Эйва. Дочь северного ветра

Глава 1

Пробуждение вышло странным… Меня знобило, мысли были тягучими и вязкими словно патока и что-то больно жалило лицо. С трудом, справившись с непреодолимым желанием, продолжить спать, чуть приоткрыв глаза, я отрешённо смотрела на невероятно голубое небо, по которому быстро, обгоняя друг друга, проплывали сизые облака. Парящие ажурные снежинки, кружа незатейливый танец под музыку пронизывающего холодного ветра, приземляясь на ничем не прикрытую кожу, перестали таять, собирая, на моих щеках, носу и ресницах белое покрывало. Где я и как оказалась среди этого безумства холода и белоснежного кошмара, я не знала. Но понимала одно, если останусь лежать — погибну.

Подняться было нелегко, тело сопротивлялось, отказываясь подчиняться, а голову, стоило её только чуть сдвинуть, прострелила невыносимая боль. Превозмогая слабость в теле, мне всё же удалось перевернуться на живот и подняться на четвереньки. От небольшого усилия по левой руке тут же побежал тёплый ручеёк крови, а затылок немилосердно заломило.

— «Выступ!» — паника захлестнула меня мгновенно, стоило лишь только оглядеться. Повсюду, куда ни посмотри, виднелись ледники, покрывающие вершины гор и скалы. Белые, заснеженные, суровые, они стояли сплошной стеной и не было и намёка на живое. Медленно борясь с головокружением и слабостью, я подползла к краю небольшого выступа, грозящего стать моим последним пристанищем, судорожно выдохнула. Два тела… с неестественно вывернутыми конечностями, два тёмных пятна среди острых ледяных кольев. Вниз не спуститься…

С трудом поднялась на ноги, обхватив себя руками, я попыталась согреться. В волосах замёрзли капли воды, одежда задубела от холода. Пронизывающий ветер свистел в ушах и леденил душу. А мысли о том, как можно спастись, сменялись полным отчаянием. Я в западне, вокруг меня лишь лёд, снег и скалы.

— Верёвка… — обрадованно просипела, заметив, тёмную полосу на белом фоне, которую очередным порывом ветра выбросило из-за нависающей надо мной скалы, я тут же поспешила её схватить. Вцепившись в размочаленный обрывок, от которого теперь зависела моя жизнь, я несколько раз его дёрнула, рвано выдохнув — держалось крепко.

Подпрыгнув, схватилась за неё, как можно выше, подтянулась остатками быстро убывающих сил, замерла, покачиваясь под порывами ветра. Я понимала, что, болтаясь на ледяном ветру, легко замёрзнуть и снова рухнуть вниз. Поэтому заставила себя сделать ещё одну мучительную попытку подняться хоть немного, раз за разом перехватывая верёвку. Пальцы с трудом разжимались, от холода я почти не могла двигаться, примерзая к верёвке между небом и землёй и едва не теряла сознание. Уплывая мыслями туда, где я сейчас должна была находиться. Воргольские скалы, куда мы ежегодно приезжали на фестиваль. Туда, где тепло, где друзья и Сашка, где пылающие костры и песни под гитару. Тогда почему я здесь? Помню, лишь как перещелкивала карабин, после испуганный крик участников и меня поглотила темнота.

— Поднимайся, — беззвучно приказала сама себе, нечеловеческим усилием мне удалось оторвать от верёвки одну руку и перехватиться повыше. Движение отозвалось болью во всём теле и вывело меня из состояния оцепенения. Стараясь не обращать внимания на противную слабость, подтянулась, освободила вторую руку и снова перехватила верёвку. Тут же почувствовав, как тёплый ручеёк крови, стекая по руке, впитываясь в застывшую рубаху.

Подтянувшись ещё немного, стараясь не обращать внимания на безумную боль, я с тоской смотрела на ещё такой далёкий край.

— Мне никогда не выбраться наверх. Так, просто отпусти верёвку и всё закончится. Я даже не почувствую ничего… — беззвучно проговорила потрескавшимися от холода губами, усилием воли сжав зубы до скрежета, снова подтянулась, прогоняя безнадёжные и отчаянные мысли прочь.

— «Не сдавайся! Двигайся!» — перехват, подтянулась, не останавливаясь и не отдыхая, я поднималась к вершине. Моё тело протестовало волнами боли, ветер и холод объединили свои усилия, стараясь замедлить движения. Но я продолжала перехватывать верёвку, подтягиваться, снова поднимать руки, одну за другой. Стиснув зубы до скрипа, я подняла голову, ещё не осознавая, что край выступа прямо надо мной. И удвоив силы, наконец достигнув края, пошарив рукой, найдя упор, втащила себя на козырёк.

Некоторое время я неподвижно лежала, глядя в небо, полускрытое облаками. Измученная, содрагающая от боли. Я мечтала лишь об одном, закрыть глаза, а открыв увидеть серые глаза Саши…

Но отдыхать нельзя, мой путь ещё не закончен. С трудом поднявшись на ноги, ладонью заслоняя лицо от порывов холодного ветра, я огляделась. Оледенелые горы и снег, много снега, под ногами он был окрашен в розовый и ярко-красные цвета…

Очередной порыв принёс снежный вихрь, в просветах белой пелены внизу этого плато мелькнули тёмные пятна хижин, наконец указав мне верный путь. Тяжело ступая, то и дело падая под шквалами ледяного ветра. То скатываясь по заснеженному склону, то переходя на бег, подгоняемая в спину сменившей направление пургой, будто бы подталкиваемая ей, чтобы я быстрее схоронилась от разбушевавшейся непогоды. Борясь с тошнотой, пытаясь заслониться от обледеневших прядей волос, которые словно иглами секли моё лицо. Я упорно шла к домам… шаг за шагом приближаясь к долгожданному спасению…

— Эйва! — неожиданно громко раздался истошный женский визг справа, заставив меня обернуться, рассеяно отметить, что я уже иду вдоль невысоких каменных хижин.

— Эйва! Держите её! — рыкнул мужской голос, следом полный ненависти второй:

— Убить!

— Нет! Ведём к вождю, — возразил третий и меня тут же подхватили, грубо дёрнув за шиворот, потянули в сторону большого здания.

— Я не Эйва… — просипела, с трудом сообразив, что обращаются ко мне, но хлёсткий удар по лицу, отчего моя голова резко дёрнулась назад, заставил смолкнуть, а зло брошенные слова повергли в ужас.

— Молчи, ты убила моего сына! Вождь решит твою судьбу.

— Ты ранила Груда, — зло прошипели рядом.

— Я не…, — ещё один болезненный удар и меня поглотила спасительная темнота.

— Нет, мы не будем ее убивать! — громкий рык мужчины, окончательно выдернул меня из пограничья сна и яви, но открывать глаза я не спешила. Сознание было мутным, мысли плавно ворочались в голове. А боль, казалось, только усилилась, руки, ноги, лицо жгло и кололо, в затылке пульсировало, и противная слабость не спешила меня покидать.

— Она враг! Дочь нашего врага! — неистово закричала женщина, в её голосе слышалась боль и отчаяние.

— Грон не отступится, надо прекратить эту многолетнюю войну. Иннес начал её, нашему клану и завершать!

— Как? — заголосили несколько мужских глоток. От их яростного крика я испуганно вздрогнула, чуть приоткрыв глаза, увидела над собой тёмный деревянный потолок. Подняться или даже повернуть голову сил уже не хватило, и я попыталась позвать на помощь, но из горла раздался лишь хрип.

— Кровные узы, — проскрипел старческий голос, своими словами прекратив не недовольный гомон, — Арран не будет нападать на племя, породнившееся с ним.

Тишина радовала мою чумную от невыносимой боли голову недолго, снова раздался взбешённый рёв, в котором невозможно было разобрать ни слова. Вслушиваясь в крики полные ненависти, я думала лишь об одном: «Что это за место такое, где избитой, раненой девушке не оказали первую помощь?»

— Она враг! Она убила Балоха! И вы хотите принять её в наш клан! — кто-то взревел, что-то треснуло, раздался противный звон.

— Эйва не посмеет! — рявкнули в ответ, — иначе будет навеки проклята Вхагаром!

— Я всё решил! — низкий с хрипотцой голос повелительным тоном прекратил дальнейший спор, после этих слов меня грубо подняли на ноги, кто-то сильно сжал мою ладонь, чиркнув ножом по внутренней её части, забормотал.

Странно, но боли от пореза я не почувствовала, как и не видела, кто это сделал. От слабости ноги меня не держали, и я повисла на чьих-то руках, отрешённо сквозь мутную пелену наблюдая за происходящим. Неясные тени, недовольный рокот, моя покалывающая ладонь сплелась с чей-то большой и горячей, поднесённая ко рту чашка, глоток тёплой противной жидкости, которая совершенно не утолила жажду и долгожданная темнота…

Глава 2

Глава 2

— Ещё глоток, — произнёс женский голос, заботливо убрав прядь с моего лица, — лучше?

— Нда… спасибо, — просипела, наконец сфокусировав зрение, увидела склонившую надо мной старушку, — кто вы?

— Мораг — улыбнулась женщина, подставив чашку к губам, — травы ведаю.

— Спасибо, — поблагодарила, осторожно, боясь вновь ощутить невыносимую боль, повернула голову набок.

Несколько дней прошли в бреду. Помню, что просыпалась, что-то пила, слышала незнакомые голоса. Кто-то будто я ничего не весила, с лёгкостью держал меня на весу, пока с меня стаскивали обувь, одежду и натирали вонючей мазью. Но кто всё это делал, я не видела, всё плыло перед глазами, а в голове не было ни одной мысли, звенящая, пугающая пустота.

Но сегодня ещё не открывая глаза, я вдруг явственно ощутила запах дерева, травы, парного мяса, чего-то кислого и хвои… её аромат был везде. Терпкий, въедливый, раздражающий.

— Тебе надо поесть, — проговорила Мораг, прерывая мои смутные воспоминания, — бульон ещё тёплый.

— Где я? — пробормотала, настороженно осматриваясь. Небольшая сложенная из ошкуренных потемневших от времени брёвен изба. Потолок с поперечными балками, казалось, даже лёжа можно с лёгкостью достать рукой. На стенах гроздьями висели пучки трав, ягод и кореньев. Три деревянных полки заставлены горшками и бутылками. Массивный стол, рядом два колченогих табурета, печь сложенная из кирпича, труба которая выходила в стену и небольшое окно.

— В клане Кархайг, — ответила ведунья, с сочувствием на меня взглянув, проговорила, — давай помогу.

— Клан? — непонимающе переспросила, чуть приподнимаясь, борясь с головокружением и тошнотой.

— Долго лежала, — улыбнулась Мораг, поправив подушку за моей спиной. — сейчас бульон с сухарями принесу.

— Мораг… а я кто? — чуть замешкалась, прежде чем спросить, с некоторой отрешённостью разглядывая не свои руки.

— Эйва — любимая дочь Аррана, вождя клана Суин, — не выразив удивление, произнесла ведунья, подав чашку с бульоном.

— Эйва…, — рассеянно повторила незнакомое мне имя, мысленно проговорив своё: «Влада. Я Влада»

— Пей, тебе силы потребуются, — ласково проговорила Мораг, положив на одеяло несколько сухариков, — после, отвар выпьешь.

Взяв один, я молча обдумывала услышанное. Странные имена, кланы, вожди всё указывало на то, что я погибла и моя душа, каким-то непостижимым образом попало в тело Эйвы. Конечно, я слышала теории о переселении душ, но никогда не думала, что это, может, случиться со мной.

— Мораг, я правда… убила кого-то? — потрясённо пробормотала, вдруг вспомнив яростные крики людей.

— Тяжело тебе придётся, люди быстро забывают свершённые ими обиды, но долго помнят своих обидчиков.

— Я ничего не помню.

— Может это и к лучшему, — сказала старушка, забирая чашку с остывшем бульоном, к которому я так и не притронулась, — я расскажу о клане Кархайг, ты должна знать о своём племени.

— Ты говорила мой отец — вождь племени Суин?

— Пять дней прошло, как ты стала женой Агнара, — после её слов, воспоминания лавиной обрушились на меня, мелькая неясными образами и рваными фразами: изнуряющий подъём по верёвке, крики ярости и боли, слова о кровных узах, порез…

— Скоро заживёт, — поспешила заверить ведунья, заметив мой очумелый взгляд на ладонь, — рана на плече затягивается, на голове дольше заживает. Я сказала вождю, что не меньше пятнадцать дней у меня будешь.

— Осталось десять, — рассеянно проговорила, с опаской покосившись на дверь, где меня ждут полные ненависти взгляды.

Мораг промолчала, подала кружку с отваром пахнувшую сладким сеном и смолой. Дождалась, пока я выпью тёплую жидкость, помогла добраться до стоящего в углу ведра. И уложив на кровать, по краю которой лежала ароматная хвоя, занялась разбором трав. Глядя, как тщательно ведунья разбирает каждую веточку, по ей известным признакам, раскладывая по разным пучкам, я незаметно для себя уснула.

Очнулась я от тихого разговора. Мужчина, в голосе которого слышался повелительный тон, выспрашивал о моём состоянии. Хотелось посмотреть ещё на одного человека, которому я была не безразлична, но услышав последние слова, я передумала открывать глаза.

— Арран должен увидеть свою дочь живой, а после я запру её в своём доме.

— Ей лучше, но потребуется больше времени, — ответила Мораг, чуть помедлив продолжила, — Агнар, она ничего не помнит, даже своего имени.

— Почему? — слегка повысил голос мужчина, зло прошипев, — как такое случилось?

— После раны, что у Эйвы на голове — умирают, а она всего лишь память потеряла.

— Это пройдёт?

— Один Вхагар ведает, — ответила Мораг, в её голосе не было страха, лишь усталость.

— Пусть так, — задумчиво проговорил мужчина, послышался скрип отодвигаемого стула и вскоре надо мной раздался яростный шёпот, — тебе не удастся одурачить меня.

Через минуту дверь хлопнула, и я, наконец, смогла выдохнуть. Кажется, меня навестил муж, и он точно не рад нашему союзу.

— В твоих силах это изменить, — произнесла ведунья, будто подслушав мои мрачные мысли, — тебе нужно снять повязку.

— Мораг, почему мой отец напал на клан Кархайг?

— Давняя то история и свидетели той битвы покинули мир Эрин, — начала рассказывать ведунья, разматывая узкую полосу ткани на моём плече, — Иннес, предок Агнара холодной ночью напал на клан Суин. Неведома мне причина, бабка рассказывала, жадный был до чужого добра вождь клана Кархайг. Убил он тогда много… много крови было, Атроп смог отогнать в горы воинов, спас своё племя, да только жену и дочь не уберёг. С той поры с наступлением холодов, приходят воины племени Суин и мстят за гибель Прекрасной Эйвы.

— Эйвы?

— Отец так назвал тебя, именем женщины, которая возродила племя Суин.

— Арран, Атроп, Агнар…, — с трудом произнесла я непривычные имена, вдруг осознав, что говорю на незнакомом мне языке, в котором странно растягивают рычащие буквы.

— Сын, принявший дар Вхагара, получает имя вождя, — ответила Мораг, но я совершенно ничего не поняла.

— А Иннес?

— Он не был отмечен Вхагаром, оттого имя другое, — сказала ведунья, втирая в края раны, дурно пахнувшую, словно прогорклое масло, мазь, — не должен он стать вождём, бабка сказывала, что Атол, брат его младший утонул в реке, а больше у отца сыновей не было.

— Спасибо, — поблагодарила старушку, пытаясь осознать услышанное. Вхагар это бог, который отмечает детей, назначая их вождями. И за ними безоговорочно следует племя. Инесс предок моего мужа напал на племя Эйвы, это случилось давно, но каждый вождь клана Суин до сих пор мстит за гибель моей тёзки. Агнар хочет прекратить это многолетнюю вражду и женившись на мне, по их традиции стал кровником Аррану. Господи… как не сойти с ума, разбираясь в этом кошмаре.

— Мораг, я сколько лет прошло с гибели Эйвы?

— Двести лун.

— Лун? — с недоумением переспросила, окончательно запутавшись, — а лун это сколько?

— Семнадцать лемов, — улыбнулась ведунья, предупреждая мой следующий вопрос, ответила, — в леме двадцать четыре дня. Ты как ребёнок, приходится объяснять то, что дети учат в три луны.

— Угу, — задумчиво кивнула, мысленно повторяя услышанное.

— Тебя проводить в угол?

— Нет… да, — смущённо улыбнулась, чувствуя себя неловко, но сил подняться не было.

— Завтра воду нагрею и печь пожарче протоплю. В мовницу рано тебе ещё, но грязь с тела смыть надо, сразу легче станет.

После небольшой прогулки до угла и обратно, на которую ушли все мои силы, я с тихим стоном опустилась на кровать. Выпила очередной отвар, на этот раз с приятным ароматом чабреца, через пять минут осоловелым взглядом смотрела в небольшое окно, наблюдая, как парят белые пушистые хлопья, незаметно уснула.

Глава 3

Глава 3

— Эта от кашля, две ложки в кружку сыпешь и тёплой водой заливаешь, пусть ночь и день настаивается.

— А эта?

— Дурман, — ответила Мораг, чуть помедлив, — женщинам даю, когда дитё долго идёт. Воинам с ранами тяжёлыми… осторожно с травой надо.

— Эта чтобы дёсны не болели? — спросила, уводя разговор от опасной травы, заметив нахмуренный взгляд ведуньи. Мне не хотелось сердить или давать повод плохо обо мне думать единственному человеку, который не смотрит на меня с ненавистью в этом странном мире.

— Полоскать отваром надо, — улыбнулась старушка, продолжив обучать меня травоведению, я же всё старательно запоминала, полагая, что эти знания мне пригодятся. Да и чем ещё заняться в маленькой избушке ведуньи? Кроме как изучать травы, выспрашивать о мире Эрин и людях, живущих здесь и понемногу расхаживаться.

Прошло ещё три дня. Каждый я отмечала хвоинкой, воткнутой в мох между брёвен, со страхом ожидая выхода на улицу. Уверенная, что там за дверью тёплой избушки Мораг, меня встретят нерадостно. Достаточно вспомнить насупленные мохнатые брови мужчины, зашедшего к Мораг за сбором трав от болей в животе. Или кривую злобную ухмылку парня лет семнадцати, принёсшего ведунье молока и замёрзший кусок мяса.

— Эйва, брось в котелок крупу, — прервала мои мысли старушка, измельчая в ступе горсть семян.

Где лежит мешок с крупой, я уже знала, молча кивнула, осторожно поднялась на ноги, стараясь не делать резких движений, иначе снова закружится голова. Я прошла к небольшому ларю, вытащив из него тканевый мешок с гречкой, высыпала две горсточки на стол, принялась выбирать из неё мусор.

— Не люблю, когда на зуб попадает камешек, — пояснила удивлённой старушке.

В печи весело потрескивал огонь, тёплый свет двух ламп освещал небольшую комнатку, создавая уютную атмосферу. Едва слышное постукивание и шорох семян в ступе, умиротворяли. Странно, но сейчас мне было хорошо и покойно.

— Завтра уйду, сутки меня не будет, — проговорила Мораг, искоса на меня взглянув.

— Что-то случилось? — спросила, вдруг ощутив необъяснимую тревогу.

— Битэг время пришло, дите надо принять.

— А я?

— Ты сбор доделай, как я учила.

— А если придёт к тебе кто? Что я скажу, — проговорила, чувствуя, как меня захлестнула паника, — можно я с тобой?

— Куда? Силы сперва верни, и сотню шагов не сделаешь, — усмехнулась старушка, чуть помолчав, добавила, — люди знают, что меня не будет.

— Хорошо, — обречённо кивнула, ссыпала в ладонь выбранный из крупы мусор. Промыла гречу от грязи и пыли и только тогда высыпала её в котелок.

— Агнар присмотрит за избой, не бойся, — произнесла ведунья, пристально на меня взглянув, — слухи ходили — Эйва жестокий воин. Арран научил свою дочь убивать…

— Я не помню, — быстро проговорила, взяв из корзины морковь, предложила, — обжарим её на масле? Суп повеселей будет, а то синюшный вид не вызывает аппетит.

— Делай как знаешь, — ласково улыбнулась Мораг, продолжив своё неспешное занятие.

Сковорода нашлась быстро, масло тоже и вооружившись ножом, я принялась мелко крошить морковь и небольшую головку лука. Стащить с огня котелок оказалось не просто. Как ведунья, поднять нагретые ручки голыми руками я не могла. Пришлось поискать, чем можно ухватиться, тряпки, которой мы вытирали со стола, было недостаточно.

Мораг заметив мою растерянность, подсказала заглянуть в сундук и выбрать подходящий кусок ткани, при этом пытливо вглядываясь в меня. Ощущение, что я букашка под микроскопом не покидали меня с того самого момента, как я здесь очнулась… Взъерошив волосы, прогоняя мрачные мысли, невольно поморщившись от боли, задев рану на голове, я вернулась к печи.

В дверь постучали, когда в котёл с супом я сбрасывала пассированные овощи. От неожиданно громкого стука я вздрогнула, испуганно, уставившись на заходящего в избу мужчину. Дверной проём был слишком низким и ему пришлось наклониться, чтобы пройти. Не сводя взгляд с гостя, отряхивающего с одежды налипший снег, я поставила сковороду на стол. Вытерла руки о тряпку и осторожно сдвинулась к Мораг, понимая, что старушка навряд ли справится, вздумай ему наброситься на меня.

— Агнар? Три дня уж прошло, — произнесла ведунья, своими словами заставив моё сердце болезненно сжаться. От вдруг охватившего меня страха, ноги подкосились, и только усилием воли я осталась стоять.

— Уезжал, как она? — проговорил мужчина, наконец заметив меня за спиной ведуньи, удивлённо вскинул бровь.

— Лучше, но ещё слаба, — с улыбкой в голосе проговорила женщина, добавив, — суп будешь? Вижу продрог, горячая еда быстрее согреет.

— Буду, — кивнул Агнар, снимая с себя тёплую одежду, небрежно бросил её на пол, продолжая смотреть на меня. Я же словно загнанный зверёк в угол, следила за каждым его движением и не дышала.

— Эйва, подай Агнару и себе налей, — распорядилась ведунья, успокаивающе погладив меня по руке.

— Конечно, — ответила, сжав кулаки, больно впиваясь ногтями в кожу, сбрасывая оцепенение. Мысленно себе напомнив, что вождю клана Кархайг я нужна живой и невредимой.

— Я вижу ей гораздо лучше, — с усмешкой сказал мужчина, усаживаясь за стол, — Эйве пора вернуться в дом мужа.

— Нет, Агнар, девушка ещё слаба, — возразила Мораг, убирая травы со стола, — Эйва понемногу стала ходить, помогать мне и не забывай, что она как дитя и ничего не знает. Я учу её, а кто сделает это в твоём доме?

— Семь дней даю, — расщедрился мужчина, взяв ложку, утопил её в тарелке с супом, которую я перед ним поставила, озадаченно посмотрел на бульон.

— Отправлю к тебе, когда Эйва вернёт свои силы, — проговорила Мораг, продолжая настаивать на своём.

— Хм… ты хорошая ведунья и семи дней будет достаточно, — ухмыльнулся Агнар, запихивая в рот полную ложку супа, прожевав, проговорил, — вкусно.

— Эйва приготовила, — ехидным голосом сказала Мораг, поставив перед мужчиной чашку с лепёшками.

— Вкусно, — повторил Агнар, пристально на меня взглянув.

— Спасибо, — наконец смогла выдавить из себя хоть слово, медленно опустилась на табурет, разместившись как раз напротив мужа, сетуя, что стол слишком мал и мы сидим очень близко друг к другу. Украдкой поглядывая на мужчину, аккуратно утопила ложку в суп, набрав немного бульона, выпила. Агнар ел шумно, отламывая большие куски от лепёшки, поддевая им ломтики мяса, быстро проглатывал, словно не ел минимум сутки. Как только его тарелка опустела, не осознавая ещё свои действия, я вдруг поднялась из-за стола, устремилась к печи, вновь её наполнила.

— Кхм…, — кашлянул мужчина, коротко кивнув, снова принялся есть. Я же искоса взглянув на Мораг, заметила одобряющую улыбку на её лице, тихонько выдохнула.

Спустя десять минут с супом было покончено, Агнар отодвинув от себя тарелку, встал и неторопливо прошёл к выходу. Молча ни слова не сказав, надел шубу, вывернутую мехом внутрь, меховую шапку, покрытую капельками воды, и только тогда проговорил:

— Мораг, одного лема будет достаточно, чтобы Эйва вернула свои силы?

— Да, Агнар.

— Один лем, — подытожил вождь клана Кархайг, прежде чем покинуть избушку ведуньи.

— Двадцать четыре дня? Он разрешил мне остаться у тебя на двадцать четыре дня? — потрясённо пробормотала, стоило двери закрыться.

— Да, видно твой суп понравился, — лукаво улыбнулась Мораг, накладывая и себе.

— Спасибо, — поблагодарила женщину, с трудом сглотнув, появившийся в горле ком.

— Тебе всё равно придётся перейти в дом мужа.

— Я знаю, — задумчиво проговорила, подойдя к единственному окну, смотрела на кружащие в танце снежинки, добавила, — мне просто нужно время.

Глава 4

Глава 4

Вылезать из-под одеяла совсем не хотелось. Укутавшись в нём с головой, так что торчали лишь глаза и нос, я с укором смотрела на печку, которая сегодня не потрескивала поленьями и не согревала дом.

Проснувшись чуть позже обычного, стуча зубами от холода, зарылась в ещё хранившее тепло одеяло, я осмотрелась. В избушке, кроме меня никого не было, лампа, что всегда освещала небольшое помещение, не горела. Мораг не сидела за столом, не бормотала и не шуршала пучками трав. А ещё не пахло чуть подгорелой кашей и ароматным отваром. Ведунья, как и говорила, ушла к роженице, оставив меня одну хозяйничать в её избушке.

Уговаривать себя подняться пришлось долго. Но каждая минута промедления грозила окоченеть от пробирающегося даже под одеяло холода, всё же заставило меня вскочить с постели. Быстро натянуть на себя настывшую одежду и обувь, рвануть к очагу.

Там я зажгла лампу, подвешенную к стене на железный крючок. Пошурудила кочергой в печи, разгребая чуть шаевшие угли, подбросила щепок. Прибавила тягу, дождалась, пока не затеплился огонёк, подкинула ещё дров. И с непередаваемым чувством гордости, что я справилась с таким непростым делом, некоторое время слушала, как трещат поленья, съедаемые прожорливым пламенем.

После достала немного муки, остатки скисшего молока, яйцо и соли, замесила тесто на оладьи. За несколько дней, что я жила у ведуньи, мне так опостылела каша и травяной отвар, что я не удержалась и решила немного разнообразить свой рацион.

Жаря пышные оладьи, греясь у печи под тусклым светом масляной лампы, я наслаждалась покоем. Когда никто пристально не следит за каждым твоим движением, никто не смотрит с подозрительным прищуром и дышать становится легче.

Танцующей походкой, тихонько подпевая, я поставила на стол тарелку с горячими оладьями, полила их капелькой мёда. Налила себе большую кружку отвара, в которую сыпанула горсть сушёной малины, решила сначала позавтракать, а уж потом умыться, как раз и вода успеет нагреться, села завтракать.

— Мораг ушла, — произнёс очевидное Агнар, бесцеремонно заходя в избу ведунье не постучавшись.

— Да, — коротко ответила, вдруг почувствовав обиду и злость на мужчину, который испортил так замечательно начавшийся день.

— Воды принесли?

— Да, Орт вчера принёс, — проговорила, сердито запихнув в рот уже начавшую остывать оладушку.

— Я проверю, — буркнул Агнар, не снимая верхней одежды, прошёл через всю комнату, оставляя за собой мокрые следы и снег.

— Вчера я мыла пол, — заметила, с трудом сдерживаясь, чтобы не выругаться вслух, мысленно давно костерила мужа разными нехорошими словами.

— Ещё раз уберёшь, — хмыкнул Агнар, даже не обернувшись, подхватил одно из пустых вёдер, проговорил, — принесу ещё.

— Угу — кивнула, стараясь не обращать внимания на мужчину, ложкой кромсала оладушку на мелкие кусочки.

— Отваром напоишь?

— Да, конечно, — ровным голосом ответила, поднялась из-за стола, чтобы тут же упереться в грудь замершего возле меня мужчину. Обойти это огромное тело не представлялось возможным, с одной стороны стоял стол, с другой — ларь, разве что назад развернуться, но я почему-то была уверена — это будет неверное решение.

Вскинув голову, я немигающим взглядом смотрела в голубые с серыми пятнышками в середине, глаза и молчала. Агнар тоже не произнёс ни звука, пытливо всматриваясь в моё лицо, он будто бы изучал, запоминал каждую его чёрточку. Не знаю, сколько мы так простояли, каждая минута казалась мне вечностью. Но вот Агнар сдвинулся чуть в сторону, и я, старясь не ускорять шаг, смогла пройти к печи. Там я немного задержалась, пытаясь унять разбушевавшееся сердце, мысленно обращаясь к богам этого мира, чтобы они заставили Агнара покинуть этот дом и больше не возвращаться.

Мои молитвы не были услышаны, обернувшись к столу, я увидела, как на моём месте, поедая мои оладушки, запивая моим отваром, сидел Агнар. Одни боги ведают, сколько сил ушло на то, чтобы не рявкнуть на наглого мужчину.

— Я вижу, отвар тебе уже не нужен, — произнесла как можно равнодушнее, делая глоток из кружки, предназначенной для мужа.

— Ты слишком долго, — усмехнулся Агнар, затолкав в рот последнюю оладушку, — вкусно, слишком сладко, но вкусно. Ты хорошо готовишь, не думал, что грозная и беспощадная Эйва умеет это делать.

— Рада, что тебе понравилось, — натянуто улыбнулась, игнорируя его замечание, сказала, — запомню, что ты не любишь сладкое.

— И предпочитаю отвар без ягод, — добавил Агнар, поднимаясь из-за стола, в два шага преодолев разделяющее нас расстояние, больно схватил меня за плечи, расплескав горячий отвар в моей руке, прорычал, — я не доверяю тебе.

— А я не доверяю тебе, — процедила сквозь зубы, стараясь скрыть страх в своём голосе.

— Тебе стоит смириться со своей участью.

— С какой? Быть пленницей в твоём доме? Или быть убитой, стоит мне только покинуть избушку ведуньи? — отчаянно выкрикнула, сердито передёрнув плечами, сжала зубы до скрежета и замолчала. Тотчас возникла напряжённая пауза, но мужчина продолжал безмолвствовать. Его пронзительный взгляд пугал до судорог, но я что есть сил боролась с подступающей паникой, лихорадочно перебирая правильные слова, чтобы Агнар согласился на мои условия. Наконец, глубоко вздохнув, стараясь успокоится, судорожно сжимая и разжимая кулаки, я произнесла:

— Я твоя жена! Боги одобрили наш союз, и я не посмею нарушить их волю. Я стану преданной тебе, буду неотступно следовать нашим традициям. Буду заботиться и защищать наш клан. Буду уважать тебя и твои решения! Но я требую того же уважения, преданности, защиты от тебя. Мы равны, я дочь вождя! Я никогда не стану пленницей в твоём доме — лучше смерть! Обещай, что люди клана Кархайг не нанесут мне, а значит, и тебе оскорбление и не причинят мне зла. Ты принял решение за меня, взяв в жены ту, что считаешь своим врагом, значит несёшь ответственность за свой поступок…

И снова это нагоняющее жути молчание, сердце болезненно сжималось, дыхание перехватило, и я отвела свой взгляд, чтобы не видеть прожигающий Агнара. Но сильные пальцы тотчас ухватили меня за подбородок и вздёрнули голову вверх, заставляя смотреть прямо в горящие серебром глаза.

— Я всегда защищаю своих людей, теперь ты одна из них, — хриплым голосом проговорил Агнар, закрывая мой рот требовательным, агрессивным, жарким, жадным поцелуем.

Попытка отстраниться не увенчалась успехом, он мне не позволил. Стальные руки обхватили меня, крепко прижали к мускулистому телу, лишая возможности пошевелиться. Отвар давно расплескался по полу, пустая кружка выпала из моей руки, со звонким звуком разбиваясь о пол. Но Агнар словно не заметил этого, продолжая сминать мои губы собственническим, яростным поцелуем.

Я никогда не чувствовала ничего подобного, не думала, что такое возможно… Меня затопила волна ощущений: властная хватка его рук, мужской запах, лёгкое царапанье его щетины. Казалось, жидкое пламя, опалив губы, проникало всё дальше и дальше. Это захватывало, соблазняло, возбуждало…

— Отпусти меня немедленно, — твёрдо произнесла, уперев ладони в грудь Агнара, быстро придя в себя, стоило почувствовать, как руки мужа скользнули по моим бёдрам. Моё сердце неистово билось, дыхание перехватило и кружилась голова, но я упорно пыталась оттолкнуть его, хотя с тем же успехом я могла спихнуть гору. Вскинув голову, сердито нахмурив брови, грозным взглядом посмотрела на мужа, но его, казалось, лишь веселило моё сопротивление.

— Ты моя, — уверенно заявил Агнар, его низкий глубокий голос, с едва заметными рычащими звуками странно взволновал меня.

— Я не…

— Моя, — прервал меня мужчина, мягко сжал горячими чуть шершавыми пальцами, мой подбородок, приподнял и снова прильнул к губам, касаясь лёгким почти невесомым поцелуем… резко отстранился, подхватив пустое ведро, в одно мгновение оставляя меня в душевном раздрае и одиночестве.

Глава 5

Глава 5

Воду принёс Орт, буркнув: «Сюда поставлю», он, расплескал её у порога, поспешил покинуть избу ведуньи. Тяжело вздохнув, прихватила с собой тряпку, отправилась протирать испачканный пол, сетуя, что на двери нет засова, это бы избавило меня от нежелательных гостей.

Когда с уборкой было покончено, я налила в большой котёл воды, поставила его на печь. Раз уж воды теперь больше чем нам требуется, можно устроить внеочередную помывку и, наконец, привести себя в порядок. При Мораг делать это было стеснительно и надо пользоваться моментом.

Дожидаясь, пока вода нагреется до нужной температуры, заглянула в холодный угол. Там в небольшом ящике, сколоченном из потемневших от времени досок, стены которого были покрыты белой изморосью, хранились скоропортящиеся продукты. Вытащив из него ещё замороженный кусок мяса и остатки топленого жира. Заглянула в корзину, выбрала пару клубней картофеля, морковь, лук, приступила к приготовлению обеда, надеясь, что в этот раз сюда никто не заявится и не слопает всё в одну морду.

— Вождь велел принести, — раздался детский мальчишечий голос, прерывая меня на самом интересном деле: накромсать на мелкие кубики ни в чём не повинный кусок мяса. Пришлось отложить нож и повернуться к выходу, чтобы увидеть, как в чуть приоткрытую дверь просунулась ручка с мешком, аккуратно поставила его на пол и тут же скрылась.

— Спасибо, — поблагодарила уже закрытую дверь, направилась к выходу, сердито пробурчав, — чего ему от меня надо.

Мешок оказался довольно тяжёлым и пухлым. Поставив его на стол, развязала не слишком туго затянутую верёвку, я с удивлением и необъяснимой радостью принялась доставать из него гостинцы. Горшок с рассыпчатым, зернистым творогом. Завёрнутый в несколько слоёв ткани свежий сыр. Три шарика сливочного масла ярко-жёлтого цвета. Пара свежеиспечённых и ещё горячих булок хлеба. Около десятка яиц, тушка птицы, кусок мяса и небольшой туесок с ароматным мёдом. Но самым невероятным и приятным угощением была миска с замороженной лесной клубникой. Ягода уже начала подтаивать, и её сладкий запах кружил голову, даря капельку лета.

— Неожиданно, — растерянно проговорила, оглядывая заставленный стол, уверенная, что это всё для меня, радостно улыбнулась.

Разложить продукты не составило большого труда и управившись, я вернулась к приготовлению обеда. К этому времени мясо окончательно оттаяло и нарезать его на нужные по размеру кусочки удалось быстро. Морковь и лук давно накрошены и уже скворчали в небольшом котелке, распространяя аппетитный аромат по всей избушке. Чуть позже к нему добавился аромат жарившегося мяса.

Довольно оглядев бурлящее на огне подобие рагу. Я с трудом сняла с печи котёл с водой, притащила деревянную лохань поближе к очагу. Нашла кусок пахнущего травами мыла, отрез ткани, заменявший здесь полотенце, и огляделась. Начни я мыться обязательно кто-нибудь заявится, засова на двери нет, а значит, её нужно чем-то подпереть. Благо она открывается внутрь, как пояснила Мораг в зимние месяцы из-за сильного снегопада, можно попросту оказаться запертыми в доме.

— Стол я не сдвину, сундук тяжёлый, — задумчиво пробормотала, осматривая крохотную и единственную комнатку ведуньи, — табурет? А лучше два и ведро с ложками поставлю, если кто дверь откроет, оно с шумом свалится. Определившись с ненадёжным препятствием, подпёрла двери, спешно рванула к печи, чтобы быстрее снять с себя пропахшую потом одежду и, помыться.

Это оказалось не просто, нет с лицом, головой и волосами я справилась успешно. Конечно, пришлось повозиться с раной на затылке, да и в волосах засохшие корочки крови не хотели смываться, но всё же я отлично справилась и почти всё убрала. А вот смыть с тела грязь, оказалось довольно сложно. Сидя на корточках в небольшом деревянном тазу, поливала себя из кружки тёплой водой, стараясь не разбрызгать её на полу, второй рукой придерживаясь за бортик, чтобы не завалится. Плечо ещё болело и приходилось невообразимым образом, удерживая равновесие, намыливать крепкое с уже пожелтевшими синяками тело и время от времени, прислушиваясь к шуму ветра за стенами дома. А мысли, что в любой момент в избушку может нагрянуть кто угодно, подгоняли. И уже через полчаса, я, сидя у очага, одетая в чистую рубаху и штаны, сушила длинные светлые волосы, жмурясь от удовольствия и лёгкости в теле, предвкушая скорый обед.

— Что за! — рыкнули за дверью, когда я уже пообедала и окутанная ароматом трав, раскладывала их по мешочкам в нужных пропорциях, как научила Мораг.

— Подождите, — крикнула нетерпеливому незваному гостю, который вот-вот разрушит итак некрепко стоящую конструкцию из табуретов и ведра, про которую я совершенно забыла.

— Эйва! — раздался обеспокоенный голос Агнара, дверь с силой толкнули и рухнувшие табуреты, ведро с ложками, оглушили меня и ворвавшегося в избушку вождя.

— Я же сказала, подождите, — сердито буркнула, успев отскочить от падающей на меня табуретки.

— Зачем? — коротко спросил муж, с недоумением оглядев учинённый им бардак.

— Чтобы не заходили в дом без разрешения, — огрызнулась, принялась собирать с пола ложки.

— К тебе кто-то приходил?

— Конечно. Ты, Орт и ещё кто-то не успела рассмотреть, — проворчала я, ни разу не взглянув на Агнара, потянулась к дужке ведра, резко одёрнула руку, задев ладонь мужа, который первый подхватил её.

— Тебе в клане Кархайг ничего не угрожает, — глухим сердитым голосом проговорил Агнар, взяв меня за руку, притянул к себе, — моё слово закон.

— Я хотела помыться, — быстро пояснила, догадавшись, что своими словами невольно задела мужчину, — комната одна и укрыться здесь негде.

— Могла сказать мне, я бы приказал протопить мовницу.

— Мораг говорила ещё рано, — смущённо улыбнулась, вспомнив утренний поцелуй, осторожно вытянула свою ладонь из руки мужчины.

— В моём доме все комнаты запираются на засов, — заметил Агнар, — ты можешь не дожидаться окончания, выделенного мной лема и перебраться раньше.

— Хм… я подумаю.

— Я отправил послание Атли Хэнни…, — недоговорил Агнар, пристально на меня взглянув. И я понимала, что это имя как-то связано со мной и мужчина ожидал от меня какой-то реакции, но её конечно же, не последовало, — что теперь ты принадлежишь клану Кархайг.

— Человек не вещь, он не может принадлежать кому-то, — произнесла, тщательно подбирая слова и, не дожидаясь ответа, отправилась к печи. Там на её краю, чтобы не кипела вода, стояла железная миска с грязной после обеда посудой, в неё положила, поднятые с пола ложки, чуть помедлив, добавила, — человек должен быть свободен в выборе.

— Человек принадлежит племени; мужу или жене; отцу или матери; брату или сестре. Одному не выжить, всегда должен быть тот, кто будет рядом, кто защитит. Семья — это главная ценностью, и, за каждого человека в ней, отвечает вся семья, — возразил Агнар, медленно приближаясь ко мне, подозрительно сощурив глаза, задумчиво протянул, — ты должна знать это, ведь ты, твой брат, отец и твои предки на протяжении многих лет нападаете на клан Кархайг, желая уничтожить нас за смерть одного из вас.

— И в тот день…, — чуть запнулась, не зная, как спросить, наконец собралась с мыслями, проговорила, — в тот день, когда я стала твоей женой, мы тоже напали?

— Да, — зло улыбнулся Агнар, — узнали, что я отбыл в клан Фестер и подло напали! Я недалеко ушёл от Сетара, начавшийся снегопад задержал, поэтому мы успели отогнать вас на гору Ханд. Твоему отцу и брату удалось увести часть своих людей, ты как видно, упала с обрыва и только Вхагар знает, почему он сохранил тебе жизнь.

— Почему ты не убил меня?

— Я хочу прекратить эту многолетнюю войну с кланом Суин, — ответил мужчина, чеканя каждое слово, — Арран чтит заветы предков и не станет убивать людей, которые стали его семьёй.

— Я… я убила кого-то из твоих близких? — просипела, боясь взглянуть на мужчину.

— Нет, ты не успела, Стэйн остановил тебя, — глухим голосом ответил Агнар, схватив меня за руку, вновь притянул к себе, прошептал, — ты и правда ничего не помнишь?

— Ничего, — ответила, вскинув голову, смотрела в опасно сверкнувшие глаза мужчины, добавила, — забыла, как забыли вы, что ваш предок напал на клан Суин, убив любимую жену и единственную дочь вождя! Теперь ты и твои люди готовы забыть то, что некогда совершила я?

Глава 6

Глава 6

— Я не могу тебе этого обещать.

— Что ж спасибо за честность, — натянуто улыбнулась, отстраняясь от мужчины, добавила, — ты есть будешь?

— Кхм… да, — кивнул Агнар, снимая с себя одежду, — Аррану послание я тоже отправил.

— Моему отцу, — констатировала, споро убирая в сторону разложенные на столе мешочки с травами, равнодушно добавила, — хорошо, наверное.

— Ты и его не помнишь?

— Верно, и его не помню. Мораг рассказывает мне о мире Эрин, о жизни в клане, о лемах и лун, но этого пока недостаточно, — проговорила, поставив перед уже усевшим за стол мужчиной тарелку с рагу, продолжила, — чтобы нормально существовать в обществе… и это очень страшно, ничего не знать.

— Наш клан был основан много столетий назад, моим предком Аскаром, — проговорил мужчина, замерев с ложкой в руке, — на горном плато был возведён город Сетор, сейчас здесь больше пятисот домов. У подножия горы построено более двух десятков деревень, в наших лесах много дичи, на лугах пасутся стада. Реки полны рыбы, а земля даёт хороший урожай. Пять месяцев в лун, здесь стоят холода, ледяной ветер сбивает с ног, а снега выпадает столько, что порой люди не могут покинуть свои дома по несколько дней, пока не расчистят себе путь. Здесь суровые зимы, но тёплая весна — осень и жаркое лето.

— Спасибо, — ласково улыбнувшись произнесла, — теперь я знаю немного больше. Рагу остынет и спасибо… ягода была очень вкусной.

— Пожалуйста, каждый в клане приносит ведунье продукты, но сейчас здесь живёшь ты, — произнёс Агнар, наконец приступая к еде, — если тебе что-то нужно скажи.

— Хорошо. Остыло? Подогреть?

— Нет.

— Отвар? Без ягод… я помню.

— Да, пожалуйста, — впервые улыбнулся мужчина, отломив небольшой кусок хлеба, добавил, — вкусно.

Агнар ел, как и в прошлый раз, быстро и шумно, но это как это не странно не раздражало. Украдкой поглядывая на мужчину, я налила отвар, намазала маслом кусочек хлеба, уложила на него сыр, поставила перед Ангаром. Он, коротко кивнув, отодвинул от себя пустую тарелку, взял большую кружку с отваром, проговорил:

— Завтра тебе принесут одежду, не подобает жене вождя ходить в одежде ведуньи.

— Хорошо, — не стала спорить с мужем по таким мелочам, тем более что одежда мне действительно нужна.

— Твоё оружие у меня, наручни почистили. Когда силы к тебе вернутся, заберёшь.

— Да? — удивлённо воскликнула, уставившись на мужа. Отдать оружие врагу? А если бы вместо меня была настоящая Эйва?

— Зимой нельзя выходить на улицу без оружия, даже дети об этом знают, — усмехнулся Агнар, чуть помедлив, добавил, — ты пока чужая в клане и за тобой будут следить все.

— Хм… даже не сомневалась, — с горькой усмешкой бросила, забирая тарелку со стола, ощутив опустошённость и вдруг навалившую усталость. Хотелось, чтобы Агнар скорее ушёл и не появлялся хотя бы пару дней.

В этот раз мои молитвы были услышаны, мужчина быстро допил отвар, так и не притронувшись к бутерброду. Поблагодарив, набросил на могучие плечи шубу и покинул избушку.

Я же, помыв посуду, нагородив очередную конструкцию у двери, чтобы не быть застигнутой врасплох, вернулась к прерванному занятию. К возвращению Мораг я бы хотела завершить раскладывать траву по мешочкам. За несложным делом, вспоминая и мысленно проговаривая услышанное, время пролетело, как это не странно быстро. И без того тёмной избушке стало стремительно темнеть и вскоре даже освещения двух ламп было недостаточно, чтобы разглядеть траву.

С сожалением осмотрев остатки неразобранных мешочков, я сгребла их в кучу. Приготовила незатейливый ужин, состоящий из творога, мёда и остатков ягоды. Умыла лицо, сменила повязку и легла спать. Мораг ещё не вернулась и полагаю ночью она уже не появится. Лёжа в тёплой постели, невидяще пялилась на печь, где в щелках между стеной и дверцей, вспыхивало яркое пламя, вспоминала прошлую жизнь. Размеренную, порой даже скучную. С привычными рутинными заботами… Горькие слёзы текли по моим щекам, пропитывая подушку солёной влагой, беззвучные рыдания сотрясали тело, а ком, что не позволял дышать полной грудью, потихоньку растворялся… я прощалась прошлой жизнью.

Путанный сон оборвался внезапно. Резко поднявшись, я затаила дыхание и прислушалась. Но в избушке кроме редкого треска поленьев в печи и гула в трубе от вновь поднявшегося ветра, ничего не услышала. От необъяснимого страха моё горло сжало, кожа покрылась пупырышками, словно меня обдало ледяным воздухом, а сердце бешено забилось в груди. Ощущение надвигающейся опасности заставило меня быстро вскочить с постели. Не осознавая, что делаю, бесшумно ступая, я прошла к столу, схватила самый большой нож, тенью проскользнула к двери, замерла в ожидании.

Время тянулось мучительно долго, голые ступни, от стояния на холодном полу, окоченели; пальцы, стиснувшие рукоять ножа, болели, но я продолжала ждать, доверясь инстинктам своего тела. Вскоре я была вознаграждена за терпение… хруст снега за стеной раздался слишком громко для ветреной ночи. Невольно поддавшись вперёд, я смотрела, как клинок, сверкнувший в отблеске заглянувшей в окно луны, просочился в щель между дверьми и косяком, проверяя наличие засова. Дверь с силой толкнули! Раздался грохот свалившихся табуреток, чья-то тихая ругань! И резкий взмах моей руки, которую невероятным усилием воли, я смогла развернуть в последний момент и лишь задела плечо незваного гостя.

— Тварь! — тотчас раздался полный жгучей ненависти голос и огромное тёмное пятно бросилось на меня. Я едва успевала уворачиваться от сыпавших ударов, дважды пропустив выпад, вскоре почувствовала, как по руке потекла тёплая кровь, а ладонь стала неприятно липнуть.

От злой обиды перехватило горло, яростный крик заглушила боль, и задыхаясь от гнева, я кинулась на своего противника. Проворно увернулась от очередного удара, оказавшись за спиной напавшего, с силой ударила в основании черепа. И оторопело, хрипло дыша, будто в замедленной съёмке наблюдала, как бессознательное тело падает на пол.

— Что за! — неожиданно громко раздался окрик, в избушку тут же ворвался мужчина, он беглым взглядом осмотрел побоище, коротко спросив, — ты в порядке?

— Да, — сиплым голосом проговорила, внимательно следя за новым гостем, продолжая крепко сжимать в руке нож.

— Этот жив, — с явным облегчением выдохнул он, прежде прислушавшись к дыханию поверженного противника, он, не скрывая ярости, стянул руки мужчины верёвкой, — я сейчас вынесу Хрута и позову Агнара.

— Хорошо, — рассеянно кивнула, не спуская глаза с незнакомца. Сейчас из распахнутой настежь двери, в крохотную избушку проникал голубой свет луны и звезд, что отражался от снега, из-за чего все выглядело жутким и неестественным.

— Запри дверь, — распорядился мужчина, с лёгкостью поднял безвольное тело, вытащил его на улицу.

— Хорошо, — вновь повторила, прикусив изнутри губу, чтобы позорно не разрыдаться, я закрыла дверь, заново подпёрла её табуретками, водрузила на них ведро. Медленно, шаркающей походкой, прошла к столу, зажгла лампу, мягкий свет которой, прогнал пугающие тени. Так же заторможено добралась до кровати и забравшись на нее с ногами, обхватила себя руками, невидяще уставившись в окно…

— Эйва! — обеспокоенный возглас Агнара, сваленная на пол с громким грохотом конструкция, вывела меня из оцепенения, — ты в порядке? Твоя рука! Надо перевязать.

— Он жив? Я не хотела его убивать, — пробормотала, вспоминая странную борьбу саму с собой, когда одна моя часть неистово хотела убить напавшего, вторая лишь защититься.

— Хрут жив, — зло бросил Агнар, мокрой тряпкой заботливо вытирая мою руку, — его будут судить. Он напал на жену вождя, нарушая мой приказ.

— Я убила кого-то из его близких?

— Балох его брат, — глухим голосом ответил муж, заматывая рану.

— Значит, он в своём праве, — хмыкнула, заторможено думая, как долго я продержусь в клане Кархайг.

— Соединив нашу кровь, ты стала Кархайг, за тобой нет долгов, — рвано рыкнул вождь, стащив с кровати одеяло, укутал меня в нём, подхватил на руки, проговорил, — тебе нельзя здесь оставаться! Людям надо время, чтобы привыкнуть, я не хочу убивать всех, кто желает тебе смерти.

— Ты считаешь это возможно? — горько усмехнулась, пряча лицо за одеяло от ветра, который голодным зверем тотчас набросился на нас, стоило покинуть избушку ведуньи. Агнар ничего не ответил или я не услышала, укачиваемая на руках мужа, согретая тёплом его тела, я отключилась.

Глава 7

Глава 7

Открыв глаза, я некоторое время с недоумением смотрела в потолок, который вдруг стал таким недосягаемым. На яркий свет, из-за которого приходилось щуриться, на непривычное тепло и запах — пряный, с лёгкой горчинкой, которым здесь всё было окутано. Странно знакомый… и тотчас воспоминания прошедшей ночи обрушились на меня лавиной, заставляя сердце болезненного жаться. Ночь, нападение, Агнар… что теперь будет?

Рывком села в кровати, обеспокоенно осмотрелась. В комнате я была одна и это несказанно радовало, но заметив скомканную простынь и примятую подушку на соседней половине огромной кровати, я невольно нахмурилась. Значит, это покои Агнара и этой ночью он спал рядом со мной. Как отнестись к этому, я не понимала и, стараясь больше не думать о муже, решила осмотреться.

Покои были большими, а в сравнении с избушкой ведуньи просто огромные. Каменные стены не казались мрачными, их тёплый оттенок придавал комнате уют. Пара гобеленов с изображёнными на них кровавой охотой, арбалет и несколько мечей украшали стены. Лампы на стенах, на столе, на небольшом шкафу сейчас были погашены. Шторы винного цвета были одёрнуты и из широкого окна лился яркий свет, озаряя покои. Рядом разместили массивный стол из тёмно-красного дерева и кресло, обитое той же тканью, что и шторы. У огромной кровати стоял сундук, далее ширма и очаг с ещё пылающим в нём огнём, возле него установили большую деревянную не то бочку, не то ванну. Сейчас ощущение, будто я попала в прошлое только лишь усилилось. В избушке ведунье всё казалось, более логичным и привычным, всё же на просторах нашей страны в деревнях ещё достаточно таких вот домиков. А здесь в этой комнате с очагом, занимавшим половину стены и деревянной бадьёй, я в очередной раз осознала, что всё, что сейчас со мной происходит не сон и всё настоящее.

— Слишком настоящее, — пробормотала, взглянув на новую повязку, намотанную чуть ниже локтя. Серая тонкая полоса ткани с просочившейся кровью напомнила мне, как аккуратно и заботливо касались моей руки, пальцы мужа. С какой осторожностью он кутал меня в шерстяное одеяло, тщательно пряча мои застывшие ноги, с какой бережливостью он поднял меня и понёс в этот дом. Возможно всё не так страшно и у нас с Агнаром получится жить вместе, в любом случае стоит попытаться, выбор у меня всё равно невелик.

Тихий стук в дверь, отвлёк меня от тягостных размышлений. Растерявшись, я не сразу ответила, и стук повторился.

— Войдите, — проговорила, неосознанно подобравшись, я не сводила взгляд от медленно открывающейся двери.

— Диса, позвольте, — раздался немного хриплый голос и вскоре в комнату вошла женщина лет сорока пяти, с обветренным лицом изрешеченное глубокими морщинами на лбу. Ее голубые глаза смотрели в мою сторону настороженно.

— Пожалуйста, — ответила, догадавшись, что обратились ко мне, продолжила следить за гостьей. Женщина, не глядя на меня, быстро прошла к столу, поставила на него поднос, выставила тарелки судя по запаху с кашей и чем-то сдобным, произнесла:

— Диса, завтрак подан, как только закончите, я распоряжусь наполнить ванну.

— Спасибо… а где Агнар?

— Дис во дворе, сказать, что вы приглашаете его?

— Нет, — поспешила ответить, беглым взглядом осмотрела комнату, поинтересовалась, — прости, я не знаю, как тебе обращаться, подскажи, пожалуйста, где здесь туалет?

— Гуда, я ваша служанка. Дис сказал, что вы многое не помните, и приказал помочь вам разобраться, — протараторила женщина, рванув к ширме, — сходить можно сюда, я уберу.

— Кхм… спасибо, — натянуто улыбнулась, чувствуя себя очень неловко, — Гуда, пока ванну наполнять не нужно, принеси, пожалуйста, таз и тёплую воду.

— Как прикажете, — коротко кивнула служанка, поспешила покинуть покои. Я же, выбравшись из-под одеяла, устремилась к столу, откуда шёл аппетитный аромат, вдруг ощутив жуткий голод.

На завтрак мне принесли молочную кашу, очень вкусную приправленную мёдом и сливочным маслом. Сдобную булочку с ягодой, несколько ломтиков сыра и травяной отвар. Как это ни странно, но свежие, потрясающе ароматные и вкусные продукты скрашивали моё нахождение в этом мире.

Гуда вернулась в комнату, когда я уже насытилась и живот перестал издавать голодные рулады. За женщиной в покои прошла ещё одна, обе украдкой поглядывали в мою сторону и, кажется, боялись меня не меньше чем я их. Но все же опасения не помешали слугам заняться работой. Одна вытащила из-за ширмы высокий табурет, вторая установила на него небольшой таз, кувшин, бутылочку с чем-то жидким и брусок мыла. После достали из сундука платье из тёмно-зелёной шерсти, белую рубаху, гольфы цвета кофе с молоком, туфли на небольшом каблучке, разложили всё это на кровати и замерли в ожидании.

Я, отрешённо наблюдая за всем приготовлением со стороны, думала лишь об одном: «В платье сложно защищаться».

— Диса, позвольте вам помочь, — хриплый голос Гуды вернул меня на землю, а испуганный взгляд второй женщины, заставил натянуто улыбнуться.

— Нет, спасибо, — ответила, продолжая стоять у окна, в которое до появления служанок бездумно смотрела, разглядывая заснеженные деревья, высокую каменную стену и крытый навес, под ним, размахивая огромными мечами, дрались двое мужчин. Один из которых был моим мужем.

— Как прикажете, диса, — сказала служанка, покорно опустив голову, застыла истуканом.

— Вы можете идти, спасибо, — проговорила, с трудом скрыла улыбку, заметив, как женщины едва слышно с облегчением выдохнули и поспешили покинуть покои.

Я же снова вернулась к подглядыванию за мужем. С мечом в руках, с расстёгнутой на груди курткой он выглядел внушительно. Его движения были выверенными, сильными, противнику было тяжело отбивать сыпавшиеся на него удары. Не знаю откуда, но я была уверена, что Агнар сильный воин и с ним будет непросто совладать.

У окна я пробыла недолго, наполовину скрытая стеной, некоторое время наблюдала за боем, растерянно подмечая удачные выпады, будто бы что-то в этом понимала. Наконец, насмотревшись, повернула к очагу, тут же стыдливо отпрянула, увидев, что муж остановился и теперь пристально смотрит в мою сторону. Застигнутая врасплох, ощутив, как стыдливый жар опалил мои щёки, ещё не отдавая себе отчёт, я резко присела, спрятавшись за стеной, поползла подальше от окна. И только после умывания прохладной водой, моё лицо, наконец, прекратило пылать, а сердце бешено заходится.

— Доброе утро, — поприветствовал меня муж, как всегда без стука врываясь в комнату. К этому времени я уже успела надеть платье и чулки, пыталась разобраться с застёжкой.

— Доброе, — кивнула, мельком взглянув на мужчину, продолжила рассматривать железные крючки.

— Тебе нужно сменить повязку, садись на кровать, — распорядился Агнар, широким шагом пересёк комнату, достал из шкафа всё необходимое, глухим голосом добавил, — тебе придётся снять платье, рукав слишком узкий.

— Я сама сменю повязку, — проговорила, старательно скрывая дрожь в голосе, — когда ты выйдешь из комнаты.

— Ты моя жена, — с насмешливой улыбкой напомнил Агнар, медленной со звериной грацией походкой приближаясь ко мне.

— Мне требуется время, чтобы осознать это, — вскинула голову, дерзко взглянув на мужчину, взбесившись от самого вида самодовольной ухмылки, — и тебе тоже!

— Я должен осмотреть рану, — чуть мягче произнёс муж, остановившись в метре от меня, пояснил, — Хрут любил использовать яд на своём оружии.

— Любил?

— Час назад его казнили. Никто не смеет нападать на жену вождя. За неповиновение смерть. — Ответил Агнар, чеканя каждое слово.

— Слишком настоящее, — потрясённо пробормотала, с тихим стоном растирая виски руками.

Глава 8

Глава 8

— Ты забыла… иначе нельзя.

— Забыла, — эхом отозвалась, устало опускаясь на кровать, — отвернись, пожалуйста, я сниму платье.

— Кхм… как скажешь, — улыбнулся мужчина, разворачиваясь ко мне спиной. Не мешкая, я стащила с себя тунику и замотала ей же тело, оставив голыми плечи и руки, произнесла:

— Всё.

— Хрут обычно использовал яд рокри, он слабый и не сразу заметен, — заговорил Агнар, аккуратно разматывая повязку, — я ночью проверил, покраснения не было, если и сейчас нет, значит, повезло.

— Спасибо, — неловко улыбнулась мужчине, который размотав повязку, принялся тщательно осматривать два уже подсохших пореза.

— Ничего нет, сейчас настойкой протру и нанесу мазь.

— Агнар… как нам дальше быть? Что я буду делать в твоём доме? В клане? — спросила то, над чем все эти дни размышляла, — я ничего не помню, знаю слишком мало для жены вождя. Сидеть взаперти в покоях — это не для меня.

— Дом в твоём полном распоряжении. Слуги предупреждены, если захочешь что-то изменить, скажи мне, — тут же ответил мужчина, ни на секунду, не сомневаясь в своих словах, — за стену пока без сопровождения не выходить… люди привыкнут.

— Хорошо, — кивнула, чуть шевельнув рукой, напомнив Агнару о ране, украдкой следила за мужчиной, который вернулся к прерванному занятию и сосредоточенно размазывал по моей руке жёлтую жирную мазь.

— Давай осмотрю плечо.

— Спасибо, не нужно, — чуть отстранилась, стоило мужчине прикоснуться к моим ещё не убранным в косу волосам, чтобы открыть плечо. От, казалось бы, невинного действия, моё дыхание тут же перехватило, а по телу поползли мурашки.

— Эйва, тебе придётся стать моей, — укоризненно проговорил Агнар, медленно проведя горячей немного шершавой рукой по шее, плечу, останавливаясь в районе лопаток, — сейчас ты ранена и ещё не пришла в себя, но скоро совет потребует доказательство нашего союза.

— И что это? — зло усмехнулась, быстро приходя в себя, — простынь с кровью, подтверждающая мою невинность?

— Ребёнок, — коротко ответил муж, склонился ближе, опершись рукой о кровать, окружив меня своим терпким запахом, прошептал, — я терпелив, но люди долго ждать не будут. Сын, которого ты родишь, укрепит твою власть в клане Кархайг!

