакт?

— Раздавать? Эштар, ты за кого меня принимаешь? — я в притворном возмущении подался вперёд. — Мы будем её продавать!

После небольшого совещания, в котором приняли участие Марика с Настей, остановились на форме кольца. Обычное, серебряное, с парой небольших искусственных кристаллов и миниатюрной микросхемой, для связи с коммуникатором.

Насте поручил разработку схемы на базе чего-нибудь готового. Задача простая — превращать сигналы с коммуникатора в световые импульсы, а сигналы кристалла передавать в коммуникатор. Носить кольцо надо будет на одной руке с коммуникатором, поэтому большой мощности приёмопередатчика не требуется. К тому же, кольцо сможет подзаряжаться от батареи коммуникатора через беспроводной интерфейс. В смысле, электричеством подзаряжаться.

А вот для аккумуляции маны для работы «аптечки» нужен один из двух кристаллов. Заряжать этот кристалл пользователю придётся самостоятельно. Второй кристалл — соответственно, сам артефакт.

Оставалось придумать, как продавать. И кому. Обычным людям они — что мёртвому припарка. Максимум, диагностика. А что, если...

— Аврора, ты сможешь нужным людям подсунуть рекламу аптечки?

— Пфф, конечно! Хоть всю рекламу вокруг них подменить могу. А нужные люди — это кто?

— Для начала — все, кто так или иначе связан с нашими тремя кланами, известными нам революционерами, их кланами и родами... Деловые партнёры, родственники, знакомые, продавщицы в магазине...

— Даже обычные люди? — уточнила Аврора.

— Да. Мы запустим колечко как средство ранней диагностики. Напишем в инструкции, что изделие не является прибором медицинского назначения, и в случае чего нужна консультация врача для постановки диагноза. Ну или как там. Юристы Вадима нам ещё доступны?

— Доступны, — серьёзно ответила она. — Сделаем так, что комар носа не подточит. Но от чего будет заряжаться кристалл с маной?

— А много ли надо для диагностики, Марика? — спросил я.

— Да ничего почти не надо, — пожала плечами та. — Я даже когда не хочу, общее состояние окружающих чувствую. И не только магов, но и обычных людей.

— А в спектре эльфийской магии вообще все живые чуть светятся, — выдала Рики.

— Серьёзно? — я задумался. — Рики, милая, а скажи, «бодрячок» можно обратить? То есть вместо того, чтобы тратить ману — наоборот, получать её?

— Хочешь использовать эльфийскую магию вместо батарейки для питания? — Эш широко открыла глаза. — Слушай, что-то такое припоминаю! Для тех, у кого Источник повреждён, или ещё какое увечье, что-то такое делали. Никогда не интересовалась, как это работает!

— Эш, у меня список вопросов к тебе уже в голове не помещается, — пошутил я. — Да-да, ответишь в своё время, я помню.

— Обязательно, Михаил, — кивнула та.

Глянув на время, я понял, что мы опаздываем.

— Рики, созвонись с отцом, пожалуйста. Нам понадобится его лаборатория. Думаю, тебе он не откажет.

— Можно подумать, тебе он откажет! — хохотнула Рики.

— Марика, на вечер ничего не планируй, будем тебя учить азам артефакторики, — продолжил я раздавать указания. — Настя, ты знаешь, что делать. Эш, а ты, пожалуйста, согласуй с Советом возможность вывода «аптечки» на рынок. Всё же какой-никакой, а артефакт. Всё, погнали! Мне ещё с ректором встретиться надо!

* * *

— Целительский артефакт, серьёзно? — Кент выслушал доклад Эштар, но не слишком поверил.

— Вполне, — кивнула та. — Сама удивлена. В принципе, ничего сложного, но для массового недорого изделия и надо, чтобы было просто.

— Коллеги, что скажете? — обратился глава Совета к остальным.

— Думаю, — заговорил один, — разрешить можно. Но при условии, что артефакт не будет творить явных чудес. Для простых людей ничего, что нельзя было бы объяснить, скажем, эффектом плацебо.

— Согласен, — кивнул ещё один. — Для явной магии время ещё не настало. Но посмотреть, как человечество будет реагировать на нечто подобное, нелишне.

Выслушав всех, Кент хлопнул по подлокотнику своего «трона».

— Решено! — он обратился к стоящей в центре круга Эш. — Предварительно одобряем, для окончательного решения ждём отчёта об испытаниях. Кажется, конец нашего срока будет веселее, чем я ожидал!

* * *

Пока остальные собирались, я позвонил Кате. У неё уже с самого утра были какие-то процедуры.

— Миша, я тут ужасно скучаю! Забери меня домой, а? — кажется, она даже всхлипнула.

— Катюш, ты серьёзно? — я слегка оторопел. — А как же процедуры?

— Ну что ты, это просто... минутка слабости. Не бери в голову! Чем вы там занимаетесь без меня?

Я в двух словах рассказал про аптечку.

— Вот, ждём одобрения Совета, если разрешат — начнём эксперименты.

— И всё это без меня??? — в голосе любимой прозвучала обида.

— Как это без тебя? — я сразу вспомнил о том, что мы с Катей говорили про её «представительские» функции. — А кто будет со всеми обо всём договариваться? Мы задействуем половину клана! А тебе придётся всё согласовывать! Так что давай, не выдумывай, поправляйся скорее!

— А, ну если так... — Катя сразу передумала обижаться. — Есть поправляться быстрее!

Ректор встретил меня в своём кабинете весьма радушно.

— Давно не виделись, Михаил! — он даже поднялся из своего кресла, когда я зашёл. — Что нового?

Я пожал руку и показал перстень, который вручил мне Кент.

— Вот, теперь официально, глава клана.

— Ого! Поздравляю! Позволите? — он протянул открытую ладонь. — Всегда было интересно, как это работает.

Я кивнул и прикоснулся к ладони Натана Ефимовича печаткой, одновременно вливая в неё немного маны. Тот на пару секунд закрыл глаза, глубоко вдохнул.

— И как? Что при этом видно? — поинтересовался я.

— Видно? Ничего... но... в голове появляется понимание. С санкции Совета, надо же!

— Это что, какая-то редкость?

— Весьма, весьма. Большинство действительно крупных кланов — это Старшие кланы. А мелкие — это простые союзы, образующиеся на основании частных договорённостей. Решили Вася с Петей, что они образуют клан, в котором Вася будет старшим. Кто им запретит? Никакие санкции и не нужны вовсе. Признание клана Советом — это когда клан уже крупным становится, на международную арену выходит. Сколько у Вас человек в клане, если не секрет?

— Пока только мы с Катей. Когда полностью все процедуры завершатся — около двух с половиной тысяч человек будет, это больше ста родов.

— Да ладно! — ректор от неожиданности даже опустился в своё кресло. — Что ж, Академии явно повезло, что Вы у нас учитесь!

— Мне так точно повезло учиться здесь, — вернул я любезность. — Натан Ефимович, а что с нашей отдельной группой? Мне сказали, Вы ждёте только меня?

— Да, отдельная группа, конечно... Педсовет инициативу одобрил, но от Вас, как главы клана, нужно письмо. Официальное. И со следующей недели приступим. С одной поправкой. Нам придётся перекраивать расписание, у кого-то из преподавателей добавятся часы, так что время занятий у вас будет не таким ровным, как у других групп. И будет много занятий на самообучение, когда преподаватели будут задавать вам материал, а готовиться вы будете сами.

— Вполне устраивает, — кивнул я. — Мы придумаем, как компенсировать неудобства.

— Можете особо не стараться, своим клубом Вы уже компенсировали. По всем дисциплинам, связанным с практическим использованием магии, показатели студентов массово поползли вверх. Думаю, в этом году Кубок наш!

— Кубок? — удивился я. Наши вроде ничего не говорили.

— Совет Патриархов каждый год проводит состязание среди студентов. Но наша Академия никогда не попадала в основной состав участников. Но в этом году, уверен, у нас есть все шансы! Тем более, что оно будет ещё не скоро, у нас есть время на подготовку. Вы ведь не откажетесь от участия?

Я посмотрел на ректора. Глаза у него были хитрые-хитрые. Ну конечно. Если мы примем участие — шансы победить у нас будут неплохие. Это он ещё про Эш не знает. При этом самой Академии ничего делать не надо будет, если я возьмусь — мы подготовимся сами и остальную команду подготовим. А лавры достанутся Академии в целом и Натану Ефимовичу в частности.

Под моим взглядом улыбаться он как-то резко перестал. Понял, видимо, что я его раскусил.

— Натан Ефимович, мы обязательно что-нибудь придумаем. Уверен, и Вы нам поможете, если что? — закинул я удочку.

— Конечно! Конечно! — оживился ректор. — Всё, что нужно!

— Для начала, огласите весь список, пожалуйста, предстоящих мероприятий, — попросил я.

Кажется, общеизвестную информацию мне вообще не считают нужным доносить. Даже мои не догоняют, что я ничегошеньки не знаю из того, к чему они с рождения привыкли!

— Так, Кубок Совета, собственно, в мае, — начал загибать пальцы ректор. — До него два месяца — серия отборочных гостевых турниров. Команды ездят друг к другу в гости и соревнуются. С октября по февраль — внутренние турниры, учебные дуэли. Участие добровольное, от вызова можно отказаться. Ну а вторая суббота октября — Ступени. В субботу — чтобы студенты успели до понедельника оклематься.

— Сегодня у нас первая суббота, — мне с трудом удалось сообразить, какой у нас сейчас день недели, — значит, Ступени через неделю. Спасибо, Натан Ефимович. И Вы простите, но следующую неделю я, возможно, буду не каждый день появляться. Надо будет... очень много чего надо. Если честно, я сам пока не представляю, сколько всего!

— Да, конечно, я понимаю. Постарайтесь предупреждать, назначьте кого-нибудь ответственного. Куратором, кстати, у вас будет Алина Матвеевна. Не знаю, кто из вас её покусал, но она сама вызвалась, да ещё и настаивала. Никогда раньше она на кураторство не соглашалась.

— Вы же помните её на моей помолвке? — подмигнул я ректору.

— Тихомиров? — у Натана Ефимовича вытянулось лицо. Я кивнул. — Да ладно! Так, всё, молчу!

Я только улыбнулся. Хороший он человек, наш ректор.

— Ну что? — набросились на меня мои, когда я вышел от ректора.

— Всё в порядке, — махнул я рукой. — Сегодня занимаемся как обычно, а с понедельника у нас будет своя группа и своё расписание. Куратором да, Алину Матвеевну назначили. Прикиньте, она сама вызвалась!

— Да блин! — Федя заметно скис. — Я думал это только слухи. Она же никогда ни у кого не была куратором! Ну всё, я труп!

— Что, не идёт артефакторика? — сочувственно спросил я.

— Да у кого она идёт? Это же не магия, это сплошная математика и логика, мозги сломать можно!

Я хлопнул бедолагу по плечу.

— Не переживай, подтянем! Кстати, Рики, — обратился я к жене, — что там твой отец? Даст лабораторию поиграться?

— Конечно, — та только плечами пожала. — Только просил до семи вечера подождать, чтобы он тоже освободился.

* * *

— Ты уверена, что это точная копия камня души? — Сергей вертел в руках золотое яйцо.

По его воспоминаниям, тот камень, который сейчас в нём, чуть больше и не такой рыхлый. Этот прямо как губка. Приходится держать очень осторожно, чтобы не помять.

— Это матрица. Тебе надо заполнить все промежутки биометом и кристаллизовать его. А я потом уберу золото.

— Я чувствую структуру этой матрицы. Многие элементы имеют толщину в доли миллиметра.

— Если ты ошибёшься — я не погибну, во всяком случае, сразу. Я просто не смогу закрепиться в ядре. Тогда вернёшь меня в тело, и мы попробуем ещё раз.

— Хорошо. Время не имеет значения, будем пробовать, сколько понадобится. А вот тебя заменить мне некем.

София расплылась в улыбке. Она понимала, что это не чувства, а лишь констатация факта. Но какое это имеет значение? Она будет верна ему до самого края, и даже за краем. А ещё ей просто хотелось верить, что однажды этот камень хотя бы чуточку оттает. Придёт к ней, туда, в виртуальный мир, в котором ей уготована роль богини. Придёт и останется. И в их распоряжении будет бесконечность. Если ради этого её тело должно умереть — то это не такая уж и большая цена. Тело всё равно не вечно.

Глава 14. Доброволец

Оказывается, я успел соскучиться по занятиям. Не надо ничего выдумывать, голова не болит от неразрешимых проблем и поисков убийц, не висит дамокловым мечом ответственность за других. Всё просто.

Шесть уроков пролетели незаметно. Но начался день с фурора, который произвела Рики. Иллария. В академии — только Иллария.

Когда мы пришли на полигон общевоенной подготовки, группа зашумела. Конечно. Меня, в отличие от остальных, неделю уже не видели, наверняка до всех дошёл слух про нашу с Катей помолвку, да и то, что мы живём теперь вместе — ни для кого наверняка не секрет. А теперь и вся моя команда к нам перебралась. Это же... такое не каждый день случается! И тут я прихожу с девушкой, красоткой, как с рекламы... Мозги у наших сплетниц наверняка закипели.

Пока мы ждали преподавателя, общее любопытство решила удовлетворить наша староста Олеся Фомина.

— Миша, представишь свою спутницу?

Я вздохнул. Ну, начинается.

— Иллария, — секунду подумал, говорить о наших отношениях или нет. А, какого чёрта? Почему я должен что-то скрывать? И добавил: — Моя жена.

Группа не просто затихла — все просто дышать перестали. А потом на нас посыпался град вопросов.

— Когда вы успели?

— А Иллария с нами будет учиться?

— Где ты её нашёл?

— А как же Катя?

— А что за имя странное?

Я поднял руку, прося возможности ответить.

— Так, учиться мы будем вместе, успели в понедельник, а где нашёл... Это очень долгая история. Имя такое, потому что Иллария — из Канады, она коренная индианка. Ещё вопросы?

— А по-русски она говорит?

— Говорю, — спокойно ответила Рики. — Это мой родной язык.

— А что с Катей-то? — не унималась Юля Титова. — Она уже знает, что ты её бросил?

— Точно не знает, — хмыкнул Толя, — если бы знала, Миша уже был бы труп!

— Никого Миша не бросал, — возмутилась Рики, и многозначительно подняла одну бровь. — Он женился на нас обеих. Завидуй молча, Толик!

— Но это же незаконно! — заметила Лена, — даже если иностранка, всё равно!

— Да они всё гонят! — заржал Толик. — Кто им разрешит-то? Чувак, а доказать слабо? Или ты только покрасоваться можешь?

Я только руками развёл.

— Ну гоним — значит гоним. Ещё не хватало, чтобы я тебе что-то доказывать начал! Меня ж мои соклановцы не поймут!

Марика и Лёня с Викой как раз с любопытством наблюдали, как я отвечу на провокацию. Да никак не отвечу. Надо оно мне!

— Ну вот, я же говорил, что гонят! — разошёлся Толик. — Все же знают, что ты внеклановый! Какие соклановцы?

Спор прервался с приходом преподавателя. Инструктора, как он себя называл.

Никита Павлович Березин, насколько мы знали, был боевым офицером, в отставке. Подробностей он не сообщал, но было заметно. Начиная с выправки. То, как он обращался с оружием, как командовал парнями, которые вроде как прикомандированные к академии солдаты срочной службы, выполнявшие роль то условного противника, то условных дружественных частей. На общевоенной подготовке нас учили как действиям с применением магии против вооружённых обычным оружием регулярных частей, так и взаимодействию с такими частями. Солдаты жили здесь же, при академии, и характером службы были явно очень довольны. Хотя можно было только догадываться, сколько им пришлось принести магических клятв и подписать бумаг.

— У нас новенькая, — приветственно кивнул головой Никита Павлович. — Иллария, я правильно произнёс имя?

— Так точно! — ответила Рики, вставая в строй.

— Отлично, Иллария. Мне необходимо оценить уровень Вашей подготовки. Полоса препятствий, после этого учебный спарринг. Есть желающие?

Несколько человек боязливо оглянулись на меня, и, дождавшись моего одобрительного кивка, подняли руки.

— О, целых пятеро! Хватит и одного... — Никита Павлович задумался, кого выбрать, поглядывая то на Рики, то на добровольцев.

— Можно и пятерых, — пожала плечами Рики. — Я постараюсь сильно не бить.

Инструктор прищурился, и неожиданно согласился.

— Хорошо. Давайте, группа, разминка, пробежка, полоса препятствий, потом шоу!

«Не разгоняйся!» — предупредил я Рики.

«Мишу, ну я же не глупенькая!»

«А зачем про пятерых сказала?»

«Как зачем? На твой авторитет работаю! Я их всех положу, а будут думать, вот Миша, двух диких кошек приручил, значит и сам огого!»

«Пффф! Нафига это? Дикая кошка, — я едва не согнулся от душившего меня смеха, — ой, не могу!»

«Ничего-то ты не знаешь, Михаил Медведев!»

«Твоя жена права, — неожиданно вмешалась в разговор Эш. — Для главы клана авторитет крайне важен. И не стоит пренебрегать студентами. У них есть родители, и сами они не вечно будут подростками».

«Ладно-ладно, я согласен, — я улыбнулся. — Поработаем на авторитет!»

Полосу препятствий мы с Рики прошли вровень, разве что не держась за руки. Сильно не отрывались от Марики и близнецов, которые прошли все препятствия с большим отрывом от остальной группы. И вернулись на исходную.

— Очень хорошо, очень хорошо, — удовлетворённо покивал Никита Павлович. — Ну, кто вызывался, давайте. Иллария, правила учебного спарринга — не калечить, вылетел за границу площадки или не смог встать — выбыл. Без магии. Всё понятно?

— Есть не калечить! — Рики вышла на площадку, посыпанную песком.

Следом за ней вышли и добровольцы. Олеся, Коля, Олег, Лена и Толик. Олеся понятно, почему пошла. Она же староста. Лена, занимавшаяся боевыми искусствами — тоже понятно, ей интересно. Коля и Олег, скорее всего, просто со скуки, или из вежливости. Наверняка для себя решили, что сильно бить не будут. А вот Толик за каким хреном вызвался? На моих глазах на законных основаниях мою жену побить? Ну удачи, Толян, удачи!

Моя красавица, видимо, сделала аналогичные выводы. Потому что очень многообещающе ему улыбнулась.

— К бою! — скомандовал Никита Павлович.

Рики как стояла в расслабленной позе посередине площадки, так и осталась стоять. Напротив неё встала в стойку Лена. Ноги на ширине плеч, подпружинены, правая отставлена немного назад, лёгкий наклон вперёд, руки спереди, ладони чуть прикрывают лицо, пальцы расслаблены. Из такой стойки одинаково удобно как нападать, так и защищаться или уклоняться. Ну, Лена неплохой противник, имел уже с нею «контакт». Может даже выдать что-нибудь неожиданное.

— Бой!

В следующее мгновение Лена вылетела за пределы площадки спиной вперёд, от простого удара раскрытой ладонью в грудь. Перекувыркнулась, встала на ноги, глянула на Никиту Павловича. Тот отрицательно покачал головой. Вылетела за пределы площадки — значит выбыла. Лена с досадой сплюнула себе под ноги и, скривившись, потёрла место удара. Надеюсь, рёбра целы.

Коля и Олег стояли рядышком, и нападать не торопились. Переглянувшись, они начали обходить Рики с двух сторон. Та им улыбнулась, поманила рукой... Удар ногой снизу вверх — и Олег упал под ноги Никите Павловичу.

Коля медлить не стал, и атаковал сам. Ну Коля! Вертушка — это только в кино красиво! А боец должен крепко на ногах стоять. Удар ногой в голову ожидаемо прошёл мимо цели, а второго шанса Рики противнику не дала. Толчок в спину, и Колян отправился в красивый полёт. Прямо в объятия к Олесе, стоящей почти у границы площадки. Страйк!

Остался Толик. Который, судя по выражению лица, готов был уже сдаться.

И вот тут Рики удивила. Она закрыла глаза.

— Давай, Толя. Обещаю не подглядывать!

«А линзы ты тоже выключила?» — поддел я жену.

«Да», — последовал короткий ответ.

«Тогда ладно!»

Толик неповоротливый, шумный и очень предсказуемый. Так что уделать его можно и на слух.

И действительно, всё, до чего он додумался — это ударить прямым в нос, да ещё и шумно выдохнув. Рики, отшагнув влево, пропустила сжатый кулак мимо себя, слитным движением, ухватив правой рукой Толика за плечо, а левой за штаны, придала ему ускорение и отправила в кувырок. То есть, по идее, Толик должен был перекувыркнуться... но он просто растянулся плашмя.

— Ой, прости, Толик, тут что-то упало, — извиняющимся тоном произнесла Рики.

— Это его самооценка упала! — заржал кто-то из группы.

Толик, красный, как рак, попытался встать, но пинок под задницу вышвырнул его с площадки.

— Пять — ноль, всухую, — констатировал исход боя Никита Павлович. — Иллария, чем-то занималась?

— Немного, — призналась Рики. — Меня Миша тренировал, с начала этого лета, вместе с остальными.

— А что по магии? — спросил инструктор, удовлетворившись ответом.

Рики молча выстрелила файерболом в мишень в полусотне метров, и тут же открыла портал на полпути так, что файербол, пройдя через него, полетел в обратную сторону. Щит — и пламя стекло на землю.

«Милая, не обязательно демонстрировать весь ассортимент!»

«Даже не собиралась!»

— Неплохо! — одобрительно кивнул Никита Павлович. — Так, дамы и господа! Развлеклись и будет! Сегодня ваша задача — штурм укреплённого здания и поиск в нём заложников. И не забывайте, у наших солдат только лёгкие артефактные щиты, со всей дури не лупить!

Занятия прошли, в целом, как обычно. После общевоенной подготовки Рики вполне влилась в коллектив. Только Толик ходил хмурый, ну так сам виноват. В группе его не то чтобы не любили, но и иллюзий на его счёт не строили. И зачем он полез в спарринг, всем было понятно.

Конечно, было множество расспросов. Как познакомились и всё такое. Мы честно ответили, что познакомились в вирте, и там же совместно тренировались, на полигоне. Что, в принципе, было полностью правдой, просто не всей правдой. Марика, хорошо помнившая тот день, тоже добавила подробностей. Много было вопросов про индейское происхождение Илларии, про тамошние нравы и обычаи, даже просили канадский паспорт показать. Парни подкалывали меня, как я с двумя такими девушками справляюсь. Когда я с улыбкой ответил, что с трудом, Рики ткнула меня локтем в бок, чем только спровоцировала дружный смех.

В целом, объяснение, что у меня параллельно развивались отношения с Катей в реале и с Рики в вирте, всех устроило. Удивились только, как они между собой общий язык нашли. Да, для этого были причины, и в первую очередь то, что Рики не надеялась обрести физическое тело, и считала себя помехой на моём пути. Но это наше личное дело, мы этим ни с кем не делились, кроме Авроры, разве что.

На второй большой перемене, когда мы сидели в столовой и пили чай, девчонки из группы поведали, что в Академии только и разговоров, что я Катю бросил. И что она из-за этого то ли из академии ушла, то ли руки на себя наложила.

— А на самом деле, где Катя? — спросила Олеся. — Её тоже всю неделю не видели ведь.

— В больнице она лежит, — вздохнул я. — На пожаре... это, в общем, длинная история. Людей она спасала, и всякой химии надышалась.

Обведя взглядом эти распахнутые глаза, я обречённо понял, что короткой версией отмазаться не получится. Пришлось рассказывать про события на фабрике, про то, что я в это время как раз был в Канаде, и разбираться с пожаром моей команде пришлось без меня. А потом они уже сами добавили красок. И про десятки пострадавших, и как Катя босиком бегала, и как здание на неё рухнуло... И как потом всё взорвалось и все подумали, что Катя погибла. Когда закончили, вокруг нас уже половина студентов собралось, слушали.

«Про наши приключения можно фильм снимать! — сделала вывод Рики. — Смотри, сколько зрителей!»

«Ага. Сериал! — съязвил я. — Каждый день, считай, новая серия».

Последним уроком была артефакторика, на котором Алина Матвеевна объявила о создании с понедельника отдельной учебной группы из моей команды, а также о том, что она вызвалась быть нашим куратором.

Поднялся галдёж. Одногруппники нашим отделением были очень недовольны, ведь мы исправно приносили группе баллы. Да и на предстоящих турнирах от нас ожидали побед.

Я поднялся с места, взглянул на Алину Матвеевну, та одобрительно кивнула.

— Слушайте, у нас в команде несколько человек с других курсов. Мы тренируемся вместе, решаем вместе такие дела, как тот пожар на фабрике. Теперь ещё и живём вместе, с разрешения ректора. Вот он и предложил нам отдельную группу сформировать. И уж конечно, от коллектива мы отбиваться не собираемся, понадобится помощь или будут какие-то вопросы — обращайтесь. Я надеюсь, и вы нам не откажете, если что-то понадобится. Мы, если что, не первые, такое и раньше бывало!

— Бывало, — согласилась Олеся, — но только когда в Академии учились наследники крупных кланов со своими соклановцами! А Миша же внеклановый!

— Миша сам теперь — глава клана, — сообщила Алина Матвеевна.

Ну блин, ну зачем???

Все притихли и смотрели на меня, ожидая, видимо, что я сейчас посмеюсь и скажу, что она пошутила. Да какие уж тут шутки! Тем более, объяснить, как так получилось, я не смогу.

— Может, рода? — осторожно спросила Олеся.

— Клана, — вздохнул я. — Но никаких подробностей, это закрытая информация.

Блин... это ж теперь все разговоры только об этом и будут!

— А какой клан-то? — не унималась Олеся. — Барлаковы и Тихомировы — старшие кланы, там патриархи сами главы. А какой тогда?

— Так Медведевых, — как нечто само собой разумеющееся, ответила ей Марика. — Миша основал свой род, а Совет Патриархов одобрил создание клана.

— Гонишь! — не удержалась Ирка, подружка Толика.

— Больно надо! — фыркнула Марика. — У Совета подробностями поинтересуйся, может, тебе ответят!

В общем, урок Алина Матвеевна сама себе сорвала. Потому что вернуться к учёбе уже не получилось. Ох, какие слухи расползутся по академии за выходные! Наша куратор открыла ящик Пандоры!

Когда все разошлись, я спросил у неё, нафига она разболтала. Ну не так, конечно... Вежливо.

— Алина Матвеевна, зачем было рассказывать?

— Так это и не секрет, Миша. Даже в приказе о формировании группы это есть. Он ещё не подписан, от тебя ждут официального письма, но я видела черновик. К тому же ректор не упустит возможности похвастать таким студентом. Да и разве тебе самому не приятно такое внимание?

— Льстит немного, не без этого. Но приятного мало. Хотя, наверное, Вы правы, надо привыкать. Вадим же как-то справляется, и при этом нормальным человеком остался, не зазнался. Но Вы могли бы у меня спросить! Добровольно я бы на это не подписался!

— Не удержалась, — вздохнула Алина Матвеевна. — Прости. Понимаешь... я же сама внеклановая, и меня в своё время, когда сама была студенткой, много этим тыкали. Хотя по факту, половина студентов — из независимых родов, часто мелких, но всё равно, находятся те, кто считает внеклановых людьми второго сорта. Вот и вырвалось.

— Ладно, чего уж теперь... Вот только не объяснишь же, как это случилось. Насочиняют такого!

— Мне, кстати, самой интересно! Не расскажешь?

— Не раньше, чем войдёте в клан, Алина Матвеевна, — я коварно улыбнулся.

— Эмм... — она задумалась. — Не была готова подобное обсуждать, если честно!

— А я не про свой! — подмигнул я учительнице. — Кстати, Вы сегодня у Вадима в лаборатории будете? Я хочу кое над чем поработать, Вадим тоже сказал поучаствует, а как мы без Вас?

— Буду, конечно, я... — до неё дошёл смысл моих слов, и она залилась краской. — Так, всё, иди отсюда, сводник!

* * *

— Готово, — София откинулась в кресле.

Под камнем души, установленным на подставке, натекла лужица золота. Оно уже застыло, но смотрелось всё равно как жидкий металл.

— Нужна проверка, — Сергей взял в руки похожий на крупное яйцо камень из кристаллизовавшегося биомета, просканировал. — Я не чувствую в нём изъянов, но я не эксперт.

— Ты хочешь попробовать на ком-то, прежде чем... на мне? — уточнила София.

— Да. Ты слишком ценна.

— В принципе, это возможно, — София задумалась. — Ядро можно обесточить, вынуть камень, потом произвести полный аппаратный сброс. Камень очистить вряд ли получится, но если эксперимент пройдёт удачно — мы хотя бы будем знать, что всё делаем правильно. Это разумно. Но ведь жертва должна быть добровольной! Кто согласится на такое?

