Ходящий в сны

Глава 1. Академия Магии

Каменная тропинка стелилась Хайену под ноги. С двух сторон от нее клубилась тьма, он слышал собственное сбивчивое дыхание и стук сердца в ушах. Ноги сами несли вперед, от усталости он уже ничего не соображал. Но ничего больше не оставалось, кроме как бежать. Оглядываться было некогда, но Хайен и так знал, что по тропе следом за ним несется что-то ящерицеобразное, с десятком маленьких красных глазок и зубами длиной в локоть.

Он в который раз проклинал любопытство, которое занесло его в чужой сон. Пару раз ему уже доводилось заплутать на тропах чужих кошмаров, но тогда подобных монстров ему не встречалось. И, как назло, сон отказывался подчиниться и вывести Хайена в безопасное место. Оставалось бежать по тропе, превозмогая колющую боль в боку.

Хоть бы кто помог… Но это же сон, так что некому. В мире снов он всегда был один.

В этот момент откуда-то послышался голос. Глубокий, бесстрастный, он шел отовсюду, как будто звучал сразу внутри его головы и снаружи:

– Налево, —сказал незнакомец. - У красного камня.

В тот же миг под ногами показался багровый булыжник. Хайен торопливо свернул с тропы, и перед ним легла новая дорога - гладкая, будто мраморная. Тварь свернула следом за ним, а не поскользнуться на каменной поверхности было сложно.

– Быстрее, — поторопил незнакомец, — я рядом.

Тропа еще раз свернула, юноша с трудом вписался в поворот и оказался нос к носу с таким чудовищем, что если бы не ящер за спиной, припустил бы обратно со всех ног, невзирая на усталость.

Передо ним сидел здоровенный пес. Огромные глаза сверкали призрачным белым светом. Из пасти торчали длинные клыки и черный, будто сотканный из дыма язык. Вдоль спины твари шел гребень из призрачного огня. Зверь помахивал таким же пылающим белым хвостом.

– Быстрее. Ко мне за спину!

Только тут Хайен понял, что это пес говорил с ним. А еще - заметил цепи. Толстые, лаково-блестящие, черные цепи, которые в три оборота обхватывали шею пса и тянулись к двум каменным столбам, испрещенным неизвестными символами. От всей этой картины веяло жутью. Тьмой. Но выхода у юноши не было, и он проскользнул между столбом и боком пса.

Из-за поворота вылетел его преследователь. Пес оскалился и зарычал. Ящер несколько мгновений таращился на них десятком красных глазок, а затем захлопнул зубастую пасть, развернулся и потопал прочь.

Пес обратил взгляд на Хайена, и тот снова услышал его голос:

– Зачем ты полез в этот сон, если не умеешь выбираться?

Юноша честно ответил:

– Старуха Симс жаловалась, что ее сын плохо спит ночами. Решил узнать причину.

– А ты что — целитель?

Он неопределенно пожал плечами:

– Нет. Но иногда помогаю.

– Давно ходишь в сны? — спросил пес.

– Сколько себя помню, — признался Хайен.

Это было правдой. Он давно забыл, когда первый раз попал в сон. Отчего-то он с самого начала знал, что это — сны. Никогда не путал их с реальностью, пугая мать. Чувствовал, что это нужно оставить в тайне. Рассказал только сейчас, и кому - жуткому псу из сна. Его спаситель продолжил допрос:

– Как тебя зовут?

– Хайен.

Пёс тщательно обнюхал заострённый кончик его уха, затем собранные в хвост волосы, которые большинству людей казались серыми. На самом деле в них равномерно чередовались черные и белые пряди, за что в Эренсвиле полуэльфа звали Седым. После этого пес заявил:

– Хайенуринель, значит. Я так и думал.

– Нет, просто Хайен, — поправил юноша. - А твое имя?

Пес распахнул пасть, будто в усмешке и коротко ответил:

– Черныш.

Для монстра из сна имя было откровенно нелепым. Но Хайен сдержал смешок и сказал:

– Благодарю за спасение, Черныш.

Стоило быть вежливым. Первый раз он попал в такую передрягу в мире снов. И первый раз с ним кто-то здесь заговорил.

Пес махнул хвостом и ответил:

– Не стоит благодарности. Возвращайся сюда, если сможешь найти дорогу. А теперь — просыпайся.

Он толкнул Хайена носом, и тот открыл глаза уже в реальности. Несколько мгновений юноша таращился в потолок. И только потом вспомнил, что ему сегодня исполняется восемнадцать!

Он тут же слетел с постели. Проводить такой день в домике на склоне одной из гор было кощунством, а до города путь неблизкий. Стоило поспешить. Юноша выскочил во двор и торопливо умылся над бочкой. Розовые лучи освещали пики Харнара и узкую тропку, которая вела к дому. Весна в этом году была ранней. Апрель только начался, а снег уже сошёл не только в долине.

На кухню он вошёл, обдумывая, какие заведения Эренсвиля успеет сегодня посетить, и кого из приятелей стоит прихватить по пути. На столе уже остывал завтрак. Мать не прикасалась к еде и ждала его. Светлые волосы, чуть тронутые сединой на висках, были собраны в тяжелый узел на затылке. На её покрытом редкими морщинками лице было торжественное и одновременно скорбное выражение. Хайен сразу понял, что ему будут читать нотации, и приготовился пропустить их мимо ушей. Только когда он занял своё место и зачерпнул кашу из миски, то заметил, что между ними на столе лежит большой толстый конверт с внушительной печатью.

Интуиция подсказывала юноше, что его ждут неприятности. Он опустил ложку обратно в тарелку и подозрительно спросил, указывая на письмо:

– Это что?

Мать торжественно начала:

– Хайен, сегодня ты стал совершеннолетним. И тебе предстоит продолжить свое образование в Академии Магии.

– Ты про Алый замок, что ли? - удивлённо спросил он. - Кто меня туда возьмёт? И разве у меня есть магия?

Конечно, магия у него была… Та самая, с помощью которой он попадал в мир снов. Но она странная, и о ней он никому не рассказывал. Разве что псу в сегодняшнем сне.

Мать выразительно постучала пальцем по конверту:

– Здесь рекомендательные письма от твоего отца.

Несколько мгновений Хайен тупо смотрел на мать, хлопая глазами. Об отце они не говорили никогда. Эта тема была запретной. Сколько бы юноша ни бился, так и не смог вытащить из неё, кто он. Ясно только одно — эльф, иначе от кого Хайен унаследовал свои острые уши? Все остальные вопросы мать все эти годы оставляла без ответа. И тут она заговорила об этом сама?

А мать, кажется, была довольна произведенным эффектом. И поспешила закрепить успех.

– Никаких девок, никакой выпивки, - категорично заявила она. - Сначала — поступление. На развилке свернешь налево. На воротах покажешь бумаги.

– Погоди! — схватился за голову Хайен. - Отец оставил мне рекомендательные письма в Академию Магии? Когда? Он жив?

– До твоего рождения.

– Кто он? И где он сейчас? — требовательно спросил он.

Но она снова постучала пальцем по конверту и торжествующе заявила:

– В Алом замке и задашь эти вопросы. Там о нём знают гораздо больше, чем я. Может, даже знают, где он.

Мать добилась своего. Теперь Хайен медленно ел, гипнотизируя взглядом конверт. Вопросы роились в его голове. Она знала, чем заинтересовать сына. Он чувствовал досаду, что его планам не суждено сбыться. Конечно, можно было не послушаться и уйти в Эренсвиль. Но упустить шанс узнать хоть что-то об отце юноша не мог. Поэтому после завтрака он взвалил на коня сумку с вещами и отправился вниз по тропе, ведущей в долину.

У развилки Хайен был к обеду. Немного постоял, глядя на деревянный указатель. Направо — Эренсвиль, налево - Магическая Академия Алый замок. Эх, прощай гулянка по случаю совершеннолетия… А Фанро и Бек его, наверное, ждут… как и старый Хок в своей забегаловке… Хайен решил, что если встретит отца — предъявит ему счёт за испорченный день рождения.

Тряхнув головой, юноша направил коня в сторону замка.

Как и сказала мать, стража на воротах пропустила его без вопросов, стоило предъявить бумаги. Расторопный слуга в алой ливрее принял лошадь. Внутренний двор был заполнен каретами, в которых прибывали юноши и девушки в богатых одеждах. Из ближайшей кареты вышел черноволосый и синеглазый парень лет шестнадцати, с породистым лицом, в чёрном камзоле с зелёными вставками.

Он взглянул на Хайена и скривился:

– Никогда не понимал, зачем в Магические Академии берут людей с улицы. Королю Райтону давно пора отменить дурацкий закон, который позволяет обучаться любому, имеющему магический дар.

С этими словами он отвернулся и пошёл прочь. К Хайену подбежал еще один слуга в алом, и он спросил, провожая взглядом черноволосого:

– Это что за хлы… То есть, кто этот юноша?

– Внук великого герцога Рейлина Фортео, Рамон Фортео-младший. Протяните руку, пожалуйста.

Полуэльф исполнил просьбу, и слуга застегнул на его запястье серебристый браслет с двумя прозрачными камнями. Затем он отвесил юноше очередной поклон и бесстрастно сказал:

– Попрошу за мной.

По дороге к замку Хайен заметил еще пару презрительных взглядов в свою сторону. Интересно, их его простая одежда не устроила, или заостренные уши? Последние мальчишек Эренсвиля тоже сначала не устраивали, и место среди них пришлось завоевывать кулаками. Тут, правда, этого не получится. Что там в ходу у благородных, магические дуэли?

Пока его вели по коридорам замка, Хайен вертел головой по сторонам. Старшекурсники уходили куда-то наверх по лестнице. Каждого из поступающих сопровождал слуга в алой ливрее. Наконец, передо юношей распахнулась большая дверь. На внутренней стороне красивую резьбу пересекала черная обгоревшая полоса, от которой почему-то все старательно отводили глаза. Все это Хайен отметил мимоходом, потому что, стоило ему шагнуть в огромный и почти пустой зал, как все взгляды оказались прикованы к нему.

Впрочем, он не растерялся, и самым рьяным отвечал наглым прищуром. За спиной юноша ловил шепотки:

– …полуэльф? Откуда?

– …что это за обноски?

Вот за последнее было обидно, одежда у него для города была вполне обычной и не бедной. Юноша обернулся в поисках того, кто сказал последнюю фразу, чтобы запомнить и вернуть при случае. Но теперь его окружали почти сплошь спины - будущие сокурсники старательно игнорировали полуэльфа.

Только двое смотрели на него, не отводя взгляда. Одной из них была девушка с толстой черной косой и в таком же черном платье. А вторым оказался русоволосый юноша со спокойными карими глазами.

Только Хайен успел подумать о том, что пришел последним, как входная дверь хлопнула, и в зал впорхнуло самое прекрасное создание, которое он когда-либо видел.

Надо сказать, что в Эренсвиле он пользовался популярностью у девушек. И повидал он их немало. Поэтому Хайен и сам удивился, когда в ответ на появление незнакомки внутри него шевельнулась магия. А затем на какой-то миг ему показалось, что весь мир разлетелся вдребезги и собрался вокруг незнакомой леди.

На ней было бордовое платье, золотисто-рыжие волосы не знали никаких шпилек и мягкими волнами ложились на плечи, рассыпаясь завитками по подолу. С невыразимо прекрасного лица на него смотрели глаза цвета аметиста. А ещё - Хайен задохнулся от удивления - у неё были точно такие же заострённые уши, как и у него. Не такие, как у истинных эльфов, чуть-чуть другой формы. А значит, перед ним была полуэльфийка. Такая же полуэльфийка, как и он. И, судя по всему, довольно высокого рода. Хайен никогда не встречал себе подобных, и теперь его жгло любопытство. Кто она такая? Правда, снизойдет ли высокородная леди до разговора с ним?

Робеть и теряться он не привык, поэтому решительно шагнул в сторону полуэльфийки. В этот момент девушка заметила его. На миг она замерла, удивлённо хлопая длинными ресницами. А затем… направилась к нему. Хайен лучезарно улыбнулся - уж знакомиться с девушками он умел. Но ни одна из заготовленных для такого случая фраз ему не понадобилась. Незнакомка остановилась напротив него, поймала выбившийся из хвоста белый волос и медленно произнесла:

– Твои волосы двух цветов.

Хайен не ожидал, что это сразу привлечет внимание девушки, и беззаботно спросил:

– Ты что, никогда не видела седины?

Она неожиданно рассмеялась:

– Седина? Это не седина.

– А что же? - спросил сбитый с толку юноша.

– Благородная белизна, признак королевской крови у эльфов, - уверенно сообщила незнакомка.

А затем отбросила белый волос, вытянула чёрный и продолжила:

– А это — чёрный, признак наличия тёмной эльфийской магии. Ты же тёмный, верно?

При этих словах в зале наступила гробовая тишина. Теперь все смотрели на пару полуэльфов со смесью ужаса и презрения. Хайен первый раз в жизни совершенно не знал, что ответить. Темный маг? У него темная магия? Но у его матери точно никакой магии нет. Значит, это счастье досталось ему от отца вместе с направлением в Алый замок и острыми ушами. И, похоже, темных здесь не любят.

Хайен заметил, что те двое, черноволосая девушка и русоволосый парень, теперь подались вперед и пристально разглядывали его. Его рыжеволосая собеседница вспомнила о приличиях и выпустила черный волос. А затем торопливо разгладила невидимую складку на подоле и представилась:

– Меня зовут Хели. А тебя?

– Хайен, - с облегчением ответил юноша, радуясь, что ему, по крайней мере, удалось завязать знакомство.

Первое и последнее в этом замке, судя по взглядам остальных. И здесь ему расскажут об отце? Верилось в это с каждой минутой все меньше. Прежде чем Хайен успел задать Хели следующий вопрос, послышалось шипение, и у длинного стола взметнулся синий дым. Девушка тут же повернулась в ту сторону, нервно сцепила перед собой руки и беспомощно пробормотала:

– Отец…

За длинным столом появились учителя. Возглавлял их высокий русоволосый мужчина. На висках его серебрилась седина, выглядел он лет на пятьдесят. Темные раскосые глаза выдавали наличие но-хинской крови. Наверное, ректор. Как там его зовут, Хаято Райс? По осанке и тому, как он себя держал, Хайен подумал, что этому человеку уже больше пятидесяти. Здоровье магов позволяло почти всем доживать до ста лет, после чего магическая сила резко угасала. Это юноша знал от матери. А потом он перевел взгляд на того, кого Хели назвала отцом, и на некоторое время оторопел.

По правую руку от директора стоял высокий эльф. Истинный эльф. Длинные молочно-белые волосы спускались ниже талии, часть из них была собрана в пучок на макушке. Черный с серебром костюм сидел идеально, из-за пояса торчала рукоять серебристого меча. Правый глаз его закрывала черная повязка, а левый оказался аметистовым, точно такого же оттенка, что и глаза Хели. А еще от эльфа веяло силой.

Хайен сразу понял, кто перед ним. Серебряная Смерть, один из величайших магов Союза Трех Королевств, Великий герцог Линдереллио Манкьери. Легенда. Говорили, будто ему больше семисот лет, и он участвовал в закрытии двери вместе с королем Райтоном пятьдесят лет назад. Он что, учитель?!

Хайен, наконец, подобрал челюсть и начал судорожно вспоминать все, что мать ему рассказывала о магических академиях до этого. Половину речи директора он благополучно пропустил мимо ушей. Из потока пафосных фраз юноша вынес только две вещи, которые были для него важны. Первое — поступят лишь те, у кого хватит магии, чтобы освоить весь курс. Определять это будет артефакт с непроизносимым названием, который напоминал здоровенный булыжник. Второе — да, Серебряная Смерть тоже сегодня получит учеников. И больше всего на свете Хайен сейчас желал стать одним из них.

Он покосился на Хели и обнаружил, что у нее дрожат руки. Девушка не отрывала взгляда от артефакта, к которому один за другим подходили другие поступающие. Что с ней? Волнуется? Дочь самого великого мага королевства? Что-то здесь было не так, и Хайен очень хотел знать, что.

Наконец, среди кучи ничего не говорящих ему имен прозвучало:

– Манкьери Хелирайлиэль.

Полуэльфийка судорожно вздохнула и двинулась в сторону стола. Она шла очень медленно. Тонкие пальцы сжимали подол бордового платья. Но больше всего Хайена удивили взгляды. На нее смотрели все. И в этих взглядах не было ни капли восхищения, которые обычно доставались полуэльфийкам. Жалость и снисхождение, вот что в них было. На Хели смотрели как на убогую. Хайен провожал свою новую знакомую взглядом, и в его голове билась одна мысль: “Что же с ней не так?”

Стоило девушке подойти к артефакту, как навстречу ей поднялся со своего места отец. Несколько мгновений он молча смотрел ей в глаза, а затем устало произнес:

– Обратного пути не будет.

Хели поджала губы и отвернулась. После этого она решительно положила руку на камень. Вспышка была очень слабой. Еле заметной. А камень на браслете стал очень светлого оранжевого цвета. Хайен вспомнил, как ярко сияли камни других адептов. Что это могло значить? У нее что, нет магии?!

Отец и дочь продолжали сверлить друг друга взглядами. Ректор Райс выразительно кашлянул и мягко произнес:

– Хаассолирен принял её, Линдереллио. Обратного пути нет, ты сам сказал.

Эльф нехотя сел, а Хели отправилась обратно к Хайену. На ее лице юноша увидел непередаваемое облегчение. Но прежде чем он успел задать ей хоть один вопрос, слуга возвестил:

– Ар-Раллеори Хайен.

Юноша тут же подобрался и решительно вышел к столу. В спину ему снова летели шепотки, и учителя, все как один смотрели только на него. Поверхность булыжника оказалась теплой и приятно шершавой. В первый миг ничего не произошло, и он испугался, что магии у него все-таки нет. Но в следующий миг один из камней сначала почернел, а затем стал ярко-зеленым. Учителя переглянулись, и Хайен понял, что смена цвета от них не укрылась. Хели права? Он — темный маг?

Но отвечать на его вопросы пока никто не собирался. Поэтому юноша вернулся в ряды своих новых сокурсников и встал возле Хели. Девушка приблизилась и прошептала:

– У тебя целительская магия?

Он покосился на зеленый камушек и неуверенно кивнул. Если зеленый — это целительство, то это все объясняет. Хайен просто не мог почувствовать свою магию, потому что защищаться и атаковать ей намного сложнее. Впрочем, это его не огорчило. Больше всего его беспокоил следующий этап, на результат которого он тоже совершенно не мог повлиять. Оставалось молиться богам и верить в удачу, которая ни разу не подводила его и вывела из всех передряг на улицах Эренсвиля.

Наконец, поток адептов иссяк, и настало время учителям прикоснуться к камню. Первым поднялся Серебряная Смерть. Хайен был напряжен, как струна. Во взгляде Хели была обреченность. Похоже, она уверена, что попадет к отцу, но вовсе не рада этому. А юноша был бы совсем не прочь поменяться с ней местами.

Но решать будет странный артефакт. Наконец, тонкая рука легла на поверхность камня, и браслет с алым треугольником на запястье эльфа вспыхнул. Следом за ним тут же засветился браслет Хели. Она вздохнула и нехотя вышла вперед. За ней последовали те двое, которых Хайен уже замечал — юноша и девушка. А потом вспыхнул браслет на его руке.

Радоваться было некогда — нужно было шевелиться, и Хайен торопливо занял место рядом с Хели. Слуга еще раз произнес имена учеников:

– Манкьери Хелирайлиэль, Райс Эндивир, Тан Рийса, Ар-Раллеори Хайен.

Эндивир и Рийса обменялись ненавидящими взглядами. “Они, что не в ладах друг с другом?” — подумал Хайен. И только после этого вспомнил одну важную деталь. Таны — тоже темные.

Теперь он с куда большим интересом смотрел на свою вторую однокурсницу. Конечно, Таны — род Верных, которые участвовали в закрытии Двери и хранят покой в королевстве. Но если этих терпят, то и его за темную магию из Академии не вышвырнут?

Наконец, Серебряная Смерть произнес какую-то клятву и обратился к ректору:

– Можно я уведу своих учеников, не дожидаясь окончания церемонии? С некоторыми из них… Мне очень нужно поговорить.

Тот удивленно кивнул. После этого эльф махнул рукой в сторону двери. Рыжая вспышка осветила зал. Одна из створок отлетела в сторону и ударилась об стену, а на ее поверхности остался еще один черный выжженный след. Отряд покинул зал в гробовой тишине. Далеко уходить они не стали. Хайен чувствовал, что их учитель кипит от гнева, а Хели все больше замедляла шаг и старалась держаться за спиной своего нового знакомого.

Серебряная Смерть что-то шепнул слуге, и тот умчался. Затем он распахнул дверь одного из пустых классов. Новоиспеченные адепты вошли следом за учителем и построились перед ним в шеренгу. Эльф холодно оглядел своих новых учеников и медленно заговорил:

– Надеюсь, вы уже пожалели о том, что сюда пришли. Особенно ты, Хели.

Девушка склонила голову и процедила:

– Я ни о чем не жалею

– Надеюсь, первый день учебы не изменит твоего мнения.

После этого он повернулся к Рийсе и Эндивиру. Когда учитель заговорил снова, его голос был холоднее льда:

– Энди Райс. Твой прадед уничтожил Танов, а дед — один из лучших друзей нынешнего главы рода Тан. Судя по тем взглядам, которые ты бросаешь на свою новую соратницу, Луций гордился бы тобой.

– Ненавижу темных, — пробормотал юноша.

– Ненавижу Райсов, — парировала Рийса.

Эльф оборвал ее:

– В моем отряде никаких распрей не будет. Даже среди Райсов и Танов.

– Его предок убил семью моего отца, — возразила девушка.

Но учитель бросил на нее такой взгляд, что она замолчала и уставилась в пол.

После этого Серебряная Смерть посмотрел на Хайена. На пороге возник слуга. Он поклонился и торопливо протянул эльфу знакомый до боли конверт.

– Бумаги этого юноши, — доложил он и поспешно исчез, бросив на Хайена сочувственный взгляд.

Полуэльф, затаив дыхание, наблюдал за тем, как его новый наставник пролистывает бумагу за бумагой. А затем не выдержал и спросил:

– С документами что-то не так?

Серебряная Смерть вскинул бровь и ответил:

– Это рекомендация высшего порядка, выданная лицом, приближенным к королю. Что с ней может быть не так?

– Тогда в чем дело? — продолжал допытываться Хайен.

– Хочу узнать, кто дал ее тебе, — сообщил эльф.

Поколебавшись, юноша признался:

– Мой отец.

Тонкие пальцы замерли, сжимая листок с аккуратной подписью. А на лице нового учителя было написано непередаваемое изумление.

– Вы знаете его? — догадался Хайен и замер, ожидая ответа.

Глава 2. Портрет

При этих словах его новый учитель изменился в лице и шагнул вперед. Тонкие пальцы выхватили прядь волос Хайена. Хели подняла глаза на отца и осторожно спросила:

– Он темный, верно?

Рийса тут же заинтересованно повернулась и переспросила:

– Темный? Темный эльф?

– Темный полуэльф, - процедил Серебряная Смерть, и в его голосе юноше послышалось затаенное бешенство.

Юноша поднял глаза на эльфа и увидел в аметистовом взгляде ярость. Хайен был сбит с толку. Рядом с ним стояла Рийса, тоже владеющая темной магией, но на нее никто так не смотрел. Чем и когда он заслужил подобную ненависть?

– Вы знаете моего отца? - повторил свой вопрос Хайен.

Но вместо ответа учитель выпустил его волосы и отступил на шаг. На мгновение он опустил руки и между тонких пальцев мелькнуло пламя. Хели жалобно пробормотала:

– Отец…

На миг Хайену показалось, что его сейчас спалят на месте. Но Серебряная Смерть сдержался и спросил:

– А ты разве не знаешь своего отца?

– Я никогда не видел его, - признался новоиспеченный адепт. - Мы жили в домике в горах вместе с матерью, а сегодня она вручила мне эти бумаги и отправила сюда.

Несколько мгновений эльф молча смотрел на своего ученика, а затем поднес ко рту браслет с треугольным алым камнем, коснулся его пальцем и попросил:

– Зайди ко мне сейчас и возьми с собой Райтона, если Его Величество свободен. Дело срочное. Открой портал по маяку.

Юноша не поверил своим ушам. Сюда придет король? Зачем?

В двух шагах от них к потолку взметнулся синий дым. Из облака вышел человек в бордовом мундире личной гвардии короля, с неровно обкромсанными черными волосами и такими же черными глазами. На вид ему можно было дать лет тридцать, но по глазам Хайен понял - больше.

Незнакомец оглядел комнату и адептов, а затем виновато сказал:

– Райтон не может. У него внеплановый визит в Королевство Гномов.

Эндивир опустил глаза и выдавил из себя приветствие. Рийса нервно улыбнулась и сказала:

– Добрый вечер, папа…

И тогда Хайен понял, кто перед ним. Герцог Миран Тан, капитан Королевских гвардейцев и советник короля Райтона. Один из Верных, которым суждено триста лет хранить Королевство. Хайен торопливо поклонился.

Вновь прибывший подавил смешок, натянул на лицо маску серьезности и спросил:

– Что случилось, Линдереллио?

Тот молча указал на Хайена, а затем протянул ему бумаги со словами:

– Мальчишка сегодня пришел в Алый замок с этими документами. Он полуэльф и часть его волос черные.

Теперь настала очередь герцога Тана меняться в лице. Он пробежал глазами бумаги и осторожно сказал:

– Я думаю, подпись его.

После этого оба они уставились на Хайена. Тот вопросительно смотрел на них в ответ, не понимая, в чем проблема, и что от него хотят. Эндивир начал:

– Герцог Манкьери…

– Вы будете звать меня магистр Лин, - оборвал его эльф. - Иначе полдня мы потратим на проговаривание титулов и регалий.

– Магистр Лин, - терпеливо повторил Эндивир, - что-то не так?

– В чем дело, отец? - спросила Рийса.

Но ответом их не удостоили. Мужчины снова переглянулись.

– Хорошо бы спросить у Райги, - сказал герцог Тан.

С тяжелым вздохом магистр достал из кармана амулет в виде плоского рыжего кольца, поднес его ко рту и обреченно сказал:

– Дорогая, нам с Мираном нужна твоя помощь.

Затем он повернулся к своему товарищу и сказал:

– Сейчас она придет.

Хайен почувствовал, что уже с трудом удерживает челюсть на месте. Это он что, свою жену вызвал? Названную сестру короля, ту, которая закрыла Двери пятьдесят лет назад и принесла мир в Три Королевства?

Комната снова наполнилась синим дымом, и адепты смогли лицезреть Великую герцогиню Райгу Манкьери. “И это мать Хели?” - отрешенно думал Хайен, рассматривая прекрасную женщину в темно-бордовом платье. Выглядела она скорее старшей сестрой. Волосы герцогини были распущены на эльфийский манер. Правая половина их была розовой, а левая - рыжей, и такими же разными были глаза. Правый - алый, а левый - золотой. От последнего Хайен не мог оторвать взгляд. Юноша понял, что видит перед собой один из величайших артефактов - Глаз Пламени.

От такого количества известных личностей, приближенных королю, собравшихся в одной комнате, ему стало не по себе. Герцогиня обвела взглядом новоиспеченных адептов и вскинула бровь, а затем иронично сказала:

– Единственный внук Роддо, который ненавидит Танов и единственная дочь Мирана, которая ненавидит Райсов… Тебе ждет интересный учебный год, или даже все три.

Рийса и Эндивир насупились, но промолчали. Магистр Лин с промолчал, но Хайен подумал, что только эта женщина может себе позволить подобные шутки по отношению к эльфу. Затем герцогиня посмотрела на свою дочь. Хели сжала губы, словно ждала осуждения. Но во взгляде ее матери Хайен увидел только печаль. Она подошла к девушке и положила ладонь ей на голову со словами:

– Все будет хорошо.

По взгляду, который метнул на нее магистр Лин, Хайен понял, что хорошо ничего не будет. Что происходит? Почему они так относятся к Хели? У нее нет магии? Но она из величайшего пламенного рода, как такое может быть?

Девушка выдохнула и кивнула. Магистр передал своей жене бумаги и снова взял многострадальную прядь волос Хайена.

– Посмотри на подпись, - сказал он. - Мальчишка - полуэльф, и часть его волос черные.

Рийса не выдержала и снова спросила:

– Он - темный полуэльф? Но откуда он мог взяться?

– Это мы и пытаемся выяснить, - проворчал ее отец.

В этот момент герцогиня Райга вернула мужу бумаги и уверенно произнесла:

– Это его подпись. Я уверена.

Теперь на Хайена со смешанными чувствами смотрели уже трое.

– Ну не знаю… - протянул отец Рийсы. - Да когда он успел-то?

– Сколько тебе лет, Хайен? - внезапно спросил магистр Лин.

– Восемнадцать, - в замешательстве ответил юноша.

Троица Верных снова многозначительно переглянулась. И в этот момент Хайен окончательно убедился в том, что его отца они знают. И, похоже, все эти годы он не появлялся в горной хижине неспроста. Но при этом никто так и не потрудился ему ничего объяснить! Юноша открыл рот, чтобы возмутиться. Но в этот момент герцогиня мягко попросила:

– Распусти волосы, Хайен.

– Что? - удивленно переспросил он.

– Распусти волосы, - повторила она.

Поколебавшись, юноша стянул ленту с волос. Надо сказать, что с детства его раздражали длинные волосы, и мальчишкой он не раз пытался избавиться хотя бы от части полосатых прядей, то с помощью ножниц, то ножа. Но каждый раз они отрастали едва ли не за ночь. Мать ругала его и наказывала за это, но Хайен попыток подстричься не оставлял. До того момента, когда понял, что эльфийская шевелюра до пояса гарантирует внимание всех окрестных девушек.

Несколько мгновений мать Хели разглядывала Хайена, а затем постановила:

– Похож. Одно лицо.

Герцог Тан покосился на нее и снова протянул:

– Ну, не знаю… По-моему, не очень.

Магистр Лин кивнул, соглашаясь с ним.

– Похож на кого? - требовательно спросил Хайен, надеясь, что теперь услышит об отце хоть что-то.

Но вместо того, чтобы ответить на его вопрос, герцогиня покачала головой и снова обратилась к своему мужу:

– Вы не помните его… таким. Кажется, в замке был наш общий портрет, сделанный в год закрытия Дверей. Такой же ты приказал убрать из галереи в Манкьери, помнишь?

Эльф холодно ответил:

– Есть. В музее.

– Отлично. Возьми ключ в учительской, а я отведу туда детей.

Магистр не стал спорить. Эльф шагнул в сторону и бросил на пол горсть портального порошка, а затем исчез в облаке синего дыма. Герцогиня сделала то же самое, и поманила за собой адептов. Они прошли за ней сквозь портал и оказались в длинном темном коридоре без окон, с обеих сторон которого виднелись закрытые двери. Они как раз стояли перед одной из них. Рийса тут же насторожилась и спросила:

– Тут хранится артефакт нашего рода?

– Да, - коротко ответила герцогиня.

В этот момент из очередного синего облака вышел магистр Лин. Эльф молча открыл дверь и первым вошел в музей. Хайен чувствовал, что внутри него крепнет возмущение и тревога. Его вопросы об отце старательно игнорировали все трое. И это наводило на нехорошие мысли. Он прошел за своим учителем через заставленный различными экспонатами зал, совершенно не интересуясь обстановкой. Потом юношу внезапно начало клонить в сон. Желание уснуть и увидеть, каким это место будет в мире снов, накатило резко, и также резко отступило. И Хайен впился взглядом в огромную картину, на стене, противоположной от входа.

Сначала взгляд зацепился за знакомые лица. Еще юная леди Райга с двумя косами - розовой, и рыжей, держала в руках пылающий клинок. Кажется, такое оружие называли хаотаки. Меч из Но-Хина, что на Востоке. За ее спиной были огромные пылающие крылья. И таким же пламенем был заполнен ее золотистый глаз. За ее спиной стоял магистр Лин. И рядом с ними - отец Рийсы. С другой стороны… Наверное, это был король Райтон. Юноша с черными, собранными в хвост волосами и темными раскосыми глазами. Его левый глаз светился холодным голубоватым светом. Как и хаотаки в его руках. За спиной у него были огромные ледяные крылья. А рядом с ним…

Герцогиня была права - Хайен будто смотрел в зеркало. Те же черты лица, те же янтарные глаза. Только уши немного другой формы - истинный эльф. И цвет волос не серый, а кремовый, с несколькими яркими черными прядями надо лбом.

– Точно, копия, - подтвердил за его спиной герцог Тан.

Хайен понял, что наконец-то видит отца. Пусть только на портрете. Но даже это много значило для него. Он требовательно спросил:

– Кто это? Как его зовут?

Магистр Лин бесстрастно ответил:

– Бывший королевский целитель, Ллавен Ар-Раллеори.

– Ллавенуринель фуу Акаттон Флау, - тихо произнесла его жена.

– Он давно не имеет права носить это имя, - отрезал эльф.

Хайен удивленно воззрился на них, не в силах вымолвить ни слова. И тут в его голове начали всплывать сведения, которые однажды пыталась донести до него мать.

– Ар-Раллеори - фамилия изгнанника? - спросил он. - Он лишен имени и титула? Изгнан из рода? Мой отец? А фуу Акаттон Флау - разве не королевский род эльфов?

– Все верно, - подтвердила герцогиня.

А магистр, который продолжал смотреть на портрет, внезапно задумчиво произнес:

– Хайенуринель фуу Акаттон Флау… Возможно, он имел в виду это.

– В каком смысле? - переспросил герцог Тан.

Эльф пояснил:

– Хайен, вероятно, часть эльфийского имени, которое он хотел дать сыну. Скорее всего, он имел в виду Хайенуринель. “Тот, кто нашел спасение”, в переводе с эльфийского. Интересный выбор.

От всего услышанного у юноши уже шла кругом голова. Столько влиятельных людей сразу он еще никогда не видел. А новость о том, кем был его отец… А еще имя. Хайенуринель - именно так его назвал тот пес в сегодняшнем сне, Черныш! Наконец, Хайен собрался с мыслями и задал самый главный вопрос:

– И где он сейчас? Мой отец.

– Этого никто не знает, - ответил магистр Лин. - Он исчез… Много лет назад.

Но от Хайена не укрылся предупреждающий взгляд, который он бросил на своих товарищей. На какой-то миг юноше показалось, что герцогиня Райга хочет возразить, но затем она прикрыла глаза и отвернулась соглашаясь.

Внутри юноше клокотало возмущение. Он чувствовал, что ему врут самым наглым образом. Но понимал, что новые вопросы ни к чему не приведут, как и в случае с матерью. Оставалось сжимать кулаки и мрачно оглядывать лица остальных. Вместо праздника он получил очередные тайны, а единственное, что смог разузнать об отце - его имя. День не задался с самого утра. Точнее, со сна, из которого он выбрался только благодаря Чернышу. Но ничего… Он решил, что обязательно разузнает все. Если знают они… Значит, в этом замке другие учителя могут что-то знать. И, в конце концов, в Академии должна быть библиотека с летописями. Бесследно люди не исчезают…

Отец Рийсы внезапно рассмеялся и хлопнул магистра Лина по плечу:

– Как там Райга сказала? Единственная из моих детей, которая ненавидит Райсов, единственный внук Роддо, который ненавидит Танов, а в придачу твоя собственная дочь, которую вы так не хотели сюда пускать, и сын Ллавена? Надеюсь, после их обучения от Алого замка останутся хотя бы стены. Желаю удачи.

Магистр Лин ответил ему ледяным взглядом. Но того это нисколько не смутило. Он достал портальный порошок и добавил:

– Рийса, веди себя прилично, слушай наставника и не позорь свой род. Пойду, доложу королю. Счастливо оставаться!

С этими словами он исчез в облаке синего дыма. Наставник повернулся к Хайену и спросил:

– Ты сказал, что у тебя есть мать? Где она живет?

– А что вы ей сделаете? - подозрительно спросил Хайен.

– Зададим те же самые вопросы, которые ты задаешь нам. Где Ллавен, и поддерживает ли он связь с ней.

– В горах Харнара, недалеко отсюда, - неохотно ответил юноша.

Герцогиня вздохнула и тоже достала горсть синего порошка:

– Попрошу Хунтабере отправить туда кого-то поделикатнее.

– Главное, сам пусть не лезет, - мрачно ответил ей муж. - А то его методы…

Она рассеянно кивнула и тоже удалилась.

Эльф повернулся к своим новым ученикам и холодно сказал:

– Что ж, вас троих я сейчас отправлю в общежитие, а ты, Хели, отправишься со мной.

Девушка неожиданно вцепилась в руку Рийсы и возразила:

– Ну уж нет, я тоже буду жить в общежитии! Я хочу жить в комнате с Рийсой!

– Но в моих покоях будет удобнее, и там достаточно комнат, - возразил отец.

Рийса тут же притянула к себе Хели и начала причитать:

– Ну магистр Лин, ну пожалуйста! Я так не хочу жить с чужими, а с Хели мы давно знакомы. Я буду приглядывать за ней, обещаю.

Поколебавшись, эльф сдался и милостиво кивнул. Через очередной портал адепты вышли в широкий коридор. Магистр сказал:

– Завтра на рассвете вы четверо должны ждать меня у ворот замка на первую тренировку.

После этого он передал своих подопечных слуге и ушел.

Девушкам предстояло жить на другом этаже. А Хайену - вместе с Эндивиром. Комната оказалась небольшой и просто обставленной. Две узкие кровати, две тумбочки, окно и стол с парой стульев. Шкаф для вещей, рядом с которым уже лежали сумки адептов. После ненависти к Рийсе, Хайен ожидал от нового товарища чего угодно. Но тот отнесся к соседству с темным эльфом довольно спокойно.

– Зови меня Энди, - сразу сказал он.

Остаток вечера адепты провели в своей комнате. Они почти не разговаривали. Хайен был погружен в свои мысли. Случилось слишком много всего. Он, наконец, узнал, кто его отец. Даже увидел его портрет. Но совсем не приблизился к тому, чтобы узнать, где он. В одном Хайен был уверен точно - он жив. Иначе учитель не стал бы врать. Юноша решил на следующий же день пойти в библиотеку и прочесть все хроники, посвященные закрытию дверей, которые найдет.

Он помнил о том, как переглянулись магистр со своими товарищами, когда он сказал свой возраст. О том, что случилось восемнадцать лет назад, тоже стоило прочитать. Где-то в глубине души Хайен был рад тому, что будет учиться у величайшего мага. Теперь ему еще больше хотелось стать лучшим. Показать всем высокомерным хлыщам, которые отворачивались от него в зале, чего он стоит. А еще Хайен ждал ночи. За ужином ему пришла в голову идея. Теперь он собирался проникнуть в сон Хели и попытаться узнать, что с ней не так.

Наконец, наступила ночь. Юноша с наслаждением вытянулся на постели, пожелал спокойной ночи Энди и закрыл глаза. Но тут его постигло разочарование - Хели не спала. Он немного выждал, но девушка продолжала бодрствовать. В ожидании Хайен начал бродить по снам других обитателей замка.

Его разбудил упавший на нос теплый кусочек пепла и тонкие пальцы, которые зажали ему рот. Хайен скосил глаза и обнаружил, что рядом с его постелью сидит Хели, на дворе глубокая ночь и тонкий лунный луч пробивается через шторы. Нет, он ничего не имел против девушек в своей постели, особенно против этой девушки. Но зачем же она пришла? И как попала в закрытую комнату?

В этот момент Хели наклонилась и прошептала ему в ухо:

– Тихо, не буди Энди. Мне нужно тебе кое-что показать, а в другое время отец не спустит с меня глаз. Ты боишься огня?

Хайен мотнул головой.

– Хорошо, - прошептала Хели. - Тогда терпи.

Пламя вспыхнуло и накрыло их с головой.

Глава 3. Тайна

Пламя окутало тело Хайена. На мгновение жар стал нестерпимым. Юноша зажмурился. Но прежде чем он успел испугаться, или хотя задуматься о том, что происходит, пламя исчезло. Как и кровать под ним. Теперь спиной он ощущал каменистый склон. Один из булыжников больно упирался в ребро. Хели убрала руку с его рта и бодро сообщила:

– Ну вот и все. Прости, я первый раз перемещаю кого-то еще. Больно?

Хайен открыл глаза, сел и огляделся. Перед ними была крохотная круглая долина или овражек в лесу. Деревья окружали ее стеной, пологие каменистые склоны спускались к центру. На одном из них и сидели адепты. А в центре поляны росло самое необычное дерево, которое когда-либо видел юноша. Оно было невысоким - со взрослого человека. Кора кремового цвета словно светилась в темноте, как и белые листья. Несколько мгновений Хайен не мог отвести от него взгляд, а затем спохватился и обернулся к своей спутнице.

Хели сидела рядом в белой свободной рубашке и темных брюках. Рыжие волосы разметались по плечам. Юноша тут же спохватился, что вид у него тот еще. Девушка перенесла его в это место босым и в пижаме.

– Прости, - еще раз сказала Хели. - У меня не было времени, а ты обязательно должен был попасть сюда сегодня.

Хайен еще раз взглянул на дерево и спросил:

– Где мы? И…как мы сюда попали? Что это была за магия?

Девушка заправила за острое ухо золотисто-рыжую прядь и ответила:

– Это моя магия перемещения. Папа зовет ее пламенной телепортацией.

Вокруг тела Хели снова вспыхнуло пламя. Девушка исчезла, а в следующий миг вышла из вспышки пламени на противоположном склоне. Вспышка - и она стоит у дерева. Еще одна вспышка - и вот уже девушка снова сидит рядом с Хайеном, и с явным удовольствием наблюдает за его лицом.

Юноша удивленно спросил:

– Но разве можно открывать порталы без портального порошка и специальных знаний, как с ним обращаться?

– Так могу только я, - улыбнулась Хели.

Хайен нахмурился:

– Тогда почему у тебя… твой браслет почти не поменял цвет? Почему родители не пускали тебя учиться?

Хели погрустнела и тяжело вздохнула:

– Потому что у меня нет стихийной магии в привычном ее понимании. Я никогда не смогу начертить ни одно заклинание. Пламенная телепортация - моя единственная способность.

В ее голосе была тоска. Хайен удивленно воззрился на нее и воскликнул:

– Но это же потрясающая способность!

Девушка подтянула колени к груди и призналась:

– Тем не менее учиться мне и правда будет сложно.

– На что ты рассчитывала, если не сможешь создавать заклинания? - недоуменно спросил юноша.

Хели отмахнулась:

– Теорию я выучу. А практические экзамены, за исключением выпускного, сдают командой. А в команде мои способности пригодятся. Ну, точнее, я на это надеюсь.

Хайен снова оглядел долину и спросил:

– Зачем ты привела меня сюда?

Девушка серьезно ответила:

– Я обещала.

– Кому?

– Твоему отцу.

Хайен не поверил своим ушам и поспешно спросил:

– Ты что-то знаешь о нем?

Хели поерзала и принялась рассказывать…

… Первые пять лет своей жизни Хели болела. Девочка была очень слаба. Ей едва хватало сил, чтобы сползти с постели и неуверенно ходить по комнате. Большую часть времени девочка проводила в ней. Отец и братья выносили ее на руках в сад. А все балы и приемы она проводила в одиночестве. Ей оставалось только лежать в темноте и вслушиваться в отдаленные звуки музыки и веселья.

Иногда по ночам ее мучили боли. Тогда она плакала, звала няню и мать, и те вливали ей в рот отвратительные снадобья, которые на время усмиряли боль.Но в одну из таких ночей на ее зов никто не откликнулся. По обрывкам разговоров девочка знала, что ее родители отправились во дворец. Но где же няня Сил? Хели лежала и всхлипывала, пока дверь, наконец, не отворилась.

Вместо эльфийки с золотистыми волосами на пороге появился незнакомец. Над его головой вспыхнул магический светлячок, и девочка поняла, что перед ней эльф. его волосы были практически черными. Только от правого виска отходила толстая кремовая прядь, а слева было всего несколько тонких светлых полосок. Он присел на ее постель и пробормотал заклинание. Боль начала утихать.

– Привет, - сказал незнакомец. - Ты не помнишь меня, да?

Девочка настороженно мотнула головой, и он продолжил:

– Меня зовут Ллавен.

Это имя все время мелькало в разговорах родителей, и Хели спросила:

– Ты мамин друг?

– Да, - серьезно ответил он. - Я пришел тебе помочь, Хели. Ты же хочешь выздороветь?

– Выздороветь? - удивленно спросила девочка, глядя в его янтарные глаза.

– Да. Привычной для всех магии у тебя, скорее всего, не будет. Но больше ничего не будет болеть, и ты сможешь бегать, как другие дети. Хочешь этого?

Хели торопливо закивала и спросила:

– А что для этого нужно сделать?

Эльф улыбнулся:

– Пойти со мной сейчас.

– Я не смогу идти… - грустно вздохнула девочка.

– Я понесу тебя. Идет?

Хели радостно кивнула, и Ллавен взял ее на руки. Почему-то от него совсем не веяло опасностью. Наоборот, у него на руках она ощутила странное спокойствие. Хели обвила руками его шею.

– Закрой глаза, - попросил эльф. - Сейчас мы окажемся в другом месте.

Девочка уткнулась в его плечо и зажмурилась. Почему-то на руках у него ей было очень спокойно. На пару мгновений вокруг стало холодно. А затем Ллавен шепнул:

– Открывай глаза.

Хели обернулась и обнаружила, что они оказались в совершенно другом месте. Девочка много раз видела, как папа и мама открывают порталы с помощью синего порошка. И теперь не могла понять, как Ллавен смог перенести ее сюда. Но вскоре девочка забыла об этом и стала рассматривать место, где они оказались.

В центре маленького, круглого оврага росло небольшое деревце с кремовой корой и белыми листьями.

– Что это? - спросила она, восхищенно разглядывая неизвестное растение.

Ллавен улыбнулся и ответил:

– Волшебное место, где ты вылечишься.

– А что нужно сделать, чтобы вылечиться? - спросила она.

– Дай-ка подумать… наверное, подойти и подержаться за дерево?

С этими словами он осторожно поставил Хели на землю и взял ее за руку. Девочка сделала несколько неуверенных шагов и обняла теплый ствол дерева. Ллавен положил руку ей между лопаток и попросил:

– Только чтобы случилось чудо, надо потерпеть совсем немного. Сейчас будет чуть-чуть больно.

Больно было не немного. Когда Хели смогла открыть заплаканные глаза, то увидела, что эльф сидит в нескольких шагах от нее.

– Иди сюда, - позвал Ллавен. - Иди сюда, Хели.

Никогда в жизни встать на ноги не было так легко. Этот момент она запомнила на всю жизнь. Хели прошла целых пять шагов. Быстро, ни разу не споткнувшись и даже не запыхавшись. И упала в объятия эльфа. Ллавен снова взял ее на руки и начал утешать:

– Теперь все будет хорошо, Хели. Ты сможешь ходить, бегать, танцевать на балу. И у тебя больше ничего не будет болеть. А еще когда-нибудь ты встретишь моего сына.

– Твоего сына? - спросила девочка.

– Да. Ему столько же лет, сколько и тебе. Только родился он весной, а не осенью. Однажды вы обязательно встретитесь. И тогда ты вспомнишь про это место. И сможешь его сюда привести. А пока… пусть это будет наш тобой секрет, хорошо? Не рассказывай никому о том, что здесь случилось.

Девочка поспешно кивнула.

– Закрой глаза, - попросил ее эльф. - Вернемся в комнату.

После пары мгновений холода Хели открыла глаза уже в своей комнате. Ллавен осторожно опустил ее на постель и укрыл одеялом. Уже засыпая, девочка услышала, как он тихо сказал:

– Ты вспомнишь об этом, как только встретишь его. Прощай, Хели. Полагаюсь на тебя.

Больше девочка ничего не помнила. Она проснулась утром и начал носиться по комнате. Первым к ней зашел отец. Минуту он молча взирал на бегающую туда-сюда дочь, а затем резко сказал:

– Тебе нельзя бегать, Хели! Вернись в постель!

В тот же миг тело девочки окутало пламя. Открыв глаза, она обнаружила, что сидит на кровати, а вокруг нее кружатся хлопья пепла.

Отец воскликнул:

– Как ты это сделала?!

– Ты сам просил меня вернуться в постель, вот я и вернулась, - возмутилась она, глядя в его изумленное лицо…

Несколько минут Хайен обдумывал рассказ девушки, а затем осторожно переспросил:

– Ты прикоснулась к этому дереву и вылечилась?

Хели рассмеялась:

– Конечно, нет. Мне было пять лет. А твой отец, наверное, хотел отвлечь меня от боли. Думаю, меня вылечил он.

– Мой отец?

– Ну да. У него была целительская магия, как у тебя. Это я потом уже у бабушки выспросила. Я родилась с поврежденным источником. Сначала все думали, что я умру. До того дня, когда твой отец привел меня сюда.

Хайен задумчиво оглядел долину и спросил:

– И… что я должен здесь увидеть? Дерево? Зачем он просил тебя привести меня сюда?

Хели развела руками:

– Прости. Я рассказала тебе все, что знаю. Думаю, ты сам должен найти подсказку здесь.

Юноша кивнул и поднялся на ноги. Земля была гораздо теплее, и деревья были зелеными. Наверное, они оказались гораздо южнее Алого замка. В тех краях гораздо холоднее в первых числах апреля. Он обошел поляну по кругу, тщательно оглядывая каменистые склоны, а затем подошел к дереву.

И его тут же начало неумолимо клонить в сон. Также, как в музее, перед портретом. Поколебавшись, он обернулся к девушке и попросил:

– Я здесь усну на пять минут, ладно? Меня не нужно будить, не бойся. Я усну и проснусь. Может, смогу что-то узнать.

– Во сне? – озадаченно спросила Хели.

– В снах, - поправил ее Хайен.

А затем он сел, прислонился спиной к стволу дерева и закрыл глаза. А когда открыл их, то оказался нос к носу с огромным черным псом, вдоль спины которого тянулся гребень из белого огня.

– Черныш? - тут же вспомнил он имя пса.

С прошлой ночи вокруг ничего не поменялось. Те же два столба, испрещенные странными символами, и черная цепь, которая в три оборота обхватывала шею Черныша.

Пес зевнул и сказал:

– Быстро ты. Неужели сработало? Это она привела сюда?

– Ты имеешь в виду Хели?

– Хели? Я имею в виду дочку Райги и Линдереллио.

– Это и есть Хели, - пояснил Хайен. - Да, меня привела сюда она. Вот только зачем? Я надеялся узнать что-то об отце.

И в этот момент у него появилась догадка. Он вспомнил, как пес произнес то самое имя, которое у картины повторил учитель. Хайен подозрительно спросил:

– А может быть, ты знаешь, где мой отец?

– Знаю, - невозмутимо ответил пес. - И даже могу привести тебя к нему.

– Так пойдем скорее! - тут же встрепенулся Хайен.

Черныш пошевелился и многозначительно погремел цепями:

– Я прикован. И никуда не могу отсюда уйти. Иначе я сделал бы все, чтобы помочь ему.

– Тогда расскажи мне, как снять цепи, - потребовал юноша.

Пес растянулся на черной земле и положил голову на лапы:

– Если бы знал, снял бы их сам.

– Тогда расскажи, как найти отца.

– Не выйдет. Я не умею объяснять такие вещи на человечьем языке. А образами мы с тобой говорить не можем, потому что я - не твоя Тень.

Хайен оглядел столбы, к которым крепились цепи, и решился:

– Тогда я сам попробую освободить тебя.

– Не советую, если не знаешь как.

Но юноша его не послушал. Он подошел к ближайшему столбу и замер. Прислушался к себе, собирая силу, хватая податливую материю, из которой был соткан сон. А затем схватился за цепь и резко дернул.

Его ладони пронзила боль. Хайен распахнул глаза уже в реальности и уставился на свои ладони. поперек них шли алые рубцы. Пламя вспыхнуло, и Хели оказалась рядом с ним.

– Что это? - изумленно спросила девушка. - Когда ты успел обжечься? Обо что?

Хайен подул на руки и выдавил:

– Это не важно, Хели. Пожалуйста, никому не говори о том, что здесь произошло.

– Хорошо, - поколебавшись, согласилась она. - Но только если ты расскажешь мне, что случилось.

Хайен заколебался. Он еще никому не рассказывал о своем странном даре.

– Обещаю, что тоже ничего никому не скажу - поспешно сказала девушка.

– Ладно, - сдался Хайен. - Иногда… я могу ходить в сны?

– Ходить по снам?

– Нет, - поправил юноша. - В сны.

– А это не одно и то же?

– Нет. Вы люди, думаете, что сон у каждого свой. Но на самом деле сны - это мир, который находится совсем рядом с нашим. Я не хожу по снам. Я хожу в мир, который называю “сны”.

Хели задумчиво сказала:

– Ходишь в сны… Ходящий в сны… Дар Ходящего в сны… Кажется, я уже где-то слышала об этом, но никак не могу вспомнить где… наверное, от матери или отца.

– Слышала о таком даре? - удивился Хайен.

После короткого раздумья он добавил:

– Похоже, мой отец тоже умел ходить в сны. И оставил для меня какие-то подсказки. В снах на месте этого дерева сидит пес ,который знал моего отца, и сейчас знает, как найти его. Но он прикован. И, похоже, на его оковы наложена магия, которую я пока не понимаю.

Он снова подул на обожженные руки и продолжил:

– Я обязательно должен понять, что произошло с отцом. И узнать, как освободить этого пса. Ты же принесешь меня сюда еще раз, Хели?

Девушка серьезно кивнула, и тут же спохватилась:

– Пора возвращаться, иначе отец заметит наше отсутствие. Эльфы спят всего три часа, так что времени у нас немного. Сейчас я перенесу тебя обратно в комнату, а затем уйду к себе. Или, лучше тебя в целительское крыло отправить?

– Нет уж, - отказался Хайен. - никаких целителей. Само пройдет.

Девушка бросила на него скептический взгляд, но спорить не стала. Осторожно взяла его за запястье, и вокруг них снова вспыхнуло пламя. На миг стало нестерпимо горячо, а затем Хайен открыл глаза уже в своей постели. Хели тут же исчезла в новой вспышке пламени. Несколько хлопьев пепла упали на подушку Хайена, но смахивать он их не стал.

Юноша лег в постель и кое-как накрылся одеялом. Ладони болели, и сон не шел. Да и впечатлений для одного дня оказалось слишком много. А еще… он до странности легко подружился с Хели. У него было такое чувство, будто они давно знают друг друга. Но это исключено. Интересно, она чувствует то же самое, или нет? Еще немного поворочавшись в постели, Хайен уснул.

***

Хели открыла глаза на своей постели и стряхнула с рукава хлопья пепла. С соседней кровати раздался недовольный голос Рийсы:

– Ты где была?

Хели подняла взгляд на подругу. Та сидела на своей кровати, завернувшись в одеяло, и сердито смотрела на нее. Полуэльфика нервно провела пальцами по кончику острого уха и невпопад ответила:

– Где была? Гуляла… А что?

– Ночью? - скептически спросила Рийса. - Хорошие у вас, пламенных, развлечения. Как можно гулять, когда тут такое происходит?

– Да что происходит-то? - недоуменно спросила Хели.

Рийса многозначительно подняла палец и сообщила:

– Пока ты гуляешь, я подслушала важный разговор.

– Важный разговор? - удивилась Хели. - Чей разговор? И какой?

– Да пара девиц с нашего курса, вроде. И говорили они о Хайене.

Хели вся обратилась в слух. А взволнованная Рийса начала торопливо излагать ей новости.

Глава 4. Подслушанный разговор

– Я проснулась и обнаружила, что тебя нет, - рассказывала Рийса, накручивая на палец кончик черной косы. - Ну, раз уж проснулась, решила дойти до ванной в конце коридора… Подхожу к двери, а там двое разговаривают. Хотела войти и услышала имя “Хайен”. Ну и осталась послушать.

Хели сбросила сапоги и поторопила подругу:

– Что они сказали?

– Первая говорит:“Если он унаследовал способности папаши, у нас могут быть проблемы”. Ее не знаю, какой-то низковатый голос. Если бы дело не происходило в женской умывальной, я бы подумала, что это парень. А вторая… Ее покажу тебе завтра. Имя не помню, с таким противным голоском. Она еще была на балу в честь дня рождения принцессы Этерии, помнишь? Белобрысая такая.

Хели мотнула головой и вздохнула:

– Я танцевала с братьями и никого больше не видела. Иногда ты разговариваешь точно как твой отец, Рийса…

– Это что - плохо? Ну так вот, говорит она:“Магистр проверял его бумаги. Может, он и сам не прочь его выгнать, нужен только повод”. А первая, со странным голосом, ей отвечает: “Нужно избавиться от мальчишки, и чем быстрее, тем лучше. Если отец успел передать ему сведения, наши планы под угрозой”. Дальше они еще что-то обсуждали, но уже тише, я не разобрала. Мне показалось, они хотят, чтобы Хайена отчислили. Что будем делать?

Рийса вопросительно посмотрела на Хели. Та передернула плечами и со вздохом ответила:

– Надо обязательно сказать Хайену. И наверное… отцу. Если он захочет меня выслушать после того, как я пошла против его воли.

Подруга посмотрела на нее и мужественно предложила:

– Хочешь, я сама ему все расскажу?

Но Хели покачала головой:

– Завтра на первой магической тренировке расскажем. Но сначала придется сказать Хайену и Энди.

– Ну уж нет! Энди Райс обойдется!

