Асланбек Дубаев

На пути к сердцу. Записки кардиохирурга

© Дубаев А. А., текст, 2022

© А. Воробьёв, обложка, 2022

© ООО «Издательство АСТ», 2023

* * *

Посвящается моим учителям

Сердечно благодарю прежде всего моих дорогих родителей, а затем всех, кто помогал и поддерживал меня в процессе работы над книгой. Спасибо всем – моей семье, друзьям, ученым-консультантам и коллегам – за помощь в работе над книгой.

* * *

В свои школьные годы я, как и многие сверстники, очень любил читать истории про Древнюю Грецию и o великих личностях, населявших ее тогда; о мудрых философах и их учениках. Мне казалось удивительным, откуда в типичном представителе афинской ученой элиты может вмещаться столько знаний, рассудительности, эрудированности, психологии и культуры. С годами, когда я стал привыкать к тому, что мудрость – это давно устаревшее и вышедшее из обихода качество, будто некий рудимент прошлых поколений, я вдруг наткнулся на книгу «На пути к сердцу». Автор сей книги доктор Дубаев напомнил мне одного из таких мыслителей. Глубина профессиональных знаний сочетается с редкой для такого возраста мудростью, здравомыслием и глубоким пониманием тонкостей человеческой натуры. Меня, как истинного ценителя словесного мастерства, особенно порадовал литературный слог. Какое же это удовольствие – читать работу автора, прекрасно владеющего русским языком! Текст, словно кристально чистый горный ручей, мелодичным журчанием переливается между валунами…

Эмюрбеков Вадим Багутдинович,

врач-хирург, ГБУЗ «ГП 64», г. Москва

* * *

Книга читается на одном дыхании: такое ощущение, что, доев свое любимое блюдо, немного остаешься голодным… Каждое слово, каждое предложение имеет свою ценность. Книга переносит то в прекрасное детство, то в напряженные минуты испытаний взрослой жизни. Переживания, доброта и сострадание красной нитью проходят через все произведение. Да поможет тебе во всем Аллах, сын мой! Неиссякаемая хвала Творцу за все, чем Он наделил нас. Я испытываю большую радость, читая книгу «На пути к сердцу». Асланбек, помогай людям неустанно и делись добром, не деля на своих и чужих.

Твои родители довольны тобой, и желаем довольства Аллаха, Свят Он и Велик!

Аслудин Дубаев,

г. Воронеж

* * *

Признаться, для меня поначалу было непривычно читать в такой книге аяты и хадисы, но потихоньку к этому привыкаешь, а к концу книги еще осознаёшь, как к месту все это написано. Ведь мусульманину важно понимать, что делать надо все ради Всевышнего… То, что Вы каждый случай подкрепляете аятом и хадисом, на самом деле очень оригинально для такой книги. Это дает понимание, что быть врачом – великое благо от Всевышнего: правильными намерениями можно заслужить большое количество благих деяний…

По тексту самой книги – море эмоций! Сопереживал вместе с Вами! Дыхание замирало… Хоть я и не эндоваскулярный хирург, понимал, к чему может привести один неосторожный шаг (особенно моменты со стволом левой коронарной артерии). Были эпизоды, которые доводили до слез, и не раз. Чувствуется искренность: как говорится, от сердца к сердцу.

В общем, книга понравилась. Желаю Вам, Асланбек, успехов и процветания в карьере, чтобы освоили новые горизонты и подняли эндоваскулярную хирургию в Дагестане до более высоких вершин. Пусть Аллах поможет Вам в этом! Аминь!

Фатали Ашурович Ашуров,

сердечно-сосудистый хирург клиники БГМУ, г. Уфа

* * *

Здоровья, мира и Милости Всевышнего тебе, брат! Вот и я достал книгу, написанную моим спасителем. Здесь описывается и мой случай, когда я в критическом состоянии попал на операцию к Асланбеку Дубаеву. Благодаря этому человеку я сейчас в здравии и чувствую себя прекрасно.

Асланбек, хочу выразить тебе огромную благодарность, и не только за то, что спас меня, но и за всех людей, которых ты вылечил и практически дал вторую жизнь.

Ты – благородный человек и занимаешься благородным делом. Дай Аллах тебе здоровья, терпения и сил для выполнения этой миссии перед человечеством.

Хочется пару слов и о книге. Если человек талантлив, то он талантлив во всем! Этому подтверждение и твоя книга. Прочитав ее до конца, назвал отчетом хороших деяний. Надеюсь, Всевышний примет все твои хорошие деяния и вознаградит тебя Раем.

Есть у нас специалисты своего дела. Хотелось, чтобы они, как и Асланбек, служили на благо нашей республики, на благо народа.

Больших успехов тебе, Асланбек, удачи во всем и довольство Аллаха!

Абдулгапур Алханович Ильясов,

бизнесмен, г. Махачкала

* * *

Искренне восхищаюсь Вами! Дочитала до конца, и мне подумалось: «Дышать – есть время у этого человека?» Книга прочитывается мгновенно, хотя и насыщена эпизодами из жизни медицины. Думается, это важно для молодого начинающего врача.

В произведении гармонично сочетаются суры из Корана, случаи из хирургической практики, эпизоды из детства и юности. Бесценны, на мой взгляд, вкрапления из жизни Пророка, мудро переплетающиеся с основной сюжетной канвой.

Книга подспудно учит нас помнить, что жизнь одна и прожить ее надо достойно. Она не уносит нас из обыденности в чудесный мир грез, а, наоборот, возвращает к ней и заставляет любить жизнь; ценить секунды и извлекать урок из каждого случая, поворота судьбы. Не забывать, что действительность многомерна (соседствует и благовидное, и негативное), что в ней нет места случайностям – все взаимосвязано. Наша жизнь состоит из цепи событий, судьбоносных встреч, ситуаций, нюансов реалий. Жизнь – орнамент, сотканный из всего этого: узорочье взлетов, надежд, замираний, счастливых «мерцаний» … Однако, как утверждают мыслители, все проистекает из предыдущего – непонятого нами, незавершенного, неосмысленного…

Особый интерес представляют сентенции доктора, обращенные к молодежи: они выдают искреннюю тревогу автора за юное поколение. К этим мыслям следует прислушаться всем!

«На пути к сердцу» для посвященных, но и не эзотерика: ее нужно читать в тишине и вдумчиво, так как каждая строка проникновенна – испытано в жизни, пропущено через душу… Иной раз учащенно бьется пульс, сопереживая героям произведения. Ведь это не вымышленные персонажи приключенческого романа, а реальные люди, чьи жизни подвергались немалому риску.

Сознание автора рисует картины из прошлого. Он скучает по детству, тоскует по юности, делится тревогами настоящего: он искренний и живой! В каждой строке чувствуется душевность.

Сложно определить жанр произведения, но однозначно, что оно заслуживает особого внимания. Автор, скорее всего, не ждет дифирамбических рукоплесканий, но мимо этой книги равнодушно пройти нельзя: он хочет быть

услышанным (как и всякий из нас), он ведет рассказ, беседуя с каждым читателем, доверяя ему сокровенное, изливая душу, делясь интимными мыслями. Это разговор и с самим собой: вспоминая эпизоды жизни, автор книги, как бы советуясь, вновь переживает испытанное и ненавязчиво раздает ценнейшие советы.

Безусловно, произведение не останется без внимания читателя размышляющего, ищущего себя, потому что динамичная жизнь самого автора – пример для подражания и служения Человеку. Непременно книга нужна для рефлексирующих личностей, любящих жаловаться на судьбу.

Книга помогает читателю идти вперед, ставя цели, выделяя приоритеты, отбрасывая ненужное, стаффажное: она предназначена для благодарного читателя… Мы ищем в жизни героев и присваиваем им титулы, когда им это уже не нужно… Хочется выразить признательность Асланбеку: он и есть герой нашего времени, у него многому можно поучиться.

Эльмира Сиражудиновна Хидирова,

к. ф.н., доцент, с.н.с. ИЯЛИ ДФИЦ

Российской академии наук, г. Махачкала

Вместо предисловия

Передают, что Умар ибн аль-Хаттаб сказал: «Я слышал, как Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) сказал: “Дела оцениваются только по намерениям, и каждому человеку достанется лишь то, что он намеревался обрести…” Вопрос чистоты намерения и сохранения чистоты намерения является первостепенным по важности при начинании и исполнении любого дела, поэтому необходимо заботиться о своей искренности ради Господа и побуждать себя к этому. Прошу Господа миров, Властелина Судного дня, Милостивого и Милосердного Аллаха укрепить нас в искренности и наделить нас знаниями, в которых есть польза.

Поздний звонок на мобильный телефон, как обычно, предвещает какую-нибудь проблему или вопрос, не терпящий отлагательства. В особенности такие звонки вызывают некоторое волнение, когда у тебя несколько пациентов находятся в реанимации после операций на сосудах сердца, но на этот раз был звонок не из клиники. Тем не менее поздний звонок к врачу чаще всего связан с какими-то срочными вопросами относительно здоровья.

Когда на экране телефона высветилось имя (брат Хабибула!), в моей голове проскользнула мысль, что это неспроста.

– Ас-салам алайкум, дорогой брат, – прозвучал слегка приглушенный, хорошо знакомый голос моего друга.

– Ваалайкум салам, – ответил я.

– Поистине все мы принадлежим Аллаху и к Нему наше возвращение, – процитировал аят Корана Хабибула и добавил. – Он нас покинул…

При этих словах мое сердце сжалось. Я вспомнил улыбающееся светлое лицо этого красивого человека, с которым меня жизнь связала по причине его болезни. Саадуев, человек уже преклонного возраста, был прооперирован около года назад до настоящего события. Атеросклеротическая болезнь беспощадно уничтожает сосуды сердца, приводя к тому, что сердце медленно начинает задыхаться. Тогда удалось восстановить проходимость сосудов сердца и избавить его от невыносимых болей. К тому же прошло всего лишь два дня, как в последний раз нам было суждено увидеться. На этой последней встрече мы долго беседовали.

Посещать человека, который болен, – конечно, благое дело, и об этом очень красноречиво гласит хадис Пророка (да благословит его Аллах и приветствует). Позволим себе ниже привести первую часть данного хадиса.

Передают со слов Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), что Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) сказал: «В День воскресения Всемогущий и Великий Аллах скажет: «О, сын Адама, Я болел, а ты не навестил Меня!» Тот человек, к которому Он обратился, скажет: «О, Господь мой, как же я (могу) навестить Тебя, когда Ты – Господь миров?!» Аллах скажет: «Разве не знал ты, что такой-то раб Мой заболел, а ты не навестил его? Разве не знал ты, что если бы ты его навестил, то нашел бы рядом с ним и Меня?» (Муслим).

Говорили о разном: о болезнях, лекарствах, знаниях и просто о человеческом отношении друг к другу. Саадуев был очень образованным человеком, и беседа с ним доставляла большое удовольствие, унося то в далекие времена его молодости, то в совсем близкие события наших дней. Ему было трудно говорить, поэтому он делал короткие паузы, да и память немного подводила – тогда на помощь приходила супруга, с которой он прожил больше полувека. Приятно было наблюдать за этими милыми людьми, сохранившими доброту и способность искренне улыбаться, несмотря на сложности и испытания жизни. Прощаясь, он долго держал мою руку в своей, как будто в глубине своего сердца понимал, что нам в этой жизни не суждено больше увидеться. Воспаление легких ослабило тело Саадуева, но он уже шел на поправку. Оказалось, что это было мнимое улучшение. Такие люди, уходя, уносят частицу тебя… Светлое лицо и улыбающиеся глаза навсегда останутся в моей памяти.

Покойся с миром, дорогой брат! Прошу Господа по Своей Милости ввести его и нас в Рай!

…Как сегодня помню тот день из далекого детства, когда, будучи в гостях у дяди, мне было поручено присматривать за овцами. Дом дяди располагался в живописном месте: пожалуй, сравнить которое можно с поселением сказочного персонажа. Мне очень нравилось бывать у него! Сразу за домом благоухал небольшой фруктовый сад, а за ним начиналась опушка леса, и чем дальше от дома, тем он становился гуще, деревья выше. Рядом с домом протекала маленькая речушка, орошавшая луговые цветы. Напротив дома тянулся небольшой скалистый хребет, подобие могучих скал. Их можно было видеть сразу при въезде в селение. Солнце светило ярко, отдавая тепло обитателям гор. На небе можно было наблюдать редкие облака, кажущиеся в детском воображении облачными лошадками или другими зверьками…

Среди овец было несколько коз, которые постоянно куда-то убегали: они стремились в гущу леса, а за ними по пятам шли и овцы. После обеденного отдыха я решил погнать их немного дальше, чем обычно, от дома, твердо решив внимательно контролировать, следуя за ними и направляя их к пастбищу. Первое время мне это удавалось без особого труда, но чем больше я отдалялся от дома, тем труднее становилось держать их в зоне видимости. Пастбище находилось на крутом подъеме, я немного устал, бегая за овцами. Солнце потихонечку начало садиться, и я уже думал повернуть их обратно в направлении дома, но перед тем решил немного отдохнуть, учитывая, что и они успокоились и мирно паслись. Не знаю точно, сколько времени проспал, но, когда проснулся, солнце уже успело скрыться за горизонт… Овец и след простыл! Меня охватило чувство волнения, и мой мальчишеский мозг начал судорожно обдумывать случившееся, перебирая возможные варианты решения неожиданно навалившейся на мою голову проблемы. Сначала подумал, что они могли уйти в сторону дома, но, зная стремление коз уйти в лес, это показалось мне маловероятным. Решение пришло само, и я, не теряя времени, последовал в лес в надежде найти их до того, как стемнеет. Ночью лучше не попадать в лес: можно столкнуться с другими опасностями. Время прошло незаметно, и, пока бродил в лесу в поисках овец, ругая всеми видами ругательств настырных коз, успело стемнеть. Видимо, я успел достаточно сильно углубиться в лес, так как уже не видел в ночной темноте огоньков света жилых домов и не слышал никаких звуков, кроме тех, что мне чудились в лесу (или мое воображение «играло», рисовало их?). Мой слух стал острым: прислушивался к каждому шороху и звуку, который издавали птицы или другие живые существа в лесу. Я старался передвигаться быстро и бесшумно, словно снайпер или охотник, поджидающий свою жертву, но в данной ситуации сам оказался жертвой возможной встречи с волками или с медведем. Такая встреча была вполне реальна и таила в себе немало опасностей, хотя я не хотел в тот момент об этом думать. Немного побродив в непонятном направлении в кромешной темноте, резко остановился. И в этот момент для себя четко осознал, в какой опасности нахожусь. Про овец я уже и забыл: сейчас главное было либо найти дорогу домой, либо найти безопасное место, чтобы прождать, пока меня найдут. Найти дорогу домой было сложно, так как не знал, в каком направлении идти, ведь в густом лесу гор все кажется похожим даже днем, не говоря о ночи. В голове возникла мысль, которая сформировалась в идею залезть на ближайшее большое дерево. Такое дерево оказалось рядом – не без труда взобрался на него. Я поднимался все выше и выше, аккуратно, осторожно переходя с ветки на ветку, пока не решил, что нахожусь на достаточно безопасном от земли расстоянии. От усталости мои ноги онемели, руки не слушались, голова кружилась; устроившись поудобнее, я заснул. Заснул, потому что устал не столько физически, сколько от напряжения и переживаний сначала за овец, потом за свою безопасность. Однако и родителей, и дядю тоже было жалко, которые, возможно, меня уже искали. Большие деревья, растущие десятки лет, позволяют достаточно неплохо устроиться на их ветвях. Меня разбудил свист и крик людей, который раздался совсем рядом, и я от радости так громко вскрикнул, что меня сразу услышали, а также были видны многочисленные факелы. Дальше помню, меня сначала обнимали, потом немного поругали, и я, придя домой, заснул крепким сном… Овцы, кстати, сами пришли домой в сохранности под руководством коз, которые стали причиной моих ночных приключений…

Много лет спустя в кардиологическом центре Берлина светило мировой детской кардиохирургии профессор Алексий Месхишвили проводил очень сложные и в то же время очень точные операции на крохотных детских сердцах, возвращая сердцу способность вновь биться в маленькой груди. Я уважал его за профессионализм, острый ум и гуманное отношение к детишкам и их родителям. Это был эрудированный человек, имеющий знания не только в медицине и в кардиохирургии в частности, но и в других областях. Первый раз, попав на такую операцию, мне было сложно представить, как можно вообще прикасаться скальпелем к такой крохе, не говоря уже о разрезах и швах на анатомических структурах сердечка совсем маленьких детей. Я всячески старался избегать участия в подобных операциях. Но в один из дней мне все же пришлось помочь профессору вместе с еще одним ассистентом, которым был приват-доцент (между собой называли его «аристократ», так как он носил очки в золотой оправе). Говорили, что он из рода то ли барона, то ли графа, впрочем, мне это было не интересно, поэтому я не углублялся в эту тему. Один из моих учителей часто повторял мне: «Старайся не тратить время на вещи, которые тебя не касаются и на которые ты не можешь влиять».

Приват-доцент с присущей немецкой аккуратностью сделал хирургический доступ, и в этот момент зашел в операционную профессор Алекси. Он бросил короткий взгляд на операционный доступ, поздоровался и начал быстро натягивать на себя стерильный халат с помощью медсестры. По мере приближения профессора к операционному столу я чувствовал волнение доцента, которое передалось и мне. Алекси начал быстрыми движениями проводить хирургические манипуляции на сердце. Предстояло с помощью специальной заплаты закрыть довольно больших размеров дефект межжелудочковой перегородки и перевязать открытый аортальный проток. В какой-то момент профессор начал нервничать и ругать приват-доцента, будучи недовольным тем, как тот ассистирует, и вдруг небольшая струйка крови брызнула в лицо профессора, что окончательно вывело его из себя. Доцент сохранял спокойствие и продолжал выполнять указания оператора, что позволило Алекси справиться с небольшим кровотечением и завершить операцию, а мои мысли тем временем унесли меня в прошлое, когда я в первый раз увидел человеческую кровь.

…Как будто во сне слышны были стоны и плач. Случилось что-то страшное. Я с трудом открыл глаза, тяжело подняв веки. Картина, которая предстала перед моими глазами, заставила мое мальчишеское сердечко биться настолько быстро, что мне казалось, оно вот-вот вырвется из груди. В зале, где заснул, недалеко от дивана местами были пятна крови. Я услышал плач матери и речь отца: он успокаивал ее. Пока я начал понимать, что происходит, собрались соседи и родственники. Из отрывков предложений, которые улавливал мой слух, стало ясно, что ночью по дороге домой из райцентра на отца напали какие-то воры. Ночь была настолько темной, какой может быть только в летнее время в горах, поэтому отцу не удалось разглядеть их лица. Они гнали украденных быков из села, которые по стечению обстоятельств оказались нашими. Завязалась борьба: отец получил несколько ножевых ранений, и ему чудом удалось вырваться от них и дойти домой. К счастью, ранения были не смертельными, но привели к приличной кровопотере. Я до сих пор не люблю вид крови, хотя моя работа связана с ней: всегда стараюсь минимизировать потерю крови во время операций…

К действительности меня вернул удар зажима по руке, которым меня наградил оператор из-за моей рассеянности. Рука долго болела, но я не был в обиде на него, так как не имел права отвлекаться. Алекси закончил операцию, как это часто бывало, блестяще и, поблагодарив всех, удалился. Малыш постепенно шел на поправку, и я радовался вместе с родителями, которые сияли от счастья за свое чадо. Ясно, что мать и отец буквально ловят каждое слово, если это касается здоровья их дитя. Когда что-то не так, вы можете уловить следы глубоких страданий на лице самых терпеливых родителей, и, наоборот, при положительных результатах они способны выражать такие эмоции и быть настолько счастливы, что наблюдателю может передаться ощущение самого счастливого мгновения в их жизни. Малышку с родителями вскоре выписали: больше не довелось с ними встретиться, так как меня перевели в отделение кардиореанимации, где следующие шесть месяцев я должен был постигать азы реанимации.

Инфаркт миокарда – страшная болезнь, которая занимает лидирующую позицию по уровню смертности. В романе «Доктор Паскаль» Эмиля Золя красочно и выразительно описано это грозное заболевание: «Паскаль, уснувший наконец после бессонницы, полный лучезарных надежд и мечтаний, внезапно пробудился от ужасного приступа. Ему казалось, что какая-то огромная тяжесть, что весь дом обрушился ему на грудь и его грудная клетка сплющилась до самого позвоночника. Он задыхался, боль охватила плечи, шею, парализовала левую руку. Но несмотря на это, он ни на минуту не потерял сознания: у него было такое чувство, что сердце его останавливается и жизнь вот-вот погаснет в этих ужасных тисках удушья. Обливаясь холодным потом, он… упал на кровать; он не мог больше ни пошевельнуться, ни вымолвить слово. В глазах Паскаля еще сохранилась жизнь: челюсти его были сжаты, язык прикушен, лицо изуродовано мукой».

Утро началось со звонка заведующего отделением кардиохирургии. Он сообщил, что его родственник (офтальмохирург, который находился в данный момент в гостях в нашем городе) поступил в клинику с сильными болями в области сердца. По данным осмотра, электрокардиограммы и эхокардиографии (ультразвуковой метод оценки состояния сердца) подозревают острый инфаркт миокарда в ходу. Я поспешно переоделся, завтракать уже не было времени, как можно быстрее поехал в клинику. Понимал, что каждая минута в данной ситуации ухудшает прогноз вероятной операции. В клинике уже собралась команда специалистов. К моменту моего приезда выяснилось, что пациент находится в критическом состоянии, обусловленном обширным инфарктом миокарда. Было принято решение – незамедлительно подать пациента в рентгеноперационную для проведения коронарографии (рентгеноконтрастный метод исследования, который является наиболее точным и достоверным способом диагностики ишемической болезни сердца (ИБС), позволяя точно определить характер, место и степень сужения коронарной артерии) и определения дальнейшей тактики лечения.

Прежде чем продолжить рассказ, хотелось бы предложить читателю небольшой экскурс по анатомии артериальной системы сердца. Система из трех сосудов, питающих кровью само сердце, формирует коронарный кровоток. Если мы начнем это путешествие с эритроцитом – носителем гемоглобина – по сосудам, дающим жизнь сердцу, то обнаружим, что наш путь начинается у корня аорты – самого большого сосуда, который выходит из сердца и распределяет кровь по всему организму, в том числе и по сосудам сердца. Чаще всего два сосуда отходят от корня аорты, от так называемого коронарного синуса – места, откуда начинаются сосуды сердца, и наш эритроцит и его собратья попадают в правый сосуд. Оттуда по разветвлениям правого сосуда, который разделяется на заднюю межжелудочковую артерию и заднюю боковую артерию, движется к тканям и клеткам сердца, нижней и задней его области, а также в левый сосуд, именуемый стволом левой коронарной артерии. Далее эритроцит движется по двум направлениям в огибающую ветвь левой коронарной артерии с ветвями тупого края сердца, конкурирующей с правой за место обеспечения кровью нижней и задней областей сердца, или в левую нисходящую ветвь левой коронарной артерии (так называемая «река жизни»), обогащая кровью переднюю область сердца, а также верхушку и межжелудочковую перегородку. Тем самым отдавая многочисленные ветви на своем пути – диагональные и септальные ветви. И вот эритроцит добирается до самых мельчайших капилляр и с чувством выполненного долга заканчивает свой путь в артериях сердца. Мы еще не раз будем возвращаться к этой теме.

Как это ни странно, но сердце само страдает от нехватки артериальной крови в результате сужения коронарных сосудов атеросклеротическими бляшками.

Вернемся к пациенту. После необходимых приготовлений он был взят на операционный стол. По результатам коронарографии выявили поражение всех трех крупных сосудов сердца. Сложность заключалась в том, что критическое сужение сосуда локализовалось там, где крупный ствол левой артерии сердца делился на три ветки (трифуркация), и атеросклеротическая бляшка, суживающая сосуд, частично продолжала свой рост во все три сосуда. Тем временем состояние больного начало ухудшаться: сатурация кислорода в крови начала снижаться, давление падать, на электрокардиограмме появлялись частые единичные и групповые желудочковые экстрасистолы (внеочередное преждевременное сердечное сокращение), что является грозным признаком возможной грядущей остановки сердца. Действовать следовало быстро и уверенно. Здесь был еще один момент, который никак не выходил из головы: пациент – известный офтальмохирург, а я – молодой хирург с опытом работы 3–4 года. Где-то подсознательно понимал: если потеряю пациента, неважно по какой причине, это будет удар по моей репутации, поэтому действия руками, череда быстрых решений – результат напряженных мыслей – сопровождались молитвой сердца, обращенной к Всевышнему. «Прошу, Господь, помоги этому человеку и помоги мне», – просило мое сердце, а тем временем руки были заняты действиями, которые могли стать причиной продления его жизни. В неотложных ситуациях решения приходят как-то сами и быстро. Порой даже руки опережают мысли, так кажется, по крайней мере, но это результат многих часов работы в библиотеке и в операционных. Мой взгляд переместился на окошко пультовой, где слышны были голоса коллег, которые бурно что-то обсуждали с директором клиники, подошедшим в пультовую комнату. Я решил узнать, какие идеи у них, и быстрыми шагами пошел к коллегам. Поздоровавшись, мы коротко обменялись мнениями. Было решено связаться с несколькими ведущими специалистами страны и обсудить технику предстоящей операции. По итогам консилиума решили оперировать пациента с проведением сложного эндоваскулярного вмешательства (хирургическое вмешательство, проводимое на сердце хирургическими инструментами, вводимыми чрескожным доступом через кровеносные сосуды под контролем методов лучевой визуализации, с использованием специальных инструментов). Предстояло провести бифуркационное стентирование (установка стента в сосуд) из ствола левой артерии сердца с выходом в переднюю нисходящую и огибающую ветви и сформировать ячейку в крупной интермедиарной ветви. Задача была не из легких в силу нестабильности состояния, обусловленного инфарктом и сложностью анатомии данного участка из-за труднодоступных углов отхождения сосудов от ствола левой артерии сердца.

Думаю, очень важна моральная атмосфера в коллективе. Ведь психологически легче справиться с трудными задачами, когда понимаешь, что коллеги поддерживают тебя в экстраординарной ситуации и делают все в унисон для того, чтобы больной поправился, а не наоборот, когда твои трудности являются их скрытой радостью. Должен сказать, что мне очень везло с коллективом, и рядом со мной всегда работали профессионалы своего дела и достойные люди.

Операция была сложной. Каждый шаг по устранению проблемы давался трудно и требовал невероятных усилий и напряженной работы мозга. Не так легко манипулировать инструментами, которыми управляешь на расстоянии: ты держишь конец инструмента в своих руках, а другая часть его находится внутри организма, в сосуде сердца, и расстояние между этими двумя частями составляет примерно от 1,0 до 1,5 метров. Порой такая напряженная работа длится часами: конечно, она отнимает много сил и энергии.

Несколько раз возникали желудочковые аритмии, падало давление, снижалась сатурация, но по Милости Аллаха нам удалось справиться, и пациент в стабильно тяжелом состоянии был переведен в реанимацию. В реанимации битву нельзя считать выигранной, так как впереди еще осложнения, которые могут прервать жизнь пациента в любую минуту. Первые сутки – самые тяжелые. Надо отдать должное реаниматологам, которые ведут напряженную борьбу за жизнь больного: здесь мы видим торжество знаний, так как цена ошибки – жизнь. Состояние нашего пациента усугубилось: плюс ко всему от инфаркта пострадал митральный клапан (клапан, отделяющий левое предсердие от левого желудочка сердца), что привело к его недостаточности, снижению силы сокращения сердца, и как результат – застою в малом круге кровообращения и к отеку легких, с которым долго боролись. Лечение таких пациентов – это слаженная работа хирургов, реаниматологов и кардиологов. Кардиологи сопровождают пациента от момента поступления в клинику и до выписки. На их плечи ложится не только лечебная работа, но и бумажная…

Дни шли, и пациент шел на поправку, что не могло не радовать нас. Это была общая борьба и общая победа во имя жизни!

Каждый человек рано или поздно сталкивается со сложностями, и все, с чем мы сталкиваемся, делает нас сильнее. Очень важно научиться принимать решения. Возможно, не всегда эти решения будут оптимальными, но они будут вашими. Может быть, не очень хорошая была идея в сумерки передвигаться в глубину леса и затем забраться на дерево и заснуть, но это было мое решение… Спустя годы у операционного стола мне приходится принимать гораздо более сложные решения, и я их принимаю каждый день. Бесспорно, в том числе и благодаря этому умению удалось сделать данную операцию и стать причиной продления жизни человека.

Знания

Вот и настало первое сентября, и три озорных друга то бегом, то быстрым шагом, обгоняя друг друга, добирались до школы по горным извилистым дорогам, рискуя споткнуться в любой момент о камень и расшибить себе лоб. Годы шли, и ребята взрослели. Аслан в связи с переездом родителей перевелся в школу на равнине. Он плохо говорил на русском, и ему было очень нелегко. Если сказать, что он отставал от сверстников, значит, ничего не сказать. Особенно это касалось русского языка – иногда бывало, что ошибок в диктанте у него больше чем слов. Охватывало отчаяние, он не знал, что делать. В один из дней учительница русского языка и литературы задала на дом прочитать небольшое произведение, но для Аслана даже это составляло сложности. Он решил, что во что бы ни стало прочитает эту книгу и направился в библиотеку. Произведение было совсем небольшим. Называлось оно «Зелёная лампа». В школьной библиотеке у него состоялся диалог с учителем литературы.

– Добрый день, Людмила Анатольевна, – поздоровался Аслан с выраженным акцентом.

– Здравствуйте, – мягко ответила она. – Аслан, тебе необходимо много читать – это поможет лучше понимать предметы и улучшить память и речь.

– Хорошо, Людмила Анатольевна, я буду стараться.

– Когда открываешь книгу, представь, Аслан, что ведёшь мысленную беседу с очень умными людьми, которые жили сотни лет до твоего рождения, которые передают знания и опыт многих поколений.

– Постараюсь, него мне тяжело понимать и читаю медленно.

– Ничего страшного, «капля камень точит» – гласит народная мудрость.

– Спасибо вам за поддержку. Я так плохо учусь и, честно говоря, не понимаю, почему вы хотите помогать двоечнику.

– Все люди от рождения не наделены знаниями, Аслан, старания помогают приобретать их, а ты стараешься, да к тому же у тебя хорошее воспитание. Книги дают очень многое, – продолжила она. – Вот только представь: ты берёшь в руки книгу и начинаешь погружаться в океан знаний. Твой мозг отключается от повседневных забот и переживаний.

Имам аш-Шафии (да смилуется над ним Аллах) сказал: «Кто не получает знание в молодости – прочтите над ним четыре такбира (возвеличивание Аллаха), он уже умер…» Это означает, что человек, который не получил в молодости знания, подобен мертвому, а у мусульман принято читать молитву над телом перед погребением.

Достигнуть совершенства в том деле, которым ты занимаешься, насколько это возможно, – вот итог овладения знаниями. Очень интересна и поучительна история наших праведных предшественников, описанная в некоторых книгах. Эта история обладает ценностью для любого размышляющего человека, и я посчитал важным привести ее.

Едва постепенно клонящееся к западу солнце позолотило своими лучами Заповедный дом Аллаха и свежий ветерок начал обдувать его пречистые просторы, как совершающие обход вокруг Каабы – дожившие до этого дня сподвижники и их старейшие последователи – наполнили воздух словами «Нет божества, кроме Аллаха». Тут и там раздавался такбир и возносились благие мольбы.

Люди собирались небольшими группами вокруг величественно возвышавшейся Каабы. Они не уставали смотреть на её благородное великолепие и вели беседы, в которых не было ни пустословия, ни чего-то греховного.

Возле йеменского угла Каабы сидели четверо юношей благородного происхождения, со светлыми лицами, и от них исходило благоухание. Они были подобны голубям, прилетавшим в мечеть, – так чисты и ослепительно-белы их одежды, так прочны узы, связывающие их сердца. Это были ‘Абдаллах ибн аз-Зубаир, его брат Мус’аб ибн аз-Зубаир, их брат ‘Урва ибн аз-Зубаир и ‘Абдаль-Малик ибн Марван. Благочестивые юноши вели спокойную, неторопливую беседу, и вдруг один из них сказал: «Давайте помечтаем, и пусть каждый скажет, что он желает получить от Аллаха».

Они дали волю своему воображению, и мысли унесли их далеко… Наконец ‘Абдаллах ибн аз-Зубаир молвил: «Я мечтаю стать правителем Хиджаза и сделаться халифом». Его брат Мус’аб сказал: «А я желал бы править двумя Ираками (Куфой и Басрой), и чтобы никто не оспаривал их у меня». ‘Абдаль-Малик ибн Марван изрек: «Вы ограничились этим, а я – нет. Я хочу править всею Землею и стать халифом после Му’авии ибн Абу Суфьяна». А ‘Урва молчал. Видя, что он ничего не говорит, остальные юноши посмотрели на него и спросили: «А ты чего желаешь, ‘Урва?» Он сказал: «Да сделает Аллах благодатным для вас то мирское, о котором вы мечтаете… Я же мечтаю быть ученым, трудящимся (ради Аллаха), чтобы люди перенимали от меня Книгу их Господа, Сунну их Пророка и нормы религии… И ещё я желаю снискать довольство Аллаха в мире вечном и обрести Его Рай».

Прошли дни, и вот ‘Абдаллаху ибн аз-Зубаиру присягают как халифу после смерти Язида ибн Му’авии, и он правит Хиджазом, Египтом, Йеменом, Хорасаном… Позже его убили недалеко от того места, на котором он когда-то сидел, рассказывая о своем желании. Мус’аб ибн аз-Зубаир становится правителем Ирака – на эту должность назначает его брат ‘Абдаллах ибн аз-Зубаир. Он также гибнет из-за обретенной власти. ‘Абдаль-Малик ибн Марван становится халифом после смерти отца и после убийства ‘Абдаллаха ибн аз-Зубаира и брата Мус’аба солдатами: люди единодушно избирают его правителем, а потом он становится величайшим правителем своей эпохи.

А что же ‘Урва? Расскажем его историю с самого начала. ‘Урва ибн аз-Зубаир родился за год до конца правления ‘Умара ибн аль-Хаттаба в одном из самых достойных и благородных домов мусульман. Его отец – аз-Зубаир ибн аль-’Аввам, сподвижник Посланника Аллаха, первый, кто вынул меч из ножен в исламе, и один из десяти обрадованных при жизни благой вестью об ожидающем Рае. Мать ‘Урвы – Асма бинт Абу Бакр, прозванная обладательницей двух поясов. Дед со стороны матери – Абу Бакр ас-Сыддик, преемник Посланника Аллаха и его сподвижник, сидевший вместе с ним в пещере во время переселения. Бабушка со стороны отца – Сафиия бинт ‘Абд-аль-Мутталиб, тетя Посланника Аллаха со стороны отца. Тетей ‘Урвы со стороны матери была мать верующих – ‘Аиша. Когда ее хоронили, ‘Урва спустился в могилу, сам уложил туда тело и разровнял землю на могиле.

Можно ли представить более благородное происхождение? И можно ли представить себе еще больший почет, чем почет веры и величие ислама? Чтобы осуществить свою мечту о воплощении, которую он просил Аллаха у благословенной Каабы, ‘Урва занялся приобретением знаний и посвятил этому все свое время. Он воспользовался тем, что в то время еще жили многие сподвижники Посланника Аллаха: постоянно посещал их дома, совершал молитву под их руководством, присутствовал на их собраниях. ‘Урва получил много знания от своей тети – матери верующих – ‘Аиши. В конце концов он стал одним из семи главных факихов Медины, к которым обращались мусульмане по религиозным вопросам и к помощи коих прибегали праведные правители, желавшие править рабами Аллаха и вверенными им областями должным образом.

‘Урва ибн аз-Зубаир не только приобретал знание, но и успешно применял его и претворял в жизнь. Он постился днем и простаивал ночи в молитве, и язык его постоянно поминал Всевышнего…

Это и есть стремление к совершенству в своем деле. Независимо от трудностей, надо стремиться достичь результата, проявлять терпение на пути его достижения.

Каждый человек появляется на свет без какого-либо знания. Успех или неудача человека – результат его достижений, труда, знаний, терпения и силы воли.

Человек не рождается врачом, инженером, учителем или чемпионом, а становится им в результате учебы и старания. По этой причине период образования человека считается одним из самых важных промежутков в жизни для его будущего. Например, если человек хочет стать чемпионом мира по вольной борьбе или дзюдо, ему необходимо тренироваться с ранних лет, набираться опыта и силы. Также, кто хочет достичь успеха в медицине или в другой сфере, то он должен приобрести силу знаний и практики в выбранной области. Будь то человек или общество, не могут встать на ноги без усердия и знаний.

В священном Коране придается большое значение вопросу знаний: «Аллах возвышает по степеням тех из вас, кто уверовал, и тех, кому даровано знание» (Коран, 58:11). Ислам учит нас стремиться к совершенству. Пророк (да благословит его Аллах и приветствует) воспитывал своих сподвижников достигать совершенства и побуждал их к этому. Он говорил: «Если вы просите у Аллаха Рая, то просите наивысшую ступень Рая – аль-Фирдаус».

Человек должен стремиться к совершенству в той области, которую он выбрал, и не ограничиваться малым.

При изучении автобиографии великих ученых мы обнаружим, что они приложили все усилия для достижения своих целей. Они не родились великими, а стали таковыми благодаря силе воли, высокому стремлению. Есть и такие, которые отказались от женитьбы, детей и мирских благ ради достижения своей цели. Например, изучая жизнь великого ученого имама ан-Навави (1233–1277), находим, что имам был из бедной семьи, родился в селе Нава, начал получать образование в раннем возрасте. Когда ему исполнилось восемнадцать лет, он переехал в город Дамаск. Там у него не было дома, в котором он мог бы жить, и денег, на которые он смог бы снимать дом. Он жил в общежитии и ел то, что давали в виде милостыни студентам. Имам ан-Навави говорил: «Я два года не ложился спать, изучая науку днем и ночью». Каждый день он брал двенадцать уроков от разных учителей. Отказался от женитьбы ради науки, но оставил в наследство столько научных работ, что если его труды разделить на всю его жизнь, то получилось бы по двадцать страниц в день.

Такие замечательные примеры наши предшественники оставили нам в стремлении к совершенству в своей области. Мечты каждого человека должны быть глобальными! Надо прививать своим детям любовь к наукам, к познанию мира.

Есть также много примеров в наши дни. Если брать чемпиона мира Хабиба Нурмагомедова или олимпийского чемпиона Абдурашида Саадулаева, простых парней из горных селений, то видим, как, совершенствуясь, достигли они вершин в спорте на международной арене, работая над собой. Мухаммад Кагиров в двенадцать лет стал чемпионом мира по ментальной арифметике! Наби Магомедов – всемирно известный ученый-химик, в честь которого в университете штата Огайо присуждается ежегодная премия по химии. Заур Алисултанов – доктор физико-математических наук, который в 2016 году в возрасте 27 лет защитил докторскую диссертацию и уже 4 года является самым молодым доктором наук в России. В 2020 году он стал обладателем гранта Президента России.

Кроме того, немало известных врачей, инженеров или бизнесменов, как академик Рашид Пашаевич Аскерханов или бизнесмен Сулейман Керимов. Яркий пример из истории – Ахмад Дидат, рано понявший, что сила заключается в чтении и в знаниях. Он очень много читал, выучил наизусть четыре варианта Евангелия, предварительно выучив Коран с номерами аятов и сур, стал в итоге крупным ученым и превратился в исламского исполина с широкой эрудицией во многих областях.

Имам аль-Табарани говорил, что Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) сказал: «Аллах любит великие дела и не любит недостойные».

Вот почему с самого начала жизни мы должны ставить цели и усердно, смиренно стремиться достичь их.

