Остров похудения

Остров похудения

Остров похуденияТимур Белый

Глава 1

Завтрак был любимым приёмом пищи Артёма. Его тренер, многочисленные статьи в интернете и «знающие» знакомые как в один голос твердили, что на завтрак можно есть всё, что угодно и не переживать из-за лишних калорий. Они не пойдут в жир. Статьи, знакомые и другие источники, говорившие, что злоупотреблять утренним приёмом пищи всё равно не стоит, что он не такой уж и важный, не вызывали доверия и одобрения. Мысль, вбитая в его голову изначально, была очень приятна и удобна, и он никому не позволял выбить или как-то расшатать её позиции.

Вот и сегодня, в предвкушении своей первой трапезы, он быстро и весело умылся, переоделся и влетел на кухню счастливейшим существом на Земле. Любящая мать уже приготовила ему яичницу с колбасой, блинчики со сметаной, хлеб с шоколадной пастой и кофе с молоком и сахаром.

Артём поцеловал мать:

- Доброе утро, ма! Ты как всегда бесподобна.

- Доброе утро, сынок! Утром надо хорошо покушать, - улыбнувшись, укрепила она ненароком позиции той самой его любимой мысли насчёт завтрака.

Её б воля, так сынок кушал бы хорошо не только на завтрак. Раньше все приёмы пищи были священны в их семье, но потом Артём «взялся» за себя. Обрезал свой обед, практически «зарезал» ужин, стал ходить в зал и считать калории.

- Мм, какие блинчики! – смаковал он. – С магазинными не сравнить!

- Куда им! – вспыхнула мать. – Там лишь бы подешевле и побыстрее сделать.

Разделавшись с едой, которой хватило бы его сослуживцам, знакомым и соседям на весь день – а кое-кому и на два, - Артём привёл в порядок свои короткие тёмно-русые волосы, брызнулся духами от Версаче и вышел из дома в прекраснейшем настроении. Ближайшие пять часов это настроение его не покинет, а потом… Он не любил думать о том, что будет потом. Вечная борьба с килограммами постепенно изматывала, изнашивала не только его физическую оболочку. Психологически он страдал не меньше. Чувство голода, которое приходило к нему после скудного обеда и оставалось до самого сна; печаль от того, что он, в свои двадцать восемь лет, не может нормально бегать, прыгать, заниматься спортом и даже быстро ходить – страшная одышка портила ему удовольствие от любой физической активности; горечь от неудач в сбрасывании веса, которой было намного больше, чем радости от побед в этом деле. За каждой неудачей нередко следовала следующая неудача, а радости, следующей за радостью, не было никогда.

Чего только не перепробовал Артём в борьбе со своим лишним весом. В самую пору было писать книгу «Похудение. Сборник моих неудач». Различные голодания, каждое из которых «проваливалось и рушилось в пропасть» со своими уникальными треском и грохотом; обёртывания пищевой плёнкой, после которых так приятно было чувствовать, что «вроде бы похудел»; кефирные, фруктово-овощные, рисовые, белковые и ещё чёрте-какие диеты, которые даже упоминать не нужно, чтобы не забивать вам голову; самовнушения, которые хорошо работали короткое время; программы тренировок, которые хорошо работали короткое время; отвлечения на что-то другое, которые тоже хорошо работали короткое время… Название «Похудение. Сборник моих неудач. Вещи, которые хорошо работают короткое время» даже больше подошло бы его книге.

Стимулы он находил разные. «Я буду нравиться девушкам!», «Я смогу быстро ходить без одышки!», «Дети не будут кричать: «Ой, смотри, толстяк!»», «Сколько одежды станет доступно мне!», «В аквапарках и бассейнах не буду центром внимания!» И много других. Все они позволяли завестись «машине желания» Артёма, некоторые позволяли даже немного на ней проехать. Но рано или очень рано колымага глохла, заставляя нашего героя выходить и с горечью пинать по колёсам.

Несмотря на всё это, никто никогда не видел, чтобы Артём был в плохом настроении. Напротив, он всегда был добр и весел с окружающими, улыбался и смеялся ничуть не меньше своих сослуживцев и знакомых.

Его проблема лишнего веса была настолько мощной и многогранной, что он просто не замечал другие, когда они появлялись - будто держал за уши огромную сову, пытающуюся расцарапать его глаза, а другие жизненные неприятности были для него просто мухами, жужжащими вокруг. Ему было не до них. Получается, что различные невзгоды он не замечал из-за этой «совы», а к самой «сове» настолько привык, что научился радоваться и веселиться, несмотря на трепыхающуюся «хищную птицу» в руках. Конечно, привык – через что он только с ней не прошёл. То остервенело таскал её туда-сюда, пытаясь оторвать и сбросить, то смиренно улыбался и даже угощал вкусняшками. Да она уже родной для него была…

Глава 2

Жил Артём со своей мамой, Еленой Борисовной и отцом, Павлом Андреевичем, в Алматы.

Мать была высокая, полная и властная женщина. Сильная схожесть с Фрекен Бок из мультика про Карлсона стала причиной того, что на работе – а работала она главным бухгалтером в одной крупной казахстанской компании, - её называли Бок.

Отец тоже был высокий и полный, но до габаритов жены, равно, как и до высоты её должности, малость не дотягивал. Работал в научно-исследовательском институте, проверяющим пригодность зданий для дальнейшей эксплуатации.

Родители были почти ровесниками и обоим оставалось немного до вхождения в седьмой десяток.

Родных братьев и сестёр у нашего героя не было, а двоюродные и троюродные давно разлетелись по миру. Упитанным он был всегда – толстяком, пузырём, бочкой и другими не очень приятными словами его называли и в детском саду, и в школе, и во дворе. Да и сейчас, работая в офисе, он часто слышал краем уха, как коллеги нелестно высказывались о его неуклюжести, габаритах и тяжёлом дыхании. То, что за глаза его все называли толстяком он знал давно – он и сам себя так нередко величал.

Один раз коллега обозвал его в лицо - «центнером». Пришлось нашему герою пояснить обидчику, что «центнер» – это комплимент для него.

Фирма, в которой он работал, занималась продажей компьютеров, ноутбуков и комплектующих к ним. Дела шли отлично – клиентов было хоть отбавляй. С обязанностями своими Артём справлялся прекрасно. Именно ему - среди всех менеджеров службы поддержки клиентов, - чаще всего ставили высокие оценки. Он никогда не хамил, был добродушен и вежлив по телефону даже с самыми недовольными и злобными. Люди, приходившие в офис напрямую, в подавляющем большинстве случаев шли именно к нему. Может доброе, толстое лицо вызывало больше доверия, может его тучность наводила на мысль о том, что к нему никто не подходит и хотелось просто поддержать, а может те, кто уже обращался к этому светлому пухляшу, помнили, как он помог им в прошлый раз - или по крайней мере искренне старался сделать это.

Артём был душой всего офиса. Большой, весёлый, светлый. Сослуживцы не смогли бы не заметить его отсутствия на работе. Увольнение этого добряка было бы сильным и долго чувствующимся ударом по хорошему настроению даже тех, кто говорил про него гадости и показывал своё раздражение при его появлении. Что уж говорить о тех, кто с ним дружил. Например, о Ринате. Он первый из сослуживцев-друзей пришёл мне на ум, потому что… Да потому что сегодня он первым из них попался на глаза нашему герою, когда тот пришёл в офис.

- Здорово, Артём! – поприветствовал Ринат своего друга пухляша, когда тот подошёл к своему рабочему месту.

- Здорово, Рина! – ответил на приветствие Артём. – Как ты? Что-то рано сегодня.

Ринату было тридцать два года. Высокий, широкоплечий, всегда коротко подстриженный брюнет. Он жил с женой и сыном, бегал по утрам и обожал смотреть футбол. Работал на аналогичной с «любителем плотных завтраков» позиции менеджера службы поддержки.

- Прекрасно! Вчера Месси такой гол забил! Ты бы видел!

Как это часто бывает, человеку одержимому чем-то, трудно осознать, что для других это может быть вообще неинтересно.

- Ну-ка, покажи, - сказал Артём, наполовину из вежливости, наполовину из-за неизбежности этого показа после любого его ответа на восхищение такого уровня.

- Смотри! - мгновенно появился у его лица смартфон с заранее найденной и отмотанной на нужную секунду матча записью.

- Даа, круто вышло, - похвалил наш герой красивый выкрутас Месси. На самом деле, ни один из более сотни показанных ему Ринатом за всё время их знакомства футбольных выкрутасов не сдвинул отношение Артёма к футболу с «равнодушного» ни на йоту.

- Он гений! – восхищался Ринат видео.

Наконец, он убрал смартфон в карман:

- Ладно, я на место. Уже девять. В обед поболтаем.

- Хорошо. Сегодня у Ирки собираемся.

Обедали они каждый день за разными столами - так у них было заведено с тех самых пор, как они с боем выбили себе право кушать на рабочих местах. Сегодня была очередь Ирины принимать гостей. Хозяин стола – помимо узелка с едой – своей доли в общем дастархане, - отвечал ещё за чай, кофе, соль и сахар.

В офисе было несколько обеденных группировок. Группировка нашего героя состояла из пяти человек. Кроме него, Рината и упомянутой выше Ирины, в неё входили ещё Марат и Аня. Последняя работала в торговом зале, который находился на первом этаже, остальные – такие же менеджеры службы поддержки, как и наш пухляш.

Телефон на столе Артёма зазвонил. Рабочий день начался…

До обеда он успел проконсультировать сорок четыре человека. Двадцати из ним он помог сам, пятнадцать перевёл на нужных спецов, пятеро отключились и четверо послали его в ж… Это был прекрасный показатель. Рината обматерили и послали пятнадцать человек из тридцати пяти.

Некоторые коллеги нашего героя уже к обеду были в стрессе. Отрицательная энергия, выплёскиваемая на них звонившими, делала своё чёрное дело. Порой она портила настроение даже тем, кто работал давно - ветеранам. Последние - спокойные, как удавы люди с невозмутимыми лицами, - выходили в такие моменты на улицу, чтобы покурить и немного забыться.

Обеденной группировке Артёма повезло в этом плане. После нескольких минут общения с пухлым добряком, они чувствовали облегчение – как будто получили стресс не сегодня, а пару дней назад. Пухляш вбирал, засасывал в себя плохую энергию, а потом рассеивал, уничтожал её. Плохая энергия могла прыгать от человека к человеку, пока не доходила до нашего пухляша – преодолеть его гравитацию и прыгнуть дальше она уже не могла. Цепочка злости, которая должна была отравить домашних и знакомых его друзей, рвалась.

- Что тут у нас сегодня? – потирал руки Марат, разглядывая, что принесли на обед члены его группировки, когда все собрались за Ирининым столом.

Марату было всего двадцать четыре года, но он уже был женат. Детьми пока не обзавёлся. Среднего роста, худощавый. Густая чёрная шевелюра украшала его большую голову. Своим зверским аппетитом и поразительной всеядностью он часто вызывал мысленное восклицание друзей: «куда в него столько лезет!»

Хозяйке сегодняшнего стола, Ирине, высокой и спортивной девушке с длинными светло русыми волосами, обожавшей аниме и книги в жанре фэнтези, было двадцать пять лет. Жила с родителями, замуж особо не спешила. Во всяком случае, говорила, что не спешит, тем кто кидал «мол, уже пора» намёки и советы.

Прибежавшая к ним из торгового зала голубоглазая шатенка Аня, свободно свисающие чуть ниже плеч волосы которой сейчас были собраны в аккуратный хвостик, была только на год младше Ирины. Самая маленькая и худенькая из пятерых, она жила с подругами и обожала шастать по ночным клубам.

- У нас то нормальная, домашняя еда, а ты опять смотрю с кулинарии притащил, - ответил Ринат Марату. – Что, жена не балует?

- Да она со своей карьерой… Вау, блинчики! С чем это? – обратился «притащивший с кулинарии» к Артёму.

- С мясом.

- Супер! Респект, братуха!

- Мамины, - улыбнулся наш герой.

- Ну, конечно, - засмеялась Аня. – Ещё бы ты сам их сделал.

Узелки Артёма были самыми ожидаемыми - до уровня кулинарного мастерства его матери собравшимся за столом и тем, кто для них готовил, было далеко. Он приносил много, хотя сам обычно съедал мало – не завтрак ведь уже. Отдельно, чисто для себя, приносил какой-нибудь салатик.

- Как, кстати, твои успехи? – Ринат показал на необъятный живот Тёмы, резанув по больному.

- Да никак, если честно, - с улыбкой ответил пухляш. – На месте вес держу, как резвого коня на верёвке. Скоро сорвётся и поскачет…

- Надо на плавание записаться, - с набитым ртом вставил Марат.

- Толку нет от твоего плавания, - возразил Рина. – Надо ходить больше, с грузом. Лучше в гору.

- Да отстаньте вы от него, - вмешалась Аня. – Он сам всё знает. И работает над собой. Даже к тренеру записался.

