Загадка замка Эппл-Гроув

Пролог 1

Эф-Риссар, Малый императорский дворец7 мая 1409 года от Последней Битвы (ПБ)

Маленькая невзрачная птичка сидела на нижней ветке старого дуба, выросшего в парке не одно столетие назад, и внимательно следила за красивой ярко-жёлтой бабочкой. Добыча неспешно перелетала с цветка на цветок, даже не подозревая, что её и без того коротенькая жизнь стремительно приближается к бесславному и преждевременному финалу. Бабочка была легкомысленной и совершенно не беспокоилась о собственной безопасности: да и что могло угрожать ей в этом великолепном саду таким чудесным солнечным днём? Цветы были яркими и ароматными, нектар сладким — что ещё нужно для счастья?

Стремительный короткий полёт, и вот уже только покачивающаяся головка цветка напоминает о ярко-жёлтой глупышке, которая так неосмотрительно порхала, нежась в горячих лучах полуденного солнца.

Птичка же, повертев головой и убедившись, что поблизости нет больше ничего, достойного внимания, слетела чуть ниже, туда, где ветки растущего неподалёку куста жасмина переплелись гуще всего, и стала прихорашиваться. Охота на бабочку немного растрепала мягкие серовато-коричневые пёрышки, которые теперь требовалось привести в порядок. Занятая этим, безусловно, важным делом, птичка не замечала, что за ней уже несколько минут пристально следят прищуренные зелёные глаза.

Рыжий кот с украшенной боевыми шрамами мордой был опытным охотником и, застыв и почти не дыша, дождался нужного момента, мохнатой ракетой взвившись с места. Ощущение трепещущего тельца под когтистой лапой сполна вознаградило его за долгие минуты ожидания. Стряхнув с усов невзрачные коричневатые пёрышки, кот, едва заметно прихрамывая на правую переднюю лапу и подрагивая хвостом, неспешно пошёл по посыпанной песком парковой дорожке, не предвидя ни малейшей опасности от шествующего ему навстречу толстого усатого стражника.

Жаркое солнце пекло неимоверно, и капитан замковой стражи жутко потел в форменной кольчуге, которую какой-то идиот-чиновник внёс в перечень одежды, обязательной для ношения во время дежурства на замковой территории. Капитан и без неё еле дышал из-за нетипичной для конца мая жары, и дополнительные полпуда, которые он вынужден был таскать на себе, ничуть не улучшали его настроения. Ободранный рыжий кот, на которого в другой день капитан вообще не обратил бы внимания, сегодня вызвал необъяснимый приступ агрессии. Пнув ни в чём не повинного зверя подбитым железом сапогом, стражник сплюнул и хмуро потопал дальше.

Ему вслед смотрели двое мужчин, сидевшие на скамейке в увитой зеленью беседке и оставшиеся незамеченными. Старший, которому на вид можно было бы дать лет сорок, усмехнулся в аккуратно подстриженные ухоженные усы, наверняка знакомые с руками и ножницами опытного и дорогого парикмахера.

- Вот тебе, мой юный друг, суровый закон жизни во всей его неизменности и ясности: всегда найдётся тот, кто сильнее тебя и для кого ты даже не помеха, а так — мелкая неприятность. Ну или добыча, объект охоты, источник белков, жиров и минеральных веществ. Какой вывод ты должен сделать из этого поучительнейшего зрелища, мой мальчик?

- Нужно стремиться к тому, чтобы быть на самом верху этой пирамиды, - уверенно ответил ему молодой человек, чьи тонкие черты лица и изящные кисти рук недвусмысленно указывали на его аристократическое происхождение.

- Ты абсолютно прав, Фаруз, - удовлетворённо кивнул старший, довольно взглянув на юношу, - каждый сам решает, кто он: бабочка, птичка, кот или стражник…

- Я стану тем, кто будет стоять на самой вершине, и надо мной не будет никого кроме Пятикрылого, - в тёмных глазах молодого человека вспыхнули и тут же погасли багровые искры, - а ты мне поможешь.

- Помогу, - спокойно ответил его собеседник, - если и ты окажешь мне услугу.

Пролог 2

Рондэвиль, Гнездо Журавля

8 мая 1409 года от Последней Битвы (ПБ)

Последний мазок краски лёг немного неровно, и молодой человек в испачканной красками блузе художника недовольно покачал головой. Ему уже второй день не удавалось завершить начатую две недели назад картину: старинный высокий замок, стены, увитые плющом, луна, наполовину скрытая тёмно-лиловыми тучами.

Он отставлял полотно, говоря, что этот мрачный пейзаж нагоняет на него тоску, но снова и снова возвращался к нему, словно влекомый чьей-то волей. И вот сегодня он готов был наконец-то завершить эту работу: оставалось добавить лишь несколько штрихов, но кисть, как заговорённая, устремлялась куда угодно, но только не туда, куда хотелось мастеру.

Вот и сейчас, вместо того, чтобы запечатлеть лунный луч, упавший на затянутый тёмной ряской пруд, кисть дрогнула, и капля светло-зелёной краски попала на окно замка. Сразу создалось впечатление, что это в мрачной глубине каменной громады горит странный зеленоватый огонь.

Молодой человек задумчиво рассматривал полотно и даже не сразу заметил, как за его плечом остановился высокий, совершенно седой мужчина в серебристой накидке мага. Старик молча рассматривал злополучную картину, и постепенно в блёклых светло-голубых глазах начинало появляться понимание. Юноша обернулся и встревоженно спросил:

- Что с этой картиной не так, Кирэль? Она измучила меня, я не могу ни о чём другом думать — только о ней, об этом замке, который я никогда не видел, ни наяву, ни во сне. Я чувствую, что это не просто картина, но моего таланта и моих способностей не хватает, чтобы понять, что именно хотят сказать мне высшие силы?

- Когда ты взялся за это полотно, Лионэль? - мягко поинтересовался старый маг, но в глазах не исчезала, а только ярче разгоралась искра обеспокоенности и даже страха, - почему вдруг тебе в голову пришёл именно этот сюжет? Ты ведь никогда раньше не тяготел к пейзажам, особенно таким мрачным. Этот замок тебе приснился?

- Нет, я ещё раз уверяю тебя, что никогда не видел этого места. Я бы обязательно его запомнил, оно наполнено какой-то силой, которая чужда мне, но она настолько велика, что я не смог бы не обратить на неё внимания, понимаешь?

- Конечно, понимаю, - вздохнул старый маг, - хотя предпочёл бы сделать вид, что это не так. Но никто из смертных или бессмертных не выбирает, в какое время ему жить.

- Ты, как всегда, говоришь загадками, - огорчённо вздохнул юный художник, - и я совершенно не понимаю, что ты имеешь в виду.

- Нам нужен твой отец, Лионэль, - маг решительно повернулся и быстрым шагом, удивительным для человека его возраста, пошёл по галерее. Молодой живописец бросил последний взгляд на картину, на клубящееся мрачными тучами небо, на призрачный зелёный огонь, и, вздохнув, отправился вслед за тем, кого назвал Кирэлем.

В огромном светлом зале, стены которого словно были сплетены из ветвей со светлой серебристой корой, старый маг и юноша остановились и терпеливо принялись ждать, когда мужчина, сидящий за столом, обратит на них внимание.

- Что стряслось такого невероятного, что ты, позабыв былые обиды, решил посетить меня, Кирэль, - оторвавшись от свитка, поднял голову тот, чьё мнение они хотели услышать, и в лучах вечернего солнца сверкнула корона, - да ещё и вместе с моим сыном?

- Ты прав, владыка, - сдержанность давалась старику нелегко, и его голос предательски прерывался, - наступает время, когда нужно забыть старые ссоры. Избранный должен отправиться в путь, и это Лионэль, владыка. Твой младший сын.

Пролог 3

Село Крапивная Балка, тренировочная база Лиоррского военного корпуса

10 мая 1409 года от Последней Битвы (ПБ)

- А я такой ей говорю, мол, ну а чего такого-то? Дело молодое, жалко время упускать, а господин мэр, ну, супруг ваш, говорю, уже мышей-то не ловит, так сказать, - тут рассказчика прервал громкий хохот, - вот же вы какое дурачьё недоверчивое...Так и было всё, чтоб мне следующей увольнительной не видать!

- А тебе её и так не видать, ты вчера Вильгельму проспорил, - сквозь новый взрыв хохота прокричал кто-то, - так что, Берти, ври да не завирайся...

- Да не вру я, - возмутился рассказчик и обратился к трактирщику, - ну, Генри, ты-то можешь подтвердить, что так и было всё, как я говорю…

- Не впутывайте меня в ваше споры, сами разбирайтесь, - отговорился толстый трактирщик, с усмешкой протирая и без того достаточно чистую для деревенского трактира стойку, - а вот ежели кто хочет доказать, что завсегда правду говорит, то есть средство…

Тут он многозначительно замолчал, посматривая на посетителей: заинтересовались ли. Ну а как же… Военному человеку на отдыхе только намекни на интересную историю — до утра слушать будет.

- И что же это за средство? - за всех спросил разговорчивый здоровяк по имени Альберт или, как звали его все, Берти, - начал, так рассказывай, Генри, не томи.

Остальные поддержали говорившего одобрительным ворчанием, а трактирщик с намёком посмотрел на бочку с пивом. Проследив за его взглядом, слушатели, слегка повозмущавшись для порядку, заказали ещё по кружечке, «чтоб слушалось лучше», как пояснил всё тот же Берти. Генри откашлялся и, облокотившись на стойку, начал, таинственно понизив голос:

- Старики говорят, что есть где-то старинный замок — не замок, дворец — не дворец, в общем, место, где сбываются все мечты. Ну да речь не про само это место, а про то, что ведёт к нему призрачный мост, который виден только раз в году, и начинается он, - тут Генри сделал многозначительную паузу, а зрители затаили дыхание, - от нашей околицы… вот в аккурат сегодняшней ночью, в канун Дня святого Игнатия-правдолюбца. Если ты правду говоришь всегда и не обманываешь людей ни в большом, ни в малом, то можно по этому мосту пройти, и тогда окажешься в том самом месте. Там все-все твои мечты и сбудутся разом. О как!

- Да где ж такого человека сыскать, чтоб всю жизнь только правду говорил? Порой только ложь и спасает...Не, таких людей не бывает, - махнул рукой один из солдат и припал к кружке.

- Ну, ложь-то во спасение небось не считается, - возразил ему другой, - да и потом, человек и сам правды может не знать, так что соврёт без злого умысла.

- А ты сам-то ходил? - спросил кто-то трактирщика, и публика громыхнула смехом.

- Работа у меня не та, - ухмыльнулся в усы Генри, довольный, что история понравилась публике, - а вот Берти...А где он, кстати, не видал никто? Куда ушёл-то...вот беспокойный…

Альберт тем временем стоял возле слегка покосившегося частокола на краю деревни и, не веря своим глазам, смотрел на исчезающий в невесть откуда взявшемся тумане узкий мост, уходящий в белёсую мглу.

Глава 1

Графство Мабридж, поместье Эппл-Гроув,

11 мая 1409 года от Последней Битвы (ПБ)

-...даже слышать об этом не желаю, поэтому будь так любезна — придумай другую тему для беседы, - надтреснутый, какой-то хрупкий и ломкий голос принадлежал моей обожаемой тётушке, сидевшей с неизменным вязанием в удобном плетёном кресле. Оно было поставлено на террасе таким образом, чтобы сидящему открывался дивный вид на огромный старый, но ухоженный яблоневый сад, сейчас напоминающий опустившееся на землю душистое бело-розовое облако. В ароматной цветочной пене умиротворённо жужжали деловитые пчёлы, а ветер иногда подхватывал оторвавшиеся лепестки и кружил, унося в бесконечную синеву неба.

- Но, тётя Маргарет, доктор Бломбсбери сказал, что поездка к морю укрепит твоё здоровье и поможет безболезненно пережить сырое и холодное время года, - мне приходилось говорить чуть громче, чем пристало благовоспитанной барышне. В отличие от тётушки, я находилась в комнате и накрывала на стол к дневному чаю, отказаться от которого, как вы понимаете, истинная леди не может ни при каких обстоятельствах.

- Дорогая моя, слова «безболезненно» и «пережить» в моём более чем почтенном возрасте звучат почти издевательством, тебе так не кажется? - добродушно усмехнулась моя пожилая родственница и с трудом повернулась к стеклянной двери, через которую на террасу пробиралась я, осторожно толкая впереди себя изящный чайный столик на колёсах, - Кэтрин, ты снова не поставила сахарницу?

- И не поставлю, - совершенно невозмутимо ответила я, не обращая внимания на недовольно нахмурившуюся тётушку, - доктор во время последнего визита строго-настрого велел тебе воздерживаться от сладкого, забыла? Поэтому к чаю накрывала я, а не Бетси, которая уж наверняка умудрилась бы припрятать для тебя под салфеткой пару кусочков сахара. Не так ли, Бетси?

Тут я чуть повысила голос, и из комнат донеслось недовольное ворчание, суть которого сводилась к тому, что все эти доктора только и думают о том, как бы испортить жизнь хорошим людям. Ведь каждому известно, что от кусочка-другого сахара или розетки знаменитого здешнего яблочного варенья никому вреда не было, нет и быть не может.

- И это всё? - старая леди скептически оглядела столик, на котором разместились чайничек, две фарфоровые чашки, молочник, маслёнка, тарелочка с ещё тёплыми тостами и блюдце с сыром и ветчиной, - что, даже джема помирающей тётке пожалела?

- Тётушка, - я позволила, чтобы в моём голосе послышался лишь мягкий упрёк, хотя иногда упрямство единственной родственницы, несмотря на всю мою любовь к ней, вызывало дикое раздражение, - ну ты же сама прекрасно понимаешь, что я поступаю правильно, просто не можешь со мной не спорить. И от замечательного морского путешествия тоже отказываешься исключительно из упрямства: ты вполне можешь себе позволить эту поездку.

- Ну конечно! И оставлю тебя одну практически на год, а ты, вместо того, чтобы заниматься тем, чем и положено благородной леди твоего возраста: ездить по балам, флиртовать с молодыми людьми и присматривать подходящую партию, — станешь тратить бесценную юность на счета, договоры, финансовые отчёты и скандалы с рабочими. Тебе не кажется, что с моей стороны это будет, мягко говоря, не по-родственному?

- Нет, не кажется, - невозмутимо ответила я, наливая в тётушкину чашку ароматный напиток с еле заметными нотками корицы и бергамота и добавляя молока, - ты же знаешь моё отношение ко всем этим развлечениям. То, чем ты меня стараешься напугать, привлекает меня гораздо больше, нежели поиск, как ты выразилась, «подходящей партии». Да и потом, я не уверена, что эта самая «подходящая партия» отыщется: как-то я не вижу возле наших ворот очереди из вменяемых желающих жениться на мне. Кому нужна такая невеста или супруга, как я? Ни нормального приданого, ни уживчивого характера, ни связей — ничего.

- Ты не права, Кэтрин, - пожилая леди сурово нахмурилась и сердито взглянула на строптивую племянницу, то есть — на меня, - древность рода Мабриджей, пусть очень дальнее, но родство с короной и графский титул никто не отменял. Да и бесприданницей тебя уж точно нельзя назвать: Эппл-Гроув всегда будет твоим, как бы ни повернулась судьба, это зафиксировано во всех документах. Только ты, твой супруг и ваши прямые потомки могут владеть им.

- Тётушка, я же не спорю, но тот, кого интересует исключительно моё приданое или титул, а не я сама, никогда не услышит от меня «да», даже если сумеет каким-то загадочным образом завлечь меня к алтарю.

- Всё о любви мечтаешь? - скептически хмыкнула тётушка Маргарет, глядя на то, как я задумчиво выбираю кусочек сыра, - вот так и женихов перебираешь, как этот сыр. Любовь хороша только в романах, девочка моя, и как только ты это поймёшь и примешь суровую реальность, тут же всё и наладится.

Кэтрин, ты же не можешь не понимать, что замку наконец-то уже нужен хозяин, а тебе — надёжная поддержка и защита. Ты смелая, умная и красивая девушка, никто не сомневается, — но тебе не справиться с Эппл-Гроув одной. Это ноша не для одинокой юной леди. Да и сколько можно хозяйке жить в гостевом доме?

- Я не одна, - возразила я, отчаянно стараясь, чтобы в голосе не прозвучало даже тени той неуверенности, которая мучила меня постоянно и заставляла по полночи смотреть в потолок, пытаясь прогнать мрачные мысли, - у меня есть Хатч, который прекрасно управляется со всеми делами, а за этот злополучный замок он кому угодно горло перегрызёт и даже не поморщится.

- Но мистер Хатчинсон не убережёт тебя от лихих людей, если вдруг им придёт в голову, что Эппл-Гроув нужен другой, более сильный хозяин, - тётушка сердито поджала бледные губы, - он и сам поляжет, защищая замок, и тебя не спасёт.

- Ну а твоё присутствие, конечно, меня убережёт, - я не смогла сдержать ехидства, - эти самые «лихие люди», увидев тебя, сразу испугаются и разбегутся.

- Так я не о себе и говорю, - не менее иронично ответила тётушка, - а о том, что замку, да и тебе, кстати, необходима твёрдая мужская рука.

Этот разговор в той или иной форме повторялся у нас практически ежедневно уже в течение трёх недель, с тех самых пор, как семейный доктор, господин Бломбсбери, осмотрев тётушку и послушав её кашель, в категорической форме потребовал, чтобы ближайшую осень и зиму она провела в другом климате, лучше всего — у тёплого моря. Иначе он ни за что не ручается, так как осень обещают на редкость ветреную и дождливую, а зиму — сырую, малоснежную, с резкими перепадами температур, мокрым снегом и ветрами.

Тётушка, естественно, отнеслась к прогнозу доктора крайне скептически, заверив его, что прекрасно прожила без всяких морских путешествий почти семьдесят лет и рассчитывает прожить ещё столько же. В ответ на это доктор Бломбсбери заверил её, что с таким состоянием лёгких и сердца, которые он может сейчас наблюдать, он не даст ей не то что столько же, а гарантирует, что тётушка не увидит следующую весну.

Я безоговорочно приняла сторону доктора, так как не могла не замечать, что кашель леди Маргарет становится сильнее, дыхание — тяжелее, а приступы усталости — продолжительнее.

Конечно, во многом она была права: с восстановлением замка мне одной справиться будет не просто сложно, а практически невозможно. Никто из местных туда идти не согласится, а приглашать всех работников из других мест — никаких денег не хватит.

Хотя для приведения замка в надлежащий вид средств было более чем достаточно: мой дальний родственник (настолько дальний, что я никогда о нём раньше даже не слышала) пять лет назад, когда я ещё жила за сотни миль от Эппл-Гроув, оставил замок и все прилегающие территории почему-то именно мне, положив деньги для ремонта на отдельный счёт. И сумма на этом счёте была более чем внушительная, но к ней прилагался документ, согласно которому я, по достижении второго совершеннолетия, могла брать оттуда средства, но исключительно для восстановления каменного монстра. Впрочем, с этим проблем и не возникло бы: от родителей мне досталось вполне приличное состояние, которого, с учётом того, что я живу не в столице и очень не люблю так называемую светскую жизнь, хватит не только мне, но и моим гипотетическим детям.

Передав тётушку с рук на руки верной Бетси, которая принялась уговаривать госпожу перебраться с солнечной террасы в прохладную комнату и подремать до обеда, я вышла на крыльцо и остановилась, задумчиво гладя отполированные тысячами прикосновений перила.

За яблоневым садом, цветущим в этом году, как никогда раньше, начиналась извилистая дорога, ведущая к замку. Когда-то она, несомненно, была вымощена тщательно подогнанными булыжниками, но они уже давно ушли в землю и лишь кое-где выпирали из пыльной травы. По дороге практически никто не ездил и даже не ходил, так как нормальному человеку было абсолютно нечего делать в замке, к которому она вела.

Я спустилась по ступенькам гостевого дома, в котором мы с тётушкой жили уже пятый год, не имея ни возможности, ни желания перебраться в замок, и прошла по дорожке между цветущими яблонями, заодно размышляя о том, как справиться с предполагаемым урожаем. Местные яблоки были потрясающе вкусными и ароматными, но не очень, что говорится, «лёжкими» — быстро портились. Поэтому жители окрестных деревень не хранили их, а перерабатывали: знаменитое яблочное варенье из Эппл-Гроув славилось по всему королевству и даже за его пределами. Говорят, сама королева никогда не отказывалась от пирожков со здешним яблочным джемом.

Я, конечно, лично этим всем не занималась, во всяком случае, пока, но крестьянам традиционно позволялось собирать яблоки в огромном графском саду. Как владелица, я получала свой солидный процент от реализации плюс полный подвал всякой сладкой вкуснятины.

За такими яблочными размышлениями я не заметила, как прошла сад насквозь и оказалась в самом начале той самой старой дороги, которую рассматривала с крыльца. Она лениво сворачивала вправо, огибая холм, на котором, собственно, и высился знаменитый замок Эппл-Гроув, давший название всей округе. Или наоборот — замок когда-то давно назвали в честь прославленных яблоневых садов, кто теперь разберёт, да и к чему?

Стараясь не споткнуться о выступающие булыжники, я неспешно шла по дороге, искренне надеясь, что лёгкой соломенной шляпки хватит, чтобы защитить меня от солнечного удара: жара нынче стояла совершенно не майская. Над головой басовито прогудел шмель, явно летящий в сторону цветника, который по моей просьбе был разбит под окнами двухэтажного каменного дома, где жили мы с тётушкой Маргарет.

Пять лет назад я, покинув пансион на три года раньше времени, приехала из северного Йоркфилда в Эппл-Гроув, так как обязана была официально вступить в права наследства. В этих краях люди благородного происхождения считались самостоятельными после первого совершеннолетия, то есть в шестнадцать лет. Единственное, чего они не могли делать — это распоряжаться финансами, такое право давалось только после второго совершеннолетия, то есть в двадцать один год. А выходить замуж, жениться, наследовать родственникам или открывать своё дело под поручительство старших — пожалуйста. Это на консервативном севере шестнадцатилетняя девушка никуда даже показаться без сопровождения не может, а здесь — практически полная свобода, ограниченная лишь законами, нормами морали и правилами поведения в обществе.

Из всех родственников у меня осталась только тётушка Маргарет, которая с удовольствием перебралась в более мягкий климат, объясняя это тем, что её старым костям холодно на севере, где зима длится почти полгода. На самом же деле она просто поехала со мной, так как даже мысли о том, что любимая племянница поедет «в этакую даль» одна, не допускала. Я была ей за это искренне признательна, так как брать в сопровождающие предложенную стряпчим компаньонку, похожую на сушёную рыбину, мне ужасно не хотелось.

Почти месяц мы добирались до Эппл-Гроув, поскольку ехали не налегке, а с приличествующим благородным леди багажом. Замок встретил нас тёмными окнами, неприступными стенами, захламлённым холлом и пустыми комнатами. К счастью, увидев поднимающийся к замку экипаж, к нам быстро присоединился здешний управляющий по имени Мэйсон Хатчинсон, предпочитавший, чтобы его звали по фамилии, а ещё лучше — просто Хатч. Мы с ним, как ни странно, быстро нашли общий язык, а потом стали даже кем-то вроде приятелей, насколько такие отношения в принципе возможны между хозяйкой и управляющим.

В тот солнечный день именно он объяснил нам, что жить в замке совершенно невозможно, так как, во-первых, он достаточно давно стоит заброшенным, а во-вторых, заслуженно пользуется недоброй славой. Зато, утешил нас Хатч, чуть ниже, сразу за садом, есть прекрасный гостевой дом, в котором для нас найдётся всё необходимое.

Вот так мы с тётушкой Маргарет, её служанкой Бетси и моей горничной Анитой и поселились в гостевом доме, который за эти годы стал для меня родным. Родительский замок я помнила очень смутно, а пансион, в котором оказалась наряду с другими девочками из аристократических семей, чьих близких унесла «песчаная лихорадка», домом никогда не был. И только в Эппл-Гроув я почувствовала себя… на своём месте, словно всегда знала, что это — мой дом.

Все эти мысли и воспоминания неспешно проплывали в голове, пока я привычно шагала к замку. За эти годы я точно выяснила: от начала дороги до ворот, ведущих на территорию, ровно две тысячи шагов. Это по хорошей погоде, разумеется. Впрочем, сюда и пройти-то можно только в сухую погоду: в остальное время есть реальный шанс переломать ноги на скользких старых булыжниках.

Сейчас солнышко светило вовсю, под ногами ничего не хлюпало и не скользило, так что ровно через положенные две тысячи шагов я остановилась перед ажурными коваными воротами, запертыми на солидный замок. Сбоку, за густым кустом шиповника, притаилась небольшая калитка, которой в прежние времена, видимо, пользовались слуги.

За створками просматривался замковый двор, сейчас густо заросший яркими одуванчиками и какими-то синими цветочками, название которых я никак не могла запомнить.

Нашарив в кармане ключ, я открыла недовольно скрипнувшую калитку и шагнула на территорию замка. За прошедшие годы я бывала здесь десятки раз и не уставала удивляться непередаваемой красоте серых стен, словно взлетающих в небо, стрельчатых окон, украшенных витражами в изящных переплётах, барельефам в виде растительного орнамента…

Наверное, когда-то в строительство замка вложили душу, сердце, мечты о большой и дружной семье, которой будет хорошо в этом защищённом от всех напастей доме. Но что-то пошло не так, и вот уже несколько десятилетий в замке никто не жил.

Я смотрела на выложенное редким золотисто-зелёным эф-риссарским мрамором крыльцо, широкую лестницу в тридцать пять ступеней и пыталась представить себе, как к дому снова начнут подъезжать экипажи, как на солнце опять засияет камень, отреставрированный умелыми руками. Сейчас же мрамор был почти не виден под слоем пыли и невесть откуда налетевших сухих листьев. В огромных вазонах, стоящих по бокам от входной двери и на каждой ступени парадной лестницы, не росло ничего, а ведь когда-то наверняка здесь пышно цвели белые или жёлтые розы, гармонировавшие с золотыми искрами мрамора.

И почему-то именно сейчас мне до боли в сердце захотелось, чтобы замок снова ожил, чтобы он наполнился голосами и смехом, засиял огнями в окнах и мягким светом фонарей в саду и на аллеях небольшого парка. Туда я тоже несколько раз забредала, но кроме запущенности и неухоженности ничего не обнаружила.

Потянув на себя тяжеленную дверь, я вошла в огромный холл, пустой и неуютный, и даже солнечный свет, проникавший сюда через огромные окна, казался бледным и каким-то болезненным. Ему не удавалось полностью разогнать тени, и они собирались в углах, под потолком, за изъеденными молью пыльными шторами.

Я прошла через холл, поднялась по слегка поскрипывающим ступеням, ведущим на второй этаж, прогулялась по огороженной резными деревянными перилами галерее, посмотрела на винтовые лестницы, по которым можно подняться в угловые башни, и тяжело вздохнула, представив себе объём предстоящей работы. О том, что творится в гостевом крыле или, например, в подвале, я старалась даже не думать.

Но с чего-то ведь придётся начинать и, скорее всего, мне практически сразу понадобится комната, в которой я смогу встречаться с поставщиками, различными официальными лицами, держать документы и счета. Не бегать же каждый раз через сад туда и обратно, да и не хотелось мне превращать дом в контору. Обустраиваем замок? Значит, все деловые вопросы будут решаться здесь же.

Требования у меня к такой комнате-кабинету были достаточно просты: это должно быть помещение на первом этаже, достаточно просторное и светлое, желательно с окнами, выходящими на подъездную дорогу. После почти получасового блуждания по первому этажу, во время которого я обнаружила множество всевозможных комнат, чуланов, дверей, лестниц, ведущих неизвестно куда, я поняла: для моих целей подходит одна-единственная комната. Раньше она, вероятно, служила своеобразным залом ожидания для посетителей или просителей, так как из мебели здесь были только многочисленные диваны и кресла. К сожалению, вся обстановка давно пришла в негодность, хотя несколько кресел я решила показать мастеру: вдруг их ещё можно восстановить?

Почему-то мне казалось очень важным сохранить хоть что-то из вещей, оставшихся от прежних хозяев замка, о которых я практически ничего не знала. Да и хотела бы узнать — так не у кого, так как даже верный Хатч ничего кроме сплетен и слухов рассказать нам с тётушкой не смог.

Несмотря на то, что и отец, и дед, и, кажется, даже прадед Хатчинсона работали в замке, сам Мэйсон уже не застал никого из владельцев, а всё, что знал — только то, что рассказывали старики. Мне, разумеется, все эти истории были жутко интересны, но верить в них категорически не получалось: всё же я родилась почти через полтора тысячелетия после того, как проигравшие в Последней Битве маги навсегда покинули наше королевство.

Говорят, раньше в каждом даже маленьком городке жили самые что ни на есть настоящие маги, которые своими умениями помогали людям, делали их жизнь интереснее, проще и удобнее. Но потом, как рассказывали официальные источники, верхушка магического ковена замыслила недоброе и стала настраивать народ против законной власти короля. И тогда правивший в те времена король Карл Отчаянный объявил магам войну, которую благополучно и выиграл. Выжившие маги покинули наше королевство и основали своё, причём не просто далеко от нас, а вообще — на соседнем континенте, видимо, чтобы уж наверняка.

В других государствах, например, в Рондэвиле или том же Эф-Риссаре, говорят, маги по-прежнему встречались и даже пользовались немалым уважением, но у нас никакой магии уже полтора тысячелетия не было. И не то чтобы магов у нас преследовали, нет, просто они сами старались обходить Истралию — так называлось наше королевство — стороной. Постепенно люди привыкли справляться только собственными силами, а истории о магах перешли в разряд сказок и легенд, которые так хорошо слушать зимними вечерами, сидя у камина.

Ходили, правда, слухи, что на самом деле всё было не совсем так, а точнее — совсем не так, и что маги не замышляли ничего дурного. Просто король в один прекрасный день решил, что магия людям ни к чему, и сам объявил ковену войну. Сторонников этой версии сначала было достаточно много, но, так как и тюрем в королевстве тоже всегда было более чем достаточно, то вскоре рассказывать альтернативный вариант истории стало просто некому. Вот и я, например, будучи девушкой прагматичной и трезвомыслящей, в истории о добрых и замечательных магах верила с трудом. Впрочем, образ белого и пушистого монарха в моём воображении тоже как-то не очень складывался.

В те далёкие времена замка ещё не существовало, а на месте будущих яблоневых садов шумели густые леса и бродили хищные звери.

Но, опять же исключительно по слухам, в чаще нашли приют маги, которые по тем или иным причинам не захотели покидать Истралию. Они построили там нечто вроде скита, где занялись своими загадочными магическими делами, надёжно спрятавшись от окружающего мира. Но, как оказалось, у богов были другие планы, и человеческие поселения медленно, но верно стали оттеснять леса, освобождая целые большие куски. Люди спиливали вековые деревья, выкорчёвывали пни, перепахивали не знавшие плуга земли, оказавшиеся достаточно плодородными. Пшеница и рожь на них, правда, росли не слишком охотно, зато земля пришлась по вкусу плодовым деревьям, и за несколько десятилетий вместо леса возникли огромные яблоневые и грушевые сады.

Добрались люди и до скита, который уже, разумеется, был пустым и явно давно заброшенным. Ну, согласитесь, странно было бы предположить, что маги будут сидеть и ждать, когда до них доберутся старательные крестьяне. Сначала на месте полуразрушенного строения поставили дом, потом за десятилетия он оброс пристройками и значительно расширился, а когда земли передали моему далёкому-далёкому предку, он решил поставить на этом месте замок.

Золота, видимо, у предка было много, так как камень для строительства завозили аж из предгорий, до которых было не меньше пяти дней конного пути. Но, как говорится, у богатых свои причуды — крыльцо, вон, вообще из эф-риссарского мрамора сделано, а до Эф-Риссара добираться не одну неделю. В общем, замок возводили несколько лет, если не десятилетий, и с тех давних пор до недавнего времени в нём жили потомки первого графа Мабриджа.

Но около пятидесяти лет назад с замком начали происходить странные вещи: сначала всё графское семейство в полном составе, включая прислугу, никому ничего не объясняя, внезапно собралось и переехало в столицу, где и прикупило большой особняк. Тем самым Мабриджи продемонстрировали всем, что возвращаться не планируют ни в ближайшее время, ни когда-либо вообще. Всем рискнувшим поинтересоваться причинами объясняли, что это не касается никого кроме графской семьи и короны, которая тоже хранила загадочное молчание. Постепенно все успокоились.

В замке оставили отца Хатчинсона и пару слуг из тех, что не захотели бросать насиженные места. Потом местные жители стали замечать, что в окнах замка по ночам мелькают какие-то тени и загораются жуткие зеленоватые огни, а порой даже слышится страшноватое не то бормотание, не то завывание. А в последнее время крестьяне даже подходить к замку старались как можно реже, так как с каждым, кто забирался в заброшенное здание, потом начинали происходить неприятности: то ногу сломает человек, то скотина у него передохнет, то весь урожай яблок пропадёт из-за странной плесени. Причём у соседей, не лазящих куда не следует, всё в полном порядке: и фрукты, и живность… Как тут не поверить в тёмное колдовство? Ну и что, что магов давным-давно никто не видел и не слышал?

Наследники тоже не стремились посетить родовое гнездо, так что замок стоял, пугал крестьян и медленно разрушался. И вот пять лет назад появилась я, вызвав у местного населения сначала живейший интерес, а потом искреннюю жалость.

Немногочисленные соседи, регулярно наведывавшиеся в гости, качали головами, вздыхали, всячески демонстрировали понимание и сочувствие, но помогать решительно отказывались. Где-то я их даже понимала: вот так поможешь по доброте душевной, а потом будешь собственные неприятности лопатой разгребать. А так — бережёного и боги берегут.

Так и жили мы достаточно спокойно, пока не приехал здешний стряпчий с напоминанием о том, что мне уже месяц как исполнился двадцать один год, следовательно, я могу начать распоряжаться финансами, оставленными для реставрации замка.

Глава 2

Эф-Риссар, Сантина, Старый порт

17 мая 1409 года от Последней Битвы (ПБ)

- Сорок восемь, сорок девять, пятьдесят… Всё, старик, мы в расчёте, забирай своё золото и давай сюда книгу, - мужчина в тёмном плаще с глубоким капюшоном, который позволял полностью скрыть лицо, завязал шнурок на увесистом мешочке и протянул руку.

- Нет, господин, погодите, не так быстро, - в голосе второго человека, тоже закутанного в плотный плащ, послышались какие-то неприятные дребезжащие нотки, - я тут подумал и решил, что пятьдесят золотых — это, пожалуй, слишком мало за такую ценную вещь. Приносите ещё столько же — и книга ваша, даю слово.

- А если я не соглашусь? - первый мужчина пожал плечами и спокойно убрал приятно звякнувший мешочек с золотом в карман плаща, - будешь нового покупателя искать? Но это же не алорский жеребец, на такую книгу ещё клиента найти надо.

- А вы, господин, за меня не беспокойтесь, - противно хихикнув, отозвался второй, - я свою выгоду не упущу, уж будьте уверены…

- Да мне как-то всё равно, знаешь ли, - мужчина поправил капюшон плаща затянутой в чёрную перчатку рукой и, поворачиваясь спиной к собеседнику, обронил, - прощай, глупец…

- Кто из нас глупец, мы ещё посмотрим, - прошипел тот, и в его руке серебристой рыбкой мелькнул нож.

Мужчина в плаще не обернулся, а просто сделал скользящий шаг в сторону и рукой поймал летящую в него смерть: нож словно завис в ночном воздухе, пропитанном запахом рыбы, гниющих водорослей и мокрого дерева, и бессильно упал в подставленную ладонь.

- Пятикрылый и все силы его, - ошеломлённо прошептал несостоявшийся убийца и медленно сделал шаг назад, стараясь не поскользнуться на мокрых досках, - магик…

- Ты стал быстро соображать, старик, - развернулся к нему мужчина в плаще, - но не думаю, что тебе это поможет. Вот ведь жадность человеческая… а ведь мог взять пятьдесят золотых, отдать гримуар и жить долго и спокойно. А теперь не будет у тебя ни золота, ни книги, ни жизни.

- Господин маг, прошу вас, давайте поговорим, - старик отступал, не видя, что идёт прямо к возникшей словно ниоткуда у него за спиной тёмной колышущейся колонне.

- Мы вроде как уже поговорили, разве нет? - издёвку в голосе мага невозможно было не услышать, - и договорились до того, что ты отказался от сделки. Да ещё и убить меня хотел… нехорошо-то как, нечестно, некрасиво…

- Демоны попутали, - хриплым, прерывающимся от страха голосом проговорил старик, делая ещё шаг назад, - я никогда больше… клянусь…

- Ну, разумеется, никогда, - кивнул маг, с холодным любопытством наблюдая, как тёмная колонна нависла над ничего не подозревающим стариком, - но на демонов не стоит напраслину возводить: они никогда с такой мразью, как ты, дел иметь не стали бы. Прощай, старик… скоро увидимся, только вряд ли ты этому обрадуешься.

С этими словами маг развернулся и только недовольно поморщился, услышав за спиной придушенный вопль, быстро заглушённый довольным сопением и чавканьем.

Подобрав с мокрого причала сумку, выроненную стариком, маг брезгливо вытряхнул её содержимое прямо на грязные доски. Поворошив носком сапога вываленные вещи, он с досадой проворчал что-то на языке, понять который сегодня смогли бы уже очень и очень немногие: того, что мужчина искал, среди вещей не было.

- Жадный мерзавец, - ни к кому конкретно не обращаясь, фыркнул маг, - то есть он и не собирался отдавать мне гримуар. Значит, теперь предстоит искать, где он его держал. Ох уж эти люди…Алчные и никчемные создания. Шахран, ты здесь?

- Здесь, повелитель, - дымная тёмная колонна возникла рядом с мужчиной, но и не думала нападать или вообще проявлять какую-либо враждебность. Наоборот, казалось, что она готова мягко обвиться вокруг мага и, словно гигантский кот, потереться о его ноги.

- Мне нужно знать, где это ничтожество спрятало книгу, но тебя не должны ни в чём заподозрить, поэтому — иди, - мужчина откинул капюшон, подставив свежему морскому ветру неожиданно молодое лицо, привлекающее внимание своей странной, диковатой красотой. Чётко очерченные чёрные брови, одну из которых пересекал старый шрам, светлые глаза, контрастирующие со смуглой кожей, тонкий хищный нос с горбинкой и татуировка плюща, скрывающая всю левую щёку и сползающая вниз по шее.

Погладив туманный столб, как ручного зверя, мужчина слегка подтолкнул его, и тот растаял в воздухе, словно его и не было. Сделав несколько шагов по пустынному причалу, молодой человек подошёл к валяющемуся на сырых досках телу, слегка толкнул его носком сапога и вздохнул. После того, как Шахран выпил старика, выудить хоть какую-то информацию будет непросто, но не покормить ургейса он не мог, тот и так слишком долго обходился мышами и зайцами.

Подхватив ставшее лёгким тело своего несостоявшегося убийцы на руки, мужчина легко сбежал с причала и свернул в сторону старых полуразрушенных рыбацких хижин, из которых давно ушли даже крысы.

Этот наименее развалившийся дом он присмотрел на всякий случай ещё вчера, когда старик назначил место встречи, и теперь уверенно шагал по неосвещённым тропинкам, которые когда-то давным-давно были даже вымощены камнями. Толкнув ногой дверь, он, слегка пригнувшись, вошёл внутрь, и, небрежно уронив свою ношу на земляной пол, аккуратно всё закрыл за собой.

Пять свечей по углам быстро начерченной пентаграммы, негромкий речитатив, капля крови в центр. Простые, давно знакомые и привычные действия: руки действовали почти автоматически. Тело старика — в центр, головой к верхнему лучу, тому, где самая большая свеча, чуть подправить линии, исключительно из любви к безупречности, — и готово. Мужчина поднялся, удовлетворённо посмотрел на результат своей работы и негромко произнёс нужное заклинание.

Тело убийцы вздрогнуло и медленно приняло сидячее положение: движения были дёрганными, резкими, словно неопытный кукловод бестолково дёргал за верёвочки.

- Я же говорил, что мы скоро встретимся, но тебе это не понравится, - холодно проговорил некромант, ибо никем иным молодой мужчина быть не мог, - я не отпущу тебя, пока ты не ответишь мне на вопрос. Чем быстрее ты сделаешь это, тем быстрее уйдёшь на перерождение, но только Пятилапый знает, что тебя там ждёт.

- Спрашивай, - проскрежетал мертвец, открывая пустые, уже ставшие бесцветными глаза, - и будь проклят…

- Прости, но тут ты существенно опоздал, старик, - недобро усмехнулся мужчина, и его лицо искривилось в презрительной гримасе, - тебя опередили лет так на полсотни, так что не сотрясай воздух. Где книга, которую я у тебя купил?

- Книга? - раздался прерывистый хрип, и только человек с недюжинной фантазией узнал бы в этих звуках смех, однако это был именно он, - ты просто очередной наивный дуралей. У меня никогда не было этого гримуара, я просто взял бы твои деньги и всё.

- Ты глупее, чем я думал, - глаза молодого человека полыхнули неистовой зеленью, - ты знаешь, что я могу сотворить с твоим посмертием?

- Если бы я знал, что ты проклятый некромант, я бы никогда и близко к тебе не подошёл, - прохрипел мертвец и попытался плюнуть в сторону поднявшего его, - но не повезло.

- Ты даже не представляешь, насколько не повезло… - зловеще прошептал некромант и сделал сложный пасс правой рукой, отчего сквозь землю, на которой лежало тело, постепенно стала просвечивать зеленоватая дымка.

- Что это? - прохрипел старик, задёргавшись внутри пентаграммы.

- Это ничто, - абсолютно спокойно ответил молодой человек, - это полное и бесконечное ничто. Оттуда нет пути ни на перерождение, никуда. Там нет ни Пятикрылого, безгранично милостивого и прощающего грешников, ни Пятилапого, бесконечно мудрого и столь же бесконечно жестокого. Это пустота…

- Нет, - в хриплом голосе старика послышался страх, хотя, казалось бы, чего мог бояться тот, кто уже мёртв, - только не туда, умоляю тебя...я всё тебе скажу…

- Где книга? - повторил свой вопрос некромант, прислушиваясь к чему-то, слышному только ему, - и поторопись, у меня очень мало времени.

- Она в замке, очень далеко отсюда, я и не собирался её никому продавать, это…это просто способ заработать, - торопливо проговорил мертвец, заискивающе склонив голову.

- Что это за замок? Где он находится? - нетерпеливо повторил молодой человек.

- Это в Истралии, очень далеко отсюда...Замок называется Эппл-Гроув...- старик замер, глядя на некроманта мёртвыми глазами, - гримуар там.

Молодой человек кивнул и одним лаконичным жестом отпустил призванного: тот мягко опустился на землю, став самым обыкновенным стариком, умершим, возможно, от какой-нибудь болезни или просто от возраста. Может быть, однажды его найдут стражники, которых за какую-нибудь провинность отправят патрулировать этот забытый всеми район.

- Значит, Эппл-Гроув… - задумчиво проговорил молодой человек, выходя из полуразрушенного дома и растворяясь в ночной темноте Сантины, столицы Эф-Риссара.

Эф-Риссар, Сантина, Малый императорский дворец

19 мая 1409 года от Последней Битвы (ПБ)

Яркое южное солнце заливало своим безжалостным светом узкие извилистые улочки и белые стены домов расположенного под холмом города, но на террасе императорского дворца было прохладно. Огромные платаны раскинули свои специальным образом подстриженные кроны и надёжно укрывали резное белоснежное чудо от жары.

Император задумчиво смотрел на разложенные перед ним листы бумаги, плотно исчерченные схемами, рисунками и таблицами. Придворный астролог замер у двери и старался не привлекать к себе высочайшего внимания, так как реакции на принесённый расклад предугадать не мог. Очень уж причудливо сплелись нити предсказания, обещая необычную судьбу, полную побед и страшных событий, а конец вообще уходил в неизвестные даже ему тёмные дали. Во всяком случае, расшифровка итоговых цифр, как её ни крути и ни разворачивай, выглядела абсолютной чушью.

- Что скажешь, Альфред? - император поднял на замершего на пороге астролога внимательный взгляд и жестом указал на диванчик напротив себя, - в ногах правды нет, к тому же я давно позволил тебе сидеть в моём присутствии.

- Это самый странный гороскоп, который я когда-либо составлял или даже просто видел, - признался старый астролог, покачивая головой, - асцендент и десцендент противоречат друг другу, но не так, как это бывает обычно, а лорда рождения...

- Альфред, прошу тебя, не утомляй меня этими терминами и непонятными конструкциями, - поморщился император Михаил V, жестом останавливая астролога, готового во всех подробностях объяснить расклад, - просто скажи своими словами, почему ты принёс это мне? И почему именно сейчас? Что изменилось за прошедшие годы в гороскопе моего сына?

- Изменилось то, - слегка недовольно из-за того, что ему не дали как следует развить любимую тему, ответил старый астролог, - что этот расклад, который я сделал вчера, абсолютно не совпадает с тем, который я делал двадцать пять лет назад. Словно бы речь идёт о двух совершенно разных людях. Если в гороскопе, составленном сразу после рождения принца Фаруза, большинство планет находилось в правой части, показывая, что основные события будут происходить во второй половине жизни, то во вчерашнем они волшебным образом переместились в центр и влево! Луны в третьем доме вообще не было, а сейчас она именно там...

- Так не бывает, - удивлённо приподнял брови император, - это знают все: судьбу невозможно изменить, на то она и судьба. Однажды начертанный путь неизменен, ибо это высшая воля, и не нам, смертным, противиться ей.

- Смотрите, ваше величество, - старый астролог склонился над листами, выбрал один и протянул императору, - видите, как спокойно и ровно идёт линия жизни? Достойная судьба воина и полководца, звёзды благосклонны к вашему старшему сыну, ваше величество. А теперь посмотрите вот сюда, - в руки императора перекочевал очередной лист, - видите? Линия ломается, сворачивается, скачет, как взбесившаяся лошадь.

- И что, тебя это так сильно беспокоит? - император нахмурился, всматриваясь в схемы и рисунки, - почему ты рискнул прийти ко мне? В конце концов — это всего лишь цифры и рисунки.

- Недавно принц Фаруз посетил меня со странной просьбой, - начал рассказывать старик, - он попросил ещё раз составить его гороскоп и посмотреть будущее, говоря, что ему было видение, хотя ваш сын никогда не был особенно чувствительной натурой и не демонстрировал восприимчивости к силам эфира. Но у меня было свободное время, звёзды стояли в правильной позиции, поэтому я не увидел причин для отказа. Но, сколько я ни подставлял данные Фаруза, сколько ни спрашивал звёзды и карты, — все они твердили, что судьба мальчика сделала крутой вираж и теперь пойдёт развиваться совершенно по иному пути.

- По какому? - невольно заинтересовался император, с любопытством глядя на рисунки, - от меня у тебя нет и не может быть секретов, Альфред.

- Ему предстоит дальний путь, а затем множество испытаний: его судьба в равной степени зависит и от Лунного Змея, и от Алого Ока… Обе эти звезды одновременно стоят у него очень высоко, что, как известно, невозможно в принципе, но оно — есть, я видел это своими глазами, ваше величество. И вы можете это увидеть, - с этими словами старик протянул императору следующий лист бумаги.

- Лунный Змей, - задумчиво проговорил император, глядя на рисунок, - звезда, которая светит лишь злодеям, предателям и убийцам. И Алое Око, ведущее к славе и освещающее путь истинным героям, способным на великую жертву. Как они могут стоять одновременно рядом?

- Я не знаю, ваше величество. В моей практике такое я наблюдаю впервые, - развёл руками старый астролог.

- Хорошо, Альфред, иди, я ещё приглашу тебя, а сейчас мне надо подумать, - император махнул рукой, отпуская верного слугу, который поспешил откланяться.

Император Михаил встал и медленно прошёл по террасе, остановился у резных перил и, не замечая красоты окружающего его пространства, невидящим взглядом смотрел куда-то вдаль. Его не радовали ни удивительные цветы и кустарники, высаженные вокруг любимой террасы, ни искрящиеся в солнечном свете вершины далёких гор, похожие на взметнувшиеся к небу зубцы гигантских сторожевых башен, ни стайка красавиц-фрейлин её величества, яркой бабочкой промелькнувшая на одной из аллей.

Император был уже немолод, но до старости и немощности ему было далеко: тело было по-прежнему сильным и крепким, ум острым и проницательным, а зеркало отражало достаточно привлекательного статного мужчину с густой ухоженной тёмно-русой бородой и серьёзными серыми глазами.

Император правил своей небольшой, но процветающей империей уже около двадцати лет и не собирался уступать трон никому: младшие сыновья были ещё детьми, а дочь, любимица и умница, станет супругой и помощницей, увы, не ему, а будущему королю Истралии, далёкого материкового королевства. Помолвка была заключена ещё десять лет назад, когда принцессе Анне исполнилось шесть, а наследнику истралийской короны Мартину — тринадцать.

Это будет союз, выгодный для обеих держав: расположенная по соседству с крупными государствами относительно небольшая равнинная Истралия обладала прекрасно развитой торговой сетью, а также могла похвастаться наличием на своей территории нескольких крупных золотых приисков и прекрасных лесов с редкими корабельными соснами. Кроме того, за последние несколько столетий королевский двор Истралии умудрился породниться с большинством влиятельных правящих домов, связав себя родственными узами не только с ближайшими соседями, но и со всеми стратегически важными государствами.

В свою очередь, Эф-Риссар был государством-портом, так как имел выход к двум морям и держал в руках почти все морские перевозки. В сочетании с торговыми талантами и международными связями истралийцев это давало прекрасные перспективы для развития обеих стран. Поэтому император Михаил в своё время благосклонно воспринял предложение истралийского короля Вильгельма о том, что партнёрские отношения неплохо было бы укрепить отношениями родственными. Помолвка была заключена, и все спокойно ждали, пока принцесса Анна достигнет брачного возраста.

Был, конечно, ещё и старший сын, которого родила Михаилу пленная халиньская принцесса, с которой он никогда не состоял в официальном браке, но которую в своё время полюбил со всем пылом юности. Фаруз был его первенцем, и Михаил искренне любил мальчика, который никогда и не планировал бороться за трон, выбрав карьеру военного.

Что же заставило уравновешенного и здравомыслящего принца, всегда чрезвычайно скептически относящегося ко всякого рода мистическим вещам, до которых большой охотницей была его мачеха — королева Евгения, обратиться к астрологу?

Не желая пребывать в неизвестности, его величество велел пригласить к нему принца Фаруза и, ожидая сына, снова и снова просматривал принесённые астрологом бумаги. Лунный Змей и Алое Око… как эти взаимоисключающие звёзды повлияют на судьбу его старшего сына? За первенца он никогда не переживал, так как более рассудительного и спокойного юношу ещё поискать нужно.

Принц вошёл стремительно, быстро пересёк просторную террасу и замер перед отцом. Император с улыбкой смотрел на склонённую темноволосую голову, на фигуру воина, но не придворного, на изящную руку, уверенно лежащую на рукояти покоящейся в ножнах халиньской сабли — единственного, что сын взял у материнской родни.

- Как твои дела, сынок? - император никогда не забывал, что он не только правитель, но и человек: муж, отец, брат. Семья и так прекрасно помнит о его статусе, а ему так иногда хочется побыть просто обычным мужчиной, - я хотел с тобой поговорить.

- И я хотел, отец, - Фаруз вскинул голову и сверкнул тёмными глазами, - но готов выслушать сначала твою волю.

- Успеется… О чём ты хотел поговорить? - спросил император, внимательно наблюдая за сыном, невольно пытаясь отыскать следы тех перемен, о которых говорил старый астролог.

- Я хотел просить, чтобы вы отпустили меня в Истралию, отец.

Император ожидал чего угодно, но не этого: зачем принцу, пусть и ненаследному, отправляться в богатую, но такую далёкую Истралию? Фаруз никогда не проявлял интереса ни к торговле, ни к политике, а больше в этой Пятикрылым забытой стране учиться нечему.

- В Истралию?! Зачем? - изумление Михаила было настолько искренним, что принц улыбнулся: незачем отцу знать, что ведёт его в далёкую страну на самом деле. Ни к чему императору сведения о том, что его старший сын изменился и готов рискнуть и начать свою собственную игру. И неважно, что сторонников у него пока почти нет: они появятся, как только он добудет то, что необходимо его наставнику. А тому нужна какая-то древняя книга заклинаний. Сам Фаруз магией не владел, но к тем, кого Пятикрылый одарил своей милостью, относился с почтением и уважением. И, если наставнику нужна книга, - он её добудет, даже если для этого придётся проехать половину континента. Цель оправдывает цену в данном случае.

- Я хотел бы посмотреть на страну, в которую чрез год уедет Анна, - сказал Фаруз, и в его глазах была видна только забота о младшей сестре, - я ведь старший, кто ещё посмотрит? Вы не можете оставить Эф-Риссар, отец. А я вполне могу, заодно мир посмотрю… Да и матушку Евгению успокою — а то ведь беспокоится она о единственной дочери. Вы не станете возражать?

- Не стану, - император почувствовал, как сердце наполнилось благодарностью по отношению к Фарузу: беспокоится о сестре и мачехе, готов совершить такое дальнее путешествие ради спокойствия семьи. Какой всё же добрый и славный мальчик вырос…Растроганный Михаил даже забыл, что хотел поинтересоваться у сына, что за видение ему было… какое тут видение, когда сын стал взрослым…

- Благодарю вас, отец… Тогда я отдам распоряжения и начну готовиться к поездке, - поклонился Фаруз и быстро покинул террасу. И лишь тот, кто внимательно смотрел бы принцу в глаза, заметил бы, как в их глубине на мгновение вспыхнули багровые искорки. Или это солнце так сверкнуло?...

Сельдяное море, шхуна «Золотая чайка»

30 мая 1409 года от Последней Битвы (ПБ)

Принц Фаруз стоял на палубе и задумчиво смотрел на бескрайнюю морскую даль: это оказалось невероятно полезным и приятным занятием. Ничто, как выяснилось, так не успокаивает мятущееся сердце и растревоженную душу, как созерцание бесконечного синего простора, кое-где вспыхивающего на солнце белоснежными гребешками волн.

Шхуна плавно скользила по волнам, иногда сыто переваливаясь с боку на бок, паруса хлопали, ветер трепал волосы: может быть, вот оно — счастье? В любом случае, даже при благоприятном ветре, плыть предстояло ещё несколько дней, и принц планировал полностью посвятить их неспешным размышлениям и медитации. Неизвестно, как сложится дальше его судьба, поэтому нужно использовать малейшую возможность для спокойного и умиротворяющего отдыха. Набраться сил, успокоиться, продумать план действий.

Наставник остался в Эф-Риссаре, и принц постепенно привыкал к чувству свободы и отсутствию постоянного контроля. С одной стороны, это было непривычно и порой страшновато — когда не у кого спросить совета и, главное, получить его. С другой — как же это было восхитительно: знать, что никто не контролирует каждый твой шаг, что решения принимаешь только ты сам. Страшно? Конечно! Но в то же время — прекрасно.

Принц никогда не был изнеженным домашним мальчиком: ещё в раннем детстве он выбрал для себя путь военного, хотел стать опорой отцовского трона, его поддержкой, надёжным тылом. И воспитывали его должным образом: основные науки, стратегия, тактика, владение различными видами оружия, всевозможные виды борьбы. Даже основы боевой магии преподавали, но принц не чувствовал в себе ни способностей, ни желания развиваться в этом направлении. Трон? А зачем? Во-первых, отец, слава Пятикрылому, здоров и полон сил, во-вторых, принц прекрасно знал, какая это страшная ответственность — быть правителем, и не стремился к короне.

Так было до тех пор, пока в его жизнь не вошёл наставник Шару. Его пригласили к принцу в качестве преподавателя истории и мироописания, но постепенно, несмотря на существенную разницу в возрасте, Шару стал самым близким другом и советником юного Фаруза. На любой, самый странный и нелепый вопрос он отвечал вдумчиво и подробно, постепенно приоткрывая перед юношей мир, стоящий за той красивой ширмой, которую видят все. Фаруз начинал понимать, что за каждым важным событием, будь то открытие нового материка, война между двумя государствами или заключение династического брака, стоят не видимые никому кроме посвящённых переговоры, интриги, разрыв старых договорённостей и заключение новых. И юноша постепенно осознавал, что на самом деле правят не короли, не императоры, а те, кто умело дёргает за нужные ниточки.

Сначала он хотел держаться подальше от всей этой закулисной грязи, но наставник так умело и грамотно подводил принца к нужным выводам, что Фаруз постепенно всё внимательнее слушал Шару и всё реже возражал ему.

И тогда наставник пустил в ход последнее оружие: месяц назад он рассказал Фарузу о том, что его мать, халиньская принцесса Алаят, была родом из древнего магического клана, который когда-то давно держал в руках жизнь всего континента. Об этом все благополучно забыли, но может ли он, как наследник Алаят, последний в роду древних магов, позволить людям позабыть о великих халиньских правителях?

Фаруз тогда долго молчал, но потом спросил, почему же он не чувствует в себе магии, если он потомок таких мощных сил? И наставник объяснил, что мать, оберегая сына, закрыла его магию мощным заклятьем, снять которое можно, но очень и очень непросто. Нужны специальные заклинания, но наставник, увы, их не знает…

Где можно найти? О, это не так уж и невыполнимо: есть один замок, правда, не в Эф-Риссаре, а далеко, в Истралии, в подвалах которого спрятана часть древней библиотеки. И там есть книга, в которой много интересных заклинаний и описаний ритуалов, в том числе и нужный Фарузу. Почему не забрали? А никак… Войти в замок можно только по приглашению хозяйки. А ещё лучше — самому стать хозяином, так как библиотека — не единственное, что есть ценного в этом замке. Сам Шару пробовал, но у него не получилось — нет ему хода в Истралию. Почему? Это долгая история, не имеющая отношения к сегодняшнему разговору…

Все эти воспоминания проплывали в голове Фаруза, пока он стоял на палубе самой быстроходной шхуны, которая только была в портах Эф-Риссара. Юноша направлялся в Истралию, в замок со странным названием Эппл-Гроув…

Внезапно с кормы послышался мягкий гитарный перебор, и красивый мужской голос негромко запел:

Не к тебе ли я спешу во сне,

Не к тебе ли наяву скачу...

К той, что тихо плачет в тишине,

Глядя на дрожащую свечу.

Я совсем не юный рыцарь твой,

Но покоя не ищу пока

Сединою битой головой,

Той, что гладила твоя рука.

Меч остынет в ножнах, отдохнёт

От боёв за призрачную даль.

Скольких мыслей он прервал полёт...

Ночь его остудит и февраль.

Баллада лилась неспешно, вызывая в сердце мучительно-сладкий отзвук, и даже вечно занятые матросы замерли на своих местах, а боцман, обычно не терпящий никаких пауз в работе, сделал вид, что не замечает этого. Он и сам, прикрыв глаза, слушал негромкий голос и думал о своей непростой жизни, о том, что и его седая голова давно не знала нежных прикосновений любящей женской руки, что жизнь идёт к финалу, а что вспомнить-то…но он не жалеет.

На оставшемся куске пути

Нет преград и нет былых потерь.

Всё, что было, стоило пройти...

Вот твоя передо мною дверь,

Вот твои за ней слышны шаги,

Может не шаги, а просто шум,

Шутка разыгравшейся пурги...

Почему я жить теперь спешу?

Почему спешу теперь я жить?

Потому что у меня есть ты,

Как почти невидимая нить

К свету из холодной темноты.

Гитара всхлипнула в последний раз и замолчала, а Фаруз, очнувшись, неторопливо пошёл туда, где находился невидимый музыкант. Он увидел его, сидящего на бухте каната и обнимающего видавшую виды гитару. Тёмные волосы, стянутые на затылке простой лентой в низкий хвост, смуглая кожа, очень светлые глаза и странная татуировка, стекающая со щеки куда-то вниз, по шее и на плечо.

- Это ты пел сейчас? - спросил принц, присаживаясь рядом, - спасибо...ты менестрель?

- Нет, - без улыбки качнул головой гитарист, - просто море навеяло, облака...так бывает.

- Я Фаруз, - принц протянул мужчине руку, которую тот пожал. Пальцы незнакомца были сильными, а пожатие крепким и решительным.

- Я Бэйл, - в свою очередь представился певец, - польщён вашим вниманием, принц.

- Ты знаешь меня? - брови Фаруза удивлённо выгнулись, - откуда? Я не слишком публичная личность.

- Я последние годы жил в Эф-Риссаре, в Сантине, так неужели же я не знаю в лицо старшего принца? - усмехнулся уголком губ Бэйл, - но вот на корабле увидеть вас не ожидал, ваше высочество.

- Просто Фаруз, - поморщился принц, - не нужно титулов, не люблю я их, если честно.

Принц смотрел на воду и не заметил, как внимательно взглянул на него собеседник и как сверкнули его глаза.

- А охрану-то куда растерял? - уже почти по-приятельски поинтересовался Бэйл, - в жизни не поверю, что принц в одиночку путешествует.

- На корабле где-то, - отмахнулся Фаруз, - со мной охраны-то...человек пять всего. Я же почти на прогулку еду: сестра моя, ты знаешь, наверное, за истралийского королевича замуж выходит через год. Вот я и решил проехаться, страну посмотреть, прикинуть — как там сестрёнке будет. По душе ли придётся. Я же, хоть и не наследник, но старший брат, и Анну люблю. А ты куда?

- Да тоже в Истралию, у меня там родственники дальние, говорят, наследство оставили — не пропадать же добру.

- А ты раньше там бывал? - Фаруз поудобнее устроился на бухте, - какая она — Истралия?

- Самому бывать не доводилось, но от других много слышал. Говорят, там очень красиво: реки, как серебряные ленты в волосах у красавицы, зелёные леса, что ковром стелются на многие мили, сады, равных которым, наверное, нет нигде в мире…

- Сразу видно, что ты поэт, - засмеялся Фаруз и неожиданно для себя добавил, - может, составишь нам компанию, вместе всяко веселее путешествовать, особенно по незнакомым местам.

- Мне путешествовать с принцем? - удивление Бэйла было практически не наигранным, - а что скажут твои сопровождающие?

- Я приглашаю тебя, - пожал плечами Фаруз, - и мне не слишком интересно их мнение, если честно.

- А куда ты сначала собираешься? Я планировал посетить столицу, Истру, решить дела с наследством, а потом направиться в сторону предгорий. Говорят, там очень красиво, самые весёлые девушки и самое вкусное яблочное вино.

- Так это же прекрасно! - радостно воскликнул Фаруз и спрыгнул с бухты, - мне как раз тоже надо сначала в столицу, а потом в сторону предгорий. Слушай, это просто счастливая случайность, что мы с тобой встретились, Бэйл!

- Несомненно, - усмехнулся гитарист и негромко добавил, но так, что никто его не услышал, - самая счастливая случайность — это та, которая тщательно подготовлена.

Глава 3

Рондэвиль, Гнездо Журавля

15 мая 1409 года от Последней Битвы (ПБ)

- ...и падёт на мир великая Тьма, - на последних словах голос читавшего заметно дрогнул, - и демоны придут из своего мира, и уничтожат всё, что несёт на себе отпечаток Света. И лишь Избранные смогут остановить маховик истории, если будут крепки духом и телом, смогут избежать соблазнов и предательства, найдут поддержку и опору.

Немолодой маг аккуратно закрыл толстую книгу с позолоченным обрезом и, не замечая ничего вокруг, машинально погладил шерсть такого же старого пепельно-серого кота, лежащего у него на коленях. Кот довольно жмурился и категорически не хотел ничего слышать ни о каких предсказаниях, пророчествах и прочей человеческой ерунде. Странные существа эти люди: сами создают себе проблемы вместо того, чтобы наслаждаться теплом горящего камина, вкусной едой и мягкой подушкой. Несмотря на то, что владельцем кота был маг, зверь никакими магическими способностям не обладал и всегда предпочитал уют и покой.

- Ну почему это произошло именно сейчас? - спросил Кирэль у кота, который, приоткрыв один глаз, ответил ему недоумевающим взглядом: мол, а я здесь при чём? - Не раньше, когда у меня было больше сил, или бы уже позже, когда… когда это была бы уже не моя проблема? Молчишь? - кот только басовито заурчал, словно демонстрируя своё пренебрежительное отношение ко всей этой суете, - да, верно я сказал сегодня: никто не выбирает, в какое время ему жить...и умирать. Я в том числе. Но понимаешь, дружок, мало найти Избранного, нужно наставить его на правильный путь, подсказать, помочь...

Сетования Кирэля перебил вежливый стук в дверь, и в ответ на приглашающее «открыто» в комнату вошёл юноша, при виде которого старый маг встал и вежливо поклонился.

- Лионэль, - Кирэль воспитывал младшего сына владыки с детства и поэтому мог позволить себе вольность в обращении с ним, - что привело тебя ко мне в этот поздний час?

- Прости, если нарушил твой отдых, - юноша с сожалением склонил голову, - но я пришёл, потому что не могу не задать некоторые вопросы. Когда мы были у моего отца, ты сказал, что я Избранный, и мне предстоит отправиться куда-то… Но ни ты, ни отец не захотели ничего мне объяснить, - на лице Лионэля отразилась неприкрытая обида, - хотя речь шла именно обо мне… Я решил поговорить с отцом, но он занят с советниками, и поэтому я осмелился побеспокоить тебя. Пожалуйста, объясни мне, что происходит…

Кирэль тяжело вздохнул и жестом пригласил юношу садиться, что тот и сделал, погладив тут же запрыгнувшего к нему на колени кота.

- Лионэль, что ты можешь мне сказать о предсказании Фелиэна Мудрого? Вспомни уроки по магической истории и информацию о королевстве, отказавшемся от магии.

- А, это небольшое материковое королевство, откуда полторы тысячи лет назад ушли маги, кажется, после того, как тамошний король объявил им войну и победил. Так? Сейчас я вспомню название, - юноша нахмурился, но буквально через несколько секунд радостно улыбнулся, - оно называется Истралия, правильно?

- Верно, - согласно кивнул старый маг, - а что ты помнишь о предсказании?

- Ну… - замялся Лионэль, не желавший признаваться, что половину уроков по истории магии просто-напросто проспал, так как рисовалось лучше всего по ночам и досыпать приходилось на занятиях, - я могу ошибаться, но… Прости, Кирэль, я не помню…

- Стыдно, молодой человек. - строго нахмурился маг, но вскоре сменил гнев на милость и начал рассказывать, - когда маги проиграли войну, некоторые из них не сразу покинули родные места, а какое-то время жили посреди глухого леса в небольшом поселении, откуда были проложены порталы в наиболее важные для них точки. Когда люди стали селиться всё ближе, маги ушли, но предварительно прокляли землю, на которой стояло их убежище. Никто, разумеется, никого не предупредил, и со временем на прОклятом месте был построен замок.

- Но как же в нём жили? - Лионэль с ужасом смотрел на мага, - это же просто невозможно.

- Да вот жили как-то, - пожал плечами Кирэль, - может, не всё у них ладилось, может, болели чаще — но никто не связывал это с замком. Скорее всего, никто про этот замок и не помнил бы, но знаменитый путешественник и мудрец Фелиэн, получивший позже прозвище Мудрый, после изучения многочисленных воспоминаний, древних манускриптов и астрологических карт, пришёл к выводу, что именно на месте прОклятого замка развернутся события, от которых будет зависеть будущее нашего мира. И предсказал, что однажды в тугой узел свяжутся судьбы нескольких людей и нелюдей, от которых будет зависеть всё. Имён он не назвал, лишь сказал, что это будут Воин, Творец, Мечтатель, Пастух и Дева. И у каждого из них — своё предназначение. Будут они сражаться друг с другом или вместе против каких-то сил — никто не знает.

- А как узнать, кто есть кто? — у Лионэля блестели глаза, как у ребёнка слушающего страшную сказку, - и потом, там, в этом замке, помимо гостей наверняка народу живёт — не протолкнёшься.

- Он сказал, что каждому из участников будет знамение, возможно, видение, возможно, просто услышанный в таверне разговор, который не получится забыть, сколько ни старайся, а возможно — вещий сон. Но после этого тот, кто избран судьбой для участия, не сможет свернуть с предназначенной ему жизненной тропы.

- И ты хочешь сказать, что я — один из участников? - Лионэль вцепился в подлокотники кресла так сильно, что тонкие пальцы художника побелели, - но почему ты так решил?

- Я видел изображение прОклятого замка, - помолчав, сказал Кирэль, - это его ты не можешь нарисовать уже не первый день. Это он, мой мальчик. Значит, ты — тот самый Творец, который был предсказан Фелиэном Мудрым.

- Именно Творец? - переспросил потрясённый Лионэль, - а почему не Мечтатель? То, что не Воин и не Дева — это понятно, и вряд ли Пастух…

- Может быть, и Мечтатель, - не стал спорить Кирэль, - нам не дано понять замыслы высших сил. Но в любом случае ты — один из Избранных, и тебе нужно отправляться в Истралию.

- А что будет, если я не сделаю этого? - Лионэль не собирался отказываться, но было просто интересно, - тогда ничего не произойдёт, раз одного участника недосчитаются?

- Ты не сможешь игнорировать судьбу, - вздохнул старый маг, - так или иначе, но ты окажешься там, где должен. Поэтому лучше не противиться выбору судьбы, а идти ей навстречу.

- Я и не собирался отказываться, -задумчиво ответил Лионэль, - это же такое удивительное...нет, не событие, я не знаю, как правильно сказать. Меня переполняют чувства, но выразить словами...невозможно, понимаешь? Моя обычная, достаточно размеренная и предсказуемая жизнь вдруг сделала крутой поворот. И это великолепно!

- Тебе не страшно? - старик пристально всматривался в одухотворённое лицо воспитанника и сердце сжималось от дурного предчувствия. А может быть, это была просто грусть от того, что мальчик вырос, а наставник внезапно это осознал? Всё возможно…

- Страшно? Конечно, мне страшно, - рассмеялся юноша, - я ведь никогда не уезжал дальше своего королевства, а здесь — проехать практически через половину континента, чтобы принять участие в каких-то таинственных, но невероятно важных событиях… Восхитительно! Мне жутко, но я счастлив.

- Счастлив? - старый маг тепло и грустно смотрел на Лионэля, - но ведь никто не гарантирует, что ты вообще уцелеешь в этой авантюре.

- Ну и что? - младший сын владыки легкомысленно махнул рукой, - посуди сам: что ждало меня дома? Я не могу претендовать на престол, и слава Великому Лесу, пусть старшие отдуваются. Мне предстояло спокойно жить в своей башне, рисовать картины, которые никто не увидит, и в конце концов жениться по выбору отца. Не слишком привлекательное будущее, ты так не считаешь?

- Но ты мог бы поехать в академию живописи, получить образование, возможно, найти себя в том деле, к которому у тебя талант, - Кирэль сам не мог объяснить себе, почему ему так не хочется, чтобы юный Лионэль отправлялся в этот проклятый замок. Ах, если бы это зависело только от него! Но Кирэль прекрасно изучил своего юного воспитанника и понимал, что дома Лионэля теперь не удержит никто. Жаль только, что он сам не сможет сопровождать мальчика: не тот возраст и не то здоровье, к сожалению. Нужно поговорить с владыкой и выбрать в спутники Лионэлю кого-нибудь соответствующего статуса, но более, как бы сказать...более приземлённого.

- И что потом, - юный художник развёл руками, - всё то же самое, только после академии, а не сразу. Так что неважно, кто я — Творец или Мечтатель, я, как ты и сказал, пойду навстречу своей судьбе. Как ты думаешь, отец скоро меня отпустит?

- Думаю, да, - старый маг ненадолго задумался, - полагаю, что сразу. Как только ты соберёшься в путь и как только владыка подберёт тебе спутников: ты ведь понимаешь, что не можешь путешествовать в одиночестве. Во-первых, тебе не по статусу, а во-вторых, мало ли что в пути может случиться.

Лионэль кивнул, понимая, что спорить бесполезно, и, попрощавшись с магом, вышел из комнаты, а Кирэль снова остался наедине со своими мыслями и тревогами.

Оставив старика в его комнате, художник быстро поднялся по витой лестнице к себе в башню, где посреди комнаты, заставленной рамками, холстами на подрамниках, начатыми и брошенными набросками, стоял мольберт с той самой картиной. Лионэль подошёл и остановился, всматриваясь в им же изображённый замок.

Серые стены стремительно рвались в мрачное, затянутое тучами небо, но даже в полумраке нельзя было не заметить удивительную соразмерность и изящную стройность здания. В стрельчатые окна были кое-где вставлены витражи, и наверняка они были великолепны, но в полутьме невозможно было их рассмотреть. Зато в одном окне северной башни горел странный, вызывающий необъяснимую тревогу светло-зелёный огонь. Лионэль прекрасно помнил, что это его рука дрогнула, и капля краски вместо того, чтобы изобразить отражение лунного луча в пруду, попала на место окна. Но сейчас у художника почему-то создавалось впечатление, что так и должно быть: в окне этой башни действительно обязательно должен гореть свет. И именно такой: холодный и необъяснимо зловещий.

Лионэль смотрел на картину и понимал, что теперь, вот именно с этого момента, он знает, чего не хватало полотну, чтобы стать завершённым. Юноша схватил краски и торопливыми, но точными движениями начал рисовать, не видя и не слыша ничего вокруг.

Прошло несколько часов, пока он наконец-то устало опустил палитру и вытер рукавом вспотевший несмотря на ночную прохладу лоб. Картина была завершена, это Лионэль чувствовала всем сердцем истинного художника. Замок по-прежнему старался дотянуться до мрачно-лиловых туч шпилями башен, пруд отражал желтоватый свет иногда появляющейся луны.

Но во дворе замка появились пять фигур: впереди всех стоял мужчина в плаще с капюшоном, и его лица не было видно, зато бросался в глаза посох, который он держал в руках. Навершие посоха светилось изумрудным светом, показывая, что его владелец не кто иной, как некромант. Лионэль подумал и вдруг снова схватил кисть: над плечом некроманта появился небольшой предмет, в котором при внимательном рассмотрении можно было узнать гриф гитары.

За его правым плечом стоял высокий широкоплечий мужчина с осанкой профессионального воина, на это же занятие указывали и его видавший виды меч, и переброшенный через руку плащ, какой обычно носили наёмники или пехотинцы. Лица тоже было не рассмотреть, видна была лишь короткая светлая борода.

Чуть слева Лионэль увидел себя, хотя совершенно не помнил, когда успел изобразить невысокую изящную фигуру с большим заплечным мешком. С искренним недоумением художник понял, что он-нарисованный был ранен, так как его поддерживал ещё один мужчина, по виду и по одежде — типичный житель Эф-Риссара: только они носят такие кожаные кольчуги. Южанин был выше Лионэля и тоже находился явно не в лучшей форме.

А за их спинами стояла женщина в длинном светлом платье. Почему-то её лицо художник изобразил очень подробно: и светлые, кажется, серые глаза, и милые, хотя и не классические, черты лица, и светлые волосы… Лионэль никогда прежде не видел этой девушки, но при этом ему казалось, что он всегда знал её. Он откуда-то знал даже её имя — Кэтрин.

Художник отошёл от полотна и медленно опустился на предусмотрительно поставленный в мастерской диванчик: ему казалось, что он, дописывая картину, отдал все силы.

Негромко прозвучали шаги на ведущей в башню лестнице, и в мастерскую вошёл, устало потирая руками лицо, владыка. При виде отца Лионэль вскочил с диванчика и склонил голову.

- Перестань, нас никто не видит, - махнул рукой владыка Каристэль и жестом велел сыну сесть обратно, - а я и без твои поклонов обойдусь. Я хочу увидеть эту картину, Лионэль.

Юноша кивнул и развернул к отцу полотно, ещё не снятое с мольберта: владыка медленно подошёл и внимательно всмотрелся в изображённый замок, а увидев изображённые фигурки, вздрогнул.

- Пятеро… - задумчиво проговорил он, - четыре мужчины и девушка. Это ты?

Тонкий палец указал на невысокую, самую хрупкую из изображённых фигуру, и Лионэль молча кивнул. Владыка вздохнул и, помолчав, уточнил:

- Отговаривать тебя, я так понимаю, бессмысленно?

- Это судьба, отец, - воскликнул юноша, опасаясь, что сейчас его начнут убеждать отказаться, - я не могу отвернуться от своей судьбы!

- Я этого и не требую, Лионэль, не бойся. Когда ты хочешь выдвинуться в путь?

- Как только получу разрешение, - юный художник решительно тряхнул головой, - до Истралии путь неблизкий.

- Хорошо, - владыка шагнул к двери, - я подумаю, кого дать тебе в сопровождающие. Ты ведь понимаешь, что одному тебе будет намного сложнее.

- Спасибо, отец, - склонил голову Лионэль, глядя в спину уходящему владыке.

Глава 4

Село Крапивная Балка, околица, в полумиле от трактира «Толстый Генри»

10 мая 1409 года от Последней Битвы (ПБ)

Мост был, на первый взгляд, совершенно обычным, точно таким же, как сотни или даже тысячи мостов по всей Истралии. Слегка потемневшие, отсыревшие от вечернего тумана доски, шаткие даже на вид перила, кое-где стянутые грубыми верёвками. Мост негромко поскрипывал при порывах ветра, что, в общем-то, тоже было неудивительно.

Ничего необычного, кроме одного: этого моста здесь никогда не было. Это Альберт знал абсолютно точно, потому как в Крапивной Балке их отделение стояло уже больше месяца. За это время любопытный и жадный до всего нового Берти успел облазить всю округу и мог поклясться чем угодно, что ни в самой Балке, ни в ближайших окрестностях мостов не было. Вообще. Никаких. По одной простой причине: в них не было ни малейшей необходимости. Речек возле села не было ни больших, ни маленьких, даже ручьёв не наблюдалось.

Тем не менее мост был, и сейчас Альберт стоял возле него и совершенно спокойно мог потрогать его руками, но почему-то не спешил этого делать. Вообще-то он не слыл среди приятелей эталоном отваги и безрассудства, но и трусом его никто не рискнул бы назвать: Берти всегда шёл навстречу опасности, хотя сам на неприятности и не нарывался, в дуэлях участвовать не любил, в пьяных драках — тем более.

Зато если нужно было рассказать какую-нибудь историю, особенно из тех, от которых то мороз к коже ледяными пальцами прикасается, то живот от смеха болит — это к Берти, в этом он мастер. И ведь вруном не назовёшь — верил он искренне в то, что рассказывал. А что слушатели то хохочут, то чуть ли не под лавки от жути прячутся — так разве в этом виноват Берти? Нет, конечно. Как говорится, не нравится — не слушай, а рассказывать не мешай. Именно из-за этого таланта рассказчика да ещё из-за добродушного и необидчивого характера Альберту всегда были рады и у солдатского костра, и в любой иной компании.

Услышав историю, которую поведал слушателям толстяк Генри, Альберт, ни секунды не сомневаясь, решил проверить, действительно ли существует этот мост. И если правда — то непременно попробовать пройти по нему туда, где сбываются все мечты. Если бы его спросили, а какие мечты он хотел бы воплотить в жизнь, Альберт, скорее всего, растерялся бы и не знал, что ответить. Ведь дело-то не в том, чтобы мечты на самом деле исполнились, а в том, чтобы своими глазами на этакую невидаль взглянуть!

И вот он уже битых десять минут стоял у покосившейся местами околицы (а от кого отгораживаться-то? От зайцев, что ли?) и в полном оцепенении смотрел на узкий мост, дальняя часть которого исчезала в странном, очень плотном тумане. Туману, честно-то говоря, в такое время да при такой погоде и взяться неоткуда, но туман был. И мост был.

И с этой реальностью что-то нужно было делать, хотя вариантов в итоге было не так уж и много, а точнее — всего два. Идти и не идти. Можно, конечно, ещё вернуться в трактир и позвать свидетелей этого чуда. Но тут есть определённая опасность: пока добежишь до трактира, пока объяснишь, пока вернёшься — мост может и исчезнуть. Тогда не только сам дураком выглядеть будешь, но и чудо прошляпишь.

Потоптавшись ещё немного, Альберт глубоко вздохнул, неуверенно ступил на влажные доски и замер, прислушиваясь. Ничего не произошло, и следующий шаг дался солдату уже гораздо легче: мост ничем не отличался от прочих своих деревянных собратьев.

Альберт, успокоившись, старался рассмотреть хоть что-то в окружающем мост плотном тумане, но видел лишь неясные тени не то деревьев, не то кустов. Вдруг впереди возникла какая-то расплывчатая тень глубокого чёрного цвета, и Берти остановился как вкопанный: идти навстречу непонятному чёрному пятну ему совершенно не хотелось. Тем временем пятно мрака не делало ни малейших попыток как-то добраться до Альберта, застыв на своей половине моста.

Возможно, так и стояли бы они боги знают до какого времени, но тут Берти громко и от всей своей широкой души чихнул. То ли туман так подействовал, то ли похолодало к ночи — неизвестно, но чих вышел знатный. Чёрное пятно дрогнуло, и над мостом пронеслось едва слышное «будь здоров, незнакомец».

Наверное, если бы пятно зашумело или, например, завыло дурным голосом, Берти испугался бы гораздо меньше. Недаром говорит старая байка: «Не страшно ночью ходить по кладбищу, а страшно чихнуть в пустом доме и услышать «будь здоров». Именно это с Альбертом и произошло, заставив лишний раз убедиться в том, что в каждой, даже самой дурацкой шутке есть доля истины.

- Спасибо на добром слове, - тем не менее отозвался Берти, будучи по природе человеком вежливым и доброжелательным, - осмелюсь поинтересоваться, с кем имею честь беседовать?

Фраза получилась гладкая и в меру вежливая, так что Альберт по праву собой гордился и даже почти не дрогнул, услышав ответ:

- Я страж моста. Кто ты, незнакомец?

- Я Альберт, пехотинец Лиоррского военного корпуса Истралии...вот, собственно… - что говорить ещё, Альберт категорически не знал, поэтому выжидающе замолчал, таращась на пятно и думая о том, что рассказать кому — ну вот точно не поверят! Он и сам бы не поверил, если бы под ногами не скрипели доски, а за шиворот не пытался забраться ледяной туман.

- Зачем тебе в прОклятый замок, пехотинец Альберт? - прошелестело пятно, слегка придвинувшись, но Берти разумно рассудил, что если бы его хотели сожрать, то уже давно это сделали бы, а если разговаривают — значит, всё идёт, как надо.

- Почему прОклятый? - спросил Берти, осторожно облокотившись на перила, так как ноги слегка дрожали, но это исключительно от ветра, разумеется, ни от чего-то ещё, - мне сказали, что в этом замке исполняются все желания.

- А разве исполнение всех желаний не есть самое страшное проклятье? - в голосе пятна послышалась застарелая тоска.

- Почему? - не понял Берти, чувствуя, что страх постепенно уступает место привычному любопытству, - каждый стремится к исполнению всех желаний, разве нет?

- А чего хотеть потом? - вопросом на вопрос ответило пятно, - когда хотеть уже нечего?

- Ну не знаю, - растерялся Альберт, которому трудно было представить, что бывает с тем, у кого исполнились все желания, - наверное, захотеть ещё чего-то…

- Чего? - снова грустно спросило пятно, - всё уже есть…

- Не знаю, - повторил Берти, преисполнившись сочувствия к несчастному стражу, - но я бы всё равно рискнул.

- А чего ты хочешь? - слегка оживилось пятно, - а то в последнее время как-то почти никто не ходит, скучно мне, так что прости мне мою болтливость, пехотинец Берти.

- А ты давно тут сторожишь? — как любому солдату, Альберту было прекрасно известно, какая тоска — стоять в карауле, когда заранее известно, что ничего случиться не может, - умаялся небось?

- Даже не помню уже, сколько, - пятно опустилось и теперь напоминало сидящего человека, и Берти, не долго думая, тоже присел на сырые доски. Ну а что не поговорить с хорошим человеком...наверное, человеком...стражем, в общем.

- И ты что, всё время вот так вот, один? - разговор перешёл на привычные Берти темы и потому пошёл уже гораздо легче, - а сменщик у тебя есть хоть?

- Нету, - вздохнув, ответил страж моста, - давно уже нету, лет, наверное, сто или больше уже, я даже и не помню.

- А вот это непорядок, - нахмурился Альберт, услышав про такое злостное нарушение правил несения караульной службы, которые он знал ничуть не хуже собственного имени, - без сменщика никак нельзя.

- А ты не хочешь? - робко поинтересовалось пятно, разворачиваясь в сторону Берти, - может, оставишь свой корпус и тоже стражем моста станешь?

- А что для этого нужно? - заинтересовался Берти, но не потому что собирался занять эту, без сомнения, почётную должность, а просто из всё того же любопытства, - не всех же, наверное, берут?

- Нужно добраться до прОклятого замка, попросить исполнения желания или нескольких, а потом...если не получится в нормальную жизнь вернуться, то захотеть стать стражем, - со знанием дела ответило пятно и с надеждой спросило, - у тебя же есть желания, пехотинец Альберт?

- Не знаю, - от неожиданности и необходимости ответить на конкретный вопрос Берти слегка растерялся, - наверное, есть…

- Ну, тогда ты сможешь получить их исполнение, если выполнишь задание, конечно, - подумав, честно уточнил страж моста.

- Задание? - Берти заинтересованно потёр руки, - а какое?

- Не знаю, - пятно смущённо колыхнулось, - у каждого оно своё. Но ты смог увидеть мост и смог на него вступить, значит, тебя сочли достойным. А что за задание, я тебе, к сожалению, сказать не могу — сам не знаю. Мне вот надо было победить дракона…

- Настоящего дракона?! - ахнул потрясённый Берти, с уважением покосившись на стража.

- Настоящего, конечно, какого же ещё-то? - хмыкнуло пятно и, помолчав, гордо добавило, - я справился: и дракона победил, и в пещеру его пробрался.

- А правду говорят, что у драконов в пещере золота и драгоценностей тьма тьмущая? - Берти окончательно забыл о том, что разговаривает с загадочным призрачным существом, до того ему было любопытно.

- Правда, - ответил страж и вдруг тяжело вздохнул, - это меня и подвело… взял я один малюсенький камешек...просто на память о приключении…

- И что? - замер Берти, практически перестав дышать, - нельзя было, да?

- Нельзя, - вздохнул страж, и Альберту показалось, что пятно даже как-то съёжилось, - оказывается, это тоже была часть испытания. Потому я в стражах и оказался, хотя был рыцарем не из последних.

- Не повезло тебе, - абсолютно искренне посочувствовал неведомому рыцарю Берти и поднялся на ноги, - ну да ладно, страж. Сидеть я могу тут долго, а мне ведь и вернуться бы надо. Я же не предупредил никого, что ухожу: как бы дезертиром не сочли. А ты не грусти тут, обязательно для тебя сменщик найдётся.

- Вернуться? - с неподдельным удивлением спросил страж, - а ты разве не пойдёшь дальше, в замок? А желания как же, мечты?

- Да я же, если честно, в замок этот и не собирался, - повинился Берти и пояснил, - мне просто на мост этот волшебный уж больно посмотреть хотелось. Посмотрел, теперь можно и вернуться. Бывай, служивый, может, и встретимся ещё когда…

Берти помахал рукой тёмному пятну и, решительно повернувшись, пошагал с моста обратно в деревню. Сойдя со скрипучих досок, он обернулся, совершенно уверенный в том, что мост сразу же исчезнет, но этого не произошло, и доски по-прежнему влажно блестели в лунном свете, а перила тихонечко поскрипывали.

Альберт пожал плечами и, предвкушая, как он будет рассказывать о своём приключении, бодро потопал в сторону деревни. Но минут через десять замедлил шаги, а потом и вовсе остановился, внимательно глядя по сторонам: вроде бы всё правильно, но Крапивной Балки почему-то не было. При этом Альберт совершенно точно помнил, что мост начинался сразу за околицей — нужно было пройти метров тридцать, не больше. А он отмерил ногами уже чуть ли не километр, но околицы как не бывало.

Нахмурившись, Берти попытался хоть что-то рассмотреть в окружающем его достаточно густом тумане, но ничего кроме неясных теней не увидел. Будучи человеком достаточно благоразумным, Альберт и подумать не мог о том, чтобы сойти с тропинки: ясно было, что он мгновенно потеряется в этой странной белой мгле. Решив для себя, что через минуту, если что, повернёт назад, чтобы уточнить у стража направление, Берти пошёл вперёд и чуть не вскрикнул от радости, разглядев что-то кроме тумана впереди.

Но, когда он приблизился к этому чему-то, выяснилось, что это тот же самый мост, просто Берти подошёл к нему с боку. Растерявшись, Альберт подумал и, развернувшись, пошёл обратно, но внезапно остановился и, стащив с себя мундир, снял нижнюю рубаху и решительно оторвал от неё несколько длинных полос. Каждую из получившихся ленточек он в свою очередь разодрал на небольшие кусочки и вскоре стал счастливым обладателем пары десятков белых тряпочек.

Альберт повязал на росший у тропинки и почти спрятавшийся в тумане куст белую ленточку и сделал несколько шагов назад, ровно до того места, откуда была видна опознавательная тряпочка. Оглядевшись в поисках того, на что можно привязать ленточку и не найдя ничего подходящего, Берти наклонился и просто прижал её камнем. Таким образом он медленно шёл по тропинке и отмечал каждый пройденный отрезок белой тканью, словно мальчик и девочка в старой сказке.

Оглянувшись, Альберт убедился, что его метки прекрасно видны, и зашагал дальше уже гораздо бодрее. Убеждая себя, что таким образом он скоро непременно выйдет к околице и что это просто туман запутал его, Берти даже начал насвистывать весёлую песенку, когда внезапно застыл на месте.

Справа от него, словно издеваясь над здравым смыслом, на веточке кустика была повязана белая тряпочка, и Берти даже помнил, как затягивал покрепче узелок на ней, чтобы не сорвало ветром. Она никак не могла появиться здесь, так как Альберт шёл только назад, никуда не сворачивая. Но ленточка была. А околицы не было. Берти осторожно сделал несколько шагов вперёд и уже даже не удивился, услышав негромкое поскрипывание.

Мост, в отличие от Крапивной Балки, никуда не делся и словно приглашал Альберта снова пойти по нему. Солдат вздохнул и обречённо шагнул на мокрые от тумана доски.

На этот раз никто ему не встретился, и Альберт спокойно миновал середину моста, спустился с другой стороны и оглянулся: моста не было. Ветер шевелил листьями густого кустарника, где-то вдалеке горели огни какой-то деревни, но Берти был почти уверен, что о Крапивной Балке здесь даже не слышали.

мудростью, гласившей, что сделанного не воротишь, Берти не стал попусту расстраиваться, а просто пошёл вперёд. Если так разобраться, то ничего очень уж важного он в Крапивной Балке и не оставил. Единственное, что его беспокоило, это то, что он покинул часть без предупреждения: это было вполне веским основанием для того, чтобы его сочли дезертиром. В этом случае лучшее, что его ждёт — это каторга, лет этак на тридцать. Но что-то, какое-то новое чувство, зародившееся очень глубоко внутри, шептало Альберту, что, когда всё закончится, проблема дезертирства будет волновать его в последнюю очередь.

Расстегнув верхнюю пуговицу мундира, Берти внезапно понял, что вокруг гораздо теплее, чем было в Крапивной Балке, да и стрекот цикад, раздававшийся со всех сторон, ненавязчиво намекал на то, что солдат оказался в краях, расположенных гораздо южнее. В очередной раз пожав плечами и устав удивляться, Берти пошёл в ту сторону, где приветливо вспыхивали жёлтыми огнями окошки домов. Он подумал, что если это деревня или село, то там наверняка есть трактир — именно там можно получить хоть какую-то информацию.

Двухэтажное здание с черепичной крышей и добротным крыльцом, возвышавшееся над соседними невысокими, но аккуратными домишками, оказалось именно трактиром с названием «Яблочная бочка». В невесть который раз за последние пару часов пожав плечами, Альберт шагнул на тщательно подогнанные ступеньки и открыл массивную дверь.

Внутри трактир, в общем-то, ничем не отличался от своих собратьев по всей Истралии да и, наверное, по всему миру: длинная стойка, виднеющиеся за ней большие бочки с пивом, расставленные на приличном расстоянии друг от друга массивные столы и такие же основательные лавки.

Народа в заведении было достаточно много, но при этом царила какая-то вполне умиротворённая атмосфера, никто не дрался, не шумел, все спокойно обсуждали какие-то свои дела. За стойкой обнаружился трактирщик, выглядевший как брат-близнец толстяка Генри, и Берти подумал, что, возможно, все трактирщики выглядят одинаково, а тех, кто на них не похож, из содержателей трактиров просто-напросто выгоняют.

Толстяк оторвался от важного процесса протирки и без того достаточно чистых стаканов и с любопытством посмотрел на Альберта.

- Доброго вечера, - вежливо проговорил Берти, обращаясь одновременно и к трактирщику, и к посетителям, - не найдётся ли у вас еды и кружки пива для усталого путника?

- Отчего ж не найтись? - густым басом отозвался трактирщик и сделал знак симпатичной подавальщице, - и поужинать найдём, и выпить. Только откуда ж ты, путник, взялся в такой час?

Все взгляды, в большинстве своём доброжелательные, обратились к Альберту, который вздохнув, сказал:

- Кому рассказать — не поверят, потому и не знаю, как быть-то…боюсь, сочтёте меня вруном, а мне того не хотелось бы.

- А ты скажи, и мы уж сами решим, правду говоришь или нет, - предложил один из посетителей, здоровенный мужик с густой каштановой бородой в подпалинах, явно местный кузнец.

- Я по мосту пришёл, ежели вы понимаете, про что я, - неуверенно сказал Берти и с удивлением увидел, как многозначительно переглянулись посетители, не продемонстрировавшие ни малейшего удивления, - то есть вы мне верите?

- А чего ж тебе не верить, добрый человек, - прогудел трактирщик, наливая из бочки в кружку пенящийся напиток и подталкивая её к Альберту, - не ты первый, не ты и последний. День сегодня такой — бывает, приходят люди к нам по мосту тому призрачному. Издалека ты, воин?

- Издалека, - с огромным облегчением выдохнул Альберт и присел на свободную лавку, - село Крапивная Балка, не слышали?

- Нет, - покачал головой трактирщик, - это в какой стороне хоть? В Истралии?

- Да, на севере, в сторону гор, - Берти сделал большой глоток удивительно вкусного напитка, напоминающего пиво, но с отчётливым яблочным привкусом и ароматом, - удивительное пиво у вас…

Вокруг послышались смешки, и тот же кузнец пояснил:

- Это сидр, лучший во всей Истралии, нигде больше такого не варят, только в нашем графстве, в Мабридже. А здесь — у дядюшки Фреда, он мастер известный.

- Это графство Мабридж? - Берти нахмурился, вспоминая, слышал ли он когда-нибудь это название и понимая, что нет, - а где оно?

- Самая южная часть Истралии, - пояснил трактирщик, которого, как выяснилось, звали дядюшкой Фредом, - это, незнакомец, знаменитые яблочные края.

- Я Альберт Стоун, пехотинец Лиоррского пехотного корпуса, - правильно понял намёк Берти и, привстав, вежливо поклонился присутствующим, - простите, что сразу не представился, растерялся просто… Это что же: получается, я через всю страну по этому мосту прошёл? А вроде короткий…

- Так там время иначе течёт, - пояснил Фред, снова переглянувшись с кузнецом, - сам я, правда, не ходил, а слышать слышал, не без того. Стал быть, нужен ты тут зачем-то. Вот тебя мост и привёл…

- А до меня приходил кто? - с замиранием сердца спросил Берти, - тоже тот, кто ...нужен был?

- Да давненько не было никого, - пожал широкими плечами трактирщик, - последним тот прорицатель был, что к старому Хатчинсону приходил, тому, что нынешнему Мэйсону отец. А вот что он старику сказал — никто не знает.

- А поговорить с ним можно? — спросил Берти, отпивая ещё невероятно вкусного пенного напитка, - или нет?

- Так он как пришёл, так и ушёл, - ответил кто-то из посетителей, - со старым Хатчем поговорил, да и ушёл, а куда — неведомо.

- Чем думаешь заняться, пехотинец? - обратился к Берти трактирщик, - коль уж судьба тебя к нам забросила, то стало быть, поживёшь тут какое-никакое время.

- Да я не знаю даже, - растерялся Берти, - ещё утром я знал, кто я и что делать, а теперь… Может, работа какая для меня найдётся?

- А ты сходи к леди Кэтрин, это хозяйка здешняя, может, ей на что пригодишься, - посоветовал кузнец, - она сейчас замок ремонтирует, так ей рабочие руки нужны.

- Замок? - ухватился за слово Берти, - это уж не тот ли, в котором, как говорят, все желания исполняются?

За столами засмеялись, но трактирщик сурово взглянул на весельчаков, и смех стих.

- Насчёт желаний не скажу, а что-то с замком этим не то, - перегнувшись через стойку, поведал Фред, - прежние хозяева сбежали, почти полвека замок брошенный стоял, а теперь вот леди Кэтрин им занимается. Ей по завещанию нужно замок восстановить, говорят.

- А что за леди? - спросил Берти.

- Славная девушка, - проговорил кузнец, - добрая, за тёткой своей ухаживает, не повезло ей с наследством, что уж тут…

- Завтра я понесу леди заказанные образцы, так можешь со мной пойти, - добродушно предложил кузнец Альберту.

Глава 5

Графство Мабридж, поместье Эппл-Гроув,

25 мая 1409 года от Последней Битвы (ПБ)

Я устало опустилась на плетёное кресло и поклялась сама себе, что никто и ни за что не вытащит меня из этого восхитительного, чудесного, замечательного, идеального...в общем, самого-самого лучшего в мире места. Я закрою уши и никогда, клянусь, никогда больше не ввяжусь в самый страшный кошмар под названием «ремонт замка». Куда там у нас ссылают опасных преступников? На каторгу добывать руду? Ха! Их всех нужно отправлять на ремонт простоявших больше полувека заброшенными замков — и через неделю они с радостными криками побегут в сторону угольных шахт. Это я теперь могу утверждать с абсолютной достоверностью.

В эту минуту, когда я опрометчиво приоткрыла один глаз, мимо дома в сторону замкового холма прогрохотала телега, нагруженная плитами для внутреннего двора, и я невольно издала душераздирающий стон: нужно было выковыривать себя из плетёного счастья и ползти в замок, чтобы лично проконтролировать господина Шуфеля. Этого удивительного человека, чтоб ему ни одного заказа больше не взять, прислали из конторы, в которую я опрометчиво обратилась за надёжными профессионалами строительного дела. Господин Шуфель прибыл на следующий день в сопровождении нескольких рабочих: шумных, черноглазых, постоянно спорящих строителей, которые тут же превратили мрачный замок в какой-то филиал приюта для душевнобольных.

Теперь в холле постоянно что-то стучало, скрипело, падало и рушилось, а в углу двора дымился здоровенный котел, в котором строители постоянно что-то варили. И это что-то наполняло двор запахом тушёных овощей и мяса. Я ничего не имею против запаха еды, но не всё же время! Все мои просьбы строители выслушивали с виноватыми лицами, и на их больших глазах цвета горького шоколада выступали слёзы раскаяния. Они кивали и соглашались, что так нельзя, что это всё же замок, старинный, между прочим, практически памятник архитектуры...и тут же всё с тем же виноватым видом подбрасывали дров под котёл, и ароматы начинали ползти с новой силой.

Господин Шуфель грозил им пальцем, обещал завтра же всех уволить и шёл снимать пробу с ароматного варева. Наверное, я выгнала бы их, не задумавшись и затолкав поглубже свою совесть, но при всех минусах работали они прекрасно. Постепенно пол в холле приобретал свой прежний вид: оказалось, что он собран из удивительно красивых мраморных плит, совершенно целых, просто покрытых толстым слоем грязи. Чирикающие, как стая горластых птиц, строители отчистили его, подправили, отполировали, заменили некоторые пришедшие в негодность фрагменты, и, когда я увидела это чудо, я ненадолго простила им даже котёл во дворе.

Мраморные плиты различных оттенков коричневого: от светло-рыжего до глубокого, почти чёрного, складывались в причудливый узор, который, если смотреть сверху, напоминал семиконечную звезду с лучами разной длины. В центре рисунка был с потрясающей тщательностью выложен какой-то знак, от которого так и тянуло седой стариной, глубокой древностью. Я даже подумала, что, возможно, когда-то этот знак обладал магической силой, но за прошедшие века, которые Истралия живёт без магии, просто потерял свою силу.

Сейчас подопечные господина Шуфеля занимались внутренним двором, так как материалы для отделки стен и эф-риссарский мрамор для крыльца ещё не привезли. Единственное, на чём мне удалось настоять, - это срочный ремонт помещения, которое стало моим кабинетом. Его строители отремонтировали в первую очередь, выкрасив стены в приятный бежевый цвет и настелив новые полы вместо сгнивших прежних. Из мебели мы с Хатчем отобрали несколько столов, прочный шкаф, несколько кресел и достаточно удобный диванчик.

С тех пор практически всё время я проводила в замке, следя за работой строителей и потихоньку разбирая вещи, которые обнаруживала в комнатах, шкафах и кладовках. Верный Хатч мотался между замком, домом и городом, решая финансовые вопросы, стараясь сократить расходы, хотя в этом не было особой необходимости. Но Мэйсон считал, что меня непременно обманут, поэтому все расчёты взял на себя, за что я была ему искренне признательна.

Тяжело вздохнув, я таки выбралась из уютного кресла, крикнула тётушке, что привезли плиты для внутреннего двора, и, забрав у сочувствующе взглянувшей на меня Аниты корзинку с едой, отправилась в замок через отцветающие яблоневые сады. Попутно подумала о том, что нужно будет наведаться в деревню к дядюшке Фреду, в трактир «Яблочная бочка», и договориться насчёт питания для очередной группы строителей, которые должны приехать со дня на день, а также обсудить с ним вопрос охраны: отремонтированный замок не может стоять бесхозный, а из меня охранник, как из господина Шуфеля честный человек, то есть — никакой. Может, кто из местных согласится, хотя тут все при своём деле…

Подходя к замку, я ускорила шаг, так как привычный крик черноглазых строителей, доносившийся из-за ограды, был почему-то громче и тревожнее, чем всегда. Что там у них случилось?

- Леди Кэтрин, леди Кэтрин, - запыхавшийся кругленький господин Шуфель нервно обмахивался огромным клетчатым носовым платком и безумно сверкал глазами, - боги свидетели, мы не хотели этого делать, оно исключительно само, так сказать, без предупреждения, коварно…

- Что — оно, господин Шуфель, - я непонимающе подняла руку, останавливая словесный поток, но безрезультатно, - пожалуйста, говорите понятнее, я никого ни в чём не обвиняю, во всяком случае, пока.

- Мы стали готовить площадку для плит, которые привезли только что, ну, вы наверняка видели, - торопливо стал объяснять предводитель черноглазой банды, - и вдруг, как только их сгрузили, земля сделала так: «Пуффф!» и провалилась.

- Куда провалилась? - растерялась я, пытаясь понять господина Шуфеля, который только суетился и ничего не мог внятно сказать.

- Да кто же её знает — куда! Вниз! - пояснил он непонятливой мне, как будто провалиться можно куда-то ещё, вверх, например.

Отчаявшись понять господина Шуфеля, я аккуратно отодвинула его и с некоторой робостью вошла во двор. Перед крыльцом было пусто, и даже котёл в углу почти не кипел, по-моему, первый раз за последние десять дней. Воздух сразу стал ощутимо свежее и приятнее.

В холле тоже было на удивление пусто, зато внутренний двор напоминал поле сражения. В углу столпились строители, покрытые слоем пыли, на фоне которой только глаза сверкали. А посреди двора образовалась яма метра два в диаметре, из которой уже оперативно вытащили провалившиеся плиты. Но интересным было не это, а то, что от краёв образовавшейся ямы вниз вели аккуратные ступени.

- Это что — подземный ход? - озвучила я очевидное и посмотрела на припорошённых пылью строителей.

- Да, хозяйка, похоже, это именно он, - ответил мне самый смелый, - но мы не виноваты.

- Я вас и не виню, откуда вы могли знать, что тут нельзя сгружать тяжести… - я задумчиво посмотрела на ступеньки и вдруг замерла, - а почему на них почти нет пыли?

- Мы не вытирали, - тут же открестился господин Шуфель, видимо, решив, что это какая-то особенно ценная для меня лично пыль, - только плиты вытащили, за них же деньги плачены, понимаете?

- Я всё понимаю и ни в чём вас не обвиняю, - терпеливо повторила я, судорожно соображая, что это за ступеньки, чем для меня чревато их обнаружение и что вообще теперь со всем этим делать, - давайте поступим так: сейчас просто прикроем яму какими-нибудь щитами, чтобы туда никто не провалился, а я отправлю господина Хатчинсона в город за… за кем-нибудь, кто понимает в этом больше нас с вами, уважаемый господин Шуфель. А вы пока забором можете заняться, раз уж мрамор для крыльца не привезли.

Строители согласно покивали и ушли сколачивать щиты из подручных материалов, а я задумчиво посмотрела на ступеньки и, словно влекомая каким-то странным чувством, подошла к самому краю ямы. Внезапно голова закружилась, а я сама чуть не свалилась прямо вниз, в тёмную глубину.

Спас меня какой-то совершенно незнакомый мужчина, который успел схватить бестолковую меня за локоть и удержать на краю. Я благодарно кивнула незнакомцу, сразу оценив и широкий разворот плеч, и доброе, какое-то даже детское лицо, и завидную ловкость.

- Спасибо вам огромное, - я выровняла сбившееся от испуга дыхание, - вы не дали мне переломать ноги, за что я вам искренне признательна. Что привело вас в Эппл-Гроув? Я раньше вас не видела.