— А если дочь? — почему-то огрызнулась я, ощущая себя загнанным в угол зверьком.

— У вождей клана Кархайг ещё ни разу не рождались девочки, — снисходительно улыбнулся Агнар, добавив, — если ты подаришь мне дочь, можешь потребовать для себя что хочешь.

— Я запомню, — бросила в ответ, невольно передёрнув плечами, когда горячие пальцы коснулись моей кожи.

— Запомни, — хмыкнул муж, уверенными, привычными действиями сменил повязку на плече, добавил, — ещё два дня и можно снимать, рана почти зажила. И не дёргайся, я посмотрю голову.

— Угу, — буркнула, сжав зубы до скрежета, пыталась отрешиться от приятных ласкающих рук мужа, который разбирал пряди на моей голове, чтобы проверить рану и там.

— И здесь почти зажило, у Мораг отличная мазь.

— Всё? Можно одеться, — не утерпев, ехидным голосом поинтересовалась, поднимаясь с кровати.

— Если хочешь, — оскалился муж, скидывая на пол грязные лоскуты ткани, — мне и так нравится.

— Я рада, — пробормотала, снова разозлилась непонятно отчего, отошла как можно дальше от мужа, повернулась к нему спиной, принялась одеваться. И только когда мной была разглажена каждая складочка на платье, я, наконец, повернулась к мужчине.

Лукавая улыбка, довольный прищур глаз, густая прядь светлых волос, свисающая ему на лоб, сделали Агнара не таким суровым. Сейчас он больше походил на озорного мальчишку. Не знаю почему, но что-то внутри меня протестовало, хотело стереть его довольную улыбку. Мужчина невероятно раздражал своей самоуверенностью, хотя я осознавала, что он ничего плохого мне не сделал. Наоборот, заботится и оберегает, да, он всё делает больше для людей своего клана, но и здесь я понимала и принимала его желание прекратить многолетнюю бессмысленную войну. Но всё равно, что-то бесилось внутри меня, не хотело подчиняться… С трудом поборов новый порыв в очередной раз огрызнуться, я решила, что пора начинать договариваться.

— Я полагаю, в отдельную комнату я не смогу переехать? — констатировала, обходя мужчину стороной, заметив тотчас нахмуренный взгляд, поспешила добавить, — тогда сменим ширму, от этой совершенно нет никакого толку. И было бы замечательно вместо таза и кувшина, установить умывальник, неудобно умываться одной рукой.

— Гуда должна была тебе помочь, — тут же вскинулся муж, грозным взглядом посмотрев на дверь.

— Я сама её отпустила, — ответила, постаралась ласково улыбнуться, продолжила, — мне бы хотелось приводить себя в порядок без помощи слуг.

— Стена широкая, за ней находится мой кабинет, строительство умывальника займёт много времени, — наконец произнёс муж, после нескольких минут тягостного молчания.

— Нет, не нужно ломать стены, — торопливо проговорила, не смогла сдержать улыбку, от столь радикального предложения Агнара, — можно просто сделать небольшой шкаф снизу которого будет ведро под воду, выше таз с дырой, а над ним железный короб с небольшой дырой и краном.

— Эйва! Ты вспомнила? — вдруг спросил муж, пытливо всматриваясь в меня.

— Об умывальнике я не забывала, — проговорила, прямо взглянула Агнару в глаза, чтобы он даже не сомневался в моих словах.

— Я позову Гисли, объяснишь ему, — ответил мужчина, после некоторой паузы, — я должен уйти, в замке тебе ничего не угрожает.

— Спасибо, — искренне поблагодарила мужчину, оценив его решение сломать стену, чтобы построить умывальник. К ванной комнате мы, конечно, ещё вернёмся, но это будет ещё не так скоро. И уж если мне предстоит жить в этом мире, то хочется сделать дом комфортным и удобным.

Задумавшись, я не заметила, как муж покинул покои. Взъерошив волосы рукой, вспомнив, что я всё ещё хожу без косы, направилась к столу, проверила шкаф, но и там я не нашла расчёски. Кое-как собрав волосы в хвост, завязала их кусочком ткани. Подняла с пола использованные повязки, поправила покрывало на кровати и, наконец, собравшись с духом пошла к двери.

Несколько безвылазных дней в избушке ведуньи утомили меня и хотелось прогуляться, хотя бы по дому, где мне предстоит жить. Покидать покои было страшно, воспоминания о Хруте ещё были свежи, а зная, что люди клана Кархайг желают мне смерти откровенно пугало.

Но всё же заставила себя толкнуть массивную дверь, которая тут же с лёгкостью распахнулась, и я насторожено выглянуть в коридор. Сложенный из того же камня, что и покои, освещённый множеством ламп, он не казался мрачным. Пол, выложенный из серого с коричневыми прожилками камня, и светлый деревянный потолок делали узкий коридор — просторным. Несколько дверей, из тёмного дерева были закрыты, а я пока не решилась в них заглядывать. Замерев на пороге своих покоев, выбирала, куда мне податься. Длинный коридор в какую сторону ни посмотри, казалось, упирался в тупик. И либо это обман зрения и, дойдя до конца, я обнаружу поворот, или за одной из двери есть выход. Так и не определившись, куда, вернее, повернуть, я пошла направо, с немым восхищением рассматривая каменные стены, витиеватые крючки, на которых висели масляные лампы. Тяжёлые с виду двери из тёмного дерева с железными ручками с потрясающим узором. Пока не упёрлась в глухую стену.

— Значит, здесь тупик, — пробормотала, поворачивая назад, — надеюсь, там есть лестница, заглядывать в комнаты неприлично. И вообще, мог бы и экскурсию провести по замку…

— Диса? Вождь приказал показать вам замок, — прервала моё бурчание Гуда, появившаяся, естественно, в той стороне, куда я теперь отправилась.

Глава 9

Глава 9

— Замечательно, боюсь, я без твоей помощи не справлюсь, — ласково улыбнулась служанке, ускоряя шаг.

— На втором этаже пять комнат и кабинет диса, — тихим голосом проговорила Гуда, распахивая дверь первой, — это покои диса Бранда.

— Бранда?

— Младший брат диса Агнара, он две недели назад отправился к клану Хэнни.

— А следующая? — спросила, бегло осмотрела комнату, очень похожую на ту, которую я только что покинула.

— Детская, здесь вырос вождь, потом Бранд, — толкнув дверь второй комнаты, женщина едва заметно улыбнулась, проговорила, — Рейгаль позволит, здесь будет расти сын Агнара.

— Очень красиво, — произнесла, проходя в светлую, явно мальчиковую комнату. Несколько деревянных мечей, щит, лук и кроличья шкура, были развешаны на одной из стен. Там же разместили стол из тёмного отполированного дерева, на нём лежали карандаши и листы бумаги. Стул с высокой спинкой, сиденье которого обито тёмно-зелёной бархатистой тканью. Большая кровать с горой подушек, возле неё кресло, на котором был небрежно наброшен плед. Несколько ярких ковров устилали каменный пол, чтобы маленькие ножки не мёрзли. Огромный камин занимал практически половину стены, был огорожен решёткой, для безопасности любопытных носиков. За почти прозрачной ширмой стульчик с горшком под ним, высокий табурет с кувшином и тазом для умывания. Окно с тёмно-зелёными шторами, подле которого стоял диван, небольшой столик и ещё одно кресло. Пара сундуков, шкаф из такого же тёмного отполированного до блеска дерева. Всё в этой комнате было уютным и готовым к встрече нового маленького жителя.

— Идём дальше, — произнесла, покидая детскую.

— Эти две комнаты пустуют, раньше они принадлежали родителям дисов Агнара и Бранда. Когда они погибли, дис Агнар не пожелал переезжать в комнату вождя.

— Не открывай, — остановила женщину, посчитав, что сюда я зайду только с мужем, — на первый этаж?

— Как прикажете, диса Эйва.

Лестница, ведущая на первый этаж, находилась в левой стороне от комнаты Агнара. Широкая из серого мрамора, что и пол в коридоре с красивыми балясинами, которая заканчивалась в просторном холле. Помещение было не слишком большим и немного мрачным. Два небольших окна давали мало света, поэтому на стенах в красивых кованых подставках стояли масляные лампы, освещая тёмное помещение. Холл был пустым, здесь не было ни диванчика, ни кресел, ни даже лавочки. Только три двери, две из которых широкие, высотой не менее двух с половиной метров, состоящие из двух створок и одна узкая, неприметная скрывалась под лестницей.

— Куда ведут эти двери? — спросила, заметив, что Гуда замолчала, немым истуканом замерев подле меня.

— Эта во двор замка. Маленькая для слуг, в той части находятся: кухня, кладовые, прачечная и жилые комнаты. Из кладовой есть выход в погреб, дальше в ледник. С кухни можно выйти во внутренний двор замка. Дверь с гербом клана Кархайнг ведёт в зал, где дис угощает гостей.

— Агнар здесь обедает?

— Когда были живы родители в зале, сейчас вместе с воинами в казарме, в кабинете, иногда в комнате или на кухне.

— Понятно, — кивнула, вдруг подумав, как будет обедать муж сейчас, когда в его жизни появилась я. Почему-то мне стало очень важно, чтобы Агнар ел в моей компании.

— Осмотрите зал? — прервала мои мысли Гуда, замерев в ожидании приказа.

— Да, а потом сходим на кухню.

— Как велите, — быстро ответила женщина, удивлённо покосившись на меня, после слов — кухня. Обращать внимание на странную реакцию служанки не стала, прошла к массивной двери, на которой был изображён незнакомый мне цветок, обвивающий рукоять топора, толкнула её.

Зал был большим. Длинные шторы с вышитыми цветочными узорами, украшенные тесьмой и лентами, обрамляли высокие чистые окна. На стенах висело девять полотен с привычным кровавым боем. Несколько мечей, топоры и три лука украшали собой стену, где стоял камин, как и прочие мной увиденные, занимая её большую часть. Длинный стол, на котором уместятся не менее пятидесяти человек, был застелен светло-бежевой скатертью с красивой вышивкой по краю. Стулья с высокими спинками и мягкой тёмно-красной обивкой были задвинуты. Три деревянных скамейки с мягкими подушками, стояли у окна, там же небольшой чайный столик.

Медленно прогуливаясь по залу, разглядывая каменные стены, искусно вышитые гобелены, я, наконец, остановилась у окна… Ослепительно-белый снег, мерцая под лучами солнца, создавал иллюзию праздника. А припорошённые изморосью деревья, превращали раскинувшийся у замка сад в волшебную сказку.

— Гуда, какой сейчас лем? — спросила, осознав, что ни разу не поинтересовалась об этом у Мораг.

— Дисемб, середина зивера.

— Спасибо, — поблагодарила, вспомнив рассказы Мораг. И если я верно поняла, то сейчас здесь середина зимы, декабрь… а на земле было лето, — идём на кухню? Ещё я бы хотела посмотреть кладовые, погреб и ледник.

Служанка, коротко кивнув, дождалась, когда я покину зал, отправилась за мной следом. Но стоило мне приблизиться к маленькой двери, она оказалась возле неё первой, толкнув её, сначала пропустила меня. Коридор в коем мы оказались, был узким, тёмным и ничем не примечательным, поэтому я его особо не рассматривала, спеша добраться до двери, виднеющейся в тусклом свете единственной лампы.

— Прошу диса, — проговорила служанка, распахивая передо мной дверь, за которой находилась кухня. Моё появление не осталось незамеченным, невысокая, полноватая женщина, удивлённо вскинула бровь, но вскоре её лицо стало хмурым, стоило ей узнать незваную гостью. Две девушки, как две капли похожие друг на друга, замерли у стола, на котором судя по горе шелухи, чистили лук, настороженно на меня поглядывая. Маленький лет семи парнишка, сидя спиной к пылающему очагу, намывал в грязной воде клубни картофеля, одну из который он с громким плюхом уронил в чёрную воду, стоило только увидеть меня.

— Добрый день, — улыбнулась застывшим людям, немного прошла в тёплое, пропахшее едой помещение, поинтересовалась, — как к вам обращаться?

— Бенга я, диса, кухарка в замке, — ответила женщина лет пятидесяти, хмурым настороженным взглядом окинув меня с головы до ног, — а это помощницы мои: Иде и Свея.

— А того серьёзного мужчину, как зовут? — Спросила, после минутного молчания.

— Хольмин, сын мой, помогает на кухне, дис позволил, — произнесла Бенга, вскинув голову, словно я хотела мальчишку выгнать.

— Хорошо, когда есть такой помощник, — снова улыбнулась, почувствовав, что челюсти от постоянно натянутого оскала, начали ныть.

— Изволите чего, диса? — спросила кухарка, нетерпеливо переступая с ноги на ногу. Было заметно по её поджатым в тоненькую ниточку губам, что она не рада меня видеть.

— Нет, я просто осматриваюсь. Гуда, идём посмотрим кладовые и погреба.

— Как прикажете, диса, — отозвалась служанка, в его голосе слышалось недоумение и едва заметные нотки извинения, которые точно предназначались не мне.

Кладовые, погреб и ледник были забиты под завязку. Многие продукты были мне знакомы, некоторые нет. Большие туши мяса, облитые водой, чтоб не обветривались, висели под потолком на огромных крючьях. Плотно уложенные в деревянную бочку рыбины размером с мою руку, рыбёшки чуть поменьше были ссыпаны в мешок. На полках стояли банки с маслом, там же судя по цвету топлёный жир, несколько десятков колбас висели кольцами на палке, повешенной у самого входа. Тушки птиц, порубленные на маленькие части кости, сложили в широкие короба, обитые железом.

— А это что? — спросила у Гуды, заглянув под крышку маленькой крынки, увидела там, что-то белое и потрескавшееся.

— Хм… не знаю, диса, надо у Бенги спросить.

— Хорошо, идём, холодно здесь, — проговорила, спеша покинуть ледяное помещение, — зайдём ещё раз в кладовую.

— Как прикажете, диса, — послушно ответила женщина, тщательно закрыв дверь ледника, дополнительно загородив её у пола рваной дерюгой, последовала за мной.

Из ледника, находившегося ниже уровня земли мы в буквальном смысле выбежали, руки окоченели и даже предусмотрительно надетые куртки с меховой отделкой не спасали от пробирающегося до кости холода. В коридоре, ведущим в кладовые, было тоже довольно прохладно, поэтому и его мы быстро проскочили. Да и в кладовой не задержались, взяв яиц, муку, мёд, сливки и прочие необходимые для приготовления торта ингредиенты, быстро покинули помещение, рванув на кухню. Я была уверена, что заручиться поддержкой и избавиться от настороженности слуг, поможет только совместный труд. За неспешной работой можно аккуратно расспросить о быте и об их вожде, а также разузнать о мире, в который меня занесло.

Глава 10

Глава 10

— Я хочу испечь мужу торт, — произнесла, стоило только переступить порог кухни, снова повергнув слуг в неописуемое удивление, — где мне разместиться, чтобы не мешать вам?

— Эээ…, — растерянно протянула кухарка, взглядом ища поддержки у Гуды, но та судя по ошарашенному лицо тоже прибывала в недоумении. И я понимала, что на кухне должна быть одна хозяйка, лезть без дозволения на чужую территорию нехорошая затея, поэтому надо обязательно получить согласие Бенги.

— Вот здесь? — настояла я как можно добродушнее улыбаясь. Мне нужны союзники, мне просто необходимы люди, которые не будут смотреть на меня с ненавистью. И пусть для начала это будут слуги, те, кому доверил свой дом Агнар.

— Да, диса, — наконец, нерешительно кивнула Бенга, убирая со стола пустую тарелку.

— Хорошо, спасибо, — снова улыбнулась, положила прихваченные с собой продукты, спросила, — я осмотрюсь здесь, чтобы знать, где и что лежит и не отвлекать вас от работы?

— Да, диса, — снова кивнула кухарка, косо поглядывая за мной, продолжила нарезать мелкими кусочками тыкву.

Я же, не обращая внимания на настороженных помощниц кухарки и любопытного Хольми, прошлась по небольшому, чистому и тёплому помещению. Заглянула во все шкафы, порадовалась наличию подобия венчика, он мне ещё пригодится. Достала миски, сковороду и плоскую тарелку, для формирования ровных коржей.

Печь я совершенно не умею и единственный торт, который у меня всегда удачно и вкусно получался — это наполеон. И для него я готовила коржи на сковороде, сейчас эти умения мне очень пригодятся, духового шкафа в мире Эрин я пока не встречала, а в очаге испечь бисквит у меня точно не выйдет.

Не отвлекаясь на внимательные взгляды Бенги, Хольми и остальных, я быстро заместила тесто и, отложив его отдыхать, приступила к приготовлению крема. Мысленно обращаясь к Бенге, чтобы женщина не утерпела и что-нибудь спросила у меня. Когда яйца с сахаром были тщательно перемешаны и добавлено холодное молоко, я поставила кастрюлю на печь, подальше от сильного огня, стала быстро перемешивать жидкость, чтобы не было комочков.

— Диса… а зачем это? — наконец заговорила Бенги, подойдя ко мне на расстоянии вытянутой руки.

— Крем будет, жаль не нашла ванили, но этот тёмный сахар тоже приятно пахнет, думаю, этого будет достаточно, — ответила, мысленно ликуя как ни в чём не бывало, продолжила помешивать венчиком в кастрюле. Дождалась, когда крем закипит, сняла с плиты, добавила сливочное масло, снова тщательно перемешала и, накрыв крышкой, оставила остывать.

— Лепёшки? — удивилась кухарка, спустя минут десять, когда первый корж был оправлен поджариваться на печи.

— Угу, их будет несколько, потом я каждый смажу кремом и оставлю хорошенько пропитаться, — улыбнулась Бенге, ловко перевернула корж в сковороде, спросила, — а из тыквы, что хотите приготовить?

— Пожарю с чесноком, — неопределённо пожала плечами кухарка, приступая к последнему ломтику овоща.

— Если туда добавить немного мяса, пару клубней картофеля и потушить со сметаной, получится очень вкусно.

— Сметану не добавляла, — задумчиво проговорила женщина, коротко сказав, — Свея неси.

— Вообще, из тыквы можно приготовить очень много блюд. И торты, и оладьи, цукаты, печенье, салаты, суп, — принялась перечислять, между делом выпекая коржи для наполеона.

— Диса, откуда вы знаете, — вдруг спросила Бенга, подозрительно сощурив глаза.

— На кухне часто играла, — ответила, ни словом не соврала. Я действительно часто играла на кухне, когда мама готовила, она это делала потрясающе вкусно. Мне к сожалению её умение и талант не передался, если я добиралась до кухни, то, обязательно, что-то спалю или не доварю.

— А цук…ты? Что это, — чуть запнулась Бенга, удовлетворившись моим ответом, вернулась к интересной ей теме.

— Цукаты? Ломтики тыквы варят и вымачивают в сахарном сиропе, после сушат, получается вкусное и сладкое лакомство.

Больше ни я ни Бенга не говорили. Каждый находящийся на кухне занимался своим делом. Хольми поручили перебрать горох, Иде чистила картошку, Свея занялась тестом для пирогов, Бенга судя по небольшой крынке со сметаной, решила опробовать новый рецепт, и это очень радовало, значит, ко мне прислушались и мои слова не восприняли в штыки.

Одна лишь Гуда, коей поручено за мной присматривать, сидела на высоком табурете и со стороны наблюдала за наконец восстановившейся идиллией на кухне. За мной перестали настороженно следить и пусть на время приняли в своё общество. Я понимала, что просто не будет и стоит мне уйти, воспоминания о поступках Эйвы, тут же вернутся. Сейчас я просто наслаждалась моментом, надеясь, что со временем, люди перестанут меня сторониться и бояться.

— Готово, — довольно протянула, обсыпав крошкой от последнего, маленького коржа, последнее пустое пятнышко на боку торта, — пусть пару часов постоит и можно есть. Ему, конечно, лучше сутки в холоде быть, но мне не терпится угостить Агнара.

— Диса, обед подать в покои? — спросила Гуда, старательно скрывая радость, что я, наконец, закончила и можно уйти.

— Да, в покои, — ответила, понимая, что лучше не надоедать людям и дать передохнуть от моего общества, проговорила, — Бенга, я оставлю торт здесь, через два часа вернусь.

— Хорошо, диса, — кивнула кухарка, посмотрев на торт, добавила, — может в шкаф убрать? Не зацепят случайно.

— В этот? — уточнила и, получив согласный кивок, переставила торт в шкаф, закрыла дверцу, поблагодарила, — да, так будет лучше.

Кухню покидала вполне довольная. Я познакомилась с частью слуг, попыталась наладить с ними контакт. Заняла делом руки и время пролетело быстро, что тоже радовало. Если Агнар сдержит своё обещание и пригласит ко мне Гисли, займусь благоустройством комнаты.

Гуда, проводив меня до покоев, сообщила, что через два часа будет подан обед, быстро сбежала. Поскучав с пол часа в одиночестве, я решила тщательней осмотреть комнату, но заглянув в шкаф, в стол и даже под кровать, ничего интересного не обнаружила. Снова уселась в кресло, время от времени косилась на дверь, размышляя над непростым решением — прогуляться по замку без сопровождения или всё же не стоит.

Ещё полчаса бессмысленного шатания по комнате, всё же подтолкнули меня на авантюру. Осторожно отворив дверь, выглянула в коридор и не обнаружив там никого, устремилась к кабинету. Где полагала, найду книги и, может быть, мне их даже удастся прочесть, надеясь, что получила в дар от богов этого мира не только способность понимать и говорить на местном языке, но и умение читать.

Перед дверью в кабинет на мгновение замерла, вспомнив, что Гуда провела меня мимо этой комнаты и, возможно, она заперта. Но взявшись за ручку и чуть потянув на себя, с лёгкостью её открыла. На пороге снова остановилась… быстро прогнав все сомнения, решительно прошла в кабинет, считая, что если Агнар ни словом не обмолвился о запрете, значит, я могу спокойно здесь пребывать.

Заходить в тёмное и немного мрачное помещение, было страшно. Свет из единственного окна слабо освещал кабинет, отчего тёмные размытые тени в углах, казались жуткими. Бегло оглядев стены, заметила висящие на них масляные лампы, я вернулась в коридор и сняв оттуда одну из них, быстро запалила лампы в кабинете, прогоняя сумрак и притаившиеся страшилки из тёмных углов. И наконец внимательно осмотрелась. Массивный стол с лежавшими на нём пачкой бумаг и свёрнутый в трубочку свиток. Широкое кресло с подлокотниками и мягкой обивкой. Узкий шкаф, на полках которого стояло около двадцати книг в кожаном переплёте, там же коробка со свитками. Камин на всю стену, над ним снова оружие. Небольшой всего на два места диванчик, у его подножия расстелена огромная чёрная с синим переливом шкура. Кабинет был строгим, без лишних деталей, но вполне уютным.

Обойдя стол, немного задержалась у окна, осмотрела небольшой сад, а если чуть склониться и заглянуть, то за стеной можно увидеть тот самый навес, где тренировался Агнар. Сейчас он был пустым, а углы уже замело снегом.

У шкафа с книгами я остановилась надолго, некоторое время просто разглядывая потрёпанные корешки книг, не решаясь вытащить одну из них и наконец выяснить, умею ли я читать или это мне не доступно. Но, в конце концов, осмеливавшись, вытащила одну из самых старых на вид, счастливо рассмеялась, стоило прочесть первые строчки.

— Умею, — с облегчением выдохнула, читая печатные с длинными хвостиками буквы, которые рассказывали о новых открытых островах, невиданных тварях и опасных водах в южных землях. Ни на секунду, не отрываясь от увлекательного, но немного непонятного повествования, я примостилась за стол и погрузилась в историю путешествия Ормарра, через минуту вздрогнув от неожиданности, когда в тишине раздался громкий, полный ненависти и презрения голос:

— Суинский пёс! Что ты здесь вынюхиваешь?

Глава 11

Глава 11

— Если ты хотел меня оскорбить, то у тебя ничего не вышло, — проговорила, чеканя каждое слово, пристально взглянув на мужчину, неуловимо похожего на Агнара, — собаки преданные, самоотверженные и смелые животные.

— Хм… Что ты здесь делаешь? — чуть замешкался мужчина, громко засопев.

— С некоторых пор живу, — насмешливо улыбнулась, окинув взглядом нервно переступающего с ноги на ногу мужчину.

— Пленницы не должны разгуливать по замку, они должны сидеть в темнице, прикованные к стене.

— Я не пленница, — ответила ровным, спокойным голосом не сводя взгляд от явно неуравновешенного человека, — я жена вождя клана Кархайг.

— С чего Агнару брать в жены суинского пса?

— Об этом тебе лучше спросить у Агнара, — ответила, ещё сильнее сжав в руке карандаш.

— О чём спросить? Бранд? Ты уже вернулся, — удивлённо вскинул бровь Агнар, мельком взглянув на меня, произнёс, — я ждал тебя к концу лема.

— Мы быстро договорились, — усмехнулся брат вождя, зло бросив, — эта сказала правду? Ты взял в жены суинскую тварь?

— Я взял в жены Эйву дочь вождя клана Суин, — ответил муж, недобро сощурив глаза, сквозь зубы процедил, — требую должного уважения к ней.

— Ты… ты взял в семью дочь врага! — взревел Бранд, сжав кулаки так, что побелели костяшки, — она годами нападала на наш клан!

— Знаю и хочу прекратить это! Совет меня поддержал! Все в клане должны подчиниться моему приказу! Кто посмеет напасть на жену вождя, тот будет казнён! — произнёс Агнар пытливо вглядываясь в лицо брата, добавил, — мы позже поговорим, Бранд.

— Не стоит, — рвано выдохнул мужчина, широким шагом покинул кабинет.

— Я не успел его предупредить… позже он поймёт, что так лучше.

— Кому? — горько усмехнулась, взяв в руки книгу, спросила, — ты не сказал, можно ли мне заходить в твой кабинет, но и не запретил… я взяла книгу почитать, ты не против?

— Нет. Ты хозяйка в этом замке, в своём праве находится где пожелаешь. Здесь тебе ничего не грозит.

— Почему… почему ты даёшь мне столько свободы? Бранд прав, я враг…, — наконец спросила давно мучивший меня вопрос.

— Тебя никогда не примут люди, если ты будешь пленницей в этом доме. А значит, ничего не изменится в клане Кархайг. Но не думай, что я тебе доверяю, всё чтобы ты не сделала, где бы ты не была, я всегда рядом и знаю о тебе всё.

— Хм… спасибо за откровенность, — криво улыбнулась, в целом я была рада честности мужа, теперь хотя бы знаю, что от него ждать, — ты обещал пригласить ко мне Гисли, чтобы я с ним обсудила некоторые изменения в твоей… нашей комнате.

— После обеда он придёт, — коротко ответил муж, махнув рукой, приглашая проследовать за ним, вышел из кабинета.

— Отлично, — тихонько проворчала, отправившись за Агнаром, который уже успел зайти в покои.

— Я решил, что тебе это всё понадобится, — произнёс муж, показав на сваленные на кровати вещи. Из того, что я смогла рассмотреть, там была одежда, щётка для волос, какие-то пузырьки и баночки.

— Спасибо, — поблагодарила Агнара, немного удивлённая заботой. Обычно мужчины не обращают внимания на такие мелочи.

— Диса…, — дверь комнаты была не закрыта и Гуда, замерла на пороге, заметив вождя, видимо, немного растерялась, — обед подавать?

— Да, Гуда, — ответила, взглянув на мужа, добавила, — дис Агнар решил сегодня пообедать здесь, принеси и для него.

— Дис? — растерянно уточнила служанка, игнорируя мою просьбу.

— Гуда, диса Эйва отдала приказ, не нужно переспрашивать у меня, — холодно ответил мужчина, едва взглянув на служанку. Та больше ни слова не сказав поспешила скрыться от пронизывающего взгляда вождя. А я на деле убедилась в правдивости слов мужчины и мне вдруг захотелось как-то отблагодарить:

— Я испекла для тебя торт.

— Знаю, — улыбнулся муж, негромко добавив, — не знал, что воительница Эйва, умеет ещё и печь.

— Ты многого обо мне не знаешь.

— Расскажешь?

— Нет… не сейчас, — резче чем следовало, ответила, смущённо улыбнувшись, проговорила, — может быть потом.

— Хорошо, — задумчиво протянул муж замолчав. Я тоже молчала, неловкая пауза затянулась, то досадное ощущение, когда в комнате остались незнакомые люди, не покидало меня, до тех пор, пока Гуда не зашла в покои, неся в руках поднос. Быстро расставив тарелки на стол, добавив, что сейчас принесёт отвар, служанка удалилась.

— Приятного аппетита, — пожелала мужу, приступая к трапезе. На обед Бенга запекла белую и потрясающе нежную рыбу, в горшочках была подана тушенная в сметанном соусе тыква с мясом и картофелем. На тарелке лежали четыре куска пирога с капустой, в миске шесть вареных яиц, там же нарезанная на крупные куски чесночная колбаса, в небольшой пиале блестела растаявшим маслом рассыпчатая каша. Мысленно удивившись такому количеству еды, я вскоре убедилась, что Бенга прекрасно знает своего вождя. В считаные минуты с большинством блюд было покончено. Муж, как всегда, ел шумно, жадно, странным образом притягивая к себе мой взгляд. Было приятно наблюдать за тем, как он ест, невольно поддаваясь такому отличному аппетиту.

— Ты угостишь меня тортом? — спросил муж, отпивая глоток отвара. Гуда услышав слова вождя вдруг сжалась и, испугано на меня покосилась.

— Да, я принесу сама, — кивнула, поднялась из-за стола, ещё раз взглянула на служанку, проговорила, — я должна убедиться, что он удался.

На кухню я буквально влетела, ожидая худшего и мои подозрения, к сожалению, оправдались. Торт был испорчен, по нему будто потоптались, и сейчас он отвратительной серой кучкой лежал на тарелке, вокруг которой замерли кухарка, девушки и Хольми.

— Диса! Простите, не ведаю кто мог такое сотворить, — испуганно воскликнула Бенга, пробормотав, — и не отлучались надолго… кто посмел испортить.

— Кто бы это ни был, он за это ответит, — проговорила, вспомнив слова мужа, что он за мной присматривает, натянуто улыбнувшись, добавила, — что ж, хорошо ты испекла сладкий пирог к отвару, а торт я вечером новый испеку и очень надеюсь, что на этот раз он будет цел.

— Глаз не спущу с него, диса, — уверенно заявила кухарка, рьяно закивав, — и управиться с ним помогу… вы уж простите.

— Вдвоём у нас получится лучше и вкусней, — ответила, ещё раз окинула взглядом замерших и настороженных Сейду и Иде, покинула кухню. Возвращаясь в покои, я в очередной раз убедилась, как всё предсказуемо. Оставляя торт на кухне, была уверена, что его испортят, и знала, что Бенга никогда себе этого не позволит. Женщина, которая с такой тщательностью очищала тыкву и срезала с мяса жилки, любит свою работу и ценит труд не только свой, но и других людей. Её помощницы беспрекословно её слушают и уважают, поэтому тоже не решатся на подлость. Хольми… он мог нечаянно опрокинуть, просто из любопытства заглянув, но его сердитый вид и беспокойство за маму, чётко указали, что он здесь ни при чём. А вот Гуда… которая время от времени бросала на меня взгляды полные ненависти, думая, что я этого не замечаю. Прикрываясь за послушанием и кротостью, способна и не на такое.

— Ты без торта? — заметил муж, стоило мне только переступить порог комнаты. Гуда всё ещё находилась в покоях, украдкой взглянув на меня, продолжила убирать со стола.

— Да, я не опытный пекарь и торт оказался слишком сладкий, а я помню, что ты не любишь такое, — как можно равнодушнее ответила, ласково улыбнувшись, — вечером я приготовлю новый, за ночь от хорошо пропитается, и за завтраком мы его попробуем.

— Уверена, что в этот раз получится? — Усмехнулся муж, задумчиво на меня поглядывая.

— Не сомневайся, дважды я не ошибаюсь.

Глава 12

Глава 12

По окончанию нашего странного обеда Агнар ни слова не сказав покинул комнату. Спустя некоторое время, пришла Гуда, быстро убрала посуду со стола и так же быстро удалилась. Немного прослонявшись по комнате, слушая треск поленьев в камине, завывание ветра за окном, я, забравшись с ногами на диван, раскрыла книгу на странице, где меня прервал Бранд, продолжила читать. Не знаю, сколько прошло времени, занятая увлекательным чтением и разбором витиеватых фраз, я не сразу услышала тихий стук в дверь.

— Войдите, — пригласила, но тот, что так настойчиво стучался, не отозвался, — хм… и кто такой скромный.

Пришлось отложить книгу и отправиться к выходу. Распахнув дверь, я не сразу увидела Хольми, который прислонился к стене, испуганно сжав голову в плечи, смотрел на меня, как на чудовище.

— Хольми? Что-то случилось?

— Ди… диса, не наказывайте мою маму, она не трогала ваш торт, — промямлил мальчишка, чуть помедлив, добавил, — и Свея с Иде не портили.

— И ты тоже, — ласково улыбнулась взволнованному парнишке, — я знаю и, конечно же, не буду наказывать.

— Правда?

— Даю слово, — снова улыбнулась, надеясь этим успокоить мальчика, — ты очень смелый Хольми.

— Мне не стать воином, — покачал головой парнишка, — отец погиб семь лун назад, он был охотником.

— Мне жаль, — произнесла, тщательно скрывая сочувствие, уверенная, что это обидит мальчика, — значит ты единственный мужчина в доме и защищаешь свою маму?

— И сестру, — быстро ответил Хольми, заметно приободрившись, — она за домом присматривает… Диса я прослежу за другим тортом и не дам его испортить.

— Хорошо, — кивнула, торжественным тоном проговорив, — уверена, ты отлично справишься с этим.

— Конечно, диса Эйва, — пообещал мальчишка, с облегчением выдохнул, будто только что сбросил с себя тяжкий груз, резко развернувшись, побежал к лестнице, хромая на левую ногу.

Возвратившись к книге, я какое-то время невидяще смотрела на строчки, вновь и вновь мысленно возвращаясь к странному разговору с Хольми. Как оказалось, в клане Кархайг ко мне относятся по-разному, часть боится, а часть ненавидит. И нет никого, кому бы я просто нравилась… Интересно, Агнар сказал, что отправил послание отцу Эйвы, он прибудет за ней, то есть за мной? Или не рискнёт заявиться во враждебно настроенный клан? А если сообщить вождю клана Суин, что меня насильно выдали замуж, что будет? Я могу уйти с отцом? А стоит ли… Здесь я человек новый и легче списать незнание мира Эрин на потерю памяти. В клане Эйвы, мои движения, мимика, манеры, слова… всё выдаст.

— Диса, Гисли по приказу вождя ожидает вас в холле, — прервала мои тягостные размышления Гуда, не успев скрыть усмешку, спросила, — его позвать в покои?

— Нет, я спущусь, — ответила, сделав вид, что не заметила наглой ухмылки, прошла к столу, взяла несколько листов бумаги и карандаш, предусмотрительно прихваченные из кабинета, направилась к выходу, — Гуда, прежде чем войти в мои покои, я требую, чтобы впредь ты стучалась и, только получив дозволение, заходила.

— Слушаюсь, диса, — пискнула служанка, потупив глаза, засеменила за мной. Мне ужасно не нравилось, то что она идёт сзади, но пока я была не в силах это изменить.

В холле меня ждал кряжистый мужчина с серыми глазами, над которыми нависли кустистые седые брови, прикрывая собой верхнюю половину лица, вторую закрывала густая рыжая с проседью борода. Поэтому определить возраст Гисли было сложно, можно лишь догадываться, что ему не меньше сорока лет.

— Диса, — поприветствовал меня мужчина, настороженно приглядываясь.

— Добрый день, Гисли, — улыбнулась, махнув рукой в сторону зала, позвала, — пройдём, там будет удобней обсудить все детали.

— Как прикажете, диса.

В зале было светло, яркий огонь в камине, то потухал, покрывая сединой пепла чёрные угли, то подмигивал красными глазами. За окном снова разбушевалась метель, её завывания походили на стон раненых зверей. А в нескольких зажжённых масляных ламп, маленькое пламя, поддаваясь дуновению сквозняка, разрисовывали стены замысловатыми тенями.

— Гисли, вам лучше сесть, разговор будет долгий, — произнесла, устраиваясь за стол, поближе к камину, откуда шло приятное тепло, — Гуда ты можешь быть свободна.

— Как прикажете, диса, — ответила служанка, с довольной улыбкой покинула зал, плотно закрыв за собой дверь.

— Гисли, — напомнила мужчине, который продолжал стоять изваянием по правую от меня руку, — я буду рисовать и вам будет оттуда плохо видно.

— Нет диса, я отлично вижу, — отказался мужчина, лишь чуть придвинулся ближе к столу и наклонился.

— Хорошо, — не стала настаивать, принялась рисовать схему будущего умывального шкафа, попутно разъясняя, что и из чего лучше выполнить.

— Вот что нужно сделать, — закончила объяснять, вручая изрисованный лист бумаги, — справитесь?

— Да, диса. С кузнецом сам поговорю, через три дня посмотрите, дело новое, вдруг чего не так.

— Конечно, — поднялась из-за стола, — Гисли, может, хотите отвар? Бенга печёт чудесные пироги.

— Кхм… благодарю диса, но мне не терпится начать.

— Хорошо и спасибо…

— А ты время даром не теряешь! — не дал договорить Бранд, с громким стуком ворвавшись в зал, — союзников себе подбираешь!

— Гисли, до встречи давайте я вас провожу, — никак не отреагировала на истерику Бранда, направилась к выходу.

— Не так быстро, — прошипел мужчина, больно схватив меня за руку, — я недоговорил.

— А я не собиралась с тобой беседовать, — многообещающе улыбнулась, резко вывернув свою руку внутрь и вниз, освободившись от захвата, прошептала, — ещё раз меня тронешь, убью.

И не оглядываясь, но прислушиваясь к злому шипению за спиной, стараясь не спешить, покинула зал. Твёрдо уверенная, что этому человеку нельзя поддаваться и ни в коем случае не показывать свою слабость.

В холле меня ждал Гисли, его сердитое сопение заглушало моё неистовое сердцебиение. Закусив изнутри губу, пытаясь успокоится, я ободряюще улыбнулась, заметив, что мужчина порывается, что-то сказать.

— Диса, я позвал вождя.

— Спасибо, — поблагодарила, мельком взглянув на довольную служанку, добавила, — Гисли, вы можете идти, надеюсь, скоро мы с вами встретимся.

— Агнар знает? — снова раздался язвительный голос Бранда. Не повернув и головы в сторону братца моего мужа, равнодушно произнесла:

— Не думаешь же ты, что вождь клана Кархайг не в курсе, что происходит в его доме.

— Бранд! Я ждал тебя у башни, — холодно проговорил Агнар, появившийся из неприметной двери, ведущей на кухню, — ты должен был доложить о соглашении.

— Ты знал, что твоя суинская жена договаривается о встрече с Гисли? — зло бросил Бранд, двинулся к Агнару, намеренно идя на меня, вынуждая отойти в сторону.

— В доме ничего без моего согласия и одобрения не происходит. Брат, ты сомневаешься в моей силе? — чеканя каждое слово, проговорил Агнар, в два шага преодолев разделявшее нас расстояние, заступил дорогу мужчине.

— Брат, суинская ведьма помутила твой разум, — сплюнул Бранд, резко развернувшись, выскочил из холла.

— Гуда! Ты глупа, поверив в свою безнаказанность! Покинь сейчас же мой дом! — рявкнул Агнар, окатив женщину испепеляющем взглядом, дождался, когда та мышкой проскользнёт на половину слуг, обратился к Гисли, — вы все обсудили?

— Да, вождь, — отозвался мужчина, — позвольте идти?

— Иди, — коротко ответил Агнар, внимательным взглядом проследил за уходящим Гисли и только когда за мужчиной закрылась дверь, произнёс:

— Держи.

— Агнар, я… я смутно помню, как им управляться, — проговорила, принимая нож с длинным лезвием из голубой стали.

— Кхм… значит, надо вспомнить, — голосом, не терпящим возражения, ответил муж, круто развернувшись, направился туда, где совсем недавно скрылись Бранд и Гисли.

— Агнар? — остановила мужа, чуть помедлив, поблагодарила, — спасибо.

— Ты жена вождя! Обвиняя тебя — оскорбляют меня, — ответил мужчина, ни на секунду не замедлив свой шаг.

— И всё равно спасибо, — улыбнулась, некоторое время смотрела на закрывшуюся дверь. Невольно передёрнула плечами, вспомнив неприятное лицо служанки, пробормотала, — и Гуды скоро не будет в замке, интересно… значит, я была права и Агнар знал, что Гуда испортила торт, а появление Бранда в зале, тоже её рук дело?

Глава 13

Глава 13

Задумавшись над произошедшим, я не заметила, как оказалась у маленькой двери, что вела на половину слуг. Ненадолго замерла, раздумывая, дождаться, когда уйдёт Гуда или всё же пройти на кухню и испечь обещанный торт. Я посчитала, что прятаться не стоит и решительно распахнула дверь.

Коридор был пуст, и я благополучно добралась до кухни. В этот раз моё появление не слишком сильно удивило и напугало Бенгу, Хольми и остальных. Они, конечно, не были рады меня видеть, но и нервно не вздрогнули, стоило мне переступить порог.

— Я могу занять ту часть стола, что и утром? — спросила, терпеливо дожидаясь ответ хозяйки кухни, замерев у входа.

— Конечно, диса, — быстро произнесла Бенга, сдвинув со стола разделочную доску, — я всё приготовила для торта.

— Спасибо, значит, можно начинать, — улыбнулась, достав миску для теста, привычными движениями приступила к замешиванию.

— Позвольте, диса я сделаю, — предложила женщина, неловко улыбнувшись, — а вы крем сварите.

— Я не хотела вас отвлекать от работы, её у вас и без того хватает.

— Управились уже, — отмахнулась кухарка на мгновение забывшись.

— Ну ладно, — не стала возражать, отдала миску, достала следующую, — было бы неплохо украсить торт ягодой, но мороженная даст слишком много сока.

— Может, яблоком? Есть ещё в кладовой.

— Яблоки лучше в шарлотку добавить, — отказалась от предложения кухарки, покосившись на Хольми. Мальчик, сидя у очага, небольшим ножом выстрагивал что-то непонятное из маленькой деревянной палки. Так и не решилась спросить, что с мальчиком и почему он хромает.

— Готово, диса, — прервала мои размышления Бенга, накрывая плотный кругляш теста тарелкой.

— Спасибо и мне осталось немного…, — недоговорила, с недоумением взглянув на ворвавшуюся на кухню Гуду, которая, поджав губы, зло прошипела:

— Тебе недолго здесь жить, суинская тварь.

— Пошла вон, — ровным голосом проговорила, показательно раздвинув складки на платье, чтобы женщина увидела висящие на поясе ножны и торчащую из них рукоять ножа. Гуда увидела… испуганно вздрогнув, поспешила ретироваться. Дверь же так и осталась открытой.

— Свея, закрой пожалуйста, — попросила, взглянув на девушку, заметила на её лице неописуемый ужас. Быстро посмотрев на Иде, Хольми и Бенги увидела тот же страх, проговорила, — Агнар отдал мне мой нож, чтобы я могла защититься себя. В клане Кархайг слишком много желающих меня убить. Даже Гуда ненавидит меня, хотя я сомневаюсь, что мы с ней ранее встречались.

Досадно усмехнувшись, я спрятала нож, вернулась к размешиванию крема, мысленно выругавшись, на себя и на Гуду. Все труды по завоеванию доверия насмарку.

— Гуда служила в доме у Ингрид, — осторожно заговорила Бенга, вытирая со стола остатки муки, — прошлой весной, когда на земли клана Кархайг пришёл мор, бедная Трюд умерла и Ингрид предложила вождю помощь.

— Ясно, — кивнула, не понимая, чем это поможет объяснить ненависть женщины.

— Ингрид прочили стать женой вождя, — закончила Бенга, опасливо на меня покосившись. Всего лишь одной фразой расставив всё по своим местам. Я мешала! И Гуда по приказу бывшей хозяйки или просто решила выслужиться, мелко пакостила. А зная какой бешеный нрав был у моей предшественницы, надеялась легко вывести меня из себя. Кто ведает, будь на моём месте прошлая Эйва, возможно, кто-нибудь на кухне и пострадал, но Гуда просчиталась.

— Хм… порой нашим планам не суждено сбыться, — усмехнулась, вспомнив своё пробуждение в мире Эрин, невольно поёжилась от пробившего меня озноба, натянуто улыбнулась, произнесла, — крем готов. Подождём ещё минут десять и можно начинать печь коржи.

— Диса, я тыкву нарезала, — нерешительно проговорила кухарка, сняв с кастрюли лоскут ткани, продемонстрировав небольшие оранжевые кусочки.

— Надо насыпать сахар, перемешать и оставить на ночь, — подсказала, потыкав пальцем тесто, удовлетворённо кивнула, — пора.

Раскатывать коржи мне не позволили, Иде и Свея вооружившись скалками ловко это сделали за меня. Бенга пекла, подавая мне готовые, которые уже я обмазывала толстым слоем сладким и ароматным кремом.

— Бенга, — едва слышно произнесла, стоило Хольми подхватить ведро полное очисток и прочих отходов и покинуть кухню, — твой сын хромает. Что случилось?

— Родился таким, диса, — тяжело вздохнула женщина, с тоской взглянув на дверь, за которой скрылся сынишка, — плакал всё время, я и к Мораг его носила и Вхагара просила, да только ничего не изменилось. А как три луны исполнилось, заметила, что хромает, глянула, а ножка-то одна короче другой.

— Ясно, а дополнительную стельку под пятку я так понимаю, не подкладывали?

— Зачем?

— Ребёнок ровней ходить будет, — ответила, вспомнив маленькую дочурку брата, для своей принцессы он даже специальную обувь сшил на заказ. У всех врачей побывали, массажи делали, стельки под пяточку подкладывали, задумчиво протянула, — а вообще обследование необходимо… выявить причину хромоты. В детстве такое легче исправить.

— Обсл…, простите диса, не поняла.

— Я поговорю с Агнаром, пригласим в замок обувщика хорошего, объясню, что нужно сделать, — произнесла, ободряюще улыбнувшись женщине, которая затаив дыхание внимательно меня слушала. Свея и Иде тоже замерли немыми истуканами, с изумлённым видом смотрели на меня и, кажется, хотя я могу и ошибаться на их лицах уже не было того страха, как раньше.

— Снор хороший, — выпалила Бенга, тут же добавив, — правда дорого за обувку свою просит, но она у него добрая.

— Значит, его и пригласим, — согласилась с женщиной, — и если ему удастся сделать правильную обувь Хольми, то мальчик, возможно, со временем перестанет хромать.

— Диса, да услышит ваши слова Вхагар, — всплеснула руками кухарка, растроганно, шмыгнув носом.

— Я не обещаю, но мы попробуем это исправить, — поспешила произнести, боясь, что неудача сильно подкосит женщину. Ведь я не врач и могу лишь догадываться, как сделать, правда придётся хорошенько повспоминать всё, что когда-то слышала от Генки. Но всё равно, надо попытаться и сделать всё возможное, чтобы помочь ребёнку.

— Спасибо, Диса, — пролепетала женщина, смахнув ладошкой набежавшую слезинку, сказала, — за тортом прослежу, никто его не посмеет и пальцем тронуть.

— Хорошо, — кивнула, внимательно осмотрела торт, проверив на наличие проплешин, коих не обнаружила, убрала в шкаф, — спасибо за помощь.

— Храни вас Вахгар, диса, — едва расслышала шёпот Бенги, покидая кухню.

До комнаты добралась без приключений и неприятных встреч. Заперев дверь на засов, сбросила с ног тёплые ботинки, забралась на кровать и разревелась. Как маленькая девчонка, всхлипывая, размазывая горячие слёзы по щекам и хлюпая носом. Обхватив подушку руками, уткнулась в неё лицом, жалела себя… я так устала, мне очень страшно, я одна в этом жестоком мире. Каждый мой шаг, каждое слово могут стать для меня смертельными. Рыдала горько, прерываясь на сдавленный кашель, где-то на краю сознания понимая, что от такого плача непременно разболится голова. Но мне это было необходимо, исцеляющие слёзы, избавляли от грусти, тоски и боли. Ком, что сжимал моё горло, не позволяя вдохнуть полной грудью, наконец исчез, а в голове звенело от пустоты. Невидяще я смотрела в окно мутными от слёз глазами, наблюдая, как крупные пушистые снежинки в медленном танце опускались на белоснежное покрывало. Мысленно прощаясь с прошлым, дала себе обещание непременно стать счастливой.

Глава 14

Глава 14

Проснулась от неожиданно громкого стука в дверь. Рывком сев в кровати, я некоторое время осоловелым взглядом смотрела перед собой, не понимая, что случилось. Мысли ворочались тяжело, неохотно, тело было вялым, а желание забраться под одеяло и снова закрыть глаза — ещё более вожделенным. Помотав головой, сбрасывая оцепенение, я огляделась. За окном было темно, в камине давно погас огонь и в комнате стало холодно. Мокрая от слёз подушка, с которой я до сих пор обнималась, настыла и неприятно кольнула тыльную сторону ладони, когда я её от себя отбросила.

Очередной стук в дверь, помог окончательно прийти в себя, я быстро сползла с кровати, рванула к выходу, за которой теперь слышался обеспокоенный и сердитый голос Агнара.

— Прости, — произнесла, стоило только распахнуть дверь и увидеть сдвинутые к переносице брови мужа, — не знаю, как умудрилась уснуть.

— Ты босиком, — сердито буркнул Агнар, молниеносным движением подхватив меня на руки, понёс к кровати, — слуги не смогли попасть в покои, чтобы подложить поленья, и комната настыла. Больше не закрывай дверь на засов, в этом доме тебе ничего не угрожает.

— Хм… а Бранд? — всё же решилась сказать, тут же невольно прижавшись к горячему телу мужчины, не желая расставаться с тёплом, когда Агнар, уложил меня на кровать.

— Бранд уехал, — коротко ответил муж, укутывая меня в тяжёлое оделяло, не прекращая с укором на меня смотреть.

— Уехал? Совсем, — не смогла сдержать вздох облегчения. Всё же этот человек меня нервировал, да и рядом с ним в безопасности я себя не ощущала.

— Его не будет лем.

— Ну хоть столько, — проговорила, не смея сказать, заботливо укрывавшему моё продрогшее тело, мужу, что я хочу в уборную, выпить горячего отвара и поесть.

— Он поймёт и примет моё решение! — Резко ответил Агнар, чуть помедлив, добавил, — кто-то из клана Суин убил его невесту.

— Мне жаль…

— Хм…, наверное, — криво усмехнулся мужчина, резко отстраняясь от меня, словно вспомнил кто я, проговорил, — камин сейчас разожгут, ужин принесут в покои.

— Хорошо.

— Завтра придёт новая служанка Тира.

— Ясно, — кивнула, видя, что Агнар со мной говорит нехотя, периодически поглядывая на дверь, будто его что-то тяготит. И появление щуплого паренька с охапкой дров, его явно обрадовало, но ненадолго. Эспен, так звали парня, который присматривает за каминами в замке, ловко сгрёб пепел и ещё подмигивающие красным маленькие угольки в железное ведро. Уложил поленья в пустой, зияющий темнотой камин, одним движением поджог щепки и дождавшись, когда яркое пламя с весёлым треском заползёт на сучковатые ветки, покинул покои.

Некоторое время я и Агнар молча смотрели, как прожорливое пламя захватывает всё больше полешек, безжалостно уничтожая всё на своём пути. Слушали умиротворяющее гудение в трубе камина и леденящее душу завывание ветра за окном. Но вот муж перевёл свой взгляд на меня, проговорил:

— Завтра придёт Мораг, она должна проверить твои раны.

— Хорошо, — кивнула, не понимая, что здесь такого и отчего муж, сжимает кулаки так, что побелели костяшки на пальцах.

— Совет ждёт! Завтра ведунья скажет, что твои раны не помешают тебе принять меня, — продолжил Агнар, пристально на меня взглянув, добавил, — не сопротивляйся… так будет для тебя лучше.

— Хм… — не нашлась что ответить, разволновавшись от такого странного заявления. Что он будет со мной делать, что я должна сопротивляться? Да, я, конечно, хотела бы отсрочить консумацию брака до тех пор, пока не узнаю ближе Агнара, но понимала, что это невозможно. Он предупредил об этом сразу, и я смирилась, старалась принять, осознавая, что мой отказ может привести к нежелательным последствиям. Да и Агнар всё же довольно симпатичный мужчина и не вызывает во мне отвращения, а в мире, где я жила, давно спокойно относятся к мимолётным связям. Все эти мысли пронеслись в моей голове, перегоняя друг друга, периодически подбрасывая пугающие картинки, после очередной самой жуткой, чертыхнувшись про себя, спросила:

— К чему такая спешка? Я думала, это произойдёт хотя бы через неделю.

— Твой отец в трёх днях пути, — ответил муж, пристально всматриваясь в меня, снова что-то пытаясь разглядеть.

— Ясно и если наш брак не будет подтверждён, то отец сможет меня забрать, — сделала вывод из всего услышанного, поспешила добавить, заметив на лице Агнара резкое неприятие и промелькнувшую злость, — нам незачем дожидаться подтверждение от Мораг, прикажи набрать ванну… лампы сойдут за свечи, камин разожжён, хм… романтично.

Ошеломлённый взгляд мужа привёл меня в чувство. Мысленно хихикнув, забавляясь неподдельным изумлением мужчины, который, совсем не ожидал от меня такого. Я убедилась в правильности моего поспешного решения, раз я не могу изменить неизбежное, надо это возглавить и сделать так, чтобы всё получилось пусть не идеально, но хотя бы хорошо.

— О лёгком ужине я распоряжусь сама, — добавила, с трудом сбросила с себя тяжёлое одеяло, сползла с кровати, надела ботинки и поспешила покинуть покои. Только в маленьком коридоре для слуг у двери кухни я позволила себе тихонько рассмеяться, ощутив себя чудесно, когда вновь стала управлять своей жизнью.

— Бенга, что сегодня на ужин?

— Пирог с мясом и овощами, рыба печёная, овощи тушёные, ягодный отвар, — перечислила женщина, неловко улыбнувшись. Хольми на кухне не было, Иде тоже, Свея мельком на меня взглянув, продолжила что-то перемешивать в кастрюле огромной ложкой.

— Отлично, подайте, пожалуйста, через полтора часа рыбу, овощи и отвар, — распорядилась и прежде чем уйти, спросила, — а свечи есть?

— Найдём, диса, вам сколько?

— Одной достаточно, — ответила, посчитав, что на столе зажжённая свеча добавит уюта и романтики.

В покоях Агнара не было, и это меня нисколько не расстроило. Деревянная кадка, в которой легко поместится муж, уже была застелена большим куском ткани, а значит, он приказал её наполнить. Чтобы не терять зря время, я рванула к столу в поисках бутылочек и баночек, которые принёс для меня Агнар, надеясь найти среди них ароматную мыльную жидкость.

По гениальному плану, который тотчас возник в моей голове, стоило Агнару объявить о Мораг и совете, я хотела быстро помыться сама, а после усадить мужа в ванну и помочь ему. Эту сценку я когда-то видела в каком-то фильме и надеялась, что, как и той героине, мне удастся показать мужу, что такое ласка и нежность. Все же его предостережение о несопротивлении меня откровенно пугали, а бояться каждую ночь на протяжении всей жизни, мне совсем не хочется.

Баночки нашла на верхней полке в шкафу, среди них оказалось и мыло с ароматом лаванды, и масло с ним же. Щётка для волос сделанная из дерева и щетины, костяной гребень, заколки из меди, которыми я не сообразила, как пользоваться. Между сложёнными платьями красного, синего и зелёного цвета обнаружила белую тунику из мягкой ткани, её я определила, как ночную сорочку и тоже отложила в стопочку необходимых вещей для сегодняшнего вечера.

Внимательно осмотрев приготовленное, я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить разбушевавшееся сердце. Я совру, если скажу, что мне было не страшно. Да, я давно знаю, что происходит между мужчиной и женщиной и меня это не страшит. Но вот так, по сути с чужим человеком, в чужом мире, где свои традиции, о которых я ничего не знаю… это пугало и беспокоило. Но выбор у меня действительно невелик.

— Диса, — тихий голос Эспена прекратил мои ненужные сейчас метания, — воду выливать?

— Да, — кивнула, обернувшись к настороженному пареньку, добавила, — и оставь пару вёдер с горячей водой.

— Как прикажете, диса, — быстро ответил Эспен, вылив два больших ведра в кадку, покинул покои.

— Как прикажу, — рассеянно повторила, невидяще уставившись на танцующее пламя в камине, вновь вернувшись мыслями к мужу и к тому, что скоро произойдёт.

Глава 15

Глава 15

Агнар не пришёл… Прождав его пару часов, я всё же не выдержала и спустилась на кухню, но ни Бенга, ни остальные не знали где мой муж. Всё, что удалось выяснить — вождь покинул территорию замка. Было немного обидно, а ещё я злилась на себя за глупую затею, на него, что ни слова не сказал и ушёл, но не подала виду, равнодушным голосом распорядилась принести ужин в комнату.

Спустя ещё полчаса я с наслаждением плюхалась в тёплой воде, натирая тело мягкой тряпочкой с приятным ароматом лаванды. После смазала раны, что оставил мне на память Балох. Подтащив кресло ближе к камину, забралась на него с ногами, разобрала волосы на пряди и тщательно их расчесала. И когда, наконец, завершила приводить себя в порядок, чистая до скрипа, с собранными в растрёпанную косу волосами, с удовольствием уплетала нежную рыбку с овощами, сидя в одиночестве за небольшим столиком, на котором жёлтым с белыми всполохами пламенем горели три толстые свечи.

И ни давно остывшая рыба, ни завывание ветра за окном, ни исчезнувший муж не испортили мне этот чудесный вечер. Я наслаждалась простыми удовольствиями жизни. Потрескиванием поленьев в камине, уютным отблеском пламени и тёплом. Вкусной едой, размышляя о том, почему, казалось бы, обычная рыба и овощи намного вкуснее здесь, чем в прошлом мире. Из-за отсутствия консервантов? Из-за того, что рыба пахнет настоящим дымом, а не химическим заменителем? А масло и сливки свежие и натуральные?

Свея пришла забрать посуду, стоило мне только довольно откинуться на спинку стула и осоловелым взглядом посмотреть на танцующее пламя в камине. Быстро убрав на поднос тарелки, чашки, кружки девушка ни слова не произнеся, поспешила к выходу. На мой вопрос «Вернулся ли в замок Агнар?», помощница Бенги, лишь отрицательно покачала головой, спешно покинула комнату. Некоторое время я бессмысленно пялилась на закрытую дверь, потом решительно поднялась, заперлась на засов и отправилась спать. День был очень трудным и долгим, завершение чудесным, поэтому, не буду портить его мыслями о муже.

Засыпала под уже привычными убаюкивающими звуками метели, думая о том, что завтра надо обязательно переставить мебель в комнате, а ещё добавить шкаф и комод, да и зеркало не помешало бы.

— Диса! Диса Эйва! — разбудил меня взволнованный голос Бенги и громкий стук в дверь. Прежде чем спуститься с кровати, бросила взгляд в окно отметила, что на улице светло, а значит, ночь прошла. Агнар так и не вернулся, обвинять мужа в трусости глупо, скорее всего, что-то произошло. Обеспокоенный голос кухарки добавил переживаний, и я буквально слетела с кровати, рванула к двери.

— Что случилось? — просипела хриплым ото сна голосом, стоило распахнуть дверь.

— Диса, вождь приказал позвать вас в зал, — пролепетала кухарка, испуганно отпрянув от меня.

— С ним всё в порядке? Он не ранен? — протараторила, махнув рукой, приглашая Бенгу пройти в покои, поспешила к шкафу. Схватив первое попавшее платье, рубаху, чулки, бросила на кровать и только тогда взглянула на женщину, — Бенга? Не молчи! Что с Агнаром?

— Там… в зале ваш отец диса!

— Отец? Он же должен прибыть через три дня.

— Не знаю диса, Агнар сказал, что ждёт тебя, — пробормотала женщина, потрясённо уставившись на меня. Что её так удивило, я не знала, то ли появление вождя из враждебного клана, то ли моё искреннее беспокойство о муже. Выяснять не стала, снова вернулась к шкафу, выбрав, по-моему, мнению самое нарядное платье, приказала:

— Помоги одеть, я должна хорошо выглядеть.

— Да, диса, — оторопело кивнула Бенга, принялась поправлять рукава, распутывая складки.

Меня же всю трясло от волнения, прикусив изнутри губу, чтобы хоть как-то прийти в себя и прекратить это позорное дрожание рук, я занялась причёской. И нет, я не настолько прониклась чувствами к мужу, волнуясь за его жизнь и здоровье. Просто понимала, что не станет его в клане Кархайг, мне не протянуть и минуты. Вернуться в клан Суин тоже опасно, невозможно всё время контролировать свои действия и слова, близкие люди сразу заметят, как я изменилась. А значит, Агнар гарантия моей безопасности и придётся хорошо постараться, чтобы хотя бы отец моей предшественницы не лишил меня мужа.

— Готово диса, — прервала мои мысленные метания Бенга, неожиданно ласково улыбнувшись, пожелала, — да хранит тебя Вхагар.

— Спасибо, — улыбнулась в ответ, чуть замешкалась у выхода из комнаты, сжав руки в кулак, решительно переступила порог, произнесла, — всё будет хорошо.

