Рушель Блаво

Возлюби гнев свой!

Наше здоровье и эмоциональный фон

Много лет я возглавляю Санкт-Петербургскую клинику Роялмед. Как потомственный целитель из рода Блаво, я приношу пользу людям тем, что даровали мне мои предки. Пациенты приносят мне свои проблемы – физиологические, психологические, моральные, а моя задача – эти проблемы решить. Вернее, даже не столько решить, сколько подсказать путь для их решения.

Каждому человеку самому по силам найти выход из ситуации, которая кажется поначалу безвыходной. Только вот часто сам человек этих сил в себе обнаружить не может. Тогда и прихожу на помощь я, показывая моим пациентам, как можно безвыходные ситуации не только превращать во вполне поддающиеся нашей власти, но и даже оборачивать себе на пользу. И если предки мои, целители из рода Блаво, по большей части предпочитали изгонять недуг прочь из тела и из души своего пациента, то я вышел на совершенно новый уровень: любой недуг (и неважно, физический он или же духовный) я стараюсь превратить в помощника человеку.

То есть моя позиция по отношению к людям, которые обращаются за помощью в клинику Роялмед и лично ко мне, базируется не тройном фундаменте. Во-первых, это гигантский опыт, накопленный моими предками и переданный мне. Во-вторых, мой личный опыт, мое образование, мои знания и умения, приобретенные в процессе жизни. В-третьих, это мои врожденные способности к исцелению хворей и то, что я всегда могу подсказать путь выхода из той или иной ситуации. Эти три составляющие успеха моего воздействия на людей не стремятся состязаться друг с другом, не исключают друг друга. Для меня они давно соединились в единую и целостную систему. И своим ученикам и последователям я стараюсь передать и доставшийся мне от предков багаж, и приобретенные мною навыки, и даже, когда вижу, что такая возможность есть, передаю что-то из данного мне от рождения. Способности тоже могут переходить от учителя к ученику.

Спектр наших трудов в клинике Роялмед весьма широк: от лечения и профилактики сугубо физиологических недугов до обучения решению задач, например, финансового свойства; от обращения к проблемам психологическим, к проблемам, скажем, личных страхов, до обращения к проблемам взаимоотношений в семье…

И все же ни я, ни мои коллеги не стремимся объять необъятное. Смешно было бы утверждать, что мы в состоянии решить любые затруднения, с которыми к нам приходят наши пациенты. Если бы это было так, то в мире бы очень скоро не осталось проблем вовсе. Не берусь оценивать такую возможность однозначно: с одной стороны, хорошо было бы жить без нерешенных вопросов, но, с другой стороны, в поисках их решения для многих и заключается смысл жизни.

Проблемы и их решение

Плохо это или хорошо, но сегодняшний наш мир сверху донизу заполнен самыми разными проблемами. И лишь немногие из них поддаются разрешению. Но человек порою оказывается не в состоянии даже эту малую часть проблем решить для себя и для своих близких.

Довольно часто люди, только натолкнувшись на какое-либо препятствие, вместо того чтобы искать пути его преодоления, просто отходят, заранее признавая свое поражение. Более того, люди частенько даже не пытаются анализировать случившееся. Так уж устроено наше сознание, что мы, столкнувшись с проблемой, оказываемся не способны подвергнуть ее хотя бы незначительной рефлексии. А ведь рефлексия, анализ – это часто необходимое начало для преодоления препятствий. И получается, что порой мы сами загодя отказываемся решать свои проблемы. В результате нерешенные проблемы продолжают осложнять нам жизнь, а мы только горестно разводим руками: снова не везет, сколько ж можно…

Если придерживаться такого алгоритма, то так всю жизнь руками и проразводишь. Кому-то, возможно, это удобно. Но если вы испытываете дискомфорт от собственной инертности, то пора начинать действовать. Ведь любому из нас по силам найти в себе способности к преодолению целого ряда препятствий.

Конечно, не все препятствия принципиально преодолимы. Но хотя бы попытаться понять степень их сложности – уж это-то точно нам по зубам.

Во многом моя деятельность и направлена на то, чтобы научить вас видеть, насколько решаема та или иная проблема, подвести вас к той черте, за которой начинается путь преодоления возникшей трудности.

Шаг первый: определяем, решаема ли проблема

Помните: наши проблемы за нас никто решать не будет; на то они и наши. Мы сможем сделать свою жизнь лучше, если научимся отделять решаемые проблемы от тех, которые решить нельзя; если научимся определять, ситуация, в которую мы попали, безвыходная, или же выход может быть найден.

Как только мы научимся таким вот образом отделять зерна от плевел, мы сразу же и в жизни начнем ориентироваться по-новому. Например, сможем в ряде случаев просто не доводить стоящих перед нами проблем до стадии нерешаемости, сумеем еще на начальной стадии редуцировать ситуацию, грозящую обернуться безвыходной.

Шаг второй: ищем причину проблемы

Следующим шагом нашей рефлексии в отношении самих себя может и должно стать умение находить причины возникающих проблем. Как только мы научимся этому, мы сможем верно строить свои отношения с теми фактами, которые приводят к трудным ситуациям – сможем при необходимости страховать себя от появления сложных проблем, устраняя и даже просто не допуская к жизни их причины.

Почему это важно? Хотя бы потому, что к сложной ситуации иногда приводит причина, в которой, как кажется на первый взгляд, нет даже малого повода к будущим трудностям; однако мы оглядываемся назад и видим, что поводом к случившемуся стало то, от чего мы и близко не ждали такого. Вот поэтому так важно и находить причины наших проблем, и уметь причины эти ликвидировать на корню.

Индуктивный и дедуктивный методы анализа проблем

Итак, идеальный алгоритм решения проблем самого разного свойства, алгоритм, который я и мои коллеги стремимся передать нашим пациентам, основывается на анализе и предполагает два способа структурирования – индуктивный и дедуктивный.

Индуктивный способ – это способ временной инверсии, базирующийся на анализе личного опыта. С него обычно приходится начинать решение той проблемы, которая уже возникла.

Схема тут такова: мы всматриваемся в появившуюся проблему и через ее анализ пытаемся понять, решаема ли она. Если видим, что решаема, то ищем путь решения. Таких путей обычно находится несколько, а значит, нам следует из задуманной парадигмы выбрать оптимальный путь. Когда выбор сделан, приступаем к движению по выбранному пути в сторону решения возникшей проблемы. Результатом применения индуктивного способа чаще всего оказывается редукция проблемы и возвращение человека к состоянию до момента возникновения проблемы. Однако уже при использовании этого способа можно наблюдать и более позитивные результаты. Такое случается тогда, когда итогом оказывается не возвращение к исходному состоянию (к состоянию до возникновения проблемы), а буквально выход на новый уровень: то есть человек, решивший проблему при помощи индуктивного способа, не возвращается к положению вещей, которое было до этой проблемы, а приходит в уже другую жизненную ситуацию, живет со знанием того, какая у него была проблема, как удалось ее решить и, самое главное, как теперь проблему такого рода или близкую удастся просто не допустить в свою жизнь.

Тем самым индуктивный способ структурирования становится выходом к способу более высокого уровня, способу дедуктивному. Дедуктивный способ строится на устранении проблемы еще до того, как она возникла, то есть на как можно более ранней редукции причины, способной привести к проблеме. Этот способ противоположен индуктивному, если оценивать их с позиции развертывания во времени. Индуктивный, напомню, строится на временной инверсии, как бы отсчитывает время назад: от проблемы (то есть следствия) к ее возникновению (то есть причине). Дедуктивный, напротив, прибегает ко всем известной физической хронологии, отсчитывая время от причины к следствию и занимаясь как раз устранением причины. Данный способ сложнее уже потому, что чаще всего должен быть основан на приобретенном в процессе реализации индуктивного способа опыте. Но важнейший плюс способа дедуктивного в том, что если все получится, то проблема просто не возникнет.

Феномен безвыходности

Я охарактеризовал два способа решения проблем на уровне идеального алгоритма. Но, как известно, теория без практики не существует. Многолетняя же моя практика убеждает меня в том, что далеко не все проблемы можно решить вообще, тем более – далеко не ко всяким проблемам применим дедуктивный способ структурирования. Если кто-то скажет вам, что поможет найти выход из любой ситуации, то не верьте такому человеку, ибо есть ситуации безвыходные. И таких немало.

Эмоциональный фон и его физиологическая проекция

Принципиальная моя установка (к которой присоединяются и мои коллеги) сводится к тому, что мы указываем на пути решения только тех проблем, которые можно решить. И в дифференциации проблем на те, что можно решить, и на те, что решению не поддаются, мы основываемся не на интуиции, а на многолетнем опыте работы нашей клиники, на результатах проводимых нами многочисленных исследований, на наблюдениях над нашими пациентами.

В процессе изучения различных состояний человека мы пришли к фактически однозначному выводу о том, что физиология пациента, здоровье его, наличие или отсутствие тех или иных недугов находится в прямой зависимости от эмоционального фона. Поясню, что это значит. Все то, что принято называть эмоциями, лежит в сфере, в равной мере соприкасающейся как с душой, так и с телом. Сферу эту нельзя назвать пограничной, потому что, будь она где-то на рубеже тела и души, пришлось бы признать, что эмоции наши не там и не там – не в душе, но и не в теле. Но это отнюдь не так: наши эмоции как раз находятся одновременно и в душе, и в теле. Таким образом, эмоциональный фон носит во многом базовый характер для всего нашего организма.

Случается, что мы захворали и ищем причину хвори во внешнем по отношению к нам мире, в воздействии среды на нашу физиологию. Как же мы удивляемся, когда не находим ее. И думаем: отчего же мы захворали, ведь причин к этому не было ровным счетом никаких? Оказывается же, что ищем причины мы не там – часто искать надо не в среде, окружающей нас, а в том, что принято называть эмоциональным фоном. Связь этого фона и состояния здоровья человека предельно ясна и прозрачна: эмоциональный фон во многом формирует такие важные сферы нашего внутреннего мира, как нервная система и психология, а эти сферы, как известно, являются базисными для всех прочих сфер, включая сугубо биологическую.

Скажем, человек слишком склонен к волнению по поводу и без повода. Например, ужасно волнуется, что опоздает на работу. При этом перед нами тот случай, когда ярких причин для волнения нет: начальство лояльно относится к опозданиям, на заработок это не влияет. Но если человек склонен волноваться, то тут никакие доводы действовать не могут – никогда вам не убедить такого человека в том, что не стоит себя накручивать, в том, что для настоящего волнения есть более подходящие поводы.

Сон человека, боящегося опоздать на работу, ближе к утру становится обрывочным, беспокойным – поминутно будет вскакивать он, чтобы посмотреть на часы, а заодно проверить заведен ли будильник. Когда же будильник прозвенит, то начнутся суматошные сборы, цель которых – не потерять ни секунды из того времени, что отведено на завтра, умывание, зарядку и одевание. Но все это еще цветочки по сравнению с тем, что начинает твориться на остановке в ожидании транспорта. Теперь волнение усиливается по той простой причине, что утренние сборы зависели только от самого человека, а тут вмешиваются и другие люди, и транспорт. Попытка попасть в автобус или в маршрутку становится в итоге тяжелейшим испытание нервов. Но и тогда, когда человек уже находится внутри транспортного средства, волнение его не заканчивается, успокоение не наступает: даже торможения на светофорах и на остановках заставляют постоянно сверяться с часами, что уж тут говорить о стоянии в пробках. И весь парадокс в том, что чаще всего такой волнующийся человек на работу попадает вовремя, но попадает уже в таком состоянии, что в пору просить у начальства очередной отпуск.

Негативные эмоции и их следствие

Нехороший эмоциональный фон, приводящий к беспричинному (или почти беспричинному) волнению не может пройти даром для организма. Первым следствием непременно будет невроз, который с большой долей уверенности будет сопровождаться уже не просто волнением, а самой настоящей фобией, апогеем коей окажется мизантропия, полное замыкание в себе. А вслед за этим придет и какая-нибудь хворь из разряда чисто биологических: станет прихватывать сердце, начнут барахлить почки, печень зашалит… Да мало ли что может случиться, если не научиться вовремя разбираться со своими эмоциями, не заняться вплотную формированием собственного эмоционального фона! Мои многочисленные аналитические наблюдения над разного рода физиологическими недугами позволили в итоге сформулировать своего рода принцип: часто причина хвори находится в нас самих, и это – наши эмоции. А стало быть, научившись управлять эмоциями, мы в большой степени застрахуем себя не только от потенциальных неврозов и психозов, но и от недугов внутренних органов. И научиться этому можно. Моя задача в том и заключается, чтобы навести вас на путь, находясь на котором вы станете поистине королями собственного Я.

* * *

Проделанная работа позволила начать работу над целой серией книг под общим названием «Академия управления эмоциями». Начало было положено исследованием феномена страха. И все, кто воспользовался этой книгой, отнюдь не были разочарованы, все читатели, попробовавшие на себе уникальные методики работы с самыми разными видами страха, смогли на деле убедиться, что даже такой эмоцией, порождающей весьма сложные виды фобий, можно управлять. Не могу не признаться, что даже меня самого результаты той работы потрясли. Я как творец ожидал, конечно, позитивного результата, но настолько позитивного не предполагал даже я. Честно скажу, что та первая удача, победа, одержанная над страхами, и подвигла меня продолжить практические исследования в русле работы с иными видами эмоционального фона. И вторым после страха в этом ряду оказался гнев. На встречах с моими читателями меня часто спрашивают, почему именно гнев был выбран мною. И я обычно отвечаю так:

С самих давних времен человечество ищет для себя рецепт счастья. и многие философы, задумываясь над тем, как достичь этого самого счастья, убеждали и других и себя, что главным препятствием на пути к нему как раз и является наш гнев. И стоит только человеку перестать гневаться, как тут же жизнь его становится более спокойной, свободной и размеренной. Ну а разве не к этому стремятся многие из нас, понимая счастье как покой и волю. Они же возможны только там, где нет места гневу. Казалось бы, подави в себе гнев и будешь счастливым. Нет, все далеко не так просто уже потому, что подавленный гнев порою опаснее выплеснутого, ибо остается внутри нас и уже нами не контролируется. А значит, гнев надо не подавлять. Неужели выплескивать? – спросите вы. И не выплескивать. Надо свой гнев возлюбить и тем самым направить его себе на службу. Но как сделать так, чтобы гнев из помехи на пути к счастью сделался верным помощником? Об этом наша нынешняя книга.

Что такое гнев

Современное понимание такой разновидности эмоционального фона, как гнев, в принципе не отличается от его словарных определений. Приведем три из них.

Первое находим в знаменитой энциклопедии Брокгауза и Ефрона: «Гнев, психолог., чувствование, аффект, характеризующееся стремлением сломить препятствие, которое понимается как испытываемая несправедливость. Гнев имеет большое родство со страхом и представляется реакцией против причины, возбуждающей страх. Гнев выражается в движениях и сокращениях мускулов, показывающих готовность напасть на противника. Деятельность сердца и кровообращения повышенная».

Второе – в не менее знаменитом «Толковом словаре» Ушакова: «Чувство сильного негодования, возмущения, раздражения». Третье дает «Библейская энциклопедия»: «Сильное, возбужденное состояние духа против ближнего, которое греховно или безгрешно, смотря по побуждению и по своей цели и степени». Именно последнее определение нам больше всего может пригодится, ведь гнев наряду с гордыней, завистью, обжорством, похотью, алчностью и унынием (иногда вместо уныния западная традиция предлагает лень) входит в список семи смертных грехов в христианстве. На основе этого современная наука вырабатывает особые подходы в понятию гнева. Приведу краткое изложение наиболее актуальных на сегодняшний научных взглядов на гнев.

Начать хотелось бы с проблем языкового характера. Например, если считать гнев одним из смертных грехов, то придется признать, что фразеологическое сочетание «праведный гнев» является оксюмороном. Так ли это? Или в каких отношениях находятся друг к другу понятия гнева, бешенства, возмущения, вспыльчивости, горячности, негодования, раздражения, ярости? Один весьма авторитетный исследователь выстраивает такую систему: «…в основе гнева лежит чувство неудовлетворения какой-то человеческой потребности. Со временем оно может превратиться в недовольство. Если недовольство усиливается, то превращается в негодование и возмущение (это синонимы). Сильное негодование переходит в гнев, а крайняя степень гнева уже называется яростью». При желании можно согласиться с этим подходом, можно и поспорить с ним, но для нас важнее не столько разобраться в словах, сколько понять саму суть гнева.

Пирамида потребностей

И пусть не покажется странным, но, как и в случае со страхом, уместно здесь обращение к знаменитой пирамиде человеческих потребностей известного американского психолога. Приведем ее с надлежащими комментариями (что, впрочем, уже делали, когда обращались к проблеме страха):

Человеческие потребности поделены на семь типов, которые расположены согласно существующей в нашем мире иерархии. Чем ниже ярус пирамиды, тем больше по количеству людей, жаждущих реализовать свои потребности в данном ярусе. Так, нет людей, которые не желали бы, чтобы их физиологические потребности были реализованы, или же почти нет людей, не знающих потребности в безопасности. А вот людей, имеющих эстетические потребности или потребности в самоактуализации, очень немного относительно всего населения; это так называемые элитарные потребности. Вот все семь уровней по их иерархии в процентном (правда, очень приблизительном, округленном в большую сторону) соотношении: физиологические потребности – 100 %, потребности в безопасности – 93 %, потребности в любви, в принадлежности кому-либо или чему-либо – 81 %, потребности в уважении и почитании – 75 %, познавательные потребности – 65 %, эстетические потребности – 38 %, потребности в самоактуализации – 27 %. Примечательно и то, что верх пирамиды – три уровня, близких к вершине (познавательный, эстетический и уровень самоактуализации), автором разработки названы уровнями потребности в самовыражении или потребности в личностном росте. По мере удовлетворения тех потребностей, которые лежат на низших ярусах, начинают активизироваться и потребности более высокого уровня. Однако глупо было бы полагать, что у человека с удовлетворенными низшими потребностями потребности высшие навсегда вытеснят все остальное. мы можем на сытый желудок сходить в картинную галерею, но по выходе из галереи ничуть не удивимся, когда снова захотим есть. Кроме того, наши потребности не находятся строго в той последовательности, которая задана в пирамиде, ведь у разных людей взаимное расположение потребностей может варьироваться; просто именно такое расположение ярусов наиболее устойчивое и частотное.

Проекция гнева на пирамиду потребностей

Некоторые исследователи склонны в полной мере переносить уровни потребностей и на сущность человеческого гнева. Я хочу сразу сказать, что в данном случае не могу признать уровни пирамиды ключом к решению заявленной проблемы, но все же считаю не только возможным, но и нужным, опираясь на труды учены, которые придерживаются строгого следования пирамиде потребностей во всем, конспективно обозначить соотнесение этих уровней с проблемой гнева. И мы рассмотрим сейчас это соотнесение в самом общем виде.

Физиологические потребности

Гнев, спровоцированный голодом, жаждой, нехваткой времени на сон, повышенной температурой, умственной и физической усталостью, убыстренным темпом жизни. В основе такого гнева лежит обычно инстинкт самосохранения. Представьте себе ситуацию: жаркий летний день, человек шел долго по лесной тропинке, его все это время страшно мучила жажда; и вот этот человек отчетливо слышит журчание воды в роднике, человек подходит на звук; о счастье – это, правда, ключ со студеной водой; но возле него совсем новая табличка с надписью: «Воду из ключа пить строго воспрещается – вода отравлена». Что сделает человек в такой ситуации? Однозначно предположить трудно. Но то, что он впадет в состояние гнева, в этом можно быть уверенным. Отберите у голодного еду и вы поймете, о чем я.

Потребности в безопасности

Не редки случаи, когда ощущение собственной незащищенности рождает приступы гнева. Такова в общей сути оборонительная реакция нашего организма. Именно такова, например, природа гнева нашего современника, сидящего за рулем автомобиля в большом городе. Почти все время он находится в состоянии, близком к нервному срыву. И связано это с боязнью пострадать по вине нарушающих правила дорожного движения других водителей и пешеходов. В гневе водитель сигналит, выкрикивает из окна машины ругательства в адрес своих коллег. Все это помогает выплескивать гнев, но вынуждает гневаться других участников дорожного движения. Возникает, как часто бывает в таких случаях, цепная реакция, результатом которой становится общее состояние гнева на автомобильных дорогая всего мира. А причина этого – потребность в собственной безопасности на дороге.

Потребности в любви, в принадлежности кому-либо или чему-либо

Гнев на этом уровне обычно провоцируется отношениями с близкими людьми или с людьми, которых гневающийся считает своими близкими, а те так не считают. Самое яркое проявление тут – это неразделенная любовь, смешанная с ревностью. Случай подобного рода легко представим: например, юноша влюблен безответно, а та девушка, в которую он влюблен, вполне счастлива с другим. Тут и проявляется гнев – и на удачливого соперника, и на несостоявшуюся возлюбленную, и на себя самого.

Потребности в уважении и почитании

В этой части особого внимания заслуживают проблемы, связанные с работой, с карьерой. Один из самых показательных примеров – гнев подчиненного на начальника. Подчиненный считает, что начальник незаслуженно его обижает. В подчиненном накапливается гнев, который только в крайне редких случаях может быть выплеснут на начальника, чаще же всего страдают от этого гнева (помимо самого гневающегося, конечно) либо члены его семьи, либо те, кто находятся еще ниже на служебной лестнице. То есть перед нами тот типичный случай, когда гнев подчиненного оборачивается начальственным гневом. Такова еще одна сторона гнева, вырастающего из потребности в уважении. При этом гнев начальника может быть вызван самыми разными причинами от сугубо физиологических до возвышенно эстетических, но подчиненным от такого многообразия, согласитесь, не легче. Гневающемуся начальнику, впрочем, тоже. В ряду гнева, связанного с потребностями в уважении и почитании, можно еще упомянуть и гнев внутри семьи, часто провоцируемый в противостоянии как супругов, так и родителей с детьми; а можно поставить в это ряд гнев, порожденный отношениями, к примеру, милиции и граждан. Характерно, что в данной группе весьма часто гнев оказывается двунаправлен: начальник гневается на подчиненного, а подчиненный на начальника; отец на сына, а сын на отца; милиционер на нарушителя порядка, а тот на милиционера… Приходится признать, что тут противонаправленные векторы не только не редуцируются, а рождают удвоенную силу гнева.

Познавательные потребности

И здесь, как это ни странно, находится место гневу. Человек стремится много знать, стремится, например, выучить иностранный язык. Учится на специальных курсах, старается, выполняет все задания. занятий не пропускает. Но так уж сложилось, что не одарен этот человек способностям к иностранным языкам. Видит он, как другие раз от раза делаются в учении все успешнее, а он почти не продвигается в познаниях. Тогда и рождается гнев – гнев на соучеников, у которых получается лучше, гнев на учителя, гнев на себя. Корни же этой разновидности гнева лежат еще в детских годах, когда в школе учеба одним давалась легко, а другим с превеликим трудом. В основе же гнева, основанного на познавательных потребностях, лежит часто обида – как обида на себя неспособного к позитивному познанию, так и обида на тех, кто к такому познанию способен, то есть чуть ли не в чистом виде зависть рождает такого рода гнев.

Эстетические потребности

Напомню, что потребности этого уровня соотносятся с двумя тенденциями: во-первых, потребность воспринимать произведения искусства, во-вторых, потребность творить искусство самому. Гнев же в обоих случаях оказывается связан с невозможностью реализовать эстетические потребности. А невозможность в свою очередь может быть обусловлена как внешними причинами, так и причинами сугубо внутренними. Внешняя причина гнева от невозможности реализовать потребность в восприятии искусства может быть такова: человек живет в маленьком городке, но ощущает потребность посещать театры и выставки; невозможность этого рождает гнев, адресованный и себе, и своему городу, и жителям больших городов, то есть тем людям, для кого подобного рода проблем не существует. Внутренняя же причина носит несколько иной характер: человек видит, что его окружение ходит на выставки, на театральные спектакли, на поэтические вечера, на концерты классической музыки; человек тоже начинает делать то же самое, но при этом очень быстро приходит к выводу, что, во-первых, ничего не понимает в том, что видит и слышит, а во-вторых, совершенно не получает от всего этого удовольствия. Тогда-то и рождается гнев – на себя: за то, что не способен к эстетическому наслаждению, на других: за то, что способны к нему. Похожим образом обстоит дело и с гневом, возникающим при реализации потребности творить самому. Внешней причиной может стать здесь непонимание окружающими вашего творчества. Человек пишет стихи, показывает их близким, а те в один голос говорят, что стихи плохие. Тогда и появляется гнев – на себя, неспособного писать хорошие стихи; на других, неспособных понять ваших хороших стихов. Внутренняя же причина гнева тут еще сложнее: человек ощущает в себе острую потребность творить, но у него никак не получается делать это. Не берусь перечислять возможные причины, но общая суть может уложиться в такой вот пример: человек ощущает острую потребность в том, чтобы прекрасно танцевать; старается, учиться этому, но ничего у него не получается. Отсюда гнев на себя, гнев на более удачливых в данном плане – на тех, кто без труда осваивает искусство танца.

Потребности в самоактуализации

Это уровень на пирамиде потребностей считается самым высшим, как бы доступным далеко не всякому. И гнев, соотносимый с данным видом потребностей, тоже можно признать высшей формой гнева. Основой тут оказывается личная рефлексия по поводу своего места в мире и отношения мира к себе. Согласитесь, что такая разновидность рефлексии свойственна отнюдь не всем в нашем мире, скорее – это участь избранных, прерогатива элиты. И чем более высокого мнения о себе человек, тем сильнее степень гнева его в том случае, когда человек это видит, что место, отведенное ему в мире, явно ниже чем то место, которое он по своим способностям, как ему кажется, заслужил. И это совсем не обязательно профессиональная или даже творческая деятельность. Это может быть именно социальный аспект. Человек считает, что его место в шикарной вилле на берегу теплого моря, а живет на Севере в однокомнатной квартире. Тогда и возникает гнев: на тех, кто живет на виллах близ южных морей; на себя, живущего не там, где следует жить человеку таких способностей… Не буду развивать эту тему иными примерами. Полагаю, что и так понятно, о чем речь. Действительно, есть люди, полагающие, что достойны большего, чем имеют. Такие мысли способны породить гнев, в основе которого будут, как нам уже встречалось, зависть к другим и обида на себя.

Два пути гнева

Итак, причины гнева и уровни его реализации в зависимости от потребностей человека могут быть весьма различны. Однако мы с вами смогли убедиться, что все это многообразие укладывается в два вектора гнева, в два пути, по которым он может быть направлен. Первый путь – гнев направлен на себя, то есть внутрь. Путь второй – гнев направлен на других, то есть во внешний мир. И один вектор не только не исключает другого, но и усиливается другим вектором.

Гнев и свойства темперамента

Многообразие же причин гнева в очередной раз убеждает нас в тотальности и даже в массовости этого явления человеческой природы. Однако убеждаемся мы и в том, что гнев в разной степени присущ разным людям. Первейшим же показателем актуализации степени гнева следует признать темперамент человека.

Со школы мы помним, что темпераменты, один из которых мы получаем от рождения, делятся на четыре типа: сангвиники, холерики, флегматики, меланхолики. Обладатели какого типа темперамента имеют повышенную предрасположенность к приступам гневливости?

Приходится признать, что гнев более всего присущ холерикам, а менее всего – флегматикам. В древности люди полагали, что к гневу склонны те люди, в организме которых в избытке присутствует желчь, то есть раздражительность, злоба, гнев возрастают тогда, когда случается выброс избыточной желчи в организме.

Уже в новейшее время самим академиком И. П. Павловым было доказано, что все эти качества зависят от специфики устройства нервной системы. У холериков это устройство такого, что рассогласованными оказываются часто процессы торможения и возбуждения, а у флегматиков, напротив, эти процессы соразмерно уравновешены, потому флегматики фактически несклонны к вспышкам гнева, а у холериков состояние гневливости чуть ли не естественное состояние организма. Но как в таком случае быть с отношением к гневу сангвиников и меланхоликов? Сангвиника следует признать носителем среднего темперамента, а значит, и склонность сангвиника к гневу будет носить, условно говоря, «средний» характер: без особого повода сангвиник не будет гневаться, гнев его, если уж возникнет, то не будет долгим, но и раскаяние за гнев не будет носить характер тотального посыпания головы пеплом, заламывания рук и рвания на себе волос. Другое дело меланхолик. не меньше холерика склонен он к гневу, только если у холерика гнев направлен преимущественно на внешний мир, то у меланхолика превалирует вектор, стремящийся в мир внутренний. Проще говоря, холерик в большей степени гневается на окружающих, тогда как меланхолик на себя. И для полноты картины: флегматик практически не гневается, а гнев сангвиника в равной степени распространяется на оба мира – и на внешний, и на внутренний. Вспомним в этой связи все то, что говорилось о специфике направленности гнева применительно к разновидностям человеческих потребностей. И если обобщать, то получается, что возникновение, развитие и специфика гнева в плане векторной направленности зависят от того, к какому типу потребностей можно его отнести, и от того, обладатель какого темперамента гневается.

Как оценивать гнев

Мы с вами пока не ответили на вопрос, как все же оценивать гнев. С одной стороны, гневаться свойственно многим людям, а с другой – гнев признан, как я уже сказал, одним из самых страшных грехов. В этой связи вспомним знаменитую «Божественную комедию», написанную итальянец Данте Алигьери еще в XIV веке. Напомню, что первая из трех частей дантовской поэмы показывает представления об устройстве ада, который поделен на девять кругов согласно дифференциации по степеням греховности. Чем ниже круг, тем страшнее грех и мучительнее наказание. И если в первом круге томятся те, кто не грешил, но и не был крещен, то в самом нижнем, девятом круге обнаруживаем носителей самого ужасного греха – предательства. Где же на этой шкале пороков находятся гневные? Они оказались в пятом круге; ниже, чем сладострастники, чревоугодники, скупцы и расточители, но, разумеется, выше еретиков, насильников, воров, убийц… Вот как Данте описывает то наказание, что несут гневные в пятом круге ада:

Угрюмый ключ стихает и растет

В Стигийское болото, ниспадая

К подножью серокаменных высот.

И я увидел, долгий взгляд вперяя,

Людей, погрязших в омуте реки;

Была свирепа их толпа нагая.

Они дрались, не только в две руки,

Но головой, и грудью, и ногами,

Друг друга норовя изгрызть в клочки.

Учитель молвил: «Сын мой, перед нами

Ты видишь тех, кого осилил гнев;

Еще ты должен знать, что под волнами

Есть также люди; вздохи их, взлетев,

Пузырят воду на пространстве зримом,

Как подтверждает око, посмотрев.

Увязнув, шепчут: «В воздухе родимом,

Который блещет, солнцу веселясь,

Мы были скучны, полны вялым дымом;

И вот скучаем, втиснутые в грязь».

Такую песнь у них курлычет горло,

Напрасно слово вымолвить трудясь».

Как видим, позднее средневековье оценивало гнев как страшный, смертельный грех, заслуживающий самого сурового наказания – гневные, как и в жизни земной, продолжают в свирепой ярости обижать себе подобных, проводят вечность за банальной дракой. Почему столь негативно средневековый человек оценил грех гневливости?