Один из ученых рассказал нам историю ученика, который посещал занятия учителя перед утренней молитвой. Так продолжалось 17 лет, но однажды ученик почувствовал, что его учитель заболел: он выглядел утомленным и уставшим. Он постеснялся потревожить учителя и ушел. На следующий день, когда он пришел на урок, учитель сказал: «О, мой сын, не трать время, как мы тратили. Пожалеешь об этом, как мы жалеем». Сказано это было одним из величайших ученых своего время. Тот, кто хочет добиться успеха в жизни, должен беречь время и не тратить его впустую. Время – это жизнь, и прошлое никогда не вернется. Кто использовал время в свою пользу, не тратя его на просмотр фильмов или игр, преуспеет во всем и обеспечит себе успешное будущее.

Кто осветит знаниями свои путь, тот осветит успехом свои конец!

Ниже я хочу привести историю обычного человека, который не был наделен талантом или даром, но который победил самого себя. Он пришел к тому, что доставляет ему радость и позволяет ему пожинать плоды своих трудов. Дадим возможность ему от первого лица рассказать историю.

Пожалуй, начну с того, что я был учеником, который лишен таланта. Считаю, как такового таланта вообще нет. Талант в моем понимании строится из 99 % старания и 1 % успеха, и, конечно, все это по воле Всевышнего. Когда я учился в старших классах, началась первая Чеченская кампания. Школы закрылись, и мы отстали от сверстников из других регионов на два-три года. Чтобы продолжить учебу в школе и медресе, меня отправили к родственникам в Дагестан. В классе и в медресе был самым отстающим учеником. Я старался учиться и понимать, но все мои старания были тщетны. Даже доходило до того, что проклинал все и вся вокруг: я просто НИ-ЧЕ-ГО не понимал. Единственное, что четко осознавал тогда – что это надо только мне и что я должен продолжать учиться. Я терпеливо продолжал учиться до тех пор, пока не начал вникать. К примеру: в медресе четыре года я изучал одну и ту же книгу по грамматике арабского языка, выучил ее наизусть, при этом, не понимая правила грамматики арабского языка. Один из выдающихся спортсменов нашего времени – Абдусалам Гадисов, – чье мастерство в вольной борьбе восхищало сотни зрительских взоров, в одной из бесед признался: «Я впервые выспался в тот день, когда мне прооперировали коленные суставы». Конечно, мы можем лишь предположить, что скрывается за этими словами, и, возможно, нам трудно понять цену чемпионского пьедестала…

Один, сегодня уже крупный ученый в области шариатских наук, рассказал мне интересный эпизод из его учебы. Он выучил наизусть учебник по математике, написанный на арабском языке, которым он слабо владел на тот момент: выучить его наизусть было единственным выходом для перехода на следующий курс университета. Другой учащийся, не говоривший по-русски, и, который в силу жизненных обстоятельств оказался в русскоязычной школе, овладел языком в течение 1,5–2 лет, прочитав почти всю классическую литературу школьной программы. Или случай – знакомый студент оказался в ситуации, что пришлось за короткий срок сдавать множество экзаменов. Как рассказывает, он изучал книгу объемом 250–300 страниц за один день и сдавал экзамен. Таким образом он сдал 12 экзаменов. Это примеры того, что наш мозг способен решать крайне сложные задачи.

О способности человека заучивать священный Коран или большое количество хадисов Посланника Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) вообще остается вне комментариев… В истории ислама много ярких примеров, когда люди в преклонном возрасте достигали больших успехов или, наоборот, молодым людям доверяли стратегически важные задачи. История ливийского героя Умар аль-Мухтара, которому исполнилось уже 70 лет на момент, когда он возглавил сопротивление Ливии против итальянских оккупантов, является тому доказательством. Он весьма преуспел на поприще освободительной войны. Абу Айуб Аль Ансари всю свою сознательную жизнь был солдатом на войне во имя Аллаха. Последний раз он участвовал в походе на Константинополь, который подготовил Муавийя, а войсками командовал его сын Йазид. В то время Абу Айуб был уже глубоким старцем в возрасте почти восьмидесяти лет. Или Усама ибн Зайд, который командовал армией против византийцев по поручению Пророка Мухаммада (да благословит его Аллах и приветствует). В этом походе намеревались принять участие Абу Бакр, Умар ибн аль-Хаттаб, Саад ибн Абу Ваккас, Саид ибн Зейд, Катада ибн ан-Нуман и другие, однако командиром этой армии был назначен молодой Усама, которому было в то время неполных двадцать лет. Он отличался острым умом, беспримерным мужеством и отвагой, мудро и своевременно решал все вопросы, правильно определяя степень их важности. Усама был целомудренным, очень общительным, любимым людьми, праведным и набожным человеком по милости Аллаха.

Нередко и в воскресные дни хирургу приходится выходить на работу. Вообще, планировать время, будучи хирургом, – сложная задача, так как люди не выбирают, когда им заболеть. В эту субботу было прооперировано несколько пациентов, и одна из них была в нестабильном состоянии, поэтому я приехал в воскресенье на работу, чтобы перевести ее из реанимации. Больную перевел – к счастью, ее состояние не вызывало опасения. Пока я занимался бумагами, поступил звонок на мобильный телефон от коллеги.

– Ас-салам алайкум!

– Ваалайкум салам!

– Да, слушаю, доктор С.

– Если вы не заняты, хотел бы кое-что обсудить, – сказал он.

Мне показалось, что доктор С. был немного печален: в его голосе чувствовалась тревога.

– У меня головные боли были два дня, затем появилась локальная боль в области шеи, – начал свой рассказ доктор С.

Затем он подробно изложил все, что с ним произошло. Оказалось, что после появления боли в области шеи он сделал ультразвуковое сканирование сосудов шеи, и была обнаружена диссекция (расслоение) общей сонной артерии. Поскольку коллега отрицал травму, что могло бы объяснить возникшую диссекцию, нам оставался вариант спонтанной диссекции. К счастью, диссекция была на небольшом протяжении, но тем не менее она угрожала состоянию пациента, так как в любую минуту мог возникнуть инсульт.

Жизнь настолько непредсказуема… Молодой доктор, который еще сам только-только начал осваивать профессию, в одночасье стал пациентом. По иронии судьбы он занимался именно сосудистыми заболеваниями. Трудно себе представить, насколько сильными были переживания доктора за свое состояние, учитывая, что он прекрасно понимал происходящее! Доктора С. срочно госпитализировали в отделение сердечно-сосудистой хирургии. Я тоже решил остаться в клинике, так как, если бы диссекция прогрессировала, понадобилась бы моя помощь: скорее всего, пришлось бы имплантировать стент, чтобы остановить дальнейшее расслоение сосуда. Ночь прошла спокойно, правда, под утро пациента начало трясти. Я было подумал – это судороги, но, к счастью, оказалось, что на фоне перенапряжения возник приступ панической атаки. Скажу откровенно: в первый момент было тревожно. Вдвойне трудно, когда пациентом является твой коллега, который вместе с тобой работает плечом к плечу каждый день.

В мое отделение доктор С. перешёл года четыре назад: к тому времени за его плечами было постдипломное обучения в Санкт-Петербурге. Мне понравились в нем красивый нрав, искренность и честность. Все это сочеталось с хорошими медицинскими знаниями и способностью к обучению, а главное – у него было желание, поэтому я пригласил его в отделение эндоваскулярной хирургии и потихонечку начал обучать. Поскольку передача знаний тем, кто их требует, является обязанностью обладателя этих знаний.

Аллах, свят Он и велик, сообщает: «Воистину, тех, которые скрывают ниспосланные Нами ясные знамения и верное руководство после того, как Мы разъяснили это людям в Писании, проклянет Аллах и проклянут проклинающие» (Коран, 2-159).

В наше время, к сожалению, есть серьезные проблемы с процессом обучения молодых специалистов. Некоторые говорят, что, мол, зачем нам растить конкурентов, не понимая, что удел каждого человека предписан, и не следует бояться подобных ложных страхов. Такое отношение приводит к тому, что мы теряем вместе с учеными и знания.

В этой связи хотелось бы привести хадис: «Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) говорил: “Поистине, Аллах не забирает знание, (просто) лишая его (Своих) рабов, но Он забирает знание, забирая (из мира) знающих, когда же Он не оставит (в живых) ни одного обладающего знанием, люди станут избирать (для себя) невежественных руководителей. И им будут задавать вопросы, а они станут выносить решения, не обладая знанием, в результате чего сами собьются с пути и введут в заблуждение других!”» (Бухари).

…Во все времена находятся люди, которые способны ради довольства Всевышнего обучать других и искать знания.

Доктор С. шёл на поправку и скоро вернулся к обычному ритму жизни: единственное, временно были некоторые ограничения относительно занятия спортом и интенсивности физических нагрузок. Надеюсь, в скором будущем по воле Аллаха все наладится.

Сердце

Удивительно точное для своего времени описание сердца приводит Абу Али ибн Сина в знаменитом трактате «Канон врачебной науки». Что касается сердца, пишет он, то оно создано из твердого мяса, дабы меньше подвергаться повреждениям. В нем переплетаются разнообразные волокна, крепкие и весьма отличающиеся друг от друга: продольные – привлекающие, поперечные – проталкивающие и косые – задерживающие, чтобы сердцу были доступны различные движения. Величина сердца как раз достаточна, чтобы оно не было чрезмерно большим или слишком малым. Оно велико, ибо от него растут артерии и к нему подвешены связки, и широко, дабы в месте выхода артерий имелась защита для выходящих сосудов… Современный взгляд на анатомию сердца, конечно, немного иной, но пройдут столетия, и наши потомки будут считать по-иному, изучив и поняв многое из того, что неизвестно нам сегодня.

В прекрасном Коране и в хадисах Пророка (да благословит его Аллах и приветствует) во многих местах упоминается сердце.

«Разве они не странствовали по земле, имея сердца, посредством которых они могли разуметь, и уши, посредством которых они могли слушать? Воистину, слепнут не глаза, а слепнут сердца, находящиеся в груди» (Коран, 22:46). «Поистине есть в теле человека кусочек плоти, который будучи благим, делает благим и все тело, а будучи испорченным, портит и все тело. Поистине, это (кусочек) – сердце» (Бухари, Муслим).

Сердце – одно из самых необыкновенных и чудесных творений Аллаха! И это не только связано с уникальным строением органа, но и с тем, что люди привыкли связывать с ним. Это действительно крайне интересный вопрос с точки зрения науки и религии, хотя научные знания являются также знаниями от Господа миров, и неправильно проводить резкую границу между знаниями религиозными и научными.

Знания науки определяют сердце как орган, который обеспечивает человеческий организм, в том числе и само сердце, кровью, прокачивая его во все сосуды и капилляры, то есть выступает своего рода насосом или двигателем, принимает участие в некоторых гуморальных (регуляция жизнедеятельности в организме с помощью гормонов) процессах. Конечно, если более детально рассмотреть строение и функции сердца, то это очень сложно организованный орган, который бесперебойно и слаженно работает, чтобы обеспечить клетки, ткани и другие органы кровью, кислородом и питательными веществами, давая жизнь всему организму.

Важно отметить, что сердце обладает своими механизмами регуляции работы, в определенной степени автономной от центральной нервной системы. Только представьте себе: в эту самую минуту, когда читаете эти строки, ваше сердце плавно и синхронно бьется, что обеспечивается сетью нервов проводящей системы сердца, сосудов сердца, коронарных артерий и вен, клапанов сердца, мышечной массы, биохимическими реакциями обмена калия, магния, кальция и многого другого. Каждое биение сердца обеспечивает кровью сосуды мозга, само сердце, желудок, легкие, конечности – все это способствует сохранению и продолжению жизни. Благодаря этой сложной и слаженной работе мы можем утром встать, позавтракать и выпить любимый кофе или чай, улыбнуться и поблагодарить Аллаха за еще один день в нашей жизни. Можем делать любимое дело, встречаться с друзьями, посещать мечеть, спортивный зал и уставшие (или еще полные энергии) ехать домой. При этих (для нас привычных) действиях происходят сотни и тысячи сложных реакций в организме, которые делают возможной нашу жизнь.

Есть и другая сторона, которая связывает с сердцем нечто большее, чем просто механические или физиологические функции, определяя место сердца как органа, где зарождается мысль. Один из современных исламских ученых очень емко и интересно передает значение сердца. Сердце является центром, рассказывает шейх Таха, где происходит зарождение мысли, которая затем передается в мозг. Сердце – как сосуд с чистой водой, соединенный с органами чувств некими каналами. Сначала человек рождается с чистым сердцем (как прозрачная вода в сосуде), и в ней даже маленькая частичка видна, но с течением времени вода в сосуде мутнеет из-за информации, поступающей посредством органов чувств по каналам, соединяющим сердце с внешним миром. И тогда в этой воде уже трудно различить содержимое, так как наши грехи привели к загрязнению содержимого сосуда. Таким образом и наши сердца становятся черствыми и слепыми, где трудно отличить хорошее от плохого и истину от лжи.

Во время пребывания Мухаммада (да благословит его Аллах и приветствует) в племени Бану Саад произошло удивительное событие под названием «рассечение груди», о котором рассказано в достоверном сборнике Муслима. К нему пришли два ангела и достали из его груди сердце, вытащили из него черный сгусток, а затем омыли его и вернули на свое место…

Что интересно, сердце в зародыше закладывается раньше мозга и, что еще более загадочно: сердце продолжает биться и после зафиксированной смерти мозга. В силу большой жизнеспособности, сердце бьется еще некоторое время, если его вынуть из тела животного. Об этом говорил Абу Али ибн Сина еще в средние века в своем труде «Канон врачебной науки».

Особо хотел сконцентрировать ваше внимание, дорогой читатель, на достаточно сложной и часто обсуждаемой проблеме – атеросклерозе, поскольку заболевание уносит сотни тысяч жизней, и это является предметом моей профессиональной деятельности. Думаю, вам доставит удовольствие окунуться в данный вопрос вместе с мастером пера и известным врачом, который показал языком художника, что может сделать холестерин. Антон Павлович Чехов рассматривал стенокардию как проявление «атероматозного процесса». Он так описывал журналисту и издателю А. С. Суворину механизм развития грудной жабы: «Об этой болезни Вы составите себе ясное представление, если вообразите обыкновенную каучуковую трубку, которая от долгого употребления потеряла свою эластичность, сократимость и крепость, стала более твердой и ломкой. Артерии становятся такими вследствие того, что их стенки делаются с течением времени жировыми или известковыми. Достаточно хорошего напряжения, чтобы такой сосуд лопнул. Так как сосуды составляют продолжение сердца, то обыкновенно и само сердце находят перерожденным. Питание при такои болезни плохое. Само сердце питается скудно, а потому и сидящие в нем нервные узлы болят».

Много мифов ходит вокруг данной темы: за обсуждение берутся не только эксперты, но и псевдоученые, черпающие свои знания из интернета, не всегда убеждаясь в их достоверности.

Что же такое холестерин? И какой он все-таки – хороший или плохой? Постараемся вкратце ответить на этот вопрос. Конечно, правы те, кто говорит, что из холестерина, то есть липопротеидов, строятся ткани, гормоны и многое другое. Однако это вовсе не означает, что при определенных условиях нет необходимости контролировать холестерин. Учитывая, что мы мало двигаемся, много едим, особо не мерзнем, то есть мало расходуем холестерин, что и приводит к избытку в организме плохого холестерина (ЛПНП). Липиды бывают, упрощенно говоря, проатерогенные (ЛПНП), приводящие к атеросклерозу, и антиатерогенные (ЛПВП), препятствующие атеросклерозу. ЛПВП переносят холестерин из тканей в печень и выводят его из организма, а ЛПНП обладают обратным свойством – накапливают его в тканях.

Важно помнить, что наличие высокого уровня холестерина не приводит к формированию бляшки. Необходимо воздействие нескольких факторов: воспаление сосудистой стенки, наличие высокого уровня холестерина в организме и повреждение внутреннего слоя сосуда эндотелия. К этому предрасполагают такие проблемы, как курение, стрессы, сахарный диабет, ожирение, семейная гиперхолестеринемия. Следует понять, что необходимо прилагать усилия в вопросе профилактики возникновения атеросклероза и осложнений, связанных с ним. Даже небольшие бляшки у молодых пациентов могут привести к грозным осложнениям в виде сосудистых катастроф: инфаркт сердца, инфаркт почки, инсульт головного мозга или ампутация конечности. Успокаивать себя тем, что диета решит все проблемы, тоже достаточно наивно: так как 80 процентов холестерина синтезируется в организме, и лишь 15–20 процентов поступает с пищей, но уровень других жиров триглицеридов возможно контролировать с помощью диеты.

Таким образом, мы приходим к выводу: уровень холестерина необходимо контролировать, коррекция уровня холестерина только диетой невозможна, единственным методом лечения с доказанной эффективностью является применение специальных препаратов.

Если вернуться к тому, с чего мы начали разговор в этой главе, то можно проследить ряд интересных наблюдений ученых. Нидерландский ученый Пинван Ломмель, принимавший участие в международном исследовании по изучению околосмертных переживаний, предположил, «что мозг – скорее приемник, вместилище сознания, чем его источник». Врач-психиатр госпиталя «Синай» в Детройте Пол Пирселл опросил 140 пациентов, которым было пересажено чужое сердце, и написал сенсационную книгу под названием «Код сердца». Вывод медика таков: наша душа или характер помещаются не в мозгу, а в сердце; именно здесь запрограммирована личность. Сердце контролирует деятельность мозга, а не наоборот. Чувства, страхи, мечты, мысли – все кодируется в клетках «пламенного мотора»: он управляет нами. Эта клеточная память – душа – при трансплантации переходит к другому человеку. Многие привычки и некоторые качества доноров передаются реципиентам (человек, которому пересаживают орган). Ряд ученых объяснял такое воздействием лекарств, передачей клеточной памяти или системной памяти (которая передается вместе с клетками).

В крупном исследовании хирург-онголог Р. Гирд Хамер пришел к сенсационному выводу на основе изучения 20 тысяч пациентов о существовании некоего эмоционального конфликта, который обосновывает психогенную концепцию возникновения болезни. Стресс или проблема, оставшаяся неразрешенной внутри человека, провоцирует рост негативных изменений. Это катастрофическая надломленность души, кризис, коий человек переживает внутри себя, приводит к расстройству эмоционального сердечного познания. Мозг – это только одна часть механизма мышления нашего ума, сердце же, в свою очередь, это нечто более значительное, чем орган, перекачивающий кровь.

Для нас представляет интерес также физиолог И. П. Павлов, который в своей работе «О смерти человека» делает попытку научного обоснования мысли, что человеческое сердце – не просто «мотор», перекачивающий кровь. Павлов пишет, что эмоции в своей основе имеют глубокий физиологический смысл. От правильной функции сердца зависит не только физическое, но и духовное благополучие. Его теоретические представления подтвердили работы американских физиологов Глена Дэвидсона и Листера Вертена: они дали объяснение нервных волокон, оплетающих сердце. В настоящее время мы располагаем лишь скудными научными данными, которые могли бы явиться попыткой приблизиться к этому вопросу. Отчасти это связано с тем, что данный вопрос трудно исследовать с применением современных методов научного анализа.

В медицинской практике имеется интересный пример связи сильных отрицательных эмоций с возникновением заболевания сердца – так называемый синдром «разбитого сердца» или синдром Такоцубо. У людей, испытавших сильный стресс, возникает резкое ослабление сокращения сердечной мышцы, связанной с частичным выключением мышечной массы сердца из сократительной деятельности.

В повести А. А. Лиханова «Инфаркт миокарда» описан уникальный случаи развития острой сердечной патологии у единственного ребенка в семье педагогов, сверхзаботливо опекавших своего сына и вынуждающих его учиться только на отлично. Получив за аттестат в конечном итоге общую пятерку, герой повести Олег, «светловолосый мальчик интеллигентного вида, любимец и бесценное сокровище семьи», должен был поступать в вуз:

«Олегу его будущий экзамен казался адовым огнем, судом, окончательным и бесповоротным решением участи… Будущая, если он не поступит, жизнь казалась мрачной чернотой, судьба подводила его к краю крутого обрыва.

– Если ты не поступишь, это же катастрофа!…Пирамида, возводимая нами столько лет, рухнет в один миг! Нет, ты представляешь, как надо собраться, в какой кулак сжать свою волю, энергию, знания, сообразительность, – наставляли его родители. Олегу захотелось броситься на диван, завыть в полный голос».

В таком состоянии он пришел на экзамен.

«Первым было сочинение… Он задумался, стал выбирать тему, тут же покрылся по́том, похолодел. Одна тема казалась просто замечательной, он принялся писать, но вспомнил отца, подумал, что ведь нужна непременная пятерка, иначе смерть, в общем, ужасно, и, что будет дома, представить невозможно… Руки дрожали, он был бледен и все думал про отца – только отец не выходил из головы».

Не выдержав напряжения, Олег не справляется с эмоциями. Написанное им показалось ему убогим («на уровне седьмого класса»), и он разорвал его. Очутившись после экзамена вечером на душном и людном вокзале, он упал и потерял сознание. Окружающие вызвали «неотложку». «В больнице установили дикий диагноз: инфаркт миокарда в семнадцать лет».

Весьма интересны выводы американского врача-кардиолога, изобретателя дефибриллятора, обладателя Нобелевской премии 1985 года, который сделал удивительное открытие, наблюдая за своими пациентами: почему люди с тяжелым внутренним конфликтом болеют и погибают. Открытие, которое подтверждается самой жизнью. Доктор Бернард Лоун осматривал одного пациента – «сердечника». Вопросы задавал, на которые пациент неохотно отвечал. Жена пациента постоянно бегала курить – тогда многие курили. Доктор сделал жене замечание: «Разве можно столько курить, да еще имея мужа с кардиологическим заболеванием? Что за вредная привычка!» Жена расплакалась и закричала: «При чем тут мое курение?! Не в этом дело! Джон вам все врет и не говорит главное: он заболел, потому что мать постоянно его проклинает, расстраивает, укоряет… Звонит и издевается над ним. А Джон ничего не может сделать, потому что это ведь его мать!»

Этот разговор произвел большое впечатление на врача, и он стал наблюдать за пациентами. Лоун был потрясен: у одного старичка зять выманил имущество, бизнес на себя переписал, а старичок уже боялся по комнате ходить – зять ругался, что тот топает ногами… И этот бедный пожилой человек превратился в инвалида. Другой пациент шел на поправку после серьезной операции, а ему позвонила мама и прокляла из-за денег. Пациент умер… Масса таких случаев. Лоун пишет: «Все мои пациенты – жертвы эмоциональных конфликтов с близким человеком». Конфликтов, из которых невозможно найти выход: приходится общаться. Приходится брать трубку, вступать в разговор, вместе жить, посещать, подавлять свои естественные эмоции: ведь надо быть хорошим – хорошим тестем, хорошим сыном, хорошей женой… Так надо!

Знаменитый кардиохирург написал, что операции и лечение – это правильно. Они дают результат. Однако причина болезни или травмы – именно в конфликте, в устойчивом недоброжелательном отношении к человеку. Чем благороднее и спокойнее сам человек, тем тяжелее последствия такого конфликта: ведь из внешнего он становится внутренним. В подсознании поселяется негативный человек; «выселить» его оттуда очень сложно: все силы организма уходят на эту внутреннюю борьбу, в которой нет победителя – ведь борются части одной личности! По этой причине люди с тяжелым внутренним конфликтом болеют и погибают. Вместо признания конфликта такой человек заставляет себя «прощать», «понимать», «не обращать внимания» – так советуют окружающие. Пока конфликт не будет признан, пока враждебность и злоба другого человека не будут осознаны – болезнь будет усугубляться.

Доктор Лоун принял решение – попросту запретил пациентам разговаривать по телефону (тогда сотовых не было). Посещать больных разрешал только тем родственникам, с которыми у пациента были хорошие отношения. И люди выздоравливали, благодарили доктора. Позже Лоуну дали Нобелевскую премию (за разработанную операцию на сердце). Думается, надо было еще одну дать – вот за это открытие, которое подтверждается самой жизнью.

Сегодня уже доказано и на основании крупных исследований опубликовано научное заявление о влиянии психологического здоровья на сердце и сосуды, причем это влияние может быть как положительным, так и отрицательным, в зависимости от характера психологического состояния. Такие отклонения, как депрессия, пессимизм, гнев или неудовлетворенность жизнью, приводят к повышению риска заболеваний сердца и сосудов. Это влияние сопоставимо с такими факторами риска, как сахарный диабет, высокое давление, высокий холестерин и другое, поэтому крайне важно следить за состоянием нашей психики и сердца.

Интересно наблюдать взаимосвязь тяжести и сложности поражения сердца и характера профессиональной деятельности человека, от образа его жизни и от способа заработка. К примеру, люди, занимающие ответственные посты, государственные служащие или профессора университетов имеют зачастую гораздо более сложные поражения сосудов сердца, и операции по восстановлению проходимости сосудов протекают более тяжело технически и клинически. Запомнился один случай, когда пришлось оперировать профессора медицины. Профессор Исаев поступил в клинику с диагнозом «ишемическая болезнь сердца, стенокардия напряжения III класса». После проведения необходимого обследования провели коронарографию, которая выявила поражение трех сосудов сердца, а также анатомия сосудов была сложной ввиду их извитого строения с локализацией атеросклеротических бляшек на местах изгибов сосудов. В такой ситуации показана операция аорто-коронарного шунтирования. Однако из-за категоричного отказа пациента от открытой операции, а также наличия у него факторов риска в виде сопутствующих заболеваний и преклонного возраста, решили созвать консилиум. Профессор решил пригласить своих коллег по медицинскому университету. Пришли четыре профессора медицины, директор клиники (профессор), лечащий врач и оперирующий хирург. Обсуждение велось долго. Все настаивали на том, чтобы пациент поехал в более крупную клинику, где больше возможностей для решения его проблемы. Признаться честно, мне тоже не хотелось браться за такого тяжелого пациента, да еще и профессора медицины, зная, что могу столкнуться с возможными осложнениями, которые приведут к катастрофе. Однако профессор Исаев настаивал на своем и в конце беседы заявил:

– Уважаемые коллеги, я понимаю ваши опасения, но и вы поймите меня. Я уже немолодой человек, и мне кажется, что шансов перенести открытую операцию на сердце у меня немного. Поэтому, если даже что-то должно случиться, то пускай это произойдет дома.

– Но в федеральном центре вам могут предложить и стентирование, – сказал один из профессоров.

– Мое сердце хочет здесь, здесь тоже это делают: ни к чему старому человеку бросаться в путешествия.

– Позвольте и мне высказать свое мнение, – вмешался я. – Конечно, риски есть и для эндоваскулярной операции: сложная анатомия сосудов, кальцинированные бляшки, множественные сужения сосудов. Лучше будет уехать все-таки в центр с большими возможностями. Но, если вы решительно не желаете этого, то я не имею права отказывать в операции по нескольким причинам: Всевышний дал мне эти знания, и моя обязанность – вам помочь. Вы болеете, и может случиться инфаркт: сложный вы пациент или простой, в первую очередь вы – страдающий человек, которому нужна помощь.

– На том и решили, – отметил директор.

– Готовьте его на эндоваскулярную операцию, а вам, доктор, мы желаем удачи!

– Спасибо.

На операцию я шел с большим волнением: ведь он – профессор медицины, и столько внимания приковано к нему. «К тому же этот консилиум и его друзья, которые были против того, чтобы его оперировали у нас», – размышлял я, сидя в своем кабинете перед операцией…

Операция, как и предполагалось, была трудной. Четыре часа напряженного труда, опасных моментов, переживаний… Установили три стента, восстановив при этом все три сосуда сердца. Сердце профессора начало биться в новом ритме, и дышать он начал полной грудью. Через год профессор позвонил поздравить с праздником!

Вспоминается еще один случай, немного анекдотичный по содержанию. В неотложном порядке поступает в клинику судья с болями в области сердца, в левой лопатке и в левой руке. Электрокардиограмма показала, что у пациента начался инфаркт. После предварительной подготовки он был подан в рентгеноперационную для проведения коронарографии. На исследовании выявили критическое сужение передней нисходящей артерии сердца, и сосуд был диаметром до 4 мм, что еще больше осложняло его ситуацию. Инфаркт в бассейне такого крупного сосуда часто заканчивается летальным исходом. Конечно, в подобной ситуации необходимо тут же восстановить проходимость сосуда и имплантировать стент для сохранения достигнутого результата. В максимально мягкой и корректной форме попытался объяснить всю опасность ситуации. Каково же было мое удивление, когда судья спросил:

– Доктор, а нельзя ли мне поехать на работу? У меня судебный процесс должен быть, где рассматривается дело большой важности.

Наступила тишина: я не знал в первую минуту, как отреагировать на подобный вопрос или просьбу. Не знаю, как это назвать правильно – просьбой или требованием в устах судьи.

– Вы знаете, к сожалению, в данной ситуации речь идет о каждой минуте, которая может явиться решающей. Даже речи не может быть! Не то что куда-то отлучиться, но даже снять вас с операционного стола опасно.

– Хорошо, – ответил тихим голосом судья, – делайте, что нужно.

Я улыбнулся: вспомнились слова из популярного фильма о «самом гуманном суде».

…Операция прошла удачно: пациента в стабильном состоянии перевели в реанимацию. На следующий день выяснилось, что судья все-таки самовольно покинул реанимацию и вернулся обратно к вечеру. Все возражения и объяснения дежурного врача были встречены без понимания. Мы так и не узнали, что за дело такой важности, которое было ценнее жизни, или, возможно, он не до конца понимал, что грозило ему.

Родители и родные края

Каждый удар молотка по камню – это опыт и знания, которые веками оттачивались и передавались из поколения в поколение. В жилистых и крепких руках каменотеса, в которых каждая мышца пронизана памятью и болью, происходит удивительное преобразование грубого камня в прекрасные формы квадратов и прямоугольников одинаковых пропорций. Затем из них вырастают восхищающие взор своей формой, законченностью, красотой, которая плавно сливается с окружающей природой, словно живой организм, строения в виде башен и домов.

– Асслам Алайкум, Рамаз, – обратился к молодому человеку старец Абдул. Рамаз нагнулся над каменной плитой – он был занят ее обработкой, нанося короткие удары молотком по краю камня. Стороннему наблюдателю могло показаться, что это череда хаотичных ударов, но это было воплощение мастерства: каждый удар наносился именно так, как это следовало, с таким расчетом, чтобы получился камень нужной формы.

– Ваалайкум Салам, – ответил Рамаз, приподнявшись, в знак уважения, как это было принято у горцев, населяющих ту местность.

Абдул внимательно разглядел черты лица Рамаза, который уже возмужал после последней их встречи. Абдул подумал, что время летит неумолимо быстро, и чем он становился старше, тем эта мысль больше прояснялась в его голове. Абдул хорошо знал отца Рамаза. И с грустью вспоминал тот день, когда его не стало. В ту суровую зиму отец Рамаза стерег овец, удалившись глубоко в горы, как это делали до него его предки и их предки. Выпал снег более метра глубиной. Дороги были завалены, если вообще можно было эти узкие тропинки называть дорогами. Самир, отец Рамаза, был физически сильным мужчиной, с широкими плечами и мускулистыми руками. Ростом был невысок, но обладал большой силой и выносливостью. Через некоторое время к нему должны были прийти с припасами продовольствия и одежды, но по причине отсутствия дорог это было невозможно. В один из дней Самир решил выбраться немного дальше от места, где находилась стоянка для овец с небольшим домиком и сараем. Ему было необходимо пробить дорогу к речке. День был солнечным. Это один из зимних дней, когда солнце ярко светит, отражаясь лучами от белоснежного покрывала снежных просторов. Где-то снег местами начал даже подтаивать. Самир выполнил сунну (зуха) намаз, воздал хвалу Аллаху и вышел, взяв с собой деревянную лопату, охотничью винтовку и нож. Территорию вокруг домика он уже успел почистить от снега и, взяв лопату, потихонечку начал формировать тропу. По мере удаления Самира от Дома за ним по пятам следовала крупная чабанская собака по кличке Чари.

Этот крупный пес попадал в разные неприятности. Однажды случилась встреча Чари с медведем. Шрамы и увечья от этой встречи долго заживали на ней. Поздний весенний день Чари охранял небольшое поголовье овец недалеко от населённого пункта. Солнце уже давно исчезло за горизонт, первые сумерки окутали горные вершины, как из ниоткуда появился медведь и направился прямо к загону для овец. Стоило Чари заметить его – не моргнув глазом, собака бросилась на медведя. Мгновенье, взмах лапы – и пес кувырком покатился вниз в ущелье. Вместе с тем прозвучал выстрел – один, второй, и медведь так же неожиданно исчез в опушке леса, как и появился.

Время близилось к обеду, и до реки оставалось метров 50, как вдруг среди полной тишины сначала земля под ногами задрожала, затем спустя мгновение появился сильный грохот, и в следующую минуту волна сорвала Самира с ног и увлекла вниз в ущелье… Чари, почувствовав приближение катастрофы, сначала пыталась ухватившись за сапоги, увлечь Самира в сторону дома, а затем, когда этого сделать не удалось, просто скулила. В момент дрожания земли собака побежала прочь и уже на безопасном расстоянии наблюдали как ее хозяина унесло волной снежной лавины. Понимал ли пес, что он видит Самира в последний раз, трудно сказать… Но именно пес привел людей к месту, где лежало тело Самира.

Младший брат Самира добрался на следующий день после катастрофы. По мере приближения в нем усиливалось чувство необъяснимой тревоги. Вот уже показались очертания небольших строений, одновременно он услышал громкий лай собак, усиливающийся эхом. Чари быстрыми прыжками приближался к знакомому силуэту Хажи. И вот их взгляды встретились. Если бы собака умела плакать, но все как-то стало ясно без слез.

Но Самира не было… оставалось метров 300 до места, и его взгляд приковал завал снега далеко внизу, и холодок пробежал по его телу. Чари всеми силами пытался увлечь Хажи вниз, крепко схватив его за рукав фуфайки.

Крик сорвался с его уст… «Самир, Самир… брат мой…» Ноги начали дрожать, усталость от длительного перехода, голод и отчаяние от невыносимой мысли о потере брата отняли остаток сил. Он склонил колени и медленно, обхватив голову руками, заплакал. Жгучие слезы обжигали его щеки. Хажи потерял чувство времени; видимо, долго он сидел в таком положении, так как, вставая, уже не чувствовал ног.

Абдул вместе с другими односельчанами, вооружённые лопатами, добрались до этого места примерно через два дня. Первые, кто подошёл, напоили и накидали сено овцам. К этому моменту было уже понятно, что Самира нет и, возможно, его тело покоится глубоко под завалом снега. Другая группа людей, в числе которых был и Али, следовала немного позже, они вели с собой еще двух коней. Дорога была очень узкой и неудобной, так как извивалась, то вниз, то вверх, – коней решили вести за поводья. Али был замыкающим. В те минуты он думал о Самире и о тяжёлой доле горцев, которые вынуждены добывать хлеб в суровых условиях гор. Как вдруг лошадь испугалась и чуть не сорвалась в пропасть, над которой пролегал их путь. Все остановились; как будто обошлось, но часть снега под ногами Али сорвалась вниз, мгновение – и он оказался в невесомости (по крайней мере, ему так показалось) и в следующую секунду покатился вниз. Все остановились и замерли от неожиданности того, что произошло. Никто не мог предполагать, что придётся извлекать из снежных завалов еще одного односельчанина. Всем было ясно, что шансов выжить у Али было 1 % против 99 %, так как лавина была мощной и пропасть глубокой. Они пытались докричаться до него… но безуспешно. Было принято решение двоим идти дальше, предупредить Абдула с товарищами, а остальным остаться для поисков Али. Тело Али извлекли к часу ночи, а Самира пришлось искать гораздо дольше.

Еще долго Абдул смотрел на Рамаза, все больше угадывая в нем черты его отца, который был так дорог ему! Его сердце сжималось еще больше при мысли, что Рамазу было суждено потерять и мать, которая, тяжело заболев после смерти мужа и не оправившись, покинула этот бренный мир.

Описать красоту и дух, царящий в многовековой истории гор, крайне сложно. Что может сравниться по великолепию с горными массивами?! Скалы, уходящие выше облаков, долины, маленькие куски плодородной земли, которые кормят сотни населяющих их людей, реки маленькие и большие, стремящиеся в своем порыве прорваться сквозь любую преграду, превращаясь в огромные по своей силе потоки, затем утихая и ласково омывая берега плодородных фруктовых садов, и вновь превращаясь в могучие водопады, не знающие по своей красоте равных. Нередко можно увидеть небольшие стада овец и коров, словно маленькие точки, разбросанные среди могучих горных хребтов. Удивительно расположение селений в этом не менее удивительном крае. Вы следуете по горным дорогам, проложенным в ущельях и возвышенностях, преодолевая извилистую дорогу, которая направляется то круто вверх, то неожиданно вниз, или превращается из ровного участка в бесконечные повороты, извиваясь в серпантин. В самый неожиданный момент при следовании на этом пути вам может открыться живописный вид многовековых крепостей или горных селений. Дома в этих селениях, на первый взгляд, могут казаться хаотично расположенными, хотя там есть свой определенный порядок. Они населены людьми с живыми сердцами, способными перенести многие трудности и лишения, которые не знают, что такое комфортная среда, так как они должны много трудиться. Самое необыкновенное в них – это их улыбающиеся глаза; с ними безопасно, и они умеют отдавать добро, ничего не прося и не ожидая взамен. Особенностью этих людей является еще сохранившаяся способность слушать собеседника, смотря ему в глаза и внимательно прислушиваясь к его речи, чего, к большому сожалению, лишены те, кто населяет мегаполисы.

…Один из моих университетских преподавателей как-то спросил меня:

– Как ты думаешь, кто для тебя самый важный человек в данный момент, в данную конкретную минуту?

Я начал перечислять:

– Родители, брат, друг…

– Нет, – возразил профессор. – Самый главный человек для тебя в данную минуту – это тот человек, который находится напротив тебя, – это твой собеседник и на него должно быть направлено всецело твое внимание.

Лучший из людей для человечества, который был послан как милость для миров, показывает нам пример. Амр ибн аль-Асс передал нам: «Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) мог обратить свое внимание на самых худших из людей и привлечь их к себе. И поэтому, когда Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) обращал внимание на меня и разговаривал со мной, то я думал, что я лучший из людей».

…Воздух в горах чистый, прозрачный, а пища настолько вкусная, что ты, не замечая сам того, наедаешься так сильно, что хватило бы на сутки, но при этом чувствуешь легкость.

Главное в доме – очаг. Все вкусно и аппетитно, приготовленное на огне. Каменные стены небольших и в то же время очень уютных строений хранят память многовековой истории простых и достойных людей. В этих местах еще остались уважение и сострадание, седины отцов и дедов так же уважаемы, как мудрость и мягкость матерей. Родители почитаемы, мы им благодарны всем сердцем за все, чего достигли и что имеем в этой жизни. Что бы мы ни сделали, это не сравнится даже с малой частью того, что они нам дали.

В священном Коране говорится: «Твой Господь предписал вам не поклоняться никому, кроме Него, и делать добро родителям. Если один из родителей или оба достигнут старости, то не говори им: “Уфф!” Не кричи на них и обращайся к ним почтительно» (Коран, 17:23).

Никогда не забуду тот осенний день, когда уже ночью застал отца, который делал кладку кирпича. Было уже холодно: мне даже в теплой зимней куртке было зябко, а отец при слабом освещении продолжал делать кладку. Он работал, чтобы я мог продолжить учебу. Это были нелегкие времена для нашей семьи. Всегда буду помнить, как моя дорогая, любимая мама вставала с рассветом, будь это осень или зима, в холод или в дождь. Она выходила заниматься делами по хозяйству. Готовила сыр, который затем продавала на рынке, чтобы помочь отцу. И это каждодневный труд во имя своих детей, чтобы они могли получить знания. Моя мама – самый удивительный и прекрасный человек, как и сотни тысяч других мам на всей Земле! Уважение и благодарность родителям всегда останутся в моем сердце, и как бы ни старался, мне не удастся в полной мере быть благодарным им.