— Тот, кому есть, что терять. Готовь ядро, я найду добровольца.

Глава 15. Мишка

Вторую половину дня я занимался разными накопившимися хлопотами. Начиная с того, что надо было как-то организовать быт моей команды. Свои деньги ведь водились только у меня и у Кати, немного у Марики. У остальных так, что родители выделили на карманные расходы. Настя, хоть теоретически и сама не бедная, и гроша своего в кармане не имела, все финансы принадлежали фирме, и пока по ней шли убытки, вывести что-то для себя Настя не могла.

Так что пришлось поработать с банком, сделать для всех доступ к общему счёту. Лимитированный, конечно, без этого банк просто не разрешил бы. Но теперь хотя бы можно будет не задумываться, кто в доме закупкой продуктов занимается. Разберутся сами.

О чём я всем и объявил, когда мы после занятий собрались в гостиной.

— У меня маленькое объявление, — я вышел на середину комнаты. — Вчера наш клан официально признали, и все вы были тому свидетелями. Так что теперь всё по-взрослому. В связи с чем у меня важный вопрос...

Помолчав, я дождался, пока градус напряжённости достигнет максимума...

— Что мы сегодня есть будем? — закончил я свою пафосную фразу.

— Миша, зараза! — Рики запустила в меня подушкой. — У меня ж чуть сердце не остановилось!

— Шутник! — фыркнула Вика. — Не переживай, я уже организовала.

— Вот! — я поднял указательный палец к потолку. — Об этом я и хотел сказать. У меня есть подозрение, что спокойно уже не будет никогда. А значит, у меня просто не будет времени на то, чтобы заниматься теми же бытовыми вопросами. Думаю, нам пора постепенно начинать распределять задачи. Пока не официально и не жёстко. Кому что по душе. Ну или у кого что хорошо получается. Например, Катя будет нашим официальным представителем. Ей это не особо нравится, но её учили проводить переговоры, помнить море информации и всё такое. Подумайте сами, присмотритесь, кто какую практическую пользу сможет приносить.

— Намекаешь, чтобы я взяла на себя хозяйство? — задумчиво спросила Вика.

— Не намекаю, а прямо говорю, — улыбнулся я в ответ. — Бери, если тебе это будет комфортно. Это не должность и не обязанность. Понравится, будешь справляться — займёшься плотно и уже официально. Не понравится — что-то придумаем.

— Я попробую, — кивнула Вика.

Она даже выпрямилась, обвела взглядом гостиную, что-то, видимо, уже прикидывая. А я вспомнил, что когда мы ещё только-только у деда обживались, поесть-попить, свежие полотенца, и прочую мелочёвку всегда Вика организовывала. Мы даже не задумывались, откуда что берётся. А Вика всегда заранее продумывала, чтобы у нас всё под рукой было. Так что, скорее всего, такая хозяйственность — это для неё что-то естественное. Главное, чтобы с Катей и Рики не сцепились за сферы влияния. Впрочем, обе мои красавицы, один раз закупив домой тонну всяких мелочей, на этом и успокоились. Так что, поди, не подерутся.

«А для меня ты что приготовил?»

«Тебе я могу доверить то, что не доверю никому кроме себя. Мы с тобой можем быть в двух местах одновременно, и при этом действовать, как один человек».

«Правая рука?» — Рики прищурилась, глядя на меня.

«Типа того, милая».

«Ну ладно, мне нравится!»

Кажется, все задумались, кто чем может быть полезен. Марика не парилась. У неё с жизненной миссией полное согласие. Лёня вот задумался. Зря, для него у меня как раз чёткие инструкции есть. Федя, кажется, даже загрустил. Вот с Федей да, есть загвоздка. Какие у него таланты — я пока не знаю. В нашей команде он больше из-за клятвы полного подчинения. Пусть сам подумает, может придумает что-то.

После обеда, организованного Викой, я позвал Лёню поговорить.

— Для тебя, дружище, у меня как раз есть задание. Уверен, оно тебе очень даже по душе придётся.

— И какое же? — Лёня сел в кресло.

— Проведи инвентаризацию, вместе с Авророй, кто из вошедших в клан родов чем занимается, у кого какие проблемы, возможности, ресурсы, связи. Это огромный объём работы. Надо понять, как мы можем увеличить эффективность каждого, чтобы клан стал не формальным объединением, а реальным.

— Почему я?

— Потому что у тебя широкий кругозор, и ты можешь увидеть неочевидные возможности.

— А что, если... — Лёня задумался, — что если эту информацию сделать общедоступной внутри клана? Типа базы данных. Тогда кому нужно — сами увидят.

— Вот! Делай. Как минимум чтобы все видели, кто есть кто. Главы уже начали знакомиться между собой, пока отсиживались в вирте. Надо расширить эти знакомства. Но с реализацией погоди чуть-чуть, до принесения клятв. Пока что клан, ты будешь смеяться — это я и Катя. Даже Рики в него ещё официально не вступила.

— А мы? Ну, я и Вика? Мы ведь в клане деда остаёмся? Или нет?

У Лёни на лице такая растерянность появилась... А ведь и правда. Я привык считать близнецов частью своей команды, но одно дело команда, другое — клан. Надо будет с дедом это обсудить.

— Поговори с дедом, — ответил я. — Может, можно это как-то официально оформить. Я сам с ним тоже поговорю. У нас вроде как стратегический союз, получается. Тоже стоит обсудить и точки над i расставить.

— А Настя войдёт в клан, как думаешь? — спросил вдруг Лёня.

— Думаю, да. Ей это и выгоднее, и безопаснее. Кстати... Мы сегодня вечером в лабораторию к Вадиму собираемся. Давай с нами.

— Да, Настя рассказала немного, я сам хотел попроситься.

— Ну вот, видишь, Настя с тобой уже чем-то делится, — я подмигнул ему. — Хорош булки мять! Позови её на свидание, что ли! А то она месяц уже, как сжатая пружина, всё дела и дела, вообще не расслабляется.

— Даёшь добро? — Лёня посмотрел на меня исподлобья.

— В каком смысле? — у меня от такого вопроса даже челюсть отпала.

— Ну, ты глава клана, Настя — в твоём подчинении. По сути, ты вправе ею распоряжаться. Так что прежде чем к ней подкатывать, надо у тебя разрешения спросить.

Я с минуту смотрел на него в полном оху**ании. Вот это поворот! Нет, ну как бы да... я же сам с Насти вассальную клятву взял. Но то была мера предосторожности! Или он думает, я зазнаюсь, начну к людям, как к собственности относиться? Решать, кому с кем спать?

— Лёня, ты идиот? — справился я, наконец, с эмоциями. — Какие разрешения? Мы же все свои! Ты из меня рабовладельца-то не делай!

Он выдохнул с явным облегчением.

— Значит, всё по-прежнему? Ну, в нашей команде?

— По-прежнему вряд ли будет, — серьёзно ответил я. — Но друзьями мы быть от этого не перестанем.

Оставшись в кабинете один, я некоторое время сидел, вообще ни о чём не думая. Взгляд невольно упал на перстень главы клана. Точно, надо же что-то на его поверхности изобразить, чтобы использовать как настоящую печатку. А ещё, наверное, надо герб придумать? Что-то такое мы в школе про дворянские рода проходили, наверняка здесь плюс-минус то же самое. Да и Кент про герб говорил.

На гербе-то я понятно, что изображу. Медведя. Крылатого. Как-то сам собой этот образ в голове родился. Тот шаман, он ведь видящий. Вот и пусть будет крылатый медведь. Я на скорую руку порылся в Сети. Нет, навскидку, такого герба ни у кого нет. Вот и отлично!

А что на печатке изобразить? Какой она отпечаток должна оставлять?

Отпечаток...

Отпечаток...

Ну точно! Медвежья лапа! То есть отпечаток медвежьей лапы!

— Эш, а как на перстне что-то вырезать? Надо ювелирам отдавать? — спросил я вслух. Уверен, услышит.

Эш появилась напротив меня, в облюбованном ею и Рики кресле.

— Ювелир его даже поцарапать не сможет, — ответила она также вслух, через динамик. — Здесь техника примерно как с кристаллами. Представь нужный образ и влей в него ману. Перстень запомнит. Герб уже придумал?

— Придумал. На гербе будет крылатый медведь. Но на перстне я хочу не герб изобразить, а след медвежьей лапы. Так можно?

— Ты глава, тебе решать, — пожала та плечами. — Дам только один совет. Когда будешь визуализировать образ, представляй не плоскую картинку с отпечатком, а именно самого медведя, с крыльями, в движении. Этот образ будет видеть тот, кто захочет считать печать. Так что дай волю фантазии.

— Ого! Вот оно как работает! Спасибо!

Визуальные образы — это я люблю, умею, практикую! Учитывая, что вся магия основана на визуализации конечного результата...

Я не торопился. Порыскал в сети, посмотрел, как выглядят настоящие медведи. Потом отдельно поискал крылья для него. Нет, всё не то. Ну какие перья? Ещё бы кожистые, как у птеродактиля...

Как-то сам собой сложился образ огненных крыльев. С окантовкой из молний. Мысленно примерил их медведю. Ух, хорошо! Аж мурашки по спине пошли от силы этого образа!

Задёрнув телекинезом плотные портьеры на окнах, я погрузил кабинет в полумрак. Встал за столом. Кресло отодвинул, а на стол положил лист бумаги. Представил, что я сам — этот медведь. Стою на задних лапах, опершись левой передней на стол. Крылья за спиной наполовину расправлены, от их пламени идёт жар, а стекающие с кончиков электрические разряды сухо потрескивают, перескакивая с одного предмета на другой.

И в тот момент, когда я почти физически это почувствовал, я влил в перстень ману, а правую лапу прижал к листу бумаги, оставляя на нём дымящийся отпечаток.

Уф!

Ноги подкосились и я упал в кресло, удачно оказавшееся прямо сзади меня.

На столе передо мной лежал листок, на котором дымился отчётливый медвежий след.

И точно такой же, только маленький, проступил на перстне.

Я закрыл глаза, расслабившись. Вот это да! Что-то такое было в тот момент, когда я это сделал. Необычное. Я будто почувствовал силу зверя. И этот отпечаток на бумаге...

Из коммуникатора раздались отчётливые хлопки.

Эш! Я даже забыл про неё! А ведь она всё время была здесь!

— Отлично получилось! — похвалила она. — Образ был очень сильный, настолько, что я даже его увидела, представляешь!? Попробуй на чём-нибудь. На том же письме ректору.

— Ещё же герб надо? Или как вообще это всё оформляется? Блин, я вообще ничего не знаю!

— Зато я знаю, — улыбнулась Эш. — И Аврора. Да, Ава? Поможем молодому человеку с геральдикой?

— Конечно! — тут же отозвалась Аврора. — И раз уж Вика вызвалась заняться хозяйством, может она и принтер купит?

— О, точно! — я обвёл глазами кабинет, стол и рассмеялся.

В кабинете присутствовали антикварного вида стол, тяжеленный, из массива, со столешницей из камня или возможно искусственного камня. Моё кресло, на колёсиках. И шесть небольших кресел вдоль стен. И всё. А, ещё на столе — початая пачка бумаги в лотке. И больше ничего.

Точно, нужен принтер. Имея коммуникатор, вполне можно обходиться без персонального компьютера. Тем более, когда к нему 24/7 подключена Аврора. Но печатать на бумаге коммуникатор не умеет. И хотя документооборот в основном давно стал электронным, в некоторых редких случаях бумага всё же нужна. Например, чтобы поставить на неё печать. В цифровую печать я ведь ману не волью!

Принтер заказали с Викой цветной, на фотополимерных чернилах. Такой принтер может печатать хоть на бумаге, хоть на ткани, хоть на металле, так что мы потом ещё и всякую фирменную символику наделаем. Тем более что качество печати у него — как в глянцевых журналах.

Пока ждал принтер, поработали с Авророй над гербом. Медведя изобразили со щитом на левой лапе, и с воткнутым в землю двуручным мечом, на рукоять которого медведь опирается, как на посох. Щит и меч, но для защиты, а не для нападения.

— Чего-то здесь не хватает, — пробормотал я, разглядывая мишку. — Эш, а можно на правой лапе изобразить вертам?

— Изобрази, — хмыкнула та. — Знающим людям это многое скажет, а кто не знает — тот не поймёт.

— Да, именно поэтому, я про другое. Это не будет, ну... наглостью, святотатством? Чем-то таким?

— Скорее это будет одобрения Советом создания клана. Но хорошо, что спросил.

Ещё немного подумав, я разделил щит на левой лапе у медведя на четыре части, и раскрасил их в цвета основных стихий.

— Ты ведь ещё не все стихии освоил? — поддела Аврора.

— В академии нам объясняли, что их вообще нельзя освоить. Можно только родиться с предрасположенностью к одной, редко двум стихиям. Но ведь я как-то перенял от Рики электричество, да и камень... Остались вода и воздух. Причём сама Рики ими пользуется! Так что и я научусь!

— Научишься, — неожиданно согласилась Эш. — Довольно скоро причём.

«Рики, зайди, глянь, что получилось!» — позвал я любимую.

«Минут через пять, я в бассейне», — отозвалась она, и я почувствовал в её голосе, как ей хорошо.

Бедняжка, мы ведь так толком и не отдохнули после этой безумной гонки вокруг света! Не одно так другое!

«Подожди, не вылезай, расслабляйся дальше!»

— Аврора, покажи Рики и Кате, пожалуйста?

Восторгов было! В общем, художество наше девчонки одобрили, и потребовали себе на футболки эмблему. Да уж, а я за сплетни переживал. Мои красавицы сами ходячей рекламой послужат! Тем более, что в понедельник Катя уже выйдет на учёбу.

Принтер доставили через час, и я тут же отправил на печать получившийся герб. Красота! Медведь как живой получился, а крылья — такое впечатление, что он ими сейчас взмахнёт и бумага воспламенится!

Показал всем. Одобрили, ни у кого даже замечаний никаких не было. И тоже все сразу захотели себе на одежду. Ну что ж... я не против! Но это завтра.

А сегодня я подготовил официальное письмо, как от главы клана, на имя ректора, с просьбой выделить в отдельную группу следующих студентов... и далее список.

Распечатал, расписался... Хм, а оттиск я на чём поставлю? Нужен же воск, или ещё что-то? Или нет?

Я влил в перстень ману и прижал его к бумаге. Убрал...

Да... уж... воск тут явно не нужен!

На бумаге остался чёткий отпечаток медвежьей лапы, с мельчайшими деталями. Чёрный, и как будто продавленный. Хм, на обратной стороне бумага осталась ровной, а на лицевой и визуально и на ощупь было заметно углубление, как след на снегу.

А ещё лист бумаги ощущался, как источник маны. Похоже, влитая в перстень мана стекла в бумагу.

Как раз в кабинет зашла Рики. Свежая, отдохнувшая, с влажными ещё волосами.

— Ну-ка, глянь, что скажешь? — я протянул ей письмо.

Рики взяла письмо, прочитала.

— Нормально вроде всё. А что тебя смущает? — спросила она удивлённо.

— Ничего не чувствуешь? — прищурился я.

— Чувствую, что бумага фонит маной. И оттиск... — она дотронулась пальцем до отпечатка лапы...

И отскочила к стене! При этом глаза раскрылись от ужаса!

— Твою ж, Миша, ты чего так пугаешь? — проморгавшись, спросила Рики.

— Что увидела или почувствовала? — я вышел из-за стола и забрал письмо.

— Медведя твоего увидела. Вот как наяву! Он стоял тут, напротив меня, ростом под потолок, ещё и с крыльями, прорычал что-то и лапой в письмо ткнул! Обоссаться можно!

— Отлично! — я расхохотался. — А представляешь, такое письмо каким-нибудь недоброжелателям отправить! Да и нашим новым соклановцам можно, чтоб прониклись.

— О да! — Рики уже отошла от испуга. — Пусть знают! А мишка хорош! И силища в нём чувствуется, такая, что у меня волосы дыбом встали. С таким сразу дружить хочется. Ну или бежать без оглядки!

— От медведя не убежишь, — оскалился я. — Тем более от крылатого и владеющего магией.

Ректору я письмо отправил портальчиком. Он мне ничего про свои впечатления не сказал, но вездесущая Аврора насплетничала, что впечатление на ректора письмо произвело самое благоприятное. Перевернулся вместе с креслом, стукнулся головой, потом долго сидел, думал. Кажется, пришёл к тому же выводу, что лучше дружить. Вот и хорошо. Как говорится, добрым словом и револьвером...

Я купил пригоршню недорогих синтетических кристаллов с доставкой, как и прошлый раз, на имя Вадима. На этот раз в лабораторию мы отправились впятером. Рики — как владеющая эльфийской магией, Марика — как целительница, Настя — чтобы потом электронную начинку сделали как надо, Лёня — чтобы приобщить к процессу, ну и я. А там нас ждали ещё Вадим и Алина Матвеевна. Но лаборатория у Вадима большая, все влезли.

— Итак, друзья, — начал я, — мы с вами здесь сегодня собрались, чтобы сделать самую распространённую в игровом мире вещь! Она присутствует почти в каждой игре, и стала настолько привычной, что большинство игроков сильно удивятся, не обнаружив её! Это... аптечка!

* * *

Девочка лет десяти спешила домой после школы. Она задержалась с подружками, а когда заметила, сколько времени — расстроилась. Ругаться мама не будет, но она просила дочь не задерживаться. Надо помочь маме, поиграть с маленьким братиком, пока мама сходит в магазин и приготовит обед. Или ужин, смотря как посмотреть. Семья садилась за стол, когда папа возвращался с работы, и мама старалась приготовить всё к его приходу.

Взглянув на экран коммуникатора, девочка поняла, что не успевает. Можно сократить дорогу, пройдя между гаражами... но там мама просила не ходить. Но ведь сейчас день, что может случиться? Даже если там будут эти хулиганы, которые бегают за гаражи курить, она легко сможет дать им отпор. Недавно она обнаружила, что может толкнуть или ударить кулаком очень сильно! Девочка злорадно усмехнулась и решительно свернула с тротуара на узкую тропинку. Зря они дёргали её за косички!

Глава 16. Подмена

Коля и Лера знали друг друга с самого рождения. Ещё в садике на соседних горшках сидели. Уже тогда Коленька начал ухаживать за самой красивой девочкой в округе. Колотил мальчишек, которые пытались с ней играть, украдкой притаскивал ей самые вкусные конфеты из дома, помогал надевать курточку на прогулку. Лерочка фыркала, строила глазки, но от конфет не отказывалась.

Потом они пошли в школу и попали в один класс. Сидели за одной партой, списывали друг у друга контрольные. Коля провожал подругу до дома, таскал тяжеленный портфель. Даже когда родители девочки стали хорошо зарабатывать, и за ней приезжал водитель — они умудрялись сбежать и гулять до вечера. Попадало обоим.

Однажды с Колей серьёзно поговорил отец Леры. Объяснил, что у него есть недоброжелатели, которые могут доставить проблемы. Коля всё понял. И записался в секцию боевого самбо. А через полгода принёс Лериному отцу разрядную книжку со вторым юношеским. Состоялся ещё один разговор. Долгий. По итогу которого отец девушки привёл 14-летнего пацана к другому тренеру. Там учили уже по-настоящему опасным вещам. И только через ещё полгода, когда Коля смог выстоять на татами против отца Леры, девушку впервые отпустили на свидание.

Предосторожности были не напрасными. Через пару месяцев на них всё-таки напали. Подъехал наглухо тонированный автомобиль, из которого выскочили двое. План был простой — парню дать в морду, чтобы не рыпался, девушку увезти. Не получилось. Нападавших выписали из больницы только через полгода, как раз к суду, где им дали по пять лет.

Коля часто бывал у Леры дома. Родителям он нравился. Отец девушки, с усмешкой поглядывая на смущающуюся дочь, рассказывал, как сам добивался руки её матери. Что-то там было не так просто в её семье, да ещё лихие 90-е... Так что в его изложении история была похожа то на боевик, то на мистический триллер. И всё бы ничего, но Коля чувствовал, что тот что-то не договаривает.

Молодым людям было по семнадцать, когда они не устояли. Они были одни дома, смотрели романтическую комедию, целовались, тискались... А когда герои на экране занялись сексом, Лера не выдержала. Она сама набросилась на своего возлюбленного, а тот, конечно, и не думал сопротивляться. Он старался быть нежным, и девушке не было больно. Короткий ох и капля крови... Коля припомнил всё, что знал, читал, видел в фильмах, чтобы этот их первый раз запомнился любимой на всю жизнь. И надо сказать, у него получилось. Вот только немного не так, как он ожидал.

Инициация странная и капризная вещь. У кого-то магические способности проявляются в раннем детстве, совсем чуть-чуть, незаметно для окружающих, и с возрастом постепенно развиваются. А у других она случается спонтанно, чаще в момент опасности, или под влиянием других сильных эмоций — радости, горя, оргазма...

Лере было очень хорошо. Так хорошо, как никогда в жизни. Она думала, что лучше уже и быть не может, но потом... Ей казалось, что она сейчас умрёт от блаженства. Тело свело судорогой, она выгнулась дугой... и в этот момент произошёл спонтанный телекинетический выброс. Юного любовника впечатало в потолок, у кровати подломились ножки, люстру сорвало и отбросило к стене, окно вылетело на улицу вместе с рамой. Шкаф, стол, ноутбук — комната выглядела так, будто в ней взорвалась тротиловая шашка. Только чудом сами молодые люди ничего себе не сломали, когда Коля свалился с потолка на свою девушку.

Родители Леры всё поняли. Состоялся ещё один разговор, на этот раз с мамой девушки. Коля пережил не самые приятные мгновения, когда женщина, со словами «я должна быть уверена, что ты никому ничего не расскажешь» достала из комода острый как лезвие бритвы кинжал. Но всё оказалось не так уж страшно. Да он бы и без клятвы не рассказал.

А осенью Лера уехала в академию на долгие четыре года. Молодые люди переписывались, перезванивались, проводили вместе каникулы и ждали окончания учёбы. Коля тоже время не терял. Закончил экстерном школу и поступил в университет, на заочку. Параллельно стал помогать будущему тестю по бизнесу. В серьёзности намерений парня тот уже не сомневался, и охотно подключил его к своим делам.

Спустя четыре года сыграли свадьбу. Накануне торжественного события Коля дал будущей тёще ещё одну клятву: как бы ни сложились обстоятельства, всегда защищать Леру, если понадобится — ценой своей жизни.

Через год у молодых родилась дочка. Бойкая и своевольная, но очень чуткая. Всегда чувствовала настроение родителей, и лишних капризов не устраивала.

А ещё через год тесть обанкротился. Разорился в пух и прах. Но успел кое-что из имущества переписать на зятя, так что без жилья, по крайней мере, не остались ни старшие, ни младшие. Новое дело тесть решил начинать в другом городе, объяснив это тем, что в этом он перешёл дорогу не тем людям. И родители Леры уехали, обменяв квартиру. А Коля с Лерой остались. И начали своё небольшое дело.

Звёзд с неба не хватали, но и не бедствовали. Несколько пиццерий, открытых по франшизе, приносили достаточный доход, но отнимали всё свободное время. Так что о втором ребёнке долгое время не думали, хотя Лере очень хотелось. И только спустя долгих восемь лет её мечта исполнилась, у них родился сын.

Коля и Лера были на седьмом небе от счастья. Да и дела пошли в гору — с Колиным-то упорством. И всё в их жизни было хорошо.

До того злополучного дня, когда, придя домой, Коля обнаружил в доме постороннего мужчину. Тот просто стоял посреди комнаты. Лера и дети сидели напротив него на диване и молчали, даже младший.

Увидев вошедшего главу семейства, незнакомец повернул к нему голову.

— Мы ждали тебя. Я решил дать тебе попрощаться с женой. Я забираю её в обмен на жизнь ваших детей. У вас пять минут.

Только тогда Коля заметил, что вместо пальцев у мужчины были серебристо-серые отростки, тянувшиеся к таким же серым ошейникам на тонких детских шейках.

— Папа, прости, — подняла заплаканные глаза дочка, — дяденька меня от Сёмки защитил, я думала он хороший!

* * *

Мы разбили работу на отдельные участки.

Рики единственная могла работать с эльфийской магией, и её задачей было обратить магию жизни. Сделать «присоску», которая выкачивала бы потихоньку крохи жизненных сил, аккумулируя их в виде маны для питания аптечки.

Вадим с Алиной Матвеевной взялись сделать подсистему обмена данными с электронной начинкой аптечки.

Мы с Марикой делали собственно сам целительский модуль. Иногда нам помогала Алина Матвеевна, всё же у неё лучше получалось объяснять, а объяснения Марике были нужны, того, что мы проходили на занятиях, для моей задумки было недостаточно. Тем не менее, с целительской частью мы справились довольно быстро. Как я и подозревал, малое исцеление было ненаправленным. Но и что-то серьёзное исцелить оно не могло. Максимум — кровь остановить, давление нормализовать, пульс успокоить. От инфекционных болезней ещё поможет — иммунитет подхлестнёт. С другой стороны, а что ещё надо? Люди умирают по разным причинам, но именно внезапная смерть в более чем 80% случаев наступает, как утверждает статистика, из-за проблем с сердцем.

А вот с диагностикой пришлось повозиться. Марика долго не могла объяснить, как она понимает, что именно с пациентом не так. Говорила, что видит. Вот видит и всё. А что видит — непонятно. Но потом разобрались: пульсации. Больной или просто работающий в необычном режиме орган начинает пульсировать. При этом у каждого органа в организме собственная частота пульсаций. Посовещавшись, мы решили, что нет необходимости зашивать все варианты в артефакт. Да и не получится — наверняка есть и индивидуальные особенности, да и Марика не смогла бы дать нам нужные частоты. Так что расшифровку мы оставили за программой на коммуникаторе.

— Можно сделать проще, — предложила Аврора. — Запросим у пользователя доступ к его медицинским данным. А там и история болезни, и контакты лечащего врача. Когда наберётся достаточно данных — я запущу кластерный анализ, чтобы соотнести частоты пульсаций с имеющимися данными по болезням.

— А это вообще законно? — уточнил я на всякий случай.

— Взламывать — незаконно. А сам пользователь доступ предоставить имеет полное право. Как его убедить это сделать — уже другой вопрос.

— Да не надо ничего хитрить, — Вадим оторвался от схемы, — так прямо и скажем, что в научно-исследовательских целях, для обучения диагностической системы на основе искусственного интеллекта.

— Это ты меня искусственным интеллектом назвал? — возмутилась Аврора.

— Эммм... а ты что, сама планируешь во всём разбираться? — удивился Вадим. — Или нейронку сделаешь?

— Да шучу я, конечно нейронку! Вот мне заняться нечем, в озёрах данных булькаться!

Настя и Лёня занялись компоновкой. Настя связалась с главным инженером своей фабрики, объяснила задачу... А Лёня перелопатил кучу сайтов в Сети, пока не вспомнил про наш дневной разговор.

— Аврора, — спросил он, — а среди новеньких есть кто-то, кто делает гаджеты? По сути, то, что мы сейчас придумываем — это почти обычное smart-кольцо.

— Есть. Производят коммуникаторы. Они и кольца пытались делать, но не пошло.

— А оборудование сохранилось? — оживился Лёня.

— Кажется, да. Они пытались его продать, но пока не нашли покупателя.

— Миша? — Лёня повернулся ко мне.

— Я слышал, — кивнул я ему в ответ. — Аврора, свяжи меня с ними.

Переговоры были недолгими. Как только глава рода услышал, что мы нашли применение его «балласту», как он выразился, сразу обрадовался. Само оборудование было надлежащим образом законсервировано, персонал, который с ним работал, распустить ещё не успели, надеялись «продать» вместе с линией. Я попросил выслать мне документацию на линию и на те колечки, которые они пытались изготавливать. А заодно и пару образцов.

Образцы он выслал сразу. Как в собранном, так и в разобранном виде, для наглядности. Оказалось, что кольцо состоит из двух половинок, с полостью для электроники во внутренней половинке. При сборке их просто склеивают между собой. В принципе, ничего сложного.

— Интересно, почему не пошло? — спросила Рики.

— Потому что в этом кольце нет ничего уникального, — объяснила Аврора. — Стоимость лишь немногим ниже раскрученных аналогов, но нет ничего такого, что позволило бы выделиться. Киллер-фичи нет, как говорят маркетологи.

— Ну вот её мы и добавим, — я довольно улыбнулся.

Если всё сделать как надо — одно только это направление может принести огромную прибыль. А опытный образец мы делаем... я хотел сказать, что почти в гараже, но осмотрев лабораторию Вадима, понял, что это далеко не гараж.