Я полагаю, потому, что видел наглядной, к каким поступкам, к каким последствиям может гнев привести. Сам по себе, вероятно, гнев не так уж и страшен, но то, чему гнев может послужить причиною, бывает порою крайне ужасающем. В гневе царь Иван IV, прозванный Грозным, убил своего сына. А сколько преступлений совершается в гневе на так называемой бытовой почве! Небольшая ссора из-за гнева может привести к тому, что друг может убить друга, брат брата, сын отца, жена мужа… Достаточно взглянуть на сводки криминальных происшествий, чтобы сразу составить для себя общую картину тех преступлений, в основе которых лежал гнев. И тут уже не важно, стали ли причинами гнева пьянство, бедность, глупость или еще что-то; важно, что в гневе люди оказываются способны убивать себе подобных. Мне могут возразить, что я привожу крайние примеры, что далеко не всегда последствия гнева столь кошмарны. Это правда. Но легче ли от такой правды тем, кто страдает от гнева других людей? Легче ли тем, кто в гневе способен совершить преступление, а потом раскаиваться в том, последствия чего необратимы? Да, гнев опасен и для окружающих, и для тех, кто склонен к гневливости. Опасен не только по последствиям, но и потому, что в состоянии гнева человек не может полностью владеть собой, не может себя контролировать. Будто кто другой руководит человеком, пока тот находится в гневе.

Манипулирование гневом

Не менее важно, что и собственно приход гнева человек не может контролировать. Кажется порою, что без всяких на то причин вспыхивает в нас что-то. Тут же мы и теряем власть надо собой, ругаемся, сердимся, а нередко и даем волю рукам. Зная склонность того или иного человека к гневу, кто-то другой может этим человеком управлять: в подходящий момент выводить его из себя и тем самым выставлять его перед всеми в самом неподходящем и неприглядном свете. Вот показательный пример. Подчиненный желал во что бы то ни стало подсидеть своего непосредственного начальника, чтобы занять его место. Для этого нужно было опозорить начальника перед генеральным директором. И подчиненный сделал это, сыграв на излишней вспыльчивости своего начальника, с которой не раз сталкивался. Пока начальник читал головой отчет перед большим собрание и перед самим генеральным, сидящим с прочим высоким руководством в президиуме, подчиненный громко что-то шептал своему соседу. Отвлекаясь на шепот, докладчик стал сбиваться, стал бросать грозные взгляды на шепчущегося, но тот не унимался. И тогда начальник сорвался, перестал владеть собой, вышел из себя и, раскрасневшись, принялся бранить нахала прямо в микрофон. Нужный эффект был достигнут, манипулирование состоялось на все сто процентов. И имело для начальника весьма печальные последствия – генеральный директор объявил ему строгий выговор и перевел на службу в другое подразделение на должность, зарплата на которой была ниже, чем на прежней должности. Впрочем, справедливости ради нельзя не сказать, что и провокатор-карьерист не только не достиг своей цели, но и пострадал крайне существенно – был уволен с работы после директорского разбирательства инцидента.

Между тем, имели место и случаи, когда доведение до гнева приводило манипуляторов к достижению поставленной цели. Вот пример такого рода. В коммунальной квартире одна супружеская пара очень надеялась, что комната их соседа отойдет в будущем им. Но ведь сосед жив и здоров – как тут быть? Не долго думая, муж стал с завидным упорством провоцировать беднягу-соседа – задевать его плечом в коридоре, грубить, бросать вслед обидные слова. Делалось все это с явным знанием дела – сосед слыл человеком вспыльчивым, легко выходящим из себя, способным на гнев без особого на то повода. И как-то раз случилось так, что сосед не выдержал очередного хамства и нанес грубияну удар по голове. Стоит ли говорить, что медицинская экспертиза засвидетельствовала многочисленные побои, милиция задержала горячего драчуна, а суд приговорил его к тюремному заключению. Комната же гневного соседа отошла к супругам-провокаторам. Вот образец прямого вреда, который может нанести гнев.

Думаю, что все, сказанное выше, в полной мере убедило вас в одном – с гневом надо что-то делать, нельзя оставлять гнев на хозяйстве в нашем организме, нельзя позволять гневу становиться властителем над нами и помощником для врагов-манипуляторов. Так что же делать? Подавлять гнев? Стремится к его истреблению? На деле все обстоит не так просто, ибо редукция гнева и тем более уничтожение его ни в коей мере не могут считаться оптимальными способами выхода из сформировавшегося положения. Моя задача далее – поделиться с вами уникальными методиками работы с гневом. Но еще прежде позволю себе ответить на вопрос, почему гнев не стоит подавлять, почему нельзя гнев держать в себе?

Проявление и подавление гнева

Проявления гнева не приветствуются

В человеческом обществе с очень давних пор сложилось своего рода общее представление, согласно которому публичное проявление гнева считается актом крайне непристойным. Вспомните приведенный выше пример о том, как громкий шепот в зале вывел из себя докладчика. Полагаю, многим моим читателям знакома ситуация учителя, гневающегося на нерадивых учеников, или ситуация, когда рассерженный милиционер пускает в ход резиновую дубинку. А ведь и учитель, и милиционер в такого рода случаях заняты тем, что выпускают наружу свой гнев, то есть не стремятся его сдерживать. Так что же лучше – выпустить гнев или сдержаться? Сразу спешу сказать, что тут можно было бы выбрать одну из двух крайностей, если бы только обе они не имели в себе ярко выраженных минусов. Давайте разберемся для начала в том, почему не стоит выпускать гнев. Точнее сказать, почему не стоит бесконтрольно выпускать гнев на объект, этот гнев породивший. Ответ здесь кроется как раз в том самом общественном представлении о гневе. Веками сложилось так, что излишне горячий человек, человек, который не может сдержать себя даже тогда, когда это необходимо, вызывает осуждение со стороны других людей.

А в новейшее время стала популярна еще более изощренная форма унижения гневного, нежели осуждение, – над гневающимися, точнее, над теми, кто гнев не может сдержать, открыто смеются. Смех выступает способом нанесения невоздержанным в проявлениях ярости обиды, которой по силам породить новую вспышку гнева. А дальше цепная реакция провоцирует еще больший смех, что еще пуще унижает гневного. Вспоминается один случай такого общественного осмеяния гнева, «прославивший» гневливого беднягу на всю страну. Самодеятельный театр с большими, правда, амбициями представлял очень вольную трактовку шекспировского «Гамлета». Почти с самого начала немногочисленные зрители, пришедшие на премьеру, стали в голос возмущаться такой вольности. И тогда актер, игравший заглавную роль, не сдержался и разразился гневным и отнюдь далеким от литературного языка монологом в адрес зрителей. Беда же была в том, что спектакль снимало телевидение. Буквально на следующий день сразу несколько каналов показало случившееся, затеняя нецензурную брань гневного актера соответствующим пиканьем и преподнося случившееся как факт комического свойства. Однако амбициозному и уже немолодому актеру пришлось на этом свою карьеру в театре, пусть и в самодеятельном, завершить. Причина, как вы понимаете, в том, что вспышка его бесконтрольного гнева стала достоянием общественности, а общественность через смех осудила и гнев, и его носителя.

Не редки и случаи, когда учителя, не совладавшие со своими эмоциями, вынуждены были уходить из школы. Такое случалось не только с молодыми педагогами, оказавшимися в системе образования случайно, но и с учителями, отдавшими школе не одно десятилетие своей жизни. Наставал момент, когда заслуженный и всеми уважаемый учитель вдруг не выдерживал хамства, наглости со стороны представителей подрастающего поколения и срывался; срывался даже не словом, что могло бы быть как-то редуцировано, а срывался на самое настоящее рукоприкладство: бил ученика. Последствия были вполне предсказуемы – заявление по собственному желанию и практически полное отсутствие шансов вновь оказаться на некогда любимой работе. Причина же столь жестких результатов случившегося кроется в социальном стереотипе отношения к гневу, то есть к выработанным в обществе поведенческим критериям, согласно которым бесконтрольно выплескивать свой гнев считается недостойным, неприличным. Вспомните, чему нас в данном ракурсе учили семья и школа: если вас пытаются вывести из себя, смиритесь с мыслью, что это провокация и не поддавайтесь; даже если вам очень хочется высказаться в ответ, физически или словесно дать отпор, не делайте этого; будет лучше, если вы себя сдержите. Действительно, если кто-то хочет вас обидеть, вызывая в вас гнев, то не давайте повода обидчику торжествовать, ибо вызванный им гнев и будет его торжеством. И христианская религия, и русская классическая литература в ряде своих образцов призывает нас с вами к смирению. А смирение – не что иное, как подавление в себе потенциальных вспышек гнева. Таким образом, социальные отношения предполагают, что в ответ на провокацию, целью которой является вызов в нас гнева, мы должны смолчать, смиренно потупить взор, впасть в состояние спокойствия и даже апатии. Да, это безусловно унизит провокатора и возвысит нас в глазах общества, ведь сдержанность всегда в почете в мире людей. Только вот не пострадает ли наше здоровье от того, что гнев не найдет выхода?

Гневный «выхлоп» физиологически необходим?

Итак, у проблемы проявления гнева есть другая грань. Если общество требует от человека смирения, то физиология столь же категорично требует выхода эмоциям и гнев в том числе. Естественен в таком случае вопрос: если мы не будем сдерживать свой гнев, то не приведет ли это к вседозволенности? Склонные к гневливости люди найдут физиологическое оправдание тому, что будут срываться на каждом встречном и поперечном. Разумеется, здравый смысл подсказывает нам, что такого допускать не следует. И дело тут не в общественных стереотипах, а в самых элементарных нормах и правилах жизни в мире людей, нормах и правилах, созданных не ради красного словца, а на основе наших с вами потребностей в том, чтобы наша жизнь и жизнь вокруг нас сделалась комфортней.

Судите сами, что было бы, если бы гнев можно было выбрасывать, не сильно заботясь о последствиях. В трамвае вы случайно наступили на ногу другому пассажиру. Вы немедленно извинились, как положено в таких случаях – с видом глубокого сожаления улыбнулись. Человек самый обыкновенный, нормальный примет ваши извинения, скажет «ничего страшного» и улыбнется в ответ. Человек, склонный к повышенной гневливости, может поступить двояко. Либо такой человек постарается сдержать себя, сделает вид, что принял извинение, но тем самым свой гнев только загонит внутрь, а потом выплеснет его, как только сил сдерживаться больше не будет. Либо склонный к гневу человек вопреки всем приличиям и правилам и глубоко наплевав на ваши извинения устроит скандал прямо в трамвае: раскричится, расшумится, а, возможно, и руки распустит.

Какой из двух вариантов развития событий лучше? Согласитесь, что оба случая далеки от поведенческого идеала. Первый случай отнюдь не безупречен с точки зрения самой обычной физиологии – искусственное сдерживание гнева, во-первых, дурно влияет на состояние целого ряда жизненно важных органов гневливого человека; во-вторых, переполнение организма клетками гнева может наступить в крайне неподходящий момент, случиться в такой ситуации, когда положение гневающегося может существенно усугубиться. Второй случай, без сомнения, страшен не только в аспекте общественного осуждения гневающегося человека, но и в том аспекте, согласно которому распускающий язык и руки в транспорте человек может нарваться на себе подобного, на столь же, а то и в большей степени гневливого; тогда сложно будет избежать и сугубо физического столкновения двух схожих темпераментов и поведенческих моделей.

Примеры «выхлопов»

Вспомним в этой связи русскую классическую литературу. Все помнят со школьной скамьи, что в пьесе Островского «Гроза» есть такой персонаж Савел Прокофьевич Дикой, отличающийся бурным характером, способный выбранить ни за что ни про что кого угодно. «Уж такого-то ругателя как наш Савел Прокофьич, поискать еще», – говорится о Диком в пьесе. Стоит признать, что это весьма яркий тип гневного человека. Но вспомним и тот факт, что, по рассказам жителей города Калинова, в котором разворачивается действие «Грозы», как-то раз на волжском пароме Дикой нарвался не еще более гневливого человека – какого-то офицера – от которого получил должный отпор и вынужден был смирить свой гнев. Впрочем, потом Савел Прокофьевич без труда отыгрался на своих домочадцах, выплеснув на них спрятанный было гнев.

После такого примера из классики позволю себе привести примеры из жизни пациентов клиники Роялмед. Сначала расскажу о том негативном воздействии, какое может оказывать искусственное сдерживание гнева, осуществляемое без специальной подготовки, потом – о наглядных последствиях гнева несдержанного. Сергей Геннадьевич, тридцатидевятилетний слесарь шестого (то есть самого высшего) разряда рассказал, обратившись ко мне за консультацией, что уже давно научился сдерживать свое гнев. Сергей Геннадьевич буквально убирал в себя клетки гневливости, как только жизнь давал повод к их активизации во внешний мир. Для этого мужчина вырабатывал в себе смиренной состояние, близкое к апатии. Из года в год выходил из напряженных ситуаций Сергей Геннадьевич при помощи ухода в себя, иногда, оставшись наедине, позволял себе немного поплакать, но это было то единственное, что хоть как-то выводило клетки гнева наружу. Большей же частью клетки эти скапливались в организме. Мужчине нет сорока, а он стал замечать, что возникли проблемы сразу по нескольким физиологическим фронтам: желудочно-кишечный тракт и опорно-двигательная система перестали работать идеально, а ко всему прочему стала вдруг подводить память. Благодаря обращению в клинику Роялмед Сергей Геннадьевич понял глубинные причины происходящего – небывалое скопление клеток гнева, таким вот своеобразным способом – через воздействие на внутренние органы – напоминающих о своем существовании. Несложные методики, специально разработанные в моей клиники, позволили клетки гнева вывести из организма и обеспечить невозможность их дальнейшего скопления во внутренних органах. В итоге и проблемы со здоровьем благополучно разрешились.

Другой пример, с которым мне в процессе практики пришлось столкнуться, относится к сфере так называемого медленного сдерживания гнева, то есть к тем случаям, когда в ситуации вызвавшей гнев человек сдержался, но очень скоро, при первом удобном случае гнев выплеснул (так было, напомню, у Дикого после встречи с офицером на волжском пароме). Изложу ситуацию, которая наглядно говорит о прямом вреде медленного сдерживания гнева. Евгений (студент, 23 года) поссорился с одногруппинками по какому-то пустяковому поводу, который сам потом даже и вспомнить не мог. Хотел было накричать на своих товарищей, потому что все внутри закипало от злобы на них, но что-то в душе Евгения подсказало, что делать этого не следует – ведь тогда юноша окажется посмешищем для сверстников. Евгений просто развернулся и ушел, спиною своей давая понять, что он выше всякого рода склок. И уже на входе в метро случилось так, что турникет почему-то захлопнулся сам собой именно в торт момент, когда Евгений, опустив жетон, хотел проследовать внутрь станции. Вот тут-то так, казалось, умело сдержанны совсем недавно гнев и вышел наружу: рассерженный студент пнул со всей злости по турникету и громко выругался. На беду случился рядом наряд милиции. Опускаю подробности, скажу, что столь не к месту явившийся приступ гнева вылился для Евгения в привлечение к административной ответственности за хулиганство в общественном месте. Итак, сдерживать гнев бывает крайне опасно и в плане физиологическом, и в плане социальном. А не сдерживать гнев? А давать ему волю тотчас же по мере его провоцирования? И это тоже весьма опасно в различных аспектах. Вот весьма наглядный пример, случай, о котором мне рассказал одна моя сотрудница, ставшая свидетельницей случившемуся. Дело было несколько лет тому назад в очереди в железнодорожную кассу перед началом периода летних отпусков. Одна дама средних лет так долго мучила кассиршу требованиями того, какое у нее должно быть место, за какую цену, в каком вагоне и поезде, который должен был уходить тогда-то и тогда-то, а приходить в еще более точный срок, установленный покупательницей билета, что кассирша сорвалась. К чести ее надо сказать, что добрых двадцать минут она держалась; старалась не вмешиваться и очередь. И все же молодая кассирша не выдержала – накричала на даму-покупательницу. И к чему это привело? К тому что в ответ и девушка в кассе, и очередь, и все, кто был рядом, услыхали от дамы такое… Вскоре в перепалку вступили и другие люди: кто-то занял позицию кассирши, кто-то покупательницы; здание железнодорожных касс буквально переполнилось выхлопами гнева. Моя сотрудница, ставшая свидетельницей этого неприглядного проявления природы человеческой, не стала дожидаться какого бы то ни было исхода, а удалилась из помещения. Но мы с вами можем быть уверены – ссора в кассе уж точно не закончилась ни чем хорошим. Все эти случаи я привел не как уникальные, а, скорее, как типичные.

* * *

Именно типичность такого рода примеров и позволяет мне сделать промежуточный вывод относительно возможных последствий гнева: ни один из перечисленных вариантов того, как ведет себя человек, склонный к гневу, не может считаться удовлетворительным. И искусственное сдерживание гнева, и его неконтролируемый выход наружу далеко не безопасны для нас с вами и в плане физиологическом, и в плане социальном.

Что же делать? Ведь принятие данного тезиса может привести к признанию в том, что нет смысла что-либо противопоставлять гневу. А раз так, что нам с вами ничего не остается, как смириться с наличием гнева и продолжить антиобщественную и в прямом смысле болезненную практику либо искусственного сдерживания, либо неконтролируемого выхода.

Но мы не привыкли отступать! Согласитесь, но даже на уровне элементарной логики выход где-то рядом – не так ли? Что если человек способен контролировать и сдерживание гнева, и его хранение в организме, и его выход как раз в тот момент, когда это предельно безопасно для всех?

На положительном ответе на данный вопрос и строится та уникальная методика, которая предлагается вашему вниманию в этой книге. Методика, разработанная в клинике Роялмед, научит вас контролировать свой гнев, подчинять себе все формы его проявления и консервации на всех стадиях его существования. А общий результат будет заключаться в решении целого проблем: благодаря умению управлять гневом вы существенно поправите свое здоровье, осуществите профилактику возможных недугов, наладите отношения в семье и на работе либо не позволите им в грядущем расстроиться, утвердитесь в обществе и самоутвердитесь, улучшите свое материальное положение. Столь обширный список из разных сфер нашего бытия отнюдь не рекламный ход. Просто все перечисленные проблемы оказываются при их выявлении подчинены тому самому эмоциональному фону, о котором я говорил в самом начале книги. Ведущей же линией этого эмоционального фона и является так называемая линия гнева. Таким образом, научившись управлять гневом, мы тем самым наладим наш эмоциональный фон и реально решим целый ряд важных проблем. И еще одно принципиальное вводное замечание. Мы с вами воспитаны так, что как только слышим слово «контроль», так тут же представляем себе что-то очень серьезное и строгое, что-то основанное на силе, но подчинении. Тот контроль над гневом, который предлагается вам в качествен панацеи от многие бед, является контролем совершенно иного порядка – он основан на любви, на доброте, на открытости. И все это – по отношению к гневу. То есть чтобы контролировать все возможные формы проявления гнева, мы должны наш гнев возлюбить.

Диагностика гневливости

Однако прежде чем мы перейдем к самим рекомендациям и методикам, попробуем диагностировать степень вашей склонности к гневу. Для этого вам нужно будет пройти специально подготовленный тест. Замечу, что данный тест следует пройти любому человеку, если у того существуют проблемы со здоровьем, проблемы личного или социального характера. Дело в том, что корень этих проблем может быть как раз в линии гнева эмоционального фона, просто мы сами порою и не подозреваем об этом. Вашу склонность к гневу позволит выявить следующий ниже ситуативный тест. Вам будут заданы вопросы, отвечая на которые вы должны будете себе представить, как вы себя поведете в той или иной ситуации, так или иначе связанной с гневом. Даны четыре варианта ответа: ДА; СКОРЕЕ ДА, ЧЕМ НЕТ; СКОРЕЕ НЕТ, ЧЕМ ДА; НЕТ. Каждому варианту соответствует количество баллов, за него начисляемых: ДА – 3 балла; СКОРЕЕ ДА, ЧЕМ НЕТ – 2 балла; СКОРЕЕ НЕТ, ЧЕМ ДА – 1 балл; НЕТ – 0 баллов. Просто обводите тот ответ, который вам кажется правильным. В конце прохождения теста полученный баллы и суммируются и исходя из этого решается степень вашей склонности к гневу. Напомню, кроме того, что данный тест важен не только для определения степени гневливости, но и во многом для того, чтобы приблизится к пониманию глубинных причин ваших проблем – физиологических, личных, социальных. Отвечая на вопросы, будьте искренни; наглядно представляйте себя в описываемой ситуации. И еще один важный момент: не задумывайтесь над ответами, ибо точность результата во многом определяется стремительностью принятия решения в той или иной ситуации.

1) В очереди в кассу супермаркета вас грубо оттолкнет человек, явно меньший по силам чем вы. Вы оттолкнете его в ответ?

ДА – 3 балла; СКОРЕЕ ДА, ЧЕМ НЕТ – 2 балла; СКОРЕЕ НЕТ, ЧЕМ ДА – 1 балл; НЕТ – 0 баллов.

2) В очереди в кассу супермаркета вас грубо оттолкнет человек, явно превосходящий вас по силам. Вы оттолкнете его в ответ?

ДА – 3 балла; СКОРЕЕ ДА, ЧЕМ НЕТ – 2 балла; СКОРЕЕ НЕТ, ЧЕМ ДА – 1 балл; НЕТ – 0 баллов.

3) Вы переходите дорогу на зеленый свет по пешеходному переходу, а машина, которая должна вас пропустить, начинает истово сигналить. Вы в ответ выругаете водителя этой машины?

ДА – 3 балла; СКОРЕЕ ДА, ЧЕМ НЕТ – 2 балла; СКОРЕЕ НЕТ, ЧЕМ ДА – 1 балл; НЕТ – 0 баллов.

4) Вы за рулем автомобиля, вы торопитесь, а впереди вас очень медленно едет другой автомобиль. Станете ли вы торопить машину, идущую впереди, звуковым сигналом?

ДА – 3 балла; СКОРЕЕ ДА, ЧЕМ НЕТ – 2 балла; СКОРЕЕ НЕТ, ЧЕМ ДА – 1 балл; НЕТ – 0 баллов.

5) Хмурой и сырой осенью вас обрызгал несущийся на большой скорости автомобиль. Способны ли вы схватить с дороги камень и бросить ему вслед?

ДА – 3 балла; СКОРЕЕ ДА, ЧЕМ НЕТ – 2 балла; СКОРЕЕ НЕТ, ЧЕМ ДА – 1 балл; НЕТ – 0 баллов.

6) Вы у себя дома решили поспать, а сосед в этом время решил заняться ремонтом своего жилища при помощи электродрели. Станете ли вы стучать соседу в стену, давая тем самым понять, что он вам мешает?

ДА – 3 балла; СКОРЕЕ ДА, ЧЕМ НЕТ – 2 балла; СКОРЕЕ НЕТ, ЧЕМ ДА – 1 балл; НЕТ – 0 баллов.

7) Вы смотрите кинофильм в кинотеатре, а неподалеку от вас кто-то шепчется и мешает вашему отдыху. Сделаете ли вы замечание этому человеку?

ДА – 3 балла; СКОРЕЕ ДА, ЧЕМ НЕТ – 2 балла; СКОРЕЕ НЕТ, ЧЕМ ДА – 1 балл; НЕТ – 0 баллов.

8) Во время путешествия на автобусе вы вышли на стоянке, а тем временем ваше место занял кто-то другой. Вы рассердитесь на этого человека?

ДА – 3 балла; СКОРЕЕ ДА, ЧЕМ НЕТ – 2 балла; СКОРЕЕ НЕТ, ЧЕМ ДА – 1 балл; НЕТ – 0 баллов.

9) В выходной вы пришли на работу, чтобы в это выдавшееся свободное время поделать что-нибудь для себя, а вахтер вас не пускает, ссылаясь на приказ начальства. Вступите ли вы с вахтером в спор?

ДА – 3 балла; СКОРЕЕ ДА, ЧЕМ НЕТ – 2 балла; СКОРЕЕ НЕТ, ЧЕМ ДА – 1 балл; НЕТ – 0 баллов.

10) В выходной вы пришли на работу, чтобы в это выдавшееся свободное время поделать что-нибудь для себя, а тут пришел кто-то из ваших коллег и сел поболтать с вами. Прогоните ли вы этого коллегу, мешающего ваше работе?

ДА – 3 балла; СКОРЕЕ ДА, ЧЕМ НЕТ – 2 балла; СКОРЕЕ НЕТ, ЧЕМ ДА – 1 балл; НЕТ – 0 баллов.

11) Вы стрижете себе ногти и вдруг случайно порезались. Швырнете ли вы ножницы куда подальше?

ДА – 3 балла; СКОРЕЕ ДА, ЧЕМ НЕТ – 2 балла; СКОРЕЕ НЕТ, ЧЕМ ДА – 1 балл; НЕТ – 0 баллов.

12) Вы убираетесь в квартире, склонились к полу и не заметили, что чуть повыше осталась открыта дверца шкафа. И поднимаясь, вы стукнулись об эту дверцу головой. Ударите ли вы сразу вслед за тем эту дверцу?

ДА – 3 балла; СКОРЕЕ ДА, ЧЕМ НЕТ – 2 балла; СКОРЕЕ НЕТ, ЧЕМ ДА – 1 балл; НЕТ – 0 баллов.

13) Вы рассчитывали провести несколько часов в одиночестве, а к вам пришел незваный визитер. Выгоните ли вы его?

ДА – 3 балла; СКОРЕЕ ДА, ЧЕМ НЕТ – 2 балла; СКОРЕЕ НЕТ, ЧЕМ ДА – 1 балл; НЕТ – 0 баллов.

14) В плацкартном вагоне поезда кто-то своим храпом мешает вам спать. разбудите ли вы этого человека, чтобы он не храпел?

ДА – 3 балла; СКОРЕЕ ДА, ЧЕМ НЕТ – 2 балла; СКОРЕЕ НЕТ, ЧЕМ ДА – 1 балл; НЕТ – 0 баллов.

15) Вам срочно надо отпроситься с работы, а начальник без объяснения причин категорически не разрешил вам. Сможете ли вы резко оспорить решение начальника?

ДА – 3 балла; СКОРЕЕ ДА, ЧЕМ НЕТ – 2 балла; СКОРЕЕ НЕТ, ЧЕМ ДА – 1 балл; НЕТ – 0 баллов.

16) В автобусе вас грубо толкнули. Вы скажете этому человеку все, что думаете о нем и о его поступке?

ДА – 3 балла; СКОРЕЕ ДА, ЧЕМ НЕТ – 2 балла; СКОРЕЕ НЕТ, ЧЕМ ДА – 1 балл; НЕТ – 0 баллов.

17) В автобусе вас грубо толкнули. Вы оттолкнете толкнувшего вас?

ДА – 3 балла; СКОРЕЕ ДА, ЧЕМ НЕТ – 2 балла; СКОРЕЕ НЕТ, ЧЕМ ДА – 1 балл; НЕТ – 0 баллов.

18) Вы включаете телевизор, чтобы посмотреть любимую передачу, а телевизор капризничает, не желая то картинку давать качественную, то звук. Ударите ли вы по телевизору?

ДА – 3 балла; СКОРЕЕ ДА, ЧЕМ НЕТ – 2 балла; СКОРЕЕ НЕТ, ЧЕМ ДА – 1 балл; НЕТ – 0 баллов.

19) Вам надо спешить, а весь общественный транспорт куда-то подевался; тот же, что приходит, уже до отказа наполнен пассажирами. Вы ведь не будет молчать, вы ведь скажете о работе транспорта громко и во всеуслышанье то, что думаете?

ДА – 3 балла; СКОРЕЕ ДА, ЧЕМ НЕТ – 2 балла; СКОРЕЕ НЕТ, ЧЕМ ДА – 1 балл; НЕТ – 0 баллов.

20) Утром вам хочется спать, но будильник на тумбочке возле кровати вот уже четверть часа каждый полминуты напоминает о себе. Вы одним движение руки смахнете этот будильник подальше на пол?

ДА – 3 балла; СКОРЕЕ ДА, ЧЕМ НЕТ – 2 балла; СКОРЕЕ НЕТ, ЧЕМ ДА – 1 балл; НЕТ – 0 баллов.

21) Близкий человек обидел вас словом. Обидите ли вы тут же близкого вам человека?

ДА – 3 балла; СКОРЕЕ ДА, ЧЕМ НЕТ – 2 балла; СКОРЕЕ НЕТ, ЧЕМ ДА – 1 балл; НЕТ – 0 баллов.

Итак, посчитаем баллы и резюмируем состояние степени вашей склонности к гневу. Как вы понимаете, чем больше полученное число, тем выше данная степень.

Вы набрали в сумме от 49 до 63 баллов. Это означает, что ваше гневливость находится на самой высшей стадии. Вы фактически не владеете собой, а это – главнейшая причин всех тех проблем, которые существуют в вашей жизни.

Вы набрали в общей сложности от 37 до 48 баллов. Проблема с гневом у вас не просто существует, она мешает вам жить, доставляет серьезные неудобства и выступает поводом к появлению различных проблем.

Ваш результат уложился в спектре от 28 до 36. Вы испытываете серьезные трудности в вашей жизни по самым разным направлениям, а причина этих трудностей в том, что вы весьма склонны гневаться на окружающих. Постарайтесь следить за собой в тех ситуациях, когда есть повод для проявления гнева.

Вы получили в итоге число от 19 и до 27. Вы больше склонны к гневу, чем вам может казаться в обыденной жизни. Иллюзия того, что спокойствие – ваше второе имя, может, едва случай представится, обернутся всплеском эмоционального фона, выраженного в немотивированном проявлении гнева.

Ваша сумма баллов составила от 11 до 18. Можно бы было сказать, что вы почти не знаете, что такое гнев, но это будет не верно. Гневливость, в данный момент не мешающая вам жить, тем не менее таится в вас и при первом удобном случае даст знать о себе.

Результат, полученный в результате тестирования, оказался в промежутке от 5 до 10. Вы крайне спокойный человек. Вам удается жить вполне без гнева. Если у вас есть проблемы, то причина их отнюдь не в сфере эмоций, а в чем-то ином. И все же вам не будет помехой прохождение курса редукции гневных клеток.

Вы набрали сумму от 0 до 4 баллов. Вы можете дальше эту книгу не читать, она не для вас, потому что для вас проблемы гнева не существует и даже, пожалуй, никогда не будет существовать. Корни же проблем, если таковые у вас есть, ищите в иных сферах, в сферах, не связанных с эмоциями.

Только помните, что результаты эти будут справедливы при соблюдении двух правил при ответах на вопросы теста – правила искренности и правила стремительности. Во-первых, вы не должны лукавить перед собой, а честно и просто отвечать на поставленный вопрос, выбирая один из четырех вариантов ответа. Во-вторых, отвечать следует быстро, потому что сами ситуации не предполагают долгих раздумий. Согласитесь, что размышления в данном аспекте нарушат чистоту эксперимента, ведь все ситуации из вопросов смоделированы таким образом, что рассчитаны на быстроту реакции. Итак, мы с вами смогли выявить имеющуюся проблему. Теперь приступим к разговору о механизме, согласно которому гнев функционирует.

Работа гнева и его влияние на нашу жизнь

Чтобы стало ясно, с чем, собственно, в формате данной книги мы работаем, нам следует прояснить сам механизм, согласно которому гнев в нашем организме функционирует, и механизм влияния подавляемого гнева на различные сферы нашей жизни.

