Наш нянь - некромант

Пролог

…Риссет Форс…

– Ваши дети невыносимы! – громко и зло воскликнула классная руководительница, глядя на меня с осуждением. – Вы не представляете, что они сегодня творили! Они дергали девочек за косички, разбили окно, не контролируя магию, подпалили потолок игровой комнаты, сожгли парту, сломали стенд с наградами почетных учеников и сбежали с урока физкультуры… – Она едва не задохнулась от возмущения. – И правил поведения для них будто не существует, они все время спорят, нарушая дисциплину и срывая уроки!

Я стояла с полуприкрытыми глазами, держа за руки близнецов и внимательно слушая женщину. Мальчики крепко схватили меня, стараясь ни на кого не смотреть.

– Я отказываюсь от них! – закончив монолог, заявила учительница.

– Что? О чем вы говорите? – Я тут же встрепенулась, опешив от подобного заявления. – Госпожа Шорс, мы учимся в вашей школе всего неделю, разве вы можете отказаться от учеников? Они, – посмотрела я на младших братьев, – очень талантливы и способны.

– Да, но они некроманты! – заявила учительница так, словно вынесла приговор. – Я не собираюсь обучать их. Я прекрасно понимаю вашу ситуацию, сложно воспитывать детей в одиночку, но и жертвовать своими нервами я не хочу. Вам стоит нанять няню.

Глава 1

– Дель, а может, она права? – задумчиво спросила я у подруги, подперев подбородок рукой и опираясь на стол.

– Неужели она прямо так и сказала? – неодобрительно покачала головой Дель и поставила передо мной кружку с кофе. – Я всегда знала, что эта женщина себе на уме, угораздило же тебя отдать мальчишек именно к ней.

– Школа госпожи Шорс всегда ценилась среди магов, многие мечтают отдать детей именно в ее класс. Я думала, мальчики потянутся к ней. – Я устало потерла глаза, лениво перебирая письма.

– Что есть, то есть, сейчас уже ничего не изменишь, – философски подметила подруга. – Так что делать будешь? – Она кивнула в сторону спальни, где сейчас спали мои младшие братья.

– А что мне остается? Кажется, действительно придётся нанять им няню. – Я помассировала виски, обдумывая ситуацию.

Так уж сложилось, что родители попали в ужасную аварию, а мы остались одни – я и близнецы. К счастью, я не растерялась, образование у меня уже было, а потому тут же взяла малышей под крыло. Все же я старшая сестра. С детским садом проблем не возникло, но вот мальчишкам исполнилось по шесть лет, и я перевела их в простую школу, а чуть позже – в магическую, где спустя неделю получила отказ и совет воспользоваться услугами няни. Мои ангелочки всегда были послушны и усидчивы, но после того, как я отдала их в школу, стали неузнаваемы. На то имелась причина – пробуждение дара некромантии.

– Знаешь, это не такая уж и плохая идея, – согласилась со мной Дель и тут же подметила: – Я бы на твоем месте предпочла нанять не няню, а хорошую магиню. – Она тряхнула головой, откидывая рыжие волосы.

– Верно, если они не будут ходить в магическую школу, то нам нужна наставница и… – Я на миг замялась. – Может быть, мужчина?

– Я не ослышалась? – Дель подавилась напитком. – Мужчина-нянь? Какой нормальный парень пойдет работать нянькой? – Она с сомнением приподняла брови.

– Почему женщинам можно, а мужчинам нет? – осадила я её. – Если предложить хорошую оплату, то хоть кто согласится. Кроме того… Дель, ты же понимаешь, что близнецы – мальчики. Мальчики и некроманты, и ты прекрасно знаешь, что о них заботимся лишь мы с тобой.

Дель была моей лучшей подругой. Когда она оказалась в затруднительном финансовом положении, я предложила остаться у меня. Дель очень быстро стала членом нашей семьи и начала жить с нами. А еще она никогда не отказывалась посидеть с мелкими.

– И ты прекрасно знаешь, что я – маг погоды. Как я смогу воспитать из Даскена и Тревиса настоящих некромантов? Я полный ноль в этом, хочу подарить им заботу и любовь, но в силах ли я воспитать их так, чтобы… – Я тяжело вздохнула. – Чтобы они стали сильными магами? Помыть посуду и есть приготовить я сумею, но им нужна мужская рука, мужское воспитание, а я на работе… Им уже по шесть лет.

– Да, дорогая… вижу, ты давно об этом размышляешь, – вздохнула Дель, поднимаясь со стула. – Если ты так считаешь, то я уверена, что тебе проще выйти замуж, нежели найти няня, который удовлетворял бы всем требованиям, – хихикнула девушка, а я против воли улыбнулась.

Я тоже встала и пошла к братьям, их игровая была на первом этаже, а вот спальня располагалась рядом с моей. Близнецы уже заснули. По их дыханию я смогла легко определить, что они не притворяются.

Выключив свет и плотнее задернув шторы, я поспешила в свою комнату. Раз магическая школа не может принять двух маленьких дарований, то не стоит медлить.

Около часа я потратила на письмо, которое хотела разослать агентствам по подбору персонала. Почему же идея с нянем не пришла мне в голову раньше? Хотя воспитывают же матери-одиночки своих детей, но… я не мать, мне трудно все понять, и кто-то же должен обеспечивать семью.

В конце письма я долго думала над оплатой, однако все взвесила и щедро поставила цифру с несколькими нулями.

***

Утро для меня никогда не начиналось по стандартному сценарию, и в жизни никогда не было четких планов или часовых рамок. Вот и в тот день я проснулась от странного шороха.

Даскен и Тревис сидели возле моей постели на полу и листали книги, которые я оставила на прикроватной тумбочке. Мальчишки сворачивали закладки и листы с пометками в бумажные самолетики. С братьями я жила не первый день, а потому даже не вздрогнула, зная, что там нет ничего ценного. Однако их своеволие и непослушание в последнее время меня все же беспокоили.

– Вы уже проснулись? – Я приподнялась на постели, взглянув на часы. Пять утра. – Не рано ли?

– Мы хотим гулять, – в один голос заявили братья, тут же отбросив мои книги. – Риса, пошли гулять, – заканючили мальчишки, стащив с меня одеяло.

По ногам вмиг пробежал холод, а я выглянула в окно. Зима была в самом разгаре, да и я, глядя на небо, могла сказать, что через два часа начнется настоящая метель.

– Погода портится. Вам лучше сегодня посидеть дома, – погладила я мальчишек по светлым волосам и нахмурилась. – Раз вы не спите, то наверняка уже умылись? А зубы почистили? А кровати заправили?

Братья тут же отвели взгляды, давая понять, что ничего из перечисленного не сделано, а Даскен, надув губки, спросил:

– Я уже вчера заправлял кровать. Зачем заправлять ее, если вечером я опять лягу спать?

– Именно, – поддакнул Тревис. – Я чистил зубы вчера вечером! Зачем чистить их утром?

– Получается, вы не хотите этого делать, потому что делали все это вчера? И так или иначе придется делать вновь? – Я присела на корточки, серьезно глядя на близнецов, которых можно было довольно просто отличить по разным прическам и ямочкам на щеках, а в остальном они были одинаковы.

– Верно, это не имеет никакого смысла, – кивнул Даскен.

– Вот как? Тогда, может, мы не будем завтракать сегодня? – добродушно предложила я. – Мы ведь ели вчера, зачем нам кушать? Вы все равно проголодаетесь, зачем кормить вас? Думаю, сладости нам тоже не нужны, мы ведь ели их вчера, – обеспокоенно покачала я головой, выпрямляясь.

Малыши тут же выбежали из комнаты, перекрикивая друг друга.

– Я первый заправлю кровать! – гордо заявил Даскен.

– Нет, я! – шикнул Тревис.

– Не бегайте по лестнице! – сказала я им вдогонку, надевая тапочки и выходя в коридор.

– Не рано ли вы встали? – из-за соседней двери выглянула сонная Дель. – Что за шум с утра пораньше?

– Братья проснулись, – кратко пояснила я, спускаясь вниз.

Я задумчиво наблюдала за тем, как мальчики пытались заправить постель, а потом, встав на табуретки, чистили зубы. Их характеры и манера поведения менялись чуть ли не каждый день. Сейчас у них именно такой возраст, когда внимание родителей нужно больше всего, и сестра, как бы ни старалась, не сможет в одиночку заменить их. Возможно… нянь – это правда лучшее решение?

– Дель, ты посидишь с мальчиками сегодня? – уточнила я у подруги за завтраком.

– Сегодня я работаю в пекарне, – покачала она головой, но все же закатила глаза под моим умоляющим взглядом. – Хорошо-хорошо, пригляжу я за ними. Но это в последний раз. Когда я взяла их с собой, то они распугали всех клиентов темным змеем, которого положили на витрину.

Расцеловав подругу в обе щеки, я поспешила одеться, попутно складывая в портфельчики игрушки братьев. Я была стихийницей, а потому работала погодником в компании драконьих грузоперевозок.

Положившись на Дель и сказав, что оставила ее номер монофона в заявке о должности няня, убежала на работу. Из-за непогоды пришлось отменить все рейсы и постоянно следить за изменениями бури и ее направлением. Метель не собиралась заканчиваться, и по моим вычислениям должна была задержаться в городе на недельку, то усиливаясь, то затихая.

Настроение было не сильно радостным из-за навалившихся хлопот, однако один звонок во время перерыва смог все изменить:

– Риса, я нашла няня. Самого настоящего и безумно красивого, аж сердце замирает. Мы берем его.

Я подавилась чаем, который пила в этот момент, и едва слышно просипела:

– Уже?

– Не знаю, что ты написала в письме, однако сегодня мне позвонило больше десятка агентств по подбору нянь и некоторые кандидаты пришли пообщаться прямо в пекарню. Я уж не стала тебя дергать, работай там, поэтому мы с мальчиками пообщались с ними сами. И я говорю тебе – он тот, кто нам нужен! Он готов приступить к работе после этих выходных! Однако есть несколько… хм… условий с его стороны. – Дель чуть замялась.

…Стротомиан Вердис…

Я работал в своём кабинете, перебирая бумаги, которые мне прислала служба разведки Королевской службы безопасности Ромарина. КСБР, если коротко. Мой друг сидел рядом и в свою очередь тоже был занят, однако… слегка иными делами, чем я.

– Конечно, госпожа Форс, вы можете на меня положиться. – Тартис прижал руку к сердцу, выражая искренность своих слов, однако клиентка все равно не могла увидеть этого жеста. – Я – нянь со стажем. Сколько? Уже четыре года я работаю нянем, и вы можете быть спокойны. Дети очень любят меня и привязываются, вы не представляете, какими отличными друзьями мы становимся, – продолжал убеждать невидимую собеседницу мой товарищ.

В такие моменты я всегда задумывался: как так? Как два студента из одной академии и одной группы оказались в таких разных условиях? Казалось бы, мы оба некроманты, даже одного направления, но… почему же он работает сиделкой для мелких, сопливых и орущих монстров?

Сколько я ни спрашивал, все равно не мог понять, как лучший ученик группы и мой друг пошел по такому наклонному и никуда не ведущему пути? Однако он тащился от своей работы и действительно любил ее, а потому я закрывал глаза на его странности и старался избегать этой темы.

– Конечно, госпожа Форс. У меня есть все медицинские справки и высшее образование. У меня два профиля – педагогическое и боевая некромантия. Первая помощь? Конечно, могу, не сомневайтесь. Даже если умрет, то я все сделаю, и он будет как новенький, – непринужденно рассмеялся маг, а я закатил глаза.

Слушая разговоры Тартиса, я давно понял, что чем приветливее и красивее ты говоришь, тем больше вероятность того, что тебя возьмут на работу.

– Я все понимаю, уверен, ваши братья прекрасны. Я обучу их магии, и проблем в воспитании не будет. Однако есть один вопрос: возможно ли проживание в вашем доме? У вас большие требования, я не смогу успевать к вам в назначенное время. Да. Да. У вас еще есть вопросы? Тогда я готов приступить к работе после выходных. Я очень рад, до встречи, госпожа Форс.

Тартис попрощался с девушкой и взглянул на меня с победной улыбкой, хвастаясь успехом, а я, оторвавшись от отчетов, приподнял одну бровь:

– Разве ты не собирался посетить орочьи степи на выходных?

– Собирался, и это не будет проблемой. Я просто обязан был оформить этот заказ прямо сейчас, – горячо заговорил нянька-некромант. – Ты бы видел, сколько платит эта магиня за двух близнецов. Это просто удача, я не мог пройти мимо, одна лишняя секунда, и кто-нибудь другой уже отхапал бы этот заказ себе.

Я молча покачал головой, а друг попробовал убедить меня:

– Тебе бы тоже не мешало попробовать, дети – это цветы счастья.

– Если дети не твои, то это цветы сущего кошмара, – едко хмыкнул я и попросил, возвращаясь к работе. – Не впутывай меня в это.

– Быть нянем намного веселее, чем тайным агентом, – не согласился друг.

Я проигнорировал эти слова, поскольку был уверен, что все его странности никогда не коснутся меня. Хоть мы и друзья, но живем в разных мирах …

…три дня спустя…

– Миан, посиди с ними! – Тартис стоял на коленях перед моим рабочим столом, сложив руки в умоляющем жесте.

– Совсем ошалел? – рыкнул я на него. – Проваливай с глаз моих, – по-доброму посоветовал я, а некромант подполз еще ближе, глядя на меня щенячьими глазами:

– Ну, пожалуйста-пожалуйста.

– Я не буду в этом участвовать, – процедил я, стоя на своем. – Не в этой жизни.

– Но я твой лучший друг, разве ты не можешь сделать для меня исключение?

– Ты работаешь в няньском агентстве, неужели тебя некому заменить?

– Ну… – Кажется, мой вопрос застал его врасплох, и Тартис чуть замялся. – Как бы тебе сказать… нам… хм… запрещено выезжать заграницу без уведомлений, все же график плотный, да и потом нужно вновь проходить медкомиссию, дети же, поэтому… ну я просто уехал, никому не сказав. И… я правда не думал, что подхвачу орочью простуду. Пожалуйста, Миан, замени меня.

Я с огромнейшим сомнением посмотрел на покрывшегося нежно-синенькими пятнышками и прыщами друга. Орочья простуда вещь не слишком серьезная, однако сильно бросается в глаза.

– И сколько ты будешь лечиться?

– Ты согласен? Правда? – подскочил Тартис, взглянув на меня со смесью восторга и недоверия.

– Не приписывай мне роль няньки и вообще… не подходи ко мне близко, болезный ты наш. Я просто спросил, сколько времени займет твое лечение.

– Не больше двух недель, – чуть поникнув, ответил он.

– То есть ты предлагаешь мне пронянчиться с мелкими две недели? Нет! – Если у меня и были какие-то сомнения, то сейчас они полностью отпали.

– Но ты единственный, в ком я уверен, – не сдавался друг. – Ты и присмотришь за ними, и темный дар сдержишь. В конце концов, там нет ничего сложного – поиграй, накорми, погуляй, спать уложи. Миан, пожалуйста.

***

Я стоял перед зеркалом, надев амулет с иллюзией. Меня бесила рожа Тартиса в отражении, непривычно было видеть вместо моего идеального, аристократического и серьезного лица слащавую физиономию друга.

– Будешь месяц оплачивать мне обеды и дашь ключи от виллы на острове, – напомнил я ему и не забыл добавить: – И все это, конечно же, только потому, что мы с тобой друзья.

– С каких пор некроманты стали такими меркантильными?

– Сам говорил, что присмотр за монстрами дорого стоит в наше время.

– Это дети, – угрюмо поправил меня Тартис и, надев очки, пригляделся к списку дел, который собирался оставить мне на время, потом повторил: – Итак, это все требования заказчицы, однако я прошу тебя об основном – корми, играй, гуляй.

– Я понял. Они ничем не отличаются от домашних питомцев. – Я отмахнулся от слов товарища.

– Почти, – уклончиво согласился он и продолжил: – Это мальчики, близнецы, возраст шесть лет. Два маленьких некроманта, и у них есть небольшие проблемы с дисциплиной. Запомнил? Про готовку и покупку продуктов хозяйка обещала рассказать на месте.

– Два объекта наблюдения. Возраст объектов – шесть лет. Питание по обстоятельствам, – мрачно повторил я и одернул криво сидящий поверх иллюзии костюм.

– Ну… – Тартис сглотнул, видимо, на миг засомневавшись, что сделал верный выбор, попросив именно меня. – Для первого раза неплохо, – в конце концов нашёлся он, неопределенно махнув рукой. – Сестру ребят и хозяйку зовут Риссет Форс. Она вместе с детьми и подругой проживает в доме… и еще… тебе придется остаться с ними на несколько дней.

– А это еще с какой радости? – Настроение было отвратным и испортиться еще больше не могло. – Ты не забывай, что у меня вообще-то тоже работа есть. Как ты себе это представляешь? – На миг я вообразил, как коллеги из команды разведки узнают, чем я занимаюсь в нерабочее время. Отогнав дурное видение, уточнил: – В наше время телепорты уже не в моде?

– У них нет телепортационной настройки в доме, поэтому я предложил работу с проживанием, поскольку не успевал бы являться вовремя. Пожалуйста, просто останься там на пару дней или сделай вид, что ночуешь там, хорошо?

Я проигнорировал совет, решив разобраться с проблемой на месте.

– Ну, проклятые предки, удачи. – Тартис напоследок хлопнул меня по плечу. – Не вмешивайся и просто последи за ними так, словно тебя и нет, – попросил он, открывая портал. – Что бы ни случилось, просто выполняй все, что они попросят, а я там уж как-нибудь сам, ладно?

Очень уж хотелось спросить, как он «как-нибудь сам» разберется со своей простудой, однако я промолчал. Утром нянька, а вечером агент КСБР. Такое мне даже в страшнейших кошмарах не снилось.

…Риссет Форс…

Увы, с господином Тартисом Лирентом встретиться лично мне не удалось, но вкусу подруги я доверяла. Правда, кроме его внешности, она ни о чем и думать не могла. Поэтому, когда я десятый раз за вечер услышала о его голубых бездонных глазах и рыжих, как само солнце, волосах, пришлось мягко намекнуть, что красивая мордочка – это, конечно, хорошо, да только вот детям плевать на то, как будет выглядеть их нянь. Самое главное, как он себя поведет в этой роли.

Я решила навести справки через общую поисковую сеть, и мне не потребовалось и минуты, чтобы узнать больше о няне и агентстве, которое значилось лучшим среди всех контор по подбору персонала. На самом деле я думала, что нанять именно няня будет довольно сложно, поэтому такая активность приятно удивила. Я была рада, что на заявку откликнулись достаточно известные организации. Впрочем, и немудрено, оплату я указала такую, что сама бы пошла работать. Но я точно не питала иллюзий и понимала, что ждет будущего няня.

После того как я узнала всю необходимую информацию, решила наведаться к детям и спросить их мнения. Кончено, я все равно найму этого парня, но все же интересно, что думают мальчики.

– Ну… – Даскен почему-то задумался. – Он нормальный. – Брат пожал плечами, продолжая играть конструктором.

– Веселенький, – скучающе пробормотал Тревис, сидя за столом и вертя головоломку в руках. – Мы с Даскеном все обсудили и решили, что он подойдет нам, – по-деловому кивнул он, а я постаралась не засмеяться.

– Мы многих посмотрели, но нам и тете Дель понравился этот. Она даже сказала, что готова выйти за него замуж сегодня же, – хихикнул Даскен.

Сколько бы я ни объясняла Дель, что свои мысли и личную жизнь нужно держать при себе, в ее словах вечно что-нибудь да проскальзывало такое, а потому от братьев я часто могла услышать что-то про свадьбу и про то, что мне тоже пора замуж. Все, что говорила Дель, мальчишки запоминали и ловили на лету. Подруга лишь пожимала плечами и утверждала, что это факты, которые остаются фактами, и которые от детей не скроешь.

Немного еще посидев с мальчиками, я пошла на кухню. Я так и не обсудила вчерашний день в школе, хоть и стоило бы, но братья и без меня понимали, что натворили, а потому вели себя аки ангелы. Более того, идея нанять кого-то им очень понравилась, они выглядели очень воодушевленными. Однако я надеялась, что они действительно рады, а не задумали какую-то шалость.

Я набрала номер агентства «Нежная забота» и была тут же соединена с господином Тартисом. Мы с ним беседовали около трех часов, поскольку меня интересовали любые подробности и детали – образование, медицинские справки, в чьей семье он работал раньше и с детьми какого возраста контактирует чаще всего, есть ли гарантия, испытательный срок и рекомендательные письма, а также что входит в его компетенцию и как он поступит при неосторожном поведении детей, например, при травме или магическом всплеске. За эти три часа я спросила все то, что должна была узнать у человека, которого собираюсь нанять своим детям. И признаюсь, господин Тартис оказался довольно приятным собеседником. Также радовало, что мужчина достаточно молод и подвижен, поскольку с близнецами не получится усидеть на месте.

После нашей продолжительной беседы мы сошлись на том, что встретимся после выходных и начнем сотрудничество. Подождать оставалось лишь три дня. К счастью, впереди были выходные, а на третий день за мальчиками приглядит Дель.

Единственное, что меня несколько удручало – проживание няня в моем доме. Я сама знала, что отсутствие настроек телепорта является проблемой, но ни мне, ни Дель они не были нужны. На работу я всегда добиралась на машине, так как компания располагалась загородом и не предусматривала телепортов, чтобы не допустить сбоев магических настроек, а наша с Дель пекарня находилась в паре улиц от дома.

Из-за няня нанимать мага и делать настройку не слишком хотелось, однако я была готова и на это, но не успела озвучить свое предложение, как мужчина сказал, что мог бы оставаться в нашем доме. Я знала, что некоторые наставники проживают непосредственно с детьми, но подпускать незнакомца так близко все-таки странно. Да и где его размещать?

Именно этот вопрос беспокоил меня больше всего. На первом этаже располагалась игровая близнецов, наверху – спальни. Конечно, есть две свободные комнаты, но в одной находится кухня Дель, на которой она все время устраивает кулинарные эксперименты, а вторая со временем превратилась в большую кладовку с детскими игрушками.

Поскольку никаких альтернатив не было, нам всей семьей пришлось разбирать последнюю.

– Никогда бы не подумала, что у нас в доме столь хлама, – шикнула Дель, раскладывая старые игрушки по коробкам.

– Это – не хлам, это – наши вещи, – в один голос говорили братья, выполняя самую неоценимую помощь – не мешая.

– Да, но зачем вам они? – продолжала ворчать подруга, направляясь к шкафу. – Святые небеса! – громко вскрикнула Дель, отпрыгнув в сторону, когда деревянная створка отвалилась, чуть не прибив ее. – Наш нянь точно выживет, если мы поселим его сюда? – Девушка с сомнением поглядела на пыльную кровать и сломанный шкаф.

– Поверь мне, комната – это не самое страшное, что его ждет. К тому же я приберусь здесь, – пожала я плечами, вытирая пыль. – Господин Тартис также пообещал делать уборку в детской, кухне и гостиной. А еще он сказал, что за такую оплату сам будет готовить обед, пока мы с тобой на работе.

– Ага, еще скажи, он будет гулять с детьми по четыре часа в день, учить их эльфийскому, сделает нам ремонт, покрасит крышу и рассортирует крупу, – фыркнула Дель, но тут же нахмурилась, чуть обеспокоенно повернувшись ко мне. – Не много ли он на себя берет? У меня чувство, что мы с тобой не наставника мальчикам нанимаем, а служанку, которая все это будет делать.

– Меня тоже это удивило, – кивнула я, признавая правоту Дель, но справедливо подметила: – Мы договорились об испытательном сроке – неделя, чтобы понять, как сложатся наши отношения.

– Неделя? – переспросила подруга, а мне на миг показалось, что она чуть взгрустнула.

– Не переживай, если мы не поладим, то его номер у тебя останется, – подмигнула я Дель, а она тяжко вздохнула.

– Тетя Дель опять влюбилась?

Эти вздохи знали все, а потому близнецы тут же заинтересованно покосились на меня.

– В комнате слишком пыльно, вот Дель и вздыхает, – пошутила я и, протянув братьям тазик, попросила: – Слейте воду, ополосните тряпочки и принесите их сюда.

Мальчишки тут же побежали выполнять поручение, а я присела на пружинящую кровать, которой сама не знаю, сколько было лет.

После этого мы поужинали, а я решила, что уборку можно закончить позже, еще целых три дня до приезда няня. Я планировала уложить малышей спать, но…

– Риса, я не хочу спать.

– Риса, я хочу вишневые мармеладки.

– Я хочу играть.

– Риса, я хочу собаку!

– Но я хочу кошечку!

– Нет, собаку!

– Кошку!

– Я сказал, собаку!

– А вот и нет! Кошки лучше!

– Неправда! Риса, скажи ему, что собака лучше!

– Нет, Риса, скажи, что кошка красивее!

– Я первый попросил Рису!

– И что, что ты первый?

– Риса любит меня!

– И меня она любит!

– Меня она любит больше!

– А вот и неправда, она всегда говорила, что любит нас одинаково!

Я молча сжимала книжку с детскими сказками и, прикрыв глаза, сидела в кресле у кроватей братьев. Укладываться спать у нас никогда не получалось с легкостью. До пробуждения дара дети уставали днем и засыпали за пять минут, но темная магия давала о себе знать и переполняла их энергией.

– Тихо! – прикрикнула я на мальчиков, когда словесная перепалка начала плавно перерастать в битву подушками, и захлопнула книгу, которую так и не начала читать.

Братья тут же замерли.

– По постелям, – жестко сказала я, сурово взглянув на них.

– Но я не хочу спать, – надул губки Даскен, задрыгав ногами.

– И я тоже не хочу! – хныкнул Тревис.

– Зато я хочу, – шикнула я на детей, принявшись их укрывать. – Если вы не будете спать ночью, то не проснетесь днем, вы дети и должны расти, набираться сил. А что это значит? Это значит, что вы должны спать. Закрывайте глаза и думайте о чем-нибудь. Делайте вид, что спите, и, в конце концов, уснете, – скомандовала я, приглушая свет в комнате.

– А ты посидишь с нами? – схватил меня за руку Тревис.

– Куда я денусь? – Я вновь опустилась в кресло, оставив из освещения лишь детский ночник в противоположном углу комнаты. Поскольку я сидела между постелями, то мягко гладила мальчишек по волосам.

В тот момент, когда они почти заснули, на улице проехал мотоциклист, оглушая нас ревом мотора. Мальчики захныкали и проснулись. В такие моменты мне хотелось покусать всех ночных водителей, которые вздумали гонять по дорогам в тихом спальном районе.

Вздохнув, я повела братьев на кухню пить горячее молоко. Выпив по стакану, они вернулись в комнату и в этот раз уснули почти сразу. Посидев с ними еще минут десять, я осторожно выскользнула из спальни, тихо прикрыв за собой дверь.

Дель тоже еще не спала. Она в свою очередь занималась красотой – накручивала бигуди и делала маску для лица. Взглядом подруга спросила, спят ли дети, а я кивнула. Покачав головой, Дель подошла к холодильнику, чтобы взять заранее подготовленные кусочки огурчиков, и коротко вскрикнула, когда ваза на холодильнике пошатнулась, упав ей прямо в руки.

Сегодня явно был не ее день, и все старалось покалечить ее, но, к счастью, девушка не пострадала, а братья спали крепко.

– Твои вазы скоро убьют кого-нибудь из нас, – шикнула она, сорвав с лица испортившуюся маску.

Так уж вышло, что вазы были моей слабостью, я коллекционировала гончарные изделия из разных уголков страны. Но так как дома лишнего места не было, хранила я их везде, где только могла, и даже на холодильнике стояло несколько вазочек с цветами. Однако холодильник в последнее время стал сильно шататься при открывании дверок – все после того, как братья случайно подпалили пол на кухне. Поэтому вазы действительно стоило переставить, но я все откладывала это на потом.

Пообещав, что разберусь с вазами и все уберу, я поставила их на пол, написав себе напоминание, чтобы не забыть. Сейчас сил не осталось ни на что. К тому же еще нужно было приготовить еду на завтра, так как с Даскеном и Тревисом не получится заняться готовкой.

Встряхнув головой и оптимистично настроившись, я надела фартук и взялась за готовку, мечтая о появлении няня. Хоть и не была знакома с ним лично, я уже его заранее любила, уважала и восхищалась.

…три дня спустя…

Все утро я была словно на иголках и не знала, как найти себе место перед приходом няня. В его комнате был порядок, и я уже пятнадцать минут ходила по кругу, пытаясь пристроить вазочку с цветами на комод, чтобы придать помещению какой-то уют.

Красивый букет здесь смотрелся красивым веником. Я попыталась поставить его на шкаф. Испугалась, что дверца снова отвалится и нянь вдобавок будет огрет по голове цветочным горшком. Мелькнула мысль пристроить цветы на полку над кроватью. Испугалась за будущего наставника еще больше и, плюнув на это дело, забрала вазу с собой, решив, что мужчине в комнате цветы вовсе не сдались.

Я ждала господина Тартиса с минуты на минуту, нужно было срочно убегать на работу. Придется оставить на него детей на целый день.

В конце концов, раздалась долгожданная трель звонка. Дель была на работе, иначе бы поспешила к гостю быстрее меня. Одернув строгое платье, я распахнула входную дверь, а мальчики тут же заинтересованно выглянули из своей комнаты. Своего няня они тоже ждали с нетерпением, а я все утро читала им лекцию о том, что шутки, проделки и проказы в его присутствии неуместны – он пришел учить и воспитывать их, а не баловаться.

На пороге я увидела высоченного мужчину, и у меня не осталось сомнений, почему Дель растаяла от его вида. Аккуратно уложенные волосы, правильные черты лица, нос с чуть привлекательной горбинкой и шикарное телосложение. Увидь я такого на улице, то точно бы подумала, что он какая-нибудь важная шишка, а не нянь. Я улыбнулась собственным мыслям, однако против воли отметила, что он бы никогда не смог мне понравиться. Как бы сказать… слишком хорош собой? Увы, не мой типаж. Если я и заглядывалась на мужчин, то мне нравились более серьезные, собранные, на которых я могла бы положиться. Я вновь посмотрела на будущего наставника мальчиков. Равнодуший взгляд и спокойствие абсолютно не вязались с его внешностью и беззаботным рассказом подруги, которая вещала об улыбчивом парне и недавнем разговоре по монофону, а потому при виде господина Лирента я лишь коротко улыбнулась, вновь порадовавшись, что Дель на работе.

– Доброе утро, господин Лирент, прошу, проходите. – Я любезно пропустила мужчину внутрь, посторонившись.

…Стротомиан Вердис…

Вначале я переместился в город телепортом, а уже после добрался до назначенного дома в компании идиотского чемодана со шмотками друга. Он настаивал на том, чтобы я носил его вещи и обжился в чужом доме за это время.

Если на второе я уже кое-как согласился, то носить странные свитера, фартуки для готовки и не то брюки, не то шорты не было желания. Я еще не настолько сошел с ума. Я некромант. Я ношу черные мантии, а не вот это вот все.

Неодобрительно покосившись на чемодан, я закатил глаза и трижды нажал на звонок. И как в таком домике можно вообще воспитывать детей? Да еще и жить с кем-то? Если у людей есть деньги, то пусть они купят жилье получше, прежде чем тратить средства на всяких сиделок.

Дверь распахнулась почти сразу же. Как будто эта девушка сидела у окна и специально караулила меня.

Я задумчиво оглядывал сестру моих «воспитанников», да и она не отводила от меня взгляда. Ну вот, Тартис, ты очаровал еще одну девушку. Как он вообще собирался работать в доме с двумя незамужними девицами? Или он специально нашел их? Зная Тартиса, я сомневался, что у него не завелось бы романа.

Риссет, как она попросила меня называть, была обычной девушкой с детьми. Обычная внешность, обычные проблемы, обычная работа, ничего интересного и нет того, чем бы сестра объектов наблюдения могла бы мне запомниться.

Глубоко выдохнув и зажмурившись, я произнес заученную фразу, на которой настоял Тартис:

– Добрый день. Меня зовут Тартис Лирент. Приятно познакомиться, – у меня дернулся глаз, хоть я и старался сохранить спокойствие. – Мы уже все обсудили, но повторюсь: я подойду вам по всем параметрам. Я могу играть, готовить и учить ваших близнецов. А также я готов убираться в доме по мере необходимости и даже менять деткам памперсы. – Тут друг просил непринужденно рассмеяться, однако я понял, что мой смех будет мало чем отличаться от скрежета камней. – Уверен, мы с вами поладим, – процедил я сквозь зубы и постарался улыбнуться настолько очаровательно, настолько мог это сделать темный маг в плохом настроении.

Кажется, улыбка удалась, поскольку девушка чуть приподняла бровь и тут же перестала на меня оценивающе глазеть, предложив перейти к делу. Риссет говорила быстро и явно торопилась, бегая от одного угла комнаты к другому, что-то объясняя и показывая.

Внутри было довольно просторно, хоть дом и не нов, однако все пространство оказалось завалено какими-то игрушками и странными вещами.

– Простите, я вчера не успела, поэтому приготовила только завтрак, – извинилась Риссет, показывая мне кухню и холодильник. Объекты повышенной опасности пока что в поле зрения не появлялись. – Я буду на работе до восьми, моя подруга до шести. Мне очень жаль, но если вы проголодаетесь, то вам придется что-нибудь приготовить или же заказать доставку. Все деньги на непредвиденные ситуации я уже перевела на ваш счет, который вы указали в качестве своих контактов в анкете, – пояснила девушка, а я закатил глаза, решив, что позже с друга следует потребовать не только возмещение потраченных средств, но еще и компенсацию. – Если соберетесь готовить, то в холодильнике есть все необходимое для рыбы с овощами, или же сварите пельмени. Дети могут быть привередливыми, но это только на словах. Сами понимаете, – улыбнулась она и повела меня дальше по дому, а я старался обойти раскиданные на полу колюще-режущие предметы, ошибочно названные игрушками. – Как я уже вам говорила, самым главным является контроль их магии, обучение и, конечно же, воспитание, дисциплина. Вы помните, они у меня некроманты. Я бы очень хотела, чтобы вы не потакали их желаниям и держали их в строгости, не боясь поручать какую-то работу. Однако я надеюсь на ваше благоразумие. Также прогуляйте с ними, если погода будет хорошей и… – Она всплеснула руками и начала загибать пальцы. – Ах, совсем забыла: детям запрещается есть в комнате, только на кухне, их спальня наверху, а игровая на первом. Если будете укладываться спать – обязательно почистите им зубы и почитайте что-нибудь. Шоколадное печенье они уже сегодня ели, а потому не ведитесь на их уговоры и рассказы. – Риссет серьезно посмотрела на меня. – Будьте аккуратны, Даскен и Тревис любят шутить, но вы и сами прекрасно все понимаете. И еще, полка на камине чуть шатается, дети к ней не подходят, и вам не советую. – Девушка резко остановилась посреди гостиной, на миг задумавшись. – Это, наверное, все. Я очень на вас рассчитываю, если будут какие-то вопросы, то звоните в любое время, у вас же есть мой код связи?

Я кивнул, особо не вдумываясь. Риссет вылила на меня слишком много информации, и я даже не счел нужным ее запоминать. Я тут на неделю, а воспитывает и чистит зубы пусть кто-нибудь другой.

Девушка принялась спешно обуваться и надела теплый пуховик, а я развернулся, решив начать наблюдение за собачками как можно скорее, однако Риссет окликнула меня:

– Ах, господин Лирент, совсем забыла! Ключи! Это дубликат ключей от дома. И еще, ваша комната на втором этаже, дети покажут вам ее, простите, совсем запамятовала. Это все, удачного дня, – бросила она напоследок, закрывая дверь. Замок дважды щелкнул.

Я несколько секунд стоял, молча глядя ей вслед. Почему-то мне казалось, что девушка могла что-то забыть и резко вернуться, но этого не случилось.

Перешагнув какие-то кубики на полу, прошел в комнату, где, по словам хозяйки, должны играть, учиться и развлекаться объекты присмотра. Признаюсь, для меня они были монстрами и чудищами, поскольку звание детей еще нужно заслужить.

Именно с такой мыслью я зашел в игровую комнату и рефлекторно сделал молниеносный шаг в сторону. На том месте, где я должен был стоять, уже красовалась лужа. Посмотрев на дверь, увидел прелестную конструкцию с закрепленным там не то ведром, не то тазом.

– Слишком банально, – закатил я глаза, смахнув с плеча капельку воды и глядя на двух парней, которые являлись идеальными копиями друг друга. Даже у моих огненных шаров проще найти отличия, чем у этих недошутников. Впрочем, мне плевать, кто из них кто, самое главное, что их двое.

Объекты выжидающе и чуть удивленно посмотрели на меня, надеясь хоть на какую-то реакцию.

Парнишки были чуть худощавыми и с той бледностью, что присуща всем некромантам. Парные жилетки лишь путали меня еще больше, не давая различать деток.

Я оглядел сущий хаос и вместе с чемоданом прошел к креслу в углу. Усевшись, наконец-то нашел применение шмоткам Тартиса и использовал чемодан как удобную подставку для ног. Взял с детской полки книгу, чтобы ознакомиться с местной литературой. Не сказать, что я хотел этого, но заняться чем-то стоило.

– Чего пялитесь? – шикнул я на монстриков, которые чуть ошарашенно смотрели на меня. – Я просто посижу с вами, а вы займитесь чем-нибудь, – махнул я им на их же игрушки.

– Дядя Тартис, а вы совсем не похожи на себя, – удивился один из них, а второй с подозрением спросил, ткнув пальцем в лужу:

– И что, вы ругаться не будете?

– Малявки, – строго посмотрел я на них. – Мы находимся с вами в односторонних отношениях, я вас кормлю– вы меня не трогаете. Если мы поживем так, то все будут счастливы, – заключил я, вновь возвращаясь к чтению. – Лучше скажите, вы всегда читаете эту художественную литературу? Я понимаю, что вы – сущий комар, но зачем подливать масла в огонь и читать ужастики? – Я покосился на цветную иллюстрацию, на которой хвост волка замерз в луже и в итоге оторвался. Мельком глянул остальные картинки: смерть хлебобулочного изделия, жестокое убийство старушки, афера по поводу жилой площади между соседями, мутировавшее растение… Если подумать, то госпожа Риссет хотела вырастить из близнецов некромантов, так что вполне неплохой набор, однако если читать, то уж что-то более некромантское – без всяких лис и зайцев.

– Риса говорит, что в каждой сказке заключена мораль, – нравоучительно пробубнил один из мальчишек.

– Разумеется, – кивнул я, не желая спорить.

На самом деле в моих наивных мечтах и фантазиях все было проще, и дети должны были испугаться грозного лица и тут же заняться своими делишками, но…

– Дядя Тартис, а чем мы займемся?

– А мы поиграем в осьминога, как вы обещали? – Один из парнишек подбежал ко мне с бумажками, а другой оттолкнул его и сунул мне в руки какую-то тетрадку.

– А мы будем колдовать?

– Может, поедим? – предложил новую мысль кто-то из них.

– А давайте погуляем?

Эти тараторки говорили одновременно и тут же перебивали друг друга. Я понимал, что детки – не нежить, заклинанием не заткнешь, поэтому на миг все же задумался – что бы я делал, если бы это были хоть и не мои, но отчасти знакомые дети?

– По очереди, – цыкнул я на них. – Говорите по очереди. Даскен, – кивнул я пацану слева.

– Я – Тревис, – чуть обиженно надул он губки, а мне пришлось признать очевидное.

– Мне все равно. Говори, – подался я чуть вперед, чтобы рассмотреть малявок.

Мальчики нахмурились и, поджав губы, переглянулись между собой.

– Что мы будем делать? – спросил один чуть спокойнее и смотря на меня так, словно оценивая.

Хоть нянькой я не был, но с Тартисом общался часто и выводы для себя делал. Объектам нельзя давать залазить на шею. Нужно сразу показать, кто здесь некромант, а кто маленький щенок. Близнецов я относил ко второй категории и давать им сидеть на моей шее не планировал. Они и так сидят на шее своей сестры и продолжат сидеть, пока мелкие, но если не воспитывать, то они и на голову заберутся.

– Вы играете – я сижу, – охарактеризовал я примерный план на две недели.

– И все? – удивился второй.

– И все, – подтвердил я.

Объекты снова переглянулись и посмотрели на меня с еще большим недоумением, и кто-то из них уточнил:

– А магия?

– Позже.

– А кушать? – все не унимались они.

– Разве мать вас не кормила? – тут уже была моя очередь изумиться и отвлечься от детской книжки.

– Риса – наша сестра, – поправили пацанята и покачали головами.

Я помнил, что она действительно не их родительница, но, видимо, меня это настолько не интересовало, что я даже оговорился.

– Риса сказала, что вы нас покормите и научите магии. Вы сами обещали.

– Мало ли, что я обещал, – уклончиво ответил я.

– Дядя, но Риса сказала, что у вас испытательный срок – неделя и, если вы не справитесь с обязанностями, то вам придется попрощаться с нами.

– Это шантаж? – Я заинтересованно посмотрел на объекты. Забавно, что их уже посвящают в детали работы.

– Вас могут уволить, если мы скажем Рисе, что вы ничего не делаете, – закивали они с хитрющими улыбками.

– В смысле ничего? Я сижу с вами.

– Просто делайте то, что мы попросим, – подсказали они мне, встав по обеим сторонам от кресла, а я фыркнул, закатив глаза.

– Ага, конечно, заняться мне больше нечем.

В этот момент, словно бы специально, монофон в кармане завибрировал. Мальчишки с любопытством глядели на меня. Звонила их нянька.

– Чего тебе? – ответил я на звонок, откинувшись на мягкую подушку.

– Как дети? Соблюдаешь план? – Тартис был весьма обеспокоен. – Чем вы занимаетесь? Госпожа Форс ушла на работу? Ты покормил их? Погулял? Прошу, не натвори глупостей. Список у тебя в чемодане, и…

– Да понял я, – прервал я связь, не желая слушать лекции.

Убрав монофон, я покосился на блондинчиков. Парнишки не глупые, свою оригинальную няньку они видели, а потому нечего водить их за нос.

– Малявки, – позвал я их, поманив пальцем. – Я не ваша сиделка и не Тартис Лирент. Я заменяю его на несколько дней, и об этом никто не должен узнать. Усекли?

Наступило молчание, и я знал, что некромантики мысленно переговариваются.

– Это заметно, мы сразу поняли, как вы в дом зашли. У вас голос чуть другой и магия не такая. А как вас зовут? – наконец наклонил голову набок один из них.

– Стротомиан Вердис, – чуть снисходительно фыркнул я и поспешил добавить. – Но вам я разрешаю звать себя…

– Господин Рот, – восторженно воскликнул один из них, а второй радостно запрыгал.

– Хоть горшком назовите, – равнодушно отмахнулся я. – Я просто посижу с вами, – на миг мне показалось, что парни прониклись ситуацией. – Ваша нянька оставила список, выполним пару пунктов для вида и займемся своими делами.

– А что нам будет за то, что мы прикроем вас?

– Ничего не будет, – раскрыл я чемодан, набитый шмотками под завязку. На поверхности лежало несколько листов, полностью исчёрканных цветными маркерами.

«Погулять, если погода будет хорошей…»

Я косо посмотрел в сторону окна. Снаружи почти ничего не было видно из-за ветра с сильным снегопадом.

– Одевайтесь, мы идем гулять, – какое-то время посмотрев на двор, я пришел к выводу, что метель не так уж критична и камни с неба не падают.

– Сейчас? – удивился один мальчишка.

– Но Риса сказала, что… – попытался вставить второй, но брат тут же шикнул на него с хитрой улыбкой.

– Господин Рот, а вы тоже некромант? – с любопытством спросил мелкий, натягивая теплые штаны.

– Да.

– А кем вы работаете? – Детское любопытство было безгранично.

– Агентом в КСБР, – ответил я без лишних подробностей, но этой фразы хватило, чтобы дети пришли в щенячий восторг.

– Правда? А расскажите нам, – заканючили они, тут же забыв про одевание.

– А гулять? – Я указал на улицу, понимая, что прогулка перестала их интересовать.

– Но там холодно, – нахмурились они.

– Для настоящих некромантов холод – не помеха, одевайтесь, – поторопил я их, решив следовать плану, чтобы Тартису не было к чему придраться.

Слова о настоящих некромантах приободрили мальчуганов, и они вновь забегали по комнате в поисках своих вещей.

– А вы правда агент КСБР? – не унимались они.

– Да, – привалился я к стене, скрестив руки на груди.

– Мы тоже станем агентами!

– Мы станем тайными шпионами!

– Мы уже давно стали шпионами-напарниками! – Они подмигнули друг другу и тут же вытащили из-за спины игрушечные кинжалы.

– Кем-кем вы стали? – Я заражал в голос, глядя на этих «напарников». – Да вы еще вчера в яслях были.

– Риса говорит, что к своей цели нужно идти с детства.

Наверное, в этот миг я принял довольно странное решение, разумно рассудив, что если развлекаться, то на полную, да и сейчас этот вариант казался мне наиболее выгодным:

– Малявки, вы правда хотите стать членами КСБР? – Я приподнял брови, а дети усиленно закивали. – Тогда давайте заключим сделку. Вы молчите о том, что ваша настоящая нянька задерживается, а я научу вас быть агентами. Будете агентами детского разряда.

Глава 2

После моего сногсшибательного и щедрого предложения объекты пришли в восторг и засыпали меня кучей вопросов, а я понял, что это именно то, что нужно. Сейчас они смотрели мне в рот и готовы были внимать всему, что я говорю, хоть и казались обидевшимися на весь мир:

– Правило первое – слушаться меня, – сказал я после прогулки, ходя по гостиной взад-вперед. В этот момент я сурово посмотрел на одного из парней, который хотел улизнуть с заднего двора. Потом перевел взгляд на второго, который начал кидаться снегом в первого. Обоих пришлось поймать, отвесить им подзатыльники, ущипнуть электрическим шаром за мягкие места и отвести в дом.

Парни сидели, насупившись и отвернувшись друг от друга. Мимолетом я глянул пояснительные записки Тартиса. Он утверждал, что братья не слишком хорошо ладят между собой и их нужно немного сблизить. Как сближали адептов боевой академии, я прекрасно помнил, но тяжелую артиллерию решил пока что попридержать.

– Мы кушать хотим, – заикнулись они, продолжая сидеть на ковре, когда я задумался над сложностью ситуации.

– Правило боевого мага номер два – завтрак, обед и ужин нужно заслужить. – Я хлопнул в ладоши, призывая мальчишек к действиям.

– И как именно его нужно заслужить?

– Покажите мне мою комнату, – попросил я пацанов, и они тут же вскочили с пола и рванули к лестнице, пытаясь обогнать друг друга.

– Я быстрее!

– Нет, я!

Я никак не отреагировал. Если ударятся, в следующий раз будут умнее.

Поднявшись на второй этаж, они застыли в некотором замешательстве, но провели меня к одной из дверей. По хитрым рожицам нетрудно было понять подвох, однако ведра с водой не последовало, да и комната выглядела вполне сносно. Не став заморачиваться на этом, я оставил чемодан и, прихватив список, в компании детей спустился на кухню.

Достав овощной салат и яичницу с беконом, которую приготовила их сестра на завтрак, я пришел к выводу, что и обед уже не за горами, а парнишки наверняка захотят есть уже через пару часов. Это я могу выпить укрепляющее зелье, заглушающее сон и голод, а вот они…

В этот миг монофон опять зазвонил, а у меня создалось ощущение, что Тартис подглядывает за нами из соседнего окна. Я задернул кухонную занавеску и, наблюдая за ребятами, которые болтали ногами под столом, стараясь задеть друг друга, ответил на звонок.

– Ты не слишком вовремя, я собираюсь готовить, – буркнул я, доставая из опасно шатающегося холодильника продукты.

– Миан готовит обед детям, теперь я видел в этой жизни все, – расхохотался Тартис, но тут же посерьезнел. – Тебе нужно приготовить обед, помни о соотношении белков, жиров и количестве витаминов. Следи за тем, сколько дети съели, и соблюдай дневные нормы соли, сахара и клетчатки. Только, пожалуйста, будь осторожен, это очень и очень непросто. Не забудь о фартуке и перчатках, и…

– Я похож на полного идиота? – спокойно спросил я, глядя на детей. Они уже закончили с завтраком и сейчас с восторгом игрались набором костей низшей нечисти, который немыслимым образом завалялся у меня в сумке. Ума не приложу, как так вышло, но он оказался весьма кстати. – Дети такие же люди, лишний кусок рыбы им не повредит. Чтобы приготовить простой обед, достаточно упорства и немного мозгов. Или, по твоему мнению, что-то из этого у меня отсутствует? Отключаюсь. – Я прервал связь, убирая монофон. Немного подумав и глядя на сырую рыбу, я скомандовал: – Подъем, напарники, у вас есть первое задание.

– И какое же? – Они заинтересованно повернулись ко мне. – Последить за человеком? Или за преступником?

– Почистить картошку, – указал я на мешок с овощами в холодильнике.

– Что? Картошка? – Их глаза широко раскрылись от удивления.

– Но тетя Дель говорит, что готовка – не мужское занятие, – с недоверием покачал головой не то Даскен, не то Тревис, – а мы мужчины и…

– Вашу тетку я не знаю, и она не права, – отрезал я, пока рылся в шкафах в поисках кухонной утвари. – Раз вы мужчины, то помогайте своей сестре готовить и сами учитесь. Ножи в руки и вперед. – Я протянул последние им. – Пока вы со мной, то отчасти будете себя сами кормить.

– Но зачем нам учиться готовить? Это ничего не даст нам в будущем, – поджав губы, замешкались братья.

– Скажите, вы хоть раз пробовали котлеты из огненной рубленой медузы?

Вначале на лицах проскользнуло удивление, и объекты побледнели, а представив эту картину – позеленели, однако задали встречный вопрос:

– А ты?

– Разумеется, – фыркнул я, оставив дополнительные комментарии при себе. Идея с медузой пришла ко мне в тот миг, как я увидел рыбу. – Будете готовить – и не такое сможете. По картошке и вперед, шевелите косточками.

– А нам правда можно? – казалось, они не верили в то, что действительно будут готовить.

– Нужно, – убедил их я, также вооружившись ножичком побольше, чтобы почистить рыбу

Когда я уже ловко начал соскабливать чешую с рыбины, то услышал неожиданный вопрос:

– Дядя Рот… а как ее чистить?

Тут-то я и понял, что дети не приучены к хозяйственной деятельности и вряд ли помогают сестре. Невольно вспомнил себя, как избалованным мальчишкой прошел экзамены в академию и, проклиная весь свет, ночью дежурил на кухне, чистя овощи. Вот она – суровая жизнь первокурсников. Это не как в книжках, никто не даст тебе в одиночку сторожить кладбище и отрабатывать заклинания – вначале дежурство на кухне, а потом уборка академических территорий и туалетов.

Я несколько по-новому взглянул на пацанят. Растут, как сырки, которые не только катаются в масле, но которых их еще сверху им же поливают. До чего ж знакомо.

– Значит, так, – отложил я рыбину и, подвинув скрипучий стул к столу, взял в руки картошину. – Берете картофель среднего размера или чуть меньше. Мы будем готовить рыбу с овощами. Вы же в курсе, что картошка – овощ? – уточнил я на всякий на случай и получил утвердительные кивки. – Прекрасно. Берете и делаете небольшой надрез.

Все я показывал на практике, и мальчики тут же принялись повторять мои действия.

Так как риск порезаться у деток был высок, я всё же решил немного поколдовать и наложил на кухонные ножи парочку заговоров. Во-первых, чтобы они стали поострее, а то половина тупые, как пробки, во-вторых, чтобы резали они только продукты и не травмировали хозяев. Детям это сберегло парочку пальцев, которые, на мой взгляд, лишними не были.

Чистили мальчики кривовато, срезая много лишнего, но начинать с чего-то стоило. Я не забывал поддерживать их мотивацию словами о том, что шпионами быть непросто.

– Дядя Рот, а что вы умеете? – Дети вообще не привыкли молчать или делать что-то в тишине. – Можете ходить на цыпочках?

– Зачем мне ходить на цыпочках? – Я продолжал заниматься разделкой рыбы, раздумывая, стоит ли провести внутренний разбор ее органов или для первого дня это будет слишком.

– Чтобы двигаться бесшумно, – пояснили мне с неким снисхождением.

– Для этого не нужно ходить на цыпочках, – развеял я забавный миф.

Некоторое время дети сидели, переглядываясь и хмурясь, видимо, переваривая информацию.

– А вы нам покажете?

– Зависит от вашего послушания, – продолжал я манипулировать малютками, придя к выводу, что сидеть с детьми не так уж и трудно.

– Но мы и так вас слушаемся, – надулись они, и кто-то из них пихнул под столом ногой другого.

Ссориться парням я не мешал, однако сурово посмотрел, когда шум возни стал нарастать.

После того как с картошкой было покончено, позвал пацанят к кухонному гарнитуру, чтобы показать, как быстрым и эффективным методом избавить рыбу от костей. Так как они были не слишком высокими, то чтобы наблюдать за ходом работы, им пришлось пододвинуть стулья.

– Доставайте соль, перец и все другие специи, – скомандовал я, принявшись за поиски противня.

Хозяйничать на чужой кухне было не то что бы неприятно… скорее слишком неудобно – не знаешь, где что лежит и лежит ли вообще.

Сейчас мы с объектами наблюдения были в одной лодке – я ничего не знаю, и они тоже. Поэтому ингредиенты искали дружной троицей. Мелкие предлагали позвонить сестре, но я отказался, решив, что это сущий пустяк, ради которого не стоит отвлекать людей от нормальной работы.

Кое-как мы нашли необходимые специи и поставили рыбу в духовку.

– Не трогать, –– шикнул я на блондинчика, чья ручонка уже потянулась к рычажкам на плите.

В этот же миг ко мне пришла отличная мысль. В конце концов, я буду здесь целую неделю, нужно же мне как-то различать этих некромантиков, а потому стоит их обозначить.

– А сестра вас не путает? – уточнил я у них, решив переместиться в игровую, пока рыба готовится.

– Она говорит, что мы не похожи, и никогда не путает нас. Риса всегда замечает, если мы хотим поменяться местами, – бодро ответили они, глядя на меня с неким предвкушением.

Пока что я дал детям полистать их же книги, но они слабо заинтересовали сорванцов, и те просто делали вид, что заняты, продолжая общаться со мной.

– Хорошо. – Я понял, что сестре, как родственнице, проще с этим. – А тетя? – вспомнил, что в доме, помимо хозяйки, живет и ее подруга, которую дети величают тетей и о которой очень тепло отзывался Тартис.

– Она через раз отгадывает. Чаще всего на пробор смотрит. – Мелкие указали на волосы, а мне пришлось подметить, что прически действительно разные, но не настолько, чтобы запомнить это как главное отличие. – Дядя Рот, а вы под иллюзией? Можете снять ее? А вы как шпион выглядите? Или вы под прикрытием и вам нельзя показывать свое лицо? – Детей интересовали совсем другие вещи.

– Пока я ваша нянька, иллюзию не сниму, – покачал я головой, не желая раскрывать все карты в первый же день.

– Ну ладно… – буркнули они, а я наконец-то решил:

– Значит, так, – взял я с детского столика, который, видимо, был предназначен для поделок, два маленьких квадратика разных цветов на самоклеящейся бумаге. – Даскен приклеивает на лоб красный, Тревис черный.

Мальчики удивленно посмотрели на меня, но согласно приклеили квадратики, а я тут же зачаровал их магией, чтобы они не вздумали подшутить и поменять их местами.

– Что мы будем делать теперь? – уточнили дети, а я подумал, что откладывать обещания негоже, да и пока у нас есть свободная минутка, стоит показать им некоторые рабочие приемы.

Я подмигнул и в следующий миг уже стоял у них за спиной, положив руки на плечи.

– Ух ты, – подпрыгнули пацаны от восторга. – Дядя Рот, научите и нас! – заканючили они, а я нравоучительно подметил:

– Быстрота движений – залог успеха. Снимайте носки, будем учиться плавно ходить.

***

Я всегда думал, что работа нянькой ужасна и отвратительна, и в первое время мне действительно так и казалось, однако пару часов спустя я перестал ассоциировать себя с сиделкой и начал воспринимать парнишек новичками в академии. Грубо говоря – мне нужно показать, чего стоит жизнь тайного агента и нужно ли это им. Я не упустил шанса подметить вслух, что лучше агент КСБР, нежели няня. Пацаны оказались вполне послушны. Да и я, стоит признаться, не встречал тех, на кого бы не подействовало мое убеждение и жесткий тон. Не то что дети, взрослые не ослушиваются моих приказов.

В общем, я старался воспринимать этот цирк как интересный жизненный опыт, который пригодится мне в работе в далеком будущем. Здравый смысл намекал, что воспитание детей и их досуг заботой агента не станет, но приходилось напоминать себе, что все это ради любимого друга.

С опознавательными квадратиками на лбах я стал различать деток и даже запомнил имена – Даскен и Тревис. Пару раз они пытались начать драку и устроить беспорядок, но любые капризы пресекались небольшими и совершенно безболезненными, скорее обидными, молниями по попе. Тревис все время хотел учинить что-нибудь, а Даскен всегда был готов поддержать или стукнуть в ответ. Короче говоря – братья.

Мальчишки были еще малы, всего шесть лет, а потому на сегодня в шпионский кодекс, который они стали вести, мы записали лишь одну тему. А вообще меня приятно удивило, что они уже умеют хорошо читать и писать. Видно, что избалованы и, может быть, капризны, но еще лучше видно, что ими занимаются.

И все шло хорошо, и я даже мог сказать, что день выдался неплохим, если бы не один звонок монофона. И в этот раз это был не Тартис.

…Риссет Форс…

Мне было несколько неловко перед нянем из-за того, что сразу пришлось убежать на работу, и я не смогла толком посвятить его во все подробности и показать дом.

К слову, меня несколько беспокоило то, что незнакомый мужчина останется в доме с Даскеном и Тревисом. Все ли будет в порядке? Репутация у господина Лирента, как и у его агентства – прекрасная, но все же…

Он нянь и профессионал своего дела – сможет приглядеть за близнецами. Но все же наставник мальчиков был не единственной причиной, которая меня беспокоила.

– Госпожа Форс, что по работе? – спросила коллега, заходя в мой кабинет.

– Ничего утешительного, – покачала я головой, вновь проверяя отчеты.

Вчера буря немного стихла, и я без проблем добралась до работы на машине, но сейчас метель стала еще сильнее, на улицах начиналась настоящая пурга, которая в этот раз точно не планировала успокаиваться. Уверена, мальчикам и господину Лиренту не то что не удастся погулять в ближайшие дни, не получится даже выйти на улицу. Но и это не самое главное…

Я покосилась на метель за окном. Как мы с Дель доберемся до дома? В столь плохую погоду порталами запрещается пользоваться из-за скачков магического фона, да и нет их у нас. А на машине… если в течение часа показания не изменятся, то дорогу перекроют…

Я начала беспокоиться и от волнения кусала губы, боясь, что сегодня не смогу попасть домой. Такого раньше никогда не бывало, а потому я не знала, что делать. Как я могу свалить на господина Лирента такую ответственность в первый же день? Даже не так. Как я могу оставить мальчиков на целый день и на всю ночь одних в доме с новым и чужим человеком?