- Да этим тренерам лишь бы деньги… - начал было Марат, но Ира перебила его:

- Давайте сменим тему. Что говорить больше не о чем?

- Сегодня такие хамы звонили, - нашёл, чем сменить тему фанат Месси. – Так разговаривают… Как будто им не люди, а бездушные машины отвечают.

- Да они нас за людей не считают, - добавила Ирина. – Не стесняются в выражениях.

- Мне порой начинают о наболевшем рассказывать, - Марат смаковал блинчики, давая возможность насладиться принесённой им кулинарией кому-нибудь другому. – Одна дамочка сегодня про своего мужа начала трындеть. Я ей говорю, что наша служба не для этого, что люди с реальными проблемами не могут дозвониться. А она - что поставит мне одну звезду и пожалуется, что я ей нахамил. Представляете?

- Так разговор же записывается, - сказал Артём. – Ты покажешь шефу, что она не по теме болтала и всё норм будет.

- Эта лиса, знаешь, какая хитрая? – Марат гневно сверкнул глазами. – Она историю про мужа с вопросами о купленном у нас ноутбуке перемешивает. Так гладко выходит. В следующий раз на Рину её переведу сразу.

- Я тебе переведу, - чуть не поперхнулся Ринат. – У меня своих неадекватов хватает.

Фаршированные перчики, принесённые Аней, устроили тем временем танец живота для Артёма. В его воображении, конечно. Один из них начал даже страстно шептать:

- Съешь нас, господин Артём. Мы доставим тебе райское наслаждение. Мы идеальны. Начинка из говядины и риса. Говядины гораздо больше, риса совсем чуть-чуть.

Артём смотрел на это действо, как зачарованный.

«Ладно, домой пешком пойду - отработаю, - подумал он и пододвинул к себе контейнерок с перчиками».

- Это мы с подругой приготовили, - улыбнулась Аня. – Пальчики оближешь!

- Я домой пешком пойду, отработаю, - сказал наш герой то, что помогло ему веселее взяться за вилку с ножом.

- Читмилы надо себе устраивать, - сказал Марат. – А то психически не выдержишь.

- Да, - согласился Ринат. - Я когда на диете сидел, раз в неделю обжирался. Метаболизм раскручивался – полезно.

В общем подлили они масла в огонь. После перчиков в топку Артёма отправились кулинария Марата, половина принесённого десерта, а также пирожные, с которыми не справились коллеги за соседним столом.

Теперь, чтобы «отработать», надо было как минимум пять раз пройтись до дома и обратно. Это его сейчас не беспокоило – колючие чувство вины за срыв диеты и маячившая пока вдалеке необходимость это всё отрабатывать плавали на поверхности более мощного – и самого приятного из известных нашему герою, - чувства волшебной, сладкой сытости. Когда уровень этой сытости снизится, оголив душу – также, как снижается уровень воды в спускаемом бассейне, оголяя дно, - упомянутые выше колючки примутся за дело.

До окончания рабочего дня Артём принял ещё тридцать два звонка – только в шести из которых его обругали и повесили трубку.

В шесть часов вечера все «телефонные бойцы» стали собираться домой. Это было их привилегией – возможность уходить сразу, по окончании заявленного в их трудовом договоре рабочего времени. Телефон службы поддержки выключался ровно в восемнадцать ноль-ноль. С клиентами, всё ещё висевшим на линии, менеджеры поддержки быстро разделывались – вежливо просили перезвонить на следующий день или перенаправляли в другой отдел.

- Подвезти тебя? – подошёл к нашему пухляшу Ринат.

- Нет. У меня же отработка.

- Я думал ты отложишь её.

- Это было бы слишком для моей совести за один день, - усмехнулся Тёма.

- Ну бывай! До завтра!

- До завтра!

Путь пешком с работы до дома отнимал у Артёма полтора часа. Ходил он – мягко сказать, - не быстро. Для сравнения, тот же путь Ринат прошёл бы за час, Аня - за пятьдесят минут. Но если умножить массу на… Ладно - это уже для тех, кто любит задачки по физике. Дам на всякий случай исходные данные: вес нашего героя сто пятьдесят четыре килограмма, Рината – восемьдесят шесть, «божий одуванчик» Аня не показывала на весах и трети того, что показывал первый - четыре килограмма не хватало ей для этого; расстояние – примерно пять километров.

Как обычно, после двадцати минут ходьбы, Артём почувствовал, что его рубашку можно выжимать. Сердце бешено колотилось, шумное дыхание всё чаще заставляло людей – кого участливо, а кого из любопытства, - поворачиваться в его сторону. Но пухляш героически продолжал свой путь. Он знал, что как бы трудно ему не было, сворачивать на остановку и садиться в автобус будет ещё тяжелее. Тяжелее для души – из-за того, что не выполнил обещанное самому себе, для тела – заталкивать свою тушу в переполненный автобус было просто немыслимо для него, и для людей – которых бы он расплющил и окончательно лишил свежего воздуха своим влажным разгорячённым телом, дыханием и запахом пота. Такси было бы хорошим вариантом, но убирая вторую и третью тяжесть – для тела и людей, - оно добавляло к первой тяжесть расставания с деньгами.

Через сорок минут ему стало не по себе. Он остановился возле фонарного столба, чтобы отдышаться. Проходившие мимо люди сочувственно смотрели на него. Одна парочка предложила даже вызвать скорую. Артём сказал, что всё в порядке и продолжил приводить дыхание и пульс в что-то близкое к норме.

Невысокого роста, прилично одетый мужчина с густыми усами выделился из толпы и подошёл к нему.

- Здравствуйте, молодой человек! – поприветствовал он Артёма.

- Здравствуйте, - тяжело дыша ответил тот.

- Гляжу, проблемки у вас? Я представляю компанию, которая помогает таким, как вы.

«Очередной пихатель чудесных способов и травок, - подумал Артём».

- Знаю я такие компании… Спасибо, не надо.

- Мы многим уже помогли, - мужчина сунул ему визитку. – Вот, посмотрите на этом сайте. Оплата по результату.

Артём поднёс визитку к глазам. «Свет» было написано на ней большими буквами. Снизу шла контактная информация.

- Просто ознакомьтесь с сайтом! Не пожалеете!

- Хорошо, - сказал пухляш, чтобы незнакомец побыстрее отстал и сунул визитку в карман.

- Не пожалеете, - повторил мужчина. – Мне самому они очень сильно помогли.

- Хорошо, ознакомлюсь, спасибо, – Артём поспешил возобновить свой путь.

- Уделите десять минут! Не поленитесь! - крикнул на прощание обладатель роскошных усов.

«Вот приставала. Не отдышался нормально из-за него» - думал, улепётывая, наш герой. Он решил отойти подальше и возобновить отдых.

Скептицизм в отношении различных «волшебных» средств и способов избавления от лишнего веса давно окреп в сознании Артёма. Сколько сил, времени и денег было потрачено им на то, что обещало стать тем самым - долгожданным и чудесным, на то, чтобы дойти до нынешнего уровня недоверия ко всему этому.

Пронырам, предлагающим различные чудеса, очень легко с неокрепшими, «зелёными» жертвами. Им они и стараются пропихнуть побольше и побыстрее - пока эта «зелёность» не прошла. После пары десятков, не доказавших свою чудодейственную силу продуктов, жертвы «желтеют» - становятся более матёрыми и критичными. Проныры чувствуют эту «желтизну», многих из них она отпугивает. Зачем связываться, терять свои силы и время, когда вокруг полно «зелёных»? За «жёлтых» теперь могут взяться только настоящие профи, виртуозы своего дела. Которых не так уж и много. Поэтому «жёлтый» уровень иммунитета вполне достаточен для обычного человека. «Красный» нужен, в основном, тем, кто борется с виртуозами – они его и достигают, постоянно «играя в шахматы» с этими хитрецами.

Хороший «жёлтый», почти «оранжевый» иммунитет – с простыми мошенниками и пронырами он - благодаря своей «кричащей» проблеме, - встречался чаще обычных людей, - позволял теперь Артёму не тратить деньги на ерунду. Но на сайт то заглянуть можно? Да, потратится время - может быть, даже десять минут. Если больше – значит заинтересовало что-то. А попадает ли время, проведённое с интересом, в категорию потраченное? Я имею ввиду - потраченное впустую? Оставим этот вопрос открытым. Вы, читатели, сами – каждый из вас, конечно, по-разному – я не сомневаюсь в этом, - ответите на него.

В общем, десять минут для ознакомления с сайтом подсознание нашего героя посчитало не такой уж большой потерей и потащило его к компу сразу после душа и скудного ужина – на этот раз он смог удержаться.

Десять минут растянулись на два часа. Артёма реально заинтересовали красивые фотографии, видео, отзывы и… И, вообще, весь сайт создавал впечатление, что компания «Свет» была не из его времени. Футуристические тона, серебристые костюмы обслуживающего персонала… Фотки показывали какое-то высокое красивое здание, похожее на отель. Местоположение этого отеля не указывали, но несколько раз было обронено, что находится он на острове посреди океана. Видеоролики показывали множество тучных людей обоих полов. Они играли в различные командные игры, плавали на яхтах, веселились в аквапарке и так далее. Все улыбались, смеялись и, судя по всему, были очень счастливы.

Отзывы давали уже стройные, подтянутые люди, которые показывали фотографии своих толстых тел до приезда на остров и рассказывали, как легко и весело они стали такими, какими стали, всего лишь за год. Всё, с их слов, прошло «чудесно и гладко», но чувствовалось, что они о чём-то умалчивают, что-то утаивают.

«Это «что-то» и помогло им так быстро и легко похудеть, это и есть какой-то секретный метод, - подумал Артём. – Не могли такие «дутыши» стать стройняхами за год. Да ещё легко и весело»

Сказать, что наш герой загорелся, значило бы, что я пожадничал несколько слов. На самом деле он загорелся так, как ни загорался никогда в жизни. Его «жёлтый» уровень иммунитета не среагировал – он спокойно поверил в предлагаемые компанией чудеса. На такое спокойствие немало повлияла повторяемая почти во всех видео фраза, часть которой он уже слышал от незнакомца, сунувшего ему визитку: «Оплата по результату. Нет результата – нет оплаты».

Решив завтра же позвонить по номеру, указанному на сайте и визитке, наш повеселевший, ожидающий скорого избавления от своей главной проблемы пухляш направился к холодильнику…

Глава 3

Тяжело слышать от близких людей слова неодобрения по поводу задуманного вами. Особенно если вы загорелись и страстно желаете что-то сделать. В такие минуты вам хочется слышать только восхваление этого. Неодобрение и критика чувствуются как яйца, бросаемые в лобовое стекло заведённой и готовой отправиться в путь машины. Даже как пули, всаживаемые в колёса, иногда.

Именно «яйца в лобовое» получал сейчас Артём, сидя за накрытым к обеду рабочим столом Марата.

- Ты что? Какой остров? – крутил пальцем у виска Ринат. – Явная замануха.

- Так они же деньги не берут. Не будет результата – я им ничего не заплачу, - защищался пухляш.

- Деньги не берут, а органы твои вытащат, - вставила Ира.

- Ну да, - подключился Марат. - Кому надо такой благотворительностью заниматься?

- А может они зарабатывают деньги, как отель? – высказала предположение Аня. – Люди платят за проживание, еду, развлечения. А избавление от лишнего веса это просто дополнительная реклама.

- Ну если так, то меньше будет вызывать опасений, - согласился Ринат.

- Конечно, так! – ухватился за мысль подруги Артём. – Они только за лечение не берут. Всё остальное, само собой, платно. Не будут же они тратить столько денег.

- Ты позвони и узнай точно, - сказала Аня.

- Я и хотел на обеде позвонить.

*****

- Алло, компания «Свет»?

Наш герой спустился в торговый зал за двадцать минут до окончания обеденного перерыва и набрал, наконец, номер загадочной компании.

- Здравствуйте! Да, чем можем помочь? – ответил приятный женский голос.

- Здравствуйте. Я вот насчёт избавления от лишнего веса…

- Да, да. Сейчас идёт набор. Можете сказать свои имя возраст, вес и рост?

- Да я ещё не решился… - испугался Артём. – Просто хотел узнать условия.

- Мне нужно знать, подходите ли вы нам. Чтобы не тратить время зря. Очень много желающих на этот набор.

- Хорошо. Меня зовут Артём, мне двадцать восемь лет, рост сто восемьдесят два сантиметра, вес – сто пятьдесят четыре килограмма.

- Вы идеально подходите. Контракт подписывается на год. Живёте в нашем отеле, на острове, безвыездно. Всё бесплатно: перелёт, питание, проживание, одежда… Абсолютно всё. Если за год вы теряете тридцать процентов вашего веса, то вам выставляется счёт на тридцать тысяч долларов. (Артём присвистнул) Если нет – то никакого счёта.

- Тридцать тысяч…

- Их вы можете выплачивать постепенно. До десяти лет. Если оставляете видео отзыв, то платите только половину суммы.