Гнев относится к области эмоционального фона, а значит, далеко не всегда поддается рациональному и аналитическому объяснению. В этой связи следует существенно различать повод к возникновению гнева и причину его появления. Поводом выступает непосредственно само событие, включенное в ситуацию возникновения гнева, то есть сам факт, сам случай, породивший гнев. Вы рассердились на человека, наступившего вам на ногу в автобусе: то, что вам наступили на ногу – повод для появления гнева. Вы рассердились на машину, обрызгавшую вас: тот факт, что вас обрызгали, является поводом к появлению вашего гнева. Вы прогневались на начальника, отругавшего вас за плохо выполненную работу: поводом стал выговор, который начальство произнесло в ваш адрес.

Однако всмотримся в те же самые ситуации с более точных аналитических позиций, ведь даже выявление поводов к приступам гнева лежат нередко куда как более глубоко, чем нам может казаться. Первая ситуация – вам наступили на ногу в автобусе и это породило гнев. Но подлинным глубинным поводом для появления гнева стало то, что вы поехали в битком набитом салоне, где каждый сам за себя и где законы вежливости и взаимоуважения попраны. Гнев стал возникать в вас еще на остановке, усилился, кода вы влезали в автобус, а потому усилился еще пуще по дороге и на остановках. И все же сама активизация гнева случилась тогда, когда на вас было оказано физическое воздействие – вам наступили на ногу; это и стало той каплей, которая переполнила чашу терпения и, как говорится, возмутила даже смиренных. Таким образом, на данном примере хорошо видно, что поводом для порождения гнева обычно служит не какое-то одно событие, а буквально целая событийная система.

Вторая ситуация из выделенных нами, это то, что вас обрызгала машина. Но опять же сам этот факт явился лишь завершающим звеном в общей цепи ряда фактов, служащих накоплению гневных клеток в вашем организме. Если возможно, проанализируйте ситуацию – тогда вы поймете, что еще до того, как грязь из-под колес проезжающего автомобиля коснулась вашей одежды, вы уже были готовы к вспышке ярости: хмурая сырая погода сформировала в вас не очень хорошее настроение, проносящиеся мимо автомобили вполне могли рассердить тем, что приходилось увертываться от летящих брызг, дождь и раскрытый зонт тоже вряд ли радовали вас. А все это означает, что собственно сам факт того, что одна из машин вас обрызгала, пал на уже подготовленную почву и выразился во вспышке гнева, объектом которого стала обрызгавшая вас машина.

Впрочем, не сбрасывайте со счетов, что в описанной системе событий все за исключением последнего действия могло быть принципиально не так: все было прекрасно, солнце выглянуло, настроение отличное, птички поют, выходной день, но тут – летящая на громадной скорости машина переворачивает все с ног на голову, радость сменяется злостью. И после этого уже ни солнечный свет, ни птичье пение, ни выходной день не способны породить хорошее настроение, настроение ваше испорчено случившимся. Однако и здесь можно констатировать воздействие на порождение гнева системы фактов, только система эта будет основываться на фактах, оценочно друг другу противоположных: все было слишком хорошо для того, чтобы так было всегда, то есть система позитивных фактов, накапливания их, наслоения друг на друга вела к тому, что когда-то позитив должен был превысить свой лимит и выразиться в чем-то весьма негативном. Таким образом, порождающим гнев поводом является опять не одно событие, а система их.

Третья ситуация – с ругающим вас начальником – еще более прозрачна в плане выявления системы поводов для нарушения эмоционального фона. Чтобы выявить все события этой системы, примите для начала как данность то, что начальник все-таки ругает вас за дело. И пусть даже степень выговора превышает, на ваш взгляд, степень вашей проступка, вашей вины, все же признайтесь хотя бы себе, что проступок и вина имели место быть. А значит, поводом к выговору стала плохо выполненная вами работа. Но в поисках повода к появлению не спешите останавливаться на том, что вы никуда не годно исполнили предписанное, а продолжайте смотреть в самый корень явления – ответьте для себя на вопрос: почему, собственно, вы эту работу сделали плохо. Здесь не берусь даже в качестве гипотетических давать какие бы то ни было варианты ответа, ибо они все будут именно гипотетическими, ведь повод к плохо выполненной работе может быть очень разным и явно зависит от самой сути этой работы. Так или иначе, а система поводов непременно выстроится вновь.

Упражнения на определение повода гнева

Оставаясь в логике того, что даже повод у приступа гнева не бывает один, а в подавляющем большинстве случаев является элементом системы других поводов, попробуйте выполнить несколько упражнений. Вам будет дана итоговая ситуация, сразу после которой возникает вспышка гнева, а вам нужно будет обозначить те события, которые вместе с указанным могли бы составить систему поводов для появления гнева.

Ниже я дам возможные ответы на поставленные задачи.

1) Вы читаете нужный вам по работе текст, но ничего в нем не можете понять и в вас закипает гнев.

2) Вы учите иностранный язык, а новые слова совершенно не запоминаются и тем самым заставляют вас сердиться.

3) Вы решили всерьез заняться спортом, но ваши результаты даже после месяца тренировок запредельно низкие, отчего вы гневаетесь.

4) Вы пришли в кино, а билетов на тот сеанс, на который вы хотели, нет. И это вас разозлило.

5) Вы играете в карты и все время проигрываете, отчего гнев переполняет ваше сердце.

6) Вам кажется, что окружающие вам лгут, и от этого гнев в вас все нарастает и нарастает.

7) Вы сидите за рулем автомобиля. Вас раздражает слишком медленная езда одних и слишком быстрая езда других. И еще раздражают пешеходы, так и норовящие броситься под колеса вашей машины.

8) Вас выводит из себя музыка, звучащая из-за стены и мешающая вам сосредоточиться за каким-нибудь очень для вас важным делом.

9) Вас нервирует запах, который непонятно откуда проникает к вашему рабочему месту и не дает полноценно сосредоточиться на работе.

Теперь попробуйте по каждому из пунктов указать иные события, которые непосредственно предшествовали описанным и могли бы стать элементами в системе поводов, способных породить гнев внутри вас. Только, пожалуйста, будьте внимательны в процессе знакомства с условиями. Если вы все сделали, то теперь можете сравнить полученные вами результаты с теми, что даю я по тем же ситуациям. Не пугайтесь того, что результаты могут отличаться, ведь мы все живем и мыслим индивидуально. Итак, мои ответы:

1) Поводом к тому, что вы ничего не понимаете в нужном вам для работы тексте, может стать, ваша усталость или, к примеру, то, что вы озабочены чем-то и не можете сосредоточиться на том тексте, который вам следует прочесть, постоянно думая о другом. Наконец, может быть и такое, что текст, действительно, вам непонятен, темен для вас в силу вашей недостаточной образованности или просто лени вникать в трудные смыслы. Более того, все перечисленные факты могут выступать единым фронтом, формируя крупную систему поводов для гнева.

2) Самым вероятным поводом к гневу оттого, что не запоминаются слова из иностранного языка, который вы учите, является неспособность ваша к иностранным языкам, беспомощность своего рода в данном плане. Но не забывайте, что в той же степени поводом может стать и усталость, и занятость вашего сознания чем-то иным, далеким от иностранных слов. Поводом может быть даже ваша личная неприязнь (а возможно, и излишняя приязнь) к преподавателю. Не следует отрицать и того, что в виде повода к порождению гнева от не запоминающихся иностранных слов может быть раздражение от учебника, а тут раздражать могут самые разные факторы: от цвета картинок до того, как текст расположен на странице. Такого рода раздражение часто даже не осознается нами в полной мере, но все же встречается.

3) Поводом к низким результатам при занятиях спортом может быть общая слабость вашего организма, буквально неспособность ваша к физическим занятиям. Может быть и то, что вы давно не занимались спортом и поэтому требуется куда как больше времени, нежели один месяц, чтобы достичь хоть каких-то результатов. Возможен и такой повод, согласно которому вы просто ошиблись с видом спорта: вы выбрали, допустим, стрельбу из лука, совершенно не подумав, что ваше слабое зрение отнюдь не будет способствовать хорошим достижениям в этом виде спорта; а вас ждет, например, велоспорт (у вас ведь сильные ноги) или гребля на байдарках (если ваши руки очень сильные). Однако повод может быть и в том, что именно тот месяц, что вы занимались выбранным видом спорта, на вас свалились другие заботы в большом количестве. И они не позволили вам должным образом сосредоточиться на спортивных занятиях, испортили результаты и вызвали гнев.

4) Вероятно, вы очень хотели попасть в кино, раз так рассердились, узнав, что билетов нет. Но ведь никто не мешал вам данную ситуацию хотя бы в некоторой степени предвидеть, а значит, просто позвонить в кинотеатр и справиться о наличии билетов или же заранее забронировать себе места в зале. Раз вы не сделали этого, значит, было уже что-то такое, что стало поводом для поводы, то есть что-то породило ваш гнев еще раньше, чем вы узнали об отсутствии билетов. Таким поводом для повода могла стать ваша озабоченность чем-то или же ваша неспособность как-то занять свое свободное время. Вы бессознательно стремились провести досуг в радость или с пользой, но сделать этого не могли, хотя и не понимали вашу неспособность. Выбрали кино, но не позаботились о том, чтобы все получилось хорошо. В результате получился гнев на обстоятельства, а на самом деле – на себя.

5) Согласно ситуации с картами, подумайте сначала, а что конкретно подвигло вас сесть за карточный стол. Здесь, по всей вероятности, придется подойти к проблеме дифференцированно: игра проходит просто так, без выигрыша, в круг близких вам людей и является не более чем формой проведения досуга; игра идет с серьезным интересом, грубо говоря – на деньги, возможно – очень большие. В первом случае (игра без выигрыша) поводом для гнева от проигрыша может стать укоренившаяся внутри вас привычка всегда и во всем первым, первым прежде всего в кругу семьи (если вы играете в карты с кем-то из близких людей). Вам делается обидно, что кто-то из ваших домочадцев удачливее вас, а потому и повод к гневу тогда – ваша зависть по отношению к другим. Но задумайтесь и над тем, что привело в вас в такой ситуации за карточный стол? Скорее всего, проблема безделья, невозможность найти для себя хоть какое-то занятие по душе, занятие, которым можно бы было заполнить свободное время. А раз так, то не это ли повод для гнева на себя самого: так по-дурацки тратить время жизни! Мысль о своей неспособности отдыхать полноценно может рассердить даже очень уравновешенного человека. Теперь взглянем на другой случай – игра в карты идет на деньги. Согласитесь, но повод тут, безусловно, в причинах, подтолкнувших человека сесть за карточный стол ради материального выигрыша. А значит, поводом может стать, к примеру, бедность. Или желание без особого труда обогатиться. Но это то, что на поверхности. Не будем отрицать, к примеру, желание рискнуть, проверить себя, сыграть не столько с соперником, сколько с судьбой. Сыграть с желанием выиграть. Само это желание – тоже из разряда проблемных и тоже может считаться поводом к проявлению гнева при проигрыше. В конце концов, любая утрата материальных средств – тоже повод для гнева. То есть в описанной ситуации система поводов для гнева гипотетически может быть довольно-таки обширной и многоплановой.

6) Не может считаться обыденной и ординарной ситуация, когда вам кажется, будто люди вокруг вас не говорят вам правды. И не только это, конечно, оказывается поводом для гнева. Повод надо искать в том, почему вам так кажется. Вероятно, когда-то вас (человека по природе и от рождения доверчивого) кто-то очень сильно обманул. И этот кто-то – тот, кому вы доверяли. И теперь вы живете согласно принципу, сформулированному в пословице: обжегшись на молоке, дуют на воду. Будучи однажды обманутыми, вы теперь склонны обман видеть повсюду и везде. Так что же тогда будет поводом для гнева? Ваш личный опыт, переросший в итоге в своего рода фобию по отношению к людям. С большой долей вероятности можно утверждать, что в числе иных поводов лежит и ваше одиночество, ведь если вы полагаете, что все вам лгут, то вряд ли кому-то из людей вы поверите больше, чем всем другим. Если это так, то на одиночество вы обречены, а оно в полной мере может статья поводом для гнева. Повод этот может быть еще и усугублен тем, что вокруг вас слишком много людей, а вы всех их ненавидите. Список поводов относительно заявленной проблемы можно множить и множить. Важно не столько их обилие, сколько их укорененность в сущности вашего характера.

7) Если вы водитель со стажем, то раздражаясь на других водителей, вы тем самым показываете, что для вашего гнева есть еще какой-то повод помимо того, что одни ездят очень медленно, а другие быстро. Вероятно, вы уже сели за руль в дурном расположении духа, а движение по городским улицам в общем потоке, где каждый сам за себя, только усугубило ваш настрой на негатив. То есть поводом к проявлениям гнева является не столько происходящее на дороге, сколько происходящее у вас в душе, а тут толчками могут быть вещи очень различные: вас обидели дома, вы поссорились с другом, вам выговорили на работе… И даже не обязательно это должно быть событие в строгом смысле. Можно просто утром выглянуть в окно, увидеть, сколь плоха нынче погода, и после этого уже в плохом настроении сесть за руль. А может быть, вы направились куда-то по делам, которые вам не нравятся. Например, вы решили навестить кресло стоматолога. Не исключайте и того, что вы могли самым элементарным образом не выспаться, либо, наоборот, проспать так долго, что даже самое хорошее настроение заспалось вместе с вами. Повод, между тем, может быть и более близким к автомобильной проблематике. Например, ваша машина неисправна и вы просто завидуете другим водителям, машины которых исправны. Не стоит исключать и того, что ваше состояние за рулем всегда на грани нервного срыва. Вызвано же это может быть просто плохим умением водить машину, отсутствием должных навыков, а возможно – и каких-то знаний по вождению автомобиля. Таким образом, и здесь спектр поводов для проявления гнева может быть весьма широким.

8) Поводом к тому, что вас раздражает музыка из-за стены может служить, с одной стороны, само качество этой музыки. То есть чтобы понять природу такого гнева в плане повода, приведшего к нему, надо знать точно музыкальные вкусы гневающегося и, скорее даже, представлять ту музыку, которая лежит далеко за пределами этих вкусов. Но это только с одной стороны. С другой же стороны, раздражать может сам факт постороннего шума, не зависимо от того, какого качества и даже какой громкости этот шум. Тогда повод следует искать в чем-то ином. Например, в том, что работа, выполняемая под музыку, элементарно не ладится. И по большому счету музыка здесь совсем не при чем. Просто мы с вами подсознательно ищем причины собственной неспособности сделать что-то путное и собственным неудачам в каких-то внешний факторах, в среде, тогда как причины эти кроются в нас в самих. Нам не нравится работа, но не в этом мы видим то, почему она не получается, а в том, что музыка за стеной мешает нам ее выполнять. Возможны и иные поводы: сейчас мы не готовы к выполнению этой работы, другие люди плохо подготовили базу для этой работы, начальство не сформулировало надлежащим образом задач, не сказало точно, чего ждет от этой нашей работы. В решении данной задачи принципиально важно было то, что речь шла не просто о музыке как помехе, а о том, что посторонняя музыка мешает работе. Из этого и надо было исходить в поиске повода к гневу.

9) И в этом случае важно, что запах не просто беспокоит вас, а проникает к вашему рабочему месту. Это означает, что все то, что было сказано в предыдущем ответе касательно поводов для гнева на работе, может быть актуализировано и при решении данной задачи. Однако тут добавляются и новые значения, основанные на том, что поводом для раздражения оказываются же не звуки музыки, а запахи. Здесь важно понять две, как минимум, вещи, источник запаха и его качественных характеристики. При этом обе эти вещи могут и совмещаться. Очень простой, хотя и не очень ароматный пример: рядом с вашим рабочим местом случилась авария в туалете. Думаю, можно не продолжать. Или вы категорически не переносите табачный дым, ваши же коллеги, расположившись где-то совсем близко, только тем и заняты, что курят. А запах табака вас и раздражает, доводя до гнева. С такого рода ситуациями все предельно ясно. Немного иначе обстоит дело с теми случаями, когда нельзя точно назвать источник запаха и нельзя определить, что это за запах. Такая ситуация вполне представима: чем-то противно пахнет, а чем и откуда – не понятно. Тут поводом к раздражению оказывается неизвестность. А неизвестность сама по себе страшна. Кроме того, вовсе нельзя сбрасывать со счетов ту ситуацию, согласно которой идущий откуда-то запах не так уж и силен и на столь зловонен. Иной этого запаха и не заметит, но вот для кого-то этот запах почему-то вдруг оказывается началом всех зол мира. Тут повод к гневу, разумеется, уже не в запахе, не в его источнике и не в его качестве. Повод в том человеке, которому якобы мешает этот запах. А тут уже такого рода поводом может быть какая-нибудь проблема на работе, дома, в личной жизни. Мы уже не раз сталкивались с ситуациями, когда человек видит прямой повод к гневу в каком-либо внешнем по отношению к нему событию, тогда как на деле оказывается, что повод этот носит внутренний характер и кроется в самом человеке.

* * *

Итак, мы с вами рассмотрели несколько упражнений по определению поводов к гневу. Если ваши ответы на эти упражнения не строго совпали или даже вовсе не совпали с предложенными мной, то это вполне в порядке вещей. Самое главное – умение видеть потенциальную множественность поводов к проявлениям гнева. Такое умение позволяет глубже понимать смыслы гнева человеческого в каждом его конкретном проявлении и находить противоядия для гнева. Но при всем уважении к поводу, куда как важнее уметь обнаруживать причину гнева.

Разница же между поводом и причиной заключается в том, что поводом носит ситуативно-событийный характер, тогда как причина – характер глубинный. Повод почти всегда можно понять и даже без особого ущерба ликвидировать. Причину же можно определить только через серьезный анализ. А уж ликвидировать причину и вовсе может лишь специалист либо человек, в полной мере постигший сущность явления, с которым решил распрощаться. Для представления о причине гнева необходимо уяснить саму схему его зарождения, развития и реализации. Не вдаваясь в детали и нюансы, распишем эту схему в самом общем виде. Гнев зарождается в нервной системе человека. И в подавляющем большинстве случаев причина его возникновения носит сугубо физиологический характер – это специфика именно нервной системы каждого из нас. Каждый человек уникален не только по внешнему виду или по манере говорить. Каждый человек уникален и по внутреннему строению своего организма. Не является исключением и нервная система, выстроенная у каждого из нам самобытно и оригинально. У кого-то нас нервы, как говорится, стальные, а у кого-то – будут струны мандолины: чуть тронешь, и они зазвучат в ответ. Кто-то даже в экстремальных ситуациях предельно спокоен, а кто-то без всякого, казалось бы, повода, едва вспомнив какую-нибудь мелочь, способен разрыдаться. Кто-то, прожив всю жизнь, так и не узнал, что такое гнев на личном опыте, кто-то же и дня не проживет без того, чтобы на кого-нибудь или на что-нибудь не рассердиться. И, как всегда бывает в такого рода примерах, мы с вами сейчас назвали крайности, между которыми лежит громадное поле, а по полю этому ходит все человечество. И принципиально невозможно расписать не то что все примеры специфик нервных систем, но невозможно даже обозреть малую часть их. Просто каждый, выясняя причину своего гнева, должен в первую очередь посмотреть в себя, на свою нервную систему, проанализировать то свое поведение, которое стимулируется как раз при помощи нервов. В зависимости от результатов анализа можно будет хотя бы примерно представить себя на этой шкале, определить свое место, а уже на основе этого задуматься о том, каким образом лучше выстраивать свою поведенческую модель.

Схема гнева

Но вернемся к схеме возникновения и бытования нашего гнева. Итак, клетки насыщают нервную систему человека. Некоторые из них активны, а иные пассивны. Преобладание активных над пассивами характеризует человека, к гневу более склонного, чем тот, у кого клетки пассивны. Наступает момент, когда активным гневным клеткам становится тесно в рамках только нервной систему. Тогда по кровеносным сосудам они разбегаются по организму, ища любой повод для того, чтобы только выглянуть наружу, то есть осуществить приступ гнева. Когда активность клеток достигает пика? Тут целый ряд физиологических условий, самое важное их которых общее состояние организма. Если человек физически полностью здоров, то нервной системе будет крайне затруднительно довести активность клеток гнева до пикового состояния. Но стоит в человеке поселиться какой-нибудь хвори, тут как тут активизация клеток гнева и их вынос наружу в виде приступа ярости. И если бы все было обусловлено только этим, то схема была предельно проста: человек с повышенным напряжением нервной системы захворал, тут же гневные клетки, воспользовавшись любым, пусть даже самым ничтожным поводом, попросились вырваться на свободу, то есть случился приступ проявления гнева. Однако какими бы мы с вами ни были рационалистами и материалистами, а все же мы понимаем, что человек есть далеко не только биологическая особь, живущая исключительно повинуясь своим внутренним органам. Человеку дан еще и разум. И это разум способен сделать так, чтобы гнев, было уже подошедший к выходу из организма и готовый к переходу во внешний по отношению к человеку мир, вдруг отступает, остается в человеке.

Древние люди видели в таком отступлении результат вмешательства богов в жизнь людей. Вспомним гомеровскую «Илиаду», которая целиком посвящена гневу греческого царя Ахилла. И гнев этот поначалу направлен на другого греческого царя – на Агамемнона, отобравшего у Ахилла наложницу. И вот когда гнев достигает пиковой точки, Ахилл начинает доставать меч из ножен. Один вождь осаждающих Трою ахейцев желает поразить другого вождя. Видя такое развитие событий, к Ахиллу подлетает явно симпатизирующая ему богиня Афина Паллада. Афина понимает, что если сейчас случится поединок двух царей, то один из них непременно падет в этом поединке, а это будет означать ослабление ахейского войска. Последствия могу быть непредсказуемы даже для богов! И Афина, дабы избежать кровопролития, буквально вкладывает меч Ахилла обратно в ножны, а по сути – загоняет гнев его внутрь, не давая гневу этому возможности возобладать над здравым смыслом.

Таким образом, перемена в состоянии человека, в его переходе от приступа гнева к спокойному состоянию с точки зрения древних людей была обусловлена вмешательством богов. Сознание нового и новейшего времени, видя перед собой аналогичные только что представленной поведенческие модели, не склонны уже обуславливать все только божественным промыслом. На дворе куда как более антропоцентричная эпоха, чем благословенные времена античного теоцентризма, а значит, и объяснение перемены состояния, перекрытие пути для гнева наружу обусловлены теперь человеческой волей, являющей продуктом разума. А разум это то, что отличает человека от прочих особей биологического типа. На таком основании и в интерпретации поведения древнего героя Ахилла можно в полной мере обойтись без объяснения вкладывания меча обратно в ножны вмешательством Афины, а можно объяснить тем, что разум в Ахилле возобладал над чувствами и не позволил совершиться кровопролитию. Заставив разумом себя успокоиться, Ахилл загнал гнев внутрь себя. Легче ли от этого стало Ахиллу? Внешне, конечно, легче. Но вот внутренне отнюдь нет. Гнев продолжал полыхать в нервах античного героя и не находил себе выхода наружу. И пришлось тогда Ахиллу направить свой гнев в иное русло, избрать для себя пассивную позицию наблюдателя. Напомню, что Ахилл отказывается принимать участие в боевых действиях, ахейцы от отказа столь могучего воина начинают терпеть поражения в отдельных боев, апогеем чего становится гибель от руки троянца Гектора друга Ахилла – Патрокла. И гнев Ахилла, как выясняется, никуда не делся – он так и жил в славном ахейском царе. Потому как только обстоятельства дали повод, гнев этот устремился на убийцу Патрокла – на Гектора. Кровопролития избежать не удалось: в поединке Гектора и Ахилла победил Ахилл. Только так гнев ахейского царя был исчерпан.

По очень похожему механизму подавления гнева живем сейчас и мы с вами, не сильно изменился человек за последние тридцать веков. Точно так же, как и в древности, нервная система у особенно нервически напряженных людей воспользовавшись тем или иным поводом посылает гневные клетки наружу. Точно так же в одних случаях клетки эти выходят беспрепятственно, выливаясь в приступ гнева, так осуждаемого в обществе во все времена. Точно так же в других случаях разум диктует человеку, что клетки гнева выпускать наружу нельзя, что надо сдержать себя, дабы, например, не стать посмешищем. И человек силою воли загоняет свой гнев внутрь. Вот это и есть, пожалуй, самый неоднозначный в плане последствий шаг в схеме реализации гнева. С одной стороны, загнавший гнев внутрь может гордиться собой, ведь он сумел, как говорится, взять себя в руки. Но с другой стороны, понимает ли человек, взявший себя в руки, что загнать внутрь гневные клетки не только не означает редукции гнева, но и не означает того, что гнев этот вновь не даст знать о себе. Напомню, что загнанный внутрь гнев Ахилла на Агамемнона вылился в гибель Патрокла и Гектора. Случай Ахилла, разумеется, уникальный – не каждый из нас, загнав гнев внутрь себя, будет потом убивать себе подобных. Речь идет о влиянии данного процесса – о влиянии сдерживания стремящихся к выходу гневных клеток – на организм того, кто вот так вот сдерживает свой гнев. Это и есть самое страшное во всем алгоритме.

Торможение нервной системы

Вот физиологическая подоплека происходящего в нас при сдерживании гнева. Если всплеск гнева связан с активизацией нервной системы, возрастанием стремительности ее функционирования, то подавление такой разновидности эмоционального фона, каковой является гнев, означает торможение нервной системы. Буквально это можно сравнить с тем, что несущийся на полном ходу вперед поезд вдруг включает даже не тормоз, а задний ход – искры летят из-под колес, которые неожиданно по воле машиниста стали крутиться в обратную сторону, треск, скрежет заполняют все вокруг собой. Но не искры, не звуки страшны здесь по-настоящему. Страшно то, что поезд может в любую секунду слететь с рельс под откос. Только мастерство машиниста сохранят равновесие этому железному гиганту. Так же и наша с вами нервная система в случае резкого ее торможения при помощи сил разума. Гнев остался внутри нас, то есть в плане социальном нам удалось сохранить, как говорится в таких случаях, лицо. Но вот в плане физиологическом ничего хорошего с нашим организмом не произошло. Вернемся к метафоре поезда. Резкое торможение – и все, что только было в вагонах, полетело с полок на пол, из задних частей устремилось в части передние, повинуясь силе инерции. Бьющееся – бьется, колющееся – раскалывается, мнущееся – мнется… То же самое и в нашем организме творится тогда, когда происходит торможение центральной нервной системы. Вот уж воистину: для нашей физиологии не так страшно проявление гнева, как страшно то, что случается, когда гнев загоняется внутрь. Нервное торможение становится началом цепной реакции, принципа домино: тяжелый и болезненный удар наносится по печени, по почкам, по легким, по суставам, по кровеносным сосудам, по органам пищеварения, по сердцу…

По большому счету, нет в нашем организме такого элемента, который не испытывал бы на себе прямого или косвенного воздействия со стороны центральной нервной системы. Таким образом, прямо можно констатировать, что причиной многих сугубо физиологических недугов наших оказывается то, что нервная система не выдерживает, когда клетки гнева снова возвращаются в нее, тогда как она уже благополучно проводила их во внешний мир. Причина наших хворей – нервы. В очередной раз подтвердим эту непреложную истину. Но есть у процесса искусственной редукции гнева еще одна грань, которую обойти вниманием нельзя. Возвращение гневных клеток обратно в нервную систему опасно не только для уже названных органов, но и для самой нервной системы.

Удар по нервной системе

Вот теперь задумайтесь, что значит удар по нервной системе со стороны самой этой нервной системы. Да, это буквально удар по самому себе: со всей силы, чтобы себе доставить сильнейшую боль. Сравнить можно с отдачей от автомата в плечо при выстреле или с тем, когда натягиваешь резинку на пальце, а потом ее отпускаешь так, чтобы резинка резко ударила по пальцу. Уже даже эти простые сравнения позволяют увидеть, что наиболее сложные отношения с торможением центральной нервной системы будет как раз у тех людей, у которых нервная система находится в повышенно напряжении, а клетки гнева предельно активизированы, буквально так и летают по организму, стремясь наружу. Проще говоря, страхуясь от выходов гнева за пределы нашего организма во внешний по отношению к нему мир мы тем самым усугубляем внутреннюю напряженность и на уроне физиологии, и на уровне, если можно так выразится духовном. Последнее обусловлено уже тем, что не давая выйти гневу наружу, мы тем самым в разы усиливаем склонность нашего организма к стрессу и к депрессии.

Сторонники новейших открытий в области медицины могут возразить мне, сказав, что и стресс, и депрессия лежат не в сфере духовной, а в сфере материальной. Разумеется, это так. И я далек от мысли, что данного рода «события» лежат вне сферы нервной системы, то есть депрессия и стресс – суть явления сугубо физиологического порядка. Говоря об их соотнесении с духовной сферой, я имел в виду все то, во что выливаются отмеченные явления. И это уже гораздо больше и важнее, чем просто то, что можно назвать словом «социальное»; это именно духовное, потому что и стресс, и депрессия становятся прямой причиной порождения духовных ментальных кризисов, предельно опасных для людей творческих, но не только. Духовный кризис может случиться с любым из нас. Причиной его появления станет депрессия или стресс, а вот изжить его без специальных средств и без консультаций у специалистов будет невозможно. Слишком уж сложная это вещь. А в корне такого рода кризисов – все тот же сдерживаемый гнев.

Стресс, депрессия и гнев

И несколько слов о том, следует ли различать понятия стресса и депрессии. Некоторые ученые практики употребляют эти слова как синонимы, подводя общим знаменателем сюда меланхолию. И это верно в некоторой степени. Но только в некоторой. Будучи основаны на меланхолии, стресс и депрессия тем не менее различаются даже на уровневом порядке. Если совсем просто рассуждать, то между стрессом и депрессией может быть установлена даже хронологическая причинно-следственная связь. Согласно этой точке зрения, стресс ведет за собой депрессию.

Теперь попробуем показать, как все это связано с уже описанной нами схемой функционирования гнева. Напомню, наиболее активные гневные клетки по какому-либо поводу стремятся наружу, но силою разума человек на позволяет этим клеткам найти выход. Клетки возвращаются назад, центральная нервная система переживает процесс резкого торможения, приводящий в числе прочего к стрессу, то есть человек буквально срывается, хотя внешне это может и не иметь никаких проявлений. Человек словно весь слабеет, будто падает и уже не может предпринять никаких активных действий. Это очень кратковременно состояние, как нокдаун после сильного удара в боксе. Пережив такой удар, пережив стресс, человек возвращается в мир, но с ужасом замечает, что теперь он, человек стал другим. Он вялый, излишне спокойный, печальный, склонный к немотивированным слезам и не склонный к какой бы то ни было активной деятельности. Это все – признаки депрессии. И если стресс, как результат не выпущенного гнева, являет собой весьма кратковременное состояние, то депрессия может растянуться на дни, недели, даже месяцы. И один из самых трудных моментов при депрессии это, что происходит с нашим темпераментом. Как уже говорилось, наиболее склонны к гневливости обладатели холерического темперамента. Но если холерику силой воли и разума удалось загнать гнев обратно в себя. то случилось это вопреки логике темперамента. Поэтому нет ничего удивительного в том, что очень скоро бурный и взрывной холерик, пройдя через стресс, вдруг окажется целиком и полностью подчинен особенностям темперамента меланхолического. Ни к чему хорошему ни в процессе, ни в итоге такой микс двух темпераментов не приведет, а напротив – повлечет за собой недуги в самых разных органах наших. Таким образом, и данная наша выкладка опять приводит к очередной констатации того, что гнев в себе лучше не держать.