Внутри корпуса кольца оказалось достаточно места для двух кристаллов и место под электронную начинку ещё осталось. В оригинальной конструкции электроники было напихано гораздо больше, а всё свободное место занимал аккумулятор. В нашем варианте большая ёмкость не требовалась — электроника для «аптечки» нужна довольно примитивная.

К часу ночи у нас был готов прототип. Пока что без электроники, мы использовали макетную плату, несколько светодиодов и универсальный микроконтроллер, чтобы Аврора могла управлять работой кристаллов. А сами кристаллы, уже «заряженные», пришлось прижимать к макетке пальцем.

— Ну что, кого травмировать будем? — спросил Вадим.

— Давайте меня, — вздохнул Лёня. — Только не сильно!

— Да не переживай, я тебя если что подлечу, — подмигнула ему Марика.

— Начнём с ожога... — решил я. — Держи палец и не дёргайся.

Лёня прижал пальцем кристаллы, а я опалил ему вторую ладонь пламенем.

— Чёрт, больно-то как! — скривился Лёня. — Как в печку... погодите! Уже не больно!

Ожог прошёл прямо на глазах за несколько секунд. Магическая часть начинки даже в отсутствие управляющих сигналов отработала автоматическое лечение. Второй кристалл вспыхнул на секунду зелёной вспышкой, поглощая из Лёни жизненные силы и преобразуя в ману, для восполнения потраченной на лечение.

— Ура!!! Заработало!!! — завопили мы хором.

— А ещё я запомнила пульсации, возникающие при ожоге левой руки, — добавила Аврора.

— Давайте тогда на сегодня закругляться, — предложил я. — Мы и так молодцы, теперь надо дать время на изготовление платы. И ещё раз всё проверить.

Когда мы уже отправлялись, я услышал, как Вадим тихонько спросил Алину Матвеевну: «Останешься?» Кажется, у кого-то будут новые впечатления!

Только дома, когда мы уже остались вдвоём с Рики, мы обсудили дополнительный контур обнаружения ментального воздействия. Сделали небольшой кристалл, который мог создавать полог молчания небольшой мощности, а главное, эту мощность можно было менять с помощью световых импульсов. Красный — увеличить, синий — уменьшить. А датчик манопотока позволял отслеживать колебания полога. Обратно информацию кристалл передавал так же с помощью вспышек.

С первой попытки не получилось — оказалось, что изменения манопотока при воздействии на полог слишком малы для выбранной нами «шкалы» при кодировании сигнала. Во второй раз додумались использовать логарифмическую шкалу, как при измерении громкости звука. И вот во второй раз получилось.

Эксперименты показали, что полог очень чувствителен к попыткам через него пробиться. Но вот расстояние на него не сильно влияет. Я даже сгонял в Москву, и оттуда пытался пробиться через полог. Эффект был тот же. Аврора регистрировала эти попытки, но они ничем не отличались от тех, когда мы с Рики были в одной комнате.

— Трилатерация не сработает, — заключила Аврора. — Жаль, с другой стороны, никто не обещал, что будет легко.

— А как тогда вычислять менталиста? — спросила Рики.

— По особенностям поведения, — пожал я плечами. — Думаю, копаться в чужих мозгах требует некоторой сосредоточенности. Это не то, чем станешь заниматься во время оживлённой беседы, к примеру.

— Увидим, — коротко резюмировала Эш. — Аптечка и без этой функции принесёт пользу. Миша, окончательную сборку кристаллов тебе придётся делать самому, чтобы добавить этот контур.

— Будет непросто... Ладно, возьму окончательную сборку на дом. Или просто подменю образец для тиражирования, да и всё.

Уснули мы только под утро, совершенно без сил, но очень довольные!

А утром нас ждал приятный сюрприз!

* * *

Первым порывом Коли было хорошенько отметелить незнакомца, но, наткнувшись на предупредительный взгляд жены, он передумал. Было в нём нечто такое... обречённость. Коля и Лера не раз устраивали шуточные поединки, его самбо против её магии. И Коля понимал, что если жена возьмётся всерьёз — у него не будет шансов. Просто спеленает, как младенца и подвесит в воздухе. Если уж она сидит и не рыпается — значит у него и вовсе ни единого шанса.

Но ведь попробовать договориться нехватка сил не помешает? Коля, насколько мог, собрался.

— Кто ты такой вообще? — начал он с естественного вопроса.

— Это неважно, — последовал спокойный ответ.

— И что значит «забираю»? Она ж не вещь! И зачем она тебе?

— Для эксперимента. Мне нужен объект для исследований, — незнакомец, как ни странно, охотно отвечал на вопросы и, кажется, никуда не торопился.

«Бред какой-то! Ничего более идиотского в жизни не видел!» — подумал Коля. А ещё поразился своему спокойствию. Нет, внутри клокотали эмоции, но он не давал им вырваться наружу.

— А что за исследования? И почему она? — продолжил он эту нелепую беседу.

— Суть исследования тебя не касается. Мне нужно проверить на ком-нибудь, что произойдёт, прежде чем сделать это со своей женщиной. Моя женщина имеет для меня ценность, а твоя нет.

— Но почему именно она? В мире миллиарды женщин! Почему ты выбрал именно Леру?

— Случайность, — незнакомец ответил совершенно безэмоционально. Его, похоже, действительно не волновала судьба всех присутствующих. — Когда учёный выбирает муху для опыта, он берёт первую попавшуюся.

— Если тебе без разницы, возьми меня! — поняв в чём дело, Коля уже не раздумывал.

— Коля, нет! — Лера сложила ладони в молитвенном жесте. — У меня больше шансов...

— На что? Ты надеешься победить меня, глупая женщина? — незнакомец, кажется, усмехнулся. В следующее мгновение из его руки выстрелил серый клинок, остановившийся в сантиметре от лица Леры. — У тебя нет никаких шансов. Ты слишком слаба, чтобы справиться со мной. А когда ты проиграешь — я вернусь за твоими детьми и мужем, и они будут смотреть, как я медленно убиваю тебя. Ты этого хочешь?

— Оставь её, и возьми меня. Я сделаю всё, что ты скажешь, только не тронь их, — ещё раз повторил Коля, обращаясь к незнакомцу.

— Доброволец? — спросил тот.

— Да, — обречённо вздохнул Коля, глядя, как наполняются слезами прекрасные глаза Леры.

Глава 17. Люси

— Оставь её, и возьми меня. Я сделаю всё, что ты скажешь, только не тронь их, — ещё раз повторил Коля, обращаясь к незнакомцу.

— Доброволец? — спросил тот.

— Да, — обречённо вздохнул Коля, глядя, как наполняются слезами прекрасные глаза Леры.

— Хорошо. Я заберу тебя, а её оставлю, — согласился Сергей (а это был, конечно, он).

— Он тебе соврал! — неожиданно воскликнула Лера. — Он давал клятву моей матери защищать меня ценой своей жизни!

— Вы меня утомили, — Сергей покачал головой, одновременно выстрелив серыми щупальцами.

На шеях и Коли, и Леры появилось по ошейнику, которые пережали им горло. Коля упал на колени и захрипел, Лера покраснела и ухватилась за удавку руками. Глаза у обоих закатились.

В этот момент девочка, про которую все уже забыли, неожиданно толкнула Сергея. Телекинезом. Да так сильно, что он даже покачнулся.

— А ну оставь в покое моих папу и маму, мерзкий инопланетянин!

— Почему инопланетянин? — приподнял бровь Сергей, не переставая, впрочем, душить родителей девочки.

— Я в Сети видела! Вы людей крадёте на опыты, а потом возвращаете обратно через много лет! Оставь папу и маму, им надо заботиться о братике! Возьми меня, если так надо!

— И ты пойдёшь со мной? Не бойся, девочка, я не сделаю тебе больно. Только укол поставлю. И постараюсь вернуть тебя обратно в целости и сохранности.

— Укол — это не страшно, — кивнула девочка. — Пойдём. Только пообещай не обижать маму и папу.

— Обещаю, — согласился Сергей.

Он снял с девочки ошейник и протянул ей руку. Но та сперва обняла братика, маму, подошла к папе.

— Прости, папа. Ты мне всегда говорил, что за свои поступки надо нести ответственность. Это я привела этого инопланетянина к нам домой — значит, мне и отвечать.

Сергей открыл портал и пропустил свою добычу вперёд, предварительно сняв с неё коммуникатор. Прежде чем пройти через портал самому, он убрал ошейники и вернул себе обычный человеческий вид.

— Смелая девочка, — сказал он Коле и Лере, которые едва могли дышать. — Вы можете гордиться дочерью. Если всё получится — я верну её через пару дней.

* * *

Уснули мы только под утро, совершенно без сил, но очень довольные!

А утром нас ждал приятный сюрприз! Когда мы проснулись, между нами спала Катя!

«Ты помнишь, когда она вернулась?» — спросил я у Рики мысленно.

«Неа, я спала, как убитая! Давай разбудим её и спросим!»

«Не, пусть спит. Ей наверняка полагается покой, отдых и сон».

«Пошутил? С нашей-то жизнью?»

Я попробовал выбраться из кровати так, чтобы не потревожить Катю, но та тут же открыла глаза.

— Вы, наконец, проснулись? — она сладко потянулась. — Поди до утра кувыркались? Хотя нет, уснули одетыми... Работали?

Спросить, выписали или сбежала? Откуда так рано? Сказать, что рад видеть? Нет, всё не то...

Я упал обратно в кровать и притянул Катю к себе в объятия. Рики, чертовка, подмигнула мне и показала большой палец.

— Мы соскучились, и нам тебя очень не хватало! — она тоже обняла «сестрёнку».

— Тебя выписали или ты сбежала? — спросил я.

— Обижаешь! — Катя надула губы. — Отпросилась! До обеда. Потом вернусь, мне ещё сегодня процедуры предстоят, и завтра утром контрольный анализ крови. Но так-то я себя отлично чувствую, мана из ушей льётся, вот меня Маргарита Николаевна и отпустила.

Я глянул на часы. Без пяти двенадцать. Нифига мы заспали!

— Так до обеда осталось-то...

— Обед в час, так что у тебя есть ровно один час на то, чтобы меня трахнуть, — она прильнула ко мне с поцелуем. — И пять минут мне на душ!

— А тебе можно? — осторожно поинтересовалась Рики.

— Нужно! — ответила Катя, стаскивая через голову футболку, под которой ожидаемо ничего не было надето.

Когда через час Катя упорхнула порталом, очень даже довольная, нас вызвала Аврора.

— Есть новости, к сожалению, плохие. Кажется, Сергей похитил ребёнка.

— Что??? — я как раз выходил из душа, и чуть на пол не сел от неожиданности. — Нахрена?

— На опыты. Буквально, Миша, я не шучу.

— Когда? — голос вдруг стал хриплым.

— Вчера вечером. У нас есть запись, коммуникатор девочки писал всё происходящее. У него настройка — при повышении пульса пишет видео и отправляет родителям.

— И куда они обратились? В полицию?

— Нет, там бы им всё равно не поверили. Подняли на уши всех знакомых. Подключили бабушку по матери. Да, девочка, её мать и бабка по матери — маги, а отец и дед — нет. Вот бабушка и вспомнила про особое подразделение ФСБ. Как она нашла контакты твоих родителей — долго рассказывать, но нашла. Пятнадцать минут назад запись оказалась в нашем распоряжении. Смотрите.

— Погоди, спустимся в гостиную и позовём всех, — остановил я Аврору.

Общий сбор занял пару минут, в отличие от нас, остальные давно встали, провели разминку и успели позавтракать. Это мы что-то разленились в последнее время.

— Всё, включай, — дал я команду, кладя свой коммуникатор на стол.

Просмотрев всё, мы переглянулись. Я вспомнил, что особенности взаимодействия с камнем души из моих никто не знает, поэтому они ничего и не поняли.

— Камень души принимает только добровольную жертву, — объяснил я. — Правда, сам Сергей жертвой становиться, кажется, не собирался, но в его случае камень души был повреждён.

— Но зачем ему девочка-то? — развела руками Марика.

— Чтобы проверить, как всё будет работать, прежде чем делать всё то же самое с Софией, — пожала плечами Рики. — Он же сам об этом сказал. Рисковать Софией он не хочет. Где он ещё такую преданную собачонку найдёт?

— У этой старой суки степень МБА и пятнадцать лет практического опыта в руководстве Mind Technologies, — проворчала Аврора. — И да, она ему предана. Ценный кадр, так что действия Сергея логичны. Вопрос в другом. Что ждёт девочку?

— Это ты нам скажи, — я нахмурился. — Практический опыт в этом вопросе только у тебя.

— Ещё у меня, — отозвалась неожиданно Эш. — Аврора рассказала мне про сложности, которые у неё в своё время возникли — долгая интеграция, потеря памяти. Думаю, это было связано с тем, что её душа попала в уже функционирующий мир огромных размеров. Если ограничить мир, к примеру, одной комнатой, то такого растворения произойти не должно. Адаптация произойдёт очень быстро.

— Ну допустим, — согласился я. — Загрузит он её каким-то образом в ядро. А потом? Серьёзно, попробует, и если всё работает — выгрузит обратно и вернёт родителям? Не верю!

— Он действует почти в открытую, так что, может быть, и вернёт, — заметил Лёня.

— Не вернёт, — покачал головой Федя. — Девочка тогда сможет рассказать, где была и что с ней делали, а это ценная для нас информация. Не станет рисковать.

— Согласна, — Аврора вывела на экран карту. — Это окрестности дома, где произошло похищение. Зеленоград. Здесь Сергей жил в детстве с родителями, буквально в соседнем доме. Многое здесь изменилось, но, видимо, ему хватило воспоминаний, чтобы пройти телепортом. Я подняла записи с камер видеонаблюдения. Его нигде нет, до момента, когда он выходит из-за гаражей вместе с девочкой. Есть ещё запись драки девочки с местными пацанами, но это не интересно. Важно то, что он появился там, а не ходил по городу.

— Из этого следует, во-первых, — начал я перечислять, — что выбор жертвы действительно случаен, а во-вторых, что он сейчас может быть абсолютно где угодно, хоть в Антарктиде. И пока не заработает ядро — нам его просто не найти. Мы в той же точке, что и были.

— А что нужно, чтобы сознание девочки попало в камень души? — спросила Вика.

Я посмотрел ей в глаза, думая, говорить или нет.

— Душа привязана к телу, Вика. Чтобы она отправилась путешествовать, тело должно умереть.

— Или впасть в кому! — возразила Марика. — Тогда, в Париже, та девушка — она ведь не умерла, она была в коме. А душа шлялась по всей больнице. Я думаю, Сергей захочет проверить и возвращение души в тело, на случай, если с Софией что-то пойдёт не так и ему придётся её возвращать.

— Значит, — я поднялся из кресла, — просто ждём, когда ядро появится в Сети, определяем координаты и идём на штурм. Всем повышенная готовность. Я буду в кабинете, если у кого появятся мысли — зовите.

Рики закрылась в кабинете вместе со мной. Блин, удачно, что Кати нет дома... Но уже завтра она вернётся, и нам её точно будет не удержать.

— Аврора, Эш, — позвал я. — Что думаете?

— У нас нет никаких предположений, где их искать, — ответила Эш за двоих извиняющимся тоном.

— А я вот что думаю. Ядро в Сети не появится. И это работа менталиста. Он спёр все наработки прямо из головы Вадима и передал их Сергею. Поэтому Сергей действует так нагло и уверенно. И он знает, как обойти все уровни защиты.

— Предположим, — Аврора задумалась. — Но где он был целый месяц? Почему только сейчас объявился?

— Так ведь ядра на дороге не валяются! Или думаешь он заранее ядро отложил, на всякий случай? И собрать ядро на коленке он тоже явно не мог! Взял где-то готовое, это же очевидно!

— В мире существует 376 ядер, Миша. Корпорация их клепала по паре ядер в месяц, иногда чуть больше, иногда чуть меньше.

— Так ты не отрабатывала эти ниточки? — я даже привстал с кресла.

— Нет, — огорошила меня Аврора. — Там наши партнёры, есть соглашения...

— Аврора, — я начал закипать. — Ты когда для Рики тело искала, ты много думала о законах и соглашениях? Какие партнёры, какие к херам соглашения? На кону жизнь ребёнка, и это мы ещё не знаем, что Сергей задумал!

Рики посмотрела на меня очень странно, исподлобья. Кажется, она не ожидала, что я стану говорить с её матерью в таком тоне. Но какого хрена?

— Миша, ты не можешь мне приказывать! — Аврора вдруг заупрямилась. — По крайней мере, не можешь требовать от меня нарушения законов! Можешь запретить, но не приказать!

— Мама, Миша, погодите! Не ссорьтесь! — Рики остановила меня жестом руки. — Мам, объясни толком. Ты легко взламываешь федеральные базы данных, а здесь тебе что мешает?

— То и мешает. Там защиту парни Вадима делали. Мне её не взломать. Я спалюсь, и будет международный скандал!

— Аааа, вон в чём дело! — я мгновенно успокоился. — Аврора, прости. Ты права, только, пожалуйста, в следующий раз сразу объясняй причины, хорошо?

— Хорошо, — буркнула она, но в её голосе я услышал облегчение.

— Погоди-ка, а зачем тебе взламывать ядра? — пришло мне вдруг в голову. — Ты и так знаешь, какие работают, какие нет. Нам нужны только коммуникаторы владельцев! Их-то ты можешь взломать?

— Их да, могу. Проверяем, кто чем занят, и нет ли следов взаимодействия с Сергеем, Софией или кого-то из революционеров?

— Проверяй тех, у кого ядра сейчас прямо не в Сети, или даже в сети, но не публичны. У кого большие проекты — те нам не интересны.

— Согласна. Работаю.

— И ещё, Аврора... — я решил расставить точки над i. — Ты сама захотела в команду. Даже Эш согласилась в оперативной обстановке мои приказы выполнять. Нам надо будет проработать этот момент. Ты сейчас как Лёня с Викой. Вроде в моей команде, но принадлежишь другому клану.

— Надо будет, согласна, — Аврора появилась на экране коммуникатора. — А ты заматерел, Миша. Рики не ошиблась в тебе.

— Так выбирала Рики? — я удивлённо посмотрел на жену.

— Ну... да... — вдруг покраснела та. — Был ещё вариант вселиться в Марику.

Чёрт! Если бы она тогда решила по-другому, всё сложилось бы совсем иначе, вот этого всего в моей жизни не было бы, не было бы моих девочек, моей команды... Да и Аврору уже на запчасти бы разобрали...

— Спасибо, родная! — искренне поблагодарил я Рики. — И возвращаясь к менталисту, Эш, может, уже пора подключить Совет?

— Нет, Миша, — Эш показалась в кресле и покачала головой. — Пока нет. Подключим, когда будем знать, кто это, и останется только взять с поличным.

— Хм, ну тебе виднее. Но ты согласна с моими выводами, что менталист спёр наработки и отдал их Сергею?

— Скажем так, очень сильно на это похоже. Примем это как рабочую гипотезу. О личности менталиста нам это всё равно ничего не говорит. Это может быть любой из более чем ста миллионов магов Земли. Как мужчина, так и женщина.

Прошёл час, потом другой... Но поиск так ничего и не дал. Мы уже извелись все.

— Аврора, ты уже всех проверила? — спросил я раз в десятый, наверное.

— Всех, Миша. Уже даже тех, кто вообще вне подозрений!

— Иии?

— И ничего. Никто с Сергеем не контактировал, кроме как во время покупки ядра. Его прямой контакт, старый, прижизненный, есть у всех. Но никто им не пользовался.

— Аврора, давай рассуждать логически, — я говорил и размышлял одновременно. — Ядро у Сергея есть?

— Есть, — согласилась Аврора. — Иначе в его действиях не было бы смысла.

— Количество ядер нам доподлинно известно? Не могла корпорация произвести неучтёнку?

— Теоретически могла... Но есть поставщики компонентов, в том числе Настина фабрика. Я произвела встречную проверку. Количество поставленных компонентов совпадает с количеством произведённых ядер.

— Хорошо. Давай общий список, будем смотреть все вместе. Одна голова хорошо...

Аврора молча вывела список ядер. Пока просто номера.

— Исключи из этого списка публичные активные проекты, у которых ядро стабильно работает, а также безнадёжно сломанные, которые не починить.

Большинство номеров исчезли, осталось порядка сорока. Много, очень много.

— Есть здесь государственные структуры какие-нибудь?

— Три, — Аврора подсветила номера. — Исключаю.

— Исключи те, которые проявляли активность в период, пока Сергей был в могиле.

Неожиданно осталось всего с десяток.

— Да уж, ядро слишком ценный ресурс, чтобы так просто позволять ему простаивать... Оставшиеся номера покажи на карте?

— Хочешь наведаться в гости? — прищурилась Рики.

— А почему бы и да? Мы же сотрудники корпорации всё ещё, и у нас есть право технической проверки. Так, Аврора?

— Есть, — согласилась она. — Правда, это надо согласовывать.

— Так, одно ядро в Японии, три в Китае, два в Индии, три в США... А одно — в Москве? Ну-ка...

Я приблизил карту. Хм... знакомое место!

— Аврора, это не та ли стройка, где мы ноутбук искали?

— Да, та самая. Она уже завершена, и объект передан заказчику, НИИ Проблем колонизации ближних планет. Проект наподобие Биосферы-2, только в виртуальном пространстве, в максимально точно смоделированных условиях.

— А разве такими вопросами не государство занимается? — удивился я.

— Частным инвесторам тоже никто не запрещает, — хмыкнула Аврора, — вспомни Илона Маска. Сперва разработали, а потом заработали. И, насколько я могу судить, этот проект стоит дешевле, чем та же Биосфера-2. А моделировать сможет гораздо больше, включая аварийные ситуации.

— Хорошо, давай остальные проекты, кто чем заниматься планирует, когда было куплено ядро, на какой стадии работы...

— Ну вот у НИИ ядро было куплено этим летом, сейчас идут работы по монтажу оборудования и первоначальной настройке ядра. Запуск, согласно представленному графику работ, планируется через неделю, сейчас ядро периодически запитывают, для проверки работоспособности систем. Там работают наши специалисты, если что.

— Понял. НИИ вне подозрений. Поехали дальше.

Однако поводов для подозрений у нас так и не нашлось. Кто-то открывал игру, шли работы по созданию мира. Кто-то разорился, и оборудование оказалось в залоге у банка. В одном проекте владелец умер, а новый ещё не вступил в права наследования, и вообще не знал, что делать с ядром, которое было надлежащим образом законсервировано. Вот этот проект, находящийся в Америке, мы взяли «на карандаш». Но ни одного повода для проверки.

— От чего ушли, к тому и пришли, — вздохнул я, вставая из кресла и потягиваясь.

Я глянул на часы. Уже вечер, а я ещё даже не завтракал.

— А у родителей Миши как дела продвигаются? — спросила вдруг Рики.

Блин, точно! Мои ведь тоже по этому делу работают!

— Никак. Они даже воздух за гаражами пропылесосили, и ничего не нашли. У них данных ещё меньше, чем у нас.

— Так ведь у нас полный ноль! — хмыкнул я.

— Вот именно, — ответила Аврора.

* * *

— Ребёнок? Это ребёнок доброволец? — София, открыв рот, смотрела на Сергея, пришедшего через портал с десятилетней девочкой.

— А Вы тоже инопланетянка? — спросила девочка, глядя на Софию.

Та подняла глаза на Сергея.

— Она увидела, как я меняю форму тела, — спокойно объяснил тот, — и решила, что я инопланетянин, который похищает людей на опыты.

— А ещё ты обещал меня вернуть! — девочка ткнула в него указательным пальцем. — И папу с мамой обещал не обижать! Давай, делай свой укол!

— Сергей, на ребёнка я не подписывалась, — покачала головой София. — Это слишком. Пообещай, что вернёшь её родителям.

— Хорошо, София. Я верну её родителям. После эксперимента. Она всё равно не сможет рассказать ничего, что нас выдаст. Но она пошла со мной добровольно, я её не звал. Ей я ничем не угрожал. Так что она идеальный образец. К тому же маг. У неё телекинез, она меня им толкнула, довольно ощутимо.

— Я? Я — маг? Правда? Ух ты!!! — девочка, стоя между двумя взрослыми, немного успокоилась.

Кажется, тётя добрая, и не разрешит своему другу обидеть ребёнка. А уж известие о том, что она маг и вовсе переключило внимание девочки.

София присела на корточки.

— Да, милая, маленькая волшебница! И тебе предстоит побывать в волшебном мире. Посмотришь, что там, и нам расскажешь. Как тебя зовут, храбрая девочка?

— Люда, но мама зовёт меня Люси.

Глава 18. Люси, часть 2

Больше я бездействовать не мог. Девочку надо спасать, и один способ в запасе у меня точно был. Но стоило поторопиться. Почему такая простая мысль сразу мне в голову не пришла? Ладно мне, почему никто не додумался?

— Идём, Рики! — я вскочил из-за стола и бросился к двери. — Зови Марику, и ещё кого-нибудь двоих. Всех не надо, будет тесно.

— Броню брать? — деловито поинтересовалась Рики.

— Хм... нам с тобой — да, остальным без надобности.

Я, собственно, за биометом и отправился. Он у нас так и хранился в кладовке. Надо озадачить Лёню, чтобы сигнализацию всё-таки прикрутил.

— Марика, Настя, Федя, минутная готовность! — услышал я из гостиной голос жены.

— А мы опять в пролёте? — возмутился Лёня, спускаясь со второго этажа.

— Мне нужна Рики, Марика и ещё двое, всё равно кто, — я вышел в гостиную, кивком головы отправив Рики переодеваться. — Решите между собой. Организуйте очерёдность, дежурства, хоть на спичках разыграйте, но через минуту отправляемся.

— У меня и Насти воздух, — задумался Лёня, — у Вики и Феди вода. Лучше в пары комбинировать разные стихии. Предлагаю на такой случай, когда не все идут, Вика с Настей, а мы с Федей.

— Идёт, — я кивнул. — Кто первый?

— Давай на суефа? — предложила брату Вика.

Я с трудом подавил улыбку. Какая разница, как они договорятся, лишь бы договорились.

Выиграла Вика. Значит, сегодня идут они с Настей.

— Аврора, набери, пожалуйста, Леру. Мы идём к ним.

— Набираю...

— Алло! Кто это? — раздался из коммуникатора приятный, но очень тревожный женский голос.

— Здравствуйте. Это Михаил Медведев. Мы идём к Вам. Включите, пожалуйста, видеосвязь.

— Медведев... Как идёте? — растерянно ответила Лера, но видеосвязь всё же включила.

Я настроился на неё. Стройная блондинка, длинные волосы, родинка на щеке, лицо опухшее, видимо, много плакала. Сидит в кресле... Послал ей портальный вызов.

На видео у неё распахнулись от удивления глаза. Но вызов приняла.

Через мгновение Рики, Марика, Вика, Настя и я были уже в квартире Леры.

— А что, так можно? Кто вы такие?

— Мы занимаемся делом Вашей дочери, параллельно со второй командой. У них одни методы, у нас другие.

— Хорошо... и чем я могу помочь? — Лера встала, собралась.

Из другой комнаты выскочил её муж, посмотрел на нас недоверчиво.

— Они из наших, — успокоила его Лера.

— Не слишком молодые? — прищурился Коля.

— Коля, они сюда телепортировались по видеозвонку... — увидев непонимание на лице мужа, она прикрыла глаза. — Я не знаю никого, кто так умеет, так понятнее?

— Понял, не мешаю! Если что будет нужно — говорите! — Коля собрался было уходить.

— Нужно, чтобы Вы присмотрели за младшим, — ответил я ему и повернулся к матери девочки. — Покажите нам комнату Люды.

Та кивнула, и мы прошли в другую комнату.

Видимо, с деньгами у семьи всё нормально. У девочки действительно была своя отдельная комната. Розовые обои, плюшевые мишки, кровать с балдахином, как у принцессы. Девчонки дружно ахнули от умиления, когда зашли. И комната-то не маленькая. В середине вполне достаточно места для игр небольшой компанией.

Я постарался настроиться на эту комнату, на её маленькую очень смелую и самоотверженную хозяйку. Посидел за столом, провёл ладонью по балдахину...

— Что он делает? — услышал я шёпот Леры.

— Вживается, кажется, — также шёпотом ответила Рики. — Ему нужен образ Вашей дочери, чтобы найти её.

— Оооо! Кажется, начинаю понимать! — она обратилась ко мне. — Мы дома зовём её Люси.

— Спасибо, это важно, — ответил я. — Думаю, можно начинать.

— Вы хотите пройти к ней порталом? — спросила Лера. — Я пыталась, она... кажется, она не понимает, как ответить на портальный вызов.