С лестницы я в буквальном смысле сбежала, боясь растерять по пути свою решимость. В холле у входа в зал, чуть запнулась, но всё же схватилась за железную ручку и потянула тяжёлую дверь на себя. И снова, стоило переступить порог, как все разом замолкли и вперились на меня немигающим взглядом. Гулко сглотнув ком, застрявший в горле, я медленным взором окинула зал, сейчас здесь находилось больше двадцати человек. Из которых знакомые лица были, лишь только Агнара и того самого мужчины, что ворвался в дом ведуньи и унёс Балоха.

С гордо поднятой головой я сделала несколько шагов, остановилась в паре метрах от нахмурившихся воинов и замерла в ожидании. Мужчины, разделившиеся на две равные части, тоже молчали. Мучительная пауза затягивалась, ноги вдруг стали подкашиваться, но я неимоверным чудом продолжала стоять, медленно переводя взгляд от одного сурового лица на другое.

— Дочь! Я рад, что Вхагар сохранил тебе жизнь, — наконец раздался хриплый голос справа. Говорил седовласый мужчина лет пятидесяти, с широким рваным шрамом на лбу и покосившим ртом. Но всё это не уродовало вождя, его открытый взгляд с невероятно голубыми глазами, делали этого мужчину очень привлекательным.

— Вхагар никогда не ошибается, — ответила, продолжая держать спину прямой, а голову поднятой.

— Эйва, ты дочь вождя! Ты воин! Я сам тебя учил убивать врага, — продолжил говорить Арран, даже не поднявшись со стула. Все остальные присутствующие в зале, тоже не удосужились встать, внимательно следя за каждым моим движением. Кто-то явно ждал моего промаха, кто-то смотрел с презрением и ненавистью, а кто-то с ожиданием.

— Я дочь вождя! — торжественно объявила, стараясь меньше говорить сейчас, ведь это могла быть проверка. Ведь я абсолютно не уверенна в том, что вещает мой отец.

— Тогда Агнар лжёт, называя тебя своей женой! — вдруг рыкнул мужчина, вскакивая с места, за ним следом тотчас поднялись остальные воины. Угрожающе сложив ладони на эфес мечей, злобно оскалились.

— Арран! Ты клялся Вхагару, что не учинишь в моём доме драки, — ровным голосом произнёс Агнар, медленно поднимаясь. Остальные так же неспешно встали, на их лица тут же появился ответный злобный оскал.

— Клятву, данную Вхагару, я и мои люди сдержат! Никто не достанет мечи, и кровь не прольётся… сейчас, — ответил отец Эйвы, одним лишь поворотом головы, успокаивая своих воинов, — я забираю дочь, дары за её жизнь выгрузили во дворе.

— Нет! Агнар не лжёт, я стала женой ему, и ты не можешь меня забрать… отец, — произнесла, с трудом удержавшись на месте и не отшатнуться от разом повернувшихся ко мне удивлённых мужчин.

— Он взял тебя силой? Эйва, ты воин! И воин несёт потери! Атли возьмёт тебя такой, — проговорил Арран, с ненавистью посмотрев на Агнара.

— Нет! Отец я дала своё согласие, мы муж и жена. Я хочу остаться в клане Кархайг, теперь это мой клан, и я прошу тебя принять это.

— Не верю! Тебя одурманила их ведьма! Моя дочь никогда не свяжется с падальщиком! — взревел Арран, отбрасывая от себя стул, кинулся на Агнара.

Глава 16

Глава 16

— Хватит! — рявкнула, в два шага преодолев расстояние, разделявшее нас, встала между мужем и отцом, потребовала, — прекратите! Агнар я хочу поговорить с отцом, оставьте нас.

— Эйва…

— Оставьте, — повторила голосом, не терпящим возражения, сама себе удивляясь, что так, оказывается, умею.

— Агнар, ты не можешь…, — кто-то невидимый попытался возразить, но муж, грозно посмотрев за мою спину, нехотя кивнул и отправился к двери, на ходу бросив:

— Даю десять минут и возвращаюсь.

— Выйти всем! Это приказ! — тут же рыкнул «отец» и войны клана Суин недовольно скалясь, последовали за воинами Агнара.

Через пару минут я осталась наедине с незнакомым мне мужчиной, который называет себя моим отцом. И требует вернуться в клан Суин, выйти замуж за неведомого мне Атли. Насупленный взгляд, поджатые губы и гневно раздувавшие ноздри, указывали на высшую степень ярости этого мужчины.

— Как ты смела перечить мне!

— Ты хотел нарушить клятву? — деланно удивилась, сложив руки на груди, до боли сжала бок, чтобы не показать страх, который меня тут же настиг, стоило этому мужчине заговорить со мной в таком тоне.

— Ты! Ты изменилась! — вдруг прошипел «отец», больно схватив меня за подбородок, повертел моей головой, зло проговорив, — где почтение? Беспрекословное послушание?

— Исчезли, когда ты бросил меня погибать там… на плато, — дерзко ответила, резко дёрнув головой освобождаясь от захвата.

— Ты видела! Их было слишком много, а проклятые горы вытянули из нас все силы, — быстро проговорил Арран, словно оправдываясь. Я же мысленно возликовала, ударив наугад попала в точку. Значит, Эйву действительно оставили погибать на том горном выступе.

— Той Эйвы больше нет, я не буду послушно следовать твоим приказам. Я жена Агнара, он спас меня! Когда ТЫ оставил погибать!

— Ты не посмеешь опозорить наш род связью с падальщиками! — взъярился Арран, поддавшись ко мне, прошептал, — я убью его, долго ты здесь без его защиты не продержишься, слишком много смертей на твоём счету. Сама придёшь, а я подумаю даровать тебе жизнь или казнить за предательство…

— Наши кланы породнились, ты не сможешь убить моего мужа, — прошипела в ответ, пристально взглянув на «отца». Странно, но я вдруг перестала боятся, вместо страха появилась усталость и раздражение.

— Я найду, кто это сделает за меня, — зловеще сказал Арран, подтверждая мои догадки, что этот человек так просто не отступится.

— Я не допущу этого, — проговорила, чеканя каждое слово, не сводя прямого взгляда от бешено сопевшего «отца».

— Ты поплатишься…

— Хватит! Время вышло, — в зал вошёл Агнар, беглым взглядом окинув нас, широким шагом прошёл ко мне, взяв за руку, задвинул за свою спину, — Арран тебя проводят до границ наших земель, дары вернули вам в телеги.

— Оставь себе, весной вам пригодится, — насмешливо бросил вождь клана Суин, покидая зал. Его люди ждали в холле и стоило Аррану выйти к ним, раздался недовольный гул, словно кто-то разворошил пчелиный улей.

Через секунду дверь с громким стуком закрылась, оставляя меня и Агнара единственными в этом мрачном зале, который освещали лишь несколько масляных ламп. Огонь в камине давно погас, ветер, обнаружив маленькую щель в окне, со свистом проникал в тёмное помещение, с каждой минутой остужая его ещё больше.

— Надо найти дыры и законопатить их, иначе дрова сжигаем попусту, — задумчиво пробормотала, обняв себя руками, пытаясь согреться и унять дрожь, устало опустилась на стул.

— Зачем ты солгала? Мы не стали мужем и женой.

— А ты хотел, чтобы я рассказала, что женился на мне, когда я находилась при смерти? Что держишь меня здесь силой? — с усмешкой проговорила, вскинув голову, смотрела на нависшего надо мной мужчину, в глазах которого было недоумение и надежда?

— Нет, — покачал головой Агнар, снимая с себя куртку, накинул на мои плечи. Через мгновение тепло его тела и терпкий запах мужчины, окутал меня, удивительным образом даря успокоение и обещая безопасность.

— Поэтому и солгала, — устало хмыкнула, тихо добавив, — ты хочешь прекратить вражду между кланами? Отец не пойдёт на это, он найдёт способ, обойти клятву и наказание от Вхагара его не пугают. Я хотела поговорить с ним и попробовать договориться о перемирии, но он не хочет слышать.

— Атол твой младший брат… он готов прекратить вражду, — произнёс Агнар, пытливо всматриваясь в меня, чуть помедлив продолжил, — но твой отец и ты были против перемирия.

— Ясно, теперь я твоя жена… ты хочешь убить Аррана? Тогда никто не будет мешать перемирию?

— Я хочу договориться, но если…

— Я поняла, — остановила мужа, не желая больше слышать об убийствах, на сегодняшний день их было более чем достаточно. Всё это время, как я очнулась в мире Эрин мы только и говорим о смертях, о ненависти, об обидах, надоело… Едва слышно усмехнувшись своим мыслям, добавила, — идём в комнату, я хочу переодеться, позавтракать и обсудить некоторые изменения в наших покоях.

— Эээ… — растерялся мужчина, от столь резкой смены разговора, но всё же последовал за мной.

— А почему падальщик? — спросила, остановившись у выхода, вспомнив странное слово, которое выкрикивал Арран.

— Ты не помнишь?

— Нет.

— Наше племя по легенде произошло от птиц, они обитают только в этих горах. Огромные хищники, гордые, сильные и выносливые. Клюв хайг хорош для разрыва крупной добычи. Но иногда наступают времена, когда хайг поедает мёртвых животных. Времена, когда трудно найти пропитание. Летом птицы восполняют силы, отлавливая у равнинных овец…

— Равнинные — это клан суин? Они от кого произошли?

— Верно, клан Суин! Их предок был серым псом. Хищное животное размером с хорошего телёнка. С острыми зубами и крепкими лапами. Сильные, смелые и преданные.

— А Атли? Он?

— Атли Хэнни, его предок змея. Они живут в низовье, большая часть их земель болотистая.

— Хм… спасибо, — поблагодарила, наконец толкнув дверь, вышла в холл, — распоряжусь подать завтрак, ты останешься?

— Да, — коротко ответил муж, направившись к лестнице, я же устремилась к неприметной дверце, ведущей к половине слуг.

На кухне царило волнение, даже воздух, казалось, звенел от беспокойства и тревоги. Бенга задумчиво крошила лук, то и дело промахиваясь ножом, превращая кубики в кашу. Иде не было, Свея нервно месила тесто, новенькая девчушка лет пятнадцати с испуганными глазёнками наблюдала, как Хольми резкими движениями затачивал острый конец палки, что-то воинственно бурча. Моё появление осталось незамеченным и только после второго приветствия, Бенга словно очнулась, с видимым облегчением выдохнув, воскликнула:

— Диса! Всё закончилось?

— Да, гости ушли, все целы, — улыбнулась женщине, добавив, — подайте, пожалуйста, завтрак в покои и на Агнара тоже.

— Конечно диса, всё готово, вот Тира принесёт, — протараторила кухарка, чуть запнувшись, добавила, — дочь это моя старшая.

— Приятно познакомится Тира, я Эйва, — произнесла и как можно добродушнее улыбнулась явно взволнованной девчушке.

— И торт подам!

— Торт? — удивлённо переспросила, мысленно поразившись, что времени, как я здесь очнулась, прошло совсем немного, а столько уже всего произошло.

— Да, тот что вы пекли, — напомнила Бенга, неловко улыбнувшись, добавила, — два раза.

— Нам два кусочка, остальное поделите между собой, — ответила, остановив рукой порывающую возразить женщину, продолжила, — нам хватит, и вы попробуете.

Удивлённое спасибо услышала, уже будучи в коридоре, быстро пересекла узкий тёмный ход. Отметив, что здесь непременно надо развешать хотя бы несколько масляных ламп, а ещё было бы неплохо посмотреть комнаты слуг и узнать, может, им чего не хватает. Также в холле слишком пусто и у стены будет отлично смотреться ваза с сухоцветом и маленький диванчик. За обыденными, но успокаивающими мыслями я не заметила, как оказалась у двери нашей комнаты, чуть замешкалась, почувствовав, как сердце забилось сильнее обычного, а мурашки приятной волной окатили моё тело, толкнула дверь.

Глава 17

Глава 17

Агнар спал. Обхватив одной рукой мою подушку, вторую спрятал под свою. Моё появление в комнате ни на мгновение не потревожило его сон, даже когда я закрыла дверь и неловко задев засов брякнула железом о железо, он не проснулся. Некоторое время я не шевелилась и даже не дышала, застыв у входа, смотрела на мужчину. Наконец, улучив возможность разглядеть того, кто стал мне мужем.

Агнар был довольно симпатичным мужчиной средних лет. Широкие брови были, как всегда, нахмурены, нос с небольшой горбинкой, чётко очерченные губы и двухнедельная щетина, всё это лишь подчёркивало его суровую красоту. Даже сейчас, когда он спал, его челюсти были крепко сомкнуты, брови сдвинуты, а ресницы подрагивали, словно Агнару снилось что-то не очень приятное.

Осторожно добравшись до стола, достала лист бумаги и карандаш, больше напоминающий восковой мелок, приступила к составлению плана. В первую очередь мне необходимо узнать о городке, где мне предстоит жить. Сколько здесь людей, чем они занимаются, чем зарабатывают на жизнь, что едят, пьют. Мне нужно выяснить обычные мелочи, о которых наверняка знает каждый ребёнок. И без которых будет не просто выжить в этом мире. Клан Кархайг размещён в горах, значит, здесь мало плодородных земель и, наверное, зерно, овощи и фрукты закупают. А мясо птиц, животных, яйца и молоко… как же я мало знаю.

— Диса! — произнесла Тира, заглядывая в щель чуть приоткрытой двери, — ваш завтрак.

— Тихо, Агнар спит, — прошептала, махнув рукой, приглашая пройти, решила, в следующий раз объяснить девушке, что прежде чем зайти в комнату, нужно постучаться и дождаться дозволения.

Тарелки, чашки, кружки и кувшин с отваром были выставлены на стол в считаные минуты. Пару раз звякнув ложками, мы обеспокоенно оборачивались к кровати, с облегчением выдыхая, убедившись, что мужчина продолжает спать. Когда посуда была выставлена на стол. Тира быстро разложив по тарелкам кашу, заправив её дроблённым орехом, мёдом и кусочком сливочного масла. Бережно распаковав укрытый глубокой миской и завёрнутый в несколько слоёв ткани торт. Налила отвар в кружки, выловила пару попавших туда листочков, очень похожих на бруснику. Удовлетворённым взором окинула стол, вышла из комнаты.

Проводив девчушку взглядом, посмотрела на всё ещё спящего мужа, мой взгляд снова вернулся к столу, от которого одуряюще вкусно пахло. Есть хотелось ужасно, все эти волнения и беспокойства только лишь разжигали мой аппетит. Ещё раз бросив взор в сторону кровати, я решительно взяла ложку и утопила её в каше.

— И даже меня не подождёшь, — раздался насмешливый и хриплый голос мужа.

— Нет, — хмыкнула, запихнув ложку в рот, полную вкусной каши и тотчас зажмурилась от удовольствия.

— Хм… жена должна позаботиться в первую очередь о муже, — продолжил насмехаться Агнар, не соизволив подняться с кровати.

— Тебе в постель принести и с ложечки покормить? — съязвила, продолжая есть, время от времени поглядывая на тарелку мужа. Удивляясь своей прожорливости, спустя минуту размышлений, нашла для себя оправдание. Я просто перестала бояться и приняла этот мир с его суровыми законами, поэтому восполняю упущенное за время пребывания в страхе и прострации.

— Я был бы не против, — проговорил Агнар, прерывая мои мысли, через пару секунд, бодро вскочив с кровати, поспешил к столу, добавив, — но я так понимаю, что этому не бывать.

— Конечно, — кивнула, отодвигая пустую тарелку, взялась за отвар, и только после того, как отпила из кружки половину, спросила, — ты сказал, что отец в трёх днях от нас.

— Они разделились, — усмехнулся муж, приступая к завтраку, — одна группа воинов шла через лог, по которому обычно и ходят караваны. Им-то и требовалось ещё три дня пути. Но твой отец решил нагрянуть в земли Кархайг как всегда неожиданно, выбрав труднопроходимую тропу, выйдя на несколько дней раньше. Когда мне сообщили об этом, пришлось спешно выступить вперёд.

— Вот почему тебя не было ночью в замке, — проговорилась я, быстро добавила, — Бенга вчера спрашивала, подавать ли для тебя ужин.

— Да, мне пришлось уехать, но я помню о ванне и свечах, правда не понял, зачем они, — медленно растягивая каждое слово, произнёс Агнар, хитро сощурив глаза, предложил, — можно сегодня повторить.

— Теперь спешить нет необходимости, — улыбнулась Агнару, пододвигая тарелку с тортом, — отец и его люди поверили, что мы муж и жена.

— Поверили, но ты забываешь о совете и наследнике, — проговорил вождь, пристально на меня взглянув, сердито засопел.

— Не забыла, — резче чем следовало, ответила, кромсая ни в чём неповинный кусок торта на мелкие крошки. Одно дело, консумация брака, чтобы остаться в клане Кархайг и совсем другое стать матерью там, где тебя ненавидят. И даже муж, отец малыша ни на секунду не спускает с меня подозрительного, изучающего взгляда.

— Мораг сегодня придёт, — подытожил Агнар, ещё сильнее нахмурив брови, больше ни слова не сказав, продолжил быстро, практически не жуя проглатывать кашу. К торту не прикоснулся, одним глотком выпил отвар и спешно покинул покои.

— Ушёл! — Сердито выругалась, поднялась из-за стола, несколько минут металась по комнате, наконец решившись, отправилась на поиски мужа. Но ни в кабинете, ни в зале, ни в холле его не было. На кухню он тоже не заходил. Оставив Тире распоряжение. убрать со стола в покоях, я вернулась в комнату, но перерыв шкаф сверху донизу не нашла своей тёплой одежды.

— Бенга, у тебя есть тёплые штаны и куртка? Я не нашла свои, — спросила, сразу, как вернулась на кухню.

— Нет диса, да и большие они тебе будут. И вождь запретил покидать замок без его дозволения.

— Я догадалась, — усмехнулась, задумчиво окинув внимательным взглядом замерших девушек, проговорила, — Иде, одолжи свою, пожалуйста.

— Диса, лучше не злите вождя, — осторожно произнесла Бенга, украдкой отрицательно покачав головой. И я понимала, что веду себя как ребёнок, лучше дождаться мужа в покоях и после поговорить. Но интуиция подсказывала, именно сейчас я должна раз и навсегда показать Агнару, что мы на равных. Что я не буду чинно сидеть в доме и дожидаться мужа. Что нельзя уйти недоговорив, оставив меня запертой в замке.

— Бенга, я скажу, что сама забрала, — произнесла, требовательно посмотрев на женщину.

Через десять минут укутанная в тёплую одежду, я вышла на улицу, и в этот раз я не пребывала в беспамятстве. Нерешительно застыв у входа в замок, сжимая голову в плечи, прячась от пронизывающего ветра, потрясённо смотрела на серое небо, где светло-жёлтый шар, разделённый на две ровные половинки, соседствовал с сине-фиолетовой луной.

— Это невероятно, — ошеломлённо пробормотала, рассматривая необычные светила, медленно опуская свой взгляд ниже, цепляясь за белоснежные острые макушки гор, задержавшись на тёмные стволы деревьев, наконец остановилась на хаотично разбросанные каменные дома.

Сегодня ветер был промозглым, но все же его сил не хватало поднять снег. Поэтому вид на небольшой город был прекрасным. Замок Аграна находился на возвышенности и несколько домиков хорошо просматривались. Одно-двухэтажные, сложенные из камня, с небольшими оконцами, крыша домов в основном была перекрыта соломой и в каждом из трубы вился серый дымок. Время от времени ветер доносил до меня запах этого дыма, один раз доставил аромат свежей выпечки. Но всё же воздух был больше наполнен колкой свежестью, от которой кружилась голова.

— Диса, вам запрещено покидать замок, — раздался грозный предупреждающий голос слева, испортив такой чудесный момент.

— Никто не может запретить дочери и жене вождя, — проговорила, чеканя каждое слово, медленно повернув голову, прямым немигающим взглядом посмотрела на паренька, лет семнадцати, которого, видимо, поставили охранять вход замка, ну или меня.

— Диса… вождь Агнар приказал, — чуть запнулся он, но не сдвинулся с места, преграждая мне путь.

— Где он? Пусть Агнар сообщит мне сам о своём приказе, — ровным голосом проговорила, отвернувшись от чуть струхнувшего мальчишки, принялась осматривать двор замка.

Глава 18

Глава 18

Ждать пришлось недолго. Скорее всего, моё появление сразу заметили и тут же поспешили доложить вождю. Я успела лишь только рассмотреть каменное сооружение у высокой стены с небольшими окнами и крутыми узкими ступеньками, ведущие куда-то вниз, как слева раздался сердитый голос мужа:

— Эйва?

— Агнар? — произнесла, переводя взгляд с каменной кладки на мужчину, спросила, — ты приказал не выпускать меня из замка?

— Нет, я приказал не покидать замок без моего сопровождения, — ровным голосом ответил Агнар, чуть помедлив спросил, — чья эта одежда?

— Иде, я сама её взяла, раз моя куда-то исчезла.

— Твоя была испорчена кровью, тебе принесут другую.

— Хм… отлично, — улыбнулась, как всегда, нахмурившемуся мужчине, проговорила, — ну раз я уже вышла, покажешь город?

— Ты в нём хорошо передвигалась, зная каждый укромный угол, — заметил муж. Его слова обидно задели меня, а презрительная улыбка парня разозлила. Резко шагнув к обоим, напугав мальчишку до икоты, поддалась к Агнару, прошептала:

— Продолжай в том же духе, и твои люди никогда не примут меня, — громче добавив, — даруя новую жизнь, Вхагар лишил меня воспоминаний!

— Что ты хочешь увидеть?

— Город, как живут люди, какие здесь ремёсла…

— Вождь, она доложит всё Аррану! — прервал меня охранник, недовольно поглядывая в мою сторону.

— Никогда не смей прерывать меня, — процедила сквозь зубы, ощущая, как внутри, где-то глубоко заворочалась неистовая ярость.

— Кеир! Ты будешь наказан, за глупость! Эйва с равнины! Ей известно больше, чем нам! — рыкнул Агнар, подхватив меня под руку, повёл к огромным, высотой не ниже трёх метров, воротам, сердито проворчав, — я хотел дать людям привыкнуть к тебе.

— Как? — усмехнулась, чувствуя, как в моей крови забурлил адреналин, дерзко продолжила, — если я буду пленницей в твоём замке, они никогда не примут меня как жену вождя. И пока ты не примешь меня, не прекратишь видеть во мне только чудовище, они будут замечать лишь это.

— Ты слишком много убила людей из клана Кархайг! — прорычал муж, чуть ли, не выталкивая меня в небольшую дверь, предусмотрительно кем-то открытую.

— Ты знал это, когда взял меня в жены без моего согласия! — закричала, выдёргивая свою руку из цепкого захвата, резко обернулась к мужчине, рявкнула, — знал! Знал, на что идёшь! Прошлое не изменить! Но ты не позволяешь наступить будущему! Ты сам не забыл и не хочешь забывать то, что уже прошло! Как?! Скажи, как забудут твои люди? Я честна с тобой и готова стать верной клану Кархайг, но биться о стену впустую у меня нет никакого желания. Ты говоришь одно, на деле поступаешь по-другому! Приказываешь! Ставишь перед фактом, не оставляя выбора! Мы или равны… Тебе лучше избавиться от меня, тем более твой план по прекращению вражды между кланами не удался! Арран найдёт способ уничтожить племя Кархайг!

Наконец, выговорившись, я почувствовала, как ярость, что сидела во мне, поутихла, но кто знает надолго ли. Один лишь его неприязненный взгляд и ненавистная мне забота, словно к жертве, которую готовят к закланию, вновь поднимет во мне бурю эмоций, с которой трудно будет совладать. Резко отвернувшись от мужа, медленно пошла вниз по заснеженному склону, делая глубокие вдохи, чтобы не разрыдаться. Хруст снега под ногами, казалось, заглушал бешено колотившееся сердце, зимний морозный воздух обжигал, остужая мои пылающие щёки.

— В Кархайге сейчас живёт около двух тысяч человек вместе с детьми, — заговорил Агнар, аккуратно взяв меня за руку, потянул к небольшой улице, с краю которой стояли двухэтажные дома, огороженные каменным полутораметровым забором.

— Город назван, как и клан?

— Мой предок основал его, — ответил мужчина, пристально на меня взглянув, тень улыбки едва коснулась его губ, — твой основал клан Суин и город у реки назван его именем.

— Ясно, кто в этих домах живёт?

— Рядом с замком всегда живут нэрмары. Одного ты видела, это Стэнн он забрал из дома ведуньи, оглушённого тобой Балоха… Ты могла убить его, почему?

— Хотела. Было сложно остановить руку, занесённую над врагом, — ответила, посмотрев на Агнара, пытаясь разглядеть презрение и ненависть, но на его лице не дрогнул ни один мускул, — Нэрмар это?

— Лучший воин, правая рука вождя, друг, — пояснил муж, — больше пятидесяти лун назад нэрмары жили вместе с вождём, но мой отец решил, что в замке будет жить только его семья. Тогда нас было много…

— А что из этого лун? — спросила, показывая на странные светила в сером небе, которое заволокло тучами и не было видно ни одной звезды, хотя может быть, в мире Эрин их вообще нет.

— Лун тёмный, он всегда сердит и не покидает Тейвха. По легенде предков когда-то Тейвха было единым. Два бога Тейрия и Вхагар были вместе. Одаривали эти земли теплом, здесь не было болезней, воин, люди жили сыто и счастливо. Но появился Лун, жадный, завистливый, злой, он выкрал их святыню. Вхагар и Тейрия обвинили в потере огненного сердца друг друга и расстались… Мораг говорит, что придёт время, когда они услышат себя, уничтожат предателя Лун, и в Эрин снова вернётся дар богов.

— Красивая и печальная легенда. Уметь слышать себя, друг друга — это величайшая ценность… Почему так построены дома? Нет ровных линий?

— Плато, где расположен город имеет сглаженную и немного пологую поверхность, пригодную для строительства. Но все же расщелины, скалы здесь в избытке, поэтому ставят там, где безопасно. Ниже по склону улицы ровнее, но земли почти нет.

— И огородов тоже, — подытожила, разглядывая каменные домики.

— Ты хотела посмотреть, как живут люди из племени Кархайг? Идём к Стэнну, его жена Давина будет рада принять тебя.

— Рада? — с сомнением проговорила, переступая через ледяные лужи, небольшими плюхами разбросанные на вытоптанной дорожке, ведущей к дому.

— Она из племени Хаттан.

— И?

— Она немного груба и не всем это по нраву, — усмехнулся муж, толкая деревянную обитую железом дверь, — осторожно, здесь может быть скользко.

— Вижу, — кивнула, обходя очередную лужу, бегло осмотрелась. Небольшой двор, слева стоял дом с высоким крыльцом, добавляя зданию ещё один этаж, если смотреть снизу. Прямо жердяной забор, за которым торчали из-под снега макушки деревьев и несколько деревянных рогатин, возможно, под снегом были кусты. Сам двор покато спускался к каменному сараю, расположенному с правой стороны, из которого доносилось тихое мычание. Возле плотно закрытой двери на притоптанном снегу, лежал большой кусок ткани, на котором была сложена высокой горкой солома, там же сверху лежали странно изогнутые вилы, напоминающие формой грабли, но длинными с две ладони зубцами. Деревянная будка, из которой стоило нам зайти во двор, выглянул огромный пёс, похожий на алабая. Он, оглядев незваных гостей, уселся возле входа в свой домик и не спускал с нас внимательный взгляд.

— Агнар? Вы решили остаться во дворе? — раздался хриплый мужской голос. Обернувшись на звук, я увидела того самого воина, который забрал с собой Балоха. Сейчас на лице мужчины было лишь настороженность и удивление.

— Идём? — спросил муж, чуть сжав мою ладонь, в ожидании замер.

— Да, — кивнула, покосившись на огромного пса, краем глаза заметив движение на крыше будки, обернулась… и тотчас бросилась к соломе. Не задерживаясь и секунды, схватила вилы и что есть силы отшвырнула их за свою спину. Через мгновение, на это место, где только что огромные острые зубья смотрели в небо, с крыши будки свалился довольный ребёнок, заливисто рассмеявшись.

Глава 19

Глава 19

— Льялл! — раздался обеспокоенный крик Стэнна и через секунду огромная тень пронеслась передо мной. Я же оторопело смотрела на малышку, с трудом осознавая, что произошло. Моё тело словно не принадлежало мне, оно действовало само… и это было очень страшно, будто бы со стороны наблюдать за происходящим.

— Ты спасла дочь Стэнна, — тихо произнёс Агнар, став рядом со мной.

— Гест! Я убью тебя! — взревел взволнованный отец, освобождая меня от ответа. И друг Агнара с ребёнком на руках, рванул к дому, на ходу выговаривая, — Льялл, я говорил, чтобы ты была осторожна и смотрела куда прыгаешь! Ты будешь наказана!

— Ну пап, — пролепетала девчушка, вцепившись в отца обеими ручками, весело улыбалась, поглядывая на меня.

— Идём, — потянул меня за руку Агнар, выводя из оцепенения, — Давина сейчас им обоим устроит.

— Кто такой Гест? — наконец смогла произнесли хоть слово, собрав себя в единое целое. Отбрасывая сейчас ненужные мысли о странном состоянии, решив, позже об этом подумать.

— Слуга, который следит за хозяйством, скорее всего, он оставил кубры.

— А кто тогда присматривает за ребёнком? — недоумённо спросила, внимательно оглядев двор, но никого, кроме пса не увидела.

— Мурд, он следит, чтобы на ребёнка не напали, — муж кивнул в сторону собаки, поразив меня безмерно. Что-то говорить про странную няньку я не стала, мысленно ужасаясь беспечности родителей, послушно пошла за Агнаром к дому, за дверью которой давно скрылся Стэнн и маленькая Льялл.

— Эйва! Спасибо! — прокричал женский голос, стоило мне только переступить порог дома. И не успела я сказать и слово, как была крепко обнята на вид хрупкой женщиной, — если бы не ты, то Льялл погибла! Прибью Геста! Не убрал на место кубры. И Стэнна! Он обещал присмотреть за дочерью, пока я занялась обедом!

— Я заглянул в дом на секунду, — сердито буркнул мужчина, ехидным голосом добавив, — Льялл вся в тебя, ни минуты не посидит на месте!

— Проходите, — пригласила нас женщина, бросив в сторону мужа уничижительный взгляд, от которого тот невольно поёжился, — если бы Стэнн предупредил меня о гостях, я успела бы приготовить свою знаменитую марлыгу.

— Давина, я хотел показать Эйве город и мы не планировали заходить в ваш дом, — проговорил Агнрал, помогая снять с меня тёплую куртку.

— Город? Она разве…, — удивлённо пробормотал Стэнн, но заметив, что-то на лице своего вождя быстро замолчал.

— Вхагар стёр мою память. Все мои воспоминания начинаются с выступа на скале, — произнесла, стаскивая с головы мохнатую шапку.

— Это страшно, наверное, ничего не помнить? — потрясённо проговорила Давина, покосившись на мужа.

— Не знаю, иногда кажется, что страшнее помнить, — криво усмехнулась, отводя взгляд от Агнара, Давины и Стэнна, принялась рассматривать маленький холл. Стены, сложенные из тёмно-красного камня, визуально уменьшали и так небольшое помещение. Низкий потолок с потемневшими от времени деревянными балками, угрожающе нависал над нами, казалось, протяни руки и можно коснуться гладкой доски. Четыре масляные лампы давали скудный свет, и холл выглядел мрачным, а вытканные дорожки на полу, в яркую полоску смотрелись здесь инородно.

— Вы проходите, — пригласила Давина, махнув рукой в сторону массивной двери, — Стэнн проводи в зал, я распоряжусь подать обед. Агнар ты же не откажешься пообедать у нас?

— Эйва?

— С удовольствием, — улыбнулась женщине, с изумлением поглядывая на мужа, который вдруг поинтересовался моим желанием.

Выйдя из небольшого холла, мы оказались в комнате попросторнее. Здесь уже были окна, сейчас прекрасно освещали помещение и в лампах не было необходимости. Две небольших лавки с плоской подушкой на сиденье, стояли у стены. Там же деревянный столик с искусно выполненной резьбой. И три двери, за одной, как я успела заметить, начинались ступени, видимо, ведущие на второй этаж. Сейчас оттуда спустилась невысокая девушка, неся в руках поднос с тарелками.

— Грай? Торгнир уснул?

— Спит и поел хорошо, жар спал, — ответила девушка, ласково улыбнувшись.

— Вхагар храни сына, — с облегчением промолвила Давина, тут же всполошившись, — обед!

— Зал здесь, пока Давина вас не накормит, из дома не выпустит, — усмехнулся Стэнн, распахивая вторую массивную дверь. За третьей скрылась его жена и Грай — вы проходите, а я помогу жене.

— Почему Давина не смотрит на меня с ненавистью? — спросила, стоило нам остаться вдвоём в просторном зале для встреч и обедов. Удивлённая таким радушием женщины, я не смогла удержаться и не узнать.

— Она из племени Фрестер. Их земли на противоположной стороне реки Суин и о бесчинствах вождя Аррана слышала только от Стэнна. Она всего год, как стала принадлежать клану Кархайг и в этот раз воины Аррана до верхних домов не успели дойти.

— Год? А Льялл? Ей лет пять на вид?

— Стэнн просил Давину у вождя каждую весну на протяжении семи лет, но Айвар отказывал. Отдал её сыну своего нэрмара, она родила тому дочь. Две луны назад её муж погиб и Стэнн снова попросил Давину в жены. В клане Фрестеров вдов не берут, считая, что те приносят горе.

— Глупость какая, — не сдержалась, мысленно радуясь за девушку, что Стэнн оказался таким настойчивым. И, кажется, он очень трепетно относится к своей жене.

— В клане Кархайг слишком мало свободных женщин и у нас хранят и защищают свою жену и не оставят вдову без помощи, — пояснил Агнар, пристально на меня взглянув.

— Племя Фрестер? Кто их предок?

— Бык, могучий, сильный с огромными витыми рогами. Фрестеры живут в долине рек, все их поля изрезаны синими линиями, если смотреть с горы Ханд.

— Значит, клан Кархайг наблюдает с высоты за каждым племенем? — с улыбкой проговорила, украдкой поглядывая на мужа.

— Нет, деревья многое скрывают, — усмехнулся Агнар, — но когда-то наши предки могли оборачиваться в хайга и летали над долиной, высматривая добычу.

— Всё готово! — объявила Давина, ворвавшаяся в зал, увидев нас стоящих у стола, проговорила, — присаживайтесь, сейчас Стэнн придёт. У них беседа с Льялл, надеется, что дочь больше не будет лазить по будке и забираться к Мурду.

— Стэнн очень терпелив и умеет договариваться, — заметил Агнар, лукаво улыбнувшись Давине, добавил, — тебе ли об этом не знать.

— Кхм… — подавилась смешком женщина, отмахнувшись рукой от вождя, но промолчала. В зал вскоре зашла Грай, следом за ней ещё одна женщина, с подносами в руках. Через пару минут, расставив чашки, миски, горшки, они скрылись за дверью, в которую тут же вошёл сердито сопящий Стэнн.

— Обещала не залезать?

— Да и хитро сощурила глаза, — насмешливо бросил мужчина, — будто я не знаю, что обманывает.

Обед прошёл в шутливой перепалке Стэнна и Давины, я и Агнар были лишь молчаливыми свидетелями этой счастливой семьи. Украдкой поглядывая на мужа, я порой замечала его улыбку, и радость в глазах, когда он смотрел на друга. Мне тоже понравились эти люди, с ними было легко. И если Стэнн время от времени поглядывал на меня настороженно, но презрения и ненависти от него я не чувствовала. То Давина была искренне мне рада, часто обращалась и вела себя со мной как давняя подруга.

Покидая этот гостеприимный дом, я была благодарна мужу, за то, что привёл меня сюда. Капелька чужого счастья отогрела мою душу, показала, что и в этом мире тоже может быть хорошо.

— Спасибо большое, — тихо произнесла, взглянув на удивлённого мужчину, пояснила, — твой друг и его жена замечательные.

— Клан Кархайг всегда славился своим гостеприимством и добром к чужакам, — ответил мужчина, снова взяв меня за руку, повёл вниз по склону, тихо добавил, — мы справимся…

— Мы? — переспросила, боясь поверить в услышанное.

— Ты была не права. Я не вижу в тебе чудовище… Эйва!

— Нам придётся не просто, — насмешливо пробормотала, повисла на руках мужа, почувствовала неприятное жжение чуть ниже лопатки.

Дорогие читатели!

С 11 апреля книга станет платной

Покупая платную подписку, вы вознаграждаете автора за его труд.

Хочу поблагодарить Вас за поддержку!

Спасибо, что Вы со мной!

Глава 20

Глава 20

— Эйва! Сейчас… Это стрела! Надо в замок! Эйва не молчи, скажи, что ощущаешь? — Прорычал муж с лёгкостью подхватив меня на руки, устремился к воротам. Рану после каждого движение словно разрывало, а боль была невыносимой. Тихо постанывая, я вцепилась в куртку мужа, закрыв глаза, мечтала лишь об одном, чтобы скорее всё это закончилось.

— Болит…

— Агнар! Мы видели, я отправил людей поймать его! За Мораг послал, — раздался низкий с лёгкой хрипотцой голос, — как она?

— Не знаю! Эйва? — буркнул Агнар, не останавливаясь и на секунду, продолжая быстро идти.

— Я в порядке, — просипела, чуть приоткрыв глаза, — болит только и жжёт.

— Корень барха! — выругался мужчина, падая на колени, животом вниз уложил меня прямо на снег, рявкнул, — Эролл! Нужна настойка тарисы! И марада!

— Совсем плохо? — с трудом пробормотала, ощущая сильное головокружение, перед глазами всё плыло, и я поспешила снова их закрыть, почувствовав подступающую к горлу тошноту.

— Это яд! Давно о нём не слышал! Редкое и очень дорогое растение. Но если быстро вырезать стрелу, приложить повязку с марадой и выпить треть чашки тарисы, станет легче.

— Хм… припасли для меня, не пожалели, — усмехнулась, лёжа на снегу, скорее услышала, чем ощутила, как на моей спине задрали куртку. Потом кто-то звонко выругался, раздался тихий свист, и я отключилась.

Приходила в себя, всё так же лежащей на животе, вот только сейчас подо мной был не притоптанный снег, а мягкая и тёплая постель. Под лопаткой ужасно жгло, но голова прекратила кружиться, да и в целом я чувствовала себя вполне неплохо. Вот только жутко хотелось выпить холодной воды и сбегать за ширму…

— Диса, воды? — прошептал обеспокоенный голос Тиры и тут же перед моим лицом появилась кружка с прозрачной жидкостью и деревянная полая трубочка, — пей, тебе надо много воды.

— Спасибо, Тира, — поблагодарила девушку, которая участливо заглядывала мне в лицо, присев на корточки подле кровати, спросила, — Агнар где?

— Он только что ушёл. Эролл, кажется, поймал того, кто пытался тебя убить.

— Да? Так быстро? — удивлённо прохрипела откашлявшись.

— Это Томэг, он ещё не воин, — ответила Тира, грустно вздохнув.

— Не воин? Ребёнок?

— Нет, диса ему уже пятнадцать лун исполнилось. Он хороший охотник, умело стреляет из лука, его отец погиб в этот набег. Томэг остался один, а сейчас…

— Его казнят? — продолжила я, осторожно поднимаясь. Морщась от боли и вновь подступившей тошноты.

— Диса, тебе нельзя пока вставать, — воскликнула служанка, пытаясь снова уложить меня. Обеспокоенно хмурясь, придерживая меня за плечи, не позволила мне завалиться набок.

— Позови Агнара! Скажи срочно! Скажи умираю! Стало плохо! — прорычала, наконец приняв вертикальное положение, с трудом справившись с противным головокружением, крикнула, — бегом!

— Диса, мне приказано не оставлять тебя, — испуганно пролепетала девушка, украдкой покосившись на дверь.

— Тира! Ты хочешь, чтобы Томэга казнили? Нет? Тогда поспеши, — просипела, сжав челюсти так, что раздался противный скрип зубов, чуть сморщилась, от тянущей боли, — иди!

Больше уговаривать девушку мне не пришлось, коротко кивнув, смущённо улыбнувшись, рванула к выходу и вскоре я осталась одна в комнате. Ненадолго прикрыв глаза, пытаясь унять неистово колотившееся сердце, обрадованно и в то же время удивлённо поддалась вперёд, услышав в коридоре обеспокоенный голос мужа.

— Эйва! Тира сказала, что ты меня зовёшь! — вошёл в покои взволнованный Агнар, мимолётным взглядом окинув меня, спросил, — что случилось?

— Не убивай Томэга. Он ещё ребёнок, он остался совсем один…

— Тира рассказала? — сердито выругался муж, тяжело вздохнув, добавил, — Эйва он нарушил мой приказ.

— Агнар, я прошу тебя. Хватит крови, я не хочу, чтобы из-за меня умер ребёнок, — пробормотала, давясь слезами, сглатывая комок, мешающий дышать, предложила, — накажи его! Пусть служит тебе! Будет под присмотром воинов.

— Эйва…

— Прошу, пожалуйста, — умоляюще взглянула на мужа, тихо добавив, — он ещё ребёнок.

— Томэг мужчина, через год он стал бы воином! Никто не смеет нарушать мои приказы! — проговорил Агнар, чеканя каждое слово, ненадолго замолчав, добавил, — Томэг будет служить тебе!

— Мне?! — вырвалось у меня, — он ненавидит меня.

— Томэг не посмеет тебя тронуть! Если хочет жить, он даст клятву Вхагару! Томэг будет служить тебе в назидание остальным. Кто посмеет нарушить мой приказ, его ждёт либо смерть, либо служба у той, кого они считают своим врагом!

— Агнар… — начала я, но заметив неприятие и начинающееся раздражение мужчины, поняла, что вариантов у меня и Томэга немного. Или смерть, или служба у ненавистного ему врага, попросила, — я могу с ним поговорить, прежде чем ты ему скажешь о его наказании?

— Зачем?

— Так будет лучше.

— Хорошо, — ответил мужчина, после некоторого раздумья.

— Он и я.… вдвоём, — уточнила, пристально взглянув на Агнара.

— Ты ещё слаба.

— Ты же будешь рядом? Я закричу, — невольно улыбнулась, заметив, как Агнар едва заметно расправил свои могучие плечи.

— Хорошо, — нехотя кивнул, подойдя ко мне ближе, тихо проговорил, — я не считаю тебя чудовищем. Ты воин, как и я. Опасный противник и я уважаю твою силу. Пока у меня нет к тебе доверия, ты права, но и ты не доверяешь мне.

— Потребуется время, — прошептала, глядя на нависшего надо мной мужчину, — честность, открытость и уважение. Только это поможет нам.

— Я приведу к тебе Томэга, — завершил наш странный разговор Агнар, резко развернувшись, покинул покои. Но стоило двери бесшумно закрыться, как в комнату вбежала Тира, с красными щеками и испуганным взглядом.

— Он тебя наказал? — тут же спросила я, обеспокоенно осмотрев девушку.

— Нет, диса, — покачала головой служанка, подхватив кружку с водой, протянула к моему рту, — вождь страшный, когда сердит… ой, простите диса.

— Ничего, — ободряюще улыбнулась, с огромным удовольствием осушив чашку, спросила, — есть ещё?

— Конечно, диса Эйва.

Только когда было выпито три чашки с водой и одна с отваром. И с помощью Тиры я благополучно добралась за ширму и вернулась в постель. Агнар завёл высокого щуплого паренька, который сверкая темно-карими глазами, с ненавистью смотрел на меня.

— Ты всё ещё хочешь поговорить с ним?

— Да, — натянуто улыбнулась, добавив, — Тира выйди, пожалуйста.

— Я рядом, — напомнил Агнар, сжав плечо мальчишки, не сводя от меня взгляд, словно пытался понять, что я задумала, наконец, покинул комнату.

Тотчас наступившая гнетущая тишина подавляла, парень, стоило нам остаться вдвоём отвернулся от меня и теперь насупленным взглядом смотрел в окно. Я же собиралась с мыслями, не зная с чего начать, наконец, решилась:

— Я не могу изменить прошлое, но рада, что Вхагар даровал мне возможность изменить будущее. Я поддерживаю и помогу вождю племени Кархайг прекратить вражду между двумя кланами. Но мне нужна помощь, Вхагар, лишил меня воспоминаний, я не знаю многого об этом мире. И я была бы рада, если ты поможешь мне его узнать. Мы вместе остановим Аррана и его людей и не позволим больше нападать на наше племя. Томэг я… когда ты заметишь, что я снова изменилась или напала на кого-то из клана Кархайг… убей меня.

— Диса?! — потрясённо прохрипел парень, уставившись на меня своими огромными глазами.

— Томэг, я стала другой, но я боюсь вновь стать прежней… приглядывай за мной.

— Диса, я стану следить за тобой и не дам больше совершить зло жителям нашего племени.

— Спасибо, Томэг, — улыбнулась парню, мысленно, надеясь, что моя опасная авантюра поможет мне стать своей в этом клане.

Глава 21

Глава 21

— Зачем ты так сказала? — потребовал муж, сразу, как только прошёл в покои, а Томэг покинул комнату.

— Его отец единственный родной человек, был убит кем-то из племени Суин. Он ненавидит меня, ведь я была долгое время частью этого клана. Казнь ребёнка ничего не изменит в племени Кархайг, лишь ожесточит людей против меня. Томэг не виноват, его гложет злость и обида, он с ней не справился. Знание, что я жива, а его отец нет, не даёт ему покоя. И он теперь совсем один…

— Как ты?

— Да, как я, — кивнула, чуть улыбнувшись, продолжила, — но у меня есть ты, который защитит, а у него?

— Мужчина должен позаботиться о себя сам.

— Вот и я, о чём, — с грустной ухмылкой пробормотала, — он остался один и рядом с наставниками-воинами, ему было бы легче. Да я понимаю риск, что он будет рядом со мной и рано или поздно снова может напасть на меня, но по-другому я не могу. Ты приказал, чтобы Томэг служил мне, что ж… я понимаю твоё требование: «Приказ вождя нерушим» и отпусти ты его, желающих поквитаться со мной станет больше. Но и такое наказание для мальчишки постыдное, поэтому я попросила его присмотреть за мной.

— Прошлой осенью я видел тебя на сборе вождей и их нэрмаров у источника Хорт. Тогда ты обещала вырезать весь наш клан! Отец гордился тобой. И как всегда, брызгая слюной, заявил, что, только когда всё племя падальщиков исчезнет с горы Ханд, смерть Великой Эйвы будет отомщена.

— Хм…

— Вхагар не только лишил тебя воспоминаний, он изменил тебя, — продолжил Агнар, пытливо всматриваясь в меня, — сейчас ты другая Эйва, не та, что я видел.

— Наверное, — неопределённо пожала плечами, натянуто улыбнувшись, — я не помню, какой была… не требуй у Томэга клятвы.

— Не могу, — покачал головой Агнар, — он будет жить в дохане и каждое утро приходить к тебе.

Проговорив это, муж, улыбнувшись уголком рта, покинул комнату, оставив меня наедине со своими мыслями. Но в одиночестве я пробыла совсем недолго, через минуту тихой мышкой в покои, через чуть приоткрытую дверь проскользнула Тира. По-хозяйски расставила на столе чашки, кувшин, мешочки. Тихо бурча себе под нос, заварила травку, одну из них я смогла даже определить по её ярко-сладкому аромату, мысленно поблагодарив Мораг за науку.

— Держите, я туда мёд добавила, а то сурса горчит немного, — произнесла девушка, подав мне чашку с напитком.

— Спасибо.

— Диса, надо рану глянуть, позволь, я сменю повязку? Мне Мораг подсказала, что сделать.

— Хорошо, — кивнула, осоловелым взглядом посмотрев на служанку, вернула пустую чашку, мысленно выругалась на себя за свою беспечность. В отвар точно добавили сонной травки, её привкус я хорошо запомнила, когда жила у ведуньи… Вскоре мои подозрения подтвердились, голова стала тяжёлой и то и дело норовила упасть на грудь, глаза закрывались, тело было ватным, а мысли тягучими.

— Диса, поспите. Мораг сказала, это поможет быстрее очиститься от потравы.

— Угу…Тира, проверь как там Томэг, — промямлила, сползая к середине кровати, подложив под руку небольшую подушку, прекратила бесполезные попытки борьбы со сном.

— Проверю диса… спасибо, — на краю сознания услышала тихий голос служанки, прежде чем отключиться.

Проснулась судя по сумеркам за окном ранним утром следующего дня, в комнате я была одна. Половина постели, та на которой спал Агнар, не была примятой и это вдруг меня неприятно задело. С тихим стоном, морщась от тянущей боли в спине, едва слышно ругаясь, поворачивая затёкшую шею, я, наконец, приняла вертикальное положение. Некоторое время бездумно пялилась перед собой, после перевела взгляд на ширму, за которой на табурете всё ещё продолжали стоять таз и кувшин для умывания. А чуть поодаль дурацкий горшок, решила сегодня, наконец, взяться за благоустройство комнаты. Но сначала надо привести себя в порядок. На удивление легко спустилась с высокой кровати, отправилась к ширме, борясь с неприятным головокружением, которое непременно появляется, когда слишком долго лежишь.

— Диса! На минутку тебя нельзя оставить! — обеспокоенно всплеснула руками Тира, вбежав в покои, — сейчас помогу.

— Тира, доброе утро! Агнар в замке?

— Нет его, ушёл уже, — быстро проговорила девушка, подав мне кусок мягкой ткани, — в детской спал, чтобы сон твой не тревожить.

— Кхм… спасибо, — улыбнулась, чуть пошевелила плечами, поняла, что боль вполне терпима, распорядилась, — неси мою одежду.

— Диса, тебе бы ещё пару дней отлежаться, — нравоучительным тоном проговорила девушка, отчего я даже невольно улыбнулась. Кажется, страх к моей персоне у дочери Бенги прошёл, вот и командовать уже начала.

— Я сейчас распоряжение дам и лягу, — не стала сопротивляться, зная, что девушка права. Да и загонять себя я не намерена, вот пошлю за Гисли, и Снора ещё в замок приглашу и обязательно отдохну.

— Томэг уже стоит в коридоре, я его не пустила к вам. Сказала, пусть ждёт, когда позовёте. Верно, диса?

— Да, сейчас оденусь и пригласишь, будет у меня к нему поручение.

С помощью девушки надеть длинную шерстяную рубаху, тёплое платье и чулки не составило большого труда. Пару сердитых вздохов, тихий стон боли и я готова к трудовым подвигам.

— Зря вы ты так, вон и лицо бледное стало, — добродушно заворчала Тира, став очень похожей на свою мать.

— Зови Томэга, — никак не отреагировала на бубнёшь девушки, села за стол. Мысленно сделав зарубку, узнать у Агнара, можно ли пользоваться его кабинетом.

— Диса, — раздался низкий с рычащими нотками голос парня, который замерев у порога комнаты, ждал моих указаний, снова, как и вчера не пожелал посмотреть мне в глаза.

— Доброе утро Томэг, — улыбнулась нахмурившему мальчишке, — я просила Гисли сделать в покои умывальник, прошло три дня, думаю, уже можно посмотреть, как идут работы. Я покажу тебе, что требовалось от столяра, проверь, пожалуйста. Но прежде сходи к Снору, Бенга сказала, что он хорошую обувь изготавливает, пригласи его в замок.

— Как прикажете, диса. Мне идти?

— Пока нет, как ты проверишь работу Гисли, если не знаешь, о чём идёт речь? Подойди к столу, я покажу чертёж, — пояснила, склонилась к листу бумаги, стала украдкой поглядывать за мальчишкой. Томэг явно боролся с собой, ему не нравились мои поручения, но сцепив зубы, он всё же заставил себя подойти ближе ко мне.

— Это умывальник, здесь ёмкость под воду, отсюда идёт кран. Таз с дырой, чтобы уходила грязная вода, снизу шкаф с дверцей, за которой будет стоять ведро. По плану у Гисли уже должен быть собран деревянный каркас. Понял?

— Да, диса, — коротко ответил парнишка, тут же сделав шаг назад, спросил, — мне идти?

— Снор нужен для заказа правильной обуви Хольми. Если мастеру удастся выполнить мой заказ, то мальчик не будет хромать и возможно со временем хромота окончательно исчезнет, — проговорила, исподлобья наблюдая за сменой выражения лица Томэга. Вот он нахмурен, челюсти сомкнуты до скрежета, а желваки ходят ходуном. Но после пояснения, зачем мне нужен обувщик, брови в удивлении скинуты, глаза широко раскрыты, а презрительная ухмылка исчезла.

— Диса?! — всхлипнула Тира, застывшая у кровати, всё это время внимательно слушающая наш разговор.

— Теперь иди, — отпустила изумлённого парня, осторожно поднялась с кресла, — возникнут вопросы, обращайся, вместе разберёмся.

— Да, диса, — коротко кивнул Томэг, бросив на меня пристальный взгляд, резко развернулся, вышел из комнаты.

— Диса, ты сможешь вылечить Хольми? — невнятно пробормотала Тира, с надеждой и страхом смотрела на меня и, кажется, не дышала.

— Я говорила твоей маме, что можно попытаться помочь твоему брату. Для этого нужна хорошая обувь, а Снор вроде лучший в этом деле.

— Да диса, — обрадованно воскликнула девчушка, тут же спохватившись, — завтрак! Мама сказала спросить, когда подать?

— Сейчас, — улыбнулась взволнованной Тире, вдруг почувствовав жуткий голод, — узнай, может, Агнар вернулся?

— Хорошо, диса, — выкрикнула служанка, выбегая из комнаты.

Глава 22

Глава 22

— Тира сказала тебе лучше, — проговорил Агнар, подливая мне в кружку отвар.

— Хм… да, — задумчиво протянула, взглядом показав на чашку, хитро сощурившись, спросила, — там нет сонной травы?

— Нет, — улыбнулся мужчина, делая большой глоток из моей кружки, подал мне её, — ведунья сказала, что так ты быстрее оправишься.

— Понимаю, но прошу в следующий раз предупредить.

— Зачем тебе Снор? — как бы между прочим спросил Агнар, продолжая нарезать немалый кусок мяса на небольшие ломтики, пристально на меня взглянув, добавил, — если тебе нужна одежда, обувь скажи.

— У меня пока всё есть, спасибо, — поблагодарила, делая глоток отвара, — это для Хольми, я думала, тебе уже рассказали.

— Тира обмолвилась, что Томэг ушек к Снору.

— И к Гисли мастер должен был уже изготовить каркас умывальника. Агнар, ты не возражаешь, если я немного похозяйничаю в замке, внесу некоторые изменения. Обещаю, так будет удобней и уютней, — произнесла, чувствуя себя очень странно. Мы будто бы играем какую-то роль. Два совершенно чужих человека, вынужденные жить вместе и теперь пытаемся наладить элементарные соседские отношения.

— Это и твой замок, — прервал моё самокопание в эмоциях муж, — если захочешь ломать стены, лучше обсудить это со мной.

— Конечно, но так кардинально я не собиралась здесь всё менять, — хмыкнула, пряча расползающуюся улыбку за кружкой, медленно попивая отвар.

— Кардинально, — повторил за мной Агнар, с недоумением поглядывая на меня, вполголоса будто раздумывая, проговорил, — ты иногда произносишь странные слова.

— Это значит, что я не буду менять в замке всё, просто добавлю некоторые детали.

— Рад это слышать, — ответил мужчина, залпом выпив свой отвар, поднялся из-за стола, — меня не будет в замке до самой полуночи. В дохане сегодня Стэнн можешь обратиться к нему.

— Куда ты? Это безопасно? — вырвалось у меня, удивив обеспокоенным голосом не только себя, но и мужа.

— На границе с землями клана Суин заметили воинов.

— Будь… будь осторожен, — проговорила, смущённо улыбнувшись, резко поднялась, поцеловала мужа в щеку и тут же отпрянула. Ощутив себя при этом ужасно глупо, особенно когда заметила искреннее изумление на лице Агнара, после моей странной выходки. Не знаю, что меня вдруг дёрнуло это сделать, возможно, мне просто хотелось его поддержать. Или поблагодарить, что слушает меня и идёт на уступки…

— Буду, — широко улыбнулся мужчина, в два шага преодолел разделявшее нас расстояние. Крепко сжав мои предплечья наверняка, чтобы не сбежала, поцеловал. Это был жёсткий, требовательный поцелуй, со вкусом ягодного компота. Ни капли нежности и ласки, сухой, царапающий щетиной, но странным образом взволновавший меня. С трудом сдержав порыв прижаться к этому сильному, уверенному мужчине. Поборов неистовое желание спрятаться в его крепких объятиях, закрыть глаза и представить себе, что ничего не произошло, и я всё ещё дома. Я немного отстранилась, стоило мужу, прекратить это пытку будоражащую мою душу.

Ещё долго я смотрела на закрытую дверь, за которой скрылся Агнар, пытаясь разобраться в своих ощущениях. Не понимая, как мне могло понравиться это подобие поцелуя, эти сжимающие до боли руки, этот властный взгляд и самодовольная улыбка.

— Диса, Мораг пришла, — прервала мои мысленные метания Тира, заглянув в комнату, — пригласить?

— Да, конечно, — рассеянно кивнула, медленно провела пальцами по губам, которых только что касались горячие губы мужа, улыбнулась.

— Диса? — раздался хриплый голос ведуньи, в распахнутую настежь дверь вошла Мораг, следом за ней, неся в руках внушительного размера мешок, прошла Тира.

— Эйва! Мораг, зови меня, как и прежде Эйва! — вскочила со стула, чуть поморщившись, устремилась к старухе, по которой, оказывается, очень скучала.

— Эйва, — довольно протянула ведунья, остановившись в центре комнаты, медленным взором обвела помещение, произнесла, — ничего не изменилось за те годы, что я здесь была.

— Мораг отвару? Пирог у Бенги очень вкусный с мясом и овощами, а может, кашу? — протараторила я, суетливо убирая со стола, — Тира неси отвар!

— Отвар не помешает, продрогла, пока добралась до тебя, — пробормотала старуха, шаркающей походкой направилась к стулу, — а пирог не надо и каши.

— Тира! — окликнула замершую девушку, приводя её в чувство, — отвар неси!

— Ох… госпожа, сейчас, — пискнула служанка, рванув к выходу.

— Я пришла рану твою глянуть да узнать, как ты?

— Рана болит, а в целом сегодня неплохо, — ответила, невольно вспомнив поцелуй мужа.

— Вижу, — улыбнулась ведунья, прищурившись, добавила, — и Агнар доволен, весь светился, когда его в холле встретила. Значит, поладили? Зря он с советом спорил и требовал времени больше. Вот и меня просил сказать, что не можешь принять его.

— Мы стараемся договориться, — невнятно пробормотала, удивлённая действиями Агнара, почувствовав тепло к мужу и искреннюю признательность.

— Сказали мне, Томэга не дала казнить? Правильно. У мальца судьба тяжёлая, но душа у него светлая! Мать его и сестра пяти лун отроду три года, как мир покинули. Вот и остались они вдвоём в доме хозяйничать. Томэг часто ко мне забегал, то траву какую принесёт, пока зверя в горах, да в лесу выслеживает, насобирает. То перо хайга достанет, то шкуру беличью подарит.

— Не могла я по-другому, разве он виноват в своей обиде и злости? — тихо проговорила, сжав руки в кулаки, продолжила, — мальчишка не…

— Диса! Томэг вернулся! Побит и в крови весь! — ворвалась в покои Тира, испуганно зажав рот ладонью, громко всхлипнула.

— Где он?! Тира? — кинулась к выходу, схватив растерянную служанку за руку, поспешила в холл. Краем глаз заметив, что ведунья тоже отправилась за нами следом, — Тира, где Томэг?

— На кухне мама ему лицо моет!

— Ясно, — кивнула, устремилась к половине слуг, не сбавляя скорости, пролетела узкий коридор и буквально вбежала на кухню. Перепугав своим неожиданным появлением девушек и Бенгу, только Хольми и Томэг, едва взглянули в мою сторону.

— Кто?! — потребовала я, осмотрев лицо парня, заметила рассечённую бровь, разбитую губу и ссадину на скуле, — где ещё болит?

— Неважно, — буркнул мальчишка, дёрнув головой, отчего рука кухарки дрогнула и часть настойки выплеснулась ей на фартук.

— Госпожа, я узнала, рука болит, но кости целы, — ответила за него Бенга, сурово сдвинув брови и сердито цокнув, продолжила промывать ссадины.

— Я спросила у Томэга! — произнесла, чеканя каждое слово, — будь любезен веди себя как мужчина и чётко ответь мне!

— Просто ударил! Ничего не болит! — зло выкрикнул мальчишка, презрительно скривившись, и тут же из рассечённой губы потекла кровь.

— Кто?

— Снор! Сказал, я служу твари, которая убивала людей нашего племени! И что он не будет выполнять заказ!

— Ясно! — Рыкнула, резко развернувшись, широким шагом отправилась к шкафу, где висела одежда Иде, коротко бросила, — возьму на время, скоро верну!

— Диса! Вы ранены!

— Идти можешь? — спросила Томэга, не обращая внимания на всполошившуюся Тиру, — тогда пошли, покажешь, где живёт этот смертник.

— Диса, он…

— Идём! Никто не смеет так с тобой поступать! Это не твой выбор! Это приказ вождя! Идём!

— Мораг! Ну хоть ты скажи дисе, что нельзя ей по улице сейчас бродить! — обеспокоенно воскликнула служанка, Бенга вторила своей дочери:

— Дису только вчера принесли, едва не покинула мир.

— Иди! Я подожду здесь, — улыбнулась старуха, ошеломив кухарку и остальных своими словами, — только Стэнна с собой возьми.