Надеясь, что в городе погода получше, я, глядя на красные и бурые линии в отчете, позвонила Дель, чтобы она постаралась прийти сегодня домой пораньше.

– Риса, у нас за окном ничего не видно, да и еще и какие-то перебои со светом, – чуть обреченно пробормотала она. – Даже соседний бутик не вижу, а снаружи все завывает. Посетителей нет, все по домам или на работе. Я собиралась переночевать в пекарне наверху, сомневаюсь, что смогу дойти до дома в такую метель.

– Вот как… – пробормотала я, находясь в смятении.

– Что с погодой? Когда все стихнет? Ты не можешь пургу разогнать? – шутливо уточнила Дель, прекрасно зная мой ответ, а за окном вновь раздался свирепый рев ветра.

– Не могу, этот циклон пришел с севера, – все же пояснила я, покачав головой и признавая, что кроме прогнозов, сейчас не в силах что-либо сделать.

Разогнать облака, мешающие перелетам, справиться с дождиками и небольшими снегопадами в нашем районе – не особо сложно, но более серьезные вещи с погодой я не в силах предотвратить. По крайней мере, не в одиночку. А других погодников в компании нет, у нас работают только стихийники.

– Я переживаю за детей, – призналась я, массируя виски. – Как они будут дома одни?

– А в чем проблема? – не поняла моих метаний Дель. – Не ты это устроила, и ты ничего не можешь поделать. Объясни ситуацию, уверена, Тартис поймет, – здесь она чуть мечтательно вздохнула.

Мне пришлось подметить очевидное.

– К тому же он живет с нами. Ты права, просто это кажется мне не совсем правильным. – Я неопределенно качнула головой и поспешила попрощаться с подругой. – Если будет затишье, то постарайся, пожалуйста, вернуться домой.

– Посмотрим по погоде. А хочешь, я сама позвоню няню? – с ноткой кокетства предложила Дель, а я фыркнула:

– Сама позвоню. Хочешь пообщаться – иди домой.

Наконец попрощавшись с подругой, я, не откладывая дело в долгий ящик, позвонила наставнику. Господин Лирент отправил мне сообщение о том, чтобы впредь я звонила на его номер для работы. Не став пренебрегать советом, связалась с ним по указанным магическим потокам. Ответил мужчина почти сразу же, и его голос показался мне чуть ниже, чем при прошлой беседе по монофону. Не уделив этой мелочи должного внимания, я принялась объяснять ситуацию.

Извинившись, что обстоятельства сложились таким образом и в первый же день ему придется провести с детьми больше времени, чем мы договаривались, я дала несколько советов и спросила, все ли у них хорошо. Мужчина был необычайно краток и сдержан, видимо, полностью погрузившись в работу. В конце концов, я попросила позвать близнецов, чтобы поговорить и с ними.

– Привет Риса, – слаженно поздоровались они со мной, а я облегченно выдохнула, радуясь, что все идет гладко и у них все хорошо.

– Привет, мои хорошие, – не смогла я сдержать улыбки. – Как вы? Не скучаете по мне?

– Нет, не скучаем. Нам хорошо с дядей Ротом, – уверенным тоном сказала малышня, а я даже не сомневалась в их ответе, однако не совсем поняла, при чем здесь какой-то Рот.

– Я рада. Возможно, мне сегодня придется задержаться на всю ночь на работе, поэтому не ждите меня. Ложитесь спать пораньше и слушайтесь господина Лирента, хорошо?

– Хорошо, – ответили они молниеносно, и я с чувством удовлетворения попрощалась как с братьями, так и с их наставником.

Я с улыбкой убрала монофон, потому что верила, что Даскен и Тревис в надежных руках некроманта.

…Стротомиан Вердис…

Перспектива провести с мальцами всю ночь, сказать откровенно, не впечатляла. Единственное, что выручало – сегодня у меня выходной. Хоть я и «живу» здесь, собирался каждый вечер возвращаться домой, и сейчас планы накрылись если не медным, то деревянным тазиком.

Весь день мы с парнями играли в шпионов, и они оттачивали навык бесшумных передвижений. Приготовили рыбу и поели. И в девять я решил, что пришло время укладываться спать. И если до этого я мнил себя героем и самым профессиональным усмирителем детских созданий, то сейчас мои иллюзии рухнули.

– Мы не хотим спать. – Дети показательно плюхнулись на пол, забарабанив ногами.

– Ваша сестра сказала уложить вас ровно в девять. Что вы предлагаете мне делать, если она внезапно вернется или попросит сделать снимок на кристалл записи? Мамаши в наше время очень продуманные, – подметил я, магией поднимая их с пола.

Я искренне сомневался, что их сестра будет вести полный контроль, однако мотивацию и аргументы придумать стоило. Перевернул лист длиннющего плана и перешел к графе «ночь». Единственное, за что я был благодарен Тартису, так это за то, что он не пожалел нескольких часов и по пунктам расписал мне режим полной заботы о нежных созданиях.

– Вы зубы чистите? – уточнил я, а парни тут же покачали головами, из-за чего я быстро пришел к нужному мне выводу. – Значит, чистите. Идите в ванную и занимайтесь своими водными процедурами, – отправил я детей, решив приготовить их спальню ко сну.

Тартис настаивал на пятнадцатиминутном проветривании и схлопывании одеял от осевшей на них за день пыли. А также он просил убрать из спальни все отвлекающие факторы, такие как игрушки, книжки и другие вещички, которые могут попасть в поле зрения ребенка. В этом даже я видел разумное звено, а потому парочкой пасов привел комнату близнецов в порядок. Также по совету друга требовалось заранее чуть приглушить свет и взбить подушки.

Когда я закончил все шаманские танцы вокруг кроватей близнецов, имея вместо бубна список в руках, мальчики вернулись из ванной, однако я тут же заподозрил неладное. Лица, как и ладони, были абсолютно сухими. В то, что парни вытерлись, я верил слабо, поскольку за сегодняшний день отметил, что они не вытирают руки после мытья, а просто размахивают ими, как ветряные мельницы.

– Ну-ка дыхни, – попросил я Даскена, присаживаясь на корточки. Он тут же скосил хитрые глаза в сторону. Ароматом пасты от ребят не веяло, хотя я уже осмотрел дом и обратил внимание, что паста у них известного бренда с ярко выраженным освежающим вкусом. – Спрошу лишь один раз – вы почистили зубы? – Я чуть прищурился, глядя на близнецов с отличительными квадратиками на лбах.

Мальчишки, улыбнувшись мне аки яркие солнышки, закивали.

– За что? – взвыли они, когда я отвесил обоим своевременные подзатыльники.

– За вранье, – пояснил я. – Пойдемте, буду учить вас чистить зубы, а то я смотрю, вы и этого делать не умеете.

– Мы не хотим, – в своей излюбленной за день манере они плюхнулись на пол, а я по изученной схеме, словно котят, поднял их магией за шкирку. Отведя таким способом в ванную, приказал:

– Шевелите косточкам и чистите.

– Мы не хотим чистить зубы. Мы их уже чистили, – в этот раз они оказались проворнее и, почувствовав, что магия ослабла, рванули вперед, запрыгнув в ванну и задернув шторку.

Я какое-то время стоял в размышлениях. Пусть это станет проблемой кого-нибудь другого, а не моей. Да и подустал я уже…

– А как насчет состязания? – Внезапная идея показалась мне сносной.

– Какого? – Заинтересованные мордочки выглянули из-за шторки.

– Кто быстрее почистит зубы, тот может их не чистить, – ляпнул я первое, что пришло в голову.

Мальчики почти выпрыгнули из ванны, как тут же замерли, обдумывая сказанное.

– Но… – Тревис смешно нахмурился, сведя бровки домиком. – Тогда нам обоим придется их почистить?

– И когда их будет можно не чистить? – поддакнул Даскен и чуть обиженно воскликнул. – Дядя Рот, это нечестно!

– Я должен был попробовать, вдруг бы поверили, – равнодушно пожал я плечами, совсем не расстроившись. – Раз так, то, – направил в пацанят поток воды, отчего они весело взвизгнули, – будем не только чистить зубы, но и принимать ванну.

Мальчики очень раззадорились из-за внезапного купания и попросили принести им игрушки. Оставлять двоих детей одних в ванной было для меня верхом безрассудства, а потому я создал им несколько иллюзий пятиглазых акул.

Близнецы попросили потереть их мочалкой. Не знаю почему, но я согласился, за что тут же поплатился и был наглейшим образом облит водой. Невольно порадовался, что это не мой любимый костюм, а лишь одежда Тартиса.

На самом деле, силы под конец дня у меня заканчивались. Работа няней все же оказалась утомительной, не столько в физическом, сколько в эмоциональном плане. Даже ночные тренировки выматывали меня меньше, чем одно купание с двумя детьми. В какой-то момент уважение к их сестре и тетке возросло.

Магией отнеся детей в спальню, я уложил их по постелям. Но так просто уйти мне не дали.

– А сказку? – схватили дети меня за руки, захлопав аки совы глазками.

– Ага, может, еще погулять? – Я устало плюхнулся в мягчайшее кресло, словно специально стоявшее между кроватями для утомившегося человека. Очень продуманно.

– А можно? – тут же загорелись дети жаждой действий, а я вздохнул и магией вновь уложил их, накрыв с головой одеялом.

– Спать.

– Но мы никогда так просто не засыпаем, – никак не желали они соглашаться с моими планами.

– А я-то что должен сделать? – Я поочередно посмотрел на Даскена и Тревиса.

– Расскажи нам сказку, – попросил Даскен.

– Или просто поговори с нами, – поддержал брата Тревис, а я лишь устало вздохнул, вновь натягивая на них откинутые одеяла.

– Когда вырастем, мы мечтаем уехать заграницу, – мечтательно вздохнул Даскен.

– Мы поедем к оркам! – воскликнул Тревис, заерзав в постели и устраиваясь поудобнее.

– А язык вы уже учите? – Я приподнял брови, выражая сомнения насчет данного мероприятия. Следуя просьбе поговорить, все же решил поддержать беседу. – Не советую.

– Почему? Риса против, но мы все равно хотим. Разве это так сложно? – Они синхронно наморщили лобики.

– Говорить на орочьем – это как ходить по минному полю. – Я тут же скривился и поспешил привести пример. – Неправильное окончание, и вместо: «Почем эта брошь?» ты спросишь: «За сколько вы продадите мне свою дочь?». За такое от тебя не то что мокрого места – пыли не останется, поэтому это плохая идея. Дальше.

– Тогда… – Кажется, мальчишки прониклись и всерьез задумались. – Как насчет заозерных эльфов?

– Там темных любят – все за вас сделают и жениться на своих девицах заставят. Если хотите обзавестись отпрысками, то пожалуйста. Получится хорошее потомство темных магов.

– Драконы? – немедля предложили юные дарования.

– И что вы делать с ними будете? Летать? Эти крылатые ничем не лучше, только еще вреднее и злопамятнее, – отмел я и этот вариант. – К тому же они утратили свои силы, и сейчас это просто животные и деликатес. Куда там ехать?

– Лепреконы? – не сдавались мальчишки, параллельно ведя беседу и между собой.

– Бред похуже орков. Начать вести собственный бизнес и торговлю у орков проще, чем выучить алфавит и письменность лепреконов. У нас все просто, слог – пара букв, но они, чтобы обозначить слог, используют восемь разных комбинаций на всякий случай. А счетные суффиксы и отдельное наклонение для денежных единиц? Как вам такое?

– Дядя, неужели ты отговариваешь нас ехать заграницу? – Наконец с долей обиды воскликнули малыши.

– С чего бы это? – Теперь изумился я и добавил ясности в уже сказанное. – Валите куда хотите, но пока дома просиживаете памперсы – учите языки. Начинайте с темного склонения и мертвого наклонения – универсальная вещь. Их знает вся нежить и все темные маги любого государства. С этими двумя вещами точно не пропадете, да и в академии будет легче, – дал я им действительно стоящий и полезный, на мой взгляд, совет.

– Правда? А ты можешь что-нибудь рассказать про академию и про шпионов? – тут же воодушевились дети, а я понял, что если начну что-то говорить, то уснуть у них точно не выйдет.

– Время вашего общения вышло, – скомандовал я, хлопком гася свет. – Спите.

То ли мальчишки почувствовали мое настроение, то ли для них и так день сегодня выдался насыщенным, но буквально через десять минут они тихо засопели.

Осторожно поднявшись с кресла и переключившись на ночное зрение, чтобы не споткнуться и не включать свет, я выскользнул из комнаты. Немного подумав, повесил на спальню некромантиков несколько сигнализаций на случай их пробуждения.

Пройдя в указанную комнату, я невольно отметил, что на комоде стоит довольно много женских вещей. Решив, что разберусь с этим позже, рухнул в постель.

Вместо нескольких часов мне пришлось провести с детьми весь день. Конечно, не на такое я подписывался, но не могу сказать, что день оказался плохим. Скорее наоборот. Признаюсь – ожидал, что все пройдет намного хуже, и я буду настоящим монстром, но.... Но дети оказались совершенно не страшнее и не опаснее лича в боевой трансформации. И чем-то им все же удалось меня зацепить, раз я провозился с ними весь день. Возможно, они окунули меня в далекое прошлое, напомнив, что я не всегда был агентом и крутым некромантом и когда-то точно также качал права в родном доме и играл резиновыми уточками.

Хоть я и говорил, что если дети не твои, то они сущий кошмар, но один день в роли няньки заставил меня слегка изменить собственные правила.

Задумавшись о том, кто же такие дети, я погрузился в сон, желая, чтобы местная пурга наконец закончилась, а простуда Тартиса волшебнейшим образом излечилась сама собой.

***

В пять утра я проснулся не по будильнику. Не по звонку высшего начальства, которое вызывало меня на срочное дело. И даже не по сигналу тревоги повышенной опасности.

Я просунулся, потому что проснулись дети и утренняя сигнализация известила меня об этом ровно в пять часов и три минуты. Именно в этот момент я понял, что не справился вчера с ролью няньки. В ином случае эти парни должны были отбросить косточки и спать, аки скелетики в могилке – тихо и долго, а не…

– Дядя Рот, вставайте! Мы проснулись, – задолбили с громким криком за соседней стенкой бодренькие по голосу близнецы.

Потерев глаза и твердо решив, что сегодня умотаю их до такой степени, что под конец дня ноги у них подкосятся от усталости, я поднялся и чуть тоскливо покосился в сторону окна. По моим ощущениям, вчерашняя метель, из-за которой ни одна из хозяек так и не вернулась домой, утихать не планировала. Это не радовало.

Схватив из чемодана Тартиса свитер, я поглядел в зеркало. Олень на свитере выглядел точно так же, как олень в отражении. Увы, но, из-за покосившейся и помятой после сна иллюзии, лицо Тартиса иначе назвать не получалось.

Выправив внешность и пригладив вечно торчащие рыжие волосы друга до той степени, которую я считал более-менее приемлемой, вышел из комнаты.

За дверью меня уже ждали близнецы с хитрющими-хитрющими улыбками. Такими, словно они не задумывали пакость, а уже сотворили ее и лишь ждали момента, когда я на нее наткнусь. Это заставило меня немного напрячься, и я тут же просканировал дом на предмет магических неполадок. Но таковые обнаружены не были.

Я никак не прокомментировал выражение их лиц, и мы дружной компанией направились в ванную. Бунт с чисткой зубов повторился, а я все не мог понять, в чем проблема. Может, стоит попробовать заменить им пасту или щетки?

– Если не будете чистить зубы, то у вас не будет белоснежной улыбки, а если у вас не будет белоснежной улыбки, то вы не сможете очаровывать ею девушек, – решил я зайти с другого берега, думая о том, что сказал бы мой друг в данной ситуации. Как я сделал вывод – с детьми стоит быть дипломатичным и пытаться их как-то направлять к нужным решениям. Но в противном случае можно и отвесить подзатыльник магией. И не только. Если человек не понимает, то лучше сразу объяснить на практике, нежели распинаться.

– Правда? – Они чуть удивленно переглянулись и пришли к довольно странному решению. – Нужно будет рассказать об этом тете Дель.

– А умеете зубы магией чистить? Хотите, покажу? – вновь прибегнул я к хитрости и все же смог их заинтересовать.

Встав рядом с ними у зеркала, я щелкнул пальцами, и на все три щетки бутылочка выдавила одинаковые порции пасты. Щетки сами подплыли к нам и стали начищать зубы. Ничего сверхъестественного, немного магических потоков и левитации. Все агенты делают так при спешке. Тридцать секунд данной чистки заменяют пять минут самостоятельных натираний.

После этого мы все ополоснули рты. Мальчики удивленно рассматривали свои зубы, а после поглядели на меня с щенячьим восторгом:

– И все? – Казалось, они не верили своим глазам. – И не нужно три раза споласкивать рот? – Они чуть ли не прыгали на месте.

– Именно. – Я коротко кивнул, вытерев лицо полотенцем, которое, как и щетку, взял у Тартиса.

– Как здорово. – Братья захлопали в ладоши и уже были готовы убежать из ванной с криками. – А теперь завтракать!

– Какой «завтракать»? – хмыкнул я, в этот миг оказавшись в проходе и преградив им путь. – Забыли о том, что еду нужно заслужить?

– Мы уже чистили картошку, – не согласившись со мной, покачали они головами, а мне пришлось развеять их наивное заблуждение:

– Заслужить завтрак нужно не только готовкой. Готовку вы должны воспринимать как свою прямую обязанность и помощь старшей сестре. Думаете, ей легко каждый день готовить вам в одиночку?

– Чаще всего готовит тетя Дель, – вставили близнецы свои пять монет.

– Неважно, кто из девушек готовит, в этом доме вы – мужчины. Вы должны помогать всем, чем сможете. – Я присел на корточки перед ними, решив раз и навсегда прояснить этот вопрос. – Поэтому готовка – ваша помощь и забота о девушках. Именно так поступают настоящие мужчины. Они должны заботиться и оберегать их от тяжелой работы, даже если она заключается в домашних хлопотах. Поняли? Вы не должны позволять носить им тяжести, должны следить, чтобы они не ели вредную пищу и высыпались. Понимаете? То, что вы еще дети, не освобождает вас от помощи.

Несколько секунд братья смотрели на меня, нахмурившись. Сказанные мной слова, очевидно, разнились с тем, что они привыкли слышать. Однако это лишь мое мнение. Их сестра хотела некромантов и мужчин? Тогда это именно те вещи, которые я сказал бы, будь меня сын. Да, им всего по шесть лет, но этого возраста достаточно, чтобы понять некоторые вещи и запомнить их. Более того, я готов поспорить, что даже будь мальчикам не шесть, а тридцать шесть, ценности и взгляды всегда можно поменять. К счастью, все то, что я сказал, повторять вновь в ближайшее время мне точно не придется, ведь это лишь исключительная жизненная ситуация.

– Мы… – Они немного замялись, видимо, подбирая слова, однако по лицам нетрудно было понять, что братья говорят предельно серьезно, – будем стараться, – гордо проговорили некромантики, вытянувшись по струнке и сложив руки по швам. – Мы будем заботиться о Рисе и тете Дель.

– Вот и прекрасно, – утренняя покладистость, как ни удивительно, мне нравилась, и я перешел к сути изначального вопроса. – Итак. Зарядка. Десять приседаний, десять прыжков, десять отжиманий и планка минуту. Каждый день будем добавлять по одному. Приступайте, – хлопнул я в ладоши, указав им на пол.

– З-зарядка? – переспросили они с нескрываемым сомнением.

– А что, вы и её не делаете?

Да, я не видел упражнений ни в рекомендациях сестры, ни в списке Тартиса, однако считал, что мальчишкам, особенно их возраста, в первую очередь важна не некромантия, а физическая активность. У магов-детей зарядка и тренировки равноценны хорошим медитациям и заменяют многие часы практик укрепления магического фона. Чем он стабильнее, тем проще осваивать магию. За нее и браться не стоит, пока нет хоть какой-то основы. Из-за её отсутствия выплески силы и происходят, да и вообще парням полезно позаниматься. Решив после обсудить данный вопрос с Тартисом, я поторопил их:

– Вы видели хоть одного пухлого некроманта? – уточнил я, начав разминать кисти.

– Нет, они всегда тощие, как скелеты, – покачали они головами, а я сделал вывод:

– Именно. А это значит, что все некроманты занимаются спортом.

– Но, дядя Рот… вы совсем не тощий. – Даскен ткнул в меня пальцем.

– Это иллюзия такая, – закатил я глаза, решив после намекнуть другу, что он не соответствует детским ожиданиям и образу идеального некроманта. Впрочем, я и сам не лучше.

– А вы? – продолжили интересоваться мальчики, повторяя за мной движения.

– Что «я»? – немного отвлекшись, я не понял сути вопроса.

– А вы тощий? – покладисто повторили они, начав приседать.

– Я не тощий, у меня мышц много, – усмехнулся я, уже закончив свой первый подход упражнений. Я делал сам, но и не забывал шикать на мальчишек. – Ты не мешок картошки, держи спину прямо и не отрывай ноги от пола. Руки вытягивайте вперед.

– А покажете? – Когда я начал отжиматься, наглые мордочки залезли мне на спину. – А так сможете отжиматься? – хихикнули они.

Груз из двух детских тушек. Но все же тушки в мои планы не входят, однако авторитет и высокую планку в глазах деток сохранять стоило, поэтому я снисходительно фыркнул:

– Разумеется. Вы ничего не весите для меня.

С последним я, конечно, слегка преувеличил, поскольку после восьмидесяти раз отжиматься стало чуть тяжелее. Решив избавиться от груза и напомнить о том, что они еще свою норму не выполнили, согнал мальчишек со спины.

Если с приседаниями, прыжками и прочими забавами трудностей не возникло, то руки у братьев оказались совершенно не тренированными.

– Ниже. Руки в локтях сгибай.

Я наблюдал за ними, словно коршун, рыкая и поправляя неправильные движения. Некромантики были послушны и принимали всю критику с пользой, не устраивая истерик. Это меня приятно удивило, я ведь думал, что тренировка вызовет больший ажиотаж, а на деле даже чистка картошки была для них более странной вещью. Работы с ними много. Интересно, мои преподаватели так же себя чувствуют, когда к ним приходят первокурсники?

Отправив чуть вспотевших парней умываться, я открыл холодильник, и в этот же миг завибрировал монофон. Не глядя на магическую ауру звонящего, я ответил:

– Не волнуйся, у нас все хорошо, можешь не звонить так часто.

– Доброе утро, господин Лирент, – чуть ошарашенно раздался в ответ женский голос. – Я… кхм… конечно, рада, что у вас все хорошо, но я думаю, было уместно позвонить вам сейчас.

Мысленно поморщившись и обругав себя за небрежность, с которой ответил на звонок, я поспешил прояснить ситуацию:

– И вам раннего утра, госпожа Форс, – поздоровался я, пытаясь понять, почему она не спит. Ладно у меня дети проснулись, но она-то зачем в такую рань вскочила? – Простите, я обознался. Не взглянул на ауру спросонья, – решил прикрыться ранним пробуждением, а не своей невнимательностью.

– Я так и подумала, – коротко и сдержанно сказала сестра близнецов и поспешила выспросить подробности вчерашнего дня. – Как вы, господин Лирент? Как провели эту ночь? Смогли уложить мальчиков? Они не слишком утомили вас? Что вы можете сказать? Выявили ли вы какие-нибудь пробелы в их знаниях? Какую оценку вы можете мне дать? Соответствует ли их уровень магического потенциала возрасту? У вас есть советы? Вам всего хватает?

Я слушал девушку одним ухом, вторым прислушивался к звукам в ванной, где сейчас умывались братья. Одним глазом рассматривал содержимое холодильника, вторым пытался разглядеть странные прожоги на полу кухни. Одной рукой придерживал шатающий холодильник, второй доставал вчерашнюю рыбу, которая была довольно большой и которую мы еще не прикончили. Короче говоря, каждая из моих частей тела работала отдельно, стараясь выполнить как можно больше функций сразу.

А также я понял, в кого братья такие тараторки. Госпожа Форса решила завалить меня вопросами сразу же, не давая вставить и слова. Как я буду отвечать на все это, я представлял слабо. Я, конечно, легко подстраиваюсь под ситуацию, и выдумать что-нибудь не составит труда, однако сейчас у меня есть заботы понасущнее – чем кормить на обед этих пацанят? Опять готовить? Можно, конечно, но…

Задумавшись над тем, стоит ли попросить надбавку за готовку к зарплате друга, я спросил:

– Когда вы сможете приехать?

– Надеюсь, ближе к вечеру погода чуть утихомирится, и я смогу вернуться домой, – уверенности в ее голосе не было, и это совершенно меня не обнадеживало.

Её «надеюсь» в переводе для меня означало – посидеть со «шпионами» еще одни сутки. Это плохо. Ой как плохо. У меня вечером смена с распределением заданий. Брал я всегда третьего уровня, чаще всего уезжая за пределы Ромарина, но…

– Что у нас на завтрак? – поинтересовались близнецы, придя на кухню и сев за стол.

– Рыба, – ответил я, быстро подогревая ее магией и ставя на стол. К счастью, привередами они действительно не были.

Но, кажется, в этот раз из-за двух блондинчиков и одного рыжего няня придется из заданий для агентов взять что-то попроще и желательно с неточными сроками. Неизвестно, когда Тартис поправится, а потому загадывать заранее ничего нельзя.

Как быть с вечерней сменой, собранием и некромантиками, я пока что представлял плохо.

Плотно позавтракав и наконец доев рыбу, я предложил истинным мужчинам помыть за собой посуду. Они вначале сопротивлялись, но пришлось подсказать, что с изучением магии они смогут делать это бытовым заклинанием, а до тех пор придется работать ручками.

Наблюдать за тем, как один моет посуду, стоя на коленях на табуретке, а второй вытирает и складывает ее в шкаф, было забавно. Но еще забавнее было видеть их лица, для мальчишек все происходящее было в новинку.

– А Риса говорила, что мы из древнего аристократического рода. Я слышал, что аристократы не моют посуду руками, – решил пофилософствовать на эту тему Тревис, намыливая тарелки.

– Посуда закаляет характер – раз, – загнул я один палец и следом второй, – а два – все вопросы к сестре. Я вам не служанка, чтобы после вас еще и посуду мыть.

– А как же аристократическое происхождение? – уточнил Даскен, повернувшись ко мне и убирая кружку на самую верхнюю полку, встав на цыпочки.

– А что вообще значит аристократическое происхождение в наше время? Все стало намного проще и это не имеет никакого смысла. Если не хочешь сам мыть посуду, то вырасти и найми того, кто будет это делать, – припечатал я.

– Получается, когда я вырасту, мне нужно будет нанять слуг? – вновь нахмурился Тревис, а я порадовался, что нацепил на них опознавательные квадратики. – Я хочу вырасти и ничего не делать.

– Лучше всего, когда у тебя отдельно есть няня, повар и домохозяйка. Еще бы садовника, темных прислужников и пятьсот неупокоенных душ, которые при жизни были слугами. Но даже так тебе все равно не удастся ничего не делать.

– Почему? – Казалось, Тревис со мной не согласен, а я не понял, откуда у таких малюток желание поскорее вырасти и отдохнуть.

– Потому что надоест. – Мне пришлось признать очевидное и нравоучительно подметить: – Ты должен радоваться любым проблемам, которые встречаются на твоем пути.

– Но разве проблемы — это здорово?

– Если у тебя есть проблемы – это значит, что ты еще не умер. Шестая истина некромантов.

– А почему шестая? – Парни смотрели на меня, на секунду забыв о том, что заняты посудой.

– Так исторически сложилось, – пожал я плечами и, полистав список дел от Тартиса на второй день, поторопил их. – Давайте быстрее, у нас много планов на сегодня. Если хотите всё успевать – привыкайте делать всё быстро.

– Но Риса и тетя Дель говорят, что лучше делать медленнее, но качественнее, – вновь противопоставили мне в пример хозяек.

– Эти два критерия нельзя различать по времени и качеству. Просто работайте и следите за тем, сколько вы готовы потратить на это времени и сколько тратите на это на самом деле. И постепенно подгоняйте время выполнения под те рамки, которые хотите сами. Речь здесь, конечно, не только о посуде. Да и дело наживное. Попробуйте и поймете, о чем я. Кстати… – Я замер, вспомнив интересную подробность. – А где ваша тетя? Вы что-то говорили про пекарню?

– Ага. – Даскен кивнул и смог слегка удивить меня. – У Рисы и тети Дель своя пекарня. Риса на работе, а тетя всегда там.

– Имеешь в виду, что они владелицы? – уточнил я для большей ясности и вновь получил утвердительный кивок.

Это объясняло некоторые детали и стало понятно, что девушки не только близкие подруги, но и партнеры по бизнесу.

Некоторое время мне потребовалось, чтобы обдумать ситуацию, и наконец в моей голове сложилась картинка, которую я бы без преувеличений мог назвать идеальной, а потому спросил напоследок:

– А далеко ли эта пекарня?

***

– Святые небеса! – воскликнула девушка с высокой прической и темными волосами с небольшой рыжиной.

– И вам того же. – Я сухо кивнул, подозревая, что эта девушка в фартуке и является тетей близнецов. – Раздевайтесь, – скомандовал я парням, которые были укутаны во все одежды, которые только нашли.

Я разумно рассудил, что раз девушки не идут к нам, то мы пойдем к ним. Да, дует. Да, снежок. Ничего страшного. Медленно, но дошли. Пару раз Тревиса чуть не сдуло, но я привязал парнишек к себе нитями магии, поэтому до пекарни добрались в полном составе.

– Господин Тартис, вы… – пробормотала девушка и кокетливо поправила прядь волос, «выбившуюся» из прически.

Все встало на свои места, и я наконец понял, почему Тартис согласился на эту работу, и кто стал ключевым звеном.

– Куда рванули? – рыкнул я, поймав мальчишек за вороты кофт, когда они уже побежали к прилавку с выпечкой.

– Тетя Дель испекла кексы с изюмом, они самые вкусные, – указали мелкие на полочку с теми самыми кексами.

– Совсем страх потеряли? А руки мыть? А кто платить будет за эти кексы? Вы? Не заслужили еще.

– Господин Тартис... – Девушка, схватив за локоть, прильнула ко мне. – Мальчикам разрешается кушать кексы, все хорошо, не переживайте...

– Тетушка, не вмешивайтесь в мое воспитание, – осадил я ее, решив, что раз я нянь, то до самого конца.

– Т-тетушка? – подавилась она, на миг, кажется, выпав из реальности.

– А разве не вы их тетя? – Я указал на пацанят, которые уже побежали мыть руки.

– Я-я, но… – Девушка почему-то не могла найти подходящих слов.

– Скажите, вы уже испекли утреннюю продукцию? – практично осведомился я, оглядывая заведение.

Чисто, пара столиков в углу, небольшое меню. Неплохо. Думаю, двум молодым особам вполне этого хватает.

– Еще нет, не успела, да и вчерашняя выпечка из-за бури еще не продана, – покачала она головой, внимательно смотря на меня. – Господин Тартис, вы совсем на себя не похожи, – пробормотала, вновь поправив волосы.

– Работа меняет людей, – кое-как выкрутился я, не желая играть Тартиса и любезничать с его девицами. С этим пусть он уж как-нибудь сам. – Скажите, госпожа Дель, мы можем похозяйничать на вашей кухне и помочь в готовке?

– В готовке? Мне? – Ее лицо тут же покрылось нежным румянцем, а я и думать боялся, что она себе уже придумала.

– А как иначе?

Я пожал плечами и скомандовал:

– Идите с мальчиками на кухню и начинайте готовить.

– Х-хорошо. – Ее лицо вмиг стало еще краснее, и, приложив ладони к щекам, она поспешила на кухню.

У нас Тартисом были разные вкусы, а потому такое смущение смогло лишь позабавить меня.

– Господин Тартис, – выглянула из служебного помещения тетя Дель. – Тогда присмотрите за пекарней, пока мы готовим.

– Хорошо, можете не беспокоиться, – махнул я рукой, усевшись на стул за прилавком.

Мой план был прост – ближе к вечеру, если сестра мелких не явится, оставить их тете, а самому пойти на работу. Не брать же их с собой.

Пока они занимались готовкой, я смог немного расслабиться и отдохнуть. Отдых для меня заключался в том, чтобы сидеть с полуприкрытыми глазами. Но эта идиллия в один миг была нарушена, и совсем не криками, которые доносились со стороны кухни, с ними пусть разбирается тетя, а не я. У меня перерыв.

Звон колокольчика на двери отвлек меня от легкой дремы и заставил посмотреть на посетителя. Думалось, только я могу притащиться в пекарню в «страшнейшую» пургу, да еще и с детьми, но, оказывается, не только.

Внутрь вошла дамочка, разодетая во все блестящее, с презрительно сморщенным носом. Тяжко вздохнув и оглядев пекарню так, словно общественный туалет и то выглядит лучше, она подошла ко мне. Как профессиональный менталист и спец своего дела, я мог с первого взгляда сказать, что эта женщина пришла сюда совсем не за продукцией.

– Какую скидку вы можете мне предложить? – надув губки так, словно они распухли от аллергии, женщина положила на прилавок руку, на каждом пальце которой было кольца по три, если не больше.

– У нас нет скидок, – сухо ответил я, даже не желая разбираться в чужом бизнесе.

– А если тебе подумать, милок? – жеманным тоном уточнила она, а меня передернуло от этого обращения.

– Могу предложить вам самое выгодное условие, от которого выиграют обе стороны – вы не ничего не платите, мы ничего не продаем. Всего темного вам. – Я указал женщине на выход, решив, что от одной странной посетительницы количество прибыли не убудет.

Она задохнулась от возмущения и, вздернув нос, круто развернулась на каблуках. Выходя, намеревалась еще и дверью хлопнуть, но я тут же придержал створки магией. Нечего тут приходить и права качать.

Женщина не ожидала, что не получится хлопнуть со всей дури дверьми, а потому чуть ли не упала со ступеней. Исключительно из вредности я поддержал на лестнице и ее. Поняв это, она покрылась от злости пятнами, а я лишь пожал плечами, махнув рукой на улицу, намекая, что ей пора уходить.

Удостоверившись, что странная женщина ушла, решил заглянуть на кухню. Парни были измазаны в муке, как и их тетя. Потащив их умываться, вновь отвел на кухню. Готовка шла медленно, но верно, а потому я не мешал семье развлекаться.

Партию хлеба и ежедневных пирожных с пожеланиями, которые были главной фишкой заведения, мы испекли ближе к полудню, и признаюсь, даже меня задействовали в работе.

– Господин Тартис. – Смущение девушки спало, и она уже спокойно подошла ко мне, протянув ручку и стопку бумаг.

– Что? Автограф нужен? – попытался я угадать, не понимая, к чему это.

– Автограф не нужен, а вот ваш код монофона вполне, – подмигнула она мне и, присев рядом, пояснила: – Можете, пожалуйста, написать пожелания для утренней партии пирожных? Их всегда раскупают, думаю, не помешало бы освежить предсказания на день, а то у меня в последнее время нет никакой фантазии.

Подобным я еще не занимался. Вообще эти два дня были самыми экзотическими в моей жизни: дети, купание, сказки на ночь, кексы с записочками… Да уж.

Первые несколько минут я, как дурак, сидел над витиеватыми бумажными полосочками, не зная, что толком и писать-то, поскольку сладким никогда не увлекался. Да, слышал про то, что женщинам это нравится и кажется милым, но что делать сейчас, я все равно не знал.

Немного подумав, исчеркал все листки первым, что пришло в голову. Свое дело я сделал, а там уж покупатели пусть сами думают, что к чему.

…Риссет Форс…

Хвала небесам, буря немного утихла, и я смогла вернуться домой. Погода все еще критична, но не настолько, чтобы дорога оставалась перекрытой. Мой рабочий день закончился, а потому я на всех парах поспешила домой. А точнее в пекарню, потому что…

– Как это он ушел? – чуть ошарашенно уточнила я, глядя на Дель, которая была сейчас чуть раздражена.

– Он еще утром пришел вместе с детьми ко мне в пекарню. Пешком! Не знаю, как он это сделал, но… – Она закусила губу, покачав головой и продолжила: – Предложил готовить с ними, я согласилась. А потом он просто испарился! Он был, а потом уже нет!

– Он ничего не сказал тебе? – удивилась я, подумав, что Дель заработалась и могла чего-то не услышать.

– Ничего, – подтвердила она, а мальчики, которые сидели рядом, хитро переглянулись. – Он просто исчез.

– Тетя Дель, не ругайтесь, – попросил ее Даскен и заговорщически подмигнул мне. – Риса, дядя Рот просто шпион. Он ушел по делам.

Я невольно рассмеялась от того, насколько серьезен был Даскен, невозможно было сдержать улыбки и от вида «опознавательных знаков» на лбах близнецов. Кажется, игры в некромантов и сотрудников стражей порядка зашли слишком далеко.

– Господин Лирент не шпион, он просто хороший маг и ваш наставник, – погладила я мальчишек по волосам, но у меня создалось ощущение, что дети все равно остались при своём мнении.

– И все равно, как он мог так просто уйти, оставив мне малышню?! – продолжала возмущаться Дель. – Он их наставник или кто? Да еще он и на самого себя не похож, – недовольно покачала она головой. – Ты платишь ему такие деньги, а он…

Тревис дернул меня за рукав, прося чуть нагнуться к нему, и прошептал, словно это секрет:

– Тетя Дель злится из-за того, что дядя Рот назвал ее тетушкой, – хихикнул он, а с другой стороны меня потянул к себе Даскен:

– Дядя Рот правда шпион. Он очень-очень крут, – в голосе его сквозило неприкрытое восхищение.

Сейчас я пребывала в довольно смешанных чувствах. С одной стороны, не понимала, почему нянь так резко куда-то отошел, не предупредив никого из нас. Но, возможно, у этого есть веская причина, о которой он просто забыл уведомить. С другой стороны, куда бы он ни пошел, он смог завоевать внимание детей. Притом не просто внимание, а восхищение и даже уважение. Я не предполагала, что это произойдет так быстро. Думала, должен пройти месяц или больше, чтобы господин Лирент и братья смогли найти общие точки соприкосновения и поладить. Полагала, что вначале они воспротивятся няню и не примут его, новый человек будет для них непривычен и не станет внушать никакого доверия. По крайне мере, именно так говорили все те книги по воспитанию и педагогике, которые я прочитала, а на деле… Это меня удивило. Что же он им сказал? Как совладал?

Продолжая слушать недовольные причитания Дель, я взяла пирожное с пожеланием, которое подруга всегда припасала для меня. Крем, как всегда, был бесподобным и я, желая увидеть милую и оптимистичную записочку внутри, взяла свёрнутую в трубочку бумажку и развернула.

Там не было ни пожелания удачи, ни того, что сегодня благоприятный день, ни предупреждения… Этого не было.

– Почему у тебя такое лицо, словно лимон съела? – приподняла брови Дель, выхватив пожелание у меня из рук, и прочитала его вслух. – В скором времени на вас нападет нежить… – прочитала она, широко раскрыв глаза. – Настоящий вурдалак этот нянь! И как он только мог мне понравиться?! А я-то еще думала, почему покупатели так удивленно на меня смотрели!

Я покачала головой, вообще не понимая, почему записки с пожеланиями писал господин Лирент. Куда-куда, а в пекарню мы его точно не нанимали. Однако…

Взглянув на братьев, я заметила, как они тихо пересмеиваются между собой, весело сверкая глазами.

Решив прояснить ситуацию, я позвонила няню. Возможно, что-то случилось.

Увы, но господин Лирент не отвечал на рабочий монофон, а потому я набрала его на тот, по которому велся наш с ним первый разговор. К неожиданности, на звонок ответили почти сразу, и голос теперь был вполне ровным и не таким жестким. Даже интонация показалась мне другой.

– Господин Лирент? – спросила я, а Дель тут же замолкла, подвинувшись ближе.

– Да, госпожа Форс, чем могу помочь? – доброжелательно ответил он. Это совсем не вязалось с тем, каким я видела его в последний раз.

– Простите, господин Лирент, но, кажется, у нас с вами сложилось некоторое недопонимание, – начала я и, не став ходить вокруг да около, спросила прямо. – Куда вы ушли?

– Я? Ушел? – Наставник чуть закашлялся. – Ах, госпожа Форс, я все вам объясню. Сейчас связь плохая. Я позвоню вам позже!

В этот же миг магические потоки были прерваны, а Дель с уверенностью покачала головой:

– Странный он какой-то. У меня есть предчувствие, что нас с тобой наглейшим образом водят за нос. Но не могу понять, что именно не так…

…Стротомиан Вердис…

В строгом костюме, в которых люди ходят на светские мероприятия, я стоял на планерке вместе с другими агентами моей группы.

График работы мне нравился – задание определённой сложности и три дня выходных. Всегда старался брать что-нибудь поинтереснее, однако сейчас мой взгляд был прикован к самой большой колонке с мелкими задачами, которые чаще всего делят между собой новенькие.

– Эй, Вердис, – позвал меня товарищ, с которым я часто работал в паре. – Поездка в Шаганефс по поимке сбежавшего химика с опасными разработками. Я набираю команду, ты в деле? – Он хлопнул меня по плечу, протягивая карточку с заданием повышенной опасности.

Руки, конечно, зачесались взять его. Поездки заграницу и работу там я любил, однако….

– Рад бы, но не могу, – пожал я плечами, вновь погрузившись в просмотр мелких делишек.

– Вердис, ты ли это? – удивился он, рассмеявшись от того, что я перебираю информацию о беспорядках в мелких городишках. – Я не узнаю тебя. Дружище, не перепутал ли ты стенд?

– Хочу немного отдохнуть в ближайшие дни, – уклончиво ответил я и позвал распорядителя. – Скажите, а нет ли дел в городишке Буршест?

– Вас, господин Вердис, интересует именно он? – чуть нахмурившись, уточнил распорядитель.

– Именно. Найдите мне задания именно оттуда. – Я кивнул и принялся ждать информацию.

Пока коллеги по смене продолжали изумляться, монофон завибрировал. Пользоваться им внутри штаба запрещалось, поэтому я никак не отреагировал на звонок и выключил монофон. Готов поспорить, что это Тартис. Он может и подождать немного.

– Прошу, запросы КСБР из Буршеста. Город весьма спокойный, поэтому лишь несколько обращений. Мало кто отправляется туда сейчас из-за непогоды, – снабдил меня всеми необходимыми данными распорядитель, протянув несколько информационных карт.

Повезло, что руководитель группы сегодня отсутствовал, в противном случае выбрать город и уровень сложности не представлялось бы возможным. Буду считать, что обстоятельства складываются удачным образом.

– Эй, Вердис, – окликнул меня напарник, когда я выбрал дело о поиске какого-то преступника, который затаился в городке. Члены команды, что оправлялась в Шаганефс подошли ко мне, а товарищ уточнил: – Пойдешь с нами в бар?

– Нет, у меня дела, – отказался я, поднимаясь с кресла.

– Сегодня ты ведешь себя не как холостяк, а как муженек со стажем. Еще бы сказал, что тебе детей из садика забирать, – хохотнул он, пошутив и даже не догадываясь о том, насколько близок к истине.

Надеясь, что это просто такая шутка, а я выгляжу как обычно, поспешил получить более подробные данные, взять разрешение на поездку и зарегистрироваться в городе. Помимо всего прочего мне дали ключи от дома, который должен был стать моим временным убежищем.

Это все было как раз кстати. Во-первых, у меня дети. Как бы это ни звучало – это факт. Признаюсь, ночь втроем смогла нас сблизить намного больше, чем я думал. Во-вторых, не придется спать в доме с двумя девушками, одна из которых без ума от моей иллюзии. Плюсы на лицо.

Выйдя из штаба агентов КСБР, я достал монофон. Несколько пропущенных вызовов от сестры мелких и пятнадцать от Тартиса. Кажется, госпожа Форс и её подруга успели навести панику за пару часов.

Решив, что личная беседа куда лучше звонка, я открыл портал по знакомым координатам, перемещаясь прямо к другу. Он тут же принялся бегать по комнате и говорить о том, что чуть ли не поседел от того, что я куда-то ушел, никого не предупредив. Пришлось напомнить, что у меня тоже есть работа, и я ничего не мог поделать. И подметить, что нянька круглосуточный присмотр не обеспечивает.

Друг все еще был покрыт пятнами и прыщами, которые сейчас стали болотно-зеленого оттенка. После того, как напряжение спало, он позвонил Риссет и что-то наврал ей. Получилось очень убедительно, я даже не ожидал того, что Тартис так натурально врет. Впрочем, он всегда ловко очаровывал женщин, аккуратно приукрашая каждые мелочи.

– Это… это… – Тартис задыхался от волнения, продолжая мельтешить перед глазами. – Ты… Миан… как ты…

– Заткнись и дай мне отдохнуть, – рявкнул я, делая глоток чая и просматривая дело с работы. – У меня серийный убийца, который сбежал из-за границы и сейчас затаился в городе, а ты здесь панику устраиваешь.

– Не ругайся на меня, – зашипел Тартис в ответ. – Дети – это тоже моя работа. Что я доложен был думать, когда ты в один миг растворился? И вообще, чего орать сразу? С детьми ты тоже так? – накинулся на меня товарищ, будучи на нервах.

– Если человек взволнован или расстроен, то нужно на него наорать как следует, чтобы он успокоился. Как видишь, метод работает – ты тут же пришел в чувство, – подметил я, рассматривая карту городка, в котором бушевала стихия.

– Порой твои методы воспитания меня пугают, – поежился Тартис и, плюхнувшись в кресло напротив, стал рассказывать важную, на его взгляд, информацию. – Воспитание – очень сложная вещь, детей нужно успевать воспитывать, пока не станет поздно, и я бы не советовал относиться к этому халатно.

– Воспитать кого бы то ни было можно в любом возрасте, – фыркнул я и процитировал любимую фразу куратора боевой академии: – Вид остро заточенного кинжала и шаровой молнии заменяет полчаса воспитательной беседы, ночь на кладбище в компании скелетов – час, а ядовитый укус нежити практически на сто процентов меняет взгляды на жизнь.

– Знаешь, я рад, что забота о детях не твоя основная работа, – сглотнув, хлопнул меня по плечу товарищ, но тут же подметил: – Но ты должен был предупредить хотя бы меня. Перед госпожой Форс вышло очень неудобно. Не напортачь сейчас, – попросил он меня, напомнив: – У меня неделя – испытательный срок.

– Хорошо, постараюсь.

– А как там госпожа Дель? Как Риссет? Все идет гладко? Они же ничего не подозревают? – продолжал расспросы друг, а мне пришлось признать:

– Тартис, они девушки, а не дуры. Конечно, подозревают. Дети вообще в курсе.

– Как в курсе?!

У Тартиса вновь чуть ли не началась истерика, и я решил, что это знак того, что пора сматываться, пока он не придет в чувство. Он с самого начала знал, кого просил о помощи, уже поздно удивляться.

Какое-то время посидев с другом и послушав его монологические лекции, я направился в Буршест, чтобы заглянуть к стражам порядка и посмотреть, где находится мой дом. Утром нянь – вечером агент.

…Риссет Форс…

Меня не столько настораживала пропажа няня, сколько резкая смена тембра его речи и голоса. Каждый раз что-то неуловимо меняется. Возможно, дело в его монофонах, однако…

– Давайте ужинать, – пригласила я всех к столу, невольно подмечая, что на кухне нет грязной посуды, а дом в полном порядке.

Нет разбросанных игрушек, вся одежда аккуратно сложена, это не могло не радовать. После целого дня отсутствия я успела соскучиться по дому и то, что по приходу меня ждал порядок, очень восхитило. Дель тоже была удивлена, но, наверное, главной причиной нашего смятения стали мальчики.

Когда я позвала всех к столу, они ни с того ни с сего стали приседать. Пару минут мы с Дель наблюдали за столь странным поведением близнецов, а после я чуть напряженно спросила:

– А что вы делаете?

– Мы заслуживаем ужин, – гордо сказали они, присев еще несколько раз.

Я посмотрела на Дель. Дель посмотрела на меня.

– Но я и без этого могу покормить вас, – усмехнулась я, однако Даскен и Тревис замерли и тут же сказали:

– Тогда мы потом помоем посуду.

– Хорошо… – чуть ошарашенно кивнула я, а братья сели за стол, принявшись есть.

За весь вечер я не сводила взгляд с мальчиков глаз и пыталась подробнее узнать о няне наводящими вопросами:

– Что вы делали?

– Занимались, гуляли, купались, общались, – начали поочередно загибать братья пальцы.

Я вообще не представляла, как в такую погоду к ним пришла мысль выйти на улицу, однако… да, они гуляли и пешком дошли до пекарни. Мальчики твердили, что они не замерзли, и дядя Рот хорошо о них заботился. Почему «Рот», они так и не ответили и вновь заладили, что он крутой шпион. На вопрос, чем именно они занимались дома, отвечали: учились ходить как шпионы и слушали указания дяди Рота. Магией они не занимались, зубы чистили, сами готовили и…

– Я убью его! – зло закричала Дель, спускаясь с лестницы, и ткнула пальцем в братьев. – Это ваша проказа?

– Что случилось? – напряглась я, поднимаясь с диванчика, на котором мы с мальчиками уютно расположились.

– Моя кровать… Она… В моей комнате стоит чемодан и на постели лежит мужская рубашка. Вероятно, он спал в моей комнате. Ты же говорила, что не успела показать ему спальню, ведь так? Это ваша проказа? – вновь повторила она, а братья широко улыбнулись нам и кивнули:

– Тетя Дель, ты же сама говорила, что вышла бы замуж за няня, поэтому мы решили, что если вы будете спать в одной комнате, то быстрее поженитесь.

– Боюсь спросить, как вы пришли к таким выводам, – прошипела Дель и решительно заявила: – Он такой странный! Он испортил записки с пожеланиями, оставил детей на нас, хоть это и его работа, а еще спал в моей комнате! – на этой фразе она чуть покраснела. – Уму непостижимо! А по телефону щебетал, словно не понимает, что случилось. Как можно быть таким двуличным человеком? Он не похож на себя! А может… – Дель запнулась на полуслове и посмотрела на меня, сглотнув. – А может, у него… раздвоение личности? Или у него есть брат-близнец?

– Ты преувеличиваешь, – фыркнула я. – Сомневаюсь, что это возможно.

– Почему? – Дель была упорна и принялась рассуждать. – Даскен и Тревис – близнецы, тогда почему у Тартиса тоже не может быть брата?

– Тетя Дель, а если бы у няня правда был близнец, то за какого бы вы вышли замуж? – не унимались мелкие, не желая уходить и грея ушки под наши разговоры.

– Кончено, за того, которого мы видели в первый день. Сегодня он был такой серьезный, совсем не в моем вкусе. Пусть лучше у него окажется брат-близнец, нежели я разочаруюсь, и он правда окажется таким…

– Каким? – подколола я подругу, тоже заинтересовавшись.

– Таким резким и…

– Но у него есть чувство юмора, – рассмеялась я, своевременно вспомнив о записках с предсказаниями, которые все же смогли меня позабавить. – Это в стиле некроманта.

– Мне нравится не некромантское чувство юмора, а человеческое, – припечатала Дель и попросила нас: – Няня слишком много в моей жизни, давайте сменим тему?

– Хорошо, – покладисто согласилась я и спросила: – Как идут дела в пекарне?

Мы с Дель открыли пекарню два года назад и, несмотря на затраты и некоторые убытки, которые понесли вначале, выровнялись, заведение стало приносить нам доход. Я работала в компании, а вот подруга посвящала себя нашему делу полностью. Однако в последнее время ей стало казаться, что пекарне чего-то не хватает, и чуть ли не каждый день она предлагала грандиозные и новые, на её взгляд, идеи.

– У нас есть два столика и чаще всего они всегда заняты, не кажется ли тебе, что это знак? – одухотворенно спросила Дель, а я, задумчиво наблюдая за тем, как слаженно Даскен и Тревис моют посуду, мимоходом уточнила:

– Знак чего?

– Знак того, что нам пора расти. Не нужно ли сделать из пекарни кофейню?

– Пекарня – это то место, в котором ты можешь работать самостоятельно, если менять классификацию, то, во-первых, нужно нанимать персонал, ты уже не сможешь справиться со всем одна. Придется делать большие закупки в плане моющего оборудования и посуды. Во-вторых, придется переделывать зал и менять ассортимент – ты не сможешь печь хлеб и батоны просто потому, что в кофейне ты не продашь их. В-третьих, тебе просто не хватит места. Наше здание не настолько большое, чтобы вместить в себя людей. К тому же конкуренция – на соседней улице находится известная каждому кофейня, и мы им не конкуренты в качестве сервиса и…

– Да поняла я, поняла, плохая идея, – осадила меня Дель, вновь задумавшись. – Тогда что насчет пекарни на крыше?

Мы с братьями недоуменно посмотрели на Дель, желая услышать пояснения.

– Мы продаем продукцию в пекарне, но так делают все. Почему бы нам не сделать наше заведение чуть оригинальнее? Почему бы нам не начать продавать хлеб на крыше и…

– Дель, на улице зима и метель, о чем ты? – фыркнула я.

– Тогда…

До самого вечера мы с братьями слушали новые идеи и бизнес-планы Дель. Наши разговоры всегда были интересны мальчикам, а я не возражала, не видя в этом ничего страшного. Наоборот, им стоит знать о том, как устроен этот мир и как правильно распоряжаться средствами. Дель качала головой, говоря, что дети еще маленькие, но я так не считала, разумно полагая, что они все прекрасно понимают.

После того, как кухонные посиделки подошли к концу, я повела братьев укладываться спать, и меня вновь ждал сюрприз:

– Мы так устали, – вздохнули они, потерев глаза, когда я укрывала их.

Не то чтоб я не помню, когда слышала подобную фразу, я даже не знаю, слышала ли я ее когда-то.

– Неужели вы так утомились? – Я не верила ни своим глазам, ни своим ушам.

– Ага, – сладко зевнули они, а Даскен вздохнул. – Печь хлеб и бесшумно ходить нелегко.

Он был прав. Поддавшись влиянию Тартиса, Дель пустила ребят на кухню и те впервые помогали ей с готовкой, и от этого устали все, в том числе и братья.

– Засыпайте, – видя, что они почти спят, я поцеловала каждого в лоб и впервые за долгое время вышла из комнаты без нужды укладывать их.

Я бы тоже направилась спать, однако Дель ждала меня на кухне, чтобы подсчитать расходы и оформить поставки на продукты. Пока я обзванивала поставщиков, Дель прогуливалась по гостиной, иногда радуя меня своими рассуждениями:

– Риссет, а ты не считаешь, что пора бы и тебе о личном счастье подумать? – Темы отношений, любви и мужчин были номером один в списке Дель для обсуждения.

– Может быть, и пора, но пока нет перспективных кандидатов на роль спутника жизни. – Я, не поворачиваясь к Дель, занималась делами.

– Неужели совсем нет? – Тон Дель был довольно странным, и я с удивлением взглянула на подругу. Она стояла у окна с очень и очень загадочной улыбкой.

– О чем ты? – Я приподняла брови, а она поманила меня к себе.

Подойдя к окну, осторожно приоткрыла занавеску и шепнула мне:

– Смотри, какой красавчик заселяется в дом напротив! Это твой шанс. – Она дружески пихнула меня локтем и, не рассчитав силы, чуть не вышибла весь воздух из легких. Рука у Дель была тяжелая.

Я задумчиво взглянула на дом напротив. Он некоторое время стоял на аукционе, и цену за него просили заоблачную, якобы из-за хорошего и тихого района. Однако я все равно считала её несправедливо завышенной и сейчас с любопытством рассматривала того, кто все же купил этот домик.

Мужчина. Не совру, если скажу, что красивый. Черноволосый, подтянутый, видно, что не отказывается от занятий спортом. Разглядеть его лицо не выходило из-за расстояния между домами.

– У мужчины, у которого такая фигура, просто не может не быть очаровательного лица, – шепнула мне Дель с загоревшимися глазами, а я фыркнула и задернула занавеску.

– Хватит глазеть на парней, может, он вообще женат? Не стоит подглядывать за соседями.

– Именно поэтому мы должны пойти к нему в гости, поздравить с новосельем и все узнать, – воодушевленно воскликнула подруга, а я подавилась от подобной наглости.

Я всегда знала, что у Дель все просто, но не думала, что настолько.

– Разве тебе не нравился господин Лирент? – напомнила я о нашем няне, который обещал прийти завтра на работу к девяти.

– Конечно, нравился. Но сейчас он немного странен. – Она неопределенно покачала головой, а я решила сменить тему.

– Из-за переработки мне дали выходной, поэтому я завтра дома, – улыбнулась я и пояснила: – Очень хочу провести день с мальчиками и посмотреть на работу няня. Возможно, я смогу узнать что-то новое для себя.

– Неплохой план, – немного подумав, Дель кивнула и, понизив голос до полушепота, попросила: – Если появится возможность, то… спроси, есть ли у него девушка, хорошо?

– Если это сделаю я, то он подумает, что я заигрываю с ним, – осадила я подругу. – Я понимаю, что тебе хочется устроить личную жизнь, но сделай это сама, хорошо?

– А его данные для связи дашь? – ничуть не обиделась Дель, зайдя с другой стороны и уже совсем забыв о соседе.

***

Проснувшись в шесть утра уже по привычному режиму, я отметила, что Даскен и Тревис все еще спят, а это значит, что у меня есть немного свободного времени.

Подумав, что правильный выходной должен правильно начаться, я решила выйти на утреннюю пробежку в ближайший парк. Как раз успею вернуться до пробуждения домашних. Никого звать не стала, сейчас мне просто хотелось побыть наедине с собой, подумать обо всем, что недавно случилось. К счастью, погода начала налаживаться.

Бесшумно собравшись и выскользнув из дома, стала возиться с ключами, закрывая калитку, и чуть не умерла со страха, когда за спиной раздался мужской голос:

– На пробежку собираетесь? Не ожидал от вас.

Соседей, которым бы также не спалось в такой час, я не знала, а потому, зажигая в руке боевой снаряд, резко развернулась, лицом к лицу столкнувшись с незнакомцем.

Прямые брови без малейшего изгиба, аккуратный нос, узкие губы, карие глаза, смотрящие так, словно изучают что-то новое и доселе незнакомое. Но самое главное – волосы. К цвету никаких вопросов не было – стандартный черный, как и у всей доброй половины магов, а вот то, как они зачесаны… я была готова поклясться, что точно такой же пробор видела у своего няня позавчера. Возможно, это новое веянье заграничной моды, но мне показалось странным увидеть людей с одинаково зачесанными волосами.

– Думаю, это лишнее. – Он ловко схватил меня за запястье, гася дрожащий в руке шар, готовый вот-вот сорваться с кончиков пальцев. – Извините, если напугал. Я ваш сосед, – и указал на дом, в котором мы с Дель только вчера пытались рассмотреть предполагаемого красавчика.