— Это неважно, — ободряюще улыбнулся я ей. — Садитесь вот сюда.

Я указал ей на центр комнаты, и женщина послушно села на пушистый розовый ковёр, поджав ноги под себя и одёрнув подол домашнего платья. А сел перед ней по-турецки.

— Закройте глаза и представьте Вашу дочь. Тянитесь к ней, зовите её, в том числе и через портальный вызов. Это всё, что от Вас требуется. Что бы ни происходило, не отвлекайтесь и не прерывайтесь. Вам понятно?

— Да, — хрипло ответила Лера и закрыла глаза.

* * *

Люси думала, что ей сразу поставят укол и отпустят, но реальность сильно отличалась от её ожиданий. Какая-то неразговорчивая девушка её покормила, а потом оставила одну в комнате без окон, с одним диванчиком. Не придумав ничего лучше, Люси уснула.

А между тем в соседней комнате София и Сергей обсуждали план действий.

— Почему ты просто не выгонишь этих технарей из корпорации? — спросила София. — Я могу сама всё настроить!

— Это было бы подозрительно. Уверен, Аврора отслеживает всё, что происходит.

— Это да... В самом ядре тоже есть закладки. Я могла бы их деактивировать, но и это тоже вызвало бы подозрения. Придётся имитировать обычную деятельность.

— Мы не будем её имитировать, мы займёмся ею. Данное направление действительно важно.

— Ты директор, тебе и решать! — усмехнулась София.

Настоящего директора они обложили клятвами по самое не балуйся. Он уже давно служил Софии, был её личной страховкой именно на такой случай. Ничем не примечательный полноватый мужчина, бывший бомж, которого София подобрала на улице, делал всё, что она скажет, и так, как она скажет. За несколько лет стал уважаемым бизнесменом, заработал уйму денег. И при этом прослыл очень замкнутым человеком. Даже его деловые партнёры видели его крайне редко, общаясь в основном с заместителями. А всё потому, что никаких деловых талантов мужчина не имел, а потому, выполняя указания Софии, никуда и не лез. Да что там, даже заместители получали от него указания преимущественно в письменном виде, и пользовались относительной свободой.

Когда началась история с Авророй, София приложила немало усилий, чтобы скрыть от той существование своей «подушки безопасности». И ей это удалось.

Теперь место директора занял Сергей. Переняв его внешность, он, не скрываясь, ходил по коридорам здания, наблюдал за работой технарей, многих из которых знал ещё по корпорации, раздавал указания. Немного понаблюдав за настоящим номинальным директором, Сергей быстро перенял его манеры. Впрочем, особо можно было и не трудиться — того мало кто вообще видел раньше, да и теперь Сергей не стремился к оживлённому общению. Ну а то, что вместо коммуникатора у директора древний сотовый телефон с приклеенной к нему скотчем бумажкой с номерами — так у богатых свои причуды.

В «личную зону» директора в административном корпусе разрешалось входить только секретарше. Которая, разумеется, тоже была под клятвой полного подчинения. Вот подловить её без коммуникатора было непросто. Пришлось даже наведаться к девушке домой и ждать, когда она насладится сексом со своим парнем, потом когда тот уйдёт... Когда же девушка даже в ванну пошла с коммуникатором, Сергей плюнул, накрыл ванную пологом тишины и, изменив внешность на того самого парня, зашёл к ней. Попросил коммуникатор и, сжав в ладони, превратил его в кучу мусора. А потом силой заставил голую девушку принести клятву полного подчинения. На следующий день она купила раритетный кнопочный телефон, а парня бросила. И теперь всё своё время она посвящала работе.

Весь следующий день Люси томилась в ожидании. Ни игрушек, ни развлечений. Только регулярно приносили поесть. Однажды зашла София, постаралась успокоить девочку. Но та не столько нервничала, сколько скучала. Подумав, София сделала ей из золота круглый лабиринт, по которому, наклоняя в разные стороны, надо было катать шарик, тоже золотой. Не ахти какое развлечение, но на безрыбье и рак — рыба.

Сама София тоже маялась бездельем. До тех пор, пока техники не закончат свою работу и не сдадут объект полностью, ей предстояло сидеть взаперти. А Сергей тем временем развлекался.

Директор удивил техников своей любознательностью. Он задавал множество вопросов и, кажется, хотел всё понять.

— С системой управления сложно разобраться? — спросил он.

— Нет, наоборот, она очень простая, — начал рассказывать техник. — Сложно бывает, если делаешь что-то очень детальное, механизм, например. Но и тогда достаточно дать системе прочитать чертежи. А так всё интуитивно понятно. Только может быть долго и муторно.

— Как вообще система понимает, что от неё хотят?

— Система управления создана на базе искусственного интеллекта, она самообучающаяся, да к тому же подключена к центральному репозитарию корпорации. Это нужно, чтобы не дублировать процесс поиска знаний и из соображений безопасности.

— О каких знаниях речь?

— Например, базовые понятия — что такое стол, стул, дерево. Когда в конструкторе садишь дерево — не нужно задавать каждую веточку. Просто тыкаешь пальцем и говоришь системе: здесь сосна. Буквально. Система распознаёт голосовые команды на обычном человеческом языке. Не понравилась сосна — можно её подправить. И всё, дальше объект будет жить своей жизнью. Система сама найдёт в репозитарии особенности жизненного цикла сосны, если сосен будет много, целый лес — там заведутся птицы, характерные для данной местности. Вот если мир фэнтезийный — там сложнее, но даже в этом случае репозитарий помогает. Достаточно объяснить, что в лесу водятся, допустим, пикси — и Система найдёт их описание, повадки, образ жизни, воссоздаст внешний вид, встроит в экосистему.

— А без репозитария Система работать сможет?

— Да, конечно, он нужен только для получения новых знаний.

— Как сейчас выглядит мир, если в него попасть? — Сергей заглянул через плечо техника, пытаясь понять, что видит на экране рабочего планшета.

— Сейчас никак. Просто белый свет отовсюду, без всякого источника. Первый пользователь получает статус суперадминистратора. Но мы вообще-то только техническую работу системы проверяем, а если Вам нужна будет консультация по запуску — этим другой отдел занимается.

— И как продвигаются технические работы?

— С опережением графика. У Вас очень мало серверов данных, так что мы быстро управились. Сегодня всё закончим. После обеда сделаем пробный старт, я сам войду как админ, потом сделаем сброс, и система полностью Ваша!

— Вы даже вышли на работу в воскресенье, — заметил директор.

— Хочу с семьёй в небольшой отпуск смотаться, — доверительно поделился техник, — а после Вас у меня командировка в Китай. Раньше закончу — больше отдохну. У меня на завтра билеты на самолёт.

— А резервную схему питания смонтировали?

— Да, конечно, всё в соответствии с техзаданием. Так-то отключение питания системе не страшно, но дополнительный резервный аккумулятор мы подключили. В случае отключения питания ядро сможет работать автономно до суток. Только без доступа к серверам данных, у тех тоже есть защита от сбоев, но она рассчитана всего на час.

— Хорошо. А для управления системой обязательно погружаться в вирт? — Сергей изобразил на лице озабоченность и развёл руками. — У меня, знаете ли, клаустрофобия...

— Лучше, но не обязательно. Система совместима со старым оборудованием — шлем, перчатки. Так Вы, конечно, не сможете почувствовать запахи, температуру, но для управления этого хватит. Только для идентификации придётся использовать пароль, это тоже устаревший способ. При использовании вирт-капсулы система идентифицирует Вас куда более надёжно, взлом исключён полностью.

— Это не проблема. Мы не будем давать открытый доступ. Только свои сотрудники, подписавшие все необходимые договора.

— Ну, как знаете! Я предупредил! И обязательно прочитайте инструкцию! Там всё очень подробно и наглядно описано. И объём небольшой, всего около тысячи страниц. За неделю вполне осилите!

— Не переживайте. У меня есть кому этим заниматься. Мне всего лишь любопытно. Знаете, я заплатил за эту игрушку немало денег, и прежде чем пускать её в работу, хочу и сам немного поиграться.

— О, я Вас понимаю! Не каждый может позволить себе такие дорогие игрушки! Искренне завидую Вашему энтузиазму. Для меня это просто работа.

Пробный пуск после обеда произошёл штатно. Ближе к вечеру техники показали надевшему шлем директору, что конструктор мира работает, как положено, подписали акт выполненных работ и ушли.

В здании остались Сергей, София, директор, секретарша и Люси.

— Как же они утомили! — София еле дождалась ухода техников.

— Тебе так не терпится? Время не имеет значения. Я никуда не тороплюсь.

— Конечно. А мне вот, знаешь ли, скучно! Я даже в Сеть выйти пока не могу! Когда приступаем с девочкой?

— Прямо сейчас. Отрубай связь в здании. Обойдёмся без репозитария.

Выключив связь, София зашла за Люси.

— Пойдём, у нас всё готово, — позвала она.

— Наконец-то! — обрадовалась девочка, откладывая лабиринт. — И потом вы меня домой отпустите?

— Если всё получится с первого раза — обязательно отпустим. Ты ведь нам расскажешь, что увидишь, правда?

— Так и быть, расскажу, — милостиво согласилась Люси. — Но скажи своему другу, чтобы он больше моих папу и маму не обижал. Можно же просто попросить. Мне мама так говорила! От пожалуйста только свиньи отказываются!

София заливисто рассмеялась. Девочка что-то задела в её душе своей непосредственностью. И она очень надеялась, что эксперимент пройдёт удачно, и её получится вернуть родителям в целости и сохранности. Не станет же Сергей её обманывать.

Они зашли в пустую комнату, в которой стояла одинокая вирт-капсула.

— Так мне надо будет в вирт зайти? — удивилась Люси. — Так бы сразу и сказали! Что в этом такого волшебного?

— Только то, что это будет пустой мир, в котором ты будешь маленькой богиней, — улыбнулась София. — Раздевайся, и залазь в капсулу. Мне надо будет сделать тебе укол.

— Ну хорошо, — девочка начала раздеваться, с трудом скрывая свою радость.

Как и любой ребёнок, она прекрасно знала, что такое вирт-капсула, и с нетерпением ждала, когда дорастёт до разрешённого возраста. А пока смотрела в Сети ролики, стримы и изучала вожделенную технологию «в теории». Если бы она не очутилась здесь, ей пришлось бы ждать ещё целых четыре года! Расскажет подружкам, что её похитили инопланетяне и позволили зайти в вирт — ей же точно никто не поверит! Улыбнувшись своим мыслям, Люси залезла в капсулу.

— Холодно! — пожаловалась она.

— Ничего, потерпи чуть-чуть. Давай руку.

София не очень умело ввела иглу в вену. Получилось.

— А для чего укол? — Люси спросила и зевнула. — Это потому что я ещё маленькая?

— Да, — соврала София и подключила на палец девочки датчик пульса. — А эта прищепка — чтобы следить за твоим самочувствием.

— Спать так хочется! — Люси зевнула ещё раз и закрыла глаза.

— Спит? — спросил зашедший Сергей.

— Да, — кивнула София. — Я ввела её в кому. Сейчас установлю камень души в ядро — и запускаем.

Через пять минут всё было готово, и София закрыла крышку капсулы. Датчик раствора она заранее отключила, чтобы капсула загружалась на сухую. Тому, кто в коме, сенсорная депривация не нужна.

* * *

— Марика, ты постой в сторонке, остальные давайте в круг, скомандовал я.

Девчонки сразу поняли, что от них требуется, и через минуту уже накачивали круг маной. А ещё через пару минут я закрыл глаза. Сознание расширилось, я видел окружающий мир, чувствовал его, был един с ним.

Рядом со мной удивлённо вертела головой Лера.

— Как такое может быть? — спросила она.

— Потом. Дай руку и ищи дочь, иди к ней. Чувствуешь её?

Я перешёл на ты — в этом моменте условности были излишни. Лера протянула мне руку, и показала куда-то вдаль.

— Там. Я не знаю, где это, но я чувствую Люси.

Мы скользнули «туда». Теперь и я не смог бы сказать, где в пространстве мы находимся. Возможности круга высветили не «где», а «кого», это как пытаться осмотреться, используя для подсветки лазерную указку. Вокруг полная чернота, и только небольшое пространство вокруг девочки.

Люси лежала в вирт-капсуле. Моей, сука, капсуле. Уж её-то, латанную-перелатанную, я сразу узнал. А рядом с капсулой что-то делала София.

А вот теперь медлить нельзя! Будет тебе сейчас нежданчик!

«Эш, Аврора, включите ускорение!»

Зелёное сияние — и я вывалился туда, рядом с капсулой, одновременно отправив Люси обратно, домой.

Глава 19. Люси, часть 3

В те секунды, пока работало ускорение, я хотел... не знаю, что я хотел. Всех поубивать? Скрутить? Вызвать отряд спецназа? Деда?

Но первое, что я увидел, был экран. А на экране — Люси. Она висела в бесконечной белизне, и я понял, что это не просто картинка.

Я растерянно посмотрел на капсулу. Получается... получается, я опоздал?

Эта мысль так меня потрясла, что я даже не заметил, как закончилось действие ускорения. Глянул на коммуникатор. Нет связи. Шикарно!

«Эш, как слышно, приём? Где я?»

«Слышу и вижу твоими глазами хорошо. Определить местоположение не могу».

Ладно... я огляделся. Сергея нигде не увидел. А София стояла ко мне спиной. И я уже собирался отправить её телепортом прямо к моей маме, но в этот момент...

— Люси, как слышишь меня, милая? — ласковым голосом спросила София девочку.

— Хорошо, — та протёрла глаза. — Но я ничего кроме света не вижу! Это нормально?

— Да, это волшебный мир, но он сейчас совершенно новый и пустой. Ты можешь делать с ним всё, что хочешь!

— Хочу лужайку с травкой! И лес! И озеро!

То, что называла Люси, сразу появлялось. И лес, и озеро, и лужайка. Девочка плавно опустилась на землю, побежала по траве и рассмеялась.

— Это правда волшебство! Хочу... хочу... тортик шоколадный!

И ничего. А Люси от чего-то в этот момент отмахнулась, как от мухи.

— Тут написано, что тортика нет, нужно куда-то подключиться, к какому-то...

— Репозитарию? — улыбнулась София.

— Да-да, к нему. А что там? Тортики?

— Там описание всего, что ты можешь представить. И оно тут же появится!

Даже странно было видеть Софию вот такой. Кажется, она совершенно искренне получала удовольствие от общения с ребёнком. Удивительно! Если б только они её не похитили — это было бы даже умильно.

И что мне делать? По сути, сейчас душа маленькой Люси — в заложниках у Сергея и Софии. И где мне её искать, если что?

— Серёжа, вторая стадия, — сказала в микрофон на высокой ножке София. И... скрестила пальцы?

— Стой!!! — заорал я, не очень ещё понимая, что происходит.

Экран стал чёрным, с единственной надписью «Нет связи». А София вздрогнула и медленно обернулась ко мне.

— Сергей, у нас тут гости, Миша заглянул на огонёк, — сказала она в микрофон. — Миша, ты ведь не будешь меня убивать прямо сейчас?

— Хотелось бы, но я не палач, — ответил я зло.

— Серёжа, Миша не будет меня убивать, так что продолжаем, — сказала она в микрофон. — Третья стадия.

— Что вы сейчас делаете? — чуть спокойнее спросил я.

— Ну ты же умный мальчик, должен уже догадаться. Но ты не переживай, у нас всё идёт хорошо, и мы вернём девочку родителям целой и невредимой.

— Я уже отправил её родителям...

София обернулась, посмотрела на вирт-капсулу, на монитор.

— Ты поторопился, Миша. Подожди здесь, никуда не уходи. Мы же не злодеи, отдадим тебе девочку, сам придумаешь, как вернуть её душу на место.

Не зная, что на это ответить, я промолчал.

Монитор загорелся, на синем экране с огромной скоростью побежали какие-то надписи.

— Это загрузка ядра? — спросил я.

— Да, — охотно пояснила София. — Сергей сейчас вынул камень души, загружаем без него. Мир должен сохраниться, но без Люси. Если она будет там — значит, интеграция в камень души не произошла. А если ей там не будет — ну ты понял. Тогда мы загрузим ещё раз, с камнем души. Ты никуда не торопишься?

— Не тороплюсь, — пожал я плечами.

— Никого сюда не зови, пожалуйста. Если со мной что-то случится, Сергей может повести себя слишком жёстко. Я не одобряю некоторые его методы, но это неважно.

— Да, я понимаю. Если с кем-то из моих что-то случится, я за себя тоже не отвечаю.

— Поэтому до сих пор ничего и не случилось. У нас паритет. Вы не трогаете нас, мы не трогаем вас. Вы с Серёжей друг друга стоите, но остальные слишком уязвимы.

Это звучало как неприкрытая угроза. Но в данный момент меня интересовала только Люси.

— Пока вы никуда не лезете и никого не убиваете и не похищаете — у меня и причин трогать вас нет. Захотите свергнуть патриархов — это будут проблемы патриархов, а не мои, — вернул я Софии жирный намёк.

— Значит, сюда ты пришёл только за девочкой? — та сдержанно кивнула, принимая мои аргументы. — Я сразу Серёже сказала, что ребёнок — это слишком. Но Люси пошла добровольно, а ты ведь знаешь, что для камня души это почему-то критично.

— Знаю, и даже знаю, почему. Чтобы не было злоупотреблений.

На мониторе появилась та же лужайка на берегу озера. Люси нигде не было видно. У меня душа ушла в пятки.

— Вот, девочки нигде нет... Люси, Люси! — позвала её София громко. Потом пробежалась по клавишам, что-то глядя на отдельном мониторе. — Нету. Серёжа, четвёртая стадия!

Снова чёрный экран, и после небольшой паузы — загрузка. На этот раз мы с Софией ждали молча. Я едва держал себя в руках, моя визави искусала все губы.

— Следующая ты, да? — спросил я её.

— Ты такой умный мальчик, — улыбнулась она. — Да, следующая я. И передай Авроре, я ей не враг. Никому вредить не собираюсь. У нас свои цели, которые ни с вашими кланами, ни с патриархами никак не связаны. А я поговорю с Серёжей, чтобы он больше никого не убивал и не похищал. Я так вообще поклялась Авроре, что не причиню никому из вас вреда. Не мешайте нам — и мы будем хорошо себя вести, вы про нас вообще не услышите.

— Я подумаю, — честно ответил я ей.

Честно — потому что здесь действительно было над чем подумать.

«Я ей не верю, — буркнула Аврора. — К тому же она знает, что умрёт, и все клятвы умрут вместе с телом».

«Согласна с коллегой, ей ничто не мешает тебе врать. Более того, она может даже искренне заблуждаться, ведь решает не она, а Сергей».

«Миша, — вторгся голос Рики. — Марика говорит, Люси в коме, и она ничего не может сделать. Что такое?»

«Ждите», — коротко ответил я.

Перед глазами встала Зоя и её отрубленные по кусочку руки. Что-то я сильно сомневаюсь, что София сумеет уговорить Сергея держать себя в рамках. Да и уже совершённого никто не отменит. Зою не вернуть, да и Люси ещё...

— Ой, а где я была? Я что, заснула? — Люси появилась на экране.

— Да, милая, мы проверяли, как работает волшебный мир. И мы узнали всё, что нам было нужно! Ты можешь возвращаться к родителям, за тобой уже пришли.

— Эх, а мне здесь понравилось! Если не будете больше папу и маму обижать, можете меня ещё звать, — серьёзно заявила девочка. — Только ты сама приходи, если меня мама отпустит — я приду и помогу. А инопланетянина своего никуда не отпускай, он плохой!

Я невольно улыбнулся.

— Хорошо, Люси! Спасибо за приглашение! Может быть, когда-нибудь ещё увидимся! — и добавила в микрофон. — Выключай, Серёжа. Миша сейчас уйдёт, камушек мы ему следом вышлем через пять минут.

— Я не уйду без камня, — покачал я головой.

— Миша, пожалуйста. Я не причиню девочке вреда, поверь мне! Но тебе лучше уйти. Сергей не отдаст тебе камень, пока ты здесь, но камень ему ведь не нужен. Я сама тебе его вышлю, хорошо?

«Анализ микромимики показывает, что София говорит искренне, — выдала Аврора, — и до этого она общалась с девочкой тоже искренне».

«Предлагаете отступить?»

«Ядро-то они от нас не скроют. Найдём. Сейчас Люси важнее».

«Миша, — заговорила Эш, — не пойми меня неправильно, но нам надо сейчас отпустить Сергея и Софию так, чтобы они думали, что ты вынужден был уйти. Мы теперь сможем, возможно, отследить их действия, и через них понять замысел менталиста. Но это потом».

— София, если обманешь — я тебя найду. Патриархов в круг привлеку, если понадобится, но вытащу. Но если вернёте камень — попробую поверить, что вы не станете больше косячить.

— Дай мне пять минут, пришлю порталом, — серьёзно кивнула София. Судя по слегка вытянувшемуся лицу, мою угрозу она приняла всерьёз.

Я вернулся в квартиру Люси. Девочку положили на её кровать, и теперь возле неё стояли родители и братик. Мои все сидели в сторонке прямо на полу.

— Что с ней? Она очнётся? — бросилась ко мне Лера.

— Ждём пять минут, мне должны прислать... противоядие.

Лера очень странно на меня посмотрела, а потом тихо заплакала.

Я подошёл к кровати. Девочку одели в пижаму, и казалось, что она просто спит.

— Мы можем поддерживать её сколько понадобится, — ко мне сзади тихо подошла Рики, ткнулась щекой в плечо. — Я слышала ваши разговоры. Если София обманет — мы её с того света достанем.

В томительном ожидании прошли пять минут. Очень хотелось пить, и я сходил на кухню, попил. А когда вернулся — почувствовал портальный вызов. От Софии. Принял.

Из маленького портальчика на ладонь упал камень души. Тёплый. Я почувствовал присутствие в нём Люси. Но что с ним делать? Положить рядом с телом? Нужен специалист...

Я набрал номер.

— Здравствуй, Михаил. У тебя что-то срочное?

— Здравствуйте, Элигий. Да. У меня здесь десятилетняя девочка в коме и камушек. Из биомета.

— Камень души с душой девочки? — у патриарха глаза на лоб вылезли.

— Да, именно так, — подтвердил я, глядя, как у Леры закатываются глаза и она оседает на руки мужа.

— Встречай, — коротко бросил Элигий и я почувствовал от него вызов. Через секунду он появился в комнате девочки. — О, знакомые лица. Дай-ка глянуть.

Он взял у меня из рук камень души и принялся разглядывать.

— Довольно чисто выполнено, — с некоторым удивлением отметил он. — Но до совершенства мастеру ещё далеко. Как технология попала не в те руки?

— Один наш оппонент украл образец камня, и, видимо, сумел его реставрировать, а потом и разобраться с тем, как это работает.

— Тогда он истинный гений, — Элигий покачал головой. — Душа на месте, с ней всё в порядке, тело девочки, как я вижу, тоже совершенно здорово. Какие у вас сложности?

— Да как бы не каждый день такое делаем, не хотелось бы ошибиться, — я даже, кажется, покраснел.

— Иллария, — обратился Элигий к Рики, — ты помнишь, как тогда, в больнице, сделала маяк?

— Да, точно! — Рики просияла и кинулась к Люси. — Я готова!

— Душа пойдёт на твою магию, как бабочка на свет, — ободряюще кивнул ей патриарх.

Это было маленькое чудо. Рики выложилась на все сто, заставив тело Люси светиться. В какой-то момент камень души тоже засветился, а потом едва заметный светлячок выплыл из него и юркнул в своё тело в районе солнечного сплетения. Люси глубоко вдохнула и открыла глаза.

— Ой! Я уже дома! А откуда у нас столько гостей?

«Мне кажется, девочке срочно нужен большой шоколадный торт», — вспомнил я, как она пыталась его создать в вирте.

«Согласна, — ответила Аврора. — Сейчас организую!»

Пока Люси затискивали со всех сторон, мы с Элигием отошли в сторонку.

— Вы могли и сами разобраться, но в таких случаях не стесняйся, зови. Руку набьёте, тогда будете сами.

— Спасибо, — я серьёзно кивнул.

— Да, кстати, кольца ваши будут готовы даже раньше. В пятницу пришлю.

— А если пригласить на маленькое семейное торжество — придёте?

— Ну а почему нет? Там это... дед твой будет? — Элигий перешёл на заговорщицкий полушёпот.

— Будет, думаю. Он сейчас... отдыхает, но поди не откажет.

— Пойло своё пусть захватит. Ящик, — он посмотрел на недоумевающего меня. — Да не тупи! Я про амброзию!

— Аааа! — до меня дошло. — Я передам, обязательно!

— Бывай! — Элигий рассмеялся, хлопнул меня по плечу и растворился в воздухе.

На меня оглянулась Лера, ненадолго оторвавшись от дочери.

— Простите, это кто сейчас был?

— Патриарх Элигий, — объяснил я. — У него есть специфические способности, и мы у него консультируемся по некоторым вопросам.

— И Вы его... — она не закончила, потеряла дар речи.

— Пригласил в гости, да. Кстати, подождите... — мне пришёл сигнал от доставки, и я выскочил из комнаты, а вернулся через минуту уже с огромным шоколадным тортом. — Люси, тебе тут твоя старшая коллега, из своего волшебного мира прислала.

— Урааа!!! — Люси вырвалась из объятий отца и подбежала к торту. — А как зовут коллегу?

— Аврора, — улыбнулся я. — Она будет за тобой приглядывать какое-то время.

— Значит, я смогу с ней поболтать? — девочка захлопала в ладоши. — Мне же интересно, как создавать миры! Вот вырасту, и стану настоящей волшебницей, и создам свой мир!

— Архитектор виртуальной среды это называется, — я потрепал Люси по голове. — И таких волшебников во всём мире очень-очень мало!

Потом были посиделки с тортиком, семья Люси отходила от шока, а мы просто отдыхали.

А ближе к ночи, отправив всех домой, я рванул к родителям. Они ведь тоже пропажей Люси занимались. Конечно, Аврора их в курс дела ввела, но тем не менее, поговорить лично было о чём. Да и просто давно не виделись.

Мама мой рассказ выслушала, потом достала лист бумаги, хлопнула его на стол передо мной, дала ручку... И я ещё час писал отчёт о проделанной работе. Ох, чувствую, придётся мне всё-таки с родителями всерьёз и вполне официально сотрудничать. И самое главное — про камень души я рассказать не могу, про Аврору, про Эш — тоже. Вот что я должен в отчёте писать? Написал просто, что собрали круг, девочку обнаружила мать, используя возможности круга, вытащили девочку. И всё. Нет, Софию я так достать не смогу. Она мне на портальный вызов не ответит. Девочку мать обнаружила, родная кровь. А София мне никто, я даже знаком с нею особо не был. Где территориально девочка находилась — сказать не могу, но предполагаю, что это НИИ Проблем колонизации ближних планет. По ощущениям в круге, место находилось недалеко, а в этом НИИ — единственное в округе «чистое» ядро.

Глубокой ночью, получив ордер на обыск, мы прибыли в НИИ. С тех пор, как я был здесь последний раз, здесь многое изменилось. Вместо котлована стояли новенькие корпуса административных зданий. Целый небольшой комплекс! Парковки, лужайки, приличная ограда вместо бетонного забора. Только собаки на КПП знакомые.

Охрана вызвала директора, который ночевал прямо в здании, мы предъявили ордер. Никаких неожиданностей не возникло. Нас спокойно пропустили, мы спокойно всё облазили. Побывали везде, включая зал ядра. Ни-че-го. Обнаружить ту комнату, где я общался с Софией, тоже не удалось. Как и мою капсулу. Следуя указаниям Авроры, я подключился через коммуникатор к ядру, но и там никаких следов вчерашнего запуска не было. Единственное, что можно было бы расценить как улику — это кэш репозитария, в котором обнаружились описания озера и леса, но это обычная проверка перед запуском, все техники на чём-то подобном тестируют. И действительно, время записи в кэше соответствовало времени тестового запуска. Электронный журнал, бумажный журнал, акты выполненных работ — всё было в полном порядке. Техник, который вместе с семьёй уже садился в аэропорту в самолёт, рассказал, что директор был очень любопытен и задавал множество вопросов. Директор тоже про это говорил.

Молоденькая секретарша показала нам комнаты отдыха, где, как нам казалось, могли бы держать Люси. Комнаты были, но ничего подозрительного мы там не обнаружили.

«Эш, я тут кое-что нашёл, ты уверена, что мы не должны слишком усердно искать Сергея и Софию?»

«Да, уверена. Что нашёл?»

«Смотри сама. Видишь, в углу?»

«Золотой шарик?»

«Он самый. Люси рассказала, что София сделала для неё игрушку — золотой лабиринт».