Хели достала пижаму и возразила:

– Но мы в одном отряде. И он живет в комнате с Хайеном. Наверняка они подружатся. Если ты не расскажешь, расскажет он.

Рийса скривилась:

– Подружится? С Занудой Энди? Надеюсь, нет.

Хели вздохнула и пожелала подруге спокойной ночи. Перед первым учебным днем стоило хотя бы попытаться выспаться. Она не сомневалась, что завтра отец сделает все для того, чтобы она пожалела о своем решении поступить в Алый замок.

***

После погружения в сон у дерева Хайен почувствовал невероятную усталость. Настолько сильную, что всю ночь спал, как обычный человек, даже не думая пересекать границу двух миров. И, конечно, о словах учителя он благополучно забыл.

Утро началось с шипения открывающегося портала. Хайен с трудом разлепил веки и обнаружил, что на соседней кровати сидит Энди и хлопает глазами, как сова. Из облака синего дыма в комнату шагнул магистр Лин. Эльф холодно оглядел лица своих новоиспеченных учеников.

Тут юноша вспомнил, что на рассвете им полагалось быть у входа в замок. Энди, похоже, тоже совершенно забыл об этом. Прежде чем кто-либо из адептов успел выдавить хоть слово в свое оправдание, учитель схватил Хайена за шиворот. А затем выдернул из постели, как нашкодившего щенка, и толкнул в портал.

Никакого пола или даже земли на той стороне не оказалось, и юноша рухнул в ледяную воду. Рядом раздался плеск - Энди ждала та же участь. Хайен вынырнул и увидел, что они барахтаются в небольшом озерце на опушке леса, а портал над их головой захлопнулся. Другой открылся на берегу. Из него вышел невозмутимый наставник. Рядом с ним он заметил девушек, одетых в новенькую серую форму Академии, которую им выдали вчера. Форма юношей осталась висеть на стульях. И теперь оба находились в ледяной воде в пижамах.

Хайен выругался и поплыл к берегу, Энди не отставал.

Вскоре мокрые насквозь адепты стояли на берегу перед своим учителем. Хайен чувствовал, что у него свело зубы то ли от холода, то ли от злости. Они, конечно, проспали, и апрель был теплым. Но не настолько, чтобы на рассвете купаться в холодном озере в пижаме! Да и для первого дня учебы наказание казалось излишне жестоким.

Эльф невозмутимо взирал на трясущихся от холода учеников. Рийса не выдержала и захихикала, а потом мстительно добавила:

– Так тебе и надо, Энди Ра...

Закончить фразу она не успела. Магистр сгреб ее за шиворот, и отправил туда же, откуда только что выбрались юноши - в ледяную воду. Хели бросила на отца укоризненный взгляд, а затем подошла к подруге. Та как раз выбралась на берег и пыталась отжать черную косу. Магистр холодно сказал:

– Никаких распрей в моем отряде не будет. В следующий раз так легко не отделаешься.

Стуча зубами, Рийса кивнула. Магистр щелкнул пальцами. От одежды и волос девушки пошел пар. За мгновение они стали сухими. Второй щелчок - и то же самое прошло с одеждой и волосами Энди. А затем наставник повернулся ко все еще мокрому насквозь Хайену. По его взгляду юноша сразу понял, что был взвешен, измерен и признан негодным. И вообще, свою ягодку эльф растил не для него.

Юноша напомнил себе, что перед ним великий маг, у которого он так сильно хотел учиться. Который выпускает лучших. Но это не помогло. Хайен все еще был очень зол. Взгляд магистра Лина и то, что тот не потрудился высушить полуэльфа, заставляли острее ощущать несправедливость.

В этот момент Хели тяжело вздохнула и подошла к Хайену. Она остановилась напротив и виновато заглянула юноше в глаза, а затем положила руку на его плечо. От серой школьной пижамы пошел пар. Теперь только мокрые черно-белые пряди холодили спину.

– Прости, волосы сушить не рискну, - улыбнулась она и вернулась к Рийсе, стараясь не смотреть на своего отца.

На лице магистра Лина промелькнуло бешенство. А Хайен почувствовал, что удовлетворен этой маленькой местью. Эльф указал в сторону леса и скомандовал:

– По этой тропе бегом.

Хайен первым хотел рвануть с места, но в его плечо впились тонкие сильные пальцы, а над ухом раздался голос наставника:

– А ты задержись.

Юноша проводил взглядом убегающих товарищей и нехотя посмотрел в лицо учителя.

– Слюни подбери, - сказал эльф, и его голос был холоднее льда. - Моя дочь не для тебя. Не нужно так смотреть на нее. Я понятно выразился?

– Вполне, - процедил Хайен.

После этого он вырвал свое плечо из хватки наставника и побежал догонять товарищей.

Эльф заставил их бегать по лесу, окружающему замок, целый час. Энди и Хайен так и бегали босыми. После этого учитель смилостивился, и отправил учеников обратно в комнату.

Энди рухнул на постель и с облегчением вздохнул:

– Я уж думал, он нас заставит на завтрак в пижамах идти. Давай шевелиться, а то опоздаем.

Хайен с досадой сказал:

– У меня такое чувство, будто на самое главное мы уже опоздали.

Его товарищ примирительно сказал:

– Это же Серебряная Смерть. Его суровые методы общеизвестны. Привыкай.

– Его суровые методы не так суровы ко всем остальным, как ко мне, - ответил Хайен, собирая влажные холодные пряди в хвост.

Энди только сочувственно вздохнул и начал собираться. Хайен тоже торопливо надел серые брюки, рубашку того же цвета и странную жилетку на запахе с фиолетовой окантовкой.

– Вроде замок Алый, - задумчиво сказал он. - А цвета - серый и фиолетовый.

Его товарищ прокашлялся и хорошо поставленным менторским тоном заговорил:

– Двадцать пять лет назад король Райтон Первый дал пяти магическим школам статус Академий, уравнял их в правах и ввел универсальную форму.

– То есть король у нас любитель серого и фиолетового? - иронично спросил Хайен.

– Спроси при встрече, - пожал плечами Энди.

– Сомневаюсь, что удостоюсь чести познакомиться с ним.

– Учитывая, что трое Верных собрались в одном месте из-за твоих документов… – он сделал многозначительную паузу. - Не удивлюсь, если это произойдет гораздо раньше, чем ты думаешь. Да и мать Хели - названная сестра короля.

Энди подмигнул товарищу, и Хайен понял, что его интерес к дочери наставника не остался незамеченным.

Завтракать адептам полагалось в просторной столовой на первом этаже. Стоило юношам войти, как Хайен тут же заметил Хели, которая махала им от углового столика. Рийса сидела с ней рядом. Юноши набрали на подносы еды и отправились к ним.

Стоило Хайену опуститься за стол рядом с Хели, как девушка пощупала его волосы и сочувственно сказала:

– Все еще влажные.

– Ерунда, – отмахнулся юноша.

Рийса наклонилась вперед и заговорщицки прошептала:

– А вот новости, которые мы тебе принесли, вовсе не ерунда.

Хайен нахмурился и переспросил:

– Новости? Какие новости?

Рийса уже открыла рот, чтобы заговорить, но внезапно осеклась и замолчала. Хайен терпеливо ждал. Девушка смотрела куда-то ему за спину. Затем она обменялась взглядами с Хели. Полуэльфийка придвинулась к юноше и начала очень тихо пересказывать разговор, который Рийса услышала ночью. Стоило ей закончить, как Рийса тихо сказала:

– Обернитесь, только не все сразу. Вот эту бледную немочь, которая сидит одна, я имела в виду. Там, неподалеку от Рамона-младшего. Не помню, как ее зовут совершенно…

Хайен бросил взгляд в указанную сторону. Девушка и правда была очень худой и бледной. Щуплая фигурка, белая кожа и длинные светлые волосы, собранные в хвост. Незнакомка вяло ковырялась в тарелке. Неподалеку от нее за столом он заметил того самого хлыща, которого встретил во дворе замка вчера. Кажется, именно его звали Рамон-младший.

Хайен снова повернулся к своим товарищам. В этот момент Энди тоже бросил взгляд назад и ядовито усмехнулся:

– Ну да, тебе то зачем ее помнить? Родственников настоящей жены твоего отца помнить не обязательно? Можно делать вид, что их нет, и считать себя законной частью великого рода…

В глазах Рийсы сверкнуло бешенство. Хели решительно сказала:

– Прекратите оба. Отец сказал…

Ее подруга повернулась и спросила:

– И что? Расскажешь ему?

Ответить Хели не успела. Рийса тут же снова повернулась к Энди и сказала в тон ему:

– Ну да, можно просто гордиться предком, который убил семью с двенадцатью детьми, а тринадцатого, шестилетнего, оставил сидеть в луже крови в разоренном доме…

С этими словами девушка решительно встала и удалилась, гордо вскинув голову. Хели укоризненно посмотрела на Энди. Тот насупился и буркнул:

– Можешь жаловаться магистру Лину, если хочешь. Я не буду перед ней извиняться.

С этими словами он поднялся, чтобы уйти, но Хайен решительно схватил товарища за рукав и усадил обратно.

– Нет уж, - заявил он. - Ваши семейные разборки меня не интересуют. Скажи, что это за девица.

Хели призналась:

– Я ее тоже совершенно не помню. Будь так добр, Энди, ответь Хайену. Возможно, из-за этой девушки у него будут неприятности. А теперь мы в одном отряде.

Юноша выдернул рукав у Хайена и проворчал:

– Ладно уж. Хотя ты, Хели, тоже должна ее помнить. Это же Андела Рэувелл. Ее мать урожденная Ичби, одна из племянниц Элизы Ичби.

Хели с каким-то новым интересом бросила взгляд за спину Хайена и медленно произнесла:

– Андела Рэувелл, значит… Снова Ичби.

Хайен требовательно спросил:

– Кто она такая? И при чем здесь Ичби? Это же слабый род. Они были лишены титула…

– … пятьдесят лет назад, после того как моя мать закрыла Двери, - закончила за него Хели. - Они участвовали в заговоре против короны. Их земли отошли герцогам Тан.

Хайен с досадой произнес:

– Но это же ничего не объясняет!

– Может быть, да, а может, и нет, - пожала плечами девушка. - Твой отец участвовал в закрытии Дверей и подавления государственного переворота, который пытался совершить темный Файлорн. Мы не знаем, что и с кем он не поделил, пока не исчез.

Энди задумчиво сказал:

– Кроме того, они говорили о каких-то способностях, которые могли достаться Хайену по наследству, и о каких-то сведениях. Пока совершенно непонятно, что им нужно.

Хайен еще раз покосился за спину и задумался. Он хотел узнать что-то об отце, и от количества обретенных знаний уже шла кругом голова. И пока вопросов только прибавлялось. Хели тихо сказала:

– Нужно рассказать отцу.

– Нет, - отрезал Хайен. - по-моему, он и сам не против, если меня отчислят.

Она не стала возражать, но почему-то юноша был уверен, что поступит девушка по-своему. Остаток завтрака прошел в молчании.

В этот день у первого курса было четыре урока, и большая часть показалась ему скучными. Первым традиционно была теория магии, и там ему по-настоящему понравилось. Сухопарый молодой человек, который представился магистром Айзертом, увлекательно рассказывал о природе магии, учил их собирать силу на кончиках пальцев и делать простые росчерки, из которых потом будут складываться заклинания. Хайен в первый раз смог почувствовать свою целительскую магию. Когда в его руках вспыхнул ровный зеленый огонек, юноша сначала не поверил своим глазам. А вот Хели несмотря на усилия, так и не смогла сконцентрировать магию и не создала ни одного росчерка.

Остальные уроки не шли с теорией магии ни в какое сравнение - словесность, землеописание, и история, которую вел директор, показались ему ужасно тоскливыми. В классе было около четырех десятков человек. Рамон Фортео-младший и бледная Аделина сидели на соседнем ряду и не обращали никакого внимания на темного полуэльфа. Но Хайен то и дело ловил на себе любопытные взгляды других учеников.

На переменах вездесущая Хели успела переговорить и с Энди, и с Рийсой. И, похоже, уговорила их заключить перемирие. Поэтому обед прошел в торжественном молчании и без ссор. А после него адептам предстояло отправиться на первые в своей жизни практические занятия по магии.

После утренней побудки Хайен немного остыл к обучению у Серебряной Смерти. Но теория магии захватила юношу, и теперь он жаждал применить свои скудные знания. О том, что магистр, похоже, возненавидел его с первого взгляда, юноша старался не думать. А вот Хели шла все медленнее, чем ближе они подходили к полю для тренировок, которое с утра показал учитель. Судя по ее лицу, ничего хорошего от первого урока у папочки она не ждала.

Хайен и сам не заметил, как тоже замедлил шаг. У самой поляны девушка вскинула голову и попросила:

– Не спорь с ним, ладно? И не нарывайся на неприятности. Больше всего он ценит усердие. Ты сможешь заставить его себя уважать.

Ответить Хайен не успел - они вышли на круглую утоптанную поляну среди леса, где их уже ждал магистр Лин. На нем была простая черная одежда, и только сапоги с серыми разводами из шкуры редчайшего горного вепря были готовы сообщить всем и каждому, что перед ними один из богатейших людей королевства.Адепты выстроились перед ним.

Какое-то время эльф молча разглядывал своих новых учеников, скрестив руки на груди. Его лицо совершенно ничего не выражало, аметистовый взгляд лишь на мгновение задержался на лице дочери, которая усердно рассматривала носки своих сапог.

Сначала им предстояло выучить простейший щит. Магистр неспешно продемонстрировал им росчерки, которые нужно было делать двумя руками. Адепты старательно повторяли, и только Хели стояла в стороне. Магистр ходил вокруг остальных, поправляя локти, опуская вниз плечи и метким тычком заставляя адептов выпрямлять спины. Когда перед Хайеном вспыхнул зеленый щит, эльф, наконец, повернулся к своей дочери. Юноше показалось, что в его взгляде промелькнула тоска. Но когда магистр заговорил, то в его голосе слышалась только усталость.

– Это то, чего ты хотела? - спросил он. - Стоять в стороне и наблюдать, как твои товарищи учатся тому, что тебе не будет доступно никогда? День за днем, три года подряд?

Хели вскинула голову и посмотрела в глаза отца. Два аметистовых взгляда встретились, и лед в одном не мог пробить упрямство другого. Неожиданно для себя Хайен вмешался:

– Ей это не нужно. У нее и так есть потрясающая способность.

Эльф медленно повернулся к нему и вскинул бровь. А затем холодно произнес:

– Я разговаривал со своей дочерью, а не с тобой, мальчик. Сейчас тебя должны волновать только твои собственные способности. И то, хватит ли их, чтобы показать на моих уроках хоть что-то достойное. Щит!

Хайен стиснул зубы, но приказ исполнил. Собрал силу на кончиках пальцев и сделал несколько росчерков. Зеленый щит вспыхнул перед ним.

– Неплохо, - скупо похвалил наставник. - А теперь проверим его на прочность.

Кажется, он только шевельнул пальцами, и на щит Хайена обрушился поток пламени. Очень быстро юноша понял, что сила, с которой ему пришлось столкнуться, несоизмеримо больше. Он поймал холодный взгляд эльфа. И в ответ внутри пробудилось бешенство. Утренняя побудка и чувство несправедливости сделали свое дело. Теперь Хайену больше всего на свете хотелось реванша. И магия, та магия, к которой он привык, которая была его сущностью, воздухом, жизнью, которая каждый вечер помогала ему проникать в сны, откликнулась. Зеленый щит треснул, но не исчез. В центре его появилось черное пятно, и оно начало стремительно оплетать линии целительской магии, создавая новый, более крепкий щит. Хайен с торжеством взглянул в глаза учителя, ожидая увидеть в них недоумение. Но единственный глаз наставника пылал такой ненавистью, что Хайен невольно отшатнулся. В тот же миг пламя взвилось к небу, желая раздавить того, кто посмел пробудить столь ненавистную эльфу темную магию.

Глава 5. Темная магия

Черный щит треснул под напором пламени и осыпался обрывками лент силы. В тот же миг тонкие девичьи руки обняли Хайена сзади, и пламя накрыло его с головой. Только на этот раз оно не обжигало. Когда он открыл глаза, то обнаружил, что они с Хели стоят в двух шагах от ее отца. Под взглядом эльфа девушка поспешно выпустила Хайена и отступила в сторону.

Магистр Лин повернулся к своей дочери, а затем пламя вокруг него начало медленно гаснуть. В его глазах было изумление.

– Как ты это сделала? - спросил он. - Разве ты можешь переносить других? Мы же пробовали много раз, и ничего не получалось.

Хели виновато пожала плечами и призналась:

– С Хайеном получилось. Сама не знаю, как.

Когда наставник шагнул к ним, юноша напрягся, ожидая худшего. Но тот лишь вздохнул и коснулся рукой головы своей дочери. Из книг, которые заставляла читать его мать, Хайен знал, что это принятый у эльфов жест утешения. Затем учитель повернулся к нему. Теперь в его взгляде было ледяное спокойствие. Он бесстрастно попросил:

– Не используй эту магию на моих уроках.

– Вы сильнее, - упрямо возразил Хайен, - и…

– … И ты пришел сюда за силой, верно? - оборвал его наставник. - Ее нельзя получить, сражаясь только с теми, кто с тобой на одном уровне. И развивать ты будешь целительскую магию. Повторяю еще раз - не используй это на моих уроках.

Юноша неохотно кивнул. За спиной магистра робко подала голос Рийса:

– Магистр Лин… А я? Мне тоже нельзя пользоваться темной магией?

Девушка казалась немного сбитой с толку. Эльф обернулся и ответил:

– Тебе - можно.

Хайен снова почувствовал злость. Снова для него другие правила?

– Тогда почему нельзя мне? - возмутился он.

– Твоя магия приносит вред, - отрезал наставник.

– Любая магия может нанести вред, - возразил юноша. - Таны используют силу мертвых. Чем моя магия хуже?

Хайен требовательно смотрел в холодное лицо учителя и ждал ответа. Тот долго молчал. Наконец, магистр Лин соизволил сказать:

– Твоя магия - не такая.

Юноша недоуменно переспросил:

– Какая - не такая? Что со мной не так? Почему вы все время так смотрите на меня? И… на миг мне показалось, что вы хотите меня убить.

Эльф скрестил руки на груди и медленно обошел вокруг Хайена и Хели.

– Если хотя бы одна живая душа за пределами этого поля узнает, что ты унаследовал от Ллавена темную магию… - начал он. - Все эльфы Мерцающего Леса захотят тебя убить. И нас ждет дипломатический скандал. Потому что Его Величество Райтон тебя не выдаст.

Говорил он предельно серьезно. Хайен почувствовал замешательство. То, что его могут убить только за наличие редкого вида магии, не укладывалось в голове. Юноша вспомнил картину в музее и спросил:

– Король был дружен с моим отцом?

Магистр остановился напротив него и кивнул:

– Да. Это один из его лучших друзей. Поэтому - не используй эту магию. И вы молчите. Ясно?

С этими словами он бросил выразительный взгляд в сторону Энди и Рийсы. Адепты серьезно кивнули. А Хайен продолжил допытываться:

– Моего отца изгнали из-за того, что он темный?

– Да, - нехотя ответил наставник.

Юноша продолжил задавать вопросы:

– Что такого в темной эльфийской магии? Почему светлые эльфы так ненавидят темных?

Магистр с сожалением покачал головой:

– Этого я не могу тебе сказать. Есть тайны нашего народа, которые не предназначены для людей. Это одна из них.

Юноша снова почувствовал злость. Каждый ответ учителя вызывал только новые вопросы.

– Не хотите рассказывать - найду другого эльфа и узнаю у него все, - запальчиво сказал он.

Наставник снисходительно улыбнулся:

– Ни один эльф в здравом уме не расскажет тебе об этом, мальчик.

– Тогда найду того, кто не в здравом уме!

Он немного грустно усмехнулся в ответ:

– Боюсь, не получится. Успокойся, мальчик. Сейчас у нас тренировка. Щит…

Несколько мгновений Хайен сверлил учителя возмущенным взглядом. Хели тихо окликнула его:

– Хайен, не надо… Отец…

Юноша медленно опустил глаза. А затем покосился на Хели. Чувства на ее лице сменяли друг друга, и юноша отчетливо понял - она что-то знает. И твердо решил расспросить девушку чуть позже.

Магистр в этот момент повернулся к своей дочери:

– Попробуй переместить Рийсу вместе с собой.

Хели просияла. Вспышка пламени - и она уже стоит около подруги. Рийса с готовностью протянула ей руку. Хайен ожидал, что они исчезнут. Но Рийса вскрикнула и поспешно вырвала руку.

– Больно, - зашипела она.

Хайен увидел, что на ее запястье остался алый след от ожога. Магистр удивленно вскинул бровь и подошел к ученице. Затем произнес несколько слов на незнакомом языке, и его пальцы вспыхнули зеленью. Он коснулся запястья Рийсы, и ожог начал уменьшаться. И Хайен понял, что видит перед собой эльфийскую магию. Ту самую, которой им с Хели, как полукровкам, не досталось. Затем учитель снова повернулся к нему и спросил:

– Тебе было больно, Хайен?

Юноша осторожно сказал:

– Да, но ожогов не осталось.

Магистр какое-то время задумчиво смотрел на ученика. А затем нехотя приказал дочери:

– Попробуй переместить Хайена.

Было видно, что желание узнать, как работает магия Хели, борется внутри него с желанием не подпускать дочь к темному полуэльфу.

В следующий миг девушка уже стояла рядом с Хайеном. Юноша с готовностью протянул ей руку. На этот раз снова было горячо, но перемещение удалось. Открыл глаза он уже в шаге от Рийсы.

– Снова больно, но терпимо, - сообщил он.

– Снова больно? - переспросила Хели. - А было не больно?

– Да, - признался Хайен. - В прошлый раз. А сейчас ощущения такие же, как в первый раз, когда ты меня переносила…

Он осекся, встретив предупреждающий взгляд девушки.

– И куда она тебе переносила? - тут же спросил магистр Лин.

– Никуда, - ответила Хели. - Показывала свои способности, не более того.

– Хорошо, - медленно произнес эльф, хотя по его тону было ясно,что ничего не хорошо. - Осталось понять, почему в каких-то случаях твоя магия причиняет боль, а в каких-то нет. И почему ты не можешь переместить Рийсу или кого-то другого, но можешь переместить Хайена. И как получается, что ему то больно, то нет.

Минуту Хели напряженно думала. Затем на ее лице появилось понимание. Она покосилась на отца, посмотрела на Хайена, снова покосилась на отца. И наконец, решилась.

– Собственно, почему нет, - пробормотала она, будто пытаясь убедить саму себя.

После этого Хели серьезно взглянула в глаза Хайену, подошла вплотную и обвила его шею руками. В следующий миг их снова окружило пламя. Девушка предусмотрительно переместилась на другой конец поля. Словно для того, чтобы оказаться подальше от недовольного отца. Она торопливо отошла на пару шагов и спросила:

– А теперь?

– Не больно, - подтвердил Хайен ее догадку.

Рийса хихикнула и тут же испуганно зажала рот ладонью. Магистр бросил на нее ледяной взгляд и сказал:

– Продолжаем тренировки.

Кажется, на этом его энтузиазм к исследованию способностей дочери поутих. И эльф снова принялся выжимать все соки из остальных учеников. На Хели он больше не обращал внимания, и девушка просидела на большом камне под деревом до окончания тренировки. Хайен внутренне продолжал недоумевать. Он никак не мог понять, почему такая потрясающая способность игнорируется. Почему он не делает ничего, чтобы развивать ее, раз уж Хели больше ничего не умеет? Но скоро от адептов потребовалась предельная концентрация, и думать о девушке стало некогда.

Юноша быстро понял, что ему достался самый бесполезный в бою вид магии. Количество боевых заклинаний было ограничено, и большая часть его способностей предназначалась для лечения. Учиться этому предстояло отдельно. Два раза в неделю его ждал факультатив по целительству. На первое занятие юноше нужно было прибыть после ужина.

Когда адепты брели обратно, их пошатывало от усталости.

– Ничего, - оптимистично заявила Рийса, - отец рассказывал, что его друзья вытаскивали с первой тренировки на себе. Если мы ушли на своих ногах, то не слабаки. Мы еще покажем ему, что мы достойные дети своих родителей.

В этот момент за их спинами магистр окликнул свою дочь:

– Хели. Задержись.

Девушка тяжело вздохнула, но возражать не стала, а развернулась и пошла обратно на тренировочное поле. Хайен, несмотря на усталость, приотстал от товарищей, а потом ужом проскользнул между кустов и вернулся обратно. Юноша укрылся в тени дерева и прислушался.

– …Не брала я ее, - упрямо сказала Хели.

Судя по ее тону - сказала уже не первый раз.

Магистр Лин мягко сказал:

– Эта книга должна храниться в библиотеке рода. Я знаю, что тебе она нравится. Но детские мечты стоило оставить дома.

– Ничего я не брала, - упрямо повторила девушка. - Спроси у Кириана или Кайета.

Хайен осторожно выглянул из-за ствола и увидел, что эльф скептически смотрит на свою дочь. Наконец, он сухо сказал:

– Хорошо. Тебе письмо от Лоя.

С этими словами он вручил ей конверт. Девушка тут же прижала его к груди и просияла. Хайен почувствовал укол ревности. Кто такой этот Лой, что письму от него Хели так рада? Он должен это выяснить.

На этом отец и дочь распрощались. Эльф ушел через портал, а Хели направилась по тропе к замку. На полпути Хайен догнал ее и беззаботно спросил:

– Что хотел твой отец?

Девушка улыбнулась и ответила:

– Письмо от брата передал.

– У тебя есть брат? - с облегчением спросил юноша.

– Братья, - поправила Хели. - У меня их четыре. Ты должен был о них слышать. Две пары Пламенных близнецов семьи Манкьери. Лой и Лэл, Кириан и Кайет.

– Лой и Лэл? - задумчиво переспросил Хайен. - Странные имена.

– На самом деле их зовут Лойвиллиэль и Лэллителлио, - сообщила девушка. - Но так их называет только бабушка.

– Лучше уж Лой и Лэл, - согласился он.

Затем Хайен остановился, побуждая Хели сделать то же самое. Он приблизился к девушке и тихо спросил:

– Хели… Ты же знаешь правду, верно? Про темных эльфов. То, что не сказал мне магистр Лин.

Она долго смотрела ему в глаза и колебалась. Юноша терпеливо ждал. Наконец, Хели вздохнула и тихо ответила:

– Прости, Хайен. Но я знаю только то ,что он тебе и так рассказал. Темных убивают. Но я не знаю почему. Кажется, они вредят другим. Мне жаль. Я попробую спросить маму при встрече. Но думаю, что она не расскажет.

Юноша был раздосадован, но показывать это Хели не стал. Беззаботно болтая, они вернулись в замок. А после ужина Хайен откопал в куче выданных учебников тот, на котором крупными буквами было написано “Целительское искусство”, и поплелся на дополнительный урок.

Учиться им предстояло не в классе, а в чистой, светлой комнате в целительском крыле, по соседству с которой располагались палаты для больных. Занятие вел пожилой маг с наполовину седыми короткими волосами и раскосыми глазами. Он представился как магистр Руцу. Учеников оказалось всего четверо - Хайен, темноволосая девушка с раскосыми глазами и лицом коренной жительницы Но-Хина, невзрачный юноша из какого-то захудалого рода и Та самая бледная девушка, которую Рийса показывала им в столовой. Юноша смог вспомнить только ее имя - Адела.

Хайен не ждал ничего особенного от этого урока. Боевая магия интересовала его куда больше, и необходимость изучать целительство его не обрадовала. Но неожиданно ему понравилось. На первом уроке они выучили только одно заклинание - око целителя, с помощью которого можно было рассматривать источники других людей и замечать болезни. Все это адептам только предстояло изучить. А пока адепты с интересом рассматривали источники друг друга.

Типичный магический представлял собой стержень, на который была намотана лента магии. Чем длиннее эта лента и больше слоев - тем больше сила ее владельца. А еще Хайену теперь очень хотелось заглянуть в источник Хели. Девушка предполагала, что у нее повреждение источника. И ему очень хотелось увидеть это своими глазами. Но сначала юноша был твердо намерен попасть в сон Хели. Уж этой ночью ему никто не помешает это сделать.

После окончания факультатива юноша хотел отправиться в свою комнату. Но стоило ему выйти за дверь, как ему преградила путь та самая бледная девушка.

– Привет, - улыбнулась она. - Я Адела. Тебя Хайен зовут, я слышала на поступлении.

– Приятно познакомиться, - пробормотал юноша, стараясь скрыть подозрительные нотки в голосе.

После рассказа Хели и Рийсы, к девушке он отнесся подозрительно. Та убедилась, что они в коридоре одни, и сделала шаг к Хайену. Юноша невольно отшатнулся и уперся спиной в стену. Против компании девушек он обычно ничего не имел против, но эта вызывала у него смутную тревогу, которую он не мог объяснить даже самому себе. Да и Хели.. Хели затмила собой всех остальных. Адела приблизилась и зашептала, глядя ему в глаза:

– Я должна рассказать тебе кое-что важное. О твоем отце.

Хайен весь обратился в слух.

– Рассказывай, - осторожно ответил он. - Я слушаю.

– Не здесь, - с улыбкой покачала головой Адела. - Приходи в субботу вечером к воротам конюшни. Там я расскажу тебе все, что знаю. Если тебе интересно, где он, конечно.

С этими словами девушка развернулась и ушла.

Хайен, наоборот, возвращался в общежитие медленно, пытаясь собрать в кучу все, что узнал об отце за эти дни и понять, что делать дальше. Аделе он не верил. не потому, что Рийса рассказал ему о подслушанном разговоре. Не верил и все. Какой-то животный инстинкт предупреждал его, что от этой девицы нужно держаться подальше. Но подслушанный разговор подтверждал, что Адела могла что-то знать о его отце. Знать то, чего не знал он сам. То, чего ему больше никто не скажет. Сегодня он в очередной раз убедился, что магистр Лин будет молчать. Даже Хели что-то не договаривала, в этом он был уверен.

В комнате Хайена ждало домашнее задание и сонный уставший Энди. Правда, тот успел сделать домашнюю работу, и великодушно позволил Хайену его списать. Так что в постель юноша отправился лишь чуть позже своего нового товарища. Рассказывать Энди про разговор с Аделой Хайен не стал. А с приближением ночи он все больше думал о том, что сегодня, наконец-то, попадет в сон Хели. Юноша специально выждал и лег позже, чтобы застать ее спящей. И на этот раз удача ему улыбнулась. Стоило Хайену закрыть глаза, как он сразу ощутил, что Хели спит. Дотянуться до ее сна оказалось неожиданно сложно. Но у него получилось.

… Хели снилась стена. Черная и гладкая, отполированная до зеркального блеска. Девушка шла, касаясь ее ладонью. От поверхности веяло холодом, и это вызывало у нее тоску. Хели точно знала, что когда-то эта стена была теплой. Нет, горячей, раскаленной. Камни плавились и шипели, пока магия прошлых поколений придавал им форму. А теперь остался только холод. Холод, пустота и тоска.

Хайен шел за спиной девушки, стараясь уловить тончайшие оттенки ее чувств. Этот сон был странным. И юноша совершенно точно знал, что он снится девушке не в первый раз. Но и и на преследующий кошмар черная стена тоже не тянула. Юноша осторожно коснулся сознания Хнли, пытаясь выловить то желание, которое двигало ей в этом сне. И девушка перед ним остановилась и вздохнула:

– Вот бы попасть на ту сторону…

В этот миг Хайена выдернули из сна самым жестоким образом. Кто-то стянул с него одеяло. А затем над головой юноши раздался холодный голос магистра Лина:

– Вставай.

Юноша нехотя открыл глаза. Комнату освещал одинокий пламенный светлячок над головой учителя. Над ними переливался купол какого-то неизвестного заклинания. Заметив его взгляд, наставник пояснил:

– Это глушилка. Позволяет нам не будить Энди и говорить в полный голос. Вставай и одевайся.

– Зачем? - не понял Хайен.

– Дело есть. Одевайся.

Юноша потянулся к одежде, подозрительно поглядывая на учителя. Дело? Посреди ночи? Что же магистру Лину нужно от него?

Глава 6. Темная магия ч.2

Хайен оделся под бесстрастным взглядом учителя. Эльф указал ему на куртку и сказал:

– Там, куда я поведу тебя, довольно холодно в это время.

Юноша послушно натянул ее, а потом спохватился и спросил магистра:

– А вы?

Эльф стоял перед ним в том же костюме, что и днем.

– Я Пламенный, - ответил учитель. - Мне нигде не бывает холодно. Идем.

С этими словами он бросил на пол горсть портального порошка и первым вошел в облако синего дыма. Хайен последовал за ним.

На другой стороне портала его ждала небольшая долина. Луна освещала черную гладкую поверхность и такие же черные, словно оплавленные, отвесные скалы вокруг. На миг у юноши мелькнула мысль, что это отличное место, чтобы убить ненавистного ученика без свидетелей. Магистр легким росчерком создал целый рой пламенных светлячков, которые ярко осветили поляну. А затем повернулся к адепту и окинул его насмешливым взглядом.

– Не собираюсь я тебя убивать, не беспокойся, - сказал эльф. - Я дал клятву перед Хаассолиреном защищать тебя до выпуска. Так что, хочется мне того или нет, придется с тобой возиться.

Хайен оглядел покрытые копотью стены ущелья и спросил:

– Тогда что мы будем здесь делать? И почему - ночью?

Магистр выдохнул и процедил:

– Ты будешь учиться пользоваться своей магией. Темной.

– Вы же сказали не использовать ее на уроках, - удивился юноша.

– Никто не должен видеть, как ты пользуешься ей. Поэтому тренироваться будешь здесь, по ночам.

Хайен вспомнил взгляд эльфа, когда тот увидел темный щит, и снова подумал о том, что здесь его и прикопают. Если он не сможет защититься. Магистр Лин холодно улыбнулся, и пламя окружило долину. Хайен не сводил взгляд с учителя.

– Щит! - приказал эльф.

Юноша тут же сложил пальцы и собрал магию. Росчерки вышли четкими, а заклинание - в точности таким, как эльф показывал на уроке. В глазах наставника мелькнула тень одобрения. Но затем он нахмурился и попросил:

– Теперь используй темную магию.

Хайен сосредоточился. Сначала ничего не получалось. Щит равномерно светился зеленью, сколько бы он ни старался. Это оказалось гораздо труднее, чем уйти в сны. Магистр негромко сказал:

– О чем ты думал в тот момент, когда проснулась та магия, мальчик? Что ты чувствовал?

Юноша задумался. Что он чувствовал? Больше всего на свете он жаждал реванша. Признания своей силы.

В этот момент эльф холодно произнес:

– По-другому не выйдет, да?

И в следующий момент он начертил заклинание. Удивлению Хайена не было предела, когда на него понеслась стена воды. Целительский щит рассыпался обрывками лент силы. Юноша влетел спиной в камень и мгновенно вымок до нитки. Ему показалось, что в последний момент эльф отвел заклинание в сторону, не позволяя ему раздавить ученика.

– Это все, на что ты способен? - спросил учитель. - Щит! Используй всю свою силу.

Хайен повторил росчерки, и через полупрозрачное собственное заклинание со смесью зависти и восторга наблюдал за тем, как эльф с невероятной скоростью начертил новое. Это снова была вода. На этот раз в его сторону неслось нечто вроде драконьего крыла из водной магии.

Теперь урон ограничился разбитым магическим щитом и чувствительным ударом под ребра. Юноша ощутил, что его жалеют. Эльф гасил заклинания, чтобы не ранить своего ученика. Следующий щит Хайен даже не успел начертить - еще одно здоровенное драконье крыло разнесло в клочья зеленоватые росчерки и снова отбросило юношу к стене. После этого он не успел даже шевельнуться, как вода сомкнулась вокруг него, словно огромные челюсти. Теперь он не мог пошевелить даже пальцем. Да и маги осталось мало - его источник не успел восстановиться после дневной тренировки и занятий по целительству… Вода давила все с большей силой. Хайен поднял глаза на учителя. Лицо эльфа ничего не выражало. Это ледяное спокойствие вывело юношу из себя. И магия, наконец, проснулась.

Он будто вынырнул на поверхность и снова мог дышать. Черный ореол вспыхнул вокруг его тела, расталкивая в сторону два водных потока. Затем из черной оболочки во все стороны потянулись гибкие плети, такие же черные. Они оплели заклинание учителя, стараясь, в свою очередь, раздавить его. В глазах эльфа мелькнуло отвращение. Легким жестом он развеял водные челюсти. А затем случилось то, чего Хайен ждал сразу. Пламя метнулось к нему и вспыхнуло до небес. Черные плети тут же окружили юношу. Но их защита ему не пригодилась - пламя отступило и начало медленно гаснуть. Казалось, что эльфу стоило больших усилий усмирить собственную силу.

Когда огонь погас, магистр бесстрастно попросил:

– Убери это, Хайен.

Юноша взглянул на извивающиеся черные плети, и в тот же миг они растаяли. Наставник задумчиво произнес:

– Что ж, по крайней мере, ты способен держать эту силу в узде. Пока что. Будем считать эту попытку успешной.

Хайен подозрительно спросил:

– Что значит - пока что?

Наставник подошел к нему, поймал черно белую прядь волос и сжал ее в пальцах. А потом ответил вопросом на вопрос:

– Как давно твои волосы стали такого цвета, мальчик?

– В каком смысле - стали такого цвета? - не понял Хайен. - Они всегда такими были, сколько я себя помню. Мама говорит, я с такими родился.

– И они никогда не меняли цвет? - продолжал настороженно расспрашивать магистр Лин. - Черных не становилось больше?

– Ну, за каждую волосинку не поручусь. Но да, я никаких перемен цвета не замечал.

В этот момент юноша вспомнил еще одну странную деталь, на которую раньше не обратил внимания. На портрете у его отца были светлые волосы с черными прядями, а Хели описала его как эльфа с черными волосами, в которых было несколько светлых прядей. Сначала эльф не придал этому значения. Ей было пять лет, девушка могла ошибиться, плохо запомнить внешность незнакомца. Но вместе с вопросами магистра Лина этот факт вызвал внутри юноши новые подозрения.

– Как цвет волос связан с моей магией? - спросил он. - А что, если бы они меняли цвет? Если черных станет больше, что произойдет?

– Возможно, с тобой - ничего, - ответил наставник. - Мы слишком мало знаем о том, как полуэльфы наследуют магию. Чаще всего этого не происходит. Наблюдай за собой. Теперь ты начал пользоваться силой. Если у тебя появятся новые черные волосы… скажешь мне.

Немного подумав, юноша тихо спросил:

– А если… Допустим, я всегда умел пользоваться этой магией, и мои волосы не меняли цвет, это хорошо или плохо?

Магистр удивленно вскинул бровь и переспросил:

– Всегда? ты хочешь сказать, что темная магия проснулась не сегодня? Ты уже пользовался ей?

– Она была со мной всегда, - просто ответил Хайен. - Только я не знал, что ее можно использовать таким образом.

Наставник скрестил руки на груди и ответил:

– Хорошо, если так. Но если ты не знал, каким образом ее можно использовать… То как же ты использовал ее до этого, мальчик?

Хайен опустил взгляд. Отчего-то он чувствовал, что рассказывать про сны нельзя ни в коем случае.

– Я жду ответа, - холодно напомнил эльф.

Юноша поднял на него глаза, лихорадочно пытаясь придумать хоть что-то, но от необходимости говорить его избавило шипение открывающегося портала. Из синего дыма в двух шагах от учителя вышел еще один светловолосый эльф в серой форме, которую мог узнать любой житель королевства. Перед ним был ищейка. Следователь из Серого замка.

Вновь прибывший скороговоркой выпалил приветствие и поспешно сунул в руки магистру Лину какой-то амулет.

– Алу нужна помощь, - сообщил незнакомец. - У нас проблемы на границе, с троллями. Нужно добавить огонька.

Учитель нахмурился:

– У вас трое Пламенных…

– Да в Джубиране они сейчас, ловят столичную часть шайки, - отмахнулся Серый. - Поспеши, пока враги не разбежались, потом искать троллей по норам себе дороже.

Магистр вытащил из кармана горсть портального порошка и сжал амулет. Напоследок он бросил:

– Верни мальчишку в общежитие.

Незнакомец поспешно кивнул, а наставник исчез в облаке синего дыма. Ищейка тут же схватился за медальон в виде алого камешка и проговорил:

– Направил его к тебе. Запад? Буду.

Хайен понял, что медальон - это какое-то средство для связи. незнакомец в это время повернулся к нему и с досадой произнес:

– Прости, но я не успею вернуть тебя в общежитие, - он бросил горсть портального порошка, - придется взять с собой.

С этими словами эльф схватил Хайена за руку и протащил сквозь синий дым. Юноша не успел и слова сказать, как портал за его спиной уже закрылся. Их все еще окружали горы, но уже немного другие. И здесь было холоднее.

– Как тебя зовут? - спросил его эльф.

– Хайен.

– Я Цанцюритэль хаа Луйцзен Лю. Но ты можешь звать меня просто Цанцю. Не бойся, я тебя прикрою.

С этими словами он снова сжал алый медальон и сказал:

– Идрессиэль, что у вас?.. Отлично. Здесь работы еще полно… Но теперь к нам присоединился твой дядя, так что дело пойдет быстрее. Доложи Алу, когда закончите.

Хайен совершенно не понимал, что происходит, и куда его притащил эльф с очередным непроизносимым имечком.

В этот момент внизу, в долине, расцвел огромный огненный цветок. Юноша увидел, как пламя начинает пожирать дома незнакомой постройки.

– Он сжигает деревню? - удивился Хайен.

– Это тролли, - пояснил Цанцю. - Пока полдеревни не спалишь, они в твою сторону даже не посмотрят. Так что Линдереллио у нас известный… дипломат по этой части. С ним любые переговоры с троллями идут веселее.

– А у нас разве война с ними? - подозрительно спросил юноша.

– Нет. Мы тут контрабандистов ловим. Нужно пресечь поставки запрещенных веществ с той стороны Харнарского хребта. Только вот преступников оказалось больше, чем мы ожидали, а клан напрочь отказался их выдавать.

– А почему тогда мы с вами не там? - продолжал расспрашивать нового знакомого Хайен.

– Будем ловить тех, кто попытается удрать этой дорогой, - терпеливо ответил он.

Хайен кивнул и жадно уставился на тропу. Теперь его почти не огорчало то, что его выдернули из сна Хели - ночь оказалась неожиданно интересной. Его беспокоило то, что он узнал о темной магии. Но о связи ее с цветом волос он, пожалуй, расспросит Хели. А возможность чуть ли не в первый день учебы участвовать в настоящем деле выпадает далеко не каждому адепту.

Поучаствовать, правда, ему не дали. На тропе появилось четверо низкорослых, мускулистых существ с тяжелыми челюстями, покатыми лбами и гривами спутанных волос. Одеты они были в мех и кожу. Цанцю атаковал первым. Вспышки синей магии озарили ночь. Хайен едва успевал уследить за движениями эльфа. В помощи тот явно не нуждался. Особенно в помощи адепта, который выучил только простой щит.

Оглянуться Хайена заставил инстинкт. За его спиной стоял неожиданно рослый тролль. Он уже занес над головой какой-то амулет, из которого хлынул коричневый дым. Юноша почувствовал, что не может дышать. И в тот же миг проснулась его сила.

Черная плеть выстрелила вверх и разбила камень. Вторая спеленала тролля, и теперь тот не мог пошевелиться. Сзади раздался изумленный вздох. Хайен, стараясь не выпускать магию из-под контроля, медленно обернулся.

Рядом стоял Цанцю. Все его противники были повержены, теперь их сковывали синие светящиеся кандалы. Над головой эльфа горел голубоватый магический светлячок. В глазах Серого были ужас и отвращение. Он изумленно прошептал:

– Ты… Ты что, темный?

Хайен медленно кивнул, понимая, что все попытки скрыть его магию только что отправились к змеям. Пальцы Цанцю вспыхнули синим, и юноша напрягся. Неужели и этот эльф попытается его убить?

Глава 7. Осколки правды

Какое-то время Цанцю внимательно вглядывался в лицо Хайена. Юноша не знал, что он там искал. Но, похоже, нашел - эльф немного расслабился и осторожно произнес:

– Отпусти его, Хайен. Я наложу блокирующие магию кандалы. Если сможешь.

Поколебавшись, юноша подчинился. Черные плети исчезли, и тролля тут же окутали ленты синей магии ищейки. Затем эльф еще раз посмотрел на адепта и задумчиво сказал:

– Ты используешь эту магию сознательно. Интересно.

– А кто использовал не сознательно? - тут же спросил Хайен.

Но Цанцю ответил вопросом на вопрос:

– Кто твой отец?

– Ллавен Ар-Раллеори. Но я никогда не видел его.

Эльф удивленно распахнул глаза и воскликнул:

– Да когда он успел?!

В этот момент за спиной Цанцю открылся портал. Из синего дыма появился еще один Серый. Он тоже оказался эльфом - таким же высоким, с золотистыми волосами и холодными васильковыми глазами. Его взгляд тут же остановился на Хайене. Несколько мгновений он изумленно разглядывал юношу, а затем уверенно произнес:

– Ты использовал темную магию эльфов.

Он мгновенно оказался рядом с юношей. Хайен заглянул в холодные васильковые глаза и обнаружил, что не может ни пошевелиться, ни отвести взгляд. Глаза эльфа вспыхнули синим, как и его пальцы, которые тут же легли на виски Хайена. Боль пронзила его голову. Казалось, будто в нее забивают гвозди.

На макушку в этот момент легла другая рука. С этой ладони стекало тепло, и Хайен услышал совсем рядом отчаянный крик Цанцю:

– Ал, отпусти его! Это ученик Линдереллио!

– Он темный, - холодно ответил его коллега.

Юноша попытался вырваться, но не смог пошевелить даже пальцем. Он никогда не испытывал ничего подобного. Голова болела неимоверно. Что это? Ментальная магия ищеек? Но за что?! Только тепло, которое продолжало стекать с ладони Цанцю, удерживало Хайена в сознании. В этот момент в голове юноши прозвучал его голос:

“Не используй темную магию. Пожалуйста. Сейчас станет легче”.

А вслух ищейка настойчиво сказал:

– Да отпусти ты его, Ал!

Предупреждение эльфа оказалось кстати. Хайен уже чувствовал, что темная магия рядом и готова помочь. Сила волной поднималась изнутри, призывая выбросить из сознания наглого захватчика. А, точнее, утянуть его за собой в сон. Инстинкт подсказывал, что только так можно справиться с Серым. Но просьба Цанцю удержала адепта от использования своей магии.

В этот момент рядом раздался голос магистра Лина:

– Что здесь происходит? Аллатриссиэль?

Только после этого тот эльф, которого звали Алом, нехотя отпустил Хайена и отступил на шаг. Юноша стряхнул с головы руку Цанцю и поспешно шагнул назад, желая оказаться как можно дальше от обоих Серых.

– Что происходит? - повторил магистр Лин, оглядывая соплеменников.

– Прости, - вздохнул Цанцю. - Я не успел отвести его в общежитие. Пришлось взять с собой.

Магистр обернулся к Хайену. В глазах эльфа сверкнуло бешенство:

– Я же просил тебя не использовать эту магию! - сказал он.

Юноша уже открыл было рот, чтобы высказать эльфам все, что думает об их племени и о своем наставнике, в частности, но за него внезапно вступился Цанцю:

– Он пробудил ее для самозащиты. И он использует темную магию сознательно.

Ал холодно произнес:

– Как будто остальные не пользовались ей сознательно. Где вы его взяли?

– Это сын Ллавена и мой новый ученик, - бесстрастно произнес магистр Лин. - И он наполовину человек.

– Он другой, - поддержал Цанцю. - И пользуется этой силой иначе.

Ал не сводил глаз с Хайена, и в его взгляде были только отвращение и презрение. Хайен в долгу не остался и мрачно уставился на эльфа. Про себя он твердо решил, что если Серый попытается влезть ему в голову еще раз, то он будет защищаться. И затянет ищейку в сон, о чем бы не просил Цанцю. Магистр Лин оглянулся на ученика, а затем настойчиво повторил:

– Он наполовину человек. То, что происходит в королевстве людей, эльфов не касается. Так что рассказывать о мальчишке в Мерцающем лесу не стоит.

При этом он многозначительно смотрел на Ала. Тот презрительно фыркнул:

– Появление новых темных касается всех эльфов. Я обязан доложить о нем королю.

– Не должен, - отрезал магистр Лин. - Он наполовину человек, и сейчас ты на службе у короля Райтона. Как ты думаешь, будет ли он доволен, если ты расскажешь о мальчишке?

Какое-то время на поляне царила тишина. Связанные магией Цанцю тролли продолжали лежать на земле без сознания, а эльфы обменивались странными взглядами и молчали. Наконец, магистр Лин вытащил из кармана клочок бумаги и бесстрастно сказал:

– Я нашел кое-что интересное.

Он вручил опаленный по краям листок Алу, и тот погрузился в чтение. Наконец, эльф зло произнес несколько слов на своем языке. Цанцю заглянул ему через плечо и спросил:

– Это список того, что они ввозили?

– Да, - ответил магистр Лин. - И часть этих ингредиентов нужны… сам знаешь для чего.

Цанцю еще раз пробежал глазами список. После этого эльф изменился в лице. Ал в это время достал из кармана красный камень на цепочке и произнес:

– Вин, вы закончили? Поднимай всех дежурных. Срочная облава на квартал аптекарей. Обыскать все лавки и склады. Ищем любую запрещенку, которая могла прийти с другой стороны Харнара.

Магистр Лин в это время обернулся к Хайену и сказал:

– Мы уходим.

Юноша на прощание обменялся кивками с Цанцю и шагнул в синий дым вслед за учителем.

Хайен ждал, что его сразу отправят в комнату, в очередной раз ничего не объяснив. Но они снова оказались в горной долине, окруженной почерневшими скалами. Юноша обернулся к магистру и требовательно спросил:

– Что происходит? Почему все эльфы так относятся ко мне? Этот Серый попытался меня убить!

Магистр Лин скрестил руки на груди и устало ответил:

– И так будет каждый раз, Хайен. Каждый эльф, который увидит тебя… Точнее, каждый, кто поймет, что ты можешь использовать темную магию, попытается тебя убить. Я удивлен, что Цанцю не попытался это сделать. Что касается Аллатриссиэля… Твой отец - его дальний родственник. И он всегда терпеть не мог Ллавена. Так что не жди снисхождения. Я постараюсь сделать так, чтобы вы больше не встречались.

Хайена ответ наставника ничуть не удовлетворил, и он засыпал его новыми воспросами:

– Но почему? За что? Только из-за того, что у меня есть темная магия? Цанцю хотя бы думал, прежде чем действовать. А тот, другой, сразу же попытался убить, как бешеную собаку.

Наставник какое-то время молча смотрел на Хайена, словно подбирая слова, а затем жестко ответил:

– Ты нашел очень точное сравнение, мальчик. Как бешеную собаку. Да. Именно таким тебя видят эльфы. И будут видеть. Поэтому, если хочешь дожить до старости, лучше тебе держаться от них подальше.

– Ну уж нет, - запальчиво сказал Хайен. - Я этого терпеть не буду.

– И что ты сделаешь? - саркастично спросил магистр.

– Пока не знаю. Но я заставлю их уважать себя. И…

Тут у Хайена хватило ума замолчать. Он хотел сказать “и вас тоже”. Но вовремя спохватился, что эльфу это не понравится, а он все-таки наставник. Магистр Лин насмешливо спросил:

– И меня тоже заставишь себя уважать? Для этого тебе придется постараться, мальчик.

Юноша насупился и процедил:

– Меня зовут Хайен.

– Для меня ты пока щенок, из которого нужно вырастить лучшего мага выпуска. И сейчас ты отправишься в постель. Продолжим тренировки завтра. И напоминаю - держись подальше от моей дочери.

С этими словами магистр открыл новый портал и указал на него Хайену. Юноша неохотно подошел, но шагнуть в синий дым не успел. Магистр внезапно поймал его за плечо и сказал:

– Ах, да… Тебе лучше сегодня не спать. После того как в твое сознание вломился Аллатриссиэль. Если не хочешь впасть в магическую кому, разумеется. До встречи на рассвете.

После этого магистр втолкнул ученика в комнату и закрыл портал.

Какое-то время Хайен сидел на своей постели, сжав пальцами виски и пытаясь отвлечься от головной боли. Ужасно хотелось спать. Он помнил предупреждение магистра Лина. Но сны других людей витали вокруг и манили снова окунуться в них. Наконец, юноша не выдержал. Хайен лег в постель, закрыл глаза и погрузился в темный и прохладный мир, который подарил ему избавление от боли.

На этот раз его разбудил Энди. Юноша удивленно посмотрел на Хайена и спросил:

– Ты почему в одежде спишь?

Тот сообразил, что после ночных приключений его хватило только на то, чтобы скинуть куртку и сапоги.

– Ночная тренировка, - пробормотал он.

Энди вытаращил глаза:

– Тренировка? Какая тренировка? Пробежка начнется сейчас, поспеши.

Хайен кивнул и сполз с кровати. Голова больше не болела. Вопреки предупреждениям эльфа, всю ночь Хайен провел в снах, и поэтому в привычном понимании - не спал. И теперь он чувствовал усталость. Похоже, он потратил слишком много темной магии.

На пробежку они с Энди не опоздали. Наставник был отвратительно бодр для того, кто ночью успел провести тренировку для нерадивого ученика и спалить половину тролльей деревни. Эльф снова гонял адептов по лесам.

Когда они возвращались по лесной тропе в замок, Хели приотстала. Хайен тоже замедлил шаг. Юноша посмотрел на Энди и Рийсу, которые вяло переругивались впереди, и буркнул:

– Твой отец гоняет нас, чтобы у этой парочки не было сил на ссоры?

– Думаю, нет, - вздохнула девушка. - Он делает из нас лучших. Как вчера прошло занятие по целительству?

– Занятие - хорошо… - вздохнул Хайен и заколебался.

Хели повернулась к нему и спросила:

– Хорошо, но?.. Что-то случилось?

Юноша бросил взгляд на идущих впереди товарищей. А затем тихо сказал:

– Ко мне подошла та самая Адела, о которой говорила Рийса.

– У нее тоже целительская магия? И что же она от тебя хотела?

– Она знает что-то о моем отце и готова рассказать мне это в субботу вечером у конюшни.

Хели забеспокоилась:

– Надеюсь, ты не собираешься идти туда? Это может быть опасно. Моя мама как-то сходила на такую встречу вместе с королем… Они чуть не погибли тогда.

Хайен с досадой ответил:

– Не знаю. Я должен понять,что случилось с отцом. Вокруг не так много желающих рассказать мне хоть что-то, чтобы я разбрасывался такой возможностью.

Хели огляделась, а затем резко остановилась. Хайен сделал то же самое и непонимающе посмотрел на девушку. Она приблизилась и заглянула ему в глаза, а затем серьезно сказала:

– Не ходи туда, Хайен. Я не знаю, где твой отец, но... Если ты пообещаешь мне, что не пойдешь, то в четверг вечером я расскажу тебе то, о чем умолчал мой отец. Кое-что о темных, чего людям знать не положено.

Хайен смотрел в ее взволнованное лицо и не знал, что ответить.

– Почему именно в четверг? - спросил он.

– Моих родители будут заняты. Им точно будет не до того, чтобы следить за нами. Жди меня под лестницей на третий этаж в общежитии. Сразу после целительства. И я перенесу нас туда, где все смогу рассказать. Идет?

– Идет, - поколебавшись, ответил Хайен.

Хели повеселела и заторопилась вслед за своими товарищами. Хайен пошел следом. Ему оставалось только надеяться, что девушка хотя бы приоткроет завесу тайны.

До четверга Хайен старательно изображал усердие. Магистру Лину он больше не задал ни единого вопроса об отце или о темных. Эльфа такой расклад устроил полностью. Тот продолжал выжимать из своих учеников все соки. Точнее, из троих учеников. Присутствие на тренировках дочери он предпочитал не замечать. Возможно, ждал, что девушка сдастся и сама попроситься домой. Но Хели каждый раз приходила на поле вместе со своими друзьями и сидела на большом камне, пока ее отец не заканчивал мучить остальных. После этого уставшие адепты плелись на ужин. С каждым днем тренировки становились только длиннее. Магистр не отпускал их с поля, пока хотя бы у одного из учеников была хоть капля магии в источнике. Каждую ночь он продолжал будить Хайена и уводить на тренировку с темной магией. Юноше не всегда удавалось пробуждать свою силу сразу. Он был доволен тем, что его учат пользоваться и этой магией. Но одновременно на уроках его не покидало чувство, что магистр наблюдает за ним, словно за подопытным кроликом в целительской лаборатории.

В ночь со среды на четверг эльф предупредил:

– Завтра ночной тренировки не будет. Я отбываю в Джубиран и надеюсь, что за вечер ты не успеешь нажить себе неприятностей.

Хайен кивнул и постарался сделать честное лицо. Но на магистра Лина это не произвело впечатления. Неугодный ученик был немедленно водворен в общежитие. Хайен упал на постель и тут же заснул.

Четверг тянулся невыносимо долго. Уроки, как назло, попались тоскливые. Только на целительстве Хайен вспомнил, что хотел посмотреть источник Хели, и совсем забыл об этом. Все егомысли занимала тайна, которую обещала ему поведать Пламенная. А еще то, что могла знать Адела. Он, конечно, обещал Хели, что не пойдет на встречу с ней. Но все эти дни Хайен продолжал обдумывать слова девушки. Возможно, это ловушка. А, возможно, с ней все равно придется иметь дело, чтобы обрести еще один кусочек головоломки.