Передают со слов Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), что Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) сказал: «Сын не сможет отблагодарить сполна своих родителей, кроме как найдет их в рабстве, и он выкупит их и дарует им свободу» (Муслим).

Один из моих друзей в беседе сказал, что он мог бы вырвать сердце из груди и отдать его за родителей, если бы это понадобилось. Он настолько искренний человек, что я даже не сомневаюсь в том, что он говорит. Также он признался, что при разговоре с родителями тембр его голоса самопроизвольно снижается, что начинает беспокоить его маму, и она спрашивает, не болен ли он, хорошо ли поел. Однако это связано не с его плохим самочувствием, а с его уважением и трепетным отношением к родителям. В священном Коране Аллах говорит: «Склони пред ними крыло смирения по милосердию своему и говори: “Господи! Помилуй их, ведь они растили меня ребенком”» (Коран, 17:24).

Особое место занимает период взросления в этих замечательных краях. У детей здесь есть настоящее детство. Детство без гаджетов и компьютерных игр. То самое детство, где дети зимой кувыркаются на чистом снегу, катаются на лыжах, летом купаются в естественных водоемах, гоняют мяч, бегают по горным тропинкам. Они играют в реальные игры, а не в виртуальные со скрюченными спинами, сидя развалившись в кресле, и эти игры сопровождаемы настоящим звонким детским смехом. Именно таким образом формируется крепкий иммунитет, идет правильное развитие скелета и, что еще важнее, психики ребенка. Они растут ответственными, добрыми и приученными к труду, к дисциплине, но самое главное – неравнодушными людьми.

…Как сегодня помню зимний день в горах, который был для меня полон испытаний и новых впечатлений. Было морозно, снег под ногами издавал характерный звук в виде треска. Солнечные лучи ярко ослепляли, отражаясь от белоснежных просторов, покрытых снегом. При вдохе морозная свежесть будто проникала до глубин каждой клетки. Мы вместе с дядей должны были в тот день пойти за сеном, которое необходимо привезти на санях, запряженных парой весьма буйных и сильных быков. Я заранее знал, что в мою задачу будут входить управление быками на спуске и контролирование скорости движения всего «состава». Самое сложное – избежать слишком стремительного скачка, что могло бы привести к отклонению от пути и возможного срыва в какое-нибудь ущелье, или могли бы увязнуть в сугробе среди деревьев. Если сказать, что переживал за это, – значит, ничего не сказать. Я прокручивал в голове самые невероятные сценарии течения событий, но, как и бывает часто на деле, все оказалось не так сложно и страшно. Быки были обучены и десятки раз проделывали этот путь. Однако мне все же было не по себе от мысли, что в любой момент быки могут нарушить дисциплину продвижения, – ведь они все-таки животные! Каждый метр движения для меня был испытанием, утомлявшим мое тело. Наконец мы спустились на равнину, и путь представлялся не таким уж и опасным. Чем дорога становилась прямее, тем более спокойным и уверенным становился я сам. Когда добрались до дома, я был полон гордости, что смог это сделать! Возможно, все покажется неправильным или рискованным, но это было наше детство, и времена были такими. Стержень, который закладывается в детстве, помогает дальше легко справиться с трудностями на жизненном пути.

Считаю, сегодня взрослые украли у детей полноценное детство. При этом желаем, чтобы они выросли хорошими людьми. Мы способствовали тому, что живые эмоции детей заменены на «искусственные». Живое общение детей между собой и знакомство с окружающим миром заменено виртуальным общением и компьютерными играми. Это очень опасное явление, на мой взгляд, которое закладывает фундамент ложных ценностей. В будущем это может привести к тому, что, довольствуясь, сами начнем верить в искусственно созданный мир. Детям не с чем будет сравнить… Конечно, прогресс остановить невозможно, но следует брать лучшее из нового, при этом не теряя старое, и использовать плоды технологий в правильном русле. Это вызов и задачи, которые ставит перед нами современность, чтобы в итоге мы не получили поколение равнодушных и жестоких людей (хотя уже почти поздно, но не все потеряно).

Учеба

Каждому человеку необходимо развивать в себе три наиболее важные составляющие: духовное, физическое и умственное. Духовное – это познание Господа. Физическое развитие укрепляет тело, что облегчает приобретение знаний. Очень важны постоянство и последовательность. Малое, но постоянное – и можно достичь успеха и дойти до намеченной цели. Конечно, должна быть определена ясная цель, к которой необходимо идти, не сворачивая с пути.

Дорогой читатель, с чего мне хотелось бы начать главу, так это с пожелания раннего пробуждения. Невероятное благо несет в себе раннее утреннее пробуждение! Тот, кто сделал это для себя привычным, сможет ощутить настоящую радость! Кто научился встречать восход с улыбкой в сердце и на лице, всегда будет из тех, кто преуспеет.

Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) сказал: «О Аллах, дай благодать моей умме – раннее время дня» (Ахмад).

Раз вы уже проснулись, воздали хвалу Господу миров, совершили прогулку, тогда за чашкой натурального кофе можно продолжить чтение книги – плода моих скромных мыслей, – одновременно вдыхая аромат чудесного напитка.

Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) сказал: «Кто вышел из дома за знаниями, тому Аллах облегчит путь в рай» (Муслим). Знания творят чудеса, отворяя двери океана возможностей. Путь к знаниям труден и тернист. Приходится, иногда преодолевая нужду, приучить себя к дисциплине.

Аккуратно накладывая подкожный шов пациенту после имплантации аортального клапана в отделении кардиохирургии Deutsches Herzzentrum Berlin, я вспоминал далекое детство, когда очередной узел чуть было не стоил мне глаза, а может, и жизни. Я был учеником 5-го класса средней школы. Летняя обувь, которую носил уже второе лето подряд, порядком износилась и местами отклеилась от подошвы. В жизни людей бывают всякие периоды: иногда нужда заставляет быть весьма умеренным в своих желаниях или, наоборот, изобилие позволяет наслаждаться благами. Необходимо и в том, и в другом случае проявлять терпение, довольство и не заниматься ненужными тратами, но при этом стараться изменить все к лучшему…

Важно научиться ценить хлеб с раннего детства – такой человек преуспеет в будущем по воле Всевышнего. Одним из действенных мотивационных факторов развития человека является нужда… Кстати, я уже умел чинить обувь. Взял привычные для себя орудия труда и принялся за дело. Моими обычными инструментами были шило с крючком, крепкая нить и прочие приспособления, которые необходимы в работе.

Очень хорошо помню тот день в деталях. Стояла жаркая летняя погода. Для работы выбрал удобное место в тени фруктовых деревьев большого сада, начал методично узел за узлом штопать любимые кроссовки. В какой-то момент один из узлов не получался: нить никак не выходила из слоев края подошвы. Попробовал несколько раз вытянуть с усилием с помощью крючка, но нить начала рваться. Затем принял решение вытащить ее, поддев шило под нить таким образом, чтобы вытащить «боковым» усилием. Нить не поддавалась, а я постепенно увеличивал силу воздействия. В один миг моя рука, а в ней и шило, стремительно сорвались в сторону моего правого глаза, и я даже не успел понять, что произошло. Лишь острая боль, которая внезапно возникла, дала понять мне, что произошла катастрофа. Первые секунды подумал, что травмировал глаз, но я видел глазом и облегченно вздохнул; лишь кровь, которая начала сочиться из раны, немного затуманивала зрение. Боль усиливалась и стала невыносимой, появилась слабость, и мое тело рухнуло всей своей массой на землю. Не знаю точно, сколько я так пролежал, но когда пришел в себя, болела голова и рядом была небольшая лужа крови. Первое, что сделал, наверное, в состоянии стресса, – так это потянул двумя руками шило, что отразилось интенсивной болью, как будто глаз выскакивал из орбиты. Больше на такое я не осмелился. Закрыв глаз с торчащим шилом правой рукой, зашагал в сторону дома. Знал, что мать дома, и меньше всего хотел ее пугать. Направился в сторону ворот, за которой была улица… Дальше помню плач матери, крики соседей. Меня усадили в машину и отвезли в ближайшую больницу. Шило воткнулось в сантиметре от глазного яблока и переносицы, в кость черепа и, к моему счастью, не задело важных для жизни органов. Шило было удалено, и в тот же день я вернулся домой. Хвала Всевышнему!

Шов на коже грудной клетки – важный этап операции, как и любой другой шаг, поэтому максимально эстетично шов был закончен. Оператор профессор Вонг бросил быстрый взгляд на шов и жестом кивка головы дал понять, что можно накладывать повязку. Далее предстояло сопроводить пациента в отделение реанимации и интенсивной терапии. По пути из реанимации решил зайти в столовую и перекусить, так как время было уже послеобеденное, и тут встретил доктора фрау Бирке. Мне всегда бывало неловко при встрече с ней: на то были весьма веские причины. Дело в том, что будучи famulant (студент-практикант), я был под ее началом. Доктор Бирке постоянно доставала меня и других студентов замечаниями. В очередной раз, когда у больного при заборе крови случился приступ эпилепсии, она не в очень корректной форме сделала замечание, хотя в карте больного не было никаких сведений о том, что он страдает эпилепсией. После этого инцидента нам пришла в голову идея растворить в стакане с кофе мочегонный препарат торасемид. Доктор все время носилась по отделению со стаканом кофе. Что произошло дальше, нетрудно догадаться! Больше фаау Бирке не делала грубых замечаний и держалась на расстоянии от нас. Но… это было в прошлом, и я вежливо поздоровался и пожелал хорошего дня! Итак, вернемся к альма-матер.

В университет я пришел ближе к восьми часам. Ребята говорили, что некоторые студенты приходили еще до рассвета, а другие вообще не покидали корпус кафедры биологии. Честно признаться, я так и не понял, в чем было преимущество первым попасть на экзамен. Первым или десятым – все равно тебе придется ответить по всем вопросам экзаменационного билета и все тем же экзаменаторам. Хотя ходили слухи, что некоторые наиболее строгие экзаменаторы с утра бывают менее строгими, чем после обеда, когда некоторая часть студентов успевает их расстроить своими не очень глубокими знаниями предмета, тем самым в некоторой степени нарушая их спокойствие… Почти все студенты, которым предстояло сдавать экзамен, панически боялись первого проректора и заведующего кафедрой биологии с курсом экологии – профессора Александра Николаевича. Для меня, признаться, не имело никакого значения, кто у меня будет принимать экзамен, в силу того, что я еще со школьной скамьи очень любил этот предмет, в особенности раздел медицинской генетики. Как известно, то дело, которое тебе нравится, у тебя хорошо получается. Я зашел в аудиторию, взял билет с тремя вопросами по теории и двумя практическими задачами. Два из трех теоретических вопросов и одна практическая задача имели отношение к медицинской генетике. Мне не составило труда ответить на все вопросы, так как я ориентировался в данной теме достаточно неплохо, у меня была привычка всегда стараться готовиться и не особо полагаться на удачу.

Если мы приняли решение посвятить себя изучению определенной науки – безусловно, необходимо прилагать все усилия для того, чтобы добиваться максимальных результатов в выбранном направлении. Первыми болезнями, с которыми пришлось соприкоснуться в университете, были нарушения и синдромы, обусловленные генетическими дефектами. Одним из пунктов теоретической части билета был вопрос фенилкетонурии. Это наследственное заболевание, которое характеризуется нарушением обмена ферментов, приводящее к нарушению метаболизма аминокислот, главным образом фенилаланина. Несоблюдение низкобелковой диеты приводит к накоплению фенилаланина и его токсических продуктов, что приводит к поражению центральной нервной системы, в частности в виде нарушения умственного развития. Надо отметить, это одно из немногих наследственных заболеваний, поддающееся успешному лечению. Рождение одних детей здоровыми, а других с уже имеющимися заболеваниями – явление, которое требует размышления о возможных причинно-следственных связях.

Меня всегда удивляло стремление некоторых людей получить то, что не совсем по праву им полагается, точнее не то, что они заслужили. Я глубоко убежден, что любая услуга, материальная ценность или признание, которые получает человек незаслуженно, не заработав, не прилагая усилий, разрушает того, кто все это приобрел. Также незаслуженные, завышенные баллы на экзаменах являются начальным фактором, разрушающим становление врача и личности. Думаю, и несправедливое занижение оценок тоже может негативно сказаться на студентах, подрывая доверие в справедливость, поэтому очень большая ответственность лежит на преподавателях учебных заведений. Нельзя требовать незаработанное и нельзя давать незаслуженное – и то, и другое разрушает личностный рост. В целом период обучения в школе (а затем в университете) является очень ответственным отрезком жизни человека. Любая несправедливость, которая может быть допущена, способна нанести рану психике ребенка или молодого человека. В нем что-то может внутри надломиться, что в дальнейшем явится фундаментом, на котором будут формироваться жестокость, несправедливость, некомпетентность и другие аморальные качества, подменяющие истинные ценности.

Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) сказал: «Аллах любит, когда человек делает то, что он делает в наилучшей форме» (Аль-Байхаки)… «Господи, приумножь мои знания» (Коран, 20:114).

Очень важным является для человека, который находится на пути поиска знаний, не допустить мысль, что он чего-то достиг в жизни. Конечно, с этой минуты данный человек начинает скатываться вниз.

Мне вспоминается один случай. Это было на четвертом курсе университета: сообщили, что я стал лауреатом одной престижной международной премии. Представляете мою радость по этому случаю! В тот день, когда пришло это сообщение, как раз у меня было запланировано очередное занятие по немецкому языку с репетитором. Мой репетитор, вернее руководитель международного проекта, в котором мне позже довелось принять участие, была человеком строгих правил и максимально эффективных решений. На вид ей было лет 60–65, но я точно не знал, в каком она возрасте. Мы называли ее между собой Frau: она напоминала мне известного французского актера Луи де Фюнеса – такая же подвижная. Речь ее была поставлена очень хорошо, и собеседнику не приходилось переспрашивать, так как говорила она ясно и в то же время коротко. В ней чувствовались профессионализм и знание своего дела. Мы точно не знали, где она работала перед тем, как перешла в международный отдел медицинского университета. Было в ней и что-то загадочное и непонятное, трудно было поймать ее взгляд: он не был сосредоточен на чем-то конкретном. Многое так и осталось в ней неразгаданным, но важно то, что она внесла большой вклад в успех и формирование молодых врачей, которые сейчас трудятся по всему миру.

Я был так окрылен сообщением о премии, и первое, что сделал, войдя в комнату для занятий, сообщил эту новость. Мой преподаватель в крайне сдержанной форме поздравила меня и сказала слова, которые всегда вспоминаю, когда мне начинает казаться, что я чего-то достиг.

– Хорошо, поздравляю вас, – сказала она. – Но это было вчера, а завтра – новый день. Надо идти дальше, ставить перед собой новые задачи и выполнять их, если вы хотите достичь успеха в жизни.

Учеба в медицинском университете предполагает обилие новой информации и знаний, буквально вклинивающихся в память в деталях, и производит большое впечатление. Нередко эти случаи определяют будущую специальность или меняют отношение к окружающему. Одно из ярких событий, с которым сталкиваются студенты в медицинском университете, – это участие в родах. Рождение ребенка, конечно, – чудесное явление!

Молодой коллега как-то рассказал историю, которая оставила след в его сердце и навсегда поменяла отношение к женщине и к матери. К концу пятого курса медицинского университета необходимо пройти студенческую практику по нескольким дисциплинам: хирургия, терапия и акушерство-гинекология. Практика подразумевала трехдневные дежурства в каждом из отделений.

– Все шло гладко и без особенностей, – начал рассказ коллега. – Я уже готовился сдать последнее дежурство и ждал смену, внутренне радуясь, что мне не удалось столкнуться с родами, так как я этого не хотел. Однако у Аллаха на это были свои планы! Неожиданно, в экстренном порядке, поступает женщина с преждевременными родами, которую, возможно, придется оперировать: вероятность, что она сама сможет родить естественным путем, была низкой.

К сожалению, в наши дни очень часто приходится делать операцию и извлекать ребенка искусственным путем, так как анатомия и физиология современных женщин изменились. Нередко встречаются заболевания, которые препятствуют нормальным родам, угрожая состоянию матери или ребенка. Причин, приводящих к этому, великое множество. Чаще всего, например, малоподвижный образ жизни женщины, не совсем правильное питание, стрессы… Конечно, это касается и мужчин: сигареты, алкоголь и наркотики, как бы тяжело ни было осознавать. Кроме того, с детских лет идут процесс неправильного формирования скелета костей таза и спины у женщин и ослабление способности зачатия у мужчин.

– Я уже строил план, какие аргументы привести, чтобы отказаться от участия в родах, – продолжил рассказ коллега. – Мои мысли прервал голос дежурного врача акушера-гинеколога, который, невзирая на мой отказ, убедительно попросил помочь. Было несколько причин, почему я не хотел принимать роды: во-первых, был студентом и не имел опыта и достаточных знаний, так как видел только макеты, на которых нам объясняли процесс родов; а во-вторых, у меня было ощущение внутреннего страха и неуверенности. Однако не удовлетворить просьбу коллеги, нуждающегося в моей помощи, я не мог. Стараясь подавить волнение, охватившее меня, зашагал в операционную. Медсестра быстро одела в стерильный халат и перчатки. Все время, которое потребовалось для обработки рук и натягивания стерильной формы, я слушал возмущение роженицы: она использовала самые разные ругательные выражения… Затем все стихло, провели операцию под названием «кесарево сечение» и извлекли ребенка. В мою задачу входило оценить состояние плода, который передали на руки. К сожалению, у него началась гипоксия: он посинел и не плакал, как обычно это бывает. Меня охватило волнение: помню все, как в тумане. Жизнь пронеслась перед глазами. Я держал в руках ребенка, только появившегося на свет, – абсолютно чистое и чудесное дитя.

Вспомнился аят прекрасного Корана: «Воистину, Мы сотворили человека из эссенции глины. Потом мы поместили его каплей в надежном месте. Потом Мы создали из капли сгусток крови, потом создали из сгустка крови разжеванный кусочек, потом создали из этого кусочка кости, и потом облекли кости мясом. Потом Мы вырастили его в другом творении. Благословен же Аллах, Наилучший из творцов! После этого вы непременно умрете. А потом, в день воскресения, вы непременно будете воскрешены» (Коран, 23:12–16).

– Конечно, сразу же ребенка выхватили у меня из рук и начали оказывать реанимационные мероприятия, оказавшиеся успешными! Когда услышали плач ребенка, мы, улыбаясь, переглянулись, и я почувствовал большое облегчение на душе. После сдачи дежурства часа три сидел и размышлял обо всем. Те эмоции, которые испытал, очень сложно передать словами. Даже сегодня они переполняют меня! В этот день я уяснил главное – ценность женщины и чудо появления жизни!

После окончания университета начинается период подготовки к лечебному процессу – крайне важной части медицинского образования. Это этап становления врача, этап перехода из университета в клинику – от макетов и рисунков на анатомических атласах к живым пациентам. Не важно, как это называется: интернатура, ординатура, аспирантура или врач-ассистент, резидент, важно, что это в итоге дает.

Абсолютная беспомощность. Именно таким словосочетанием можно охарактеризовать первые недели работы в качестве клинического интерна или ординатора после 6 лет учебы в университете. Это болезненное осознание разительных отличий между теорией и практикой ложится на плечи, наверное, каждого выпускника, и связано отнюдь не с плохой учебой. Просто молодой врач подобен человеку, что впервые пытается сделать сальто с трехметровой высоты после просмотра видеоуроков на канале YouTube. Он, выходя из университета, имеет очень абстрактные понятия о медицине. Да, он знает, как сальто делается в теории, но на практике это оказывается намного труднее, чем казалось.

К тому же в учебниках, к большому сожалению, не написано про условия, в которых придется работать врачу. Не сказано, с какими проблемами он столкнется, если, по предопределению Всевышнего, ему придется врачевать не в высокотехнологичной больнице (в центральных городах), а в какой-нибудь провинциальной клинике, на периферии нашей необъятной Родины. Таким образом, для большинства выпускников ординатура становится первым настоящим знакомством с медициной лицом к лицу, с медициной во всей ее наготе, без иллюзорных заблуждений. Переоценить роль ординатуры действительно трудно.

Как правило, клиническими ординаторами становятся люди, которые уже четко определились, с какой специальностью они планируют связать свой путь. Очень важно выжать из предстоящих двух лет максимальную пользу, подключиться к работе с самых первых дней. Ведь теперь твое будущее в определенной степени в твоих руках, и от того, насколько сильны твоя хватка и боевой дух, зависит дальнейшая профессиональная карьера. Будучи ординатором, ты пока еще не несешь прямой ответственности за здоровье пациентов, – как правило, потому, что пациентов у тебя нет, – и являешься, грубо говоря, помощником того врача, за которым тебя закрепил куратор. Куда он – туда и ты! Если ты зарекомендуешь себя хорошо и будешь проявлять инициативу, то под его контролем скоро сможешь и оперировать, и вести лечение пациентов.

Насчет операций, кстати, отдельная тема для разговора. Читая в учебнике ход тех или иных операций, рассматривая картинки, на которых все так красиво и идеально изображено, не задумываешься о том, как все-таки приходится попотеть хирургу, чтобы выполнить эту «простую» последовательность действий и получить результат (как в книге). Попотеть в самом прямом смысле этого слова. …Именно так и «закаляется сталь»! Поучаствовав в сотне операций в качестве ассистента и набравшись необходимых навыков, ты, наконец, проводишь ее самостоятельно. То радостное чувство, когда выполняешь ее успешно, помогаешь пациенту, не променять ни на что! Оно нивелирует те многочисленные бессонные ночи и потраченные нервы, проведенные за книгами в подготовке к экзаменам, или долгие часы скрупулезного систематического повторения одних и тех же действий в стремлении довести практические навыки и мелкую моторику рук до автоматизма.

Резюмируя вышесказанное, можно сделать один простой, но точный вывод: путь врача тернист и долог. Важно избрать правильный вектор и всегда помнить, ради чего ты жертвуешь своим временем, силами и здоровьем. Тогда трудности, с которыми тебе придется столкнуться, станут источником вдохновения, а не печали. Важно всегда помнить, что ты в начале пути и у тебя есть возможность догнать и обогнать тех, у кого учишься. Изучая жизнь и достижения ученых, изобретателей и успешных людей, нужно понимать, что все это и нечто большее под силу и тебе! Однажды один известный профессор задал вопрос своему студенту: «Как вы думаете, что нас отличает друг от друга?» На что студент отвечал: «Вы больше знаете, чем я, вы – известный ученый». И так далее… Профессор возразил: «Нет, нас отличает лишь то, что я родился раньше вас. К концу ординатуры становишься немного увереннее в своих силах».

Утро в областной больнице началось с пятиминутки в отделении эндоваскулярной хирургии. Это было большое отделение, в котором насчитывалось 12 хирургов. Изучая расписание операционного дня, мой взгляд остановился на строке под номером 1 – операционный зал № 2, где было записано: «ОАП (открытый аортальный порок), оператор – доктор Д. и ассистент – доктор Т.». По спине пробежал холодок. Все дело в том, что я еще был ординатором второго года обучения, и это была моя первая самостоятельная операция по эндоваскулярной коррекции врожденного порока у ребенка – конечно, вместе с опытным хирургом. Тем не менее это должны были делать мои руки. Дальше я уже никого не слышал. Потихонечку пошел в операционную, чтобы еще раз посмотреть, все ли необходимое подготовлено для операции. Вроде все на месте. Затем решил посмотреть ролик от производителей девайсов медицинского назначения для коррекции пороков сердца, хотя я проделывал это много раз, как и, впрочем, ассистировал на таких вмешательствах тоже многократно.

Артерии и вены детей пяти лет очень нежные, и любые неосторожные или поспешные действия могут повредить их. Было непросто контролировать точные движения из-за волнения в момент пункции правой общей бедренной артерии для установки интродъюссера (специальный порт для введения эндоваскулярных инструментов). Пересилив волнение, все же удалось сделать пункцию артерии. Для выполнения дальнейших этапов операции потребовалось приложить большие усилия, но, когда все позади, усталость и напряжение быстро проходят. Очень хорошо помню взгляд матери ребенка, когда я вышел, чтобы сообщить об операции. Один из моих учителей настоятельно рекомендовал больше учиться беседовать с родными пациентов, поскольку это тоже важная часть лечебного процесса. Особенно это важно, когда твоим пациентом является ребенок! Мне показалось, мать не упустила даже мои глубинные мысли, которые зарождались, но не дошли до моего звукового аппарата. Настолько она была внимательна!

Чудеса Всевышнего проявляются во всем, что нас окружает. Песчаные степи со своеобразной растительностью и животным миром тоже представляют одно из чудес Творца!

Мой дедушка был человеком высокой дисциплины и работоспособности, которые проявлялись в том числе и в раннем выгоне овец на пастбище. Это делалось с таким расчетом, чтобы они смогли досыта пощипать травки до того, как солнце поднимется высоко в небо и обогреет землю. Так как в жаркую погоду они стремятся собраться в кучу или спрятаться в тени. Этим утром как обычно, помогая деду, зашагал в сопровождении овец в сторону пастбища. Мою часть составляли ягнята, которые недавно были отделены от их матерей, и мне предстояло обучить их пастись. На первый взгляд это может показаться легкой задачей, но на деле – весьма трудно. Вы только представьте себе картину, когда десять штук бегут в одну сторону, другие двадцать – в другую, а третья часть стоит на месте, и ты не знаешь, куда податься: кругом высокая трава, овраги, долины, и быстро можно потерять ягнят. В общем, день предстоял довольно сложный и неспокойный. Ближе к обеду все кости и мышцы болели от даже небольших усилий. Временами, в часы усталости, говорил себе, что не следовало на каникулы приезжать сюда… Жара начала усиливаться, и ягнята потихонечку собирались в кучу. Я поднялся на овраг, чтобы лучше было контролировать стадо, и сел немного передохнуть. Неожиданно на другой возвышенности, метрах в 50 от меня, возникла фигура то ли собаки, то ли другого животного – сразу было не разобрать. Однако собак таких мелких размеров в окрестности не водилось, а диких здесь не было. Я замер в недоумении, так как животное пристально смотрело в мою сторону: встав и сделав несколько шагов, понял, что это лисица ярко-рыжего цвета. В следующие несколько секунд лиса выгнулась горбом и большими прыжками побежала прямо на меня. Мое тело остолбенело – то ли от удивления, то ли от страха. Это где такое видано, чтобы лиса нападала на человека?! На мгновенье, исчезнув в долине, она очутилась у моих ног, и я ничего не успел сделать, как она вцепилась в мой ботинок. Хорошо, что ботинки были крепкие: лиса не смогла прокусить обувь и достать зубами до кожи стопы. Конечно, я вынужден был защищаться и несколько раз ударил ее палкой по голове. После чего она ослабила хватку, но отпускать и не собиралась. Мне пришлось нанести еще несколько ударов в голову лисе, что привело к ее потере сознания. Затем лиса немного подергалась в судорогах и замерла. Кажется, она умерла. Я отошел на безопасное расстояние и внимательно стал следить, но та лежала неподвижно. Подошел ближе – лиса не шевелилась, показалось, что она не дышит, заметил небольшую струйку крови из ушей и слюну, которая стекала изо рта. Меня охватило неприятное чувство внутренней пустоты и отчаяния. «Неужели я ее убил?» – полушепотом сказал я. Передо мной лежала красивая лиса, которую я впервые видел с такого близкого расстояния. Острый носик, красивые ушки и круглые еще открытые глаза. О Аллах, что я наделал?! Позабыв о всех страхах, моя рука потянулась к лисе, поглаживая уже бездыханное тело.

День пролетел как-то быстро. Первое, что сделал, придя домой, так это рассказал дедушке во всех подробностях о битве с лисой. Дедушка выслушал меня спокойно и, нахмурив брови, спросил, трогал ли я лису и есть ли царапины у меня на коже. После он сообщил мне, что лиса, скорее всего, была заражена бешенством, и надо ее срочно сжечь в яме. Незамедлительно добравшись до нее, мы так и поступили.

Из школьного курса биологии я немного знал, что бешенство относится к особо опасным смертельным инфекциям природно-очагового характера. С одной стороны, был рад тому, что не убил здоровую лису, которая могла быть просто голодна, как я думал; с другой стороны, меня не совсем радовала перспектива оказаться на карантине и получить десятки уколов в живот.

Животные становятся агрессивными в двух случаях: когда они голодны и когда они защищают себя или свое потомство. Этот случай, конечно, то исключение, когда психика животного нарушена из-за болезни… Однако человек порой может быть более жестоким, чем любое животное. И только он может убить из-за наживы, забавы или власти. Некоторые группы людей формируют свой какой-то особый мир…

История, которая приключилась со студентом медицинского университета, навсегда научила его пониманию, что люди бывают иногда совершенно безрассудны.

…В один из обычных дней Андрей вышел проводить своего друга. На пешеходном переходе он лишь успел услышать скрип колес и почувствовать удар, который подбросил его в воздух, словно мотылька, а затем еще один удар при приземлении на асфальт также отдался болью во всех клетках его тела. После он лишь смутно помнил, как его загрузили в машину, потом были тряская езда, шум людей и белые халаты. Когда Андрей пришел в себя, он увидел, что очутился на больничной койке. Кругом толпились люди в белых халатах… Потихонечку начал понимать, где он и что с ним произошло. Травмы, к счастью, оказались не смертельными. Он отделался ушибом бедра, гематомой печени, небольшой ссадиной грудной клетки и легким сотрясением головного мозга. При этом все тело жутко болело, в особенности голова. Несмотря на рекомендации врачей, Андрей решил поехать домой. Его ждали какие-то незнакомые люди. Они принесли костыли и предложили поговорить на улице, коротко объяснив, что были за рулем машины, которая сбила студента. Андрей согласился, так как не заподозрил в этом ничего необычного, скорее ввиду отсутствия опыта в подобных ситуациях. На улице к нему подошёл мужчина лет 45–50 на вид, с неприятным лицом, на котором отчетливо можно было заметить несколько шрамов. Он предложил сесть в недалеко припаркованный джип и обсудить сложившуюся ситуацию. Андрей потихонечку последовал к машине. Закрыв двери джипа, этот неприятный тип начал диалог.

– Я по жизни – бродяга с левого берега, – грубо промолвил он, оценивающе посмотрев на Андрея, добавил: – Шрам кличут меня, а ты кто по жизни?

Признаться, студент был в тупике. Он не понимал, что все это значит и что ему надо ответить этому странному человеку. Андрей подумал и решил, что он не кто иной, как студент.

– Студент я по жизни, – ответил он.

Шрам усмехнулся, или это была улыбка: трудно было понять по его выражению лица, какие чувства он испытывает. Повисла небольшая пауза.

– Ладно, малой, разберемся, – сказал Шрам, но, резко повернувшись к Андрею, добавил: – Но что будем делать?

Студент наконец собрался с мыслями, оценив более или менее ситуацию, шепотом выдавил из себя:

– Думаю, вы лучше знаете, как нужно поступить в подобной ситуации. Я сотрудников не вызывал – это первое, второе – вы меня сбили на пешеходном переходе… А вы как поступили бы на моем месте?

– Хорошо, поступим как надо. – Сказав это, Шрам завел двигатель.

Он объяснил, что необходимо немного отъехать и взять деньги. По договору Андрей должен был получить кругленькую сумму, которую хватило бы на год-два студенческой жизни. Предвкушая победу, Андрей внутренне радовался своей смелости и даже немного почувствовал свою важность.

Однако дорога, которая должна была занять минут десять, затянулась, что заставило сердце студента биться все быстрее и быстрее. Наконец доехали. Джип остановился на окраине города, где было много новостроек и недостроенных зданий. Шрам грубым движением открыл дверь автомобиля и резким тоном потребовал выйти из машины. Андрею ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Не успел он выйти из машины, как его окружили еще несколько автомобилей, из которых посыпались молодые люди, хорошо вооруженные и агрессивно настроенные. Один из них, мужчина в спортивной одежде и в кроссовках, на вид лет тридцати, раздраженно заявил:

– Шрам, ты что, для этого меня вытащил?! Мне что, нечем больше заниматься, чем разбираться с сопляками?!

– Я подумал, что приедут его земляки… Ты же знаешь их, – ответил Шрам виноватым голосом.

– Но и где же они? Я что-то не вижу тут толпу. – Мужчина демонстративно поправил пистолет, который был укреплен на поясе, и, резко повернувшись к студенту, заорал:

– И что нам с тобой делать?! Может, тебя следует потерять здесь?!

При этих словах у Андрея зазвенело в ушах. Сердце начало ритмично биться: в мыслях он начал строить возможные варианты хода событий, и тут неожиданно пришла мысль-спасение.

– Вы, конечно, можете меня, как выразились, потерять, но я не пакетик с мусором. Думаю, меня будут искать, если уже не начали.

Потом Андрей остановился, подумав, не переходит ли он «красную черту», роя себе яму. Однако тут же к нему вернулась мысль, которую на минуту потерял.

– Если так хотите разбираться, то вам не нужны никакие мои родственники, я могу вызвать человека из вашего же круга: он вполне способен создать вам всем проблемы. Его зовут Агей, – продолжил он.

Не успел Андрей произнести последние слова, как половина тех, кто окружал его, исчезли, а тот молодой мужчина переглянулся со Шрамом. Потом задали несколько уточняющих вопросов. После их разговор принял цивилизованный характер с извинениями с их стороны и объяснением, что все это – большое недоразумение. Андрей, со своей стороны, был рад: все приняло положительный оборот, он не стал «лепить раму», подливая масло в огонь…

Все дело оказалось в том, что его сбил пьяный водитель одного из смотрящих района города (это такая иерархия в преступном мире). Агей, которого он знал по стечению обстоятельств, оказался не просто авторитетным человеком, как предполагал Андрей, а чуть ли не вторым в их иерархии. Андрею дали определенную сумму и отвезли домой. Затем еще несколько раз вежливо справлялись о его здоровье.

Слезы надежды

Стояла жаркая августовская погода. Отец семейства привез арбузы, как обычно, проделав путь длиной 100 километров туда и обратно. Состоялось радостное семейное застолье, и все было бы хорошо, вот только состояние здоровья одной из дочерей неожиданно начало ухудшаться. Одни подумали – отравление, другие – аллергия, но боли в животе и температура с каждым днем усиливались. Ребенок перестал кушать, присоединилась слабость, на коже появилась сыпь. Срочно привезли в центральную детскую клинику. Диагноз прозвучал как гром среди ясного неба: эхинококкоз печени. Пречист Аллах! Профессор Н. была из той категории ученых, которая выше всего ставила здоровье и жизнь человека, поэтому, быстро преодолев все административные преграды, с ее легкой руки девочка оказалась в отделении детской хирургии. Помню очень хорошо выразительные и добрые черты лица профессора, грамотную речь и постоянное желание передать опыт и знания, непрерывную борьбу за жизнь малышей. И в случае с этой девочкой она сделала все возможное. Дальше начался «тихий» ужас. Провели сложную операцию по удалению эхинококковой кисты с частью печени. Желчь вывели наружу с помощью специальных дренажей, и ребенку нужно было периодически выпивать ее, так как без желчи мы жить не можем. Вы только представьте себе, каково это – ребенку пить горькую, очень неприятную смесь и делать это постоянно. Думаю, не каждый взрослый с этим справится. Ребенок осунулся, потерял в весе и стал замкнутым. С одной стороны, операция позади, и можно вздохнуть с облегчением, но с другой стороны, оказалось, что все только начинается. Врачи прилагали титанические усилия для восстановления здоровья девочки, но нужно было двигаться дальше. Предстояла транспортировка в федеральный центр детской хирургии. Удивляешься тому, сколько бумаг необходимо оформить для того, чтобы человек просто попал туда, где ему могут помочь, и сколько инстанций нужно пройти, где сидят порой далекие от лечебного процесса и конкретных людских проблем руководители всевозможных отделов. Однако других вариантов не было, родные девочки стойко прошли все процедуры и в итоге оказались там, где была надежда. Надо отдать должное: врачи сделали все необходимое для скорейшей перевозки ребенка.

Большой город с небоскребами и длинными магистралями встретил пронизывающим кости морозом. Такой же холод, как на улице, был и на сердце ожидающих операцию. В такой ситуации душу трудно согреть. Лишь поминание Аллаха успокаивает наши сердца!.. Хорошо хоть, друзья семьи встретили радушно и все делали, чтобы оказать гостеприимство. Наконец подошел день второй операции. В это утро на вокзале было немноголюдно. Все люди неслись куда-то, и никому не было дела до переживаний и боли, которую испытывала девочка. Таков этот мир… Равнодушный и жестокий. Каждый день мы встречаем десятки людей, случайных прохожих на улице, и у каждого есть своя забота, известная чаще ему одному. Лишь мать не выпускала ручонку дочери из своей руки, отдавая тепло материнской любви, которая хоть как-то согревала… Девочка в сопровождении матери, врача и брата поехали по указанному адресу. Их ждали и сразу госпитализировали в отделение хирургии. Те зимние дни, что пришлось провести в ожидании еще одной операции, проходили однообразно… Брата принял заведующий отделением хирургии.

– Добрый день!

– Здравствуйте!

– Пожалуйста, присаживайтесь. Девочке предстоит очень серьезная операция. Шансов ее перенести не так много, но надежда есть.

– Спасибо вам за все! Делайте, что должно, доктор, да поможет вам Всевышний!

Брат прекрасно понимал, что скрывается за словами доктора. Теперь предстояла встреча с матерью: нужно было найти слова, чтобы убедить и максимально мягко все донести до нее.

– Мама, операция будет завтра.

– Это опасно? – спросила мама дрогнувшим голосом.

– Мама, это операция, но оставлять все как есть, – еще опаснее.

Это был первый и единственный день, когда он ушел от ответа или не договорил. Боялся за мать: она и так многое пережила. Хирург на его вопрос о рисках сказал, что вероятность перенести операцию благополучно примерно процентов десять. Сын не мог сказать это матери, да простит его и нас Аллах! Это решение он взял на себя. Имел ли право? Не знаю. На тот момент это было оправданно. Мама потихонечку повернулась в сторону окна, кажется, по ее щекам потекли слезы. Эти слезы, которые невозможно забыть. Руки матери слегка дрожали, губы казались посиневшими. Далее сыну и брату тяжело описывать состояние матери. Даже сейчас, спустя годы, он с трудом рассказывает об этом. Следует сказать, мать держалась очень достойно и все перенесла так, как только это умеют мамы.

Многочасовая операция по формированию нужных коммуникаций для восстановления нормальной работы пищеварительной системы завершилась благополучно. Ребенок медленно начал выздоравливать, и через пару месяцев девочка уже улыбалась. Хвала Аллаху!

От сердца к сердцу

Оперировать родных или коллег, которых ты знаешь лично, является задачей не из легких: речь идет о моральной нагрузке, нежели о технических или клинических трудностях. Доктор Бек готовился к этой операции недели три, и связано было это отнюдь не со сложностью предстоящей операции, а скорее с волнением за ее исход. Дело в том, что ему предстояло оперировать родного дядю – одного из уважаемых людей его фамилии. Магди – человек мягкого нрава и высокой внутренней культуры, за его плечами был большой багаж знаний и опыта. Мог часами рассказывать истории, произошедшие в самых разных уголках мира. Он был внимателен ко всем. Мы не всегда осознаём, какое это благо, когда у нас есть старшие, у которых можно спросить о чем-то и получить совет или наставление. Даже просто осознание того, что они есть, дает нам позитивную энергию.