Необходимость разрядки

Это, действительно, так уже хотя бы потому, что вспышки гнева могут быть элементарно нашему организму необходимы. Судите сами: наш организм устроен так, что ничего зря не делает. Если наша центральная нервная система посчитала нужным разогнать гневные клетки до такой скорости, что им ничего другого не оставалось, как только устремится со всей своей гигантской силой к выходу наружу, так значит, так и надо было нашему организму. То есть если мы част гневаемся либо проявляем склонность к повышенной гневливости, то это нужно нашему организму. Физиология наша требует того, чтобы гневные клетки выплескивались наружу в приступах ярости. Но как быть, если обреченность наша жить в обществе себе подобных сопротивляется этому?

Мы оказываемся в тисках между биологическим законами жизни организма и социальными законами жизни в мире людей. Чего точно делать нельзя ни при каких обстоятельствах, так это осуждать себя за свою собственную гневливость. Да, мы все разные, одни – спокойные, другие – склонны к гневу. И спорить с этим все равно, что спорить с извержениями вулканов, с цунами и землетрясениями. То есть спорить можно, но вот толку от этого спора не будет никакого: вулкан, цунами и землетрясение все равно сделают свое дело. Точно так же и гнев: сколько ни загоняй его внутрь, он все равно во что-нибудь выльется; например, в стресс и в депрессию вслед за стрессом. Так значит, выход гнева – наша страховка от стресса и от депрессии, а в конечном итоге и от всяких сугубо физиологических хворей. В таком случае нам следует четко для себя понять: подавлять гнев при помощи сдерживания эмоций в себе нельзя. Но ведь нельзя и выпускать гнев в любой момент, когда только нам этого захочется. Данная дилемма может в качестве выводы означать только одно: гнев следует выплескивать наружу в обязательном порядке, но следует делать это только тогда, когда это предельно безопасно и для окружающих вас людей, и для вас самих. То есть надо управлять своим гневом.

Основы управления гневом

Итак, нам с вами по силам не только гневаться и не только загонять гнев внутрь (что, впрочем, крайне опасно для нашего организма), нам по силам нашим гневом руководить, то есть регулировать его выходы в мир, внешний по отношению к нам. В основе модели управления гневом лежит ключевая мысль о том, что ваш гнев – это живое существо. Ваша фантазия может придать ему вполне визуализируемый облик.

Не буду здесь давать каких-либо советов и даже приводить примеры того, каким представляли свой гнев мои пациенты – клиенты клиники Роялмед. Не буду делать этого потому, что ваш гнев – это именно ваш гнев и ни чей больше, а значит вы сами может дать ему тот облик, который считаете для него наиболее подходящим. Если вы умеете рисовать, то попробуйте изобразить портрет вашего гнева на бумаге. Даже если не умеете рисовать, все равно сделайте это – пусть будет наивная мазня или сухая схема, но это будет ваша реализация ваших представлений, которая поможет образно материализовать ваш гнев. Проделав это, вы увидите, что гнев ваш совсем не страшен, а даже напротив – добродушен и мил. Если же ваш гнев покажется вам несколько уродлив, то это пусть уродливым он будет для других: для ваших недругов, просто для тех людей, которых вы считаете плохими. Вы же может подружиться с вашим гневом. Но только помните – не стоит допускать, чтобы гнев ваш был излишне к вам фамильярен. Постарайтесь избежать этого, потому что как бы ни был ваш гнев мил и добродушен, а положение подчиненного по отношению к вам ему не очень нравится.

Более того, ваш гнев спит и видит, чтобы сделаться вашим хозяином. Вот этого ни в коем случае нельзя допускать, потому что если гнев станет вашим хозяином, то на деле это будет означать, что чуть ли не каждый день вы только и будете по каждому поводу (без повода, впрочем, тоже будете) выливать свой гнев на окружающий вас мир и на людей, имеющих неосторожность подворачиваться вам под горячую руку. Если над вами будет господствовать гнев, то очень скоро вы сделаетесь изгоем в обществе: вас будут побаиваться и перестанут уважать. Поэтому поставьте себя по отношению к гневу так, чтобы он понял: теперь вы и ваш гнев поменялись местами, теперь не гнев ваш хозяин, а наоборот – вы хозяин своего гнева. Захотелось гневу показать зубки, выплеснуться наружу, а вы с чувством собственного достоинства просто улыбнитесь ему в ответ, даже можете усмехнуться – это сразу поставит ваш гнев на то место, где ему надлежит быть как вашему подчиненному. Захочет снова возникнуть, а вы его опять на место. Улыбка с усмешкой не действуют? Тогда рассмейтесь над вашим гневом в голос или спойте ему песню, можете пересказать сюжет понравившегося фильма, поведать о выставке, на которой недавно побывали. Это вовсе не будет означать стремления заговорить зубы вашему гневу, а просто позволит вам выстроить между гневом и вами отношения доверия, но при этом не допустить того, чтобы гнев делал буквально все, что только ему заблагорассудится, без вашего на то ведома. Очень скоро вы увидите, что лаской (только не превращайте ласку в сюсюканье) вы добились в отношениях с вашим гневом полного вашего превосходства над ним. А гневу вашему такое превосходство даже и нравится. Теперь вы – хозяин гнева, и он теперь выходит наружу ни тогда, когда ему того захочется, а тогда, когда этого захотите вы. По сути, вы становитесь ответственны за выход своего гнева, буквально приводите в действие своего рода «выходной клапан», через который гнев и будет выходить наружу. Таким образом, нам с вами вполне по силам сделать гнев свой управляемым при помощи доброты.

Итак, мы с вами убедились, что гнев не следует подавлять, потому что подавление гнева будет актом, направленным на саморазрушение. И в то же время выпускать гнев тогда, когда он того хочет, а вы разумом понимаете, что делать этого не стоит, тоже нельзя. Для этого мной и моими коллегами и были разработаны методики управления гневом, которые вполне применимы в бытовых условиях и не требуют какой-либо специальной подготовки. Помимо частных способов, помогающих господствовать над гневом, есть и три основных, так сказать базисных метода. Первый из них – дать себе возможность критиковать тот объект, который, по вашему мнению, вызвал гнев. Второй – регулярное «выпускание пара» при помощи голоса. Третий – «выпускание пара» при помощи физических действий. На каждом из этих методов остановимся подробнее, чтобы вы могли бы воспринять их как прямое руководство к действию.

Критика объекта гнева

При использовании этого метода очень важно заставить себя преодолевать воспитанный во многих из нас с детства поведенческий элемент: не всякому в этом мире можно отвечать так, как хочется ответить.

Милиционер на вокзале спрашивает ваши документы. Вы, возможно, и хотели бы в ответь спросить документы у него, но не делаете этого. Врач, принимающий вас в поликлинике, начинает бранить вас за то, что не должным образом вы относитесь к своей хвори. Вы же не отвечаете бранью на брань, а смиренно сносите обидные слова в ваш адрес. В магазине протягиваете крупную купюру, а у продавца сдачи нет и он начинает вас стыдить, что, дескать, вы больше ничего не придумали, как прийти в магазин с такой денежкой. Вы бы и могли бы тоже наговорить продавцу гадостей, но вы так воспитаны, что молча идете в другой магазин или же ищите способа разменять купюру где-нибудь. И примеров такого рода бытового хамства вокруг нас великое множество. Особенно в последние годы такое хамство распространилось донельзя. В магазине, в транспорте, просто на улице человеку, кажется, иногда нужен только какой-нибудь маленький повод, чтобы только враз воспламениться, наброситься грубой бранью, а иногда и кулаками на того, кто этот повод дал. Значит ли это, что мы с вами должны вопреки воспитанию отвечать руганью на ругань и ударом на удар. Разумеется, что нет. Опыт подсказывает, что такое выпускание гнева по большому счету его выпусканием не является, а только множит гневные клетки в центральной нервной системе. Именно это происходит, например, когда сразу несколько человек, своего рода коллектив начинает выбрасывать гнев на кого-то одного. Вспомните, что бывает с теми, кто лезет к кассе без очереди – вся очередь чуть ли не набрасывается на него, люди разных социальных слоев объединяются в общем порыве праведного гнева. Но мы с вами уже выяснили, что словосочетание «праведный гнев» это оксюморон, то есть словосочетание, построенное на соединении несоединимого. В то же время вы будете абсолютно правы, когда скажите, что виноват тут тот, кто полез без очереди. Он спровоцировал гнев сограждан и должен отвечать за совершенный поступок хотя бы тем, что выслушает проклятия в свой адрес. Но вот станет ли легче от этого людям в очереди? Уверен, что такая вспышка всеобщего гнева только возбудит людей, поднимет давление, усилит сердцебиение, заставит руки трястись… И не забудьте, что в очередях по большей части стоят люди старшего поколения, для которых все перечисленное отнюдь не станет шагом на пути к здоровью. Напротив, часто случается, что стариков, нанервничавшихся в очередях, увозили потом из магазинов на каретах сокрой помощи.

При этом совсем не обязательно вести речь только о людях возраста почтенного. Встаньте в час пик на тротуаре возле какого-либо оживленного перекрестка и послушайте, что водители выкрикивают в открытые окна своим коллегам. И не так уж и плохо то, что некоторые для этого используют звуковые сигналы – они, по крайней мере, располагаются на руле и не мешают управлению машиной. А если водитель на ходу открывает боковое окно, высовывается в него, выкрикивает яростно, с соответствующим моменту покраснением лица и набуханием вен на шее все то, что он думает о том маневре, который совершил водитель другой машины и которому данная тирада и предназначается, то нельзя не признать, что ругающийся, гневающийся шофер опасен не только для самого себя (такой гнев и до удара довести может), но и для окружающих, поскольку создает на перекрестке аварийную обстановку. Из того же ряда неформальное общение водителей и пешеходов. В последнее время создается ощущение, что на дорогах наших городов идет война за жизненное пространство между теми, кто ходит на своих двоих, и теми, кто ездит на своих четырех. Над трассами витают сгустки гнева человеческого, всюду вспышки ярости и всполохи злобы.

И известны случаи предельно трагические. Вот история, случившаяся совсем недавно в одном из крупных городов средней России. Дедушка сильно за восемьдесят провожал маленького внука в поликлинику. Вместе они переходили площадь, на которой очень оживленное движение. Площадь не регулируется светофором, но дедушка вел внука строго по пешеходному переходу. Водитель крупной иномарки не только не пропустил старика с ребенком, но проехал так близко от них, что даже зацепился боковым зеркалом заднего вида. Видимо, это и разгневало молодого шофера. Он остановился, выскочил из машины и с кулаками бросился на дедушку. Но и дедушку сложившаяся ситуация, по всей вероятности, рассердила: дедушка достал из кармана нож и ударил молодого человека. Смерть водителя наступила мгновенно, а ведь парню было всего двадцать семь лет. История эта может показаться странной выдумкой, но, поверьте, она действительно имела место, и об этом сообщали информационные агентства. Я же привел ее здесь для того, чтобы нагляднее проявилась проблема, а проще говоря, чтобы мы увидели, к чему может привести невоздержанность в гневе.

Да, случается так, что гнев не просто доставляет неудобства у жизни, а по сути ломает судьбы людей, даже, как мы видели, может привести к трагической развязке. Как же в таком случае можно вообще критиковать объект гнева? Напомню, что в данном разделе речь идет именно об этой базовой методике. Критиковать можно и нужно. Только для этого совсем не обязательно прибегать к гневу в ответ на, например, хамство. Вам грубят, а способны ли в ответ расхохотаться в лицо обидчику? Да, именно расхохотаться. Это образцовый пример и выпуска вашего гнева наружу, и в то же время критики объекта гнева без ущерба для собственной психики. Только есть два момента, которые не позволяют считать данный способ универсальным. Первый момент: не всякий из нас может расхохотаться в тот миг, когда его переполняет гнев; для этого требуется совершенно особое хладнокровие, умение взять себя в руки, а это все – те параметры, которые не очень соотносятся со склонностью к гневливости. То есть для того, чтобы расхохотаться в ответ на хамство, надо для начала потренироваться в умении делать это. Да даже просто хохотать на заказ дано не всякому. Начинающих актеров учат этому специально. Второй момент, на мой взгляд, серьезнее первого: если вы решили применить в ответ на грубость метод хохота, то для начала взвесьте и ситуацию, и того человека, который вам нагрубил. Может быть такое, что вашим хохотом ситуация только усугубится, а человек еще пуще разгневается. И что будет, если этот человек физически вас сильнее? В любой ситуации надо помнить о личной безопасности.

Именно поэтому, на мой взгляд, куда как более действенна в плане критики объекта гнева методика не хохота, а демонстративной скуки. Лучше всего она работает, когда вас намеренно хотят вывести из себя, когда добиваются того, чтобы вы разгневались. Особенно часты такие случаи в трудовых коллективах, в отношениях начальников и подчиненных и в отношениях между коллегами. Какой-нибудь ваш сослуживец со всей очевидность добивается того, чтобы вы рассердились: приходит в начале рабочего дня и начинает вам указывать на какие-либо недочеты в вашей работе. Это, конечно, не конструктивная критика, а именно и только желание вас позлить, а то и взбесить. Как же хочется сорваться и послать куда больше такого коллегу! Но делать этого нельзя ни в коем случае, ведь тогда он уйдет довольный достигнутым результатом. Ваша задача здесь другая – заставить разозлиться коллегу. Смех в лицо тут подходит, мягко говоря, не очень и будет смотреться как несколько театрализованный жест. Но за то очень подойдет демонстративная скука: всем своим видом давайте понять, насколько вам параллельно все то, что вам сейчас говорится; делайте вид, что вы едва сдерживаете зевки, а в самый пиковый момент критики зевните во весь рот, разыграв то, будто этот зевок вы удержать не смогли. Не плохо так же поддерживать разговор нарочитыми выражениями согласия с собеседником, вклинивая в его монолог иронично интонируемые фразы типа: «вы подумайте!», «ну и ну!», «да вы что»! «о как!», «да ладно!» При этом произносите эти фразы не глядя на собеседника, а занимаясь каким-нибудь своим делам, чтобы ваш собеседник отчетливо понял – вы его не слушаете, а только лишь делает вид, что слушаете. Главное здесь – выдержать выбранную поведенческую стратегию до конца.

Ни в коем случае самому не завершать разговор, а дождаться, когда ваш собеседник окончательно выйдет из себя и что-нибудь такое себе позволит, что его сделает посмешищем в глазах других. Такая провокация гнева через скуку и равнодушие очень действенна. Наконец, критиковать объект гнева можно при помощи сугубо речевых средств. На вас кричат, провоцируют к проявлению гнева. И гнев в вас закипает, желая выйти наружу. Вы знаете, что держать гнев в себе нельзя, потому не стоит молча сносить провокацию – попробуйте что-то ответить вашему визави. Только ни в коем случае не используйте его интонацию, его речевую манеру – отвечайте медленно, не громко и по возможности развязно. И при этом смотрите в глаза оппоненту. Самая же главная отличительная черта вашего монолога в речевом плане – нарочитая вежливость. Особенно хорошо стратегически тут работает такой момент: с вами говорят на грубое «ты», вы же строго держитесь на официальном «вы». Поверьте, такая речевая манера сразу поставит на место грубияна. О чем говорить? Не пытайтесь что-то доказывать, не пытайтесь спорить. Лучше всего задавайте риторические вопросы вежливо-холодного содержания; например, такие: «И что вы этим, молодой человек, хотите сказать?» «Извините, а вам не кажется, что вы несколько ошибаетесь в данном вопросе?» «Не могли бы вы объяснить, я, признаться, сударь, почти ничего не понял из того, что вы только что сказали»… Руки при этом лучше всего сложите крест на крест на груди – так вам будет спокойнее, а собеседник, если он хоть капельку знаком с основами невербальной психологии, сразу сообразит, что так вы от него отгораживаетесь. Лицу же придайте не столько строгое, сколько ироничное выражение. Нет, не ухмыляйтесь, но излучайте очевидное превосходство на вашим оппонентом при помощи ироничной, буквально самыми уголками рта улыбочки. Это, если подано правильно, обязательно обезоруживает собеседника.

Я обозначил основные способы ответов на хамство, на бытовую грубость, на провокации вашего гнева. Это были способы, основанные на критике объекта гнева. И для точного следования им надо запомнить несколько несложных требований, правил своего рода. Хмуро молчать, сдерживать себя в ответ на провокацию нельзя, потому что это будет сдерживание гнева, а мы с вами уже много говорили о вреде данного явления. Нельзя откладывать критику и тем более критиковать за глаза (например, недопустимо, чтобы вы выслушали грубость в свой адрес от господина X, а потом пришли к господину Y и рассказали ему, какой нехороший этот господин X и что он вообще себе позволяет).

Самые же главные правила это, во-первых, не кипятится, не взрываться, то есть не позволят вашему эмоциональному фону выплескиваться наружу в виде гневных клеток в чистом виде. Вместо этого выберите для себя стратегию ироничного спокойствия. Во-вторых, ни в коему случае не допускайте в вашу речь грубостей, хамства, всего того, что способно напрямую обидеть собеседника, не стремитесь ответить в логике «сам дурак», не оскорбляйте объект вашего гнева. А чтобы это у вас получилось, не забывайте, что ваш оппонент уже сам оскорбил себя – оскорбил тем, что опустился до низкой провокации и тем самым показал себя посмешищем по крайней мере в ваших глазах. Если же слова вашего визави слышали и другие люди, то и для них он тоже теперь низко пал. Таков первый из базовых методов управления гневом. Переходим ко второму методу.

Голосовое управление гневом

Этот способ хорош тем, что не требует от нас той силы воли и тех способностей, которые важны и нужны для способа предыдущего. «Выпускать пар» голосом может всякий. Чего проще? Вас что-то прогневило, а вы, вместо того, чтобы гневаться и сердиться, вышил в поле и давай орать на полную громкость, выпуская из себя вместе со звуками гневные клетки. Однако простота эта кажущаяся. Дело в том, что кричать следует вполне определенные и специально разработанные тексты. И делать это нужно в строго указанных для таких случаев ландшафтах. Именно с ландшафтов я и начну.

Существует несколько типов ландшафтов, наиболее подходящих для того или иного типа гнева. Поэтому сначала укажем типы гнева. Тут все просто, ибо это типы, так называемые тематические. И делятся они сугубо по источникам поводом для появления гнева. Источники эти, как показывают многочисленные наблюдения, бывают трех типов и зависят от того собственно, что нас гневит: во-первых, источником для гнева может быть другой человек (другие люди), во-вторых, источником гнева может быть среда вокруг нас, в-третьих, источником гнева можем быть мы сами. Поясню каждый из этих случаев.

Источник гнева – другой человек (другие люди)

Например, вы с завидной регулярностью возвращаетесь на электричке с дачи домой, а на вокзале изо дня в день вас встречает толпа таксистов-частников, предлагающих доставить вас как по городу, так и за город. И то постоянство, с которым таксисты стоят тут, и не меняющиеся слова их все это с какого-то момента начинает вас бесить. Не та, конечно, ситуация, когда гнев готов уже вырваться наружу – вы ведь обычно проходите дальше и ничего не говорите, но та ситуация, когда есть все предпосылки для активизации в центральной нервной системе гневных клеток, для напряжения эмоционального фона нашего организма. Поэтому перед нами образцовый пример того, когда прямой повод для гнева исходит от других людей.

Источник гнева – среда

Этот источник, как повод, провоцирующий ваш гнев, самый неприятный, потому что к ответу призвать тут даже если очень хочется ровным счетом некого. И первенство в этой группе принадлежит, конечно же, погодным условиям. Самый простой пример – задержки рейсов в аэропортах, когда погода оказывается нелетной. Пассажиры злятся, а сделать ничего не могут. И никто не может. Аналогично функционирует погода для людей, связанных с сельским хозяйством, включая сюда уважаемых наших дачников. Гнев их способна вызвать, например, затянувшаяся засуха, грозящая неурожаем. Не меньший гнев вызовет и чрезмерно дождливое лето, когда весь потенциальный урожай окажется затоплен на корню. И опять в случившемся никто не виноват. Нет, конечно, можно обвинить метеорологов, неспособных прогнозировать великую сушь или многодневный ливень, но это будет не более чем поиск стрелочника, а по-русски говоря – козла отпущения. Разве виноваты метеорологи в том, что средства прогноза погоды ук нас пока еще так не совершенны? А как часто погода портит наши планы! Целую неделю собираемся на выходных выехать на природу – с палатками, с удочками, с заранее приготовленным для шашлыка мясом. Утром в субботу просыпаемся, смотрим в окно, а там вместо синего неба, что несколько дней висело над городом, серые тучи, грустно оплакивающие пропавшие выходные. Главный герой пьесы Александра Вампилова «Утиная охота» Виктор Зилов весь год живет ожиданием своего отпуска в сентябре, тех дней, когда сможет он выбраться на охоту: мечтает, грезит, буквально живет ожиданием. И в то самое утро, когда вместе с товарищем Виктор на мотоцикле должен выезжать на охоту, идет проливной дождь, совершенно не дающий повода предположить, что он скоро кончится и даже вообще когда-нибудь кончится. Только представьте себе состояние человека, весь год ждавшего этого дня! Конечно, тут будет гнев по всей его красе. И опять виновата окажется среда, то есть как бы никто не виноват. Таков второй тип источника, служащего повода для гнева.

Источник гнева – сам человек

Самым же во всех смыслах трудным оказывается третий источник: когда поводом для нашего же гнева оказываемся мы сами. Думаю, что раз вы читаете эту книгу, то вам доводилось злиться на самого себя. За что? Например, хотели что-то сделать по хозяйству. а не справились; собрались куда-то ранним утром да и проспали; решили почитать книгу, но ничего в ней не поняли… Это лишь несколько примеров прямых поводов к тому, что мы можем прогневаться на самих себя. Школьные годы: не выученный урок, как результат – двойка и наказание со стороны родителей. Кто виноват? Сам виноват, ведь мог бы урок выучить и тогда не дома бы сейчас сидел, а смотрел в кинотеатре какой-нибудь индийский двух серийный фильм. А во взрослой жизни разве похожих случаев не бывает? Поленился на работе сделать задание, начальник узнал и лишил премии. Злой начальник виноват? Разумеется, кто-то так и подумает. Наверняка этот кто-то и в школьные годы свои обвинял в двойках учителей, а в наказаниях за двойки – родителей. Есть такой тип людей, которые при любом раскладе никогда не бывают ни в чем виноваты. При этом обычно виноваты все вокруг, а эти люди непременно одеты в белое. Но мы с вами ведь не относимся к такому типу людей, мы здраво и объективно смотрим на вещи, осознавая, что в лишении премии виноват не начальник, а я только мы сами. Мы сами виноваты в нашей неспособности самостоятельно поставить забор на даче или починить машину. Мы сами виноваты в том, что так и не выучили какой-нибудь иностранный язык, на научились водить машину, играть на гитаре, в баскетбол и в шахматы, рисовать, писать стихи, плавать… Да мало ли чего мы не умеем из того, чему мы могли научиться, если бы только не были, как говорил классик, так ленивы и нелюбопытны. Ну а кто виноват во всем том, чему мы так и не научились. Учителя? Родители? Дети? Соседи? Начальство? Коллеги? Погода и природа? Вопросы эти – праздные и риторические, ибо здесь виноваты только мы и больше никто. Каков источник гнева в таких случаях? Я сам. На кого направлен гнев? На меня самого. Вот сложность гнева этой разновидности: и источник, и объект совпали, а значит, гневные клетки обречены не бессмысленные движение в пределах одного организма.

* * *

Итак, мы описали три вида источников гнева. Для редукции каждого из этих видов предусмотрен свой тип ландшафта. Основой же для данного соотнесения повода к появлению гнева и ландшафта, в котором придется управлять этим гневом, стали многочисленные опыты и наблюдения проводимые в клинке Роялмед. Картина вышла такая. Если источник относится к первому типу, то есть если это другой человек (другие люди), то оптимальный вид ландшафта это высокий берег широкой или хотя бы средней ширины реки. Желательно, чтобы на этом высоком берегу располагалась березовая роща, а Солнце всходило бы со стороны берега противоположного или как бы с воды. Дело в том, что время совершения акта редукции гнева через крик в данном случае является раннее утро, время восхода Солнца. И смотреть следует как раз с берега на воду. По второму источнику, когда повод для гнева оказывается в окружающей среде, чаще всего – в погоде, наиболее оптимален полевой или луговой равнинный ландшафт. Оптимальным же временем суток будет полдень. Очень желательно, чтобы выбранное вами поле или выбранный луг были, что называется, бескрайними, то есть чтобы хотя бы в одну сторону до самого горизонта были только травы или злаки и не было ни столбов, ни деревьев. Впрочем, небольшие перелески не могут навредить в совершаемом акте. В третьем же случае, когда источник гнева в нас самих, лучший ландшафт для акта – опушка леса, лучше чисто хвойного, но можно и смешанного. А время – вечерний час, близкий к закату.

Перечисленные ландшафты и временные промежутки указывают на то, что самое лучшее время года для совершения актов редукции гнева через крик – это лето. Однако отнюдь не редки случаи и свершения этих актов в другие времена года. Более того, описанные ландшафты являются оптимальными, но далеко не единственными в плане редукции гнева криком. Если вы испытываете трудности с поиском высокого берега реки или опушки леса, если вообще вы не собираетесь в ближайшее время никуда выезжать из города, то просто найдите какой-нибудь аналог описанных ландшафтов. Например, для высокого берега реки там аналогом может стать городской фонтан или даже бассейн, поле в полной мере может быть заменено на футбольной поле или даже обычную спортивную площадку возле школы, а заменой опушке леса может стать любой сквер, в котором растут деревья. Просто важно помнить, что редуцируя гнев через крик, мы тем самым направляем его в русло одной из трех стихий, выбирая для этой стихии оптимальный пространственно-временной континуум.

Так, для гнева на людей (на человека) выбран утренний берег реки, потому что этот тип гнева соотносится со стихией воды, и нужно, чтобы гнев вышел в воду реки и в утреннюю росу. Гнев на среду редуцируется в поле или на лугу в полдень, потому что стихия этого типа гнева – воздух. Именно днем в чистом поле воздуха больше всего, он и впитает в себя гневные клетки, поводом к появлению и активизации которых стали внешние надчеловеческие условия. Наконец, если поводом к гневу стали вы сами, то тут не обойтись без вечернего леса, ибо только хвойные деревья и только в это время суток отвечают за стихию землю, которая и должна будет впитать ваши гневные клетки, обреченные, казалось бы, на вечные скитания внутри вашего организма, ибо куда им еще деваться, если ваш гнев направлен на вас самих. Таким образом, три источника гнева распределяются по типам ландшафта и по временам суток согласно соотнесения с тремя стихиями, которые должны будут взять гневные клетки себе.

Думаю, что наиболее проницательные из моих читателей уже догадались, где находится в таком случае четвертая стихия – стихия огня, время которой – ночь. Конечно же, стихия огня соотносится с самим гневом. Не случайно многие метафоры, транслирующие в русском языке состояние гнева, типа «закипать», «взрываться», «горячиться», связаны именно с огненной стихией. В таком виде более ясна становится и сама природа совершаемого акта редукции гнева через крик: одна из трех стихий призвана приручить самую подвижную и самую амбивалентную стихию – стихию огня. Пусть огонь теперь служит нам! Но самое главное в этом акте – собственно содержание крика. Что кричать и по какому случаю? Специально с профессорами-филологами, специалистами по фонетике мы разработали, если можно так выразиться, кричалки для каждого из типов источников. Почему занимались этим именно специалисты по фонетике? Потому что важны были звуковые комплексы, которые будут наиболее репрезентативны для выноса нашего гнева во внешний мир. Их соположение в структуре фразы, их сочетаемость друг с другом и место при развертывании словесного ряда во всех трех случаях строго продуманно и потому лучше всего при акте редукции гнева просто переписать текст кричалки на отдельный листок либо элементарно взять с собой книгу на место совершения акта и читать там кричалку прямо с этой вот страницы.

Но к делу. Первая кричалка предназначена для рассветного часа на высоком берегу реки, направлена к стихии воды и призвана редуцировать гнев на других людей или другого человека: «Переливы белеют на самом краю всех пустых обещаний, что были даны в наслоениях земли в красивых словах, улетающих прочь; там рисунки на скалах, так что-то до боли знакомое и очень при этом сладкоголосое в свете улиц и праздника в свете; так спокойно в мире, так тихо вокруг, что хочется больше всего медленно бродить по этим тесным улицам, лишь изредка поднимая головы и встречая взгляды прохожих, которым нет никакого дела до тебя и которые, так же как и ты, только тем и заняты сегодня, что без всякой цели прохаживаются по этим улицам и наслаждаются желтоватым цветом уличных фонарей».

Вторая кричалка понадобится вам в чистом поле или на лугу в час полудня, и понадобится для того, чтобы передать стихии воздуха гнев, вызванный средой: «Это сонный час белых искр слишком мягок для того, чтобы еще о нем вообще думать или хотя бы просто представлять себе, как могли бы стихи, если бы они не обладали рифмой и ритмом, вообще быть стихами, а не прозой; и как случилось так, что все звери, какие только тут обитали во времена давние, теперь не только не обитают здесь, но даже и боятся близко подходить к деревьям и от света шарахаются в разные стороны, словно никакой реки тут и в лучшие времена не было, а было только озеро, но без рыбы».

Третья кричалка озвучивается на вечерней лесной опушке для передачи гневных клеток, поводом для появления которых стали вы сами, стихии земли: «Если взять в горсть этот песок и долго смотреть на то, как песчинки просыпаются между пальцев, то не сложно будет задуматься над проблемой свежего ветра, летящего из-за моря, и увидеть в теплом свете, как легка бывает походка красавицы, готовой перебраться на другой берег и забыть там не только свои одежды, но и даже забыть там честь свою; а теперь знаем: она ведь справится без труда, и будет кто-то в сером отплясывать светлое что-то на праздник, когда уже даже иней с деревьев перестанет быть тем, чем принято его представлять».

Итак, вы определяете повод к вашему гневу, потом находите место, соответствующее данному поводу, и идете туда в означенный час. Достаете листок или открываете эту книгу на нужной страницы. После этого как можно громче выкрикиваете текст. Не придавайте значения тому, что на вас обратят внимание, ведь вы не делаете ничего дурного, а странных людей в наши дни на улицах довольно много. После этого побудьте еще немного на том же месте. Если вам кажется необходимым, то прокричите текст еще раз. Можете прокричать и в третий раз, если вошли во вкус и не нарушаете покой окружающих, но больше, пожалуй, не надо. Вы сами почувствуете, как избыточные клетки гнева покинули вас, как они вышли вместе с криком и слились с той стихией, на которую они и были направлены. Таков второй способ управления гневом, а мы переходим к способу третьему.