- Значит пятнадцать тысяч…

- Да. Остальные нюансы узнаете в офисе, после сдачи необходимых анализов.

- Хорошо, спасибо! Я подумаю.

- Спасибо за обращение! До свидания.

- До свидания.

Друзьям, ждавшим его наверху, Артём сказал, что проживание на острове платное.

- И пятнадцать тысяч баксов должен буду. В случае успеха, - добавил он.

- Это хорошо, - одобрительно покачал головой Ринат. – Значит не мошенники. Но целый год жить… Ты подумай. Через месяц домой захочешь. И работа ждать не будет.

*****

На пятничную тренировку наш герой не поехал, сачканул…

Тренировка – это, конечно, громко сказано. Так – физкультура лечебная. Третий месяц занимался Артём в тренажёрном зале, ходил там по дорожке, тягал железо. Всё очень щадяще, по мере возможностей. Тренер давал ему самую лёгкую программу… Не тяжелее той, по которой тренировались его пожилые клиенты.

Бурлящие мысли помешали бы сейчас нашему пухляшу сосредоточиться на упражнениях, которые и без того он выполнял более-менее правильно и с энтузиазмом только когда кто-нибудь стоял рядом.

Поэтому и поехал он прямиком домой, где, даже не переодеваясь, взял лист бумаги и начертил на нём два столбца. Один назвал «За поездку», другой «Против поездки». Отец давно научил его делать так, принимая какое-нибудь важное решение.

Итак, «Уникальная возможность первый раз в жизни выехать из страны и пожить в роскошном отеле на красивом острове» отправилась в первый столбец. «Год не видеть родителей и друзей, родные места» во второй. «Реальная возможность сбросить вес», подкреплённая в его сознании просмотренными отзывами, в первый. «Оплата пятнадцати тысяч зелёных в случае успеха» встала во втором столбце, напротив этой реальной возможности. «Потеря работы» также во второй. Пухляш улыбнулся и снова записал в первый столбец аргумент насчёт уникальной возможности пожить на острове, но на этот раз с припиской: «Бесплатно в случае неудачи». «Опасность», включающая в себя риски быть разобранным на органы, проданным в рабство, или ещё какое безобразие – ведь он будет в полной власти этой компании, вдали от дома, маленький муравьишка… «Брр, - встряхнулся он. – Ну и мысли в голову лезут… Ерунда какая-то». Но «Опасность» во втором столбце всё-таки появилась.

Он подумал ещё несколько минут, но так и не нашёл, что добавить. Итогом было три довода «за» и четыре «против».

Не всегда количество доводов побеждает. На окончательное решение влияет ещё то, какие доводы для конкретного человека весомее, «жирнее». Напишите вы человеку, через дом которого хотите провести автомагистраль, двадцать доводов «за» снос его дома, а победит один-единственный, который стоит в колонке «против»: «Лишение родного дома, построенного моим отцом, в котором я прожил всю жизнь».

Для Артёма, в котором проснулась жажда приключений, возможность выехать из страны и пожить на красивом острове - да ещё и, возможно, бесплатно, - была просто архидоводом. Получалось, что либо он год кайфует на острове бесплатно, либо кайфует на острове, сбрасывает вес, но платно. Оба сценария ему нравились. Отдать пятнадцать тысяч за десять лет большой проблемой ему не представлялось.

Решение в голове пухляша созрело – он готов был вылетать хоть завтра. Осталось преподнести это всё родителям…

Глава 4

В субботу с утра Артём с мамой отправились на рынок. Они всегда ходили вместе - помогали друг другу в выборе продуктов. Елена Борисовна хорошо разбиралась в мясе и различных изделиях из него, но терпеть не могла ходить по овощным и фруктовым рядам – её там почти всегда обманывали, пропихивая что-нибудь красивое и не вкусное. Артём же, напротив - не мог отличить говядину от свинины с бараниной, но зато всегда выбирал самые вкусные и сочные овощи, фрукты и ягоды. Мама с сыном дополняли друг друга.

- Ты иди, яблоки с бананами возьми, а я пока в мясной и за колбасой, - сказала мать, когда они зашли на базар.

- Хорошо. Потом, как обычно, возле яиц?

- Да.

Возле ларьков с яйцами был пятачок, на котором они всегда встречались после того, как весь список покупок был уставлен галочками. Дары домашних птиц брали в последнюю очередь. «Чтобы не побить, таская по базару», - говорила раньше мать Артёму. Говорила до тех пор, пока он и сам однажды не сказал то же самое. После этого перестала – наверное в её подсознании щёлкнуло, что эта фраза «вошла в кровь» отпрыску и теперь благополучно передастся потомкам.

На фруктово-овощных рядах всегда было весело. Жизнерадостные продавцы на ломаном русском подзывали нашего героя к своим прилавкам.

- Парень, иди сюда. Такой банан ты в жизни не видел.

- Эй, джигит, подойди, а? Смотри какой апельсин! Скидка делаю, если что.

Артём увидел свои любимые яблоки. Апорт. По виду были похожи на местные. Он подошёл к прилавку, взял яблоко и понюхал. Да, точно местные.

- Почём яблоки? – поинтересовался он у продавщицы.

- Пятьсот, - ответила та и оторвала пакет от рулона.

Артёму не очень нравилось это действие. Оно как бы обязывало купить. Ну, конечно, ведь специально для тебя оторвали драгоценный пакет.

Судя по всему, отрывание пакета отлично срабатывало. Повышало продажи. Пухляш знал, что этот трюк используют многие продавцы. Даже новенькие начинают его проделывать через пару недель работы. Учатся отрывать пакет как можно громче и показательнее. «А те, кто не будет использовать этот трюк, будут выдавлены из торговли. Останутся только виртуозы отрывания пакетов. Их дети разовьют мастерство ещё дальше. Естественный отбор. Умение, позволяющее удержаться на базаре, передающееся по генам» - усмехнулся про себя наш герой.

- Я только приценяюсь, - сказал он застывшей с пакетом в руках продавщице и пошёл дальше.

Через пятнадцать минут Артём уже стоял на пятачке с бананами и яблоками. Последние он нашёл дешевле – четыреста за килограмм.

Он всегда подходил к месту встречи раньше – мать задерживала огромная очередь в колбасной лавке. Наконец, она подошла, вручила ему пакеты и крикнула в сторону яичного ларька:

- Любочка, привет! Мне пять десятков, крупных!

- Здравствуйте, Елена Борисовна! Хорошо! - был ответ знакомой продавщицы.

Нагруженные и довольные возвращались два больших человека домой. По светлому лицу матери, по источаемым ею флюидам доброты, Артём понял, что она сейчас в одном из лучших своих настроений. А значит, можно было рассказать ей про поездку.

Многие ведь так и делают. Преподносят что-то важное и не очень весёлое для человека в момент его наивысшей радости. Подбирают для неприятного разговора лучшее настроение этого человека. Надеются, что баночка чёрной краски не будет замечена в огромном бассейне его счастья. Думаю, это правильно – для того, чтобы получить какое-то одобрение, чтобы не попасть под горячую руку. В общем, это правильно для того, кто преподносит. А для того, кому преподносят? Не лучше ли дождаться плохого настроения и подбавить к нему ещё немножко неприятности? Не будет ли эта баночка краски по-настоящему не замечена в мутном бассейне не очень хорошего настроения? Не сольётся ли она с ним? И не лучше ли оберегать чистый бассейн любой ценой? Если причина плохого настроения весомее, чем то, что вы собираетесь сообщить, то ваше сообщение не сильно уколет. Если же сообщение весомее, то можно забыть и про первоначальную причину плохого настроения... Подумайте над этим сами, но… Но если ваша цель именно одобрение и ни что другое, тогда выбирайте вариант с баночкой краски в чистый бассейн. Пока он замутится – если, вообще, замутится, - у вас будет время получить это одобрение – а может даже и улыбку, - на ваш тёмный подарок.

- Мам, я хотел с тобой поговорить…

До самого вечера мать вздыхала и охала, отговаривая сына и рисуя в мрачных красках и остров и отель и всех, кто там работает. Когда приехал отец, ручка шарманки закрутилась с новой силой.

- Ему двадцать восемь лет, Лена! – вскрикнул Павел Андреевич. – Пусть сам решает.

- Да как же это так! – заверещала мать. – На целый год хочет уехать ни с того ни с сего.

- Сынок, ты хорошо подумал? – спросил отец у Артёма. – Всё взвесил?

- Да, отец. Даже два столбца чертил, как ты учил.

- Видишь, - сказал Павел жене. – Он хорошо всё взвесил.

- Мам, всё хорошо будет. Я чувствую, что должен поехать.

- Чувствует он! А то, что должен остаться здесь, со мной, не чувствуешь?

- Я с тобой всю жизнь живу. И после острова буду жить, - урезонивал её сын. – А тут всего на год.

- Всего…

Если бы кто-то сейчас спросил Елену Борисовну, чего именно она лишается из-за этой поездки Артёма, она бы назвала только один пункт – самый главный и всеобъемлющий для неё: «Любимого сына на год». Разумом она ещё не успела объять всё, что терялось ею, все невесёлые изменения, связанные с отъездом обожаемого чада. Но её нутро, сущность… Сущность её всё это уже знала и именно поэтому отчаянно сражалась. Сражалась за то, что наполняло её, делало счастливой. Сюда входило многое: наслаждение видом довольно жующего её кулинарные творения сына; отправка его на работу и встреча с неё; совместный поход по магазинам и базарам; вечерний просмотр различных передач и ток-шоу с ним; обсуждение популярных людей, скандалов и новостей; бесконечные рассказы нашего героя о звонивших к нему в службу поддержки интересных, неадекватных, глупых, умных, смешных, тонкоголосых, хриплых и других людях. Всё это очень не хотелось терять. Без всего этого жизнь Елены Борисовны становилась намного бледнее…

- Там если за первый месяц не показываешь результатов, то отсылают обратно, - решил соврать Артём.

- Правда? – просветлела мать.

- Да. Такие у них условия. Не хотят тратить время на тех, у кого нет желания.

- Ну вот! – воскликнул отец. – Значит, может, и не на год.

- Но с другой стороны, мне, ведь, нужны результаты, - напомнил сын.

Хитрец – будущее которого могло пойти по двум, практически одинаково хорошим для него сценариям, - решил поставить свою мать в такие же условия.

Теперь перед Еленой Борисовной был вариант, где Артём терпит неудачу в похудении, но возвращается домой через месяц, и вариант, где его отсутствие затягивается на год, но возвращается он постройневшим и счастливым. Именно счастливым – она знала, как много для него значит похудение, сколько горя приносят ему лишние килограммы. Первый вариант был более эгоистичный, второй – альтруистичный.

- Я тоже хочу, чтобы ты добился результатов, - выдавила из себя мать. На самом деле, третий вариант, в котором сын вообще никуда не едет, был для неё милее всего. – А когда начинается эта программа?

Конкретные вопросы о месте, времени, каких-то обстоятельствах дела, которые задаёт тот, чьего одобрения в этом самом деле добиваются, часто говорят о том, что одобрение уже наполовину получено. А если эти вопросы задаются ещё и спокойным голосом после горячего спора... Ммм, как приятно, наконец, слышать этот спокойный голос. Он будто разделяется на два потока: первый – то, что реально говорит его владелец, второй – воображаемый, ласково добавляющий к каждой фразе: «Да, да, можешь делать что угодно. Я разрешаю. Я смиряюсь».

Артёма прекрасно слышал оба потока.

- В понедельник позвоню - точно скажут, - ответил он, пряча победную улыбку.

Глава 5

В понедельник уже другой женский голос ответил нашему герою, когда он позвонил в «Свет». После того, как он заново назвал свои имя – на этот раз с фамилией и отчеством, - возраст, рост и вес, ему сказали подойти во вторник с утра натощак.

- Сдадите анализы и пройдёте необходимые исследования. Не употребляйте спиртное до этого времени… И никаких наркотиков.

- Да я вообще… - Артём хотел сказать, что не употребляет ничего из этого, но его перебили:

- Вот и прекрасно. Адрес знаете?

- Коктем-3?

- Да, но можете и в новый офис приезжать. В микрорайоне Мамыр-2. Будем ждать! До свидания!

- До свидания!

За обедом коллеги обсуждали только Артёма и его предстоящую поездку.

- А если скажут на следующей неделе ехать? – спросила Ира. – Тебя же здесь по-хорошему не отпустят.

- Ой, а когда ваш Игорь уходил? – вспомнила Аня коллегу «телефонных бойцов», уволившегося полгода назад. – За три дня предупредил и свалил.

- Ну да, - вставил Ринат. – Работа не сложная ведь. Новенькие за неделю обучаются. Каждый день на них столько информации льётся.

- Главное стрессоустойчивыми быть, - добавил Марат.

- Я бы тоже хотела поехать! – мечтательно проговорила Аня. – Тропический остров!