- Я ищу хозяйку, графиню Мабридж, - низким, но каким-то мягким голосом проговорил мужчина, и я не смогла не заметить знакомый мне с детства лёгкий акцент, характерный для жителей северных краёв, - а пришёл я с кузнецом Томом, он на крыльце дожидается.

- А вы что же на крыльце не остались? - прищурилась я, не стесняясь рассматривать незнакомца. - Как здесь, во дворе, оказались?

- Услышал шум и подумал, что, может, помощь моя потребуется, - пожал он богатырскими плечами.

- Мне очень повезло, что вы подумали именно так, - я опасливо покосилась на зияющий проём и такие манящие ступеньки, - иначе валяться бы мне далеко-далеко внизу с переломанными ногами, и это в лучшем случае. А то и шею недолго свернуть.

- Не подскажешь, милая девушка, как мне найти хозяйку замка? - вернулся к важному, видимо, для него вопросу мужчина.

- А для чего она вам? - всё ещё настороженно спросила я, не торопясь представляться, - может, я чем смогу помочь?

- Да вот, - замялся богатырь, - я тут оказался в ваших краях… случайно, в общем-то, оказался… мда… Так хотел у хозяйки спросить, может, ей работник нужен?

- А что вы умеете делать, какой работе обучены? - я внимательно посмотрела на плащ, какие обычно носят на севере солдаты, на видавшие виды ножны с явно не парадным, а боевым мечом.

- Солдат я, красавица, - в голосе незнакомца на мгновение мелькнули игривые нотки, но тут же пропали, - как думаешь, найдётся у хозяйки для меня дело?

- Найдётся, - я кивнула и мысленно вознесла искреннюю благодарную молитву всем богам, - в замок охрана нужна, а я в этом ничего не понимаю.

Мужчина вопросительно поднял бровь, подумал и вдруг низко поклонился.

- Простите, леди, не признал сразу, - он улыбнулся и сразу стал выглядеть намного моложе. Я подумала, что он, скорее всего, не намного старше меня.

- Да, я леди Кэтрин Мабридж, хозяйка Эппл-Гроув, - я ответила на его улыбку, - назовите себя, незнакомец.

- Я Альберт Стоун, пехотинец Лиоррского пехотного корпуса, - он помолчал и уточнил, - хотя, наверное, уже бывший пехотинец…

- Почему? - я удивлённо посмотрела на Альберта: ни хулиганом, ни трусом или пьяницей он не выглядел. Одежда была в порядке, сапоги явно недавно начистили, да и сам мужчина смотрелся более чем прилично.

- Так не поверите, леди, - вздохнул он, - я и сам бы не поверил, кабы мне рассказали.

- А вы попробуйте, - предложила я и жестом пригласила его присесть на скамейку, которую подчинённые господина Шуфеля принесли для себя.

- Ну так как дело-то было, - обстоятельно начал Альберт, - Генри, это трактирщик наш, в Крапивной Балке, рассказывал, что раз в году, в канун дня Игнатия-правдолюбца, от нашего села, ну, где у нас база тренировочная, полка нашего...так вот, от села отходит призрачный мост. Ежели человек завсегда правду говорит, то он по этому мосту может прийти в волшебный замок.

- В какой замок? - переспросила я, покосившись на высокие серые стены, выглядящие в солнечном свете привлекательно и абсолютно безобидно.

- В волшебный, - охотно повторил Альберт, - а в том замке сбудутся все-все его мечты. Вот.

- И? - я пока не понимала, как связано появление Альберта в Эппл-Гроув с волшебным замком.

- Ну я по нему и прошёл, - сказал мужчина и пожал плечами, - и оказался возле трактира там, внизу, в деревне.

- В «Яблочной бочке»? - я начала понимать, но поверить пока не могла: бред какой-то. Призрачный мост, волшебный замок — это где-то в сказке, не у нас.

- Ну да, - кивнул он, - а Генри, трактирщик, сказал, что и до меня люди по этому мосту приходили, только последний давно уж был, много лет тому как. Он, Генри, мне и присоветовал у вас в замке работу поискать, мне ж обратно через всю Истралию не добраться.

- А какие мечты у вас, Альберт Стоун? — вдруг спросила я, подумав, что если парень мечтает о всемирном господстве, то пусть Генри его у себя и оставит, а мне поддержка нужна, опора.

- Да никаких, в общем-то, леди, - богатырь улыбнулся, - у меня всё есть, вот только службу хорошую найти — да и славно. Я хотел с моста уйти, да не отпустил он меня, всё равно сюда привёл. Генри сказал, что это знак: нужен я тут зачем-то.

- И я даже знаю, зачем, - я облегчённо вздохнула, приняв решение, - я хочу предложить вам работу, Альберт. Мне нужна охрана в замок: сколько человек, как их вооружать, где селить — я ничего в этом не понимаю, а моего управляющего на всё просто не хватает.

- Да уж понятно, где ж леди в таком разбираться-то, - согласился Альберт, внимательно меня слушая, - да и ни к чему.

- Поэтому я предлагаю вам должность начальника гарнизона замка, что скажете?

Альберт вытаращился на меня, как будто я сказала что-то совершенно невероятное.

- Да как же так, леди? Я же простой солдат, не офицер никакой, как же я такую должность-то приму? Никак невозможно!

- Но вы знаете, как всё это организовать? - я недовольно поморщилась, так как мне не терпелось переложить хотя бы эти проблемы на кого-то, кто в них разбирается.

- Да знать-то знаю… - неуверенно начал Альберт, - но я ж чужой тут…

- А мне в любом случае со стороны человека брать, - сказала я, - местные и так все при деле. Так что мне не принципиально — кого именно. Согласны?

- Так капральская должность-то, - по-прежнему растерянно ответил Альберт, - а я пехотинец обычный. Как же…

- Тогда я своим правом графини Мабридж, владелицы замка, даю вам, Альберт Стоун, звание капрала и предлагаю должность начальника гарнизона Эппл-Гроув. Пока ещё не существующего гарнизона… Все бумаги оформит Хатчинсон, когда поедет в город. Итак, вы согласны?

- Согласен, - подумав, кивнул Альберт, - только вот что, леди… Коли скажу, что нужно сделать, значит, это надобно исполнить будет. Дело это непростое — гарнизон создавать…

- Как скажете, капрал Стоун, - я шутливо отдала честь, и Альберт улыбнулся, - и зовите меня просто леди Кэтрин.

- Ну а я тогда Берт, коли угодно будет вашей милости.

- Прекрасно, Берт, - я выдохнула, - у нас с вами есть первое и достаточно важное дело, от которого будет зависеть очень многое.

- Какое, леди Кэтрин?

- Нам нужно спуститься по этим ступенькам и понять две вещи: куда они ведут и почему на них нет этой проклятущей пыли?

Альберт встал и неторопливо, аккуратно ступая, подошёл к краю так внезапно возникшей посреди двора ямы. Покачавшись с пятки на носок, словно проверяя прочность почвы под ногами, он присел на корточки и заглянул в тёмный провал.

- Леди Кэтрин, а расскажите мне, откуда эта яма взялась, я-то уже на шум пришёл, - попросил Берт, внимательно рассматривая ступеньки, - да и подойти можете, тут вокруг прочно всё, я проверил.

- Точно не провалится? - я с опаской покосилась на мрачный проём. - А то как-то страшновато…

- Что жутко — спорить не стану, - согласился Берт и, подумав, добавил, - тянет оттуда чем-то странным, никак не пойму, где я этот запах уже встречал.

- Чем тянет? - я не то что подходить не стала, а наоборот, ещё и отступила подальше, - не пугайте меня больше, чем я уже боюсь…пожалуйста!

- Да нет, не плохим чем-то, - поразмыслив, уточнил мой новый начальник пока не существующего гарнизона, - просто пылью, старостью и подземельем. Так откуда яма взялась, вы так, леди, и не ответили.

- Сегодня привезли плиты для внутреннего двора, - начала рассказывать я, - и когда я как раз подходила к замку — мне нужно было ненадолго в дом отлучиться, я потом вам покажу, где это, - то услышала громкие крики. Испугалась — подумала, что-то случилось и пострадали люди. Прибежала и увидела, что все, к счастью, целы, только земля в одном месте провалилась. Господин Шуфель — это главный над строителями — сказал, что они сложили в центр двора каменные плиты, а он взял — и провалился. Вот, в общем-то, и вся история. Плиты они вытащили, а дырка осталась… А я потом посмотрела — всё грязное, все в пыли… а ступеньки — чистые. Разве так бывает?

- Конечно, бывает, если магия, - почесав в затылке, сказал Альберт, - например, я слышал про всякие заклинания, что не дают пыли скапливаться…

- Магия? У нас, в Истралии? - я круглыми глазами посмотрела на него. - У нас её полторы тысячи лет не было никакой.

- А мост? - спросил Альберт и посмотрел на меня своими чистыми голубыми глазами. - Он же есть. Я точно знаю, потому что я по нему прошёл. А что он, если не магия, леди?

Честно говоря, я не нашлась, что ответить: действительно, как ещё можно объяснить наличие призрачного моста, по которому Берт прошёл из одного конца страны в другой. Только магией.

Переглянувшись, мы с Альбертом опасливо заглянули в тёмный провал, куда уходили чистые ступеньки, и я, вздохнув, спросила:

- Ну что? Пойдём вниз?

- Да вы что, леди Кэтрин! - остановил уже готовую шагнуть в неизвестность меня Берт. - Да разве ж можно так?

- Как? - растерялась я, снова отступая от ступенек.

- Без подготовки, наобум, - он укоризненно посмотрел он на меня, и я тут же устыдилась, - а воды взять, а факелы, в еду какую-нибудь на всякий случай? Нам же не ведомо, что там внизу, верно?

- Да и тёплые плащи, наверное, да? - я прониклась и даже выдала толковую идею.

- Очень верно вы это вспомнили, леди, - одобрительно кивнул Альберт, - себе непременно возьмите, а у меня свой есть. Ну так что, пойдёмте, всё соберём да и отправимся.

- А больше никого с собой брать не будем? - я вдруг подумала, что совсем не знаю этого здоровяка, хотя, с другой стороны, ему выгоднее, чтобы я была живой и здоровой: кто ещё ему такую службу предложит?

- Опасаетесь, леди? - верно истолковал мой вопрос солдат, точнее, уже капрал, и по-доброму улыбнулся. - Это правильно, нельзя всем доверять.

- И вам нельзя? - спросила я, чувствуя некоторую неловкость из-за того, что он угадал мои сомнения.

- Мне — можно, - абсолютно серьёзно ответил Альберт и пояснил, - меня к вам сама судьба привела, а с ней спорить нельзя. А уж обманывать её — так и совсем негодное дело. Так что ко мне спокойно можете спиной поворачиваться, леди, от меня вам не нужно опасаться ни предательства, ни лжи, ни удара в спину.

И так внушительно это прозвучало, что я только молча кивнула, подумав про себя, что это здорово — иметь такой надёжный тыл, вон, мышцы какие! И меч у него, опять же, имеется, если что вдруг…

Пройдя сквозь толпящихся запылённых строителей, как горячий нож сквозь масло, Альберт распахнул передо мной тяжеленную дверь в замок так легко, словно она была игрушечной. Пропустив меня вперёд и напомнив, что именно нужно взять, он вернулся на крыльцо, и я услышала, как он непререкаемым тоном приказывает перенести костёр с котелком за замковую стену, так как здесь он создаёт угрозу пожара. А если кого-то что-то не устраивает, то можно жаловаться начальнику гарнизона, то есть ему, капралу Альберту Стоуну. Как ни странно, желающих обратиться с претензией не нашлось, и у меня появилась робкая надежда, что когда мы вернёмся из своей экспедиции, котла с едой во дворе уже не будет. Да за одно это я готова была дать Альберту любое звание и любую должность.

Так как при разборе кладовок я нашла уйму полезных вещей и сложила их в ящики, то сейчас без особого труда отыскала две большие кожаные фляги и наполнила их водой. Потом подумала и взяла ещё одну, поменьше, налив в неё бренди — исключительно на всякий случай. Пройдя на ещё не до конца обустроенную кухню, наполнила небольшую корзинку хлебом, вяленым мясом, взяла кусочек сыра и несколько ломтей яблочной пастилы — ну вот люблю я её, что уж там…

Прихватив тёплый плащ, найденный в одном из шкафов и временно служащий мне подушкой в тех случаях, когда я ложилась подремать прямо тут, я вышла на залитое солнцем крыльцо. Альберт уже успел запастись связкой просмолённых факелов, какой-то железякой, напоминающей лом, и большим мешком, куда и сложил все собранный мною припасы.

Когда я удивлённо на него посмотрела и спросила, а что же понесу, собственно, я, он снисходительно погладил меня по плечу и, подумав, выдал небольшой кинжал.

Таким образом, полностью экипированные, мы подошли к провалу в земле, провожаемые скорбными взглядами строителей и тихими всхлипываниями господина Шуфеля. Не успела я шагнуть на первую ступеньку лестницы, как он сорвался с месте и, подбежав ко мне, жарко зашептал в ухо:

- Леди, а кто теперь распоряжаться-то будет? Хатчинсон или ещё кто? С кем вопросы-то решать? И вообще, вы не думайте — памятник мы вам поставим всем на зависть, и даже скидку могу хорошую дать. Хотите?

- Почему мне памятник? - растерялась я и беспомощно взглянула на хмурого Альберта.

- Так на могилку ж, - пояснил, вздыхая и лихорадочно блестя глазами, господин Шуфель, - вы же сейчас прямиком в тот мир и спуститесь.

- В тот — это в какой? - я перестала вообще что-либо понимать.

- Загробный, какой же ещё, - искренне удивился моей непонятливости господин Шуфель, - оттуда никто не возвращается. Так что насчёт скидки? Могу предложить эф-риссарский белый мрамор...прелесть что за камень! Сам бы лёг под такой, но не могу — дело пока некому оставить.

- Вообще-то я планирую к вечеру вернуться, возможно, даже раньше, - осторожно сказала я и, судя по печальному выражению лица, разрушила тем самым все надежды чудесного господина Шуфеля.

Альберт сурово глянул на главу строителей и многозначительно кашлянул. Они слегка отодвинулись и сделали вид, что заняты очень важными делами. Я подумала и сказала:

- К моему возвращению чтобы треть забора была в порядке. Иначе вычту из заработка. Всем всё понятно?

Распоряжаться, чувствуя за плечом мощную — во всех смыслах — поддержку было легко и приятно. Строители её тоже оценили и закивали, хотя и без энтузиазма.

Альберт шагнул на ступеньку, на секунду застыл и бодро начал спускаться по лестнице, а я пошла за ним. Не сказать, чтобы бодро, но стараясь не отставать: только потеряться мне не хватало.

Не буду кривить душой: мне очень хотелось, чтобы лестница быстренько упёрлась в какой-нибудь непреодолимый каменный завал, и мы с Альбертом, повздыхав, отправились бы обратно. Но боги были явно чем-то заняты и моих молитв не услышали.

Вместо того, чтобы быстро закончиться, лестница начала плавно изгибаться, закручиваясь в огромную спираль. Альберт, примеряясь к моим шагам, медленно шёл вперёд, не забывая оставлять на стенах через равное небольшое расстояние значки, которые, если что, подскажут нам дорогу обратно. Ступени были по-прежнему гладкими и чистыми: словно кто-то регулярно делал здесь уборку.

Стены этого странного бесконечного подземелья были гладкими и очень холодными: буквально через десять минут я попросила и Альберта свой плащ и закуталась в него.

Вдруг идущий впереди Берт остановился, и я, чуть не врезавшись в него, осторожно выглянула из-за его плеча.

- Ой… - гулко сглотнув, проговорила я, - а это кто… такое?

Альберт тоже молчал и только озадаченно смотрел вперёд, не двигаясь, впрочем, с места.

- Альберт, как ты думаешь, - я от волнения перешла на «ты», но здоровяк не обратил на это ни малейшего внимания, - это что такое? Оно живое вообще? Или так… мусор просто?

- Да кто ж его знает, леди? - начальник моего гарнизона задумчиво почесал в затылке. - На вид вроде трава или мох такой, но, согласитесь, странный какой-то… Мне такого прежде видеть не доводилось.

- Мне тоже, - вздохнула я, и мы оба снова уставились на то, что преграждало на путь.

Прямо посреди лестницы, на небольшой полукруглой площадке, после которой ступеньки спокойно продолжались, лежала большая куча чего-то непонятного. Это загадочное «что-то» было похоже на небольшую заросшую мхом кочку, если бы только в природе нашёлся мох такого восхитительного радикального чёрного цвета. Такая небольшая горка иссиня-чёрного мягкого… чего-то.

И только я собралась посоветовать Альберту потыкать в кочку железякой, которую он прихватил с собой, как она слегка шевельнулась, а я взвизгнула и спряталась за Альберта, которому, увы, прятаться было уже не за кого. Впрочем, мой капрал не выглядел очень испуганным, ну, или очень умело это скрывал.

- Приветствую тебя, страж лестницы, - негромко проговорил Альберт своим низким мягким голосом, - не дозволишь ли побеспокоить тебя?

- Страж лестницы? - шепнула я с искренним недоумением. - Ты что, знаешь, что это… кто это такой?

- Нет, - так же тихо ответил Берт, - но на мосту я встретил тоже кого-то чёрного, он, правда, выглядел по-другому, но что-то общее в них есть. Так вот, тот оказался стражем моста. Я и подумал, леди, что, может быть, в таком случае, этот — страж лестницы.

- А оно разговаривать умеет? Как ты думаешь, если мы попросим, оно нас пропустит? Или хотя бы, может быть, скажет, куда ведёт эта лестница…

Холм шевельнулся активнее, и откуда-то из его середины донёсся сварливый голос:

- И кто это вас, скажите на милость, леди назвал? Настоящие леди иначе воспитаны, они не говорят о присутствующих так, словно их тут нет.

Я жутко смутилась, но по-прежнему не понимала, к кому и как мне обращаться, потому что разговаривать с кочками меня не учили. Покосившись на меня, разговор начал Берт, как наименее проштрафившийся из нас.

- Прости нам невежество, страж лестницы, - вежливо сказал богатырь, поклонившись моховой кочке, а я подумала, что это выглядит невероятно странно: здоровенный воин кланяется какой-то говорящей кучке непонятно чего. Хотя сам факт наличия этого говорящего мха — это уже повод усомниться в собственном здравомыслии, - не подскажешь ли ты нам, куда ведёт эта замечательная лестница?

- Не подскажу, - ответила кочка, не стараясь скрыть злорадства, - и не пропущу.

- Почему? - кротко спросил Альберт, - мы не причиним никому никакого вреда, просто эта лестница вдруг появилась во дворе замка, где живёт эта напуганная юная леди.

Тут он покосился на меня, и я тут же постаралась принять вид девицы если и не смертельно напуганной, то сильно опасающейся. Судя по одобрительному кивку Альберта, получилось неплохо. Кочка тем временем завозилась, расплылась почти в лужицу, потом наоборот, собралась в столбик и наконец-то приобрела вид… кочки. Высокой чёрной моховой кочки с тремя ярко-сиреневыми глазами, расположенными в ряд.

Мы ошалело застыли, а кочка внимательно рассматривала нас, бурча что-то явно неодобрительное.

- Ну и где вы болтались столько времени? - поинтересовалась после минутного рассматривания нас кочка. - Тут уже заждались все, можно сказать.

- Эмм… - Альберт растерянно посмотрел на меня, но я недоумевающе пожала плечами, - а нас ждали?

- Конечно, - проворчала кочка, - а вы что думаете, я здесь на холодной лестнице лежу для собственного удовольствия?

- А вы уверены, что ждёте именно нас? - честный Альберт не хотел, чтобы нас приняли за кого-то другого, но кочка басовито заухала, и я вдруг поняла, что это страж так смеётся.

- Ух...ух… Ну конечно, вас, кого же ещё-то? Уже лет сорок как жду. Где болтались-то?

- Сорок? - я не удержалась и влезла в разговор, - тогда вы точно ждёте не нас, мне только недавно двадцать один исполнился…

- А мне тридцать… - добавил Альберт, который, судя по выражению лица, тоже мало что понимал.

- Да мне без разницы, - грубовато ответила кочка, - двадцать...тридцать… Какая чепуха, это вообще не имеет никакого значения.

- А что имеет? - это снова я.

- То, что мне нужно было дождаться Деву и Мечтателя, - сказала кочка и уставилась на нас всеми тремя глазами, считая, видимо, что нам стало понятнее.

- А где они? - я огляделась по сторонам, но, разумеется, никого не увидела.

- О Пятикрылый и все силы его! - воскликнула кочка и наверняка всплеснула бы руками, если бы они у неё были. - Так вы же они и есть. Вы что, ничего про себя не знаете?

- Нет, - хором ответили мы с Альбертом, в очередной раз переглянувшись, - не знаем…

Кочка растерянно замолчала, хлопая лиловыми глазами и, видимо, соображая, что с нами, такими дремучими, делать дальше.

- Ладно, - подумав, сказала она, прикрыв один глаз и сразу начав выглядеть куда симпатичнее: всё же три глаза — это очень странно, - считайте, что вам повезло…

Мы с Бертом активно закивали головами, соглашаясь, что нам, несомненно, просто очень-очень повезло, вот прямо невероятно. Осталась малость — понять, в чём именно.

- Простите, - обратилась я к кочке, - мы не очень удачно начали наше знакомство, позвольте мне исправить мою ошибку. Я леди Кэтрин, графиня Мабридж, могу я узнать ваше имя?

- Пчиххельс, - ответила кочка, и я поспешила ответить:

- Будьте здоровы!

- Это не чихание, - разозлилась кочка, - это имя. Между прочим, очень древнее, так что нечего над ним смеяться!

- И в мыслях не было! - уверила я, мысленно подивившись фантазии родителей, давших ребёнку такое имечко. А с другой стороны — я что, много знаю о привычках и обычаях магических существ? Да я об их реальном существовании узнала только сегодня!

- Хорошо, поверю, - чёрный моховой Пчиххельс подозрительно прищурил все три глаза и продолжил, - согласно одному очень древнему пророчеству однажды в Замке соберутся пять существ, от которых будет зависеть будущее мира. Это будут Дева, Мечтатель, Воин, Творец и Пастух. На их долю выпадут немыслимые испытания, и от результата будет зависеть будущее не только Истралии, но и всего мира.

- Это точно не про нас! - я уверенно махнула рукой и расслабилась. - Мы с Бертом точно не герои древних пророчеств, верно?

Я с улыбкой повернулась к Альберту, и тут же нахмурилась, так как мой спутник стоял, сумрачно глядя куда-то себе под ноги и размышляя о чём-то своём.

- Альберт, ты о чём так глубоко задумался? Мне это почему-то очень сильно не нравится… - я обеспокоенно дотронулась до рукава своего начальника замкового гарнизона, - ты что-то про это знаешь, да?

- Вообще-то нет, леди, - покачал он головой, - просто страж моста тоже что-то такое похожее говорил, я только не помню точно, что. И про мечты спрашивал — вот это запомнил очень хорошо… Но какой же из меня герой пророчества? Я же солдат простой, даже если вы, леди, и пожаловали мне звание капрала: суть-то от этого не изменится.

- А скажи-ка, служивый, - раздался снисходительный голос Пчиххельса, - ты случайно не мечтал стать капралом? Ну, в глубине души?

- Какой же солдат не мечтает стать маршалом? - улыбнулся ему Альберт. - Мечта же она для того и придумывается, чтобы грезить о ней у костра во время дежурства и знать, что она никогда не исполнится.

- Так, Альберт, - напряглась я, - а о чём ты ещё мечтал во время этих своих дежурств? Надеюсь, никаких драконов, оборотней и прочих давно вымерших существ там не было?

- Почему вымерших-то? - внезапно вступился за оборотней и драконов моховой Пчиххельс. - Хорошо, что тебя никто из них не слышит — обидчивые они ужас какие!

- Альберт! - я внимательно смотрела на смутившегося капрала и предчувствовала большие, просто гигантские неприятности.

- Ну, о приключениях я мечтал, конечно, - неохотно признался Берт, и я мысленно застонала, - но о таких, которых не бывает, это же мечта…

- Уважаемый, Пчиххельс, - очень уважительно обратилась я к нашему чёрному консультанту, и он скосил на меня все три сиреневых глаза, - а не подскажете ли, в чём, так сказать, роль этих Мечтателя и Девы? Что говорит об этом ваше древнее пророчество?

- Оно говорит, что четыре мужчины и одна девушка взвалят на свои плечи непосильный груз: бремя спасения мира, - с подвыванием начал Пчиххельс, и я хотела поторопить его, но предусмотрительно промолчала, а то обидится — и вообще ничего не скажет, - и соберутся они в ПрОклятом замке, откуда и отправятся в свой бессмертный поход!

- И это всё? Понятно, - помолчав, ответила я, стараясь не обращать внимания на восторженное выражение лица Альберта, - а конкретнее: в чём наша задача, если на секунду допустить, что речь идёт именно о нас?

- Конечно, о вас, - проворчала кочка, моргая сиреневыми глазами, - ты — Дева, а он — Мечтатель.

- Откуда вы знаете? - решила всё-таки докопаться до истины я. - Может, Альберт кто-то другой? Кто там был? Воин? Вот он как раз солдат и есть. С чего вы взяли, что он именно Мечтатель?

- Нет в нём духа истинного Воина, - пояснил Пчиххельс, - да и по призрачному мосту мог пройти только Мечтатель: никому другому он не открылся бы.

- Почему? - это уже Альберт решил отвлечься от очередных мечтаний и присоединиться к нам. - Почему не открылся бы?

- Так его же нету, - пожал моховыми плечами Пчиххельс, - он только для Мечтателя и существует. Вот ты откуда про мост узнал?

- Так Генри рассказал, трактирщик, - пояснил удивлённый Альберт, пытающийся понять, как это он умудрился пройти по мосту, которого как бы и нет.

- И о чём ты тогда подумал? - задал наводящий вопрос Пчиххельс, а я, кажется, поняла, к чему он ведёт, и мои догадки мне как-то не очень понравились. Если откровенно — совершенно не понравились, ибо грозили большими проблемами.

- Если честно, - тут мы с Пчиххельсом дружно закивали, - то я подумал, что было бы невероятно здорово, если бы мне удалось увидеть этот мост, а пройти по нему — вообще предел мечта...ний…

На последнем слове Альберт запнулся и посмотрел на нас своими наивными детскими голубыми глазами, в которых неотвратимо зажигалась искра понимания.

- Начал понимать, вижу, - сиреневые глаза Пчиххельса довольно прищурились, - ты — истинный Мечтатель, парень. Только необученный…

- Правильно ли я понимаю, - решила я расставить все точки над всеми буквами, - что Альберт обладает способностью воплощать в жизнь свои мечты? То, о чём он мечтает, сбывается… Рано или поздно, так или иначе, но оно происходит в реальности?

- Совершенно верно, - кивнул наш консультант, снова растекаясь на полу в форме пологой кочки, - все Мечтатели такие. Мало их осталось, может, даже ты, парень, последний будешь.

- Альберт, - нервно хихикнула я, - а ты можешь помечтать, чтобы в замке быстренько закончился ремонт? И господин Шуфель со своими любителями тушёного мяса навсегда исчез из моей жизни?

- Не знаю, - Берт пожал могучими плечами, - надо попробовать…

- Не получится, - злорадно ответил Пчиххельс, открыв один глаз.

- Почему? - спросили мы с Альбертом хором, не сговариваясь.

- Не путайте желание и мечту, - как неразумным детям, пояснила нам кочка, - мечта — это то, что идёт из глубины сердца, её нельзя запланировать.

- А если я вдруг помечтаю что-нибудь неправильное или неприличное? - возмутился Берт. - Оно тоже исполнится?

- Конечно, - равнодушно ответил страж лестницы, явно не собираясь пропускать нас дальше, - вспомни как ты в юности мечтал о… ну, ты понимаешь, да?

- Понимаю, - Альберт покраснел, как юная выпускница пансиона для благородных девиц при виде полуголого гвардейца, - ну… так… в общем-то… так оно и вышло…

- Но это же ужасно! - негромко проговорила я, с сочувствием глядя на Альберта, - опасаться каждой мечты, контролировать каждую мысль и каждое желание…

- Так потому Мечтатели и вымерли почти, - пояснил Пчиххельс, - как устанут от контроля, так и помечтают случайно, чтобы всё поскорее закончилось… ну, оно и заканчивается…И рад бы обратно отыграть — а поздно, уже помечтал...

- А остальные — у них тоже своя роль какая-то есть у каждого? - спросила я. - И как они все найдут, куда им надо идти?

- А ты не переживай, Дева, - снизошёл до объяснений Пчиххельс, - они уже в пути, я чувствую, все стражи чувствуют.

- С Альбертом мы более или менее разобрались, - я покосилась на задумавшегося капрала, - а я тут при чём?

- Так для тебя всё и делается, - удивился Пчиххельс, распахнув сиреневые глаза, - победитель на тебе женится...

- На мне?! Вы сумасшедший?!- не очень вежливо, но зато от души воскликнула я. - Да боги сохрани меня от такого счастья!

- Почему? Ты принцесса, ты должна хотеть замуж, - сообщил мне удивлённый Пчиххельс, - это же все знают: принцессы всегда обязательно выходят замуж за принцев. Ну или даже за королей. В самом крайнем случае — за архимагов...

- Не исключено, - согласилась я, чувствуя, что понимаю в происходящем с каждой минутой всё меньше, - скорее всего, принцессы так и делают: ничего не могу сказать по этому поводу. Но я-то не принцесса!

- Ну как это — не принцесса? - Пчиххельс с сомнением уставился на меня всеми тремя лиловыми глазами. - Дева должна быть принцессой, это я совершенно точно знаю. Может быть, ты просто не знаешь, что принцесса, а?

- Мне жаль разрушать вашу стройную систему, но я — не принцесса, вот ни с какой стороны, - я с сочувствием посмотрела на озадаченную кочку и пожала плечами, - я графиня Мабридж…

- А, ну так бы и сказала, - успокоившись, протянул Пчиххельс и снова растёкся по полу, - а то аж напугала. Не принцесса она…ага…

- Не поняла, - я аккуратно огляделась: вдруг что-то изменилось, и мы уже находимся в каком-нибудь другом мире, где слова неадекватных моховых кочек имеют значение. Но нет — вокруг всё было по-прежнему: каменные стены, изгибающаяся спиралью лестница, площадка с Пчиххельсом в центре, - вообще-то я сказала, когда представлялась.

- Значит, я прослушал, - в голосе стража не было слышно ни малейшего раскаяния, - в общем, в тебе, как и во всех Мабриджах, настоящей королевской крови побольше будет, чем в нынешней королевской семейке, - пояснил он, - только предки твои или почему-то не захотели за трон бороться, или ещё что-то там у них случилось, я и не припомню уже — давно это было…

- То есть вы хотите сказать, что по крови я — принцесса? - я ошарашенно смотрела на Пчиххельса и пыталась собрать в кучку разбегающиеся мысли.

- А ты не такая глупая, какой кажешься сначала, - кочка моргнула и одобрительно ухнула, - соображаешь…

- Пойду-ка я домой… - задумчиво проговорила я, - пока я не узнала ещё чего-нибудь столь же… сногсшибательного… Дома хорошо: там господин Шуфель, строители, яблоки и ремонт… Нет, остаюсь…

- Мы не можем уйти просто так, леди Кэтрин, - внезапно очнулся Альберт, - мы должны узнать, что нам нужно делать дальше. Ты ведь нам подскажешь, страж лестницы?

- Да куда же я денусь-то? - сварливо проворчал Пчиххельс. - Раз уж вы появились, то надо выполнять свои обязанности. А ведь так хорошо лежал, никого не трогал…

- Мне казалось, вы жаловались как раз на скуку и покой, нет? - чисто из вредности спросила я. - Или у меня провалы в памяти?

- Точно принцесса, - обратился Пчиххельс почему-то к Альберту, - они все такие капризные и вредные. Ну говорил, и дальше что? Теперь всё время припоминать будешь?

Я жалобно посмотрела на Берта, и он ответил мне ободряющей улыбкой, от которой стало пусть чуть-чуть, но спокойнее. Хорошо всё-таки, что Мечтателем оказался именно этот славный великан, а не какой-нибудь пройдоха.

- Так что там с замужеством? - вернулась я к очень волнующей меня теме. - За кого я должна по вашим прикидкам замуж выйти?

- А тебе зачем? — как-то нелогично спросил Пчиххельс, погружённый в какие-то свои размышления. - Кто победит, за того и пойдёшь, вот проблему нашла…

- Хорошо, - кивнула я, чувствуя себя как во время разговора с тётушкой, когда на неё находило настроение ворчать и капризничать, - задам наводящий вопрос: победит в чём конкретно?

- В битве, - Пчиххельс приоткрыл один глаз, и в нём отчётливо мелькнуло ехидство, - я ответил?

- Нет, - по-прежнему спокойно сказала я, - не совсем. В битве кого с кем? Очень хотелось бы понимать…

- Добра и Зла, - Пчиххельс явно наслаждался нашей безумной беседой, аж все глаза открыл, - всё по пророчеству, строго по тексту, понимаешь?

- Нет, - я решила держаться до последнего, - вот, к примеру, дождёмся мы остальных, хотя я до сих пор не понимаю, откуда они узнают, куда именно надо идти… Ну да ладно, это их проблемы. Так вот… Дождёмся всех — и что дальше?

- Как что? Сюда приходите и топаете вниз, - пожал моховыми плечами страж, - а там уж как повезёт.

- В каком смысле? - я насторожилась. - Что там дальше?

- Другие миры, - сообщил нам страж так спокойно, словно сказал, что завтра, например, будет солнечно или, наоборот, пойдёт дождик, - и в каждом нужно найти определённый предмет, который необходим для того, чтобы собрать Корону.

- Какую Корону? - боги, пусть меня кто-нибудь ущипнёт, и я проснусь, потому что того, что происходит, быть не должно: оно никак не укладывается в мою картину мира.

- Корону Короля, - невозмутимо ответил Пчиххельс, как будто от этого ответа стало хоть чуть понятнее.

- А кто у нас Король? - я всё ещё не теряла надежды разобраться в ситуации. - Он есть, или его ещё предстоит найти, или освободить, или что там ещё с королями в ваших пророчествах делают?

- Он сам вас найдёт, - торжественно провозгласил страж и приосанился, уж насколько смог.

- Где? - смиренно спросила я. - Где он нас найдёт? На лестнице? В одном из миров? В Замке?

- Не знаю, - неожиданно ответил Пчиххельс, - об этом пророчество умалчивает, там только говорится, что придут пятеро: Мечтатель, Дева, Пастух, Творец и Воин — и вступят в борьбу со злом. Они найдут детали от Короны Короля и возложат венец на его голову. И Дева станет его верной супругой и спутницей на веки вечные, а выжившие участники событий — ближайшими помощниками. А вот откуда возьмётся, собственно, Король — не сказано.

- Странное пророчество, - слегка недовольно сказал Альберт, и я была с ним полностью согласна, - и эта фраза о выживших… как-то мне не слишком нравится.

- Ну уж какое есть, - вдруг обиделся Пчиххельс, - другого всё равно нет.

- Скажите, а можно как-то отказаться от участия в этом...ммм...проекте? - вежливо поинтересовалась я. - Я, как мне кажется, не готова ни морально, ни физически к таким авантюрам. Можно я просто буду делать ремонт, а?

- Нельзя, - равнодушно прикрыв глаза, сказал Пчиххельс, - пророчество уже начало исполняться: вы же здесь…

- А мы уйдём, и никому не скажем, что приходили, - предложила я удачную, с моей точки зрения, альтернативу, - а вы ещё лет сорок подождёте…

- Не получится, - зевнув, ответил страж, - остальные уже в пути…

- Пойдёмте, леди Кэтрин, - Альберт протянул мне руку, - нужно уметь принимать свою судьбу, какой бы неожиданной она ни была.

Глава 6

Графство Мабридж, поместье Эппл-Гроув,

29 мая 1409 года от Последней Битвы (ПБ)

- Альберт! Ты где? - я стояла на крыльце и в нетерпении оглядывалась в поисках Берта, который за эти несколько дней стал мне необходим, как воздух. Этот здоровяк с детскими голубыми глазами сумел не только приструнить щебечущую стаю господина Шуфеля и убрать из двора котёл, но и привнести в мою жизнь некое подобие логичности, упорядоченности и, главное, защищённости. Само его присутствие успокаивало, а когда он смог один выгнать из двора стаю подозрительно выглядящих собак, я прониклась окончательно

Он тихо и незаметно, с помощью кузнеца Тома и трактирщика Фреда, набрал в окрестных деревнях полтора десятка крепких парней, которые захотели стать стражниками в замке. С неизменной невозмутимостью и доброжелательностью он начал муштровать этих привыкших к свободной жизни деревенских красавцев. После двух драк, трёх вывихнутых рук и десятка выбитых зубов в моём новорождённом гарнизоне настали покой, тишина и взаимное уважение. Через неделю парни уже бодро маршировали и сносно держали в руках деревянные учебные мечи. Я из любопытства попробовала поднять один такой: чуть не отбила ногу и не вывихнула плечо. Надо мной беззлобно посмеялись, отобрали опасную для моего здоровья игрушку и посоветовали научиться чему-нибудь менее травмоопасному. Например, метать кинжалы или ножи. Я подумала и согласилась, поэтому плюс ко всем своим бесчисленным обязанностям Берт ежевечерне по часу занимался со мной, обучая хитрой науке: как попасть ножом туда, куда нужно, а не туда, куда он нечаянно полетел.

Вот и сейчас Берт в итоге обнаружился во внутреннем дворе, где пытался убедить сына пекаря, молчаливого Вилли, переложить тренировочный меч из левой руки в правую, объясняя, что держать оружие в левой — неправильно. Вилли соглашался, перекладывал неподъёмную деревяшку в правую руку, но буквально через минуту меч снова оказывался в левой. Этот конфликт «Вилли-рука-меч» длился с самого первого дня, и мне казалось, что даже невозмутимый Берт отчаялся его хоть как-то решить.

- Леди, там пришли какие-то два человека и спрашивают хозяина замка, - подбежал ко мне один из стражников, Леон, дежуривший сегодня на воротах, - на вид вроде не разбойники, хотя непонятные какие-то.

Я кивнула и, с сочувствием поглядев на мучающегося Вилли, пошла проверять, кто же это вдруг осчастливил меня своим визитом. Явно не из соседей: во-первых, их узнали бы, а во-вторых, все в курсе, что у меня в замке ремонт, и спокойно ждут приглашений на, так сказать, новоселье.

Возле ворот действительно стояли двое: молодые, явно после достаточно долгого путешествия, резко отличающиеся внешне от местных жителей. Я не очень хорошо разбираюсь в особенностях черт различных народов, но в гостях чувствовалась южная кровь. Я бы предположила, что они откуда-нибудь из Эф-Риссара, но это же другой конец мира, да и что эф-риссарцам делать у меня в замке? Хотя… может, они привезли наконец-то этот злополучный мрамор?

- Добрый день, - я вежливо улыбнулась гостям, подойдя к воротам и не торопясь приглашать их внутрь, - я хозяйка замка, леди Кэтрин Мабридж, чем могу быть полезна, господа?

- Добрый день, леди Кэтрин, - поклонились быстро переглянувшиеся мужчины, - можем ли мы попросить вас о недолгой беседе?

- Вы привезли этот несчастный мрамор? - с надеждой спросила я и разочарованно вздохнула, увидев в глазах гостей абсолютное непонимание. - Понятно, значит, нет…

- Мы по несколько иному вопросу, - взял слово тот из мужчин, который казался немного старше, - вы позволите нам войти?

- Только во двор, - подумав, решила я и сделала знак, по которому Леон распахнул перед гостями тяжёлые ворота, - простите, у меня в замке ремонт, и пока в приличном состоянии только мой кабинет. Поэтому давайте поговорим во дворе.

- Как скажете, леди, - поклонился тот, что выглядел моложе, - мы прибыли издалека…

- Это я уже поняла, - я улыбнулась, - так как только долгий путь извиняет вашу невежливость. Вы до сих пор не назвали своих имён.

Мужчины покраснели, а старший пробормотал что-то явно неодобрительное, надеюсь, в свой адрес, а не в мой.

- Простите, леди Кэтрин, - склонил голову младший, - долгий путь действительно не лучшим образом сказался на моих манерах. Позвольте представиться: я Фаруз, старший сын императора Эф-Риссара Михаила V. Нет, леди, я не шучу, поверьте! - добавил он, увидев на моём лице выражение, мягко говоря, недоверия. - Просто я путешествую исключительно как частное лицо, а не как представитель императорской семьи. У меня всего пятеро сопровождающих, и они остались в трактире в этой чудесной деревне внизу.

- Тогда, видимо, вы — как минимум король в изгнании, - пошутила я, взглянув на второго гостя, и запнулась, увидев мелькнувшую на секунду в глазах незнакомца боль, застарелую, спрятанную глубоко.

- Ну что вы, леди, конечно же, нет, - сильный глубокий голос завораживал, - я всего лишь странствующий учёный, бард, лекарь, маг — всего понемножку. Моё имя — Бэйл.

- Лорд Бэйл? - уточнила я, так как на простолюдина этот человек походил так же мало, как Альберт на грабителя.

- Просто Бэйл, - мягко ответил маг и улыбнулся, а я подумала о том, что у него удивительная внешность: невероятно привлекательная, хотя и чувствуется в нём скрытая сила и опасность.

- Очень приятно, господа, но что могло привести вас в Эппл-Гроув? - я действительно не понимала, каким загадочным образом у моих ворот могли оказаться эф-риссарский принц и странствующий маг. Моя жизнь в последнее время, конечно, не отличается логичностью и предсказуемостью, но не настолько же!

- Мы слышали, - слово взял Бэйл, - что в Эппл-Гроув хранится древняя библиотека, некоторые экземпляры книг из которой составили бы гордость любого коллекционера.

- Не исключено, - не стала спорить я, - что она где-нибудь в замке и есть, но я пока до неё не добралась, а спросить, увы, не у кого. Так что если вам нужна эта библиотека, в существовании которой я сомневаюсь, если честно, то приходите через годик — я как раз закончу с ремонтом.

- Вы сами занимаетесь ремонтом, леди? - в голосе того, который представился как принц Фаруз, слышалось искреннее недоумение. - Но почему?

- Ну не совсем сама, конечно, - улыбнулась я, - камни я не таскаю, стены не штукатурю, мебель не двигаю. Но руковожу этим сумасшедшим домом действительно я.

- Как случилось так, что не оказалось никого, более… - спросил назвавшийся Бэйлом, запнувшись, - более подходящего для этого очень непростого занятия? Неужели у вас нет помощников?

- Почему же, есть, - пожала плечами я, - у меня есть управляющий, господин Хатчинсон, который взял на себя все вопросы, касающиеся закупки материалов, а также финансовую и прочую документацию. И есть начальник только что созданного замкового гарнизона — капрал Альберт Стоун. А ещё есть чудесный господин Шуфель: он главный над строителями.

- И всё? - растерянно спросил Фаруз, и мужчины переглянулись. - Но это же неправильно!

- Не могу с вами не согласиться, это совершенно неправильно, - не стала спорить с очевидным фактом я, - но у нас, видите ли, просто нет вариантов. Дело в том, что владелицей Эппл-Гроув я стала относительно недавно, и по завещанию должна привести замок в надлежащий вид. А вот как конкретно я должна это сделать — об этом документ, увы, умалчивает!

- Но вы же можете выйти замуж и перепоручить это непростое дело супругу, - высказал оригинальную версию Фаруз.

- Тоже вариант, - я снова послушно согласилась, - вот только выберу между милейшим лордом Шелвудом шестидесяти лет и господином Дайсоном. Последний, правда, не совсем подходит мне по социальному статусу, но зато по сравнению в лордом Шелвудом он практически юноша — ему всего сорок пять.

- А других кандидатов что, нет? - снова изумился Фаруз. - Более подходящих?

- Откуда бы такое счастье? Нет, конечно, - я пожала плечами, - вы, видимо, плохо представляете себе, насколько Эппл-Гроув замкнутое и отдалённое место. Женихов подходящего возраста и статуса здесь разбирают ещё в младенчестве.

- И как же вы? - подал голос Бэйл. - Неужели такая очаровательная девушка должна в перспективе составить счастье какого-нибудь пожилого вдовца? Это несправедливо, вы так не считаете?

- Ещё как несправедливо! - я усмехнулась. - Но об этом я подумаю когда-нибудь потом, а сейчас у меня несколько иные проблемы. Так что, надеюсь, вы извините меня: я пойду заниматься делами. Вряд ли в ближайшее время у меня руки дойдут до библиотеки, к тому же ни в каких документах она даже не упоминается. Так что не хочу, конечно, вас огорчать, но, боюсь, свой путь вы проделали совершенно напрасно.

Мужчины в очередной раз переглянулись, и вперёд выступил Бэйл.

- Леди Кэтрин, вы позволите так к вам обращаться? Мы, барды, привыкли, что нам позволено чуть больше, чем остальным, - его странно притягательное лицо осветила улыбка, неожиданно мягкая и тёплая, - у нас есть к вам предложение: мы хотели бы ненадолго задержаться и, возможно, попытаться всё же отыскать упомянутую нами библиотеку. Заодно, возможно, мы сможем чем-нибудь вам помочь?

- Да, - присоединился к спутнику Фаруз, - я мог бы помочь в тренировках вашего гарнизона и вообще в организации, скажем так, силовой и военной стороны жизни замка. Не думаю, что ваш капрал обладает теми же знаниями, что и принц, пусть и ненаследный. Я не хвастаюсь, - поспешно добавил он, заметив, видимо, насмешливое выражение, невольно возникшее на моём лице, - просто меня готовили именно руководить и именно войском.

- Ну, не уверена, что те полтора десятка вчерашних крестьян, которые составляют замковый гарнизон, можно назвать войском, но за предложение спасибо. Думаю, Альберт не отказался бы от помощи.

- А я мог бы помочь вам разобраться со старой магической защитой и сплести новую, - в свою очередь предложил Бэйл, - старинные замки обычно обладают очень мощной магией, в которой под силу разобраться не каждому.

- И что я буду вам должна за это? - спокойно уточнила я, и не собираясь отказываться от их помощи только потому, что я их не знаю. Хотя интуиция в полный голос твердила, что с ними что-то не так.

- Мы просим разрешения пожить какое-то время в замке, - осторожно проговорил Бэйл, - если вы, леди Кэтрин, не возражаете. Заодно и библиотеку поищем.

- Я не возражаю, - ровно отозвалась я, внимательно рассматривая гостей, - но при одном условии.

- При каком? - Фаруз, казалось, был заранее готов согласиться, даже не уточняя, и это лишь укрепило меня в моих догадках. А вот Бэйл бросил внимательный и острый взгляд, прочитать который я не смогла.

- Вы честно расскажете, зачем вам нужно остаться в моём замке. Историю про коллекционеров старинных книг оставьте для кого-нибудь другого.

- В каком смысле — честно? - очень натурально изобразил Фаруз удивление пополам с возмущением. - Вы нам не верите? Почему?

- Потому что за последние пару дней произошло слишком много странных событий для того, чтобы появление у ворот замка эф-риссарского принца и мага я сочла бы случайностью. Не сегодня, господа, не сегодня….

- А что такого произошло? - тут же напрягся Бэйл и впился в меня своими светлыми глазами, очень странно контрастировавшими со смуглой кожей и чёрными бровями.

Я внимательно посмотрела на него, вздохнула и посторонилась, пропуская гостей в дом. После фееричной беседы с неповторимым господином Пчиххельсом я готова была во всём видеть неведомые знаки грядущих изменений.

- Эта тема не для разговора во дворе, - пояснила я в ответ на удивлённые взгляды мужчин, - пойдёмте в мой кабинет. Если мои догадки верны, вы всё равно добром не уйдёте. Так что придётся как-то договариваться и как-то сосуществовать.

- Вы говорите загадками, леди, - очень серьёзно сказал Бэйл, но в глазах мелькнуло что-то очень похожее на облегчение, - но мы готовы к диалогу.

- То есть я права, - я даже не спрашивала, а просто делала вывод, - вы появились не просто так, и придуманная библиотека — лишь предлог.

- Не совсем, - сказал Бэйл и вдруг замер, потрясённо глядя на семилучевую звезду, украшавшую пол в холле, - леди Кэтрин, кто выложил эту септаграмму?

- Что выложил? - я нахмурилась и непонимающе посмотрела на мага.

- Септаграмму, иначе говоря — семилучевую звезду, её ещё иногда называют эльфийской звездой, - пояснил Бэйл, не отрывая горящего взгляда от узора, выложенного из мраморных плит.

- Не знаю, - я пожала плечами и посмотрела на звезду с некоторой опаской: мало ли, что там она умеет, - она тут всегда была, насколько я понимаю. Скорее всего, её выложили те, кто этот замок построил. Давно, лет через триста после того, как последние маги покинули Истралию. Вы что-то об этом знаете?

- Конечно. Например, то, что маги никогда окончательно не покидали Истралию. Они просто не афишировали своё присутствие.

- Это очень интересно, но давайте вернёмся к нашим вопросам: что вам нужно в моём замке?

Я усилием воли заставила себя оторваться от рассматривания загадочной септаграммы и распахнула перед гостями дверь в кабинет, успев подумать о том, что, по идее, кресел должно хватить.

Жестом предложив мужчинам располагаться, я села в «хозяйское» кресло и положила руки на подлокотники так, чтобы фамильное кольцо Мабриджей, которое я получила вместе с доступом к счёту, было видно.

Пусть не думают, что я какая-нибудь самозванка, распоряжающаяся чужой собственностью.

- Итак, лорды, - я посмотрела на внезапных гостей, - я внимательно вас слушаю. И давайте договоримся сразу: если не планируете говорить правду, лучше сразу расстанемся и не будем отнимать друг у друга драгоценное время.

- Леди Кэтрин, - глубокий проникновенный голос барда обволакивал, гипнотизировал, - я клянусь рассказать ту часть правды, которая не навредит вам. Поверьте, вся, - тут он сделал многозначительную паузу, - вся правда обо мне и моих целях вам совершенно ни к чему. Моя жизнь полна тайн и опасностей, и не по-мужски взваливать их на женские плечи.

- Вы плохо знаете женщин, лорд Бэйл, - улыбнулась я и добавила, заметив его недовольно нахмуренные брови, - простите, но я не могу заставить себя обращаться к вам иначе — вы именно лорд, причём не из последних, это очевидно. Так вот, вы плохо знаете женщин: самый надёжный способ заинтересовать нас и вызвать наше любопытство — это намекнуть на тайны и загадки. Теперь я не успокоюсь, пока не разузнаю хотя бы часть ваших ужасных секретов.

Я обезоруживающе улыбнулась напрягшемуся было Бэйлу, но ситуацию разрядил принц. Как всё-таки странно это всё: у меня в полуразрушенном замке в маленьком кабинете сидит эф-риссарский принц. То, что он ненаследный, как-то не сильно смягчает картину.

- А я вот могу рассказать всё, - Фаруз сверкнул улыбкой, - у меня, в отличие от Бэйла, нет никаких тайн и секретов, поверьте, леди Кэтрин. Я ведь могу тоже обращаться к вам так, без официальных титулов?

- Можете, - подумав, согласилась я, - что-то подсказывает мне, что я не слишком скоро избавлюсь от вашего общества. Нет, я ничего не имею лично против вас, но как-то всё уж слишком внезапно. Впрочем, простите, я перебила вас.

- Я ехал целенаправленно в ваш замок, леди, - начал Фаруз, глядя на меня честными глазами, - так как мой наставник, Шару, - мне показалось, или при имени наставника принца щека Бэйла слегка дёрнулась, - сказал, что вернуть мою природную магию, точнее, разбудить её, можно. Но для этого нужна старая книга заклинаний, которая хранится в забытой всеми замковой библиотеке в далёкой Истралии, в Эппл-Гроув…

- Вы маг, ваше высочество? - я изумлённо посмотрела на принца, так как живых настоящих магов не видела никогда в жизни.

- Моя мать, халиньская принцесса Алаят, была из древнего магического рода, - пояснил принц, - и чтобы пробудить во мне эту наследственную магию, нужен определённый ритуал, описание которого и находится в той самой книге. Так что, леди Кэтрин, вы же понимаете — я готов по камешку разобрать и снова собрать ваш замок, лишь бы найти эту книгу.

- Понимаю, - я кивнула и посмотрела на принца, - но почему-то мне кажется, что это не всё, ваше высочество… Я права?

- Во-первых, прошу вас, обращайтесь ко мне просто по имени, я ведь здесь как частное лицо, - принц просто излучал доброжелательность, и у меня всё хуже получалось подозревать его в чём-либо. Но интуиция, пребывавшая в панике после встречи с господином Пчиххельсом, шептала, что принц умалчивает о чём-то важном.

- Но, раз есть «во-первых», значит, неизбежно есть как минимум «во-вторых», - решила я ему помочь.

- Есть, - не стал спорить принц, - у меня были видения, в которых я видел именно этот замок…

- Видения? - я ошеломлённо посмотрела на Фаруза и заметила, что и Бэйл смотрит на него с не меньшим удивлением.

- Да, - твёрдо сказал молодой человек и повернулся к Бэйлу, - извини, я не сказал тебе, пока не был абсолютно уверен, что это действительно видения, а не просто сны.

- И что же ты видел? - напряжённо глядя на принца, спросил маг.

- Я видел этот замок, вот совершенно таким, какой он сейчас. Только в моих видениях всё время была луна, а не солнце, я не знаю, почему так…

- И ты видел не только себя, не так ли? - в голосе Бэйла было понимание, но не обида на то, что Фаруз что-то от него утаил.

- Да, - юноша опустил голову, а потом решительно выпрямился, - я видел тебя, Бэйл, и леди Кэтрин, хотя и выглядели вы совершенно иначе. В смысле — были словно старше, мне сложно описать… и одежда другая…

- А больше там никого не было? - я обречённо вздохнула, понимая, что эти двое — из перечисленных Пчиххельсом участников будущей авантюры.

- Были, - Фаруз внимательно всмотрелся в меня, - вы что-то знаете, леди Кэтрин, да?

- Кто там ещё был, Фаруз? - чуть резковато спросил Бэйл.

- Мужчина, по виду солдат, здоровенный такой, на вид типичный северянин, - прищурившись, стал вспоминать принц, - и парнишка эльфийской наружности, а уж эльф он или полукровка — не знаю.

- Ты поэтому и подошёл ко мне на шхуне? - уточнил Бэйл, задумавшись о чём-то своём. - Потому что видел и узнал?

- Нет, - Фаруз смущённо улыбнулся, - я подошёл, потому что мне понравилось, как ты пел… и баллада по душе пришлась. А вот пригласил с собой — да, потому что понял, что судьба всё равно сведёт нас вместе, так отчего же не помочь ей?

- Вы поёте, лорд Бэйл? - не удержалась я от вопроса.

- Да. Я же говорил, что среди прочего я ещё и бард, - тепло улыбнулся мужчина, и на этот раз улыбка коснулась и его странных светлых глаз.

- Я могу надеяться на то, что когда-нибудь вы нас порадуете своим исполнением?

- Разумеется, леди Кэтрин, разумеется, - он кивнул и снова спросил принца, - а ты в своём видении видел какое-нибудь место кроме замка?

Фаруз задумался, а потом покачал головой:

- Нет, всё остальное как в тумане. Я вот теперь думаю, что, может быть, целью видения было просто привести меня сюда и не разминуться с тобой в дороге?

- Всё может быть, - ответил Бэйл не слишком уверенно, - но мне кажется, что все эти вопросы скоро выяснятся.

В это мгновение в кабинет постучали, в двери показалась голова стражника Леона. Он нашёл взглядом меня и сделал страшные глаза:

- Леди, выйдите на минутку, будьте добреньки. Они же сейчас друг друга убьют!

- Кто? - я вскочила с кресла, и за мной тут же стремительно поднялись гости.

- Да Вилли с капралом!

- Боги всемогущие! - я подхватилась и, даже не извинившись, побежала во внутренний двор, откуда доносилась отчаянная ругань, явно грозившая перерасти в драку.

Во дворе друг напротив друга стояли разъярённые Альберт и Вилли: оба здоровенные, красные от гнева, сжимающие кулаки.

- … что тут непонятного? - сорванным голосом пытался крикнуть обычно сдержанный Берт.

- Да в гробу я видал вашу стражу эту, - так же хрипло отвечал Вилли, едва сдерживающий рвущиеся с языка ругательства, - я тебе объясняю, что не могу. Ты меня не слышишь! Вот сам и маши свои мечом!

- В чём проблема? - тихо спросил меня Фаруз.

- Вилли не может держать меч в правой руке, всё время перекладывает в левую, - быстрым шёпотом пояснила я суть конфликта, - а Берт бесится.

Принц кивнул и лёгким скользящим шагом вышел вперёд и встал между гневно сопящими противниками.

- Уважаемые, - обратился он к воякам, - я опытный воин и могу попробовать помочь вам устранить проблему.

- Чего? - Вилли на секунду отвлёкся от Берта, который, в свою очередь внимательно взглянул на гостей и перевёл вопросительный взгляд на меня. Я кивнула.

- Смотри, солдат, - принц изящно поднял валяющийся на земле деревянный меч, причём сделал это так легко, будто взял не тяжеленную деревяшку, а соломинку, - ты можешь в равной степени сражаться как правой рукой, так и левой.

- Никто не держит меч в левой, - упрямо возразил Берт, - это неправильно.

- На севере так не принято, я знаю, - принц говорил уважительно и спокойно, - но я учился на юге, в Эф-Риссаре, и у нас много тех, кто сражается левой рукой. И они считаются даже более опасными противниками, чем обычные солдаты. Противник ведь тоже сражается правой, понимаете?

- Ну? - Вилли хмуро смотрел на незнакомца, - и как я буду биться левой?

- Смотри, - принц взглядом попросил Берта взять в руку меч и принял боевую стойку, держа оружие в левой руке, - нападай, - предложил он.

Берт решительно кинулся в атаку, видимо, вкладывая в неё вызванный ссорой гнев, и удивлённо замер, когда, сделав неуловимое движение левой рукой, принц выбил у него меч.

- Видишь? - обратился он к Вилли. - Не важно, в какой руке меч, важно, чему ты смог научиться. Поэтому не злись на своего командира, он всё делает правильно, просто теперь он примет к сведению новые знания.

- Благодарю тебя, незнакомец, - вежливо ответил Берт, - не откажешься ли ты дать мне несколько уроков, как сражаться с противником, если тот бьётся неправильной рукой?

- Не откажусь, - улыбнулся принц, - почту за честь поделиться своими знаниями, - и он поклонился, по эф-риссарскому обычаю прижав ладонь ко лбу.

Берт ответил вежливым поклоном, по воинскому обычаю северян дважды стукнув себя крепко сжатым кулаком правой руки в левое плечо.

- А сейчас не позволишь ли мне принять участие в тренировке? - спросил Фаруз, легко улыбнувшись Берту и собравшимся вокруг них парням. - Я много времени провёл в пути и был лишён возможности заниматься с мечом.

- Не думаю, что ты сможешь найти здесь достойного противника, - усмехнулся Берт, - вряд ли наши умения хоть на десятую долю соответствуют твоим. И назови себя, гость. Я проявил невежливость, не представившись первым, прости меня. Я капрал Альберт Стоун, командир замкового гарнизона… будущего замкового гарнизона, если точнее.

- И ты прости мне мою неучтивость, капрал Стоун, - виновато склонил голову Фаруз, - я Фаруз, ненаследный принц Эф-Риссара, путешествующий исключительно как частное лицо. Поэтому и относиться прошу ко мне как к обычному странствующему воину, - добавил он, увидев, что Берт готов опуститься на одно колено, как и положено простому солдату перед лицом королевской крови.

- Ваше высочество, - поклонился Берт, а будущие солдаты совершенно по-простонародному вытаращились на принца: оно и понятно, где им в Эппл-Гроув было увидеть представителя правящей семьи. Пусть и заморский — но ведь принц! Виданное ли дело!

- Просто Фаруз, - мягко поправил старший сын императора Михаила, - в крайнем случае — мэджар — это воинское звание, которое я ношу в эф-риссарской армии, оно примерно соответствует вашему командиру полка. Но мне будет приятно, если ты, Альберт, будешь обращаться ко мне по-простому. Особенно если учесть…

- Не нужно сейчас об этом, - прервал принца подошедший Бэйл, - у нас ещё будет возможность поговорить.

- Разумеется, - согласился принц, всё ещё пристально рассматривающий Альберта, - ты прав, я, как всегда, погорячился.

- Я тоже прошу прощения за невежливость, - обратился тем временем к Берту маг, - я Бэйл, странствующий учёный, бард, лекарь и всего остального понемножку. Мы прибыли в Эппл-Гроув в поисках старинной библиотеки, но оказалось, что о ней никто даже не слышал.

По лицам всё ещё стоявших поблизости будущих солдат было чётко видно, что ничего в этом удивительного нет — кому нужна такая абсолютно бесполезная штука, как библиотека. Вещь в крестьянском хозяйстве совершенно лишняя. Вот если бы гости винный погреб искали — тогда да, помогли бы со всем своим удовольствием и старанием. А свалку старых книжек — да хоть заищитесь, только сами.

- Может быть, мы могли бы поговорить с тобой подробнее, - обратился к Берту принц, - я поделился бы опытом организации гарнизонной службы, и мы обсудили бы, чем ещё я могу помочь. Ведь в общем-то устройство гарнизонов — оно во всех странах одинаковое.

Берт благодарно кивнул и, отправив обрадовавшихся парней помогать на кухне, вместе с Фарузом зашагал к себе: в выбранную им почти пустую комнату над конюшней. Все мои попытки предложить Берту обустроить себе комнату в доме разбивались о его непоколебимую убеждённость, что в замке ему не место, не говоря уже о гостевом доме, где жили мы с тётушкой. А тут и ему мешать никто не будет, и он никого не побеспокоит.

Проводив взглядом принца и капрала, я взглянула на Бэйла и почему-то подумала, что Фаруз специально увёл Берта, чтобы дать нам возможность поговорить наедине. Вроде бы ничто не говорило в пользу этой версии, но подозрительность медленно и верно становилась моим вторым «я».

- Леди Кэтрин, - обратился ко мне Бэйл, и я, хоть и думала о нём, вздрогнула от неожиданности, - я хотел бы поговорить с вами, если позволите.

- О чём? - я обещала тётушке сегодня по возможности не опаздывать к обеду, поэтому к долгим разговорам была не слишком расположена. Хотя в последнее время мои личные желания как-то имеют всё меньше и меньше значения. К чему бы это? Наверное, к дождю…

- О том, что свело всех нас вместе в этом замке, - взгляд странных светлых глаз был внимательным и каким-то… не молодым, что ли. Это был взгляд человека, очень много прожившего и видевшего то, о чём лучше даже не знать.

- Хорошо, - я, подумав, кивнула, - при условии, что обмен информацией будет если уж не равноценным, то хотя бы относительно честным.

- Это справедливое условие, - согласился он и уточнил, - где мы можем поговорить?

- Давайте так, лорд Бэйл, - не обращая внимания на его недовольную гримасу, сказала я, - вы сейчас проводите меня к дому, я представлю вас тётушке как… скажем, странствующего целителя и менестреля. Боюсь, к информации о том, что вы маг, тётушка пока не готова. Заодно присмотрите себе комнату в доме: не могу же я вам и принцу позволить жить над конюшней или в разрушенном замке. Да и вы, полагаю, всё же привыкли к комфорту, хотя бы относительному. Кроме того, там у нас будет возможность спокойно побеседовать, так как в замке я нахожусь лишь до темноты, а вечера стараюсь проводить в доме.

- Буду искренне признателен вам за такую возможность, леди Кэтрин, - церемонно поклонился Бэйл, - если вы уверены, что моё присутствие не обременит вас. В ином случае, мы можем разместиться и в трактире, где остановились сопровождающие принца Фаруза.

- Думаю, со всех сторон будет разумнее, если вы воспользуетесь нашим гостеприимством, - я улыбнулась, хотя это плетение словесных кружев начало утомлять: и так ведь понятно, что остановятся они с принцем у нас, так чего переливать из пустого в порожнее?

Видимо, на моём лице всё же мелькнуло отражение мыслей, так как Бэйл, усмехнувшись, перестал рассуждать и только уточнил:

- Принц сможет потом найти нас?

- Конечно, Альберт покажет ему дорогу или даже составит ему компанию. Он иногда остаётся у нас на ужин, хотя и страшно смущается.

Мы с Бэйлом вышли из ворот замка и неспешно пошли в сторону дома, беседуя на совершенно нейтральные темы: яблоневые сады, прогнозы на урожай, сложности ремонта… Он оказался очень приятным собеседником, умеющим слушать, внимательным и остроумным. Я вдруг поймала себя на мысли, что почти перестала осторожничать во время разговора и что ещё чуть-чуть, и я начну рассказывать о событиях последних дней. Подозрительно покосившись на своего спутника, беззаботно грызущего какую-то сорванную по пути травинку, я резко замолчала.

- Леди Кэтрин, - начал Бэйл разговор, ради которого, видимо, и остался со мной наедине, - вы в начале нашего знакомства сказали, что в последнее время происходили странные события, которые вынудили вас с настороженностью отнестись к нашим словам… тогда, в самом начале, помните?

- Это когда вы говорили о поисках библиотеки? - я позволила себе улыбку, хотя внутренне постаралась максимально сосредоточиться. - Да, я помню… и это действительно так.

- Могу ли я высказать предположение? - всё так же церемонно поинтересовался Бэйл, и я почувствовала непреодолимое желание стукнуть его: ведь мы оба понимаем, о чём пойдёт речь, так зачем все эти хороводы?

- Можно подумать, если я скажу «нет», вы промолчите, - я не собиралась скрывать своё недовольство, - Фаруз сказал слишком много для того, чтобы мы оба продолжали делать вид, будто ваш визит продиктован действительно поисками книги.

- Вы можете не верить, но это действительно так, - не обращая внимания на моё недовольство, сказал Бэйл, - мне действительно необходима книга, хранящаяся, насколько я знаю, именно в вашем замке. Мой источник информации вполне… достоин доверия. Вполне вероятно, что это тот же гримуар, который нужен Фарузу, а может, и нет. Невозможно предугадать, что скрывает ПрОклятый замок….

- Скажите, лорд Бэйл, - я решила, что стоит рискнуть, иначе этот бард будет ещё неделю ходить вокруг да около, - вам о чём нибудь говорят такие имена, как Дева, Воин, Творец… Мечтатель… Пастух…

Последние слова я договорила, запинаясь, глядя на то, как с каждым словом на лицо моего спутника наползает смертельная бледность.

Глава 7

Графство Мабридж, поместье Эппл-Гроув,

комната над библиотекой,

29 мая 1409 года от Последней Битвы (ПБ)

Миленькие занавесочки в мелкий голубой цветочек слегка раздувал тёплый летний вечер, наполненный ароматом отцветающих яблоневых садов. Скромная по столичным меркам, но вполне приличная для провинции комната была уютной и какой-то очень и очень домашней. В ней хотелось отдыхать, неторопливо читать толстый роман или разговаривать о чём-нибудь приятном и совершенно необременительном.

Мужчина, стоявший у окна, закрыл створки, напоследок глубоко вдохнув пьянящий запах. Он успел оценить все прелести предложенной ему хозяйкой комнаты и, пообещав спуститься к ужину, наконец-то остался один. Заперев дверь на достаточно крепкий засов, он положил на стул видавший виды и явно знавший лучшие времена походный мешок. Привычно, почти не задумываясь, сотворил охранный знак, повесив на дверь и окна маскирующие магию заклинания. Колдовалось в Истралии на удивление легко: магия свободно струилась в воздухе, нужно было только зачерпнуть её. Почему же маги покинули этот благословенный для них край? Это он тоже выяснит… А сейчас…

Назвавшийся Бэйлом мужчина задумался, затем осторожными, но уверенными движениями начертил на большом столе пентаграмму. Штрихи ложились ровно и чётко, было видно, что он занимается привычным, хорошо знакомым делом. Критически осмотрев небольшую пентаграмму, Бэйл подправил пару и без того кажущихся безупречными линий и поставил по углам рисунка свечи. Подумал, зачем-то поменял две из них местами и наконец-то удовлетворённо кивнул сам себе.

Низким вибрирующим голосом он произнёс несколько слов на неизвестном языке, и необычно светлые глаза налились мертвенной зеленью, а над пентаграммой поднялось такое же жуткое зеленоватое облачко. Медленно закручиваясь в воронку, оно скользило по краям пентаграммы, совершенно откровенно пытаясь вырваться за её границы, но маг никак не реагировал на эти метания.

Поняв, что все попытки освободиться бесполезны, воронка вытянулась, потом округлилась, приняв вид изумительно красивого женского лица. Впечатление слегка портили мертвенно-зелёный цвет и искривившая губы злая усмешка, но в остальном она была потрясающе хороша.

- Что ты хочешь от меня, изгнанник? - прошипела она, с ненавистью глядя на мага. - Когда уже ты оставишь меня в покое? Или, - тут она мстительно улыбнулась, - присоединишься ко мне?

- Мне не интересны твои выпады, Лея, - спокойно ответил Бэйл, - я вызвал тебя, чтобы задать вопрос. Ответь — и я отпущу тебя.

- Совсем отпустишь? - она недоверчиво изогнула безупречные брови. - Как-то не верится…

- На сегодня, - равнодушно ответил маг, - и постараюсь не беспокоить без особой надобности.

- Спрашивай, отрёкшийся, - прищурившись, сказала она и улыбнулась, оскалив острые зубы, - но побыстрее.

- Дева, Пастух, Воин, Творец, Мечтатель… - называя эти имена, Бэйл пристально следил за выражением лица и глаз призванного духа, видимо, надеясь увидеть что-то обнадёживающее, но с трудом сдержал глухой стон, когда глаза Леи, той, что когда-то была ему так дорога, вспыхнули злым торжеством.

- Началось! - прошипела она, и восторг осветил её лицо, сделав его невероятно прекрасным и одухотворённым. - Началось!

- Что ты знаешь об этом? - голос спрашивающего был спокоен, холоден и равнодушен.

- Пришёл час, когда этот никчемный мир, предавший нас и выбросивший, словно старую ненужную вещь, заплатит за всё, - глаза призванного духа ярко горели, напоминая зелёные огни, которые заводят в болото неосторожного путника, если тому вдруг придёт в голову блажь свернуть с тропинки.

- Кто эти избранные? - задал следующий вопрос Бэйл, незаметно вливая в пентаграмму ещё несколько капель силы.

Дух прикрыл глаза, а когда неизвестная красавица Лея открыла их снова, в них смешались удивление, злорадство и мстительное торжество. Она оскалила острые треугольные зубы и уверенно прошипела:

- Ты оказался одним из них! Не отрицай, потому что иначе ты никогда не узнал бы этих имён. Кто же из них ты, изгнанник? Воин? Нет… Творец? Смешно… Мечтатель? Ещё смешнее...

- Ты ошибаешься, - по-прежнему равнодушно пожал плечами Бэйл, и лишь пальцы сильнее стиснули рукоять ритуального кинжала, - я не участвую в коллективных играх, ты же знаешь — я одиночка.

- Знаю, - продолжал скалиться дух, - но ты можешь лгать кому-нибудь другому, но не мне.

- Так ты знаешь что-нибудь о них? - повторил вопрос маг. - Если нет — я отправляю тебя обратно. Без платы.

- Как это — без платы? - заволновался дух красавицы Леи. - Так нельзя, это против правил…

- А когда это меня интересовали правила? - насмешливо поднял бровь Бэйл.

- Верно, никогда, - на призрачном лице промелькнули эмоции, который маг не смог расшифровать, а потом и думать о них забыл, так как Лея сказала, став чрезвычайно серьёзной и отбросив привычные не то спор, не то флирт с Бэйлом, - это пятеро, в чьих руках волей богов окажутся судьбы мира. Они должны собрать части Короны, которую затем возложить на голову Короля.

- Корону Короля? - переспросил задумавшийся Бэйл. - Её не существует, как всем известно.

- Ну так и пророчества тоже не существует, - скорчила презрительную гримаску Лея, - тебе ли не знать!

- Кто поведёт их? - резко спросил Бэйл, видя, что свечи уже на три четверти истаяли, и у него осталось несколько секунд.

- Пастух, - прошипел дух, и черты лица стали размываться, постепенно растворяясь в тумане, и вскоре внутри пентаграммы снова крутилась лишь зеленоватая воронка.

- Пастух… - задумчиво проговорил Бэйл, когда лёгкий зеленоватый дымок окончательно развеялся над пентаграммой, - неужели это именно то, на что намекала старая ведьма, чтоб её Пятилапый прибрал скорее…

Он запустил руку в волосы и прикрыл глаза, пытаясь сосредоточиться и прогнать из сердца тревогу, которая поселилась там с того момента, как старый мошенник произнёс название этого замка — Эппл-Гроув. Именно тогда в сердце некроманта, который видел в этой жизни всё и даже больше, возникла тупая заноза, которую не удавалось изгнать ни логическими рассуждениями, ни заклинаниями. Она саднила и мешала спокойно заниматься своими делами, которых тоже было немало.

Мужчина, называвший себя Бэйлом, действительно собирался всего лишь взять в замковой библиотеке старый фолиант, в котором находились необходимые заклинания. С их помощью он надеялся наконец-то окончательно порвать с прошлым к восторгу тех, кто до сих пор призывал его восстановить справедливость и вернуть себе то, от чего когда-то он вынужден был отказаться.

Он не хотел ни власти, ни титула, но отдавать мир, за который он отвечал по праву крови, таким, как Шару, Бэйл был не готов. Не настолько ещё покрылось его сердце панцирем равнодушия и безразличия к судьбам мира.

Поэтому, почувствовав присутствие Шару в Эф-Риссаре, Бэйл принял окончательное решение вернуться. Оставалось лишь найти книгу с древними заклинаниями, которые необходимы для ритуала. Новость о том, что Шару стал наставником юного принца Фаруза, заставила Бэйла насторожиться: значило ли это, что захват мира Шару решил начать с Эф-Риссара, или это просто маскировка?

Известие о том, что принц отплывает на «Золотой чайке» из Сантины, Бэйлу принёс Шахран: верный ургейс всегда старался прислушиваться к сплетням, слухам, разговорам на улицах. Ведь кто обращает внимание на мгновенный пылевой всплеск — да никто.

Привлечь к себе внимание, познакомиться с юношей, сделать так, чтобы он сам пригласил его в попутчики — всё это было делом техники и не составило для Бэйла ни малейшего труда. Ему даже не пришлось пользоваться магией.

Выяснив, что целью юноши тоже является загадочный Эппл-Гроув, Бэйл пришёл к выводу, что Шару охотится за той же книгой, что и сам некромант. Это, с одной стороны, усложняло задачу, а с другой — упрощало, так как искать гримуар и одновременно находиться рядом с Фарузом было бы непросто даже для Бэйла.

Рассказав юноше часть правды — самую безопасную её часть — Бэйл договорился с принцем, что в замок они придут вместе, найдут библиотеку, перевернув для этого весь замок, если понадобится. А там видно будет… Как говорили древние, «два умных человека всегда смогут договориться». А если не смогут — ну, значит, останется один умный человек, тот, который лучше владеет оружием и меньше обременён принципами.

И вот все планы нарушены…

Пятеро… Старое, покрытое мхами древности предсказание, о котором большинство даже не слышало. Разве что дотошные студенты, изучающие историю магии, читали о нём, да и то, запомнив имена для экзамена, тут же забывали. А Бэйл помнил…

Он знал об этом пророчестве всё: именно о нём когда-то в магическом трансе поведала тогда ещё юному принцу демонов Аш-Рибэйлу старая сгорбленная ведьма, которую они подобрали во время патрулирования на границе миров. Тогда она схватила его за руку и, уставившись бельмами невидящих глаз, прошептала:

- Придёт день, и исполнится пророчество безумного Фелиэна, и ты взвалишь на плечи тьму и свет, но будешь не один. Ещё трое с королевской кровью в жилах встанут рядом, а пятый будет вам щитом. И придётся вам удержать рушащийся мир, и найдёте вы Корону Короля, и наденете на достойного. Или всех ждёт гибель.

Тогда юный принц посмеялся, но пророчество изучил, с любопытством прочитав историю, больше похожую на сказку. И вот сейчас, спустя больше полувека, эти имена из пророчества снова прозвучали. И всё связано с этим замком, с Эппл-Гроув. Бэйл тряхнул головой но, вспомнив радость призванного духа, нахмурился. Слишком мало сведений, слишком мало!

- Ваша милость, - послышался из-за двери голос смешливой служаночки, кажется, Аниты, которая, насколько успел понять Бэйл, была также и горничной Кэтрин, - вас ожидают к обеду.

Бэйл вздохнул, но, понимая неизбежность данного мероприятия с его неизбежными разговорами ни о чём, взаимными расшаркиваниями и прочей светской чепухой, вышел из комнаты.

Горничная заинтересованно стрельнула в него глазками, кокетливо улыбнулась и провела в небольшую уютную столовую. В центре стоял изящный овальный стол, накрытый белоснежной скатертью, а на нём разместились большая супница и несколько комплектов тарелок и столовых приборов.

Бэйл нерешительно остановился у порога, но ему навстречу уже встала Кэтрин, которую он просто не заметил, занятый рассматриванием стола. Девушка улыбнулась Бэйлу и жестом пригласила за собой. Некромант кивнул и послушно последовал за хозяйкой дома.

- Тётушка Маргарет, - тепло обратилась Кэтрин к дремавшей в кресле-качалке пожилой леди, - у нас гости.

- Гости? - тут же открыла глаза тётушка и, увидев Бэйла, подняла глаза к небу. - Благодарю вас, боги, вы услышали мои молитвы, и порог этого дома переступил мужчина, из которого не сыплется песок и который не курит сигары. Вы же не курите сигары? - тут пожилая леди вперила в Бэйла такой суровый взгляд, что он подумал о том, что даже если бы курил, то мгновенно отказался бы от этой вредной привычки.

- Тётушка Маргарет, ты даже не познакомилась с нашим гостем, а уже пугаешь его, - Кэтрин укоризненно, но мягко улыбнулась тётушке, - позволь тебе представить нашего нового друга — лорда Бэйла. Он странствующий учёный, бард и лекарь. Пожалуйста, не пытайся пристроить его в хорошие руки — дай ему пожить счастливо. Лорд Бэйл, это моя тётушка, леди Маргарет Уилфрид.

- Леди, польщён знакомством, - любезно сказал Бэйл, с удивлением глядя на этих, судя по всему, совершенно чуждых условностям света женщин — пожилую и совсем юную.

- Тогда, если все со всем познакомились, то давайте обедать, - решительно сказала пожилая леди, но остановилась, глядя на стол с определённым недоумением, - Кэтрин, мы кроме милого Альберта и лорда Бэйла ждём кого-то ещё?

- Ох, я совсем забыла сказать, - Кэтрин досадливо поморщилась, - вместе с Альбертом, скорее всего, придёт ещё один гость — странствующий инкогнито эф-риссарский принц Фаруз. Это тот, который ненаследный, насколько я поняла, - поспешила добавить Кэтрин.

- Принц, - опускаясь в кресло, проговорила тётушка Маргарет с непередаваемой интонацией, - у нас, в Эппл-Гроув… Как мило. И что он тут потерял, сажи мне на милость?

- Можно подумать, это я его сюда позвала, - спокойно отозвалась Кэтрин, выглядывая в окно, - пока ждём остальных, лорд Бэйл, может быть, нальёте нам вина? Это лёгкое местное яблочное — оно должно вам понравиться.

- А что принц… холост? - вроде бы небрежно поинтересовалась леди Маргарет.

- Тётушка! - с упрёком покачала головой Кэтрин. - Кто о чём, а ты о своём, ну как тебе не стыдно? Что подумает лорд Бэйл?

- Кстати, он тоже ещё очень даже ничего, - почти не понижая голоса, сказала старая леди, оценивающе рассматривая Бэйла, и тому стало гораздо неуютнее, чем когда-то на поле битвы.

- Тётя! - возмущённо воскликнула Кэтрин и покраснела. - Ну как ты себя ведёшь?

- Я гораздо старше, чем кажусь, - поторопился сообщить Бэйл, пока его не связали и не оттащили к алтарю, - просто хорошо сохранился.

- Великолепно, - невозмутимо ответила леди Маргарет, - хорошая наследственность — это очень важно.

«Надо было остановиться в трактире» - с тоской подумал Бэйл, но тут заметил в глазах леди Маргарет пляшущих чертенят и понял, что его банально разыгрывают.

- Но тогда, леди, возможно, вы не откажете мне в скромной просьбе? - Бэйл улыбнулся леди Маргарет и подошёл, чтобы налить ей вина, - и не разобьёте тем самым мне сердце?

- И что же это за просьба? Говорите, хитрец, - пожилая леди прищурилась и с нескрываемым интересом взглянула на гостя, - и не спорьте — я вижу, что вы проныра, каких поискать.

- Вы позволите мне то время, которое я проведу в вашем гостеприимном доме, быть вашим верным поклонником и рыцарем? - некромант галантно склонился к руке леди Маргарет и запечатлел на ней лёгкий поцелуй.

- А он ещё и умён, - прокомментировала она, обращаясь к Кэтрин, которая с лёгкой улыбкой наблюдала за этой сценой, - как изящно выкрутился! Ну что же, лорд Бэйл, я не могу отказать вам. На то время, что вы проведёте у нас в гостях, вам дозволяется быть моим кавалером.

- Благодарю вас, леди Маргарет, - Бэйл вдруг почувствовал, как слегка разжимаются ледяные когти, стиснувшие его сердце после сеанса связи с духом Леи, - вы сделали меня счастливейшим из смертных.

Ни к чему этой очаровательной старой леди знать, что со смертью у её новоявленного поклонника свои давние и достаточно непростые отношения. Он постарается, чтобы её это никак не коснулось и даже немного подлечит усталое сердце этой удивительной женщины: это вполне в его силах, ведь любой некромант — немного лекарь… если захочет.

- А вот и Альберт, - воскликнула Кэтрин, взглянув в окно, - и с ним принц Фаруз. Тётушка, я тебя очень прошу — не надо сразу пытаться сосватать мне принца, хорошо?

- Хорошо, - невозмутимо согласилась леди Маргарет, - сначала я дам ему пообедать. Ты права — сытого мужчину проще уговорить.

Кэтрин ничего не сказала, лишь возвела глаза к потолку с видом мученицы, покачала головой и вздохнув, повернулась, чтобы встретить гостей.

- Альберт, мы вас ждали, - гостеприимно улыбнулась девушка вновь прибывшим, - ваше высочество, проходите и, пожалуйста, располагайтесь, как вам будет удобно. У нас всё по-простому, без церемоний.

- Я уже просил: называйте меня просто Фаруз, - принц мягко улыбнулся, - тем более, что я тоже сторонник общения без церемоний, как вы это очень точно назвали.

- Позвольте представить вам мою тётушку, леди Маргарет Уилфрид, - Кэтрин подвела принца к креслу, в котором с видом королевы восседала её пожилая родственница.

- Тётушка — это…

- Лорд Фаруз, - опередил её принц, склоняясь к руке леди Маргарет, - леди, я восхищён и покорён, ибо никакие прекраснейшие цветы в садах небесных не смогут сравниться по утончённости и благородству с вами и недостойны даже устилать дороги, по которым ступаете вы…

- Благодарю, лорд, - наклон седой головы тоже был поистине королевским, - а теперь, если вас не затруднит, переведите, пожалуйста, то, что вы сказали, с образного эф-риссарского на нормальный идалийский. Надеюсь, моя просьба не покажется вам невежливой: просто мы в нашей глуши не привыкли к столь цветистым комплиментам.

Кэтрин возмущённо всплеснула руками, но промолчала, повинуясь жесту старой леди, а Бэйл с трудом удержал усмешку: до того озадаченный вид был у принца. Впрочем, тот быстро пришёл в себя и, опустившись на ковёр и скрестив ноги на эф-риссарский манер, медленно, нараспев проговорил:

- В небесных садах, как вы понимаете, цветут исключительно великолепные цветы, красоту которых невозможно описать словами. Но вы гораздо благороднее и красивее всех этих цветов вместе взятых. И для них было бы истинным счастьем, если бы они могли лежать на тропинках парка, по которому вы захотите прогуляться. Я использовал эти сравнения, чтобы максимально выразить вам своё восхищение, о эр-раджани! Предупреждая ваш вопрос, сразу поясню: так у меня дома называют старшую женщину в семье, ту, которую уважают и ценят превыше остальных. Смею ли я надеяться, что это сравнение было уже не столь излишне цветистым?

- И этот неглуп, - негромко сказала леди Маргарет, обращаясь к Кэтрин, - к тому же моложе, что немаловажно.

- Тётушка, ты обещала! - воскликнула девушка, возмущённо покраснев. - Что за навязчивая идея!

- Могу я узнать, о чём идёт речь? - принц с недоумением переводил взгляд с невозмутимой леди Маргарет на пышущую негодованием Кэтрин.

- У меня достаточно остро стоит вопрос замужества, знаете ли, - голосом заговорщика поведала принцу леди Маргарет, - прямо беда.

- У вас? - и без того большие глаза Фаруза сделались совершенно круглыми.

- А что вас так удивляет? - леди Маргарет внимательно смотрела на юношу. - Не вы ли мне буквально пять минут назад рассказывали о моей исключительности и сравнивали с цветами невозможной красоты? Или вы лгали?

- Нет, конечно, - принц по-прежнему сидел на ковре, - просто...несколько неожиданно…

- Да вы не волнуйтесь, лорд Фаруз, - тётушка легкомысленно махнула рукой, - у меня уже есть поклонник, и я не планирую его кем-то заменять. Верно, лорд Бэйл?

- Разумеется, моя леди, - Бэйл склонился над рукой леди Маргарет, пряча улыбку и пытаясь вспомнить, когда в последний раз ему было так спокойно и хорошо, как в этой небольшой столовой рядом с этими женщинами?

- Бэйл?! - воскликнул потрясённый принц и растерянно посмотрел на некроманта. - Ты?

- Да, мой друг, - поддержал игру старой леди Бэйл и пожал плечами, - я был так покорён леди Маргарет, что тут же предложил себя в качестве верного рыцаря на всё время, пока мы пробудем в этом гостеприимном доме. А ты составишь пару леди Кэтрин, ибо Альберт больше занят службой.

- Да не по мне все эти ухаживания, - багрово покраснел Берт и покосился на окно, в котором была видна Анита, поливающая в палисаднике буйно цветущие пионы, - да и вообще…

- Ну а что, очень даже симпатичное «вообще», - внезапно поддержал капрала Фаруз, - и я совершенно не возражаю против того, чтобы побыть вашим рыцарем, леди Кэтрин.

- Давайте лучше обедать, - Кэтрин укоризненно посмотрела на тётушку, которая безмятежно рассматривала плывущие за окном облака, - а потом поговорим о делах.

Беседа за столом, к приятному удивлению Бэйла, не была ни скучной, ни «светской» в худшем понимании этого слова: Кэтрин рассказывала о знаменитых яблоневых садах, леди Маргарет вспоминала истории из их с Кэтрин путешествия с севера в Мабридж, а Фаруз поведал несколько красивых эф-риссарских легенд.

После обеда леди Маргарет простилась с молодёжью и, сопровождаемая Бэйлом, передавшим её с рук на руки верной Бетси, отправилась отдохнуть.

Когда некромант вернулся, все четверо расположились в креслах на террасе с видом на отцветающие сады.

- Леди Кэтрин, - взял слово Бэйл как самый старший в компании, - полагаю, нам стоит обсудить сложившуюся ситуацию и поделиться имеющимися знаниями. Возможно, это поможет сложить хотя бы более или менее цельную картину.

Никто не стал возражать, и начать решили с того, что произошло здесь, в Эппл-Гроув.

Альберт полностью доверил изложение событий Кэтрин, сославшись на своё плохое умение говорить чётко и правильно, хотя девушка и могла бы с ним поспорить.

Кэтрин достаточно коротко рассказала о том, как провалилась земля во внутреннем дворе, про то, как она туда чуть не упала и лишь ловкость вовремя появившегося Берта спасла её, про господина Пчиххельса, о котором никто из присутствующих никогда даже не слышал. Постаралась дословно вспомнить, что именно говорил страж лестницы о Пятерых, как он доказывал, что Берт — Мечтатель, а она сама — Дева. Умолчала Кэтрин только о своей королевской крови: есть сведения, которые лучше до поры до времени держать при себе. Всё-таки Фаруз из императорской семьи, мало ли — решит поделиться с истралийким королём, по-своему, по-королевски...Тем более, что все в Истралии знали, что королевич Мартин вскоре женится на эф-риссарской принцессе.

- Итак, - выслушав Кэтрин и помолчав, задумчиво проговорил Бэйл, - значит, вы, леди Кэтрин, и есть та самая Дева из пророчества Фелиэна, которого кто-то называет Мудрым, а кто-то — Безумным. Но нам от этого, как говорится, не жарко и не холодно. Пророчество есть, и от него никуда не денешься. Я бы мог ещё порассуждать о его спорности, если бы предсказание не свело нас всех вместе в этом замке. Согласитесь, иначе как судьбой это не назовёшь.

- Если я правильно понимаю, то каждый из нас является одним из героев этого пророчества? - уточнил чрезвычайно серьёзный Фаруз, - если Альберт — Мечтатель, но кто мы с тобой, Бэйл? И кто ещё должен к нам присоединиться?

- Полагаю, что ты — Воин, Фаруз, - уверенно сказал Бэйл, глядя на принца, - и, мне кажется, твоя очередь рассказать нам всё, что тебе известно о пророчестве.

- Боюсь показаться лжецом, но я о пророчестве впервые услышал только здесь, от вас, - принц обвёл взглядом присутствующих, - я стремился в Эппл-Гроув исключительно в поисках древней книги, которая нужна моему наставнику.

- Но теперь вы понимаете, лорд Фаруз, что судьба привела вас сюда не случайно? - взволнованно проговорила Кэтрин, глядя на принца, - я не знаю, насколько тесно связаны ваша изначальная цель и пророчество, но почему-то мне кажется, что они тесно переплетены. Я даже сама не могу объяснить причину своей уверенности. А ещё я знаю, - тут голос Кэтрин приобрёл какую-то непривычную напевность, а взгляд затуманился, - что наши судьбы навек связаны, и что мы вместе пройдём предопределённый путь, чтобы в конце найти победу или смерть…

Произнеся эти слова, девушка побледнела и пошатнулась.

- О чём вы, леди Кэтрин? - встревоженно спросил успевший подхватить её Берт, - вы так странно говорили…

- А… что я говорила? - Кэтрин беспомощно оглядела вскочивших со своих мест мужчин. - Я не помню… Я говорила о книге, которую нужно найти его высочеству… Я что-то сказала ещё?

- Похоже, каждый из нас получает или развивает ту способность, которая у него есть изначально! - воскликнул Фаруз. - Альберт всегда мечтал, но теперь его желания могут воплощаться в жизнь. Леди Кэтрин, вы наверняка всегда отличались очень развитой интуицией, верно?

Кэтрин пожала плечами и не очень уверенно проговорила:

- Ну, наверное, я иногда чувствовала, что в то или иное место не нужно идти, или наоборот… Но это ведь всё совершенно несерьёзно, правда?

- Возможно, - заговорил Бэйл, и все повернулись в его сторону, - теперь ваш дар, леди, превратится в нечто, что можно будет со временем назвать предвидением.

- А что я сказала? - Кэтрин встревоженно смотрела на мужчин. - Что-то важное?

- Вы сказали, леди, что мы все связаны навеки и что в конце пути нас ждут победа или смерть… - Бэйл внимательно рассматривал девушку, не зная, как её подбодрить.

- А какова твоя роль, Бэйл? - принц деликатно перевёл внимание присутствующих от Кэтрин к Бэйлу, за что девушка была ему искренне признательна: новость о пробуждающихся способностях слегка выбила её из состояния равновесия.

- Полагаю, я Пастух, - спокойно пожал плечами Бэйл, - потому что я точно не Творец и не Мечтатель. Я мог бы поспорить с Фарузом за звание Воина, но, полагаю, в поединке я могу ему и уступить. Я неплохо сражаюсь, но моя сила в другом.

- В чём? - спросила Кэтрин, и по её дрогнувшему голосу было понятно, что она не очень хочет услышать ответ, но и не спросить не может.

- В магии, - спокойно ответил Бэйл, - я сильный… я очень сильный маг…

- Но в Истралии нет магии, - прошептала Кэтрин, словно цепляясь за последнюю возможность сохранить вокруг привычный и спокойный мир.

- В Истралии полно магии, поверьте мне, леди, - мягко улыбнулся Бэйл, - ею здесь пропитан воздух, она витает вокруг…

- Я верю вам, - она улыбнулась некроманту, - то есть, если я правильно понимаю, нам предстоит дождаться пятого участника этой безумной авантюры, спуститься в подземный ход, пройти по… - тут девушка невольно запнулась, - по другим мирам, найти фрагменты загадочной Короны Королей и самого Короля, который пока неизвестно где вообще находится, впихнуть ему эту самую Корону, даже если он будет сопротивляться, и попытаться вернуться домой. Я ничего не пропустила?

- Звучит неплохо, - хмыкнул принц, но как-то невесело, - главное, чтобы в конце было, как в старых сказаниях: «и жили они долго и счастливо».

- Альберт, а ты не можешь попробовать помечтать о том, чтобы мы побыстрее нашли эту Корону? - с надеждой попросила Кэтрин, умоляюще сложив ладони перед грудью. - Ну пожалуйста!

- Я попробую, - здоровенный капрал, слегка смутившись, закрыл глаза и сосредоточился. Потом нахмурился, покраснел и через несколько секунд бессильно уронил руки на колени.

- Не получается, - огорчённо сказал он и попросил, - вы уж не серчайте, леди Кэтрин, я правда очень старался, но…

- Но почему же у тебя не получается? - расстроенно спросила девушка, которая, видимо, ждала, что сейчас перед нами на столе материализуется легендарная Корона Королей. - Ты не знаешь? Альберт? Альберт!

Гигант краснел, мялся, вытирал вспотевшие ладони о брюки и мучился несказанно, пока Бэйл не решил ему помочь.

- Потому что в глубине души вы хотите, чтобы все эти приключения произошли, да, Альберт? Вы хотите увидеть новые миры, магию и всё такое, да?

Альберт покраснел ещё сильнее и молча кивнул, не отваживаясь посмотреть на Кэтрин, которая не знала, смеяться ей или плакать.

- А раз мечтатель в глубине души не хочет, чтобы произошло то, о чём вы просите, леди, то он и не сможет. И не сердитесь на Альберта: он не властен над своим сердцем.

- Да я не сержусь, - махнула рукой Кэтрин, - но попытаться-то стоило, правда? И ещё: раз уж так сложилось, что нам вместе участвовать в боги знают чём, я, на правах единственной леди в нашем маленьком коллективе, предлагаю обращаться друг к другу по-простому. Тем более, что часть уже так и поступает. Меня можете называть Кэтрин или Кейт. Альберту нравится имя Берт или Берти.

- Я польщён и с благодарностью принимаю это предложение, Кейт, - принц поцеловал руку девушки, - я Фаруз, как вы все уже знаете.

- Ну а я по-прежнему Бэйл, - кивнул некромант, принимая предложенные условия, - ты права, так будет проще. Теперь, когда хоть какая-то ясность появилась, давайте определимся с ближайшими планами. Так как нам всё равно ждать последнего участника нашей компании, нужно использовать оставшееся время с пользой.

- Я помогу Берту с организацией гарнизона и обучением солдат, да и самого его кое-каким приёмам научу, - отозвался принц, - ну и библиотеку искать надо.

- Согласен, - кивнул Бэйл, - я, как и обещал, обновлю защиту замка, особенно с учётом того, что мы в любой момент можем уйти. И я хотел бы поставить защиту на дом, если ты не возражаешь, Кейт.

- Конечно, - девушка, задумчиво крутившая в руках тонкий поясок от платья, кивнула, - ну а я буду заниматься обычными делами, ремонтом, господином Шуфелем и прочими захватывающими вопросами. А вечером…

Но договорить Кэтрин не успела, так как на террасу вбежал, забыв всё, чему его учили, Леон:

- Леди, леди! Там! Это!

- Что там? - Кэтрин вскочила. - Леон, что произошло?!

- Там! Оно!

- Да что там такое?

- Лезет!

- Кто лезет?

- Оно!

Неизвестно, сколько бы ещё длился этот содержательный разговор, но инициативу перехватил Бэйл, который положил руку на плечо бледного, как простокваша, парня и спокойно спросил:

- Медленно выдохни и скажи: кто и куда лезет.

Леон послушно выдохнул, дрожащим голосом произнёс:

- Оно. Из подземного хода. Лезет… - и плавно ушёл в обморок, громыхнув новеньким доспехом.

Глава 8

Графство Мабридж, поместье Эппл-Гроув,

Внутренний двор замка,

29 мая 1409 года от Последней Битвы (ПБ)

- Слабоват парень, хотя откуда ему храбрости набраться-то было, - с лёгким пренебрежением сказал Бэйл и решительно направился к двери, - пойдёмте посмотрим, что там такое страшное лезет.

От дома до замка мы добежали очень быстро, точнее, бежала только я, а мужчины просто очень быстро шли. Но где их шаги - а где мои?

Я предполагала, что во дворе народу будет – не протолкнуться, однако пыльный небольшой внутренний дворик встретил нас абсолютной пустотой: куда-то мгновенно исчезли постоянно снующие туда и сюда шумные строители, не видно и не слышно было и самого господина Шуфеля, хотя до этого его голос слышался, казалось, из-за каждого второго кирпича.

Хотя я немного поторопилась сказать, что пустота была абсолютной: на сложенных в углу двора плитах – тех самых, которые вытащили из подземного хода, сидел парнишка. На первый взгляд, самый обычный мальчишка, каких десятки бегают по истралийским деревням: соломенные, давно не видевшие гребня вихры, рубашка из серого домотканого полотна, подвёрнутые до колен штаны, открывающие исцарапанные загорелые ноги. Парнишка беззаботно болтал босыми ногами и грыз длинную травинку.

Я слегка удивилась присутствию незнакомого мальчишки, так как мне казалось, что я знаю в лицо всех окрестных ребятишек, тем более, что вёл он себя совершенно спокойно и расслабленно и явно не был ни просителем, ни бродяжкой. В поведении тех всегда просвечивает или агрессия, или боль и неуверенность в себе и своём настоящем, а уж тем более – в будущем. Этот же был абсолютно невозмутим и излучал даже некое превосходство. Во всяком случае, Альберт, явно собравшийся согнать мальчишку с плит и расспросить со всей строгостью, вдруг сделал шаг назад и медленно положил ладонь на рукоять меча.

Я услышала, как за моей спиной прерывисто вздохнул Бэйл, а Фаруз встал рядом с Альбертом. Ничего не понимая, но чувствуя возрастающее с каждой секундой напряжение, я посмотрела на своих «товарищей по пророчеству».

Алберт стоял, сжимая рукоять меча настолько сильно, что побелели костяшки пальцев, при этом исподлобья смотрел на парнишку так, словно перед ним не ребёнок, а как минимум проснувшийся посреди зимы и оттого смертельно опасный медведь.

Фаруз, напротив, расслабился, но даже я видела, что эта мягкость обманчива: так змея сворачивается в кольца прежде чем уничтожить врага в единственном броске. Он едва заметно покачивался на слегка согнутых в коленях напряжённых ногах и словно примерялся, с какой стороны броситься на соперника. Тонкие, но сильные пальцы принца пробежались по расстёгнутой куртке, и в руке блеснул кинжал.

Бэйл внешне выглядел совершенно обычно, лишь его дыхание стало чуть более громким и очень размеренным, словно он изо всех сил старался успокоиться. Наверное, если бы я стояла дальше, я не заметила бы этих деталей, но я была совсем рядом.

- Какие вы все нервные, - вдруг сказал парнишка, поднимая на нас взгляд невероятных, совершенно жутких глаз. Казалось, через глазницы на нас смотрит абсолютное, мёртвое Ничто: не было ни зрачка, ни радужки – только мертвенно-изумрудная зелень, которая, наверное, даже показалась бы красивой, если бы не ощущение липкого ледяного ужаса, которым она заливала всё вокруг.

- Кто ты? – я спросила, и сама не узнала свой голос: откуда в нём взялись эти хриплые каркающие нотки? Неужели мне настолько страшно?

- Смелая какая девочка, - одобрительно проговорил мальчишка, легко спрыгивая с плит, подходя ко мне и глядя на меня снизу вверх, - я бы даже сказал – бесстрашная. Ты меня не боишься, Кейт?

- Боюсь, - не стала я отрицать очевидное, - но мой страх не отменяет твоей вежливости. Ты знаешь, как меня зовут, а сам не назвался. Это нехорошо.

- Она мне нравится, - мальчишка одобрительно кивнул сам себе и неспешно повернулся к Берту, - расслабься, солдат, я тебе не по зубам. Да и тебе, Воин, - он перевёл внимательный взгляд жутких глаз на Фаруза, который нахмурился, едва заметно вздрогнул, но справился с собой, - хотя можем попробовать. Хочешь?

- Не откажусь, - промедлив всего секунду, отозвался принц и плавно перетёк в боевую стойку, перехватив поудобнее кинжал, - меча у меня, правда, нет, но и тем, что есть, я владею неплохо.

- Надо же, настоящий эф-риссарский кард, какая прелесть, - мальчишка внезапно раздался в плечах, стал выше, мощнее, потом бросил на принца беглый взгляд и убавил себе роста, став точно такой же комплекции, как Фаруз, - ты видишь, Воин, я честен с тобой и не использую преимущества роста или веса.

- Я не стану спрашивать, как ты это сделал, - проговорил принц, делая мягкий, словно крадущийся, шаг в сторону, примериваясь к противнику, который пристально следил за его движениями и поворачивался вслед за Фарузом, - но это достойно воина, благодарю.

Я невольно схватила Бэйла за руку, и он слегка сжал мою ладонь, не отрывая пристального взгляда от происходящего посреди двора.

- Не бойся, он его не убьёт, - шепнул мне маг, но я видела, что он сам не до конца уверен в своих словах, - иначе давно уже сделал бы это.

- Ты совершенно прав, - плавно двигаясь в сторону от принца, словно обходя его, ответил мальчишка, - но моя цель не в этом, мой дорогой… мой очень-очень дорогой… как тебя здесь называют? Бэйл? Очаровательное имя…

- Ты его знаешь? – я с удивлением взглянула на мрачного Бэйла. – Точнее, он тебя… Откуда? И кто это?

- Конечно, мы знакомы с… Бэйлом, - довольно ухмыльнулся мальчишка и внезапно сделал стремительный бросок вперёд и влево, стремясь выбить у принца оружие и ранить его. Но Фаруз странным, немыслимым образом предугадал его движение и кинжал мальчишки на какие-то полпальца разминулся с боком Воина. Он раздражённо зашипел, и я даже затруднялась сказать, какое существо могло бы издавать подобные звуки. Фаруз же довольно сверкнул белозубой улыбкой и, в свою очередь, нанёс несколько настолько быстрых ударов, что я увидела лишь какое-то смазанное пятно вместо движения.

- Замечательно! – воскликнул ничуть не запыхавшийся мальчишка и вдруг, выпустив из рукава туманное щупальце, дёрнул Фаруза за ногу, и тот пошатнулся. Резким движением парнишка тут же выбил у него из рук кинжал и отскочил в сторону.

- Это нечестно! – закричал возмущённый до глубины души Берт. – Так не сражаются достойные! В такой победе нет доблести!

- А кто тебе сказал, что на вашем пути встретятся исключительно чистые сердцем и чтящие кодекс противники? Этот урок не для тебя, Воин, а для тебя, - тут мальчишка, уже в первоначальном своём виде, подошёл к Берту и спокойно посмотрел на сердитого северянина, - ты понял, в чём твоя задача? Следить за любым его сражением и не дать нарушить правила честного боя, ибо это – неприкосновенно. Ты понял меня, Мечтатель?

- И что мне делать, если я увижу, что кто-то хочет нарушить правила? – всё ещё сердито спросил Берт. – Прекратить поединок?

- Убить, - спокойно ответил мальчишка и, подойдя к Бэйлу, сказал, - у тебя достойные спутники, Пастух. Я был против твоего участия, но теперь я вижу, что всё правильно.

- Я не хотел этой судьбы, Мортимер, - негромко ответил Бэйл, - ты же знаешь, я добровольно отказался от всего, это был мой и только мой выбор.

- Знаю, - кивнул мальчишка, - но судьба выбрала тебя сама. Хочешь совет?

- Не хочу, - невесело усмехнулся Бэйл, - но ты ведь всё равно не отстанешь, да?

- Ты хорошо изучил меня… Бэйл, - засмеялся парнишка, что в сочетании с его вымораживающим взглядом выглядело дико, - расскажи им всё. Они должны знать. На этом я позволю себе откланяться.

- Подожди, - неожиданно даже для себя сказала я, и мальчишка с удивлением оглянулся, - а почему все так испугались? Леон вообще в обморок упал…

- Ах, это… - парнишка подмигнул мне, и я с трудом вдохнула внезапно ставший вязким воздух, - мне захотелось пошутить, Кейт, не более того…

Тут он увеличился в размерах, контуры фигуры смазались, и через секунду посреди внутреннего двора неспешно извивалось нечто, напоминающее одновременно дракона, скорпиона и кого-то ещё. Кого – я от страха вспомнить так и не смогла.

Это нечто зашипело, махнуло хвостом с явно отравленным жалом и медленно просочилось обратно под землю в том месте, где большой плитой был прикрыта лестница в подземный ход.

- Что. Это. Было? - с трудом переведя дыхание, спросила я, ни к кому конкретно не обращаясь и не отводя взгляда от провала в земле, где только что исчез превратившийся в хвостатое чудище мальчишка.