Магди предстояла операция по коррекции стеноза устья левой почечной артерии из-за злокачественного течения гипертонической болезни. Операция технически не самая сложная, хотя никогда не следует недооценивать ее. Нередко простые операции превращаются в очень сложную проблему, порой угрожающую жизни пациента. Всегда боишься осложнений. Почечная артерия отходит непосредственно от аорты, и при операции это может стать проблемой. Например, одним из осложнений может явиться разрыв почечной артерии в месте ее отхождения, что закончится катастрофой. Именно на этом участке и локализовалась атеросклеротическая бляшка, которую предстоит реставрировать. Бляшки по своей структуре бывают разные: мягкие и крайне твердые, не поддающиеся воздействию расширяющих устройств.

Пациент длительное время наблюдался у кардиолога и проходил обследование, пока не выявили критическое сужение почечной артерии. Бек госпитализировал дядю за два дня до операции, чтобы должным образом подготовить его. В день операции приехали сыновья Магди и двоюродные братья хирурга. Вопрос лечения родственников является дискутабельным в медицинском сообществе. Бек не видел существенной разницы между пациентами: будь он близким или абсолютно не знакомым, другом или врагом, для него все больные одинаковы. При этом следует сказать, что моральную сторону вопроса нельзя игнорировать, и каждый хирург должен сам решить, насколько он готов к этому.

Чувствуя легкое волнение, доктор Бек зашагал в операционную. По пути следования в операционную он столкнулся с двоюродным братом, пожалуй, который был ему очень близок. Их взгляды невольно встретились. Во взгляде было больше, намного больше, чем можно выразить словами. Они многое вспомнили: беззаботное детство, сопряженное с трудностями юношество и прочее – и вот они два брата, которые заняли свою нишу в этом очень разном мире. Оба очень любили Магди, сын и племянник, и уважали друг друга. Бек подумал, что следовало пойти другой дорогой, чтобы избежать встречи с братом. Он почувствовал, как сжалось его сердце: улыбнулся и кивком головы как будто сказал: «Все будет хорошо, брат! На все воля Создателя!»

Даже в день операции Магди сохранил свое привычное настроение и старался шутить с членами операционной бригады. Хирург, как обычно, проверил готовность пациента и нужных инструментов и потихонечку приступил к обработке рук. Подошел к Магди и уловил его взгляд на себе. Бек старался не смотреть на дядю, таким образом добиваясь хладнокровия в своих действиях… Доктор продвигался к основному этапу операции, проделывая привычные для него шаги. Вот он ввел стент на баллоне в нужную позицию и начал усиливать давление в системе, но бляшка не поддавалась и не позволяла стенту раскрыться, хотя предварительная подготовка была проведена (опасаясь подобной ситуации). Хирург бросил короткий взгляд на операционную сестру. Так он делал всегда при столкновении со сложностями: скорее это была привычка. Произнося короткую молитву «Нет силы и мощи ни у кого, кроме Аллаха», принял решение дать максимальное давление, что могло помочь добиться нужного результата (но могло привести и к разрыву артерии). В такие минуты от внутреннего напряжения бывает ощущение, что вся кровь приливает к голове. Но… обошлось, стент был в нужной позиции! Хирург облегченно вздохнул и воздал хвалу Аллаху!..

В кабинет постучались в то самое время, когда я был занят работой над статьей, которую необходимо было в короткий срок выслать в редакцию медицинского журнала. Признаться, не очень люблю такие незапланированные визиты, но случаи бывают разные, и надо стараться относиться с пониманием. Не дожидаясь моего ответа, в кабинет зашел мужчина средних лет и, вежливо извинившись, пожал мне руку. Я предложил занять место рядом с моим столом. Х. начал озвучивать свою проблему, при этом поглядывая на меня. Было такое ощущение, что он в чем-то сомневался или о чем-то сильно беспокоился. Как позже выяснилось, его проблема состояла в том, что у него заболел отец, который болел онкологией, тяжелой формой анемии и лежал с инфарктом в ходу. Периодически возникали нестерпимые боли в груди, падало давление, и в этот момент происходило нарушение ритма сердца. При всем этом он сильно потерял в весе, и ему было почти под 80 лет. Х. еще не закончил рассказ, но в моей голове уже начала складываться картина катастрофы, в которой оказался его отец. Мне стало ясно, что даже перевозить такого пациента из другой клиники крайне опасно, не говоря уже о возможной операции… Однако он – человек еще живой, и он умирал, умирал мучительной смертью, и детям было невыносимо на это смотреть. Именно эта причина и привела его ко мне.

Вы знаете, дорогой читатель, в такие минуты очень тяжело. С одной стороны, мой врачебный долг, а с другой стороны – тяжеленный пациент, к которому боишься притронуться… Что делать?! Что сказать сыну отца?! Сказать «нет», лишая его надежды? Внимательно выслушав его, я задумался, в воздухе повисла тишина. Не знаю точно, как долго продолжалось молчание, но оно не могло продолжаться бесконечно. Я собрался с мыслями и сказал: «Хорошо, поехали, посмотрим его на месте».

Мы добирались достаточно долго, и, пока плелись сквозь пробки, мне вспомнилась одна удивительная история. Доктор Прачке (Pratschke) впечатлял не только блестящей хирургической техникой, но и высоким ростом (почти под два метра), впрочем, многие скандинавы являются высокими по природе. В клинике «Шарите» он был одним из ведущих экспертов в области пересадки почки. Однажды мне довелось побывать на конгрессе по трансплантологии, проходившем в Берлине. Надо отдать должное британцам, начавшим конгресс с доклада о профессоре Демихове, который является основоположником мировой трансплантологии. Конечно, доктор Прачке выступил очень хорошо, но операции делал гораздо лучше. В один из дней пребывания в отделении общей, висцеральной и трансплантхирургии клиники «Шарите» удалось попасть на операцию доктора Прачке. Безусловно, такие этапы операции, как анастомоз мочеточника, являются поистине ювелирными. Тончайшими нитями узел за узлом формируется соединение одной части мочеточника донорской почки с мочеточником реципиента. Удивительно, насколько тонко и аккуратно идет эта работа, которая выполняется руками такого могучего на внешний вид человека, но человека с большим сердцем. Наблюдая за движениями хирурга, я вспомнил рассказ одного замечательного человека. Рассказ о спасении жизни и о добром сердце, но совсем с другими участниками.

…Стояла пасмурная осенняя погода. Все кругом было погружено в туман. Глава семейства был в отъезде, и все дела по хозяйству легли на плечи Салмы. Коровы разбрелись, и Салма боялась, что они дойдут до соседних полей, где были посажены сельскохозяйственные культуры. По этой причине, второпях сделав некоторые работы по дому, она пошла их искать. Салма быстрыми шагами преодолела первый километр пути и, поняв, что стадо уже близко подошло к чужим угодьям, решила изменить маршрут. Испугавшись, что не успеет срезать им путь, приняла решение, рискнув идти дорогой, которая пролегала через болотистую местность. Салму сопровождал пес по кличке Амбал. В тумане было сложно находить верную тропинку, но опыт и знание местности не подводили ее. Она шла все дальше, почва под ногами становилась мягче, затем вновь чувствовала, что идет по прочному грунту. В какой-то момент правая нога Салмы увязла в мягком грунте: женщина тут же постаралась вынуть ее, но и вторая ушла еще глубже в какую-то жижу. Каждое движение затягивало ее тело в глубину: она уже не чувствовала опоры и поняла, что попала в болото. Задыхаясь от волнения, начала звать на помощь, поняв, что это бесполезно и вряд ли ее услышат, решила сначала успокоиться. И тут ее взгляд встретился с взглядом собаки, которая скулила рядом и прыгала из стороны в сторону. Собака, по известной только ей одной причине, остановилась и начала пристально смотреть прямо в глаза Салме. Тут в голову пришла мысль – как оказалась, спасительная! Не теряя времени, Салма втянула правую руку в рукав куртки и потянула к Амбалу свободную от руки часть. Салма и Амбал как будто вели мысленный диалог. Амбал, все поняв, моментально схватился крепкой челюстью за куртку и начал медленно вытаскивать уже ослабевшую женщину из объятий возможной смерти, ей это удалось. Салма безмерно была благодарна собаке!.. Обмякшая женщина немного полежала, улыбнулась, посмотрев на небо, которое уже успело очиститься от тумана: оно показалось ей особенно ясным в этот день! Салма медленным шагом пошла в сторону дома…

Операцию Прачке закончил с хорошим техническим результатом. Однако на этом процесс лечения не заканчивается – еще предстоит борьба за приживление пересаженного органа.

…Наконец мы прибыли к месту: заведующий отделением реанимации скоропомощной клиники встретил нас довольно радушно. Мы были знакомы и не раз решали похожие задачи, но такой сложный случай еще не встречался. На деле ситуация оказалась еще хуже. В глазах присутствующих так и читалось: «Оставьте бедного старика, дайте спокойно уйти». Признаться, и мне такая мысль приходила в голову: это было бы лучше, чем он умрет у меня на операционном столе. Однако он был жив и в данный момент стонал от боли, если его не обезболивали наркотическими средствами, предназначенными для таких случаев. Честно говоря, не смог отказать сыновьям. Вышел к ним в коридор и, выдавливая каждое слово, проговорил: «Не могу вас лишить надежды, поэтому, как бы это ни было рискованно, мы возьмемся за него, но надо быть готовыми ко всему». На их лицах как будто появился яркий свет, хотя самое тяжелое ждало впереди.

Проезжая между пробками обратно, меня не покидало тяжелое ощущение надвигающейся катастрофы. Понимал, какого непростого пациента беру в клинику: косвенно подставлял всех коллег – кардиолога, анестезиолога-реаниматолога и себя… Но что оставалось мне делать? Поэтому я твердо решил идти до конца!

Пациента перевезли на специальном реанимобиле. Вся сердечная команда уже ждала его. Сделав необходимые процедуры, он был взят в операционную. Ситуация с сосудами была критической: выбрав самые крупные артерии, я сосредоточился на восстановлении их проходимости. Возникло много волнительных ситуаций во время операции. В один из моментов мы даже подумали, что уже не справимся и потеряем его, но по удивительному стечению обстоятельств удалось преодолеть все опасные эпизоды… Понимаете, если даже перевалило за восьмой десяток, вам все равно хочется жить! Никто не готов умереть. Мы любим жизнь и любим этот мир. При этом важно помнить, что встреча с нашим Господом неизбежна, и готовиться к ней следует должным образом. Во время операции я уловил сосредоточенный взгляд, в котором читалось: «Прошу Тебя, Создатель наш, продли мою жизнь!» Никто из созданий не имеет право отказать человеку в праве жить, сколько бы ему ни было лет.

Операция длилась около трёх часов. Его подняли в отделение реанимации. Я же, падая от усталости, побрел в свой кабинет и, не спеша делая глотки теплого и самого вкусного чая, внутренне благодарил Аллаха! Предстоял еще один сложнейший этап на пути выздоровления. Здесь два варианта – жизнь или смерть, – и третьего не дано. В реанимации идет борьба, как правило, с осложнениями инфаркта или преодоление первых самых тяжелых суток после не менее тяжелых операций. Здесь надо быть начеку! В любой момент может возникнуть отек легких, нарушения ритма, приводящие к внезапной остановке сердца, колебания артериального давления, которые могут привести к инсульту, и многое другое. Реаниматологи – бойцы невидимого фронта. Их работа чем-то напоминает «контрразведку»: они должны действовать быстро, точно и упреждая проблему. Восстановление у пациента шло тяжело, реаниматологи сделали, если можно так выразиться, невозможное.

Иногда совершенно ничего не понимаешь: безнадежный больной выздоравливает, несмотря на медицинские прогнозы, и, наоборот, больные, перенесшие операции или заболевание, готовящиеся уже покинуть госпиталь, внезапно умирают по одной понятной только Творцу причине.

С нашим пациентом шли долгие дни выздоровления: переливание плазмы, крови, титрование лекарств. Не такая уж легкая задача назначать лекарства таким пациентам, когда многое из того, что жизненно необходимо, нельзя по причине наличия противопоказаний, и задачу эту надо решать кардиологу. Однако за каждой трудностью наступает облегчение. Хвала Аллаху! …И вот настал момент выписки. Улыбка на лицах родных и врачей, так как это общая победа. Слова благодарности пациента. Мы прощались с пациентом, который стал нам всем уже родным. От сердца к сердцу!

Когда я коснулся сердца

Мне еще со школы очень хотелось стать врачом, поэтому я любил читать: в общем, разные книги, но больше биологию. Между прочими произведениями прочитал произведение «Чудесный доктор» А. И. Куприна, и этот рассказ зажег огонек в моем сердце, который до сих пор теплится в груди…

Трудно переоценить место и роль учителя в школе. Школа – первая ступень, где происходит процесс закладки вектора личностного роста. Несомненно, все начинается с родительского очага: именно родители определяют во многом, как ребенок относится к окружающему миру. На мой взгляд, очень важно понять для педагога степень ответственности и необходимости стремиться формировать личность, которая умеет нести ответственность и умеет правильно и своевременно осваивать знания, необходимые для будущего роста. Именно в школе нужно привить понимание взаимного уважения, да, именно взаимного, дать понять, что ученик – личность, которую уважают и с мнением его считаются. Конечно, это нелегкая работа – постараться найти ключ к сердцу и разуму каждого, чтобы он научился слышать вас, и поверить в него, а также помочь ему поверить в себя. Когда в тебя верят, это вселяет надежду и окрыляет на поступки. К сожалению, среди нас все меньше и меньше тех, кто способен на поступки!

Прошло больше пятнадцати лет, но я как сегодня помню каждое мгновение этого события, которое навсегда оставило приятный след в моем сердце. Оказаться на практике в одной из крупных кардиологических клиник Европы, будучи еще студентом четвертого курса лечебного факультета, является большой удачей в жизни человека, собирающегося посвятить себя медицине. Абсолютно убежден в том, что профессия врача является особенной и требует совершенно иного склада ума, дисциплины и открытой, способной на сопереживание души. Здесь очень важно иметь не только колоссальные знания в разных областях науки, но и быть добрым и любящим людей и свое дело человеком, способным чувствовать чужую боль и проявлять заботу и сострадание.

В жаркий июньский день я впервые открыл для себя Европу. В рамках проекта «Специализированные практики в Германии» был направлен на практику на базе больничного комплекса «Шарите» и Немецкого кардиоцентра Берлина. Именно здесь я впервые увидел ту большую хирургию, о которой можно было только мечтать! То, что увидел в первый день практики, трудно передать словами – восторг и восхищение: я по-настоящему коснулся сердца!

Те минуты, пока спускался в операционную и шел по просторному коридору, постарался вспомнить все операции, на которых бывал в России. Их было не так много, к сожалению, и то, что приходило мне на ум, были хаотичными воспоминаниями о ходе операций или об анатомии и топографии органов. Берлинская клиника сердца располагается в старинном здании, безусловно, с современным ремонтом и реставрацией. Все помещения, включая палаты, операционные, коридоры, очень просторны и оставляют впечатление какой-то внутренней свободы, придают уверенность и хорошее настроение, что играет немалую роль в выздоровлении пациентов.

Я вошел в операционную, спросил разрешения посмотреть на ход операции, как это было принято, о чем мне любезно сообщили медсестры. За столом стоял доктор Томас Крабач. Я присутствовал на его лекциях, когда он приезжал в Россию. Доктор Крабач вдруг посмотрел в мою сторону, спросил, откуда я и как зовут, что собираюсь делать на практике, и совершенно неожиданно для меня предложил обработать руки и встать за операционный стол. В течение тех 6–7 минут, которые были потрачены на обработку рук, я с трудом подавил в себе волнение. Операционная сестра быстро надела на меня халат и перчатки, и я встал за операционный стол напротив оперирующего хирурга. Едва взял в руки специальный аппарат для отсасывания крови с раны, как в операционную вошел невысокого роста хирург. Несмотря на небольшой рост, тело его было грузным и дышал он, как мне показалось, тяжело. При этом он очень уверенно и быстро двигался, на ходу отправляя комплименты и шутки медсестрам, и они очень живо реагировали: то ли шутки были смешные, то ли статус этого человека обязывал реагировать так на них (хотя для немцев это не характерно). Я не совсем четко понимал его быструю речь с баварским акцентом, да к тому же еще и переживал за ход операции.

Судя по волнению, которое охватило операционную бригаду, подумал, что это, наверное, какой-нибудь известный хирург; в чем и не ошибся, как узнал позже. Он встал на место доктора Крабача и начал быстрыми, отточенными движениями манипулировать на сердце. Доктор Крабач перешел на мою сторону и почему-то встал слева от меня, а не справа, где обычно стоит первый ассистент. Я внимательно наблюдал за каждым движением искусного хирурга. Годами отточенное мастерство, накопленный опыт и виртуозное владение хирургическими инструментами позволяли ему оперировать быстро.

В этот момент мне вспомнились слова очевидцев, наблюдавших операции, которые проводил хирург Н. И. Пирогов: свои операции он выполнял за считаные минуты с удивительной анатомической точностью. После защиты докторской диссертации в Дерптском университете Пирогов стажировался почти на протяжении двух лет в клинике «Шарите». На ее территории и находится в настоящее время кардиоцентр, где я сейчас стою и участвую в первой в своей жизни операции на сердце.

…У меня уже стали дрожать от волнения руки, хотя я еще ничего и не начинал делать: внутренне ругал себя, что согласился ассистировать, ведь мог бы отказаться, сославшись на первый день практики. Разве мог знать, что операцию будет проводить сам профессор Роланд Хетцер – один из лучших кардиохирургов не только Германии, но и всего мира? С другой стороны, понимал, что представляю здесь студенчество родного университета и должен с достоинством показать уровень подготовки высшей медицинской школы России. Сложность ситуации, в которой я оказался, заключалась в том, что, будучи студентом 4-го курса, я еще не имел четкого представления о последовательности действий в ходе всей операции на сердце. К моему счастью, операция была уже на этапе формирования анастомоза, и в мою задачу входило держать вывихнутое сердце, прижимая его ладонью правой руки, но не прилагать при этом большой силы, чтобы не травмировать сердце.

Профессор делал тончайший анастомоз. В операционной стояла пронзительная тишина, слышен был только рабочий шум многочисленной аппаратуры и звон инструментов, которые перекладывала операционная сестра. Чувствуя биение сердца под своей рукой, которое становилось все сильнее и сильнее, я стал вдруг отчетливо осознавать, какое это великое чудо – наше сердце! Сколько стремления к жизни, сколько надежды и силы было в его биении: сначала почти неуловимое мелкое дрожание, потом более ритмичные сокращения, которые становились все крепче и чаще. Приходилось прилагать значительное усилие, чтобы хирург мог спокойно манипулировать на сердечных артериях.

Как много в нашей жизни мы связываем с силой сердца: когда говорим о любви к родным и близким, то это означает «мы любим их всем сердцем». От всего сердца поздравляем и всем сердцем желаем мира и добра, благополучия и тепла. Однако мы еще далеки от понимания того, сколько сил стоит все это самому сердцу. За те минуты, что прикоснулся к живому трепещущему сердцу, я подумал о ребятах, которые отравляют себя, а значит, и свое сердце, никотином, спиртным и наркотиками. Ведь их тысячи и сотни тысяч! Если бы они понимали, как стремится сердце к жизни, когда оно начинает терять последние силы. Если бы видели работу кардиохирургов, когда те удивительнейшим образом стремятся вернуть сердцу способность жить! Но даже самые искусные хирурги и все другие врачи, снабженные современной техникой, бессильны помочь нам, если мы сами не начнем беречь свое сердце, любить его и относиться к нему как к чуду, которое дает нам возможность дышать и улыбаться!

Все, что видел и чувствовал в тот день, было поразительно! Тогда я твердо решил, что буду помогать сердцу жить, что это и есть дело всей моей жизни. Вот так состоялось мое первое знакомство с профессором Роландом Хетцером – известным кардиохирургом нашего времени. Так я впервые коснулся сердца и принял решение стать специалистом, который изучает проблемы сердца и сосудов, выбрав дело своей жизни и становясь на путь изучения сердца.

…В Берлине, конечно, были десятки очень интересных операций, в коих удавалось участвовать: интересные по своей сложности, многообразии и уникальности. Так, например, есть категория пациентов с терминальной сердечной недостаточностью из-за различных заболеваний: им показана пересадка сердца. В последнее десятилетие больших успехов достигло направление, связанное с искусственным сердцем, – так называемые системы поддержки левого желудочка, которые позволяют выиграть время до трансплантации (могут выступать в качестве самостоятельного метода лечения в некоторых случаях). Удивительные и сложные технологии помогают сохранить тысячу жизней! Конечно, это – шаг вперед, и таких шагов будет еще немало в динамично развивающейся области науки – медицине.

Хотелось бы рассказать моим читателям о самой длинной операции, в которой мне довелось участвовать. Это случилось в «практический» год обучения в Немецком кардиологическом центре Берлина (Praktischess Jahr). Мне позвонили из операционного блока, расположенного на первом этаже? и сказали, что доктор Муллахасанович просит меня помочь на операции. Он был родом из Албании. По приглашению директора клиники доктор приехал работать в Берлин, так как слыл очень искусным хирургом. Это страна пережила и переживала трудные времена. На лице доктора можно заметить отпечаток тех испытаний прошлого, через которые ему пришлось пройти. Глаза (зеркало души) были немного грустные, а голос (состояние души) тихий и спокойный, как у человека, столкнувшегося с трудностями жизни и человеческим страданием. И уже ничто не могло его заставить повысить голос или проявить эмоции экспрессивно и бурно. После того, что он пережил, каждодневные текущие проблемы ему казались сущими пустяками: доктор реагировал на них крайне взвешенно и с присущим ему спокойствием… Без сомнения, война – страшная катастрофа. Она уносит не только человеческие жизни, но и истребляет милосердие и сострадание среди людей, сопровождая все это разрушениями и бесчинствами. Даже спустя много времени война отзывается эхом боли в сердцах людей…

Хотя у меня было много дел в отделении, но отказать такому хирургу не смог. Кроме того, он меня многому научил. Конечно, я понимал, что скрывается под словом «помочь». Это означало ассистировать на длительной операции, так как доктор оперировал в основном на легких или аорте и клапанах сердца, хотя, замечу, в кардиохирургии коротких операций почти не бывает. На деле все оказалось еще сложнее: в этот день врач проводил пересадку комплекса «легкие – сердце» молодому пациенту. Я был наслышан об этих операциях от других ассистентов. Учитывая, что у меня предполагались планы на вечер, перспектива застрять в операционной в лучшем случае до глубокой ночи меня, конечно, не радовала. Однако я уже был там, да и операция была для меня очень интересной, так как мне раньше не доводилось участвовать в подобном.

Поздоровавшись с операционной бригадой, занял свое место рядом с доктором Муллахасановичем, грозным албанцем ростом почти в два метра. Жизнь закалила этого человека и его народ, так как столетиями здесь шло противостояние. На операции достаточно долго приходится держать специальные инструменты в очень некомфортной позе, чтобы обеспечить удобство для оператора, открывая операционное поле. Процесс удаления негодных органов и замена их на донорские занял, не вдаваясь в подробности, долгие часы, включая и время для перевозки и подготовки донорских органов. Конечно, мы сделали несколько перерывов для отдыха, но когда я вышел из операционной, то почувствовал слабость. Как можно быстрее постарался дойти до ближайшего дивана, чтобы немного отдохнуть.

Я с трудом дошел домой (тело абсолютно не слушалось!) и проспал, кажется, почти до вечера. Это был день, когда принял решение уйти в малоинвазивную кардиохирургию, и сделал вывод, впервые спустившись в катетерную лабораторию, которая в итоге и осталась моим основным местом работы. Ради справедливости надо сказать, что базовые навыки по эндоваскулярной хирургии я получил в России, хотя и в Германии многому научился, за что сердечно благодарен всем моим учителям!

К слову, будущему хирургу очень важно иметь крепкое здоровье и физически выносливое тело, так как иногда приходится часами стоять на операциях, что требует много сил… Однако в Германии была не только напряженная учеба, но и увлекательные путешествия.

Так, в один из дней лета мы с друзьями решили посетить Копенгаген. Очень хотелось увидеть оригинальный памятник русалке. Как таковых каникул у нас не было: лето обычно проходило в библиотеке, на практике в клинике «Шарите» или в Немецком кардиологическом центре, и любая возможность немного отвлечься была в радость. Поездка получилась интересной, единственное – вопрос с жильем заранее не был решен: мы думали, что проблем не будет с эконом-вариантом на одни сутки. Однако ошиблись: по приезде в Копенгаген оказалось, что свободных отелей нет. Что делать? Нам, уставшим с дороги, очень хотелось отдохнуть. Решили сначала поесть в кафе, затем, набравшись сил, погулять по городу. К ночи взяли билеты на самый поздний сеанс фильма и пошли в кинотеатр. Сейчас не помню в деталях, что за фильм мы смотрели, так как я в основном спал. Только помню, что речь шла о заражении воздуха из-за утечки ядовитого вещества, и люди начинали убивать друг друга или заканчивали жизнь самоубийством. Да к тому же фильм был на датском языке с английскими субтитрами. Ближе к трем часам ночи нас разбудил охранник и вежливо попросил покинуть зал. Полусонные, мы добрели до ближайшего кафе и решили попить кофе, но уже никакой кофе не мог противостоять желанию спать: здесь тоже нам сказали, что спать за столом у них нельзя. Из кафе направились на прогулку в надежде найти место, чтоб хотя бы прилечь. Дошли, как нам казалось, до парка и заснули крепким сном. Наутро меня разбудили чириканье птичек и детский смех. Оказалось, что мы провели остаток ночи в ботаническом саду. Думаю, не самое худшее место для отдыха и сна… Кто хотел памятник русалке – посмотрел, а что касается меня, то я поскорее желал вернуться в Берлин, принять душ и выспаться! Студенческая жизнь изобилует приключениями, и бывает приятно вспомнить студенческие годы.

Способность видеть – одно из чудес творца!

Воистину, слух, зрение и сердце – все они будут призваны к ответу за них. Коран, 17:36

В многообразии медицинских специальностей есть особое направление, которое изучает одно из самых необыкновенных чудес Господа – глаз! Трудно переоценить значение зрения в нашей жизни. Я бы хотел поделиться с дорогим читателем фантастической историей из жизни самого замечательного офтальмохирурга и передать ему слово. Есть в нашей жизни люди, которые внезапно приходят в нее, делая ее лучше и ярче. Мне трудно подобрать нужные слова, чтобы сказать в полной мере об этом человеке. Наверное, достаточно будет сказать, что он – добрый и отзывчивый! Есть одно особенное качество, которое украшает и отличает его, – это искренность. Он прямодушен, откровенен, доверителен во всем и со всеми: его речь, дела наполнены искренностью! Конечно, заглянуть в сердце человеку нам не дано, но по крайней мере я таким его вижу. Нам так сегодня не хватает этой простой черты характера, и, к сожалению, лицемерие все больше и больше распространяется среди нас.

Прошу Аллаха защитить нас от этого зла и от этой группы, о которой Аллах указал: «Воистину, лицемеры пытаются обмануть Аллаха, но это Он обманывает их. Когда они встают на намаз, то встают неохотно, показывая себя перед людьми и поминая Аллаха лишь немного» (Коран, 4:142).

Не будем испытывать терпение читателя и позволим нашему герою самому рассказать свою историю.

…В начале дня в больнице царит рабочая обстановка: медсестры с утра подготавливают операционный блок к текущим операциям. Мы с коллегой-хирургом проводили осмотр пациентов, оперированных днем ранее и которым предстояла операция по замене помутневшего хрусталика (помутнение прозрачного хрусталика называется катарактой). Хрусталик представляет из себя биологическую линзу с функцией по преломлению лучей света. Обычно пациентами оказываются люди преклонного возраста, но в этот день пациент был необычный – маленькая девочка двух лет. Девочку сопровождали молодые родители. Она страдала врожденной формой катаракты обоих глаз, и с момента своего рождения ребенок ничего не видел, кроме как тусклого света.

Родители, конечно, были взволнованы предстоящей операцией: ведь никто не мог точно сказать, какой будет исход операции. С ними провели беседу: подробно разъяснили всю предстоящую операцию. После чего в палату, где они расположились, вошел врач-анестезиолог, так как операция должна проводиться под наркозом. Поговорив с родителями и малышкой, он направился в сторону операционной, за ним вошел и хирург.

Родители с большим волнением и надеждой проводили дочь до операционной, мать, нежно обняв ее, отпустила с медсестрой, и они вернулись в палату. Трудно подобрать слова, чтобы описать любовь и привязанность матери к своему ребенку. Точно можно сказать, что это одно из самых сильных чувств, которое человек способен проявить, но… Всевышний любит нас сильнее!

Передают со слов ‘Умара ибн аль-Хаттаба (да будет доволен им Аллах), который сказал: «К Посланнику Аллаха (мир ему и благословение Аллаха!) привели пленников. Среди пленных была женщина, которая (что-то) искала. Когда же она нашла среди пленных своего маленького сына, то схватила его, обняла, а потом накормила грудью. Тогда Посланник Аллаха (мир ему и благословение!) сказал нам: “Как вы думаете, бросит ли эта женщина своего ребенка в огонь?”. Мы ответили: “Нет… клянемся Аллахом! Добровольно она его никогда не бросит”. Посланник Аллаха (мир ему и благословение!) сказал: “Аллах же более милостив к Своим рабам, чем эта женщина к своему ребенку”».

Любовь и забота матери к своему чаду сохраняется до конца жизни. Если вы хотите причинить вред ребенку, то мать в мгновение превращается в тигрицу, готовую разорвать вас в клочья. Также за добро, проявленное по отношению к ее чаду, она всегда будет вам благодарна. Как бы старше ребенок ни становился, мать не перестает любить и переживать за него. Она готова все отдать, если потребуется, ради дитя… Думаю, достаточно даже того, что мать девять месяцев носит нас в утробе, а затем терпеливо и бережно растит и всю оставшуюся жизнь молится за нас. Много бессонных ночей она проводит у кроватки, лишь бы мы не плакали и спокойно спали. Какие бы слова я ни использовал, чтобы описать любовь родителей к детям, они не будут отражать полноту этого чувства! По этой причине они должны занимать особое место в нашей жизни: к ним нужно относиться бережно и внимательно, проявляя уважение, смирение и терпение. Что бы ни сделали, все равно мы в вечном неоплатном долгу перед ними: родители всегда отдают гораздо больше.

Войдя в операционную, девочка услышала разговоры врачей, медсестер, которые ждали ее, услышала от них теплые слова о том, какая она смелая и красивая. Уложив ее на операционный стол, анестезиолог начал проводить наркоз. Через пару минут девочка лежала без сознания, погрузившись в искусственный сон. Задумываешься: что чувствует или видит ребенок, погруженный в наркозный сон? После того, как установили расширитель века, хирург начал операцию. Было видно, как он с волнением и тревогой, бережно проводил тончайшую операцию: заменил биологически негодный хрусталик на искусственный. Конечно, все происходит не так быстро, как описывается здесь. Это минуты напряженного труда, очень тонкие и взвешенные манипуляции на маленьком глазе. Нельзя ошибиться: ценой может стать зрение ребенка, и этот шанс не вернуть, его нельзя упускать. Вообще, чтобы хирург мог проводить подобные операции, ему необходимо годами обучаться мастерству хирургии и всю оставшуюся жизнь нести ответственность за свою работу, продолжая при этом совершенствоваться.

После того, как хирург объявил об окончании операции, все находящиеся в операционной были довольны исходом проведенной операции. Так как операция прошла без осложнений, мы ожидали получить хороший результат.

Девочка легко отошла от наркоза, после чего ее отвезли в палату к родителям, которые с большим переживанием ждали конца операции. Они очень обрадовались, что все прошло хорошо. Через пару часов, когда сняли повязку с оперированного глаза, девочка была очень счастлива, и у нее вырвался крик восторга! Впервые за два года своей жизни она наконец-то увидела своих родителей, начала ходить по коридору отделения, рассматривая яркие картины на стенах, удивлялась разным цветам и людям, которых она могла уже видеть. Интересно, что происходит в мыслях и в сердце маленькой девочки, которая впервые увидела свет, краски жизни, папу и маму?!

Утром, когда мы вернулись в отделение, было приятно встретить девочку: еще вчера она ничего не могла видеть, а сегодня уже бегала по отделению, радовалась и смеялась. Родители девочки выразили благодарность прежде всего Аллаху, а затем врачам и медсестрам, которые стали причиной возвращения зрения их малышке! И глаза матери улыбались, наполненные слезами счастья за свою дочку. Увидев эмоции и радость этой девочки и ее родителей, понимаешь, что переживания и страхи относительно исхода операции оправданы чувством приятной теплоты, испытываемым в момент торжества победы над болезнью, и все больше начинаешь любить свою профессию и людей.

Я не открою секрет, если скажу, что профессия хирурга связана с рисками. К сожалению, иногда риски становятся вполне реальными и возникают осложнения, с коими сложно справиться. Однако мы всегда стремимся и должны стремиться к тому, чтобы преодолеть осложнение с наименьшим ущербом для здоровья пациента. Прежде всего имею в виду людей моей профессии. При написании этих строк мысли устремляются в прошлое, пытаясь воссоздать картину того дня, который состарил меня на несколько лет. Пациентом был парень лет 18, готовившийся поступать в университет, на факультет юриспруденции. Он пришел на прием в сопровождении матери, очень сдержанной и спокойной женщины. У парня был диагноз – рецидив варикоцеле (расширение вен семенного канатика) после ранее перенесенной операции. В таком случае нередко прибегают к эндоваскулярной технологии, применение которой заключается во введении микроспиралей в просвет сосуда (вены) с помощью эмболизации (закрытие сосуда). После проведения необходимых анализов и подробной беседы с больным я записал его на операцию. В назначенный день пациент пришел вместе с матерью.

Операция шла как обычно, без сложностей до того момента, пока я не довел специальный катетер в вену, предполагаемую закрыть. Однако катетер надо было продвинуть немного глубже. Чувствовалось сопротивление инструменту, но я старался как можно аккуратнее добиться нужной позиции. В один момент обнаружил, что дистальный конец катетера фрагментировался, то есть тот конец, который был в почечной вене, оторвался. Сложно передать, что чувствует хирург в такие минуты… Ты понимаешь, что произошла катастрофа, в следующую секунду переживаешь бурю эмоций, как будто вся кровь приливает к голове, и сердце начинает биться быстрее. Потом приходит хладнокровие, начинается мыслительный процесс: одно решение меняется на другое, мозг ищет выход из сложившейся ситуации. Все действия по извлечению катетера оказались безуспешными. Перед глазами всплывает лицо матери, ждущей с надеждой, а на операционном столе – парнишка, у которого вся жизнь впереди (университет, возможно, блестящая карьера и долгая счастливая жизнь). И все это может оборваться по воле Аллаха, прими я неправильное решение. В таких ситуациях решение надо принимать быстро. Я вышел к матери пациента:

– Е. А., выслушайте меня, пожалуйста! Мы должны вместе сделать все, чтобы решить возникшие непредвиденные сложности, которые, возможно, угрожают жизни сына.

– А что случилось, доктор? Вы меня пугаете…

– К сожалению, возникли трудности, и наилучшим образом данный вид осложнений может устранить мой коллега из другой клиники, у которого большой опыт.

– Доктор, но ведь ничего не должно было случиться: это же не требующая больших усилий процедура.

– Да, вы правы, но возникло осложнение… Это случается в хирургии, и я вас прошу меня поддержать и понять. После того, как все будет позади, у вас будет возможность высказать мне, что на душе, а сейчас надо действовать.

Надо отдать должное выдержке матери: наверное, помогла ее профессия военной. Как я позже узнал, она была офицером военной прокуратуры.

Пациента перевели в другую клинику, и коллега помог мне справиться с данной ситуацией. После были длительные выяснения с фирмами, поставщиками и производителями, а что касается Е. А., то с ней мы расстались дружелюбно, еще раз обсудив все случившееся. Поняв, что сыну уже ничто не угрожает, она поблагодарила, и я после этого ее не видел.

Уверен, что всегда следует нести ответственность за своих пациентов. Что бы ни случилось, нужно действовать и приложить максимум усилий для разрешения ситуации. Нельзя убегать от проблемы, нельзя оправдываться и выдумывать, а нужно взвесить все и вместе с родственниками принять решение. Наша задача – действовать, а результат за Аллахом!

Ради таких моментов я посвятил себя изучению медицины

В эту апрельскую ночь, как обычно, приехав с работы, я проводил время в кругу семьи. Рабочий день был достаточно загруженным, и ближе к одиннадцати ночи, почувствовав приятную усталость, заснул. Меня разбудил телефонный звонок, который раздался ближе к часу ночи. Сон у хирургов, привыкших дежурить ночью или приезжать в клинику по звонку, становится чутким. Звонили из клиники специализированной скорой медицинской помощи, и я поймал себя на мысли, что уже предполагаю, по какому поводу могли побеспокоить в столь поздний час.

Дежурный кардиолог извинился за поздний звонок и быстро отрапортовал о сложившейся ситуации. Речь шла о пациенте 56 лет, с диагнозом «инфаркт миокарда в ходу» (была остановка сердца). Провели успешную сердечно-легочную реанимацию, но состояние пациента оставалось нестабильным и могло в любой момент привести к смерти. От начала инфаркта прошло не более 12 часов, поэтому было принято решение незамедлительно госпитализировать его в клинику, где имелись условия для оказания высокотехнологичной помощи. Я сделал необходимые приготовления, позвонив анестезиологу-реаниматологу и операционной сестре, хотя и нелегко было принять решение о звонке в поздний час (ведь они весь день работали и заслужили отдых). Такова наша профессия! Мы часто встаем с постели поздно ночью и спокойно едем в клинику, где в нас нуждаются. Быстро оделся и потихонечку, чтобы не разбудить детей, вышел. Мне предстояло еще преодолеть расстояние до клиники, которое занимало 15–20 минут на машине. За это время я обдумывал все возможные варианты течения событий, волновался, представлял, как быстро переговорю с родными пациента, а затем, не теряя драгоценные минуты, приступлю к оказанию помощи. Хотя процесс оказания помощи начинается уже с момента поступления пациента в приемный покой: это отработанный сложный процесс, включающий осмотр кардиолога, необходимые инструментальные исследования, если состояние пациента позволяет, осмотр анестезиолога-реаниматолога. Приехав в клинику, обнаружил, что пациент уже доставлен и к сожалению, был еще один эпизод приступа боли, который сопровождался нарушением ритма сердца. Времени на беседу с родственниками у меня не было, хотя это и очень важная часть: в другой ситуации пренебрегать, конечно, не стал бы. В те несколько минут, пока кардиолог докладывал о диагнозе больного, я успел попросить его поговорить с родственниками и объяснить всю опасность и сложность состояния пациента. Так как состояние действительно было крайне тяжелым: больной мог умереть на любом этапе оказания помощи – в приемном покое, в операционной, в реанимации. Статистика результатов лечения пациентов с обширным инфарктом была не самой утешительной даже в лучших клиниках мира. Без всякого преувеличения, беседа с родными обязательна, так как, если будут осложнения или летальный исход, трудно объяснить, что такое случается, несмотря на все наши усилия.

«Скажи: смерть, от которой вы убегаете, настигнет вас, после чего вы вернетесь к Ведающему сокровенное и явное, и Он сообщит вам о том, что вы совершали» (Коран, 62:8).

Непонимание со стороны родственников создает в последующем много неприятностей, чаще всего касающихся оперирующего хирурга. Это сложная психологическая обстановка и данность, с которой надо считаться. Непросто продолжать и дальше оперировать не менее сложных больных, одновременно занимаясь разбирательствами и жалобами родственников пациента или его самого… Однако вернемся в отделение. Больной уже был на операционном столе, когда я быстро переоделся и зашел в предоперационную комнату, которую называют пультовой. Бригада была на месте поздоровавшись со всеми, я вошел в зал, где уже меня ждали анестезиолог и медсестра. Операционная сестра – особый человек: ты делишь с ней все свои победы и поражения, минуты максимального душевного напряжения и радостного ликования! Она рядом бок о бок, как и анестезиолог-реаниматолог. Реаниматологи занимают важное место, в том числе и при экстренных операциях при инфаркте миокарда, при которых нередко происходят критические ситуации, граничащие между жизнью и смертью. В данной ситуации они лавируют на очень ограниченном пространстве, когда от их действий зависит дальнейший успех операции, не говоря уже о самых тяжелых первых послеоперационных днях нахождения больных в реанимации.