— Конечно, — усмехнулась, ощутив, как по крови быстро растекается адреналин, скомандовала, — Томэг идём!

Глава 23

Глава 23

— Диса? — нерешительно пробормотал всё тот же парнишка, назначенный для стражи у дверей замка, невольно отпрянув, стоило мне бешеной фурией выскочить на улицу.

— Агнар ещё здесь?

— Нет, — быстро ответил Кеир, с недоумением покосившись на хмурого Томэга.

— Позови Стэнна, — приказала, нетерпеливо переступая с ноги на ногу, сурово взглянула на не сдвинувшего с места стражника, рыкнула, — ну!

Вздрогнув от неожиданности, Кеир что-то тихо себе под нос пробурчав, рванул к невысокому каменному зданию, возле двери которой уже собрался любопытный народ. Через пару минут оттуда вышел Стэнн, на ходу запахивая куртку, щурясь от ослепительного света, отражающегося от белоснежного снега. Кеир шёл за ним следом, едва слышно что-то ему говоря.

— Эйва? — остановился в двух метрах от меня нэрмар моего мужа, беглым взглядом окинув меня, чуть задержал свой взор на Томэге, — что произошло?

— Томэг отправился по моему поручению к Снору, тот же посмел избить парня. Я собираюсь посетить этого смертника, который дерзнул это сделать.

— Дождись Агнара, он разберётся, — произнёс Стэннн после некоторого раздумья, повернул было уйти, посчитав разговор завершённым, но громким и удивительно ровным голосом я остановила его.

— Нет! Томэг служит мне! Я сама разберусь с наглецом! Сейчас мне нужны лишь два сопровождающих, которым ты доверишь меня! — проговорила, чеканя каждое слова, пристально посмотрев на недовольного моим требованием мужчину, решила добавить, — Агнар сказал, что я могу обратиться к тебе.

— Можешь, — тяжело вздохнул нэрмар, обернувшись, указал рукой на одного из воинов, добавил, — сам тебя провожу.

— Спасибо, — поблагодарила, первой отправилась к воротам, ведущим из замка. Понимая, что всё это только лишь начало, недовольных хватает и потребуется сделать невозможное, чтобы племя Кархайг приняло меня.

Выйдя за ворота замка, я на мгновение остановилась, любуясь невероятно красивым голубым небом без единого облачка. Ярким, ослепительным светом двух солнц и бледно-фиолетовым сиянием Лун. Ветра не было, мороз немного щипал щёки, но всё же сегодня была потрясающая погода. В такую можно с радостным визгом лететь с горы на санках или кататься на коньках, строить защитные башни и кидаться снежками. А после пить горячий чай с блинами и вареньем.

Осмотрев улицы, которые разбегались от замка вниз по склону кривыми лучиками, я не увидела детей. Лишь несколько бородатых мужиков катили большие сани, на которых был уложен необъятный ствол дерева.

— Стэнн, почему дети не играют на улице? Сегодня отличная погода, — всё же решилась спросить, посмотрев на рядом идущего нэрмара.

— Играют у себя во дворе, под защитой стен.

— Да… конечно, — кивнула, больше не решаясь заговорить, молча разглядывала дома, сложенные из камня заборы, деревянные хозяйственные постройки. Вслушиваясь в умиротворяющие звуки деревни: мычание коров, крик петуха, лай собак, блеяние коз. Из каждой трубы дома вился вверх сизый дымок, его запах смешивался с выпечкой, навозом, строганным деревом и морозом.

— Нам сюда, его дом первый, — подсказал Стэнн, поворачивая к небольшому строению, сложенному из тёмного камня, высотой около двух метров стеной и грозно лающей за ней собакой.

— Как мы попадём во двор? — спросила, остановившись у массивных дверей, с огромной кованой ручкой.

— Хм…, — кашлянул Стэнн, с силой толкнул дверь, которая с лёгкостью отварилась. А из будки в нашу сторону тут же бросился разъярённый огромный зверь, — сидеть!

— Кто?! — тотчас раздался недовольный голос и следом появился невысокий, с круглым животом и жидкой бородёнкой мужик. Его маленькие глазки быстро оглядели двор, с недоумением взглянув на Стэнна и воина, что был вторым сопровождающим. Презрительно наморщил нос увидев Томэга и стоило мне выйти из-за спины нэрмара, испуганно вытаращил глаза, чуть отпрянул, но не сбежал.

— Снор? — громко спросила, сделав несколько шагов, встала перед воинами, силясь не посмотреть на огромного пса, уставилась на явно испуганного обувщика.

— Да, — нехотя кивнул мужик, но всё же сделал один шаг назад.

— Я приказала Томэгу пригласить тебя в дом твоего вождя, чтобы сделать заказ! Ты посмел отказать в приглашении! Значит, предпочитаешь, чтобы тебя доставили в замок Агнара воины? Что ж, я рада исполнить твоё желание! — Проговорила, чеканя каждое слово, при этом ласково скалясь.

— Оденься Снор, — прорычал нэрмар, коротким взмахом отправив воина проследить за потрясённым обувщиком.

— Диса… прошу, Томэг не сказал, что это приказ вождя, — просипел Снор, вцепившись в дверь ручки, чуть пошатнулся.

— Это так? — повернула голову к набыченному Томэгу.

— Не успел, — хмыкнул парень, зло посмотрев на меня, следом на Снора.

— Я… диса, умоляю у меня дети, — пролепетал мужчина, всё же рухнув на колени.

— Ты не думал о них, когда ударил Томэга, которому был отдан приказ! Стэнн возвращаемся, этого привести в замок, — произнесла, медленно развернулась и не глядя ни на кого, вышла за ворота. И только там, прикусив изнутри губу, пыталась унять бешено колотившееся сердце, мысленно простонав: «Господи! Как же это трудно».

— Хьярти приведёт Снора в замок, — сказал Стэнн, выйдя буквально через минуту следом за мной. Томэг уже был на улице, исподлобья поглядывая на меня, сердито сопя.

— Хорошо, — рассеянно кивнула, устремившись к замку, время от времени осматривая округу.

— Ты хочешь казнить Снора? — Вдруг спросил Стэнн, спустя несколько минут тягостного молчания.

— Нет, сделать заказ для Хольми. Мальчику нужна правильная обувь, чтобы ребёнок перестал хромать.

— Хм… — ухмыльнулся Стэнн, с изумлением на меня посмотрев, через секунду громко расхохотавшись, сквозь смех проговорил, — Снор думает — его ведут на казнь.

— Я знаю, — невольно улыбнулась так заразительно смеявшемуся мужчине, добавила, — всех недовольных, тем, что я теперь жена их вождя, не казнишь.

— Я рад, что ты это понимаешь! — глухим голосом проговорил нэрмар, пытливым взглядом посмотрев на меня, продолжил, — я подержу немного Снора в тёмной комнате, чтобы хорошенько подумал, а после приведу в замок.

— Договорились, — широко улыбнулась мужчине, который не только принял правила моей игры, но и поддержал, — спасибо.

Войдя в замок, в первую очередь отправилась на кухню, отдала тёплую одежду Иде, поблагодарив её за помощь. Успокоила Тиру, которая стоило нам войти, вскочила со стула и кинулась меня осматривать. Сообщила Бенге, что вскоре я позову в зал Хольми, чтобы снять необходимые мерки. И прихватив с собой большую чашку с отваром, отправилась в покои. Меня сопровождала Мораг и Томэг и если первая улыбалась, то второй продолжал хмуриться.

— Томэг иди поешь, — произнесла, поставила чашку на стол, пояснила, — Мораг посмотрит рану, и я тебя позову, расскажешь, что произошло с подробностями.

— Как прикажете, диса, — буркнул мальчишка, поспешил к двери. Томэга явно напрягало моё близкое присутствие к нему, и он старался как можно дальше находиться от моей персоны.

— Где достал корень барха? — спросила старуха, остановив своим хриплым требовательным голосом мальчишку почти у самого порога комнаты, пристально на него взглянув.

— Нашёл!

— Корень барха? — усмехнулась Мораг, — и где?

— У дверей своего дома, — нехотя ответил мальчишка, дерзко вскинув голову, добавил, — в тот же день я отправился следить за воротами замка!

— Болтал поди всем подряд, что убьёшь Эйву, — сердито проворчала ведунья, быстро подойдя к парню, ткнула сухим скрюченным пальцем ему в плечо, с усмешкой бросила, — вот тебя, как слепого кота и обманули! Тебя чуть не казнили, за то, что сделал другой! С кем говорил?

— Да много с кем, — растерялся Томэг, чуть поубавив гонор, — все говорили, что убьют суинскую тварь! Ой!

— Не повторяй глупости, — прорычала Мораг, видимо, больно щипнув мальчишку, отчего тот, морщась и шипя, потирал свой бок, — вождь сказал, что в Эйве кровь племени Кархайг! Другой она стала! И Вхагар её отметил! Не гневи бога глупыми словами!

— Пойду я, — просипел Томэг, медленно пятясь, наконец, добрался до двери и сбежал.

— Молод. Глуп. Трудно тебе будет с ним, но ты справишься, — задумчиво произнесла ведунья, окинув меня проницательным взглядом, отчего по моей спине пробежали зябкие мурашки.

Глава 24

Глава 24

Мораг ушла через час. За это время ведунья проверила рану, удовлетворенно цыкнув, порадовала меня благополучным заживлением. Вообще, я отметила, что порезы у Эйвы довольно быстро затягивались, всего за два-три дня и на их месте оставались лишь тоненькие розовые полосы. Что очень удивляло, но спросить об этой невероятной способности я пока не решалась, допуская, что такая скорая регенерация имеется у всех жителей этого мира.

Проводив ведунью до двери, я заглянула на кухню, где стоило мне появиться, маленький Хольми, занятый подкладыванием поленьев в прогорающее пламя в очаге, взволнованно встрепенулся, а в его глазах тут же загорел огонек надежды. Мне совсем не хотелось расстраивать мальчика, и я в который раз мысленно представила себе особенные туфельки племянницы, надеясь, что не ошиблась и все вспомнила правильно.

— Тира, скажи Кеиру, чтобы привели Снора в замок, — произнесла, ласково улыбнувшись мальчугану, проговорила, — Хольми, тебя пригласят для снятия мерки.

— Хорошо, — с серьезным видом кивнул ребенок, покосившись на замершую у очага мать, которая, не сводила свой благодарный взгляд и, кажется, с трудом сдерживала рыдания. — Бенги, всё у нас получится, — попыталась успокоить женщину, но, по-моему, сделала только хуже, кухарка тихонько всхлипнула и скрылась за дверью, ведущей в кладовые. Обе помощницы, Иде и Свея не отвлекаясь от работы, тоже украдкой наблюдали за мной, пока я наливала себя в чашку отвар и выбирала аппетитный кусок пирога, горкой лежащий на большой тарелке.

— Сказала, — вбежала на кухню запыхавшаяся Тира, довольная, что так скоро управилась.

— Молодец, — похвалила расторопную служанку, быстро прожевав вкусный пирог, запила его теплым отваром, отправилась в зал. Там я беглым взглядом осмотрелась, сама себе удовлетворенно кивнув, определилась с планом действий, принялась его исполнять. В первую очередь не без труда придвинула тяжелое кресло к краю стола поближе к камину, после утащила все рядом стоящие стулья в дальний угол помещения и наконец, замерла в ожидании. И уже через пять минут, раздался громкий стук в дверь, зал вошел Стэнн, следом ввели поникшего и напуганного до икоты Снора.

— Диса… — обречено выдохнул мастер, как подкошенный, падая на колени, сиплым голосом пробормотал, — пощади.

— Встань!

— Диса даже не посмотрю больше на Томэга, — продолжал причитать Снор, так и не поднявшись на ноги.

— Придется, — ухмыльнулась, медленно прошла к креслу, с удобством в нём разместилась. Чуть скосив глаза, убедилась, что Стэнн и Хьярти даже ухом не повели, стояли с совершенно нечитаемыми лицами. Что с одной стороны, радовало, с другой — очень напрягало. Играть роль королевы мне все же претило, но выбора, к сожалению, у меня не было.

— Диса…

— Снор! — прервала мужчину, выдержав паузу, равнодушным голосом заговорила, — тебе и всем остальным людям племени Кархайг придется смириться с моим присутствием. Я никуда не уйду. Убить себя не позволю. А желающим меня уничтожить, обещаю, будет плохо. Со мной лучше жить в мире, и кто будет поумней, получит то, что сможет ему обогатиться. Я много знаю и могу немало поведать человеку, который хочет жить в достатке и уважении. Снор? Ты хочешь?

— Да диса, — дрожащим голосом пробормотал мужчина, наконец, подняв голову, с изумлением на меня взглянув.

— Встань! Сегодня ты прощен, но, если ещё раз тронешь моего слугу или будешь хоть как-то связан с теми, кто нападет на Томэга… я лично скормлю тебя псам.

— Никогда диса, — просипел мастер, снова падая как подкошенный, — никогда и всем говорить буду, чтобы не трогали Томэга.

— Отлично, раз мы поняли друг друга, можем приступить к обсуждению заказа. Тира, пригласи в зал Хольми.

— Хольми? — не сдержался Снор, потрясенно уставившись на меня, медленно поднялся на ноги, осторожно заозирался.

— Верно, мальчику нужна особая обувь, чтобы Хольми не хромал при ходьбе, сделаешь?

— Конечно, диса! Всё, что скажешь, сделаю! Завтра уже будет готово, ночь спать не буду, — протараторил обувщик, нетерпеливо переступая с ноги на ногу, желая поскорее убраться из замка, ну и, наверняка от меня.

— Замечательно, — улыбнулась, довольная таким рвением, перевела взгляд на дверь, где у порога замер смущенный мальчишка, — заходи Хольми. Снор, обувь требуется изготовить четко по размеру. Подошва должна быть на одной ноге выше, так чтобы Хольми стоял ровно.

Больше получаса мы обсуждали новые ботинки для ребенка, ставили его у стены, замиряли рост. Снор на время забыл, что совсем недавно трясся от страха, деловито выспрашивал детали, задавал правильные вопросы и, кажется, впервые посмотрел на меня пусть не с уважением, но презрение и ненависть в его глазах чуть поугасло.

— И чтобы незаметно была разница в подошве, прикрой ее кожей, — завершила обсуждение, махнув рукой, показала Тире, чтобы увела из зала, разволновавшегося мальчика.

— Сделаю диса, хорошее дело, — проговорил Снор, задумчиво разглядывая мой неаккуратный набросок ботинка, — как и обещал, сейчас же приступлю.

— Хорошо, а теперь скажи Снор, почему здесь нет обуви из шерсти? — спросила, чуть улыбнувшись, заметив снисходительную улыбку на лице обувщика.

— Так кто ж делает из шерсти? Вон с кожи-то крепче будут.

— Конечно, но дома же крепкая обувь не требуется. Острых камней под ногами нет, — ироничным тоном произнесла, сделав небольшую паузу, продолжила, — с кровати спустишься, пока ботинки да сапоги натянешь. Да и ноги за день устают тяжесть таскать, то ли дело быстро надеть шерстяные тапки, в которых и тепло, и удобно. Да ещё грязь с улицы в дом тащим, а можно переобуться у порога. Дать просохнуть уличной обуви и позволить отдохнуть ногам в теплых тапках. Уверена, желающих купить для дома такую обувь, будет много.

— Хм… — промычал Снор, с недоумением на меня посмотрев, тут же отвел взгляд, пытаясь скрыть появившуюся в глазах алчность, смущенно пробормотал, — о таком не думал диса.

— Вот это кто делает? — спросила, всё же сумела сдержать расползающуюся улыбку, положив на стол валяное из шерсти одеяло.

— Девки по лету мнут.

— Вот из этой шерсти, по такой же технологии сделай мне тапки, — проговорила, заметив непонимание, пояснила, — с водой валяли? Такие же, как ботинки высотой по щиколотку сделайте. Колодки у тебя наверняка есть, ими шерсть растянешь. Если чего не уразумеешь, приходи, обсудим. Но для Хольми первым сделай, понял?

— Да, диса, — рассеянно произнес Снор, пытаясь осознать услышанное, — с тапками дисы не взял в толк, но разберусь.

— Хорошо, можешь быть свободен и жду ботинки для Хольми.

— Всё сделаю! — быстро-быстро закивал обувщик, споро рванув к двери, несколько раз оглянувшись, убедится, что за ним стража не последовала. Припустил ещё быстрей увидев, что Хьярти тоже отправился к выходу. Через пару секунд дверь закрылась и в зале остались только я и Стэнн, который словно отмер и, наконец, улыбнулся.

— Агнар прав, — вполголоса проговорил нэрмар, пристально на меня посмотрев, чуть помедлив добавил, — Вхагар тебя подменил. Ты помнишь, как правильно сделать обувь для мальчишки, но не помнишь, что в мире Эрин два светила.

— Кхм… — гулко сглотнула, с трудом уняв неистово забившееся сердце, произнесла, — там на краю выступа, когда от холода мои пальцы не разжимались, а силы с каждой секундой утекали словно вода в песок, у меня было время хорошенько поразмыслить. И да я не помню, как убивала… но в моей памяти сохранились те сведения, которые помогут племени Кархайг, и я постараюсь сделать жизнь людей МОЕГО племени лучше.

— Надеюсь, Вхагар не допустит, чтобы воспоминания к тебе вернулись, — медленно растягивая слова, произнес Стэнн, резко развернувшись, покинул зал.

Глава 25

Глава 25

Остаток дня прошёл спокойно. Оккупировав кабинет Агнара, до самой полуночи я записывала всё, что знала и могла хотя бы поверхностно объяснить, как это изготовить. Кратко внося напротив каждой, по-моему, мнению необходимой вещи для комфортного проживания, инструкцию. Надеясь, что мне удастся, хотя бы малую часть этого внедрить в племени Кархайг. На втором листе записывала и делала пометки по вопросам здоровья, жизни, досуга, образования этого мира. Того, что я смогла узнать, совершенно не хватало, и чтобы не упустить важные сведения, требовалось всё систематизировать и потихоньку выяснять.

За всё время моего нахождения в кабинете, кроме, заботливой Тиры ко мне никто не заходил, да и девушка лишь дважды заглядывала, первый раз принесла поздний ужин, который я, практически не жуя, проглотила, спеша записать новую мысль. Второй раз, напомнив, что пора сменить повязку. Нехотя, боясь упустить что-то очень важное, я всё же поднялась с кресла, с хрустом потянулась и отправилась следом за Тирой, под её ворчливое и добродушное бурчание. В покоях быстро привела себя в порядок, надеясь, что вскоре, чтобы умыться мне не потребуется помощь служанки, забралась в постель и стоило моей голове коснуться подушки, как я тут же отключилась.

Утром проснулась от тихого шороха, резко поднялась, осоловелым взглядом смотрела как Тира, на цыпочках пробирается к ширме, чтобы поставить кувшин с водой.

— Доброе утро, Тира, — поприветствовала девушку, сонно растирая глаза руками, покосилась на соседнюю половину кровати, убедилась, что муж и этой ночью не пришёл в покои, спросила, — Агнар в детской?

— Доброе утро, диса! Вождь ещё не вернулся в замок, — ответила служанка, подхватив ведро, поспешила к выходу.

— Не вернулся… — задумчиво повторила, глядя на уже закрытую дверь, медленно сползла с кровати, направилась к столу. Там долго пила слегка прохладную воду и только осушив кружку, окончательно проснулась. С удивлением осознав, что искренне волнуюсь за Агнара, желая, чтобы он поскорее вернулся.

— Диса, Томэг стоит под дверью, ждёт дозволения войти, — сообщила Тира, проходя в покои, одной рукой служанка держала ведро, второй несла охапку из трёх полешек.

— Тира, не таскай тяжёлое, попроси Томэга, он поможет, — отругала девушку, налив в таз тёплой воды, помыла руки, проговорила, — полей, пожалуйста.

— Конечно, диса! Вода негорячая? А Томэга нельзя в покои, ты ещё не прибрана. Мама завтрак уже приготовила, сегодня лепёшки с мёдом и каша с маслом. Но если желаешь, мясо запечёт и овощи приготовит. Диса, Снор тоже тебя дожидается, только его в замок не пустили, он в дохане под присмотром Кеира. Поленья для камина к комнате Спен принёс, я только в покои занесла, нечего мальчишке здесь делать, а то мало ли…

— Тира, — простонала я, прекратив бесконечный поток слов девушки, — давай по порядку. Хольми в замке? Если да, то скажи, чтобы привели Снора в замок, он должен принести новые ботинки для твоего брата. Быстро, конечно, сделал, поди и правда всю ночь не спал. Томэгу скажи, что будет меня сопровождать в зал, пусть ждёт, там и поговорим.

— А поесть?

— Ну вот разберёмся с обувью и поем, — улыбнулась девушке, быстро натянув на себя тёплое платье, — иди, не стой. Я сама здесь справлюсь.

— Слушаюсь диса, — кивнула девчушка, рванув к выходу, уже в коридоре сердито буркнув Томэгу, — жди здесь, сопроводишь дису к залу, Снор пришёл, говорить с ним будет.

Что ответил девушки Томэг, я уже не услышала, дверь была крепкой и шумонепроницаемой, но было жутко интересно, как парнишка отреагировал на приказ Тиры.

Натянув тугую и не очень удобную обувь для дома, поправила сползший чулок, в который раз повторив про себя, что вместо чулок надо сшить колготки, вышла из комнаты.

— Доброе утро Томэг, — пожелала парнишке, как всегда, хмурому с недовольно поджатыми губами, не приметнула сказать, — будешь постоянно морщить нос, обязательно найдёшь на него приключения.

— Хм…, — выдохнул парень, с недоумением на меня покосившись, но ни слова не сказал.

— Ну как знаешь, — неопределённо пожала плечами, продолжила, — идём в зал.

В зале нас дожидался только настороженный Хольми, который стоял у стенки и, по-моему, как пришёл даже не пошевелился ни разу.

— Хольми, доброе утро! Не стой, садись на стул, — поприветствовала мальчика, заметив, что ребёнок напряжён и устал, — Томэг ты тоже.

— Нет!

— Как хочешь, — усмехнулась, решив, так или иначе, добиться от парня улыбки, устроилась в кресле и принялась ждать. Благо, ждать пришлось недолго, через минуту в дверь постучались и в зал вошёл Кеир, следом за ним уставший с тёмными кругами под глазами Снор.

— Проходите, — разрешила замершим у входа воину и обувщику, махнув рукой в приглашающем жесте.

— Диса, я сделал, — торжественно объявил Снор, не дойдя до меня и трёх шагов, дрожащей рукой достал из мешка ботинки из тёмной кожи, — как и сказала, подошву спрятал и не отличишь теперь.

— Хорошо, Хольми примеряй, — улыбнулась ёрзающими от нетерпения мальчишке, — Томэг подай, пожалуйста.

Это распоряжение у парня не вызвало негатива, он молча прошёл к Снору, который тут же невольно отпрянул от него. Забрал обувь и так же молча отдал их ребёнку. Хольми радостно кивнув Томэгу, не глядя ни на кого, быстро скинул свои старенькие ботинки, явно большие на пару размеров, бережно надел новые. Аккуратно завязал кожаный шнурок и осторожно, словно боясь наступить в полную силу, встал.

— Не жмут? Не давят? — тут же спросила, вглядываясь в лицо ребёнка, опасаясь, что тот не расскажет правды, но судя по счастливой улыбке, ничего Хольми не беспокоило.

— Иди ко мне и обратно к стулу, — распорядилась, внимательно следя за походкой мальчика, удовлетворённо кивнула, не заметив явной хромоты, — ты как?

— Не хромаю, — восторженно выдохнул ребёнок, прошёл ещё и ещё, просипел, — хожу как Томэг.

— Да, как я, — вдруг проговорил парень, слегка улыбнувшись уголком рта.

— Нигде не болит? Хольми, ты следи за ногами, если будет давить или малы, лучше скажи. Снор переделает, это очень важно, если будет неправильная обувь, мы не сможем вылечить твою хромоту, — произнесла, наблюдая, как счастливый со светящими глазами мальчик, ходит от стула до меня, покосилась на довольно улыбающихся Снора, Кеира и Томэга.

— Диса, ничего не давит, — заверил меня Хольми, усаживаясь на стул, принялся стаскивать обувь.

— Так давит или нет?

— Нет, — повторил ребёнок, с недоумением на меня посмотрев.

— Тогда зачем снимаешь? Иди в них, это твои, — с трудом сдержала улыбку, заметив неподдельное удивление мальчишки. Неужели он думал, что будет их носить, только когда я ему их выдам, — иди к маме, Томэг проводи.

— Как прикажешь, диса.

— Снор спасибо, ты действительно отличный мастер своего дела, — похвалила мужчину, который стоило услышать мои слова, расплылся в довольной, и я бы сказала немного самоуверенной улыбке, — я рекомендую Бенге, чтобы проследила за сыном, если вдруг станет натирать, придётся переделать.

— Конечно диса! Сделаю! Ведь какое дело! Какое дело… — воскликнул Снор, всплеснув руками, быстро заговорил, — а над обувкой из шерсти я поразмыслил и твоя правда. Ведь дочери, чтобы ночью на ведро сбегать, ичиги надевать надобно, а в тёплых тапках, что на листе твоём будет быстрее.

— Согласна, так точно будет быстрее, — проговорила, время от времени посматривая на ничего не понимающего Кеира, с трудом сдерживая смех, такой был забавный вид у парня, продолжила, — многие захотят такие тапки, только мне первой. Мерки снять надо?

— Нет, диса, у меня глаз верный, — отказался Снор, чуть отпрянув от меня, опасливо покосился.

— Хорошо и спасибо! Кеир проводи мастера.

— Слушаюсь, диса, — отрапортовал парнишка, подхватив Снора под руку, быстро вывел его из зала, в дверях, едва не столкнувшись с нэрмаром Агнара.

— Что? — потребовала, заметив на лице Стэнна злость и беспокойство, — что случилось? Агнар?

— Нет! Агнар ещё не возвратился, — ответил мужчина, чуть помедлив, добавил, — совет старейшин собрался… ждут тебя.

— И что? Это опасно для меня? — спросила, не понимая, что так тревожит Стэнна. Разве не совет старейшин настоял на нашем объединении? Или речь о ребёнке будет?

— Бранд вернулся…

Глава 26

Глава 26

От Бранда я ничего хорошего не ждала, он чётко высказался, что недоволен моим существованием в их племени. Ещё и Агнар не вернулся, надеюсь, с ним ничего не случилось, отец Эйвы не успокоится, пока не уничтожит моего мужа и его клан. Эти тревожные мысли тотчас промелькнули в моей голове, стоило мне услышать слова Стэнна.

— Я могу не пойти? — спросила, быстро перебирая возможные причины своего отказа, — разве без присутствия вождя они имеют право требовать, чтобы я пришла на совет.

— Нет, отказать не можешь. Ты равна мужу, твои приказы имеют ту же силу, что и приказы Агнара. В случае его гибели ты займёшь место вождя. Но такое было лишь однажды, несколько сотен лун назад.

— Ясно. Значит идём, ты же меня проводишь? — уточнила, направилась к выходу, — мне нужно взять тёплую одежду у Иды.

— Только что принесли твою, — заметил Стэнн, чуть помедлив добавил, — оружие тоже возьми.

— Очень вовремя, — хмыкнула, на протяжении нескольких дней заимствуя одежду Иде, на ходу обернувшись, произнесла, — ты полагаешь оружие мне понадобится?

— Нет, на совете запрещено использовать оружие, но без него жене вождя появляться на людях не стоит.

— Хорошо, — равнодушным голосом ответила, но кто бы знал, как мне было трудно. Страх когтистой лапой крепко сжимал моё сердце, казалось, ещё немного и оно прекратит биться. Дыхание перехватило, а ноги вдруг ослабли, лишь неимоверным усилием воли я заставила себя двигаться ровно, с гордо поднятой головой.

— Я провожу тебя и не оставлю одну, Агнар мне бы этого не простил, — произнёс нэрмар, когда я уже почти поднялась на второй этаж. И стоило мне только остаться одной в коридоре, я устало прислонилась спиной к стене, тихо простонала. Идти на совет не хотелось, было страшно, очень… но мне, как всегда, не оставили выбора.

— Диса, вот… одежда ваша, — промямлила служанка, поднимая тёплые штаны и куртку из кожи отличной выделки. На вещах были вышиты красной нитью удивительно красивые узоры, а на груди и плечах, прикрепили железные пластинки. Там же на кровати лежали мои наручни, сапоги и шапка из белого меха.

— Хорошо, помоги мне одеться, — ободряюще улыбнулась обеспокоенной девушке, понимая, что сама я буду долго возиться со всем этим барахлом. А заставлять себя ждать совет мне не хотелось, иначе решат, что им удалось меня напугать.

Спустя тридцать минут я уже была в холле, оставляя распоряжение Томэгу и Тире. Стэнн терпеливо дожидался меня у выхода, не произнеся ни слова, лишь удовлетворённо кивнул, увидев меня в одежде воительницы.

— Идём, — улыбнулась нэрмару, первой вышла из замка, — веди, я не помню, где заседает совет.

— Ты не знала, — хмыкнул Стэнн, — это тщательно скрывается.

— Вот как, может, и правильно… расскажи, кто в совете? Что мне стоит ждать?

— Я не знаю причин твоего приглашения, но то, что там Бранд, — произнёс Стэнн, выругавшись незнакомым мне словом, продолжил, — то, что он, вернувшись в клан, в первую очередь направился в совет, уже подозрительно. Агнару это не понравится, он давно ведёт борьбу с советом, в племени стоит многое изменить. Но без согласия всех старцев это невозможно.

— Кто они? Почему вождь должен их слушать?

— Так, издавна заведено, с той поры, как Иннес единовластно правил кланом Кархайг. Будь тогда совет, не случилось бы беды, — глухим голосом ответил нэрмар, настороженно покосившись на меня, — теперь каждое решение, от которого зависит жизнь всех людей племени, принимается на совете.

— Может быть это и верно, — задумчиво протянула, в то же время хорошо помню историю моего мира, что и совет порой бессилен. А порой он слишком много на себя берёт, уточнила, — значит старики?

— Из древних семей. Их предки немало сделали для племени Кархайг.

— А они сами? Что сделали хорошего для клана?

— Хм…, — запнулся нэрмар, глубоко задумался и только спустя десять томительных минут ожидания, ответил, — в совете состоит Мораг, Дьярви — бывший воин, много побед принёс клану. Логмер и Хрут лучшие охотники племени, обучают детей читать следы, бесшумно ходить, мастерить и ставить силки…

— Всех детей? Отец Томэга тоже был охотником? Он менее умелый?

— Нет, — чуть помедлив ответил Стэнн, пристально на меня взглянув, — он был лучшим и тоже учил детей своему ремеслу.

— Он был в совете? — спросила, понимая, что вопросами ставлю в тупик нэрмара и это ему не нравится. Ему было проще верить, что так заведено издавна, я же хотела разобраться.

— Лоарт не состоял в совете, — сердито буркнул мужчина, прибавив шаг, так я его допекла. Я припустила следом, расспрашивая Стэнна, я всё же не забывала настороженно осматривать улицы, которые мы спешно проходили.

На некоторых, там, где земля была ровней, дома стояли близко друг к другу, было заметно, что среди них имелись дома побогаче, сейчас их окна были наглухо закрыты ставнями. Лавки разместили рядом с домами — навесы крепились прямо к крышам и выходили на тротуар. Выйдя на широкую улицу, оказавшей самой оживлённой, я с интересом, стараясь не обращать внимания на любопытный народ, разглядывала вывески над дверью, которые указывали, где расположены свечные лавки, мастерские швей, валяльщиков, сапожников и прочих мастеров. Их навесы были оборудованы ставнями с множеством отверстий, так, чтобы можно было без труда рассмотреть предлагаемый товар, а вот унести его с собой — довольно сложно.

— Тогда по каким заслугам Дьярви, Логмэр и Хрут выбрали в совет? Получается, совет состоит из четырёх человек? — спросила, выдержав небольшую паузу.

— Эгиль, он воин, давно уже не держал топор в своих руках, но глаз до сих пор зоркий. Это он заметил приближение клана Суин и предупредил нас.

— Значит, совет пяти, — задумчиво пробормотала, обратив внимание, что Стэнн не стал отвечать на первый мой вопрос, спросила, — кто из них чаще всего против предложений Агнара?

— Хрут, — не задумываясь ответил Стэнн, удивлённо на меня посмотрев, взмахнув рукой, показал на невысокий каменный домик, в котором не было ни одного окна, — здесь.

— Пришли, — пробормотала, ненадолго замерев, подняла голову вверх, несколько минут просто смотрела на Тейвху, едва слышно прошептав, — я знаю, ты всё видишь, помоги Агнару…

— Кхм…, — кашлянул Стэнн, вдруг смущено отвёл свой взгляд от меня, тихо произнёс, — говорить начинаешь первой. Выслушай всё, что они скажут и после ответь.

— Хорошо, — кивнула, на мгновение задумавшись, что мне сказать. Поздороваться? Или сразу спросить, зачем звали? Так и не найдя ответ на вроде бы простой вопрос, я, глубоко вдохнув, первой сделала шаг, который ещё немного приблизил меня к этому мрачному дому. За моей спиной встав чуть левее шёл нэрмар. Украдкой покосившись на сурового мужчину, заметила, что его правая рука лежит на эфесе меча, левая была сжата в кулак.

До низенького тёмного здания идти было немного, всего шагов десять, которые мы быстро преодолели. Дважды стукнув по такой же низкой двери, Стэнн, не дожидаясь ответа, толкнул её и быстро вошёл в не менее тёмное помещение. После, склонив голову, зашла я, мысленно отсчитывая, сколько шагов сделала, следуя за нэрмаром, пока мы не остановились.

— «Пять» — тотчас вспыхнуло в голове, глаза, наконец, привыкли к сумраку, и я смогла рассмотреть присутствующих на совете. Четыре седовласых, с изрешеченными морщинами лицами, обветренной тёмной кожей, старца. Ещё довольно крепкие, не сгорбленные временем, они смотрели на меня пристальным взглядом. Мораг… ведунья сидела в кресле, спинка которого была затейливо сложено из покрытых зелёным мхом веток дерева, на коленях старухи была брошена облезшая шкура, а у ног лежала клюка. И Бранд, он стоял у стены, с довольной улыбкой победителя, которая с каждой секундой моего молчания, меркла. Я же не торопилась говорить, изучающе рассматривала каждого советника, надолго оставляя свой взгляд то на одном, то на другом. Мысленно усмехаясь, заметила, что моё пристальное внимание начинает нервировать стариков. Что ж, я добилась чего хотела, сбила с них самоуверенность, теперь можно и поздороваться.

— Приветствую вас о мудрейшие!

Глава 27

Глава 27

— Кхм…, — подавился один из старцев, тотчас расплываясь довольной улыбкой, торжественно проговорил, — приветствуем тебя Эйва!

Остальные советники с видимым облегчением выдохнули, чуть расслабили плечи и немного оживились. Лишь Мораг хитро прищурившись, казалось, забавлялась моим представлением.

— Твой отец… Арран вождь клана Суин три дня назад отрёкся от тебя! — заговорил старик, тот, что чаще всех кривил свои губы и презрительно морщил нос. Не ошибусь, если это и есть тот самый Хрут.

— Хрут! — подтверждая мою догадку, недовольно одёрнул его второй советник, чем-то неуловимо напоминающий сову, чуть помедлив, проговорил, — да Эйва, он отрёкся от тебя.

Я, как и советовал Стэнн, молчала, слушала совет и не понимала, почему отречение Аррана должно меня волновать. Их уверенность в том, что, породнившись с кланом Кархайг, Аррана остановит, и он перестанет нападать на эти земли, я давно развеяла. Агнар знает об этом… совет не знал.

— А значит, он не прекратит нападать на племя Кархайг! — зло бросил Хрут, презрительно скривив губы, продолжил, — люди нашего племени не приняли тебя! Из-за тебя казнили Балоха, чуть не лишился жизни Томэг, которого вскоре избил Снор за службу тебе! Ты никогда не станешь своей…

— Хрут! — снова остановил его «сова», хмурым взглядом посмотрев на коллегу, тяжело вздохнув, произнёс, — он прав, ты никогда не станешь своей.

А я продолжала молчать, переводя свой взгляд от одного к другому, умышленно не смотрела на Бранда, зная наверняка, что он радостно скалит зубы. Просто ждала, чем этот фарс закончится, ведь для чего-то они меня позвали, явно что-то задумали.

— Ты жена вождя, его кровь течёт в тебе, — заговорил ещё один с кривым шрамом на лбу, — твои деяния смылись кровью мужа, но люди помнят зло, совершённое тобой.

— Они никогда не забудут, ведь в каждом доме был тот, кто пал от твоей руки, — добавил четвёртый. Мораг, тоже, как и я, молчала, но по её поджатым губам и недовольному сверлящему взгляду я догадывалась, что она не знает к чему, ведут мужчины.

Я же, слушая советников, даже мысленно не возражала их словам, соглашаясь с каждой брошенной обвиняющей фразой. Ведь это действительно так, я сама понимала, что в этом племени я одна и даже ведунья в любой момент может отвернуться от меня. И я очень хотела бы изменить отношение людей племени Кархайг ко мне, но те жалкие потуги, что я делала, их было недостаточно…

— Испытание северным ветром, — донеслась до меня странная фраза, прерывая мои тягостные думы. Непонимающе взглянув на Мораг, заметила её нахмуренный взгляд и сжатые кисти рук в кулак, так что дряблая тонкая кожа натянулась и стали видны темно-синие вены. Сразу перевела свой взор на Хрута, который сейчас довольно улыбался.

— Бранд беспокоится о благополучии клана и своего вождя, — продолжил говорить «сова» с сочувствием на меня поглядывая, — он напомнил нам об испытание северным ветром, оно убедит людей племени Кархайг, что ты стала своей. Никто больше не посмеет смотреть на тебя как на врага…

А я опять молчала, до боли закусив изнутри губу, тут же почувствовала противный вкус железа во рту. Слушая за своей спиной сердитое сопение Стэнна, смотрела на довольного Хрута и понимала, это испытание не будет простым. А судя по торжествующей улыбке Бранда, оно скорее будет смертельным.

Гнетущее молчание в тёмном каменном склепе затягивалось, советники высказались, но я не спешила с ответом. Мои мысли метались словно пчёлы в разворошённом улье, быстро просчитывая возможный итог, того или иного моего ответа, но как бы это ни было страшно, я осознавала — у меня снова нет выбора. И это начинает раздражать… криво усмехнувшись, окинула взором каждого советника, чуть задержав свой взгляд на ведунье, произнесла:

— Вы соединили кровь Суин с кровью племени Кархайг. Не спрашивая моего желания, сделали изгоем в этом племени и лишили родных. А сейчас вы заявляете о своей ошибке? Говорите, что ваше предположение не исполнилось? Обвиняете меня в своей неудаче? Вы только что признались в своём бессилии! А я… я докажу, что достойный вождь племени Кархайг! Я согласна!

— Нет! Агнар будет против такого решения! — вдруг рыкнул Стэнн, выступив передо мной, — только единожды удалось пройти испытание северным ветром! Больше сотни лун никто не отважился повторить это! Эйва дитя равнины, она не выдержит ночь в горах!

— Стэнн, Эйва приняла решение, — прервал его «сова», печально улыбнувшись, добавил, — её проводят к Тейваре, никто больше не смеет подниматься на святыню. Утром, когда Тейвха выйдет из-за горы Ханд, мы будем ждать Эйву на выступе.

— Вам всем придётся ответить вождю, — процедил сквозь зубы нэрмар, схватив меня за руку, грубо потянул к себе ближе и тихо проговорил, — ты могла отказаться, зачем?

— Ты знаешь, — горько усмехнулась, высвобождая руку из цепкого захвата, произнесла, — они правы, мне никогда не стать своей.

— Если выживешь… значит, Вхагар отметил тебя, значит, Вхагар говорит твоими устами. Никто больше не посмеет указывать тебе, даже совет.

— Отличная весть, — улыбнулась мужчине, прошептав, — я постараюсь выжить.

— Хватит, пора! Северный ветер только одну ночь приходит к Тейваре, — недовольно заворчал Хрут, своими словами невольно подсказав мне, к чему была такая спешка. И вот почему Бранд так торопился увидится с советом и даже не зашёл в замок.

Оружие, бурдюк с отваром и шкура, которая укрывала лишь половину моего тела, это всё, что выдали мне в дорогу. Советники, как и Бранд не вышли меня провожать, что откровенно говоря, радовало. Выйдя из мрачного помещения на улицу, щурясь от ослепительного света, невидяще смотрела, как Стэнн, что-то сердито выговаривал трём воинам, которые вызвались сопроводить меня до святыни и оставить там на ночь. Те с мрачными лицами внимательно слушали нэрмара, украдкой поглядывая в мою сторону.

Но вот, звонкий окрик воина и мы отправились в путь. Поднимаясь всё выше на гору Ханд, приближаясь к тому месту, где я впервые открыла глаза, мы стали невольно вжимать голову в плечи, от то и дело набрасывающегося на нас, словно изголодавший зверь, ледяного ветра. Из-за частых сильных ветров, метелей и холода наст снега стал твёрдым и наши ноги не проваливались в него, что существенно облегчало путь. Шли молча, пряча лица в одежду, тяжело дыша, всем было не до разговоров.

Наконец, добравшись до крутого обрыва, там, где началась моя новая жизнь, я вдруг ощутила странное умиротворение и уверенность в правильности своего решения. И если ещё несколько минут назад я сомневалась и корила себя за дурость и самоуверенность, ругалась, что доверилась мягкой ободряющей улыбке Мораг, то сейчас я знала, что всё получится. Ведь кто-то позвал меня в этот мир, значит я зачем-то нужна здесь и может быть все эти испытания мне по силам, но если я всё же погибну, что ж значит так распорядилась судьба. Необычные надо сказать ощущения… мысленно усмехнувшись непривычным для меня доверием судьбе, я, не выдержав, звонко рассмеялась, напугав идущих рядом со мной воинов.

— Для чего эта верёвка? — спросила спустя пару минут, заметив всё ещё свисающий канат, по которому забиралась с каменного выступа. Часть его была оборвана, часть прикреплена к столбу, от него к другому, странное и не безопасное ограждение.

— Чтобы не упасть с обрыва в метель, — чуть помедлив ответил самый молодой стражник, — охотники часто возвращаются в непогоду, и эта верёвка помогает выйти к жилью.

— Хм… спасибо, — поблагодарила, снова спрятала нос в ворот куртки, ёжась от пронизывающего ледяного ветра, отметив, что его порывы стали сильнее и яростнее.

— Ещё два перехода, и мы доберёмся до Тейваре, — добавил воин, улыбнувшись уголком губ, представился, — Ульвар.

— Приятно познакомится, — улыбнулась в ответ, изумляясь такому добродушию, но вскоре узнала причину этого, услышав остальных.

— Скегги!

— Оден, — по очереди представились мужчины, с уважением на меня поглядывая, — ты бесстрашный воин, раз вызвалась пройти испытание северным ветром.

— Хм… ну да, — усмехнулась, натянуто улыбнувшись, повторила, — приятно познакомится.

Больше воины Агнара ничего не сказали, лишь время от времени внимательно смотрели на меня, словно стараясь запомнить. Но чем выше мы поднимались, тем реже они оборачивались, склонив голову вниз, мы буквально прорывались к вершине.

Место святыни племени Кархайг появилось неожиданно, ровная площадка между двух высоких скал… отлично продуваемая расщелина. Место, где нет ни одного валуна, за которым можно было бы укрыться.

— Пришли, — сиплым голосом объявил Оден, взглянув на Ульвара и Скегги, вдруг вытащил из-за пазухи свёрток, сунул мне в руки и быстро пошёл вниз.

— Вхагар храни тебя, — разом проговорили воины, тоже спеша покинуть Тейваре, оставляя меня в этом ледяном и жутком месте в одиночестве.

Глава 28

Глава 28

— Что ж поищем укрытие, — вслух проговорила, медленно продвигаясь вдоль отвесной скалы, надеясь найти хотя бы небольшую расщелину. Невольно вспомнив слова отца: «Нет безвыходных ситуаций, ты просто плохо смотришь».

— Хотела бы я посмотреть на тебя, окажись ты здесь, — по-доброму усмехнулась, пытаясь протиснуться в узкую дыру, но всё безуспешно. Мысли о близких, мысли которые я все эти дни старательно гнала от себя прочь, опасаясь за свой рассудок, как это не странно сейчас помогали окончательно не свихнуться от страха.

Строгий, но справедливый отец, это он научил меня видеть и просчитывать на несколько шагов вперёд, что не единожды помогло мне, когда я заняла его место. Мама, которая учила меня ценить каждое мгновение, что подарила нам жизнь. Учила, что важно всегда оставаться человеком, что бы ни случилось. Наверное, именно слова мамы помогли мне выдержать тот тяжёлый период, когда я разом лишилась родных. Это была их годовщина, тридцать пять лет совместной жизни, которую они хотели отметить в семейном кругу в загородном доме. Только отец, мама, я и младший братишка. Меня в тот день задержали в офисе, и я опаздывала на ужин, выруливая в переулок, в тупике которого, был построен наш небольшой, но такой уютный дом, я непроизвольно вдавила педаль в пол, когда увидела полыхающее зарево вместо особняка и пожарные автомобили.

Тот день я плохо помню. С рассказов соседей, я резко остановилась у самого забора, выскочила из машины и бросилась к дому, но меня задержал друг и партнёр отца. Тогда я даже не удивилась, почему он был там, позже, спустя несколько недель, читая отчёт о пожаре, я сопоставила все сведения. Больше трёх лет шла подготовка к возмездию… кинув на стол дяди Толи бумаги, я с чувством глубокого удовлетворения объявила, что он лишился всего, что успел украсть у моей семьи. Но к сожалению, его вину в поджоге и смерти моих близких я не смогла доказать… Ещё пять лет потребовалось, чтобы я научилась снова доверять людям, тогда-то я и встретила Сашку. Это был наш первый выезд на фестиваль скалолазания, моё опасное увлечение, как всегда говорила мама, закончилось для меня неожиданно…

— Выкопать в снегу нору? — спросила саму себя, облазив все стены, так и не обнаружила, где можно укрыться. А мороз с каждой минутой крепчал, мой нос, щёки стало неприятно покалывать, но в целом я пока неплохо держалась. Одежда здесь была добротной, а меховые варежки отлично справлялись с холодом.

— Да, здесь в самый раз, — удовлетворённо кивнула, нервно хихикнув, понимая, что разговаривать с собой это странно, я, достав нож, воткнула его широкое лезвие в твёрдый, покрытый ледяной коркой наст снега. И принялась прорубать себе дыру в будущий дом, который, надеюсь, поможет пережить эту ночь. Небо тем временем становилось темнее, ветер яростными порывами набрасывался на меня, но я как заведённая продолжала вгрызаться в утрамбованный снег.

Она напала сзади, когда я почти закончила рыть нору. Большая с белым пушистым мехом кошка. Я таких никогда не видела, узкие маленькие глаза, разинутая пасть с огромными клыками в два ряда, мощные лапы с острыми когтями размером с мой указательный палец. Не знаю, как я успела откатиться в сторону, наверное, инстинкт самосохранения и навыки Эйвы помогли, но массивное тело рухнуло на то место, где совсем недавно была я, круша своим весом моё укрытие.

— Тварь, — зло прорычала, вдруг взбесившись из-за сломанного снежного домика, быстро вскочила на ноги, стиснув нож в руке, замерла в ожидании. Почему-то уверенная, что первой на кошку нападать опасно. Доверившись внутреннему чутью, я не спускала взгляд от огромной туши, которая припав на передние лапы, хлёсткими ударами била по своему телу длинным хвостом, скалясь, тихо рычала.

И снова прыжок! Падая на колени, я, чуть прокатившись по ледяному насту, сумела увернуться от раскрытой пасти. Подъём на ноги, разворот, но лезвие лишь полоснуло животное по задней лапе, отчего кошка, яростно зарычала. Вновь прыжок! Припав к земле, перекатилась, уходя с пути хищной твари, одновременно с этим сильным ударом вбиваю свой нож в шею животного, с хрустом проворачивая лезвие. Дикий хрип, брызги алой крови на снегу, моей и кошки…

— Прости, — горько всхлипнула, быстро отползая подальше от места битвы. Некоторое время сквозь пелену слёз смотрела на бездыханное тело животного. Шмыгнув носом, зло стёрла слёзы с замёрзших щёк, дрожащими руками достала из-за пазухи бурдюк с отваром, с трудом выдернула пробку, сделала глоток едва тёплой жидкости.

— Я не хотела… прости, — бормотала, с трудом сдерживая рыдания, размотала свёрток, оставленный Оденом, в котором лежала лепёшка. Оторвала кусок от промасленной ткани, перевязала кисть с разодранной тыльной стороной. Страшные рваные борозды, оставленные красивым и опасным животным.

Только минут через пять я, наконец, собралась с силами, заставив себя подняться, отправилась смотреть нору, чтобы вскоре с обидой выругаться на полностью разрушенное укрытие.

— Эйва! — неожиданно громко раздался хриплый мужской голос за моей спиной. Рука, в которой я всё ещё продолжала держать нож, тотчас напряглась, сердце в предвкушении скорой битвы, забилось быстро и гулко. Резко обернувшись на звук, я с удивлением смотрела на Томэга, который остановившись в нескольких шагах от меня, опасливо поглядывал на бездыханное животное.

— Зачем ты здесь? — неверующе просипела, настороженно всматриваясь за спину парня.

— Ты не выполнила данное мне обещание, — буркнул Томэг, бросив на снег большой мешок, добавил, — здесь шкуры бизара, они плотные и не дадут северному ветру добраться до тебя. Бенга отправила жир, смажешь лицо и руки, отвар ещё в нём перец монпа, он согреет. Тира попросила принести мазь… вижу она тебе понадобится.

— Хм… спасибо, — потрясённо пробормотала, глядя, как Томэг ловко расчищает мою разрушенную нору, укладывая в неё огромные шкуры, проговорила, — тебе надо идти, скоро ночь, я не хочу, чтобы ты погиб из-за меня.

— Успею, я хорошо знаю эти места, — проворчал парень, кивнув в сторону мёртвой кошки, спросил, — ты шкуру снимать будешь? Жаль будет бросать, у тарсы отличный мех.

— Нет…

— Я сниму, — важно произнёс парнишка, наконец закончив, обустраивать мне укрытие, добавил, — смажь руку, хоть в зивере на зубах и когтях у тарсы нет яда, но если не очистить раны, будут долго болеть.

— Хорошо, — заторможено кивнула, забирая баночку с жёлтой настывшей мазью, с трудом сколупнула немного, провела по всё ещё кровоточащим порезам. Вскоре от боли и жжения сцепила зубы, зашипела.

— Зачем ты за мной шёл? — Вдруг заговорил Томэг, повернув голову к выходу из расщелины, — а если за тобой следят?

— Не учи меня щенок, — сердито сплюнул Стэнн, выходя из-за скалы, удивлённо воскликнул, — ты убил тарсу?

— Эйва убила, — коротко бросил Томэг, — помоги снять шкуру, времени мало.

— Я вижу, ты принёс ей шкуры бизара? Положи и эти туда. Давина просила передать тебе пирог, отвар и ещё эти ичиги, они хорошо держат тепло.

— Стэнн, что ты тут делаешь? — смогла, наконец, выговорить, давясь непролитыми слезами, с недоумением взирая на людей, которые меня ненавидят, — совет сказал, что сюда никто не должен заходить.

— Но он также забыл сказать, что тому, кто решился пройти испытание северным ветром, положена защита и еда, — зло выругался нэрмар, присоединяясь к кровавому занятию, недовольно добавив, — когда ты погибнешь, я смогу ответить вождю, что сделал всё, что в моих силах.

— Хм… спасибо за честность, — усмехнулась, вновь делая глоток отвара, пытаясь продавить комок, сдавивший мне горло, — уходите, через пару часов наступит ночь, я говорила Томэгу и скажу тебе… я не хочу, чтобы вы из-за меня погибли.

— Уйдём! Ещё одна тёплая шкура тебе не помешает, — пробормотал парнишка, ни на секунду, не отвлекаясь от работы. Вскоре в четыре руки они быстро управились, утащив тушу за стену, сбросив её с отвесной скалы, засыпали кровь снегом.

— Это не поможет, если рядом будет бродить голодное животное, — задумчиво протянул Стэнн, — но, может, тебе повезёт, и ты замёрзнешь быстрее.

— Да ты оптимист, — хмыкнула, стараясь не смотреть на шкуру с белым мехом, поторопила, — уходите.

— Когда он придёт, как бы тебя не клонило в сон, не спи, — проговорил Томэг, с сочувствием на меня посмотрев, — если выживешь, сбрось шкуры бизара со скалы, я заберу. Шкуру тарсы принеси с собой.

— Хорошо, — кивнула, сжав кисти рук в кулаки, впиваясь ногтями в кожу, чтобы позорно не разрыдаться, проговорила, — а теперь уходите! Уходите я сказала!

Только когда Томэг и Стэнн скрылись за стеной, я позволила себе обессиленно упасть на снег и тихо застонать.

Глава 29

Глава 29

Спустя несколько минут я с трудом заставила себя подняться, быстро оглядев место моего убежища, решительно направилась к шкурам. Там больше часа водружала снежную стену, которая по моим замыслам должна прикрыть меня от ветра. Конструкция вышла жуткая, неровная и не слишком крепкая, но хоть что-то. Да и сидеть, не двигаясь при всё сильнее крепчающем морозе, было рискованно. Наконец, удовлетворённо кивнув, достала отвар, тот, что прихватила с собой, он правда уже успел порядком остыть, сделал пару глотков, осушая бурдюк. Развернула пирог от Давины, он тоже был едва тёплым, его я умяла быстро и, запихнув кусок ткани обратно за пазуху, на секунду замерла. Бескрайние белые просторы, отвесные скалы, мороз и всё это только для меня.

— Не стой! — рыкнула сама себе, отправилась к небольшому выступу, забравшись на него только с третьего раза, я хмурым взглядом окинула унылую картину. Снова горы и снег. Спрыгнув, прошлась вдоль скал, всматриваясь в покрытый изморосью камень, некоторое время пыталась понять, почему это место выбрано святилищем и что значит Тейваре.

— Неясно, — просипела, пряча нос в вороте куртки, пару раз подпрыгнула на месте, почувствовав, что стала замерзать, недовольно пробормотала, — ещё час такой активности и я свалюсь от усталости.

Но время, казалось, остановилось. Мучительное ожидание неизбежного вынуждало сердце сжиматься от страха, неизвестность пугала, а холод пробирал до костей… Чтобы не замёрзнуть я с маниакальным упорством, едва передвигая ногами, ходила от одного края скалы к другому, мечтая, чтобы этот кошмар поскорее закончился…

Северный ветер обрушился резко. Обжигая лицо, проникая под одежду, с ожесточённым упрямством толкал меня к краю отвесного обрыва. С ним было трудно тягаться, и уже через пару минут упав на колени, цепляясь руками за обледенелые куски снега, я медленно продвигалась к разрушенной снежной стене. Туда где была вырыта яма, где лежали плотные шкуры, надеясь укрыться от порывов пронизывающего ветра. Но руки в тёплых и слишком толстых варежках то и дело слетали с небольших уступов и меня снова откатывало назад.

Зло ругаясь, зубами стащила одну из них, успев подхватить и спрятать варежку за пазуху, снова вцепилась в обжигающий кусок льда, подтянулась. Мгновенно ощутив, как голые пальцы онемели, а пронизывающий до костей холод начал подбираться к сердцу. Нечеловеческим усилием мне удалось оторвать ладонь от обжигающего до боли снега, перехватилась дальше. Я понимала, что останься здесь под порывами колючего, безжалостного ветра, замёрзну и наверняка погибну. А ледяной вихрь всё продолжал с неимоверной силой бить в лицо, с дикой ненавистью набрасываясь на меня, не давал приблизиться к укрытию, не позволяя разглядеть ничего вокруг. Только лишь усилием воли, до крови закусив губу, я терпеливо ползла к шкурам, прищурившись, прятала лицо от очередного порыва снежного урагана, а мой взгляд не отрывался от тёмного пятна среди белой пелены. Зубы скрипели от напряжения, мускулы окаменели от судорог, слёзы застыли на щеках и ресницах, не давая увидеть, как далеко я продвинулась. Обледенелые крошки снега иглами секли лицо и руку, ветер и холод, объединив усилия, замедляли движение и когда отчаяние всё же захватило меня, я наткнулась на колючий мех бизара.

— Добралась, — судорожно всхлипнула, удвоила силы, пригибаясь к земле, буквально сползла в яму, которую уже успело немного замести снегом. Чуть приподняв одну из тяжёлых шкур, следом вторую, я пролезла в маленькую щель, свернувшись в норе, закрылась увесистыми шкурами, придавливая их край своим весом. Тут же почувствовала, как ветер будто взбесился, остервенело набросился на меня, пытаясь сорвать мою хлипкую защиту.

— Нет! — зло выкрикнула, крепко вцепившись в края, подтянула их ещё ниже, подкладывая под себя, не позволяя ветру сбросить шкуру. Вскоре с облегчением выдохнула, когда остатки снежной стены, обвалились прямо мне на голову, придавливая своим весом мягкую крышу, невольно помогая удержать её от леденящих душу порывов промозглого ветра.

Не знаю, сколько я так просидела, давно не чувствуя боли в задеревеневших конечностях, не воспринимая неудобство пронимавшего до костей адского холода. Пронизывающий ветер терпеливо, набрасываясь на меня, пробирался даже сквозь плотную шкуру бизара, медленно убивал… Мои мысли стали тягучими, глаза с трудом открывались, а остатков сил, хватало лишь до боли укусить палец, чтобы не терять сознание.

— Мазь, — прохрипела, вдруг вспомнив о жуткой дряни, от которой темнело в глазах, а от нестерпимой боли, казалось, простреливало до самого позвоночника. Дрожащими руками, достала маленькую баночку, что отправила Тира, подцепив немного мази, размотала повязку и от души размазала её по ране, оставленную тарсой. И тотчас обжигающая нестерпимая боль, адская смесь, которая жаркой волной пробежала по моему телу, кровь забурлила, а голова будто бы очистилась от странного, противоестественного наваждения.

Трижды за эту бесконечную ночь я наносила ужасный состав, опасаясь посмотреть на руку, ожидая увидеть разъеденную до кости кожу. Но только это помогло мне справиться с безумной, болезненной тягой выйти из укрытия. Наконец, завывание ветра стихло, гнетущий пронзительный звук замолк, а шкуру прекратили вырывать. Невидящи уставившись в непроглядную тьму в своей норе, прислушиваясь к каждому шороху, я просидела, не двигаясь ещё, наверное, час. И только тогда, осторожно чуть приподняв шкуру, ругаясь на тут же посыпавший внутрь снег, неверующе уставилась на ослепительный белоснежный наст, который сверкал под яркими лучами Тейвхы.

— Неужели всё, — просипела, с трудом сдерживая рыдания, медленно выбираясь из своего укрытия, сцепив зубы, борясь с судорогами и болью в теле, потрясённо пробормотала, — ночь… она прошла, и я выжила. Выжила!

Закричала, застыв между двух скал, смотрела на Тейвху и плакала, смывая слезами страх, боль и ужас. После, когда тело, наконец, прекратило содрогаться от рыданий, вытащив из норы шкуры бизара, скинула их с обрыва, как и просил Томэг. И подхватив шкуру тарсы, волоком таща её за собой, медленно, шаркающей походкой отправилась к городу. С улыбкой щурясь от ярких и удивительно тёплых лучей Тейвхи…

Их было так много, что я невольно остановилась, потрясённо разглядывая столпившийся на выступе людей. Всем любопытным места не хватило и часть мальчишек взобрались на небольшие скалы, с благоговением взирали на меня. Уважение, радость, изумление и страх были на лицах людей племени Кархайг. А тишина, которую, казалось, можно потрогать руками, липкая и тягучая, она нависла над людьми, заставляя невольно пригнуться.

Натянув широкую улыбку, собравшись с силами, я продолжила идти, с каждым шагом приближаясь к ожидающему меня совету, на лицах которого был тот самый страх. Рядом с ними замер, ошеломлённый нэрмар, он не спускал с меня свой взгляд, время от времени косо посматривая на Хрута и Бранда, которые о чём-то перешёптывались. Чуть поодаль стояли Бенга, Хольми, Тира и девочки, а дальше всех, почти у самого края выступа замер Томэг, криво улыбаясь.

Никогда я не ощущала такого волнения как сейчас. Сердце заходилось в бешеном стуке, ноющая боль в руке и усталость разом исчезли. Силы, что совсем недавно утекали словно вода в песок, вдруг бурным потоком обрушились на мои плечи, заставляя невольно их расправить, а подбородок гордо поднять.

— Эйва! Эйва! Эйва! — Сначала тихо, но с каждым повтором громкость усиливалась, люди поддались вперёд, продолжая скандировать.

— У неё шкура тарсы! — ошалело вопили мальчишки, подпрыгивая на опасном выступе скалы, показывая на меня пальцем.

— Эйва! Выжила! Эйва! — кричали воины, вставшие за спиной совета, требуя, — говори! Говори!

— Эээ, — растерянно пробормотала, остановившись в десяти шаг от взбудораженной толпы, наконец, нашлась что сказать, выкрикнула, — Вхагар мудр! Он дважды сохранил мне жизнь! Вхагар верит мне! Знает, что ни мои мысли, ни действия никогда не принесут зла жителям племени Кархайг. Ведает, что я сделаю всё, чтобы люди клана жили в мире, не зная страха! Не опасаясь за свою жизнь и жизнь детей!