«Поняла. Да, всё верно, мы сделаем вид, что ничего не видели. Шарик не трогай, пусть лежит».

* * *

— Всё же я не понимаю, почему нельзя никого убивать, если того требуют обстоятельства?

— Потому что нам это больше не нужно, милый. Когда шум уляжется, мы вернёмся и продолжим работу. Ты ведь сам говорил, что время не имеет значения?

— А что говорит наш информатор?

— Что он сообщит, когда с НИИ снимут наблюдение. И что сейчас, когда мы провели эксперимент и убедились, что всё работает, как надо, мы снова можем никуда не торопиться. Так что я намерена хорошенько отдохнуть!

— И для этого мы летим на необитаемый остров?

— Да, только ты и я! Я буду купаться и загорать, а ты можешь спокойно подумать. И накопить ману. Ты говорил, кристаллический биомет — отличный накопитель?

Глава 20. Шеф

В понедельник утром Катю выписали. Я хотел было запретить кому-либо заикаться о Люси. Чтобы у Кати даже подозрения не возникло. Вспомнил, как она полезла в торговом центре на колонну, чтобы спасти ребёнка, и как сильно тогда распереживалась. А здесь ещё и с отцом связано... нефиг нафиг. Но потом подумал, что от всех проблем мне её всё равно не спрятать, и ватой не обложить. Девять месяцев — большой срок. Чёрт, да мы знакомы меньше! А за это время столько всего уже успело случиться!

Наш рассказ Катя выслушала на удивление спокойно.

— Хорошо, что меня там не было, — вздохнула она в конце. — Я бы точно не сдержалась. Сперва бы грохнула Софию, а потом стала бы разбираться.

— И Сергей предложил бы тебе занять место Люси, и ты бы согласилась, — покачал я головой.

— Да, наверное... — я увидел, как по её щеке скатилась слеза. — Хорошо, что всё хорошо закончилось! Вы ведь пригласили Люси в гости?

— Конечно, — расплылась в улыбке Рики, — а ещё я обещала её с мамой познакомить. Девочке, как ни странно, понравилось происшествие, и ей теперь интересно, на что она способна. Мама обещала дать ей такую возможность.

— Так ведь ей ещё нет 14? — удивился я.

— Правила ограничивают возраст не из-за физиологии, — объяснил Лёня, — а чтобы дети под ногами не мешались, и чтобы их нежную психику ничто не травмировало. Обычные ограничения по возрасту, как в кинотеатре. Если Аврора за Люси присмотрит, то ей ничто не угрожает.

— Так, друзья, у нас множество дел! — хлопнул я в ладоши. — Мне надо закончить с формированием клана. Настя, что у тебя со зданием и комплектацией производства?

— Здание выбрали, оформили долгосрочную аренду, оборудование заказали, кое-что на этой неделе уже должны привезти. Из сотрудников никто не уволился, вызвались своими силами ремонт сделать. Говорят, что раз я им всё равно зарплату плачу, а работы пока нет, чтобы не простаивать, и чтобы мне не пришлось на маляров тратиться.

— Ого! Какие сознательные! — я показал ей большой палец. — Не все в курсе, на прошлой неделе Вадим дал предварительное согласие на производство на Настиной фабрике диадем медицинского назначения, для помощи тем, кто в коме или при смерти. Рики и Настя, это направление на вас. Марика, ты на подхвате.

— Даже так! — рассмеялась Катя. — Как у нас всё серьёзно! А я думала отдохнём, после всех приключений!

— Некогда тебе отдыхать, дорогая моя! У меня для тебя тоже ответственное задание! — огорошил я жену. — Надо лично, своими глазами посмотреть, что там за линия по производству смарт-колец.

— Это так срочно? — удивилась Катя. — А как же учёба?

— Я ректору письмо на формирование отдельной группы отправил, по идее, с сегодняшнего дня мы занимаемся отдельно ото всех. Но расписания пока нет, так что... Да и я его сразу предупредил, что мы будем отлучаться по необходимости.

— Хорошо... я тогда Лёню с собой возьму, он больше меня в технике поймёт.

— Отлично! А на тебе переговоры. Только, пожалуйста, никаких самолётов, используй порталы. До Лондона дотянешься?

— До Лондона? Да, дотянусь, конечно, — Катя похлопала по коммуникатору, напоминая про аккумулятор маны в браслете.

— А мы чем займёмся? — Вика склонила голову на бок. — Для нас тоже найдётся задание?

— Обязательно! — серьёзно ответил я, придумывая на ходу. — Нам надо пополнить запасы биомета, прикупить какое-то снаряжение для экстремальных ситуаций, чтобы как тогда на пожаре не выпрашивать противогазы. Час аренды тогда обошёлся нам дороже, чем купить новые! И, пожалуй, кладовки будет для этих целей мало. В доме есть гараж. Сделай из него арсенал. Ворота только замени, там какие-то картонные.

— Эмм... ворота? — у Вики округлились глаза. — Ааа, дошло! Заказать, нанять рабочих, проследить. Так?

— Ну конечно! Не сама же ты будешь всем этим заниматься! Счёт тебе открыт, действуй.

— Ну а я? — Федя зыркнул на меня исподлобья.

Мда, у Феди комплекс неполноценности так выработается...

— А как у тебя с амулетами? — спросил я.

— Никогда ими не интересовался, но в руках держать доводилось.

— Собственно, как и всем нам, — пожал я плечами. — Надо пообщаться с индейцами, придумать что-то для затравки. Какой-то настоящий амулет, работающий. Подзаряжать артефакты мы научились, так что теперь сможем делать «долгоиграющие» амулеты. Понятно, что от нас только «рабочий элемент», а остальное индейцы сплетут, свяжут, выстругают, что там у них.

— Хорошо, — особого энтузиазма у Феди я не заметил.

— Это только первый шаг, Федя. Вместе со смарт-кольцом. Мы зайдём с двух сторон, со стороны продвинутых технологий и со стороны традиционных народных ремёсел. Но и в том направлении и в другом задача общая: показать людям настоящую магию.

— Ааа, теперь понял! — хмурое лицо парня просияло. — Я-то думал это так, безделушки! Всё сделаю в лучшем виде!

— Отлично, — я улыбнулся, посмотрел на часы, сделал поправку на часовые пояса. — Сейчас у них уже ночь, после занятий тогда, если они будут вообще сегодня. А пока Вике поможешь?

— Конечно, — Федя переглянулся с засмущавшейся Викой.

— Вроде всех озадачил, — я поднялся из кресла, оглядел гостиную. Все сидели, кто на чём. Повернулся к Рики и Кате. — Девчонки, ещё с гостиной подумайте, как удобнее сделать, чтобы мы могли собираться вот так, все вместе. А я к ректору, по поводу новой группы и расписания. Будут новости — сообщу.

Я поднялся к спальню, переодеться. Отец мне как-то объяснял, что хороший руководитель в первую очередь должен раздать ценные указания, чтобы все подчинённые были заняты. В этом его основная деятельность и заключается. А работать самому — только если ты самый квалифицированный специалист. И только когда остальные заняты работой.

Кажется, пока что из меня руководитель не очень. Я чаще сам первый бросаюсь в любую авантюру. С другой стороны, этим и отличается настоящий лидер, который ведёт за собой, показывает личный пример. Хм... пока что я показываю пример безрассудности.

Должна быть где-то золотая середина. Вот сейчас всех озадачил, все довольны, у самого время есть заняться тем, что должен сделать я сам. И это правильно. И никаких авантюр, работаем спокойно. Только надо будет ещё как-нибудь собраться и объяснить людям, куда и зачем мы идём... Ну вот соберутся все клятвы приносить — там и объясню.

Уже одевшись, я вспомнил, что давно не говорил с дедом. Набрал его.

— Привет, Миша, — прозвучал усталый голос Патриарха. Видео он не включил. — Чего хотел?

— Соскучился, — честно ответил я. — Ты как? По голосу как-то не очень.

— Прихожу потихоньку в себя, — хмыкнул дед. — Не переживай, это не первый такой случай за мою жизнь. Ты там с ними построже, а то знаю я тебя.

— Есть построже! — я улыбнулся и мысленно козырнул. — Деда, ты на... как это назвать-то?

— Коронацией! — заржал тот. — Буду, буду. А чтоб два раза не ходить, заодно и свадьбу делай. Твои красавицы, между прочим, тоже должны тебе клятву принести, наравне со всеми.

— Мы в вирте будем делать. Чтобы Аврора и Эш тоже участие приняли. Ну и чтобы не мотаться куче людей по белу свету.

— И чтобы не тратиться, — хмыкнул дед. — Ну а что? В вирте всё торжество не будет стоить тебе ни копейки! А эффект тот же! Профит? Профит! Чья идея?

— Катина, — признался я.

— О, девка, огонь! Кого ещё пригласили?

— Да никого пока не звали! У нас то понос, то золотуха. Думали в выходные всем этим заняться — так Катя в больнице провалялась, а потом Люси ещё...

— Что за Люси? — ах да, дед же не в курсе!

Пришлось рассказывать.

— Ясно, — односложно выразил своё мнение дед. — Похоже, эти двое даже умнее, чем я думал. Или им кто-то помогает.

— Да даже если и так... Пока что нам приходится их догонять, и мне это не нравится.

— Понял, Миша. Переживания прекращаю, возвращаюсь в строй!

Я вдруг вспомнил, о чём хотел поговорить с дедом.

— Деда, вопрос у меня ещё, по близнецам. Они ведь, по идее, твои люди, и в то же время они в моей команде, я им вон сейчас указаний надавал. Вика на себя функции завхоза взяла...

— Ну так и твоя Даша у меня, еду мне готовит, — дед усмехнулся. — Когда «коронация» будет, я сам им скажу, что делать. Будут в статусе вольнонаёмных, как и Даша. С нашего с тобой взаимного соизволения. А ты молодец, правильные вопросы задаёшь. Доверие доверием, а клятва лишней не будет.

— Ох, что ж так всё сложно-то... — я вздохнул.

— Ну а как ты хотел. Чтоб с тобой считались, надо немало усилий приложить.

Я тепло попрощался с дедом. Хорошо он с близнецами придумал. Всё просто и понятно. Он их отпускает на вольные хлеба, пока не изъявят желания вернуться, а я к себе их, по сути, на работу беру. А уж на каких условиях — мы между собой договоримся. Да я же сам точно также в штате корпорации числюсь! Наверное, это не такая уж редкость, когда кланы нужными людьми обмениваются.

Разговор с ректором получился коротким. Можно было к нему не мотаться, а позвонить. Расписание нам сделали максимально щадящим. Практические дисциплины, связанные с применением магии, поставили в основном рано с утра, что меня полностью устроило. Оказывается, у преподавателей хватало свободного времени, так что никого ради нас особо напрягать не пришлось. Ну встанут на полтора часа пораньше, ничего страшного. А вот теоретические дисциплины и общеобразовательные предметы оставили в основном на самостоятельную работу. Исключение составил только один предмет — обществознание и магическое право. Марсель Львович настоял, что будет заниматься с нами сам, причём исключительно на практических примерах нашей же деятельности. После ректора я встретился с ним, и он объяснил свою позицию.

— Вы, молодые люди, уже взаимодействуете с обществом. Вам не нужны «знания про запас», вам надо здесь и сейчас. Так что у нас будут весьма практические уроки. Вот прямо сейчас какая у вас потребность правовая имеется?

— Нууу... — я вспомнил разговор с дедом, — у меня два человека из другого клана, пусть и дружественного, но они живут с нами и посвящены во все дела. Не то чтобы я им не доверял, но я не доверяю этому миру. Узнав, как обстоят дела, их могут силой принудить шпионить, к примеру. В общем, такое доверительное положение опасно и для меня, и для них самих. С главой их клана я всё согласовал, но надо теперь с ними самими договор какой-то заключить и клятвой скрепить.

— Истину глаголите, Михаил. Всё так. Вот и составим этот договор на занятии. И я вашим наёмникам популярно объясню, что этот договор — это не недоверие к ним, а необходимая мера по обеспечению безопасности. Зачем изучать дохлую теорию, когда у нас вот, живая и требующая немедленного внимания практика!

— Это больше похоже не на обучение, Марсель Львович, а на консультирование!

— Пока учитесь, Михаил, и пока предмет обсуждения не касается клановых секретов — это будет обучение. Но при необходимости формат можно и поменять.

Я не стал говорить, что у нас целая юридическая служба корпорации на подхвате. Те всё же объяснять ничего не станут, а Марсель Львович — прекрасный преподаватель, объясняет очень хорошо. Да и вся эта авантюра с клятвами и виртом, позволившая провести операцию по «обезвреживанию» революционеров — стала возможной благодаря его объяснениям природы магической клятвы. Так что он точно очень полезный человек, как и Алина Матвеевна.

Ха, такими темпами скоро вся Академия будет на мой клан работать!

Когда вернулся домой, там вовсю кипела работа. Рики с Настей и Марикой закрылись в кабинете и что-то там обсуждали. Катя в гостиной раздавала указания грузчикам, куда поставить новые кресла. Из гаража через неплотно прикрытую дверь доносился ожесточённый спор. Лёня сидел на кухне и что-то листал на экране коммуникатора, вставив в уши наушники. На меня никто даже внимания не обратил, только Катя попросила под ногами не путаться. Так что я со спокойной совестью сделал себе нажористый бутерброд и ушёл наверх. Все при деле, а я могу и отдохнуть!

Первый раз за последний месяц я просто расслабился и ни о чём не думал. Так и задремал, лёжа на кровати, с недоеденным бутербродом в руке. Сквозь сон я слышал, как кто-то заходил, выходил, у меня забрали из руки бутерброд, накрыли пледом...

А мне снилось, как я лечу куда-то среди звёзд, в черноте космоса. Причём, что самое смешное, не на звездолёте, а в своей биометовой броне. Лечу — и мне нравится. Как там дед говорил? Если научусь летать — его тоже научить? Да, деда, мне уже есть чем поделиться.

Когда я проснулся, за окном уже начинало смеркаться. Офигеть, я проспал весь день!

Соскочил с кровати, спустился вниз. Жрать так хотелось! Обед-то я проспал! Так, кто где, интересно?

В гостиной никого, на кухне тоже. В гараже даже смотреть не стал — дверь заперта.

Рики с Марикой обнаружились в кабинете.

— Доброе утро, спящий красавец! — Рики поднялась мне навстречу, чтобы поцеловать.

— А где все? — удивлённо спросил я.

— Катя с Лёней в Лондоне, Настя в Москве, Вика в офисе строительной фирмы, Федя с ней, кажется.

— Бросили меня, никто не разбудил! — попенял я жене.

— Не стали будить, я же видела, как ты замотался, — серьёзно объяснила Рики. — А знаешь, что мы тут придумали?

— Ну-ка, расскажи!

— Помнишь, как я «приманивала» душу эльфийской магией? — Рики подождала, когда я сяду в кресло и уселась ко мне на колени. — А что, если встроить эту функцию в диадему? Только надо «батарейку».

— С батарейкой проблем не будет, и с подзарядкой тоже, — пообещал я. — Во-первых, мы можем просто поставлять батарейки. Будем их сами заряжать. Во-вторых, можем сделать специальные браслеты, которые будут носить физически здоровые сотрудники клиник, когда дойдёт до широкого распространения технологии.

— Как доноры? — сходу ухватила мою идею Рики.

— Да, как доноры, — согласился я.

— А ещё мы можем на смарт-кольце обкатать диагностику и делать медицинский вариант, — добавила Марика. — И в диадему малое исцеление встроить. А может и более направленное, ведь кому вызывает не такое большое количество патологий, их можно все учесть...

— И тогда диадема получит дополнительный функционал! Отлично! — я показал сразу два больших пальца. — Осталось укомплектовать Настину фабрику, получить у Вадима лицензию — и можно приступать!

В этот момент я почувствовал портальный вызов от Кати. Ответил, и она тут же открыла портал, из которого вышел сперва весь из себя важный Лёня, а следом и Катя. В стильном тёмно-синем деловом костюме с юбкой, в приталенном пиджаке, и на каблуках! Ладно каблуки! У неё волосы были уложены!

У меня просто челюсть отпала!

Катя, довольная произведённым эффектом, крутанулась передо мной.

— Шеф, докладываю! — она плюхнулась в свободное кресло и с видимым наслаждением скинула туфли. — Линия в наличии имеется, сотрудники тоже! Лёня там буквально внутрь залез, даже переодевался, чтобы всё изучить.

— Всё оборудование в полном порядке, Миша, — Лёня открыл на коммуникаторе галерею снимков и начал рассказывать и одновременно показывать. — Делалось всё специально под определённую технологию, но там всё довольно просто. Половинки колец запекаются под давлением, цикл занимает чуть менее 30 минут, но при этом зараз делается 271 половинка, я даже число запомнил, там в матрице укладка заготовок шестиугольником со стороной 10 заготовок. Как соты! Готовые половинки идут дальше, внутрь закладывается электронная начинка, и половинки соединяются на клей. Шов очень тонкий, при этом прозрачный и может использоваться как индикатор. После этого окончательная обработка и полировка.

— И какая производительность? — мне лень было считать.

— Всё полностью автоматизировано, так что с учётом периодического обслуживания, на максимальной мощности — 6.500 штук в сутки, почти 200.000 штук в месяц.

— Для начала пойдёт, — удовлетворённо кивнул я. — Но для по-настоящему массового производства это капля в море. На Земле 10 миллиардов жителей!

— Я распорядилась расконсервировать линию и готовить запуск. Я ведь правильно сделала?

Катя изящным движением поправила причёску и пару раз хлопнула глазами.

— Правильно, — одобрил я.

— Давайте, пока ждём — поедим? — предложила Катя. — Найдётся у нас что-нибудь?

Но не успели мы выйти из кабинета, как из коммуникатора раздался тревожный голос Авроры.

— У Насти ЧП, ей нужна помощь! Срочно!

Глава 21. Опасности ремонта

Не успели мы выйти из кабинета, как из коммуникатора раздался тревожный голос Авроры.

— У Насти ЧП, ей нужна помощь! Срочно!

— Нападение, пожар? — уточнил я. — Что брать?

— Рики и Марику, — ответила Аврора. — Несчастный случай. БЕГОМ!

Мешкать я не стал. Но биомет на всякий случай захватил, это недолго. Через пять секунд я уже вызывал Настю. Но та не то чтобы не отвечала, но ответ был какой-то странный. Я уже забеспокоился, не с ней ли несчастный случай случился! Да нет, защитный артефакт бы сработал. Похоже, у девушки просто паника.

Мои выжидательно смотрели на меня.

— Лёня, попробуй ты, мне не отвечает, — попросил я.

Лёня кивнул, сосредоточился и через секунду открыл портал.

Картина, которую мы застали по прибытии, была ужасной. Вот так и доверяй работу непрофессионалам...

Арендованное здание долго стояло неиспользуемым, и, как это часто бывает, стёкла в нём были не везде целыми. Рабочие собрали все эти осколки и сложили в мешки для мусора, на вывоз. И эти мешки аккуратно стояли посреди просторного помещения, и никого не трогали. Осколки были длинными, некоторые по метру и больше, узкими, мешки, ясное дело, никто не завязал. Но главное — никому не пришло в голову разбить длинные осколки на более мелкие, или хотя бы положить мешки на бок.

Одна из работниц, видимо, красила потолок. Это будет не «святая святых», где требования к чистоте воздуха строже, чем в операционной, обычное помещение, и потолок, видимо, решили просто покрасить водоэмульсионкой. Потолок высокий, работала со стремянки. То ли сама девушка её покачнула, то ли толкнул кто, но она свалилась с высоты четырёх метров прямо на мешки со стеклом. Ведёрко в краской валялось здесь же, а сама краска расплескалась по мешкам и полу.

Всё это мой мозг автоматически фиксировал и анализировал, пока сам я окриками и толчками прокладывал дорогу.

— Отойдите все, дайте пройти! — блин, все слишком в шоке, кажется, даже не слышали. Один так вообще в обморок грохнулся. — ОТОШЛИ ВСЕ НА ТРИ МЕТРА!

Я гаркнул во всю силу лёгких и одновременно использовал телекинез, чтобы растащить толпу. Ну как толпу... Но все почти три десятка сотрудников собрались здесь.

Девушка, одетая в шорты и футболку, была, очевидно, при смерти. С такими ранами не живут. Она упала лицом вниз, чуть боком, и длинные осколки стекла пробили её тело в нескольких местах насквозь. Три стеклянных «лезвия» торчали из спины, и кто знает, сколько ещё сломались внутри тела.

— Аврора, всем, кроме Насти и Лёни, ускорение, — проговорил я в коммуникатор, сам немного в шоке. Зелёное свечение вспыхнуло и погасло. — Обновляй по откату, сразу надо было включить.

— Настя бы не отозвалась, — извиняющимся тоном ответила Аврора.

Пульс я проверить под ускорением не мог, но глаза у девушки были открыты. Щёлкнув пальцами, я создал перед её лицом небольшой светлячок. С небольшой задержкой зрачок среагировал. Надо же, ещё жива!

— Марика! — я обернулся.

Та стояла на том же месте, позади меня. Застыла с широко открытыми глазами и не двигалась с места.

— Марика!!! — окликнул я её громче. — Ты чего застыла? Давай сюда! Рики тоже.

— Миша... — Марика вздрогнула. — Она уже мертва, понимаешь? Посмотри, у неё перерезана брюшная аорта. Как тогда, у Марка.

До меня дошло. Марика тогда еле справилась с собой, и с тех пор серьёзных ранений в её практике не было. А теперь на неё накатило. Флэшбек.

— Просто делай, что я скажу, быстро! — я хлопнул в ладоши перед её носом. — Аорта — не голова, починим. Давай, включайся!

— Хорошо, — она, наконец кивнула и, выйдя из ступора, подскочила к девушке.

Не церемонясь, она разобрала на ней футболку, чтобы осмотреть раны. Положила руку на поясницу...

— Как я и сказала, перерезана брюшная аорта. Множественные слепые и сквозные колотые раны органов брюшной полости. Пробито правое лёгкое. Сердце не задето, работает. Гиповолемия 3 степени, скоро впадёт в кому.

— Обезболь её пока, и скажи, что можно сделать?

— Обезболила, — от ладони Марики расползлось нежно-зелёное свечение целительской магии. — Рики, можешь её пока усыпить? Потом разбудим.

— Сейчас... — Рики обежала мешки с другой стороны и, приложив к пострадавшей руку, отправила её в царство Морфея.

— Это всё равно бесполезно, Миша, — Марика покачала головой. — Она потеряла уже половину объёма крови, и с каждым толчком сердца теряет ещё. Я не могу ничего сделать с аортой, пока в ней стекло, а уберём — она тут же умрёт. А не уберём — умрёт через минуту.

— Не в нашу смену, — я упрямо сжал зубы. — Катя, иди сюда. Вадим, когда меня ранили, заткнул рану биометом. Сможешь то же сделать с этой аортой?

— Я могу попробовать... — неуверенно начала Катя, подходя.

— Держи, — я перелил на её руку несколько литров биомета. Ох, не зря я его захватил. — Марика, командуй.

— Миша, подними её в воздух вместе с обломками. И поверни на спину.

Я без разговоров аккуратно поднял девушку в воздух. Противно скрипнуло стекло. Тело девушки немного дёрнулось, видимо, осколки где-то что-то задели. Перевернул.

Спереди всё выглядело ещё страшнее. Осколков было с десяток, девушка была истыкана ими, как подушечка для иголок.

Марика разорвала футболку на девушке и показала на самый крупный и широкий осколок.

— Вот этот, — она мазнула палец в крови и принялась рисовать прямо на коже. — Вот здесь брюшная аорта, вот здесь она раздваивается. Там ещё рядом полая вена, но она цела, как ни странно. Задет позвоночник, но с ним потом. Вот здесь, в районе диафрагмы, надо пережать аорту, и держать так, пока мы вытаскиваем стекло.

— Вроде поняла, — кивнула Катя, запуская в тело девушки тонкое щупальце биомета. — Блин, только не это...

Биомет исчез, втянувшись обратно, а сама Катя отскочила в сторону, и её согнуло пополам.

— Я не смогу, — прошептала она между попытками удержаться от рвоты.

— Аврора, — вздохнул я, — на Катю ускорение не включай больше.

Я сам начинал чувствовать лёгкую тошноту. Похоже, многократное применение ускорения нифига не полезно. А уж беременным и подавно.

Катя замерла, как и все окружающие.

— Давай я попробую, — предложила Рики. — Анатомию я хорошо знаю.

— Давай, — согласился я, делясь биометом. — И побыстрее, скоро и на нас перестанет действовать ускорение.

Рики кивнула, и запустила вдоль осколка стекла струйку биомета. Прикрыла глаза...

— Можно вытаскивать, — сообщила она через десяток томительных секунд. — Пережала выше и держу.

Я потянул осколок руками, чтобы чувствовать, как он движется. Вроде больше ничего не зацепил...

Сразу, как только открылась рана, оттуда хлынула кровь. На мой удивлённый взгляд Марика пожала плечами.

— Вся кровь была в брюшной полости. Поэтому её здесь немного.

Она положила одну руку девушке на живот, вторую на спину, и закрыла глаза. На этот раз свечение было таким сильным, что мне захотелось зажмуриться.

— Я не хирург, — спустя какое-то время сказала она, — потом в больнице доведут до ума. Учитывая, что у неё сейчас давление низкое, моя заплатка продержится. Рики, отпускай.

— Давай я локально регенерацию ускорю? — спросила Рики у Марики.

— А ты так можешь? Давай. Только локально, иначе осколки врастут в тело, придётся резать.

— Поняла, — Рики кивнула.

Между тем, я заметил, что фигуры окружающих нас людей начали двигаться гораздо быстрее.

— Аврора, выключай ускорение, уже тошнит от него, — приказал я. — Марика, что дальше?

— Дальше по одному вытаскиваем осколки, заживляем, регенерируем... и ей нужен физраствор, иначе будет гиповолемический шок.

Ускорение прекратило действие, и мир вокруг ожил.

— Эй, вы откуда? — спросил кто-то.

— Я её помню! — ответил кто-то другой, показывая на борющуюся с тошнотой Катю. — Она тогда на пожаре была!

— ВСЕМ ТИХО! — гаркнул я. — Не отвлекайте!

Мы продолжили. Объясняться потом будем.

Через минуту к нам подошла Катя.

— Миша, прости, меня что-то... — начала она извиняться.

— Катя, потом, — я послал ей воздушный поцелуй, чтобы подбодрить. — Вызови Маргариту Николаевну. Скажи, что нужен физраствор, и пусть готовят операционную.

Получив распоряжение, Катя встряхнула головой, приходя в себя, и отошла чуть в сторону, набирая номер.

К тому времени, как из портала вышла пожилая целительница, у нас уже всё было готово. Осколков не осталось, раны закрылись. О происшествии напоминало только то, что девушка висела в воздухе, вся в крови и без сознания.

Мы сдвинулись на свободный участок.

— Что у вас тут? — Маргарита Николаевна положила руку девушке на грудь. По мере сканирования она всё больше хмурилась.

— Как она? — спросил я.

— Жить будет, — целительница неожиданно улыбнулась. — Правда, местами придётся переделывать, но это мелочи. Операционную готовят, у девушки ещё хватает повреждений. И несколько мелких осколков осталось. Но самое главное вы сделали. Марика, по основам полевой хирургии однозначно зачёт!

— Я одна бы не справилась, — покачала головой та. — Рики аорту пережала, и... а, потом обсудим.

— Физраствор не нужен, мы прямо сейчас отправляемся в операционную, — Маргарита Николаевна повернулась ко мне. — Миша, донесёшь?

— Не вопрос, — согласился я. — Только Вы идите и позовите меня, мне так проще.

Маргарита Николаевна кивнула и ушла через портал. А через секунду я почувствовал вызов. Телепортировался вместе с бесчувственной девушкой, которую так и держал телекинезом на весу. Оказался не в самой операционной, а в «предбаннике».

— Кладите её вот сюда, — женщина, видимо, медсестра, показала на кушетку. — Как звать?

— Миша, — ответил я.

— Да не Вас! Пострадавшую!

— Ааа... секунду!

«Рики, как эту маляршу звать?»

«Валентина Ивановна Меньщикова, 27 лет», — ответила Рики спустя несколько секунд.

Я повторил данные для медсестры.

— Хорошо, спасибо. Мы Вам сообщим, когда она придёт в себя.

Валентину увезли, Маргарита Николаевна тоже ушла, больше не обратив на меня внимания, и я телепортировался обратно.

Я думал, объясняться с рабочими придётся дольше. Но нет. Они вспомнили и узнали не только Катю, но и Марику, а некоторые даже Лёню, который тоже был тогда на том пожаре.