После обработки рук сестра быстро надела халат и перчатки, и я встал за операционный стол. Это был молодой человек приятной наружности с правильными чертами лица. Затем мой взгляд машинально переместился на монитор контроля, оценивая гемодинамику: артериальное давление, пульс и ЭКГ, а также насыщение крови кислородом. Мы коротко переговорили с анестезиологом, и я начал операцию. Мне предстояло провести диагностическую коронарографию, оценить ситуацию и при наличии показаний провести катетерную операцию на сосудах сердца под названием «ангиопластика» (расширение сосуда в месте его сужения специальным устройством), а также и стентирование коронарной артерии. Работа интервенционного кардиолога или эндоваскулярного хирурга, что является по сути одной и той же специальностью, тесно взаимосвязана с очень сложным оборудованием, так называемым ангиогрофом, который является орудием в руках врача для достижения поставленной цели возвращения здоровья пациенту, а нередко и спасения жизни. Всем этим, конечно, мы обязаны великим ученым-врачам, биологам, физикам, математикам, химикам и инженерам. Нередко врачи подвергали свою жизнь опасности, проводя эксперименты и апробацию того или иного метода на себе. Значимость этих достижений трудно переоценить…

Вернемся к больному. После тщательной обработки кисти правой руки до локтя и проведения местной анестезии предстояло сделать пункцию лучевой артерии и установить так называемый специальный порт – интродъюссер (специальный порт, через который вводят инструменты в сосуды). Через данный порт и проводятся все другие инструменты для коронарографии и, если потребуется, стентирования коронарной артерии. В хирургии любой этап важен, и если возникает проблема на каком-то из этих этапов, то это отнимает время и силы, которые так необходимы для быстрого и эффективного достижения поставленной цели. По этой причине пункцию лучевой артерии проводят очень осторожно и тщательно, что мы и сделали. Затем провели специальный проводник через лучевую артерию в плечевую, двигая его дальше в подключичную, а из нее в аорту, в коронарный синус, и по нему – левый диагностический катетер. На этом этапе нужно быть очень внимательным, соблюдая максимальную осторожность, чтобы не повредить нежный внутренний слой сосуда эндотелий или всю стенку сосуда, что может привести к нежелательным осложнениям, которые могут угрожать жизни больного. Далее я манипулировал диагностическим катетером для установки его в позиции устья левой коронарной артерии, что удается чаще всего без особых усилий, сделав контрольное небольшое введение контрастного вещества. Чтобы убедиться, что катетер стоит в правильной позиции, я приступил к коронарографии, введя контрастный препарат в артерии сердца и при этом рассматривая сосуд в разных проекциях. Увиденное еще на первой съемке заставило мое сердце съежиться и забиться быстрее, так как картина была, мягко говоря, достаточно сложной. Здесь было поражение главного сосуда сердца – ствола левой коронарной артерии – с переходом поражения в левую нисходящую артерию и в огибающую артерию. Ситуация усугублялась еще тем, что левая нисходящая артерия (так называемая «река жизни») была закрыта тромботическими массами. Нельзя было медлить, и я, стремительно скоро убрав левый диагностический катетер, заменил его на правый диагностический и начал искать правую артерию сердца. Это не всегда удается сделать быстро, но в нашем случае повезло, так как сосуд был достаточно крупным: удалось быстро его найти, что порадовало. С ним все было хорошо: собственно говоря, это и позволило пациенту еще оставаться живым и давало шанс нам справиться с данной проблемой, а больному перенести операцию.

После всесторонней и детальной оценки сосудистого русла, клинического состояния больного было принято решение незамедлительно оперировать, сделать максимально возможное для восстановления проходимости сосудов сердца, что могло спасти ему жизнь. Анестезиологи провели медикаментозную поддержку. Я приступил к операции с именем Всевышнего: «О Аллах, помоги!» С этими словами заменил диагностический катетер на специальный проводниковый, предназначенный для проведения операционных инструментов. Операция была крайне сложной и опасной, так как предстояло не только открыть один из главных сосудов сердца, очистив его от тромбов, но и восстановить проходимость в стволе левой артерии сердца. Для этого было необходимо кратковременно обесточить почти все левое русло, что могло привести, особенно у больного с инфарктом в ходу, к остановке сердца. В ситуации, когда инфарктом частично повреждена сердечная мышца, возникают угрожающие жизни нарушения ритма, и остановка может привести к летальному исходу, поэтому я очень рисковал и боялся. Беспокоился, конечно, не за себя: в такие минуты ты не способен думать о себе, а боялся за жизнь пациента. От сознания, что в любую секунду что-то может пойти не так, от напряжения, которое ты испытываешь, проводя операции, в подобных ситуациях твое тело устает, и твои душевные силы максимально напряжены. Ты понимаешь, что перед тобой лежит человек, которого, возможно, от смерти отделяют считаные минуты, а у него есть семья, любимая работа, мечты и планы. И либо тяжесть болезни, либо малейшая ошибка или неосторожность твоих действий может привести к катастрофе… После того, как удалось очистить сосуд от тромботических масс, применяется специальный инструмент тромбоэкстрактор (устройство для удаления тромбов из сосудов), которым я провел сначала баллон для реставрации бляшки, явившейся причиной тромбоза, а затем произвел имплантацию специального коронарного стента в тот самый сосуд, называемый «рекой жизни». Впереди оставался еще один, не менее сложный этап, во многом определявший успех всей операции. Я с трудом подавлял волнение и напряжение, бывшее на пределе. Вместе с тем четко представлял каждый шаг своих действий: когда начинаешь операцию, твой разум и действия, руководимые им, полностью сосредотачиваются на выполняемой задаче. В этот момент я повернулся к анестезиологу и спросил:

– Ну что, Ибрагим, начнем?

Это был риторический вопрос, и он не требовал ответа. Все понимали, что в момент, когда я начну реставрировать ствол специальным баллоном или открывать стент в стволе, перекрывая главный сосуд, в том и в другом случае на несколько секунд, которых может быть достаточно для возникновения фибрилляции с последующей остановкой сердца. Шансов вновь завести такое сердце не так уж много. Связано это с тем, что инфаркт уже успел причинить вред сердечной мышце, ослабив ее.

– Да, конечно, – коротко ответил он.

– Хорошо, с Богом! – сказал я.

Осторожно провел баллон до нужной позиции (сердце у самого в этот момент было готово выскочить наружу) и попросил сестру медленно раздувать баллон специальным шприцом-манометром. Те несколько секунд, которые ушли на раздувание и сдувание баллона, показались равными нескольким часам.

– 5, 10, 12, – проговаривала операционная сестра, раздувая баллон.

– Стоп 12 и сдувай! – буквально крикнул я.

«Обошлось, слава Богу», – подумал я. Далее следовало установить стент, и это был один из самых сложных этапов. Мы еще раз переглянулись с анестезиологом, и я начал медленно доставлять стент в то место, куда его предстояло установить. Большое значение имеет доверие между членами операционной бригады: это – командная работа, и все должны понимать друг друга с полуслова и представлять точно ход каждого этапа операции…

Итак, стент доставлен. Все на миг замерли, пока сестра произносила ровным голосом: «2, 4, 6, 12, 16». «Стоп», – скомандовал я, после того как убедился, что стент полностью раскрыт. В этот момент на мониторе для контроля электрокардиограммы начали появляться экстросистолы, переходя из одиночных в групповые.

– Фибрилляция! – резко произнес анестезиолог.

В этот момент холодок пробежал по моему телу, сердце как будто остановилось. «Прошу, Аллах, прошу, – молил я про себя, – только не здесь, только не сейчас…» Тех секунд, пока левое сосудистое русло было обесточено, хватило для того, чтобы вызвать ишемию и угрожающее жизни нарушение ритма сердца. К моменту, когда анестезиолог произнес слово «фибрилляция», стент уже был имплантирован и баллон для раскрытия стента сдут. Слава Богу, дефибрилляции (восстановление ритма сердца внешним воздействием) не понадобилось, и сердце само начало восстанавливаться после устранения препятствий кровотоку. Все было сделано! Сердце потихонечку стало успокаиваться, и сокращения перешли в обычный ритм. Почувствовал, как грудь теплеет, и мои глаза начали улыбаться. Напряжение в операционной спало, мы переглянулись, и я с облегчением поблагодарил:

– У нас получилось, спасибо всем!

Больше не было сказано никаких слов. Вообще, хирурги в такие минуты бывают немногословны. Все понимали, что впереди тяжелый этап восстановления, впереди борьба с осложнениями, которые неизбежно сопровождают обширный инфаркт сердца. Но битва в операционной была выиграна! Снимая операционный халат, я почувствовал приятную усталость в теле… Время было позднее – около трех часов ночи. Главное желание было выпить чашечку кофе и постараться хотя бы немного поспать, так как впереди был рабочий день с новыми задачами, победами и поражениями.

Операция длилась два часа – два часа напряженной борьбы во имя жизни! После того, как я покинул операционную, а больного перевели в реанимацию, мне предстояло побеседовать с родными: рассказать, как все прошло и что впереди ожидается. Преодолев расстояние от предоперационной до своего кабинета за несколько минут, представилась следующая картина: большое скопление людей ожидало меня в коридоре. Помещение плохо освещалось, и поэтому было ощущение, что этих людей очень-очень много. Один из них неуверенными шагами пошел навстречу. Пока он приближался, мысли унесли меня обратно в операционную, в тот самый момент, когда сердце больного начало останавливаться. Представил, что было бы, потеряв я больного на операционном столе. «О Аллах, спасибо, что не дал этому случиться», – прошептал я. Мои мысли прервал вопрос молодого человека, который вплотную приблизился ко мне: я мог отчетливо разглядеть его лицо и испуганные глаза. Это не был страх, это была надежда. Его глаза просили: скажи, что все хорошо, скажи, что он жив!

– Как, доктор?

– Все хорошо, все прошло хорошо, хвала Аллаху!

В этот момент почувствовал его крепкие объятия и тихий плач – плач благодарности. Плач мужественного и любящего своего отца сына. Сердце и в радости умеет плакать слезами счастья.

– Не расстраивайся, все позади, – успокоил я.

Поняв, что мне самому тяжело говорить, быстро повернулся к двери кабинета и коротко добавил:

– Идите домой, завтра поговорим. День был нелегким для всех. Отдохните!

Спустя время я понял, как много мне самому дало это объятие. В часы трудностей, иногда откровенной злобы на нелогичные, мягко говоря, решения проверяющих организаций или тех, кто призван нам помогать, но нередко осложняет нашу и без того нелегкую работу, я вспоминаю эти глаза и тепло, которое исходило от его сердца. Это помогает мне держаться и идти дальше, веря, что есть те, кому я нужен…

Домой я добрался к 3:30 и тихо, стараясь не разбудить семью, лег спать.

Утро в клинике началось, как обычно, с обсуждения больных в отделении, затем я зашагал в реанимацию. В реанимации поздоровался с дежурным врачом, посмотрел показатели мониторингового контроля: электрокардиограмму, давление, пульс, диурез, насыщение крови кислородом – все вроде не внушало тревоги. После подошел к больному.

– Курбан! Ас-салам алайкум, как дела?

– Ваалайкум салам, все хорошо, доктор, спасибо, – коротко ответил, улыбаясь, Курбан. Это была особенная улыбка, излучающая жизнь и тепло. По ней можно понять многое: боль, переживание и надежда, а главное – чувство благодарности. Я готов многое отдать за то, чтобы вновь и вновь видеть эту улыбку на лицах моих больных.

Курбан оказался очень приятным и интеллигентным человеком, и это стало ясно за ту короткую беседу, которая у нас состоялась в реанимации.

– Доктор, я хотел бы вас поблагодарить. Вы спасли меня, спасибо!

– Не стоит благодарности, Курбан! Во-первых, спас вас тот, кто создал нас всех, дав вам еще шанс пожить. Я же стал лишь причиной, а, во-вторых, это – моя работа, и ничего особенного здесь нет.

– Понимаю, доктор, но все же. – После этих слов он еще раз улыбнулся.

– Поправляйтесь, Курбан, все будет хорошо!

Дни шли, Курбан шел на поправку. К счастью, инфаркт повредил не такую большую массу мышцы сердца, как предполагалось вначале, и последствия были не такие серьезные. Незначительно был поврежден митральный клапан, но он вместе с сердцем «подсобрался» и не так сильно повлиял на работу сердца. К моменту выписки сила сокращений сердца стала удовлетворительной. Пожелав здоровья и долгой счастливой жизни, Курбан выписался из клиники на реабилитацию. После этого мы увиделись через полгода, и на этой встрече Курбан рассказал подробно все, что с ним произошло в тот день, когда нам пришлось его оперировать, и как его жизнь изменилась после этого. Но прежде будет интересным обратиться к представленному в романе французского прозаика Робера Мерля «За стеклом» фрагмента касаемо описания страданий, которые сопровождают инфаркт.

«… Профессор Н. все еще мучился от сердечного приступа, который начался под вечер. Невыносимо болело за грудиной – казалось, на грудь навалилась скала и вот-вот раздавит ребра своей страшной тяжестью. Боль растекалась, захватывая левую руку. <…>Струйки пота не переставая текли по шее, между лопаток, струились из-под мышек. Ощущение, что он задыхается, было таким нестерпимым, что хотелось разорвать грудь и высвободить легкие. <…> Две гигантские руки стиснули его грудную клетку и сжимали ее с такою силою, что она должна была вот-вот треснуть… Пароксизм наступил не сразу, клещи сжимались постепенно, точно на средневековой пытке. Мало-помалу палач превосходил самого себя, боль достигала немыслимой остроты, хотелось закричать, но голоса не было. Внезапно наступило временное затишье, профессор Н. поглядел на часы, он был поражен: его страдания длились всего два часа.

Спустя мгновение он ощутил, что боль возвращается, наклонил голову вперед и весь напрягся, чтобы ее встретить. Она обрушилась на него с устрашающей силой. Жестокая, неотступная, она превосходила все, что он уже вынес. Он откинул голову назад, губы его дрожали, он судорожно хватал воздух короткими, прерывистыми глотками. На бесконечно долгое время он впал в полузабытье, мозг его был во власти нелепых кошмаров».

– Я уже более 20 лет работаю преподавателем университета, – начал Курбан рассказ. – Со здоровьем все у меня было хорошо до того утра, которое буду помнить еще долго, если вообще смогу забыть. Жил вполне обычной жизнью, и ранним утром ноября вышел на пробежку к морю. К этому времени я уже 2–3 года систематически совершал такие пробежки. Общее расстояние от дома до моря, по берегу и обратно, составляло около 5 км. Чувствовал себя хорошо, никаких проблем с сердцем никогда не наблюдалось. Выдерживал достаточно большие нагрузки – не все молодые могли конкурировать со мной в таком темпе бега и на такое расстояние.

В тот день, пробежав примерно полтора километра, я почувствовал неприятное чувство жжения прямо по центру грудной клетки. Когда остановился, жжение прекратилось. Возобновил бег – началось чувство першения в горле. Похожее чувство (ощущение жжения) у меня бывает, если я съем киви. Сразу подумал на сердце, так как про такие ощущения рассказывал отец. В тот день, когда у него это началось, он мне говорил, что у него обострение бронхита. Потом, по прошествии 2–3 дней, когда он обратился в госпиталь, врачи установили у него инфаркт сердца.

Решив, что у меня тоже проблемы с сердцем, я вернулся домой и обратился к кардиологу поликлиники. В беседе с кардиологом все подробно рассказал, добавив, что, когда возвращался с моря домой, ускоренная ходьба вызывала ощущение жжения. Кардиолог назначила мне эхокардиографию сердца и 12-канальный холтер и посоветовала лечь в стационар. Я отказался, сославшись на необходимость быть на работе.

К 11:00 я оказался на работе и оттуда (ближе к 12:00) сходил в мечеть, так как был пятничный день. По пути в мечеть пару раз при быстрой ходьбе почувствовал те же симптомы, что утром во время пробежки. После пятничного намаза я весь день до 17:30 был на кафедре, чаще за компьютером, так как занятий со студентами в тот день не было. Надо сказать, что последние 5 лет моя работа была связана с компьютером и больше с сидячим образом жизни, так как стал заместителем декана по учебной работе факультета.

В 17:30 выехал с факультета и отправился домой. Минут через пять в машине стало плохо, подумал, что потеряю сознание – так невыносимо разболелась голова. Через несколько минут отпустило, по пути купил тест на наличие признаков инфаркта. Тест показал отрицательный результат.

К 19:00 часам я был дома и прилег на диван, чтобы отдохнуть. Где-то в течение чуть меньше часа пролежал без особых проблем: единственное – было чувство усталости и некоторый дискомфорт. К 20:00 часам состояние стремительно ухудшилось: сильно начали болеть суставы в локтях и плечах, вновь появилась давящая боль и жжение в груди, лился пот, ноги стали холодными. Особенно сильными были боли в локтевых суставах. Я сказал родным, чтобы не вызывали скорую (подумал, что такое состояние скоро пройдет). Однако они воспротивились и позвонили на станцию, несмотря на мой отказ. Лучше не становилось, и мы, не дожидаясь скорой помощи, на машине сына поехали во вторую городскую больницу.

Мы приехали к 20:40. Обследовав, меня сразу поместили в реанимацию и начали проводить процедуры. В какой-то момент начало тошнить, и я стал вырывать. Хорошо помню, как старался приподнять голову, чтобы не испачкаться, а врачи просили, чтобы лежал спокойно. Дальше я уже ничего не помню (у меня остановилось сердце, была клиническая смерть). Не могу сказать, сколько это продолжалось, но, когда пришел в себя, увидел группу склонившихся надо мной врачей, и первая мысль, которая пришла в голову, была такая: наверняка потерял сознание. Говорят, что в такие моменты у людей бывают видения, но я не помню ничего.

После была клиника, в которой меня прооперировали. Отчетливо помню, как меня принимал молодой приветливый врач. Его отношение ко всему, что он делал, успокоило меня. Он вслух говорил, что он будет делать, и еще я видел процесс стентирования на экране специального монитора. Хорошо помню, как он после завершения операции сказал мне: «Пойду… обрадую твоих, что все прошло хорошо». Заметил его мокрую спину, когда он отходил от меня. Никакой боли во время операции я не ощутил, но чувствовал, как по моим сосудам двигается что-то. В эту ночь понял, что заново родился.

После этого начался достаточно долгий процесс реабилитации, и была возможность подумать и проанализировать то, что произошло, чего ждать от жизни дальше. Не могу сказать, что сильно после этого изменился, но произошли довольно ощутимые перемены в моих отношениях к людям, в моих ценностях и предпочтениях. Я могу уверенно констатировать, что стал менее амбициозным, более внимательным и чутким к людям, более степенным и менее нервозным, вспыльчивым. Произошла некоторая переоценка ценностей. Наиважнейшая ценность для человека – собственное здоровье и здоровье близких людей! Думаю, что многое мирское (богатство, деньги, власть, карьера) преходяще и является испытанием для человека. Деньги должны быть для человека средством и возможностью помочь кому-то, созидать и творить благое.

Этот день навсегда останется в моем сердце

Самое страшное, и ты никогда не приготовишься к этому, – когда больной умирает у тебя во время операции. Ты всякий раз умираешь вместе с ним.

Майкл Эллис Дебейки (Мухаммад Де Бахи), всемирно известный американский кардиохирург

Каждое время года прекрасно по-своему. Для многих весна – время, когда все как будто оживает вновь, просыпается после долгого сна. Это пробуждение восхищает наши взоры красками цветов, пением птиц и журчанием горных речушек.

«Он – Тот, Кто сотворил ночь и день, солнце и луну. Все плывут по орбитам» (Коран, 21:33).

…Житель гор очень терпелив по-своему: он до последнего будет терпеть боль и страдание, и лишь тогда решит кого-то побеспокоить, когда уже невмоготу. Суровые горы так же сурово тысячелетиями закаляют характер их обитателей. В отношении болезней сердца этот характер, конечно, не лучший помощник, правильнее своевременно обратиться, и тогда, возможно, помощь тоже будет более эффективной.

История эта началась в прекрасном местечке, которое окружено живописными горными массивами, где растут красивые леса и зеленые луга, украшенные радугой цветов. С другой стороны, мы видим здесь не менее красивые скалистые возвышения, тянущиеся высоко в небо, где необыкновенно грациозные силуэты горных орлов, парящих под облаками. У подножия гор протекает речка, восхищающая своей красотой, которая объединяет две части в одно целое, становясь все крупнее, превращаясь из тихого ручейка у подножья гор в бурную реку, она готова все смести на своем пути. В этом месте все прекрасно! Люди, природа, рельеф – все пронизано особым смыслом, чувствуется многовековая история этого народа с ее радостями и трудностями, поражениями и победами над стихией природы, над самими собой, над внешней агрессией. В таком же замечательном крае и родился тот, о ком далее и пойдет речь…

К сожалению, в жизни каждого хирурга есть эпизоды, которые невозможно или очень трудно забыть. Подобные случаи остаются навсегда в воспоминаниях, часто напоминая о себе. Избежать такого не представляется возможным, но нужно стараться минимизировать неприятные ситуации. К этому необходимо готовиться каждому, кто связал себя с хирургией. Осложнений не бывает у тех, кто ничего не делает. Чем больше хирург оперирует, тем с бо́льшим количеством трудностей он сталкивается.

Исе перевалило уже седьмой десяток, он поступил в клинику в нестабильном состоянии на фоне двух предыдущих инфарктов сердца. Минимальные усилия, предпринимаемые для передвижения, приводили к боли в грудной клетке. Боль эта невыносима, она сдавливала грудную клетку, как тиски или тяжелый камень, который положили на грудь: тот, кто испытал эту боль однажды, никогда ее не забудет. Боль сопровождалась не совсем обычным страхом, это – страх смерти, катастрофы, которая может возникнуть в любой момент. Сердце его было ослаблено, но нужно что-то сделать, так как больной страдал и мог в любой момент умереть.

После проведения необходимых исследований и коронарографии стало ясно, что ситуация критическая и надо принимать решение. Состояние больного начало ухудшаться. Пациенту и его родным были предложены ангиопластика и стентирование сосуда сердца. Несколько бесед, которые состоялись с сыном, ни к чему определенному не привели. Учитывая ухудшающееся состояние пациента, категоричное нежелание оперироваться открыто (в данной ситуации открытая операция несла больше рисков, нежели закрытая), было принято решение восстановить переднюю нисходящую артерию («реку жизни»).

Убежден в том, что всегда нужно давать больному и родным в полном объеме информацию о существующих технологиях и возможностях, чтобы решение хирурга и решение родственников было взвешенным и правильным, отвечающим современному состоянию проблемы, а не каким-то другим «околоклиническим» доводам.

Бывает чувство, когда ты не хочешь оперировать больного, какой-то внутренний голос отговаривает тебя, но ты не можешь равнодушно смотреть на страдания человека и идешь на риск во имя жизни. Так и в данном случае: меня до последнего преследовали сомнения… Определенные сомнения бывают всегда, так как перед операцией ты все стараешься взвесить, учесть, хотя невозможно все предусмотреть. Эти сомнения в конечном итоге направлены на интересы пациентов. В данной ситуации нельзя было медлить – время не на стороне больного: было принято решение, что оставлять так опаснее, чем оперировать. Очень трудно смотреть на тяжелобольного человека, которому, возможно, получится помочь. Приходится брать всю тяжесть ответственности на себя, и эти решения не так уж легко принимать, когда на весах жизнь человека, сидящего напротив.

В этот день он был единственным пациентом, которого предстояло оперировать. Однако операция была отложена до обеда, пока придут свежие анализы. В районе 11:30 анализы были готовы, и я зашел к нему, где застал его за омовением, готовившегося совершить обеденную молитву:

– Если вы не против, я совершу молитву и обращусь к Аллаху с просьбой простить меня и облегчить вам операцию. Ведь все же может случиться, и я буду спрошен за обязательную молитву. К тому же не так уж и молод.

– Да, Иса, конечно, пожалуй, я и сам так думал поступить – неизвестно, как долго продлится операция. Что касается молодости или старости, то это не тот критерий, определяющий успех или неуспех операции. Все в руках Создателя!

Мне подумалось: «Кто я такой, разрешать или запрещать что-то кому-то?! Разве я мог бы иметь возражения против воли человека помолиться, зная, что это его обязанность, которую возложил на него Аллах».

Скажи: «Воистину мой намаз и мое поклонение, моя жизнь и моя смерть посвящены Аллаху, Господу миров» (Коран, 6:163).

Уходя, я видел, как он не спеша постелил молитвенный коврик и поднял руки, возвеличивая Аллаха! Если бы в эту минуту мы оба знали, что нас ждет впереди, то молитва приобрела бы, скорее всего, насколько это возможно совершенный характер, хотя я не могу знать всю глубину и искренность Исы, когда он выполнял эту молитву. Мы не способны видеть, что в сердцах людей. Молитва – состояние, приносящее сердцу покой, и, конечно, трудно преувеличить пользу этого бесценного поклонения.

Возвращаясь мысленно назад, многое обдумываешь. Нам неподвластны ни прошлое, ни будущее, единственное, что можем, – это немного лучше сделать настоящее, чтобы и будущее стало ярче.

«Они уверовали, и их сердца успокаиваются поминанием Аллаха. Разве не поминанием Аллаха успокаиваются сердца?!» (Коран 13:24)

Операция началась, как обычно: операционная бригада была в полном составе, когда я зашел и, коротко поздоровавшись и пожелав всем хорошего дня, приступил к обработке рук. Все шло достаточно плавно и без особых сложностей… Конечно, сосуды пожилых людей очень сильно меняются. Болезнь беспощадна и превращает некогда нежные и эластичные сосуды сердца в подобие «трубок» (кальцинированные и в обросшие бляшками). Коронарный проводник прошел легко через место критического сужения сосуда, после чего были проведены баллонная ангиопластка и коронарный стент. Я дал команду к раздуванию баллона, на котором доставляется стент, и сестра, как обычно, начала считать: «2, 6, 8, 10, 12, 14».

– Четырнадцать! Стоп! – достаточно громко сказал я.

– Раз, два, три, четыре, пять!

– Сдувай!

Сестра начала сдувать баллон, и я ввел пробный контраст после небольшого смещения баллона назад из открытого стента. То, что в следующую секунду увидел, повергло меня в ужас, холод пробежал по телу: «Неужели перфорация?» – произнес я. Считаные секунды ушли на контрольную съемку сосуда (которая показала, что действительно произошел разрыв артерии) и на возврат баллона обратно в то же положение, но сердце начало фибриллировать (несогласованное сокращение мышечных волокон сердца) с внезапным переходом в остановку. В этот момент больной сделал тяжелый вдох с хрипом, как будто глотая воздух. Анестезиолог, не теряя драгоценные секунды, дал разряд, затем следующий, но, увы, безуспешно. Мы продолжали реанимационные мероприятия столько, сколько это требовалось по протоколу, но жизнь угасала, теряя последние силы. Сердце остановилось, остановилось навсегда. «Аллах, прости меня!» – прошептал я. Это было единственное, на что у меня хватило сил. Как будто меня самого покидала жизнь. В операционной все стихло, я накрыл тело Исы белой простыней, закрыл ему глаза и обратился к Всевышнему с мольбой за него и за себя. Затем я медленно отошел в угол, где располагался стол с хирургическими инструментами, облокотился на него и потихонечку опустился на стул, закрыл лицо руками и не смог сдержать слез. Слезы текли сами, то были слезы боли за Ису, который доверил мне самое ценное – свою жизнь, которую я не смог сберечь. И слезы страха перед Аллахом. Слезы катились по щекам, достигнув подбородка, они капали на пол, «рассыпаясь» на мелкие, уже невидимые глазу частички: будто сердце само плакало «кровавыми слезами», теряя последние силы… Сегодня смерть победила, и мы бессильны сопротивляться предопределению Бога, да и глупо.

Аллах сказал: «Смерть настигнет вас, где бы вы ни находились, даже если вы будете в возведенных башнях» (Коран, 4:78). «Каждая душа вкусит смерть» (Коран, 3:185). …Меня не покидала мысль: «А что, если я сделал что-то не так, что, если здесь есть моя вина?» Вопрос будет меня преследовать всю оставшуюся жизнь. В этот день у самого словно что-то внутри разорвали… Утешение мы находим в Коране. «Мне достаточно Аллаха! Нет божества, кроме Него, ибо Он – Господь Великого Трона» (Коран, 6:129).

Все члены операционной бригады разошлись, осталась лишь сестра – моя верная операционная сестра, которая всегда рядом, – и в минуты напряженной борьбы за жизнь тяжелого больного, и в минуты торжества победы, и в минуты горечи поражения…

Предстояло выйти к сыну и все сказать. Как же тяжело сообщить сыну, что его отца больше нет с нами, что Аллах его забрал… И возможно, есть и моя вина. Однако я должен был это сделать: за меня никто не скажет, это – моя ответственность и моя чаша, которую должен испить до конца. Минуты, пока шел к своему кабинету, длились целую вечность, ноги как будто налились свинцом, отказывая нести мое тело к тому, к чему следовало дойти. Сын Исы ждал меня: я напряг последние остатки силы воли и, подойдя вплотную к нему, ровным голосом выдавил из себя:

– Отца больше нет с нами, мне жаль. Я сделал все, что мог… Все мы принадлежим Аллаху и к нему наше возвращение.

То, что отразилось на лице сына, трудно передать. Его губы сжались, он с минуты молчал, видимо, пытаясь осознать то, что я сказал, и дрожащим голосом процедил сквозь зубы:

– Но как же так?

То ли был вопрос или принятие неизбежности: после этих слов он резко повернулся и пошел к выходу.

Я не стал ничего больше говорить, развернулся обратно в операционную и вместе с санитарами переложил тело Исы и сопроводил до приемного покоя, откуда родные его забрали. Чувствовал на себе их тяжелые взгляды, там было много молодых людей спортивного телосложения. «Наверное, внуки, – подумал я. – Как бы хотел, ребята, чтобы в этот момент на ваших напряженных и грустных лицах была сияющая улыбка радости, но такова воля Господа нашего, и мы должны ее принять». Выразив им слова поддержки и сочувствия, вернулся в свой кабинет и сел за письменный стол, где попытался что-то написать или прочитать, но ни то, ни другое не получилось. Потом я уставился в одну точку, и мысли унесли меня в далекое прошлое, когда впервые столкнулся со смертью.

Это было на третьем курсе медицинского университета. Той ночью дежурил в многопрофильной клинике скорой медицинской помощи, в приемном покое травматологии. Я сидел за столом и помогал хирургу-травматологу, с которым дежурил, заполнять бумаги. К слову, бумажной работы всегда много в клинике: она отнимает много времени у врачей, и они всегда рады, если найдется доброволец, который поможет. Как вдруг в приемный покой буквально ворвались двое мужчин, неся третьего, от вида которого у меня побежали мурашки по телу. Это был полутруп, израненный, весь в крови, одежда на нем была разорвана, на ней были всюду пятна крови. Он уже не дышал к тому времени, когда его доставили в клинику. Все быстро собрались и, оценив ситуацию, лишь констатировали смерть. Как мне потом удалось выяснить, человек был убит в уличной драке: на него напали у его подъезда. Говорили, что он был тренером и еще занимался каким-то бизнесом. Смерть беспощадна в любом ее виде, она неизбежна и придет к каждому рано или поздно, но принять это как норму очень тяжело или невозможно.

«Аллах не предоставит отсрочки душе, если наступит ее срок. Аллах ведает о том, что вы совершаете» (Коран, 63:11).

Мои мысли прервал стук в дверь кабинета.

– Да, – коротко сказал я, – входите.

Это был мой коллега и очень хороший друг. Мы обменялись рукопожатиями.

– Ты выглядишь не очень, док. Держись!

– Спасибо, дружище …Это надо пережить, – ответил я.

Шло время, а душевная боль не утихала… Разумом понимал: надо встряхнуться, прийти в себя, но …тяжелый груз утраты давил. Однако несмотря ни на что, надо встать и дальше делать дело, которое умеешь: есть сотни и тысяча других, нуждающихся в твоих знаниях, и, возможно, ты станешь причиной продления их жизни.

Дружба – одно из самых необыкновенных явлений во взаимоотношениях человека! Люди, не связанные ни родственными узами, ни другими причинами, которые могли бы объяснить, столь искренне и бескорыстно готовы прийти на помощь друг к другу. Конечно, это милость Аллаха, когда у тебя есть такой друг. Совершенно очевидно, что дружба предполагает взаимность и намерение желать друг другу то же, что и себе желаешь, радоваться успехам и огорчаться неудачам, и при этом ничего не ожидая, не требуя взамен.

Передают со слов Анаса (да будет доволен им Аллах), что Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) сказал: «Не уверует из вас никто, пока не пожелает для своего брата (друга) то, что желает для самого себя» (Бухарии, Муслим).

Трудно переоценить значимость взаимной поддержки среди коллег, друзей, да и руководства клинки, особенно в такие минуты.

Много времени спустя, по стечению обстоятельств, я встретился и со вторым сыном Исы, о существовании которого даже и не подозревал. Случилось это в самом лучшем месте на земле, на территории благословенной мечети Аль-Харам – колыбели ислама и всех мусульман – в священном городе Мекке. В числе других мусульман в этот год я посетил святые земли с намерением совершить малое паломничество. В один из дней, после пребывания в мечети, мы с другом решили выпить чаю и немного отдохнуть в близлежащем кафе, которое находилось на территории торгово-гостиничного комплекса, расположенного рядом с мечетью (желая вернуться ко времени полуденной молитвы). Мой друг Хабиб, человек дружелюбный и активный, все время встречал одного знакомого за другим, к чему я уже успел привыкнуть за десять дней пребывания в Саудовской Аравии. Не успели мы подняться на второй этаж торгового центра, как он опять, широко улыбаясь, подошел и обнял знакомых. Хабиб представил нас друг другу, и один из них поблагодарил меня за операцию, проведенную его двоюродному брату; узнав мое имя, другой молодой мужчина, атлетического телосложения и внушительного роста, пристально смотрел на меня. Хабиб, обратившись ко мне, сказал:

– Это сын Исы.

– Какого Исы? – спросил я.

– Того самого, который умер на операции.

В одну секунду мое тело онемело. Как друг потом рассказал, у меня поменялся цвет лица. Память восстановила весь тот день до мельчайших подробностей: от момента молящегося на молитвенном коврике Исы до неподвижного тела, покрытого белой простыней. Я смотрел на него и ничего не мог сказать. Однако молодой человек улыбнулся и прервал молчание:

– Вы сделали все, что могли, я знаю, спасибо вам. Есть вещи, которые не в наших силах изменить.

– Спасибо за понимание. Мне жаль… На все воля Аллаха, – промолвил я и проследовал дальше в сторону кафе.

Думаю, что встреча была знаковой: она освободила мое сердце (в определенной степени) от того груза, который я носил в себе. Хотя полностью уйти от этой мысли и невозможно (или крайне трудно). Как бы ни было тяжко, необходимо продолжать работать и делать операции. Конечно, крайне сложно после такой эмоциональной нагрузки подходить к операционному столу, но жизнь не стоит на месте, и мы должны находить силы и жить дальше. Мне помогли справиться со всем этим обращение к Аллаху с мольбой, поминание Аллаха и чтение Корана. Я постарался погрузиться в изучение вопросов вероубеждения, вопросов жизнеописания Пророка (да благословит его Аллах и приветствует). И это реально мне помогло и дало сил, понимания того, что необходимо продолжать делать то, что ты умеешь.

Лучезарная Медина и священная Мекка! Нет городов или места на земле, которые могли бы конкурировать с ними по духовной силе и красоте. Вы нигде не будете ощущать того душевного спокойствия и абсолютного внутреннего счастья, которое испытываете, находясь в мечети Пророка Мухаммада (да благословит его Аллах и приветствует), или созерцая Дом Аллаха, – священную Каабу. Это ни с чем не сравнимое чувство отрешенности от мирских забот и полного посвящения себя поклонению и общению с Аллахом. Совершив это поистине волшебное путешествие, ты возвращаешься домой другим человеком, ты становишься лучше и добрее, мироощущение меняется, приобретая особый смысл, который тебя приближает к Аллаху.

В один из дней пребывания в лучезарной Медине в мечети Пророка я попытался поближе подойти к могиле, где похоронен Посланник, но так, чтобы мое стремление туда приблизиться не доставило неудобств другим паломникам. Так как очень важно, находясь в этом путешествии, не причинять беспокойство или даже минимальной обиды другим, что крайне сложно, но к этому стремиться нужно. И не только там, но и по возвращении домой необходимо прилагать усилия к согласию в жизни, не причиняя вреда и по возможности помогая, проявляя сострадание, где это необходимо.

Самое страшное – это равнодушие! Трудно предсказать, к чему мы придем в итоге, учитывая те отношения, которые сложились сегодня в нашем обществе. Нам, конечно, в век приоритета материальных ценностей и стремления к власти необходимо не забывать про простые и в то же время крайне важные вещи… Однако вернемся к основной цели того дня.

Меня отделяли от могилы Пророка (да благословит его Аллах и приветствует) примерно метров 40–50, и я даже не надеялся, что возможно будет подойти в этот день еще ближе: большое количество людей, которое тоже рвалось туда же, куда и я, казалось непреодолимым препятствием. Вдруг каким-то чудом (в процессе перестановки специальных ограждений охранниками) я оказался очень близко к Равзе (могила Пророка, да благословит его Аллах и приветствует). Трудно передать мою радость и то особенное чувство легкости, безопасности и спокойствия, овладевшее мною при приближении к этому месту. Мне было, конечно, за что просить прощения у Всевышнего Аллаха и было что вспомнить. Подняв руки перед собой, я сосредоточился на мыслях о Господе миров, думая о том, какова же безграничность милости, которую он проявляет по отношению к нам. Перед моими глазами пронеслись, как картинки или короткометражные фильмы, эпизоды моей жизни, о некоторых из них я предпочитаю не вспоминать (так как это отзывается болью в моем сердце). Слезы потекли по щекам, грудь задрожала, комок подступил к горлу от сожаления того, что было в моей жизни: кажется, каждая клетка организма чувствовала эту боль, и я просил Аллаха, просил, как мог, искренне и с сожалением обо всем содеянном и упущенном. С тех пор мои мысли, сердце и все мое существо устремлены туда. Этот день дал мне многое, а самое главное – душевный покой, внутренний покой, который я ощутил, который так долго искал…

Искренне желаю, дорогой читатель, вам побывать в этих местах и желаю нам всем прощения Аллаха!

Есть еще одно место, которое обладает особой энергетикой и дышит многовековой историей. Мне довелось побывать в древнем Иерусалиме и посетить Аль-Аксу! Путешествие было очень интересным и увлекательным, если не считать четырех часов, которые были потрачены в аэропорту Тель-Авива на выяснение цели моего визита, хотя я приехал на кардиологический конгресс. Как мне потом рассказали знакомые, это обычная процедура.

Иерусалим поражает наше воображение своей красотой и необычностью, но есть место, где чувствуешь особую атмосферу. Накануне поездки в Иерусалим мы с приятелем решили пробежаться по побережью: наш отель располагался недалеко от побережья Средиземного моря. Рядом с отелем располагалось еще и посольство США, где, по слухам местных жителей, три месяца назад до нашего заселения был арестован иранский шпион. Честно признаться, было «неуютно» от этой мысли и немного смешно, что это меня заботило.