— Да! — закричали воины, им вторили женщины и мужчины, мальчишки спрыгнув с заснеженного валуна, рванули ко мне, но первым, кто добрался, был Хольми. Ребёнок, дрожащей рукой прикоснулся к белоснежной шкуре Тарсы, проговорил:

— Мы знали, что ты вернёшься.

— Спасибо… благодаря вашей вере и помощи я выжила, — прошептала, ласково улыбнувшись, вручила ценный трофей, радостному и гордому таким вниманием Хольми.

Глава 30

Глава 30

— Идём, — проговорил Стэнн, с трудом прорвавшись сквозь плотный строй мальчишек, недовольно буркнув, — они здесь долго будут стоять, а тебе нужен отдых.

— Агнар не вернулся?

— Нет и это на него не похоже, — покачал головой нэрмар, глухим голосом добавив, — я отправил воинов, они найдут его.

— Хорошо, — задумчиво протянула, украдкой взглянув на Бранда. Мужчина был зол, его план уничтожить меня под благовидным предлогом не удался, и я уверена, что скоро мне придётся ждать новой пакости.

— Мораг придёт, как только закончится совет, — продолжил Стэнн, в буквальном смысле прорубая мне проход, среди любопытных жителей, — твоя рука…

— Стэнн, сейчас, пройдя испытание, я могу потребовать смену совета? — тихо спросила, переводя разговор от моих ран, украдкой покосилась на враз нахмурившегося нэрмара.

— Можешь, только знай, что у всех за спинами сильная семья.

— Не удивительно, — хмыкнула, увидев спешащих к нам Бенги, Тиру и девочек, чуть замедлила шаг, — и всё же я объявлю о переизбрании, этот совет устал и не замечает очевидного.

— Ты о Бранде?

— Да, — коротко ответила, радостно улыбнувшись, когда женщины замка поравнялись с нами.

— Эйва! Мы верили, что ты справишься! Вхагар не допустил бы твоей гибели, — всхлипнула кухарка, вдруг неловко схватив меня в свои крепкие объятия, звонко поцеловала в щеку и быстро отстранилась, — прости диса.

— Я тоже рада вас всех видеть, — проговорила, широко улыбнувшись, добавила, — пирог и отвар с перцем очень помог, Бенга. Тира, а мазь, что ты оправила, не позволила мне уснуть.

— Это Мораг дала, сказала, что она тебе поможет, — ответила девушка, смущённо улыбнувшись.

— Спасибо вам, — ещё раз поблагодарила, беглым взглядом окинув людей, не увидела среди них Томэга.

— Он ушёл в замок, сказал, что нужно нагреть побольше воды для дисы, — подсказала Иде, догадавшись по моему ищущему взгляду, кого я разыскиваю.

Кивнув девушки, что услышала, я, с трудом передвигая ногами, шла по оживлённым улицам, старательно не обращая внимания на уставившийся на меня словно на диковинку народ. Силы, что совсем недавно помогли, с достоинством спуститься к людям, вдруг покинули меня, а нестерпимая боль с новой силой набросилась. Но, кроме адского жжения в руке, появилась пульсирующая в висках и болезненное покалывание в ногах.

Нэрмар идущий рядом со мной, заметил, что с каждым шагом мне всё сложнее передвигать ноги и меня то и дело заносило в сторону. Будто бы невзначай придвинулся ко мне ближе, едва касаясь плечом, помогал достойно завершить этот путь. Бенга, Тира, Иде и Свея, обступив меня со всех сторон, прикрывали от любопытных глаз. И за это я тоже им была очень благодарна.

— Эйва! Эйва! Эйва! — Громкий крик тотчас разнёсся по двору, стоило мне пройти сквозь ворота во двор замка. Воины Агнара, покинув дохан, выстроились в ряд, приветствуя звоном оружия и топотом ног, провожали меня взглядом, в котором я видела искреннее уважение. Собрав остатки сил, я снова расправила плечи, гордо подняв голову и натянув улыбку, прошла сквозь ровный строй, но как только переступила порог, тут же повалилась на пол.

— Держи её! — Обеспокоенно рыкнул Томэг, встретивший нас в холле замка, меня тут же подхватили чьи-то крепкие руки, и я, наконец, уплыла в долгожданную темноту.

Пришла в себя рывком, резко распахнув глаза, села в кровати и только осмотревшись, смогла с облегчением выдохнуть. Я в своей комнате, в камине полыхает пламя, которое прожорливо с аппетитным треском пожирало сухие поленья. В окно пробрались яркие тёплые лучики Тейвхы, их жёлтые пятна, ползали по одеялу, каменному полу и лицу спящей сидя в кресле Тиры. Осторожно спустившись с кровати, натянув надоевшие ичиги, я на цыпочках прошла за ширму и быстро сделав дела, поспешила обратно в постель.

— Диса, тебе велено лежать, а ты бегаешь, — пробормотала служанка, с укором на меня посмотрев, — Мораг сказала день и ещё ночь лежать надобно.

— Я только до ширмы, — улыбнулась ворчливой девушке, решив в этот раз слушаться ведунью и никуда не ходить. После всего произошедшего я заслуживаю хороший отдых.

— Сейчас отвару дам и повязку сменить надо.

— Что с рукой? Совсем плохо? — спросила, так до сих пор не решившись посмотреть на разодранную кисть, которую я вдобавок жгла мазью.

— Мораг обещала, что скоро затянется, — уклончиво ответила Тира, вручив кружку с тёплой, немного пряной жидкостью, добавила, — ты диса не смотри, когда я повязку менять буду.

— Хм… думаю, мне стоит знать, что с рукой, — вполголоса проговорила, готовя себя к худшему.

— А что там? Рана как рана, — буркнула служанка, которую иногда явно заносило, и девчушка вела себя как старая ворчунья, но меня это искренне радовало.

— Агнар вернулся?

— Нет, — покачала головой Тира, — а Томэг ждёт вас в коридоре.

— Бранд? Он в замке?

— Да, в кабинете был, потом в покоях своих гремел, — ответила девушка, бережно разматывая на моей руке промасленную чем-то незнакомо пахучим, повязку, тихо добавив, — я видела, за ним Томэг присматривает.

— Хорошо, — кивнула, не сводя взгляд от своей левой кисти, решив, что как только Тира закончит, пригласить парня и попросить официально присмотреть за братом вождя. Тут же на мгновение зажмурилась от увиденного, спустя секунду, нашла в себе смелости, открыть глаза.

Тыльная сторона руки была обезображена, рваные раны от когтей тарсы, слились с кровавым ожогом от мази. Стиснув зубы, чтобы не застонать от адской боли, пока Тира едва касаясь смывала с краёв запёкшую кровь, потом аккуратно размазывала жирную мазь чуть желтоватого цвета, опять смазывала, там, где та невероятно быстро впитывалась, и, наконец замотала новую повязку.

— Всё, Мораг сказала, эта мазь снимет немного боль, — произнесла девушка, с сочувствием на меня посмотрев.

— Да. Немного, — благодарно улыбнулась служанке, с усмешкой спросив, — а есть мне ведунья разрешила?

— Ой! Конечно, мама похлёбку приготовила! Вкусная и силы вернёт, — всполошилась Тира, быстро скидав баночку с мазью, грязную повязку и пустую бутылку с отваром в корзину, поспешила к двери.

— Тира, Томэга позови, — быстро проговорила, пока девушка не успела сбежать, настойчиво повторила, — сейчас позови.

— Хорошо, диса, — снова заворчала служанка, распахивая дверь, произнесла, — тебя диса зовёт.

Томэг не заставил себя долго ждать, лишь тихо выругался вслед Тиры, прошёл в покои, плотно закрыл дверь и замер в ожидании.

— Спасибо тебе, — начала я, заметив, как у парнишки недовольно сморщился нос, подавила улыбку, продолжила, — знаю, ты помог мне только из-за того, что я обещала остановить Аррана и прекратить жестокие нападения, но всё же хочу тебя поблагодарить. Шкуры бизара, что ты принёс помогли спрятаться от ветра… я скинула их с обрыва, как ты и говорил.

— Диса… какой он? — вдруг спросил Томэг, пристально на меня взглянув, с учтивым благоговением уточнив, — Северный ветер.

— Безжалостный, сильный, обжигающий. Он не терпит слабости, — задумчиво протянула, на мгновение вернувшись в тот кошмар, тихо добавив, — ночью, когда я пряталась под шкурами… меня кто-то настойчиво звал выбраться из укрытия. Его зов был очень сильным, с ним было трудно совладать.

— Легенда рассказывает… Северный ветер это последний из племени Тейваре. Они жили по ту сторону двух скал горы Ханд. Однажды на земли племени Тейваре пришло другое племя, они уничтожили всех, а ветер… он уснул, стоя на страже, и пропустил жестоких воинов. С тех пор Северному ветру нет покоя, он стережёт земли своего племени и только самый сильный сможет выстоять против его ярости.

— Мне жаль Тейваре, — проговорила, невидяще глядя перед собой, гадала, существовало ли это племя действительно и что всё-таки звало меня там… в святыне. Моя уверенность в том, что всё научно недоказанное не существует, с некоторых пор пошатнулась. Моё необъяснимое перемещение в мир Эрин, все эти легенды, святыни, Вхагар. И мои слова, там у выступа, они были искренними, будто я правда верила в то, что Вхагар говорил со мной.

Глава 31

Глава 31

— Кхм… — едва слышно кашлянул парень, прерывая моё затянувшееся молчание.

— Томэг, я прошу тебя присмотреть за Брандом.

— Присмотрю, — кивнул парень, чуть помедлив, добавил, — он говорил с Хрутом, я слышал… Бранд сказал, что вождь не помеха.

— Ясно, надеюсь, воинам удастся найти Агнара, — проговорила, стиснув одеяло в кулак, от вдруг охватившей меня ярости, продолжила, — только будь осторожен.

— Я охотник диса, — насмешливо улыбнулся Томэг, тут же спросив, — что-то ещё?

— Нет, — покачала головой, заметив, что парень уже не отводит от меня взгляд, чуть улыбнувшись уголком рта, добавила, — иди.

— Шкуру тарсы я отдал сыромятнику, жаль будет, если испортится такой мех, — проговорил Томэг, прежде чем покинуть покои.

— Спасибо, — поблагодарила спину парня. Криво усмехнувшись, устало откинулась на подушки и прикрыла глаза. Но мрачные тревожные мысли о муже не давали покоя. Где он? Жив ли? Почему так надолго задержался.

— Диса, вы лежите, я в постель подам, — громко проговорила Тира, пятясь закатывая небольшой столик, заставленный горшками, тарелками и чашками. Своим эффектным появлением прервав мои тягостные метания.

— Тира? Где ты раздобыла этот столик? — Удивлённо воскликнула, тихо хохотнув, представив на девушке белый передник и чепчик и будет точь-в-точь как в кино.

— Мама из кладовой достала, в прошлом луне Бранд привёз, требовал ему в покои завтрак подавать.

— Вот как, — задумчиво протянула, узнав о брате вождя ещё одну немаловажную деталь, — и что?

— Гуда подавала, — равнодушно пожала плечами девушка, наконец закатив это железно-деревянное чудо, — держите, здесь похлёбка. Такую только мама готовит, отец, когда был жив, всегда после похода ею силы возвращал.

— Пахнет потрясающе, — проговорила, принимая небольшой глиняный горшок, завёрнутый в шерстяную ткань, чтобы не обжечься, снова втянула в себя мясной насыщенный аромат, — с чесночком.

Получив вожделенную ложку мне уже было не до разговоров, похлёбка с незнакомой мне крупой и разварившимся на волокна мясом была невероятно вкусной и сытной. Отвар из ягод, мяты и ещё чем-то неуловимым — сладким. Пирог с капустой нежный и сочный, а горсточка размороженной клюквы ужасно кислой.

После сытного обеда, в тепле и тишине меня разморило, и я не стала сопротивляться требованию измотанного организма, укутавшись тяжёлым одеялом, стоило прикрыть глаза, тут же уснула.

Проснулась от тихого шороха, по едва слышному бормотанию узнала ворчунью Тиру. Открывать глаза, шевелиться совсем не хотелось. Приятная слабость в теле и сонливость лениво растекались во мне. Наверное, впервые за долгое время я, наконец, выспалась и так хорошо отдохнула.

Но провалявшись ещё минут десять, устав от безделья, распахнула глаза, несколько минут бездумно пялилась в потолок, считая сучки на деревянных потемневших от времени балках.

— Диса, отварчику? — прошептала Тира совсем близко от меня, заметив, что я уже ни сплю.

— Давай.

— Мама рыбку запекла, а ещё похлёбка осталась.

— Спасибо, но пока не хочется, — отказалась, прежде прислушавшись к себе, поднялась и, подложив под спину подушку, взяла чуть горячеватую кружку с ароматным напитком, — Агнар?

— Нет, — покачала головой девушка, по её нахмуренному взгляду было заметно, что она не меньше меня беспокоится о вожде.

— Бранд в замке?

— Уходил, потом вернулся, — быстро отрапортовала Тира, чуть тише продолжив, — Томэг тоже уходил.

— Угу, — промычала, сделав небольшой глоток отвара, уловив в нём запах чабреца, в который раз удивляясь своим невероятно чутким обонянием, — как Хольми? Не хромает? Ты следишь за тем, как он ходит?

— Хорошо ходит, — благодарно улыбнулась девушка, — радостный такой и с мальчишками теперь пропадает, а то всё дома сидел.

— Отлично, но надо ещё и массаж делать, спазм снимать, — проговорила, возвращая пустую чашку Тире, — брат сейчас в замке?

— Да, Свеи помогает с горохом управиться.

— Тогда помоги одеться и пойдём на кухню, покажу как правильно ногу братишке разминать.

— Ой! А Мораг сказала, что лежать тебе диса надо!

— Мне уже гораздо лучше, я отдохнула, — ответила, не слушая причитания девушки, отправилась за ширму, ощущая себя и правда неплохо.

Спустя десять минут Тира замолкла, но дуться на меня не прекратила. Не говоря ни слова, помогла надеть шерстяное тёмно-синего цвета платье, с привычной вышивкой у ворота и рукавах. Я подвязала пояс, на котором висели ножны, запихнула в них оружие, уже не единожды спасшее мне жизнь. Натянула ичиги и поспешила покинуть покои и поскорее оказаться подальше от укоризненного взгляда Тиры.

— Говорю тебе, замыслил он дурное! — сердито высказалась Бенга, тут же замолчав, стоило мне пройти в помещение.

— Кто Бенга? — спросила, не сводя взгляд с женщины, которая, поджав губы, не произнесла и звука.

— Диса, глянь, как я хожу, — заговорил Хольми, отвлекая меня от мамы, с довольной улыбкой прошёлся от очага к двери и обратно.

— Замечательно ходишь, — улыбнулась маленькой хитрости мальчишки, вновь вернула свой взгляд на кухарку, потребовала, — Бенга?

— Да, Бранд этот! — Коротко бросила, словно выругалась женщина, сжав кулаки, продолжила, — диса, вот помяните мои слова, дурной он человек!

— Хм… ясно, — кивнула, мысленно соглашаясь со словами кухарки, вспомнив, зачем пришла, добавила, — где будет удобно, Хольми лечь? Я покажу как правильно делать массаж ноги, чтобы снять спазмы и расслабить мышцы.

— В комнате, диса, — растерянно протянула кухарка, махнув рукой в сторону двери, нерешительно проговорила, — идём.

В коридоре было всё так же темно, за всей этой круговерти я забыла о лампах. Стены в этой части замка были тёмными, отчего коридор выглядел мрачным. Сделав мысленную зарубку, узнать есть ли здесь известь, посчитала, что побелка здесь точно не помешает.

— Бенга, где у нас хранится масло для ламп? — спросила, чтобы хоть как-то разрядить напряжённую обстановку. Бенга, Тира и Хольми ведя меня по узкому коридору, будто бы шли на заклание.

— В кладовой лежит.

— А лампы есть?

— Тоже там хранятся, — ответила кухарка, с недоумением на меня посмотрев.

— Ты распорядись, развешать их в этом коридоре, наверное, штук пять точно, а то ни зги не видно.

— Хорошо, диса, — удивлённо вскинула голову женщина, улыбнувшись уголком рта, проговорила, — вот диса, наша комната.

— Хм… вы живете здесь втроём? — спросила, проходя в небольшое помещение всего метров шесть длинной и три в ширину с единственным крохотным окном под самым потолком. Две небольшие узкие кровати поставили вплотную к друг другу с левой стороны, после них влез сундук, на котором горкой лежала стопка постельного белья. Ещё одна кровать была короче вполовину, её установили у правой стены, далее снова сундук. Под окном приютился маленький столик и табурет. На стене у двери вбиты крючки, на которых висела повидавшая время одежда. Маленькая, узкая комнатка, которая, впрочем, была очень уютной. Небольшие вышитые салфетки на подушках и столе. Милый разноцветный коврик у кровати и симпатичный всего метр на полтора гобелен на стене.

— Красиво у вас, — улыбнулась настороженным слугам, тут же спросив, — а сколько здесь всего комнат?

— Ещё три, — ответила Тира, покосившись на мать.

— И кто там живёт?

— Иде и Свея одну занимают. Келда с дочерью, Ринда одну. Спен и Томэг в дохане ночуют, — объяснила Бенга, нетерпеливо топчась у порога.

— И больше помещений, пустующих нет?

— Не знаем диса, есть три двери ещё, только они заперты.

— Ясно, ладно разберёмся, — задумчиво протянула, решив сначала осмотреть остальные комнаты слуг, взглянуть, что там за помещения такие под замком и после определиться с планом перестановки, вернулась к более важному сейчас вопросу, — Хольми разувайся и ложись на живот, будем делать тебе массаж.

Под заливистый смех ребёнка, а иногда и под его тихий стон, я обучала Бенгу и Тиру, как правильно разминать мышцы Хольми, надеясь, что всё запомнила верно. Больше часа они по очереди мяли мальчишку, который вцепившись зубами в подушку, давился от смеха, так ему почему-то было щекотно. Наконец, мы закончили пытать ребёнка, едва слышно, посмеиваясь, вышли из комнаты. Бенги и Хольми вернулись на кухню, я и Тира поспешили в мои покои, но надо же было нам в холле столкнуться с Брандом.

— Радуешься? — прошипел мужчина, на секунду замерев у подножия лестницы, направился в мою сторону, — совет проверит святилище, никто не выживал на Тейваре в ночь прихода Северного ветра.

— Поэтому ты меня туда отправил, надеялся, что не выживу, — усмехнулась, показательно положив руку на эфес ножа, даже не сдвинулась с места, когда Бранд приблизился ко мне, зло продолжив, — у левой скалы под снегом свежая кровь убитой мной тарсы, пусть не забудут проверить.

— Ты…, — начал было он, но дверь, ведущая во двор замка, с шумом распахнулась и в холл на носилках внесли Агнара.

Глава 32

Глава 32

— Он жив? — слова вырвались с хрипом, стоило только увидеть серое в кровавых разводах лицо мужа и его безвольно свисающую руку с носилок.

— Да, — коротко бросил Стэнн, проследовав за воинами, которые поднимали вождя на второй этаж.

— Мораг позвали? — Обеспокоенно спросила, невольно взглянув на Бранда, едва сдержалась, чтобы не отшатнуться от дикой неудержимой ненависти в его глазах. То, что я заметила, лишь подтвердило мои предположения. Мужчина был в ярости, а по его потрясённому взгляду я осознала, он никак не ожидал узреть брата живым.

— Да, — снова односложно ответил нэрмар, скрываясь в коридоре. Я, обойдя по широкой дуге замершего Бранда, дёрнула за руку Тиру, чтобы та пришла в себя, на ходу дав распоряжение принести в покои горячую чистую воду и ткань, рванула следом за Стэнном. Обогнав воинов с носилками, распахнула дверь и суетливо принялась расправлять покрывало на кровати.

— Перекладывайте. Стэнн, помоги, — попросила, чуть приподнимая голову мужа, пыталась стащить с его шеи разобранный ворот, — обувь снимите и штаны!

— Рукав и живот, — проговорил Стэнн, помогая стащить с Агнара настывшую и окровавленную одежду.

— Вижу, — сцепив зубы, стараясь не смотреть на безжизненное лицо мужа, развязывала слипшиеся от крови верёвки, стягивающие плотную кожу защитного жилета, — где его нашли?

— В избушке охотника у истоков реки Мрас. Снег не смог полностью скрыть кровавые следы… Агнар полз, если бы вождь не добрался до избушки, он бы замёрз.

— Ясно…, — просипела, со свистом втянув в себя воздух, — воины? Те что ушли с Агнаром?

— Семь тел… их раны, — чуть запнувшись проговорил Стэнн, зло бросив, — они слишком близко подпустили к себе врага. Только Агнару удалось выжить.

— В замке есть темница? — спросила, тщательно подбирая слова, пристально посмотрев на нэрмара.

— Да и в дохане.

— Схватить Бранда! Запереть его в темнице и не выпускать, пока не очнётся Агнар, — проговорила, чеканя каждое слово, на всякий случай добавив, — это приказ.

— Агнар…

— Я сама отвечу Агнару за это решение, а сейчас не тяни.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — ошеломлённо прошептал мужчина, резко развернулся, широким шагом направился к двери. За ним следом двинулись четыре не менее потрясённые воины.

— Диса, вот вода, ткань и отвар, раны очищает, — вбежала в покои Тира, следом за ней шёл хмурый Томэг, с лёгкостью держа немалую кастрюлю.

— Отвар тёплый неси, отпаивать будем вождя и воды потребуется больше. Томэг ставь здесь, подержи его, я сниму куртку и рубаху.

— Ох! Диса! — Испуганно воскликнула служанка, зажав рот ладошкой с ужасом в глазах, смотрела на рваную рану на боку Агнара, края которой вывернулись наружу.

— Не стой! Мне понадобится много воды! Ещё игла, тонкие нити, тащи какие есть и крепкое вино или что там у нас имеется! — Рыкнула, ускоряя Тиру, чуть тише добавив, — немного осталось, эту ещё сниму.

Пока мы ворочали Агнара, снимали с него одежду, он ни разу даже не застонал и лишь едва слышное биение сердца напоминало нам, что он пока ещё жив. Закусив до боли губу, смочив отрез ткани в горячей воде, я принялась осторожно обмывать края страшной раны. Мысленно поторапливая Мораг, чтобы поскорее пришла и заверила, что с Агнаром всё будет хорошо…

— Бранда взяли за воротами замка! Заметив нас, он выхватил нож и кинулся на Мриса! — Вломился в покои взбешённый Стэнн, зло бросив, — это он? Он напал на Агнара?

— Хм… сорвался, не выдержал, — презрительно усмехнулась, возвращаясь к прерванному занятию, добавила, — это было моё предположение, мне жаль, что оно оказалось верным. Заприте Бранда и не подпускай к нему никого. Мы не знаем, кто ему помогает, я не хочу, чтобы Бранду удалось сбежать. Агнар очнётся решит, что с ним делать.

— А если…

— Он очнётся, — остановила нермара, криво усмехнувшись, добавила, — он должен.

— Мораг поднимается к замку, скоро будет, — произнёс Стэнн, толкнув дверь, проговорил, — Агнар принял верное решение, сделав тебя своей женой.

— Угу, — хмыкнула, проводив нермара невидящим взглядом, устало поднялась с кровати, чтобы сменить багровую воду, на чистую.

— Значит Бранд, — задумчиво протянул Томэг, до этого молча слушавший нас.

— Наверное, — неопределённо пожала плечами, продолжила обмывать рану, сжимая чашку с водой так, что побелели костяшки, — подай отвар и проверь Тиру, что-то она задерживается.

— Хорошо, — кивнул парнишка, нехотя двинулся к выходу, — надо вождю ноги натереть настойкой кдары, она согреет его.

— Неси, — криво улыбнулась, снова склоняясь над страшной раной мужа. Сцепив зубы до скрежета, боролась с душившими меня рыданиями. Моля Вхагара помочь Агнару выжить, дать ему сил справится с этими ужасными ранами.

— Ты должен… должен, — неистово шептала, шмыгая носом, зло стирая с щёк бесконечно катившие слёзы. Дрожащими руками обмывала бледное тело мужа, чуть задержавшись на знакомом родимом пятне в форме Тейвхвы с тремя лучиками.

— Это отметка Вхагара, — раздался долгожданный с лёгкой хрипотцой голос ведуньи.

— Мораг! Скажи, скажи, что с ним всё будет хорошо?

— Его путь в мире Эрин ещё не пройден, — задумчиво, нараспев ответила ведунья, беглым взглядом окинув бессознательное тело, проговорила, — вижу, ты многое сделала. Тиру встретила внизу, отправила заварить травку одну, от неё мигом кровь вскипит.

— Не та, случайно, что в мази была? — Невольно улыбнулась, с облегчением выдохнув, стоило только услышать уверенный и спокойный голос ведуньи.

— Помог же? А рука… она заживёт и следов не останется, — ласково проговорила старушка, доставая из своей котомки баночки, ступку и прочие атрибуты ведуньи, тяжело вздохнув, промолвила, — ну и работы нам тут, ты здесь держи, а я полью солнарой.

Больше двух часов Мораг, я и Тира занимались ранами Агнара. За это время Томэг сменил три кастрюли с водой, были выброшены в стирку более двух охапок окровавленной ткани. Было непросто, но нам всё же удалось споить больше трети кружки отвара, благодаря которой у мужа спустя десять минут появился румянец на щеках, а дыхание стало чаще и громче.

— Дай твою руку гляну, — потребовала Мораг, устало усаживаясь на стул, когда мы, наконец, закончили штопать и перевязывать Агнара.

— Вам бы отдохнуть, — улыбнулась изнеможённой старушке, которая на протяжении двух часов не разгибала спины, в буквальном смысле колдовала над мужем.

— Отдохну, — отмахнулась от меня ведунья, бесцеремонно сграбастав мою ладонь, принялась разматывать повязку с удовлетворённым вздохом, протянула, — ну вот, пара дней и следа не останется.

— Хм… так быстро? — пробормотала, не зная, как спросить давно мучивший меня вопрос о такой невероятной регенерации.

— А что ты хотела, дочь вождя тоже получает немного дара Вхагара, а после испытания Северным ветром, сам бог с тобой говорит, — пояснила ведунья, лукаво улыбаясь.

— И Агнар? Он тоже… его раны быстро заживут? — Взволнованно произнесла, в который раз удивляясь странным и необъяснимым беспокойством и тревогой об этом мужчине.

— Не так быстро, как у тебя, — загадочно ответила Мораг, между делом смазав тыльную сторону моей ладони.

— Диса, отвар и пирог, как вы приказывали, — тихо объявила Тира, будто громкий голос разбудит всё ещё прибывающего в беспамятстве вождя, вкатывая в покои столик.

— Мораг не откажете?

— Нет, — покачала головой старушка, принимая из рук служанки чашку с ароматным и горячим напитком, — стара стала, силы уже не те.

Глава 33

Глава 33

— Помощницу вам надо, а лучше две, — задумчиво произнесла, пододвинув тарелку с пирогом поближе к ведунье, у меня мой завидный аппетит сегодня на удивление отсутствовал.

— Есть две, помогают, да только, где найти ту, что видеть будет, — снова загадочно проговорила Мораг, с прищуром на меня посмотрев, — не пришла видящая ещё в этот мир.

— И вы всё видите? — вполголоса спросила, делая глоток отвара, не сводя пристальный взгляд от ведуньи.

— Не всё… всё даже Вхагар не видит, куда уж мне старой. Мне доступно зреть лишь неясные тени, туманный путь, иногда открываются души.

— А моя? — невнятно пробормотала, затаив дыхание, со страхом ждала вердикта старой ведуньи.

— Твоя душа скрыта, — усмехнулась Мораг, словно знала больше, чем сказала, чуть помедлив, добавила, — там, где метку Вхагар оставил, в день, когда тебя принесли ко мне в дом, видела искорку. Спускаясь с Тейваре, ты горела огнём… иди дай Агнару отвар. Этой ночью пои его им каждый час, быстро силы вернёт и стужу изгонит.

— Хорошо, — кивнула, понимая, что наш странный разговор закончился, и Мораг продолжить его не желает, взяв небольшую ложку и чашку с отваром, направилась к всё ещё прибывающему без сознания мужу. Пока поила мужчину, Мораг успела допить свой отвар, съев всего лишь небольшой кусок пирога, не попрощавшись, тихо вышла из комнаты.

А я всё думала о словах ведуньи, об отметки Вхагара на моём теле, что скрывалась с левой стороны груди. О том, что такая метка появляется при рождении и только лишь у вождей. Гадала, была ли отметка на теле Эйвы или меня ей одарили, в день когда я впервые открыла глаза и посмотрела на мерно планирующие снежинки на моё израненное тело.

Длинный, изматывающий день, как это не странно пролетел быстро. Каждый час, следя за временем на механических, размером с кулак, часах, я поила мужа отваром. Обтирала серое изнемождённое лицо влажной тряпицей и следила за его дыханием.

Заботливая Тира время от времени забегала в покои, то, притащив тёплое огромное шерстяное одеяло для вождя. То какое-то волшебное снадобье для меня: «Ведь диса и сама слаба, а ещё вон как за мужем присматривает».

Томэга я отпустила в дохан, сегодня я точно никуда не пойду, а истуканом стоять в коридоре за дверью, глупо.

Стэнн тоже дважды заходил, один раз отчитался о заточении Бранда. Мужчину заперли в темнице дохана, она со слов нермара крепче и надёжней. Второй раз заглядывал, узнать, как вождь, но порадовать мне воина, пока, было нечем.

Когда Тейвха скрылась за скалой горы Ханд, а на улице стало достаточно темно, чтобы зажечь масляные лампы, я, подтащив кресло ближе к кровати, взобравшись на него прямо с ногами, укрылась пледом и принялась составлять план перестройки комнат для слуг.

— Если те три помещения достаточно большие и там нет ничего важного, то я бы перенесла туда одну из комнат, — говорила со спящим мужем, делая на листе пометку, — слушай, а где они моются? Тоже в ванну воду таскают? Жаль, я не знаю, как… вернее, знаю! Но не ведаю, как сделать насос для воды. А если бак железный сварить? И на крышу поставить, утеплить и под давлением вода будет поступать в трубы? Нет, не то! А в бак этот вёдрами же таскать.

Бурча, разговаривая, то ли сама с собой, то ли с мужем, рисовала завитушки и закорючки, неосознанно несколько раз вывела Тейвху с лучиками — метка Вхагара.

— Тебе снова пора пить отвар, — улыбнулась мужчине, откладывая стопку чуть желтоватых листочков, привычными действиями напоила Агнара. После прошлась по комнате, разминая затёкшие ноги, широко зевнула, потянулась и, вернувшись в кресло, взглянула в окно. Рассвет ещё не наступил, но первые лучи приближающего дня уже успели рассеять мрак. Снег большими хлопьями в медленном танце спускался на белоснежное покрывало, продолжая заботливо укутывать землю.

— Я только самую капельку, — прошептала, снова широко зевнув, уронила голову на руки, прикрыла на секунду уставшие глаза.

Проснулась от странного ощущения, будто что-то увесистое сползало по моей голове, неприятно выдирая волосы. Немного качнув головой, в попытках сбросить тяжесть, вновь почувствовала, как это что-то вернулось на макушку и снова скатывается к шее.

— Хм…, — растерянно промычала, наконец подняв голову, первым что увидела, это мозолистую ладонь мужа, которая держала прядь моих волос, гладя её большим пальцем. Обрадованно вскинув голову, затаив дыхание, смотрела на улыбающегося уголками губ мужа, впервые не зная, что сказать.

— У тебя очень мягкие и гладкие волосы, — сиплым голосом произнёс Агнар, спустя несколько минут нашего неловкого молчания.

— Ты очнулся, — произнесла очевидное, неуклюже поправив сползшее с груди мужчины одеяло, пробормотала, — тебе нужно выпить отвар.

— Бранд…, — прохрипел муж, сцепив зубы, чуть приподнялся, — я должен…

— Он заперт в темнице в дахоне, — прервала Агнара, мягко, но настойчиво укладывая порывающегося подняться вождя, продолжила, — когда тебе станет лучше, навестишь, а сейчас выпей отвар.

Напоив мужа чуть ли не силком отваром, сопротивляться мне у него сил ещё не было, не обращая внимания на грозно сверкающие глаза, принялась снимать повязку. Ведунья сказала на рассвете убрать с раны мазь, промыть настойкой и укрыть новым не менее вонючим зеленоватым составом.

— И не смотри на меня так, у тебя нет сил даже руку поднять, а ты собрался идти в дохан, — проговорила, не выдержав укоризненного взгляда, — сейчас рану перевяжу и позову нермара, он тебе всё расскажет.

— Стэнн схватил Бранда? — холодно спросил Агнар, сцепив зубы, ждал, когда я закончу обрабатывать шов.

— Да, но приказ отдала я.

— Как ты узнала, что Бранд и его люди напали на нас? — потребовал вождь, сурово сдвинув брови.

— Взгляд не понравился, — усмехнулась, украдкой покосившись на мужа, заметила искреннее недоумение, тяжело вздохнув, пояснила, — он был удивлён и взбешён, когда тебя занесли в замок. Тогда я отдала приказ схватить его, Стэнну удалось его остановить уже за воротами замка. Бранд увидев воинов, первым набросился на Мриса, сейчас твой брат в дохане, ждёт твоего решения.

При слове брат Агнар скрипнул зубами, невольно сжав руку в кулак, но тут же устало вздохнул разжимая.

— Готово, — произнесла, протиснув под спиной мужа последний хвост повязки, быстро завязала узел, спросила, — позвать Стэнна?

— Да, — коротко ответил мужчина, закрывая глаза. Задерживаться не стала, собрала грязные тряпки, прихватила пустую кружку из-под отвара, поспешила к выходу. Лишь на секунду остановившись у двери, взглянула на мужа, который так и не открыл глаза. Вот только сейчас он тяжело дышал, а над губой блестело от появившейся испарины.

Тёмный коридор, в котором ещё не успели зажечь лампы, я преодолела считаные минуты, сбежала по лестнице и выглянув за дверь, распорядилась стоящему на страже воину, позвать нермара.

Стэнн влетел в замок буквально через пять минут, узнав, что вождь очнулся, он, радостно улыбнувшись и коротко мне кивнув, влетел на второй этаж. Я за ним не последовала, полагая, что буду только мешать. Выпитый за ночь отвар требует выхода, искренне надеялась, что Стэнн поможет вождю с этим справиться.

— Диса! Вы уже проснулись? — Воскликнула Тира, стоило мне только войти на кухню, где уже с раннего утра, у очага хлопотала Бенга и Свея.

— Угу, если это можно назвать сном. Агнар очнулся, сейчас у него Стэнн, — натянуто улыбнулась, забираясь на стул, попросила, — можно мне горячего отвара, и я бы съела что-нибудь.

— Ох! Радость какая! Не оставил нашего вождя Вхагар, — обрадованно выдохнула кухарка, рванув к столу, — сейчас диса, отвар готов и каша горячая.

— Спасибо, — поблагодарила и уже через минуту передо мной стояла чашка с рассыпчатой кашей и кружка с отваром.

— Диса… ты правильно приказала Бранда схватить, чует моё сердце, он нашего вождя чуть к Вхагару не отправил, — промолвила кухарка, грозно потрясая кулаком, продолжила, — дис очнулся, устроит братцу, ведь и ты диса, из-за этого гарзака чуть у Вхагара не оказалась. Стэнн говорил с воинами, рассказал, кто совету подсказал на Тейваре ночь провести!

— Кто? — Удивлённо переспросила, повторив незнакомое слово, — гарзак?

— Склизкая, мерзкая гадость ползает в тени и сжирает ягоду, — ответила Бенга, невольно передёрнувшись.

— Подходяще, — усмехнулась, отодвинув пустую тарелку, одним глотком допила остатки отвара, проговорила, — спасибо, мне пара к Агнару.

— Вот диса, для вождя нашего его любимый, — всполошилась женщина, вручив мне глиняный кувшин с розовой жидкостью, — сберегла ягоды немного.

— Спасибо, — улыбнулась заботливой Бенги, поспешила покинуть кухню.

Глава 34

Глава 34

— Пять воинов исчезли, Агнар, — услышала Стэнна, проходя в комнату. Муж выглядел уставшим, но судя по собранному в кучу одеялу и с двинутой ширме, нермар помог своему вождю посетить уборную. Беглым взглядом ещё раз осмотрев мужчин, молчаливой тенью прошла к дивану, принялась ждать, когда, наконец, завершится этот непростой разговор.

— Их было больше, наступили сумерки и начался снегопад… я не все лица разглядел, часть воинов стояла далеко от Бранда, — прохрипел муж, тяжело дыша.

— Я буду следить за каждым, — ответил нермар, вполголоса будто размышляя уточнил, — Брайс должен знать?

— Да.

— Я проведу допрос Бранда…

— Нет! Сам… — попытался подняться Агнар, этого я уже не выдержала, в два шага преодолев разделявшее нас расстояние, мягко, но настойчиво уложила мужчину обратно на подушки, проговорила:

— Не сегодня.

— Эйва, — тут же зарычал муж, удивив меня безмерно, наличием рычащего звука в моём имени.

— День. Всего один день отлежись, завтра поговоришь с Брандом, но после допроса ты не встанешь с постели неделю, — ровным голосом произнесла, не реагируя не сердитое сопение мужчины, обратилась к Стэнну, — вы всё?

— Нда… — пробормотал нермар, вдруг широко улыбнувшись, подмигнул Агнару, добавил, — они все такие.

Спустя минуту Стэнн вышел из комнаты, а я под хмурым пристальным взглядом, подала Агнару, приготовленный Бенгой, компот. Поправила собранное в кучу одеяло, пряча чуть содранные на голени ноги, заметив, что Агнар не пьёт, произнесла:

— Сказали твой любимый.

— Зачем ты ходила в ночь Северного ветра на Тейваре? — потребовал Агнар, не сводя от меня суровый взгляд, залпом осушил кружку, продолжил, — ты могла погибнуть.

— Ну не погибла же, — хмыкнула, невольно вздрогнув, вспоминая ту ночь. Мысленно выругавшись на нермара, который, судя по всему, первым делом наябедничал, как будто других срочных и важных вопросов не было.

— Эйва! — снова зарычал мужчина, — ты могла отказаться, они бы не посмели тебя заставить. На это испытание уходят добровольно.

— Я знаю, Стэнн рассказал, но… Агнар совет был прав, когда говорил, что люди… твои люди, не приняли и не примут меня. Жизнь здесь под пристальным взглядом ненавидящих меня людей мне не нужна, уж лучше смерть. И да, я знаю, что не все изменили мнение обо мне, после испытания, но хоть какая-то часть людей они… приняли.

— Ты могла погибнуть, — упрямо настоял на своём мужчина, чуть помедлив, проговорил, — ты отважная, сильная и опытный воин. Я горд, что моя жена прошла это испытание… испытание, которое не по силам многим мужчинам, но не рискуй так больше.

— Хорошо, я постараюсь, — промолвила, почувствовав, как приятное тепло разливается по моему телу после слов мужа, тихо добавила, — отдыхай.

— Ты тоже ранена и тебе требуется отдых, — проговорил муж, вдруг лукаво улыбнувшись, продолжил, — ложись рядом, а подать отвар и сменить повязки нам обоим сможет Тира.

— Хм… заманчивое предложение, — не сдержала улыбку и правда чувствуя дикую усталость после бессонной ночи, безмерно удивив мужа своей покладистостью, забралась на кровать.

— Этот момент надо запомнить, — усмехнулся Агнар, спустя некоторое время изумлённого молчания, сиплым голосом проговорив, — ты впервые выполнила, что я просил.

— Угу, — кивнула, прислушиваясь к ощущениям. Страха, неприятия не было, чувство неловкости да, но совсем немного. А ещё было уютно и ужасно хотелось спать.

— Те помещения… о которых ты говорила, там хранится старая мебель, ткани, ковры, посуда, — заговорил муж, осторожно коснувшись моей ладони, отчего моё дыхание тотчас замерло, а сердце пропустило удар.

— Ты слышал, — глухим голосом произнесла, развернув свою руку внутренней частью ладони, сплела свои пальцы с пальцами мужа, тут же почувствовав нежное поглаживание.

— Смутно. Твой голос вытягивал меня из темноты…

— Тишина меня угнетала, — едва слышно прошептала, наслаждаясь невинной лаской, прикрыла глаза, из последних сил борясь со сном.

— Спи, — приказал Агнар, голосом, не терпящим возражения, чуть сжав свою ладонь, мягко повторил, — спи.

Разбудил меня раскатистый храп спящего мужчины. Спросонья я не сразу сообразила, что происходит и некоторое время бездумно пялилась в потолок. Только, наверное, спустя минуту пришло осознание, что в кровати я не одна. Осторожно перевернувшись в сторону второй половины постели, посмотрела на запрокинувшего голову мужа, попыталась поправить сползшую подушку.

— Проснулась? — раздался хриплый голос Агнара, — ты как?

— Хорошо, а ты? — спросила, улыбнулась, мысленно посмеявшись над нами.

— Что? — Тут же потребовал муж, услышав мой тихий смешок.

— Ничего, просто… ты и я, оба болезные лежим в кровати, переживая за друг друга.

— Ты беспокоилась обо мне? — тотчас проговорил мужчина, пытливо всматриваясь в меня.

— Да, — коротко ответила, поднимаясь, но мозолистая ладонь, крепко сжав мою, придержала.

— Эйва…

— Диса! Вождь! — в покои влетела Тира, не дав договорить Агнару, фурией пробежав по комнате, чуть задержавшись у стола, расставила чашки, миски, кружки. Подхватила ведро, утащила в коридор, тут же вернулась с пустым.

— Хм… Тира, помнишь, я тебе говорила, что прежде чем войти нужно постучать в дверь, — произнесла, с трудом скрывая улыбку, заметив на лице мужа сердито сдвинутые к переносице брови, прошептала, — она мне нравится, просто девчонка ещё.

— Ой, диса! Прости, — пискнула служанка, — я ж как лучше хотела, вчера зашла, а вы уже спали с дисом… повязки сменить давно пора и голодны поди.

— Ночь прошла? — удивлённо воскликнула, взглянув в окно, заметила, что из-за горы Ханд, только-только стала появляться Тейвха.

— Говорю, спали вы крепко, не добудилась, — повторила взволнованная девушка, — мама сказала не будить вас, сон говорит, исцеляет.

— Угу, — задумчиво кивнула, гадая, как бы сходить за ширму. Стыдно было жутко, как-то я не привыкла вот так и при всех, наконец, проговорила, — я… мне на кухню надо, я быстро.

Радует, что расспрашивать, зачем мне туда, никто не стал, только лишь мелькнувшая снисходительная улыбка на лице мужа, подсказала мне, что он обо всём догадался. До кухни добралась быстро, перепрыгивая через ступени влетела в тёплое помещение и шёпотом выпалила свою просьбу. Бенга женщина понимающая, коротко кивнув, отвела меня в отхожее место. Вполне себе чистое, но узкое и тёмное, а я в очередной раз убедилась, что жить в таких условиях я не смогу и надо что-то менять.

Завтрак прошёл неторопливо и под непрекращающуюся болтовню служанки. Я устроилась за столом, поглядывая на мужа, наслаждалась вкусной кашей. Муж не позволил Тире кормить себя и управлялся самостоятельно. Удивительно, но силы пусть не все, но к нему вернулись. Руки уже не дрожали, испарины на лбу не было, а движения стали твёрдыми.

Когда Тира, наконец, покинула наши покои, но прежде помогла сменить повязки Агнару, а после сменила мне. Муж, некоторое время, пристально на меня смотрел, словно решаясь, наконец проговорил:

— Мы можем перебраться в покои моих родителей, там есть небольшая комната, ты сделаешь в ней умывальню.

— Эээ… спасибо, — растерянно протянула, добавив, — если ты этого хочешь… почему раньше не перебрался в покои вождя?

— Зачем мне одному такая? — улыбнулся мужчина, чуть сморщившись от боли, когда попытался подняться.

— Может сегодня не стоит? Посидит ещё, — произнесла, догадавшись, куда намерился идти Агнар.

— Я должен с ним поговорить… — упрямо мотнул головой, сжимая зубы, сел на кровати.

— Подожди немного, я позову Стэнна.

Агнар ничего не ответил, но услышал меня и больше не двигался. Я же поспешила за нермаром, не особо надеясь, что муж будет терпеливо дожидаться нашего возвращения.

Глава 35

Глава 35

— Уверен? Ты едва держишься на ногах, — заметил Стэнн, чуть поддерживая вождя за плечи, я же быстро и осторожно, чтобы не задеть рану, надевала на мужа рубаху. Хоть он поначалу и сопротивлялся этому, но после моего гневного взгляда, замолчал, правда сердито сопел, показывая этим своё недовольство.

— Люди… те, что стояли дальше воинов Бранда, они не были из племени Кархайг, — процедил сквозь зубы Агнар, застёгивая пояс, — необходимо выяснить, кто это был и догнать, мы слишком много времени потеряли.

— Не из нашего? Тогда кто? — Пробормотал нермар, покосившись на меня, добавил, — думаешь это племя Суин?

— Кто-то хочет, чтобы я так подумал, — мрачным голосом ответил муж, взглянув на меня, проговорил, — пойдёшь со мной?

— К Бранду? — Удивлённо переспросила, беглым взглядом осмотрев мужа, осталась вполне довольна. Вот если бы не его бледный вид и не скажешь, что он ещё два дня назад находился при смерти.

— Да, — коротко ответил Агнар, пояснив, — ты заметишь то, что я могу пропустить.

— Хорошо, — растерянно кивнула, невольно улыбнувшись доверием вождя.

Покинув покои, пройдя коридор, преодолев ступени с помощью нермара. Агнар, стоило ему выйти во двор, расправил плечи и ровным, широким шагом устремился к дохану. В тот момент я искренне восхищалась мужем, не уверена, смогла бы я так вот идти. Зная, что рану на его животе сейчас тянет, а боль наверняка невыносима. Глубокий порез на плече прижимают кожаные доспехи. Испарину над губой мы успели убрать перед выходом, а дрожь в руках он скрывал, стискивая ладони в кулак.

— Бранд в дальней темнице, — подсказал нермар, распахивая дверь дохана. И стоило вождю переступить порог казармы, все воины разом поднялись и, звякнув оружием, поприветствовали Агнара.

— Диса…, — вдруг раздался едва слышный шёпот, он волной пронёсся по дохану и громкий слаженный рёв воинов огласил тёмное помещение, — Эйва!

Звонкий удар мечей о нагрудные железные пластины, топот ног и взгляд, от которого по моей спине побежали восторженные мурашки.

— Они приняли тебя, — прошептал муж, с не меньшим уважением на меня посмотрев, крепко взяв за руку, повёл вдоль выстроившихся в ряд воинов.

Я же пребывала в странном состоянии, одновременно моё сердце неистово билось от неописуемого восторга. Когда вот так, сильные воины приветствуют, это непередаваемо и очень волнительно. Но с то же время, чувство неловкости, оттого, что меня встретили громче вождя, угнетало.

— Ни одну сотню лун жену вождя так не приветствовали воины, — проговорил Агнар, словно почувствовав моё унылое настроение, — я рад, что Эйва дочь Северного ветра моя жена.

— Дочь Северного ветра? — С недоумением переспросила, пристально взглянув на мужа, пытаясь рассмотреть в его глазах обиду или злость, но не находила.

— Так, тебя тебя прозвали воины, — неожиданно ласково улыбнулся Агнар, тут же нахмурив брови, проговорил, — пришли.

И правда, преодолев небольшой спуск, пройдя метра три по тёмному, промозглому коридору, мы остановились у массивной двери, с огромным железным засовом.

— А где Стэнн? — удивлённо пробормотала, быстро оглядевшись, не увидела рядом с нами нермара. Когда он исчез я, пребывая в мрачных раздумьях, к моему стыду, не заметила.

— Он остался в дохане, — коротко ответил мужчина, со скрежетом сдвигая засов.

Бранд был прикован к стене и это немного успокоило меня. Я и Агнар после всего произошедшего с нами могли бы не справиться с разъярённым воином.

Мужчина с поникшей головой сидел на деревянной потемневшей от времени лавке, у одной из каменной стены стоял стол, на котором лежала тарелка с несъеденным куском мяса и кружка с уже давно остывшим отваром. При нашем появлении Бранд вскинул голову, растянул губы в презрительном оскале, зло сплюнув, проговорил:

— Что? Пришли насладиться моим позором?

— Зачем? — Ровным глухим голосом спросил Агнар, остановившись от брата на расстоянии вытянутой руки.

— Хм… — насмешливо хмыкнул, то сжимая, то разжимая руку, на которой висел широкий кованный браслет, протянул, — захотел.

— Кто был с тобой в ту ночь? — Потребовал вождь, расправив плечи, он словно не замечал, что Бранд насмехается над ним.

— Ты видел.

— Как ты с ними договорился?

— Ооо, это они мне предложили, а я не стал отказываться, — хихикнул мужчина, выглядев при этом полным безумцем. Лицо скривилось в неприятной гримасе, а в глазах зияла пустота.

— Какая цель? Твоя цель? — безжизненным голосом произнёс Агнар, не сводя свой взгляд от вдруг забравшегося на лавку Бранда, который монотонно раскачиваясь, принялся едва слышно что-то бурчать себе под нос.

— Цель?! — Рыкнул вождь, прервав это жуткое действие, сделав шаг, схватил мужчину за грудки, с силой тряхнул, потребовал, — цель!

— Вы слишком долго правите… — просипел Бранд, закатывая глаза к потолку, а из его рта потекла тоненькая струя слюны.

— Кто! Говори? — не своим голосом закричал Агнар, отбрасывая от себя обмякшее тело брата.

— Он… он мёртв? — потрясённо пробормотала, с недоумением смотрела на лежащее сломанной куклой тело, распахнутые глаза Бранда и не понимала, — как? Почему?

— Снова яд, — прохрипел вождь, медленно отвернувшись от брата, взяв меня за руку, невольно стиснув её до боли, повёл из этого кошмара. В дохане ни на секунду не задерживаясь, вышли из тёплого помещения, не доходя до замка пару шагов, остановились во дворе.

— Яд виткары… он убивает медленно. Сначала туманит голову, потом дарует смелости, — тихо проговорил Агнар, невидяще уставившись перед собой. Я же, запрокинув голову к небу, подставила пылающее огнём лицо под пушистые, белоснежные снежинки, молчала.

— Когда-то его применяли в битве, трусов он делал бесстрашными. Раненым ненадолго возвращал силы. Ведуньи использовали яд виткары перед разговором с духами, — продолжил объяснять муж, снова стиснув мою ладонь.

— Агнар? Мы не осмотрели его вещи, — раздался виноватый голос нермара и вскоре он появился перед нами, — его ногти… они синие и зубы, Бранд пил яд три дня.

— Ты бы его не нашёл, — мрачно ответил вождь, — он выпил его в день, когда Бранда схватили.

— Зачем? — Сиплым голосом пробормотала, пребывая в раздрае после увиденного.

— Чтобы не заговорить, — зло бросил Агнар, чуть пошатнувшись, тряхнул головой, словно тоже хотел избавиться от увиденного, широким шагом направился к замку, на ходу распорядившись, — похоронить как положено.

— Сделаем, — коротко ответил нермар, зычным голосом раздавая приказы.

— Виткара? Это что?

— Змея, живёт в низине.

— Хм… а корень барха?

— Растёт в низине, — усмехнулся муж, резко остановившись у дверей, пристальным взглядом всмотрелся в моё лицо, тихо добавил, — лучшие яды изготавливает племя Хэнни.

— Те что змеи, — рассеянно кивнула, не понимая, почему муж не сводит от меня свой пронзительный взгляд.

— Атли Хэнни… тебя отдали ему, этой весной ты бы ушла в низину.

— Но поднялась в горы, — криво улыбнувшись, подхватив мужа под руку, коротким кивком, подала знак страже, тот быстро распахнул перед нами дверь, — идём в покои, тебе нужен отдых, сытный обед и исцеляющий сон.

— И тебе, — голосом, не терпящим возражения, проговорил Агнар, многообещающе на меня взглянув.

— Хорошо, — натянуто улыбнулась, ощутив неясное волнение где-то в районе живота, чуть прикусив изнутри губу, сбрасывая наваждение, сиплым голосом прошептала, — распоряжусь принести отвар и нужно проверить твою рану на животе.

— Тира! — Громко рыкнул муж и тотчас из двери выскочила служанка, — подать отвар и похлёбку в покои.

— Хм… ну можно и так, — пробормотала, скрывая улыбку, отправилась следом за мужем, который своим рёвом не позволил мне даже на минуту сбежать от него.

Глава 36

Глава 36

— Не вынуждай меня привязать тебя к кровати, — сердито высказалась, размазывая мазь вокруг раны на животе Агнара, из которой снова сочилась кровь.

— Эйва, — предупреждающе зарычал вождь, сурово сдвинув брови, но за неделю, что мы провели с ним в одной комнате, я успела его немного изучить и этим его хмурым видом меня уже не напугать.

— Мы договорились, что ты не будешь делать резких движений, — продолжила увещевать мужчину, — а ты вздумал размахивать мечом.

— Кто-то был должен показать этим мальчишкам, что они неверно его держат.

— Ну конечно и, кроме тебя больше некому, — фыркнула, убирая окровавленные тряпки в корзину, — такими темпами ты будешь сидеть в покоях ещё две недели.

— Эйва! Я вождь и…

— Раненный и пока живой, но, если продолжишь в таком духе, — прервала мужа, наклонившись к нему так близко, что можно было разглядеть тёмно-серые маленькие пятнышки в его глазах, прошептала, — рана загноится, а антибиотиков здесь нет.

— Чего? — С недоумением переспросил мужчина, поправляя задранную рубаху, намерился снова покинуть комнату.

— Средство, которое остановить расползающуюся заразу по твоему телу, — ответила, сложив руки на груди, поинтересовалась, — и куда ты?

— Я должен объяснить совету, смерть Бранда, — глухим голосом проговорил мужчина, поворачивая в сторону выхода.

— Агнар… тебе не кажется, что совет пора сменить? Сколько он уже в этом составе? — Заговорила, осторожно поглядывая на мужа.

— Больше десяти лун.

— Много, думаю они устали и не замечают очевидного, — произнесла, чуть помедлив, продолжила, — может новый совет, из тех, кого выберет племя Кархайг, изменят жизнь людей к лучшему. Уверена среди мужчин и женщин клана много достойных, кто может войти в совет.

— Выбрать? — Переспросил муж, заинтересовано на меня посмотрев, вполголоса, будто размышляя, проговорил, — издавна совет состоял из умудрённых опытом старцев уважаемых, сильных и крепких семей. Те семьи, которые сохранили чистоту крови Кархайг.

— Не сомневаюсь в их добрых помыслах, но думаю им давно пора на отдых, — улыбнулась мужу, едва слышно продолжив, — Хрут и остальные многое упускают.

— И Мораг? — С усмешкой спросил муж, зная, как я подружилась с ведуньей, ведя борьбу с готовым всегда сбежать и навредить себе, вождём. За всё свою жизнь я впервые сталкиваюсь с таким мужчиной, который ни в какую не признаёт себя больным и не желает отлежаться хотя бы день.

— И Мораг пора на отдых, — проговорила, удивив своими словами Агнара, — она занялась обучением девочек и ей надоело дважды в неделю слушать одно и то же нытьё стариков.

— Я подумаю, — вполголоса протянул Агнар, широким шагом покинув покои.

— Томэг! — мне осталось позвать незаменимого помощника и попросить приглядеть за вождём, но так чтобы это было не слишком заметно.

— Присмотрю, но диса, он знает об этом, — усмехнулся парень, догадавшись, для чего я его позвала.

— Знаю, — отмахнулась от парнишки, понимая, что веду себя как курица-наседка, удивляясь самой себе. Ведь никогда такой не было. С чего вдруг такая забота вполголоса, пробормотала, — пошли проверим как там умывальник, давно пора бы сделать.

— Скажу нермару, — коротко ответил Томэг, первым вышел из покоев. Через пять минут, подхватив небольшую пачку листочков и карандаш, я отправилась за ним следом. Решив, пока, нермар выбирает верных воинов для моего сопровождения, наконец, взглянуть в те комнаты, ключи, от которых пару дней назад отдал мне Агнар.

— Тира идём со мной, Хольми если ты не занят, тоже идём, — заглянув на кухню, дождалась, когда мальчишка вытрет руки, а девчушка уберёт чашку, добавила, — посмотрим те комнаты, вождь сказал, что там хранятся старые вещи и мебель.

— Диса, вы там глядите аккуратно, — напутствовала меня Бенга, тут же наказав детям присматривать за мной. Хмыкнув от столь слаженного кивка, поспешила покинуть самое уютное помещение в замке, иначе чересчур заботливая женщина, что-нибудь обязательно придумает.

В некогда тёмном коридоре теперь было относительно светло, конечно, освещения было недостаточно, но уже можно было спокойно пройти без опасения запнуться о торчащий уголок плиты в полу. Да и тёплый свет ламп, разгоняя мрачные тени под потолком, создавал своим отблеском сказочные ощущения.

— Диса, мы сюда пойдём? — Удивлённо воскликнула Тира, стоило нам остановиться у первой массивной двери.

— Угу, посмотрим, что там, — проговорила, воткнув большой железный ключ в навесной замок, со скрежетом его повернула, с трудом протиснув душку замка в узких проушинах, толкнула дверь, — ну что, идём?

Заходить в тёмное, пахнувшее сыростью, пылью и затхлостью помещение было очень волнительно. Выставив перед собой руку с лампой, я первой вошла в большую комнату, в которой были свалены вдоль каждой стены: мешки, сундуки, мебель, ковры и прочие интересные вещи. Это как на чердаке у бабушки, забравшись туда, я могла часами разглядывать старинные вещи, подолгу изучая каждую их деталь.

— Сколько здесь всего, — пробормотал Хольми, крутя своей головой то в одну, то в другую сторону, — и что с этим делать?

— Надо всё тщательно осмотреть и разобрать. Сломанное и испорченное в одну кучу, то что можно использовать в другую, — на ходу объяснила, с тихим возгласом подняла с сундука небольшой всего с ладонь высотой глиняный кувшинчик, с потрясающе красивым рисунком.

— Вот этот гобелен выбить и постирать, и он ещё пригодится, — проговорила Тира, вытащив большой кусок ткани из-под грязного мешка.

— Там пятно… — чуть запнулась, приглядываясь в бурый угол, — удастся ли вывести.

— Попробуем, — неопределённо пожала плечами девчушка, откладывая гобелен в сторонку, берясь за мешок.

— Хм… почему здесь окно больше и горы видно, а в вашей комнате оно совсем крохотное, хотя расположены по одной стороне, — заметила, наконец, обратив внимание на эту странность.

— Так часть замка в гору врезается, вот наша комната и закрыта, — ответил Хольми, вытащив из сундука старинный медный подсвечник и какой-то странный колокольчик на палочке.

— Понятно, — рассеянно кивнула, осознав, что я ещё ни разу не видела замок снаружи. Только его небольшую часть со двора и ту, что видно в окне из покоев.

— Диса, а это куда? — спросила Тира, вертя в руках глиняную ёмкость, похожую на кашпо.

— Это тоже пригодится, значит, клади к гобелену, — распорядилась, решив, попробовать посадить летом в него небольшой куст, вдруг приживётся и будет радовать яркой зеленью холодной зимой. Почему-то в замке не было ни одного горшка с цветами и даже петрушку на окне Бенга не выращивает, а та вообще не прихотлива и если выкопать её осенью из грядки, то прекрасно растёт всю зиму. Хм… а имеются ли здесь вообще огороды, петрушка точно есть.

— Диса, посмотри какой… — восторженно протянул Хольми, прервав мои хозяйственные размышления, держа в руках, судя по всему, детский лук, который прекрасно сохранился.

— Отличная работа выглядит точь-в-точь, как у Стэнна, — произнесла, осмотрев лук из тёмного дерева со странным у краёв узором, определила, что тетива уже ослабла, ещё и крошиться немного, проговорила, — отдам его подлатать, нужно тетиву заменить, а стрелы не нашёл?

— Вот они, диса, — просипел Хольми, с благоговением подав мне колчан, изготовленный из кожи, который тоже чудесно сохранился.

— Больше десяти, неплохо, — вполголоса произнесла, украдкой взглянув на мальчишку, решила, если Агнар не будет против, подарить этот лук и стрелы Хольми. А Томэга попрошу научить ребёнка им управляться.

Около часа мы копались в старье, большую часть которого можно было ещё прекрасно использовать. Мебель почти всю легко отремонтировать, шторы, местами поеденные молью, подправить, постирать и повесить в комнатах слуг. Ковры с небольшими проплешинами там, где чаще всего ходили, выбить и почистить снегом и тоже отдать слугам. На месте проплешин поставить столик или бросить вон ту шкуру из тёмного меха. И пусть это не новое и местами порченное, зато в комнате будет уютней и теплее ногам. Я хорошо помню времена, когда отец работал на заводе, а мама учителем иностранных языков. Тогда мы начиная с весны и до самой поздней осени каждые выходные ездили к бабушке и занимались огородом. С какой радостью развешивали шторы, сшитые мамой из тяжёлой ткани, выданной отцу вместо зарплаты. Больше пяти лет провисели эти тёмно-красные шторы в моей комнате. А прожжённую утюгом дыру на паласе прекрасно прятало собой протёртое и продавленное кресло. Чудесные времена… тогда мы были всегда вместе.

— Диса, воины для твоего сопровождения ждут во дворе, — прервал мои тёплые воспоминания Томэг, с удивлением и не меньшим интересом, разглядывая комнату с сокровищами.