– Вот как. – Я была в смятении, не зная, как реагировать на подобную встречу. – Рада знакомству. Надеюсь, вам понравится в нашем районе, – заводить беседу, пусть и с довольно симпатичными, но все же незнакомцами, я не планировала, а потому поспешила расстаться с соседом и не испытывать судьбу понапрасну.

Он лишь кивнул мне, а я, не тратя времени зря, побежала вперед по улице, первой ступая на заснеженную дорожку. Я так и не поняла, к чему эта встреча и зачем этому парню было знакомиться со мной.

Внутренний голос, наслушавшись Дель, попробовал шепнуть мне, что я могла понравиться мужчине, но пришлось отмести этот вариант. Нет, на внешность я не жаловалась, даже наоборот. Однако что я имею прямо сейчас? Зимний пуховик для походов и активных занятий, шапка, которая наверняка больше моего лица, и полное отсутствие макияжа. Уж не знаю, что я должна была сделать, чтобы в таком виде произвести на соседа-красавчика неизгладимое впечатление.

Не став заморачиваться с никому не нужными рассуждениями, я пришла к выводу, что парень просто хочет поддерживать с жителями нашего небольшого города дружеские отношения и не имеет никакого скрытого умысла.

Добежав до парка, я решила повернуть назад, так как мне еще нужно было приготовить завтрак и помыть волосы. В прошлом месяце я обрезала их так, что пряди едва касались плеч. Они начали чуть виться и казались намного пышнее, нежели раньше, и мне нравилось, как я выглядела сейчас, однако, как всем известно, ухаживать за короткими волосами чуть сложнее из-за их привередливости и непослушности. Но они были не самыми непослушными в моей жизни…

– Мы хотим гулять, – в один голос заявили мне проснувшиеся мальчики, как только я пришла домой.

Немного подумав, я справедливо решила, что если позволила себе утреннюю пробежку и раз уж у меня выходной, то просто обязана погулять с братьями. Погулять было решено на заднем дворе дома.

Дель минувшей осенью, воспользовавшись помощью своего бывшего кавалера, организовала там небольшую площадку – две качели и горки. Мальчики просто влюбились в них и могли часами проводить там время. Я не возражала, наоборот, была рада, что мы можем чаще находиться на свежем воздухе, однако на заднем дворе было кое-что еще…

Большущее ветвистое дерево, привезенное нашей бабушкой из-за границы. И это дерево было еще большим объектом любви близнецов, нежели качели. Даскен и Тревис все время хотели на него залезть, но я этого никогда не разрешала, и на то было несколько причин. Первая – я переживала за них. Нет-нет, я понимала, что они мальчики, и не имела ничего против нижних веток, но моим сокровищам, кончено же, хотелось покорять вершины, в том числе и вершины деревьев. Вторая – дерево было живым и, можно сказать, являлось оберегом нашего дома, ведь не зря оно из года в год распускало свежие зеленые листья. Если у него плохое настроение, то оно могло пнуть сучком по ногам, а если хорошее – то укрывало в тени, поэтому мне не хотелось, чтобы мальчики начали лазить по «хранителю», ведь если он будет в плохом настроении, то это может нехорошо закончиться…

Но кое-кто не был со мной согласен…

– Залезайте, я вас подстрахую, – скомандовал уже знакомый голос, а я, развернувшись, увидела господина Лирента.

– Ура, дядя Рот! – воскликнули дети и тут же понеслись к дереву с такими счастливыми лицами, что мое сердце на миг сжалось.

Я устанавливаю столько рамок и запретов, но… насколько же они счастливы в тот миг, когда все границы исчезают. Возможно…

Я покосилась на няня, который появился словно из воздуха и побежал вслед за детьми. Возможно, мне и правда есть чему у него поучиться.

Я подошла ближе. Очень переживая за детей, я все хотела влезть со своим советом или просьбой быть осторожнее, но маг жестом остановил меня, тихо шепнув:

– Вам нечего бояться, госпожа Форс.

Не знаю почему, но эти слова чуть успокоили. Я попыталась рассказать о характере и своенравности родового дерева, но нянь пообещал контролировать детей и попросил меня не вмешиваться. Я понимала, что из нас двоих профессионал своего дела – он, а потому, глубоко выдохнув, сделала шаг в сторону. Я пригласила этого человека, потому что была готова доверить ему своих детей, значит, не стоит мешать. Он прав.

Однако, несмотря на все это, я установила вокруг дерева щит. На всякий случай.

– Не бойтесь падать, бойтесь не вставать! – мотивируя, прокричал наставник моим братьям, а я спрятала легкую и невольную улыбку за махровым шарфом, до последнего не опуская свои щиты.

…Стротомиан Вердис…

Я заехал в новый дом, который специально выбрал напротив жилища мелких. Хоть я не верил в судьбу, сейчас полноправно считал, что она ко мне благосклонна. Или же к Тартису, делая все, чтобы этот прыщавый не потерял работу.

В новый дом я притащил некоторые вещи, необходимые мне для работы и начал заранее готовить оружие, поисковые маячки и объекты для тайного наблюдения – все то, что мне может понадобиться.

Назвать себя самым крутым агентом КСБР я не мог, однако существовали вещи, которые выходили у меня лучше всего. Было у меня два конька – слежка и некоторые приборы для нее, которые я сам разрабатывал, а еще поисковые заклинания, подвластные только некромантам восьмой степени. Проще говоря – я ищейка. На этих двух коньках я и катался, и на них держалась моя работа. С маскировкой порой бывали проблемы, но взаимопомощь в команде сглаживала недостатки.

Приехав на новое место и посмеиваясь над соседкой госпожи Риссет, которая так и сяк терла запотевшее окно в надежде рассмотреть меня, я предусмотрительно повесил на дом его же иллюзию, чтобы не было видно ни меня, ни всего того, что будет происходить внутри. А в том, что что-то будет происходить, я был уверен.

Мне стоило хорошенько поработать над собственной личиной, чтобы остаться в этом городе неприметной темной лошадкой, которую никто и не заметит. Почти никто.

Обрабатывая запрос местных служб КСБР, я собирал досье на того человека, чьими поисками мне предстояло заняться. Сбежал из Эльфийских Долин. Его собирались перехватить в Шаганефсе, однако операция пошла не по плану из-за взрыва в главном телепортационном зале – требовалось эвакуировать присутствующих там вампиров. Хоть мы и тайные агенты, но в критических ситуация нам предстоит заботиться о жизни граждан, пусть и иностранных. Долгое время об этом типе ничего не слышали, пока кто-то не воспользовался его банковским счетом, сняв крупную сумму. Чтобы не спугнуть, ему позволили уехать из державы вампиров, и он явился в Ромарин. И вот сейчас отправился сюда. И возникал вопрос – почему именно этот небольшой городок? Однако это неправильная формулировка вопроса. Что он собирается здесь делать? Он дважды убежал от иностранных служб, но в маленьком городке, который окутала непогода, оказался в ловушке. То, что мне нужно.

И ежу, и моей левой пятке было ясно, что он прибыл незарегистрированным порталом. Наводка о том, что преступник именно здесь, у нас была, однако информатор находился в засекреченном отделе. Но это не проблема. Я штатный сотрудник, а потому всем же лучше, если некоторые секреты службы администрации и руководители оставят при себе.

Всю ночь я провел за поисками данных и информации, распланировав завтрашний день. Я хотел выпроводить хозяек по их делам, взять близнецов и отправиться расставлять прослушивающие устройства по всему городу.

Особо не задерживаясь, я планировал с самого утра наведаться в дальний уголок этого района, чтобы начать оттуда. Однако кое-что сразу пошло не так.

В тот момент, когда госпожа Риссет выходила из дома, к ней с конца улицы подкралась мелкая нежить в виде безобразного монстрика. Обезумевшая душа какой-нибудь соседской кошки или собаки. Физического вреда не принесёт, однако такие тварюги высасывают у людей силы. Чаще всего это случается по утрам. Нежить эта хоть и слабая, но отличается сообразительностью. Караулит у домов людей с высоким эмоциональным фоном и высасывает энергию, аки лакомство. После этого люди чувствуют усталость и сонливость. Однако есть и такие, кто свое обычное нежелание идти ранним утром на работу пытаются свалить на нежить.

Девушка возилась с калиткой, и нежить готова была кинуться на нее. Заметив это, я, не успев накинуть рабочую иллюзию, ловко подскочил и, осмотрев Риссет с ног до головы, непринужденно бросил:

– На пробежку собираетесь? Не ожидал от вас.

Риссет вздрогнула от неожиданности и даже была готова запустить в меня шар с переплетенными в нем стихиями. Это меня слегка позабавило. Если она правда окажется в критической ситуации, то такой шарик вряд ли спасет.

Минутного замешательства девушки и её легкого испуга хватило, чтобы я, заведя руку за спину, схватил нежить и наспех сплел небольшую сеть, поместив туда чудище. Пока госпожа Форс приходила в себя и обменивалась со мной любезностями, от нежити осталась лишь серая пыль, которую ветер быстро развеял по всей улице.

Удостоверившись, что Риссет больше ничего не угрожает, я пожелал ей хорошей пробежки и направился по своим делам, прекрасно зная, что мы сегодня еще увидимся. Пусть несколько и в ином виде.

Я отправился в самую дальнюю часть города, можно сказать, окраину, и пришлось потеплее закутаться в плащ. На пустынных улицах дома не перекрывали ветру путь, но даже непогода не могла мне помешать. Накинув щит, чтобы снег не попадал в глаза, я принялся за стандартную работу. Небольшие камеры и прослушивающие устройства на углах улиц и, конечно же, парочка жучков во всех продуктовых лавках, что работают круглосуточно. Преступник может мастерски скрываться, заблокировать банковские счета и залечь на дно, но в любом случае останется человеком, который будет нуждаться в обычных и самых необходимых вещах.

Потратив на это дело два часа, я поспешил к дому близнецов. Из-за небольшого недоразумения, которое произошло вчера, Тартис в срочном порядке изменил мне программу заботы о детях, чуть ли не слезно попросив провести с ними хотя бы одно занятие магией, поскольку это было основной причиной сотрудничества. Сказав, что подумаю, я с решимостью направился на задний двор, откуда доносились детские повизгивания.

Конфликт был прост – дети хотят играть, а мама запрещает. Хоть Риссет не была матерью, вести себя словно родительница со стажем у нее получалось отлично. Не знал бы правды, то решил бы, что так и есть.

Успокоив девушку и сказав, что с мальчуганами все будет в порядке, пустил их в свободное лазанье, не уставая повторять Риссет, что каким бы дерево ни было, это не самое страшное, что может случиться.

Во время утренней прогулки, по просьбе и совету Тартиса, я извинился за вчерашнее исчезновение. К счастью, Риссет была очень тактичной и, не задавая лишних вопросов, лишь попросила предупреждать о непредвиденных ситуациях заранее. А еще именно во время этой прогулки я понял, что мои планы медленно, но верно начинают накрываться не медным тазом, не подвешенным ведром с водой, а выходным Риссет, который свалился на меня, как снег на голову.

Как при таких обстоятельствах вырваться на прогулку с детьми, я слабо представлял, а потому решил действовать по обстоятельствам. У парнишек так или иначе сейчас завтрак.

– У вас очень оригинальные записки с пожеланиями, – усмехнулась госпожа Форс, когда мы, продолжая говорить ни о чем, вошли в дом. – Мальчики, давайте завтракать, – раздевшись, она поманила братьев за собой на кухню.

Когда мелкие почти сели за стол, я поймал их нитями магии и отодвинул, словно котяток, в сторону раковины, взглядом красноречиво напоминая о том, что требуется сделать после улицы.

– Дядя Рот, но ты сам не помыл руки после улицы, – уличили меня в некоторой халтуре, пришлось пожать плечами и оправдываться:

– Я обработал их магией. Не спорьте и идите.

Я давно понял, что любую ошибку или неполадку можно без труда приписать магическому фону и сбоям на нем. Магией можно прикрыть любую глупость, а если для этой глупости вдобавок находилась еще и какая-нибудь посторонняя причина, то это уже и вовсе глупостью не являлось.

– Так что, вы уже пробовали пирожное? И как вам? – продолжил я беседу, которую мы вели больше от того, что никому из нас не хотелось сидеть в тишине, нежели от того, что были заинтересованы друг в друге.

– Мне попалось послание о том, что на меня в ближайшее время нападет нежить, представляете? – рассмеялась она, относясь к этому, как хорошей шутке, и покачав головой. – Чай будете?

– Да, пожалуй. – Я сдержанно кивнул, не желая говорить о том, что случайное предсказание совсем недавно могло сбыться.

Я был хорошим менталистом и ненароком мог сказать такое, что случится наперед. Не провидец, но все же. Поэтому в произошедшем не видел ничего удивительного. И все же госпоже Риссет будет проще жить, если она ничего не узнает об этом маленьком инциденте.

– Госпожа Риссет, какие у вас планы? – осведомился я, решив зайти издалека.

– Хотела задать вам тот же вопрос, – улыбнулась она, присаживаясь за стол.

– Не думаю, что ваших братьев стоит сильно нагружать в первые дни нашего знакомства, поэтому…

– Но мы совсем не… – попытался что-то сказать Даскен, а Тревис что-то невразумительно прошептал ему, шикнув на брата.

– Поэтому «что»? – подтолкнула меня девушка.

– Поэтому сегодня я бы предложил им отдохнуть и погулять.

– Погулять? – Риссет нахмурилась, с некоторым сомнением посмотрев в сторону окна. – Не думаю, что это хорошая идея, – покачала она головой. – Даже я не могу дать точный прогноз, все может перемениться в любую секунду и…

– Но они мальчики. – Я ловко перехватил нить разговора и продолжил стоять на своем. – Вы уверены, что сидеть дома для них лучший вариант? Им нужно двигаться, прыгать и бегать. Свежий воздух – самое лучшее, что мы можем дать им сейчас. Если погода ухудшится, то мы вернемся домой, не думайте, что я стану подвергать детей опасности и тем более переохлаждению.

– Возможно, вы правы… – чуть неуверенно проговорила Риссет, вздохнув. – Тогда давайте завтракать и отправимся на прогулку, – лучезарно улыбнувшись, решила она.

– В каком смысле? Вы пойдете с нами? – напрягся я, понимая, что это не лезет ни в какие рамки.

– А вы против? – удивилась Риссет, как-то странно взглянув на меня.

– Конечно нет. Просто мне казалось, что вы захотите отдохнуть или заняться делами в пекарне, – попытался я сгладить острые углы.

– Не волнуйтесь за меня, я смогу грамотно распределить личное время, – уверила меня Риссет. – Я переоденусь и спущусь, – предупредила она и, замерев, вновь повернулась. – Ах да, господин Лирент, мальчики чуть пошалили и заселили вас не в ту комнату. Эта была комната Дель. Чуть позже я покажу вам вашу спальню.

Выделенная мне в этом доме спальня являлась последней вещью, которая хоть как-то могла меня интересовать.

Пока я обдумывал сложившуюся ситуацию, Даскен и Тревис по моему указанию стали мыть посуду, но, не удержавшись, спросили:

– Дядя Рот, а что мы будем делать сегодня?

– Вы еще бесшумно ходить не научились, – фыркнул я, а мальчишки насупились:

– Потому что мы маленькие. Мы все равно научимся.

– Вот и учитесь. Вечером снова потренируемся. А сейчас просто погуляем.

– Просто погуляем? – казалось, что ребятня видела меня насквозь и знала, что это не простая прогулка.

– Почти, – не видел смысла врать детям.

– А что мы будем делать? – не унимались они, даже забыв про посуду.

– Расскажу позже. Сестре ни слова, – предупредил я шепотом, посмотрев в сторону второго этаже, и дети послушно закивали.

Почему я был так спокоен и уверен в пацанах, зная, что они ничего не расскажут? Наверное, потому что это было им не выгодно, и близнецы это понимали. Если проболтаются, то сестра тут же пресечет весь балаган, вышвырнув меня отсюда. Какая сестра или мать потерпит столь наглый обман? А если такое случится, то братья лишатся забав и веселья, и я не думаю, что это то, чего им хочется.

Когда мальчишки помыли посуду, к нам спустилась Риссет. Показалось, что у нее хорошее настроение.

Дружной компанией мы отправились на прогулку. Я изъявил желание дойти до центра города. Госпожа Риссет чуть удивилась, что я знаю дорогу, будучи неместным. Пришлось сказать, что я здесь не в первый раз, вот и знаком с некоторыми улицами.

Во время прогулки мы не переставали общаться. Мальчики шли впереди, болтая между собой и что-то то и дело бурно обсуждая. Иногда мы останавливались на детских площадках, где резвилось много других малявок. Ветер, к удивлению Риссет, поутих, и многие жители выбрались на улицу. Я не удержался и вновь подметил, какую хорошую идею предложил, угадав с погодой.

Пока братья катались с горок и болтали с другими детьми, мы с Риссет сидели на скамейке. Городок был небольшим, а потому все мамочки знали друг друга, и каждая вторая здоровалась с Риссет и с любопытством косилась на меня. А вообще, немного побеседовав с Риссет, я изменил свое первое впечатление, которое сложилось о ней. Она оказалась довольно грамотной, эрудированной девушкой, с приятной и красивой речью. В её жизни были не только работа и дети, но и некоторые увлечения, делающие её даже в моих глазах достаточно интересной личностью. Она занималась коллекционированием ваз из самых дальних уголков света, каждые выходные ездила на собрания торговых компаний, обожала природу и активный отдых вне дома, писала статьи для научных журналов, а также рисовала картины для продажи. Все это было довольно необычным набором, но скорее всего, меня подкупали не увлечения, а её спокойный нрав. Признаюсь, от буйных и крикливых девиц я подустал, а потому приятно было поговорить именно с Риссет.

К слову, у меня сложилось впечатление, что эта девушка могла и не нанимать няня. Говорила она порой здравые и разумные вещи, да и вообще призналась, что прочла все возможные книги по воспитанию детей. Возможно, ей просто не хватает времени и какой-то опытности в этом деле, нежели она действительно нуждается в помощи.

– Я отойду на пару минут, – улыбнулась она, поднимаясь со скамьи, а я лишь кивнул.

Решив также не рассиживаться, я подошел к парням, которые возились в снегу.

– Как у вас дела? – полюбопытствовал я, присаживаясь на корточки.

– Все хорошо. – Они счастливо заулыбались, а я решил воплотить одну идею.

– Не хотите мне немного помочь? – Я также плюхнулся на снег рядом с ними и достал из кармана несколько наборов наклеек-хамелеонов. – Я сейчас на задании, не думаю, что справлюсь один… – Я наиграно покачал головой, а глаза мальчишек засияли от предвкушения. Близнецы пододвинулись ко мне чуть ближе.

Эти детские наклейки были моим фирменным изобретением. Никакой действующей магии, которую можно засечь – идеальная маскировка. Камеры с небольшим углом обзора и прекрасные прослушивающие устройства с идеальным звуком. Обычно я расклеиваю их сам, но раз сегодня у меня есть помощники, то…

– Мы готовы к работе, – дружно воскликнули они, а меня порадовало, что в работе они чуть слаженнее, нежели обычно. – Мы ловим преступника? За кем нужно следить? – Они заинтересованно огляделись, видимо, в поисках объекта наблюдений.

– Не доросли до подобного, – фыркнул я и протянул им два листика с наклейками, которые меняли цвет и подстраивались под окружающую среду. – Считайте это небольшим подарком от меня. Когда продолжим прогулку, расклеивайте их там, где захотите. На стены, на фонтаны, двери, пол, фонари, на все что угодно. Поняли?

Мальчуганы кивнули, а я остался очень доволен проделанной работой. В конце концов, прогулка прогулкой, но я-то здесь по делу. Наклейки столь малы, что их никто не заметит. Да никто и не обратит внимания на детей, которые будут гулять с ними. И даже если кто-то увидит близнецов, то спишет на шалости и забавы.

Однако я прекрасно понимал, что не стоит сильно полагаться на мелких, но именно в этом и был плюс. Очень вероятно, что они используют наклейки там, где я бы и не подумал. Это может сыграть мне на руку.

Подобных «жучков» у меня было много, а потому я лишь усмехнулся, когда увидел, что Даскен наклеил одну из них на лесенку детской площадки. Тревис же долго хмурился, трижды обойдя площадку и наконец прилепил свою на одну из скамеек.

Как только с первыми следилками было покончено, к нам вернулась Риссет. От зоркого глаза девушки наклейки не укрылись, а потому я был вынужден пояснить, что это небольшой подарок. Она попыталась призвать мелких к порядку, чтобы они не клеили их на улице, но я тут же вступился, брякнув первое, что пришло в голову – это специальные наклейки для улицы, и через час они растворятся, превратившись в воду. Как это возможно, я представлял слабо, но добавил, что это супер-пупер новая магическая технология. Объяснение было принято, и Риссет мне поверила.

После этого мы продолжили нашу прогулку, покинув детскую площадку. Ребятня пыталась убедить нас остаться, рассказывая о каком-то Геруесе, с которым успели подружиться. Пришлось мягко намекнуть про наклейки и нашу миссию, и все возмущения тут же были отставлены в сторону.

– Господин Лирент, спасибо вам, – улыбнулась Риссет, указав на детей. – Я восхищаюсь вами, как специалистом и… – Девушка не успела выразить свои мысли, как её монофон завибрировал, а мы остановились на пешеходном переходе, ожидая сигнала магических камней.

– Дядя Рот, – дернул меня за руку Даскен и указал куда-то позади нас. – А что это?

Я посмотрел в указанном направлении и увидел темный сгусток энергии низшей нежити, чуть сильнее той, которую я наспех прикончил утром. То, что Даскен видит её, стало для меня открытием, поскольку я полагал, что магия у близнецов еще не на том уровне, чтобы видеть тонкие потоки. Но на всякий случай уточнил:

– Что именно ты видишь?

– Ну… я вижу черную и злобную тучку, – неопределенно ответил Даскен, а я повернулся к Тревису, адресуя ему тот же вопрос.

– Я тоже вижу черный летающий шар. Что это? Дядя Рот, это вы его сделали?

Его я не делал, однако ситуация была поразительна. Мальчики действительно видели низшую нежить. Это весьма и весьма неожиданно.

– Что? Дель, ты уверена? Может, ты что-то перепутала?

Я покосился в сторону госпожи Риссет, которая была озадачена беседой с подругой и не заметила наших переглядываний.

Я вновь посмотрел на нежить, которая подплыла чуть ближе, заметив наше внимание.

– Не смотрите на нее, – скомандовал я мелким, понимая, что разбираться с ней сейчас не самое подходящее время.

Ребята послушно отвернулись, а сгусток энергии, передав мне свои эмоции, как будто насмехался над нами. Мне это не понравилось. Мелкая нежить очень пакостлива…

– Идемте, – воскликнули мальчики, когда магический камень загорелся зеленым. Не оглядываясь, они выбежали на дорогу, а мерзкая нежить метнулась в сторону ближайшего автомобиля.

– Даскен! – закричала Риссет, а после послышался оглушительный скрип тормозов.

…Риссет Форс…

– Извините, – кивнула я няню, когда мне позвонила Дель, и незамедлительно ответила на звонок, бездумно наблюдая за потоком проезжающих мимо машин.

– Риса, у меня сногсшибательные новости! – закричала Дель так, что я чуть не осталась без ушей. Такие бурные эмоции означали, что либо все очень хорошо, либо очень плохо.

– Что случилось? – Я невольно потерла нос, отметив, что вокруг резко похолодало.

– Помнишь, я отправила госпоже Шейрессе заявку о нашей пекарне? – нетерпеливо уточнила Дель, а я согласно угукнула.

Госпожа Шейресса была довольно известна своим строгим нравом и категоричными решениями. Она приходила в различные заведения, начиная от ресторанов и заканчивая небольшими магазинчиками, и давала свою оценку, которая после могла предопределить судьбу заведения.

Дель никогда не сидела на месте, а потому не так давно отправила заявку о нашей пекарне и каждый день с нетерпением ждала эту женщину, желая угостить её лучшей выпечкой.

– Так вот, она пришла! – взвизгнула Дель, но ее тон тут же изменился. – Однако есть большая проблема… Точнее, две проблемы. А может быть, и три, – поубавилось уверенности у Дель.

– А можно подробнее? Что она сказала? – Я невольно отметила, что господин Лирент и братья о чем-то говорят.

– Госпожа Шейресса пришла еще вчера, но я ее не встретила!

– Дель, ты уверена? Может ты что-то перепутала? – Я нахмурилась, не понимая, как так вышло, если Дель всегда на рабочем месте.

– Уверена на все сто десять процентов. Она приходила к нам вчера и сегодня явилась вновь, со своим решением, представляешь? Её обслужил наш нянь – Тартис! Я просмотрела кристаллы наблюдения, и он там ей такое сказал… она ушла ни с чем, но сегодня вернулась с решением о том, что станет попечительницей нашей пекарни из-за молодого человека, который был за прилавком! Представляешь? Она сказала, что обслуживание со стороны дерзкого мужчины повысит приток молодых покупательниц! Она согласна работать с нами только из-за Тартиса! У меня нет слов и…

Я слушала щебетанье Дель, находясь в некотором оцепенении, по-прежнему смотря на дорогу и задаваясь одним единственным вопросом: как так вышло?

Я попросту не знала, что ответить. Известная критикесса готова работать с нашим заведением из-за няня? Уму непостижимо и…

Но в один миг поток моих мыслей был прерван. Магический камень на противоположной стороне дороге замерцал мягким зеленым светом. Обычно я всегда слежу за мальчиками, крепко держа их за руки, но звонок и присутствие няня меня расслабило, а потому…

– Даскен! – отчаянно закричала я, глядя на то, как брат выбежал на дорогу и как к нему приближается сигналившая машина, которая и не думала останавливаться.

Я тут же махнула рукой, выставляя все возможные щиты, монофон выпал из рук, а сама я рванула вперед, но понимала… Понимала, что не успею и…

Все произошло настолько быстро, что я и не успела осмыслить, как это произошло. На том месте, где был испуганный Даскен, стоял тот самый мужчина, которого я встретила этим утром. Он крепко прижимал к себе Даскена одной рукой, а от второй исходили заметные даже обычному зрению потоки магии, что оплели чуть не сбившую брата машину и подняли её в воздух.

Честное слово, казалось, что в этот миг я могла умереть на месте. Сердце бешено колотилось в груди, а я подбежала к мужчине и Даскену. Народ вокруг всполошился и также хлынул к нам.

– Как ты? – Я тяжело дышала, а сердце ушло в пятки. Наверное, сейчас мне было намного страшнее, чем самому Даскену, только от мысли того, что могло только что произойти, если бы не этот незнакомец.

Я крепко обняла Даскена, а сосед похлопал меня по плечу:

– Все обошлось, госпожа Риссет. Вам не о чем переживать, на Даскене прекрасные щиты и ничего бы не случилось.

Я повернулась к этому человеку и тут же огляделась в поисках няня. Его нигде не было, а, возможно, я просто не смогла увидеть его из-за толпы. Но после я вновь посмотрела на соседа, чтобы отблагодарить за спасенную жизнь брата, и отметила кое-что.

На этом человеке была точно такая же одежда, как и на няне, с которым мы только что гуляли.

– Г-господин Лирент? Тартис Лирент? – переспросила я, не веря собственным глазам. Если в совпадение причесок я могла поверить, то купиться на одинаковые наряды было уже слишком. Мой нянь в этот миг пропал, а на его месте в его же одежде появился этот человек. Я была бы слишком глупа и наивна, если бы не смогла сделать выводы.

– Верно. Что-то не так? – Он приподнял брови, а Даскен, который уже пришел в себе, восхищенно протянул:

– Дядя Рот, так вы по-настоящему выглядите?

Господин Лирент нахмурился, будто не понимая мальчика, а после выругался на каком-то незнакомом языке, и в следующее мгновение вместо лица утреннего знакомого передо мной появилось лицо няня.

– Госпожа Форс, я объясню вам случившееся позже, в менее людном месте, – сказал он, посерьезнев.

Устраивать скандалы или выяснять отношения не хотелось. Перевоплощения няня были удивительными, но здоровье Даскена и то, как он себя чувствует, интересовало меня намного больше.

Подобрав монофон, который сиротливо валялся на снегу, а также успокоив народ и не меньше меня перепуганного водителя, мы отправились обратно в парк, который лишь недавно покинули. У мужчины, который был за рулем, резко отказали тормоза, и ему было очень жаль, что все так вышло, он оставил свой канал связи и сказал, что готов выплатить компенсацию из-за аварии. Я сомневалась, что буду сейчас выяснять детали и обстоятельства. Самое главное – все обошлось.

Не успели мы присесть на одну из скамеек в укромном для разговора месте, как мне опять позвонила Дель. Я несколько напряженно посмотрела на Тартиса и все же ответила.

– Риса, госпожа Шейресса хочет видеть тебя как совладелицу для подписания договора! – затараторила она.

– Дель… – Я замялась. – Я не могу прийти прямо сейчас. –

Я покосилась на спокойного Даскена, которому нянь что-то шептал, приложив пальцы к его лбу.

– Риса, я понимаю, что дети и нянь, хлопоты и заботы, но такой шанс выпадает раз в жизни! Госпожа Шейресса сказала, что если ты не явишься в течение часа для подписания договора, то она уйдет и не вернется! Прошу тебя, – взмолилась подруга, а я прикусила губу, не зная, как поступить.

На одной чаше весов у меня бизнес, наше детище, которое мы с Дель построили своими руками, и ему выпадает уникальная, эксклюзивная возможность, а на другой чаше – мои братья и человек, которому я доверила их, носящий иллюзию и что-то мне недоговаривающий. Семья, как ни крути, важней, но…

– Ступайте по делам, госпожа Риссет, – сказал мужчина, который снял иллюзию рыжеволосого няня и был передо мной в истинном облике. – Вы можете положиться на меня. Вечером я объясню вам, как всё так вышло.

– Как вас зовут? – Я нахмурилась, не зная, что и делать.

– Стротомиан Вердис, – ответил он. – Давайте отставим разговоры на потом, вас ждут, – кажется, он слышал мой разговор.

Но я придерживалась иного мнения.

– Вы носили иллюзию, которая спала из-за сильного магического всплеска? Я благодарна вам за то, что вы спасли Даскена, но… сейчас я нахожусь в больших сомнениях – могу ли я доверить вам детей? Вы правда господин Тартис? Вы же не тот человек, с которым виделась Дель и с которым я общалась, ведь так? Я самого начала поняла, что-то не так. Тогда почему вы носили иллюзию иного человека? Разве это законно? Вы знаете, что за подмену личности следует привлечение к ответственности?

– Отчасти это так, но вы неправильно прочитали закон, – усмехнулся мужчина. – За простые иллюзии подобного не предусматривается. Вы правы, я совершенно другой человек, но оправдываться перед вами не собираюсь. Все вопросы к тому няню, что вы наняли – Тартису Лиренту. Я заменял его и…

Я жестом приостановила мужчину.

– Сейчас мы все вместе направляемся в пекарню, а уже после вы рассказываете мне эту занимательную историю.

Произошедшее не укладывалось в голове ни под каким углом. Лишь братья сидели тихо, с раскрытыми ртами слушая нас.

Мы спешно добрались до пекарни, не проронив ни слова. Настроение у меня было скверным. Отправив мужчину и братьев наверху и проигнорировав удивлённый взгляд Дель, который спрашивал: «Кто этот красавчик?», я присела за стол и поздоровалась с госпожой Шейрессой.

…Стротомиан Вердис…

За всю свою жизнь и за то время, пока я был тайным агентом, я никогда не вляпывался так, как вляпался сегодня с иллюзией. Где это видано, чтобы у агента высшего разряда спала на задании личина?!

Стараясь успокоиться, я утешал себя различными доводами. Во-первых, то была не личина, а иллюзия. Во-вторых, эту иллюзию делал не я, а Тартис, который обещал мне самую качественную картинку. Вариант, что все пошло крахом из-за прыщавых ручонок друга, в этой ситуации нравился мне больше. В-третьих, мелкая нежить испортила мне магический фон и корявую иллюзию, которая сползала даже после сна. Знал же, что опыт работы Тартиса как мага равен плинтусу, и он уже не некромант, а нянька со стажем, но все равно доверил ему создание иллюзии. Учитывая все это, я приходил к выводу, что как ни крути, а в случившемся отчасти виноват и я.

Как объясняться с девушкой, представлял слабо. Вешать лапшу на ушу? Лихорадочно придумывать легенду? Кого здесь обманывать? Дети уже давно все просекли, да и Риссет не так глупа, она и прежде чувствовала что-то неладное, поэтому врать ей дальше глупо. К тому же я с самого начала сомневался, что из этой затеи что-то выйдет. Думал, обман раскроют в первый же день, а потому это очень и очень неплохо.

Пока девушки решали внизу деловые вопросы, а дети рассматривали меня со всех сторон, я позвонил Тартису, не желая отдуваться в одиночку. Раз так, то пусть он и оправдывается за корявую во всех смыслах иллюзию, в которой даже колдовать не получается. А вообще, во всем виновата мелкая нежить, которая подгадила нам и испортила тормоза. Если раньше сгустки энергии были просто надоедливыми, то сейчас совсем озверели, если чуть ли не стали причиной аварии. К слову, на эту тварь я накинул сеть и не растворил, как ее утреннюю подружку. Расщепление будет для нее слишком легким наказанием. С ней я разберусь в более спокойном месте.

– Как так вышло… как так вышло? Миан, – в голосе друга проскальзывала легкая паника, и мне почему-то казалось, что он сейчас может расплакаться.

К моему удивлению, друг меня не винил, скорее наоборот.

– Спасибо тебе, Миан. Я тут уж как-нибудь сам. А что, если агентство узнает? А что, если они напишут плохой отзыв? Мне очень стыдно и перед ними, и перед тобой, и перед мальчиками и… – шмыгнул он носом, но я не желал устраивать из небольшой, а может, быть и большой, но проблемки мировую трагедию.

Одно дело, если бы такое случилось на секретном задании в отделении мафии, совсем другое – в тихой семейке двух дамочек, которым хватит простых объяснений. Готов поспорить, что, увидев моего прыщавого товарища, они сами простят его без лишних слов.

– Извиняйся перед ними, а не передо мной, а вместо разведения сырости лучше подумай, как разрешишь эту ситуацию, – жестким тоном, который не подразумевал альтернатив, сказал я, прекрасно помня, что обычно это приводит подчиненных в чувство.

Тартис не заставил себя долго ждать и прибыл ко мне уже через двадцать минут. В качестве меры безопасности надел медицинскую маску с изображением каких-то зеленых грибов, что очень хорошо подходило теперь уже не к прыщам, а к странным сине-зеленым кольцам на его коже. Я же лишь вновь убедился, что с таким лицом девушки еще и лекарств ему сами принесут, лишь бы у парня все было хорошо. Не оставшись в стороне, предложил подрисовать красных пятен и синяки под глазами для большего сочувствия, но Тартис почему-то отказался.

Я размышлял в кресле о непрактичности иллюзий, пока Тартис, соблюдая дистанцию, знакомился с парнями и объяснял любопытным некромантикам сложившуюся ситуацию. Они забрасывали его вопросами, а я просто радовался, что на них должен отвечать не я. Чувство того, что сейчас за детьми приглядывает их оригинальная няня, грело мне душу.

Краем уха я слушал беседу Тартиса и близнецов, а также просматривал на магической панели изображения, которые выдавали мои камеры. Мне требовалось задать настройки отслеживания, ведь простая толпа и мимо проходящие люди меня не интересуют, однако это не быстрый процесс, который займет от двух до четырех часов. Не думаю, что госпожа Риссет так задержится, да и подобными вещами стоит заняться дома.

Я сделал верный прогноз, госпожа Риссет вернулась час спустя, да еще и в компании подружки. Тартис сидел, кланялся с извинениями, стоял на коленях, немного плакал для большей драмы, клялся всеми темными и светлыми лесами одновременно, просил понимания и сочувствия, предлагал возвратить одну шестую общей суммы, перезаключить контракт и даже снизить цену. В общем, друг делал все, что только мог сделать, чтобы сохранить работу и репутацию. Готов поспорить, что если бы он не был больным, то вдобавок обольстил бы подружку Риссет. Я же просто сидел в кресле в другом углу комнаты вместе с близнецами и наблюдал за всем этим не то цирком, не то балаганом.

Мы с парнями играли в какую-то настольную игру с фишками, что хранилась на втором этаже пекарни, который скорее был офисом, где неоднократно ночевали, а может быть, и вовсе жили. Близнецы очень внимательно прислушивались ко всему, что говорила их сестра, и порой с некоторой грустью посматривали на меня.

– Эй, куда это ты? Клетка – пять шагов назад, – своевременно подметил я, когда Тревис хотел смухлевать и сделать лишний шаг драконом. Хитро усмехнувшись, он все же походил правильно. Удовлетворенно кивнув, я бросил детские кубики.

– Дядя Рот, а вам придется уйти? – внезапно спросил Даскен шепотом.

– Разумеется, – кивнул я, указав на беседующую в стороне компанию с Тартисом во главе. – Теперь с вами будет сидеть и заниматься он. Точнее, когда поправится. А возможно, и не он вовсе. Посмотрим, что скажет ваша сестра, – пожал я плечами, сделав указанное кубиками количество ходов.

– Но мы не хотим, чтобы вы уходили, – тут же надули дети губки и пояснили: – Кто же тогда будет учить нас быть тайными агентами и давать советы? – Они обеспокоенно и чуть растерянно переглянулись между собой.

– Ничего страшного. Если поступите в академию КСБР, то мы еще встретимся, – подмигнул я и передал кубики Даскену.

– И все? – Они определенно были потеряны и огорчены чем-то, даже игра их не интересовала.

– А как иначе? – Я потрепал мальчуганов по волосам, не понимая их эмоций. Мы, конечно, неплохо проводили время вместе, но вот уж не думал, что они успели каким-то образом привязаться ко мне. Впрочем, это дети, в этом нет ничего такого.

На самом деле я испытывал смешанные эмоции. Мне было обидно и досадно, что я прокололся на такой мелочи из-за вредной нежити. Но я был рад, что все это закончилось и мне не придется больше притворяться, придумывать сказки и обучающие советы для госпожи Риссет. Однако жаль, что наше общение с братьями закончилось так быстро, даже не начавшись. Не покривлю душой, если скажу, что хотел бы провести для них несколько занятий магией. Они казались мне по-настоящему талантливыми некромантами.

Словно подгадав именно тот момент, когда мы закончили игру, победителем которой стал Тревис, девушки и Тартис закончили беседу. Риссет тепло поблагодарила меня за помощь, утверждая, что я оказал ей неоценимую помощь, несмотря на обстоятельства. Вежливость этой девушки, её тактичность и умение не устраивать скандалов вновь меня приятно удивили.

Попрощавшись с ней и мальчиками, которые совсем погрустнели, а также госпожой Дель, которая выглядела не менее озадаченной, мы с Тартисом покинули пекарню порталом, который я открыл.

– И что же вы решили? – осведомился я у друга, который с удобством устраивался в моем доме в Буршесте. Он выглядел весьма довольным, пусть и несколько вымотанным столь продолжительной беседой.

– Я приступлю к работе сразу же, как поправлюсь, – во все тридцать два зуба улыбнулся Тартис, умиленно покачав головой. – Госпожа Форс даже не ругалась, лишь сделала выговор и сказала, что из-за болезни она бы не разорвала договор, и мне просто стоило сказать об этом. Она дает мне второй шанс. Но все же… она прекрасна. – Он мечтательно вздохнул, снимая с лица маску.

– Риссет? – переспросил я, невольно замерев.

– Дель, – фыркнул Тартис, восхищённо покачав головой. – Я попросил у нее код артефакта связи, представляешь? – Он самодовольно подмигнул мне.

– Неужели хочешь завести новые отношения? – Я с долей скепсиса приподнял брови. – Если не ошибаюсь, то у тебя сейчас три девушки одновременно? Не многовато ли? Это не доведет тебя до добра.

– Лучше иметь в избытке, чем не иметь, – нравоучительно подметил друг, покачав указательным пальцем и скинув ботинки на пол. – Я ничего не могу поделать, да и люблю я каждую из них всем сердцем и душой. Но Дель особенно прекрасна. – Он довольно прищелкнул пальцами и даже прикрыл глаза при мысли о девушке.

Никак не прокомментировав планы и любовные похождения друга, я плюхнулся на диван, доставая из карманов все не использованные жучки.

– Что это? – Тартис тут же потянулся к ним, за что пришлось тут же щелкнуть его молнией по рукам.

– Не тронь, это для работы, – шикнул я на него, откровенно не доверяя оборудование пусть и другу, но все же няню.

– Жадина, – фыркнул он, демонстративно отсев подальше от меня. Но детская обида Тартиса не продлилась и секунды, как он предложил. – Может, нам с тобой выпить?

– Вижу, ты настолько в хорошем расположении духа, что даже позабыл о проблемах.

– Не заговаривай мне зубы, ты пить будешь? Что у тебя здесь есть? – Тартис, словно у себя дома, подошел к мини-бару, стоящему в гостиной под видом глобуса.

– С болеющими не пью, – усмехнулся я, а после услышал гномьи ругательства, которые выражали разочарование по поводу того, что я не позаботился о веселой работе и в моем доме нечего выпить. Пришлось напомнить, что пить он должен где-нибудь в другом месте, и выгнать его, потому что у меня еще полно работы.

Выпроводив лучшего друга, который обещал мне принести хорошего вина его дядюшки, я наконец смог приступить к работе. Для задания и всего хлама, который гордо именовался оборудованием, я выделил одну из комнат на втором этаже.

Засев там, я стал объединять все расставленные жучки и прослушивающие устройства в единую сеть информации с единичным доступом. Я все еще не видел изображения с кристаллов, потому что не включил их, но перед этим мне требовалось настроить поиск. Эти прелестные наклейки не только видели и слышали, что происходит вокруг, но и сканировали прохожих на предмет магического потенциала и ауры. Да, её можно замаскировать, наложить качественную иллюзию, скрыть и так далее. Но все это значительно облегчает работу. Это маленький город, сомневаюсь, что здесь найдется много тех, кто захочет спрятать свою личность.

Сегодня у меня не получилось обхватить весь город, но теперь мое время свободно, и я займусь этим завтра. В основном меня интересовали не совсем благополучные районы с повышенным количеством заброшенных зданий, банки и уличные банкоматы, магазины и машины.

На самом деле, у всех агентов была четкая схема по поиску кого-либо, которой нам лишь оставалось придерживаться, а потому я не переживал и даже не строил никаких домыслов насчет беглеца, просто зная, что система работает. Медленно, но верно. Через пару недель у меня будут все необходимые данные для поимки и ареста. Тут главное – не торопиться.

Когда я объединил все наклейки и жучки, пришло время проверить их исправность.

Я просматривал изображения улиц и каких-то магазинов, прислушиваясь к тому, что происходит в том или ином месте. Разговоры, метель, звуки, сигналы машин, и прочая мелочь… Я листал изображения до тех пор, пока не увидел странную картину.

То ли это была комната, то ли что-что еще, трудно было понять сразу, однако пару мгновений спустя все стало на свои места. Это оказалась ванная. Шторка ванной распахнулась и оттуда вышла обнаженная Риссет. Она задумчиво рассматривала свое лицо в зеркале, то и делая, что хмурясь. Подглядывать за голыми незамужними девицами, конечно, интересно, но не до того мне сейчас, а потому я просто переключил изображение, все же отметив, что девушка весьма хороша. Следующим кадром мне попалась кухня в доме близнецов, потом спальня, коридор, двор… Кажется, братья решили, что негоже пропадать добру зря, а потому расклеили оставшиеся наклейки дома.

Признавшись себе, что иного и ожидать не стоило, я отключил записывающие устройства из дома напротив, чтобы не увидеть ненароком ничего лишнего. Госпожи Риссет, на мой взгляд, было уже достаточно.

Закончив с работой, когда на улице уже стояла глубокая ночь, я отправился спать. Встать я планировал пораньше, чтобы успеть доставить камеры и выпустить в город еще одну партию жучков в прямом смысле этого слова.

Однако в моих планах что-то вновь пошло не так, потому что проснулся я не от будильника, а от навязчиво звонка во входные ворота. Пытаясь понять, кого принесла судьба, посмотрел камеры. Утренней гостьей была госпожа Риссет. Признаюсь, одеваться, умываться и бежать на улицу ради девушки мне было чуть лень, а потому я лишь выглянул в окно и набрал ее по монофону. Ответила она сразу же.

– Я вас вижу, госпожа Риссет. Вы что-то хотели? Мне нужно спуститься к вам? – практично осведомился я, а она тут же огляделась, но так и не поняла, каким же образом я вижу её. Неудивительно. Моя иллюзия на дом качественная: просто так не спадет и меня никто не заметит.

– Здравствуйте, господин Вердис, – поздоровалась она, использовав мою настоящую фамилию. – На самом деле, я пришла к вам с просьбой, – призналась она, а я чуть напрягся. Такое начало не предвещало ничего ни плохого, ни хорошего.

– Хорошо, говорите, – кивнул я, продолжая глядеть на девушку из окна.

– Господин Вердис… не могли бы вы побыть нашим нянем?

Глава 3

…Риссет Форс…

– Святые предки, как расслабиться, если музыка для релаксации раздражает? – рыкнула Дель, поднявшись с коврика для йоги, и выключила монофон, на котором играла какая-то мелодия. – До сих пор не укладывается в голове! – зашипела она и повторила в сотый раз за этот вечер: – Эти мужчины обвели нас с тобой вокруг пальца, и теперь из-за этого я чувствую себя полнейшей дурой! Ни стыда, ни совести, – плюхнулась она на стул рядом:

– Но дядя Рот очень хороший, – чуть обиженно подметили мальчики и поджали губы.

К моему великому удивлению, для них новость о том, что Стротомиан уходит, была печальной и, как выяснилось, они знали о замене няня с самого начала. Сегодня близнецы были не в настроении и, отказавшись от ужина, ушли к себе в комнату. Это меня несколько озадачило.

Признаюсь, было немного стыдно, что я, как взрослая и умная девушка, не заметила такого вопиющего обмана, и даже младшие братья оказались умнее меня. В некоторой степени я винила себя за то, что не удосужилась как-либо проверить, что за человек пришел в мой дом, и это всецело моя ошибка. Однако Дель была со мной не согласна и напоминала, что я не могла заметить подвоха, не встречавшись с Тартисом Лирентом лично. Она была зла и огорчена не меньше меня, однако нам удалось найти компромисс с Тартисом и прийти к общему решению. Но, даже несмотря на это, Дель никак не могла успокоиться и продолжала проклинать, как она говорила, «этих красавчиков», и неоднократно предлагала уволить няня. Но на увольнение я не соглашалась.

К слову, настоящий Тартис оказался именно тем Тартисом, которого я ожидала увидеть после первой беседы по монофону. Страсть к работе, конечно, похвальна, но не путем подобного обмана. На Стротомиана Вердиса, который играл роль няня, я не злилась. Скорее наоборот, была ему благодарна. Он не оставил в беде друга, дети его полюбили, он успел многому их научить и даже спас Даскена. Мне попросту не за что на него злиться.

– И все же это уму непостижимо, – рычала Дель, но в один миг злость сменилась на смущение. – Но он попросил мой код артефакта… Риссет, как думаешь, я ему понравилась?

Я лишь подивилась тому, как быстро меняются у Дель темы для разговоров и настроение, однако я и сказать ничего не успела, как подруга поинтересовалась:

– А как тебе этот Вердис? Он довольно симпатичен. Не в моем, конечно, вкусе, но тебе, кажется, такие мужчины нравятся. Не хочешь встречаться с ним? – подмигнула Дель, а мне пришлось отмахнуться от нее:

– Хватит меня сватать за всех, у кого темные волосы. Я благодарна Стротомиану, но на этом все.

– Жаль, он довольно неплох, – покачала головой подруга.

– Дель… а может… – Я несколько замялась, не зная, как сформулировать свою мысль. – Может, вернем его?

– Кого? – нахмурилась она, принявшись подпиливать ногти взявшейся из ниоткуда пилочкой. – Кстати, я записала тебя на маникюр на среду.

– Спасибо. – Я благодарно кивнула – никогда не отказывалась от предложений подруги и против маникюра ничего не имела. – Я говорю о том, чтобы вернуть няня.

– Говори яснее, – попросила Дель, поморщившись и, видимо, не понимая моей мысли.

Я выдохнула:

– Давай попросим Стротомиана Вердиса посидеть с близнецами до тех пор, пока Тартис Лирент не поправится. Он прекрасно справлялся с ролью друга и наставника. Мне не помешает помощь, ведь завтра я вновь уеду на работу, а ты в пекарню. С заключением договора времени будет еще меньше. Почему бы не попросить его, за оплату, конечно, посидеть с мальчиками? Они будут рады, они отлично подружились, к тому же он наш сосед… и…

– Ой, Риса, просто скажи, что он тебе понравился, – перебила и хлопнула меня по плечу Дель, хохотнув.

– Он заслуживает доверия, – внесла я некоторую поправку в ее слова. – Да и как он может мне нравиться? Мы и не знакомы толком.

– Тогда как человек, о котором ты ничего не знаешь, может заслуживать такого доверия? – хихикнула подруга и поспешно добавила: – Да-да, ты скажешь, что это совсем не так, но у меня большой опыт в отношениях, я такое за версту вижу. Я не против, поэтому иди к нему хоть сейчас. Можешь даже в гости позвать, и не только в гости. Например, на свидание и…

– Поражаюсь тому, как просто ты говоришь о подобном. – Я вздохнула и решила: – Уже довольно поздно, поэтому схожу к нему завтра, перед работой.

– А что, если он откажется? – Беседа о нашем соседе воодушевила Дель, приподняв ей настроение.

– Тогда ты возьмешь их с собой в пекарню, – нашла я решение проблемы, а Дель тут же взмолилась, посмотрев в сторону окна, где был виден дом соседа:

– Ох, святые небеса, пусть он согласится!

Немного еще поболтав с Дель, я отправилась в душ, а после решила наведаться к близнецам, которые так и не выходили из своей комнаты. Братья были чуть грустны, однако я прекрасно знала, как смогу поднять им настроение. Обнадеживать их, не зная о решении господина Вердиса, не хотелось, однако одна простая фраза о том, что «дядя Рот вернётся» смогла сделать их необыкновенно счастливыми, и они почему-то тут же принялись ходить по комнате, говоря, что учатся быть агентами. То, что они повеселели, было хорошим знаком и я, не мешая им играть, отправилась обратно на кухню, где хотела подробнее и детальнее разобраться с сотрудничеством, которое нам с Дель предлагала госпожа Шейресса.

То, что её привлек господин Вердис под иллюзией няня, меня несколько удручало. Госпожа Шейресса хотела сделать нашу пекарню привлекательной для молодой женской аудитории и уделить внимание диетической выпечке, которая стала бы нашей визитной карточкой. Но главной фишкой должен был стать дерзкий мужчина, который бы работал с клиентами. В чем фишка данного направления, я понимала плохо, однако репутация госпожи Шейрессы и её вкус внушали доверие. И все же ни господин Вердис, ни Тартис не кажутся мне дерзкими, скорее наоборот, обходительными и учтивыми.

Дель настояла на подписании договора, однако расторгнуть его мы могли в любой момент. Но были вопросы, которые не давали мне покоя: кто будет визитной карточкой нашего заведения? Я сомневалась, что хотя бы один из мужчин останется в восторге от подобной идеи, однако Дель успокаивала, говоря, что она все организует, а мне стоит побеспокоиться о меню, ведь контракт подписан, а это главное. С одной стороны, она была права, а с другой – у меня закрадывались некоторые сомнения на этот счет.

Решив обдумать это завтра и более детально, я написала несколько вариантов будущих дополнений для меню и с чистой совестью отправилась спать.

***

Утром я была несколько взволнована и не знала, как попросить соседа посидеть с детьми. А что, если он вообще не дома? А что, если он откажется?

Это «если» беспокоило меня все утро и, немного подумав, я решила взять с собой в качестве гостинца упаковку с печеньем, что Дель вчера принесла домой из пекарни. Негоже приходить с пустыми руками, да и благодарность в качестве выпечки все же лучше, чем просто слова.

Поскольку после встречи с соседом я планировала немедля отправиться на работу, то накинув пуховик и крепко прижимая печенье к груди, позвонила в высокие ворота, которые полностью ограждали участок его дома и закрывали первый этаж от любопытных глаз.

Однако все переживания оказались напрасны, поскольку господин Вердис был внутри. Его голос показался чуть сонным и, признаюсь, мне стало неловко, что разбудила его, однако я посчитала, что просьба моя не ждет:

– Господин Вердис… – Я глубоко вздохнула. – Не могли бы вы побыть нашим нянем?

– Простите? – Казалось, я поставила мужчину в тупик своим вопросом.

– Я понимаю, что в свете последних событий моя просьба резкая и неожиданная, но все же вы внушаете доверие, и пока ваш друг болеет, мне нужен кто-то, кто бы мог присмотреть за братьями. Вы нашли общий язык, я заплачу вам за это, но, если откажетесь, я пойму.

Личный разговор в моих фантазиях был совершенно иным, нежели тот, что вышел по монофону. Я была готова к любому ответу, однако…

– Я согласен. Но сидеть с детьми я буду при некоторых условиях.

…Стротомиан Вердис…

– Итак, – расхаживал я перед братьями взад-вперед. – Сейчас мы запишем с вами одну тему, посвященную магии, и пойдем гулять.

– Хорошо, – кивнули они с готовностью, продолжая с удивлением оглядываться.

Сказать, что я был ошарашен, когда Риссет пришла ко мне? Без сомнений. Рад ли? Не знаю, наверное, это в большей степени смесь досады и приятного удовлетворения. Я выдвинул несколько условий, согласно которым мог просто присматривать за детьми, не соблюдая воспитательных программ. Риссет, будучи счастливой и окрыленной, оставила мне ребят и упорхнула на работу. Однако сегодня мы с близнецами были дома не одни.

– Господин Вердис, а какое у вас образование? – сидевшая вместе с нами госпожа Дель принялась активно меня расспрашивать.

– Высшее, – сухо ответил, следя за тем, как парнишки достают тетрадки для магической теории.

– Вот оно как. А какое именно? Вы давно знакомы с Тартисом Лирентом? Как хорошо вы знаете друг друга? Господин Вердис, а вы не знаете, есть ли у него девушка…

Названная тетя близнецов так и сяк пыталась разговорить меня, чтобы побольше выспросить про Тартиса. Так как я не знал о планах друга и о том, какую лапшу он хочет навешать на уши этой девице, то уходил от ответов, как только мог.

– Господин Вердис, – протянула Дель, подсаживаясь еще ближе ко мне. – А вы можете что-нибудь рассказать мне о своем друге?

– Я занят, – указал я на учебник низшей некромантии, который использовал как основу для обучения пацанов.

– Но все же ответьте, – не сдавалась Дель, а близнецы, сидевшие рядом, стали неодобрительно качать головами, недовольно посматривая на тетю, которая отнимала драгоценное время их занятия.

– А не пора ли вам на работу? Пекарня сама себе не откроет, – вспомнил я о бизнесе спустя бесконечных двадцать минут, во время которых девушка пыталась просверлить во мне дырку.

– А вам нравится Риссет? – спросила она в ответ.

То ли эта пекарша страдала избирательной глухотой, то ли просто не хотела слушать меня, то ли ей было все равно, то ли она ушла в собственные мысли… Но диалог у нас не вышел.

– Господин Вердис, а вы не хотите поработать на раздаче в нашей пекарне и…

В этот миг мое терпение лопнуло, и я щелкнул пальцами. На улице что-то громыхнуло, как от удара молнии, затем послышался сильный треск, а Дель как ветром сдуло с дивана. Я лишь открыл окно, а что уж там произошло, понятия не имею.

– Итак, вернемся к так и не начавшемуся уроку, – откашлялся я, невольно подумав, что не нанимался развлекать влюбленных девиц. Стоит намекнуть Тартису, чтобы он не медлил, иначе госпожа Дель мне жизни не даст. – Записывайте: различие неупокоенной души, духов и призраков. Неупокоенная душа – это всегда душа мага, которая не пересекла грань и осталась в мире живых. Они выглядят как полупрозрачные фигуры различных оттенков: синие, зеленые, красные и изредка – фиолетовые. Некоторые души способны менять цвет в зависимости от настроения. Чтобы избавиться от неупокоенной души, вы можете привязать её к телу и похоронить по традициям, их мы изучим позже. Эти души довольно опасны и могут навредить вам, поэтому всегда используйте щиты.

– А что мы видели вчера на улице? – словно послушный ученик, Даскен поднял руку, а я умилился такой примерности.

– Это была низшая нежить – дух. Духи чаще всего представляют собой преобразовавшиеся сгустки энергии более тонкого магического плана. Они могут возникать в случайных местах и исчезать самостоятельно. Очень легко приручаются некромантами. Духи могут появляться в домах с большой концентрацией энергии, разумны и могут терроризировать хозяев. А вообще они вредные, наглые и ехидные, – все свои слова я визуализировал наглядными иллюзиями и, признаюсь, лекции для детишек мне понравились.

На самом деле это небольшое занятие позволило мне отвлечься не только от повседневных будней, но и от своей работы, взглянув на иную сторону жизни. Я живу припеваючи и ни о чем не думаю, не строю никаких планов, потому что попросту могу не дожить до них, но есть и другие люди. Люди, у которых есть дети и которые работают каждый день, чтобы подарить им счастливое будущее. Они думают, что у них есть и сегодня, и завтра, и целая вечность. Рад за них, но и сам я счастлив по-своему.

– Скажите мне что-нибудь, а я переведу эту фразу на темное склонение, – улыбнулся я, а Тревис тут же сказал:

– Послезавтра мы идем в поход.

Я тут же процитировал фразу, а близнецы скосили хитрые глазки друг на друга и спросили у меня:

– А вы пойдете?

– Куда? – чуть отрешенно уточнил я, размышляя, чем бы нам с детьми еще заняться. Темное склонение было, азы низшей некромантии были, историческая лекция про темного Грегоса-основателя была…

– В поход, – рассмеялся Даскен, а я несколько опешил:

– Зачем мне идти в поход?

– Потому что мы тоже пойдем. А если пойдем мы, то и вы должны пойти. – Дети придерживались собственного взгляда на предстоящее, а я связи не видел. – Риса пойдет с нами, а тетя Дель не хочет, поэтому пойти должны вы.

– Хоть в чем-то я согласен с вашей тетей, – фыркнул я и дал окончательный ответ. – Не хочу в поход, у меня и так дел по горло. Собирайтесь, мы пойдем гулять.

– Гулять? – переспросил Даскен. Мальчики почему-то поморщились и как-то странно переглянулись между собой.

Внутренним чутьем я тут же заподозрил что-то неладное.

– А что вас не устраивает? – Я присел на корточки. Мучиться и уговаривать их не хотелось, а потому я использовал немного ментальной магии для чистосердечного признания.

– Ну… мы вчера немного поссорились с мальчиком из прошлой школы… – несколько уклончиво пробормотал Тревис, а я порадовался применению магии. Сомневаюсь, что мальчишки рассказали бы об этом просто так. – Он начал смеяться из-за того, что нас выгнали. – Дети чуть досадливо поморщились, а я почувствовал, что им обидно.