— Да давно уж слухи ходили, — начал мне объяснять один мужчина. — Но мы сильно-то не верили, всё же мы больше по материальной части. Но когда у тебя на глазах ожог исчезает — поверишь во что угодно. А тем более такое... — он оглянулся на измазанные кровью осколки стекла.

— Прекрасно, — кивнул я. — Считайте, что получили подтверждение. А так как на вашей фабрике мы будем выпускать кое-что... с материалистической точки зрения необъяснимое... в общем, мы с вами ещё всё это обсудим, и расписки придётся писать пачками, сами понимаете.

— Кровью? — хихикнула женщина с платком на голове.

Я закатил глаза.

— Кровью, кровью, — ответил я побледневшей женщине. — Не переживайте, это не контракт на душу, это всего лишь клятва хранить молчание. Магическая, которую нельзя нарушить. А производить мы будем медицинскую аппаратуру. Только работать она будет на магии, поэтому такая секретность.

— Да погодите вы! — встрепенулась вдруг молчавшая до того Настя. — Миша, Валя как?

— Операцию ей сделают, кровь перельют... Марика, как думаешь, сколько она в больнице проваляется?

— Да ночь под наблюдением подержат, и завтра домой отправят, — пожала та плечами.

— Это всё я виновата, — Настя вдруг закрыла лицо ладонями и зарыдала. — Нахрена я эти мешки сказала сюда ставить?!

— Чтобы стены освободить... — ответила ей та же женщина в платке немного растерянно.

Я кивнул на Настю Лёне и тот понял меня без слов и правильно. Обнял Настю, прижал к себе. Молодец!

Людей начало понемногу отпускать, и потихоньку начались разговоры. Я поднял руку, обращая на себя внимание.

— Дамы и господа, минутку. Простите, я не представился. Михаил Медведев, я Настин... — на секунду я задумался, как обозначить наши с ней взаимоотношения, не вызывая ещё больше вопросов, — инвестор. И ещё мы вместе учимся, вы ведь в курсе, что Настя — студентка?

Кругом закивали.

— Не далее как вчера Настя рассказала, как вы вызвались сделать ремонт своими силами, чтобы сэкономить. Это очень... мило, но давайте на этом остановимся. Настя несёт уголовную ответственность, если бы Валя погибла — её могли бы и посадить. Да даже если бы и обошлось — она бы себя винила потом до конца жизни. Профессионалы сделают тут ремонт за день, это обойдётся не так дорого.

— Да уж, доремонтировались, — пошутил дедуля, кажется, тот самый, кладовщик, — чуть девку не угробили. Кто лестницу толкнул, сознавайтесь!

— Никто не толкал, — ответил молодой мужчина лет тридцати, — у нас ведро упало, а Валя в этом момент потянулась с кисточкой, я краем глаза видел. Вздрогнула и потеряла равновесие. Устали ж все за день...

— При этом её никто не страховал, — указал я на очевидный промах, — и опасный мусор не вынесли, прежде чем работы на высоте начинать. В общем, всё, на сегодня заканчиваем. Настя, слышишь?

— Угу, — та подняла покрасневшие глаза. — Простите меня, я...

Не знаю, что она собиралась ещё сказать, потому что снова зарыдала, уткнувшись в Лёню. Тот только головой покачал. Явно не знает парень, что делать. Сочувствую, дружище, я в такие моменты тоже теряюсь.

— Лёня, уведи Настю домой, — приказал я.

Тот кивнул, открыл портал и немного подтолкнул бедолагу в нужном направлении. Когда они исчезли, я огляделся.

— Кто за старшего? — спросил я.

— Так я, — вышел вперёд мужчина лет пятидесяти. — Заместитель главного инженера, Николай Викторович.

Он протянул руку, и я пожал её.

— Николай Викторович, найдите, пожалуйста, хорошую бригаду, кто всё сделает быстро и качественно. И скиньте на Настин номер договор, я подпишу и оплачу. До конца недели мы должны уже начать выпуск новой продукции. Вторую площадку мы загружать не можем, у них свои заказы.

— Завтра с утра займусь, — он с готовностью кивнул. — Что хоть делать-то будем?

— Вы когда-нибудь в компьютерные игры играли? — спросил я, улыбнувшись.

Пришлось кое-что всё-таки рассказать не в меру любопытным работникам фабрики. В аптечку никто особо не поверил поначалу, но потом вспомнили только что увиденное, и наоборот, энтузиазм резко подскочил. Хотя бы чуть-чуть прикоснуться к настоящему волшебству хотелось если не всем, то многим. Были, конечно, и те, кто только плечами пожал, мол, какая разница, что выпускать, лишь бы зарплату вовремя платили.

Поговорили и про магические клятвы. Я подробно объяснил, как это работает с не-магами, и что нужна не сама кровь, а порез на коже.

— Значит, я даже жене не смогу рассказать, чем занимаюсь? — спросил Николай Викторович.

— Даже случайно не сможете, — покачал я головой. — Ваш мозг сам за этим проследит.

Я не стал, конечно, говорить, что нарушить клятву можно случайно. Зачем им эта лишняя информация.

— А за границу меня выпустят? — поинтересовалась кудрявая брюнетка возраста как Валя.

— Конечно, — я пожал плечами, — никаких ограничений. Да не переживайте, это всё совсем не страшно. Будете жить обычной жизнью.

— А если кто-то захочет из меня все секреты вытрясти, а я даже рассказать ничего не смогу? — ещё одна женщина, лет пятидесяти.

— Типун тебе на язык! — воскликнула её товарка в платке на голове. — Мелешь вечно не своё не наше!

— Если на вас кто-то покусится, он об этом пожалеет, — серьёзно ответил я и создал в руке файербол, мгновенно разогнав его температуру до почти тысячи градусов.

Все притихли, кто-то даже шагнул назад, отодвигаясь от жара.

— У нас мощная поддержка, друзья. И со стороны могущественных магов, и со стороны влиятельных людей, и даже со стороны силовых структур. Не думаете же вы, что такие серьёзные вещи кто-то позволит делать обычным студентам?

— Обычным-то точно не позволят, — поскрёб затылок Николай Викторович.

Я развеял файерболл.

— Магии в нашем мире куда больше, чем кажется, — решил я пояснить напоследок. — Но пока что это секрет. И вот мы как раз попробуем показать людям настоящую магию. И в первую очередь целительскую.

— Это правильно, — серьёзно кивнула головой женщина в платке. — Какой дурак станет возражать против здоровья?

— Ой, не говори! — скривилась её коллега, переживавшая за покушение. — Думаешь, мало идиотов? Скажут, что господь не благословил, и сожгут, как ведьм!

— Хм... в чём-то Вы правы, — задумался я. — Надо будет заручиться благословением!

— Кого? — разинула рот женщина. — Господа?

— Ну что Вы! — рассмеялся я. — Всего лишь Его наместников!

Мы разошлись с работниками фабрики почти друзьями. Может, и ещё бы поболтали, вопросов у них было не счесть, но вечер был уже поздний. Николай Викторович хотел, не откладывая, заняться поисками бригады на ремонт. Сайты в Сети и ночью работают, — пояснил он.

А я, рассказывая про клятвы, вдруг вспомнил, что кое-что забыл. Видимо, подсознательно откладывал этот момент.

Глава 22. Пригласительные

Мы разошлись с работниками фабрики почти друзьями. А рассказывая про клятвы, я вдруг вспомнил, что кое-что забыл.

Видимо, подсознательно откладывал момент принятия клятв, который завершит формальное формирование клана.

Но в первую очередь я наведался к Насте. Постучал к ней в комнату, а когда никто не ответил — осторожно заглянул внутрь. И сразу так же осторожно закрыл дверь. Молодец, Лёня, утешил девушку! Хе, кажется, распределение по комнатам у нас изменится! Хорошо, что комнат хватает.

Когда я спустился на первый этаж, там уже сидели Вика с Федей, видимо, вот только что подошли. И, похоже, остальные как раз делились с ними новостями.

— Ну что, как там она? — спросила меня Катя.

— О, лучше всех! — ухмыльнулся я.

— А Лёня куда делся? — забеспокоилась Вика, озираясь. — Слинял что ли куда-то?

— Лёня тоже лучше всех, Вика, не беспокойся за брата, — я не выдержал и заржал.

— Они что? — Вика распахнула глаза.

— Ага, спят. В одной кроватке, — подтвердил я её предположения.

— Вот ведь мерзавец! — она топнула ногой. — Воспользовался моментом! Фу, как так можно!

— Остынь, подруга, — положила ей руку на плечо Марика. — У них давно всё к этому шло. А Насте нужна была эмоциональная разрядка после всего случившегося. Так что даже не факт, что это инициатива Лёни.

— Ладно, ладно. Проснутся — выясню, чья была инициатива! — Вика и не подумала успокоиться. — Вот не дай бог он Настю обидел — прибью гада!

— Так! — я хлопнул в ладоши, привлекая внимание. — Пока я решаю один важный вопрос, пожалуйста, не убивайте Лёню! Оставьте его на мой суд, хорошо?

— Я за ними присмотрю! — хохотнул Федя. — Кстати, что там с часовыми поясами, с вашими индейцами уже можно созваниваться?

— У нас с ними восемь часов разницы. У нас девять вечера, у них час дня. Звони, конечно.

Я ушел в кабинет, оставив друзей обсуждать происшествие.

Аврора и Эш меня уже, оказывается, ждали. Эш удобно устроилась в кресле, а Аврора просто подключилась к коммуникатору. Она и заговорила первой.

— Миша, я проанализировала все записи, это был простой несчастный случай, без всякого умысла.

— Хорошо. А то мне уже в любом чихе подосланные убийцы мерещатся. Так и параноиком стать можно.

— Паранойя — это когда убийц нет, они только мерещатся, — усмехнулась Аврора. — А у тебя есть, и вполне реальные.

— Одно другому не мешает, — парировал я. — Слушайте, мне как раз надо было с вами поговорить.

— Ты, наверное, про принятие клятв, да? — скучающим голосом спросила Эш, разглядывая безукоризненный маникюр.

— Именно, — вздохнул я.

— Что, Миша, тяжела шапка Мономаха? — сочувственно спросила она.

— Угу. Так что с принятием клятв? Надо всех собирать в реале, или можно в вирте? И вообще, есть ли какие-то сроки, правила, может кого-то звать надо обязательно в свидетели или как там? Я ж вообще ничего не знаю.

Эш, наконец, прекратила любоваться ногтями и посмотрела на меня.

— Как ты решишь, так и будет. И когда, и по каким правилам, и как говорить и что говорить. Стоя на ногах или на коленях. На крови или простая магическая. Все ждут твоего слова, Михаил Медведев.

У меня от её тона и строгого взгляда мурашки по коже побежали.

— Тогда в вирте, — решил я. — Незачем людей надолго от дел отрывать. К тому же у некоторых может возникнуть иллюзия, что такая клятва ничего не значит, и мы сразу выявим неблагонадёжных. И без коленопреклонения, крови тоже не нужно.

— Хорошо подумал? Может, наоборот, построже? Чтобы прочувствовали? — Эш хищно улыбнулась.

— Нет, Эш, — я покачал головой, — лояльность не силой зарабатывается. Силу я им тоже покажу. Но они не должны её бояться. Мне нужны не рабы, а союзники.

— Я думаю, Миша прав, — неожиданно поддержала меня Аврора. — Они уже почувствовали силу, когда повылетали из своих тел. Даже пикнуть не успели.

— Помогите мне с текстом клятвы, — попросил я. — И, я думаю, надо разослать всем бумажные уведомления. Авиапочтой они дойдут максимум за сутки, это ничего особо не решает. Зато впечатление произведёт какое надо.

— Хм, а ты умеешь найти к людям подход! — неожиданно улыбнулась Эш. — С текстом поможем, конечно. Но тогда письма вперёд.

— А чтобы дважды не мотаться, — повторил я слова деда, — уместно будет свадебное торжество тут же устроить? Аврора, тебе неделю на подготовку хватит?

— Пошутил? — фыркнула Аврора. — Мне хватит минуты! Но ты ведь не собираешься лишать девочек удовольствия самим всё решить? И так им придётся терпеть весь этот официоз.

Я задумался. А правильно ли это? Принятие клятв... если даже по минуте на человека, растянется часа на два, а то и три...

«Рики, подойдите с Катей в кабинет, пожалуйста!»

«Минуту... только руки помоем».

Ммм, они там что, ужин готовят? Я тут же вспомнил, что ещё ничего не ел с самого утра, да и тогда был всего лишь недоеденный бутерброд.

Девчонки пришли даже раньше, чем через минуту. Катя успела переодеться в домашнее. И они точно что-то готовили!

Рики тут же плюхнулась в кресло, согнав недовольную Эш, и со сладким стоном вытянула ноги. Катя, недолго думая, последовала её примеру, и Эш снова пришлось пересаживаться.

— Слушайте, у нас тут небольшая проблема... Есть два мероприятия. Принятие клятв и свадьба. И оба требуют сбора глав родов. Но клятвы — это долго и очень официально, они будут каждый повторять одну и ту же формулу... Не совсем то, что нужно для свадьбы, или я чего-то не понимаю?

Рики с Катей переглянулись.

— Конечно, не понимаешь, — начала объяснять Катя. — Да, это немного всё будет однообразно, наверное... Но это не отменяет того, что это триумф. В том числе, наш с сестрёнкой.

— То есть вы не против совместить? — уточнил я.

— Мы только за! — подтвердила Рики. — И, кстати, я знаю, кому можно доверить вести всё мероприятие!

— Кому же? — я о таких мелочах даже не думал ещё.

— Крому! Он, между прочим, за четыре месяца стал уже профессиональным ведущим!

— Так вот он куда делся! — я расхохотался. — Раньше как в ресторан придёшь — он всегда на куче золота спал. А теперь он, значит, слишком занят? А у него найдётся время?

— Вот сам у него и спроси, — подмигнула Рики. — Хочешь, всякими неинтересными вещами типа кому где стоять, мы с Катюшей займёмся?

— О, буду очень вам признателен. Аврора на это и намекнула...

— Я не намекнула, я прямо сказала, — хихикнула та. — Надо назначить день.

— И я бы попросила не растягивать удовольствие, — заметила Эш. — Совет ждёт от нас окончательного формирования клана.

— В субботу у нас «Ступени»... — вспомнил я. — Можно в пятницу, а то после Ступеней, говорят, отлёживаться приходится.

— У нас же регенерация, — пожала плечами Рики. — отойдём. Зато после ступеней ты будешь уже не совсем зелёным новичком, только что инициировавшимся.

— Дело говоришь, — подтвердила из коммуникатора Эш, а её проекция кивнула головой. — Хоть дело и не терпит отлагательства, тем не менее, Ступени очень даже кстати. Твоя личная сила, Миша, увеличится, и при принятии клятвы это будет чувствоваться.

— Значит, воскресенье. Пусть будет десять утра по нашему времени, — я посмотрел на Рики и Катю.

Обе кивнули.

— Тогда... — я глянул на бумагу на столе, — есть ещё одно дело. Надо всем гостям приглашение отправить.

С приглашением мы просидели ещё час. Спорили бы и дольше, но с кухни начали доноситься такие ароматы жареного мяса, что желание спорить быстро улетучилось.

А спорили мы с Рики, которая убеждала Катю, что эта свадьба — чисто её, и она там вообще не должна отсвечивать. А Катя настаивала, что это всё неважно, и Рики должна занять своё законное место, а не просто затеряться среди гостей. К счастью, запах мяса сделал Рики более покладистой, и она согласилась, наконец, составить компанию. Я к тому времени успел уже задуматься, так ли уж нужна вся эта церемония, но потом вспомнил, что девчонкам часто придётся вести дела от моего имени самостоятельно, и, значит, их статус надо затвердить. Чтобы никому не пришло в голову рыпнуться.

В конечном счёте, мы сошлись на такой формулировке. Главы родов с жёнами и детьми приглашались для участия в торжественной церемонии образования клана Медведевых с принесением клятв, и чествования вступивших в семейный союз Катарины и главы клана Михаила. И приписка, что для принесения этой самой клятвы явка обязательна. Церемония состоится в ресторане «Миллиуэйз», в виртуальном мире Авроры, 11-го октября 2037-го года, в 10:00 МСК (GMT+3).

Отдельные приглашения решили разослать и прочим гостям. А таких набиралось немало. Несколько патриархов, родители — мои, моих девочек, моих друзей. Спасённые нами Люси и Жанна. Индейцы, к счастью, не все, но некоторые. Некоторые преподаватели. В вирте нас тоже ждали несколько человек... и одна эльфийка. И конечно, Эш. Суммарное количество участников грозило перевалить за пять сотен!

Аврора каждое приглашение подготовила на языке получателя. Пришлось ещё докупить бумагу специальную плотную, конверты, и после ужина мы засели за приглашения. Устроили конвейер. Напечатали сразу пачку приглашений, и пока я их подписывал и ставил свою печать, Рики регистрировала каждое в системе почтовых отправлений, и печатала надпись на конверте, со специальным штрих-кодом вместо почтовой марки, а Катя аккуратно сгибала приглашение и запечатывала конверт.

Закончили уже за полночь, вызвали почтового дрона. Писем набралось столько, что я думал в дрона не влезет. Но нет, алгоритмы почты, определив количество подготовленного к отправке, прислали вместительного дрона, рассчитанного на средних размеров посылки.

Утро началось с подколок. Лёню с Настей накануне никто не тревожил, даже на ужин не стали звать. Но ночью я слышал, как они, перешёптываясь, спускались подкрепиться, а потом ещё долго из соседней комнаты доносились охи и ахи.

И вот теперь, когда счастливая и довольная Настя спустилась, наконец, к завтраку, а следом вышел гордый собой Лёня, мы и отвели душу, засмущав обоих.

— Настя, — первой накинулась на подругу Вика, — рассказывай, и не вздумай этого мерзавца выгораживать! Он тебя подпоил, да?

Та удивлённо оглянулась на Лёню.

— Нет, — ответила она Вике, — с чего ты взяла?

— Ну а иначе с чего вдруг? — Вика развела руками и оглянулась, ища поддержки. А мы тупо старались не заржать.

— Да как бы... нравится он мне! А что, нельзя?

— В смысле нравится? — опешила Вика. — Кто? Лёнька? Да ты гонишь! Он же мелкий!

В этот момент подтянувшийся и возмужавший за лето Лёня обнял Настю сзади. На голову выше, в плечах вдвое шире, бицепсы накачал — как у тощей Насти бёдра. Вика замерла, осознав несоответствие наблюдаемого её словам.

— Эммм... — Настя залилась краской, — Викусь, у тебя неверная информация!

— Кажется, подрос... — растерянно кивнула та.

— Ага, девственности лишился... — в тон ей добавил я.

Теперь покраснел Лёня, и, недолго думая, показал мне средний палец.

— У нас, кстати, ещё одна спальня свободна, — ненавязчиво заметила Катя. — Там как раз кровать двуспальная, как знали!

— Ой, да идите вы все! — рассмеялась, наконец, Настя, и тут же резко стала серьёзной. — Как там Валя?

— Всё хорошо, Насть, — ответила Марика. — Её продержали в медикаментозной коме до утра, чтобы не вставала раньше времени, сейчас она уже полностью здорова и готова к выписке.

— Мне надо с нею встретиться, — покачала Настя головой. — Как-то объясниться, что ли...

— Встреть, да, — поддержал я её идею. — Отвези домой. Мы вот вчера не подумали, а у неё наверняка родственники есть, кто-то её мог потерять.

— Николай Викторович наверняка кому надо позвонил, — вздохнула Настя. — Это...

— Мы вчера познакомились, норм мужик. Слушай, Настя... А вторая площадка сильно загружена?

— Небольшой заказ можно воткнуть без проблем, если ты про кольца, — Настя ответила сразу, не задумываясь. Вот что значит руководитель в курсе состояния дел!

— Отлично! Я хочу к воскресенью пробную партию готовых колец получить, чтобы презентовать соклановцам.

— Тысячи штук для начала ведь хватит? — уточнила Настя.

Я аж поперхнулся.

— Кхм! Я думал о десятке...

— Десять тысяч надо уточнять, — покачала головой Настя.

— Не, десять штук! Я думал изготовить десять штук!

— Миша, это немного не так работает... понимаешь, плата сама по себе очень мелкая, на ней только микроконтроллер, аккумулятор и десяток деталей обвязки. У неё площадь с ноготок! Кто будет делать десять штук такой милиписечной платки? Там автомат, он их делает сразу лист большой, дорожки, потом покрытие золотом, потом раскладываются детали. И когда уже всё готово — лист разрезается на отдельные платы. И всё это полностью автоматически! Даже начинающий радиолюбитель может за несколько часов подготовить такой заказ в специальном редакторе, и автомат всё в точности выполнит. Валя как раз, кстати, на таком автомате работает, который детали раскладывает.

— То есть сделать тысячу штук мы можем... срок?

— Я воткну в график, решим. Сам процесс... ну, около часа, наверное!

— А кристаллы вклеить сможем? — спохватился я.

— Сможем, конечно, — Настя с благодарностью кивнула Лёне, который налил ей и себе кофе. — У нас автомат стоит, который клей наносит. И самое главное, Миша. Это ведь площадка для «особых» заказов. Там и программатор кристаллов имеется автоматический. Нужен только мастер-кристалл. Ману я сама волью, с твоим накопителем у меня её в избытке.

— Значит, от меня только мастер-кристаллы и оформить всё как следует... — я на секунду задумался. — Катя, когда линию расконсервируют?

— К среде сказали, — Катя закатила глаза, соображая. — Завтра, получается. Ну край послезавтра.

— Настя, сегодня после занятий займёмся, — я посмотрел на часы. — К двум часам дня сам лично всё доставлю на фабрику.

— А к чему такая срочность, Миша, — спросила Марика. — Ничего ведь даже не оттестировали!

— Вот главы родов и побудут добровольно-принудительными тестерами. Я им хочу «аптечку» презентовать, как первое совместное изделие клана.

— Тогда тебе придётся и меня принять, — улыбнулась Настя. — Иначе не считается!

— А ты хочешь? — уточнил я на всякий случай, прекрасно зная ответ.

— Ты дал мне выбор, и мой свободный выбор — да, — очень серьёзно ответила Настя. И добавила, невесело усмехнувшись: — По крайней мере, тут меня никто замуж насильно не тащит.

Вот, что я забыл. Точнее, кого...

— Кстати, об этом чуде. Рики, Катя, а мы вчера Стасу Ефимову приглашение отправили?

— Отправили, — кивнула Рики, пока Катя пыталась вспомнить.

— Только я не уверена, что он его получит, — хмыкнула Аврора. — Молодой человек изволит бухать. Беспробудно.

— Есть желающие привести его в чувства? — обвёл я взглядом свою команду. — Не то чтобы я хотел видеть его в клане, но и пускать на самотёк нельзя.

— Ну давай я смотаюсь, — пожала плечами Рики.

— И я за компанию, — вызвалась Марика. — Проведём ему детоксикацию, да, подруга?

— Ага, экспресс, — улыбнулась Рики и отбила Марике пятюню.

Я поднялся из-за стола.

— Давайте на занятия, сегодня у нас по новому расписанию одна пара защитной магии у Астафьева, и всё. После этого разбегаемся по делам.

— Я ещё про амулеты не рассказал, — вздохнул Федя.

Блин, не успеваем. Я ещё раз глянул на часы.

— Федя, давай после пары, в столовой, хорошо? — предложил я. — Я правильно понимаю, что у тебя есть какой-то результат?

— Есть, — кивнул Федя. — Но полтора часа подождёт, не прокиснет.

Мы разбежались по комнатам, чтобы переодеться. И пока я натягивал джинсы, мой взгляд упал на камень души, который Сергей использовал для Люси. Я забрал его с собой, и теперь он просто стоял на тумбочке, как пресс-папье. Надо бы его Вадиму отдать... Из чего он его сделал, интересно? Это ведь...

Взяв камень в руку, я потянулся к нему. Камень ответил, и я очень чётко понял, что это биомет. Получается, Сергей может получать кристаллический биомет из жидкого синтетического?

Я влил в камень души немного маны. Она впиталась, как вода в песок. Хм... свойства как накопителя маны у кристалла явно на уровне. Скорее всего, на уровне обычного накопителя из «натурального» биомета.

Но что если Сергей может создать внутри себя несколько таких накопителей? Они ведь, наверное, не будут ему мешать двигаться. Это какой чудовищный запас маны он сможет тогда накопить!? С таким запасом он может оказаться неизмеримо опаснее!

Глава 23. Загар

На защитной магии учились комбинировать силовой, основанный на телекинезе, щит и покров, который явно был смесью силового щита и полога тишины. Когда мы по очереди все, кроме новеньких Феди и Насти, продемонстрировали Астафьеву способность владеть тем и другим, он выпал в осадок.

— А что ж вы мне раньше-то голову морочили? — спросил старикашка. — Подошли бы, договорились. До турниров показывать умения не хотите?

— Да, Георгий Матвеевич, не хотелось бы, сами понимаете, — развёл я руками. — А сейчас здесь все свои.

— И кто это с вами занимается? — прищурился он. Ревнует, что ли?

— Никто, мы самоучки, — почти не соврал я. — Помните разговоры про Полигон? Вот там, в основном, и занимаемся.

— Ну, тогда немного теории, — Георгий Матвеевич заложил руки за спину и прошёлся перед строем. — Что делает полог, можете мне сказать?

— Он как матовое стекло, — сразу ответила Рики, — всё пропускает, но рассеивает. В результате под пологом всё превращается в белый шум, точнее, серый, если говорить о цвете.

— Гляжу, с практикой у юной леди всё в порядке. Как Вас звать, красавица?

— Иллария, — чуть смутившись от комплиментов, ответила Рики.

— Да, Иллария, всё правильно. Как матовое, но не стекло, а скорее плотный туман. Полог легко пропускает физические тела, через него можно просто пройти. А силовой щит — как прозрачное стекло. Пропускает излучения, но не пропускает физическое и магическое воздействие. Смотрите!

Он сформировал перед собой небольшой силовой щит, который угадывался по искажениям. Не такой уж он прозрачный. Разве что в темноте можно не заметить.

Потом щит стал мутнеть... и вот он превратился в знакомую серую плёнку. Ну как плёнку... наверное, выпуклую пластину. Полог. Только кусочком, а не сферой, как я привык.

— Сможете повторить? — Астафьев подмигнул нам.

Мы сосредоточились на упражнении. Если силовой щит работает с физическими телами, включая газы, а полог — с излучениями, энергией, звуковыми волнами... Но ведь из физики мы знаем, что вещество и энергия — это две формы материи. Получается, мы просто переключаемся между «диапазонами»?

Я сформировал над левой ладонью маленький силовой щит, размером с тарелку. А над правой рукой — полог. И постарался прочувствовать разницу между ними.

Ощущения были... с одной стороны, разными. Но природа у них точно была одинаковой. Силовой щит ощущался как холодный, шероховатый камень или даже металл, тяжёлый и грубый. А полог — как тёплая гладкая плёнка, почти невесомая.

Я развеял тот и другой, снял коммуникатор, снова создал силовой щит и положил на него коммуникатор. И попробовал представить, как щит меняет свойства. Становится легче, мягче...

Получилось далеко не сразу, но минут через десять коммуникатор всё же провалился сквозь щит. Точнее, уже полог.

Только тогда я обратил внимание на остальных.

— Иллария, отлично, — хвалил Георгий Матвеевич Рики. — Михаил, я вижу, у Вас тоже получилось. Остальным, возможно, поможет медитация? Или использование предмета, как сделал Михаил?

Мы обменялись с друзьями впечатлениями, и продолжили тренировки. Вскоре получаться начало у Вики, потом у Кати. Ближе к концу пары новый навык освоили все.

— А теперь, когда Вы разобрались с азами, я дам вам домашнее задание, — Астафьев прямо светился от удовольствия. — Скажу по секрету, то, что вы сейчас освоили — это материал четвёртого курса. Он не требует большой силы, скорее это тонкие манипуляции. И следующее задание покажется вам сущим пустяком, раз уж вы справились с базой.

— И что нужно будет делать? — спросил я. Интриган блин!

— Совместить щит с пологом в покрове, это несложно. Самое главное — вам надо будет научиться регулировать степень сопротивления покрова и освоить сигнальный уровень. Тогда никто не сможет застать вас врасплох!

— Рики, кинь-ка в меня файерболлом, — попросил я.

— Держи! — любимая жена не колебалась ни секунды.

У меня этот сигнальный уровень и не выключался. Так что файерболл просто растёкся по груди кляксой, а в месте контакта покров на секунду стал видимым.

— Как-то так, Георгий Матвеевич? — спросил я.

— Да, Михаил, отличная демонстрация! — Астафьев удовлетворённо кивнул. — Но теперь добавьте в покров и защиту от излучений, и держите её постоянно активной. Сможете?