Физическое управление гневом

Примечательно, что физическое управление гневом, то есть управление гневом при помощи физической силы, тоже включает в себя голосовые элементы. Но обо всем по порядку. Эта разновидность управления гневом тоже зависит от типа источника гнева, то есть в зависимости от того, что или кто является поводом для активизации в вас гневных клеток – другие люди (другой человек), окружающая среда или вы сами – и выбирается наиболее удобная для вас форма собственно физической редукции вашего гнева. И опять, как и в предыдущем разделе, надо хорошо представлять связь каждого из типов источников гнева с той или иной из трех стихий. Напомню: если поводом для проявления гнева стали другие люди или другой человек, то тут неизбежно участие стихии воды; если таким поводом оказалась окружающая среда, то в этом случае задействована стихия воздуха; ну а если мы сами – источник нашего же гнева, то это означает участие в процессе стихии земли. Сам же гнев соотносим со стихией огня. И если соотнесение огня и гнева я уже прояснил, прибегнув к помощи метафор, то соотнесение трех других стихий с тремя источниками гнева еще нуждается в комментарии с моей стороны.

Итак, вода подключается к проблеме гнева тогда, когда в формировании проблемы участвуют несколько человек, отношения между которыми либо складываются трудно, либо вовсе не складываются. Точно так же и в воде иные тела ощущают куда как большую плотность своего пребывания, нежели в обычных условиях, там эти тела двигаются с трудом и переживают сопротивление, ни с чем более в условиях нашей планеты несравнимое. А вместе с тем, от воды человек привык испытывать наслаждение, ведь вода смывает грязь. Наконец, именно вода приходит на помощь при пожаре – вода тушит огонь. И самый неприятный и в конфликтном плане самый опасный вид гнева – гнев, вызванный другим людьми или другим человеком, – этот гнев-огонь и погасит добрая вода, буквально покрыв собой столкновение людей. Воздух соотносится с окружающей средой как источником гнева. И действительно, связь, как говорится, на лицо: если посмотреть вокруг нас, то можно много всего увидеть, однако все это увидено будет только через воздух. На планете нашей по иному мир видеть и нельзя. И себя в этом мире мы тоже ощущаем только через воздух. Он повсюду вокруг нас, и он олицетворяет для нас как раз именно среду, сплошь заполненную воздухом. Потому и говоря о тех случаях проявления гнева, которые вызваны окружающей средой, мы соотносим эти случаи со стихией воздуха. Наконец, со стихией земли соотносятся те источники проявления гнева, которые лежат в нас самих. Тут основой для соотнесения является сущность, согласно которой земля противопоставлена воздуху: воздух открыт миру, земля же замкнута в себе. Земля самодостаточна, а воздух притянут к ней при помощи земного притяжения, вода тоже находится на поверхности земли и под землей; та же вода, что из воздуха идет в виде дождя и снега, тоже в конце концов падает на землю. Даже огонь не уходит далеко от земли и не может сделать этого, потому что земля всех сильнее. Точно так же и человек самый сильный и самодостаточный, он тем страшнее то, когда человек этот оказывается вдруг слаб. И слаб не перед другими людьми и не перед миром, а слаб перед собой. Это же относится и к гневу, который вызван нами самими и на нас самих направлен. По природе такой гнев сродни тому, что происходит с землей. И не случайно в средние века полагали, что ладе обозначение человека – homo происходит от слова Homus, что означает земля. Человек из земли появился и в землю уйдет полагали древние. Так же и клетки гнева, которые нервная система сама создает, а в случае направленности гнева на самого себя еще и сама потребляет, эти клетки гнева необходимо передать земле, чтобы там навсегда и оставались.

Но в данном способе все это происходит не прямо, а на метафорическом уровне: для каждой из трех стихий после специальных наработок, проводимых в клинике Роялмед, были собраны группы физических действий, способные редуцировать гнев по всем трем направлениям его происхождения. В основе каждого из трех путей лежат физкультурные упражнения, но это вовсе не означает, что вы должны бросить все и ради избавления от гнева заняться спортом. Для кого-то это неприемлемо по состоянию здоровья, кто-то просто не любит ни физкультуру, ни спорт, а кто-то не имеет времени даже небольшого, чтобы заняться чем-то подобным. Тут важна сама логика выбора упражнений физического характера в зависимости от типа гнева по источнику и в согласовании с соответствующей источнику стихией.

Физические упражнения можно поделить на три группы: во-первых, упражнения на воде, во-вторых упражнения с мячом, в-третьих, упражнения бойцовского характера. Как видите, даже помимо нашего возможного желания эти группы более чем удачно проецируются на три стихии: на воду упражнения на воде, упражнения с мячом соотносятся с воздухом, потому что мяч воздухом надут и по воздуху летает, а упражнения бойцовского характера требуют от нас твердого стояния на земле. Проекции на виды гнева по источникам тоже очевидны: упражнения на воде позволяют полностью уйти в себя от других людей и от мыслей о них, упражнения с мячом налаживают наши отношения со средой, ибо мяч, даже соприкасаясь с нами, остается тем не менее частью среды, упражнения бойцовского характера, самые трудные и требующие наибольшей самоотдачи, заставляют нередко по-новому осмыслить себя и свое место в мире, пересмотреть свою самооценку. Таким образом, все три типа упражнений соотносятся и с тремя типами гнева по их источникам, и с тремя стихиями.

Теперь обратимся к конкретным рекомендациям, который основаны на элементарном понимании гнева, как такой силы, которую можно редуцировать при помощи другой силы. Мы начали с того, что назвали этот способ выпусканием пара. Эта метафора, действительно, хорошо передает сам механизм происходящего при редукции гнева при помощи физических упражнений. Ведь гнев – это энергия. А энергия, как известно, нуждается в том, чтобы ее куда-нибудь и на что-нибудь направляли. Если энергия долго где-нибудь хранится в одном месте, то там она застаивается и то, что с ней произойдет, может быть в полной мере непредсказуемо по последствиям. Это означает, что энергию надо куда-то направить. Разумеется, в нас с вами сосредоточено множество разных видов энергии и каждый из этих видов нуждается в строгом подходе к себе, в продумывании того направления, куда можно эту энергию направить. Мы сейчас говорим только об одном виде энергии – об энергии гнева. Ее выход как раз очень удачно сопровождается даже простыми движениями тела в пространстве. В прежние времена даже бал такая рекомендация: если вы чувствуете, что гневаетесь, то просто пройдитесь, даже можете не покидать дома, а походить из угла в угол. В наш сложный век такие рекомендации если и действуют, то только в очень простых случаях проявления гнева; теперь нужны движения более динамичные, но бег трусцой в какой-то степени может помочь вам в управлении гневом, только все же больших надежд на него не возлагайте, равно как не рассчитывайте на универсальность обычной утренней гимнастики, а поищите панацею в более сложных вещах.

Итак, энергия гнева покидает наше тело в виде гневных клеток, как только мы делаем какое-либо физическое упражнение. И чем динамичнее это упражнение, чем большие силы тратим мы на его осуществление, тем больший выхлоп гневных клеток можно ожидать от этого в итоге. Осталось выбрать ту из трех групп упражнений, которая вам необходима. В выборе вы, как и в случае с голосовой редукцией, опираетесь на тот тип гнева, который вам, по вашему мнению, более всего в вашей жизни мешает. Только если в разделе о голосовой редукции методики были весьма строгими, то здесь я укажу скорее общие направления физических упражнений по всем трем типам гневам.

С помощью воды

Начнем с первого типа, когда источник гнева находится в других людях или другом человеке. Перед нами тот случай, когда сразу же хочется ответить обидчику, что-то возразить тому, кто вызвал ваш гнев. И иногда возникает непреодолимое желание возразить отнюдь не только словом, а ударить своего оппонента, пнуть его или хотя бы толкнуть. Этого делать нельзя ни в коем случае! Оставайтесь в цивилизованном формате, а энергию клеток гнева приберегите для плавания. Нет ничего сложного, если вы соберете волю в кулак и запишитесь в бассейн. Вы не умеете плавать? Там вас научат. А далее вам просто предстоит от тридцати минут до полутора часов проводить на воде. И делать это вам будет нужно минимум два раза в неделю. Плавайте, оставаясь наедине с собой. Пока плаваете, можете вспоминать что-то хорошее и доброе, а можете просто мечтать о приближении какого-либо важного и интересного для вас события – упражнения на воде располагают к этому. Приведу два списка оптимальных упражнений для редукции гнева, вызываемого другими людьми (другим человеком). Первый рассчитан на бассейн с длинной дорожки двадцать пять метров, второй для пятидесятиметровых дорожек. На дорожке двадцать пять метров алгоритм движения таков: сначала 50 метров (два бассейна) брассом, потом столько же кролем, потом 100 метров (четыре бассейна брассом), затем 50 кролем, потом 50 метров брассом и 25 (один бассейн) кролем, наконец 25 на спине – руки вдоль тела, ноги как при брассе; этот цикл повторяется в течение одного занятия от двух до пяти раз (количество повторов зависит от ряда факторов, среди которых и ваша физическая готовность, и ваше желание оставаться на воде). На пятидесятиметровой дорожке алгоритм будет таким: 100 метров (два бассейна) брассом, 50 метров (один бассейн) кролем, 100 метров брассом, 100 метров кролем, 50 метров на спине на тех же условиях, как и на дорожке в двадцать пять метров. Цикл повторяется три раза, хотя если есть желания и силы, то модно и больше. Эти алгоритмы не стоит воспринимать как единственно возможный вариант проведения занятий на воде; вы может разработать свою систему, может положиться на инструктора по плаванию – все в ваших руках.

С помощью мяча

Второй вид гнева – гнев, вызванный средой, можно редуцировать при помощи игры в мяч. У этой игры будет одно непременное условие: играть надо одному, буквально, пусть это не покажется странным для игры в мяч, играть с самими собой. Дело в том, что коллективная игра в футбол, баскетбол или волейбол возможна для вас только тогда, когда вы смело можете себе признаться в полном подчинении гнева вам самим. Если же этого пока не произошло, то коллективные игры вам противопоказаны по очень простой причине: все эти игры носят соревновательный характер, а там, где есть состязательный элемент, там возможны и конфликты, многие из которых строятся на экспликации эмоций, а здесь важнейшая – гнев. То есть редукция гнева при коллективной игре в мяч, может обернуться гневной актуализацией, что, конечно же, в ваши планы не входит. Как играть в мяч одному? Вам, кроме мяча, понадобятся стенка и баскетбольная корзина. Со стенкой вы будете играть в футбол, а с корзиной в баскетбол. Уделяйте этим занятиям от получаса до полутора часов за один раз с периодичностью занятия три раза в неделю. В теплое время года можно делать это во дворе, на любой спортивной площадке, поздней же осень, зимой и ранней весной направляйтесь в спортивный зал. Половину занятия просто пинайте футбольный мяч в стенку: он будет отлетать к вам, а вы его пинайте вновь, можете немного «почеканить». Вторую половину бросайте баскетбольный мяч в корзину. Никто требует от вас шикарной техники или отточенного мастерства. Просто пинайте и бросайте в свое удовольствие. Вы наслаждаетесь, а из вас прочь в воздух уходят гневные клетки, порожденные провокацией со стороны окружающей среды. Когда вы после месяца-другого таких занятий ощутите, что вам больше не хочется гневаться по случаю плохой погоды, можете занятия забросить или перейти на игры в командах с другими людьми – теперь вы лишены склонности к решению конфликтов при помощи гнева. Впрочем, если вам понравилось играть с мячом в одиночестве, то смело можете оставаться в уже проверенном формате игрока-единоличника.

С помощью борьбы

Третий тип гнева – гнев на самого себя. Его стихия – земля. Панацея – упражнения бойцовского характера. Этот вид доступен далеко не всякому. Впрочем, и гневаться на самого себя могут отнюдь не все люди на этой планете, а только те, кто склонен к повышенно рефлексии, к глубинному самоанализу. Мне представляется, и опыт мой многолетний тому порука, что если уж человек способен гневаться на самого себя, то и к упражнениям бойцовского плана такой человек тоже способен. Самое простое, что можно сделать в этом ракурсе, в спортивном магазине приобрести недорогую и небольшую боксерской грушу, подвесить ее где-нибудь дома и при возникновении острого желания разозлиться на себя за что-нибудь разозлится на эту грушу и немного ее поколотить. Только очень желательно перед занятиями такого рода получить консультации у инструктора по единоборствам. Это нужно для того, чтобы вы наносили удары таким образом, дабы не случилось какой-нибудь травмы руки. В качестве домашней груши можно использовать и, например, старую подушку. Ежедневное избиение ее поможет вам в итоге полностью редуцировать, приручить ваш гнев. Показательно, что именно при работе с этим типом гнева – гнева на самого себя – вам как раз в величайшей степени будет важно свой гнев возлюбить. Ведь это будет означать вашу любовь к себе, а без этого вида любви ни какой другой вид любви просто не возможен. Ну а если вы чувствуете в себе силы и желание, то в процессе редукции гнева на самого себя вы можете даже заняться боевыми искусствами в секции под руководством специалиста. Только на первых порах постарайтесь объяснить тренеру, что вы будет работать без партнера, в одиночку – это обязательное условие избавления от гнева по отношению к самому себе. когда же вы почувствуете, что гнева не осталось, то можете переходить к парным и групповым занятиям.

Таким образом, мы рассмотрели три способа редукции гневных клеток через физические упражнения. А кроме того, мы с вами проанализировали и три базовых метода управления своим гневом. Напомню только, что это, во-первых, критика объекта гнева, во-вторых, голосовая редукция гнева и, в-третьих, его физическая редукция. Однако помимо этих трех базовых методов есть еще целый ряд более частных методик, каждая из которых обладает целым рядом достоинств. Далее речь пойдет об этих методиках; и вы сможете выбрать для себя ту, которая, на ваш взгляд, подходит больше лично для вас. Методики эти делятся на динамические и статические. Начнем с динамических.

Динамические методики редукции гнева

Все эти методики объединяет то, что они основаны на каком-либо сугубо физическом действии, призванном редуцировать тот или иной вид гнева. В этой части я не буду соотносить разновидности методик с типами источников гнева, а позволю себя несколько иной подход. Изложение каждой методики я буду сопровождать каким-нибудь примером из жизни моих пациентов – людей, обратившихся за помощью в клинику Роялмед. И это послужит наилучшим доказательством действенности наработок сотрудников нашей клиники и лично моих наработок в плане управления гневом, в аспекте редукции гневных клеток под общим девизом «Возлюби гнев свой». Начнем с очень простой и неоднократно проверенной динамической методики редукции гнева.

Для выполнения данного упражнения вам понадобится мячик – любой: от мячика для большого тенниса до баскетбольного седьмого размера. Выбор же мячика целиком и полностью зависит от ваших ощущений. Придите в спортивный магазин, желательно такой, в котором мячи разложены в отделе самообслуживания в больших корзинах; поройтесь в мячах, подержите их в руках, полюбуйтесь на их цвета – мячи бывают очень красиво раскрашены. Уверяю вас, что очень скоро вы выберете свой мяч – он так удобно ляжет вам в руки и так порадует глаз своей окраской, что в почувствуете: это мяч создан для меня. Сразу же покупайте его и несите домой. Мяч поможет вам подружиться с вашим гневом, поможет отпустить на волю наиболее свободолюбивые из гневных клеток, а те, которые захотят остаться с вами, пусть остаются. Что делать с мячом? В буквально смысле, ничего особенного делать не надо. Располагайтесь в любом удобном для вас положении: сидя, стоя, лежа – берите мяч в руки и играйте с ним так, как вам того захочется: перебрасывайте мяч с руки на руку, катайте его по полу или по животу, подбрасывайте одной рукой, а ловите другой, стучите им по полу или в стенку. Главное: старайтесь не думать над тем, что вы делаете, а просто получайте тактильное удовольствие от соприкосновения с формой мяча, удовольствие зрительное от его цвета, слуховое удовольствие от того, как мяч поскрипывает или стучит. Это понравится и вашему гневу – нервы при таком упражнении успокаиваются очень быстро.

Вот пример того, при каких обстоятельствах данное упражнение особенно полезно. Мой пациент Сергей (32 года, менеджер) стал замечать после трех лет работы на одном месте, что очень многое там его раздражает. Были случаи, когда хотелось выплеснуть гнев прямо в офисе, но Сергей сдерживал себя, потому что понимал: это может привести к серьезным последствиям, даже к увольнению. Однако вечером возвращался домой и там уже не выдерживал – малейшего повода было достаточно, чтобы гнев стал выливаться на жену. Один раз даже случилось так, что Сергей свою супругу чуть было не ударил. Дело шло к разводу, и мужчина решил обратиться за помощью в клинику Роялмед. Детально проанализировав ситуацию, я пришел к выводу, что уместнее всего будет прибегнуть именно к динамической методике редукции гнева при помощи мячика. Сергей выполнил все рекомендации по покупке мяча и стал приходя домой после работы садиться в любимое свое кресло и порядка четверти часа играть с мячиком, перебрасывая его с руки на руку и катая по полу возле себя. Позитивные результаты пришли незамедлительно! И теперь Сергей спокоен как на работе, так и дома.

Другое упражнение, направленное на редукцию гнева, очень хорошо подходит женщинам, которые способны хотя бы в малой степени к рукоделью. Это не значит, что не могут тем же самым заниматься мужчины. Более того, иногда для мужчин такого рода занятия становятся важнейшим увлечением в свободное время. Вот только они почему-то стесняются этого и скрывают свое хобби от других людей, а порою и от членов семьи. Речь идет о вязании и вышивании. Вы ощущаете, что все чаще и чаще становитесь слугой собственной нервной системы, чувствуете, что порою не в силах справляться с эмоциональным фоном и с его воздействием на ваше поведение; были уже примеры того, когда вы срывались на ближних или даже на незнакомых людей. Попробуйте заняться рукоделием. Не бойтесь, если прежде никогда вам этого делать не приходилось. Попросите кого-нибудь из знакомых обучить вас вязанию, а если вы решили вышивать, то тут и обучение не потребуется: покупайте в специальном магазине картинку для вышивки крестиком, набор ниток «мулине», иголку для вышивания – и вперед! У вас все получится, просто не может не получиться. Уверяю вас, что уже с самого начала вас затянет вязание или вышивание, вы даже на работе будете думать о том, что надо поскорей добраться домой, а там сесть за рукоделие. Постарайтесь на первых порах не пресытить себя: то, что сразу очень полюбилось, может вам очень быстро надоесть. Посвящайте рукоделию не более сорока минут в день. Наконец, если вышивание и вязание вам не очень нравится, вы можете прибегнуть к похожим способам редукции гнева. В наши дни существует множество направлений декоративного искусства: создание открыток, роспись по стеклу, лепка… Самое простое, что может себе позволить каждый, это купить в книжном магазине детскую книжку-раскраску, купить кисточки и краски (акварель или гуашь), да хоть цветные карандаши или фломастеры и вечером после работы раскрашивать картинки. Это, как показывают мои наблюдения, очень помогает в работе с гневом.

Пример же, который я хочу привести, связан с вышивкой. К мне обратилась мама школьника, семиклассника Алеши, который сделался очень раздражительным. Мама подозревала что-то ужасное, но оказалось, что мальчику просто нужно какое-то дополнительное занятие, способное немного переключать регистр сознания от учебы и от занятий спортом. После прохождения ряда тестов я остановился на вышивании. Не удивительно, что и мальчик, и его мама восприняли мое предложение скептически, а мальчик так даже рассердился на меня, решив, что это глупая шутка. И все же я смог настоять на этом виде динамической редукции гнева. И Алеша увлекся вышиванием. Сначала он стеснялся своего нового хобби, скрывал его от школьных товарищей. Но однажды одноклассники узнали и некоторые стали мальчика дразнить. Однако Алеше эти дразнилки были уже совсем не обидны – ведь он смог редуцировать свою раздражительность и теперь уже ни на кого не гневался. А в конце концов одноклассникам пришлось прикусить язык – вышивки Алексея приняли участие в большой выставке декоративного искусства и некоторые из них были даже куплены потом за большие деньги. Вот пример того, как иногда удается убить сразу двух зайцев: и гнев редуцировать, и обрести прекрасное увлечение.

Следующая динамическая методика возможна в большей степени в сельской местности либо на даче и больше подходит мужчинам. Вы можете редуцировать ваш гнев какой-нибудь из разновидностей деревенского физического труда. Видов этого труда довольно много, но как показывают наблюдения, лучше всего прибегнуть к какому-либо видов из трех ниже перечисленных: вскапывание грядок, косьба травы, колка дров. Вы заметили, конечно, что все эти виды объединяет сама алгоритмическая концепция проводимой работы: цикличность минимального количества энергетически весьма затратных действий, а проще говоря вам предстоит совершать строго заданный набор движений, применяя довольно-таки немалую физическую силу. Я не буду здесь описывать ни этих движений, ни необходимых для их выполнения инструментов, ни условий, в которых все это выполняется; не буду потому, что рекомендую данные упражнения только тем, кто знает, что такое сельский труд; тем же, кто не знает, что такое лопата, коса и колун, я рекомендую попробовать какой-нибудь иной из тех методов, что я привожу в данном разделе. Тем же, кому сельский труд не чужд, предстоит определиться с видом методики. И здесь вы выбираете по своему вкусу. Что вам нравится делать больше – колоть дрова, косить траву, копать грядку? Выбирайте. Однако ваш выбор в полной мере может зависеть и от того, какой из этих видов сейчас необходим для вашей дачи или вашего частного дома. Вероятно, что сейчас привезли уже распиленные дрова и вам только и нужно, что расколоть их, а может, стоит уже выкосить лужайку перед домом. Стремитесь сочетать пользу для хозяйства и пользу для себя: редуцируя свой гнев, вы еще и окажете услугу себе и своим близким тем, что грядку вскопаете или наготовите дров для бани. Залог же выхода из состояния гневливости в данном случае находится в цикличной повторяемости действий. Очень помогает, кстати, если в процессе выполнения какого-либо из названных упражнений вы будете петь или читать стихи. Не обязательно делать это громко и даже вслух. Стесняетесь – пойте тихо или про себя. можете даже просто поговорить с самим собой по душам.

Я рекомендовал эту методику многократно, и всякий раз результат появлялся после первого же применения. Рассказать же хочу про случай, типологически аналогичный косьбе, копке и колке, но отличающийся от перечисленных ярко выраженную уникальностью. Мне даже не пришло в голову посоветовать такое, но теперь, зная, что это возможно, спешу поделиться этим случаем с вами. Мой пациент Антон Игоревич, подполковник в отставке, 55 лет, рассказал о том, что пока он служил в военной части, то склонность к гневливости была даже ему часто в помощь, однако теперь, на гражданке, это стало существенно мешать. Куда выпускать пар? После проведенной аналитической работы мне стало ясно, что более всего уместно тут прибегнуть как раз к отмеченным методикам. Тем более, и дача у Антона Игоревича есть. Я предложил подполковнику на выбор одно из трех, Антон Игоревич задумался и предложил в ответ свой вариант, с которым я сразу же согласился. Дело в том, что на даче Антона Игоревича был самый настоящий токарный станок. Пациент рассказал, что станок это поставил там еще его отец, он же научил сына работать на нем, но у сына все никак не доходили руки до станка да и повода что-то сделать на этом станке не было. Теперь же стоит попробовать. И Антон Игоревич попробовал – он стал точить на токарном станке кольца для салфеток: одинаковые, без украшений, без изысков. Очень быстро подполковник признался сам себе, а потом поведал и мне, что всю его гневливость как рукой сняло. А впоследствии стал Антон Игоревич делать кольца красивые, разнообразные, апогеем же его карьеры токаря на сегодняшний день стала уникальная коллекция шахматных фигур. Вот опять пример того, как средство по редукции гнева становится и прекрасным увлечением.

Наконец, еще один простой способ динамической редукции гнева. Вам понадобится ножик – лучше всего обычный перочинный, чтобы только вам не пораниться. Когда-то в детстве вы играли в ножички? Если нет, то правила там были таковы: два участника на земле чертили круг диаметром метра полтора-два, круг потом делили прямой линией на две равные части, на две половинки. Каждый участник вставал в свою половинку круга. Затем по очереди кидали ножик в землю на территории чужого круга. Если ножик втыкался, то чертилась линия строго по заданному лезвием направлению, таким образом от территории противника отделалась часть земли и присоединилась к территории того, чей ножик воткнулся удачно. Игра продолжалась до тех пор, пока проигрывавшему было где стоять на своей территории хотя бы на одной ноге. Такая вот простая игра. Я, конечно, не предлагаю вам играть строго в те самые ножички, но вот для редукции гнева очень помогает просто метание ножика в землю из положения стоя. Это, на первый взгляд, довольно монотонное действо, тем не менее оказывается очень увлекательным. Попробуйте и убедитесь сами. Удобство метания ножка в землю еще и в том, что это упражнение доступно всем: и пожилым, и юным, и мужчинам, и женщинам, и физически развитым, и физически слабым. К тому же от вас не потребуется никаких сверхзатрат – только ножичек и клочок земли, куда вы этот ножичек будете втыкать.

Из всего обилия случаев, когда я советовал пациентам данный способ редукции гнева, приведу один крайне любопытный по источнику гнева. Мой пациент Александр Михайлович, программист, 35 лет, стал раздражаться от одного только вида городских птиц. Сначала его стали приводить в бешенство голуби, что вполне понятно многим городским жителям, затем вороны с галками, а в конце концов даже синички и воробьи оказались в источниках гнева. В клинику Роялмед Александр Михайлович решил обратиться тогда, когда ранней весной его вдруг рассердили собравшиеся под окном стайкой снегири. Эти красивые и добрые птички уж никак, казалось бы, не могли стать источником гнева, но вот стали. Тогда-то и понял Александр Михайлович, что пора что-то делать. После анализа столько неординарной ситуации наш консилиум (а я решил прибегнуть в данном случае к совета коллегам) решил попробовать методику метания ножичка в землю. Некоторые коллеги настроены были по этому поводу скептически, но весь анализ указывал на грядущий успех. И успех случился. Буквально несколько дней игры в ножички с самим собой неожиданно даже для меня пробудили в Александре Михайловиче экологическое сознание: ненависть к птицам сменилась на любовь к ним. В заключении только скажу, что не изменяя общей сути своей профессии программиста, Александр Михайлович сменил место работы с патентного бюро на экологическую организацию, занимающуюся пернатыми.

Я описал некоторые виды динамических методик редукции гнева и перехожу теперь к описанию некоторых статических методик.

Статические методики редукции гнева

Методики эти, в отличие от описанных выше, не подразумевают физических действий, но требуют некоторых затрат со стороны ума. Я приведу две наиболее действенных из них.

Первая методика основана на том, что вы будет писать письма, предназначенные объекту своего гнева. Напомню, что объекты эти бывают трех типов: другие люди или другой человек, окружающая среда, вы сами. Проще всего написать письмо другому человеку – тому самому, который, по вашему мнению, и является источником вашего гнева. Разумеется, вам не придется отправлять это письмо, поэтому вы можете быть предельно откровенны в нем. Да так и должно быть – вам же нужно редуцировать гнев, а не обидеть того человека, который этот гнев, как вам кажется, породил. Вы уже чувствуете, что гнев на кого-либо готов выплеснуться наружу – садись и пишите письме; не пугайтесь своих эмоций, пишите все, что считаете нужным; приветствуются даже ругательства и оскорбления (к примеру, древние греки обряд поклонения земле строили на том, что ругали землю самой распоследней бранью – считалось, что земля от этого будет лучше плодоносить). Бумага ведь стерпит все. Только соблюдайте при написании этого письма максимум осторожности: никто кроме вас не должен знать не только о содержании письма, но даже о его существовании. Человеку, вызывающему у вас гнев, скажите все, что вы думаете, укажите ему его место в мире, пожелайте всего того, чего хотите пожелать. Закончите письмо, когда почувствуете, что весь гнев вышел из вас на бумагу. Теперь сверните листок и немедленно, соблюдая меры пожарной безопасности, сожгите его, или же, если сжечь не получается порвите на мелкие кусочки и пустите по ветру. Нужно уничтожить письмо для того, чтобы ваши проклятия не подействовали на того человека, которому письмо предназначено. даже если вы ненавидите его настолько, что желаете всяческих бед, помните, что такого рода пожелания могут бумерангом вернуться к вам, посему будьте предельно осторожны в данном плане. По той же логике пишутся письма и в тех случаях, когда вы считаете, что источники гнева находятся либо в окружающей среде, либо в вас самих. Эти письма тоже потом следует уничтожить. А на случай письма к самому себе приведу один пример.

Моя пациентка Серафима Витальевна, работающая пенсионерка, 69 лет, стала вдруг сердиться на себя из-за того, что у нее, как ей стало казаться, перестали получать такие вкусные пирожки как раньше. Уверения близких, что пирожки по-прежнему вкусны, не успокаивали Серафиму Витальевну. И она тогда пришла за помощью в клинику Роялмед. После анализа ситуации я дал совет женщине, чтобы они написала письмо самой себе, где бы изложила все, что думает про пирожки и про того, кто эти пирожки готовит. Серафима Витальевна так и сделала, строго скрыв содержание письма и сразу же после написания порвав его на мелки кусочки и выбросив с балкона. Тут же у пенсионерки возникло желание напечь пирогов, что она и сделала. И ей самой пришлось признать, что пироги оказались вкусными, – гнев на саму себя прошел как будто его и не было.

Вторая методика, на ряду с написанием писем к источнику гнева, строится на том, что в течение четырех недель, каждое утро вам нужно будет перед зеркалом произносить словесный текст настроя, обращенного к самому себе. На каждый день недели – свой текст. Делать это лучше уже после завтрака и водных процедур, буквально перед самым выходом на работу ил куда-либо по делам. Можно читать настрой прямо в одежде. Начинать же чтение следует с ближайшего понедельника. Вот семь текстов настроев, они очень короткие, поэтому выучить их наизусть для вас не составит никакого труда. Настрой понедельника: «Шаг за шагом я приближаюсь к состоянию предельного спокойствия и полной власти над своими эмоциями». Настрой вторника: «Если где-то еще внутри меня и таится злоба на кого-нибудь или на что-нибудь, то их меня она никогда не выйдет, потому что не хочет этого». Настрой среды: «Подобно тому, как летним утром хорошо бывает раскрыть окно, так и мне хорошо раскрывать глаза и смотреть на этот прекрасный мир». Настрой четверга: «Как чудно это дыхание ветра, что ощущаю я на своем лице. Доброта воцаряется в мире, пока я принимаю воздух в свои объятия». Настрой пятницы: «От этого мига и навсегда господствует в мире красота. Радость от того, что я понимаю красоту, не знает границ. Меня переполняет настоящее счастье». Настрой субботы: «Восторг от того, что я просто живу, похож на восторг от встречи рассвета над рекой в начале лета. Жизнь прекрасна!» Настрой воскресенья: «Цветы в июле на лугу столь же удивительна и восхитительны как удивительна и восхитительна та жизнь, которую мы проживаем изо дня в день. Прекрасное таится в обыденном. Надо только суметь это прекрасное увидеть». После того, как за первую неделю будут прочитаны все семь настроев, с нового понедельника настрои читаются вновь в тому же порядке. В общей сложности упражнение рассчитано, напомню, на четыре недели, то есть каждый настрой будет произнесен четыре раза.