- Хороший вопрос, - поддержал меня уже совершенно спокойный Фаруз, словно и не он буквально несколько минут назад сражался с непонятным существом, - и я даже знаю, кто нам на него ответит. Не так ли, Бэйл? Или как тебя зовут на самом деле?

- Это я виноват, - внезапно проговорил Альберт, опускаясь на сложенные плиты и закрывая лицо руками, - если бы я не захотел…

- Если бы ты не захотел что? - мы с принцем обменялись непонимающими взглядами.

- Это я захотел, чтобы произошло что-нибудь, что поможет нам лучше узнать друг друга перед походом. Я даже мечтал, что случится какое-то безобидное происшествие, которое раскроет тайны участников. Потому что мне казалось неправильным идти в опасный поход, не зная, кому доверять, а кого опасаться. Простите меня…

- Не извиняйся, - голос Бэйла был усталым, но спокойным, - наверное ты прав: нужно верить тому, кто рядом с тобой, знать, что к нему можно повернуться спиной и не получить в неё нож. Так что всё, что ни делается, всё к лучшему. Тем более, что и Мортимер говорил о том же, а он не из тех, кто бросает слова на ветер. Но, прежде чем мы расскажем друг другу хотя бы часть своих тайн, у кого они есть, - тут он взглянул в сторону Берта, - мы должны принести клятву о том, что всё сказанное нами — правда, а то, о чём мы умолчали, не может навредить общему делу. Ну и, естественно, о соблюдении тайны: всё сказанное останется между нами. Я готов принести такую клятву.

- Мне, правда, скрывать нечего, но я готова сохранить чужие секреты, - улыбнулась я, проникаясь серьёзностью момента, - и поэтому, если нужно поклясться, — я готова.

- А как же тот, пятый, кого мы ждём? - спросил вдруг Альберт, и все переглянулись в некоторой растерянности. Действительно: ждать его, или, как говорится, начнём, а он присоединится?

- Когда появится, тогда и посмотрим, - решительно предложил принц, и все с ним согласились, - и я хочу сказать, что готов поделиться информацией, но часть моих тайн останется со мной, так как они касаются не только и не столько меня и не имеют к нашему предприятию никакого отношения, это внутренние дела моей семьи.

Бэйл молча кивнул и задумчиво огляделся, явно присматривая место для проведения обряда. Потом, видимо, что-то вспомнив, решительно зашагал в сторону замка, благо было недалеко.

Напуганных строителей во главе с господином Шуфелем отправили в деревню в трактир переживать остатки стресса и рассказывать крестьянам об очередном кошмаре, случившемся в прОклятом замке.

- Септаграмма — лучшее место для принесения подобных обещаний, - прокомментировал Бэйл своё решение, но с ним никто и не собирался спорить, понимая, что он, как маг, разбирается в этом лучше всех нас.

Бэйл быстро обошёл выложенную на полу мраморную семилучевую звезду, что-то шепча, потом расставил всех в одному ему понятном порядке и начал объяснять:

- Вы просто произносите слова клятвы, произвольные, главное — чтобы смысл был тот, о котором мы говорили, затем вот этим кинжалом, - тут он вытащил из какого-то внутреннего кармана небольшой тёмный кинжал и протянул почему-то мне, - надрезаете ладонь, но не сильно, а только чтобы хватило крови капнуть в центр септаграммы. Кейт, начнём с тебя, так как в тебе я чувствую меньше всего магии, затем Берт, потом ты, Фаруз, и в конце уже я. Не обижайтесь, но как маг я на порядок сильнее всех вас.

Никто и не подумал возражать, и я подрагивающей от волнения рукой взяла нож, который на ощупь показался мне не металлическим, а каменным. Хотя, вполне возможно, что так оно и было.

Бэйл ободряюще мне улыбнулся, и я послушно встала в указанный мне угол звезды. Подумала и произнесла:

- Клянусь сохранить в тайне всё, что узнаю о своих спутниках, если только это не будет угрожать моей жизни или жизни моих близких. Клянусь честно ответить на все вопросы, которые зададут мне те, с кем свяжет меня клятва. Порукой моё слово и моя кровь. Я Кэтрин, графиня Мабридж.

Если бы меня кто-нибудь спросил, откуда берутся нужные слова, я не смогла бы ответить. Они словно всплывали в сознании, как будто кто-то нашёптывал их мне: очень странное чувство. И с каждым словом внутри словно растворялись какие-то сомнения, неверие в то, что моя судьба предопределена… Произнеся своё имя, я надрезала ладонь оказавшимся невероятно острым ножом и капнула крови в самый центр звезды.

Как только капля моей крови коснулась золотистого мрамора, прозвучал еле слышный удар колокола, которому просто неоткуда было здесь взяться. В деревне, конечно, был храм Всех Богов, но поклонялись там преимущественно Сарию, богу плодородия. И колоколов там отродясь не было… Негромкий серебряный звон прокатился по залу и растаял, а на моём запястье появился тонкий браслет из светлого металла с синим камешком. И, что интересно, на браслете не было ничего, хотя бы отдалённо напоминающего застёжку.

- Боги услышали твои слова, - с каким-то благоговением проговорил Берт, с восторгом глядя на меня, - услышали и поверили.

- Теперь ты, Берт, - принц Фаруз тоже выглядел слегка озадаченным, но уверенно протянул капралу нож, который взял у меня.

Альберт серьёзно кивнул, взял нож и встал на свой угол звезды. Его лицо было сосредоточенным и каким-то одухотворённым.

- Клянусь хранить в тайне всё, что узнаю о тех, с кем буду связан клятвой. Освободить меня может лишь угроза жизни моих близких, к числу которых отношу я и присутствующих здесь, или измена стране, которой я присягал. Клянусь стать защитой нуждающимся в ней и опорой тем, кто ослабеет в борьбе. Порукой мне моё слово и моя кровь. Я капрал Альберт Стоун, начальник гарнизона замка Эппл-Гроув.

Когда могучий Альберт шагнул в центр звезды, мне на секунду показалось, что он словно окутался прозрачной золотистой дымкой, но это был, скорее всего, просто отблеск луча заходящего солнца. Упала капля крови на жёлтый мрамор, и снова раздался переливчатый звон, а когда он затих, мы увидели на руке Берта такой же тонкий браслет, как у меня, только камень на нём был белым.

Фаруз решительно забрал у Берта нож и, встав на свой луч, громко и отчётливо произнёс:

- Клянусь сохранить тайну всех тех, с кем боги связали меня клятвой и общим делом. Лишь угроза для жизни членов моей семьи и моих соратников может стать оправданием нарушения клятвы. Клянусь рассказать о себе всё, что может помочь в выполнении возложенной на нас миссии. Порукой мне моё слово и моя кровь. Я принц Фаруз, сын императора Эф-Риссара и принцессы Алаят.

Упавшая в центр звезды капля крови вспыхнула так ярко, что мы все отшатнулись, но она не превратилась в огонь, а, мягко лизнув лицо принца, растаяла в воздухе. На запястье же руки Фаруза сверкнул браслет с предсказуемо алым камнем.

Когда на свой луч встал Бэйл, мне показалось, что в зале стало темнее и холоднее, такой мощью и силой повеяло от этой мрачной фигуры. Он поднял руку, и низкий голос растёкся вокруг озером холода.

- Клянусь сохранить тайны доверившихся мне, стать для них опорой и советчиком, проводником и следопытом. Ничто не может освободить меня от данного слова, ибо оно есть искупление моих ошибок. Клянусь не утаить ничего их того, что может помочь нам в решении задачи. Порукой моё слово и моя кровь. Я… принц Аш-Рибэйл, наследник трона империи Освэш.

Капля крови, упавшая в центр септаграммы сначала превратилась в тонкую струйку зеленоватого дыма, которая потом постепенно стала закручиваться в воронку и, медленно расширяясь и покачиваясь, подлетела к каждому из нас и коснулась самым краем, но и от этого мимолётного прикосновения меня словно льдом обожгло.

- Мы услышали, - неожиданно пронёсся над залом странный голос: не то мужской, не то женский, - Король должен вернуться…

Как только замолкло эхо, я заметила, что браслет исчез, оставив на коже лишь что-то, похожее на полустёртую татуировку, какие делают у нас на севере моряки и наёмники.

- Принц, значит, - Фаруз первым нарушил молчание и внимательно посмотрел на Бэйла, - и, насколько я понимаю, демон? Ведь Освэш — это империя демонов?

- Верно, - Бэйл опустился прямо на пол и, откинувшись, оперся спиной о стену, - я принц демонов, как бы странно и нереально это ни звучало. Но больше полувека назад я отрёкся от притязаний на трон и ушёл. Так что принцем могу считаться достаточно условно.

- Но я слышал, - вступил в разговор Берт, - что все демоны... некроманты.

Последнее слово он произнёс с опаской, и я его вполне понимала: о некромантах, повелителях мёртвых, каких только жутких слухов ни ходило. В основном они, конечно, были больше похожи на сказки, но, как известно, в каждой сказке есть доля… сказки. И Бэйл был совершенно не похож на этих жутких чёрных магов. Я вот, например, до сегодняшнего дня вообще сомневалась, что они на самом деле существуют.

- А что — не похож? - кривая усмешка мелькнула на странно молодом лице, особенно если вспомнить его слова о том, что от трона он отказался больше пятидесяти лет назад. Значит, сейчас ему не меньше семидесяти? А выглядит максимум на тридцать…

- Нет, - честный Берт развёл руками, - прости, я, конечно, не знаю, как выглядят настоящие некроманты, но то, что не как ты — это точно.

- А сейчас? - Бэйл закрыл глаза, а когда снова поднял веки, то мы увидели такую же мертвенно-зелёную мглу, как та, что лилась из глаз мальчишки, который потом обратился в чудище.

Я вскрикнула и невольно схватила Берта за руку, но Бэйл моргнул, и зелень исчезла.

- То есть ты такой же, как этот… Мортимер? - осторожно спросил Фаруз, тоже явно впечатлённый. – Или просто похож?

- Мортимер не просто демон, - пояснил Бэйл, явно успокоенный тем, что никто из нас не срывается с места и не убегает с криками ужаса, - он верховный. Почти бог, только чуть ниже. Он издавна является покровителем правящих семей Освэша. И, когда я отказался от трона в пользу кузена, он, как бы помягче сказать, он… был рассержен.

- А почему ты отказался? - не очень уверенно, не желая причинять боль, спросила я, и Бэйл поморщился, словно нечаянно задели старую рану. - Не говори, если тебе очень тяжело, я понимаю… мы слишком мало знакомы…

- Я обязательно расскажу, - он с благодарностью посмотрел на меня, - но позже. Клянусь, моё молчание по этому вопросу никак не скажется на нашем походе.

- Ну и хорошо, - Фаруз плавно поднялся с пола, - мне кажется, на сегодня потрясений достаточно.

- Полностью поддерживаю, - улыбнулась я, - пойдёмте домой, поужинаем и ляжем отдохнуть. День у всех выдался непростой.

- Леди Кэтрин! - послышался возле ворот голос одного из новых стражников, который сменил Леона. - Тут к вам пришли.

- О нет! - простонала я, бессильно закрывая глаза.

Беспомощно оглянувшись на насторожившихся мужчин и желая только одного — чтобы этот бесконечный день закончился, я вышла из замка и побрела к воротам.

- Что случилось? - спросила я у стражника, имени которого никак не могла вспомнить. - Кто решил нанести нам визит в столь неурочный час, уже темнеет…

- Не могу знать, леди, - отрапортовал стражник, стараясь выглядеть максимально солидно и внушительно. Получалось плохо, но парень искренне старался, в связи с чем и заслужил одобрительную улыбку Альберта, - только странные они какие-то. Не нашенские…

- Открывай, посмотрим на этих «не нашенских», - вздохнула я, понимая, что ни за что не рискнула бы, если бы за моей спиной не было трёх хорошо вооружённых мужчин.

Стражник звякнул засовом, открыл одну створку ворот и тут же отошёл в сторону, а я во все глаза смотрела на стоящих перед воротами людей. Точнее, выглядели они практически как люди, но было в них что-то неуловимо чуждое, то, что даже не объяснить словами — так, на уровне ощущений.

- Доброго вечера, леди Кэтрин, - мягким певучим голосом произнёс один из них, совсем юноша, вежливо склонив голову. Остальные двое последовали его примеру, хотя у меня сложилось ощущение, что они сделали это как-то не слишком охотно.

- Откуда вы знаете моё имя? - спросила я, пытаясь уловить, что мешает мне в этих странных гостях, словно соринка в глазу. - Я не имею чести быть знакомой с вами.

- Я прошу прощения за излишнюю смелость, - проговорил всё тот же юноша, - но я проделал слишком долгий путь, чтобы тратить время на отдых. Мы можем поговорить с вами и вашими друзьями наедине?

- Неожиданная просьба, - я оглянулась на мужчин, которые смотрели на неожиданного гостя по-разному. Бэйл, прищурившись, рассматривал юношу с определённым удивлением, которое можно было бы трактовать как «ну надо же!», но в целом ни малейшей враждебности я на его лице не увидела. Фаруз смотрел, я бы сказала, оценивающе, словно прикидывал, как может быть использован воинский потенциал нового участника команды. А в том, что это именно он, никто и не сомневался, в общем-то. Альберт же таращился на вновь прибывшего во все глаза с по-детски искренним изумлением. Казалось, что он сейчас подойдёт и попробует потрогать юношу, чтобы убедиться, что перед ним не мираж.

- Альберт, ты что? - тихонько спросила я начальника своего гарнизона, так как именно он должен был разрешить или запретить гостям войти. - Они могут войти? Ты же у нас теперь главный по безопасности.

- Кейт… - с благоговением сказал Берт, не отрывая взгляда от юноши и его уже начавших проявлять нетерпение спутников, - альвы же…

- Где альвы?- не поняла я, недоумевая, с чего бы Берту именно сейчас вспоминать сказочных существ, которых никогда не существовало на самом деле.

- Так вот, - Берт указал рукой на юношу и двух его сопровождающих.

- Что? - я, устав за день просто нечеловечески, по-прежнему ничего не понимала.

- Ваш человек имеет в виду, что это мы — альвы, - не выдержав, любезно пояснил юноша, с улыбкой взглянув на Берта, - и, может быть, теперь мы можем войти?

- Альвы… - медленно повторила я, - какое чудесное завершение фееричного дня: появление у меня во дворе настоящих альвов, которых, насколько всем известно, не существует… Демоны есть, принцев — завались, теперь вот и альвы… Восхитительно!

- Леди Кэтрин, - юноша обращался исключительно ко мне, - где мы можем поговорить? И я хотел бы, чтобы ваши друзья тоже присутствовали. Это возможно?

- Разумеется, - я отошла в сторону, пропуская альвов (с ума сойти!) во двор. Юноша сделал шаг вперёд и замер, увидев замок.

- Точно такой...Это невероятно! - негромко проговорил он. - Мне нужно кое-что всем вам показать.

- Мы заинтригованы, незнакомец, - наконец-то проявил хоть какую-то инициативу Бэйл, намекая на то, что неплохо бы гостю и представиться.

- Я назову своё имя, но сначала выполните мою просьбу, пожалуйста, - настойчиво повторил юноша, и я, в очередной раз вздохнув, повела всех обратно в замок.

Когда мы все вошли в мой кабинет и кое-как разместились на стульях и креслах, юноша достал из объёмистого вещевого мешка относительно небольшой футляр, похожий на те, в каких моряки-северяне хранят карты. Открыв его, он бережно достал оттуда картину и аккуратно расстелил на столе.

- Пятилапый и все слуги его! - воскликнул Фаруз, впившись глазами в изображение. - Как такое может быть?

На картине был изображён Эппл-Гроув, в этом не было ни малейших сомнений: я мгновенно узнала и эти серые изящные шпили, и витражные окна, и пруд неподалёку… Почему-то не получалось отвести взгляд от тревожного зелёного огня, горевшего в одной из башен: он словно притягивал взгляд, гипнотизировал, не отпускал…

- Это мы? - вопрос, который задал дрогнувшим голосом Берт, заставил меня оторваться от зелёного огонька в башне и посмотреть на пять фигур, которые стояли возле замка.

- Полагаю, что да, - негромко ответил юноша, не сводя с меня внимательного взгляда.

- Кто нарисовал это полотно? - спросил Бэйл, не сводивший внимательного взгляда с картины. - Это был ты?

- Да, - юноша кивнул, оглядев нас всех по очереди, - я не видел этот замок никогда в жизни, и я не знаю, какие силы водили моей рукой. Но недавно я смог её закончить. Я нарисовал всех… нас. И тогда мой учитель сказал мне, куда нужно отправиться.

- Ты пятый, - Бэйл не спрашивал, а утверждал, - и ты Творец.

Юный альв кивнул, соглашаясь, а я с ужасом поняла, что, так как все собрались, скоро нужно будет отправляться в поход, из которого неизвестно, кто и когда вернётся, и вернётся ли вообще.

- Может быть, вы всё же назовёте себя? - устало спросила я. - Потом дадите клятву и пойдём уже спать. Или я упаду прямо здесь, и утром меня найдёт господин Шуфель. И таки закопает под своим хвалёным белым мрамором, чтобы не пропадать добру.

- Я Лионэль из Гнезда Журавля, младший сын Владыки Каристэля, - с удивительным чувством собственного достоинства, но при этом без высокомерия, сказал юноша.

- Ещё один принц? - я без сил опустилась обратно в кресло, из которого поднялась, и нервно хихикнула. - Как говорится, заходите, третьим будете…

Лионэль вопросительно поднял брови и посмотрел почему-то на Бэйла. Тот усмехнулся и пояснил:

- Я принц Аш-Рибэйл, наследник трона Освэша, я Пастух. Это, - он указал на Фаруза, - сын императора Эф-Риссара Михаила и принцессы Алаят, Фаруз, и он Воин. Так что ты, как и сказала Кейт, третий принц в нашей чудесной компании. А это — Альберт, он не принц, он Мечтатель, что, как мне кажется, гораздо круче. Ну а Кейт — наша единственная леди и украшение нашего, я надеюсь, дружного коллектива.

- Благодарю, - Лионэль учтиво поклонился и спросил, - о какой клятве шла речь?

- Мы буквально за десять минут до вашего прихода принесли клятву в том, что не будем хранить в тайне ничего, что может помочь нам в поисках, а также в том, что будем честными друг с другом и станем поддерживать и помогать. Вам придётся сделать то же самое, если вы собираетесь идти с нами, - не очень понятно сказала я, но на более подробное объяснение просто не было сил.

Альв молча кивнул и решительно пошёл за Бэйлом в холл, к септаграмме. Встав на указанный некромантом угол, юноша сосредоточился и произнёс:

- Клянусь сохранить тайну тех, с кем боги свели меня на тропе судьбы. Лишь угроза чести и истине может стать оправданием нарушения клятвы. Клянусь в свою очередь рассказать о себе всё, что может помочь в выполнении возложенной на нас миссии. Да будет мне порукой сила Звёзд, слово Сына Журавля и моя кровь. Я Лионэль, сын Владыки Каристэля, младший принц Гнезда Журавля.

Не успел юный альв договорить, как по холлу пронёсся серебристый ветерок, взлохматил светлые волосы молодого человека, и на его руке засверкал браслет с серебристым камнем. Когда капелька крови упала в центр септаграммы, браслет впитался в кожу, как и у нас.

- Ну что же, все в сборе, - как-то слегка растерянно проговорил Фаруз, - давайте действительно отдыхать, а уже завтра обсудим все наши дела.

Глава 9

Графство Мабридж, поместье Эппл-Гроув,

30 мая 1409 года от Последней Битвы (ПБ)

Солнечные лучи настойчиво пробивались сквозь занавески, недвусмысленно давая понять, что пора подниматься, так как рассвело уже достаточно давно. Я позволила себе ещё минутку полежать, нежась под уютным, еле заметно пахнущим лавандой одеялом, потом вспомнила вчерашний день и решительно спустила ноги с кровати. На сегодня намечено слишком много дел, чтобы позволить себе побездельничать лишние полчаса.

Когда я причёсывалась перед большим зеркалом, то увидела на запястье чуть заметную татуировку и надела поверх неё широкий браслет. Как-то вот не готова я объяснять тётушке, от внимательного взгляда которой не укроется ничего, откуда у меня за один вечер на руке появилось столь экзотическое украшение.

Спустившись в гостиную, с облегчением обнаружила, что все гости то ли ещё спят, то ли заняты какими-то своими делами. Сопровождающих Лионэля альвов мы ещё вчера пристроили в трактир к Фреду, который принял их с восторгом, понимая, что теперь сможет без зазрения совести хвастаться всем, что у него останавливались самые что ни на есть настоящие альвы.

Заглянув на кухню и убедившись, что к лёгкому завтраку всё готово, я вышла на террасу и вдруг заметила, что на дорожке за кустами сирени мелькнуло любимое платье тётушки. Удивившись, так как леди Маргарет не слишком любила прогулки в одиночестве, я сбежала по ступенькам и направилась в ту сторону, но внезапно замедлила шаги, так как поняла, что тётушка не одна. Понимая, что поступаю не лучшим образом, я почти перестала дышать и обратилась в слух.

-… и что же произошло потом? - в голосе тётушки я расслышала искреннее сочувствие.

- Она всё больше занимала меня, я не мыслил ни дня, ни минуты без неё, - я с изумлением узнала голос Бэйла, - я полюбил так, как только можно полюбить в двадцать лет: страстно, безоглядно, безрассудно. А потом мой мир рухнул: на отца было совершено покушение, он чудом остался жив, и следствие показало, что во главе заговора стоял отец Леи, да и сама она играла в нём не последнюю роль.

- Но зачем? - мягкий голос тётушки звучал совсем тихо, и мне казалось, что даже моё сердце колотится гораздо громче. - Почему она так поступила с тобой?

- Оказалось, что она из древней ветви, которая когда-то правила в Освэше, и целью заговора было вернуть трон законным, как они считали, владельцам. Но я…

- Ты не смог понять и простить… - леди Маргарет не спрашивала, а просто делала выводы, - она просила тебя о снисхождении?

Бэйл молчал довольно долго, потом ответил, и в его голосе было столько застарелой боли, что даже у меня на глазах выступили слёзы:

- Да, просила… Не для себя, для отца и братьев… А когда я отказал и приговор был вынесен окончательно, сказала, что никогда не любила меня, что всё это было лишь частью тщательно продуманного плана… Я должен был занять трон после гибели отца, а она была бы рядом, чтобы… чтобы контролировать и направлять меня.

- А потом? Бедный мальчик… - голос леди Маргарет дрогнул, - как же тяжело тебе пришлось взрослеть…

- А потом, когда я в очередной раз призывал духа… мне часто приходится это делать… ко мне пришла она, Лея. С тех пор это моё проклятье — видеть её такой… чувствовать свою власть над ней… и помнить.

- А ты можешь вызывать кого-то другого? - леди Маргарет вздохнула. - Это же невыносимо, то, о чём ты говоришь…

- Нет, не могу, - смешок у Бэйла получился невесёлым, - это мои боги мстят мне за то, что отказался от трона. А они очень на меня рассчитывали, да и характеры у них не сказать, чтобы простые. У нас свои отношения с богами, не такие, как у вас или у эф-риссарцев.

- Надеюсь, всё наладится, - тётушка зашуршала юбкой, поднимаясь со скамейки, на которой они с Бэйлом сидели, - пойдём завтракать, пока все не начали нас искать.

Я малодушно спряталась за густым кустом и проводила взглядом высокую фигуру Бэйла, бережно поддерживающего под локоть леди Маргарет. Так вот, значит, почему он отрёкся от трона. Какая грустная история…

Размышляя о тяготах жизни коронованных особ, я подошла к дому и, войдя в гостиную, застала уже всех, кроме Лионэля, за столом.

Анита и Бетси принесли последние тарелки и ушли на кухню, а мы приступили к завтраку, решив дать уставшему после длительного пути альву выспаться. К тому же нужно было как-то подготовить тётушку к тому, что, во-первых, вся наша весёлая компания скоро отправится в длительное путешествие, во-вторых, что во время нашего отсутствия в доме будут жить два альва, а в-третьих, что у нас в гостях очередной, третий принц.

- Кэтрин, - обратилась ко мне тётушка, сделав глоток чая, - когда утром лорд Бэйл составил мне компанию во время прогулки в саду, он сказал, что хочет пригласить всех на небольшое путешествие по окрестностям. Я думаю, тебе стоит принять его предложение. Путешествие в компании с достойными лордами не может скомпрометировать истинную леди.

- Разумеется, тётушка, я так и сделаю, - кивнула я с облегчением, удивляясь предусмотрительности Бэйла, - мы отправимся в ближайшее время. А пока…

- Солнечного всем утра, - раздался мелодичный голос, и все повернулись к лестнице, на которой стоял улыбающийся Лионэль, - простите, я так устал, что проспал всё на свете.

- Кэтрин, - нарушила повисшее молчание леди Маргарет, - этот юноша очарователен, но, боги милосердные, кто он такой и что делает в нашем доме?

- Тётушка, позволь представить тебе Лионэля, - я встала и подвела юношу к леди Маргарет, - он сын Владыки Каристэля из Гнезда Журавля, если я ничего не перепутала.

- Что, ещё один принц? - тётушка отставила чашку и внимательно посмотрела на Лионэля. - Добро пожаловать в Эппл-Гроув, - она дождалась, пока альв займёт своё место за столом, и, повернувшись ко мне, негромко добавила, - какой, однако, урожайный на принцев год выдался, ты не находишь?

- На удивление, - согласилась я, оглядывая спокойно завтракающих принцев, - если ты заметила, то Лионэль, как бы это сказать, не совсем человек.

- Я, конечно, уже немолода, но альва от человека ещё отличу, - усмехнулась леди Маргарет, невозмутимо намазывая яблочный джем на кусочек хлеба.

- Ты видела их раньше? - изумилась я, не предполагая до сего момента, что в жизни тётушки были столь необычные знакомства.

- Конечно, - кивнула она, - когда-то давно через наш город проходили альвы, они направлялись куда-то на восток. У меня даже был мимолётный роман с одним из них. Ах, как он был хорош!

- Тётушка! - потрясённо воскликнула я. - Тебя ли я слышу?

- Ну ты же не думала, что я всегда была такой старой? - нахмурилась леди Маргарет, но тут в беседу вступил Лионэль.

- Леди, вы потрясающе выглядите, - сказал он, и почему-то ни у кого даже сомнений не возникло, что он говорит искренне, - я мечтал бы написать ваш портрет и очень надеюсь, что у меня ещё будет такая возможность. А не припомните ли, как звали того альва, который оставил след в вашем добром и чистом сердце? Нас не так уж много — я могу его знать…

- Разумеется, я помню, - улыбнулась тётушка не то нам, не то своим воспоминаниям, - его звали Кирэль, кажется, он был учёным… высокий, с гривой седых волос, красавец...

- Кирэль?! - воскликнул юноша. - Это мой наставник! Но он никогда не говорил мне…

- Надо же, - тётушка всплеснула руками, - когда увидите его, мой мальчик, передайте ему привет от Мэгги. Не исключено, что он даже вспомнит меня.

Оставшийся завтрак прошёл значительно веселее благодаря воспоминаниям тётушки, рассказам Лионэля и Фаруза. Даже хмурый Бэйл оттаял и рассказал пару каких-то занятных историй.

После завтрака леди Маргарет отправилась отдохнуть, а мы, не сговариваясь, направились к замку: пришло время принимать конкретные решения.

Пока мы шли к замку, Лионэль как истинный художник от всей своей творческой души восхищался садами, которые действительно были всё ещё великолепны, хотя пик цветения уже прошёл. Но летающие в воздухе бело-розовые лепестки привели юного альва в такой восторг, что не улыбнуться было невозможно.

Возле деликатно прикрытого щитами провала со странной лестницей сегодня было на удивление людно: строители суетились и оперативно выкапывали вокруг провала узкую, но глубокую канаву, а господин Шуфель с упоением всем этим безобразием руководил.

Увидев меня, он бросил свой черноглазый гомонящий птичник и ринулся ко мне с распростёртыми объятиями.

- Леди Кэтрин, какое счастье, что вы пришли! - миндалевидные глаза господина Шуфеля искрились неподдельным восторгом и энтузиазмом. - Я придумал, что нужно сделать с этой безобразной ямой в центре двора. И не благодарите! Я делаю это исключительно из уважения к вам и практически безвозмездно!

- Кто это? - голосом Бэйла можно было замораживать реки, превращая их в лёд. - И по какому праву он так фамильярно обращается к вам, леди?

Господин Шуфель запнулся на середине шага и резко затормозил, не добежав до меня пары метров. Он внимательно посмотрел на сурово нахмурившегося Бэйла, произвёл в голове мгновенные подсчёты, сделал выводы и уже гораздо спокойнее произнёс:

- Я руковожу ремонтом замка, меня наняла госпожа графиня…

- Это господин Шуфель, - зачем-то сказала я, и тут в беседу вступил Фаруз:

- Ах, это тот самый господин Шуфель… - произнёс он так зловеще, что строители очень слаженно отступили в угол двора, а я подумала, что вот бы моему гарнизону такую синхронность, а то шагают кто как…

- А что, собственно… - начал слегка побледневший господин Шуфель, но Бэйл жестом остановил его.

- Вы прибыли вчера?

- Нет, две недели назад, - господин Шуфель отвечал очень осторожно, с опаской поглядывая на мужчин, плечо к плечу стоящих за моей спиной. Кстати, чрезвычайно приятное ощущение абсолютной защищённости, мне, во всяком случае, понравилось.

- Тогда мне не очень понятно, где, собственно, ремонт, о котором идёт речь? - Бэйл слегка приподнял бровь, а господин Шуфель побледнел ещё заметнее.

- Ну так как же, - вытерев вспотевшие ладони о штаны, ответил он, - а кабинет леди, а холл в замке? Ведь какая работа! Ювелирная, можно сказать!

- За две недели? - заломил бровь Фаруз, а потом повернулся ко мне, - госпожа графиня, вы в курсе, что вас уже две недели бессовестно обманывает этот чудесный человек?

- Обманывает? - я уже поняла, что здесь происходит что-то, имеющее целью призвать к прядку господина Шуфеля и его банду, поэтому могла только по мере возможности подыграть, - но как такое может быть? Вы не ошибаетесь, ваше высочество?

- Высочество? - казалось, из господина Шуфеля выпустили разом весь воздух, - в каком смысле?

- В самом прямом, - холодно ответил Фаруз, - меня учили управлять дворцом, поэтому рассказывать о том, что может сделать бригада строителей за две недели ты будешь госпоже графине. А я и без тебя знаю — что, как и в какие сроки. Капрал, что там по истралийским обычаям полагается за умышленный обман благородной леди и хищение в особо крупных размерах?

- Как что? Каторга, - честно ответил Берт, получающий от происходящего огромное удовольствие, так как строители за эти дни достали даже его, - лет десять. Или пятнадцать.

- Не надо каторги, - тут же поднял пухлые ручки господин Шуфель, - мы же разумные люди, давайте договоримся!

- Каторга — это вчерашний день, - вдруг сказал Бэйл, улыбаясь с добродушием голодного крокодила, - у меня есть вариант гораздо лучше.

- Хотя и на каторге люди живут, - тут же поспешил согласиться с Альбертом господин Шуфель, - давайте не будем экспериментировать! И… можно мы уже начнём работать?

- Шахран, ты здесь? - негромко, но отчётливо произнёс Бэйл, и за его плечом тут же взвихрилась пыль, быстро свернувшись в дымный столб, который слегка покачивался не то от ветра, не то по своим каким-то соображениям.

- О великие Звёзды! Настоящий живой ургейс! - вдруг восторженно воскликнул молчавший до этого и не встревавший в воспитательный процесс Лионэль. - Я так мечтал его увидеть!

Дымный столб слегка изогнулся и формой стал напоминать вопросительный знак. Складывалось впечатление, что он, мягко говоря, в недоумении.

- Я читал о них, - продолжал восторгаться Лионэль, - но думал, что они все исчезли, ведь ургейсы питаются жизнями, а законы большинства стран это запрещают.

- Жи… жизнями? - как-то растерянно проговорил господин Шуфель. - Чьими жизнями?

- А это как повезёт, - спокойно сообщил Бэйл, показывая на мышь, солидно и неспешно шествующую через двор, - вот смотрите: идёт себе спокойно мышь и вдруг…

Тут столб, который Лионэль назвал странным словом «ургейс», сделал едва заметное глазу движение в сторону, и от мыши осталось только воспоминание, а сам ургейс довольно колыхнулся.

- А теперь представьте себе: живёт себе спокойно человек, ворует у нанимателя, а потом раз…

Ургейс качнулся в сторону господина Шуфеля, который дико взвизгнул и вдруг осел на землю в глубоком обмороке.

- Перестарались, - философски прокомментировал Фаруз, впрочем, сочувствия к господину Шуфелю я в его голосе не услышала.

- Может, не стоило так уж радикально? - я с сомнением посмотрела на распростёртое посреди двора тело, но мне ответил, как ни странно, Лионэль.

- Они всё сделали правильно, Кейт, - альв очень спокойно принял наше предложение обращаться внутри компании по-простому, - на кого ты оставишь замок? На леди Маргарет?

- Теперь он будет следить за каждым камешком и каждой монетой, - добавил Бэйл, пряча улыбку, потому что господин Шуфель начал приходить в себя.

- Вставай, - повелительно произнёс Фаруз, и господин Шуфель, кряхтя, поднялся на ноги, с ужасом посматривая в сторону ургейса, который, как мне показалось — хотя такого быть не могло, конечно! - тоже улыбался.

- Вечером мы уедем на несколько дней и госпожа графиня с нами, - сказал Фаруз, сурово глядя на господина Шуфеля, - ты остаёшься за старшего в вопросах ремонта. Чтобы к нашему возвращению было сделано то, что должно было быть сделано уже давно: оба двора, забор, крыльцо. Это самое малое. Все документы на материалы предоставишь мне. И если мне хоть что-то не понравится…

- Я всё понял! - вскинул пухлые ручки господин Шуфель. - Не извольте беспокоиться!

- А я на всякий случай оставлю здесь Шахрана, - добавил Бэйл, - если вдруг...

- Нет-нет! Что вы! Никаких «вдруг»! Клянусь! - господин Шуфель повернулся к замершим в отдалении строителям. - Ну, что стоим? Чего ждём? Работать!

- Господин Шуфель, - обратилась я к нему, - скажите, пожалуйста, а для чего вот эта канава?

Я показала на выкопанный вокруг темнеющего провала, который строители всё же прикрыли наспех сколоченными щитами, ров.

- Для цветочков, - пожал плечами господин Шуфель, - раз уж памятник не хотите… А скажите, леди Кэтрин, - шёпотом спросил он, оглядываясь на стоящих поодаль мужчин, - а эти лорды — они кто?

- Женихи, - раздался неожиданно рядом спокойный голос Бэйла.

- Женихи? - растерянно переспросил господин Шуфель. - А чьи?

- А как вы думаете? - не очень вежливо отвечая вопросом на вопрос, поинтересовалась я. - Кандидатур не очень много, согласитесь. Леди Маргарет и я, вот, в общем-то, и всё. Ваши выводы?

- Но зачем вам, леди Кэтрин, три жениха? - господин Шуфель искренне пытался осмыслить ситуацию и уложить её в какие-то приемлемые для себя рамки. Судя по выражению лица, получалось пока не очень.

- Для разнообразия, - сообщила я и тоже посмотрела на потенциальных женихов, - вот присмотрюсь, а потом уж и выберу. А вы бы кого посоветовали, господин Шуфель?

- Берите того, который принц, не прогадаете. Принцы — это товар, который никогда не падает в цене, только растёт, - тут же сказал отзывчивый господин Шуфель, - а этот, с чудищем, вам ни к чему.

- Так тот, что с чудищем, — тоже принц, - философски заметила я, повергнув собеседника в состояние прострации, - и третий — тоже… Вот и не знаю, что делать-то…

- А всех взять никак нельзя? - по-хозяйски прищурился господин Шуфель. - А то было бы неплохо… Когда много — оно всегда выгоднее, это я вам точно говорю, леди!

Не знаю, до чего мы с ним договорились бы, но к нам подошёл сосредоточенный Альберт, и господин Шуфель на всякий случай мгновенно испарился.

- Кейт, хочешь или нет, но спускаться надо, - с искренним сочувствием сказал Берт, протягивая мне руку, но я увидела в его глазах тщательно сдерживаемое любопытство и предвкушение всевозможных чудес. Значит, покоя нам не видать, так как наш Мечтатель по-прежнему втайне желает загадок, приключений и подвигов. Ну вот почему бы ему не помечтать о чём-нибудь мирном и спокойном. Эх…

Я кивнула, и мы подошли к остальным, которые уже отодвинули сколоченный подчинёнными господина Шуфеля щит и задумчиво смотрели на совершенно чистые ступеньки.

- Тут и было так чисто? - с недоумением спросил Бэйл, рассматривая каменную лестницу.

- Ага, - подтвердила я и добавила, - мы сейчас ведь ненадолго, да? Просто посмотреть?

- Конечно, - успокоил меня Фаруз и переглянулся с остальными, - нужно же собраться. Пойдём вечером, как раз успеем всё подготовить.

- Сегодня вечером? - я растерянно переводила взгляд с одного мужчины на другого, пытаясь осмыслить сказанное. - Вот прямо совсем-совсем пойдём?

- Может быть, мы быстро справимся, - не слишком уверенно сказал Берт, но никто, естественно, в это не поверил.

- Давайте обсудим это позже, - примирительно проговорил Лионэль, с нетерпением косясь на уходившую в темноту лестницу, - чем быстрее пойдём — тем раньше вернёмся.

- Просто скажи, что тебе не терпится познакомиться со стражем лестницы, о котором рассказывала Кейт, - дружески поддразнил его Фаруз, - впрочем, не буду лгать, мне тоже очень интересно.

- Тогда берите по факелу и идём, - улыбнулся Берт, ставя сапог на первую ступеньку, - первым иду я, так как мне знакома дорога, да и страж меня уже знает. Затем Бэйл, потом Кейт, за ней Лионэль, замыкает Фаруз. Вопросы есть?

Вопросов ожидаемо не последовало, так как всё было понятно даже мне: Бэйл идёт вторым, чтобы в случае неожиданности принять на себя удар после Берта, а замыкает Фаруз как самый сильный воин — в случае нападения сзади. Ну и мы в серединке: я как самое слабое боевое звено и Лионэль, о боевых способностях которого пока ничего не известно.

Лестница уже знакомо закручивалась по спирали, от стен шёл холод, который я помнила по прошлому визиту. В каменном коридоре раздавались лишь размеренные шаги и ровное дыхание привычных в длинным походам воинов. Передо мной маячила широкая спина Бэйла, позади регулярно слышались восторженные вздохи Лионэля, которого, судя по всему, незнакомая лестница ничуть не напрягала.

Вскоре Альберт остановился, и я чуть не врезалась в спину идущего впереди некроманта. Протиснувшись мимо него, я без особого удивления увидела уже знакомую по прошлому визиту моховую кочку, которая внимательно рассматривала нашу столпившуюся на площадке компанию всеми тремя лиловыми глазами.

- Доброго дня, господин Пчиххельс, - вежливо поздоровалась я, - а вот и мы, собственно…

- Вижу, не слепой, - не слишком любезно отозвался страж лестницы, - быстро вы. Я ждал вас попозже, недельки через две…

- Так, может, нам уйти и вернуться через две недели? - спокойно спросил Бэйл, делая шаг в сторону лестницы.

- Некроманты все такие нервные и обидчивые, или это только ты такой дефектный? - неприязненно покосился на него Пчиххельс, явно не испытывая к Бэйлу симпатии.

- У нас у всех тяжёлый характер, поэтому не могу тебя ничем утешить, страж, - равнодушно пожал плечами Бэйл, - но не мы выбираем судьбу, а она нас. Я принц Аш-Рибэйл, Пастух.

- То, что Пастух — это я вижу, - всё ещё недовольно, но уже гораздо уважительнее сказал Пчиххельс, - а вот что демон — это, скажу я вам, сюрприз.

И страж как-то очень ехидно хихикнул, подмигнув сразу всеми тремя глазами: зрелище незабываемое, можете поверить.

- Давненько вашего брата не было видно в здешних краях, - Пчиххельс сменил гнев на милость и разговаривал с Бэйлом уже вполне доброжелательно, - как там, в Освэше? А то сижу здесь посреди лестницы, ничего не знаю, никаких новостей, что там в мире делается…

- В Освэше всё по-старому, - ровно ответил Бэйл, - насколько я в курсе. По ряду причин я там давно не был.

- Наслышан я про твои причины, - хихикнул Пчиххельс, но, наткнувшись на ледяной взгляд некроманта, быстро сменил тему, - так, кто тут у нас ещё? Ого, альв… ну ничего себе ты команду подобрала, Дева. Один к одному прямо! А казалась дурочкой такой… прости, недооценил. Виноват, исправлюсь, больше не повторится.

- Я Лионэль, Творец, - доброжелательно сказал альв, выходя вперёд и рассматривая стража с почти детским любопытством, - а вы страж лестницы, да?

- Да, я страж, - моховая кочка подросла и даже стала как-то солиднее, что ли.

- А можно вас потрогать? - Лионэль просительно посмотрел на господина Пчиххельса. - Я аккуратно, честное слово…

- Зачем это? - кочка отползла подальше от излучающего исследовательский энтузиазм альва. - Не надо меня трогать, ничего такого интересного во мне нет.

- А это мох? - Лионэль сделал шаг вперёд и протянул руку. - Он мягкий? А он растёт или остаётся таким всё время? Он тёплый, да? А третий глаз вам зачем? Это генетическая особенность стражей, да? Как интересно! Я никогда раньше не видел чёрный мох, только зелёный и серый. А почему он чёрный? Он у всех стражей такой или только у вас?

- Дева, успокой своего альва, - занервничал господин Пчиххельс, - пока он меня не начал разбирать на части: исключительно в научных целях. Но я не настолько ценю эксперименты…

- Но, господин страж! - взмолился Лионэль, и Бэйл с непередаваемой интонацией посоветовал:

- Лучше пусть потрогает, а то ведь не отстанет, - светлые глаза некроманта смеялись, - поверь, страж, дешевле согласиться.

- Ну хорошо, - сдался господин Пчиххельс, - только один раз, ты слышал, альв? Только один-единственный раз!

Лионэль закивал так активно, что я испугалась, не отвалится ли у него голова, и осторожно протянул руку. Пчиххельс настороженно наблюдал за ним, округлив все три фиолетовых глаза. Альв бережно прикоснулся к чёрному мху, а мы все замерли, я, кажется, даже перестала дышать. Тонкие пальцы бережно прошлись по чёрному мху, и страж, хмыкнув, пододвинулся поближе к альву. Тот светло улыбнулся и стал поглаживать чёрный мох, отчего лиловые глаза блаженно прищурились.

- Ладно, - через минуту очнулся Пчиххельс, - погладил, и хватит. Баловать вас тут...

Он посмотрел на Фаруза и, помолчав, сказал:

- Привет и тебе, Воин, - в ответ принц склонил голову, - ох, и силён ты... Не ошибись, старший сын. Знаешь, в чём опасность вершины?

- В чём? - я заметила, как стиснули пальцы рукоять меча.

- Там есть место только для одного, - непонятно сказал страж и замолчал. Потом ещё раз окинул взглядом всю нашу компанию и произнёс:

- Ну что же, приходите вечером, я открою вам путь дальше.

Обратный путь мы преодолели в молчании, каждый думал о чём-то своём: Фаруз мрачно покусывал губы, видимо, задетый за живое словами стража лестницы. Интересно, какую вершину имел в виду господин Пчиххельс? Ну да ладно, если это важно для нашего путешествия, принц сам расскажет, а если не важно — каждый человек имеет право на личные тайны.

Лионэль мечтательно улыбался, видимо, представляя себе, сколько всего интересного и необычного — типа стража лестницы — ждёт его впереди. И всё это новое можно увидеть, потрогать или даже нарисовать! Вот оно — счастье творческого человека… в смысле — альва.

Бэйл был привычно мрачен, но иногда начинал бормотать под нос какие-то строчки, похожие на стихи, и я вспомнила, что он, кроме всего прочего, ещё и бард. Но вообще бард-некромант — это как-то вне зоны моего представления о мире. Интересно было бы его послушать…

Альберт шёл с сосредоточенным лицом человека, решающего многоуровневую задачу: могу спорить на золотой, что он просчитывал, что нам нужно взять с собой. Берт — человек практический.

Ну а я шла молча, потому что давно и прочно усвоила правило: если у мужчин такие сосредоточенные лица, лучше помолчать — это гораздо полезнее для нервной системы.

На выходе нас встречал господин Шуфель, правда, без оркестра, зато с цветами: с просветлённым лицом он лично высаживал вокруг ямы кустики каких-то бледно-розовых цветочков. Остальные строители гомонили где-то во внешнем дворе, оттуда же доносился на удивление слаженный стук молотков и скрип лебёдки (кажется, это штука для поднятия тяжеленных каменных плит называется именно так, но гарантий не дам).

Мужчины переглянулись и дружно направились в мой кабинет, а я, не забыв восхититься цветами и заработав странный взгляд господина Шуфеля, присоединилась к ним буквально через несколько минут.

- У нас около шести часов, - без лишних рассуждений перешёл сразу к делу Альберт, и остальные молча признали за ним право решать хозяйственно-организационные вопросы, - давайте распределим обязанности. Кейт, займись, пожалуйста, продуктами: ты лучше знаешь, где что лежит. Возьми только то, что долго не испортится. И воды.

- Я соберу лекарства и то, что может понадобиться мне как магу, - решительно поднялся Бэйл, - проверю свои запасы и постараюсь пополнить. Нэль, поможешь?

- Конечно, - охотно согласился альв и вскочил со своего места.

- Фаруз, сходи к альвам и договорись с ними об охране леди Маргарет и дома, - попросил Берт принца, и тот, кивнув, вышел из кабинета.

- Бэйл, ты действительно собираешься оставить здесь своего… этого… как его… ургейса? - спросил Берт уже выходящего в дверь некроманта.

- Конечно, нет, - улыбнулся Бэйл, - ургейс всегда рядом с хозяином, но этому замечательному господину Шуфелю ведь совсем не обязательно знать правду, верно?

- Однозначно, - кивнул Берт и, подумав, хмыкнул и вышел из кабинета. Почти тут же мы услышали, как он подзывает одного из строителей и отдаёт какие-то распоряжения.

Снова собрались во дворе мы уже вечером, оговоренные Бертом шесть часов за сборами, суетой и обедом с леди Маргарет пролетели совершенно незаметно. Когда, переодевшись в удобные брюки (какое счастье, что современные правила поведения не запрещают женщинам носить эту удобную одежду в путешествиях!), рубашку и длинный жилет, я вышла во внутренний двор, мужчины уже были готовы: походная одежда, оружие и достаточно увесистые вещевые мешки за плечами. Мне достался небольшой заплечный мешок, фляга с водой, которую я по совету Берта пристегнула на пояс, и длинный альвский кинжал: Нэль сказал, что такие кинжалы называются «къяма».

Оглядывая двор, я вдруг заметила в углу двора странное сооружение, больше всего напоминающее здоровенную собачью будку. Но так как собаки у нас отродясь не было, то я даже глаза протёрла, а потом перевела взгляд на веселящихся мужчин.

- Шахран, - позвал Бэйл, спрятав улыбку и мрачно глядя на высыпавших во двор строителей в главе с господином Шуфелем.

Пылевой столб возник практически сразу и закачался у Бэйла за правым плечом, а господин Шуфель побледнел, как полотно.

- Шахран, - обратился Бэйл к ургейсу, пряча смеющиеся глаза, - так как ты остаёшься здесь контролировать господина Шуфеля и подчинённых ему строителей, то для тебя приготовили специальный дом.

Тут Бэйл широким жестом указал на свежесколоченную конуру и пояснил:

- Это чтобы люди знали, где тебя найти в случае необходимости, да и тебе так будет проще… я бы сказал, уютнее…

Наверное, если бы у ургейса были руки, он обязательно покрутил бы пальцем у виска, но так как рук не было, он просто неподвижно завис в воздухе, вместе с нами таращась на будку.

- Самое лучшее дерево пустили, - кашлянув, сказал господин Шуфель, обращаясь не то к Бэйлу, не то к ургейсу, - можно сказать, дом у вас, господин Шахран, из уникальных ценных пород дерева.

Ургейс, плавно качнувшись, подплыл к будке из вроде как драгоценной древесины, облетел её вокруг, нырнул внутрь, вытек через отверстие в крыше и снова подлетел к Бэйлу.

- Леди, - осторожно подёргал меня за рукав незаметно подошедший господин Шуфель, - а вы не спросите по-свойски, как невеста, у господина с чудищем, как его кормить?

- Кого? - ошалела я, пытаясь понять смысл вопроса.

- Так чудище же, господина Шахрана то есть, - пояснил мне глава строителей, - чтобы довольно осталось…

Я кивнула и с максимально серьёзным лицом подошла к Бэйлу, который, прикрыв глаза, явно инструктировал ургейса.

- Бэйл, - достаточно громко спросила я, - господин Шуфель интересуется, чем лучше кормить Шахрана, чтобы он был доволен.

Строители замерли, обратившись в слух, и я их очень даже понимала: на их месте я бы тоже интересовалась рационом оставленного мне чудища.

- Ну, - глаза Бэйла на секунду сверкнули ядовитой зеленью, и строители отхлынули, как волна от берега, - если все работают хорошо, то можно мышами, кроликами. Ну, а если кто-то халтурит, то Шахран всегда за разнообразие в питании.

Я посмотрела на строителей и поняла, что работать все будут не просто хорошо, а очень хорошо, и, очень может быть, вернувшись, я застану замок уже отремонтированным. Мысль о том, что я могу и не вернуться, я решительно прогнала, так как по пророчеству я ещё и замуж выйти должна, а не только вернуться. Буду в это искренне верить.

Оставив строителей выяснять, кто сегодня будет ловить мышей, мы подошли к темнеющему провалу и, не задерживаясь, начали спускаться. Уже знакомый путь показался каким-то очень коротким, но вот уже перед нами площадка, в центре которой гордо возвышается господин Пчиххельс.

- Ну что же, - кашлянув, торжественно сказал он, - сейчас я открою вам путь. Ваша задача — найти в том мире, в который вы попадёте, деталь Короны Короля. В конце пути вас будет ждать другой страж, он и откроет вам следующий путь.

- А как выглядит эта деталь? - вежливо поинтересовался Нэль.

- А никто не знает, - с лёгким злорадством ответил страж, - но, говорят, если увидите — ни с чем не спутаете.

- Хорошо, если так, - без особого оптимизма отозвался Бэйл.

Господин Пчиххельс ещё раз оглядел нас, вздохнул и, выпустив длинный отросток, похожий на ветку, очертил им ровный овал, тут же налившийся серебристым светом.

- Удачи, - сказал нам страж, кивая на дверь.

Мы переглянулись, и Фаруз, на всякий случай обнажив меч, первым шагнул в жемчужное марево. За ним в овале исчез Берт, а потом я поняла, что следующая очередь — моя. Глубоко вздохнув, я шагнула в окно, и меня тут же оттащил в сторону Фаруз, чтобы Нэлю и Бэйлу не пришлось об меня спотыкаться.

Как только из овала вышел Бэйл, который шёл последним, дверь мигнула и с еле слышным щелчком исчезла.

Я огляделась и за минуту забыла, как дышать: вокруг, насколько хватало глаз, простиралась заросшая какими-то низкими серыми кустарниками пустошь, и лишь вдалеке сквозь туман виднелись очертания не то замка, не то просто большого дома.

Глава 10

Шарист, окрестности города Аплертон,

Туманная Пустошь,

день 734 от Закрытия Врат (ЗВ)

Какое-то время мы стояли, просто молча осматриваясь и пытаясь как-то осознать, что всё это происходит на самом деле: мы в другом мире, о котором не имеем ни малейшего представления. И здесь мы должны найти некий элемент Короны Короля, при этом никто не знает не только где его искать, но и как он выглядит. Как в старых сказках, которые так любила рассказывать мне няня, сидя вечером у моей кроватки с вязанием в руках. Это там героев отправляют «туда, не знаю, куда», чтобы найти «то, не знаю, что». Я очень любила слушать эти истории: иногда смешные, иногда страшные — но никогда не могла даже предположить, что стану участницей одной из них.

- У кого-нибудь есть предположения, где мы можем находиться? - первым пришёл в себя Фаруз, но почему-то звук его голоса показался мне странным: каким-то глуховатым, надтреснутым, словно принц много дней проходил с жесточайшей простудой.

- Не думаю, что хоть у кого-то из нас есть достойные версии, - внимательно осматриваясь, сказал Бэйл, - такая пустошь может быть в абсолютно любом мире. Но единственное, что я могу сказать с полной уверенностью, - это то, что мне здесь не нравится.

- Мне тоже, - хмуро согласился Фаруз, медленно поворачиваясь и взглядом профессионального воина обшаривая каждый кустик и каждую ямку, - что-то в этой пустоши не так. Ещё и туман этот…

- Здесь очень странно, - встревоженный Нэль нагнулся и попытался сорвать с ближайшего к нему куста серую веточку. Но не успел он к ней прикоснуться, как она тут же рассыпалась в его руках в тончайшую пыль, - очень странно. Эти растения совершенно мёртвые, причём очень давно. Они высохли десятки, возможно, сотни лет назад и при малейшем прикосновении разрушаются.

- Давайте подумаем о ночлеге, - голос Альберта был спокоен, но в голубых глазах плескалась тревога, - становится темнее с каждой минутой, а мне ночевать посреди этого мёртвого поля как-то совсем не хочется, уж не знаю, как вам.

- А мне вообще здесь находиться не нравится, - сказала я только для того, чтобы хоть что-нибудь сказать, так как эта пустошь, которую всё сильнее затягивало туманом, не нравилась мне настолько, что хотелось просто сесть на землю, закрыть лицо руками и завизжать. Громко и отчаянно, чтобы только разрушить наползающую со всех сторон вязкую тишину.

- Вон там вроде бы виднеется какой-то дом или даже замок, - Бэйл показал рукой в ту сторону, где туман был гуще всего, но сквозь него всё ещё просматривались, хоть и с трудом, очертания какого-то большого строения, - я не думаю, что с учётом приближающейся ночи мы найдём что-то более приличное.

- Насколько я понимаю, у нас просто нет выбора, - тяжело вздохнул Фаруз и первым пошёл в указанную Бэйлом сторону, - не укладываться же в самом деле посреди этой дохлой травы.

Вслед за ним двинулся некромант, потом Нэль, но не успела я сделать и двух шагов, как меня остановил окрик Альберта.

- Стойте! - Берт внимательно смотрел на кустики, послушно рассыпающиеся в прах под нашими ногами. - Это не просто пустошь…

- Это ловушка, - Фаруз прищуренными глазами смотрел на чётко виднеющиеся в лунном свете следы, которые оставили они с Бэйлом, - кто бы это ни придумал, он прекрасно сообразил, как отследить всех, кто тут прошёл.

- Нэль, ты самый ловкий и лёгкий из нас, - Берт повернулся к альву, - попробуй пройти так, чтобы не задевать эти треклятые кусты.

Лионэль понятливо кивнул и попробовал сделать шаг: находящийся рядом куст мгновенно рассыпался, хотя альв даже не прикоснулся к нему, это я видела совершенно точно.

- Ему хватает движения воздуха, - досадливо поморщился Фаруз, пристально наблюдавший за попытками Нэля, - даже если мы вдруг научимся летать, то…

Договорить он не успел, так как Бэйл поднял руку в предупреждающем жесте и замер. Мы невольно последовали его примеру и застыли посреди коварного кустарника.

Этот звук я расслышала не сразу, но напряжённое выражение тревоги на лицах спутников заставило меня напрячь слух.

Негромкое щёлканье перемежалось еле слышным поскрипыванием, какое бывает, когда по дороге медленно едет хорошо смазанная, но тяжело гружённая телега. Звук казался совершенно безобидным и даже каким-то умиротворяющим, поэтому то, как побледнел альв, и то, как одним взглядом оценил расстояние до темнеющего вдали дома Фаруз, стало для меня неожиданным.

- На счёт «три» и на «сорок», - не очень понятно, как мне показалось, скомандовал Фаруз Берту, но тот кивнул и бросил альву мой заплечный мешок, а сам подошёл ближе. Бэйл оценил обстановку, одним плавным движением переместился за спину Берту, пропустив альва вперёд. Я непонимающе смотрела на мужчин, и успокаивало меня только то, что сами они, кажется, прекрасно друг друга понимали.

- Раз, - сказал Фаруз, и Нэль, сорвавшись с места, легко побежал в сторону уже почти неразличимого в тумане дома.

- Два, - Фаруз скользнул мне за спину, и я услышала звук вынимаемого из ножен оружия, но обернуться и посмотреть не успела.

- Три, - выдохнул принц, и Берт внезапно подхватил меня, забросил на плечо, как крестьянин мешок яблок, и побежал за Нэлем, стараясь ступать по той же тропинке, которая оставалась после альва и была прекрасно видна в неясном свете.

Сразу за Бертом пристроился Фаруз, который на бегу что-то шептал и я, немного придя в себя, поняла, что он считает шёпотом. Но спросить ничего не успела, так как принц скомандовал:

- Три… два… давай…

И Берт, подчиняясь приказу, ловко передал меня Фарузу, который точно так же взгромоздил меня на плечо, а Берт пристроился сзади. Теперь уже он шёпотом считал, и я наконец-то сообразила, что это они отсчитывают, когда кому меня тащить. Мысли возразить у меня даже не возникло, так как я прекрасно понимала, от отстала бы от бегущих воинов ещё где-то между первыми цифрами «десять» и «пятнадцать», если не раньше. Ну не было бега среди моих увлечений, и опытные воины это, судя по всему, прекрасно поняли.

Сначала я не поняла, почему они тащат меня вдвоём, когда тот же Бэйл намного крупнее Фаруза, но потом увидела, как некромант, бегущий последним, что-то бросает на тропинку, которая неизбежно остаётся после нас в этом кустарнике, и на бегу умудряется произносить какие-то заклинания.

Всё было логично: первым бежал лёгкий и быстроногий, как все альвы, Нэль, разведывая путь и выбирая наиболее короткую дорогу, за ним — Фаруз и Берт, тащившие меня, а замыкал Бэйл, по возможности прикрывавший наш маленький отряд магически.

Я хотела что-то сказать, но слова застряли у меня в горле: там, откуда мы недавно убежали, двигалось нечто. Отсюда мне было плохо видно, и я была искренне рада, что это так: невнятная масса, ворочавшаяся вдалеке, не вызывала ни малейшего желания рассмотреть ей поближе. Наоборот, хотелось оказаться от неё как можно дальше, и я с тревогой прислушивалась к тому, каким тяжёлым становится дыхание моих спасителей, потому что хоть я и не страдаю излишками веса, но всё равно бежать, таща на плечах лишние шестьдесят килограммов, — то ещё удовольствие.

Во время очередного перебрасывания меня с одного широкого плеча на другое я краем глаза увидела Нэля: значит, спасительное здание рядом. Альв подбежал к Фарузу, который только что отдал меня Берту, забрал его вещмешок, потом дождался, пока Берт освободит руки и забрал мешок у него. Боги, то есть помимо меня они ещё тащили и все вещи? Завтра же начну тренироваться, чтобы не быть обузой в этом походе, так мало похожем на увеселительную прогулку.

Додумать мысль я не успела, так как нёсший меня Берт вбежал в какие-то ворота и почти рухнул на землю, а меня успел подхватить Нэль. Рядом с Бертом на землю обессиленно опустился Фаруз, а последним внутрь небольшого двора, отгороженного от пустоши достаточно высокой каменной стеной, вбежал Бэйл. Вдвоём в альвом они закрыли тяжёлую, окованную толстыми железными полосами дверь, задвинули засов, и Бэйл что-то шепнул, после чего над двором повис еле заметный глазу прозрачный купол.

- Думал… не успеем… - с трудом переводя дыхание, прохрипел Фаруз, с трудом поднимаясь на ноги, - давно я так не бегал. Кейт, ты молодец, - внезапно похвалил он меня, хотя мне казалось, что в данной ситуации я последний человек, которого стоило хвалить: болталась себе как мешок на плече.

В ответ на мой удивлённый взгляд Берт, тоже поднявшийся на ноги, пояснил:

- Большинство девушек на твоём месте начало бы брыкаться, вырываться или визжать. Тогда нам было бы гораздо сложнее. Ты своим спокойствием очень нам помогла.

- Спасибо вам, - я улыбнулась хмурым мужчинам, - вам всем. И давайте сразу решим, кто из вас займётся моей физической подготовкой: я не хочу и дальше создавать похожие проблемы.

Бэйл странно взглянул на меня, пожал плечами и перевёл взгляд на Берта, тот в свою очередь посмотрел на Фаруза, и в итоге все они сосредоточились на Лионэле. Альв светло улыбнулся и кивнул мне:

- Хорошо, Кейт, мне кажется, это очень разумное и серьёзное решение. И давай я сразу объясню тебе, почему ни один из них, - тут альв махнул рукой в сторону слегка смущённых мужчин, - не захотел этим заниматься.

- И почему же? - Нэль угадал, мне действительно было слегка обидно, что они постарались спихнуть меня на альва.

- Они привыкли рассчитывать нагрузки для солдат, то есть взрослых сильных мужчин, и боятся передавить: ты же пока ничего не умеешь. А у нас девушки тоже бывают воинами, поэтому мне несколько проще составить для тебя программу тренировок, если ты, конечно, не передумаешь.

- Не передумаю, - я решительно помотала головой, - а сейчас давайте посмотрим, куда мы попали. Бэйл, я правильно понимаю, что это защитный купол?

- Да, - кивнул некромант, внимательно прислушиваясь, чуть ли не принюхиваясь, - он, конечно, не является универсальной защитой, но от большинства проблем защитит. Но сколько он продержится — сказать точно не могу, здесь очень странная магия. С одной стороны, я чувствую в ней что-то родственное, тёмное, но с другой — она абсолютно чужда мне, вызывает глубочайшее внутреннее отторжение.

- Смотрите, - вдруг воскликнул Берт, показывая куда-то в сторону дома или замка, который мы так и не удосужились до сих пор рассмотреть, - там свет!

Я тоже успела заметить, как в тумане, который плотной пеленой окутывал замок, — наверное, это всё-таки был именно он — мелькнул зеленоватый свет. Причём сначала внизу, затем почти тут же в одной из башенок, потом снова внизу. Складывалось впечатление, что там кто-то ходит с фонарём, причём передвигается этот кто-то очень быстро. Ну… или их там несколько.

- Нужно пойти и посмотреть, - с энтузиазмом предложил Берт, - возможно, мы там найдём ответы хотя бы на часть вопросов. Нам бы для начала понять, что это за мир и есть ли здесь люди.

- Не спеши, - остановил его Фаруз, пристально всматривающийся в темноту, - мне не нравится это место, хотя и не очень понимаю, почему.

- Здесь нет живых существ кроме нас, - медленно поворачиваясь и прикрыв глаза, проговорил Нэль, - мы, альвы, умеем чувствовать такие вещи. Этот замок так же мёртв, как и пустошь, через которую мы прошли. Здесь вокруг нет никого с горячей кровью, хотя я и ощущаю чей-то разум.

- А разве так может быть? - растерянно спросила я. - Как так-то — разум есть, а живых нет? Ты, наверное, просто не можешь определить, Нэль, это всё-таки другой мир.

Не успел альв ответить, как из-за стены раздался громкий женский крик:

- Помогите! Помогите!

Мы одновременно бросились к воротам, но путь нам преградил решительно нахмурившийся Бэйл. Он заслонил собой створки, хотя Берт уже протянул руку в сторону засова.

- Стойте, - он спиной прижался к воротам, - вы забыли, что только что говорил Нэль? Здесь нет живых!

- Но кто-то же кричит, - Берт был готов схватиться за оружие, но рядом с Бэйлом встал альв.

- Берт, там нет живых, - Нэль упрямо сжал губы, - я даю тебе слово…

- Помогите! Пожалуйста! - в голосе кричавшей женщины слышалось отчаяние!

- Мы не можем не помочь, - Фаруз стиснул пальцы на рукояти меча.

- У меня вопрос, - вдруг медленно проговорил Берт, делая шаг назад, - почему она не стучит в ворота? Да и крик не стал ни громче, ни тише…

Бэйл, поняв, что никто не собирается, к счастью, штурмовать запертые ворота, подошёл к стене и, легко подтащив к ней лежащий неподалёку камень, вспрыгнул на него и выглянул наружу. Уж не знаю, что он там мог рассмотреть в полной темноте, но тем не менее. Мы, затаив дыхание, наблюдали за ним: женщина продолжала звать на помощь, но Берт был прав, она даже не пыталась постучать. Хотя я, например, окажись на её месте, уже давно изо всех сил барабанила бы в ворота или пыталась бы перелезть через стену.

Бэйл спрыгнул с камня и хмуро взглянул в нашу сторону:

- Давно я не встречался с ними, и с удовольствием не видел бы ещё столько же. Мерзкие твари…

- О ком ты? - Фаруз, услышав очередной умоляющий крик, стиснул зубы, но не двинулся с места.

- Лугулл, - пояснил Бэйл, и альв поморщился, словно от боли, - один из видов низших демонов. У них нет никаких способностей кроме умения ненадолго принимать вид существа, которое они когда-либо встречали.

- А можно посмотреть? - робко попросила я, не видевшая ни разу в жизни никаких демонов. Бэйла я всё равно воспринимала как человека, а не как принца этих самых демонов.

Мужчины быстро обменялись взглядами, безмолвно посовещались, и Бэйл осторожно отодвинул металлическую пластину, закрывавшую в одной из створок ворот что-то типа смотрового окошка, забранного частой решёткой.

Я с вполне объяснимым любопытством выглянула за границы, очерченные куполом. На едва освещённом мутным светом участке пустоши стояла молодая женщина, даже при таком скудном свете было видно, что она очень красива. Лёгкое платье из какой-то струящейся ткани, обнажённые тонкие руки, длинные светлые волосы…

Она сделала шаг вперёд и, опустившись на колени, снова крикнула:

- Пожалуйста! Помогите! Умоляю!

- Посмотри на кусты вокруг неё, - вдруг негромко сказал мне Нэль, который тоже подошёл к окошку, - видишь?

Я всмотрелась в сумрак, не надеясь увидеть хоть что-то, но тут местное ночное светило выглянуло из-за плотных туч, и я с изумлением разглядела, что рассыпающиеся даже от движения воздуха серые кустики вокруг девушки совершенно невредимы.

- Лугуллы нематериальны, - пояснил мне альв, а Бэйл согласно кивнул, - это просто сгусток энергии. Но энергии очень агрессивной и злой. Если бы мы её впустили, через час от нас не осталось бы ничего кроме высохших до состояния мумии трупов.

- Ужас какой, - поёжилась я, - а она что, так и будет стоять здесь до утра и кричать? Она ведь, наверное, поняла уже, что её не впустят.

- Она ничего не понимает, так как у лугуллов примитивный разум: они могут только выполнять приказы, - пояснил Бэйл и, помолчав, добавил, - осталось понять, кто её прислал.

- А может, тот, кто светит в замке, сможет нам подсказать? - неуверенно предложила я, сама сомневаясь в разумности собственных слов.

- Кейт, ты же умница, - мягко начал Фаруз, - сейчас вокруг ночь кромешная, мы вымотаны переходом и марш-броском по пустоши. И идти в замок, не зная, кто в нём обитает и насколько эта сущность спокойна, — верх безрассудства.

- Когда девушке говорят «ты же умница», как правило, хотят сказать совершенно противоположное, - усмехнулась я, - но в данном случае я с тобой соглашусь. Прежде чем соваться в замок, нужно как минимум отдохнуть и, в идеале, дождаться утра. Здесь же не всё время ночь?

- Так откуда же нам знать? - пожал плечами Нэль, садясь на землю и опираясь спиной на один из камней, в изобилии валяющихся во дворе.

- В любом случае нужно назначить дежурных, - напомнил Берт, обращаясь к мужчинам, - Кейт, ты не дежуришь, это наша работа. Ты лучше отдохни как следует, мы ведь не знаем, что нам готовит завтрашний день. Тебе могут понадобиться все силы.

- Я буду дежурить первым, если никто не против, - вызвался Фаруз, - через два часа меня кто-нибудь сменит.

- Хорошо, - не стал спорить Берт, - тогда первым Фаруз, потом Нэль, потом Бэйл, и потом уже я. Ты ведь понимаешь, почему я поставил тебя третьим?

Некромант молча кивнул, а по лицам остальных я видела, что они, в отличие от меня, всё понимают.

- А почему? - не удержалась я от вопроса. - Мне интересно, и я хочу понимать. Мало ли, пригодится: как говорит тётушка Маргарет, никакие знания не бывают лишними.

Упоминание о тётушке вызвало тёплую улыбку на лицах моих спутников, и они как-то слегка расслабились.

- Потому что предрассветные часы — самое любимое время любой нечисти, да и сон в это время особенно крепкий. А я всё-таки маг, тем более — некромант, кому же как не мне дежурить в такое время? - говоря это, Бэйл устраивался на земле, подложив под голову мешок.

Посмотрев на располагающихся на отдых спутников, я тоже начала готовиться ко сну, хотя и была абсолютно уверена, что не смогу сомкнуть глаз в этом странном месте. Девушка за стеной всё так же причитала и просила о помощи, но никто уже не обращал внимания, во всяком случае, не дёргался и не рвался на подвиги. Расстелив на земле плащ, я подложила под голову свой заплечный мешок, постаравшись устроиться хотя бы относительно удобно. И это я была недовольна кабинетным диванчиком, на котором пару раз пришлось задремать?! Неблагодарная! Да он — верх комфорта по сравнению с жёсткой землёй и мешком, который так и норовит выставить в мою сторону что-нибудь жёсткое и угловатое, вместо подушки.

- А огонь мы зажигать что, не будем? - негромко спросила я у Берта, которому ночёвка на голой земле, казалось, не доставляет ни малейших неудобств.

- Нет, - так же тихо ответил он, - мы не знаем ничего об окружающем мире, так зачем нам привлекать к себе дополнительное внимание? Ведь ты понимаешь, что лугулл появился здесь не сам по себе? Его кто-то отправил, и наша задача — понять, кто и зачем. Но здесь я полагаюсь больше на Бэйла: всё-таки всякая нечисть ему ближе.

- Спасибо на добром слове, - хмыкнул расположившийся неподалёку некромант и негромко засмеялся, - но ты прав, Берт, всякая гадость — это ко мне, так как я и сам в каком-то роде — нечисть. А уж про Шахрана я даже не говорю.

- Прости, я не хотел тебя обидеть, - даже в темноте было видно, как смутился и покраснел здоровяк Альберт, - просто ты… ну как бы… лучше в них разбираешься, вот…

- Не переживай, ты меня не обидел, - усмехнулся в темноте Бэйл, - тем более, что ты действительно прав. Мы, демоны, неотъемлемая часть тёмного мира. А теперь давайте спать, последуем примеру нашего альва, который уже третий сон видит.

Я в темноте ничего разглядеть не могла, но со стороны, где устроился Нэль действительно не доносилось никаких звуков кроме размеренного дыхания. Подумав о том, что я никогда не смогу уснуть на таком жёстком ложе, я закрыла глаза и мгновенно провалилась в сон.

… Коридор, по которому я шла, был мне совершенно не знаком, но при этом я не испытывала ни малейшего сомнения в том, куда нужно свернуть на том или ином повороте. На очередной развилке я уверенно повернула направо и остановилась перед окованной медными полосами дверью. Откуда-то я совершенно точно знала, что эти полосы выкованы из заговорённой меди, и никто, кроме имеющих на это право, не сможет открыть эту дверь.

Я спокойно толкнула дверь и оказалась в ярко освещённой лучами заходящего солнца комнате, а у окна, глядя на горящий алым закат стоял высокий человек, на плечах которого лежала тяжёлая пурпурная мантия. Закатные лучи отражались от виднеющейся из-под неё сверкающей кольчуги, и создавалось впечатление, что это сам доспех горит тревожным алым светом.

Мужчина повернулся и вежливо улыбнулся мне, и я без удивления узнала Бэйла, пусть и изрядно постаревшего, с тонкими редкими нитями седины в тёмных волосах. Он улыбнулся мне и показал на кресло возле большого стола.

- Садись, Кейт, и спасибо, что нашла для меня время, мы в последние недели слишком мало с тобой видимся. Дела в Освэше требуют слишком много моего времени, и я совсем забросил тебя, прости.

- Что ты решил? - услышала я словно со стороны свой голос, и он показался мне достаточно странным, но я почти сразу поняла: это был голос немолодой женщины. Логично: если Бэйл состарился, то я неизбежно тоже, хотя странно, что вообще жива: ведь продолжительность жизни у демонов гораздо дольше.

- Я не приму их условий, - холодно ответил Бэйл, и возле его губ залегла жёсткая складка, - демоны никогда не будут подчиняться дурацким человеческим законам, мы высшая раса! Я завоевал эту корону не для того, чтобы теперь уступать каким-то ничтожным людишкам. И то, что их возглавляют потомки Берта, ничего не меняет. Мой ответ — нет!

- Но ты клялся, - в моём голосе прозвучал упрёк.

- Не я первым нарушил клятву, - помолчав, сухо произнёс Бэйл, - и ты прекрасно это знаешь. Если бы тогда этот предатель поступил иначе, всё могло бы сложиться по-другому. Но теперь он возглавляет армию, которая противостоит мне, ты понимаешь — мне!! И я уже давно не считаю его своим другом. И не начинай снова свои уговоры, Кейт, прошу тебя.

С этими словами он встал и вышел на балкон, а я последовала за ним и замерла, глядя вниз: вся огромная площадь была заполнена войсками, а за ними поднимались к небу огромные, гораздо больше Шахрана, боевые ургейсы. Это была армия, которая приветствовала своего вождя.

- Ваше величество, - послышался голос из комнаты, которую мы покинули, - вам пора.

Я обернулась и увидела молодого демона в боевой ипостаси (откуда-то я точно знала, что это именно она). Он протягивал Бэйлу поднос, на котором лежала Корона. Та самая Корона Короля. Бэйл протянул руку и надел Корону, которая засверкала на его по-прежнему длинных и густых волосах. Плющ, раньше покрывавший только его щёку и шею, а теперь разросшийся и скрывший под собой плечо и часть спины, словно ожил.

Я смотрела на Корону, и мой взгляд постоянно возвращался к крупному рубину, который был вставлен в один из пяти зубцов. Он словно манил меня, не позволяя отвести взгляд. Я протянула к нему руку, коснулась кончиками пальцев… и проснулась.

Вокруг было по-прежнему темно, хотя где-то далеко, как мне показалось, небо начало светлеть. Справа от меня, сосредоточенно нахмурившись, спал Берт, и сон его, видимо, был не очень спокойным, так как он постоянно морщился и вздыхал. Дальше, полусидя, прислонившись к большому камню, дремал Фаруз, и во сне не выпускающий из рук оружия. Нэль спал, обняв свой мешок и светло улыбался во сне.

Я повернула голову и увидела на фоне светлеющего тёмно-серого неба силуэт Бэйла, который стоял возле каменной стены и смотрел на пустошь. Словно почувствовав мой взгляд, некромант обернулся и спокойно сказал:

- Спи, Кейт, это не самое спокойное место, но нужно набраться сил, скоро рассвет.

Я кивнула, хотя и сомневалась, что смогу уснуть после того, что мне только что привиделось. Неужели тогда, в моей комнате, Фаруз был прав, и во мне постепенно начнёт пробуждаться дар предвидения? Вот даже затрудняюсь сказать — хорошо это или плохо. С одной стороны, всегда полезно знать, что ждёт впереди, но с другой — как нести этот груз? Как решать, о чём говорить, а о чём лучше промолчать или вообще никогда не вспоминать?

Например, нужно ли рассказывать о моём сне? Всем или только Бэйлу? И ведь даже совета спросить не у кого!

Поднявшись с земли, стараясь никого не разбудить, я завернулась в плащ, подошла к дежурящему Бэйлу и молча встала рядом. Внутренний голос настоятельно советовал рассказать ему о сне, но я боялась, что это может как-то усложнить едва зародившиеся дружеские отношения между нами.

- Ты что-то увидела во сне, Кейт? - по поворачиваясь, негромко спросил некромант, и я вздрогнула. Откуда он узнал? Догадался?

- Да, - я вздохнула, в глубине души понимая, что сама вряд ли рискнула бы начать этот разговор, - и теперь не знаю, говорить ли об этом? Часть я расскажу обязательно, потому что теперь я знаю, что нужно искать — рубин, большой такой. И я видела Корону Короля…

- А вторую часть? - Бэйл по-прежнему смотрел куда-то вдаль, туда, где начинало светлеть небо. - Почему ты сомневаешься, нужно ли её рассказывать?

Я помолчала, потом набралась решимости и сказала:

- Не бери Корону, Бэйл…

- Ты видела вариант будущего, в котором Корона у меня, - некромант не спрашивал, а просто констатировал факт, - и это будущее тебе не понравилось.

- В нём все перессорились, ты собирался начать войну против Фаруза, собрал огромное войско из демонов и ургейсов, - негромко говорила я, испытывая невероятное эгоистичное облегчение от того, что могу разделить с кем-то тревогу, поселившуюся в сердце после увиденного.

- А ты? - Бэйл повернулся ко мне, и я увидела, что он совершенно спокоен: мои слова не вызвали в нём той бури эмоций, которой я опасалась. - Ты была со мной?

- Да, - я кивнула, стараясь не замечать пристального взгляда мужчины, - насколько я поняла, я была… твоей женой. И наши отношения тоже оставляли желать лучшего.

- Знаешь, наверное, это единственная причина, которая могла бы заставить меня принять Корону, - очень серьёзно сказал Бэйл, - возможность получить тебя.

- В смысле? - я так растерялась, что даже не задумалась о том, как звучит мой вопрос. - Что ты имеешь в виду?

- Мне не нужна Корона, Кейт, - некромант говорил мягко и доброжелательно, - я от своей-то отказался. И сделал это вовсе не для того, чтобы попытаться получить другую. Я иду с вами не потому что хочу найти Корону.

- А почему? - я понимала с каждой минутой всё меньше.

- Для меня это изначально шанс расплатиться со старыми долгами и разобраться в себе. Я слишком долго игнорировал намёки богов, точнее, одного конкретного бога, и вот он устроил так, что я оказался участником этого походя за Короной.

- Ты говоришь про Мортимера? - я вспомнила мальчишку с жуткими глазами, превратившегося в шипастого монстра, и вздрогнула.

- Да, у богов свои интриги, группировки и интересы, каким бы странным нам это ни казалось, и когда я отказался от трона, Мортимер, скажем так, понёс серьёзные убытки. Я обещал выполнить одно его желание, и вот я здесь. Он, правда, имел на меня другие виды, но в итоге решилось всё так, как решилось. Но мы говорили о другом.

Я молчала, во все глаза глядя на сосредоточенного, но какого-то задумчивого некроманта. Он подошёл ближе и, взяв меня за руку, негромко проговорил:

- Ты удивительная, Кейт, в тебе столько всего намешано: ты то ребёнок, восторженный и любопытный, то взрослая спокойная женщина, умеющая поставить чужие интересы выше собственных, то авантюристка, бросающаяся в неизвестность и не боящаяся ничего… Наверное, счастлив будет тот, кого ты выберешь в спутники жизни. И если ради того, чтобы быть с тобой, нужно было бы непременно принять Корону, я бы согласился.

- Но, Бэйл, ты же совершенно не знаешь меня, - я растерянно смотрела на некроманта, - да и Корона… знаешь, такого тебя, каким ты был в моём сне, я не смогла бы любить…

- А каким смогла бы? - тут же ухватился за мою фразу Бэйл. - Скажи, Кейт, какой он — твой Король? Ведь ты знаешь, что станешь спутницей того, кто наденет Корону Короля.

- Не знаю, - я пожала плечами, уже жалея, что разговор свернул в эту сторону, - смелым, мудрым, справедливым, готовым помочь слабому и встать рядом с сильным. И ещё … он должен любить меня, именно меня, Кейт, а не… владелицу замка и графиню.

- Я услышал тебя, - некромант посмотрел на уже заметно посветлевшее небо, - знаешь, Кейт, я постараюсь стать тебе другом, а о чём-то большем говорить пока рано. Нужно ведь ещё собрать эту злополучную Корону, верно?

Я поняла, что Бэйл, заметив моё состояние, просто сворачивает не слишком приятный мне разговор, и была ему за это искренне признательна. Вот как-то не до любви мне сейчас, вот абсолютно…

- Кейт, быстро буди всех, - крик Бэйла ничуть не напоминал тот спокойный, мягкий и даже слегка завораживающий голос, который я слышала буквально минуту назад.

Я метнулась к спящим, и увидела, как вскочил на ноги Берт, распахнул глаза всё ещё сонный альв, а Фаруз уже бежал к Бэйлу. Я поспешила за ним и, вспрыгнув на камень возле стены, замерла от ужаса: лугулл исчез без малейшего следа, зато по пустоши медленно ползла огромная — я даже не представляла, что такие вообще бывают — змея, чешуйчатое тело которой скользило по рассыпающемуся серому кустарнику совершенно бесшумно, отчего и сама змея казалась нереальной, каким-то мороком.

- Мы не выстоим, если она обрушится всей мощью, - Берт был совершенно спокоен, чего я не могла никак сказать о себе: змея пугала до дрожи в коленках. Фаруз смотрел на страшилище оценивающе, словно прикидывая, с какой стороны лучше напасть. Бэйл разминал пальцы, готовясь, видимо, к какому-то заклинанию. Я хотела было спросить, какая помощь может быть от меня, но не успела. Вперёд вышел абсолютно спокойный Нэль и негромко сказал Бэйлу:

- Сними купол, не надо нападать. Скорее всего, я смогу решить вопрос миром.

- Это же гинзара! - Фаруз проверил, легко ли выходит кинжал из ножен и повернулся к невозмутимому Нэлю.

- Я вижу. - безмятежно улыбнулся альв, - Бэйл, сними купол или просто выпусти меня.

- Нет! - Берт хотел удержать альва, но тот строго сказал:

- Я не вмешиваюсь, когда ты решаешь, кому и когда стоять стражу, потому что ты в этом понимаешь лучше меня. Я альв, и я лучше всех вас понимаю любых тварей, и они чувствуют во мне кровь Звёзд. Поэтому просто не мешайте мне. Полагаю, у нас ещё будет множество возможностей героически погибнуть. Но не сейчас…

Бэйл нахмурился, но шепнул несколько слов, и альв совершенно спокойно шагнул за ворота, которые открыл по-прежнему недовольный его решением Берт.

Мы, махнув рукой на желание остаться незамеченными, выглянули из-за стены и с замиранием сердца следили за невысокой изящной фигуркой, которая легко шагала в сторону гигантской змеищи.

Та, в свою очередь, остановилась и настороженно покачивалась из стороны в сторону, не сводя взгляда с приближающегося к ней альва. Но, к счастью, нападать не спешила: видимо, сначала решила выяснить, чего хочет от неё это странное существо и почему не прячется в страхе. Это и мне, кстати, было интересно, так как я очень плохо представляла себе, что с этим чудовищем можно как-то по-хорошему договориться.

Нэль подошёл к змее, запрокинул голову и что-то сказал, но что именно — было непонятно, и я досадливо поморщилась. Зато змеюка, видимо, всё прекрасно расслышала, так как опустила свою жуткую треугольную морду на один уровень с лицом альва и что-то прошипела.

Как он не отшатнулся, когда из пасти вырвался раздвоенный язык, я не знаю: мне стало страшно даже за надёжным, пусть и относительно, укрытием в виде стен. Что-то прошипев, змея повернула голову и посмотрела в нашу сторону, причём почему-то именно на меня. Жёлтые глаза с вертикальным зрачком на мгновение прикрылись тонкой плёнкой, а затем чудовище скользнуло в сторону стены.

- Не бойтесь, - крикнул нам альв, торопливо шагая вслед за змеёй. Ага, не бойтесь… У меня даже спина моментально покрылась ледяным потом, и рубашка тут же противно прилипла к ней.

- Он хочет просто поговорить, - прокричал Нэль, переходя на бег, так как шагом за стремительно передвигающейся змеёй не успевал.

Он? Так это ещё и он? То есть не змея, а змей? Или всё равно — змея? Как-то я запуталась в терминологии, что не удивительно: змей я боюсь, а поэтому ими не очень интересуюсь. Я даже, в отличие от той же Аниты, например, никогда не решаюсь посидеть на расстеленном покрывале под яблонями, хотя это и выглядит невероятно романтично. Выглядит — да, а вдруг там кто-то злобный ползает? Да даже не злобный — всё равно страшно.

А теперь к нам целенаправленно ползёт жуткое чудище… чтобы поговорить? Пусть с ним Нэль разговаривает, у него прекрасно получается, а я вот тут, на камушке погреюсь. Молча и незаметно.

Тем временем змея подползла к стене, равнодушно посмотрела на Бэйла, на обнажившего меч Фаруза, на готового биться до последнего Берта. Потом остановила взгляд глаз на мне, и я почувствовала себя зайцем, на которого смотрит готовый к прыжку волк. Понимаешь, что спасения нет, но и взгляд отвести не можешь.

- Ты смешшшная, - вдруг раздался в голове низкий голос, и я чуть не свалилась с камня, - напрасссно боишшшься…

Я беспомощно посмотрела на подбежавшего Нэля, который успокаивающе мне улыбнулся:

- Он не может говорить, у змей иначе устроен организм, зато он может общаться с с тобой телепатически.

- А мне как отвечать? - растерялась я, так как разговаривающая змеюка, если честно, пугала меня ещё больше, чем молчаливая.

- Да как хочешь, - альв пожал плечами и с интересом уставился на нас со змеёй.

- А её ты потрогать не хочешь? - нервно поинтересовалась я, подумав, что пока любознательный Нэль будет обниматься со змеюкой, я успею немного прийти в себя.

- Неа, - альв помотал светловолосой головой, - я гинзар и раньше видел, так что знаю про них много. Но он пришёл поговорить с тобой, Кейт.

- А… о чём? - невероятным усилием воли я заставила себя взглянуть в глаза чудовищной змее.

- Ссспроссси что хочешшшь, - прошелестело в голове, и змея снова медленно моргнула, - ссстражжж не сссказззал, что ты видящщщая…

- Нам бы деталь от Короны, - робко попросила я, понимая, что если кто нам и поможет, то только это чудище, потому как если мы с ним не договоримся, то и помогать будет, в общем-то, некому. Оно разок хвостом махнёт от души — и нет замка.

- Сссмелая, - не меняя интонации, прошипел у меня в голове голос, - зззнаешшшь, о чём ссспросссить…

- То есть вы знаете, где камень? - обрадовалась я, но несколько преждевременно, как оказалось, потому что змея пододвинула свою голову ко мне так близко, что я почувствовала запах нагретой уже взошедшим солнцем чешуи.

- У всссего есссть сссвоя ссстоимосссть, - прозвучало у меня в голове, - есссли сссогласссишшшься, камень будет твой…

- А что нужно сделать? - осторожно уточнила я, понимая, что заранее соглашаться на всё, что захочет эта гинзара… или гинзар… было бы глупо.

- Просссто сссходить в госссти, - прошуршало внутри, - позззнакомиться…

- Познакомиться с кем? - уточнила я, понимая, что визита к змеям могу и не пережить: мне одной за глаза и за уши. На всю оставшуюся жизнь, как говорится.

- Ссс народом гинзззар, - шуршание, казалось, заполнило всю голову, - не бойссся, это не опасссно… Возззьми сссвоих друзззей…

- Спасибо за приглашение, конечно, - я старалась одновременно быть вежливой и постараться отказаться от столь высокой чести.

- Какое приглашение? - тут же влез неугомонный Нэль. - Тебя куда-то приглашают, да? А нам с тобой можно? А куда? Кейт, ну скажи…

- Скажу, если ты дашь мне такую возможность, - улыбнулась я, так как энтузиазм альва не мог не восхищать, - нас зовут в гости.

- Куда? К гинзарам? Ох, ничего себе! - Нэль аж подпрыгнул от переполняющего его восторга. - Прямо в пещеры? А галерею с песчаными фигурами можно будет посмотреть? А королеву мы увидим? А…

- Нэль, успокойся, - одёрнула я размечтавшегося альва, - нам бы не только туда, но ещё и оттуда… Понимаешь? Но эта… этот… как его зовут, кстати? У него есть имя?

- Можжжешь зззвать меня Шшшелиссс, - возникло в голове, - моё нассстоящщщее имя ты не произззнесссёшшшь…

- Спасибо, Шелис, - я чувствовала, что перестаю вообще что-либо понимать, тем более, что мужчины, кроме альва, разумеется, смотрели на меня с всё большей тревогой и недоумением. Ещё бы: разговариваю «в одну сторону», ещё и гости какие-то...И я решила немного прояснить ситуацию, тем более, что меня никто не торопил, а змея невозмутимо покачивалась из стороны в сторону, словно медитируя.

- Это Шелис, - я показала рукой на змею, - он приглашает нас в гости. Обещает за это сказать, где находится рубин, а рубин — это первый фрагмент Короны.

- Откуда ты знаешь, что это рубин? - удивился Берт. - Мы же не знали, как выглядят фрагменты.

- У меня было видение, - призналась я, - и там я видела Корону: у неё пять зубцов, но я рассмотрела один, и его украшает здоровенный рубин. Ну, это я думаю, что рубин — огромный красный камень. Вряд ли для короны взяли что-то простенькое.

- И он нам просто так его отдаст? - подозрительно прищурился Фаруз, с недоверием глядя на спокойно раскачивающуюся змеищу.

- Не отдаст, а скажет, где его взять, насколько я поняла, - я вопросительно посмотрела на чудище, и оно кивнуло, вызвав у меня в очередной раз ощущение нереальности всего происходящего.

- Надо идти, - негромко сказал Бэйл, и Фаруз кивнул, хоть и с явной неохотой.

- Мы благодарим за приглашение и будем рады провести у вас в гостях некоторое время, - вежливо сказал Нэль, радостно поблёскивая глазами: вот уж кому не было страшно.

Змей снова кивнул и, опустив голову, скользнул в сторону от замка. Мы переглянулись и пошли за ним.

Идти по пустоши при свете восходящего солнца было гораздо приятнее, чем бежать по ней в темноте. Я бодро шагала между Бэйлом и чуть ли не подпрыгивающим от нетерпения Нэлем по широкой тёмно-серой тропе, которая оставалась после гинзары.

Мы пересекли пустошь и спустились в овраг, который вчера в темноте просто не рассмотрели. Я во все глаза таращилась по сторонам, пытаясь до конца осознать, что это — другой мир. Впрочем, мои спутники вели себя практически так же: альв с почти детским любопытством вертел головой, Фаруз внимательно всматривался в темнеющие впереди не то холмы, не то скалы, Берт тоже изучал окрестности, то ли прикидывая пути отступления, то ли просто из интереса. И только Бэйл шагал, не обращая внимания ни на что вокруг, погружённый в свои мысли.

Шелис полз неторопливо, явно примеряясь к нашей скорости передвижения, но не возникало ни малейшего сомнения, что при необходимости он может двигаться стремительно. Я мысленно вообразила армию таких существ и поняла, что я, например, сдалась бы сразу, без боя, только увидев.

Мы спустились на дно оврага, свернули, вышли на огромную равнину, и я ахнула: впереди возвышался песчаный город. Светло-жёлтые невысокие, но удивительно изящные дома располагались в каком-то гармоничном беспорядке, образуя не улицы, а странный завораживающий узор.

- Другие назззывают нашшш город Аплертон, но нам всссё равно, мы зовём его… - тут Шелис, снова влезший в мою голову, произнёс ряд шипящих и щёлкающих звуков, воспроизвести которые я не смогла бы ни за что на свете, даже под угрозой смертной казни.

- А как называется ваше государство? - спросила я, зачарованно рассматривая город, который можно увидеть только во сне.

- Шшшариссст, - с гордостью прошипел Шелис, разворачиваясь к нам, - великое госссударссство гинзззар.

- А твои соплеменники не будут против того, что ты нас привёл? - осторожно подойдя поближе, спросил Берт, впервые обратившись к гигантской змее.

- Ссскажжжи ему, что всссе нассс жжждут, - прошипел мне Шелис и скользнул в сторону города.

- Он говорит, что нас там ждут, - послушно передала я остальным и добавила уже от себя, - хочется верить, что не в качестве экзотического блюда.

Мы направились в сторону города, которые в свете уже поднявшегося над горизонтом солнца, к счастью, такого же привычного жёлто-оранжевого цвета, как и у нас, сияли всеми оттенками золотого.

Вскоре Шелис остановился, словно ожидая кого-то или чего-то, и мы, естественно, притормозили рядом с ним. Наверное, со стороны это выглядело эффектно: огромная змеюка и кажущиеся маленькими рядом с ней люди.

Я не успела спросить, для чего мы остановились, когда из-за высокой песчаной стены — я уже успела понять, что все дома и стены сделаны в этом городе из песка — появилась целая делегация.

Пискнув, я спряталась за широкую спину Берта, так как Фаруз старался держаться ближе к Бэйлу, а рассчитывать на Нэля, который в любой момент может сорваться с места и побежать кого-нибудь гладить, — так себе идея. Оставался большой и надёжный, как скала, Берт.

Он, в свою очередь, явно не мог отвести взгляда от приближающихся к нам гинзар, и я его вполне понимала. И если бы нашла в себе моральные силы посмотреть на такое количество змей одновременно, то непременно тоже восхитилась бы. А так как названных сил я у себя не обнаружила, то, плотно зажмурившись, постаралась максимально спрятаться на Берта: он большой, у меня должно получиться. Но любопытство постепенно пересилило страх, и я очень аккуратно выглянула из-за Альберта.

Тем временем гинзары обменялись шипяще-щёлкающими репликами, и вперёд величественно выплыла — иначе и не скажешь — здоровенная, ещё больше Шелиса, змея, на треугольной голове которой немыслимым образом держалась маленькая сверкающая корона.

- Это королева Зззалишшша, - прокомментировал в моей голове Шелис, и на этот раз я даже не вздрогнула: ко всему человек привыкает.

- Мы польщены, ваше величество, - шагнул вперёд Нэль, по умолчанию принявший на себя нелёгкую долю переговорщика в общении с гинзарами, - мало кто может сказать, что видел великую королеву Шариста.

- Ссспасссибо ззза учтивые ссслова, - возник в голове мягкий глубокий голос, - ссстранники всссё режжже посссещщщают Шшшариссст… Но ссс вами видящщщая… Это так?

Нэль, который, видимо, тоже слышал ответ королевы, повернулся ко мне и кивнул, мол, давай, ты же у нас такая одарённая.

- Я не знаю, являюсь ли, как вы говорите, видящей, - стараясь не смотреть на приблизившуюся ко мне гигантскую жуткую голову, сказала я неуверенно, - но у меня бывают видения. Да и то началось такое недавно…

- Ты видящщщая… - уверенно сказала королева, - ты поможжжешшшь нам… Мы сссможжжем отблагодарить…

- А что делать-то надо? - поняв неизбежность контакта с гинзарами, я попыталась расслабиться. Получилось откровенно плохо, но, может, пообвыкну?

- У нассс есссть волшшшебный исссточник, но он высссох, - помолчав, начала королева, - предки сссказззали, что нужжжна видящщщая… она откроет исссточник… Мы жжждём ужжже давно...несссколько ссстолетий…

Я представила, как пытаюсь оживить волшебный источник, водя над ним руками, как у меня, естественно, ничего не получается, и как разочарованные гинзары дружно решают, как лучше меня употребить — с солью или с перцем.

Видимо, мысли отразились на моём лице, так как королева совершенно по-человечески фыркнула и прошипела:

- Не сссомневайссся, видящщщая, ты сссправишшшьссся…

Я повернулась к напряжёно ожидавшим конца переговоров мужчинам и сообщила, виновато улыбнувшись:

- Я должна попытаться как-то оживить волшебный источник. Королева, в смысле её величество Залиша, уверена, что у меня получится. За это нам расскажут, где искать рубин.

- Надо — значит, надо, - философски пожал плечами Бэйл, - вот только как мы туда доберёмся? Пешком полдня идти будем: дальше песок, по нему трудно идти.

- Не бессспокойтесссь, - тут же откликнулась королева, - для вассс есссть верховые шшшисссоры.

- Для нас есть какие-то верховые...шисоры, если я правильно расслышала, - перевела я, - только не спрашивайте меня, кто это, я не знаю.

Тут, повинуясь щёлкающей команде, от толпы змей разного размера и цвета отделились несколько небольших по сравнению с остальными змеек, на спинах которых было закреплено что-то, отдалённо напоминающее седло.

- Ух ты! - в очередной раз восхитился Нэль, а я смотрела на предоставленный транспорт в состоянии абсолютного ступора. Они что, действительно думают, что я добровольно залезу верхом на змею? Серьёзно??

- Просто представь, что это лошадь, Кейт, - шепнул мне на ухо Берт, который совершенно не выглядел напуганным, - просто не очень обычная.

- Это ты намечтал нам такой уникальный транспорт? - не хуже гинзары прошипела я. - Я ни за что не соглашусь ехать… на этом!

- Кейт, не волнуйся, - присоединился к нему Нэль, - я читал, что шисоры — это очень удобно, но я даже не мечтал…

- Вот и не мечтай! - рявкнула я, правда, шёпотом.

Прислушивавшийся к нашей перепалке Шелис что-то прощёлкал, и к нам подползла змейка приятного золотисто-изумрудного цвета с аккуратным плетёным седлом на спине… хотя как по мне, так вся змея — это одна очень длинная спина…

И тут я убедилась, что фраза «коварен, как змея» - это очень верные слова, так как Шелис без лишних споров аккуратно подхватил меня хвостом за талию, поднял и, прежде чем я собралась завизжать, уже опустил в седло на спине этого самого шисора. Или шисоры?

Змейка тут же скользнула вперёд, лишая меня возможности с воплем спрыгнуть на землю. Я вцепилась в плетёное седло и приготовилась падать, но змейка скользила плавно, мягко, явно стараясь не причинять мне неудобства. Мимо промчался Нэль, с восторгом оседлавший оранжевую змею, за ним скользнули остальные, явно получающие от поездки огромное удовольствие.

Стены песчаного города Аплертон приближались.

Вцепившись в край плетёного седла так, что побелели пальцы, я зажмурилась одновременно и от страха, и от сухого горячего ветра, мгновенно растрепавшего волосы и сбросившего с моей головы капюшон. Неотступно билась в бестолковой голове мысль: а вдруг у меня не получится? Я же никогда ничего даже отдалённо похожего не делала, и вообще о магии знала только то, что она где-то есть. Но это абстрактное «где-то» очень далеко, и уж мне-то точно никак не грозит туда попасть. А теперь, оказывается, я видящая, и мне под силу оживить волшебный источник.

Как ни странно, но путешествие на спине зелёной змейки оказалось достаточно удобным, и к концу пути я даже уже была в состоянии оценить великолепие Аплертона — великого песчаного города гинзар. Его невысокие просторные дома с плоскими крышами, на которых, наверное, хозяева любят лежать, греясь на жарком солнце. Широкие площади странной формы из-за того, что дома стоят в прихотливом, только жителям города понятном порядке. Узкие извилистые улицы, ширины которых, судя по всему, вполне хватает им для передвижения.

Пока мы всей толпой продвигались от городских ворот к королевскому дворцу, к нам присоединялись всё новые и новые гинзары, и в итоге к величественному светло-золотистому зданию, построенному в форме звезды, мы добрались практически всем городом.

Королева Залиша, повернувшись к собратьям, произнесла короткую речь, состоявшую из череды шипящих и щёлкающих звуков, сливающихся в некое гармоничное целое, я прямо заслушалась, ненадолго даже позабыв о своём страхе.

Нэль, слегка хмурясь и сосредоточившись, переводил нам то, о чём говорила королева.

- Я дословно не понимаю, всё-таки не настолько владею их языком, но в целом она говорит о том, что боги услышали их молитвы и послали видящую, которая сможет возродить волшебный источник.

- А если не смогу? - тут же запаниковала я. - Я не умею, я же предупредила…

- Раз она сказала, что у тебя получится, значит, она в этом уверена, - отмахнулся альв, прислушиваясь, - ага, а ещё она говорит о том, что все должны оказывать нам, а особенно тебе, Кейт, всяческую поддержку. А если кто будет замечен в недоброжелательном к тебе отношении, того ждёт хармус. Что это или кто, я не знаю, но, похоже, все впечатлились.

- Этот хармус ждёт меня, если я не справлюсь, - продолжала страдать я, и мужчины уже начали посматривать на меня с определённым раздражением, хотя пока ещё и с сочувствием. Вот всё понимаю, а остановиться и перестать ныть не могу: слишком страшно.

Королева тем временем завершила свою речь и повернулась к нам.

- Ты готова посссмотреть исссточник, видящщщая? - прошелестела она у меня в голове, и я обречённо кивнула. Какой смысл откладывать неизбежное?

- Поссспешшшим, - королева изящно скользнула внутрь дворца и направилась в дальний угол одного из лучей, а я шагнула следом и тут же зашипела не хуже гинзары, по щиколотку провалившись в песок.

Когда я снова почувствовала на своей талии сильную, но аккуратную хватку Шелиса, вновь пришедшего на помощь непутёвой мне, то уже даже почти не испугалась. Вздрогнула — это да, врать не буду. Невозможно так быстро привыкнуть к тому, что тебя то и дело хватают гигантские змеи.

Поставив меня на плотный участок песка, Шелис свистом подозвал ту же самую змейку, которая доставила меня в город, и снова посадил в седло. Видимо, решил, что чем постоянно вытаскивать меня из песка, проще доставить сразу на место.

Мужчины хотели было пойти вслед за мной, однако им вежливо, но решительно преградили дорогу две гинзары тёмно-серой окраски, судя по всему, местная охрана. Они что-то прошипели, и расстроенный Нэль перевёл:

- Они говорят, что к источнику пойдут только видящая, то есть Кейт, и королева. Это священное для гинзар место, и туда нельзя ходить посторонним. Но пока Кейт разбирается с источником, нам предлагают посмотреть галерею песчаных фигур, и я думаю, такой шанс упускать нельзя. Это одно из чудес, о которых даже слышали немногие, а уж тех, кому довелось увидеть, — тех вообще по пальцам пересчитать можно.

Чем закончились дальнейшие переговоры гинзар и моих спутников, я уже не видела, так как оказалась в странном месте: моя верховая змейка подвезла меня к большому углублению в центре гигантского зала. По краям этого «бассейна» располагались скульптуры, изображающие гинзар, которые стояли, опираясь на толстые хвосты. Все фигуры излучали такую запредельную мощь и силу, что у меня по коже поползли мурашки: я ощутила себя беззащитной и очень… какой-то мелкой, словно бабочка-однодневка по сравнению с древним вороном.

Королева скользнула вниз и, обхватив меня хвостом, перенесла и поставила рядом с собой. Уверена, что таким тесным общением с этими пресмыкающимися не могут похвастаться даже знаменитые заклинатели змей, которые, говорят, есть в Эф-Риссаре.

Тем временем Залиша остановилась и повернулась ко мне, снова опустив треугольную голову к моему лицу.

- Здесссь исссточник, но он ссспит или исссчеззз, мы не зззнаем. Но он не даёт магичессской сссилы… нам сссложжжно беззз неё… Что ты чувссствуешшшь, видящщщая?

Я, действуя по какому-то наитию, опустилась на колени на горячий песок, закрыла глаза и словно провалилась в какое-то странное состояние полусна-полуяви. Я видела, как над золотым песком поднимаются лёгкие облачка какой-то искрящейся пыли, но они еле заметны, и кажется, что скоро их не станет совсем. Присмотревшись внимательнее, я поняла, что основная масса этих облачков поднимается из конкретной точки, которая… словно прикрыта каким-то тёмным пятном. Оно давит и не пускает золотую пыль, заставляя её скапливаться под песком и постепенно растворяться в нём. И, наверное, если эту «крышку» убрать, то искрящимся облачкам ничто не будет мешать. Но остаётся немаловажный вопрос — а как это сделать? Я магические затычки убирать не умею.

Я посмотрела на королеву, которая настороженно смотрела на меня, но в мудрых глазах с вертикальным зрачком отчётливо были видны надежда и страх. Не знаю — как, но я отчётливо их ощущала.

- Я вижу, что выход заперт, на нём словно лежит какая-то тяжесть, кто-то или что-то закрывает его и мешает свободно проходить. Понимаете?

- Какая тяжжжесссть? - королева была похожа на сжатую пружину. - На что она похожжжа? Посссмотри, видящщщая…

Я вздохнула и попробовала присмотреться пристальнее, но вдруг голова у меня закружилась, и я словно провалилась в другое измерение. Нет, я никуда не перенеслась, просто всё вокруг стало каким-то смазанным, и лишь ранее непонятное тёмное пятно стало светлеть, менять форму и внезапно я поняла, что это не пятно, а достаточно крупная гинзара, словно сотканная из плотного тумана. Она, свернувшись кольцом, преспокойно лежала на искрящихся облачках, не давая им выбраться наружу.

Поняв, что я её вижу, призрачная змея улеглась поудобнее и внезапно кивнула мне на песок рядом с собой.

- Сссадись, раззз пришшшла… Будешшшь?

Полупрозрачная гинзара пододвинула ко мне такую же призрачную чашку, которая появилась словно ниоткуда.

- Спасибо, - слегка растерянно проговорила я, послушно опускаясь на песок, при этом ощущая, что та, настоящая я, по-прежнему стою перед королевой, глядя куда-то в пространство.