— Получится, но зачем это? Я легко могу представить, что меня попытаются подстрелить, уже бывало, — я поморщился от воспоминания, — но вот лазером достать ещё не пробовали!

— Например, чтобы защититься от теплового излучения на пожаре, — начал перечислять преподаватель, — или от радиации при взрыве ядерной бомбы, ну или чтобы на пляже не обгореть на солнце!

— О! На пляже это актуально! — восхитилась Вика. — Я летом без крема на улицу выйти не могу!

— Будете тренироваться — сможете избирательно фильтровать вредное ультрафиолетовое излучение, — подмигнул ей хитрый препод. Умеет заинтересовать!

— Буду! Обязательно буду! — заверила Вика.

— А что, все после четвёртого курса так могут? — поинтересовалась Катя.

— Да ну что Вы, Катарина! — всплеснул руками Георгий Матвеевич. — Если бы! На зачёт ведь достаточно просто научиться держать щит и ставить полог. Вы же доучились до четвёртого курса, вспомните, многие ли Ваши однокурсники могут приличный полог создать? То, что я вам тут рассказываю — это продвинутый курс! Всё, идите, пара закончилась, дайте старику время отдохнуть! Через неделю встретимся!

Уже выходя из аудитории, я заметил, видел наших девушек как-то неравномерно. То чуть лучше, то чуть хуже. Как будто между нами поднималась струя горячего воздуха. Хех, похоже, возможность загорать на пляже без защитных кремов всем понравилась, даже рассудительной Марике!

— Смотри, — ткнул я Лёню в плечо. — Тренируются загорать!

Лёня присмотрелся и расплылся в улыбке.

— Будут шоколадками!

— Ага! — согласился я, мысленно поблагодарив хитрого учителя.

На обеде я выжидательно уставился на Федю.

— Что? — спросил он, поймав мой взгляд.

— Рассказывай! Что вы придумали?

— Вот! — парень снял с запястья фенечку. А я и не замечал её, настолько обыденная вещь!

— Так. Фенечка. И? — я поднял глаза на Федю. — Их любая девочка плести умеет.

— А ещё их чуть ли не в промышленных масштабах плетут индейцы, — объяснил он. — И у них покупают. Конечно, это скорее просто украшение. Но главное не это. Бусины стоят копейки, но кроме обычных стекляшек есть и хрустальные. А они пригодны для создания артефактов.

— Так, это понятно, — кивнул я. — Но что именно, какой артефакт? И схема продвижения на рынок?

— А это самое интересное! Мы можем по одной и той же схеме создать бусины под разное воздействие. Нормализация сна, давления, решение проблем с мигренями, потенцией, алкоголизмом и наркоманией. Это ведь специфические воздействия, но не...

— Не требующие обратной связи, — подхватила Марика. — То есть я могу отбить тягу к алкоголю не глядя.

— Да, я вот это хотел сказать. Ты не можешь вылечить перелом, не видя, что сломалось. А это всё проблемы такие, несложные. Ну вы поняли, да?

Обычно молчаливый Федя выдал свою недельную норму зараз, и замялся, не зная, что ещё сказать.

— Отлично, — я показал ему большой палец. — А модель продвижения?

— Да они и на ярмарках браслеты продают, и через Сеть. У них раскупают неплохо. Мы что придумали. На каждый вид воздействия — свой узор браслета. Кроме тех, что от алкоголизма и наркомании. Там узор такой же, как от головной боли. И отправка — по запросу.

— Слушай, но ведь эти фенечки стоят копейки, — засомневалась Катя. — А рабочий артефакт — это уже не стекляшки, туда и кристаллы нужны, и ману на создание потратить надо.

— Да не, бусины хрустальные тоже недорогие, — заметил я. — Но насчёт цены Катя права. Артефакт должен быть дороже! Но тогда его покупать не будут.

Федя, похоже, так далеко ещё не думал, потому что на его лице читалась растерянность.

— А что если гарантию возврата сделать? — предложила Вика. — Не понравилось, не работает — вернул, тебе деньги вернули.

— Первые можно продавать по обычной цене, но с условием, что покупатель напишет отзыв, — щёлкнув пальцами, дополнила её Катя.

— А ещё можно комбинировать несколько бусин с разными свойствами, и узоры тоже комбинировать, — внесла свою лепту Рики и спросила у Марики: — Будет работать?

— Будет, — пожала та плечами. — Но можно и бусины комбинированные делать.

— Для самых популярных сочетаний, — подхватил я идею, — а для необычных — пусть используют несколько разных. А обозначать вид воздействия узорами — это отличная идея!

— Для самих индейцев узоры что-то да значат, — объяснил Федя, — поэтому они их не перепутают.

— Ну что ж, захват Америки начинался с бисера! — я поднялся из-за стола. — Не будем нарушать традицию! Марика, когда вернёшься от Ефимова, покумекайте с Федей, какие можно воздействия сделать. Вика, Рики, не задерживайтесь там. Катя, проследи за расконсервацией линии. Настя, ты, наверное, поедешь Валю забирать?

— Да, — Настя нахмурилась и кивнула.

— Я с ней, — вызвался Лёня, — ну мало ли помощь нужна будет.

— Или возможность побыть вдвоём, — понимающе кивнул я. — Ну всё, вроде всех озадачил?

— Нас с Эш не озадачил, — хихикнула из коммуникатора Аврора.

— А для вас у меня отдельное задание. Ещё на раз перепроверить кристаллы для аптечки. Мы с вами мастер-кристаллы собирать будем. Настя, к 14:00 будь на производстве, пожалуйста. Я тебе кристаллы отправлю, запустишь в работу?

— Буду, — подтвердила Настя.

— Я буду в кабинете, но пожалуйста, меня не беспокойте, — попросил я. — Мастер-кристаллы должны быть безукоризненны!

— О да, это серьёзный и очень напряжённый труд, — Катя провела пальцами мне по груди и заглянула в глаза. — Как раз к обеду мы с Рики освободимся и поможем тебе расслабиться. Так что тоже не задерживайся, любимый!

— Это ты хитро придумал всех занять, — посмеялась Аврора, когда я, захватив с собой мешочек с кристаллами, заперся в кабинете.

— Ага, хорошо иметь двух жён, — вздохнул я. — Рики сказал, что пошёл к Кате, Кате — что к Рики, а сам в кабинет, и за работу.

— Не переживай, твои жёны ещё утром сговорились тебя после всех таких важных дел в оборот взять, — Аврора откровенно насмехалась. — Соскучились, ты весь в делах, заботах, девочкам внимания не уделяешь!

— А ты что, подслушивала? — я приподнял бровь. — Аврора, ну фу такой быть!

— Нет, что ты! — та даже, кажется, обиделась. — Они сами меня попросили, по возможности, дать им время побыть с тобой.

— Да я ж не против! Я только за! — развёл я руками. — Но тут в туалет-то сходить надо заранее записываться! Ладно, давайте займёмся мастер-кристаллами. Эш, ты с нами?

Я достал из кармана коробочку кристаллами-образцами, открыл и положил на стол. Ещё в субботу, уже догадываясь, что окончательная сборка схемы будет на мне, я позаботился о том, чтобы у меня были кристаллы-образцы универсальных элементов схемы. Чтобы не городить огород, как прошлый раз, когда я элементарный счётчик импульсов собирал на элементарных логических элементах. Это же извращение!

Рядом с коробочкой положил браслет коммуникатора, чтобы Аврора видела моё «рабочее поле».

— Конечно, — Эш, как обычно, появилась в облюбованном ею кресле. — И вот мой первый урок. Концентрация. Откинься в кресле и закрой глаза, тебе не нужна бумага для схем, есть линзы дополненной реальности.

Я закрыл глаза и увидел с помощью линз все те схемы, которые мы делали в субботу — сама аптечка, связь с электронной начинкой, модуль поглощения жизненной энергии, ну и модуль, отвечающий за поддержание тончайшей вуали полога и сигнализацию. Теперь мне надо было соединить всё вместе.

Используя телекинез, я подхватил кристаллы-образцы и расположил их в соответствующих элементах схемы. Глаза были закрыты, но я видел эти кристаллы в линзах, видел схему... Кристаллы встали на свои места. Достаточно было поставить один, чтобы все остальные аналогичные элементы подсветились зелёным.

Манипулируя кристаллами, я вообще забыл об окружающем мире, полностью отключившись и сосредоточившись только на том, что делаю. Из головы исчезли любые посторонние мысли, эмоции, пропало чувство времени. Я растворился в создаваемой схеме.

Не знаю, как долго я работал, но схему я сделал. Точнее, две схемы. Одна — сама аптечка, её связь с электроникой, и модуль отслеживания ментального воздействия, тоже с блоком связи с электроникой. Вторая схема — только поглотитель. Две схемы — два кристалла.

Не теряя концентрации, я «прошил» кристаллы.

Осталось проверить, но для этого мне нужна была Рики. Причём без Кати. А пока мы с Авророй обсудили электронную схему, и она сформировала пакет файлов для станка с ЧПУ.

* * *

Наследник рода Ефимовых иллюзий не строил. Он прекрасно понимал, что его отец погиб не своей смертью. Конечно, всё это связано с фабрикой. Что там раскопал отец — Стас так и не понял, но сомневаться не приходилось — Михаил решил зачистить хвост. Фабрику он, конечно, приберёт себе, вместе с Настей.

Бедная Настя! Он ведь искренне хотел помочь девушке! Ну да, формальный брак, и всё такое, на что его подбивал отец. Но он бы с ней обращался уважительно. Может, из этого со временем даже и реальные чувства получились бы. Кто знает?

Но теперь всё это рухнуло безвозвратно. Можно не сомневаться, как только Михаил разберётся, зачем отец хотел забрать Настину фабрику, настанет и его, Стаса очередь. Просто потому, что он не сможет доказать, что не при делах. Ведь он участвовал в сомнительной авантюре со сватовством к Насте. Участвовал? Участвовал. Он, Стас, на месте Михаила не поверил бы, что отец не поделился планами со своим наследником.

Хотя на самом деле нихрена отец не делился. И теперь даже не узнать, какие у отца были дела и с кем — долбанные ищейки вычистили кабинет получше клининговой службы.

Похороны прошли в воскресенье. Но на них никто не пришёл. Из всей многочисленной родни были только он и мать с сестрой. Клан отвернулся от них, и это было ещё одно доказательство того, что ждать осталось недолго. Скоро его очередь. Если не сегодня, то завтра.

С матерью и сестрой они почти не разговаривали. Только когда уже всё закончилось, Соня спросила у брата, знает ли он, что случилось и из-за чего. Стас подумал, и ответил, что знает приблизительно. И посоветовал сестре уехать подальше, и мать с собой прихватить. Но те отказались. Мать — потому что не верила, что кто-то может причинить ей вред, раз уж сразу не пристрелили, а Соня — потому что ничуть не испугалась и горела жаждой мщения. Ну и дура, не понимает, с чем столкнулась.

Подумав ещё раз, Стас решил, что может, сестру и мать и не тронут. После того, как разберутся с ним, Соня унаследует семейный бизнес. Патриарх выдаст её замуж, и мнения не спросит. Так что да, пожалуй, Соне ничего не грозит, если только сама под пулю не полезет. А вот он — явно лишний.

И теперь единственное, что оставалось Стасу — это надираться. И к этому вопросу он подошёл со всей ответственностью. Вытащил из отцовского бара всё бухло, какое там было. Хотя какого отцовского? Ведь он — единственный наследник. Это теперь его кабинет, его бар, его бухло. И что самое смешное — Соня тоже. Это он может теперь ею распоряжаться. Выдать замуж, например, чтобы заключить стратегический союз. Было бы ещё с кем...

За два дня, прошедших с похорон, большинство бутылок опустели. Стас несколько раз отключался в кресле, просыпался, блевал в туалете и пил дальше. Соня регулярно заглядывала, но не вмешивалась. Следила только, чтобы у брата была под рукой хоть какая-то закуска.

Когда Стас пришёл в себя в очередной раз, он подумал, что умер и попал в рай. Над ним склонились три девушки неземной красоты. Блондинка, брюнетка и рыженькая. Они что-то между собой тихонько обсуждали, и до Стаса, наконец, дошло, что его ударными темпами выводят из запоя. Он стремительно трезвел, сознание прояснялось. Он перестал глупо улыбаться и попытался понять, что происходит.

Зрение сфокусировалось, и он понял, что это за девушки. Вику он знал, правда, помнил ещё мелкой нескладной девчонкой. А сейчас он видел перед собой фигуристую красавицу. Рыжую он тоже вспомнил. Эта сучка была с Михаилом тогда, когда он пытался сблизиться с Настей. Ну а третья, очевидно, их целительница.

Протрезвевшее, но за четыре дня до крайности накрученное сознание молодого человека выдало только одну версию. Его приводят в чувства, чтоб он понимал, что происходит, когда его будут убивать.

Бежать! Надо бежать! Так... что там есть в арсенале против этих мерзавок? Говорят, у Михаила его сучки тоже очень сильные, пожалуй, со всеми тремя ему будет не справиться. Портал бы открыть... Надо хотя бы чуть-чуть места!

И, собравшись с силами, Стас использовал вполне мирную магию, почти бытовую. Но влил в неё разом почти всю ману, что у него была, оставив только самый минимум на портал.

Результат превзошёл все его ожидания! Даже тяжёлые портьеры на окнах вспыхнули!

Стас, маг огня, использовал вспышку света.

Глава 24. Кольца

То, что он «немного» перестарался, Стас понял сразу. В отличие от магии собственно огня, вспышка света — это вторичное магическое воздействие. А значит, действует на породившего её мага без всяких скидок, на общих основаниях.

А ведь он хотел только ослепить девок, сам плотно глаза прикрыл...

Ощущение было, как будто его в печь засунули, под гриль. Одежда вспыхнула, и вместо создания портала, Стас завыл, катаясь по полу.

— Вика, потуши, пожалуйста, шторы? — услышал он спокойный голос.

— Может, его сперва? — ответил второй голос.

— Этот сам потухнет, а от штор пожар может быть, — резонно возразила третья.

Стас, несмотря на ожоги, их услышал. Поразился их спокойствию и понял, что атака прошла впустую. Себя чуть не спалил, а им хоть бы хны!

Наконец, Стас смог открыть глаза. От боли хотелось потерять сознание, но он пересилил себя.

— Что вам от меня надо? — спросил он сквозь зубы.

— Письмо тебе принесли, — рассмеялась рыжая. — Лежи не дёргайся, и больше никаких фокусов, иначе убью нафиг, а письмо Соне вручу.

Стасу осталось только откинуться и не рыпаться. Он понял, что проиграл в этой битве. Письмо? Почему письмо?

Боль утихла, ожог с лёгкой щекоткой зажил.

— Брови сами отрастут, — сказала одна девушка другой, и все три рассмеялись.

— Вставай, — скомандовала рыжая. — Ну и видок у тебя! И не стыдно в таком виде девушек встречать?

Вставая, Стас мельком осмотрел себя. Рубашка почти вся сгорела, на брюках красовались большие выжженные дыры, через которые проглядывали синие в горошек семейные трусы. Встряхнувшись, Стас выпрямился, гордо задрав подбородок.

— Так чего вы хотели, — спросил он таким тоном, как будто ничего не произошло, а сам он стоял не в трусах, а как минимум во фраке.

— Какой-то ты туповатый, — покачала головой рыжая. — Зачем такой подданный моему мужу, да, девчонки? Стас, мы тебе письмо принесли! Ты на вызовы почтового дрона не отвечал, а письмо — лично в руки!

— Я ж тебе сто раз про письмо говорила! — услышал он сзади голос Сони.

Стас обернулся к сестре, и та всплеснула руками.

— За что вы его так? — в ужасе посмотрела она на девушек.

— Да это я сам... случайно обжёгся, — вздохнул Стас. — Они меня наоборот, подлечили.

— Пить меньше надо, — сплюнула Соня, и зло добавила: — Придурок!

Рыжая подала Стасу конверт.

— Держи! И открывай сразу, я хочу убедиться, что ты прочитал.

Вскрыв конверт и прочитав письмо, Стас удивлённо посмотрел на «почтальоншу».

— А я здесь при чём? Мы же в клане Барлаковых!

— Уже нет, — рыжая покачала головой, только что язык не показала. — Пока ты тут бухал, дед тебя из клана изгнал. Хочешь ты того или нет, но ты вступаешь в наш клан. Или полное уничтожение всего рода. Это решение Совета.

Стас и Соня вздрогнули.

— Какого Совета? — уточнила Соня.

— Патриархов, естественно. Печати коснись, всё поймёшь.

Стас коснулся. Побелел, как полотно, отскочил назад, выронив письмо. Его подобрала Соня. Прочитала, коснулась пальцем печати. Вздрогнула от неожиданности, но в обморок не упала.

— К деду загляни всё же, — добавила рыжая. — Тебя не было там тогда, он должен тебя от клятв освободить.

— А ты, я так понимаю, Иллария? — спросила Соня.

— Ага, — кивнула Рики. — А это Марика. Ну а с Викой вы знакомы.

— Ты тоже в новый клан войдёшь? — обратилась Соня к родственнице.

— Пока нет, у нас типа контракт, — охотно объяснила Вика. — А потом видно будет.

— Я тоже могу присутствовать? — Соня вернула брату письмо.

— Конечно, Соня, о чём речь! Будем очень тебе рады! — Вика открыто улыбнулась и обняла девушку. Всё же родня, хоть и дальняя! — И Настя тебе рада будет!

— Она тоже с вами? — удивилась Соня.

— Она с Лёней, — Вика подмигнула давней подруге, от чего у той широко открылись глаза.

— Да ладно! Я точно буду!

— Всё, нам пора! — засобиралась Рики. — И так, пока от деда до вас добрались, пока Стаса в чувство приводили — два часа прошло.

Она взяла двух других девушек за руки, и с лёгким хлопком все три исчезли.

— Она что, дочь кого-то из патриархов? — удивилась Соня. — Так ведь только патриархи умеют! И никому не рассказывают, как это работает!

* * *

Я услышал, как вернулись девчонки, по громким восторгам, с которыми они рассказывали про своё задание остальным.

— Представляете, крем от загара-то работает! — вещала Вика. — Я вспышку увидела, но даже не ослепла! А этот придурок сам себя ею поджарил!

— Надо будет Астафьеву рассказать, он нам зачёт автоматом поставит, — рассмеялась Марика.

— Он никому автоматы не ставит, даже не рассчитывай, — хмыкнула Катя.

Выйдя из кабинета, я застал всю компанию в сборе, кроме Насти с Лёней.

— Ну как прошла поездка? — спросил я Рики. — Гляжу, вы в восторге?

— Ещё как! — рассмеялась та. — Было очень весело! Стас нас так испугался, что чуть пожар в доме не устроил!

— Он, наверное, думает, что это мы отца его убили, — покачал я головой, — вот и решил, что он следующий. Надо будет с ним поговорить нормально, а то он просто идеальный объект для вербовки извне. Рики, пойдём, мне нужна твоя помощь.

Рики удивлённо пожала плечами и пошла за мной.

— А моя помощь не нужна? — прищурившись, спросила Катя.

— Чуть позже, сейчас закончим с аптечкой, и я весь ваш! — я послал ей воздушный поцелуй и закрыл дверь в кабинет.

«Меня напрягает то, что у нас тайны от Кати», — посмотрела мне в глаза Рики.

«Меня тоже, но что поделаешь. Давай протестируем ментальный детектор, остальное я уже проверил».

«Ты мог попросить Эш помочь».

«Блин, точно! — я хлопнул себя по лбу. — А так нас Катя вопросами замучает!»

«На беременных опыты не ставим! — Рики подмигнула. — А на мне пока можно!»

Всё это время я пальцем прижимал кристаллы к глазку видеокамеры на браслете коммуникатора.

— Всё, мы всё проверили, — сообщила Аврора. — Можно отправлять Насте.

— Уже? — удивилась Рики.

— Так ведь Эш нас слышит, — улыбнулся я. — Я её присутствие так и не ограничивал, забыл об этом думать.

— Даже когда... — покраснела Рики.

— Пффф, чего я там не видела! — фыркнула Эш. — Вы слишком высокого о себе мнения, если думаете, что мне нечем заняться, кроме как за вами подглядывать! Я вообще-то за целой планетой присматриваю!

— Поняли, поняли!

Я без затей завернул кристаллы в обрывки бумажек, подписав, где какой, и отправил мини-порталом Насте.

Та тут же позвонила.

— Ты всё проверил, проверять ещё раз не надо? — уточнила она.

— Да, проверил, но если хочешь — проверь ещё раз, я только «за». Когда будет готово?

— Часа через два, ждём ещё одну деталь для комплектации. Я здесь останусь, пока не получу на руки всю партию.

— Хорошо, Настя, спасибо!

Я прервал звонок.

— Надеюсь, на сегодня я свободен! А вот Катю, как Настя вернётся, опять в командировку отправим.

— Тогда пойдём, у нас с Катей к тебе серьёзный разговор есть.

Если бы меня Аврора не предупредила, я бы сейчас напрягся, наверное. Но, к счастью, я знал, о чём пойдёт разговор.

И в целом, не ошибся. С одной маленькой поправкой. Кате Маргарита Николаевна посоветовала немного убавить пыл, так что Рики пришлось тяжелее, чем обычно. Но она не возражала, кажется. Глядя на отключившуюся девушку, я решил, что спрошу её об этом чуть позже. Когда очнётся.

Когда Рики пришла в себя, мы втроём сходили в душ, переоделись и спустились вниз. Настя с Лёней к тому времени уже вернулись. На столике лежала небольшая плоская коробка, самая обычная, картонная. Самих Насти с Лёней видно не было. А остальные сидели в наушниках и смотрели всякую всячину в сети. Причём Вика сидела в обнимку с Федей, и была вся красная, как помидорка.

Заметив нас, она первая соскочила с места и вытащила наушники.

— Что это у вас тут за посиделки? — спросил я её и кивнул на коробку. — И где эти двое?

— Просто... — Вика залилась краской ещё сильнее.

— Вас было очень хорошо слышно, — без тени смущения объяснила Марика, — Настя с Лёней, видимо, решили последовать вашему примеру. А Вику Федя засмущал.

— Всего лишь обнял! — с диванчика возмутился Федя.

— Ага, обнял он... — Вика состроила ему рожицу, но видно было, что ей приятно.

— Однако, мне нужен Лёня, — задумчиво сказала Катя, — я на их техническом языке ни слова не понимаю!

— Ну, пока его ждём, хоть глянем, что они принесли! — предложил я.

И открыл коробку. Внутри обнаружилась пластиковая катушка. А в катушке — пластиковая лента. Однако!

— Ого, я думал, россыпью будет! А они упаковали!

— О, я знаю, что это! — Катя заглянула мне через плечо. — Это би... бис... ааа, язык сломаешь! Лента, короче, для упаковки всяких этих электронных штучек! Чтобы, короче, в станок их не по одному закладывать... Ой, всё!

— Блистерная лента, — улыбнулся я, — для упаковки электронных компонентов. И да, для автоматической подачи в станок, ты всё правильно сказала.

— Вот! Я всё поняла, только название забыла! — Катя гордо расправила плечи и приосанилась.

— Умница, — похвалил я её. — Вот она наша аптечка.

В коробке лежало несколько ячеек ленты отдельно, отрезанные. И сквозь покровную плёнку можно было рассмотреть узкую полоску гибкой платы, с совсем уж микроскопическими элементами на ней. Плотность монтажа впечатляющая! А на концах этой гибкой платы — пара приклеенных прямо к светодиодам кристаллов.

— Аврора, они уже запрограммированы? — спросил я.

— Да, конечно, — ответила та. — При контрольной проверке программирование микроконтроллеров происходит. Что, нравится?

— Обалдеть, если честно! Такая малютка, да ещё изготовили так быстро!

— Ну, я постаралась ускорить... — скромно заметила Аврора, явно напрашиваясь на похвалу.

— Без тебя точно бы не справились, само собой! — искренне ответил я. Ну, может, и справились бы, но за месяц, а не за два дня.

— Спасибо! — в голосе Авроры прозвучало неприкрытое удовольствие. Ага, похвала и кошке приятна!

Мы успели пообедать, пока дождались Настю с Лёней.

— Настя, ты просто великолепна! — показал я ей большой палец, вогнав в краску.

— Эммм, спасибо, — ответила она.

— Я про платы, если что, — уточнил я.

— Аааа, поняла! — Настя на секунду закрыла лицо руками, окончательно смутившись. — Ну я лично в этом почти не принимала участие. Хотя пару штук мне разрешили упаковать лично. У них там такой станочек маленький, для ручной упаковки в ленту. Бывает, им какие-нибудь давальческие компоненты поставляют россыпью, и приходится вручную упаковывать.

— А та линия, которая в Лондоне, — подхватил Лёня, — как раз настроена из ленты начинку брать. Катя, у тебя образцы полуколец?

— Да, минутку...

Катя сбегала в нашу комнату и вернулась с горстью образцов.

— Вот, смотрите, — Лёня взял пару полуколец и платку из коробки.

Вскрыв упаковку, Лёня достал платку, аккуратно вставил её в одно полукольцо, закрыл второй половинкой, чуть повернул. Раздался тихий щелчок.

— И всё? — даже я удивился.

— Да, это готовое кольцо, — подтвердил Лёня. — Кроме герметичности. Их там заливают прозрачным составом, который одновременно делает кольцо очень прочным, герметизирует его и создаёт прозрачный шов, через который видно индикацию.

Я взял кольцо и надел. Мне налезло только на мизинец.

— Размер 18, подходит большинству девушек, — прокомментировал Лёня. — Размеры разные, есть больше, есть меньше. Минимальный — 15.

— Аврора, можешь подключиться к кольцу? — спросил я.

— Уже подключилась, — кольцо мигнуло зелёным светом. — Соединение работает, сейчас ты должен почувствовать отток маны.

Я прислушался к ощущениям. Да вроде ничего... Или... ага, вот оно.

— Еле заметил! — прокомментировал я. — Совсем тонкий ручеёк, не ручеёк, а паутинка.

«Рики, Эш, слышите меня?»

«Проверка связи, — отозвалась Эш. — Один... два... три...»

— Да, все функции работают, — подтвердила Аврора. — Настя, отличная работа!

Лёня по-быстрому перехватился бутербродами, и они с Катей отправились в Лондон. Вернулись через час, довольные.

— Они линию расконсервировали, и прямо при нас запустили производство! — объяснила Катя. — Держи, ещё тёпленькие!

Она подала мне горсть колец, которые действительно, были тёплые на ощупь.

— В них реакция полимеризации герметика идёт, — добавил Лёня, — с выделением тепла.

Кольца получились очень красивые. Как будто из слоновой кости: гладкая полированная поверхность белого цвета с лёгким желтоватым оттенком, казалось, чуть просвечивала в глубину. А неплохо вышло, очень даже! Даже стильно!

— Тут на всех хватит, — Катя улыбнулась. — Думаю, мы сами первые должны потестировать.

— Правильно, — согласился я, раздавая колечки. — Прямо сейчас и начнём!

А вечером вдруг позвонил Элигий.

— Получил от вас приглашение, молодые люди. Буду, с удовольствием.

— Спасибо, это честь для нас, — максимально вежливо ответил я.

— Заказ ваш готов, — оставив мою любезность без внимания, сообщил патриарх. — Прислать, или зайдёте забрать? Будет лучше, если зайдёте.

— Тогда конечно зайдём! Прямо сейчас удобно будет?

— Давайте, жду, — он сбросил вызов.

Я секунду посидел, соображая. Потом хлопнул в ладоши.

— Катя, Рики, сорок секунд на сборы! Идём к Элигию!

Девчонки переглянулись и исчезли в зелёной вспышке. Только вихрь воздуха прошёлся по гостиной.

Сам я тратить время на переодевания не стал. Чего мне красоваться? Джинсы, футболка чистые — и норм. Кроссовки нацепил — и можно идти.

Мои красавицы в отведённое время уложились. Спустились вниз румяные, в платьях, волосы уложены, у Рики на лице — чуток косметики, Катя, как всегда, обошлась своей магией. На ногах туфельки. Только шляпок не хватает.

Я захлопал в ладоши.

— Вот, можете же, когда хотите!

Взяв девчонок под руки, я отправил портальный вызов Элигию, и через секунду мы были уже в Париже, в знакомой тесной комнате для деловых переговоров.

Элигий ждал нас кресле, а перед ним, на столике, стоял вытянутый футляр, обитый красным бархатом, внутри которого лежали три кольца.

— Здравствуйте, Элигий, — просто поприветствовал я патриарха, помня, что он не любит церемоний. А вот девушки промолчали, ограничившись легкими полупоклонами.