Примером успешного применения этой методики служит следующий. Ко мне обратилась учительница начальных классов Оксана Евгеньевна, 29 лет. Проблема ее заключалась в том, что ее стали гневить все те, с кем она соприкасается по работе: ученики, коллеги, начальство, родители учеников. В какой-то момент состояние Оксаны Евгеньевны сделалось столь невыносимым, что она всерьез решила уйти с работы – с той работы, которую совсем недавно так любила. Но она выбрала куда как лучший ход – прийти на консультацию в клинику Роялмед. После детального анализа ситуации и с учетом всей его сложности была разработана комплексная методика, включающая в себя очень многое из того, что я уже называл в книге выше: были задействованы и критика объекта, и голосовая редукция гнева, пришлось Оксане Евгеньевне походить и на занятия плаванием в ближайшем бассейне. Не обошлось и без динамичных методик редукций гнева – Оксана Евгеньевна вязала крючком длинный шарф. И весь этот комплекс потребовал некоего общего знаменателя, которым и стал описанный выше метод ежедневного чтения настроев перед зеркалом. И хотя редукция гнева начала осуществляться почти сразу же – на середине первой недели – следовало довести курс до конца. Оксана Евгеньевна успешно справилась с этим и в итоге не только смогла остаться на любимой работе, но и, как сама призналась, стала ценить свою работу учительницей еще больше, чем прежде.

* * *

Именно работая с Оксаной Евгеньевной я пришел к открытию еще одной техники не просто уже редукции гнева, а буквально реабилитации организма после такой редукции. То есть предлагаемая ниже методика может быть использована абсолютно всеми, кто уже опробовал на себе любую из выше изложенных техник редукции гнева. Это методика рассчитана на четыре недели, в течение которых вы будет по вечерам читать маленькие сказки, специально составленные в расчете на реабилитационный период после редукции гнева.

Реабилитационная сказкотерапия

На каждый из двадцати восьми дней дана своя сказка. Работу следует начинать с понедельника, с чтения на ночь первой сказки. И так каждый день в течение четырех недель. Сказкотерапия позволит вам полностью освободиться от вины за ваш гнев, а в итоге даст вам ключ к освобождению от всех негативных (физиологических, духовных, иных) эмоций, вызванных последствиями подавляемого гнева.

Первая неделя

Сказка понедельника

Злой деревенский староста Аким ненавидел семью крестьянина Тимофея, ненавидел люто жену его Ефросинию, ненавидел детей – мальчика Андрея и девочку Катю. А ненавидел потому, что завидовал – все было в из семье: и достаток, и любовь, и доброта. В своей ненависти староста Аким заходил порою так далеко, что желал семейству Тимофея всяческих несчастий. И как-то раз несчастье случилось. По подозрению в краже сена Тимофея посадили в тюрьму. Тимофей, естественно, ничего ни у кого не воровал – он был трудолюбив и в сене никогда недостатка не испытывал. Однако же староста Аким, как только узнал о пропаже сена, повернул дело так, что будто бы и взять это сено некому, кроме как крестьянину Тимофею. Приехали жандармы, связали Тимофея и отвезли в острог. В тот же день жена Тимофея Ефросиния захворала, да так сильно, что в одночасье слегла без памяти. Акиму же только того и надо было в его злобе несусветной – пришел он в дом Тимофея да и выгнал прочь бедных Андрея и Катю. Те и пошли, куда глядели глаза. Благо на дворе было лето и можно было хотя бы поначалу не думать о теплой одежде, да и ягод к тому времени уже было по опушке леса много-премного. Поев малины с куста, Андрей и Катя пошли дальше в лес. Да и куда им было деваться? так всегда оно и бывает: если среди людей кому места не находится, то идти тому в лес дремучий, там искать себе и дом, и стол. До самой темноты бродили по лесу Андрей и Катя, а когда Солнце село, то нашли они под сосною место укромное и сухое да и легли почивать. еще и не рассвело толком, когда Катя услыхала, будто плачет кто по близости. Разбудила она братца своего, и вместе пошли они в ту сторону, откуда плач доносился. Вышли вскоре Катя и Андрей на лесную полянку, посреди которой сидела бурая медведица Аглая и горько плакала. Стали дети медведицу Аглаю жалеть, и рассказала та им, что приходил на днях злой человек из села, дождался, пока она уйдет за кормом для своих детишек, да и забрал с собою трех ее медвежат. Поняли Катя и Андрей, что злым тем человеком был староста Аким, рассказали они медведице Аглае о своем горе, пуще еще опечалилась медведица Аглая, но решила пойти в село и там уже узнать о судьбе малых детишек своих. И то правда – можно так целый день проплакать на лесной полянке, а можно пойти и сделать что-то. И пошли в село втроем Аглая, Катя и Андрей. Как увидали крестьяне, что живая медведица идет к ним, так напугались и по избам попрятались. Только староста Аким не испугался, потому что было у него ружье. Взял Аким свое ружье и вышел навстречу медведице Аглае – хотел ее застрелить. Но медведица Аглая так строго посмотрела на старосту Акима, что тот враз окаменел – как стоял с ружьем наперевес, так и остался стоять статуей. Это все потому, что был Аким очень злой, а злоба, если строго на нее посмотреть, всегда превращается в камень. Прошли тогда дети вместе с медведицей Аглаей в дом Акима и увидали там в клетке медвежат, которых староста хотел отправить в зверинец. Выпустили на радость всем медвежат на волю. А тут из города вернулся и Тимофей – отпустили его из тюрьмы, признав невиновным. Вернулся Тимофей, обнял детишек своих и пошел в дом, а там Ефросиния, едва услыхав голос мужа, пришла в себя и выздоровела. Медведица Аглая ушла со своими детками в лес. Семья Тимофея стала жить в селе еще лучше прежнего. А окаменевший Аким так и стоит там, где на него медведица строго посмотрела.

Сказка вторника

Жил на свете славный и добрый Генрих. Сначала жил мальчиком, с другими детьми целыми днями по городским улицам носился, а вечером возвращался домой, к любящим его родителям. Потом жил Генрих юношей – по улицам уже не носился, а работал помощником сапожника, учился древнему мастерству делать людям обувку. Да так хорошо у него получалось делать сапоги, что старый мастер Вальтер, как-то раз взглянув на работу Генриха, наказал юноше открывать свое дело. Так Генрих и сделал, ибо привык с детства во всем слушаться старших. Открыл свою мастерскую. И обувь в мастерской Генриха славилась на всю округу. Когда же не стало старика Вальтера, то и его мастерская досталась Генриху, потому что был Вальтер бездетен. Очень Генрих горевал по своего наставнику. Теперь ведь и совета попросить было совсем не у кого в сапожном деле, приходилось во всем полагаться на себя. Прошло какое-то время еще – не стало родителей Генриха. И совсем тогда юноша опечалился. ему бы жениться в те поры, да только он не знает, у кого в этом вопросе совета можно попросить. Даже взрослому сироте в это мире живется очень не сладко. День за днем проходил, а печаль Генриха не делалась меньше. Так и казалось ему порою, что учитель его Вальтер где-то рядом, только захочет какого испросить, опомнится – Вальтер ведь уже умер. И горько заплачет. А припомнит добрых своих родителей, так еще грустнее на душе сделается. Шли недели, а грусть не проходила. Прежде нравилась Генриху соседская девушка Анна, но сейчас он почему-то о ней даже и не вспоминал – настолько горе о потере близких людей завладело им. Чем дальше, тем меньше трудился Генрих. нет, не был он ленив, а просто не видел смысла отныне в своем труде. Ушедших ведь уже не вернуть, а ему так на этом свете без наставника и родителей одиноко. И как-то вечером грустный Генрих вышел за городские ворота. Ночь застала юношу в чистом поле, звездное небо было так близко, что казалось манило к себе Генриха. Взмахни руками и полетишь словно птица. Но Генрих за печалью своей не видел ничего этого. Так всю ночь и проходил по чистому полю, взор свой обратив к земле. Ночь же в положенный час стала сменяться рассветом. Заря была такая яркая, такая дивная, что даже такой грустный человек как Генрих не мог не заметить ее и не восхититься красотой восходящего Солнца. Подул свежий утренний ветерок прямо в лицо Генриху. И тут вдруг стало юноше внезапно так хорошо! В одночасье понял Генрих, что печаль печалью, а жизнь все де продолжается. И надо жить! Понял Генрих и то, что в этом ничто не исчезает бесследно, не пропадает в никуда. Вот и души родителей и Вальтера всегда где-то здесь где-то по близости. Они всегда и во всем помогут Генриху и будут только рады, если он вернется к полноценной жизни, к работе в мастерской, к чтению книг, к воскресным мессам в храме, ко всему тому, чем жив человек. И еще больше возрадуются те, кто ушел, когда узнают, что у Генриха появилась жена и что род Генриха продолжается теперь в его славных детишках. Когда понял все это Генрих, то стремглав помчался в город и сразу же принялся работать в мастерской. А через несколько месяце вся улица гуляла на веселой свадьбе доброго Генриха и красавицы Анны. И радостно смотрели на счастье молодых те, кого уже здесь не было, но те, кто все же были здесь.

Сказка среды

В океане жила очень маленькая водяная черепашка. От своих сородичей на суше она только тем и отличалась, что больше любила плавать, чем ходить. Впрочем, и ходить она тоже умела – бывало выйдет на берег и давай ходить. И получалось это у нее не плохо, гораздо лучше, чем у ее сухопутных сородичей, которые за всю свою долгую жизнь (а черепахи – и на суше, и в океане – живут по сто лет и больше) проходили от силы километров двадцать. Но все равно водяная черепашка больше любила плыть по просторам океана, потом у и назвали эту черепашку водяной. Жила черепашка тихо, мирно плавала, питалась всякой совсем уже мелочью, которую обычный глаз и разглядеть-то не способен, любила поваляться на поверхности океана в солнечный день, но и дождливую погоду тоже любила, ведь так хорошо в дождик затаиться где-нибудь под водой и смотреть, как капли воды пресной падают на воду соленую, смотреть и слушать… Наверное, это похоже на то, как в жилищах людей дождик стучит по крыше. А возможно – и не похоже совсем. когда же случалась буря в океане, то черепашка заплывала куда поглубже и там бурю пережидала – на глубине ведь даже сильный шторм не ощущается. Но вот как-то раз во время такого шторма черепашка почувствовала, как какая-то сила влечет ее туда, куда ее совсем не надо и не хочется – куда-то в сторону. Стала черепашка перебирать лапками, помогая себе шеей и хвостиком своим маленьким, но неведомая сила была сильнее силы маленькой водяной черепашки. И как ни старалась малышка, а оказалась она вскоре в каком-то неведомом месте. Поначалу темень там стояла такая, что ничего видно не было, но потом глазки маленькой черепашки попривыкли к этой темноте. Однако же от этого понятнее ее местонахождение не стало – ровным счетом не только ничего интересного взору не открывалось, но и вообще не открывалось ничего. Решила тогда маленькая водяная черепашка поплыть вправо, но очень быстро наткнулась на что-то твердое, что дальше не позволяло ей плыть. Тогда решила развернуться и поплыть в обратную сторону – то же самое ждало ее и там почти сразу же: мрачная стена, в которой не было ни единой щелочки. Тогда решила водяная черепашка поплыть прямо. Тут путь оказался длиннее и тут – о радость! – показался на пути хоть кто-то живой. Это была маленькая рыбка. Оказалось, что рыбка тоже когда-то попала в этом мир и теперь живет в нем в полной темноте. Очень расстроилась водяная черепашка, узнав, что никогда тут не наступает день. Разве же это жизнь? И дождя тут не бывает, даже океанских бурь – и тех не бывает. За то тихо и безопасно. Нет, черепашка не хотела такой жизни. Если она сюда как-то попала, то значит, должна как-то суметь попасть и обратно. Если есть вход, то должен быть и выход. Вместе с рыбкой, которой, признаться, тоже тут не очень-то нравилось, устремилась черепашка туда, куда подсказал ей внутренний голос. И голос оказался прав – очень скоро показался свет. Немалых усилий стоило черепашке и рыбке добраться до этого света, но они сделали это, выбрались из темного царства. Как же чудесно в родном океане! И только когда черепашка и рыбка добрались до самой поверхности воды, откуда так хорошо видны облака, только тогда они оглянулись и увидали, как куда-то по своим делам уплывал гигант кит, унося с собой хмурый мир, из которого, впрочем, нашелся выход к свету.

Сказка четверга

Долго царил на Земле Золотой век. Люди были счастливы, жизнь была благополучной, все любили друг друга и никто никому не завидовал. Но счастье не бывает вечным – нашлись те, кому это не нравилось. Любви стало меньше, зависти больше. Золотой век сменился веком Серебряным, а за ним пожаловал Бронзовый век, потом Медный… Когда же металлов для названия веков не осталось, то не осталось в мире и любви. За то зависти было в избытке. Не осталось праведников, а были только грешники. И тогда на Землю с небес была послана гигантская змея. Змея это не обладала умом, а только и знала, что свое предназначенье. Предназначенье же змеи было в том, чтобы съесть всех завистливых грешников. Как же отличала она завистливых грешников от тех, кто не был таковыми? Во-первых, не надо было ей особо отличать, потому что практически все, живущие в то время на Земле, были завистливыми грешниками, а во-вторых, не отличавшаяся умом змея была наделена особым зрением – она видела в желтом свете всех тех, кто завидовал и кто грешил. Не удивительно, что весь мир представал для нее окрашенным в желтые тона. При всем желании такой мир красивым назвать нельзя. Но змея привыкла. Привычка вела ее от Севера на Юг, потом с Запада на Восток. И всюду, где только она проползала, она съедала всех тех, кто представал взору ее в желтом свете. Боги же, глядя на все это, ужасно горевали. Они же создали когда-то людей во славу себе и миру, а теперь эти люди исчезали в чреве глупой змеи. Но боги сами так решили – решили, что человечество должно быть наказано за грехи и за зависть. И человечеству ничего не оставалось, как принять наказание это должным образом. Скоро змея исполнила свою миссию. Съела всех, кто виделся ей в желтом цвете. С этого момента людей на Земле не осталось. Но что это? Змея видит, как идет человек – идет себе по дороге, мешок за плечами, на лице улыбка и добрые-предобрые глаза. Змея уже было устремилась съесть этого человека, да только оказалось, что есть его нельзя – в глазах змеи человек этот окрашен был не в желтый, а в зеленый цвет. Неужели праведник? Неужели никому не завидует? Это было правдой – последний человек в этом мире никогда никому не завидовал и никогда (ну или почти никогда) не грешил. Тогда богам ничего не оставалось, как забрать змею к себе на небеса и глубоко задуматься над тем, что делать дальше. Ведь когда закончится жизнь последнего человека на Земле, человека праведного и независтливого, то Земля совсем опустеет. Спрашивается, что же думали боги раньше, когда посылали змею на Землю. А раньше они не знали, что в ком-то еще не поселилась зависть и грех кем-то еще не завладел (ну или почти не завладел). Долго думали боги и решили они так: пусть этот последний человек на Земле идет в Африку, там пусть найдет самое большое дерево, заберется на его макушку и будет оттуда кидать вниз плоды этого дерева – гладкие орехи. Так и поступил независтливый праведник, послушный воле богов: пошел в Африку, нашел дерево, забрался на него и стал кидать вниз орехи. Из орехов стали получаться люди – мужчины и женщины. От них пошли еще люди, и еще, и еще… Жизнь вернулась на Землю. Жизнь оказалась неистребима. Впрочем, вместе с жизнь очень скоро вернулись греховность и зависть. Они тоже оказались неистребимы. И даже богам ничего не оставалось, как признать это.

Сказка пятницы

Бедному мальчику сироте в его деревне было очень трудно, неуютно, грустно. Пока мама его была с ним, хоть и бедно было, а все же чувствовал себя сирота в безопасности. Но вот не стало мамы. Хворала она, все кашляла, а потом и кашлять перестала – устала кашлять и ушла туда, откуда никто не возвращается. Тогда стали все обижать сироту. Куда он не приходил, отовсюду его гнали. Своего же дома у бедного сироты никогда и не было. А мы с вами знаем, что если кого гонят в мире людей, то обретает он спокойствие где-нибудь подальше от этого мира. Тому, кому хорошо в доме, в лесу плохо – страшно, темно, сыро. Но тому, кому в доме плохо, тому в лесу будет хорошо. Так повелось испокон веку. И не то, что бы наш сирота знал это, однако как-то это чувствовал. И повинуясь чувствам, вышел он как-то из деревни и пошел к дальнему лесу, куда даже мужики деревенские ходить боялись, потому что там жил Леший, а Леший не любил гостей. Несчастному же сироте было все равно – Леший так Леший. Пусть, если захочет, этот Леший съест его, пусть в землю закопает, утопит в луже лесной или повесит на ближайшей сосне. Теперь уже все равно, ведь жизни не стало, когда не стало мамы. Нет месте среди людей сироте, пусть и вовсе тогда на земле места не будет. Так думал мальчик, когда приближался к лесу. Лес стоял стеной, и казалось, что он хмурится, едва завидев сироту, одетого в какое-то тряпье. Даже Солнце возле леса стеснялось светить и греть во всю мощь. Даже ветер медлил со своим дуновеньем. Птиц же в этом лесу не было вовсе – страшен был этот лес. Но страшнее была деревня, оставшаяся позади и в прошлом. И шагнули сирота за опушку темного леса. И пошел, не разбирая дороги, и очень скоро в глубине среди вековых сосен увидал избушку и сидящего подле нее старика – зеленого всего, обросшего волосами и очень грязного. Но не испугался сирота, а подошел к старику и поклонился в ноги. Леший – а это был именно он – поклонился в ответ и пригласил мальчика в избу. Там велел строго Леший сироте навести порядок в горнице, печку протопить, наносить воды и сварить кашу. Мальчик к труду был приучен, все сделал, что велел ему Леший, а потом по велению Лешего лег спать. На утро все повторилось – вновь велел Леший прибираться в избе, печь топить, воду носить, кашу варить. И все исполнил сирота. Так продолжалось ровно неделю. На седьмой день Леший вытащил откуда-то сундук, открыл крышку, а там золото да камни драгоценные. Дал он все это богатство сироте и велел возвращаться в деревню. Мальчик повиновался. А когда вернулся, то деревни не узнал. Жили там люди другие совсем, не те, что прежде. И себя сирота, стоило ему посмотреться в воду, не узнал тоже. Но быстро догадался – прошло не семь дней, а семь лет. И за эти семь лет все изменилось. Никто теперь из деревни его не прогоняет; напротив – все ему рады. А он богат, красив, но главное – добр и мудр. Стал юноша жить в своей родной деревне в радости и в почете. И с той поры всем известно: сирота, гонимый и слабый, в конечном счете всегда достигнет благополучия.

Сказка субботы

И в эту субботу в городе все готовят кашу. Так издавна заведено, что первую субботу месяца жители города посвящают приготовлению этого замечательного блюда из манной, ячневой или гречневой крупы. Каша варилась в каждой кухне, и из каждой трубы шел такой чудесный запах, что даже очень сытый человек останавливался и подолгу принюхивался, глотая слюнки. Что уж говорить о людях голодных, которых судьба заносила в город в субботу, – бывали даже случаи, что эти люди от голода падали в обморок. Хорошо еще, что горожане наши – сплошь народ добрый, всегда готовый помочь и уж чем-чем, а кашей поделиться всегда рады: хоть манной, хоть ячневой, хоть гречневой. И самое главное, чего горожане в первую субботу каждого месяца стараются не забыть заранее приготовиться масло. Все ведь знают пословицу о том, что кашу маслом не испортишь. И наши горожане тоже знают эту пословицу. Но не только согласной ей заранее к первой субботе месяца готовят масло для каши, а еще и потому, что как-то раз случилась одна история. А причиной случившегося стало как раз то, что одна хозяйка забыла к субботе заранее купить масла. Уже поставила молоко в печь, уже крупу приготовила – ячневую. Да вспомнила, что маслом не запаслась. Ринулась в лавку, что была напротив ее дома, одна лавка была закрыта – хозяин варил кашу и, чтобы не отвлекаться, запер все двери. Побежала тогда незадачливая хозяйка на соседнюю улицу, где были сразу четыре лавки, торговавших продуктами, но и там все двери были закрыты на большие замки, потому что и там хозяева лавок варили свои каши – была ведь первая суббота месяца. Что было делать бедной кашеварке? Вернулась она домой и решила, что хотя бы один раз можно будет сделать кашу и без масла. Засыпала ячневую крупу в молоко да и стала кашу варить. Каша варилась как обычно – пыхтела, свистела, булькала… И все ждала и ждала – ждала, когда же, наконец, положат в нее масло. Каша ведь не знала, что нерадивая хозяйка нынче решила обойтись без масла. Так без него каша и сварилась уже почти, пока не зашла к кашеварке соседка, у которой каша была готова чуть раньше. Тогда-то наша каша из своей печки и услыхала разговор двух кумушек про масло, и узнала каша, что сегодня ей придется обойтись без масла. Что может быть для каши ужаснее? Рассвирепела тут наша каша в котелке и давай раздуваться и раздуваться. Хозяйка хотела было вытащить котелок из печи, однако было уже поздно – каша рассвирепела до того, что всю печь большую русскую собою заполнила, а как хозяйка отворила печь, так каша сразу и хлынула на шесток, с шестка на пол, разлилась по всему полу. И как пол заполнила, так устремилась в окна и в дверь, потекла по улице, потом по другой, вползала густою массой в дома и никуда уходить не желала. Горожане наши тем временем спасались на крышах своих домов, куда каша пока еще не могла добраться. Каша же злилась и сердилась, готовая на все только потому, что ей не дали масла. Хорошо, что в ту пору шла из близлежащей деревни маленькая девочка, – несла эта девочка с собой горшочек масла, в подарок бабушке. Увидала девочка, что творится в городе, сразу горшочек открыла и кашу маслом угостила. Тут каша и присмирела, и вернулась в печку к забывчивой хозяйке. В тот раз все обошлось, но памятуя о том случае, каждую первую субботу месяца горожане наши не забывают теперь запасаться маслом заранее и в изобилии.

Сказка воскресенья

Жил на свете мальчик по имени Мартин. Жил в деревне, что стояла неподалеку от замка. А в замке жила очень красивая девочка по имени Изабелла. И Мартин буквально застывал на месте и стоял так, раскрыв рот, когда девочка эта появлялась на башне погожим летним днем. Как же радовался юноша таким вот минутам! О большем же он не мог и мечтать, потому что девочка эта была самая настоящая принцесса, дочка здешнего короля, а мальчик Мартин был сыном простого крестьянина. Вот и приходилось бедняге Мартину довольствоваться теми редкими минутами, когда доводилось ему лицезреть прекрасную Изабеллу на башне замка. Из года в год любовался Мартин на Изабеллу, а та, скорее всего, даже и не догадывалась о существовании человека, который ее столь искренне любит, – не видела Изабелла с высоты своей башни добродушного Мартина. И все же что-то чувствовала Изабелла, ведь не зря же она год от года все чаще и чаще покидала свои покои и выходила на башню замка, подолгу вглядываясь в заливные луга внизу, в петляющую речку, в раскинувшиеся повсюду крестьянские домики. Мартин из мальчика превратился в юношу, помогал отцу в поле и на пастбище, где легко управлялся с целым табуном лошадей. И вот одна из лошадей как-то раз прямо в поле разродилась. На руках у Мартина в тот день оказался малыш-жеребенок, жалки такой и весь-весь белый. Мартин сразу его и назвал Беликом. И стал Мартин сам Белика воспитывать. Жеребенок был славным и добрым, любил поиграть, попрыгать, порезвиться. И Мартину нравилось проводить время во своим новым другом. Когда же жеребенок подрос и стал почти что взрослым конем, то Мартин стал приучать его к седлу. Белику нравилось, что он может катать своего хозяина, а Мартину нравилось кататься верхом на белом коне. Особенно любил Мартин проехаться во всей красе под самыми стенами замка в тот час, когда там стояла Изабелла, ставшая в ту пору дивной красавицей, каких и свет не видывал. Тут уже и Изабелла не могла не заметить юношу, что на таком дивном белом коне ездил подле замка. Золотые лучи солнца играли в гриве Белика так, как обычно бывает, когда красавица надевает на себя украшения из золота и из серебра. Белик же словно почувствовал на себе взгляды прелестной девушки, а кроме того, почувствовал, что эти взгляды важны и нужны хозяину. Тогда и случилось невероятное – Белик встал на дыбы, оттолкнулся от земли что было силы и взлетел над заливным лугом, взлетел так высоко, что Мартин оказался прямо возле прекрасной Изабеллы. Как же она был очаровательна! Девушка при виде коня вскрикнула, но увидев седока, не могла уже сдержат восхищенья его статью. Это была любовь с первого взгляда. Белик не мог долго висеть в воздухе и скоро вместе с Мартином вернулся к подножью замка. Но уже на следующий день отец Мартина, набравшись храбрости, явился к королю в замок – сватать для сына принцессу. И не была бы сказка сказкой, если бы не закончилось все хорошо для влюбленных – Король дал согласие и вскоре Мартин и Изабелла стали мужем и женой. И жили они долго и счастливого. И всегда в почете был у них добрый конь по имени Белик.

Вторая неделя

Сказка понедельника

Крестьянин Тимофей справедливо на деревне слыл человеком работящим и добрым, что в наше время очень большая редкость. В холодные зимние месяцы Тимофей ладил свои нехитрые орудия труда, избу укреплял, когда в том была необходимость, а как наступала весна, так тут уж каждый день проводил Тимофей в поле – вспахивал, потом засевал, чтобы к осени урожай был обильным. В жаркий же месяц июль Тимофей заготавливал сено для своих коз и овец. С детства Тимофей больше всего на свете любил как раз это вид сельского труда. Очень нравилось крестьянину вставать вместе с июльским солнышком, брать ладную косу свою и идти на дальний луг, чтобы там до самого полудня в душистой траве этой косою размахивать, сознавая, что будущей зимой его дорогие козы с овцами без пропитания не останутся. Даже слепни с оводами, каковых в июле завсегда на солнцепеке в избытке, не мешали Тимофею косить траву – то ли привыкли они к нему, то ли казался он им невкусным, а вот не кусали, даже не приставали к крестьянину. Односельчане удивлялись этому – их-то слепни с оводами кусали ужасно больно – но объяснить, почему так происходит, не могли. Когда же спустя несколько дней после начала косьбы луг был выкошен, то Тимофей занимался вплотную сушкой травы. Нет, конечно, он сушил травы и пока косил – куда же, спрашивается, девать ту траву, что уже скошена, не оставлять же просто так. Но всерьез этим делом заниматься крестьянин начинал только после того, как косьба заканчивалась полностью. На сушку тоже уходило несколько дней, потом сено складывалось в стога, которые Тимофей оставлял на лугу до самой осени, а осень на телеге вывозил к себе в сарай – так было сподручней для того, чтобы зимой сено для коз и овей было всегда под рукой. В этот год Тимофей сделал все как обычно: выкосил луг, высушил траву, сметал сено в стога и оставил стога посреди луга. Всего стогов, как уже повелось с годами, вышло целых пять. Но вот раз в середине августа ехал Тимофей через свой луг, смотрит и глазам не верит – стогов стоит только четыре. Что же это такое? Озадачился Тимофей и на следующий день снова поехал на свой луг – так и есть: теперь стогов уже всего лишь три. Стало быть, ночью кто-то вывозит сено! И тогда Тимофей приехал на луг поздним вечером, затаился и стал ждать. Около полуночи, как Тимофей и загадывал, послышались по подрастающей уже траве мягкие такие шажки. Ночь лунная была, потому не составило труда Тимофею разглядеть маленького человечка с большими и печальными глазами. Человечек прокрался к стогу, что стоял ближе всего к лесной опушке, с легкостью невиданной оторвал весь стог от земли, взвалил себе на плечи и потащил. Понял Тимофей, что этот человечек – сам Полевик. Понял и улыбнулся, потому что знал старинное заклинание на Полевика. Как только шепотом крестьянин это заклинание произнес, так тут же Полевик с проворством небывалым развернулся и потащил стог назад, поставил его на место, убежал куда-то и вскоре появился с двумя ранее украденными стогами. Их тоже поставил на лугу, поклонился Тимофею, но не исчез, а остался – остался для того, чтобы с этого момента помогать крестьянину, охранять его стога. И поступил так Полевик вовсе не из-за того, что услыхал заклинание, а из уважения к Тимофею, ведь был Тимофей работящим и добрым, а эти качества даже к полевиков в почете.

Сказка вторника

Старый капитан не один десяток лет водил свой корабль по бескрайним просторам морским и океанским. Казалось, в морях и океанах не осталось уже таких мест, в которых не побывал бы наш капитан. С командой капитан был строг, но справедлив, стихии не боялся, но уважал море и его обитателей. И море до поры до времени было добрым к кораблю, которым командовал старый капитан. Раз случилось кораблю проходить недалеко от экватора мимо острова, который издалека казался так прекрасен и дивен, что не свернуть в его сторону было ну просто невозможно. Сначала остров это увидал с мачты мальчик-юнга, потом и другие матросы тоже увидали. И стала команда просить своего капитана хотя бы на часок заехать на этот остров, посмотреть вблизи на эти деревья, которые кажутся такими прекрасными издалека. Было у старого капитана предчувствие, что не стоит кораблю сворачивать с курса – ждет возле этого острова команду что-то неладное. Но капитан был человеком добрым и уступил просьбам матросов – скомандовал повернуть в сторону острова. Было же предчувствие неспроста – совсем немного оставалось до берега, когда корабль вдруг ткнулся резко во что-то твердое, покачнулся, едва не уронив мачты, и замер. Корабль сел на мель. Капитан знал, что на этом участке моря очень долго еще не будет никаких других кораблей. Ждать помощи было неоткуда, самим же со спасением корабля было не справится. Много видел капитан на своем веку, доводилось и сидеть на мели его кораблям, но вот так сесть, как случилось нынче, пришлось впервые – старый капитан сразу понял это по расположению судна и по тому, как дул нынче ветер. Задумался капитан, но сколько не думал, а придумать так ничего и не мог. Команда же надеялась на своего капитана. Все ждали, что он скажет. И никому из команды даже в голову не приходило, что капитан может сдаться, опустить руки. Капитан ж хмурился все больше и больше. И когда уже готов был капитан встать и признаться перед своей командой, что выхода он не видит, тут вдруг откуда-то к кораблю приблизилось несколько дельфинов. Дельфины едва взглянули на судно и стали посвистывать так, как умеют эти животные. И на свист стали подплывать с разных сторон другие дельфины. Собралось их так много, что казалось, будто вблизи корабля не осталось воды совсем, а были только дельфиньи гладкие спину, украшенные строгими плавниками. И вот все эти дельфины словно по команде ткнулись в корму корабля, ткнулись так сильно, что корабль покачнулся и враз сошел с мели на глубокую воду. Вся команда, не исключая старого капитана, дружно зааплодировала дельфинам. Корабль стал набирать ход, дельфины же еще некоторое время сопровождали движение судна по зеленоватым волнам моря. Потом дельфины отстали, и корабль плыл уже в одиночестве. Матросы размышляли, почему дельфины поступили так, однако ответа найти не могли. Капитан же молчал. Старый капитан знал ответ, но никому его не говорил. Много лет назад капитан спас маленького дельфиненка от злой акулы – отпугну ее выстрелом из ружья, когда та уже собралась проглотить малыша. Дельфины же помнят добро. Капитан знал это. И среди тех дельфинов, которые столкнули корабль с мели, узнал капитан и спасенного им дельфиненка. Только теперь это был уже не малыш, а взрослый красавец-дельфин с умными и чистыми глазами.