Туманная гинзара слегка подвинулась в мою сторону и кончиком хвоста толкнула ко мне призрачную чашку, которая вопреки любой логике не опрокинулась, а совершенно спокойно переместилась по песку. Хотя какая может быть логика в этом странном пространстве, в котором я оказалась.

- Видящщщая… - задумчиво рассматривая меня, проговорила змея, извлекая откуда-то из воздуха запечатанный кувшин и ударом прозрачного хвоста выбивая из него пробку. Над горлышком появился белый дымок, почти мгновенно растаявший в воздухе. Гинзара наклонила кувшин над моей чашкой, и из него полилось что-то клубящееся, похожее на дым. Как ни странно, оно заполнило чашку и образовало над ней башенку: я такое видела на картинках в книгах об Эф-Риссаре. Там такие пенные башенки делают из взбитого молока, которое добавляют в очень популярный напиток из коричневых зёрен дерева, название которого я, естественно, сейчас не могла вспомнить.

- Не бойссся, - прошипела туманная змеюка, видя, с каким подозрением я смотрю на чашку, - это усссилит ссспосссобности, и зззла не принесссёт…

- Ну, раз вы так говорите, - я вдруг как-то перестала бояться. Наверное, когда страха становится слишком много, он как-то перестаёт беспокоить. Протянув руку, попробовала взять призрачную посуду, будучи почти уверенной, что сейчас моя рука просто пройдёт сквозь туман. Но совершенно неожиданно почувствовала под пальцами что-то гладкое и твёрдое, словно действительно взяла в руки фарфоровую чашечку. Устав удивляться, поднесла её к лицу и осторожно понюхала: мало ли, а вдруг там что-нибудь противное.

Едва колышущийся туман, наполнявший чашку, не пах ничем, зато был мягким и каким-то пушистым, а в глубине сероватой массы иногда побегали искорки.

- Пей, видящщщая, - подбодрила меня гинзара, не сводя с меня пристального взгляда жёлтых глаз. Странно, вся змея туманно-серая, а глаза — живые, яркие, мудрые.

Я зажмурилась и осторожно втянула в себя немножко того, что было в чашке, но совершенно ничего не ощутила: ни озарения, ни предчувствия как-то не торопились меня посещать. Повинуясь взгляду гинзары, я допила, если можно так сказать, странныйтуманный напиток.

- Спасибо, - аккуратно поставив на песок чашку, которая тут же исчезла, как её и не было, сказала я, лихорадочно соображая, как бы мне так ненавязчиво перевести разговор на тему источника. Но призрачная змея сама начала нужный разговор.

- Зззачем ты пришшшла, видящщщая? - спросила она, затем хвостом сгребла в небольшой холмик песок и уложила на него здоровенную голову, так, чтобы треугольная морда была как раз на уровне моего лица.

- Вы случайно не знаете, почему не работает волшебный источник? - скромно сложив руки на коленях, спросила я, искренне надеясь, что вопрос не рассердит эту туманную змеюку.

- Зззнаю, - невозмутимо ответила она и на мгновение прикрыла глаза, - и дажжже не ссслучайно…

- И почему же? - я уже поняла, что переговоры лёгкими не будут, и очень жалела, что со мной нет Нэля: он бы её погладил, почесал за ушком… хотя какое ушко у змеи? Куда-то меня не туда несёт…

- Я не пуссскаю, - индифферентно рисуя кончиком хвоста какие-то загогулины на песке, сообщила гинзара, - я ссстражжж исссточника…

- А почему не пускаете? - я пока не очень понимала ситуацию. - Там без волшебства плохо…

- Меня зззабыли, - хвост перестал рисовать узоры и раздражённо хлестнул по песку, подняв целую тучу пыли, - перессстали ссспуссскатьссся… Не расссказззывают иссстории…

- А раньше что — рассказывали? - уточнила я. - А кто это делал?

- Жжжрец исссточника, - пояснила призрачная гинзара, и жёлтые глаза гневно сверкнули, - раззз зззабыли, пусссть беззз исссточника сссущщществуют…

- Знаете, - задумчиво сказала я, - а мне вот не показалось, что они просто забыли. Они уже несколько столетий пытаются понять, что сделать, чтобы восстановить источник.

- Несссколько ссстолетий? - на морде призрачной гинзары отразилось такое изумление, что я даже растерялась. - Ты сссказззала — ссстолетий? Но разззве прошшшло не десссять лет?

- Ну, насколько я поняла, прошло гораздо больше, - осторожно ответила я, не зная, как отреагирует это существо на столь неожиданную для себя информацию. - Её величество Залиша сказала, что несколько столетий…

- Зззалишшша — королева? - в жёлтых глазах мелькнула растерянность. - Но она жжже сссовсссем маленькая… Малышшшка…

Я хотела сказать, что королева показалась мне кем угодно, но только не малышкой, но туманная змея меня уже не слушала, она явно разволновалась.

- Но как же так получилось? - я искренне пыталась понять, как могло случиться, что страж источника не знал, сколько лет прошло.

- Сссон… Ссстранный сссон… Нессспроссста… - змея беспокойно посмотрела на еле дышащий источник, отползла в сторону и повернулась ко мне, - ссспасссибо, видящщщая, что пришшшла… Я не зззнал, что так долго ссспал… Ссскажжжи Зззалишшше, что всссё наладится, но я жжжду жжжреца исссточника… Зззавтра… Будет ссснова расссказззывать иссстории… Интересссные...

Сказав это, гигантская туманная гинзара развернулась и вдруг нырнула в то место, откуда вылетали золотистые искрящиеся облачка. А у меня снова всё поплыло перед глазами, и я очнулась от того, что прямо возле моего лица замерла змеиная морда. И ведь даже смогла не закричать, вот ведь как закалилась…

- Я всё узнала, - начала отчитываться я, - произошла какая-то ошибка: страж источника был уверен, что он проспал всего десять лет. И источник перекрыл из-за того, что к нему перестал приходить жрец этого самого источника и рассказывать интересные истории. Он обиделся и закрыл источник, но даже не предполагал, что так надолго. По-моему, он очень из-за этого расстроился. Но просил передать, что теперь всё будет отлично, но он ждёт жреца, который станет спускаться к нему и рассказывать интересные истории. Вот, как-то так…

- Так просссто? - в шипящем голосе, который возник в моей голове было столько искреннего недоумения, что я улыбнулась. Могу понять королеву: несколько столетий мучиться без волшебного источника, а потом выяснить, что просто сторож заснул крепче, чем следовало?

- Только про жреца не забудьте, а то у вас страж обидчивый. А видящей может не случиться рядом, - я смутилась, так как не знала, надо ли напоминать об обещанной благодарности, тем более, что я ничего в общем-то и не сделала.

- Вы ищщщете большшшой камень иззз короны, - избавила меня от необходимости спрашивать королева, - он ссспрятан в зззамке, где вы оссстановилисссь. Там есссть подвал, там и ссспрятан камень. Но придётссся сссражжжатьссся ссс призззраком.

- Каким призраком? - насторожилась я. Это что — теперь ещё и с привидением сражаться надо? У нас, конечно, есть Бэйл, но, может, тоже можно как-то по-хорошему?

- Мы доссставим вассс назззад, - сказала королева, явно уже занятая своими мыслями и делами, - шшшисссоры вассс отвезззут. И ссспасссибо ещщщё раззз, видящщщая. Народ гинзззар не зззабудет, возззьми…

С этими словами она скользнула к стене и тут же вернулась, неся на кончике хвоста изящный браслет в виде золотой змейки.

- Это зззнак, - сказала она, - всссе иззз нашшшего рода будут ззззнать, что ты нашшш друг и помогут… Прощщщай, видящщщая….

- Прощайте, ваше величество, - ответила я и на всякий случай уточнила, - а вы точно не забудете про жреца? А то я вроде как пообещала…

- Не бойссся, - на треугольной морде появилось нечто вроде улыбки, ну, насколько змеи в принципе могут улыбаться, конечно, - Шшшелиссс иззз рода жжжрецов, он сссоглассситссся…

- А почему он так долго спал? Я имею в виду стража, - я прекрасно понимала, что королеве не терпится заняться своими делами, но и не спросить не могла, тем более, что страж и сам сказал, что его долгий сон очень трудно объяснить.

- Разззберёмссся, - прошипела главная гинзара и повернулась ко мне, - и ссспасссибо ещщщё раззз… видящщщая…

Не понять и проигнорировать этот уже очень и очень откровенный намёк было бы совсем неприлично, поэтому я оставила свои вопросы при себе и вслед за Залишей выбралась на улицу. Там я на мгновение застыла, потеряв дар речи: над Аплертоном переливался золотистый купол, словно в воздух одновременно поднялись миллионы, миллиарды песчинок, отражающих яркий солнечный свет.

Чудеса продолжались и за стенами города, куда мы вышли в сопровождении целой толпы восторженно посвистывающих и перещёлкивающихся гинзар: куда-то исчезли чахлые сухие кустики, а на их месте из-под песка пробивались ростки молодых, отливающих серебром растений.

Неужели это открывшийся источник так повлиял на Шарист? Тогда более чем понятна их обеспокоенность, к тому же я вдруг отчётливо почувствовала: ещё немного, и источник закрылся бы совсем, а этот мир высох бы окончательно.

На остановившуюся рядом уже знакомую изумрудную змейку я взобралась уже почти спокойно, заработав уважительные взгляды мужчин. Может быть, конечно, это на меня так браслет повлиял, не знаю…

Сгрузив нас возле знакомой каменной стены, шисоры что-то прострекотали и молниями умчались назад к Аплертону, а мы вошли во двор и устало опустились на каменные плиты.

- Да уж, - выдохнул Берт, прислоняясь широкой спиной к нагревшейся каменной стене, - даже ведь и не надеялся, что когда-нибудь такое чудо увижу… Только мечтал… - тут он смущённо посмотрел на остальных, - я чаще всего даже не помню, о чём мечтаю, это как-то само происходит, только потом вспоминаю.

- Да мы поняли уже, - беззлобно отмахнулся Фаруз и вдруг мечтательно улыбнулся, сверкнув белоснежными зубами, - но это действительно было великолепно!

- Кейт, тебе сказали, где камень? - вернул всех на грешную землю Бэйл. - Не зря же ты им источник открыла.

- Знаешь, я, наверное, всё равно открыла бы, даже если бы они и не пообещали сказать про камень, - я задумчиво перевела взгляд в ту сторону, где за песчаными холмами наверняка переливался золотистый купол Аплертона, - это, оказывается, такое счастье — помогать кому-то…

- Тем не менее, - неожиданно присоединился к некроманту Нэль, - что сказала тебе королева гинзар, Кейт? Где камень?

- Он в подвале замка, - честно ответила я, - она конкретнее не сказала, но только вот ...есть проблема…

- Какая? - тут же напрягся Фаруз.

- Она сказала, что камень придётся отобрать у призрака, - я огорчённо пожала плечами, - а вот как, что, где… я так поняла, что она и сама не знает. Наш камень не слишком её интересует… У неё полно своих проблем.

Мужчины озадаченно переглянулись, а потом все перевели взгляд на мрачные стены замка, которые даже при ярком солнечном свете казались таинственными и очень неприветливыми.

Потом Фаруз мягким скользящим движением поднялся на ноги и медленно прошёл по двору, словно примеряясь к замку, рассматривая его местами обрушившиеся стены и темнеющие провалы окон более предметно, с точки зрения воина, которому предстоит штурмовать крепость.

- Там ночью горел странный огонь, - медленно проговорил Берт, нахмурив светлые брови, - не тёплый, а холодный, даже ледяной… чем-то похожий на тот, что был у этого… Мортимера…

- Но Нэль сказал, что там не было никого живого, - тут же отозвалась я, так как меня ещё ночью напугало это несоответствие: огонь есть, значит, кто-то его зажёг. Но кто — если наш альв сказал, что там нет живых?

- Я и сейчас никого живого там не чувствую, - негромко отозвался Нэль, - хотя совершенно точно ощущаю там разум.

- Но как так может быть? - Альберт сердито стукнул кулаком по колену.

- Я мог бы тебе рассказать, - с недоброй усмешкой, которая мне очень не понравилась, отозвался Бэйл, - но ни к чему разговоры об этих тёмных материях в таком странном и недобром месте.

- Ты что-то чувствуешь? - резко повернулся к нему Фаруз и привычным жестом положил руку на рукоять меча.

- Многое, - кивнул Бэйл, медленно поворачиваясь из стороны в сторону, словно прислушиваясь к чему-то, - но пока могу сказать только одно: это очень тёмное, злое место. Оно помнит множество смертей, и оно… оно ими наслаждалось. Я чувствую, как по земле словно ползут нити смертельного холода…

- Мне страшно, - честно призналась я, так как от холодного голоса Бэйла, от настороженности Фаруза, от сурово сжатых губ Берта и необъяснимого молчания обычно болтливого до безобразия Нэля мне однозначно становилось не по себе.

- И правильно, - кивнул Бэйл, - ничего не боятся только глупцы.

Он как-то странно принюхался и негромко позвал:

- Шахран…

Непонятному, но хотя бы знакомому ургейсу, который через несколько долгих секунд вырос за плечом некроманта, я обрадовалась почти как родному. Интересно, строители господина Шуфеля его не обижали, кормили вовремя? Я решила, что выясню это потом, когда мы наконец-то уже добудем этот злополучный рубин и выберемся из этого мира.

- Проверь, - негромко отдал команду некромант, - но не шуми и не показывайся без необходимости. Охотиться можно…

Ургейс довольно качнулся, словно впитался в трещины между пыльными каменными плитами и исчез.

- Шахран проверит, есть ли кто-нибудь в замке, - пояснил нам совершенно очевидный факт Бэйл, но никто не стал вредничать и цепляться к словам: все понимали, что сидеть в молчании — не лучшая идея, и без того, мягко говоря, не по себе.

Ургейс вернулся минут через пятнадцать, когда уже даже Бэйл начал посматривать в сторону замка с определённой настороженностью.

- А с ним ничего не может случиться? - негромко спросила я. - Если там даже кто-то есть, он ведь ничего Шахрану сделать не может, да?

- Победить ургейса или даже просто навредить ему могут очень немногие тёмные маги, и я не думаю, что один из них притаился в этом всеми богами забытом Шаристе, - покачал головой Бэйл, то в его глазах я тоже увидела тревогу.

К счастью, всерьёз начать тревожиться мы не успели, так как пыль сначала закрутилась в воронку, а потом перед нами вырос ургейс.

- Можешь говорить, - махнул рукой Бэйл, - лучше напрямую, чем я буду пересказывать…

- Слушаюсь, повелитель, - произнёс Шахран низким голосом, и я вздрогнула: хоть Бэйл и предупредил, а всё равно — не по себе как-то…

- Что там?

- Никого, - ответил ургейс, но в его низком голосе мне послышалась неуверенность. Видимо, не только мне, так как Бэйл всмотрелся в верного слугу и уточнил:

- Но что-то не так? Верно? Что именно? Вспомни, это важно, Шахран…

- Там никого нет, - медленно говорил ургейс, словно подбирая слова, - и в то же время, есть. Я чувствовал, что на меня смотрят, меня оценивают. Тот, кто там есть, видел и знает таких, как я.

- Он опасен? -вступил в разговор внимательно слушавший Фаруз.

- Да, - уверенно ответил ургейс, - не ходи туда, повелитель.

- Почему? - я с изумлением увидела, как Бэйл растерялся, видимо, это был не слишком характерный для ургейса совет.

- Он враг именно тебе, повелитель, - как-то печально проговорил Шахран, - не ходи...

Глава 11

Шарист, окрестности города Аплертон,

Туманная Пустошь, древний замок,

день 735 от Закрытия Врат (ЗВ)

- Это призрак, Шахран? - я рискнула спросить ургейса напрямую, так как он не проявлял ни малейшей враждебности в отношении нас. Видимо, того, что мы делаем с его повелителем одно общее дело, было вполне достаточно.

- Ты можешь ответить, - невесело улыбнулся Бэйл, - мы все в одной лодке, так что разговаривай с ними, как со мной.

- Но подчиняюсь я по-прежнему только тебе, повелитель, - пророкотал ургейс, разворачиваясь в мою сторону, - да, это сущность, которую вы, люди, называете призраками.

- Ты сказал, что он опасен для Бэйла, - уже чуть смелее продолжила я, так как все остальные почему-то молчали, - а для нас?

- Для тебя, манари, опасен любой физически сильный противник, - мне вдруг показалось, что в голосе ургейса неожиданно мелькнуло сочувствие или что-то очень на него похожее, - твоя сила в ином.

- Манари? Кто это? - я с любопытством смотрела на ургейса, но ответил мне Бэйл.

- Называя тебя так, он хочет сказать, что ты одарена особыми способностями, и это не сила бойца. Можешь воспринимать это как комплимент, Кейт, - он улыбнулся, но глаза оставались серьёзными.

- У меня один вопрос, - подал голос молчавший до этого момента Фаруз, - кто пойдёт в замок? Мне кажется, следует прислушаться к мнению Шахрана, а он считает, что Бэйлу туда идти не стоит.

- Если там призрак, то кто из вас справится с ним? - Бэйл стоял, опираясь на меч и спокойно смотрел на нас. - Кто из вас знает, как навсегда упокоить его?

Мы молчали, так как понимали, что он, к сожалению, прав: ни принц, ни альв, ни Берт, ни тем более я — никто из нас не справится с потусторонней сущностью.

- Мне кажется, нам не стоит разделяться, - вдруг прозвучал светлый, лёгкий голос альва, - мы всё равно не решим, кому идти, и лишь перессоримся. Мы отпустили Кейт к источнику, потому что нам гарантировали её безопасность. Здесь нам никто не может ничего обещать, к тому же — а вдруг страж откроет нам путь дальше сразу оттуда? Кто-то останется здесь навсегда?

- Я согласен с Нэлем, - задумчиво проговорил Берт, спокойно глядя на нас своими голубыми глазами, - раз уж мы вместе сюда попали, вместе и дальше пойдём, негоже разделяться.

- Тогда что сидим? - Фаруз и не подумал спорить и легко зашагал в сторону замка, а за ним двинулись остальные. Лишь Бэйл задержался и что-то негромко сказал ургейсу, после чего тот словно впитался в расщелину между плитами и пропал.

Я шла между Бертом и Фарузом и чувствовала себя достаточно спокойно, так как знала, что меня в любом случае прикроют. Ну, настолько спокойно, насколько это в данной ситуации вообще было возможно.

Как ни странно, двери в замок были целы, хотя издали казалось, что здесь всё обветшало и разрушилось. Мы, оглядываясь, поднялись на крыльцо, и Берт с трудом открыл створку окованной железом двери. Она была такой массивной и тяжёлой, что даже нашему силачу поддалась с трудом.

За дверью было достаточно темно, особенно по контрасту с солнечным ярким днём, но так как стоять на пороге бесконечно — занятие абсолютно бессмысленное, мы переглянулись и шагнули в неизвестность.

Оказавшись в тёмном и захламлённом холле, мы остановились и настороженно огляделись: свет едва проникал сквозь когда-то плотные, а сейчас уже местами истлевшие шторы на огромных арочных окнах. Впрочем, его хватало, чтобы понимать, куда можно поставить ногу, не опасаясь провалиться куда-нибудь в подвал.

Мы, стараясь не натыкаться на сваленные в совершеннейшем беспорядке вещи, успели дойти примерно до середины холла, когда входная дверь с тихим, но каким-то зловещим скрипом закрылась. Клацнул замок, который, как я помнила очень отчётливо, закрывался на ключ и никак не мог защёлкнуться самостоятельно.

- Сквозняк, наверное, - негромко сказала я и услышала, как мой голос словно проваливается в какое-то вязкое болото — так глухо и тихо он прозвучал.

- Здесь нет сквозняков, - так же глухо ответил Фаруз, медленно поворачиваясь к двери, - и быть не может.

- Почему не может? - заспорила я только для того, чтобы разрушить вязкую, давящую на уши тишину. - Вон тут дыр сколько, и в крыше, наверное, тоже. Вот ветер и гуляет…

- Что тебе сказала королева? Камень в подвале? - Берт мужественно старался не показывать того страха, который несмотря ни на что начинал овладевать всеми. Мной-то уж точно: казалось, что любой резкий звук — и я с визгом убегу из этого жуткого места.

- Стойте на месте, - голос Бэйла был чуть громче и увереннее наших: наверное, сказывалось то, что он привык ко всякой потусторонней жути.

Я повернулась и увидела, как некромант мягкими бесшумными шагами обходит холл, присматриваясь и вроде как даже принюхиваясь. Шахрана видно не было, но я была абсолютно уверена, что он где-то неподалёку и внимательно наблюдает за своим повелителем.

- Дверь в подвал обычно бывает неподалёку от кухни, - зачем-то сказал Берт, не обращая внимания на слова некроманта и направляясь в ту сторону, где обычно располагается кухня и кладовые. Он был прав: в моём замке лестница в подвал обнаружилась именно там, но то, что он не обратил внимания на предупреждение Бэйла, настораживало.

Стараясь не задеть ничего и не уронить, мы двинулись в том же направлении, но вдруг висевшая под потолком люстра вспыхнула и озарила холл странным призрачным светом. Он был не жёлтым, тёплым, как свет от свечей или магических светильников, а каким-то холодным, голубоватым…

- Так светятся болотные гнилушки, когда заманивают путников в топь, - медленно проговорил Нэль, огромные глаза которого были полны тревоги, - это плохой свет, недобрый…

- Может, и от него польза будет, - решительно возразил ему Фаруз, - быстрее лестницу найдём.

Я шла вдоль стены замка и не могла отделаться от ощущения, что это иду не я, а кто-то, кто выглядит точно так же, а я-настоящая смотрю откуда-то со стороны. Появилось непреодолимое желание умыться холодной водой и проснуться, я аж головой затрясла, но это помогло мало.

Все, несмотря на прежние договорённости держаться рядом, разошлись по разным концам холла.

Фаруз рассматривал оружие, развешанное на старом ковре. Как ни странно, оно не было ни ржавым, ни запылившимся: кинжалы и сабли сверкали начищенным металлом. Но почему-то это никого не удивляло, и я тоже просто пожала плечами и пошла дальше.

Берт изучал старинные доспехи, которые обнаружились в дальнем углу: он взял в руки латную перчатку и внимательно её рассматривал, словно в ней крылся ответ на какой-то чрезвычайно важный для него вопрос.

Бэйл безучастно стоял посреди холла, опустив голову и руки, глядя в пол, словно сломанный манекен, какой я видела в магазине готового мужского платья.

Нэль… А Нэля нигде не было видно, и я, невероятный усилием воли стряхнув с себя навалившуюся дремотную слабость, стала искать его, обшаривая глазами все углы. И только я собралась позвать мужчин, сказав им, что пропал Нэль, как в холле появился он сам, по-прежнему жизнерадостный, словно и не давила на него гнетущая атмосфера замка.

В одной руке альв держал флягу, а в другой — большой ломоть невероятно вкусно пахнущего мяса. Он весело окликнул нас:

- Я нашёл кухню, там есть холодильный ларь, в котором полно еды, на наше счастье. А в бутылях, которых тоже немало, - отличный сидр. Хватит здесь бродить, пойдёмте…

Берт усмехнулся и, засунув зачем-то латную перчатку за пояс, пошёл в сторону альва, туда же направился и Фаруз, снявший со стены длинный кинжал. Я не успела сделать и шага, как Бэйл резко повернулся, вскинул руку и швырнул в альва кинжал, который мягко вошёл ему в шею.

Альв медленно поднял руку, коснулся кинжала, с детским удивлением взглянул на Бэйла и, закрыв глаза, сломанной куклой опустился на пыльный пол. Мы все, застыв от нереальности и абсолютной абсурдности происходящего, молча смотрели на тёмно-красную лужу, неотвратимо расползающуюся вокруг упавшего Нэля.

- Бэйл, ты что натворил?! - трудно было сказать, чего в голосе Берта было больше — изумления или возмущения. - Ты убил Лионэля! Ты с ума сошёл!

- Ты всех нас постепенно хочешь уничтожить? - Фаруз недобро прищурился и поудобнее перехватил взятый со стены кинжал. - Он же был совершенно безобидный, за что ты его?

Бэйл молчал, продолжая пристально смотреть на распростёртого на полу альва, и никак не реагировал на обвинения. Потом спокойно взглянул на покрасневшего от гнева Берта и готового напасть Фаруза и совершенно нейтральным голосом сказал:

- Альвы не едят мясо…

- Да при чём здесь это?! - запальчиво воскликнул принц и вдруг замер, глядя на валяющийся на полу кусок копчёного мяса, который ещё недавно с аппетитом жевал Нэль.

- Все знают, что альвы не едят ничего мясного, - невозмутимо повторил Бэйл, - и мы сами могли заметить за эти дни, что Нэль старается обходиться хлебом, сыром и фруктами. И он не переносит алкоголь, ни в каком виде — никто из альвов не станет пить ни пиво, ни сидр. Если только очень сильно разбавленное вино, и то — в исключительных случаях.

- Я про это как-то не подумал, - смутился Берт, покосившись на по-прежнему лежащего в крови альва, - но если это не Нэль, то кто? И где тогда наш альв?

- А вот это уже правильные вопросы, - Бэйл шагнул к лежащему телу и занёс руку, сложив пальцы особым образом, - сейчас мы это и попробуем выяснить.

Но он не успел произнести ни слова, потому что лежащий навзничь Нэль поднял голову, огляделся и сел, осторожно покрутив головой.

- Зачем в шею-то? - ворчливо осведомился он у Бэйла, не обращая ни малейшего внимания на наши ошеломлённые лица. - Больно, между прочим…

- Не ври, - спокойно ответил некромант, не опуская, впрочем, руку, - тебе не бывает больно…

- Очень даже бывает… много ты знаешь, можно подумать, - продолжал бубнить Нэль, который, судя по всему, вовсе даже и не Нэль.

- Много, - согласился Бэйл, с насмешкой глядя на недовольно ощупывающего шею альва, - а ты схалтурил, не отработал образ. Не накажет хозяин?

- Накажет, - вздохнул псевдо-альв и одним движением вырвал из шеи кинжал, - но я не успел просто, понимаешь, некромант?

- Да я-то понимаю, - в голосе Бэйла послышалось нарочитое сочувствие, - а вот поймёт ли он? Вот ведь в чём вопрос-то, верно?

Я не выдержала и вмешалась в этот дикий разговор:

- Бэйл, ты не мог бы попросить….эээ… это существо... сменить облик? Как-то жутковато видеть окровавленного Нэля…

- Сама ты… существо, - обиженно протянул кто-то в облике альва, - не нравится ей… Пожалуйста, могу по-другому.

Тут он на мгновение окутался дымкой, а когда она рассеялась, я увидела саму себя, сидящую на полу и с раздражением глядящую на друзей.

- Так лучше? - с непередаваемым ехидством поинтересовалась я сама у себя. - Любой каприз для тебя, принцесса!

- Пусть так, - кивнула я, явно удивив этим существо, - так я хотя бы точно знаю, что это, - тут я показала на сидящую на полу свою копию, - не я.

- Звучит совершенно бредово, согласись, некромант, - обратилось существо к Бэйлу, который задумчиво рассматривал меня-на-полу, - может, я в кого другого?

- Кто твой хозяин? - холодно поинтересовался Бэйл, проигнорировав вопрос существа.

- Да тебе не всё ли равно? - нахально ответила «я», старательно разминая шею, на которой уже не было даже следа от удара кинжалом. - Всё равно камень он тебе не отдаст. Трупам камни ни к чему…

- Чьим трупам? - как-то мне очень не понравилась эта фраза.

- Вашим, - абсолютно спокойно ответила «я», поднимаясь с пола и отряхивая брюки , - неужели вы думали, что сможете отсюда выйти? И кстати, некромант, можешь попробовать использовать магию… Чем меньше у тебя её останется, тем лучше...

- Мы не просто думали, мы непременно выйдем, - наконец-то очнулся Фаруз, а то я уже подумала, что мы с Бэйлом так и будем вдвоём вести эту восхитительную беседу, - и камень заберём.

- Ну да, ну да, - существо окуталось туманом, и вместо моей копии перед нами уже стоял второй Альберт, - сначала пройди мимо меня… Ну давай, ударь меня мечом, воткни сталь в своего друга и спутника...Ну, давай же…Или лучше так?

Секунда — и вместо Берта перед Фарузом возник высокий русобородый мужчина с усталым и мудрым взглядом серых глаз.

- Ну что же ты, сынок? - с любовью в голосе сказал он. - Неужели ты не сможешь? Ты же воин! Давай, убей меня… Цель оправдывает средства.

- Ты морок, обманка! - воскликнул побледневший Фаруз, но меч в его руке дрогнул, это заметила даже я.

- Ну так не медли, мой любимый сын, - произнёс мужчина и шагнул в сторону Фаруза, - или…

Договорить он не успел, так как внезапно застыл, с недоумением и обидой глядя на мерцающий голубыми искрами кончик копья, высунувшийся из его груди. Он медленно повернулся и хотел что-то сказать, но вокруг раны стало расти тёмное пятно, превращаясь в дым, и через полминуты на пол с глухим стуком упало старинное копьё.

Мы молча смотрели на смущённого Берта, который краснел, бледнел и в итоге сказал:

- Ну, он же говорил… Мортимер... что если не будут честно сражаться — убить… Это было нечестно, неправильно… ну, я и … воспользовался копьём.

- А как ты узнал, что нужно взять именно это копьё? - Бэйл с глубочайшим изумлением поднял валяющееся на полу копьё и взвесил его в руке. - Это легендарное оружие…

- Да не знаю, - Берт смущённо покраснел, - оно как будто само в руки прыгнуло. А ведь знаете, - тут великан огорчённо вздохнул, - я ведь об этом тоже мечтал: совершить подвиг, угадать легендарное оружие…ну как в легендах….

- Слушай, Берт, может, ты нам сразу уже расскажешь, что ты там себе намечтал...чтобы мы как-то морально были готовы? - проворчала я, с трудом переводя дыхание после недавних разговоров.

Берт только тяжело вздохнул, виновато развёл руками и промолчал. Зато Фаруз, подойдя к нему, молча протянул великану руку, которую тот с облегчением пожал.

- Спасибо, друг, - с чувством проговорил принц, - я не смог бы. Разумом, рассудком всё понимал: что это морок, что это не отец… но не смог бы. Спасибо тебе!

- Давайте лучше поищем Нэля, - Бэйл, как всегда, был прагматичен и спокоен, - он наверняка где-то недалеко. Главное, чтобы он был жив, а с остальным справимся.

К счастью, долго искать не пришлось: альв, обездвиженный каким-то заклятьем, лежал возле окованной медными полосами двери, ведущей, судя по всему, в подвал. Но все попытки привести его в сознание не увенчались успехом, поэтому Берт аккуратно уложил его на широкой скамье, обнаруженной неподалёку, и мы решительно, хоть и без особого энтузиазма, подошли к двери.

Берт собрался с силами, собираясь открыть тяжеленную дверь, но она на удивление легко открылась, словно показывая нам, что нас здесь ждут.

Переглянувшись, мы посмотрели на Бэйла, которого в этом походе безоговорочно признали главным. Он молча указал на себя, потом на Берта, затем на меня и на Фаруза в качестве замыкающего. Увидев, что все встали так, как он сказал, Бэйл тряхнул головой и первым ступил на уходящую в подвал лестницу.

Вопреки моим ожиданиям на лестнице, которая, никуда не заворачивая, спокойно вела вниз, не было ни паутины, ни, хвала всем богам, самих пауков. Зато были сухие и даже относительно чистые широкие ступени, даже что-то вроде перил, чтобы было удобнее, и магические светильники через каждый десяток шагов.

Прохладный воздух, поднимавшийся снизу, был чистым и не нёс с собой никаких неприятных запахов. Немного успокоившись, я стала рассматривать стены, в которых кто-то выдолбил глубокие и высокие, примерно в рост человека, ниши. Какие-то из них были заложены кирпичом, какие-то камнем, а какие-то стояли пустыми. Рядом с некоторыми заложенным нишами были полустёртые временем таблички, и я совсем уж было собралась остановиться и прочитать, что написано на одной из них, но Фаруз вежливо подтолкнул меня в спину. Он, конечно, был абсолютно прав: задерживаться нам ни к чему, нужно побыстрее отыскать камень и вернуться наверх.

Внезапно я поняла, что лестница, которая ещё минуту назад казалась мне достаточно спокойной, даже в чём-то уютной, на самом деле очень странная. Ну не может такая длинная лестница вести в подвал: никто никогда не делал их так глубоко. Между тем мы продолжали спускаться и прошли, как мне стало казаться, не то что уровень подвала, а уже давно спустились ниже самых глубоких темниц или что там обычно прячут поглубже?

Не успела я подумать и решиться задать свой вопрос вслух, как все светильники разом погасли, словно задутые великаном. Я вскрикнула и попыталась уцепиться за идущего впереди в нескольких шагах Берта, но мои руки ухватили только воздух. Обернувшись, я сделала несколько осторожных шагов назад, но вместо того, чтобы наткнуться на идущего следом за мной Фаруза, уткнулась в стену.

Жалобно пискнув, я невероятным усилием воли удержала себя от порыва опрометью броситься бежать куда глаза глядят. А так как в данном конкретном случае глядеть они могут только в кромешную темноту, то куда бы я прибежала — большой вопрос. Скорее всего — до ближайшей ямы или ловушки, в существовании которых я теперь как-то даже не сомневалась. Не просто же так свет погас.

Поэтому заставила себя сесть на пол и глубоко вздохнуть несколько раз: надо признать, с каждым глубоким, до боли в груди, вздохом сердце билось всё ровнее, переходя с бешеного стука на нормальный, хоть и не такой, как у спокойного человека. Но оно и объяснимо: в темноте, одна, неизвестно где…

- Самое разумное в такой ситуации — тихо сидеть на месте, - уверенно сказала я темноте, старательно делая вид, что мне ну вот совершенно не страшно, - тогда кто-нибудь обязательно придёт и спасёт.

Темнота предсказуемо промолчала, лишь за внезапно появившейся несколько минут назад стеной раздался неприятный скрежет.

- А мышей я совершенно не боюсь, - продолжила я делиться с темнотой ценной информацией, - они серые и… - тут скрежет стал громче, - и пушистые… Милые такие… Я их всегда из мышеловок отпускала, кстати…

Скрежет раздался с другой стороны, но как-то так высоко, что я подумала: или здешние мыши умеют лазить по стенам, либо — чего не хотелось бы — они такого размера, что могут дотянутся практически до потолка. Потом раздался звук, словно по каменному полу тащили волоком что-то очень тяжёлое и тоже каменное.

- Может быть, вам помочь? - вежливо поинтересовалась я у темноты. - Давайте я вам помогу, а вы меня выведете к свету?

- Кто ты? - вдруг прошелестело где-то вверху. Голос говорившего был сухим и ломким, как чудом уцелевшая в камине бумага: чуть тронь — и рассыплется в прах.

- Я Кэтрин, - даже не подумала отказываться от знакомства я: мало ли, вдруг мы как-то сможем договориться?

- Просто Кэтрин? - голос звучал уже совершенно с другой стороны, и я могла лишь предполагать, тот же это, кто задал первый вопрос, или их тут несколько.

- Леди Кэтрин, графиня Мабридж, - я пыталась рассмотреть хоть что-то в окружающей меня темноте, но безрезультатно, - а кто вы?

- Это неважно, - едва ощутимым дуновением пронеслось надо мной, - ты принцесса?

Да что им всем это далось: то Пчиххельс, то этот… невидимый. Можно подумать, для меня есть принципиальная разница, как умереть, ежели что — принцессой или нет. Хотя… может быть, принцессой даже обиднее.

- Мне сказали, - аккуратно ответила я, стараясь не наговорить лишнего, того, что может мне повредить, - что я по крови принцесса…

Сказала и тут же мысленно сама себя стукнула: ну вот не то сейчас место и время, чтобы про кровь говорить.

- Это хорошо, - выдохнули совсем рядом, - нам нужна принцесса…

- Рискну спросить — зачем? - насторожилась я, не надеясь услышать от невидимого собеседника ничего вдохновляющего.

- Идём… - вместо ответа прошелестел мой собеседник, - идём, принцесса Кэтрин…

Не успела я спросить, куда именно он меня зовёт, как передо мной открылся длинный узкий коридор, которого точно раньше не было, а при тусклом свете зеленоватых светильников я успела увидеть, что рядом нет никого из моих спутников. Впрочем, об этом можно было догадаться и раньше, но...надежда исчезает последней, как говорят в народе…

Я замешкалась, не решаясь ступить в странный, невесть откуда взявшийся коридор, но стены с натужным скрипом сдвинулись и перегородили все пути кроме одного: прямо по узкому проходу, освещённому мерцающим зеленоватым светом.

Глубоко вздохнув и незаметно вытерев вспотевшие ладони о брюки, я медленно пошла по коридору, отмечая, что здесь всё другое. Стены не сложены из камней, а словно выплавлены в сплошной каменной породе. Свет льётся из узких щелей под самым потолком, и складывается впечатление, что вокруг за стенами всюду — клубящаяся зелёная мгла, в которой сделан проход. Под ногами ничего не валяется, пыли тоже нет: я даже не удержалась и провела пальцем по стене. Она оказалась тёплой и мягкой: значит, это не камень?

Я, прекрасно помня, что в незнакомом месте лучше руками ничего не трогать, не удержалась, приложила ладонь к странной стене и тут же испуганно отдёрнула: рука словно погрузилась в мягкую, тёплую и какую-то влажную стену. У меня создалось впечатление, что она пробовала меня на вкус. Я словно выдернула руку из пасти какого-то невиданного зверя.

Я остановилась и, тихо повизгивая от страха и отвращения, вытащила из кармана носовой платок и стала лихорадочно оттирать руку. Мне казалось, что на коже остались какие-то частички этого отвратительного… даже не знаю, чего…

- Не медли… - прошелестело надо мной, но я, сколько ни вглядывалась в потолок, ничего не увидела, - принцесса…

- А вы долго ждали меня? В смысле — принцессу? - продолжая тереть руки, спросила я дрожащим голосом.

- Долго… - горестным многоголосым вздохом пронеслось по коридору.

- Тогда пять минут для вас не принципиальны, - я брезгливо отбросила платок и чуть не заплакала, увидев, как он преспокойно впитался в пол, не оставив после себя ни малейшего следа. Поняв, что точно так же этот чудесный пол может впитать в себя одну несговорчивую и болтливую принцессу, я кивнула непонятно кому и зашагала дальше.

- Долго идти? - не выдержав тишины, спросила я буквально через минуту. - Я просто интересуюсь…

- Мы уже пришли, принцесса, - прошелестело возле моей щеки, и её словно овеяло холодком. Но не тем приятным прохладным ветерком, который так хорош в тёплый летний день, а промозглым сырым холодом старого погреба….или склепа….

Казавшийся бесконечным коридор закончился, практически выплюнув меня в достаточно широкую и, как ни странно, светлую пещеру. И пусть свет по-прежнему был мало похож на привычный, но его во всяком случае было много, что после полной темноты и еле освещённого коридора показалось мне просто замечательным.

Правда, оптимизм мой слегка пошатнулся, когда я осмотрелась: вся пещера была заставлена сундуками со всевозможным добром. Расшитые жемчугом и золотыми нитями платья, плащи и накидки были небрежно свалены в кучи прямо на полу, драгоценные меха северных хищников пушистыми водопадами выплёскивались из старинных сундуков. В открытых шкатулках тускло сверкали старые тяжёлые золотые браслеты и литые шейные гривны, изящные сотуары и украшенные множеством драгоценных камней пластроны, длинные серьги и всевозможные кольца.

Я с тоской смотрела на всё это изобилие и понимала: не отпустят… Кем бы ни были те, кто привёл меня сюда, не для того они показали мне всё это запредельное богатство, чтобы, выслушав восторженные возгласы, отпустить на свободу.

Так как от невидимого сопровождающего не поступало никаких указаний, я медленно пошла вдоль стен, на всякий случай осторожно потыкав в одну из них пальцем и с невероятным облегчением убедившись, что это самый обычный камень. Рассматривала драгоценности, предусмотрительно не прикасаясь к ним: мало ли, какие на них заклятья или того хуже – проклятья. Удержалась, хотя и с трудом, от желания зарыться пальцами в белоснежный мех полярной лисы. Мимо шкатулок с редчайшими розовыми жемчужинами прошла, сцепив пальцы за спиной, чтобы и соблазна не было взять одну и почувствовать под пальцами тяжёлую глянцевую гладкость. Возле стола, на котором хаотично были составлены старинные кубки, инкрустированные изумрудами и сапфирами, я задержалась, так как невольно задумалась: а каково это – пить вино из посуды стоимостью в небольшой замок? Потом прикинула, что пара таких кубков – и Эппл-Гроув восстановлен.

От неспешных финансовых размышлений меня отвлекло деликатное покашливание, раздавшееся за спиной. Я не подпрыгнула от испуга по одной простой причине: я всё время ждала, когда уже наконец-то появятся хозяева всего этого нереального богатства и объяснят, для чего им понадобилась принцесса. Причём, судя по всему, совершенно безразлично – какая именно.

Обернувшись, я замерла, на мгновение забыв, как нужно дышать: я была готова ко многому, но столпившиеся в дальней части пещеры посетители производили неизгладимое впечатление. Горностаевые мантии ниспадали величественными складками, платья дам потрясали воображение причудливыми вышивками и роскошным кружевом, оружие мужчин изумляло обилием драгоценных камней…

И всё это было бы просто восхитительно, если бы все они – ну вот то есть абсолютно все! – не были скелетами. Хорошими такими, с чистыми белыми костями и слегка желтоватыми черепами, словно отполированными беспощадным временем.

Нарядные скелеты в количестве примерно двадцати штук — ну а как их ещё считать? - молча смотрели на меня, а я так же безмолвно таращилась на них, замечая, что в глазницах почему-то загораются огоньки разных цветов: багровые, синие, зеленоватые. Интересно, почему так происходит? Но поинтересоваться я не успела, так как вперёд шагнула дама в громоздком парике, какие были в моде лет пятьсот назад.

Она присела в глубоком придворном реверансе, и я ответила тем же, мысленно поблагодарив воспитательниц в пансионе, которые таки умудрились вбить нам в головы эти, с нашей точки зрения, совершенно лишние премудрости.

- Ваше высочество, - произнесла она хорошо поставленным контральто, хотя по моим представлениям вообще не должна была уметь говорить: ведь у скелета нет ни лёгких, ни языка, ничего из того, что необходимо для создания хоть каких-то звуков. Однако даму это, судя по всему, абсолютно не смущало, - соблаговолите пройти со мной в ваши покои.

У меня здесь есть покои?! Прелесть какая! А может, лучше не надо? Я вполне обойдусь гостевым визитом вежливости, честное слово. Не хочу я покои в этом жутком месте, я обратно хочу, хотя бы во двор замка, а лучше — в Эппл-Гроув!

Скелет в парике тем временем подплыл ко мне, не стукнув и не хрустнув ни единой косточкой, аккуратно, но цепко подхватил меня костлявой рукой под локоть и уверенно потащил за собой куда-то в дальний угол. Я попробовала поупираться, но почти сразу поняла, что это бесполезно: дама тащила меня без каких-либо видимых усилий. К ней быстренько присоединилась вторая, и меня стремительно поволокли куда-то в угол пещеры, отгороженный редкой красоты халиньскими шёлковыми ширмами.

- Ваше высочество, - голос у второй дамы был ничуть не хуже, и я даже уже почти не удивилась: наверное, рано или поздно наступает момент, когда удивляться просто перестаёшь, - всё готово, позвольте вам помочь…

Тут она протянула мне на вытянутых руках невероятной красоты платье, которое даже в этом призрачном свете сияло и переливалось тысячами сверкающих звёздочек. Смущало в нём только одно — если принять ситуацию в принципе — оно было свадебным. Однозначно и бесповоротно. Об этом просто кричало всё: белоснежный лунный шёлк, жемчуг, аквамарины и бериллы — камни, символизирующие невинность, чистоту и любовь в браке.

Я молча отступила на шаг: больше мне не дали — сзади в шеренгу выстроились остальные дамы, сияя изысканной желтизной черепов и драгоценностями. Я попыталась выстроить логическую цепочку: пещера — скелеты — принцесса — свадебное платье. Логика удивилась и отказалась участвовать в предложенном безобразии.

- Простите, - я всё ещё пыталась понять, что происходит, - а вы уверены, что вам нужна именно я? Я ведь просто графиня, никакая не принцесса — это только так, слухи…

- Ну что вы, ваше высочество, - почти пропела первая дама, - вы же прошли живой коридор, значит, вы действительно принцесса. Иначе он просто съел бы вас. Ну что вы так побледнели, ваше высочество?

- В каком смысле — съел бы? - слабым голосом поинтересовалась я и тут же поправила сама себя. - Нет, не говорите, не нужно! Не хочу даже думать!

- Вы так мудры и красивы, ваше высочество, - проворковала вторая дама, наступая на меня с платьем наперевес, - но пора одеваться.

Я почувствовала, как цепкие костлявые руки начали ловко расстегивать мою одежду, не давая ни малейшего шанса вырваться, и через несколько минут две главные, судя по всему, дамы уже надевали на меня платье, которое, как оказалось, весило как неплохая кольчуга. В общем-то, оно вполне объяснимо — столько шитья и камней…

Костлявые пальцы ловко застёгивали крючки, затягивали шнуровку корсета, поправляли кружева и невесомые складки, снимали сапоги и надевали вместо них белоснежные туфельки из какой-то невероятно прочной и тонкой чешуйчатой кожи, а затем мне на голову опустилась… вот я даже не знаю, как это назвать… наверное, это всё же была корона.

Тонкий золотой ободок, семь зубцов, как на герцогской короне, каждый украшен невероятно крупной жемчужиной. К ней прикрепили кружевную фату, которая тончайшей пеленой отгородила меня от творящегося вокруг безумия.

Затем меня так же организованно вытащили обратно в центр пещеры и поставили перед чем-то, отдалённо напоминающим алтарь. «Не жертвенный камень — уже хорошо!» - подумал внутри меня кто-то оптимистично настроенный. «А это никогда не поздно!» - ответила ему более реалистично смотрящая на вещи часть сознания.

- Его величество Эффриссаль! - торжественно провозгласил один из скелетов, одежду которого сложно было рассмотреть из-за невероятного количества каких-то орденов.

Скелеты почтительно расступились, и в пещеру решительным шагом вошёл высокий и достаточно массивный скелет, в глазницах которого полыхал синий огонь. Его белоснежный камзол, расшитый изумрудами и рубинами, символизирующими, насколько я смогла вспомнить, власть, мудрость и бессмертие, ненавязчиво намекал, что это и есть тот, кого я должна осчастливить собой.

Но впечатлил меня не сам потенциальный жених, а то, что украшавшую его идеально гладкий череп корону венчал крупный рубин — тот самый, который мы должны были здесь добыть.

Окинув меня пристальным взглядом сверкающих синими искрами глазниц, король – а никем другим этот скелет быть не мог, судя по короне, – подошёл ко мне и с некоторым сомнением посмотрел на меня сверху вниз. Потом отошёл и оценил, так сказать, на расстоянии. Уж не знаю, что он там рассмотрел, но вернулся настроенным бодро и даже, я бы сказала, слегка игриво.

- Ваше высочество, счастлив приветствовать вас в моём королевстве, - неожиданно глубоким бархатным голосом профессионального брачного афериста проговорил скелет, - лёгким ли был ваш путь?

- Благодарю вас, ваше величество, - отозвалась я из-за вуали, настороженно рассматривая потенциального претендента на мою руку и сердце, - а можно уточнить, какой именно путь вы имеете в виду?

- Как какой? – король явно не понял моего вопроса и потому повернулся к той самой даме, которая решила, что я принцесса. – Разве её высочество шла каким-то особым путём?

- Видите ли, ваше величество, - почему-то смутилась дама, и мне даже показалось, что желтоватые кости черепа слегка порозовели, - её высочество пришла живым коридором… а вот как она в него попала одна, без свиты – это осталось загадкой. Но ведь главное же – результат, правда?

Король повернулся к мне, видимо, ожидая разъяснений, и я не стала его разочаровывать, охотно пояснив:

- Видите ли, ваше величество, - бодро начала я, - меня зовут леди Кэтрин…

- Как это – Кэтрин? – перебил меня король, отступив на шаг. – Не путайте меня. Вас зовут леди Глориана, и вы моя невеста.

- Не исключено, что вы ждали именно эту, вне всякого сомнения, достойнейшую леди, но я – не она, понимаете?

- Нет, - категорично заявил скелет и снова повернулся к даме, - объяснитесь, баронесса! Что происходит?!

- Видите ли, ваше величество, - баронесса нервно теребила костлявой рукой край великолепной меховой накидки, - когда её высочество сообщила стражу, что она принцесса, он не стал уточнять, какая именно. Вы ведь понимаете, что последние несколько веков принцессы в наших краях – крайне редкое явление. И предположить, что вместо одной принцессы появилась другая… это из области маловероятного, практически невозможного! Он был уверен, что это именно та, кого мы с таким нетерпением ожидали!

- А я, между прочим, сразу сказала, что я графиня Кэтрин Мабридж, а меня никто даже слушать не стал, - наябедничала я озадаченному королю, и скелеты встревоженно зашептались.

- Ну стража-то мы развеем, это не вопрос, - небрежно махнул костлявой ручищей король, - а вот принцессы у нас другой нет. Да и потом — договорились же, я слово дал… королевское. Нехорошо как-то. Некрасиво… А может, вы всё-таки она?

Тут король приказал, даже не поворачиваясь к столпившимся у стены подданным:

- Принесите портрет принцессы Глорианы, быстро! Вы же не будете возражать, ваше высочество, если я сравню? А пока несут портрет, давайте присядем, и вы расскажете мне, каким образом оказались в наших краях, мне действительно до крайности любопытно…

Говоря это, Эффриссаль, если я, конечно, правильно запомнила его заковыристое имя, бережно поддерживал меня под локоток, всё ощутимее прижимая к костлявому боку, к счастью, скрытому камзолом и мантией. Его мягкий глубокий голос обволакивал, завораживал, его хотелось слушать бесконечно. На какое-то мгновение я даже забыла, что разговариваю со скелетом, который, между прочим, пока не сказал, что отказывается от идеи женитьбы.

- Понимаете, - вежливо отодвигаясь в сторону от игривого короля, начала рассказывать я, - мы вообще-то были в Аплертоне, а здесь я оказалась совершенно случайно…

- Аплертон? - король повернулся к подданным. - Это тот город в верхнем мире?

- Совершенно верно, - угодливо пропела баронесса, - но там, говорят, давным-давно не живёт никто кроме гинзар. А вы, милочка, на гинзару не очень похожи. Это самозванка, ваше величество!

И она сверкнула в мою сторону зеленоватым светом, вспыхнувшим в глазницах.

- Но другой-то нет, - пригорюнился король, - а королевство не может больше оставаться без королевы! Все сроки вышли, и вы, баронесса, знаете это не хуже меня!

- А что за сроки? - не удержалась от вопроса я. - У вас какое-то проклятье или другая какая проблема?

- Нет у нас проклятья, - король вдруг рассердился, аж челюстью лязгнул, - это просто традиция такая.

- Ну хорошо, традиция так традиция, - я успокаивающе прикоснулась к его рукаву, - нервничать-то зачем?

В это время принесли портрет, аккуратно завёрнутый в дорогущий шёлк. Его костлявое величество снял ткань и внимательно посмотрел на изображённую там девицу. Я тоже не удержалась и с любопытством вытянула шею.

С портрета на нас смотрела принцесса: то, что она именно «её высочество», было видно по капризному изгибу рта, презрительно прищуренным глазам, слегка приподнятым бровям и общему стервозному выражению в общем-то миленького личика. Король повернулся ко мне, и я подняла кружевную паутинку, скрывавшую до этого момента моё лицо.

- Это не она! - возмущённо воскликнул король скелетов, переведя взгляд с портрета на меня и обратно. - Это две совершенно разные девушки!

- Я же говорила — самозванка! - торжествующе заявила баронесса, за что-то явно меня невзлюбившая.

- Но эта мне нравится гораздо больше, и я, пожалуй, выберу её, - внезапно сообщил Эффриссаль, хватая мою руку и поднося к несуществующим губам. Как я не уплыла в обморок, почувствовав прикосновение холодных костей выбеленного веками черепа, я сказать не могу. Видимо, понимание того, что сказал король, сделало всё остальное незначительным.

- Кстати, - обратился ко мне король, переходя на «ты», - в качестве свадебного подарка ты можешь выбирать всё, что угодно: любые драгоценности, редкие безделушки, произведения искусства…

Тут он сделал широкий жест в сторону уставленных добром столов, приглашая меня выбирать подарок по вкусу.

- Совсем-совсем любые драгоценности? - въедливо уточнила я. - Знаю я вас, мужчин, сначала пообещаете, а потом отберёте.

- Разумеется, - мурлыкнул король, обнимая меня и прижимая к костлявой груди. Мне показалось, что я даже через камзол почувствовала рёбра, - все драгоценности в твоём распоряжении. Какие камни ты предпочитаешь, моя принцесса? Изумруды? Сапфиры? Александриты? Или, может быть, жемчуг?

- Рубины, - осторожно сказала я, - и, знаете, чем крупнее, тем лучше. Обожаю большие камни!

- Говори мне «ты», - король почти зажал меня в угол, в то время как его костлявые подданные делали вид, что чрезвычайно увлечены беседой друг с другом. Ага, не наговорились за столько-то веков…

- А можно мне вот этот рубин? - я нахально ткнула пальчиком в камень, ради которого мы уже столько пережили.

- Этот? - король нахмурился. - А почему именно этот?

Я не успела ответить, как со стороны дальней стены раздался какой-то грохот и часть каменной кладки просто обрушилась, запорошив пылью стоящие поблизости скелеты.

- Кейт! - услышала я сквозь грохот и чуть не заплакала от невероятного, запредельного просто облегчения. - Ты где?

- Это кто? - искренне изумился король, поворачиваясь в сторону разрушенной стены.

- Бэйл, - я пожала плечами и нервно хихикнула, - он некромант…

- Некромант? - в голосе короля было столько незамутнённого удивления, что я поняла — некроманты здесь гости ещё более редкие, чем принцессы. - А что он здесь делает? По-моему, мы его не приглашали... Баронесса, напомните мне, мы некроманта приглашали?

- Нет, конечно, ваше величество, - дрожащим контральто отозвалась баронесса, - это человек совершенно не нашего круга!

- Это за мной, - робко пискнула я, изо всех сил стараясь разглядеть Бэйла в поднявшейся после обрушения стены пыли, - мы вместе были в Аплертоне.

- Ну вот пусть бы он там и оставался, - не слишком дружелюбно отозвался король, тоже всматриваясь в пыль. Но, в отличие от меня, смотрел он не радостно, а настороженно. Действительно — мало ли, что этому странному заблудившемуся некроманту может в голову прийти.

Тем временем пыль слегка осела, и в центр пещеры вышел Бэйл, в глазах которого полыхало ядовито-зелёное пламя. Он увидел меня и быстрыми решительными шагами направился в мою сторону с явным намерением схватить и увести… ну или унести. Причём я была бы совершенно не против любого из вариантов — лишь бы подальше от любвеобильного короля.

Увидев стремительно приближающегося некроманта, король одним движением передвинул меня себе за спину и вытащил из разукрашенных ножен сверкнувший меч. К сожалению, он не был ни старым, ни ржавым — видно было, что за оружием тщательно ухаживали.

- Кто ты, и что тебе нужно? - голос Эффриссаля громыхнул, отразившись от стен пещеры, а скелеты столпились у стены подальше от разгневанного величества.

- Я, как ты можешь видеть, некромант, но я пришёл не за вами, мне нет до вас никакого дела, - Бэйл говорил медленно и внушительно, покачиваясь с пятки на носок и глядя прямо в глаза королю, - я пришёл за ней.

Тут Бэйл показал на меня, и я благодарно ему улыбнулась из-за костлявой спины, прикрытой бесценной горностаевой мантией. Король скелетов как-то неприятно хохотнул и сделал неожиданно мягкий шаг в сторону.

- Не могу тебе ничем помочь, некромант, - с непередаваемым ехидством ответил он, - эта принцесса моя. Она пришла по живому коридору, значит, она наша, а точнее — моя.

- Зачем тебе девушка? - Бэйл не сводил взгляда с короля, точно так же плавно двигаясь в противоположную сторону. - Ты же даже не сможешь жениться в полном смысле этого слова.

- А вот это вообще не твоё дело, - почему-то обиделся король и сделал явно пробный выпад в сторону Бэйла, - надо будет — и смогу. Тоже мне, специалист нашёлся…

- А тебе вообще принцесса зачем? - продолжал светскую беседу Бэйл, обходя противника по кругу.

- А ты с какой целью интересуешься? - отбивая стремительную атаку некроманта, спросил даже не запыхавшийся скелет. Впрочем, при отсутствии лёгких и всего остального это и понятно.

- Есть у меня одна идейка, - уворачиваясь от коварного удара слева, сказал Бэйл, - скажи, тебе именно живая принцесса нужна? Или есть варианты?

- А какие могут быть варианты? - снова ринулся в атаку король. - Наши все заняты, гинзары нам не подходят, да и некрасивые они…

Я хотела было возмутиться, сказав, что даже я, при всей моей нелюбви к змеям, видела в гинзарах и изящество, и красоту. Впрочем, не мне же жениться, слава богам.

- Подержи, - король, не оборачиваясь, стряхнул мне на руки мантию, и я поспешно отошла от зоны, так сказать, боевых действий, - так что у тебя за предложение, некромант?

Я с мантией в обнимку прислонилась к стене и чуть не подпрыгнула, когда услышала рядом негромкий голос:

- Как думаешь, кто победит?

Я резко обернулась и увидела, что на скальном выступе, легкомысленно болтая босыми ногами, сидит уже знакомый мне мальчишка, с интересом поглядывая на сражающихся из-под длинной нечёсаной чёлки.

- Ты? В смысле — вы? А… как?

- На удивление информативно, - насмешливо покосился на меня Мортимер, - и что он в тебе нашёл, интересно… Хотя ты, конечно, миленькая… Королю тоже понравилась, я вижу…

- А тебе, судя по всему, не очень, - я решила, что «выкать» грубящему мне мальчишке, будь он хоть трижды богом, я не обязана, - но не могу сказать, что из-за этого перестану спать.

- Да ладно, не обижайся, - он миролюбиво протянул мне неизвестно откуда извлечённое румяное яблоко, - скушай яблочко. Настоящее, между прочим. И даже не отравленное… кажется, - добавил он задумчиво, дождавшись, пока я откушу кусочек.

Чуть не подавившись, я с упрёком посмотрела на веселящегося Мортимера и внезапно поняла, что кроме меня его никто не видит, так как Бэйл уж точно отреагировал бы на его появление. Между тем некромант продолжал преспокойно обмениваться пустыми фразами с королём скелетов, периодически то совершая стремительные атаки, то уходя в глухую оборону.

- Я бы поставил на Аш-Рибэйла, если честно, - сообщил мне Мортимер, некоторое время скептически наблюдая за королём и некромантом, - Эффриссаль давно не практиковался, он сражается строго по учебнику.

- Тогда почему Бэйл не прекратит это? - с искренним недоумением спросила я, так как мне казалось, что если некромант может победить, надо быстренько нейтрализовать короля, схватить рубин, можно, кстати, вместе с короной, и делать ноги.

- Ну, это скучно, - сморщил нос Мортимер, - никакого интереса…

- Ну да, - я искоса взглянула на него, - а так, конечно, значительно интереснее. Я, между прочим, в этом тяжеленном платье уже, знаешь, как устала?

- Да ладно, сейчас он его убьёт, и всё, - равнодушно отозвался Мортимер, но исчезать почему-то не торопился.

- А ты чего здесь? - сообразила поинтересоваться я у… хм… у бога, собственно.

- Да так, - он неопределённо покрутил рукой в воздухе, - присматриваю за ним… Не чужие всё-таки… Столько он мне крови попил и нервов попортил, ты себе не представляешь! Так что теперь он просто обязан пройти все эти испытания. Я на него , между прочим, три мира поставил: два пустых и один населённый.

- Это как — три мира? - ошарашенно переспросила я. - В смысле — таких, как наш?

- Ну в целом да, - Мортимер спокойно пожал плечами и, подумав, извлёк из воздуха две груши. С сомнением посмотрел на них, откусил от одной, пожевал, кивнул сам себе и протянул вторую мне, - попроще только и поменьше. Но всё равно жалко, вот и … контролирую. Понимаешь?

- А ты можешь вмешаться и помочь? - с энтузиазмом подвинулась я к Мортимеру.

- Нет, не могу, - он со вздохом покачал головой и на всякий случай отодвинулся, - у нас свои правила. О, смотри, договариваются…

Я повернулась и услышала, как Бэйл, который тоже умудрился не сбить дыхание, говорил, обращаясь к расстегнувшему камзол королю.

- А принцесса-демон тебя не интересует? - голосом опытного коммивояжёра предлагал Бэйл. - Между прочим, уже в состоянии призрака. Можно сказать, идеальный вариант…

- Неплохо было бы, - согласно кивнул черепом король, - только где же я такую возьму?

- Есть у меня одна такая на примете, - отбивая очередной удар, сказал Бэйл, - характер, правда, так себе. Но красавица…

- Обсудим? - король первым поднял меч и остановился.

- Разумное решение, - согласился некромант, в свою очередь тоже опуская оружие.

Мортимер подмигнул мне и, шепнув на прощание «не говори про меня», исчез. А я постелила прямо на каменный пол бесценных горностаев и села слушать, как некромант будет договариваться с королём.

Король щёлкнул пальцами, и к нему тут же подскочили два рослых скелета, облачённые в роскошное подобие ливрей: золотого шитья на них было раз в десять больше чем надо, на мой взгляд.

- Вино, лучшее, закуска для меня и для моего… гостя, - отрывисто приказал король и широким жестом гостеприимного хозяина указал Бэйлу на стол, стоявший в некотором отдалении от центра, в небольшой уютной нише.

Некромант благодарно кивнул, и мужчины, убрав оружие, направились обсуждать дела государственной важности: женитьбу короля скелетов. Ну вот как у них так получается: ведь только что готовы были покрошить друг друга на кусочки. А вот уже идут вместе вино пить… Как?!

Будучи лицом крайне заинтересованным, я встала с пола, подобрала мантию и двинулась вслед за ними, но, поймав предостерегающий взгляд Бэйла, понятливо отстала и, снова расстелив многострадальных горностаев, устроилась на широком скальном выступе.

- Так о какой принцессе демонов ты говорил, некромант? - разлив принесённое вино по высоким кубкам удивительной красоты, перешёл к делу король.

- Она не была непосредственно принцессой, так как принадлежала к боковой ветви королевского рода, - начал рассказывать Бэйл, - но очень хотела этой самой принцессой стать, а лучше — королевой. Понимаешь мой намёк?

Скелет поправил корону и задумчиво кивнул.

- А почему она находится в призрачном состоянии? - через минуту поинтересовался он. - Демоны ведь живут очень и очень долго.

- Она попыталась свергнуть законного правителя, - любезно сообщил Бэйл, и король скелетов понимающе кивнул, мол, дело житейское, чего уж тут, - конкретно — моего отца. Как ты можешь догадаться — неудачно.

- Так ты принц демонов? - Эффриссаль чуть не подавился очередным глотком вина. - А сразу почему не сказал? И что за странный выбор профессии для тёмного принца?

- Это длинная история, - поморщился Бэйл и вернулся к насущному вопросу, - так вот, Лея всегда хотела двух вещей: короны и богатства. По-моему, это именно то, что ты можешь ей дать, я прав?

- Несомненно, могу, - король смотрел на свет сквозь бокал, покачивая его, и багровая жидкость загоралась сотнями и тысячами тревожных алых огоньков, - но захочет ли она сама? Мне не хотелось бы, чтобы однажды она сговорилась с каким-нибудь некромантом и решила свергнуть уже меня. И не факт, что снова неудачно.

- И начала бы править твоим народом? - Бэйл иронично поднял бровь. - Как ты себе это представляешь?

- Хотя, да, ты прав, - скелет ненадолго задумался, а я затаила дыхание.

Значит, Бэйл решил сплавить королю ту самую Лею, о которой тогда в саду рассказывал тётушке, ту, которая предала его и которую он вынужден был казнить вместе с родственниками. И ту, которая стала являться ему при вызове духов. Что же, это поистине радикальное решение проблемы: Бэйл одним махом закрыл бы несколько вопросов.

- Хочешь, спросим у неё сами? Заодно посмотришь на невесту, - небрежно предложил он Эффриссалю, - я могу её вызвать…

- Прекрасная мысль, - король приосанился, зачем-то поправил корону и застегнул расстёгнутый во время поединка камзол.

Бэйл отставил бокал, вынул из кармана куртки чёрный мелок или что-то похожее, встал, неспешно прошёлся по пещере, выбрал место неподалёку от центра, прислушался к чему-то и довольно кивнул сам себе. Король, внимательно наблюдавший за ним, одобрительно хмыкнул, а скелеты, сообразившие, что никто прямо сейчас упокаивать их не собирается, подобрались поближе.

Бэйл несколькими уверенными движениями начертил идеально ровную пентаграмму, из мешочка, извлечённого из кармана, рассыпал какую-то ужасно неприятно пахнущую молотую траву и встал в центр.

Я впервые в жизни видела, как некроманты вызывают духов, и, желая рассмотреть всё получше, вместе с горностаями перебралась поближе. Но никто на меня не обратил ни малейшего внимания: все — и король, и его приближённые, и даже снова материализовавшийся Мортимер — сосредоточились на Бэйле.

Он же закрыл глаза, запрокинул голову и речитативом произнёс какое-то заклинание, после которого шагнул за пределы пентаграммы, а там, где он только что стоял, начал сгущаться туман ядовитого зелёного цвета. Постепенно из него сформировалась женская фигура, и, когда она повернулась в мою сторону, я впервые в жизни почувствовала зависть.

Призрачная девушка была невероятно хороша собой: изящные, тонкие черты лица, чуть капризный изгиб полных губ, высокие нежные скулы и огромные глаза. В пещере повисла тишина, и лишь король восторженно воскликнул:

- Какая потрясающая красавица!

Девушка повернулась к нему и, окинув взглядом с головы до ног, надменно спросила Бэйла:

- Зачем ты вызвал меня, изгнанник? Соскучился?

- Нет, - некромант ничем не выдал своих эмоций, его лицо было по-прежнему спокойным и равнодушным, хотя я была уверена, что Лея специально напоминает ему об изгнании, чтобы причинить боль, - я решил, что пришло время отблагодарить тебя за пятьдесят лет, которые ты провела практически рядом со мной.

- Отблагодарить? - Лея презрительно нахмурила идеальные брови. - Это издёвка? Или ты наконец-то осознал, как подло поступил со мной?

- Мы не будем сейчас выяснять, кто из нас совершил больше отвратительных поступков, хорошо? - Бэйл посмотрел на короля, в глазницах которого всё ярче разгорались синие искры. - Я хочу предложить тебе королевский трон, Лея.

- Трон?! - красавица издевательски расхохоталась и с ненавистью прошипела. - Тебе всё мало, всё никак не можешь успокоиться, мстишь мне…

- Я абсолютно серьёзен, - ответил Бэйл и пояснил, - я ведь не сказал, что это трон Освэша. Но тебе, насколько я понимаю, не принципиально — какой.

- Позволь мне, - вмешался в разговор король, - думаю, будет правильнее, если своё предложение я озвучу сам.

Он подошёл к краю пентаграммы и с поистине королевским достоинством поклонился озадаченной Лее.

- Я король Эффриссаль, - внушительно начал он, - мои владения расстилаются на многие сотни миль, мне принадлежит большая часть того, что так или иначе оказывается под землёй. То, что вы, ваше высочество, - услышав такое обращение, призрачная красавица взглянула на короля гораздо более любезно, - видите вокруг — лишь малая часть моих сокровищ.

Лея огляделась и явно впечатлилась количеством драгоценностей и прочих богатств, разложенных на столах или просто сваленных на пол.

- По сложившейся тысячелетиями традиции король на пятисотом году своего правления должен жениться, причём исключительно на принцессе, если он этого не сделает, то наши покровители отвернутся от нас, и на мой народ падут всевозможные бедствия.

Я плохо представляла, какие именно бедствия могу грозить тем, кто уже давно и бесповоротно мёртв, но королю однозначно виднее.

- Поэтому я предлагаю вам руку и право разделить со мной трон и вечность, - торжественно произнёс король, и все замерли в ожидании ответа Леи.

Призрачная красавица задумалась, а потом повернулась к Бэйлу:

- Какой твой интерес в этом деле? Я никогда не поверю, что ты просто решил сделать мне приятное, - она подошла вплотную к границе пентаграммы, но тут же с неприятным шипением отскочила обратно.

- Не буду лгать, - кивнул Бэйл, - в отличие от тебя, я всегда старался быть честным. Если ты согласишься, я, во-первых, избавлюсь от необходимости видеться с тобой, а во-вторых, избавлю от нежелательного брака другую девушку, которая, в отличие от тебя, жива и долго в этих пещерах не протянет.

- А если я откажусь? - Лея сверкнула в мою сторону ненавидящим взглядом. - Что тогда?

- Значит, ты изрядно поглупела за прошедшие годы, - спокойно ответил некромант, извлекая из очередного кармана небольшой флакон чёрного стекла, - я предлагаю тебе свободу, богатство и власть. Разве ты не этого хотела?

- Я согласна, - помолчав, предсказуемо ответила Лея. Я на её месте тоже не стала бы капризничать, а с радостью ухватилась бы за такое выгодное предложение.

- Чем я могу отблагодарить тебя, принц Аш-Рибэйл? - довольный король повернулся к некроманту. - Ты сделал для меня и моего народа так много! Ведь призрак вечен, как и мы, следовательно, вопрос с женитьбой решён раз и навсегда.

- Мне хотелось бы, чтобы о подарке попросила Кэтрин, - Бэйл держался, но я видела, как непросто ему это даётся.

- Конечно, - его довольное величество повернулся ко мне, - я уже говорил тебе, принцесса, выбирай…

- Можно мне тогда вот этот рубин? - я показала на корону и решила признаться. - Поверьте, я бы никогда не попросила, если бы он не был необходим для спасения моего мира…

Король задумался, внимательно взглянул на меня, потом на Бэйла, который колдовал у пентаграммы, переселяя призрак Леи в стеклянный флакон, и ответил:

- Наверное, это будет честно и очень по-королевски, - он снял со сверкающего черепа корону и одним движением извлёк из гнезда крупный рубин, - вы спасли меня — я помогу вам спасти ваш мир. Кстати, если будете в наших краях — всегда милости просим.

- Спасибо! - искренне воскликнула я, сжимая рубин в руке. - А можно мне ещё какую-нибудь одежду? Это свадебное платье теперь точно не моё.

Король сделал какой-то жест, и костяные лакеи притащили мне кучу всевозможной одежды, из которой я оперативно выбрала наименее украшенные вышивкой и кружевами брюки и рубашку, а также сапожки. Проковыляв за ширму, я с невероятным облегчением выбралась из платья, благо снимать его было гораздо проще, чем надевать, переоделась, убрала рубин в карман с самой надёжной застёжкой и вышла к Бэйлу.

Некромант одобрительно кивнул и протянул королю чёрный флакон.

- Как только мы уйдём и моя сила перестанет блокировать пентаграмму, произнеси эти слова, - тут Бэйл произнёс несколько слов, которые расслышал только король, - и открой флакон. Я сделал привязку на тебя, то есть твоя смерть неминуемо повлечёт за собой упокоение призрака. Лея об этом знает, так что бояться покушения тебе нечего. А в остальном, как говорится, совет да любовь.

Король благодарно кивнул, обменялся с Бэйлом рукопожатием, приложился к моей ручке и велел двум лакеям проводить нас.

Через десять минут мы уже поднимались по очередной лестнице, размышляя, где и как нам искать остальных.

- А как ты меня нашёл? – спросила я, бодро шагая вслед за Бэйлом по ступенькам довольно широкой каменной лестницы. – Спасибо, кстати, потому что замужество с королём скелетов, даже таким интересным, - это однозначно не то, к чему я стремлюсь в этой жизни.

- Когда внезапно погас свет в том коридоре, где мы шли, - не оборачиваясь, но слегка замедлив шаг, начал рассказывать Бэйл, - я оказался в каком-то ответвлении, узком и достаточно тесном. Не спрашивай меня, как я в нём очутился – я и сам не знаю. Стал вас звать – никто не откликается. Меня-то подземельями не напугать, я привычный, а вот за тебя, признаться, испугался.

Я благодарно кивнула некроманту и приготовилась слушать дальше, ожидая рассказа о невероятных приключениях, но Бэйл меня разочаровал:

- А потом я призвал Шахрана, который через некоторое время и вывел меня к твоему коридору. По пути он рассказал, что ты попала к Эффриссалю, и что он планирует жениться на тебе. Это показалось мне не самой лучшей идеей, поэтому к месту, где вы находились, я прибыл, - тут Бэйл слегка запнулся, - не в самом добродушном состоянии.

- А где остальные? – я почувствовала, что начинаю уставать, так как, во-первых, за последние дни я потратила нервов больше, чем за последние пят лет, а во-вторых, уже очень и очень хотелось есть, потому что выделенных Мортимером яблока и груши для моего всё ещё растущего организма явно было недостаточно.

- Ни малейшего представления, - честно признался Бэйл, но, видимо, рассмотрев в полумраке моё расстроенное лицо, добавил, - Шахран сейчас отправился за Нэлем- он сказал, что почувствовал альва и что тот в безопасности.

- Тогда хорошо, - с облегчением согласилась я, так как почему-то в способности ургейса верила безоглядно, хотя по идее его следовало бы бояться: всё же порождение демонического мира. Но опасаться Шахрана почему-то категорически не получалось.

К счастью, лестница закончилась, выведя нас на широкую площадку, с которой открывался вид на расстилающуюся чуть ниже небольшую долину, в которой шёл бой. Да что же это за место-то такое беспокойное! То скелеты похищают, то кто-то с кем-то воюет! Я покосилась на Бэйла и увидела, что он напряжённо всматривается в идущее внизу сражение. Присмотрелась и ахнула: от наступавших странных существ, издали похожих на передвигающихся на задних лапах волков, отбивались Фаруз и Берт. И они не просто сражались, а явно защищали кого-то, кто, сгорбившись, с трудом двигался к выходу из долины. Похожее на низенького человечка существо еле двигалось, подволакивая серьёзно повреждённую ногу и оставляя за собой влажный след. Он не был красным, но мне показалось, что существо истекает кровью, просто она у него другого цвета.

Берт и Фаруз действовали чётко и удивительно слаженно, и я подумала, что два воина всегда поймут друг друга, даже если обучались в разных странах и на разном уровне. Изящные, стремительные движения принца идеально гармонировали с мощными ударами Альберта: эти двое словно танцевали, заранее чувствуя и предвидя каждое движение партнёра. Этот завораживающий смертельный танец не давал возможности их мохнатым противникам, орудующим каким-то подобием дубинок и коротких копий добраться до медленно движущегося хромающего существа.

Воины отступали, но очень медленно, видимо, понимая, как много времени требуется тому, ради кого они вступили в бой, чтобы добраться до спасительной лестницы наверх. Там явно проходила магическая граница, видная даже мне: купол, накрывающий долину, не затрагивал ступеньки, заканчиваясь у подножия лестницы.

- Помоги им! - воскликнула я, поворачиваясь к застывшему Бэйлу. - У тебя же ещё наверняка остались силы! Ты же видишь, как им тяжело!

- Я только помешаю, - он покачал головой, - Кейт, ты не воин и не понимаешь, что когда кто-то вмешивается в уже сложившийся узор боя, он нарушает его структуру, его музыку. Поверь, если я сейчас вступлю в сражение, ни Берт, ни Фаруз спасибо мне не скажут. А вот что мы с тобой можем сделать — так это принять того, из-за кого, насколько я понимаю, весь этот шум и поднялся.

С этими словами Бэйл решительно зашагал по лестнице вниз, к самой границе магического купола, а увидевшие нас звероподобные твари сердито взвыли и усилили нажим на наших друзей. Низкорослое существо оглянулось и поковыляло чуть быстрее, видимо, собрав все оставшиеся силы.

Берт что-то крикнул Фарузу, и они, перепрыгнув невысокую каменную кладку, оказались на достаточно узкой дорожке, которая вела прямо к лестнице. Тут было откровенно тесно, к счастью, не только им, но и противнику.

Вперёд выдвинулся Фаруз, а Берт остановился, вытирая пот и кое-где виднеющуюся кровь, потом в несколько больших шагов нагнал спасающегося, подхватил обмякшее тело на руки и бегом помчался к лестнице.

Добежав, он буквально швырнул нам спасённое существо, которое успел подхватить Бэйл, и помчался назад. Выскочив перед Фарузом, который один отбивался от двух противников, Берт что-то рявкнул, и Фаруз согласно кивнул. Теперь, когда не нужно было оглядываться на спасаемого, они могли отступать быстрее, и их противники это поняли, взвыв и в последнем яростном усилии пытаясь достать воинов.

Но через несколько показавшихся мне невероятно долгими минут оба наших спутника вывалились за границы магического купола, оставив звероподобных тварей бесноваться внутри и бессильно грозить дубинками.

Я бросилась вниз, уже не опасаясь, что могу кому-нибудь помешать или отвлечь и рухнула на колени возле с трудом дышащих друзей.

- Он жив? - хрипло, с трудом переводя дыхание, спросил Фаруз, кивком указав на существо, которое внимательно рассматривал тревожно хмурящийся Бэйл.

- Пока да, хотя и очень плох, - сказал некромант, поднимаясь на ноги. Он молча подошёл к измученным воинам и неожиданно обнял каждого из них.

- Ради кого вы так рисковали? - спросил он, вернувшись к неподвижно лежащему существу.

- Это хранитель, - Берт, сняв куртку, внимательно рассматривал несколько глубоких царапин на руке, нанесённых, видимо, наконечниками копий, - только он может открыть нам путь дальше. Если он не выживет, даже не знаю, кто сможет нам помочь.

- Как вы оказались здесь? - спросила я, так как Бэйл был занят тем, что перебирал пузырьки и флаконы, которые обнаружились в его сумке.

- Когда погас свет, мы оба провалились в какую-то дыру и оказались здесь, и, пока мы соображали, что и как, нас связали и отволокли в некое подобие темницы, - взял слово Фаруз, - там мы обнаружили избитого и израненного хранителя, от которого эти звери требовали открыть путь в иные миры, чтобы от души порезвиться там. Чудом нам удалось бежать, но добраться до границы мы не успели: пришлось отбиваться. Мы верили, что помощь придёт, и вот вы здесь. Как он, Бэйл?

- Я сделал что мог, - некромант устало поднялся на ноги, - но здесь нужна более светлая магия. Некроманты, конечно, могут лечить, но это, увы, не наш профиль.

- Нам нужен Нэль, - решительно сказала я, - Шахран уже нашёл его?

Бэйл молча прислушался, прикрыв глаза, и кивнул.

- Они скоро будут здесь.

Пылевой тёмный столб возник внезапно, взвихрив к каменному потолку миллионы неизвестно откуда взявшихся в каменной пещере песчинок.

- Повелитель, я всё сделал, забирайте вашего альва, а мне нужно прийти в себя, - прогудел он, рассыпаясь тёмно-серым туманом и словно впитываясь в каменный пол.

На камнях перед нами обнаружился совершенно ошарашенный и при этом до безобразия счастливый Нэль, который, даже не поздоровавшись, бросился к нам с восторженным воплем:

- Я катался на ургейсе! На самом настоящем ургейсе, представляете! - глаза альва сияли совершенно детским восхищением: он напоминал ребёнка из глубинки, которого в первый раз взяли с собой на ярмарку и позволили прокатиться на настоящей карусели.

- Рады за тебя, - усмехнулся Бэйл, - а теперь помоги нам, Нэль…

Альв тряхнул головой и огляделся уже совершенно спокойно и сосредоточенно, словно кто-то в одно мгновение заменил чуть не прыгающего от восторга ребёнка на серьёзного и внимательного взрослого.

- Что случилось? - Нэль легко и стремительно подбежал к сидящему на широком камне Берту, который сосредоточенно бинтовал обрывком чистой рубашки раненую руку.

- Займись им, - хрипло попросил Берт, кивнув на распростёртого на камнях хранителя, - если он умрёт, нам придётся очень тяжко.

Молча кивнув и ни о чём больше не спрашивая, Лионэль плавно опустился на колени перед едва дышащим хранителем и положил узкую ладонь на его лоб. Мы, затаив дыхание, не решались ни о чём спрашивать, но тут альв закрыл глаза и вдруг запел чистым высоким голосом. Я не понимала ни единого слова, но внезапно заметила, что воздух в пещере стал свежее и чище, а сквозь неплотно лежащие камни начала пробиваться робкая, но восхитительно зелёная травка.

Нэль пел, и хранитель, которые буквально несколько минут еле дышал, застонал, открыл глаза и даже попробовал сесть, но альв ему не позволил, мягко уложив обратно. А я неверяще прислушивалась к себе: уставшие ноги практически перестали ныть, тревога отступила, в сердце снова ожила надежда, что мы обязательно справимся и всё будет хорошо.

- Так вот она какая — магия альвов, - задумчиво проговорил Фаруз, который тоже выглядел уже гораздо менее измученным, - я счастлив слышать Песню Жизни и благодарен Пятикрылому, что мне довелось испытать её действие на себе.

- Песню Жизни? - переспросила я, повернувшись к принцу. - Что это? Я никогда о ней не слышала, - и, подумав, честно добавила, - как, впрочем и о самих альвах.

- Существует легенда, что альвы обладают удивительными способностями к магии жизни, но выражается это у них оригинально, по-своему. Каждый альв имеет право трижды исполнить Песню Жизни, чтобы вернуть того, кто уже почти ушёл в царство Пятилапого. Но я даже не надеялся, что когда-нибудь увижу это чудо наяву. Нэль сделал хранителю поистине бесценный дар.

- Благодарю тебя, юный Творец, - уже вполне пришедший в себя хранитель смотрел на нас ясным взглядом глубоких синих глаз, удивительно молодо выглядящих на его морщинистом лице. Да и весь он напоминал сморщенного старичка с непропорционально длинными руками и большими заросшими тёмно-коричневой шерстью ногами. Над одной из них сейчас колдовал Нэль, что-то вправляя и перевязывая, - благодарю и вас, доблестные Воин и Мечтатель. Вы спасли мне жизнь, более того, вы избавили меня от необходимости рисковать мирами, которые мне доверены.

- Нас привела к тебе судьба или воля богов, мы не знаем, - пожал плечами Фаруз, - значит, нам суждено было тебя спасти. Или погибнуть самим…

- Вы снова все вместе, значит, деталь Короны у вас, - продолжал хранитель, слегка морщась от боли в ноге, которую Нэль туго бинтовал оторванными от рубашки Берта длинными полосами.

- Да, - кивнула я, потому что все, включая самого хранителя, посмотрели в мою сторону, - он у меня. Это рубин.

Я расстегнула карман и достала камень, который тут же засверкал, разбрасывая по сторонам алые искры. Хранитель кивнул, словно подтверждая, что это именно тот камень, который нужен, Бэйл едва посмотрел на него, так как, видимо, нагляделся ещё у Эффриссаля в гостях, Берт хмыкнул и покрутил головой, а Фаруз улыбнулся, удивлённо приподняв брови.

- Не потеряй его, принцесса, - сказал хранитель, обращаясь ко мне, - обратно вернуться вы уже не сможете.

- Пожалуйста, не называйте меня так, - я вздохнула, вспомнив любвеобильного короля скелетов и ожидавшие меня сомнительные перспективы, - меня так сегодня уже называли, и мне не очень понравилось.

- А кто тебя называл принцессой? - всё же спросил неисправимо любопытный Берт.

- Король скелетов Эффриссаль, за которого я чуть не вышла замуж, - любезно пояснила я, и с удовлетворением увидела, как округлились глаза Фаруза и как поперхнулся следующим вопросом Берт, - но пришёл Бэйл и меня спас. У этого короля мы и отжали камень, кстати. Точнее, обменяли на призрака, который случайно завалялся у Бэйла.

- И как тебе король? - спросил хранитель, едва заметно улыбаясь.

- Потрясающий мужчина! - откровенно сказала я. - Был бы живой — цены б ему не было. Но — не судьба!

Пока мы обсуждали мою не сложившуюся в личную жизнь, Нэль закончил возиться с хранителем и помог тому подняться на ноги.

- Раз вы достали первую деталь Короны, я должен открыть вам путь дальше, - помолчав, сказал хранитель, серьёзно глядя на нас, - честно говоря, я рад, что моей службе в этом месте пришёл конец и я могу вернуться к своему народу. Не беспокойтесь обо мне: теперь, когда моя миссия окончена, я не задержусь в этом негостеприимном мире.

- Что ждёт нас дальше? - Бэйл был спокоен и немногословен. - Есть ли что-то, что нам следует знать?

- Ничего кроме того, что вы должны найти вторую деталь Короны, и, когда вы это сделаете, следующий хранитель откроет вам путь дальше.

- А скажите, уважаемый хранитель, - решилась спросить я, - это правда, что мы можем… уцелеть не все?

- Правда, - помолчав, неохотно ответил он, - но это не обязательное условие. В пророчестве ничего об этом не сказано. Никто не ответит тебе на этот вопрос, Дева…

- Жаль, - я вздохнула, - так было бы спокойнее.

- А если бы я сказал, что кто-то из вас непременно погибнет? Как бы вы стали действовать дальше? Постоянно оглядываясь и ожидая смерти из-за любого угла или дерева? Ты уверена, что хотела получить ответ на свой вопрос?

- Вы правы, - помолчав, вынуждена была согласиться я, - простите, я спросила не подумав. Как выглядит вторая деталь, вы нам тоже не скажете, да?

- Я и сам не знаю, - хранитель пожал плечами, - ну что, открывать?

- Открывайте, - решительно махнул рукой Бэйл, подходя к Берту и протягивая ему руку. Фаруз поднялся сам, а Нэль, который уже пришёл в себя после использования магии, подал руку мне.

Хранитель окинул нашу компанию задумчивым взглядом и приложил к каменной стене морщинистую ладонь. Под ней засеребрился туман, и перед нами возник уже знакомый мерцающий овал, точно такой же, какой привёл нас в этот мир.

Я задержала дыхание и шагнула в клубящийся серебристый туман, и уже через секунду почувствовала, как сильные руки обхватили меня за талию и отодвинули в сторону. Осторожно открыла глаза и решительно повернулась, с твёрдым намерением шагнуть обратно, но дверь с ехидным, как мне показалось, щелчком исчезла.

- Хорошо-то как, - с довольным вздохом проговорил Бэйл, оглядывая расстилающееся вокруг громадное полуразрушенное кладбище.

Глава 12

Джесмистан, город Блайвиль

день 987 от Последней Искры (ПИ)

- Хорошо?! - с изумлением воскликнула я, озираясь. - Стесняюсь спросить — кому здесь может быть хорошо, в этом совершенно жутком месте?

- Мне, - абсолютно спокойно откликнулся Бэйл, запрокидывая голову и раскинув руки, - здесь спокойно и достаточно безопасно, Кейт, можешь не волноваться. И, согласись, это место ничуть не хуже того, где мы оказались в прошлый раз.

- Здесь всё такое старое, - негромко проговорил Фаруз, осторожно делая несколько шагов по одной из изрядно заросших травой аллей кладбища и тут же возвращаясь к остальным, - такое впечатление, что сюда уже давным-давно никто не заглядывал.

- Мне здесь не нравится, - помолчав, дрогнувшим голосом проговорил Нэль, - я не могу объяснить, почему, но я чувствую, что за нами наблюдают.

- Нэль, в прошлый раз ты сказал, что вокруг нет живых, так и оказалось, - как-то суетливо, злясь на саму себя за иррациональный страх, заговорила я, нервно оглядываясь, - там были скелеты, а их сложно назвать живыми, хотя они и разумны…

- Иногда даже больше, чем хотелось бы, - хмыкнул Бэйл, видимо, вспомнив своё сражение с королём скелетов, - но, действительно, назвать их живыми можно лишь обладая чрезвычайно буйным воображением.

- Вот, - я торопливо продолжила, - а ты можешь сейчас так же посмотреть по окрестностям — как тут насчёт живых и разумных? Причём очень хотелось бы, чтобы оба эти качества присутствовали вместе. Не надо нам неразумных живых … и наоборот — тоже не хочется как-то.

Нэль понимающе кивнул, а Фаруз и Берт без лишних переживаний присели на достаточно широкие надгробья и расслабились: мало ли, что ждёт нас здесь, а схватка с живущими внутри магического купола зверообразными тварями, видимо, забрала у обоих очень много сил. Поэтому не стоило пренебрегать солдатской привычкой использовать любую возможность хоть как-то восстановиться.

Бэйл тем временем внимательно обходил одну могилу за другой, всматриваясь в полустёртые надписи на крестах и памятниках, и хмурился. Альв нашёл какую-то полузасохшую травинку и сейчас, кажется, мысленно с ней беседовал, во всяком случае, впечатление было именно такое. Я, не зная, чем мне заняться, пока все при деле, медленно пошла по дорожке, которая давным-давно заросла каким-то низкорослым ползучим растением типа нашей камнеломки.

Я шла и рассматривала памятники, про себя радуясь, что местные жители, судя по всему, хотя бы внешне были очень похожи на людей. Во всяком случае, изображённые в камне и металле, они ничем не отличались от привычных мне памятников, которых полно на любом кладбище.

Правда, надписи, сделанные на них, были абсолютно непонятны, и я с некоторым недоумением смотрела на странные загогулины, точки и прямые линии, расположенные то в строчку, то полукругом, то вообще по непонятному принципу.

Внезапно моё внимание привлёк невысокий… я даже не знаю, как сказать: склеп, наверное. Он стоял немного в стороне, слегка выбиваясь из общей линии памятников, посреди поляны, заросшей всё той же ползучей цепкой травкой. Только на полянке она была не желтоватой, как на дорожке, а тёмно-красной. Я оглянулась на своих спутников и увидела, что они по-прежнему заняты исключительно своими делами: никто из них даже не смотрел в мою сторону.

Я помахала рукой, привлекая внимание, но в мою сторону повернулся только Фаруз, который ободряюще помахал мне в ответ и снова вернулся к беседе с Бертом. А Нэль и Бэйл вообще не обратили на мой оклик никакого внимания: один общался с ростком, а второй внимательно изучал окрестности.

Решив, что раз все так спокойны, то ничего страшного не случится, если я просто подойду и посмотрю, что это за здание, я сошла с аллейки и, иногда наклоняясь, чтобы отцепить слишком активную травинку, пошла в сторону полянки. Через несколько шагов я оглянулась, чтобы всё-таки окликнуть кого-нибудь из друзей: страшновато идти одной в незнакомом месте, но крик застрял у меня в горле.

Вокруг была абсолютно незнакомая мне местность, даже отдалённо не напоминающая заброшенное кладбище: там, где совсем недавно я видела своих спутников, расстилалось пересечённое оврагами поле. Медленно повернувшись, я обнаружила, что стою возле старых, слегка поскрипывающих под несильными порывами ветра, городских ворот. Левая створка была наполовину оторвана и висела на одной ржавой петле, а правая пока держалась, хотя и видно было — это ненадолго.

Первым желанием было опуститься в пыль и заплакать: я ещё от короля Эффриссаля не отошла, а тут новая напасть. Я ведь говорила, что не гожусь на ту роль, которая мне досталась. Выяснение отношений с господином Шуфелем — мой потолок.

Но, поняв, что даже если я проплачу здесь год, вряд ли это чем-то мне поможет, я глубоко вздохнула, ещё раз оглянулась на пустое поле в нелепой надежде увидеть там знакомые силуэты друзей, разумеется, ничего не обнаружила и шагнула в ворота.

Как ни странно, ничего не произошло, хотя я морально была готова к тому, что снова куда-нибудь попаду, что на меня нападут неведомые чудища или что я снова волшебным образом окажусь на знакомом кладбище. На последнее, впрочем, я не слишком рассчитывала. И, как оказалось, правильно делала.

Оглядевшись, на всякий случай приоткрыв немилосердно заскрипевшую дверь в караулку и предсказуемо никого там не обнаружив, я внимательно огляделась. Нужно попытаться понять, куда я попала, ведь если кто-то куда-то попадает, значит, где-то кому-то это нужно. Верно? Осталось понять, куда я попала и кому это понадобилось. Ну и, естественно, в процессе выяснения хотелось бы уцелеть.

За воротами была небольшая круглая площадь, мощёная булыжником, от которой лучами отходили улицы примерно равной ширины: как раз такие, чтобы мог проехать конный экипаж. Дома, окружавшие площадь, были достаточно солидными, двухэтажными, сделанными из камня. Немного портили вид выбитые кое-где окна и покосившиеся парадные двери, но на развалины дома явно не тянули. Просто заброшенные старые строения привычной мне по нашему миру архитектуры.

От ворот мне было видно, что немного дальше от площади каменные дома постепенно уступают место деревянным, хотя и тоже двухэтажным, но уже гораздо менее презентабельным. Увидев сбоку здание, слегка отличающееся от остальных более массивным крыльцом и наличием коновязи (ну или кого тут привязывают?), я направилась туда.

Над неплохо сохранившейся входной дверью я увидела вывеску с полустёртой надписью. Присмотревшись, с изумлением поняла, что могу прочесть написанное, хотя совсем недавно цепочки завитушек и точек ничего кроме недоумения не вызывали.

На деревянной доске были вырезаны и покрашены краской, которая когда-то была золотой, слова «Звезда Блайвиля». Судя по названию, это или трактир, или гостиница. Глубоко вздохнув, я шагнула на крыльцо.

Интересно, Блайвиль — это кто или что? Логика подсказывала, что именно так называется город, в котором я внезапно оказалась, и, аккуратно ступая, я поднялась по трём широким ступенькам.

Дверь с протяжным тоскливым скрипом отворилась, открыв моему взгляду зал, чрезвычайно похожий на трактирный: наверное, они во всех мирах и во все времена одинаковы. Непривычным было только абсолютное отсутствие посетителей: трактирная стойка, покрытая толстым слоем пыли, выглядела как-то потерянно и одиноко, как-то неправильно. В моём представлении за стойкой должен непременно стоять трактирщик: толстый, краснощёкий, с лысиной и хитрыми глазками. Отсутствие этого обязательного элемента делало картину неправдоподобной и вызывало непреодолимое желание проснуться.

Я, поднимая сапожками облачка пыли, прошла сквозь зал и зачем-то начала подниматься по обветшавшей лестнице, резные и когда-то очень красивые перила которой могли обрушиться в любой момент. На втором этаже обнаружились двери, расположенные с обеих сторон не слишком длинного коридора. Открыв одну из них, я увидела странную картину: казалось, постоялец покинул комнату внезапно. Постельное бельё превратилось в кучу полуистлевших тряпок, но всё равно было видно, что кровать не была аккуратно застелена: то, что было когда-то одеялом, было скомкано, осевшая подушка приподнята и прислонена к спинке кровати.

На небольшом круглом столе можно было при желании рассмотреть остатки обеда или ужина: там стояла запылённая, как и всё вокруг, бутылка, на тарелке лежали неопознаваемые куски чего-то засохшего и бывшего, скорее всего, раньше едой.

Как ни странно, в воздухе не чувствовалось запаха ни разложения, ни гнили — только сухой и какой-то хрупкий аромат древности и старости. Я прошла через комнату и выглянула в окно: на улице, насколько можно было рассмотреть, не было видно никого и ничего. Только припорошённые неизбежной пылью дома и камни, выбитые стёкла и полуразвалившиеся заборчики палисадников.

Я спустилась в зал, чувствуя, что паника начинает потихоньку царапать сердце своими ледяными коготками: как мне выбираться из этого странного города?

А вдруг за воротами что-нибудь изменилось? Понимая, что надежда на это совершенно нелепа, я с каким-то детским нетерпением вышла из трактира, подбежала к воротам и выглянула.

Разумеется, с той стороны старых ворот было всё то же бесконечной поле, пересечённое шрамами оврагов. Вздохнув и подавив готовые выкатиться слёзы, я пошла по улице, рассматривая дома и думая о вещах насущных: не очень понятно, на какое время я здесь застряла, значит, нужно как-то решить вопрос если уж не с едой, то хотя бы с водой. Без пищи я пару дней, если что вдруг, протяну, а вот без воды — вряд ли. И, естественно, как только я об этом подумала, мне тут же ужасно захотелось пить, вот просто очень-очень.

Следовательно, нужно искать колодец или какой-то иной источник воды. Может быть, стоит вернуться в трактир и попробовать найти какие-нибудь запасы, которые пощадило время? Сгодится даже вино — что угодно, что поможет справиться с приближающейся жаждой. Но сама мысль о том, что нужно будет спуститься в подвал, пугала меня просто до потных ладоней: в этом пустом городе вообще не по себе, а уж спускаться куда-то…

Отказавшись от этой соблазнительной на первый взгляд идеи, я неторопливо пошла по самой широкой улице, рассматривая дома уже с конкретной целью: найти источник воды и еды. Ведь не может же быть так, что на весь город один-единственный трактир? Конечно, не может, наверняка их тут полно!

И действительно, через несколько домов я рассмотрела стоящее чуть глубже приземистое одноэтажное здание, на котором красовалась огромная вывеска, не оставлявшая простора для фантазии: «Блайвильская роза. Еда. Ночлег. Увеселения.»

Ну, увеселения мне как-то без надобности, а вот еда — это хорошо и, боюсь, через пару часов столь же актуальным станет слово «ночлег».

Старательно отгоняя от себя мысль о том, что мне, возможно, придётся ночевать в этом странном и пугающем городе, я с определённым трудом открыла тяжеленную дверь и вошла в очередной трактирный зал. Он слегка отличался от виденного мною полчаса назад: и стойка, и столы, и лавки были здесь значительно массивнее и устойчивее. Но по-прежнему всюду царило полное и какое-то безнадёжное запустение.

Обойдя трактирную стойку, я не стала подниматься по лестнице, уже примерно представляя, что увижу в комнатах, а пошла в ту сторону, где, по идее, может располагаться кладовая или винный погреб.

Дверь с огромным амбарным замком я обнаружила практически сразу, после чего, ругнувшись про себя, вернулась к стойке и в ящике нашла ключ примерно подходящего размера и нужной формы. На всякий случай прихватила и остальные ключи, чтобы не бегать лишний раз.

К замку подошёл именно тот ключ, который я взяла первым, и моему уставшему взору предстали массивные полки, уставленные ящиками, бочонками, коробками, мешками и мешочками. Оставив исследование содержимого полок на потом, я прошла в глубь кладовой, а это была именно она, и к собственному невероятному облегчению обнаружила целую батарею бутылок, причём явно не пустых.

Взяв с полки три бутылки, я вернулась в зал, так как в темноте кладовой рассмотреть хоть что-то было почти невозможно. Стерев рукавом пыль с этикетки, я прочла уже еле видную надпись: «Джесмистанское шуршиловое. Блайвиль. 954 от ПИ». Из всех слов уверена я была в одном: «Блайвиль» — это город, именно в нём я и находилась, а о значении остальных можно было только догадываться. «Джесмистан» - это, вероятно, название страны или местности, «шуршиловое» - это, судя по всему, исходный продукт, 954 — это год, а вот что такое «ПИ», я даже предположить не возьмусь. Интересно, а что такое «шуршил» или «шуршила»? Это такое растение, из которого сделан напиток? Или это кто-то, для кого он предназначен? Например, у нас в Эппл-Гроув есть сорт сидра, который называется «Осенний гвардейский» - он повышенной крепости и предназначен, по идее, для славных гвардейцев, хотя и пьют его все, кому хочется чего покрепче.

Я попыталась представить себе растение, которое могло бы так называться, и поняла, что моё воображение пасует. Зато когда я попыталась мысленно нарисовать существо с таким названием, сразу получила изображение какого-то гигантского грызуна в ночном колпаке с кисточкой. Потрясла головой, прогоняя видение, и снова посмотрела на бутылку. Прислушалась к организму, поняла, что мне уже почти всё равно, из чего или для кого это сделано, и открыла бутылку: к счастью, горлышко было просто залито какой-то массой наподобие сургуча, и я спокойно справилась с этой задачей.

Принюхалась, попыталась осмыслить достаточно приятный аромат: какая-то смесь незнакомых запахов, но почему-то мне показалось, что ягодных. Взяла со стойки бокал, вытерла подолом рубашки, так как ничего более чистого не нашлось, осторожно налила напиток, оказавшийся приятного нежно-голубого цвета и снова принюхалась. Голубое вино мне прежде пить не приходилось, но за последние несколько дней со мной произошло столько всего, что я уже ничему не удивлялась. Ну голубое, и что теперь — от жажды умереть?

Сделав первый осторожный глоток, я не смогла остановиться, пока не выпила всё содержимое стакана. Судя по вкусу, это было очень лёгкое вино с удивительным мягким ягодным ароматом и привкусом мёда. Вдохновлённая, я быстренько опустошила бутылку и опустилась на лавку: вдруг ужасно захотелось спать.

Последним героическим усилием я подтащила вторую скамейку, оказавшуюся практически неподъёмной, я подложила под голову свою куртку и почти мгновенно заснула на своём импровизированном диванчике.

- Чарча, бездельница, где тебя носит? - услышала я сквозь сон чей-то сердитый крик и подскочила на своём жёстком спальном месте. К счастью, сдвинутые мной лавки стояли у стены, на которой ничего не висело, и я не приложилась ни обо что макушкой.

Проморгавшись, я огляделась и с облегчением выдохнула: ну вот, наконец-то всё так, как и должно было быть с самого начала. За трактирной стойкой возился здоровенный толстяк в светлой рубахе и каком-то забавном головном уборе, напоминавшем намотанное на голову полотенце.

Интересно, а куда делась вся пыль и почему не заметно ни малейшего следа запустения и обветшалости? Неужели за одну ночь, пока я спала, можно было всё убрать и поправить? Да ещё и сделать это бесшумно?

Решив, что самым надежным источником необходимой мне информации может служить замеченный мной трактирщик, я сползла с лавки и подошла к стойке.

- Доброго утра, уважаемый, - вежливо произнесла я, слегка поклонившись, - я случайно…

- Чарча, да сколько тебя звать можно! - рявкнул толстяк, не обращая на меня ни малейшего внимания. - Скоро посетители пойдут, а у тебя столы не протёрты и пол не метен!

- Эй, господин трактирщик! - уже громче окликнула я по-прежнему не смотрящего в мою сторону здоровяка. - Я к вам обращаюсь! Это в конце концов не вежливо!

- И бутылки со стола убери! - крикнул трактирщик невидимой Чарче. - Всё сам, всё сам, одни бездельники вокруг…

Продолжая ворчать, трактирщик вышел из-за стойки, и я с удивлением увидела, что он одет не в рубаху, как мне сначала показалось, а в некое подобие широкого платья. Или это была очень длинная рубашка, доходящая аж до колен, из-под которой виднелись такие же светлые широкие штаны.

Трактирщик прошёл мимо, даже не покосившись в мою сторону, и вот тут-то я и начала волноваться. Ну не мог же он меня не заметить? А как можно не обратить никакого внимания на неизвестную девицу, непонятно откуда взявшуюся с утра пораньше? Вывод напрашивался один, и он мне очень не нравился, вот совсем-совсем!

Чтобы опровергнуть свои подозрения или окончательно убедиться в их правильности, я решительно шагнула к трактирщику и дотронулась до его руки. Честно говоря, я была морально готова к двум вариантам развития событий. Вариант первый заключался в том, что моя рука могла пройти сквозь него, как если бы я, к примеру, была призраком: я читала о таких в одном романе ещё в пансионе. Второй вариант: трактирщик мог с диким воплем подпрыгнуть на месте и наконец-то меня заметить.

Действительность приготовила для меня третий, не предусмотренный мной вариант: я прекрасно ощутила грубоватую ткань явно домотканой рубахи, моя рука никуда не провалилась, но трактирщик по-прежнему никак на меня не реагировал. То есть он меня не видел, не слышал и не ощущал. При этом я не являлась — к счастью — призраком, и сама прекрасно его воспринимала и зрительно, и на ощупь.

Между тем со стороны кладовки появилась сонная девушка, уступавшая трактирщику разве что в росте, а вот в плане монументальности форм она могла бы с ним и посоревноваться. Тоже не обратив на меня ни малейшего внимания, девица прошла практически рядом, чуть ли не задев рукавом, и стала протирать столы. Совершенно не удивившись, убрала оставленные мной вчера бутылки и стакан, не слишком чистой тряпкой смахнула со стола грязь и снова ушла куда-то в сторону кладовой.

- Чарча, - окликнула я её, пройдя вслед за ней в помещение, по всей видимости, служившее кухней, - ты меня видишь?

Странный вопрос, согласна, но вдруг это она при хозяине не стала на меня смотреть. Девица отреагировала вполне предсказуемо — то есть не отреагировала никак. Она сноровисто помешивала что-то в двух здоровенных котлах, от которых шёл непривычный, но чрезвычайно манящий запах еды.

Интересно, а если я попробую что-нибудь взять — это заметят? Или не смогу? Надо пробовать, потому что есть хочется всё сильнее: яблоко и груша, щедро предложенные Мортимером, давным-давно усвоились и оставили о себе лишь воспоминание.

Я протянула руку к лежащим на столе кускам нарезанного хлеба — в том, что это он, я даже не сомневалась, ибо ничто больше не может издавать такой восхитительный аромат — и взяла ломтик. Взяла, покрутила в руках и с недоумением взглянула на блюдо: количество кусочков хлеба на нём не уменьшилось. Положила свой ломтик обратно — ничего не изменилось. Забрала снова — опять без изменений. Задумчиво откусила, пожевала — нормальный хлеб, разве что какая-то приправа добавлена непривычная. Съела весь кусок — очень вкусно, но почему… почему съеденный мной ломоть хлеба по-прежнему лежал на блюде? Кто из нас сошёл с ума: я или окружающее меня пространство? Второй вариант, конечно, предпочтительнее, но кто бы меня спрашивал!