— Привет-привет, молодёжь, — он поднялся нам навстречу, и мы обменялись рукопожатиями. — Ну, чего стоите? Принимайте работу!

Догадаться, где чьё, было несложно. Моё кольцо выделялось размером, а кольца девушек отличались цветными вставками — красной и синей. Я взял из футляра сперва то, что с красной. Всё же Рики — первая.

— В присутствии свидетелей беру тебя в жены, и клянусь любить и оберегать тебя, понимать и уважать, помогать и верить тебе, отныне и навсегда!

Не знаю, откуда мне эта фраза в голову пришла, но по глазам Рики я понял, что что-то такое она и хотела услышать.

Немного волнуясь, всё же не без этого, я надел на изящно подставленный ею безымянный пальчик кольцо. Хм... а ведь это наверняка не просто кольцо! И я влил в него немного своей маны. Рики это явно почувствовала, я понял это по тому, как распахнулись её глаза. Более того, ей это, кажется, доставило немалое удовольствие!

А потом в точности то же я повторил с Катей, с тем же эффектом. Ох, непростые это кольца!

Мельком глянув на патриарха, я заметил, что он одобрительно улыбается.

Девчонки тоже в долгу не остались. Но то, что они сказали, разительно отличалось от сказанного мной.

— Отдаю тебе себя, — начала Катя, и тут же за ней повторила Рики, — и клянусь быть любящей и верной женой, уважать тебя и помогать тебе во всём, идти за тобой твоим путём... — небольшая пауза, девушки переглянулись, — и ценить друг друга, отныне и навсегда.

Говорили они по очереди, а вот моё кольцо взяла с подложки Рики. Сперва поцеловала, потом подала Кате. Та тоже поцеловала и протянула мне на открытой ладони.

— Мне самому надеть? — уточнил я.

— Ты — наш муж, наш господин и глава клана, — пояснила Катя без тени улыбки на лице, абсолютно серьёзно.

Я кивнул и взял кольцо левой рукой. А девчонки тоже в него свою ману влили, я сразу это почувствовал! Надел кольцо, ожидая чего угодно, но точно не того, что получилось. Между кольцами как будто натянулись незримые нити, как тогда, когда Катя поклялась мне никогда не вредить. Ого! Да ведь это... та же магическая клятва!

Думал на этом закончится, но девушки ещё раз меня удивили. Они опустились передо мной на колени и склонили головы.

В некоторой растерянности я посмотрел на Элигия, и тот кивнул, жестом показав, что мне надо помочь им подняться.

У меня мурашки по спине побежали. Мы ведь просто за кольцами зашли... А получилось, что не просто.

Я нежно коснулся пальцами щеки Рики, приподнял её лицо за подбородок, другой рукой — Катю. Они обе смотрели на меня снизу вверх, и в этом взгляде не было ничего, что умаляло бы их достоинство. Только любовь и преданность. Подав девушкам руки, я поднял обеих, обнял и поцеловал.

— Это было красиво, — захлопал в ладоши патриарх, отчего обе девушки разом смутились, спрятав лица у меня на груди.

— Я всё сняла! На память! — сообщила нам Аврора, про которую мы как-то забыли в этот момент.

— Девчонки всю неделю репетировали! — выдала их с головой Эш.

— Ах вот оно что! — рассмеялся я. — И хоть бы кто мне хоть полслова сказал!

— Как я уже говорил, — серьёзно начал Элигий, и мы все трое повернулись к нему, — за кольца мы в расчёте. А сейчас я хочу вам показать, что же я вложил в них.

Глава 25. Ступени

— Как я уже говорил, — серьёзно начал Элигий, и мы все трое повернулись к нему, — за кольца мы в расчёте. А сейчас я хочу вам показать, что же я вложил в них.

«Ох, что же в них такого?» — Рики так разволновалась, что начала думать вслух.

«Кажется, я знаю», — ответила ей ... Катя???

Мы с Рики синхронно повернулись к ней. Глаза у повернувшейся к нам навстречу Кати распахнулись, лицо вытянулось, буквально челюсть отпала. Подозреваю, мы с Рики выглядели не лучше!

— Хм, что-то вы уже успели почувствовать, молодые люди?

— Элигий, — рядом с патриархом появилась Эш, — если это то, о чём я думаю, то ты превзошёл сам себя!

— Откуда мне знать, о чём ты думаешь, заноза? — пожал плечами Элигий. — В общем, кольца устанавливают связь между вами. Но и это ещё не всё. Катя, зажги огонёк.

— В смысле как зажечь? — растерялась Катя. — Я же не...

До меня начало доходить...

— Вот так, — я поднял ладонь и зажёг на ней пляшущий огонёк. При этом я как бы послал Кате образ того, что и как я делаю.

— Вот так? — Катя повторила мой жест, и на ладони у неё появился маленький огонёк, как от зажигалки. — ОЙ!!!

Мы посмотрели на Элигия. Тот стоял, улыбаясь, очень довольный собой.

— Когда вы только появились у меня, я сразу заметил вот между вами, — он показал на нас с Рики, — следы обмена. Вы как-то умудрились друг друга научить тому, что умели. И я подумал, что это отличная идея. А после того воскрешения в больнице я понял, что вы действительно достойны такого дара. Замечу, на изготовление этих колец пошли кое-какие невосполнимые ресурсы...

— Он разобрал три сломанных вертама на запчасти, — сдала коллегу Эш. — Тоже мне, невосполнимые ресурсы! У меня их ещё полно!

— Теперь я всегда смогу тебя видеть? — спросила её Катя.

— Хм... — Эш на секунду задумалась, — через Мишу, но да. Когда я этого захочу, конечно. А я смогу видеть твоими глазами, и... ты уверена, что хочешь знать все подробности?

— Я поняла, — Катя покраснела.

— Эш, ты обещала рассказать, как отключать вертам, — напомнил я.

— Да-да, обязательно расскажу! — мне на секунду показалось, что она мне сейчас язык покажет.

— Ну и последний штрих, — Элигий улыбнулся.

— Это что, ещё не всё? — удивилась Рики. — Мы вообще думали это просто кольца...

— Не всё. Ещё эти просто кольца позволяют обмениваться маной и жизненной энергией, чувствовать кто где находится, как себя чувствует. Так что, Михаил, твоё обещание оберегать девочек я предусмотрел.

— Это нечто! — только и смог сказать я.

Серьёзно, я даже предположить не мог, во что всё это выльется! Я ведь правда думал, что это обычные круглые кусочки металла!

— Но есть и побочный эффект, — прищурился Элигий. — Вы не сможете друг другу соврать. Я не имею в виду мелкое лукавство, типа «конечно, тебе идёт эта шляпка», речь об осознанном обмане. Не получится. Остальные сразу почувствуют. Особенно на фоне данных вами клятв.

Блин, а вот это уже проблема. Мы ведь так и не рассказали Кате про менталиста. Придётся теперь рассказать... А хотя это не проблема, пожалуй. Я глянул на Эш, и она кивнула мне. Придётся всё же Кате всё рассказать. Просто она теперь тоже будет постоянно ходить с включенным на минималку пологом. Скажем, что так у Кати проявились наши с Рики навыки.

Мы бы ещё долго благодарили Элигия, но тот только рукой махнул.

— Идите уже. Делами докажите, что я не зря старался.

Я ещё раз кивнул ему, преисполненный глубокой благодарности, и перенёс нас с девчонками к нам в спальню. В гостиную потом спустимся, сперва надо кое-что обсудить.

Сразу по появлении я расширил полог тишины, окутав нас троих, и включил его на «полную мощность».

— Есть разговор, красавицы, — начал я. — Но сперва скажите, что это на вас вдруг нашло? Или это всё традиции, и так полагается, а я просто не в курсе?

Девчонки переглянулись между собой.

— А я тебе говорила, что Миша не оценит, — нахмурилась Рики.

— Традиции, да, отчасти... — Катя подняла на меня взгляд. — Если бы ты не появился в моей жизни, я, может, так никогда и не научилась бы любить. Осталась бы той стервозной тусовщицей, какой была раньше. Ты поверил мне, когда у тебя были все основания считать меня врагом. Позволил остаться рядом, назвал любимой. А теперь я ещё и ношу нашего малыша...

Её прекрасные глаза наполнились влагой.

— Если бы не ты, — добавила Рики тихим голосом, — меня бы вообще уже не было. И мамы тоже.

— Мне от вас не покорность нужна, — покачал я головой. — Мне надо знать, что вы, если понадобится, остановите меня, когда другие не посмеют. Напомните мне, кто я есть, если я сам вдруг забуду.

— Миша, — Катя решительно вытерла слёзы, — никто и никогда не поставил бы меня на колени. И Рики тоже. Я... наверное, я дура, но я хотела убедиться. Проверить, что ты именно вот так отреагируешь. Боялась увидеть самодовольную ухмылочку, как у отца, когда ему кланялись. А ты... ты не такой... вот...

— Катя, ты дура, — хлопнула себя по лицу Рики, — но я тебя всё равно люблю. Миша, мне она другое говорила, что как ты к нам относишься, в благодарность мы просто обязаны соблюсти традиции, показать, как мы тебе доверяем и всё такое. А я говорила, что ты ругаться будешь! Но мама и Эш посмеялись, и сказали, что традиции надо соблюдать. Они, наверное, сразу всё поняли. Блин, мне так стыдно!

— Боже, что у тебя в голове творится! — я обнял Катю, притянул к себе. — Ещё и Рики втянула. И больше без господинов, лады?

Катя кивнула, прижалась ко мне.

— Спасибо, родной, — она всхлипнула. — О чём ты хотел поговорить?

Я вздохнул. Катя, как всегда, в своём репертуаре. Что-нибудь да отмочит. Но тут её хотя бы понять можно, всё же то, что она пережила, не может не оставить следа. Сперва её отец шпионить отправил, потом вообще в жертву принести хотел. После такого любой будет на воду дуть!

— Помнишь, мы обещали тебе рассказать, когда придёт время? — я переключился на то, зачем поставил полог. Душевные терзания потом.

— Это как-то связано с вашим телепатическим общением? — догадалась Катя.

— Косвенно да. Просто то, о чём нельзя говорить вслух, мы обсуждаем мысленно. И теперь ты тоже будешь слышать это. И обмануть тебя мы не сможем, — я поднял руку с кольцом на пальце. — Не очень-то и хотелось, но теперь и не сможем.

— Мы бы давно всё рассказали, но это выглядело бы подозрительно, — Рики сделала виноватое лицо.

— Но теперь, мы просто спишем всё на кольца! — закончил я мысль.

— Да в чём дело-то? — Катя начала злиться и отстранилась от меня.

— Помнишь Кукловода? — начал я рассказ.

— Ещё бы мне его не помнить, — прошипела Катя, — с подачи этого психа я отца лишилась!

— В том числе, — кивнул я. — Не буду ходить вокруг да около, мы подозреваем, что он — менталист.

— Их же не бывает! — наша синевласка от неожиданности села на краешек кровати. — Нам же на лекциях рассказывали, что ментальная магия — миф!

— Не совсем так. Не миф, а, скорее, легенда. Когда-то были, но Совет Патриархов позаботился, чтобы их не осталось. Все менталисты подлежат немедленному уничтожению, просто об этом не говорится. Подозреваю, и наши преподаватели тоже не в курсе истинного положения дел. В общем, слушай...

Я постарался вкратце пересказать все наши догадки насчёт менталиста. К счастью, убеждать не пришлось, поверила она сразу.

— А почему вы всех не предупредите? — спросила Катя, выслушав рассказ.

— Потому что если менталист поймёт, что мы про него знаем, он может начать с нами войну на уничтожение. Идёшь ты по улице, а на тебя машина сверху пикирует, потому что пилоту что-то померещилось. Все бандиты вокруг решают, что ты украла у них чемодан денег. А в полицию приходит кто-то и пишет на тебя заявление, что ты хранишь наркотики. Понимаешь? Это очень опасный противник: он знает про нас всё, а мы про него — ничего. И он всё делает чужими руками. Ну или она, это может быть и женщина. Да вообще кто угодно!

— Кукловод... какая удачная кличка! — Катя покачала головой. — И что вы делаете, чтобы он не прочитал ваши мысли?

— А я тебе всегда говорила, — Рики глянула на меня с таким видом, будто выиграла в споре, — что Катенька — умница. Ну, временами!

Катенька стрельнула в неё взглядом.

— Держим полог на минималках. Тот самый сигнальный уровень, который нам на дом задали. Примерно 5%. На 10% мы перестаём слышать друг друга, на 15% — перестаёт работать вертам, — я показал Кате средство связи Древних, — и начинает глючить Сеть, а на примерно 30%, но это уже полог виден становится, Сеть вообще отрубается.

— И вы уверены, что этих 5% достаточно? — спросила Катя.

— Это нас дед научил, — объяснил я. — Он встречал менталистов вживую, и знает, как им противодействовать. А ещё мы чувствуем, когда он пытается прочитать мысли. Ощущается, как будто кто-то тихонько в дверь когтями скребётся.

— Теперь тебе придётся даже спать с пологом, — закончила вводный инструктаж Рики.

— Да уж... ну и новости! — Катя сокрушённо покачала головой. — Обменялись кольцами, называется!

— Вот так и живём! — развёл я руками. — Давай отрегулируем твой полог.

Через пять минут тренировок Катя поняла, какой уровень необходим. И очень обрадовалась, что благодаря «аптечке» коммуникатор теперь может отслеживать уровень полога и предупреждать, если мы не уследим и ослабим его.

— В курсе ситуации только мы, Аврора, Эш и дед, — предупредил я в конце. — Соответственно остальные не должны знать абсолютно ничего, даже намёков не должно быть, что мы что-то знаем и ото всех скрываем. Мы даже Вадима не предупредили, понимаешь, какой уровень секретности?

— Даже Совет патриархов не в курсе, — добавила Рики. — Чем меньше людей знает, тем выше наши шансы на успех.

Катя кивнула.

— Мы предполагаем, что у менталиста глобальные планы, но мы их не понимаем, — продолжил я. — Если бы он хотел захватить власть на планете — давно бы уже это сделал. Однако его действия в большинстве случаев приводят к событиям эпохальной важности. Охота на нас — скорее исключение, обычно события очень серьёзные. И это только верхушка айсберга, то, что мы раскопали.

— Правильно делали, что мне не говорили ничего. Теперь я это понимаю. Фуф! — Катя провела тыльной стороной ладони по лбу, с шумом выдохнув. — Как гора с плеч! Я ведь не знала, на что и думать. Извелась вся! Думала, вы от меня что-то связанное с отцом скрываете, ну, вдруг он что-то ужасное совершил, а вы не хотите, чтобы я переживала.

— То есть угроза мирового масштаба вызывает у тебя облегчение? — хмыкнул я.

— С угрозами мы справимся! — беспечно махнула рукой Катя. — Зато между нами никаких тайн!

— Ну это да, согласен. Всё, тсс! — я приложил палец к губам и снял полог.

«Я правильно понимаю, что “аптечка” — это ловчая сеть на Кукловода?» — уточнила Катя, когда мы уже спускались вниз.

«Да, правильно, — ответила Эш, от неожиданности Катя даже вздрогнула. — Ввели Катарину в курс дела?»

«Ввели, куда деваться. Полог держать показали как», — ответил я.

«Да, мы видим, — отозвалась теперь уже Аврора. — По дрожанию сигнального полога на кольце при мысленном общении».

Восхищения по поводу свойств обручальных колец в нашей компании было море! И это мы ещё не стали рассказывать про телепатическое общение. А вот про обмен способностями рассказали и продемонстрировали.

— Блин, как круто! — Настя взяла руку Кати, чтобы рассмотреть кольцо во всех подробностях. Впрочем, внешне оно было самым обычным. — А Элигий сможет ещё такие сделать, если очень попросить?

— Вряд ли, — покачала Катя головой. — Да и зачем вам, вы же оба воздушники?

— А мне пока что Лёня ничего не предлагал! — рассмеялась Настя. — А вот Стас замуж звал, а он огневик. Представляешь, магия огня и воздуха вместе?

— Эй, я вообще-то здесь! — ткнул её в бок Лёня.

— Не, Настя, не получится, — огорчил я её. — Элигий для этих колец на запчасти старую технику Древних разобрал. Вряд ли у него есть склад ненужных запчастей.

— Серьёзно? Офигеть! — у Насти, да и у остальных, челюсти поотпадывали. — Ну и ладно, не очень-то за Стаса и хотелось! Лёня, ты лучший!

Лёня посмотрел на девушку со странной задумчивостью на лице. То ли засомневался в её чувствах, то ли задумался, что может противопоставить мастерству патриарха...

— Лёнька, не дуйся, я пошутила насчёт кольца, и Стаса, будь он неладен, и всего остального!

— Да, я понимаю, — кивнул Лёня. — Но идея с кольцом интересная... Миша, слушай... а СИМ-процессор управлять только биометом может, как думаешь?

— Точно да, — кивнул я. — Он конкретно под биомет заточен. Но идея интересная, согласен. Он ведь сырую ману преобразует, и с её помощью биометом управляет.

— А значит, можно и с другими участками спектра попробовать. Те же немцы файерболлами швыряться ведь научились. Да и у аптечки нашей, при всей её простоте, возможности интересные. Кажется... — Лёня пристально посмотрел в глаза своей девушке, — кажется, я придумал, чем заняться в этой жизни.

— Ого! — Настя мгновенно стала серьёзной. — А меня с собой возьмёшь?

— Возьму, — кивнул Лёня.

Я незаметно для Насти показал ему большой палец. Вот оно, то, о чём я ему говорил!

Оставшиеся до субботы три дня пролетели незаметно. Девчонки с Авророй и иногда с Эш занимались подготовкой к намеченному на воскресенье торжеству. А я дождался получения первой партии «аптечек», и пока сказал притормозить, надо проверить, как эти работают.

Примерно две пятых готовых аптечек я выслал Вадиму, попросил раздать среди членов клана и сотрудников компании, для тестирования. Состряпали для аптечки небольшую инструкцию, как ею пользоваться, как установить приложение на коммуникатор для интеграции с аптечкой. Большинство без проблем согласились дать доступ к своим медицинским данным, так что у Авроры сразу начала накапливаться статистика.

Ещё половину я разослал уже по своему клану. Досталось главам родов и их ближайшим членам семей. Инструкция была та же — носить, не снимать, установить приложение и желательно дать доступ к медицинским данным. Подробнее пообещал рассказать на церемонии.

Пригоршня колец досталась и деду, чтобы своим раздал. В первую очередь тем, кто в его доме постоянно бывает, включая прислугу. Как и договаривались с Эш, про ментальный детектор в «аптечке» деду говорить не стали, чтобы лишний раз не обнадёживать.

Ну и про Академию не забыл. Подарили каждому из преподавателей, включая ректора и Саманту. А то были уже попытки руками преподавателей до нас добраться. Пусть там и без менталиста обошлось, София тогда постаралась, но лучше перестраховаться.

К субботе из тысячи колечек более девяти сотен уже подключились, почти все дали доступ к медданным, и даже первые результаты появились.

Мы быстро выяснили, что менталист время от времени подглядывает за членами моей команды, за Вадимом, Ильёй Яковлевым и его лаборантам. Вот мой клан его пока особо не интересовал — поскрёбся к нескольким и успокоился.

Пока что его активность была похожа на лёгкое любопытство, а не на серьёзное внимание. Как будто кто-то лениво переключался между каналами телевизора, пока пил чай. Никакой системы мы не заметили. Может, она и была — никто не знал, что может увидеть или понять менталист, легко касаясь чужого разума.

Но лично меня неприятно удивило другое.

«Эш, получается, мы все где-то когда-то контактировали с менталистом?»

«С чего ты взял?»

«Он заглядывает в голову к десяткам людей. К моей команде — так ко всем. Только Катю теперь стороной обходит, как и нас с Рики».

«Значит, он понял из разговоров, что Катя теперь умеет то же, что и вы, и решил не рисковать. И это хорошо, мы этого и добивались! А что касается того, что столько людей... Видимо, очень сильный менталист. Может залезть в чью-то голову не напрямую, а через кого-то. Например, он мог давно следить за Сергеем. И когда ты объявился на горизонте — начал и за тобой присматривать».

«Мда, негусто пока выводов... Ладно, это всего тысяча экземпляров. Наверняка он занимается не только нами, должны же быть у него и другие интересы!»

«Согласна с тобой. Не будем, как вы, русские, говорите, бежать впереди паровоза».

«Сядь на берегу реки, и мимо тебя проплывет труп твоего врага», — вспомнилось вдруг мне.

«Ха, типа того!»

Наша стратегия поиска была очень простой. Аврора взламывал коммуникаторы всех, кто контактировал с нами, нашими кланами, с каждым из его членов. Члены семей, родственники, поставщики, клиенты. Она постепенно расширяла круг. На каждый коммуникатор она устанавливала одну и ту же маленькую программку, которая писала в журнал пульс носителя. Объектом поиска в огромном массиве данных были соответствия между пульсом и периодами зафиксированной ментальной активности. При этом мы понимали, что имеющиеся у нас данные априори неполные. Но с чего-то ведь надо было начинать!

А исходили мы из простой идеи, что чтение мыслей требует одновременно сосредоточенности и расслабленности, характерных для медитативного состояния. И по сердцебиению это можно увидеть.

Разумеется, это будет лишь первой прикидкой, потом тех, кого отберёт алгоритм поиска, мы ещё будем проверять и перепроверять. Но это был первый шаг, и мы очень гордились собой. Эх, жаль, нельзя поделиться с остальными!

Мы с Рики и Марикой, как новички, попытались выяснить у остальных, что же такое Ступени инициации. Но никто нам ничего не объяснил. Сказали, что поймём, когда будем проходить обряд. Даже Катя молчала, как партизанка на допросе. Только Аврора сказала, что есть причины, почему никто не говорит. Под клятвой они все, что ли? Так Аврора-то нет, могла бы сказать. На это Аврора ответила, что могла бы, но считает это ненужным. И на то есть причины, которые я пойму, когда буду проходить Ступени.

Я только спросил, можно ли проходить Ступени Кате, в связи с беременностью. Оказалось, что можно. Но если у неё не получится — ей дадут через год ещё одну дополнительную попытку. Тем же, кто не может пройти Ступени по организационным причинам, в связи с отъездом, или травмой — просто дают пройти их чуть позже.

И вот, наконец, этот день настал.

Обряд проводился в отдельном небольшом строении, на краю большой лужайки перед Академией. Я почему-то никогда не обращал на него внимания. Думал всегда, что это какой-то хозблок, может, там система водоочистки или трансформаторы... Да наверное просто не обращал внимания.

Приземистое круглое здание, буквально метра четыре в диаметре, не имело окон. Стены из красного кирпича, шатровая кровля, крытая черепицей. Но при этом двери внутрь вели двустворчатые, открывающиеся в обе стороны, как в метро. И только сейчас, приглядевшись, я заметил проушины для засова. Сам засов сейчас стоял, небрежно прислонённый к стене.

Заходили внутрь по одному, но явно внутри была своя небольшая очередь, потому что внутри постоянно находилось три-четыре студента. Электронная очередь, как в столовой, сообщала номер очереди и примерное время, когда надо быть на месте. Нашу команду, похоже, оставили на закуску, очередь выдавала прогноз на шесть вечера. Так что заняться с самого утра было нечем. И, выслушав торжественную речь ректора, мы свалили домой. Как и большинство студентов.

По совету Эш мы посвятили день медитации. И отправились на лужайку ближе к назначенному времени. Нет, ну а что, сидеть там весь день приказа не было.

Кроме нас, там тусовалось с десяток студентов четвёртого курса, некоторых я даже помнил... по стычке в сортире.

— Спорим, — обратился к своим друганам этот, как там его... — Мишка Ступени не пройдёт!

— Хм... — засомневался кто-то из них, — Виталя, почему ты так думаешь?

А, точно, Виталик! Блин, выпало из головы.

— Потому что он их уже все прошёл! — гордый своей версией заявил Виталик. — Ну вы посмотрите на него, какой он первокурсник? Боров вон какой! У него поди документы поддельные.

— Виталя, ты же знаешь, что есть всего четыре Ступени. Нельзя пройти больше! — возразил тот же парень.

— А он наверное хочет стать всех сильнее, и поэтому записался снова на первый курс, по второму кругу!

— Дурак ты, — сообщил Виталику ещё один друг. — Он с патриархами знаком, думаешь, те такое позволили бы?

— А мне почём знать? — пожал тот плечами. — Может это их идея?

— Ты говори, да не заговаривайся, — покачал головой первый дружок. — Я тут спокойно доучиться хочу.

Разговор шёл достаточно близко, чтобы я слышал каждое слово. Катя с Рики морщились, но никак не реагировали. Я одобрительно кивнул этому самому разумному. Не с тем парень связался, а так вроде не дебил, в отличие от Виталика.

Каждую минуту из здания кто-то выходил, а потом один человек заходил. Вышедших встречали друзья, и... и ничего. Лишь изредка кто-то спрашивал односложно «Прошёл?» и получал утвердительный кивок. Странно это!

Некоторые не могли выйти сами, их выносили и уносили в лазарет. Никакой суеты при этом не было. Как будто это что-то совершенно обычное, даже обыденное. Ну подумаешь, испытание, на котором студенты теряют сознание.

Виталик подошёл ко мне вплотную, чем вызвал недоумённые взгляды как своих дружков, так и моей команды.

— После Ступеней, — проговорил он вполголоса, — будет турнир, и я тебя вызову. Посмотрим, чего ты стоишь.

— Хочешь — вызывай, — я зевнул. — Могу дать тебе фору — скажу, чтобы мне завязали глаза и связали руки. Бой должен быть честным.

— Ублюдок! — бросил он мне со злостью. Так он не доживёт до турнира!

— Виталик, — тряхнул его за плечо кто-то из дружков, — твоя очередь!

Тот глянул на коммуникатор и припустил к «хозблоку».

Я сразу забыл про этого идиота. Ну несерьёзно. Что мне, убить его? А простого мордобоя он, кажется, не понимает.

Спустя несколько человек очередь дошла и до нас. Первой пошла Марика, потом была очередь Вики и Лёни.

Но вскоре после того, как ушла Марика, из здания вынесли носилки, накрытые простынею целиком, с головой. Ого! А так что, тоже бывает? Кто-то перестарался? По спине пробежал холодок.

— Слушай... — я наклонился к самому уху изрядно побледневшей от увиденного Кати, — ты там не сильно усердствуй, через год спокойно пройдёшь, если что.

— Тоже об этом подумала, — та сглотнула, — да ну нафиг, мне никому ничего доказывать не надо, малыш важнее!

— Именно, — я поцеловал её за ушком.

Виталик всё не выходил, а когда вернулась Марика, я понял, что это его унесли на тех носилках.

— Ты как? — спросил я нашу целительницу.

— Всё нормально, — ответила та и присела на скамейку. Лицо у неё было бледное, но она держалась.

Пожав мою руку, ушла Катя, вернулась Вика. И то же самое — всё нормально. Блин, да что же там такое происходит?

Мы почти не разговаривали между собой. Состояние тревожности, после тех злополучных носилок, охватило всех.

Рики бросила мне воздушный поцелуй и скрылась за дверями. Вместо неё вышел Лёня. Его я уже ни о чём спрашивать не стал.

Оглянувшись, я понял, что я последний. Меня почему-то оставили «на закуску». Хм, ну ладно.

Пикнул коммуникатор.

Непривычно сильно волнуясь, не столько за себя, сколько за Катю и Рики, я дошёл до здания, открыл дверь и зашёл внутрь.

⊰──────⊱ ✿ ⊰──────⊱

По традиции, заканчивается один том — сразу начинается следующий! Сразу добавляйте новый том в библиотеку (это не всегда работает автоматически), ну и, конечно, лайк, подписка (если вдруг ещё не подписаны). Жду ваших комментариев!

ПРОДОЛЖЕНИЕ ИСТОРИИ В 7-м ТОМЕ:https://author.today/reader/258491/2336439

Content

Вертел я ваши кланы! Том 6

Глава 1. Малый Совет

Глава 2. Эш

Глава 3. Вокруг света

Глава 4. Семён

Глава 5. Встречное предложение

Глава 6. В ожидании

Глава 7. Ответственность

Глава 8. Добрым словом

Глава 9. Vae victis

Глава 10. Выгрузка

Глава 11. Зоя

Глава 12. Новые заботы

Глава 13. Артефакторика

Глава 14. Доброволец

Глава 15. Мишка

Глава 16. Подмена

Глава 17. Люси

Глава 18. Люси, часть 2

Глава 19. Люси, часть 3

Глава 20. Шеф

Глава 21. Опасности ремонта

Глава 22. Пригласительные

Глава 23. Загар

Глава 24. Кольца

Глава 25. Ступени