Сказка среды

Фридрих был очень хорошим кузнецом. И не мудрено – ведь и отец его, и дед, и прадед, и даже дед деда и дед прадеда тоже были кузнецами. Много поколений семья Фридриха трудилась в этой кузнице, радуя местных жителей и заезжих гостей плодами своей работы. Всем же, кому доводилось бывать в кузнице Фридриха, не мог не броситься в глаза царивший повсюду порядок: пол был чист выметен, не полках, что крепились к стенам, не было ни пылинки, инструмент был уложен, как говорится, один к одному. Даже огонь в кузнечной печи, казалось, всем своим видом излучает порядок. Сам Фридрих тоже, несмотря на то, что работал весь день с утра до вечера, был всегда опрятен и чист. И был добр ко всем, никогда ни на кого не сердился и не злился. Была у Фридриха жена, которую он очень любил, были три дочери и сын, которому в будущем тоже предстояло стать кузнецом. Раз как-то вышел Фридрих из своей кузницы, чтобы немного передохнуть, и прихватил с собой любимые клещи. Сел на скамью у двери, а клещи положил рядышком с собой. Вдруг невесть откуда слетела громадных размеров серая птица. Кузнец от неожиданности только и успел, что прикрыть рукою лицо. Птица же когтями своими огромными подхватила лежащие рядом с Фридрихом клещи и взмыла вверх – только ее и видели. Опечалился добродушный кузнец – клещи были уж больно хорошие, привычные. Где теперь возьмет он такие же? И решил тогда Фридрих пойти в ту сторону, куда улетела огромная серая птица. И уже к вечеру того же дня добрался кузнец до подножья высокой горы. Понял Фридрих, что на ее вершине и живет та самая птица, что украла клещи. Не долго думая, стал кузнец пробираться горной тропой на самый верх. А пока пробирался – стемнело. Но сами небеса нынче благоволили Фридриху – ниспослали яркую и полную Луну, которая осветила вершину гору, когда туда вскарабкался кузнец. На вершине, и правда, оказалось птичье гнездо. Хозяйки – серой птицы – не было на месте. Но за то в серебристом свете Луны к радости Фридриха поблескивали в гнезде его любимые кузнечные клещи. Фридрих взял их и положил в заплечную сумку – теперь никуда не денутся. Но что это поблескивает чуть в сторонке? Кузнец подошел поближе и увидал сундук, из-под крышки которого видны были драгоценные камни. Впрочем, сокровища Фридрих брать не хотел. Зачем они ему? У него и так все есть. Но тут в гнездо медленно спустилась с неба большая серая птица, человеческим голосом сказала она Фридриху, что сундук это принадлежит теперь ему. Пусть, дескать, кузнец не стесняется – такова награда за его доброту, за честность и за трудолюбие. И Фридрих согласился взять сундук. Хоть и была ноша тяжела, а к утру уже был кузнец дома. Однако спать не спешил – хоть и стал он богат, а надо вновь идти в кузницу, делать свое дело. Камни же драгоценные пусть себе лежат – будет дочерям славное приданное.

Сказка четверга

Жил на свете бедняк, беднее которого, пожалуй, на всем свете не было. У иных бедняков есть хотя бы что-то – у кого денежка, у кого одежонка какая никакая, у кого вещичка хотя бы малая. У нашего бедняка не было, можно сказать, ровным счетом ничего. Нет, порою у него и денежка появлялась, и вещица какая-нибудь заводилась, а уж рубище на теле надето было всегда – пуст старой и дырявое, но ведь было же. И все же был самым бедным на всем свете тот бедняк, потому что как только денежка у него появлялась, он ее тут же отдавал тому, кому, как он считал, денежка эта нужнее. То же самое делал бедняк и с вещицами, которые иногда к нему попадали, – отдавал эти вещи он другим беднякам. Такой вот он был щедрый и добрый. Если же видел бедняк, что кто-то нуждается в одежде, то снимал с себя в буквальном смысле последнюю рубашку и отдавал тому, кого считал нуждающимся. Оставался наш бедняк наг – да и что с того, ведь даже в самую лютую зиму может согреть человека его же собственная доброта. И жизнь была по-своему добра к бедняку: хоть был он часто голоден, а не хворал никогда, хотя и было тяжело, а мыслей грустных у него не водилось. И никогда – ни в голоде, ни в холоде – не роптал бедняк, был он в долей своей образцом смирения. И даже славился смирением своим на всю округу. Так, если вдруг случалось, что кто-то – куда как более богатый – начинал возмущаться по поводу доли своей, то в пример ему ставили нашего бедняка. И тут уже даже самый горделивый и высокомерный человек смирял свой характер и покорно подчинялся своей судьбе. Так и жил бедняк в лютой бедности, но служил примером для многих. И раз вышло так, что на дороге в пыли нашел наш бедняк серебряный пояс. Хотел сразу же он пояс это по обыкновению своему отдать другому бедняку, который нуждался, как наш бедняк считал, куда как больше его самого, но для начала решил приметить это серебряный пояс на себя. И стоило только пояс надеть, стоило застегнуть замочек, как вдруг случилась метаморфоза с нашим бедняком – разом стал он прекрасным принцем. И уже не дороге пыльной он стоял, а стоял посреди шикарного зала в прекрасном дворце. Всюду были придворные и фрейлины, в золотых вольерах пели дивные птицы, по углам зала били светящиеся фонтаны, а оркестр играл такую удивительную по красоте мелодию, какую, казалось, ни один человеческий ум придумать не в состоянии. И все вокруг радостно смотрели на бедняка-принца, кланялись ему низко и говорили в его адрес лестные слова. Тут распахнулись двери, и сухопарый старик в ярко-оранжевом костюме объявил о начале званого обеда. Принц, а за ним и все остальные проследовали в другой зал, где столы уже были накрыты и буквально ломились от яств. Однако почему принцу-бедняку не хотелось есть. Совсем же горько стало ему, когда вдруг, глядя на все это великолепное изобилие, припомнил он всех тех, кто сейчас скитается по дорогам в нищете, кто на папертях церквей просит денежку, кто ходит по богатым домам в поисках кусочка хлеба. И так горько сделалось принцу, как никогда не бывало в те поры, пока был он самым распоследним из всех бедняков, какие только есть на свете. Встал тогда прекрасный принц, вышел из-за стола и снял с себя серебряный пояс. Пояс тотчас исчез, а сразу вслед за ним и вся роскошь и все люди исчезли, а бедняк вновь стоял на пыльной дороге в своем ветхом рубище. И был он самым счастливым человеком в мире.

Сказка пятницы

Тундра здесь такая, что конца края ей не видно. Зимою до самого горизонта только один снег, потому что деревца в тундре такие маленькие, что снег даже небольшой их укрывает по самую макушку. Летом же тундра на пару месяцев освобождается от снега – тогда травка пробивается, тогда и маленькие деревца зеленеют, тогда, наконец, и солнышко в здешних краях не столь уж редкий гость, как думают некоторые, кто не севере не бывал, а только слыхал всякие рассказы о здешних морозах. Северное лето коротко, да за то оленю ту сущее раздолье – что уж говорить. Зверь он неприхотливый – есть немного ягеля и хорошо. А если уж близко водопой, то и совсем славно жить оленю в мире нашей тундры. А холод или летнее тепло, так то оленю и не важно совсем. В холод не мерзнет, потому что мех олений греет, а если вдруг теплее становится, так тот же самый мех позволяет температуру тела оленьего сохранять на должном уровне. Вот и ходят круглый год стада оленей по тундре, ведомые мудрыми и смелыми пастухами. И обычно олени пастырям своим бывают послушны. Но раз случилось так, что стал один пастух стадо свое пересчитывать и одного оленя не досчитался. Куда же мог подеваться этот олень? Ведь вся тундра, куда взор не брось, как на ладони. Стало быть оленю было просто не убежать далеко. Отвел тогда пастух стадо в загон, а сам направился на поиски ушедшего оленя. Едва отошел от стойбища пастух, как встретил самого мудрого северного жителя – Белого Филина. Пастух знал, что встретить в тундре Белого Филина означает большую удачу, а иногда – и перемену в судьбе. Знал пастух и то, что Белый Филин не только понимает человеческую речь, но и может говорить на человеческом языке. Потому низко поклонился пастух Белому Филину и рассказа о своей беде – поведал о беглом олене. Белый Филин задумался ненадолго, а потом поднялся в воздух и велел пастуху идти туда, куда он, Белый Филин, ему укажет. Так и шел пастух за летящим Белым Филином по бескрайне тундре несколько часов. Уже настал вечер, за ним приближалась ночь, оленя же все не было видно. Но пастух не роптал – он помнил все те рассказы, что еще в детстве слышал о Белом Филине. И знал пастух, что Белый Филин его не обманет, а приведет туда, куда нужно. И хоть усталость уже брала свое, но пастух шел и шел. А Белый Филин все летел и летел. Когда же совсем стемнело, то увидал пастух своего оленя, мирно пасущегося не мелкотравье. Вновь, как и при встрече, низко поклонился пастух Белому Филину. И вместе с оленем вернулся на свой стойбище. Белый Филин же улетел куда-то еще дальше в тундру. Однако уже на следующее утро понял пастух, что встрече его с Белым Филином не прошла даром – ощутил он вдруг в себе силу невиданную, но не физическую силу, а духовную. Вдруг стал он видеть будущее, разом научился исцелять людей от разных недугов. Да, недаром говорят в народе, что встреча с Белым Филином изменяет судьбу человека. Так случилось и с пастухом, который не только нашел оленя тогда, но и благодаря обретенным способностям стал шаманом.

Сказка субботы

В деревне нашей все мужчины сплошь охотники. Едва мальчик подрастает, как отец берет его с собой на охоту. Бывает, что охотятся на птицу или какого пушного мелкого зверя, но все же куда как больше любят промышлять зверя крупного и хищного. Почти в каждом доме в деревне нашей найдете вы шкуру медведя. И иногда охотникам наши такие громадные медведи встречались, что от одного вида их делалось страшно. Но охотники – народ смелый, даже самый огромный медведь им настоящего охотника не испугает. Да и чего бояться? Ведь у охотника есть ружье. Когда же заходит кто в гости в нашу деревню, то иногда бывает, что всякие вопросы начинает охотникам задавать: дескать, не жалко ли зверя убивать, или честная ли схватка, когда животное безоружно, а у охотника есть ружье? Обыкновенно наши охотника не сердятся на такие вопросы, а только смеются над гостем, считая любопытство его праздным. Ну что, скажите на милость, взять с человека, который знать не знает, что такое охота, и который в дикой природе зверя даже отродясь не видывал? И случилось однажды, что в одном семействе из нашей деревни гостил дальний родственник, старичок один. Стал этот старичок задавать такие вопросы хозяину дома – бывалому и прославленному охотнику. Когда же тот стал отшучиваться, то старичок тот тоже будто в шутку возьми да и предложи хозяину самому примерить на себя шкуру зверя, например, медведя. А охотник взял да согласился – от чего же не примерить? Тем более, что шкура – вот она. Огромная такая, висит уже не сколько лет на стене в избе. Когда-то медведь этот охотником был убит, мясо, как водится, было съедено, а шкура вот осталась и была то ли тепла, то ли для красоты, а пуще – ради хвастовства повешена на стену. И стоило только хозяину дома примерить на себя эту шкуру, как случилось чудо – разом шкура прилипла к телу будто всегда на нем была, руки и ноги обернулись косматыми медвежьими лапами, а голова стала совсем походить на голову медведя. Попытался было охотник что-то сказать, но вместо слов вырвался у него медвежий рык, повергший в трепет всех домочадцев. И только гость старичок улыбнулся хитро да и исчез, словно его и не было. Стало тогда понятно, что никакой он не родственник, а самый настоящий волшебник, даже, может быть, колдун. Медведь же новоявленный сообразил, что в избе человеческой ему делать нечего. Рыча выбрался он наружу и направился к лесу – может быть, там удастся снять заклятье волшебника. Ну а то, что это было заклятье, в том сомнения не было. В деревне же тем времени увидали, как в сторону соседского леса спешит огромный медведь. Собрались тогда все мужчины, за рядили ружья, спустили собак и кинулись медведю вслед. Весь день охотники преследовали по лесу того медведя, но большой медведь оказался хитрее – удавалось ему уходить каждый раз и от людей с ружьями, и от злых охотничьих собак. Когда же стал приближаться вечер, то и охотники, и собаки устали и решили расходиться по домам. Поняли они, что медведя им этого не словить. Медведь же вошел во вкус – понравилось ему очень дурачить людей, понравилось хитрить с теми, с кем еще недавно он, будучи человеком, был вместе. И решил тогда бывший охотник, что не будет он больше возвращаться к людям, а останется навсегда медведем. Так он и сделал. И теперь в окрестных лесах можно встретить огромного бурого медведя, которого еще ни одному человеку перехитрить не удавалось. И никогда не удастся.

Сказка воскресенья

Жил на огороде себе червяк. Жил и горя не знал. Хорошо жилось червяку – ползай себе по картошкой и морковкой да ешь черную землю столько, сколько захочется. Впрочем, когда казалось червяку, что земли съедено слишком много, то что-то вдруг червяка останавливало будто; словно какой голос внутренний говорил червяку, что больше ему черной земли есть нельзя. И червяк тогда останавливался и спокойно себе под картошкой с морковкой спал, пока вновь его не одолевал голод и пока вновь не наедался он черной земли. Так продолжалось всю жизнь червяка и длилось бы верно еще до самой червяковой смерти, если бы только как-то раз червяк, почти что насытившись черной землей, не лег бы по обыкновению спать, а взял да и продолжил поглощение черной земли. Ел и ел, ел и ел, ел и ел. Понял уже, что наелся. а все равно ел. И до того много съел в тот раз червяк черной земли, что взял да и разом стал змеей – самой настоящей змеей, черной как та земля, что съел он еще будучи червяком. Ну а как только стал змеей, то сразу понял – не следует ему сидеть на огороде под картошкой с морковкой, а надо выбираться туда, где свет и где много воздуха. Так змея и сделала – выбралась наружу и поползла, как будто изначально была рождена ползать. Ползала змея себе ползала, как вдруг увидала на своем пути ежика. А раз теперь червяк стал змеей, то сама стать была ему всякого встречного – тем более если этот встречный ежик – жалить. Так змея и сделала – укусила ежика, но тот рассмеялся в ответ и убежал по своим ежиным делам. Загоревала тогда змея, когда поняла, что зуб у нее совсем не ядовитый, а значит, и змея она не настоящая; вспомнила змея, как была червяком, как жила на огороде под картошкой и морковкой, как ела землю черную, а наевшись – спала. Так грустно змее сделалось, что червяком она быть уже перестала, а змеей так и не стала. Куда же ей, бедной, теперь податься? Не назад же на огород идти, чтобы снова стать червяком. А может, правда, податься на огород? Долго думала змея, как ей быть – просить ли у высших сил ядовитый зуб или же вернуться в родную черную землю под картошкой и морковкой. Думала так, думала, да только ничего не придумать так и не смогла. На родину ей не хотелось совсем – уж больно глупым было существование среди черной земли, где кроме еды и сна ничего не было. Но и ядовитый зуб уже не казался заветной мечтой. Чем больше думала змея, тем меньше хотелось ей жалить всяких ежиков и белочек. Зачем обижать их? Так настал вечер, а вечером змея повстречала другую змею – щечки у той змеи были оранжевые. Змеи подружились. Оказалось, что и встреченная змея тоже жалить не умеет и зовется ужом. И живется ужам совсем неплохо – они никого не обижают, но и их тоже никто не обижает. Кто же может обидеть столь безобидное существо. И понял тогда бывший червяк, что не стоит ему ни на огород к черной земле возвращаться, ни просить у высших сил себе ядовитый зуб, а надо просто оставаться тем, кем он стал – доброй безобидной змейкой, которая зовется ужом.

Третья неделя

Сказка понедельника

Раз случилось, что на берегу большой и полноводной реки сошлись за водопоем два гиганта животного мира, два силача – дикий бык и буйвол. Дикий бык был черным, а буйвол – серым. Рога у дикого быка были прямыми и торчали вверх, рога же буйвола были изогнутыми и обнимали лоб его наподобие купеческой прически. Оба животных имели твердые копыта, жесткую шкуру и нелепо болтающиеся сзади хвосты. И оба были гигантами и силачами. В тот момент, когда дикий бык и буйвол встретились, обоих мучила жажда, потому, едва поприветствовав друг друга кивками рогатых голов, силачи принялись пить. Пили долго, с наслаждением и, что редко бывает даже в мире людей, а в мире животных не бывает почти что никогда, с пониманием этого наслаждения. Напившись же воды из большой и полноводной реки, подняв головы свои и посмотрев на краснеющий за речным руслом закат, а потом посмотрев друг на друга, гиганты задумались. Вообще-то таким сильным существам думать не следует, ведь они обладают тем, чего лишены многие другие, – великолепным здоровьем. А здоровье за мыслями можно ведь и растерять. Но как часто мы с вами не ценим того, что нам дано свыше! Так же и в мире животных: не очень-то дикий бык и буйвол ценили здоровье свое, раз позволяли себе иногда задумываться. Ну а на этот раз, стоя на берегу большой и полноводной реки, задумались они над одним и тем же вопросом: кто из них сильнее. А и правда – кто сильнее: дикий бык или буйвол? Разрешить этот вопрос можно было только одним способом – устроить состязание между этими гигантами. Так и сделали дикий бык и буйвол, призвав в третейские судьи старого мудрого павиана. Павиан придумал испытание – он знал, что за излучиной недавно проходившие тут путешественники оставили тяжелую черную цепь. Видимо, цепь эта была прежде в каком-то механизме, но механизм сломался и цепь пришлось выбросить – была она тяжелая и вряд ли украсила бы путешествие, будучи совсем бесполезной. Павиан самолично не поленился сходить за излучину большой и полноводной реки, чтобы притащить эту тяжелую черную цепь. А поскольку одному ему справиться с ней было не по силам, то в помощники он взял трех зебр – павиан сделал для них специальную упряжь на манер русской тройки, подвязал сзади цепь и доставил благополучно эту цепь до того места, где ждали дикий бык и буйвол. Дальше павиан велел дикому быку взяться зубами за одни конец цепи, а буйволу за другой. Когда гиганты сделали это, то по павиан скомандовал и силачи стали тянуть цепь в разные стороны. Было решено, что победит тот, кто перетянет цепь на себя. Но сделать этого никому не удавалось. Долго так тянули цепь дикий бык и буйвол, тянули до той поры, пока цепь – большая и черная – не лопнула по середине. Неужели ничья? Неужели силы равны? Ночь уже вступила в свои права, и можно бы было расходиться, но дикий бык и буйвол не хотели уходить, не определив сильнейшего. Мудрый павиан предложил им побегать наперегонки, но сколько ни бегали силачи, а получалось, что бежали всегда ноздря в ноздрю. Предложил павиан бодаться, но и тут победителя выявить не удалось. Так прошла ночь и наступило утро. И как только воды реки окрасились солнечными лучами, в небе показался орел. Поглядел он на вымотанных бессмысленным состязанием дикого быка и буйвола, поглядел на уставшего быть третейским судьей павиана, и подумал, что все-таки даже тем, у кого есть сила и здоровье, не повредит иметь хотя бы капельку ума; иметь для того, чтобы силу и здоровье направлять на пользу себе и другим.

Сказка вторника

Что такое счастье? Вряд ли можно дать такой на этот вопрос ответ, который пришелся бы по душе всем людям. Ведь не зря говорят: сколько людей, столько и мнений. Так оно и есть. И каждый, если спросить его о счастье, даст такой ответ, кои будет от ответа другого человека отличаться. Так что же просит человек, когда обращается к судьбе за ниспосланием ему счастья? А каждый просит свое что-то. Кто-то просит власть над другими людьми, кто-то семейное благополучие, кто-то удачу в делах, кто-то здоровье близки и себе… Юноша, о котором хочу рассказать, имел свои представления о счастье. Казалось ему, что счастья он лишен, а вот у всех других людей счастье есть. И казалось ему так потому, что понятие счастья сводилось для него только к одному – к обладанию деньгами, а проще говоря – к богатству. Думал юноша этот, что все его проблемы и все беды его только от того и происходят, что он беден, а вокруг люди сплошь богаты. Так ли было на самом деле, того никто не ведает. Случилось же как-то раз вот что. Судьба однажды решила сделаться к юноше благосклонной – разбудила его судьба среди ночи и велела идти в чистое поле, на самую середину его. Так юноша и сделал: вышел в чистое поле и увидал там светящийся вход под землю. Другой бы не месте юноши испугался бы и поспешил вернуться домой, но юноша наш был уверен, что там, в этом свете подземном ждет его счастье. Потому ни секунды не сомневаясь, шагнул он из темноты ночи к этому свету. И очутился он в длинном коридоре. Свет же был столь ярок, что иногда даже приходилось зажмуриваться. Юноша пошел по коридору и вскоре оказался в комнате, все углы и все стены которой заставлены были сундуками, битком набитыми серебром. У юноши от такого изобилия аж голова закружилась. Скорей, скорей набить карманы и бежать домой! Но что-то остановило юношу – ну как дальше по коридору окажется комната с еще большим богатством? Так оно и было. И юноша вскоре убедился в этом сам, проследовав в ту сторону, откуда струился какой-то небывалый свет. И очутился юноша в комнате, со всех сторон от пола до потолка заставленной сундуками с золотом. Вот оно – счастье! Набрать побольше, набрать столько, сколько можно унести… А что если дальше еще большее богатство? Что может быть дороже золота? Что-то же может. И юноша пошел дальше по коридору. Пошел к тому лучезарному свету, что исходил откуда-то издалека. Вот она – заполненная дивным светом комната. Но нет в ней сундуков, одни только голые стены. И только по середине этой комнаты маленький столик. А на столике лежит книга в красном переплете. Приблизился юноша к столику, взял книгу в руки, открыл и стал читать. Сколько прошло времени, о том никто сказать не может. Но только когда книга была дочитана до конца, закрыта и положена на место, тогда посмотрел юноша на окружавшие его стены, на свет дивный, на бегущий куда-то коридор, улыбнулся и направился домой, даже не глядя на золото и на серебро, что лежали в попадавшихся ему на пути комнатах. Понял в ту ночь юноша, что счастье настоящее, его счастье – не в богатстве, не в серебре и золоте, а в мудрости. И мудрость эту теперь навсегда была с ним.

Сказка среды

Жил на свете принц. Он был самым обычным принцем, если только не считать того, что больше всего на свете этот принц любил не охоту, не пиры, не балы и не игры, а чтение книг и размышление над прочитанным. От рождения принц был наделен способностями к анализу того, что читал в книгах, и того, что видел в мире вокруг себя. Может быть, поэтому принц никогда не скучал – все ему было интересно, до всего было дело. В мире было столько интересного, что каждый день открывалось перед принцем что-нибудь новое, любопытное, занимательное. И все это принцу хотелось понять. И даже кое-что понять, как казалось принцу, удавалось. При помощи книг и собственных наблюдений понял принц, например, почему времена года сменяют друг друга, отчего берется гроза, почему дует ветер… Многое другое тоже смог понять принц: узнал он основы физики, математики, астрономии, философии, химии. Но больше всего на свете хотелось принцу отыскать формулу, которая лежит в основе всего мироздания. Как сделать это? Вообще возможно ли обнаружение такой вот формулы? Принц решил во что бы то ни стало отыскать если не саму формулу, то хотя бы те пути, которые ведут к ней. И стал он думать, как лучше к этим путям приблизиться. И решил идти от мельчайших деталей. Мир зиждется на живых организмах. Фауна – вот основа основ. А раз так, то следует взять от каждого представителя фауны по одной такой мельчайшей детали. Но это же невозможно, ведь в мире несметное множество животных! Но за то возможно взять такую деталь от птицы, от рыбы и от зверя. И пусть их будет только три, но иногда формулы рождались и из меньшего количества элементов. Памятуя об этом, принц взял у птицы перо, у рыбы взял чешуйку, а у зверя взял клочок шерсти. Все это и стал принц изучать, пытаясь проанализировать. Несколько недель бился принц над этими элементами, но так и не находил формулы, лежащей в основе мира, даже приблизиться к решению этой задачи не получалось у принца. Принц соединял и разъединял эти элементы, нагревал их до такой температуры, что невозможно было даже дотронуться, а потом охлаждал так, что лед по сравнению с ними начинал казаться кипятком; погружал перышко, чешуйку и клочок шерсти в насыщенный соляной раствор, а потом в насыщенный раствор сахара; подвергал даже воздействию серной кислоты и ударам электрическим током. Чего только ни делал принц с этим тремя элементами! Но результат оставался нулевым. Настал день, когда принц совсем уже было отчаялся и в отчаянии своем собрал птичье перу, рыбью чешуйку и звериный клочок шерсти вместе да и сложил в маленький сундучок, сундучок же, забравшись по стремянке, водрузил на самую верхнюю полку самого высокого шкафа, какой только был во дворце. И решил тогда принц раз и навсегда закончить все эксперименты и попробовать найти отдохновение в балах, в играх или на охоте. Не очень этого принцу хотелось, но казалось, что другого выхода нет. Вышел тогда принц из своего кабинета и пошел по коридору в залу для танцев. Но что-то заставило вдруг принца остановиться и посмотреть направо… Там было зеркало, в котором принц увидел свое отражение. Тут же лицо принца просияло. Он что-то понял! Но что? Об этом принц никому не сказал, но по-прежнему продолжал читать книгу и размышлять над прочитанным и над жизнью.

Сказка четверга

Не так много в жизни видела девочка Агата, потому что была еще пока по возрасту мала. Все в жизни было у ней впереди. Но все же кое-что она уже видела, а из увиденного более всего запомнила Агата, как однажды на празднике возле городской ратуши танцевала одна цыганка. Цыганка была молодая и веселая, а танец ее был такой зажигательный, что все, кто видел, кто видел этот танец, не могли удержаться, чтобы самим не пуститься в пляс. Но ни у кого не получалось танцевать так хорошо, как получалось у этой цыганки. Глаза танцовщицы горели, черные волосы то взмывали вверх, то опадали вниз, цветастые юбки разлетались, как казалось, по всей площади. Однако Агату больше всего поразили не глаза, не волосы, не цветастые юбки, даже на оранжевая роза, причудливо вплетенная в прическу, больше всего маленькую Агату поразили ярко красные башмачки, надетые на ноги цыганки. Башмачки эти так и мелькали, так и мелькали под звенящую музыку расстроенной гитары и под аккомпанемент щемящего сердце бубна. И решила тогда девочка Агата, что это не цыганка так хорошо умеет танцевать, а это красные башмачки заставляют ноги танцовщицы выполнять такие чудесные движения. И стала Агата мечтать о том, что и нее когда-нибудь появятся такие же красные башмачки, а стало быть, и она когда-нибудь сможет танцевать точно так же, как эта цыганка на городской площади. Знала Агата, что мама с папой непременно на Рождество что-то ей подарят. И стала она каждый вечер перед сном загадывать, чтобы мама и папа подарили ей такие же точно как у цыганки красные башмачки. Но до Рождества было еще, танцевать же хотелось уже сейчас. И вот как-то раз проснулась Агата среди ночи. Смотрит, а возле ее кроватки сидит на стульчике не кто-нибудь, а сама добрая Фея, которая, как говорили Агате мама и папа, была у нее крестной. Зачем же она пожаловала? Может быть, добрая Фея принесла Агате те самые красные башмачки? Может быть, добрая Фея решила не ждать Рождества, а надумала подарить эти башмачки прямо сейчас? Но нет – пришла добрая Фея с пустыми руками. Тогда зачем? Оказалось, что добрая Фея решила научить свою крестницу танцевать. Сама добрая Фея умела это делать превосходно. Умела она и учить искусству танца. Каждую ночь стала прилетать добрая Фея к Агате, стала обучать ее умению танцевать. Сначала Агате освоила первые танцевальные шаги, потом шаги вторые, а вслед за тем и третьи. Агата все схватывала на лету. И танцы получались у девочки просто великолепные – ни чуть не хуже, чем тогда у цыганки на городской площади. А какие дивные были танцы, исполняемые Агатой! Только вот никому кроме доброй Феи видеть этих танцев не приходилось. Тем временем в город пришла зима, а скоро наступило и Рождество. На этот волшебный праздник мама и папа Агаты подарили девочки красные башмачки. Сбылась мечта девочки! И Агата, едва только надев эти башмачки, которые пришлись точно в пору, пустилась в пляс. И все увидели, как замечательно Агата умеет танцевать. Никому не сказала Агата, что искусству танца обучила ее добрая Фея, – пусть все думают так, как думала сама Агата раньше, пусть все думают, что дело в красных башмачках.

Сказка пятницы

Василий был самым обыкновенным сельским жителем – лет ему было не то, что бы много, но и никак не сказать, что мало; богатств больших не нажил, но и не сказать, чтобы бедствовал или нищенствовал; работал не очень усердно, но и не ленился, не отлынивал от труда. Семьи у Василия не было – как-то так сложилось, что в молодые годы Василий не женился, не встретил свою суженую, а потом уже и не хотелось: привык жить один, привык трудиться сам для себя и думать только о себе. А если уж человек к чему такому привыкает, то отвыкнуть бывает не просто сложно, а даже и невозможно. Так было и с Василием. И все же не живет человек, если нет у него мечты какой-нибудь заветной. Ну что это за жизнь – жизнь без мечты? Была такая мечта и у Василия – очень уж ему хотелось быть колдуном или хотя бы на худой конец волшебником. Но кто, скажите на милость, может простого нашего сельского жителя обучить основам колдовства или хотя бы волшебства? Василий такого человека не знал, но продолжал мечтать. И как-то раз один торговец, пришедший в село продавать платки, рассказа Василию, что если на лодке плыть по реке три дня и три ночи, то вскоре – на самой излучине – появится дубовая роща. В той дубовой роще, в самой глубине ее живет в дупле старого-престарого дуба старый-престарый дед. Деда этого зовут Дубовик. И дед это кое-что смыслит в колдовстве и в волшебстве. Вот хорошо бы, дескать, Василию отправиться к нему и попросить поучить всем этим делам, которые Василий так мечтает освоить. Когда мечта оказалась такой близкой к достижению, Василий вдруг призадумался. Он понимал, что если мечта сделается реальностью, то мечтою быть перестанет. А ведь жить без мечты ну никак нельзя. И все же в один прекрасный день Василий решился. Снарядил он свою лодку, взял запас пищи и отправился в путь по реке. Как и говорил торговец платками, плыл Василий по реке три дня и три ночи. И на утро четвертого дня показалась на высоком берегу, над самой речной излучиной дубовая роща. Василий пришвартовал лодку, поднялся по откосу на верх и вошел в рощу. Чем глубже заходил Василий в рощу, тем дубы становились могучее, а крона их развесистей, от чего вокруг делалось все темнее и темнее. Наконец, увидел Василий громадный дуб с большущим дуплом посреди ствола. А пока думал, что делать дальше, из дупла показался старый-престарый дед Дубовик. И стал Василий помогать Дубовику по хозяйству – не роптал, исполнял все указания деда, а дед, видя такое усердие Василия, учил его тому, чему сам Василий так хочется научиться. Так прошел год, настала пора Василию возвращаться домой. Простился он с дедом Дубовиком, пришел к реке, сел в свою лодку, которая весь этот год простояла на приколе у берега, и поплыл. И через три дня и три ночи приплыл Василий в родную свою деревню. И стал жить, куда как лучше прежнего. Это волшебство так помогло Василию? Да, волшебство. Обучился Василий у деда Дубовика плотницкому делу. А разве это не волшебство – быть хорошим плотником? И мечта при этом осталась мечтою, что тоже можно считать волшебством.