Поняв, что, что бы я ни сделала, что бы ни взяла, это никак не отражается на окружающем, я перестала стесняться и плотно перекусила какими-то оранжевыми плодами, по вкусу напоминающими яблоки, и местным сыром, слегка солоноватым, но очень нежным. С какой-то заторможенностью понаблюдала, как Чарча взяла только что съеденный мной сыр и унесла его в торговый зал. Не выдержав, пошла следом и увидела, как трактирщик нарезает его — сыр, который я уже съела!!! - на небольшие кусочки и ставит на глиняном блюде на край стойки.

Решив, что самое лучшее, что я могу сделать — это выйти на улицу, я открыла дверь и, уже ступив на крыльцо, услышала недовольный голос трактирщика:

- Чарча, и дверь подопри — сквозняк…

В городе было уже достаточно оживлённо: по отходящим от центральной площади улицам деловито сновали люди в одежде, похожей на ту, в которой был трактирщик. Длинные рубахи и виднеющиеся из-под них широкие штаны, преимущественно светлых тонов, некоторые щеголяли вышитыми короткими жилетами или широкими узорными поясами. У мужчина на головах были накручены странные головные уборы: я иногда такое безобразие наматывала на голову, чтобы высушить волосы.

Я гуляла по городу и проводила эксперименты, в результате которых окончательно убедилась: что бы я ни сделала и что бы ни съела или выпила, оно никуда не девается. Съеденная еда остаётся целёхонькой, стакан с выпитой водой — полным, а снятая с верёвки ради интереса рубаха продолжает весело трепыхаться на ветру.

Бесцельно шастая по городу, я добрела до небольшого сквера или парка, в центре которого весело журчал фонтан, а вокруг него на уютных лавочках сидели люди и наслаждались прохладой.

Прислушавшись к разговору двух немолодых дам, сидевших на соседней скамейке, я насторожилась, услышав мелькнувшее в разговоре знакомое имя.

-… и только там, говорит, тебе и помогут, - рассказывала одна из женщин. Её лица я рассмотреть не могла, так как оно, как и у большинства дам, было закрыто полупрозрачной длинной вуалью.

- И как, помогло? - с живейшим интересом поинтересовалась её собеседница.

- Конечно, - первая дама даже рукой взмахнула от избытка эмоций, - как съездила она туда, так кошмары её и прекратились. Нужно было сразу в обитель святой Кэтрин ехать, а не по знахарям ходить, оно и полегчало бы.

Услышав название обители, я чуть не подпрыгнула на месте: не верю я в подобные случайности. Раз здесь есть обитель какой-то святой, которую зовут так же, как меня, то мне совершенно необходимо идти за помощью именно туда. Не откажет же она тёзке?

Но вот где эту обитель искать? Блайвиль, конечно, городок небольшой, но и его пешком обойти — замучаешься и ноги стопчешь. И ведь не спросишь ни у кого, остаётся только надеяться на везение.

По Блайвилю я пробродила до самого вечера, так и не найдя ни указателя, ни какого-либо иного намёка на то, куда следует направиться, чтобы попасть в обитель. Ходила, наблюдала за жителями, которые были заняты своей привычной, спокойной жизнью. Убедившись, что могу брать всё, что угодно, и оно при этом не исчезает, зашла в какой-то трактир и поела: взяла кусок мяса, уже почти не удивившись, заметив его по-прежнему лежащим на блюде, выбрала пару овощей, напоминающих репку, и запила всё это местным аналогом чая.

Успокоив совесть тем, что в итоге никто совершенно не потерпел ни малейшего убытка, я вышла на улицу и задумалась о том, куда бы мне пойти, пока не стемнело. Местное солнце стремительно клонилось к горизонту, но вокруг по-прежнему было светло, словно существовал ещё какой-то источник света. Даже не пытаясь в этом разобраться, я стояла возле витрины самой большой лавки Блайвиля — видимо, только её владелец мог позволить себе такую роскошь, как стеклянная витрина — и рассматривала выставленные образцы местной одежды.

Внезапно откуда-то донёсся заунывный звук колокола, и я встрепенулась: ведь если есть колокол, то, значит, есть и храм или монастырь? А вдруг это именно то, что я ищу?

Жители Блайвиля, заслышав колокол, с недоумением переглядывались, хотя и встревоженными не выглядели. Я оставила витрину в покое и почти бегом направилась в сторону центральной площади. Для этого мне нужно было пройти насквозь одну из лавок: я уже выяснила, что большинство из них были проходными, чтобы посетители могли войти в разных улиц. Так я могла сэкономить несколько минут, и почему-то мне это сейчас показалось очень важным.

Я забежала в лавку, о которой наверняка знала, что она проходная, и чуть не наткнулась на владельца, аккуратно раскладывающего на прилавке расшитые жилеты, столь модные в Блайвиле. Проскользнув мимо не заметившего меня хозяина, я услышал, что колокол замолчал и, рывком распахнув входную дверь, застыла на месте. Потом медленно закрыла глаза, постояла так минуту и осторожно приоткрыла один глаз.

- Мамочки… - пискнула я, потрясённо глядя на пыльную и абсолютно пустую улицу, на заброшенные дома, тоскливо глядящие на меня с противоположной стороны и на сиротливо раскачивающуюся потрескавшуюся вывеску.

Нечеловеческим усилием воли заставила себя не завизжать от страха и оглянуться, затем медленно обвела взглядом покрытый толстым слоем пыли прилавок, истлевшие тряпки, бывшие когда-то, как я теперь знала, роскошно расшитыми мужскими жилетами.

Осторожно вышла на улицу и медленно побрела в сторону трактира, где провела сегодняшнюю ночь — как-то внезапно кончились силы, и я поняла, что никуда уже сегодня не пойду, просто потому что не смогу.

В ужасе представила себе, как друзья ищут меня, но мысль о том, что они могут уйти дальше, в следующий мир, оставив меня здесь, гнала от себя всеми силами. Они не такие! Они непременно найдут способ отыскать меня и спасти. Бэйл может отправить на мои поиску ургейса, и Шахран наверняка отыщет меня, куда бы я ни провалилась, сойдя с тропинки на том кладбище. В конце концов, есть ещё Мортимер, который вроде как заинтересован в успехе нашей миссии. Успокаивая себя подобным образом, я дошла до уже знакомого трактира.

«Блайвильская роза», обещавшая своим гостям еду, ночлег и увеселения, встретила меня всё тем же пустым залом, разве что вчерашней бутылки на столе не было: Чарча убрала её ещё утром. Сегодня я решила, что спать вторую ночь на неуютной деревянной лавке — не самая удачная идея. Поэтому, вооружившись на всякий случай какой-то пыльной не то колотушкой, не то скалкой, я по скрипучей лестнице поднялась на второй этаж.

Обойдя все комнаты, поняла: ни в одной из них ночевать я не буду, просто потому что мне банально страшно. Поэтому попыталась выбрать среди полурассыпавшихся тряпок нечто более или менее сохранившееся, спустилась вместе с добычей вниз и расстелила найденное тряпьё на уже опробованных скамейках.

Устроилась, поняла, что так гораздо удобнее и, подумав, что ни за что не усну, тут же провалилась в глубокий сон.

- Чарча, бездельница, где тебя носит? - крик трактирщика разбудил меня и я распахнула глаза, вскочив на своём импровизированном ложе. Молча, не в силах вымолвить ни слова, смотрела на толстяка, возившегося за стойкой.

- Чарча, да сколько тебя звать можно! - рявкнул он. - Скоро посетители пойдут, а у тебя столы не протёрты и пол не метен!

Перевела взгляд на стол и увидела на нём три бутылки и стакан, хотя вчера я точно ничего не приносила. Появившуюся из кладовки Чарчу встретила уже почти обречённо, понимая, что наблюдаю вчерашние события. Из интереса пошла в кухню и увидела, как девица помешивает в том же котле ту же еду.

Чарча тем временем нарезала сыр, от которого я снова взяла кусочек — надо поесть, пока такая возможность предоставляется — и унесла его в зал.

Вышла на улицу и увидела оживлённый город, точно такой же, каким он был вчера. Отправившись в парк, села на скамейку и стала ждать вчерашних женщин, надеясь, что если я прослушаю их разговор с самого начала, то смогу понять, как мне найти эту обитель святой Кэтрин.

Дамы появились ближе к вечеру, но я терпеливо их ждала, боясь пропустить. Они неспешно обогнули фонтан и присели на вчерашнюю скамеечку. К сожалению, никакой полезной информации я из их разговора не почерпнула кроме сведений о том, что обитель находится где-то в городе.

Разлившийся в вечернем воздухе звук колокола я услышала, когда бесцельно брела по одной из улиц, решив, что буду методично обшаривать весь город, пока не обнаружу обитель.

Я уступила дорогу конному экипажу, которых в Блайвиле было достаточно много, и когда снова взглянул на улицу, то медленно глубоко вздохнула. С каждым ударом колокола город словно выцветал, люди бледнели и как будто растворялись в воздухе, а дома старели, ветшали. Как только растаяло эхо последнего удара колокола, Блайвиль снова стал таким, как им я увидела его, пройдя в ворота в первый раз.

- Чарча, бездельница, где тебя носит?

Я молча сидела на лавке в углу «Блайвильской розы» и уже седьмой раз наблюдала, как трактирщик пытается заставить шевелиться неспешную Чарчу, не обращающую на него ни малейшего внимания. За прошедшие дни я наизусть выучила все реплики, движения, запомнила, кто и куда входит и уходит. Я обошла практически весь Блайвиль, но так и не нашла так необходимую мне обитель. Впору было отчаяться, но я держалась… пока…

- Чаю, уважаемый, - раздался от стойки голос, и я вцепилась в скамейку так, что побелели пальцы. Этого мужчины в светло-зелёной длинной рубахе и роскошном расшитом жилете я не видела раньше. Такого просто не могло быть! Дни повторялись с точностью до секунды, словно были скопированы рукой умелого художника. И этого мужчины здесь раньше не было!

Он мельком взглянул в мою сторону, и я готова была поклясться, что он прекрасно меня рассмотрел.

Пока трактирщик суетился, стараясь угодить явно состоятельному клиенту, незнакомец, не таясь, рассматривал меня, усмехаясь в тщательно ухоженные усы.

- Вы меня видите? - не выдержав, спросила я, не спуская с неожиданного посетителя пристального взгляда: кого-то он мне неуловимо напоминал, только я никак не могла вспомнить, кого именно.

- Разумеется, я тебя вижу, - сказал он, насмешливо скривив губы, - и не могу сказать, что я в восторге от этого зрелища.

- А почему я вас слышу, а он нет? - я постаралась не обращать внимания на грубость и кивнула на совершенно невозмутимого толстяка, лично расставляющего на подносе чашки, вазочки с мёдом и вареньем, тарелочки с различным сладостями.

- Потому что я так хочу, - по-прежнему невозмутимо и даже как-то лениво сообщил он мне, - сейчас мне нужно, чтобы меня слышала ты, поэтому так и происходит.

И тут я поняла, кого напоминает мне этот холеный незнакомец в зелёном, — Мортимера. Та же манера цедить слова, то же высокомерие во взгляде, только наш с Бэйлом знакомец был как-то немного поприятнее, подемократичнее. Да и мальчишеский облик шёл ему невероятно, делая каким-то земным, человечным.

- Так интересно наблюдать за твоим мыслительным процессом, - поделился со мной незнакомец, облокачиваясь на стойку, - вы, смертные, порой бываете такие забавные, ты себе даже не представляешь!

- Ну почему же, - пожала плечами я, порадовавшись, что угадала нечеловеческую природу внезапно появившегося мужчины, - очень даже представляю. Если вы можете позволить себе быть грубым и невежливым, то почему бы мне не быть забавной. Каждому своё, как говорится. За вами тоже, кстати, наблюдать нескучно, но не очень приятно.

Честно говоря, я даже не собиралась выдавать эту гневную тираду, но, видимо, безумная неделя, проведённая мной в этом мире, который, как я выяснила, назывался Джесмистан, меня доконала.

Незнакомец удивлённое приподнял брови и посмотрел на меня так, словно я была бессловесной вещью, вдруг заговорившей. Наверное, так я посмотрела бы на табуретку, если бы вдруг она обрела дар речи и заявила мне, что я неправильно на ней сижу и вообще ущемляю её табуреточные права.

- А ты не много себе позволяешь, смертная? - поинтересовался он у меня, не меняя вальяжной позы. - Я вообще-то бог, как ты могла понять.

- И что? Что я, богов не видела? - огрызнулась я и с мрачным удовлетворением заметила, как изумлённо расширились его глаза.

- А что — видела? - он недоверчиво прищурился. - И кого же, позволь полюбопытствовать…

- Мортимера, - сообщила я, а мой собеседник досадливо поморщился, - и вёл он себя не в пример вам — гораздо приличнее.

- Мортимер вёл себя прилично? - незнакомец хмыкнул. - Это что-то новенькое. Ну надо же, снова опередил меня, наглец…

- И вообще… он мне яблоко принёс… и грушу, - я осуждающе посмотрела на посетителя, - и не хамил, между прочим.

- Яблоко? - как-то даже растерялся тот и добавил с непонятной надеждой. - Отравленное?

- Нет, - с каким-то мстительным удовольствием разочаровала я его, - совершенно нормальное, вкусное.

- Да ну, - незнакомец недовольно нахмурился, - так не интересно. Флориан.

- Что — Флориан? - не поняла я.

- Я Флориан, - раздражённо повторил мужчина, глядя на меня с плохо скрываемой неприязнью.

- Очень приятно, - вежливо ответила я и поклонилась, так как делать реверанс в брюках — не самая лучшая идея, - а я Кэтрин, графиня Мабридж.

- А то я этого не знаю, можно подумать, - сварливо отозвался Флориан и вздохнул, - в общем, так. Сейчас я тебя отсюда забираю, - тут моё сердце радостно ухнуло куда-то в пятки и там блаженно затихло, - и возвращаю на место. Этот запылённый мирок можешь забыть, как страшный сон.

- Что вы хотите за помощь? - прищурилась я, старательно пытаясь сладить с рассудком, кричавшим, что это неважно: главное — оказаться подальше отсюда и поближе к друзьям. - Я уже имела возможность убедиться, что ждать от богов бескорыстия — напрасное занятие.

- Может, всё не так и плохо, - помолчав, соизволил ответить Флориан, оценивающе меня рассматривая, - ты иногда высказываешь здравые мысли.

- Так что вы хотите? - повторила я вопрос.

- Когда придёт время, сделай правильный выбор, - с лёгким нажимом в голосе сказал… бог, - ведь именно Дева будет решать, кому отдать Корону Короля.

- А вот это уже что-то новенькое, - я нахмурилась: как-то меня совершенно не привлекала перспектива принятия такого судьбоносного решения и связанной с ним ответственности, - а разве Корону получит не Король? Автоматически, так сказать?

- С чего ты так решила? - в свою очередь удивился Флориан. - В пророчестве чётко сказано: Дева возложит Корону Короля на голову достойнейшего.

- Ага, - сообразила я, - и у вас, видимо, уже есть кандидат на роль этого самого достойнейшего, я правильно понимаю ситуацию?

- Совершенно верно, - снисходительно кивнул Флориан, - когда придёт время, ты выберешь принца Фаруза.

- То есть вы покровительствуете эф-риссарскому высочеству, - задумчиво проговорила я, - Мортимер — Бэйлу. Интересно, а у остальных тоже есть… как бы сказать… группа поддержки?

- Разумеется, - ничуть не смутившись, кивнул Флориан, - боги не могли оставить столь серьёзное пророчество без внимания.

- И у меня есть? - я растерянно хлопала глазами.

- Конечно, - он хотел покровительственно потрепать меня по щеке, но я увернулась: терпеть этого не могу. И вообще, откуда я знаю, за что он там раньше этими руками хватался? И мыл ли их…

- А кто? - вернулась я к чрезвычайно заинтересовавшему меня вопросу.

- Придёт время — узнаешь, - туманно ответил Флориан, - ну что, уходим?

Я посмотрела на трактирщика, на снующих за окном горожан, вспомнила всю эту ужасную неделю и спросила:

- А что случилось с этим миром?

- Ой, да какая тебе разница? - отмахнулся Флориан. - Таких полуживых миров знаешь, сколько? Сотни, если не тысячи. Со временем он просто угаснет и исчезнет.

- Как — исчезнет? - растерялась я. - Совсем? А люди, которые здесь живут?

- Тебе-то до них какое дело? - Флориан уже направлялся к двери. - Идём.

Я молчала, глядя в пол и не двигаясь с места. Флориан остановился и с видом мученика ждал меня.

- Я не могу так уйти, - негромко сказала я, - и знать, что этот мир, пусть и не самый привлекательный, исчезнет… Неужели ничего нельзя сделать?

- Да зачем?!

- Чтобы мир существовал дальше… Чем он хуже всех остальных?

- А чем лучше? - Флориан взял меня за руку и буквально потащил к двери. - Не устраивай мне сцен, я и так потерял с тобой кучу времени.

Я вырвала руку и, понимая, что наверняка совершаю невероятную глупость, сказала:

- Помогите мне спасти этот мир, и я выполню вашу просьбу насчёт принца. Во всяком случае, я попытаюсь.

- Ты готова пожертвовать свободой выбора ради какого-то пропылённого угасающего мирка? - он смотрел на меня с недоумением, даже с жалостью. - Кэтрин, это глупо, понимаешь?

- Понимаю, - я даже не собиралась спорить, - но не пытайтесь меня понять. Просто помогите…

- Ты серьёзно? - он задумчиво и как-то по-новому смотрел на меня. - Ты готова задержаться здесь и попытаться спасти этот никому не нужный Джесмистан?

- Да, - я упрямо закусила губу, - вы же бог, что вам стоит?

- На что только не приходится тратить силы! - недовольно воскликнул Флориан и сделал какое-то странное движение рукой. - Да всё в порядке будет с этим миром, не переживай. Никуда он теперь не денется.

- Что — и всё?! - я неверяще посмотрела на ворчащего бога. - И вам сложно было это сделать просто так? Без моей просьбы?

- Теперь-то мы можем уже идти? - нетерпеливо нахмурился Флориан, проигнорировав мой вопрос. - Кстати, джесмистанцы узнают потом, кому обязаны сохранением своего мира. Ты получишь тут звание святой, Кэтрин, графиня Мабридж.

- Не понимаю, - я снова остановилась, - но я слышала, что здесь уже есть монастырь святой Кэтрин. Это же не могла быть я. Правда?

- Ты слышала, но не смогла его найти, да? — хитро подмигнул мне Флориан, став на мгновение ужасно похожим на Мортимера.

- Да, - я кивнула, по-прежнему ничего не понимая.

- Это была одна из вероятностей. Если бы ты ушла, в этом мире никогда не появился бы монастырь святой Кэтрин, мысль о нём растаяла бы вместе с этим миром. Понимаешь?

- Не совсем, - подумав, ответила я, - но, пожалуй, не буду даже пытаться понять.

- Теперь мы уже можем идти? - Флориан протянул мне руку. - Не медли… святая Кэтрин…

Глава 13

Джесмистан, старое кладбище,

день 987 от Последней Искры (ПИ)

Я не стала упрямиться и, бросив последний взгляд на трактирщика, с которым за прошедшие дни успела практически сродниться, и на вышедшую из кухни Чарчу, кивнула и вложила ладошку в протянутую руку.

Свет вокруг на мгновение померк, словно мигнул, и я обнаружила себя стоящей в гордом одиночестве возле старых городских ворот. Не оборачиваясь больше, я потянула на себя тяжёлую деревянную створку и, на всякий случай зажмурившись, шагнула за ворота из города.

- Кейт, не отходи далеко от тропинки, мало ли что может случиться, - услышала я обеспокоенный голос Бэйла и чуть не заплакала от облегчения.

Резко повернувшись на голос, я увидела друзей, мирно занимающихся своими делами: Нэль изучал травинки и листья растущего на старых могилах кустарника, Берт дремал, прислонившись спиной к старому памятнику, Фаруз извлёк из ножен меч и что-то с ним делал — не то чистил, не то точил, а Бэйл по-прежнему бродил между могилами, читая полустёртые надписи.

- Кейт, ты слышишь? - не открывая глаз, повторил за Бэйлом Альберт. - Место неизвестное, лучше одной никуда не ходить!

- Не буду, - хрипло прошептала я, сглатывая неизвестно откуда взявшийся в горле ком, - клянусь, ни шагу в сторону.

- Ну, давайте решать, куда нам двигаться, - оторвался наконец-то от изучения надгробий Бэйл, - на кладбище, конечно, очень даже неплохо, мне во всяком случае, но деталь короны сама себя не найдёт.

Тут все почему-то посмотрели на меня, словно ожидая, что я сейчас дам ответ на самые невероятные вопросы.

- У тебя случайно никаких видений не было? - аккуратно поинтересовался у меня вежливый Нэль и разочарованно вздохнул, увидев, как я отрицательно качнула головой. - Жаль…

- А то мы думали, что, может, пока мы отдыхали, ты что интересное увидела, - устало улыбнулся Берт.

Я подумала и решила рассказать о том, что со мной случилось, потому что, учитывая нашу непростую задачу, любая информация может оказаться важной. Но вот как об этом рассказать?

- А вы меня всё время видели? - осторожно начала расспросы я. - Ну, пока я тут по тропинке гуляла?

- Конечно, - кивнул Фаруз, - да ты никуда и не уходила, Кейт. Вот только немного в сторону прошла по дорожке, а потом по ней же обратно и вернулась. А почему ты спрашиваешь?

- Просто дело в том, - откашлявшись, начала я, а друзья, переглянувшись, отложили свои дела и стали внимательно меня слушать, - я даже не знаю, как и сказать-то…

- Да уж скажи как-нибудь, - Бэйл выглядел чрезвычайно сосредоточенным, - не пугай нас, Кейт, пожалуйста.

- В общем, я пошла по тропинке, - снова начала я, - и сошла с неё в сторону, потому что увидела там небольшой такой… не знаю, склеп, наверное…

Все дружно повернулись в ту сторону, куда я указывала, но никакого склепа, естественно, там не увидели.

- И ты не придумала ничего лучше, как сунуться самой в неизвестный склеп? - в голосе Фаруза зазвенело искреннее возмущение.

- Ну... я спросила у вас, а вы на меня рукой махнули, мол, иди себе, - обиженно сказала я, глядя на удивлённо вытянувшиеся лица мужчин, - ты, кстати, мне вообще просто ручкой помахал, вот так, - тут я показала, как Фаруз махнул мне тогда рукой.

- Но я не делал этого, - растерянно повернулся принц к остальным, - ты точно это видела?

- Абсолютно, - уверенно сказала я, - вы все видели, что я ухожу.

- А где он сейчас, этот склеп? - нахмурился Бэйл, с подозрением рассматривая кладбище.

- Не знаю, - я вздохнула, - в общем, я пошла туда, а там ворота в город.

- Там что?! - хором воскликнули мужчины. - В какой город? Кейт, тут кругом погост, никакого города нет…

- А я вам говорю то, что было, - упрямо продолжала я, - там были ворота в город, и я даже знаю, как он назывался — Блайвиль.

- Интересно, - проговорил негромко Бэйл, - а мир, судя по всему, называется Джесмистан…

- Откуда… откуда ты знаешь, - я почувствовала, что сердце стало биться с перебоями, - это кладбище… оно что — тоже в Джесмистане?

- Ну да, - ответил вместо Бэйла Нэль, - вон там на памятнике написано, что в могиле покоится верховный судья всего Джесмистана… имя я не помню. А что ты так разволновалась?

- То есть если бы я не согласилась спасти этот мир, - я словно разговаривала сама с собой, а друзья только непонимающе переглядывались, - то вы могли бы исчезнуть вместе с ним?

- Ой, да ладно тебе, - неожиданно раздался голос Флориана, и, обернувшись, я увидела и его самого, небрежно прислонившегося к какому-то древнему обелиску и одетого уже в нормальную, привычную мне одежду, - ну промашечка вышла небольшая, подумаешь…

- Ты кто? - мгновенно вскочил на ноги Фаруз, стремительно выхватывая меч и загораживая меня собой.

- Кэтрин, душа моя, представь меня своим агрессивным друзьям, - лениво проговорил Флориан, но его вальяжный голос ни в малейшей мере не сочетался с внимательным, острым взглядом, - так будет спокойнее.

Я подошла к Флориану, потом повернулась к спутникам и, как на торжественном приёме, произнесла:

- Господа, позвольте вам представить… Это Флориан, так сказать...бог…

- Кто?! - снова одновременно спросили мужчины. Ещё немного, и они смогут хором декламировать стихи, например. Представив себе эту картинку, я нервно хихикнула, вызвав удивлённые взгляды всех присутствующих, включая Флориана.

- Ну… бог… Что тут такого? - Флориан аккуратно смахнул пыль с какого-то надгробья и спокойно уселся на него. - Мортимер же к вам ходит — и ничего, никто, я так понимаю, не удивляется. А почему на меня такая странная реакция?

- Мортимер — мой давний знакомец, - настороженно ответил Бэйл, - а ты зачем здесь?

- И это мне вместо спасибо… - трагично произнёс Флориан, осуждающе посмотрев на меня, - а ведь я тебя спас, Кэтрин. Вырвал, можно сказать, из лап небытия…

- Я тебе признательна, и мы уже оговорили оплату, - негромко произнесла я, но Нэль меня всё-таки услышал и нахмурился.

- Откуда ты вырвал Кейт? - спросил Фаруз, пристально вглядываясь в гостя. - И откуда мне знакомо твоё лицо?

- Ваша Кейт, как вы её называете, попала в Блайвиль — город, завязший во временной петле и потерявший почти все силы. Если бы не я — осталась бы она там навсегда. И всё — никакого пророчества, никакой Короны.

- Спасибо, конечно, - Бэйл поклонился, - мы признательны тебе, Флориан. Откуда ты знаешь Мортимера, и почему тебя не знаю я?

- Мы с ним… - Флориан закинул ногу на ногу, - являемся участниками одного и того же ...ммм… клуба по интересам, назовём это так. А ты меня не знаешь, так как Освэш лежит вне сферы моих интересов. В отличие от Эф-Риссара…

- А вот с этого места хотелось бы поподробнее, - мгновенно напрягся принц, сразу напомнив мне сжатую до предела пружину, - что связывает тебя с Эф-Риссаром? Я не помню тебя в пантеоне Пятикрылого. Впрочем, рядом с Пятилапым тоже не было такого бога.

- Я путешествую, так скажем, инкогнито, - с ленцой ответил Флориан, нисколько не впечатлившись вспышкой Фаруза и его словами, - и меня интересует не сам Эф-Риссар и не его правящая семья, если для тебя это важно, а мой старинный враг, нашедший приют в вашей чудесной стране.

- Твой враг обосновался у нас, в Эф-Риссаре? - непонимающе нахмурил тёмные брови принц. - Извини за вопрос, но он тоже — бог?

- Разумеется, - кивнул Флориан, с любопытством и каким-то оценивающим прищуром рассматривая Фаруза, - не со смертными же мне враждовать…

- И при чём здесь мы? - я решила, что пора принять участие в беседе, пока они все не переругались и, как следствие, не передрались Только драки с богом нам и не хватало для полного счастья. - Как наше… хм… путешествие связано с твои врагом?

- Понимаешь ли, моя драгоценная Кэтрин, - неспешно начал Флориан, явно наслаждаясь тем раздражением, которое он вызывал у моих спутников, - ваше, как ты очень деликатно выразилась, путешествие проходит под, так сказать, пристальным контролем высших сил. Понимаешь?

- Пока нет, - честно ответила я, внутренне готовясь к масштабной гадости, - ты не мог бы как-то ближе к делу?

- Мог бы, - охотно согласился Флориан, - но не хочу. Вы так забавно злитесь, особенно демон… Просто чудо какое-то!

Бэйл отчётливо скрипнул зубами, а пальцы крепче стиснули рукоять меча. Но, надо отдать ему должное, на провокацию не повёлся, вызвав у Флориана разочарованный вздох.

- Тем не менее, - всё ещё вежливо попросила я, - очень, знаешь ли, ясности хочется.

- В каждой стране есть свои божества, так? - начал Флориан, удобнее устроившись на надгробье. - В Эф-Риссаре, например, Пятикрылый и Пятилапый, у альвов — Дух Великого Дерева, в Истралии — вообще богов столько, что считать устанешь, как, впрочем, и у демонов.

- И что? Вам стало тесно? - язвительно спросил Бэйл. - Ну так выселите лишних. Сократите поголовье, так сказать, и я в этом готов помочь, причём начать могу прямо сейчас…

- Какой он у тебя сердитый, - громко шепнул мне Флориан и противно хихикнул, увидев, как нахмурились Фаруз и Берт. Нэль и без того сидел мрачнее тучи, - ужас просто! Не выбирай его, Кэтрин. Возьми лучше здоровяка… Хотя нет, он же не принц — его нельзя…

- Ты рассказывать будешь или нет? - начала сердиться я, стараясь не обращать внимания на то, как постепенно наливаются гневом лица мужчин. - И прекрати их дразнить, что ты, как маленький? А ещё бог, ну как не стыдно?!

- Ладно, не буду, - поднял руки Флориан, - так вот, собрались мы тут как-то все вместе…

Тут я зависла в попытке представить себе сборище всех богов, и почему-то в памяти всплыло собрание в пансионе, когда нам делали объявление о назначении нового директора и связанной с этим смене образовательной политики. Разошедшееся воображение тут же нарисовало ровные ряды кресел и сидящих в них богов. Они почему-то все были похожи на Мортимера и Флориана, а также на моего соседа, пожилого лорда Шелвуда. А на трибуне, держа в руках стакан воды, стоял какой-то высокий белобородый старец и призывал всех соблюдать спокойствие.

Я моргнула, сбрасывая наваждение, и, откашлявшись, попросила Флориана продолжать. Он задумчиво почесал подбородок, но соизволил двинуться дальше.

- Так вот, собрались мы как-то все вместе и решили, что этому миру боги больше не нужны.

На кладбище и без того было не слишком шумно, а после этого неоднозначного заявления Флориана тишина стала абсолютной.

- И? - ошарашенно поинтересовалась я. - То есть как — не нужны?

- Да вот так, - Флориан легкомысленно махнул рукой, - решили, что каждый возьмёт себе по новому миру или по два и там уже будет действовать. А этот мир останется в руках Короля.

- Короля какой страны, хотелось бы понять… - растерянно проговорил Бэйл, оглядываясь на нас.

- Да какая разница? - удивился наш гость, небрежно срывая какой-то чахлый цветочек и делая вид, что внимательно рассматривает его. - Король будет править всеми. Страны останутся, правители тоже, но над всеми будет Король. С божественными, так сказать, полномочиями.

- И кто же выберет этого самого Короля? Боги? - очнулся от ступора Фаруз.

Флориан молча посмотрел на меня и снова принялся рассматривать цветочек. Я нервно закашлялась и попыталась слиться с травой, на которой сидела, но внимание всех постепенно обратилось ко мне, отчего я готова была сквозь землю провалиться.

- Кейт? - неверяще проговорил Берт. - Этого вашего Короля должна будет выбрать Кейт?!

- Ну, положим, не нашего, а вашего Короля, - поправил капрала Флориан, - и потом — а что тебя не устраивает?

- Меня не устраивает всё, - перебила я Берта и в упор посмотрела на безмятежного Флориана, - почему на меня возложили такую колоссальную ответственность, позабыв спросить?

- Так получилось, - пожал плечами этот наглец, совершенно не смутившись, - вы все стали героями пророчества безумного Фелиэна. Я не буду вам рассказывать, как отбирались кандидатуры, просто поверьте, если бы вы были недостойны, вас бы тут не было.

- Правильно ли я понимаю, что за каждым из нас стоит кто-то из богов? - медленно проговорил Нэль, сосредоточенно молчавший до этого.

- Совершенно верно, - кивнул Флориан, - или группировка. Например, Бэйла поддерживает Мортимер и те, кто ему сочувствует. Я имею, как уже сказал, свой интерес в Эф-Риссаре, потому принц Фаруз интересен лично мне.

- Зачем вам это надо? - ровным голосом спросил Бэйл.

- Ну, знаешь, мы прожили здесь не одно тысячелетие, и нам не совсем безразлично, что станет с этим миром. И потом… в нашей бесконечной жизни так мало развлечений!

- А я? У меня тоже есть бог? - в голубых глазах Берта было столько любопытства, что Флориан фыркнул, но ответил:

- Можешь мне поверить, Мечтатель без сторонников не останется. Как и Творец. Твоя лучшая картина ещё впереди, юный альв.

- Берт, умоляю тебя, мечтай аккуратнее, пожалуйста! - обратилась я к Альберту, в глазах которого сверкал истинный восторг.

- А Кейт? - негромко спросил Бэйл, старательно не глядя в мою сторону. - У неё есть божественная поддержка?

Флориан промолчал, но потом негромко сказал:

- Помочь будущей Королеве долг каждого из нас…

Мы молча стояли между могил, пытаясь осмыслить сказанное нам Флорианом, но получалось, если честно, не слишком хорошо. И лишь Фаруз очень тихо, так, что его не услышал никто, кроме меня, прошептал:

- Так вот она… вершина…

Я помолчала, а потом решила уточнить:

- Но ты вмешался в наш путь и помог мне выбраться из Блайвиля. То есть боги могут помогать нам? Это не запрещено в вашей… игре?

- Ты не права, Кэтрин, моя бесценная, это не игра, - поморщился Флориан, - и действительно, каждый из нас … давайте назовём нас кураторами… может вмешаться один раз. Я свой использовал, чтобы спасти тебя и попросить о небольшой услуге.

- Что ты пообещала этому проходимцу, Кейт? - сердито спросил Бэйл, и в глазах Флориана впервые вспыхнули и тут же погасли багровые искорки гнева.

- Аккуратнее со словами, демон, - громыхнул он, и от болтуна Флориана не осталось даже следа: на нас смотрел словно сотканный из языков багрового пламени воин. Но видение продлилось не больше нескольких секунд, и вот я снова видела красивого мужчину с нахальным выражением лица.

- А кто твой враг, который укрылся в Эф-Риссаре? - отвлёк на себя внимание разгневавшегося божества Фаруз.

- Угадай, - мрачно бросил ему Флориан.

- У меня нет версий, - принц развёл руками.

- Это твой наставник, Шару, - с прежним ехидством сообщил Флориан изумлённому Фарузу.

- Этого не может быть! - воскликнул Фаруз, вскакивая на ноги и судорожно сжимая кулаки. - Ты наверняка ошибаешься!

- Да ты что? - демонстративно удивился Флориан, - а почему, позволь узнать? Что я сказал такого уж совершенно невозможного?

- Во-первых, наставник Шару обычный человек, хотя и очень мудрый и знающий об устройстве мира невероятно много, - горячо заговорил Фаруз, глядя на нас сверкающими глазами, - но он не божество! А во-вторых, он не способен на бесчестный поступок!

- Вот почему вы, смертные, так любите делать далеко идущие выводы, основываясь на непроверенных сведениях? - спросил Флориан почему-то у меня. В ответ я только пожала плечами, так как вопрос, судя по всему, был риторический. - Да с чего ты взял, что хоть что-то знаешь о своём наставнике?

- Мы много говорили с ним, - продолжал Фаруз с каким-то даже отчаянием в голосе, - он сказал бы мне!

- С чего бы он стал с тобой откровенничать? - искренне удивился Флориан. - Я вот никому никогда не рассказываю о своей природе. Кто догадался сам — тот молодец, а кто не сообразил — тому и без надобности. Кэтрин ваша, например, молодец, очень сообразительная девочка, быстро догадалась.

- Вообще-то, если быть честным, то ты сам мне более чем настойчиво намекал, а потом вообще прямым текстом сказал, - стараясь быть объективной, поправила я Флориана, и он недовольно поморщился.

- Сообразительная и не в меру честная иногда, - проворчал он и снова повернулся к Фарузу, - Шару никогда не сказал бы тебе сам. Но и появился он возле тебя не случайно, его тогда как раз… Впрочем, это наши дела, вам не интересно…

Судя по лицам присутствующих, интересно было абсолютно всем, а не только замешанному в эту странную историю Фарузу. Флориан полюбовался на наши заинтересованные лица и добавил:

- Ну так и быть, скажу, - тут он сделал чрезвычайно таинственное лицо, - дело в том, что Шару был изгнан.

- Откуда и за что? - озвучил возникшие у всех вопросы Бэйл, глядящий на Флориана по-прежнему с недоверием, и я его вполне понимала: мне шустрый бог тоже доверия не внушал.

- Из нашего круга за то, что пытался открыть путь в один запрещённый мир, - шёпотом сообщил нам Флориан и зачем-то посмотрел по сторонам, словно кроме нас тут могли быть ещё слушатели.

- А что такое запрещённые миры? - послушно спросил альв, так как было очевидно, что именно этого вопроса и ждёт Флориан.

- Это такие миры, - охотно начал просвещать нас явно соскучившийся по общению бог, - которые представляют собой опасность для остальных. То ли населяют их чудища, с которыми не договоришься, то ли магия там настолько чудовищная, что губит всё, к чему прикасается… много причин бывает. Но открывать их запрещено абсолютно всем: это грозит гибелью не только мирам, но и богам. А это, как вы понимаете, никому не надо.

- Ну а Шару такой мир зачем? - я пока не понимала логики. - Для него же они тоже губительны, разве нет? Или он какой-то особенный бог? Кошмароустойчивый?

- А вдруг, - Флориан снова огляделся, обшарив подозрительным взглядом ближайшие надгробья, - вдруг он нашёл какой-нибудь способ с ними договориться? Проверять как-то не хочется, знаете ли…

- А почему он твой враг? Из-за этого? - спросил внимательно слушавший Флориана Берт.

- Не только, - наш божественный гость поскучнел, - когда- то очень давно мы вместе правили одним миром… ну и не поделили кое-что. Шару решил, что всё лучшее должно доставаться ему, а я… я пришёл к такому же выводу, только в отношении себя. Мы поссорились, а потом вражда от века к веку крепла, мы всё время оказывались по разные стороны, а потом я тоже проголосовал за его изгнание.

- Но ты же не один голосовал, - я по-прежнему не могла понять, в чём проблема, - почему тогда именно ты его враг?

- Получилось так, - замялся Флориан, - что мой голос был решающим. Если бы я проголосовал «против», то ему дали бы шанс в каком-нибудь новом мире. Но я захотел отомстить за все предыдущие обиды, и проголосовал «за». Шару поклялся отомстить всем нам, особенно мне…

- Но если его изгнали, то как он оказался в Эф-Риссаре? - спросил Фаруз, и я полностью была с ним согласна: как такое могло быть?

- Облик-то у него не отняли, - пожал плечами Флориан, - но я уверен, что он непременно попытается вернуть себе былое могущество. И не побрезгует в достижении этой цели ничем.

- Я так понимаю, что боги вообще не слишком утруждают себя соблюдением моральных норм, - проговорил Бэйл, глядя на полностью погружённого в свои мысли Фаруза.

- Ну так боги же, - пожал плечами Флориан, - нам можно…

- Спорное утверждение, - вставил реплику Нэль, тоже не сводящий с Фаруза внимательного взгляда, - ну да боги с вами… хм… в общем, сами вы с вами…

- Интересная мысль, - хихикнул Флориан, - надо будет подумать над ней.

- То есть ты присматриваешь за принцем, чтобы этого не стал делать Шару? Правильно ли я понимаю ситуацию? - Бэйл был сосредоточен и серьёзен.

- Ну, если в общем и целом — да, - подумав, согласился Флориан, - тут кто первый подсуетился, тот и в выигрыше.

- Не уверен я, что ты первый, - сказал молчавший до этого момента Берт, - боюсь, опоздал ты, парень.

- В каком смысле? - насторожился Флориан. - Что ты имеешь в виду, Мечтатель?

- Не забывай, Шару провёл рядом с принцем много времени, - негромко сказал Бэйл, отведя в сторону бога, - ты уверен, что он не склонил его на свою сторону?

- Не знаю, - задумался Флориан, взглянув на Фаруза, по-прежнему не обращающего ни на что и ни на кого внимания, - не исключено, конечно… Поэтому я прошу вас — присмотрите за мальчиком. Если Шару откроет запрещённый мир — не уцелеет никто… в том числе и он сам, скорее всего.

- Мы присмотрим, - уверенно сказал Берт, кладя руку на плечо Бэйлу. И выглядели эти двое так внушительно, что я просто залюбовалась.

- Ну и славненько, - поднялся с надгробья Флориан, - тогда я пойду. Мортимеру привет передавайте, когда появится, да и остальным тоже…

- А ты случайно не знаешь, как выглядит следующий фрагмент Короны? - без особой надежды спросила я.

- Точно! - Флориан хлопнул себя по лбу. - Чуть не забыл сказать. Хорошо, что ты напомнила мне, Кэтрин, совсем из головы вылетело.

Кто-то из друзей отчётливо скрипнул зубами, но Флориан предпочёл сделать вид, что он ничего не услышал.

- Корона Короля была выкована когда-то лучшими ювелирами Джесмистана, ещё до того, как они отсюда ушли, - сообщил нам бог, - следовательно, в этом мире вам надо найти саму Корону. Она — на этом кладбище. Больше я вам, увы, ничего сказать не могу. Да оно небольшое в принципе...

И Флориан исчез ровно за секунду до того, как в его челюсть врезался бы кулак Бэйла. И, надо сказать, я некроманта совершенно не осуждала.

- Ну, что делать будем? – озвучил коллективный вопрос Бэйл как старший в нашей неоднозначной, но уже достаточно дружной компании. – Знаешь, Фаруз, Мортимер, конечно, демон и всё такое, да и вообще, мягко говоря, не подарок, но твой Флориан его однозначно переплюнул. Жаль, исчез он слишком быстро…

- С чего он мой-то? – тут же поспешил окреститься от такого сомнительного знакомства принц, наконец-то вынырнувший из состояния глубочайшей задумчивости. – Я уже не знаю, кому верить… От наставника я никогда не видел ничего кроме добра, именно он помог мне разобраться во многих вещах, объяснил смысл моего существования. Отец… отец всегда был занят государственными делами, младшими сыновьями и Анной.

Мы молча переглянулись, пытаясь понять причину внезапной откровенности эф-риссарца, а принц продолжал, по-прежнему ни на кого не глядя:

- Флориан сказал, что наставник Шару его враг, но ведь это совершенно не значит, что он должен быть и моим врагом тоже, правда?

- Ну, в общем-то, наверное, да, - с лёгким сомнением в голосе проговорил Берт, - ты сам можешь разобраться, где правда, а где ложь. Главное, как мне кажется, не принимать поспешных решений.

- Ты прав, - Нэль светло улыбнулся всем, - давайте решать проблемы по мере их возникновения. С наставником Фаруз разберётся и без нас, я думаю. А нам надо сосредоточиться на поиске короны. Иначе все наши рассуждения и действия бесполезны.

После этих слов альва я огляделась, с унынием поняв, что пока мы будем искать корону во всех этих могилах, то однозначно состаримся, а в пророчестве отпадёт всяческая необходимость, ибо к моменту обнаружения искомого мы заработаем себе радикулит, слепоту, перманентное раздражение и мозоли на руках. Не самый оптимальный вариант для Короля и Королевы.

- Давайте думать, как её найти, - выдвинула я свежее предложение, подкупающее своей оригинальностью, и заработала в ответ четыре мрачных взгляда. – Предлагаю рассуждать логически.

Мужчины переглянулись, уселись на надгробья и внимательно уставились на меня. Молча. Только Нэль едва заметно улыбался.

- Ну, что вы на меня так смотрите?

- Ждём, - невозмутимо сообщил Бэйл.

- Чего? – я насупилась и поняла, что моё предложение привлечь на помощь логику как-то не встретило понимания.

- Что ты начнёшь рассуждать логически, - пояснил Фаруз, пряча улыбку в уголках губ, - а мы восхитимся и присоединимся. Женская логика – это обычно очень неожиданно и увлекательно!

- Ну и пожалуйста, - обиделась я и медленно пошла по дорожке, но потом вспомнила, чем закончилась моя прогулка в прошлый раз, поняла, что ещё одного такого приключения я могу уже просто не пережить, и вернулась.

- Молодец, - похвалил меня Берт, - не стоит отходить от нас далеко, а то снова в какой-нибудь Блайвиль провалишься, а Флориана может рядом не случиться.

- Давайте всё же последуем совету Кейт и попробуем мыслить логически, - примирительно сказал Нэль, тоже окидывая бесконечное кладбище скептическим взором, - вряд ли корону закопали в могилу простого горожанина, согласитесь? Скорее всего, это был если не правитель, но как минимум лицо известное и уважаемое. Следовательно, нужно искать не просто могилу, а склеп или большой памятник.

- Ты прав, - согласно кивнул Бэйл и задумался, постукивая затянутой в перчатку рукой по какому-то покосившемуся надгробью.

- А ты можешь их как-нибудь спросить? – вежливо поинтересовалась я. – Ты же некромант… Может, ты спросишь у тех, кто лежит на этом кладбище, у кого из них совершенно случайно завалялась наша корона?

- Предлагаешь мне поднять всё кладбище? – Бэйл выгнул бровь и посмотрел на меня с плохо скрываемым недоумением. – Поверь мне, Кейт, это, во-первых, небезопасно для вас, а во-вторых, это, мягко говоря, не слишком приятное зрелище.

- Да? Тогда не надо, - поспешно согласилась я, - тебе, несомненно, виднее. А как тогда искать?

- Предлагаю пойти вон туда, - Нэль, обладающий прекрасным зрением, показал куда-то вправо, где в лёгком тумане еле виднелись мрачные стены какого-то склепа или часовни, - вдруг там есть какие-нибудь указатели?

Так как более любопытных предложений ни у кого не нашлось, мы поднялись и вслед на идущим впереди Нэлем отправились в сторону темнеющего строения.

Честно говоря, после приключений в Шаристе я по отношению к тёмным замкам испытывала некое опасение, так как кратковременный, но чрезвычайно бурный роман с королём скелетов ещё не успел изгладиться из моей памяти. Поэтому про себя я решила, что пусть на этот раз рискуют мужчины, а я спокойненько пойду где-нибудь в серединке. Хотя… в прошлый раз именно в серединке я и шла, кажется. И это мне как-то не слишком помогло.

Непонятное здание приблизилось незаметно, и вот уже мы стоим перед мощными стенами, сложенными из здоровенных мраморных плит. Тёмно-зелёный плющ, тоже какой-то пыльный и дряхлый, как и всё вокруг, с трудом карабкался вверх, цепляясь за трещины между камнями и бессильно свисая с обрушившихся балок.

Велев нам оставаться на месте, Берт и Бэйл, переглянувшись, отправились на разведку, поручив Фарузу охрану замечательной меня. Нэль уже вцепился в плющ и, прикрыв глаза, к чему-то прислушивался. Немного помолчав и убедившись, что разведчики уже далеко, а альв погружён в только ему понятное общение с местной флорой, Фаруз подошёл ко мне и присел на валяющийся неподалёку камень.

- Кейт, скажи, - как-то неуверенно начал он, - о чём попросил тебя Флориан? Это ведь связано со мной, верно?

- С тобой, - не стала спорить я, ибо зачем пытаться отрицать очевидное, - он просил меня быть к тебе благосклонной, когда придёт момент выбора Короля.

- И что ты ему ответила? – принц стиснул рукоять меча. – Я не хотел бы, чтобы на твоё решение как-то повлияла его просьба: я хочу, чтобы ты смогла оценить именно меня, как человека, как мужчину, как друга. Вот только в этом деле мне божественной помощи и не хватает!

- Ты считаешь, что я смогу тебя полюбить? – негромко спросила я, прекрасно понимая всю важность этого разговора.

- Кейт, но при чём здесь любовь? – невесело улыбнулся принц. – Мы ведь говорим о власти и могуществе, равных которым не будет. Неужели, выбирая того, кто встанет рядом с тобой, ты будешь ориентироваться на столь зыбкое и ненадёжное чувство, как любовь?

- А разве нет? – я удивлённо посмотрела на Фаруза. – Разве не на любви должен основываться брак?

- Не у королей, - прошептал принц, - мой отец любил мою мать, принцессу Алаят, но женился на той, брак с которой был нужен Эф-Риссару. Моя сестра Анна выйдет замуж за вашего принца Мартина, хотя они почти не знают друг друга, следовательно, ни о какой любви и речи не идёт. Но этот брак нужен нашим странам.

-Ты хочешь сказать, что, выбирая мужа, я буду выбирать не того, кто мне по сердцу, а того, кто справится с этой ношей?

- Ты очень правильно сформулировала, Кейт. Ты должна будешь выбрать соратника, друга, партнёра. А любовь… если повезёт, она придёт позже. Например, отец смог полюбить Евгению, мою мачеху…

- А можно я не буду королевой и спокойно выйду замуж по любви? – робко спросила я, словно принц мог дать мне ответ.

- Судьба выбрала для тебя иной путь, Кейт. Единственное, что я хочу тебе сказать: если вдруг ты решишь выбрать меня, я постараюсь сделать тебя счастливой.

Его глаза пылали решимостью, на высоких скулах горел румянец, он был так удивительно хорош собой в этот момент, что я им просто залюбовалась. Но холодной змейкой вползла в сердце фраза, сказанная Пчиххельсом: на вершине есть место только для одного. Не значит ли это, что, попав на вершину власти, Фаруз постарается избавиться от всех, кто может занять место рядом? Или я что-то поняла не так? Впрочем, в любом случае, думать об этом пока рано.

От важных размышлений меня отвлекло возвращение Бэйла и Берта, которые сообщили, что с противоположной стороны есть крыльцо, причём даже вполне неплохо сохранившееся.

Понимая, что идти внутрь всё равно придётся, мы более чем скромно перекусили и решили, что, так как внутри нам будет совершенно безразлично, темно на улице или нет, мы вполне можем позволить себе немного отдыха.

Не знаю, как так получилось, но мы все задремали, и разбудили нас абсолютно неуместные в данном месте звуки музыки. Причём это была совершенно не грустная похоронная мелодия: тишину взрывали бравурные марши, весёлые польки и кадрили. Переглянувшись, мы вскочили на ноги и быстро пошли туда, откуда эти непонятные звуки раздавались.

В спешке я чуть не врезалась в спину Берта, который стоял как вкопанный и с изумлением смотрел на украшенное яркими фонариками крыльцо с жизнерадостным транспарантом над входом: «Добро пожаловать!»

- Это то самое крыльцо, которое вы видели? - спросила я у широкой спины северянина. - Но вы не говорили про такое веселье, да его и не было — мы бы услышали…

- Тут было просто крыльцо, крепкое и вполне прилично выглядящее, - медленно ответил Бэйл, который, прищурившись, изучал сверкающий вход в нечто, что совсем недавно казалось старым склепом.

- Да уж, вряд ли бы вы умолчали о столь необычном украшении кладбища, - хихикнул неунывающий Нэль, - но, если я правильно понимаю ситуацию, корона если где и есть, то именно там.

- Тогда, скорее всего… - начал Фаруз, но тут на крыльцо выскочил невысокий старичок в чёрном фраке, белоснежной сорочке и с алой бабочкой вместо галстука. Фаруз запнулся на середине фразы: уж слишком неуместным казался этот нарядный господин на старом кладбище.

Впрочем, и само кладбище разительно изменилось: вместо покосившихся крестов и старых, заросших кое-где мхом надгробий высились изящные памятники, стояли огромные вазоны с живыми цветами. «Опять какая-нибудь временная петля?!» - с ужасом подумала я, но как следует испугаться по этому поводу мне не дали.

- Господа! - воскликнул старичок во фраке, устремляясь в нашу сторону с нездоровым энтузиазмом. - Ну что же вы стоите! Мы так вас ждём!

- Нас?! - хором воскликнули мы с Нэлем, а потом вежливый альв добавил. - Мне кажется, вы нас с с кем-то путаете…

- Исключено! - жизнерадостно воскликнул старичок. - Уже и ставки сделаны, и документы все готовы давным-давно… Только вас и ждали!

- Стесняюсь спросить — а зачем вы нас ждали, с какой, так сказать, целью? - тоже вежливо, как и Нэль, спросила я, стараясь не придавать значения тому, что в сердце внезапно заворочалась тупая игла тревоги, несмотря на то, что я за последнее время ко всему, как мне казалось, привыкла.

- Ну как же?! - ещё энергичнее воскликнул старичок. - А битва за корону? Событие десятилетия, не меньше!

- Какая битва? - это Берт, поудобнее перехвативший меч, явно готовый хоть сейчас вступить в бой с кем угодно.

- Какие ещё ставки? - это Бэйл, явно недовольный наличием какого-то тотализатора.

- С кем битва? - это практичный Фаруз, видимо, уже прикидывающий, как кого можно использовать в предстоящем сражении.

- А вы кто? - а это я, так как наличие старичка во фраке посреди старого джесмистанского погоста не укладывалось даже в мою гибкую в последнее время картину мира.

Все эти вопросы мы задали одновременно, и старичок противно хихикнул, сразу вызвав у меня глубокую неприязнь. Но так как мой вопрос отличался от остальных, то все, включая противного старика, посмотрели на меня. А что я-то сразу?

Мужчины молчали, не торопясь следовать за старичком, который посмотрел на меня с какой-то смесью сочувствия и ехидства и, подмигнув, сказал:

- Зато ты хорошенькая…Совершенно бесполезная, но хорошенькая, а это для женщины главное…

- Это вы там мило сообщили мне своё мнение о моих умственных способностях? - растерянно спросила я, оглянувшись на друзей, которые спрятали невольные улыбки и вперили в старичка суровые взгляды.

- Кейт, но ты же действительно хорошенькая, - негромко попытался успокоить меня Нэль, - и уж совершенно точно не бесполезная!

- Впрочем, Кэтрин задала правильный вопрос, - Бэйл был невозмутим, но и сам не шёл вперёд, и остальных не пускал: я видела, как он осторожно придержал за рукав шагнувшего было к крыльцу Берта.

- Уж тебе-то, некромант, это должно быть известно, - старичок сердито посмотрел на Бэйла, - можно подумать, сам не знаешь, какая нынче ночь!

- А какая? - тут же влез альв со своим неуёмным любопытством.

- Проклятье, - негромко, но от души выругался Бэйл, явно что-то вспомнив, - но неужели и в этой богами забытой дыре это правило соблюдается? Кто бы мог подумать!

- Кейт, - шепнул мне Фаруз, - что-то мне начинает казаться, что ты зря пожалела этот мир: какой-то он не слишком гостеприимный…

- Как это — не гостеприимный?! - возмутился услышавший принца старичок. - А это что?!

Тут он указал на сверкающие гирлянды, транспарант и не замеченную нами сначала ковровую дорожку. Но меня гораздо больше занимал вопрос, что же вспомнил Бэйл.

- А что происходит в этот день? - собрав всё имеющееся в наличии мужество, спросила я у мрачного, как туча, некроманта.

- Это единственный день в году, когда духи тех, кто умер не своей смертью, обретают свой прижизненный вид.

- Зачем? - коротко спросил внимательно прислушивающийся Фаруз.

- Чтобы завершить начатое, но не законченное по каким-то причинам дело, - некромант пожал плечами, - и, судя по всему, для здешних призраков это то самое сражение за корону. Так что, боюсь, избежать его нам не удастся. И у меня даже есть предположение, кто именно организовал нам визит сюда именно сегодня.

- Тогда, может быть, быстрее начнём? - Берт, в глазах которого уже горел огонь схватки, положил ладонь на рукоять меча.

- А ты знаешь, с кем нам придётся сражаться? - Бэйл строго посмотрел на капрала, и тот смутился. - Никогда не соглашайся на бой, если не знаешь, кто противостоит тебе. Мне казалось, ты всегда был более осмотрителен...

- Может быть, вы соблаговолите пройти в зал? - старичок, внимательно прислушивавшийся к нашему разговору, чуть не приплясывал на месте от нетерпения.

Тяжело вздохнув, я посмотрела на друзей и первой шагнула в сторону крыльца: что-то подсказывало мне, что этого испытания нам действительно не избежать. Меня тут же обогнал Бэйл, а спину прикрыл Альберт, Фаруз и Нэль шли по бокам.

Довольный старичок, так и не представившийся, бодро семенил впереди, указывая нам дорогу. Мы по ковровой дорожке, вышитой какими-то невероятно красивыми узорами, вошли в чертог — назвать иначе то, что высилось на месте бывшего склепа, язык не поворачивался — и вслед за нашим провожатым стали спускаться по мраморным ступенькам. Прежде чем свернуть за угол, я оглянулась: всё, что мы миновали, стремительно приобретало прежний вид. Дорожка исчезла, уступая место блёклой серой траве, гирлянды над входом пропали, словно их никогда и не было. Создавалось впечатление, что всё это исчезает, как только в нём пропадает необходимость.

Спуск по ступеням закручивающейся широкой спиралью мраморной лестницы оказался не слишком длинным, и уже через несколько минут мы стояли перед роскошными позолоченными дверями, из-за которых доносился неясный шум. Складывалось впечатление, что там собралась целая толпа.

Старичок жестом профессионального церемониймейстера распахнул двери и торжественно провозгласил:

- Участники семнадцатого сражения за право обладания Короной Короля!

Наступила полная тишина, и на нас обратились взоры зрителей, занимавших сотни кресел, выстроенных амфитеатром. Я смогла рассмотреть только, что дамы, которых было на удивление мало, были в вечерних туалетах столетней давности, а мужчины щеголяли во фраках и модных в прошлом столетии долгополых сюртуках.

- Семнадцатого?! - воскликнул Нэль, обращаясь к старичку. - А что, предыдущие шестнадцать — они куда делись?

- Проиграли, - равнодушно сообщил старик, купаясь в лучах благосклонного внимания трибун.

- И что с ними случилось… потом? - с профессиональным любопытством спросил Бэйл.

- Ничего интересного, - пожал плечами старик, - а вот и приз…

В центр площадки, очень напоминавшей небольшое круглое поле, вышел такой же пожилой господин, только бабочка у него была синего цвета. В руках он нёс большой поднос, в центре которого на подушке из какого-то красного материала лежала та самая корона, которую я видела во сне.

Друзья, не сговариваясь, повернулись ко мне, и я кивнула, подтверждая: это она.

- Ничего такая, симпатичная, - нейтрально проговорила я, так как мужчины молчали и только пристально, как зачарованные, рассматривали корону. Хотя я пока плохо понимала, на что там любоваться: обычный ободок сантиметров пяти в ширину, из которого вырастает пять зубцов, выкованный из какого-то тусклого металла. Ни особых узоров, ни каких-нибудь украшений: только металл и выбитые на нём полустёртые руны.

- Но я думала, что она как-то эффектнее выглядит, если честно, - снова нарушила благоговейную тишину я, - а она самая обыкновенная…

- Ты не понимаешь, Кейт, - негромко проговорил Фаруз, не отрывая от короны зачарованного взгляда, - это не просто корона — это могущество… Понимаешь? Могущество, равного которому нет и никогда не было.

- Любое могущество подразумевает ответственность, - медленно проговорил Бэйл, но и его голос на мгновение предательски дрогнул, - и чем больше твоя мощь, тем выше ответственность. Нужно быть невероятно сильным, чтобы суметь нести этот груз…

- Я смог бы превратить этот мир в цветущий сад, где вольготно чувствовали бы себя совершенно любые существа, - мечтательно прошептал Нэль, и я удивлённо посмотрела на него: мне казалось, что уж он-то меньше всех заинтересован в получении короны.

- А я… - начал Берт, но я невежливо прервала его, лишь на секунду опередив Бэйла.

- Берт, я тебя очень прошу — аккуратнее с мечтами! - воскликнула я, прекрасно понимая, что если Берт сейчас от души помечтает стать владельцем короны и, соответственно, Королём, то рано или поздно именно так и случится. А Берт, при всех его несомненных достоинствах, не справится…

- Да я и не претендую, - смущённо покраснел великан, - я хотел сказать, что хотел бы быть рядом с этим Королём, войти в историю, наблюдать, как меняется мир…

- Мне неловко напоминать тебе об этом, - скромно сказала я, - но, раз ты об этом мечтаешь, значит, так оно и будет, рано или поздно, так или иначе…

- Да, действительно, - радостно улыбнулся Берт и тут же добавил, - но мне не хотелось бы, чтобы из-за вот этой короны между нами началось соперничество, я очень хочу, чтобы мы остались друзьями… навсегда…

Я молча кивнула, глядя на друзей и понимая, что Берт абсолютно прав: если Нэль никогда не пойдёт на открытый конфликт просто в силу своей природы, то между Бэйлом и Фарузом вполне может вспыхнуть настоящая война, явная или тайная. Уж слишком они оба сильные личности, лидеры, да и воспитывали их соответственно. Пусть Фаруз и ненаследный принц, но что-то мне подсказывает, что неведомый Шару постарался воспитать в принце и амбициозность, и любовь к власти. Но, может, если Берт захочет, искренне будет мечтать о том, чтобы мы сохранили мир между собой, то так и случится? А вдруг северянин в глубине душим симпатизирует кому-то из них, это может как-то сказаться на результате? Как же всё это сложно!

- Полагаю, мы преждевременно делим шкуру ещё не убитого дракона, - постарался успокоить всех Нэль, - корону ещё нужно добыть, между прочим. Мы с вами уже семнадцатые, если помните…

- Ты совершенно прав, - тепло улыбнулся альву Бэйл, - нужно сосредоточиться на ближайшей задаче. Спасибо, Лионэль, ты очень вовремя вернул нас на землю.

Тем временем поднос с короной водрузили на какой-то постамент, и встречавший нас старичок обратился к публике — ну а как иначе назвать всех этих сидящих вокруг арены господ?

- Дамы и господа! - радостно выкрикнул он, и я удивилась тому, что его в общем-то негромкий голос был слышен во всех уголках. - Сегодня мы с вами сможем увидеть незабываемое, удивительное зрелище! Уже семнадцатая команда смельчаков будет сражаться за право обладать Короной Короля!

Публика разразилась бурными аплодисментами, и на арену даже полетели какие-то цветы и мелкие монетки. Старичок сердито глянул на нас, и мы, сообразив, что от нас требуется, поклонились: вежливо, но без фанатизма, так сказать. Дедок во фраке между тем продолжал, чем-то неуловимо напомнив мне господина Шуфеля, нахваливавшего очередного строителя:

- Но сегодня нас ждёт совершенно уникальное сражение! Ведь наши участники не просто охотники за сокровищами! Они… - тут он сделал драматическую паузу, и публика замерла в ожидании сенсации, - они герои древнего пророчества! Если не они, то кто?!

Зрители начали оживлённо переговариваться, а между рядами побежали шустрые молодые люди, принимающие от желающих какие-то записки и что-то записывающие в длинные свитки.

- Делайте ставки, господа! - продолжал надрываться старичок. - Ещё не поздно изменить уже сделанную ставку или добавить её!

- Интересно, на кого ставят? - ни к кому конкретно не обращаясь, спросила я.

- Не хочу тебя огорчать, Кейт, но вряд ли мы в фаворитах, - пожал плечами, разминаясь, Фаруз, - но ты же знаешь — нам найдётся, чем их удивить…

Пока мы переговаривались, молодые люди испарились, унося с собой записи, и старичок обратился к нам:

- Ну, господа претенденты, кто из вас будет сражаться первым?

- В каком смысле — первым? - с нехорошим прищуром спросил Бэйл, и его глаза на мгновение полыхнули яркой зеленью, вызвав у зрителей бурю эмоций.

- В самом прямом, - старичок был вежлив, но сквозь гладкие фразы просвечивала откровенная насмешка, и мне это чрезвычайно не нравилось. Поэтому последовавшая информация уже не удивила, - у каждого из вас будет свой противник.

- Надеюсь, леди мы не считаем? - с лёгкой угрозой в голосе спросил Фаруз. - Участвуют только мужчины?

- Разумеется, - старичок почтительно склонил голову, но глаза его хитро блеснули, и я поклялась сама себе, что буду крайне внимательна и осторожна, так как рассчитывать на честную игру здесь вряд ли можно.

- Но один из нас не воин, - возразил свято чтящий кодекс поединков Альберт, - альвы не любят оружия и насилия.

- Искренне вам сочувствую, - скорбно поджал губы старичок и тут же ехидно добавил, - но помочь ничем не могу.

- Не волнуйся, Берт, - как всегда легко и беззаботно улыбнулся Нэль, - я всё же наследник, и меня готовили ко многому. То, что я не люблю оружие, ещё не значит, что я не умею им пользоваться…

- Достаточно разговоров, - дедок решительно перешёл к делу, - кто сражается первым?

- Мы можем узнать, кто противник? Уверен, что это не будет нарушением правил, - упрямо нахмурившись, спросил Альберт, взявший на себя переговоры, как самый сведущий в вопросе.

- Разумеется, - гадко ухмыльнулся старик, который всё меньше старался быть любезным. Видимо, он понял, что мы уже никуда не уйдём, и можно с нами не церемониться.

Он махнул куда-то в сторону, и с противоположной от нас стороны арены открылись до этого момента не замеченные мной ворота. Я затаила дыхание в ожидании появления противника и невольно застонала, увидев, как на арену вышел здоровенный рыцарь в антрацитово-чёрном доспехе , играючи перебрасывающий из руки в руку огромный двуручный меч. Откуда-то из глубин памяти, о которых я даже не подозревала, выплыло название: клеймор...

Рыцарь с неожиданной для облачённой в такую броню фигуры лёгкостью вышел на середину арены и поклонился публике. Я повернулась к друзьям, которые внимательно рассматривали противника и явно прикидывали, кто будет в состоянии с ним справиться. Мне хотелось закрыть лицо руками и куда-нибудь спрятаться, но я мужественно прислушалась к негромкому спору.

- Двуручник… - Берт вздохнул, - мне стыдно и до боли обидно в этом признаваться, но этот противник мне не по зубам: с клеймором я не справлюсь.

- Нэль, даже не думай, - остановил Бэйл собиравшегося что-то сказать альва, - нам для разминки предлагают, как в деревенской драке, банально померяться силой. Это или Фарузу, или мне…

- Мне, - решил принц, - потому что не исключено, что следующий враг потребует магических способностей, а их у меня, к сожалению, практически нет.

Бэйл согласно наклонил голову, и Фаруз сделал шаг вперёд.

Он стоял и молча смотрел на противника, поэтому услышал, как Берт негромко сказал:

- Обрати внимание на рикассо, он наверняка воспользуется, - Фаруз благодарно кивнул, а Альберт продолжал, - чувствую я какую-то ловушку в этом…

- Почему? - быстро спросил Бэйл, поскольку Фаруз уже не слушал, сосредоточившись на чёрном рыцаре.

- Странный выбор оружия, - северянин пожал широкими плечами, - двуручники хороши на поле боя, чтобы прорубиться сквозь пехоту или даже передние ряды конницы, уж поверь бывалому пехотинцу. А в поединке куда уместнее был бы клинок поменьше и поманевреннее.

- Я слышал, что и поединки проводились на клейморах, - возразил ему Бэйл и тут же сам себя поправил, - но это в том случае, если оба противника вооружены одинаково.

- А что такое рикассо? - влезла в чисто мужской разговор я, так как на это слово даже живущая с недавних пор своей жизнью память не отреагировала никак.

- Это честь лезвия под крестовиной, не заточенная, а обмотанная кожей или чем-то таким, - быстро объяснил мне Берт, не отрывающий встревоженного взгляда от Фаруза, - за неё можно схватиться, чтобы повысить маневренность меча или изменить направление удара. Смотрите!

Он мог этого и не говорить, так как внимание всех и без того было приковано к двум медленно сходящимся на поле боя фигурам: первой — высокой, закованной в чёрное, и второй — тонкой, изящной, в характерной для эф-риссарских воинов кожаной кольчуге, и выглядящей рядом с первой совсем несерьёзно.

Казалось, время остановилось и все замерли: зрители, вытянувшие шеи, чтобы лучше видеть то, что происходит на арене, чёрный рыцарь, застывший с опущенным взглядом и касающимся остриём земли мечом, Фаруз, остановившийся в нескольких шагах от соперника, и мы, не сводящие глаз с друга. Как бы то ни было, а за это короткое время мы действительно стали друзьями, теми, с кем неразрывно связана жизнь.

Чёрный рыцарь шевельнулся, и вокруг снова появились звуки и движение, разорвавшие тишину в клочья.

Он шагнул вперёд и тяжеленный даже на вид меч пушинкой взлетел в его руках, чтобы через секунду или даже долю секунды нанести страшный рубящий удар, метя в ту точку на песке, где только что стоял Фаруз. Над ареной пронёсся слаженный вздох, но меч встретил пустоту: эф-риссарец мягко шагнул в сторону, уходя с траектории движения. Клеймор оказался слишком тяжёлым, чтобы рыцарь успел сориентироваться и изменить направление удара. Тем временем принц скользнул в сторону и попытался нанести удар в открывшийся бок противника, но наткнулся на выставленный меч. Как рыцарь успел это проделать, я не увидела, но, судя по досадливому вскрику Берта, всё было по правилам.

Развернувшись, великан попытался нанести удар параллельно земле и перерубить юркому противнику ноги, но словно почувствовавший направление удара принц взмыл в воздух в высоком прыжке и приземлился, когда смертоносное железо уже пронеслось мимо. Воспользовавшись тем, что рыцарь по инерции отвёл руку чуть в сторону, Фаруз, стремительно рванувшись вперёд, нанес два точных удара, целясь в сочленения доспеха.

Низкий гневный рык, в котором злоба смешалась с обидой, пронёсся над ареной, а я поняла, что стою, мёртвой хваткой вцепившись в руку Бэйла, который даже не обратил на это внимания, полностью поглощённый схваткой.

- В горло целься, в горло… - шептал побледневший от волнения некромант, - он сейчас закроется, и будет уже не пробиться… Измотает и пришибёт, как муху…

Тем временем на арене разворачивался настоящий спектакль, а мы были невольными зрителями: противники перестали проверять друг друга, и теперь все силы вкладывали в попытки хотя бы зацепить соперника. Рыцарь однозначно был сильнее, а его меч вызывал во мне какой-то абсолютно иррациональный ужас. Рядом с ним принц выглядел маленьким и хрупким. Но это было обманчивое впечатление: эф-риссарец скользил, выматывал противника обманными движениями и внезапными прыжками, он не принимал удары жуткого меча на свой гораздо менее прочный клинок, а просто уходил от порой, казалось бы, неминуемой гибели.

Вот и сейчас шелестящая стальная смерть пронеслась в каких-то миллиметрах над головой вовремя пригнувшегося Фаруза, а он сам, даже не пытаясь смахивать крупные капли пота с побледневшего лица, изогнулся каким-то немыслимым образом, стараясь задеть ногу противника.

Я, практически перестав дышать, смотрела на этот завораживающий танец смерти, на игру, где ставкой была даже не мифическая Корона Короля: на кону была жизнь каждого из сражающихся.

- Бей! Ну бей же! - шёпотом не то просил, не то молился Альберт, так стиснувший рукоять меча, что она чуть ли не начала крошиться под его пальцами.

Рыцарь, которому наверняка несладко приходилось в его тяжёлом доспехе, тяжело и мощно ворочался, всё ещё с невероятной ловкостью орудуя своим полутораметровым клинком. Фаруз гибкой лаской скользил вокруг него, умудряясь не только уворачиваться от ударов, но и наносить своему врагу пусть несущественные, но досадные уколы. Однако видно было, что и он уже устал, движения принца постепенно становились менее стремительными, паузы чуть больше. Было ясно, что противники копят силы для последнего удара, который и станет решающим.

Я не успевала следить за происходящим на арене, и порой мне казалось, что даже чуть замедлившиеся атаки Фаруза сливаются в некое единое размытое движение, разбивающееся о броню чёрного рыцаря, словно волны о скалы.

Вот принц отскочил в сторону, покачиваясь на полусогнутых ногах и пристально следя за малейшими движениями рыцаря, пытаясь предугадать его следующее движение. По лицу Фаруза невозможно было определить, будет он защищаться или предпримет отчаянную попытку в стремительной атаке одержать победу.

Рыцарь решительно шагнул вперёд и, когда принц намеревался скользнуть вправо, упреждая удар, внезапно перехватил меч за лезвие и сильно толкнул Фаруза рукоятью в грудь. Не ожидавший такого коварного и сильного удара принц отлетел на несколько шагов и упал на спину.

Я замерла и прижала ладонь к губам, чтобы не закричать. Нэль бросился было вперёд, но бледный Берт удержал его, что-то прошептав. Глаза напряжённо замершего Бэйла полыхнули зеленью, но никто даже не обратил на это внимания.

Чёрный великан издал торжествующий рёв и занеся высоко над головой свой страшный меч, готовился пронзить грудь принца, распростёртого на земле. Но случилось невероятное: когда клинок уже нёсся вниз, принц каким-то немыслимым образом мощным ударом, рискуя остаться без ноги, выбил меч в сторону, и рыцарь, вложивший в последний удар всю силу, пошатнулся и упал на колено. Фаруз воспользовался этим и вонзил свой меч точно между шлемом и нагрудником, проткнув кольчужный горжет.

Над ареной пронёсся не то стон, не то вздох, и чёрный доспех осел на землю грудой металла. Принц встал, пошатываясь, подошёл к поверженному сопернику и поднял шлем: доспех был пуст.

Фаруз нагнулся и поднял выроненный поверженным противником меч: по клинку пробежали странные багровые искры, и громадный клеймор, рядом с которым принц выглядел ещё более изящным, превратился в не очень длинный, но какой-то хищный, что ли, клинок.

- Это кацбальгер, - негромко сказал Бэйл, в то время как Альберт и Нэль широко раскрытыми глазами смотрели на происходящее, - любимый меч наёмников и дуэлянтов. Коварное, злое оружие, да ещё и наделённое, судя по всему, магическими свойствами…

Я не успела ничего ответить, так как на арену выбежал уже известный нам старик и с преувеличенной радостью прокричал:

- Первый бой закончился победой нашего гостя! Господа, получите ваш выигрыш!

Уже замеченные мной ранее шустрые молодые люди пробежали по рядам, вручая немногочисленным счастливчикам мешочки с монетами, во всяком случае, с выигрышем.

Нэль, очнувшийся быстрее нас всех, поспешно подошёл к по-прежнему стоящему посреди арены Фарузу и что-то сказал ему. Принц повернулся, и я охнула, увидев, каким бледным и осунувшимся стало его лицо: лишь глаза сияли гордостью победителя. Фаруз сделал шаг вслед за Нэлем, но внезапно пошатнулся и медленно осел на песок.

- Эй, дружище, ты чего? – рванулся к нему Берт, но был остановлен старичком, решительно преградившим путь северянину.

- Твоего друга отнесут к лекарям, - каким-то приторно-сладким голосом проговорил он, и я тут же подумала, что мне идея потерять Фаруза из виду в этом более чем странном месте совершенно не нравится. Даже не просто не нравится, а вызывает глубочайший внутренний протест. Что-то внутри меня отчаянно сопротивлялось и категорически не желало, чтобы Фаруза куда-то уносили, к каким-то совершенно непонятным лекарям. Да мы его просто не найдём потом!

- У нас есть свой специалист, - я шагнула вперёд и наткнулась на неприязненный взгляд старика, - он справится с любой раной нашего друга. Нам не хотелось бы обременять вас лишними заботами, - тут я выдавила из себя некое подобие любезной улыбки.

- Никаких сложностей, - так же «мило» оскалился дедок в ответ на мои слова, - мы умеем справляться с такими ранениями…

- А откуда вы знаете, как именно пострадал наш друг? – подозрительно прищурившись, спросил Берт, который явно разделял мою обеспокоенность. – Крови не видно… как и поверженного противника, кстати. Ничего не хотите нам объяснить?

- Я бы с удовольствием, но… - тут старичок горестно развёл руками, - у нас просто нет времени для долгих учёных разговоров. Пора выбрать участника следующего поединка. Господа, делайте ваши ставки! – обратился он уже к публике. – Если вы хотите изменить или увеличить ставку, то самое время это сделать!

Пока всё те же энергичные молодые люди шустро собирали у зрителей какие-то листочки, мешочки с монетами или чем-то иным, я смотрела, как Берт и Нэль перенесли всё ещё не пришедшего в себя Фаруза на скамейку и уложили на неё. Альв, закрыв глаза и прикусив нижнюю губу, медленно водил руками вдоль тела принца, и мне стало казаться, что его лицо стало не таким бледным.

Недовольство старичка при виде того, как много мешочков с монетами собрали его помощники, слегка уменьшилось – видимо, от количества и величины ставок зависело благосостояние и самого противного дедка. Он потёр ладошки, словно предвкушая какое-то приятное действие, и обратился к нам.

- Ну что же, гости дорогие, - тут он мерзко хихикнул, а я подумала: и как он сначала мог показаться мне приятным? – пришло время второго поединка. Корона пока ещё не ваша!

- Мы готовы, - за всех ответил Бэйл, на лице которого не отражалось никаких эмоций, оно словно окаменело, - покажи нам второго противника, и мы решим, кто сразится.

- Конечно! – злорадно, как мне показалось, ответил старик и махнул кому-то невидимому рукой.

Я с тревогой смотрела на противоположную сторону арены и ждала появления нового противника. Почему-то мне казалось, что это будет великан, ещё больше того, который достался Фарузу. Поэтому я удивлённо моргнула, увидев, как на арену вышел невысокий, даже, я бы сказала, щуплый парнишка. Худенький, с узкими сутулыми плечами, растрёпанной шевелюрой какого-то непонятного серого цвета, он казался подростком, невесть как попавшим на арену для поединков. Но ещё больше меня удивило то, как мгновенно напрягся Бэйл: он словно превратился в туго сжатую пружину, готовую в любой момент распрямиться.

- Это мой соперник, - остановил он уже хотевшего выступить вперёд Берта, - вам он не по зубам.

- Да ты посмотри на него, - прошептал Берт, - с ним даже Нэль справился бы, мне кажется. Он тяжелее кинжала и не поднимет ничего…

Тут парнишка медленно поднял голову, и по его губам скользнула усмешка, от которой у меня по спине пробежала толпа ледяных мурашек: настолько презрительной и какой-то предвкушающей она была. Берт запнулся посреди фразы и замер, глядя на парнишку, который неторопливо переводил взгляд с одного из нас на другого. Когда он увидел хмурого Бэйла, его глаза вспыхнули уже знакомыми нам зелёными огнями, а высокомерная усмешка превратилась в злую гримасу.

- Какая встреча, - проговорил он, и в негромком голосе отчётливо послышались шипящие нотки, - принц Аш-Рибэйл собственной персоной… Какая честь…

- Не скажу, что рад тебя видеть, Алистэр, - никогда раньше не слышала, чтобы Бэйл говорил так холодно.

- А что так? – огорчённо поинтересовался парнишка и сокрушённо покачал головой, явно работая на публику. – А я так очень даже рад, можно сказать, просто счастлив… Долгих пятьдесят лет я ждал этой встречи, и вот наконец-то…

- Мортимер, я убью тебя, будь ты хоть трижды богом, - сказал Бэйл, подняв голову и обращаясь к пространству над ареной, - сначала его, а потом тебя.

- Не торопись, Аш-Рибэйл, давать невыполнимые обещания, - прищурился парнишка и вдруг вырос, раздался в плечах, за его спиной появились два туманных облака, быстро сформировавшиеся в два тёмных крыла. Растрёпанная шевелюра исчезла, и вместо неё на голове уже почти неузнаваемого парнишки появились небольшие, но явно острые рога, а тонкий длинный хвост яростно хлестнул по арене, взметнув целую тучу песка.

Бэйл, не поворачиваясь, стряхнул плащ, который подхватил и унёс Берт, шепнув мне:

- Чтобы, не дай боги, не помешал. Ох, прав был Бэйл, никому из нас не тягаться с таким страшилищем. Некромант, конечно, сильный чародей, но этот уж очень страхолюдный. Бэйл…

Альберт не успел договорить и замер с открытым ртом, так как Бэйл тоже начал меняться: и без того высокий некромант стал ещё крупнее, два крыла взвихрили воздух, а на голове возникли рога, но не чёрные, как у этого Алистэра, а золотые. Видимо, это знак королевской крови… Все эти мысли вихрем пронеслись в моей голове, пока я со смесью ужаса и восторга смотрела на две мощные фигуры, замершие друг напротив друга.

Подошедший Нэль чуть ли не силком вытолкал нас с арены, хотя я и сама понимала, что в такой близости от битвы двух демонов лучше не стоять. Но уйти, оставив Бэйла, было очень непросто.

- Кейт, мы больше помешаем, чем поддержим, - негромко сказал Нэль, - он будет бояться нас задеть и не станет сражаться в полную силу.

Я кивнула и села на скамейку, откуда была хорошо видна арена и оба готовых к сражению демона, даже не заметив, что судорожно прижимаю к груди плащ Бэйла.

- Ну и чего он так взбеленился? – раздался сзади недовольный голос, и я резко обернулась.

Мортимер, в своём привычном мальчишеском облике, сидел на скамейке и грыз какой-то незнакомый мне фрукт. Виноватым или расстроенным бог не выглядел совершенно, скорее, он был недоволен и обижен.

- Я старался, свёл его на поле битвы со старым врагом, - жаловался мне между тем Мортимер, - он же ещё и не доволен!

- А его ты спросил? – желание треснуть по самодовольной физиономии становилось просто непреодолимым. – Почему ты всё решаешь за всех?

- Может, потому что я бог? – выдвинул вариант Мортимер. – А ты-то чем недовольна? Только не говори, что переживаешь за демона, всё равно не поверю.

- То есть тебя совершенно не смущает, что Бэйла могут убить или покалечить? – я сердито уставилась на Мортимера, который как-то слегка сник и постарался отодвинуться от меня.

- Да что ему станется? – проворчал он. – Алистэр заведомо слабее. Наверное… Во всяком случае, был раньше…

- То есть ты не уверен? – я медленно встала и начал наступать на смутившегося Мортимера. – То есть ты специально свёл его со старым врагом, который его ненавидит, не будучи уверенным, что Бэйл с ним справится? Я правильно понимаю?! А кто ему достался бы, если бы ты не подсуетился?

- Нууу…. – окончательно стушевался бог, - какой-нибудь демон…

- Слабый? – ласково уточнила я.

- Не обязательно, - защищался Мортимер, - как повезло бы…

- Знаешь, Мортимер, - задумчиво сказала я, - если тебя не убьёт Бэйл, это сделаю я…

- Злые вы, уйду я от вас, - обиженно проворчал Мортимер, но на всякий случай пересел от меня подальше. Хотел было продолжить жаловаться на неблагодарного Бэйла Нэлю, но наткнулся на сердитый взгляд и, проворчав что-то, растворился в воздухе. Но почему-то я ни на минуту не сомневалась, что этот интриган по-прежнему здесь, просто спрятался, от греха подальше.

Тем временем оба демона закончили рассматривать друг друга и решили, видимо, что пора переходить к более решительным действиям. Было видно, что Бэйл ждёт, когда его соперник сделает первый шаг, наверное, рассчитывая определить, насколько сильнее стал этот Алистэр за прошедшие пятьдесят лет.

Противник Бэйла, в свою очередь, не спешил нападать, но сдвинулся с места и с удивительной для существа его комплекции плавностью двинулся в обход Бэйла по широкой дуге. Крылья в сложенном виде были почти незаметны, и казалось просто, что на плечи демона наброшен плотный плащ.

Я, сколько ни присматривалась, не могла заметить ни у одного из соперников никакого оружия: они что же, собираются устроить банальную драку? Нет, я ни в коем случае не хочу, чтобы они пытались проткнуть друг друга этими острыми железками, но и такое положение вещей казалось мне по крайней мере странным.

- Нэль, а оружие у них есть? - не удержавшись, тихонько спросила я у альва. - Или они будут сражаться как-то иначе?

- Насколько я знаю, - так же шёпотом, чтобы не нарушать вязкой, даже какой-то ощутимо плотной тишины, повисшей над ареной, ответил Нэль, - демоны предпочитают квипеш — это такой длинный кнут с утяжелителем на конце. В умелых руках — страшное оружие, можешь мне поверить… Ну и магия, разумеется.

Мне до сих пор, несмотря на все волшебные, магические вещи, которые с нами происходили, было сложно вот так легко, походя, говорить о магии. Я столько лет жила в уверенности, что магия, конечно, есть, но она где-то очень далеко, в других странах, где-то там, где живут такие почти сказочные существа, как, например, демоны или альвы. Тут я покосилась на Нэля, не отрывающего напряжённого взгляда от арены, на Бэйла, который медленно поворачивался, ни на мгновение не выпуская из вида врага, и вздохнула. Вот уж поистине: если ты не идёшь к сказке, она сама к тебе приходит. И даже не спрашивает твоего согласия…

Между тем Алистэр и Бэйл продолжали сверлить друг друга ненавидящими взглядами, но ни один из них не начинал драку: казалось, воздух уже просто искрился от напряжения. Зрители на трибунах затаили дыхание, я судорожно вцепилась в плащ Бэйла, Нэль побледнел и прищурился, а Берт встал так, чтобы не мешать сражающимся, но успеть, если что, вмешаться. Я вспомнила, как поганец Мортимер обманул Фаруза и как он тогда инструктировал Берта: увидишь, что поединок идёт не по правилам – убей. И я ни на секунду не сомневалась, что, если Алистэр попробует схитрить, Берт последует совету бога.

«Вшшшух!» - внезапно взорвалась тишина над ареной, и в воздухе чёрной молнией просвистел длинный кнут, описав широкую петлю и постаравшись опутать ноги соперника. Я, хоть и внимательно следила, но так и не заметила, как и когда Алистэр успел выхватить это непривычное для меня оружие. Бэйл неожиданно легко взвился в воздух, и чёрная змея просвистела под его ногами, послушно вернувшись к хозяину. Тот совершенно не выглядел разочарованным: видимо, он и не рассчитывал, что застанет своего врага врасплох.

- Он обозначил оружие, - прошептал мне Нэль, добровольно взявший на себя труд объяснять мне, что, собственно, происходит, - значит, я был прав, и сражаться будут квипешем. Надеюсь, Бэйл хорошо учился… впрочем, он же принц демонов — их учат в совершенстве владеть любым оружием, иначе свои же родственники свергнут, и моргнуть не успеешь.

- Какие оригинальные внутрисемейные отношения, - я старалась тоже говорить тихо, хотя и понимала, что Бэйлу сейчас не до нашей с альвом болтовни.

- А что ты хотела: демоны — этим всё сказано, - Нэль пожал плечами, не уточняя, откуда у него столь специфические сведения. Но я решила выяснить этот интересный момент потом, а сейчас главным был бой, который пока как-то тормозил.

- Скорее бы уже всё закончилось, - снова не выдержала я, потому что неспешное кружение Бэйла и Алистэра по арене создавало вокруг такое мрачное напряжённое ожидание, что хотелось просто зажмуриться и открыть глаза тогда, когда всё уже кончится. В смысле — когда Бэйл уже победит: другие варианты мной даже не рассматривались. И я очень надеялась, что наш Мечтатель не напридумывал для некроманта какой-нибудь невероятно поэтичной и благородной гибели.

Между тем демоны, видимо, закончили разминку и начали стремительно увеличивать темп, и страшные квипеши вспарывали воздух всё чаще. Вот чёрная змея мелькнула возле самого лица Бэйла, но он чудом успел увернуться и в свою очередь достал противника, задев концом кнута по руке.

Алистэр зарычал, а на рукаве появилось и стало быстро расплываться багровое пятно. Но я не надеялась, что демон так легко даст себя победить: рана только разозлила его.

Постепенно страшные в своей смертоносности кнуты превратились в два свистящих живых облака, окруживших своих владельцев и раз за разом выпускающих жало. Через несколько секунд я вскрикнула, так как очередной удар Алистэра оказался удачным, и щеку Бэйла вспорола глубокая царапина, тут же залившая половину лица кровью. Над ареной разнёсся громкий гневный рык, и Бэйл ускорился ещё, хотя в моём представлении они и так двигались на пределе возможностей. С другой стороны — я что, много сражений с участием демонов видела? Вот именно…

Тем временем на арене начало происходить что-то странное: Алистэр, не переставая бешено щёлкать кнутом, вспарывая воздух перед самым лицом Бэйла, начал гортанно выкрикивать какие-то совершенно не понятные мне слова, но от них воздух словно загустел и вокруг резко потемнело.

Зрители беспокойно заворчали, а старичок начал нервно заламывать руки, явно предвидя неприятности.

- Кейт, иди ко мне поближе, - с непонятной тревогой сказал Нэль, вслушиваясь в странные слова, - а то не ровен час утянет тебя. Силён он в магии, конечно, этот Алистэр, ничего не скажешь!

- Наш Бэйл тоже не в ромашках себя нашёл, знаешь ли, - я даже слегка обиделась за некроманта, но развить свою мысль не успела.

Внезапно я почувствовала, как меня непреодолимо тянет в сторону арены, так, словно на меня накинули мягкий аркан и на нём куда-то волокут. Ужасно странное ощущение, нельзя сказать, что неприятное, но сам факт…

Я взвизгнула и попыталась вцепиться в Нэля, который лихорадочно что-то бормотал себе под нос. Но воздушная волна спеленала меня по рукам и ногам, и я вдруг обнаружила, что стою перед демоном, а напротив, неверяще глядя на меня, стоит ошеломлённый Бэйл.

- Ну что, поговорим теперь? - Алистэр отбросил квипеш и с тихим шелестом выхватил из ножен длинный острый кинжал.

- Я всегда говорил, что ты слабак, - словно очнувшись, с нескрываемым презрением в голосе почти прошипел Бэйл, - ты не умеешь сражаться честно, да и никогда не умел. И после этого ты будешь спрашивать, почему я не захотел отдать корону Освэша вашей семейке?!

Я понимала, что Бэйл однозначно заговаривает Алистэру зубы, чтобы выгадать время, но от этого ощущение острого кинжала возле самого горла как-то приятнее не становилось. Он прижимался к шее и ощутимо царапал кожу: было понятно, что стоит демону нажать чуть сильнее, и меня не спасёт уже ничто, разве что таинственная Песня Жизни альвов. Но проверять совершенно не хотелось, и потом: а вдруг Нэль уже исчерпал отведённые ему три возможности? Тогда так и останусь тут на арене на радость почтеннейшей публике в ожидании восемнадцатой компании.

- Не тебе меня осуждать! - как ни странно, повёлся на речь Бэйла демон, но, видимо, уж очень накипело за пятьдесят-то лет.

- Почему? - Бэйл не собирался отбрасывать квипеш, но и не применял его, наверное, боясь зацепить меня. - Я законный наследник, а ты из побочной ветви, в тебе мало истинно королевской крови.

- Зато в тебе её слишком много, - рассвирепел Алистэр, его рука дёрнулась, и я почувствовала, как по шее вниз побежали горячие капли, а Нэль ахнул и что-то негромко сказал мрачному, как туча, Альберту.

- Во мне, а не в ней, - насмешливо прокомментировал Бэйл, и его глаза полыхнули мёртвой зеленью, - отпусти девочку, Алистэр, и сражайся как мужчина.

- Нет, - рявкнул демон и ещё крепче прижал меня к себе когтистой лапой, - сейчас ты положишь оружие и признаешь своё поражение, Аш-Рибэйл. А потом ты отдашь мне ключ.

- Нет, - слово упало, как тяжёлый камень, а Бэйл застыл, - ты никогда не получишь ключа.

- Тогда попрощайся со своей маленькой подружкой, - острые когти ощутимо царапнули мне бок даже через одежду, и я вскрикнула, - смотри, ей уже больно, а ведь я ещё даже не начинал…

Я посмотрела в сторону и увидела, что противный старик совершенно не собирался вмешиваться, наоборот, его глаза сверкали предвкушением страшного зрелища. Мерзкий старикашка!

- Это нарушение правил! - не выдержав, громко сказал Альберт и сделал шаг вперёд. - Поединок не может быть засчитан, так как один из участников преступил все законы.

- Не лезь, северянин! - хрипло рыкнул Алистэр, даже не повернувшись в сторону Берта. - Это не твоя битва.

- Но это и не битва Кэтрин, - настаивал Берт, - не достойно воина прикрываться хрупкой девушкой!

- А мне плевать! - откликнулся демон, чуть сильнее вонзив когти мне в бок, и я с трудом удержалась от крика: было очень больно, но я прекрасно понимала, что своими слезами могу спровоцировать друзей на необдуманные поступки.

- А мне нет, - вдруг раздалось над ареной, и прямо из воздуха соткалась лестница, по которой, мрачно глядя на Алистэра, спустился высокий мужчина с гривой чёрных волос, чем-то неуловимо напоминающий ворона.

- Я никогда не вмешивался без нужды в судьбу твоей семьи, Алистэр, но сегодня ты огорчил меня, - сурово произнёс незнакомец, который, если я правильно понимала ситуацию, был очередным каким-то богом. Что ж их так много-то? Как в них не запутаться? Если так дальше пойдёт, то скоро божеству я буду удивляться гораздо меньше, чем, например, посыльному из деревенской лавки.

Видимо, я снова подумала очень громко, так как незнакомец весело стрельнул в мою сторону глазами и подмигнул. Воздушные путы сразу спали, и меня мягкой волной оторвало от явно недовольного, но не решающегося спорить демона. Новый участник нашего локального сумасшедшего дома легко, явно слегка рисуясь, спрыгнул с воздушной лестницы на арену и подошёл к Бэйлу.

- Я вынужден принести тебе извинения, принц Аш-Рибэйл, - без особого удовольствия, но и без ненависти произнёс он, - мне жаль, что поединок превратился в отвратительное сведение счётов, да ещё и с использованием девушки. Примите и вы мои извинения, леди, - повернулся он в мою сторону.

- Я принимаю твои извинения, Вирджил, - склонил голову Бэйл с поистине королевским достоинством, и я почему-то только сейчас подумала о том, что за маской обычного человека, пусть и некроманта, прячется самый настоящий принц демонов, - я надеялся на честный бой.

- Благодарю тебя, - кивнул в ответ бог, а потом внимательно и неожиданно тепло посмотрел на меня, - вы храбрая маленькая принцесса, леди Кэтрин. Даже в обморок не упали!

- Спасибо, что спасли мне жизнь, - я улыбнулась похожему на встрёпанную птицу Вирджилу, - если честно, мне было очень страшно…

- Вы справились, - он подмигнул мне и повернулся к по-прежнему стоявшему посреди арены Алистэру, - а ты — нет. Ты разочаровал меня, потомок древнего рода, и я заменю тебя. Ты больше не будешь моим избранным.

Алистэр побледнел и вскинул голову, даже не подумав ни извиниться, ни объяснить свой поступок. Вирджил взял его за руку, и они тут же исчезли в магической дымке.

Я увидела, как медленно расслабились напряжённые плечи Бэйла, как перевёл дух Альберт, и только тут почувствовала, как бок пронзила резкая боль, которую, находясь в состоянии немыслимого напряжения, я просто не чувствовала. А теперь, когда ситуация слегка разрешилась, во всяком случае, на какое-то время, страх прошёл, зато появилась боль, хищными коготками впившаяся в разодранный демоном бок.

Я пошатнулась, и ко мне тут же подбежал Нэль, взявший меня за руку и обеспокоенно крикнувший Берту:

- Несите её скорее на скамейку, мне нужно много света! Бэйл, тащи свою сумку!

Как подбежавший Берт схватил меня на руки, как отнёс на широкую скамейку в стороне от арены, на такую же, на которой лежал Фаруз, я помнила уже плохо: сознание словно заволокло серой душной пеленой, а небольшие по идее царапины болели так, что хотелось кричать в голос.

- Ну вот видите, всё закончилось хорошо, - сквозь шум в ушах расслышала я беззаботный голос Мортимера, - все живы, все здоровы, да ещё и твой давний враг нейтрализован. Здорово я придумал, правда?

- Послушай меня, Мортимер, - я с трудом узнала в скрежещущем хрипе голос Бэйла, - если с Кейт хоть что-то случится… я тебе не завидую. Я клянусь, что будь ты хоть богом, хоть кем, я тебя убью. Понимаешь? Посмертие продам, но ты заплатишь. Ты слышишь меня, Мортимер?!

- А что случилось-то? - Мортимер наклонился над мной, и я с трудом прошептала:

- Гад ты, Морти, как есть гад…

- Кэтрин, ты что? - всполошился бог и положил мне на лоб удивительно тяжёлую и приятно прохладную ладонь, от которой по телу побежали колючие щекочущие волны.

- Её поцарапал Алистэр, - где-то далеко-далеко говорил Нэль, - но я не могу узнать яд, а он здесь однозначно есть, иначе Кейт не было бы так плохо!

- Сейчас всё сделаем, - это уже Мортимер, и даже я в своём обморочном состоянии понимала, что уверенности в его голосе как-то маловато, - как же это ты так неаккуратно, Кэтрин. Осторожнее надо с демонами — это тебе не игрушка.

- Я больше не буду, - прошептала я и хотела засмеяться, но не получилось, и я провалилась в серую липкую мглу.

Она обволакивала, обнимала мягкими серыми лапами, убаюкивала, обещая, что всё будет хорошо, нужно только расслабиться и отдаться пушистым волнам, которые, укачивая и лаская, унесут меня в светлую даль, где не будет ни проблем, ни сложностей, и, главное, там не будет этой навязчивой боли.

И вдруг всё закончилось: покачивание прекратилось, невнятное бормотание исчезло, и я медленно открыла глаза, чтобы тут же их закрыть.

Полежав немного и осознав, что вокруг по-прежнему тишина, я снова попыталась понять, что, собственно, происходит. Открыв снова глаза и приподнявшись на локте, я огляделась: куда-то исчезла арена, Мортимер, друзья — вокруг всё было совершенно незнакомым.

Огромная комната, обставленная в восточном стиле, поражала воображение какой-то невероятной, запредельной роскошью, которая словно призывала всех восхититься и пасть ниц перед всем этим нереальным великолепием.

Я осторожно встала и, подойдя к высокому зеркалу в изысканной золочёной — или даже золотой — раме, приподняла тончайшую сорочку из белоснежного шёлка. Никаких ран не было видно, лишь на боку едва можно было рассмотреть несколько тонких шрамов, явно давным-давно заживших.

Не успела я обойти комнату и хотя бы бегло осмотреться, как бесшумно открылась дверь, и в комнату скользнула девушка, склонившаяся при виде меня в глубоком поклоне.

- Ваше величество, - прошептала она, - не извольте гневаться, но его величество уже пять минут ожидает вас в малой столовой.

- Неужели? - я не узнала свой голос, таким холодным и безжизненным он был. - Поди и скажи, что я буду через пять минут.

- Слушаюсь, - ещё ниже склонилась девушка и тенью выскользнула из комнаты.

Я оглядела себя в зеркале и заметила, что выгляжу как-то не так: нет, всё, казалось бы, осталось прежним, но откуда-то взялись, пусть даже едва заметные, горькие морщинки в углах рта, надменное выражение глаз… Я смотрела в зеркало и не узнавала себя в этой холодной и высокомерной красавице.

Я тронула колокольчик, и в комнате, как по волшебству, возникли три молчаливые женщины, которые помогли мне облачиться в платье, стоимость которого я даже приблизительно не взялась бы определить. Но я-в-зеркале совершенно не удивлялась и смотрела на роскошный наряд и баснословно дорогие украшения с полным безразличием.

Одевшись, я встала и уверенно прошла через застеклённую галерею в другое крыло замка. Насколько я успела рассмотреть, белоснежный дворец, украшенный синими и алыми мозаичными узорами и яркими цветными витражами, был накрыт каким-то прозрачным куполом. Где-то я такое уже видела… когда-то очень давно, кажется, в какой-то прошлой жизни… Как же назывался тот мир? Вспомнила: он назывался Шарист… Но что я там делала? И с кем я там была? Не помню… Надо же… как странно… В последнее время я стала замечать за собой необъяснимые провалы в памяти: неужели это признаки старости? Но мне далеко ещё до преклонных лет, это я знала абсолютно точно. Например, мой супруг намного старше меня, но ещё более чем бодр и обладает ясным умом и цепкой памятью. Супруг… Я попыталась вызвать в памяти соответствующий образ, но почему-то перед мысленным взором возникало исключительно клубящееся туманное нечто.

За этими размышлениями я дошла до зала, который скромно назывался малой столовой, хотя в нём без труда разместилось бы человек триста. Услужливый лакей распахнул передо мной створки и торжественно провозгласил:

- Её величество королева Кэтрин!

В столовой за накрытым к чаю столом обнаружился мужчина, который встал из-за стола, подошёл ко мне, взял за руку и, прикоснувшись в запястью душистыми усами, проговорил глубоким, хорошо поставленным баритоном:

- Доброе утро, дорогая, вы великолепно выглядите, как, впрочем, и всегда!

Он выпрямился, а я стала внимательно рассматривать того, кто, судя по всему, был моим мужем, был Королём…

Высокий, с худощавым, но сильным и тренированным телом воина, он выглядел образцом мужской красоты: густые тёмные волосы, ухоженные усы, слегка приподнятые к висками миндалевидные глаза густо-вишнёвого цвета. Иногда, когда он поворачивался, в них вспыхивали багровые искры, и я смутно помнила, что когда-то это казалось мне удивительно красивым.

- Благодарю, - ответила я по-прежнему равнодушно, глядя на то, как чашка из тончайшего фарфора наполняется ароматным чаем. Сделав маленький глоток, я привычно удивилась тому, что все напитки, которые мне доводилось пить в последнее время, имели странный горьковатый привкус. Нужно будет обязательно проконсультироваться с Лионэлем — это лекарь, которого супруг когда-то выписал для меня из далёких альвских лесов. Мне, правда, иногда казалось, что я где-то уже видела его раньше, но муж объяснил мне, что все альвы похожи между собой, и что, вероятно, я просто когда-то встречала его соплеменника. С тех пор, как два столетия назад все государства объединились под милосердной рукой Короля, альвы иногда стали появляться и в человеческих землях.

- Вы почтите своим присутствием казнь, ваше величество? - поинтересовался супруг, что было достаточно необычно: как правило, он просто ставил меня в известность о том, какие именно мероприятия мне стоило посетить.

- Нет, - я покачала головой, - ваш воспитанник, мой дражайший супруг, всегда казался мне достаточно милым и образованным юношей, и мне не хотелось бы видеть, как ему отрубят голову.

- Я позволю себе настаивать, - в голосе супруга звякнул металл, - это будет политически правильно. Фаруз обманул наше доверие и замыслил переворот, и мы должны показать подданным, что королевская семья едина в принятом решении покарать отступника. Это совершенно безопасно, так как поимка его сообщников — этого дикого северянина и изгнанного принца демонов — это всего лишь вопрос времени. Сегодня им в столицу точно не прорваться.

- Хорошо, - равнодушно кивнула я, понимая, что даже образ воспитанника мужа, Фаруза, как-то сгладился из памяти, стал расплывчатым и незначительным, - если вы настаиваете, я приду.

- Вот и хорошо, - сверкнул багровыми глазами супруг, - в ином случае я буду недоволен.

С этими словами он поднялся и покинул столовую, оставив меня в одиночестве допивать горчащий чай.

Через два часа я шла по главному дворцовому коридору к балкону, с которого царская семья обычно наблюдала за различными торжественными мероприятиями. Меня сопровождали высокие, одетые в парадные мундиры воины: не то почётный караул, не то конвой. Одновременно со мной к балкону, в сопровождении не меньшего числа воинов, подошёл супруг, на тёмных волосах которого переливалась Корона Короля.

Сияющий внутренним светом золотой ободок, испещрённый древними рунами, огромный рубин на самом большом зубце надо лбом, два изумруда по бокам и звёздчатый сапфир сзади.

Внизу волновалась толпа, взорвавшаяся восторженными криками при виде королевской четы: в воздух полетели цветы и бумажные ленты. Мы заняли свои места, и на площадь въехала телега, на которой стоял мужчина, лицо которого показалось мне знакомым, а потом я вспомнила, что это и есть Фаруз, воспитанник моего супруга, пытавшийся свергнуть его и потерпевший сокрушительное поражение.

Глашатай зачитал приговор, но у меня сложилось впечатление, что приговорённый не слушал его, а пытался мысленно докричаться до кого-то: таким сосредоточенным было его лицо, покрытое синяками и ссадинами.

Я повернула голову и услышала, точнее, прочитала по губам, как мой супруг сказал:

- А ведь я говорил, что место на вершине есть только для одного!

И тут в сознание, сметая все туманные преграды, ворвался крик: «Кейт! Кейт! Очнись!» Я пошатнулась и впилась пальцами в подлокотники кресла. Увидев, что со мной происходит, муж властно махнул рукой и сказал так, что почему-то голос его разнёсся по всей площади:

- Не тяните. Начинайте.

- Нет! - внезапно вспомнив всё, закричала я…

И очнулась.

Под спиной была жёсткая лавка, рядом на коленях стоял Нэль, чуть поодаль с встревоженными лицами столпились Бэйл, Альберт и почему-то Мортимер.

- Где Фаруз?! - я хотела закричать, но получилось только сдавленное шипение.

- Да здесь он, что ему сделается, пришёл в себя, теперь снова спит, как младенец, - с заметным облегчением ответил Мортимер, поглаживая наливающийся под левым глазом синяк.

Я с невероятным облегчением перевела дыхание, окончательно осознав, что это был просто очередной сон: но до чего же он был страшным! Неужели существует вероятность того, что я однажды стану вот такой — безвольной, равнодушной, спокойно глядящей на то, как одному из моих друзей собираются отрубить голову?!

Если это последствия того, что Корону примет Фаруз, то его даже близко нельзя к ней подпускать, потому что его наставник тем или иным способом отберёт у него власть и превратит мою жизнь, да и жизнь всех, кто мне дорог, в кошмар.