— Хорошо, идём, — кивнула, взглянув на грустные личики Тиры и Хольми, проговорила, — я скоро вернусь, а пока, можете разбирать эту комнату дальше.

— Конечно, диса, — просияла девчушка, Хольми тут же бросился к следующему сундуку, решив показать, как усердно он будет работать.

— Хм… это я заберу с собой, — проговорила, подхватив лук и колчан со стрелами, направилась к выходу.

Глава 37

Глава 37

Мастерская и дом Гисли находились у подножия небольшого выступа скалы, на третьей по счёту от замка улице. Моё хмурое сопровождение, зорко следили за любопытными зеваками, и я была уверена, что стоило кому-нибудь только сделать шаг в мою сторону или косо посмотреть, эти парни мигом расправятся с недругом. Но народ только со стороны наблюдал за моим шествием, тихо переговариваясь с соседом.

— Томэг, научишь Хольми стрелять из лука, — попросила парня, проходя мимо двух одинаковых домика, чуть запнулась, заметив в окне зелёный куст.

— Научу, — кивнул помощник, вызвавшийся сменить тетиву и проверить надёжность оружия.

— Хорошо, долго нам ещё?

— Нет, ещё три дома и будем на месте.

— Поспешим, — скомандовала, ускоряя шаг, торопясь быстрее вернуться в замок, и приступить к его благоустройству.

Гисли если и был удивлён моим появлением, но виду не подал. Широко улыбнувшись повёл в свою мастерскую, в которой изумительно пахло свежеструганным деревом. Там в углу, в самом чистом во всём помещении месте стоял умывальник, именно такой, как я себе и представляла.

— Мы с Дьярви больше семи дней бились над этим краном, ох и умаялись, — бормотал Гисли, расчищая мне путь до умывальника.

— И как? Удалось? — Спросила, со всех сторон рассматривая небольшой деревянный шкаф с медной раковиной и ёмкостью под воду, из которой сейчас торчал маленький кран с однорычажным вентилем.

— Бежал он поначалу, Дьярви и так его и эдак, — бурчал Гисли, но было заметно, что мастер гордился своей работой, — с третьего раза собрали как надо. Глянь диса, тут, как ты и просила дыра, Дьярви трубу небольшую прикрепил, а то брызгало больно.

— Точно, забыла об этом, — воскликнула, распахнув дверцу под раковиной, проговорила, — отличная работа Гисли и Дьярви передай, что мастер он замечательный.

— Скажу, диса, — довольно улыбнулся мужчина, вдруг замялся.

— Неры Томэг принесёт сколько за работу попросишь, столько и принесёт, — быстро сказала, успокоив плотника.

— Нет диса, не нужно, ты только дозволь и нам такой сделать, больно удобно с ним и дочь отвлекать от работы не нужно, чтоб на руки полила, — пробормотал Гисли, заискивающе на меня поглядывая.

— Только с одним условием, — с улыбкой произнесла, заметив мелькнувшее беспокойство на лице у мужчины, продолжила, — всем, кто попросит, изготовь да бери за работу умеренно.

— Диса… ни ара лишнего не возьму, — торжественно объявил Гисли, притоптывая на месте от нетерпения.

— Ну вот и договорились, нам пора, а за умывальником Томэг с подмогой придёт.

В замок возвращалась чуть ли не бегом, мне хотелось скорее приступить к работе, перебраться в покои родителей Агнара. Обустроить в небольшой прилегающей к основной комнате, ванную. В моих мечтах, конечно же, был водопровод и прочие блага цивилизации, но до весны к этому точно подступить, а пока хоть отделить укромное местечко.

— Эйва! — Позвал меня обеспокоенный голос нермара, стоило нам ворваться во двор замка, с недоумением оглядев воинов и Томэга, поинтересовался, — что-то случилось?

— Нет, просто спешили вернуться, — быстро проговорила, посмотрев на посмеивающихся воинов, добавила, — дай несколько человек в помощь Томэгу, надо от Гисли умывальник принести. Но лучше бы телегу какую, полагаю он довольно тяжёлый.

— Хм… хорошо, — задумчиво кивнул мужчина, приглашающим жестом махнул рукой воинам сопровождавших меня, отправился к дохану.

— Томэг, проследи, чтобы умывальник добрался до замка в целости и сохранности, — на ходу распорядилась, вбегая в холл, скинула куртку, шапку, вдруг вспомнила, — а Снор? Он мне тапки обещал?

— Приходил Снор, в тот день, когда ты с Тейваре спустилась, нермар его не пустил.

— Вот же… ладно, — вполголоса выругалась, сердитым взглядом, посмотрев на ичиги, с которых стекала талая вода, попросила, — если по пути загляни к нему, пусть приходит в замок.

— Схожу, — уголком губы улыбнулся парнишка, разворачиваясь к двери.

— А ты обедал?

— Да.

— Точно? Ну хорошо, иди, — отпустила Томэга, рванула в комнату, которую оставила детям на растерзание.

— Это точно уже не пригодится, — услышала деловитый голос Хольми, следом раздалось противное «Фу» в исполнении Тиры.

— Что нашли? Бя, какая гадость, — пробормотала, едва взглянув на зелёное, мохнатое нечто, — это что было?

— Не знаю, — задумчиво проговорил мальчишка, осторожно, на вытянутой руке, вытащив это из комнаты, запихнул в мешок, — там лежит то, что воняет.

— Ясно, отличное решение, — похвалила Хольми, беглым взглядом осмотрев помещение, удивилась, как много успели сделать Тира и её братишка, похвалила, — вы молодцы! Я вижу, большую часть можно ещё использовать?

— Да, диса, вот этот ковёр без пятнышка и проплешин нет, а какой ворс у него мягкий, — проговорила Тира, нежно наглаживая красно-коричневые узоры.

— А здесь лежит посуда, мама сказала, что она ещё послужит.

— Я тоже так думаю, — согласилась с Хольми, перебирая глиняную, покрытую белой с синими узорами глазурью тарелки, рассеянно произнесла, — и куда нам это всё девать? Комнату нужно освободить и помыть.

— Может в коридор?

— Там места совсем нет, — покачала головой, решительно сказав, — в холл!

— Но там… — замялась Тира, подсказывая, что холл заходят многие и этот бардак там совсем не к месту.

— Знаю, это ненадолго… надеюсь, — произнесла, первая подхватила какой-то мешок, от тяжести невольно охнув, потащила его к выходу.

— Может позвать кого? — промолвила Тира, отправившись следом за мной, волоком тянула ковёр.

— Угу, позовём, вот до холла доберёмся и скажу Кеиру, чтобы позвал нермара или вождя, — пропыхтела, с грохотом уронив мешок, из которого выкатилась какая-то деревяшка.

— Эээ, а что здесь происходит? — ошеломлённо проговорил Агнар, наконец, вернувшийся с совета, где пробыл больше двух часов.

— Комнату освобождаем, — сдула прядь волос, свалившуюся на лицо, спросила, — есть будешь?

— Нет и сама ничего не носи, — сердито заворчал муж, поднимая ту самую деревянную штуковину, спросил, — что это?

— Если бы мы знали, — хмыкнула, забрав её из рук вождя, со знанием дела произнесла, — это точно какая-то часть от мебели, позже разберёмся. А пока нам нужна помощь, Агнар выдели несколько воинов, они быстрее управятся чем мы.

— Что ты задумала? — потребовал мужчина, увидев, как в холл, кряхтя, ввалился Хольми, в руках которого была охапка старых штор.

— Ты точно хочешь отвар с пирогом, — уверенно заявила, подхватив ничего не понимающего мужа под руку, повела на второй этаж, попросила не менее удивлённую служанку, — Тира принеси в покои отвар и пирог, Хольми больше не таскай, сейчас нам помогут.

Агнар хоть и был, как всегда хмур, но снедаемый любопытством позволил себя увезти и время от времени с недоумением, поглядывая на меня. Я же молчала, мысленно репетируя, что сказать мужу и как его подготовить к временному хаосу под названием ремонт. С детства помню, как у отца глаз дёргался, стоило ему услышать о грядущем апокалипсисе.

— Эйва! Я терпелив, но не настолько, — сердито высказался муж, как только мы переступили порог нашей комнаты.

— Знаю, — усмехнулась, заметив грозно сведённые брови вождя, поторопилась объяснить, — я не хотела, чтобы слышали Хольми и Тира. Одно из помещений на первом этаже, заваленное старьём гораздо большего размера чем их комната, в которой они ютятся. И окно больше, если соорудить деревянную перегородку, можно разделить помещение на две комнаты, одну для Бенги с Тирой, а ту, что поменьше, для Хольми. Угол у двери тоже огородить, место позволяет и поставить там умывальник. Мебель, ковры, шторы можно использовать старые, всё равно лежат без дела. А ещё…

— Эйва, ты хочешь отдать слугам помещение, где хранятся вещи вождей? — Прервал меня муж, не сводя свой пронзительный взгляд от моего лица.

— Нда… ты против? — Спросила, боясь услышать «Да» и разочароваться в человеке, с которым меня свела судьба.

— Нет, — хмыкнул мужчина, резко схватив меня за руку, притянул к себе, едва касаясь моих губ, нежно поцеловал.

— Кхм… — чуть запнулась от смущения, спрятав пылающее лицо на груди мужа, прошептала, — тебе нужно сменить повязку.

Глава 38

Глава 38

Воины Агнара управились за час. Быстро и слаженно вытащили всё из комнаты и аккуратно насколько это возможно сложили в холле. Теперь у одной из стены возвышалось шаткое сооружение из сундуков, мешков и прочих, пока, нужных нам вещей.

Когда комнату очистили от хлама она, казалось, стала ещё больше и светлей. Стены, сложенные из серого камня, правда удручали и меня всё подмывало побелить их, но попытка узнать у Бенги об извести не увенчалась успехом. Осталась надежда, что весной мне всё же удастся найти этот камень, очень хотелось перекрасить некоторые комнаты в этом замке. Так и стоит у меня перед глазами картинка: белые стены, яркие ковры на полу. Столик из тёмного дерева у окна, два кресла, те что нашлись в этой комнате, сменить обивку и будут как новые. На кровати мягкие покрывала и гора пухлых подушек. Милые безделушки на столиках и навесных полках, которые завершат образ уютной комнаты.

— Диса, — прервала мои мечтательные размышления Тира, замерев у дверей своей будущей спальни, — Давина пришла к тебе.

— Давина? — Удивлённо воскликнула, рассеянно взглянув на девушку, признаться я не ожидала гостей. Здесь у меня подруг не было, да и знакомые пока не особо горели желанием пообщаться, да и я не настаивала.

— Я её в зал отвела, а то в холле… — сморщила курносый носик служанка, наконец, поставив ведро с водой на пол.

— Не переусердствуй здесь с уборкой, мы и завтра можем продолжить, — напоследок проговорила, направилась к гостье, гадая, что ей вдруг понадобилось от меня.

— Диса, Снорм пришёл, сказал, ты звала, — сообщил Хольми, вбегая в коридор, едва не сшиб меня с ног у самого выхода, — в зал его отвёл, только там Давина ждёт тебя.

— Спасибо Хольми, скажи маме, пусть отвар подаст в зал, три чашки.

— Скажу, диса, — радостно воскликнул мальчишка, преисполненный важностью задания, рванул на кухню.

— То никого, то сразу все, — добродушно пробурчала, толкнув дверь, на мгновение замерла, наблюдая, как Томэг и ещё три воина заносят в замок мой умывальник.

— Куда его? — прохрипел парнишка, коротким кивком останавливая помощников.

— На второй этаж… хм, Томэг пусть здесь пока стоит, у меня гости. После вместе установим, мне надо показать куда.

— Хорошо, — с явным облегчением выдохнул парень, воины тоже были рады короткой передышке и быстро сбежали на улицу.

— Ты на кухню сходи, Бенга тебе отвару нальёт, а то дышишь как загнанный зверь.

— Тяжёлый он больно, — недовольно пробурчал Томэг, всё же послушно отправился на кухню.

— Хм… лист железа, что ли, толстый? — задумчиво пробормотала, обходя внушительного размера умывальник, поспешила в зал, и так задержалась, — добрый день! Давина рада тебя видеть, здесь бардак небольшой…

— Добрый Эйва, это я незвано пришла, — смущённо улыбнулась женщина, неловко поправив кофточку на груди.

— Я сейчас со Снором поговорю и мы с тобой поболтаем, — произнесла, с трудом сдержав улыбку, такой очумелый вид был у мужчины, — Снор знаю, что приходил, да тебя не пустили. Скажи, удалось изготовить?

— Да диса, ладные получились, мои уже ходят в них по дому, — довольно протянул обувщик, торжественно достав из мешка тёплые валяные тапочки с вышивкой на носке, — дочка моя украсила.

— Очень красиво! И тапки замечательные и вышивка изумительная! — Воскликнула, быстро сев на стул, принялась стаскивать надоевшие мне ичиги.

— Впору диса? — Спросил Снор, но на его лице не было даже и тени сомнения, что тапки мне будут не по размеру.

— Впору Снор, тёплые, лёгкие! Спасибо! Теперь вождю изготовь, мерки снять нужно или знаешь размер?

— Как не знать, знаю диса, — важно ответил мужчина, гордо вскинув голову, добавил, — токмо мою обувку вождь носит.

— Отлично! Но это не всё, ещё сделай тем, кто в замке служит. Всем! За неры не беспокойся, скажешь сколько за работу возьмёшь, отдам, — проговорила, прошлась вдоль стола и обратно, украдкой взглянув на молчавшую, но нетерпеливо ёрзающую на стуле Давину, добавила, — и жена нермара, думаю, сделает заказ тебе на обувку эту.

— Сделаю заказ, — уверенно заявила женщина, обрадованная, что и про неё не забыли, — Эйва, это для дома, да? А можно, примерю, у нас вроде размер один.

— Конечно, — произнесла, нехотя сняв удобные тапочки, засунула ноги в ичиги, подала обувку Давине.

— Ох, как славно и тёплые, — проворковала женщина, стаскивая тапочки, неохотно возвращая их мне, тут же обратилась к Снору, — мне, Льяль, нермару… приходи сегодня в дом, мерки снимешь.

— Я… я приду, — оторопело пробормотал обувщик, не веря своему счастью, — всё сделаю диса, сейчас мигом мерки сниму и к тебе Давина зайду!

— Хорошо, — улыбнулась всполошившему мужчине, отпуская, — иди Снор и спасибо, отличная обувка и красивая получилась.

— Ох и славная, — согласилась Давина, стоило обувщику покинуть зал, нервно стиснув руку, проговорила, — ты уж прости, что пришла так… Льяль приболела, не могла надолго отлучиться, вот только выбралась. Стэнн говорил, как ты с Тейваре спустилась… не дело женщине такое испытать! Совет этот…

— Спасибо, — прервала вдруг рассердившуюся женщину, — всё обошлось, не будем об этом. Расскажи, как Льяль? Здорова?

— Диса, позвольте? Бенга сказала тебе отвар подать, — не дала ответить гостьи Свея, заглядывая в зал.

— Заходи, — кивнула, обращаясь к Давине, — не откажешься?

— С удовольствием, так давно не выбиралась никуда, а у тебя здесь столько всего происходит, — обрадованно пробормотала женщина, взяв кружку с отваром, которую перед ней поставила Свея.

— Небольшую перестановку в замке решила сделать, — благодарно улыбнулась помощнице Бенги, принимая чашку.

— Хм… судя по заваленному холлу на небольшую не похоже, — усмехнулась Давина, сделав глоток отвара, добавила, — я, когда в дом к Стэнну пришла, тоже такую устроила.

Около часа мы проболтали за чашкой с отваром. Давина оказалась шумной, язвительной дамой, но мне это нравилось. Она открыто высказывалась и не стеснялась говорить правду. Благодаря ей я многое узнала о жизни в племени Кархайг. Женщина и сама не так давно перебралась в горы и поначалу ей пришлось несладко.

— Трудно пришлось, многое по-другому, — тяжело вздохнула Давина, — Стэнн очень помогал, не знаю, как справилась бы. В племени Фреста с женщинами так не ходят, работы много, порой и туши огромные сами таскали и стены в доме правили.

— А мужчины? — С недоумением спросила, провожая засобиравшуюся домой Давину.

— Охота, битвы, совет, — горько усмехнулась в ответ, надеюсь, подруга, — мужчин в племени отца немного.

— Ясно, — мысленно выругалась, догадавшись, что там может твориться. Когда женщин гораздо больше, чем мужчин, те начинают кочевряжатся.

— Эээ… а это что? — Чуть запнулась Давина, уставившись на умывальник, стоящий в самом центре холла, словно чудотворная статуя.

— Умывальник, — не выдержав, заливисто рассмеялась, принялась объяснять женщине, что, где и зачем.

— Стэнн будет ворчать, но и мне такое надо, — уверенно заявила Давина, пятый раз обойдя по кругу умывальник, — удобно как, а сюда зеркальце повесить можно.

— Да, на полочку мыло, щётки и порошок для зубов.

— Гисли говоришь делал? Пойду я Эйва, а то заказов на берет и ждать придётся, — вполголоса пробормотала женщина, спешно надевая куртку, шапку и меховые варежки.

— Заходи ещё, была рада поболтать, — помахала рукой, устало закрыв двери за споро рванувшей в сторону дома Давиной. Всё же я успела отвыкнуть от такого долгого общения, но было приятно и занимательно вот так поговорить об обыденных делах. Я даже на мгновение забылась и не вспоминала, где нахожусь, слушая о проказах Льялл, как когда-то слушала Ольгу, горделиво рассказывающую о шалостях Даньки.

Глава 39

Глава 39

— Со всех мерки снял диса, пять дней надо мне, — рассеянно проговорил Снор, что-то тихо бурча себе под нос, — подмастерьев посажу.

— Хорошо, — улыбнулась мужчине и Хольми, который с ошеломлённым видом провожал мастера к выходу. Коротко кивнув обоим, поспешила на кухню за Томэгом, пора уже установить умывальник.

— Диса! Чего это ты удумала? Какая такая тапка? Зачем? — Ворчливо воскликнула Бенга, стоило мне только войти.

— Что бы ноги ни прели в ичигах, пока ты на кухне ходишь, — пояснила, прошла мимо довольно улыбающихся Свеи и Иде, подмигнула жующему Томэгу, чем изумила парнишку, налила в чашку отвар, залпом выпив, продолжила, — ну что идём?

— Угу, — растерянно пробормотал мой помощник, первым покинул кухню.

— Бенга, ты Грай не видела?

— С Тирой комнату убирают, ох и пыли там.

— Ладно, тогда, может, Свея или Иде поможет мне? Вещи надо из комнаты Агнара перенести в покои его родителей, — задумчиво протянула, понимая, что отвлекаю девушек от работы, но приглашать вт замок кого-то постороннего не хотелось. Да и временно это, вот обустроимся…

— Свея поможет, мы тут почти управились, — прервала мои мысли кухарка, — Иде сейчас рыбу уберёт и тоже подойдёт.

— Спасибо.

— Что ты диса, — отмахнулась женщина.

Пока договаривалась на кухне, Томэг уже успел позвать помощников и, как только я зашла в холл, мужчины подхватили умывальник и двинулись к лестнице. Пришлось ускорить шаг, быстро обогнуть процессию и вырваться вперёд, указывая им путь.

Покои родителей Агнара были ненамного больше его комнаты, но имели два окна, отчего помещение, казалось, просторней и светлее. Но главная ценность комнаты — это наличие второй двери, за которой находилось маленькое помещение с широким окном под самым потолком. Муж рассказал, что некогда здесь был кабинет отца, но после рождения сына старый вождь перебрался в другую и побольше. А эта комнатка стала чем-то вроде гардеробной, где хранились ненужные вещи матери. Но их давно перенесли на первый этаж, в одно из помещений, до которого мы ещё не добрались. Теперь же этой крохе, квадратов на шесть, предстоит стать ванной.

— Сюда ставьте, — скомандовала мужчинам, ткнув пальцем в углу одной из стены. Воины, кряхтя от натуги с трудом протиснувшись в узкий дверной проём, наконец, разместили первый умывальник в племени Кархайг.

— Диса, ещё что принести нужно? — Спросил один из мужчин, смущённо улыбнувшись, удивлённо и я бы сказала, немного испуганно распахнул глаза, заметив мой довольный оскал.

— Да, — не смогла отказаться от такого щедрого предложения, проговорила, — кровать в комнате передвинуть, шкаф переставить, диван из покоев вождя принести сюда, а этот в ту комнату убрать.

Через пятнадцать минут перечисления заданий лица у воинов вытянулись, а во взгляде плескалось отчаяние, но никто не роптал. Сдерживая обречённый вздох, мужчины отправились передвигать мебель. Мы же с помощницей Свеей украдкой переглянувшись, со снисходительной улыбкой поспешили собирать мои и вещи Агнара. Радуясь, что покои успели отмыть пару дней назад и уборка здесь нам не грозит.

Пока мы занимались переездом из одной комнаты в другую, на первом этаже уборка тоже шла полным ходом. Бедная Келда с дочерью, занялись стиркой выбранных мной штор, ковры взялся чистить Эспэн, а за каминами обещал присмотреть Хольми. В общем, в замке трудились все и никто не отлынивал. Только к вечеру, когда на небе зажглись первые звёздочки, я, чуть ли не силой отправила людей отдыхать.

Сама же, еле поднимая ноги, вымотавшись, бегать со второго этажа на первый, умылась без помощи Тиры. И довольно щурясь, разглядывая себя в зеркальце, подвешенном над раковиной, расчёсывала волосы, а на моих ногах были не надоевшие мне ичиги, а тёплые тапочки. Ещё бы тёплый халатик до самых пяток сшить и тёплую пижаму, вместо длинной рубашки и будет вообще прекрасно.

— Это и есть твой умывальник? — Проговорил муж, заходя в ванную комнату, замер у порога с нескрываемым удивлением рассматривая небольшое, но уютное помещение.

— Да, попробуй, — смущённо улыбнулась, сдвигаясь чуть в сторону, повернула рычаг в кране из которой тут же потекла тёплая вода, которую, пришлось, конечно, заливать самим, но прежде принести её из кухни. Но ничего, ближе к весне, установим здесь дровяной титан и будем им отапливать комнатку и воду греть.

— Интересная конструкция, — пробормотал муж, подсунув руку под тоненькую струю воды, повернул рычаг закрывая, снова повернул, едва слышно хмыкнув, добавил, — здесь хорошо и покои… ты переставила кровать? Так стало лучше…

— Спасибо, я рада, что тебе понравилось, — неловко улыбнулась, вдруг ощутив неясное топление внизу живота, прячась от пристального взгляда мужа, рванула к выходу, проговорила, — ты умывайся, я не буду мешать.

Только спустя минут пять, оставшись наедине с собой в покоях, я смогла успокоиться и привести взбудораженные мысли в порядок. Прошла к шкафу, достала необходимые для перевязки раны снадобья и полоску ткани, забравшись с ногами на диван, принялась ждать мужа.

Моя рана на тыльной стороне ладони, как и предрекала ведунья, почти зажила, как всегда, удивляя меня невероятно быстрой регенерацией. Следы ожога от мази практически исчезли, а вот рваные красные полосы от зубов тарсы ещё были, но перевязка мне уже не требовалась. А вот рана на животе мужа заживать не желала, то и дело середина пореза разрывалась и из неё сочилась сукровица, а то и кровь. И конечно, лучше бы мужчине некоторое время не бродить по замку, двору и улицам, но разве его заставишь посидеть спокойно.

— Ты опять о чём-то задумалась, — проговорил муж, неслышно выйдя из ванной комнаты, навис надо мной, волнуя меня своим странным взглядом, нежной улыбкой, голым торсом до пояса и мокрыми волосами.

— Хм… вот думаю, как привязать тебя к кровати, чтобы твоя рана скорее зажила, — сиплым голосом ответила, смущённо отвела взгляд от широкой груди мужчины, пробормотала, — давай сменим тебе повязку.

— Ты знаешь, как… — тотчас прохрипел муж, окинув меня многообещающим взглядом, отчего радостные мурашки пронеслись по моей спине, снова собравшись внизу живота, заставляя сердце учащённо биться, а кровь по венам быстрее бежать.

— Ты ранен и боюсь… не справишься, — насмешливо ответила, тряхнув головой, прогоняя будоражащее кровь картинки, облизнув враз пересохшие губы, игривым голосом произнесла, — как только твоя рана срастётся и прекратит кровоточить, я… мы станем мужем и женой.

— Нужно закрепить соглашение, — нахально заявил Агнар, молниеносным движением подняв меня с дивана, впился жарким, требовательным поцелуем, от которого мои ноги тут же подкосились, дыхание перехватило, а губы запылали огнём. Неосознанно поддавшись навстречу к мужу, отчаянно желая коснуться его жаркого тела, прижаться к нему, ощутить в полной мере то, что обещал его взгляд и предвкушающая улыбка. Через мгновение счастливо всхлипнув, когда обжигающе — горячие руки скользнули вниз по спине, притягивая меня так близко, что я услышала гулкий стук его сердца. Неистовое, неописуемое желание охватило меня, тянущая боль сосредоточилась ещё ниже. Эмоции были настолько сильны, настолько пугающие, что я неловко попыталась отстраниться, но Агнар не позволил, приподняв, мой подбородок, снова поцеловал, страстно, почти грубо, сводя с ума от желания.

— Моя, — прохрипел муж, с лёгкостью поднял меня на руки, бережно уложил на кровать, продолжая безудержно целовать. Моё тело таяло, плавилось, от нежных ласк, страстных сладких поцелуев. Всюду, где касались его ласковые руки, прокатывалась жаркая волна возбуждения. И более ничем не сдерживаемое наслаждение охватило меня, громко застонав, вцепилась в плечи мужа, мир вдруг рассыпался на тысячи мерцающих осколков, сверкая перед закрытыми глазами всеми цветами радуги… Через миг Агнар рвано выдохнул, крепко сжав меня в объятиях, поцеловал, заглушая губами рвущиеся из моего горла крики.

— Мой, — едва слышно просипела, глубоко вздохнув, устроилась поудобнее, не в состоянии разбираться в нахлынувших ощущениях, счастливо прикрыла глаза. Вскоре почувствовав горячую руку на своём теле, муж нежно привлёк меня себе, гладя по волосам и спине, прошептал:

— Всегда…

Глава 40

Глава 40

— Для нас? — Неверующе переспросила Бенга, потрясённо разглядывая просторную, светлую комнату. Тира тоже была не менее удивлена, с ошеломлённым видом обходила уютный уголок, с благоговением проводя рукой по яркому покрывалу на кровати, чайному столику из тёмного полированного дерева, пухлым подушкам будто бы не она час назад их здесь укладывала.

— Ваша, а в той, что вы были, после ремонта поселим Томэга и Хольми, парни сами вызвались там жить.

— Диса… да разве ж можно? Слугам и в таких покоях? — Всхлипнула кухарка, так и не переступив порог комнаты.

— Можно, идите, вещи свои соберите и переселяйтесь. Завтра начнём разбирать следующие комнаты. Для всех живущих в замке будет удобные комнаты, — на всякий случай громко объявила любопытным слугам, предотвращая завистливые взгляды, — следующим будут Келда с дочерью, надеюсь, никто не против?

— Нет, — ошеломлённо пробормотали Свея, Иде, Эспен, Ринда и Хольми. Томэг молчал, но по его ошарашенному виду и украдкой бросаемому в мою сторону взгляду, было заметно, что парень поражён.

— Ну вот и отлично, а теперь расходимся, не будем мешать Тире и Бенге обустраиваться. Томэг, Хольми идём, глянем вашу комнату, подумаем, как удобно разместить там мебель…

Больше месяца мы наводили порядок в замке. Слуги узнав, что в комнате, в которой так усердно драили стены и полы, отдали Бенге и Тире. А оставшиеся помещения первого этажа вскоре тоже отдадут слугам, рьяно взялись за работу. Целый месяц замок был похож на разворошенный улей. Стирка, уборка, ремонт мебели, штопка покрывал и штор, чистка ковров. Всё это слаженно выполнялось, удивляя вождя такой быстрой и качественной работой. И всё чаще его внимательный взгляд задерживался на мне, а едва заметная улыбка всё реже покидала его лицо.

Наши взаимоотношения с Агнаром, с той первой ночи, когда мы стали мужем и женой, тоже постепенно менялись. Муж и раньше был удивительно заботлив, для такого сурового времени, сейчас же он словно не мог насытиться мной. Каждый раз находя меня в разных укромных местечках замка, неистово целуя, в итоге утаскивал наверх. Но как это не странно мне нравилось эта дикая, необузданная страсть мужа, я наслаждалась его гортанным рычанием, крепкими объятиями и восхищённым взглядом.

Вот и сейчас, проходя по коридору, на секунду остановившись на пороге комнаты Томэга и Хольми, обсудить срочный вопрос, я заметила вошедшего на кухню Агнара, который вскоре вышел обратно и широким шагом направился ко мне.

— Эйва, — пророкотал мне в ухо, будоражащий меня голос мужа, горячие руки обхватили за талию, крепко прижимая к себе, — ты задержалась.

— Совсем немного, — прошептала, ощутив, как от уха по шее и ниже поползли разомлевшие от опаляющего дыхания мурашки.

— У меня для тебя подарок, — просипел Агнар, утягивая меня из комнаты парней, которые старательно делали вид, что не замечают появления вождя, на повышенных тонах обсуждая, какое положение руки лучше, если стрелять из лука, скрываясь за камнем.

— Вот умеешь же ты… — счастливо хихикнула, позволяя себя украсть, предвкушая скорую ласку и, конечно же, подарок.

По лестнице мы буквально взлетели. Агнар с лёгкостью толкнув массивную дверь, ладонью закрыл мне глаза, завёл в комнату предупреждая:

— Не подглядывай.

— Не буду, — снова хихикнула, чувствуя, как моё сердце переполняет нежностью к этому мужчине, доверчиво следовала за Агнаром.

— Можешь открывать, — разрешил муж, убирая ладонь с моего лица. Некоторое время я слепо осматривала кровать, не сразу заметив маленький букетик белых, с темно-красной каймой по краю, цветов.

— Агнар! Где ты их достал? — Задохнулась от удивления, не сводя взгляд с прекрасных бутонов, потрясённо пробормотала, — холодно же и снег ещё везде.

— Это кримерия, она растёт высоко в горах, зацветает в первый день матши, говоря всем, что наступил тавас.

— «Весна» — мысленно перевела, новое слово, быстро догадавшись о его значении, вслух же сказала, — спасибо, это… они прекрасны.

Только спустя некоторое время с припухшими губами и счастливой улыбкой на лице, я спустилась на первый этаж, так почему-то и не рассказав мужу, что беременна. Наверное, это новость для меня, оказалась, слишком неожиданной и мне нужно, самой принять её. Я, конечно же, понимала, к чему приводят совместно проведённые ночи с мужчиной, но всё же, как оказалось, не была готова к такой вести. И теперь не знала, как сообщить об этом Агнару. А может, цепляющиеся словно пиявки за место в совете Хрут и Дьярви, которые на протяжении месяца бередили умы людей племени Кархайг, тревожили меня, лишая покоя, напоминая, что сейчас совсем не время для рождения малыша…

— Диса, пришла Давина с Льяль, ждут вас в зале, — прервала мои тягостные мысли Тира, не останавливаясь, подхватила мешок с вещами, понесла его в новую комнату.

— Хорошо, — рассеянно кивнула, подняв с пола выпавшую из мешка косынку, уложила сверху стула, отправилась к подруге.

— Эйва! Весь городок судачит о кримерии, что сорвал для тебя Агнар, — протараторила Давина, стоило мне только войти в зал. Маленькая непоседа Льяль, забралась на стул и пыталась стащить со стола небольшой мешок невесть откуда здесь взявшийся.

— Вот как? И что здесь такого особенного? Или радуются весне? — Поинтересовалась, поманив девчушку к себе, звонко расцеловала в обе пухлые щёчки, — привет, у тёти Эйвы для тебя что-то вкусненькое припрятано.

— Ты её совсем разбалуешь, — хмыкнула Давина, устраиваясь рядом, пояснила, — кримерия растёт высоко в горах и добраться до неё не так просто, я бы сказала очень опасно. Стэнн два дня ворчал на вождя, говорил, что он поступает безрассудно, решив забраться так высоко. Но тот, кто сумел достать этот редкий цветок, даря его, признаётся девушке в любви, равной любви самих Вхагара и Тейрии.

— Я не знала, — просипела, от вдруг охватившего меня страха за мужа, пребывая в странных ощущениях одновременно злости из-за безумного поступка Агнара и всепоглощающей теплоты и нежности к этому мужчине.

— Тоже не ведала, пока не услышала ворчание Стэнна, — произнесла Давина, нетерпеливо поёрзав, попросила, — покажи кимерию, очень хочется взглянуть на этот цветок, что дарил Вхагар своей возлюбленной.

— Конечно, идём, — невольно улыбнулась женщине, — они в комнате и раз ты, наконец, пришла, я покажу тебе ванную, о которой мы с тобой говорили.

Через час, провожая впечатлившую женщину к выходу, слушая, как Давина перестроит покои у себя в доме, где разместит ванную комнату. И что ей тоже нужен такой же шкаф и вешалки. Погладив по голове Льяль, которая с восторгом разглядывала тряпичную куклу, сшитую по моему эскизу рукодельницей Иде. Я мысленно сочувствовала Стэнну, ведь ему только ещё предстоит познать весь кошмар перестановки. То, что поведала мне подруга, он выдержал при её появлении, это ещё цветочки.

— Диса ужин подан, вождь будет? — Спросила Тира, стоило мне возвратиться в покои.

— Нет, сказал, что вернётся только ближе к полуночи, — проговорила, невидяще уставившись перед собой, — я тоже пока не хочу есть.

— Может, хоть отвару?

— Отвару можно, — рассеянно кивнула, выводя пальцем невидимые круги, думая о муже, о его безрассудном поступке, не уверенная, что решилась бы на подобное ради него. Я всегда была слишком практична для таких импульсивных действий.

Спать укладывалась одна, Агнар иногда возвращался поздно, а порой и вовсе приходил на следующий день, задержавшись на обходе. Обычно я не волновалась, но сегодня стоило подумать о муже, как моё сердце замирало от страха, чтобы тут же пуститься с бешеный вскачь. Проворочавшись около часа в кровати, измученная бессонницей и тревогой, раздражённо поднялась, подошла к окну, с изумлением замерла, затаив дыхание, слушала щелчки падающих с крыш капель.

— Весна… и что она принесёт племени Кархайг…

Глава 41

Глава 41

— Эмм… — невнятно пробормотала, проснувшись от приятной щекотки, лениво перевернувшись набок, перекинула ногу на мужа, обняла, так чтобы сразу не успел сбежать, сурово сдвинув брови, проговорила, — ты просто вынуждаешь меня привязать тебя к кровати.

— Я не против, — прошептал мужчина, притягивая моё разомлевшее тело к себе ближе, покрывая лицо поцелуями.

— Агнар…

— Что? — Прохрипел муж, мгновенно нависнув надо мной, закрывая рот властным поцелуем. Его руки тут же заскользили по моему телу, лаская грудь, спускаясь всё ниже к бёдрам, становились требовательней и настойчивей…

С тихим стоном прильнув, обхватила шею руками, слегка прикусила его верхнюю губу, мягко столкнула с себя, не ожидавшего от меня такого Агнара, быстро оседлала его бёдра.

— Агнар! — Сердито шлёпнула мужа по часто вздымающейся груди, проговорила, — зачем? Ты мог погибнуть! Это опасно! Ты снова задержался, я волновалась!

— Волновалась, — довольно пророкотал мужчина, поймав мою ладонь, нежно поцеловал её тыльную сторону, многообещающе улыбнувшись, прошептал, — я соскучился.

— Агнар… — с трудом сдерживаясь, выдернула руку, убирая её подальше от обжигающих губ, потребовала, — не поступай так больше!

— Эйва! — Тотчас рыкнул муж, молниеносным движением, оказавшись надо мной, пристально посмотрел в мои глаза, силясь, что-то разглядеть в них. Наконец, рвано выдохнув, нежно, сладко поцеловал, и я с тихим стоном приоткрыла губы, отдаваясь его ласкам, тая в его умелых руках… то взлетая, то падая на волнах безумного желания.

— Я люблю тебя, — просипела, впиваясь в плечи мужа ногтями, околдованная ритмом его движений, приближаясь к самой вершине блаженства. Хриплое дыхание обжигало горло, сердце грохотало в ушах, а реальность сжалась в одну точку, в одно желание…

— Моя, — победно простонал муж, его губы стали требовательней, чем прежде. Поцелуи — неумолимыми, голодными, жаркими. Объятие — властным и сильным. Его руки нежно ласкали каждый изгиб, каждый выступ, каждую впадинку моего тела. Наслаждение стало нестерпимым, подобным экстазу, агонии…

Когда тело, наконец, прекратило содрогаться, а мысли перестали путаться, положив голову на грудь мужа, слушала глухие удары его сердца и счастливо улыбалась. Сейчас… я была уверена, что всё, что сейчас произошло, было ещё волшебнее, чем прежде. Наконец-то я стала целостной. Где-то в глубине меня появилось чувство завершённости и правильности происходящего, разум был спокоен, а душа — полна.

— Я люблю тебя, — едва слышно прошептала, втягивая манящий запах его кожи, прильнув к мужу всем телом, на мгновение затаив дыхание, словно, собираясь с духом, произнесла, — у нас будет ребёнок.

— Ребёнок…

— Да, Мораг сказала.

— Ребёнок… — глухим голосом повторил Агнар, бережно переворачиваясь набок, неверующе всматривался в моё лицо, выговорил, — ты беременна?

— Ну да, — усмехнулась, с трудом сдерживая улыбку, такой ошеломлённый вид был у мужа.

— Сын! У меня родится сын! — Вдруг громко взревел Агнар, радостно вскакивая с кровати.

— Тихо ты, ночь на дворе! Всех слуг своим криком всполошишь, — заворчала я, мысленно вместе с мужем кричала от радости и переполнявшего меня счастья.

— Эйва! Сын! — Вновь воскликнул Агнар, возвращаясь в кровать, заключая меня в свои надёжные и такие уютные объятия, прошептал, — люблю тебя.

— Я знаю, — счастливо пробормотала, на секунду закрыв глаза, погружаясь в сладкий безмятежный сон.

Проснувшись, некоторое время не открывая глаза, слушала звонкую капель за окном, треск поленьев в камине, наслаждаясь покоем и тихой радостью, когда всё суетное уходит на второй план. Впервые за долгое время я ни о чём не волновалась, не опасалась за свою жизнь… впервые ощутив себя своей в этом странном мире.

— Диса, доброе утро, — поприветствовала Тира, вкатывая столик в покои, на котором в тарелке высилась горка моих любимых оладий, рядом стояла миска с мёдом и кружка с отваром.

— Доброе, — улыбнулась, сползая с кровати, бросив взгляд в окно, увидела, что Тейвха уже поднялась над заснеженной горой, а значит, время близится к полудню, — Агнар ушёл?

— Нет диса, он в зале, — ответила служанка, тяжело вздохнув, словно собираясь с духом, произнесла, — я слышала их разговор, к нам идут Хэнни.

— Много? Напали? — Потребовала, резко остановилась, не успев переступить порог ванной комнаты.

— Не знаю диса, вождь и нермар в зал ушли и двери закрыли.

— Ясно, — кивнула, рванув приводить себя в порядок, на ходу предупредила, — Тира завтрак тащи в зал, там поем.

Спустя десять минут я сидела по правую руку от Агнара, вяло жуя оладушку, слушала мужчин и ничего не понимала.

— Больше тридцати их, нападать такими силами они не станут, но и на встречу с таким количеством воинов не ходят.

— До дня Псарбала ещё два месяца, — задумчиво протянул муж, вдруг положив свою руку мне на колено, слегка его сжал, — значит, он хочет поговорить со мной.

— Снег рыхлый, в такую пору к нам не ходят для простой беседы, что-то случилось? — Заметил Стэнн, делая глоток отвара, который принесла по моей просьбе Тира.

— Рыхлый? Вот только таять начало? — Не удержалась я, удивлённо посмотрев на нермара.

— Здесь в горах Ханд мороз приходит так же быстро, как и тепло. За один день всё сковывает льдом, а снег всего за лем засыпает землю и горы полностью. В первый день тавас, как только расцветёт кримерия, снег тает очень быстро. Один лем и земля станет голой, река наполнится водой и начнётся голод… — мрачно закончил Стэнн, вгоняя меня в ещё большую путаницу и непонимание.

— Почему голод?

— Вода плохая, много людей болеют, старики и дети умирают, мужчины не могут ходить на охоту…

— Стэнн! — Прервал его Агнар, сурово сдвинув брови, обеспокоенно взглянув на меня, — Эйва, это происходит каждую весну вот уже несколько столетий лун. Вхагар отбирает в свои чертоги сильных телом и духом слуг.

— Вот почему Арран падальщиками называл вас? Потому что вы не в силах охотиться? Что с водой происходит? — Не стала слушать порой пугающие меня объяснения о Вхагаре и прочей мистики, — Где вы берёте воду?

— Сейчас снег топим, летом река даёт воду, — продолжил растолковывать нермар, игнорирую нахмурившегося и недовольно сопевшего вождя.

— Колодец есть?

— Было два, у реки, но вода ушла, — покачал головой мужчина, — мы в прошлом луне пытались добраться до воды, видящий указал место, но не получилось.

— Эйва, я приказал запастись водой, один лем мы должны продержаться, — сердито пробурчал Агнар, скрипнув зубами.

— Мы каждый лун ей запасаемся, и всё равно воды на всех не хватает, — возразил Стэнн, в ожидании на меня посмотрев, продолжил, — она была на Тейваре, она дочь равнины, Эйва может нам помочь.

— Я так понимаю, воду кипятили и это не помогает? — Вполголоса проговорила, пытаясь осмыслить услышанное. Что происходит с водой? Неужели снег в горах отравлен и тая смешиваясь с рекой, травит всё живое? Мне срочно нужна Мораг, она сможет объяснить и рассказать больше, чем мужчины.

— Не помогает, — обречённо кивнул нермар, со злостью взглянув на остатки отвара в кружке.

— Мне нужно подумать, а ещё я бы хотела поговорить с Мораг, но ведуньи не будет ещё неделю. Когда обычно начинает уходить снег в горах?

— Десять — пятнадцать дней.

— Значит, надо спешить, — пробормотала, поднимаясь из-за стола, совершенно позабыв о приближающих к нам незваных гостях, спросила, — где воду храните? Когда её собрали?

— Вода есть в каждом доме в бочках и на улице куски льда, когда придёт тепло, его спустят в погреба. Собрали на третий снег в зивере, — проговорил вождь, продолжая хмуриться.

— Агнар? Я отправляю воинов встретить Хэнни? — Спросил нермар, тоже поднимаясь следом за мной.

— Да, пятнадцать с севера пусть идут, ещё пятьдесят отправь с южной части скалы.

— Как прикажешь, — коротко кивнул Стэнн, широким шагом покидая зал, оставляя меня и насупившего вождя наедине в зале.

— Я не допущу, чтобы ты и ребёнок пострадали, — заворчал муж, резко поднимаясь, заключая меня в объятия, — воды в замке достаточно.

— Агнар… я не волнуюсь о себе и малыше, я верю, что ты защитишь меня и ребёнка, — проговорила, уткнувшись мужу в грудь, скрывая расползающуюся улыбку, наконец, догадавшись, что так взволновало вождя, — я хочу помочь тебе, желаю, чтобы этот таваз не принёс горя семьям и сохранила жизни старикам и детям, а мужчины могли добыть еду.

— Будь осторожна, — тяжело вздохнул муж, едва слышно прошептав, — прошлый таваз унёс много жизней.

— Мы справимся…

Глава 42

Глава 42

— Бенга, расскажи, что с людьми происходит в таваз, почему болеют… умирают? — Забравшись на стул, заняв небольшой угол рабочего стола, приготовилась записывать, всё, что поведает мне женщина, чтобы ничего не упустить.

— Животом маются, диса, — произнесла кухарка, невидяще уставившись перед собой, тихим голосом продолжила, — кого тошнит, кто бегает на улицу часто, живот крутит больно и огнём будто горит.

— Меня рвало три дня, пока мама мне ирту в отвар не насыпала, — добавила Иде, невольно поморщившись.

— Не всем она пособляет, а может, и вовсе Вхагар тебя здесь решил оставить, — промолвила Свея, тихонько всхлипнув, добавила, — страшно диса будет, братишка прошлый таваз ушёл в чертоги Вхагара.

— А ногти не синеют? Пятна на теле не появляются? — Спросила, перечислив симптомы, прочувствованные самой лично, после неприятного нападения Томэга.

— Нет диса, крутит живот и тошнит, — чуть помедлив, ответила Бенга.

— Пить хотелось, и голова болела, — подсказала Иде, продолжив замешивать в большой миске тесто.

— Брат перед тем… — запнулась Свея, глубоко вдохнув произнесла, — ноги говорил, тянуло.

— Значит, расстройство желудка, головная боль, судороги, — задумчиво подытожила, делая пометку на листе бумаги, напротив неё принялась перечислять, что может спровоцировать болезнь и как её нужно лечить. Но что я могла сделать? Я не врач и совершенно ничего не смыслю в болезнях и их лечении. Не знаю химию, помню лишь, что воду обеззараживают хлоркой. Знаю, что это сильный яд, но где его добывают, пропорции… этими важными сведениями я не располагала.

Спустя тридцать минут бессмысленного черкания листа бумаги, со злостью взирая на столбик страшных слов, осознала, что картина нарисовалась мрачная. Получается любая бактерия, порода камней, металл может отравить воду. Убрать отраву помогло бы кипячение, но эта дрянь продолжает морить людей. Люди страдают от обезвоживания, а для восполнения водного баланса в теле, надо пить больше жидкости, желательно чуть солоноватой. А вода отравленная, другой нет, замкнутый круг какой-то.

— Ты не беспокойся диса, вождь ныне много воды собрал, должны продержаться один лем, — произнесла Бенга, успокаивающе погладив меня по сжатой в кулак руке.

— Почему лем?

— Так, вода в реке спадёт и очистится, — с недоумением пояснила кухарка, поставив передо мной кружку с ягодным компотом, — пей диса, тебе дитя растить надобно.

— Знаете уже? — Хмыкнула, почему-то даже ни на секунду не удивившись этому.

— Так, вождь сказал, — ласково улыбнулась женщина, — и настрого приказал присматривать за тобой пуще прежнего.

— Угу, заботливый, — проворчала, сразу вспомнив его безумный поход за «аленьким цветочком», — Бенга, а цвет воды в отравленной реке какой?

— Грязный, — неопределённо пожала плечами кухарка, — будто кто молоко вылил и земли сыпанул, мы её отстаивали, кипятили, но всё одно.

— Ясно, — кивнула, записав и эти сведения, — а у реки захоронения старого не было? Ну, может могилы, какие ещё есть?

— Нет диса, мы в землю не хороним, — снисходительно улыбнулась женщина, — как хайг душу подхватит и унесёт в чертоги Вхагара, ежели мы под камни её спрячем?

— Ну да, — пробормотала, поднялась из-за стола, понимая, здесь я узнала всё, что можно и больше ничего нового не выведаю, направилась к выходу, — спасибо.

Томэга нашла вместе с Хольми в их комнате, мальчишки возились со стрелами и о чём-то тихо переговаривались.

— Ты не пошёл сегодня на охоту? — Произнесла очевидное, проходя в небольшую, но уютную комнату, ещё раз бегло осмотрев её, довольно улыбнулась. Маленькое помещение, с крохотным окном под самым потолком. Две кровати, на каждой Томэг расстелил одеяла, сшитые из пушистых, серых шкурок. На стенах висели: лук, два ножа, пара кожаных верёвок — петли на птиц и мелкого зверя. На полу ковёр, облезшее пятно спряталось под кроватью Хольми. Стол, на котором установили вазу с несколькими сухими травинками в ней, уж больно настойчиво это требовала Тира. И всё, больше ничего лишнего, но для двоих парней, комната получилась отличная.

— Нет, снег рыхлый, — ответил помощник, прерывая мои мысли, через пару минут, обеспокоенно проговорил, заметив мой отсутствующий вид и затянувшееся молчание, — диса?

— Томэг, я не знаю, это, наверное, небезопасно, — начала говорить, сдавив руками виски, от вдруг стрельнувшей боли, — ты можешь принести снега там, где течёт река, где племя Кархайг берёт воду.

— За Тейваре река начинается, но берём её ниже.

— А можешь набрать на Тейваре и ниже? Мне проверить кое-что надо, — попросила парнишку, который, недослушав, тут же вскочил и кинулся к дверям. Рядом с ней, с правой стороны в каменную стену были вбиты металлические штыри, заменявшие вешалку. От шкафа мальчишки отказались, довольствуясь небольшими сундуками для хранения своих немногочисленных вещей.

— Схожу диса, — кивнул Томэг, надевая на голову меховую шапку.

— Поздно поди уже?

— Я мигом управлюсь, — возразил помощник, схватив с вешалки куртку, скрылся за дверью.

— Диса, ты воду хочешь чистой сделать? — Тихо спросил Хольми, до этого молча слушал, не сводя свой взгляд от меня, полный надежды и безграничной веры.

— Я попробую Хольми, — ласково улыбнулась ребёнку, чуть помедлив, произнесла, — ты сходи к Снору, скажи, диса просила дать ей плотный кусок валяной шерсти, вот такого размера и толщины. Пусть сделают, да скажи, чтобы поторопился.

— Сбегаю диса! — Выкрикнул мальчишка, точно так же, как и Томэг, нахлобучив на голову шапку, схватил куртку и рванул в коридор.

— Ну вот, задания раздала, — едва слышно усмехнулась, поворачивая к двери, чуть не столкнулась с Тирой, которая с ошарашенным лицом вбежала в комнату брата, не удивлюсь, если меня искала.

— Диса, там вождь! И ещё вождь! — Воскликнула девушка, прикрыв рот ладонью, просипела, — и ещё вождь.

— Тира, ты чего? Какой вождь? Где?

— В зале диса, — выдохнула служанка, — тебя просят.

— Хм… просят, значит, больше чем один, — пробормотала, покосившись на перепуганную девушку, уточнила, — три вождя? Среди них Агнар есть?

— Угу, — быстро-быстро покачала головой девчушка, выпалив, — и ещё два.

— Иидём переодеваться, не стоит вождей встречать в домашнем платье, — подытожила, подхватив ошарашенную девицу, устремилась в покои, прежде опасливо выглянув за дверь, чтобы не встретиться с незваными гостями в холле.

— В зале они, — невольно улыбнулся нермар, заметив мой манёвр, тотчас мрачно добавив, — вожди племени Хенни и Фрестов прибыли.

— Ясно, — кивнула, спешно рванув к лестнице, едва слышно, на бегу спросив, — а чего хмурый? Случилось чего?

— Странные дела творятся Эйва, никогда ещё вожди не прибывали в племя Кархайг. Всегда у святыни встречались или на торговой площади. Горы суровы и не знающие мест к нам не ходят, кроме… — недоговорил Стэнн, отводя взгляд.

— Суин, — продолжила за нермара, ободряюще улыбнувшись, — значит странное? Ничего разберёмся!

В комнату влетела на ходу стаскивая с себя платье, скидывая тапки, благодарно кивнув Тире, успевшей уже разложить на кровати мой парадный наряд. Шерстяное, тёмно-красного цвета, длиной до щиколотки платье, с золотой вышивкой на рукавах; жилет с железными пластинами на груди; ичиги из плотной кожи с медными бляшками на голенищах и пояс с ножнами. Как однажды сказала Тира, чтобы гости не забывали, что я не только жена вождя, но и дочь Северного ветра — воин!

— Тира, здесь собери и хватит!

— Нельзя диса, заплету бока и соберу, — спорила со мной нахальная девчушка, чуть ли не силой усадив на стул, принялась плести косичку от виска к затылку, ловко и быстро перебирая руками, назидательным тоном, проговорив, — нельзя с хвостом тебе диса.

— Ждут же… ладно, пусть ждут, — обречённо махнула, не рискнув спорить с девчонкой, понимая, что Тира желает мне добра и больше меня знает, как правильно встречать вождей.

— Всё, — объявила служанка, удовлетворённо кивнув, поправила невидимую прядку на моей голове, тихо проговорив, — я скажу Спэну, чтобы в окно за тобой присмотрел.

— Хорошо, — улыбнулась порой чересчур заботливой девушке, подхватив подол платья, поспешила в зал.

— Эйва! — Раздался громкий голос нермара, стоило мне только спуститься в холл, следом рявкнули ещё две луженые глотки воинов, замерших у входа в зал. Двери тотчас бесшумно распахнулись и я, глубоко вздохнув, переступила порог. Чтобы через мгновение, не сделав и двух шагов, потрясенно застыть, с изумлением разглядывая до боли знакомое лицо.

Глава 43

Глава 43

Ненавистное лицо, которое там… в прошлой жизни лишило меня семьи. Лицо, что я до сих пор вижу во сне, просыпаясь в холодной испарине. Злобный оскал и взгляд полный торжества, исказившие черты убийцы в тот самый момент, когда он толкнул Эйву с обрыва. Странно, но только лишь сей миг был доступен мне, именно это воспоминание навеки отпечаталось в памяти моей предшественницы — облик её убийцы.

— Эйва? — Привёл меня в чувство обеспокоенный голос мужа. Агнар не сводя свой пристальный взгляд от моего лица, резко поднялся, в два шага преодолев разделявшее нас расстояние, бережно взял за руку, повёл к стулу.

— Эйва… дочь Северного ветра, — вполголоса протянул высокий, плечистый воин, с ярко-синими глазами и удивительно открытой улыбкой, — я рад, что ты осталась жива.

— Благодарю, — коротко кивнула, присаживаясь во главе стола рядом с мужем.

— Я тоже рад Эйва, — глухим голосом произнёс убийца, вперившись в меня пытливым взглядом, выдержав небольшую паузу, проговорил, — мне жаль, но я с дурными вестями… наш отец погиб.

— «Что?! Этот человек, тот, кто столкнул Эйву с обрыва! Её брат!» — Мысленно воскликнула, с трудом сдержав порыв наброситься на мерзкую тварь, вслух же спокойным ровным голосом произнесла, — Арран отказался от меня, мой отец Северный ветер, он принял меня, когда я прошла испытание на Тейваре.

— Все племена наслышаны об этом, — натянув улыбку, промолвил Атол, продолжая что-то во мне разглядывать. Я тоже не сводила свой взгляд от лица «братца», видя в нём не только убийцу Эйвы, но и предавшего мою семью дядю Толю, который, покидая кабинет, напоследок пожелал мне сдохнуть. Не знаю, каких сил мне стоило, не ринуться на человека, олицетворяющего собой двух ненавистных мне людей. Как вообще такое возможно? Тот же прищур, кривая ухмылка, лишь только тонкий шрам над правой бровью рознил их.

До зубного скрежета, до боли в ладонях от впившихся в них ногтей, я старательно делала вид, что ничего не помню. Эйва в тот день была сильно ранена и ослаблена от боя и потери крови, её шатало от порывов ветра, и она могла не увидеть, кто её столкнул.

— Агнар ты взял в жены лучшую женщину всех племён, — проговорил синеглазый, прервав мои лихорадочные мысли, окинув меня пронзительным взглядом.

— Я знаю, — коротко ответил муж, сжав под столом мою ладонь, ровным голосом заговорил, — вы прибыли в земли племени Кархайг, пройдя горы, чтобы сообщить о гибели Аррана? Что ж, спасибо за благую весть.

— Нет, Атол попросил меня, быть свидетелем вашего разговора, — усмехнулся вождь Фрэстов, — я согласился.

— Агнар… — тут же начал «братец», украдкой покосившись на меня, — я не хочу продолжать эту бессмысленную вражду, но часть старейшин требуют вергельд…

— Вергельд? За что? За смерть ни в чём не повинных жителей? — Насмешливо спросил Агнар, снова сжав мою ладонь, успокаивающе погладив её тыльную сторону.

— За украденную дочь племени Суин, — заявил Атол, мельком взглянув на меня, продолжил, — или Эйва должна вернуться и выполнить свой долг перед отцом и стать женой Атила, как и было оговорено ранее. За неё племя Хэнни отдал богатый выкуп…

— Верни его, — прервала «братца», зло прищурившись, чеканя каждое слово, произнесла, — запомни я ничего тебе и Аррану не должна. Я дочь Северного ветра. Моё племя Кархайг.

— Ты изменилась, — задумчиво проговорил Атол, сжав руки в кулак, процедил сквозь стиснутые зубы, — я не смогу остановить воинов, и они снова нападут.

— Значит, ты плохой вождь, — подытожила, окинув «братца» насмешливым взглядом.

— Я сказал! — Взбешено рыкнул Атол, вскакивая с места.

— Мы услышали, — равнодушным голосом ответил Агнар, медленно поднимаясь.

— Хм… думаю, нам пора, — улыбнулся вождь Фрэстов, тоже вставая, — Агнар не против, если я увижусь с Давиной?

— Нет, Стэнн проводит тебя.

— Тогда встретимся на Псарбале, — кивнул мужчина, покидая зал, следом за ним отправился Атол. Но перед тем как скрыться за дверью, бросил на меня взгляд, полный жгучей ненависти. Что могло произойти между братом и сестрой? Что такого страшного, что Атол решился на ужасный поступок, я не знала…

— Ты как? — Едва слышно спросил муж, осторожно положив руки мне на плечи, принялся нежно их массировать, — он ничего не сделает нам. Атол всегда был труслив и прятался за твоей спиной, порой я удивлялся выбору Вхагара. Твой брат будет плохим вождём.

— Это он столкнул меня с обрыва, — глухим голосом произнесла, откинув голову на живот мужа, закрыв глаза, мысленно опять и опять прокручивала леденеющую душу картину.

— Ты всё вспомнила? — Едва слышно спросил муж, его пальцы невольно сжали мои плечи, сделав больно.

— Его лицо я не забывала, — просипела, передёрнув плечами, — ты делаешь мне больно.

— Прости я…

— Ты уверен, что старейшины племени Суин снова не отправят воинов в горы?

— Если так, то у нас есть время подготовиться.

— Почему?

— Воины племени Суин всегда нападали на шестидесятый день зивера, слепо следуя смертельной для всех традиции.

— В тот день убили Эйву? Мою прабабку?

— Да… для Атроба это была месть за убитую жену и дочь. Что вело Аррана, я не знаю.

— И я, — мрачным голосом проговорила, вдруг вспомнила одну немаловажную деталь, вскочив со стула, спросила, — между правлением Атола и Аррана были нападения на клан Кархайг? Суин нападали?

— Нет, — коротко ответил муж, с недоумением на меня посмотрев.

— Какая была цель? Куда рвались воины Суин?

— Убить жителей? — С ещё большим недоумением произнёс Агнар, не сводя с меня обеспокоенный взгляд.

— А я? Куда рвалась я? — едва слышно проговорила, сцепив руки в замок.

— Убить меня, — безжизненным голосом ответил муж, неожиданно заключая меня в свои объятия, прошептал, — ты не вспомнила.

— Нет, — покачала головой, с трудом представляя каково сейчас Агнару. Жить рядом со мной, всегда опасаясь, что когда-нибудь ко мне вернётся память и я в любой момент смогу наброситься на него, ведомая жаждой необъяснимой мести.

— Эйва…

— Агнар, — остановила мужа, неохотно высвобождаясь из уютных объятий, глубоко вдохнув, набираясь смелости, произнесла, — я не Эйва. Родные, и друзья звали меня Владой, по паспорту я Вронская Владислава Владимировна. За день до того, как я очнулась в мире Эрин на снежном выступе, раненой и обессиленной, мне исполнилось тридцать пять лет. День своего рождения я решила отметить с другом в горах, но что-то пошло не так и я, видимо, разбилась. Мир Эрин совсем не похож на тот, где я жила, многое для меня не знакомо и странно. А ещё было страшно, очень… страшно признаться в том, что в теле Эйвы сейчас другая душа… Агнар, не молчи.

— Я знаю, — проговорил муж, ласково улыбнувшись, вновь заключая меня в свои надёжные и такие умиротворяющие объятия, нежно поцеловав меня в лоб, продолжил, — понял, когда ты вернулась с Тейваре… никогда та Эйва не отправилась бы в святыню клана, который желает уничтожить. Никогда та Эйва не стала бы проходить испытание Северным ветром, боясь за свою жизнь. Понял это, когда ты, раненная после борьбы с тарсой и обессиленная испытанием Северного ветра, всю ночь просидела у моей кровати, рассказывая, чтобы ты изменила в замке. Одно лишь страшит меня… что Вхагар вернёт душу Эйвы и заберёт к себе душу воительницы Влады.

— Если такое произойдёт, Томэг…

— Глупый приказ, — прервал меня муж, взяв меня за подбородок, поднял голову вверх, поцеловал. Это был нежный, бережный, невесомый поцелуй, который дарил покой, обещая заботу, любовь и бесконечное счастье.

Дорогие друзья!

В группе "Бытовое фэнтези волшебных миров" часто проводятся розыгрыши промокодов на мои книги и иные интересные конкурсы. Приглашаю всех желающих подписаться, чтобы не пропустить интересные новости.

Ссылка на группу: Бытовое фэнтези волшебных миров

Глава 44

Глава 44

— Агнар! — С громким стуком в зал ворвался Стэнн, диким взглядом посмотрев на нас, хриплым голосом проговорил, — Агвил мёртв!

— Как это произошло?