- Растолстей тогда быстренько, - улыбнулась Ира.

- Нее. Это не вариант. Лучше накоплю и сама съезжу.

- Надеюсь, тебя примут потом обратно. На работу, - Ринат по-братски положил руку Тёме на плечо.

- Не знаю… Надеюсь. Завтра с утра узнаю чё там, когда. На часик может опоздаю. Прикроете, если что. Потом к шефу зайду.

Ребята, также, как и мама нашего героя, чувствовали, что много теряют с уходом пухляша. И каждый из них, поразмыслив спокойно, мог привести дюжину пунктов этого «много». Разбить по полочкам и упорядочить его… Но не полностью – для чего-то у них просто не нашлось бы подходящих слов и выражений.

После работы, Артём пошёл на тренировку. Зал находился в десяти минутах ходьбы от его офиса.

Тренер Султан – крепкий, широкоплечий парень с бритой головой, густой чёрной бородой и стальными мышцами, - пожурил его за пропущенное пятничное занятие и дал задание. Ходьба с гантелями на дорожке, жим и разведение гантелей лёжа, поднятие штанги на бицепс, пресс – вот что было в сегодняшнем меню.

- Ну как дела, Тёмыч? - подошёл тренер, когда наш герой переходил с бицепса на скамью для пресса.

- Отлично, Султан. Сам как?

- Превосходно! Как успехи? Как борьба с чревоугодием?

- Не в мою кажется пользу. Можно на весы сегодня не буду вставать?

- А что так? – поднял брови бородач.

- Да позориться не хочу. Набрал я.

- Эх, Тёмыч. Долгая это борьба. Ничего страшного, что идёт она с переменным успехом. Несущуюся фуру твоих пищевых привычек резко не остановить. Тем более не повернуть сразу. Постепенно, потихоньку, без стресса придём мы с тобой к победе.

Артём чувствовал логику и простоту сказанного. Так всё было легко и воздушно на словах – он и сам мог дать сотни правильных советов кому угодно в деле похудения. Но на практике… Как тяжело это было на практике… На словах неудача – это ничего страшного, это небольшой, даже необходимый иногда организму шажок назад, чтобы качественнее сделать потом шажище вперёд. На практике неудача – это катастрофа, после которой хочется бросить всё и закончить жизнь углеводным самоубийством…

- Да, придём, - сказал пухляш. - Тихом, тихом к цели.

- Ты прочитал «Чревоугодие»?

Эту книгу – руководство по правильном питанию, - тренер дал ему полмесяца назад. Он давал её всем своим ученикам. Обложка, на которой симпатичная девушка прижимала вилку к губам, очень понравилась коллегам нашего героя на работе. Аня взяла её почитать, начала болтать и рекламировать, и за ней выстроилась целая очередь. Неизвестно было, когда Артём получит книгу обратно.

- Не успел ещё. Давай я тебе заплачу за неё. А то у меня подруга взяла – теперь не знаю, когда отдаст.

- Не нужно, - отмахнулся Султан. – Пускай читает. Я тебе в электронном виде скину.

- Спасибо, тренер.

Артём как попало выполнил скручивания на пресс – никого не было рядом, - помылся и пошёл домой. Теперь его ждала мокрая ночка – он всегда страшно потел не только на тренировке, но и долгое время после. Про остров Султану он так и не сказал. Вроде бы хотел, но постоянно что-то останавливало. «Успею ещё сказать» - подумал наш герой по дороге.

*****

На следующий день, в восемь двадцать утра, Артём зашёл в офис компании «Свет», располагавшийся в «Коктеме-3» - отсюда ему было ближе до работы. Аккуратное трёхэтажное здание понравилось ему ещё издалека. Внутри симпатия переросла в любование. Футуристический стиль, причудливые статуэтки и картины, диваны, кресла – на некоторых из них сидели полные люди, - столики, охрана в светло-серых костюмах на входе, преобладающий белый цвет – всё напоминало интерьер космического корабля из фантастических фильмов. Даже ресепшн был со множеством прямоугольных, слабо светивших голубым цветом, лампочек. За ним сидела молоденькая девушка в серебряном костюме и очках. Наш герой подошёл к ней:

- Здравствуйте! Мне назначено на сегодня…

- Здравствуйте! Как вас зовут?

- Артём Павлович.

Девушка пощёлкала в компьютере.

- Да, проходите, пожалуйста, в кабинет номер пятнадцать.

- Хорошо, спасибо.

В кабинете номер пятнадцать его встретила девушка в таком же костюме, но явно постарше.

- Здравствуйте! Артём Павлович?

- Здравствуйте! Да…

- Можете называть меня Алёной.

- Тогда можете называть меня просто Артёмом, - улыбнулся пухляш.

- Хорошо. Сейчас я проведу необходимые замеры, возьму кровь, сделаю узи и несколько других процедур. Всё займёт около часа. Потом полчасика подождёте и узнаете результат. Если он будет хороший, то я отведу вас к менеджеру.

- А сразу нельзя? Я бы хотел знать…

- Извиняюсь, но такие правила. Зачем тратить время, если вы нам потом не подойдёте? А вы ничего не теряете. В любом случае получаете бесплатно полную диагностику организма.

- Хорошо, - вынужден был согласиться наш герой.

Они приступили к процедурам. Некоторые из них были знакомы Артёму с детства, другие он никогда не проходил, а про существование нескольких даже не знал.

- Всё готово, - сказала Алёна через семьдесят минут - наш герой специально засёк время на часах. – Посидите в коридоре - я к вам скоро выйду.

- Хорошо… А сколько вы говорили ждать?

- Полчасика.

«Ну значит минут тридцать пять. С «около часа» погрешность такая была» - подумал пухляш, выходя из кабинета.

Артём был очень щепетильный по отношению к своим обязанностям и его напрягало, что он так сильно опоздает на работу.

- Алло, Рина! Здорово! – позвонил он своему другу в офис.

- Здорово, Тёма! – ответил Ринат.

- Зайди, пожалуйста, к Пайзулу, скажи, что я задерживаюсь в больнице.

- Хорошо! Что там, сканируют тебя?

- Да тут долгие процедуры. Думал чуть-чуть опоздаю.

- Не беспокойся, щас зайду.

- Спасибо!

Наш герой прошёл к диванчикам и уселся в компании трёх таких же тучных дяденек, как он.

- Что, тоже решили рискнуть? – обратился к нему один из этой компании, лет пятидесяти на вид.

- Да, - ответил парень. – Вы все уже сдали анализы?

- Нет, - ответил другой тучный, примерно того же возраста, что и первый. – Я не сдал ещё. Рано припёрся, думал примут, а они: назначено на десять – зайдёте в десять.

- Давайте знакомиться, что ли? – сказал Артёму третий, выглядевший лет на сорок. – Год вместе будем жить как-никак. Я Герман!

- Я Артём, очень приятно.

- Кайрат, - поднял руку первый пухляш. – Будем, не будем – ещё неизвестно.

- Артур, - приложил ладонь к сердцу «припёршийся рано».

Кайрат был постоянно нахмуренный и с подозрением оглядывал всё вокруг. Его чёрные мягкие волосы, доходившие почти до ушей, свободно свисали – без всяких укладок и зачёсов. На лице его были написаны недоверие и критическое отношение ко всему на свете, которые вряд ли исчезали даже тогда, когда он смотрел в зеркало. «Ну? И как ты хочешь меня обмануть? Попробуй обмани! Чего молчишь? Я недостаточно хорош для тебя? Думаешь здесь нечем поживиться?» - вот, что большую часть времени говорило его лицо.

У Германа было открытое доброе лицо и выражение, будто он хочет сказать что-то важное. Оно помогало ему вставлять больше слов в разговоры с малознакомыми людьми. Непривыкшие думали, что у него и вправду есть что сказать «в кассу» и часто делали паузы в своих повествованиях. Паузы эти позволяли хитрецу вставлять слова, вздохи, цоканья языком и другие – зачастую украшенные жестами, - звуки, чтобы чувствовать себя центром беседы, не обычным слушателем, а помощником, даже наставником того, кто рассказывает. Светло-русые волнистые волосы, доходившие до плеч, украшали этого «хитреца».

Коричневые жёсткие волосы Артура не лежали, а стояли на голове. Сантиметров десять добавляли они к его росту. Если у Германа выражение лица намекало на то, что у него есть, что сказать, то у Артура оно говорило о том, что ему весело и даже смешно. Наверное, глаза его смеялись даже тогда, когда он был абсолютно серьёзен, даже тогда, когда просто необходимо было быть абсолютно серьёзным – например, в очереди к писсуарам в переполненном общественном туалете.

Огромные шарообразные тела были общей чертой всех троих. Герман был самый высокий, Артур – если не считать десятисантиметровой причёски, - примерно такой же, как Артём, а Кайрат самый маленький – сто семьдесят пять сантиметров – не больше.

Молоденькая медсестра вышла из соседнего кабинета с жирной цифрой «шестнадцать» на двери и подошла к Кайрату.

- Ваши результаты готовы, Кайрат Салимович! Прошу следовать за мной.

- Так быстро? – с ярко выраженным недоверием воскликнул названный здоровяк, вставая. – Что у них там за оборудование?

- Отличный дядька, хоть и хмурый - сказал Герман про ушедшего, когда тот скрылся за поворотом коридора. – Хорошо, если он попадёт на остров.

- Ну раз повели куда-то, значит проходит, - проговорил Артур.

- А может повели сказать, что не подходит, - предположил наш герой.

- А, ладно, - махнул рукой старший. - Скоро всё узнаем. Не люблю гадать.

- Я так обрадовался, когда мне сказали, что я подхожу по параметрам, - весело выплеснул из себя Герман. – Такие отзывы у них, такие результаты. Надоело уже жить в постоянном ограничении. То нельзя, это нельзя. Моим знакомым всё можно, и стройняхи все. Один вообще объедается постоянно.

- Метаболизм значит раскрученный, - сказал Артур.

- Да. Ещё и кроссфитом занимается.

- О! Ну, конечно! В его топке всё бесследно сгорает, - улыбнулся старший.

- А мне и объедаться нельзя и кроссфит нельзя, - видно было, что «нельзя» это самое ненавистное для Германа слово.

- «Нельзя» – это то же «можно», только с последствиями.

- Как это? – не понял Артём.

- Мы можем делать всё что угодно. Просто то, что нельзя, будет иметь нехорошие последствия для нас. Они-то и превращают «можно» в «нельзя», - Артур видел, что младшие не сосем понимают, поэтому решил объяснить на примерах: - Ну вот, ехать на красный свет нельзя, ведь? Нельзя. Или можно, но с дурными последствиями – штраф, авария, увечья, смерть. Воровать, обманывать, травить собак соседей – нельзя? Или можно, но с вытекающими – тюрьма, бойкот общества, в бубен от соседа. Некоторых ещё и угрызения совести мучить будут. Понятно?

- Да вы, дяденька, мыслитель! – улыбнулся Герман.

- Пришлось стать. Охранником в школе всю жизнь проработал. Времени много лишнего было. То читал, то писал, то размышлял.

- Я определённо хочу, чтобы вы поехали с нами на остров, - воскликнул тот, которому было всё нельзя.

- Я тоже, - поддержал его наш герой.

- Хмм, умники, - улыбнулся Артур. – Как будто вы уже едете. Посмотрим, как будет.

Ещё одна медсестра появилась перед ними и увела Германа. Потом вернулась:

- Артур Игнатьевич, пойдёмте со мной.

- Пунктуальные, - вставая показал «мыслитель» свой смартфон Артёму. На экране белым на чёрном горело «09:58». – Ну, бывай…

- Артём, - подсказал наш герой.

- С первого раза никогда имена не запоминаю, - улыбнулся Артур. – Бывай, Артём! Надеюсь, увидимся.

- Удачи, Артур! Я тоже надеюсь.

Через десять минут вышла Алёна.

- Всё готово, Артём, - сказала она. – Пойдёмте со мной.

Девушка повела его на второй этаж. Всё там было точно такое же, как и на первом. Те же белые тона, тот же футуристический стиль. Даже кабинет, в который его завели, был просто продолжением коридора по стилю – ничего лишнего. Шкаф, тумбочка, стол с офисным креслом, три стула для посетителей и две необычные картины на стене, изображающие непонятно что. Всё светло-серое с небольшими вкраплениями чёрного. Парень, сидевший за столом, давал какие-то голосовые команды своему ноутбуку.

- Рома, вот ещё один кандидат - Артём Павлович, - сказала Алёна и положила на стол флешку. – Это Роман Григорьевич, старший менеджер нашей компании, - представила она парня Артёму.

- Здравствуйте! – улыбнулся Роман нашему герою и указал на стул: - Присаживайтесь.

Сам тем временем взял флешку и воткнул её в свой ноутбук.

- До свидания, Артём, приятно было познакомиться! – сказала на прощанье девушка. - Надеюсь, у вас всё получится!

- До свидания! Мне тоже было приятно! Буду стараться!