Тут мой взгляд остановился на Мортимере, который о чём-то шёпотом спорил с недовольным Бэйлом. Щёку и лоб некроманта пересекал новый длинный и пока ещё выглядящий совершенно кошмарно шрам, оставленный квипешем Алистэра, но я была уверена, что со временем альв сможет сделать так, что на фоне татуировки он и вовсе будет незаметен.

Я приподнялась и с кряхтением, достойным столетней бабки, сползла с лавки, не обращая внимания на возмущение Нэля. Увидев, что я встала, Мортимер как-то слегка напрягся и передвинулся так, чтобы между нами оказался Бэйл.

- Морти, - ласково позвала я, радуясь, что голос уже не напоминает тихий хрип полузадушенной мыши, - а что это ты от меня прячешься?

- Кто прячется? Я? Да ты что, Кэтрин, даже и не думал! - откликнулся из-за широкой спины Бэйла этот гад. - А тебе надо лежать после ранения, куда это ты вскочила? Сейчас же ляг обратно! Лионэль, а ты куда смотришь?

- Ничего, - я попыталась обойти Бэйла, но Морти быстро переместился на другую сторону, а бегать за ним с туго забинтованным боком было мне ещё явно не по силам, - Нэль меня потом подлечит, а сейчас самое большое моё желание — это подбить тебе второй глаз.

- Да за что? - почти искренне возмутился Мортимер. - Всё же хорошо закончилось! Ты цела, эф-риссарец тоже, Алистэр в опале, чего тебе ещё надо?

- Ты действительно думаешь, что всё замечательно? - я удивлённо посмотрела на высунувшегося из-за некроманта Мортимера. - Ты не заигрался, нет?

- Ну, - вдруг смутился бог, - если только самую малость… Но я готов искупить свою вину, Кэтрин! Хочешь апельсинку?

- Апельсинку? Что это? - я подозрительно посмотрела на ярко-рыжий фрукт размером с крупное яблоко, который непонятно откуда возник в руке Мортимера.

- Это очень вкусный и полезный продукт, - радостно сообщил Морти, поняв, что никто не будет пытаться подбить ему второй глаз, во всяком случае, прямо сейчас. О том, что, превратившись в чудище, он может всех нас уничтожить лёгким движением хвоста, не вспоминали ни он, ни, естественно, мы, - очень полезен выздоравливающим. Хочешь?

Я с сомнением посмотрела на вызывающе яркий плод и осторожно кивнула. Довольный Мортимер с ловкостью, говорящей о немалом опыте, снял с него шкурку и, разломив, протянул мне часть. Я принюхалась и с удовольствием вдохнула кисловато-сладкий аромат, напоминающий о лете и солнце. На вкус «апельсинка» оказалась удивительно приятной, и я даже слегка простила зеленоглазого прохиндея.

- Ты понимаешь, что дальше сражаться сейчас мы не можем, - вернул нас на грешную землю Бэйл, мрачно глядя на Мортимера и не обращая внимания на предложенную ему половину апельсинки, - было бы честно, если бы нам зачли это испытание.

- Согласен, - с готовностью кивнул Мортимер и медленно растворился в воздухе, видимо, отправившись урегулировать спорные вопросы с другими такими же бессовестными богами, которые решили поиграть судьбами мира и населяющих его людей.

Воспользовавшись паузой, я подошла к Фарузу, который тоже уже не лежал, а сидел, прислонившись к стене. Он был бледен, но спокоен, и тепло улыбнулся мне.

- Скажи, - негромко обратилась я к нему, - только не удивляйся моему вопросу, хорошо? Просто я… у меня снова было видение. Скажи, как выглядит твой наставник, Шару, про которого нам говорил Флориан?

Фаруз изумлённо взглянул на меня, но потом нахмурился, помолчал и уточнил:

- Твоё видение было обо мне, да, Кейт? Всё плохо?

- Не столько о тебе, сколько о нём, и да — всё очень плохо.

- Наставник Шару высокий, он настоящий воин и выглядит соответственно, - задумчиво начал принц, - тёмные волосы, довольно длинные, он скрепляет их на затылке специальными заколками, усы…

Я кивнула, поняв, что моё видение действительно было о Шару, хотя это и так было понятно: он говорил о принце как о своём воспитаннике. Теперь я убедилась окончательно. Осталось понять, как сказать об этом Фарузу, который, кажется, искренне привязан к своему учителю.

- Понимаешь, в моём видении он… - начала я неуверенно, но потом подумала о том, как высока цена возможной ошибки и уже решительнее продолжила, - он отобрал у тебя власть и велел казнить тебя.

- А ты? - спросил принц, в упор глядя на меня. - Ты была его женой?

- Да, - я кивнула, - и он медленно травил меня, так как…

- На вершине есть место только для одного… - медленно закончил мою фразу принц, - я не возьму Корону, Кейт…Дай мне объяснить, - он жестом остановил меня, - раньше мне казалось, что власть — это единственное, чего я хочу. Но теперь…

- А сейчас? - я с удивлением смотрела на эф-риссарца. - Что для стало важным для тебя теперь?

- Я хочу изучать магию, пробудить дар, который чувствую в себе, и Корона в этом мне только помешает. Я ведь видел отца, наблюдал за ним: вся жизнь правителя посвящена государству. А Король встанет над всеми странами этого мира, и для других дел у него просто не останется времени. К тому же… - Фаруз посмотрел в мою сторону, - я буду свободен в выборе спутницы жизни, никто не заставит меня заключить союз не по велению сердца. Ты станешь Королевой, Кейт, я помню, но ведь никто не запретит мне просто быть рядом, верно? И как знать — может быть однажды…

- Это серьёзное решение, Фаруз, - медленно проговорила я, глядя на принца по-новому. Мне казалось раньше, что он не способен на взвешенный и разумный поступок, - и очень мудрое. Оно достойно уважения…

В этот момент к нам подошёл старичок-распорядитель и с пакостной ухмылочкой поинтересовался, кто выйдет на следующий поединок. Но не успел Берт подняться и схватиться за меч, как перед ним возник Мортимер.

- Принято решение признать поединок завершённым, - громко сказал он, вызвав разочарованный гул трибун, - имело место неоднократное нарушение правил, поэтому состязание прекращается, а Корона достаётся победителю.

- Ничего подобного! - вдруг взвизгнул старикашка. - Должно быть ещё два поединка, и не какому-то мелкому божку указывать нам, что делать!

- Что? Ты? Сказал? - Мортимер мгновенно отбросил дурашливость, и за его спиной заклубилась чёрно-зелёная мгла.

- Я только имел в виду, - тут же пошёл на попятный старик, - что по правилам должно пройти ещё два поединка. Зрители сделали ставки, мы же не можем…

- Ты забылся, - прошипел разъярённый Мортимер, и лицо растрёпанного мальчишки местами покрылось изумрудной и чёрной чешуёй, а на руках появились длинные чёрные когти, - отдай Корону, пока я ещё держу себя в руках…

- Хорошо, - проскрипел старик и медленно побрёл в сторону постамента с Короной.

- И поживее, - рыкнул уже почти обратившийся Мортимер.

Старичок, недовольно сверкая глазами, протянул ему поднос, на котором лежала простенькая корона, но Мортимер кивнул в мою сторону, и дедок, хмурясь, отдал его мне.

- Возьми Корону, Кэтрин, - велело чудище, которым стал Морти, и приказало старику, - открой проход, пока я не рассердился окончательно.

Бормоча что-то очень напоминающее проклятья, старик начертил в воздухе овал, показавшийся мне почти родным, и прошипел:

- Идите, чтоб никогда вас больше не видеть!

Первым, как обычно, шагнул Бэйл, за ним Берт, а мы с Нэлем и Фарузом оглянулись и увидели, как на арене рядом с Мортимером в облике чудища появился ещё один шипастый и страшный монстр с подозрительно знакомой чёрной гривой и фигура, окутанная сполохами багрового пламени. Видимо, Вирджил и Флориан решили, что будет неправильно, если Морти станет развлекаться в одиночку. И, если честно, мне совсем не было жалко ни старика, ни зрителей.

Я прижала покрепче Корону, зажмурилась и шагнула в овал портала, уже не удивившись, когда крепкие руки обхватили меня и оттащили в сторону: за мной же ещё двое.

Когда я услышала звук схлопнувшегося портала, то медленно открыла глаза, гадая, куда нас занесло на этот раз: на кладбище, в склеп, к скелетам или куда пострашнее. Но вокруг было потрясающе красиво: вековые деревья качали пышными кронами, а их стволы были обвиты гибким плющом с удивительно яркими цветами.

Глава 14

Калирейя, Лиурийская долина,

Красное плато,

день 23 487 от Начала

- Ух ты, - я ошалело завертела головой, так как за предыдущие дни привыкла, что нас всё время переносит куда-то не туда. Нет, туда, конечно, но уж очень места прежде попадались непривлекательные: то на пыльную пустошь, то на кладбище…В серость, мрак и гнетущую тишину.

А здесь со всех сторон кипела жизнь, ароматный воздух, наполненный запахами влажной земли, леса, неизвестных цветов пьянил и кружил голову. Я вдруг поймала себя на том, что блаженно улыбаюсь, подставив лицо жарким солнечным лучам, словно давным-давно не видела яркого дневного света.

Я оглянулась на своих спутников: Фаруз, прислонившись к стволу огромного дерева, задумчиво рассматривал его мирно шелестящую широкими глянцевыми листьями крону, Бэйл устало опустился на нагреты камень странной правильной формы и прикрыл глаза, Берт, положив руку на рукоять меча, обходил по периметру симпатичную полянку, на которой мы оказались.

- А где Нэль? - встревоженно спросила я, не увидев нигде альва. - Он же переместился вместе со всеми?

- Он полез по стволу посмотреть, куда нас занесло на этот раз, - не открывая глаз, ответил Бэйл, - чтобы хотя бы понимать, есть ли поблизости город или какое-нибудь поселение здешних жителей.

В этот момент сверху негромко зашуршали листья, и на землю мягко спрыгнул встрёпанный альв.

- Ну что? - нетерпеливо спросила я. - Что ты смог увидеть?

- Даже не знаю, хорошо это или плохо, но вокруг, насколько хватает глаз, расстилается лес, и только далеко на западе я рассмотрел достаточно высокую гору, а на ней какое-то строение, на самой вершине. Но что это такое, не рассмотреть отсюда даже мне.

- Мне не хочется нас расстраивать, но что-то подсказывает мне, что именно туда нам и надо. Знать бы ещё, что именно мы ищем… - задумчиво проговорил принц, - корона у нас, но мы, видимо, собрали пока ещё не все детали. Кейт, ты можешь что-нибудь сказать по этому поводу?

- В моём видении корона была украшена кроме рубина, который у нас есть, парными изумрудами и крупным сапфиром, которых у нас, соответственно, нет. Наверное, все эти камни что-то означают — я не знаю, мои познания в этой области более чем скромные.

- Зато знаю я, - оторвался от созерцания шелестящей кроны эф-риссарец, - в наших краях придают большое значение различным символам, в том числе и значению драгоценных камней.

Мы все с интересом повернулись к Фарузу, который со знанием дела начал рассказывать:

- Рубин, который располагается на центральном зубце, как говорила Кейт, - тут я согласно кивнула, - символизирует собой власть, долголетие и неуязвимость, это камень королей и императоров. Изумруды, особенно парные, символизируют верность долгу и бессмертие, этот камень наделён удивительными свойствами, он обладает своим характером и легко может раскрошиться, если его обладатель изменит своему предназначению. А сапфир — это камень истины и мудрости, без которых настоящему правителю не обойтись. Все эти камни вместе символизируют короля, достойного полученной власти: мудрого, верного долгу, почти бессмертного.

- Кейт, достань корону, - вдруг попросил Бэйл, а остальные молчаливо поддержали его, сосредоточившись на мне, и я вытащила из-за пазухи завёрнутую в схваченную второпях первую попавшуюся под руку ткань Корону Короля.

Фаруз протянул к ней руку и вдруг, вскрикнув, отдёрнул её, дуя на обожжённые пальцы. Над полянкой повисло молчание.

- Она раскалённая… - удивлённо и как-то обиженно сказал принц, вопросительно глядя на мои руки, спокойно держащие золотой ободок, - Кейт, как ты её держишь?

- Она обычная, - растерялась я, не понимая, что происходит, - я не знаю, почему она обожгла тебя.

- Дай-ка я попробую, - Берт протянул руку и осторожно прикоснулся пальцем к золотому обручу и тут же отдёрнул руку, поморщившись, - жжётся, - сообщил нам озадаченный северянин.

С тем же результатом попытались прикоснуться к Кроне и Бэйл с Нэлем: всех кроме меня она обжигала, категорически не давая к себе прикасаться.

- Вывод простой, - подытожил ряд экспериментов Нэль, - корона даётся в руки только Кейт, так как, судя по всему, лишь личность будущей Королевы не вызывает вопроса.

Я тяжело вздохнула, так как планировала в ближайшее время благополучно сплавить ценный груз кому-нибудь более подходящему: Берту, например.

- А что будет, если вставить на место рубин, который мы уже добыли? - видимо, любопытство, свойственное альвам, проявлялось абсолютно в любых обстоятельствах.

- Откуда я знаю? - я покосилась на Нэля, пышущего исследовательским энтузиазмом. - Может, не надо? Мало ли…

- Да ну, Кейт, брось, тебе что — не интересно? - альв чуть не подпрыгивал на месте от нетерпения, да и остальные, казавшиеся мне более сдержанными и разумными, как-то не спешили его останавливать. Наоборот, все незаметно собрались вокруг меня, глядя на корону с определённым опасением.

Вздохнув, я расстегнула надёжно застёгнутый карман, в котором ждал своего часа добытый у короля скелетов (кстати, интересно, как он там с молодой супругой?) рубин и, затаив дыхание, под пристальными взглядами мужчин аккуратно вставила камень в предназначенное для него гнездо на центральном зубце короны.

Гром, конечно, не грянул, хотя я уже и этому не удивилась бы, молния не сверкнула, зато корона изменилась: она словно немного ожила, стала ярче, по золотому ободку пробежали искры, а рубин вспыхнул, словно маленькая звёздочка. Я попробовала вытащить его обратно, но с тем же успехом я могла попытаться выкорчевать росшее неподалёку здоровенное дерево. Камень сел намертво и покидать наконец-то обретённое место явно не собирался.

Мы внимательно рассмотрели легендарную Корону Короля, изучили остававшиеся пока пустыми места, предназначенные для изумрудов и сапфира и молча переглянулись.

Сейчас я была согласна даже на бестолкового Мортимера или хитрого Флориана — лишь бы кто-нибудь подсказал, что нужно делать дальше. На полянке, конечно, очень неплохо, но, во-первых, уже очень хочется есть, во-вторых, все устали и потому однозначно нужно поспать (но сначала все-таки поесть), ну и в-третьих, хорошо бы понять, куда дальше идти.

Именно эти мысли я и озвучила, в глубине души надеясь, что боги уже закончили громить арену в том негостеприимном мире и готовы помочь. Но, разумеется, когда они действительно нужны, их как раз и не дозовёшься. Я понимала, что не совсем справедлива, но усталость, голод и боль в недолеченном боку мешали мыслить объективно.

- Нэль, - обратилась я к альву, - ты же разбираешься в растениях?

- Да, - с готовностью кивнул Нэль, - во всяком случае, я могу слышать, что и как они говорят. А что?

- А ты не можешь послушать, вдруг какое-нибудь из них хочет, чтобы его съели? - робко попросила я. - Очень есть хочется… Одной апельсинкой сыт не будешь…

- Мяса бы, - вздохнул Берт и виновато посмотрел в мою сторону, - ягодами тоже не очень-то наешься… И воду надо найти…

- Вода — там, - радостно воскликнул Нэль, - я с дерева видел ручей или небольшую речку.

- Тогда давайте туда и пойдём, - решил за всех Бэйл, - если не попьём, то хоть умоемся…

Спорить никто не стал, и мы, со стонами разной интенсивности, встали и побрели в сторону, куда уже ускакал бодрый до отвращения альв.

Честно говоря, я никогда раньше не ходила по дикому лесу: ну вот как-то не довелось, но теперь я совершенно твёрдо знаю — это затея для самоубийц. Если вдруг кто-то решит лишить себя жизни каким-нибудь замысловатым способом, с полной ответственностью могу порекомендовать пеший переход через девственный южный лес: гарантирована масса разнообразнейших впечатлений с почти полной гарантией смертельного исхода.

Первые сюрпризы ждали нас уже практически сразу: оказалось, что никакой тропинки в этой чаще нет и, судя по всему, никогда не было.

Была видна только слегка примятая трава на тех местах, куда ступил Нэль. Всё остальное пространство представляло собой густое переплетение лиан, веток, каких-то ползучих и цепляющихся за всё подряд растений — это в воздухе.

На земле было ещё хуже: в сочной высокой траве прятались высунувшиеся из земли корни, между которыми так и норовила застрять нога, стебли травы и цветов ломались и истекали каким-то липким и скользким соком.

Сначала я пыталась смотреть вниз, чтобы ненароком не вывихнуть ногу, застряв между изгибами коварного корня, или не поскользнуться на растоптанных стеблях. Но когда я в третий раз запуталась в свисающей с очередного разлапистого дерева лиане, то перестала смотреть под ноги, а стала стараться вовремя отводить в сторону коварные плети. Естественно, как только я перестала внимательно глядеть на землю, то тут же споткнулась и наверняка сильно ушиблась бы, упав на корень, если бы Бэйл не подхватил меня. Как одновременно смотреть вниз и вверх, я категорически не понимала.

Тем временем вернулся убежавший далеко вперёд альв, которого, казалось, совершенно не беспокоили ни лианы, ни корни — Нэль был бодр, весел и откровенно наслаждался природой.

- А чего вы так медленно? - весело поинтересовался он, легко перепрыгнув с одного корня на другой и даже не пошатнувшись. - Я нашёл ручей, там рядом с ним и лужайка есть симпатичная. Думаю, там и остановимся на отдых, да?

- Непременно, - прошипела я не хуже змеи, так как в очередной раз запуталась рукой в каком-то клубке вьющихся ярко-зелёных побегов, - в том случае, если я смогу туда когда-нибудь дойти.

Остальные промолчали, но взглянули на альва без особой теплоты и молча потопали дальше. Внезапно я остановилась как вкопанная, а не закричала только потому, что от ужаса горло перехватило: прямо передо мной на сверкающей в лучах яркого солнца нити висел здоровенный, размером примерно с обеденную тарелку тёмно-синий мохнатый паук.

Не знаю, кто из нас удивился больше: он или я, но, поняв, что ни вдохнуть, ни выдохнуть не получается, я сделала осторожный шаг назад и тут же упёрлась спиной в шагавшего за мной Берта. Паук, в свою очередь, быстренько поднялся на нити вверх на безопасную высоту и уже оттуда внимательно начал рассматривать нас всеми восемью глазами.

- Кейт, это же просто паук, - мягко сказал северянин, аккуратно подталкивая меня вперёд, - он тебя не тронет. Он сам тебя боится, точно тебе говорю…

Мы с пауком удивлённо посмотрели на Берта, причём мне показалось, что паук ехидно ухмыльнулся, мол, конечно-конечно…

- Вот именно, - я сердито посопела и отступила ещё на шаг, - это паук. Огромный, страшный и жуткий. Я туда не пойду…

- Ты же вроде змей боялась? - подошедший Фаруз решил тоже принять участие в обсуждении моих страхов.

- А как одно мешает другому? - я не уловила логики в словах принца, и, видимо, не только я, так как паук спустился чуть пониже и, кажется, прислушивался. - Что мешает мне бояться и змей, и пауков одновременно?

- Кейт, это южный лес, тут кто только не водится, - Фаруз пожал плечами, - всех бояться — так мы никогда никуда не придём, понимаешь?

- Понимаю, - согласилась я и уточнила, - а ты нет. Я ведь сказала: там паук. И очень даже может быть, что не один.

Паук на своей нити завозился, и я, взвизгнув, отпрыгнула, чтобы тут же застыть на месте, услышав под ногами сердитое шипение.

Медленно опустила глаза и поняла, что все предсказания и пророчества врут: никакой королевой я не стану просто потому, что не переживу этот лес с его своеобразным населением. Из травы, покачиваясь, поднималась серебристо-чёрная змея, издающая крайне недовольное шипение и раздувающая отливающий серебром капюшон. Берт и Фаруз застыли, боясь пошевелиться, а паук шустро взобрался выше, туда, где змеюка его явно даже в прыжке не достанет. Я медленно подняла руку и смахнула щекочущую нос прядку: а то не дай боги чихну… и всё….

Змея застыла, и я могла поклясться, что в её равнодушных глазах с вертикальным зрачком мелькнуло настоящее искреннее удивление. Я, конечно, не могу сказать, что раньше видела удивлённых змей, но сейчас мне показалось именно так.

- Ззздравссствуй, маленькая сссессстра, - внезапно раздалось у меня в голове, - не бойссся…

- Здравствуйте, - вежливо ответила я, стараясь, чтобы голос не слишком откровенно дрожал, - а почему я вас слышу?

- На тебе брассслет, - прошипела замеюка, сдувая капюшон и сворачиваясь в кольцо, - хочешшшь быть нашшшей госсстьей?

- Спасибо, - поспешила отказаться я, понимая, что дело в тоненьком браслете, выданном мне королевой гинзар Залишей, - но нам надо дойти до горы. И отдохнуть. И поесть…

- Ты с ней разговариваешь? - изумления в голосе Бета хватило бы на десять человек. - А говорила — боишься…

- Помнишь браслет, который дала мне Залиша? - в свою очередь спросила я и пояснила. - Эта… эта… госпожа змея его узнала.

Пока мы выясняли этот вопрос, вернулись успевший уйти вперёд Бэйл и Нэль, которые застыли, как вкопанные, увидев, что я мирно беседую со здоровенной змеёй.

- Есссли я могу помочь, ссскажжжи, маленькая сссессстра, - прошипела змея, внимательно глядя на меня.

- Нам надо где-то отдохнуть, поесть и потом добраться до горы на вершине, - перечислила я, - может быть, вы сможете помочь хоть в чём-то из этого?

- Есссть хорошшшее месссто, - подумав, сообщила змея, - возззле воды.

- А вы можете нам его показать? - попросила я, стараясь лишний раз не смотреть на глянцевито блестящее гибкое тело.

- Конешшшно, - она скользнула в траву и уже оттуда прошипела, - иди ззза мной, сссессстра…

- Она говорит, что есть какое-то очень хорошее место, где-то возле воды, - быстро сказала я обалдело глядящим на меня друзьям, - там можно отдохнуть, и, может быть, нам даже покажут, как пройти к горе.

- Ты полна сюрпризов, Кейт, - покачал головой северянин, - но мы будем дураками, если откажемся от помощи.

Змея тем временем оглянулась и, убедившись, что мы идём следом, быстро заскользила вперёд. Мне показалось, что даже корни как-то немного выпрямились: во всяком случае, идти стало значительно легче.

Буквально через десять минут мы вышли к небольшой речке, в которой весело звенела кристально чистая вода, к которой так и тянуло припасть.

- Эту воду можжжно пить, - прошипела змея у меня в голове, - сссвежжжая, чиссстая…

Когда мы все наконец-то напились и умылись, змеюка, всё это время медитировавшая на солнце, указала кончиком хвоста на высокий холм, густо заросший незнакомым мне кустарником.

- Ззздесссь, - прошипела она, - раззздвинь зззаросссли, там пещщщера…

- Она говорит, что в зарослях прячется вход в пещеру, - послушно перевела я, и Берт с Бэйлом тут же отправились ворошить кустарник, за которым действительно, как ни странно, обнаружился лаз. Нэль бесстрашно скользнул в него и через минуту вернулся, радостно сияя глазами:

- Там действительно пещера, в которой вполне можно отдохнуть и даже переночевать. Сон нам всем необходим. Спасибо!

С этими словами он поклонился змее, которая довольно прошипела:

- Не ззза что…

И, уползая, обратилась ко мне:

- Есссли буду нужжжна, просссто позззови…

Прежде чем забраться в указанную змеюкой пещеру, я попросила Нэля ещё раз залезть на дерево и посмотреть, в какую сторону нам потом идти. И вообще — а вдруг отсюда другой вид и можно рассмотреть хоть какую-нибудь дорожку или тропинку.

Альв согласно кивнул и шустрой белкой взлетел по веткам куда-то в гущу листвы, и я даже не успела предупредить его о том, что вполне возможно там водятся пауки. Большие, мохнатые и страшные. Хотя что-то подсказывало мне, что, в отличие от меня, альв нашёл бы и с ними общий язык.

Пока Нэль обозревал окрестности, а я сидела на камешке, куда меня пристроил Берт, мужчины обсуждали предстоящую ночёвку: а то, что дело к вечеру, становилось яснее с каждой минутой. Местное светило, очень похожее на привычное солнце, плавно опускалось за вершины огромных неизвестных деревьев, окутывая чащу постепенно подкрадывающейся лиловой мглой.

- Скоро будет совсем темно, - посмотрев на стремительно наливающееся густой синевой небо, сказал Фаруз, - судя по всему, здесь темнеет так же быстро, как и у нас в Эф-Риссаре.

- Нужно успеть раздобыть хоть какой-то еды, - озабоченно нахмурился Бэйл, а Берт молча встал и направился к кустарнику, растущему на берегу, - не уходи далеко, Альберт.

- И не собирался, - пожал могучими плечами северянин, - помоги лучше нарезать длинных веток.

- Зачем? - Фаруз тоже встал и вслед за Бэйлом направился к кустам, на ходу вынимая острый кинжал. - Много веток надо?

- Если каждый срежет штук по двадцать, то хватит, - что-то прикинул про себя Берт, - буду добывать нам еду.

- А как? - встряла я с камня, но не сделала даже попытки присоединиться и помочь. Во-первых, у меня нет такого острого кинжала, во-вторых, в кустах может кто-нибудь водиться, а в третьих — их и так трое.

- Увидишь, - добродушно усмехнулся Берт, сгружая неподалёку первую охапку длинных веток и начиная быстро очищать их, демонстрируя немалый опыт, - у нас любой мальчишка умеет сплести простую ловушку. Для удочки крючки надо, да леску, да много всего, а ловушку поставил, и, если речка рыбная, то рыба сама в неё заплывёт.

Неторопливо рассказывая, Берт ловко скручивал, переплетал и протягивал ветки так, что уже совсем скоро начала вырисовываться длинная и сужающаяся с одного края корзина.

Бэйл понаблюдал за его работой, одобрительно хмыкнул и полез в свой мешок за принадлежностями для будущего костра.

- Если наловим, - тут в воде кто-то громко плюхнулся, - точнее, когда наловим рыбы, сразу зажжём костёр и приготовим поесть. Мне кажется, я уже вечность не видел горячей еды.

Вскоре спустился Нэль, сообщил, что уже темно, но он увидел на вершине горы, которая, к сожалению, ближе не стала, огни — значит, там наверняка кто-то есть, а вот радоваться этому или расстраиваться — этого он пока не знает.

Пока Нэль делился с нами новыми впечатлениями, Берт закончил плети и продемонстрировал нам здоровенную длинную корзину, заметно сужающуюся к одному краю. Кое-где торчали прутики и смущенный Альберт объяснил нам, что здесь не совсем тот кустарник, он недостаточно гибкий, но все уверили его, что всё в порядке и ловушка просто замечательная.

Потом выяснилось, что, чтобы её поставить, кому-то нужно перебраться на другой берег, чтобы там привязать к дереву верёвку, продетую по верхнему краю корзины.

Мужчины подошли к берегу реки и задумчиво уставились на весело журчащую прозрачную воду, сквозь которую даже в наступивших сумерках видны были отдельные камешки и участки, полностью заросшие водорослями. Будучи абсолютным дилетантом в том, что касалось ловли рыбы, я с любопытством гадала, каким именно образом рыба сообразит, что ей нужно плыть именно в нашу ловушку.

Бэйл прикинул расстояние до противоположного берега и вынес вердикт:

- Недалеко, но допрыгнуть не получится даже у Нэля, хоть он иногда и скачет, как большой кузнечик, - услышав такую характеристику, альв только насмешливо фыркнул, - попробуем перейти, а сапоги можно и высушить у костра.

- Давай я пойду, - предложил Фаруз и решительно ступил в воду, забрав у Берта конец верёвки.

Но не успел эф-риссарец сделать и шага, как из клубка водорослей в его сторону метнулось одновременно штук пять каких-то юрких животных, похожих на небольших змеек. Фаруз вскрикнул, тут же выпрыгнул обратно на берег и нагнулся, судорожно стаскивая сапог, в который мёртвой хваткой вцепились небольшие, длиной сантиметров сорок, тёмно-зелёные змеи. Или не змеи, судя по тому, что на мой браслет они не отреагировали от слова совсем: сапог Фаруза и особенно находившаяся в этом сапоге нога интересовали их значительно сильнее.

Отбросив сапог, принц с изумлением смотрел на окровавленную ногу, которую эти милые зверушки успели искусать даже через крепкий сапог. Поняв, что в сапоге не осталось ничего вкусного, они отцепились от него и бодро поползли в ту сторону, откуда так вкусно пахло кровью, а именно — к принцу.

Естественно, тот не стал их дожидаться, а быстренько забрался на большой камень, на котором недавно сидела я. Там он поймал брошенный Бертом кусок ткани и, протерев укусы какой-то жидкостью из протянутого Бэйлом флакона, плотно забинтовал ногу. Змеек тем временем перебил Берт, который теперь стоял и задумчиво смотрел на обманчиво гостеприимную речку.

- Ясно одно, - нарушил Берт унылое молчание, - ногами её не перейти. Нужно что-то придумать, иначе придётся ложиться спать голодными.

- Я могу перепрыгнуть, - складывалось впечатление, что альв никогда не унывает, вот и сейчас он сиял лёгкой радостной улыбкой, - я видел на дереве много крепких лиан, и вполне могу использовать одну из них. Мы так играли в детстве: раскачаешься и прыгаешь. Можно очень далеко улететь, между прочим. До противоположного берега — запросто!

Все переглянулись, но так как возражений не последовало, Нэль побежал выбирать подходящую лиану: как он собирался делать это в полной темноте, я понимала плохо, но, наверное, ему виднее.

Справился альв очень быстро и уже через пять минут вернулся, держа в руках хвост какой-то толстой и на вид достаточно прочной лианы, похожей на толстую зелёную верёвку.

- Она там несколько раз обвивает ствол, так что не порвётся, - сказал Нэль и, повиснув на ней, покачался из стороны в сторону, - что и куда надо крепить?

- Вот этот конец, - Берт протянул ему верёвку, продетую сквозь верхнюю часть корзины, - нужно закрепить на той стороне на чём-нибудь так, чтобы ловушка оказалась недалеко от берега параллельно ему. Понимаешь?

- Конечно, - кивнул Нэль и, крепко обвязав ценную верёвку вокруг запястья, взялся за лиану.

Разбежавшись, насколько хватило места, он с силой оттолкнулся ногами и птицей перелетел на противоположный берег. Там зашуршали кусты, в которые приземлился наш прыгун, и через несколько мгновений раздался удивлённый голос Нэля:

- Ой! Здравствуйте!

- Опять? - Бэйл бессильно опустился на камень. - У меня столько общения не было, наверное, за последние лет десять, сколько за эти несколько дней. Ну кто там ещё?

- Нэль, ты кого там нашёл? - громко крикнул Берт, подходя к берегу и всматриваясь в темноту.

- Если это Флориан или Мортимер, я их просто возненавижу, - флегматично рассматривая забинтованную ногу, сообщил принц, - я на богов насмотрелся на всю оставшуюся жизнь.

У меня тоже, честно говоря, мелькнула мысль, что это кто-нибудь из присматривающих за нами богов, уже закончивших громить арену на старом кладбище в Джесмистане. Но тогда Нэль, скорее всего, воскликнул бы «Привет!», так как особым уважением в отношении того же Мортимера не страдал.

В кустах на том берегу раздавалась какая-то возня и громкий шёпот, разобрать который было невозможно, но создавалось впечатление, что Нэль кого-то в чём-то убеждает. Не успела я крикнуть, чтобы альв выбирался уже на берег, как кустарник зашевелился, и мы увидели встрёпанного, но живого и здорового Нэля, который вёл за руку удивительное существо. Невысокого роста, с шапкой светлых кудрявых волос, замотанное в длинный балахон, украшенный цветами, оно робко и неуверенно пряталось за изящного альва.

- Смотрите, кого я привёл! - жизнерадостно крикнул Нэль, подходя к берегу. - Это Кайдиль, он лиур.

- Замечательно, - Бэйл устало поднялся с камня, - но пока совершенно непонятно. Кто такие лиуры? И, Нэль, ты можешь всё же привязать верёвку и перепрыгнуть обратно? С лиуром или без него.

- Конечно! - Нэль на мгновение исчез в кустах, а существо как-то съёжилось и прижалось к большому густому кусту. Верёвка от корзины натянулась, и плетёная ловушка опустилась в воду почти в середине реки. Так как она была не из сплошного материала, то вода спокойно протекала сквозь неё.

- А как рыба поймёт, что надо заплывать внутрь? - тихонько спросила я у Берта, довольно рассматривающего бултыхающуюся ловушку. - Она же может мимо проплыть, разве нет? Я бы вот на её месте совершенно точно не поплыла бы в такую непонятную штуку…

- Я положил туда приманку, - шепнул в ответ Берт и огляделся, словно рыба могла нас подслушать, - завязал в тряпочку кусочек хлеба и несколько червяков добавил.

- И ты думаешь, это их привлечёт? - я с сомнением посмотрела на северянина. - Как-то не очень аппетитно звучит, если откровенно…

- Ну так ты и не рыба, Кейт, - пожал плечами Альберт, - тебе червячки и не должны нравиться.

- Хотя ещё немного, - подумав и прислушавшись к организму, настоятельно требующему хоть какой-то еды, - и я смогу разделить их симпатии.

- Сейчас всё будет, - уверил меня Берт, и тут корзина как-то резко дёрнулась и запрыгала на воде.

- Ой, кто-то поймался! - радостно закричал Нэль с того берега, а Бэйл поморщился и сказал:

- Нэль, зачем кричать-то так? Ты думаешь, ещё не все местные звери в курсе, что тут есть мы?

- Извини, - смутился альв и о чём-то зашептался с кудрявым существом, - мы тогда сейчас отвяжем верёвку и перепрыгнем обратно вместе с Кайдилем.

- А зачем отвязывать верёвку? - удивилась я, и Берт пояснил:

- Надо вытряхнуть рыбину, а то она всю ловушку разобьёт, смотри, как дёргается.

Я взглянула на подпрыгивающую в воде корзинку и поняла, что улов действительно лучше вытряхнуть, пока ловушка не превратилась в разрозненные прутики.

Тем временем Нэль и неизвестный нам пока Кайдиль оперативно отвязали верёвку, и существо крепко сжало её в одной руке, второй ухватившись за альва. Нэль разбежался, взявшись за лиану и, придерживая рукой нового знакомого, перепрыгнул через реку. Кайдиль, как только почувствовал под ногами землю, тут же протянул Берту верёвку, и северянин одним ловким движением вытащил на берег ловушку.

- Осторожно! - предупредил Фаруз, который как раз внимательно рассматривал продырявленный в нескольких местах прочнейший сапог. - Вдруг тут все такие зубастые…

Берт подумал и согласно кивнул, после чего взял меч и аккуратно перевернул плетёнку, подцепив её за условное дно. На берег вывалилась… ну, наверное, это была рыба, хотя до сих пор мне не доводилось видеть ярко-лиловых рыб с тремя глазами. Во рту, который она судорожно разевала, оказавшись вне родной стихии, виднелись острые зубы.

- А я говорил, - Фаруз показал на зубастую пасть, - ты уверен, что это можно есть?

- Кайдиль говорит, что это рафус, и он очень вкусный, - сказал Нэль, выслушав что-то прошептавшего ему лиура, - только его нужно хорошенько почистить и голову есть нельзя — она ядовитая.

Я посмотрела на жуткую рыбину и подумала, что нужно быть ну очень странным, чтобы есть трёхглазую голову с таким количеством зубов в пасти. Хотя, голод, он, конечно, порой вынуждает менять приоритеты, чего уж там…

Берт тем временем приложил рыбину камнем по голове, и та перестала бить хвостом, а северянин молча протянул Нэлю верёвку от корзины. Альв уже привычным способом перемахнул на соседний берег, а мы все замерли в ожидании очередных сюрпризов. Но, вопреки ожиданиям, Нэль быстро вернулся и умудрился никого не найти.

Теперь, когда ловушка снова была в воде и не требовала пристального внимания, мы все подошли к существу, которое привёл, точнее, принёс Нэль. Бэйл успел развести костерок, стало не так темно, и можно было рассмотреть лиура внимательнее: оказалось, что волосы у него светло-зелёные, а глаза жёлтые с вертикальным зрачком, как у животного.

- Это Кайдиль, - взял на себя инициативу ведения знакомства Нэль, - он лиур, это их лес и их долина. А весь мир… как называется ваш мир, Кайдиль?

- Наш мир называется Калирейя, - нежным голосом, напоминающим журчание ручейка, ответил Кайдиль, - мы, лиуры, раньше жили по всему миру, а сейчас нам осталась только эта долина и этот лес.

- А что случилось? - нахмурился Бэйл, совершенно справедливо подозревая очередную подлянку.

- Пришли крайсы и всех прогнали, - глубоко вздохнув, сказал лиур, глядя на нас печальными жёлтыми глазами, - они разрушили наши дома, построили свои, а нам оставили лес. Сказали, что нам хватит и этого…

- А крайсы — это? - терпеливо уточнил Бэйл, озвучив общий вопрос.

- Они как ты, - неожиданно ответил лиур, - только меньше тебя.

- В каком смысле — как я? - обалдело уточнил Бэйл, и я, наверное, впервые за всё время знакомства увидела его настолько удивлённым.

- Ну, - лиур беспомощно посмотрел на Бэйла, потом перевёл взгляд на Нэля и вдруг быстро защебетал что-то на непонятном языке, но альв только нахмурился, внимательно вслушиваясь.

- Он говорит, что не умеет на всеобщем языке объяснить, - повернулся к нам альв, когда лиур замолчал, - но я так понял, что это какие-то не слишком крупные демоны.

- А ты знаешь язык лиуров? - потихоньку спросила я, пока Бэйл осмысливал новую информацию.

- Альвы понимают язык любых живых существ, - так же негромко пояснил Нэль, - но вот разговаривать, к сожалению, мы можем не на всех. Для некоторых просто не приспособлен речевой аппарат, понимаешь? Я никогда не смогу произнести некоторых звуков, которые являются обычными для гинзар или лиуров.

- Пусть он подробно опишет этих крайсов. - очнулся от размышлений Бэйл, - у меня, конечно, есть версии, но хотелось бы убедиться.

Лиур, внимательно слушавший Бэйла, быстро закивал и начал, размахивая руками, рассказывать, а Нэль едва успевал переводить.

- Это существа, - говорил альв, вслушиваясь в торопливую речь лиура, - ростом чуть выше, чем Кайдиль, но у них есть острые рога, хвосты и красные глаза. Они очень коварные и злые, сначала пообещали лиурам помощь в борьбе с… - тут Нэль запнулся, - с какими-то ормами, кто это — я не в курсе пока. В общем, эти крайсы сначала победили ормов...а потом заодно выгнали и самих лиуров.

- Мелкие демоны, - вздохнул Бэйл и устало потёр руками лицо, - не опасные, но если их много, то замучаешься отбиваться. И что он хочет? Как-то я уже сомневаюсь, что этот лиур появился здесь случайно…

- Ты сам сюда пришёл, или тебя попросили? – Берт решил, видимо, что излишняя деликатность ни к чему, и задал вопрос напрямую.

Лиур смутился, оглянулся на Нэля и что-то торопливо начал ему говорить. Альв внимательно слушал, а мы по выражению его лица пытались осознать масштаб грядущих неприятностей: в том, что они нас ожидают, никто даже не сомневался.

- Кайдиль выступает от имени всего племени лиуров, - сообщил нам Нэль, когда его собеседник сделал небольшую паузу, - он, так сказать, полномочный представитель на переговорах.

- Стесняюсь спросить, - влезла я, - а откуда эти замечательные лиуры узнали о нашем появлении?

Все молча посмотрели на Кайдиля, который, казалось, стал ещё меньше ростом и постарался полностью поместиться за хрупким Нэлем. Альв строго взглянул на свою находку и повторил:

- Кайдиль, кто вам про нас рассказал? Ты ведь знал, где нас искать?

Лиур несколько раз жалобно вздохнул и, опустив голову, что-то прошептал, но Нэль сумел расслышать.

- Угадайте с трёх раз, - с непривычно хмурым выражением на обычно жизнерадостной физиономии сказал альв, - кто предупредил лиуров о нашем появлении?

- И когда только успел-то? – устало пожал плечами Бэйл. - Надо было прикопать его ещё у тебя во дворе, Кейт.

- Ну, во-первых, у нас не получилось бы, - ради справедливости сказала я, а Берт согласно кивнул, - ту страшную зверюгу чешуйчатую мы, в смысле — вы, отродясь не победили бы, а во-вторых, иногда от него бывает польза, согласись. Да, головной боли гораздо больше, согласна, но он всё-таки не совсем бесполезный.

- Спасибо тебе, Кэтрин, - раздалось откуда-то сверху, мне так показалось, что с верхушки дерева, - не дала разрушить мой светлый образ.

- Мортимер, - обречённо вздохнул Бэйл, судя по всему, насмотревшийся на своего божественного покровителя по самое не хочу, - что твоя нездоровая фантазия придумала на этот раз?

- А что это у вас? - заинтересованно склонился над фиолетовой рыбиной материализовавшийся Морти. - Рыба? А чего она такая странная?

- Не отвлекайся, - всё ещё относительно вежливо попросила я, - ты зачем нас сюда отправил? Опять кого-то надо побеждать? У тебя совесть есть? Они и так вон еле на ногах стоят: за эти дни ни поесть, ни поспать нормально не получилось ни разу.

- Вот плохо ты обо мне думаешь, Кэтрин, - с упрёком в голосе сказал Морти, с любопытством изучая сплетённую Бертом ловушку, - а эта корзинка для чего?

- Воду набирать, - с непередаваемой иронией сказал Альберт, без особой симпатии глядя на шустрое божество.

- Воду? - Морти поднял удивлённые ярко-зелёные глаза на северянина. - Она же дырявая, как в неё можно набирать воду?

- Неужели? - Альберт откровенно начинал злиться, что вообще-то было для спокойного Мечтателя не характерно. - Никогда бы не заметил, если бы ты мне не сказал…

- А почему он такой злой? — спросил Морти почему-то у меня, но я только плечами пожала. - Вот так и приди, принеси хорошие новости, а тебя тут же все начинают обижать и всячески не любить…

- Как-то мне не верится, что ты принёс хорошие новости, - наконец-то подал голос Фаруз, сумевший с трудом натянуть сапоги на забинтованные ноги, - а Флориан чего не пришёл?

- Уборкой занимается, - махнул рукой Морти, показывая куда-то вверх и вправо, и мы все невольно посмотрели туда, но кроме тёмного ночного неба, разумеется, ничего не увидели.

- Так что ты хотел сказать? — Бэйл подбросил веток в начавший затухать костёр, а Берт, мечом отрубив рыбине зубастую голову, начал чистить тушку.

- Я хотел сказать, - Морти носком сапога перевернул отрубленную рыбью голову и восхищённо прищёлкнул языком, - что здесь сражаться ни с кем не надо.

- Мне одному кажется, что это грозит ещё большими проблемами? - философски поинтересовался у окружающей темноты Бэйл. - Не буду обманывать твоих ожиданий и спрошу: а что надо?

- Надо помирить лиуров и крайсов, - оптимистично сообщил Морти, аккуратненько подтягивая к себе жуткую рыбью голову, к которой почему-то проникся необъяснимо нежными чувствами.

- Да забирай ты её уже, - подтолкнул к нему голову Берт, - я могу тебе ещё таких наловить. Хочешь?

- Хочу, - тут же согласился Морти, запихивая зубастую пасть к себе в непонятно откуда взявшуюся сумку, - а можно много? Я высушу и буду подарки делать.

- Не нам, надеюсь? - поспешила уточнить я. - Я, если что, предпочитаю более традиционные варианты.

- Прости, я не расслышал, - Бэйл разогнулся и подошёл к Морти, - кого с кем помирить?

- Лиуров и крайсов, - охотно повторил Морти, - дело в том, что этому миру нужны и те, и другие. Иначе после определённых событий он останется пустым, понимаешь?

- Пока не очень, - вступил в беседу Нэль, к которому по-прежнему жался рассматривающий Мортимера своими жёлтыми глазищами Кайдиль, - крайсы выгнали лиуров из их домов, всё разрушили и построили свои. И ты думаешь, они смогут как-то мирно сосуществовать?

Внимательно прислушивавшийся лиур что-то быстро и взволнованно заговорил, и Нэлю пришлось отвлечься и попытаться понять торопливую речь Кайдиля. Выслушав его, альв вздохнул и повернулся к нам: все кроме готовящего ловушку Берта внимательно смотрели на нашего переводчика.

- Кайдиль говорит, что крайсы никогда не захотят мира с лиурами, просто потому что крайсы жестокие и не умеют жить в социуме…

- Это он так сказал? - Морти удивлённо покосился на лиура. - Про социум?

- Нет, - слегка смутился альв, - это я так перевёл, чтобы понятнее было.

- С мелкими демонами практически невозможно договориться, - откликнулся Бэйл, и все повернулись в его сторону, так как если кому и разбираться в демонических особенностях, то это именно ему, как представителю, так сказать.

- Они коварны, лживы и подозрительны, - продолжил Бэйл, - они запросто пообещают всё что угодно, если им будет в данный момент это выгодно. И с такой же лёгкостью забудут свои обещания, когда их заинтересованность пропадёт.

- Ну, это да, мы, демоны, такие, - с непонятной гордостью подтвердил Морти, - но тем не менее ваша задача — убедить крайсов и лиуров жить если уж не дружно, то хотя бы просто мирно.

Пока непутёвый бог пытался убедить нас, что предстоящая нам задача проста до безобразия, Нэль успел перепрыгнуть на противоположный берег и закрепить верёвку. Буквально через пару минут в плетёнке затрепыхался очередной улов, и альв перепрыгнул обратно. Берт ловко вытащил на берег ловушку и, уже наученный опытом, осторожно перевернул её с помощью кончика меча. На берег вывалилась ещё одна лиловая рыбина, и Морти подскочил к ней, пытаясь получше рассмотреть зубастую пасть.

- Тут ещё змеи зубастые водятся, - доброжелательно сообщил ему Фаруз, - тоже очень эффектные, хочу тебе сказать. Сапог из толстой кожи прокусывают на раз. Хочешь попробовать?

- Хочу, - с энтузиазмом откликнулся Морти и вместе с прихрамывающим принцем направился к берегу.

- Я надеюсь, они не собираются ловить зубастых змей, используя ногу Мортимера в качестве наживки? - осторожно поинтересовалась я у Бэйла, который невозмутимо смотрел на что-то бурно обсуждающих на берегу принца и бога. - Мы потом с последствиями не разгребёмся, это я тебе точно говорю.

- Да что ему станется, - махнул рукой Бэйл, - ничего с ним не будет, уж можешь мне поверить, Кейт. А вот задание меня, если честно, напрягает, я бы лучше мечом помахал, честное слово.

- Почему? - я аккуратно пристроилась рядом с Бэйлом, потому что все остальные были заняты: Берт чистил рыбин, Фаруз с Морти ловили змей, а Нэль негромко переговаривался с лиуром. - Мне кажется, со всеми можно при желании договориться.

- Ты просто не знаешь мелких демонов, - некромант поморщился, как от зубной боли, - это на удивление хитрые, лживые и злобные существа. Их не слишком любят, и это мягко говоря, даже сами демоны. Мы же ведь, в принципе, хоть и воинственные и порой жестокие, но у нас есть свой кодекс чести, которому мы неукоснительно следуем. А у этих такого понятия, как честь, вообще нет: если им выгодно, то и солгут, и предадут. И при этом совершенно не будут чувствовать себя виноватыми.

- Но ты ведь понимаешь, что нам всё равно как-то придётся решать этот вопрос, - я пожала плечами, - нам нужны изумруды. Знаешь, я уже так устала, что готова мирить кого угодно с кем угодно, лишь бы поскорее собрать корону и вернуться домой.

- Ты забываешь ещё об одной проблеме, - невесело улыбнулся Бэйл, - тебе предстоит надеть корону на Короля, а я пока как-то не наблюдаю кандидатов. Я корону не приму, Фарузу её тоже нельзя отдавать, Нэль не согласится сам, а Берт хороший парень, но не Король.

Я промолчала, так как совершенно не представляла, что ему ответить: над вопросом, который озвучил Бэйл, я думала почти постоянно. Мало того, что этого Короля надо где-то отыскать, но мне же с ним потом всю жизнь как-то надо существовать, поэтому хотелось бы испытывать к нему если уж не любовь, то хотя бы искреннюю симпатию.

И всё чаще я думала о том, что совершенно не рада, что увидела в Шаристе тот сон, в котором Бэйл выглядел не самым лучшим правителем, потому что демон мне нравился. Говорить о влюблённости или чём-то большем я бы не стала, но меня подкупали его честность, верность каким-то своим представлениям о чести, надёжность. Разумеется, я понимала, что у Бэйла много своих тайн и секретов, и не факт, что все они соответствуют созданному мною образу, но, если бы не тот сон, я даже не задумалась бы, кому отдать корону.

Пока я размышляла, Берт завернул разделанных рыбин, которых набралось уже штук пять, в какие-то листья, на которые указал ему лиур, разгрёб угли и, закопав свёртки с рыбой в песок, сверху снова придвинул догорающий костёр. Буквально через пять минут над поляной поплыл умопомрачительный запах еды, и народ медленно, но верно начал подтягиваться к огню.

Довольный Морти тащил крепко завязанный мешок, в котором кто-то возился, и в ответ на мой вопросительный взгляд пояснил:

- Змеи зубастые, штук десять! Ты себе не представляешь, Кэтрин, какие они шикарные!

- Не представляю, - согласилась я и, увидев, как Морти потянулся к горловине мешка, торопливо добавила, - и не хочу! Не надо мне демонстрировать свой экзотический улов, пожалуйста!

- Скучная ты, Кэтрин, - разочарованно протянул бог, с сожалением откладывая в сторону трепыхающийся мешок, - ничего тебе не интересно!

- А ты уверен, что они не прогрызут мешок и не разбегутся? В смысле — не расползутся? - я с сомнением смотрела на улов, которому в мешке явно не нравилось.

- Думаешь? - он почесал в затылке и тоже посмотрел на свою добычу. - Вообще зубы у них знатные, могут и зачарованную ткань прогрызть. Ты права, Кэтрин…

Мортимер встал, подошёл к мешку и как-то замысловато щёлкнул пальцами, после чего трепыхание прекратилось.

- Ты их убил? - не могу сказать, что змей было жалко, но живые твари всё-таки.

- Чего сразу убил-то? - обиделся Морти. - Усыпил просто…

- Ну тогда ладно, - я кивнула и повернулась к Берту, - Альберт, а еда скоро? Я сейчас уже в обморок упаду от этих запахов...

- Да почти готово, - под нашими голодными взглядами Берт отгрёб в сторону угли и палочкой развернул один лист. Отковырнул кусочек рыбы, подцепил его острым концом палочки и, осторожно откусив, медленно прожевал. Мы, затаив дыхание, смотрели на него, а кто-то, кажется, это был Нэль, громко сглотнул.

- Вкусная, - вынес вердикт Берт, и все довольно заулыбались, так как есть хотелось неимоверно, - берите листья, которые Кайдиль покажет, и подходите за порциями.

Лиур быстро просеменил к росшему неподалёку кустарнику и показал подошедшему вслед за ним Фарузу на широкие и плотные нижние листья. Принц послушно отсёк кинжалом нужное количество листьев и, вернувшись, раздал всем, включая Мортимера.

- А тебе-то зачем? - хмуро спросил Бэйл, глядя на довольного бога, который тоже ждал своей очереди, чтобы получить часть аппетитной рыбьей тушки. - Тебе же обычная еда не нужна…

- Не жадничай, - беззаботно отмахнулся Морти, - тут на всех хватит. Какой-то ты стал ворчливый, слушай… а ещё говорят, что любовь действует облагораживающе. Врут… смотрю на тебя и понимаю: точно врут!

- Помалкивай, а? - устало попросил Бэйл, а я вдруг подумала, что не хочу спрашивать, что имел в виду шебутной бог: если он хотел намекнуть на чувства Бэйла ко мне, то это одно дело, демон и сам мне о них говорил, ещё в Шаристе. А вдруг он имел в виду кого-то другого? Вот не хочу знать!

- Кайдиль спрашивает, как мы собираемся добраться до горы, - нарушил напряжённое молчание, прерываемое только шуршанием импровизированных тарелок, альв, - он говорит: то, что нам нужно, находится там.

- Сегодня я точно никуда больше не пойду, - я с ужасом посмотрела на лиура, - я хочу спать. И вообще, ходить в темноте по вашим лесам с их оригинальной живностью — это без меня.

Лиур внимательно меня выслушал и что-то быстро спросил у Нэля, а тот в свою очередь обратился ко мне:

- Кайдиль спрашивает, какой хищник успел тебя напугать, ведь здесь достаточно безопасное место.

- Паук, - я сердито посмотрела на лиура, у которого после моего ответа и без того круглые глаза стали ещё круглее.

- И не надо на меня так смотреть, - сердито сказала я, доедая невероятно нежную и вкусную рыбу и стараясь не обращать внимания на усмешки мужчин, - да, я боюсь пауков. Я девочка, мне можно. Это вы все — сильные и отважные мужчины, а я маленькая, хрупкая и пугливая. Вот…

Лиур странно посмотрел на меня, но от комментариев предусмотрительно воздержался, зато не смог промолчать Морти:

- Кэтрин, ты что — на самом деле боишься пауков? - бог бочком придвинулся ко мне и покровительственно положил руку на плечо. - Хочешь, я научу тебя их не бояться?

- Нет, - твёрдо ответила я, вызвав удивлённый взгляд Мортимера и понимающий — всех остальных, - я не уверена, что моя истерзанная приключениями психика выдержит твои методы, честное слово.

- Да ну, Кэтрин, перестань, это же очень просто, - Мортимера явно переполняла жажда деятельности, и я никак не могла придумать, в какое бы мирное русло её перенаправить, - вот смотри…

Тут мне прямо на лист, на котором недавно лежала вкусная рыба, откуда-то сверху шмякнулся здоровенный паук ярко-оранжевого цвета в синих и зелёных точках. Но ещё до того, как вскочивший Бэйл успел что-то сказать, я плавно ушла в самый настоящий обморок.

- Кейт, ты меня слышишь? - обеспокоенный голос Нэля проник через мягкую, нежно окутывающую меня темноту и вернул в реальность. Вспомнив, какое жуткое чудище свалилось мне на тарелку, я нервно закашлялась и судорожно попыталась стряхнуть в себя кошмарную оранжевую тварюгу: мне почему-то казалось, что она обязательно расположилась где-то на мне.

- Всё в порядке, Кейт, всё хорошо, - изящные, но сильные руки альва сжали мои ладони, и я наконец-то рискнула открыть глаза. Паука, счастью, было не видно, зато в наличии имелись злые, как стая шершней, Бэйл и Фаруз, встревоженный Берт, виноватый Морти и ошарашенно смотрящий на весь этот цирк Кайдиль.

- Мортимер! - неожиданно даже для самой себя вдруг рявкнула я. - Ты смерти моей хочешь?!

- Кэтрин, - торопливо заговорил провинившийся Морти, - всем известно, что для того, чтобы избавиться о страха, нужно посмотреть ему в глаза.

- Это откуда ты почерпнул такую мудрую мысль? - я с трудом встала, опираясь на руку Нэля, и медленно пошла в сторону почему-то напрягшегося Мортимера.

- Кэтрин, успокойся, я понял, что погорячился, - аккуратно отступил бог, сделав несколько шагов назад и неожиданно уткнувшись спиной в надёжного, как скала, Альберта, - и совершенно не обязательно так кровожадно на меня смотреть, я ведь действительно хотел, как лучше! Это ведь так странно и даже глупо — бояться каких-то пауков…

При слове «пауков» я вздрогнула и крепче сжала кулаки, но не заметивший этого Мортимер с воодушевлением продолжал:

- Пауки — это ведь всего лишь насекомые, хотя некоторые говорят, что пауки не могут быть насекомыми, потому что у них не шесть, а восемь лап, - торопливо говорил Морти, безуспешно пытаясь сдвинуть Берта с места.

- На твоём месте я не повторял бы лишний раз это слово, - негромко сказал ему Альберт, глядя на меня, - почему-то мне кажется, что оно нервирует Кейт.

- Какое слово? - непонимающе взглянул на него Морти. - «Паук»?

- Именно, - Берт слегка сдвинулся в сторону, закрывая слегка растерянного бога от разъярённой меня, - я бы посоветовал тебе вообще забыть его в общении с Кейт. Если ты, конечно, не хочешь, чтобы она тебе когда-нибудь отомстила. Оно тебе надо — женская месть?

- Не надо, - решительно затряс головой Морти и добавил, подумав, - ты прав, я никогда больше не буду говорить с Кэтрин о пауках… Эй, ты что делаешь?

Пока Мортимер обсуждал с Бертом свой словарный запас, я молча подошла к мешку, взяла его и, спустившись к реке, развязала горловину и вытряхнула содержимое в воду. Спящие зубастые змеи с громким плеском шлёпнулись в воду, а над поляной повисла абсолютная тишина.

- Что? - я бросила мешок на землю и вернулась к входу в пещеру. - Что вы все на меня так смотрите?

- Кейт, - кашлянул Фаруз и переглянулся с Бэйлом, - вообще-то это были опасные зубастые змеи… Тебя ничего не смутило, нет?

- Это были крепко спящие зубастые змеи, - поправила его я, - или ты переживаешь, что они могут не проснуться и утонуть?

- То есть змей ты уже не боишься? Это я просто уточняю, - спросил принц, но при этом на всякий случай прикрылся Бэйлом, - во избежание недопонимания, так сказать…

- Ты выбросила моих змей? - в голосе Мортимера было столько неподдельного удивления и столько обиды, что все невольно повернулись к нему. - Всех?

- Как видишь, - буркнула я, - а если ты ещё что-нибудь скажешь про… ты сам знаешь, про кого, я и рыбьи головы выкину.

- Моих змей… а я их ловил… - Морти поднял на нас зелёные глаза, в которых стояли слёзы, и мне вдруг стало почему-то неловко.

Он помолчал, потом повернулся и с каким-то потерянным видом сделал несколько шагов в сторону леса. Потом так же молча вернулся, поднял мешок, тихонько всхлипнул и понуро двинулся вдоль реки куда-то вниз.

- Морти, - окликнул его Нэль, с осуждением посмотрев в мою сторону, - ты куда?

Мортимер ничего не ответил, только тряхнул лохматой головой и дёрнул плечом, так и не повернувшись.

- Может, не стоило так уж радикально? - глядя вслед расстроенному божеству, неуверенно проговорил принц. - Знаешь, с каким трудом мы их наловили?

- А ты знаешь, как он меня напугал? - не хотела уступать я, хотя и радости от того, что отомстила, не было. - Вот был бы у меня разрыв сердца — что бы ты тогда сказал?

- Но не было же, - примирительно сказал Берт, с сочувствием глядя на поникшего Морти, - а у человека… в смысле — у бога… проблема, в общем…

- И что теперь? - я хмуро посмотрела на Мортимера, который с пустым мешком в руках стоял на берегу живым упрёком мне.

- Поговори с ним, - предложил Берт, - он парень-то в принципе неплохой, согласись. Ну не думает иногда прежде чем сделать, ну так а кто из нас без недостатков?

Я помолчала, переводя взгляд по очереди с одного на другого, вздохнула и пошла к всматривающемуся в воду Мортимеру. Уже уходя, я мельком заметила мечтательный взгляд Берта, направленный на бога, и поняла, что я отомщена: если Берт что и намечтал для Морти, то наверняка что-нибудь романтичное и милое. Так ему, как говорится, и надо…

- Морти, - сказала я, подойдя к по-прежнему не поворачивавшемуся в мою сторону лохматому мальчишке, - давай мириться. Проблем и без того выше крыши, сам понимаешь… Я погорячилась, выбросив твоих змеюк, а ты меня разозлил своими психологическими экспериментами. Я отомстила, ты обиделся: всё по-честному. Теперь можно и помириться...

- А ты поможешь мне наловить новых змей? - хмуро взглянув на меня из-под длинной чёлки, спросил Мортимер.

- Фаруз поможет, - тут же перевела стрелки я, - у вас уже отработанная схема. А я рядом постою, если хочешь…

- Хочу, - кивнул Морти, - тогда миримся, да, Кэтрин?

- Да, - кивнула я, стараясь удержать нервное хихиканье. Вот с богами я пока ещё не мирилась…

Мы обменялись рукопожатием, и я даже отсюда расслышала коллективный вздох облегчения. Когда мы вернулись к уже практически догоревшему костру, я скромно поинтересовалась у лиура:

- А эти крайсы, они где вообще теперь обитают?

Кайдиль быстро что-то защебетал, а Нэль, который устал не меньше всех нас, внимательно его выслушал и сказал:

- Крайсы заняли город лиуров, дома, которые им не подходили, разрушили, а те, что годились, оставили себе. Этот город находится в нескольких днях пути, но лиур знает, как добраться быстрее — по реке.

- Вплавь? - с восхитительной иронией поинтересовался Бэйл и заработал недоуменный взгляд круглых жёлтых глаз.

- Нет, - продолжил переводить Нэль, - Кайдиль знает, где взять лодки. По реке мы доберёмся за несколько часов.

- Замечательно, - кивнул Берт и, к моему безграничному счастью, скомандовал, - а теперь распределяем караульных и спать. Есть добровольцы дежурить первым?

- Я подежурю, - вдруг сказал Мортимер, - мне сон вообще не нужен. Считайте это бонусом от меня за умение признавать свои ошибки. Я покараулю, а вы выспитесь, на рассвете я всех разбужу.

- Спасибо, - озвучил общее радостное удивление Бэйл, - это благородно: мы нереально устали.

Оставив у костра задумчивого бога в компании лиура, мы через узкий лаз по очереди забрались в уютную пещеру, и я уснула сразу, как только моя голова коснулась свёрнутой куртки.

Глава 15

Калирейя, Лиурийская долина,

окрестности города Калиур,

день 23 488 от Начала

Мне показалось, что я только что закрыла глаза и провалилась в сладкий сон, как кто-то безжалостный уже осторожно тряс меня за плечо и бубнил голосом Нэля:

- Кейт, вставай, завтрак уже готов, ну Кейт, вставай уже!

Я, не открывая глаз, отмахнулась от приставучего голоса и попыталась спрятаться, с головой завернувшись в куртку, но мне не позволили. Вредное окружающее пространство вдруг подхватило меня на руки и вынесло куда-то на яркое солнце, нахально пробившееся даже сквозь сомкнутые веки.

- Кейт, подъём, - скомандовало оно голосом Берта, - открывай глаза, ты всё равно уже не спишь.

- Очень даже сплю, - возразила я и собралась снова уползти в пещеру, но меня подхватили с двух сторон и куда-то поволокли.

Заслышав журчание воды, я душераздирающе вздохнула и открыла глаза: на меня бодро и до отвращения жизнерадостно смотрели улыбающиеся Берт и Фаруз.

- Доброе утро, Кэтрин, - помахал мне с полянки Мортимер и радостно сообщил, - а мы с Фарузом уже наловили змей, вон они, в мешке спят. Хочешь посмотреть?

- Спасибо, в другой раз, - быстренько отказалась я и пошла к воде умыться, раз уж эти бессовестные люди (и не очень люди, но тоже бессовестные) меня разбудили.

Вода была холодной и прогнала остатки сна, поэтому на полянку я вернулась уже проснувшаяся и даже достаточно бодрая. А ещё ужасно голодная, так как в последнее время с питанием у нас как-то напряжённо стало.

- Нэль, ты что-то говорил про завтрак, - повернулась я к альву, который изучал какую-то местную траву, - мне ведь это не приснилось?

- Нет, конечно, - Нэль легко поднялся на ноги и принёс мне на большом плотном листе здоровенный кусок вчерашней рыбы, - вот возьми, мы уже поели все, пока ты изображала впавшего в спячку сурка.

Рыба с вечера хуже не стала, поэтому я с аппетитом умяла немаленький такой кусок, запила его водой, которую принёс всё тот же заботливый альв, и стала уже менее мрачно смотреть в будущее.

- А Бэйл где? - оглянувшись и не увидев некроманта, спросила я.

- Тренируется, - ответил подошедший Морти, - сказал, чтобы никто не смел за ним подсматривать. Но мы же с тобой пойдём посмотреть, Кэтрин? Неужели тебе не интересно? Мы ведь не будем мешать, а только тихонечко из-за кустика поглядим, да?

- Но если Бэйл просил не подсматривать, то это будет неправильно, и он рассердится, - не слишком уверенно ответила я, почувствовав, что ужасно хочу посмотреть на тренирующегося демона.

- Он рассердится только в том случае, если узнает, - тоном опытного искусителя говорил Морти, подхватив меня под ручку и ненавязчиво увлекая в сторону густых кустов, - а откуда у него возьмётся такая информация? Правильно — неоткуда ей взяться, потому что мы не скажем, а остальные не видят. Верно?

- Ну, наверное, да, - я не успела придумать ещё какие-нибудь аргументы, потому что ушлый бог уже отодвигал ветки густого кустарника с плотной листвой.

Я с любопытством заглянула в образовавшееся окошко и застыла на месте: на небольшой круглой полянке, сбросив рубашку и оставшись в одних брюках, танцевал Бэйл. Точнее, он разминался или тренировался, так как в его руках был меч, но движения некроманта были настолько плавно-тягучими, идеально выверенными и точными, что напоминали не тренировку, а танец. Смуглая кожа, покрытая вязью странных татуировок, на солнце казалась медной, мышцы перекатывались под ней, притягивая взгляд, и я невольно восхищённо вздохнула.

Тем временем Бэйл менял стойку за стойкой, перетекая из одной позиции в другую, и казалось, что даже местное светило застыло на небе, чтобы лишние пять минут полюбоваться.

- Посмотрела и хватит, - неожиданно прошипел мне в ухо Мортимер, - он уже заканчивает, а нам не надо, чтобы он нас заметил. Пойдём отсюда, Кэтрин…

Я с сожалением оторвалась от чрезвычайно привлекательного зрелища и послушно вернулась с Мортимером на поляну, но успела заметить, как наш странный бог, почему-то проводящий с нами всё больше времени, успел по-свойски подмигнуть Берту, который в ответ довольно кивнул.

Я остановилась и резко развернулась к Морти:

- Мы с тобой, кажется, только что, буквально вчера вечером, помирились, так? - прищурившись, посмотрела я на божество, ответившее мне кристально честным взором. - И мне хотелось бы знать, что ты задумал, Мортимер.

- Я? - так искренне удивился он, что, знай я его хоть чуть хуже, непременно поверила бы и даже устыдилась бы собственных подозрений.

- Ты, - кивнула я, - зачем ты хотел, чтобы я непременно посмотрела на Бэйла? Вот только даже не пытайся сказать, что никакой причины не было. Потому что тогда я спрошу у Берта, а он, в отличие от тебя, парень честный.

- Ой, Кэтрин, ну вот чего ты такая душная иногда бываешь? - Морти наморщил нос. - Тебе не понравилось?

- Понравилось, - смысла отрицать очевидное не было, поэтому я согласилась, - но тебе-то это зачем?

- Я хотел, чтобы ты наконец-то увидела в нём не только верного друга, но и привлекательного мужчину, - прошипел Морти так громко, что его услышали все, включая появившегося на поляне Бэйла.

Над поляной повисла полная тишина, и, пока я придумывала достойный ответ этому интригану, некромант спокойно, я бы даже сказала — слишком спокойно, поинтересовался:

- Это ты о ком сейчас, Мортимер?

- Да так, - ретировался на другой конец полянки Морти, - об одном знакомом…

- Об одном знакомом, - задумчиво повторил некромант, - как интересно… У тебя и Кейт не так много общих знакомых, между прочим… И на кого же ты так настойчиво предлагал ей обратить внимание?

- А ты не догадываешься? - Мортимер с исследовательским интересом уставился на Бэйла, и тот слегка смутился.

- Нет, - коротко ответил он и пошёл к берегу, а Морти пододвинулся к Берту и прошептал:

- Ну вот ты видишь, да? Он сам никогда ничего не сделает, ему надо помогать, а то выберет она кого-нибудь неправильного, замучаешься исправлять.

- А мне никто ничего сказать не хочет? - я подошла к Берту и сурово на него взглянула, но Мечтатель, как ни странно, не смутился, а совершенно безмятежно ответил:

- Нет, Кейт, доверь это дело профессионалам, - и он посмотрел в сторону гордо задравшего нос Морти.

- Это ему, что ли? - я кивнула на фыркнувшего бога. - А можно как-нибудь не так экстремально?

Морти хотел ответить что-то наверняка язвительное, но суетившиеся на берегу Фаруз, Нэль и Кайдиль активно замахали нам руками, приглашая подойти. Оставив выяснение отношений на более спокойное время, мы направились к друзьям. Они стояли возле трёх небольших лодок, сделанных, как мне показалось, из огромных листьев: во всяком случае, цвет у них был именно такой, тёмно-зелёный со светлыми прожилками.

- Кайдиль говорит, - Нэль с восторгом изучал новое средство передвижения, - что эти лодки очень прочные и лёгкие. На них мы доберёмся до Калиура часа за три-четыре.

- Калиур — это город, в который нам надо попасть, он расположен у подножия горы, на вершине которой Нэль видел огни, - пояснил Фаруз и распорядился, - забирайте из пещеры вещи и отправляемся. Мало ли, какие сюрпризы могут ждать в пути, а ночевать хотелось бы уже под крышей.

- Нужно распределиться по лодкам, - принялся командовать Морти, - Нэль сядет с Кайдилем, Альберт с Фарузом, а Бэйл поплывёт с Кэтрин. Я, пожалуй, сяду к альву и лиуру.

- А почему не я с Кейт? - спросил Фаруз, удивлённо поглядывая на распоряжающегося бога.

- Потому что, - хором ответили ему Морти и Альберт.

Я подошла к очень ненадёжной на вид лодке и осторожно потыкала в неё пальцем: мне казалось, что листья, из которых она сделана, порвутся при малейшем прикосновении. Но, как ни странно, на ощупь растительный материал оказался очень прочным и чем-то напоминал тонкую резину: из такой у нас в Истралии делали плащи для тех служащих, кому много времени приходилось проводить под открытым небом.

Закинув вещи, все, кроме нас с Бэйлом, достаточно быстро погрузились в лодки, дно в которых было выложено каким-то материалом, напоминающим дерево, но гораздо легче. Кайдиль объяснил, что лиуры выращивают специальные деревья, у которых невероятно лёгкая древесина.

Когда подошла наша с Бэйлом очередь садиться в лодку и отправляться, я с ужасом поняла, что до обморока боюсь забираться в эту шаткую и ненадёжную конструкцию. Если даже лодка не опрокинется и не утонет, то её, во-первых, запросто могут прогрызть столь любимые Мортимером зубастые змеи, во-вторых, никто не знает, какая ещё живность водится в этой речке, и в-третьих, мне просто страшно: просто так, без объяснения причин.

Когда Бэйлу надоело шёпотом меня уговаривать и он, видимо, исчерпал все аргументы, мне было предложено догонять остальных по берегу: как сказал Кайдиль, тут идти-то дня три-четыре всего.

- Кейт, выбирай, - устало сказал Бэйл, - или неизвестная живность в реке, но со мной, или очень даже известная живность в лесу — но уже в одиночестве. Уверен, разноцветные друзья синего и оранжевого симпатяг будут тебе искренне рады.

- Хорошо, - вздохнула я, - но, если что, виноват будешь ты!

- Почему? - попытался возмутиться некромант, но потом подумал и махнул рукой.

В итоге, ко всеобщему облегчению, я таки забралась в лодку, и Бэйл побыстрее оттолкнул её от берега, видимо, опасаясь, что я выпрыгну обратно и всё придётся начинать с начала.

Лодка качнулась, я вцепилась в борта так, что оторвать меня оттуда не представлялось возможным, но почти сразу ненадёжное на вид судёнышко выровнялось и плавно заскользило по воде.

Страх постепенно проходил, солнышко светило, беззаботно сверкая в прозрачной воде, Бэйл, прищурившись, молчал и смотрел на воду.

- Я подсмотрела, как ты тренировался, - не глядя на него, зачем-то сказала я и покраснела, - не сердись, пожалуйста, ладно?

- Мортимер подсказал? - хмыкнул Бэйл не слишком довольно, но и без злости.

- Угу, - кивнула я, почувствовав, что с души свалился здоровенный камень: ну вот не люблю я все эти тайные игры, особенно если дело касается чувств, - это было красиво…я про тренировку...

- Рад, что тебе понравилось, - улыбнулся Бэйл, - в следующий раз просто скажи, и я возьму тебя с собой. Не придётся прятаться. Ты, кстати и сама тренироваться хотела, помнишь?

- Слушай, у меня такое впечатление, что это было не то что в прошлой, а в позапрошлой жизни, - честно сказала я, и некромант понимающе кивнул.

- Так бывает, когда события бегут слишком быстро, и мы за ними просто не успеваем. А у нас происходит именно так: один мир сменяет другой, новая задача приходит тогда, когда мы ещё от первой не отошли. Трудно даже мне, что уж говорить о тебе, «яблочная девочка»…

- Как ты меня назвал? - вытаращилась я на демона.

- Надеюсь, я не обидел тебя? - Бэйл виновато взглянул на меня, и я заметила, что новый шрам, добавившийся после сражения на арене в Джесмистане, делает его похожим на пирата. Шрам был глубоким, да и занялся им некромант не сразу: наверняка эта метка останется с ним навсегда. И вот тут я застыла, как тот самый суслик, с которым недавно сравнил меня Нэль.

В том сне про Бэйла, который я увидела в Шаристе, у него не было этого шрама. Значит, то, что я видела, - это не окончательная версия событий? Значит, Бэйл совершенно не обязательно станет таким жестоким и равнодушным? Мне срочно нужен кто-то, кто хоть как-то разбирается во всех этих древних пророчествах. Боги, это же в корне меняет дело! Боги… боги… так, где там у нас один из них?

- Морти, - позвала я, и бог, плывущий на первой лодке, оглянулся, - ты мне нужен, вот прямо сейчас!

- Зачем? - он как-то настороженно посмотрел в мою сторону. - До берега это никак не терпит?

- Нет, - я решительно затрясла головой, - на берегу опять начнётся какой-нибудь бедлам, и я забуду спросить у тебя очень важную вещь!

- Ну ладно, - пожал плечами Мортимер и неожиданно скользнул за борт, чтобы через минуту выбраться из воды в нашу лодку.

- Жарко, - пояснил он ошарашенной мне, отцепляя от ноги не менее ошалевшую зубастую змею и бережно опуская её в воду, - так чего ты хотела спросить, Кэтрин?

- Позёр, - беззлобно фыркнул Бэйл, - мог бы и так переместиться, между прочим…

- Мог бы, - согласился Морти, - но так не интересно. Так что, Кэтрин?

- Скажи, мои видения… - тут я запнулась, но, наткнувшись на ироничный взгляд Мортимера, продолжила, - они обязательно показывают то будущее, которое произойдёт? Или есть варианты?

- Конечно, есть, - кивнул Морти, - ты видишь один из путей развития действительности, но никто не говорит, что этот вариант — единственный.

- А почему мне этого раньше не сказали? - растерянно спросила я, а Морти развёл руками. - Почему ты не предупредил?

- Я? - с искренним изумлением спросил Морти и оглянулся на Бэйла. - А ты меня спрашивала? Кэтрин, вообще-то я за Бэйлом присматриваю, а не за тобой, так что не надо перекладывать на меня свои проблемы.

- А кто должен присматривать, как ты выразился, за мной? - вдруг задумалась я.

- За тобой? - Морти опустил руку за борт и вытащил какую-то странную полосатую рыбину, которая хлопала глазами и широко разевала пасть, как ни странно — без зубов. - Кто-нибудь наверняка должен… Смотри, Кэтрин, какая забавная рыбка…

- Не отвлекайся, - я отобрала у Мортимера рыбу и кинула в воду, - ты себе потом ещё лучше поймаешь… Ты ведь наверняка знаешь, кто должен наблюдать за мной.

- Знаю, - Морти как-то смущённо покосился на меня, - но, видишь ли, Кэтрин, какое дело… Он должен, но почему-то не делает этого…

- Почему? - изумилась я. - Я что-то сделала не так?

- Да не в тебе дело, - неохотно ответил Морти, - он, понимаешь, вообще странный… А как узнал, что ты хозяйка этого… как его… Эппл-Гроув, вот… так вообще сказал, что не будет участвовать.

- А что не так с моим замком? - я понимала, что ситуация становится всё более запутанной.

- Не знаю, - чуть быстрее, чем следовало, ответил Морти и заторопился к себе в лодку, - и вообще, я, пожалуй, пойду: там лиур такие интересные истории рассказывает — прелесть просто!

- Морти! - я строго посмотрела на бога, но он мило мне улыбнулся и исчез, чтобы через секунду материализоваться в лодке Нэля и Кайдиля.

Прода от 07.01.2022, 17:50

- Ты можешь мне объяснить, что это сейчас было? - я посмотрела на Бэйла, который, как мне показалось, слишком внимательно изучал проплывающие мимо заросшие всё тем же густым лесом берега.

- Это же Мортимер, - некромант пожал плечами, - ты что, действительно ждала от него внятного и чёткого ответа?

- Ну не то чтобы ждала, но надеялась, - я посмотрела на первую лодку, в которой уже абсолютно сухой Морти внимательно слушал что-то с энтузиазмом рассказывающего лиура, - и мне не очень понятно, почему мой… почему помогающий мне бог из этой странной компании божественных интриганов… мне не помогает? И почему его так напрягает мой замок?

- Ну, как раз с замком твоим всё более или менее ясно, - подумав, изрёк Бэйл, - он стоит на древнем месте силы, а что хранят его подвалы — это вообще отдельная история. Если ты помнишь, мы с Фарузом пришли в твой замок в поисках древней библиотеки. Да, потом выяснилось, что нас вело пророчество, но ведь первоначальная причина никуда не делась.

- И тебе по-прежнему нужна древняя библиотека, которая то ли есть, то ли нет в подвалах Эппл-Гроув? - я посмотрела на невозмутимого Бэйла.

- Разумеется, - он спокойно ответил на мой взгляд лёгкой улыбкой, - вот закончим всё это, вернёмся и спокойно поищем эту самую библиотеку.

- А ты можешь сказать, какую книгу ты ищешь? - помолчав, спросила я Бэйла. - Или это тайна?

- Я ищу древний гримуар, - после долгой паузы, когда я уже перестала ждать ответ, негромко сказал Бэйл, - в нём есть одно очень нужное мне заклинание… Но это вопрос не срочный, сначала нужно завершить эту миссию. Вот уж не думал я, что когда-нибудь стану участником известного пророчества. А с другой стороны, если бы не оно, я не познакомился бы с тобой.

- И не пережил бы все эти приключения, - усмехнулась я, подумав, что и о себе могу сказать то же самое.

- Ну, без приключений я как-нибудь обошёлся бы, моя жизнь и без них не была скучной, - Бэйл дотронулся до шрама, - особенно легко я пережил бы отсутствие таких украшений. Нет, я всё помню, - добавил он, увидев, что я собираюсь возразить, - шрамы украшают мужчину и прочее.

Я не знала, что ответить и поэтому предпочла просто промолчать, делая вид, что меня чрезвычайно интересуют проплывающие мимо тёмно-зелёные заросли. Наверное, именно поэтому я смогла заметить, что параллельно с нами вдоль реки кто-то двигается, причём делает это как-то странно: существо передвигалось, легко и стремительно перепрыгивая с дерева на дерево и практически не отставало от нас.

- Бэйл, - тихонько, словно оно могло нас услышать, позвала я, - ты его видишь?

- Конечно, - так же тихо ответил некромант, - он следует за нами примерно от прошлого поворота.

- А кто это? - я всмотрелась в тень, в очередной раз мелькнувшую в кронах незнакомых деревьев и поняла, что существо двигается так быстро, что рассмотреть его у меня точно не получится.

- Это ширгей, мелкий демон, - ответил Бэйл, бросив в сторону берега быстрый взгляд, - обычно их используют для наблюдения за противником и вообще всяческого шпионажа.

- То есть крайсы, о которых говорил Кайдиль, уже в курсе нашего появления, - начала я размышлять вслух и наткнулась на насмешливый взгляд некроманта, - ну что ты смеёшься? Это вы все такие серьёзные и многоопытные мужчины, для которых интриги и заговоры — обыденность, а я другая, я просто…

- «Яблочная девочка», - с улыбкой закончил за меня Бэйл, - и это замечательно, Кейт. Я бы многое отдал, чтобы ты как можно дольше ею и оставалась, но, боюсь, это не в моих силах.

- Так что там с крайсами? - я поспешила перевести разговор, так как непривычно мягкий взгляд Бэйла меня смущал. - Они нас будут ждать?

- Можешь в этом даже не сомневаться, - кивнул демон, - и уже наверняка придумали, как попытаться нас обмануть. Но они не знают, что в числе незваных гостей есть я. У нас, демонов, знаешь ли, очень сильно развито уважение к тем, кто стоит выше по социальной лестнице.

- А ты на ней высоко? - спросила я, забыв, что Бэйл, в общем-то, не простой демон. Если честно, я вообще постоянно забывала, что он не человек…

- А как ты думаешь? - вопросом на вопрос ответил он и усмехнулся. - Где может быть принц, пусть даже и выбравший изгнание?

- Тогда, может, ты просто велишь им помириться с лиурами? Они же не могут не послушаться? - мне казалось, что я нашла простой и совершенно замечательный выход.

- Мы, к сожалению, не в Освэше, - Бэйл тоже взглянул на скользящую по деревьям тень, - или не к сожалению…

- Ты не хочешь вернуться домой? - осторожно спросила я, опасаясь, что могу задеть чувства некроманта.

- Нет, - он решительно покачал головой, - я ушёл оттуда и не вернусь.

- А вот очень зря, между прочим, - ворчливо сказал внезапно проявившийся в нашей лодке Морти, - мог бы и вернуться. Как был ты легкомысленным мальчишкой, так им и остался…

Я потрясла головой, так как Морти, выглядящий как подросток и говорящий о взрослом некроманте, как о ребёнке, вызывал у меня ощущение лёгкого сумасшествия.

- Уж кто бы говорил, - беззлобно фыркнул Бэйл, - не бог, а сплошное недоразумение… И нечего на меня глазами сверкать. И вообще, Мортимер, почему ты всё время с нами? Почему ни Флориан, ни Вирджил не сопровождают нас по всем мирам? За что именно мне такое сомнительное счастье?

- Да ты здесь вообще не при делах, - отмахнулся Морти и задумчиво посмотрел на воду, - что я, принцев не видел, что ли?

- А что тогда ты тут делаешь? - задал Бэйл совершенно логичный, с моей точки зрения, вопрос.

- Слушай, я тебе мешаю? - вдруг рассердился Морти. - По-моему, иногда даже и помогаю, хотя по правилам и не должен бы.

- Это не ответ, Мортимер, - продолжал настаивать некромант, - я действительно хочу понимать, что заставляет тебя постоянно вертеться вокруг нас.

- Версию, что мне просто скучно, не предлагать? - ехидно спросил бог, сидя на борту лодки, который под ним почему-то не то не ломался, а даже не прогибался, и болтая в воде босыми ногами.

- Не стоит, - согласился Бэйл, покосившись на то, как Морти аккуратно отцепил от ноги очередную зубастую любимицу, но ноги из воды не вытащил, - хотелось бы для разнообразия услышать настоящую причину.

- А ты никому не расскажешь? - неожиданно спросил Морти, и я от такого вопроса чуть не вывалилась за борт к его зубастым подружкам.

- Кому? - с искренним недоумением спросил Бэйл, покосившись на непривычно серьёзного бога. - Разве что Кейт услышит, так как она уже тут сидит…

- Ты ведь тоже никому больше не скажешь? - повернулся ко мне Морти, взглянув зелёными глазищами из-под длинной чёлки.

- Кому? - повторила я вопрос Бэйла. - Тем более, если ты не хочешь, чтобы кто-то ещё знал. Это ведь не создаст нам лишних проблем? - на всякий случай уточнила я.

- Не думаю, - помотал головой Морти, - в общем, я путешествую с вами, потому что я… - тут он неожиданно замолчал.

- Потому что ты… - повторила я и вопросительно посмотрела на замолчавшего бога.

Морти тем временем встал и, подойдя к Бэйлу, что-то прошептал тому на ухо, отчего некромант вытаращился на собственного покровителя с почти суеверным ужасом.

- Да ладно, - ошарашенно сказал он, ловя чуть не выроненное весло, - Мортимер, это что-то новенькое в твоём репертуаре шуток.

- Может, потому что это не шутка? - сердито проворчал Морти и покосился на умирающую от любопытства меня.

- Если вы сейчас мне ничего не объясните, то моя смерть будет на вашей совести, - честно предупредила я, - Морти, быстро говори.

- В общем, Кэтрин, я путешествую с вами, потому что...в общем, потому что… - мялся бог, посматривая на до сих пор не пришедшего в себя Бэйла, - потому что…

- Если ты ещё раз скажешь «потому что», я вытолкну тебя из лодки, - сказала я, строго глядя на Морти.

- Потому что я тебя люблю, Кэтрин… - выдохнул Мортимер и уставился на меня зелёными глазищами.

- Потому что ты, прости, что? - я поморгала, подумала и, зачерпнув из-за борта воды, плеснула себе в лицо. Мысль о том, что меня кто-нибудь зубастый может тяпнуть за палец, в мою голову даже не пришла: какие уж тут рыбы на фоне ошеломляющих новостей.

- Да, не мог бы ты прокомментировать своё очень неоднозначное заявление, - попросил Бэйл, и я с уважением на него покосилась: после такого суметь выдать столь мудрёную фразу — это сильно. Вот что значит принц!

- А что непонятного-то? - Морти внимательно изучал берег, старательно избегая смотреть в мою сторону.

- Всё непонятно, - тут же отозвалась я, - во всяком случае мне. Если можно, конечно, то объясни, пожалуйста, что ты хотел сказать?

- Я сказал, что люблю тебя, Кэтрин, - хмуро повторил Морти, - по-моему, всё предельно ясно.

- Не совсем, - я поёрзала на своём месте, устраиваясь поудобнее, - ты сказал, а дальше-то что?

- В смысле? - искоса посмотрел на меня Морти из-под длинной чёлки. - Разве надо что-то ещё говорить? Того, что сказал, недостаточно?

- Нет, конечно, - я посмотрела на Бэйла в надежде, что он меня поддержит, но по задумчивому выражению его лица поняла, что выпутываться буду самостоятельно.

- А что нужно ещё? - спросил Мортимер, снова присаживаясь на борт лодки. - Я ведь раньше никогда этого никому не говорил, Кэтрин… У вас, людей, это всё происходит как-то по-особенному, да? Я же первый раз, понимаешь?

- Не очень, если честно, - ответила я, пытаясь углядеть в мечтательном взоре Морти хоть искру разума, - тебе лет-то сколько? Никогда не поверю, что за последние пару тысяч лет ты никем всерьёз не увлекался.

- Увлекался, - подумав, признался бог, - но не признавался в любви.

- И что тебя сподвигло к этому теперь? - поинтересовалась я. - Почему ты решил осчастливить этим меня?

- Ты удивительная, Кэтрин, и я тебя люблю, - снова сказал Морти, внимательно к себе прислушиваясь, - и мне очень нравится тебе об этом говорить. Знаешь, я ведь всегда мечтал полюбить…

- Мечтал, значит… - задумчиво проговорил Бэйл и внимательно посмотрел в лодку, где мирно беседовали о чём-то своём Фаруз и Берт, - и решил, что любишь Кейт?

- Да, - уверенно кивнул Морти, - это такое замечательное чувство, я в восторге! Обязательно потом ещё попробую.

- Подожди, Морти, не торопись, - я подняла руку, привлекая внимание увлёкшегося божества, - и что ты собираешься делать дальше?

- А надо что-то делать? А что? - с энтузиазмом, достойным лучшего применения, откликнулся Мортимер.

- Ну, ты признался мне в любви, значит, ты готов к построению серьёзных отношений, - строго сказала я, с удовольствием глядя на вытянувшееся лицо Морти, - давай обсудим наше будущее.

- А без серьёзных отношений никак? - восторга в голосе бога как-то заметно поуменьшилось. - Можно, я буду тебя просто любить и получать от этого удовольствие? А серьёзные отношения ты построишь с кем-нибудь другим, а? Вот с Бэйлом, например…

- Ты вообще какого обо мне мнения? - почти искренне возмутилась я. - Я не вертихвостка какая-нибудь, а девушка из приличной семьи, графиня. А ты сначала объясняешься в любви, а потом предлагаешь строить отношения с посторонним мужчиной?

- Да, Мортимер, ты попал, - с абсолютно серьёзным лицом сказал некромант, - признался в чувствах — будь готов сделать предложение руки и сердца.

- Что, вот так вот сразу? - растерялся бог и вдруг оживился. - Кэтрин, знаешь, как мы сделаем? Я сделаю тебе предложение, а ты мне откажешь. Я пострадаю и снова буду кого-нибудь любить. Мне понравилось…

- А чего это я буду тебе отказывать? - выгнула бровь я, вспомнив психологические эксперименты Морти и поняв, что вот он — мой час мести. - Жених ты хоть куда: молодой, красавчик, опять же, если причесать и подстричь, божество к тому же — значит, вряд ли бедный. Прекрасный вариант, как ты считаешь, Бэйл?

- Я не очень молодой, - поспешно ответил Морти, - и не слишком состоятельный, честное слово, Кэтрин! У меня и миров-то всего-ничего: не то три, не то четыре… я точно не помню…

- Ничего, я думаю, что мы справимся с этими мелкими проблемами, - уверенно проговорила я, с удовольствием наблюдая, как Морти лихорадочно пытается что-нибудь придумать, - ведь когда любишь — остальное такая ерунда!

- И вообще, я должен помогать Бэйлу, - вспомнил наконец-то бестолковый бог, - поэтому я никак не могу отвлекаться на всякие мелочи. Прости, Кэтрин, но я не готов к серьёзным отношениям…

- Ну вот, - я тяжело вздохнула, заставив тем самым Мортимера покаянно опустить голову и даже как-то съёжиться, - а я только размечталась…

- А давай ты вместо меня обратишь внимание на Бэйла, - выдвинул свежую идею проштрафившийся Морти, - а я буду просто тебя любить, страдать от неразделённых чувств и что-нибудь ещё делать. Так ведь тоже можно?

- С Бэйлом мы как-нибудь сами разберёмся, - я с трудом подавила улыбку, - ну а ты, так и быть, страдай, но помни мою доброту.

- Спасибо, Кэтрин! – обрадовался Морти. – Ты настоящая будущая королева: мудрая и великодушная!

- Не напоминай, - проворчала я и тихонько покосилась на молча правящего веслом Бэйла, - давай сначала соберём эту злополучную Корону, а потом думать станем.

- Я тогда пойду, да? – Мортимер радостно нам улыбнулся и исчез, чтобы через несколько секунд возникнуть в первой лодке рядом с Кайдилем.

Мы с некромантом молчали, глядя каждый в свою сторону, и я не могла сказать, что это молчание было тягостным или напряжённым: с Бэйлом мне было на удивление комфортно и спокойно.

- Этот ширгей всё ещё бежит за нами? – через некоторое время поинтересовалась я. И Бэйл тут же октликнулся:

- Да куда он денется? Видимо, ему велели проследить наш путь, к тому же, скорее всего, в лесу нас ждала бы засада. Хотя никто не может гарантировать того, что её не окажется и на реке. Мелкие демоны хитры и далеко не глупы, следовательно, вполне могли просчитать и этот вариант нашего передвижения…

Словно в ответ на его слова впереди раздался какой-то шум, и мы увидели, что лодка, в которой плыли Кайдиль и Нэль, стала поворачивать к берегу.

- Что случилось? - встревоженно спросила я, вглядываясь в мрачную тёмно-зелёную стену, высившуюся в каком-то десятке метров от берега, к которому мы причалили, следуя примеру первой лодки.

- Надеюсь, сейчас узнаем, - в голосе Бэйла тоже слышалась определённая напряжённость, - вряд ли они пристали к берегу просто потому что им этого захотелось. Не выходи пока из лодки, Кейт. Мало ли — вдруг придётся срочно удирать.

- От кого? - я вспомнила жутких обитателей леса, с которыми безуспешно пытался подружить меня Морти, и вздрогнула. - Не пугай меня, Бэйл, я и сама боюсь, без твоей помощи.

- Сейчас всё выясним, - честно попытался успокоить меня некромант, легко выпрыгивая из лодки на берег и затаскивая её вместе с сидящей там мной на песок.

- Нэль, в чём дело? - услышала я голос Берта и, несмотря на распоряжение Бэйла, выбралась на берег, пусть и не так лихо и изящно, как это получилось у демона.

- Впереди река перегорожена, - перевёл альв встревоженное щебетание лиура, - нам на наших лодках однозначно не перебраться.

- И кто устроил нам такой сюрприз? - озвучил общий вопрос Фаруз. - Кому так не терпится с нами познакомиться?

- Кайдиль говорит, что, скорее всего, это сделали крайсы. Они обеспокоены тем, что мы так быстро приближаемся к горе, - продолжил Нэль, внимательно всматриваясь в густые заросли, и задумчиво добавил, - Мне не нравится этот лес…

- Мне тоже, - с энтузиазмом поддержала его я, - ужасный лес с отвратительными пауками.

- А ты говорил, что лучше про пауков не упоминать, - громко прошептал Берту возмущённый Морти, - а она сама про них заговорила — и ничего, нормально же!

- Мне — можно, - строго сказала я, - остальным — нет! Понятно?

По хмурому взгляду Мортимера было видно, что оно, конечно, понятно, но не очень. Впрочем, от дальнейшего обсуждения моих фобий нас отвлёк раздавшийся в зарослях шум, заслышав который мужчины слаженно встали рядом и обнажили оружие. Как ни странно, Морти не испарился, как он обычно это делал, а встал рядом с Бэйлом, изображая из себя обычного человека. Меня и Кайдиля оперативно запихнули назад, то ли чтобы защитить, то ли чтобы не мешались под руками.

Тёмные заросли раздвинулись, и на берег вышли, точнее, выскользнули существа, подобных которым за всё время путешествия я ещё не встречала. Красивые, утончённые, я бы даже сказала, одухотворённые лица, длинные волосы, заплетённые в десятки косичек, точёные плечи и изящной формы грудь у женщины и сильные, перевитые жгутами мышц, торсы у мужчин. И вся эта красота где-то на уровне поясницы переходила в длинное, покрытое сверкающей чешуёй змеиное тело и, соответственно, длиннющий хвост.

- Опять змеи, - негромко проговорил, тяжело вздохнув, Берт, - да что ж ты будешь делать! Нет чтобы какие-нибудь привычные волки или лисы, что ли...

Выползшие из чаши существа в количестве трёх штук — ну или как там их правильно считать — не торопились нападать, но и особой симпатии на красивых лицах тоже заметно не было. Я на минутку представила себе, что из упрямства могла бы попробовать не плыть с Бэйлом, а идти через лес самостоятельно, и тут же поняла, что синие и оранжевые паучки — не самая большая неприятность. После встречи с этими существами на их территории я бы точно каких-нибудь частей тела не досчиталась.

- Нэль, а ты не мог бы узнать у Кайдиля, кто это? — подал свежую идею Фаруз, и взгляды змееобразной троицы тут же сосредоточились на нём.

- Попробую, - ответил Нэль и повернулся к Кайдилю, который, побледнев и трясясь, старательно пытался слиться с окружающим пространством, - но не уверен, что он в состоянии мне ответить.

- Я Шер-Граш, - неожиданно низким голосом отозвался один из обладателей змеиных хвостов, - я страж леса. А кто вы, незнакомцы?

- Мы путешествуем, - с готовностью отозвался Нэль, - хотим добраться до Калиура.

- Зачем? - спросил этот Шер-Граш, не сводя с нас внимательного взгляда тёмных, почти человеческих, глаз. - Путники — редкость в нашем мире.

- Говорят, там удивительно красивая гора, на которой стоит древний храм, - вступил в беседу Фаруз, - вот мы и хотим посмотреть на него.

- Как вы попали сюда? - по-прежнему не проявляя враждебности, спросил страж. - И не лгите, я сразу это пойму, а мы не любим лжецов.

С этими словами он так многозначительно посмотрел на нас, что никакого желания проверять, что бывает с теми, кто ему солжёт, не возникло.

- Ну, допустим, это я привёл их сюда, - неожиданно выступил вперёд Морти, - и что с того? Где сказано, что Калирейя закрыта для путешественников?

- Нигде не сказано, - спокойно согласился с ним Шер-Граш, - но и случайно сюда попасть достаточно затруднительно. Значит, что-то привело сюда такую многочисленную компанию.

- Ну я же не спрашиваю тебя о твоих делах, страж, - пожал плечами Морти, и я как-то слегка расслабилась, так как никакого явного опасения бог не проявлял, значит, есть шанс с этими странными не то людьми, не то змеями договориться.

- И правильно делаешь, - кивнул Шер-Граш и, надменно взглянув на Кайдиля, проговорил, - иди, Кайдиль, ты выполнил своё задание и привёл незнакомцев. Можешь забрать свою награду и идти домой.

Я возмущённо посмотрела на маленького лиура, который бочком, не поднимая глаз, посеменил в сторону зарослей, даже не посмотрев в нашу сторону.

- Ты специально привёл нас сюда? - в отличие от меня, Бэйл молчать не собирался и гневно сверкнул глазами в сторону съёжившегося Кайдиля.

- Но ты же сказал, что тебя попросил Мортимер! - воскликнул возмущённый до глубины души коварством маленького лиура Нэль.

- Не сердись на него, альв, - обратился к Нэлю по-прежнему невозмутимый Шер-Граш, - лиур должен был привести любых существ, которые появятся в месте силы. А ваш бог, - тут он посмотрел на Морти, - привёл вас. Значит, именно так развернулся веер судьбы, так пролёг путь. Нам совершенно не важно, кто именно взойдёт на жертвенный камень.

- Куда, простите, взойдёт? - вылезла из-за замершего Бэйла я и с возмущением толкнула локтем Мортимера. - На какой камень?

- На жертвенный, - любезно повторил специально для меня змей и зачем-то пояснил, - для жертвоприношения.

- Ну, Морти, - прошипела я задумавшемуся о чём-то божеству, - ну удружил… Вот сам на этот камень и отправляйся!

- Кэтрин, я правда-правда не знал, - растерянно прошептал Морти, хлопая ярко-зелёными глазами, - вообще ни про какие жертвы речи и близко не было: нужно просто помирить лиуров и крайсов. А про этих я вообще ничего не знаю…про них в Книге ничего не было сказано.

- Простите, - вежливо обратилась я к Шер-Грашу, потому как его спутники упорно хранили молчание, - а вы, собственно, кто такие будете? Смею предположить, что вы не крайсы…

Второй хвостатый при этих моих словах возмущённо зашипел и неожиданно выпустил из ноздрей струйки дыма.

- Ого! - воскликнул непосредственный Нэль. - Вы состоите в родстве с драконами? Очень интересно! А вы позволите задать вам пару вопросов?

- Мне кажется, или вы нас не боитесь? - задумчиво спросил Шер-Граш и посмотрел почему-то на меня.

- Ну как вам сказать, - я вздохнула и, так как друзья молчали, видимо, предоставив сомнительное удовольствие вести переговоры мне, ответила, - мы за последние дни столько всего навидались, что я вам просто передать не могу. И, честно скажу, на общем фоне вы как-то не слишком пугающе выглядите. Надеюсь, я вас не слишком огорчила этим?

Троица обменялась взглядами, и выступающий от их имени Шер-Граш решил уточнить:

- Правильно ли я понял, что вы путешествуете по разным мирам с какой-то конкретной целью?

- Именно так, - кивнула я, радуясь, что мне достался такой сообразительный собеседник, - ваш мир уже… сейчас, дайте подумать… сначала был Шарист с гинзарами, скелетами и странными существами в шкурах, потом этот странный Джесмистан с его кладбищем и исчезающим Блайвилем, а потом ваш. Значит, третий, - сообщила я и задумчиво почесала кончик носа, - надо же, всего третий, а ощущение, что тридцатый… А что не так?

Я настороженно смотрела, как внезапно напряглись наши собеседники, а мои мужчины как-то поплотнее окружили меня, с намёком бряцая оружием. Но змееобразные стражи почему-то не спешили нападать и о чём-то еле слышно пересвистывались. Потом к нам снова обратился Шер-Граш:

- Если это не противоречит твоим убеждениям, назови своё имя, незнакомка, - проговорил он, и в его голосе появилось что-то, отдалённо напоминающее любопытство, - так нам проще будет разговаривать.

- Не противоречит, - не стала упираться я, так как вряд ли они стали бы узнавать моё имя, чтобы съесть. Хотя кто их знает… может, у них принято с едой сначала знакомиться… - меня зовут Кэтрин, для друзей Кейт.

- Кейт, - словно пробуя имя на вкус, проговорил Шер-Граш, - хорошее имя. Ты сказала, что вы были в мире, который называется Шарист.

- Да, - не стала я спорить, - это был первый мир, в который мы попали из своего. Надеюсь, теперь там всё хорошо…

- А что было плохо? - тут же спросил Шер-Граш. - Прости мне моё любопытство, но когда-то очень давно наши предки жили в Шаристе, но потом ушли оттуда, мы уже даже не помним, по какой причине. Знаем только, что они всегда мечтали туда вернуться хотя бы на время. Расскажи нам о нём, и мы подумаем, чем со своей стороны можем вам помочь.

Я оглянулась на друзей, которые, поняв, что нам не угрожает опасность прямо сейчас, слегка расслабились и даже убрали оружие.

- Я так понимаю, что вас интересует та часть Шариста, которая заселена гинзарами? - вежливо уточнила я.

- А что, там живёт ещё кто-то? - искренне изумился мой собеседник, а двое других тревожно засвистели. Я покосилась на Нэля, который внимательно прислушивался, и он успокаивающе мне кивнул.

- Да, когда мы только переместились туда, то попали на пустошь с мёртвыми растениями, которые рассыпались в прах от самого лёгкого прикосновения. А вдалеке стоял полуразрушенный замок, но это вообще отдельная история. Так вот, пока мы соображали, куда нам идти, в тумане появился кто-то, кто явно был не против нами поужинать.

Глаза Шер-Граша сверкнули, и он тут же спросил:

- Вы не видели, кто это был?

- К счастью, нет, - я вспомнила скрежещущий звук в тумане и зябко передёрнула плечами, - и чтобы с этим загадочным существом не встречаться с печальными для себя последствиями, мы убежали в замок. Потом у нас под стеной долго кричал лугулл, но мы всё равно легли спать, а утром нас разбудили гинзары: они приползли из своего города, чтобы забрать нас. Ну, если честно, то меня: им нужно было оживить источник. Понимаете?

- Не очень, - осторожно ответил Шер-Граш, - я не понимаю, зачем им нужна была ты, Кейт. Ты же просто человек, разве не так? Как и тот воин с чистым сердцем.

- Дело в том, - я поковыряла носком сапога песочек на берегу и сказала с тяжёлым вздохом, - я Видящая, хотя и совершенно необученная. Но я смогла увидеть проблему с источником и помогла.

Над песчаной полоской берега, разделявшего реку и лесную стену, повисла тишина: казалось, наши собеседники даже перестали дышать.

- Видящая? - словно не веря самому себе, прошептал Шер-Граш. - Самая настоящая?

- Ну...да, получается, что так, - я слегка растерянно оглянулась на друзей, - а что? У вас какие-то проблемы?

- Здесь не место для серьёзных разговоров, - решительно произнёс Шер-Граш и, пошептавшись со своими спутниками, сказал, - мы вернёмся очень скоро и принесём транспорт для вас. По-другому вы сквозь чащу не проберётесь. Прошу — дождитесь нас здесь. Мы можем оказаться полезными друг другу.

С этими словами Шер-Граш и его так и не проронившие ни слова спутники развернулись и практически беззвучно исчезли в чаще, а мы остались на берегу осмысливать произошедшее.

- Значит, Кайдиль оказался маленьким лжецом, - с досадой проворчал Берт, - а ведь мы ему поверили, он выглядел таким беззащитным!

- Осталось выяснить, актуальна ли ещё необходимость примирения крайсов и лиуров, или и здесь всё, как бы сказать… неоднозначно? - сказав это, Бэйл покосился на задумчивого Морти. - Эй, Мортимер, ничего не хочешь нам прояснить? Что там на вашем божественном уровне об этом известно?

- Вот как ни странно — ничего, - как-то растерянно пожав плечами, ответил Морти, - сказано только, что в Калирейе находится следующая часть короны, и чтобы её добыть, нужно помирить крайсов и лиуров. Всё… больше ничего не сказано…

- А инструкция какая-нибудь не прилагается? - с робкой надеждой поинтересовалась я, в мечтах нарисовав себе схему, на которой стрелочками указано, куда надо пойти, а в пояснениях говорится, что и как конкретно нужно сделать. И в итоге какое-нибудь пособие для будущих королев: как, по каким критериям и признакам выбирать короля.

- Инструкция? Нет… А что это? - откликнулся Морти, с энтузиазмом переключаясь на более безопасную для него тему.