Как и договаривались, после целительства юноша забросил учебник в комнату и отправился к лестнице на третий этаж, где жили девушки. Хайен притаился под ней в ожидании Хели. Он ждал, что она спустится, но девушка тратить время не захотела. Через пару минут рядом вспыхнуло пламя. Хели вышла из огня и обвила руками шею Хайена. От неожиданности юноша инстинктивно прижал ее к себе, и пламя снова накрыло их с головой.

Когда пламя погасло, и к Хайену вернулось зрение, юноша обнаружил, что они стоят у красной кирпичной стены. Она окружала большой холм. На пологой верхушке юноша увидел огромную мраморную статую. Она изображала прекрасную женщину в длинном платье с огромными пламенными крыльями за спиной и пылающим мечом. Лицо ее казалось знакомым.

В этот момент Хели уперлась ладонью в грудь юноши. Он поспешно разжал руки, которые все еще были сомкнуты за ее спиной. Девушка отступила на шаг и подтвердила его догадку:

– Эта статуя изображает мою мать. Нравится?

Хайен кивнул и спросил:

– Что это за место?

Хели прислонилась к стене и ответила:

– Кладбище. Здесь похоронены обитатели замка Манкьери, которые погибли от красного проклятья. Все, кроме моих предков - их прах в семейном склепе.

Хайен еще раз оглядел курган и спросил:

– А почему оно так странно выглядит? Зачем эта статуя и стена?

– Раз в полгода здесь появляются призраки проклятия, и его приходится зачищать, - пояснила девушка.

– Призраки проклятия? - переспросил Хайен.

– Весьма неприятные сущности, - поежилась Хели.

– А почему мы пришли именно сюда? - продолжил задавать вопросы юноша.

– По неизвестной причине моя семья не может почувствовать меня, когда я здесь.

– А в других местах - может?

Хели серьезно кивнула:

– Да. Между нами есть подобие эльфийской связи. Долго объяснять. Давай не будем тратить время зря. У нас его немного. Если отец поймет, что я снова удрала, у меня будут неприятности. Я и так пошла против его воли, поступив сюда.

Хайен внимательно смотрел в аметистовые глаза девушки и терпеливо ждал. Та немного поколебалась, а затем осторожно начала:

– То, что я тебе сейчас расскажу, знают только эльфы и друзья твоего отца. То есть мои родители, отец Рийсы и король. Будет лучше, если ты не будешь об этом распространяться. Хотя, наверное, и не захочешь…

– Не тяни! - поторопил ее юноша. - Так почему все так ненавидят темных?

– Дело в том, что темные эльфы… убивали светлых.

– Так была война светлых и темных, про это все знают.

– Не перебивай, - попросила Хели. - Мне на самом деле трудно говорить это тебе.

Хайен видел, что это и правда так - девушка мялась и тщательно подбирала слова. Наконец, она собралась с духом и выпалила:

– Вместе с магией к темным эльфам приходило безумие. И остановить его могла…только кровь светлых эльфов. Чем сильнее становился темный, тем больше у него становилось… черных волос.

С этими словами Хели протянула руку и коснулась черно-белой пряди.

– Как только все волосы эльфа становились черными, - продолжила девушка чуть тише, - он начинал убивать светлых, чтобы оттянуть свое безумие. Так происходило поколение за поколением, пока в последней войне светлые не истребили всех темных. Точнее, так написано в человеческих хрониках.

Хели выдохнула и подошла к Хайену почти вплотную. Теперь она почти шептала, глядя ему в глаза снизу вверх:

– Но на самом деле… Нет никаких темных и светлых, Хайен. Темные эльфы - не отдельный род и не другая раса. Это редкий дар, который может проявиться в любом поколении, в любой эльфийской семье. Последняя война унесла столько жизней, что светлые приняли решение… Убивать всех младенцев, у которых при рождении найдут хотя бы одну черную прядь.

Хайен молча смотрел в глаза Хели, не в силах до конца поверить в то, что она говорила. Девушка пропустила между пальцев черно белую прядь его волос и заговорила снова:

– Вот только твой отец родился с одним-единственным черным волосом. И его… не заметили. Ллиореллиэль фуу Акаттон Флау, твоя бабушка и его мать, смогла скрыть дар своего ребенка, заплатив за это своей жизнью. А потом… Мой отец и его ученики, которых теперь зовут Верными, узнали об этом. Но его сила пригодилась им для того, чтобы запереть Двери на ту сторону. Поэтому Мерцающий лес закрыл глаза на существование Ллавена Ар-Раллеори и забыл о единственном темном, которому удалось избежать смерти.

Несколько мгновений они оба молчали, а потом Хайен медленно заговорил:

– Подожди... Ты хочешь сказать, что эльфы… Те самые бессмертные эльфы, чью красоту, мудрость и благородство воспевают во всех преданиях… Убивают младенцев при рождении из-за цвета волос?!

– Из-за магии, которую этот цвет волос несет, - поправила его Хели. - Да. И это продолжается до сих пор.

Хайен смотрел в ее глаза и видел в них отражение своего смятения. Мир рухнул в один миг, и теперь нужно было как-то прижиться в новой реальности. Когда юноша заговорил, то сам удивился тому, как спокойно звучит его голос:

– Хорошо. Светлые убивают темных при рождении, потому что темные сходят с ума и убивают светлых. Понятно. А я? Что будет со мной? Мне тоже грозит сумасшествие?

Юноша требовательно вглядывался в лицо Хели, ожидая ответа.

Глава 8. Осколки правды ч.2

Хели вздохнула и отступила на шаг. А затем призналась:

– Я не знаю, Хайен.

– А мой отец? - продолжал спрашивать юноша. - Что с ним стало? Он сошел с ума? Ты рассказывала, что почти все его волосы были черными…

Девушка покачала головой:

– Не думаю, что он сошел с ума. Во всяком случае, окончательно.

– Почему ты так считаешь?

Хели терпеливо пояснила:

– Мой отец не мог оставить в живых безумного темного. Если бы Ллавен был мертв, отец обязательно сказал бы тебе об этом. Хотя бы для того, чтобы избавиться от твоих вопросов. Если он говорит, что не знает...

– Я уверен, это ложь! - яростно возразил Хайен. - Он что-то знает!

– Скорее всего, да, - согласилась Хели. - Знает и не говорит. Но это дает тебе надежду.

Хайен начал ходить вдоль кирпичной стены и рассуждать вслух:

– Магистр Лин что-то скрывает, а Черныш сказал, что сможет отвести меня к отцу. Значит, буду считать, что он жив. Во всяком случае, пока не получу доказательств обратного… Магистр спрашивал меня про волосы. Но я пользуюсь своей магией с раннего детства, и мои волосы были такими всегда. Значит ли это, что сумасшествие мне не грозит?

Хели нервно кусала губы и провожала его взглядом. Юноша остановился напротив нее и осторожно спросил:

– Ты не сказала мне что-то еще, верно?

Девушка торопливо опустила взгляд и заговорила:

– Хайен… Видишь ли, полуэльфы чаще всего не наследуют эльфийскую магию. Поэтому никто не знает, что будет с тобой. Но я верю, что ты справишься.

Юноша сел на траву и прислонился к стене. Хели опустилась рядом, их плечи почти соприкасались. Хайен долго смотрел на статую ее матери, пытаясь переварить все, что ему только что рассказали. Наконец, он изрек:

– Сволочи.

– Кто? - спросила Хели.

– Эльфы. Это жестоко. Должен быть способ сохранить разум для темных.

Девушка тихо напомнила:

– Он есть. Кровь светлых.

– Другой способ.

– Его не нашли.

Хайен рявкнул:

– Они не нашли, а я найду! И отца тоже найду. И всем этим остроухим гадам придется смириться, что для темных в этом мире тоже есть место. Танов же не убивают.

Хели поерзала и тихо сказал:

– Ну, вообще их почти истребили. Сейчас род возрождает герцог Миран.

Юноша повернулся к ней и внезапно спросил:

– Ты с самого начала это знала, верно? С того момента, как увидела меня, ты знала, что я могу быть сумасшедшим или сойти с ума в будущем.

Девушка медленно кивнула, не понимая, куда он клонит.

– Почему тогда - подошла? Я мог быть опасен для тебя. Все остальные пытались меня убить.

– Моя мать и герцог Миран не пытались тебя убить, - напомнила Хели. - Мой отец - тоже.

– Не считая того момента, когда он увидел у меня темную магию.

Хайен вспомнил слова Цанцю. “Он другой. - сказал эльф. - Он использует эту магию сознательно”. Значит ли это, что ему не грозит сумасшествие? Наконец, юноша снова повернулся к Хели и попросил:

– Отнеси меня снова к тому дереву. Сможешь?

Девушка немного помолчала, словно пытаясь рассчитать свои силы, и кивнула:

– Должно хватить на еще один прыжок и возвращение. Но ненадолго, а то меня начнут искать.

Хайен торопливо кивнул. Хели снова обвила его шею руками. Перед глазами юноши вспыхнуло пламя. А когда оно погасло, он увидел перед собой странное дерево. Юноша внимательно оглядел маленькую долину и спросил у Хели:

– Ты знаешь, где находится это место?

Она с сожалением покачала головой:

– Прости, я плохо ориентируюсь. Я могу переместиться только в место, в котором уже была. Или в то, которое находится в поле моего зрения. Поэтому мой дар не представляет большой ценности.

Хайен упрямо возразил:

– Твой дар представляет большую ценность.

“А твой отец - безмозглый идиот, раз не понимает этого”, - мысленно добавил он. Хели вздохнула и обвела рукой поляну:

– Зачем ты хотел попасть сюда?

Юноша решительно встал и направился к дереву. Стоило ему коснуться кремовой коры, как его снова начало неумолимо клонить в сон.

– Хели, я снова усну, - предупредил он. - Ненадолго.

Девушка обхватила колени руками и приготовилась ждать. А Хайен сел, прислонился к дереву и закрыл глаза.

Он не заходил в сны пару дней, и прохлада темного мира казалась глотком свежего воздуха. Прямо перед собой Хайен снова увидел огромного пса. Белый огонь горел вдоль его хребта, а черная цепь также приковывала Черныша к столбам. Пес поднял голову и обратил на юношу взгляд белых глаз.

– Снова пришел? Мало тебя в прошлый раз приложило?

Хайен сел на землю рядом с псом и сказал:

– Я должен задать тебе один вопрос.

– Спрашивай, - зевнул пес.

– Мой отец сошел с ума?

Хайен напряженно смотрел на Черныша в ожидании ответа. Пес склонил голову к плечу и удивленно переспросил:

– Сошел с ума? Что значит - сошел с ума?

В его голосе было искреннее недоумение. Юноша запнулся. Он как-то сразу поверил, что Черныш не понимает значения этой фразы.

– Ну… - попытался он объяснить Хайен. - Это когда человек совершает странные поступки, не контролирует себя. Вредит другим.

– Ллавен никому не вредил, - уверенно ответил пес.

– Может быть, он делал что-то такое, из-за чего его боялись? - попытался зайти с другой стороны юноша.

– Враги нас всегда боялись, - самодовольно заявил пес. - А друзья любили. Особенно Райга.

– А магистр Лин?

– Он единственный из эльфов, кто нас любил.

Хайен вспомнил ярость в глазах наставника, когда тот увидел темную магию, и пробормотал:

– Хорошенькая любовь… Почему ты все время говоришь “нас”?

– Я - Тень Ллавена. Тот, кто делит с ним тропы этого мира. Я рожден, чтобы сопровождать его.

Юноша какое-то время обдумывал слова Черныша, а затем спросил:

– У каждого темного эльфа есть Тень?

– Только у тех, у кого хватило сил создать себе Тень.

– А как создать Тень?

Пес немного помолчал, а затем ответил:

– Тень приходит, когда нужна.

Хайен хотел задать следующий вопрос, но в этот момент воздух вокруг него потемнел и сгустился. Пес оглянулся и сказал:

– У тебя пока не хватит магии, чтобы пробыть здесь долго. Найти сюда путь во снах, тогда узнаешь больше.

С этими словами он снова толкнул Хайена носом, выбрасывая в реальность.

Юноша открыл глаза и какое-то время бездумно смотрел на звезды. Рядом с ним вспыхнуло пламя. На колени упали несколько хлопьев пепла, и Хели встревоженно заглянула ему в глаза:

– Всё в порядке?

Хайен с досадой признался:

– Вопросов пока больше, чем ответов. Но, кажется, мой отец всё же в своём уме. А ещё - может быть то, что происходит с тёмными, не сумасшествие?

– Ты узнал это всё во сне? - с любопытством спросила Хели.

Юноша кивнул и добавил:

– Давай скорей вернёмся в Алый замок, пока нас никто не хватился.

– Утром расскажешь мне, что ты узнал? - спросила девушка. - Я буду помогать тебе, Хайен.

Юноша кивнул. Хели снова обвила его шею руками, и магия девушки перенесла их обратно в замок. Правда, Хайен совсем не ожидал, что влетит во что-то спиной. Точнее, в кого-то, потому за ним что-то дернулось и над ухом раздался возмущенный голос:

– Куда прешь?!

И голос этот был ему знаком.

Хели отпрянула и тут же исчезла в новой вспышке пламени. А юноше ничего не оставалось, кроме как, повернуться и оказаться лицом к лицу с тем самым хлыщом, который косо смотрел на него еще во дворе замка. Хайен огляделся и понял, что они все еще теснятся под лестницей на третий этаж, и перед ним стоит Рамон Фортео-младший собственной персоной. Однокурсник смерил полуэльфа презрительным взглядом, а затем по его губам скользнула гаденькая усмешка:

– Это тебя Хелирайлиэль Манкьери сюда принесла?

– Не твое дело, - отрезал Хайен. - Сам-то что здесь забыл?

– Ничего, - продолжал ухмыляться он. - У меня тут назначена важная встреча. Некоторые уже в Академии делают для своего рода что-то полезное. В отличие от темных, которые горазды только за юбками бегать.

В ответ Хайен ударил. Метил он по давней привычке в нос, но юный герцог оказался не так прост и увернулся. А ответил уже магией. Это было похоже на заклинание, которое использовал магистр Лин. Вода сложилась в нечто, подобное драконьему крылу и выбросила Хайена из-под лестницы. Юноша в долгу не остался и начертил простое атакующее, которое напоминало зеленоватый хлыст.

Его противник успел закрыться щитом, пробить который не вышло. Стоило юноше с досадой развеять заклинание, как в его сторону уже летело еще что-то водное. На этот раз и Хайену удалось сотворить щит. Неприятным сюрпризом оказалось то, что заклинание соперника повредило его. Юноша понял, что его магия еще не успела восстановиться после изнуряющих тренировок, а вот его противник успел отдохнуть и был готов к бою гораздо лучше. Под напором еще одного водного крыла щит Хайена треснул. И прежде чем успел сообразить, что делает, юноша позволил темной волне силы, которая поднялась изнутри, выпустить толстую колючую плеть и отбросить противника прочь.

Юноша тут же спохватился и развеял темную магию. Но на губах его помимо воли заиграла улыбка. Ему удалось неслабо приложить Рамона о стену. Тот бросил на полуэльфа ненавидящий взгляд. Но адепты не успели продолжить выяснение отношений. За их спинами прогремел голос ректора:

– Что здесь происходит?

Хайен поспешно оглянулся и отвесил подобающий поклон. Рамон сделал то же самое, продолжая искоса бросать на противника злые взгляды. Раскосые глаза Хаято Райса оглядели учеников. Затем он обратился к юному герцогу:

– Рамон? Почему ты не в комнате?

Хайен ожидал, что Фортео-младший снова будет говорить о делах рода, но тот молчал и разглядывал носки своих сапог.

Ректор повернулся к полуэльфу и повторил вопрос:

– Хорошо. А почему ты не в комнате, Хайен?

И юноша понял, что не может ничего сказать в свое оправдание. Поэтому он тоже молча уставился в пол. Ректор вздохнул и спросил:

– И что же вы не поделили?

Ответом ему было молчание.

– Что ж, - медленно произнес ректор. - Тогда ко мне в кабинет. Оба. Сейчас.

Хайену оставалось только порадоваться, что его наставника нет в замке.

Но и эта радость была недолгой. Стоило юношам оказаться в кабинете директора и замереть перед массивным дубовым столом в ожидании нагоняя, как за спинкой такого же массивного кресла открылся портал. Магистр Лин в парадном камзоле, отделанном серебром, вышел из облака синего дыма и холодно оглядел адептов.

– Что происходит, Хаято? - спросил он у ректора.

Тот взмахнул рукой и ответил:

– Вот, полюбуйся. Красавцы. Еще первая неделя учебы не прошла, а уже первая драка на первом курсе. И какая! С применением магии. Да еще какой магии…

С этими словами он многозначительно посмотрел на Хайена. У юноши душа ушла в пятки. Неужели ректор видел, как он применил темную магию к Фортео? И какое же наказание за это полагается?

Впрочем, пока за это полагался полный холодного бешенства взгляд магистра Лина. Ректор тем временем продолжал:

– И молчат. Чего не поделили - одним богам известно. Ладно, Хайен. Но ты, Рамон? Ты же из рода Великих герцогов!

– Простите, наставник, - процедил Фортео-младший, не поднимая головы.

Ректор улыбнулся и повернулся к магистру Лину:

– Ну что, какое будет наказание? Подвал?

Тот бесстрастно ответил:

– Только вчера Эйке Кадзу там все вылизал по моему приказу. Может, конюшни?

Райс задумчиво кивнул и постановил:

– В субботу вместо тренировок и выходного будете отбывать наказание в конюшне. Совместное. Уборка без применения магии. Пока не закончите - не уйдете оттуда.

Юноши обменялись ненавидящими взглядами, но не проронили ни слова. Ректор начал читать длинную и нудную нотацию о том, как подобает вести себя адептам и юным герцогам. Магистр Лин все это время сверлил Хайена ледяным взглядом.

А юноша втайне радовался наказанию. Суббота. Конюшни. Рамон наверняка в жизни не держал в руках тряпку, и они провозятся весь день. А это значит… можно задержаться и посмотреть, что там будет делать Адела. Он помнил про свое обещание Хели. Но ведь он пойдет в конюшню не специально, а для того, чтобы отбывать наказание. Во всяком случае, Хайен себя в этом старательно убеждал. После того, что рассказала ему Хели, вопросов только прибавилось. И упустить шанс узнать еще что-то об отце он не мог.

Как только ректор высказал адептам все, что думает об их поведении, магистр Лин открыл следующий портал и втолкнул туда Хайена. Они оказались в комнате юношей. Энди как раз собирался погасить лампу и лечь спать. Магистр Лин шагнул следом за учеником, и тонкие пальцы сомкнулись на горле Хайена. Юноша поднял взгляд на учителя, и снова увидел в его глазах холодное бешенство.

– Никогда не используй темную магию против сокурсников, - потребовал эльф.

– Он первый ударил меня магией, - возмутился Хайен.

– А не магией кто ударил первым? - вскинул бровь магистр Лин.

– Я, - нехотя признал юноша. - Но он говорил гадости о темных. Вот темной магией и получил…

Его остановил ледяной голос эльфа:

– Никогда, Хайен.

– Если бы я не потратил всю магию на тренировке, мне было бы чем защититься, - запальчиво ответил юноша.

Эльф выпустил его и жестко сказал:

– Если бы ты потратил на тренировке столько магии, сколько подобает, у тебя не было бы сил на глупости. Завтра у тебя дополнительная тренировка после ужина. Будешь отрабатывать заклинания, пока можешь стоять на ногах.

С этими словами магистр развернулся, бросил горсть портального порошка и скрылся в облаке синего дыма.

– Что ты успел натворить? - спросил Энди.

Пришлось рассказать ему о драке, опустив, что они с Хели перед этим куда-то исчезали. Тот внимательно выслушал его и покачал головой:

– Это же Рамон-младший. Внук Великого герцога Рейлина. Он задирает всех, кроме Хели. А ее, по-моему, он не трогает только потому, что в противном случае, рискует получить по шее от ее отца.

Хайен равнодушно пожал плечами и заявил:

– Да плевать. Наказание так наказание. Что я, конюшни убирать не умею? А вот на этого хлыща с тряпкой и вилами я с удовольствием полюбуюсь.

С этими словами он разделся и лег в постель. Энди погасил магическую лампу. Хайен закрыл глаза и только тогда ощутил, что погружение в сны у странного дерева и правда отняло у него много сил. Он хотел поискать путь к Чернышу, но вместо этого заснул, как самый обычный человек, и всю ночь проспал без снов.

За завтраком Хайен тихо пересказал девушкам события вечера. На лице Хели появилось беспокойство, а Рийса внезапно бросила взгляд на Аделу и задумчиво протянула:

– Не верится, что она что-то замышляет. Ее род слишком слаб, да и к Ичби она имеет опосредованное отношение… Раз ее мать выдали за мелкого дворянчика, значит, эта ветвь семьи у герцогини Элизы в немилости.

– Кто такая герцогиня Элиза? - спросил Хайен. - Твоя родственница?

И тут же осекся, вспомнив, какую бурную реакцию в прошлый раз вызвала эта тема. Но Рийса только поморщилась:

– Не совсем. Это мать моего сводного брата.

– Это ты ему сводная, - процедил Энди. - А Филеарт - наследник герцогов Тан. Как и его дети.

Рийса отрезала:

– На наследство не претендую.

– Эй, эй, только не ругайтесь, - остановил зарождающуюся перепалку Хайен. - Лучше объясните мне, кто есть кто, а то я в ваших родственных отношениях уже запутался.

Рийса терпеливо спросила:

– Ты моего отца видел?

Юноша кивнул.

– Так вот, ему шестьдесят восемь лет. Его жене и герцогине Элизе почти столько же. Как ты думаешь, если человек выглядит на тридцать в этом возрасте, что чувствует он рядом с постаревшей женой? И что при этом чувствует его жена?

– Сложная ситуация, - мигом понял, куда она клонит, Хайен.

А Рийса продолжала:

– У герцогини Элизы хватает ума закрывать глаза на интрижки моего отца на стороне. Так что живут они душа в душу. Но в последние годы у отца появилась еще одна постоянная привязанность, в результате которой на свет появилась я. Отец признал меня и дал свою фамилию. А матери - небольшое имение и достаток. Герцогиня Элиза хорошо ко мне относится, почти как к дочери. Так что в семье Танов все отлично. Вот только некоторым это покоя не дает.

Рийса метнула ненавидящий взгляд на Энди.

Хайен уже был готов к тому, что разразится новый скандал. Но в этот момент Хели изменилась в лице, а за его спиной раздался спокойный юношеский голос:

– Хайен Ар-Раллеори - это ты?

Адепт нахмурился и резко обернулся, чтобы посмотреть, кого еще принесла нелегкая по его душу.

Глава 9. Встречи

За его спиной стоял незнакомый адепт в такой же серо-фиолетовой форме Магической Академии. Невысокий, с тёмными раскосыми глазами и собранными в пучок на затылке черными волосами. "Коренной но-хинец, - понял Хайен.- Что ему нужно?” Он посмотрел вновь прибывшему в глаза и лениво ответил:

– Допустим, я.

Незнакомец смерил его оценивающим взглядом, а затем посмотрел на Хели и медленно произнес:

– Доброе утро, Хелирай.

Девушка отвела взгляд и невольно отодвинулась от но-хинца. А затем скучающим тоном ответила:

– Доброе утро, Эйке.

Тот продолжил:

– Надо же, уже почти неделю мы учимся вместе в Алом замке, но до сих пор ты ни разу не подошла ко мне. Даже для того, чтобы поздороваться.

Хайен отметил, что адепты за соседними столами затихают и начинают прислушиваться к разговору.

– Здравствуй, Эйке, - сухо ответила Хели, но не удостоила но-хинца даже взглядом. - У меня были дела.

– Вижу, - веско ответил он и выразительно посмотрел на Хайена. - Судя по слухам, которые до меня доходят, это дело теперь занимает все твои вечера.

Хели, наконец, подняла на него усталый взгляд и резко сказала:

– Все мои вечера занимают домашние задания и тренировки. Эйке, что тебе нужно?

– Хотел провести с тобой выходной.

– Она занята, - вместо девушки ответил Хайен.

Эйке презрительно фыркнул:

– Это ты занят. Наведением порядка в конюшне вместе с Рамоном-младшим. Хелирай сама решит, с кем она желает провести выходной.

Хайен медленно поднялся и оказался лицом к лицу с но-хинцем. Юноша с удовлетворением отметил, что Эйке ниже его, и теперь вынужден вскинуть голову, чтобы заглядывать наглому первокурснику в глаза. Но прежде чем Хайен успел что-то ответить, между ними вклинился Энди.

– Прекратите оба! - зашипел он. - На вас смотрит вся Академия! Эйке, не позорь свой род и страну. По тебе будут судить о Но-Хине.

– Пусть знают, что Кадзу никаким темным полукровкам не уступят.

Хайен в очередной раз собрался высказать старшекурснику все, что о нем думает, но на этот раз его остановила Хели. Тонкий палец накрыл его губы. В аметистовом взгляде было предупреждение. После этого она повернулась к Эйке и тихо сказала:

– Субботу я планирую провести с матерью и лайе Меллириссиэль. Пожалуйста, не оскорбляй моих друзей. Я тоже полукровка и дочь изгнанника, пусть для вас он и Великий герцог. И практически полное отсутствие магии ничем не лучше наличия темной.

Эйке уже открыл рот, чтобы ответить, но в этот момент Хели исчезла во вспышке пламени, а затем появилась за его спиной.

– Дай нам спокойно закончить завтрак, Эйке, - продолжила девушка. - Иначе мы все опоздаем на уроки.

С этими словами она снова исчезла и появилась уже в стороне. Рядом со столом, за которым Рамон Фортео-младший наслаждался зрелищем. Несколько хлопьев пепла упали в тарелку адепта. Он невольно отпрянул, а Хели наклонилась и процедила, глядя в глаза однокурснику:

– В следующий раз попрошу Великого герцога Рейлина укоротить твой длинный язык.

После этого девушка снова исчезла и появилась уже рядом Хайеном. Эйке медленно развернулся и отправился к своему столу. Хели села и дернула за рукав Хайена, заставляя того тоже упасть на стул. Юноша проводил но-хинца недовольным взглядом и спросил:

– Это кто?

Энди занял свое место и терпеливо пояснил:

– Эйке Кадзу. Представитель одного из могущественных родов Но-Хина и мой дальний родственник. Наши прабабки - родные сестры. Он с третьего курса и обладает сильной воздушной магией, так что не советую задирать его.

– Я ему ни слова почти не сказал, - возразил Хайен. - А к Хели он чего привязался?

Он перевел взгляд на девушку. Она вздохнула и призналась:

– Мы знакомы с детства. Папа хотел, чтобы я поступила в Академию Каядо, там есть факультет для слабо одаренных. И, возможно, осталась в Но-Хине насовсем. Отец очень хорошо относится к Эйке.

– Ты не слабо одаренная, - нахмурился Хайен. - Так этот тип что…

Закончить он не успел. Хели внезапно швырнула вилку на стол и с отвращением произнесла:

– Нет, это невыносимо.

С этими словами она исчезла в облаке пламени, обсыпав свою тарелку пеплом. Хайен несколько мгновений удивленно хлопал глазами. Рийса хихикнула и любезно пояснила:

– С ней все будет в порядке. Чем больше Хели нервничает, тем чаще перемещается. Сейчас успокоится и придет на урок. И да, она только что отшила парня, которого прочили ей в женихи. На глазах у всей Академии. По твоей вине, между прочим. Так что, несмотря на то, что подраться вам не дали, можешь считать, что поле боя осталось за тобой.

Еда в тарелке тут же показалась Хайену божественной, а день уже не таким унылым. Энди бросил взгляд в сторону Фортео-младшего и мрачно сказал:

– Рамон в своем репертуаре. Не смог уделать Хайена в открытом бою, так подгадил тем, что рассказал все Эйке.

– Ничего, - мстительно процедил Хайен. - С ним я завтра расквитаюсь за все. Сомневаюсь, что этот хлыщ умеет чистить конюшни.

– Я бы на это посмотрела, - мечтательно сказала Рийса. - Но не думаю, что магистр даст нам выходной. Судя по тому, что рассказывал отец, тренировки в субботу и воскресенье никто не отменял. Так что мы с Энди точно будем и дальше страдать на поле.

– Лучше поле, чем уборка, - вздохнул Хайен.

Энди покачал головой:

– Так может, в следующий раз обойдешься без драки? Не нарывайся, Хайен. Не знаю, кем ты был до этого. Но здесь ты обычный первокурсник, который пока ничего не умеет. И магистр Лин ссор между адептами не потерпит. А Эйке Кадзу - его любимчик, так что держись от него подальше.

– Посмотрим, - буркнул Хайен и принялся за еду.

Как и предсказывала Рийса, когда адепты вошли в класс истории, Хели уже сидела на своем привычном месте. С первых дней так сложилось, что Энди и Хайен занимали последнюю парту крайнего ряда, а девушки садились перед ними. Но в этот раз юноша опередил Рийсу и решительно сел рядом с Хели. Девушка подняла на него изумленный взгляд, а ее подруга возмущенно зашипела:

– Брысь отсюда, Хайен! Тут сижу я.

Юноша указал себе за спину и ответил:

– Думаю, вам с Энди стоит посидеть вместе для улучшения взаимопонимания.

Рийса огляделась и уже замахнулась учебником, когда Хели тихо сказала:

– Пожалуйста.

Ее подруга помрачнела, накрутила на палец кончик черной косы и села с Энди, ругаясь сквозь зубы.

– Ты же девушка, - упрекнул ее юный Райс.

Она в ответ попыталась стукнуть учебником его, но Энди ловко увернулся. А прежде чем Рийса успела замахнуться второй раз, в классе прогремел голос учителя:

– Рийса Тан!

Девушка тут же опустила книгу на парту и выпрямилась. Ректор Райс оглядел класс. Хайен тут же вспомнил, что перед ним родственник Энди. А тот продолжил:

– К доске!

Рийса молча поднялась со своего места и пошла вперед. Хайен в это время склонился к Хели и тихо спросил:

– Мне кажется, или ректор ее недолюбливает?

– Тебе не кажется, - подтвердила Хели. - Он из тех Райсов, которые Танов только терпят, причем сцепив зубы. И Энди с его лютой ненавистью к темным ректор обожает.

Хайен задумчиво посмотрел на девушку, которая старательно пыталась вспомнить границы первых Империй и показать их на карте.

– Никто не любит темных, - мрачно сказал он.

Хели покачала головой:

– Ты преувеличиваешь, Хайен. Людей, которые нормально к тебе относятся или которым все равно, гораздо больше, чем тех, кто невзлюбил тебя. Моя мама очень хорошо относится к твоему отцу. Герцог Миран тоже. Король Райтон не позволил эльфам убить Ллавена. И тебя не выдаст.

– Ты права, - нехотя ответил он, и разговор на этом увял.

После тренировки в тот день Хайен понял, что магистр решил умотать излишне бодрого ученика. Юноше всегда казалось, что на тренировке из него выжимают все силы. Но на этот раз единственное, на что он был способен после занятий - это упасть на кровать и провалиться в глубокий сон без сновидений. Энди попытался разбудить друга и позвать на ужин, но Хайен только молча отвернулся к стене и продолжил спать.

И не зря – в полночь магистр Лин явился по его душу. Выдернул ученика из постели за шиворот, как нашкодившего щенка, и вытолкнул в портал. Холодный ночной воздух бодрил, но взгляд учителя был еще холоднее. Он словно обещал, что завтра к утру у Хайена не будет сил не то что на драки, но и на запланированную уборку конюшни.

Но планам юноши это совсем не помешает.

В десять утра адепт отчаянно зевал возле конюшни вместе с Рамоном Фортео. Однокурсник тоже широко зевнул и метнул на Хайена злобный взгляд.

– Хватит зевать, - процедил он. - Что ты делал ночью?

– У меня была персональная тренировка, - доверительно сообщил Хайен и зевнул в очередной раз.

Рамон недоверчиво посмотрел на него, но больше не задал ни одного вопроса. Похоже, слава магистра Лина вышла далеко за пределы Алого замка. В том, что он готов гонять учеников на поле для тренировок и днем, и ночью, охотно верили.

Наконец, появился конюх - лысеющий дородный мужичок с жиденькими усиками. Он выгнал лошадей в леваду и поманил адептов за собой. Стоило им переступить порог конюшни, как он мрачно спросил:

– Само собой, конюшни никто из вас в жизни не убирал?

Рамон возмущенно вскинул голову, а Хайен тут же ответил:

– Я убирал. Много раз. Мы с матерью держали пару лошадей турибской породы…

– А, так это твой жеребчик тут теперь обитает? - разулыбался конюх. - На редкость умный и покладистый. Что ж, в таком случае будешь за главного. Вечером приду, проверю, как идут дела.

С этими словами конюх ушел. Хайен усмехнулся, взял из угла лопату и бросил ее Фортео. Тот поймал орудие труда и недоуменно спросил:

– Это мне зачем?

– Выгребать навоз, - авторитетно заявил Хайен, сдерживая смех. - Слышал, что он сказал? Я за старшего. Так что вперед.

Рамон со смесью ужаса и отвращения посмотрел на лопату, и полуэльф, наконец, почувствовал, что сегодня будет отмщен.

Возились они долго. Несмотря на то что почти все учителя могли пользоваться порталами, конюшня в замке была не маленькой. Хайен искренне наслаждался процессом. Тяжелая работа его не пугала, а компания Рамона, который кривился, морщился, и краснел от злости, поднимала настроение. После уборки в конюшне юношам было поручено вычистить всех лошадей и привести в порядок сбрую. Так что домой они расходились уже по темноте.

Напоследок Хайен беззлобно сказал:

– Иди уже, я тут закрою.

Рамон, не прощаясь, побрел к замку. А Хайен умылся над бочкой, переоделся в чистую рубашку и брюки - идти на встречу с девушкой, даже не самой приятной, полагалось в приличном виде - и приготовился ждать.

Долго скучать под дверью ему не пришлось. Уже через несколько минут у конюшни появилась Адела. Стоило ей замереть у входа, как Хайен выступил из тени и негромко сказал:

– Привет.

Девушка нервно огляделась и настороженно спросила:

– Ты один?

– Как видишь. Ты обещала рассказать, где мой отец.

– Этого я не знаю, - покачала головой девушка. - Но он оставил кое-что тебе.

– Оставил? Мне? - изумленно переспросил Хайен. - Ты... ты что, видела его?

– Разумеется, - сообщила Адела. - И он оставил для тебя одну вещь, которая поможет найти его.

С этими словами она опустила руку в карман и достала круглый золотистый камень на цепочке. Хайен замер, не в силах оторвать взгляд от амулета. В нем боролись природная осторожность и страстное желание поверить девушке. Ему ужасно хотелось узнать об отце хоть что-то. Хоть какую-то деталь, которая прольет свет на то, что произошло. Тем не менее ситуация вызывала смутную тревогу, и Хайен был готов уже отступить назад, когда Адела выбросила вперед вторую руку, в которой был зажат коричневый камень. Облако такого же коричневого дыма окутало Хайена. Он попытался собрать свою силу, но внутри источника ощутил только неестественную пустоту.

***

Вспышка пламени перенесла Хели в покои отца. В Алом замке он занимал несколько комнат. За какие заслуги - она уже не помнила. Когда рыжие всполохи вокруг нее исчезли, девушка стала рассматривать гостиную. В одной половине находились камин, чайный стол, диван и несколько кресел. Вторая половина представляла собой возвышение, устланное циновками и обставленное в но-хинском стиле - низкий столик и подушки, на которых полагалось сидеть. Дверь за ним отворилась и в комнату вошла ее мать. На этот раз ее волосы были заплетены в две косы - розовую и рыжую, а разные глаза смотрели на Хели с теплом и любовью.

Девушка опустила взгляд. Всю неделю она отчаянно скучала по дому, но теперь не решалась пошевелиться. Она пошла против воли родителей и не знала, чего теперь ждать. Прежде чем Хели сделала шаг вперед, мать сама подошла и обняла ее. Девушка уткнулась ей в плечо и тихо сказала:

– Прости.

Райга вздохнула и погладила дочь по волосам:

– Я не сержусь на тебя, Хели.

– Папа сердится.

– Уже нет.

Она взяла девушку за руку и повела на диван. А затем лукаво улыбнулась:

– Ему и без тебя есть, на кого сердиться сейчас.

Хели удивленно моргнула:

– Ты имеешь в виду Хайена?

– Да.

Поколебавшись, она тихо спросила:

– Мама… А отец Ллавена - родственник папы? Мы с Хайеном - тоже родственники? У эльфов же родство считается как-то иначе…

В глазах матери появилось понимание. Больше всего Хели боялась, что ей не ответят. Но Райга вздохнула и коснулась головы дочери в эльфийском жесте утешения:

– Достаточно дальние. По эльфийским законам кровь темных отдаляет родство на одну степень. Ох, Хели…

Девушка не удержалась от вздоха облегчения. Ее мать улыбнулась и сказала:

– Судя по всему, ты не жалеешь о том, что поступила в Алый замок. Как прошла первая неделя? Как Рийса с Энди?

– Ты же знаешь их - как кошка с собакой…

Хели начал взахлеб делиться впечатлениями от учебы, старательно опуская ночные приключения с Хайеном. В какой-то момент она поняла, что, несмотря на спокойную обстановку и ауру дома, которую принесла с собой мать, ее не отпускает тревога. И не только не отпускает, но и нарастает. Суббота, вечер… Хайен.

Волнение искало выхода, и Хели снова переместилась. Вспышка пламени - и она уже стояла у окна, глядя во двор. Стараясь сделать вид, что ничего не происходит, девушка продолжила разговор с матерью. Но в этот момент она увидела, что через двор под магическим светлячком идет юноша. Она узнала Рамона-младшего и снова вспомнила о Хайене. Хели какое-то время вглядывалась в темноту за окном, но ее товарища нигде не было видно. При мысли о друге все внутри сжалось. Хели оборвала разговор на полуслове и резко повернулась к матери. А затем извиняющимся тоном сказала:

– Ты знаешь, я тут вспомнила об одном деле… Вернусь позже, ладно?

“Только проверю, где Хайен“, - мысленно добавила она и потянулась к силе, которая дремала внутри.

***

Хайен понял, что все-таки попался. Коричневый дым отрезал ему доступ к магии. Адела тут же оказалась рядом. В ее руке блеснула длинная толстая игла, наполненная странной серебристой жидкостью. По телу уже разливалось онемение, и юноша не мог шевельнуться. Внезапно его рот и нос накрыла тонкая девичья рука, а над ухом раздался голос Хели:

– Не дыши, я вытащу нас.

Второй рукой девушка обняла его за шею. И в тот же миг Адела попыталась вонзить иглу в грудь Хайена. Но вместо этого попала в предплечье Хели. Девушка зашипела от боли, а затем пламя отрезало их от вероломной однокурсницы.

Юноша чувствительно приложился боком обо что-то твердое. Он ждал, что рыжая пелена спадет и можно будет понять, где они очутились, но вместо этого к горлу подкатила тошнота. Мир вокруг начал вращаться с бешеной скоростью, и под это кружение Хайен и сам не заметил, как его сознание скользнуло в темноту.

Глава 10. Яд

В чувство Хайена привели голоса. Сначала он узнал магистра Лина:

– Снова серый сон. И снова страдает тот, кто мне дорог!

В голосе наставника Хайен никогда не слышал такой горечи и отчаяния.

– Мы были готовы Линдереллио, у нас есть все компоненты для противоядия…

Цанцю. Пытается утешить.

– Яд попал сразу в кровь через иглу. Она не протянет сутки! А противоядие именно столько настаивается.

Она? Это они о ком? И, кстати, где он? Хайен медленно открыл глаза и обвел взглядом комнату. Белый потолок, светлые стены, ряд кроватей. Целительское крыло?

Сначала Хайен увидел двух уже знакомых ему Серых. Цанцю и этот, как его, Аллатри–чего-то-там. Затем его взгляд упал на магистра Лина. На лице наставника были ярость и боль. Он прижимал к себе жену. Герцогиня уткнулась ему в грудь, и по ее щекам градом катились слезы. Она плакала совершенно беззвучно, словно для рыданий уж не осталось сил.

И только после этого юноша увидел Хели. Она лежала на соседней постели. Лоб девушки был покрыт испариной, из груди вырывалось тяжелое дыхание. Но больше всего его напугала восковая бледность ее кожи, сквозь которую проступал странный серый узор. Он покрывал как лицо Хели, так и кисти рук, которые лежали поверх одеяла.

Что с ней? Память, наконец, тоже проснулась и подбросила юноше все, что произошло у конюшни. Онемение, отсутствие магии… Яд? Хели вытащила его, но ей досталось содержимое иглы.Что там было? Тоже яд? “Серый сон”, - вспомнил он слова магистра Лина. Сон?

Хайен попытался пошевелиться. По всему телу разливалась невероятная слабость, но магия внутри него снова была. Как целительская, так и та, без которой он не мыслил жизни.

Цанцю заметил его движение и сказал:

– Мальчик очнулся. Теперь хотя бы узнаем, что случилось.

Но в этот момент Хайен ощутил внутри тела Хели… нечто. Он никогда не встречал ничего подобного. Но темная магия услужливо подсказывала, что это убивает девушку. И, самое главное - внутри ее сна это можно уничтожить. Если хватит сил.

Больше он не медлил. Хайен рывком сдернул себя с кровати. Сил встать не хватило, и он сполз на пол. Хорошо, что постель Хели была рядом. Следующим рывком он коснулся лба девушки и уронил голову на подушку рядом с ней, ныряя в чужой сон.

До него донесся удивленный голос Цанцю:

– Эй, ты чего?

И окрик магистра Лина:

– Не трогайте его!

Удивиться тому, что за него вступился магистр, юноша не успел. Мир снов обнял его и вынес туда, куда он пожелал. На несколько секунд Хайен замер. Ничего подобного он не видел в жизни. Хели стояла в черной пустоте, рядом с ней расползалась серая блестящая клякса. Тонкие ветвящиеся отростки этой дряни обвивали тело девушки и высасывали из нее жизненную силу. Хели отчаянно боролась, но безрезультатно - она слабела с каждой секундой.

Хайен чувствовал ее ужас и боль. Он потянулся к ткани сна, но та не поддалась. Либо серебристое вещество блокировало часть его возможностей, либо магия пока вернулась не вся. Значит, придется действовать иначе. Юноша шагнул к Хели, отбросил пару серых отростков и осторожно взял ее лицо в свои руки. Заглянул в расширенные от ужаса аметистовые глаза и попросил:

– Не бойся, хорошо? Я вытащу нас отсюда.

Серые отростки впились в тело Хайена, словно пытаясь показать, что ему тоже отсюда не уйти.

– Мне нужно немного твоей собственной силы, Хели, - продолжил он. - Чего ты хочешь? О чем ты мечтаешь? Это даст силу тебе и мне.

Взгляд Хели на пару мгновений стал осмысленным. Вокруг ее тела вспыхнуло пламя. Оно потекло по серым отросткам, пытаясь уничтожить их. Хайен горько улыбнулся. Во сне девушка мечтала о том, чтобы магия подчинялась ей. Оставаться рядом с ней стало трудно, пламя накрыло и Хайена. Это оказалось больно и горячо, но проклятые отростки и не думали отцепляться. Хайен сжал пальцами виски девушки и отчетливо проговорил:

– Это слабое желание, Хели. На самом деле, ты не так уж и хочешь этого. Какое твое самое сильное желание, Хели? О чем ты мечтаешь? Чего хочешь больше всего на свете? Покажи его мне. Пожалуйста.

Сначала Хайену показалось, что ничего не выйдет. Хели упорно скрывала свою мечту. Но затем ткань снов дрогнула и расступилась, облекая желание девушки в видимую всем форму.

…Теперь за ее спиной была стена. Огромная, черная, глянцево-блестящая. Верхушка ее терялась где-то в вышине. От гладкой поверхности шел холод. Пламя погасло, и теперь отростки неведомой серой дряни покрывал иней. Хайен с облегчением протянул руку и коснулся стены. Зачерпнул таящуюся в ней силу, и магия мира снов заструилась по его телу. А затем послушно бросилась уничтожать серую кляксу. Через несколько мгновений от нее не осталось и следа. Хайен с облегчением прижал к себе девушку и прошептал в заостренное ухо:

– Это только сон, Хели. Нет на самом деле ни боли, ни твоего страха, ни этой дряни. Сейчас мы проснемся, и с тобой все будет в порядке.

С этими словами он вышел из мира снов, вытаскивая Хели за собой.

Хайен открыл глаза, поднял голову и убрал руку с ее лба. Он все еще сидел на полу рядом с постелью Хели. Девушка тоже проснулась и отчаянно пыталась понять, где находится. В этот момент юноша почувствовал движение за своей спиной и резко обернулся.

Рядом стоял Ал. В занесенной руке светилась синяя магия. Это чем-то напоминало клинок. И целился он в сердце Хайену. Адепт прочел в его глазах свой смертный приговор и понял, что не успеет увернуться.

Но в тот момент стена пламени отрезала эльфа от него. Тот зашипел от боли. Хайен оглянулся и увидел, что золотистый глаз герцогини Райги переливается всеми оттенками рыжего. Эльф отступил, и сияние начало медленно гаснуть вместе с огненной стеной.

– Не смей, - решительно проговорила она. - Он спас мою дочь, и ты его не тронешь.

Ал повернулся к ней и в бессильной ярости произнес:

– Да ты хотя бы понимаешь, что он сделал? Это же…

– Знаю, - ответила она. - Дар Ходящего в сны. Самая сильная магия темных. Однажды Ллавен с ее помощью также спас меня от серого сна. Поэтому ты не тронешь его, Ал. Не заставляй меня снова пробуждать Глаз Пламени.

– Тебе лучше прислушаться к ней, - холодно поддержал ее магистр Лин. - Пока сюда не примчался король, чтобы выяснить, по какому поводу его названая сестра использует артефакт предков.

Ищейка побелел от бешенства. Хайен перевел взгляд на Цанцю и увидел,что на лице второго Серого чувства сменяют друг друга. Со смесью ужаса и облегчения он переводил взгляд с Хайена на Хели и обратно. Ал неохотно отошел в сторону. Только после этого герцогиня Райга опустилась на постель дочери и прижала ее к себе. Затем она резко бросила:

– Уйдите. Детям нужен покой.

– Сначала они должны рассказать нам, что случилось, - мягко напомнил Цанцю.

Магистр Лин мрачно кивнул, а затем повернулся к его товарищу и попросил:

– Уходи, Ал. Будет лучше, если ты доложишь о случившемся своему начальнику. Цанцю принесет вам подробности позже. Тебе я все равно читать своего ученика не позволю.

Эльф холодно кивнул и достал из кармана портальный порошок. Магистр Лин бросил ему вслед:

– Передай Сиду, что пора перестать просиживать штаны в кабинете и взяться за дело, раз его подчиненные не справляются.

Когда портал закрылся, Хели тихо спросила:

– Что… произошло? Что это было? Мне снился очень странный сон, из которого меня вытащил Хайен.

– Это серый сон, - пояснил магистр Лин. - Магический яд. Его изготавливают из редкого сырья, которое поставляют с другой стороны Харнара. Компоненты находятся под запретом в Трех Королевствах. Но недавно мы накрыли сеть контрабандистов, которые нелегально ввозили их в Королевство Людей. Правда, мы не ожидали, что привезти успели все, что нужно для изготовления яда. Как и того, что под ударом окажешься ты.

– Адела целилась не в нее, - вспомнил Хайен. - Она хотела ударить иглой меня, но попала в руку Хели.

Райга и магистр Лин обеспокоенно переглянулись, после чего герцогиня предложила:

– Может, стоит переместиться в наши покои для этого разговора? Магистр Руцу, наверное, не будет против. Пойду, скажу ему, что дети пришли в себя.

С этими словами она нехотя выпустила дочь из объятий и вышла. Хели украдкой взглянула на отца. Эльф шагнул вперед и положил ладонь на голову дочери. На его лице появилось невероятное облегчение.

– Никогда больше так не делай, - дрогнувшим голосом попросил он. - Представь чувства своей матери, когда вы с Хайеном без сознания появились на полу в гостиной.

– Нужно было телепортироваться сразу в целительское крыло? - не удержался от иронии юноша.

Эльф метнул на него ледяной взгляд, но ничего не ответил.

Цанцю шагнул вперед и протянул руку Хайену. Юноша недоверчиво взглянул на эльфа, но тот смотрел спокойно и дружелюбно. Хайен с его помощью перебрался на кровать и откинулся на подушки. Отвратительная слабость никак не желала покидать тело. Серый сел рядом и осторожно спросил:

– Позволишь мне считать твои воспоминания?

Юноша вспомнил прикосновения Ала и головную боль, и отчаянно замотал головой. На лице Серого промелькнуло странное выражение, и юноша на всякий случай предупредил:

– Полезешь - буду защищаться.

Цанцю примирительно поднял руки и сказал:

– Не буду я тебя трогать. Но если передумаешь, обещаю быть осторожным и не смотреть ничего, что не связано с происшествием.

В этот момент на пороге появился магистр Руцу. На Хели он посмотрел, как на ожившего мертвеца, и забормотал:

– Глазам не верю.

С этими словами он начертил заклинание - усложненную версию ока целителя. После короткого осмотра он заключил:

– Яд полностью уничтожен. Я никогда не видел ничего подобного. Это самое настоящее чудо. ДАже противоядие выводило бы серый сон несколько дней.

После этого целитель шагнул к Хайену и начертил око. Затем он удовлетворенно кивнул:

– Противоядие от орочьего яда подействовало. Сейчас принесу тонизирующее и восстановитель. Я бы понаблюдал за ними еще денек, но если очень нужно, вы можете забрать их с собой.

Магистр Лин переглянулся с женой и сказал:

– Хели отправится в Манкьери до понедельника. Хайена я приведу чуть позже.

Целитель кивнул и исчез за дверью. Вскоре он вернулся со снадобьями. Хайен покорно выпил оба пузырька и поморщился. Но сил сразу прибавилось, и в портал юноша шагнул уже без посторонней помощи.

Они оказались в большой и странной гостиной. Половина комнаты выглядела вполне обычно - диван, камин, пара мягких кресел. А вторая напоминала картинку из учебника по землеописанию, в которой описывался Но-Хин. На возвышении, устланном циновками, стоял низкий столик, вокруг которого были разложены подушки. К счастью, туда идти не пришлось. Хели устроилась на диване рядом с матерью, и Хайен сел рядом. Эльфы заняли кресла. Герцогиня сжимала руку дочери, словно боялась, что она сейчас исчезнет и окажется, что выздоровление - только сон. Сама девушка бросала беспокойные взгляды на отца и Серого.

Хайен вздохнул и начал рассказывать. Лицо наставника осталось бесстрастным. Как только юноша закончил, эльф повернулся к дочери и спросил:

– Зачем ты пошла туда, Хели?

– Я увидела в окно, что Рамон-младший возвращается один, и вспомнила про Аделу, - призналась девушка, не поднимая глаз. - И решила проверить. Там было очень много странного дыма, и я сразу поняла, что это яд. И вытащила Хайена.

– А свою однокурсницу ты видела? - спросил ее отец.

Хели подняла на него удивленный взгляд и сказала:

– Я не видела никого, кроме Хайена. Говорю же, там был дым.

Эльф перевел тяжелый взгляд на своего ученика и спросил:

– Ты уверен, что перед тобой была именно она?

– Уверен, - ответил юноша. - А что?

– В тот момент, когда меня позвала Райга, я был в целительском крыле. Мы обсуждали поставки эльфийских лекарственных трав с магистром Руцу. И все это время с нами там находилась Адела. Она вызвалась помочь магистру с сортировкой лекарств. Она была там в тот момент, когда я пришел. И когда я уходил, девочка тоже осталась там.

– Вы мне не верите, - понял Хайен.

– Ты мог ошибиться. Было темно.

– А после целительства ко мне тоже не она подходила? - мрачно зыркнул на него адепт. - Там с освещением все в порядке было. И Рийса слышала ее разговор с кем-то.

– Рийса? - переспросила герцогиня.

Хайен переглянулся с Хели и понял, что они совершенно забыли рассказать о подслушанном разговоре учителю. Девушка торопливо повторила для них рассказ Рийсы.

Эльфы обменялись мрачными взглядами. Цанцю нехотя поднялся и спросил:

– Ты все еще не хочешь, чтобы я считал твои воспоминания?

Хайен упрямо мотнул головой.

– Я не против, - бесстрастно заметил наставник.

Но Серый укоризненно сказал:

– После того как Ал попытался ударить его ментальной магией при первой встрече? Я, пожалуй, воздержусь от насильственного проникновения в сознание темного. Пойду, расспрошу Руцу о его новой помощнице и переговорю с девушкой.

С этими словами эльф вышел за дверь.

Магистр в это время посмотрел на свою дочь и произнес то, чего Хайен втайне ждал:

– Если бы ты не пошла за Хайеном, ничего этого бы не было.

– И Хайена бы не было, - ответила ему Хели, яростно сверкнув глазами. - Только этот вариант тебя, похоже, устроил бы.

Эльф вскинул бровь и парировал:

– Мы пять лет каждый день ждали, что ты умрешь. Окунуться в это снова не было приятно.

Но его дочь не устыдилась, а открыла рот, чтобы возмутиться. Герцогиня мягко оборвала ее:

– Хелирайлиэль, отправляйся, пожалуйста, в Манкьери. Силлириниэль позаботится о тебе.

Девушка резко развернулась и пошла к стене. Она коснулась синего камня у каминной полки, пробуждая стационарный портал, и скрылась в облаке синего дыма.

Магистр проводил взглядом дочь и обернулся к Хайену.

– Ты спас ей жизнь, и мы тебе за это благодарны. Но не забывай, что Хели оказалась там по твоей вине. Из-за твоей глупости и недальновидности. Ты должен был сразу рассказать мне обо всем. Сразу, как только к тебе пришла Адела.

Хайен вскинул голову и яростно проговорил:

– Должен был? Зачем? Чтобы вы точно не позволили мне ничего узнать? Вы ничего не рассказываете мне об отце и о том, что с ним случилось! Да, я и дальше буду искать его и хвататься за любую возможность понять, что произошло!

В аметистовом взгляде эльфа сверкнуло холодное бешенство. Он медленно поднялся на ноги, и Хайен тоже вскочил с дивана.

– Отправляйся в целительское крыло, - отрезал наставник. - И предупреждаю последний раз - держись подальше от моей дочери. Встретишь Аделу - сделай вид, будто ничего не произошло. Разбираться будут Серые.

С этими словами он бросил горсть портального порошка. Хайен не стал спорить и безропотно шагнул в облако синего дыма. Он снова стоял у своей постели в палате. Больше там никого не было. Юноша забрался в постель и тут же провалился в сон.

***

Магистр Лин проводил взглядом своего ученика и закрыл портал. Райга подошла к нему и положила голову на плечо. Они переплели пальцы, и он спросил:

– Считаешь, что я неправ? Хели оказалась в опасности из-за него.

– Они в одном отряде.

– И этот мальчишка глаз с нее не сводит, - процедил эльф. - Нужно было отправить ее в Академию Каядо.

– Уже не отправили, - мягко ответила Райга. - Говорят, она за неделю ни разу не подошла к Эйке.

Магистр покосился на нее и удивленно спросил:

– Думаешь, Хели?..

Его жена молча прикрыла глаза в ответ, и эльф тяжело вздохнул.

Райга обвила его шею руками и тихо спросила:

– Мы же не будем им мешать, верно?

– Не будем, - процедил магистр в ответ. - А стоило бы. Он - темный и уже успел влезть в неприятности. Кроме того, неизвестно, что с ним будет дальше. Возможно, мальчишке грозит сумасшествие. Он унаследовал дар Ллавена.

Райга молча кивнула и прижалась к нему еще теснее. Эльф несколько мгновений смотрел ей в глаза, а затем также молча подхватил ее на руки и понес в спальню.

***

Хайен проснулся уже после обеда. На этот раз он чувствовал себя прекрасно. Вскоре появился магистр Руцу. Целитель долго рассматривал юношу через око целителя, а затем удовлетворенно кивнул и сказал:

– Можешь возвращаться в общежитие.

Как только магистр ушел, Хайен торопливо сбросил больничную пижаму, натянул чистую форму и выскочил в коридор. Он так спешил покинуть гостеприимные стены палаты, что с разбегу врезался в кого-то. Юноша посмотрел на неожиданное препятствие и натолкнулся на холодный васильковый взгляд Ала.

Глава 11. Медальон

Хайен тут же отпрянул, но Серый схватил его за плечо и сказал:

– Не так быстро.

Юноша почувствовал, что внутри поднимается темная магия. Усилием воли он сдержался, но предупредил:

– Полезешь в голову - я буду защищаться.

Эльф выпустил его и доверительно сообщил:

– Если бы не Райга и Лин, я бы тебя уже убил. Ты такой же змеев везунчик, как твой папаша. Рад, что тебя взяла под крылышко семья, самая близкая к королю?

Хайен вспомнил напутствие магистра Лина и скептически хмыкнул. А затем снисходительно ответил:

– Магистр, кажется, с вами солидарен. Но его связывает какая-то там клятва.

– Ничего. После твоего выпуска она перестанет действовать. Так что придется найти себе других покровителей.

Юноша не стал отвечать и развернулся, чтобы уйти, но ищейка окликнул его:

– Подожди. Дело поручено Цанцюритэлю. Он хочет задать тебе пару вопросов.