Минуты две Артём с Ромой посидели молча. Последний изучал информацию на флешке, а первый не хотел его тревожить.

- Итак, Артём…, - наконец, оторвался от ноутбука менеджер. - Можно просто - Артём?

- Да, конечно.

- А я буду просто Ромой. Показатели у вас хорошие, вы подходите для нашей программы.

- Класс! – обрадовался пухляш.

- Жить будете на острове, год, безвыездно. Это будет оговорено в контракте. Никакого доступа к интернету, никаких смартфонов – мы сами выкладываем в публичный доступ то, что считаем нужным. Вылет на следующей неделе. С собой возьмите только документы – всё остальное мы вам предоставим.

- А звонить родным можно будет?

- Нет. Это мешает полному погружению в атмосферу. Да и ляпнуть что-нибудь можете, - отрезал Рома. – После проекта тоже нельзя трепаться. Пока мы сами не рассекретимся и не разрешим этого.

- А те, кто уже прошёл через вашу программу? Они разве молчат?

- Естественно. Говорят только то, что мы разрешили. Один пытался слить информацию в СМИ. Наши юристы сделали из него показательный случай.

- Серьёзно у вас…

- Да, компания серьёзная, богатая и влиятельная. Если хотите просто отдохнуть на острове – «гоняя балду» и не худея, - то сразу предупрежу, что ничего не получится. Вы должны будете подчиняться распорядку и выполнять предписания. Вы можете не похудеть, только если наши методы вам не подойдут. Не потому что вы будете уклоняться от их выполнения. В воскресенье с утра мы проведём психологический тест, после которого вы уже официально будете записаны в программу.

- Что за психологический?

- Наши методы воздействуют на сознание. Мы должны удостовериться, что вы психически здоровый.

Артёму стало не по себе.

- А что насчёт вреда? Не будет ли вреда от ваших методов, - спросил он.

- Никакого вреда никому пока не было. А польза огромная. Первые две партии показали отличные результаты. Девяносто два процента из них похудели, подтянулись и привели свои здоровье и пищевые привычки в норму. Не бойтесь. Я даже мать свою записал.

Рома пододвинул нашему герою стопку бумаг.

- Это контракт. Возьмите домой и ознакомьтесь до воскресенья. После прохождения теста подпишем и заверим печатями.

Они поговорили ещё несколько минут. Старший менеджер уже привык отвечать на различные утоляющие любопытство вопросы кандидатов. У каждого они были свои. Артёма интересовало количество участников проекта и с каких они будут стран, много ли было тех, кто не проходил психологический тест, какие животные есть на острове.

Не имеющие прямого отношения к делу, но утоляющие любопытство вопросы просто необходимы людям. Они помогают нарисовать полную картину – именно так, как это нужно конкретному человеку. Когда вы сообщаете сухую информацию, так сказать, главное, ядро – допустим, рассказываете о каком-то происшествии, - то каждый из тех, кому вы это сообщаете начинает задавать косвенные вопросы, помогающие ему воссоздать, представить в воображении полную картину этого происшествия. Добавить именно те штрихи, которые помогут именно ему лучше усвоить и понять произошедшее. В некоторых случаях – особенно если вы рассказываете о простейшем бытовом происшествии ровесникам, выросших в примерно одинаковых условиях, - вопросы могут быть сильно похожи. Но расскажите о каком-нибудь важном, затрагивающим - прямо или косвенно, - тысячи людей событии школьнику из США и старцу из Узбекистана, и вы увидите, какими разными могут быть эти дополняющие картину расспрашивания.

Глава 6

В среду Артём зашёл к шефу и объявил о своём уходе. У последнего были свои – чисто материальные, - пункты того, что он терял с уходом нашего героя. Но и они были чувствительные. Поэтому – думая, что дело в нагрузке и плохой оплате, - Пайзул попробовал намекнуть на облегчение первой и повышении второй. Пришлось Артёму рассказать об отъезде на год.

- На год? Куда? – воскликнул шеф.

- Да брат зовёт, - соврал пухляш. – Он на одном курорте индийском неплохо пристроился.

Рассказывать про проект, выслушивать слова неодобрения и видеть усмешки ему было просто лень.

- Попробуй, конечно - сказал Пайзул. – Парень ты исполнительный, беспроблемный. Хорошей опорой можешь стать брату. Но если что, возвращайся – я для тебя место всегда найду.

- Спасибо, шеф.

*****

В пятницу вечером Артём устроил небольшой прощальный ужин у себя дома. Пришли друзья с работы - члены его обеденной группировки, - и тренер. Последнему он рассказал про отъезд, ничего не соврав.

- Приятно познакомиться со всеми, - взял Султан слово за столом. – Тёмыч, у тебя отличные друзья! Родители вообще золотые, - он приподнял стакан компота и уважительно кивнул в сторону сидящих во главе стола Елены Борисовны и Павла Андреевича. - Желаю, чтобы у тебя всё получилось! Не знаю, что там за секретные методы у них. Которых нет в той книге, которую я тебе давал. И которую ты так и не прочитал, - он улыбнулся. - Но будем надеяться, что они действенные.

- Спасибо, Султан! Вот виновница того, что я её не прочитал, - Артём ткнул своим пухлым пальцем в Аню.

- Нечего было светить красивой обложкой, - улыбнулась девушка. – Скажи спасибо, что я взяла. Спасла. Забрали бы другие - потом ищи.

- Артём у нас добряк, - вставил Марат. – Из тех, кто будет последним кататься на своём же велосипеде.

Все засмеялись.

- А ты тот, кто будет на нём первым, вторым и третьим, - подогрела веселье Ира, обращаясь к Марату.

- Спасибо вам, Елена Борисовна, за ваши кулинарные шедевры, - проговорил Ринат, когда смех поутих. – Что молчите все? Каждый день ведь смакуете.

Все поспешили поблагодарить маму своего друга.

- Ой, детки. Ну что вы! Мне так приятно, что вам нравится, - раскраснелась Елена.

- Нравится! – выделила сказанное слово Ира. – Да ваши блюда просто божественны!

Все вокруг закивали, подтверждая её слова.

- Теперь я точно знаю, что у тебя всё получится на острове! – шепнул в ухо нашему герою Султан.

- Почему это? – не понял тот.

- Да потому что главной причины твоего переедания, - он указал глазами на Елену Борисовну, - не будет ряд…

- А вы можете напрячь бицепс? – ненароком перебила его Аня.

- Конечно, если дама просит, - тренер Артёма выполнил просьбу.

- Вау! – «божьему одуванчику» определённо нравился этот накачанный и ухоженный молодой человек. – А можно? – протянула она руку.

- Не стесняйтесь.

Девушка потрогала бицепс.

- Класс, - восторженно проговорила она.

- Кажется у нашей Ани новое увлечение, - шепнул Ринат Марату с Ирой.

Те закивали в знак согласия усмехнувшись.

- Может дольше, чем на месяц, в этот раз, - прошептала Ира.

- Бицепс интеллектуала не хочешь потрогать? - весело предложил Марат свою ручонку Ане.

- Сломать боюсь, - засмеялась девушка.

- Марат у нас со спортом не в ладах, - сказал Ринат Султану. – Озвучишь свою теорию? – спросил он у «интеллектуала».

- А что, думаешь перед ярким представителем спортивной братии испугаюсь? – ответил тот вопросом на вопрос.

- А что за теория? – заинтересовался тренер Артёма. – Я абсолютный пацифист и приемлю любые точки зрения. Так что смело излагайте.

- Да я и собирался смело изложить, - нарочито медленно и спокойно начал Марат, чтобы никто не подумал, что он боится внушительно выглядящего парня. – Теория проста. Слишком много людской энергии. Особенно молодой. Её надо куда-то пристроить, на время, может на очень долгое. Пока не сможем найти полезные занятия для всех. А куда пристроить? В спорт. Для этого и нужна пропаганда спорта.

- Интересная теория, - сказал Султан. – Но я, даже толком не поразмыслив, уже вижу, по крайней мере, одну дыру. Попробуете её зашить?

Аня с восхищением смотрела на качка. «Как красиво он изъясняется» - подумала она.

- Выкладывайте, - Марат приготовился парировать.

Все отложили поглощение пищи, предвкушая интересную полемику.

- Я так понимаю, - начал представитель спортивной братии, - на том, что энергию всё-таки нужно пристроить мы сходимся?

- Конечно, иначе она сама себя пристроит. Криминал, хулиганство, различные безобразия.

- Это да. Но наряду с этим существует множество более культурных и безобидных способов. Танцы, различные игры – в том числе компьютерные, - путешествия, кружки, да просто общение и веселье с друзьями. Всё это также доступно, как спорт. У спорта нет форы, наоборот – абонементы стоят недёшево и на тренировках порой не сладко. Но люди всё равно его выбирают. Даже чаще, чем все другие способы потратить энергию. Не говорит ли это о том, что занятия спортом просто нравятся людям? Делают их счастливыми?

- Хороший довод, - Марат мысленно даже похлопал качку. «Вот уж не ожидал, что он такой подвешенный на язык. Наверно, не первый раз спорт защищает» - подумал он про себя. – Но многие ходят на спорт вынужденно. Из-за того, что хотят конкурировать с теми, кто выглядит и чувствует себя отлично, благодаря спорту.

- Ага! Здесь мы тоже согласны? Спорт позволяет чувствовать себя отлично?

- Не совсем… То есть не всех. Мы ведь все разные, - интеллектуал придумал пример, пока говорил эти три предложения: - Допустим, трём из десяти спорт приносит огромную пользу и удовольствие, остальные семеро только устают и мучаются на тренировках. Это не их занятие. Но они всё равно идут туда, потому что хотят быть, как те трое, потому что идёт пропаганда образа жизни этих троих. На которой, кстати, хорошо зарабатывают. Выжимают из себя все соки эти семеро, покупают дорогостоящие порошки, таблетки. А может быть у тех троих десять последних поколений предков занимались тяжёлым трудом. Они жить без этого не могут.

- Хмм, интересная точка зрения, - Султан сделал глоток домашнего компота. – Давайте выйдем из категории спорта и поговорим о физкультуре.

- Про физкультуру ему нечего сказать, - ухмыльнулся Ринат.

- Кроме того, что я её поддерживаю и считаю полезной для… Да для всех. Для каждого – кроме тяжело больных, - существует адекватная физкультура, - заявил Марат. – Я, например, пешком хожу часто.

- Здесь мы сходимся, - одобрительно кивнул крепыш. – Я ведь не каждого по спорту гоняю. Только тех, кто захочет. Артёму я, например, только лёгкую физкультуру даю. И то он сачкует.

Султан улыбнулся и подмигнул своему ученику.

- Лень иногда нападает, апатия какая-то, - решил оправдаться тот. – Но я стараюсь.

- А как бы ты решил проблему избытка людской энергии? - обратилась Ира к Марату.

- Пропагандировал бы спорт, - улыбнулся интеллектуал. – Уж лучше спорт, чем всякие безобразия. Со временем более интересные и полезные занятия сами будут из спорта людей вытягивать.

- А вы мне нравитесь, - Султан протянул руку через весь стол и стукнул своим кулачищем в маленький кулачок Марата.

*****

В субботу Артём, наконец, изучил контракт. Давно он не впитывал столько информации, читая. Дружественных чувств к этому толстенному договору у него не возникло - всё было сухо и неинтересно. В основном, описывалось различное неподобающее поведение на острове и штрафы за него. Надоедание другим участникам, порча имущества компании, выброс мусора в океан, хамское отношение к кураторам и инструкторам, приставание к персоналу, отказ от каких-либо пунктов программы - что, конкретно, это будут за пункты, нигде указано не было, - и много чего ещё - разных мелочей, которые компания не поленилась включить в договор.

«Наверно, после каждой партии контракт становился толще. Всего не предугадаешь, - подумал наш пухляш и улыбнулся: – После нас тоже что-нибудь добавят!»

За многократные нарушения и отказ от важных пунктов программы, компания оставляла за собой право расторгнуть контракт в одностороннем порядке и взыскать с участника неустойку.

«Все нарушения фиксируются камерами, которые отлично улавливают звук». Так и было написано в договоре.

«Это хорошо, - одобрил Артём приписку насчёт камер. – Хоть голословно не обвинят».

*****

В воскресенье наш герой чуть не стал психом, сдавая психологические тесты.

Сначала он три часа письменно отвечал на тысячу двести вопросов. Ему сказали быстро писать «да» или «нет», в зависимости от того, что первое придёт в голову - не раздумывая. Потом ему дали два часа на отдых и накормили обедом. После этого завели к психологу, который мурыжил его до вечера.

На ужине он встретился с Артуром. Тот уже набрал полный поднос еды.

- О, тебе тоже воскресенье поставили. Здорово! – приветствовал его «мыслитель».

- Здравствуйте! Да, а Германа с Кайратом не видели?

Столовая, в которой они находились, была большая и светлая, повсюду сидели, стояли и не спеша прохаживались не уступающие им в весе мужчины и женщины.