Сказка субботы

Одна маленькая девочка, звали ее Манечка, очень боялась темноты. Что же тут удивительного – многие маленькие девочки боятся темноты. Но Манечка даже среди многих девочек-трусишек по части темноты была трусишкою выдающейся. Едва только на улице под вечер начинало темнеть, как тут же у Манечки начинали трястись руки, ноги вслед за тем начинали ходить ходуном, а из глаз лились безудержные слезы. грозившие затопить всю округу. И не было в те минуты на всем белом свете существа жальче маленькой девочки Манечки. Мама, видя такое горе, всегда держала в доме запас свечей. И как только наступали сумерки, зажигались свечи всюду, куда только Манечка могла забрести – и в кладовой, и в горнице, и в чулане, и в светелке, даже на печке лежанке зажигалась свеча. Понятное дело – на улицу Манечка не выходила после заката, а если случалось выходить, то только за руку с мамой и с горящей свечой; да и то случалось это только тогда, когда всю округу освещала полная Луна. Такой вот большой трусишкой была маленькая девочка Манечка. Но вот однажды случилось так, что у Манечки родился маленький братик. Маме некогда было теперь заниматься с дочкой, потому для Манечки наняли няню – седенькую старушку очень добродушного характера. Как увидала раз няня всю ту печаль, что испытывает воспитанница ее в темноте, так сразу же призадумалась. И подумав, решила что помочь тут может только одно существо – вещая птица Ворон, чье крыло чернее самой черной ночи. И ко всеобщей радости няни была в давней дружбе с Вороном. И как-то раз позвала она эту вещую птицу в гости в дом Манечки. Ворона маленькая девочка поначалу испугалась, решив, глядя на крылья птицы, что это сама темнота снизошла средь бела дня в комнату няни. Но Ворон оказался добрым и рассказал Манечке такие сказки, каких она прежде никогда не слыхала. Вызвался Ворон помочь девочке – научить ее не боятся темноты. Но возможно ли это? Ворон знал, что возможно, – знал средство. Велел он маленькой Манечке садиться ему на спину да крепко держаться за перья. Манечка так и сделала. Тут Ворон взмахнул крыльями, вылетел в открытое окно и взмыл прямо к небесам. Дух захватило у Манечки от этого полета – так все любопытно было: и облака совсем рядышком, и земля далеко-далеко с маленькими домишками и совсем почти уже невидимыми с такой высоты людьми. Девочка боялась темноты, но высоты не боялась, потому от полета на спине Ворона ей было и радостно, и весело, и хорошо. Ворон же поднимался все выше и выше, скоро и сама Земля сделалась маленькой, за то не весть откуда появившаяся днем Луна вдруг оказалась большой-пребольшой. Когда же Луна оказалась совсем рядом, то Ворон стал Луну облетать. И очень скоро очутились птица и девочка на той самой стороне Луны, которую называют обратной. Зачем же Ворон привез Манечку сюда? Оказалось, что тут, на обратной стороне Луны, Манечку уже поджидал смешной маленький гномик. Он живет тут и занимается тем, что каждый вечер делает на Земле темноту, очень забавно проливая из розовой чашечки черничный компот. Когда Манечка увидела, как гномик делает это, то очень долго смеялась. Ворон потом благополучно вернул девочку домой – к маме и к няне. И с той поры Манечка уже не боялась темноты – да и разве можно бояться добродушного гномика с розовой чашечкой черничного компота?

Сказка воскресенья

Всякий мальчик и всякая девочка в наших краях знают чудесную сказку про спящую красавицу. Помните – околдованная злыми чарами девушка спит долгим сном, спит до того момента, пока прекрасный юноша на белом коне не приедет в замок, где находится эта девушка, и не разбудит ее, поцелуем прогнав злые чары. Одна принцесса, о которой эта история, тоже, как и все, знала сказу о спящей красавице. И мечтала, чтобы с ней случилось то же самое, что с той красавицей. Только мечтала не о юноше не белом коне и не о пробуждении от поцелуя, а мечтала о том, чтобы вот так же уснуть и проспать лет этак сто, а может быть и все двести. Почему у нашей принцессы были такие странные мечты? А потому, что принцесса больше всего на свете не любила свое время. В этом времени ей не нравилось ровным счетом ничего – ни люди, ни дома, ни деревья, ни облака, ни цветы, ни птицы… Почему-то принцесса полагала со всей уверенностью, что если она проспит век-другой, то и люди, и дома, и деревья, и облака, и цветы, и птицы изменятся таким образом, что непременно станут лучше. И уж тогда, проснувшись, принцесса точно будет счастлива. Пока же себя счастливой принцесса не могла назвать при всем желании, а считала себя несчастнейшей из людей. Да и не удивительно – ей же ничего в мире не нравилось. По сказке принцесса помнила, что Фея должна принести веретено, о которое принцессе предстоит уколоться. Фея была найдена быстро. В сказке, правда, Фея была злая, а тут добрая, но это было даже лучше – добрую Фею легче было упросить принести волшебное веретено. И хоть принцесса и не сказала, зачем ей веретено, Фея по доброте свой душевной отказать не смогла и на следующий же день принесла самое острое на свете веретено принцессе. Едва Фея улетела, как принцесса, не долго думая, уколола себя этим веретеном. И, конечно, тут же уснула. Только не предусмотрела принцесса одного – не предусмотрела того, что спать ей придется не без памяти, а с обильным сновидениями. И куда бы ни шло, если бы сновиденья эти были вымышленными и идущими из подсознания, как сновиденьям и положено. Ведь нет: во сне принцесса видела все то, что происходило в то же самое время в замке принцессы и возле него. И что же видела принцесса? А видела она то, как все обитатели замка, а особенно король и королева грустят без принцессы. Королева и фрейлины плакали, плакал ладе сам король. Все они знали, что принцесса спит и проспит еще как минимум лет сто, то есть когда она проснется, то в замке будут жить уже совсем другие люди. Все этим мысли вдруг так расстроили спящую принцессу, что она неожиданно для себя очень многое поняла. Тем более, что в тот самый момент ей приснились ее подруги, которые теперь не показались такими дурными, как казались прежде. Потом приснились дома, возле домов росли деревья, упирающиеся кронами в облака, а на ветках деревьев так чудесно пели птицы… И поняла принцесса сколько прекрасен мир, в котором она жила. И так захотелось ей в этот мир вернуться, что она взяла и проснулась. Как же все были рады! А пуще всего рада была сама принцесса, ведь она смогла полюбить свое время и ни о каком другом времени уже даже и не мечтала.

Четвертая неделя

Сказка понедельника

В бескрайнем океане, что простирается от берегов одного континента до берегов другого, жила себе спокойно Медуза. И ни чем эта Медуза от всех других медуз не отличалась; вернее – почти ни чем. Была у нашей Медузы одна уникальная особенность, крайне редко встречающая в мире медуз. Точнее сказать, особенность, вовсе не встречающаяся в мире медуз. Эта Медуза умела мечтать. И не просто мечтать о чем попало, у нашей Медузы мечта была очень даже конкретная и постоянная с самых давних пор. Мечтала эта Медуза научиться сочинять стихи. Просто однажды случилось так, что плавала Медуза недалеко от берега одного из континентов. И когда сгустились сумерки, то подплыла совсем близко к берегу. Медузе не было видно происходящего на пляже, но слышно было прекрасно: тогда и услышала Медуза эти завораживающие слова, которая и были похожи на обычную человеческую речь, какую и прежде Медузе слышать приходилось, и в то же время от обычно речи отличались каким-то очень необычным и мало похожим на простые слова звучанием. Слова эти будто лились водопадом со скалы, цепляясь друг за друга и не желая разлучаться. Долго слушала Медуза эти слова, раскачиваюсь на океанской волне в такт им и даже по мере своих сил пытаясь как-то подвывать в согласии с ритмом. Когда же речь перестала звучать, то Медуза какое-то время еще ждала – вдруг снова польются эти волшебные слова. Но слова больше не полились, и тогда Медуза отправилась подальше от берега – искать старого Кашалота, который знал все не только о том мире, что живет под водой, но и о мире, находящемся за пределами воды. Когда Медуза нашла Кашалота и рассказала о том, что услышала возле пляжа на берегу одного из континентов, то Кашалот задумался ненадолго, а потом пояснил, что эти слова с пляжа не что иное как стихи, то есть такие слова, которые выстраиваются в речь не толком по смыслу, но и по созвучию друг с другом. Вот почему казались эти слова Медузе так похожими на водопад, струи которого так не хотят расставаться! Тогда-то и родилась у Медузы мечта – научиться самой сочинять стихи. Долго Медуза носила эту мечту в себе, даже прославилась мечтою этой на весь океан. Иногда ее даже так и называли под водой – мечтательная Медуза. И возможно, ее мечта так бы и осталась мечтой, если бы однажды Морской Окунь, прознавший про желание Медузы научиться сочинять стихи, не признался ей в том, что когда-то в молодости ему доводилось стихи придумывать. Морской Окунь несколько преувеличивал свои достижения – доводилось творить стихи ему лишь однажды: когда он безнадежно влюбился. Но по прошествии лет казалось, что было это отнюдь не один раз. И вот стал Морской Окунь учить Медузу основам стихосложения – пытался обучать рифмовке, ритмике, созданию образов, но ничего путного из этого не выходило: стихи у Медузы не получались. Тогда Кашалот объяснил и Медузе, и Морскому Окуню, что стихи не делаются просто так, а создаются тогда, когда случается с поэтом какое-нибудь яркое впечатление, которое иначе как в стихах передать нельзя. Расстроилась Медуза – где же она возьмет такое впечатление? И расстроенная поплыла куда-то просто так, поплыла без всякого дела. И тут увидела Медуза коралл небывалой, невиданной красоты. Что это? От этой красоты Медуза сама не заметила, как стихи вдруг полились из нее сами и уже не желали останавливаться. Какие же это были прекрасные стихи! Никогда в океане прежде и никогда потом ничего подобного не звучало. Вот только никто, включая и саму Медузу, стихов этих не запомнил. Запомнили только то, как всем было хорошо, когда Медуза прочла эти стихи. И этого уже было достаточно для радости.

Сказка вторника

Жил на свете в не столь уж давние времена один юноша, который обладал весьма недюжинной силой. Да что там говорить – был он самым настоящим богатырем, каких и в прошлом отыщется мало, а уж в нынешние дни и вовсе не рождается. Запросто мог тот богатырь поднять лошадь, взвалить ее на плечи и целый день носить по селу из конца в конец. Мог он мельничный жернов подбрасывать чуть ли не на десять саженей вверх и ловить потом его одной рукой – хоть правой, а хоть и левой. Мог взять самого сильного и сердитого быка за хвост и таскать его так столько, сколько заблагорассудится. Много чего мог тот богатырь. И хотя был этот сильный юноша нрава доброго и характера безобидного, а все же, читая книг про богатырей прежнего времени, все думал о том, что тем богатырям со временем повезло, а вот ему – не очень. Во времена тех богатырей непременно были войны – большие или малые; и в тех войнах богатыри давних дней совершали свои подвиги. И действительно, какой богатырь без подвигов? Только так о них, о богатырях память в мире и остается. Если же не было подвигов на войне, то и памяти никакой не будет, сколько ни проси. Ведь не запомнит же никто ни лошадь не плечах, ни мельничный жернов, летящий к облакам, ни бык, таскаемый за хвост при всем честном народе. Войны же между тем как не было, так и нет. И что прикажете в таком случае делать? Ведь так жизнь вся пройдет и никакой войны не дождаться. А значит – не будет подвига. А не будет подвига – не жди и людской памяти. И решил тогда богатырь от всех этих мыслей, что самое лучшее в его положении – пойти к мудрецу и спросить у того, будет ли когда-нибудь в скором времени война. Так и сделал богатырь. Мудрец выслушал его речь, улыбнулся в бороду, но про войну ничего не сказал. Только попросил богатыря помочь ему при строительстве дома: дескать, мудрец уже стар, силы не те, а жом построить хочется. Богатырь сначала расстроился, но подумал, что раз войны все равно пока нет, то можно и на строительстве помочь. Поначалу таскать камни, тесать их и выкладывать особым образом было легко, но чем дальше, тем больше уставал богатырь. Когда же совсем устал, то с позволения мудреца пошел спать. Засыпая думал богатырь, что никогда в жизни больше не будет он заниматься строительством, даже если его очень попросят. Но уже утром, едва проснувшись, вдруг ощутил непреодолимое желание снова таскать, тесать и класть камни. Так и поступил богатырь, вновь придя на строительство дома мудреца. Не прошло и месяца, как дом был готов, Да такой прекрасный, что все в округе удивлялись и спрашивали, кто этот дом построил. А когда узнавали, то звали богатыря строить и другие дома. Очень скоро стал наш богатырь известным строителем, слава о нем пошла по всем миру, а дома, построенные им, даже из дальних земель приезжали смотреть и восторгались мастерством строителя. Так удалось богатырю стать известным и без всякой войны.

Сказка среды

От сотворения мира и навсегда заведено, что в свой черед утром Солнце выходит на небосвод, не спеша поднимается вверх, а после полудня так же не спеша спускается вниз, чтобы вечером спрятаться за горизонтом до будущего утра. И всякому месту на Земле достается и тепла, и света, и радости в надлежащем количестве. Оно, конечно, Солнце жарче греет летом – в длинные дни, и почти не греет зимой, когда дни куда как короче ночей; а кроме того, бывают дни, а то и целые недели, когда все небо оказывается затянуто тучами, из-за которых даже самый малый лучик Солнца не показывается. Но даже тогда, когда Солнца самого не видно, оно все равно проделывается свой путь по небу – каждый день по маршруту с Востока на Запад Солнце оранжевым шариком спешит греть, светить, радовать. Так было, так есть, так всегда будет. И лишь однажды случилась история, когда заданный изначально от сотворения мира ход вещей был нарушен. Давно это было, а все же из поколения в поколение в нашей местности историю это рассказывают к удивлению и восхищению слушателей. А дело было так. В одно чудесное теплое лето, когда ни облака, ни тучи почти не загораживали дневное светило от взоров людей, а Солнце, стало быть, ежедневно радовало Землю своим присутствием на небесах, случилось так, что Солнце вдруг взяло да и влюбилось – влюбилось в одну маленькую Речку, что преспокойно и никого не замечая испокон веку бежала тут среди лугов. И прежде, конечно же, Солнце встречало эту Речку. Да и могло ли быть иначе, когда на Земле нет ничего от Солнца скрытого? Но как часто бывает с часто видимым и знакомым, в один прекрасный день это видимое и знакомое вдруг предстает в таком свете, что удивляешься: а точно ли прежде доводилось вот это вот видеть? Короче говоря, Солнце каждый день эту речку видело, но тут посмотрело как-то по-новому и сразу поняло: влюблено! Тут-то и началось. Сначала едва зайдя за горизонт на Западе, Солнце устремлялось по далям, что простерлись за горизонтом, как модно скорее добраться до Востока, чтобы там взойти заранее и подольше повисеть над самой Речкой, полюбоваться своей возлюбленной красавицей. Через пару дней Солнце и вовсе решило больше за горизонт не уходить, а двигаться все время по небу, держась поближе к Речке. А еще через три дня Солнце даже и передвигаться перестало – просто повисло над Речкой и стало так тяжело вздыхать, что даже равнодушным обычно ко всему речным берегам стало как-то не по себе. Но что же тогда сделалось со всем миром? А то, что и должно было сделаться: воцарился в мире холод и установилась тьма; только возле речки был яркий свет и была нестерпимая жара. И стали тогда все элементы мироздания от самых малых песчинки и травинки и до мирового океана грустить. Загрустила даже Луна, которая, как известно, излучает свет только благодаря Солнцу. Когда все загрустило в этом мире, то стало понятно, что Солнце должно одуматься – вернуться на прежнюю орбиту свою в прежнем же ритме. Делать нечего – видя, что все мироздание грустит, Солнце стало вновь, как и раньше, в положенный час всходить на Востоке, двигаться по небу, куда следует, и в положенный же час заходить на Западе. Да и Речка, надо сказать, вздохнула свободнее – уж больно утомилась она от яркого света и от жары за те дни, что Солнце ее не покидало. И поняло Солнце еще и то, что не может оно позволить себе любить кого-то одного, а обязано любить всех и вся в этом мире. На то оно и Солнце.

Сказка четверга

В одной самой обыкновенной роще, что уютно расположилась на берегах самого обыкновенного озера, жила самая обыкновенная Кукушка. Как и положено этой птице ее природой, Кукушка эта не заботилась воспитанием детей, которых по обыкновению из года в год подбрасывала в гнезда другим птицам – более ответственным в плане отношения к родительским обязанностям. Сама же летала взад-вперед по роще, благо роща была большая, да в положенные календарем и погодой дни звонко, на всю округу куковала в ответ на просьбы людей посчитать им оставшиеся годы жизни. Кого-то кукованием своим Кукушка радовала, а кого-то, напротив, огорчала. Откуда же знала Кукушка, кому сколько лет отпущено на свете жить? А вот знала и все тут, а откуда – так то не нашего ума дело. Только бывало, что предсказания Кукушки не сбывались. Впрочем, бывало, что и сбывались. Так всегда бывает с предсказаниями будущего: они либо сбываются, либо нет. Так было и с Кукушкиными предсказаниями. Обыкновенно начинала кукушка предсказывать где-нибудь в апреле – когда с полей снег уже сходил, а в роще еще лежал. И так куковала до середины лета, когда из года в год повторялось одно и то же: на поле, что начиналось сразу за рощей и простиралось до самой деревни, сеяли пшеницу; как раз к середине лета появлялись колоски – ах, какие то были чудесные на вид колоски! а уж на вкус! Кукушка наша была не в силах удержаться от такого соблазна и непременно пробовала самый крупный из всех колосков, что попадался ей в поле, – пробовала и с завидным постоянством давилась колосом; долго кашляла, хрипела, свиристела, сплевывала наконец остатки колоска, но вот куковать уже больше до самого будущего года, до новой весны не могла. В апреле же все начиналось сызнова – Кукушка на всю рощу выкрикивала свою так называемую песенку, радующую одних слушателей и огорчающую других. Но однажды было так, что заведенный испокон веку ход вещей был нарушен: апрель настал, а Кукушка куковать не может. Как ни старалась бедная птица, а ничего у нее не получалось. Что было делать? Пошла к старому Тетереву. Тот был не только стар, но и мудр – объяснил Кукушке, что та еще по осени где-то умудрилась потерять свое знаменитое на всю округу ку-ку. Но где? Впрочем, Кукушка была птицею проворной, поэтому стала облетать рощу вдоль и поперек в поисках потерянного ку-ку. И не прошло и недели, как ку-ку нашлось. Оказывается, действительно, прошлой осенью Кукушка наша, будучи несколько не в себе от первого ночного морозца, обронила свое ку-ку под старой сосной и даже не заметила, что обронила. Тут как тут подоспела запасливая Белка, подобрала куку и унесла к себе в дупло, где сложила аккурат между орехами и грибами. Так всю зиму потерянное Кукушкой ку-ку и пролежало в Белкином дупле. Хорошо еще, что Белка не съела Кукушкину песенку, а сохранила ее в целости, чтобы по первому же требованию вернуть ку-ку законной владелице. И вот ку-ку было возвращено. И вновь, как и всегда, Кукушка радовала одних и огорчала других до самого того времени, когда пшеница на поле пошла в колос. И так с той поры происходит всегда. Больше уж Кукушка свое ку-ку не теряет.

Сказка пятницы

В птичьем мире так повелось издавна, что живут пернатые сообществами. Иным породам – воронам там, цаплям, грачам – в большей степени свойственно жить стаей. Друге породы – хищные птицы, например, – внешне выглядят более склонными к одиночеству, а они многие вопросы привыкли решать сообща. Даже такая птица как черный орел, что никогда ни с кем не дружит даже из сородичей, а и она ведает существование в общественных формах. Раз в месяц собираются черные орлы на самой высокой горной вершине, что укрыта снежной шапкой не только зимою, но и летом; собираются для того, чтобы решать важные вопросы орлиного сообщества. Гордые свободолюбивые птицы внимательно слушают своего вожака и стараются всегда поступать так, как решит общество, а не так, как захочется кому-то одному. И лишь голос вожака выделяется на фоне остальных голосов. Если даже голос вожака окажется прости всех голосов собрания черных орлов, то все равно собрание поступит так, как того хочет вожак. Его слово – закон для всех. В остальном же все орлы одинаковы – все сильны, все умны, все свободолюбивы и все окрашены в черный цвет. Впрочем, по последнему пункту случилось однажды исключение – среди черных орлов появился орел сизый. Это только кажется, что орлы – не вороны. Иногда даже орлы становятся сущими воронами. Так было и тогда, когда в собрании среди черных орлов оказался вдруг орел сизого окраса. Вожак сразу же выразил всеобщее мнение: изгнать инородца! И все прочие черные орлы согласно закивали. Делать нечего – пришлось сизому орлу, хотя и был он во всем прочем поход на остальных орлов, покинуть стаю и поселиться в стороне от того места, где вили гнезда черные орла. Так бы и жил всю жизнь сизый орел в гордом своем одиночестве, если бы в одно засушливое лето не начались вдруг в предгорьях пожары. Вскоре огонь перекинулся и на сами горы. Столь силен был огонь, что даже вечный снег на вершинах не выдерживал и начинал подтаивать. Орлам что, орлы могут подниматься очень высоко, почти к самым облакам – там-то, уж точно, огонь их достать не сможет. Переждут засуху с пожарами и вернутся строить свои гнезда вновь. Так думали черные орлы, но оказалось, что огонь был сильнее птиц – как бы высоко черные орлы не поднимались, а огонь поднимался еще выше. Еще бы немного и уничтожил бы пожар всю стаю черных орлов. Но тут из своего изгнания вернулся орел сизый. Оказалось, что этот самый чужак и инородец умеет в отличие от черных собратьев своих подниматься на такую высоту, куда никогда не доберется даже самый сильный огонь. На той высоте есть чудесное облако, и на нем можно укрыться. И не только сам сизый орел поднялся к этому облаку, но и всех братьев своих черных, некогда его изгнавших из стаи, поднял он туда, куда сами они подняться не могли. И тем самым спас им жизнь. Оказался сизый орел не только сильнее своих сородичей черных, но и умнее их и, главное, добрее. Вскоре пошли дожди, унялись пожары, со спасительного облака спустились орлы к своим родным горным вершинам. Очень черным орлам было стыдно за то, что своего сизого сородича прогнали они когда-то. И решили тогда орлы на очередном собрании своем, что быть их сизому собрату отныне их вожаком. Однако сизый орел был, как уже говорилось, очень умным. И потому от заманчивого предложения отказался: за время изгнания очень полюбил сизый орел быть независимым, а независимость и власть несовместимы между собой. Впрочем, в стае с той поры сделался сизый орел своим и никто уже не называл его никогда ни чужаком, ни инородцем. И признавали черные орлы ум, силу и доброту своего собрата и старались учиться у сизого орла этим качествам, которые так редко встречаются даже среди орлов.

Сказка субботы

В желтой жаркой Африке, воспетой некогда великим поэтом, жили не только бизоны, жирафы, антилопы и попугаи; жили там и другие животные – большие и маленькие, красивые и обыкновенные, сильные и не очень сильные. Хватало всяких животных в Африке. Так вот, о красоте в мире африканских животных. Были в Африке очень красивые животные, были просто красивые, были симпатичные, были обаятельные, привлекательные, конечно, тоже были, были миловидные и даже были смазливые. И был Носорог. Силою обделен он не был, был умен и даже образован, нраву был довольно-таки кроткого, но вот внешность… Потому не было у Носорога друзей. Сам Носорог и рад бы был подружиться с кем-нибудь, но никто с Носорогом дружить не хотел: всякий, едва только видел Носорога, спешил поскорей где-нибудь спрятаться. Так и бродил в одиночестве кроткий и сильный Носорог по Африке; бродил, не имея друзей. А по правде сказать, чего и дружить с ними – с этими мартышками и страусами, с этими бегемотами и леопардами, с этими антилопами и зебрами – если они не способны увидеть за неприглядной внешней оболочкой доброе сердце и прекрасную душу. Впрочем, Носорог так не думал, а в том, что с ним никто дружить не хочет, винил только себя; точнее сказать – винил свою внешность. И как-то раз решил Носорог, что раз уж суждено ему быть одному, то пусть он будет проводить дни свои в одиночестве не здесь, где много обитает всяких животных, а подальше от этих мест. Задумал Носорог пойти туда, где не только никто его не знает, но и вообще мало кто обитает из больших и маленьких, красивых и обыкновенных, сильных и не очень сильных зверей – задумал пойти на берег океана; туда, где только камни и где нет земли ни крошки. Так и сделал Носорог. Не прошло и месяца путешествия, как взору Носорога открылась бескрайняя водная гладь. Дивная, волшебная стихия! Понял тут Носорог, что ничего он не желает больше, кроме как прожить всю жизнь свою, глядя на океан. Так, может, и не нужны друзья? Может, одиночество возле океана желаннее всякой дружбы? Носорог уже думал почти что так, но Судьба распорядилась иначе. Как-то раз к Носорогу, что удобно расположился у самой кромки воды, подплыл Дельфин. И предложил Дельфин Носорогу быть друзьями. Никогда еще Носорог ни от кого не слыхал ничего подобного и потому чуть было не заплакал от счастья. Так и вышло, что Носорог, хоть и не был красавцем, а все же обрел и хорошего доброго друга, и прекрасное удобное место для жизни. Почему же Дельфин захотел дружить с Носорогом, когда все другие так шарахались от одной только Носорожьей внешности? А потому, что Дельфин очень и очень умен; и ум Дельфина позволил ему сразу же за не очень приглядной внешностью увидеть и доброе сердце, и прекрасную душу.

Сказка воскресенья

Злобный Дух ненавидел людей. Смотрел он с серой и хмурой скалы, где обитал всегда, на людской мир и думал о том, что бы такого дурного сделать и с этим миром, и с этим ненавистными людьми. По правде сказать, людей было за что ненавидеть: многие в последнее время стали жадными, злобными, хмурыми и излишне себялюбивыми. Но ведь не все – оставалось в человеческом мире и хороших людей, людей добрых и порядочных, щедрых и честных. Вот их как раз Злобный Дух и ненавидел больше всего; ненавидел потому что сам не был наделен ни одним из хороших качеств. Не зря этого Духа прозвали Злобным. Смотрел так Злобный Дух со своей скалы на человечество и как-то в один не очень прекрасный день придумал, что сделать с людьми и с их миром. С очень давних пор была у Злобного Духа припасена бутылочка с натуральной желчью. Даже и не помнил Злобный Дух, откуда она у него взялась, а вот поди ж ты – вспомнил про нее и не долго думая взял да и вылил сверху на мир, в котором жили люди. Очень быстро стала желчь разливаться по миру. Не прошло и трех дней, как уже вся Земля наша утопала в желчи. Только никто из людей этого не замечал, ведь желчь была невидимой для глаза обычного человека. Но за то поражала она всякого от мала до велика; поражала тем, что человек, едва вдохнув желчь, становится завистливым. Никого не миновала тогда чаша сия – эпидемия зависти завладела всем миром, все люди, что жили на Земли, стали существовать в согласии только с одним законом – законом зависти. И радовался сидя на своей серой и хмурой скале Злобный Дух, радовался тому, что все у него так хорошо получилось. Но рано Злобный Дух радовался, рано! Оказалось, что остался на Земле один человек, от рождения обладавший иммунитетом на вирус зависти. И ничего не смогла поделать с ним разлитая по миру желчь. Был это самый обыкновенный юноша, каких много всегда в мире. Но теперь он не весь один такой остался: все завидовали друг другу, а он нет. И приснился в тот раз ему сон, сон о том, что должен он пойти на берег моря, найти там красный камень, который обошла желчь, и под этим красным камнем отыскать осколок Луны. После этого юноше следовало дождаться ночи, чтобы в осколок Луны поймать Лунный луч. Так ему было сказано во сне. И едва проснувшись, собрался юноша в путь. К полудню добрался он до берега моря, нашел там красный камень, а под ним – осколок Луны. Как и велено было в сновидении, дождался юноша ночи, дождался восхода Луны. И как только первый луч Луны достиг поверхности Земли, юноша тут же подставил под этот луч тот осколок, что нашел под красным камнем. И сразу же образовалась межу небом и Землей Лунная дорожка, и по ней устремилась вверх вся желчь, разлитая в мире; и уносила желчь с собой вирус зависти. На следующее утро все люди проснулись и удивились: в мире теперь никто никому не завидовал. Каким же счастливым сделался тогда мир! И только Злобный Дух на серой своей скале не был счастлив – вновь стал думать он, какую бы еще гадость подбросить человечеству. И не раз с той поры делал он миру всяки мерзости. Да и сейчас сидит, смотрит на мир и мечтает о том, как вновь какую-нибудь грязь ниспошлет на Землю.

Напутствие к читателям

Дорогие друзья!

Очень надеюсь, что эта книга поможет вам понять себя, свои эмоции, от которых столь зависит состояние нашего физического и духовного мира. Еще раз акцентирую ваше внимание на том, что гнев следует анализировать, с ним нужно работать, а не мучительно стыдиться его, загоняя вглубь и тем самым заставляя пожирать вас изнутри, вызывая разнообразные недуги и сбои на разных уровнях вашей жизни.

Если у вас возникнут какие-то вопросы ко мне, если захотите поделиться своими проблемами и спросить совета, непременно пишите, звоните мне. Я всегда рад вам; ведь моя миссия как представителя рода целителей Блаво – помогать людям.

С наилучшими пожеланиями

ваш доктор Рушель Блаво

С вопросами и пожеланиями обращайтесь по адресу:

Россия, Санкт-Петербург, 191014, ул. Маяковского,

34 тел.: (812) 719-61-11 и 272-76-94

Клиника традиционной медицины «ROYALMED»

Сайт и интернет-магазин: www.blavo.ru

Content

Рушель Блаво
Возлюби гнев свой!

Наше здоровье и эмоциональный фон

Проблемы и их решение

Эмоциональный фон и его физиологическая проекция

Что такое гнев

Пирамида потребностей

Проекция гнева на пирамиду потребностей

Два пути гнева

Гнев и свойства темперамента

Как оценивать гнев

Манипулирование гневом

Проявление и подавление гнева

Проявления гнева не приветствуются

Гневный «выхлоп» физиологически необходим?

Диагностика гневливости

Работа гнева и его влияние на нашу жизнь

Упражнения на определение повода гнева

Схема гнева

Основы управления гневом

Критика объекта гнева

Голосовое управление гневом

Физическое управление гневом

Динамические методики редукции гнева

Статические методики редукции гнева

Реабилитационная сказкотерапия

Первая неделя

Вторая неделя

Третья неделя

Четвертая неделя

Напутствие к читателям