Развернуться Хайен не успел - в конце коридора показался Цанцю. Эльф быстро подошел к нему и бросил обеспокоенный взгляд на коллегу.

– За кого ты меня принимаешь? - холодно спросил Ал и отвернулся.

Цанцю вздохнул с облегчением и обратился к юноше:

– Вернемся в палату на несколько минут? Мне нужно задать тебе пару вопросов.

Хайен нехотя кивнул и пошел вслед за эльфом. В палате тот присел на его кровать и хлопнул по ней ладонью, приглашая юношу сесть рядом. Но юноша остался стоять, подозрительно глядя Серому в глаза. Цанцю вздохнул и попросил:

– Прости Ала. Чаще всего он готов отступить от эльфийских правил. Но в том, что касается темных эльфов, это сложнее.

– Пока ты единственный из эльфов, кто еще не пытался меня убить, - мрачно ответил Хайен. - Что тебе нужно на этот раз?

Серый поколебавшись, ответил:

– Ты говорил о каком-то амулете, который Адела предлагала тебе. Будет проще, если ты мне покажешь хотя бы его.

– Покажу мысленно? - уточнил юноша.

Эльф молча кивнул и устремил на него выжидающий взгляд. Хайен не спешил соглашаться, и Цанцю попытался убедить его:

– Я посмотрю только это, клянусь. Если ты не будешь сопротивляться, это не больно. И ты сам сказал, что можешь защититься от моего воздействия.

– Я не знаю, могу ли защититься от воздействия, - нехотя признался Хайен. - Точнее, я не знаю, что будет с тобой, если я попробую защититься. И не хочу проверять.

– Если я нарушу свое слово, можешь делать все что угодно. Давай, Хайен. Я тебе не враг.

Наконец, юноша нехотя кивнул и сел напротив эльфа. Тот ободряюще улыбнулся и протянул к нему руки. Зрачки и пальцы ищейки вспыхнули синим. Хайен невольно отшатнулся, но эльф резко сжал его виски и попросил:

– Спокойно. Постарайся припомнить детали и не сопротивляйся.

Это оказалось сложнее, чем ожидал юноша. Но в одном эльф был прав — то, что он делал, ни шло ни в какое сравнение с бесцеремонностью его коллеги. Боль была короткой и резкой, но она тут же сменилась странным чувством чужого присутствия.

“Вспомни, что она тебе показала”, - попросил эльф.

Голос теперь звучал внутри головы юноши. Хайен усилием воли сдержал темную магию, которая подсказывала, как утянуть пришельца в сон, и постарался вызвать в памяти тот момент, когда Адела протянула ему незнакомый амулет. Но в голове сами собой всплывали совсем другие картины. Полный ненависти взгляд наставника, та же ненависть в глазах Ала…

Хайен чувствовал, что Цанцю словно помогает ему, отсекая лишние воспоминания, помогая сосредоточиться на нужном. Круглый золотистый камень на цепочке стоял перед глазами, словно наяву. Затем в его голове раздался осторожный голос Серого:

“Покажешь свой разговор с Аделой? Это снимет часть вопросов…”

Хайен попытался мотнуть головой. Несмотря на отсутствие боли, чужое присутствие утомляло. Ищейка не стал настаивать и тут же выпустил юношу. Синий свет погас, и он сказал уже вслух:

– Неплохо. Но странно.

– Что странно? - не понял Хайен.

– У меня такое чувство, будто я уже видел эту вещь.

– Где?

– Не знаю. Пойду к Аллатриссиэлю, возможно, он поможет мне вспомнить. Ну и Линдереллио заодно доложу. А ты в комнату иди, у тебя постельный режим до полуночи. Это не мои слова, а твоего учителя.

С этими словами Цанцю поднялся и стремительно вышел.

– Постельный режим до полуночи? - пробормотал юноша ему вслед. - Что, снова ночная тренировка?

Хайен вздохнул и отправился в общежитие. В комнате никого не было. Вероятно, его товарищи были на тренировке, а Хели - дома. Юноша растянулся на кровати и мрачно уставился в потолок. Обед он благополучно проспал, а после всех лекарств ужасно хотелось есть. Он покосился на стопку учебников на столе, но решил, что домашнюю работу он выполнит позже… Или спишет у Энди.

Стоило ему подумать об учебе, как на постели рядом с ним вспыхнуло Пламя. Юноша подскочил на кровати от неожиданности. Через миг перед ним сидела Хели в свободной вишневой рубашке и брюках. Несколько хлопьев пепла упали на покрывало. Аметистовые глаза внимательно оглядели его с ног до головы, и девушка заключила:

– Кажется, ты здоров.

– Только дожить бы до ужина, - буркнул юноша. - Обед я благополучно проспал.

Хели рассмеялась и снова исчезла в огненной вспышке, бросив напоследок:

– Я сейчас.

Через пару минут она появилась у стола с тарелкой бутербродов и кружкой. Хайен удивленно спросил:

– Где ты это взяла?

– В Манкьери, - пожала плечами девушка, водружая свою добычу на стол. - Сил считает, что мой растущий организм надо кормить не только по графику школьной столовой.

– Сил? - переспросил Хайен, поднимаясь с кровати.

– Силлириниэль, - пояснила она. - Моя бывшая няня и личная служанка отца.

Юноша сел за стол и подозрительно спросил:

– А твоему отцу она ничего не расскажет? И, вообще, тебя не будут искать?

– Сил не может говорить и всегда хранит мои секреты. А к маме пришел в гости глава Серых, так что она занята и не хватится меня.

Девушка взяла с тарелки бутерброд и добавила:

– Я собиралась подслушать, о чем они будут говорить. Но мама поставила глушилку. Так что пришлось поискать себе другое занятие.

– А фде фвой офец? - жуя, спросил Хайен.

– Отец? - переспросила Хели. - На тренировке, конечно же. Выжимает силы из Энди и Рийсы. А нас не позвали.

С этими словами девушка вздохнула, и Хайен увидел в ее глазах затаенную печаль. Магистр даже не пытался ничему учить собственную дочь. Всю неделю на тренировках Хели просидела на камне. А когда они выходили с поля, Хайен не раз замечал у нее в глазах горечь и сожаление. Юноша отхлебнул чай из кружки и спросил:

– Почему отец тебя ничему не учит?

Хели развела руками:

– А чему он может меня научить? Я не могу использовать магию так, как это делают другие.

– Он мог хотя бы попытаться! - возразил юноша.

– Он пытался с тех пор, как мне стукнуло семь, - вздохнула девушка. - Но все безрезультатно. Моя способность бесполезная.

Хайен едва не поперхнулся от возмущения:

– В каком смысле, бесполезная? У тебя потрясающая способность.

– У нее много ограничений, - терпеливо ответила Хели. - Я могу перемещаться только в место, где я уже была, или которое находится в поле моего зрения. Я не могу переносить с собой людей - только предметы. Так что…

– Погоди, - нахмурился Хайен. - А как ты тогда попала в мою комнату в первую ночь? Ты уже была в ней?

– Ах, это…

Хели заколебалась. Затем она смерила юношу немного странным взглядом и призналась:

– С тобой все работает по-другому. Я могу перемещать тебя. И могу переместиться к тебе, где бы ты ни был.

– И как ты это поняла?

– В тот момент, когда впервые увидела тебя, - серьезно ответила девушка.

Хайен вспомнил странные чувства, которые появились у него при первой встрече, и больше не стал задавать вопросов. Дожевав очередной бутерброд, он предложил:

– Мы могли бы тренироваться сами. У меня есть пара идей, как использовать твою способность в бою. Точнее, наши способности.

Хели удивленно воззрилась на него:

– Но я не могу атаковать…

– Тебе и не нужно будет атаковать, - заверил ее юноша. - Атаковать буду я. А ты - перемещаться. Точнее, перемещать. Нас.

Хайен видел сомнения на ее лице и попробовал подбодрить:

– Давай хотя бы попытаемся. Я уверен, что мы сможем удивить твоего отца.

Девушка неуверенно кивнула, и тут же спросила:

– Но где мы будем тренироваться?

– Может быть, там где никто не сможет тебя найти? - предложил Хайен, вспоминая курган за кирпичной стеной.

– Это идея… - медленно сказала Хели. - Но когда? Нужно подумать… У нас еще домашнее задание. Разве что ночью.

– По ночам твой отец учит меня обращаться с темной магией, - признался Хайен. - Точнее, пытается учить. Никто из нас не понимает, как она на самом деле работает.

Он снова принялся жевать. Ночные занятия ему не нравились, но они давали возможность хоть как-то изучать ту магию, что ему досталась.

Хели огляделась, а затем наклонилась к Хайену и тихо сказала, глядя ему в глаза:

– Ты знаешь, я попыталась найти в библиотеке нашего замка хоть что-то о темных, но не вышло. Мама сказала, что подобные книги хранятся только в некоторых эльфийских родах. Она видела несколько в Мерцающем лесу, но отец не дал ей посмотреть. А сейчас и его туда не пустят.

– Не пустят? - удивился юноша. - Потому что он изгнанник?

– Да. Считается, что изгнанники умирают для своих родственников. Никому из эльфов нельзя разговаривать с изгнанниками, и они больше не считаются родней…

– Вот гады напыщенные, - возмутился Хайен.

– Эльфы, - развела руками Хели.

Тут девушка прижала руку к груди, а затем выудила из-за пазухи медальон в виде плоского рыжего кольца.

– Иду, мама, - сказала она, на мгновение сжав амулет в руках.

Затем Хели поспешно сунула последний бутерброд в руки Хайену и сказала:

– Меня ищут. Встретимся утром на пробежке.

С этими словами девушка прихватила тарелку и новая вспышка пламени унесла ее домой. Хайен посмотрел на кружку с остывающим чаем и принялся жевать последний бутерброд. В его голове роились вопросы, и как получить ответ на них, он пока не представлял.

Магистр Лин разбудил его в полночь, как и обещал. Юноша безропотно встал, накинул форму и куртку, и прошел сквозь синий дым вслед за учителем. Хайен хотел отойти к стене и приготовиться защищаться, но внезапно эльф поймал его за плечо и указал на камень:

– Сядь. Надо поговорить.

Хайен подозрительно посмотрел на учителя, но послушался.

Эльф скрестил руки на груди. Точнее, сначала он сделал странное движение, будто собирался засунуть руки в рукава, но потом одернул себя и скрестил их на груди. На лице наставника промелькнула тень раздражения, и он заговорил:

– Цанцю передал мне то, что ты показал ему.

– Он вспомнил, где видел эту вещь? - с надеждой спросил юноша.

Магистр покачал головой:

– Он не вспомнил даже с помощью Аллатриссиэля. Но мне медальон тоже показался знакомым. Поэтому мы отправились во дворец, и Райтон с Мираном подтвердили - когда-то подобная вещь была у твоего отца.

Хайен изумленно воззрился на учителя и медленно произнес:

– Погодите… Так это значит, Адела и правда о нем что-то знает?

– Или не Адела, напомнил эльф. - Мы не знаем, кто это был. Руцу подтвердил, что девушка все это время провела в целительском крыле. У нее железное алиби. Ни магистр Руцу, ни Адела никуда не отлучались.

Юноша непонимающе посмотрел на своего наставника:

– Тогда кто это мог быть?

– Не знаю, - бесстрастно ответил эльф. - Но магия, которая способна создать иллюзию, нам неизвестна. Магические следы на месте происшествия тщательно замели, даже Сид с трудом что-то учуял. Адептка первого года обучения не способна на такое. Дело на личном контроле главы Серых. Сейчас его подчиненные отправились в Ичби, чтобы поднять записи о рождении Аделы. Пока самая реалистичная версия - спрятанная от всех сестра-близнец.

– Звучит бредово, - откровенно сказал Хайен.

– Не менее бредово, чем магическая иллюзия.

Юноша спросил::

– Но зачем? И почему они попытались убить меня?

– Этот вопрос мы все себе задаем, - заверил его наставник. - Целая сеть распространителей контрабанды с орочьих пустошей. Клан троллей. Сложнейший яд. Ввезти сюда компоненты было безумно дорого и рискованно. Только из-за них Серые смогли накрыть сеть. И все ради чего? Они попытались убить не короля или королеву, не наследницу, и даже не какого-нибудь из Великих герцогов. А какого-то мальчишку-полуэльфа, о существовании которого неделю назад никто и не догадывался. Зачем, Хайен? Что в тебе есть такого, что тебя пожелали сразу устранить?

Под взглядом магистра Лина юноше стало не по себе.

– Понятия не имею, - буркнул он.

Эльф холодно ответил:

– А вот у меня есть несколько догадок. Вспомни, что слышала Рийса. “Если он унаследовал способности папаши, у нас будут проблемы”... ”Если отец успел передать ему сведения, наши планы под угрозой”. Вот что сказала та неизвестная. Похоже, Ллавен до своего исчезновения успел перейти кому-то дорожку.

Хайен с досадой ответил:

– Но я отца ни разу в жизни не видел! Какие сведения? Он мне, кроме этих бумаг на поступление, ничего не передавал! И при чем тут мои способности?

– Тебя пытались убить серым сном, сначала лишив магии орочьим дымом, - напомнил учитель. - А значит, этот кто-то предполагал, что ты мог унаследовать дар ходящего в сны.

Юноша покачал головой и криво улыбнулся:

– Пока единственные, кто пытались меня убить, это эльфы.

Магистр облил его холодным взглядом и напомнил:

– Я тебе сейчас помогаю. Ты пришел сюда, чтобы учиться использовать темную магию.

– Вы не учите меня, а изучаете мои возможности, - ответил Хайен. - Вы не знаете, как должны развиваться мои способности. Неужели у эльфов не сохранилось ни единой умной книжки о темных?

Магистр Лин задумчиво посмотрел на своего ученика и произнес:

– Разумеется, какие-то книги о темных есть в библиотеке моего рода. Точнее, моего бывшего рода. Но я изгнанник, и больше не могу приходить в Мерцающий лес.

– То есть, открыть туда портал вы не сможете? Там стоит какое-то ограничение?

– Почему? - непонимающе ответил учитель. - Открыть портал в Халариэн я могу хоть сейчас. Но это запрещено законами Трех Королевств. Или ты хочешь, чтобы я нарушил их ради тебя?

Несколько мгновений учитель и ученик внимательно смотрели в глаза друг другу. Хайену больше всего хотелось сказать: “Вы покажите это место Хели, а дальше мы как-нибудь сами”. Но он вовремя прикусил язык.

Наконец, эльф отошел в сторону и махнул рукой, предлагая Хайену занять место напротив него. Юноша покорно встал у стены и приготовился к бою, гадая, чем магистр будет атаковать на этот раз - водой или огнем? Он уже знал, что его наставник обладал редчайшей разновидностью двойного источника, в котором сочетались огненная и водная магия. И обеими стихиями эльф владел великолепно. Если бы он мог научить его также виртуозно использовать темную магию, о лучшем учителе и мечтать было нельзя. Но пока они двигались вперед на ощупь, как слепые котята.

Больше ни о чем Хайен подумать не успел. Его окружило пламя и пришлось защищаться.

Черные плети мгновенно сплелись вокруг тела Хайена, защищая его от жара. Пламя отступило только для того, чтобы пропустить новое заклинание учителя. На этот раз вспышка была голубовато зеленой - сочетал эльфийскую магию со стихийной магистр также виртуозно, как и делал все остальное. Наверное, от тренировок была польза хотя бы в том, что эльф заставлял Хайена прикладывать как можно больше усилий. А явное превосходство наставника только подогревало желание реванша.

Через два часа Хайен, тяжело дыша, сполз по стене и понял, что его темная сила наисходе. И если ее хватит, чтобы доползти до постели, это будет чудом. Эльф удовлетворенно кивнул. Но вместо того, чтобы открыть портал в комнату юноши, опустился на камень и сказал:

– Раз уж у нас вечер откровений, мальчик, может, ответишь мне на еще один вопрос?

Хайен к этому времени так устал, что нашел в себе силы только кивнуть. Между пальцев наставника снова промелькнуло пламя, а затем он холодно спросил:

– Где твоя мать, Хайен? Где по-настоящему сейчас твоя мать?

Юноша изумленно воззрился на учителя. По-настоящему? Но он же рассказал им всю правду…

Глава 12. Родной дом

– В каком смысле - по-настоящему? - переспросил Хайен. - Я же рассказал вам. Домик в горах…

– Серые обследовали предгорья в двух днях пути, - оборвал его эльф. - И нашли только один домик. Но там никого нет, мальчик.

Хайена прошиб холодный пот:

– В каком смысле - никого нет?

– Дом пуст.

Сказанное наставником не укладывалось в голове. Усталость как рукой сняло. Юноша мгновенно оказался на ногах и потребовал:

– Отведите меня туда.

– Утром, - бесстрастно ответил магистр. - Там стоят печати ищеек. Если мы их повредим, то поднимем на ноги половину Джубирана.

– Но там моя мать!

– Там нет твоей матери и нет следов какого-либо насилия, - отрезал наставник.

– Это ничего не значит, - возразил юноша. - Ее могли похитить!

– И на месте работают ищейки. Если они не нашли следов, ты тоже ничего не найдешь.

Эльф поднялся и коснулся ладонью головы ученика, пытаясь утешить. Юноша зло стряхнул его руку. Магистр вздохнул:

– Успокойся, мальчик. Завтра с утра я отведу тебя туда вместо пробежки. Обещаю.

Хайен несколько мгновений сжимал и разжимал кулаки. Больше всего ему сейчас хотелось дотянуться до тех, кто посмел тронуть его мать. Он был уверен, что она не ушла по своей воле. Они жили там всю его жизнь, у нее не было родственников…

Затем юноша подозрительно посмотрел на своего наставника и спросил:

– Вы думаете, я вам соврал? Поэтому спросили?

Магистр спокойно ответил:

– Я не исключал этого, но сейчас уже так не считаю. Пора отправляться в постель, если ты хочешь завтра утром соображать хоть что-то.

– Что вы меня спать отправляете, как ребенка? - возмутился Хайен. - Я не могу ждать до утра!

– Можешь, - тоном, не терпящим возражений, отрезал эльф. - Ты и ведешь себя, как ребенок. Твоей матери там уже нет. Серые не нашли следов. И они будут ее искать. Ты не ищейка, а всего лишь адепт первого курса. Завтра на рассвете мы отправимся туда.

С этими словами магистр бросил синий порошок и открыл портал. Хайен, скрипя зубами от досады, отправился в свою комнату.

Энди даже не пошевелился. Уже закрывая глаза, адепт понял, что план магистра все-таки удался - он так устал, что сил не было ни на то, чтобы думать о матери и корить себя, ни для того, чтобы уйти в сон.

Магистр не соврал. На рассвете адептов разбудило шипение открывающегося портала. Энди подскочил на постели, но учитель махнул ему рукой:

– Спи. Пробежка отменяется, у нас с Хайеном есть одно дело. Хели и Рийсу я уже предупредил.

Юношу дважды уговаривать не пришлось. Он тут же отвернулся к стене и накрылся одеялом с головой. Хайен в это время поспешно оделся, метнулся в общую ванную, чтобы умыться, и через несколько минут уже стоял перед эльфом.

Магистр открыл портал, и Хайен прошел следом за ним сквозь синий дым.

Рассветные лучи освещали до боли знакомый пейзаж. Маленький домик притулился к плечу горы. Магистр и его ученик стояли на узкой тропке, ведущей к нему. У порога, к своему удивлению, юноша увидел Цанцю. Наставник, кажется, тоже ждал кого-то другого. Он вскинул бровь и заметил:

– Я думал, что это дело ведет Идрессиэль.

Цанцю поправил воротник серого мундира и с улыбкой ответил:

– Она отправилась в Хеллемилиоран и попросила подменить ее.

– Хелле...что? - переспросил Хайен.

Магистр Лин покосился на ученика и бросил:

– Не бери в голову. Эльфийский город на границе. Там что-то случилось?

Серый покачал головой и снова улыбнулся:

– Как и всем женщинам, иногда ей нужен совет матери.

– Линьериссиэль, наверное, будет рада увидеть дочь, - бесстрастно сказал магистр. - У вас все в порядке?

Цанцю серьезно кивнул. Наставник бросил взгляд на дверь, которую перекрывала сеть из синеватых линий магии ищеек, и спросил:

– Пустишь нас?

Тот кивнул. Пальцы Цанцю вспыхнули синим. Он сделал несколько росчерков, а затем открыл дверь. Хайен с трепетом вошел в дом, который почти всю свою жизнь считал родным. Правда, он больше не выглядел таковым. Магистр не соврал. Юноша медленно обходил свое прежнее жилище, комнату за комнатой, но находил только пустоту и тонкий слой пыли.

Наставник провел пальцем по одной из полок на кухне и сказал:

– Здесь не так давно кто-то жил. Пыли маловато для заброшенного строения.

Цанцю согласно кивнул:

– Верно. Идрес предполагает, что следы магии убраны намеренно, а дом опустел примерно неделю назад.

– Неделю… - медленно произнес Хайен. - Как раз тогда, когда я уехал в Алый замок.

Серый переглянулся с магистром Лином и добавил:

– Я не чувствую здесь смертей или страха. Вероятно, она ушла по доброй воле.

– Но куда? - в отчаянии воскликнул адепт. - Куда она могла уйти? У нее не было родственников, никого!

Юноша увидел сочувствие в глазах Цанцю. Он осторожно начал:

– Ты и про отца ничего не знал. Возможно, все эти годы ей было куда идти. Только тебе об этом не говорили.

Думать об этом не хотелось, но Хайен вынужден был признать его правоту. Если мать успешно скрывала сведения об отце, могла и про семью соврать. Осознать, что всю жизнь его обманывали, сейчас было особенно больно. Юноша развернулся и ушел в свою комнату. Теперь она была пуста. Большую часть вещей он забрал с собой в Алый замок, но оставшегося все равно было жаль. Он сел на постель и обхватил голову руками, пытаясь разобраться в том, что случилось. Хотелось, чтобы все это было сном.

В этот момент он ощутил нечто странное. Точнее, это чувство посетило его сразу, как только он вошел в дом. Но шок от происходящего был сильнее. А теперь Хайена внезапно ужасно начало клонить в сон. Засыпать при эльфах ужасно не хотелось. Но он не сомневался, что попасть сюда один или с Хели не сможет.

Поэтому нехотя поднял глаза на учителя, который молча стоял рядом, и спросил:

– Если я здесь уйду в сон - вы меня убьете?

Эльф, поколебавшись, ответил:

– Нет. Спи. Но лучше, если ты не будешь задерживаться там и успеешь на завтрак.

Хайен кивнул и откинулся на подушку. Стоило ему закрыть глаза, как он моментально провалился в сонродной и прохладный мир.

Он много раз уходил в сон на своей постели, но никогда это место не выглядело так. Перед ним простиралось поле алых лилий с тонкими лепестками. В памяти почему-то всплыли слова “но-хинская лилия”. Но юноша не мог вспомнить, откуда узнал это. А посреди поля на лепестках цветов покачивался сложенный вдвое листок. Что это? Послание в снах? От кого? Юноша сделал несколько шагов вперед и поднял записку. Затем он дрожащими руками развернул листок и начал читать:

“Здравствуй, Хайен.

Если ты читаешь это письмо - значит, дом, в котором тебя растили, уже пуст. А на твоей руке - браслет адепта Алого замка. Сейчас ты больше всего беспокоишься о матери. Но она в безопасном месте. Не нужно ее искать. Как только ты станешь адептом, ее жизнь окажется под угрозой. Я дал ей защиту и новое имя в благодарность за то, что все эти годы она растила тебя.

Вероятно, ты уже знаешь, кто ты такой. Наверное, сейчас ты чувствуешь себя одиноким. Единственным темным на свете. Но это не так. В Мерцающем лесу регулярно рождаются младенцы с черными волосами. Но их убивают. По закону. Внутри каждой эльфийки, которая носит под сердцем ребенка, живет этот страх - родить темного. Родить и похоронить. Я положил свою жизнь на то, чтобы найти средство, которое могло бы остановить неизбежное “сумасшествие” темных эльфов. Но кое-чего мне для этого не хватило.

Несмотря на то что меня изгнали, лишили имени и всех регалий, по рождению мы с тобой принадлежим к роду фуу Акаттон Флау. Это королевский род эльфов, который веками хранит мир и покой в Мерцающем лесу. Я чувствую ответственность за свой народ. За ту его часть, которой не дают прожить даже дня.

Прошу тебя об одном. Продолжи мое дело. Свои дневники я оставил Лиссе. Спроси ее в трактире Серая Сова в Эренсвиле. Надеюсь, ты поймешь, что делать дальше. Если мои расчеты оказались верны, Хелирайлиэль должна показать тебе дерево. Во сне около него тебя ждет помощник. Когда твоих сил хватит, чтобы отвязать его, Черныш приведет тебя ко мне. Буду надеяться, что ты справишься, и темная ветвь рода фуу Акаттон Флау тоже найдет себе место в мире.

Твой отец, Ллавенуринель фуу Акаттон Флау.”

Хайен перечитал письмо несколько раз, а затем сел на землю. Цветы расступились и дали ему место. Затем юноша потянулся к ткани сна, вновь положил письмо на лепестки. Пришлось потрудиться, чтобы накрыть письмо сигнальной сетью, ловушкой и поставить защиту. Почему-то Хайену казалось важным сейчас сберечь послание от отца. Единственное письмо, которое тот ему оставил. Наконец, результат его удовлетворил. Юноша вышел из снов и открыл глаза уже в реальности.

До него тут же донесся голос Цанцю:

– …будешь тут нормальным, когда тебя все время пытаются убить или в чем-то подозревают. Оставьте мальчишку в покое…

Магистр возразил:

– Я учу его.

– Ты свое лицо при этом видел?

Прежде чем магистр успел ответить, Хайен сел на постели. Эльфы стояли у входа в комнату. Стоило юноше пошевелиться, как оба устремили взгляды на него.

– Что-то узнал? - спросил магистр Лин.

Хайен понял, что сейчас никому не хочет рассказывать о письме и его содержимом, поэтому ответил коротко:

– С матерью все хорошо. Похоже, она скрывается от тех типов, которые пытались убить меня. Просила не искать.

Эльфы продолжали с ожиданием смотреть на него, и юноша попросил:

– Можно мне вернуться в замок?

– Точно все хорошо? - спросил Цанцю. - Ты и до этого был сам не свой, а теперь на тебе лица нет.

– Точно, - ответил юноша, пряча глаза.

– Идем, - приказал магистр Лин, открывая очередной портал. - Спасибо за помощь, Цанцюритэль. Передавай привет Идрессиэль и ее братьям.

С этими словами он первым прошел сквозь синий дым. Хайен подскочил с постели и поспешил за учителем, пробормотав слова прощания. В глазах Цанцю промелькнуло сочувствие, но эльф не остановил их.

К удивлению Хайена, магистр вывел его не в комнату, а на поле для тренировок. Он удивленно воззрился на эльфа, и тот бесстрастно спросил:

– Ты мне больше ничего не хочешь рассказать?

Юноша отчаянно помотал головой. Не хотелось ни говорить, ни видеть кого-либо. Больше всего Хайену хотелось запереться в комнате и в одиночестве обдумать сложившуюся ситуацию. Но такой возможности не было. Магистр какое-то время внимательно рассматривал лицо ученика, а затем повелительно махнул рукой, отпуская того на завтрак.

Хайен неспешно побрел в замок, продолжая обдумывать то, что прочел в письме. В столовую он пришел одним из последних, когда весь его отряд уже давно завтракал. Стоило ему занять свое место, как Рийса спросила:

– Ты чего?

– В каком смысле? - не понял Хайен.

– На тебе лица нет, - пояснила девушка.

– Не важно, - отмахнулся он.

Но, кажется, Хели его ответ совершенно не удовлетворил. Девушка не сводила с него глаз до окончания завтрака. Хайен ел нарочито медленно. Вскоре он заметил, что друзья невольно повторяют за ним.

– Да все со мной в порядке, - выдавил он.

– Ну да, ну да, - усмехнулась Рийса. - А тетушки и дядюшки приходят ко мне на день рождения каждый год. Не надо врать. Чего ты скис?

– Я не скис. Я думаю.

Энди многозначительно изрек:

– Одна голова хорошо, а две лучше. А уж четыре…

— Точно придумают, как доставить проблем учителям, - иронично закончила за него Рийса. - Так что случилось, Хайен?

– Потом, - нехотя ответил юноша.

Из столовой они вышли одними из последних. Энди и Рийса переругивались впереди, а Хели приотстала и тихо спросила:

– Ну хотя бы мне ты потом расскажешь, что случилось? Хотя Энди и Рийса тоже переживают за тебя. И они наши друзья.

Хайен задумчиво кивнул и спросил:

– А ты была когда-нибудь в Эренсвиле, Хели?

– Эренсвиль? Это город неподалеку отсюда? Нет, никогда. А что?

– Значит перенести меня туда ты не сможешь, - вздохнул он. - Придется ехать самому.

Хели покачала головой:

– Когда? Днем у нас занятия, вечером домашние задания, а ночью у тебя тренировки с моим отцом. Да и адептам запрещено покидать замок без позволения наставника.

Хайен помрачнел, и девушка утешительно похлопала его по плечу:

– Попроси отца. Думаю, он разрешит, если ты объяснишь ему причину.

– В том то и дело, что я не хочу ему объяснять причину, - вздохнул Хайен.

Хели развела руками:

– Тогда не знаю, чем помочь. Но я буду думать, Хайен.

Юноша мрачно кивнул. В этот момент они дошли до учебного класса, и разговор пришлось прервать. Всю теорию магии Хайен пытался понять, что делать дальше. А еще -кому стоит рассказать о своей находке. Хели? Однозначно. Рийса, Энди? Он покосился на товарищей, которые старательно рисовали в тетрадях схему для нового заклинания, демонстративно отвернувшись друг от друга. Не обязательно, но… Они единственные, кто с самого начала нормально к нему относились. Магистр Лин? Так было бы проще, но можно ли доверять ему?

Хайен поймал слегка озадаченный взгляд учителя и обнаружил, что Хели уже успела нарисовать схему в своей тетради, и теперь легкими штрихами завершает схему в его тетради. Потому что сам Хайен задумался так глубоко, что застыл с кистью в руках на середине рисунка. Юноша поспешно спохватился и прошептал:

– Спасибо, дальше я сам.

Девушка улыбнулась ему и убрала руку. Хайен постарался сосредоточиться на занятиях, но получалось плохо. За обедом товарищи предприняли еще одну попытку расспросить его о том, что происходит, и юноше пришлось пообещать, что он расскажет им все вечером, после факультатива по целительству. На тренировке Хайен тоже был невнимателен, и за это пришлось расплачиваться ожогами. Под конец юноша не смог увернуться от атаки наставника, и огненная игла вскользь опалила его щеку. Хайен зашипел от боли. К его удивлению, магистр отпустил остальных и решительным шагом приблизился к нему.

Юноша невольно отшатнулся, но наставник положил руку на его голову и резко сказал:

– Не дергайся. Вылечу.

Дальше он произнес пару коротких эльфийских слов, и его пальцы вспыхнули зеленым. Магистр коснулся ожога на лице Хайена.

Юноша стойко терпел лечение и думал. Когда эльф, наконец, выпустил его, он осторожно спросил:

– Магистр Лин… А можно мне отправиться в Эренсвиль?

– Зачем? - бесстрастно спросил эльф. - И когда?

– Лучше завтра, после тренировки, но можно и в выходной.

Эльф вскинул бровь и задал следующий вопрос:

– И что же ты там будешь делать?

– Навещу старого друга, - соврал Хайен.

В Серой Сове он никогда не был. Заведение в основном посещали приезжие и состоятельные горожане, которые не принимали юношу в свой круг.

Магистр какое-то время молча изучал лицо ученика, а затем негромко сказал:

– Завтра мне как раз нужно проверить местное кладбище. Могу взять тебя с собой при одном условии.

– Рассказать, что я там буду делать? - предположил Хайен.

Эльф кивнула. Юноша заколебался. И чтобы протянуть время, спросил:

– А что вы будете делать на кладбище?

– Ловить нежить.

У Хайена загорелись глаза:

– А нас возьмете?

– Вас - это кого? - бесстрастно переспросил учитель.

– Меня, Хели, Рийсу и Энди. Мы же ваши ученики. И практика - лучший учитель.

– Хели нечего там делать. Хотя…

Эльф задумался. Хайен, наконец, решился и тихо сказал:

– А я - расскажу вам кое-что о том, что увидел сегодня во сне.

– Рассказывай, - бесстрастно ответил магистр.

– После Эренсвиля, - упрямо мотнул головой юноша.

Магистр долго смотрел на него свои единственным глазом, а потом тихо сказал:

– Идет. Но не пытайся обмануть меня, мальчик. Ты мой ученик, хотим мы с тобой этого, или нет. Тебе придется научиться доверять мне, если хочешь выжить при дворе.

С этими словами эльф бросил горсть синего порошка и скрылся в портале. А Хайен поспешил догнать своих товарищей.

После ужина он подхватил учебник и отправился на факультатив по целительству. И в его голове билась только одна мысль: “Лекарство для темных”. Если он решится завершить труд отца, придется разбираться в целительстве гораздо лучше остальных. С этой мыслью он вошел в кабинет и замер на пороге. Вместо магистра Руцу на месте учителя сидел совсем другой человек. И смотрел он только на Хайена.

Глава 13 Новые знакомства

Хайен прошел вперед и занял свое место. Только после этого он заметил вторую странность - в комнате, где проходили уроки целительства, не было Аделы. Незнакомец многозначительно прокашлялся и сказал:

– Что ж, раз все в сборе, начнем.

– Аделы нет, - подал голос Хайен.

– Леди Рэувелл нездоровится, как и магистру Руцу. Поэтому сегодня заменять его буду я.

С этими словами новый учитель поднялся из-за стола. Адепты с интересом воззрились на него. Этот человек выглядел лет на тридцать-тридцать пять. Худой и тонкокостный, с собранными в хвост русыми волосами и яркими голубыми глазами. Одет с иголочки. И на лице его было написано - столичный хлыщ и любимец женщин. Было совершенно неясно, что он здесь забыл. Это какой-то приятель Руцу?

Пока Хайен и его однокурсники рассматривали незнакомца, тот представился:

– Зовите меня магистр Брау. Сегодня я буду вести урок. Откройте учебник на странице двадцать четыре. Основные принципы работы стихийного источника вы прошли, настало время разобрать способы его восстановления…

Хайен старался слушать учителя внимательно. Магистр Брау вел урок интересно, рассказывал понятно и с примерами из практики. Но юноша то и дело ловил на себе его странный изучающий взгляд. А еще не давала покоя мысль - что же с Аделой? И Руцу как-то подозрительно слег вместе с ней… Юноша думал, что об этом обязательно рассказать магистру. В душу Хайена закралось нехорошее предчувствие, и с каждой минутой оно только крепло.

Наконец, факультатив закончился. Хайен первым подхватил учебник и направился к выходу, когда магистр Брау внезапно попросил:

– Задержитесь, адепт Ар-Раллеори.

Юноша медленно обернулся и смерил учителя подозрительным взглядом. Затем он нехотя подошел и остановился в нескольких шагах от стола, за которым сидел Брау. Магистр ответил ему слащавой и снисходительной улыбкой. Другие адепты собрали вещи и покинули кабинет. И в тот же момент взгляд нового учителя стал холодным и оценивающим.

– Что вам нужно? - напрягся Хайен.

Брау усмехнулся:

– Только поговорить. Может, выйдем на свежий воздух и прогуляемся вокруг замка?

– Я тут на днях уже прогулялся вокруг замка, - сухо ответил Хайен. - Чуть на тот свет не отправился. Говорите, что вам нужно, и я пойду. А то меня сосед по комнате хватится.

Инстинкт упорно бил тревогу, несмотря на то, что столичный учитель держал руки на виду. Магистр с сожалением покачал головой и сказал:

– Очень недальновидно с вашей стороны, юноша. В конце концов, я всего лишь хотел дать вам дружеский совет.

Хайену эта ситуация нравилась все меньше и меньше. Он буркнул в ответ:

– Я не нуждаюсь в ваших советах.

Но Брау не отставал:

– А жаль, юноша, жаль. Вы здесь человек новый. Не знаю, где вас растили и чем вы занимались эти восемнадцать лет… Но вам явно следует изучить местную аристократию получше. Королевский двор - большое озеро, где мелких рыбешек с удовольствием едят более крупные. А политика Великих родов не для мальчишек. Если вы почувствуете, что в этой области вам тоже нужен учитель… Я к вашим услугам. Руцу подскажет, как меня найти.

Хайен непонимающе посмотрел на магистра и спросил:

– С чего вы взяли, что я захочу к вам обратиться? Да и о какой политике родов речь, я сын изгнанника, а мой отец давно пропал.

Учитель снова снисходительно улыбнулся:

– Поверьте, у меня есть веские основания так полагать, юноша. В нашем обществе иметь титул мало. Нужно понимать, с кем стоит вести дела, а с кем нет… Что ж, не буду вас задерживать.

Хайен развернулся и поспешно вышел. Он хотел отправиться в комнату, но его взгляд зацепился за коридор, в который выходили двери палат. Аделе нездоровится… Значит ли это, что она где-то здесь? Умом юноша понимал, что нужно скорее возвращаться в общежитие. Но после короткого раздумья, он все же огляделся и начал медленно и тихо перемещаться от одной двери к другой, пока, наконец, не услышал голоса. Один, несомненно, принадлежал Аделе. А вот второй… Наверное, это был тот, о ком говорила Рийса. Странный голос. То ли женщина, то ли мужчина. А еще от него по спине у Хайена ползли мурашки. Инстинкт подсказывал, что с обладателем этого голоса лучше не связываться. Во всяком случае, пока.

Время шло, но они говорили достаточно тихо, чтобы Хайен не мог разобрать слова. А еще юноша невольно задумался о том, что они не используют глушилку. И это наводило на тревожные мысли. Слабо верилось, что обладатель второго голоса на это не способен. А значит, либо он скрывается и по какой-то причине не использует магию… Либо он настолько здесь освоился, что не ждет подвоха. Неужели сообщник Аделы - один из преподавателей Алого замка?

Разговор не заканчивался, а вероятность быть обнаруженным - росла. Поэтому Хайен скрепя сердце, бесшумно прокрался к выходу из целительского крыла и направился в общежитие. Пока добирался до комнаты, он несколько раз прокрутил в голове бредовый разговор с новым учителем. Но так и не смог понять, что от него было нужно Брау. И его не отпускало чувство, что болезнь Аделы, отсутствие магистра Руцу и появление этого столичного хлыща - звенья одной цепи.

Когда Хайен вошел в комнату, то застал Энди за попыткой выучить границы первых государств. Юноша старательно водил пальцем по карте в учебнике и бормотал себе под нос то, что следовало о них знать.

Хайен бросил вещи на свою кровать и упал на стул рядом с другом.

– Ты обещал рассказать, что случилось, - напомнил ему Энди.

– Да случилось уже столько всего, что даже не знаю, с чего начинать, - признался Хайен. - Тебе знакома фамилия Брау?

Ответить тот не успел. Рядом со стулом Хайена вспыхнуло пламя. Через мгновение оно погасло, и встревоженная Хели заглянула в глаза своему другу.

– Вернулся? - спросила она. - Хорошо. Тогда откройте окно, сейчас Рийса придет.

С этими словами она исчезла в очередной вспышке пламени. Юноши непонимающе переглянулись. Энди нехотя поднялся и распахнул створки. Прохладный вечерний воздух ворвался в комнату. Через пару минут на подоконник шагнула Рийса. Ее сапоги светились коричневым, и Хайен удивленно спросил:

– Как ты попала сюда?

Девушка взмахом руки развеяла заклинание, и свет вокруг ее обуви погас. Затем она спрыгнула с подоконника, закрыла створки окна и сообщила:

– По стене пришла. Это заклинание магии земли. В Академии мы будем проходить его позже. Но мой отец научил меня ему давно. Он считает, что начинать обучение нужно с полезного, а не с простого.

После этого она с вызовом посмотрела на Энди. Тот фыркнул и отвернулся. Хели снова вышла из вспышки пламенем рядом с Хайеном и потребовала:

– Рассказывай!

Теперь все взгляды друзей были обращены на него. И во всех было беспокойство и ожидание.

– Ну... давайте сначала все сядем, - ответил Хайен.

Он не был уверен, что хочет говорить о том, что видел в своем доме, и тянул время. Юноша неспешно направился к своей кровати и сел. Хели снова исчезла в огненной вспышке и мгновенно оказалась рядом, уронив на его колени несколько хлопьев пепла. Рийса устроилась на подоконнике, а Энди плюхнулся на свою кровать. Хайен нехотя начал рассказывать. И сам не заметил, как под участливыми взглядами товарищей выложил им все, что случилось, включая содержание письма. И по опущенным глазам Энди и Рийсы внезапно понял:

– Вы…Вы все знали? Про сумасшествие темных?

Они виновато переглянулись. Рийса первая ответила преувеличенно бодрым голосом:

– Да, отец рассказывал мне об этом еще в детстве, но просил никому не говорить.

– Дед рассказал мне в первый же выходной, - нехотя сказал Энди. - Но тоже попросил держать язык за зубами.

Хайен обескураженно спросил:

– Вы все знали и не сказали мне?

– Зачем, Хайен? - спросила Рийса. - Ты эльф только наполовину. И черных волос у тебя ровно половина. Извини, на сумасшедшего ты непохож. Зачем тревожиться о том, чего может и не случиться?

Хайен обескураженно покачал головой. А Энди кивнул, первый раз соглашаясь с дочерью своего заклятого врага.

– Кроме того, - добавила Рийса, перебирая черную косу, - мой отец тоже пытался создать лекарство для темных, которое могло бы отодвинуть сумасшествие. Не исключено, что у него остались какие-то наработки. Возможно, вместе с дневниками твоего отца…

– Но они так и не смогли ничего создать, - оборвал ее Энди. - И я спрашивал у деда. Никто не знает, куда пропал отец Хайена. И никто не знает, был ли он при этом в своем уме. Но ясно одно - создать лекарство для темных эльфов им вдвоем не удалось. Так что…

Он развел руками.

– Средство должно существовать, - тихо, но уверенно заявила Хели. - Ллавен верил в то, что Хайен сможет его создать. Значит, и мы должны верить. Ты же хочешь этого, Хайен?

Юноша заглянув аметистовые глаза подруги и признался в первую очередь себе:

– Хочу. Но пока не знаю, с чего начать. Все это слишком неожиданно.

– Нужно попасть в Эренсвиль, - глубокомысленно заметил Энди.

Хайен отмахнулся:

– Об этом я уже договорился. Магистр возьмет нас с собой завтра ночью. На настоящую охоту за нежитью.

Улыбка Хели тут же погасла:

– Всех, кроме меня.

– Он обещал взять тебя тоже, - заверил ее Хайен.

После этого юноша снова хотел расспросить друзей о господине Брау, но ему снова помешали. Раздалось шипение открывающегося портала, а затем из синего дыма появился магистр Лин. Он обвел глазами учеников. Хели сникла и придвинулась к Хайену. Юноша поборол искушение обнять ее за плечи и посмотрел на учителя. Тот в это время смерил ледяным взглядом непокорную дочь, а затем - ее товарища. В единственном глазе эльфа светилось обещание всех известных кар для того, кто посмел вертеться возле Хели.

А затем магистр холодно произнес:

– И что здесь за собрание?

Хели возмущенно посмотрела на отца, и тут же исчезла в рыжей вспышке. В следющий миг девушка появилась рядом с ним и заявила:

– Домашние задания обсуждаем. А что, нельзя?

Эльф скептически оглядел брошенный на столе учебник истории и бесстрастно ответил:

– Вижу.

После этого он попытался коснуться головы своей дочери, но Хели снова исчезла и появилась на кровати Хайена. Магистр скрестил руки на груди и сказал:

– Девушкам не полагается бывать в комнатах юношей. Вас разделили на два этажа не просто так. Возвращайтесь к себе. А ты… - он повернулся к Хайену, - сейчас пойдешь со мной.

Хели метнула на отца яростный взгляд и тут же исчезла, оставив после себя еще несколько хлопьев пепла. Хайен задумчиво растер его в пальцах и поднялся на ноги. Магистр открыл следующий портал и поманил его за собой:

– Куда мы идем? - настороженно спросил он.

– Туда, где люди ценят свое время и не привыкли ждать, - бросил эльф. - Поэтому поторопись.

Хайен послушно шагнул в синий дым следом за магистром. Этот портал был странный, непохожий на другие. На мгновение лицо опалило жаром, а потом обдало холодом. Юноша зажмурился. А когда открыл глаза, то обнаружил, что стоит в богато обставленном полутемном кабинете. Магические светильники бросали причудливые тени на лицо человека, который сидел за массивным столом. Темные раскосые глаза незнакомца внимательно изучали Хайена.

Если бы не портрет, который он видел в музее Алого замка, юноша ни за что бы не догадался, что перед ним король. Свободная белая рубашка, небрежно стянутые лентой черные волосы, расслабленная поза. Только перстни выдавали богатство и принадлежность к влиятельному роду. И взгляд, который говорил о том, что этот человек не привык к тому, что ему отказывают хоть в чем-то. Хайен поспешно склонился, чувствуя растерянность. Затем он услышал знакомый смех и осторожно выпрямился.

За правым плечом короля, небрежно облокотившись на спинку монаршего кресла, стоял Великий герцог Миран Тан. Бордовый мундир был брошен на подоконник, а верхние пуговицы такого же цвета рубашки - растегнуты. По другую руку от короля на краешке стола сидела мать Хели. Хайен первый раз видел ее не в платье. Темно-коричневые брюки, такого же цвета рубашка и кожаный корсет подчеркивали ее фигуру. Было ясно, в кого пошла Хели. Если бы не разные глаза и волосы, наверное, эту женщину можно было назвать прекрасной.

Герцог Тан укоризненно сказал:

– Снова запугиваешь детвору. Ты что, не сказал ему, куда вы идете?

Магистр Лин холодно ответил:

– Обойдется.

С этими словами он подошел к своей жене и обнял ее сзади.Ггерцогиня откинулась на его грудь, продолжая разглядывать Хайена и накручивать на палец кончик розовой косы.

Юноша чувствовал себя нелепо. Для аудиенции у короля обстановка была донельзя неформальной. Хайен не мог избавиться от чувства, что попал на уютные домашние посиделки, а не во дворец, и его здесь… считают своим?

В этот момент король негромко сказал:

– Да. Ты была права. Одно лицо с отцом.

Затем он взглянул на герцога Тана и приказал:

– Дай ему бумаги.

Магистр Лин попытался возразить:

– Не думаю, что это хорошая идея.

– Он совершеннолетний по нашим законам, - напомнил король. - Отдавай, Миран.

Отец Рийсы с торжественным лицом подошел к Хайену и вручил тому пачку бумаг с печатями. Юноша недоуменно посмотрел на них. Это что?

Глава 14. След

Хайен прочитал заголовок на первом листе и не поверил своим глазам. Севшим голосом он спросил уже вслух:

– Это… что?

Герцог Тан снова рассмеялся:

– Вроде с чтением у молодых людей в твоем возрасте обычно нет проблем. Черным по белому написано - подтверждение прав наследования.

Сердце юноши забилось чаще:

– Отец что-то оставил мне?

– Не совсем, - ответил ему герцог. - Скажем так, после его, гм… исчезновения, часть имущества осталась бесхозной. Был назначен временный управляющий, но земли так и не перешли к новому владельцу. Сегодня утром Большой Совет королевства признал тебя сыном и наследником Ллавена. И теперь это все твое.

Хайен быстро проглядел остальные бумаги. В его памяти тут же всплыли слова магистра Брау: “Политика великих родов не для мальчишек”. Отец Рийсы сказал, что с утра был Большой Совет Королевства… Значит, вот откуда он узнал. И пришел знакомиться. Но для чего? Вопрос пока оставлся без ответа.

– Так вот что он имел в виду. - пробормотал юноша.

Магистр Лин холодно сказал:

– Надеюсь, ты понимаешь, что в первую очередь это ответственность?

Король покосился на него и спокойно произнес:

– Управляющий останется до того момента, когда ты закончишь Академию, Хайен. После этого ты сможешь нанять егоснова, или поставить на это место своего человека.

Юноша еще раз пробежал взглядом по бумагам, но названия, указанные там, были ему незнакомы.

– А где эти земли находятся? - спросил он, чувствуя себя безнадежным идиотом.

– На Востоке, - пояснил отец Рийсы.

Это ничего не объясняло.

– И Серые раскопали в связи с этим кое-что интересное, - добавил магистр и бросил на стол перед королем несколько листов. - Запись тех годов, когда Ллавен только обосновался на новом месте.

Король взял документы и погрузился в чтение. Герцог Тан заглянул ему через плечо. Матери Хели, похоже, содержимое бумаг было уже известно. Она рассеянно наблюдала за своими товарищами, но мысли ее были далеко.

Наконец, король отложил листы и пояснил Хайену:

– Здесь упоминается земельная тяжба между Ллавеном и родом Рэувел. Но с тех пор много воды утекло.

– Да ты видел этот кусок земли? - скептически фыркнул герцог Тан. - Убивать за это слишком хлопотно.

– Или Рэувеллы увидели на этом куске земли что-то, что мы пропустили, - спокойно возразил король. - Отправь Серых, пусть проверят.

После этого он заметил отсутствующий взгляд герцогини и негромко добавил.

– Вы можете идти. Мы с Хайеном еще немного поговорим, и я отведу его в Алый замок.

Отец Рийсы тут же подхватил мундир с подоконника и бодро ответил:

– Отлично. Сиду утром скажу. Был рад тебя видеть, Хайен. Передавай привет Рийсе.

С этими словами он поспешно удалился. Герцогиня осторожно высвободилась из объятий мужа и поднялась со стола. Разные глаза - алый и золотой, теперь смотрели на Хайена. От этого странного взгляда ему стало немного не по себе. Но она только улыбнулась и тихо попросила:

– Присматривай за Хели, хорошо?

Юноша удивленно кивнул. Магистр Лин бросил на своего ученика ледяной взгляд, а затем взял свою жену за руку и открыл портал. После того как парочка скрылась в облаке синего дыма, Хайен настороженно повернулся к королю. Тот продолжал задумчиво рассматривать юношу, откинувшись на спинку кресла.

– Что-то не так? - спросил Хайен.

Непринужденная обстановка этого вечера сбивала с толку. Король Райтон коротко улыбнулся и приказал:

– Сядь. У меня есть к тебе несколько вопросов.

Юноша послушно опустился в одно из кресел, продолжая сжимать в руках документы. Хайен ждал новых вопросов о матери и о том, что он видел в снах, когда спал в доме. Он почему-то не сомневался, что о всех его похождениях королю уже известно. Но к его непередаваемому удивлению, король внезапно начали расспрашивать его о прошлой жизни. Его интересовало все - где Хайен жил, что любил, чем ему нравилось заниматься… Сначала юноша отвечал коротко, но вскоре поймал себя на том, что пересказывает какие-то случаи из детства, а король слушает его с легкой улыбкой на губах. Первый раз кто-то заинтересовался им самим - ни его темной магией, ни его странностями, ни происхождением или наследством. Пожалуй, такой интерес к нему с первого дня проявляла Хели…

Юноша сидел в кресле уже около часа, когда беседу прервал щелчок замка за спиной. Хайен резко обернулся и увидел, что на пороге стоит девочка лет пяти в шелковой ночной сорочке почти до пят, босая, с черными волосами и темными раскосыми глазами. В следующий миг она увидела Хайена и смущенно шагнула назад, но король остановил ее:

– Заходи, Тери. Где твоя няня?

-- Я от нее убежала.

Довольно сообщила девчушка. После этого она молнией пронеслась по кабинету и запрыгнула к нему на колени. А потом покосилась на Хайена и подозрительно спросила:

– Папа, это кто?

И Хайен, наконец, понял, кого видит перед собой. Принцесса Этерия, юная наследница престола. За девочкой тянулся легкий шлейф кошмара. Юноша не выдержал и сказал:

– Ей приснился страшный сон.

Этерия испуганно посмотрела на него и уткнулась в грудь отца. Король подхватил дочь на руки и поднялся.

– Мне придется отвести ее в постель, поэтому я не смогу провести тебя в общежитие. Доберешься сам от комнаты своего наставника?

Хайен неуверенно кивнул. Не признаваться же, что он в этой комнате был один раз и даже не представляет, где она находится.

Король подошел к стене и легко коснулся одной из панелей, пробуждая стационарный портал. Затем он обернулся к юноше и сказал:

– В бумагах, которые я тебе дал, заключена сила и власть. Земли. Богатства. Пусть у твоего отца их было не так много. Будут те, кто захочет их отобрать у тебя. Будь осторожен, Хайен. Теперь ты в игре под названием “политика Великих родов”. Советуйся с магистром и держись за друзей. Энди, Рийса и Хели - пожалуй, самое удачное, что с тобой случилось.

Юноша кивнул и поспешно распрощался. А затем шагнул в портал, прижимая документы к груди. Проход отказался таким же странным, как и тот, что привел его сюда. Только на этот раз лицо сначала обдало холодом, а потом жаром.

Он оказался в уже знакомой гостиной, где проходил памятный разговор с Цанцю после того, как Хайена пытались убить. Магическая лампа на каминной полке давала мягкий теплый свет. Сейчас здесь никого не было. Стоило Хайену подумать об этом ,как внутренняя дверь отворилась. На ходу застегивая рубашку, в комнату шагнул магистр Лин. Эльф нахмурился и спросил:

– Что ты здесь делаешь?

Хайен признался:

– Король привел меня сюда. Ему пришлось увести принцессу Этерию в постель, ей приснился кошмар.

Магистр больше не задавал вопросов, а вместо этого предложил:

– Может, оставишь документы здесь? Общежитие - не самое лучшее место для хранения подобных вещей и ценностей.

Поколебавшись, Хайен передал бумаги наставнику. Тот удовлетворенно кивнул и напомнил:

– Завтра ночью у нас практика на кладбище, так что сегодня никакой тренировки не будет.

– Вы обещали взять Хели, - многозначительно сказла Хайен. - И она этого ждет.

Эльф кивнул:

– Возьму, раз обещал. Надеюсь, эта увеселительная прогулка ей понравится. А мы с тобой сначала отправимся в Серую Сову. Надеюсь, ты свое обещание тоже сдержишь.

Рассказывать все магистру не хотелось. Но кажется, эльф уже воспринимал необходимость возиться с Хайеном, как нечто неизбежное, и пора было отплатить ему той же монетой. Поэтому адепт уверенно кивнул, и через очередной портал, открытый учителем, вернулся к себе в комнату. Энди к этому времени уже лег спать. Хайен решил последовать его примеру. Темная магия была при нем, и юноше очень хотелось попасть в сны. Но на этот раз его интересовала не Хели.

Он поспешно переоделся, закрыл глаза и нырнул в привычный прохладный мир. Энди снился какой-то тревожный сон, но Хайен не стал смотреть его, а только коснулся ткани сна и отправил короткую успокаивающую вибрацию. Это должно было помочь другу сгладить эмоциональный накал.

Затем он заскользил по замку. Сон Хели он тоже ощутил. Но с сожалением двинулся прочь. Хоть он и подозревал, что девушке снова снится черная стена, зайти в ее сон было интересно. Хайен с сожалением прошел мимо и начал спускаться вниз. Туда, где в обычном мире находилось целительское крыло. Он не понимал, как настолько простая мысль не пришла ему в голову раньше. Можно попытаться зайти в сон Аделы.

На всякий случай приближался он аккуратно. Предосторожности оказались не напрасными. Вскоре Хайен понял, что сколько бы кругов он ни наворачивал вокруг того места, где располагалась палата, пройти дальше он не мог. Что-то мешало ему. Местность вокруг выглядела, как обычно. Наконец, он не выдержал и сел на землю. Юноша старательно вглядывался в ткань сна, пытаясь найти в ней прорехи ил понять, что ему мешает. И, наконец, он увидел это.

Хайен долго разглядывал странную конструкцию из Нитей, которая ловко сливалась с окружающей юношу темнотой. И чем дольше он смотрел, тем лучше понимал, что эта конструкция создана той же рукой, что и цепи Черныша. За неимением других кандидатур он пришел к выводу, что все это создал его отец. Но тогда что создавало этот купол вокруг снов Аделы? Тот самый золотистый медальон или что-то иное? В любом случае оно должно было иметь какое-то физическое воплощение, Хайен чувствовал это совершенно точно.

И это возвращало его к тому, что Адела, или этот незнакомец, с которым она говорила, знали его отца. И, возможно, они могли рассказать о том, куда он исчез. С этой мыслью Хайен оставил сон Аделы и пошел дальше.

Вечером следующего дня отряд собрался на тренировочном поле, чтобы отправиться на первое в своей жизни практическое занятие. Хайен предвкушал как встречу с неизвестной ему Лиссой, так и настоящее дело. Магистр вышел из портала и холодно оглядел учеников. Он задержал взгляд на своей дочери, но не стал даже пытаться отговорить ее от участия. Затем он коротко объяснил план:

– Сейчас я перенесу вас всех к воротам кладбища. Покараулите там, пока мы с Хайеном сходим в серую Сову. Каждому выдам амулет. И никакой самодеятельности, ясно?

– Ясно, - с готовностью повторила Рийса.

Тогда магистр Лин уточнил:

– Включая создание артефактов с помощью собственной крови.

Девушка тут же сникла, а Хайен пробормотал:

– Интересные у тебя развлечения…

– Таны, - мрачно процедил Энди и отвернулся.