- Неа. Наверно им другой день поставили. Или не прошли они. Давай уже на «ты». А то мне неудобно как-то.

- Давайте… Давай. Надеюсь, что просто другой день поставили, - сказал Артём, накладывая на свой поднос разные вкусности.

Старший подождал завершения этого захватывающего занятия.

- Пойдём у окна сядем, - предложил он, когда на подносе нашего героя не осталось свободного места.

- Кормят хорошо, - похвалил Артур, когда они уселись в дальнем углу столовой. – Мяса не жалеют, сыр хороший. Я думаю, компания очень богатая.

- Я тоже так думаю. Кто, интересно, хозяин?

- Я слышал, что несколько бизнесменов её основали. Помочь хотят людям победить ожирение и вообще любые проблемы со здоровьем.

Артём покрутил головой, осмотрелся.

- Да - когда вот так вот в одном месте собирают, сразу чувствуются масштабы проблемы, - сказал он.

- И это всего то несколько человек, - проговорил старший. – А если всех толстяков нашего мира собрать? Тогда масштабы не почувствуются – они ужаснут.

Артур откусил хлеб с хорошим сыром и медленно начал его смаковать. Потом видимо что-то вспомнил - то, чем непременно захотелось поделиться. С помощью компота, он быстро уменьшил то, что было во рту, до размеров, не мешающих ясному выговору слов, и поспешно выдал:

- Вчера одну книгу читал. Школьник поднял тему развития. В частности, что лучше: быть выше всех по развитию или ниже. Я весь вечер думал и вот что скажу: оба варианта хороши. Если, конечно, ты один и тот же.

Артём выжидающе молчал. Он чувствовал, что за таким высказыванием-заголовком непременно должно было последовать объяснение. И оно не заставило себя ждать:

- Вот живёшь ты в обществе, где являешься самым развитым. Это прекрасно – тебе легко, чувствуешь свои превосходство и значимость. Многое зависит от тебя, многие идут к тебе за советом. Хорошо? Хорошо. А если ты переезжаешь в общество, где все выше тебя, развитее? С одной стороны, не очень хорошо – не чувствуешь превосходство, значимость, устраиваешься на работу, которая не требует особых умений и навыков в этом обществе. Но зато такое высокоуровневое общество предоставит тебе то, что было недоступно раньше. Технологии, способы развития, умных собеседников. Если взять самого умного и развитого человека на Земле и отправить к инопланетянам, для которых он будет, как дикарь из африканской саванны для профессоров Йельского университета, то его развитию будет сделан просто бесценный подарок. Хоть чувству превосходства и придёт конец. Что-то я разошёлся, - улыбнулся Артур. – Теперь второе общество выглядит даже лучше первого. Но для меня они одинаковы: будешь ты самым развитым на Земле – хорошо. Превосходство, значимость. Очутишься в самом низу – оставаясь при этом тем же самым, не отупев… просто все вдруг резко стали премудрыми – тоже хорошо. Будешь пользоваться возможностями и плодами труда этого супер общества.

- Я бы месяц жил там, где я выше всех и месяц, где ниже, - сказал Артём. – Получал бы все приятные эмоции и выгоды.

Артур перестал жевать.

- Вот почему нужно делиться мыслями, - проговорил он медленно. - Я ведь даже не подумал об этом. Две головы всё-таки лучше одной. Герман с Кайратом тоже что-нибудь своё подкинули бы.

Представим какой-нибудь вопрос, возникший в голове человека, в виде чёрного шара, повисшего над ним. Думая о нём, подкрепляя свои мысли имеющимися и обретаемыми на ходу знаниями, человек прочерчивает этот шар светлыми полосами. Из чёрного, непонятного превращает его в светлый и ясный для себя. Чем больше актуальной информации имеет и собирает в процессе обдумывания этот человек, чем выше его умственные возможности и чем больше его желание разобраться в вопросе, тем шире и длиннее полосы, которыми он расчерчивает шар. Тем быстрее он превращает его в светлый. Бывает, что шары эти всплывают в нашем сознании уже частично расчерченными – всё зависит от наших знаний и кругозора.

Расчерчивать эти чёрные – или частично чёрные, - шары быстрее и веселее, конечно, не в одиночестве. Ваши знания и возможности прочерчивают свои полосы, знания и возможности ваших собеседников другие. Делясь информацией, вы совмещаете эти светлые полосы и скорее прояснеете для себя вопрос. Иногда, чтобы прочертить какую-то полосу, вам именно не хватает того, чтобы кто-то с другими знаниями, опытом и углом зрения прочертил свою.

Именно об этом – облеченном, естественно, в другие мысли и сравнения, - начал сейчас думать Артур. Я не привёл его размышления, потому что они были совсем ещё сырые и поверхностные. Так сказать - не для печати. Без обид, мой философствующий герой – у меня просто было больше времени подумать об этом. С гордостью отмечу, что уже вечером этого дня ты дойдёшь до того, на чём пока остановился и твой создатель. До того, что все эти вопросы - чёрные, частично чёрные и светлые шары над нами, если использовать мои сравнения, - связаны между собой. И прочерчивая полосы в одном, мы зачастую прочерчиваем их и в других. Или делаем эти прочерчивания легче.

На выходе из столовой пухлых кандидатов уже поджидали медсёстры. Артур пошёл к своей, стоявшей пока в одиночестве, а Артём к Алёне, возле которой уже переминались с ноги на ногу два человека.

- Давай, Артём! – сказал напоследок Артур. – До встречи на острове!

- Счастливо! – ответил наш герой. – Да, увидимся там!

- Здравствуйте, Артём! – поприветствовала его Алёна, когда он подошёл к «своей» кучке. – Как дела? Как настроение?

- Здравствуйте, всё прекрасно! Как сами?

- Отлично! Ваши результаты уже готовы – Роман Григорьевич может принять вас. Остальные пока ждут, - показала она взглядом на двух «колобков» возле себя.

– Здравствуйте, - поздоровался наш герой с «остальными».

«Колобки» кивнули головами, один из них даже пробормотал какие-то слова приветствия.

Они подождали ещё одного из их кучки и отправились на второй этаж.

- Я отведу вас в комнату отдыха, - сказала Алёна по дороге. - Наслаждайтесь видеоиграми, бильярдом. Или телевизор посмотрите. Приношу извинения за задержку.

Артём в комнату отдыха даже не зашёл – его сразу повели к Роме.

- А вы у нас добряк! – воскликнул старший менеджер, когда Алёна оставила его наедине с нашим героем. – Тесты показывают исключительную стрессоустойчивость и уравновешенность.

- Многие говорят, что это моя слабость.

- Не слушайте их, - махнул рукой Рома. - Один долгожитель как-то сказал, что секрет его отличного самочувствия на сто десятом году жизни заключается в трёх вещах – душевном спокойствии, умеренной, регулярной физической активности и правильном, подходящем именно ему, питании. Самое главное из этого у вас уже есть. Доброта, уравновешенность, крепкие нервы.

- С остальным только бардак, - усмехнулся наш герой.

- А остальное мы вам настроим! – улыбнулся менеджер «Света». – Ладно, давайте перейдём к делу. Вы полностью нам подходите, и мы готовы взять вас в нашу программу. Последнее слово за вами.

- Я готов.

Всё – контракт был подписан. Артём облегченно вздохнул. Все сомнения, взвешивания «за» и «против» остались позади, теперь ровно на год он не… Ой, что-то меня понесло. Всё из-за того, что мой герой так выразительно вздохнул. Вспомнилось начало рассказа «Эксперимент» - пухляш был сейчас примерно в том же положении, что и главный герой Рубен после подписания контракта…

*****

На следующий день Артёму позвонили из компании «Свет» и сказали, что билеты куплены на утро среды.

*****

Провожали Артёма все, кто был на прощальном ужине, кроме Султана. Ничего примечательного, ничего нового. Были повторены те же самые пожелания, которые прозвучали в пятницу вечером. С новыми оттенками, с более сильными эмоциями, даже слезами… Но без нового смысла. Голливудских срываний с места в последний момент и погони за самолётом не было. Всё прошло чинно и благородно.

Летел наш герой прямым рейсом в Дубай, где его должны были встретить и пересадить на частный самолёт. Точное местоположение острова ему не сказали.

На борту Артём почувствовал прикосновение самостоятельности. Она материализовалась в его воображении - в виде уменьшенной копии Тайлера Дёрдена из «Бойцовского Клуба», - уселась к нему на колени, поздоровалась, познакомилась, пообещала навещать время от времени и исчезла.

Пять, не уступающих ему в тучности, человек – двух мужчин и трёх женщин, - заметил на борту наш почти уже самостоятельный пухляш.

«Наверно, они со мной. Интересно – сколько за нас заплатили? За лишние килограммы взяли деньги?» - Артём никогда не летал на самолётах, но слышал, что какие-то авиакомпании подняли или хотят поднять стоимость билета для полных людей.

«Только повышать могут, - усмехнулся он про себя. – А если худышки летят? С них то меньше не берут. Если по-честному, то пусть ставят средний вес – например восемьдесят килограмм, - и если человек превышает его, то доплачивает за каждый килограмм, а если не дотягивает, то, наоборот, скидку получает – тем большую, чем больше он не дотягивает».

Он немного подумал, посчитал в уме.

«Или ничего пусть лучше не вводят, - решил наш герой после раздумий. – С тех больше возьми, с тех меньше – считать это всё. Возмущаться люди будут. Лучше одна средняя цена для всех. И не париться».

«Но кресла можно было и пошире сделать» - пронеслось в голове Артёма, когда он понял, что его руки вылезают за границы положенного ему места и то, что именно он является причиной превращения довольного лица соседа – а оно явно было довольным, когда тот только зашёл в самолёт, - в кислую мину.

Глава 7

В аэропорту Дубая, им даже не дали выйти в город. Оказывается, их партия из шести человек – наш герой правильно догадался, что пятеро тучных «с ним», - была последней, которую ждал частный самолёт компании «Свет».

Второй самолёт в жизни Артёма был определённо лучше первого. Широкий проход, широченные кресла – всего по два с каждой стороны, - широкоэкранные телевизоры повсюду. Спустя десятилетия, именно ассоциация «широкий» будет приходить ему на ум, при воспоминании об этом самолёте. Необычные салатики, которые разнесли сразу после взлёта, удивительно красивые стюардессы с ослепительно-белоснежными улыбками дополнили приятное впечатление от полёта.

- Эй, Тёма! – закричали сзади, когда наш герой занёс вилку над каким-то невиданным салатом, в котором он пока узнал только зелёный перец.

Он привстал и повернулся. Здесь это было намного легче сделать, чем в первом самолёте. Там он сильно рисковал превратить кислую соседскую мину в горькую подобным выкрутасом.

- Ого! Здорово! – обрадовался он, увидев Артура, Кайрата и Германа, сидящих через пять сидений от него.

- Пойдём к нам! - крикнул Герман и обратился к своему соседу: - Можете поменяться местами? Пожалуйста. Это наш лучший друг.

В незнакомой обстановке, вдали от дома, случайно встреченный сосед, с которым раньше человек обменивался только сухими приветствиями, покажется родным и близким. Даже тот из соседей, который громко включал музыку по ночам, будет мил, если вы встретите его там, где вас окружают незнакомые атмосфера, лица и вещи. Что уж говорить о хороших знакомых, о родственных душах.

Наша четвёрка сошлась душами при первой встрече. Я и сам не знаю почему. Может быть, они все были в хорошем настроении тогда. Или предвкушение приключений, трепетное ожидание интересного поворота в жизни сделали их более открытыми, пробили брешь в защитных барьерах, которые люди возводят, дабы защититься от нежелательных знакомств, от потери времени… Времени то у них было более, чем достаточно – впереди маячил год безмятежной жизни на острове, – вот и рухнула защита от не очень нужных знакомств, пожирающих драгоценные минуты и часы.

И ведь все они были разными – если не считать, конечно, одинаково впечатляющих габаритов. Кайрат был серьёзным и мрачным. Герман – весёлым, эмоциональным и бескомплексным. Артур был похож на Карлсона, который проанализировал тысячи философских книг у себя на крыше, стал очень умным и ещё более оригинальным - но всё-таки недостаточно или не в ту сторону, чтобы решить свою проблему безобразного пищевого поведения. Артём был добрым и спокойным, как удав. Кусочки паззла с торчащими в разные стороны частями сошлись вместе. Весельчак, Хмурый, Мыслитель и Добряк буду называть я их теперь иногда.

Поэтому и сказал наш бескомплексный здоровяк сейчас: «Лучший друг». Звание, которое люди не раздают налево направо. Некоторые жизнь проживают, никого – ни вслух, ни мысленно, - так и не удостоив им.

Сосед Германа, который фыркнул бы на подобное предложение в другой обстановке, здесь – наверное, тоже влияло предвкушение и ожидание, - с улыбкой согласился и поменялся местами с Артёмом.