– И что? Из-за какого-то вурдалака нам теперь гулять не ходить? – Я со смешком изогнул одну бровь.

– Он сказал, что мы противные темные маги, и он терпеть их не может, и мы вообще прокляты из-за того, что можем видеть призраков. –Тревис и Даскен отвернулись друг от друга.

Кажется, пока меня не было, они тоже что-то не поделили между собой …

– Эх, вот так отлучишься на денек, а у вас уже что-то произошло, – покачал я головой и дал совет. – Если он снова к вам подойдет, то просто ударьте его, – пожал плечами, веселясь от проблем, которые беспокоят детей.

– А Риса говорит, что любой конфликт можно решить словами, драться плохо и…

– Сестра говорит вам правильные вещи, но ударить за такое можно. Я бы сказал, что нужно.

– А если он нажалуется на нас? – Все никак не желали соглашаться со мной близнецы.

– И что? Сам виноват. – Я придерживался собственной точки зрения. – Собирайтесь, у меня большие планы на нашу прогулку.

Когда обувался в коридоре, то обнаружил в своем ботинке сюрприз, к категории приятных отнести его было сложно, и я просто переложил милую лягушку в чью-то обувь. Кажется, Тревиса. Идея хорошая, а кто в нее вляпается, не моя забота.

Когда братья спустились, то выжидающе и с непониманием замерли на месте, желая увидеть мою реакцию на свою шалость. Я же был невозмутим, потому Тревис лишь поджал губы и «незаметно» спрятал лягушку себе в карман.

Одевшись, мы дружной компанией вышли на улицу.

Сегодня у меня была следующая ступень поиска – насекомые. Прелестные образцы стрекоз, тараканов, мух и еще по мелочи. Конечно, будет довольно странно увидеть цветных бабочек посреди зимы, однако отвод глаз – действенное средство. К слову, мне стоит наведаться в банки и взять некоторые справки.

Стоит признаться, погодка сегодня была хороша. Настолько хороша, что ко мне пришла гениальная мысль:

– Не хотите побегать? – уточнил я у пацанов, указывая на парковые дорожки. Парк возле дома – очень хороший выбор.

– Хотим, – дружно ответили они и уже хотели помчаться вперед, как я резко одернул их магией, разворачивая.

– А знаете, я передумал. – Я попытался быстрее уйти с людной аллейки, и братья даже не успели понять смену моего настроения, как позади раздался голос:

– Эй, Вердис!

Близнецы посмотрели на меня, а я на них. Было два варианта – опозориться перед коллегами штаба или же валить отсюда. Ни один вариант мне не нравился.

Не успев подумать, я щелкнул пальцами, накладывая на себя теперь уже качественную, но все же иллюзию Тартиса.

– Простите? – обернувшись, я «удивленно» посмотрел на напарников, которые вроде как собирались уехать в Шаганефс на поимку химика, поэтому не понятно, каким боком они оказались здесь.

– Стротомиан Вердис? – нахмурился коллега, с подозрением оглядывая меня с ног до головы.

Я чувствовал, как они сканируют мою ауру, но я дураком не был, а потому замаскировал и ее, и сейчас с невозмутимым лицом смотрел на мужчин, крепко сжав ладони близнецов.

– Ладно, Грост, кажется, мы обознались, – одного из агентов хлопнул по плечу его напарник, а третий, стоявший чуть в стороне, заржал:

– Я бы удивился, будь это Вердис. Вердис – и гуляет с детьми! – Он не перестать смеяться, видимо, представляя эту картину.

– Простите, господа, могу ли я узнать причину нашей встречи? – приподнял я брови, понимая, что должен сказать хоть что-то в сложившейся ситуации.

– Извините, господин, мы обознались. – Они чуть поклонились и тут же пошли прочь.

Мальчишки чуть удивленно спросили шепотом:

– Дядя Рот, а почему вы спрятались от них?

– Они тоже шпионы?

– Или враги?

– Будете много знать… – начал я, как Тревис закончил фразу за меня:

– Состаримся?

– Если агент КСБР знает слишком много, он до старости не доживает, – припечатал я, продолжая задумчиво рассматривать спины удаляющихся магов.

Было довольно странно увидеть их здесь. Конечно, это не мое дело, но…

– Идемте. – Я потянул близнецов в ту же сторону, куда направились мои коллеги.

– Мы будем следить за ними? – проявили чудеса изобретательности мелкие.

– Отчасти, – уклончиво ответил я, не отрывая взгляд от троицы.

Увы, но в то, что они оказались в Буршесте случайно, я поверить не мог. Химик тут явно ни при чем, а из всех агентов в городе я числился единственным. Значит ли это, что они не просто окликнули незнакомца, а действительно искали меня?

– Не хотите мороженого? – непринужденно уточнил я, глядя на ларек впереди.

Мои коллеги присели на скамейку рядом, а потому мне хотелось слегка понаблюдать за ними, чтобы прояснить ситуацию. Расплачиваясь за три порции мороженого, я незаметно выпустил из кармана прелестную мушку, которая полетела в указанном мною направлении.

Отдал малышне мороженое, и мы устроились на скамейке. Включив магические потоки, я принялся слушать, о чем беседовали маги под пологом тишины. Да, полог защищает от посторонних ушей. Но лишь человеческих. У мух все намного и намного проще…

– Ты узнал, где Вердис?

– Понятия не имею, он забрал все учетные записи, – недовольно шикнул агент, скрещивая руки на груди.

– Вот паршивец, –– выругался Грост сквозь зубы.

Обсуждать меня в моем же присутствии, пусть даже они об этом не знали, казалось верхом наглости. Хотелось узнать причину такого интереса к своей персоне, но искать неприятности на свою голову в компании детей было нежелательно, а потому я, помня нашу крепкую дружбу, лишь приморозил сапоги агентов к земле. Нечего в парке всякую ерунду болтать.

Покинув аллейку, я решил направиться в противоположный конец парка, где, признаюсь, хотел кое с кем встретиться.

– А куда мы идем? – не переставали задавать свои вопросы любопытные пацанята.

– К моему другу, – улыбнулся я, высматривая небольшой уличный ларек.

– А что мы будем делать? – Глаза мальчишек заблестели.

– Мы с вами будем учиться магии и есть мороженое, – заключил я, увидев не то фургончик, не то будочку с надписью: «Ледяное мороженое ледяных небес». Я далек от маркетинга и искренне сомневался, что что-то подобное привлечет посетителей, однако изюминкой заведения являлась вовсе не вывеска.

– Добрый день, что желаете? – когда мы подошли поближе, нам улыбнулся мужчина с мягкими, я бы даже сказал, добрыми чертами лица, которые внушали доверие. Годы идут, а он не меняется. Иллюзию я пока что не снимал.

– Выбирайте, – подтолкнул я близнецов, протягивая им небольшие брошюрки, поставленные специально для клиентов.

– А Риса говорит, что есть много мороженого нельзя, иначе… – опять начал Даскен, состроив умное выражение лица, а я шепнул:

– Мороженое этого парня исключение. Можете съесть его столько, сколько сможете, но все равно не заболеете, – все, что я говорил сейчас, было чистой правдой.

Глаза братьев тут же загорелись, и они принялись выбирать мороженое:

– Я хочу арбузное.

– А я шоколадное.

– Зачем тебе шоколадное? Дома есть шоколадные конфеты, так зачем есть шоколадное мороженое?

– Потому что мне хочется!

– Ну и ладно, ешь шоколадное, а я буду есть арбузное с малиновым сиропом.

Пока близнецы спорили между собой, выбирая вкус идеального мороженого, Мейр, мой давний друг, заинтересованно взглянул на меня. Он был хорошим менталистом, а потому немудрено, что он что-то почувствовал во мне.

– А что вы желаете, господин? – миролюбиво поинтересовался он, начав выполнять заказ близнецов.

– Мне, пожалуйста, мятное мороженное с беконом. – Я лучезарно улыбнулся, а глаза Мейра расширились от удивления. Такой странный запрос у Мейра всегда являлся кодовым словом агентов КСБР.

– Дядя Рот, такого вкуса нет, – нахмурился Тревис, напряженно рассматривая меню.

– А я тоже хочу с беконом, – тут же насупился Даскен.

– Мы знакомы? – приподнял брови Мейр, с долей непонимания рассматривая наши ауры.

Снимать иллюзию в парке, где я буквально пять минут назад видел коллег, казалось рискованной идеей, а потому я просто достал из внутреннего кармана значок агента и рабочее удостоверение. Мейр мельком взглянул на него, потом вновь на меня, и на его губах появилась легкая улыбка, которая кому-то могла показаться холодной или отрешенной, однако это было совершенно не так.

– Рад видеть тебя. Сколько лет прошло? Ты по работе? – Он отдал мелким, которые уже припрыгивали на месте от нетерпения, их мороженое. – Угощайтесь, надеюсь, вам понравится.

– Думаю, года два точно. Может, зайдем внутрь? – предложил я, указывая на ларек, имевший сбоку неприметную дверцу.

– Разумеется, – кивнул Мейр, выйдя к нам, закрыл стекло, ограждающее мороженое, и повесил табличку, означающую перерыв.

Сняв коричневый фартучек с милым рисунком глазастой мороженки, он пасом руки отпер дверь, пропуская нас. Разумеется, попали мы не в кладовку с мороженым и сиропами, а в просторное помещение с железными стенами, от которых шел ледяной пар, остужавший комнату до довольно низкой температуры. Я тут же наложил на детей тепловой купол, а сам посильнее запахнулся в плащ.

Внутри мини-лаборатории располагалось множество установок, которыми я планировал воспользоваться в ближайшее время. Если коротко, то Мейр –– это связной в Буршесте, отвечающий за снабжение агентов теми или иными вещами, которые могут им понадобиться в процессе работы, а еще тот, к кому может прийти любой агент КСБР в любое время.

– Ух ты, – задохнулись парнишки от восхищения, оглядываясь, хотя все же невольно поежились от холода.

Я своевременно отвесил им подзатыльники, когда любопытные ручонки потянулись к рычажкам ближайшей установки.

– Знакомьтесь, – указал я на Мейра, снимая иллюзию. – Мейр Герсон – стихийный маг, по специальности льда и с уникальными способностями. В войне прошлых десятилетий он в одиночку заморозил Гномий океан, спасая империю. Он национальный и мировой герой, – представил я друга, который, с такими заслугами за плечами, тратил время зря, занимаясь это лавкой в мелком городке.

– Рад знакомству. – Он сдержанно улыбнулся и кивнул мальчикам, чьи глаза стали точно такими же, как шарики в их мороженом. – Миан, почему ты не сказал, что у тебя есть такие очаровательные дети? Я думал, ты планировал обзавестись семьей после завершения карьеры.

– Это мои дети на ближайшие несколько дней. Долго объяснять, – уклончиво мотнул я головой, присаживаясь за длинный прямоугольный стол и доставая из карманов все устройства слежения, которые хотел подключить к другой системе наблюдения. – А теперь это еще и твои дети.

– В каком смысле? – приподнял брови Мейр с легким недоумением, а близнецы навострили уши.

– Ты же можешь оказать мне услугу? Пока я буду занят, покажи им, как ты мороженое делаешь, расскажи про стихийную магию. Помнится, ты говорил, что у тебя есть племянники примерно такого возраста?

– Верно, – на лице Мейра тут же появилась теплая улыбка, и он без лишних вопросов отозвал детей к небольшому диванчику.

Наверное, с Мейром я ладил за его умение не задавать лишних вопросов, за простоту общения и отзывчивость. Мне правда было жаль, что он решил уйти из числа действенных агентов.

Я с удовольствием отметил, что дети и Мейр заняты, и сел за одно из устройств. Мне требовалось подключить все мои кристаллы и прослушивающие устройства, отсмотреть все подозрительные сгустки и скопления магии на предмет чего-то странного или же подозрительного.

Изображения улиц города буквально через пару минут были выведены на общий экран, и я задумчиво просматривал те или иные ракурсы. Путем наблюдения я мог сделать несколько выводов – в этом городе катастрофически мало некромантов. Я бы сказал, что их вообще почти нет. Возможно, именно этим обусловлено столь дикое отношение к мелким со стороны их сверстников. Это было, во-первых. А во-вторых, в Буршесте оказалось очень много домашних животных, почти каждый житель держал кошку или собаку. Все питомцы оставляют особый отпечаток на магическом фоне и, если так можно сказать, очищают его от лишних потоков, не допуская высокой концентрации. Это было очень хорошо, однако удручало следующее – мелкая нежить. То, что на Риссет ранним утром напал один монстрик, а другой испортил тормоза автомобилю, не было чем-то сверхъестественным, однако чем больше я просматривал город, тем сильнее недоумевал. Мелкая нежить была почти повсюду. Особенно это затрагивало окраины города, где я наблюдал до пяти штук на одну улицу. Чем ближе к центру города, тем их становилось меньше.

Подобной активности и численности со стороны мелкой нежити в столь небольших городах я не встречал. Одно дело, если бы такое творилось в столице, где каждый третий некромант, и постоянно проводятся всевозможные ритуалы, и не всегда успешно. А неправильный ритуал как раз и вызывает подобные всплески. Но ведь здесь темных магов почти нет!

К сожалению, кроме этого, я не мог сделать никаких выводов, а ночные записи магазинов и продуктовых лавок тоже ничего не принесли. Подозрительных личностей я нигде не наблюдал. И мне это не нравилось. Обычно на начальном этапе у меня уже имелась хотя бы парочка зацепок…

…Риссет Форс…

– Риса, ты слышала?!

Утром дверь в спальню распахнулась с оглушающим звуком и внутрь ворвалась Дель с растрепанными волосами. Казалось, она сама только недавно проснулась.

– Что случилось? – такое побуждение было для меня в новинку. Я, конечно, могла предположить, что подруге в голове внезапно пришла гениальная идея кексов с творогом, но то, что она сказала потом, повергло меня в шок:

– В городе убили девушку!

Я резко села на постели. Дель любила пошутить, но сейчас казалось предельно серьезной. На моей памяти такого в городе не происходило, а если и бывало, то я этого точно не помнила.

Дель присела рядом и протянула мне сегодняшнюю газету, там на первой полосе красовался заголовок о случившемся. Я мельком пробежалась взглядом по статье. Убитая была женой владельца швейной мастерской. Я прекрасно знала эту девушку – она каждый день приходила в пекарню за свежим хлебом, а ее дочери посещали вместе с близнецами один садик. Я не знала, как мне реагировать на такие новости. В тихом городке – и такие страшные события…

Пока я обдумывала все это, Дель действовала и проводила мне инструктаж:

–– Это перцовый баллончик, на случай, если кто-то подойдет к тебе на улице. – Подруга положила на кровать сумку, из которой поочередно доставала всевозможные предметы для самообороны. – Это магический маячок на случай, если заряд твоего монофона иссякнет. Это сигнальные огни и…

Я жестом приостановила Дель. И попыталась объяснить, что нам не о чем беспокоиться – стражи КСБР обязательно выяснят подробности. Да и правды нам сейчас не узнать – ради красного словца СМИ могли и не такое написать, нельзя им доверять на сто процентов.

Кое-как убедив Дель в том, что никакие убийцы не ходят по улицам, я стала собираться в пекарню. Однако ситуация не давала мне покоя. Я очень хорошо знала убитую девушку. И перед тем, как уйти из дома, я все же захватила один из баллончиков, что оставила Дель.

На пороге я столкнулась с господином Вердисом – он пришел присмотреть за детьми. Мне хотелось, конечно, спросить – слышал ли он о случившемся, но я разумно решила, что у мужчины и своих забот хватает.

Пожелав Стротомиану хорошо провести время с близнецами, побежала в пекарню. Требовалось придумать новое оформление зала и меню, чтобы предоставить критику наши идеи. К счастью, сегодня у меня выходной, ведь Дель должна отправиться на занятие по йоге.

Весь город и посетители нашей пекарни только и говорили о трагедии семьи Бренст. К нам даже заходили стражи, которые хотели сделать копии с кристаллов записи. Естественно, я им не отказала. О самом убийстве пыталась не думать, понимая, что его расследование – не мое дело.

…Стротомиан Вердис…

Я сладко позевывал, рассматривая ровные и непрерывные сигналы своего оборудования. Слежка велась, но ничего не происходило. Это меня удручало – слишком много времени я трачу на такую ерунду, как поимка человека. Слишком много.

Прикрыв глаза, я невольно задремал прямо на стуле. Однако мой сон был недолгим – разбудил звук оповещения. В одном из районов города произошел сильный всплеск темной энергии.

Мне не потребовалось много времени, чтобы открыть телепорт в указанные системой координаты – и уже через несколько секунд я был на месте происшествия.

Это был один из спальных районов города. Портал выбросил меня напротив какой-то таверны с громким названием: «Куриные ножки без косточек». Невольно захотелось даже зайти внутрь и убедиться в том, что кости и впрямь отсутствуют. Но сейчас у меня были задачи посерьезнее. Именно от этого здания, где располагалось заведение, исходила странная энергия.

Не успел я сделать и шага к таверне, как услышал знакомые голоса где-то рядом. Мигом накинув иллюзию и полог невидимости, я юркнул в один из переулков. Не прошло и пары минут, как к этой таверне подошли мои коллеги, которых я встретил в этом городе еще днем. Это уже второе наше столкновение, но в случайности я не верил – слишком подозрительно все это.

Парни остановились напротив таверны, но вскоре и вошли внутрь. Как теперь осмотреть заведение, было непонятно. Я, конечно, неплохой иллюзионист, но в данной ситуации количество превосходит качество, и остаться незамеченным попросту не получится.

Не то чтоб я не доверял им, но агенты КСБР всегда остаются агентами – мы не были друзьями. Кроме того, нередки случаи каких-то правонарушений, а потому расслабляться не стоит. Если агенты продолжат ошиваться здесь, то будет повод вернуться в столицу и самому попытаться разузнать что-нибудь об этих парнях и статусе их дела.

Так как коллеги опередили меня, то оставалось лишь поставить в округе дополнительные кристаллы записи и отправиться домой.

Каково же было мое удивление, когда утром позвонил Тартис, с сообщением о том, что в том доме, в который я вчера так и не попал, убили молодую женщину. Сон как рукой сняло, и уже через минуту я был одет и готов к осмотру места преступления. Я был уверен, что это дело рук моего «подопечного». Однако когда я вышел из дома, вспомнил о важной мелочи. Дети. Куда же я теперь без детей?

Тяжело вздохнув, я направился к дому Риссет. Тяжело, наверное, быть семейным человеком – у тебя работа, а тут еще и дети какие-то. Самое страшное, что мне нужно лишь недельку это потерпеть, а родителям с этим всю жизнь жить. Возможно, я еще недостаточно постарел, раз не понимаю прелести подобной жизни.

Когда Риссет вышла из дома, то показалась мне слегка обеспокоенной – немудрено, для жителей таких населенных пунктов подобное является если не шоком, то стрессом точно.

В доме я встретил близнецов, которые почему-то бросились меня обнимать, и их тетушку. Дель я был рад видеть меньше, чем детей. Иллюзию я больше не носил, и она перестала пытаться очаровать меня, но возникли новые трудности – девушка пыталась выспросить у меня всю информацию о Тартисе, чтобы в будущем ее использовать. Я не был бы другом, если бы раскрыл все карты, а потому красноречиво намекнул, что ей пора куда-нибудь уйти. К удивлению, это подействовало, и Дель вспомнила, что у нее скоро начнется сеанс занятий по йоге.

К счастью, сестра покормила детей, и они были сыты. Даскен и Тревис предлагали мне позаниматься с ними магией, но у меня имелись совершенно иные планы – осмотр места преступления не ждал. Однако возникал вопрос – как быть с детьми?

Я попросил малявок одеться потеплее, однако в процессе выяснилось, что Риссет куда-то забрала их любимые теплые носки. И если вначале это показалось мне сущей мелочью, то потом я понял, что для ребенка любимые носки то же самое, что для меня вилла у моря – очень важны и жизненно необходимы. Чтобы найти носки для Дасакена и Тревиса, пришлось перерыть весь дом. Оказалось, что это не Риссет их забрала, а сами близнецы бросили их в игровой комнате и совершенно про это забыли.

После того как носочки были найдены, и я успел обрадоваться, появилась еще одна трудность. Мы потеряли какую-то зеленую игрушку. Точнее не мы, а они – дети. Играть в поиск предметов мне не хотелось совершенно, а потому, апеллируя тем фактом, что мальчишки уже взрослые и справятся без игрушек, я демонстративно вышел из дома. Осознав, что я могу уйти без них, некромантики не заставили себя долго ждать.

Крепко держа близнецов за руки, я направился в сторону парка. Не буду скрывать, что другие мамочки вновь очень пристально рассматривали меня, словно оценивали не только внешность, но и всю родословную. Меня это не смущало – в данном социальном статусе я человек семейный, у меня дети. Не знаю почему, а это словосочетание даже начинало казаться мне забавным.

– Дядя Рот, – обратился ко мне Даскен, дернув за руку, чтобы привлечь внимание.

Я молча повернулся, продолжая вести его с братом вперед.

– Мы с Тревисом подумали и пришли к выводу, что хотим собаку.

– Это очень мило. Что-то еще? – Я приподнял брови.

– Дядя Рот, вы не поняли, – тяжко вздохнул Тревис. – Мы хотим, чтобы вы подарили нам собачку.

– С какой это радости? – опешил я от подобной наглости. У детей губа не дура. – Не люблю я живность в доме. Выпрашивайте собак и кошек у тетушки и сестры.

– Риссет не разрешает, говорит, что это большая ответственность и мы еще маленькие для этого, – надул губки Даскен, а Тревис поддакнул:

– Тетя Дель утверждает, что лучше выйти замуж и родить ребенка, нежели чем заводить домашнего питомца.

Я лишь покачал головой. Чтобы узнать о человеке, нужно лишь пообщаться с его детьми. Стоит запомнить это на будущее.

– А зачем вам собака-то нужна? – недоумевал я.

Здесь ребята немного стушевались, не в силах ясно объяснить свою просьбу. Дав им день на обдумывание, я сказал, что если их ответ меня устроит, то быть может, что-нибудь и придумаю.

Пока мы беседовали о необходимости в доме домашних питомцев, подошли к лавке мороженого. Мейр уже вовсю работал, замешивая шоколадный сироп.

Как послушные покупатели, мы встали в очередь. Впереди стояла какая-то влюбленная парочка, которая все не могла определиться со вкусом мороженого. В какой-то момент я понял, что если эти люди не поторопятся, то мы останемся тут навечно, а потому ускорил их выбор ментальной магией. Мороженое это не виллу у моря выбирать.

– О, мои любимые покупатели, – улыбнулся Мейр, когда увидел меня в компании мелких. Увы, но фраза относилась именно к детям.

– Доброе утро, господин Мейр, – воодушевленно поздоровались близнецы, а затем посмотрели на меня. – Мы будем мороженое?

– Вы будете есть и играть, а я работать, – кратко описал я наши планы на ближайшие несколько часов, а затем вопросительно взглянул на Мейра.

Маг все понял и закрыл прилавок, пропуская нас внутрь. Приятно иметь друзей, которые могут присмотреть за детьми.

Пока дети размещались в ледяном фургоне, я рассказал Мейру об убийстве, и это для него, конечно, уже не было новостью. Мы договорились, что я отойду на пару часиков, а он поведает детям какие-нибудь истории из жизни. Возможно, Мейр мечтал иначе провести этот день, но он согласился, что меня весьма порадовало.

Прежде чем уйти, я на оборудовании мага сравнил место преступления с местом всплеска магии – все сошлось.

Надев иллюзию мужчины средних лет, я вновь отправился к таверне. Здание было опечатано, повсюду дежурили стражи. Показав удостоверение, я беспрепятственно прошел внутрь. Вопреки моим ожиданиям, все случилось не в самом заведении, а в жилой квартире, что располагалась прямо над барным залом.

Поднявшись наверх, я, не теряя времени, просканировал помещение магией, хотя и без этого детали были понятны даже еноту. Тело уже унесли, но судмедэксперты, продолжавшие осматривать квартиру, зло рыкнули на меня, когда я хотел пройти в комнату без бахил. Исправился. По итогу я сделал такой вывод. Кто-то совершил темный ритуал привязки сильной нежити – весь пол в крови, а замысловато начерченные линии черным мелом тому лишь доказательство. Увы, но больше я ничего для себя интересного не нашел. Пусть расследованием занимаются следователи. Однако перед уходом я все-таки попросил судмедэкспертов выслать мне копию результатов.

Выйдя из таверны, осмотр которой занял совсем немного времени, я решил осмотреть близлежащие дома и районы. Ритуал привязки прошел удачно, но я не видел никаких следов, что было очень странно и нетипично.

К сожалению, я не смог найти никаких зацепок. Прежде чем забрать детей у Мейра, зашел в отдел КСБР, чтобы ознакомиться с уже имеющимися данными. Опять не обнаружил ничего полезного.

Может и не быстро, но все идет гладко. Преступник совершил нападение, а значит, оставил следы, без этого не бывает преступления, а значит, поимка нашего злодея – дело времени, пусть и есть некоторые неясные моменты.

В хорошем расположении духа я вернулся в парк, чтобы забрать малюток. Я и сам не особо жалую детей, так что не стоит злоупотреблять добротой хорошего человека, который никогда не откажет в помощи.

В фургончике меня ждало прекрасное зрелище: близнецы сидели за столом, поедая мороженое, отчего рты их были измазаны шоколадом, а Мейр создавал возле мальчишек ледяные фигурки, разыгрывая какие-то сказочные истории. По лицам детей я понял, что им нравится происходящее, но в воспитательных целях отвесил каждому по подзатыльнику – негоже сутулиться и чавкать.

Выразив Мейру искреннюю благодарность, смело предложил ему попросить и меня о какой-нибудь просьбе, чтобы все было честно. Маг пообещал над этим подумать. К моему удивлению, детки даже не хотели уходить из фургончика, но пришлось напомнить, что правила тут диктую я, а они – всего лишь ученики, которые выполняют мои приказы. Вначале аргумент не сильно подействовал, но я надавил на то, что шпионы должны быть дисциплинированными, и уже через пару минут мы шли по парку, направляясь к пекарне.

С монстриками особо не поработать, а все, что мог, я уже сделал, поэтому решил проведать госпожу Риссет, которая должна была весь день провести в пекарне. Да и подкрепиться не мешало. Еще чуть-чуть, и дети проголодаются, им в таком возрасте нужно много есть.

Мы с близнецами дошли до пекарни, на которой висела табличка: «Закрыто», но нас это не остановило – внутри горел свет, и Риссет точно должна быть внутри. Когда мы постучали в первый раз, то нам никто не ответил, но мы были очень настойчивыми, и с третьей попытки дверь распахнулась.

– Простите, я не могла отвлечься. – Риссет тяжело дышала, устало привалившись к двери.

– Вы что, мебель двигали, раз так устали? – фыркнул я, покачав головой, даже не предполагая, что своим высказыванием попал в точку.

– Да, – сделала она глубокий выдох и указала на какие-то коробки посреди зала. – Мы прикладываем все усилия, чтобы критик одобрила новый проект и поспособствовала его развитию. Нам с Дель нужно поменять интерьер, в том числе и мебель. Совсем недавно привезли новые столы, –– рассказывала Риссет, раздевая близнецов и вешая их теплые вещи на вешалку.

– Что вы делаете? – тут же возмутился я, глядя как Риссет заботливо прыгает вокруг пацанов. Я был слегка недоволен. – Они уже не такие и маленькие, зачем помогаете им раздеваться?

Риссет немного оторопела от моего вмешательства, но прежде, чем успела ответить, близнецы заканючили:

– А нам нравится, когда Риссет заботится о нас, мы хотим, чтобы она нас одевала и раздевала!

– Много хотите, – цыкнул я и приказал: – Раздеваетесь, моете руки, затем делаете десять подходов с отжиманиями и прыжками. Увижу, что кто-то халтурит – начнете сначала.

– Стротомиант, они же дети, разве им пойдет на пользу физическая нагрузка? – спросила девушка, а я философски сказал:

– Нет такого мага, которому бы помешал спорт. Тренировки – лучшая медитация для развития магического потенциала.

– А что вы будете делать? – Мальчики тут же скосили на меня хитрые глаза. – Вы тоже будете заниматься?

– Я буду помогать вашей сестре, – ответил я, рассматривая громадные коробки.

Не могу сказать, что мне так уж хотелось, но смотреть, как молодая девушка самостоятельно перетаскивает тяжелые вещи, было, как минимум, неприлично. Да мне и не трудно.

– Стротомиан, вам не стоит этого делать, – замахала руками Риссет, когда я взял одну из коробок.

– Давайте перейдем на «ты», – предложил я ей вместо ответа.

Ни к чему формальности, если нам еще предстоит сотрудничать. Не буду скрывать – Риссет начинала мне нравиться, а потому помочь ей я был совсем не против.

– Что нужно сделать с этим? – требовательно спросил я, желая услышать весь объем работ.

– Нужно распаковать коробки, собрать новые столы и стулья, перевесить картины, пересадить цветы, поменять меню и сделать влажную уборку, – послушно перечислила все пункты плана Риссет, а я предложил разделить обязанности:

– Тогда я займусь мебелью, а вы более мелкими задачами. Говорите, если понадобится помощь.

– Мне правда неудобно просить вас еще и о помощи в пекарне, – все ещё продолжала сомневаться Риссет, а я предложил ей некоторую альтернативу:

– Я же вам не за доброе слово помогаю. Когда закончим – угостите меня выпечкой. Хочу попробовать все самое вкусное из того, что у вас есть.

– Я попрошу Дель, чтобы она испекла вам черничный пирог, – на лице Риссет тут же расцвела улыбка, а я не мог не поинтересоваться:

– А вы? Вы умеете готовить?

– Конечно, – кивнула она и, не тратя времени даром, стала возиться с какими-то вывесками и картинами, которые собиралась приклеить. – Но Дель в этом более хороша и именно она занимается здесь всей выпечкой. Два года назад она сдала экзамен на кондитера и даже ездила в столицу для подтверждения аттестата. Она очень талантлива.

Наверняка Риссет болтала бы о своей подруге без умолка, но слушать о ней мне было как-то не особо интересно. Но к счастью, девушка была отличной собеседницей, и мы с легкостью сменили тему. Я предложил обсудить изменения погоды и благодаря этому смог больше узнать о работе Риссет. Я с самого начала чувствовал в ней хороший магический потенциал и не ошибся – она оказалась стихийницей и магом погоды по совместительству. Сейчас подобные сочетания считаются редкостью. В какой-то момент я даже подумал, а не познакомить ли Риссет с Мейром. К счастью, я быстро отогнал подобные глупые мысли. Мейр – часть моей работы, а Риссет… Риссет – часть работы Тартиса.

– Я вернулась! Пять часов заниматься йогой! Мне кажется, еще чуть-чуть, и я познаю все тайны созерцания, – с этими словами в пекарню ворвалась Дель, разрушив всю идиллию. – Господин Вердис, что вы здесь делаете? – удивлённо посмотрела на меня пекарша.

Посмотреть действительно было на что – агент КСБР стоял посреди зала с инструкцией по сборке столов и пытался прикрутить правильные болты к правильным отверстиям. Я не был новичком в сборке мебели, но мне было не понятно, почему инструкция написана на гномьем и почему в ней нет картинок. Говорить Риссет о том, что я не настолько хорошо знаю гномий, чтобы читать инструкции по сборке, я не стал, а потому собирал мебель по здравому смыслу – ножки внизу, большая плоскость над ними. В конце концов, выдай я эту слабость, то выставил бы себя в невыгодном свете.

Так или иначе, но приход Дель не предвещал ничего хорошего – сейчас начнет расспрашивать обо мне или Тартисе. Я не ошибся.

– А когда родился господин Лирент? Кто он по эльфийскому календарю? – Дель замешивала тесто, чтобы попробовать испечь пирожные для нового меню, но при этом болтала без умолку.

– Тете Дель подходит только лунный единорог и призрачный дракон, – тут же вставили свои пять монет мальчишки, которые грели уши под наши разговоры. Пришлось напомнить, что их подход упражнений еще не закончен и болтать во время тренировок нельзя.

– Понятия не имею, – сухо ответил я, рассматривая, что у меня получилось. Если первые два стола я собрал почти сразу, то с третьим возникли трудности.

– Как вы не знаете? – тут же ужаснулась Дель. – Он же ваш лучший друг.

– А вы знаете дни рождения всех своих друзей и знакомых? – задал я резонный вопрос, на который получил категоричный ответ:

– Разумеется.

Я не поверил в подобное. Однако правда не знал, когда родился Тартис. Точно помнил, что зимой, но не более того. Мы с ним обычно встречались после новогодних мероприятий, и я дарил другу какой-нибудь универсальный подарок – и на день рождение, и на новый год.

***

– Нора еще жива? – Я задумчиво смотрел на друга.

– В смысле, – подавился Тартис. – Я что-то пропустил? С чего бы ей умирать? – напряженно пробормотал он, делая глоток светлого эльфийского вина.

– Это же твоя собака, верно? – устало уточнил я, в упор глядя на друга.

– С какой радости? Эзель.

– Не путай меня, Эзель это твоя сестра, – уверенно сказал я, покачав головой.

– Моя сестра – Нора.

– Это твоя собака, – продолжал я стоять на своем.

– Мою собаку зовут Нора, а сестру Эзель. Проклятые предки, ты меня запутал! – выругался Тартис сквозь зубы и глубоко выдохнул, а потом поочередно загнул два пальца, четко проговорив: – Еще раз. Нора – моя сестра. Эзель – собака.

Наступило недолгое молчание, я осмысливал информацию, но решил, что не стоит тратить на это время:

– Неважно, просто скажи, ты можешь одолжить мне ее на день?

– Сестру? – Глаза Тартиса широко раскрылись, а я с трудом сдержал желание стукнуть его.

– Собаку, – мрачно пояснил я, а друг облегченно выдохнул:

– А я-то уж подумал… А зачем тебе?

– Дети хотят собачку.

– Вот оно как… – Тартис покачал головой, но засомневался. – Вначале стоит провести тест – вдруг у них аллергия на животных, шерсть, данную породу собак. Затем мне стоит проверить прививочный лист и убедиться, что все в порядке. Нужно подготовить и собаку к появлению детей, а также…

– Я понял, – махнул я рукой, прерывая этот балаган. – Мне проще купить новую, чем у тебя просить. Это всего лишь собака.

– Дети – очень нежные создания, – уперся Тартис в свои ворота, словно баран, однако ловко сменил тему. – Как прошел день? Ты, кажется, говорил, что почти весь день провёл в пекарне. Не поделишься подробностями?

Я тут же расплылся в улыбке, так как остался очень доволен сегодняшним времяпрепровождением. Когда со сборкой мебели было покончено, Риссет ушла в кабинет наверху, чтобы заняться документами, а я не преминул воспользоваться случаем присоединиться к ней, когда дети уснули. Болтать с этой девушкой было одно удовольствие, пусть я и старался сильно не отвлекать ее от дел. Риссет явно было приятно со мной работать, а потому я и на завтра напросился к ней в пекарню. Затем Дель принесла мне обещанный черничный пирог. Вначале я хотел оставить немного Тартису, но вовремя вспомнил, что из нас двоих работаю я, так что только я пирог и заслужил, а потому сам все и съел.

Поделившись с Тартисом всеми событиями сегодняшнего дня, я поймал на себе его хитрый взгляд.

– Чего пялишься? – отобрал я у друга бутылку, решив, что пора ему завязывать с выпивкой. – Ты должен скорее выздоравливать, иначе тетушка Дель сожрет меня, – поежился я, вспомнив допросы.

– Она тебе нравится? – Тартис подсел ко мне ближе, пытаясь незаметно вернуть к себе алкоголь, но я не позволил.

– Проклятые леса, конечно, нет! Эта девушка запала на тебя с первой встречи. Помни, что она очень странная. Сегодня спрашивала, когда у тебя день рождения.

– Я говорю о Риссет. Она нравится тебе? – Тартис подсел еще ближе, а я на миг призадумался. – Я давно не видел, чтобы ты так открыто флиртовал с кем-то.

– Говоришь так, словно я отшельник, живущий в горах, – фыркнул я и признал очевидное. – Она мне правда симпатична, с первого взгляда ничего такого не было, но в общении что-то подкупает.

– Например? – Товарищу общих фраз не было достаточно.

– Она спокойна. Рассудительна. Принимает различные точки зрения. Улыбчива, – назвал я первое, что пришло мне в голову, а Тартис улыбался так, словно ему на голову упал миллион лиственных.

– Так или иначе, помни, что ты на работе, – без явной на то причины Тартис посерьезнел.

– Без тебя знаю, – буркнул я, прекрасно помня о том, что недопустимо заводить какие-либо романы на задании.

– Ну, зато я почти здоров. – Тартис довольно подмигнул своему отражению в зеркале. – Ты знаешь, что это означает?

– Это означает, что скоро я смогу начать нормально работать, – признал я очевидное.

– Не пытайся спихнуть все на детей. Если у тебя что-то не получается с расследованием, то дети тут ни при чем, – тут же осадил меня товарищ, но я никак это не прокомментировал.

В его словах была доля правды. Переключаться на работу мне сейчас не очень хотелось, поэтому я решил поведать еще об одной детали сегодняшнего дня.

– Я сейчас тебе кое-что скажу. Засмеешься – на один труп в Ромарине станет больше, понял? – сделал я мягкое предупреждение, а Тартис заинтересованно взглянул на меня сквозь бокал. – Я буду работать продавцом в пекарне.

Глаза Тартиса округлились, но он, помня мои слова, закусил губу и, давясь от хохота, сполз с барного стула, а затем все-таки заржал, словно лошадь на выгуле. Гад.

– Ты? Продавец пирожков? – Тартис хохотал, схватившись за живот. – Нянь, продавец хлеба, что будет потом? Начнешь птиц разводить?

– Однако работать я буду лишь фактически, а теоретически – ты, – внес я некоторую ясность, а веселье Тартиса как рукой сняло. – Я надену иллюзию твоей внешности, поэтому, если подумать, то именно твое лицо будет всем улыбаться и продавать изделия.

– Зачем тебе мое лицо? – почему-то возмутился Тартис, поднявшись с пола.

– По городу бродят агенты, которые зачем-то ищут меня, и ты предлагаешь продавать хлеб без иллюзии? С дуба упал?

– Да плевать я хотел на иллюзию, вопрос в другом – зачем тебе продавать хлеб? – все еще недоумевал Тартис.

– Это отличный способ втереться в доверие к местным, посмотреть на них, узнать городские сплетни, просканировать ауры близлежащих районов.

– И? – Тартис как чувствовал, что это не все причины.

– И меня об этом попросили Риссет и Дель. Я не мог им отказать. Это нужно для их бизнеса. Они долго что-то рассказывали мне о визитной карточке пекарни, о привлекательном персонале, но я мало что запомнил. Поэтому готовься к тому, что, когда поправишься, тебе придется пару дней постоять на кассе.

– Я согласен дать тебе в пользование свое лицо только с тем условием, что ты будешь брать код монофона у всех симпатичных девушек, – расплылся в улыбке Тартис, а я покачал головой:

– Мне не нужно твое разрешение, чтобы надеть твою иллюзию.

– Грубиян.

– А с чего бы мне распинаться перед тобой? – задал я резонный вопрос и намекнул, что другу не стоит задерживаться. – Мне завтра вставать рано, вали домой, – махнул рукой в сторону выхода.

– Хорошо, – на удивление легко согласился он и, прихватив бутылку вина, открыл телепорт.

***

– Рад приветствовать вас! Я могу чем-нибудь помочь? – Я приклеил к губам самую дружелюбную улыбку и даже немного поклонился.

Это была репетиция, но голуби за окном странно на меня посмотрели, видимо, посчитали дураком. Все было не то. Как вести себя? Критик, странная женщина, была довольна, что я выгнал ее из пекарни, отказавшись что-либо продавать, но какой будет толк, если я всех выгоню?

– Добро утро. Не желаете что-нибудь купить? – вновь я задал вопрос голубям, которые попятились в сторону. Был готов поспорить, что дело в иллюзии и в лице Тартиса. Стоит сказать ему, что даже голуби от него шарахаются.

Когда-то я изучал основы маркетинга и понимал, что первая фраза решает всё. Она должна заставить посетителя любого возраста и с любым достатком купить мой товар. Дело за малым – придумать эту фразу.

Какое-то время я продолжал стоять у окна, как дверь кухни распахнулась. Дель внесла свежие пирожки. Риссет сегодня была на работе в метеоцентре, дети играли в кабинете на втором этаже, а Дель готовила продукцию к предстоящему дню.

– Иллюзия хороша, даже не отличишь при первом взгляде. Однако сейчас мне ярко видны различия. Даже выражение лица. И как я могла так легко клюнуть на эту удочку? – покачала головой тетушка, решив прокомментировать мой внешний вид.

– Спасибо за вчерашний пирог, – решил я высказать благодарность.

– Словами сыт не будешь, но информации о вашем друге мне будет достаточно, – хихикнула она, а я решил не мелочиться и немного поторговаться:

– Вы даете мне выпечку каждый день, если я буду говорить вам один факт о господине Лиренте. Что скажете? – Я задумчиво наклонил голову набок, а рыбка клюнула незамедлительно.

– Какая у вас любимая начинка? – Дель очаровательно улыбнулась.

Я довольно хмыкнул:

– Черника. Тартис родился в год костяной гидры.

– Хм… – Девушка призадумалась. – Я не помню такого животного в календаре эльфов.

– А это вампирий календарь, – пожал я плечами, а пекарша вновь покивала каким-то своим мыслям.

– А какой у вас знак? – внезапно спросила она, прежде чем уйти на кухню.

Я призадумался.

– Сиреневый страус.

– О чем вы? – Дель подавилась, а потом звонко рассмеялась. – Такого знака не существует.

– Если говорить так, то никакого знака не существует, – подметил я и поторопил ее. – Приступайте к работе. Вы всегда так много болтаете?

Когда Дель ушла на кухню, я вновь кивнул голубям, проверил все кристаллики и жучки, которые расставил внутри пекарни. Ровно в восемь часов повесил табличку об открытии заведения. Охота начиналась.

***

– Вы можете приобрести у нас записки с некромантскими пожеланиями и предсказаниями, – любезно рассказывал я стайке девиц, зашедших в пекарню.

Одна из девушек кокетливо поправила прядь волос, томно взглянув на меня. Отступать было не в моих правилах, а потому я попытался выбить максимум из этих покупателей.

– Юная госпожа, не хотите ли купить упаковку кексов и дать мне свой код артефакта?

Подобную фразу ей было нечем крыть, а потому она послушно купила самую дорогую упаковку новых кексов и нацарапала на салфеточке код артефакта. Прелестно улыбнувшись, я проводил девушек взглядом. Первая выручка уже была в кассе.

– Господин Рот, мы устали играть наверху, – как только посетительницы ушли, с лестницы сбежали близнецы. – Мы тоже хотим продавать выпечку.

– Какая прелесть – я не хочу работать, а вы – наоборот, – покачал я головой и напомнил золотое правило некроманта: – Если некроманту скучно, то у него нет рядом кладбища. Когда будете покупать дом, выбирайте тот район, где кладбище похуже.

Мальчики с некоторым непониманием посмотрели на меня, а потому пришлось исправиться:

– Берите в руки учебники по простейшим магическим плетениям и читайте вслух.

– Мы не хотим читать, – тут же насупились дети.

– Вы же скучаете – если не можете найти себе занятие сами, то его вам найду я. Берите учебнике и читайте, – вновь скомандовал я, а за окном показался еще один потенциальный покупатель.

Да, я немного хитрил, наложив на пекарню пару заклинаний, притягивающих взгляд, а потому не сомневался, что каждый третий прохожий зайдет внутрь. И я не прогадал – мужчина в деловом костюме действительно остановился у вывески и пару секунд спустя поднялся по ступенькам, открыв дверь, отчего тут же затрезвонил колокольчик.

– Добрый день, – поздоровался он. – Где госпожа Дель или госпожа Риссет? – задумчиво оглядел он несколько преобразившееся помещение.

Это был сигнал насторожиться – наверняка явился постоянный клиент или хороший знакомый хозяек.

Я по привычке просканировал ауру вошедшего, после чего задумался. Зачем кому-то носить сильный иллюзионный блок? Вновь оглядел незнакомца – рост около ста восьмидесяти сантиметров, примерно сорок третий размер ноги, темные глаза, короткие черные волосы. Иллюзия редко накладывалась на пропорции тела, чаще всего она изменяла лишь черты лица и оттенок кожи или волос. И хоть комплекция вошедшего подходила под примерное описание убийцы, однако я не мог повесить страшные злодеяния на первого попавшегося человека. Но это было хорошим началом, так как городские кристаллы не смогли зафиксировать кого-либо, кто носит иллюзию.

– Госпожа Дель на кухне, а госпожа Риссет отсутствует, – кратко кивнул я, решив немного покопаться в плетении мужчины.

– Вот как, – казалось, что мои слова его немного расстроили.

– Может, вы желаете что-то купить? – с нажимом спросил я, указывая на полки со свежей выпечкой. – Если купите что-либо, то в подарок получите печенье с некромантским пожеланием, – применил я свой маркетинговый ход.

– Нет, спасибо, – покачал головой мужчина и развернулся, собираясь покинуть пекарню.

Так просто от меня еще не уходили, а потому я едва заметно махнул рукой.

– Господин, возьмите, пожалуйста, – тут же подошел к нему Тревис, протягивая ему печенье с пожеланием. – Это подарок от нашего заведения в честь некоторых преображений.

– Хорошо. – Мужчина был в некотором смятении и все-таки взял лакомство, сунув его в карман.

– Благоприятного вам дня, – кивнул я ему на прощание и подмигнул близнецам. – Хорошая работа. Получилось довольно убедительно.

– Там был жучок? – практично осведомились они, словно уже полжизни проработали в КСБР. – Кстати, что у него за темная аура? – Мальчики нахмурились.

– Аура? – Я приподнял брови, не понимая, о чем они говорят. Это было интереснее. – Вы видели его ауру? Какой формы и размера?

– Ну… – Даскен замялся. – Это что-то непонятной формы за его спиной, какая-то материя, у которой словно были щупальца. Вы не видели этого?

Увы, но ничего подобного я не видел, но словам детей доверял полностью. Такая особенность есть у маленьких некромантиков – видеть более тонкие потоки энергии, чем взрослые. То, что они описали, было похоже на магический отпечаток, который прикрепляется к аурам после проведения каких-либо ритуалов. Становилось интереснее. Не думал, что уже второй посетитель пробудит во мне такой интерес.

Способности близнецов становились все сильнее и сильнее, и они сами доказывали это. Чтобы проверить, я приказал им сесть у окна и рассматривать прохожих магическим зрением, чтоб попробовать выявить схожие особенности у каких-либо других жителей городка.

По итогу продолжительного рабочего дня в пекарне и наблюдения близнецов меня заинтересовали трое мужчин и две женщины, которые носили иллюзии. А еще две обладали очень сильным даром, что невольно вызывало подозрение. Правда, к концу дня мальчики были очень вымотаны. К сожалению, им ничем не удалось мне помочь, но для них это была отличная тренировка.

При помощи вопросов, которые я задавал болтушке-Дель о тех или иных людях, я смог многое выяснить о них.

Первый мужчина, у которого мелкие увидели отпечаток, был инженером одного из заводов, который располагался в пригороде. Заходит мужчина в пекарню каждое утро и покупает булочки с корицей. Также заглядывает по вечерам в среду и воскресенье. Сверившись с рабочим расписанием девушек, я убедился, что в эти дни во вторую смену в пекарне работает Риссет. Про иллюзию ничего известно не было.

Второй мужчина показался мне достаточно подозрительным. Переехал сюда из Эльфийских Долин около полугода назад. Работал в цехе хромирования и приходил в обед, чтобы купить кофе и печенье. Насколько было известно, он переехал сюда вместе с женой и двумя дочерями, но они находятся на домашнем обучении, поэтому их никто никогда не видел.

Последний молодой человек был достаточно приветлив и открыт. Он работал в местном спа-центре администратором. Был постоянным клиентом пекарни – покупал каждый день сдобу и заказывал у Дель торты на все праздники. Мужчина насторожил меня тем, что на его шее висел амулет с очень сильной защитой памяти и мыслей. У меня создалось ощущение, что даже при желании мне не удастся его взломать. Зачем администратору в тихом городке нужно что-то подобное?

Женщины также вызывали у меня интерес, но в отличие от мужчин, они не были постоянными клиентками заведения – появлялись лишь изредка. Одна работала в городской мэрии чьим-то секретарем. Другая была коллегой Риссет. На нее я обратил особое внимание. Однако их я подозревал в меньшей степени – мужчине надеть женскую иллюзию очень непросто, а поддержание ее стоит колоссальных усилий. Сомневаюсь, что мой преступник станет тратить силы на такую глупость. Только если я его не недооцениваю.

Когда день закончился, в пекарню явилась Риссет. Я был рад ее видеть. И не только я – дети и тетушка также были счастливы. Она пришла после работы, чтобы закончить отчеты. Это было похвально. Мне нравилось, когда дела не откладывают надолго.

О своих предпочтениях я, конечно же, не говорил вслух, а потому красноречиво кивнул Дель, намекая, что ей и детям пора идти домой. За этот день я понял, что эта девушка может быть очень полезной компаньонкой, с которой можно заключить выгодное сотрудничество – я «помогаю» ей очаровать Тартиса, а она дает мне возможность есть выпечку и приглядываться к Риссет.

– Мы хотим остаться с Рисой, – заканючили близнецы, но, поймав мой строгий взгляд, исправились. – Мы пойдем домой и ляжем спать пораньше.

– Что нужно сделать перед сном? – приподнял я брови, скрестив руки на груди и наблюдая за тем, как они одеваются.

– Сделать зарядку, помедитировать, прочитать третью главу «Поучения для некромантов», – достаточно воодушевленно пробормотали они.

– И? – попросил подытожить я все их действия.

– И почистить зубы, – горестно вздохнули мальчики, а я одобрительно кивнул.

– Знаешь, Стротомиан, я очень рада, что именно ты сейчас заботишься о них, – тихо сказала мне Риссет, провожая вместе со мной семью домой.

– Ты так хвалишь меня или принижаешь достоинства Тартиса? – хмыкнул я, оставшись довольным.

– Я тобой восхищаюсь, – улыбнулась Риссет и, покивав каким-то своим мыслям, сказала: – Я займусь работой, если не возражаешь.

– У меня тоже есть дела, не против, если я займу кресло наверху? – попросил я, на что получил утвердительный ответ. – Здесь хорошая атмосфера и можно легко сосредоточиться на делах, – решил добавить я напоследок.

Риссет вновь проверила, заперта ли главная дверь пекарни, погасила свет в главном зале, подсчитала итоговую выручку, а я запоздало вспомнил, что на мне все еще иллюзия Тартиса.

Когда Риссет закончила с хлопотами и села за отчеты, то я взялся за просмотр документов, которые мне прислали стражи по убийству молодой девушки. Ничего интересного не нашел. Единственное, что сделал – почитал отчеты о вскрытии. Я не соврал, когда говорил, что здесь можно сосредоточиться, работу я завершил быстрее, нежели планировал.

…Риссет Форс…

Я постукивала ручкой по столу, раздумывая, что делать дальше. На повестке дня было несколько вопросов: пекарня и моя работа. И если с первой все как-то решилось и сейчас нужно дождаться лишь оценки критика, то работа удручала.

Вышло новое расписание рейсов и перевозок, а это означало изменение моих рабочих часов. Администрация, в связи с этим изменением, решила сократить мой рабочий день, но дать при этом дополнительные обязанности, которые компания оплачивать не собиралась. Якобы составление отчетов о погодной безопасности также входит в мою компетенцию и то, что я буду тратить на это каждый день по три часа, их не волнует. Как мне сказали в отделе – не хотите задерживаться на работе, то берите на дом.

Данные изменения мне не нравились. Я работала погодником в компании драконьих грузоперевозок, потому что меня устраивала как зарплата, так и условия труда. Но нужно ли мне оставаться в этой компании, если система выходит из равновесия? С моей стороны глупо оставаться из-за простой привычки, я легко могу найти новую работу. Каждый день я трачу время на дорогу из-за отсутствия системы телепортации, а теперь они предлагают мне еще и работу домой брать?

Я вздохнула и, откинувшись на спинку стула, бездумно покрутилась на нем, закусив нижнюю губу. Увольняться, ничего толком не обдумав, глупо, однако…

Невольно я перевела взгляд на кресло – Стротомиан куда-то отошел. Я замерла и открыла ящик стола, в котором уже неделю лежал конверт. Внутри было письмо – меня приглашали на работу в столичный музей. У меня было не только магическое образование, я также окончила университет и получила специальность реставратора предметов искусства. Может, мне стоит подумать об этом?

Дверь резко распахнулась, а я машинально спрятала письмо обратно. Внутрь вошел Стротомиан с подносом в руках.

– Мы хорошо поработали, почему бы не сделать перерыв? – Мужчина сдержанно улыбнулся, будучи уже без личины, и поставил на стол поднос. На нем были две кружки горячего шоколада. – Госпожа Дель разрешила мне пользоваться кухней, – тут же предупредил меня некромант, прежде чем я успела что-то сказать.

– Я совершенно не против, – улыбнулась я и взяла кружку с напитком. – Спасибо вам за заботу, – искренне поблагодарила я мужчину.

– Мне не сложно, – усмехнулся он, присаживая напротив. – Над чем работаете? – Стротомиан попробовал подсмотреть в бумаги.

– Занимаюсь делами пекарни, – кивнула я, отодвигая документы в сторону.

Мне не хотелось говорить ему о каких-то трудностях. Где-то в глубине души мне все равно казалось, что я обременяю Стротомиана своими просьбами: дети, пекарня, а потому не имею право жаловаться на что-то человеку, который так много для меня делает. Однако… в какие-то моменты мне казалось, что я немного нравлюсь некроманту.

– Дела идут не так плохо, как я думал, а потому мне кажется, что вам не о чем переживать, – весьма доброжелательно проговорил мужчина, подперев подбородок рукой и внимательно меня рассматривая.

– Просто накопилось много бумаг, с которыми нужно разобраться, – увильнула я от ответа и предложила сменить тему. – Как вы относитесь к отдыху на свежем воздухе?

– Отдыху? – несколько опешил некромант и задумчиво наклонил голову.

– Да, походы и пикники. Любите подобное? – улыбнулась я, уже предвкушая, как мы чудесно можем провести выходные.

– Довольно неплохо. – Он невольно взъерошил свои волосы, а я воодушевленно сказала:

– Тогда вы обязаны пойти с нами! Я и мальчики собираемся в поход на этих выходных. Я была бы очень рада, если бы вы присоединились к нам.

– Ты опять перешла на «вы», – несколько недовольно цыкнул Стротомиан, но спустя несколько минут раздумий кивнул. – Если ты очень хочешь, чтобы я пошел, то я не могу отказаться, – повеселели его глаза, а взгляд стал мягче.

– Тогда решено, – бодро хлопнула я в ладоши. – Завтра приходи к нашему дому в шесть утра. Мы направимся в ближний лес и к водопадам. У нас очень красивая природа. – Я была очень рада, что мужчина не отказал мне в маленькой просьбе. Не знаю почему, но очень хотелось, чтобы он составил нам компанию.

– Вижу, ты часто ходишь в походы, – одобрительно протянул он и практично осведомился. – Что мне нужно взять с собой?

– Чем в походе больше людей, тем веселее. Но Дель, к сожалению, с нами редко ходит. Если у тебя есть друзья, то можешь позвать и их, – смело предложила я и начала перечислять. – Ты должен взять несколько сменных носков, перчатки, термос с горячим чаем и еду. Я сомневаюсь, что у тебя здесь есть палатка, поэтому её возьму я. Могу ли я доверить тебе приготовление еды?

– Да, конечно.

Мне показалось, что Миан кивнул мне, даже особо не задумываясь, но я точно знала, что на мужчину можно положиться, и он не подведет нас, пусть и таком деле, как поход.

– Я рада, что ты согласился, – вновь не смогла я сдержать улыбку и, убрав все бумаги в ящик, предложила: – Может, пойдем домой вместе? У тебя нет планов?

Стротомиан согласился прогуляться до дома пешком. На улице была отличная погода – шел снег, и при свете фонарей это выглядело очень красиво. Хоть я и видела эти пейзажи и улицы каждый день, но такая красота, как снегопад, всегда меня завораживала.

– Все хорошо? – уточнил у меня Стротомиан, видя, что я замерла на ступенях. – Риссет, ты что, не взяла шарф?

– Мне не холодно, – отмахнулась я, а мужчина закатил глаза.

– Держи, – достал он из кожаного портфеля вязаный шарф.

– Ты носишь с собой запасной? – удивленно спросила я, неловко приняла шарфик и обмотала его вокруг шеи, решив не отказываться.

– Моя сумка – пространственный карман, в ней есть абсолютно все, – самоуверенно заявил Стротомиан, а я не поверила.

Почему-то мне казалось, что это далеко не так, однако не стала спорить с мужчиной.

– Обычно в любовных романах мужчина дает девушке свой шарф, а не достает запасной, – рассмеялась я, рассматривая тихие улицы города.

– Что очень глупо и чревато для самого ухажера, – тут же подметил Миан. – Шарф – неотъемлемая часть зимнего гардероба. Я не говорю, что без него можно умереть, но это однозначно будет иметь последствия.

Я лишь улыбнулась, решив, что тема зимнего гардероба совсем не то, о чем мне бы хотелось поговорить сейчас.

***

– Где мои носки?

– Куда подевалась моя термо-кружка?

– Риса, ты не видела мыльные пузыри?

– Риса, а что ты положила в эту сумку?

– А нам точно хватит еды? Господин Рот кажется нам прожорливым.

– А как мы будем спать? Нам будет нужно взять две платки или одну?

– Я хочу что-нибудь сладкое.

Сборы ранним утром проходили если и не увлеченно, то точно не скучно. С мальчиками было невозможно заскучать, ведь все утро они донимали меня расспросами. Дель, как умная девушка, которая знала о наших планах, закрыла дверь своей комнаты изнутри, чтобы братья даже не вздумали разбудить её.

У меня был достаточно бодрый настрой, так как большую часть вещей я собрала ночью и сейчас мы проверяли содержимое рюкзаков. Мой план был прост – выйти к ближайшему лесу, оттуда пройти к водопадам и на вершине холма разбить палатку. То место довольно популярно среди местных жителей летом, но не думаю, что сегодня нам посчастливиться кого-либо там встретить.

Когда братья уже были готовы, я с некоторым предвкушением отдернула занавеску первого этажа, поглядывая на соседский дом и желая поскорее увидеть Стротомиана.

Миан пришел ровно к назначенному часу, ни минутой раньше.

– Дядя Рот! – радостно воскликнули мальчики, побежав к двери, когда раздался протяжный звонок.

– Чего визжите? – опешил Стротомиан, замерев в нерешительности, когда братья обняли его. – Уже собрались? – Он оценивающе посмотрел на близнецов, а потом на меня.

Оставшись удовлетворенным результатом, он впихнул близнецам какие-то пакеты, аргументировав это тем, что они должны помогать нам. Мальчики особо не сопротивлялись.