Прибыв в Иерусалим, нам предстояло все время спускаться и подниматься по каменной лестнице или по узким улицам неровной поверхности, что причиняло неудобство и боль моим ногам: к полудню я уже с трудом передвигался. Однако я дошел до Аль-Акси, так как это было моей основной целью визита в Иерусалим. День был пасмурный, временами шел дождь, то прекращаясь, то вновь набирая силу. Сделав во дворе мечети омовение, зашел внутрь и совершил приветственную молитву: боль в ногах, сопровождавшая весь день, как будто стихла, и я погрузился в размышления, обдумывая свою жизнь, прошлое и настоящее. Попросил прощения за себя и за всех, кого вспомнил. Думаю, всегда найдется, за что просить прощения – наверное, трудно найти среди нас безупречных с точки зрения праведности людей. Покаяние, безусловно это очень важная часть нашей жизни, и мы не должны пренебрегать этой возможностью приблизиться к Аллаху.

Аллах сказал: «Воистину я прощаю тех, кто раскаялся, уверовал, стал поступать праведно, а потом последовал прямым путем» (Коран, 20:82).

В другом аяте Аллах сообщил нам, что «Он любит кающихся и любит очищающихся» (Коран, 2:222).

Передают со слов Абу Муссы (да будет доволен им Аллах), что Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) сказал: «Поистине, Всевышний Аллах будет протягивать Свою руку ночью, чтобы принять покаяние совершившего что-нибудь дурное днем, и Он протягивает Свою руку днем, чтобы принять покаяние совершившего что-нибудь дурное ночью, и так будет продолжаться до тех пор, пока солнце не взойдет с запада» (Муслим).

Уходить не хотелось, но времени оставалось мало: надо было вернуться в отель и немного отдохнуть перед работой конгресса. Оказывается, я провел несколько часов в мечети: время в таких местах идет незаметно. В отель мы вернулись к ночи.

…Иерусалим, конечно, – это колыбель истории. Великая история нескольких империй, как, впрочем, и Стамбул. Земля, улицы, камни и даже воздух пронизаны атмосферой особенности и исторической значимости. Хорошо бы помнить и не забывать, ценой каких усилий и потерь были сохранены эти города, которые сквозь века передают нам всю трагедию и разнообразие человеческой истории. Мы должны хорошо помнить и знать нашу историю, знать прошлое, чтобы уверенно смотреть в будущее.

Передают со слов Абу Хурейра (да будет доволен им Аллах), что Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) сказал: «Не совершается путешествие (с намерением паломничества), кроме как к трем мечетям: Мечеть Аль-Харам, Мечеть Пророка и Мечеть Аль-Акса» (Бухарии, Муслим).

«Разбитое», или «сломанное» сердце

Доверие, как и сердце, представляет собой дворец, сделанный из стекла. Однажды ты видишь, как он разбивается, и тогда каждый из миллиона осколков вонзается в душу человека.

Султан Сулейман, правитель Османской империи

Одна из сложных проблем во взаимоотношениях людей – это проблема семьи и брака. Нередко в наше время происходят расторжения браков, приобретая порой массовый характер, и дети становятся сиротами при живых родителях. Конечно, за всем этим очень больно наблюдать. Часто причиной разводов, ссор и скандалов являются несдержанность, взаимные упреки и оскорбления, что приводит к появлению ран на сердце, которые очень долго заживают, ведь словесные раны намного тяжелее физических. Слова – они как стрелы: нужно быть очень осторожным и внимательным к тому, что и как мы говорим.

Передают со слов Анаса, да будет доволен им Аллах, что Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) сказал: «Вера человека не будет праведной, пока не будет праведным его сердце, а сердце человека не будет праведным, пока не будет праведным его язык» (Ахмад).

Вот и наш пациент Мурад тоже стал жертвой семейной ссоры, которая в итоге привела к тому, что он оказался на больничной койке. Стресс – одна из частых причин сосудистых катастроф. У всех людей пластичность нервной системы разная, реакция на события совершенно непредсказуема. Для кого-то сломанный мобильный телефон может стать большой проблемой, которую он будет тяжело переносить, а для кого-то потеря всего имущества или даже близкого будет испытанием, которое он преодолеет терпеливо.

Мураду лишь исполнилось 36 лет, он активный и жизнерадостный человек, который трудится на любимой работе и строит счастливую семью.

…В один из дней произошло событие, приведшее к тому, что семья Мурада оказалась на грани разрушения. На фоне сильного потрясения от случившегося его хватил сердечный удар. «Все произошло очень быстро, – рассказывал Мурад на приеме у кардиолога: – После эмоционального спора с женой я почувствовал слабость и боли в области сердца, дышать стало трудно, словно что-то душило меня. Сначала я думал, что пройдет. Открыл окно, выпил несколько глотков воды, но боль только усиливалась». Затем Мурад все-таки решил вызвать скорую помощь и в ожидании ее прилег…

Еще и еще раз убеждаешься, какое сильное воздействие может оказать слово на здоровье человека, поэтому в исламе читаешь, как важно вселять радость в сердце человека.

Передают со слов Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), что Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) сказал: «Одно из любимых дел Аллаха – это радовать сердце мусульманина».

Казалось бы, молодой человек в расцвете сил… Многие, возможно, улыбнутся, услышав эту историю, но нашему пациенту было явно не до шуток. Мурад был доставлен скорой помощью в нашу клинику и госпитализирован в отделение кардиологии с подозрением на острый коронарный синдром. Однако что-то здесь было не так, чтобы мы могли принять установленный диагноз. Во-первых, молодой возраст, потом те данные, которые мы получили при обследовании, тоже не укладывались в картину обычного острого коронарного синдрома. После всестороннего анализа клинической ситуации было принято решение вынести данного пациента на консилиум, созванный в срочном порядке. По итогам обсуждения пришли к выводу, что необходимо провести коронарографию. Она показала: сосуды сердца чисты от бляшек, другой патологии, оцениваемой на ангиографии, тоже не выявлено. По результатам всех исследований пришли к выводу, что здесь синдром Такоцубо (иными словами – синдром «разбитого сердца»). Знанием этого заболевания мы обязаны японским ученым: заболевание очень похоже на инфаркт сердца, но в отличие от него, который происходит чаще из-за атеросклеротической бляшки, здесь на фоне выброса гормонов возникает длительный спазм сосудов, и сердце ослабевает, становясь похожим на «кувшин» или «ловушку осьминога».

Прогноз при заболевании благоприятный: как правило, через месяц или два болезнь регрессирует. Однако в данном случае все осложнилось тем, что у пациента начали возникать панические атаки на фоне стресса и депрессии.

К слову, панические атаки – это эпидемия наших дней: пожалуй, пятая часть пациентов, которые приходят ко мне на прием с жалобами на боли в области сердца, одышку, сердцебиение и подскоки давления, – как правило, это молодые люди. В итоге выявляются неврозы, депрессии и панические атаки. Крайне сложно убедить их, что им необходимо наблюдаться у психологов и психиатров. Чаще они начинают бесконечные консультации у разных специалистов и, к сожалению, у шарлатанов, ясновидящих, предсказателей. Проводят большое количество всевозможных обследований, тратя на это силы, деньги и время.

Мурад пришел где-то спустя год после тех событий, успев побывать на приеме у десятка врачей в разных регионах и сделав множество исследований, которые были совершенно не нужны, но в подавляющем большинстве случаев он сам настаивал на этих обследованиях.

– Доктор, вы знаете, я очень устал: никто не может мне помочь. Где только я не был!

– Я понимаю вас, Мурад. Вам необходимо постараться в первую очередь понять и признать проблему, чтобы мы все могли ее успешно разрешить.

– Но я ведь чувствую эти боли в области сердца! Потом начинаю задыхаться, сердце сильно колотится, давление скачет. Мне становится плохо, возникает слабость.

– Мурад, вам надо прекратить бесконечные обследования, хождения по специалистам. Просто нервная система отреагировала таким образом на болезнь, которую перенесли, но с сердцем у вас сейчас все хорошо. Надо заняться нервами. Я посоветую вам хорошего медицинского психолога – профессионала своего дела. Сами должны понять, что сердце выздоровело. Сейчас сосредоточиться на лечении психики – все получится, вы с этим справитесь! Иначе все может только осложниться, не следует запускать!

– Спасибо, доктор! Я так и поступлю…

У меня был один достаточно анекдотичный и в то же время грустный случай. Однажды на прием пришла женщина средних лет. Как только она начала описывать свои жалобы, уже стало ясно, что здесь скорее нужен психолог или психиатр.

– Доктор, у меня сердце так бежит и стучит, как будто хочет выскочить из грудной клетки, – говорила она с актерским мастерством, описывая свои симптомы.

Все это сопровождалось мануальными описаниями, которые настолько красочно передавались зрителю (в данном случае мне), что я уже готов был поверить, что у нее действительно есть проблемы с сердцем. На все мои заверения, что в первую очередь необходимо поговорить с психологом, она продолжала:

– Нет-нет, доктор. Мне рекомендовали именно вас… Мне очень трудно дышать… Как услышу, что кто-то заболел или умер, так меня начинает трясти.

Конечно, бывают и случаи истинной аритмии, красочно описанные Антоном Павловичем Чеховым: «На днях едва не упал, и мне минуту казалось, что я умираю: хожу с соседом-князем по аллее, разговариваю – вдруг в груди что-то обрывается, чувство теплоты и тесноты в ушах, я вспоминаю, что у меня подолгу бывают перебои сердца – значит, недаром, думаю; быстро иду к террасе, на которой сидят гости, и одна мысль: как-то неловко падать и умирать при чужих».

Аритмия – это отдельная сложная проблема в кардиологии, уносящая много жизней.

…На какое-то время моя пациентка исчезла, обидевшись на меня, что недостаточно внимательно к ней отнесся. Спустя месяц или больше поздно ночью меня разбудил звонок мобильного телефона: я всегда оставляю телефон на громкой связи, чтобы мог проснуться, если срочно буду нужен в клинике. Еще не до конца проснувшись, поднимаю трубку и слышу очень взволнованный голос:

– Доктор, сердце опять бежит, бежит…

– Что, простите, бежит?

– Доктор, – пауза, – … сердце бежит.

– Извините, я не совсем вас понимаю. Куда бежит?

После длительной тишины прозвучал очень эмоциональный ответ:

– Вы что, доктор, издеваетесь надо мной?! Я к вам приходила на прием.

И тут я начинаю вспоминать, с кем говорю и о чем речь. Смотрю на время – почти два часа ночи. Стараюсь максимально вежливо объяснить, говоря почти шепотом, чтобы в доме никого не разбудить.

– Может, будет лучше, если мы обсудим все завтра: время сейчас не совсем подходящее. Или, если вам действительно плохо, вызывайте скорую.

Тишина в трубке и короткие гудки… «Опять обиделась», – подумал я. Пациенты часто просят номер телефона, и я не отказываю, но иногда тяжело круглосуточно отвечать на телефонные звонки по делу и без, когда у тебя масса больных и есть другая работа, требующая времени и сил.

Иногда врач сталкивается с нестандартными ситуациями.

Интеллигентная и приятная женщина лет 70 в сопровождении дочери, которая была сильно взволнована из-за состояния матери, – очередные пациенты с крайне непростой проблемой. Больная К. перенесла несколько эндоваскулярных операций на главном сосуде сердца под названием «ствол левой коронарной артерии», к тому же страдала сахарным диабетом.

В обществе еще немало людей, к счастью, у которых хорошее образование сочетается с воспитанием и приличными манерами. К. можно было причислить к данной категории людей. У нее внутри стента возникло сужение, вернее внутри двух слоев стентов, так как стентирование ей было сделано два раза. На консультации мы подробно обсудили детали операции, были предложены разные методики решения проблемы с объяснением возможных рисков. Приложил максимум усилий для того, чтобы успокоить дочь. Они согласились с моими доводами, но попросили отсрочки: все обдумают и свяжутся. Спустя недели две дочка пациентки позвонила и попросила назначить еще одну консультацию.

– Добрый день, доктор!

– Здравствуйте, пожалуйста, присаживайтесь!

– Вы знаете, мы обо всем подумали. Пожалуй, согласны на вариант ангиопластики с применением коронарного баллона с лекарственным покрытием. Единственное, я бы хотела вас попросить отложить операцию еще на две недели, так как сейчас не самое благоприятное время для ее проведения согласно лунному календарю: в настоящее время мы наблюдаем ретроградный Меркурий.

– Простите, кажется, не совсем вас понял. Какой Меркурий? – удивился я, при этом не хотелось показаться в глазах этой образованной женщины невеждой. Немного был обескуражен такой информацией: первый раз столкнулся с подобным. Сделал паузу, так как не знал, что ответить. – Вот это поворот! При всем моем уважении к вам не думаю, что это сколько-нибудь значимо повлияло бы на исход операции, а вот инфаркт миокарда вполне может ее убить.

В скором времени боли и одышка вновь заставили пациентку обратиться в клинику. Операция прошла без особых затруднений. В послеоперационном периоде немного болела рука в области пункции артерии. При встрече с дочерью больной через несколько дней в ее глазах так и читалось: «Я же вас предупреждала, что нежелательно оперировать в период ретроградного Меркурия…»

Многие заболевания и нарушения в организме человека достаточно тесно связаны с такой глобальной проблемой XXI века, как стресс. Это очень трудноуправляемый фактор риска многих заболеваний. Психическое напряжение, в котором сегодня мы живем, приводит к тяжелым последствиям, связанным с нарушением физического и психического здоровья. Огромный поток в основном негативной информации, которая льется на нас как из ведра, сложности на работе, в семье и в бизнесе приводят к хроническому стрессу.

…Если вернуться к нашему пациенту, то на основании «шкалы стресса Холмса и Рая» мы получим 73 балла, чего достаточно, чтобы пациент оказался в шаге от смерти (или приступа панических атак).

Термин «стресс» (от англ. stress – давление) первым ввел вовсе не Селье, а американский физиолог Уолтер Кэннон. Он использовал его в своей теории об универсальной реакции выживания – «бороться или бежать», но Ганс Селье развил теорию до более глубокого понимания. «Стресс запускает цепочку физиологических процессов, которые могут спровоцировать практически любое заболевание», – писал Селье в своих публикациях. Известный хирург, профессор, академик Ф. Г. Углов вторит Селье: «Многие тяжелейшие заболевания, нередко заканчивающиеся инвалидностью, а то и смертью больного, возникают или развиваются только как следствие постоянных или очень тяжелых отрицательных эмоций. Им обязаны своим происхождением гипертоническая болезнь, грудная жаба, инфаркт миокарда и даже атеросклероз…» Выдающийся кардиолог профессор Г. Ф. Ланг указывал: «Фактором, вызывающим гипертоническую болезнь, является перенапряжение и психическая травматизация эмоциональной сферы». В настоящее время достоверно установлено, что перенапряжение нервной системы и отрицательные психологические раздражители являются ведущими факторами в развитии многих сердечно-сосудистых заболеваний.

Вспоминается случай одной из сложных операций на сосудах сердца у пациента с инфарктом миокарда.

Абдула, человек средних лет, поступил в клинику по скорой помощи. Достаточно стандартное течение инфаркта миокарда, если так можно выразиться об этом процессе. Хотя после проведения коронарографии стало ясно, что операция обещает быть не из легких. Все дело было в том, что мы столкнулись со сложной анатомией артерий сердца, плюс само поражение сосудов тоже было не из легких. Так называемая огибающая артерия – ветвь левой коронарной артерии – отходила от ствола левой артерии сердца под тупым углом и делала два поворота, на которых локализовались бляшки, суживающие просвет артерии до 95 %, это был весьма крупный сосуд, формирующий левый тип кровоснабжения миокарда. Операция была необходима по жизненным показаниям, так как больной мог умереть от инфаркта. После беседы с родственниками пациента подали в операционную. Сказать, что операция прошла сложно, – значит ничего не сказать! Три часа напряженной работы, десятки инструментов, хирургических приемов для преодоления препятствий и… минута торжества! Наконец-то получилось, хвала Аллаху!

Абдула быстро начал поправляться и вскоре был выписан на реабилитацию. Спустя четыре года после той операции по стечению обстоятельств мы вновь встретились, и Абдула рассказал мне все, что произошло с ним тогда.

– Я хочу рассказать мою историю борьбы с болезнью и поиска пути выздоровления. Когда живем полной жизнью, наслаждаясь благами, мы до конца не осознаем ценности здоровья, принимая это как само собою разумеющееся. Так и я был один из тех, кто жил обычной жизнью, но судьба порой приносит нам неожиданные испытания… Началась череда проблем: предательство близких друзей, крупные финансовые потери на этом фоне, как следствие – разбирательства, которые отнимали много душевных и физических сил. В какой-то момент я подошел очень близко к пределу эмоционального напряжения, что привело к срыву защитных механизмов нервной системы, и оказался несколько раз в критическом состоянии на больничной койке.

К моему счастью, сердечный приступ случился дома, где рядом были близкие. Меня достаточно быстро доставили в клинику, оказали квалифицированную помощь. Так называемое «правило золотого часа», когда удается в течение часа оказать помощь, дает большие шансы на выздоровление. Лечение мне помогло, но проблемы мои не были еще решены, и я, не сделав выводы, продолжил дальше свои тяжбы, что в конце концов вылилось в еще один сердечный приступ, затем микроинсульт. Но и тут мне повезло! Быстро и эффективно оказанная помощь спасла мне жизнь. Восстановление шло медленно: нужно было много терпения моего и моих родных для достижения успеха.

Пройдя через все эти сложности, я пришел к убеждению, что нервное спокойствие и правильный образ жизни являются основными хранителями нашего здоровья, особенно сердца и сосудов. На мой взгляд, также важно попасть к профессионалам, которые сделают все, что возможно, для решения проблемы. Мне и здесь очень повезло – попал в руки грамотных врачей. Я бы хотел закончить свой маленький рассказ о шансе, который мне еще раз был дан… Проблемы можно устранить, трудности – преодолеть, задачи – решить, но здоровье можно потерять навсегда. В Коране же написано: «Быть может, вам неприятно то, что является благом для вас. И быть может, вы любите то, что является злом для вас. Аллах знает, а вы не знаете» (Коран, 2: 216).

Мои проблемы разрешились (помогли близкие и друзья), и сейчас я с улыбкой оглядываюсь назад, понимая, что не следовало так терзать себя из-за мирских проблем, которые рано или поздно имеют решение. Берегите свои нервы и ведите правильный образ жизни! Убежден, что это правильный путь к сохранению нашего здоровья.

Исходя из всего этого, надеюсь, читатель не сомневается в силе воздействия стресса на наш организм. Многие из моих пациентов попадают в клинику с сердечным приступом на фоне сильного стресса: обида, душевное потрясение, потеря имущества. Важно научиться быть готовым к этим трудностям и испытаниям.

Аллах, Свят Он и Велик, говорит: «…И прославляй хвалой своего Господа перед восходом солнца и перед его закатом, славь Его в течение ночи, а также в начале и в конце дня. Быть может, ты останешься доволен» (Коран, 50:39).

Вспоминается случай, который оставил след в моей жизни. Было это в Берлине. В один из дней я зашел в палату сделать забор крови: данная процедура в Германии относится к врачебным манипуляциям, и выполняют ее молодые врачи. Пациенткой была фрау Кох, женщина преклонного возраста, а если быть точным, то ей было 102 года. Она проходила обследование и готовилась к коррекции митрального клапана, до этого перенесла операцию аортокоронарного шунтирования, то есть она готовилась к повторной открытой операции.

Войдя в палату, я поздоровался:

– Guten Morgen, Frau Koch, wie gehts Ihnen?

– Danke schoen! Prima, mir gehts gut, – ответила она, широко улыбаясь, и это была искренняя улыбка, которая излучала добро.

У немцев есть замечательная привычка улыбаться, пожалуй, при любых обстоятельствах. Затем фрау Кох поинтересовалась, как мои дела, на что я ответил, что все хорошо. Я уже хотел уйти, но она еще раз спросила, все ли у меня хорошо.

– Да, конечно, все в порядке, фрау Кох, а почему вы спрашивайте?

Она попросила, если располагаю временем, задержаться в палате, так как она хотела сказать что-то важное.

– Вы знаете, доктор, – начала она, приняв серьезное выражение, которое в первый раз видел на ее лице. – Я прожила достаточно долгую жизнь и многое успела увидеть: и радость, и печаль, и болезни, и голод, и испытала боль потери близких… Хочу вам сказать: не забудьте мои слова, так как это слова человека, который знает, о чем говорит. Нет ни одной причины в этой жизни, которая заставила бы исчезнуть улыбку с вашего лица…

Передают со слов Абу Зарры (да будет доволен им Аллах), что Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) сказал: «Твоя улыбка в лицо твоему брату для тебя милостыня» (Тирмизи).

Видимо, я немного бывал задумчив, когда входил в палату к фрау Кох. Возможно, это было связано с тем, что мне приходилось мысленно переводить с русского на немецкий то, что хотел сказать, и в эту минуту мое лицо становилось немного напряженным. Но слова старой женщины, которая могла не перенести сложную операцию, которая с трудом говорила, переводя дыхание из-за одышки, остались навсегда в моей памяти и в моем сердце. Часто задумываюсь над этими простыми словами и над тем, почему мы действительно мало улыбаемся, почему так напряжены и серьезны, почему проявляем иногда грубость и равнодушие… Наверное, на подобные вопросы есть у каждого свои ответы. Однако важно понять, что напряжение и грусть, порой граничащие со злобой, бьют по нам самим же, и это аксиома…

Искренняя улыбка и доброе слово могут вырвать из многих сердец тернии отчаяния и тьмы, а в некоторых сердцах даже породить радость надежды и уверенности.

Как говорится в хадисе: «Я никогда не видел никого более улыбающегося, чем Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха)» (Тирмизи).

Когда можно помочь без ножа

В клинику поступила молодая женщина лет 28 с критическим снижением гемоглобина. Из анамнеза стало известно, что у нее в матке доброкачественная опухоль, которая называется «миома матки». Опухоль была внушительных размеров, достигнув 5–6 см, и вместе с болевыми ощущениями, которые периодически возникали у женщины, она приводила к обильной потере крови и удлинению менструального цикла (уровень гемоглобина достиг 70–75 г/л). Марьям тяжело дышала, ее сопровождала слабость, снижение аппетита, частое сердцебиение и низкое давление.

Женщина Кавказа удивительна!.. Невероятная доброта и красота, присущая многим женщинам, сочетается порой с немыслимой терпеливостью и нередко с особой выносливостью. Может быть, этот характер передается по наследству на генетическом уровне, ведь у горянок жизнь была не самой сладкой и легкой. Им приходилось таскать сено, взвалив его на свои хрупкие плечи, воду в специальных емкостях, а родники довольно часто бывали на отдаленном расстоянии от их домов. Они также обрабатывали большие площади земли, выращивая картошку, кукурузу и многое другое. Наши старики вспоминают, что некоторые женщины не отставали от мужчин в косьбе травы и в заготовке сена для скота. Возможно, именно с этих суровых времен и были унаследованы такие черты, как терпение и выносливость. Думаю, не потому, что женщина ущемлялась, а дух времени был таков. Вообще, ислам отводит женщине особое место, и у нее гораздо больше прав, чем обязанностей. И современная женщина в обществе мусульман – конечно, тех кто соблюдает нормы религии, – действительно находится на почетном месте и окружена теплом и счастьем.

…В ситуации, когда миома таких размеров (располагается еще и в толще матки), есть два выхода: удаление матки или органосохраняющая операция – эмболизация маточных артерий (блокирование сосудов, питающих матку). Если мы вернемся к эритроциту, то обнаружим, что часть собратьев его движется с током крови по аорте в ее нисходящую часть, а оттуда в брюшную часть, которая делится на внутренние подвздошные артерии, отдающие с двух сторон извитые маточные артерии, так же непредсказуемые по своему анатомическому строению, как и характер женщины.

Суть эмболизации заключается в том, что эндоваскулярный хирург через маленький прокол в бедренной артерии под местной анестезией специальным катетером проводит блокирование кровотока, который питает миому. Кровоток блокируют маточные артерии специальными сферами – эмболами – с двух сторон и, как правило, кровоток в зоне роста миоматозного узла бывает обильным. Операция проходит безболезненно. Послеоперационный период протекает у части женщин с выраженным болевым синдромом, но под грамотным наблюдением удается вывести женщину из этого состояния. В течение года-полутора узел усыхает, оставляя на своем месте небольшой рубчик, размером с горошинку или изюминку. Мы имеем дело с высокими технологиями и невероятным прогрессом в решении данной проблемы.

Марьям с супругом дали согласие на эмболизацию маточных артерий после короткого обсуждения, которое состоялось в составе гинеколога, Марьям, ее мужа и меня. Мы в нашей клинике уделяем важное место беседе с пациентами перед предстоящей операцией: значимы доверительные отношения между пациентом и хирургом, что придает больше уверенности, сил и тому, и другому.

Супруг Марьям производил впечатление человека, который трепетно и бережно относился к жене. В короткой беседе он сообщил, что давно пытался уговорить жену сделать операцию, но она не соглашалась. После необходимых приготовлений пациентке была назначена операция.

Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха), сказал: «Лучший из вас тот, кто лучший для своей семьи, и я— лучший из вас отношением к своей семье».

Операция прошла с небольшими затруднениями, которые заключались в сложности селективной катетеризации правой маточной артерии по причине сложной анатомии, но вскоре все удалось преодолеть.

В этот день была назначена еще одна «манипуляция» на сонной артерии, которая предполагала быть гораздо сложнее и рискованнее, чем эмболизация, поэтому я не скрывал эмоций и радовался быстрому окончанию и положительному исходу. Пациентку перевели в отделение гинекологии, и дальше уже гинеколог начинал заниматься постэмболизационным синдромом. Я же решил немного отдохнуть перед следующей операцией и удалился к себе в кабинет.

Следующий пациент, мужчина 64 лет, с эпизодами транзиторной ишемической атаки в анамнезе. Пришел в сопровождении дочери – врача скорой помощи. Пациенту предстояла операция по стентированию внутренней сонной артерии, так как атеросклеротическая бляшка привела к сужению участка артерии до 80 процентов и периодически давала о себе знать транзиторными ишемическими атаками, вызывая слабость руки, нарушение речи, – это все могло привести к ишемическому инсульту с возможной последующей инвалидностью или к смерти. Сонные артерии отходят от дуги аорты и являются продолжением общих сонных артерий с двух сторон, каждая из которых делится на наружную и внутреннюю сонную артерию («питающую» кровью головной мозг). В данном бассейне кровоснабжения эритроцит попадает в гораздо более сложные по своему строению сосудистые коммуникации структур мозга.

В беседе с пациентом и дочерью было достигнуто понимание необходимости операции. Обсудили возможные осложнения в виде интраоперационного инсульта, кровотечения и др. При операциях на сосудах головы нужно соблюдать особую осторожность, так как малейшая эмболия бляшки может явиться причиной мозговой катастрофы инсульта. Эмболы могут мигрировать в сосуды головного мозга при резком скачке артериального давления и привести к окклюзии сосуда с последующим возникновением инсульта.

В романе А. Б. Чаковского «Неоконченный портрет» описывается развитие инсульта с летальным исходом на фоне гипертонической болезни у американского президента Франклина Рузвельта. Позируя художнику во время написания портрета, Рузвельт с большой тревогой и волнением думал о возможных трагических последствиях для американских солдат в развивающейся политической ситуации с Японией (10 апреля 1945 года).

«– Очень болит голова… – глухо сказал Рузвельт.

Он закрыл глаза. Лицо его исказила гримаса страдания. И все же никто еще не понимал, что с ним происходит. Даже когда его рука упала с подлокотника и безвольно свесилась. Говард Брюнн впоследствии вспоминал: “Президент был на грани смерти, когда я добрался до него. Он обливался холодным потом, лицо его было пепельно-серым, и дышал он с трудом. Пульс едва прощупывался”.

– Джентльмены! – медленно проговорил он. – Мой печальный долг состоит в том, чтобы сообщить вам, что сегодня, в три часа пятнадцать минут, президент скончался».

Рашид спросил: «А что будет, если все-таки бляшка улетит в мозг, что вы предпримите, чтобы избежать этого?»

Я немного задумался. Важно не напугать пациента грозными осложнениями, поскольку он может вообще отказаться от необходимой операции, и в то же время важно довести до больного серьезность операции, чтобы его решение было взвешенным. Выдержав паузу, подробно объяснил Рашиду механизм защиты мозга во время операции. Он был удовлетворен ответом…

Каждый раз перед подобными операциями думаешь про себя: вот перед тобой живой человек, да у него есть болезнь, возможно, которая его убьет или сделает инвалидом, но когда? А вот твоя операция, вернее, осложнение во время операции может сделать его инвалидом или лишить его какой-то одной функции прямо сейчас. Никто не знает наверняка… Ответа не будет на этот вопрос. Такова хирургия. Сотни операций пройдут блестяще, а сто первая может осложниться такими проблемами, которые доставят много душевных переживаний хирургу и страдания пациенту. Не следует никогда забывать об этом, и не следует забывать, что пациент – не отдельный какой-то орган или проблема, а это семья, работа, друзья и все то, что ему дорого, – все, на что он потратил годы жизни и стараний. Его где-то ждут те, кто в нем нуждается и любит.

…После необходимых приготовлений пациент был взят в операционную. Все манипуляции на сонной артерии нужно проводить с особой осторожностью, не спеша и очень точно, правильно выбирая решение каждому затруднению, которое возникает на пути выполнения задачи. Так и я, медленно и тщательно выполняя каждый этап операции, приближался к финалу, как вдруг пациент, который находится в сознании (операция выполняется под местной анестезией), пожаловался на снижение зрения и на слабость в правой руке, в то время как мы оперировали левую общую сонную артерию: бывает, при нарушениях в бассейне левой внутренней сонной артерии страдает правая рука (так заложено Творцом!).

Операционная бригада на какой-то момент замерла. Все молчали, но мы знали, о чем думаем в этот миг. «Только не инсульт! – прошептал я. – О, Аллах, помоги мне!» Всегда, когда возникают сложности на операции, в первую очередь обращаешься к Аллаху, понимая свою беспомощность, затем, конечно, вместе с этим начинаешь находить решение. Кстати, и пациенты практически все тоже нашептывают суры из Корана или просят прощения у Аллаха во время операции, поскольку при большинстве эндоваскулярных операций пациенты бывают в сознании и у них есть возможность разговаривать или что-то читать вслух.

Анестезиолог-реаниматолог быстро проверил функции речи, зрения и обеих рук и ног: определялся небольшой неврологический дефицит в виде снижения силы в правой руке. Пациент сообщил, что такое бывало и раньше. Мы немного подождали и решили закончить операцию, так как оставалось удалить ловушку и другие инструменты из сосудистого русла. Все без особых затруднений было удалено, и спустя некоторое время слабость в руке тоже прошла. Такое внутреннее облегчение! Это сложно передать словами…

Порой удивляешься силе воли и выдержке хрупкой женщины.

Пациент М. поступил в клинику с диагнозом «острый инфаркт миокарда». Поскольку состояние пациента позволяло, мы приняли решение сделать эхокардиографию, где обнаружили аневризму восходящей аорты (расширение аорты), что затрудняло и делало предстоящую операцию крайне опасной. Нужно было действовать не теряя время, поэтому я попросил медсестру пригласить родных, которые его сопровождали. К моему удивлению, подошла хрупкая девушка. Сразу обратили на себя внимание достоинство и внутренняя сила, которая чувствовалась в этом человеке. По ее виду нельзя было сказать, что она сильно взволнована или подавлена случившимся с ее отцом, но чувствовалось, что девушка понимает опасность происходящего. Мне нельзя было терять время. В подобных ситуациях каждая минута на счету, так как начался процесс некроза (гибели) сердечной мышцы. По этой причине я максимально мягко и в то же время не скрывая возможные сложности объяснил предстоящую операцию.

– Ваш отец в критическом состоянии. Ему необходима операция, которая, возможно, спасет его по милости Всевышнего.

– Хорошо, доктор. Сделайте все необходимое!

– Есть еще одна проблема. У него обнаружена аневризма аорты – это заболевание, приводящее к расширению сосуда с истончением его слоев, что может приблизить смерть от обильного кровотечения… Скажите, пожалуйста, с вами никого нет больше? Вы одна?

– Доктор, все далеко сейчас. Спрашивать у кого-то совет не вижу смысла. Начнется паника…

– Ясно, да поможет нам Аллах!

Посмотрев вслед удаляющейся дочери пациента, подумал: «Такая дочь заменит нескольких сыновей!»

Чаще всего сталкиваешься с другой картиной. Родственники начинают обзванивать всех, вплоть до людей, находящихся на удалении 2–3 тыс. километров, требуют ожидания более компетентных родственников, их знакомых врачей. Таким образом, упускается время, что приводит к печальному исходу… Сложнее всего принять решение, когда болеет политик или бизнесмен. У них, как правило, бывают десятки советчиков и сочувствующих, которые непременно что-то хотят сделать, но не знают точно что.

Это хрупкая девушка взвалила на себя ответственность и приняла решение, которое не способны иногда принять несколько сыновей, братьев и близких друзей вместе взятых… Да хранит тебя Аллах, сестра!

После беседы сразу удалился в операционную. Начиная данное вмешательство, я вспомнил доктора Амири. Доктор Амири являлся Oberarzt (заведующий отделением) кардиохирургии. Он – выходец из Афганистана. Как известно, это страна пережила много бед и большое количество покинуло ее. Он был искусным хирургом и замечательным человеком. Профессор Кадри (родом из Йемена) и Амири часто оперировали вместе, мне тоже удавалось ассистировать им. В моей памяти четко отпечатались уверенные и очень красивые технические приемы, которые использовал доктор Амири при формировании микроскопических анастомозов между шунтом и коронарной артерией. Он прибегал к технике формирования швов аортального клапана с последующим его опусканием в нужную позицию. Такой же отточенной техникой владел доктор Ли: только это была уже операция по установке стента в сосуд. Этих людей объединяло то, что они покинули свои страны: кто-то, будучи еще ребенком, а кто-то позже (в силу разных причин). Они нашли свою вторую Родину на немецкой земле. Только тот человек может понять, каково в одночасье потерять все, что тебе дорого, привычно и на что ты потратил часть или всю жизнь, кто сам прошел через это. Очень тяжко начинать заново, с чистого листа в чужой для тебя стране, где почти всему надо учиться и привыкать: к людям, к культуре, к климату и многому другому, что и составляет жизнь. Гораздо сложнее и важнее происходящее с их душами: это ведомо тем, кому выпало на долю испытать все превратности судьбы. Современная война крайне жестока, порой бессмысленна. Вот один из эпизодов, когда судьбы людей переплелись…

Штат Теннесси. В частном доме небольшого городка семья Стэнли Уоррена сидела в летнем саду за небольшим круглым столиком. Бабушка миссис Дороти вместе с дочерью маленькими глотками пили ароматный кофе, а внучка Лилиан играла с дедушкой Стэнли в мячик. Смех Лилиан радовал Дороти и немного приглушал боль страданий за сына, который находился на службе в одной из самых горячих точек Афганистана. В эту самую минуту он нажимал на пульт наведения запуска ракет, направленных на потенциально опасную цель, которая, по информации, представленной ему, находилась в деревне Кахте, замаскированная в виде жилых помещений. Детский смех как будто оживлял все вокруг. Как прекрасно это беззаботное время подумала миссис Дороти, смотря на свою внучку, в которой души не чаяла. «Зачем нам эта чужая война», – спрашивала она себя, возвращаясь к мысли о сыне. Затем она перевела взгляд на цветок в саду, очаровавший ее взор. Несколько нарциссов цветом солнца росли, наклонившись бутоном вниз и слегка покачиваясь от легкого ветерка, который приятно обдавал лицо миссис Дороти. «Вот она жизнь: смех ребёнка, ароматный кофе, лучики солнца, ветерок и нарциссы – все это жизнь, а там, где мой сын – смерть и разрушение. Там страх, кровь, запах пороха и обожженная мертвая земля. Здесь звуки жизни, а там тишина смерти… Почему?» Этот вопрос как будто повис в воздухе, и у неё не было на него ответа. Она устало закрыла глаза, и, вновь открыв их, там же, где цвели прекрасные ярко-желтые нарциссы, она увидела иную картину: цветы поменяли окраску и низко наклонились под тяжестью снега, в котором они вдруг оказались. Они напоминали согнувшуюся от старости старушку. Она вновь закрыла глаза ладонями и почти вслух сказала: «Господи, что же это со мной?». Она резко встала и последовала в дом. «Так нельзя, нужно взять себя в руки», – подумала она.

На другом континенте только успели первые лучики солнца обогреть холодные ручейки в горных долинах, стремительно превращающиеся в бурлящие потоки. Старушка Зулейха полусогнувшись медленно следовала за единственной коровой, погоняя ее к пастбищу, одета она была во все черное. Глубокие морщины на лице и глубоко посаженные грустные глаза несли след страданий и утрат. Она шла медленно, стараясь любоваться свежестью утра, так как еще не утратила чувства жизни. Жизнь еще теплилась в ее сердце, она благодарила Всевышнего за то немногое, что у неё осталось.

Среди тишины горного села появился пронзительный звук, предвещавший скорое появление в небе бомбардировщиков. Зулейха поспешила и начала поворачивать корову обратно, но та не слушалась и побежала туда, куда изначально ее гнали. Старушка, не помня себя, очутилась в подвале ближайшего дома. Грохот, страшный, безжалостный, не знающий милосердия грохот, земля задрожала… и тишина. Зулейха оказалась в тесной комнатке, служившей подвалом, вместе с еще одной женщиной и двумя парнями. Один из ребят, совсем юнец, дрожал, хотя старался не подать виду, его тело его не слушалось. В руках Зулейха держала маленькую шкатулку, которую ей подарила дочка. Смотря на эту вещицу, ей становилось немного тепло на душе. Это у многих людей бывает такое, что некоторые вещи доставляют кратковременную радость: смотришь на них или носишь их – и как-то приятно.

Тишина еще продолжалась некоторое время, никто пока не решался выходить. Каждый, съежившись, думал о чем-то своем. Никто не знает, какие мысли проносились в голове старушки, но совсем неожиданно она вскочила и стремглав побежала к выходу. В лицо ударил запах обожженной земли – той самой земли, где веками ходили, выращивали и строили многие поколения этих гордых и красивых людей. Зулейха шла быстро, словно молодость вновь вернулась к ней, ноги ее наполнились силой, зрение стало зорким, и вот она нашла свою единственную кормилицу… Картина, которая предстала перед ней, заставила ее отшатнуться назад, слабость овладела ее телом, голова закружилась. Она, видевшая немало горя за свою долгую жизнь как никогда прежде, заплакала таким плачем, как будто стоны, исходящие изнутри эхом, отозвались в горных ущельях болью и страданием. Конечно, она плакала вовсе не из-за гибели животного, это были слезы как кульминация всех пережитых страданий.

Бездыханное тело коровы лежало на дороге, она была разорвана в клочья. «Проклятая война», – произнесла старушка хриплым голосом. Зулейха прижала руку к груди от невыносимой боли, что-то начало душить изнутри, воздуха не хватало, она попыталась освободить шею от платка, но резкая слабость в руках и головокружение обессилили ее. Она лишь успела шепотом произнести:

– Свидетельствую, что нет Божества, кроме Аллаха и свидетельствую, что Мухаммад – посланник Аллаха.

Эта красивая старушонка медленно опустилась на колени и в последний раз подняла глаза, посмотрев на синеву неба.

Когда удается излечить

В один из обычных рабочих дней поступил звонок на мой мобильный телефон от родственника, звонившего по поводу своей соседки. Просил ее проконсультировать. Безусловно, я ответил согласием и назначил время.

На следующий день ко мне пришла худощавая женщина лет шестидесяти, уже перенесшая операцию аортокоронарного шунтирования 8 лет назад. Сейчас ее беспокоило многое: слабость, головокружение и резкие подскоки давления до 200 на 110 мм рт ст., несмотря на то что она принимала 3–4 гипотензивных препарата. Вид у нее был несколько уставшим, и она нехотя рассказывала историю своей болезни: как перенесла первую операцию, как устала от таблеток, которые плюс к тому еще и не помогают.