- Класс! А я думал - куда вы запропастились! – радостно сказал наш герой, усаживаясь и здороваясь с друзьями.

- А мы думали, что тебе отказали, - пробубнил Кайрат.

- Как тебе самолёт? – спросил у Артёма Артур.

- Да мне сравнивать не с чем, - ответил тот. – Но если сравнить с тем, на котором я вылетел утром – то есть первым самолётом в моей жизни, - то этот гораздо лучше.

- Никогда не летал ещё? – удивился Герман. – Ну ты даёшь! Я несколько недель уже точно за свою жизнь налетал. Мне есть с чем сравнивать. И скажу вам, кладя руку на сердце, что это самый лучший самолёт из всех, что я видел. Дизайн, обслуживание… Эти стюардессы с ангельскими личиками! Всё просто блестяще. Летим, как звёзды какие-то.

- Согласен, - подтвердил Хмурый. – Самолёт шикарный.

Несколько слов этого угрюмого здоровяка были весомее, чем вся тирада Германа. Как в детстве, когда ребёнка восхваляют тысячами красочных эпитетов добрые мама с бабушкой и редко, но метко хвалит хмурый и серьёзный отец. Дитя млеет, дрожит и наполняется радостью от кратких, но таких долгожданных и бьющих в самую душу своей искренностью слов одобрения и безграничной любви от не умеющего врать и подделывать эмоции папы.

- Просто замечательно! – верещал Весельчак. – Вчетвером мы там устроим! Шоу будет наше!

- Это все, кто едет? – спросил Добряк, обведя взглядом пухлых пассажиров вокруг.

- Нет, - ответил Артур. - Перед нами такой же самолёт взлетал. Может перед ним ещё были. И после нас.

- На острове узнаём всё, - проговорил Кайрат. – И никакого шоу я устраивать не желаю. Мне бы килограмм семьдесят сбросить и всё. А то ходить уже тяжко.

- Одно другому не мешает, - улыбнулся Герман. – И повеселимся и вес сбросим.

- Почему кто-то набирает вес, а кто-то нет? – спросил вдруг Артём. – Это несправедливо. Всю жизнь от этого мучаюсь.

- Ты прям у экспертов спросил, - усмехнулся Мыслитель. – Кто-кто, а уж мы, думаю, точно этот вопрос со всех сторон обсосали. Причин ожирения много. Предрасположенность – гены и замедленный метаболизм. Более сильная, чем у других, любовь к еде...

- Вот здесь не согласен, - возразил Весельчак. – У меня есть друг - худышка. Так у него этой любви к еде не меньше, чем у меня.

Стюардесса с тележкой показалась в конце прохода. У всех пухляшей в салоне возникло приятное чувство предвкушения.

- А я согласен с Артуром, - сказал Кайрат. – Всегда ловлю себя на том, что ем больше других. И на застольях, и в обычные дни.

- Просто другие удовольствия этого мира, - развёл руками Артур, - не затмили для тебя удовольствие от еды. Стройняшки отвлекаются на другие занятия, более для них интересные, чем смакование пищи. А мы не можем. То ли смакование для нас ярче, то ли другие дела не так увлекательны.

- Может быть нам наши огромные туши не позволяют заниматься интересными делами? – с понятно на что намекающей интонацией проговорил Герман.

- Может быть, - ответил Артур. – Детские развлечения для нас были тусклыми - мы смаковали и растолстели. А взрослые удовольствия стали тусклыми из-за того, что мы не можем ими наслаждаться по полной.

- Для меня и детские были тусклыми, - вставил Добряк. – Я всегда был толстый. Не мог нормально играть ни в какие игры.

Повисла тишина. Все вспоминали свои юные годы и пытались ответить на вопрос, что пришло раньше: ожирение или равнодушие к развлечениям, которые были доступны в детстве.

- В другом мире, с другими развлечениями и занятиями мы были бы худые, а нынешние худышки толстыми, - выдал, наконец, Кайрат.

- Браво! – похлопал в ладоши Артур. – Я тоже об этом думал.

Стюардесса уже подошла к ним. Она поставила каждому поднос с шашлыком, вареным рисом, хлебом, овощами и сыром. На десерт было огромное мороженое.

- Кормят здесь отменно! - выразил общую мысль Герман и накинулся на еду.

Остальные поспешили последовать его примеру. Чего бояться? Скоро ведь всё равно худеть будут.

Глава 8

Два широких – да, опять широких, - комфортабельных автобуса встречали прилетающих пухляшей на острове. Джунгли окружали маленький аэродром и всю дорогу до отеля.

Наши друзья наслаждались видами. Эмоции били через край. Даже Кайрат не мог спрятать своё восхищение этой удивительной красотой, густой растительностью и таинственными звуками джунглей.

- Вот это да! – восхищался Герман, выглядывая из окна автобуса. – Всегда мечтал побывать на тропическом острове. Красотища! Смотрите какие деревья! Листья какие необычные! И высота… Это, кажется, эвкалипты… Да, Артур? Как думаешь?

- Даже не знаю, - ответил спрашиваемый. Он тоже наслаждался видами густого леса. Молча наслаждался.

- Думаю, эвкалипты, - повернулся к Герману сидящий спереди пассажир. – Величественные деревья. Вы все вместе? С одного города?

- Да, с Алматы, - подтвердил Весельчак. – А вы?

- С Питера. Меня Анатолий зовут. Нас человек двадцать питерских вроде прошло. Но никого пока не встретил.

- Встретите! Меня Герман – приятно познакомиться.

- Взаимно!

- Перед нами такой же самолёт улетал. Может кто-то из ваших уже здесь.

- Да, я видел. Надеюсь, - ответил петербуржец.

Через полчаса не очень быстрой езды – скорее всего специально выбранной, дабы дать возможность всем насладиться красотами и прийти в себя после перелёта, - автобус заехал в огромные, высоченные ворота, оставив дикие джунгли позади. Теперь они ехали по территории, на которой царил идеальный порядок. Газон, аккуратные кустарники, здания различной высоты и формы, окружённые ровненьким асфальтом – так поменялась картина за окнами автобуса.

Отель, к которому уже издалека были прикованы взгляды всех пассажиров, быстро приближался. Он был грандиозен, шикарен, необычен и неуместен здесь. Его будто вырезали из будущего – или фантастического фильма о будущем, - и вставили сюда – в гущу непроходимых джунглей. Контраст был необыкновенный – даже огромная ухоженная территория вокруг не снижала его эффекта. Поставьте суперсовременного японского робота в поселении какого-нибудь племени, до сих пор промышляющего охотой и собирательством, и вы почувствуете маленькую толику того, что ощущали сейчас все участники программы. Артём начал считать этажи и сбился на двадцать восьмом.

А ведь все уже видели этот шедевр архитектуры на фотографиях и даже на видео… Не смогли эти современные способы передачи информации показать всю атмосферу, весь контраст, не вызвали они заслуженные этой красотой эмоции полностью. Даже четверти их не расшевелили.

Приятные девушки с планшетами в руках встретили автобусы возле главного входа в отель. Каждая из них громко оглашала фамилии и имена «своих» приезжих и с улыбкой подзывала откликнувшихся. Восемь тучных участников - среди которых оказалась и наша четвёрка в полном составе, - собрались в итоге возле одной из встречающих.

- Ну вот, моя восьмёрка в сборе! – с улыбкой сказала девушка, опустив планшет. – Добро пожаловать на остров! Меня зовут Мадина. Приятно познакомиться! Я буду вашим куратором. Как прошёл перелёт?

Пухляши пробормотали, что прошёл отлично.

- Как вам красоты? – спросила куратор, продолжая улыбаться. Она знала, что «красоты» никого не оставляют равнодушными.

- Я будто в другом мире оказался! - воскликнул Артур. – Причём два раза в течение часа.

- И ещё не раз окажитесь, - загадочно проговорила Мадина. - Следуйте за мной. Покажу вам комнаты. Расположитесь, отдохнёте. Впереди вас ждёт год незабываемых эмоций!

- Это мы любим! – ответил Герман за всех.

Она провела их через главный вход и остановилась. Не зря. Восемь «колобков» потеряли бы её, если бы она пошла дальше. Они замерли, разинув рты и выпучив глаза. Спустя несколько мгновений посыпались восклицания, некоторые сложили трубочкой свои пухлые губы и начали присвистывать. Столько эмоций и смен декораций уже стали сводить их с ума.

Белые и серые тона преобладали в огромном и необыкновенном холле. Стулья, столы, диванчики, люстры, роскошные лестницы, ресепшн, даже цветы были будто не из этого мира. Вокруг ходили люди и – то, что и заставило всех разинуть рты, - роботы. Да, роботы. Настоящие. Как будто, так и должно было быть, как будто во всех гостиницах мира они уже расхаживали. Некоторые были очень похожи на людей - небольшая угловатость движений, неестественные остановки и вращения головой выдавали их. Другие были просто металлические – именно из-за них входившие догадывались, что те, похожие на людей, тоже роботы. Не отсталые, заторможенные пациенты компании, как могло показаться, не будь здесь такой явной подсказки.

- Что, впечатляет? – спросила куратор с нотками превосходства и гордости в голосе.

- Ещё бы! – опять ответил за всех Герман. – Настоящие роботы! И что они могут?

- Практически всё, что можете вы. Плюс тысячу вещей, которых не можете.

- Офигеть! – сказал пухляш не из нашей четвёрки.

Участники, которых вели другие кураторы, также останавливались при входе, разинув рты.

- Вы привыкнете, - сказала Мадина своей восьмёрке. – После заселения можете побродить пару часиков, поглазеть.

Она повела пухляшей в сторону лифтов, находящихся неподалёку от главного входа. Один открылся, когда они подошли. Большой, широкий и с высокой грузоподъёмностью – судя по тому, что куратор спокойно пригласила всех - то есть массу больше тонны, - зайти в него.

- А сколько всего участников? – спросил Герман, когда они вышли из лифта на шестом этаже.

- Тысяча шестьсот тридцать два. Восемьсот сорок мужчин и семьсот девяносто две женщины, - последовал ответ куратора.

- И всё? – поинтересовался Артур. – Больше нет постояльцев?

- Есть ещё обычные клиенты. Но пока это только знакомые хозяев. Для всех остальных отель закрыт. Вот, – показала она рукой на четыре двери перед ними. - Это ваши номера – по два человека в каждом. Разбирайте ключи.

Наша четвёрка разделилась так: Артур с Артёмом, Герман с Кайратом. Остальные замешкались, но в конце концов договорились кто с кем. Эти остальные - Игорь, Шухрат, Давид и Рамиль – были отличные весёлые парни, и если бы Артём встретил их во время своего первого визита в «Свет», он неплохо бы сошёлся и с ними. А может даже лучше. Теперь он и мы этого не узнаем.

Когда выбор сделан и всё хорошо устаканилось, человеку не хочется что-то менять, перестраиваться, узнавать кого-то, привыкать к чему-то, даже если новое обещает быть лучше. Дают вам нынешние работа, хобби, знакомые, место жительства, система отопления и так далее семьдесят баллов радости из ста возможных и прекрасно. Мало ли что другие обещают все восемьдесят. И точно ли сдержат своё обещание? Да, даже если сдержат и будут давать на десять пунктов радости больше, сначала ведь надо пройти период строительства, создания, внедрения нового и привыкания к нему, период ломки старого и отвыкания от него, во время которых вам придётся жить на пониженном уровне счастья. На шестидесяти или даже сорока пунктах.

Наверно, это и есть то самое нежелание выходить из зоны комфорта. Мы чувствуем, что пройдя через этот адаптационный период, будем аккумулировать больше радости, у нас будет больше возможностей, но… Этот период… Вот бы его не было. И потом эта неточность… Уфф… Лучше оставить всё как есть – от добра добра не ищут. Кому-то легче – их воображение так ярко рисует им лучшую жизнь после периода адаптации, что и радость на этот самый период не сильно падает. Мысленно они уже живут в будущей, лучшей жизни.

А мы… Подождём, пока не будет предложения от жизни повернее, пока нас кто-нибудь не пронесёт через адаптационный период, или пока радость не начнёт вдруг резко падать, не оставляя нам выбора…

Вот бы иметь клонов, которых можно отправлять на поиск и создание других источников радости, взваливать на них тяготы покорения новых вершин, мирно попивая при этом чаёк в своём привычном и удобном мире. Если у клона всё получится - он нас гладко и плавно введёт в новую жизнь - сохранив при желании старую, - если нет – отправится на поиски другой.

Уже к вечеру этого дня «остальные» хорошо сойдутся друг с другом и под кураторством Мадины окажутся две команды по четыре человека.

На примере одного номера девушка быстро показала, как чем пользоваться. Потом надела всем какие-то странные часы с большим дисплеем и показала, как ими пользоваться. В частности, как вызывать роботов различных специализаций, друг друга и её.