Глядя на Стротомиана, я понимала, что он не так часто ходит в походы. А, может, и вовсе не признает такой вид отдыха, однако была очень рада, что он решил принять мое предложение.

Нагрузившись рюкзаками, мы покинули дом. Неспешно направились к лесу по безлюдному городу – в такой час Буршест казался мне самым тихим и спокойным местечком на земле.

– Хорошая погодка, – пробормотал Миан, а я не могла не подметить:

– В ближайшие несколько дней непогоды не предвидится. Это хороший знак, – улыбнулась я чистейшему небу.

– Это радует, – пожал мужчина плечами и внезапно заметил: – Совсем скоро Тартис поправится, поэтому я рад провести время с вами, поскольку поводов для встреч у нас больше не будет.

– Ты всегда желанный гость в нашем доме. – Я мягко улыбнулась, взглянув на Миана, и не могла не сказать очевидное. – Ты чем-то очень подкупил мальчиков. Они от тебя без ума. Не поделишься секретом? – шутливо фыркнула я, а Миану это определенно польстило.

Он подмигнул мне:

– Тебе просто стоит чаще звать меня в гости. Но на самом деле, – посерьезнел он, – с ними стоит нормально заниматься магией – не от случая к случаю. Потенциал очень и очень значительный. Я бы посоветовал магическую школу, но раз в вашем городе возникли с этим трудности, то я считаю, нет причин держать их здесь – можно каждое утро открывать телепорт и отправлять их в столицу.

– Я думала об этом, – кивнула я. – Это будет отнимать много сил каждый день, как у них, так и у меня. У нас часто бушуют метели. Порой такие, что с хорошо отремонтированных домов слетают крыши. Как ты понимаешь, в подобных условиях пользоваться средствами перемещения запрещено, но и пропускать учебу глупо. Поэтому я не думаю, что это и такая уж хорошая мысль, – объяснила я.

– Я просто сказал, что думаю. Тебе не нужно следовать тому, что я говорю, – решил на всякий случай подметить Миан и задал вполне ожидаемый вопрос. – Как так вышло, что Даскен и Тревис такие сильные некроманты, а в тебе нет даже капли темного дара?

– Родители были некромантами, поэтому я не удивлена, что они, – кивнула я на братьев, которые, держась за руки, шли впереди нас, – предрасположены к магии некромантов. Мне же от бабушки по папиной линии достались внешность и дар стихийницы.

– В семьях редко бывает такое разделение по магическому потенциалу, поэтому я удивлен, – честно признался мне Стротомиан, а я не стала с этим спорить – любой мог ошибиться в этом вопросе.

Пока мы шли по городу, то неспешно болтали о каких-то мелочах и пустяках. Поддерживать разговор с Мианом было проще простого. В беседу иногда подключались и братья, когда речь касалась обыденных тем, однако они слушали все с хитрыми улыбками, словно пытались запомнить каждую мелочь.

Когда мы вышли на окраину города, то мне показалось, что Миан немного напрягся, как-то странно оглядываясь по сторонам. Я тоже невольно оглянулась, но никого, кроме бродячей кошки, не заметила.

– Что-то не так? – насторожило меня поведение мужчины, а он тут же покачал головой, вмиг переменившись в лице.

– Все отлично. Я просто никогда не бывал в этом районе.

Эти слова не показались мне слишком убедительными, но я просто кивнула, не став выяснять детали. Не мое дело.

Мы продолжили идти вперед, но теперь уже по дорожке, ведущей на холм. Довольно ловко мы преодолели препятствие и наконец-то взошли на возвышенность. Оттуда открывался прекрасный вид.

Холм невысок, но оттуда виднелся и город, и небольшой лесок, через который нам предстояло пробраться. Все было покрыто снегом – и вид этот завораживал. Безлюдные улицы с одной стороны и высокие деревья с другой. Солнце ещё не взошло высоко, а потому глаза от снега не слепило. Сосны, окружавшие нас, были аккуратно присыпаны снежком так, словно и не были творением природы. Над лесом, если приглядеться, можно было увидеть хищных птиц, которые с пробуждением искали себе что-нибудь на завтрак. Лес, в отличие от города, никогда не спит.

– Красиво, не так ли? – Я глубоко вдохнула морозный воздух, широко раскинув руки.

– Вау. – Близнецы восторженно оглядывались по сторонам. – Мы можем покататься с холма? – Они подпрыгнули на месте от предвкушения.

– Еще рано, – улыбнулась я и указала в сторону западной части леса. – Впереди будет хорошая полянка, там будет склон, с которого можно прокатиться. Стротомиан, все хорошо? – повернулась я к мужчине.

– Я думаю, что Мейру тут бы понравилось, – вздохнул он, о чем-то призадумавшись.

– Это твой друг? – заинтересовалась я, услышав незнакомое имя.

– Да, – кивнул он и тут же тряхнул головой, словно отгоняя лишние мысли. – Пойдемте – время идет, – поторопил он нас, первым зашагав вперед.

…Стротомиан Вердис…

Я рассматривал открывающийся с холма вид на город, сканируя его. От этого похода я уже начинал видеть пользу, а потому выпустил парочку маячков.

Затем мы с Риссет и близнецами двинулись вглубь леса, проходя через деревья. Я, как истинный мужчина, шел впереди, за мной шли близнецы, а процессию завершала Риссет.

Однако кое-что меня настораживало. Я всеми силами старался абстрагироваться от работы и попытаться по-настоящему отдохнуть, но почему-то не мог перестать обращать внимание на мелочи.

Сосны были покрыты снегом, а стволы других деревьев представляли собой лишь голые ветки, присыпанные снегом. В этом не было ничего подозрительного, кроме некоторых деталей. Я неоднократно замечал на тех или иных деревьях красные узелочки. Если вначале я подумал, что это указатели, которые подсказывают любителям походов правильную дорогу, то вскоре разуверился в этом. Нитки были оставлены в странных местах, а потому я остановился у одного из кустов, решив взять несколько штук на анализ. Просканировал лес, но опять-таки ничего не обнаружил – ни нежити, ни духов, ни людей. Никого. Но предчувствие подсказывало мне, что в этом кроется что-то странное.

– Ты не знаешь, что это? – решил я на всякий случай поинтересоваться у Риссет, указывая на свои находки в виде нитей.

– На самом деле, нет, – пожала она плечами, закусив губу. – Я видела ниточки и раньше, но с каждым разом их становится больше, – удрученно пробормотала Риссет, разглядывая эти знаки. Это меня заинтересовало. Их количество увеличивалось не просто так. – Зачем они тебе? – прямо спросила она, не став скрывать любопытство.

– Хочу взять на анализ. Они достаточно странно выглядят, – дал я свою экспертную оценку, а Риссет щедро предложила:

– У меня дома есть небольшая лаборатория. Можешь воспользоваться, если будет необходимость.

– Правда? Спасибо, – поблагодарил я её и спросил. – Зачем тебе дома лаборатория?

– Иногда она нужна мне для работы, – как-то уклончиво ответила она.

Я невольно поймал себя на мысли, что мне следовало бы запросить данные на всю семью Риссет. Просто для справки.

Осторожно убрал нитку в одну из баночек из-под печенья, чтобы не повредить образец. Банку аккуратно положил в карман рюкзака.

– Что ты делаешь? – тут же заинтересованно сунулись ко мне дети, пока я занимался сбором образцов. – Мы тоже хотим.

– Да вы даже не знаете, что я делаю, – цыкнул я, закатывая глаза. – Просто идите вперед и смотрите под ноги.

– Вы занимаетесь шпионскими штучками? – хитро сощурил глаза Даскен.

– Отчасти, – фыркнул я, а близнецы внезапно решили со мной поиграть:

– Дядя Рот, а отгадайте, кто из нас Даскен, а кто Тревис, – закружились и встали предо мной братья.

Отличал я близнецов всегда на каком-то интуитивном уровне. Сейчас на их лбах не было опознавательных квадратиков. Пользуясь способом Дель, я разделял их по пробору волос – у одного он был направо, а у другого налево. Однако сейчас они были в шапках и в одинаковой теплой одежде, поэтому я лишь наклонил голову набок. Это не иллюзия, которую можно развеять. Как мне их различить-то?

Я нахмурился, проводя внутренний анализ. Интуиция это, конечно, хорошо, но все же…

Прикрыв глаза, я проанализировал ауру каждого из мальчиков – ни единого отличия. Внешность? Да, какие-то детали разные, если очень сильно приглядываться, но не настолько, чтобы запомнить эти мелочи, как существенные отличия. Но что-то неуловимое есть – взгляд, улыбка. Я не так хорошо знал детей, чтобы быть уверенным на сто процентов, а потому ляпнул наугад:

– Тот, кто справа – Даскен, а слева – Тревис.

– Неправильно-неправильно, – засмеялись они, вновь завертевшись на месте, а Риссет, которая подошла к нам, фыркнула:

– Врунишки. Миан все верно сказал, – указала она на только заметные ей детали. – Даскен, когда улыбается, невольно поджимает нижнюю губу, а у Тревиса другой прищур глаза. И это не главные различия. Они совершенно не похожи друг на друга. – Она мягко приобняла их, а мальчики насупились:

– Мы все равно не понимаем, как ты нас всегда отгадываешь? – надулись они, словно это их огорчало.

– А я все равно не понимаю, почему вы любите играть в эту игру и носить одинаковые вещи, – щелкнула она мальчишек по носу. – Впредь буду покупать вам разные вещи, чтобы вы никого не вводили в заблуждение.

– Это очень весело, – не согласились они с сестрой.

– В этом есть своя изюминка, – поддержал и я их. – У моего знакомого есть брат-близнец. И когда есть человек, который может заменить тебя при необходимости – это очень удобно. Особенно если вы хотите стать членами КСБР, – подмигнул я юным некромантикам.

– Возможно, это подойдет только для тех мероприятий и того общества, где тебя не знают. Мне кажется, когда хорошо узнаешь близнецов, можно научиться видеть разницу, – продолжала настаивать Риссет на своём, а я решил дальше не развивать эту тему.

Речь зашла о детях, а потому я вспомнил, как просил у Тартиса одолжить нам собаку. Он вроде бы не был против, однако мы договорились, что он сам привезет Эзель и научит неоромантиков заботиться о ней. Однако чем больше я об этом думал, тем больше у меня было сомнений: я не знал, о ком мне переживать в данной ситуации, о детях или собаке, ведь за нее мне тоже придется отвечать? Может, сходить на кладбище животных и поднять там чей-нибудь скелет? С нежитью как-то попроще – кормить не надо и можно не беспокоиться, что дети оторвут ей хвост. Стоит предложить Тартису эту идею.

Спустя полчаса мы пришли к тому месту, о котором Риссет рассказывала с таким одухотворением. Поглядеть было на что – водопады зимой действительно прекрасны.

– Давайте расставим палатку, – взяла Риссет руководство операцией на себя, довольно ловко управляясь с нашим снаряжением, если так можно назвать все те вещи, что мы взяли.

Мы с близнецами стали послушно раскрывать сумки одну за другой, в поисках всего необходимого. Риссет была обладательницей большой палатки, в которую могли вместиться мы все. Это меня чуть-чуть удивило. Я вроде бы видел ее дом, но не припоминаю кладовки, где она могла хранить что-то подобных размеров.

Раскрыв палатку, мы разложили спальники, а снаружи предполагалось соорудить костер. Разводить мы собирались его не только для тепла и уюта на свежем воздухе, но и для того, чтобы пожарить мясо и зефир. Продукты были поделены просто – я готовлю мясо, а мальчишки сладости. Риссет продолжала, аки пчелка, обустраивать наше гнездо на ближайшие сутки.

– Какой красивый огонь, – пробормотал Даскен, привалившись к Тревису и вертя веточки, на которые был насажен зефир.

– Нет ничего лучше обжаренного до золотистого цвета зефира, – вздохнул Тревис, а брат кивнул, подметив:

– Лучше всего, когда зефир сочетается с шоколадом и крекерами.

– Настоящие некроманты должны в большей степени любить мясо, – вставил я пять монет, огорчившись, что дети не смотрят с таким восхищением на прекрасное мясо, которое я медленно обжаривал.

Ради сегодняшнего похода я уже в пять утра был на рынке, чтобы купить самое свежее и самое вкусное, на мой взгляд, мясо. Свинина, говядина, курица – в моем ассортименте было все самое необходимое, чтобы наверняка угодить предпочтениям семьи Форс. В армии я часто помогал с готовкой и научился там многим приемчикам.

– Мы любим мясо, но мы часто едим его, а зефир жарим лишь в походе, – объяснили дети свою позицию, а мне пришлось признать, что в этом есть доля истины.

Но я все равно был на стороне нашего предполагаемого шашлыка.

Пролетавшие над нашими головами птицы очень заинтересованно поглядывали на благоухающую еду, но кормить наглых хищников я не планировал. Я купил мясо, что поесть самому и накормить Риссет с детьми, а не всяких летающих чудовищ. Когда одна из птиц приземлилась на нашу поляну, став медленно подходить, я махнул рукой, ставя щит. Птица стукнулась клювом о невидимую стену и с громким криком улетела прочь. Нечего на чужое добро покушаться.

– Как идет готовка? – Риссет наконец закончила все дела и присела рядом с нами, стягивая с рук красные перчатки и кладя их рядом.

– Зефир уже готов, – лучезарно улыбнулся Даскен, протягивая сестре одну из веточек.

– Дядя Рот, вы тоже возьмите, – подошел ко мне Тревис, мило наклонив голову набок, а я с долей сомнения посмотрел как на чуть подгоревшую кору ветки, так и на почерневший зефир.

Кто-то из них говорил о золотистой корочке? Им готовить еще учиться и учиться. Наверное, если у меня будут дети, то я отдам их на стажировку к знакомому шеф-повару – все должны не только уметь готовить, но и делать это правильно, вне зависимости от своего возраста.

– Спасибо, – неразборчиво сказал я, уже откусывая от сего шедевра кулинарии. Может быть, это и выглядит плохо, но не смертельно.

– Как сладко, – зажмурилась Риссет от удовольствия.

Мне казалось, что если бы она была кошкой, то могла бы замурчать от удовольствия.

– Миан, тебе нравится? – уточнила у меня она, а я не стал врать:

– Бывает и лучше, но есть можно. Это какая-то традиция жарить зефир или вам просто нравится его вкус? – попробовал я выяснить причины приготовления странного продукта. Сладкоежки меня бы не поддержали в этом вопросе, но я был убежден, что лучше мяса ничего нет.

– Так получилось, – неопределенно пожала Риссет плечами, дуя на горячий зефир. – Наши родители всегда готовили его, поэтому мы не забываем семейные традиции и берем его с собой в любые поездки, – достаточно просто объяснила она, а я немного напрягся.

Я не считал смерть родителей чем-то сверхъестественным, всех нас ждет один конец – смерть. Одно дело – Риссет, совсем другое – дети более младшего возраста. Конечно, если все правильно объяснить, то проблем не возникнет, но, с точки зрения детской психологии, стоит ли так легко упоминать об этом?

Я попытался отогнать из головы лишние мысли – пусть это будет заботой Тартиса, а не моей. Как я вообще задумался о чем-то подобном? К тому же Риссет – сестра мальчишек, и ей виднее, как нужно поступать и говорить.

Когда милые посиделки у костра закончились, а солнце встало у нас над головами, возник вопрос: немного отдохнуть или же пойти к водопадам. Единогласно было решено отправиться вниз. По крутому склону мы спустились к застывшему озеру, на льду которого виднелись странные полосы. Как объяснила Риссет – многие любят приходить сюда, чтобы покататься на коньках.

Пока мы с Риссет обсуждали красоту природы и что неплохо бы как-нибудь прийти сюда с холстом и красками, чтобы запечатлеть данную картину, мальчики резвились в снегу.

– Я довольно хорошо рисую. Окончил художественную академию, когда еще учился в школе, – признался я девушке, уже представляя пейзаж и обдумывая, как лучше расположить источники освещения.

– Правда? Я тоже, – широко улыбнулась она и предложила: – Может, нам с тобой правда стоит попробовать свои силы в рисовании?

– Хорошая мысль. – Я кивнул. – Ты бы могла оставить близнецов с Дель, и мы пришли бы сюда вечером. Мне кажется, что в закатном солнце водопад будет…

Я не успел договорить, как что-то стукнуло меня по спине. Это были близнецы. Они решил поиграть в снежки, но почему-то мне показалось, что они бросили в меня не снег, а камень.

– Что за беспорядки? – недовольно нахмурился я, понимая, что сбился и все придется начинать сначала.

– Давайте играть! Давайте построим снежную крепость и пусть победит тот, чья крепость выдержит нападение противника, – огласили малявки правила игры.

– Миан? – Риссет вопросительно взглянула на меня. – Поиграем? – Она хитро прищурилась и тут же бросила в меня снежку.

Такой подлости я не ожидал. Атакуя друг друга, мы принялись за строительство крепости. Каждый из нас возвел нечто вроде стены. К счастью, снега было хоть отбавляй, а там уже начались настоящие снежные баталии. Я любил честную игру, но я не мог не подметить, что близнецы использовали в своих снежках камни. Риссет же иногда бросала в нашу сторону магические шарики. Я не стал терпеть ситуацию, которая складывалась не в мою пользу, а потому также помогал себе магией. Конечно, я играл не в полную силу, но применение магических снарядов значительно упрощало мне работу. Дети – это, конечно, хорошо, но я не собираюсь поддаваться ни им, ни девушке.

По итогу продолжительной борьбы, победителем которой стал я, мы устало рухнули на снег. Я даже не подозревал, что такое занятие сможет увлечь меня. Наверное, снежные игры в любом возрасте способны разбудить в душе внутреннего ребенка. И даже я не стал исключением.

Когда мы лежали на снегу, то к нам пришла достаточно банальная, на мой взгляд, идея – сделать снежного ангела. К сожалению, самым красивым он был лишь у Риссет, чувствовался опыт. Риссет после игр со снегом выглядела очень милой и счастливой. Снег слегка припорошил волосы, щеки ее приятно порозовели, а с губ не сползала широкая улыбка. Мне нравилось видеть девушку такой искренней и беззаботной.

После этого мы решили покататься на ледяных досках с холмов. Близнецы взяли с собой несколько ледянок для этого случая. Не буду скрывать, я одолжил одну у Даскена и прокатился несколько раз. Я, конечно, хитрил, заставляя детей самих поднимать доски на вершину, а потом просто скатывался с них, но считал, что раз это их вещи, то пусть они их и носят. Я даже предложил Риссет прокатиться вдвоем, и она согласилась.

Решив вернуться к забавам, мы направились к нашему лагерю и принялись за лепку снеговиков. Это было чем-то вроде конкурса – есть час, чтобы слепить самого красивого снеговика. Это, судя по всему, также какая-то традиция, так как у Риссет был с собой пакет со всякими пуговичками, варежками и шарфами, чтобы принарядить наши творения. Такая дальновидность мне нравилась.

Я немедля начал катать снежные шары, не думая о том, кто именно это будет – главное соорудить три снежных комочка, а там будет видно, что из этого чудовища выйдет. Я старался придерживаться каких-то традиционных понятий о снеговиках, а потому по итогу у меня получился снеговик-бабушка, с красным платочком на голове и рукавицами на ветках. Мне казалось, что вышло чудесно, и когда я закончил, то повернулся к девушке и детям, чтобы взглянуть, как продвигается их работа. Выяснилось, что они минут десять как уже закончили и ждут меня. Их скорость меня удивила, но я опять сослался на то, что у них больше опыта в этом ремесле, на что Риссет лишь фыркнула.

Тревис слепил весьма яркого снеговика из двух шаров. На его голове вместо волос были сосульки, на морковке висели солнцезащитные очки, а вместо рук – ветки со страшными изгибами. Снеговик Даскена оказался наиболее близок мне по духу – мальчик в зимней шапочке и рукавицах. Он очень подходил моей бабуле. Риссет почему-то, как и мальчики, слепила снеговика из двух шаров. Это был мужчина с цилиндром, галстуком и моноклем. В совокупности наша композиция смотрелась весьма стильно.

– Почему вы делаете снеговиков из двух шаров? Разве по классическим стандартам их не должно быть три? – удрученно наклонил я голову, понимая, что битва в какой-то степени была нечестной.

– Правда? В нашем городе все лепят именно таких снеговиков, – ответила Риссет и, доставая монофот, предложила. – Давайте сделаем общую фотографию?

Я не стал отказываться и, обнявшись с близнецами, встал у наших творений. Риссет положила монофот на камень и подбежала к нам, чтобы попасть в кадр. Я не видел снимка, но был готов поспорить, что он получился отличным. В конце концов, что может быть прекраснее, чем совместное времяпрепровождение? Хочу подметить, что снеговик-нежить очень оригинальная идея, которой стоит воспользоваться.

Решив, что это действительно гениальная идея, я вставил в глаза снеговикам небольшие кристаллы слежения, когда все ушли к костру. Эти красные нитки очень меня насторожили, кто знает, что творится в этом лесу?

Весь день мы провели в каких-то забавах, и наш смех не умолкал до самого вечера. Часов в восемь, когда мы уже успели несколько раз поесть, Даскен и Тревис окончательно вымотались и уснули в палатке. Мы же с Риссет остались сидеть у полыхающего огня. Хотелось заметить, что стало немного прохладнее, а потому костер был весьма кстати, ведь зима в Буршесте сейчас в самом разгаре.

– Стротомиан, – позвала меня девушка, когда мы остались наедине, – спасибо тебе за этот прекрасный день. Походы всегда протекали чудесно, но с тобой было намного веселее, – проговорила она, не отрывая взгляда от очередной зефиринки, которая медленно поджаривалась на огне.

– Я тоже был рад развеяться. Ты так часто выражаешь мне свою признательность, – усмехнулся я, понимая, что благодарность в современном мире можно услышать редко.

– Нет ничего плохого в том, чтобы сказать «спасибо», если ты действительно признателен человеку, – подметила она, прикрыв глаза.

Наверное, я хотел, чтобы этот вечер прошел несколько иначе, более романтично, что ли? Возможно, я тороплю события, но я не смог сдержать улыбки, когда понял, что Риссет задремала, невольно привалившись к моему плечу. Осторожно взяв девушку на руки, я отнес ее в палатку и укутал в спальный мешок, чтобы не замерзла. Наложив на наш лагерь еще несколько защитных плетений, я и сам уснул. Сон в лесу навеял на меня воспоминания о годах в академии и о военных учениях. Прекрасное было время.

***

– Что вы хотите этим сказать? – Я нахмурился, глядя на женщину-судмедэксперта. Я попросил ее помочь мне и предоставить некоторые данные.

– Те нити, что вы отдали нам – типичный хлопок. Но ваши подозрения не напрасны. Красный хлопок не от красителя, применяющегося в промышленных целях, а от того, что нити пропитались кровью. Можете доверять заключениям наших исследователей, – уверила она, поймав мой взгляд, полный сомнений. – Вы принесли несколько нитей и на каждой мы взяли разные образцы крови. Мы отправили образцы в базу, но не нашли никаких совпадений, кроме одного. – Женщина достала несколько листов с отчетами. – Один из образцов крови совпадает с образцом девушки, которая пропала в столице три года назад.

Я нахмурился еще сильнее. Слова судмедэксперта и её заключения только запутали меня. Как мне подвязать к делу эти нити? Моя ли это сейчас проблема – пропавшая в столице девушка? Не знаю. Мне нужно лишь найти маньяка и вернуться домой.

Какое-то время еще поболтав с медицинским исследователем, я пообещал, что попытаюсь собрать несколько дополнительных образцов нитей из леса, а также проверю ту местность на наличие чьих-либо следов. Так или иначе, нити были на виду и тот, кто их оставил, не пытался спрятать следы. Значит ли это, что это какой-то опознавательный знак? Если так, то я нигде не слышал о подобном. Даже в обычаях орков я такого не припоминаю.

Когда я вышел из бюро судебной экспертизы, то открыл телепорт, перемещаясь в Буршест. Сейчас, несмотря на новые подробности, я ничего не мог сделать. Нужно ждать, когда мои ловушки, расставленные в городе, сработают.

Решив исполнять не только долг агента КСБР, но и «няня», коим я все еще являюсь, направился в дом Риссет. Раз есть свободное время, то можно позаниматься магией.

– Вы должны многому научиться. Ваш залог успеха – учить магические законы. Даже во сне вы должны их проговаривать, – нравоучительно начал я, ходя по гостиной, которую я переоборудовал в небольшой зал для наших занятий. – Первый закон, который вы должны помнить, как свое имя – закон магической энергии в общем фоне. Магия – это как геометрия. Вы должны не только знать закон, но вы должны его и доказать. Но для доказательств вы еще мелкие, – тут же решил я отступить от пункта, рассудив, что дети ничего не поймут.

– А ты можешь подтвердить закон магической энергии в общем фоне? – заинтересованно наклонили они головы.

– Мудр не тот, кто доказал что-то, а тот, кто, зная истину, не стал спорить, – произнес я известную фразу эльфийского мудреца. Светлые хоть иногда и странные, но прикольных фраз с подтекстом у них на любые темы полно: от свиных копыт до светлых богов. Иногда пригождается.

Некромантики умно покивали и раскрыли тетради, приготовившись записывать. Я не заставил их ждать.

– Скопление потоков, как нитей магии, разных уровней и прозрачности, образует в окружающей среде скопление энергии, которое называется магическим фоном. Закон магической энергии гласит, что при внешнем и внутреннем воздействии на него возникают частицы-ливиум, которые рассеиваются в окружающей среде и низших потоках сил. Высшие потоки сил остаются неизменны и…

– А что такое «частицы-ливиум»? – перебил меня Даскен.

– «Ливиуим» с мёртвого наклонения переводится как «пыль» или «осколок». Если дословно, то это частичка магической пыли, которая остается в магическом фоне после любого воздействия.

– То есть если создать иллюзию, то эти частицы также возникнут? – попытался прояснить детали Тревис.

– Верно. Они возникают при любом воздействии. При мелких заклинаниях вы не увидите их, но чем сильнее воздействие на фон, тем больше частиц-ливиум выделяется. Это закон пропорциональности частиц: количество частиц-ливиум пропорционально воздействию на магический фон. Когда вы подрастете и научитесь колдовать, то поймете все на практике. Давайте опробуем ваши силы. Вы наверняка пробовали заниматься самодеятельностью. Покажите мне, на что способны, – призвал я их к действиям, заинтересованно рассматривая ауры с черно-серыми переливами.

Сильно нахмурившись, мальчики вмиг стали очень сосредоточенны. И уже через несколько секунд передо мной появилось несколько огоньков магии. Стоило подметить, что достаточно сильных огоньков. У детей рос потенциал, и они пытались его применять, не понимая, как это толком работает. По крайней мере, мне так казалось. Возможно, Риссет учила их каким-то примитивным вещам или же бытовой магии.

Следующие несколько часов мы разглядывали магический фон, и я объяснил юным некромантам, что за потоки магии они видят, какими можно пользоваться, а какими запрещено. Информацию они впитывали как губки, и работать с ними было приятно. У меня, конечно, нет педагогического образования, но я был уверен, что близнецы понимали все, что я говорил. Или же я хотел верить в это.

После того, как мы разобрали некоторые основы построения магии, то перешли к физическим упражнениям, которые я также считал залогом успеха в обучении. Медитация, как я уже подчеркивал, прекрасный способ развития энергии, но больно уж спокойный для таких ребят. Когда тренировка завершилась хорошей растяжкой, а мальчики чуть ли не валились с ног, в моем кармане что-то завибрировало. Но на сей раз это был не монофон, а мои сигнализации, которые сработали.

Не сказав мальчишкам ни слова, я натянул на них теплые вещи и выскочил на улицу. Там я открыл экстренный портал и переместился в парк. Забежав в ларек с мороженым, я левитацией переместил детей на стулья и скомандовал Мейру:

– У меня сработала ловушка. Присмотри за детьми.

Вылетев из фургончика, я вновь открыл телепорт, перемещаясь туда, где была замечена подозрительная активность. Согласно моим маячкам, кто-то обналичил средства с карты преступника. Не теряя времени даром, я направился к нужному банкомату. И вурдалаку было ясно, что там уже никого нет. Я снял с банкомата кристалл записи – мужчина, конечно же, был в плаще, но благодаря моим разработкам, сейчас на руках имелась не просто запись, а возможный слепок ауры преступника. Если точнее, то это потенциальный «отпечаток пальца».

Теперь у меня намного больше улик и зацепок – слепок ауры, фиксация карты преступника, убийство и нити, пропитанные кровью. На мой субъективный взгляд, дело становилось интереснее и уже точно не относилось к разряду легких. Распутывать этот клубок я начал с конца.

Глава 4

Несколько дней напряженных наблюдений и повторный осмотр леса очень помогли мне. Сомневаюсь, что без Риссет и ее идеи отправиться в поход у меня получилось бы что-то найти. Благодаря некоторым деталям, в том числе и увеличению мелкой нежити, мне удалось выйти на группу сектантов, которые проводили в пригороде ритуалы призыва. Мы со стражами КСБР провели несколько допросов, в ходе которых выяснилось, что руководитель этой секты и есть– предполагаемый преступник. Сектанты оказались в основном студентами, помимо прочего они сознались в убийстве девушки.

Конечно, в допросе не обошлось без некоторых ментальных хитростей, но результат того стоил.

Все это наводило на интересные мысли. Серийный маньяк всегда действовал в одиночку, а тут нарисовалась какая-то секта. Да и не мог бы тот тип собрать стольких последователей за тот короткий срок, что находился в городке. Я чуял, что эта секта не связана с моим делом, но сбрасывать любые идеи со счетов не стоило.

Я продолжал присматриваться к местным жителям и работать в пекарне по несколько часов в день. К сожалению, чего-то слишком уж привлекательного я в этой работе не находил – клиентами чаще всего были одни и те же люди.

Единственное, что радовало, так это уменьшение обязанностей, ведь Тартис наконец-то поправился. Моему счастью не было пределов, когда ранним утром я увидел его на пороге своего дома без пятен на теле. Но еще больше выздоровлению Тартиса радовалась Дель, которая продолжала подкармливать меня выпечкой. Наблюдать за тем, как она флиртует с моим другом, было забавно.

Я продолжал общаться с Риссет и близнецами, которые немного расстроились из-за того, что я больше не буду их нянем. Но, несмотря на официальное расставание, мы продолжали видеться. При встрече мальчишки не упускали возможности попросить меня продолжить их учить, как они говорили: «шпионским фокусам». Это было очень забавно. Теперь я не беспокоился о детях, ведь знал, что они в надёжных руках Тартиса, у которого большой стаж работы нянем.

– Молодой человек, – кашлянула вошедшая в пекарню госпожа Шейресса, оглядывая меня с ног до головы и отвлекая от мыслей. Она вновь наведалась в пекарню, чтобы проверить, как идут наши дела. – Где вы работали ранее?

– Не думаю, что вам будет это интересно, – уклончиво мотнул я головой, не желая болтать с этой дамой, хотя явно был ей интересен. – Что хотите? – любезно уточнил я, указывая на обновленное меню, висевшее позади меня. – Могу порекомендовать вам диетические кексы со смородиной. На мой взгляд, это лучшее, что мы можем вам предложить.

– Хм, – поджала губы критик и, кивнув, добавила: – И яблочный чай, будьте так любезны. Вы не подумали о том, что к съестному следует предлагать напиток? Очень непрофессионально с вашей стороны.

– Разумеется, – кивнул я, принявшись готовить заказ. Мне, кончено, стоило быть повежливее с этой женщиной, но это все-таки не мой бизнес, да и какой спрос с того, кто стоит на раздаче?

Госпожа Шейресса поправила зимнюю шляпу, с которой не рассталась даже в помещении, и оценивающе оглядела убранство зала, который претерпел некоторые изменения. И хоть я сам помогал Риссет собирать некоторую мебель, однако я специалист в шпионаже, а не в сборке столов, так что не мог ручаться за стопроцентный результат.

Я не помнил, чтобы в мои обязанности входило подносить заказ к тем немногочисленным столикам, что стояли внутри, но сегодня сделал исключение. Поставив все на поднос, вырвал из стоявшего рядом букета какой-то цветок, дабы задобрить критика. Вдруг поможет?

– Добрый день. – Дверь заведения распахнулась, когда я отнес госпоже Шейрессе ее заказ, от которого зависела судьба этого заведения. Хотя «судьба» громко сказано – лишь небольшой приток посетителей, да и кто в наше время ориентируется на каких-то критиков, которые ходят по пекарням?

– Я могу чем-то помочь? – радушно улыбнулся я новой посетительнице. К счастью, под иллюзией Тартиса это было не так трудно.

Я питал интерес лишь к некоторым посетителям, и сейчас вошла как раз одна из тех женщин, что меня интересовали – обладательница темного дара. Однако я сомневался, что преступник, желающий скрыться от стражей, будет захаживать по утрам в пекарни и кондитерские, чтобы побаловать себя чем-то вкусным. Или же преступники с годами становятся избирательнее и привередливее?

– Вас давно не было видно, – подметил я, собирая в пакет несколько кексов и немного «волшебного» печенья. Без сомнений, мои предсказания понравятся жителям этого тихого городка. – Я слышал, вы работаете в мэрии? – Я осторожно ковырял её иллюзию, пытаясь что-нибудь вызнать.

– Вы правы. – Посетительница сдержанно и с легким опасением поглядывала то на меня, то на госпожу Шейрессу. – Скажите… – Она немного замялась и все-таки спросила: – теперь вы всегда будете работать здесь?

– Госпожа Дель и госпожа Риссет сейчас немного заняты, так что да, я некоторое время буду их заменять, – вздохнул я, пытаясь не сболтнуть лишнего в присутствии критика. Я пытался показать ей, какой я расчудесный сотрудник и как обслуживаю клиентов.

Она явно была довольна.

– Вот как, – вздохнула посетительница. – Спасибо, – рассчиталась она за свой заказ и поспешила выйти из кондитерской.

Иллюзия была крепкой, но это не отменяло того факта, что я все равно узнаю истинную внешность и личность этой женщины. Вместе с заказом я отдал ей небольшой кристаллик слежения, который приведет меня либо к ее дому, либо к месту работы. Такой трюк я собирался провернуть со всеми интересующими меня людьми в этом городе. К счастью, их было не так много.

Госпожа Шейресса, осталась очень и очень довольна проверкой – как изменениями в интерьере, так и ассортиментом продукции. В чем-чем, но в готовке Дель хороша, хоть и болтушка. Моя работа не была исключением, главное в деле – приветливая улыбка. Так или иначе, но госпожа Шейресса пообещала рассказать о пекарне в завтрашних выпусках газет. И что бы я ни говорил и ни думал по этому поводу, но был рад, что бизнес Дель и Риссет идет в гору, пусть и не так быстро, как хотелось бы. Может, мне тоже стоит открыть свое дело в столице?

А еще за эти несколько дней случилось то, чего я никак не ожидал – Риссет уволилась из компании драконьих грузоперевозок. Девушка решила не посвящать меня в детали, но не прошло и дня, как мы устроили в пекарне праздник в честь ее нового места работы. Мне всегда казалось, что в нынешнее время сложно так быстро сменить род деятельности, но Риссет это удалось с блеском. Оказалось, что у нее есть какое-то там образование и теперь она будет работать не то в музее, не то в картинной галерее. В искусстве я разбираюсь не так хорошо, как хотел бы, а потому не понял большую часть ее рассказа. Но главное, чтобы эти изменения были по душе самой девушке.

Из-за этого Риссет некогда было заниматься пекарней – она отправилась в музей, чтобы обсудить детали своей работы. Мы с Дель остались одни, и каждый занимался своим делом. Она не выходила из кухни, что-то выпекая и иногда проклиная все на свете, когда не могла разобраться с режимами новой плиты. Я же пил чай и отслеживал кристаллы записи. Я вроде бы что-то делал, чтобы найти преступника, но не мог отвязаться от мысли, что теряю время даром в этой пекарне. Это чувство съедало меня, заставляя шевелить мозгами, чтобы выяснить новые подробности. Мне нужно было ждать, когда преступник сам себя поймает, но пока я «скучал» в пекарне, то вспоминал о других вопросах, которые требовалось решить. Например, о моих коллегах, с которыми я уже дважды столкнулся.

– Дель, – зашел я на кухню, поглядывая на часы. – Я отлучусь, если ты не против, – предупредил я девушку, желая провести свой законный перерыв за пределами пекарни.

– Иди, но вернись ровно через час, – отстранённо попросила Дель, даже не повернувшись в мою сторону и продолжая увлеченно замешивать тесто.

Я кивнул и, сняв фартук и иллюзию, открыл портал в свой дом в Буршесте, а уже оттуда шагнул в квартиру в столице. Там мне вновь пришлось применить немного магии и создать очередной портал, правда, теперь уже на свое настоящее место работы. По нему я еще не успел соскучиться, ибо с того момента, как я был здесь последний раз, прошло не так много времени.

Пройдя пропускную систему, я вдохнул прохладный воздух. Кажется, у кого-то проблемы с отоплением.

– Вердис? – удивленно спросил один мой знакомый, который, судя по всему, без дела бродил в главном холле. – Какими судьбами? Ты же в Буршесте, – обличительно подметил он, – указывая на гигантскую стену, на которой висели все активные сейчас задания.

Отпираться было глупо, однако я поразился, что посторонние члены КСБР, не из моей команды, интересуются моими заданиями. Впрочем, я сейчас ничем не лучше.

– Верно, пришел за некоторыми данными, – согласился я, крепко пожимая ладонь коллеги. – А ты? Прохлаждаешься?

– Пришел за чем-нибудь новеньким. Только вчера вернулся из Эльфийских Долин, но сидеть дома нет никакого смысла, – и он с некоторой завистью вздохнул. – Немного завидую тем агентам, которых дома ждут любимая женщина и дети. Может, мне пора жениться, как думаешь? – непринужденно рассмеялся он. – На самом деле у меня есть девушка, но я не уверен, что она согласится выйти за меня замуж – ей не нравится моя работа и то, что я вечно в разъездах. Понимаешь, я как бы люблю ее, но не уверен в правильности своего выбора. Что ты мне посоветуешь? Расстаться с ней или сделать предложение?

Я с приподнятой бровью смотрел на малознакомого мне эльфа, пытаясь понять, чем заслужил такое доверие, чтобы выслушивать подобное. Я коллега, а не друг, чтобы со мной обсуждать столь личные вещи. Не люблю навязчивых личностей, готовых при любом удобном случае рассказать историю всей своей жизни.

– Не думаю, что могу помочь тебе, – сухо кивнул я и зашагал к висевшему в воздухе кристаллу, позволяющему отследить нахождение каждого из агентов. Напарник не отступал от меня, двигаясь следом.

– Вердис, ты же главный холостяк, ты должен мне что-нибудь посоветовать, – не сдавался эльф, а я решил воспользоваться этим.

– Без проблем, – резко сменил я отстраненность на участливость. – Готов предложить тебе несколько советов. Скажи, Нэрт, какого уровня твоя карта доступа? – Я заинтересованно покосился на красные значки на его униформе.

– У меня четвертый доступ, – послушно ответил эльф, доставая пропуск-карту из нагрудного кармана.

– Не одолжишь? – любезно приподнял я брови и, получив кивок, выхватил ее из рук сослуживца. – Свою дома забыл, – состроил я наичестнейшее лицо, прикладывая карту к кристаллу.

– Всякое бывает, – равнодушно пожал эльф плечами, купившись и вновь заведя свою песнь. – Что посоветуешь, Вердис? Жениться мне на ней или нет? Если да, то как сделать предложение? А если нет, то, может, дать обет безбрачия?

Я слушал эту бессмысленную болтовню одним ухом, внимательно следя, чтобы к нам не подошел кто-нибудь из моих знакомых или организаторов. Пользоваться чужими картами запрещено, но так как все мои действия имеют определённую ценность для работы, то это простительно. Ничего не случится.

– И возникает вопрос: как быть? Возможно, я готов расстаться с Энерсией, но её отец прекрасный вампир. Я могу порвать с ней, а не с её отцом. Я был бы очень счастлив, если бы именно он стал моим тестем. – Нэрт тяжко вздохнул, привалившись к стене, а я ввел код доступа, позволяющий просмотреть местонахождения других агентов и узнать подробности их заданий. Такими привилегиями мало кто обладает, и даже я могу просмотреть лишь частичную информацию. Возможно, сегодняшняя встреча с Нэртом, у которого расширенный доступ, далеко не наказание, как показалось в первые секунды нашего общения.

– Правда? Ты хочешь жениться на вампирше? – задал я очевиднейший вопрос, чтобы хоть как-то поучаствовать в нашей «беседе».

– Именно, она из древнего клана, – мечтательно вздохнул коллега, а кристалл, закончив проверку введенных данных, громко пикнул, позволяя мне проникнуть в самое сердце этого хранилища информации. – Её глаза, её чуть островатые зубки, её красные губы, её малахитовые глаза, остро очерченный носик, певучий голос, нежные ладони и длинные пальцы, у неё даже подушечки пальцев красивые, – перечислял он с придыханием все достоинства своей возлюбленной, а у меня дернулся глаз.

Слушая полное описание внешности незнакомки, я перебирал агентов и пытался найти в базе тех, кто были мне нужны. Несколько минут спустя мои поиски увенчались успехом. По тем данным, что мне удалось получить, вся компания сейчас должна находиться в Шаганефсе на задании, от которого я отказался из-за работы «нянем». Не буду врать, что обидно упустить такую крупную рыбу, как поимка химика, но и у меня работенка день ото дня становится все интересней. Задание было в статусе активного, однако местоположение агентов отличалось от того, где они должны находиться. Согласно карте, они действительно были в Буршесте, а если еще точнее, то у Мейра. Занятно.

– Понимаешь, она прекрасна аки лебедь, но в тоже время… – Нэрт не успел договорить, потому что я, закончив все свои дела в столичном отделении, перебил его:

– Вам стоит пожениться и завести детей, – брякнул я наобум, отдавая карту. – Спасибо за сотрудничество, – признательно склонил я голову и щелчком пальцев открыл телепорт, перемещаясь домой.

Если моя группа сейчас в Буршесте, да еще у Мейра, то мне сейчас там делать нечего. Мейру, конечно, я доверяю, но мы больше коллеги, нежели близкие друзья, которые могут пропустить по стаканчику. Он не обязан скрывать от агентов информацию обо мне. Почему-то я не сомневался в том, что они хотят узнать мое местоположение, иначе зачем им связной в Буршесте, учитывая, что я – единственный официальный агент в городе?

Я прибыл домой, но прежде, чем открыл следующий портал, получил от Тартиса магическое уведомление. Он просил зайти в его съемный дом и взять оттуда несколько книг для обучения юных некромантов и некоторые предметы первой необходимости. Он начинал потихоньку обживаться у семьи Форс и заставлять его собственным хламом, хотя там и без Тартиса порядка не было.

Я не стал пренебрегать просьбой друга и все тем же телепортом переместился в его дом. Бардак и слой пыли намекали, что уборки это место не видело несколько месяцев, а хозяину всё равно. Прикрыв глаза, я нашел в каком-то шкафу синий фартук с зайцами. Зачем он понабился другу в Буршесте, загадка. В какой-то момент меня одолело непреодолимое желание хотя бы щелкнуть пальцами, чтобы при помощи бытовой магии привести помещение в приличный вид, но я вовремя себя остановил. Меня не просили об этом. Может, так и задумано? К некоторым приходит вдохновение, когда они живут в грязи, а в грязи на полу можно сажать цветы. Зачем нарушать чужой уют?

Выйдя из дома, я решил сделать еще одно дело, раз уж оказался в столице. Я направился на кладбище животных, желая найти там какую-нибудь симпатичную собачку. Хотелось какую-нибудь охотничью породу с крепкими костями. Увы, но по кличкам мне было трудно определить обладателя могилы, и сканирование почвы мало чем помогло. В конце концов, я остановился у могилы с гордым именем: «Неуловимый Рэльден». Я ожидал многого, но уж точно не того, что Рэльден окажется морской свинкой. Упокоил обратно. Ради интереса поднял дух «Милой Кэллиэссы». Это была змея. Интереснее, но все-таки не то. Мне нужен кто-то посолиднее.

В конце концов я нашел, что искал – под скромным именем Гэрс скрывался прекрасный не то волк, не то вурдалак. Соединив кости воедино и установив с ним магическую связь, я отправил свое творение в дом семьи Форс. Я же обещал домашнего питомца? Обещал. Но я не уточнял того, что питомец будет обязательно живым. На этот вечер у меня были еще кое-какие планы, весьма далекие от работы.

…Риссет Форс…

После увольнения из Драконьих грузоперевозок я чувствовала себя окрыленной. Не знаю, почему я не сделала этого раньше. Потому что это была стабильная работа, которая приносила фиксированный доход? Потому что это соответствует моему магическому дару? Не знаю точной причины, но я рада тому решению, что мне удалось принять.

Сегодня должно было состояться мое собеседование на должность, и если все пройдет гладко, то я получу работу.

Пятиэтажное здание на главной улице города с ажурными колоннами и статуями кошек всегда привлекало взгляды – как случайных гостей города, так и местных жителей. Столичные музеи могли похвастаться самыми редкими предметами искусства и проводили регулярные выставки, посвященные актуальным историческим темам. Тот музей, в который меня пригласили, не имел конкретной направленности и был общеисторическим. Как и картинная галерея на втором этаже.

Толкнув двухстворчатую дверь, я оказалась внутри большого зала. Из источников освещения были только те кристаллы, что располагались возле выставленных экспонатов. Внутри было достаточно тихо, лишь откуда-то из глубины доносились приглушенные голоса. Сегодня музей закрыли, чтобы принять новые экспонаты и сделать перестановку в одном из залов. Но администрация, судя по всему, решила, что это и весьма подходящий день для оформления новых сотрудников. Хоть я и получила письмо с приглашением, но не была уверена в исходе собеседования.

Я хоть и оптимистка, но всегда здраво оценивала ситуацию, и сейчас недоумевала – зачем столичному музею нужен специалист из Буршеста? Хоть это направление и близко мне по духу, но у меня есть диплом и нет опыта. Да, я помогаю небольшому музею нашего городка организовывать небольшие выставки и мероприятия в период праздников, но разве это можно назвать работой?

В голове крутилось много мыслей, и на собеседование я шла с четким желанием не только ответить на заданные мне вопросы, но и задать свои приёмной компании.

Доброжелательная женщина указала мне дорогу к кабинету на третьем этаже. Это был этаж для сотрудников, но еще там располагались различные складские помещения. Коридорчики были узенькими и тускло освещенными. Возле нужного мне помещения сидело несколько человек, которые, как оказалось, также пришли на собеседование. Однако в процессе беседы выяснилось, что мы не являемся конкурентами, ведь хотим пройти собеседования на совершенно разные должности. А еще все присутствующие получили точно такое же письмо, что и я. Это меня удивило – неужели здесь такой недобор кадров? Или это мы такие профессионалы, что музей так желает заполучить наши кандидатуры? Я, конечно, неплохой специалист, но не могу назвать себя лучшим реставратором в Ромарине. Также я подметила, что все приглашенные – девушки примерно моего возраста.

В кабинет главного управляющего вызывали по очереди. Никто не задерживался внутри больше пяти минут – все выходили с радостными улыбками и фразой, что его приняли. Так как я потратила некоторое время, чтобы сориентироваться в столице и добраться до музея, то была последней в очереди. Когда крайняя девушка удалилась, то из кабинета вышла худощавая женщина-секретарь со строгим и слегка укоризненным взглядом и пригласила меня внутрь.

Я почему-то ожидала, что мне предложат присесть на стул в центре помещения, а напротив меня будет приемная комиссия из пяти-шести человек. По крайней мере, все было именно так, когда я пыталась получить работу в драконьих грузоперевозках. Но музеи явно устроены иначе – но, в конце концов, это не частное предприятие, а государственное учреждение.

– Здравствуйте, – поздоровалась я, проходя в небольшой кабинет, который был заполнен мебелью из темного дерева.

– Оу, еще одна? – удивился низкорослый и приземистый мужчина, который стоял у подоконника и поливал какие-то растения в маленьких горшочках. – Представьтесь, пожалуйста, – попросил он, откладывая леечку в сторону, присаживаясь за массивный стол и указывая мне на стульчик напротив.

– Меня зовут Риссет Форс. Я получила пригласительное письмо от вашего музея, – положила я его на стол вместе со своими документами. – Я бы хотела получить работу реставратора предметов искусств, – уверенно заявила я.

– Правда? – Главный управляющий взял мое письмо и пригляделся к нему. – Хм, действительно, – покивал он каким-то своим мыслям и пробормотал: – Странно, очень странно…

– Что-то не так? – тут же напряглась я. Почему-то тон мужчины мне совершенно не понравился.

– Нет-нет, госпожа Форс, – тут же закачал он головой, но все же решил объясниться. – Видите ли, в чем дело: я отвечаю за подбор персонала, но не припомню того, что отправлял письма вам и остальным соискательницам. Это действительно моя печать и подпись, – указал на письмо управляющий. – И поскольку не могу раскидываться подобным и прогонять вас, то вы, конечно же, приняты, раз я «пригласил» вас, – вздохнул мужчина и, осмотрев меня, уточнил: – Я не знаю, как так получилось, но хочу дать вам совет: вы должны проявить свой профессионализм, чтобы остаться в этом музее. Сюда попадают лишь лучшие. Если это чья-то шутка, то шутник здесь надолго не задержится, – пообещал он, резко помрачнев, но уже в следующую секунду вновь заулыбался, как тогда, когда я только вошла в кабинет. – Оставим разговоры, госпожа Форс – вы приняты. Документы мой секретарь оформит сегодня же.

Господин Феншер вздохнул и пролистал бумаги, которые я принесла. Уделил большое внимание диплому об образовании, но не спрашивал меня, хочу ли работать здесь или почему ушла с предыдущего места, и у меня создалось ощущение, что ему все равно. Неужели эти письма – ненастоящие?

И когда управляющий отдал помощнице мои документы, он неожиданно предложил провести мне экскурсию по музею. Я не отказалась, однако удивилась: эта привилегия только для меня? Как же все те новые сотрудницы, которые уже ушли? Господин Феншер лишь пожал плечами и подметил, что не подумал об этом ранее и тоже проведет для них осмотр нового места работы, но позже. Почему-то ситуация меня настораживала. Может, прийти сюда было ошибкой?

Господин Феншер повел меня на последний этаж, попутно рассказывая, какие экспонаты выставлены в залах, а также о будущих планах и выставках, о том, где я буду работать. Это оказалось достаточно интересно, и я с удовольствием слушала управляющего.

Я чувствовала, что готова к переменам и к новым обязанностям, которые должны были вот-вот лечь на мои плечи.

Смена работы чем-то напоминает переезд. Если теперь я буду здесь работать, то все-таки пришел час нанять мага, чтобы он установил портальную систему в наш дом. И если мне придется ходить порталом в столицу на работу, то, может, мне стоит попробовать отдать мальчишек в какую-нибудь школу поблизости? Стоит обсудить это с Тартисом. Возможно, если дети проводят все время с ним, и он занимается магией в индивидуальном порядке, то в этом нет никакого смысла.

Рассматривая предметы искусства, летая в облаках и слушая господина Феншер, я покосилась на громадные часы, висевшие на одной из стен. Собеседование запланировали на вечер, но очередь, прием документов экскурсия отняли немало времени, и уже было почти восемь часов, на улице темнело.

– Большое вам спасибо за то, что уделили мне время, но боюсь, сейчас мне пора идти, – красноречиво посмотрела я на часы. Так или иначе, но наш осмотр подошел к логическому завершению.

– Вы уже уходите, госпожа Форс? – встрепенулся управляющий и удрученно покачал головой. – Но мы не успели взглянуть на цокольный этаж, где представлены наши самые редкие вещицы. Уверены, что хотите уйти? – спросил он с некоторым напором, словно что-то могло зависеть от моего ответа.

– Извините, – виновато улыбнулась я и пояснила: – Я живу в другом городе, и семья ждет моего возвращения. Боюсь, если я задержусь, то они будут волноваться за меня и…

– Вы замужем? – перебил меня господин Феншер, а лампочка, освещающая зал, в котором мы находились, замигала, словно готова была погаснуть.

– У меня есть дети, – перевернула я ситуацию с ног на голову. Почему-то этот мужчина мне не нравился.

– Вот как, – потер господин Феншер подбородок. – Раз так, то вам действительно стоит поспешить. Жду вас завтра равно в восемь. Вы должны помочь другим реставраторам с некоторыми ценными находками.

– Разумеется. Постараюсь оправдать ваши ожидания, – кивнула я, а мой монофон завибрировал. Мне пришло магическое уведомление от Миана. Он сообщал о том, что оказался по личным делам в столице и предлагал встретить меня у музея. Не пойму, что именно не давало мне покоя, но от подобного предложения стало спокойнее на душе.

– Спасибо за экскурсию, которую вы провели специально для меня, – вновь кивнула я, чтобы сгладить неловкую паузу.

– Чувствуйте себя как дома, – также любезно ответил управляющий и, поглядев в окно, усмехнулся. – Кажется, кто-то уже ждет вас.

Я тоже оглянулась и увидела за пределами музея Миана, который ходил из стороны в сторону, то и дело поглядывая на часы.

– Может, у вас остались какие-то вопросы? – спросил мой будущий начальник, прежде чем я успела направиться к выходу.

Я покачала головой – я уже получила все ответы.

– Может, вы все же хотите еще что-то осмотреть?

– Нет-нет, благодарю вас. Хорошего вам вечера, – окончательно распрощалась я, выходя на улицу, где смогла вдохнуть полной грудью.

Так или иначе, но любые перемены всегда к лучшему. Даже такие. Возможно, я просто накрутила себя из-за собеседования, которое прошло очень уж скомкано.

– Риссет? – Миан махнул мне рукой, подходя ближе. – Я оказался в столице по делам и решил встретить тебя, – кратко объяснился он и спросил, указывая в какую-то ему одному известную сторону. – У тебя же нет планов на вечер? Не хочешь где-нибудь поужинать, раз мы оказались здесь?

– Не думаю, что это хорошая мысль, – уклончиво ответила я, улыбнувшись. – Мне нужно дойти до центра телепортации, чтобы вернуться домой не слишком поздно. Не люблю ходить по темноте, – честно призналась я и подметила: – Да и Дель с братьями ждут меня дома.

– Это весомые поводы для беспокойства, но я могу уверить тебя в совершенно противоположном, – усмехнулся Миан и жестом предложил немного пройтись. – Можешь не опасаться темноты, как и оказаться поблизости плохой компании, я решу любую проблему, которая может возникнуть. – Мужчина загнул один палец и перешел ко второму пункту. – Что насчет братьев, то ты платишь Тартису за то, чтобы он развлекал их и занимался. Поверь, им совершенно не скучно. Ты можешь выделить немного времени на себя.

– Прости Миан, но я правда не настроена на прогулки. – Я постаралась сдержать зевок, а мужчина осведомился:

– Что-то прошло не так на собеседовании? Не получила работу? Маленькая зарплата?

– Нет, все хорошо, просто я немного вымоталась, – решила я придержать свои опасения при себе.

– Тогда это отличный повод для того, чтобы устроить праздник. – Некромант явно был в хорошем расположении духа.

– Может быть, мы с Дель действительно приготовим что-нибудь вкусненькое по такому поводу. Хочешь присоединиться? – улыбнулась я, отгоняя посторонние мысли.

– Присоединиться? – Стротомиан замялся. – Это хорошая идея, но в Буршесте у меня одно срочное дело. Мне нужно решить вопрос сразу же, как окажусь там, поэтому пока не могу ничего сказать. Но если вы что-то приготовите, то я буду признателен, если вы оставите мне кусочек для дегустации.

– Хорошо, но знай, что мы будем рады видеть тебя. Кстати, почему ты так неожиданно решил меня встретить? Разве я говорила, что сегодня будет собеседование?

– Нет, не говорила, – честно ответил Миан, а я заинтересованно приподняла брови. – Но твоя подруга настолько болтлива, что я знаю абсолютно все, что происходит в вашей жизни. О собеседовании я тоже узнал от Дель. Надеюсь, ты не возражаешь.

– Я уже привыкла, – улыбнулась я и спросила: – Миан, можно вновь попросить тебя о помощи?

– Зависит от того, что ты хочешь, – тут же ответил некромант.

– Я бы хотела попросить тебя установить мне в дом телепортационную систему. Мне кажется, это было бы достаточно удобно, раз мне придется работать здесь.

– Хм… – Стротомиан призадумался и, когда мы подошли к зданию телепортации, галантно открыл мне дверь, пропуская вперед. – Я могу попробовать, но сегодня не получится. Могу завтра. Если дело срочное, то попроси об этом Тартиса или каких-то других своих знакомых.

В голове у меня что-то не укладывалось: он сказал, что сегодня занят и у него не получится прийти на ужин, что не сможет установить мне систему, но перед этим приглашал на ужин.

– Конечно, – не подала я и виду, что расстроена. – Я действительно попрошу об этом Тартиса, – решила я не утруждать члена КСБР своими заботами. Кажется, я немного забылась, раз сама попросила Стротомиана о чем-то.

– Хорошего тебе вечера, Риссет, – учтиво кивнул мне мужчина, когда мы подошли к одному из телепортационных переходов. – Как я уже говорил, у меня дела, однако… – Миан начал рыться в карманах, словно что-то искал.

– Все хорошо? – приподняла я брови, когда молчание затянулось, а Стротомиан так ничего и не сказал. Он вытряхнул все карманы и сейчас рылся в кожаной сумке, которую всегда носил с собой.

– Нет, все плохо, – констатировал Стротомиан, недовольно глядя на пустой карман. – Я где-то потерял его… – вздохнул он и, немного неловко взъерошив волосы, объяснил. – У меня был план подарить тебе цветок на прощанье, но, кажется, я выронил его на кладбище. Давай сделаем вид, что ты получила от меня цветок? – Стротомиан сунул мне в руку какой-то камень. – Пусть это будет вместо цветка. Позже поменяю.

– Ладно, – чуть опешив, кивнула я, сжимая маленький камушек в ладони. – Спасибо, Миан, это самый необычный и милый цветок, который я только получала, – невольно рассмеялась я.

– Неловко вышло, – пробормотал он и вновь повторил: – Я заменю камень на цветок, как только он у меня появится. Надеюсь, это не проблема? – решил на всякий случай уточнить мужчина, приподняв брови, а я покачала головой.

– Нет-нет, спасибо, – вновь улыбнулась я и, кивнув, шагнула в открывшийся портал.

Я в последнее время стала подмечать, что Стротомиан ведет себя несколько иначе, чем в первые дни нашего знакомства. Неужели он пытается таким образом ухаживать за мной? Он мне симпатичен, но взаимно ли это? Встретил возле музея, подарил «цветок». Или это такой дружеский жест? К счастью, Стротомиан не эльф, у которых с цветами связана куча обрядов и ритуалов.

Сжимая камушек в руке, я оказалась в Буршесте. Здесь мне предстояло идти пешком около получаса для того, чтобы оказаться дома. На улице уже окончательно стемнело – все-таки разговоры со Стротомианом отняли время. Не люблю я темные безлюдные улочки, однако таких в нашем городке почти нет – администрация всегда удаляла большое внимание подобным мелочам.