— Мы только вышли из замка. Его пронзило стрелой… Агнар вождь племени Суин обвинил тебя в нарушении правил. Люди Агвила набросились на наших воинов, мы остановили их, но…

— Ты лично проверил Агвила? Он точно мёртв? — прервала Стэнна, мысленно выругалась на «братца», уверенная, что это его рук дело. Вот только для чего это ему, я пока не знала.

— Нет, меня к нему не подпустили.

— Идём, — решительно шагнула к двери, но была тут же остановлена мужем.

— Там может быть опасно.

— Знаю и ты тоже рискуешь, отправившись туда, но мы оба должны быть там, — проговорила, осторожно вытянув свою ладонь из крепкого захвата, добавила, — Стэнн, Мораг нет, кто может проверить тело вождя?

— Мира, я уже отправил за ней.

— Отлично, тогда идём, не стоит задерживаться, — ободряюще улыбнулась нермару, ласково мужу, первой отправилась к выходу.

— Эйва — вождь! Который нужен племени Суин, — услышала тихое замечание Стэнна, недовольное шипение мужа и вскоре Агнар, оказался впереди меня, сердито пробурчал:

— Стой рядом со мной, кто знает, где этот стрелок скрывается.

— Его ещё не поймали, — подтвердил Стэнн, следуя за нами.

У ворот замка было шумно. Воины Агвила, окружив тело вождя, никого к нему не подпускали. Девушка в куртке из тёмного меха с красными бусинами на рукавах, что-то сердито им выговаривала, из чего я сделала вывод — это Мира. Атол, собрав вокруг себя плотную стену из своих воинов, скрываясь за их спинами, выкрикивал обвинения в адрес вождя племени Кархайг, обещая Агнару и мне все кары сурового бога Вхагара. И вокруг всего этого кошмара готовые в любой момент ринутся в бой, стояли воины Агнара, не спуская внимательный взгляд от незваных гостей.

— Замолчи! И веди себя как вождь! — Рыкнула на «братца», заметив на лицах воинов Суин промелькнувшее презрение. Так и не разобравшись к кому оно относилось, чеканя каждое слово, проговорила, — Пропустить лекаря к Агвилу! Ну… разошлись!

— Пока я не удостоверюсь в смерти вашего вождя, буду вправе убить вас всех за лживое обвинение, — рявкнул Агнар, встав со мной рядом, — если Агвил ранен, а стрела отравлена, вы упускаете время.

Нехотя, но воины расступились, пропуская Миру к вождю, следом за ней тут же ринулась я. Не дав мужу остановить меня, хотела лично убедиться, что синеглазый вождь племени Фрэстов, действительно умер. Но стоило пройти сквозь ровный строй мрачных воинов, как снова дурным голосом заорал Атол:

— Тебе не удастся скрыть доказательство вины Агнара!

И тотчас тройка самых грозных на вид воинов Агвила преступили мне путь, не пропуская к телу вождя.

— Ты! Идёшь со мной и сам убедишься, что у меня нет злого умысла и я не собираюсь вредить вашему вождю! — Ткнула пальцев в грудь, по моему мнению главному из всех, напролом двинулась на воинов.

— Эйва Дочь Северного ветра! Ты не сможешь ему навредить, — зло бросил мужчина, всё же пропуская меня в круг, — твой муж убил его.

— Ты казался мне умнее, — усмехнулась, приземляясь на колени перед распростёртым телом Агвила, спросила лекаря, — как он?

— Не дышит, диса, — покачала головой девушка, снова припадая ухом к окровавленной груди вождя.

— Следов отравления нет? — Проговорила, взяв мужчину за руку, нащупала место на запястье, надеясь, почувствовать ровный такт его сердцебиения, но пульс отсутствовал.

— Не вижу, диса.

— Ясно, — с горькой улыбкой пробормотала, так и не отпустив руку вождя Фрэстов, но уже через секунду, затаив дыхание, уловила едва заметный толчок, потом ещё один, и ещё, торопливо прошептала, — воин… как тебя?

— Рауд, — почему-то так же тихо ответил мужчина, тот, кто взялся за мной следить.

— Рауд, твой вождь жив, я чувствую его биение сердца, — едва слышно проговорила, не сводя с него взгляд, — оно слабо… но пока Агвил жив. Если хочешь, чтобы твой вождь не погиб так бесславно, раненый стрелой по приказу гнусного человека, ты должен позволить нам унести его в замок.

— Нет…

— Должен, — чуть завысила голос, молниеносным движением схватив мужчину за ворот куртки, потянула оторопелого воина на себя, стиснув зубы, прошипела, — неужели ты настолько глуп, если считаешь, что Агнар поступил так недальновидно, убив гостя, пусть и незваного на землях своего племени? Позволь вылечить твоего вождя… а тот, кто всё это замыслил, поплатится.

— Эйва…

— Объяви, что вождь мёртв! — Снова прервала воина, оттолкнув его от себя, — и скажи, что, тело нужно тщательно осмотреть и поторопись!

— Хрр… — взбешено засопел Рауд, гневно раздувая ноздри, медленно поднялся на ноги, громко выкрикнул, — Агвил! Мудрый вождь племени Фрэстов — мёртв! Тело храброго воина нужно подготовить к обряду! Мы не успеем спуститься с гор, поэтому проведём его здесь, чтобы душа Агвила нашла путь в чертоги Вхагара. Эйва дочь Северного ветра позволила воинам племени Фрэстов провести сожжение!

— Долго говоришь, — недовольно пробормотала, поднимаясь с колен, едва слышно распорядилась, — Мира беги в замок и подготовь всё необходимое для очистки раны и отвар.

— Как прикажете диса, — прошептала лекарка, спешно бросилась к замку.

— Поднять Агвила! — приказал Рауд, воины перестроились, с лёгкостью подхватив тело вождя, двинулись к замку. Сам Рауд, чуть задержавшись, пристально на меня взглянув, произнёс, — сохрани ему жизнь и преданнее воина ты не найдёшь.

— Я сделаю всё, что в моих силах, — твёрдо проговорила, посмотрев прямо в глаза воину, тот коротко кивнув, поспешил следом за своими людьми.

— Рауд! Я сообщу сыновьям Агвила о гибели их отца! — Прокричал Атол, отважно встав перед своими воинами, зло добавив, — пусть все вожди узнают, кто такой Агнар!

— Вали ты уже, — сердито проворчала, обеспокоенно ища взглядом мужа, но не находила его среди этого столпотворения.

— Ты вынуждаешь меня привязать тебя к кровати, — прошептал знакомый и родной голос, мою ладонь тут же крепко сжали и повели к замку, — Эйва, ты порой безрассудно себя ведёшь, они могли тебя убить. Знаешь, как было сложно не вытащить тебя волоком от тела Агвила. Стэнн и воины, едва не набросились на воинов племени Фрэстов, когда те скрыли тебя собой.

— Прости, я была не права, но меня словно что-то толкнуло… я считала, что делаю всё правильно.

— Это Вхагар… богам иногда скучно и когда появляется смельчак, рискуя своей жизнью, отправляется на Тейваре и проходит испытание Северным ветром. Вхагар является к нему, смотрит его глазами, говорит его устами…

— Хм…, наверное, — задумчиво пробормотала, уже ничему не удивляясь, но представив, что в тело Эйвы подселяется ещё и Вхагар, от этого знания меня тут же пробирает дрожь.

— Зачем ты позволила провести обряд в нашем замке? Они могли сжечь тело у подножия горы Ханд? — Едва слышно спросил муж, обходя замерших у дверей замка воинов Агвила, рядом с ними стояли воины Агнара, зорко следя за всем разом.

— Он жив, — прошептала в ответ, заметив изумлённый взгляд мужа, криво усмехнувшись продолжила, — был, ещё несколько минут назад. Уверена, стреляли по приказу Атола, знать бы ещё зачем.

— Стэнн проводит вождя Суин и проследит, чтобы те благополучно покинули горы. И я согласен с тобой, появление Атола, его странная просьба: Агвилу быть свидетелем разговора, на который лишь один ответ… всё это подозрительно, и я пока не понимаю, что происходит.

— Кто из вождей поддерживает тебя на совете? — Задумчиво спросила, на секунду замерла, пытаясь уловить мелькнувшую мысль, но та успела ускользнуть.

— Агвил из племени Фрэстов, Адут из племени Артхи и Алей вождь клана Мадфалов.

— Трое против двоих, если Агвил выживет…

Глава 45

Глава 45

Агвила разместили в бывших покоях Агнара. Выставив воинов племени Фрэстов за порог комнаты, приказав Кеиру увести их в дохан, и накормить. Покосившись на хмурого Рауда, я и Мира принялись раздевать вождя. Быстро стащив куртку и шерстяную рубаху, смыв с раны кровь, несколько секунд с ужасом смотрели на посиневшую кожу в пяти сантиметрах от места, где совсем недавно торчала стрела.

— Диса… яд на стреле был, — обречённо пробормотала Мира, вопросительно взглянув на меня, прошептала, — не знаю какой, я такое ещё не видела.

— Мораг когда-то мне сказала, — задумчиво протянула, осмотрев на столе бутылки, мешочки и баночки, едва слышно произнесла, — если не знаешь… пей настойку спарвии.

— Это же яд… — потрясённо просипела молодая лекарка, украдкой взглянув на замершего у кровати Рауда. Агнар, стоящий рядом с нами, услышав мои слова, тоже удивлённо вскинул бровь, но промолчал.

— Да яд! Самый сильный, он убьёт тот, что нам неизвестен, а как вывести спарвию из тела мы знаем, — громко проговорила, прямо взглянув на воина, чуть помедлив, добавила, — Рауд иначе никак.

— Он уже мёртв, — глухим голосом ответил мрачный мужчина, стиснув кулаки так, что побелели костяшки, зло бросил, — делай дочь Северного ветра.

— Нет! Твои вождь жив! — Упрямо покачала головой, поспешила к двери, на ходу проговорив, — я принесу спарвию.

Настойка самого опасного из известных ядов ведуньи, стояла у нас в ванной комнате, тщательно спрятанная под выпавшим камнем в стене, за шкафом. Его отдала мне Мораг наследующий день, когда меня пытались отравить руками Томэга. Ведунья многое рассказала об этом яде и о том, что не всегда он помогает. Вернее, всего дважды на её памяти удалось нейтрализовать один яд, с помощью другого и человек выжил. Но выбора у нас, к сожалению, не было, Агвил умирал, его сердце стало всё реже биться, а дыхание едва заметно, поэтому стоит рискнуть и попытаться спасти вождя Фрэстов таким опасным способом. В нашей с Агнаром комнате надолго не задержалась, вытащив из тайника яд, поставила на место камень и поспешила назад. Вернувшись в покои, не глядя ни на кого, рванула к бессознательному телу, кивком показала испуганной Мире, чтобы подала кружку, с глухим звуком выдернула пробку.

— Я сам, — голосом, не терпящим возражения, остановил меня муж, забирая крохотный пузырёк из тёмного стекла, спросил, — что делать?

— Три капли развести в воде и споить Агвилу, — произнесла, глубоко вздохнув, мысленно обратилась к Вхагару, чтобы помог и не стал сейчас забирать Агвила в свои чертоги.

— Всё, — объявил Агнар спустя несколько минут, отдал чашку Мире, взяв мою ладонь, слегка её сжал, немигающим взглядом посмотрел на вождя Фрэстов. Я, как и Мира, и Рауд тоже не сводила свой взгляд от распростертого перед нами тела мужчины. Небольшая рана чуть выше груди, была давно обработана, кровь смыта, одежда убрана, а сам мужчина бездыханно с едва ощущаемым пульсом лежал, укрытый тёплым одеялом. Не знаю, сколько времени прошло с минуты последней выпитой капли яда, Агвил находился всё в том же бессознательном состоянии, а мы продолжали нависать над неподвижным телом, когда лекарка, вдруг вздрогнув, пробормотала:

— Началось…

— Что? — Обеспокоенно просипел Рауд, поддавшись к вождю, бросив на Миру встревоженный взгляд.

— Яд начал действовать! — Сердито рявкнула в ответ девушка, кинулась к Агвилу, через мгновение мужчину тряхнуло, раздался громкий болезненный стон, а по его телу пошли страшные судороги.

— Держите его! — Воскликнула, схватив голову бившегося в конвульсиях вождя Фрэстов, скомандовала, — Мира давай!

Не мешкая, стиснув зубы до скрежета, девушка уверенной рукой вылила в чуть приоткрытый рот Агвила две ложки настойки, которая должна прекратить действие яда спарвии. Но мужчину вдруг выгнуло, он захрипел и изо рта пошла жёлтая пена.

— Ещё! И воды! Много! — Крикнула, с трудом удерживая голову, боясь взглянуть на Рауда и Агнара, которые с тихим шипением прижимали тело вождя к кровати…

Только спустя час Агвил прекратил биться в конвульсиях. Его дыхание стало ровным, на лице исчезла жуткая синюшная бледность, а к губам прилила кровь.

— Ему лучше, — с облегчением выдохнула Мира, вытирая со лба Агвила испарину, потрясённо пробормотала, — диса… ведунья нам не рассказывала о таком.

— Я знаю, — тяжело вздохнула, обессиленно откинувшись на мужа, взглянула на растерянного воина Фрэстов, проговорила, — Рауд, тебе надо отдохнуть, Мира тебе тоже, Тира присмотрит за вождём.

— Он мой брат, — вдруг произнёс мужчина, пытливо вглядываясь в меня, чуть помедлив, словно собираясь с силами, продолжил, — он вырастил меня, когда наш отец погиб. Спас мне жизнь, когда я мальчишкой отправился в логово газари. Эйва мои слова там… у замка…

— Я помню и рада другу, — устало улыбнулась, повторив, — тебе надо отдохнуть, как и нам всем. Если хочешь, сюда принесут кровать и подадут еды. Мира поест и вернётся к Агвилу, позже её сменит Тира и… Рауд, ты доверяешь всем воинам, что сопровождали вас сюда?

— Да, это самые преданные люди, — уверенно заявил мужчина, с неожиданно ласковой улыбкой вручив Мире чашку, продолжил, — они никогда не посмеют предать своего вождя.

— Хорошо, тогда можешь сказать им, что их вождю лучше.

— Твои люди в дохане, не прикасаются к еде и ждут тебя, — добавил Агнар, придерживая меня за спину, даря тепло и спокойствие присутствием и жаром своего тела.

— Я скажу и вернусь, — ответил Рауд, нехотя поворачивая к выходу.

— Я присмотрю за вождём, — смущённо улыбнулась Мира, поправляя одеяло на Агвиле, снова вытерла с его лба испарину, едва слышно проговорила, — не беспокойся Рауд.

— Что ж, а я прикажу здесь всё подготовить, — задумчиво промолвила, оглядев комнату, прикинула, куда поставить ещё одну кровать, с грустью вспомнила раскладывающийся диван, который сейчас нам бы точно не помешал.

— Идём, ты сделала невозможное, теперь всё зависит от Агвила и желания Вхагара, — проговорил Агнар, потянув меня к выходу, — тебе нужно отдохнуть.

— Не буду спорить, — усмехнулась, послушно следуя за мужем, мечтая лишь об одном, закрыться в комнате и не выходить хотя бы сутки. Но мысли об отравленной воде не давали мне покоя.

— Диса… как он? — Встретила нас в коридоре Тира, вытянув шею, обеспокоенно взглянула в чуть приоткрытую дверь.

— Лучше, надеюсь, он выживет. Тира распорядись принести в комнату к вождю Фрэстов ещё одну кровать, после присмотри за ним, пусть Мира немного отдохнёт и поест.

— Хорошо, я мигом, — кивнула служанка, рванув было к лестнице, резко остановившись, проговорила, — Хольми принёс что ты просила, а Томэг ещё не вернулся.

— Хорошо, позже спущусь.

— Не сегодня, — заворчал муж, распахивая дверь наших покоев, стоило нам только зайти внутрь, как он их тут же запер ещё и дёрнул несколько раз, проверяя, — ты сегодня отдыхаешь. За Раудом и его людьми присмотрят, Рерик и Стэнн не позволят им напасть на людей в замке.

— Ты думаешь, они станут? — С сомнением пробормотала, забираясь на кровать.

— Нет, но рисковать не хочу, — усмехнулся муж, устраиваясь рядом, обхватив меня руками, заключая в жаркие объятия, потребовал, — и давно у тебя яд спарвии?

— Нет, — шепнула, укладывая голову на грудь Агнара, прикрыла глаза, слушая умиротворяющий стук его сердца.

— Эйва… — протянул муж, щекоча своим дыханием моё ухо, зная, как меня волнует это действие.

— Его мне дала Мораг на следующий день, когда в меня стрелял Томэг, — просипела, ёрзая, пытаясь извернуться и отомстить за взбудораженных мурашек, резвой толпой, бегающих по моей спине, наконец, смогла оседлать мужа, зловещим голосом прошептала, — ну всё, проси пощады…

— Никогда, — прохрипел Агнар, молниеносным движением подминая меня под себя, медленно склоняясь, проговорил, — моя Влада.

Глава 46

Глава 46

— Как ты?

— Как фэрас с перебитым хребтом, — усмехнулся Агвил, попытался подняться, но через секунду, обессиленно упал назад, — всё понимаю, чувствую, но двигаться не могу.

— Фэрас это бык?

— Он, — кивнул гость, внимательно следя за каждым моим движением, — мощный зверь, его не просто поймать.

— Ясно, — пробормотала, мысленно отчитывая количество настойки, которая со слов Мораг мигом поставит вождя на ноги.

С того кошмарного дня, когда Агвила попытались убить, прошло уже больше трёх недель. Отравление сразу двумя ядами, не прошли для мужчины без последствий и сейчас Агвил был слаб словно младенец. Это его жутко раздражало, он злился без повода, вспыхивал из-за малейшего слова, но со мной вёл себя удивительно спокойно и уравновешено. Не раз я вмешивалась в яростный спор мужа и Агвила, успокаивая обоих обещанием запереть их в одной комнате на пару месяцев.

— От Рауда не было вестей? — Прервал мои воспоминания обеспокоенный голос вождя, когда я уже заканчивала размешивать волшебное зелье.

— Нет и ты знаешь, что ещё слишком рано, — ласково улыбнулась мужчине, — пей, Мораг обещала — это тебе вернёт силы.

— Хорошая у вас ведунья, — проговорил Агвил, сразу, как только выпил кружку, полную приятной на вкус жидкости, чуть помедлив, лукаво прищурившись, добавил, — и Мира знающая, ещё и красавица, будь я помоложе…

— Поздно, Рауд тебя обошёл, — хмыкнула, убирая кружку на стол, достала записи исследования воды, чтобы ещё раз всё проверить и заодно составить компанию скучающему Агвилу. Следующим присматривать за Агвилом будет Томэг, парнишка подружился с вождём Фрэстов и частенько заглядывает в покои, чтобы поболтать.

— Хм… вот заберём Миру в племя Фрэстов, останется у тебя только Мораг, — довольно протянул, порой очень, вредный вождь, вытянув шею, пытался разглядеть, что я там делаю.

— Жаль, конечно, расставаться с девушкой, хорошая она, но у Мораг не одна Мира учится, а неделю назад ведунья взяла себе ещё пять девочек, — вполголоса произнесла, рисуя новую систему фильтрации воды, первая, к сожалению, не прошла испытаний.

Украдкой покосившись на озадаченного мужнину, который разговором о Мире, невольно напомнил мой недавнюю беседу с Мораг. Где мы решили, что племени Кархайг не помешало бы увеличить количество лекарей и вообще лучше построить отдельное здание, там будут принимать больных, ну и там же организовать хранилище для трав, настоек и мазей.

— Всех уведём, — заворчал Агвил, прерывая мои мысли, наверняка из вредности, что я не объясняю ему, чем так увлечённо занята.

— Обойдёшься, — равнодушным голосом ответила, радостно выдохнув, подрисовала к цилиндру ещё одну трубу.

— Эйва! Ты издеваешься?! Что ты там всё пишешь? — Не выдержал вождь, а от переполнявшего его возмущения, даже привстал немного.

— Ой, прости… значить тебе интересно? — Притворно удивилась, снисходительно похлопав его по плечу, елейным голосом проговорила, — в следующий раз не будешь скрытничать.

— Так и знал, что ты мне это ещё припомнишь, — взвыл мужчина, устало падая на подушки, бросив в мою сторону жалобный взгляд, тут же тяжело вздохнув, сквозь чуть приоткрытые веки, промолвил, — я после тяжёлого ранения, обессилен и покинут своими людьми, а ты…

— Людей ты сам всех выгнал, а вчера мне заявил, что уже в силах ходить по замку, — фыркнула, не ведясь на провокацию, хитрого и продуманного Агвила. По сравнению с моим Агнаром, этот вождь, ушлый и до невозможности упрямый. После вот таких посиделок у его кровати я обычно выхожу вымотанная, злая и почему-то голодная. Но надо отдать должное мужчине, он был умён, проницателен и как это не странно добр, просто слишком вспыльчив.

— Хрр… — рыкнул мужчина, сурово сдвинув брови, глянул на меня исподлобья, но и этим меня не проймёшь. С трудом сдержав детский порыв показать ему язык, я вернулась к исписанным, изрисованным и местами измятым листкам. Игнорируя сердитое сопение, скрежет зубов вождя, по-женски мстя за свои мучения, когда Агвил и Рауд, секретничая за моей спиной, замыслили диверсию, после которой я и Мира провели ночь у кровати болезного, отпаивая его отваром. Это же надо было додуматься, выпить после такого отравления, пива!

— Буду беспрекословно тебя слушаться, пока нахожусь в твоём замке, — обречённым голосом полным тоски и обиды пообещал Агвил, спустя десятиминутного молчания, видимо, совсем заскучал вождь.

— И Миру, — добавила, прямо взглянув на мужчину, который не слишком долго раздумывал, коротко кивнув, подтвердил:

— И Миру.

— Хм… ладно, — пробормотала, прищурившись, окинула вождя подозрительным взглядом, подняла листок, ткнув в место нарисованной мной колбы, произнесла, — это фильтр для воды. Ты наверняка в курсе, что в горах весной вода травит людей, вот я и хочу сделать фильтр, чтобы очистить воду. Но пока не слишком хорошо получается, что-то я упускаю, а что не могу понять.

— К нам весной тоже травленная вода приходит, но болеют только те, кто слаб животом и дети, смертей, как в племени Кархайг нет, — задумчиво протянул мужчина, тотчас заинтересованно спросил, вглядываясь в мой корявый рисунок, — что там в твоей колбе?

— Войлок в самом низу, а надо бы вату ещё положить или плотную ткань, мелкая пыль всё равно проходит. Выше войлока древесный уголь, он воду и очищает, и обеззараживает…

— Что? — тут же переспросил Агвил, с недоумением на меня взглянув. Я тоже не сразу поняла, что его так смутило, обсуждать фильтр с Агнаром было гораздо проще.

— Убьёт большинство отравляющих воду веществ, — пояснила, вновь возвращаясь к листу, — на самый верхний слой уложить речной песок, он не пропустит более крупные частицы.

— Не всё понял, — невнятно проронил Агвил, вполголоса, будто размышляя добавил, — видно и правда твоими устами говорит Вхагар, но суть уяснил, ты хочешь очистить песком, углем и войлоком воду.

— Да, но войлок или надо плотней сделать или нужна трудно непроницаемая ткань, — подтвердила, не просто так заговорив с Агвилом о фильтре, я надеялась, в его племени найдётся то, что мне нужно.

— Я бы пригласил тебя к себе в дом, там хватает ткани, может, и присмотрела чего, да пока я для семьи мёртв, — мрачно усмехнулся вождь, устало вздохнув, предложил, — можно весточку Рауду отправить, он вышлет ткань, есть у меня в сундуке одна, из-за моря торговцы привезли.

— Давай отправим, время не ждёт, да и узнаем заодно, что там у тебя в племени происходит, — произнесла, собирая бумагу, — через час обед подадут, ты отдохни немного, вон уже и глаза с трудом открываются.

— Опоила меня опять, вот в сон меня и клонит, — добродушно заворчал Агвил, ласково улыбнувшись, посмотрев мимо меня, проговорил, — Ангар, всегда знал, что ты хитрый вождь… как я упустил такую, была бы мне третьей женой.

— Вот ещё, — тут же фыркнула, оборачиваясь к двери, увидела, довольно улыбающегося мужа.

— Слышал? Не будет Эйва никогда третьей женой, — снисходительным тоном проговорил Агнар, забирая у меня из рук корзинку с отварами и прочими лекарскими микстурами и мазью, в которых я стала вполне неплохо разбираться.

— Старшему сыну Роалу бы сосватал, — невнятно пробормотал Агвил, упрямо тараща глаза, — такую надо крепко держать, не просто Атли Хэнни за Эйву бьётся, попомни мои слова, на Псарбале весело будет.

— Не сомневаюсь в этом, — усмехнулся муж, уводя меня из комнаты, тихо проговорил, — Рауд вернулся и у него плохие вести.

Глава 47

Глава 47

— Вести я полагаю ужасные, раз Рауд не спешит к брату после двухнедельной разлуки, — пробормотала, уже находясь в коридоре, посмотрев на мужа, заметила его усталый взгляд, полный тревоги и беспокойства.

— Рауд в зале, он не один с ним несколько его верных воинов.

— Тогда стоит поспешить, — задумчиво проговорила, потянув мужа к лестнице. Проходя через холл, успела увидеть, как за дверью, ведущей в половину слуг, мелькнуло встревоженное лицо Хольми. Не на секунду не останавливаясь, сделала себе мысленно зарубку, о необходимости сходить к слугам и успокоить обеспокоенных людей. Рассеяно, коротким кивком поприветствовала воинов, которые охраняли вход в замок, сделав глубокий вдох, вошла в зал следом за Агнаром. Тотчас на мгновение опешив от такого количества мужчин, которые заполнили своими могучими телами просторное помещение. Помимо людей племени Фрэстов, хмурых и суровых воинов, здесь также находились и воины Агнара, которые, не сводя свой взгляд, внимательно следили за гостями. И хоть в зале и было полно людей, здесь стояла угнетающая тишина, а воздух будто бы звенел от напряжения. Все присутствующие были собранными, сжатыми словно пружина, которую, казалось, только тронь, и всё здесь рванёт. Наверное, поэтому стоило нам войти, все разом вздрогнули, тут же в немом ожидании уставились на нас.

— Эйва! — Неожиданно громко в этой безмолвной тишине раздался взволнованный голос Рауда. Мужчина, в два шага преодолев разделявшее нас расстояние, гулко сглотнув, произнёс, — Роал, старший сын Агвила теперь вождь племени Фрэстов.

— Асвёр? Что с ним?

— Погиб в схватке с фэрасом.

— Это официальная версия? — с грустью усмехнулась, — Агвилу надо сказать, это его сын. Что происходит в племени?

— Многие недовольны, Роал не отмечен Вхагаром, он не должен был стать вождём! Он слишком… троих верных Агвилу нермара казнили, двое старейшин отказались следовать приказам нового вождя, их место заняли другие старцы.

— Агвилу расскажешь всё это через пару часов, — проговорила, окинув внимательным взглядом воинов, пытаясь не упустить мысль, быстро проговорила, — ждите в дохане.

— Стэнн распорядись, чтобы всех устроили, — приказал Агнар, — Рауд идём в кабинет!

— Кто в племени знает, что Агвил жив?

— Никто Эйва, я ручаюсь за своих людей, — быстро ответил Рауд, знаками изобразив своим людям, чтобы шли за нэрмаром, поспешил следом за нами.

— И его жёны?

— И они, Битэг и Лилас заперлись в покоях и не выходят.

— Хорошо, так женщины сохранят себе жизнь, — кивнула, задумчиво перешагивая через ступеньку, едва слышно проговорила, — Бранд… хотел тебя убить. Агнар в темнице он сказал…

— Вы слишком долго правите, — закончил муж, скривив губы в насмешливой улыбке, добавил, — Бранд, Роал… кто ещё?

— Атол, — уверенно произнесла, проходя в кабинет.

— Он отмечен Вхагаром, — покачал головой Агнар, усаживаясь за стол, — зачем ему?

— А если нет? Что, если Аран, мой отец обманул всех?

— Это… Вхагар накажет за ложь, — потрясённо пробормотал Рауд, с недоумением переводя свой взгляд то на меня, то на Агнара.

— Твоя метка… — заговорил муж, пытливо всматриваясь в меня, — она появилась после Тейваре?

— Нет, — с горькой усмешкой покачала головой, продолжив, — она была на мне, когда я очнулась в домике Мораг.

— Метка? Тебя отметил Вхагар?! — Вновь изумлённо воскликнул Рауд, неверующе уставившись на меня, сиплым голосом проговорил, — но Вхагар никогда не отмечал своей милостью женщин.

— Ну, значит, я первая, — неопределённо пожала плечами, криво ухмыльнувшись.

— Вхагар отмечает только одного сына, — подытожил Агнар, — и в этот раз он выбрал Эйву. Аран обманул всех, назвав сына именем Атол. После его рождения, в племени Суин дважды сменился совет. Первый сгорел в доме… никто не смог выбраться.

— На Псарбале в том луне говорили об этом, тогда было принято решение строить для совета каменные дома, — подтвердил Рауд, всё ещё пребывая в шоке, время от времени на меня настороженно поглядывая.

— Он убирал свидетелей, — согласно кивнула, мысленно выругалась, наконец, найдя причину такой ненависти брата к сестре. Она просто заняла его место, не должна была, но заняла. Отец воспитал из неё война, в то же время стыдясь или не принимая, того, что его дочь, а не сын отмечена милостью Вхагара. Скрыл сей факт, после рождения, назвав второго ребёнка именем, даруемым только тем, кто с меткой. И, возможно, Аран задумал провести переворот во всех племенах, убрать вождей со знаком бога, а, может, и Атолу надоело находиться в тени своего отца и ненавистной ему сестры, кто знает…

— Атли, — прервал мои тягостные мысли Рауд, вполголоса будто размышляя, продолжил, — он второй сын, была сестра… сгинула на болоте вместе с матерью, когда ей было пять лун.

— И Альв Хэнни взял в жены младшую сестру Арана, — добавил муж, зло ухмыляясь, — тогда родился Атли, больше у Хэнни детей нет.

— Племя Хэнни, Суин, теперь племя Фрэстов, — перечислила масштаб беды, тихо проговорив, — вождя племени Кархайг им не удалось убрать, ну и живой вождь Фрэстов будет для них полной неожиданностью.

— На Псарбале будет весело, — оскалились мужчины, одновременно вставая.

— Надо отправить весть в племя Артхи и Мадфалам, — напомнила мужу, устало поднимаясь с кресла, — я спущусь вниз, распоряжусь подать обед в покои. Рауд, комнату тебе приготовят.

— Не стоит беспокоиться Эйва, я остановлюсь в дохане.

— Ну как знаешь. Через час встретимся у Агвила, нам есть что ему рассказать…

Агвил был в бешенстве и всё время порывался подняться с кровати, но силы ещё к вождю не вернулись и воину оставалось, лишь яростно сжимать кулаки. Рауд, подхватив настроение брата, тоже рвался в одиночку справиться с подлым Роалом, дважды Агнар останавливал разъярённого война у двери.

— Значит говоришь, изменения ждут племя? — Растягивая каждое слово, произнёс Агвил, — мои законы устарели и пришло время новых вождей?

— Агвил… брат, — проронил Рауд, стиснув кулаки так, что побелели костяшки, — Роал всегда был таким, спорил с тобой и…

— Но не убивал! Собственного брата! Асвёр был опытным воином! — Рыкнул вождь, резко повернувшись в мою сторону, проговорил, — ты была права, стоило объявить племени о моей смерти, теперь я знаю своих врагов.

— Мне жаль…

— Нет Эйва! Вхагар видел, что происходит с его детьми. Он заговорил твоими устами. Вхагар направил тебя, а ты нас, и мы остановим тех, кто возжелал сместить бога! — Яростно выкрикнул Агвил, буркнув, — зови Миру, выпью всё, что даст твоя лекарка.

— Сегодня ты уже выпил всё что нужно, — улыбнулась мужчине, почувствовала, как горячая ладонь Агнара, слегка сжала мою, — отдыхай, завтра будет трудный день, нам нужно подготовиться к Псарбалу.

— Да… — зловещим голосом протянул Агвил, обессиленно прикрыв глаза. Мы не стали более задерживаться, направились к выходу. На мгновение обернувшись, чтобы убедиться всё ли с мужчиной в порядке. Заметила сдвинутые к переносице брови, крепко сжатые челюсти, двигающие желваки и невидящий взгляд в потолок. Чуть помешкав не решаясь вернуться и хоть как-то облегчить боль утраты сыновей, увидела, медленно ползшую по щеке Агвила слезу, поспешила оставить мужчину в одиночестве.

— Он справится, — произнёс Агнар, словно почувствовав моё смятение, коротким кивком, попрощался с Раудом, повёл меня в нашу комнату.

— Наверное… справится, — едва слышно пробормотала, борясь с подступающимися слезами, не в силах проглотить комок в горле, всё же не выдержав, разрыдалась.

— Ты устала, — прошептал муж, подхватив меня на руки, бережно уложил на кровать, заключив в объятия, нежно целуя мокрые щёки, ласково бормотал, — моя смелая, сильная, отважная, умная… я бы запер тебя в комнате и не выпускал, чтобы не расстраивалась, но ты найдёшь способ освободиться. Влада… твоими устами говорит Вхагар, ты достойна его милости, но прошу, помни, что ты человек…

Глава 48

Глава 48

Весна пришла неожиданно… ещё вчера на улице лежал снег, а ночью подмораживало. Сегодня, проснувшись ещё до рассвета, я слушала дыхание спящего мужа и звонкое журчание за окном. Одновременно радуясь и страшась её приходу.

— Не спится? — прошептал над ухом, сонный голос Агнара, его рука опустила мне на ещё плоский живот, ласково поглаживая.

— Через неделю Псарбал мы должны на нём быть, — едва слышно пробормотала, поёрзав принимая удобное положение, — в это время в реке поднимется вода.

— Томэг справится и Мораг будет рядом. Твои фильтр должен помочь, ёмкость уже заполняется чистой водой.

— Она пока не слишком грязная, — усмехнулась, разворачиваясь лицом к мужу, — надеюсь, все наши предосторожности помогут.

— Люди выполнят все твои приказы, — уверенно заявил муж, нежно целуя мой лоб, щёки, губы…

— Угу, — пробормотала, уткнувшись в грудь мужа, прижалась к нему, так близко, что стало слышно его гулкое сердцебиение. Закрыв глаза, попыталась уснуть, но тревожные мысли не давали мне покоя.

Со дня, когда Рауд принёс печальную весть Агвилу, прошло больше месяца. В горы весна не спешила приходить, наверняка прогуливалась по лугам и лесам. И у нас было время подготовиться к её встрече. Всем племенем Кархайг мы изготавливали фильтр для очистки воды. Сразу же после моего выступления у пустующего дома советников, несколько кузнецов взялись выполнять заказ. Все жители были заинтересованы в очистке воды. Даже дети, организованные Хольми, приносили к замку глину и песок с разных мест, с трудом откапывая их из-под снега. Войлок тоже претерпел изменения, став более плотным, его мы не единожды обдали кипятком, чтобы наверняка убить всевозможные микробы. И даже уголь мы собирали всем племенем, складывая в специально выделенный для этого ящик и брали только берёзовый.

И всего неделю назад, наконец, широкая труба была опущена в реку. Через неё грязная вода поступала в железный резервуар, просачивалась через слой глины, песка, угля и войлока. Перетекая в другой резервуар-отстойник, куда были сложены все найденные в замке серебряные украшения, которые, я рассчитывала, тоже обеззаразят воду. Но и дополнительное кипячение воды для всех жителей было обязательным, надеюсь, все наши предостережения спасут людей.

— Агвил в двух днях пути от нас, — проговорил муж, осторожно поднимаясь, — как только он прибудет, двинемся на Псарбал. Я бы не хотел, чтобы ты была там, но Агвил прав, ты вождь племени Суин и все должны об этом знать.

— Три дня дороги я выдержу, — ласково улыбнулась мужу, подложив себе под голову его подушку, решила поваляться. Последние недели были просто кошмарными! Чего только стоило мне моя забывчивость и рассеянность, когда до меня дошло, что железо в воде ржавеет. Пришлось разбирать уложенные слои, отмывать стенки, сушить, чтобы кузнецы могли заняться лужением.

А как витиевато ругался Дьярви на себя и своих коллег, что и они позабыли об этом, тем временем размазывая по трубе и отстойнику странную металлическую жидкость. Этим составом они покрывали металлические пластины на доспехах вождя, уверяя, что воду тогда железо не боится. Были опасения, что расплавленные с металлическим блеском, камни опасны для здоровья человека. Поэтому, забрав один из них размером с мой кулак, я неделю держала его в воде, но изменений особо не заметила. С какой тревогой я ходила попятам за Томэгом, когда этот паршивец выпил настоянную на камне воду. Но радует, что прошла неделя и с парнишкой всё было в порядке.

— Ты опять задумалась, — тихонько рассмеялся муж, нависнув надо мной, ласково поцеловал, — я прикажу подать завтрак в покои.

— Было бы чудесно, — улыбнулась, сползая с высокой подушки, обняв руками одеяло, широко зевнув, закрыла глаза… Проснулась, когда Тейвха уже нависала над замком, а с крыш перестало бежать.

Быстро приведя себя в порядок, удивившись, что меня никто не разбудил и даже Тира меня сегодня ещё не порадовала своим пением, я вышла в коридор. Заглянула в кабинет, не обнаружив там мужа, поспешила вниз. В зале тоже никого не было, в холле стража отсутствовала, что немного настораживало. Поэтому заходила на кухню обеспокоенно оглядываясь.

— Диса! Вы проснулись? — Воскликнула Бенга, обрадованно всплеснув руками, — сейчас я вам каши подам и отвар.

— Добрый день! — поприветствовала кухарку, Иде и Свею, беглым взглядом окинув помещение, не заметила паники, спросила, — а где все? Стражи нет в холле.

— Так, вождь их на улицу вывел, сказал, гремят железом и разбудят вас, — хмыкнула кухарка, ставя передо мной чашку с рассыпчатой кашей.

— Ясно, снова лютует, — усмехнулась, запихнув в рот ложку, полную сладкой каши, прожевав, спросила, — кто на этот раз Агнара разозлил?

— Хрут с утра заявился, — поморщилась Бенга, не отвлекаясь от нарезки мяса, — требует вернуть его в совет.

— Хм… объявили же, что будет переизбрание и жители сами выберут достойных.

— Диса, он кричал, что люди не смогут сделать верный выбор, — хмыкнула Свея, — я в дохан относила лепёшки, слышала, как он визжал у дверей.

— Неприятный тип, — согласно кивнула, решив, что сегодня я не буду портить себе настроение и займусь, чем-нибудь приятным, — Бенга, а давай приготовим торт?

— Конечно, диса, — тут же отозвалась кухарка, — Иде неси из кладовой продукты.

Больше часа я находилась на кухне, болтая с девочками и прекрасно провела время. Давно я не чувствовала такого спокойствия. Занимаясь обычным приготовлением, слушая сплетни и забавные истории девушек, как это не странно собрала свои мысли в кучу.

— Ну всё, теперь надо подождать, когда пропитается, — произнесла, отодвигая тарелку с тортом, — Свея, значит, договорились, тебе поручу разбить огород на заднем дворе замка.

— Да диса, мне всегда нравилось заниматься с растениями, жаль, что не всё у нас растёт.

— Стёкла же есть. Они дорогие?

— Не знаю диса, их ещё прадед вождя привозил. Бабушка рассказывала, что тогда всем в дома поставили.

— Ясно, надо узнать и если недорого, то построим теплицу небольшую, там тепло и можно посадить растения, что не выносят наши холодные ветра.

— Мама рассказывала, что на равнине всё растёт, — проговорила Свея, мечтательно прикрыв глаза, прошептала, — вот бы там жить.

— Тебе наши горы не нравятся! — тут же воскликнула Бенга, — да здесь воздух какой! А Тейвха? Мы ближе всех к её милости!

— Нравится, только мало что здесь растёт, — буркнула девушка, вернувшись к прерванному занятию, — земли нет, одни камни. Сколотишь крохотный ящик у дома и радуешься моркови и луку. А на равнине бабка ещё моя говорила, помидоры растут и яблоки.

— Так вождь нам всё привозит? — С недоумением пробормотала Бенга, — а мы им шкуры…

— Привозит! — Прервала кухарку Свея, шмякнув о стол тесто, — а я хочу сама вырастить!

— Всё, хватит, — остановила двух спорщиц, у которых и дня не проходит, чтобы не поругались, а после рыдая в голос, мирились, — везде хорошо и в горах, и на равнине. С огородом придумаем, как быть, вы лучше скажите, где мовницу пристроим? Со стороны кухни или одну комнату, ту что крайняя переделаем.

— Так есть же мовница? Зачем ещё?

— Та на заднем дворе и туда ходят воины, а нам бы для женщин, и чтобы после того, как помылись и нагрелись по улице не бегать, — пояснила свою задумку, ужасно скучая по баньке, так и не настроилась посетить местную, где не менее сотни воинов греются.

— Со стороны кухни нехорошо, потом ходить через неё, — задумчиво протянула Иде, которой моя идея первой пришлась по душе, — а в комнате Ринда живёт.

— Можно её в комнату Томэга и Хольми переселить, всё одно они в дохане постоянно находятся, только поздно ночью возвращаются, — предложила Свея.

— Надо поговорить с ними, — согласно кивнула, вспомнив, с какой счастливой мордашкой забегает Хольми в замок, которого взялись тренировать сразу несколько воинов. Теперь, когда нога не беспокоит мальчишку, а хромота понемногу проходит, он решил стать самым сильным воином.

— Вот ты где, — прервал мои мысли ласковый голос мужа, он быстрым шагом прошёл на кухню, взяв меня за руку, проговорил, — идём, у меня для тебя подарок.

— Надеюсь, за ним не пришлось лезть высоко в горы? — напомнила мужу его опасную затею, радостно улыбаясь, в предвкушении сюрприза, отправилась следом за мужем.

Глава 49

Глава 49

— Такой кроха… маленький мой, ты такой славный, — бормотала, наглаживая пузатого, курносого малыша, который, кажется, был не меньше меня счастлив, облизывая мне руки.

— Харус преданный и лучший охранник, — проговорил муж, с ласковой улыбкой наблюдая за нами.

— Спасибо, он чудесен, — хриплым голосом поблагодарила, почувствовав, что слёзы снова подступают, а горло сжимает ком, — ты прелесть! Арагорн… назовём тебя Арагорн.

— Подходящее имя для вождя, — усмехнулся Агнар, заключив меня в объятия, спросил, — что оно означает?

— Хм… не знаю, — задумчиво протянула, вспоминая Сашкиного риджбека, который всюду его сопровождал, был частым участником всех наших походов и путешествий. Старичок Арагорн, названный в честь главного героя любимого фильма друга. Саша очень сильно переживал, когда пса не стало… тряхнув головой прогоняя печальные мысли, я потрепала за ухом маленького бутуза, проговорила, — в прошлой жизни так звали пса моего друга.

— Саши? — Уточнил муж, зная о моей гибели, о жизни до неё, о родных и близких. Мы немало вечеров проговорили о моём мире, Агнар всегда внимательно меня слушал, но либо я скверный рассказчик, либо для него это было настолько невероятным. Что муж воспринимал всё с долей скептицизма, не до конца веря, что по небу могут летать железные птицы, дома бывают высотой больше двух этажей, а свежие овощи и фрукты всегда можно купить в супермаркетах.

— Собаку Сашки подарил его отец, умный был пёс и добрый, — ответила, откидываясь на мужа, гладила по мохнатой спинке задремавшего Арагона, прошептала, — спасибо тебе, он маленькое чудо.

До самого ужина мы просидели на полу в нашей комнате, тихо общаясь, пока малыш спал. После, когда кроха проснулся, кормили, глупо хихикая, когда курносая мордаха, нырнув в миску, полную молока, отфыркивался и чихал. Убегали от забавно рычащей злючки, которой не позволили грызть наши тапки.

— У Рерика такой пёс, он обещал помочь с его обучением, — произнёс Агнар, поднимая на руки малыша, который стоило нам выйти из покоев и оставить его одного, тут же жалобно заскулил.

— Было бы отлично, я совершенно не разбираюсь в этом.

— Вода в реке стала грязнее, — нехотя сообщил муж, выполняя мою просьбу, сразу говорить обо всех изменениях, — ты хотела сходить.

— Да, надо убедиться, что фильтр работает исправно.

— Воду мне принесли и ту, что в реке и ту, что вышла после очистки… Отстойник быстро опустел, и несколько людей набрали воду из реки.

— Этого я и боялась, — мысленно выругалась, надевая куртку, хоть на улице и потеплело, но ветер, дующий с гор, был холодным, — как охрана их пропустила?

— Это Хрут. Он и его люди. Воины не смогли ему препятствовать.

— Хм… он или глуп, или поступает из вредности, хотя это одно и то же, — пробормотала, наконец, вышла в коридор, продолжила, — с одной стороны, пусть пьёт, сам так решил, с другой… трудный выбор.

— За ним пришли другие, — добавил Агнар, — их уже к воде не подпустили, но им ничего не помешает набрать ниже по течению.

— Дай разум этим людям, — громко простонала, рванув на кухню, — оставим Арагона Тире, она присмотрит за малышом. Агнар я должна сходить туда, мне надо ещё раз поговорить с людьми.

— Я знал об этом и приказал собрать жителей у дома советников, — с ласковой улыбкой проговорил муж, — я буду ждать тебя на улице.

— Я мигом, — кивнула, забрав ворчавшего щенка из рук Агнара, поспешила на кухню. Там быстро сдав, не желающего оставлять меня, Арагона в руки Хольми и Иде, рванула на улицу. И уже спустя пятнадцать минут в окружении воинов, наверное, в седьмой раз объясняла людям, как это опасно пить неочищенную воду.

— Откуда мы знаем, что ты не хочешь отравить всех в племени Кархайг!

— Вы не видите разницу? Вода, пройдя чистку прозрачная в отличие от той, что вы набираете в реке! — Прокричала в ответ, ища взглядом среди толпы, женщину, которая продолжает говорить глупости.

— Прозрачная, да только все знают, что ты бросала что-то в бочку!

— Сере… камни, которые убьют большинство отравляющих веществ в воде! Я понимаю, что воды в ёмкости немного, что на всех её не хватает. Потерпите! Дьярви и его люди продолжают работу, скоро будет ещё одна ёмкость, больше чем эта.

— Не верю я ей, — снова выкрикнула женщина, часть людей сердито зароптали, но были и те, которые поддержали странную особу.

— Ингрид! Ты, видно, забыла, как прошлом тавазе животом маялась? — Насмешливо проговорила Мораг, неспешно выступив из толпы, — и ты Гест не помнишь, как полз ко мне, не в силах подняться на ноги? Эйва хочет помочь нам, хочет, чтобы ваши дети не умирали, а вы мужчины могли охотиться! Сигн, Трюд не стирайте! Не тратьте чистую воду на тряпки! Марна, хватит космы свои каждый день намывать! С этого дня, кто воду таскает из реки, лечить не буду!

— Хм… не слишком? — прошептала рядом стоящему мужу, оглядев застывший в задумчивости народ.

— Это я просил ведунью сказать, иначе будут продолжать брать грязную воду, — тихо ответил Агнар, чуть сжав мою ладонь, добавил, — к сожалению, не всех это напугает.

— Ингрид — это кто?

— Дочь Логмэра…

— Одного из бывших советников?

— Логмэр и мой отец хотели нашего союза, — глухим голосом продолжил Агнар, — я не желал, но и не отказывал отцу. После его гибели был непростой разговор, я надеялся, что Ингрид приняла моё решение.

— Ходили слухи, что за неё просил Толлэг, — добавил Стэнн, стоящий за нашей спиной и слышавший весь разговор, — но Игрид ему отказала, последнее время она часто беседует с Хрутом.

— Что-то задумали? — предположила, краем уха слушая разгорающийся спор в толпе, внимательно следя за обстановкой.

— Ещё не знаем, но присматриваем за ними, — уверенно ответил нермар, кивком отправив пару воинов, успокоить самых шумных крикунов.

— Ясно, — пробормотала, догадываясь, кто будоражит умы людей и зачем им всё это надо, невольно сжав ладонь мужа, снова обратилась к людям, — вы вправе брать воду откуда пожелаете! Вам вновь и вновь ощущать рези в животе, тошноту, мучительные боли! Я, вождь, воины и те, кто не хочет испытать боль, будут пить очищенную воду! Мораг предупредила, глупцов она лечить не будет!

Закончив говорить, резко развернувшись, направилась к замку. Муж шёл рядом со мной, воины тоже, лишь нермар и несколько его людей остались проследить за тем, как расходятся по своим домам жители племени Кархайг.

— Ты сделала многое для них, остальное зависит только лишь от людей, — проговорил муж, придерживая меня за руку, помогая обойти грязную лужу. Их, впрочем, было немного, под слоем снега, оказывается, были уложены плоские камни, которые удивительным плотно были подогнаны друг к другу. А небольшой склон на улицах быстро избавлялся от воды, смывая заодно грязь и пыль. Сейчас, когда снег в городке растаял, обнажив серый камень, это место мне казалось, стало ещё более мрачным. Редкие ещё без листочков деревья, клумб у дверей я не заметила. Суровый край порой с крутыми подъёмами и спусками, без ярких пятен, радующих взгляд.

— Почему в городе не растут сосны? Я видела их на склонах горы Ханд, — спросила мужа, представив, что у невысокого дома, где судя по вывеске можно приобрести плетёные корзинки, круглогодично зелёное дерево.

— Не знаю, — неопределённо пожал плечами муж, посмотрев на меня, проговорил, — зачем? Удобных мест для возведения домов не хватает, если будем сажать деревья, их станет ещё меньше.

— Можно было строить дома выше трёх этажей, для несколько семей, — задумчиво протянула, мысленно сокрушаясь, что я в этом ничего не понимаю, — или спуститься ниже к равнине, Томэг рассказывал там достаточно места и погода не такая суровая.

— Суин… — коротко ответил муж, грустно улыбнувшись, — высоко в горы им сложнее подняться, здесь снег — наша защита. Клан Суин многочислен, у них нет болезней в таваз, не бывает смертей в холодный зивер… как три луны назад. Их больше чем нас.

— Я поняла, — кивнула, на мгновении забыв об опасности, проговорила, — Арран мёртв, на Псарбале мы объявим об обмане, надеюсь, это многое изменит в мире Эрин.

Глава 50

Глава 50

— Ты не устала? — Наверное, в сотый раз спросил Агнар, предостерегающе взглянув на Стэнна, которого, так и подмывало прокомментировать излишнюю заботу вождя ко мне.

— Нет, — коротко ответила, радуясь пешей прогулке, езда на телеге меня вымотала уже спустя полчаса.

— Через час сделаем привал, но если тебе понадобится…

— Агнар, я беременная, но не больна, — прервала мужа, погладив Арагона, между ушками, успокаивая то ли его, то ли себя, добавила, — со мной всё замечательно, если устану, обязательно тебе скажу.

— Хорошо, — кивнул вождь, тотчас ускорив шаг, через пару минут, скрылся за невысокой скалой.

Я, тоже невольно припустив за ним следом, но спустя несколько секунд, сбавила скорость. Дорога хоть и шла под гору и была довольно широкой, но время от времени попадались рытвины и опасно торчащие камни. Поэтому приходилось внимательно посматривать под ноги.

Из замка мы вышли ранним утром, меня усадили в телегу, укутав ноги меховой накидкой, вручили бурдюк с отваром и рекомендовали отдыхать. Но спустя полчаса, подпрыгивая на каждом ухабе, клацая зубами, с трудом удерживая Арагона в руках, я не вытерпела и покинула столь неудобное средство передвижения. С тоской поглядывая на часть воинов, которые, сидя на невысоких лошадках, вырвались вперёд. Сама я не решилась забираться на лохматых и удивительно резвых животных. Не знала, умела ли Эйва ездить верхом, поэтому не рискнула изведать об этом опытным путём. Да мне никто и не предлагал. Одно радует, мы спускаемся с горы уже больше трёх часов, а тренированное тело Эйвы себя прекрасно ощущает. Ни усталости в ногах, ни боли в спине, да и погода благоволит пешей прогулке.

— Давай поддержу Арагона, — предложил Томэг, отправившийся со мной на Псарбал, заявив, что за мной нужен присмотр. С чего это у Томэга появилась такая уверенность, что дочери северного ветра и хорошему воину, вдруг понадобится пригляд, могу лишь только догадываться. Но уверена, что без Агнара здесь не обошлось, сговорившись с Томэгм, решили меня доконать.

Хотя нет, есть же ещё один мелкий, который тоже не пожелал оставить меня, громко и сердито заявив об этом, путём терзания тапок Иде, и пожёванным рукавом куртки Хольми. Обидевшись на то, что я оставила его на кухне, отправившись говорить с жителями племени Кархайг без него. Хорошо Рерик знает эту породу и объяснил, что первый месяц хозяину не стоит расставаться с псом, пока идёт привязка. Какая привязка я не поняла, но решила последовать совету знающего человека. Теперь Арагон большую часть дороги сидит у меня на руках, ну или задерживая нас, неуклюже семенит рядом.

— Эйва… — прервал мои мечущие мысли Томэг, заметив мой отсутствующий взгляд.

— Кхм… тебя давно не кусали? — хмыкнула, поправив затёкшую руку, мысленно чертыхнулась про себя, что не додумалась изготовить переносную сумку для щенка.

— Я варежки надел, — усмехнулся парень, показав на свои руки, — не прокусит.

— Он вроде бы задремал, позже попробуем, — согласилась, после некоторого раздумья, вглядываясь вдаль, но мужа не увидела среди впередиидущих воинов.

— Его младшая сестра Оариг умерла, когда носила ребёнка, — вдруг заговорил Стэнн, заметив мой ищущий взгляд, — поэтому Агнар так беспокоится, он не хотел, чтобы ты отправилась на Псарбал. Дорога небезопасна, верхом не везде проедешь, телегу местами придётся нести и большую часть пути, мы пройдём своим ходом.

— Он не говорил… — задумчиво пробормотала, помня нашу с ним беседу об Оариг, но то что сестра была беременна, Агнар не упоминал.

— Ещё предки наказывали: «Нельзя вещать беременной женщине о смерти ребёнка». В наших суровых краях, брошенные слова могут сбыться.

— Хм…, наверное, — пожала плечами, перешагивая очередную рытвину, спросила, — она была воином?

— Нет, — покачал головой нермар, вдруг ласково улыбнувшись, — поэтому Агнар не желая того, согласился с доводами Агвила, что тебе обязательно нужно быть на Псарбале. Мы уверены в поддержке вождя племени Артхи, но вождь племени Мадфалов упрям и сам себе на уме.

— Алей Мадфал? Произошли от ящериц? Их племя живёт в песках? — Уточнила у нермара, всё ещё путаясь в этих странных племенах, Артхи насколько я помню, некогда были медведями и живут в лесах, — Я согласна с Агвилом, потребуется доказательство того, что я вождь клана Суин и меня отметил своей милостью Вхагар. Пора прекратить эту бессмысленную войну и объединить земли кланов.

— Ты хочешь объединить?! — Изумлённо воскликнул Томэг, на лице Стэнна появилось такое же удивление и сомнение в моём здравом рассудке.

— Да, в каждом племени есть то, чем они сильны и если объединить, то мы станем непобедимы, — объяснила на языке воинов, о том, что люди станут жить лучше, имея возможности других племён, пока с трудом воспринимается.

— Агнар знает?

— Да, мы говорили об этом, но он, как и вы уверен, что люди Суин не примут людей племени Кархайг на своих землях, — усмехнулась, глядя на согласно кивающих мужчин.

— Они верят, что мы лишили их племя великой Эйвы… — проговорил нермар, резко остановившись, потрясённо взглянув на меня, пробормотал, — ты Эйва и ты отмечена Вхагаром… ты прошла испытание северным ветром…

— Угу, а ещё надо показать племени Суин, что сотрудничество с племенем Кархайг выгодно обеим сторонам. Нам надо предложить им то, чего они очень хотят, и это есть только у нас, — прервала мужчину, который, казалось, находился немного в прострации.

— Привал! — Громко объявил Агнар, неслышно появившийся за нашими спинами, — отдых и дотемна нам нужно пройти плечо, там нас будут ждать воины.

— Ты порезал щеку, — произнесла, отметив небольшую царапину, которая уже покрылась коркой, — я знаю о твоей сестре… почему ты не рассказал? Боялся, что произнесённые слова исполняться?

— Нет, — ласково улыбнулся муж, забирая сонного щенка к себе на руки, продолжил, — ты другая, всё привычное для этого мира, меняется рядом с тобой… я просто не хотел вспоминать о той боли, что пережила Оариг. Мы были с ней близки, с Брандом же я постоянно дрался.

— Мой брат был слишком мал и нам нечего было с ним делить, а потом… — недоговорила, пощекотав щенка за ухом, невольно улыбнувшись, ёрзающему крохе, продолжила, — у нас всё получится, мы хорошо подготовились.

Объявленный вождём привал был недолгим, вот только разместилась на тёплой шкуре, съела большой кусок мяса, лепёшку и выпила отвар. Немного подразнила Арагона, забирая у щенка варежку Томэга и снова в путь.

Остаток дня прошёл однообразно, всё те же серые скалы, местами, в тени, ещё растаял снег. Трава даже и не думала вылезать на редких проплешинах земли, лишь время от времени попадались жухлые былинки, которые нещадно мотыляло вдруг поднявшимся ветром.

Кутаясь в куртку, спрятав за пазухой щенка, я, склонив голову, борясь с разбушевавшейся стихией, шла следом за Агнаром, который вместе с Томэгом прикрывали меня своими спинами.

— Может пересядешь в телегу? — прокричал муж, преградив мне путь, — там ты сможешь укрыться от ветра.

— А ты? И остальные?

— Эйва, мы мужчины — справимся.

— Хорошо, — не стала сопротивляться, оглядываясь назад, где следом за нами, мохнатая лошадка, катила узкую телегу, как раз для таких труднопроходимых мест. Впервые увидев этот забавный транспорт, я не смогла удержаться и поинтересовалась у мужа, как они доставляют продукты вот на таких крохах. Агнар объяснил, что как только снег окончательно сойдёт, а дорога на склоне у границы с землями Фрэстов высохнет, то по ней покатятся большие телеги, которых загрузят мешками с пушниной, шкурами, лекарственными травами, что растут только высоко в горах и прочим необходимым товаром. Обратно же повезут мешки с зерном, овощами и фруктами.

— Так тебе будет теплей, — прервал мои воспоминания муж, укрывая меня с головой тяжёлой шкурой, — попытайся поспать…

— Сомневаюсь, что мне удастся, особенно когда телегу клонит вниз на перевалах, но я попробую, — проговорила, сжав ладонь Агнара, не желая его отпускать, — будь осторожен.

— Буду, — улыбнулся муж, коснувшись губами кончика моего носа, быстро покинул, мой закуток, прокричав, — трогай!

— Ну что малыш, попробуем уснуть? — пробормотала, ёрзая, пытаясь найти удобное положение, предупредила, — будешь кусаться, заберу варежку.

Глава 51

Глава 51

— Нет! Это ты бежал от газара с криком, зовя мать на помощь! — Прокричал Брай, пихнув локтем соседа, продолжил подшучивать над Скеги, — помню пару месяцев назад, тебя и Олса поколотила!

— А не ты ли на прошлой неделе в дохане визжал словно девица, увидев паука? — ответил Скеги, залпом выпив отвар, откинулся спиной на поваленный ствол дерева.

— Я визжал, увидев твоё лицо, — парировал Брай, ещё один нермар Агнара, после чего раздался оглушительный хохот воинов и даже постоянно мрачный Томэг невольно улыбнулся.

— Эм… они всегда так при переходе, — прошептал муж, подав мне, наверное, пятую кружку с отваром, — если вовремя не остановятся, это перейдёт в драку. Они тебе не надоели? Я прикажу замолкнуть.

— Нет, всё хорошо, — быстро проговорила, сделав глоток горячего травяного отвара с едва уловимым вкусом земляники, ощущая себя удивительно уютно и спокойно, что странно в нашем положении.

Эта была уже вторая наша ночная стоянка. И чем ближе мы спускались к равнине, тем теплее становился воздух, снег уже не встречался на нашем пути, а проходя мимо небольшой полянки, я заметила крохотные зелёные травинки. Запах здесь тоже был другим, стоило переступить невидимую черту, как тут же нас обдало прелой листвой, дождём и сладостью, будто ветер откуда-то доносил до нас аромат цветущих деревьев, знакомый с детства пряный дух черёмухи.

Идти тоже стало гораздо легче, выбоин и торчащих из земли камней меньше. Дорога суше, а высокая отвесная скала скрывала нас от холодных порывов ветра, который на протяжении двух дней подгонял в спину идущих воинов. Время от времени переговариваясь с Томэгом, Стэном и Агнаром, всё больше узнавая о мире Эрин. Я не замечала, как быстро пролетало время, с радостью и предвкушением устраиваясь перед сном у разожжённого костра. Наслаждаясь вкусным пропечённым мясом, после потягивая отвар, слушала байки воинов.

Как, оказывается, мне не хватало этих походов и посиделок у огня, я так соскучилась по ночному небу, подмигивающих в нём звёздам. Запаху дыма и жареного мяса и сну под треск поленьев и уханья совы. И теперь с радостью навёрстывала упущенное.

— Здесь самое удобное место для стоянки, — прошептал Агнар, заключая меня в свои объятия, — эту небольшую поляну от ветра закрывает скала плачущей девы…

— Кого? — удивлённо воскликнула, невольно своим возгласом оборвав начинающий спор между тремя воинами.