Пациенты очень трудно переносят повторные обследования, операции. Если в первый раз еще как-то держатся, то при возвращении болезни или возникновении других проблем они начинают уходить в депрессию, не хотят бороться с болезнью, не хотят лечиться и тем более не хотят ничего слышать о повторной операции. Учитывая эти обстоятельства, я максимально осторожно и мягко отметил необходимость в проведении обследования, аргументируя, что так оставлять ситуацию нельзя: высокое давление с кризовым течением может привести к серьезным осложнениям.

Фатима (так звали больную) согласилась пройти необходимое обследование. Со стороны сердца все было хорошо, но на ультразвуковом исследовании почечных артерий было выявлено, что один сосуд закрыт, а другой сужен почти на 90 %. Вот где источник, который провоцирует подскоки давления! Продолжая свое движение по току крови в области брюшной аорты, наш верный помощник по доставке кислорода к тканям – эритроцит – попадает в почечные артерии с двух сторон, снабжая почку и давая ей возможность выполнять свою функцию по выделению продуктов обмена из организма. Это нечастый случай, когда удается выявить причину высокого давления, устранив которую можно или совсем вылечить гипертонию, или привести ее в контролируемую лекарствами форму. Дальше Фатиме было назначено еще одно исследование для уточнения ситуации и принятия решения об операции. Все подтвердилось, и после детальной беседы с пациенткой и с родственниками была назначена дата операции.

Считаю правильным тщательную подготовку к любой операции, если даже есть чувство уверенности, что все пройдет легко (хотя такого никогда не может быть в хирургии). На данной операции нельзя было исключить возникновение нескольких нежелательных осложнений: разрыв почечной артерии у устья, в том самом месте, где она отходит от аорты, и это могло закончиться катастрофой; эмболизация мелких ветвей почечной артерии фрагментами атеросклеротической бляшки, что привело бы к снижению продуктивности единственной функционирующей почки с возможным возникновением последующей почечной недостаточности.

Если говорить о гипертонической болезни в целом, то это очень сложная и многогранная проблема, не всегда поддающаяся корригированию постоянным приемом нескольких препаратов. К сожалению, даже в тех случаях, когда удается контролировать высокое давление лекарствами, пациенты не всегда соблюдают режим приема лекарств, что приводит к резким перепадам давления, наносящим большой вред организму.

В нашем случае, при условии удачного проведения операции, вероятность стабилизации давления была высокой. Как много бы хирург ни оперировал, как бы хорошо ни владел техникой операции и знаниями, которые необходимы для успешного проведения ее, он всегда будет готовиться к каждой операции в отдельности, испытывая волнение за конкретного пациента. Дело в том, что в хирургии нет шаблона, нет абсолютно похожих болезней или операций, как нет и похожих в точности друг на друга людей.

Накануне предстоящей операции я тщательно обдумывал план действий, изучив доступную литературу, выделил для себя возможные сложности и осложнения, пути выхода из этих ситуаций. Всего учесть, конечно, невозможно… Пациентка приехала в сопровождении супруга и нескольких сыновей, с которыми мне предстоит иметь дело, если возникнут какие-то сложности. Мне доставляет удовольствие наблюдать за тем, как родственники проявляют заботу друг о друге, когда возникают сложности, будь то со здоровьем, или касаемо других испытаний.

«Поклоняйтесь Аллаху и не давайте Ему сотоварищей. Делайте добро родителям, родственникам, сиротам, беднякам, соседям, как родственникам, так и не состоящим в родстве с вами, собратьям (по ремеслу), путникам и тем, кем владеете вы. Воистину, не любит Аллах гордецов и спесивцев» (Коран, 4:36).

Приводится в двух «Сахихах» хадис Анаса ибн Малика, что Пророк сказал: «Пусть тот, кто желает, чтобы удел его был увеличен, а срок жизни продлен, поддерживает связи с родственниками».

Я пригласил родных в кабинет и детально разъяснил все нюансы предстоящей операции. Разговор был достаточно напряженным, было много вопросов, на которые доступно старался ответить. Получив согласие пациентки и близких родственников, дал необходимые распоряжения среднему медицинскому персоналу и удалился готовиться к операции. В этот день сначала я провел две операции на сосудах сердца, затем после получасовой паузы приступил к данной операции…

Операция, к моему облегчению, прошла четко по плану. Никаких сложностей не возникло. Давление стабилизировалось уже на операционном столе. Единственное – следует остановиться на некоторых деталях. Когда я убрал защитное устройство и промыл ее физиологическим раствором, то видны были микроэмболы, которые могли бы закупорить мелкие сосуды почки, не используй я защиту. По этой причине решение об использовании защиты оказалось верным и, возможно, спасло функцию почки. Дело в том, что в литературе не было четких ответов на этот вопрос. Иногда хирургу приходится принимать нестандартные решения, в зависимости от клинической ситуации.

Пациентка была выписана из клиники в удовлетворительном состоянии на минимальных дозах препаратов, снижающих давление, которые в последующем и вовсе были отменены. Через некоторое время я вновь вызвал пациентку в клинику, и проведенное исследование показало хороший результат операции.

Отрадно видеть положительный результат своих усилий спустя какое-то время. Ведь многие врачи максимально выкладываются в борьбе за выздоровление пациента, отдавая все силы для возвращения его к нормальной жизни. В такие минуты вспоминаешь своих учителей.

Профессор Биатрис Амман-Вести руководила клиникой ангиологии университетской клиники Цюриха в Швейцарии.

Получив визу с легкой руки секретариата, я вылетел в Москву, чтобы далее направиться в Цюрих на практическую учебу для повышения знаний. Очень важно с юных лет выучить несколько иностранных языков, чтобы легко можно было взаимодействовать с коллегами из других стран. Языки открывают много дверей. Вообще, в современном мире трудно представить себе специалиста хорошего уровня, который не владел бы хотя бы одним иностранным языком. По прибытии в аэропорт Домодедово выяснилась небольшая неприятность: сообщили после долгих выяснений, что мои билеты отменены. Дело в том, что в процессе подготовки визовых документов пришлось несколько раз переносить дату вылета, и в итоге оказалось, что мои билеты отменили. Наверное, многие сталкиваются с подобными проблемами, и это, скажу откровенно, весьма неприятно. Однако, к моему счастью, нашлось свободное место, и я вновь купил билеты. В остальном мое путешествие прошло приятно и легко.

По прибытии в Цюрих сразу направился в отдел клиники, занимающийся вопросами организации пребывания иностранных врачей. Поскольку говорил на немецком, то без особых затруднений поселился в квартиру, которую мне выделили. Наутро я направился в отделение ангиологии, где весьма радушно был встречен коллегами. Далее шли рабочие будни со всей присущей немцам пунктуальностью. Профессор Амман научила многим полезным приемам и дала немало практических советов, которые пригодились мне в работе и пригождаются по сей день. Безграничная благодарность и уважение всем учителям, причастным к становлению меня как специалиста!

Как передал один из сподвижников (да будет доволен ими Аллах), Пророк Мухаммад (мир ему и благословение Аллаха) сказал: «Тому, кто научил меня одной букве, я был для него рабом всю жизнь».

На прием пришел мужчина среднего возраста с глубоким шрамом на левой щеке, с рассеянным взглядом и чем-то сильно встревоженный. Нужно было обследовать его жену для определения дальнейшей тактики лечения. София, так звали ее, длительное время страдала сахарным диабетом – очень коварным заболеванием, поражающим преимущественно мелкие сосуды органов. Причем симптомы поражения, например, сосудов сердца бывают не столь ярко выражены, нежели у пациентов без диабета. Диабет приглушает выраженность болевого синдрома. У Софии были поражены сосуды ног. Она была подавлена болезнью. Их семья за последние несколько лет перенесла несколько потрясений.

– Все началось с автокатастрофы, – начала рассказывать София, еле сдерживая слезы. – Дальше: больницы, операции, длительная реабилитация. Начались проблемы с семейным бизнесом. И, возможно, как следствие нервных переживаний «вылез» сахарный диабет…

Моя задача заключалась в проведении ангиографии (контрастное исследование сосудов), чтобы понять, что можно сделать для сохранения конечности. После предварительной подготовки София перенесла ангиографию нижних конечностей. Кроме того, удалось реканализовать (открыть) закрытые сосуды, питающие ноги, что привело к постепенному выздоровлению пациентки.

…Через два года случайно встретившийся супруг Софии откровенно обрадовал: у нее все в порядке.

В настоящее время мы имеем в распоряжении технологии, позволяющие сохранить конечности. Раньше подобные технологии были недоступны, и чаще приходилось ампутировать ногу или даже обе…

В одном горном селе в 1980-е годы случилась трагикомическая история, связанная с ампутированной ногой. В горах жил некий человек. Его все очень любили за доброту и веселый характер. У него было много друзей. Однажды случилось так, что он поранил палец ноги. Мелочь вроде, небольшая царапина, но палец не заживал. Рана увеличилась, началась гангрена. Все попытки врачей вылечить ногу не увенчались успехом. Решили ампутировать палец. Затем воспалилась голень, и пришлось отрезать ногу на уровне нижней трети бедра. А дальше начались приключения ампутированной конечности. Сначала родственники отказывались забирать ногу для захоронения. Но нашелся смельчак, который решился доставить конечность из столицы в горное село. Завернул замороженную ногу в белую простыню, взял под мышки и понес по улицам города в направлении гостиницы. В планах у него было провести вечер в кругу друзей и только утром выехать в горы. «На ресепшене» то ли не заметили, то ли сделали вид, что не заметили, но нога оказалась в шифоньере гостиничного номера. Про нее никто не вспомнил, пока техперсонал утром при уборке номера не заметил кровь и не поднял тревогу. Очевидец событий рассказывает: «Я сквозь сон услышал крики о помощи. Кажется, звали милицию». «Не успел я одеться, как приехали сотрудники», – добавил он с улыбкой. Разобрались, откуда нога появилась в шкафу. Она позже была доставлена в село, где ее сначала поместили в бачок с маслом по непонятным причинам, а потом вроде захоронили.

Пожалуй, самой сложной и невероятно увлекательной областью для хирурга является головной мозг. Моя работа связана не только с операциями, но и с диагностическими процедурами, которые требуют не меньшей ответственности, нежели лечебные оперативные вмешательства. Приведу один из примеров диагностики и контроля сложной проблемы.

Ахмеду исполнилось всего 20 лет, когда, играя со сверстниками в футбол, он почувствовал резкую боль в голове, головокружение, нарушение зрения, которые привели к потере сознания. Дальше – скорая, больница, отделение неврологии. По данным обследования обнаружили артериальную аневризму офтальмического сегмента внутренней сонной артерии в области устья глазничной артерии. Это очень неприятная и опасная проблема. Ситуация, когда у вас в голове бомба замедленного действия, и хорошо, если вы это знаете, а если об этом не известно?

Чаще всего артериальные аневризмы себя не проявляют никак до момента сосудистой катастрофы. Редки случаи, когда рост аневризмы давит близлежащие ткани, чем обуславливаются те нечастые симптомы. Разрыв аневризмы приводит к кровоизлиянию, которое может прервать жизнь или привести к инвалидности.

Слава Аллаху, Ахмед, можно сказать, отделался легким испугом. Ко мне он был направлен для проведения ангиографии церебральных артерий для выбора метода лечения. Спустя полгода мне вновь пришлось встретиться с Ахмедом, уже для проведения контроля функционирования потокового стента, который был установлен для отключения аневризмы. Было очень приятно сообщить ему, что операция достигла своей цели и аневризма выключена из кровотока, что исключает риск повторного кровоизлияния.

Любые вмешательства в головной мозг должны быть просчитаны с ювелирной точностью, так как ошибка или повреждение может привести к нарушению той или иной функции, а также к смертельному исходу. Сложность обусловлена еще и тем, что мозг является малоизученным органом, вернее, о мозге мы знаем ничтожно мало: нам еще предстоит его понять. Хирургу необходима невероятно большая выдержка и терпение, чтобы скрупулезно выполнить сложные операции на мозге и, в частности, на сосудах головного мозга. Одни только операции на сосудах головного мозга по поводу артериальных аневризм чего стоят!

Заболеваемость аневризмами мозга встречается чаще, чем думают люди. Более 6,5 миллионов человек, или 1 из 50, имеют или будут иметь аневризму мозга. Около 30 000 человек в год страдают от разрыва аневризмы, то есть каждые 18 минут у кого-то происходит разрыв аневризмы и, как следствие, геморрагический инсульт.

Чтобы специалист мог оперировать на сосудах головного мозга, конечно, необходимо пройти долгий путь и освоить большой объем знаний. Надо понимать, что любая удачная операция – это на самом деле львиная доля труда и небольшая капля везения. Когда мы видим успех, будь он материальным или более духовным, за этим скрываются годы труда и стараний, которые мы не всегда можем увидеть. Чаще видим результат – верхушку айсберга. Работу нейрохирурга по некоторым аспектам можно сравнить с ювелиром по точности, с сапером по осторожности и главнокомандующим по последствиям. Отдавая дань уважения моим учителям, хотелось бы еще и еще раз коснуться вопроса преемственности знаний в медицине.

Мне всегда становится не по себе от мысли, что с каждым годом все меньше тех, кто хочет и может учить, ровно так же, как и тех, кто хочет и может учиться. Как будто сама жизнь подходит к той черте, воспитывающей среди нас все больше и больше обломовых, которые лежа на диване мечтают о больших свершениях, не прилагая усилий, претендуют на богатство и уважение. Мы абсолютно точно должны понимать, что это – путь разрушения, и не должны испытывать никаких иллюзий по этому поводу. Никакие совершенные девайсы не смогут полностью заменить живого человека! Есть и другая категория, которая научилась растрачивать все, что собирали их предки, и здесь я говорю не только о материальной стороне, но и о знаниях, духовных ценностях.

Уповаю на тех, кто все-таки сохранил любовь и стремление к знаниям, кто умеет читать и анализировать, а не слепо следовать алгоритмам или правилам, установленным отдельными личностями или организациями (на сомнительных основаниях и ценностях). Очень важно задумываться над прочитанным, задавать вопросы и стараться находить на них ответы. Совершенно недопустимо «отключать мозги». Иногда складывается такое ощущение, что как будто нарочно кто-то «забирает» знания. Безусловно, они уйдут, если мы не научимся их усваивать и приумножать.

С другой стороны, тенденция молодых людей к освоению знаний и навыков в качестве средства для достижения единственной цели – заработать деньги – тоже является пугающей. Имеется большое количество популярной литературы типа как разбогатеть, как влиять на людей, как научиться быстро зарабатывать и так далее. То есть во главу угла ставится главный вопрос – как заработать. Успешность сегодня чаще понимается через призму количества заработанных банкнот. Возникает вопрос: «Как же те великие ученые, которые тратили все свое имущество на приобретение знаний?» Некоторые из них даже не успели создать семью. Разве такие примеры не вдохновляют нас сегодня?! Возможно, мы уходим в крайности в понимании вопроса успешности и популярности. Можем ли мы гарантировать, что молодые, еще не окрепшие интеллектуально юноши смогут извлечь только полезное из этих книг, которые учат быть богатыми? Думаю, прослеживается опасная нить, ведущая к превращению современных молодых людей в алчные и эгоистичные личности, к тому же еще и полных изрядной порций гордости и собственной значимости. Середина во всем – все-таки лучшее, к чему нам следует стремиться, извлекая из всего многообразия информационного потока то, что действительно необходимо и полезно.

Конечно, сегодня очень много возможностей для получения знаний, так как много открытых ресурсов, доступны электронные библиотеки. Однако весьма печально видеть, как впустую растрачивается время, не понимая ценность времени. Страсть к накоплению, к роскоши и отход от знаний и следований этим знаниям привели к тому, что, например, такая колыбель исламской цивилизации, как Андалусия, была уничтожена. Как-то, будучи в Барселоне, я прошел пешком несколько километров в поисках мечети или другого исторического доказательства существования некогда величайшей цивилизации. Трудно выразить мои чувства, когда я обнаружил на месте мечети, в которой пять раз в день восхваляли Всевышнего, культурный центр. Может быть, мы не до конца понимаем, к чему можем прийти, медленно растворяясь в модных тенденциях современной жизни…

Очень трудно представить, что произойдет, если за операцию на аневризме сосудов головного мозга (или любой другой области) возьмется хирург, который еще не имеет достаточной квалификации. Даже те, кто оперирует блестяще, не застрахованы от ошибок и осложнений, не говоря уже о тех, кто не совсем к этому готов. Следует отличать разницу между тем, что действительно врач готов к проведению таких сложных вмешательств, или ему кажется, что он готов. Последствия ошибок плачевны! Нельзя забывать: каждый пациент – не только отдельно взятый человек, но и целый мир (его дети, родные, друзья, работа, мечты и многое-многое другое).

Ох уж эти нервы…

Хорошо, что нас окружают люди, которые способны на поступки!

Доктор Хуршилов относится именно к такой категории. Как-то поехали мы с ним в высокогорное селение консультировать нетранспортабельного больного после инсульта. На обратном пути пошел ливневый дождь, мало того, спустилось колесо машины из-за плохих дорог. Машина, на которой мы пустились в это нелегкое путешествие, принадлежала доктору Хуршилову, но он не проронил ни единого слова возмущения. Улыбался и просто поменял колесо под ливнем, и меня даже не пустил помочь. Не зря говорят, что в путешествии узнаёшь человека. Он занимается необычайно трудной и увлекательной областью медицины. Постараемся вместе с ним немного углубиться в тайны его специальности.

Неврология – одна из самых странных специальностей, вселяющая в рядового врача как минимум уважение, но чаще страх и непонимание, а там, где нет знания, рождаются мифы, и врачи тут ничем не отличаются от обычных людей. Однако откуда взяться этим знаниям, если курс неврологии в большинстве вузов нашей страны – два цикла, в которые, как правило, еще включают курс генетики и курс нейрохирургии. Этого определенно мало: ведь на сегодняшний день клинические нейронауки – такой же огромный раздел медицины, как терапия («внутренние болезни»), или общая хирургия, или акушерство и гинекология, а их, к слову сказать, изучают в течение трех лет! И все же поступать в клиническую ординатуру по неврологии всегда много желающих. Студенты, жаждущие стать неврологами, меня часто спрашивают: «Что нам учить, чтобы стать хорошим неврологом? Анатомию нервной системы? Топическую диагностику?» Нет, думаю, невролог – это прежде всего диагност и консультант! Пока вы еще студент, учитесь аускультации, пальпации и перкуссии органов и систем, учите ЭКГ, учите лабораторную диагностику, нормальную и патологическую физиологию, если получается, то еще освойте базовые навыки УЗИ-диагностики. Все эти знания необходимы потому, что в подавляющем большинстве случаев вы будете иметь дело с неврологическими осложнениями других болезней. Изолированное поражение нервной системы практически не встречается. Самое главное – учитесь разговаривать с людьми! Умение понять пациента и расположить его к себе – самый главный навык: ведь несмотря на все возможности современной диагностики, большинство неврологических диагнозов ставится на основании АНАМНЕЗА, то есть ответов пациента на поставленные вопросы.

Клиническая неврология подобна самой нервной системе. Как нервы соприкасаются со всеми органами, так и неврология соприкасается практически со всеми клиническими специальностями, и объем знаний, необходимых неврологу, выходит за пределы знаний о строении, функционировании и патологии нервной системы. Причины повреждения нервной системы также многообразны: инфекция, травма, интоксикации, аутоиммунные реакции, генетика и онкология. Также традиционно неврологи занимаются психическими заболеваниями, поскольку психиатров в общемедицинской сети крайне мало или вообще нет.

Суббота в больнице скорой помощи была формально единственным не приемным днем: бригады скорой возили пациентов в другие стационары города, дежурство обещало быть относительно спокойным. Однако всегда находились две категории людей, которые нарушали покой приемного отделения, – это пациенты, обратившиеся самостоятельно («самотеком»), и пациенты, как правило, непрофильные, укладываемые по распоряжению администрации («блатные»). Кроме того, в отделении неврологии для больных с инсультом, где я в то время работал, и рассчитанном на 35 коек, всегда лежало не менее 40 больных. Источником беспокойства всегда оставался и блок интенсивной терапии: по факту реанимация с самыми тяжелыми пациентами.

В одно из таких дежурств мне довелось познакомиться с Русланом. Он пришел самостоятельно (по протекции родственника), который «решил вопрос» с главным врачом. Мне не очень нравился подобный контингент, и я не особенно спешил в приемный покой, находящийся в другом здании, тем более был повод задержаться в палате больной с субарахноидальным кровоизлиянием в состоянии психомоторного возбуждения (вырвал установленный ему мочевой катетер и назогастральный зонд). Разобравшись с больным, без спешки зашел в приемный покой, в котором сидел только один больной – молодой человек лет 40 (в дорогой рубашке, модных брюках и почему-то в носках и в старых тапочках).

– Здравствуйте, доктор, я тебя уже тут минут 30 жду.

– Ваалейкум, здравствуйте, ничего страшного: я был занят работой, а у вас все равно ничего экстренного нет.

– За меня позвонили – надо уложить и обследовать, у меня грыжа между позвонками.

– Никаких проблем, сейчас уложим: возьмем основные анализы, а в понедельник придет ваш палатный врач и будет обследовать и лечить.

– А почему не сразу?! Я до понедельника что тут делать буду?

– Это отделение для больных с инсультом, а вы – плановый больной и вообще тут лежать не должны: только из-за того, что как-то вышли на администрацию, вас сюда укладывают.

– Да мне эта ваша больница 100 лет не нужна! Я в Москву собирался, но некоторые обстоятельства не позволяют, а так…

– Ради Аллаха оставьте этот разговор, историю уже открыли. Сейчас осмотрю вас и в отделение пойдем.

Осмотр оказался очень интересным. Руслан жил в провинциальном городке и работал в государственной компании программистом. Около двух недель назад он стал отмечать умеренные боли в спине, отдающие в ноги, а сами ноги как будто перестали твердо чувствовать землю. Он, обратившись в поликлинику по месту жительства, получил назначение. Врач-невролог, недолго думая и даже толком не осмотрев пациента, поставила диагноз – «двусторонняя люмбоишиалгия» и распечатала заранее заготовленный шаблон терапии, включавший несколько внутримышечных инъекций и несколько таблеток. Несмотря на проводимое лечение (в течение трех недель), Руслан чувствовал, что ноги постепенно слабеют. При повторном обращении к неврологу ему было предложено пройти МРТ. МРТ была сделана: действительно, на ней описывалась межпозвонковая грыжа L5-S1, но Руслан решил, что лучше сразу лечь в больницу в крупном городе и лечиться в стационаре. У меня сразу закралась мысль, что тут что-то серьезнее грыжи, ибо за три месяца даже без лечения боли в спине уменьшаются, а двусторонняя корешковая симптоматика, которую описывала коллега, – так и вообще случай, встречающийся крайне редко. Неврологический осмотр подтвердил опасения: у Руслана был вялый нижний парапарез. Коленные и ахилловы рефлексы не вызывались, вибрационная чувствительность со стоп не определялась, а болевая чувствительность была резко снижена до уровня верхней трети голени, что никак не могло быть при грыже. Осмотрев интересного пациента с загадочным диагнозом, мне стало даже как-то веселее, и отношение к «блатному» непрофильному пациенту изменилось.

– Эх, Руслан, не в ту больницу ты пошел, и не грыжа у тебя, а кое-что другое.

– Я снимки сделал – там грыжа… Ты лучше МРТ знаешь? Постукал своим молоточком, поколол зубочисткой и уже диагнозы ставишь?

– Именно, я ставлю диагноз, а не МРТ – у тебя, похоже, полинейропатия. Ты случайно не болел простудой или поносом за неделю-две до того, как спина заболела?

– Да, было немного, но я думал, что просто простуда.

– Понятно, ну, санитарка уже пришла за тобой, пошли, в отделении поговорим.

На лице Руслана появились некоторый страх и удивление. Санитарка усадила Руслана в кресло и увезла в отделение. В отделении все нормализовалось: нервный пациент с САКом (субарахноидальное кровоизлияние) благополучно спал под седацией с зафиксированными к койке руками, на всякий случай. Блок интенсивной терапии не беспокоил: можно было прилечь и поспать хоть немного. Дежурная работа в больнице скорой помощи научили меня спать «впрок» и при первой же возможности.

…Оказалось, обстоятельства, которые не позволили уехать Руслану в Москву, были, как ни странно, до боли многим знакомыми. Он – преуспевающий бизнесмен в сфере цифровой валюты. Бизнес с лучшим другом и компаньоном. Немногим удается устоять перед большими деньгами, так и здесь получилось. Вечеринки, выпивка, случайные связи, но этому было суждено продолжаться недолго. Компаньон «кинул», здоровье близкого человека резко ухудшилось, семью разрушил. В конце концов стресс привел туда, куда приводит многих – на больничную койку. Бывает и хуже…

В каждом возрасте есть нечто необычное, необыкновенное, отличающееся своим соответствием и красотой. Мусалим в свои 75 был подтянут и красив, ростом почти в два метра, с еще сохранившейся осанкой и приятной улыбкой, излучающей доброту и спокойствие, он умел пленить собеседника несколькими предложениями, которые показывали его острый ум и человеческую простоту. Детство Мусалима прошло в детском доме, он прошёл через многое, прежде чем успел стать успешным и уважаемым человеком. Это была уже вторая встреча доктора Магомедова с Мусалимом, и они тепло поприветствовали друг друга. Магомедов был намного младше его, но было нечто такое, что объединяло их – возможно, нелёгкое детство, а может, просто доброе сердце.

– Мир тебе, дорогой доктор. – Он старался держаться уверенно, так как он был убежден, что не подобает ему показывать эмоции, которые бурлили в его душе.

– И Вам мир, Мусалим.

– Как настроение, док? – продолжил Мусалим, присаживаясь на диван в кабинете доктора. – Боюсь, от твоего настроения во многом зависит наше благополучие.

– Не думаю, что я играю такую большую роль в выздоровлении моих пациентов, скорее я ваш помощник на пути к выздоровлению.

– Что решил по поводу меня? – Задав этот вопрос, он внимательно посмотрел на хирурга.

– После тщательного анализа вашего состояния мы пришли к выводу, что необходима операция на сонной артерии, где располагается атеросклеротическая бляшка, которая явилась причиной инсульта. К сожалению, бляшка достаточно серьезно затрудняет кровоток по сосуду, ограничивая его поступление в мозг.

Слушая доктора, Мусалим думал о многом и в то же время не мог сосредоточиться конкретно на чем-то одном.

– Хорошо, операция так операция. Только, если это возможно, установите мне стент, пожалуйста, не хочу чтобы мне давали наркоз.

– В принципе я так и думал, в вашей ситуации это подходящее решение.

И вот настал день операции. Возможно, может показаться, что операция для хирурга – это обычное дело, к которому привык. Но это не так, и каждый раз, готовясь к очередной операции, хирург переживает, волнуется и готовится. Ведь здесь необходимо так много просчитать, ничего не упустить, здесь нет мелочей. Стоит этой руке дрогнуть – жди катастрофы…

Доктор Магомедов зашел в операционную, вежливо поздоровавшись и улыбнувшись, как только он умел это делать, пожал руку Мусалиму:

– Все будет хорошо.

– Да, конечно, надеюсь на это.

Это было единственное слово с оттенком слабости или волнения, высказанное пациентом.

Медсестра и санитарка прикатили каталку, и Мусалима подкатили в операционную. И вот хирург тщательно обрабатывает руки, надевает с помощью операционной сестры и санитарки стерильный халат. Обрабатывается место пункции сосуда, в данном случае общей бедренной артерии, местная анестезия, пункция, и показывается небольшая струя алой крови. Кровь удивительная жидкая ткань нашего организма, несущая в себе и жизнь и смерть. В следующие несколько секунд хирург устанавливает по тонкому проводнику специальный порт интродьюссер и по нему проводит проводниковый катетер гайд distinction. На любом из этапов операции может произойти осложнение, поэтому все это делается крайне осторожно и элегантно. Понимаете, сосуды требуют мягкости, словно с нежным цветком, соверши неосторожное или необдуманное действие и жди беды. Далее проводится специальная защита от эмболии, предназначенная защищать мозг от мелких фрагментов бляшки во время операции, и наконец, стент. Шаг за шагом с замиранием сердца проводится стент до места поражения, в эту минуту чувства хирурга заостряются, слух его способен уловить любой шорох, он слышит так отчетливо собственное дыхание. Это минута максимального напряжения, минута торжества знаний и умений, здесь мы видим результат многих лет учебы и подготовки. Стент аккуратно раскрывается, облегая просвет сосуда, воссоздавая его геометрию, взгляд хирурга улавливает каждый миллиметр движения инструмента и одновременно каждую мышцу лица пациента, так как, если произойдет то, чего больше всего боится хирург, это может отразиться на изменении состояния лица: мимика, симметрия и так далее. Можно сколь угодно много утверждать, какой ты хороший специалист и насколько высок профессионализм, но результат твоих действий или бездействий будет критиком, который ясно покажет, чего ты стоишь. При этом, конечно, есть место ошибке или ограниченности наших знаний на сегодняшний день. На завершающей стадии операции девайсы удаляются в определенной последовательности, ушивается место пункции, чтобы обеспечить герметичность раны на сосуде во избежание кровотечения.

Чудесное выздоровление

Искренняя дружба является одним из самых сладких удовольствий, которыми наслаждается человек в этом мире.

Из книги «Уникальное пособие для ищущих знание»

Подавляющее большинство людей воспринимают слово «онкология» как грозу среди ясного неба, реагируя нередко весьма эмоционально. Многие считают, что это катастрофа, конец близок и ничто уже не поможет, другие спешно начинают принимать меры, хотя сомнений в их сердцах больше, чем надежды…

…Онколог пригласил Хамзу в кабинет и, не поднимая глаза от записей, которыми он был занят, сообщил, что в кусочке ткани, которую удалили, найдены опухолевые клетки, это – меланома. Меланома – злокачественная опухоль кожи, она выглядит как родинка, небольших размеров, но дает метастазы и быстро прогрессирует, убивая свою жертву. Есть множество разновидностей рака, но это заболевание коварно и разрушает организм медленно и беспощадно. Нередко рак сопровождается невыносимой болью и страданием. Человек начинает слабеть физически, в зависимости от локализации опухоли или метастазов, а также разрушается его разум.

Что же почувствовал Хамза? В его воображении понеслись мысли о том, как будет существовать мир без него. Он вспомнил всю свою жизнь: она пронеслась перед его глазами фрагментами, в которых было место разным событиям – радостным и не очень… Вместе с тем он повел себя спокойно и как-то особенно, услышав заключение врача. Хамза решил, что самый первый шаг, который следует предпринять в данной ситуации – это выяснить, нет ли здесь ошибки, и попытаться понять, насколько сильно болезнь успела навредить организму. Так он и сделал. Как мы все и делаем, он начал звонить знакомым, которые прямо или косвенно имеют отношение к медицине. Надо сказать, Хамзе повезло, так как в достаточно короткий срок был решен вопрос о его обследовании с применением самых современных технологий.

Хамзе предстояло пройти ПЭТ КТ (позитронно-эмиссионную томографию), так называемый сканер организма, чтобы обнаружить метастазы опухоли: меланома дает, как было отмечено выше, высокий процент метастазов. В тот день была хорошая погода, и он решил прогуляться по городу. В те три часа, пока он прогуливался, рассматривая городские достопримечательности, Хамза думал о том, что же его ждет впереди. Если опухоль найдут, что он скажет матери, как сможет это сообщить, чтобы максимально мягко донести до нее? Потом его мысли перенеслись на работу, на друзей: как они отреагируют, как скоро ему найдут замену на работе… Он поймал себя на мысли, что, думая о друзьях его занимал один человек, которого узнал сравнительно недавно. Новый друг буквально ворвался в его жизнь в тот самый момент, когда он был больше всего нужен. С ним его соединяло нечто большее, чем просто дружба, так как эта дружба началась в особенном месте, в самом лучшем месте на земле – в священной Мекке у стен Каабы. Именно там эти двое назвали себя братьями.

Передают со слов Абу Хурайри (да будет доволен им Аллах), что посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) сказал: «Поистине в день воскрешения всевышний Аллах скажет: «Где любящие друг друга ради величия Моего? Сегодня в день, когда не будет иной тени, кроме тени Моей, Я укрою их в Своей тени» (Муслим).

В наше время так часто слышно слово «брат». Я задаю вопрос, мой дорогой читатель, прежде всего себе, а затем и вам. Что это значит для вас?! Если вы не способны, произнося это слово, видеть брата в исламе рядом со своим кровным братом, то не называйте его так. Если вы этим не живете и не понимаете ответственности, которую подразумевает слово «брат» в исламе, не называйте друг друга так: мы обесцениваем саму суть братства. Произнося это слово, вкладываю в него всю мою любовь, уважение, сострадание, теплоту по отношению к брату и понимаю, что я именно это и имею в виду! Прошу Аллаха очистить наши сердца от лицемерия, самолюбования, гордости, слабости, высокомерия, жадности, глупости и трусости!

Один из моих друзей сказал очень коротко и содержательно о братстве: «Брат для меня – это тот, защищая честь и имущество которого я готов отдать жизнь». Он очень искренний человек, и его слова потрясли меня до глубины сердца. Верные друзья и братья – большая ценность и, к сожалению, редкость в наши дни. Прежде чем чего-то ожидать или требовать, нужно научиться отдавать и самому соответствовать тому, чего ты ждешь от других. Необходимо принимать друг друга такими, какие мы есть, при этом стараясь становиться лучше самим и делать лучше других путем наставления и совета.

Очень интересно и содержательно о дружбе сказал правитель Османской империи султан Сулейман: «Не стоит водить дружбу с невеждой, ибо, даже замышляя благо, он тебе навредит. Остерегайся заводить себе друга среди скупцов, ибо, когда ты будешь нуждаться в помощи, он не поспешит к тебе. Не стоит дружбы и тот, кто имеет склонность к зависти, ибо он продаст тебя за малость и покинет. Остерегайся дружить с лжецом, ибо он, подобно миражу, далекое представит близким, а то, что рядом с тобой, покажет далеким.

Безусловно, прежде чем что-то ожидать от других, мы сами должны стараться соответствовать критериям дружбы и братства. Прежде всего нужно от себя требовать выполнения долга перед другом или братом. Иногда бывает, что люди встречаются в тот самый момент, когда они нужны друг другу, или кто-то один из них может быть полезен на данном этапе, потом проходит время и дружеские отношения тоже могут пройти. В этом нет ничего страшного, даже наоборот, ты оказался причиной облегчения для другого – именно ты, а не кто-то иной.

Действительно, является удивительным то, что иногда люди, совершенно не знавшие друг друга до этого момента, проведя несколько минут за беседой, проникаются такой симпатией и завязываются такие дружеские отношения, как будто знали друг друга очень давно. Это, наверное, можно объяснить некой духовной связью людей с общими взглядами и ценностями.

Подобный, удивительный по своему сценарию и быстроте разворачиваемых событий случай произошел и со мной. Как-то сижу в своем рабочем кабинете, погрузившись в чтение заслуживающего внимание клинического случая из медицинского центра Южной Кореи, где выявили уменьшение размеров атеросклеротической бляшки под влиянием лекарств. Это, пожалуй, редкий случай, и для меня он представился крайне интересным. Надо заметить, что бляшка была по своей морфологии мягкой, и такое возможно. Только я начал задумываться о том, как было бы важно изобрести некое лекарство, которое способно уменьшать или излечивать атеросклеротические бляшки (если такое открытие будет сделано, это, конечно, будет революцией в кардиологии), как в кабинет постучали. Я ждал некого человека, который являлся родственником пациента, чтобы обговорить с ним детали обследования и возможного лечения.

– Да, войдите, – сказал я.

– Ас-салам алайкум, – приветствовал он меня.

– Ваалайкум салам, прошу Вас, присаживайтесь.

Это был мужчина средних лет, несмотря на седины, которые его больше украшали, чем старили, спортивно сложенный и, как мне показалось с первого взгляда, очень энергичный. Обращало на себя внимание широкая улыбка и глаза, которые излучали добро и свет: они словно улыбались и отражали глубину сердца. Больше всего мое внимание привлекло то, что на его лице читалось поразительное умиротворение, довольство и спокойствие. Подобное выражение лица отличает людей, которые часто поминают Аллаха!

Малик ибн Динар сказал: «Ничто не приносит такого наслаждения, как поминание Всевышнего Аллаха. Нет ничего легче, приятнее и радостнее для сердца».

Мужчина отказался занимать мое время, объясняя это тем, что я могу быть занят и он не хотел бы делать это в ущерб кому-то. Мы обменялись несколькими предложениями: я коротко объяснил ситуацию с его родственником, и он, пожелав мне удачи, крепко пожав руку, удалился. Дальше я занялся своими рабочими делами. Через некоторое время поймал себя на мысли, что думаю об этом человеке. Проходит день, другой, а мои мысли все заняты им. Подумал, что это не совсем нормально, но желание увидеть еще раз, узнать его превосходило все другие доводы в пользу нелепости идеи. У меня сохранился его номер, и я отправил голосовое сообщение, так как позвонить все-таки не решился: извинился за беспокойство и выразил желание с ним встретиться, если бы он мог найти время и пожелал бы. Кажется, не прошло и 10–15 минут, как я получил ответ. Некоторое время не решался отрыть его, но все же сделал это. Каково же было мое удивление, когда он восторженным и в то же время приятным голосом сообщил, что и он очень хотел бы встретиться, но не знал, как сказать об этом (особенно учитывая, что он намного старше меня). В тот же день мы встретились за чашечкой кофе.

Кстати, натуральный кофе благотворно влияет на сосудистую стенку, улучшая состояние внутреннего слоя сосуда эндотелия, что было продемонстрировано в двух крупных современных исследованиях в Японии. Вместе с тем имеется много недостоверных разговоров и сомнений вокруг места натурального кофе в исламе, придавая данному напитку слишком большое значение.

По утверждению шейха Курбана в хадисах Пророка (да благословит его Аллах и приветствует) и в преданиях его сподвижников и тех, кто следует за ними, нет ни похвалы, ни порицания в адрес кофе. И все что передают от имени Пророка (да благословит его Аллах и приветствует) и его сподвижников относительно кофе, является выдуманной и безосновательной ложью.

Между нами началась прекрасная дружба, которая основана на взаимном уважении и любви ради довольства Аллаха, продолжающаяся по сей день. Благодаря дружбе с этим праведным человеком я узнал еще много замечательных людей.

Второй праведный халиф ‘Умар (да будет доволен им Всевышний) сказал однажды: «Если кого-то из вас охватило чувство высокой благородной любви к брату по вере (чувство глубокого уважения и почтения), не относитесь к этому чувству легкомысленно, держитесь за него, потому что оно дается очень редко (мало кто его может испытать)».

Я искренне желаю всем и каждому почувствовать сладость дружбы и братства ради Создателя! Всевышний Аллах в Своей оценке поставил братство по религии превыше, чем братство по крови!

…Когда Хамза представлял, что ему, возможно, придется рассказать матери о том, что с ним происходит, у него слезы наворачивались. «Нет, – говорил он себе, – я не смогу, мама этого не вынесет».

Передают со слов Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), что один человек спросил у Пророка: «Посланник Аллаха! Кто из людей в большей степени заслуживает уважения и хорошего отношения?» Посланник Аллаха ответил: «Твоя мать». Он спросил: «А затем кто?» Посланник Аллаха ответил: «Твоя мать». Он спросил: «А затем кто?» Посланник Аллаха ответил: «Твоя мать». Он спросила: «Затем кто?» Посланник Аллаха ответил: «Твой отец» (Бухарии, Муслим).