Идя по главной улице города, я поняла, что снова забыла шарф. Пришлось поднять воротник, чтобы не замерзнуть. Проходя мимо пекарни, я с удовольствием отметила, что новая вывеска смотрится отлично и намного привлекательнее предыдущей. Сегодня сюда должна была прийти критик, и было очень интересно, какую оценку она дала нашему с Дель заведению.

Дома горел свет, и это означало, что мои домочадцы ещё не спят. За день, полный хлопот я, конечно же, соскучилась по братьям. Как только зашла внутрь, то сразу почувствовала запах чего-то съестного. И это были не сладости и не выпечка, это аромат какого-то мяса, что очень меня порадовало. Сладким не насытиться.

– Госпожа Форс, как мы рады вас видеть, – радушно встретил меня Тартис, который держал в руках какую-то книгу. Видимо, у детей было занятие, так как они сидели в гостиной и даже не сдвинулись с места, когда я пришла. – Не возражаете, если мы закончим урок? – Нянь поправил и так идеально сидящие очки и не удержался от комплимента. – Госпожа Экзенэльс, – указал он на кухню, где хозяйничала Дель, – почти закончила с ужином. Пахнет прекрасно, вы не находите?

– Верно. Запах чудесен. Хорошо, спасибо вам за вашу работу. – Я признательно кивнула мужчине, раздеваясь и проходя на кухню. Однако не удержалась и заглянула в гостиную, отправив братьям воздушный поцелуй.

– Не отвлекаемся, – строго сказал Тартис, когда братья хотели подбежать ко мне, чтобы стиснуть в объятиях. Они послушно остались на своих местах, а нянь кашлянул и вновь указал на магическую схему с математическими формулами, висевшую в воздухе. – Лучшая альтернатива магии – математика. Запомните эту фразу. Итак, кто из вас смог решить пример с двумя переменными?

– Это слишком сложно, – надулся Даскен.

– У нас было слишком мало времени, чтобы решить это, – поддакнул Тревис, но Тартиса такие ответы не устроили.

– Знаете, в чем заключается источник плохой учебы? Это не из-за нехватки времени, а из-за недостаточного упорства, – изрек Тартис, а братья переглянулись между собой. – Попробуйте снова. Если у вас не получится, то я помогу вам. Приложите все усилия, которые только можете, вы – умные дети и эта задача лишь ступень к более высоким знаниям. Что вы будете делать, если не справитесь с таким пустяком? – Тартис указал на пример.

Я не стала больше подслушивать и поспешила на кухню. Я уже неоднократно могла наблюдать за уроками и лекциями Тартиса, оставшись довольна тем, что видела и слышала. Его методы, конечно, отличались от способов воспитания Миана, но были мне по душе.

Войдя на кухню, я поздоровалась с подругой и рассказала о том, как прошло собеседование и с какими странностями я столкнулась.

– Уверена, что тебе стоит там оставаться? Еще не поздно вернуться в грузоперевозки, – подметила Дель, приправляя почти готовое блюдо специями.

– Поработаю пару недель, а дальше посмотрим. У меня все равно сейчас будет нечто вроде испытательного срока, – неопределенно махнула я рукой, откусывая от спелого яблока.

– Сами пригласили, а теперь еще и испытательный срок устанавливают? – фыркнула подруга. – Совсем обнаглели, – вынесла она вердикт. – Может, ну его, этот музей? Работай в пекарне и следи за тем, как идут дела. Найди какую-нибудь работу поближе к дому. Ромарин огромен, и робота для тебя найдётся не только в столице, – обличительно подметила она.

Если быть честной, то в словах Дель было разумное зерно, но мне так резко захотелось перемен, что уже глупо отступать. Тот музей, где я буду работать, действительно надежное место, и я могу ни о чем не переживать.

– Время покажет, – загадочно улыбнулась я и решила переменить тему. – Почему бы нам не поговорить о чем-нибудь другом? Как прошел день? Было что-нибудь интересненькое? Как пекарня?

– Миан отлично справляется со своей работой. Правда, я подметила, что с некоторыми посетителями он ведет себя любезнее. Может, это его знакомые? – смело предположила Дель, а я неопределенно пожала плечами.

– Я пригласила его к нам гости сегодня, но он отказался, – обмолвилась я, а Дель чуть не выронила прихватку.

– Ты пригласила его в гости? – Она вытаращила глаза так, словно я только что съела ежа.

– А что? Нельзя? – приподняла я брови и улыбнулась, положив камень на стол. – Он подарил мне это.

– Камень? Оригинально. Это был подарок или оскорбление? – скривилась Дель, рассматривая мой потенциальный цветок. – Хотя, знаешь, это лучше, чем ничего. Вы встречаетесь? – практично осведомилась она. – Если вы поженитесь, то Тартис может сделать вам скидку на услуги, они друзья все-таки. А если я выйду замуж за Тартиса, то… – Она не успела договорить.

– Дель, – шикнула я и кашлянула, глядя на внезапно появившегося на кухне няня. Все-таки жить с кем-то в одном доме непросто. Судя по лицу мужчины, он все слышал.

– Госпожа Экзенэльс, – учтиво кивнул Тартис, – если мы с вами сыграем свадьбу, то можете не сомневаться в том, что за воспитание наших с вами детей я не возьму ни одного лиственного. Для братьев госпожи Форс будет действовать скидка сорок пять процентов. Довольно неплохой вариант. Неужели я нравлюсь вам? – приподнял мужчина брови, с очаровательной улыбкой посмотрев на подругу.

Ситуация была немного неловкой, но Дель не растерялась и уточнила:

– Правда дадите скидку? А мне нравится, знаете ли. Есть ли у вас какие-нибудь накопительные предложения? – осведомилась она, сложив руки на груди и пропустив провокационный вопрос няня мимо ушей.

– Сейчас нет, но если вы можете мне что-нибудь предложить, то они могут появиться, – непринужденно рассмеялся Тартис и позвал детей. – Ужин готов. Приходите на кухню.

Я закусила губу, стараясь не рассмеяться. Тартису все-таки удалось немного смутить Дель, но виду она не подала. Это было забавно.

– Господин Лирент, – обратилась я к няню, когда мы приступили к еде. – Можно попросить вас об услуге? Вы не могли бы установить в доме портальную систему с выходом в столице? Я не сильна в магии телепортации и не уверена, что могу справиться с чем-то подобным самостоятельно. Я, конечно же, оплачу всю вашу работу.

– Хм, – призадумался нянь, осматривая кухню. – Я не могу обещать стопроцентного результата, как и того, что портал не занесет вас в какой-нибудь лес. Почему бы вам не попросить о помощи Стротомиана? Я полагаю, что он не откажет вам в подобной просьбе. – Тартис тут же с загадочной полуулыбкой на лице перевел стрелки на своего друга.

– На самом деле именно он посоветовал обратиться к вам, – вздохнула я, понимая, что нанимать все-таки нужно профессионала, да и в том, чтобы тратить время на дорогу, нет ничего плохого.

– Правда? – Тартис удивился, поправив ворот водолазки, которую любил так, что носил почти каждый день. – Ну… – замялся он, – я посмотрю, что с этим можно сделать.

Сказано это была таким тоном, что я точно поняла – лучше сделать дело самостоятельно, так как ни одному из мужчин не хочется заниматься подобной работой. Однако их позиция была мне понятна – не стоит браться за дело, если не являешься в нем профессионалом.

После ужина все разошлись по комнатам. Я хотела уложить братьев самостоятельно, но Тартис убедил меня в том, что время, когда нужно было читать им книги на ночь, давно позади. Если они захотят узнать содержимое книги, то должны прочесть её самостоятельно. Было сложно нарушить привычный за столько времени режим, но я согласилась. Однако у братьев было ко мне кое-какое дельце, которое они хотели обсудить, прежде чем лечь спать.

– Риса, ты можешь передать это? – Малютки протянули мне два самодельных и запечатанных конверта из цветного картона.

– Что это? – Я присела на кроватку Даскена и приподняла брови. – Письмо?

– Это приглашение на наш день рождения, – заулыбались мальчики и напомнили мне. – Ты же хотела устроить вечеринку, верно?

– Это вы хотели устроить вечеринку, а я согласилась, – поправила я братьев, пытаясь понять, к чему они клонят. – Я думала, мы уже обсудили с вами список гостей. Вы хотите позвать кого-то еще?

– Да, – они кивнули. – Мы хотели бы позвать господина Лирента, нашего настоящего няня, и дядю Рота.

– Правда? – всерьез удивилась я и тепло улыбнулась мальчикам. – Это отличная мысль. Я почему-то совсем не задумывалась об этом.

Мне было приятно знать, что у братьев сложились такие хорошие отношения с Тартисом и Мианом, раз они хотят позвать их на день рождения. Думаю, им тоже будет приятно получить приглашение от мальчиков. Когда дети только успели сделать открытки?

– Значит, вы хотите, чтобы я передала эти приглашения Стротомиану и господину Лиренту? – решила я уточнить на всякий случай, а братья покачали головами.

– Нет, господину Лиренту мы уже вручили приглашение, – смущённо улыбнулись они и попросили: – Передай эти два приглашения дяде Роту. Мы хотим, чтобы его друг из лавки с мороженым тоже пришел на наш праздник. Ты же не против? – Братья посмотрели на меня так, как ангелочки, спустившиеся с небес. Противостоять их обаянию было сложно. Правда, о друге Миана я слышала впервые. Неужели это тот Мейр, о котором мужчина как-то обмолвился?

– Хорошо, – кивнула я, решив уточнить детали уже у самого Миана при ближайшей встрече. – Я обязательно передам их, – пообещала, пряча конвертики в карман.

– Даскен, Тревис, вы уже почистили зубы? Вам нужно быть в кроватях через пять минут, – постучавшись, в комнату близнецов вошел господин Лирент, а мальчики тут же побежали в ванную.

– Я только что узнала, что вы получили приглашение от братьев на их праздник, – заговорила я, когда мы остались одни. – Я просто хотела сказать, что буду рада не меньше них, если бы вы смогли пойти.

– Я ваш нянь, так что не думаю, что у меня будут какие-то дела, – дружелюбно кивнул мне мужчина и поспешил в ванную вслед за детьми, чтобы проконтролировать процесс чистки зубов.

Я лишь покачала головой. Мне казалось, что Даскен и Тревис буквально росли на моих глазах, становясь взрослее с каждым днем. Еще вчера они были малютками, а теперь спешат чистить зубки. Также я заметила, что совместные занятия и тренировки сделали их дружнее, и ссор между ними стало меньше, чем раньше.

Отогнав лишние мысли и оставив близнецов Тартису, я, пользуясь свободным временем, прибралась в своей комнате и в других помещениях, где никого не было. После этого просмотрела документы, связанные с пекарней, и отправилась читать книгу, посвященную реставрации памятников культуры. Очень познавательно. Уснула я уже за полночь с улыбкой на губах.

Проснувшись в пять утра и старясь не шуметь, я привела себя в порядок, вышла на короткую пробежку, а уже после поспешила к отделу телепортации. Невольно отметила, что возле дома Стротомиана появился снеговик недружелюбной наружности – с поломанными ветками и острыми даже на вид сосульками. Глядя на него, сразу возникала мысль, что хозяин дома вряд ли рад гостям. В какой-то момент даже показалось, что снеговик шелохнулся. Кажется, мне нужно больше спать. Но снеговик был слеплен из двух шаров. Неужели Стротомиан сделал его, вдохновившись нашим недавним походом?

Пройдя через портал в общем зале, я оказалась в точно таком же холле, но уже в центре столицы. Добираться отсюда до музея нужно было не менее часа пешком, однако я не видела в этом никакой проблемы. Пешие прогулки очень полезны. Правда, я не уверена, действительно так думала после пробежки или же пыталась успокоить саму себя подобными мыслями.

Одернув черную юбку и поправив ворот нежно-фиолетовой блузки с пышными рукавами, я вошла в музей. Рабочий день еще не начался, но для сотрудников была отдельная дверь с другой стороны здания.

Повсюду сновали различные специалисты и уборщики, которые должны были подготовить выставочный зал к посещениям. Я намеревалась построить хорошие отношения с коллективом, а потому здоровалась со всеми сотрудниками, узнавая их имена и представляясь в ответ. Благодаря этому я уже в первые полчаса была в курсе всех тех подробностей, которые вчера упустил главный управляющий. Помещения, где работали реставраторы и переводчики, находились на третьем этаже. Так как я была новенькой, то неравнодушные коллеги выдали мне карту музея, предназначенную больше для посетителей, чем для сотрудников, но на первое время это был отличный путеводитель.

…Стротомиан Вердис…

План поужинать с Риссет в столице провалился, но меня это не особо расстроило. Я все-таки был занят. Не буду кривить душой – поужинать в компании девушки хотелось, но не так сильно, как узнать, что именно делали мои напарники в Буршесте.

Щелкнув пальцами, я открыл в доме портал, перемещаясь в свой «штаб» в маленьком городке. Здесь уже начинало темнеть. Поднявшись на второй этаж, я выглянул в окно, рассматривая своих соседей. Риссет нужно идти до дома около получаса, а потому я наложил на её маршрут парочку заклинаний, которые отгонят мелкую нежить.

С мыслью, что девушка беспрепятственно доберется до своего дома, я поспешил к Мейру. Если мои напарники ушли, то я расспрошу Мейра о них, а если же нет, то придется столкнуться с ними лицом к лицу. Впрочем, нам есть что обсудить.

Парк и аллеи были как обычно оживлены, но не так сильно, как в прошлые выходные. Лавка с мороженым уже закрылась, что заставляло задуматься.

– Кто вообще продает мороженое зимой? – бурчала какая-то женщина, чей ребенок начал выпрашивать сладости возле закрытого ларька. – Мужчина! – Она окликнула меня, когда я подошел к задней двери этой не то лавки, не то фургончика. – Вы продавец? Сколько стоит мороженое? Вы делаете скидку многодетным семьям?

– Мы закрыты, – сухо отрезал я, стучась в железную дверь.

– Вы не можете так просто прогнать своих потенциальных клиентов, – возмутилась мамочка.

– Женщина, я же сказал, мы закрыты. – Я устало закатил глаза и уже хотел посоветовать ей уйти, как железная дверь распахнулась и показалось лицо Мейра. Он тут же взял ситуацию в свои руки.

– Извините, госпожа. – Он учтиво склонил голову и открыл прилавок. – Мой ученик неопытен и не умеет общаться с клиентами. – Мейр с осуждением покосился на меня и уточнил: – Какое мороженое вы хотели бы купить? Я сам его делаю исключительно из натуральных ингредиентов.

Пока Мейр продавал свой товар, я зашел внутрь лавки, сразу же накидывая на себя тепловой купол. Повсюду были разбросаны какие-то бумаги и царил беспорядок. Не похоже на Мейра. Неужто мои коллеги постарались?

Я присел на кресло, ожидая, когда Мейр освободится и сможет уделить мне несколько минут своего драгоценного времени. От него сейчас зависело многое.

– В следующий раз будь помягче с клиентами, – улыбнулся мне Мейр, проходя внутрь и закрывая железную дверь на все замки.

Я был рад, что друг спокойно отнесся к этому. Обожаю его спокойствие.

– Может быть, холодный чай? – предложил Мейр, магией прибирая документы по ящикам и шкафам.

– Нет, спасибо, – отказался я и, прищурившись, спросил у слишком уж спокойного друга: – Не хочешь мне ничего рассказать?

– Рассказать? – неподдельно удивился тот и весело хмыкнул. – Раз ты так говоришь, то всё знаешь. Ты весьма осведомлён. С чего начать?

– С самого начала. – Я подался вперед, желая не пустить не малейшей детали.

– История на самом деле не так интересна, как тебе кажется, – отмахнулся Мейр, присаживаясь напротив. – Всё довольно просто. Приходили трое твоих коллег по группе. Они интересовались твоей персоной, а точнее, где находишься и над каким заданием работаешь. Я не имею права давать информацию про агентов даже самим агентам, а потому оставил их ни с чем.

– Они сказали, зачем искали меня?

– Сказали, – вмиг нахмурился Мейр. – И здесь начинаются первые странности и несостыковки. Однако я не могу тебе этого рассказать, – невинно улыбнулся мужчина, делая глоток лимонного чая со льдом. – Правило связного агента номер один – не распространять информацию о работе, семье, друзьях, знакомых. Правило связного агента номер два – не распространять конфиденциальную информацию о делах агентов никому.

– Мейр, я всё это знаю, – поморщился я, понимая, что Мейр не только прекрасный друг, но и верный сотрудник, который не нарушает устав. – Но мне правда нужно знать, зачем они ищут меня и где сейчас находятся.

– Понимаю. – Мейр кивнул и протянул мне пульт управления от внутреннего оборудования данного помещения. – Я не могу рассказать тебе, но мы можем сделать вид, что ты воспользовался системой и случайно увидел записи кристаллов, узнав все подробности.

– За мной должок, – признательно кивнул я Мейру, понимая, что он действительно нашел такой способ обойти систему, который не повлечет за собой никаких санкций со стороны администрации.

Мейр отдал пульт управления и, красноречиво посмотрев на меня, вышел из лавки, оставляя одного. Я тут же подсел к магическому экрану, набирая нужные пароли и активируя необходимые кристаллы. На самом деле я даже не знал о том, что здесь находятся записи – приятное открытие.

Отмотав запись на сегодняшнее утро, я обнаружил нужное время. Мейр, надев очки, сидел за столом и неторопливо что-то писал в своем ежедневнике – их он вел с дня нашего знакомства. Он покупал каждый год новый, как две капли воды похожий на старый. Непонятно, что он там пишет каждый день…

В один момент в дверь настойчиво забарабанили. Поза Мейра была расслабленной, и он неспешно приблизился к двери, рассматривая в глазок гостей. Мейр не мешкал и, прибрав какие-то листы и документы, лежавшие на виду, позволил мужчинам войти. Мои коллеги – три худощавых некроманта – прошли внутрь. Они не выглядели дружелюбными – в официальных костюмах, при оружии. К счастью, кристаллы записывали и звук, а потому я слышал все, что они говорили.

– Может, холодного чаю? – уточнил Мейр с дежурной улыбкой на лице подходя к шкафчику для гостей. – Не припоминаю, что в Буршест были отправлены дополнительные агенты. Проездом или что-то иное привело вас сюда?

Мой напарник, который играл роль негласного руководителя в команде, пожевал губами, пытаясь подобрать нужные слова.

– Мы ищем Стротомиана Вердиса. Он приехал в Буршест по заданию не так давно.

– Правда? Неожиданно, – покачал Мейр головой, усмехнувшись. – Раньше мы хорошо общались с ним, – задумчиво протянул он, рассматривая моих коллег. – Сколько лет прошло с нашей последней встречи?

– Порядка пяти, – ответил мужчина, несколько потеряв бдительность из-за внезапного вопроса.

– Время летит незаметно. По крайне мере, для меня. – Мейр мечтательно покачал головой и все же ответил агентам: – Если вы помните, то как связной я не могу ничего рассказывать вам о ваших товарищах или о других агентах. Вы можете обратиться в центр управления в столице, если это срочное дело, – дал он совет.

– Пока мы не можем этого сделать, – замялись некроманты, явно в чём-то сомневаясь.

– Не в силах обещать вам, но если вы расскажете мне, что случилось, то я могу попытаться поспособствовать в вашем деле, – предложил Мейр и вновь спросил: – Чаю?

– Если можно, – согласились парни и принялись за рассказ. – Мы не можем обратиться к администрации, так как это в какой-то степени исключительно наша ошибка, которую мы должны исправить в кратчайшие сроки. Как только мы получили задания, то решили изучить лишь известные факты, за бумагами по делу мы отправились несколько дней спустя, но их не было в хранилище. Все материалы по делу взял Стротомиан Вердис, он всегда работал с нами, а потому ему отдали документы без задней мысли. Его дело не имеет отношения к нашему, а потому мы пытаемся найти его, чтобы разобраться в ситуации. Либо же это недоразумение, либо же он пытается перейти нам дорогу. Дело химика непростое, но это совсем не похоже на Вердиса.

Всё сказанное дальше меня мало интересовало, так как я услышал самое главное. Я забрал документы по делу химика из архива? Неплохо.

Перемотав кристаллы далее, я увидел, что беспорядок устроили не мои коллеги, а… кошка? Откуда у Мейра этот комок шерсти, я не знал, но точно помнил, что у мага льда аллергия на шерсть. Когда я подумал об этом, что-то мяукнуло в углу комнаты. Выключив систему наблюдения, я подошел к небольшому проему между диваном и стеллажу с коробками. Там сидело маленькое зеленоглазое создание.

– Мило, не правда ли? – с нескрываемой теплотой в голосе спросил Мейр, который то ли как-то узнал, то ли почувствовал, что я закончил с просмотром кристаллов.

– Откуда он? У тебя же аллергия на животных, – спросил я.

– Да, поэтому я пью таблетки. – Мейр шмыгнул носом и приоткрыл мне занавесу тайны. – Вчера я гулял по парку и увидел его под одной из скамеек, он был голоден и дрожал от холода. Разве я мог пройти мимо? – Мейр мягко улыбнулся, беря котенка на руки.

– Это не пойдет тебе на пользу. –Я посоветовал другу: – Отдай его в приют или в добрые руки, когда поймешь, что аллергия усилилась. В прошлый раз, когда ты погладил собаку на улице, ты чуть не умер.

– У меня прекрасные таблетки, – уверил меня Мейр и поторопил: – Разве тебе не пора идти?

Тут не поспорить, мне действительно было пора. Ничего странного в том, что я дважды наведаюсь в столичный офис. Прежде чем предпринимать какие-то действия, стоит все выяснить. Сейчас нужно проявить бдительность. Однако прежде, чем уйти, я спросил у друга:

– Мейр, ты не знаешь, где у нас в городе есть цветочные магазины?

– Риссет? – безошибочно догадался маг.

Он сразу вспомнил имя девушки. Я не помнил, чтобы упоминал его ранее. Впрочем, неважно.

– Знаю. Хочешь купить букет?

– Верно, но у меня сейчас дела, – покосился я на наручные часы. – Ты не мог бы позаботиться об этом? Нужно купить букет белоснежных роз.

– Тебе так понравилась эта магиня, что ты хочешь подарить ей цветы. Обычно ты никогда не увлекался подарками. – Мейр с улыбкой прикрыл глаза и сказал, словно был старцем. – Приятно знать, что ты взрослеешь. У меня как раз не было желания работать, потому я с удовольствием куплю цветы. Сам подаришь или мне занести их?

– Я подарю их сам, как только всё улажу. Я хотел подарить ей цветок, но потерял его, – ответил я, доставая из кошелька деньги. Цветы стоят дорого, особенно зимой, но красивый подарок и улыбка женщины, стоят этого. Я бы сказал, что это не такая уж и большая плата.

Мейр помог отрыть мне портал в столицу, так как я уже совершил слишком много перемещений за один день. Оказавшись в своей квартире, я вновь поспешил на работу. Охранники при входе даже не обратили на меня внимания, как и пропускная система.

Миновав общий холл и поднявшись в архивную башню, я подошел к деревянной двери и постучался. Нашими архивами управляли души умерших агентов. На самом деле быть членом КСБР очень здорово, у тебя есть не только постоянная работа, но и перспективы карьерного роста после смерти – что весьма удобно. Не думаю, что чем-то подобным пользуются в других сферах.

– Добрый день. Можете выдать мою карту учета? – попросил я, протягивая женщине-призраку документы, удостоверяющие личность.

– Одну минутку, – проговорила она, удалившись вглубь наших архивов.

Через несколько минут у меня на руках была карточка, которая отражала все бумаги и документы, которые я взял с того дня, как стал агентом. Список был внушительным, но последним пунктом, к моему огромному изумлению, стали документы задания В-54, то есть дело о сбежавшем сумасшедшем химике. Мой сон бывает беспокойным, но даже учитывая такую возможность, я все равно не мог взять бумаги. Раз так, то кто-то взял эту информацию и копии документов. Также можно сделать вывод, что это кто-то из моих коллег, никто другой не смог бы сюда попасть.

Выйдя из башни с архивами и покинув отделение, я, воспользовавшись монофоном, связался с коллегами. Наши коды доступа меняются каждое задание, чтобы не произошло утечки данных, но я смог найти в базе Мейра и эти данные. Зря я избегал напарников, нам с самого начала стоило действовать сообща. Возможно, не будь я излишне осторожным, избежал бы многих проблем.

– Грост Рейнер на связи. Кто говорит? – бодро уточнил коллега, и мне пришлось представиться:

– Это Вердис. Есть время поболтать? Мне нужно кое-о-чём поговорить с вами. Где вам удобно встретиться? – Я посмотрел на часы, прекрасно понимая, что уже точно не успею зайти к Риссет на ужин – слишком много времени потратил на поиск информации.

– Встретимся в Буршесте, в заведении под названием «Гортензия». – Голос Рейнера казался слегка удивленным. Немудрено, – они искали меня и никак не могли найти, а тут я сам предлагаю встретиться. – Удобно?

– Еще как. До встречи, – кивнул я и прервал связь.

Спешно дойдя до дома, я взял парочку накопительных кристаллов, так как мне опять предстояло совершить перенос. Чувствую, сегодня я буду голоднее, чем обычно.

Где находится указанное заведение, я не знал, а потому спросил у случайного прохожего, как мне пройти к нему. Местные были достаточно отзывчивыми, так что дорогу мне указали сразу. Следуя инструкциям, я некоторое время спустя оказался в нужном мне круглосуточном кафе. Внутри горел свет, и панорамные окна позволяли разглядеть поздних посетителей. Не узнать троих мужчин в черных плащах было сложно. Я, в отличие от них, вне отдела предпочитал что-то более практичное и не привлекающее внимание.

Коллеги сразу же заметили меня и махнули, привлекая внимание к себе. Ни одна иллюзия не смогла бы подделать ауру агентов, а потому я без опасений плюхнулся на стул.

– Как ты смог связаться с нами? – вместо приветствия спросил Рейнер, а я загадочно ответил, пожав плечами:

– У всех свои источники. Давайте перейдем к сути. Невольно мы ввели друг друга в заблуждение. Я наведался в архив отдела и узнал, что якобы забрал ваши документы по делу, – положил я на столик свою учетную запись и подытожил: – Но я этого не делал. Мое дело никак не связанно с вашим, и у меня нет причин брать эти документы. К тому же, – к документам добавился кристалл записи, который я раздобыл в местном центре телепортации. – Я прибыл в этот город до того, как под моим именем были взяты документы. Записи это подтверждают. Нам стоит объединиться и подумать, что происходит.

Я замолчал и без спроса взял один из стоявших на столе стаканов с нетронутым какао. Коллеги все равно были заняты изучением доказательств, а у меня минутка, чтобы передохнуть. Они несколько раз отсмотрели кристалл, проверяя его на подлинность и склейки.

– Кажется, мы ошибались, подозревая тебя, – признали они свою ошибку.

Впрочем, я был не лучше.

– Что будем делать? – практично осведомился я, не желая тратить время на пустые разговоры. – Сейчас наша ситуация не то чтобы плачевная, но и радостной её не назвать – у вас нет ни документов, ни преступника, а время идет, – пробарабанил я пальцами по столу, а товарищи тут же наложили полог тишины на наш столик.

– Есть идея, – пробормотал специалист по темным ритуалам, но прежде он уточнил у меня: – Какое у тебя дело?

– Нужно поймать маньяка, который сейчас скрывается в Буршесте, – кратко охарактеризовал я свое задание, уже подозревая, к чему он клонит.

– Маньяк? Ты уже близок к поимке? – приподнял брови глава команды.

– Маячки и ловушки расставлены, я просто жду, когда преступник сам себя поймает, – пожал я плечами и смело предположил: – Хотите помочь?

– Да. – Рейнер подался вперед, скрестив руки на груди. – Как тебе такая идея: мы помогаем тебе поймать этого маньяка, а ты присоединяешься к нам, и мы вместе ловим сумасшедшего химика? К тому же я помню твой взгляд – тебя с самого начала заинтересовало это преступление.

Насчет взгляда Рейнер преувеличил, но это действительно было крупное и интересное дельце, против которого я, кончено же, ничего не имел против. Помощь? Раскрытие сразу двух дел? Отказываться было попросту глупо. Я согласился, особо не раздумывая.

– Кстати, Вердис, – нахмурился один из некромантов, – ты так и не объяснил, что тебя заставило отделиться и поехать в Буршест.

– Личные обстоятельства, – неопределенно махнул я рукой, понимая, что факт о подработке «нянем» унесу с собой в могилу.

Мы с коллегами направились в мой съёмный дом, где я должен был посвятить их в детали дела. В доме напротив свет в каких-то комнатах уже был приглушен. Неудивительно, уже поздно.

Пропустив товарищей внутрь, я проводил их на второй этаж. В доме я использовал лишь его, а потому кухня и гостиная выглядели, словно здесь никто не живет. Поднявшись в спальню, я выдал Рейнеру информацию, а Нейру с Кельтом показал системы слежения по всему городу. Они оценили проделанную мной работу.

Наш план был прост – общими усилиями ловим маньяка, а потом отправляемся в Шаганефс и разбираемся с химиком. С первым пунктом мы хотели разобраться в ближайший день или два.

Пока я объяснял и демонстрировал свои наработки, один из маячков на карте города, словно по заказу, завибрировал, привлекая к себе всеобщее внимание. Красный огонек пульсировал на том месте, где, судя по всему, должны находиться старые склады. Не лучший район города.

Мы переглянулись и молча открыли портал, используя координаты, указанные на карте. Сложно сказать, что именно вызвало сигнал. Я сделал так, чтобы мои маячки реагировали на любой сильный выброс магии. Особенно – темной, которая используется при ритуалах.

Портал выбросил нашу компанию на улицу возле двухэтажного заброшенного здания. Но, несмотря на то что конструкция была весьма хлипкой, дверь и замок казались новыми, словно кто-то совсем недавно произвёл замену. Даже стоя на улице, мы чувствовали, как из-под двери просачивались магические нити и жизненные силы. Бережным отношением к чужому имуществу мы не страдали, ибо нам, как агентам, все позволено. Сломав замок с применением магии и грубой физической силы, мы ворвались внутрь. Запаха трупа или какой-то гнили не почувствовали, что уже было хорошим знаком. На дом тут же были наложены всевозможные щиты, а дверь заблокирована. Золотое правило некроманта – если ты открыл дверь, то войдя, обязательно закрой её. Чаще всего это применимо к восстаниям нежити, но штука все равно рабочая.

– Есть оружие? – на всякий случай уточнили коллеги, а я закатил глаза, доставая из-под теплой куртки набор метательных кинжалов. За кого они меня держат, чтобы я вышел на улицу без средств обороны? Все-таки магия не везде применима.

Осмотр первого этажа нам ничего не дал, а потому двое некромантов двинулись на второй этаж, а мы с Рейнером направились в подвал. Выломав замок, который висел и там, мы спустились внутрь, и тут же нам пришлось увернуться от железного стула, который полетел в нашу сторону. Неужели он хотел остановить нас этим?

Мы с Рейнером тут же кинули в мужчину в маске сеть, которая не позволила ему двигаться. Это сработало. Да, это не остановит его, но задержать точно сможет. Ситуация в подвале была простая – этот тип убил какую-то девушку и сейчас проводил темный ритуал. Он только начал и явно не успел закончить – это радовало.

Мы с Рейнром переглянулись и разделились: он направился к девушке, а я к мужчине, накладывая на него ворох необходимых заклинаний. Блокировка магии, путы, связывающие конечности, сразу же – сканирование ауры. И тут я обнаружил удивительное совпадение. Детали решил проверить чуть позже, не до этого было.

– Как успехи? Пять минут прошло? – Я посмотрел на часы, наблюдая за тем, как Рейнер проводил вливание сил в мертвую девушку и готовил её к ритуалу.

– Около четырех минут. Шанс есть.

Я кивнул, отходя в сторону, чтобы не мешать коллеге работать. Я сталкивался с разными магами, но всё равно был убежден, что нет ничего лучше, чем быть некромантом. Обыватели думают, что некроманты только и делают, что призывают нежить ради веселья, но это совсем не так. Мы – маги смерти, как бы это ни звучало, и мы еще много не знаем, но уже сейчас у нас есть знания, которые позволяют вернуть умершего к жизни. Правда, с момента смерти должно пройти не более пяти минут. Если всё получится, то у этой девушки будут проблемы с использованием магической энергии, но это незначительная плата за продолжение жизни.

Я вернулся к мужчине. Двое моих коллег, осмотрев второй этаж, присоединились к нам. Мы вызвали членов КСБР, понимая, что стражи и фиксация событий и места преступления не будет лишней. Но в задержании не было ничего сверхъестественного. По крайне мере, сегодня не возникло сложностей, так как преступник не обладал особо сильным магическим потенциалом.

Сняв с мужчины маску, я понял, что не ошибся в своих подозрениях – тот, кого мы задержали, оказался одним из постоянных клиентов пекарни Риссет и Дель. Он был в списке тех, к кому стоило присмотреться – инженер на одном из пригородных заводов, приехал в город около полугода назад. В городе не так много темных магов, но то, что злоумышленник будет чувствовать себя так расслабленно, чтобы покупать булочки, поражало.

Рейнер и Нейр смогли оживить девушку, и, резко открыв глаза, она пронзительно закричала. Такая бурная реакция была хорошим знаком – жить сможет. Я привел её в чувства и объяснил ситуацию, паника сменилась слабостью и облегчением. Её допрос – уже не наше дело.

Стражи КСБР прибыли через семь минут после вызова. Показав удостоверения личности и жетоны агентов, они арестовали мужчину, чтобы провести экстренный допрос, и отвезли девушку в больницу, так как ей могла потребоваться помощь специалистов.

Как только мы прибыли в участок, то на основаниях стражей порядка высшего звена запросили допрос с применением ментальной магии, чтобы вывести преступника на чистую воду. Обычно вмешательство в чужое сознание запрещается, но это совсем иной случай. Допрос дело не быстрое. Стражи предлагали нам прийти завтра, но мы хотели дождаться результатов и проследить за процессом допроса. Разбираться с мотивами и всем остальными не наша забота, но если это действительно тот самый маньяком, которого мы искали, то дело закрыто.

***

Пойманный нами мужчина действительно оказался тем, кого я искал. Он был помешан на призыве нежити и темных ритуалах. Стражи порядка также выдвинули предположение, что он мог быть как-то связан с той сектой, которую я недавно обнаружил. Допрос был завершен в три часа ночи, а потому мы с коллегами разошлись, договорившись встретиться завтра – нам было нужно многое обсудить. Мы хорошо сработались.

Купив еды в круглосуточной лавке на углу улицы и перекусив, я отправился восстанавливать силы. Завтра придется паковать вещи и подчищать следы своего пребывания в этом городе. Я был готов провести в Буршесте еще пару недель, терпеливо ожидая поимки злоумышленника, а тут все произошло в один день. Впрочем, оно и к лучшему.

…Риссет Форс…

Я сидела в своей небольшой комнатке, которую здесь гордо именовали кабинетом. Почему-то мне казалось, что такой большой музей, как этот, может выделить своим сотрудникам больше места. Однако было глупо жаловаться, ведь я новичок в коллективе. Зато у меня нет соседей, в отличие от компании грузоперевозок – во всем нужно искать плюсы.

Спустя час с того момента, как я пришла на работу, главный управляющий дал мне задание. Сегодня я не видела в нем ничего подозрительного и не могла понять, что заставило меня нервничать при нашей последней встрече. Возможно, я просто переволновалась из-за собеседования и того, как странно оно прошло. Мне казалось, что никто не даст мне сложных и требующих ответственности заданий, но все оказалось совсем иначе. На склад должны были привезти несколько ваз – главный управляющий купил их у музея в Шаганефсе. Мне нужно перепроверить их и подготовить к выставке в главном зале. Эта работа была по силам, а потому я с нетерпением ждала двенадцати часов, времени доставки, чтобы проявить свои способности и показать себя с лучшей стороны.

Сидеть без дела было утомительно, а потому я попросила у начальника все квитанции о перевозке и документы на вазы. Перевозка предметов искусств была утомительным и сложным занятием, так как многие старые и хрупкие вещи могли пострадать даже при использовании телепорта. А перемещать те предметы, в которых ранее была заключена магическая энергия, строго запрещено, чтобы не нарушить их магический фон и плетения. По той же причине в некоторых залах музеев запрещается применение любой магии и стоят глушители. Даже посетитель, проходивший мимо экспоната под иллюзией, может всё испортить. Именно по этой причине все доставки осуществлялись без использования телепортов.

Я изучала различные квитанции и документы, выписывая необходимые цифры и информацию и собираясь провести полноценный осмотр. Около двадцати лет назад музей фарфора в Шаганефсе купил пять ваз у какого-то коллекционера. Тот мужчина, у которого их приобрели, объяснил, что это наследство его прадеда, обнаруженное в потайной комнате подвала.

Экспертиза музея Шаганефса показала, что эти вазы – подлинники и были сделаны у известного мастера Некстера, который как раз работал в Шаганефсе около тысячелетия назад. Изделие сохранилось на удивление хорошо, и за это нужно было поблагодарить именно мастера. Также этот прекрасный вампир на донышке каждого сосуда писал, для кого тот сделан, что позволяло определить потенциального владельца. Эти пять ваз были изготовлены для графа, жившего в Ромарине. Именно по этой причине наш музей решил купить их – чтобы забрать на родину. Но так как вазы сделал мастер из Шаганефса, то музеи договорились оставить две вазы там, а три отправить к нам в Ромарин. Это была честная сделка, но вот бюджету музея это приобретение обошлось недешево. Зато в качестве подарка к международному празднику музеев, музей фарфора отправил нам в подарок куклу из редкого вида фарфора, которая была частью большой коллекции.

Я изучила всю необходимую информацию и уже собиралась взяться за дело. Вот-вот посылка должна была прийти в музей, а потому я поспешила к запасному выходу, где другие сотрудники уже ожидали прибытия новых экспонатов.

Ровно в двенадцать, как и говорил главный управляющий, в проулке показался грузовик. Сотрудники начали бережно доставать коробки, сразу же распределяя их по специалистам. Мои вазы относились к категории «очень хрупкие», а потому я получила коробку в числе первых. Прижимая ее к себе и поддерживая левитацией, я направилась в кабинет. В одном из коридоров мне довелось повстречать главного управляющего, который отчитывал группу уборщиков по неизвестной мне причине. Он резко замолчал при виде меня и расплылся в улыбке, заинтересованно глядя на деревянный ящик, который я несла.

– Госпожа Форс, вы уже получили вазы? – Он улыбнулся так широко, что его глаза стали слишком уж узкими.

– Верно. Я немедленно приступлю к работе, – учтиво склонила я голову, а мужчина небрежно махнул рукой:

– Не стоит утруждать себя, дорогуша, там не над чем работать. Вазы прошли экспертизу еще в Шаганефсе перед отправкой, так что просто осмотрите на наличие повреждений и отнесите их в новый зал, который готовят к выставке. Сообщите мне, как закончите.

– Разумеется. – Я послушно кивнула, все-таки намереваясь сделать по-своему.

Мало ли, что случилось в поездке? Стоит все проверить, ведь в случае проблем спрос будет именно с меня. Не хотелось бы сесть в лужу в первый день только из-за того, что «управляющий сказал мне не уделять этому внимания».

– Всё будет в лучшем виде, – пообещала я, направившись дальше по коридору.

Войдя в тесную комнатку, я поставила на стол достаточно тяжелую коробку. Осторожно вскрыв упаковку, а после и крышку, я пару секунд любовалась хрупкими и красивыми изделиями. Я очень люблю вазы, а прямо передо мной – натуральный фарфор с росписью, позолотой, глазурью и другими необыкновенными декоративными элементами. Прадед коллекционера явно хорошо заботился о них, но даже мне без детального осмотра заметны следы неаккуратной реставрации, которую совершал непрофессионал. Вопреки случайностям, я достала из коробки лишь одну вазу, поставив её на небольшой поднос. Внешний вид ее совпадал с теми снимками, что были в документах, и осмотр мне ничего не дал.

Надев очки с магическим сканированием, выделенные музеем – они были новинкой магических технологий, – я приступила к более детальному осмотру. Эти очки приближали каждую деталь вазы, словно под микроскопом. Но я не столько проверяла ее подлинность, сколько наслаждалась увиденным. Аккуратные изображения и ровные линия поражали, ведь этому изделию не менее тысячи лет. Маги живут дольше, нежели обычные люди, но ценность предметов никак не изменяется от долготы нашей жизни.

Осматривая каждую деталь и не переставая восхищаться, я неожиданно решила сравнить эту вазу с той, что хранилась в музее. Их сделал один и тот же мастер примерно в одинаковое время. По моим смелым предположениям, вазы не должны были отличаться в материалах. Материалы совпадали, и все было безукоризненно. Ровно до того момента, пока мой взгляд не зацепился за подпись автора на донышке сосуда.

Подписи отличались.

Если на привезенной вазе она была достаточно бледной и неровной, словно отражая на себе все пережитые годы, то на той, что я одолжила в выставочном зале, подпись была яркой и аккуратной. Это было странно. Сняв очки, я поспешила в архив, чтобы просмотреть документы той вазы, что уже стояла в выставочном зале. Судя по всему, её привезли сюда всё из того же музея в Шаганефсе, но она относилась совершенно к другой выставке. Она и выглядела как-то… новее? Это меня немного насторожило – и моллюску понятно, что подпись не могла сохраниться настолько хорошо. Неужто реставрация?

– Извините, а кто принимал эту вазу? – уточнила я у заведующей архива, указывая на взятые мной документы.

– Хм, – надела очки женщина и стала листать журнал. – Эту вазу принимал сам управляющий. Он проверил её, и в тот же день она была выставлена в зал.

Я признательно кивнула женщине и поспешила к кабинету начальника, чтобы задать пару вопросов.

– Что? Вам снятся сказки, госпожа Форс, – рассмеялся мужчина, когда я пришла к нему со своим самоуверенным заявлением. – Никакие стойкие чернила этим мастером не использовались. Подпись за эти долгие годы стёрлась, и наш музей ни в кое случае не будет освежать ее – ничто не должно прикасаться к изделию этого прекрасного творца.

– Извините, видимо, я ошиблась, – виновато кивнула я и, решив не ходить вокруг да около, спросила: – Но тогда почему одна из ваз, что стоит в выставочном зале, отличается от тех, что пришли сегодня?

– Не пишите роман, их делал один и тот же мастер, подписи не могут выглядеть иначе. Почему вы спрашиваете это у меня? – почему-то встрепенулся управляющий, немного вспотев.

– Потому что вы говорили обращаться к вам по любым вопросам и потому что именно вы принимали ту вазу, что находится на выставке, – ответила я, сохраняя спокойствие.

Тут он не мог поспорить.

– Верно, но я дал вам работу. – Он немного замялся и промокнул лоб белым платочком. – Вы же специалист, так решите сами свои проблемы. Та ваза, что я принял – настоящий подлинник и никак иначе! Может быть, это у вас проблемы? – категорично заявил он и попытался выпроводить меня из кабинета. – Я же сказал вам осмотреть их и выставить в зал, в чём ваша проблема? Идите, госпожа Форс, у меня срочные дела.

Я послушно вышла из кабинета, пребывая в смешанных чувствах. Вазы делал один и тот же мастер, но почему подписи выглядят по-разному? Я знакома с работами этого вампира и ни на одной из них нет ничего подобного, а согласно документам, ваза была найдена при раскопках и все эти годы хранилась в музее в Шаганефсе. Странно, что управляющему это совсем не интересно... Неужели я правда зациклилась на какой-то мелочи, когда нужно просто работать?

Немного расстроившись, я вернулась в кабинет, оставив свои мысли при себе. От переживаний даже немного заболела голова. Я решила не откладывать дело в долгий ящик и, сделав несколько снимков каждой из ваз, приложила их к письму в музей в Шаганефсе. Раз мое любопытство не могут удовлетворить здесь, то, может быть, ответят на парочку вопросов об экспонатах второго музея? По крайней мере, мне хотелось хочу верить, что они пришлют мне свой ответ так быстро, как это только возможно.

Отложив осмотренную вазу в сторону, я начала работать над двумя оставшимися. Они были более маленькими и аккуратными. Ничего интересного я не обнаружила, лишь подметила, что подпись выглядит ровно так, как и должна.

В шесть часов, когда мой рабочий день подходил к концу, а я уже начала собирать вещи, чтобы пойти домой, в мой кабинетик кто-то настойчиво постучался. Это была женщина с пункта музейной телепортации – музей фарфора из Шаганефса прислал ответ. Я тут же бросила свои вещи и, поблагодарив женщину, приняла письмо. Неужели за то время, что я работала в грузоперевозках, я растеряла все свои навыки и знания, полученные в университете, и действительно ошиблась?

Присев за стол, я вскрыла конверт канцелярским ножом. Я писала письмо на всеобщем языке, но музей приложил два экземпляра – на вампирском и на всеобщем. На обоих были проставлены печати и подписи. Также внутри лежали маленькие фото-кристаллики, которые были похожи на те, что отправила я. Взяв письмо на всеобщем, я углубилась в чтение.

«Дорогая госпожа Форс!

Благодарим вас за то, что при возникновении спорной ситуации вы обратились за помощью к нашему музею. Для нас очень важно ваше доверие. Мы попросили нашего эксперта по фарфору и искусству двухтысячного тысячелетия дать вам свою оценку. Мы прилагаем к письму то, что он ответил:

“Господин Некстер славится своими изделиями, которые, благодаря своему мастерству, он продавал по всему миру. Он мог использовать разный фарфор или краски, он учился и всегда совершенствовал свои работы. Но в каждой вы найдёте неизменную черту – подпись. Подпись не менялась никогда, и я могу сказать вам больше – её очень непросто подделать. Господин Некстер, став популярным специалистом по фарфору, всерьез обеспокоился тем, что кто-то может присвоить его работы, а потому изобрел свой собственный способ подписи изделий. Он выцарапывал на фарфоре свои инициалы и в букве “Н” оставлял небольшое углубление, в которое помещал золотую пыль, что оставалась после работы. После этого он смазывал углубление специальным раствором, скрывающем “тайник”. Затем господин Некстер обводил подпись тушью, но спустя годы она, кончено же, смывалась. Подпись не может получиться ровной, ведь выцарапана на фарфоре, это также можно считать отличительной особенностью. Даже если та ваза была подвергнута реставрации, то вы можете попробовать стереть подпись с донышка, чтобы проверить наверняка: если вы увидите следы на фарфоре и найдете частицы золота на букве “Н”, то все в порядке, но в противном случае… Это подделка и никак иначе. Проверьте подлинность вазы и напишите нам, пожалуйста, результат – все эти предметы были отправлены из нашего музея и для нас это очень важно. Также я хочу сказать вам, что у нас сохранились снимки той вазы, о которой вы говорите. Но на ней, кончено же, нет яркой подписи. Напишите нам как можно скорее, госпожа Форс”.

С уважением,

Музей фарфора имени Реймона».

Я была и рада, что мои подозрения имели место быть, но и обеспокоена, что делать теперь. Я не могу так просто стереть надпись с вазы и рассказать всем о свои результатах – для таких спорных случаев вызывается городская комиссия, в присутствии которой производится проверка. Так или иначе, но мне стоит передать это письмо главному управляющему.

Я подхватила сумку и, закрыв свой кабинет, поспешила к мужчине, надеясь, что он ещё не ушел. Но, вопреки всем моим надеждам, дверь уже была закрыта. Его секретарша посоветовала прийти завтра. Может, оно и к лучшему? Будет время обдумать и изучить информацию.

Готова пухла от обилия мыслей, которые преследовали меня после первого рабочего дня. Я совсем не ожидала столкнуться с трудностями в самом начале своего пребывания здесь. Но любые трудности можно преодолеть, так что всё впереди.

Настроившись на хороший лад и улыбнувшись, я вышла из музея. Меня ждут мальчики, Тартис и Дель, поэтому я не могу позволить себе нести домой свои проблемы и переживания.

Несмотря на то, что сотрудники пользовались отдельным входом, все покидали музей через парадные двери. Распахнув тяжелые створки, я вышла на улицу, вдохнув морозный воздух. Зима в столице совсем не была похожа на нашу.

– Риссет! – Кто-то окликнул меня, стоило выйти из музея.

Обернувшись, увидела спешащего ко мне Миана и широко улыбнулась ему. Было неожиданно и очень приятно встретить его.

– Я ждал тебя, – признался Миан и непринужденно спросил: – Как прошел день?

– Все хорошо, спасибо, – поблагодарила я и, приподняв брови, уточнила. – Ты меня ждешь? – Неуверенно оглянулась, не зная, есть ли рядом кто-то еще, кого некромант может встречать.

– Верно. Хотел проводить тебя до дома, – признался мужчина и кивнул в сторону зала телепортации, предлагая пройтись.

Я, кончено же, не отказалась.

– Спасибо, мне очень приятно.

Мы сошли со ступеней и неспешно зашагали вперед. Неожиданно мне захотелось поделиться с Мианом последними событиями.

– Сегодня был непростой день. Представляешь, мне поручили принять три вазы из музея Шаганефса, но я обнаружила некоторые несостыковки с одним из экспонатов, который уже показывался на выставке. Возможно, мы имеем дело с подделкой. Или же это просто мои подозрения.

– Правда? – Казалось, Миан не был специалистом в этой области, однако он весьма заинтересованно спросил у меня: – И что ты собираешься делать?

– Завтра я поговорю с главным управляющим и, вероятнее всего, мы соберем городскую комиссию экспертов и проведем проверку подлинности экспериментальным путем. Надеюсь, все пройдет гладко, – выдохнула я, и на душе сразу стало как-то легче. Порой поделиться мелочами из своей жизни бывает крайне необходимо.

– Рад, что ты смогла решить это недоразумение, – покивал Миан и на какое-то время замолчал. Затем огорошил меня: – Я был в Буршесте на задании, этой ночью мы поймали преступника. Это один из постоянных клиентов твоей пекарни.

– Что? – замерла я на месте, словно вкопанная. – Это тот, кто убил девушку? – встрепенулась, не веря своим ушам и не представляя, кто бы мог совершить такие чудовищные вещи.

– Долго рассказывать детали. Об этом еще не известно, но совсем скоро все газеты напишут об этом, – отстраненно пробормотал Миан. – Это был господин Жейрс, если тебе это о чём-то говорит.

– Какой ужас, – невольно прикрыла я ладонью рот, не понимая, как же такое могло произойти в нашем тихом и спокойном городе. – Ты молодец, я восхищаюсь тобой и всеми членами КСБР, которые участвовали в этом деле, – честно сказала я, посмотрев на мужчину.

– Так или иначе, все позади. Я уезжаю через четыре дня в Шаганефс со своими коллегами, а потому хотел попросить тебя: могу ли я как-нибудь до своего отъезда прийти к вам на ужин? Я не уверен, что мы встретимся вновь, а потому хотел бы попрощаться с твоими братьями и Дель.

– Разумеется, – без промедлений закивала я и, остановившись, начала рыться в карманах сумки. – Миан, ты всегда желанный гость в нашем доме, и мы будем очень рады видеть тебя, а также… – Я нашла заветные конвертики в сумочке. – Братья души в тебе не чают, а потому они приглашают тебе на свой день рождения. Они написали для тебя эти приглашения, – протянула я самодельные письма.

– Правда? Праздник будет через три дня, так что я успею на него, – на лице Миана проскользнула достаточно теплая, но мимолетная улыбка. – Но конверта два, – заметил он и заинтересованно приподнял брови, – кому второй?

– Мне это интересно не меньше. Даскен и Тревис сказали, что приглашение предназначается какому-то дяденьке, что продает мороженое. Я не знаю, о ком они говорят, но они называют его твои другом. Кажется, я чего-то не знаю о вашем совместном времяпрепровождении, – загадочно улыбнулась я, намекая, что была бы не против услышать подробности.

– Кто бы мог подумать, что Мейр так им понравится, – тихо усмехнулся мужчина, осторожно пряча пригласительные во внутренний карман куртки, чтобы не помять их. – Мейр мой хороший друг, как и Тартис. Когда мне было нужно выехать на место преступления, то я попросил Мейра посидеть с детьми. Он тоже член КСБР, так что тебе не о чем беспокоиться.

– Я и не думала переживать, – отмахнулась я и сочла нужным добавить: – Кем бы ни был Мейр, я очень рада, что он, как и ты, смог построить с близнецами такие теплые отношения. Я буду очень рада видеть вас на празднике.

– Я не люблю давать обещания по мелочам, но сейчас могу с уверенностью сказать – мы обязательно придем, – кивнул Миан и с неподдельным недовольством воскликнул. – Риссет, где опять твой шарф?

– Может быть, я немного рассеяна в последние дни? – рассмеялась я, понимая, что вновь позабыла о немаловажном аксессуаре. – Я не вспоминаю о нем, когда иду на работу, потому что утром не так холодно, как вечером.

– В твоей сумке всегда должен лежать шарф, – твердо сказал Миан и жестом вынудил меня остановиться. Раскрыв кожаный портфель, он принялся что-то искать. В конце концов, достал темно-серый шарфик, который осторожно повязал вокруг моей шеи, чтобы рот и нос также оказались прикрыты. – Никому не нужно, чтобы ты заболела, – напомнил мне мужчина, а я расплылась в широкой улыбке, закусив губу. Под шарфом этого все равно не было видно. – Знаешь, Риссет, маленьким детям привязывают варежки к курточкам, чтобы они их не потеряли, но ты уже не ребенок, никто не привяжет шарф к твоей одежде, так что постарайся сама заботиться о себе.

– Хорошо, я постараюсь, – рассмеялась я. – Спасибо, ты вновь меня выручаешь.

– Ничего особенного, – кивнул он.

– Может, ты хочешь поужинать у нас сегодня? – вновь рискнула я, озвучивая это предложение. В какой-то мере я была готова к отказу, однако...

– С радостью, – кивнул Миан и сделал уточнение. – Мне нужно сразу же отдать приглашение Мейру и кое-что забрать у него. Я приду к вам, как только сделаю это. Никто не будет возражать? – уточнил он на всякий случай, видимо, боясь поставить домочадцев в неловкое положение.

– О чем ты? Близнецы не дадут тебе прохода, Тартис твой друг, а Дель попытается узнать от тебя что-нибудь о господине Лиренте. Для неё информация важна как воздух. Это уже к тебе вопрос: готов ли ты прийти на ужин и выдержать всё это?

– Конечно, готов, – хмыкнул мужчина. – Буду считать это издержками дела, которое я раскрыл лишь из-за того, что познакомился с вами. Не думаю, что судьба вообще когда-нибудь завела бы меня в Буршест, если бы Тартис не поехал к оркам.

– Тоже верно, – покивала я и решила озвучить сегодняшнее меню. – Господин Лирент и Дель должны приготовить тушёную говядину на ужин. А я, как приду, сразу же поставлю в духовку черничный пирог. Сегодня я взяла десерт на себя.

– Звучит впечатляюще, – протянул Миан. – Но если вы все заняты готовкой, то кто присматривает за некромантиками?

Это был актуальный вопрос, а потому пришлось внести ясность:

– Господин Лирент за счет средств компании, в которой он работает, записал близнецов на вечерний кружок в библиотеке, где проводятся открытые чтения и обсуждения литературы. Мальчики сами захотели пойти туда, и я очень этому рада. Он отводит и забирает их, а в свободное время помогает с готовкой. Господин Лирент вернется с братьями к тому моменту, как ужин будет готов, а это уже совсем скоро. – Я посмотрела на главные городские часы.

– Хорошо. – Мой ответ удовлетворил все вопросы некроманта, а потому он сменил тему. – Что нужно подарить близнецам через три дня? Есть что-то такое, что они хотели бы получить?

– До твоего прихода они хотели собачку, но ты привел им умертвие, которое они безумно любят. Тогда они захотели сделать дома домашний аквариум, но господин Лирент проявил чудеса фантазии, и они слепили рыбок из пластилина, отпустив их плавать в глубокой миске. Больше они не хотят заводить живых существ, и нет чего-то такого, о чем они могли бы мечтать. Да и подарок совсем не обязателен, – махнула я рукой и напомнила: – Самое главное, чтобы ты и Мейр пришли, а остальное совсем не важно.

– Я понял. Спасибо, – сдержанно улыбнулся Миан, уже явно что-то придумав.

За неспешной беседой о каких-то мелочах и пустяках, мы дошли до зала телепортации. Оплатив перемещение, прошли к нежно-фиолетовой арке. Выбрав нужный город из перечня, шагнули в сияние, перенесясь домой. Там нам пришлось разделиться, так как Миану нужно было в противоположную сторону. Он пообещал прийти примерно через час. Я была не против, мне тоже было нужно время, чтобы переодеться и испечь пирог.

Дома пахло чем-то очень и очень вкусным, отчего в животе вновь заурчало. Не знаю почему, но я не захотела воспользоваться обеденным перерывом и перекусить в столовой, а потому сейчас была весьма и весьма голодна.

Сняв шарф Миана и положив его на тумбочку, чтобы потом не забыть отдать, я направилась прямиком в гостиную. Тартис и Дель молча занимались каждый своим делом, но на кухне чувствовалось такое напряжение, словно они поссорились или произошло что-то неладное. Однако я не могла не подметить, что они мило смотрятся, когда заняты одним делом.

– Я дома, – оповестила я их, проходя на кухню и наливая себе стакан теплой воды. – Примерно через час к нам на ужин придёт Миан.

– Это хорошая новость, – тут же просияла Дель, обрадовавшись не меньше Тартиса. Правда, мужчина ничего не сказал – на лице и так все было написано. Он без лишних вопросов поставил на стол, который уже начал сервировать, ещё одну тарелку.

Я поспешила в комнату, чтобы сменить одежду. Надев домашнее вязаное платье, спустилась вниз и, повязав фартук, принялась за готовку. Я еще утром, перед уходом на работу, замешала тесто, которое успело настояться. Обычному тесту не нужно столько времени, но это был особый рецепт Дель, девиз которого был весьма прост: тот, кто умеет ждать, получит самый вкусный пирог.

Добавив чернику в тесто и вылив его в специальную формочку, я отправила будущий десерт в духовку. Полчаса, и всё будет готово. Так как Тартис отправился забирать братьев с кружка, то я заканчивала сервировку стола. Я невольно обмолвилась, что Миан скоро уедет и вряд ли нам ещё удастся собраться вместе, кроме дня рождения, но эта новость совсем не огорчила Дель. Она рассудила, что до тех пор, пока в Буршесте находятся два хороших друга Миана, а я работаю в столице, общение не будет прервано. В какой-то степени она была права, но тут уж не нам решать.

Когда пирог был почти готов, раздалась трель уличного звонка. У Тартиса были ключи, а значит, это Миан. Я несла мамин сервиз к столу и никак не могла отвлечься. Видя это, Дель тут же бросила поварешку и поспешила к двери, чтобы впустить гостя.

…Стротомиан Вердис…

Я крепко держал в руках букет цветов, которые забрал у Мейра. В его прохладном помещении они не замерзли, но в то же время хорошо сохранились. Букет был несколько больше, чем планировалось, и я испытывал сомнения: уместны ли эти цветы? Понравятся ли?