— Несколько сотен лун назад, никто не знает, сколько точно, — начал муж, прежде смущённо кашлянув, — племя Кархайг насчитывало не больше пяти десятков жителей, среди которых было всего три женщины. Тогда-то вождь принял непростое решение украсть девушек из другого племени. Спуститься с гор вызвались самые отважные, много лемов они не возвращались домой. Люди посчитали их давно мёртвыми…

— Не знаю, чего они так долго, — буркнул Стэнн, присаживаясь рядом с нами, — чего тянули, схватил и уволок.

— Выбирали, — хмыкнул Брай, остальные поддержали шутника громогласным хохотом.

— Кто-то хочет продолжить? — спросил Агнар, чеканя каждое слово, суровым взглядом окинув воинов.

— Нет, вождь, — разом ответила оба нермара, потупив взор.

— Но вот однажды, воины вернулись и привели с собой больше десяти прекрасных девушек. Рассказав вождю, что задержались в этом месте, позволив, женщинам попрощаться с прошлым.

— И что? Получается, они несколько лемов рыдали? — потрясённо пробормотала, уставившись на мужа.

— Наверное, — неопределённо пожал плечами Агнар, продолжив, — так гласит легенда.

— Жуть, — подытожила я, погладив проснувшегося Арагона, едва слышно добавив, — уверена, воины просто долго искали поселение.

— Мужчины Кархайг лучшие следопыты! — тут же возразил Стэнн, возмущённо подскакивая со своего места.

— И что? Могли уйти не тем путём! Никогда не поверю, что девушки рыдали у камня несколько лемов подряд! — громко ответила, с трудом сдерживая улыбку, — есть женщины, которые будут посильней и выносливее некоторых мужчин! И уж если десять девушек добрались своим ходом на гору Ханд, то точно они не и с тех, кто будет ныть у скалы.

— Знаю такую, она каждый день гоняет Стэнна по двору! Сам видел! — подхватил Брай и снова начался шуточный спор, кто из мужчин лучше, смелее и сильнее.

Только спустя пару часов наконец все угомонились, часть воинов, укрывшись тёплыми шкурами, подложив под себя лапник, мгновенно захрапели. Часть осталась на страже, зорко следя за округой. Я и Агнар, устроившись в телеге, ещё час болтали о всяких незначительных глупостях, прежде чем уснуть.

— Эйва… просыпайся, — едва слышно прошептал муж, но этого оказалось достаточно, чтобы я тут же открыла глаза.

— Они уже здесь? — просипела, невольно прижав руки к животу, прислушиваясь к окружающим звукам, но вокруг стояла гнетущая тишина, даже треск поленьев в костре, звучал оглушающе.

— Нет, но уже близко, тебе надо укрыться, — проговорил Агнар, помогая мне спуститься с телеги, — там Стэнн и Томэг, они будут рядом.

— А ты?

— Я… я приду, — пробормотал муж, взяв меня за руку, повёл к расщелине в скале, — что бы ни случилось не выходи.

— Если увижу, что тебе нужна помощь…

— Эйва…

— Нет Агнар, — прервала мужа, поцеловав долгим, нежным поцелуем, пытливо всматривалась в глаза, разглядывая ставшим родным лицо, стараясь запомнить каждую морщинку, прошептала, — вернись.

— Обещаю, — прошептал в ответ муж, резко разворачиваясь ко мне спиной, поспешил к костру, на ходу бросив, — сохраните им жизнь.

— Сделаем вождь, — одновременно ответили Томэг и Стэнн, выходя из тёмной расщелины в скале плачущей девы, проговорив, — идём Эйва, там всё готово.

— Идём, — кивнула, вглядываясь в единственное освещённое место возле костра, пытаясь, ещё раз посмотреть на мужа. Задыхаясь от страха за его жизнь, от ненависти к людям, которые не гнушаются ничем, в попытках получить власть. Тихонько всхлипнула, почувствовав, как маленький пушистый комочек закрутился на моих руках, принялся облизывать пальцы.

— Эйва, пора, — напомнил Стэнн, чуть коснувшись моего плеча, тихо произнёс, — мы справимся.

Время тянулось мучительно долго, страх неизвестного сжимал сердце, заставляя его биться в бешеном ритме. Но больше всего угнетало находиться в этом непонятном бездействии. Затаив дыхание, не произнеся ни слова, мы прислушивались к звукам, но кроме тихого говора беседующих воинов у костра ничего не слышали.

— Пришли, — вдруг знаком показал нермар, о появлении врагов и тут же раздался оглушительный свист, треск ломающих сучьев, исступлённые вопли и лязг металла, всё это мгновенно превратилось в адскую какофонию.

Казалось, этот ужас длился вечность. Стоны и крики воинов заглушались звоном мечей. Дважды я слышала предсмертный крик мужа, бросаясь к нему на помощь и только сильные руки нермара и Томэга не дали мне совершить глупость. Спустя бесконечный час неизвестности, прислушиваясь к каждому звуку, я непроизвольно стиснула ладонь Томэга, услышав новые, полные ярости голоса.

— Кто это? — обеспокоенно прошептала, пытливо вглядываясь в предутренний сумрак, но, кроме мелькающих теней возле скалы, ничего не видела.

— Не знаю Эйва, — едва слышно ответил Стэнн, тоже не сводя взор от расщелины, стиснув зубы до скрежета, с трудом сдерживаясь, чтобы не ринуться в бой.

— Ты слышишь? Их стало больше! Стэнн, мы должны…

— Нет, вождь приказал… — недоговорил нермар, резким движением вытаскивая меч, ринулся на тёмное рычащее пятно, выталкивая его из нашего укрытия.

— Ещё один! — крикнул Томэг, рванув к выходу, на бегу бросив, — Эйва, доставай нож! Их здесь много!

— Уже, — прохрипела в ответ, уложив Арагона на тёплую подстилку. Провела пальцем по холодному лезвию ножа, тут же почувствовав, как вскипела кровь, а тело сжалось, словно пружина, оскалилась в злой усмешке в предвкушении скорой битвы, отправилась следом за парнем…

Дорогие читатели!

Приглашаю вас в новую историю. «Хозяйки таинственного дома Коуэлов»

Где мама с дочерью буду восстанавливать родовой дом полный тайн и необъяснимого. Обживаться в новом мире. Любовь и ХЭ обязателен)

«Хозяйки таинственного дома Коуэлов»

Когда в твоей голове бьётся лишь одна мысль: «Желание изменить свою жизнь». Не удивляйся, если знакомая с детства тропинка в лесу приведёт тебя в мир, где тебя давно ждали.

Отправившись в небольшой отпуск, мы не предполагали, что он настолько затянется. Теперь мы хозяйки странного и своенравного дома. Пытаемся устроиться в незнакомом мире, обзаводимся друзьями и причудливыми родственниками…

Но ничего и не с таким справлялись! Дело прибыльное откроем! Дом «по струнке ходить научим»! И разных там недовольных типов отвадим!

Не забывайте ставить звездочки) вам не сложно, а мне будет очень приятно!

Благодарю за комментарии, звездочки и награды! Получая их, я понимаю, что вам нравится моя история.

Подписывайтесь чтобы не пропустить новинки, объявления и скидки)

С Уважением, Юлия

Глава 52

Глава 52

— Не высовывайся! — рявкнули недовольным голосом Агвила, стоило мне только выйти из расщелины, как тотчас меня снова запихнули назад, — Томэг останься с ней!

— Ты? Что ты здесь делаешь? — потрясённо воскликнула, провожая удивлённым взглядом вождя Фрэстов, который должен нас ждать на месте проведения Псарбала.

— Алей назвал меня старым маразматиком и сказал, что вам понадобится помощь! И он оказался прав! — прокричал Агвил, с рычанием обрушивая на чьи-то плечи свой огромный топор, — Хенни решил, присоединиться к Атолу и не пропустить вас на Псарбал. Твой братец наверняка поведал ему о метки!

— Сзади! — криком предупредила мужчину, выглядывая из-за плеча Томэга, с трудом сдерживая инстинкт Эйвы, чтобы тоже не броситься в бой, — как же твой сын?

— Его я порадую позже! — расхохотался Агвил, отразив удар оскалившегося воина, который словно помешанный прорывался к расщелине, — за ним Адут приглядывает, напросился в гости… Держи!

— Ещё один! Стэнн слева! — рявкнул Скеги, отбивая атаки воинов, которые снова и снова набрасывались на защищающих меня мужчин. Звон железа, предсмертные стоны и кровь… она была повсюду, и это было ужасно. Боль, грязь… смерть будто ходила за мной по пятам и как я не боролась с ней, она не на секунду не покидала меня.

Не знаю, сколько прошло времени, с момента появления Агвила. Замерев за спиной Томэга, сжав зубы до скрежета, я с ужасом наблюдала за яростным боем, порой зажмуриваясь от страха, когда воин со звериным оскалом набрасывался на Стэнна или Агвила, моля Вхагара, сохранить им жизнь.

— Вождь…

— Агнар?! — испуганно вскрикнула, заметив за скальным выступом мужа, на которого набросились сразу трое воинов.

— Эйва! Стой! Не мешай ему! У твоего брата и Атли цель убить вас… — прохрипел Агвил, придавливая своим весом, незнакомца, через пару минут зло бросив, — готов! Стэнн! Я беру рыжего!

Я боялась, что этот кошмар никогда не закончится. Что крики боли, яростный хрип, стон всегда будет звучать в моей голове, а кровь, что пропитала землю, никогда не смоется. Но вот противников стало меньше, а вскоре последний с предсмертным хрипом упал на землю.

— Всё, — устало проговорил Стэнн, тяжело дыша, вытирая с лица кровавые брызги, — Эйва? Всё закончилось…

— Агнар? — сиплым голосом пробормотала, всматриваясь в лица воинов, которые собирались у скалы, но не находила родное и любимое. Сжав руки в кулак, борясь с подступающими слезами, вздёрнув подбородок, напомнив себе, что я жена вождя, вышла из укрытия.

— Его найдут… — невнятно ответил нермар, отводя свой взгляд, резко отвернувшись, приказал, — убрать тела за скалу! Собрать валежник! Нужно отправить души воинов в чертоги Вхагара!

— Стэнн! Что значит его найдут! Где Агнар? — в два шага преодолев разделявшее нас расстояние, схватив нермара за ворот куртки, с силой тряхнула, — где он?

— Нет его и вождя Хенни нет, Атол там…мёртв.

— Найти! Где следопыты? Почему не отправили…

— Эйва… они уже смотрят следы, но всё затоптано и потребуется время, — прервал меня незнакомый голос, чьи-то руки подхватили меня под локоть и повели к огню, — в твоём положении нельзя волноваться.

— Кто ты такой?! Что знаешь о моём положении? — зло бросила, вырвав руку из крепкого захвата, приказала, — Брай проследи, чтобы раненым оказали помощь. Томэг, отдай мне пса и лично проверь следы Агнара там у скалы. Стэнн, распорядись приготовить отвар и похлёбку, воинам требуется восстановить силы.

— Сделаю Эйва, найду, где бы он ни был, — кивнул парнишка, которому в этом деле я доверяла больше всех, сунув мне в руки Арагона, быстро исчез среди собравшихся воинов.

— Дочь Северного ветра! С ней не поспоришь, — удовлетворённо хмыкнул Агвил, стоящий, как выяснилось за моей спиной, — когда я уйду в чертоги Вхагара, передам своё племя ей!

— Не болтай ерунды! У тебя две молодых жены, ещё родится сын с отметкой бога! — сердито прервала вождя племени Фрэстов, погладив щенка, прикусив изнутри губу, чтобы позорно не разрыдаться, широким шагом направилась к ярко пылающему костру.

— Ооо я, конечно, буду стараться, — громогласно расхохотался Агвил, устраиваясь рядом со мной, тот что указал мне на моё положение, присел напротив меня, задумчиво поглядывая в мою сторону, но молчал.

— Я вижу у тебя на руках маленький харус? У меня был этот пёс, преданней него никого нет, — задумчиво протянул вождь Фрэстов, доставая из-за пазухи бурдюк, с глухим звуком выдернув из него пробку, шумно отпил, протянул её тому самому настырному незнакомцу, — держи.

— У меня своя, — отказался мужчина, лет сорока пяти на вид, с кривым шрамом на лице и удивительно красивыми зелёными глазами, — ты не представишь меня?

— С твоей памятью и правда беда, вы виделись уже, на прошлом Псарбале, — хмыкнул Агвил, но что-то заметив во взгляде незнакомца, обречённо вздохнув, заговорил, — Эйва это Алей! Алей, вождь…

— Назвавший тебя старым маразматиком, — продолжила я за Агвила, чем, рассмешив, и его и вождя племени Мадфал, проговорила, — я благодарна вам за помощь, Хенни далеко забрался, чтобы помешать нам прибыть на Псарбал.

— Слишком много они поставили в этой игре и я, услышав предостережения Агвила, о возможном предательстве внутри семьи, рассчитал вероятные пути дальнейшего исхода…

— Опять он говорит так! — возмущено воскликнул Агвил, притворно тяжело вздохнув, проговорил, — как ты, когда про свой фильтр мне говорила.

— Агвил рассказывал мне о твоей задумки, но это временное решение, надо разыскать источник отравы, — заметил Алей, подбросив в пламя небольшое полешко, отчего костёр тотчас весело затрещал.

— Я знаю, времени искать у меня не было, — криво усмехнулась, пристально всматриваясь в мужчину, пытаясь понять, что меня так тревожит в нём, чуть помедлив добавила, — если у тебя есть предложения, буду рада выслушать.

— Обсудим… — с улыбкой ответил Алей, взглянув на играющего с варежкой щенка, спросил, — как зовут красавца?

— Арагон, — чуть помешкав ответила, не сводя взгляд от лица воина, успела заметить мелькнувшее изумление и… неверие?

— Красивое имя, — невнятно пробормотал мужчина, быстро поднявшись на ноги, затерялся среди толпы.

Агвил, тоже через минуту покинул меня, рядом остались лишь молчаливые воины Агнара и несколько раненых незнакомцев, которые тихо между собой о чём-то переговаривались. Тишина, едва слышный стон и запах крови, вновь погрузил меня в оцепенении, крепкие тиски страха до боли сжимали моё сердце, а ком, застрявший в груди, мешал дышать. Стиснув зубы до скрежета, я крепко обняла малыша, невидяще, глазами, полные слёз смотрела на пламя и молила Вхагара сохранить жизнь Агнару…

— Держи, — подал чашку с горячим напитком вождь племени Мадфалов, присаживаясь рядом со мной, — здесь ирса и тыжа — травы, что растут только в песках, они быстро восстанавливают силы.

— Спасибо, — кивнула, принимая отвар, сделав глоток, проговорила, — горчит.

— Ирса немного, детям в отвар добавляют мёд, — неловко улыбнулся Алей, пытливо вглядываясь в меня, чуть помедлив заговорил, — когда-то давно… мою собаку тоже звали Арагон, он умер, был очень стар, и мой лучший друг… он поддержал меня тогда.

— Мне жаль… твоего пса, но я рада, что у тебя есть такой хороший друг, — глухим голосом проговорила, дрожащими руками поднесла чашку к губам, сделала большой глоток отвара, обжигая губы и язык, просипела, — у меня тоже был такой друг, который всегда меня поддерживал и…

— Как звали твоего друга? — хриплым голосом пробормотал вождь племени Мадфалов, не сводя от меня пристального взгляда.

— Саша, — коротко ответила, словно прыгнув в омут с головой, на мгновение зажмурив глаза, снова посмотрела, на мужчину.

— Ты всё так же морщишь нос, когда закрываешь глаза, — едва слышно прошептал Алей, неловко затронув мою ладонь, проговорил, — привет Владка.

Глава 53

Глава 53

— Сашка… — потрясённо пробормотала, вглядываясь в лицо мужчины, всё больше находя знакомые черты, дрожащим голосом произнесла, — а ты всё так же кривишь губ… Агнар!

Порывисто вскочив с места, рванула навстречу к израненному мужу, но ноги в один миг стали ватными, отказываясь держать. Силы как будто разом покинули меня, медленно опустившись на землю, я не сводила взгляд от родного и любимого лица в кровавых брызгах. Слёзы ручьём текли по моим щекам, горло сжало в тиски от облегчения и радости, — жив… ты жив, — неистово бормотала, невольно прижимая к себе, притихшего щенка.

— Эйва! — молниеносным движением, Агнар оказался рядом со мной, вздёргивая меня с земли, прижимая к себе, так крепко, что стало трудно дышать, прошептал, — моя Эйва.

Его губы не останавливались, покрывая поцелуями каждый миллиметр на моём лице, размазывая слёзы по щекам, лбу, глазам… руки всё сильнее сжимали в своих объятиях, отчего недовольный Арагон, придавленный между нами, сердито заворчал.

— Агнар, я думала ты… где ты был? — всхлипнув потребовала, нехотя отстранившись от мужа, иначе мы и правда раздавим малыша, проговорила, — Томэг отправился тебя искать.

— Я знаю, мы встретились, когда я возвращался, — улыбнулся муж, нежно целуя мой кончик носа, — мне надо смыть с лица кровь и тебе тоже.

— Ты ранен? У тебя рукав разрезан, — всполошилась, наконец, оглядев Агнара с ног до головы, — надо обработать.

— Я не ранен, всё хорошо, это кровь Атли. Он пытался уйти… я не позволил, — ответил муж, повёл меня к костру, где нас ждали воины Кархайг, вожди племён Мадфалов и Фрэстов.

— Значит, вождь Хэнни мёртв, — констатировал Агвил, получив в ответ утвердительный кивок Агнара, довольно улыбнувшись, проговорил, — хорошо.

— Атол тоже мёртв, — добавил Стэнн, подав Агнару бурдюк с водой.

— Два племени остались без вождя, — подытожил Алей, с нежной улыбкой на меня поглядывая, вдруг озорно подмигнув.

— У Суинн есть вождь, — тотчас возразил Агвил, ухмыльнувшись, добавил, — Эйва. А земли Хэнни граничат с землями Артхи, но сомневаюсь, что Адут захочет перебраться из своих лесов в болото.

— Я могу, моим людям тяжело жить среди песков, каждый день для них проходит в борьбе за выживание, — заговорил Алей, поднимаясь на ноги.

— В болота, как гарзаки? — уточнил Агвил, забавно наморщив нос, — может, лучше пески.

— Я знаю, как осушить болота, — усмехнулся Сашка, своими словами удивив не только Агвила, но и всех находившихся рядом воинов. Лишь Агнар, задумчиво на него посмотрев, проговорил:

— Сегодня отправим воинов в чертоги Вхагара и отдыхаем, а завтра спустимся к месту проведения Псарбала. Там и будем решать с землями племён, оставшихся без вождей.

— Они давно без вождей, — вставил своё слово Агвил, подняв бурдюк словно бокал, криво усмехнувшись, принялся жадно пить.

— Алей, Агвил… спасибо, вы вовремя пришли, — проговорил Агнар, похлопав вождей по плечу, добавил, — я не забуду этого.

— Сочтёмся, — ухмыльнулся Сашка, окинув нас беглым взглядом.

— Агнар, мне… надо тебе сказать, — заговорила, украдкой взглянув на Агвила, рёвом раздающего приказы своим воинам, тихо добавила, — уйдём туда, где нас не услышат.

— С тобой всё хорошо? — обеспокоенно спросил муж, быстро оглядев меня, забрал щенка, уточнил, — ты не ранена?

— Нет, меня не выпустили из укрытия, пока всё не закончилось.

— Хорошо, — довольно улыбнулся Агнар, посмотрев куда-то поверх моего плеча. Обернувшись, я увидела, что Сашка спешно уходит к скале, взмахом руки, кого-то подзывая.

— Алей! — тихо позвала, но этого было достаточно, чтобы мужчина оглянулся, коротко кивнув мне, заговорил с подошедшим к нему воином.

— Ты хотела что-то сказать, — напомнил Агнар, пристально посмотрев на меня, время от времени бросая косые взгляды на Алея.

— Да, идём, — произнесла, не желая скрывать от мужа, невероятное появление Сашки в этом мире, не хотела шептаться за спиной мужа с другим мужчиной. Мучаясь от беспокойства, как воспримет эту новость Агнар. Терзаясь от любопытства, что же произошло с Сашкой, почему он оказался здесь. Поднимаясь по пологому склону, я то и дело запиналась и поскальзывалась и только благодаря помощи мужа, я не упала и не скатилась вниз.

— Эйва! Звала? — догнал нас Алей возле огромного камня, где лежало поваленное ветром дерево. Всего в ста шагах от скалы, место с которого прекрасно просматривался лагерь.

— Ангар знает, что я Влада, — быстро проговорила, обернувшись к недоумевающему мужу, продолжила, — это Сашка.

— Сашка? Твой друг… оттуда? — уточнил муж, переводя взгляд на улыбающегося Алея, — уверена?

— Да, — ответила, вглядываясь в мужа, но тот продолжал смотреть на вождя племени Мадфалов, будто пытаясь найти в нём что-то одному ему известное.

— Александр в прошлом, в этом Алей, — с улыбкой произнёс Сашка, подав руку для рукопожатия, едва слышно сказав, — Влада нельзя так сразу же.

— Да… ты не Алей, — ровным голосом проговорил Агнар, оборачиваясь ко мне, — ты это хотела сказать?

— Да, — настороженно кивнула, не понимая, что беспокоит мужа, медленно, тщательно подбирая слова, произнесла, — я не хотела это скрывать от тебя.

— Как ты оказался в мире Эрин? — требовательно спросил Агнар, продолжая буравить своим взглядом вождя Мадфалов.

— Кто-то очень хотел избавиться от Влады, испортив ей снаряжение… мы были в одной связки.

— Ты не отпустил?! — вскрикнула, тотчас зажав рот ладонью, просипела, — зачем?

— Хотел спасти, — неопределённо пожал плечами друг, — когда ты сорвалась, ударилась головой о камень…повисла на верёвке, связанной со мной, и не подавала признаков жизни. Держал тебя… парни начали подъём, но мы с тобой в этот раз забрались высоко… я не справился.

— И погиб, — произнесла очевидное, невольно прижавшись к мужу, пробормотала, — давно ты здесь?

— Около полугода, наверное, так же, как и ты, — ответил Сашка, широко улыбаясь, пристально посмотрев на Агнара, добавил, — и мне здесь нравится. Я обзавёлся семьёй. Владка представь себе у меня два сына!

— Твои? — удивлённо пробормотала, лихорадочно высчитывая время.

— Теперь да, — усмехнулся друг, вполголоса будто размышляя протянул, — кто бы мог подумать… я закоренелый холостяк, в одночасье обзавёлся женой и сыновьями, ничего не сделав для этого. Ладно, пойду я, ребят своих гляну, а вам я вижу, надо поговорить. Агнар дай мне этого карапуза, я умею обращаться с собаками.

— Спасибо, — поблагодарила Сашу, проводив взглядом спускающего к лагерю друга, не оборачиваясь к мужу, спросила, — что с тобой?

— Он был твоим мужчиной?

— Нет, он был моим лучшим другом. Тем, кто был рядом со мной, когда погибла моя семья, тем, кто помогал разобраться с проблемами, возникшими после смерти отца. Он и его сестра помогли собрать компромат на дядю Толю. И это он и Даша не дали мне погрязнуть в горе и одиночестве. Сашка был мне старшим братом, который мазал мои разбитые коленки зелёнкой и вытирал слёзы. Но он никогда не был моим мужчиной, в том смысле, в котором спрашиваешь ты.

— Эйва, — с облегчением выдохнул муж, заключая меня в свои объятия, хриплым голосом проговорил, — когда ты рассказывала о своём друге с таким теплом и грустью, я радовался, что он остался там и ты принадлежишь только мне.

— Ты неисправим, — хмыкнула, прижимаясь к мужу всем телом, уткнувшись носом ему в грудь, произнесла, — ты, я, ребёнок, которого мы с нетерпением ждём и теперь Арагон — наша семья. И только от нас зависит, будем мы вместе радоваться, вместе любить, вместе жить. Я обещаю, что постараюсь сделать всё зависящее от меня, чтобы мы были счастливы.

— Вместе Эйва, мы сделаем это вместе…

Дорогие читатели!

Огромное спасибо вам за комментарии,

все читаю и обязательно всем отвечу чуть позже, приболела.

Всем хороших выходных и отличного настроения!

Глава 54

К святилищу мы спустились до наступления рассвета. Когда предутренние лучи Тейвхы, только-только начали окрашивать восточный край неба. И ночь нехотя отступала, стекая жидкими чернилами вниз по стволам деревьев. В пятистах метрах от сложенных полукругом валунов — место Псарбала, были разбиты четыре лагеря. Один из них принадлежал вождю племени Артхи, второй сыну Агвила. Ещё два огромных шатра, укрытых шкурой и даже мехом, были для вождей племени Суин и Хэнни. Лагерь спал, лишь стража, охраняющая сон нермаров и вождей, зорко следили за округой и наше появление, конечно, не осталось не замеченным.

Громкий окрик и в шатрах тут же сдвинулись шкуры и из тёмного нутра, стали выбираться ещё сонные люди. Обеспокоенно всматриваясь на выстроенный в ровный строй воинов Агнара и вождя племени Мадфалов, нермары Суин и Хенни с недоумением перешёптывались.

— Ну как я? Внушительно выгляжу? — тихо спросил Агвил, расправляя на груди железные пластины, которые начищал вчера весь вечер.

— О да, Роал будет сражён, — ответила, с трудом сдержав улыбку, чуть помедлив, продолжила, — поговори с ним…, возможно, твой сын сбился с пути, а может смерть Асвёра не его рук дело.

— Эйва. Рауд всё выяснил, мне больно, что я вырастил такого сына, — глухим голосом ответил вождь племени Фрэстов, со злой усмешкой бросив, — а вот и сынок.

— Отец! — тотчас раздался потрясённый возглас высокого, как и Агвил мужчины лет тридцати, который только вышел из шатра и теперь стоял у входа, оторопело взирая на «мертвеца».

— Роал! Я мыслю, ты рад меня видеть?! — прогремел возродившийся вождь, положив мозолистую руку на эфес меча, широким шагом направился к ошеломлённому сыну, ехидно выкрикнув, — что не встречаешь? Или не рад, что я жив?

— Рад… — невнятно произнёс Роал, наконец, очнувшись, обеспокоенно заозирался, всё чаще останавливая свой взгляд на шатрах вождей Хэнни и Суин.

— Они мертвы! — объявил Агнар, скидывая с головы капюшон, выступая из-за спины Агвила, следом за ним, повторяя театральные действа, придуманные Сашкой, вышла я.

— Будь ты проклят! — взревел раненым зверем Роал, с дикой необузданной яростью и ненавистью, бросился на отца. На ходу выхватывая меч, изрыгая ругательства и проклятия, он в два шага преодолел расстояние разделявшее его и Агвила. Чтобы через мгновение, с недоумением и детской обидой в глазах, сломанной куклой, повалиться на землю.

— Прости, — едва слышно прошептал Агвил, медленно опуская меч, окинув взглядом не менее потрясённых воинов племени Фрэстов, объявил, — я жив!

— Так будет лучше, — проговорил муж, продолжая крепко держать меня за руку.

— Наверное, — тихо ответила, отводя взгляд от распростёртого на земле тела, добавила, — теперь очередь за нермарами Хэнни и Суин.

— Я буду рядом, — ободряюще улыбнулся муж, большим пальцем руки, нежно погладил мою ладонь, довольно усмехнувшись, продолжил, — а ещё Агвил и Алей, Адут я тоже уверен на нашей стороне.

— Значит справимся, — усмехнулась, обернувшись назад, коротко кивнув Сашке и Томэгу, проговорила, — ну что пошли?

Псарбал начался странно и неприятно, у места костровища, воины Аллея, уложили два тела. Окровавленное тело Атола брата Эйвы и Атли вождя племени Хэнни. Стоило воинам развернуть мешковину и показать нермарам их вождей, тотчас раздался недовольный ропот, некоторые возмущённо подскочили со своих мест, но Алей не дал им сказать ни слова, заговорив сам.

— Ночью они и их люди, подло напали на воинов племени Кархайг, чтобы не пропустить Агнара и Эйву на Псарбал! Желая скрыть обман своих отцов! Нермары Атли и Атола, знали ли вы, что они замыслили?

— Алей! Мы прибыли этой ночью, за три час до наступления рассвета на место святилища! Наш вождь вышел на Псарбал раньше нас. Прибыв к лагерю, воины сообщили мне, что Атли и Атол отправились на охоту и не вернулись, — ровным голосом ответил невысокий худощавый воин, время от времени поглядывая на своих людей, ища поддержки и подтверждения своим словам.

— Нермар Оден, твой вождь тоже вышел на Псарбал первым? — спросил Адут, вождь племени Артхи, кряжистый мужчина на вид около пятидесяти лет с седой копной волос.

— Да, — коротко ответил нермар, с недоумением переводя взгляд с тела своего вождя на Адута.

— Нермар Оден и ты нермар Кнуд! Знали вы, что ваши вожди не по праву заняли место вождя?! Нет на их телах милости Вхагара! — жутким голосом, от которого зябкие мурашки поползли по спине, заявил Алей, окинув пронзительным взглядом воинов племени Суин, Хэнни и Фрэстов, продолжил, — знали, что решили они нарушить вековые традиции и привести племена к беде и смерти, что принесёт разъярённый Вхагар?!

— Нет метки?! Нет милости бога! — пронёсся по Псарбалу ошеломлённый шёпот, но никто не решился подойти и убедиться лично.

— Нермар Оден! Милостью Вхагара наделена Эйва! Эйва дочь Северного ветра! Та, которую сбросил со скалы брат! Та, от которой отрёкся отец! Та, кто была против обмана! — провозгласил Агвил, продолжая сжимать рукоять меча, так что побелели костяшки пальцев, грозно рявкнул, — та что вырвала мою душу из чертога Вхагара, когда собственный сын убил меня! Эйва дочь Северного ветра ваш вождь! Она принесёт своему народу процветание!

После ошеломляющих слов Агвила на Псарбале возникла гнетущая тишина, такого никто не ожидал и теперь на меня смотрели все, даже Адут вождь племени Артхи был потрясён, внимательным взглядом окинул меня с ног до головы. Я же ощущала себя словно маленькая букашка под микроскопом, было ужасно неловко и глупо. Но к моему неудовольствию я была согласна с мужем, Сашкой и Агвилом, только так мы прекратим бессмысленные нападения племени Суин. Только поставив перед фактом, мы не позволим начаться внутренней делёжке власти на землях Эйвы. Объединив племена Кархайг и Суин, мы станем сильнее.

— Женщина! Отмеченная Вхагаром! — наконец раздался хриплый голос, разрушая эту тягостную тишину и вскоре из-за спины Одена, вышел невысокий сухопарый старик, окинув презрительным взглядом меня, Агнара, зло бросил, — одна предала своего отца, второй потомок убийцы.

— Грегер! Я думал, ты отправился следом за своим вождём! — насмешливо проговорил Агнар, сделав шаг к нермару Арана, — значит ты знал об обмане, знал, что Аран гневит своими помыслами Вхагара. Поддерживал его сына! Знал о готовящемся заговоре!

— Вас… кхе… меченых давно пора согнать, — с харкающим кашлем процедил сквозь зубы Грегер, оттолкнув заступившего ему путь Одена, прошипел, — никогда не быть бабе вождём! Сам Вхагар вырвал из своего тела Тейрию, считая её ничтожеством. А метки на теле баб… все это происки наглой твари! И нет веры им! Не может Вхагар одарить милостью ту, что так напоминает ему его Тейвари!

— Ты глуп! И стар! И Вхагар не примет тебя в свои чертоги! И метаться твоей душе до скончания лун! — проговорил, чеканя каждое слово, Адут, подняв руку в сторону востока, насмешливо добавил, — ты давно не смотрел на Тейвху. Так взгляни!

И все словно по команде подняли головы вверх и я в том числе, чтобы через мгновение потрясённо выдохнуть. Тейвха! Две её половины… они почти соединились! Их разделяла едва видимая полоса, которая истончалась, с каждой секундой, тая словно предутренний туман.

— Два луна я наблюдал за ней, — заговорил Адут, медленно поворачиваясь в мою сторону, — радовался как дитя, ведь стоит Вхагару и Тейрии соединиться, в мир Эрин придёт благоденствие, уйдут болезни и не будет голода. Наблюдал, но не понимал почему сейчас? Наши предки столько этого ждали? Почему мы удостоились увидеть это? Теперь знаю… Эйва будет достойным вождём племени Суин!

— Не в этот раз! — раздался разъярённый голос Сашки, следом хрип и тихие ругательства. Резко обернувшись к другу, увидела, лежащего у его ног старого нермара Грегера, вопросительно взглянув на сурового вождя племени Мадфалов, услышала, насмешливое фырканье, — пытался под шумок прошибить тебя, теперь лежит, отдыхает.

— Увести! — приказал Агнар, коротким кивком поблагодарив Алея.

Глава 55

— Единогласно! — торжественно объявил Алей, он же Сашка, окинув беглым взглядом вождей.

— Отныне Эйва дочь Северного ветра вождь племени Суин! — подытожил Адут, серьёзным видом выплёскивая в пламя вино из своей чаши.

— Что ж, раз с этим решили и нермары племени Суинн… ну кроме Грегера, коего казнили за измену, поклялись верности нашей воительнице, мы должны определиться с землями племени Хэнни. Нермар Кнуд ты утверждаешь, что детей у Хэнни нет? — проговорил, соблюдая все формальности, Агвил, вождь племени Фрэстов.

— Да, — коротко ответил мужчина, с ошеломлённым видом взирая на происходящее. За много сотен лун такое на Псарбале впервые, когда вождём стала женщина. А племя лишилось своего предводителя и теперь объединяется с другим, чуждым им народом. Трудно принять изменения, не всем по нраву придутся такие решения, даже сейчас, среди воинов, есть те, кто недовольно поджал губы. Но я уверена, эти новшества будут только на благо людям, объединив силы, мы облегчим жизнь всех племён. Но для этого потребуется немало времени, радует, вожди, что отмечены Вхагаром, готовы к переменам.

— Племя не может остаться без вождя, отмеченного милостью Вхагара, — продолжил Агвил, прерывая мои мысли, — кто из вождей готов взять на себя эту ношу? Кто примет людей? Кто будет защищать свой народ?

— Я! — громко ответил Сашка, поднявшись с валуна, — я готов взять народ племени Хэнни, я клянусь защищать людей, сделаю всё, чтобы они не знали голода и страха! Я смогу осушить болота, сделав землю пригодной для жизни и плодородной для выращивания овощей!

— Больше нет желающих? — уточнил Агвил, окинув пристальным взглядом, молчавших вождей. Я же смотрела на нермара Кнуда и воинов племени Хэнни, и искренне восхищалась Сашкой, его слова достигли умы этих людей. Удивлённо ёрзав, после каждой фразы их нового вождя, они даже не пытались скрыть изумление и свою радость.

— Алей вождь племени Мадфалов! Вхагар услышал твою клятву! — торжественно объявил Агвил, выплёскивая вино в пламя костра, своим действием сообщая о согласии. Остальные вожди поступили так же, я, тоже вылив тоненькой струйкой багровую жидкость, ободряюще улыбнулась другу.

На этом странный и удивительный Псарбал завершился. Адут почтительно склонившись передо мной, чем ужасно смутил меня, пообещал вскоре, как закончится посев, прибыть в гости. Агвил, тоже не стал задерживаться, его племя должно узнать, что их вождь жив, а жён пора порадовать возвращением мужа. У святилища остались лишь я, Агнар, Сашка и нермары племён Суин и Хэнни.

— Кнуд, возвращайтесь. До моего прибытия, ты останешься моим нермаром, — проговорил Алей, окинув пронзительным взглядом воинов Хэнни, добавил, — пройдёт меньше лема, я приду со своим народом!

— Алей! Ты приведёшь людей песков к нам? — удивлённо воскликнул нермар Кнуд, оторопело взирая на своего вождя.

— Не всех, только часть, тех, кто пожелает, — снисходительно улыбнулся мужчина, вручая нермару своё кольцо-печать, — будешь моим голосом, надеюсь, ты оправдаешь доверие.

— Да, мой вождь, — почтительно склонился нермар, принимая кольцо.

— Иди, — повелительно махнул рукой Сашка, выглядев при этом столь необычно, что я едва не прыснула от смеха.

— Пока тебя нет, на землях Хэнни начнутся пересуды и недовольства, — заметил Агнар, стоило нам остаться втроём.

— Я знаю, поэтому и даю им время, — хмыкнул Сашка, — пусть собираются в коалиции, так их легче вычислить, чем вылавливать по одному.

— Хм… тоже верно, — согласно кивнул Агнар, с уважением взглянув на вождя двух племён, — и что теперь? В пески? Многие не пойдут в болота.

— Не пойдут, вернее не сразу, но никто не будет им мешать, передвигаться, рано или поздно люди привыкнут друг к другу и выберут место там, где им лучше жить. Русло реки я поверну, да, на это уйдёт прорва времени, но сделаю. А там и пески изменятся, часть болота высохнет и земли станут более пригодным для жизни.

— Вхагар мудр! Привёл ваши души в мир Эрин, — подытожил Агнар, криво усмехнувшись, добавил, — я приду посмотреть, когда ты повернёшь реку!

— Приходи, а пока я отправлюсь с вами, глянем, что там с вашей рекой и почему каждый таваз твои люди умирают от отравления.

— Я предположила, что где-то по руслу реки есть старое захоронение, — проговорила я, взглянув на друга, — но в горах трудно найти это место. Там всё в камнях и скалах, самый идеальный выход — это спуститься к равнине, там земли больше, нет таких камней и река рядом. Теперь, когда я вождь племени Суин, нападений не будет, а значит, люди могут не опасаться за свою жизнь. Но для начала нужно посетить родные места Эйвы…

— Нермар Оден ждёт, — кивнул в сторону собранных воинов Сашка, — что ж, сначала посетим племя Суин, не оставлю же я вас без помощи, да и мои воины вон уже заскучали.

— Буду рада компании, — улыбнулась другу, задумчиво оглядев место Псарбала, спросила, — не вижу Томэга.

— Он ушёл вместе со Стэном собирать наш шатёр.

— И зачем его ставить было, раз мы не планировали оставаться здесь на ночь?

— Положено, — ответил Алей, кивнув в сторону своего огромного шатра, — вон и мой тоже пора собрать.

Через два часа мы, наконец, выдвинулись в сторону земель племени Суин. Теперь моего племени. Воины, во главе с нермаром Оденом, косо поглядывая на своих врагов, шли по левую сторону от меня, справа шёл муж и его воины. Сашка время от времени, проезжая на коротконогой и лохматой лошадке мимо нашей странной процессии, лукаво подмигивал и время от времени показывал непонятные знаки, в которых я так и не смогла разобраться.

До земель племени Суин от места святилища было не слишком далеко, но всё же одну ночь придётся провести под открытым небом и это немного беспокоило. Все же мы слишком близко находились к землям враждебного племени и полагаю, не все будут рады видеть вождём женщину. Поэтому я была благодарна Саше, что он решил, отправиться с нами, дополнительные воины нам не помешают.

— Я должна поговорить с ними, — прошептала мужу спустя час, коротким кивком, показав на Одена и воинов племени Суин, — это странно, что мы идём вместе в одном направлении, они поклялись мне в верности и всё равно сторонятся.

— Нермар идёт на том расстоянии, что положено воину, который сопровождает своего вождя, — произнёс муж, бросив суровый взгляд на воинов Суин.

— Я не об этом, — устало улыбнулась, не зная, как донести до Агнара, мои ощущения, пробормотала, — они как чужие, а мне нужны союзники. Я должна с ними поговорить.

— Я пойду с тобой, — предупредил муж и сначала я хотела отказаться, объяснить, что его присутствие лишь ещё больше насторожит их. Но тут же мысленно сама себе возразила. Я и Агнар вместе, мы не разделяем племена, мы хотим их объединить.

— Хорошо, так будет лучше, — ответила, после чуть затянувшейся паузы, за время которой Агнар успел нахмуриться и наверняка растерзать воинов племени Суин.

— Ты же не будешь говорить с ними на ходу, — заметил Алей, невесть откуда взявшийся, — дождись привала, за едой и беседа приятней.

— Хм… да, — согласно кивнула, бросив украдкой взгляд, в сторону прослушивающего к нам Одена, прошептала, — что-то я вдруг расчувствовалась и спешу.

— Ты носишь ребёнка, помнишь Дашка какая была? — тихонько рассмеялся друг, оборачиваясь к моему мужу, пояснил, — это моя старшая сестра, мать двоих мальчишек и лучший юрист нашего города.

— Это было забавно, — пробормотала, невольно улыбнувшись, вспомнив, как Даша рыдала над убитым муравьём, на которого нечаянно наступила возле террасы, — оу! Вспомнила, как у неё руки тряслись при виде жареной картошки, но у меня пока нет, особых предпочтений в еде и это радует.

— Влад… Даша хотела рассказать тебе, когда мы вернёмся с фестиваля, но… в общем дяде Толи дали семнадцать лет, её сотрудник раскопал ещё одно дельце на него. Ему не удалось зачистить все следы. За день до нашей поездки суд вынес приговор.

— Почему не сказали о суде? — спросила, пристально взглянув на Сашу, он и Даша знали, как для меня это важно, но промолчали.

— Тебя бы туда не пустили, — грустно улыбнулся мужчина, — да и риск был слишком большим, у Толи много влиятельных друзей. Даша и мне не говорила, отправила сообщение на почту. Я прочёл его, когда ты надевала на себя снаряжение, и я не стал тебе сообщать, думал, после порадую, если бы я сказал сразу…прости.

— Нет, всё правильно, — покачала головой, порывисто подойдя к другу, крепко его обняв, проговорила, — ты всё правильно сделал, если бы ты тогда сказал, я после этого не смогла подняться и не оказалась бы здесь. С ним…

— Вхагар, так или иначе, привёл бы тебя ко мне, — уверенно заявил Агнар, встав рядом с нами, сурово сдвинув брови.

— Вхагар мудр, — согласилась с мужем, взяв его за руку, ласково улыбнувшись, прошептала, — Вхагар знал, где будет счастлива моя душа.

Глава 56

Привал сделали в месте, где указал нермар Оден. Ровная площадка возле петляющей словно заяц реки у подножия пологого холма, покрытого невысоким кустарником. Место и правда было чудесным, здесь внизу уже вовсю буйствовала весна. Жухлая трава скрылась за зелёной, небольшими полянками горели яркие макушки жёлтых одуванчиков. А деревья стояли в нежно-зелёной паутине, будто кто-то лишь мазанул пастелью по их веточкам, оставляя лёгкие следы пробивающихся листочков.

Ещё до наступления темноты воины споро разбили лагерь, установили два шатра и уже вовсю пылали костры, над которыми источая мясной дух, варилась густая похлёбка.

— Пора, — проговорила спустя минут десять, подхватив с собой остатки нашего ужина, кивнув Сашке, который тоже изъявил желание послушать разговор, отправилась к самому отдалённому костру. Моё появление было, судя по изумлённым взглядам неожиданным, но воины Суин, почтительно склонив головы, быстро предоставили мне и Агнару место у костра.

— Приятного аппетита, — пожелала, оглядев настороженный народ, некоторое время молча хлебала наваристый суп, иногда посматривая на воинов. И когда с сытным ужином было покончено и дежурный принялся разливать по чашкам отвар, заговорила.

— Атол, в день, когда мы напали на племя Кархайг, столкнул меня со скального выступа. Тогда я чуть не погибла, с трудом выбравшись на горное плато. Все вы были на Псарбале и видели, что Атол, Атли и Роал замыслили свергнуть Вхагара. Наверное, и я в этом участвовала и за это Вхагар наказал меня, лишив памяти. С того дня, кроме людей, помогших мне, я ничего не помню. Не помню вас, не помню земли, где родилась, не помню родных и близких. Но знаю — Суин это моё племя, и я хочу, чтобы оно процветало. Агнар и я желаем объединить наши племена, прекратить бессмысленные нападения, наконец, заняться благоустройством наших городов, чтобы люди жили с удобством, не знали голода, болезней и страха. Оден и вы храбрые воины, я прошу вас помочь нам в этом…

— Эйва… Вхагар мудр раз сохранил тебе жизнь, лишив только памяти предков, — заговорил Оден, после длительного молчания, — но ты забыла, что предок Агнара убил великую Эйву.

— Об этом мне напомнил Агнар, — проговорила, окинув взглядом насупленных воинов, чуть помедлив, тщательно подбирая слова, продолжила, — какой вам прок, погибая, раз за разом бросаясь на воинов Кархайг. Умирая, вы лишаете своих детей отцов, жену — мужа, а матерей сыновей. Для чего ВАМ это надо? Эйва МОЯ прабабка погибла давно, значит так хотел Вхагар, значит она нужна была в его чертогах. Сейчас, что вы хотите? Убить всё племя Кархайг? И что вам с того? Что именно ВАМ это даст? Вы лишите себя лекарственных трав, что растут в горах и знают о них только племя ненавистное вам. Вы не будете носить тёплые куртки из меха, потому что только охотники племени Кархайг знают тайные тропы в горах, остальных там ждёт смерть. Я могу долго перечислять, чего вы лишитесь, уничтожив соседствующее с вами племя. В котором тоже есть дети, такие же, как и у вас, жёны, матеря, отцы и братья. Что вы получите, не будь этого племени? Отмщения за гибель, давно вернувшейся их чертогов Вхагара, души?

Закончив говорить, внимательным взглядом оглядела притихших и задумчивых воинов, устало поднялась и больше ни слова не сказав, отправилась на холм. Этот разговор вымотал меня, было не просто найти нужные слова, чтобы донести до людей бессмысленность их многолетних нападений. И я очень надеялась, что зародила в их умах сомнения.

— Как в старые добрые времена в горы? — раздался тихий голос Сашки справа, слева мою ладонь сжала крепкая мужская, удивительным образом тут же успокаивая меня.

— Здесь гор нет, но можно забраться на тот холм, — с улыбкой произнесла, едва слышно добавив, — спасибо, ваше присутствие дало мне сил.

— Твоими устами говорил сам Вхагар, — задумчиво пробормотал Агнар, с восхищением на меня взглянув.

— Наверное, — неопределённо пожала плечами, ускоряя шаг, чтобы оказаться как можно выше и подальше от всего этого, чувствуя, что силы меня окончательно покидают. И только спустя полчаса, наблюдая за танцующим во тьме пламенем, я наконец, пришла в себя.

— Очнулся среди песков, во рту словно сдох кто-то, нога распухла и дико болела, холод жуткий, а вокруг меня пять трупов, — рассказывал своё незабываемое пробуждение Сашка, при этом довольно скалясь, — ну книги разные про попаданцев я читал в студенческие годы и сразу смекнул, что к чему. Нашёл бурдюк с водой, напился противной жижи, осмотрел тела, забрал всё что могло пригодиться и отправился по следам, надеясь, что они выведут к жилью.

— Жуть, — невольно передёрнулась, в красках представив себе эту картину. Отпила горячего отвара, подбросила сухостоину в пылающий костёр, отчего тот тотчас весело затрещал. Снова откинулась на мужа, поёрзав, принимая удобное положение в его объятиях, почувствовала лёгкий поцелуй в затылок.

— Жуть началась после, когда нога увеличилась в два раза, и пришлось срезать сапог, перевязывать снятой с себя курткой и помогая, найденными ветками, волоча ногу идти дальше. На второй день после песчаной бури следы исчезли, и я думал всё, пришёл мой конец, второй между прочим, — хмыкнул Сашка, едва заметно кивнув, в сторону пылающих костров, за которыми устроились на ночлег воины Суин, Кархайг и Мадфалов, — вот на свет ночью вышел, стуча зубами от холода.

— Это были твои люди? — спросил Агнар, ласково поглаживая мой живот, скрывая руку под курткой.

— Угу, были рады меня видеть живым и относительно здоровым. Набросились вдвоём, но тело не подвело, живо разметал их в разные стороны, правда, после долго приходил в себя. Но мне повезло, у них были лошади, еда, вода, да и следы отлично сохранились.

— Значит и здесь Хэнни и Атол отметились, — задумчиво протянула, с сочувствием посмотрев на Сашку, понимая, как ему трудно пришлось.

— Да нет, своим я не по нраву был, тот мой реципиент, — неожиданно зло бросил друг, стиснув кулаки так, что побелели костяшки, — девок портил, жену с мальцами бил. В любой дом заходил когда вздумается, совет гонял… хотя, ладно тех давно пора было гнать взашей. В общем, отвратительный человек был этот Алей.

— На каждом Псарбале драки устраивал, — подтвердил Агнар, слегка сжав мою ладонь.

— Но не все желали ему смерти, хотя может и желали, но страшились, — с усмешкой продолжил Сашка, запахиваясь в куртку, от вдруг подувшего промозглого ветра, — отвели меня в дом, ведунью позвали. Старая карга мне ногу располосовала, чуть не пришиб её от боли. Гадостью измазала да напоила дрянью какой-то, а после жену мою позвала, чтобы значит рассказать, как за мной ухаживать. Я, когда увидел её, Влад… она такая крошечная, красивая и запуганная. Заметив на девушке синяки, пожелтевшие, а где и совсем свежие с кровоподтёками, появилось несвойственное мне желание убить того, кто посмел это сделать, это я позже узнал кто… Мальцы тоже шугались меня, одному десять, Агвиду всего пять. Владка, а они оба без этой отметки, мне-то плевать, а вот Алей поди лупил и Юну, и пацанов смертным боем.

— И Алей обманом назвал старшего сына своим преемником, — задумчиво протянул Агнар.

— Младшего, старший у меня Вестар, умный мальчишка, а какой сильный, — невольно улыбнулся Саша, невидяще уставившись перед собой, чуть помедлив продолжил, — я к Юне долго не подходил, она же от каждого звука вздрагивала. Только спустя месяц улыбаться мне стала и вспыхивать, когда ласково обращался. С сыновьями было полегче, дети, быстро забывает всё дурное.

— Знаешь, возможно, я не права, но я рада, что ты здесь со мной, с Юной и сыновьями, — с улыбкой проговорила, чуть поддавшись вперёд, взяла мозолистую ладонь друга, — хоть лицо у тебя другое, но ты всё тот же Сашка и твоей семье ты был очень нужен.

— И они мне, — счастливо улыбнулся в ответ друг, хриплым голосом рассмеявшись, добавил, — и я правда рад, что очутился в этом мире, Влад, здесь же столько всего можно сделать! С нашими знаниями, да мы самое сильное и могущественное государство создадим!

— Так, далеко я ещё не заглядывала, мне бы с племенем Суин разобраться, сам слышал наш разговор, — печально вздохнув, посмотрела на три разбитых лагеря у подножия холма.

— Они привыкнут, — проговорил Саша, успокаивающе похлопав меня по ноге, — а нет, так у тебя за спиной Агнар, он мигом им объяснит почем фунт соли.

— Мне казалось я стал неплохо понимать ваши слова, но твоего друга… — недоговорил Агнар, с тихим смешком добавив, — хорошо он будет жить на болоте, и я его буду нечасто видеть.

— Хм… я тут подумал, — радостно улыбнувшись, начал Саша, а с этой фразой я была уже знакома, и она не предвещала ничего хорошего, — племя Суин занимает неплохие земли, гранича с землями Фрэстов и Артхи. Агвил сам заявил, при свидетелях, что, если у него не родится сын с милостью Вхагара, он передаст своё племя Эйве, и выходит будет объединено уже три племени, ну и мои два придут, ведь у меня тоже нет детей с меткой.

— Останется Адут, — задумчиво протянул Агнар, кажется, ему понравилась идея Саши.

— Уверен и он присоединится, когда увидит большой город, огороженный высокой стеной, с просторными домами за ней, рынками, больницами, школами и прочими благами, — продолжил искушать Сашка.

— Ты представляешь, сколько времени и сил уйдёт на это, — напомнила мечтателю, впрочем, как и всегда, я и Дашка были теми самыми нудными людьми, которые, как он любил повторять: «режут крылья творцам».

— Знаю Влад, знаю! — прокричал вождь двух племён, распугав своим ором спящих птиц в округе, чуть тише добавив, — так мы никуда не торопимся, посмотрим земли Суин, выдерем подходящее место для города и займём воинов делом.

— А как же болота, что собрался осушать? — напомнила «творцу».

— Я тут подумал, — снова рассмеялся друг, заметив, как я поморщилась, — зачем нам на болото время тратить? Может, сразу за город возьмёмся?

Эпилог

Племя Суин встретило меня настороженно, но никто не бросался с ножом и не выкрикивал проклятия в адрес Агнара и это капельку радовало. Объявив ошеломлённым людям об изменениях, о том, что теперь их вождём стала женщина, мало того, жена их ненавистного врага, я отправилась в отчий дом, дав время осознать услышанное.

Подходя к высокому каменному забору, я невольно сжала ладонь мужа, поёжившись от зябкого не весь, откуда взявшего сквозняка, пробирающего, казалось, до самых костей. А проходя через ворота, настороженно осматривалась, ожидая в любую секунду нападения. Но всё обошлось, и мы зашли в этот небольшой каменный замок, в котором сейчас никого не было, даже слуги и те разбежались. Гуляя по пустым коридорам и комнатам, как это ни странно я не чувствовала грусти, не было сожаления, была лишь необъяснимая злоба, таившая где-то глубоко внутри меня. Наверное, Эйве жилось нерадостно в этом доме, раз что-то во мне не желало здесь надолго оставаться, подгоняя к выходу.

— Неплохой домик, вот только защита подкачала, — пробормотал Сашка, выйдя из комнаты вождя, столкнувшись со мной в коридоре.

— Стены мои воины разбили бы в два удара, — согласился с ним Агнар, подхватив меня за руку, спросил, — возвращаемся домой? Людям племени Суин потребуется время, чтобы всё осознать.

— Да, пора, — кивнула, ещё раз взглянув на шкатулку в своих руках, которую мне вдруг захотелось забрать с собой, задумчиво проговорила, — пока нам здесь больше нечего делать, лучше осмотрим место для строительства нового города.

— Ты всё же согласилась со мной? Ведь это идеальный вариант! — Обрадованно воскликнул Сашка, обгоняя меня и Агнара, заступил нам дорогу, заговорил, — спускаясь с холма, я заприметил отличную долину, с одной стороны огромная гора…

— Ханд, — подсказал Агнар, — там часто случаются оползни.

— Ладно, есть ещё одно местечко, у реки.

— Посмотрим, — кивнула другу, обойдя его, наконец, выбралась из мрачного замка, тут же удивлённо замерев, беглым взглядом осмотрела собравшийся перед воротами народ.

— Эйва! Дочь Северного ветра! — чуть выступив из толпы, заговорил сухопарый старик, чьё лицо было исчерчено глубокими морщинами, — от имени всего племени Суин… мы поддерживаем твоё требование прекратить нападения на племя Кархайг.

— Хм… быстро они, — вполголоса проговорил Саша, что-то едва слышно, шепнув Агнару.

— Я рада вашему решению, — произнесла, ещё раз оглядев жителей равнины, торжественно объявила, — мы скоро вернёмся! С людьми кто пожелает спуститься с неприступных и суровых гор! С людьми, кто захочет выбраться из сыпучих и безжизненных песков! С теми, кто рискнёт покинуть мрачные, полные ядовитых пресмыкающихся, болота. Мы придём сюда строить новый город, для людей кто не разделяет себе подобных на племена! Кто желает жить в мире и согласии!

— Новый город? — раздался ошеломлённый голос из толпы и люди разом загомонили…

С того знаменательного дня прошло больше года. Желающих покинуть неблагоприятные для жизни места, оказалось немало, я ожидала куда меньше смельчаков, готовых оставить свои дома и отправится на голую равнину. Люди из племени Кархайг, Мадфалов, Хенни, Фрэстов, Артхи и Суинн дружно трудились бок о бок, возводя пока ещё небольшой, но уже уютный городок. С широкими ровными улицами, с двухэтажными домами, просторной площадью, где Сашка обещал поставить красивый фонтан. В нашем городе будут парки, аллеи, клумбы и непременно детские площадки.

Не один месяц споря мы просидели над картой нашего будущего города. Сколько раз вспомнив упущенное, но очень важное, дорисовывали, дописывали, пересчитывали, на нашей многострадальной карте. Не единожды приводили в изумление вождей, ошеломляя своими знаниями и грандиозными планами. Лишь только Агнар, снисходительно улыбаясь, со стороны наблюдал за охающими Агвилом и Адутом, на примере восхищённых восклицаний несдержанных вождей, учил нашего сына самообладанию и суровому взору…

Бросив очередной задумчивый взгляд в окно, за которым, укутанные розово-белым покрывалом, цвели яблони, дурманя голову своим сладким ароматом. Перебирая в руках разноцветные камушки, найденные в той самой шкатулке, некогда принадлежавшей Эйве. Я снова вернулась к обсуждению строительства водоснабжения для нашего нового города. Желая предусмотреть в этом вопросе каждую пусть даже незначительную мелочь, невольно вспомнив отравленную воду в горах.

Вернувшись в горы, я была счастлива узнать, что люди живы, что болезнь затронула лишь единицы, да и та прошла в лёгкой форме. Также узнала от воинов, которых оставила охранять отстойник, о двух несостоявшихся диверсиях. В последней, пытаясь закинуть в ёмкость с чистой водой какую-то серую жидкость, погибли, поскользнувшись на валуне, старый советник Хрут и его подельник. Странно конечно, что обоих подвёл один и тот же мокрый камень, но выспрашивать у довольно улыбающихся воинов, что на самом деле произошло, я не решилась. Проверила воду в реке, которая стала чуть светлее, а значит та гадасть, что травила, уже меньше попадает в воду, я со страхом провожала Сашку и Томэга в горы. Их не было больше недели, не знаю, как бы я справилась без Агнара, беспокоясь за двух родных мне людей. Муж на протяжении всего этого мучительного ожидания успокаивал меня, отвлекал, а порой даже смешил и напоминал, что Алей и Томэг сильные воины и обязательно справятся со всеми трудностями. Только на восьмой день, измазанные грязью, с изодранными руками, голодные и уставшие вернулись наши исследователи. Сообщив, что так и не смогли обнаружить место, которое отравляет воду. Это и помогло окончательно решиться на великое строительство, которое не стоит надолго откладывать.

Сейчас, спустя пять лет, на горе Ханд проживает всего двадцать семей, большая часть людей всё же отправилась следом за мной и Агнаром. Каждый раз с улыбкой вспоминаю наше великое переселение и удивлённые лица жителей равнины, когда груженные телеги мехами, сундуками, мебелью и умывальниками медленно проехали вдоль петляющих улиц, к первому деревянному дому города Далания.

— Мама! Вестар вернулся! — прокричал в коридоре сынишка, прерывая мои воспоминания, с громким грохотом врываясь в комнату, — с ним ещё люди! Много!

— Кто? Мадфалы или Хэнни? — спросила, поднесла палец к своим губам, призывая пятилетнего сынишку к тишине, кивком показывая на кроватку, где спасла трёхмесячная Алин.

— И те и другие, — шёпотом ответил мой взрослый и такой серьёзный Ансгар, — папа сказал, что рано или поздно они все переедут в Даланию.

— Скорее всего, — улыбнулась сынишке, поманив его пальцем, но Ансгар быстро мотнув головой, протараторил:

— Я уже большой, вечером перед сном обнимешь.

— Вредина, — притворно рассердилась, заметив, открывающуюся дверь в покои, проговорила, — вот папа никогда не отказывается, ему нравится со мной обниматься.

— Конечно, — с улыбкой подтвердил муж, широким шагом проходя в комнату, тут же заключая меня в свои объятия.

— Фу… — тотчас наморщил носик сынишка, пятясь к двери, пробормотал, — я лучше Хольми помогу во дворе.

— Только не забирайтесь высоко, — напоследок предупредил Агнар, дождавшись, когда закроется дверь, нежно меня поцеловал.

— Саша тоже вернулся? — спросила, прижимаясь к мужу, счастливо вздохнула.

— Вернулся и Адут заявился, как ты говоришь с экскурсией, — усмехнулся Агнар, вождь и градоначальник нового города Далания.

— Что на этот раз хочет у себя сделать?

— Водостоки.

— Он в комнате, в которой в прошлый раз останавливался? После ужина покажу ему чертежи, мне не жалко, пусть строит.

— Алей сказал, в песках осталось десять семей на болотах шестнадцать, остальные сегодня прибыли к родным.

— Город растёт, так что Адут прав, его земли плодородны, площадь позволяет построить там ещё один городок. С каждым годом людей будет только больше и придётся расширяться.

— Судя по схеме, которую Саша набросал для Адута, там будет город размерами не уступающий нашему.

— Видела… знаешь, у Сашки была давняя мечта, построить город, где не будет высоток. Где среди небольших особнячков будет много зелени и уютных уголков для отдыха. С маленькими ресторанчиками и кафетериями, с детскими площадками и прудами… Далания очень похожа на тот город, который он нарисовал в детстве. Да сейчас это лишь малая часть того, что будет через десять лет, но уже очертания видны и здесь чудесно. Он действительно рад, что оказался в мире Эрин, и очень счастлив с Юной и своими мальчишками.

— А ты? — глухим голосом спросил Агнар, пытливо всматриваясь в меня, проговорил, — ваш мир… в нём так много удивительных вещей, которых здесь нет…

— Ты даже не представляешь, как я счастлива, — прервала мужа, покрывая его лицо нежными невесомыми поцелуями, — я задыхаюсь от любви к тебе, к нашему сыну и дочери. Я не могу и минуты без вас… а вещи, всё хорошее, что было в нашем мире, мы постараемся принести в мир Эрин и сделаем это вместе.

Конец.

Content

Эйва. Дочь северного ветра

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Глава 55

Глава 56

Эпилог