Этот день тянулся намного дольше, чем другие дни, в которые он привык к активной жизни, не успевая все дела, которые запланировал. После проведения исследования самое тяжелое было ждать ответа. Он чувствовал, что ему страшно, но это был необычный страх, какой-то особый страх надвигающейся катастрофы. Хамза постарался взять себя в руки. «Все будет так, как должно быть», – сказал он себе. – Не больше и не меньше того, что должно меня постигнуть».

Передает со слов Абдуллы, сына Аббаса (да будет доволен ими Аллах), что Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) сказал: «Знай, что, если все люди соберутся вместе, чтобы сделать для тебя что-нибудь полезное, они принесут тебе пользу лишь в том, что было предопределено тебе Аллахом. И если они соберутся вместе, чтобы причинить тебе вред, они навредят тебе только в том, что было предопределено тебе Аллахом» (Тирмизи).

На следующий день Хамзе сообщили, что у него имеется очаг в легком и, скорее всего, это метастаз, учитывая результаты гистологии, проведенные в Национальном исследовательском центре онкологии. В этот момент земля начала уползать из-под ног, дальше он уже ничего не слышал. Врач еще долго что-то объяснял, но Хамза был мысленно далеко. «Аллах, Аллах», – прошептал он про себя. Здесь он впервые отчетливо почувствовал страх смерти. Все его тело дрожало, пока он добирался до квартиры… После недолгой подготовки Хамза был направлен в центр онкологии.

…Что же чувствует человек, готовящийся к операции, которая может оборвать его жизнь? Он понимает, что он может больше не проснуться и никогда больше не увидит все то, что так ему дорого и к чему он так привык. На этот вопрос не может быть однозначного ответа, так как ответ у каждого свой.

Хамза листал страницы своей жизни, они пролетали так быстро: мгновения, события, люди… Потом он возвращался к настоящему и опять уходил в прошлое, но он не мог или не хотел думать о будущем, не хотел задавать себе этот вопрос: «Что же будет?» Как разумный человек, Хамза понимал, что на вопрос нет ответа, поэтому лучше было, как ему казалось в данной ситуации, избегать таких мыслей…

Накануне дня предстоящей операции мы долго беседовали по телефону с ним, обсуждая детали операции и все, через что ему пришлось пройти. Я пожелал ему спокойной ночи со словами: «Все будет хорошо, брат! Ин ша Аллах!»

Затем я решил позвонить нескольким ученым и попросить их сделать дуа (обратиться с мольбой о помощи и исцеления к Аллаху) за моего друга, да и сам я просил Аллаха исцеления Хамзе. Один из ученых ответил, что он как раз сидит с детьми на уроке по изучению Корана и вместе с ними сделает дуа…

Настало утро. Как часто это бывает у людей, тесно связанных с социальными сетями по причине работы или наличия свободного времени, Хамза тоже сделал пару фото аккуратно заправленной белой простыней кровати и выложил их в Инстаграм с комментарием: «Скоро вернемся по воле Аллаха».

Я решил немного подбодрить его и написал: «Ты большой оптимист, если у тебя есть такая уверенность)))» Он ответил: «Спасибо, док. Ты умеешь поддержать)))» – «Обращайся, брат)))»

Все будет хорошо, брат, и нас не постигнет ничего, что не было бы нам предписано. Предыдущие поколения и Пророки – любимцы Аллаха – встречали испытания гораздо тяжелее. Вот, например, Адам, наслаждавшийся жизнью в Раю, но затем изгнанный оттуда. Нух, просивший о спасении своего сына, но получивший отказ. Или возлюбленный Аллаха, Ибрахим, брошенный в огонь, но спасшийся по Милости Аллаха. Или Исма’иль, которого вот-вот не принесли в жертву. Я’куб, потерявший своего любимого сына. Йусуф, испытанный Аллахом темницей и соблазнами. Айуб со своей болезнью. Дауд и Сулейман, искушенные своим царством. Или Юнус, который побывал в трех мраках, так как был проглочен китом. А что касается тяжелой доли нашего Пророка Мухаммада (да благословит его Аллах и приветствует), то она известна, и не нуждается в подробностях.

Хамза еще размышлял о предстоящем, но стук в дверь вернул его в реальность, а она намного суровее наших воображений: рано или поздно заставляет нас вернуться в тот мир, в котором мы живем. Тихонько вошла медсестра и ровным голосом сказала, что пора подойти в кабинет для прохождения компьютерной томографии для уточнения локализации опухоли и ее размеров, что помогло бы хирургу запланировать ход операции. Исследование прошло без особенностей, это было не первое исследование за несколько прошедших месяцев для Хамзы, поэтому он воспринял все спокойно.

Врач, которая проводила диагностику и описывала снимки несколько раз, изучила и перепроверила все, затем вызвала хирургов, и все вместе просмотрели результаты. И это было чудесно: он здоров, опухоли нет! Есть лишь небольшой очажок ничтожно малых размеров, который не имеет никакого отношения к тому, к чему готовился наш герой. Что же это?! Ошибка врачей? Но возможно ли, чтобы ошиблись врачи в трех современных клиниках?! Возможно все, но, скорее, случилось действительно то, во что мы отказываемся верить и что нам так трудно принять.

…Надежда и вера в то, что мы хотим и просим, – это большая сила. Мы чаще просим, верим и надеемся, сомневаясь в том, о чем и кого мы просим. И эти сомнения разрушают нашу веру и надежду, приводя все к тому, что и организм перестает бороться, и человек приходит к принятию неизбежности поражения.

Передают со слов Муаза (да будет доволен им Аллах), что Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) сказал: «Предосторожность не избавляет от судьбы, а мольба помогает против того, что было, и того, что еще не произошло» (Тирмизи).

«Наш Создатель – Всевышний Аллах сказал: «Взывайте ко Мне, и Я отвечу вам» (Коран, 40:60).

Пока Хамза находился в ожидании решения врачей, когда его прооперируют, у него было много времени для обдумывания всего, что происходило и происходит в его жизни. В такие минуты начинаешь анализировать и переосмысливать свою жизнь. И первое, о чем он размышлял, был вопрос времени: как он относится и на что тратит свое время.

Умар ибн ‘Абд аль-’Азиз сказал: «Каждый день и каждая ночь забирают время твоей жизни безвозвратно. Используй же их себе во благо».

Мы часто не задумываемся, что происходит с нашим временем, соглашаемся с тем, что тратим большое его количество на незначительные и не очень полезные вещи. Если вникнуть, то понимаем, что время – самое ценное, компенсировать его ничем нельзя: оно ушло – и все, и это мгновение безвозвратно. Необходимо ценить каждое мгновение, минуты, часы и дни, так как из этого и состоит жизнь. Ценить нужно это сейчас и сегодня, а не потом, потому что «потом» может не наступить… Это было первое, что Хамза для себя понял, столкнувшись так близко с возможностью навсегда уйти из этого мира. Затем его мысли сосредоточились на окружении. Он вспоминал своих друзей, приятелей, знакомых и начал только сейчас отчетливо понимать, насколько сильно могут влиять на тебя люди, с которыми общаешься. У кого-то ты заимствуешь привычки, у другого – слова, или даже попадаешь под влияние его мировоззрения.

Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) говорил: «Человек исповедует ту же религию, что и его близкий друг. Так пусть же посмотрит каждый из вас, кто является вашим близким другом!» (Абу Дауд, Тирмизи).

Передают со слов Абу Барзы (да будет доволен им Аллах), что Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) сказал: «В день воскресения стопы не сдвинутся с места, пока его не спросят: о его жизни, как он ее провел; о его знании, совершал ли он деяния в соответствие с ним; о его имуществе, как он его приобретал и на что расходовал, и о теле, как он его использовал» (Тирмизи).

Конечно, бывают и случаи ошибочного диагноза или случаи, когда при более детальном обследовании диагноз не подтверждается…

– Эта история началась, когда я с двумя близкими друзьями находился в санатории и решил пройти обследование спины, которая периодически беспокоила меня, записавшись на МРТ в специализированный центр, – начал свой рассказ Мугутдин. – Это обычная процедура, которую проводят при подозрении на грыжу или протрузию (смещение) межпозвоночных дисков.

И вот иду за ответом… Солнышко светит, на небе ни облачка, птицы щебечут – погода просто замечательная, настроение такое же, и день предвещает, казалось бы, только приятное! Получаю заключение, и… там написано, что обнаружено непонятное образование: опухоль среднего размера, причем одна сторона имеет неровный контур, что может свидетельствовать о новообразовании (другими словами, это может быть онкологией)…

Конечно, солнце перестало светить так ярко, краски сразу померкли, в глазах потемнело: ощущение – как будто меня облили ведром ледяной воды… Для более углубленного обследования мне порекомендовали там же сделать компьютерную томографию (КТ). Сразу же записался, на следующий день сделал и через день получил результат. И тоже пишут, что есть основание предполагать наличие злокачественности новообразования. Направился на прием к врачу-неврологу, но она никаких назначений не сделала, однако отметила необходимость посещения онколога.

Все это время я не делился данной информацией ни с кем, кроме двух друзей. Они, конечно, успокаивали, настраивали на лучшее, но, как говорится, пессимист – хорошо проинформированный оптимист. Мне уже под 50 лет, немало повидал: к сожалению, и в моем кругу были такие диагнозы. Понимаю, что никто этого не хочет, но и от этого никто не застрахован. В большинстве случаев, как ни печально, это приговор. Вопрос лишь времени… Конечно, эти мысли не вылезают из головы, и достаточно нелегко с этим справиться. Хотя, с другой стороны, пытаешься «включить» свой иман и понимаешь, что это испытание, и ты должен принимать ВСЕ от Аллаха. В такой момент многое меняется в твоих отношениях с Всевышним: намазы становятся более качественными, твои дуа – более искренними. Твои жизненные проблемы и сложности становятся призрачными и уходят на последний план. Думаешь о своем багаже в момент встречи с Аллахом.

Не буду отягощать эту историю «техническими деталями», но смысл в том, что я с этими исследованиями обратился к нескольким врачам в разных центрах. Было принято решение провести сложнейшее исследование ПЭТ КТ, которое, если объяснить доступным языком, сканирует с головы до ног все тело на предмет наличия злокачественных образований. Все другие сценарии полностью могли не подтвердить, но не исключали возможность онкологии. Между первой МРТ (магнитно-резонансная томография) и ПЭТ КТ прошло около двух месяцев. Кроме тех двух друзей, я не сообщил об этих подозрениях никому. Правда, поделился еще с женой и одним человеком. Был план: если диагноз подтвердится, переехать для лечения в центральный институт онкологии. Единственное – мне нужно несколько помощников, или, как я мысленно прозвал их, «жертв». От родителей (хвала Аллаху, они у меня живы), своих детей и других родных я решил максимально по времени все скрывать. Опуская подробности, оказываюсь в назначенное время в Центре ядерной медицины для проведения ПЭТ КТ. Несмотря на то что время было назначено по записи, с учетом того, что процедура требует несколько этапов подготовки, в небольшом помещении находилось одномоментно от трех до пяти человек. В большей части это больные, уже перенесшие онкологическое заболевание, прошедшие курс химиотерапии либо радиолечения. То есть, если объяснять доступным языком, эти люди боролись, локально одержали победу, но пришли узнать, есть ли еще метастазы в организме, и если они есть, то это означает: вся борьба и победа обнуляются. Да… Ощущения не из легких, и это все было написано на их лицах. Изнуренные и обессиленные лечением, с надеждой, в которую тяжело верить, они находились каждый в собственном мире.

Мои слабые попытки как-то разрядить ситуацию юмором и шутками натолкнулись на бетонную стену непонимания и безразличия. Конечно, обстановка вкупе с подвальным помещением и плохим освещением не способствовали поднятию и моего настроения. В этот момент понимаешь, что твоя жизнь, проблемы, радости, эмоции – все остается за стеной. Здесь другая жизнь. Здесь просто борьба за жизнь!

Спустя час ожидания настала и моя очередь. Меня завели в процедурную и ввели в вену радиоактивное вещество (кстати, на следующий день при входе в метро на меня отреагировал сигнал тревоги). После провели в отдельную комнату без окон, где я должен был провести полтора часа в ожидании до непосредственно самого исследования, пока вещество не даст требуемый эффект. Это и был «час икс» для меня. Полтора часа без дела, без общения, без средств связи и коммуникаций. Полтора часа со своими мыслями перед событием, которое может разделить мою жизнь на «до» и «после». И я решил потратить время на общение со Всевышним.

Начал мысленно обращаться к Творцу: «О, мой Господь! Нет у меня сомнения, что Ты слышишь меня, видишь меня, знаешь о моих переживаниях. Моя жизнь является сплошной милостью от Тебя. Когда было сложно, я обращался к Тебе, и Ты помогал мне. Я с детства больше всего боялся даже думать о смерти моих родителей, но Ты обоих их довел практически в здравии до глубокой старости.

Ты дал мне замечательных детей, прекрасную жену.

Ты выбирал для меня лучшую работу, избавляя от запретного имущества, и компенсировал это невероятными милостями.

Ты каждый день даруешь мне жизнь на созданной для меня земле.

Ты создал мир, галактики, солнце, луну, где все точно функционирует по установленным Тобой законам.

Ты поместил мою душу в высокотехнологичное тело и дал возможность видеть, слышать, дышать, ходить, принимать вкусную пищу, которая расщепляется на полезные части.

Ты дал мне мощнейший компьютер – мозг, способный думать и обрабатывать информацию.

Ты дал мне сердце – этот не перестающий работать и не устающий “насос”, который качает кровь в сеть сосудов и капилляров, установленных и расставленных Тобой в моем теле».

И такие факты я перечислял, расшифровывая, и делил их на десятки более мелких частей. Поток мыслей не заканчивался, потому что милость Аллаха безгранична. В этот момент я понял…

Если Господь, столько дающий тебе благ, решает дать эту болезнь, то это тоже благо. Он – Дающий благо.

Твердо решив принять и благодарить, я обратился к Нему: «О Аллах! Я принимаю это, и принимаю с благодарностью. Ты в этой жизни задарил меня бесчисленными благами, и если я сейчас зайду в этот кабинет и мне подтвердят диагноз, то я не сомневаюсь, что это от Тебя, а от Тебя идет только все благое». В этот момент на меня как будто снизошло какое-то нереальное одухотворение и спокойствие. Ни один лист не падает с дерева без ведома Аллаха. Все, что происходит, это по Его воле и не может меня никак расстраивать. Мои мысли прервало приглашение в кабинет на исследование…

Ответ я получил на следующий день, и в нем сообщалось, что злокачественных образований у меня не обнаружено!

Аллах знает лучше: Ему ничего не стоит забрать эту болезнь, пока я шел из комнаты ожидания в комнату исследования. Я не сомневаюсь, что самое важное в этой ситуации произошло в той самой комнате ожидания. Ведь Аллах любит нас всех, а мы только и делаем, что отвлекаем себя от пути истины…

К сожалению, имеют место быть сотни и тысячи случаев, когда рак беспощадно убивают свою жертву, не оставляя никаких шансов. Мое по-настоящему близкое знакомство с этим коварным заболеванием произошло на курсе госпитальной хирургии, когда я попал ассистентом на операцию по удалению легкого, которое было поражено раком. Не вдаваясь в детальное описание данного заболевания, нельзя не сказать о роли курения в возникновении рака легких. Курение – страшное зло, которое медленно и беспощадно убивает нас. Самое печальное, что мы сами добровольно себя и разрушаем. Обычно заядлые курильщики приводят аргументы в свою защиту, говоря, а вот мой дед курил 30 лет и прожил до 80 лет. Такое бывает, но это скорее исключение, чем правило. Не думаю, что человека с инфарктом сердца или с инсультом головного мозга на реанимационной койке (не имеющего возможность пошевелить рукой, ногой, произнести нужные слова, мучающегося от распирающей грудную клетку боли, одышки) будет утешать мысль о его деде, прожившем до 80 лет (в свое время выкуривавшем 1–2 пачки в день). Нередко курение становится причиной и ампутаций конечностей. Конечно, надо себя беречь от этого зла, ровно так же, как и от спиртных напитков и так называемых энергетиков, не говоря уже о наркотических средствах. Среди молодежи, к сожалению, распространилась привычка употреблять энергетики. Мы располагаем достаточно надежными сведениями, что они могут отрицательно воздействовать на сосудистую стенку, лишая ее эластичности, и таким образом создавая условия для повреждения внутренней стенки сосуда, что в будущем приводит к росту атеросклеротической бляшки. Я был шокирован, когда в одной авторитетной медицинской статье прочитал, что если ребенок будет зачат в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, то повышается вероятность рождения ребенка с аномалиями развития. Мы не должны забывать о катастрофических последствиях всех этих веществ.

Добро возвращается!

Передают со слов Абу Хурайры, да будет доволен им Аллах, что Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, сказал: «Если человек развеет печаль правоверного в мирской жизни, то Аллах развеет его печаль в День воскресения. Если он облегчит жизнь тому, кто испытывает нужду, то Аллах облегчит его судьбу в этом мире и в Последней жизни. Если человек утаит порок мусульманина, то Аллах утаит его пороки в этом мире, и в последней жизни. Аллах продолжает помогать Своему рабу до тех пор, пока тот помогает своему брату» (Муслим).

Широко улыбаясь, в кабинет вошла пожилая женщина. Я заранее знал о ее визите, так как она записывалась на консультацию. Акушер-гинеколог, у которой за плечами огромный труд: при ее участии появились на свет сотни малышей, возможно, многие стали очень полезными обществу людьми. Это особая специальность, потому что здесь врач отвечает за две жизни: одной из них только предстоит вступить на эту землю, полной испытаний… В женщине сохранился отпечаток былой красоты, а ее глаза еще отражали энергию, интеллект и безграничную доброту, которой она на протяжении жизни умела делиться с другими. В беседе удалось выяснить, что давно страдает повышенным давлением, беспокоит одышка, иногда боли в сердце и перебои в работе сердца. Обратило на себя внимание то, что она очень нервничала на приеме. Кроме того, она перенесла в прошлом онкологическое заболевание, с которым успешно удалось справиться. Если человек сумел пройти путь борьбы с раком и сохранить способность дальше жить и улыбаться, это говорит о невероятной силе духа этой личности.

Мы обсудили план обследования, и я направил ее к кардиологу. Врачи – достаточно сложные пациенты в том плане, что у них свое видение ситуации, и они часто проводят самостоятельную коррекцию лечения. Так было и в нашем случае. Патимат отменила некоторые лекарства, другие принимала не постоянно. Это привело в итоге к тому, что обследование и подготовка к коронарографии затянулось. Затем состоялся разговор, и она твердо обещала следовать всем рекомендациям лечащего врача. Мы госпитализировали ее и провели коронарографию. Итогом обследования было: критический стеноз устья левой почечной артерии, стеноз до 90 % правой артерии сердца, стеноз огибающей и передней нисходящей артерии до 75 %. Была предложена операция по шунтированию сосудов сердца и стентированию устья почечной артерии вторым этапом, или как альтернатива – поэтапное стентирование сосудов сердца и почки. Патимат решила посоветоваться с родными и сказала, что сообщит о своем решении (одна из двух ее дочерей работала врачом-хирургом). В скором времени у меня состоялся телефонный разговор с дочерью пациентки, где мы обсудили все возможные риски и другие детали операции. Она сказала, что они твердо решили отказаться от открытой операции и хотели бы отдать предпочтение эндоваскулярному лечению, если это возможно. Я ответил согласием, и мы после необходимой подготовки госпитализировали Патимат на первый этап операции.

Операция прошла достаточно трудно, с техническими сложностями. Первым этапом мы приняли решение восстановить правую артерию, так как она была поражена серьезнее других, и к тому же была самой крупной. Сложности возникли из-за анатомии сосуда, он был извитым, то есть несколько поворотов до места, где сосуд был сужен, препятствовали проведению стента. Колоссальными усилиями, применяя разные хирургические приемы и техники, удалось все завершить.

Нередко во время операции можно прислушаться к тому, как пациенты шепотом что-то читают. Оказывается, что читают молитву или просят Бога о помощи! Скажу прямо – это очень радует, когда человек обращается к Создателю!

…Послеоперационный период протекал без особенностей. Больная была выписана с рекомендациями явиться через 1,5–2 месяца. Однако прошло дней 10, и мне позвонила лечащий врач Патимат, сообщив, что у пациентки гидроперикард (скопление крови в околосердечной сумке), который сопровождается выраженной одышкой и слабостью. Ухудшение самочувствия совпало с периодом Covid-19, и консилиум, который был собран для обсуждения этой ситуации, принял решение рекомендовать другую клинику (исключить вирусную инфекцию не представлялось возможным), где были необходимые ресурсы для лечения подобных пациентов. Достаточно будет сказать, что Патимат прошла очень нелегкий путь выздоровления и реабилитации, но стойкая и красивая женщина смогла все перебороть: она выстояла и пошла дальше. Все то добро, которое она всю жизнь отдавала другим, вернулось к ней самой. Конечно, это были трудные времена для Патимат и ее близких… Я тоже очень сильно переживал за нее, и не столько даже как за пациентку, сколько как за доброго и отзывчивого человека, которая помогала всем, кому могла. Все, что с ней происходило, казалось несправедливостью, но у Господа своя мудрость! Было крайне забавно, когда ее дочка в один из дней сказала, что мой коллега подозревает, что это я, скорее всего, занес инфекцию в перикард во время стентирования. Давно следую правилу: никогда не обсуждать коллег или их действия с пациентами (если на то есть необходимость, стараюсь связываться с коллегой и обсудить все с ним). Мне кажется бессмысленным заниматься обсуждением того, что уже сделано и нельзя изменить. Правильнее, на мой взгляд, сосредоточиться на оптимизации дальнейшей тактики лечения. Критика коллег перед пациентами, которую практикуют некоторые врачи, наносит ущерб не только доверию пациента доктору, но и в целом лечебному процессу, и это не лучший способ самоутвердиться.

«О те, которые уверовали! Избегайте многих предположений, ибо некоторые предположения являются грехом. Не следите друг за другом и не злословьте за спиной друг друга. Разве понравится кому-либо из вас есть мясо своего покойного брата, если вы чувствуете к этому отвращение? Бойтесь Аллаха! Воистину, Аллах – Принимающий покаяния, Милосердный» (Коран, 49:12).

Возможно, коллега и прав: кто может гарантировать, что такое не могло произойти, хотя, скорее всего, при таком заражении возник бы септический эндокардит. Но где правда, один Аллах знает! Главное, что Патимат поправилась и вновь нашла силы для улыбки. Для меня в этой истории самое удивительное то, что она вновь пришла ко мне на второй этап операции. Признаться, я был почти уверен, что они уже не придут, что именно меня считают виновным в осложнениях. Патимат пришла, и это был смелый поступок. Второй этап операции прошел легко. Сейчас она чувствует себя удовлетворительно и готовится к коррекции стеноза почечной артерии, так как без этого не удается стабилизировать давление. Я благодарен Патимат за ее доброту, за мужество и человечность: она сумела сохранить их и сейчас, столкнувшись с неимоверными трудностями. Другого и нельзя было ожидать от человека, который привык отдавать добро и ничего за это не требовать! И таких женщин в Стране гор сотни тысяч. Благодаря им еще сохранились сострадание и красота. Спасибо нашим матерям!

Добро, совершенное с чистыми намерениями, вернется в этой жизни или в последующей. Некий студент медицинского колледжа в один из дней находился на практике в местной больнице. В это время он был немного стеснен в средствах и испытывал связанные с этим трудности. Как-то случайно ему встретился дальний родственник, который после стандартных расспросов об учебе и делах вручил сторублевую купюру. Студент отказывался брать, так как был воспитан в духе независимости и учился преодолевать трудности своими силами. Однако забота, отзывчивость и настойчивость человека, который был намного старше его, заставили подчиниться и взять деньги. В этот день небольшая сумма имела для студента большое значение.

…Шли годы, и волею судьбы, по предопределению Всевышнего, эти двое вновь встретились, но обстоятельства были совсем иные. Встретились они уже как пациент и врач: тот благородный человек сидел перед молодым доктором. Он, тяжело дыша, рассказывал о своей болезни и трудностях, постигших его, а врач улыбался. Больной был в недоумении, не понимая, отчего так весело врачу. Молодой человек улыбался отнюдь не красочному описанию признаков болезни: он вспомнил те сто рублей и того светлого человека, который помог в соответствии со своими возможностями и намерением, и сейчас представился случай отплатить ему тем же. Доктор молча встал, попросил больного его немного подождать и вышел из кабинета. Вернулся он с кипой талонов, оплаченных им, на них были названия медицинских обследований и номера кабинетов. В течение двух дней больной проходил обследование и консультации специалистов. Заболевание пациента наконец выявили, написали лечение. Прощаясь, врач вручил еще и немного денег на лекарства.

– Спасибо доктор. – Сказав эти слова, пациент прослезился, он больше ничего не смог добавить.

– Я рад был видеть вас вновь… Скорейшего вам выздоровления!

Они стояли и еще долго смотрели друг на друга. Не знаю, вспомнил ли пациент свой поступок двадцатилетней давности или нет, но молодой человек помнил все и был благодарен. Врач продолжал улыбаться, а больной сквозь слезы уже и не видел выражение его лица.

– Нельзя забывать добро, – тихо, почти неслышно прошептал доктор и вышел проводить пациента.

После ухода пациента он еще долго сидел в рабочем кресле и размышлял об этой встрече…

Поступок, изменивший жизнь

Если вы воспитали в себе привычку вдыхать аромат свежего воздуха ранним утром и оказались зимой в заснеженных горах, то вы станете свидетелем чудесного пейзажа. Утренняя тишина нарушается журчанием ручейка, который течет под тонким льдом, местами пробивая себе путь меж снежных сугробов. Снег падает с неба крупными хлопьями и белым покрывалом застилает горные вершины, могучие скалы и долины. Под ногами спешащего в мечеть муэдзина слышен характерный скрип, который звучит мелодией при каждом шаге. За каждый шаг, по воле Всевышнего, он получит вознаграждение…

Именно в таком месте прошло детство Зайнудина.

Передают со слов Абдуллы ибн Амра о том, что Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) сказал: «Над теми, кто милостив, смилостивится и Милостивый Аллах! Будьте милостивы к тем, кто на земле, и над вами смилуется Тот, кто на Небе!» (Тирмизи).

Пожалуй, этот хадис в полной мере раскрывает жизненный девиз нашего юного горца. Зайнудин, обычный горский парнишка, окончил школу, стоматологический факультет и получив диплом, начал трудиться, повышая навыки и знания, которые необходимы в его специальности. Однако он выделялся среди сверстников. Он ловил себя на мысли, что хочет приносить пользу и вселять радость в сердца тех, кто в этом нуждается. В один из дней к нему пришла идея: лечить нуждающихся пациентов бесплатно, но он еще не знал, как это организовать практически. Решил поделиться идей, которая его захватила всецело, с однокурсниками. К его удивлению, он не нашел поддержки среди них, а лишь возражения: начнешь работать, почувствуешь вкус денег, и все пройдет.

Время шло, и мысль, однажды возникшая в пылком сердце, лишь укреплялась, воплотившись в конкретные действия. Поначалу было как-то немного неловко, но с каждым пациентом Зайнудин становился увереннее в правильности и в необходимости того, что начал делать. Вера в то, что он делает что-то хорошее, приносила ему радость и удовлетворение. Его поступок не остался не замеченным людьми: о нем начали говорить, узнавать. Добрые поступки, к сожалению, в наше время скорее начали нас удивлять, нежели это было бы правилом, хотя доброта и взаимопомощь должны быть нормой жизни, и, наоборот, отсутствие доброты и равнодушие должны были бы нас огорчать.

Дело стоматолога Зайнудина процветает, и в каждую пятницу он продолжает лечить нуждающихся людей. Пятница является особенным днем для миллионов мусульман, и, думаю, выбор им этого дня является осознанным.

Если мы задумаемся и поразмыслим, то поймем, что само существование человека является чудом и напоминанием Величия того, кто его создал. Все, что нас окружает, создано для человека и ради человека!

«Он – Тот, Кто сотворил для вас все, что на земле, а затем обратился к небу и сделал его семью небесами. Ему известно о всякой вещи» (Коран, 2:29).

Человек, к сожалению, обладает свойством уничтожать в большей степени, чем сохранять прекрасное, окружающее нас. Одной из больших проблем современности, да и всей истории существования человека, является небрежное отношение человека к человеку, равнодушие, ненависть, порой переходящая в жестокость. Никак нам не удается усвоить одну простую истину, что важнее человека ничего нет на этой земле. Однако в погоне за мирскими благами, накоплением богатств и материальных ценностей, в борьбе за власть и влияние цена человеческой жизни и здоровья как будто растворяются. Нередко можно столкнуться с откровенной грубостью людей, которые заняли той или иной значимости должность: они обычно игнорируют обращения и нужды людей. Это крайне важный вопрос. Человек, находясь в тяжелом положении, потеряв здоровье и надежду, нуждается в мягком отношении и в улыбке, которая, возможно, станет сигналом и послужит причиной того, что у человека вновь появится надежда.

Считаю, каждому следует крепко задуматься над тем, как мы относимся друг к другу, насколько внимательны и неравнодушны по отношению к окружающим. Господь наделил нас почетом, создав нас физически и умственно полноценными, более развитыми, чем другие творения, которые мы способны видеть. Это накладывает на нас еще бо́льшую ответственность за все, что происходит вокруг. Поскольку чаще всего сам человек является прямым или косвенным виновником всех несчастий и бед, выпадающих на его долю. Если так случилось, что вас постигла трудность, то следует проявить терпение и просить Аллаха о помощи, ожидая хорошее и думая хорошо о Господе, так как Аллах любит свои творения! Необходимо проявлять заботу и мягкость, не быть равнодушными и жестокими, научиться воспринимать чужую боль как свою. И, возможно, тогда Аллах, Свят Он и Велик, по Милости своей сделает нас обитателями Рая! Ведь стремление к Раю и есть главный проект нашей жизни, цель нашего существования!

Дорогой читатель! Исходя из опыта многих выдающихся личностей, заставить себя учиться можно, только усердно, дисциплинированно и терпеливо трудясь. И твое время обязательно придет! Пойми, это надо только тебе… Пока ты отдыхаешь, твои одноклассники или однокурсники становятся лучше и лучше. Не жди, пока они тебя обойдут. Сравнивай каждый день себя только с самим собой. Иди к своей мечте! Что-то не получается? Продолжай до тех пор, пока не получится. Поверь, это сейчас тебе кажется, что тебе это не нужно и твои старания напрасны, но через пару лет ты поймешь, что ты не зря старался. Тебе уже все надоело? Попробуй еще раз, сделай еще один рывок: ты ничего не потеряешь, наоборот, получишь больше пользы и станешь сильнее.

Говорят, что Томас Эдисон, американский изобретатель и предприниматель, получивший около 4000 патентов, изобретая что-то, пробовал до тех пор, пока не получалось. Соответственно, повторять и пробовать надо разными способами. Не получилось так – делаем по-другому. Если мы будем делать одно и то же каждый раз одинаково, результат будет неизменным.

Работай до тех пор, пока твой кумир не станет твоим соперником. Делай сегодня то, что другие не хотят – и завтра будешь жить так, как другие не могут! Ничего не откладывай на потом. «Потом» – утешительная форма «никогда». Время и года и так проходят незаметно и быстро… Старайся фокусироваться на знаниях! За год можно многое изменить в своей жизни.

Мечтай глобально! Если у тебя есть мечта, желание и настойчивость, ты «прорастаешь» даже сквозь камень. Пока учишься чему-то новому, стареть не так мучительно. Каждый, кто перестает учиться, стареет (неважно – молод он или уже стар). Другой, кто продолжает учиться, остается молодым.

Самое главное в жизни – сохранить мозг молодым: изучай ежедневно что-то новое!

В завершение мне бы хотелось рассказать историю Марьям. Это имя дочери Имрана, одной из лучших женщин нашей уммы, которая наряду с Асией, женой фараона, а также Аишей, женой Посланника Мухаммада (да благословит его Аллах и приветствует), Его же дочерью Фатимой и первой женой Хадиджей занимает высокое положение в исламе.

Моя пациентка носила это прекрасное имя. Марьям была третьей пациенткой, которую предстояло в тот день оперировать. Две предыдущие закончились хорошо, и после небольшого обеденного перерыва я дал распоряжение подать ее в операционную. У Марьям было довольно сложное поражение сосудов сердца. Атеросклеротические бляшки были локализованы в передней нисходящей артерии, а также имели признаки кальцификации и были протяженными, что являлось возможным предиктором осложнений на операции. Мы очень тщательно готовили Марьям к предстоящей операции, но, как выяснилось позже, все-таки было упущение… Заранее это предвидеть не было возможным. Мы начали операцию в строгой последовательности, соблюдая протокол операции. Провели расширение участка сужения сосуда специальным коронарным баллоном. Завели два коронарных проводника в переднюю нисходящую артерию и в крупную диагональную ветвь, чтобы защитить ее от возможного перекрытия ячейкой стента или массой смещенной бляшки при имплантации стента. Планировалось установить два стента и через ячейку стента сделать окошко в диагональную ветвь. Первый стент имплантировали без особых сложностей, единственное, по верхнему краю бляшка треснула, но это было ожидаемо, и планировалось вторым стентом прикрыть место диссекции (расслоение сосуда). На контрольной съемке начался тромбоз части стента, выведенного в ствол. Это очень опасная ситуация, которая может в любую минуту закончиться смертью. Мысли и действия соперничали за лидерство в принимаемых решениях, а сердце у самого начало биться все быстрее и быстрее. Не теряя драгоценные секунды, я начал извлекать тромб. Десятки манипуляций сменяли друг друга: тромб удалось извлечь, но и в процессе этих действий в области нижнего края протеза опять треснула артерия. Быстро вводим еще один стент, контроль… С ужасом понимаю, что небольшая веточка сосуда перфорировалась, началось кровотечение… Тут мне вспоминается Иса, его бледные черты лица, которые заострились, когда его сердце перестало биться, да простит его Аллах и сделает из обитателей высшей степени Рая, как будто вновь прошел через все… То, что в следующую минуту я пережил, трудно передать на бумаге. Моя усталость смешалась с некоторой безысходностью, но я понимал, что надо действовать и до конца бороться за жизнь Марьям. Сначала место разрыва прижал коронарным баллоном, затем прикрыл еще одним стентом, так как это был дистальный участок сосуда. Еще раз контроль, и, хвала Всевышнему, перфорация прикрылась. Однако в зоне ствола опять начался тромбоз.

Вызываю лечащего врача-кардиолога и дочь пациентки:

– Ситуация критическая, у меня ровно минута. От вашего ответа, возможно, зависит жизнь матери. Она точно все дни, как мы рекомендовали, принимала дезагреганты (препараты для разжижения крови)?

Лицо дочери покрывается краской… Она отвечает полушепотом, что последние три дня отсоветовала принимать их. Тут у меня возникло помутнение в глазах от резкого прилива крови к голове. Я посмотрел на дочь, мы переглянулись с кардиологом. Тишина… Мне, конечно, хотелось закричать, сказать дочери, если она умрет, то это на ее совести и так далее, но я понимал, что этим делу не поможешь, да и можно шокировать дочь. От злобы меня выворачивало. Зол был на дочь, на лечащего врача и на себя за то, что не проконтролировал еще и еще раз, но… Кто же знал, что дочка по непонятным и надуманным причинам самостоятельно отменит лекарства, которые так важны?! Вернувшись в операционную, срочно распорядился дать нагрузочную дозу препарата и настроить другой в вену. Собрав все силы в кулак, продолжил операцию. К нашему счастью, со всем удалось справиться! Марьям уехала домой, пожелав нам много хорошего и пообещав, что больше не будет самостоятельно отменять назначения врача.

На контроле через 5 месяцев результат операции превзошел все ожидания. С тяжелым сердцем шел на это исследование, ожидая, что будут проблемы, и вспоминая тот день длиною в жизнь, когда я пережил столько эмоций, что хватило бы на десятки жизней для обычного человека. Однако картина, которая показалась при первой же съемке коронарографии, отразилась улыбкой в глазах и чувством радости в моем сердце: нечто теплое и приятное прошло сквозь мое тело. «Хвала Господу, Хвала Господу», – повторил я несколько раз!

Конечно, предстоит еще многое изучить и узнать на пути к сердцу…

О, Господь! Прости меня, если я оказался причиной того, что здоровье моих пациентов ухудшилось или жизнь их оборвалась. Призываю свидетельствовать каждого, кто прочитал эту книгу, что я искренне прошу прощения у Милостивого и Милосердного, затем у пациентов, которых я потерял на операции, у всех их родных и близких, независимо, есть там моя вина или нет. Я прошу у Господа миров наделить меня знаниями и способностью наилучшим образом выполнять работу во имя здоровья пациентов!

Об авторе

Дубаев Aсланбек Аслудинович,

1982 г.р., уроженец села Кенхи (Кванхи)

Российская Федерация

Кизлярское медицинское училище, фельдшерское отделение (диплом с отличием). ВГМА им. Н. Н. Бурденко, лечебный факультет (диплом с отличием), г. Воронеж.

ВГМА им. Н. Н. Бурденко, клиническая интернатура по хирургии на кафедре госпитальной хирургии при ГУЗ ВОКБ № 1, г. Воронеж. Ассистент кафедры госпитальной хирургии ВГМА им. Н. Н. Бурденко (преподаватель госпитальной хирургии). Врач-хирург МБУЗ «Таловская ЦРБ», Воронежская обл. Клинический ординатор отделения эндоваскулярной хирургии ОКБ№ 1, г. Воронеж.

Заведующий отделением РХМДЛ, врач-эндоваскулярный хирург в МЦА им. Р. П. Аскерханова, г. Махачкала.

Международный курс эндоваскулярной коррекции артериальных аневризм в институте им. И. И. Джанелидзе, г. Санкт-Петербург. Курс по сложным видам стентирования коронарных артерий в институте им. Е. Н. Мешалкина, г. Новосибирск. Курс по оказанию высокотехнологичной медицинской помощи при остром коронарном синдроме, г. Москва.

Германия

Участник проекта ВГМА им. Н. Н. Бурденко «Специализированные международные студенческие практики». Студент-практикант: Германия, Берлин, Больничный комплекс «Шарите» – Университетская Медицина Берлина / Клиника общей, висцеральной и трансплантхирургии, Клиника кардиоваскулярной хирургии Шаритэ и Немецкий Кардиоцентр Берлина.

Врач-хирург: научно-практическая командировка по линии ДААД (служба академических обменов Германии), Немецкий Кардиоцентр Берлина. Лауреат научного гранта по линии Сената Берлина.

Швейцария

Стажировка в Университетской клинике Цюриха в отделении ангиологии и в Клинике Им Парк Хирсланден в отделении сердечно-сосудистой хирургии.

Стипендия Правительства Российской Федерации. Международная премия Всемирной академии Медицины им. Альберта Швейцера (“Albert Schweizer Prize Warsaw 2007”). Медаль Правительства РФ за профессионализм.

Владеет немецким и английским языками.

Участник конгрессов, мастер-классов и семинаров: Москва, Новосибирск, Санкт-Петербург, Казань, Астрахань, Лайпциг, Барселона, Берлин, Тель-Авив, Стамбул, Цюрих.

На счету доктора Дубаева более 2000 успешных эндоваскулярных процедур, а также он является автором десятка научных публикаций в ведущих журналах России и зарубежья.

Content

Асланбек Дубаев
На пути к сердцу. Записки кардиохирурга

Вместо предисловия

Знания

Сердце

Родители и родные края

Учеба

Слезы надежды

От сердца к сердцу

Когда я коснулся сердца

Способность видеть – одно из чудес творца!

Ради таких моментов я посвятил себя изучению медицины

Этот день навсегда останется в моем сердце

«Разбитое», или «сломанное» сердце

Когда можно помочь без ножа

Когда удается излечить

Ох уж эти нервы…

Чудесное выздоровление

Добро возвращается!

Поступок, изменивший жизнь

Об авторе