Так или иначе, а Риссет не из тех девушек, которые устроят скандал, если с цветами что-то не так. Её спокойствие меня подкупает.

Последний раз оценив свой облик, я вышел из дома, направившись к соседям напротив. Нажав на звонок, принялся ждать. Пару мгновений спустя дверь распахнулась, и на пороге появилась несколько взъерошенная Дель в фартуке. Видимо, готовка была в самом разгаре.

– Добрый вечер, – поздоровался я с ней, проходя внутрь. Она не отрывала заинтересованный и хитрый взгляд от моих цветов. – Это для Риссет, – решил я сделать уточнение, понимая, что она как-то уж слишком пристально их разглядывает.

– Да и так понятно, для кого они, – фыркнула она и поторопила меня. – Раздевайся и проходи на кухню.

– Постой, – приостановил я её и протянул один из бумажных пакетов, что принес. – Это для тебя.

– Что это? – Дель явно не ожидала и, не стесняясь моего присутствия, заглянула внутрь. – Шкатулка?

– Да. Не думаю, что еще зайду в ваш дом, чтобы поужинать, поэтому решил купить пару подарков на память, – кратко описал я ситуацию, все-таки чувствуя с этой семьей некую близость.

Ума не приложу, как так вышло, что даже меня проняло этой семейной атмосферой. Когда жил с родителями, то терпеть не мог застолья с родственниками. Только в том году я первый раз приехал справлять с ними новогодние праздники и юбилей матушки. Может быть, Мейр прав и я правда начинаю взрослеть?

– Вау, – восхищенно выдохнула Дель и склонила голову. – Спасибо, Миан. Очень приятно. Сам решил подарить или надоумил кто? – тут же хитро прищурила глаза девушка, но, не дожидаясь моего ответа, побежала на кухню – оттуда донесся странный звук.

Прошло не больше двух минут с моего прихода, как где-то снаружи дома послышались звонкие голоса мальчиков. Я ещё не успел пройти на кухню, а потому остался в коридоре, чтобы встретить братьев и Тартиса.

– Привет, малявки, – с улыбкой поздоровался я, а они тут же бросились ко мне обниматься с громкими возгласами:

– Дядя Рот? Мы так скучали по вам!

– Вы получили наши приглашения?

– Мы хотим поиграть с вами! Давайте поиграем в тайных агентов?

– А знаете, господин Лирент столько рассказал нам о вас!

– Вы правда в одиночку спасли город от восстания нежити? Правда?

– У вас дома стоят скелеты?

– Дядя Рот, мы хотим поиграть с тобой, – не дожидаясь какого-либо ответа на вопросы, закончили близнецы, а я выгнул бровь.

– С чего бы это? Да вы в дом зайти не успели, – хмыкнул я.

– Мы же тебя любим, поэтому поиграй с нами, – нашли некромантики безапелляционный аргумент.

– Мне бы хотелось посмотреть на ваши успехи в плане учебы, – сменил я тему, а Даскен и Тревис закусили губы, словно думая, что можно мне показать. Пока думали, принялись снимать теплую одежду. – Готов поспорить, что вы слушались своего няня и прилежно учились. Правда ведь? – Я покосился на Тартиса, который умиленно смотрел на нас. – Ты чего так застыл? – тут же шикнул я на него, понимая, что сам немного расслабился.

– Со стороны это было очаровательно, – фыркнул Тартис и, прогнав детей мыть руки после улицы, подметил: – Рад, что ты зашел на ужин, девушки были воодушевлены этой новостью. Кстати, Стротомиан, как ты узнал, что для зелья бодрости мне были нужны белые розы? Ты чтец мыслей? – Наглые ручонки Тартиса потянулись к моему букету, а я стукнул его нитями магии, не допустив прикосновения к цветам.

– Это не тебе, – отрезал я, а у Тартиса сделалось такое лицо, словно у него отняли конфетку.

– Ладно, а кому это? Госпоже Форс? – Друг наклонил голову набок и, понизив голос до полушепота, попросил: – Миан, если она тебе и нравится, то отложи свадьбу и предложение, мне нужно платить кредит за дом в столице, и я не могу работать по скидке.

– Ни о какой свадьбе нет и речи, – осадил я друга, а он закатил глаза:

– Разумеется. Вначале она тебе вообще не нравилась, потом стал шарфики ей одалживать, а теперь пришел с букетом, и…

– Хватит. Ты слишком много болтаешь, – поморщился я и неспешно направился в сторону кухни, в центр которой был выдвинут стол, чтобы всех вместить. Кухня, и так небольшая, от этой перестановки показалась ещё меньше.

– Привет, Риссет, – вновь поздоровался я с хлопочущей девушкой. – Могу помочь чем-нибудь? – Я взял стоявшую на виду вазу и без лишних слов поставил в неё букет. Ни к чему сопли и романтику разводить.

– Нет-нет, мы справляемся, – отказалась Риссет, а Дель вопреки словам подруги тут же вручила мне розовые салфеточки, дав указание:

– Разложи их красиво. Если умеешь, то сделай лебедя.

Я без вопросов взялся за задние, хотя понятия не имел, о каком лебеде идет речь. Я почему-то думал, что меня попросят помочь пожарить мясо или принести тарелки, а не заниматься творчеством из салфеток. Тартис играл с близнецами в гостиной, а мы должны были закончить со всеми приготовлениями. Атмосфера в доме была приятная, и даже небольшие перепалки между Дель и Тартисом её не портили.

– У меня золотые руки, – самодовольно улыбнулся Тартис, доставая утку из духовки.

Дель закатала глаза, указывая на подгоревший край:

– Золотые руки, жаль, что не из того места растут.

– Эй, любое мясо может подгореть, в этом нет моей вины, – тут же вздернул нос Тартис, а Дель покачала головой, оставшись при своем мнении.

Я кое-как слепил из салфеток и магии какое-то подобие птицы и направился в гостиную, чтобы вручить близнецам небольшие подарочки. Ничего масштабного я не планировал покупать, решив оставить те немногие идеи, что у меня были, до их праздника.

– Что это? – Они заинтересовано потрясли коробку, которую я им дал, но в коробке ничего не звенело и не шуршало. – Можно открыть? – полюбопытствовали близнецы, а я кивнул.

– Разумеется, это же ваше.

Две коробки были вскрыты в считаные секунды, и юные некроманты любовались плакатами на желтоватой бумаге. На одном показывалась анатомия и строение человека, а на втором было нарисовано собрание трав, что растут на землях Буршеста, и расписаны их полезные свойства. Очень полезный подарок, на мой взгляд. Может, сейчас мальчишки ещё малы, чтобы понять его подарка, но они ещё столько лет будут этим пользоваться, что неоднократно скажут мне спасибо.

– Написаны плакаты на темном наклонении. Пусть это будет стимулом для вас выучить язык ещё быстрее, – проговорил я и предложил: – Может, попробуем прочитать вместе?

– Господин Лирент сказал, что первым изучать нужно мертвое склонение, – нахмурился Даскен, глядя на уже знакомые символы.

– Хорошо. Тогда давайте не будем нарушать учебный план вашего няня. Оставьте это до тех пор, пока не научитесь читать, – покладисто согласился я, а Тревис, рассматривая травы, воскликнул:

– А я знаю, что это! Когда мы ходили летом в поход, то Риса рассказывала о травах. Это пижма, тимьян и… – Мальчик, нахмурился, глядя на растение, а мне пришлось подсказать:

– Котовник.

– Да, точно. – Тревис широко улыбнулся и поблагодарил: – Спасибо, дядя Рот. Это чудесный подарок.

– Да, большое спасибо, – кивнул Даскен, который рассматривал другой плакат. – А для чего нам нужно это знать? Мы же не лекари. – Он задумчиво наклонил голову набок.

– Некромантов можно назвать универсальными магами, – пришлось мне удовлетворить детское любопытство, – они должны разбираться в каждой сфере: целительство, боевая и стихийная магия, темные ритуалы. Некроманты хороши во всем, поэтому и учить нужно все.

– Хорошо. – Даскен вздохнул и внезапно предложил: – Дядя Рот, может, поиграем? У нас есть новая игра: «Темная рыбалка». Нужно ловить нежить в болоте, и побеждает тот, кто выловит больше. Хотите?

– Несите уж, – разрешил я, понимая, что разговоры о вечном и великом придется оставить. Они пока всего лишь маленькие дети, которые совсем недавно говорить выучились.

Я только прочитал правила к «Темной рыбалке», и мы раздали карточки, как раздался голос Риссет:

– Мальчики, Миан, ужин готов.

– Доиграем после еды, – тут же пресек я недовольство со стороны детей. Поднявшись с ковра, мы поспешили на кухню, занимая указанные места.

Так как на всех стульев не хватало, из кладовки была принесена табуретка. Я бы сел на неё, чтобы проявить галантность и учтивость, но она опасно захрустела, словно хотела сломаться, едва я предпринял такую попытку. В конце концов, на табуретке устроилась Дель, вызвавшись поменяться со мной местами. Я был благодарен. С одной стороны от меня сидел Тревис, а с другой – Даскен. Они объясняли это тем, что очень соскучились. Я не стал противиться, но намекнул малявкам, что в следующий раз они будут сидеть со своим нянем, а я в компании Риссет. По хитрым глазкам я пришел к выводу, что мой намёк они поняли.

Так как я сегодня был в этом доме в роле гостя, а девушкам заниматься хлопотами как-то не солидно, за наполненностью бокалов и тарелок следил Тартис, без устали подкладывая мяса и подливая сок. Так как это была дружеская встреча, да еще и в компании детей, то мы обошлись без вина и других провокационных напитков.

– Утка и говядина очень вкусные, – поблагодарил я всех за ужин.

– Мы рады, что тебе понравилось, – мягко улыбнулась Риссет и решила нужным добавить: – За это стоит благодарить Дель и господина Лирента, я лишь приготовила пирог, – указала она на остывающий ароматный десерт.

Но пока я все равно отдавал предпочтение мясу.

– Если бы кто-то был порасторопнее, то утка бы не подгорела, – поджала губы Дель, красноречиво взглянув на Тартиса.

– Я забирал Даскена и Тревиса из библиотеки, не мог же я разорваться. Раз на то пошло, то ты могла присмотреть за моей уткой, – извернулся Тартис и дал указание братьям: – Куда вы нож взяли? Вилка в правой руке, а нож в левой. Не дразнись, Тревис, то, что ты левша, ничего не значит.

Я по большей части молчал, присматриваясь к детям, чтобы они ничего не натворили. Разговоры были ни о чём и какой-либо особой ценности не несли, но еда, приправленная беседой, намного вкуснее. Изредка я давал какие-то свои комментарии на тот или иной счет.

Так как все наелись досыта и места на пирог Риссет ни у кого не осталось, было приняло решение всем вместе сыграть в «Темную рыбалку», а потом выпить чаю с пирогом.

– Нужно ловить нежить из болота, игра закончится тогда, когда кто-то поймает нежить каждого вида, – озвучила правила Дель, которая хоть и не была некромантом, но любила эту забаву не меньше близнецов. По крайне мере, её глаза горели энтузиазмом и желанием одержать победу. – Играть просто так не интересно, вы так не считаете? – Она широко улыбнулась нам:

– На желание? – предположила Риссет.

– Хорошая идея, мне нравится, – одобрительно закивал Тартис, в разогревающем жесте потирая ладони. – Миан, ты в деле?

– Не люблю играть на желания, – пробормотал я, понимая, что шанс честной победы в новой игре у меня невысок.

– Дядя Рот, соглашайся, – заканючили братья, но я сомневался.

– Хочу оговорить, что желание должно быть в рамках разумного, ведь это всего лишь игра, – внесла уточнение Риссет, улыбнувшись мне.

– Миан, соглашайся, будет весело. Если хочешь, я помогу тебе выиграть, – прошептала Дель, как-то странно поглядывая.

– Это ни к чему, – отстранился я от неё и спросил: – Кто сдаёт карты?

– Я, – вмиг засияла Риссет и начала раздавать карточки нежити на платформе, которая играла роль болота. – Дель ходит первая. Она должна кинуть пять кубиков, и если ей выпадет одна из тех комбинаций, что указана на карточке, она ловит «рыбу». Мы не знаем, что скрывается в болоте, так как всегда существует три варианта. У каждой нежити свои условия поимки, – напомнила она для меня.

Я кивнул, давая понять, что все понял. Правила были довольно примитивны, но идея игры хорошая.

Сыграли партию, победителем которой оказалась Дель, и она предложила попробовать еще раз. Её жажда победы не только поражала, но и заставляла задуматься над тем, что у неё уже есть желание. Во второй раз вновь победила она. В этот миг я понял, что играть было нужно парами и в команду брать именно эту девушку. Однако сожалеть было уже поздно.

– Я хочу, чтобы вы, господин Лирент, – с вызовом она посмотрела на няня. – Вышли на улицу и трижды громко прокукарекали. Это моё первое желание. А второе… – Дель прикрыла глаза, что-то обдумывая.

Моя интуиция подсказывала, что она вновь сморозит какую-нибудь глупость.

– Я хочу, чтобы вы, господин Вердис, и ты, Риссет, пошли на кухню и приготовили всё к чаю.

Не знаю, чем именно руководствовалась Дель, делая подобный запрос, но я облегченно выдохнул. Однако спешить на кухню мы с Риссет не собирались, так как первым исполнить желание должен был Тартис. Даскен и Тревис обхохатывались, уже представляя эту картину.

– Это же настоящее безумие, – сопротивлялся Тартис, когда Дель подталкивала его к двери. – А что обо мне подумают соседи? Мой авторитет будет подорван.

– Ты сам согласился играть на желания, так что не жалуйся, – отрезал я и поторопил его. – Это не так уж и сложно, так что пойди и сделай.

Тартис недовольно посмотрел на меня, так как не нашел в моём лице той поддержки, которую ожидал. Я был непреклонен, сказал – выполняй. Тяжко вздохнув и накинув куртку, Тартис вышел на улицу и начал кукарекать так, словно был петухом, которого почти поместили в кастрюлю с кипятком. Он явно перестарался.

Так как одна часть была выполнена, то мы с Риссет направились на кухню, чтобы приготовить чай и нарезать пирог. К слову, как я подметил, Риссет так была увлечена семейными посиделками, что все еще не заметила цветы, стоявшие в углу кухни. Оно и к лучшему, все равно её болтливая подруга не даст упустить этого.

– Спасибо тебе за этот вечер и хорошую игру, – проговорила Риссет, доставая заварку, пока я намечал линии разреза пирога. Куски должны быть одинаковых размеров, а линии ровными.

– Взаимно, – односложно ответил я, делая первый надрез. Я был сосредоточен, а потому продолжил лишь тогда, когда дорезал пирог до конца. – Ближайший месяц или больше, что я проведу в Шаганефсе, мне не удастся насладиться домашней едой и такой компанией, поэтому я рад, что вы пригласили меня.

– На само деле я только сейчас осознала, что ты уезжаешь. Ты появился в нашей жизни так неожиданно, но так же неожиданно и покидаешь Буршест. – Риссет удрученно покачала головой, а я не знал, чего она ждет от меня в ответ.

Сожалений? Обещаний навещать их? Не уверен.

Разговор закончился сам собой ровно тогда, когда на кухню забежали близнецы, которые были уже готовы отведать первый кусок пирога. Пришлось приструнить их и попросить позвать на кухню Дель и Тартиса. И когда мы все вновь собрались за одном столом, пирог был разложен по красивым тарелочкам. Он оказался по-настоящему вкусным. Он не был слишком сладким, каким бывают торты или конфеты, но и с хлебом нельзя было сравнить. Золотая середина – красиво, сытно и вкусно. Не стесняясь присутствующих, я съел три куска. Риссет явно было приятно от этого, а потому она пообещала положить мне пару кусочков с собой. Также Риссет дала мне еще два кусочка от второго, брусничного пирога, прося передать их Мейру. Я не стал сопротивляться.

Ужин подошел к своему логическому завершению, да и время близилось к тому, что пора укладывать детей спать. Я решил, что это идеальный момент, чтобы уйти домой. Тепло со всеми попрощавшись и держа в руках контейнер с пирогом, я направился к дому напротив. Вечер прошел отлично.

Спать было еще рано, а потому я почти сразу решил передать Мейру пирог и обсудить идеи подарка для юных некромантов. Мой друг не был уверен, что пойдет, так как не знаком с самой Риссет, но думаю, этот пирог его убедит. Да и я буду рад пойти на это мероприятие с ним.

В парке было немноголюдно, но я точно знал, что Мейр у себя. Стоило мне постучать, как дверь распахнулась, но первым, кто вышел из лавки, был не маг, а котенок, который с интересом рассматривал позднего гостя. Этот комок шерсти не внушал мне доверия, а потому гладить я его не собирался – вдруг он больной какой-то? Нет желания, как Тартис совсем недавно, лежать в кровати с пятнами.

– Ужин уже закончился? – спросил Мейр вместо приветствия, подхватывая котенка на руки и пропуская меня внутрь.

– Да, все прошло отлично. Риссет испекла пирог и попросила передать тебе, – поставил я контейнер на обеденный столик, не забыв предупредить: – Банка не моя, так что верни, когда съешь. Риссет совсем недавно испекла его, так что он еще тёплый.

– Мне по душе похолоднее, – улыбнулся Мейр и, взяв контейнер, поставил его в холодильник экстренной заморозки. Еда с кусочками льдинок нравилась ему куда больше обычной – у стихийных магов свои странности и слабости. – Подарил цветы?

– Да, – кивнул я и спросил: – Есть идеи насчет подарка детям?

– У меня есть племянники и на прошлый день рождения я подарил им ледяные кристаллы погоды. Очень красивая и полезная вещица.

– Кристалл погоды? – заинтересовался я и нахмурился. – Впервые слышу.

– В этих кристаллах установлен непростой механизм, который предсказывает погоду. В нём будут отражаться погодные условия: в кристалле пойдет дождь, если он есть на улице, или снег, когда наступит пора снегопада. Красивая и полезна вещь, – доходчиво объяснил Мейр, без устали поглаживая котенка.

– Сам делаешь или покупаешь где-то?

– Сам. Эта идея пришла мне в голову пару лет назад, – ответил мужчина, доставая застывший пирог из шкафа экстренной заморозки.

Я почему-то думал, что мы с Мейром придумаем идеи для сюрприза, а тут выясняется, что агент КСБР не только успевает продавать мороженое, но и делает подарки ручной работы. Это прекрасно, только вот моя проблема от этого не решилась – у друга подарок есть, а у меня нет даже идеи.

– Весьма вкусно, – заключил мужчина, попробовав пирог и дав котенку кусок.

Я тут же возмутился:

– Риссет приготовила пирог не для того, чтобы ты кормил им всяких кошек.

– Не волнуйся, я просто дал попробовать, – рассмеялся Мейр и попросил: – Передай Риссет спасибо от меня. Если ты думаешь о подарке, – сменил маг тему, безошибочно угадав мои мысли, – то в этом у тебя не должно быть сложностей – ты знаешь этих детей намного лучше, чем я. Подари им что-нибудь полезное.

– Может быть, книгу? – Я попытался вспомнить свое детство и то, что мне дарили на праздники. – Мне всегда дарили книги, считая, что это лучший подарок.

– Ты тоже так считал, будучи маленьким? – приподнял брови Мейр со смешинками в глазах.

– Нет. Из всех книг, что мне подарили тогда, я прочел только одну, – и я сам отмел эту идею, понимая, что в возрасте некромантов желал играть во что-то, а не учиться. Но то был я. – Может быть, набор костей нежити?

– Я не сомневался в тебе, – хмыкнул он. – Какой именно?

– У них уже есть разумная нежить собаки, но тут стоит подумать над чем-то более масштабным. Завтра схожу в музей нежити, может, и придет какая-нибудь идея, – решил я, закрывая эту тему.

Дождавшись, чтобы друг съел пирог, я засобирался обратно домой. Оставив контейнер в почтовом ящике дома семьи Форс, я вернулся в своё съёмное жилище. Мне стоило закончить сбор вещей, чтобы покинуть это место ровно тогда, когда Рейнер даст указание отправляться в Шаганефс.

Утром я, не теряя времени даром, пошел в столичный музей нежити. Он находился, словно специально, рядом с тем, в котором работала Риссет. Из-за этого меня посетила мысль о том, что можно позвать её в какое-нибудь ближайшее заведение в обеденный перерыв. Если она не будет против, конечно.

В музее нежити, где как раз был подготовлен новый зал для выставки, я действительно смог найти идеи для подарка. Я собирался заточить нежить в кристалл, чтобы семье не пришлось делить и так не слишком просторный дом с ещё одним жильцом. Пусть дети призывают нежить, когда им захочется поиграть с ней или потренироваться с заклинаниями. Я решил не отставать от моды и веяний современной некромантии и воскресить для них тёмного прислужника. С ним и в игры поиграть можно, и беседу поддержать, и пару баек он расскажет. Хорошая идея, на мой взгляд. Подрастут и, может быть, подчинят его себе – посмотрим.

Когда время подошло к обеденному перерыву, я достал монофон и настроил на тот магический поток, по которому мог связаться с Риссет. Надеюсь, ей не запрещено пользоваться средствами связи внутри музея. Ответила она уже тогда, когда я был готов отмести идею о совместной трапезе.

– Миан? Что-то случилось? – Голос показался мне уставшим, несмотря на то что сейчас лишь час дня.

– Хотел пригласить тебя на обед. Не занята? – спросил я будничным тоном, предчувствуя, что девушка уже успела во что-то вляпаться во второй день на работе.

– Только что закончилось собрание проверки подлинности. Я буду свободна через десять минут, – ответила Риссет.

– Без проблем, я не тороплюсь, – прервал я связь, присаживаясь на скамеечку напротив входа в музей.

Я достал из портфеля кожаный блокнот. Редко пользовался этой штукой, но порой нужно сделать пометки. Я начал чертить эскиз будущего прислужника, ибо если я просто соединю кости с помощью ритуала, то ничего путного не получится. Пока я был занят набросками конструкции кристалла и облика прислужника, то заметил на главной улице стражей КСБР. Это были не патрульные, а потому я заинтересованно посмотрел на них. Они не торопились, но выглядели так, словно что-то стряслось. Столицу даже с большой натяжкой нельзя назвать тихим городком. Я уже хотел продолжить своё дело, как подметил, что стражи остановились возле того же музея, у которого сидел я. Они что-то сверили и вошли внутрь. Совпадение или Риссет постаралась? По крайне мере, она не похожа на девушку, которая доставляет проблемы.

Примерно десять минут спустя из музея вывели пухленького мужичка в костюме. Он был в наручниках, и стражи что-то тихо говорили ему, стараясь не привлекать внимания прохожих. Его лицо показалось знакомым. Кажется, я видел его, когда встречал Риссет в день её собеседования. Управляющий? Вроде бы он.

Примерно через пять минут после задержания из музея вышла немного рассеянная Риссет, увидев меня, она улыбнулась. Спустившись со ступеней, поспешила ко мне.

– Расскажешь, что случилось, или детали я узнаю в новостях? – приподнял я брови, прекрасно понимая, что у неё припасена интересная история.

– Из-за меня главного управляющего могут уволить, – выдохнула Риссет и постаралась объяснить. – Помнишь, я говорила о том, что хочу провести экспертизу? Утром главного управляющего не было на месте, а потому я пошла к главному реставратору и он, прочитав письмо, без промедлений согласился с моим предложением. Мы вызвали специалистов, которые должны были присутствовать при экспериментальной проверке подлинности. Я осуществила проверку, и оказалось, что ваза, представленная на выставке – подделка, пусть и весьма качественная. Были подняты все документы управляющего и те места, в которых совершались остановки при перевозке. Он сам купил вазу и сам проверял на подлинность, а потому ни у кого не возникло сомнений или подозрений на его счёт – он пользовался хорошей репутацией у сотрудников. Управляющего вызвали в музей, не сообщая деталей, и увели на допрос. Не знаю, что будет дальше. А что, если он ни в чём не виноват, но ему выдвинут обвинение и уволят? У меня голова кругом, – призналась Риссет.

– Ты молодец, что разрешила вопрос с подлинностью, – подметил я. Не зря в твоём доме так много предметов искусств. Ваз в особенности. Видно, что ты специалист. Из-за таких мелочей не нужно переживать. Я считаю, что музей должен принести тебе свою благодарность в виде утроенной премии и повышения, – попытался я разрядить обстановку, а Риссет вновь улыбнулась.

– Спасибо, что выслушал. Главный реставратор и правда принёс мне свою благодарность, но от этого не легче, – вновь вздохнула она, а я попытался сменить тему разговора.

Мне совсем не хотелось, чтобы Риссет грустила, пока я рядом.

– Где хочешь поесть? Или ты ещё не успела осмотреться? Если нет, то я могу порекомендовать тебе пару мест. Близко и не так уж и дорого.

– Правда? Буду очень рада, – согласилась девушка, а я на долю секунды почувствовал себя экскурсоводом.

– В центре довольно много интересных мест. Я люблю поесть, поэтому знаю почти все: если тебе захочется полакомиться остреньким, то, пройдя через переулок, выйдешь к заведению с иноземным названием. Кислую еду подают в драконьем ресторане, но там всегда оживленно в обеденное время. В том районе есть кофейня, но там большая наценка. Это всё, что есть рядом с музеем. Куда хочешь пойти? – Я посмотрел на Риссет, предлагая ей самой выбрать место.

– В нашем городе нет драконьего ресторана, а потому я хотела бы пойти туда, – дала она свой ответ, а я тут же указал на улочку между несколькими зданиями, чтобы срезать путь.

Зайдя внутрь и сделав заказ, Риссет посмотрела на меня так, словно что-то хотела спросить, но сомневалась.

– Тебя что-то беспокоит? – уточнил я, поглядывая на часы, и разрешил. – Спрашивай, если любопытно.

– Это ты принес вчера цветы? – Риссет чуть наклонила голову набок и объяснила: – Я увидела их сегодня утром.

– Верно. Ты была занята готовкой, так что я просто поставил их в вазу. Они должны долго продержаться, так как были подвергнуты долговременной заморозке.

– Спасибо. – Она странно заулыбалась, отведя взгляд в сторону. – Мне очень приятно.

– Не стоит благодарности, это просто цветы, – вздохнул я, обдумывая, что уместно сказать после того, как девушка благодарит за подарок. – Надеюсь, я не прогадал с ними? Нет аллергии на пыльцу?

– Нет, всё в порядке. У меня нет аллергии, – рассмеялась Риссет и достала из сумочки коробочку, обвязанную желтой лентой. – Вчера я забыла отдать тебе шарф, так что возьми, – протянула она мне коробочку.

– Спасибо. Я не подумал об этом, – кивнул я, открывая коробочку. Внутри действительно лежал шарф, но поверх него было кое-что ещё. – Фотография? – Я приподнял брови и перевернул плотную бумагу, рассматривая изображение.

Это была заснеженная поляна со снеговиками. Я помнил – Риссет и близнецы решили сделать семейное фото и позвали меня. Мы выглядели там достаточно веселыми.

– У меня ещё где-то были кристаллы со случайно сделанными снимками, но сегодня нашла только это фото. Пусть оно напоминает тебе о раскрытом в Буршесте деле, – нежно улыбнулась Риссет.

– Хорошо. Спасибо, – вновь поблагодарил я девушку и, достав из портфеля ежедневник, вложил фото туда, чтобы оно не помялось.

После этого нам принесли заказ. Поблагодарив официанта, мы приступили к трапезе. Драконья кухня кислая, но Риссет понравилось, как и мне. Несмотря на то, что девушка была не знакома со вкусом этих блюд, она сделала хороший выбор. Времени на долгую и непринужденную беседу у нас не было, а потому сразу после обеда я проводил Риссет обратно в музей, пожелав ей хорошего дня.

Когда двери музея закрылись за Риссет, я поспешил на кладбище. Что может быть лучше похода на кладбище после хорошей беседы и еды? Только нападение высшей нежити на том самом кладбище.

Глава 5.

…Риссет Форс…

– Даскен, Тревис, вы готовы? – Я зашла в комнату близнецов, которые должны уже были одеться. Сегодня праздник, и торжество должно начаться совсем скоро. – Вы – именинники, и мы не можем опоздать. Кто-то же должен приветствовать гостей, – обличительно подметила я, понимая, что в их комнате царит настоящий хаос, а мальчишки всё ещё в домашней одежде.

– Он забрал мои штаны, – наябедничал Даскен, обиженно надув щёки.

– Неправда, ты первым взял мои ботинки, – разозлился Тревис, а я сделала глубокий вдох, пытаясь собраться с мыслями.

– Все хорошо, мы закончим со сборами, а ты подожди нас на месте. – Дель мягко погладила меня по плечу, беря дело в свои руки. – Быстро взяли расчески и причесали волосы, – скомандовала она, а я, без слов поблагодарив подругу, воспользовалась портальной системой, которую всё-таки успела установить в доме.

Ко дню рождению близнецов я готовилась достаточно долго, и на сегодняшнее мероприятие было приглашено немало гостей – наши соседи, с чьими сыновьями Даскен и Тревис прекрасно играли, некоторые друзья из садика и нового кружка в библиотеке. Стоит также учитывать родителей всех этих детей. Даже дальние родственники, которые никогда не навещали нас ранее, согласились приехать сегодня. Также ко всему этому добавились Миан и Мейр, с которым я с нетерпением хочу познакомиться. Праздник выходил масштабным, но, несмотря на все это, был мне по карману. Я арендовала зал в детском развлекательном центре, который совсем недавно построили у нас в Буршесте.

Единственное, что немного расстроило, как нас с Дель, так и братьев, так это то, что у Тартиса ужасно разболелась голова, и он не смог даже встать с постели. Мы обещали принести ему кусочек торта и оставили отдыхать.

Прибыв порталом в зал для праздника, я вновь обошла его, проверяя, все ли в порядке с украшениями. В одной части зала находилось несколько длинных столиков для гостей, а в другой – мягкие летающие магические шарики, различные паутинки и горки для детей. Дети перекусят и пойдут играть, а родители, сидя за столом, смогут поддерживать беседу и одновременно присматривать за детьми. Мне казалось, что это будет достаточно удобно.

Сегодня утром я надула воздушные шарики, развесила бумажные гирлянды и магические огонечки, заказала доставку еды, поэтому зал действительно выглядел так, словно здесь пройдет праздник.

Виновников торжества ещё не было, но в зал уже поднялись первые гости. Встретив их и пообещав, что мальчики и Дель скоро вернутся, я предложила им пройти к столу. Когда пришли наши соседи, Дель, также пользуясь системой порталов, привела братьев. Прошло не так много времени, но их было не узнать – новые отглаженные кофточки и аккуратно причёсанные волосы. Дель – настоящая волшебница. На них тут же посыпались поздравления, и дети побежали играть в городке. Я стояла у входа и встречала гостей, а потому Дель хлопотала по залу, выставляя на стол графины с соком и другими напитками. Как обычно бывает, родители на праздниках своих детей не наслаждаются проведённым временем, а играют роль организатора. Так было и со мной.

Я была очень благодарна Дель за то, что она помогала мне с устройством сегодняшнего дня, так как я не представляю, как могла бы справиться со всем этим в одиночку. Примерно через пятнадцать минут все гости собрались, и, несмотря на то что мне приходилось несколько раз отлучаться, я точно знала, что кое-кого еще нет: Миана и Мейра. Мужчины не предупреждали меня об изменении своих планов, а потому я надеялась, что они все равно придут, пусть с небольшим и опозданием. Я не думала, что Миан мог бы не прийти на праздник детей, которые его так сильно ждут.

Я не уставала слушать поздравления, которыми меня осыпали родители, однако мои родственники, приехавшие из Ленира, не упускали повода, чтобы вспомнить былые годы, когда наши родители были живы. Тетя даже подметила, что я все равно не смогу заменить близнецам родителей и дать достойное образование, даже наняв няня. Пришлось осадить ее и заметить, что праздник Даскена и Тревиса – плохое место для обсуждения подобных вещей. Увы, но тетушку задели мои слова, хотя, на мой взгляд, обидеться здесь должна была я.

Постаравшись не обращать внимания на странности моей родственницы, я подсела за столик к мамочкам, с которыми была знакома с тех пор, как братья пошли в садик. Даскен и Тревис подружились с их детьми и на протяжении всего обучения в садике мы вместе готовили наших малюток ко всем концертам и выступлениям.

– Спасибо за чудесный праздник, Риссет, – поблагодарила меня она и хихикнула. – Моя девочка так долго выбирала для вас подарок, что мне показалось, когда она сосредоточена – становится копией меня.

– Я тоже это замечала. Гэльна – милая девочка, и она очень на вас похожа, – улыбнулась я ей и поблагодарила всех остальных. – Спасибо за то, что пришли. Мне очень приятно, что вы нашли время.

– Что вы? Как можно было не прийти? Я все равно в декрете, а дети хоть поиграют вместе. Живём в соседних домах, а всё никак увидеться не можем, – вздохнула моя соседка по улице.

– А что вы хотели? Все работают, у кого есть время, чтобы ходить в гости?

– Ну, я в декрете и могу себе это позволить, – хмыкнула она и нахмурилась. – Мы с вами работаем, а с детьми сидят наши родители. Это удручает. Знаете, когда я выходила замуж, то думала, что сама буду воспитывать детей, а муж работать. Кто бы мог подумать, что он под сокращение попадёт?

– А я бы не хотела вечно сидеть дома. Конечно, хочется проводить с детьми всё свободное время, но разве вас не утомило бы сидеть в четырех стенах?

– Можно найти хобби и заниматься любимым делом. Правда, это тоже не так просто, как кажется. Но кто-то выбрал третий вариант. Твой нянь прелестен, дорогая, – рассмеялась одна из родительниц и заинтересованно оглянулась в поисках последнего. – Он сегодня здесь?

– Господин Лирент не смог прийти – плохо себя чувствует, – пришлось объяснить любопытным мамочкам отсутствие Тартиса.

– Вот оно как, – протянула одна из них. – Жаль, очень жаль.

– Хочу заметить, что мужчина, который гуляет с детьми и может позаботиться о них, выглядит не только мило, но и привлекательно. Я одна так считаю или нет?

– Просто не так часто можно увидеть отцов со своими детьми на улице. Обычно мужчина либо с женой и детьми гуляет, либо никак, вот поэтому господин Лирент и привлекает внимание.

Я с интересом слушала разговоры за столиком и пила сок, просто наслаждаясь тем, что выдалось мгновенье, чтобы посидеть и отдохнуть. Было чувство, что сегодня я верчусь, словно белка в колесе. Я не забывала присматривать за мальчиками, которые играли со своими друзьями. Найти их в толпе было достаточно просто, так как я привязала к запястью каждого яркий воздушный шарик. Заметив мой взгляд, мальчики помахали мне, широко улыбнувшись. Кажется, им все нравилось.

Сделав глоток сока, я невольно покосилась на дверь и на часы, всё ещё не зная, стоит ли надеяться на то, что Миан придет. Вдруг на его работе что-то случилось? Как ни крути, а безопасность страны куда важнее.

– Риссет, ты так смотришь на часы, словно вот-вот должно произойти чудо, – рассмеялись женщины, но в них тут же проснулся интерес. – Ждешь кого-то?

Однако я даже не успела ответить, как другие мамочки подхватили новую тему для разговора.

– А парень у тебя есть? Уже планируешь замуж выходить? Уже пора бы – университет давно позади, есть дом, бизнес и работа, что еще нужно?

– Я где-то слышала, что девушке с детьми даже проще выйти замуж, нежели чем без них. Уже не помню, с чем это связано.

– А разве не наоборот? Кому нужны чужие дети?

– Ой, да какая разница? Если мужчина любит женщину, то ему без разницы, есть у неё дети или нет.

Поняв, что темы для беседы у родительниц находятся сами собой, я встала и, кивнув им, направилась к следующему столику, за которым некоторые из детей рисовали и делали поделки из бумаги.

– Как у вас дела? – погладила я маленьких девочек с косичками по волосам. Они, как и мои братья, были близняшками. – Вам всё нравится?

– Да, все хорошо, – закивала одна, а вторая пожаловалась:

– Все хорошо, правда у одной из горок острый уголок, я поцарапалась там, – для наглядности девочка показала мне чуть покрасневшую ладошку.

– Спасибо, я сейчас же посмотрю и заклею этот угол, – пообещала я, не поняв, откуда там могли взяться острые края. Я точно осмотрела площадку и сделала всё возможное, чтобы на ней никто не поранился.

Отойдя в сторону и взяв бумажный скотч, я подошла к детскому городку и действительно увидела при спуске острый краешек. Подклеив его, вернулась за общий стол. Дель отошла, чтобы съездить в нашу пекарню за тортом. Прошло уже несколько часов с начала праздника, но основная часть и небольшой квест для детей ещё впереди.

Какое-то время спустя я вновь посмотрела на детский городок, однако не могла найти Даскена и Тревиса – воздушные шарики пропали из виду, хотя пару мгновений назад я видела их. Может они залезли внутрь какого-нибудь домика? Насторожившись, я встала из-за стола и подошла к горке, которую только что подклеила.

– Эрен, ты не видел Даскена и Тревиса? – уточнила я у пробегавшего мимо мальчика. Он на миг остановился и, оглянувшись, пожал плечами.

– Не знаю, куда они делись. Я только что их видел.

Я озадаченно оглянулась и благодаря тому, что двери игрового зала были полупрозрачными, заметила два воздушных шарика, которые проплывали в коридоре. Когда дети успели выйти, что я не заметила этого?

Не теряя времени, я поспешила в коридор и совершено случайно сбила трехлетнюю малютку с ног. Так как у некоторых наших гостей были сестренки, то они тоже пришли. Девочка упала на пол и заплакала, но, к счастью, не сильно ушиблась и не поранилась.

– Пожалуйста, извини, – погладила я малютку по волосам, пытаясь утешить. – Мне очень жаль, – отдала я ей свой платочек и, увидев, что её мама спешит к нам, посадила девочку на детский стульчик и выбежала в коридор.

Шарики исчезли, а потому я поспешила вперед по коридору, лишь в самое последнее мгновение увидев, как закрываются створки лифта. Шарики по какой-то причине остались снаружи. Я несколько раз нажала кнопку вызова лифта, но он двигался вниз, вероятнее всего, на первый этаж. Понимая, что лифт мне остановить не по силам, я помчалась к запасной лестнице в конце коридора. Мы сейчас на пятом этаже, так что я должна успеть спуститься. Сердце предчувствовало что-то очень плохое и неладное – зачем мальчикам уходить с собственного праздника, который они так долго ждали? К тому же они пришли сюда порталом, и у них нет с собой теплой одежды для того, чтобы выйти на улицу. Да и здесь мы с ними никогда не были, они не знают это место и район города, чтобы направиться куда-то…

Преодолев лестничные пролеты, я выбежала в холл первого этажа. Сегодня у этого детского комплекса выходной, только я арендовала зал для праздника, поэтому внутри не было сотрудников. Подбежав к лифту, я обнаружила, что он уже приехал пустым. Плюнув на то, что у меня нет куртки, я выбежала на улицу, пытаясь найти детей. Ни моих братьев, ни других детей там не было –начаналась буря, и прохожих почти не осталось. Не могли же Даскен и Тревис раствориться в воздухе. Куда они пошли?

Я прикрыла глаза, пробуя запустить поисковой маячок, который работал лишь в радиусах нескольких метров из-за приближающейся непогоды. Но из этого ничего не вышло. Я поежилась от холода и поспешила обратно в здание, направившись к будке охраны. Повсюду установлены кристаллы записи, вдруг братья где-то внутри?

Эта ситуация начинала сильно беспокоить и волновать меня, но я старалась убедить себя, что всё хорошо и это просто какая-то шалость или сюрприз, о котором близнецы по какой-то причине не уведомили меня.

– Мои дети пропали, прошу вас – просмотрите кристаллы записи, – ворвалась я в будку охранника без стука. Мне пришлось кратко описать ситуацию.

Выслушав, пожилой мужчина молча вывел на большой экран записи нужного промежутка времени. В том зале, что я арендовала, они не работали, поэтому пришлось наблюдать за коридором, в котором я впервые увидела шарики.

Я едва удержалась на ногах, когда охранник включил запись.

Какой-то мужчина в чёрном костюме и такой же маске, что скрывала его лицо, вынес из зала мальчиков. Даскен и Тревис были без сознания, обмякнув на его плечах. Мужчина вместе с братьями зашел в лифт, а затем изображение пропало. На первом этаже шёл ремонт.

– Это не ваш знакомый? – полюбопытствовал охранник, немного напрягшись.

Я лишь покачала головой.

Я попыталась сделать вдох, так как была в ужасе, но не смогла – к горлу подкатил ком. На глазах появились слезы, и дрожащей рукой я достала из кармана монофон, настраивая экстренные потоки магии.

– Отдел помощи КСБР. Чем мы можем помочь? – тут же ответила на звонок девушка, а мной овладела настоящая паника.

– Моих детей только что похитили, прошу, помогите мне, – зарыдала я, привалившись к стене и схватившись за волосы.

Охранник, понимая, что я не смогу внятно объяснить ситуацию, выхватил у меня артефакт связи.

– Только что произошло похищение. Мужчина в черном похитил детей прямо с праздника, но попал на кристаллы записи. Дом детской радости, улица Снежная, 14-а. Ждем вас.

В тот миг, когда мужчина сказал это, дверь в небольшую каморку распахнулась, и я увидела встревоженную Дель, которая пришла сюда в компании Миана и еще какого-то мужчины. Я закрыла лицо руками, не зная, что делать.

– Звони Тартису.

– Уже.

– Что нам делать?

– Нужно ехать в отдел стражей, здесь мы уже бессильны.

Мужчины и Дель о чём-то переговаривались, но я даже не слушала их.

***

Следующие полчаса были для меня как в тумане, и в себя я пришла лишь тогда, когда стражи КСБР вновь стали смотреть кристаллы записи и прослушивать мой звонок. Миан, Мейр, Дель и Тартис, который приехал сразу же, как узнал об этой новости, – все они были рядом. У меня безумно разболелась голова, так что мне дали выпить травяной отвар. Именно он и смог меня немного взбодрить. Но слезы все равно лились из глаз.

– Зачем кому-то похищать братьев Риссет? – схватился за волосы Тартис, успокаивающе поглаживая меня по плечам.

– Знаешь, это хороший вопрос, но если бы мы знали ответ, то никто бы тут не сидел, – отрезал Миан, раз за разом смотря записи и приближая изображение этого незнакомца.

Как шепнул мне Тартис, Стротомиан не смог прийти вовремя из-за срочного собрания в главном офисе КСБР. Но сейчас меня это совершенно не волновало.

– Это всё моя вина, – сокрушался Тартис, закусывая губы. – Если бы я только мог прийти на праздник, если бы я только был рядом, то ничего этого не случилось бы.

Дель сидела с другой стороны от меня и крепко держала за руку. Стражи КСБР рассматривали похищение детей без очереди и сейчас мы ждали начальника отдела, чтобы он лично дал сотрудникам указания. Однако даже без него в город было выслано уже семь дежурных нарядов – по одному на каждый район. Они обыскивали территорию и расспрашивали прохожих. Но было не понятно, ушёл мужчина с детьми по улице или воспользовался порталом. Однако я точно знала одно – злоумышленник и близнецы в городе, так как из-за приближающейся бури междугородние порталы не работают.

– Господин Вердис, что нам делать? – спросил один из стражей у агента, который показал присутствующим своё удостоверение. Пока руководитель не пришел, все советовались именно с ним.

– Это похищение детей, поэтому нам нужно дождаться звонка от преступника. Запускайте по городу поисковые маячки, реагирующие на ауры Даскена и Тревиса. В моём доме всё ещё находится городская система наблюдения – воспользуйтесь ей, чтобы не терять время, – швырнул он свои ключи одной группе стражей и повернулся к другой. – Не стойте на месте, такие вести разлетаются словно чума – накладывайте новостное эмбарго, чтобы не спугнуть преступника.

– Что будем делать, если он не позвонит? – уточнил Мейр, который был самым спокойным сейчас.

– Будем обыскивать город, – без промедлений ответил страж. – Но он должен позвонить.

– Собирайте ещё один дежурный наряд и вызывайте технических специалистов на тот случай, если преступник позвонит.

– Что я должна делать? – тихо спросила я, пытаясь понять, чем могу помочь в сложившейся ситуации.

– Ты должна сидеть и ждать. И никому не мешать, – строго сказал Стротмиан, а Тартис тихо проворчал:

– Мог бы и помягче.

– Если я буду мягче, то дело не раскроем, – рыкнул мужчина, услышав это замечание.

– Когда преступник позвонит, то настройте оборудование так, чтобы проанализировать его голос в реальном времени. Так мы по эху и слышимости сможем определить, в каком месте он находится, – кратко объяснил Мейр техническому специалисту, который быстро вошёл в помещение.

Когда всё оборудование было почти готово, в комнату влетел начальник отдела стражей. Он выглядел крайне обеспокоенным и сразу же поспешил в мою сторону. На глаза вновь навернулись слезы.

– Господин Шерс, вы же сможете помочь? – едва слышно спросила я, шмыгнув носом. – Вы же найдете их, правда?

– Риссет, моя милая Риссет… – Начальник когда-то был другом моих родителей, и я хорошо его знала. Мужчина сел на стул напротив. – Мы сделаем всё возможное, честно. Ты можешь положиться на нас. – Он явно пытался меня успокоить, но у него самого глаза вмиг стали влажными.

Этого человека я помнила ещё с тех пор, когда была совсем малюткой.

– Все будет хорошо. Риссет, соберись – ты же их сестра, – сказал Тартис, когда я начала рыдать по новому кругу. Он сделал глубокий вдох, пробормотав. – А я-то чего плачу?

– Риссет, ты потеряла родителей, но ты не потеряешь своих братьев, я обещаю тебе. – Начальник поискового отдела крепко обнял меня, сочувствующе похлопывая по спине. – Мы задействуем все наши силы и ресурсы, чтобы найти их. Мы сделаем всё, чтобы твои братья вернулись домой. Поняла меня?

Я обняла мужчину в ответ и краем глаза заметила, как Тартис, прикрыв глаза ладонью, вышел из комнаты, в которой мы все ждали какого-то чуда. Миан вовсе отвернулся, стараясь даже не смотреть в мою сторону. Но, в конце концов, указал на главный стол, на котором стояла аппаратура:

– Перестань рыдать и сядь сюда. Ты должна беречь силы – это только начало. – Миан посмотрел на меня без каких-либо эмоций и попросил Дель выйти до тех пор, пока она не совладает с эмоциями.

– Хоть раз бы проявил сочувствие, – вновь цыкнул Тартис, вернувшись обратно. Мужчина тут же поспешил ко мне, помогая подняться. Это было весьма кстати, так как ноги у меня были словно ватными.

– Прошу, умоляю вас, – всхлипнула я, опустившись на стул. – Спасите моих мальчиков. Умоляю вас. Даскен, Тревис… Мои любимые, – мне уже было все равно, и я не прятала лицо в ладонях, чтобы скрыть слезы. – Где вы сейчас? Наверное, им очень страшно, – покачала я головой, а все отвели глаза, старясь не поддаваться эмоциям.

Пока все пытались успокоить меня и привести в чувство, попутно ожидая звонка от преступника, милая женщина-психолог, которая работала при КСБР, принесла горячий кофе и пыталась вытянуть у меня какие-то детали и подробности случившегося. Несмотря на то, что я уже всё рассказала, мне вновь пришлось описывать то, как заметила пропажу братьев и поспешила за воздушными шарами в коридоре. Если бы я была чуть-чуть порасторопнее. Если я успела, то могла бы остановить его…

– Госпожа Риссет, может, есть кто-то, кому вы не нравитесь? – мягко уточнила она и попробовала изменить формулировку вопроса. – Расскажите, пожалуйста, что случилось в вашей жизни в последний месяц? Может, какие-то кардинальные изменения?

– Верно, постарайся вспомнить что-нибудь, – поддакнул Тартис и добавил от себя. – Я был нянем Даскена и Тревиса, они – прекрасные дети, но они всегда сторонились незнакомцев и никогда даже не играли с теми, кого не знали.

– Спасибо, господин Лирент, вопрос адресуется не к вам, – вздохнула женщина, вновь переведя взгляд на меня. – Госпожа Риссет, пожалуйста. Сейчас для следствия важна любая мелочь.

– Даскена и Тревиса выгнали из магической школы, так как они устраивали шалости. Но за три дня до этого Даскена сбил школьный автобус – водитель не заметил его. Даскен не пострадал, но мужчину уволили и лишили прав. Также недавно чуть не произошла еще одна авария – водитель не затормозил, но никто не пострадал. Все могло бы закончиться плохо, если бы не господин Вердис, но того водителя все равно лишили прав. Это случилось ещё до того, как господин Лирент стал работать у нас.

– Хм… увольнение и лишение прав могут быть мотивом, но есть ли что-то ещё?

– Когда Даскен и Тревис ходили в другую школу, не магическую, у них была одна очень странная учительница танцев. Танцы были обязательным предметом. Всякий раз, когда они приходили домой, я замечала на их руках следы укусов, мальчики ничего не рассказывали. Это не выглядело так, словно их укусил какой-то ребенок. Я сняла отпечатки укусов, пока дети спали и, наведавшись в больницу, сверила с зубными картами учителей. Оказалась, что учительница кусала детей за руки, когда они совершали неверные движения и путали «лево» и «право». Женщину уволили, а её жених, узнав новости, разорвал помолвку.

– Я никогда не слышал об этих историях, – шокировано воскликнул Тартис.

– После этого случая я отдала братьев в магическую школу, из которой их выгнали. А уже после я решила нанять няня, – объяснила я, пытаясь вспомнить что-нибудь ещё.

– Это звучит намного разумнее. К тому же эта учительница лично знала ваших детей, – покивал один из стражей, который записывал всё то, что я говорила. – Удивительно, что такое случается в наши дни. Есть что-нибудь ещё?

Я покачала головой, не в силах вспомнить больше. Эти события я запомнила особенно хорошо. Не думаю, что случалось что-нибудь ещё.

– Проверьте их местонахождение на момент похищения и алиби, – отдал приказание начальник стражи, а Вердис, помолчав пару секунд, обронил:

– Проверьте, но не спешите с выводами. Возможно, похищение детей вовсе не связано с Риссет или тем, что случалось в её жизни. Не забывайте, что Риссет и Дель – владелицы достаточно успешного заведения, популярность которого резко возросла в последние дни. Или же кто-то увидел нас с госпожой Форс вместе и, подумав, что это моя родственница, решил воспользоваться случаем. Есть много вероятностей.

– Вызывали? – Дверь без стука распахнулась, а внутрь вошла черноволосая женщина с темно-алой помадой на губах.

– Проходи, Хонра, присаживайся. – Миан указал ей на стул и представил. – Хонра Хельс – судмедэксперт.

– Судмедэксперт? – переспросила я, а мой голос дрогнул. – Зачем? Никто же не умер и…

– Женщина, молчите, если не разбираетесь, – шикнула брюнетка и попросила Миана. – Включай запись.

Стротомиан активировал кристалл, на котором мужчина в маске нёс братьев на плечах. Запись была отсмотрена уже несколько десятков раз, и я попросту не знала, что на ней еще можно рассмотреть. Однако профессионалу виднее…

– Так или иначе, ваши дети живы. Они спят, – уверенно сказала женщина, лишь взглянув на появившееся изображение.

– Объясни, – потребовал Миан, а я выжидающе посмотрела на неё, тоже желая получить ответ.

– Посмотрите на лицо ребёнка. У него сыпь возле рта – у детей это побочная реакция на снотворное. Сильное снотворное. Они что-то ели или пили? – Судмедэксперт повернулась ко мне.

– Я отвечала за еду, – подала голос Дель. – Даскен и Тревис поели дома, поэтому не прикоснулись к еде на торжестве, желая оставить место для торта. Однако возле детской площадки стоял небольшой столик со стаканами сока, чтобы дети могли попить во время игры.

– Снотворному нужно время. Есть ли у вас запись с кристаллов за пятнадцать минут до похищения? – практично уточнила специалистка.

– У нас есть только записи коридора, но с другого ракурса. Стены в зале полупрозрачные, а потому можем попробовать, – удрученно покачал головой технический специалист, а женщина уточнила ледяным тоном:

– Раз есть записи, то почему это всё ещё не сделано? Отсмотрите сейчас же.

– Извините, – кивнул страж и тут же взялся за дело.

Через несколько мгновений на магическом экране появилась новая запись, за пятнадцать минут до момента похищения. Стена немного перекрывала обзор кристалла, но на тот кусочек, что был нам виден, действительно попал детский столик с напитками и часть горок, с которых катались дети. Даскен и Тревис о чем-то переговаривались, а потом, сделав по глотку сока, помчались играть с другими детьми. Сразу же после этого к столику подошел мужчина в черном. Он взял стаканчики братьев и насыпал что-то белое из пакетика, который вытащил из кармана брюк. Я зажала рот ладонью, стоило мне это увидеть.

– Мило, – хмыкнула женщина.

– Как же так? Я бы точно заметила, если бы в зал вошел какой-то мужчина в черном и в маске, – прошептала я, а Дель поддакнула:

– Это правда не могло остаться незамеченным – все родители следили за тем, как дети играют, почему же тогда никто не обратил внимание на странного гостя?

– Я могу ответить на ваш вопрос, – подал голос технический специалист. – Заведение недавно построили, а потому владелец старался не экономить на безопасности. Кристаллы записывают всё сквозь магические потоки, а значит, делают записи сквозь пологи невидимости и иллюзии. Дорогая вещь.

– Дорогая, но безумно удобная, – вздохнул Мейр, который до этого молча сидел в стороне.

Стоило мужчине произнести это, как мой монофон завибрировал. Так как мы все же ждали звонка, то он лежал на столе и был подключён к различным штукам и проводам. Но несмотря на все это, я вздрогнула от неожиданности. Поток магии и код артефакта были не записаны в моей контактной книге, а потому я закусила губу, делая глубокий вдох.

– Заставь его как можно дольше вести беседу. Задавай вопросы и сделай так, чтобы говорил как можно больше он – любой звук на заднем фоне важен для нас, – сказал Миан.

– Успокойся и ответь на звонок, – сжала мою ладонь Дель, а я открыла поток связи и усилила громкость, чтобы все присутствующие могли слышать диалог. Все замерли, не издавая ни звука.

– Слушаю, – ответила я, сжав ладони в кулаки. Все стражи были наготове и всматривались в кристаллы, которые должны были помочь нам при общении с преступником. В артефакте связи сразу же послышались помехи, а затем писклявый голос уточнил:

– Риссет Форс?

Стражи тут же поморщились, словно съели дольку лимона – преступник изменил голос. Я постаралась не обращать на это внимание и продолжила разговор. Меня попросили потянуть время.

– Кто это? – сглотнув, спросила я, смотря прямо перед собой.

– Я? – Незнакомец неприятно усмехнулся. – Я – тот, кто сейчас рядом с твоими братьями, Риссет Форс.

Я невольно всхлипнула, спросив:

– Где они сейчас?

– Сколько стражей ты нагнала, а? Молодец. Весь город на уши поставила, – недовольно констатировал он, словно и не услышал моего вопроса. – Зря. Они все равно тебе не помогут, – пискляво протянул он, а я повторила:

– Где мои братья? Где Даскен и Тревис?

– Они спят, – дал преступник односложный ответ после короткого молчания.

– Я бы хотела услышать их, – дрожащим голосом попросила я. – Вы можете дать им артефакт связи, чтобы они…

– Совсем мозгов нет? – цыкнул он, перебив меня, и зашипел: – Я же сказал, что они спят.

– Тогда… можно мне хотя бы их дыхание послушать? Я хочу быть уверенной в том, что они живы и всё в порядке, – пробормотала я.

– Какая же ты надоедливая, – вздохнул похититель. – Я в этом не заинтересован. Давай перейдем к делу и…

– Но они же не пострадали? – встрепенулась я, побоявшись того, что незнакомец постарался сменить тему.

– Мне прервать связь? – рыкнул он, а я закусила губу.

– Нет-нет! Простите, – виновато склонила я голову, понимая, что перегнула палку. – Прошу вас, не прерывайте связь, пожалуйста. Чего вы хотите? – спросила я напрямик.

– Что ж, – вздохнул он и начал выдвигать требования. – Готовь деньги. Собирай столько, сколько сможешь. Я знаю, что ты откладывала деньги и у тебя есть счёт в банке. Обналичь его и добавь все остальные накопления. Приноси деньги наличными и без новых купюр. Положи их в чёрную сумку. Сумку отнеси к кофейне «Крик ворона», западный район города.

– Хорошо. Я поняла. – Я кивнула и вопросительно просмотрела на стражей, понимая, что диалог подходит к своему логическому завершению. – Если я сделаю все, как вы сказали, вы отпустите Даскена и Тревиса?

– Я подумаю, – хмыкнул он, а я прикрыла глаза, чувствуя, что попала в ловушку. – Кстати, забыл добавить: приведешь стражей, и жизнь твоих братьев оборвется в тот же миг, поняла меня? Приходи одна и не вздумай хитрить – мне наперед известен каждый твой шаг. Думаю, факт того, что только я знаю, где находятся Даскен и Тревис, должен убедить тебя, согласна? Вешаю трубку.

Судмедэксперт, которая, как и все остальные, вслушивалась наш разговор через аппаратуру, быстро взяла со стола лист и написала крупными буквами, показав надпись мне: «Попроси сделать фото близнецов». Я благодарно кивнула ей.

– Постойте! – воскликнула я в самый последний миг. – Прежде чем вы прервете связь, то не могли бы вы сделать фото моих мальчиков? Только если они живы, – сглотнула я, – я принесу деньги.

Ответом мне служила тишина, а затем раздался щелчок, оповещающий о том, что связь прервана. Сердце в тот же миг сжалось, а я всхлипнула, закричав:

– Нет! Нет! Постойте!

Однако было уже поздно – каналы связи развеялись, а все стражи вмиг засуетились:

– Отследили?

– Примерно знаем, где он.

– Правда? Что ещё нашли? Уловили помехи?

– Ты – молодец, – одобрительно кивнул Миан и тоже повернулся к карте города, висевшей на стене. – Сигнал шёл из западного Нерского района, перенаправьте туда поисковые отряды.

– Что за артефакт связи? Откуда он? – Начальник отдела посмотрел на того, кто занимался аппаратурой.

– Одноразовый артефакт связи, настроенный на самоуничтожение, искать по нему то же, что и иголку в снегу. Монофон вовсе был куплен в Эльфийских долинах, так что пытаться отследить его по потокам магии – бесполезное дело, – дал страж оценку ситуации.

После его слов мой монофон пикнул, а на стол опустился снимок, отправленный магической почтой. Это была фотография мальчиков. Неужели преступник правда сделал снимок, вняв моей просьбе?

Я тут же перевернула фотографию, а все подбежали ко мне, рассматривая изображение. Я в оцепенении смотрела на Даскена и Тревиса. Вокруг было множество коробок, а мальчики лежали, чем-то связанные, на какой-то картонке на полу.

– Кажется, они всё ещё спят, – пробормотал Тартис, пристально вглядываясь в их лица, а страж тут же взял снимок, чтобы сделать копию и вывести её на магический экран, чтобы иметь возможность увеличить некоторые зоны.