- Это такая бумажка, на которой перечисляются последовательные действия. У господина Шуфеля такая была, когда они раствор для плиток делали: они смотрели и сыпали всего столько, сколько надо.

- Он сразу показался мне подозрительным, этот Шуфель, - мечтательно улыбаясь, сказал Бэйл, - какой же строитель делает раствор по инструкции?

- А как? - тоже с ностальгией вспомнив старшину строителей, спросила я.

- На глазок, как же ещё? Это все знают, - пояснил мне Берт и, вздохнув, задумчиво сказал, - как-то там Шахран поживает? Не голодает?

- Слушай, Бэйл, а ты его сюда вызвать не можешь? - спросила я, представив, как дымный питомец некроманта быстренько наводит порядок, мирит лиуров и крайсов. А кто не хочет мириться — ургейс, как сказал Бэйл, всегда за разнообразие в рационе.

- А меня беспокоит другое, - вдруг сказал Фаруз, и было в его голосе что-то, заставившее нас всех повернуться к другу, - вот смотрите. Этот Шер-Граш сказал, что Кейт человек, как и воин с чистым сердцем. Полагаю, он имел в виду Берта, так как я никогда на такую характеристику даже не претендовал. С Бэйлом всё понятно — он демон, Нэль — альв, Мортимер — вообще бог. Но почему он не сказал, что людей трое? Если люди — Кейт и Берт… то кто я?

Над берегом в очередной раз повисла абсолютная тишина: все пытались осмыслить высказанную принцем мысль.

- Слушай, а может, он просто не упомянул тебя, - первым отмер Нэль, - ну в том смысле, что про Берта сказал, а про тебя просто забыл или не счёл нужным всех перечислять. Ведь может же так быть?

- Может, конечно, - с сомнением в голосе отозвался Фаруз и посмотрел на Мортимера, - слушай, а ты не мог бы по своим… как бы это сказать… по божественным каналам узнать, человек я или нет? Может, спросишь у Флориана, а?

- Ну, спросить-то я, конечно, могу, - почесал в затылке Морти, - не факт, что он мне ответит, но я попробую. Тебе вот прямо сейчас надо?

- Хотелось бы, - усмешка принца получилась какой-то кривоватой, хотя он искренне старался выглядеть бодро, - а то я как-то волнуюсь: вдруг я чего-то о себе не знаю…

- Ха, так это нормально, - Морти махнул рукой и тряхнул неизменно лохматой головой, - вы никто про себя всего не знаете… Ой… ну… я хотел сказать… что всё меняется, да? Всё как-то так вот двигается… потихонечку… помаленечку... А что вы все так на меня смотрите, а?

- Морти, дорогой, - я сделала шаг в сторону насторожившегося божества, - ты ведь меня любишь, правда? Ты сам сказал…

- Ну, люблю, и что? Как это связано с вопросом Фаруза? - Морти отступил на два шага и упёрся спиной в Бэйла, который нежно обхватил его за плечи и вернул обратно. - Мне не нравится то, как вы на меня смотрите. Кейт, призови всех к порядку, иначе я за себя не отвечаю…

- Мы просто хотим, чтобы ты поведал нам, чего мы о себе не знаем, и всё! - я очень ласково посмотрела на насупившегося Мортимера. - И ведь заметь, тебя за язык никто не тянул, ты сам это сказал. Так что, как говорится, сказал «а», говори и «б». В общем, колись, Морти.

- Не могу, - бог отчаянно замотал головой, - вот честное-пречестное слово — не могу, Кэтрин! Вы же не изменились, и раньше вас это совершенно не интересовало, так что теперь не так стало?

- Раньше мы не были в курсе, что чего-то про себя не знаем, - вежливо пояснил ему Берт, - а теперь мы начинаем сомневаться, а это неправильно. Сомневающийся воин — мёртвый воин.

- Мне нужно посоветоваться, - подумав, заявил Морти и растворился в воздухе, оставив нас на берегу речки. И, как ни странно, без него стало как-то непривычно пусто: оказывается, я успела привыкнуть к почти постоянному присутствию этого шебутного божества.

Но долго скучать по исчезнувшему Морти мне не дали, так как на берег из зарослей выскользнули люди-змеи. Они принесли какие-то прозрачные свёртки и положили их перед нами на песок. Первым сунулся к ним любопытный Нэль и, повернувшись к Шер-Грашу, спросил:

- Можно посмотреть?

Тот кивнул и, как мне показалось, с интересом стал наблюдать за тем, как альв аккуратно развернул один из свёртков и с недоумением покрутил его в руках. Это был кусок прозрачной и прочной даже на вид плёнки какой-то странной формы. Таких свёртков было пять, то есть предполагалось, что каждому из нас выдадут по такой вот штуке. Осталось понять, что это такое и как этим пользоваться.

- Это каусты, - с некоторой гордостью сказал Шер-Граш, словно это что-то прояснило. Видимо, он это понял и постарался объяснить, - это такой способ быстро перемещаться. Вы уже через десять минут будете у подножия Храмовой горы. Вам ведь туда надо?

- Да, а как ими пользоваться? - альв с присущим ему детским любопытством рассматривал странные прозрачные свёртки, и у него аж слегка заострённые ушки от нетерпения шевелились. - В них передвигаются по воде?

- Нет, - терпеливо начал объяснять Шер-Граш, - по воде долго, к тому же река впереди действительно перегорожена крайсами, ваши лодки там не пройдут. Через лес вам тоже не пройти: кто-то пробудил орузов, они вас не пропустят

- А орузы — это кто? - поинтересовалась я, запутавшись в местной живности.

- Лучше тебе не знать, Кейт, - торопливо ответил вместо Шер-Граша альв, - ты этих животных не очень любишь…

- Это хищные пауки, - решил всё-таки просветить меня Шер-Граш, - обычно в это время они спят, но кто-то их разбудил, и они теперь злые и голодные.

- Так, быстренько объясняйте, как пользоваться этими вашими штуками, - сказала я, стараясь не впасть в состояние плохо контролируемой паники, - и давайте побыстрее уберёмся от леса, где водятся такие чудовища. Пожалуйста!

- Кейт боится пауков, - объяснил слегка растерявшемуся Шер-Грашу Берт, - а их тут у вас как-то слишком много.

- Тогда, конечно, каусты — это единственный вариант, - согласился человеко-змей. - Мы их сейчас надуем, а как только приползёт гормм, сразу и отправимся.

- А кто такой гормм? - спросила я, протягивая руку к одному из прозрачных свёртков.

- Гормм — ну, он очень большой и очень быстрый, - начал объяснять Шер-Граш, - он вас доставит к подножию горы за несколько минут.

И тут я задумалась: а как этот загадочный гормм передвигается, если, во-первых, доставит нас через этот жуткий лес к горе, а во-вторых, сделает это так быстро?

Видимо, этим вопросом задалась не только я, так как на лицах мужчин появилось задумчивое выражение, смешанное с некоторой неуверенностью.

- Он летает? - помолчав, выдвинул свою версию альв, и я подумала, что с высоты, наверное, лес должен выглядеть очень красиво.

- Почему ты так решил? - удивился Шер-Граш, а его молчаливые спутники улыбнулись. - Он ползает, но не по земле, а под ней. У него там целая система ходов… туннелей, - помолчав подобрал он нужное слово.

- Под землёй? - тут не выдержал даже Бэйл. - Простите, но как же мы там будем? Нам нужен воздух, без него мы даже обещанные несколько минут не продержимся.

- Для этого и нужны каусты, - как о чём-то само собой разумеющемся сказал Шер-Граш. - Их наполняют воздухом, потом гормм их берёт и протаскивает по своему ходу. Когда вы будете на месте, то просто разрежете каждый свой кауст и всё. Дальше можете идти в гору.

- А как он возьмёт эти… каусты? - изо всех сил борясь с дурными предчувствиями, спросила я. - У него есть руки? Лапы?

- Нет, конечно, - Шер-Граш посмотрел на меня, как на сумасшедшую, - как бы он с руками двигался под землёй? Он их глотает.

- Он с ними что делает?! - я оглянулась на друзей и увидела на их лицах такое же незамутнённое изумление. - В каком смысле?

- В самом прямом, - змеи-люди с недоумением переглянулись, - а потом выплёвывает. Да вы не бойтесь, - Шер-Граш улыбнулся, - мы сами так путешествуем, когда нам нужно срочно куда-нибудь переместиться. Наш гормм совсем ручной, безобидный…

- Я не хочу, чтобы меня глотали, - я чувствовала, как внутри медленно и верно разрастается истерика, - хоть с каустом, хоть без него. Я отказываюсь…

- Но, Кейт, - кажется, Нэля ничуть не пугала перспектива быть проглоченным, хоть и на время, каким-то горммом, наоборот, от чуть не подпрыгивал от нетерпения, - в лесу хищные пауки, а река перегорожена, и в ней зубастые негостеприимные рыбы. У нас просто нет выбора.

Я посмотрела на невозмутимого Бэйла, решительного Фаруза, приплясывающего от нетерпения Нэля и мечтательно улыбающегося Берта. Интересно, их что, вообще не смущает перспектива такого экстремального путешествия?

Тут в ближайших кустах зашуршали ветки, вспучилась земля, и на поверхность высунулась жуткая морда здоровенной твари, напоминающей огромного червя. Серо-стальной, с двумя большими глазами неожиданного красивого фиолетового цвета, он смотрел на нас с искренним любопытством.

Шер-Граш подполз к нему и ласково потрепал по чешуйчатой шкуре, на что гормм отозвался басовитым урчанием.

- Это он, я правильно понимаю? - я отступила на два шага от урчащего, как гигантский кот, гормма. - Очень милый, несомненно, но я категорически не согласна в него лезть. Я не готова погибнуть в расцвете лет в желудке этого симпатичного кому-то существа…

- Гормм не ест людей, - удивлённо ответил Шер-Граш, - он питается ягодами, травой, насекомыми… И я уже говорил, что он совершенно безобидный и ручной.

- Нет, - я решительно села на песок, влажный от близости воды, но мне было уже абсолютно наплевать на такие мелочи, - вот это без меня, я вас тут подожду, хорошо? Вы сбегаете… сползаете… в общем, сходите к горе, всех помирите, заберёте камни и вернётесь. А я тут вот в пещерке поживу, ладно?

- Кейт, - в голосе Берта слышалось искреннее сочувствие, - а если нам портал в следующий мир, последний, кстати, откроют прямо там, и мы не сможем за тобой вернуться? Ты готова навсегда остаться в этой… забыл… красивое такое название…

- Калирейя, - подсказал ему Нэль, - согласен, очень мелодично звучит.

- Так вот, - продолжал Берт уговаривать меня, - ты хочешь навсегда остаться в Калирейе? С хитрыми лиурами, коварными крайсами и пауками, которые тут, как сказал бы твой кавалер Морти, в ассортименте…

- Не хочу, - согласилась я и почувствовала, что по щеке пробежала слезинка, - но чтобы меня глотали, тоже не хочу!

- Ого! Какая зачётная змеюка! - материализовался возле меня Мортимер, которому я обрадовалась как родному. - А она вам зачем?

- Морти! Как замечательно, что ты вернулся! - я вскочила с песка и повисла на шее у абсолютно ошалевшего от происходящего божества. - Ты моя последняя надежда!

- Она укусила Кэтрин? - аккуратно отдирая меня от себя, спросил Морти почему-то Шер-Граша. - Нет? Тогда что случилось? Почему Кэтрин на меня вешается, в смысле, со мной обнимается? Нет, не подумайте ничего такого, я не против, даже наоборот! Я просто хочу понять — почему?

- Она не хочет путешествовать в гормме, - пожал плечами явно уже начавший уставать от безрезультатного общения с нами Шер-Граш, - хотя мы принесли каусты, и вообще это совершенно безопасно.

- Ух ты! - Морти наконец-то удалось отлепить от себя меня, и он во все глаза рассматривал гормма. - А как в нём путешествуют?

- Есть такая штука — кауст, - вместо уставшего от моих слёз Шер-Граша начал объяснять Бэйл, - его как-то надувают, туда забирается человек, и вот этот гормм его глотает, чтобы через несколько минут путешествия под землёй выплюнуть уже в конечной точке маршрута.

Морти замер памятником самому себе, пытаясь осмыслить всю необычность такого путешествия, а потом его глаза вспыхнули таким неподдельным восторгом, что он мгновенно напомнил мне Нэля. Видимо, не просто так Мортимер всё время выбирает себе образ подростка. Мальчишка и есть: хоть божество, хоть нет.

- И вы хотели отправиться в такое путешествие без меня?! - он с упрёком перевёл взгляд с Бэйла на Нэля и потом на остальных. - Да я бы вам в жизни этого не простил! Кэтрин, а что тебя не устраивает-то? Смотри, какой он шикарный!

С этими словами Морти без малейшего опасения почесал гормма где-то в районе загривка, и урчание стало громче и басовитее.

- А ты не догадываешься, что меня не устраивает? - я с упрёком посмотрела на это бессердечное существо. - Что, вариантов совсем нет? То есть то, что он нас проглотит, тебя совершенно не смущает?

- Меня? Нет, конечно! - Мортимер обошёл торчащую над землёй часть гормма со всех доступных сторон, восторженно прищёлкивая языком.

Тем временем Нэль, переглянувшись с Бэйлом, подошёл к Шер-Грашу и стал негромко договариваться с ним о чём-то. На меня они старались не смотреть, что наводило на определённые размышления, но углубиться в анализ действий друзей я не успела, так как меня отвлёк Морти.

- Кэтрин, а давай ему наловим какой-нибудь живности на перекусить? - бог просто фонтанировал идеями, одна другой креативнее. - Тогда он точно будет очень аккуратен и вежлив. Верно, приятель?

- Это ты мне предлагаешь? - я всматривалась в жизнерадостную физиономию Морти, пытаясь понять: это он так изощрённо надо мной издевается?

- Тебе, - кивнул бог лохматой головой, - я паучков наловлю, а ты каких-нибудь бабочек. Он ест бабочек и пауков? - обратился он к Шер-Грашу и его спутникам, но, так как главный змее-человек был занят беседой, нам ответил его спутник. Честно говоря, я уже думала, что во всей этой компании только Шер-Граш умеет разговаривать.

- Наверное, - он пожал плечами, - честно говоря, мы никогда не кормили горммов, они как-то сами справлялись.

- Это в корне неправильный подход, - важно сообщил им Морти, - животных надо любить, а значит — кормить.

- Морти, а ты представляешь, сколько такому… такому… в общем, сколько ему надо насекомых? Ты где собрался столько пауков взять? И где предлагаешь мне наловить такое количество бабочек?

- Ну вот смотри, - Морти замысловато щёлкнул пальцами, и возле него возник мешок, в котором кто-то бодро шевелился, - допустим, вот пауки…

- Целый мешок?! - я с визгом отпрыгнула куда подальше, и это подальше неожиданно оказалось возле самого гормма, который проурчал мне что-то явно успокаивающее. - Мортимер, ты смерти моей хочешь? Сейчас же убери!

- Да ладно тебе, Кэтрин, они же в мешке, - махнул рукой Морти и обратился к гормму, - приятель, ты пауков любишь?

Гормм задумчиво хлопнул фиолетовыми глазами и, облизнувшись неожиданно длинным языком, дал понять, что против пауков в гастрономическом плане ничего не имеет.

Морти потянулся к горловине мешка, а я поняла, что очередной обморок не за горами, но ко мне подошёл Фаруз, который бесстрашно загородил меня от Мортимера с его очередным убойным экспериментом.

- Ничего не бойся, Кейт, - сверкнул белозубой улыбкой принц и протянул ко мне руку.

Я хотела ответить, что уже устала бояться, но дневной свет вокруг внезапно померк, и, когда я открыла глаза, рядом не было ни реки, ни берега, зато была уходящая куда-то ввысь гора, а вдалеке темнел густой лес.

Медленно поднявшись на ноги, я ущипнула себя за руку и сразу же зашипела от боли, так как щипнула от души. Друзья смотрели на меня виновато, но я была им искренне признательна: я уже поняла, что Фаруз отключил меня, и в этом чудесном бессознательном состоянии меня и оттранспортировали к горе.

- И как оно? - хмуро спросила я Бэйла, который стоял ко мне ближе всех. - Покатались?

- Кэтрин, ты себе не представляешь! - отозвался вместо некроманта Морти. - Мы все забрались в каусты, наполненные воздухом, потом гормм открыл такую здоровенную пасть и аккуратненько так нас языком туда затащил. Закрыл пасть, и потом нас как тряхнуло, как подкинуло! А потом, совсем скоро, он открыл пасть и так же осторожно всех нас вытащил на землю. И уполз…

- То есть он вас не глотал? - въедливо уточнила я. - Просто в пасть забрал?

- Ну да, - кивнул всё ещё переполненный впечатлениями Морти, - ты представляешь, какая это пасть?! Красотища!

- Не представляю и, что характерно, не хочу, - я помотала головой и повернулась к Фарузу, который смотрел на меня с некоторым опасением. - Огромное тебе спасибо, Фаруз! Думаю, поездка в гормме — это те воспоминания, без которых я совершенно спокойно обойдусь.

- Интересно, а эта дырка в земле скоро зарастёт? - задумчиво спросил неизвестно у кого Берт, глядя на оставленную горммом здоровенную яму.

- Вы испортили наше поле, - неожиданно прозвучал сзади скрипучий неприятный голос, - с вас сто золотых.

Мы повернулись все разом и увидели невысокое, ростом примерно мне по плечо, существо, похожее на человека, но отличающееся от него наличием хвоста, небольших острых рожек и красными внимательными глазками.

- Ваше поле? - вежливо переспросил Берт. - И чем же мы его испортили?

- Оно было ровное, а теперь на нём здоровенная дыра, - сварливо отозвалось существо, в котором я с полным на то основанием подозревала представителя тех самых крайсов, о которых мы столько слышали.

- Прости, любезнейший, - совершенно не смутившись продолжил Берт, - а как ты докажешь, что это поле ваше?

- Не собираюсь я ничего доказывать, - недовольно махнул хвостом крайс, - просто заплатите нам сто золотых и проваливайте куда хотите.

- Так не пойдёт, - покачал головой Берт, а мы предусмотрительно не влезали в разговор, поскольку, раз уж обычно молчаливый северянин взялся вести переговоры, значит, он наверняка знает, что делает, и мы можем только помешать.

- Почему? - злобно сверкнул красными глазками крайс.

- Денежки, они счёт любят, - нравоучительно ответил Берт, - не могу же я отдать такую сумму, согласись, немаленькую, неизвестно кому.

- То есть у тебя есть сто золотых? - в глазках крайса загорелся алчный огонёк. - И они у тебя с собой?

- Сначала докажи, что это ваше поле, - невозмутимо стоял на своём Берт, - может, ты хочешь нас обмануть?

- Я? - крайс возмущённо закатил глазки и с упрёком посмотрел на Берта. - Да как ты мог так обо мне подумать!

- Значит, у тебя есть доказательства того, что поле принадлежит вам?

- Конечно! - крайс подобрался поближе и доверительно прошептал. - У меня есть разрешение на владение этим полем и всеми соседними полями.

- И кем оно подписано? - Берт прищурился. - Мне нужно, чтобы это была подпись кого-то очень важного. Всё-таки не про мелочь говорим — про целых сто золотых!

- О, ты даже не представляешь, кем оно подписано! - проговорил крайс, оглядываясь. - Настоящим принцем!

- Принцем? - Берт коротко взглянул в нашу сторону и едва заметно качнул головой. - Самым настоящим?

- Ну а какие ещё бывают принцы? - снисходительно ответил крайс, свысока взглянув на Берта. Как ему это удалось при его скромном росте, я так и не поняла, но выглядел он очень солидно.

- Принцы, знаешь ли, какие только не бывают, - вздохнув, пожал плечами Берт, уже который день имеющий удовольствие путешествовать по всяким сомнительным местам в компании трёх принцев и постоянно присоединяющегося к ним божества.

- Наш самый настоящий, всем принцам принц, - уверил Берта крайс и ещё раз уточнил, - а у тебя точно есть сто золотых?

- Есть, конечно! - Берт похлопал себя по карману и тряхнул вещевым мешком. - Во всём должен быть порядок: сейчас убедимся, что поле ваше, тогда и заплачу, раз уж это наш гормм его испортил…

- Никуда не уходи, - велел крайс и одним длинным прыжком скрылся в густых кустах.

- Мы когда воевали, - пояснил нам Берт, - часто вытаптывали поля крестьян, и я несколько раз слышал, как командиры улаживали эти вопросы.

- Спасибо тебе, - Нэль улыбнулся северянину, - мы бы так точно не смогли, непременно ввязались бы в ссору, а этот мелкий прохвост, судя по всему, именно этого и добивался.

- Интересно, - Бэйл задумчиво переглянулся с Морти, - это какой же принц и что им подписал? Высшие демоны отродясь мелким ничего не стали бы не то что подписывать, они вообще не стали бы с ними разговаривать.

- Может, тот, кто сел на трон после тебя? - аккуратно, стараясь не задеть чувств некроманта, спросила я. При этих моих словах Бэйл и Мортимер переглянулись и синхронно фыркнули, выражая своё отношение к моему предположению.

Тут зашуршали кусты, и из зарослей выскочил крайс, сжимая в лапе какой-то мятый пергамент. Он издали показал его Берту и заявил:

- Вот документ, который подтверждает наше право владеть этой землёй, так что отдавай деньги, верзила.

- Дай-ка я посмотрю, - протянул руку Берт, - чья там подпись, говоришь?

- Принца! - крайс поднял когтистую лапу. - Самого Аш-Рибэйла!

Над полем повисла абсолютная тишина, нарушаемая только шуршанием какой-то живности в кустах, и мне совершенно не хотелось выяснять — какой именно.

- Кого? - в голосе Фаруза было столько искреннего, чистейшего изумления, что крайс перестал размахивать пергаментом и прищурил наглые глазки.

- Что, даже ты слышал о великом принце демонов?

- Не без этого, - Фаруз кашлянул и растерянно покосился в сторону замерших Бэйла и Мортимера, - я бы даже сказал, что имел удовольствие быть лично знакомым.

- Ври да не завирайся, - крайс оскалился, показав очень мелкие, но явно острые зубы, - станет принц с каким-то бродягой знакомиться.

- А вы-то откуда такое разрешение добыли? - Бэйл сделал шаг вперёд и нахмурился. - Аш-Рибэйл отрёкся от престола, причём очень давно… Так что кто здесь врёт — это большой вопрос.

- А это разрешение хранится давно, и вообще, принц нам подарил этот мир, - оскалился крайс, - а некоторые тут недовольны.

- Этот мир подарил вам принц Аш-Рибэйл? - у меня сложилось впечатление, что Бэйл растерялся. - И давно он это сделал?

- А тебе-то что за дело? - чуть не зашипел в его сторону крайс. - Отдавайте золотые и проваливайте.

- А скажи, что будет, если мы их не отдадим? - высунулся из-за напряжённо что-то обдумывающего некроманта неугомонный Морти.

- Ничего не будет, - противно хихикнул крайс, - и никого…

Как только он произнёс эти слова, на свободное пространство слаженно вышло десятка три крайсов, вооружённых острыми пиками и какими-то сетками, по которым пробегали светло-жёлтые искорки.

- Дай мне бумагу, - сказал Бэйл, и мне захотелось вжаться в землю, столько силы и ледяного презрения было в его голосе, - и не вздумай сбежать.

- Да ты кто такой-то? - снова продемонстрировал зубы крайс. - Ещё один бродяга? Мы тебя в наш мир не звали, так что отдавайте деньги и проваливайте.

- Так ты меня не узнал? - негромко, даже как-то ласково спросил Бэйл, делая мягкий, плавный шаг в сторону крайсов.

- С чего мне тебя узнавать? - мелкий демон не дрогнул и даже начал каким-то замысловатым образом раскручивать в руке мерцающую сетку.

- А так? - рыкнул некромант, выпрямляясь и становясь заметно выше. Мы отступили, и я с каким-то восторгом, смешанным со страхом, смотрела, как за спиной Бэйла медленно проявились и развернулись чёрные крылья, а татуировка плюща засияла мертвенно-зелёным пламенем. Он развёл руки в стороны и, запрокинув голову, издал промораживающий до костей рык, от которого захотелось спрятаться куда угодно, лишь бы подальше.

- Аш-Рибэйл… - узкие глазки мелкого демона стали круглыми, и затем он сам, а за ним и все остальные крайсы повалились на колени.

- Смотри, как хорошо упали, - Морти подошёл к не поднимающим от земли головы крайсам, - кучненько так, как будто тренировались долго. Осталось выяснить, кто им подписал тот пергамент, который мы видели, да и можно убирать.

- В каком смысле — убирать? - не поняла я и посмотрела на безмятежного Мортимера.

- В самом прямом, - любезно пояснил мне бог, подмигивая, пока крайсы его не видели, - кому они тут нужны?

- Ну, не знаю, может, для равновесия или ещё чего-нибудь такого? - крайсы, конечно, симпатии не вызывали, но и вот так вот, как Морти сказал, тоже неправильно. Даже если он просто пошутил в своей неповторимой манере.

- Поднимись, - пророкотал Бэйл, толкнув носком сапога ближайшего к нему крайса, - и дай мне пергамент.

Один из крайсов тут же вскочил на ноги и, не смея взглянуть Бэйлу в глаза, с поклоном протянул ему мятый и даже заляпанный чем-то старый пергамент.

Мы все подошли к Бэйлу, который по-прежнему пугал окружающих чёрными крыльями и горящей татуировкой, но нам после всего пережитого было почти всё равно: ну крылья, ну плющ светящийся… дело житейское, как говорится. Некромант развернул пергамент и задумчиво посмотрел на подпись. Затем прищёлкнул пальцами, и на крайсов словно упала тень.

- Ни к чему им слушать, о чём мы станем говорить.

- Ну что? - не выдержал любопытный Нэль. - Это твоя подпись?

- Похоже, конечно, - Бэйл покрутил пергамент, зачем-то перевернул его, понюхал, чуть ли не на зуб попробовал. - Но я не припоминаю, чтобы дарил кому-то миры, к тому же это, согласитесь, не совсем в моей компетенции. Но подпись, очень похожая на мою, заверена магически.

- А дай посмотреть, - Морти заглянул некроманту через плечо и задумчиво почесал в затылке, - ну надо же…

- Мне одному кажется, что тебе есть, что нам рассказать, Мортимер? - прищурившись, спросил Фаруз, а Бэйл, рыкнув, взмахнул крыльями, подняв пыль.

- Ты что, подарил крайсам мир, прикрываясь моим именем? - в голосе Бэйла был даже не гнев, а какое-то усталое удивление.

- Слушай, это было так давно, - Морти выглядел искренне расстроенным, - я даже не помню, почему я это сделал. Вот веришь, пока я не увидел этот пергамент, я даже не дрогнуло ничего: вот вообще никаких ассоциаций не возникало. Если совсем честно, то я абсолютно этого не понимаю. Но знак стоит мой… Но ведь не мог же я забыть, что подарил целый мир? Или мог?

- А им никто не мог воспользоваться? - спросила я, прекрасно понимая, что в данный момент Морти не притворяется и не играет — он действительно не помнит. - Я имею в виду: твоим знаком никто не мог отметиться вместо тебя?

- Мне надо подумать, - растерянно ответил Морти, утратив вдруг всю свою здоровую наглость и обаятельную бесшабашность, - а вдруг это старость, а? И у меня начинаются провалы в памяти?

Он нервно начал ходить по полю, бормоча что-то под нос, потом кинулся ко мне:

- Кейт, пожалуйста, посмотри, вдруг у меня появились седые волосы? - он подставил мне свою лохматую голову. - Тогда срочно нужно что-то делать!

- Морти, опомнись, какие седые волосы? - я отпихнула от себя нечёсаную шевелюру. - Ты в образе подростка, забыл? А в твоём основном облике у тебя седых волос не может быть по определению — у тебя шкура, даже гривы нет.

- Гривы… нет гривы… - внезапно замер на месте Морти. - А ведь я вспомнил: этим миром очень интересовался Вирджил. А так как мы оба издавна покровительствуем демоническим кланам, он вполне мог воспользоваться моим знаком, когда я отвлекался… на что-нибудь…

- У меня всего один вопрос, - помолчав, сказал Фаруз, - Вирджилу это зачем? С какой целью он мог отдать крайсам мир, но не от себя, а от имени Бэйла? Да ещё и заверить твоим магическим знаком? Смысл в этом есть хоть какой-то?

- Есть, конечно, - махнул рукой огорчённый Морти, - вот смотри: мир населён лиурами, людьми-змеями, всякой живностью. И в него переселяют воинственных крайсов, да ещё и убеждают их, что им этот мир подарили. Неизбежен конфликт, правильно? А кто в конфликте виноват? Принц Аш-Рибэйл и его покровитель, то есть я. А потом именно в этот мир помещают деталь Короны Короля, прекрасно зная, что добраться до неё будет почти невозможно.

- А что, Вирджил тоже за кого-то болеет в вашем… тотализаторе? - поморщившись, спросил Берт. - Флориан продвигает Фаруза, ты — Бэйла, а он кого?

- Он никого, как ты выразился, не продвигает, он зритель, но его могли попросить, - вздохнул Морти, - там такие интересы затронуты, что вам лучше не знать, уж поверь мне.

- Да как-то не нравится мне быть пешкой в чьей-то игре, - хмуро откликнулся Фаруз, - чувствую себя букашкой какой-то…

Я была с ним абсолютно согласна, мне тоже всё это не нравилось, и я, пользуясь случаем, решила пожаловаться:

- Вы своих покровителей хотя бы в лицо знаете, а мой вообще сидит где-то и носа не кажет, словно меня и нет вообще. Разве так честно? Один Морти за всех отдувается…

- Слушайте, давайте с крайсами что-нибудь решим, а то они так носами в землю и лежат, - вернул нас к насущным проблемам сердобольный Берт.

- Это Бэйлу решать, - Морти посмотрел на сурового некроманта, - какую компенсацию за грубость он с них потребует?

- Встаньте, - рыкнул Бэйл, убрав туман, и крайсы мгновенно вскочили на ноги, преданно уставившись на принца своими красными глазками, - вы понимаете, что провинились?

- Понимаем, - поклонился, видимо, старший, практически коснувшись рогами травы, - мы не узнали тебя, великий Аш-Рибэйл, и были непозволительно грубы. Как мы можем искупить свою вину?

- Я прощу вас, - начал Бэйл, и крайсы снова упали на колени, - но вы должны будете оправдать моё доверие.

- Мы выполним всё, что велит великий Аш-Рибэйл, - с явным облегчением проговорил старший крайс, - что нужно сделать?

- Я уйду на какое-то время, - в глазах крайса мелькнуло неприкрытое облегчение. Видимо, восхищаться своим обожаемым Аш-Рибэйлом они предпочитали всё-таки изредка и издали, - а когда я вернусь, в Калирейе должны царить мир и согласие. Можете не любить друг друга, никто не заставляет, но я требую мирного сосуществования. Я вернусь и проверю: спрошу у всех, и если хоть кто-то пожалуется….

Тут Бэйл снова распахнул крылья, а рядом с ним внезапно выросло чудище, которое мы уже имели счастье видеть: шипастый хвост с жалом на конце, лоснящаяся чешуйчатая шкура, гребень и небольшие рога над жуткой мордой.

Увидев эту красоту, крайсы впали в состояние, близкое к экстазу, и снова повалились на колени.

Пару раз хлестнув мощным хвостом по траве и издав леденящий кровь вой, чудище, в которое превратился Мортимер, снова, как и в своё время в нашем дворе, просочилось под землю и там растворилось совершенно загадочным образом.

Крайсы, находящиеся в шоке от одновременного явления великого принца Аш-Рибэйла и демонического божества, осторожно приподняли головы и вопросительно уставились на Бэйла.

- Вставайте, - милостиво кивнул им некромант, - вы слышали мою волю, а явление Мортимера показало вам, что и бог-покровитель на моей стороне и поддерживает моё решение.

- Мы запомним этот день, - с фанатичным блеском в глазах сказал один из крайсов, - и детям расскажем, а они — своим детям…

- Непременно, - кивнул Бэйл, сворачивая крылья и возвращая себе привычный образ, - а сейчас я хочу, чтобы вы провели меня и моих спутников туда, где горит зелёный огонь.

- Ты хочешь посетить пещеру предков ормов, принц? - с суеверным ужасом спросил ещё один крайс.

- А что с ней не так? И кто такие ормы? - рискнула я влезть в беседу высоких переговаривающихся сторон.

- Мы победили ормов, - сообщил старший крайс, дождавшись милостивого кивка Бэйла, - но на гору мы так и не смогли забраться. И почему ты спрашиваешь, кто такие ормы? Разве вас сюда доставил не их ручной зверь?

- Разумеется, - кивнул Бэйл, сделав мне знак, чтобы я не вмешивалась, и спокойно глядя на крайса, - и да, я хочу посетить это место, но мне никогда не была интересна дорога туда, - в голосе некроманта просвечивало совершенно неприкрытое высокомерие, но, похоже, именно этого крайсы от него и ждали.

- Мы можем довести принца Аш-Рибэйла, - в хрипловатом голосе крайса слышались одновременно восторг и опасение, - но мы не можем гарантировать его безопасность. Ормы коварны и хитры…

- Это ты мне об этом говоришь? - холода в голосе Бэйла было столько, что хватило бы заморозить пару небольших озёр. - Ты сомневаешься в чём-то?

- Прости, принц, - в очередной раз рухнул на колени крайс, - ты велик и могуч! Мы не смеем сомневаться!

- К тому же, как-то мне кажется, не вам говорить о коварстве и хитрости, - проворчал Берт, а я согласно кивнула.

- Когда ты хочешь пойти, великий Аш-Рибэйл? - крайс предпочёл сделать вид, что не расслышал слов Берта, но бросил на него крайне недружелюбный взгляд.

- Прямо сейчас, - решительно сказал Бэйл, оглянувшись на нас и не увидев никаких возражений.

Мне, например, уже успела изрядно поднадоесть эта Калирейя с её сложными внутриполитическими отношениями, горммами и зубастыми рыбами. Хотелось уже поскорее забрать изумруды и пойти в последний мир, добыть там сапфир и домой!

- Здесь недалеко, - поднялся с земли крайс и, посмотрев на соплеменников, радовавших окружающих рогами разной степени кривизны, хвостами и красными глазками, в которых положительные эмоции появлялись только тогда, когда они смотрели на Бэйла. Вот уж поистине — демоническая иерархия в полный рост.

- Пойдёмте уже, - Фаруз потянулся, небрежно поправил меч, искоса поглядывая на крайсов, - а то так и стемнеет скоро…

- Я сам провожу великого Аш-Рибэйла, - вышел вперёд тот крайс, который изначально хотел стребовать с нас сто золотых, - здесь совсем рядом.

Нас он демонстративно игнорировал, обращаясь исключительно к Бэйлу, но не могу сказать, что кого-то из нас это сильно опечалило: не задевает, и ладно!

Остальные крайсы поднялись с колен и беззвучно растворились в окружающем лесу, а мы вслед за нашим провожатым направились в сторону горы, белоснежная вершина которой терялась где-то в облаках. Но, насколько я поняла, нам нужна была пещера, вход в которую был виден даже отсюда.

К горе вела неширокая и на удивление хорошо утоптанная тропа, которая пыльной лентой вилась по только ей ведомому принципу: то сворачивая в густые и довольно колючие кусты, то делая петлю и возвращая нас чуть ли не к началу пути. Через полчаса я стала хмуро посматривать на крайса, подозревая, что он из вредности водит нас кругами. Хотя вряд ли он рискнул бы так экспериментировать с «великим Аш-Рибэйлом», а с другой стороны — кто их, этих мелких демонов, знает? Может, у них начисто отсутствует чувство самосохранения…

Наконец-то минут через десять тропа снова заложила крутой вираж и внезапно вывела нас к зияющей пасти здоровенной пещеры. Как это произошло, я так и не поняла: вход в пещеру был виден ещё с того места, где нас выплюнул гормм — всё-таки как хорошо, что я этого не помню! - но мы совершенно точно не поднимались, наоборот, мне всё время казалось, что тропа ведёт куда-то вниз. Как можно было, идя вниз, оказаться наверху? К тому же, хоть мы и находились практически у подножия, но до отверстия в горе было шагать и шагать, а мы добрались меньше чем за час.

Я быстро посмотрела на своих спутников и увидела, что кроме Берта удивлённым не выглядит никто. Подобравшись поближе к Нэлю, я шёпотом спросила:

- А как мы так быстро добрались? И ведь мы же шли всё время куда-то вниз, разве нет?

- Кейт, какая ты смешная, - улыбнулся альв, а я постаралась не обидеться: это они к магии с детства привычные, а у меня и так который день всё кувырком, - крайс провёл нас скрытыми тропами. Понимаешь?

- Это как я, когда по призрачному мосту шёл, что ли? - уточнил прислушивавшийся к нашему разговору Альберт. - Я тогда тоже за полчаса всю Истралию с севера на юг прошёл.

- Да, именно так, - кивнул альв, довольный, что хотя бы Берту ничего объяснять не надо, - понимаешь, Кейт, магические потоки…

- Не объясняй, - я зажала уши руками, - я всё равно не пойму, только почувствую себя необразованной сельской девицей.

- Ты принцесса, будущая королева, ты забыла? - по-доброму усмехнулся Альберт. - Тебе же Пчиххельс тогда объяснял…Так что побыть простой сельской девицей уже не получится…

- А жаль, - искренне вздохнула я, заметив сочувствующий и слегка насмешливый взгляд Бэйла, - так было спокойно и мирно, а ведь я ещё имела наглость жаловаться на то, что у меня много хлопот! Не знала я, что такое — много…

Разговаривая подобным образом, мы дошли до входа в пещеру, откуда ощутимо тянуло… хотелось бы сказать, что свежестью… но нет — тянуло сыростью и чем-то чрезвычайно неприятным.

Дойдя с нами до провала в сплошной скальной породе, крайс остановился и, по-прежнему глядя исключительно на Бэйла, проговорил, нервно посматривая в сторону тёмного провала:

- Это вход в пещеру предков ормов, принц Аш-Рибэйл. Ты уверен, что тебе нужно туда идти? Мы не сомневаемся в твоей силе и доблести, так как знаем, что сильнее тебя никого нет, но ормы владеют странной магией, они хитры и способны на предательство.

Мне так и хотелось высказаться по поводу того, что, судя по словам крайса, на ложь и хитрость способны все вокруг, кроме них, разумеется.

- Когда нам ждать тебя снова, - крайс опустил голову, но я заметила хитрый блеск красных глазок. К счастью, его заметила не только я, потому что Бэйл, сурово нахмурившись, ответил:

- Не думаешь ли ты, что я должен сообщать тебе о моих планах? Вы должны быть готовы к моему появлению в любой момент. И помни: залог вашего благополучия и нормального существования — в беспрекословном исполнении моих распоряжений. Мир и спокойствие в Калирейе — ваша главная задача. Ну а если ослушаетесь, то Мортимеру совершенно не сложно будет отправить вас в какой-нибудь пустой и мёртвый ледяной мир.

Крайс молча поклонился и, повинуясь жесту Бэйла, быстро удалился по странной тропинке, а мы молча уставились на вход в пещеру.

- Только мне не хочется туда идти, или вас тоже не слишком тянет? - я старалась говорить равнодушно, но получалось откровенно плохо, это слышала даже я сама. - Нам обязательно туда лезть?

- Ты же сама понимаешь, Кейт, что этого не избежать, - успокаивающе улыбнулся Нэль, но особой уверенность в его голосе я почему-то не услышала.

- Не знаю, как ты, а я слова про то, что им нужны кандидаты на жертвенный камень, прекрасно помню, - я всячески оттягивала момент, когда нужно будет оставить солнечный день, едва начинавший склоняться к вечеру, и войти под сырые мрачные стены.

- Мы все их помним, - Берт подошёл сзади и положил руку мне на плечо, - ничего не бойся, Кейт, всё будет хорошо!

- Откуда ты знаешь? - спорить я продолжала больше из упрямства, чем в надежде услышать внятный ответ, но Берту удалось меня удивить.

- Просто знаю, - мягко улыбнулся он и многозначительно вздохнул, - поэтому не переживай, Кейт, всё обойдётся, поверь.

- Берт, мне не нравится ход твоих мыслей, - в груди как-то нехорошо заныло, - быстро признавайся, что ты намечтал! Я же вижу, я же чувствую!

- С чего это ты взяла? - очень натурально удивился Берт, но я уже догадалась, что наш Мечтатель наверняка намечтал, что он пожертвует собой ради всех и тем самым останется в памяти потомков. Знаю я его возвышенную натуру…

- Так, быстро размечтывай обратно! - я загородила ему путь, уперев руки в бока и приняв, как называла это тётушка Маргарет, «позу злой кухарки».

- Что у вас тут произошло? - подошёл слегка осунувшийся после превращений Бэйл. - Чего шумим?

- Кейт с чего-то взяла, что я задумал что-то ужасно глупое, и не пускает меня дальше, - удивлённо пожал плечами Альберт, - наверное, просто переволновалась, как ты думаешь?

- А ты задумал? - прищурившись, спросил Бэйл, пристально глядя на северянина, и тот, не выдержав, отвёл взгляд.

- Я хотел, - помолчав, сказал он, глядя себе под ноги, - чтобы Кейт стало полегче, а то всё время ей сложности достаются, да и вам непросто. Пока только мы с Нэлем, можно сказать, прохлаждаемся. Но ведь совершенно не факт, что то, о чём я думал, произойдёт именно здесь и именно сейчас.

- Не факт, - согласился Бэйл, - к тому же, если я правильно помню природу Мечтателей, оно всё равно сбудется, даже если ты передумаешь, верно?

Берт кивнул, по-прежнему избегая смотреть на меня, а я вдруг почувствовала, как в носу защипало, и к глазам подступили слёзы. Моргнув и прогнав их обратно, я заставила себя улыбнуться мужчинам и первой шагнула под не самые приветливые своды.

Широкий провал, служивший входом в пещеру, постепенно переходил в достаточно узкий коридор, по которому идти можно было только по одному, и мы уже привычно, не обсуждая, выстроились в установленном ещё в далёком Шаристе порядке: я в середине, между Бертом и Фарузом, Бэйл замыкающим. Легконогий, как все альвы, Нэль обогнал меня и убежал вперёд на разведку.

Через несколько минут он вернулся и жестом попросил нас остановиться. Мы подошли к нему и приготовились слушать.

- Впереди огромный зал, - еле слышным шёпотом говорил Нэль, - но к нему не подойти, так как метров через пятьсот начинаются посты этих, как их, ормов. Думаю, они меня заметили, хотя я и старался двигаться бесшумно, но никакой враждебности не проявили: как стояли, так и стоят. Оружия тоже не заметил, хотя зачем им — и без него справятся с кем угодно.

- Нужно идти, - вздохнула я и мужественно, как мне казалось, шагнула вперёд, но была остановлена Бэйлом, который, отодвинул меня, передав в руки Фарузу.

- Кейт, мы знаем, что ты ужасно храбрая и мужественная, - пряча улыбку, сказал некромант, - но давай ты оставишь нам чудесную возможность рисковать собой. Хорошо?

- Хорошо, - охотно согласилась я, - ты думаешь, я буду упираться и рваться на передовую? Не буду, честное слово…

- Вот и прекрасно, - довольно кивнул Фаруз и проверил, легко ли выходит из ножен меч, - пойдёмте за изумрудами?

Мужчины снова затолкали меня в середину, и мы дружно зашагали по коридору в ту сторону, откуда прибежал Нэль. Через некоторое время путь нам преградил крупный орм, держащий в руках копьё.

- Что привело вас сюда, чужестранцы, - медленно подбирая слова проговорил он низким голосом, - это место священно для народа ормов.

- Нас приглашали, - невозмутимо ответил Бэйл, сделав шаг вперёд и беря переговоры на себя, - нам даже позволили воспользоваться горммом, который и принёс нас из леса возле реки сюда, к самому подножию горы.

- Вас принёс гормм? - с лёгким недоверием сказал второй стражник, выскользнувший из-за скального выступа. - Кто позвал его?

- Он назвался Шер-Грашем, - ответил Бэйл, и стражники быстро переглянулись, - сказал, что здесь мы можем получить то, зачем пришли в ваш мир.

- Вам нужны королевские изумруды? - голос очередного появившегося словно ниоткуда орма был полон холода и неприязни. - У них есть своя цена. Шер-Граш назвал вам её?

- Ты имеешь в виду то, что мы должны принять участие в каком-то жертвоприношении? - спокойно уточнил Бэйл. - Да, он сказал нам…

- А зачем вам жертвоприношение? - вылезла с вопросом я и тут же пожалела об этом, так как орм просто впился в меня взглядом.

- Оно поможет нам открыть путь к предкам! - пафосно ответил он, преодолев непонятную растерянность. - Мы сможем воссоединиться спустя века разлуки!

- Это вы сейчас гинзар имеете в виду? - я сама не понимала, почему не могу замолчать, словно что-то заставляло меня говорить. - А с чего вы взяли, что они хотят с вами воссоединяться?

- Что ты можешь знать об этом? - фыркнув, ответил орм. - Народ гинзар велик и мудр, и не тебе говорить о нём.

- Ну не знаю, - я пожала плечами и услышала, как друзья затаили дыхание, понимая, к чему я веду, - когда мы виделись с королевой Залишей, она показалась мне очень приятной и милой…

В каменном коридоре повисла глухая, какая-то ватная тишина, не нарушаемая ничем: казалось, все участники разговора затаили дыхание.

- Ты сказала — королева Залиша? - медленно, с угрозой в голосе спросил появившийся последним орм. - Не хочешь ли ты сказать, что разговаривала с королевой гинзар? Ибо только королева может носить это имя…

- Именно это я и хочу сказать, - кивнула я, чувствуя, как спина становится мокрой, - я помогла гинзарам разбудить источник магии, и королева в знак благодарности подарила мне это.

Тут я вытянула вперёд руку, на которой блестел тоненький браслет, который Залиша подарила мне на прощание.

- Кстати, - добавила я, подумав, - тут ваши местные… ммм… змейки его уже признали и назвали меня «маленькой сестрой». С вами мы тоже родственники, нет?

Судя по недовольному выражению лица, орм был, мягко говоря, не в восторге от перспективы обзавестись внеплановыми родственниками, да ещё такими неоднозначными. Но он справился с собой и даже попытался изобразить нечто, напоминающее любезную улыбку, хотя больше это напоминало оскал.

- Тогда я рад приветствовать в обители предков друзей, - тут он сделал над собой видимое усилие, чтобы не высказать что-нибудь нелицеприятное в наш адрес, - наших давно потерянных родичей. Прошу следовать за мной…

С этими словами он повернулся и скользнул дальше по коридору, а мы, сопровождаемые двумя охранниками, двинулись вслед за ним.

Зал, в который нас привёл неприветливый орм, вызвал у всех невольный вздох восхищения: теряющийся где-то в вышине потолок, огромные колонны, от которых исходил мягкий зеленоватый свет, пол, вымощенный гигантскими каменными плитами.

Единственное, что мне откровенно не понравилось — это расположенный в самом центре пещеры огромный алтарь, украшенный белоснежными цветами.

А ещё в зале были ормы, точнее, в зале было очень много ормов: я бы точно не взялась сказать, сколько, но очень много. Они столпились в той части зала, которую отделял от нас алтарь. В пещере царила абсолютная тишина, даже дыхания такого количества живых существ не было слышно.

Из-за спин столпившихся человеко-змей появился уже знакомый нам Шер-Граш, но на этот раз он был облачён в какую-то мантию, расшитую непонятными символами. Он выполз вперёд и кивнул нам, как старым знакомым.

- Я вижу, вы прекрасно добрались, - проговорил он, любезно улыбаясь, но мне почему-то показалось, что его радость несколько преувеличена, - значит, все вопросы улажены, и вы хотели бы получить то, для чего появились в нашем мире.

- Было бы неплохо, - негромко проговорила я, но Шер-Граш меня услышал и на его губах мелькнула змеиная — впрочем, чему я удивляюсь — усмешка.

- Вы хотите получить это? - он вытянул вперёд руку, на которой лежали два крупных овальных изумруда, абсолютно таких же, как те, что я видела в Короне. - Это так называемые Королевские изумруды…

- Да, - вступил в разговор Бэйл, - нам нужны именно они. Мы выполнили условие, поставленное богами: на Калирейе будет мир. Крайсы больше никому не причинят вреда, я лично это проконтролирую.

- Конечно, - кивнул Шер-Граш, - но ваши боги, видимо, почему-то решили вам не говорить, что это только половина условия. Какая любопытная забывчивость, правда?

Мы молча смотрели на орма, а потом я, будучи не в силах терпеть неизвестность, спросила:

- Я так понимаю, что вы готовы огласить нам эту самую вторую половину условия?

- Разумеется, - Шер-Граш приосанился и торжественно произнёс, - для того, чтобы мы могли вернуться к своим родичам в Шарист, нам нужна сила жизни одного из вас.

- Это в смысле — жертва? - на удивление спокойно уточнил Фаруз. - Я правильно понимаю ситуацию?

- Да, мы даже мечтать не смели, что среди тех, кого приведёт к нам лиур, будут побывавшие в благословенном Шаристе, видевшие великий Аплертон! Это существенно увеличивает наши шансы на успех.

- А жертва — она какая? Я имею в виду, что хотелось бы понять суть процедуры, - старательно делая вид, что мне не страшно, спросила я.

- Всё просто, - подозрительно охотно решил просветить меня орм, - один из вас ляжет на алтарь, поверьте, он не холодный и даже достаточно удобный.

- Удобный для кого? - ехидно уточнил Нэль, внимательно изучавший светящиеся колонны. - Для жертвы? Сомневаюсь как-то…

- Это гуманно, - без малейшего признака издёвки сообщил другой орм, - живому существу и без того достаточно неприятно расставаться с жизнью, так неужели мы станем умножать его страдания?

- А можно вот с этого места поподробнее, со страданий? Я так и не поняла, каким образом счастливчик, которому будет удобно на алтаре, должен расстаться со своей жизненной энергией?

- Он отдаст алтарю кровь, - доброжелательно сообщил один из ормов, - желательно добровольно.

- Добровольно? - я с изумлением взглянула на совершенно спокойных ормов. - То есть он, в смысле, она — жертва, ещё и сопротивляться не должна?

- Зачем? - философски пожал плечами Шер-Граш. - Это большая честь — своей энергией открыть межмировой путь, не каждому может посчастливиться. К тому же народы ормов и гинзар навсегда сохранят память об этом подвиге.

Я хотела сказать, что мы как-нибудь совершенно спокойно обошлись бы без того, чтобы о нас со слезами на глазах вспоминали ормы, но не успела, так как за нашими спинами раздалось возмущённое:

- Ну вот, опять всё самое интересное — и без меня! Совести у вас нет, а ещё меня в чём-то упрекали.

Отодвинув спрятавшего улыбку Нэля, вперёд выдвинулся Морти, который внимательно рассматривал столпившихся ормов.

- Ого, сколько вас, - уважительно протянул он и повернулся к вам, - а вы что ту делаете? Берите изумруды и двигаем дальше, нас там заждались уже.

- Не получится, - сладким противным голосом сообщил ему Шер-Граш, и мне захотелось стукнуть его чем-нибудь тяжёлым, - не выполнена вторая часть условия.

- Вторая? - Морти озадаченно почесал в затылке. - А что, была ещё вторая часть? Что-то я не помню… А что там в ней?

- Жертва, - любезно ответил один из ормов, - добровольная передача жизненной силы.

- Да? - Морти выглядел слегка озадаченным, а мы молча ждали хоть какого-то знака, который показал бы нам, придуривается наше любимое божество или действительно не помнит. - Ну ладно…

Сказав это, Морти поудобнее перехватил мешок, в котором, судя по всему, по-прежнему сладко спали зубастые рыбы, и пошагал в сторону алтаря. Я хотела было остановить его, но Бэйл положил мне руку на плечо и шепнул:

- Он знает, что делает, поверь, Кейт!

Тем временем Морти подошёл к алтарю, по-хозяйски обошёл вокруг него, довольно хмыкнул и повернулся к Шер-Грашу:

- А куда головой ложиться? Или без разницы?

- Ты не можешь лечь на жертвенный камень, - слегка растерянно проговорил орм, - это не по правилам. Ты же бог!

- Почему это не могу? - возмутился Мортимер, забираясь на алтарь и укладываясь на нём. - Где сказано, что боги не могут пожертвовать собой? А вы мне памятник потом поставите… какой-нибудь очень красивый, - тут Морти мечтательно закатил глаза, - и цветы обязательно! Свежие и каждый день!

- Но так нельзя! - возмутился Шер-Граш. - Ты нарушаешь закон!

- Какой? - Морти приподнялся на локте. - Где конкретно об этом сказано?

Ормы растерянно переглянулись, а наш неповторимый продолжил:

- Смотри, Шер-Граш, - он сверкнул глазами в сторону орма, - жертва есть? Есть? Добровольная? Абсолютно! Ты отказываешься от жертвоприношения?

- Нет, - проскрипел Шер-Граш, - возможно, твоя жертва будет даже лучше, мы просто никогда не пробовали брать силу… у божества. Это твой выбор, запомни!

Он подошёл к Морти, который послушно улёгся на спину, оглянулся на замерших ормов и достал из складок мантии даже на вид острый кинжал.

Я всё время ждала, что Морти в своей неповторимой манере сейчас что-нибудь скажет, и этот сумасшедший дом прекратится, но зеленоглазый лохматый подросток безмятежно разлёгся на алтаре, с любопытством наблюдая за сосредоточенным Шер-Грашем.

- Бога же нельзя убить? - на всякий случай шёпотом спросила я у стоящего рядом Бэйла. - Он же бессмертный, разве нет?

- Теоретически — да, - так же тихо ответил мне некромант, - но никто никогда до сих пор не пробовал приносить богов в жертву, так что последствия непредсказуемы.

- То есть ты хочешь сказать, - я похолодела, - что этот отвратительный орм может убить нашего Морти?

-Тссс… - отмахнулся от меня Бэйл, не отрывая взгляда от алтаря и от медленно опускающего клинок Шер-Граша.

Орм прикрыл глаза и начал медленно произносить слова, которых я, естественно, не понимала, но по мере того, как он говорил, воздух в пещере словно начал густеть и, казалось, даже слегка потрескивать. Я с трудом оторвала взгляд от алтаря и быстро посмотрела на друзей: Бэйл стоял, крепко сжав губы и пристально смотрел на алтарь, словно боялся упустить малейшую деталь или ждал какого-то знака. Берт хмуро смотрел в пол, и было видно, что могучий северянин жутко расстроен тем, что Мортимеру приходится жертвовать собой. Нэль стоял в неожиданно расслабленной позе и что-то шептал, судя по тому, что его губы едва заметно шевелились. А Фаруз, прищурившись, смотрел на Шер-Граша, положив руку на меч и словно прикидывая, откуда удобнее напасть.

Тем временем орм крепко взял Мортимера за руку и острым кинжалом провёл от запястья вверх. Я зажмурилась, в ужасе ожидая того, что сейчас на каменный алтарь хлынет кровь. Но через секунду, удивлённая повисшей тишиной, открыла глаза: недоумевающий Шер-Граш с кинжалом в руке смотрел на руку Морти, на которой не появилось ни капли крови.

- Ой, вот ведь незадача, - с искренним раскаянием проговорил Мортимер, протягивая орму другую руку, - давай на этой попробуем: вдруг тут есть?

- Почему нет крови? - возмутился Шер-Граш, словно ему эту кровь пообещали, а потом подло обманули. - Ты же материален, я вижу, чувствую.

- Конечно, материален, - пожал плечами Морти, - я же не привидение какое-нибудь. Это вам не фантом, а отличная качественная иллюзия.

- А у иллюзии нет и не может быть крови, - задумчиво проговорил орм, рассматривая нас с очень не понравившимся мне интересом, - значит, жертву придётся заменить.

- Что значит — заменить? - воскликнул Морти, сверкая зелёными глазами. - То есть ты ещё и выбирать собрался? Ты хочешь сказать, что тебе недостаточно божества в качестве жертвы?! Ну ты наглец…

- Алтарь должен получить кровь, и он её получит! - в ярости воскликнул Шер-Граш. - И не какому-то лгуну-мальчишке вставать на моём пути!

- Хорошо, - вдруг совершенно спокойно сказал Морти, - как два разумных … существа… мы всегда можем договориться. Хочешь, возьми Кэтрин, у неё крови точно много! Вон, какая румяненькая!

- Меня? - в полном обалдении пискнула я. - Морти, ты хочешь отдать меня этим змеюкам?

- Ну а что, - Морти устроился на алтаре, незаметно подвинув мешок со спящими зубастыми змеями в сторону ормов, - сама посмотри: ты нравишься мне, я тебя вообще-то даже люблю, если ты не забыла. Ты нравишься Бэйлу, а зачем нам эти мужские разборки? К тому же ты наверняка нравишься Фарузу и Берту: значит, это почти гарантированный конфликт с севером и югом. Оно мне надо? А так — нет тебя, нет проблем.

Пока я хватала ртом воздух, пытаясь найти подходящие для ответа слова, Морти повернулся к Шер-Грашу и сказал:

- Но прежде чем Кэтрин ляжет на алтарь, отдай-ка мне камни, а то свалишь в свой Шарист вместе с ними — ищи тебя. К тому же там жарко и песок, а я жару не люблю…

- У меня есть стойкое ощущение, что ты что-то задумал, - хмуро сказал орм, внимательно всматриваясь в кристально честное лицо Мортимера. Я хотела сказать, что очень на это рассчитываю, но, естественно, промолчала.

- Зря ты так, - чуть ли не всхлипнул Морти, вытирая рукавом несуществующие слёзы, - знаешь, как мне жалко тебе отдавать Кэтрин? Просто сердце кровью обливается… в переносном смысле, конечно, - подумав, поправился он. - А ты с такими низкими подозрениями!

Шер-Граш подумал и, оглянувшись на своих спутников, протянул Мортимеру изумруды, но, когда тот хотел их взять, отвёл руку в сторону.

- Сначала девушка ляжет на алтарь, - орм был настроен решительно, и я, честно говоря, его понимала — ставки были слишком высоки, - и я отдам тебе камни.

- Не вопрос, - легкомысленно пожал плечами Морти и повернулся ко мне, - Кэтрин, мне вот правда-правда очень жаль, но я не могу отдать Бэйла, сама понимаешь, он мой подопечный. Не могу отдать Фаруза, потому что Флориан мне за это мозг маленькой ложкой выест — между прочим, в самом прямом смысле. Нэль — альв, с ними никто ссориться не хочет, а то вмиг без лекарств останешься. А Берт — там такой покровитель, что, знаешь, ну его… А твой Роджер сидит себе в своей башне, когда ещё он узнает…

- Роджер — это кто? - от открывающихся мне захватывающих перспектив я стала туго соображать. Нет, я, конечно, надеялась, что всё это спектакль, но всё равно — страшно же!

- Это твой покровитель, - фыркнул Морти, и я поняла: на неведомого Роджера мне рассчитывать не стоит, такой ещё и подтолкнёт, - так что, Кэтрин, прости! Алтарь, кстати, очень даже ничего, тёпленький такой...

- Ты очень меня утешил, - фыркнула я, до слёз обиженная тем, что никто из друзей даже не попытался за меня заступиться, - ладно, куда ложиться-то?

- Сюда, - отмер наконец-то глубоко задумавшийся Шер-Граш, - руки давай, - с этими словами он, дождавшись, пока я лягу на камень, накрыл меня какой-то тряпкой, привязал мои запястья к специальным кольцам крепкими ремнями, и вот тут-то мне стало по-настоящему страшно.

- Кэтрин, - обратился ко мне Морти, и я пообещала себе, что непременно отомщу, если только выберусь из этой передряги, - помнишь, господин Шуфель обещал тебе памятник из белого мрамора? Мы обязательно его поставим, верь мне!

- Давайте уже, начинайте, - я повернула мокрое от слёз лицо в сторону орма, - слышать не могу этого предателя.

Кажется, именно мои слёзы и злые слова убедили Шер-Граша в том, что Морти его не обманывает, и он без особого восторга, но отдал изумруды.

Из моего положения мне виден был только потолок пещеры, поэтому я вздрогнула и негромко взвизгнула, когда почувствовала, что по моей руке скользнуло что-то холодное. Но это что-то ту же начало перегрызать ремни, которыми были связаны мои руки, и меня немного отпустило: значит, нужно просто подыграть.

Шер-Граш снова начал бормотать свои заклинания, а возле моего уха, скользнув в рукав рубашки, прошмыгнул ещё один мой неведомый избавитель. «Не бойссся, маленькая сссессстра» - раздалось в голове, и я сообразила, что это, наверное, зубастые змеи Мортимера. Но разве они не в воде живут? Хотя у этого бога всё не так, как у нормальных… людей… Нда…

Орм взял меня за руку и сделал небольшой надрез, из которого тут же закапала кровь, а я тихонько заскулила от боли и страха. «Не бойссся… мы ззздесссь». Между тем Шер-Граш окунул палец в накапавшую на алтарь кровь и начертил в воздухе какой-то знак. Ещё несколько слов — и в воздухе появился овал портала, в котором при желании можно было рассмотреть пески и такую почти родную Туманную Пустошь...

- О! Вот и Шарист проявился! - с плохо объяснимой радостью сообщил Морти присутствующим, хотя все и без его комментария прекрасно всё видели. - Смотрите, кустики-то уже не такие дохлые, как были.

Действительно, вместо того кустарника, который рассыпался в пыль от любого прикосновения, на Пустоши подрастали пока невысокие, но вполне себе живые кустики с плотными и толстенькими — это было видно даже с моего алтаря — листочками. Значит, гинзары и Смотритель источника пришли к соглашению, и магия потихоньку начинает восстанавливать Шарист не только в границах Аплертона.

- Это Шарист? Ты уверен? - в благоговейным восторгом переспросил Мортимера Шер-Граш, не отрывая взгляда от открывшейся в портале картины.

- Разумеется, это он, - пожал плечами Морти, старательно избегая встречаться со мной взглядом, - вон, все могут подтвердить…

Шер-Граш посмотрел на Бэйла, и тот молча кивнул, подтверждая, что таки да, это именно Шарист.

Орм повернулся ко мне и со слезами на глазах сказал:

- Народ ормов никогда не забудет твоей жертвы, Кэтрин, и память о ней мы передадим нашим потомкам…

- Ты считаешь, - я решила, что вполне могу тоже отбросить вежливую форму обращения, - что меня это каким-то образом должно утешить, что ли?

- Конечно! - отвернувшись от меня и не отрывая взгляда от портала, ответил орм и удивлённо дёрнул плечом. - Ты же спасаешь целую расу!

- Но портал-то уже открылся, - я поёрзала на алтаре, - может, я тогда пойду?

- Мне жаль, но нет, - с неискренним сочувствием сказал Шер-Граш и показательно вздохнул, - твоя кровь, медленно стекающая на алтарь, - тут он внезапно как-то очень плотоядно улыбнулся, - позволит пройти в Шарист всем ормам.

- А вон и принимающая, так сказать, сторона, - сообщил Морти, первым заметивший стремительно приближающееся к порталу песчано-пылевое облако, - сейчас и состоится встреча с потерянными когда-то родственниками. Интересно, кого они прислали?

Отвечать Морти никто не стал, так как все, даже я со своего алтаря, внимательно всматривались в приближающуюся и становящуюся всё более различимой фигуру.

Пылевое облако осело, и напротив портала возникла крупная фигура свернувшейся кольцами огромной змеи. Еще месяц назад я упала бы в обморок при этом зрелище, а сейчас ничего, нормально, даже как-то почти обрадовалась.

Шер-Граш подполз к окну портала и что-то быстро и достаточно эмоционально зашипел, вплетая в речь щёлкающие и какие-то чирикающие звуки, а гинзара что-то ему отвечала на том же самом шипяще-щёлкающем языке. Я краем глаза видела, как Нэль шёпотом переводит остальным то, что говорит орм, и мне снова стало ужасно обидно и одиноко.

Тут змеюка просунула в портал голову — интересно, а она не боится, что портал схлопнется и голова останется тут, а остальное там? — и внимательно всмотрелась в меня. Мне даже показалось, что на жуткой треугольной морде проступило выражение искреннего удивления.

«Что ты ззздесссь делаешшшь, видящщщая»? - Прозвучал в голове знакомый низкий голос, и я сообразила, что встречать гостей снова отправили нашего давнего знакомца Шелиса.

- Я тут лежу, - ответила я вслух, потому что на то, чтобы сосредоточиться и разговаривать мысленно, не было сил ни физических, ни моральных, - здравствуй, Шелис!

Шер-Граш, растерянно обернулся ко мне и уточнил:

- Ты знаешь великого жреца гинзар, Кэтрин?

- Конечно, знаю, - с лёгким злорадством ответила я, так как не могла не заметить, что в знакомых жёлтых глазах с вертикальным зрачком загорелась и погасла искорка недовольства. - Я, можно сказать, способствовала его восстановлению на этом посту. Кстати, как там страж источника? Вы общаетесь?

«Мы нашшшли много общщщего ссс ним», - мне показалось, что Шелис улыбнулся, но кто их разберёт, этих гинзар.

- Ну и замечательно, - искренне порадовалась я, - передавай ему от меня привет, когда увидишь. А её величеству Залише — огромную благодарность за браслет, он нам очень помог!

Шер-Граш молча переводил взгляд с Шелиса на меня и, судя по задумчивому выражению лица, начинал понимать, что поторопился с выбором жертвы. Тем временем Шелис что-то прошипел, и портал слегка расширился, пропуская в Калирейю ещё часть мощного чешуйчатого тела. Он внимательно осмотрел алтарь, привязанную к нему меня и стоящих в отдалении мужчин.

«Почччему они не зззассступилисссь ззза тебя, видящщщая»? - С недоумением произнёс он в моей голове.

- Ой, знаешь, это надо у Мортимера спрашивать, - ответила я, - он явно объяснит ситуацию лучше, чем я. А то сейчас ляпну лишнее…

« Почччему ты сссогласссиласссь»? - Шелис явно пытался разобраться в ситуации.

- Ну, понимаешь, нам нужны были изумруды, а ормы отдавали их только взамен жертвы, ну вот я и… - я пожала плечами, что в лежачем положении выглядело, наверное, довольно странно.

«Ты сссмогла поссставить долг вышшше сссобссственной жжжизззни», - в низком голосе прозвучало неприкрытое уважение. Я хотела сказать, что вообще-то я рассчитывала (и до сих пор на это надеюсь), что Морти и друзья всё-таки не дадут меня угробить, но предпочла скромно потупиться и промолчать.

Шелис развернулся и обратился к Шер-Грашу с речью, при этом в потоке шипящих и свистящих звуков отчётливо слышались гневные раскаты. Орм хотел что-то возразить, но Шелис так хлестнул хвостом там, в Шаристе, что портал заволокло песчаной дымкой.

- Почему ты не сказала мне, что являешься Видящей для народа гинзар? - в голосе Шер-Граша было столько возмущения, что я даже растерялась. - Я бы…

- Ты бы сказал, что это даже лучше, потому что кровь Видящей наверняка лучше сработает, - ответила я, и орм слегка смутился, - то, что Мортимер божество, тебя ведь не смутило!

«О каком божжжессстве ты говоришшшь»? - поинтересовался Шелис, и я без малейших угрызений совести сдала Шер-Граша.

- До меня от пытался принести в жертву Мортимера, который, между прочим, бог в мире демонов, - наябедничала я, не чувствуя ни малейших угрызений совести. Наверное, я их отлежала пока валялась на алтаре: ну, я так думаю.

«Нам не нужжжны такие родссственники», - недовольно проворчал Шелис, а я решила прояснить ситуацию.

- Может, они не все хотят возвращаться в Шарист? Наверное, будет правильно, если вы пропустите только тех, кто действительно хочет и готов принять ваши законы?

Шелис прикрыл глаза и явно задумался, потом втянул в Калирейю ещё немного себя и приподнялся, оглядывая замерших ормов. Затем произнёс несколько фраз, от которых Шер-Граш нахмурился, как грозовая туча. В рядах ормов началось волнение, послышалось шипение разной степени эмоциональности, а потом часть ормов двинулась в сторону портала.

- А мне не надо больше кровь отдавать? - на всякий случай уточнила я, садясь на алтаре, так как зубастые змейки Морти уже перегрызли все путы и куда-то уползли. И что-то мне подсказывает, что это «куда-то» - не мешок.

- Нет, - недовольно буркнул Шер-Граш, - сейчас вполне достаточно магии жреца Шелиса: он сможет удержать портал столько, сколько нужно.

Я кивнула и посмотрела на тех ормов, которые не поползли в портал, а наоборот, старательно от него отодвинулись. Интересно, а почему они не ушли, что держит их в Калирейе?

«Ты хххочччешшшь, чччтобы я зззабрал этого орма»? - прозвучал в голове вопрос Шелиса, и я задумалась. С одной стороны, Шер-Граш заслуживает наказания, а у меня так вообще к нему личные счёты, а с другой — кто дал мне право лишать кого бы то ни было шанса?

- Я думаю, будет правильно, если ты дашь ему увидеть Шарист, о котором он столько мечтал, но на какое-то время лишишь его власти, пусть будет как все…

«Я сссделаю, как ты говоришшшь, Видящщщая, это сссправедливо»! - прошуршало в голове, и Шер-Граш, бросив на меня странный взгляд, шагнул в портал.

Шелис дождался, пока в серебристое окно проползёт последний орм, что-то прощёлкал тем, кто не выбрал Шарист, и, неожиданно подмигнув мне, скользнул обратно. Портал с тихим щелчком схлопнулся, и я наконец-то огляделась: решившие остаться в Калирейе ормы что-то негромко обсуждали, столпившись неподалёку, Морти шёпотом пересчитывал зубастых змей, которые по той или иной причине не смогли покинуть его мешок, а друзья почему-то по-прежнему молча стояли в углу.

- Морти, а почему все по-прежнему стоят, как неродные? - спросила я, с недоумением увидев, что ни один из друзей даже не пошевелился, чтобы хотя бы просто подойти и узнать, как я. - Я, конечно, обижена, но не настолько же….

- Кэтрин, у меня всего пять зубастых змей осталось, - Морти старательно сделал вид, что не услышал моего вопроса, - ты случайно не в курсе, куда девалось ещё четыре? Или даже пять? И голова той чудесной рыбы куда-то укатилась… Ты не видела?

- Мортимер, не увиливай и ответь на мой вопрос, - я спрыгнула с алтаря и, слегка покачнувшись, сделала шаг в сторону задумчиво чешущего в затылке божества, - что ты натворил в этот раз?

- Ну вот почему сразу натворил-то? - возмутился Морти, заглядывая под алтарь в поиске сбежавшей живности. - Я, между прочим, себя добровольно первым предложил. Кто же виноват, что во мне нет крови? А тебе даже на пользу, кстати: ты в последнее время какая-то очень нервная, Кэтрин. Так что небольшое кровопускание — оно даже полезно. Я слышал где-то, что лекари очень, ну вот просто очень-очень рекомендуют!

- Мортимер! - рявкнула я. - Не заговаривай мне зубы, хотя я лучше сама пойду и поговорю с ними…

- Подожди, куда торопиться? - Морти перехватил меня, и, слегка приобняв за плечи, усадил обратно на алтарь. - Стоят себе и стоят, жалко тебе, что ли? Пить-есть не просят, опять же, не кричат, острыми предметами не размахивают… Плохо разве?

- Мортимер, - я повернулась к богу и встретила кристально честный взгляд зелёных глазищ, - чем честнее у тебя физиономия, тем сильнее у меня подозрения. Что ты с ними сделал?

- Ничего особенного, - Морти легкомысленно пожал плечами, - ну кинул на них заклинание неподвижности, подумаешь, велика беда! Зато никто не влез и зря свою бестолковую голову не сложил!

Последние слова Мортимер проговорил подчёркнуто громко, чтобы, видимо, все услышали.

- Объясни, - вздохнув, попросила я, - знал бы ты, как мне не хочется, чтобы мы все перессорились. А реакцию остальных ты можешь себе представить, потому как, если я правильно понимаю, ты никого не посвятил в свои планы?

- Они бы не согласились, - кивнул Морти, - а ваш северянин, тот вообще намечтал себе, как героически сложит голову, защищая, между прочим, тебя, Кэтрин. Я тебя, конечно, люблю, но девушка в мужской компании — это всегда к головой боли.

- Ну так посвяти меня в свой замысел, - повторила я, устраиваясь на алтаре поудобнее, - и, может быть, я даже за тебя заступлюсь.

- Хорошо, уговорила, - Морти запрыгнул на алтарь и уселся, скрестив ноги, - вот смотри, Кэтрин. Нам нужны были изумруды, так? Так. Этот обнаглевший орм требовал обменять их на жертву, так? Так. Со мной не получилось, но зато он был слегка выбит из равновесия, к тому же время стремительно утекало. А теперь скажи мне, моя умненькая Кэтрин, в какой мир ормы хотели открыть портал?

- В Шарист, - послушно ответила я, всё ещё не понимая всей глубины, видимо, очень сложного плана. - К гинзарам.

- Правильно, сообразительная девочка, - одобрительно сказал Морти и хотел погладить меня по голове, но получил подзатыльник и обиженно отодвинулся, - так вот. А теперь скажи мне, за кого, единственного из вас, заступились бы гинзары, увидев на алтаре?

Я молчала, глядя на этого афериста со смесью возмущения и зарождающегося восторга: это же надо было так всё просчитать!

- Если бы там лежали Берт или Фаруз, твой приятель Шелис даже головы бы в ту сторону не повернул, уж можешь мне поверить, - продолжал Морти, - ну, может, Бэйл в качестве жертвы их ещё как-то заинтересовал бы или Нэль, но тоже вряд ли. Гинзарам, в общем-то, нет абсолютно никакого дела до других существ. Но ты, Кэтрин! Ты вернула гинзарам магию, ты для них существо высшего порядка. Ни один из них никогда не допустил бы твоей гибели на алтаре. Что мы, собственно, и наблюдали…

- Ты гениальный аферист, Морти! - выдохнула я. - Но они тебя убьют… во всяком случае, попытаются однозначно!

- Само собой, - довольно кивнул Мортимер, - ты думаешь, я их просто так заморозил? Но слово «гениальный» мне нравится, можешь говорить его почаще, Кэтрин…

- Слушай, а ничего, что ты так активно вмешиваешься в события? Тебе от твоих божественных собратьев не прилетит за такое самоуправство? Другие же не вмешиваются…

- В общем, видишь ли, Кэтрин, как получилось… - Морти шмыгнул носом, как самый настоящий подросток, - мы там подумали и решили, что вам, в смысле вашей компании, нужен… как бы так сказать… куратор, в общем. Потому что в игру вступили силы, на которые мы, честно говоря, не рассчитывали. Не вникай сейчас, в общем.

- Что значит — не вникай? - оторопела я. - Мортимер, мне не нравятся твои намёки. Это что же за силы, что нам тебя как группу поддержки выдали? С твоей-то непредсказуемостью и извращённой фантазией?

- В любом случае, сначала надо собрать корону, - быстренько свернул разговор этот хитрец, - и вам осталось добыть только один камень. В общем, Кэтрин, ты тут как-нибудь постарайся их успокоить, да? Ну вот честное-пречестное слово это был единственный вариант. Смотри, я сейчас заберу свои вещи, и тихо исчезну, и только в самом конце сниму заклинание. И я на твоём месте куда-нибудь спрятался бы...ну так...на время…

С этими словами Морти подобрал с пола мешок, заглянув в него и тяжело вздохнув, затянул потуже горловину, отошёл в дальний конец пещеры и только там сделал почти незаметное движение рукой, после чего исчез за секунду до того, как раздался яростный рёв:

- Мортимер!

- Морти, гадёныш!!!

- Морти!

- Ты куда, гад?!

- Кейт, с тобой всё в порядке? - бросился ко мне Нэль и начал быстро осматривать меня на предмет всяческих повреждений. - Куда делся этот… этот…

Видимо, воспитанному Нэлю было сложно подобрать слово, которое выражало бы его чувства и при этом являлось бы цензурным. В отличие от него Бэйл не утруждал себя подобными метаниями, и от его рыка заложило уши:

- Где эта божественная сволочь? Кейт, ты наверняка знаешь, куда он спрятался!

- Он мне не сказал, - пискнула я, на всякий случай прячась за Нэля, - не кричи так, Бэйл, а то даже мне страшно…

- Как он мог так с нами поступить? - возмущённо сказал Берт, быстро обошедший пещеру и убедившийся, что Морти нигде нет. - Бросить на нас заклятье неподвижности и подвергнуть тебя такой опасности! Лучше ему тут больше не появляться…

- А скажи-ка мне, Берти, - ласково обратилась я к северянину, вспомнив слова Мортимера, - что там такого ты себе намечтал героического? С печальными последствиями для твоего организма? Ничего не хочешь мне рассказать?

- Ничего я такого не думал, - Берт покраснел так сильно, что мне даже стало его жалко, но нужно же было как-то переключить его внимание с Морти на что-нибудь более актуальное, - и вообще, Мортимер, оказывается, ещё и болтун. Видеть его больше не хочу…

- А придётся, - громко вздохнула я, и мужчины наконец-то перестали метаться по пещере в поисках злодейского Мортимера — абсолютно бесполезное занятие, кстати — и подошли ко мне, - потому что если вы думаете, что с уходом Морти, - при упоминании «любимого» божества Бэйл отчётливо скрипнул зубами, - наше общение с ним заканчивается, то вы сильно ошиблись.

- Почему? - коротко спросил Фаруз, невольно продолжая обшаривать пещеру взглядом.

- Потому что у них в божественной компании что-то там произошло: кто-то ещё решил, что не может пропустить такое интересное мероприятие, поэтому боги коллективно пришли к выводу, что нам нужен, так сказать, куратор.

- Надеюсь, Кейт, ты не хочешь сказать, что в роли этого самого куратора будет выступать Мортимер? - нехорошо прищурился Бэйл, а я только пожала плечами, мол, вопросы не ко мне.

- А что, поприличнее не нашлось никого? - удивлённо спросил Нэль. - Мне кажется, Мортимер — не самая удачная кандидатура.

- Вы слышали, как он объяснял мне свой поступок? - на всякий случай спросила я, и мужчины, переглянувшись, неохотно кивнули. - И что, вы можете сказать, что этот прохиндей был не прав?

Фаруз нахмурился, Бэйл сплюнул и отвернулся, Берт тяжело вздохнул, а Нэль грустно улыбнулся, но ни у кого не нашлось достаточно серьёзных аргументов. Поэтому я набрала побольше воздуха и обратилась к друзьям с прочувствованной речью:

- А теперь внимательно послушайте меня, - они неохотно покосились в мою сторону, - я ни секунды не сомневаюсь, что, если бы не особые обстоятельства, заставившие Мортимера поступить так, как он поступил, вы даже не задумались бы броситься на мою защиту. Ни мгновения я не сомневалась ни в вашей дружбе, ни в вашей доблести, но мы попали в такую сложную ситуацию, когда не всё решается мудростью, воинским умением или силой. Иногда нужно и хитрить, и врать с честным лицом, и блефовать… Кто из вас умеет это делать? Молчите? Вот и я не умею, и мне кажется, мы должны быть признательны Морти за то, что он взял это на себя: я не уверена, что ему всегда по душе то, что он делает, но он снова оказался прав. Я — единственная, кого защитили бы гинзары, потому что они поклялись помогать мне. Не нам, а мне, понимаете?

- Но он мог бы хотя бы предупредить! - воскликнул Нэль, и я перевела дух: судя по всему, мои аргументы услышали и теперь нужно просто время, чтобы они поняли их и приняли.

- Тогда не получилось бы достоверно, - неохотно признал Фаруз, - Кейт не заплакала бы и не смотрела бы на Мортимера с такой восхитительной яростью и ненавистью. Шер-Граш был подлецом и обманщиком, но не дураком. Так что, как ни крути, а этот жулик оказался прав.

- Морти, выходи, - негромко сказал Бэйл, поднимая что-то с пола и с насмешкой глядя в потолок, - мы же знаем, что ты здесь. Мы поняли, что ты был прав, так что выходи, я тут твою змеюку поймал…

- Ой, и правда, спасибо, - поблагодарил Бэйла возникший рядом с ним Морти, - а я как раз её и недосчитался. Кэтрин, твоя речь в мою защиту была выше всяческих похвал, я практически прослезился и даже записал её на кристалл памяти, чтобы в старости пересматривать долгими зимними вечерами.

- Не будешь ты её пересматривать долгими вечерами, - фыркнула я, - просто потому что такое бестолковое божество, как ты, до старости банально не доживёт. Ты почему тут остался?

- Ну ты такая смешная, Кэтрин, - Морти запрыгнул на алтарь и уселся там, беззаботно болтая босыми ногами, - куда бы я делся: изумруды-то у меня! И потом, я теперь всё время с вами буду… Здорово, правда? И не надо на меня так смотреть, я и обидеться могу…

Бэйл прикрыл глаза, несколько раз глубоко вздохнул, и, видимо, сосчитал про себя до двадцати, потому что спросил уже совершенно спокойно:

- Ты можешь сказать, кто откроет нам портал дальше?

- Я не знаю, но вон те ормы, которые толпятся в углу и не расходятся, наверняка в курсе, - жизнерадостно ответил Морти, - осталось найти способ выяснить это. Будем надеяться, что среди них найдётся кто-нибудь, кто умеет говорить хоть на каком-то языке, желательно — на всеобщем.

- Я попробую узнать, - Нэль легко поднялся с камня, на котором сидел, и направился в угол, откуда на него настороженно, но в целом спокойно смотрели ормы в количестве примерно трёх десятков. Альв подошёл к ним и начал оживлённо жестикулировать, после чего от толпы отделился невысокий орм, который что-то проговорил.

После короткого диалога Нэль обернулся и с энтузиазмом замахал нам рукой, зовя присоединиться к нему. Мы подошли, и альв, показав нам на орма, пояснил:

- Это Шер-Таир, он когда-то был жрецом, ещё до Шер-Граша, и он помнит пещеру, в которой когда-то жил иномирянин, умеющий открывать проходы в другие миры.

- А почему же тогда он не открыл вам портал в Шарист? - удивился Берт. - И не пришлось бы весь этот огород городить...с жертвоприношениями и прочим.

- А он сказал, что у него остались координаты только одного мира, и это не Шарист, - перевёл Нэль поток шипяще-щёлкающих звуков, - поэтому Шер-Граш и бросил его в пещере, но ормы его кормили и заботились о нём. Я думаю, что это именно тот, кто нам нужен.

Привычно выстроившись в раз и навсегда установленном порядке, мы двинулись вслед за ормом, который уверенно скользил куда в глубину скалы. И, когда я уже решила, что этот путь в горных коридорах никогда не кончится, мы вышли в небольшую и довольно уютную пещеру, в уголке которой журчал родничок, а пол был покрыт ковром серо-зелёного мха.

- Кейт, дай мне корону, - негромко попросил Морти, и у меня почему-то ни на мгновение не возникло желания с ним спорить. Я вытащила из сумки завёрнутую в куртку корону и протянула ему. Мортимер, порывшись в карманах, извлёк два изумруда, которые отдал ему Шер-Граш, и, покрутив в руках металлический ободок, вставил их в соответствующие гнёзда.

Корона неожиданно полыхнула мягким светом и стала ещё ярче, материальнее, а начертанные на ней символы словно налились силой. Лишь одно гнездо оставалось пустым, и я могла лишь предположить, какой силой станет обладать корона, когда все камни будут собраны.

- Красивая, - задумчиво сказал Берт, глядя на корону, мягко сияющую в руках у Мортимера, - словно солнышко такое небольшое светит…

- Скажешь тоже — солнышко, - раздался незнакомый скрипучий голос откуда-то снизу, - корона как корона, ничего особенного в ней нет. Тем более что и камни не все…

Наверное, какое-то время назад я бы подпрыгнула и взвизгнула бы от удивления, но сейчас, после всех пережитых приключений, я совершенно спокойно смотрела на то, как мох в одном месте вздыбился и неспешно сформировался в небольшой холмик, очень похожий на оставшегося в кажущейся немыслимо далёкой Истралии господина Пчиххельса. Только глаза, которых тоже было три, у местного хранителя были не лиловые, а нежно-голубые.

- Здравствуйте, господин хранитель, - вежливо поздоровалась я, пока мои спутники рассматривали моховую кочку, - очень рады вас видеть.

- Да? - скептически прищурился хранитель. - И откуда бы такой необъяснимый восторг?

- Ну, - слегка растерялась я, - ведь это вы должны открыть нам портал в следующий мир, так?

- Предположим, - хранитель закрыл два глаза, а оставшимся, третьим, внимательно рассматривал нашу компанию, - а откуда я знаю, что это именно вы? Мало ли тут всяких подозрительных личностей шастает…

- А что — много? - искренне удивился Морти. - А чего они хотят, и в чём их подозрительность?

- Ну не то чтобы много, - слегка смутился хранитель, - за последние несколько сотен лет почитай никого и не было, но всё равно порядок быть должен.

- Абсолютно согласен, - решительно выступил вперёд Берт, - и в этом я вас всецело поддерживаю, так что давайте внимательно посмотрим ваши журналы и тогда уже определимся.

- Какие журналы? - хранитель удивлённо распахнул все три глаза. - Нету у меня никаких журналов…

- Как это нету? - почти искренне возмутился мой начальник замкового гарнизона. - А как же отметки о начале и окончании дежурства? А «пост сдал — пост принял»? А фиксирование всевозможных подозрительных личностей? Ну как же это вы так небрежно, а?

- Да ни к чему они мне так-то, - вздохнул хранитель под суровым взглядом Альберта, - никто же не ходит…

- А вот господин Пчиххельс… - начала я, но стоило мне назвать имя, как местный хранитель оживился и как-то незаметно переместился в мою сторону.

- Вы знаете Пчиххельса? - спросил он, моргнув сразу всеми тремя глазами.

- Конечно, - кивнула я и уточнила, - он живёт практически у меня в замке, точнее, в конце подземного хода, который начинается во дворе моего замка. Очень внимательный и… хм… любезный господин. Он вот нам сразу поверил, да, Альберт?

- Чистая правда, - подтвердил Берт, - он нам первый портал и открыл, собственно…

- О, как это символично! - прочувствованно воскликнул хранитель и поспешил представиться. - Рад приветствовать вас, господа, я Груффельс, троюродный кузен господина Пчиххельса по материнской линии. - Он открыл вам первый портал, а я открою последний! Это прекрасный материал для сонета…

С этими словами хранитель как-то расплылся и под сводами пещеры раздалось бормотание:

- Стремились ввысь… нет… и только я… нет, снова не то… проложит путь… ах, как же это…

- Господин Груффельс, - обратился к нему Нэль, но вместо ответа получил лишь невнятное бормотание.

- Господин хранитель, - я наклонилась и не слишком вежливо потыкала пальцем в моховую кочку, - откройте нам портал, пожалуйста…

- Позже, - отозвалась кочка, - зайдите лет через двести, а лучше — через триста… а ещё лучше — вообще не приходите…

- Уходит вдаль тернистый путь… - шёпотом подсказал хранителю Бэйл, и я вспомнила, что среди достоинств некроманта числится и умение слагать песни.

- Как? О, повторите, пожалуйста! - воскликнул хранитель, перемещаясь поближе к улыбающемуся Бэйлу. - Не уходите, молю вас!

- А вы откроете нам портал? - уточнила вредная я. - А Бэйл поможет вам со второй строчкой, правда?

Я умоляюще посмотрела на некроманта, который пожал плечами и кивнул. Хранитель что-то пробормотал и неподалёку замерцало уже знакомое серебристое окно портала. Мы шагнули к нему, а Бэйл задержался, задумался и сказал внимательно глядящему на него всеми тремя глазами хранителю:

- Уходит вдаль тернистый путь,

Там неизвестность и тревога,

Твоей беспутной жизни суть:

Друзья, любимая, дорога… Как-то так, это черновой вариант, господин хранитель. Если у меня будет такая возможность, я непременно постараюсь вас навестить, и мы вместе доведём эти строки до совершенства!

Мы помахали хранителю, который, кажется, даже не заметил нашего ухода, погружённый в поэтические размышления и трудности стихосложения.

Делая очередной шаг в очередной мир, я перебирала варианты того, где мы можем теперь оказаться: кладбище, пустыня, дремучий лес, пещера — где мы только ни побывали за эти дни.

Но вот чего я никак не ожидала увидеть, так это огромный зал, потолок которого уходил куда-то в сияющую высоту. Стройные, уносящиеся вверх колонны, узорный пол, геометрический рисунок на котором был выложен из мраморных плиток с невероятным мастерством. Стены были украшены гобеленами, на которых линии переплетались, свиваясь в совершенно невероятные картины.

Мы стояли на каком-то постаменте, а вокруг не было ни души: то ли этот зал всегда пустовал, то ли мы спугнули кого-нибудь своим появлением. В своей изрядно потрёпанной, местами порванной и кое-как зашитой походной одежде мы смотрелись посреди окружающего великолепия абсолютно инородными телами.

Глава 16

Кристоллум, замок Голд-Стоун

второй день Синей недели

65 день Обратного Отсчёта

- Ну, хоть не кладбище, - высказался Берт, и я согласно кивнула, так как подумала точно так же, а Бэйл только хмыкнул: ему-то что, для него кладбище, можно сказать, естественная среда обитания.

- Интересно, а где хоть кто-нибудь? - Фаруз окинул взглядом роскошную обстановку зала, потом критически оглядел себя, затем нас и с сомнением покачал головой. - Как-то мы не слишком гармонично здесь смотримся…

Возразить ему никто не успел, так как двери в зал распахнулись, и огромное помещение мгновенно наполнилось шумом, гомоном, разговорами, а к нам подбежали одетые в какие-то воздушные одежды существа, отдалённо напоминающие Нэля. Точнее, из общего с нашим альвом у них были заострённые уши и хрупкое телосложение. Различить, кто из них есть кто, не представлялось возможным, так как все они были длинноволосыми, изящными и какими-то бесполыми, что ли.

Они подхватили нас под руки и, улыбаясь, но не произнося ни слова, повели на выход. Все, мимо кого мы проходили, восторженно улыбались нам и посылали воздушные поцелуи, а особо смелые даже отваживались прикоснуться к нашим рукам или плечам. Мне это всё напомнило повальное сумасшествие, охватившее всё женское население Эппл-Гроув от четырнадцати до восьмидесяти, когда год назад в нашем графстве проездом — я, правда, склонна была предположить, что он просто заблудился — оказался знаменитый бард Олимпий. Рубаху, которую он, увлёкшись местным молодым вином, забыл на постоялом дворе, потом разодрали на сотни мелких клочков. Считалось, что если носить при себе обрывок этой самой рубахи, то тебе будет удача в сердечных делах. По мне — чушь несусветная, но в последнее время я стала как-то лояльнее относиться ко всему, во что раньше не верила. Моховых кочек с тремя глазами тоже не бывает, как мне казалось, — и что?

Пока я размышляла о том, надо ли верить в невозможное, меня привели в очень симпатичные на первый взгляд апартаменты и оставили наедине с без малейшего стеснения рассматривающей меня девушкой. Ну, я так предполагаю, что девушкой, хотя чем отличаются внешне местные юноши, я пока не поняла. Осталось сообразить, как с ней общаться…

- На каком языке мы можем разговаривать? - спросила я, тщательно выговаривая на всякий случай каждое слово.

Существо снова просияло восторженной улыбкой и, покрутив камень на широком браслете, прислушалось к чему-то и нежно проворковало:

- Я буду счастлив помочь прекрасной путешественнице между мирами отдохнуть и вновь обрести вдохновение.

- Эээ… в каком смысле - «счастлив»? - растерялась я, так как мелькавшие мысли о том, что существо может оказаться не девушкой, а вовсе даже наоборот, до этого мгновения казались шуткой. - Вы мужчина?

- Разумеется, - кивнуло существо, назвать которое молодым человеком как-то язык не поворачивался, - все слуги в замке — исключительно мужчины. Но мы знали, что среди последней группы конкурсантов будет девушка, и я в нелёгкой борьбе заслужил право прислуживать вам.

Я помолчала, старательно пытаясь усвоить свалившуюся на меня информацию, и потом очень аккуратно уточнила:

- А скажите, какой конкурс вы имеете в виду? А то я, знаете, так устала в пути, так устала, да и опасностей мы пережили столько, что на несколько жизней хватит! - тут я приложила ладони к вискам и постаралась выглядеть как можно более ранимой и трепетной.

- Ах, как же я вам сочувствую! - всплеснул руками мой собеседник и любезно пояснил. - Конкурс иллюзий, разумеется!

- Иллюзий, значит, - задумчиво повторила я, - а мир ваш как называется?

- Кристоллум, - с неприкрытой гордостью сообщил мой… горничный… ну а как его ещё назвать-то? - Мир идеальной геометрической красоты!

- Какой красоты? - опешила я. - Геометрической? А разве такая бывает?

- Разумеется! - он изящной рукой поправил золотистые локоны и пояснил. - Истинная красота бывает только такой, геометрически выверенной, остальное — удел ограниченных личностей, не способных оценить настоящее величие замысла природы…

- А почему конкурс иллюзий? Они тоже геометрические? - уточнила я, живенько представив себе почему-то Берта, создающего одинаковых квадратных солдат и выстраивающего их ровно по линейке. Видимо, переход между мирами как-то плохо влияет на мозговую деятельность, ибо раньше такое бредовые фантазии меня не посещали.

- Они вне категорий, они идеальные, - воскликнул горничный и восторженно закатил голубые глазки, - а призом станет редчайшая драгоценность…

- Сапфир? - перебила я его, вызвав неприкрытое удивление.

- Откуда вы это знаете? - подозрительно прищурился… кстати, надо будет узнать хоть, как его зовут. - Это секретная информация…

- Догадалась, - честно посмотрела я ему прямо в глаза и похлопала ресницами, - у меня очень сильно развита интуиция, понимаете? Меня поэтому на конкурс и взяли.

- Ах, какое мудрое решение! - воскликнул он, дрогнув острыми ушками. - Простите, я забыл представиться: меня зовут файр Лиор.

- Очень приятно, - я вежливо кивнула, - я Кэтрин, графиня Мабридж.

- И мне чрезвычайно приятно, - он поклонился, - но я утомил вас разговорами, а вам нужно привести себя в порядок и отдохнуть. Вот умывальная зала, - тут он показал на одну из дверей, - а здесь, - изящная рука махнула в сторону другой двери, - гардеробная, где вы найдёте всё необходимое.

- Благодарю, - сказала я, задохнувшись от восторга пр мысли о горячей ванне, и с намёком посмотрела на этого самого горничного Лиора, - тогда я вас, наверное, больше не задерживаю, да?

- А вам разве не надо помочь? - как-то слегка растерянно спросил он.

- Ни в коем случае, - отшатнулась я, - я вполне в состоянии справиться самостоятельно, честное слово!

Выпроводив умеренно активно сопротивляющегося Лиора, я вошла в то, что он так красиво назвал «умывальной залой», и к невероятному облегчению обнаружила там огромную металлическую ванну, краны с холодной и горячей водой и массу всевозможных вкусно пахнущих флакончиков.

Тщательно заперев дверь, я сбросила пропылившуюся и пропотевшую одежду, расплела косу и со стоном наслаждения погрузилась в воду.

Мне казалось, что я не лежала в горячей воде как минимум пару лет, настолько я успела за время нашего путешествия отвыкнуть от благ цивилизации. Аромат от пены, которую я таки смогла себе организовать, перепробовав штук пять флакончиков, действовал умиротворяюще, и я чуть не задремала. Но, видимо, отдохнуть в ближайшей перспективе мне было не суждено, уж не знаю, чем я умудрилась так прогневить богов. Впрочем, к ним у меня тоже накопились вопросы, если честно, особенно к одному, которого, как выяснилось, зовут Роджером.

- Кэтрин, ты там не уснула? - внезапно раздался до боли знакомый голос, и я невольно вздрогнула, от неожиданности погрузившись в воду с головой.

- Мортимер, тебя не учили, что появляться в ванной, где находится леди, неприлично? - отплёвываясь от пены, спросила я довольного Морти, с комфортом устроившегося на краю ванны.

- Так то какая-то неизвестная леди, а то ты, Кэтрин, - ответил наш восхитительный куратор, с неподдельным любопытством изучая обстановку, - к незнакомой я точно не пошёл бы — а вдруг она несимпатичная, что тогда? А тебя я знаю, поэтому пришёл. Логично?

- Нет, - покачала я мокрой головой, - абсолютно нелогично. К девушкам, когда они лежат в ванне, ни к каким заходить нельзя, это неприлично, понимаешь? А вдруг бы я тут голая ходила?

- Честно говоря, именно на это я и рассчитывал, - хихикнул Морти и тут же возмутился, - чего ты на меня водой брызгаешься?! Я вообще пришёл по делу, Кэтрин. А ты в меня — водой… а она мокрая... Вот так и ходи с важной информацией….

- Давай, выкладывай, - я поудобнее устроилась в ванне, убедившись, что толстый слой пены надёжно меня укрывает, - ты узнал, что за конкурс предлагают нам загадочные обитатели этого мира? Тот похожий на девушку юноша, который меня сюда привёл, сказал, что это конкурс иллюзий.

- Так и есть,- Морти кивнул лохматой головой, - а приз, как ты понимаешь, именно то, за чем мы сюда, собственно, и пришли.

- Кстати, этот Лиор, ну, тот, который мой горничный, - я брызнула водой в гадко хихикнувшего Морти, - очень удивился, что я знаю про сапфир. Пришлось сослаться на уникальную интуицию.

- Ничего страшного, - наше неповторимое божество беззаботно махнуло рукой, словно случайно смахнув с моего плеча пену и стрельнув туда глазками, - это даже удачно, прекрасно вписывается в мой план.

- Морти, слово «план», прозвучавшее от тебя, не просто настораживает, оно реально пугает, - аккуратно сказала я, вспомнив все фееричные замыслы нашего любимого божества, - ты мог бы хотя бы намекнуть?

- Естественно, - Морти повернулся ко мне, - кстати, а хочешь, я помогу тебе промыть волосы?

- А чего это ты такой любезный, а? - насторожилась я, но, так как самостоятельно промыть длинные волосы было действительно сложно, согласилась. - Только не вредничай и не подглядывай!

- Ой, да ладно, - отмахнулся Морти, - чего я там не видел…

- Ох, как хорошо-то, - не удержалась я от блаженного стона, когда сильные пальцы Мортимера начали массировать мне затылок, - Морти, я уже практически простила тебе алтарь…

- Вот видишь, а ты сразу водой брызгаться, - хмыкнул бог, продолжая разминать мне затылок, шею и плечи, - а я ведь смотри какой хороший, полезный, умный…

- Ты забыл добавить «скромный», - собрав остатки вредности, проворчала ужасно довольная я, - и не заговаривай мне зубы, рассказывай, какой ужас ты придумал… Не просто же так ты тут стараешься…

- Какая ты неромантичная, Кэтрин, это же ужас просто какой-то! - воскликнул ничуть не обидевшийся Морти. - То есть мысль о том, что мне просто хотелось тебе помочь, ты даже не рассматриваешь?

- Почему? Рассматриваю, - не стала спорить я, - но она примерно пятая в очереди. Итак, я тебя слушаю, Морти…

- В общем, смотри, Кэтрин, какое дело, - начал Морти, зачем-то пересев в дальний угол «умывальной залы», - конкурс выиграет тот, кто создаст лучшую иллюзию. Среди нас, как ты понимаешь, даром создания иллюзий владею только я. Но мне никто не даст участвовать, это к оракулу не ходи.

- Это я как раз вполне могу понять, - согласилась я, стараясь не обращать внимания на нехорошо занывшее предчувствие, - и что ты предлагаешь?

- Иллюзией станешь ты, Кэтрин! - широко улыбнувшись, воскликнул Морти, а я замерла в ванне, честно пытаясь уловить смысл в его словах.

- А поподробнее?

- Смотри, что я придумал, - с воодушевлением, явно достойным лучшего применения, начал Мортимер, - я приму твой вид, в смысле — создам иллюзию, и в этом виде соберусь замуж. Здорово, правда?

Я помолчала, медленно проговаривая про себя только что сказанное Мортимером. Скажу честно: получалось плохо.

- Замуж? За кого?

- За местного правителя, он как раз параллельно с конкурсом будет жену выбирать, ну, чтобы два раза гостей не звать, понимаешь? Вот ты, то есть я, его и очаруем, а потом скажем, что это была иллюзия, заберём свой законный сапфир и свалим домой. Классно я придумал?

- Не свалим, - возразила я, удивляясь собственному спокойствию, - потому что если нас не прихлопнет правитель, который выяснит, что собирается жениться на тебе, а не на мне, то это всенепременно сделают наши парни. Они тебе Калирейю до сих пор не до конца простили.

- Думаешь? - Морти задумчиво почесал в затылке. - Тогда, наверное, им надо сказать, да? Но они же ни за что не согласятся… Некреативные они у нас, Кэтрин…

- А почему нельзя просто поучаствовать в конкурсе? Ты не уверен, что тебе хватит мастерства? - осторожно спросила я, так как не хотела обидеть Морти: он же всё-таки для нас старается, хоть и по-своему.

- Видишь ли, Кэтрин, - начал Мортимер, а я снова напряглась: ну вот не могу я, когда он так начинает разговор. Мне всё время кажется, что это очередная грандиозная подстава. - Просто мы прибыли последними, и ты ведь понимаешь, что команды разные… И у некоторых есть… покровители… Улавливаешь? И нам просто не дадут выиграть по-честному…

- Давай ещё раз, - я снова попыталась уяснить суть гениального замысла, - ты становишься мной, очаровываешь местного правителя, добиваешься предложения руки и сердца, а потом саморазоблачаешься?

- Примерно так, - согласился Морти, - а в это время Нэль как бы участвует в конкурсе и создаёт свою самую главную в жизни картину.

- Не поняла, - честно сказала я, - Нэль участвует в конкурсе, ты в моём облике очаровываешь местного главного. А зачем эти сложности?

- Просто… понимаешь… сапфир никто не собирается отдавать, отдадут обманку. Только никому не говори: я сам случайно узнал, когда гулял по окрестностям…

- Ты подслушал? - сообразила я, пытаясь уложить в голове элементы предстоящей аферы.

- Можно сказать и так, конечно, - поморщился Морти, - но мне больше нравится слово «разузнал».

- А как его тогда забрать? - растерялась я.

- Соображай, Кэтрин, давай… - Мортимер с надеждой посмотрел на меня, - ты уже проделала такой фокус, им я и вдохновился, ну?

- Попросить в качестве свадебного подарка? - сообразила я наконец-то. - А он отдаст?

- Нет, конечно, не отдаст, - ответил Морти, и я снова зависла, - но мы сможем узнать, где он его прячет. Ну, я молодец?

- Пока не уверена, - с сомнением ответила я, - как-то всё слишком сложно… Запутаемся… Кстати. А почему я не могу этого сделать сама? Почему именно ты?

- Кэтрин, ты местного правителя видела? - прищурившись, спросил Морти.

- Нет, конечно, когда бы я успела?

- Так я и подумал… Иначе не спрашивала бы...

- А что с ним не так? - я с любопытством посмотрела на задумчивого Морти, снова пересевшего на краешек ванны. - Он что, совсем ужасный?

- Помнишь Эффриссаля? - Морти шкодливо подмигнул мне, а я как наяву увидела короля скелетов с его неоднозначными эстетическими предпочтениями. - Ну так вот, - продолжил он, поняв по выражению моего лица, что я всё вспомнила, - он просто красавчик, я тебе точно говорю…

- Слушай, а нам точно надо знакомиться с этим правителем? - уточнила я, попытавшись усмирить не вовремя разбушевавшееся воображение. - Может, мы как-нибудь без него, а?

- А как мы без него, если только он знает, где лежит сапфир? Мы же не можем провалить последнюю часть миссии: мы уже столько пережили, что кому рассказать — не поверят.

- Это точно, - согласилась я, так как тут спорить было не о чем: приключений за последнее время было столько, что на десяток обычных жизней хватит, да ещё и останется. И тут я сообразила спросить. - Слушай, а пока ты будешь мной, кем буду я?

- Мной, - пожал плечами Морти, посмотрев на меня так, словно я сморозила какую-то невероятную глупость, - а кем ещё-то?

- А если кто-нибудь из твоих божественных собратьев решит со мной пообщаться? - напряглась я, моментально представив разговор с каким-нибудь Вирджилом.

- Не, - отмахнулся Мортимер, - мы быстро управимся, ну а если вдруг — то, поверь, они догадаются, что перед ними не я.

- Хорошо, - вздохнув, согласилась я, - надо так надо, чего уж… Но парням всё равно нужно сказать, иначе я не ручаюсь за сохранность наших с тобой хрупких организмов. Открутят головы и, в общем-то, будут правы.

- Тут ты, пожалуй, права, Кэтрин, - подумав, согласился Морти, хотя и без особого энтузиазма, - давай тогда, вылезай и пойдём их искать.

- Отвернись, - велела я, потому что, хотя я и с трудом воспринимала Морти как мужчину, но всё равно неловко, - а ты знаешь, где их комнаты?

- Я всегда могу найти Бэйла, - ответил Морти, вроде как отвернувшись, но кося глазом в мою сторону, - а потом и остальных отыщем.

Я выбралась из ванны, быстро завернулась в огромное полотенце, расчесала и заплела в косу влажные волосы и растерянно огляделась.

- Слушай, а где моя одежда? Ту, в которой я была, унёс … горничный… хорошо хоть сумку оставил. А что мне надеть?

- Я полагаю, он оставил для тебя вот это, - Морти протянул мне какие-то полупрозрачные тряпочки, которые скромно лежали на лавке и не воспринимались мной в качестве потенциальной одежды. - Ну а что… миленько так…

- Я это не надену! - в ужасе откликнулась я. - Это же кошмар, что такое! Да как они посмели вообще?