Эльф бросил на ученика ледяной взгляд. Тот поспешно замолчал. На тренировках у магистра со спорщиками разговор был короткий. Стоило кому-то из них попытаться задеть другого, как на зачинщика по щелчку пальцев наставника выливалось примерно ведро леденой воды. Так что оба довольно быстро научились держать язык за зубами.

Магистр открыл портал и первым шагнул сквозь синий дым. Хаейн прошел последним, и тут же начал вертеть головой. Прямо перед собой он увидел высокие кованые ворота городского кладбища. Юноша вскинул голову и сделал шаг назад, чтобы рассмотреть их получше. И тут же наступил на что-то гибкое и живое. Совсем рядом раздалось возмущенное рычание. Юноша резко отпрыгнул в сторону и остановился, чтобы рассмотреть как следует своего противника.

Глава 15.Лисса

Хайен сразу понял, что перед ним нежить. Тварь больше всего напоминала здоровенного кота или рысь с парой драконьих крыльев и шестью гибкими хвостами, каждый из которых заканчивался ромбовидным навершием. Юноша собрал магию на кончиках пальцев, но не успел сделать ни одного росчерка. Хели шагнула вперед и погладила лобастую голову монстра, а затем обернулась к юноше и спросила:

– Ты чего? Это же Рыжик.

– Кто? - переспросил Хайен.

– Рыжик, - уверенно повторила девушка. - Привратник моей матери.

– Это нежить, - непонимающе сказал он.

– Наша домашняя нежить, - пояснила Хели. - Он охраняет Двери. И служит моей матери.

Юноша с опаской смотрел на монстра. Но тот, кажется, совсем не возражал против того, что Хели его гладила. А на шее твари Хайен наконец заметил рыжий ошейник. Юноша подумал: “Рыжик, Черныш… Такое чувство, что имена им придумывал один и тот же гений”.

Его размышления прервал магистр Лин. Эльф выступил вперед и приказал дочери:

– Не отходи от него, пока я не приду.

Хели насупилась, но возражать не стала. Только возмущенно отвернулась и начала почесывать зверя за ухом. Магистр открыл следующий портал и сделал Хайену знак следовать за собой.

Они вышли на одной из центральных улиц Эренсвиля. Хайен бывал здесь нечасто. Он предпочитал места попроще. Дверь постоялого двора с серой совой на вывеске была в нескольких шагах от него. Улицу освещали фонари, а в окнах горел теплый свет.

Магистр негромко спросил:

– Пойдешь один?

Юноша уверенно кивнул. Эльф вручил ему амулет в виде плоского рыжего кольца и напутствовал:

– Сожми его, если что-то случится. Я открою к тебе портал по маяку, где бы ты ни был.

Хайен сунул амулет в карман и сделал шаг вперед. А потом оглянулся и задумчиво спросил:

– Вы не удивлены, что я попросил привести меня сюда. Мой отец бывал здесь, верно?

Эльф не стал отрицать:

– Верно. И мне очень интересно, что ищешь здесь ты.

– Расскажу позже. Я же обещал.

– Тогда иди. У нас еще есть дело.

Юноша кивнул и открыл дверь.

Общий зал встретил его гомоном и аппетитными запахами еды. Юноша проскользнул мимо столов, заполненных народом, к стойке. Хозяином оказался русоволосый крепыш лет сорока пяти. Он окинул одежду юноши задумчивым взглядом и спросил:

– Чего тебе, мальчик?

– Мне нужна Лисса, - уверенно ответил юноша, глядя ему в глаза.

Его собеседник несказанно удивился и несколько мгновений таращился на Хайена. А потом он увидел уши адепта. У хозяина глаза на лоб полезли, и он, поколебавшись, спросил:

– Лисса… И… кто же велел тебе искать ее здесь?

В глазах хозяина застыло ожидание. Юноша наклонился вперед и тихо ответил:

– Ллавен.

Несколько мгновений мужчина недоверчиво смотрел на него, а затем крикнул:

– Т-тесси! Тесси, встань за стойку! Элмет! Разбуди свою бабку!

После этого он отвесил Хайену поклон и велел идти следом. Юношу провели по длинному коридору туда, где, похоже, располагались комнаты хозяина и прислуги. Одна из дверей открылась, и в коридор выскользнул парнишка лет двенадцати.

– Она ждет, отец, - обратился он к хозяину.

Тот обернулся к Хайену и сказал:

– Заходи.

И толкнул дверь в комнату. Юноша сделал несколько неуверенных шагов вперед. Дверь за его спиной закрылась. Он оказался в маленькой уютной комнате. Лампа освещала желтые занавески, массивный шкаф, чайный столик у окна. На кровати сидела женщина. По прикидкам Хайена, ей было не меньше семидесяти. Почти полностью седые волосы заплетены в косу, руки безвольно лежат на одеяле, а вот серые глаза цепко смотрят на вновь прибывшего.

Он поздоровался и осторожно спросил:

– Вы - Лисса?

Старуха хрипло ответила:

– Да. А как зовут тебя, мальчик?

– Хайен.

– Подойди.

Юноша опустил руку в карман, нащупал амулет в виде плоского рыжего кольца и приблизился. Интуиция молчала, но после попытки убийства доверять кому-то было сложно.

Старуха внимательно оглядела его чёрно-белые волосы и острые уши, а затем по морщинистым щекам внезапно заструились слезы.

– Получилось, - шептала она. - У него получилось…

– Получилось что? - не понял Хайен.

– Передать тебе свою магию, - ответила Лисса, утирая слезы. - Значит, надежда еще есть.

– Вы знаете, где мой отец? - взволнованно спросил Хайен.

Но она с сожалением покачала головой:

– К сожалению, нет. Но если у тебя есть темная магия… А она у тебя есть, судя по цвету волос… Значит, у него есть шанс остаться в живых и в здравом уме.

– Что вы знаете о нем? Когда вы видели его в последний раз? Где он? Почему исчез? - засыпал ее вопросами Хайен.

– Я любила его в юности, - просто ответила женщина. - Ты не знаешь, что такое благосклонность чистокровного эльфа, пусть даже изгнанника, для простолюдинки. А он… Был рядом, пока мог. И потом, когда отец устроил мою жизнь и выдал замуж... Тоже был рядом. Я легко согласилась выполнить его просьбу и сохранить для тебя кое-что.

– Он сказал, что у вас его дневник, - вырвалось у Хайена.

Старуха кивнула и указала пальцем на шкаф:

– Нижний ящик. Там заклинание, но ты сможешь его снять. Он оставил тебе подсказку.

Хайен медленно приблизился к шкафу и опустился на колени.Темную магию он ощутил сразу. Его снова начало резко клонить в сон. Юноша оглянулся на Лиссу и пробормотал:

– Я здесь усну, ладно?

Она ни капли не удивилась и кивнула. Хайен тут же сел рядом со шкафом, уткнулся в него лбом и закрыл глаза. А когда открыл их уже во сне, то снова увидел лилии. Алые, с тонкими лепестками. Только на этот раз никакой записки не было. Порыв ветра поколебал алые лепестки, а затем в воздухе над ними вспыхнули переплетающиеся линии. Хайен какое-то время вглядывался в них, пока наконец не понял, что это схема заклинания-ключа. Но он слабо представлял, как из темной магии создать это. Он немного постоял, запоминая, как выглядит заклинание, а затем вышел из снов и открыл глаза.

Лисса напряженно смотрела на него. Юноша устало улыбнулся и снова посмотрел на ящик. Теперь он видел точку входа, от которой нужно начать строить заклинание-ключ. Но он еще никогда не использовал свою силу так тонко. Магистру приходилось противостоять грубой силой. Обучение не шло ни в какое сравнение с тем, что ему нужно было сделать сейчас.

Но сдаваться тоже было не в правилах юноши, поэтому он осторожно провел рукой над ящиком и попытался пробудить свою магию.

Тьма, которая дремала внутри него, откликнулась охотно, но категорически не желала принимать нужную форму. Хайен не знал, сколько времени прошло, прежде чем дрожащие черные линии перед ним наконец сложились в нужную картинку. Замок тихо щелкнул, а юноша вытер пот со лба. Затем он осторожно выдвинул ящик. Там лежал зашитый в кожу пакет. Хайен прижал наследство отца к груди и развернулся к Лиссе.

Старуха тихо сказала:

– Теперь это принадлежит тебе. Надеюсь, ты сможешь помочь ему, Хайен… Сможешь помочь всем им.

Юноша встал, продолжая прижимать к груди пакет, и подошел к ее постели.

– Обязательно, - заверил он. - Всем Трем Королевствам придется признать меня и перестать убивать темных эльфов.

Женщина снова утерла слезы и проникновенно сказала:

– Ты… Твоя мать ушла, ты учишься в Академии. Я знаю, что ты ни в чем не будешь нуждаться. Но помни, что в этом доме тебе всегда рады. Если тебе что-то понадобится… Я постараюсь помочь. И мой сын тоже. Борен сделает все, о чем бы я ни попросила. Приходи сюда, хорошо?

Хайен пообещал. Но сейчас нужно было уходить, поэтому он распрощался с Лиссой и ее сыном, а затем отправился обратно.

Улица встретила его ночной прохладой. Магистр выступил из тени и окинул своего ученика холодным взглядом.

– Сделал, что хотел? - бесстрастно спросил он, рассматривая кожаный пакет в руках юноши.

Хайен, поколебавшись, кивнул, и эльф продолжил:

– Не думаю, что эта вещь пригодится тебе сейчас. Будет лучше, если я отнесу ее к себе в комнату. Там безопасно.

– Нет, - поспешно возразил он. - Лучше я отнесу это к себе в комнату.

– Не доверяешь мне? - вскинул бровь эльф.

– Не совсем, - нехотя признался он. - Не думаю, что это кто-то будет искать.

– А кому ты доверяешь? - внезапно спросил учитель:

– Хели, - не раздумывая ответил юноша. - И немного - королю, Энди и Рийсе.

В аметистовом взгляде учителя сверкнуло бешенство. Хайен ожидал очередной отповеди под названием “Держись подальше от моей дочери”. Но магистр молча открыл портал в комнату Хайена и позволил тому спрятать пакет под подушку.

После этого они вернулись к воротам кладбища.

Энди и Рийса вяло переругивались, прислонившись к столбам с двух сторон от кованых ворот. Хели беспокойно ходила туда-сюда, и крылатый кот шагал за ней, как привязанный.

Магистр окинул эту картину удовлетворенным взглядом и обратился к дочери:

– Попроси его следовать за тобой и дальше.

Хели тут же повернулась к Рыжику, присела перед ним и заглянула в зеленые глаза:

– Возвращайся к Двери, - попросила она.

Тварь послушно взмахнула крыльями и растворилась в ночи. Лица Рийсы и Энди вытянулись. Хели поднялась на ноги и с вызовом посмотрела на отца. Хайен сам не понял, как оказался рядом с ней. Он даже не знал, что разозлило магистра больше - прямое неповиновение дочери или то, что рядом с ней снова был он. Но скандала с выдворением Хели обратно в замок не последовало.

Эльф отвернулся и коротко проинструктировал остальных:

– Мои приказы выполнять беспрекословно. Работать буду я. Вы - смотреть и учиться.

Рийса нетерпеливо спросила:

– А кто там? Мроу? Умертвие? Скволлы? Ликатрасы?

Магистр Лин усмехнулся:

– Нет. Этих тварей за последние пятьдесят лет мы почти полностью истребили. Мроу - стараниями твоего рода. Но природа не терпит пустоты. Уничтожая одних хищников, мы освобождаем место для других. Говорят, здесь расплодились кладбищенские псы. Стая в десяток голов, все довольно крупные. Они обязательно попытаются окружить нас, так что будьте начеку.

С этими словами он толкнул ворота и первым шагнул на кладбище. Адепты поспешили следом. Хайен пошел рядом с Хели и тихо спросил:

– Зачем ты прогнала эту тварь?

– Рыжика? Я хочу для себя тех же условий, что и для остальных, - упрямо ответила девушка.

В тот же миг магистр оказался рядом с ней. Он наклонился к дочери и процедил:

– У тебя никогда не будет таких же условий, как у них. Ты не такая, у тебя поврежден источник. Хочешь посмотреть, как твои друзья рискуют, защищая тебя? Что ж, я дам тебе такую возможность. Может быть, после этого ты начнешь понимать хоть что-то.

С этими словами он резко отвернулся и бросил через плечо:

– Мне жаль, Хели, но это так.

Хайен открыл рот, чтобы возмутиться, но в тот же миг из-за надгробий взметнулись гибкие бурые тени. Магистр ударил водным заклинанием. Плечо Хайена пронзила боль. Но руки Хели тут же обвили его шею, и пламя накрыло их с головой.

Открыл глаза он уже в стороне от друзей, и с удивлением обнаружил, что на него смотрит странная тварь. И она совсем непохожа на тех, которые атаковали магистра и остальных.

Глава 16. Измененный

В первом полугодии проходили магических животных, и о нежити Хайен пока почти ничего не знал. Но тварь, которая сидела перед ним, была странной. Магистра Лина и остальных адептов атаковали гибкие, сильные, тонконогие и поджарые псы. А та зверюга, что сидела напротив Хели и Хайена, выглядела так, будто боги в насмешку смяли ее, как мягкую глину, и выпустили то, что получилось. Гротескная, горбатая псина с острыми когтями и перекошенной мордой оскалилась и зашипела.

Дальше рассматривать врага стало некогда. Тварь прыгнула, но прежде, чем Хайен успел ударить в ответ, Хели снова переместилась на два шага в сторону.

– Нам нужно сражаться, - сказал он. - Перемещайся только после того, как я атакую!

Нежить бегство добычи ничуть не смутило, она тут же развернулась и снова прыгнула. Хели переместилась еще на несколько шагов в сторону. Теперь адепты стояли за внушительным мраморным надгробием. Продолжая обвивать руками шею Хайена, она в отчаянии спросила:

– Как?

Когти пса звонко клацнули по верхушке мраморной плиты. Хайен ударил тварь наотмашь плетью темной магии, а затем начертил целительский щит и уверенно задвинул девушку себе за спину.

– Перемещайся по кругу, - сказал он Хели. - Атаковать буду я.

Руки Хели послушно обвили его талию, и перед глазами юноши снова вспыхнуло пламя. Как только оно погасло, Хайен ударил одним из немногих полезных заклинаний из целительского арсенала - коротким зеленым лезвием, чем-то напоминающим скальпель. Вектор силы он приложил не совсем удачно, но тварь оказалась так близко, что он все равно попал. А вот то, что на шее кривого пса вспыхнул маленький розоватый камень, и заклинание Хайена рассыпалось, оказалось неприятным сюрпризом. Хели снова переместилась, и тварь не успела зацепить юношу.

– Защита? - пробормотал он. - Амулет?

Очередной целительский щит стойко выдержал удар окровавленных когтей. Раненое плечо отозвалось болью. Новая попытка атаки - и короткий зеленоватый клинок снова осыпался лентами силы, а на шее пса засияла розовая искра.

Хели начала перемещаться быстрее. Хайен пытался атаковать темной магией с переменным успехом. И во время этих безумных скачков вместе с Хели он внезапно осознал две вещи. Первое - что тварь всегда оказывается между ними и кольцом огня, которое создал вокруг себя магистр Лин. А второе - что на всех ночных тренировках эльф учил его только защите. Хайену почти не приходилось атаковать. И теперь юноша изворачивался, пытаясь приспособить свою магию к сражению с тварью. Но уничтожить ее мешал амулет на шее горбатого пса.

Наконец, Хели прыгнула далеко в сторону, а у Хайена появилась мысль.

– Не перемещайся, - попросил он. - На счет три. Ты должна оказаться с любого бока пса, в паре шагов.

Хели послушно замерла.Тварь в считаные мгновения преодолела расстояние до адептов.

– Один, - произнес Хайен, выпуская целый пучок черных плетей.

Пес уклонился и прыгнул.

– Два…

Тонкая плеть обвилась вокруг розового камня и сдернула его, пока остальные отвлекали пса.

– Три!

Дальше Хайен ударил вслепую, еще до того, как рассеялось пламя. Судя по яростному шипению - попал. Юноша поспешно начертил еще одно короткое лезвие, и заклинание вонзилось в лоб твари. Зверь взвизгнул и задергался, но это только замедлило его. Когда пес попытался снова прыгнуть в сторону адептов, юноша действовал скорее инстинктивно, чем осознанно. Новый побег черного плюща оказался толще и сильнее остальных. Он захлестнул тело нежити, а затем оброс шипами. Это стало последней каплей - тварь затихла, и ее плоть начала осыпаться. Юноша тут же создал заклинание, которое видел в учебнике по целительству, пытаясь замедлить процесс разложения. Было важно показать останки неизвестной твари учителю.

Краем глазу Хайен заметил, будто впереди между надгробий мелькнуло что-то синее. Дым? И в тот же момент инстинкт самосохранения заставил его резко обернуться.

Позади него стоял учитель. Лицо магистра было непроницаемым, но Хайен был уверен, что мгновение назад на него смотрели тем же самым убийственным взглядом, что и на первом уроке. Но на этот раз наставник быстро взял себя в руки. За спиной эльфа виднелись взволнованные лица Энди и Рийсы. Хели отпустила своего друга и отступила в сторону. Рой пламенных светлячков, который создал наставник, осветил развороченные камни и легкий румянец на щеках девушки.

– Убери свою магию, - бесстрастно попросил эльф.

Хайен послушно развеял шипастую черную плеть. Магистр задумчиво произнес:

– Чем-то подобным твой отец ранил Файлорна…

Затем он пробормотал несколько слов на эльфийском, и его пальцы вспыхнули зеленью. Эльф развернул Хайена к себе спиной и принялся лечить рану на плече ученика. Юноша поспешно указал на убитого монстра и спросил:

– Что это такое? Какой-то он странный. А еще на нем был защитный амулет.

– На остальных тоже, - сказала Рийса.

Магистр отнял руку от плеча адепта и внимательно осмотрел тающие останки нежити. А затем мрачно сказал:

– Я никогда не встречал ничего подобного. Это кладбищенский пес, но он… странный.

– Измененный, я бы сказал, - добавил Хайен.

Магистр задумчиво посмотрел на него и медленно повторил за учеником:

– Измененный… Мне кажется, я читал нечто подобное в старых летописях рода хаа Лларион Лэ.

– Можно спросить об этом лайе Меллириссиэль, - предложила Хели.

– Только когда она сама придет сюда, - с сожалением ответил эльф. - Ты же знаешь, что мне запрещено появляться в мерцающем лесу.

Хели не выдержала:

– Эти запреты глупые. Ты мог бы помочь Хайену и…

– Не тебе судить об этом, - холодно оборвал ее магистр. - Традиции эльфов…

– Портят жизнь всем, - заявила девушка. - Из-за них появляются темные, из-за них Файлорн убил семью мамы, из-за них Хайен не может нормально учиться.

– И сейчас мы не будем это обсуждать, - тоном, не терпящим возражений, ответил наставник. - Вы отправляетесь в общежитие. В свою комнату, Хели.

Хайен тут же вспомнил недавнее “собрание” в комнате юношей. Девушка возмущенно уставилась на отца, и внезапно ее начала бить крупная дрожь.

Магистр вздохнул и сказал:

– Чего и следовало ожидать. Потратила всю магию без остатка. Я отведу тебя в целительское крыло.

– Н-нет, - стуча зубами, - заявила Хели. - М-мне т-там не помогут. На меня не действует в-восстановитель. Я хочу в свою комнату.

Наставник несколько мгновений смотрел на дочь, а затем негромко предложил:

– Ты можешь уйти домой на эту ночь. Силлириниэль присмотрит за тобой, а утром я заберу тебя в Алый замок.

– Нет, - яростно процедила девушка. - В комнату!

Тогда эльф повернулся к Рийсе и устало попросил:

– Присмотри за ней, пожалуйста.

Девушка серьезно кивнула. После этого магистр открыл портал, и они обе ушли. Хайен и Энди остались вместе с наставником. Тот закрыл портал и нахмурился.

– Что с Хели? - обеспокоено спросил Хайен.

Магистр присел перед останками пса и ответил:

– С ней всё будет в порядке. Она потратила свою магию, и теперь какое-то время не сможет перемещаться. Кроме того, сейчас ее будет терзать холод. Точнее, несколько дней.

Юноша подумал, что ослышался, и переспросил:

– Дней?

Эльф поднялся на ноги и взглянул в глаза ученику.

– Да, - холодно ответил он. - Ее источник работает не так, как нужно. Как только она переходит какой-то предел в использовании силы, он несколько дней не восстанавливается. А Хели терзает холод.

Хайен обескураженно смотрел на него. Наставник покачал головой и с горечью сказал:

– Глупый мальчишка… Ты думал, что я не разрешаю ей участвовать в тренировках просто так, из принципа? Академия не для Хели.

– Она сражалась вместе со мной, - возразил Хайен.

– И теперь проведет три дня в своей комнате, под тремя одеялами, - сухо бросил магистр Лин. - Восстановители для источника не действуют на нее. От эльфийского становится только хуже.

Хайен сдержался и больше ничего не сказал. Последствия использования магии для Хели неприятно удивили. Как и то, что девушка не захотела предупредить его об этом. Только потратила магию по его указке... Но теперь Хайен гораздо лучше понимал, почему магистр не позволяет дочери принимать участие в тренировках. Юноша решил, что об источнике Хели подумает позже, и принялся рассказывать наставнику о том, что произошло на кладбище:

– Эта кривая псина вела себя странно. Она как будто пыталась помешать нам прийти к вам на помощь…

Эльф холодно усмехнулся:

– Ты слишком большого мнения о себе, мальчик. Мне не нужна была ваша помощь. Только амулеты на шее этих псов помешали мне оказаться рядом с Хели сразу.

Все это время Энди тщательно осматривал место боя, над его головой летал магический светлячок. Юноша внезапно остановился и задумчиво произнес:

– У меня такое чувство, будто этот пес пытался теснить вас в определенном направлении.

Он указал на следы когтей.

А Хайен внезапно вспомнил про синюю вспышку и решительно направился в ту сторону, где ее видел. На ходу он создал несколько зеленоватых магических светлячков. Наставник и Энди пошли за ним. Юноша быстро нашел то, что искал. На основании одного из мраморных постаментов было несколько синих крошек. Хайен указал на них.

– Портальный порошок, - сразу понял магистр Лин.

Затем эльф оглянулся на поле боя и добавил:

– Получается, что все это было ловушкой. Но на кого? Для меня даже измененные псы не представляют большой опасности. Только полный идиот мог считать, что сможет доставить мне неприятности, а значит…

– Это была ловушка для Хайена?

– Не исключено, - признал магистр.

– Кто знал, что вы берете нас сегодня с собой? - ответил вопросом на вопрос юноша.

– Знали только близкие, но это ни о чем не говорит, - покачал головой эльф. - Я часто беру с собой учеников на задания. Даже тогда, когда это еще не нужно по программе. А о том, что эту миссию поручили мне, знала как минимум королевская канцелярия, так что… Круг подозреваемых довольно широк. Плохо.

Наставник немного помолчал и решил:

– Сейчас я вызову ищеек, а вас отправлю в комнату. Результаты вашего первого настоящего боя обсудим позже. И помни о своем обещании, Хайен.

Магистр отошел в сторону, бросил горсть синего порошка и синий дым взметнулся к небу. Хайен неохотно кивнул и прошел сквозь портал вслед за Энди.

Общежитие уже сонно затихало. Энди лег спать, а Хайен еще какое-то время листал учебник по целительству. На прошлом занятии они как раз проходили восстанавливающие эликсиры, и юноша углубился в изучение компонентов. Когда его глаза начали слипаться, он, наконец, вытащил из-под подушки зашитый в кожу пакет. Почему-то ему хотелось сначала изучить дневник отца в одиночестве. Энди уже крепко спал.

Заклинание-скальпель помогло Хайену и здесь. Внутри была тетрадь в темной обложке. Вникать в написанное сил уже не было. Поэтому юноша только пролистал дневник отца, вглядываясь в почерк, уже знакомый по записке во сне. Зевая, он перелистнул последнюю страницу. Лист был наполовину залит чернилами и перечеркнут. Внизу страницы крупными буквами выведена только одна фраза. Когда до Хайена дошел ее смысл, сон как рукой сняло.

Глава 17. Источник Хели

“Это не сумасшествие”.

Хайен несколько раз перечитал эту фразу и вспомнил об одной из своих встреч с Чернышом. Пес не понял, когда он задал вопрос о сумасшествии отца… Это не сумасшествие? Не болезнь? Но что тогда происходит с темными? Безумно захотелось снова поговорить с псом. Но, как назло, Хели потратила свою магию и несколько дней не сможет перемещаться. Юноша закрыл тетрадь и прижал дневники отца к груди. Пытаясь придумать, как попасть к псу, он и сам не заметил, как уснул.

Он не планировал проникать в сон Хели. Но оказался именно там. Наверное, юноша так страстно желал ее увидеть, что неосознанно потянулся во сне.

Девушке снился холод. И, почему-то боль. Хайен снова шагал вдоль огромной черной стены. От гладкой поверхности шел холод. И этот факт вызывал у Хели острые приступы отчаяния. Юноша чуть притупил свою чувствительность. Эмоции хозяйки этого сна все равно накатывали волнами, но уже не грозили захлестнуть его с головой. Он услышал всхлипывания и ускорил шаг. Впереди показалось пятно света, и юноша удивленно замер.

Посреди светлого пятна на пожухлой траве сидела маленькая девочка в белой ночной рубашке. Малышка плакала, уткнувшись лбом в худые коленки. Хайен тут же понял, почему его подруге снилась боль - очевидно, пустота в источнике вызывала воспоминания из детства. Немного поколебавшись, он потянулся к ткани сна и начал менять сон Хели. Очень осторожно, чтобы не навредить. А еще ему очень хотелось, чтобы девочка его увидела. Но не вспомнила. Поэтому пришлось немного постараться. Наконец, он сплел нужный контур и шагнул сквозь него в сон.

Девочка вскинула голову и подняла на него заплаканные аметистовые глаза. Теперь она видела Хайена, но не узнавала. Правда, и не боялась - об этом он тоже позаботился. Юноша подошел к девочке и поднял ее на руки. Она казалась маленькой и легкой. Хели доверчиво обхватила шею Хайена и склонила голову ему на плечо. А затем попросила:

– Отнеси меня домой.

– Хорошо, - согласился Хайен. - Где твой дом?

Девочка тут же вытянула руку и указала на черную гладкую поверхность. А затем сообщила:

– Там. За этой стеной.

Он потянулся к сознанию Хели и попытался вызвать образ того, что находится по ту сторону, но обнаружил пустоту.

– Пойдем, поищем проход, - с улыбкой сказал он.

– Его нет, - серьезно ответила девочка. - Чтобы ее преодолеть, нужны крылья.

– Отрастим, - серьезно ответил ей Хайен и пошел вперед, рассказывая какие-то милые глупости и забалтывая ребенка.

При этом он продолжал прощупывать стену. Он не мог понять, почему Хели все время она снится. Самое сильное желание… Похоже, больше всего она хочет оказаться за этой стеной. Но почему сейчас она сказала, что там ее дом? В Манкьери нет ничего подобного. Разве что кладбище с красной стеной. Но интуиция подсказывала, что дело не в этом.

Хайен попытался снять боль. Он не понимал, испытывает ли Хели ее на самом деле. Она могла быть как отголоском реальных ощущений, так и памятью из детства, которая проникла в сон. Но на всякий случай он потихоньку кроил ее мир. Добавлял тепла в ледяную стену, делал траву зеленее и гуще. Вскоре им начали попадаться цветы, а вокруг стало ощутимо теплее. Хайен чувствовал, что девочка медленно расслабляется, а ореол боли рассеивается вместе с холодом. Но стена все не заканчивалась, и юноша смирился, что не сможет исполнить желание Хели. Он осторожно вырастил на их пути поляну прекрасных цветов. С чувством легкого сожаления он поставил девочку на землю и вышел из сна, попутно заставляя девушку забыть и сам сон, и присутствие в нем Хайена.

Он на мгновение распахнул глаза в реальности, а затем крепко заснул.

На следующий день первой, кого увидел Хайен, когда спустился на пробежку, была донельзя озадаченная Хели. Рядом с ней зевала Рийса. Стоило Хайену и Энди приблизиться к девушкам, как из портала вышел магистр Лин. Эльф холодно посмотрел на дочь и сказал:

– Возвращайся в комнату.

– Со мной все в порядке, - сообщила Хели. - Источник восстановился за ночь.

По ее тону стало понятно, что она удивлена этим не меньше, чем отец. Магистр долго и внимательно смотрел на нее, но возражать не стал. Только молча развернулся и вышел из замка. Адепты последовали за ним. Хайен шагал рядом с Хели и напряженно думал. Получается, в своем стремлении облегчить боль Хели, он каким-то образом избавил ее от последствий использования увечного источника. Хайену уже приходилось лечить людей во сне - избавлять от кошмаров и страхов детей в Эренсвиле, снимать жар или боль. Но у всех этих людей не было магических источников. Он не ожидал, что его вмешательство затронет источник Хели, и теперь жаждал понять, как у него это вышло.

После пробежки, когда адепты отправились на завтрак, Хайен немного замедлил шаг, позволяя Рийсе и Энди уйти вперед. Хели сделала то же самое. Юноша оглянулся и убедился, что бдительный магистр за ними не следит, а затем осторожно приложил палец к губам и поманил Хели за собой. Девушка покорно последовала за ним в заросли кустарника.

Хайен с тоской подумал, что с другой девушкой здесь могло бы произойти много чего интересного, но Хели… Трогать Хели пока не стоило хотя бы в опасной близости от ее бдительного отца. Поэтому он отступил на шаг и тихо сказал:

– Хочу посмотреть на твой источник. Ты не против?

Девушка удивленно помотала головой. Хайен сосредоточенно начертил око целителя. Зеленые линии вспыхнули, а затем сложились перед ним в замысловатую схему. Юноша едва не открыл рот от удивления. Он ожидал, что источник Хели поврежден, но не думал, что увидит такое.

На картинке в учебнике было несколько примеров повреждения стержня, но источник Хели был совсем иным. Стержень был абсолютно целым. Вот только он не был прямым, а больше всего напоминал короткий огрызок замкнутой спирали, на который были намотаны широкие ленты пламенной силы. Ему стало ясно, почему Хели не может пользоваться магией - размотать силу при таком строении источника не выйдет. Не понятно, как он вообще смог наполниться…

И в тот же момент Хайен увидел среди рыжих лент что-то зеленое. Он развеял заклинание и попросил Хели:

– Можешь потратить немного силы? Переместись куда-нибудь и вернись сюда.

Девушка напряженно кивнула и тут же исчезла. Через несколько секунд она появилась на прежнем месте и сообщила:

– Прыгнула в Манкьери и обратно. Сойдет?

– Наверное. Не шевелись.

Хайен снова начертил око. И, наконец, смог рассмотреть зеленоватую петлю, которая связывала начало и конец спирали. Он понял, что видит магию отца. Благодаря этой петле Хели смогла жить и хоть как-то пользоваться своей силой. Он развеял заклинание и обнаружил, что девушка смотрит на него с ожиданием и затаенной надеждой. От этого было почти физически больно.

– Его нельзя вылечить, да? - тихо спросила Хели.

– Мой отец уже сделал все, что нужно, - ответил он. - Ты можешь пользоваться своей магией. И она потрясающая. Я думаю, твой источник вырастет со временем, если будешь тренироваться.

– Но последствия использования магии… - начала было Хели и тут же осеклась.

– Сегодня же их не было, верно? - улыбнулся Хайен.

– Верно, - медленно произнесла онга. - Это твоих рук дело?

Пришлось признаться:

– Ну… Вчера я зашел в твой сон и… немного помог.

Щеки Хели залила краска:

– И что ты там увидел? И почему я ничего не помню?

– Ничего секретного, - поспешил заверить он. - Ты была маленьким ребенком, и тебе было плохо. Снял боль. Я и сам не ожидал, что это подействует на твой источник. А не помнишь потому, что я заставил тебя это забыть.

Хели продолжала смотреть на него напряженным взглядом, и юноша нехотя сказал:

– Если хочешь, пообещаю больше не ходить в твои сны.

– Нет, - огорошила его девушка. - Ходи, если нужно. Но я хотела бы об этом помнить. И… как понять, когда это ты настоящий пришел в мой сон, а когда это простой сон?

– Ты это почувствуешь, - заверил ее Хайен. - Договорились.

Хели улыбнулась, но затем сразу погрустнела и вздохнула. Хайен поторопил ее:

– Пойдем, опоздаем на завтрак.

Адепты выбрались из кустов и направились к замку. По дороге Хели спросила:

– Ты нашел то, что искал, вчера?

Хайен коротко пересказал ей встречу с Лиссой и содержимое дневника. В этот момент они как раз дошли до столовой, и разговор пришлось прервать. У входа их ждали. Эйке Кадзу стоял, привалившись к косяку, и сверлил взглядом Хайена. Тот в ответ молча улыбнулся и взял Хели за руку. Она не стала противиться, а только с милой улыбкой бросила но-хинцу:

– Доброе утро, Эйке.

Затем они рука об руку вошли в столовую. Хайен не сомневался, что к обеду магистру Лину донесут об этом во всех подробностях. Но, кажется, саму Хели недовольство отца мало волновало. Они подхватили подносы с едой и отправились к Энди и Рийсе. Темная смотрела на товарища волком.

– Снова поцапались? - вздохнула Хели. - Что на этот раз?

– Ничего, - буркнул Энди. - Ненавижу Танов.

– Ну да, Райсы, конечно, образец добродетели. Особенно твой прадед, - отвечала девушка.

Хайен в это время внимательно огляделся. Аделы все еще не было в столовой. Рамон Фортео как-то странно смотрел на него. Хели словно прочитала его мысли:

– Аделы снова нет…

Рийса кивнула:

– Интересно, с кем она все-таки говорила и о чем. Наверное, это кто-то из преподавателей. И он, наверняка сейчас обдумывает новые пакости. Как бы вывести его на чистую воду…

– Да, хорошо бы… - протянула Хели. - Но как?

– Ну, можно попробовать вычислить этого типа, - задумчиво сказал Энди. - Подкараулить возле учительской и попробовать узнать его по голосу.

– После совета они толпой выходят, - возразила Рийса. - Сложно будет узнать. А вот если походить по классам и послушать…

– Когда? - скептически спросила Хели. - Только если прогулять урок. Как ты думаешь, что сделает мой отец, когда ему доложат о том, что Хайен прогуливает?

– Мы ему все объясним. Поймет и простит.

Энди уныло сказал:

– Ха-ха.

– Да, дурацкая идея, - признала девушка. - Может, сказаться больным? А потом потихоньку удрать из целительского крыла и…

Хайен покачал головой:

– И чем я буду болеть?

– Простудой, - предложила Рийса. - Ты проспи еще раз пробежку, искупайся в ледяном озере, а потом…

– Магистр Руцу не будет покрывать Хайена перед моим отцом, - оборвала ее Хели. - Никто не будет его покрывать.

Хайен задумчиво сказал:

– Возможно, этот тип придет к Аделе снова. Вот если бы мы могли установить слежку. Хотя бы знать, кто приходил в целительское крыло. Следить сами мы не сможем, но если бы существовал какой-нибудь артефакт…

– Артефакт? - переспросила Рийса, и в ее глазах вспыхнул нездоровый блеск. - А, собственно, почему бы и нет?

– Твой отец тоже все магистру расскажет, и тот запретит нам играть в детективов, - презрительно сказал Энди.

Девушка нехорошо улыбнулась:

– А кто сказал, что я буду о чем-то просить отца. Артефакт - это по моей части.

– Ты первокурсница и ничего не умеешь.

– Меня отец учил полезному и до Академии. В отличие от некоторых Райсов с бесполезной магией воздуха.

– Эй-эй, - замахал руками Хайен. - Прекратите. Я согласен, что Аделу нужно как можно скорее вывести на чистую воду. И вы мне напомнили кое о чем.

– О чем же? - спросила Хели.

После посещения королевского дворца юноша чувствовал себя немного ошарашенным, поэтому вчера совершенно забыл про столичного учителя. Он обернулся к Энди, как к самому осведомленному, и спросил:

– Кто такие Брау?

– Брау? - переспросил его друг. - О, эти из так называемой “новой знати”.

– А есть еще старая знать?

– Да, - ответила вместо него Хели. - Пятьдесят лет назад “новой знатью” считались Райсы. А сейчас самая яркая звезда на этом небосклоне - Брау. До закрытия дверей этот род угасал и почти не имел магии. Но затем сын герцога удачно женился. На девушке из сильного рода - не помню, как он смог заполучить такую невесту. Но она родила ему несколько сыновей с сильной магией. А сам герцог оказался хорошим дельцом. Брау начали стремительно подниматься, обретать влияние и власть. Многие этим недовольны. И были бы не против осадить выскочек. А почему ты спрашиваешь, Хайен?

Юноша отложил ложку и сказал:

– В понедельник какой-то из Брау замещал магистра Руцу. Похоже, он уже знал о том, что мне передали права наследования. И намекал, что мне может пригодиться его помощь.

Энди сочувственно сказал:

– Да, большая политика дело такое… Что ты ему ответил?

– Ничего. Я тогда не понимал, что ему нужно. Бумаги мне вручили уже после. Но я не сомневаюсь, что он явится снова.

– И не только он, - предсказала Хели. - Ты - новая фигура на доске. Молод, горяч и, по их мнению, подвержен влиянию. Думаю, на предстоящем балу тебя ждет много новых знакомств.

– На балу? - нахмурился Хайен. - На каком балу?

– Скоро день рождения королевы, - пояснила Рийса. - Там будет весь свет Трех королевств. Думаю, ты приглашен. Надеюсь, ты умеешь танцевать, потому что некоторые девушки из присутствующих здесь очень любят танцы.

С этими словами она хитро посмотрела на Хели. А затем, поколебавшись, добавила:

– Эйке Кадзу, кстати, тоже приглашен.

– Там будут все, - согласился Энди. - Даже гномы. И…эльфы.

Его последнюю фразу Хайен обдумывал до конца завтрака. Занятия на время отвлекли его от размышлений. За обедом Адела так и не появилась, и Хайен лихорадочно припоминал, с кем она в отряде, чтобы невзначай выспросить про здоровье девушки. Ответ принесла Рийса, которая, кажется, успевала собирать сплетни всего девичьего этажа, и она же пообещала расспросить соседку Аделы.

На этот раз на тренировку они не спешили. Предстоял разбор полетов. Хели еле переставляла ноги в ожидании взбучки, Хайен плелся рядом. Ему предстояло рассказать магистру о знаках во сне и дневнике отца. И юноше не очень хотелось это делать. Но дорога все равно закончилась и привела их на тренировочное поле, где уже вышагивал магистр. Ожидание не сделало характер эльфа лучше. Он холодно сказал:

– Где вы ходите?

Ответом ему была тишина. Оправданий никто не посмел озвучить. Эльф махнул рукой и сказал:

– Мне сейчас нужно уйти на короткое время, проверить кое-что. Энди и Рийса отрабатывают заклинания. Хели смотрит, чтобы они друг друга не убили. А ты, Хайен, пойдешь со мной.

-- Я? - удивленно переспросил юноша.

– Да. Нам нужно поговорить.

Хайен напрягся, но возражать не стал. Магистр бросил горсть синего порошка и первым шагнул сквозь облако синего дыма. Адепт шагнул следом за ним. Эльф бросил на ходу:

– Рассказывай, что обещал. И попрошу без вранья и увиливаний.

Но юноша не слышал его. Он стоял, вытаращив глаза, и в голове его билась только одна мысль: “Она существует!”

Глава 18. Странности

Она была именно такой, какой ее представляла Хели. Огромная черная стена, верхний край которой терялся в вышине. Гладкая и глянцево-блестящая. Хайен подошел и приложил к ней ладонь. Холодная. Не источает холод, как во снах Хели, но все же отчетливо-ледяная. Он отдернул руку и обернулся.

Магистр смотрел на него как-то странно. До юноши дошло, что учитель что-то говорил. Но Хайен пропустил все, увлеченный стеной. Он указал на гладкую черную поверхность и спросил:

– Что это?

Эльф вскинул бровь и бесстрастно спросил:

– Ты никогда не слышал о Монолите?

– Монолит? - переспросил Хайен и снова повернулся к стене. - Разумеется, слышал. Это стена, которую создали Пламенные, чтобы преградить путь нежити и войску кочевников,когда покидали свои прежние земли. Шестьсот пятьдесят лет назад. Но я не думал, что он…такой.

Теперь юноша понимал, почему Хели так тяготил холод стены, и она думала, что поверхность должна быть горячей. Когда-то она и была горячей. Целый род отдал здесь свои жизни, чтобы защитить королевство. Сплавил горы, чтобы закрыть путь врагу.

Хайен снова обернулся к магистру и указал ему за спину:

– Манкьери - там?

Эльф махнул рукой чуть левее и ответил:

– Там. А что?

Хайен снова повернулся к стене и медленно произнес:

– Значит, там…

– Покинутые земли прародителей Пламенных, рода Кеуби. А также их столица - Кеубиран, - спокойно сообщил эльф.

Юноша снова коснулся ладонью гладкой поверхности. Во сне малышка Хели утверждала, что ее дом там, за стеной. Девушку притягивают земли предков? Он внезапно вспомнил слова магистра Лина. В разговоре, который он подслушал, наставник что-то говорил о детских мечтах…

Хайен повернулся к эльфу и спросил:

– Хели мечтает отправиться туда, верно?

– Верно, - ответил наставник. - Но это невозможно для нее.

– А для меня? - тут же спросил юноша и бросил на стену оценивающий взгляд.

Магистр устало вздохнул и спросил:

– Зачем тебе туда, мальчик? Я был там. В этих землях нет ничего кроме полчищ опасной и редкой нежити. Нас было пятеро, и мы чудом избежали смерти.

– Тогда что там хочет найти Хели?

– Спроси ее об этом сам. Ты обещал рассказать мне кое о чем. И несбыточные мечты моей дочери не имеют к этому никакого отношения.

Хайен мрачно посмотрел на учителя и спросил:

– Почему вы так относитесь к ней?

– Как? - не понял его эльф.

– Как будто она ущербная. А она не такая. Она уникальная. Единственная в своем роде.

В аметистовом взгляде появилось горечь:

– Ее способности ограничены. Она не сможет жить так, как все, как бы ни старалась.

– Она может жить лучше, чем все, - серьезно ответил юноша.

Магистр оборвал его:

– Почему мы снова обсуждаем мою дочь? Кажется, ты обещал мне кое-что рассказать.

– Расскажу, - пообещал Хайен. - Там.

С этими словами он указал наверх. Сначала он думал ,что магистр откажет. Но, поколебавшись, эльф открыл портал. Юноша шагнул следом.

Теперь они стояли на вершине стены. Она была широкой и гладкой. Хайен долго рассматривал землю за ней. Уже зеленые луга и перелески не выглядели угрожающе. Ветер приносил запахи незнакомых трав и цветов.

Юноша сел на холодную поверхность стены и, не отрывая взгляда от того, что было за ней, начал коротко пересказывать магистру то, что видел во сне дома. А затем и встречу с Лиссой. Закончил он тем, что обнаружил на последней странице дневника. Эльф стоял рядом и не перебивал. После того как Хайен замолчал, на вершине стены какое-то время царила тишина. Он покосился на своего наставника и увидел, что тот сжал кулак, и на мгновение его объяло пламя. А затем эльф уверенно произнес:

– Забудь об этом, Хайен.

Юноша удивленно воззрился на него, и тот повторил:

– Забудь. Не живи прошлым. Твой отец дал тебе все, что мог. У тебя есть земли. Возможно, будет и титул. У тебя появились друзья. Когда-нибудь будет семья. Цанцю считает, что тебе не грозит сумасшествие. Я склонен верить ему. Не ищи проблем на свою голову и не живи прошлым. Используй отведенное тебе время с умом.

Хайен мгновенно оказался на ногах и запальчиво возразил:

– Это не прошлое. Мой отец жив. И он ждет моей помощи. Темные рождаются в Мерцающем лесу. Каждый эльф, которого я встречаю, сначала пытается меня убить, а потом уже думает. Вы и правда считаете,что после этого так легко закрыть глаза на происходящее с темными эльфами?

– Ты жив, - бесстрастно ответил наставник. - И это главное. Подумай об этом. Пора спускаться.

С этими словами он открыл новый портал и первым скрылся в облаке синего дыма. Хайен, стиснув зубы, последовал за ним.

Вечером, после ужина, адепты снова собрались в комнате юношей. Хели телепортировалась на кровать Хайена, а Рийса пришла через окно и теперь сидела на подоконнике, вглядываясь в темноту за окном. Друзья совместными усилиями готовились к уроку истории, и попутно в который раз обсуждали варианты, как поймать сообщника Аделы из преподавателей и вывести обоих на чистую воду. После того, что сказал ему магистр на стене, юноша уверился в том, что помощи с его стороны ждать не стоит.

В четверг, после урока истории, Хайен и его друзья задержались в классе. Хели выглядела задумчивой и вяло складывала вещи в сумку. В это время ректор Райс огляделся и внезапно сказал:

– Эндивир. Подойди.

Энди удивился, но покорно направился к учительскому столу. Хели начала собирать письменные принадлежности еще медленнее, но учитель поторопил их:

– Быстрее, Хелирайлиэль. Опоздаете на следующий урок. Эндивир вас догонит.

Девушки вышли за дверь вместе с Хайеном и только в коридоре позволили себе недоуменно переглянуться. Хайен приложил палец к губам и сделал им знак оставаться на месте. А затем быстро и тихо вернулся и прижал к двери класса острое ухо.

Сначала он услышал недоуменный голос Энди:

– Не понимаю, о чем вы…

– Ты уже большой мальчик, Эндивир, - серьезно ответил ректор. - И должен действовать в интересах своего рода. Помни об этом, когда будешь принимать решение. Пока больше ничего я тебе сказать не могу. Можешь идти.

Хайен поспешно отбежал в сторону. Слова ректора встревожили его. И Энди, похоже, тоже. Друг вышел из класса мрачнее тучи.

– Что случилось? - тихо спросила Хели. - Что ему было нужно от тебя?

– Не знаю, - с досадой сказал Энди. - Говорил загадками… О верности роду. Идеалам Райсов, планах моего прадеда. Ерунда какая-то. Это что - приступ старческого маразма?

– У магов не бывает старческого маразма, - неожиданно серьезно ответила Рийса.

Хели огляделась и сказал:

– Нужно спешить на следующий урок.

Адепты двинулись вперед. Уже на подходе к следующему классу Энди признался:

– Не нравится мне все это. Он как будто хотел меня о чем-то предупредить, но не мог говорить прямо. Что может заставить так себя вести ректора Академии?

Хайен пожал плечами и подумал о том, что ему тоже все это ужасно не нравится.

Но это было только началом. Когда юноша вошел в кабинет, где проходили занятия по целительству, его встретила широкая улыбка магистра Руцу и… Аделы. Девушка улыбнулась ему, как лучшему другу, и достала тетрадь. Юноша сел в стороне от нее, но в итоге половину урока косился на Аделу и прикидывал как бы поговорить с ней без риска для жизни. За прошедшие дни он много думал и пришел к выводу, что золотистый медальон, который принадлежал отцу, скорее всего, у нее. Наверное, именно он защищает ее во сне и создает конструкцию, которая не позволила Хайену проникнуть в сон девушки. Больше всего на свете он жаждал заполучить этот предмет. И расспросить однокурсницу о том, где она взяла его. Но за прошлый вечер адептам так и не удалось придумать рабочий способ что-то сделать. Рийса загорелась желанием навесить какой-нибудь следящий и запоминающий артефакт на целительское крыло или комнату девушки, но пока это было только словами - для ритуала нужны были условия, которые не выполнить без помощи магистра. А ему решили пока ничего не рассказывать.

Когда занятие было окончено, юноша быстро подхватил учебник и первым вышел из класса. Но уйти далеко он не успел. Через несколько шагов его догнала Адела.

– Подожди, - попросила девушка, - мне нужно кое-что тебе сказать!

Хайен медленно развернулся и с вызовом посмотрел на нее. Внутри него просыпалась темная магия. На этот раз он ждал подвоха и был готов дать отпор.

Но Адела спокойно сказала:

– Мы учимся вместе, но так и не познакомились. Меня зовут Адела Рэувелл. А ты Хайен Ар-Раллеори. Приятно познакомиться.

Юноша недоверчиво посмотрел на нее и спросил:

– Что тебе нужно?

– Как грубо, - поморщилась она. - Но мне и правда, есть что сказать тебе. Я слышала, что ты очень хочешь разыскать своего отца. И я могу помочь тебе.

– Встретимся в субботу вечером у конюшни? - скептически фыркнул Хайен.

Девушка искренне удивилась:

– При чем тут конюшня? Наставник просил нас не бродить по двору замка после заката.

– Тогда чем ты можешь мне помочь?

– Передай роду Рэувелл спорные земли на границе своих новых владений. И я расскажу тебе, как его найти. Твоего отца.

– Я подумаю, - ответил Хайен.

Он уже развернулся, чтобы уйти, когда девушка внезапно побледнела и как подкошенная рухнула на пол. Сначала юноша не понял, что происходит, и настороженно замер. Но Адела не шевелилась. Он начертил око целителя и на миг обомлел - с ней на самом деле творилось что-то странное. Сердцебиение зашкаливало. Что это? Магия? Яд?

Несколько мгновений искушение обыскать ее боролось с тем, что внушали ему на уроках целительства. Но затем юноша подлетел к двери класса, распахнул ее и крикнул:

– Магистр Руцу!

Вместе с одним из своих однокурсников Хайен перенес девушку в целительское крыло. Всю дорогу он приглядывался к ее карманам. Но, похоже, медальона при ней не было. Украшения на шее или цепочки он тоже не заметил. Целитель хлопотал над ней и приговаривал:

– Бедная девочка. И магия есть, и сердце доброе, но вот здоровье… Здоровье подвело снова. Ах, будет жаль, если она не сможет учиться. Но зачем-то же камень ее выбрал…

Он повернулся к Хайену и махнул рукой:

– Ты можешь идти. Я дальше сам.

Юноша молча кивнул и вышел из палаты, продолжая тщательно обдумывать произошедшее. Несмотря на то, что показало око целителя, он не верил, что Адела и правда больна. Хайен задумался так глубоко, что не обратил внимания на шум в коридоре. Точнее, он не обращал на него внимания, пока из-за поворота коридора не вылетел Рамон Фортео.

Он едва не сбил Хайена с ног и ругнулся. А затем резко обернулся и ударил каким-то подобием драконьего крыла из воды. Удивиться тому, что однокурсник швыряется магией в коридоре, Хайен не успел. Из-за поворота показались три уже знакомых горбатых пса с кривыми мордами. И у каждого на шее поблескивал розоватый амулет.

Глава 19.Нападение

Прежде чем Хайен успел сообразить, что происходит, он уже начертил целительский щит и прикрыл им Рамона. Тот помянул змеев, но медлить не стал — засветил чем-то водным и пока неизвестным Хайену в морду следующему псу. Розовая вспышка рассеяла заклинание, и однокурсник снова выругался. Третий пес попытался обойти их, и Хайену пришлось снова атаковать. Короткие лезвия, щит, обездвиживающее - ничего не подействовало. Щит тварь проигнорировала и воспользовалась заминкой адептов, чтобы зайти им в спину. Вскоре Хайен и Рамон стояли спина к спине и отражали настойчивые атаки горбатых кладбищенских псов.

– Что это за кривая дрянь? - выпалил Фортео, когда его заклинание снова не причинило псу вреда.

– Не знаю, - пропыхтел Хайен. - Откуда они здесь взялись меня больше волнует.

– Влезли через окно и погнались за мной, - бросил однокурсник, со всей возможной скоростью пытаясь начертить очередное атакующее.

– Погнали тебя на меня, - сказал Хайен.

На какое-то время юношам стало не до болтовни, а затем Рамон выдавил:

– Эй, полукупольный щит проходили?

– Да, - подтвердил Хайен.

– На счет три. Раз, два… три!

Зеленые и голубые росчерки вспыхнули и превратились в два щита в форме половины купола. Они соединились вместе, закрыли адептов со всех сторон и дали им передышку. Оба юноши тяжело дышали, по их вискам катился пот.

– Если бы не амулеты у них на шее, мы бы справились, - мрачно процедил Рамон.

Хайен, не оборачиваясь, сказал:

– Я могу попробовать сдернуть амулеты. Если ты отвлечешь их на себя и будешь держать язык за зубами.

Рамон, поколебавшись, ответил:

– Каким образом? И о чем я должен промолчать?

– О магии, с помощью которой я это сделаю.

– Идет, - тут же согласился однокурсник. - Что потребуется от меня?

Юноши коротко обсудили план, продолжая поддерживать щиты и поглядывая на скалящихся горбатых тварей.

Как назло, было достаточно поздно, большая часть адептов в это время не покидала общежитие, а учителя - свой этаж. Нападающий все рассчитал. Хотя Хайен все еще не понимал, как ему удалось протащить нежить на территорию Академии. И это лишний раз говорило о том, что замешан кто-то из учителей.

Адепты одновременно развеяли щиты. Фортео начертил какое-то заморочное заклинание, А Хайен пробудил темную магию. И должен был признать, что этот выскочка в магии был хорош. Он выдал что-то вроде фонтана из водной магии, который поднялся вверх и осыпал тварей веером тяжелых капель. Псы подняли морды всего на пару мгновений, но Хайен тоже не подкачал и был невероятно быстр. Тонкие, острые плети скользнули по шеям псов, срывая защитные амулеты.

Рамон развеял фонтан и начертил следующее заклинание. Крыло водного дракона снова ударило ближайшую тварь. Хайен всадил три коротких лезвия в пса, прежде чем тот стал рассыпаться, а на второго наложил обездвиживание. Рамон добил его еще одним крылом, а затем молча отступил к стене и сполз по ней на пол. Хайен сел рядом с ним, тяжело дыша. Тела тварей стремительно обращались в прах, как и розоватые амулеты.

Адепты переглянулись, и Рамон выдавил:

– Моя магия все, иссякла.

– Целительская - тоже, - признался Хайен

– А эта черная… у тебя темная магия? - подозрительно спросил однокурсник.

– Молчи об этом.

Рамон философски пожал плечами и сказал:

– Нужно сообщить магистрам. Где ваш живет, я не знаю, а комнату своего наставника найду. Только я встать не могу.

Хайен прислушался к себе и подставил ему плечо. Юноши кое-как поднялись с пола, и Хайен потащил союзника в сторону крыла преподавателей.

Когда девушки вернулись в комнату после ужина, Хели воровато огляделась и вытащила из-под подушки книгу. Рийса заперла дверь и фыркнула:

– Если твой отец решит нас навестить, откроет портал сразу в комнату. Спрятать не успеешь. А остальных опасаться не стоит. Им нет дела до этой книги.

Хели растянулась на постели и ответила:

– Отцу тоже нет дела до этой книги. Для него это всего лишь одна из рукописей в обширной библиотеке замка.

– Тем не менее он спрашивал тебя о ней, - напомнила ей подруга.

– Его интересует не книга. Больше всего он хочет, чтобы вместе с книгой из моей головы ушли мысли о землях за Монолитом. Землях, которые принадлежат моему роду по праву.

Хели стиснула зубы и перелистнула страницу. Рийса примирительно сказала:

– Но там, и правда, очень опасно. Мой отец был там. Нежить, ловушки темных эльфов… Они чудом спаслись тогда.

– Мне тоже это рассказывали, - рассеянно ответила Хели. - И отец, и мама.

– Тогда ты должна понимать, что мы не можем туда отправиться, - мягко сказала Рийса. - Мы не сможем преодолеть ловушки.

– Почему? - вскинула бровь Хели. - Теперь - сможем. Ведь у нас есть Хайен. Он ходит в сны и обладает темной магией, как и его отец. И наверняка сможет почуять ловушки.

Рийса покачала головой:

– Не думаю, что он согласится на эту авантюру. Кроме того, сначала нужно закончить Академию. У Хайена своих проблем выше крыши. Его уже пытались убить, а теперь он унаследовал земли своего отца. И получил от него послание. И этот дневник.

Хели вздохнула и тихо сказала:

– Ты права. Но, может быть, он пойдет со мной, когда сможет помочь Ллавену.

– Он хочет большего, - задумчиво сказала Рийса. - Перевернуть тысячелетние устои эльфов. И ты, как никто, должна понимать, как это сложно. Твоего отца изгнали за любовь к твоей матери.

Хели закрыла книгу и покачал головой:

– Верно, изгнали. Но ему оставили право… я забыла, как это на эльфийском. При определенных условиях его потомки могут наследовать. Правда, мы уже не эльфы. Кроме того, несмотря на изгнание, некоторые из эльфов продолжают с ним общаться. Цанцю, Аллатриссиэль, моя бабушка… Да и принц Хаэтеллио разговаривает с ним на балах, хотя не должен.

Рийса задумчиво кивнула, а затем огляделась и тихо спросила:

– У меня тут появилась одна мысль…

– Какая?

– Хочу сделать амулеты для нас четверых. Если, конечно, Райс его возьмет.

– Если будет нужно - возьмет, заверила ее Хели. - Я попрошу его. И Хайен. Но разве ты можешь сделать их не на кладбище?

– Попробую, - развела руками Рийса. - Основную часть я проделала, пока мы ждали его и магистра Лина в Эренсвиле. Все должно получиться, но лучше не делать это в нашей комнате. А вот за конюшней…

– Хайен к конюшне уже ходил... - многозначительно начала Хели.

Но подруга только отмахнулась:

– Я пока никому не нужна, хвала богам. Ты со мной или нет?

Хели поспешно кивнула:

– Разумеется, с тобой. Надеюсь, мы там долго не задержимся.