Однако того факта, что дети живы, было достаточно, ведь перед нами стояла другая задача – передать выкуп. Судмедэксперт и другие специалисты должны осмотреть фото, пока мы будем заняты. Дель вместе с некоторыми стражами поспешила домой, чтобы взять мою банковскую книжку. Обналичивать деньги должна была я, так как, судя по всему, у преступника есть свои методы наблюдения. Пока Дель брала выписку, стражи навешивали на меня всевозможные приборы слежения и прослушки высшего качества, которые предоставил Миан, достав громадный чемодан из ниоткуда.

Мне выдали новую одежду и поэтапно развешивали на неё звуковые кристаллики, пришивали пуговицы, которые должны были записывать все происходящее вокруг в реальном времени. В обувь были поставлены маячки, чтобы отслеживать передвижения, а также не забыли о сережках, шпильках, замках и других мелочах, которые могли бы как-то помочь в обнаружении преступника. Так как идти со мной члены порядка не могли, то планировали следить за обстановкой благодаря разработкам Миана, чтобы вмешаться в нужный момент, когда это будет необходимо.

По всему маршруту, по которому мне предстояло пройти, были отправлены наблюдатели под прикрытием: почтальон, разносчик горячих напитков, и кто-то еще, кто не привлек бы много внимания. Однако не привлечь внимание, когда на улице уже начинается метель – довольно непростая задача, но стражи и Миан попросили меня даже не задумываться об этом и просто выполнить поставленную задачу – передать выкуп. Я не знала, что будет дальше, но фактом, который нельзя было отрицать, становилось то, что с момента похищения близнецов прошел уже час.

Когда я была готова к тому, чтобы отправиться на улицу без помощи стражей, вернулась Дель с моей банковской книжкой. К слову, у меня немного запоздало возник вопрос о том, откуда преступник знает о существовании счета? Или это был блеф?

Все пожелали мне удачи и, напоив отваром бодрости, выпустили из участка на улицу. Было очень холодно, даже в теплой одежде. К счастью, банк и само кафе находились совсем рядом – пятнадцать минут пешком.

В банк стражи позвонили и предупредили сотрудников о том, что я приду, как и о том, что работать нужно быстро. Женщина провела меня в отдельный кабинет, несмотря на очередь, и обналичила мои средства, накопленные за несколько лет. Не могу сказать, что это какая-то слишком уж фантастическая сумма, но и маленькой её не назвать.

Выйдя из банка, я направилась к кофейне, как мой монофон неожиданно завибрировал, однако это был не звонок. Преступник прислал уведомление, в котором изменял место нашей встречи. Он просил подойти к бару, который располагался в десяти минутах ходьбы, но в совершенно противоположной стороне от той, куда я направлялась до этого. Оповещать стражей было глупостью, а потому я круто развернулась, направившись прямо по улице. Возможно, преступник догадался, что члены КСБР все равно присмотрят за мной, а потому и поменял место встречи. Так или иначе, на мне столько магических штучек, что не потеряюсь. Но идти по безлюдным улицам, зная, что предстоит встретиться с похитителем, было очень страшно. Я не знала, почему тряслись руки – потому что я боялась встречи и того, что всё пойдет не так, или же из-за того, что холодало.

Бар носил гордое название: «Королевские развалины». Никогда не была здесь и никогда не слышала об этом месте. К счастью, внутри находились люди и довольно немало. Преимущественно это были компании, которые пришли выпить. Стоило мне перешагнуть порог заведения, как в моих руках появилась записка: «Пройди в комнату персонала в дальнем зале. Зайди внутрь. Ни с кем не разговаривай. Пароль от комнаты: день рождение Короля Ромульда XI».

Я сглотнула и взволнованно огляделась. Неужели этот тип следит за мной, раз связывается в самые неожиданные моменты? В зале никто не выглядел подозрительно, но от этого легче не стало. Я, опустив голову и смотря в пол, протискивалась вдоль деревянных столиков, следуя указаниям. Так как барная стойка и кухня располагались на первом зале, то на втором я смогла незамеченной попасть в комнату персонала. Я была готова к тому, что преступник будет внутри или же резко выпрыгнет, напав на меня, но всё равно ввела указанный код. К счастью, историю я знала хорошо, но для простого бара это довольно странный выбор комбинации кода. Или же это дело рук похитителя?

Дверь со скрипом распахнулась, впуская меня в квадратную клетушку. Внутри, к счастью или к сожалению, никого не было. Я послушно прошла вперед. Дверца железного шкафчика, в каких обычно оставляют одежду, скрипнула, приоткрывшись, а я вздрогнула от страха, не ожидая такой подлости. Наверное, сейчас любой звук способен напугать меня.

Я открыла шкафчик и обнаружила внутри записку на тонкой, почти прозрачной бумаге, и свернутую одежду. Мужчина хотел, чтобы я переоделась, сняв таким образом все предметы слежения, что мне дали стражи порядка. Я должна была снять всё, даже ботинки. Одежду предлагалось утопить в ведре для мытья полов, чтобы вывести оборудование из строя. После этого я должна была расстаться со своим монофоном, тоже отправив его в ведро. В конце записки преступник просил не обманывать его, ведь я сделаю себе хуже, не вняв предупреждению, которое касалось и членов КСБР. Не знаю, как это работает, но злоумышленник правда был на шаг впереди и, кажется, хорошо знал стражей, раз ему удавалось предугадывать их действия. Не думаю, что это хороший знак, но в той ситуации у меня все равно не было другого выбора.

Я всё сделала, выполнив указания. Никогда бы я не стала переодеваться в помещении, в котором за мной, возможно, следят, но сейчас было все равно. Одежда оказалась в воде, как и монофон, только вот что делать дальше, я не знала.

Когда я в нерешительности оглядела каморку, раздалась знакомая вибрация в одном из шкафчиков, который я не удосужилась осмотреть. Кто-то звонил.

– Ты забыла снять серьги, Риссет, – приторным голосом сказал мужчина, а я поморщилась, понимая, что он прав – я действительно забыла об этой детали.

Я сняла серьги и кинула их воду.

Мужчина продолжил:

– Умничка. Теперь выйди из этой комнаты и воспользуйся запасным выдохом. Сделай так, чтобы никто из посетителей не увидел твоего лица и того, как ты вышла. Заверни сумку с деньгами в мусорный мешок и иди прямо по улице до первого бака. Положи деньги туда и уходи, не оборачиваясь. Поняла меня?

Мужчина не стал дожидаться ответа и прервал связь. Я не представляла, как сейчас все обеспокоены, ведь я сменила маршрут, а мои сигналы пропали, но… я уверена, что они держат ситуацию под контролем. По крайней мере, мне очень бы хотелось в это верить.

Преступник не позаботился о теплой одежде, а потому из бара я выходила в тоненькой кофте сотрудника, целенаправленно идя к мусорке. Ближайшая, насколько мне было видно, находилась в самом конце улицы. Магией, чтобы наложить тепловой купол, я решила не пользоваться, чтобы не нарушить магический фон или что-то иное, что на меня могли навесить стражи.

Сейчас было такое время, когда все возвращались с работы и пользовались при этом машинами, если работали и жили в городе, ибо даже городские порталы перестали функционировать – метель.

Как только я подошла к мусорному баку, что стоял на обочине дороги, проезжавший мимо мотоциклист выхватил пакет с «мусором» у меня прямо из рук. В эту секунду мысли перемешались в голове: это преступник или кто-то другой? Мужчина был в шлеме, и нельзя было сказать наверняка. Но, прежде чем я пришла к какому-либо выводу, уже знакомый мне страж, выбежавший из переулка, профессиональным движением метнул заточенный кинжал так, что попал в мотоциклиста на ходу. Вор упал со своего транспорта прямо на дорогу. Из-за этого маневра несколько машин врезались друг в друга, пытаясь затормозить и не поранить взявшегося из ниоткуда «прохожего».

Несмотря на то, что мужчина был ранен, пусть и не смертельно, он спешно поднялся и, подхватив пакет, принялся бежать. Страж, в отличие от меня, не терял времени и со всех ног помчался за ним. Он был эльфом, а потому бегал куда быстрее обычного человека, успешно нагоняя похитителя. Однако когда незнакомец выбежал на перекресток, не смотря по сторонам из-за погони, его сбил грузовик. Я вскрикнула и тут же, прикрыв рот рукой, опустилась на дрожащих ногах прямо на снег.

Как бы ни было ужасно или странно, сейчас я молила богов и небеса о том, чтобы тот, кто похитил моих братьев, выжил, ведь иначе мы попросту не сможем найти их…

Приехавшие на места происшествия члены КСБР выдали мне тёплую одежду. Прибывшие лекари увезли мужчину в больницу – его состояние было критическим. Я настояла на том, чтобы также отправиться в больницу. Дель, Тартис и несколько детективов пошли с нами на тот случай, если мужчина придёт в себя и сможет дать какую-то информацию.

Как только мы прибыли в больницу, то застали дивную картину: тот страж, что сбил похитителя с мотоцикла, ругался с врачами из-за того, что сейчас у нет свободных хирургов, которые бы могли провести экстренную операцию. Буршест не такой большой город, а те, кого можно вызвать – живут далеко от больницы.

– Как вы не понимаете, от жизни этого мужчины зависит жизнь двух детей, разве не это важно сейчас? – злился он, стукнув по стойке регистрации пациентов.

– Все жизни равны, но наши хирурги заняты, нам очень жаль, – отрезала женщина, а Дель встрепенулась, поймав за руку пробегавшую медсестру:

– Совсем нет свободных хирургов? – приподняла подруга брови, словно не верила своим ушам.

– У нас поменялся руководитель больницы, и многим врачам пришлось уволиться из-за этого. Сейчас у нас всего три хирурга и работать совсем некому, – шепотом ответила она так, чтобы другие сотрудники не услышали этого.

– Хорошо, спасибо. – Дель кивнула и попросила нас: – Присядьте и подождите здесь.

– Что она задумала? – напрягся Тартис, а я пожала плечами, смутно догадываясь о том, что пришло ей в голову.

– Наверное, ты не знал, но до того, как мы открыли пекарню, Дель работала хирургом в отделении общей хирургии.

– Серьёзно? – стремительно поползли вверх брови Тартиса, а один из детективов предположил:

– Хотите сказать, что госпожа Экзенельс проведет операцию?

– Я не уверена. Прошло много лет с тех пор, как она оперировала, – покачала я головой, понимая, что к такому серьезному делу, как операция, не подпустят кого попало.

Дель ушла, а потому мы присели в фойе, ожидая хоть каких-нибудь вестей. И они действительно появились через двадцать минут ожидания. Один из хирургов закончил операцию и взялся за нашего похитителя, разрешив, чтобы Дель ассистировала ему, так как раньше они работали вместе, а сейчас свободных рук всё равно нет.

Губы от волнения я уже искусала до крови, а потому хотела начать грызть ногти, но Тартис остановил меня, дав бумажный стаканчик с тёплым кофе, чтобы переключить моё внимание на что-то иное. Мне не верилось, что, бросив медицину, подруга несколько лет спустя вновь окажется в операционной, пытаясь ради мальчиков и меня спасти злоумышленника.

Сейчас я не могла ничем помочь следователям, а потому просто ждала окончания операции, но всё закончилось намного раньше, чем я предполагала. Мы питали огромные надежды и молились, чтобы операция прошла успешно, однако непредвиденные обстоятельства никто не отменял. В процессе операции разорвалась печеночная артерия, что привело к летальному исходу. Так нам сказали. Но мне медицинские термины не могли сказать ничего путного. Преступник мертв. В моей душе царило опустошение.

На врачей была вся надежда, так как даже некроманты также не смогли вернуть мужчину к жизни после аварии, потому что не были соблюдены какие-то условия проведения ритуалов.

Детективы сообщили эту новость тем, кто сидел в отделе КСБР. Тогда они попросили забрать тело, чтобы судмедэксперт осмотрела его и рассказала нам, что было обнаружено на снимке с мальчиками. Забрав тело и взяв служебную машину, мы направились обратно в отел стражей. На мой взгляд, надежда на раскрытие дела таяла на глазах. Только этот мужчина знал, где Даскен и Тревис. Почему ментальная магия ещё не придумала такого заклинания, которое бы позволило отсмотреть память мёртвого человека?

***

– Приближайте левый нижний угол, – дала команду Хонра Хельс и указала на едва заметную полоску на фотографии связанных братьев. Прежде чем провести вскрытие, она хотела кое-что показать нам всем. Преступник умер, а потому пришлось заново просматривать имеющиеся улики, было и кое-что замечено. – Судя по всему, это склад или холодильная камера. Это термостат. Сложно разглядеть, какая именно температура установлена, но…

– Но она больше минуса десяти градусов, так как число однозначное, – закончил за неё Мейр, который неожиданно поднялся со своего места. Он всё это время провёл в участке.

– Бинго, – довольно щёлкнула пальцами женщина. – У них цианоз на губах и кончиках пальцев. Они ещё дети, поэтому невооруженным глазом понятно, что уже истощены от холода.

Стражи озабоченно загудели, понимая, что это опасно для детского организма и может привести к летальному исходу. Я тоже это понимала, но сейчас лишь слушала то, что говорили Мейр, маг льда, и Хонра Хельс.

– Что это значит? Сколько времени у нас есть? – уточнил Миан, которого не вывел из себя тот факт, что мы не смогли спасти преступника.

– На улице холодает. Если это подвальное помещение, то температура может опуститься ещё на пару единиц, – подметил Мейр и добавил: – Существует закон троек: без еды можно прожить тридцать дней, без воды – три дня, а без воздуха – три минуты. При гипотермии есть три часа.

– Верно. Приятно встретить знающего человека, – впервые улыбнулась госпожа Хельс и продолжила: – Верно, есть три часа, но не стоит забывать об одной прекрасной особенности детей. У них есть нырятельный рефлекс, благодаря которому может замедляться ритм сердца, вследствие чего дети могут находиться в холоде дольше, чем взрослые.

– Согласен, но будем трезво смотреть на вещи, – подхватил Мейр и привёл данные статистики. – Существует рекорд выживания при минус десяти градусах – шесть с половиной часов, а с момента похищения прошло два с половиной. Есть четыре часа.

– Но температура в комнате больше, чем минус десять градусов, – обличительно подметил кто-то.

– Да, но не будем забывать, что Даскен и Тревис малы, хоть и некроманты. Когда их жизненные силы будут находиться на пределе возможностей, темная энергия должна будет немного подпитать их. Это обязательно произойдет, поэтому можем ориентироваться именно на четыре часа, в течение которых мы должны найти их, – заключил Миан. – Как продвигается осмотр территории, с которой к нам поступал звонок?

– Плохо. Там много заброшенных домов и заводов, которые располагаются в городской черте. Мы осматриваем каждый дом, но безрезультатно, – отчитался страж, а к моему горлу вновь подступил ком.

Мало того, что похититель погиб, и никто не может сказать нам, где братья, так ещё и их жизни висят на волоске.

– Позвольте ненадолго отлучиться, – пробормотал Мейр, подхватывая свою курточку, которая больше предназначена для осени, чем для зимы. – Я скоро вернусь, – пообещал мужчина и вышел.

– Куда он? – вслух удивился Тартис, посмотрев на Миана.

Мужчина лишь пожал плечами:

– Не знаю. Возможно, у него есть идея. Давайте продолжим расследование и дадим ему время.

По щекам вновь полились слезы. Я прекрасно понимала, что бесполезна, но я собиралась сидеть здесь до самого конца, пока в деле не появится хоть какая-то догадка или зацепка. Мне казалось, что то немногое время, что у нас есть, бессмысленно утекает сквозь пальцы.

Следователи заново осматривали улики и анализировали записи дорожных кристаллов, чтобы проследить маршрут злоумышленника, но из этого ничего не вышло. Также оказалось, что мотоцикл был украден неделю назад. Посовещавшись и спросив совета у Миана, стражами было принято решение снять новостное эмбарго и впустить некоторых журналистов, чтобы обнародовать события, сделав дело публичным. Вдруг показания каких-нибудь очевидцев спасут ситуацию? Экстренную новость должны были показать по моновизору в ближайшее время. К счастью, члены КСБР сделали всю работу и мне не пришлось вновь пересказывать произошедшее.

Пока детективы занимались кристаллами и новостями, судмедэксперт проводила вскрытие, желая найти улики на теле и одежде. Меня уверили, что на его руках, обуви, штанах или чем-то другом должны остаться следы того места, в котором он спрятал братьев. Возможно, химический анализ выявит какие-то особые вещества или примеси.

Когда началась аутопсия, таймер, который был поставлен на обратный отсчет, показывал, что Даскену и Тревису осталось не больше трех часов и сорока минут. Видеть это время было невыносимо, а потому я отвернулась от цифр. На процесс вскрытия я смотреть не стала – нечто подобное могло стать для меня настоящим ударом.

Внезапно мой монофон завибрировал, но на сей раз это не был преступник.

– Мейр? – удивилась я, ответив на звонок.

– Да. Ты можешь прямо сейчас приехать к лавке мороженого в центральном парке? У меня есть кое-какая идея, но действовать нужно быстро.

Я не знала, о чем именно говорил Мейр, когда просил приехать меня в парк. Но, несмотря на метель, я смогла сесть на автобус, который довез меня до парка. Там я действительно увидела лавку с мороженым, но она была закрыта. Я обошла её, прежде чем заметила неприметную дверцу. Я даже не успела постучать, как она распахнулась.

– Проходи. – Мейр выглядел взволнованным и посторонился, пропуская меня внутрь.

– Ты хотел что-то сказать мне? – пробормотала я, оглядывая ничем не приметное помещение. Правда, внутри ларек показался мне раза в три больше, нежели чем снаружи.

– Верно. У меня есть план, как нам найти Даскена и Тревиса. – Мейр выглядел предельно серьёзным и поманил меня к столу, на котором была разложена карта нашего города. – Стражи ищут детей при помощи логических методов и обоснованных доводов – не будем им мешать, однако у меня есть идея, которая поможет нам сделать все намного быстрее и приведёт к твоим братьям. – Мужчина ткнул пальцем на карту, куда-то за пределы города. Судя по всему, это была какая-то гора.

– Что именно ты хочешь предложить? Не думаю, что в том состоянии, в котором я сейчас, могу быть действительно полезна, – засомневалась я, так и не понимая, к чему клонит маг льда.

– Не волнуйся, ты справишься, – уверил меня Мейр с мягкой улыбкой. – Ты же стихийник? Кто ты?

– Я маг воздуха и погодник.

– Я так и подумал, как только увидел тебя, – покивал Мейр и объяснил. – Я хочу провести кое-какой ритуал, и мне всего лишь нужна твоя помощь как стихийника.

– Я всё ещё ничего не понимаю, но готова сделать всё, что будет в моих силах, – твёрдо сказала я, понимая, что пришло время для каких-то более решительных действий.

– Мне нравится твой настрой, – улыбнулся Мейр и вновь ткнул в карту – туда, где находилась гора. – Объясню, что будем делать. Мы с тобой откроем друг другу души и объединим наш магический потенциал. Я использую свой дар и постараюсь найти близнецов.

– Разве это возможно? Не думаю, что это под силу обычным стихийникам, – пробормотала я.

– Обычным это и правда не под силу, но мы с тобой немного талантливее остальных. На самом деле, я тоже агент, и у меня большое прошлое, – подмигнул мне Мейр и добавил: – Ты всё поймешь, когда мы объединим силы.

– Хорошо, – кивнула я, а Мейр оценивающе посмотрел на меня, уточнив:

– Ты же знаешь, что нужно сделать, чтобы добиться единения с воздухом?

Я вновь кивнула и стала снимать с себя тёплые вещи, оставшись лишь в брюках и водолазке. Никакие шарфы, шапки нам здесь не пригодятся – только мешать будут. Мейр же снял свою легкую ветровку и поторопил меня. Сев в его автомобиль, мы на самой максимальной скорости помчались к той горе, что он выбрал для проведения ритуала.

Мы добрались до места примерно за двадцать минут. Десять минут потратили на подъём до вершины. Я ёжилась от холода, понимая, что успела промёрзнуть до костей за то время, что нахожусь на улице. Пользоваться магией перед ритуалом было нельзя, чтобы не допустить никаких изменений.

На вершине мне казалось, что ветер может вот-вот сдуть меня и опрокинуть вниз, однако я постаралась зацепиться за что-нибудь подошвами ботинок. Мейр вопросительно посмотрел на меня, словно спрашивая, готова ли я. Я сомневалась, но все же кивнула, пытаясь выкинуть из головы все лишние мысли и сосредоточиться.

Нужно было почувствовать всё то, что окружало меня: северный ветер, снег, летящий в лицо, холод по телу. Всё это должно было стать частью меня. По крайне мере, я должна была почувствовать это, открыв душу навстречу ветру. Пока мы ехали сюда, Мейр объяснил мне ход наших действий, а потому я вытянула руки в сторону, пытаясь обнять тот ветер, что обдувал меня.

Я стояла с закрытыми глазами и чувствовала едва заметное прикосновение пальцев Мейра к ладони. Он, как и я, медитировал. Когда мы поймали нужные нам потоки магии, то крепко взяли друг друга за руки. Обычно ритуалы в паре проводятся достаточно редко, так как в процессе напарники могут поделиться друг с другом своими воспоминаниями или эмоциями, но меня и Мейра такая вероятность не пугала. Только после того, как наши разумы передадут друг другу некоторые частицы жизни, мы сможем объединить наши силы, которые будут работать сообща.

В мыслях тут же понеслись события чужой жизни. Это была зима, все выглядело так, словно я вижу поле какого-то сражения. Одна сторона выдохлась, а другая была словно заморожена – фигуры нападавших покрылись корками льда. В центре этой поляны стоял Мейр, правда, выглядел он совсем не так, как сейчас. Его воспоминания тут же помогли мне описать то, что я увидела: в последней войне он спас гномов от орков, что объявили им войну. Мне пришлось невольно задуматься о том, сколько лет Мейру на самом деле, если эта война была тридцать лет назад. События сменяли друг друга, словно страницы книги: красивая девушка в белом платье, которая шла к алтарю. Возле него стол Мейр. Церемония бракосочетания и радость на миг наполнили мою душу до краев. Далее я увидела то, что заставило сердце сжаться: девушка, став женой мужчины, умерла через несколько недель, так как не сказала о своей смертельной болезни, и ему пришлось прощаться со своей возлюбленной. После этого я увидела еще сцены боевых действий, которые резко сменились лавкой мороженого и тихой размеренной жизнью.

Я была готова к этому, но знать о чужой судьбе было как-то не по себе. Однако Мейр чувствовал себя примерно так же, ибо я могла предположить, какие именно события жизни подсунет ему моя душа.

Картинки и образы внезапно остановились, уступив место покою и умиротворению. Я вновь почувствовала ужасно холодный и пронизывающий порыв ветра. Наши силы объединились, и я чувствовала, что мужчина хочет сделать. Мы должны были призвать на город циклон – настоящую пургу. Мейр починит себе бурю, и пурга облетит город за считанные минуты, проникнув на каждый склад и подвал, как ветер, который продувает даже самые узкие щели.

Мы начали плести общий магический узор призыва, который должен был усилить непогоду. Это было долгим занятием, переплетать нити холода и воздуха, завязывая их узелками, но через какой-то промежуток времени наше плетение было готово. Не знаю, сколько прошло времени: минута или час, так как при проведении ритуала течение времени может сильно искажаться.

В один момент я почувствовала холод, но он не был похож на тот, что я чувствовала ранее – он был совсем иным, а ветер стал жестче и более колючим. Эти ощущения означали одно – новая буря пришла к нам. Новая и доселе нам ещё незнакомая, поглотив старую, с которой мы уже чувствовали единение. Поглотив её, непогода разрослась ещё больше, и подчинить её себе будет сложнее. Я никогда этого не делала, но при работе с Мейром все действия были интуитивными.

Обычные маги покрутили бы пальцем у виска, если бы узнали о том, что с бурей можно вести беседу, но нас это не волновало. Подчинить непогоду можно насильно, но это может иметь плачевные последствия в виде глобальных стихийных бедствий. Но есть другой способ – попросить природу об одолжении. Нас интересовал именно второй вариант, а потому мы мысленно задали вопрос, может ли буря уступить место Мейру и помочь осмотреть город, будучи ветром.

Природа размышляла, и я почувствовала, как мои ноги приподнялись над землей. Раскрыв глаза, я обнаружила, что мы с мужчиной, всё так же крепко держась за руки, находимся словно в самом центре метели или какого-то снежного урагана. Внутри него ветер не делал больно и лишь изучающе прикасался к нам. Ветер опутывал мои ноги, плавно поднимаясь всё выше. Обвив шею, поток ветра соскочил с меня, направившись к Мейру. «Осмотрев» нас, буря была готова дать нам свой ответ. Конечно, природа не могла послать нам какую-то надпись, но мы могли понять, что же она хочет за то, чтобы одолжить свои силы кому-то. Просьба пурги была проста и невыполнима одновременна. Она попросила Мейра отдать ветру часть своей души так, словно это было обыденной платой за услугу.

Как только я осознала, о чём просит нас природа, я в ужасе посмотрела на Мейра. То, что мы делаем, вовсе не означает, что план сработает, и мы найдем близнецов. Если бы ветер попросил о частичке моей души, то я бы и думать не стала, но… Разве я могу требовать, чтобы кто-то ради призрачной надежды на спасение жертвовал собой и отдавал душу? Нет, не могу. Я выжидающе смотрела на Мейра и мысленно попросила его остановить ритуал, так как такая жертва может того не стоить. Мужчина оставался спокоен и лишь кивнул, говоря мне, что ритуал продолжается. Я не могла сопротивляться данному факту, так как буря, почувствовав согласие, закружила нас так, словно мы попали в водоворот.

– Не волнуйся. Моя душа – меньшее, что я могу отдать, – эхом раздалось в моей голове, а тело Мейра засветилось изнутри.

Наверное, я в первый и последний раз видела, как кто-то отдает часть своей души. Из груди мужчины тянулась святящаяся ниточка, которую ветер поглощал так, словно пил из трубочки. Эта ниточка переливалась различными цветами: синими, серыми и белыми, словно не хватило красок, чтобы разукрасить её другими оттенками. После этого мужчина упал прямо на снег и стал быстро, почти молниеносно, растворяться на моих глазах, превращаясь в пыль. На глаза вмиг навернулись слезы. Зачем он так поступил?

Я закусила губу, понимая, что не могу позволить себе плакать. Наоборот, должна сделать всё возможное, чтобы помочь Мейру и поблагодарить его, когда все закончится. Раз Мейру удалось стать частью пурги, то я должна остаться здесь и продолжать удерживать метель над нашим городом, пока мужчина не вернется обратно. Погода не должна выйти из-под контроля, и я должна защитить город и местных жителей от разрушительных воздействий.

Ветер выпустил меня из кокона, заставив вновь привыкать к холоду. Мейр ушёл, и было непривычно ощущать ту мощь и силу ветра, что были сосредоточены во мне. Эта сила металась, словно находилась в запертой клетке – она билась, сопротивлялась, успокаивалась и вновь пыталась вырваться наружу. Мне приходилось держаться, так как я знала, что, выпустив бурю, можно всё испортить. Время для меня текло ужасно медленно, и я ощущала его так, словно стояла не на вершине горы, а возле обрыва. Город замело снегом, и такой ветер, как сейчас, может с легкостью сорвать крыши домой, заборы и вырвать деревья, даже несмотря на то, что я пытаюсь удерживать его силу. Чтобы хоть как-то избежать несчастных случаев и плачевных последствий, я накинула на город тонкий купол. Благодаря силам Мейра я могла сделать больше, чем обычно, а потому город был хоть немного, но защищен от ветра.

…Стротомиан Вердис…

Я наблюдал за процессом вскрытия через прозрачную стену. В Буршесте был всего один специалист и сейчас он ассистировал Хонре, которую я пригласил прямиком из Ленира.

– Сделал снимки? – Женщина повернулась к коллеге, и он кивнул. – Записывай: разрушена носовая перегородка, – констатировала она, проводя первичный осмотр. – Не человек – смесь вампира и человека. По рукам и телосложению, возможно, разнорабочий. Мозоли на ладонях, скопление грязи под ногтями, – осмотрела она пальцы на руках и взяла несколько мазков для анализа. – На правом бедре ранение. Кажется, от какого-то оружия.

– Эта рана появилась при попытке задержать его. Ранение нанес один из стражей, что преследовал его, – добавил я, связавшись через голосовой кристалл с судмедэкспертами.

Хонра кивнула, давая мне понять, что приняла информацию к сведению.

Хонра и её напарник сняли с мужчины всю одежду, чтобы осмотреть на предмет этикеток или каких-то улик. На его штанах не было подписи магазина, а вот всё остальные вещи были куплены в «Рекресе» – сети дешевых магазинов. Вся одежда была отправлена на анализ вместе с грязью под ногтями и кровью преступника. Одной из важных задач было сравнить грязь на шинах мотоцикла с той, что обнаружили на одежде и теле мужчины. Так как дело срочное, то и запросы на анализ были соответствующими.

Однако просто получить информацию не вышло: в ходе операции было использовано много донорской крови, из-за чего точный анализ дать не удалось. Пришлось отправить несколько стражей в больницу: забрать оттуда Дель, которая была очень уж подавлена своей неудачей, и взять какие-то бинты или марли, которые использовались в ходе операции – его кровь всё равно должны была где-то остаться.

Хонра провела вскрытие, но оно ничего не дало. Лишь показало, что мужчина был заядлым курильщиком и легкие находились в плачевном состоянии. Он курил как минимум двадцать лет, но эта информация ничем не могла помочь нам. Хонра и её коллега подключились к исследованию улик и спустя полчаса смогли кое-что рассказать нам.

Во-первых, этот вурдалак не пользовался никакими лекарствами. В организме можно найти остатки каких-то веществ, которые содержатся в том или ином препарате. Большая часть лекарств опускается по рецепту, и мы могли бы найти какую-то зацепку. Врача, который выписал лекарство или больницу, которую он посещал, но, судя по всему, этот человек не принимал даже обезболивающие и витамины – был чист, как стёклышко.

Когда исследовали одежду, то внутри кофты нашли грибок аспергилл. Как мне объяснила Хонра, такой грибок развивается в сырых и влажных местах, где нет вентиляции. Склады и подвалы отлично годятся на эту роль. Как говорится, где нет конденсации – там и грибок.

Что насчёт грязи, то под его ногтями был тальк, а на самих пальцах обнаружили следы контактного дерматита. На шинах мотоцикла нашли свежую краску со стеклянными микросферами. Такая краска используется при дорожной разметке. Видимо, он спешил и нарушал правила, так как проехался по свежей краске. Задача немного упрощалась – мы отправили экстренный запрос в администрацию, чтобы нам выдали время проведения дорожных работ и в каких местах они производились. Отчет пришел почти сразу – новости разлетелись, и сотрудники администрации сделали всё, чтобы помочь нам. За два часа до похищения близнецов и правда красили дорогу в одном из районов города, и это ещё больше сужало поиски. Это преимущественно промышленный район, где располагаются предприятия и фабрики. Хоть Буршест и небольшой городок, но здесь довольно много различных точек производства. Наши подчиненные уже обыскивали окрестности, так как звонок был совершён примерно оттуда, но сейчас круг поиска сужался.

Также Хонра не понимала причины, из-за которой была разрушена носовая перегородка, ведь парень не принимал никаких лекарств. Женщина смогла выяснить, что его перегородка была разрушена из-за воздействия ядовитого газа. Тальк на руках – следствие долгого ношения резиновых перчаток, которые изнутри посыпают тальком, чтобы избежать потения ладоней. Все эти факты вновь и вновь указывали нам на то, что этот тип работает где-то на производстве, более того, он неоднократно имел дело с какими-то химикатами и кислотами. Также, когда Дель привезла марли, которыми пытались остановить кровотечение еще до начала операции, в ней обнаружились залежи шестивалентного хрома. Не нужно было быть экстрасенсом, чтобы понять, что на той фабрике, где он работает, не конфетки выпускают.

Пока мы занимались вскрытием и проведение анализов, то поняли, что у нас осталось всего лишь два часа. Сейчас все свободные стражи должны присоединиться к патрульным и начать обыскивать территорию, склады и заводы. Однако у нас уже было предположение, куда следует направляться: цех хромирования. Правда, их в пригороде два или три, и обыскать нужно каждый. Время было на исходе, но когда мы собрались выйти на улицу, то замерли в нерешительности. Пурга поднялась такая, что не было видно даже дом, который располагался напротив отдела КСБР. Придется пользоваться грузовыми машинами или чем-то подобным, чтобы добраться до нужного района. Да еще и двигаться придется вслепую – по навигатору, так как на улице не видно ничего даже на расстоянии вытянутой руки. Было очень жаль тратить драгоценное время на дорогу.

Пока мы все собирались на поиски, я обнаружил, что Риссет куда-то пропала. Стражи сообщили, что они с Мейром куда-то ушли. Я не придал этому значения, так как знал, что на товарища можно положиться.

Рассевшись по машинам, мы двинулись к промышленному району. В своей жизни я ещё не сталкивался с такими непригодными для расследования погодными условиями.

Из-за ужасной бури мы потратили на дорогу около часа. Две фабрики были рабочими, а одна уже несколько лет как заброшена. Мы сразу же направились в последнюю, по поиски не увенчались успехом. Так как все фабрики располагались рядом, мы поспешили во второй цех. Осматривались все помещения, подвалы и морозильные камеры, но и здесь было пусто. Время говорило нам, что близнецам осталось жить не больше получаса.

Последнее производство оказалось самое большим, а наше время было на исходе. Однако дверь одной из морозильных камер в самом дальнем уголочке цеха была наглухо закрыта. Их обычно не запирали, а потому у нас тут же зародилась надежда, что мы наконец-то нашли детей. Прочная дверь была открыта за несколько секунд и, ворвавшись внутрь, мы увидели то, чего совсем не ожидали.

Все стенки комнаты были покрыты инеем, словно здесь уже давно царила минусовая температура, откуда-то с потолка падали маленькие снежинки. А на картонке, на полу, где лежали дети, сидел бледный Мейр, который поместил малюток в магический кокон. Эта метель точно казалась мне знакомой и, когда я увидел друга, все тут же встало на свои места: он вновь вмешался в ход природных событий и нашел детей, несмотря на данное много лет назад обещание самому себе не участвовать больше в чужих делах. Хоть мы и проделали большую работу, но первым детей нашел именно Мейр. Так или иначе, это большое облегчение.

Увидев нас, Мейр передал нам малюток в коконе. Так как их состояние было неизвестно, их тут же забрали в отдел КСБР, чтобы пронаблюдать за их состоянием. Я направился в участок, перед этим уточнив у мага, где находится Риссет. Он, едва стоя на ногах, объяснил, что именно она контролирует сейчас погоду. Это было для меня открытием, а потому я посоветовал стихийникам, которые решили пойти в обход КСБР, нормализовать погоду и приходить в отдел. Не представляю, какое облегчение почувствует Риссет, когда узнает, что всё позади. Хотя всё ли?

Пока мы ждали возвращения Мейра и Риссет, попутно наблюдая, как пурга начинает стихать, Хонра, пусть и была судмедэкспертом, провела осмотр мальчиков. От гипотермии они не пострадали, а потому можно облегченно выдохнуть. Что насчет их воспоминаний, то в них не было ничего, что могло бы им навредить. Последнее, что они запомнили – это то, как внезапно уснули в детском городке.

Пока всё это выяснялось, женщина-психолог, которая являлась по совместительству ментальным магом, подошла ко мне, спрашивая, не нужно ли предложить Риссет стереть воспоминания этого дня и то, что произошло. Она полагала, что для неё это может стать непереносимо, и Риссет будет переживать этот день ещё много лет.

Я немного подумал и попросил психолога оставить эту идею. Может быть, Риссет и была в панике от того, что произошло, но любая мать и сестра так бы отреагировала на пропажу ребенка. То, что они с Мейром вызвали бурю, нашли детей и смогли сами предотвратить непогоду, доказывает, что она сильная девушка и справиться с воспоминаниями ей будет намного легче, чем с сегодняшней бурей.

– Где они? – Риссет влетела в отдел без теплой одежды и была присыпана снежком так, словно лежала где-то в сугробе. Однако мы все знали, что она и подавленный Мейр, что зашел внутрь, провернули нечто действительно масштабное.

Девушке указали на скамеечку, на которой спали мальчики. Риссет крепко обняла своих братьев, но сейчас они спали и восстанавливали силы. Риссет отказалась отходить от них и от переизбытка впечатлений уснула, сидя напротив детей.

Когда я смотрел на неё, в душе просыпались какие-то странные и доселе незнакомые мне чувства. До сегодняшнего дня я испытывал к ней приятную симпатию, но после всего случившегося хотелось позаботиться о ней и сделать так, чтобы проблемы больше не коснулись её семьи. Решив обдумать свои чувства позже, я продолжил расследование. Мальчики найдены, но нам всё ещё неизвестны мотивы похитителя.

…Риссет Форс…

Мы с Дель обсуждали планы на ближайший месяц, попутно нарезая овощи и мясо, чтобы приготовить ужин. Сегодня мы собирались вновь устроить большое семейное, если так можно выразиться, застолье. Миан и Мейр обещали прийти ровно в восемь. Несмотря на то, что сегодня было одиннадцатое, а не девятое число, мы собирались отпраздновать день рождения мальчиков.

После пробуждения их память дала сбой, и они забыли тот факт, что у них прошел праздник. Они думали, что их день рождения наступит завтра. Я не захотела рассказывать им историю случившегося, а потому решила устроить ужин в узком кругу. Правда, Мейр очень смущался и не хотел приходить, но мне всё же удалось уговорить его.

Расследование завершилось также быстро, как и началось. Я не узнавала детали, но стражи выяснили, что того мужчину, что похитил братьев, нанял не кто иной, как мой управляющий из музея. Я была шокирована, когда узнала об этом.

Дело в том, что в тот день, когда члены КСБР увели его на допрос по поводу проверки подлинности предметов искусств, мужчину с позором выгнали из музея, обнаружив у него подделку документов и пять судимостей. Он действительно воровал предметы искусств, заменяя их фальшивками. Управляющему выдвинули обвинение и скоро должно было начаться судебное заседания, но так как он не находился под стражей, то нашел в Буршесте разнорабочего и нанял его, чтобы тот совершил похищение. Однако управляющий утверждал, что лишь заплатил мужчине и понятия не имел о местонахождении детей. Так или иначе, но в суде у него обвинений прибавится, чему я несказанно рада, несмотря на обстоятельства.

В дверь раздался звонок, отвлекая меня от мыслей.

– Мы откроем, – тут же подскочили мальчики из-за стола, совсем не расстроившись из-за того, что я заменила праздник с гостями на вечеринку дома. Они совсем не поменялись, и наша жизнь стала идти точно так же, как и раньше.

Я вытерла руки и поспешила встречать мужчин, которые пришли ровно в назначенный час.

– Рада вас видеть. Проходите, – улыбнулась я им, закрывая за ними входную дверь.

Миан неуверенно переступил с ноги на ногу, а маг льда пихнул его локтем. Сразу же после этого, некромант очаровательно мне улыбнулся и достал из-за спины букет таких же, как и в прошлый раз, белых цветов. Но сейчас он подарил мне их лично.

– Спасибо, – немного смущенно пробормотала я и позвала Тартиса, с которым мы перешли на «ты». – Тартис, Миан и Мейр пришли.

Нянь мастерил близнецам на втором этаже нечто вроде железной дороги и был весьма занят этим делом. К слову, возможно, мне показалась, но после всего того, что случилось, он и Дель стали ближе. Возможно, совсем скоро должно пройти что-то судьбоносное…

Я предложила мужчинам подождать в гостиной до тех пор, пока ужин не будет готов. Даскен и Тревис тут же поспешили к ним, чтобы о чём-нибудь поболтать или же поиграть. Они говорили о том, что у Мейра есть в запасе много увлекательных баек и рассказов, некоторые им не терпится послушать вновь. Дель хитро посмотрела на цветы, которые я поставила в вазу, однако ничего не сказала, оставив комментарии при себе.

Когда гусь и говядина были готовы, а стол накрыт, мы позвали всех на кухню. Хоть это было и не так, мне правда казалось, что день рождение братьев именно сегодня.

Мы искренне поздравили и вручили подарки братьям, после чего они поспешили в гостиную, что рассмотреть их и поиграть. Мы не стали их останавливать, оставшись на кухне. Так как братья ушли, то было кое-что ещё, что я должна была сделать. Я достала из одного кухонного шкафчика четыре небольших коробочки и поочерёдно вручила их каждому, кто сидел за этим столом. Казалось, все были немного озадачены моим поступком, а потому пришлось объяснить:

– Я благодарна каждому из вас так, что сложно описать это словами. Вы были со мной именно тогда, когда я нуждалась в этом больше всего. – Я поочерёдно посмотрела на Дель, Миана, Тартиса и, кончено же, Мейра. – Вы были готовы сделать всё, что было в ваших силах, только ради того, чтобы помочь мне. Мне бы хотелось выразить вам свою благодарность не только словами, но и небольшими подарками, которые я подготовила для каждого из вас. Можете открыть и посмотреть, что внутри, – улыбнулась я, закусив губу в предвкушении.

Первой ленту с подарка сорвала Дель, будучи самой любопытной. Внутри был небольшой холст и портрет, нарисованный масляными красками. Мне хотелось сделать подарок своими руками, а потому я решила нарисовать небольшие портреты каждого. На всё это у меня ушла одна ночь, но результат того стоил. Я очень надеялась, что всем понравится то, какими я изобразила их.

– Светлые Леса, как это мило, – воскликнула Дель, рассматривая холст со всех ракурсом.

– Я правда так хорошо выгляжу? – смеясь, удивился Тартис.

– У тебя есть мое фото? – Мейр вопросительно посмотрел на Миана, а тот покачал головой.

– Твой портрет был самым сложным именно потому, что у меня не было твоей фотографии, но я попробовала нарисовать тебя по памяти и таким, каким запомнила. Похоже? – Я улыбнулась магу льда, а он, немного оттаяв, кивнул.

– Спасибо, Риссет. Я буду беречь этот подарок, – пообещал он, а я повернулась к Миану, который так ничего и не сказал.

– Тебе нравится? – спросила я наконец, когда молчание немного затянулось.

– А? – Миан встрепенулся, словно ушёл в свои мысли. – Да. Мне очень нравится, – кивнул мужчина и аккуратно положил портрет обратно в коробочку, объяснив. – Я буду хранить его здесь, чтобы не испортить.

Мы рассмеялись и решили переместиться в гостиную, чтобы сыграть в «Темную рыбалку». Миан, уже зная, как все устроено, предложил Дель играть в паре. Это породило возмущение со стороны Тартиса, который был крайне против подобного вмешательства. Однако всё решала Дель, которая, вопреки возмущениям няня, согласилась. Тогда Тартис захотел играть вместе с Тревисом, который выигрывал так же часто, как и моя подруга. Даскен не был против и сказал, что будет играть с Мейром.

– Удивительно, что я в собственном же доме осталась без партнера по игре, – показала я всем язык и раздала карты.

– Даже с партнером у тебя не было бы шанса на победу, так что не расстраивайся, – «поддержала» меня Дель и напомнила. – Не забывайте, что мы играем на желание.

– Желание? – переспросил Мейр, немного встревожившись, а я отмахнулась:

– Не переживай, просто будет нужно что-нибудь сделать.

– Вероятнее всего, это будет какая-то глупость, – дополнил мой ответ Миан, а Тартис пожаловался:

– В прошлый раз Дель заставила меня выйти на улицу и кукарекать. Хвала Светлым Лесам, мне не попался никто из соседей. Что бы они тогда подумали обо мне?

По итогу трех партий «Темной рыбалки» победителем оказались Миан и Дель, выиграв два раза из трех. Один раз одержала победу все-таки я, что несказанно всех удивило, но желания все равно были за ними. Дель должна была выдвинуть свое условие, а потом и Миан. У меня было четкое ощущение, что они о чем-то сговорились, так как Миан хоть и сохранял лицо с неизменным спокойствием, то улыбка Дель стала чересчур хитрой.

– Итак, – прикрыла глаза Дель, словно что-то обдумывала. – Миан и Риссет должны выйти на балкон и зарисовать созвездие единорога.

– Раз так, то Дель и Тартис должны пойти на кухню и приготовить чай для торта. Вы не считаете, что время близится к десерту? – улыбнулся мужчина, а Дель цыкнула:

– Я знала, что ты не оставишь то, что я в прошлый раз отправила вас с Рисой на кухню, без внимания.

– У меня хорошая память, – хмыкнул Миан и, вопросительно посмотрев на меня, улыбнулся. – Идешь?

– Конечно, – поднялась я с пола, и мы с Мианом направились к лестнице, чтобы выйти на балкон, что располагался на втором этаже. Когда мы стали подниматься, я услышала вопрос озадаченного Мейра:

– А нам что делать?

– Нам нужно не мешать устраивать им личную жизнь, – поучительно сказал Даскен, а Тревис добавил:

– Нужно радоваться, что их желания к нам не относятся. Но, насколько я знаю, тетя Дель всегда выигрывает, потому что ей нравится господин Лирент.

– Я не удивлюсь, если, однажды выиграв, она потребует жениться на ней, – поддакнул Даскен, а я порадовалась, что Тартис и Дель уже на кухне и не слышат того, что наши общительные мальчики успели рассказать Мейру.

– Ты слышал? – Я, смеясь, посмотрела на некроманта, когда мы вышли на балкон, а он, сдерживая улыбку, кивнул.

На балконе было прохладно, так как я открыла окно, чтобы рассмотреть ночное небо. К счастью, созвездие единорога отыскалось быстро, а потому мы почти сразу вернулись в гостиную. Мейр подметил, что мы слишком уж быстро, и выразил сомнение, что мы нарисовали именно то, что было нужно. Мы лишь пожали плечами, почему-то будучи уверенными в том, что даже если и так, то Дель не заставит нас перерисовывать.

Чай уже был готов, а потому мы пошли есть торт, а Даскену и Тревису досталась самая что ни есть важная миссия – задуть свечи. Перекусив тортиком и вновь сыграв в «Темную рыбалку», но уже без желаний, мы поняли, что время близится к тому, чтобы ложиться спать. Дель сказала, что помоет посуду, а Тартис направился наверх, чтобы уложить детей спать. Так как Мейру было неудобно задерживаться у нас, то он начал собираться. После того, как мы тепло попрощались с мужчиной и проводили его, Миан неожиданно предложил мне выйти на балкон и подышать свежим воздухом.

– Хочешь поискать другие созвездия? – хихикнула я, когда мы вновь поднялись на балкон.

– Хотел просто поболтать с тобой, – отстраненно ответил он, рассматривая ночное небо. – Мы же не общались с того дня, как виделись. Завтра уезжаю в Шаганефс, но хотел кое-что сказать тебе перед отъездом. – Мужчина немного посерьезнел.

– Из-за похищения я совсем забыла, что ты уезжаешь, – покивала я, понимая, что сегодня действительно наш последний ужин вместе. – Теперь за тобой на одно раскрытое преступление в Буршесте больше, – подметила я и спросила: – Что именно ты хотел обсудить?

– Во-первых, хотел сказать тебе о том, что ты огромная молодец. – Миан не то с восхищением, не то с гордостью посмотрел на меня. – Не обижайся на меня, коль я был слишком строг с тобой тогда – положение обязывало, поэтому прости, если мог чем-то задеть тебя. Но я, признаюсь, давно не видел таких сильных девушек, как ты. Ты запомнишься лучшей из всех девушек, которых я когда-либо знал: добра, трудолюбива, заботлива. То, как ты любишь своих братьев и заботишься о них, никого не сможет оставить равнодушным. Даже меня, того, кто никогда не питал к детям теплых чувств. Я не знаю, когда мы вернемся в столицу, так как поимка чокнутого химика может занять немало времени. Однако… я понимаю, что, возможно, не имею права просить тебя о таком, – усмехнулся Миан и, повернувшись ко мне, спросил: – Когда я вернусь с задания, то могу ли я приехать в Буршест, чтобы ты испекла для меня тот черничный пирог, что я пробовал ранее? Если ты не против, конечно, – спешно добавил он.

– Что за вопрос? Кончено, я не против. Я буду очень рада, если мы с тобой продолжим видеться и общаться. – Я широко улыбнулась некроманту. – И на черничный пирог также можешь рассчитывать.

– Приятно слышать, – усмехнулся Мейр и, повеселев, предложил мне, наклонившись: – Я думаю, что и так понятно, что ты мне нравишься. Как смотришь на то, чтобы поцеловать меня в щёку на прощание?

Я рассмеялась и, убедившись, что на улице нет случайных прохожих, которые могли бы увидеть нас, привстала на цыпочки, поцеловав его. Наверное, его отъезд будет началом чего-то более прекрасного и интересного. Может, нас ждет счастливое будущее? Кто знает.

Эпилог

…Два года спустя…

В музее намечалась выставка заграничных художников, и это значительно прибавляло мне работы, а потому я немного задержалась сегодня.

Когда я спустилась со ступенек музея, то, к своему удивлению, не увидела нигде Миана. Я точно помнила, что он обещал встретить меня сегодня после работы. Возможно, у него появились какие-то срочные планы, но если так, то странно, что он не предупредил меня.

Достав из сумки монофон, я попробовала с ним связаться, но Миан не ответил на звонок. Не став тратить время зря, я поспешила домой, чтобы приготовить ужин. Сегодня Дель и Тартис ушли в театр, а вот мальчики должны уже быть дома после школы, в которую они все же пошли спустя год занятий с Тартисом.

До станции телепортов я шла по своему привычному маршруту, однако подметила, что прохожие как-то странно косились на меня. Кто-то просто улыбался, кто-то добро посмеивался. Зайдя в любимую кофейню на улочке, я сделала закал и немного настороженно уточнила:

– Простите, со мной что-то не так? – приподняла я брови и посмотрелась в настенное зеркало. Я выглядела сегодня также как и всегда.

– Нет-нет, все в порядке. – Девушка отдала мне кофе и закусила губу. – Хорошего вам дня. Просто… – Она замялась, словно не зная, что мне сказать, – просто идите прямо и никуда не сворачивайте, неужели вы ничего не заметили?

– А должна была?

– Просто идите прямо и… смотрите по сторонам, – фыркнула она и тут же повернулась к следующему посетителю.

Я в смятении вышла из кофейни, направившись дальше по своему обыкновенному маршруту. Возможно, из-за мыслей о выставке я была слишком погружена в себя, но после слов девушки, я обратила внимание на рекламные щиты вдоль улицы. Это был центр города, а потому они встречались достаточно часто. Меня не привлекала реклама на них, а потому я никогда и не вглядывалась в их содержимое, но сегодня…

«Дорогая Риссет, ты – самая дорогая девушка для меня».

«Дорогая Риссет, никуда не сворачивай и иди вперед».

«Дорогая Риссет, я жду тебя на нашем любимом месте».

«Дорогая Риссет, ты та, о ком я хочу заботиться всю жизнь».

Я прикрыла рот ладонью, когда обратила внимание на эти рекламные плакаты с милыми надписями и моими снимками. Эти щиты также имели стрелочки, словно указывая, в каком направлении мне нужно двигаться. Теперь понятно, почему все прохожие так смотрели на меня…

Закусив губу, я поспешила в указанном направлении, не в силах предположить, как долго город любуется моими фотографиями. В какой-то момент улица свернула и привела меня к достаточно большому двухэтажному дому, огражденному высоким забором.

Возле дома стоял Миан, который ходил из стороны в сторону и все время поглядывал на часы. Он увидел меня, и на его губах тут же расцвела улыбка.

– Миан, что все это значит и почему ты… – начала я, махнув рукой на эти плакаты, однако договорить не успела.

Мужчина опустился на одно колено и достал из кармана небольшую коробочку.

– Риссет, я очень рад, что ты проследовала за указателями и пришла ко мне, – начал говорить он без какого-либо предупреждения, а в моей голове начала складываться картина происходящего. – Я благодарен тебе за дни, что мы провели вместе и… – Он вдохнул, словно набирал в грудь побольше воздуха. – Не люблю говорить слишком сентиментальные вещи, поэтому скажу короче: Риссет я дорожу тобой и хочу проводить рядом с тобой все последующие дни. Ты хочешь выйти за меня замуж? Понимаю, что такое решение не принимается быстро, поэтому я хочу подарить тебе кольцо и дать тебе неделю на раздумье. За эту неделю, если у тебя есть какие-то сомнения на мой счет, я смогу убедить тебя в том, что являюсь достойным спутником твоей жизни, – голос Миана звучал очень уверенно, и он раскрыл коробочку, в котором лежало аккуратное колечко.

Я стояла в нерешительности, так как попросту не знала, как должна реагировать в подобных ситуациях. В конце концов, я лишь кивнула головой, все еще не до конца осознавая реальность происходящего.

– Я обязательно подумаю над твоим предложением в течение того времени, что ты мне дал, но я думаю, что мой ответ уже очевиден. Миан, это очень неожиданно, – пробормотала я, держа коробочку с кольцом.

– Я знаю. Полагаю, что сейчас ты обескуражена. Тебе понравился этот сюрприз? – Он нежно улыбнулся. – Я хотел, чтобы это было неожиданно.

– Тебе это удалось, – фыркнула я и подметила: – И теперь о твоих чувствах знаю не только я, но и весь город.

– А почему бы и нет? На самом деле я изучил некоторую литературу, в которой говорится, что помимо кольца девушке следует дарить цветы, но у меня возникли кое-какие проблемы с ними. – Миан неловко взъерошил волосы. – Можешь взять этот камень пока что? А позже я заменю его на цветы, – пообещал мне он, протягивая небольшой камушек.

Я рассмеялась, припоминая похожую ситуацию пару лет назад.

– Но это не все, что у меня для тебя есть. – Миан начал рыться в карманах. – Так как с этого момента уже начинается период, в течение которого я должен убедить тебя, то позволь мне начать.

Стротомиан наконец вытащил еще одну коробочку и протянул мне, предлагая уже самой раскрыть ее. Я осторожно стянула темно-зеленую ленту и обнаружила внутри связку ключей.

– От чего они? – приподняла я брови, а Миан посторонился, указывая на дом, возле которого мы стояли.

– Я хочу жениться на тебе, а следовательно, завести семью. Я, как мужчина, решил позаботиться о месте нашего жительства, а потому купил этот дом. Если мы поженимся, то я бы хотел переехать сюда вместе с тобой и твоими братьями. Прости, но жениться я хочу только на тебе, а не на всех твоих близких, поэтому Дель и Тартиса в список проживающих здесь включать не буду.

– Ты не перестаешь меня удивлять сегодня, – ошеломленно заключила я, не веря, что Миан предлагает переехать мне почти в центр столицы.

– Я постараюсь удивлять тебя всю твою жизнь, – улыбнулся мужчина, явно оставшись довольным моей реакцией. Подойдя ко мне, он мягко обнял и, поглаживая по спине, прошептал. – Я действительно понял, что люблю тебя, Риссет.

…Десять лет спустя…

– Ты взял документы? – Я в спешке проверяла комнаты, пытаясь понять, не забыли ли мы чего-то.

– Конечно, взял, – ответил Миан и строго спросил у братьев. – Чемоданы готовы?

– Кончено, – Даскен рассмеялся, наблюдая за тем, как мы с Мианом суетились. Сегодня был очень важный день – Тревис и Даскен должны уехать в академию магии в Ленире, куда их пригласили обучаться.

– Вам не стоит так переживать за нас, – фыркнул Тревис. – Ты согласна, Элли? – Он посмотрел на милую маленькую девочку с двумя косичками.

– Да, – кивнула она. – Дядя Даскен и дядя Тревис, а вы надолго уезжаете? – Элли с грустью посмотрела на мальчиков, которые так незаметно выросли на моих глазах.

Мы со Стротомианом поженились спустя два года после нашей первой встречи и сразу же переехали в столицу, оставив все плохие моменты и воспоминания в Буршесте. Братья пошли в столичную школу и, благодаря помощи Тартиса, тут же влились в учебу. Я же сейчас была руководителем того музея, в котором разоблачила подделку предметов искусств. Дель также переехала, и мы вновь открыли пекарню, правда она была уже намного больше, и нам пришлось нанять дополнительных сотрудников. К слову, Дель и Тартис поженились, правда, детей пока не планировали.

После того как я встретила Миана, моя жизнь переменилась, конечно, не обходилось без ссор и недопониманий. Было непросто от того, что Стротомиан имел такую опасную работу, и я могла не видеть его несколько месяцев, но, возможно, именно это стало тем, что сплотило нас еще больше.

Стротомиан всегда был рядом, поддерживая в трудных ситуациях и, в конце концов, наше семейство пополнилось на одну прекрасную девочку, которая взяла от нас только самое лучшее. И хоть мы с мужчиной жили вместе с моими братьями, в какой-то момент Стротомиан начал вести себя так, словно был их отцом, прививая им те качества и черты, которые считал наилучшими. Он брал их с собой в некоторые рабочие поездки, а в летнее время устраивал их помощниками на кладбище и в детективное агентство, чтобы они немного попрактиковались. И, конечно, глядя на мужа, я видела, что сейчас он гордится братьями, которые были уже не мальчиками, а мужчинами. Я не волновалась за них и за то, как они справятся в чужом городе, ведь мы всегда будем поблизости, чтобы помочь.

– Обязательно напишите нам, когда приедете в академию, хорошо? – Я строго посмотрела на Даскена и Тревиса, когда мы все уже стояли возле телепортационной системы.

– Риса, ты говоришь так, словно мы навсегда уезжаем, – улыбнулся Тревис, а Даскен подметил:

– Вообще-то мы собираемся приезжать к вам каждые выходные, так что не думайте расслабляться.

– Мы и не планировали, – усмехнулся Стротомиан, держа Элли на ручках. – Я бы вас обнял на прощанье, но пока не могу. – Он тепло улыбнулся, посмотрев на малютку, которая отказывалась слезать.

– Зато я вас обниму. – Дель промокнула глаза платочком. – Дети как птенцы, рано или поздно улетят из родимого гнезда. – Подруга старалась не плакать, но все-таки не сдержалась. – Я помню вас еще совсем крохами, куда вы так выросли? – Она шмыгнула носом и запрокинула голову, чтобы взглянуть на братьев, которые стали куда выше, чем она. Они были почти одного роста с Мианом, хоть им и было всего по семнадцать.

– Помнишь, тетя Дель, ты обещала присылать нам печенье. – Братья не унывали и лишь шутили.

Нам грустно сейчас, что они уедут и будут далеко, но для них это будет новым жизненным этапом.

После того как мы наконец-то попрощались с братьями, а они шагнули в портал, на душе стало немного одиноко.

– Теперь в нашем доме будет намного тише, – пробормотала я, глядя на мужа.

– Если для тебя это проблема, то можем завести еще двоих детей, – подмигнул Миан, а я тут же воспротивилась столь щедрому предложению:

– Нет, спасибо. Тебя с Элли мне хватит. К тому же они правда будут приезжать, – я с теплотой посмотрела на мерцание портала с четкой уверенностью, что все будет хорошо.

КОНЕЦ

Content

Наш нянь - некромант

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5.