- У меня только один вариант: давай я найду Бэйла, он приведёт остальных, мы им всё расскажем, а потом я сразу стану тобой. Я это всё надену совершенно спокойно, я тебе точно говорю, Кэтрин, вообще без проблем!

С этими словами Морти растворился в воздухе, оставив меня в ванной в гордом одиночестве, которое, впрочем, продлилось недолго, так как очень скоро, предварительно вежливо постучавшись, вошёл Нэль, а сразу за ним Фаруз.

Мужчины, увидев меня, замотанную в полотенце весёлого незабудочного цвета, хотели было ретироваться, но не смогли, так как в дверях уже появились Бэйл и Альберт, и пути к отступлению были перекрыты.

- Кейт, а ты почему так странно выглядишь? - первым не выдержал Берт, смущённо отводя взгляд в сторону. Взгляд слушаться не желал категорически и упорно возвращался к моим голым плечам, виднеющимся над полотенцем.

- Сейчас появится Морти и всё объяснит, - сказала я, поплотнее заворачиваясь в пушистое полотнище, - у него очередной гениальный план…

- Мне уже не нравится, - нахмурившись, проворчал Берт, - опыт показывает, что ничем хорошим это не заканчивается.

- Вот так всегда, - Морти возник возле меня, обиженно надувшись, - между прочим, если бы не я, вы бы до сих пор сидели в Калирейе. И тогда тоже меня ругали, но просто потому что не хотели признать, что мой план был гениален. Только вот Кэтрин и оценила…

- Излагай, - обречённо вздохнув, согласился Бэйл, усаживаясь на ступеньку лестницы, которая вела от двери к ванне, - я уже начинаю уставать от этого бесконечного путешествия.

Остальные ничего не сказали, но молчаливое согласие было очевидным.

- Так вот, - с воодушевлением начал Морти, - так как нам нужно отвлечь внимание местного правителя от конкурса, чтобы Нэль мог спокойно нарисовать мост, я буду его соблазнять. В смысле правителя, а не Нэля...

Повисла такая тишина, что, казалось, её можно потрогать руками, и я с удовольствием наблюдала за постепенной сменой выражения лиц у мужчин: удивление, растерянность, возмущение, ошеломлённость, непонимание…

- А теперь можно для непосвящённых поподробнее, - кашлянув, негромко спросил Фаруз, а остальные поддержали его согласными кивками. - Почему Нэль должен рисовать мост, какой именно мост, а про то, как ты собираешься соблазнять правителя, я боюсь, честно говоря, даже спрашивать.

- Да всё просто, - сказал Морти, чрезвычайно довольный тем, что сама заявка будущей аферы прошла достаточно спокойно, - я превращаюсь в Кэтрин и соблазняю правителя… не помню, как его зовут, но это не слишком важно, а потом прошу у него в качестве подарка сапфир и всё — я превращаюсь обратно, и мы сматываемся в Истралию. Все подробности потом, сейчас мне нужно ваше принципиальное согласие. Я бы, конечно, вообще ничего не стал вам рассказывать, но Кэтрин очень переживает за меня в том смысле, что если вам заранее не сказать, то вы потом меня попробуете убить.

- Непременно, - ответил Берт настолько серьёзно, что ни у кого, включая Морти, не возникло желания пошутить по этому поводу.

- Как это выглядит пошагово? - Бэйл подходил к вопросу по-деловому, как привык.

- Сейчас я перевоплощаюсь в Кэтрин и в вашем сопровождении отправляюсь на приём, который состоится сегодня вечером во дворце. Мне вон и одежду уже принесли… нравится?

Берт в недоумении взял в руки полупрозрачные предметы местного гардероба, покрутил их в руках и вопросительно посмотрел на Морти.

- Ты собираешься это надеть? Они же почти ничего не скрывают!

- А нам с Кэтрин стесняться нечего, - бодро ответил Морти, с вызовом выпятив подбородок.

- Пожалуй, - задумчиво оторвался от созерцания прозрачных тряпочек Бэйл, - я соглашусь с тем, что ты хорошо придумал, потому что позволить Кейт надеть это безобразие мы точно не согласились бы.

- Нет, ну вы только посмотрите на него! То есть за мою репутацию ты не переживаешь, да?

- Мортимер, ты о чём вообще сейчас? За какую твою репутацию? Ты вообще в образе Кейт будешь, - Бэйл схватился за голову, - я сойду с ума, это точно!

Морти перестал паясничать и через несколько секунд перед нами стояла вторая я, точно так же замотанная в нежно-голубое полотенце. Морти взмахнул рукой, и я почувствовала мгновенный приступ тошноты, но, когда он прошёл, то увидела свои руки, поцарапанные и загорелые, торчащие из коротковатых рукавов светлой рубахи. Я осторожно потрогала голову и почувствовала под пальцами давно не встречавшиеся с расчёской лохмы.

Морти между тем взялся за полотенце, явно намереваясь его снять и начать одеваться, но я, взвизгнув, бросилась к нему и мёртвой хваткой вцепилась в его руки.

- Только попробуй! Я тогда сама тебя убью, не прибегая к помощи товарищей по несчастью!

- А чего ты нервничаешь? - искренне изумился Мортимер. - Это же я, а не ты…

- А ничего, что тело моё и я потом в него вернусь? А ты уже успел голым передо всеми побегать? В смысле — я… Нет, это невыносимо! - Я чуть не расплакалась, а Морти проворчал:

- Да ладно, успокойся. Всё-таки, видимо, целебную силу кровопускания сильно преувеличивают: вон ты какая нервная… Ладно, идите все за двери, я переодеваться буду… Вам, кстати, тоже не помешает...

- Я останусь, - решительно сказала я, не собираясь ни на минуту оставлять этого интригана без присмотра, - тем более, что тело моё, и я уж как-нибудь сама себя в голом виде переживу. А то ты что-нибудь придумаешь, а мне потом расхлёбывать.

- А когда приём-то? - сообразил поинтересоваться Бэйл, уже взявшись за ручку двери. - Кто-нибудь в курсе?

- Я в курсе, - кивнул Морти, перебирая полупрозрачные тряпочки, сложенные на скамейке и сортируя их по какому-то только ему понятному принципу, - через час состоится представление команд повелителю. И мы не должны оставить соперникам ни малейшего шанса.

- А они кто? Я имею в виду соперников, - вдруг заинтересовался Нэль, - как-то у нас пока не было таких испытаний. И почему ты сказал, что мне надо будет рисовать мост? Ты что-то знаешь?

- Идите уже, - Мортимер сделал вид, что не услышал вопроса, и стал решительно выталкивать мужчин из умывальной залы, - некогда мне тут с вами.

- Мортимер! - от рыка Бэйла я даже присела слегка, а наше бестолковое божество, уже сцапавшее с лавки что-то воздушное и прозрачное, демонстративно вздохнуло.

- Не могу я сказать, понимаешь? Просто помни про мост, Нэль, ясно?

Было очень странно наблюдать за собой со стороны: я, например, никогда даже не подозревала, что так забавно упираю руки в бока, когда сержусь и пытаюсь на кого-то рассердиться.

Между тем Морти скинул полотенце, и я прикрыла глаза, так как видеть себя со стороны и понимать, что я — это не я, было невероятно странно. Но где-то на задворках сознания мелькнула мысль о том, что путешествие пошло мне на пользу: я явно похудела, а мышцы перестали напоминать кисель.

Натянув на себя длинную сорочку из практически прозрачного материала, Морти с подозрительной сноровкой надел обнаружившийся тут же корсет, выгодно подчеркнувший грудь и талию, добавил к этому сомнительному великолепию широкие брючки из тонкой материи, а на пояс повязал что-то типа платка с бусинками на верёвочках. Бусинки болтались и привлекали внимание к деликатным частям тела.

- А скажи мне, Морти, откуда такой навык в надевании корсетов? Или богов этому специально обучают? - рассматривая свои расцарапанные руки и ссадины на ногах, поинтересовалась я.

- Ой, Кэтрин, знаешь, сколько я этих корсетов за века существования снял… - мечтательно начал Морти, но, наткнувшись на мой насмешливый взгляд, запнулся на середине фразы, - в общем, надел и хорошо… и не приставай!

- Слушай, Мортимер, а сделай мне иллюзию чего-нибудь поприличнее этой рубашки и драных штанов, - попросила я, скептически рассматривая себя в большом зеркале, - не могу же я такой голодранкой… в смысле — голодранцем… на приём идти.

- Пожалуй, - согласился Морти и прищёлкнул пальцами, после чего я обнаружила, что прежнюю одежду сменил вполне приличный костюм, какие носят обычно менестрели и лекари.

- Ну что, идём? - Морти критически оглядел себя в зеркале, поправил виднеющийся в полуприличном вырезе бюст и ущипнул себя за щёки, чтобы появился румянец. А я в очередной раз подивилась его глубокой осведомлённости в области женских хитростей.

Мы покинули умывальную залу и в сопровождении обнаружившегося в коридоре Лиора направились куда-то по длинным извилистым коридорам. Я со странными чувствами наблюдала, как оценивающе он поглядывает на меня — которая не я — когда думает, что на него не обращают внимания. И как-то мне не очень понравились эти взгляды: липкие, какие-то мерзкие, жадные. И мелькнула мыслишка, что как замечательно, что это не я, а Морти.

Наконец-то мы добрались до огромного, украшенного цветочными гирляндами зала, в котором уже было достаточно много народа. Основную часть публики составляли мужчины, чрезвычайно похожие на Лиора — такие же женственные, изящные, с длинными волосами.

Но были здесь несколько групп, которые выглядели в местном цветнике совершенно неестественно, видимо, это и были наши потенциальные соперники. Я увидела друзей, которые успели переодеться в походную, но чистую и аккуратную одежду, проигнорировав, судя по недовольным взглядом хозяев, предложенный им гардероб.

Морти, походка которого моментально изменилась, мягко покачивая бёдрами, прошёл к ошарашенным друзьям, а я почти дар речи потеряла, глядя на это. Верёвочки с бусинками покачивались, подчёркивая линию бёдер и тонкую талию, а грудь призывно колыхалась. Большинство мужчин в зале не могли оторвать от вышагивающего Морти глаз, и я подумала, что этот аферист в очередной раз оказался прав: я бы так никогда не смогла, это однозначно!

Внезапно толпа отхлынула к стенам, раздались маршевая музыка, и в зал, печатая шаг, вошли десять достаточно мускулистых на фоне местных мужчин воинов. Они торжественно толкали перед собой невысокую платформу, на которой было установлено нечто вроде широкого золотого кресла. На этом подобии трона восседало нечто, издали больше всего напоминающее огромную жабу, разве что не коричневую и не зелёную, а вполне себе человекообразную.

Правитель Кристоллума был не просто толст, он был невероятно жирен и омерзителен: бесформенное тело складками стекало с трона, а голова каким-то чудом высилась над тремя или даже четырьмя подбородками. Всё это великолепие было замотано в золотую мантию, а на макушке красовалась корона.

Я замерла, а потом преисполнилась к Морти такой искренней благодарности, что чуть не прослезилась: наверное, ничто кроме смертельной опасности не смогло бы меня сподвигнуть на обольщение этой туши. А Морти ничего, вон, даже слегка выступил вперёд, видимо, чтобы правитель не пропустил его и непременно обратил внимание. Его маневр не остался незамеченным, и в маленьких, заплывших жиром глазках правителя мелькнул живейший интерес.

Глашатай поочерёдно объявлял команды, которых оказалось четыре, представитель от каждой выходил, заверял правителя во всём, в чём положено в таких случаях, и получал какой-то небольшой шар. Когда подошла наша очередь, Бэйл, который обычно всегда выступал в качестве главного в нашей компании сумасшедших, не успел даже шага сделать, как вперёд выступил Мортимер.

Он плавно, с грацией лесной кошки, направился к трону правителя, позволяя рассмотреть себя со всех сторон и по достоинству оценить. Толстяк на троне даже слегка подался вперёд, вынырнув из подбородков, когда Мортимер присел перед ним в реверансе, позволяющем оценить декольте. В ответ на какие-то слова, произнесённые правителем, Морти кокетливо хихикнул и махнул ручкой, мол, какой вы, ваше величество, проказник и шалун!

Я молча стояла и понимала: Морти в очередной раз спас всех нас. Каким бы разгильдяем и аферистом он ни был, но пока он практически всегда оказывался прав. Ну, если, конечно, не считать эксперимента с пауками: этого я ему ещё долго не прощу.

Между тем правитель пригласил всех к столу, который был накрыт в соседнем зале, но Морти к нам не вернулся, так как толстяк, судя по всему, предложил нашему прохиндею почётное место рядом с собой.

- Нет, ну вы это видели? – прошептал Берт, и я не смога понять, чего в его голосе было больше: возмущения или восхищения. – Кейт, мне кажется, что ты теперь реально должна Мортимеру, смотри, от какой прелести он тебя спас!

- И не говори, - кивнула я, не отрывая взгляда от напропалую стреляющего глазками и кокетничающего Морти, - я бы просто не смогла на это смотреть, а ему ничего – нормально так, судя по всему.

- Ну так это как раз понятно – он же сам развлекается, ты же видишь, Кейт, - Нэль покосился на флиртующего с толстяком Морти, - вот понять бы ещё, как он сапфир добудет и про какой мост он говорил.

- Фу, не могу я на это смотреть спокойно, - Бэйл отвернулся, чтобы не видеть, как Морти, присев на подлокотник трона, позволяет правителю обнимать себя – меня! – за талию. И даже нашёптывает ему на ухо что-то явно фривольное, судя по масляной улыбочке, расплывающейся на толстой физиономии.

Я, поняв, что просто помру от любопытства, если не услышу, о чём они говорят, встала из-за стола под одобрительными и понимающими взглядами остальных и направилась в ту сторону, где восседал правитель, имя которого я не расслышала, потрясённая его неординарной внешностью.

-… чтобы такая красавица не отдала своё сердце достойному мужчине? – услышала я часть фразы, которую произнёс толстяк неожиданно приятным низким голосом.

- Ах, ваше величество, - томно вздыхал Морти, осторожно прикасаясь пальчиками к пухлой руке правителя, - но где же их взять? Ну посмотрите на ваших подданных: это же ужас что такое! На кого опереться слабой женщине? Нет, мужчина должен быть сильным, большим… я бы даже сказала – мощным… Вот как вы!

- Вы мне льстите, моя дорогая, - толстяк даже не собирался скрывать удовольствие, которое ему доставили слова Мортимера, - но я польщён. Наконец-то я встретил девушку, которая смогла по достоинству оценить мою силу и мой размах.

- Я навсегда сохраню в памяти нашу встречу, - с придыханием пролепетал Морти, вытирая краешком прозрачного рукава несуществующую слезинку, - и лишь эти воспоминания будут согревать меня долгими одинокими ночами!

- Зачем же так пессимистично! – мгновенно уловил намёк правитель и поближе придвинул к себе абсолютно не сопротивляющегося Мортимера. – Я, например, тоже нахожусь в поиске той единственной, которая меня поймёт и полюбит.

Я вздохнула и подумала, что эти поиски для толстяка могу стать вечными, так как представить себе ту, которая искренне полюбит вот эту гору желе, я не могла, как ни старалась.

Но Мортимер сегодня целенаправленно работал на разрушение стереотипов, потому что всплеснул руками и неверяще покачал головой:

- Нет, я отказываюсь поверить в то, что вы до сих пор не составили счастье какой-нибудь романтичной, тонко чувствующей, милой девушки… Неужели они все слепы и не видят вашу деликатную, ранимую душу?!

На словах о ранимой душе толстяк несколько подзавис, видимо, с трудом вспомнив, что она у него в принципе есть, а уж про степень трепетности вообще предпочёл промолчать. И то правда: если девушка её рассмотрела под этим толстым слоем жира, то кто он такой, чтобы её в этом разубеждать, правда?

- О Кэтрин, как же я счастлив, что судьба свела меня с вами! – воскликнул правитель, чуть ли не облизываясь, и я мысленно фыркнула: как и большинство не слишком умных мужчин, толстяк предпочитал любую льстивую ложь принимать за чистую правду.

- И я просто в восторге, о мой повелитель! – Морти закатил глазки, а я с лёгкой досадой подумала, что в данный момент выгляжу абсолютной дурой, но кто бы меня спрашивал.

- Тогда, быть может, прекрасная Кэтрин, вы согласитесь выслушать моё предложение? – положив ладонь на бедро Морти, проворковал правитель Кристоллума. – Я был бы исключительно счастлив, если бы вы ответили на него согласием.

- Ой, - восторженно пискнул Морти и, старательно покраснев, стрельнул глазками в толстяка, - неужели это то, о чём я подумала?!

«Никогда не буду так себя вести!» - поклялась я себе, попутно подумав о том, что первым делом нужно будет принять ванну, чтобы смыть с себя липкие и противные прикосновения похожих на сосиски пальцев.

- Надеюсь не разочаровать вас, - с намёком сказал толстяк, дрогнув всеми подбородками, и я, хоть и стояла вдалеке, с трудом удержала на лице нейтральное выражение. – Дорогая Кэтрин, могу ли я просить вас принять моё приглашение и посетить меня сегодня вечером?

- Вы делаете мне предложение руки и сердца? – восторженно хлопнул ресницами Морти и колыхнул бюстом. – Какая неожиданность! Но я согласна!

- Вообще-то я имел в виду несколько иное, - слегка растерялся толстяк, явно смущённый моим энтузиазмом, - нам стоит получше узнать друг друга, понять, подходим ли мы… У всех ведь разные вкусы…

- Конечно! – радостно улыбаясь, согласился Мортимер. – Я, например, в чай кладу одну ложечку сахара, а вы сколько?

Судя по фигуре, правитель в чай сахар сыпал мешками, но он, моргнув пару раз, таки ответил:

- Три, иногда четыре… Но я, собственно, не про сахар…

- Конечно, разве можно на основании только этого делать предложение! – Морти игриво ущипнул правителя за пухлую щёку. – А вообще, когда мы поженимся, - тут главный по Кристоллуму заметно вздрогнул, - я займусь вашим правильным питанием, чтобы вы, мой дорогой, выглядели ещё привлекательнее, ну вот примерно как я.

Тут Морти спрыгнул с подлокотника трона и прошёлся перед правителем, соблазнительно изгибаясь и покачивая бёдрами.

«Убью, - мрачно подумала я, - с особой жестокостью! Потом попрошу Бэйла оживить и снова убью!»

Правитель впился в Морти жадным взглядом и, похоже, слегка расслабился. Наивный… По-прежнему изгибаясь самым неприличным образом, Морти прошёлся перед правителем туда и обратно, зазывно ему улыбнулся и подмигнул сердито сопящей мне, а потом танцующей походкой двинулся в сторону друзей, настороженно следящих за его приближением.

- Дорогой братец, - вдруг обратился к Бэйлу его персональный кошмар, - правитель Кристоллума сделал мне предложение, и я хочу, чтобы ты с ним обсудил все условия.

- Я? – искренне изумился Бэйл, а потом, сообразив, сделал строгое лицо и направился за соблазнительной мной к правителю. Договариваться….

Толстяк встретил Бэйла не сказать чтобы с распростёртыми объятиями, но вполне радушно и доброжелательно. Предложив новому собеседнику вина и сладостей, правитель — интересно всё же, как его зовут-то? - завёл глубокомысленный разговор о погоде и предстоящих скачках. Бэйл что-то ему отвечал, а Морти в моём облике хлопал ресницами и посылал восторженные взгляды то Бэйлу, то правителю. Потом, видимо, сообразив, что представил некроманта братом и кокетливые улыбочки тут как-то совсем не к месту, сосредоточился на толстяке.

- Бэйл, - протянул он, добавив в голос капризных ноток, и мужчины вздрогнули, оторвавшись от обсуждения последней засухи в Кристоллуме, - может быть, ты уже перейдёшь к вопросам моего, то есть нашего будущего?

- Прости, Кэтрин, - некромант явно хотел добавить что-то язвительное, но вовремя удержался, - конечно, мы непременно поговорим о твоём будущем!

- Может, потом? После конкурса? - неожиданно робко предложит толстяк. - Мы ведь никуда не торопимся, правда?

- Это вы никуда не торопитесь, - категорически отказался от отсрочки приговора Морти, - а у меня юность не резиновая. И потом, я вам что — не нравлюсь?!

- Очень нравитесь, - поспешил отвести от себя подозрения правитель, - я ещё никогда не встречал такой удивительной девушки: умной, красивой, понимающей…

- Ну и в чём тогда дело? - Морти упёр руки в бока, сурово сдвинув брови, а я подумала, что, когда сержусь, оказывается, несимпатично краснею. - Сначала обнимаете меня прилюдно, разрушая мою репутацию, а потом жениться отказываетесь?

- Я не обнимал! - правитель возмущённо колыхнул всеми подбородками, но, наткнувшись на гневный взор Мортимера, вынужден был признаться. - Если только самую малость…

- Вот! - патетически вскричал чуть не плачущий Морти, и Бэйл с толстяком от неожиданности даже вздрогнули. - Репутация — в клочья, надежды — растоптаны безжалостными мужчинами, будущее — покрыто мраком безнадёжности! Пойду и брошусь со скалы!

- У нас нет скал, - растерянно ответил правитель и беспомощно посмотрел на Бэйла.

- Ничего, я найду! - заверил толстяка Морти и демонстративно стёр несуществующую слезинку.

- Кэтрин, погоди, не так всё страшно, - вдруг зачем-то принялся утешать заламывающего руки Морти расстроенный Бэйл, но получил ощутимый, хоть и незаметный окружающим, тычок в рёбра, опомнился и уменьшил энтузиазм.

Тут к правителю подплыл какой-то местный придворный и, с трудом пряча злорадный блеск в глазах, сообщил, что кабинет министров полностью одобряет мою кандидатуру на пост будущей супруги правителя. И когда только успели-то?!

После этого правитель окончательно сник и потребовал принести пирожных. Слуги зайчиками прыснули в стороны, и уже через пару минут перед троном красовался уставленный всевозможными лакомствами стол. Мой потенциальный жених протянул руку и с предвкушающей улыбкой взял что-то вроде корзиночки с кремом и ягодами.

- Ни в коем случае! - решительно остановил его Морти, отобрал у растерянного толстяка пирожное и с удовольствием съел его. - Вам, мой милый, нужно думать о правильном и рациональном питании. Какой пример вы подаёте нашим будущим детям?

- Каким детям? - окончательно выпал из реальности правитель, и мне даже стало его слегка жалко: Морти иногда пережить очень непросто.

- Нашим, разумеется, - свысока ответил Мортимер, стараясь не замечать того, как Бэйл кусает губы, чтобы сохранить серьёзное выражение лица. - Так, дорогой, отвлекитесь от сладкого, которое вам нужно ограничить, и начинайте конкурс, а то всё это как-то неприлично затягивается, а я очень замуж хочу, вот прямо не могу, до чего не терпится…

Абсолютно замороченный правитель подозвал представителей соревнующихся команд, причём главы остальных делегаций смотрели на Морти без малейшей симпатии, скорее, с плохо скрываемым раздражением. А вот нечего чисто мужскими компаниями путешествовать — были бы девушки, и возможностей было бы больше. Но затем я представила Мортимера, строящего козни соперницам, содрогнулась и поняла, что мы ещё можем отделаться, так сказать, малой кровью.

Задание конкурса оказалось одновременно простым и невероятно сложным: нужно было написать картину или сделать рисунок, вложив в него столько души, любви и тепла, чтобы он, когда придёт местный шаман, ожил. Нэль выслушал задание спокойно, бросил на внимательно слушающего Морти быстрый взгляд и едва заметно кивнул.

Одна из команд отказалась от участия сразу, так как среди них был музыкант, но не было художника. Остальные же, выбрав краски, кисти и что-то там ещё, направились к своим холстам.

Морти тем временем продолжал посвящать правителя Кристоллума в планы их будущей совместной жизни, и с каждой новой идеей толстяк становился всё грустнее и грустнее. Когда Мортимер в красках начал рассказывать об утренней зарядке и пробежках, правитель повернулся к развлекающемуся Бэйлу и тихонько сказал:

- Простите, но я боюсь, что поторопился с решением по поводу вашей сестры и нашего с ней брака… Пожалуй, я ещё не готов к таким решительным шагам.

- Боюсь, я ничем не могу вам помочь, - с почти искренним сочувствием ответил некромант, - но… Кэтрин никогда не меняет своих решений.

- А если я тихонько уеду в путешествие… никто и не заметит…

- Не получится, - вздохнул Бэйл, - у Кэтрин такие покровители… - тут он многозначительно посмотрел вверх.

- Что, вот прямо оттуда? Боги? - прошептал толстяк, побледнев.

- Они самые, - подтвердил Бэйл, и ведь, что интересно, не соврал, - будут большие проблемы. Мортимер, Флориан, Вирджил… все поголовно покровительствуют ей…

- Не имею чести лично знать, - толстяк чуть не плакал, - но не сомневаюсь в их могуществе. Но что же мне делать? Я не хочу на ней жениться, я ошибся, поторопился…

- Вообще Кэтрин — очень практичная девушка, - с намёком в голосе ответил Бэйл, - вы меня понимаете? Может быть, у вас есть то, что сможет её заинтересовать? Просто я не знаю, как высоко вы цените свою свободу и независимость.

- Чрезвычайно высоко, - уже чуть бодрее ответил толстяк с благодарностью глядя на Бэйла, - вы думаете, у нас получится?

- Не знаю, - Бэйл пожал плечами, а я внутренне замерла, поняв, что эти два демона задумали, - но надеюсь… Кэтрин, можно тебя на минутку?

- Что случилось? - хлопнул ресницами Морти, подбежав к трону. - Дорогой, вы хорошо себя чувствуете? Мы с вами с завтрашнего утра займёмся йогой, это развивает гибкость и ….

- Кэтрин, - остановил разошедшегося Мортимера некромант, - остановись. Дело в том, что его величество не хочет жениться, понимаешь? Не на тебе конкретно, а вообще… - тут Бэйл покрутил рукой в воздухе, как бы показывая всю неопределённость желаний толстяка.

- Как это — не хочет? - Морти перевёл на правителя потяжелевший взгляд. - Опозорил и в кусты?! Да я… я Мортимеру пожалуюсь, а он — ого-го!!

- Но есть возможность договориться, - ласковым голосом проворковал Бэйл, а я прогнала мелькнувшую перед внутренним взором картинку, где Морти жалуется сам себе.

- Да? - мгновенно успокоившись, спросил Морти, усаживаясь на ступеньки. - Излагайте...

- Видишь ли, Кэтрин, - начал Бэйл, используя любимую присказку Морти, - наш замечательный гостеприимный хозяин искренне тобой увлечён, но, - тут Бэйлу пришлось слегка наступить на ногу пожелавшему что-то возразить толстяку, - он не уверен, что сможет уже сейчас составить для тебя удачную партию.

- Почему это? - с подозрением уставился на правителя Морти. - Мы все трудности можем преодолеть вместе, это было бы правильно и очень, очень возвышенно…

- Я… в путешествие… можно? - робко произнёс толстяк и покосился на Бэйла, который одобрительно ему кивнул. - Так сказать, по пути к правильному образу жизни…

- Точно к правильному? - прищурился Мортимер, а правитель так активно затряс всеми подбородками, что можно было не сомневаться: правильнее просто некуда.

- А моя репутация? - голосом профессионального провокатора спросил вредный Морти. - Как быть с ней?

- Но, может быть, мы сможем договориться? - глазки толстяка сверкнули, и он продолжил сладким голосом. - Наверняка есть что-нибудь, что утешит вас, прелестная Кэтрин?

- Наверняка есть, - тут же охотно согласился Морти, - но я боюсь, что вы это зажмёте, пожадничаете…

- Я?! - почти искренне воскликнул правитель. - Да никогда! Мне для будущей… в далёкой перспективе, конечно… супруги ничего не жалко!

- Видите ли, - тут Морти забылся и почесал в затылке: выглядело более чем странно, но никто не обратил внимания, и я перевела дух, - кстати, а вас как зовут, дорогой мой? А то ведь я же должна буду рассказать о вас маме, подружкам, тётушке…а имени-то жениха, да уже практически мужа, и не знаю! Вот позорище-то было бы…

- Рамон, - быстро ответил правитель, - а у вас много тётушек и подруг?

- Как раз хватит на весь ваш кабинет министров, - Морти оценивающим взглядом обвёл толпу придворных, которые почему-то быстренько прижались к стенам, - да, пожалуй, как раз столько...

- Восхитительно, - сказал толстяк Рамон, мстительно улыбаясь министрам, - не одному же мне быть счастливым… Так каким пустячком я могу вас порадовать, моя драгоценная Кэтрин?

Когда угроза немедленного вступления в брак перестала быть столь явной, правитель снова расслабился и даже оказался способен на некоторое кокетство.

- Хочу сапфир, - громким шёпотом произнёс Морти, глядя в глаза правителю, - очень, знаете ли, я эти сапфиры люблю и обожаю. А у вас есть, я точно знаю… большой такой… овальный…

- Но… - промямлил растерявшийся Рамон, - это же не просто сапфир, это приз победителю…

- И что? - невозмутимо ответил Морти, поправляя сбившийся корсет. - Можно подумать, вы его собирались действительно отдать победителю! Не разочаровывайте меня своей недальновидностью, дорогой Рамон!

- Но я не могу его отдать, - заламывая пухлые руки, вскричал правитель, стараясь, однако, не привлекать лишнего внимания к переговорам. Хотя гораздо правильнее было бы назвать это торгом.

- Почему? - в голосе Морти было искреннее изумление. - Хотя мы можем совершить взаимовыгодный обмен. Хотите? У меня в сумке есть две сухих головы зубастых рыб и несколько зубастых змей, если они, конечно, ещё не сдохли без воды… Можем поменяться…

Правитель на некоторое время выпал из реальной жизни и завис, видимо, осмысливая открывающиеся перед ним захватывающие перспективы. А мы с Бэйлом, воспользовавшись этим, быстро обернулись и увидели, что Нэль, стремительно работающий кистью, уже почти завершил картину, на которой призрачный деревянный мост уходил в никуда, теряясь в густом тумане, вокруг еле заметно шелестели ветками кусты, а внизу наверняка журчала неширокая, но глубокая речка. Картина была настолько живой, что создавалось впечатление, будто стоит шагнуть на этот мост, и ты услышишь скрип деревянного настила и вдохнёшь сырой речной воздух.

- Какой-то неравноценный обмен, мне кажется, - очнувшись, сказал Рамон, - и вообще, давайте продолжим после объявления итогов конкурса.

- А откуда я знаю, что у вас, мой дорогой жених, этот сапфир вообще есть? - вдруг надменно произнёс Морти. - Что-то подсказывает мне, что вы обманщик, что нет у вас никакого сапфира…

- Есть, - надулся Рамон и вытащил цепочку, на которой висел овальный сапфир, настолько пропитанный магией, что даже у меня заломило виски. - Видите?

- А он точно похож на тот, который вы хотите отдать победителю? А вдруг они разные? Нельзя такое сокровище из семьи выпускать, - наставительно сказал Морти, глядя, как Рамон небрежно извлекает из кармана точно такой же сапфир, только без малейших проблесков магии.

- Убедились? - гордо спросил правитель, но тут Морти взвизгнув, запрыгнул правителю на колени, чуть не повалив его вместе с троном.

- Мышь! - простонал он, картинно откидываясь на грудь Рамону и прикладывая ладонь ко лбу.

- Нету здесь никаких мышей, не придумывайте! - воскликнул толстяк, тем не менее шустро ставя ноги на скамеечку. Потом он убрал один сапфир в карман, а второй, застегнув почему-то открывшийся замок на цепочке, снова надел на шею.

- Ну, нет так нет, - абсолютно спокойно ответил Морти, слезая с трона, точнее, с правителя, - пойдёмте что ли картины смотреть? Ваш шаман уже пришёл?

- Пришёл, - кивнул Рамон, озадаченный стремительными изменениями настроения не состоявшейся невесты, а Бэйл философски пожал плечами, мол, женщины, что тут скажешь.

Мы подошли к картинам и стали их рассматривать. Первая была хороша: тропический сад, мощные лианы, усыпанные цветами, невиданные птицы. Ярко, очень красиво, но… когда шаман разломил возле неё шар, полученный командой при знакомстве с правителем, картина осталась просто картиной.

На втором полотне бушевало море, высокие волны, казалось, были готовы обрушиться на зрителей, но и она осталась просто роскошным полотном. Когда шаман подошёл к творению Нэля, мы затаили дыхание, но на всякий случай подошли поближе.

Шаман разломил шар, и в огромном зале раздалась невероятно красивая соловьиная трель, а воздух наполнился тихим журчанием.

- Быстро все на мост, - скомандовал очнувшийся первым Бэйл, - уходим…

Решив, что выяснять отношения мы будем потом, все в несколько мгновений оказались на мосту, и, оглянувшись, я увидела изумлённое лицо правителя. Тут Морти прищёлкнул пальцами и превратился в самого себя, а я получила обратно свой облик, к счастью, в нормальной одежде.

Видимо, правитель был не так глуп, как нам казалось, так как прищурился и схватился за цепочку, на которой висел сапфир.

- Валим! - крикнул Морти, бросаясь вперёд по мосту и увлекая за собой остальных.

Крик правителя, точнее, яростный рёв, остался где-то позади, а мы стояли на призрачном мосту и пытались понять, куда на закинуло на этот раз.

Глава 17

Графство Мабридж, поместье Эппл-Гроув,

11 июня 1409 года от Последней Битвы (ПБ)

Поскрипывание деревянного настила и тихий плеск воды, перекатывающейся где-то внизу по камням, какое-то время были единственными звуками, которые раздавались в окружающем мире. Всё остальное пространство было до отказа заполнено звенящей тишиной, которая казалась мне совершенно оглушающей. Да, вот такие выверты восприятия, хотя я после всего, что произошло, уже вообще ничему не удивляюсь.

- Неужели это Истралия? - дрогнувшим голосом спросил Альберт и так осторожно прикоснулся к деревянным перилам, словно боялся, что они сейчас исчезнут, как мираж.

- В любом случае, это не Кристоллум с его восхитительным правителем, - подал голос Бэйл и уточнил, - Мортимер, ты здесь, непризнанная звезда сцены?

- Почему это непризнанная, - тут же отозвался Морти, который обнаружился сидящим на мосту и болтающим в воздухе босыми ногами, - я считаю, что был не просто хорош, я был великолепен. Скажи, Кэтрин?

- Если честно, в данном случае даже не стану с тобой спорить, - ответила я, всей грудью вдыхая прохладный речной воздух.

- Да? - Морти покосился на меня из-под длинной чёлки. - А почему? Так не интересно… Давай ты хоть немножечко поспоришь, ну так, для приличия и соблюдения традиций.

- Скажи лучше, сапфир у тебя? - оторвался от созерцания заросших кустами берегов Бэйл. - А то мы так поспешно сбежали… Кстати, а зачем было снимать иллюзию в самом конце?

Морти внимательно оглядел Бэйла с ног до головы и душераздирающе вздохнул:

- Ну до чего же ты скучный человек, в смысле — демон. Да так просто, пускай теперь вспоминает и думает, что он кокетничал с мальчишкой, а не с хорошенькой девушкой.

При мысли о том, в какое дурацкое положение он поставил правителя Рамона, Морти противно захихикал и довольно потёр руки. Но, посмотрев на серьёзного Бэйла, вздохнул и полез в карман.

- Да у меня он, сапфир этот, куда он денется? - ворчал он, шаря по карманам. - О, вот он, завалился… да не сверкай ты на меня глазами, я не хуже тебя умею, а то и получше…Кэтрин, доставай корону, ты же её не потеряла, правда?

Я молча помотала головой, вытащила из сумки завёрнутую в куртку корону и молча протянула её Мортимеру. Он взял её, придирчиво осмотрел со всех сторон, даже протёр рукавом какое-то несуществующее пятнышко и решительно поставил сапфир на предназначенное ему место.

Я, затаив дыхание смотрела, как тонкий золотой ободок наливается мягким светом, как ласково вспыхивают по очереди все камни, а на металле проступают странные, никогда мною не виданные буквы.

- Вот она — знаменитая Корона Короля, - торжественно провозгласил Мортимер, любуясь игрой камней, а я по острой боли в груди поняла, что банально не дышала всё это время. - Ну что, Кэтрин, ты решила, кому хочешь отдать корону?

- Нет, - я покачала головой и вдруг поймала понимающий, мудрый взгляд Морти, который совершенно не подходил безалаберному и шебутному мальчишке, которым я привыкла его воспринимать.

- Ну и ладно, - он снова завернул корону в куртку и вернул мне, - убери пока, а там видно будет. К счастью, от тебя никто не требует ответа прямо сейчас. О, а у нас, кажется, гости…

Морти встал с настила и внимательно всматривался в ту сторону моста, которая уходила в туман: там постепенно формировалось тёмное пятно. Наверное, две недели назад я бы при виде него взвизгнула и спряталась за чью-нибудь широкую спину, но сейчас лишь с любопытством наблюдала, как пятно доплыло до середины моста и замерло, словно уткнувшись в невидимую стену.

Первым очнулся Берт, который сделал несколько шагов в сторону пришельца и низко поклонился ему:

- Приветствую тебя, страж моста! - сказал он с уважением и каким-то неожиданным теплом. - Как ты и говорил, мы встретились снова.

- И тебе здравствуй, Альберт, пехотинец Лиоррского корпуса, - пронёсся над мостом негромкий, но глубокий голос, - благополучным ли было твоё путешествие?

- Благодарю, всё хорошо, - Берт сделал ещё несколько шагов в сторону пятна, - мы выполнили свою работу, хотя это было и непросто…

- Это очень важно — хорошо выполнять свою работу, - уважительно произнесло пятно и приняло форму, напоминающую высокую фигуру человека в плаще, - я рад, что у вас всё получилось.

- А у тебя всё по-старому? - спросил Берт, подходя к пятну и усаживаясь на влажные доски. - Так и не нашли тебе сменщика?

- Нет, но я держусь, - страж уселся рядом с Бертом, и они повели неспешный разговор, понятный лишь тем, кому по силам постичь всю прелесть журнала смены караулов, дежурств и прочей премудрости несения непростой караульной службы.

Пока Берт разговаривал со стражем, мы пытались понять, в какую сторону нам двигаться дальше, так как, если это тот самый призрачный мост, про который нам рассказывал Альберт, то один его край находится где-то на севере… как там это село называлось… Крапивная Балка, вот. А второй — у нас… в Мабридже… в Эппл-Гроув…

И я вдруг поняла, что больше всего на свете хочу сейчас оказаться у себя в поместье, там, где уже наверняка отцвели яблони, но запах ещё кружит голову, а тропинки в парке густо засыпаны розовыми и белыми лепестками. Я согласна даже на господина Шуфеля и его неугомонных строителей… лишь бы закончились скитания. Ну не привыкла я к такому экстремальному досугу, что же теперь. И эти две недели не сделали из меня поклонницу путешествий по незнакомой местности.

- Скажи, страж, - Берт, видимо, вспомнил о нас, и повернулся к своему туманному приятелю, - а в какую сторону нам идти, чтобы попасть в замок?

- А у вас целый бог есть, неужто он не знает? - удивлённо проговорил страж, с явной неохотой поднимаясь на ноги.

- Ну, знаю, и что теперь? - отозвался Морти, и у меня сложилось впечатление, что устал даже он. - Сейчас ручейком полюбуемся да и пойдём.

- Ты чем-то расстроен? - повинуясь внезапному порыву, спросила я его шёпотом. - Что-то не так?

- Нет, всё нормально, - так же тихо ответил мне Морти, - просто один из вас только что выбрал свой лепесток на веере судьбы, как говорят в дальнем мире, где растут удивительные жёлтые фрукты, а люди ходят в широких и плоских соломенных шляпах. И мне почему-то грустно от этого, хотя и я знал, что так будет.

- Ты имеешь в виду Берта? - почему-то сразу поняла я. - Ты думаешь, он уйдёт от нас? А как же мой гарнизон? Он мне обещал…

- В любом случае, это будет ещё не сегодня, - Морти потёр руками лицо и, словно сбрасывая с себя грусть, тряхнул лохматой головой. - Ну, путешественнички, чур, я первый выбирать себе гостевую комнату!

- Комнат хватит всем, - улыбнулась я и пошла вслед за ускакавшим по мосту куда-то вперёд Морти, с трудом удерживаясь, чтобы самой не побежать. Пока передо мной не встала реальная перспектива попасть домой, я даже не предполагала, что так соскучилась. Чуть отставший от нас Берт что-то сказал стражу моста, после чего тот низко ему поклонился, и быстрым шагом догнал нас.

- Альберт, - я поняла, что молчать — выше моих сил, - ты решил сменить стража?

- Кейт, - мягко улыбнулся северянин, - не торопи события, ладно? Я не исключаю возможности, что когда-нибудь мне захочется покоя, и тогда я приму на себя почётную обязанности стража призрачного моста. Но это произойдёт не сегодня и даже не завтра, так что не расстраивайся понапрасну.

- Хорошо, - кивнула я, чувствуя определённое облегчение от того, что неприятное для меня событие откладывается. А там, глядишь, и передумает Берт… но при этом в глубине души я понимала, что однажды могучий Альберт пойдёт по тому пути, который выбрал. Впрочем, он прав: вот тогда я и начну расстраиваться. А сейчас меня ждёт дом, любимые яблочные сады и замок, из-за которого всё это, в общем-то, и началось.

Через полчаса мы стояли перед знакомыми коваными воротами и с определённым недоумением любовались на мерцающий в одной из башен замка зеленоватый огонь.

- Не поняла, - честно сказала я, - это башня, насколько я помню, нежилая, туда даже лестницу ещё не разобрали. Не думаю, что за прошедшее время господин Шуфель добрался туда.

- Даже если бы и так, - поддержал меня Бэйл, - то вряд ли наш доблестный строитель в состоянии вызвать магический огонь. Как-то мне кажется, это слегка за гранью его возможностей. Мортимер, что скажешь?

- Я-то? - Морти тяжко вздохнул и, почесав в затылке, ответил. - Да уж не Шуфель точно, скорее, кто-то из наших, но мне сейчас лень выяснять — кто именно. Можете мне не верить, но я хочу есть и спать…

- Ты же не питаешься человеческой едой, - удивлённо приподнял бровь Бэйл, - или я что-то упустил?

- С вами и не к тому привыкнешь, - беззлобно проворчал Морти и всё же соизволил пояснить, - в вашей еде есть определённая прелесть. Например, Кэтрин очень вкусно рассказывала про пирожки с яблоками, и я ужасно хочу попробовать. Вдруг я стану первым божеством, любящим человеческую еду? Кэтрин, ты накормишь меня пирожками?

- Непременно, - я засмеялась, понимая, как мне не хватало вот таких простых вопросов: накормить пирожками гостей, распорядиться о ремонте того или иного помещения, - а ещё я познакомлю тебя с тётушкой Маргарет…

- Восхитительная леди! - воскликнул Нэль, а лица остальных осветились удивительно тёплыми и добрыми улыбками.

Я вздохнула и нерешительно потянула на себя дверцу калитки, которая открылась совершенно бесшумно, что меня приятно удивило: неужели строители вспомнили о моей просьбе и смазали наконец-то петли?

- А пирожки? - жалобно поинтересовался Морти, входя вслед за мной во двор замка. - Кэтрин, ты же обещала…

- Мортимер, судя по цвету неба, сейчас очень раннее утро, пирожков всё равно ещё нет, да и будить тётушку мне не хотелось бы. Полагаю, её спокойствие с нашим появлением закончится… так что давай дадим пожилой леди возможность в последний раз на ближайшее время нормально выспаться. Часа два-три у нас ещё есть, так что вполне можно посмотреть, что тут успел натворить господин Шуфель с подчинёнными.

- А в башню посмотреть разве не пойдём? - с каким-то разочарованием спросил Берт. - Неужели вам не интересно?

- Интересно, даже очень, - согласился Бэйл и пояснил, - но, мне кажется, для начала надо разведать обстановку, потом найти библиотеку, ради которой мы с Фарузом сюда и прибыли, по возможности пообщаться с коллегами Мортимера, а уже потом идти в башню. Не для того мы прошли столько миров, чтобы из-за досадной оплошности погибнуть, уже вернувшись.

- А ещё Кейт должна выбрать Короля, - совсем тихо напомнил Нэль, и все дружно посмотрели на меня. А что я? Я вообще не представляю, что с этой короной делать и кому её отдать. По уму — надо бы Бэйлу, если сон не обязательно должен сбыться, но он вроде как не хотел, а ещё можно Морти, если при этом не обязательно выходить за короля замуж… Потому что брак с Морти… спасибо большое, как-нибудь без такого экстрима… И вообще…

Что именно «вообще» мне не дал договорить возникший перед нами дымный столб, который приветливо облетел вокруг каждого, а потом начал ластиться к Бэйлу, словно соскучившийся домашний пёс.

- О, Шахран, - озвучил очевидный факт Морти, - смотри-ка ты, живой и даже невредимый. Слушай, да ты поправился, потолстел, покруглел, я смотрю!

Морти с профессиональным интересом осматривал ургейса, который действительно выглядел каким-то плотным и чуть ли не лоснящимся, если, конечно, о столбе дыма можно так сказать. Видимо, строители ну очень хорошо кормили оставленное надзирать за ними чудище.

Шахран, словно в ответ на слова Мортимера, скользнул в сторону выстроенной персонально для него будки, той, которая из ценных пород дерева. Я пошла за ним, попутно оглядывая двор со всё возрастающим недоумением.

Яма, появившаяся в середине двора, была отгорожена аккуратным невысоким заборчиком и заботливо прикрыта ровными деревянными щитами, сам двор тоже сложно было узнать. Тщательно подогнанные плиты вместо потрескавшихся, ни единого клочка строительного или иного мусора, крыльцо вымощено тем самым эф-риссарским мрамором, который я уже отчаялась дождаться. Вазоны, стоящие по сторонам, вычищены, наполнены землёй, и в каждом набирает силу какой-то саженец. Неужели розы?

- Бэйл, скажи, пожалуйста, а могу я твоего Шахрана попросить поработать у меня ещё немного? - спросила я, ошалело крутя головой. - Хотя бы до конца ремонта?

- Есть другие способы получить ургейса в вечное, так сказать, пользование, - голосом матёрого заговорщика шепнул мне на ухо Морти, - ты же знаешь: куда Бэйл, туда и Шахран. Отдай корону Бэйлу — и дело в шляпе.

- Я, может, тебе её отдам, - буркнула я, - и замуж за тебя выйду… Ты же меня любишь, или уже нет?

- У меня нет ручного ургейса, - подумав, выдвинул аргумент моментально насторожившийся Мортимер, - я тебе не подхожу…

- Ничего, - утешила я его, разозлённая очередной попыткой вмешаться в мою личную жизнь, - зато у тебя есть зубастые змеи, да ты и сам, как превратишься, сто очков вперёд любому ургейсу дашь.

- Это да, это я могу, - согласился польщённый Морти, - но насчёт Бэйла ты подумай, принцы демонов на дороге не валяются.

- Как и прочие принцы, - ответила я, оглянувшись на друзей, - у меня наследники вон - в ассортименте…

Наш разговор был прерван вышедшим на крыльцо и сладко потягивающимся господином Шуфелем, который так и застыл памятником самому себе, глядя на нас.

- Господин Шуфель! - радостно воскликнула я, причём была при этом практически искренней, потому как наличие живого и невредимого строителя стало ещё одним неопровержимым доказательство того, что мы на самом деле вернулись домой.

- Леди… Леди Кэтрин… Госпожа графиня… - запричитал господин Шуфель, пытаясь одновременно подтянуть пижамные штаны, одёрнуть рубашку и поклониться, - радость-то какая… кхм… внезапная…

- А скажи-ка, любезный, - прервал его Бэйл, и от ледяного голоса некроманта глава строителей втянул голову в плечи, - а почему ты таким ранним утром и в таком виде находишься в замке? Не хочешь ли ты сказать, что позволил себе воспользоваться замком леди как жилищем для себя и своих бездельников?

- Ну что вы, господин с чудищем! - попятился к двери господин Шуфель и покосившись на приоткрытое окно, очень громко сказал. - Как можно? Так, только на один день… от дождика спрятался…И нету там никого!

Последнюю фразу он практически прокричал, и из-за двери тут же раздалось активное шуршание и донеслись звуки передвигаемой мебели.

- Какого дождика? - голос присоединившегося к разборкам Фаруза был сладким, как мёд, но почему-то поверг господина строителя в ещё больший ужас. - Земля сухая и плиты тоже… А ну-ка, любезный, посторонись…

- А давайте лучше, господа принцы, я вам двор покажу, - господин Шуфель, на удивление быстро взяв себя в руки, сахарно улыбнулся, и, подхватив Нэля, как самого безобидного, под локоток, потащил его осматривать двор. Через минуту до нас уже доносился его жизнерадостный голос:

- А какая работа, вы только поглядите! Ювелирная! Ни одного камешка не положено криво, а какой узор, вы только взгляните, какой узор-то! Кстати, господин принц, а вы от какой державы будете?

- Рондэвиль, - отозвался вконец замороченный Нэль, - а что?

- А вам, ну вот совершенно случайно, строители не нужны? А то мы тут скоро закончим уже, так нам…

- Мне послышалось, или кто-то сказал про «скоро закончим», - естественно, Морти не смог остаться в стороне от всеобщего развлечения, - но мы ещё не видели, что в замке творится…

- А ты, парнишка, не лез бы во взрослые разговоры, - неприветливо посмотрел на него главный по стройке, - если заняться нечем, так пойди мышей налови господину Шахрану на завтрак.

- Я? - слегка растерялся Мортимер, а потом плотоядно ухмыльнулся, сверкнул зелёными глазищами и уточнил. - Для кого, говорите, мышей наловить?

- Для господина Шахрана, - недовольный тем, что его отрывают от важного разговора с Нэлем, отозвался господин Шуфель, - это наше чудище. Не приведи боги рассердить — тут же слопает и даже не задумается…

- И много ему мышей надо? - с исследовательским интересом уточнил Морти, подмигивая нам, а Шахран тихо завис в воздухе неподалёку от своей уникальной будки.

- Ну, штук пять так точно, - подумав, сказал господин Шуфель и, хитро сверкнув глазками, добавил, - можешь потом и покормить сам... коли не боишься…

- А чего его бояться? - нахально поинтересовался Морти, входя в роль и демонстративно шмыгая носом, - чай, не съест…

- Ну не скажи, парень, - повернулся к нему господин Шуфель, - мне его когда господин принц оставлял, то строго-настрого наказывал никого не подпускать. Мне-то он доверял, ну, как себе практически… кто ж чужому-то человеку любимое чудище оставит, правильно? Так и сказал, мол, только тебе, Шуфель, и могу доверить самое, говорит, драгоценное, что есть у меня, ты уж, говорит, присмотри, а я век благодарен буду…отслужу…

- Кхм, - раздалось за спиной у господина Шуфеля, и тот аж подпрыгнул, а потом, увидев жизнерадостно скалящегося Бэйла, тихо уточнил:

- Ну, во всяком случае, как-то похоже говорил… или я не так понял… но чудище… оно довольно…

- Отслужу, значит, - Бэйл рассматривал зарвавшегося строителя как редкую зверушку, - как интересно. А я не уточнял, каким именно образом я это сделаю?

- Нет, - прошептал господин Шуфель, - но господин Шахран доволен и сыт. Мы его даже песнями и танцами развлекали, ему нравилось очень. Особенно вот эта… - тут строитель затянул высоким дрожащим голосом какую-то заунывную песню, а я замерла, на секунду представив себе картинку: вечер, закат, Шахран, кучка дохлых мышей и танцующие и поющие строители… Тряхнув головой, прогнала кошмарное видение и решительно шагнула на крыльцо.

Берт, не участвовавший в развлечении, молча последовал за мной, к нему присоединился Фаруз. Бэйл и Нэль остались воспитывать господина Шуфеля, а Морти отправился куда-то в дальний конец двора. Видимо, за мышами…

Северянин без малейшего видимого усилия открыл тяжёлую дверь, и мы вошли в зал, на полу которого была вычерчена септаграмма, и на меня нахлынули воспоминания о событиях двухнедельной давности: встречи, знакомства, клятвы… Неужели это было так недавно? Сейчас мне кажется, что ближе тех, с кем свела меня судьба, у меня нет никого, лишь для тётушки Маргарет в моём сердце всегда будет место.

Я огляделась и подумала, что господина Шуфеля, пожалуй, можно и пощадить, так как ремонт в замке таки был начат и даже достаточно неплохо продвинулся: на первом этаже уже практически можно было существовать.

Не сговариваясь, мы направились в ту сторону, где находилась лестница в загадочную башню, в которой мы видели странный зелёный свет. Как и следовало ожидать, сюда черноглазый птичник господина Шуфеля ещё не добрался, и здесь царил совершенно девственный беспорядок. Валялись обломки какой-то мебели, непонятно как появившиеся здесь камни, доски и куски стен. К лестнице как таковой невозможно было даже подобраться. И не вызывало ни малейших сомнений, что тот, кто зажигал огонь в башне, пришёл в неё совершенно иным путём. Хотелось бы ещё понять — каким...

Подумать как следует над этим вопросом нам не дал донёсшийся со двора истошный вопль, в котором смешались удивление, ужас и что-то ещё, чему я не смогла подобрать названия. Безнадёжность, что ли?

Выбежав на крыльцо, мы увидели изумительную картину: господин Шуфель пытался вырваться из крепкой хватки Мортимера находящегося в своём истинном облике. Главный строитель висел в воздухе, подцепленный за рубашку длинными когтями, и беспомощно болтал ногами. Мортимер внимательно наблюдал за ним с не то исследовательским, не то гастрономическим интересом, а возле его чешуйчатых лап валялись мыши. Опять же — не то дохлые, не то в глубоком обмороке.

- Морти, в чём дело? - я подошла к монстру и сурово взглянула в хитрющие ярко-зелёные глаза. - Ты зачем мне господина Шуфеля пугаешь? Он ещё ремонт не доделал, между прочим. Вот закончит … и тогда, если вдруг мне не понравится качество…

Монстр тяжело вздохнул, встряхнул господина Шуфеля как ту самую мышь, задумчиво почесал острым жалом шипастого хвоста за ухом и разжал когти. Через несколько секунд передо мной уже был привычный растрёпанный парнишка в старой рубашке и драных штанах.

- Нет, Кэтрин, ты представляешь, - начал возмущённо жаловаться Морти, - я принёс пять шикарных, не побоюсь этого слова, восхитительных мышей, а этот… строитель… сказал, что они некрасивые! Представляешь?!

- Ужас какой, - я осуждающе посмотрела на главу строителей, - вы, господин Шуфель, зачем божество нервируете? У него в последнее время, знаете, сколько стрессов было? Это вам вообще крупно повезло, что целы остались. Мог запросто лапой махнуть — и всё…

- Мог, - радостно согласился Морти, - опять же, это никогда не поздно сделать.

- Не надо, - выставил вперёд руку господин Шуфель, - я, конечно же, погорячился, не рассмотрел, так сказать, за скромной внешностью… А насчёт ремонта, госпожа графиня, не волнуйтесь — всё сделаем в кратчайшие сроки!

- Кэтрин, - Морти перестал обращать внимание на господина Шуфеля, чем тот и поспешил воспользоваться, чтобы удрать, - а как ты думаешь, пирожков всё ещё нету?

- Думаю, что уже есть, - я улыбнулась и попросила Нэля, который стоял возле вазонов и что-то делал с ростками, позвать остальных.

Путь до дома показался мне невероятно коротким: вот правильно говорят, что всё познаётся в сравнении. И когда я увидела знакомые светлые стены, увитые диким виноградом, тёмно-красную крышу… что-то тёплое разлилось в сердце, а глаза защипало.

Окна жилых комнат были открыты, что означало, что тётушка Маргарет уже встала, и, значит, можно не опасаться побеспокоить пожилую леди слишком ранним визитом. Я с колотящимся сердцем поднялась на крыльцо и вошла в гостиную: Бетси как раз накрывала к завтраку, а леди Маргарет раскладывала пасьянс.

- Доброе утро, тётушка, - почему-то дрогнувшим голосом сказала я, а потом, махнув рукой на правила поведения, бросилась любимой родственнице на шею.

- Боги, Кэтрин, ты меня уронишь, - воскликнула леди Маргарет, крепко прижимая меня к себе и целуя в обе щеки, - ты бы хоть предупредила! Хотя карты ещё вчера сказали мне о сюрпризе...

Тётушка поднялась из кресла и сделала несколько шагов вперёд, прежде чем к ней по очереди подошли Бэйл, Фаруз, Нэль и Берт. Каждый из мужчин сначала целовал леди ручку, а потом попадал в крепкие, почти родственные объятия. Морти смотрел на эту картину, широко распахнув глаза.

- Ох, вы и мальчонку ещё где-то подобрали, - воскликнула тётушка Маргарет, оглядывая Мортимера с ног до головы, - худенький-то какой, боги милосердные… Небось натерпелся в жизни, да, милый?

И она ласково погладила Морти по лохматой голове. Я, как зачарованная, смотрела, как Мортимер прислушивался к своим ощущениям, пока тётя Маргарет гладила его по вихрастой макушке. Видимо, ему понравилось, потому что он чуть ли не заурчал от удовольствия, прикрыв бессовестные зелёные глазищи.

К счастью, чашек, чая и пирожков было много, и все с наслаждением принялись за еду.

- Кэтрин, надеюсь, хотя бы этот милый мальчик — не принц? - с непередаваемой иронией спросила пожилая леди, собственноручно наливая Бэйлу чай. - Это был бы уже перебор, мне кажется.

- Ну, как бы тебе сказать, тётя Маргарет, - слегка растерявшись, начала я, в то время как остальные с огромным интересом приготовились наблюдать, как я стану объяснять непростую природу Мортимера. Сам же виновник обсуждения с аппетитом уплетал уже не знаю, какой по счёту пирожок, запивая его чаем, и абсолютно не собирался облегчать мне задачу.

- Морти, конечно, не принц, - я искренне старалась быть честной, но предательское молчание Мортимера начинало злить. Ах, так….

- Это радует, - благосклонно кивнула головой тётушка и с иронией посмотрела на трёх принцев, завтракающих с завидным аппетитом, - а то у нас их и без того переизбыток.

- Он хуже, - мстительно сказала я, наблюдая, как Морти встревоженно отложил недоеденный пирожок.

- Хуже? - леди Маргарет удивлённо взглянула на присмиревшего парнишку. - Уж и не знаю, что может быть хуже принца…

Имеющиеся в наличии титулованные особы обиженно переглянулись, и тётушка поспешила уточнить:

- Хуже холостого принца, не желающего связывать себя узами брака…

Берт, которого тётушкины намёки никаким образом не касались, молча улыбался в бороду и в разговор не встревал.

- Может быть, божество, которое тоже не торопится под венец? - выдвинула я свою версию, вызвав у леди Маргарет снисходительную улыбку.

- Божество? Да разве ж они встречаются вот так, чтобы в обычной жизни. Ты уж размечталась, моя дорогая...Да ты кушай, милый, пирожков Бетси много напекла… - тут, видимо, информация уложилась в голове тётушки, и она внимательнее всмотрелась в Мортимера, который аккуратно отложил салфетку и встал из-за стола.

- Большое спасибо, - лучезарно улыбаясь, сказал он, делая аккуратный шажок в сторону двери, - пирожки были восхитительными! Но мне пора… дела, знаете ли…

- Стоять! - негромко скомандовала тётушка, и Морти послушно остановился, бросив на меня укоризненный взгляд.

- А теперь медленно и внятно, - леди Маргарет пристально рассматривала переминающегося с ноги на ногу Морти, - ты, мой дружочек, что — действительно божество, как сказала Кэтрин?

- Ну… - замялся Мортимер, и было видно, что ему и врать не хочется, но и правду говорить — тоже не слишком тянет. - Можно сказать и так, наверное…

- Так да или нет? - в голосе тётушки отчётливо звякнул металл, и Бэйл бросил на покровителя взгляд, полный искреннего сочувствия. - Насколько я знаю, здесь вариантов быть не может. Или ты неполноценное божество?

Тут леди Маргарет прищурилась и оценивающе посмотрела на Морти поверх очков, словно прикидывая: полноценный он или таки не очень.

- Почему неполноценное-то? - мгновенно обиделся Мортимер, а я вздохнула, так как не смогла не заметить искорок живого — я бы даже сказала, хищного — интереса в глазах родственницы. Естественно, на фоне божества принцы проигрывали с разгромным счётом. Они тоже это поняли и, успокоившись, стали с огромным интересом наблюдать за развитием ситуации, не забывая, впрочем, о пирожках.

- Значит, нормальное серьёзное божество? - въедливо уточнила тётушка и поманила Морти. - Что ты в дверях стоишь, проходи, тебе же понравились пирожки?

- Кэтрин, - обеспокоенно посмотрел на меня Морти, - почему у меня сейчас такое ощущение, что меня заманивают в ловушку?

- Может быть, потому что оно так и есть? - выдвинула свою версию происходящего я. - Ты божество, Морти, и ты холостяк. А самая заветная мечта моей обожаемой тётушки — пристроить меня замуж в хорошие руки.

- У меня не очень хорошие руки, - тут же оживился Морти, - на них когти, вон, хоть у Шуфеля вашего спросите!

- Тебе что, не нравится Кэтрин? - задала тётушка прелестный в своей невинности вопрос. - На неё три принца претендовали, между прочим. Правда ведь?

Все три принца охотно подтвердили, что да, было такое, но — не срослось, к сожалению. Мне же хотелось одновременно и обидеться на тётушку за её откровенный попытки сплавить меня, как залежавшиеся яблоки, и засмеяться от абсурдности ситуации как таковой.

- Я страшный, - помолчав, признался Морти и для примера превратил одну руку в чешуйчатую лапу с длинными острыми когтями, - видите, ужас какой?

- Впечатляет, - оценив конечность, согласилась леди Маргарет, - и часто ты должен в этом облике находиться?

- Да не так чтобы, - брякнул Морти и, увидев довольную улыбку тётушки, мгновенно исправился, - но и не редко.

- Ничего, - подумав, махнула рукой тётя Маргарет, - зато можно прекрасно сэкономить на охране замка, верно, Альберт?

- Абсолютно так, леди, - северянин был серьёзен, и только яркие голубые глаза смеялись, - удивительно разумный подход к вопросу.

- Кэтрин, а ты почему молчишь? - бросился за помощью ко мне окончательно сбитый с толку Морти. - Ты что, правда хочешь за меня замуж?

- Не хочу, - успокоила я его, - но вряд ли тётушка готова с этим смириться.

- Но ты же должна выйти замуж за Короля! - воскликнул Морти, усаживаясь обратно за стол, и я досадливо поморщилась: вот не готова я сейчас объяснять леди Маргарет всю эту запутанную историю с предсказанием.

- За какого короля? - брови тётушки удивлённо дрогнули. - Тут что, ещё и король есть? Кэтрин, дорогая, ты ничего не хочешь мне объяснить?

- Морти шутит, - я тепло улыбнулась пожилой леди, наступив под столом болтливому божеству на ногу, - он имеет в виду, что такая девушка, как я, достойна не меньше, чем короля. Правда, Мортимер?

- Эээ… - сообразил он и активно закивал головой, - Кэтрин нужен король, это как минимум! Ну что ей какое-то божество или принц? Мелко и недостойно!

- Ещё недавно я посмеялась бы насчёт того, что в нашей глуши может обнаружиться король, - задумчиво проговорила леди Маргарет, - но сейчас я, пожалуй, воздержусь от опрометчивых слов. Как выяснилось, тут и божество при желании можно найти… точнее, оно само найдётся…

- Тогда, раз вопрос с немедленной женитьбой мы сняли, можно я пирожок доем? - уже совершенно успокоившийся Морти протянул руку к пирожку с яблоками. - А то у демонов таких нету…

- Боги всемогущие, - отмахнулась тётушка и, кашлянув, покосилась на Морти, - какие ужасы ты говоришь, милый…

- Тётя Маргарет, - решила я перевести разговор на другую тему, пока тётушка не начала расспрашивать нас о путешествии, - скажи, пожалуйста, а ты никогда не слышала ничего про древнюю библиотеку, которая, говорят, когда-то была в Эппл-Гроув?

- Библиотека? - переспросила леди Маргарет и покачала головой. - Нет, дорогая, не слышала, но строители этого любезного господина Шуфеля, когда ремонтировали полы, нашли вот это…

Тётушка встала и, тяжело ступая, подошла к шкафу, открыла его и извлекла достаточно старую книгу, которую и протянула мне. Я хотела её взять, но меня опередил Бэйл, шепнувший:

- Кейт, никогда не открывай незнакомые книги, особенно древние, на них может быть наложено заклятье.

Некромант бережно положил книгу на стол, отодвинув чашки, и провёл над ней рукой, потом взглянул на Морти:

- Я ничего не чувствую, но давай на всякий случай ещё и ты …

Мортимер кивнул и прикоснулся к обложке: ничего не произошло, и книга осталась просто книгой. Когда её открыли, в ней обнаружились подробнейшие планы замка, начерченные, судя по всему, сразу после его возведения.

- Пожалуй, за эту находку я даже готов простить вашему Шуфелю сегодняшних мышей, - Морти сосредоточенно изучал планы. - Вот оно! То, что мы искали!

На странице, которую с искренним восторгом рассматривал Морти, были в подробностях указаны все тайные ходы, которыми, как оказалось, замок был пронизан весь, сверху донизу.

- Смотрите, - Морти ткнул пальцем в длинную ломаную линию, - вот ход, и он совершенно точно ведёт в башню, которая нам нужна. И начинается он, - божество покрутило лохматой головой, - в аккурат вон в том углу.

- В том углу — шкаф с яблочными наливками, - строго сказала тётушка, и Морти при этих словах гулко сглотнул.

- Нет уж, хватит с тебя пирожков, а то пристрастишься к наливкам и настойкам — только божества-алкоголика нам и не хватало для полного счастья. С тобой трезвым-то не так чтобы легко! - категорически воспротивилась я, а Мортимер взглянул на меня с таким упрёком, словно я у ребёнка игрушку отобрала.

- Я прослежу, Кейт, - неожиданно высказался в мою поддержку Бэйл, - вот разберёмся со всеми секретами — тогда дегустируй себе на здоровье, а сейчас лучше не надо.

- Предатель, - проворчал Морти, - а ещё принц…

- Принц я в прошлом, не забывай, - невозмутимо отозвался Бэйл, - так что этот укол мимо, Мортимер. А если ты сейчас скажешь, что зато в будущем я Король, то я дам тебе в челюсть.

- А я превращусь, - азартно возразил Морти, - и тогда мы посмотрим, кто кого!

- Шкаф кто двигать будет? - вернула я спорщиков к реальным проблемам. - Мы с Нэлем отпадаем сразу. Берт? Бэйл?

- Ой, да ладно… - Морти повёл плечами и через секунду посреди комнаты стояла шипастая тварюга, только раз в десять меньше той, что тогда явилась нам во дворе. Она подошла на толстых задних лапах к шкафу, оперлась на хвост с ядовитым жалом на конце и небрежно, словно игрушку, переставила шкаф метров на пять в сторону. При этом, что характерно, ни одна бутылка не то что не разбилась, а даже не звякнула.

- Какой необычный оттенок чешуи, - вдруг раздался абсолютно спокойный голос леди Маргарет, - никогда такого не видела. Скажи, милый, я могу её потрогать?

И тётушка, тяжело опираясь на трость, медленно подошла к настороженному Морти, который не шевелился, а лишь моргал ярко-зелёными глазами. Пожилая леди легко дотронулась до его спины, и Морти изогнул шею так, чтобы иметь возможность следить за её рукой. Тётушка осторожно погладила чешуйчатый бок и вздохнула:

- Удивительно, меня всегда поражало то, что она не холодная, а очень тёплая на ощупь. Очень странно!

Я медленно опустилась на стул, во все глаза глядя на тётушку Маргарет, и скромно так переспросила:

- Тётушка, а что ты имела в виду, говоря, что тебя всегда это удивляло? Ты хочешь сказать, что Мортимер — не первый такой? Ты и раньше встречала подобных ему? Но где? Когда? Ничего не понимаю!

- Ох, Кэтрин, я же говорила тебе, что у меня была достаточно, - тут тётушка запнулась в поисках подходящего слова, - насыщенная молодость.

- Так, сначала я узнаю, что ты встречала альвов и даже крутила с одним из них роман, потом выясняется, что тебе знакомы… Морти, как ты в этом облике называешься?

Мортимер с осуждением покосился на меня и клацнул челюстью с внушительными зубами, мол, как я тебе отвечу-то? Но ему помог Бэйл.

- Шипохвостый грокнер, проще — шипохвост, - любезно пояснил он окружающим, а Морти тяжело вздохнул и от расстройства в щепки раскрошил ударом хвоста стоящую неподалёку табуретку. Я хотела было выругать его, но потом подумала, что тоже была бы не очень довольна, если бы у меня было такое заковыристое имечко. - Они водятся только в Освэше, поэтому Мортимер и взял себе такой неоднозначный облик.

- Молодой был и глупый, - проворчал снова обратившийся в мальчишку Морти, смущённо задвигая ногой под стол обломки табуретки, - но уже не поменяешь: второй облик выбираешь один раз.

- А по-моему очень даже ничего, - подумав, сказал Фаруз, - зато никакие враги не страшны. Только обратился — и порядок, враг повержен и уничтожен и морально, и физически.

- Это да, - мгновенно воспрял духом Морти, - это я могу. Как говорят люди: люблю, умею, практикую!

- Так, практики и теоретики, - воззвала я к разуму расслабившихся мужчин, - мы в башню пойдём или как?

- Прямо сейчас? - Морти бросил быстрый взгляд на стол, куда Бетси поставила очередное блюдо с пирожками. - Что, и чаю не попьём?

- А ты только что чем занимался? - я аж оторопела. - Мне казалось, ты как раз чай пил. Нет? Морти, тебе что, не интересно, что там в башне и кто зажигает огонь?!

- Очень интересно, Кэтрин, клянусь! - Морти уставился на меня кристально честными глазами, и я махнула рукой.

- Я заверну тебе пирожков с собой, милый, - мягко проговорила тётушка Маргарет, - потом съешь, а сейчас и правда, наверное, пора вам своими делами заниматься.

- Леди Маргарет, если ваше сердце свободно, я готов предложить вам руку, сердце и хвост! - воскликнул счастливый Морти, а тётушка с показной суровостью погрозила ему пальцем.

Когда мы все, включая Морти, прижимающего к сердцу пакет с пирожками, подошли к стене, откуда начинался ход, я вдруг подумала о том, что буду скучать, когда наше приключение закончится. Потом тряхнула головой, вспомнив о предстоящих разборках с короной и королём, и отодвинула переживания на потом.

Стена казалась монолитной, но вперёд выступил Нэль, осторожно пробежался по ней тонкими чуткими пальцами и, нащупав что-то, осторожно нажал на, как мне казалось, совершенно ровные участки стены. В сплошном монолите появился сначала контур двери, потом он углубился, и через несколько секунд часть стены просто-напросто отъехала в сторону.

За ней обнаружилась удивительно чистая лестница: складывалось впечатление, что по ней много и часто ходили. Как такое могло быть, если в доме всё время кто-то был, я пока категорически не понимала. Ещё раз сверившись с картой, мы переглянулись и, автоматически выстроившись в уже привычном порядке, двинулись вперёд и вверх.

Лестница вилась достаточно крутой спиралью, уводя нас вправо и вверх, то есть чётко в сторону загадочной башни. Иногда ступени прерывались площадками, похожими на ту, где мы впервые встретили господина Пчиххельса. Я молча удивлялась тому, что практически не запыхалась, поднимаясь по достаточно высоким ступенькам. Вот что экстремальный туризм с изнеженными барышнями делает!

Внезапно лестница кончилась, и мы остановились перед солидной дверью, которая в этом царстве камня выглядела несколько чужеродно и напоминала мне дверь в кабинет директрисы пансиона, откуда я уехала пять лет назад.

Поддавшись непонятному порыву, вызванному воспоминаниями, я вежливо постучала и вздрогнула, когда из-за двери раздалось:

- Войдите!

Мы переглянулись, и я аккуратненько отступила, на всякий случай спрятавшись за широкую и надёжную спину Берта. Ну а что? Они сильные и смелые, а я маленькая и безобидная…

Но вперёд шагнул Морти и, как-то странно взглянув на нас, решительно открыл дверь, за которой обнаружилась вполне себе обжитая комната, больше всего напоминавшая кабинет ректора какой-нибудь академии. Я, конечно, в них не училась, но по рассказам и немногочисленным прочитанным романам представляла себе ректорские покои именно так. Стены до самого потолка закрыты книжными шкафами, в которых теснятся книги, свитки, какие-то фигурки. На полу — пушистый ковёр приятного тёмно-зелёного цвета, а напротив двери расположился огромный рабочий стол, заваленный бумагами, коробками, пергаментами и ещё какими-то плохо распознаваемыми отсюда предметами.

- Проходите, проходите! - доброжелательно произнёс достаточно молодой мужчина, на секунду оторвавшийся от изучения древнего свитка, и махнул рукой куда-то в сторону нескольких кресел, стоящих полукругом. - Одну минутку, я сейчас освобожусь и буду в полном вашем распоряжении.

Я в абсолютном обалдении смотрела на мужчину, который спокойно работал в башне моего — моего!! — замка, и, судя по всему, совершенно по этому поводу не переживал. Покосилась на друзей и по выражению лиц поняла, что они тоже определённо не в курсе… кроме одного. Морти старательно рассматривал потолок, хотя никаких узоров на нём не наблюдалось, и это мне очень и очень не понравилось.

- Морти, ты ничего не хочешь мне сказать? - негромко уточнила я, пристально глядя на неожиданно смутившегося Мортимера. - А то ведь потом может только хуже получиться…

Он тяжело вздохнул, но промолчал и только отрицательно помотал лохматой головой. Я открыла рот, чтобы сказать ещё кое-что этому интригану, но не успела, так как странный мужчина за столом отложил наконец-то бумаги и доброжелательно посмотрел на всех нас по очереди.

- Рад приветствовать вас у себя! - радостно сообщи он нам, а я от такой наглости даже бояться перестала.

- Вы, наверное, хотели сказать, « в Эппл-Гроув», - я сделала шаг вперёд, резким движением сбросив с плеча руку Морти, - потому что « у себя» здесь только я.

- Эмм… - растерялся мужчина и зачем-то посмотрел на упорно прячущего глаза Мортимера, - я имел в виду, что рад видеть вас у себя в кабинете…

- Прекрасно, хотя не могу ответить вам тем же, - я чувствовала, как в душе поднимается волна раздражения, которая грозила перейти в ярость, - а теперь будьте так добры, объясните, пожалуйста, - я выдохнула и, закрыв глаза, медленно сосчитала до десяти, - что… вы… тут… делаете?!!

- Работаю, - он удивлённо пожал плечами, - а что ещё я тут могу делать, по-вашему?

- По-моему? - я в очередной раз удивилась степени наглости незнакомца. - По-моему, вас вообще здесь быть не должно, так как это заброшенная башня моего, я подчёркиваю — моего, замка.

- Она не заброшенная, - как-то даже обиженно возразил странный обитатель башни, - я, между прочим, сам заклинания чистоты кастовал и сюда, и на лестницу.

- Зачем? - кротко поинтересовалась я, спиной уже привычно чувствуя поддержку друзей, ни один из которых пока не проронил ни слова.

- Чтобы пыли не было, - моргнул мужчина, - а зачем ещё-то?

- Вы уборщик? - по-прежнему спокойно уточнила я.

- Почему это? - возмутился захватчик. - Я ректор.

- Ректор? - ощущение того, что кто-то сошёл с ума, причём, скорее всего, я сама, крепло с каждой минутой. И я не замедлила поделиться этими соображениями с мужчиной за столом. - Вы знаете, у меня возникло чёткое ощущение, что кто-то из нас с вами — сумасшедший.

- Это точно не я! - поспешил воскликнуть незнакомец, но тут же смутился. - Я не в том смысле, что вы…

- Но если вы действительно ректор, то почему ваш кабинет находится у меня в башне? - я, прищурившись, ждала ответа.

- Ну так он же всегда здесь был, - странный ректор беспомощно посмотрел на Мортимера, - Мор, что ты молчишь?

- Да, действительно, - я развернулась к торопливо отступившему на несколько шагов Морти и подумала, что манерой говорить очень напоминаю сейчас Залишу, - что же ты стоишь, как неродной? То разговаривал — не заткнуть было, а тут вдруг молчишь, как рыба в пирожке, а? Нехорошо… Мор…

- Кэтрин, я всё могу объяснить, - торопливо сказал Морти, прикрываясь от разъярённой меня вкусно пахнущим пакетом, - честное слово!

- Неужели? - я уже плохо себя контролировала, поэтому очень обрадовалась, когда почувствовала, что чьи-то сильные руки обнимают меня за плечи.

- Кейт, - раздался спокойный голос Альберта, - успокойся. Сейчас Мортимер отложит пакет с пирожками, - при этих словах Берта ректор принюхался и грустно вздохнул, - и вместе с твоим постояльцем расскажет нам правду. Да, Морти? Просто для разнообразия…

- Я не постоялец, - обиженно прокомментировал слова северянина захватчик, - я действительно ректор. И работаю в этой башне уже почти пятнадцать лет.

- Врёте, - спокойно ответила я, - тут водилась всякая нечисть, это все знают. И свет мертвенный горел зелёный, и звуки всякие подозрительные раздавались, и выл кто-то.

- Ну, - неожиданно смутился ректор, так и не удосужившийся представиться, - это не совсем так… Это такая защита была, понимаете?

- Не очень, - вступил в беседу Бэйл, - я видел эти огни сам и могу точно сказать, что это была некромантия, уж я-то не ошибаюсь.

- Ну некромантия, и что тут такого? - ректор слегка успокоился и опустился в своё кресло. - У нас есть такой факультет, с его деканом вы, между прочим, очень неплохо знакомы. Но сейчас не об этом, - поспешно перевёл он разговор.

- Зато, видимо, у вас нет факультета хороших манер, - холодно прокомментировал Нэль, - так как вы до сих пор не соизволили представиться.

- Виноват, - развёл руками незнакомец, - признаю свою ошибку и исправляюсь. Позвольте представиться: Роджер, просто Роджер… Ректор академии.

- Какая прелесть! Академии… Просто академии? - уточнила я, глядя на Роджера и пытаясь прогнать дурные предчувствия.

- Академии Повелителей, если вам так больше нравится, хотя мы предпочитаем обходиться без официоза, - благодушно улыбнулся нам Роджер, который просто ректор.

- А скажите, в Истралии старых замков больше нет? Почему вам понадобился именно мой? - решила я внести ясность.

- Есть, конечно, но только этот стоит на месте древней силы и предоставляет такие потрясающие возможности, каких ни одно другое место не только Истралии, но и всего континента предоставить не в состоянии.

- Это, несомненно, в корне меняет дело, - кивнула я, - а можно об этих самых возможностях немного подробнее? Просто, понимаете, какая проблема: в Истралии уже очень давно нет ни магов, ни магии. И тут вы заявляете, что уже пятнадцать лет преспокойно перемещаетесь сюда порталом… я ведь правильно угадала способ перемещения?

Пока я говорила, Роджер смотрел на меня со странной смесью удовольствия и чуть ли не отеческой гордости, а потом повернулся к Мортимеру и, потирая руки, сказал:

- А всё-таки я был прав, погружение в параллельные реальности — это самый лучший способ обучения, а этот старый зануда Джейкоб со мной спорил. Можно десять лет учить принимать решения и работать в команде, но пока не попробуешь это на практике, на своей, так сказать, шкуре, ничего не получится. Я, пожалуй, попробую написать на эту тему несколько статей для «Межмирового магического вестника», - и, обратившись ко мне, добавил, - ну что ты, Кэтрин, магия никуда не уходила из Истралии, просто она была… как тебе сказать… неофициальной.

- Нэль, - обратилась я, демонстративно игнорируя жалобно смотрящего на меня Мортимера, - скажи, пожалуйста, у меня бывают провалы в памяти?

- Нет, - честно ответил альв и внезапно хихикнул, - хотя порой ты, конечно, бываешь слегка не в себе… Прости, Кэтрин, это я любя, честное слово.

- Тогда напомни мне, когда это я дала господину ректору право обращаться ко мне на «ты»? Я что-то не припоминаю. А ты?

- Не было такого, - подтвердил Нэль, без малейшей симпатии рассматривая ничуть не смутившегося Роджера, - я же говорю: факультета хороших манер явно не хватает.

Ректор задумчиво посмотрел на нас и, почесав в затылке, записал на каком-то листе, бормоча себе под нос: «Факультет хороших манер и этикета. Подумать и обсудить».

- Это была шутка, если что, - помолчав, осторожно пояснил Роджеру Нэль, - но, кажется, не самая удачная. Или наоборот…

- Что вы там говорили насчёт обучения и погружения в параллельные реальности? - вернулся к насущным вопросам Бэйл. - Можно с этого места поподробнее?

- Конечно, - ректор, кашлянув, посмотрел на Морти, но тот уже извлёк из пакета пирожок и меланхолично жевал его, глядя в окно, - понимаете, наша Академия называется Академией Повелителей или, если в соответствии с Уставом, то полное название звучит так: Межмировая Академия Правительственных Кадров. Но так как на сто сорок семь миров она такая одна, мы предпочитаем называть её просто — Академия.

В комнате повисла абсолютная тишина, только слышно было, как Морти шуршит пакетом.

- А какое отношение к этому, несомненно, прекрасному учебному заведению имеем мы? - озвучил возникший у всех нас вопрос Фаруз. - У меня есть версия, но сказать, что она мне не нравится — это не сказать ничего.

- Понимаете, - снова издалека начал ректор, - руководить государством — это очень большая ответственность, - тут Бэйл кашлянул, и Роджер решил, видимо, пропустить лирическое отступление, - истинный правитель должен не только много знать, он должен быть достойным того, чтобы занимать трон.

К сожалению, очень часто было так, что к власти приходили люди некомпетентные, эгоистичные, недальновидные. И было принято решение начать контролировать этот процесс.

- Кем? - коротко спросил Фаруз.

- Что — кем? - Роджер снова посмотрел на Морти, но уже без особой надежды.

- Кем было принято решение? - очень вежливо уточнил эф-риссарский принц.

- Нами, - Роджер обвёл кабинет рукой, - богами, так сказать…

- Богами, значит, - повторил Бэйл, - и что же вы решили? Очень интересно, так как две версии событий у нас уже есть: одна от лопающего в одно лицо пирожки Мортимера, и одна от Флориана. И что-то мне подсказывает, что сейчас мы услышим что-то новое.

- Дело в том, что у нас образовался новый мир, он пока пустой, его только предстоит заселить. Там будет для начала три государства. И мы пришли к выводу, что правители должны приходить к власти подготовленными. Мы очень долго спорили и пришли к решению, что нужно поставить подобранную нашими специалистами группу в условия реальных испытаний. И тех, кто эти испытания пройдёт, уже обучать, а потом выдавать им мир.

- Выдавать им мир… - заторможенно проговорила я, - как пирожок на обед…

- Ну, я не стал бы так уж… - Роджер помолчал, - хотя что-то в этом сравнении, несомненно, есть.

- Почему мы? - подозрительно спокойно спросил Бэйл, внимательно рассматривая свои руки.

- Вы все королевской крови, - этот вопрос ректору явно понравился больше, и он с охотой стал объяснять, - кроме уважаемого Альберта, но для его появления в вашей компании были свои веские причины. Кровь — это очень важно, потому что всё должно быть в соответствии с правилами и традициями. И хочу вам сказать, мы были потрясены тем, как замечательно вы сработались за столько короткое время!

- То есть вы все эти две недели за нами наблюдали? - с трудом сдерживая рвущиеся наружу нецензурные ругательства, уточнила я.

- Ну, не всё время, но в основном — да, - кивнул Роджер, радостно нам улыбаясь. - Признаюсь, получил истинное удовольствие. Но тебе, Кэтрин, нужно обязательно поработать над самообладанием! Такая реакция на обычных пауков — это нечто совершенно ненормальное, я считаю…

- Ты считаешшшь? - не хуже гинзары зашипела я, чувствуя, что самообладание, о котором только что говорил ректор, куда-то улетучилось от слова совсем.

- Кейт, Кейт, остановись! - услышала я сквозь заполнивший сознание красный туман ярости. - Кейт, успокойся! Ты его задушишь и попадёшь в какую-нибудь межмировую тюрьму. Оно тебе надо?

- Нет, - отдышавшись, сказала я, глядя на слегка побледневшего Роджера и по-прежнему невозмутимого Морти, - но ведь какие гады, а? То есть мы там несколько раз еле в живых остались, а они — наблюдали?!

- Ничего бы не случилось, - на всякий случай отодвигаясь подальше, обиженно сказал ректор, - у каждого из вас был куратор, который за вами присматривал. И в самом крайнем случае вытащил бы.

- Как интересно, - задумчиво протянул Бэйл, - а взглянуть на них можно? Познакомиться лично, так сказать?

Роджер подумал, кивнул и, приложив к губам какой-то круглый предмет, чётко и громко проговорил:

- Внимание! Кураторов группы номер семь «Корона Короля» прошу срочно явиться в кабинет ректора. Повторяю: кураторов группы «Корона Короля» ждут в кабинет ректора.

Несколько минут ничего не происходило, а потом в углу замерцало уже знакомое серебристое окно портала, точно такое же, как перемещало нас из одного мира в другой, и в кабинет шагнул одновременно что-то дожёвывающий на ходу и читающий какой-то свиток Флориан. Он, не прерывая чтения, шлёпнулся в кресло и ворчливо спросил:

- Ну что там они ещё натворили? Вроде же вернулись уже… или ты отчёт хочешь? Так я же сказал, что к концу недели...

Потом, видимо, поняв, что тишина вокруг какая-то неправильная, он оторвался от свитка и огляделся. Сначала упёрся взглядом в меня, потом перевёл его на Бэйла, на Роджера, на хмурого, как осенняя туча Фаруза.

- Привет! - жизнерадостно поздоровался он. - А вы чего такие мрачные? Кэтрин, радость моя, ты стала ещё прекраснее с момента нашей последней встречи на кладбище. Да, понимаю, звучит не слишком романтично, но что поделать — такова была та реальность.

- Что ты здесь делаешь? - негромко спросил Фаруз, но было в его голосе что-то такое, что заставило Флориана сбросить маску весельчака и ещё раз оглядеть нас, но уже серьёзнее.

- Вообще-то… я тут преподаю, - слегка растерянно ответил он и повернулся к Роджеру. - А в чём проблема? Раз группа здесь, значит, они уже всё знают, тогда откуда такая странная реакция? Победителям не годится хмуриться!

- Преподаёшь, значит, - Фаруз сделал неспешный плавный шаг вперёд, - и какую дисциплину, позволю себе спросить? Наверное, хитрость и обман?

- То есть за всё, что я сделал, мне вот такое вот спасибо?! - почти искренне возмутился Флориан. - Я вам, между прочим, ещё там, на кладбище, говорил, что нас несколько и мы своего рода кураторы, даже слово это использовал. Кто же виноват, что вы не сообразили? А вашу Кейт я вообще от гибели спас, между прочим, вытащив из временной петли. И на арене в Джесмистане помог . И вот она — благодарность!

Мы смущённо переглянулись, потому что по большому счёту Флориан был прав: он действительно несколько раз помог нам в трудной ситуации, тут не поспорить.

- Ты мой куратор от этой странной академии? - уже чуть более миролюбиво спросил Фаруз, и Флориан заметно расслабился. - Но зачем тогда были все эти истории про богов, про наставника…

- В них не было неправды, - очень серьёзно ответил Флориан, подходя в эф-риссарцу, - с твоим наставником мы действительно враги, и он на самом деле был изгнан. Ведь когда я говорил о том, что боги решили отдать людям власть в одном из миров, я же не уточнял, в каком именно. А Шару очень хотел сам стать твоим куратором, даже подобрался к тебе поближе. Скажи, ведь он связывался с тобой?

- Да, - помолчав, признался Фаруз, - он несколько раз предлагал мне… оставить друзей и унести корону… обещал за это помочь найти книгу, ради которой я сюда приехал…

- Книгу, в которой рассказано, как вернуть себе родовую магию? - с понимающие улыбкой спросил Флориан. - Она здесь. - И он махнул рукой в сторону шкафов. А то, что ты отказался предать друзей — это было твоё личное испытание, которое ты с честью выдержал.

- Почему ты не сказал нам? - глядя на принца с искренним сочувствием, спросил Нэль.

- Это была моя война, - пожал плечами Фаруз, - самая сложная, с самим собой. Но, знаете, я вспомнил слова, которые сказал тогда хранитель… что на вершине есть место только для одного. А я не хочу быть один, за эти дни я это понял настолько же отчётливо, насколько понимаю, что был несправедлив к тебе, Флориан. Я благодарен тебе… но…

Принц неуловимым движением оказался рядом с куратором и с нескрываемым наслаждением врезал ему в челюсть так, что Флориан рухнул в стоящее за ним кресло.

- Ничего личного, - выдохнув, сказал Фаруз, - если захочешь — я потом всегда к твоим услугам.

Флориан ошарашенно помолчал, подвигал челюстью, на которой прямо на глазах наливался здоровенный синяк, и неожиданно расхохотался.

- Такой правитель для воинственных племён гухаров — то, что надо! - воскликнул он. - И себя в обиду не даст, и своих защищать будет до последнего.

- Гухары — это кто? – негромко спросил у меня Нэль, с философским спокойствием наблюдающий за происходящими событиями.

- Откуда я знаю, - так же тихо ответила я, но Флориан нас услышал и даже соизволил ответить.

- Гухары — это племена, населяющие то государство, которое в новом мире достанется Фарузу, - я медленно опустилась в кресло, пытаясь осмыслить выданную информацию. То есть они всё это говорили серьёзно? Нам предстоит стать правителями в новом, «необжитом» мире?

- А они там откуда возьмутся? - на этот вопрос у шокированной меня сил хватило.

- Они беженцы из мира, где тёмные силы одержали верх, но это долгая история, они Фарузу сами потом расскажут. У них нет вождя, и он возглавит их. Станет основателем новой правящей династии.

- А ведь это тоже вершина, - задумчиво сказал Берт, глядя куда-то в окно, - только та, которую ты заслужил. И на ней ещё нужно удержаться.

- Знаешь, что, а пойду-ка я вместе с тобой, мой юный друг, - вдруг решительно сказал Флориан, откладывая в сторону свиток. - Я как Мора послушаю, как посмотрю, так меня зависть прямо за пятки кусает!

- За другое место она тебя кусает, - проворчал Морти и, прицелившись, швырнул в мусорную корзину, обнаружившуюся в углу, смятый пакет из-под пирожков. - Хотя место хорошее, согласен.

- А что, можно посмотреть? - забыв все обиды, загорелся Фаруз. - Правда можно?

- Да можно, чего уж там, - с напускной строгостью сказал Роджер, явно невероятно довольный благополучным завершением хотя бы этой истории, - смотри на своё государство…

Он щёлкнул пальцами, и перед нами развернулось окно портала, но не овальное, как предыдущие, а похожее на дверь. За этой дверью шумели разлапистыми кронами высокие южные деревья, горячий ветер приносил ароматы цветов и нагретой солнцем травы, а в просвете между деревьями был виден небольшой, но очень симпатичный белоснежный особняк.

- Это твой дом, - кашлянув, пояснил Роджер, - а уж дальше сам разберёшься, что к чему. Потом, может, и дворец себе построишь.

Фаруз, не отрываясь, смотрел на открывшийся в портале мир и, кажется, даже дышать перестал.

- А можно… можно мне сейчас пойти? - дрогнувшим голосом спросил он и виновато посмотрел на нас. - Приключение закончилось, но мы ведь не прощаемся? Нам всем будет место в этом новом мире, ведь так? Так что мы увидимся…

Тут он повернулся ко мне.

- Кейт, я ведь вижу, что твоё сердце принадлежит не мне, но я буду счастлив всегда быть твоим другом.

- А корона? Ты… не хочешь забрать корону? - спросила я. - Раз ты будешь правителем, то она тебе пригодится…

- Я добуду себе свою, - подмигнул мне принц, хотя, наверное, уже не принц, а король, ведь статус определяется не возрастом, а поступками.

- Тогда иди, - сказал Берт, подозрительно часто моргая, - я абсолютно точно знаю, что у тебя всё получится, у вас с Флорианом всё получится.

Фаруз подошёл к Нэлю и крепко обнял его, затем обменялся крепким рукопожатием с Бэйлом, но тот махнул рукой и стиснул Фаруза в крепких дружеских объятиях. Альберт с мягкой улыбкой ответил на рукопожатие и тоже обнял юного эф-риссарца. Потом Фаруз подошёл ко мне, уже откровенно хлюпающей носом, и, вытерев мои слёзы ладонью, проговорил:

- Кейт, тебе навсегда отдана часть моего сердца, и я буду счастлив видеть тебя тогда, когда ты этого захочешь! Мой меч, мой опыт и, - тут он хмыкнул, - мой персональный бог всегда к твоим услугам.

- Иди уже, - всхлипнула я, целуя Фаруза в обе щеки, - и только попробуй не справиться, я тут же пришлю к тебе Морти с его зубастыми змеями!

Фаруз легко засмеялся и вместе с Флорианом шагнул в портальную дверь, которая с тихим щелчком схлопнулась за ними.

Мы смотрели им вслед, и я чувствовала, как в горле встаёт ком, а на глаза наворачиваются слёзы. Хотя, казалось бы, почему вдруг? Фаруз с честью выдержал свои испытания, и его бывшему наставнику теперь ничего не светит, принц сам распоряжается своей судьбой. А если станет трудно, я почему-то не сомневалась, что Флориан ему поможет.

- Кейт, всё хорошо, - тепло улыбнулся мне Нэль, - это, знаешь, как когда дочитываешь интересную книгу или дописываешь картину. Такая странная смесь счастья и грусти. Но мы ведь не расстаёмся, ты ведь знаешь это, не можешь не знать, не чувствовать. Ты очень изменилась за это время, принцесса Кэтрин, стала из милой и забавной девочки сильной и мудрой, хотя я никогда не думал, что это возможно — так измениться за две недели.

- И в кого ты такой умный? - я шмыгнула носом, но понимала, что альв абсолютно прав. - Сейчас и ты уйдёшь, да, Нэль? Ты тоже меня бросишь?

- Я не могу тебя бросить, Кейт, - мягко улыбнулся наш остроухий любитель всего живого, - мы ведь будем жить в одном мире… Только я не хочу править, но мне, надеюсь, и не придётся. Я ведь уже догадался, кто был моим куратором…

- Да? - от изумления я даже всхлипывать перестала, а Роджер удивлённо поднял брови. - А кто?

- Полагаю, это мой наставник, Кирэль, - задумчиво сказал альв, глядя куда-то в пространство, - только теперь я понимаю, что он потихоньку готовил меня, убедил отца, что надо развивать мой талант художника. Только я пока не очень понял, почему он так расстроился, когда выяснилось, что я стану участником похода за короной.

- Да потому что это означало конец спокойной жизни, - раздался ворчливый голос, и в кабинет шагнул высокий альв с роскошной гривой седых волос. Было видно, что он далеко не молод, но назвать его стариком язык не повернулся бы, - а у меня только эксперимент по выращиванию рассады редчайшего сорта оллианумов в финальную стадию вошёл…

- Ой, а вы Кирэль, да? - вырвалось у меня помимо моей воли.

- Да, это я, - альв с некоторым недоумением посмотрел в сторону моей заплаканной персоны, - а ты, видимо, Кэтрин. Но откуда ты можешь меня знать?

- Нам про вас тётушка Маргарет говорила, - сдала я с потрохами любимую родственницу, - она, кстати, до сих пор вас помнит.

- Маргарет… Маргарет… - Кирэль наморщил высокий лоб, - прости, Кэтрин, но я не помню никого с таким именем, кроме, разве что… впрочем, это дела давно минувших дней. К тому же это было далеко отсюда...

- На севере, да? - спросила я и заметила, как дрогнуло что-то в безмятежной небесной голубизне его глаз.

- Но откуда? - альв повернулся к воспитаннику. - Лионэль, что всё это значит?

- Скажи, Кирэль, - думая о своём, спросил Нэль, - а пророчество Фелиэна? Оно было вообще? Или это часть вашего хитроумного эксперимента?

- Конечно, было, - почти искренне возмутился Кирэль, и юный художник, прищурившись, кивнул своим мыслям. Потом повернулся ко мне и решительно сказал:

- Кейт, зови тётушку Маргарет, пусть этот исследователь тоже почувствует на себе всю прелесть внезапных открытий…

- Ой, а давайте я! - вызвался наслаждавшийся нашей беседой с Кирэлем Морти, - я порталом быстренько обернусь. Пирожков кому принести? Что вы так смотрите, я уже понял — всем.

Не дождавшись ответа, шебутное божество исчезло, чтобы через несколько минут появиться снова, держа в одной руке пакет с пирожками, а в другой осторожно сжимая ладонь изумлённой леди Маргарет. При виде Кирэля тётушка судорожно прижала к груди руки и прерывисто вздохнула. Повисла пауза, в течение которой все присутствующие переводили взгляды с пожилого альва на тётю Маргарет и обратно.

- Мэгги? - неверяще произнёс Кирэль, делая неуверенный шаг вперёд. - Мэгги, это действительно ты? О все боги Великого Леса! Но…

- Это я, Кир, - тётушка с упрёком взглянула на подмигнувшего ей Мортимера, - только мне уже не двадцать, и даже уже не сорок…

- Ты совершенно не изменилась, - прошептал Кирэль, всматриваясь во что-то, заметное только ему, и тётушка постепенно тоже перестала хмуриться, а лишь смотрела на него с грустной нежностью. - Но как ты? У тебя, наверное, уже внуки?

- Нет, - она покачала головой, - у меня нет внуков, да и семьи никогда не было кроме Кэтрин.

- Но почему? - воскликнул Кирэль и внезапно замолчал. - Неужели…

- И это они будут учить меня жить! - громким шёпотом сказал Морти, ни к кому конкретно не обращаясь. - Кир, если ты сейчас в очередной раз проворонишь своё счастье, я никогда не стану с тобой разговаривать.

- Это ты пугаешь или вселяешь надежду? - привычно отозвался Кирэль, не сводя глаз с тётушки, которая старалась смотреть куда угодно, только не на него. - Мэгги, почему ты тогда сказала, чтобы я ушёл?

- Потому что я не думала, что ты послушаешься, - проворчала тётушка, - мало ли что девушки говорят.

- Вот совершенно с вами согласен, - тут же влез неугомонный Морти, - Кэтрин иногда как скажет что-нибудь, так и не знаешь, что и делать-то! В общем, Кир, быстренько давай приглашай леди Маргарет с собой и Нэлем в новый мир, и будем есть пирожки.

Кирэль молча закатил глаза, а Роджер и Бэйл понимающе переглянулись. Тётушка как-то беспомощно обернулась ко мне.

- Кэтрин, что происходит?

- Тётушка, тебе не повезло, и Морти решил устроить твою личную жизнь, раз уж со мной не очень получилось.

- Почему это не получилось? - громким шёпотом возмутился Морти, - смотри, как я хорошо разогнал всех потенциальных женихов кроме одного.

- Мэгги, - не обращая на его внимания, проговорил Кирэль, и я почти задохнулась от нежности, прозвучавшей в его голосе, - я не знаю, что ждёт меня в мире, куда я отправлюсь со своим воспитанником, но, может быть, теперь ты согласишься пойти со мной?

- Соглашусь, - неожиданно ответила тётушка, азартно тряхнув седыми кудрями, - а то ищи тебя потом опять по всем странам…

- Ты меня искала?

- Даже к демонам добралась, - призналась тётя Маргарет, пока я ловила упавшую челюсть, - откуда бы я знала иначе, какая у шипохвостого грокнера чешуя?

- Лионэль, ты уже видел свой новый мир? - тоном строгого наставника спросил Кирэль у светло улыбающегося Нэля.

- Нет, но мы выберем вместе, - альв посмотрел на леди Маргарет, которая удивлённо покачала головой, но согласилась и подошла к нему поближе.

Роджер, не произнёсший за это время ни слова, открыл портал, и мы увидели, как с той стороны плещется море травы, шумят деревья, летают какие-то птицы. Но Нэль отрицательно покачал головой. Не устроил его и следующий мир, и лишь когда в окне портала мелькнула выжженная пустыня и чахлый лесок на горизонте, он поднял руку.

- Я хочу этот мир, - сказал он своим мелодичным голосом, - не знаю почему, но мне кажется, когда-то это место было иным, и мне хочется вернуть ему былую красоту.

- Достойная задача, - помолчав, признал Кирэль и, повернувшись к леди Маргарет, спросил, - хочешь, я выращу для тебя здесь яблоневые сады?

Тётушка,удивительно помолодевшая и похорошевшая, милостиво склонила голову. Она обернулась ко мне и, подойдя, крепко обняла, а потом расцеловала в обе щеки.

- Спасибо тебе, моя девочка, - негромко сказала она, - ты снова сделала чью-то жизнь счастливее, такова твоя судьба… Я чувствую, что мы ещё увидимся, а потому не прощаюсь ни с тобой, ни с Бэйлом, ни с этим очаровательным шалопаем.

- Тётушка, а как же твоё маниакальное желание пристроить меня в хорошие руки?

- Так я уже это сделала, - улыбнулась моя непостижимая родственница и, не дав мне сказать ни слова, шагнула вместе с альвами в серебряную дверь, а я осталась стоять в абсолютной растерянности.

- Что это сейчас было? - очнувшись, спросила я Роджера, который, кашлянув, переглянулся с Морти.

- Видишь ли, Кэтрин, - начал Мортимер, но, споткнувшись о мой свирепый взгляд, поправился, - дело в том, что мы, видимо, слишком долго придерживали события, и теперь они бегут быстрее, нежели мы ожидаем. Зато теперь у нас остался один жених, один мир и одна корона. Очень удачно, по-моему.

- То есть свободы выбора мне не предоставляется? - я спорила из чистого упрямства, так как, положа руку на сердце, другого расклада и не желала. Не всегда большое чувство вспыхивает внезапно, иногда ему нужно время, общее дело и множество других моментов. Я не сомневалась, что Бэйл сделает всё возможное для того, чтобы я была счастлива. Чтобы мы были счастливы.

Но были у меня и соображения, которые моим собеседникам могли и не понравиться.

- Кейт, - Бэйл был на удивление серьёзен, - тебе неприятен вариант… в общем, ты против… короче, я понимаю, что не самый лучший жених, но, может быть, у нас что-нибудь получится? Как ты считаешь, «яблочная девочка»?

- Я согласна, - глаза Бэйла вспыхнули радостью, а наши два куратора, Морти и Роджер, сидели рядом, подперев кулаками щёки, как две бабушки, любующиеся на бестолковых, но таких любимых внуков. - Но у меня есть условия, их два.

Первым насторожился Мортимер, видимо, потому что лучше успел меня узнать, глядя на него, напрягся и Роджер.

- Какие условия, Кейт? - спросил Бэйл, а Альберт, спокойно стоявший, прислонившись к стене, ободряюще мне улыбнулся.

- Во-первых, ни ты, Морти, ни ты, Роджер, с нами не пойдёте, - начала я, для уверенности крепко стиснув руку Бэйла, - а во-вторых, корона останется здесь.

- Как это — здесь? - непонимающе воскликнул Роджер. - Корона должна найти своего Короля.

- Она обязательно его найдёт, - согласилась я, - но тогда, когда он появится. Я Королева, и я решаю, кому её отдать. Король пока не появился, и я, пользуясь властью, данной мне, оставляю Корону назначаемому мной Хранителю, который сбережёт её до того момента, как придёт её истинный владелец.

- А мир, который достанется Бэйлу? Точнее, вам с Бэйлом? - Морти насупился, но зелёные глаза довольно сверкали.

- Мы пойдём туда как обычные правители, - поддержал меня Бэйл, - как Нэль и Фаруз.

- Хорошо, - помолчав, согласился Роджер, - тогда ваши три мира я объединяю в один. Как говорится, дружите, плодитесь и размножайтесь.

- А Корона-то! - воскликнул Морти.

Я вынула из сумки завёрнутую в куртку корону и протянула её Берту, который без лишних слов взял её и поклонился со сдержанным достоинством. Оказавшись в руках Мечтателя, корона мягко засветилась, вспыхнули камни, а на последнем, пятом зубце загорелся последний прозрачный камень, возникший там как по волшебству, хотя почему «как»…

- Я сберегу её для истинного Короля, Кейт, - серьёзно и весомо сказал Альберт, - я мечтал стать Хранителем чего-нибудь очень важного, и моя мечта сбылась. А когда Король придёт, я сменю стража на призрачном мосту.

- Присмотри за замком, Альберт, я ведь не освобождала тебя от должности командира замкового гарнизона, - смаргивая откуда-то набежавшие слёзы, сказала я. - А я непременно проверю, ведь мы сможем сюда приходить?

- Разумеется, - заверил меня Роджер, - вы ведь прошли испытания, и теперь считаетесь полноценными учащимися академии. И пусть у вас нет регулярных занятий, но вы всегда можете получить здесь совет, помощь и поддержку.

Он открыл окно портала, и мы с Бэйлом, взявшись за руки, шагнули навстречу тёплому ветру, синему небу и стремящимся куда-то в небо шпилям белоснежного замка.

***

- Уф, ну хвала всему, отправили, - выдохнув, Мортимер рухнул в кресло, - я боялся, что Кейт захочет отдать корону Бэйлу. Нет, мой воспитанник, конечно, будет хорошим правителем, но он не Король. Но Кейт … какая умница! И вообще, Роджер, гони двадцать золотых, ты проиграл. Она выбрала Бэйла, а не Фаруза.

КОНЕЦ

Content

Загадка замка Эппл-Гроув

Пролог 1