Покинуть комнату решили через окно. Точнее, Рийса спустилась по стене замка, а Хели сразу переместилась вниз. Внутри она ощущала легкое беспокойство. Она подумала, что Хайен снова на целительстве, и рядом с ним Адела. Конечно, ищейки ничего не нашли. Но девушка выздоровела и принесла с собой легкое предчувствие опасности. Когда Рийса ступила на траву, Хели поспешно отогнала от себя эти мысли и поспешила за подругой.

Темную магию Танов Хели совсем не понимала, и пока Рийса колдовала над камнями, оглядывала двор. Именно поэтому она увидела, как в свете луны в окно замка проскользнули три знакомые горбатые тени.

– Рийса! - крикнула она. - Эти измененные псы пробрались в замок!

– Но как они прошли барьер от нежити? - изумилась подруга.

– Не важно, - бросила Хели. - Бежим, нужно оповестить старших.

Не оглядываясь, девушка бросилась прочь. На бегу она обратилась к пламени внутри, пытаясь дотянуться до кого-нибудь из родственников и передать им свою тревогу и страх. Отца она не смогла ощутить - наверное, он далеко.

“Мама, папа, Лэл, Кир, Кай, - мысленно взывала она. - Хоть кто-нибудь!”

Рийса пыхтела рядом. Хели уже хотела переместиться на третий этаж, к лестнице, чтобы разбудить директора, когда дверь замка распахнулась. Незнакомый мужчина в плаще шагнул на крыльцо. И в теплом свете, который лился из открытых дверей, Хели увидела, что у него на плече висит бесчувственная Адела Рэувелл. Прежде чем кто-либо успел помешать, незнакомец бросил горсть портального порошка и скрылся в облаке синего дыма вместе со своей ношей.

Райга отворила дверь в кабинет и оглядела присутствующих. Линде сидел за столом, привычно холодный и отстраненный. Только она могла чувствовать его ярость благодаря связи их внутренних источников. Герцогиня вошла и поприветствовала присутствующих. Аллатриссиэль и Цанцю поднялись ей навстречу и поклонились. Их начальнику она улыбнулась и подала руку для поцелуя. И остро ощутила вспышку ревности мужа. Она укоризненно посмотрела на эльфа и встала за его спиной, облокотившись на спинку кресла.

Вражду между начальником Серых и своим супругом она искренне считала нелепой. Хотя бы потому что в отличие от бессмертного эльфа, Хунтабере Сида время не пощадило. Ему уже стукнуло семьдесят. И пусть он не терял воинской стати и выглядел от силы на пятьдесят, а в светлых волосах, также собранных в хвост, не была заметна седина, ревновать к нему было глупостью. Но собственнические инстинкты Пламенного были сильнее доводов разума, поэтому она уже давно ничего по этому поводу не говорила. Вот и сейчас Райга только с улыбкой спросила:

– Что решили?

– Пока ничего, - покачал головой Цанцю. - Хайен был так добр, что позволил мне посмотреть на этих тварей его глазами. Жутковатое зрелище. Я попрошу Идрессиэль поискать что-нибудь об измененной нежити в библиотеке Хеллемилиорана, но это будет не совсем скоро.

Лин бесстрастно сказал:

– Если Идрес не отправится домой до бала, то на дне рождения королевы должен быть Хаэтеллио. Я предупрежу его.

– Это все слишком долго, - возразил Аллатриссиэль. - Я навещу библиотеку Тильхэнвиэна в первый же выходной. Но не уверен ,что найду искомое.

Райга скрестила руки на груди и заявила:

– Это все хорошо, но не поможет защитить мою дочь. Хели в одном отряде с Хайеном, Она учится в Алом замке и практически не способна к магии. Адепты снова в опасности.

Хунтабере вздохнул и ответил:

– Я растянул над замком сеть от порталов, но не уверен, что это поможет. Возможно, в замке есть еще сообщники Аделы. Тот тип со странным голосом пока не пойман. А то, что рассказал Хайен, указывает на самое худшее.

– Имеешь в виду то, что Адела не вспомнила об их предыдущей встрече? - задумчиво спросила Райга.

Ищейка степенно кивнул:

– Да. Цанцю ничего не нашел… Но пока моя единственная версия - это изменение памяти.

– Такое и правда возможно?

– В некоторых случаях. И это говорит о том, что нам противостоит кто-то из Серых. Похоже, враг обладает ментальной магией - даром ищейки.

– И это очень серьезно, - добавил Ал.

Райга нахмурилась и повторила:

– Под ударом наша дочь. Как мы можем защитить ее?

– Забрать домой, - негромко произнес Лин. - Но она не согласится. И ее не оттащить от этого мальчишки.

В его голосе послышалось раздражение.

– Поэтому я придумал кое-что получше, - сообщил Хунтабере. - Ищейке должен противостоять ищейка. Поэтому моя тайная посланница уже получила весточку и завтра прибудет в Алый замок, чтобы вывести врага на чистую воду.

– Хели не любит ее, - внезапно сказал Лин.

– Не любит, - согласился Серый. - Но потерпит. В конце концов, это для ее безопасности.

Райга тяжело вздохнула, но возражать не стала. Она знала, что ее дочь не порадует такое соседство. Но, как и остальные, не видела другого выхода.

Когда Хайен и Энди спустились к завтраку, то с удивлением обнаружили за своим столом Рамона-младшего. Тот с мрачным лицом болтал с Хели о каких-то пустяках под удивленным взглядом Рийсы. Гнать его не стали. Но и обсуждать свои дела при нем было невозможно, поэтому ели молча и быстро. Наконец, адепты покинули столовую, и Рамон ушел вперед с кем-то из своего отряда. Хайен поймал ладонь Хели и замедлил шаг. Девушка улыбнулась ему. Но в следующую секунду улыбка сползла с ее лица, а за его спиной послышался вкрадчивый девичий голос:

– Познакомишь меня со своим другом, Хелирайлиэль?

Хайен обернулся и оглядел незнакомку с ног до головы.

Наверное, она только приехала. На девушке был синий плащ с золотистой каймой, белая рубашка и коричневый дорожный костюм. Простоватое лицо с тонкими чертами, завитки очень светлых волос, и яркие голубые глаза, которые внимательно изучали Хайена. В руках она держала тонкую стопку документов. Кто же это?

Юноша покосился на Хели и его брови удивленно поползли вверх. Такой свою подругу он еще не видел. В этот момент она, как никогда, напоминала своего отца. Та же холодная ярость в аметистовом взгляде, плотно сомкнутые губы. Пальцы девушки стиснули его ладонь, а затем она сухо произнесла:

– Хайен Ар-Раллеори. Микаэла Сид.

Новая знакомая хищно улыбнулась в ответ, и на миг Хайену показалось что в ее зрачках мелькнул подозрительно знакомый синий свет. Микаэла Сид? Что это за девица, и что ей от него нужно?

Глава 20. Новенькая

Прежде чем блондинка успела что-то сказать, Хели с вызовом спросила:

– Что ты здесь забыла?

– На вашем курсе теперь не хватает учеников, - улыбнулась Микаэла. - Я буду учиться по обмену, вместо Аделы Рэувелл.

– Ты из Серого замка, - не смогла скрыть удивление Хели, - у тебя дар ищейки и стихийная магия почти не развита.

Хайен, наконец, понял, что за синий огонек видел в глазах девушки. Магия ищеек… Судя по всему, новая знакомая весьма опасна. Что здесь забыла эта красотка? Юноша снова покосился на Хели, и должен был признать, что в гневе девушка невероятно хороша. И в таком бешенстве он ее еще не видел. Когда и чем ей успела насолить Микаэла?

В это время новая знакомая накрутила на палец золотистый локон и приторно-сладким голосом ответила:

– У тебя тоже нет магии в привычном понимании. Но ты же учишься здесь. Так что Алый замок меня потерпит ради общего блага.

– Какого еще блага? - нахмурилась Хели.

Микаэла смерила Хайена взглядом. Многозначительным, даже многообещающим взглядом. Месяц назад такой взгляд заставил бы юношу продолжить знакомство, но теперь рядом стояла прекрасная в своей ярости Хели, и он сам удивился тому, что остался равнодушен. А ищейка сунула документы под мышку и продолжила:

– Буду присматривать за твоим другом, чтобы никакие подозрительные девушки его больше не пытались убить. А теперь мне нужно передать эти бумаги ректору. До встречи на уроках, Хайен. Буду рада продолжить знакомство с тобой чуть позже.

Новая знакомая одарила его очаровательной улыбкой, развернулась и направилась к лестнице на второй этаж. Хели сверлила ее спину взглядом. Хайен осторожно спросил:

– Это кто?

– Младшая дочь главы Серого замка. Ищейка, - процедила девушка. - Больше не могу сдерживаться, прости.

С этими словами она резко бросила руку Хайена и вспышка пламени перенесла ее к лестнице.

Со своего места Хайен не мог слышать, какие слова его подруга тихо цедит в лицо Микаэле. Он шагнул в их сторону, но в этот момент Энди оказался рядом и прошептал:

– Не советую вмешиваться.

– Бабы дерутся - мужики не встревайте, - философски заметила Рийса.

– Они пока не дерутся, - хмыкнул Энди.

– Но, похоже, скоро будут, - возразил Хайен

Его друг покачал головой:

– Они слишком хорошо воспитаны для этого. И не любят друг друга давно.

– Но ты прав, только воспитание и мешает им вцепиться друг другу в волосы, - хихикнула Рийса. - Идем. Хели догонит нас, как только успокоится.

Хайен еще раз взглянул на девушек, но позволил друзьям утащить себя на урок.

***

Перемещение позволило Хели выплеснуть часть злости, но не погасило ее, а только притушило. Она вышла из пламени прямо перед Микаэлой и процедила:

– Что тебе здесь нужно?

Та снисходительно улыбнулась в ответ:

– Ровно то, что я сказала твоему другу, Хели.

– Вот именно. Моему другу.

Она выделила голосом предпоследнее слово. Микаэла протянула:

– О, это что -предупреждение? Эйке Кадзу уже забыт?

– Да. Предупреждение.

Больше всего Хели хотелось вцепиться ногтями в ее лицо. Но позволить себе этого она не могла, поэтому только приблизилась и прошипела, глядя в наглые голубые глаза:

– Это мой друг. Мои друзья. Моя Академия. Ты здесь в гостях, Мика Сид, помни об этом. И не вздумай использовать Хайена в интригах своего рода. Предупреждаю - пожалеешь.

Микаэла рассмеялась, а затем сделала шаг вперед, и с нее слетел весь светский лоск. В голубых глазах сверкнуло презрение, и она ядовито сказала:

– И кто же заставит меня пожалеть об этом? Ты? То, что тебя приняли в Академию - всего лишь недоразумение. Ты бесполезная. Даже твой отец это понимает.

Желание ударить ее стало невыносимым, и Хели переместилась, бросив на прощание:

– Я тебя предупредила.

Открыла глаза она уже в своей комнате. Но не той, которую делила с Рийсой, а в Манкьери. Обвела взглядом стены, кровать под бледно-желтым балдахином, привычные взгляду мелочи. Тоска и ярость не отступали, и она переместилась в кабинет матери. Но там ее тоже ждала только пустота. Поколебавшись, девушка прыгнула в родительскую спальню, но никого не нашла и там.

Вспышка - комната Лэла. Пусто. Вспышка - комната Кайета. Тоже тишина и пустота. Еще одна вспышка пламени - и перед ней комната Кириана. Только брата в ней тоже нет.

Это немного обеспокоило девушку, и она переместилась сразу в покои отца в Алом замке. У нее мелькнула мысль, что она может помешать родителям, которые иногда сбегали в Академию, чтобы побыть вдвоем. Но отец сидел за столом в одиночестве. Хели обвела глазами белые стены и ряды светло-ореховых стеллажей с книгами - здесь была собрана небольшая библиотека. Эльф поднял на нее удивленный взгляд и спросил:

– Что такое?

– Где мама? - выпалила она. - И Лэл? Кир? Кай?

– Завтракают с королем, - ответил он, внимательно рассматривая лицо дочери. - Что-то случилось?

Несколько мгновений Хели молчала и боролась с желанием поделиться чувствами. Но потом все же выпалила:

– Мика!

После этого она села на диван, скрестила руки на груди и устремила взгляд на одну из полок, заставленную различными артефактами. Отец вздохнул и поднялся из-за стола. Затем медленно приблизился и опустился на диван рядом с дочерью. Коснулся ее головы ладонью в эльфийском жесте утешения и спросил:

– Микаэла уже прибыла?

– Ты же знаешь, мы с ней… не дружим, - ответила Хели. - И она опасна.

Отец погладил ее по голове и заговорил очень серьезно:

– Мы подозреваем, что на Хайена открыл охоту кто-то из ищеек. Или что его враг связан с ищейками. Аллатриссиэль будет вести внутреннее расследование в Сером замке. Но этот человек может оказаться здесь. В школе, среди преподавателей. И Микаэле предстоит вывести его на чистую воду. Так что вам придется сотрудничать.

Хели мрачно покосилась на отца и спросила:

– Это новый способ выставить меня из Алого замка? Поселить здесь ее? Не дождешься!

Эльф убрал руку и заверил дочь:

– Я не люблю Сидов не меньше чем ты. Но пока они верные псы короны. И весьма полезные псы. Придется их терпеть.

– Мика только начинает учиться… - попыталась возразить Хели.

– Мика обладает сильнейшим даром из ныне живущих, - перебил ее отец. - После Сида-старшего. И приехала сюда, чтобы работать. Почаще напоминай ей об этом. И, надеюсь, что ты, в свою очередь, присмотришь за ней. Мне не нравится повышенный интерес некоторых родов к Хайену. И я хочу быть уверен, что в этом не замешаны Сиды.

Хели серьезно кивнула и вздохнула. Ее отец взглянул на часы и напомнил:

– Сейчас начнутся уроки.

Девушка прикрыла глаза в ответ, а затем исчезла в новой вспышке пламени.

***

Стоило магистру Тайсену войти в класс, как рядом с Хайеном вспыхнуло пламя. Хели появилась на соседнем стуле и с громким стуком швырнула на стол учебник. Юноша покосился на подругу и тихо спросил:

– Ты чего?

Та наклонилась к нему и едва слышно прошептала:

– Прости, я часто перемещаюсь, когда волнуюсь или злюсь. Говорила с отцом насчет Мики Сид.

– Кто она такая? И что ей нужно от меня? - спросил Хайен.

– Расскажу позже, - ответила Хели и устремила виноватый взгляд на учителя.

Как только они вышли из класса и отправились на следующий урок, Хели начала рассказывать:

– Мика - младшая дочь главы Серых, Хунтабере Сида. Он старше мамы на пару лет. Овдовел около пятидесяти и тут же женился. На девице, годящейся ему в дочери. А та в скором времени родила Микаэлу. Папа говорит, что сначала многие не верили, что это его дочь. Пока у той лет в семь не проявился очень сильный дар ищейки.

– И что она здесь делает? - спросил Хайен. - Чем она может нам помочь?

– Они считают, что в замке может скрываться кто-то с даром ищейки. Так что нам предстоит с ней сотрудничать.

Было видно, что это злит Пламенную. Она даже переместилась на пару шагов вперед и виновато взглянула на товарищей. Рийса серьезно сказала:

– Сиды - самые отъявленные интриганы в Трех Королевствах. Их не волнует ничего, кроме величия собственного рода. И ради этого они готовы идти по головам. Чтобы занять нынешний пост, отец Микаэлы во время заварушки с Дверями пятьдесят лет назад успешно играл на обе стороны. И остался верен победителю.

Энди внезапно поддержал ее:

– С Сидами нужно держать ухо востро. Особенно с Микой. Она вертит парнями из столицы, как собака хвостом. Теперь и сюда перебралась. Так что будет плести свою паутину и втираться в доверие. И на кое-кого она уже положила глаз.

И он выразительно посмотрел на Хайена.

Тот пропустил его последние слова мимо ушей и спросил:

– А она только учится, как мы, или уже одна из Серых? И может ли она использовать свой дар на других учениках?

Юноша невольно вспомнил свое первое знакомство с Алом и ловушку василькового взгляда. Если Мика умеет нечто подобное, от нее нужно держаться подальше. Меньше всего Хайену хотелось, чтобы ему снова лезли в голову. Тем более, чтобы это делала какая-то девица.

Рийса и Энди переглянулись, а Хели спокойно ответила:

– Не может. Во всяком случае, не должна. Официально она еще не имеет права применять свою магию. Но как любимой дочери главы Серых, позволено ей многое.

Хайен задумчиво кивнул. На этом разговор пришлось прервать - они пришли в следующий класс. И в нем их уже ждала новая знакомая. Микаэла сидела за первой партой в форме Академии и приветливо улыбалась своим новым однокурсникам. Компания Хайена привычно заняла две задние парты. А на стул перед Хайеном внезапно упал Рамон Фортео. Он мрачно взглянул на Хели и тихо спросил:

– Какая муха укусила Сида, что он отправил сюда свою дочурку? В Джубиране перевелись симпатичные парни?

– Наверное, в этом сезоне она предпочитает остроухих парней, - буркнула девушка.

Рамон с сочувствием посмотрел на Хайена и отвернулся. Тот, в свою очередь, задумчиво взглянул на затылок Фортео-младшего и подумал: “А какая муха укусила тебя?”

Весь день адепты старались держаться вместе, потихоньку обсуждая произошедшее. Странное поведение Аделы и ее пропажа не на шутку взволновали всех. Магистра Руцу нашли без сознания в палате, и с тех пор он не приходил в себя. Серые накрыли замок сетью, отсекающей порталы, проникновения нежити и тварей теперь можно было не опасаться. Но отчего-то Хайен был уверен, что его враг все еще в замке. И ждал новых пакостей.

Мика на уроках бойко отвечала на вопросы, а на переменах и в столовой мило улыбалась однокурсникам.

Очередной сюрприз Хайена ждал, когда они отправились на тренировку. Магистр Лин ждал их на поле. Как только адепты выстроились перед ним в шеренгу, эльф оглядел их и мрачно сказал:

– Думаю, пора начать учить вас по-настоящему. И Хайен… С этого дня ты можешь использовать темную магию на общих тренировках. Но постарайся не использовать ее без надобности. Если хотя бы один эльф узнает, что ты унаследовал дар отца… Будет дипломатический скандал.

С тренировки на этот раз они не выходили, а выползали. Хайена шатало от усталости, он исчерпал обе магии - и целительскую, и эльфийскую. На его плече повис Энди. Тот еле переставлял ноги. Рийсу почти тащила Хели.

На опушке леса их ждал Рамон. Стоило отряду поравняться с ним, он негромко сказал:

– Хайен… Можно тебя на пару слов?

Юноша недоверчиво уставился на однокурсника. А этому что нужно?

Глава 21. Новое послание

– Говори, - буркнул Хайен.

Но Рамон покачал головой и обвел его друзей многозначительным взглядом:

– Не при всех.

Юноша немного поколебался, но Энди отлепился от него и пробормотал:

– Будем ждать тебя у входа в замок.

Хели бросила на Рамона подозрительный взгляд, и они с Рийсой побрели дальше. Хайен повернулся к своему однокурснику и повторил:

– Говори.

Рамон огляделся и сделал шаг к Хайену, а затем очень тихо начал:

– В бою ты не дурак, и показал мне кое-что интересное. Я, конечно же, промолчу об этом. Хотя не думаю, что ты сможешь утаить в мешке такое шило.

– Это не твое дело, Рамон, - оборвал его Хайен. - Что тебе нужно?

Тот сразу же посерьезнел:

– Хорошо, перейдем сразу к делу. Ты унаследовал темную магию эльфов от своего отца, верно? Все остальные боятся ее до трясучки, но я знаю, что с ее помощью можно… лечить. Это ты умеешь?

Остаться невозмутимым было трудно, но Хайен справился. Его голос не дрогнул, когда он спросил:

– Лечить с помощью темной магии? Допустим. Чего ты хочешь?

– Помоги одному моему… приятелю. Вылечи с помощью темной эльфийской магии. И я в долгу не останусь. Но для этого нам придется тайно уйти из Алого замка.

Хайен удивился:

– Ты так уверен, что у меня получится?

– Твой отец лечил его родственника с такой же болезнью. Успешно.

– Я только наполовину эльф.

Рамон неопределенно пожал плечами:

– Попытка не пытка. Внакладе не останешься. Наш уход прикроют.

В глазах однокурсника светилось ожидание, но Хайен с сожалением улыбнулся:

– Мне нужно подумать, Рамон.

– Думай, - кивнул тот. - Но дай ответ через неделю. Иначе все может оказаться сложнее.

После этого он развернулся и ушел.

Хайен проводил его взглядом и пробормотал:

– Кто же у тебя болен, Рамон?

Затем он тоже направился к воротам Алого замка, у которых его ждали друзья.

По дороге в столовую он тихо рассказал им о предложении Рамона.

– Мутно это все, - заявил Энди. - Насколько я знаю, в его роду нет больных… Кому он хочет помочь?

– И подозрительно как-то, - поддержала его Рийса.

Хайен хмыкнул и ответил:

– Вы поразительно единодушны в последнее время.

Оба насупились, и Рийса первой вошла в столовую. Когда все четверо устроились за столом, Хели сказала:

– Мама дружна с дедом Рамона. Попробую расспросить ее о том, что не так в роду Фортео. И что может быть нужно Рамону младшему.

– Возможно, это ловушка, - изрек Энди.

Но Хели покачала головой:

– Нынешний глава рода Фортео поднялся на верности королю. Он умен и расчётлив. Как и Рамон-младший. Не думаю, что Хайену грозит опасность. Но вот кому он пытается помочь - большой вопрос. И во что это выльется для его рода… Почему-то мне кажется, что Рамон прячется не только от учителей, но и от собственного отца.

– Ну не знаю… - протянула Рийса. - Рамон приносит пользу, а не задирает остальных? Это что-то новенькое.

Хайен оглянулся и посмотрел в ту сторону, где обычно сидел однокурсник. Там его ждал неприятный сюрприз. За одним столом с Рамоном-младшим расположилась Мика. Блондинка мило улыбалась и кокетничала вовсю.

Хели проследила за взглядом друга и процедила:

– И к этому уже клинья подбивает.

– Это же Мика Сид, - пожал плечами Энди. - Лично я от нее иного и не ждал.

А Хели вздохнула:

– Отвратительная неделя… Нападение на Академию, а теперь еще и Мика. Что будет дальше?

Хайен подумал, что его тоже больше всего волнует этот вопрос. Что дальше? Аделу похитили, кто-то запустил измененную нежить в Академию, магистр Руцу ранен… А теперь еще странное предложение Рамона и Мика Сид, с которой нужно держать ухо востро. И это при том что у него под подушкой лежат дневники отца, в которых хотелось бы разобраться. А еще была Хели. Которая была готова сражаться рядом с ним. И ей нужно было помочь.

В четверг вечером, после целительства, Хайен вернулся в комнату и с отвращением швырнул на стол учебник. Остальные обратили на него удивленные взгляды. Адепты завели привычку собираться по вечерам в комнтае юношей и делать уроки вместе. Магистр Лин столь неугодные ему "собрания" пока не засек.

В аметистовых глазах Хели беспокойство.

– Что случилось? - спросила Рийса.

Хайен только отмахнулся, достал из-под подушки дневник отца и растянулся с ним на кровати. А затем мрачно ответил:

– Брау. Магистр Руцу все еще болен. Его перевели в королевский госпиталь в Джубиране. И замещать его будет этот столичный хлыщ, Брау. И он снова пытался намекнуть мне, что с ним следует дружить.

Энди обернулся к нему и развел руками:

– Ты теперь владелец земель, и, возможно, будущий герцог. Привыкай.

– О герцогстве речи не было.

– А это зависит от того, как ты себя покажешь. Все приближенные короля Райтона в свое время получили земли и титулы. Вероятно, если ты себя хорошо проявишь…

Хайен отложил дневник отца и уставился в потолок:

– Чтобы проявить, нужно что-то уметь. А для этого нужно учиться. Но как учиться, если никто вокруг понятия не имеет, как работает моя магия. Конечно, есть то,что я понимаю интуитивно. Но это…

Рийса серьезно ответила:

– Тебе разрешают ей пользоваться Хайен, и это уже важно. Магистр Лин будет помогать тебе, как может.

– Помощь - это принести книги о темных из Мерцающего леса. Попасть туда ему мешают только глупые эльфийские законы.

Хели сочувственно посмотрела на Хайена и тяжело вздохнула:

– Если бы я могла переместиться туда, где я еще ни разу не была…

Энди покачал головой:

– Можно подумать, ты не пробовала. Магистр Лин же давал тебе те книги…

– Я в них ничего не поняла, - печально ответила девушка. - Мама призналась, что когда-то ей помог эльфийский учебник, который ей подбросил Виниаритэль…

Хайен тут же насторожился:

– Вини…чего? Это кто?

– Виниаритэль, - терпеливо повторила Хели. - Это мой троюродный брат. Эльф из Хеллемилиорана.

– Хелле…чего? - тупо повторил Хайен.

– Не важно, - отмахнулась Хели. - Это город Пламенных эльфов. Там родился мой отец и сейчас живет моя бабушка. Вин сейчас в Джубиране, работает в Сером замке, у него дар ищейки.

– А ты не пробовала его попросить достать учебник и для тебя?

Хели заколебалась:

– Нет… Это может плохо закончиться для него.

– А так плохо тебе, - покачал головой Хайен. - А ты можешь познакомить меня с этим Вином?

Хели замялась, и за нее ответила Рийса:

– Вполне возможно, что он будет на балу в честь дня рождения королевы.

– Это не самая лучшая идея, Хайен, - серьезно сказала Хели.

– Уж какая есть. Твой отец точно не станет преступать эти дурацкие законы. Так что… Или мы найдем способ попасть туда сами, или придется рассчитывать на этого …Вина. Один раз он уже решился нарушить правила ради твоей матери. Может быть, решится и ради тебя?

Энди проворчал:

– Осталось не влезть ни в какие неприятности до бала.

– А когда он? - спросил Хайен.

– В следующее воскресенье, - сообщила Рийса.

Хайен мрачно кивнул и обратился к Хели:

– Поможешь мне сегодня? Я бы хотел переговорить с Чернышом.

Она кивнула. Энди и Рийса непонимающе уставились на своих друзей. Хайен поднялся с постели, а Хели встала со стула и подошла к нему. Затем девушка обернулась и попросила:

– Мы скоро вернемся. Не ссорьтесь тут, ладно?

Друзья изумленно кивнули. После этого Хели обвила руками шею Хайена, и пламя поглотило их.

Открыл глаза он уже в крохотной долине, в которой росло странное дерево. Кремового цвета кора светилась в темноте. От белых листьев тоже исходил свет.

Хели опустилась на каменистый склон овражка и спросила:

– Ты снова уснешь здесь?

Хайен серьезно кивнул.

– Что ты надеешься найти? - продолжила девушка.

– Задать вопросы Чернышу. Я узнал много нового. Хочу расспросить его о посланиях отца, о дневнике и том предмете, который был у Аделы. Он должен знать хоть что-то.

После этого он развернулся и направился к дереву. Осторожно коснулся пальцами теплой коры. А затем сел и привалился спиной к гладкому стволу.

Мир снов встретил его прохладой. Черныш ходил туда-сюда между двух столбов, насколько позволяла цепь. Два шага в одну сторону, два шага в другую. Стоило Хайену приблизиться, пес обратил на него взгляд сияющих белых глаз и сказал:

– Вернулся? Когда сам научишься приходить, без подпорок в виде дерева?

– Не знаю, - признался юноша. - Я хотел кое о чем тебя спросить. Я получил послание отца и нашел его дневник…

Пес тут же сел и распахнул пасть в усмешке:

– Навестил дом и Лиссу? Отлично. Значит, все идет по плану.

– По какому плану?

– По плану твоего отца. Ты получил первое послание. И смог вскрыть ящик.

Хайен нахмурился:

– Первое? Значит, будут и другие послания?

Пес качнул мордой вверх-вниз и ответил:

– Разумеется. И для того, чтобы открыть их, тебе понадобится еще большее искусство…

Хайен вспомнил, какие усилия ему пришлось приложить, чтобы открыть ящик, и скрипнул зубами от досады.

– Как я должен научиться этому? Как учился отец? - спросил он у пса.

Тот вильнул пылающим белым хвостом и спокойно ответил:

– Ллавен учился по книгам. Он семьдесят три года прожил в Халариэне, столице Королевства Эльфов. И за провинности его наказывали бдениями в библиотеке. Он прочел о темных все, что смог достать.

– У меня нет таких возможностей, - покачал головой Хайен. - Что мне делать?

Пес сочувственно лизнул Хайена в щеку и виновато сказал:

– Прости. Я не знаю, чем тебе помочь. Я не смогу ничего сделать, пока ты не найдешь способ освободить меня. И как ты уже понял, тебе для этого понадобится темная магия более высокого уровня.

Юноша раздраженно сказал:

– Если отец хотел, чтобы я развивал темную магию, мог бы остаться рядом и учить меня.

– Не мог, - мотнул головой пес. - Но он учит тебя.

– Подсовывая сложные задания? - иронично спросил Хайен. - Ты сказал, что послание не одно?

Черныш кивнул:

– Ты найдешь их также, как нашел предыдущее. Будет место, где тебе очень захочется спать. Я больше ничего не могу рассказать тебе, Хайен. Пока. Приходи, когда найдешь следующее послание.

– Погоди, - начал было он. - Я не спросил тебя…

Но пес уже толкнул его носом, выбрасывая в реальность.

Юноша открыл глаза и бессильно выругался. Легче не стало. Совсем рядом вспыхнуло пламя. Через мгновение Хели обеспокоенно заглянула ему в лицо и спросила:

– Узнал-что-то плохое?

– Скорее не узнал ничего толкового, - вздохнул Хайен. - Черныш сказал, что отец оставил мне не одно послание. Но чтобы найти остальные, мне понадобится более высокий уровень темной магии. А я не знаю, как этому научиться.

Он стукнул кулаком по земле. Хели накрыла его руку своей ладонью и тоже вздохнула:

– А как ты будешь искать эти послания? Где они? В Алом замке?

– Пес ничего об этом не сказал

– Наверняка в замке, - уверенно сказала Хели. - Ты же пришел сюда не зря. Он не сказал, как ты узнаешь эти места?

– Там мне захочется спать - ответил юноша.

Хели нетерпеливо поерзала:

– И как? Пока тебе таких мест в Алом замке не попадалось?

Хайен уже собирался мотнуть головой, как вдруг схватил Хели за руку и хриплым голосом сказал:

– Было такое место. И ты должна перенести меня туда, Хели.

Девушка удивленно воззрилась на него и замерла в ожидании объяснений.

Глава 22. Новое послание ч.2

– Картина, - сказал Хайен.

Хели склонила голову к плечу и переспросила:

– Картина? Какая картина?

– В музее, помнишь? На которой изображены король и Верные.

Девушка удивленно кивнула. Юноша тут же спохватился и спросил:

– Сможешь провести меня туда? Там наверняка есть защита.

Хели торжествующе улыбнулась:

– Смогу. Единственная защита от порталов, которую я не могу обойти - двухстихийный контур королевского дворца. И там меня не пускает только лед. Магию своей матери я могу преодолеть.

С этими словами девушка снова обняла его. Мгновение спустя они уже сидели на полу перед той самой картиной, осыпав пол пеплом. Хайен первым поднялся на ноги и подал руку Хели. Несколько мгновений он рассматривал фигуры уже знакомых ему людей, а затем внезапно спросил:

– Красивые клинки? Это реликвия вашего рода?

– Нет, - покачала головой девушка. - Это реликвия Но-Хина. Нашему королевству принадлежит только Скирини.

Она указала на голубой клинок в руках короля.

– Но-Хина? Рода Хачби? - удивился Хайен. - Они же с водной магией.

– Не Хачби. Это долгая история, я расскажу ее тебе в другой раз, идет?

Юноша кивнул и шагнул вперед. Сонливость навалилась с новой силой. Хайен хотел коснуться картины, но Хели перехватила его руку и предупредила:

– Здесь может быть защитный контур. Думаю, отец не поймет, если мы перебудим весь замок.

Хайен послушно кивнул, снова сел на землю и уткнулся лбом в колени. И тут же провалился в сон.

На уровне снов музей представлял собой хаотичное нагромождение линий и скал. Хайен обернулся от пестрых пятен, которые обозначали расположение остальных экспонатов, и повернулся к стене. Во сне она была гладкой, блестящей и белой. И на ее поверхности тускло светились черные линии темной магии. Заклинание было очень сложным. Хайен чувствовал огромную силу, которая была заключена в нем. Юноша провел рукой вдоль стены и бессильно выругался - его магии было недостаточно, чтобы распутать заклинание.

Юноша долго вглядывался в переплетение линий, а затем создал себе из ткани сна лист бумаги и грифель. После этого Хайен начал торопливо набрасывать для себя схему заклинания. По крайней мере, ту часть, в которой мог разобраться. И чем больше он вглядывался в чёрные линии, тем более знакомыми они казались. Он уже видел нечто подобное, и это было не так давно.

Хмурясь, юноша перерисовал себе схему и спрятал лист в своем личном хранилище, которое обустроил в снах. Затем он открыл глаза и поднял голову. Хели сидела рядом, и в ее глазах застыло беспокойство.

– Нашел что-нибудь? - тут же спросила она.

– Что-то нашел. Но открыть тайник не смог.

– Тайник за картиной? - задумчиво произнесла она и обернулась.

Но юноша покачал головой:

– Возможно, он существует только в мире снов. И запирающее заклинание кажется очень знакомым… Где же я мог его видеть?

Девушка вздохнула:

– Снова ничего не узнали…

– Узнаем, - решительно сказал Хайен. - Когда там этот бал во дворце? Если твой отец не хочет мне помогать, то я сам найду того, кто проведет меня в Мерцающий лес.

– В следующее воскресенье, - ответила Хели. - Но я бы не рассчитывала на эльфов, Хайен… Поверь, остальные еще щепетильнее соблюдают правила, чем мой отец. Тысячелетние устои эльфов непоколебимы, как скала.

– Ничего, - мрачно улыбнулся юноша. - Это они со мной не встречались.

Девушка вздохнула, но переубеждать его не стала. Только снова обняла его, чтобы вернуться в комнату.

Вспышка пламени перенесла их сразу на кровать в его комнате. К удивлению обоих, Рийса и Энди молча корпели над книгами за столом. Девушка могла уйти в свою комнату, но пожелала остаться со своим недругом и ждать возвращения товарищей. Хели выпустила Хайена из объятий и отодвинулась. Энди настороженно спросил:

– Узнал, что хотел?

– Не все, - покачал головой Хайен. - Остается ждать бала. Там я обязательно найду помощника среди эльфов.

Его товарищ обменялся скептическим взглядом с Рийсой. Но как и Хели, не стал его разубеждать. Хайен снова повернулся к девушке и спросил:

– Ты же познакомишь меня с эльфом-ищейкой?

Она молча кивнула. Рийса захлопнула книгу и вздохнула:

– Нам пора возвращаться в комнату. Увидимся завтра на тренировке, мальчики.

Хели первая исчезла во вспышке пламени. А Рийса утопала к себе по стене. Энди закрыл за ней окно и скривился:

– Кто бы мог подумать, что я буду делать уроки с врагом.

Хайен осторожно начал:

– Мне кажется, не все в ваших родах враждуют.

– Среди Танов она такая одна, - подтвердил Энди. - Ее старшие братья, сыновья герцога Мирана от первого брака, не испытывают ненависти к Райсам. А вот у нас… все наоборот. Пожалуй, только мой дед хорошо относится к темным. Все остальные их только терпят. Приходится терпеть - Таны поднялись очень высоко благодаря тому, что герцог участвовал в закрытии Дверей. Говорят, до этого он был жалким оборванцем, который пришел в Алый замок в обносках.

Хайен вспомнил пару высказываний Рийсы и спросил:

– Один из твоих предков убил ее родственников?

– Да, мой прадед Луций Райс убил родителей герцога Тана, а также его двеннадцать братьев и сестер. Только одного пожалел, у которого не было магии - Мирана. И вырос он самым способным и талантливым из темных...

– Да уж, - сказал Хайен. - Жуткая история…

– Привыкай, - ответил Энди. - Скоро большая политика магических родов догонит и тебя.

На это Хайен ничего не ответил.

Этой ночью ему впервые за долгое время приснился кошмар. Собственное сознание подбрасывало ему видения крайне редко, и почти всегда он рано или поздно мог повернуть сон в нужную сторону. Но зв этот раз не выходило. Хайен бежал по огромному белому полю, по бесконечно петляющим черным тропинкам. И сколько бы он ни пытался развернуть дорогу или притянуть новое место, новый сон - картина перед ним не менялось.

Он бежал до тех пор, пока чувство смутного узнавания не стало крепнуть. Наконец, юношу озарило - сплетение его дорог было точной копией заклинания на белой стене. Но самое главное - Хайен понял, где он видел подобное. И в тот же момент сон резко прервался. Хайен сел на постели, тяжело дыша и обливаясь потом. В комнату заглядывали рассветные лучи, а Энди зевал, сидя на своей постели. Он изумленно посмотрел на товарища и спросил:

– Что случилось?

Хайен тут же вскочил и начал ходить по комнате:

– Кошмар приснился. Подсказка. Похоже, он был частью того заклинания, на месте картины в мире снов. Чтобы я точно понял…

– Понял что? - недоуменно спросил еще сонный Энди.

– Тот медальон, у Аделы… - ответил Хайен. - Похоже, он является ключом к заклинанию в музее.

Несколько мгновений Энди молчал, хлопая глазами. Хайен вспомнил, что не поделился деталями вчерашнего путешествия, а друзья деликатно ничего не спросили. Но друг смог сделать выводы из его разрозненных объяснений и задал самый насущный вопрос:

– То есть Адела хотела отдать тебе вещь, которая очень нужна?

Хайенсел на постель и серьезно ответил:

– Именно. А значит, она могла знать моего отца, и он мог оставить ей эту вещь. Также как попросил Хели привести меня к дереву…

– Но почему она не отдала медальон тебе, а попыталсь убить? Думаешь, твой отец оставил бы такую важную вещь ненадежному человеку?

Хайен снова вскочил на ноги и начал напряженно думать. Наконец, он остановился и медленно произнес:

– Помнишь, как она себя вела перед исчезновением? Магистр Лин считает, что в этом может быть замешан ищейка. А что если ей что-то внушили… изменили память… Я должен поговорить с Цанцю и узнать, на что способны ищейки.

– Ты можешь рассказать об этом магистру Лину, - осторожно напомнил Энди.

– И он снова скажет нам не вмешиваться в расследование Серого замка? - иронично ответил Хайен. - Нет… Я должен сам поговорить с кем-то из ищеек. Цанцю я доверяю больше всех.

– Но вы увидитесь только на балу в честь дня рождения королевы. И только если у него не будет работы в этот день.

– Значит, я должен найти другой способ узнать то, что мне нужно.

С этими словами Хайен начал ускоренно собираться. Опозданий на утреннюю пробежку магистр не терпел.

Пока Хайен бежал за учителем, он непрерывно прокручивал в голове все, что узнал в последние дни. Когда отряд остановился на поле для тренировок, юноша заметил, что Хели бросает на него обеспокоенные взгляды. Магистр в этот момент как раз задумчиво оглядывал учеников, словно выбирая себе жертву, и Хайен напрягся. Но сегодня учителя интересовал вовсе не он.

– Хелирайлиэль, - бесстрастно сказал эльф. - Задержись на несколько минут. Нам нужно поговорить.

Судя по тому, что девушка потупилась и начала старательно разглядывать носки своих сапог, тему предстоящего разговора с отцом она прекрасно знала.

Хайен нехотя развернулся и побрел в замок. Сначала он хотел задержаться, но стоило адептам шагнуть за пределы поляны, как эльф медленно и напоказ начертил глушилку и сопроводил замысловатыми пассами какое-то эльфийское заклинание. Подслушать не удастся.

Энди и Рийса бодро шагали впереди, их разговор сегодня неожиданно почти не напоминал ругань. То, что Хели и Хайен плетутся позади и шепчутся о чем-то своем, их уже не удивляло, поэтому друга они не ждали. А его мысли снова перекинулись на картину в музее и то, что произошло с Аделой. Его друзья первыми прошли через распахнутые ворота и направились к входу в замок. А вот Хайен этого сделать не успел. Стоило ему приблизиться к воротам, как дорогу ему преградила Микаэла. Блондинка мило улыбнулась и поприветствовала его:

– Доброое утро, Хайен. Уже с тренировки?

Юноша кивнул и настороженно спросил:

– А ты чего так рано встала?

– Не спалось. И хотелось продолжить наше знакомство.

Хайен внимательно смотрел в серые глаза, но знакомого синего огня в них не было.

– Только при условии, что ты не будешь использовать на мне свою магию, Микаэла, - прохладно ответил он.

– Как можно? - притворно возмутилась девушка. - Это мне пока запрещено. Нужен хотя бы жетон начального ранга, чтобы применять Дознание. А мне до него далеко.

Юноша иронично спросил:

– Любимой дочери начальника Серого замка? Не верю.

Она рассмеялась и продолжила:

– Ты можешь звать меня Мика. Ал и Цанцю много рассказывали о тебе… Я никогда не видела темных эльфов.

Последние слова она произнесла с придыханием. А Хайен вдруг понял, что перед ним именно тот человек, который ему сейчас больше всего нужен. Поэтому ответил ей улыбкой и сказал:

– Знаешь, а я так мало знаю об ищейках. Наверное, ты очень талантлива, раз отец послал тебя сюда.

– Второй по силе дар в Королевстве людей, - ответила девушка. - Цанцю говорит, что ты не доверяешь таким, как я. После того как Ал попытался убить тебя.

– Дважды попытался, - поправил ее Хайен. - Но не доверяю я эльфам, а не ищейкам.

Затем он попытался повернуть разговор в нужную сторону:

– Сможешь вычислить этого парня, если он в замке? Вообще, ищейки способны стирать память? Принуждать людей к чему-то? Почему магистр Лин считает,что замешан кто-то из ваших.

Мика прищурилась, а затем извиняющимся тоном сообщила:

– Это закрытые сведения, Хайен. Но хорошо обученный ищейка, и правда, способен на многое. Вот только верность королевству мы впитываем с молоком матери. Мы самые верные псы короны. И получаем за это свои привилегии. Поэтому, если среди нас есть тот, кто воспользовался силой не на благо короля… Мы больше всех заинтересованы в том, чтобы вычислить его.

– Возможно, он считает, что действует на благо короля, - развел руками Хайен. - Жаль девушку… Если Адела несчастная жертва, ее нужно скорее найти.

– Этим занимаются тройняшки, - отмахнулась девушка. - Моя миссия - помогать тебе.

Ее улыбка была открытой, лучезарной, и при этом насквозь фальшивой. В ее глазах угадывался искренний интерес, но Хайен чувствовал - с этой девушкой нужно быть осторожным. Пока он пытался сообразить, как вытянуть из своей собеседницы еще что-нибудь полезное, Мика продолжала:

– Тебе достались весьма интересные земли. Думаю, и титул не за горами.

Ответить ей Хайен не успел. Рядом с ним во вспышке пламени появилась Хели. Стоило ей увидеть Мику Сид, как в аметистовом взгляде мелькнула ярость. Ищейка снисходительно улыбнулась и бросила Хайену:

– Что ж, продолжим наш разговор позже.

После этого она развернулась и направилась к входу в замок. Хайен сжал ладонь Хели. Девушка резко обернулась к нему и спросила:

– Что ей было нужно от тебя?

– Кажется, пыталась что-то выпытать, но ты ей помешала, - честно ответил юноша. - А о чем ты говорила с отцом?

Хели огляделась по сторонам, а затем приблизилась к Хайену и едва слышным шепотом начала рассказывать.

Глава 23. Во дворец

– Я взяла из дома одну книгу… - прошептала Хели. - Точнее, не одну, и проблема в этом.

– И о чем эти книги? - также тихо спросил Хайен.

Девушка заколебалась, и на ее щеках вспыхнул румянец.

– Так, детские мечты, как говорит отец… - ответила она с деланным равнодушием.

– Мечты о землях за Монолитом? - улыбнулся Хайен.

– Откуда ты знаешь? - удивилась Хели.

– Я был в твоих снах, - напомнил он. - И там почти всегда присутствует черная стена. Что ты хочешь найти там, Хели?

– Эти земли принадлежат Пламенным, - уверенно прошептала она. - И я хочу, чтобы там снова жили люди.

Хайен ничего на это не сказал. Только, немного помолчав, спросил:

– Так что там со второй книгой, которую ты взяла?

– Ах это…

Девушка исчезла в огненной вспышке, появилась у входа в замок, и следующим прыжком вернулась к Хайену. Теперь она шептала ему в другое ухо:

– Я нашла какую-то из древних эльфийских летописей. Похоже, ее привезли их Кеубирана. Отец хотел отдать ее бабушке, когда та решит снова навестить нас. Но я не хотела с ней расставаться, и тайком увезла в Алый замок. И теперь мне нужна твоя помощь, Хайен.

– Какая? - удивленно спросил он.

– Помоги мне спрятать их. Так, чтобы отец их точно не нашел.

Юноша уверенно кивнул и тут же предложил:

– Думаю, можно соорудить что-то вроде тайника в той долине, возле дерева. Если я запечатаю его темной эльфийской магией, никто не сможет его вскрыть.

Идея девушке понравилась, и они отправились на завтрак. Первым, кого увидел в столовой Хайен, был Эйке Кадзу. Он сидел за соседним столом и старательно жевал, устремив внимательный взгляд на свою собеседницу. Мика Сид мило улыбалась ему и о чем-то щебетала. Хели отнеслась к этому зрелищу совершенно равнодушно. Когда они сели за стол, Рийса тихо сказала:

– А Мика времени не теряет.

– Ага, - поддакнул Хайен. - И со мной уже успела перемолвиться парой слов. И тоже намекала на земли и грядущий титул, как и Брау. Кажется, о планах короля всем этим людям известно гораздо больше, чем мне.

– Или короля Райтона устраивает то,что они так думают, - ответила Хели. - Об истинных планах короля лучше всего осведомлена моя мать. Но мне она не расскажет.

Девушка вздохнула и принялась за еду

– Скорей бы уже этот бал, - проворчал Хайен. - Может, хоть что-то прояснится.

– Я бы на это не рассчитывал, - покачал головой Энди.

Рийса согласно кивнула. В глазах Хели светилось сочувствие. Хайен уткнулся в свою тарелку и начал размышлять о том, как скорее получить столь желанные сведения.

***

Весеннее солнце с каждым днем грело все сильнее. Но несмотря на теплые лучи, большой камень, на котором сидела Хели, казался ей холодным, а небо - неприветливым, несмотря на бегущие по небу пушистые облака.

Ее отец на поле для тренировок выжимал из своих учеников все соки. Сегодня адептам предстояло сражаться втроем против учителя. Втроем. И это оказалось неожиданно обидно. Казалось, она знала, на что шла. Понимала, что отец не будет ее учить. Не даст возможности друзьям тренироваться вместе с ней. Но девушка не могла оторвать взгляд от Хайена. И не могла перестать думать о том, что вот здесь она могла увести его из-под атаки и дать возможность зайти с другой стороны. И так, раз за разом - она подмечала каждый момент, где ее вмешательство могло изменить рисунок боя, и… молчала. А еще с каждым днем все больше злилась.

В этот момент пламя внутри начинало отчаянно колебаться, и желание переместиться становилось невыносимым. Если бы она только могла перемещаться везде. Если бы она ориентировалась на местности, как все маги… Тогда, наверное, отцу пришлось бы признать ее дар полезным. Или если бы она могла переносить кого-то, кроме Хайена. Но этого ей как раз совсем не хотелось.

Чувство злости крепло в ней и требовало выхода. Наконец, девушка не выдержала. Пользуясь моментом, когда ее отец начал отчитывать учеников, Хели мгновенно переместилась к Хайену и шепнула:

– Не теряй меня. Все в порядке.

Следующий прыжок перенес ее к воротам замка. Девушка несколько мгновений разглядывала древние стены, цепь из рубинов и гранатов на них. А затем закрыла глаза и перенеслась в Манкьери. Но вид комнаты тоже показался ей невыносимым. Прыжок в кабинет матери принес немного облегчения. Хели обвела взглядом светлую просторную комнату, письменный стол, заваленный отчетами всех мастей. Райга подняла глаза на дочь и удивленно спросила:

– Что-то случилось?

Девушка помотала головой и призналась:

– Пробую.

– Пробуешь что? - не поняла мать.

– Переместиться куда-нибудь, где я не была.

Герцогиня поднялась из-за стола, но Хели отправилась в другое место прежде, чем мать успела подойти к ней. В утешениях она не нуждалась. Она нуждалась в знаниях и силе. И этого ей не могли дать объятия матери.

Девушка переместилась на кладбище и начала ходить вдоль красной стены. Если мать или отец попытаются найти ее сейчас, то у них ничего не выйдет… Хели покосилась на статую матери и села, прислонившись к нагретым солнцем кирпичам. В Манкьери было гораздо теплее, чем в Алом замке. Здесь уже зацветали розы. Но желание пройтись по родному саду Хели преодолела. Вместо этого она какое-то время глядела в небо, стараясь припомнить все объяснения, которые ей давал отец о порталах. И те схемы, которые рисовала мать. Хели никогда не могла понять, как они могут видеть нечто подобное. Ее источник не позволял совершать привычные всем действия. Девушка втайне была уверена в том, что способна перемещаться и в другие места. Но тот, кто сможет ей объяснить, как, наверное, еще не родился.

Время до ужина Хели провела, перемещаясь вокруг кургана. Она изо всех сил пыталась попасть туда, куда так хотелось Хайену. В Мерцающий лес. Но ничего не выходило, и девушка вернулась в замок ни с чем.

Но с этого дня смотреть, как тренируются остальные, стало невыносимо. И Хели стала ускользать на старое кладбище, чтобы продолжать свои личные тренировки. Рассказать о них она решилась только Хайену. Знала, что только он воспримет ее потуги всерьез. Все остальные уже отчаялись. Смирились с тем, что она не сможет. Как и сама Хели. А сейчас желание помочь Хайену вело ее вперед. Все свободное время ее голова была занята размышлениями о том, как научится ориентироваться на местности и перемещаться не только туда, где она уже была.

Но Хели все равно удивилась, когда в ночь перед балом у короля внезапно приложилась боком об пол.

Она удивленно распахнула глаза и попыталась понять, где находится. Сначала девушка подумала, что упала с кровати. Но над ее головой вспыхнул пламенный светлячок. Рыжий огонек осветил взволнованное лицо матери. И Хели поняла, что с кровати она и правда упала. Только уже не на свой пол, а переместилась в комнату своих родителей в Манкьери.

Она поспешно села и спросила:

– Папа?

– Выполняет задание короля, - ответила ей мать. - Что произошло?

После этого она тоже села и притянула дочь к себе. Хели положила голову ей на колени и вздохнула:

– Кажется, я переместилась во сне.

– Давно этого не было, - улыбнулась мать и погладила ее по волосам. - Тебя что-то беспокоит, Хели? Линде сказал, что ты перестала посещать тренировки.

– Ничего не беспокоит, - пробурчала девушка.

– Последний раз ты телепортировалась в нашу спальню во сне лет в семь. Это на тебя не похоже.

– Все в порядке, - упрямо повторила Хели. - Мне пора. Нужно выспаться перед балом.

В тот же миг она позволила пламени унести себя обратно. Но неожиданно для себя самой оказалась нос к носу с Хайеном, в его постели. Юноша мгновенно проснулся и захлопал глазами, не понимая, что происходит. И попытался инстинктивно притянуть девушку к себе, но Хели поспешно сбросила его руку и прошептала:

– Прости, я случайно.

С этими словами она переместилась в свою постель, на этот раз уже без приключений. Рийса посапывала на соседней кровати. Хели зарылась лицом в подушки и мысленно застонала. Ночь вышла на редкость бредовой. Переместиться в спальню родителей, как в детстве. А потом в постель Хайена вместо своей, уму непостижимо! Хорошо, что никто этого не видел. Еще лучше, если бы сам Хайен об этом не вспомнил с утра. Правда, на это она не рассчитывала.

***

Бал отговоркой для утренней пробежки не был. Поэтому с утра, пока они ждали магистра в холле замка, Хайен успел полюбоваться румянцем Хели. Она откровенно нервничала и теребила в руках золотисто рыжие пряди. Смущенная Хели ему нравилась еще больше, чем Хели в бешенстве. Юноша не сомневался, что в его постель девушку занесло случайно. В ее аметистовом взгляде было не меньше изумления в тот момент, чем он чувствовал сам. Правда, он чувствовал кое-что еще.

“Держи себя в руках, Хайен, - напомнил он самому себе. - Она прекрасна, но невинна, немного наивна, и рядом ее отец, который бдит”.

Единственная поблажка, которую дал им магистр в честь бала - отсутствие вечерней тренировки. После обеда Энди и Рийса отправились по домам, чтобы прибыть во дворец уже вместе со своими семьями. Хели с той же целью переместилась в Манкьери. Увидеться им предстояло уже на месте.

А Хайену магистр приказал явиться в его покои. В знакомой гостиной его ждали парадный костюм и слуга, который должен был помочь Хайену разобраться с непривычной одеждой. К тому моменту, когда магистр вышел из портала и критически оглядел ученика, тот был затянут в серебристо-зеленое парадное одеяние. Чувствовал себя Хайен довольно нелепо. И то, как внимательно его рассматривал учитель, не добавляло уверенности.

Слуга поклонился и подобострастно спросил:

– Эльфийская прическа? Думаю, это подчеркнет его статус как наследника, герцог.

Магистр немного подумал и произнес:

– Рискованно. Но да, будет уместно.

Хайен тут же замахал руками:

– Это как у вас что ли? Нет уж, никаких эльфийских причесок, пусть волосы будут собраны в хвост, как обычно. Не надо меня как девицу наряжать!

Магистр пожал плечами и сказал:

– Тогда нам пора.

Эльф бросил горсть синего порошка и первым шагнул в открывшийся портал. Хайен последовал за ним. То же самое чувство - сначала жар, а потом холод - и юноша обнаружил, что стоит в незнакомом коридоре. А в нескольких шагах впереди, рядом с огромной картиной, их ждут две прекрасные девушки. Великая герцогиня Райга и ее дочь смотрелись сестрами. Магистр подал руку жене и бросил предупреждающий взгляд на Хели. А затем сказал:

– Мы появимся в составе свиты короля. Проведи Хайена в бальный зал. И напомни Энди, что я приказывал ему приглядывать за ним, а не бегать за юбками.

Девушка послушно кивнула, и ее родители степенно удалились. Стоило им скрыться за поворотом, как Хайен протянул ей руку и спросил:

– Идем?

Хели с улыбкой вложила тонкие пальцы в его раскрытую ладонь и тихо сказала:

– Прости.

– Все в порядке. Тебе не спалось?

– Спалось. И перемещалось, - неопределенно повела плечами она. - Знаешь, в детстве я иногда перемещалась в родительскую спальню, если мне снился страшный сон. И в этот раз я проснулась в Манкьери. А когда решила вернуться, случайно попала к тебе. Никакого сна перед этим не помню. Возможно, дело в том, что все мои мысли заняты тем, как переместиться в неизвестное мне место. Нужно отдохнуть.

Хайен усмехнулся:

– Надеюсь, сегодня нам такая возможность представится.

Девушка ловко повела его через хитросплетение коридоров. Навстречу им попадались только слуги, и юноша спросил:

– Почему так мало гостей? Мы прибыли слишком рано?

– Нет, - пояснила Хели. - Только Верные могут открывать порталы сразу во дворец. Остальным приходится прибывать через главные ворота, или пользоваться стационарным порталом. Так что большая часть гостей идет с другой стороны.

В этот момент очередной поворот коридора вывел их к большим дверям, у которого толпились разодетые в пух и прах господа и дамы. Хели и Хайен влились в поток людей и вошли в зал следом за дородным мужчиной с прилизанными светлыми волосами. Герольд громко объявил:

– Леди Хелирайлиэль Манкьери. Господин Хайен Ар-Раллеори.

Зал был огромным. Скоро у Хайена рябило в глазах от сияющих одежд знати и богатого убранства тронного зала. Хели непрерывно оглядывалась и бормотала:

– Ну где же ты, Эндивир Райс…

Наконец, девушка подтолкнула Хайена к одной из колонн и попросила:

– Подожди меня здесь, хорошо? Энди я не вижу, но может быть, Кайет поможет мне найти его.

С этими словами она растворилась в толпе. И в тот же миг Хайен почувствовал на себе чей-то взгляд. Юноша резко обернулся.

Рядом с ним стоял незнакомый эльф. В серебристом одеянии, напоминающем халат, подол которого украшал смутно знакомый герб - луна и три облака. Волосы цвета белого золота ниспадали до бедер, лишь часть из них была собрана в пучок на макушке, как и у магистра Лина. На его лице не было ни капли ненависти. В ярко голубых глазах светилось непередаваемое изумление. Юноша хотел отправиться следом за Хели, но незнакомец уверенно перехватил его за плечо и сказал:

– Подожди. Ты кто?

Глава 24. Родственник

Хайен решительно стряхнул руку незнакомца и с вызовом заглянул ему в глаза:

– Хайен Ар-Раллеори.

Взгляд эльфа скользнул по черно-белым волосам юноши. Хайен ждал, что вот-вот изумление сменится жаждой убийства и поневоле готовился защищаться. И похоже, тот это почувствовал. Голубые глаза распахнулись еще шире. Молниеносным движением эльф перехватил прядь волос, которые лежали на плече Хайена и несколько мгновений теребил черно-белую прядь.

– Ты… - выдавил незнакомец. - Ты… Ты… темный полуэльф?

Затем он резко огляделся и зашипел:

– Магию спрячь, что ты делаешь?!

Хайен так удивился, что и сам не понял, как распустил комок темной силы внутри. Эльф снова повернулся к нему и требовательно спросил:

– Сколько тебе лет, Хайен?

– Восемнадцать, - недоуменно ответил юноша.

– Восемнадцать… - упавшим голосом повторил эльф. - Этого не может быть.

– Вам документы показать? - иронично спросил Хайен.

Эльф закрыл глаза и медленно выдохнул. Затем он снова посмотрел на юношу, и на лице его было замешательство.

– Тогда самый главный вопрос… Кто твой отец, Хайен?

– А вы кто такой? - подозрительно спросил он.

Незнакомец стряхнул невидимую пылинку с широкого рукава и представился:

– Меня зовут Хаэтеллио фуу Акаттон Флау, Третий наследник Мерцающего леса.

Теперь настала очередь Хайена ронять челюсть. Фуу Акаттон Флау. Королевский род Мерцающего леса. Единственное, что он смог выдавить в ответ:

– Я никогда не видел отца. Но его зовут… Ллавен Ар-Раллеори.

“И когда-то его звали Ллавенуринель фуу Акаттон Флау”, - мысленно добавил он, но произнести это вслух не решился. Впрочем, это было и не нужно. По тому потрясению, которое отразилось на лице его собеседника, стало ясно, что этот Хаэ-чего-то-там понял, что видит перед собой родственника. Интересно только, насколько близкого?

В тот же миг Хели выскользнула из толпы и встала рядом с Хайеном. Тонкие пальцы вцепились в его ладонь, и девушка яростно процедила:

– Не смейте его трогать, ясно?

В аметистовом взгляде сверкнула ярость. Эльфа удивил ее напор. Он примирительно вскинул ладони и миролюбиво сказал:

– Все в порядке, Хелирайлиэль. Это твой друг?

– Он в моем отряде, в отряде моего отца, и вы его не тронете, - упрямо повторила девушка.

Затем она произнесла длинную фразу на эльфийском, из которой Хайен почти ничего не понял. Эльфийский давался ему легко, но Хели знала этот язык также хорошо, как родной.

Их разговор был прерван звуком горна и громким голосом герольда:

– Приветствуйте Его Величество короля Райтона, королеву Нацухиму, принцессу Этерию и Верных трону.

Толпа расступилась, грянула музыка, и в зале появился король. Сегодня он ничем не напоминал того человека, который расслабленно сидел в кресле и расспрашивал Хайена о его жизни. В каждом его движении, в каждой черточке лица, во взгляде темных раскосых глаз была сила. Была власть. На нем было темно-синее расшитое серебром и белым золотом парадное одеяние. На голове покоилась корона, драгоценности на ней переливались в свете многочисленных магических ламп. За правым плечом короля, в платье такого же темно-синего цвета, стояла королева. Она тоже была наполовину но-хинкой - на прекрасном светлокожем лице выделялись почти черные раскосые глаза, которые выдавали примесь восточной крови. Ее черные волосы были заплетены в высокую прическу. Принцесса Этерия степенно семенила рядом, и на голове девочки сиял золотой обруч с крупным алмазом.

За левым плечом шагали Верные. Магистр Лин держал за руку свою жену, а позади него с необыкновенно серьезным лицом шел отец Рийсы в парадном бордовом мундире.

Правый глаз короля вспыхнул голубым светом. В следующий миг рыжий свет окутал золотистый глаз герцогини Райги, и от их ног к трону побежали струйка льда и струйка пламени. Хайен отвесил подобающий поклон вслед за остальными и подумал, что производить впечатление на подданных и демонстрировать силу Его Величество Райтон умел. А также напоминать о том, что на трон он взошел по древнему праву, как сильнейших из сыновей предыдущего короля.

Глаза бога, древние артефакты, переданные людям… Слухов вокруг них ходило много. Наверное, Хели, которая все еще отчаянно цеплялась за его ладонь, знала об этом больше. Когда королевская чета и Верные проследовали к трону, Хайен поднял голову и заметил, что его новый знакомый непрерывно смотрит в затылок магистру Лину. Затем он снова повернулся к юноше. Тот напрягся, не зная, чего ждать от эльфа, который смог почувствовать в нем темную магию и не захотел убить. Родственник приблизился и тихо спросил у Хели:

– Линдереллио знает?..

С этими словами он скользнул взглядом по волосам Хайена.

Девушка осторожно кивнула. В ее взгляде все еще было подозрение. Эльф взглянул в сторону трона и с досадой произнес:

– Сейчас я должен уйти. Но мы обязательно встретимся после церемонии вручения подарков королеве, Хайен. Хелирайлиэль… Я не собираюсь его убивать. Пожалуйста, присмотри за своим другом.

С этими словами эльф направился к трону, а Хели потянула Хайена в сторону. Юноша проводил глазами эльфа и требовательно спросил:

– Кто это?

Хели помедлив с ответом:

– Отец меня убьет… именно с ним ты не должен был встретиться.

– Кто это? - повторил Хайен. - Он мой родственник, да?

– Это отец Ллавена, - призналась девушка.

Несколько минут Хайен молча смотрел на нее, не в силах вымолвить ни слова. Наконец, он изумленно переспросил:

– Это мой дед?!

– Тише, - зашипела она. - Не привлекай к себе внимания. И я не уверена в его намерениях. Не нужно было вам встречаться.

– Ну уж нет, - возразил юноша. - Вдруг он поможет мне?

Хели сочувственно улыбнулась:

– Он и сыну своему не помогал. Хаэтеллио фуу Акаттон Флау - последний, кто нарушит ради тебя законы эльфов, Хайен.

– Посмотрим, - мрачно ответил юноша.

Церемония оказалась скучной донельзя. Влиятельные люди королевства один за другим подходили к трону, произносили высокопарные речи и преподносили подарки королеве. Та вежливо отвечала каждому. Хаэтеллио был одним из первых. После того как подарки были вручены и зазвучала музыка, он тут же оказался рядом с Хайеном. Юноша со смешанными чувствами воззрился на своего… язык не поворачивается называть бессмертного эльфа дедом. Тот внимательно рассматривал Хайена и не спешил начинать разговор. Хели тоже молчала и беспокойно переминались с ноги на ногу.

Неловкая пауза оказалась нарушена появлением магистра Лина. Хаэтеллио тут же повернулся к нему и выпалил:

– Ну ты и…

Дальше шел поток незнакомых эльфийских слов, судя по тону и алым кончикам ушей Хели, это были отборные ругательства.

Магистр Лин оборвал его:

– Тебя слушает юная леди, для которой эльфийский тоже родной. Хаэте…

Но тот продолжил изливать свое возмущение:

– Почему ты ничего не сказал мне?! Он учится в Алом замке с первого дня апреля, и ты молчал?!

Магистр холодно напомнил:

– Мы не встречались все это время. И по вашим законам я больше не эльф, не твой брат, и не имею права передавать тебе личные послания.

– Уверен, ты хотел сделать все, чтобы мы с ним и здесь не встретились. И не пытайся отрицать это - на лице Хелирайлиэль все написано.

Хайен уже знал, что так и есть. Магистр повернулся к дочери и приказал:

– Идите, нас зовет король. Найди Кириана и Кайета.

Хели неожиданно заупрямилась:

– Я танцевать хочу.

– Пригласят - пойдешь, - отрезал отец. - А пока найди братьев.

Хайен чувствовал ,как внутри растет возмущение. Он только что встретил своего родственника, и магистр не даст им поговорить?! Кажется, этот Хаэте был готов подчиниться и с мрачным лицом проследовать за его наставником. И в холодном аметистовом взгляде Хайен видел предупреждение.

В отместку он повернулся к Хели, отвесил ей поклон и протянул руку, приглашая на танец. Девушка просияла, а затем бросила мстительный взгляд на отца и ответила:

– Я обязательно найду их. После танца.

С этими словами она позволила Хайену увлечь себя в круг танцующих. Несмотря на отсутствие практики, танцевал юноша хорошо. Что деревенские, что бальные танцы, которым его пытался учить Энди, давались легко. Также, как и владение оружием, которому в Алом замке тоже учили. Хели приблизилась и шепнула:

– Хаэтеллио - эльфийский принц, и приехал не только на праздник, но и обсудить важные государственные дела. Он может найти тебя позже…

– Или твой отец придумает что-то еще, чтобы мы не встретились, - мрачно ответил юноша. - Он принц, значит, точно знает, где взять книги о темных.

– И тем тяжелее ему нарушить закон, - вздохнула девушка. - Знаешь, нам и правда стоит найти Кириана и Кайета. Кир каким-то образом чувствует тройняшек.

– Тройняшек? - не понял Хайен. - Каких еще тройняшек?

– Ты хотел найти Вина, - терпеливо пояснила она, - который дал моей матери книгу о порталах. Идрес, Вин и Вэн - тройняшки. Когда-то их звали Наказанием Хеллемилиорана, но вот уже тридцать пять лет это персональное наказание Хунтабере Сида и преступного мира Трех Королевств. Во всяком случае, о том времени, когда они учились в Сером замке, отец Мики просит не напоминать.

– Тридцать пять лет? - недоверчиво переспросил Хайен. - Так они давно не ученики…

Хели улыбнулась и сообщила:

– У ищеек все иначе. Они сохраняют ментальную связь со своим учителем на долгие годы, иногда - на всю оставшуюся жизнь. И даже тогда, когда формально уже учениками не являются, продолжают прислушиваться к наставникам, советоваться с ними. А те переживают за своих бывших учеников.

Как только танец закончился, Хели повертела головой и потянула юношу прочь.

– Братья где-то рядом, - пробормотала она. - Лэл занят, но Кириан и Кайет всегда приходят на мой зов.

Девушка обогнула колонну и тут же выпустила ладонь Хайена, чтобы упасть в объятия незнакомца. Точнее, одного из двух незнакомцев. Они были похожи как две капли воды. У обоих были заостренные уши, точно такие же, как у Хайена и Хели. Прямые рыжие волосы заплетены на эльфийский манер, а глаза оказались вполне человеческого цвета - карими, без странных оттенков, присущим только эльфам. Пока Хели обменивалась с братьями приветствиями, Хайен придирчиво осмотрел черные костюмы обоих и понял, что не сможет различить их при всем желании. Кажется, один из них понял его замешательство и усмехнулся, а затем отвел рыжую прядь и коснулся пальцем тонкого белого шрама вдоль уха. После этого он представился:

– Я Кайет, а это - Кириан. Хайен - это ты? Кажется, именно тебе мы обязаны тем, что кое-кто совсем не хочет возвращаться домой на выходные.

С этими словами он бросил лукавый взгляд на Хели. Та как раз отступила от другого брата и возмутилась:

– Мне же еще домашние задания делать!

Кириан негромко спросил:

– Тебе была нужна наша помощь, Хелирайлиэль?

Девушка поспешно кивнула:

– Мы хотели поговорить с Вином. Сможешь его найти?

Ее брат на несколько мгновений замер, а затем с сожалением покачал головой:

– Не чувствую пока ни Вина, ни Вэна. Возможно, сегодня их смена. Но неподалеку я видел Идрес. Может, спросишь ее о брате?

Девушка согласно кивнула и потянула Хайена следом за Кирианом. К удивлению юноши, они вышли из зала. За первым же поворотом он замер, будто налетел на стену. Впереди были эльфы. И в одном… внутри одной из них он ощутил что-то странное.

Глава 25. Неожиданности

Хайен был так обескуражен, что не сразу понял, что их здесь совсем не ждали. Эльфом оказался Цанцю. Он держал в объятиях прекрасную эльфийку с волосами медового цвета. Парочка нехотя разорвала поцелуй, и возлюбленная ищейки устремила на пришельцев укоризненный взгляд изумрудных глаз. А внутри нее…

Сначала Хайен не понял, что это. А когда понял, больше всего ему хотелось заорать. А лучше - выйти куда-нибудь и орать там, а заодно разнести что-нибудь. Потому что этого не должно было происходить, и он не должен был это чувствовать, не должен был это знать. Но он видел и знал. И разбираться тоже придется ему.

Из размышлений его вырвал спокойный голос Кириана:

– Прости, Идрессиэль. Хели попросила найти тебя.

Кайет иронично добавил:

– Вы пришли на бал, чтобы обниматься в коридорах дворца?

Эльфийка отступила на шаг от Цанцю, развернулась к гостям и в тон ему ответила:

– Как будто лаэ Линдереллио с вашей матерью приходят сюда не за этим.

– Они еще танцуют, - улыбнулся Кириан.

Цанцю немного озадаченно посмотрел на Хайена, а затем сказал:

– Ах да… Вы еще незнакомы. Хайен Ар-Раллеори, сын Ллавена. Моя супруга Идрессиэль хаа Луйцзен Лю, урожденная хаа Лларион Лэ, двоюродная племянница твоего наставника.

Эльфийка улыбнулась немного неловко, и Хайен тут же дал себе мысленную оплеуху. Он постарался придать лицу спокойное выражение и выдавил эльфийские приветствия, которые успел изучить в Алом замке. Идрес ответила на том же языке, а затем снова перешла на язык Королевства:

– Я знала твоего отца. Без него Халариэн превратился в довольно унылое местечко. Хотя лаэ Линдереллио со мной не согласен. И в Джубиране с Ллавеном было веселей…

Она вздохнула. Хайен не знал, что сказать от удивления. Мало того что он встретил на этом балу уже второго эльфа, который не попытался его убить, так еще и познакомился хоть с кем-то, кто искренне сожалел об исчезновении его отца. И от этого было еще больнее. Она не заслужила… Они оба не заслужили.

Цанцю все еще подозрительно смотрел на Хайена. Юноша постарался беспечно улыбнуться. Нельзя им говорить. И Хели - тоже…

Кайет отбросил назад рыжую прядь волос и фыркнул:

– Потому что Ллавен один мог терпеть вашу троицу. Лой и Лэл тоже говорят, что с ним было весело. Кстати, где Вин и Вэн?

Идрессиэль разгладила кружева на черно-золотом платье и подтвердила их догадки:

– У них сегодня смена. Братья во внешнем патруле дворца, за стеной. А что ты хотел?

– Хели искала Виниаритэля.

Девушка поспешно кивнула и попросила:

– Хайен хотел с ним поговорить. Ты познакомишь их, Идрес? Пожалуйста.

Хели сложила руки перед грудью и произнесла церемонную фразу на эльфийском - очень почтительное выражение просьбы.

Но Идрес покачала головой:

– Не сегодня.

– Позже отец будет против, - вздохнула Хели.

– Я сама с ним договорюсь, - отмахнулась эльфийка. - Не беспокойся об этом, Хелирайлиэль.

В этот момент в двух шагах от них открылся портал. Магистр Лин рука об руку с герцогиней Райгой шагнули в коридор. “Легок на помине, - подумал Хайен. - Стоило только вспомнить про него”...

Эльф оглядел присутствующих и холодно спросил:

– По какому поводу собрание? Почему вы ушли из зала?

Последние слова были обращены к Хели.

– С нами Кириан и Кайет, - ответила она. - Что, мне уже и выйти в коридор не позволено?

– Тебе - позволено, - веско ответил наставник и бросил многозначительный взгляд на Хайена, подразумевая, что это не позволено ему.

Но Хели в ответ только крепче сжала руку юноши. Цанцю дипломатично произнес:

– Пожалуй, нам с Идрессиэль пора вернуться на бал.

– Не ругай их, лаэ Линдереллио, - улыбнулась эльфийка на прощание. - Они еще подростки. Полуэльфы взрослеют чуть позже, ты же знаешь.

После этого они удалились. Кириан и Кайет поймали многозначительный взгляд отца и поспешили следом за ищейкой и его женой. Магистр Лин набросил купол глушилки на своих учеников. А затем повернулся к Хайену и возмутился:

– Зачем ты показал ему темную магию?!

Несколько мгновений юноша непонимающе смотрел на него. Мысли Хайена были заняты совершенно другим, и вместо ответа он не удержался и спросил:

– Она ждет ребенка, да? Идрес.

На лицах магистра и Хели появилось изумление, а вот герцогиня сразу нахмурилась и спросила:

– Откуда ты знаешь?

Магистр повернулся к ней и удивленно вскинул бровь:

– Так это правда?

Его жена медленно кивнула и снова устремила вопросительный взгляд на Хайена. Юноша еще раз посмотрел вслед ушедшим эльфам и негромко, но уверенно произнес:

– Ее ребенок будет темным.

Хели в ужасе зажала себе рот ладонью, а магистр пошатнулся. На лице герцогини Райги промелькнуло отчаяние. Хайен заглянул в единственный глаз наставника и зло спросил:

– А теперь вы готовы повторить то, что сказали мне у Монолита? Она ваша племянница. Вы готовы отойти в сторону и смотреть, как ее ребенка убьют при рождении, а Идрес будет страдать?

Магистр холодно сказал:

– Ты можешь ошибаться. Ты не целитель…

Но его голос дрогнул. А Хайен уверенно повторил:

– Я целитель и темный полуэльф. Вы не хотите признавать правду.

Эльф в ответ процедил:

– Цанцю не говори.

– Не скажу, - бросил Хайен. - Ни ей, ни ему. Но это ничего не изменит, верно? Их ребенок родится темным. И его убьют.

– Только если она отправится рожать в Мерцающий лес, - внезапно произнесла герцогиня.

Магистр Лин повернулся к ней, и на его лице отразилось искреннее недоумение:

– Она эльфийка. Разумеется, Идрессиэль отправится рожать в Мерцающий лес.

Герцогиня сжала его ладонь и уверенно сказала, глядя в аметистовый глаз супруга:

– Она может остаться в Манкьери. Лайе Меллириссиэль не откажет и примет роды у своей внучатой племянницы…

– И убьет ее ребенка, - возразил он. - Потому что моя мать знает свой долг.

– Значит, мы должны придумать, как скрыть его магию в момент рождения, - вмешался Хайен.

Наставник повернулся к нему и холодно сказал:

– И сколько мы будем скрывать это? Дети эльфов в раннем возрасте не контролируют магию, с семи лет ее будет невозможно скрыть. Мать Ллавена отдала жизнь ради того, чтобы создать амулет, который прятал его способности. Идрес… - его голос оборвался. - Я это сделать не позволю. А иначе… Стоит ребенку подрасти, как любой эльф сможет почувствовать его силу. Хаэте ее даже в тебе почувствовал, хотя ты свою магию контролируешь.

– Потому что я не знал, чего от него ждать, - возразил Хайен.

– Прекратите оба, - вмешалась герцогиня

Затем она повернулась к мужу и призналась:

– Я не смогу отойти в сторону, Линде. И ты тоже не сможешь. Мы должны что-то придумать.

Магистр резко выпустил ее ладонь и яростно произнес:

– Да вы хоть понимаете чего хотите?! Это эльфы! Убийство младенцев с черной прядью - закон! Идрес и сама не пойдет против него. И Цанцю тоже. Нас приучают к этой мысли с детства.

С этими словами он бросил на пол горсть синего порошка. Затем учитель скрылся в облаке синего дыма, и герцогиня, подхватив юбку, шагнула за ним. Когда портал закрылся, а заклинание глушилки развеялось, Хайен обернулся к Хели. Девушка обреченно смотрела вслед своим родителям. Она подняла глаза на Хайена и с неожиданной злостью произнесла:

– Несправедливо.

– Знаю, - вздохнул он. - Все, что происходит с темными - несправедливо.

– Мы же найдем способ спасти его… или ее?

Юноша уверенно кивнул, но Хели еще раз повторила, уже тише:

– Несправедливо. Идрес такая хорошая…

Ее глаза внезапно наполнились слезами. На миг Хайен оторопел. Он знал единственный способ успокоить плачущую девушку, но Хели… Впрочем, осторожность и слова магистра Лина быстро вылетели у него из головы. Юноша решительно привлек Хели к себе и поцеловал. Она не сопротивлялась, ее губы дрогнули в ответ, но дальше произошло нечто странное. Темная магия внутри него проснулась и широкой лентой хлынула в источник Хели. Пламенные ленты силы на искаженном спиралевидном стержне дрогнули в ответ. Хайен и сам не понял, каким образом почувствовал это, и почему это произошло. В тот же миг Хели отпрянула и прижала руки к груди, в ее глазах было изумление и… страх? В то же время ее лицо неумолимо заливала краска.

– Что произошло? - требовательно спросил Хайен.

Отчего-то он был уверен, что Хели, в отличие от него, знала ответ на тот вопрос. Девушка схватилась за голову и в ужасе пробормотала:

– Аиллиэцзай? Нет… Мы же полуэльфы, у нас не должно…

Затем ее руки безвольно упали, и девушка обреченно посмотрела в глаза Хайену.

– Не должно что? - переспросил он. - Каким образом моя магия попала в твой источник? И чем это грозит тебе?

Девушка нервно рассмеялась:

– Обмен магией… Точнее, полного обмена не вышло, потому что мой источник не способен взаимодействовать…

– Обмен? Но как он происходит, и почему?

Хели резко отвернулась, пряча глаза, и ответила:

– Знаешь, нам лучше вернуться в зал и держаться на виду у моего отца. Я обязательно расскажу тебе позже обо всем… Мне нужно собраться с мыслями. Но если отец поймет, что случилось, он тебя убьет. Или меня… Не за поцелуй. А за обмен магией.

Возвращаться совсем не хотелось. Больше всего на свете Хайену хотелось припереть Хели к стенке и заставить рассказать обо всем. Но заклинание уже не скрывало их разговор от посторонних, да и девушка раньше выполняла такие обещания. Наверное, кладбище за кирпичной стеной или долина со странным деревом будут более подходящим местом для разговора об эльфийских секретах. Поэтому он подал руку девушке и повел ее в тронный зал.

Хели изо всех сил старалась держать лицо и прогнать со щек предательский румянец.

Как только они оказались внутри, Хайен сразу заметил магистра Лина. Тот вел свою жену в танце, и на их лицах не было даже намека на произошедшее. Они не отрывали друг от друга глаз и были невероятно прекрасны.

Хели прошептала на ухо юноше:

– Идем танцевать, и лучше нам пока не встречаться с Хаэтеллио. Во всяком случае, мне.

Когда они закружились среди нескольких десятков других пар, Хайен тихо спросил:

– Почему тебе нельзя встречаться с Хаэте?

Хели на миг приблизилась и прошептала:

– Он может понять, что произошло между нами.

Юноша ждал, что она снова зальется краской, но вместо этого на лице Хели появилось ликование, которое она тут же постаралась скрыть. И вместе с этим к Хайену пришла уверенность, что все было правильно. Как надо. Так, как и должно быть.

Когда танец закончился, он заметил в стороне группу пожилых леди, которые бросали недружелюбные взгляды на герцогиню Райгу. Хайен кивнул в их сторону и спросил у Хели:

– Чем твоя мать успела насолить этим бабкам?

Девушка хихикнула и охотно пояснила:

– “Эти бабки” - ее ровесницы и бывшие однокурсницы. Среди них бабушка Рамона-младшего, кстати, и сам он где-то здесь. Как ты понимаешь, им не очень приятно смотреть, как девушка, которую они презирали, вернула себе титул и герцогство, стала названой сестрой короля, получила в мужья бессмертного эльфа, да еще и остается такой же молодой и прекрасной.

Хайен воспользовался шансом повернуть разговор в другую сторону и спросил:

– Молодым и прекрасным все ваше семейство остается. Кстати, сколько лет твоим братьям?

Хели охотно поддержала тему:

– Лою и Лэлу - пятьдесят, а Кириану и Кайету - двадцать пять.

– А со старшими близнецами ты меня познакомишь?

– С Лэлом - чуть позже, а Лой уже поздравил Нацу и отбыл домой.

– Нацу? - не понял Хайен.

– Королеву Нацухиму, - пояснила девушка.

– Забываю, как вы близки с королевской семьей, - пробормотал юноша.

Хели удивленно хлопнула ресницами и сказала:

– Но ты тоже к ним близок. Только пока не чувствуешь этого. Мама говорит, что король Райтон все время спрашивает про тебя. Твой отец был одним из его лучших друзей. То, что ты станешь частью круга его доверенных лиц - вопрос времени.

Хайен пожал плечами. И в этот момент Хели внезапно сжала его ладонь и тихо сказала:

– Сюда идет Эйке. Мне нужно соблюсти приличия.

Юноша оглянулся и увидел, что но-хинец, и правда, пробирается к ним через толпу. Затем Хайен взглянул в глаза Хели и возразил:

– Но ты же не хочешь с ним танцевать.

– Не хочу, - признала она. - Но связи между нашими родами обязывают. Прости. Один танец.

В этот момент к ним подошел Эйке. Хайен скептически оглядел его парадный костюм и фыркнул.

Тот и бровью не повел. Только отвесил Хели поклон, старательно не замечая Хайена, и торжественно произнес:

– Подаришь мне один танец?

Девушка медленно разжала пальцы. Но Хайен не позволил ей высвободить руку и ответил, глядя старшекурснику в глаза:

– Этот танец она обещала мне.

– Хайен, не надо, - тихо попросила Хели.

Но он не послушал, а только крепче сжал ее ладонь. Но в тот же миг на его плечо легла чья-то рука, а рядом раздался голос Энди:

– Хайен, тебя зовет магистр Лин.

Эйке победно улыбнулся и сказал:

– Думаю,тв таком случае, Хелирай пока может потанцевать со мной.

Хайен нарочито медленно разжал пальцы, не отрывая злого взгляда от своего соперника. Хели неохотно подала руку но-хинцу. Энди потряс друга за плечо и сказал:

– Идем.

Хайен остался на месте и провожал взглядом Эйке и Хели. Затем он процедил:

– Он же специально это сделал, да? Магистр Лин. Чтобы она пошла с Эйке, а я был занят.

Энди вздохнул и утешительно похлопал его по плечу:

– Кадзу и Манкьери - давние союзники. По правилам приличия Хели не стоит ему отказывать.

– Это моя девушка, - ответил Хайен.

– И никуда она от тебя не денется, - заверил его Энди. - А заставлять ждать магистра не стоит. Кажется, он очень зол.

Хайен, продолжая оглядываться, пошел следом за товарищем. Они остановились у одной из колонн, и Энди обеспокоенно огляделся:

– Странно. Магистр Лин только что был здесь. Подожди, я сейчас вернусь. Он еще Рийсу привести просил.

Хайен с досадой кивнул, и друг умчался. Юноша медленно оглядывал зал и вскоре заметил Рийсу. На девушке было черное платье, которое идеально сочеталось с ее черными волосами, на этот раз собранными в высокую прическу. В тот момент, когда рядом с ней появился Энди, девушка мило болтала с какой-то пожилой дамой. Неужели это официальная жена герцога Тана? Наверное, когда-то она была красива… И умна, раз спокойно относилась к интрижкам вечно молодого мужа на стороне и приняла его незаконнорожденную дочь.

Друзья как раз повернулись и пошли в сторону Хайена, когда рядом с ним появился слуга с подносом. Мысли юноши перебегали от семейства Рийсы к ребенку Идрес и странному обмену магией, поэтому предложенный бокал он взял, не раздумывая. Затем он нашел взглядом Серого. Идрес и Цанцю тоже кружились в танце, счастливые и довольные. Теперь крохотную точку темной магии внутри девушки он ощущал даже со своего места.

Хайен чувствовал, как внутри растет глухое раздражение. Эльфы! Неужели они и правда позволят убить своего ребенка? Юноша рассеянно глотнул розоватую жидкость из бокала… и едва не поперхнулся, потому что странный на вкус напиток мгновенно ледяной волной прокатился до желудка, и холод сковал его руки. Пальцы разжались, и бокал выпал из его руки. Хайен почувствовал, что не может шевельнуться, не может издать ни звука и даже дышать стало тяжело.

В тот же миг рядом оказался странный юноша. Дешевый костюм висел на его худом теле, бледное лицо обрамляли светлые кудри. В его глазах была мрачная решимость. Незнакомец молча шагнул к Хайену и прижал к его груди странный коричневый амулет. А затем резко шагнул прочь и скрылся в толпе. Камень внезапно отрастил длинные шипы, которые вонзились Хайену под ребра. Юноша чувствовал, что его бока начинает пропитывать кровь, а затем все тело пронзила боль. Коричневый магический купол отрезал его от остального мира.

***

Эйке вел Хели в танце и пытался поддерживать светскую беседу. Девушка отвечала сухо и односложно, всем своим видом показывая, что согласилась только из вежливости. Она знала, что Эйке обязательно расскажет все отцу, и ее ждет неприятный разговор о приличиях и родственных связях с Кадзу. Но сейчас ее это не волновало. Мысли скакали, как бешеные белки. При мысли о ребенке Идрес ее охватывал ужас, который тут же вытеснял восторг. “Он меня поцеловал!” - думала Хели. Она продолжала ощущать внутри своего источника чужую магию. Темную магию! И это не пугало, но о том, что будет, если отец узнает про обмен, девушка не хотела даже думать.

Может быть, из-за темного сгустка силы внутри, происходящее с Хайеном она ощутила сразу. Инстинктивно обернулась и увидела в той стороне, где оставила друга, коричневый купол орочьей магии. В тот же миг она оттолкнула Эйке и моментально перенеслась туда. Энди и Рийса уже были рядом и пытались пробить купол с помощью магии. Но ни лезвие ветра, ни воздушный молот не причинили вреда чужому заклинанию. Рийса распорола ладонь, и черный дым, в который превращалась ее кровь, безуспешно пытался уничтожить купол.

Мелькнула мысль, что отец, мать или король справятся. Но Хели видела странный камень, который вонзил отростки в тело Хайена, капающую на белый мрамор пола кровь, и его лицо, искаженное болью. Чувства захлестнули девушку, и переместилась она почти безотчетно.

Когда пламя рассеялось, она стояла внутри купола рядом с Хайеном. Боль пронзила ее тело. Но Хели собралась с силами и одним рывком содрала странный артефакт с груди юноши, а затем отбросила прочь. Купол не исчез, а камень засеменил обратно. Хели рывком обняла Хайена и воззвала к своей силе, чтобы унести его прочь.

На несколько тягостных мгновений их окружила пылающая пустота. Девушка успела испугаться - перемещение еще никогда не длилось так долго, и она не тратила на него столько сил. Но, наконец, пламя рассеялось, и они упали на зеленую траву, осыпав ее хлопьями пепла.

***

Хайен распахнул глаза и обнаружил, что вокруг нет ни коричневого купола, ни людей, ни даже потолка. Над головой простиралось темное небо, едва освещенное закатными лучами. Ребра все еще нещадно болели, и скованность неохотно оставляла тело. Он чувствовал руки Хели, обвивающие его шею. А еще - что девушку бьет крупная дрожь.

– Все хорошо, - выдавил он.

Хели, наконец, отпустила его, и юноша смог сесть. И уронить челюсть, потому что перед ним стоял самый необычный замок, который он когда-либо видел. Рыжий камень, изогнутые, устремленные ввысь обводы башен… Больше всего он напоминал горящий костер. Этот замок словно сам был пламенем. В воздухе вокруг адептов плавали сияющие огни. Словно живые, они кружили вокруг замка, водили хороводы над головой у растерянных гостей.

В этот миг двор осветила цепь ярких пламенных светлячков. Хайен прищурился и услышал над головой незнакомый голос, который спросил на эльфийском:

– Кто вы и что здесь делаете?

Юноша вскинул голову и обнаружил, что в шаге от него стоит эльф. На нем было черное одеяние, напоминающее халат, вышитое золотыми языками пламени. Светлые волосы собраны в традиционную эльфийскую прическу, пучок на голове украшает заколка в виде языка пламени, а оставшиеся пряди ниспадают до бедер. В янтарных глазах незнакомца застыло удивление и недоверие.

Хели вздрогнула и снова обвила руками шею Хайена, а затем выдавила:

– П-прости, я п-потратила всю м-магию. Но, к-кажется, исполнила т-твое желание.

Юноша обнял ее одной рукой и, наконец, понял, почему она так дрожит. Ее источник снова пуст.

– Какое желание? - спросил он.

– Похоже, мы в Хеллемилиоране, и я н-не могу в-вернуться.

Хайен еще раз взглянул в глаза незнакомого эльфа. Его странная одежда… хьяллэ, да? Хелле-чего-то-там. И огни, которые их окружали… Хели перенесла их в Мерцающий лес! Она каким-то чудом смогла переместиться туда, где никогда не была!

Но как быстро эльфы поймут, что он темный? И что тогда будут делать?

Глава 26. Пленник

Камера оказалась теплой и сухой. Хайен сидел на каменном полу, прислонившись к стене, и время от времени проваливался в сон, чтобы лечить себя. Орочий яд успел распространиться по телу и совершенно не хотел его покидать. Когда юноша выныривал из дремоты, то слышал голоса за дверью. Они говорили на эльфийском, но часть слов он понимал.

Сначала он слышал крик Хели, и это было больнее всего.

– Он подданный Королевства людей! Вы не имеете права его трогать! - она повторяла это раз за разом на двух языках.

Ей отвечали на эльфийском, та пара, которую они встретили в саду. Девушку пытались успокоить, и это хоть немного утешало…

… Эльф смотрел на Хайена и Хели, его взгляд скользил по их острым ушам и рыжим волосам девушки. Кажется, он уже понимал, кто перед ним. В Трех Королевствах только одна девушка могла иметь такую внешность - дочь магистра Лина и герцогини Манкьери.

В этот момент позади раздался удивленный женский голос:

– Хелирайлиэль?

Хайен резко обернулся, и тут же согнулся от боли. Искоса он рассматривал эльфийку, которая стояла рядом. На ней было такое же черное хьяллэ с языками пламени, как и на другом эльфе. Только волосы цвета гречишного меда, но глаза - такие же янтарные, и похожи между собой эльфы были как брат и сестра.

Хели отпустила Хайена и смущенно выдохнула:

– Бабушка…

Юноша подумал, что “бабушка” выглядит не намного старше внучки. Только вековая мудрость во взгляде выдавала истинный возраст. Он еще раз взглянул на эльфа и подумал, что этот, наверное, еще старше.

Эльфийка заговорила медленно и Хайен ее понял:

– Это твой друг? Как вы попали сюда?

Девушка поднялась на ноги и быстро заговорила на эльфийском. Хайен встал рядом, пошатываясь и зажимая кровоточащие раны на боках. Во рту еще был привкус снадобья, которое ему дали. Таких сложных конструкций эльфийской речи он еще не знал и быстро потерял нить разговора. Все это время старший эльф внимательно смотрел на Хайена. А тому больше всего хотелось лечь и уснуть. Темную силу он ощущал какими-то урывками. Наверное, сказывалось действие яда. Но во сне он мог попытаться залечить себя.

Внезапно незнакомый эльф резко приблизился, рассматривая волосы Хайена, и уверенно произнес:

– Ты - темный.

Он говорил на своем языке, но юноша его понял. С лица Хели мгновенно сбежала вся краска. Девушка резко обернулась, но эльф решительно оттеснил ее прочь.

Дальнейшее Хайен помнил смутно. Боль в ранах резко усилилась - похоже, пошел откат от чужой магии, и как снять его, он не знал. Юношу поместили в эту камеру, а Хели оттаскивали от него едва ли не силой…

***

Хели стояла у закрытой двери и внимательно слушала разговор эльфов. Ее бабушка, лайе Меллириссиэль, которую здесь еще звали Матерью Пламенных, убеждала своего брата:

– Детям нужна помощь. Источник Хели не восстановится несколько дней. Линдереллио, должно быть, с ума сходит от беспокойства.

– Так отведи ее домой, - отвечал Линмэритэль, Глава Пламенных.

– Она отказывается и заявляет, что никуда не пойдет без Хайена.

– Мальчишка - темный.

– Наполовину. И ссориться с Королевством людей не стоит. Король Райтон не простит нам убийства сына своего друга.

– А король Тайенуриэль не простит, если мы отпустим темного, пусть и наполовину. И у мальчишки есть магия. Прямо сейчас, пока мы разговариваем здесь, он пытается лечить себя с ее помощью. Я доложу о нем в Халариэн, и Совет эльфов будет решать его судьбу.

– Знаю. Но тогда хотя бы пусти к нему девочку. Иначе она не успокоится. Переместиться Хели пока все равно не может, как и помочь ему сбежать. У нее нет магии в привычном понимании. А волнения не идут на пользу ее источнику.

За дверью воцарилась тишина. Затаив дыхание, Хели ждала вердикта Главы Пламенных. Пауза затягивалась. Наконец, эльф неохотно сказал:

– Ненадолго.

Сердце Хели едва не выпрыгнуло из груди от радости. Она поспешно метнулась обратно в кресло и попыталась придать лицу скорбный вид, чтобы бабушка не подумала, что она подслушивала.

***

В следующий раз Хайена привел в чувство лязгнувший засов. Открывать глаза совсем не хотелось. Несмотря на все усилия, ему не удалось вывести яд и чужеродную магию, только предотвратить их распространение. И на это ушло много сил. Открыл глаза он только тогда, когда тонкие девичьи руки обвили его шею, и рядом раздался испуганный голос Хели:

– Хайен, очнись!

Юноша посмотрел в ее аметистовые глаза и увидел там страх и отчаяние. Девушку все еще трясло, и она прошептала:

– П-помоги мне, Хайен. Так, как ты п-помог в прошлый раз. Сможешь? Тогда я унесу н-нас отсюда. Они н-не отпустят тебя. Линмэ…ритэль сказал, что т-твою судьбу будет решать к-король эльфов и его Совет. Нужно восстановить м-мой источник…

Хайен молча притянул девушку к себе, а затем накрыл ее губы своими, одновременно затягивая в сон. Лента темной магии снова скользнула в ее искореженный источник, и это казалось правильным.

Он снова шел вдоль гладкой черной стены и нес на руках маленькую дрожащую девочку. Она доверчиво прильнула к нему, рыжие кудряшки разметались по плечу юноши. Вокруг них были снег и холод. Сил у Хайена было немного, поэтому он медленно и осторожно кроил пространство сна. Растапливал снег, выращивал цветы, пытался прогреть ледяную поверхность Монолита.

Наконец, девочка у него на руках перестала дрожать и Хайен опустил ее на землю, предлагая немного задержаться во сне, а сам открыл глаза уже в реальности.

И тут же услышал задумчивый голос:

– Лечишь ее во сне?

Юноша вскинул голову и увидел, что у двери стоит Хаэте. На эльфийском принце было то же самое серебристое хьяллэ. И смотрел он только на Хайена. По его взгляду нельзя было ничего понять.

Хели все еще спала, положив голову на плечо юноши, и он осторожно коснулся пальцами ее виска, чтобы удержать девушку во сне.

– Не хочешь, чтобы она вмешивалась в наш разговор? - понимающе улыбнулся Хаэте.

– Не хочу, - признал Хайен. - Ей здесь ничего не грозит. Пока она не заступается за меня.

– Ей здесь в любом случае ничего не грозит, - поправил его Хаэте. - Меллириссиэль обожает ее. И, несмотря на изгнание, здесь очень сильно уважают Линдереллио, и о его дочери позаботятся. Пусть она и нарушила закон тем, что пришла сюда.

Юноша возразил:

– Это вышло случайно. Она до этого не могла переместиться туда, где никогда не была.

После этого он скривился от боли. Раны снова дали о себе знать. Похоже, он перенапрягся, пытаясь помочь Хели, и снова открылось кровотечение.

– Знаю, - кивнул Хаэте. - Линде очень беспокоится за нее. И Райга места себе не находит.

Затем он одернул широкий рукав и добавил:

– Будет лучше, если ты разбудишь Хели, и она уйдет. Как я уже сказал, ее здесь любят, и Меллириссиэль позаботится о ней.

– А моего отца здесь все ненавидели, да? - горько усмехнулся юноша.

Хаэтеллио внимательно посмотрел на него и ответил:

– Не все, - его голос дрогнул. - Я не позволю им убить тебя, Хайен.

– Когда изгоняли моего отца... - запальчиво начал юноша.

– Изгнание - не смерть, - ответил Хаэте, и на его лице промелькнуло смятение. - А Линдереллио едва не убил его… Только ради меня - пощадил. И когда мы узнали, что он… Я уговорил Тайену не трогать его. Забыть о его существовании, позволить людям держать темного при себе. Потому что он не сможет дальше передать свою магию, а теперь…

В его голосе послышалось отчаяние. Хайен не знал, что сказать, поэтому медленно убрал пальцы от виска Хели, позволяя девушке проснуться. Она сразу встрепенулась и вздрогнула, когда увидела Хаэтеллио. Тот примирительно поднял руки и сказал:

– Все хорошо, Хелирайлиэль. Я помогу твоему другу и тебе.

Он подошел к ним и присел рядом, а затем произнес несколько слов на своем языке. Пальцы эльфа вспыхнули зеленым, несколькими изящными пассами он создал заклинание и… прикоснулся к ключицам Хели. Девушка вздрогнула и запоздало выпалила:

– Не надо!

– Я только посмотрю на твой источник, - пояснил Хаэте, обрывая скороговорку эльфийского заклинания.

А в следующее мгновение глаза его стали круглыми, как плошки. Он перевел взгляд на Хайена и выдавил:

– Ты… Вы… Обменялись…

Хели обреченно вздохнула и спросила:

– Расскажете отцу?

Эльф немного подумал и мстительно процедил:

– Ну уж нет! Теперь его очередь мучиться неизвестностью.

Девушка удивленно посмотрела на него. Хаэте коснулся ее головы в жесте утешения и попросил:

– Оставь нас. Пожалуйста, съешь хоть что-нибудь, пока Меллириссиэль не съела меня. И отправляйся в постель. Твой источник начал восстанавливаться, верно?

Хели настороженно кивнула. Эльф продолжил:

– Значит, скоро ты сможешь переместиться сюда и забрать Хайена в любой момент. Обещаю, он останется здесь и ты сможешь найти его. Тебе не о чем беспокоиться.

Девушка презрительно фыркнула, а затем уверенно заявила:

– Как только моя магия восстановится… Я найду его где угодно. Куда бы вы ни пытались его забрать. Я всегда чувствую Хайена и могу переместиться к нему.

В ее голосе была угроза. Хели продолжала недоверчиво смотреть на эльфа, и тот примирительно сказал:

– Я только вылечу его, Хелирайлиэль. Он отравлен орочьим ядом и орочьей магией. Без моей помощи он не справится. Пожалуйста, оставь нас.

Хайен попросил:

– Сделай, как он сказал. Пожалуйста.

Девушка неохотно встала и процедила:

– Только потому, что ты просишь. Я приду к тебе утром.

Когда она скрылась за дверью, Хаэтеллио повернулся к Хайену и приказал:

– Рубашку снимай. Ты сделал так, что ее источник начал восстанавливаться, верно? Во сне.

Юноша начал стягивать себя парадные тряпки и подумал, что за испорченный костюм ему влетит от магистра. Потом эта мысль показалась нелепой. Все тело снова ломило, а раны кровоточили. Хайен кое-как отодрал от них присохшую ткань и процедил:

– Да. Я однажды уже помог ей…случайно. И в этот раз тоже получилось.

– Удивительно. Я ни разу ничем не смог помочь ей. А темная магия…

Он покачал головой и вскинул руки.

– А вы пыталтись? - удивился Хайен.

– Разумеется, - серьезно ответил эльф. - И Меллириссиэль - тоже. Я лучший специалист по источникам среди ныне живущих. Но мое вмешательство было бы слишком грубым, я не рискнул править источник девочки. А Ллавен… нашел способ и дал ей возможность жить без боли. А ее родителям - без ежедневного страха, что их дочь умрет. Я сразу понял, что это его работа, как только увидел. И теперь ты. Темная магия. Темная целительская магия.

Хайен на минуту задумался, а затем спросил:

– А может быть так… что на источник Хели повлиял наш обмен магией?

– Недообмен, - поправил его Хаэте. - Ее источник ничего не мог тебе отдать, он способен взаимодействовать только с магией внутри него, и только благодаря вмешательству Ллавена. Но ты поделился щедро… И да, вполне вероятно, что это подтолкнуло его, и помогло девочке попасть сюда. Не ясно только, почему именно сюда.

Эльф начал бормотать скороговорку на своем языке и приложил ладони к ранам на боках Хайена. Юноша смотрщился от боли, а затем осторожно ответил:

– Потому что Хели больше всего хотела попасть в Мерцающий лес. Точнее, этого хотел я. А она страстно желала помочь. Я знаю, что здесь есть книги о темных, по которым я бы мог учиться.

Заводить эту тему было опасно, но юноша рискнул. Хаэте почти не сбился с заклинания и продолжал лечить его, но по лицу эльфа пробежала тень. Наконец, он отнял руки и сказал:

– То, что вы хотите сделать… Это преступление. Пожалуйста, будь благоразумен. Если вас поймают на краже - а вас обязательно поймают - неприятности будут у всех. У Линдереллио, у короля Райтона и у Хели. Не подводи их. Хели - упорная девочка, но библиотеки хорошо охраняются.

– Тогда помогите мне, - негромко сказал Хайен. - Дайте мне книги о темных. Никто не узнает.

– Но это не перестанет быть преступлением, - грустно улыбнулся Хаэте.

Хайен видел, что заронил сомнения в душу эльфа. Тот поднялся на ноги и подхватил одежду юноши. А затем сказал:

– Старайся поменьше шевелиться. Я выгнал большую часть яда. То, что успело осесть в твоем теле, будет распадаться несколько дней. И лучше тебе провести их здесь. Меллириссиэль даст тебе снадобье - выпей его. Здесь почти никто не говорит на языке королевства, поэтому настало время подтянуть эльфийский.

– Было бы что подтягивать, - покачал головой Хайен.

– Ничего, освоишься, - улыбнулся Хаэте. - Я приду навестить тебя завтра. И попробую уговорить Линмэ выделить тебе другое… жилище. И одежду.

С этими словами он поднялся и ушел. Какое-то время в камере царила тишина. Никакого подобия постели пленнику не полагалось. Радовало только то, что камень пола и стен был теплым. Даже без рубашки Хайен не мерз. Он лег на пол и закрыл глаза, но заснуть ему не дали. Снова лязгнул замок. Юноша резко сел и зашипел от боли. В камеру вошла та самая эльфийка, которую Хели назвала бабушкой. Какое-то время она постояла у двери, разглядывая юношу, и в глазах ее была настороженность. Хайен молча смотрел в янтарные глаза, не зная, чего ждать.

Наконец, она медленно приблизилась и протянула юноше черную рубашку. Он поблагодарил ее на эльфийском и, кривясь от боли, оделся. Рукава оказались длинноваты, и эльфийка развела руками:

– Рубашка Линде.

Затем она опустилась на пол рядом с юношей и протянула ему пузырек со снадобьем. Он подозрительно посмотрел на него, и эльфийка заговорила на своем языке. Хайен не все понимал, но смог уловить, что это лекарство от орочьей магии. Юноша не доверял эльфам, но перед ним была бабушка Хели. Оставалось надеяться, что она не станет ему вредить. Поэтому Хайен покорно выпил горькое лекарство с привкусом неизвестных трав.

Эльфийка улыбнулась и ушла, а юноша почти сразу провалился в глубокий сон без снов.

***

Хели сидела в отведенной для нее комнате и наблюдала за танцующими огоньками за окном. Спать не хотелось несмотря на усталость и волнение. Дрожь отпустила, к утру она сможет перемещаться и заберёт Хайена… Но тревога не хотела уходить. Размышления девушки были прерваны стуком в дверь. Хели поспешно поднялась на ноги, чтобы встретить позднего гостя. Она ожидала увидеть бабушку или Линмэритэля, но это оказался Хаэтеллио. Он вошёл и плотно притворил дверь, а затем накрыл комнату куполом эльфийской глушилки. Девушка в замешательстве смотрела на эльфийского принца. Тот подошёл к ней и тихо заговорил:

– У меня есть просьба к тебе, Хели.

Девушка молча поклонилась в ответ, и эльф продолжил:

– Я знаю, что вам с Хайеном нужно в Мерцающем лесу. Но я прошу тебя не совершать глупостей. Отношения между королевством эльфов и людей сейчас на грани катастрофы, не стоит усугублять ситуацию необдуманными поступками. Я постараюсь сделать так, чтобы вы с Хайеном вернулись домой. Но пока ему нужен уход.

– Уход - это не камера в подземелье, - сердито фыркнула она.

– Знаю. Я постараюсь все уладить. Но сначала хочу показать тебе одно место. Идём.

С этими словами он бросил горсть синего порошка и первым шагнул в портал. Поколебавшись, Хели последовала за ним.

Они оказались в просторной, но темной спальне. Магический светлячок выхватил широкую постель под балдахином и ряды полок вдоль стены.

Эльф шагнул к двери и поманил девушку за собой. Она послушно остановилась рядом с ним и увидела на стене крупный сапфир, в котором пульсировало неизвестное заклинание.

Хаэтеллио осторожно взял ее за руку и заставил прикоснуться к камню. А затем начал шептать длинное и сложное эльфийское заклинание. Девушка терпеливо ждала. Наконец, он выпустил ее ладонь и сказал:

– Запомни это место. Как только перенесешься сюда, прикоснись к камню, чтобы артефакт тебя узнал. Иначе сработает охранное заклинание. Если у Хайена будут проблемы… Если вам нужно будет безопасное место, чтобы спрятаться, ты всегда сможешь попасть в эту комнату.

– Где мы? - решилась спросить Хели.

– В Халариэне, столице Королевства Эльфов, - ответил он. - Когда-то эта комната принадлежала Ллавену.

Хели на несколько мгновений потеряла дар речи. Хаэте открыл ещё один портал, и они вернулись в Хеллимилиоран.

– Спи, – настойчиво сказал Хаэтеллио. - С Хайеном все будет хорошо. Я вернусь утром и осмотрю его раны.

Девушка неохотно кивнула, и эльф вышел за дверь.

***

После сна на каменном полу болело все. Хайен проснулся с гудящей головой и понял, что во вчерашний эликсир явно добавили какое-то снотворное. И теперь он не мог уйти в сон. Это вызвало приступ глухой тоски и раздражения. Юноша кое-как поднялся и добрел до каменной чаши в углу, где собиралась вода. Вяло поплескал себе в лицо и напился. Мудрые эльфы давали пленникам воду в неограниченном количестве, надо же…

Снова загремел засов, и юноша резко обернулся. На пороге стоял тот самый эльф, которого они встретили в саду. Он холодно посмотрел на Хайена, а в его руках было что-то странное. Инстинкт подсказал юноше, что для него эта вещь опасна. Неужели от темного все же решили избавиться?

Глава 27. Мерцающий лес

Хайен замер, настороженно глядя на эльфа. Юноша не знал, чего ждать и что делать. Он чувствовал опасность и хотел защититься, но в то же время понимал, что как только он пробудит темную магию, его попытаются убить. Эльф словно прочел его мысли и медленно произнес на своем языке:

– Не используй свою…

Дальше Хайен не понял ни слова. Но это было и не нужно. Ясно было, что имеют в виду темную магию. В этот момент дверь снова отворилась и вошла та эльфийка, которую Хели назвала бабушкой. Теперь уже два эльфа пристально смотрели на юношу, и от этого ему было не по себе. Наконец, они обменялись парой фраз, и бабушка Хели примирительно произнесла на языке королевства со странным певучим акцентом:

– Доброе утро, Хайен.

Юноша собрал все свои скудные познания в эльфийском, чтобы ответить ей как подобает. У эльфов приветствия отличались в зависимости от времени суток, взаимоотношений собеседников, а если ты поставил не то ударение - слово меняло значение, поэтому говорил он медленно и старательно. Кажется, это оценили. Эльфийка коротко улыбнулась и снова заговорила на языке королевства:

– Меня зовут Меллириссиэль фуу Акаттон Вал, и я мать твоего наставника и бабушка прекрасной девушки, которая перенесла тебя сюда. Это мой брат и Глава Пламенных Мерцающего леса, Линмэритэль хаа Лларион Лэ. О том, кто ты такой, нам известно.

Она сделала паузу, позволяя юноше переварит полученные сведения.

Значит, мать магистра Лина и ее брат. И, похоже, именно он тут главный. Хайен поспешил задать вопросы, которые его тревожили:

– Где Хели и Хаэте?

Эльф сердито поправил:

– Хлайе Хаэтеллио.

– Хлайе Хаэтеллио, - терпеливо повторил Хайен. - Он обещал прийти утром. И что вы со мной сделаете?

– Пока ничего, - осторожно ответила Меллириссиэль. - Но тебе придется здесь задержаться, пока король не решит твою судьбу. И тебе придется надеть это.

С этими словами она взяла из рук брата две короткие тонкие цепочки. Хайен понял, что это браслеты. Похоже, какие-то ограничители для магии темных. Лишиться единственной магией, которая могла его защитить, не хотелось. Он задумчиво спросил:

– А что будет, если я откажусь?

– Нам придется применить силу, чтобы надеть их на тебя, - честно сказала эльфийка. - Это Мерцающий лес, Хайен. Таким, как ты, запрещено здесь находиться.

– Таким, как я, у вас и жить запрещено, - ответил он.

– Но ты пока жив.

– Вот именно - пока.

Их разговор прервала яркая вспышка. Несколько хлопьев пепла мягко спланировали на пол камеры. Хели вышла из пламени в двух шагах от Хайена. Вместо бального платья на ней было однотонное эльфийское одеяние, напоминающее халат, бордового цвета. Брови ее пламенных родственников поползли вверх. Похоже, они не ожидали, что ее источник так быстро восстановится. Девушка обвела их возмущенным взглядом и быстро заговорила на эльфийском. Хайен почти ничего не понимал. Эльф холодно возразил ей, а эльфийка начала ласково увещевать.

Спор прервало появление Хаэтеллио. Эльфийский принц шагнул в камеру, в которой и так уже было довольно тесно, и оглядел присутствующих. Затем он перемолвился парой слов с другими эльфами. Меллириссиэль покорно вложила пропитанные магией браслеты в протянутую руку Хаэте, и они с братом вышли.

Хайен не мог оторвать напряженный взгляд от браслетов. Хели обеспокоенно спросила:

– Вы же не заставите его надеть это?

– Заставлять не буду, - ответил он. - Но если он согласится носить это, сможет выйти отсюда. Кажется, ты просила, чтобы его выпустили из камеры.

После этого он подошел к Хайену и протянул ему браслеты. Юноша с опаской посмотрел на них. Тонкие серебристые цепочки окружал синий свет.

– Магия ищеек? - догадался он.

– Верно. Магия ищеек и эльфийская магия. Наденешь?

Хайен долго смотрел в синие глаза своего родственника, а затем протянул вперед руки. Когда браслеты коснулись кожи, он чуть поморщился.

– Больно? - спросил Хаэте.

Юноша покачал головой и признался:

– Странно. Как будто моя магия одновременно и есть и нет.

Хайен не был уверен, что эта вещь сдержит его, но говорить об этом не стал. А вместо этого доложил:

– Мне дали какое-то снотворное. Попросите их больше не делать этого.

Но эльф с сожалением вздохнул:

– Исключено. Магии снов все боятся еще больше, чем твоей темной. Никто из нас не хочет, чтобы ты мог уходить в сон здесь.

– Там я могу лечить себя, - возразил юноша. - И лечить Хели, если она снова потратит магию.

– Пока ты здесь, лечить тебя буду я. Надеюсь, Хели будет благоразумна и потратит свои силы только на то, чтобы в случае обострения ситуации унести тебя отсюда.

– Может, уйдем сейчас? - предложила девушка. - У нас тоже есть целители…

– Это орочья магия, - покачал головой Хаэте. - Лучше меня и Меллириссиэль с ней никто не справится. Кроме того, я хотел показать кое-что вам обоим.

– Что? - тут же оживилась Хели.

– Увидите. После завтрака. А сейчас оставь нас, мне нужно обработать раны Хайена.

Девушка тут же исчезла в новой вспышке пламени. Хаэте покачал головой и сказал:

– Наверное, к этому нужно привыкать…

Раны Хайена эльф обработал быстро. Пока он скороговоркой бормотал заклинания и делал замысловатые пассы, Хайен усиленно думал. Когда Хаэте, наконец, обработал раны жгучей настойкой, юноша спросил:

– Вы говорили… с королем обо мне?

По лицу эльфа пробежала тень.

– Да.

– Он хочет меня убить, - понял Хайен.

Хаэте сложил руки и вздохнул:

– Он хочет поступить по закону. Но с этим есть некоторые проблемы. Хели права, ты подданый Королевства людей, и по нашим законам эльфом ты не являешься. Ты сын изгнанника. Но в тебе есть магия, которая признана опасной для Мерцающего леса и всех эльфов. Тебе повезло, что с тобой была Хелирайлиэль. Если бы не она… Линмэ, скорее всего, убил бы тебя. Сразу, как только понял, кто ты.

– Судя по всему, он и сейчас рассматривает такую возможность, - буркнул Хайен.

– Ее все рассматривают. Кроме меня. Идем, время завтрака.

Вслед за своим родственником юноша вышел из камеры. Даже думать о Хаэте, как о своем дедушке, Хайен почему-то не мог. К удивлению Хайена, охраны за порогом не оказалось. Пока они поднимались по лестнице из подземелья, Хаэте терпеливо пояснил:

– Я один из самых сильных эльфов Мерцающего леса, так что никакая охрана нам не нужна.

По длинному пустому коридору они прошли в небольшую гостиную, где за накрытым столом уже ерзала Хели. Завтракали только адепты, Хаэте молча сидел рядом. Еда была непривычной, но безумно вкусной. Опустошив тарелку, юноша решился задать вопрос, который его давно волновал:

– А у моего отца были братья и сестры?

Хаэте удивился:

– Почему были? С ними все в порядке и сейчас, у некоторых из них уже есть свои дети. Ллавен был моим младшим сыном.

В его голосе прозвучала глухая тоска.

– Он тоже и сейчас где-то есть, - напомнил Хайен. - И я обязательно найду его.

Эльф задумчиво кивнул, а Хели, поколебавшись, спросила:

– Что сейчас происходит в нашем королевстве?

– Я не знаю, Хели, - с грустью ответил он. - Я ушел с бала, когда Линдереллио сказал мне, где вы. Нападение совершено с помощью сложной орочьей магиеи. Думаю, еще несколько дней ищейки будут вести расследование. Король Райтон не привык медлить - поэтому, вероятно, в Халариэн вот-вот доставят дипломатическую ноту от него. А вот с просьбой отпустить тебя или требованием - это большой вопрос. И от этого будут зависеть дальнейшие отношения двух стран и будущее трех королевств.

Хайен залпом выпил странную жидкость, похожую сок какого-то неизвестного фрукта, и отставил стакан. Хели снова нетерпеливо поерзала в кресле и обратилась к эльфу:

– Что вы хотели нам показать?

Он тут же поднялся и ответил:

– Идем. Хели… лучше, если ты будешь держать его за руку.

Повторять два раза не пришлось. Девушка послушно подошла к Хайену, и они переплели пальцы. То, что он не мог уйти в соннемного раздражало. Как и тонкие браслеты на запястьях. Но возможность пройтись по Мерцающему лесу того стоила. Хайена жгло любопытство - он даже представить не мог, что ему хочет показать Хаэте.

Рука об руку адепты прошли по коридорам замка вслед за эльфом. По пути они никого не встретили, и юноша подумал, что это неспроста. Когда они вышли во двор, Хайен оглянулся на замок, напоминающий пламя.

А Хели решилась спросить:

– Почему мы должны держаться за руки?

– А ты против? - усмехнулся Хателлио.

Девушка мотнула головой, а эльф терпеливо пояснил:

– По тебе видно, чья ты дочь. Надеюсь, что твоя симпатия к Хайену смягчит отношение к нему остальных эльфов.

– Из уважения к ее отцу хотя бы камнями не закидают? - скривился юноша.

– Вроде того, - ответил Хаэте. - Поторопимся, у меня есть и другие дела.

Вскоре они вышли за ворота и побрели вслед за эльфом по дорожкам, вымощенным желтым камнем, которые вились среди леса. В этой зелени время от времени проглядывали дома - одноэтажные, двухэтажные, большие и маленькие, заросшие плющом так, что иногда обнаружить их можно было, только уткнувшись в дверь носом. Правда, несколько улиц оказались довольно плотно застроенными. Но их Хаэте поторопился пересечь. Из-за заборов иногда выглядывали местные жители, и Хайен ловил их настороженные взгляды. Хели крепко сжимала его руку и хмурилась. Юноша чувствовал себя не в своей тарелке, а браслеты и снадобье, которое ему дали, только усиливали это ощущение.

Они долго шли через лес. Хайену показалось, что не меньше часа.Наконец, они спустились в круглый овраг с идеально ровными гранитными стенами. На полированном камне были высечены незнакомые символы. Присмотревшись, Хайен понял, что это эльфийские руны. Их было очень много. Стены были сплошь покрыты надписями. Большая часть символов была неизвестна юноше, поэтому он не сразу понял, что перед ним. Заметив его интерес, Хели прошептала:

– Имена.

Хайен обошел небольшой природный фонтан, который бил в центре оврага. Только тогда он заметил, что стена поделена на две части. С одной стороны камень был более темным. Затем юноша опустил взгляд и увидел вдоль темной части желоб, в который был засыпан серый порошок. Хайен протянул к нему руку, но его остановила Хели.

– Не надо, - каким-то чужим голосом сказала девушка. - Это пепел. Пепел темных эльфов. Зачем вы привели нас сюда?

Хайен резко обернулся и встретил непроницаемый взгляд Хаэте. Эльф приблизился и заговорил:

– Вы еще дети, Хелирайлиэль. Вам кажется, что вы умнее нас и не обременены предрассудками. Что можно идти напролом. Прорваться туда, куда не пускают. Взять то, что не дают. Но это ничего не изменит и не исправит, Хайен.

Он поднял руку и указал на стену:

– Здесь высечены имена эльфов, которых убили темные. А здесь, - он указал вниз, - пепел, в который наши с Линдереллио предки превратили их. Отец Меллириссиэль лично высыпал его сюда.

Затем он махнул рукой в сторону леса и продолжил:

– Там живут потомки тех, чьи имена высечены на этой стене. И они не хотят повторения. Для того чтобы примирить светлых и темных, нужно гораздо больше, чем просто слова и обещания, Хайен. Ты должен доказать не только то, что темные нужны и приносят пользу. Но и то, что они перестанут убивать. Увы, я даже не представляю, как это можно сделать. Твой отец и Миран сорок лет пытались найти способ избавить темных от сумасшествия. Но теперь Ллавен исчез. Возможно, сошел с ума. Я буду верить, что человеческая кровь убережет тебя. Но рассчитывать на большее…

Он тяжело вздохнул. Хайен ничего не сказал на это, только отвернулся к стене. Хели приблизилась и положила голову ему на плечо.

– Мы же не отступим, правда? - прошептала она.

Хайен знал, что в этот момент они оба думали об одном и том же. О ребенке Идрес.

– Нет, - также тихо ответил он.

А затем юноша возвысил голос и обратился к Хаэтеллио:

– Я понял. Но отступать не намерен. Я заставлю каждого эльфа в этом лесу признать меня и дать право на жизнь всем темным.

Тот ничего не ответил ему. Какое-то время все трое стояли молча. Наконец, Хели попросила:

– Пойдем? Я домой хочу.

Хайен вздохнул и обернулся к Хаэтеллио. Тот неожиданно тепло улыбнулся адептам и сказал:

– Возвращаемся. После этого у тебя постельный режим до вечера.

Хели спросила:

– А вам ничего не будет за то, чтовы все это нам показали?

Он пожал плечами:

– Наказать меня имеет право только король. Брат дал тебе временный статус гостя и попросил заботиться. Прогулки по достопримечательностям в таком случае не запрещены. А про то, что с нами был Хайен, можно умолчать. Он-то, в отличие от тебя, не сможет сюда попасть, даже если захочет.

Хайен думал, что его снова отправят в камеру, но в эльфийском замке адептов ждал обед, который Хаэте разделил с ними. Затем эльф отправился в Мерцающий лес. Побыть наедине Хели и Хайену не позволили - в комнату сразу же вошла Меллириссиэль. Они с девушкой какое-то время разговаривали на эльфийском, а затем Хели исчезла во вспышке пламени. Хайен думал, что ему придется вернуться в камеру. Но эльфийка отвела его в светлую комнату и оставила там с напутствием:

– Не пытайся выйти отсюда. Иначе я не гарантирую твою безопасность. Будь благоразумен. Хотя бы ради Хели.

Новое жилище оказалось довольно удобным. Широкая постель, небольшой стол с парой кресел, большое окно. К комнате примыкала огромная ванная, которую скорее можно было назвать небольшим прудом. На столе Хайен обнаружил пару книг. Это оказались словарь и учебник по эльфийскому. Причем написанный эльфами, а не тот, по которому они учились в Академии.

Остаток дня юноша провел за попытками продвинуться чуть дальше того, что успел изучить в Алом замке. Похоже, без знания эльфийского ему не обойтись. Действие снадобий и заклинаний Хаэте заканчивалось - раны давали о себе знать, накатывала слабость.

Ужинать Хайену пришлось в одиночестве. Хели не приходила, и это немного беспокоило юношу. Только когда за окном окончательно стемнело, в двух шагах от Хайена вспыхнуло пламя. Девушка вышла из него и опустилась в кресло.

– Есть новости, - сообщила она

Хайен сел напротив нее и жадно спросил:

– Какие?

Хели нервно накрутила на палец рыжий локон и начала рассказывать:

– Король Райтон прислал письмо королю Тайенуриэлю. Кажется, завтра должны состояться какие-то переговоры и Совет эльфов.

После этого она печально вздохнула.

– Разве это плохо? - настороженно посмотрел на нее Хайен.

– Нет. Наверное, - уверенности в ее голосе не было. - Но теперь хлайе Хаэтеллио застрял в Халариэне и не придет лечить тебя еще раз.

Хайен отмахнулся:

– Ничего. И так заживет. Как настроены твои родственники?

– Я никого не знаю здесь, кроме бабушки, - покачала головой Хели. - Мое положение немногим лучше твоего. Ошейник нацепить не пытаются, но и общением не удостаивают. Нет, здесь есть эльфы попроще - Хиаллитэль, например, старший брат тройняшек. Но его матери я, кажется, не нравлюсь.

С этими словами девушка вскочила на ноги, а затем извиняющимся тоном сказала:

– Мне нужно вернуться, иначе меня будут искать. Спокойной ночи, Хайен. Я приду утром.

Очередная вспышка пламени унесла ее прочь. И вовремя - в следующий миг дверь отворилась, и в комнату вошла Меллириссиэль. Она поставила перед ним чашку мерзко пахнущего отвара и приказала:

– Пей.

Хайен принюхался и подозрительно спросил на эльфийском:

– Снова снотворное?

– Пей, - повторила эльфийка. - Никто не оставит здесь ходящего в сны. Пей.

Юноша мелкими глотками, кривясь и обжигаясь, выпил отвар. Эльфийка одобрительно кивнула, а затем внезапно коснулась ладонью его головы и сказала:

– Утром Хели заберет тебя домой. Спи.

Когда она ушла, Хайен стал готовиться ко сну. Пижамы ему не полагалось. Точнее, она оказалась очень странной - брюки и тонкое хьяллэ. Но Хайен натянул на себя непривычный наряд. Он уже чувствовал, что снова не сможет уйти в сон, а браслеты мешали ощущать привычную магию.

Погасить свет юноша не успел. Дверь снова отворилась. В комнату вошла эльфийка, но на этот раз - другая. Ее хьяллэ было черным, только по краю рукавов и подола шел орнамент из языков пламени. Волосы цвета спелой пшеницы рассыпались по подолу, а голубые глаза с интересом смотрели на Хайена поверх черного веера, украшенного все теми же языками пламени.

Юноша поспешно встал, отвесил поклон и пробормотал положенное приветствие, самое длинное и пафосное, которое смог вспомнить. Эльфийка заперла за собой дверь заклинанием и задумчиво обошла вокруг Хайена. Его рассматривали, как диковинную зверушку, и это неимоверно раздражало. Но юноша натянул на лицо улыбку и попробовал завести знакомство.

– Хайен Ар-Раллеори, - официально представился он.

Эльфийка фыркнула и снисходительно ответила:

– Линьериссиэль хаа Лларион Лэ.

Хайен вытащил из памяти еще пару вежливых эльфийских фраз, но сказать ничего не успел. Взгляд новой знакомой стал злым и колючим, а затем она взмахнула веером. Плечо и живот Хайена пронзила боль, которая тут же сменилась онемением. Юноша скосил глаза и увидел тонкую и длинную иглу. Яд? Его отравили? Затем он посмотрел на эльфийку и понял - на этот раз его пришли убивать.

Глава 28. Ночное нападение

Хайен почувствовал, как изнутри поднимается темная волна и мечется в поисках выхода. Он нашел в себе силы выдавить на эльфийском:

– Что я тебе сделал?

– Уже ничего не сделаешь, - ответила она. - Ни мне, ни моим детям, которые служат вашему королевству.

– Детям? - переспросил Хайен, отступая к стене и пытаясь вытащить иглу из плеча.

Но пальцы не слушались. А эльфийка сложила веер и продолжила:

– Да. Они родились с даром ищейки. Таким, как они, не сидится на месте. Они ушли служить людям… И я не могу позволить, чтобы рядом с ними был ты.

“Детям? - подумал Хайен. - Эльфы-ищейки… Тройняшки? Это что мать Идрес?!”

В следующий миг в ее руках вспыхнуло пламя. Хайен смотрел в голубые глаза и не видел в них ни капли сожаления или хотя бы сомнений. Его пришли убивать только из-за наличия силы, которой эльфы боялись. Юношу захлестнула ярость. Шевелиться он почти не мог. А значит, не хватит скорости, чтобы защититься с помощью целительской магии. Поэтому юноша инстинктивно потянулся к той силе, которая никогда его не подводила. Темная волна с готовностью откликнулась, но проклятые браслеты мешали. Жар пламенного заклинания опалил лицо юноши, и в тот же миг цепочки на его запястьях лопнули.

Черные плети мгновенно обвили тело Хайена, защищая от пламени. Но эльфийка продолжала наступать. Его сопротивление не вызвало у нее удивления. Только еще большую ярость и решимость. Хайен знал, что еще слаб. Орочий яд, а теперь и эльфийский, подточили его силы. Поток огня свернулся коконом, пытаясь поглотить темную магию. Эльфийка была сильна, Хайен прикладывал огромные усилия, чтобы противостоять ей. Чего они боятся с таким уровнем магии? Огня слишком много, и он медленно, но верно берет верх…

Внезапно рев пламени разорвал уверенный юношеский голос:

– Ньери. Прекрати.

Пламя погасло тут же, будто его и не было. Только кольцо сажи на полу и стене напоминало о том, что здесь только что шла борьба не на жизнь, а на смерть. Хайен развеял свою магию и тяжело осел на пол. Он привалился к стене и с усилием повернул голову, чтобы посмотреть на своего нежданного спасителя. Но сначала он увидел эльфийку. Она больше не смотрела на столь ненавистного темного, а низко склонилась перед вновь прибывшим… мальчишкой.

Хайену показалось, что этому эльфу лет четырнадцать-пятнадцать, не больше. И одет он был странно. Во всяком случае, такой одежды он у местных еще не видел. Короткое, едва закрывающее колени хьяллэ цвета стали, с двумя прорезями впереди для удобства движений. Под ним были такие же серо-стальные брюки и сапоги. А еще у одеяния были непривычно узкие для эльфов рукава. Серебристые наручи с искусной гравировкой притягивали взгляд. Цветы, бабочки? Хайен не мог понять, что пытался изобразить неизвестный мастер. За поясом у юного эльфа висел меч в богато украшенных ножнах. Это военная форма? И кто этот парнишка?

На безупречно красивом лице юного эльфа укоризненно светились темно-синие, сапфировые глаза. Незнакомец тряхнул гривой белых волос и заговорил на родном языке. В его голосе слышалось недовольство. Несостоявшаяся убийца ответила ему, едва сдерживая гнев. Они говорили быстро, и смысл ускользал от Хайена, он улавливал только отдельные слова. Наконец, беловолосый пришелец указал на дверь, и эльфийка покорно ушла. Удивлению Хайена не было предела. Кто же он такой?

В этот момент незнакомец опустился на пол рядом с юношей и на языке королевства сказал:

– Прости ее. Это Ньери, она слегка…

Он неопределенно пожал плечами, а затем начал вытягивать из тела Хайена иглы.

– Сейчас я выгоню яд и все залечу, - продолжал эльф. - Ньери в своем репертуаре. Ее иногда заносит. На месте тройняшек я бы тоже в Королевство Людей сбежал от такой мамочки…

– Ньери? - переспросил Хайен, припоминая, что эльфийка представилась как-то иначе.

– Вообще, ее зовут Линьериссиэль, - охотно пояснил незнакомец, продолжая вытаскивать иглы. - Но в эльфийском многие слова, связанные с пламенем, начинаются с “лин”. Имена Пламенных эльфов тоже, и мы сокращаем их по-разному, чтобы не было слишком много “Линов”. Так что эту леди здесь зовут Ньери. А я - Син.

Хайен понял, что это только часть эльфийского имени. А представляться полностью его новый знакомый почему-то не пожелал. Впрочем, юноше было так плохо, что на расспросы не было сил. Слабость накатила с новой силой, и комната вокруг начала вращаться, затягивая его в темноту…

Пришел в себя он уже в постели. Син устроился в кресле неподалеку и внимательно смотрел на Хайена.

– Очнулся? - обрадовался юный эльф. - Отлично. Я уже думал, что ничего не вышло. С ядом она все-таки переборщила, да… Точнее, остатки орочьего усилили тот, что использовала Ньери.

Он говорил это так буднично, как будто эльфийка пересолила обед, а не пыталась отравить нежеланного гостя. Хайен покосился на темноту за окном и спросил:

– Долго я был без сознания?

– Три часа, - ответил Син. - Но теперь все будет в порядке, я тебя подлатал, спи.

– Если бы здесь еще можно было спать по-настоящему, - проворчал Хайен.

– Имеешь в виду - уходить в сны? - с интересом спросил эльф.

– Да.

Какое-то время Син продолжал с любопытством разглядывать юношу, а потом задал следующий вопрос:

– И как там, в снах?

Хайен сел на постели и ответил:

– Сложно описать, нужно видеть.

Эльф вздохнул:

– Жаль.

Юноша оперся о спинку кровати и подозрительно спросил:

– Зачем ты спас меня, Син?

“И не влетит ли тебе за это от родителей?” - мысленно добавил он. Но говорить это вслух не стал. Мальчишка неопределенно пожал плечами:

– Король Тайенуриэль не давал приказа убить тебя, а Хаэтеллио хочет, чтобы вы ушли. Хелирайлиэль Манкьери может перемещаться без порталов, верно? Наверное, завтра вы отправитесь в Королевство людей. А мне так хотелось познакомиться с живым темным.

В его глазах был неподдельный интерес. Хайен смягчился и проворчал:

– Ну вот он я, посмотрел?

Син кивнул и добавил:

– Даже магию твою видел. Интересно… Жаль, конечно, что Ньери пришла тебя убивать. Но раз уж я тебя спас, выполнишь мою просьбу?

– Какую? - настороженно спросил Хайен.

– Не рассказывай о том, что случилось. Ни обо мне, ни о Ньери. Она тоже будет молчать, обещаю.

– А потом снова пытается меня убить? - скептически фыркнул юноша.

– Утром вы сможете вернуться в Королевство Людей, - напомнил Син.

– Если сердобольные родственники Хели не найдут способ убить меня до утра. Не исключено, что эта… Ньери не одна такая смелая.

Сказав это, Хайен нахмурился. Мерцающий лес стал казаться еще более неуютным местом. Если бы мог, юноша бы с удовольствием попросил Хели унести его в Алый замок сейчас же. Но девушка, наверное, спала. А он, скорее всего, не сомкнет глаз до утра в ожидании нового нападения.

Мальчишка, кажется, и сам понял это. Немного подумав, он неуверенно предложил:

– Наверное, я мог бы взять тебя с собой, а утром вернуть в комнату.

– А если кто-то придет проверить? - покачал головой Хайен.

– Это проблема, - согласился эльф - Но я думаю, что Ньери предусмотрительно отправила охрану на отдых.

Их разговор прервала вспышка за окном. Син изумленно обернулся, и вспышка повторилась. В небе над лесом Хайен увидел светящуюся аметистовую искру.

– Что это?- недоуменно спросил он.

Мальчишка произнес несколько слов на своем языке, которые Хайен уже слышал от Хаэте. Похоже, выругался. Такой мелкий, а уже ругается. И его послушалась та эльфийка. Взгляд Хайена скользнул по белым волосам юноши. В памяти шевельнулось что-то, связанное с белым цветом волос. Но додумать эту мысль ему не дали.

– Отец меня убьет, - с тоской произнес эльф. - Я…

В этот момент над замком пронесся звук, напоминающий удар колокола. Сапфирово синие глаза эльфа распахнулись, и он с нескрываемым ужасом посмотрел на далекую аметистовую вспышку.

– Сработала защита Зрящего?!

– Зрящего? - переспросил Хайен.

Рядом с кроватью вспыхнуло пламя. Хели шагнула в комнату, и на лице ее было написано беспокойство. Не оглядываясь по сторонам, девушка тут же вцепилась в руку Хайена и попросила:

– Посмотри, с моим источником что-то не так!

Но прежде чем он успел начертить око целителя, Син подскочил к Хели и коснулся пальцами ее ключиц. Она поспешно отшатнулась, а мальчишка воскликнул:

– Он… реагирует на Зрящий? Твой источник. Ты дочь Линдереллио, верно?

– На Зрящий? - переспросила девушка, внимательно рассматривая пришельца.

И Хайен понял, что она прекрасно понимает, о чем говорит Син. В коридоре послышался шум и юный эльф снова ругнулся. А затем вытащил из кармана портальный порошок и обратился к адептам:

– Идем со мной. Твой отец создавал Зрящий. Возможно, твоя магия будет кстати. И его бери с собой, а то прибьют под шумок. А король этого еще не приказывал.

С этими словами Син открыл портал. Наверное, идти с незнакомым эльфом непонятно куда было глупо. Особенно учитывая, что этот эльф - мальчишка, который, похоже, пришел сюда без разрешения взрослых. Но Син спас его, а в глазах парнишки мелькнули растерянность и отчаяние. Потому Хайен уверенно взял такую же растерянную Хели за руку и шагнул следом за ним. Да и большей опасности, чем оставаться в плену у Пламенных эльфов, наверное, пока не встретить.

Из портала они вышли в тот миг, когда снова ударил колокол. На этот раз звук был так близко, что адепты зажали уши руками. Син уверенно прошел вперед и звук резко оборвался. Хайен огляделся и понял, что они стоят на вершине какой-то башни. Над головой был купол, сквозь арки окон внутрь задувал ветер. Аметистовый свет заливал всю площадку. А на белом мраморном постаменте лежало нечто. Юноша сразу понял, что это какой-то артефакт. Выглядел он донельзя странно - будто кирпич аметистового цвета.

– Стойте там, - приказал Син. - Чужакам сюда нельзя. Но вам пока лучше быть под моим присмотром. Сработала защита, и я пока не понимаю, что происходит…

Слышать от четырнадцатилетнего мальчишки, что адепты у него “под присмотром”, было довольно странно. Но Син был явно уверен в своей силе и способности защитить их. И защититься от них, раз темного полуэльфа парнишка не боялся. Хайен покосился на Хели и обнаружил, что девушка смотрит на камень со смесью недоверия и восторга.

– Это Зрящий? - спросила она странным тоном.

Юный эльф кивнул, положил ладони на артефакт и закрыл глаза. Хайен тихо спросил:

– Что такое Зрящий?

Девушка одернула широкий рукав хьяллэ и, поколебавшись, ответила:

– Артефакт, охраняющий земли эльфов от орков. Мой отец создал его из своего глаза много лет назад.

– Из глаза? - недоверчиво пробормотал Хайен и вспомнил черную повязку магистра Лина. - Он отдал свой глаз добровольно, чтобы защитить свой народ?

– Да, - ответила Хели, и в ее голосе прозвучала гордость. - Мой отец здесь - легенда.

– Невероятно, - признал Хайен.

А Син в этот момент открыл глаза и с досадой сказал:

– И к сожалению, без него с артефактом стало труднее справляться. Хелирайлиэль, иди сюда, пожалуйста. Возможно, ты сможешь мне помочь.

Девушка прижала руки к груди, и только тут Хайен заметил, что она плохо выглядит - на висках выступили капельки пота, а дыхание стало тяжелым и прерывистым.

– Иди сюда, - терпеливо повторил Син. - Твой источник по неизвестной причине реагирует на Зрящий.

– Мне нельзя к нему прикасаться, - пробормотала Хели. - Это запрещено.

– Ты и не будешь, - терпеливо пояснил Син. - Подойди.

Девушка неохотно шагнула вперед, Хайен последовал за ней.

Но,кажется, ей стало только хуже. Хели не выдержала и уткнулась в грудь Хайена. Юноша обнял ее за плечи и почувствовал странную пульсацию искореженного кускаогненной спирали внутри нее. Ощущение было странным донельзя, и юноша понял, что чувствует это только благодаря обмену магией. Что же такое этот обмен и почему он происходит?

Син в это время снова закрыл глаза и в отчаянии спросил:

– Где же они? Почему я не вижу причину? Ага... Ого!

А в следующий миг эльф внезапно осел на колени и зажал рукой ключицы. Хели вздрогнула и отстранилась, а Хайен мгновенно оказался рядом с мальчишкой и начертил око целителя. Но с эльфом все было в порядке. Во всяком случае, зеленоватая схема не выдала сведений о повреждениях или боли. Хотя Син явно ее испытывал.

– Гады, - прохрипел он. - Глушат эйле. Но теперь я нашел их. А все старшие на переговорах с королем Райтоном и не слышат меня. Гады…

– Кто? - спросил Хайен.

– Орки, - серьезно ответил Син. - Нападение орков. Их много. Очень близко.

После этого юный эльф поднялся с колен и торопливо вытащил из-за пазухи медальон в виде плоского кольца, такого же сапфирово-синего, как и его глаза. Он сжал в руках амулет и быстро заговорил что-то на эльфийском. Хайен понял только последнюю фразу. Юный эльф покосился на Хели и Хайена и сказал:

– Я не один. Сделаю.

Затем юноша поднялся на ноги и оценивающе посмотрел на адептов.

– Вы мне поможете? - спросил он.

– Чем? - ответила вопросом на вопрос Хели.

– Я должен отправиться туда, - эльф указал на запад, - и разрушить заклинание, которое глушит связь между эльфами.

– А ты не думаешь, что это дело взрослых? - спросила девушка.

– Взрослые заняты, - тряхнул головой он. - Линмэритель отбивает атаку у самых границ. Из-за этой орочьей штуки мы отрезаны от остальных эльфов и не сможем передать сигнал об опасности. И также не сможем получить помощь. А орочий отряд очень большой, целое войско. Идете? Постоите в сторонке, если вы против. Здесь я не смогу вас оставить по нашим законам, а в Обители могут попытаться под шумок избавиться от Хайена.

Последнее признание юношу покоробило. Нападают орки, а под шумок можно избавиться от неугодного темного? Но судя по лицу Сина, все серьезно. Хели первая шагнула к эльфу и тихо сказала:

– Это мои родственники, Хайен. Я пойду с ним.

– А я пойду с тобой, - кивнул юноша. - Кроме того, Син спас мне жизнь, я ему должен.

Юный эльф коротко улыбнулся и снова положил руки на камень. Несколько мгновений ничего не происходило. Затем мальчишка вытащил горсть синего порошка и открыл новый портал. Хели и Хайен шагнули туда вслед за ним.

Они оказались у подножия поросшего лесом холма. Юный эльф тут же дернул Хайена за руку, и троица заползла под куст. Тихо шепча заклинания, Син делал странные пассы руками.Затем он прошептал:

– Немного промазал. Нам нужно за скалу вправо. Вы невидимость или глушилку сможете создать?

Адепты отрицательно мотнули головами. Хайен ответил:

– Можем перемещаться, я знаю простейшие целительские заклинания. Ну и темная магия.

Он развел руками. Син задумчиво кивнул и сказал:

– Я попробую подобраться поближе, ждите тут.

После этого он сплел еще одно эльфийское заклинание и набросил на адептов зеленоватый купол. А затем создал еще один такой же для себя и тут же исчез. Хайен понял, что это невидимость, и стал напряженно озираться. Хели снова поморщилась и коснулась рукой груди.

– Больно? - спросил Хайен. - Могу сотворить обезболивающее заклинание.

Девушка покачала головой и призналась:

– Тревожно. Понимаешь… Мой отец потерял почти всю семью и род на войне с орками, моя бабушка потеряла мужа и двоих детей. И я не хочу, чтобы она снова кого-то теряла. И боюсь потерять ее.

Юноша задумчиво кивнул:

– Откуда здесь взялись эти орки? Они лет пятьдесят не высовывались из-за Харнара.

– Наверное, набрались сил, захотелось реванша, - поежилась девушка. - Вот только откуда у них эти силы? И почему именно сейчас?

Воздух прорезала ослепительно-белая вспышка. Хайен увидел, что неподалеку находится скошенный холм, у подножия которого суетились темные фигурки. Он заметил чуть в стороне белые волосы Сина. А в следующий миг место, где только что стоял эльф, накрыло темно-коричневое сияние орочьей магии. Юноша ругнулся и сказал:

– Его заметили. Дело плохо.

Рядом с его щекой просвистел коричневый разряд. Хайен обернулся и замер, пытаясь понять, в какую неприятность они влипли на этот раз.

Глава 29. На задании с эльфом

Руки сами начертили целительский щит, и в неровном зеленоватом свете магии Хайен увидел нападающих. Их было семеро. Шишковатые лысые головы с заостренными ушами, торчащие из-под нижней губы клыки, сероватая кожа, грубо сработанный кожаный доспех. В руках незнакомцы держали короткие и широкие обоюдоострые клинки. Юноша понял, что перед ним орки.

Несмотря на оружие в руках, ударили они магией. Коричневое облако поглотило щит, но добраться до адептов не успело. Хели обвила руками шею Хайена, и они исчезли в огненной вспышке.

Когда юноша открыл глаза, то увидел спины семерки орков. Не теряя ни минуты, он ударил россыпью коротких зеленоватых лезвий. Хели никакие указания не требовались - девушка ушла с дороги и теперь стояла сзади, обвивая Хайена руками за пояс и выглядывая из-за плеча.

Удар юноши достиг цели, но большого урона не нанес. Магические лезвия застревали в доспехах. Он понял, что орочья броня усилена какими-то заклинаниями. Придется это учитывать. Двое вскинули арбалеты, но Хели в очередной раз переместилась, и стрелы ушли в пустоту.

– Ближе! - успел крикнуть Хайен, и девушка его поняла.

В следующий раз они оказались совсем рядом с одним из орков, и Хайен с размаху вогнал зеленоватое лезвие ему в горло. Враг начал заваливаться назад, росчерки целительской магии, перемещение - и совсем рядом уже другой орк, который таращится на своего павшего соседа. Похожее на скальпель заклинание вскрыло ему сонную артерию. Начертить еще одно заклинание Хайен не успел - Хели снова переместилась, и уже из другой точки юноша увидел, как в то место, где они только что стояли, вонзаются арбалетные болты. Руки сами начертили щит, а под его прикрытием - легкое обездвиживающее заклинание.

Хели переместилась прежде, чем очередное коричневое облако добралось до адептов. На этот раз Хайен бросил обездвиживающее и вырвал из рук орка клинок. Заклинание действовало на пришельцев из-за Харнара совсем иначе, чем на людей - замедляло всего на несколько мгновений. Но юноше хватило и этого.

Чужое оружие было неудобным и тяжелым. Несмотря на это, Хайен успешно вспорол орку горло и магию больше не тратил. Прежде чем враги сообразили, что адепты вооружены, они прикончили оставшихся орков. Последний попытался сбежать, но не успел - Хели мгновенно переместилась, и юноша вогнал широкий клинок тому в грудь.

Затем он обернулся к девушке и попросил:

– Не трать больше магию. Нужно помочь Сину.

Он снял с тела орка кинжал в ножнах и протянул их Хели. Девушка заткнула оружие за пояс и с сожалением покачала головой:

– Ты же знаешь, что с оружием я не очень хорошо справляюсь. Несмотря на все усилия отца…

– Совсем без него тоже плохо, - возразил Хайен. - Идем.

Скрываться адепты пока не умели, он ощутил досаду. Слишком медленно они учились. Слишком быстро попали в неприятности. Оставалось полагаться на темную магию и целительскую. А еще на перемещения Хели. В этот раз адепты действовали слаженно. Девушке не нужно было никаких указаний. Она и сама тонко чувствовала момент, когда лучше переместиться. А Хайен быстро ориентировался на месте и атаковал. Пока это было их основным преимуществом. Но юноша помнил, что магия Хели не бесконечна. И когда она иссякнет, девушка станет практически беспомощной. Допускать этого было нельзя.

Воздух впереди прорезала очередная белая вспышка. Она располовинила коричневое облако, а зеленый свет попытался поглотить орочью магию. Адепты переглянулись. Хели снова обняла Хайена сзади и прошептала:

– Переместимся ближе?

Юноша едва успел кивнуть, и рыжее марево мелькнуло перед глазами. Прямо перед ним оказался затылок орка, который пытался подобраться к Сину. Хайен ударил целительским заклинанием и добил его клинком. В следующий миг они оказались в стороне. Хели зашипела от боли. Юноша обернулся и увидел, что кусочек липкой коричневой дряни прицепился к рукаву девушки. Теперь с него капала странная бурая жижа.

Темная магия проснулась тут же. черная плеть сорвала чужеродную магию и прижала медленно тающий кусок облака к земле. На предплечье Хели осталось что-то похожее не ожог, и Хайен поспешно наложил обезболивающее заклинание и противовоспалительное, Око целителя подсказало, что яда нет, и юноша вздохнул с облегчением.

– Спасибо, - тихо сказала Хели. - Идем дальше?

Хайен кивнул и повернулся к полю боя. И должен был признать, что Син просто невероятен. Он пользовался то эльфийской магией, то воздушной, то сверкающим мечом. Орков было больше, они пытались задавить мальчишку числом, но тот успешно справлялся и со вспышками коричневой магии, и с попытками достать его с помощью оружия.

– Поможем ему, - сказал Хайен, заглядывая в аметистовые глаза девушки. - Также, как расправились с нашей семеркой.

Больше ничего говорить было не нужно.

В следующий миг они уже стояли возле одного из орков. Этот оказался проворнее остальных. Он инстинктивно упал ничком, пропуская удар Хайена, перекатом ушел в сторону и сжал какой-то амулет. Коричневый разряд разбился о целительский щит, выставленный юношей, а в следующий миг они с Хели уже снова были за спиной орка. Кажется, Хайен еще никогда не чертил обездвиживающее заклинание с такой скоростью. Но здесь его ждало разочарование - на шее орка мелькнул розоватый амулет.

Противник выпятил клыки. Один из них украшал тонкий золотой ободок. У предыдущей партии врагов Хайен никаких украшений не видел и подумал, что перед ним главарь этой шайки. Орк рявкнул на языке королевства с жутким акцентом:

– Тебе не победить, эльфийский выкормыш.

Он шевельнул пальцами, пытаясь достать юношей какой-то магией. В следующий миг они с Хели оказались за спиной другого орка. Этот был без амулета, и Хайен прикончил его с помощью меткого удара зеленоватого лезвия. Очередное целительское заклинание досталось еще одному орку. Добивать его пришлось уже клинком. В следующий миг Хайен ощутил, что Хели выпустила его, и за спиной лязгнула сталь. Он обернулся и увидел, как девушка отбила удар орочьего клинка кинжалом. Времени чертить заклинания не было. Темная сила откликнулась сразу, и черная плеть сдавила горло орка.

“Она моя, - подумал юноша. - Не смейте трогать”...

Хели тут же снова обвила рукой Хайена, и они переместились, чтобы отвлечь на себя еще одну пару врагов. Низкий и тощий орк оказался проворным. Защитного амулета на нем не было, а вот доспехи оказались пропитаны магией. Хайен и сам не понял, как ощутил это. От целительского заклинания орк увернулся и ударил клинком. Владел оружием своего народа тот явно лучше Хайена, и Хели переместилась, чтобы вывести друга из-под удара.

Юноша не стал мелочиться и снова пробудил темную магию. Орочье заклинание не было помехой, и острый шип пронзил сердце врага. После этого Хайен огляделся и понял, что больше никого не осталось. В нескольких шагах от них стоял Син. Мальчишка тяжело дышал, его меч был в крови по самую. Рукоять, бурые пятна расплывались по серо-стальному хьяллэ, и только на белых волосах не было ни капли. Над головой юноши медленно догорали остатки коричневого магического облака.

Хайен приблизился к эльфу и сказал:

– А ты хорош.

– И вы не промах, - в тон ему ответил Син. - Это было своевременно. И впечатляюще.

С этими словами он взглянул на Хели. Девушка неуверенно улыбнулась. Хайен спросил:

– У тебя еще осталась магия?

Она кивнула:

– Да, но ее немного. Еще один бой - и мой источник будет пуст.

– Нам и нужно продержаться один бой, - заверил ее Син. - Вот только я не знаю, сколько врагов нас ждет.

Эльф махнул рукой в сторону скалы, залитой лунным светом:

– То, что перекрывает эйле, где-то там.

– Эйле? - переспросил Хайен, очищая от крови трофейный меч.

– Связь между эльфами, - тихо пояснила Хели и невольно коснулась пальцем ключиц. - Внутри нашей семьи есть ее подобие. Я могу чувствовать мать, отца и братьев. Могу позвать их, если очень нужно.

– И сейчас можешь?

Девушка на мгновение задумалась и с сожалением покачала головой:

– Сейчас мне что-то мешает.

– Та штука, - Син снова указал в сторону скалы.- Мы должны ее уничтожить. Тогда я смогу вызвать подкрепление.

– А что, амулетов у вас для этого нет? - удивился Хайен.

Юный эльф покачал головой:

– Зачем, если есть эйле? Кроме того, все старшие эльфы сейчас на переговорах с королем Райтоном. Предполагаю, что амулеты остались за пределами зала, и никто из младших или слуг не решится им мешать… Я смогу дотянуться до всех, как только мы уничтожим ограничивающее заклинание. А соседние города смогут прийти на помощь Линмэрителю. Нужно поспешить.

– Нужно быть осторожными, - возразила Хели. - Ни у кого из нас магия не бесконечна, и мы уже немало потратили.

– Переговоры с королем? - нахмурился Хайен. - Разве они не завтра?

– Нет, - качнул головой эльф. - И то, что о времени их начала не знал даже ты, наводит на определенные мысли.

– Например?

– Очень уж не вовремя случилось это нападение. Враги хорошо подготовились. Все старшие заняты, а Пламенных больше интересует темный в плену, чем наблюдение за границами. За границами, которые пятьдесят лет никто не нарушал.

Хели нахмурилась:

– Думаешь, им помогает кто-то из людей?

– Думаю, этот кто-то весьма близок к королю Райтону, - кивнул Син.

После этого он забормотал эльфийское заклинание. Когда их накрыл зеленоватый купол эльфийской невидимости и глушилки, мальчишка начал обыскивать тела врагов.

– Что ты хочешь найти? - спросил его Хайен.

– Пытаюсь понять, какого рода эти орки и какие амулеты на них. Они нужны мне, чтобы показать старшим. Поможете? Только не касайтесь их, лучше подцепить мечом.

С этими словами эльф вручил Хели бархатистый мешочек.

Адепты кивнули и тоже принялись обыскивать тела врагов. Хайен следовал совету Сина и осторожно срезал все подозрительное. Похоже, мешок был специально предназначен для вражеских амулетов. Как только камни попадали в него, юноша переставал их чувствовать. Наконец, он снял амулет с последнего орка и похолодел. Сотворил магический светлячок и еще раз обошел тела.

– Что такое? - спросил Син.

– Здесь одного не хватает. У него был на шее розовый защитный амулет, а на одном из клыков - золотое кольцо.

– Не припомню такого? - покачал головой эльф.

Юноша с досадой произнес:

– Значит, он ушел. И предупредит своих товарищей об опасности. Там нас будут ждать.

Хели серьезно кивнула и заметила:

– А еще это значит, что тот, кто пытался убить тебя в Адом замке и во дворце, заодно с этими орками.

Син задумчиво посмотрел на Хайена:

– Тебя пытались убить?

– И не один раз, - ответил он. - И с помощью орочьей магии. Выходит, он заодно с ними.

– Этого нельзя исключать, - признал Син.

С этими словами юноша вбросил в ножны очищенный от крови клинок. Хели огляделась и поторопила их:

– Нужно уходить.

Эльф кивнул и первым направился прочь. Хайен и Хели шли следом. Юноша развеял магический светлячок и подвесил к поясу орочий меч в ножнах. Хели пыталась свести края рукава и скрыть ожог от орочьей магии.

– Больно? - спросил ее Хайен.

Девушка отмахнулась:

– Все в порядке.

Но Син тут же остановился и легким росчерком создал голубоватый магический светлячок. А затем потребовал:

– Руку.

Хели нехотя показала ему рану. Брови юного эльфа поползли вверх. Он поспешно схватил девушку за запястье и начал бормотать заклинание на своем языке, сопровождая скороговорку замысловатыми пассами.

Хайен задумчиво спросил:

– Эльфийские заклинания можно создать одной рукой?

Хели ответила вместо Сина:

– Не все. Но многие - можно. Поэтому их проще использовать в бою вместе с оружием. Мой отец в совершенстве владеет эльфийской магией.

– Твой отец все делает в совершенстве, - вздохнул Хайен. - Эльфийская магия, стихийная магия, почти любое оружие.

Девушка грустно кивнула:

– И мои братья тоже…

Она не стала продолжать. Но ее мысль была понятна. Иметь поврежденный источник в такой семье было тяжело. Хайен стиснул зубы. В этот момент Син выпустил руку Хели и серьезно произнес:

– У тебя потрясающая магия. Вы здорово работаете вместе. Жаль, что ты не сможешь перенести меня.

Хели прищурилась и спросила:

– Тебе так много обо мне известно?

Син неопределенно пожал плечами:

– Лайе Меллириссиэль и Хаэтеллио любят говорить о тебе, Хелирайлиэль

Девушка удивленно вскинула брови, а эльф приложил палец к губам:

– Дальше придется идти без магии. Меня засекли по заклинанию невидимости. Не используем эльфийскую магию. Никакую.

Он бросил на Хайена предупреждающий взгляд. Юноша понятливо кивнул. После этого Син развеял свои заклинания, и троица продолжила красться к скале. Хайен попутно взглянул на свой источник и понял, что целительской магии в нем осталось не так много. Скоро придется перейти на темную эльфийскую. И продемонстрировать ее Сину.

Эльф, конечно, заинтересовался ей. Но червячок сомнений продолжал грызть юношу. После того как Ньери с чистой совестью попыталась его убить, доверять эльфам стало еще сложнее. Он напомнил себе, что Идрес и Цанцю не пытались его убить до сих пор. А жена ищейки даже с теплом отзывалась о его отце, Ллавене. Да и Хаэтеллио лечил внука, а не пытался убить. И как оказалось, пытался прикрыть сына.

Хели сжала его ладонь, и юноша поспешно огляделся. Время для размышлений еще будет. нужно было сосредоточиться на деле.

Подкрадываться приходилось очень медленно. Наконец, Син остановился и знаками предложил залезть на дерево и осмотреться. Хели тоже пришлось лезть, как и всем - вспышка пламени при телепортации могла их выдать. Юноша помог ей добраться до нижней ветки, а затем полез сам.

Син оказался проворным, как белка. Лез вверх он совершенно бесстрашно, и остановился чуть выше, среди веток потоньше, на которые Хайен и Хели ступить уже побоялись. Юноша повертел головой и увидел за скалой коричневые отстветы. Похоже, это и было их целью. Сверху раздались сдавленные эльфийские ругательства в исполнении Сина. Кажется, мальчишка вспомнил о присутствии дамы и резко замолчал. Хели судорожно вздохнула, а затем тихо сказала:

– Ого.

Хайен резко обернулся. И тут же понял, почему ругался Син, и что так впечатлило Хели. Юноша и сам удивленно выпалил:

– Изначальное и все его змеи…

Девушка закрыла ему рот ладонью, дальше оставалось ругаться мысленно. И что делать с тем, что предстало перед их глазами, было совершенно непонятно.

Глава 30. Орочья магия

С другой стороны рощи горели костры. Много костров. Вокруг них можно было различить палатки, между которыми бродили маленькие фигурки орков. Хели прижалась к Хайену и прошептала:

– Да тут их целая армия…

Хайен молча кивнул. Син спустился пониже и прислонился к стволу рядом с адептами.

– Армия орков у самых границ Мерцающего леса, - прошептал он. - Давно такого не было. Больше шестисот лет. Что это? Новая война?

– И что нам делать? - так же тихо спросила Хели.

Юный эльф погладил ключицы и уверенно ответил:

– Нужно как можно скорее предупредить старших эльфов. И для этого, - он обернулся к зареву за скалой, - нам придется разрушить это заклинание.

– Нас там ждут, - напомнил Хайен. - И там наверняка много охраны.

– И, возможно, скоро придет подкрепление из лагеря, - прозорливо сказала Хели.

Син немного подумал и предложил:

– Мы с Хайеном можем сходить на разведку, а ты останешься здесь и будешь наблюдать за перемещениями врага…

Хели перебила его:

– Я иду с вами, и это не обсуждается.

– Там опасно, - возразил Син.

– Для вас тоже! Я…

– Ты пойдешь со мной, и мы справимся, - ответил Хайен.

Затем он повернулся к эльфу:

– Я не оставлю ее одну. С ней мне будет проще сражаться.

Син пожал плечами:

– Как знаете. Я пойму, если вы решите вернуться к себе домой.

– И дальше терзаться неизвестностью? - грустно улыбнулась Хели. - Из-за помех для эйле я сейчас не чувствую ни мать, ни отца. В королевский дворец я не смогу проникнуть, его защита меня не пустит. Сомневаюсь, что сейчас мои родители дома или в Академии. В эльфийской столице я не была, и нет гарантии, что смогу повторить свой успех и туда переместиться. Я потратила достаточно много магии. Да и кто пустит меня к королю? И с собой я смогу взять только Хайена. Ты останешься здесь один, пока мы ищем помощь. К тому времени, как мы найдем человека, согласного нас выслушать и доберемся до моего отца, ты можешь погибнуть. А еще где-то здесь сражаются моя бабушка и ее родственники.

– Мы тебя не оставим, Син, - поддержал ее Хайен.

Ему показалось, что в ответном взгляде эльфа мелькнула благодарность. Он не стал больше ничего говорить, а первым спустился с дерева. Хайен помог Хели, и все трое начали медленно красться вперед. Через минуту Син застыл и приложил палец к губам. После этого эльф сделал знак своим товарищам оставаться на месте. Адепты послушно застыли, а их товарищ проскользнул вперед. Через несколько минут он вернулся с окровавленным клинком и шепотом пояснил:

– Часовых снял... Идем.

У края скалы пришлось ползти. Син первым осторожно приподнял голову и стал рассматривать врагов. И то, что они охраняли. Хайен вытянул шею вслед за ним. Под скалой тускло светилось… Нечто. Наверное, это и было орочье заклинание. Нагромождение коричневых лент магии. Основанием для них был артефакт. От камня периодически отделялись крупные золотые искры.

Син пробормотал несколько незнакомых фраз на эльфийском, и Хели переспросила:

– На опале?

– Вероятно, - уже на языке королевства, продолжил эльф. - Снять несложно. Силы много не понадобится. Но нужно бить сразу в две точки. И охрана…

Да, охраны было немало. Десяток орков застыл возле заклинания. Син шевелил губами и что-то подсчитывал. Наконец, эльф сказал:

– Шестеро увешаны защитными артефактами. Четверо, похоже, солдаты низшего ранга. Самое большее, что у них есть, это защищенный магией доспех. Этих оставляю на вас. С остальными придется справиться мне.

– Мы поможем, - ответил Хайен. - Но как бы сделать так, чтобы они не подали сигнал тревоги для тех, в лагере?

– Придется действовать быстро, - ответил Син. - Пока мы не разрушим заклинание, я не смогу создать свое отсекающее, я не настолько в них силен.

В его голосе было сожаление. Хайен подумал о том, что мальчишка все равно знает и умеет очень много для своего возраста. И остается только полагаться на него. Во всем, что касалось орков, Син явно разбирался лучше адептов.

О плане действий договорились быстро. Начинать предстояло эльфу. Хайен с интересом наблюдал за тем, он скороговоркой шепчет эльфийское заклинание и делает замысловатые пассы руками. Каждое движение Сина было отточено. Чувствовался опыт. Юноша невольно задумался о том, когда эльфы начинают учить своих детей магии. Если четырнадцатилетний парнишка так хорош...

Наконец, Син возвысил голос и коротким жестом поставил в плетении точку. Что-то вроде огромной зеленоватой сети упало сверху на кольцо из орков вокруг заклинания. В следующий миг Хели и Хайен уже были внизу. Син не отставал и спустился со скалы при помощи заклинания полета - похоже, у эльфа была воздушная магия. Белые вспышки молний и лезвий ветра, свист короткого орочьего меча, которым орудовал Хайен… Орки падали один за другим, все получалось легко - их здесь не ждали. И ни у кого не было розоватых защитных амулетов. Своего знакомца с кольцом на клыке Хайен тоже не обнаружил.

Когда орки были повержены, а Син упал на колени перед коричневым заклинанием и начал что-то бормотать. Хели удивленно спросила:

– И это все? Как-то подозрительно. Почему их не предупредили?

Син оборвал скороговорку и сказал:

– Вероятно, он отправился предупреждать тех орков, что остались в лагере. И нам нужно разрушить это прежде, чем придет подмога. Хайен, видишь ту золотую точку в центре?

Юноша уверенно кивнул.

– Бей самым мощным из целительских заклинаний, - продолжил эльф. - Эльфийская магия не сработает. Мне придется тоже выложить остатки стихийной, чтобы разрушить основание.

Хайен кивнул. Хели выпустила его и отступила на шаг. Син достал меч и вспорол себе ладонь.

– Это еще зачем? - подозрительно спросила девушка.

– Моя кровь поможет разрушить заклинание, - спокойно ответил эльф. - На счет “три”. Раз, два… три!

Хайен ударил магией одновременно с мальчишкой. Следом эльф брызнул на коричневые нити кровью. Заклинание медленно и неохотно начало разрушаться. Хели вздохнула с облегчением. И в этот момент за спиной Хайен услышал смешок. Юноша резко обернулся, но ничего не успел сделать.

На клыке орка, который стоял в нескольких шагах позади, блеснуло золотое кольцо, раздался треск. Поляну накрыл коричневый купол. Хайен вздрогнул, ожидая боли - это слишком сильно напоминало то заклинание, которым его пытались убить на балу. Но вместо этого купол, потрескивая, начал медленно сжиматься. А орк, усмехаясь, отошел в сторону.

Син снова выругался по-эльфийски и на языке королевства процедил:

– Это была ловушка! Вот подлые твари, когда же вы все передохнете?

Хайен обернулся к нему и спросил:

– Что это? Ты знаешь, как разрушить купол?

Эльф с сожалением покачал головой, а затем вытащил из кармана горсть портального порошка и разжал пальцы. Синий порошок коснулся земли, но ничего не произошло.

– Они перекрыли порталы, - неожиданно спокойно сказал Син. - Нам не уйти. И к нам не смогут прийти на помощь, купол отрезал нас от входящих порталов. И, похоже, смазывает ощущение местоположения. Точнее… - он нервно сглотнул, - мне не уйти. Ты же можешь переместиться и забрать с собой Хайена, Хели?

Девушка медленно кивнула и с ужасом посмотрела на эльфа.

– Нет, - пробормотала она. - Так нельзя… Они убьют тебя, мы не успеем привести помощь.

Эльф на миг зажмурился и ответил:

– Значит, такова моя судьба.

– Нет, - отрезал Хайен. - Никакой судьбы. Мы думали, что Хели не сможет переместиться туда, где она не была. Но она спасла меня прыжком в Мерцающий лес. Значит, и отсюда можно выбраться всем вместе. Нужно найти способ, при котором Хели сможет взять тебя с собой. Если бы мы только знали, почему это происходит… почему она может перемещать только меня.

– Почему она может перемещать только тебя? - удивленно моргнул Син и покосился на медленно сжимающийся купол. - Но это же очевидно. Сродство источников.

– Сродство источников? - переспросил юноша, тоже бросая взгляд на стены ловушки. - Что это?

Эльф сделал шаг вперед и тихо сказал:

– Вы же обменялись магией, верно?

Хели залилась краской:

– Как ты понял? И… я могла перемещать его и до этого.

– Я вижу источники без специальных средств. Кровь старого целительского рода, - пояснил Син. - Ты могла перемещать его, потому что основа обмена - изначальное сродство источников. Именно благодаря ему произошел аиллиэцзай. Выбирает источник. Так говорят у эльфов.

Хайен нахмурился и в отчаянии сказал:

– Тогда, получается, она никогда не сможет взять кого-то другого с собой. Если бы я смог привязать тебя к себе… Точнее, твой источник. Как-то соединить их. Тогда, возможно, у Хели бы получилось переместить нас обоих.

Син удивленно вытаращил глаза, а затем медленно произнес:

– Допустим… Связать наши источники на несколько мгновений ты на самом деле можешь. Возможно, это и правда даст вам шанс спасти меня.

– Каким образом? - изумился Хайен. - Разве такое возможно?

Син серьезно кивнул:

– Возможно. Эльфийская магия на это способна.

Он положил два пальца на ключицы Хайена и продолжил:

– А природа твоей темной магии - эльфийская. Значит, ты сможешь это сделать.

– Сделать что?

Син заглянул в глаза юноши и спросил:

– Ты мне доверяешь, Хайен?

Поколебавшись, тот ответил:

– Настолько, насколько вообще могу доверять эльфу.

Тот несколько мгновений смотрел ему в глаза, а затем уверенно сказал:

– Ты должен попытаться разрушить мой внутренний источник. В этот момент наши источники будут связаны, и Хели может попытаться переместить меня вместе с вами.

– С ума сошел? - возразил Хайен. - Разрушение источника - это потеря магии!

– Разрушения до половины восстановятся за полгода, - серьезно ответил Син. - А до четверти Хаэтеллио сможет вылечить еще быстрее. Лучше жить без магии, чем умереть. Помоги мне, Хайен. Я хочу домой.

В его последних словах было что-то по-детски беспомощное. Юноша вспомнил, что их товарищ все еще подросток, пусть и силен не по годам. Хайен взглянул на приближающиеся стенки купола и процедил:

– Я готов попробовать. Но я никогда ничего подобного не делал.

Син протянул руку к его виску и сказал:

– Если пустишь меня в свой разум, я покажу тебе это с помощью ментальной магии эльфов.

Времени на раздумья уже не было, и Хайен кивнул. Хели снова обняла его и уткнулась в спину.

– Скажи, когда будет пора, - попросила девушка.

Син положил пальцы Хайена на свои ключицы, а затем обхватил ладонями его виски.

– Закрой глаза и позови темную магию, - приказал эльф.

Хайен сделал так, как он просил. Темная волна внутри откликнулась охотно, а в голове зазвучал голос Сина:

“Отлично… Знаешь, ты такой интересный. А теперь смотри.”

И Хайен увидел. Источник эльфа был прекрасен. Стержень пульсировал в такт биению сердца. А на нем медленно восстанавливались остатки лент стихийной магии двух цветов - белая и голубая. Вокруг них витало зеленое облако эльфийской силы. Две стихии, вода-воздух? Да еще и эльфийская магия. Силен…

“Бей!” - приказал Син.

Разрушать эту красоту было жалко. И очень страшно.

“Бей!” - повторил эльф.

И тогда Хайен потянулся к темной магии. Острый черный шип пронзил кожу Сина, и потянулся дальше, вбиваясь в его источник, разрушая стержень. Кажется, мальчишка закричал. И в тот же миг они рухнули в пылающую пустоту. Мгновения казались невероятно долгими. Сначала Хайен испугался, что ничего не вышло. Но острый шип все еще медленно крушил источник эльфа, а ладони Хели на поясе юноши стремительно холодели.

В следующий миг рыжая пелена перед глазами рассеялась, а Хайен приложился плечом обо что-то твердое. Юноша резко сел и открыл глаза. Рядом с ним лежала непривычно бледная и холодная Хели. Юноша прижал ее к груди и не смог сдержать вздох облегчения - девушка дышала. Похоже, растратила магию и потеряла сознание. В следующий миг он увидел Сина. Эльф тоже лишился чувств. Из маленькой ранки между ключиц вытекала струйка крови. Вторая сочилась из раны на ладони. Хайен тут же положил руку на грудь своему новому другу и еще раз вздохнул с облегчением, когда ощутил отчетливое биение. Спасены. Живы.

В этот момент над его головой раздался удивленный голос:

– Хайен? Хели? Второй наследник Синтсирэль?

Юноша поднял голову и встретил взгляд короля Райтона. За его спиной стояли не менее удивленный Хаэтеллио и пара эльфов с белыми волосами и синими, сапфировыми глазами. Кажется, Син и правда очень сильно хотел домой. И на этот раз Хели исполнила его желание. Они телепортировались прямо в зал, где шли переговоры двух королей!

Юноша обвел комнату ошалелым взглядом. Облегчение сменилось настороженностью. Они выбрались из ловушки орков и вырвали из нее Сина. Теперь эльфы смогут получить помощь и защитить свои рубежи. Но что ждет самого Хайена - эльфийская благодарность или казнь? Вокруг него все еще витал ореол темной магии. А те, кто мог подтвердить его добрые намерения, лежали рядом без сознания.

Дорогие друзья, на этом первая часть истори Хайена и хели закончена. Продолжение уже ждет вас по ссылке https://author.today/reader/252198/2266533

Content

Ходящий в сны

Глава 1. Академия Магии

Глава 2. Портрет

Глава 3. Тайна

Глава 4. Подслушанный разговор

Глава 5. Темная магия

Глава 6. Темная магия ч.2

Глава 7. Осколки правды

Глава 8. Осколки правды ч.2

Глава 9. Встречи

Глава 10. Яд

Глава 11. Медальон

Глава 12. Родной дом

Глава 13 Новые знакомства

Глава 14. След

Глава 15.Лисса

Глава 16. Измененный

Глава 17. Источник Хели

Глава 18. Странности

Глава 19.Нападение

Глава 20. Новенькая

Глава 21. Новое послание

Глава 22. Новое послание ч.2

Глава 23. Во дворец

Глава 24. Родственник

Глава 25. Неожиданности

Глава 26. Пленник

Глава 27. Мерцающий лес

Глава 28. Ночное нападение

Глава 29. На задании с эльфом

Глава 30. Орочья магия