- Остальное будете узнавать по ходу, - сказала она. – Голосовые команды в часах станут доступны завтра. Вот в принципе и всё. Если возникнут вопросы, не стесняйтесь – вызывайте и спрашивайте. Я здесь для того и нахожусь. Отдохните, погуляйте по отелю, поглазейте. Можете заказать еду – у нас нет определённых часов для приёма пищи. Проголодались – заказывайте. Через три часа будет собрание в конференц-зале… Ах, совсем забыла. В ваших часах есть специальный навигатор. Когда вам нужно будет куда-то идти, замигает стрелка, указывающая путь. С ней не запутаетесь – она даже из лабиринта куда надо выведет. До, встречи.

- До, встречи, Мадина, спасибо, - забубнили наперебой пухляши.

- Я счастлив, что нам достались именно вы! – выделился Герман.

- Спасибо! - улыбнулась девушка, открывая дверь номера.

- Почему они не делятся этими технологиями? – спросил Герман, когда куратор вышла. – Роботы! Офигеть!

- Значит есть на то причина, - задумчиво проговорил Кайрат.

*****

Гулять и глазеть – из нашей четвёрки, - пошли Артём с Германом. Старшие улеглись спать. Чувство сытости после обильной трапезы в самолёте ещё ни у кого не ослабло и спокойно держало «гиен голода» на почтительном расстоянии.

Отель был просто огромен. Служащий – молодой парнишка, с которым разговорились наши друзья в холле, сказал, что сорок два надземных этажа дополняют пятнадцать подземных.

Герман был ошарашен.

- А не опасно ли строить такое на острове? – спросил он.

- Опасно, - ответил служащий. – Но не для нашей компании. Даже если весь остров уйдёт под воду, отель и все находящиеся в нём будут в полном порядке.

- Как это? – не понял Артём.

- Представьте, что отель – это огромная подводная лодка, воткнутая в землю вертикально. Так вам будет легче понять. При любом наводнении, двери и окна герметично закроются.

- Фантастика какая-то! - воскликнул Весельчак.

- Много идей «Свет» почерпнула у фантастов, - сказал парнишка. - Но есть и чисто свои.

Он явно был горд своей компанией.

- А как можно попасть на нижние этажи? – спросил Добряк. – Лестницы и лифт, которые мы видели, туда не идут.

- Это секрет. Только сотрудники могут спускаться туда.

Вокруг отеля был какой-то неестественно ровный и аккуратный газон. Он резко распрямлялся, когда с него убирали ногу. Герман даже попрыгал на нём.

- Нет, его невозможно примять, - заключил он.

Несколько разных бассейнов, теннисные корты, какие-то горки, здания в футуристическом стиле, размером от двухэтажного особняка до девятиэтажной высотки, располагались в радиусе одного километра от отеля.

Побродив туда-сюда около часа и порядком устав, пухляши правильно решили, что весь участок им никак не обойти пешком. Рядом прошли три больших – почти трёхметровых, - робота. Таких наши друзья ещё не видели.

- Вау! Просто вау! – воскликнул Герман. – Я уже устал удивляться. Ты посмотри на этих роботов. Фантастика просто! Сказать кому – не поверят. Мы как будто в будущее попали. Как они это всё в секрете держат? И для чего? Ума не приложу. А что если… Как там она учила...

Он начал мучать часы. Через несколько секунд они сдались и высветили меню роботов.

- Ага! Так, робот уборщик, официант, транспорт… Вот!

Герман ткнул своим пухлым пальцем в дисплей и стал крутить головой, ожидая транспорт. Артём поддержал друга в этом действии.

- Здравствуйте! – внезапно возник перед ними робот, похожий на гигантского паука.

Тело робота держалось на восьми металлических ножках. Высотой он был около двух метров, шириной примерно три, а в длину насчитывал все четыре.

Друзья с восхищением разглядывали это чудо инженерной мысли. Изящный, пружинистый и мощный робот-паук точно был не из мира сего.

- Здравствуйте… - пробормотал, наконец, Весельчак. - Вы робот транспорт?

- Да, куда прикажете?

Робот вытащил и тут же спрятал два огромных щупальца, ответив этим на вопрос, промелькнувший в голове Артёма: «А руки не сделали этому роботу?».

- Да нам бы просто покататься тут, по округе. Двоих выдержишь? – Герман оценивающе посмотрел на робота.

- Грузоподъёмность - тонна. Экстренная – две тонны.

- Вот и чудесно.

Друзья вскарабкались на паука и увидели, что на спине у него, в небольшом углублении, были установлены два удобных кресла.

- Вот это да! – восхитился Артём. – На таком и по горам и по полям можно без проблем.

- Конечно! – согласился Герман. – Проходимость класса люкс. Поехали, робот! Прокати нас до самого края этого поместья.

- Хорошо, - тронулся паук.

- Какая твоя максимальная скорость? – крикнул Весельчак, когда они пробегали мимо огромных горок.

- Сто километров в час. В экстренных случаях двести.

Убедить робота, что сейчас экстренный случай, Герман не смог. Довольствовались соткой. Но Артёму и этого было достаточно. Такого удовольствия от езды он в жизни не испытывал.

Через семь минут мелькающих зданий и непонятных построек, они упёрлись в огромный полупрозрачный забор. За ним были джунгли. Неподалёку стояли закрытые ворота.

- А дальше? – полуобиженным тоном воскликнул Весельчак.

- Покидать территорию отеля запрещено, - ответил робот.

- Это тебе запрещено. Мы-то можем в джунгли прогуляться?

- Без куратора вы не сможете выйти.

- Это мы ещё посмотрим. Пойдём, Тёмыч!

- Может не стоит? – вяло возразил Добряк.

- Да не бойся ты. Немного пройдёмся по джунглям и вернёмся.

Герман уже слез с паука.

- Ну? Идёшь? – крикнул он нашему герою.

- А как же мы выйдем? Ворота ведь закрыты.

- Ворота закрыты, - подтвердил робот. – И ваши возможности не позволят вам перелезть через них. Через забор тоже.

- В смысле, наши возможности? – поднял бровь желающий немного пройтись по джунглям. – Наш вес имеешь ввиду?

Глаза робота-паука покраснели и снова стали чёрными.

- Нет, - ответил он. – Возможностей самого сильного и ловкого человека недостаточно, чтобы перелезть через эти ворота и забор без вспомогательных приспособлений. Которые вам никто не предоставит.

Минут пять поспорил ещё Герман с роботом, перебирая различные устройства, позволяющие брать высоты и интересуясь, где их можно найти на территории отеля. Таких устройств, как оказалось, было предостаточно: от обычных лестниц и верёвок с крюками до различной летающей и прыгающей техники. Робот как будто смаковал, называя различные виды оборудования, обнадёживая и воодушевляя своего собеседника, поднимая его душу в воздух на крыльях радости, чтобы потом с грохотом спустить на землю, заявив и доказав, что незаметно взять и принести названное им добро к забору просто невозможно. Сам он не только не желал быть помощником в этом деле, но и обещал донести на них в случае чего.

- Даже если вы перелезете - долго вам там не пробыть. Ваши часы пошлют сигнал о нарушении границы, и вы будете незамедлительно доставлены в отель, - сказал, в конце концов, робот, видимо устав от вида взлетающей и плюхающейся перед ним души толстяка и решив положить конец спору.

- Фи, часы! – махнул рукой Герман. – Да мы их снимем и всё!

- Хмм, - робот сделал вид, что задумался. – Если снимете, то вас, конечно, не найдут (Герман заулыбался, снова воспарив душой). Вот только снять их невозможно, - добавил противный паук.

Душа пухляша опять полетела вниз.

- Как это невозможно?! – воскликнул он и тут же взялся за ремешок, чтобы показать роботу, что он не прав.

Снять часы не получилось.

- Артём… Это что же за часы… такие… - крикнул Герман своему другу, до сих пор сидящему на пауке. Тот тоже уже попробовал расстегнуть ремешок – не вышло.

- Капец… Не снимаются… - ответил наш герой.

- Снять их может только ваш куратор, - сказал робот.

- Да уж, - Герман снова вскарабкался на своё сиденье. – И не сказала ведь про это Мадина. Поехали, покатаемся по территории. Битву ты выиграл, но до победы в войне тебе ещё далеко, - погрозил он пальчиком голове паука.

Через сорок минут диких скачек по территории отеля – ущемлённый в свободе передвижения Весельчак решил погонять робота, - часы наших друзей запикали и приятным женским голосом сообщили, что до начала собрания в конференц-зале осталось полчаса. Появилась стрелка, указывающая в какую сторону идти и сколько метров осталось до пункта назначения.

Глава 9

Довольные и возбуждённые Артём с Германом завалились в конференц-зал, где уже сидели их старшие друзья. Большой зал, выполненный в виде амфитеатра, был такой же, как и всё в отеле – серые и белые тона, футуристический стиль. Скоро начнётся собрание «на космическом корабле».

- Эй, молодёжь, - крикнул Артур. – Идите сюда.

Старшие держали для них два места возле себя.

- Ну что? Поглазели? – спросил Кайрат, когда «молодёжь» уселась.

- Это просто невероятно, - начал Герман. – Мы катались на роботе. С ним и поговорить можно – он всё понимает…

- И даже поспорить, - с улыбкой добавил Артём.

- Противный просто попался нам. Не все же тут такие.

- А мне понравился. С чувством юмора.

Герман никогда не узнаёт, что его спутник от души повеселился и потрясся от беззвучного смеха до боли в боку, пока он с роботом перебирал позволяющие перемахнуть через забор устройства.

- А часы то эти… - вспомнил вдруг Герман.

- Не снимаются? Мы знаем, - сказал Артур. – Хотел снять, чтобы не замочить, когда брился… Не получилось.

Народ тем временем всё прибывал. Пухлые, большие, огромные, тяжело дышащие мужчины и женщины заходили в зал и рассаживались на свободных местах.

- Как приятно осознавать, что ты не самый толстый в помещении, - подметил Герман.

- Это точно, - согласился Артём.

На некоем подобии сцены внизу появился молодой парень и подошёл к микрофону.

- Здравствуйте, уважаемые, - сказал он. - Давайте подождём ещё пару минут. Пусть все рассядутся, и мы начнём.

Парень отошёл к своему столу с ноутбуком и вскоре вновь подошёл к микрофону.

- Ещё раз здравствуйте и добро пожаловать на остров! Меня зовут Теодор. Я старший куратор. Именно я отвечаю за то, чтобы вы избавились от лишнего веса и научились питаться правильно. Встали на нужные рельсы, так сказать, - улыбнулся он. – Наша компания, «Свет», уделяет повышенное внимание проблеме ожирения. Мы считаем, что оно ответственно за огромное количество горя и разбитых судеб. Пагубно влияет на эффективность нашей расы. Очень пагубно. Наш метод уникален. В случае успеха – а я уверен, что вы все его добьётесь, - вы не только приведёте своё пищевое поведение в норму, но и улучшите свою жизнь по многим другим позициям. Вы станете лучшей – а может и самой лучшей, - версией самих себя. Первый месяц от вас, вообще, ничего не требуется. Отдыхайте, веселитесь, общайтесь, знакомьтесь. Здесь есть всё для отличного досуга – даже то, что вы никогда не пробовали. В еде вас никто не ограничивает, но джанк фуда у нас нет. Вы удивитесь тому, насколько вкусной может быть здоровая и полезная пища.

- Целый месяц никакой программы? – крикнула большущая женщина из зала. – Почему это?

Теодор улыбнулся:

- Я прям чувствую вашу энергию и желание. Для вас будет отдых - не для нас. Мы будем собирать данные. Уже начали. Эти часы на ваших руках – одна из разработок нашей компании. Они ежесекундно сканируют весь ваш организм.

Артём тем временем занимался арифметикой - обнаружил в часах калькулятор и решил развлечься. Посчитал присутствующих в зале тучных людей. Это было легко – он просто умножил количество рядов на количество сидений, отнял пустые места и добавил тех, кто сидел поодаль. Получилось тысяча пятьсот восемьдесят восемь. «А Мадина говорила, что тысяча шестьсот тридцать два, - подумал он. – Наверно, кто-то не пришёл в себя после перелёта». Потом он умножил получившееся число на свой вес – кто-то, конечно, был меньше, кто-то больше – но соскучившийся по арифметике решил, что его вес можно назвать средним в зале, - и вышло более двухсот сорока четырёх тонн… «Уфф, - встряхнулся наш герой. – Ерундой занимаюсь - щас прослушаю что-нибудь».

- Я заметила, что они не снимаются, - выкрикнула другая дама в теле. – Вреда не будет от их сканирования?

- Абсолютно никакого, - ответил старший куратор. – Они давно протестированы. Их безопасность доказана. Вечером вам наденут ещё и специальный ободок на голову...

- Мы что, подопытные кролики? – громко спросил какой-то бородатый здоровяк.

- Эти ободки абсолютно безвредные, - спокойно начал объяснять Теодор. – Они усиливают мозговую деятельность и сканируют нервную систему. Я даже разрешаю вам снять эти ободки после первых суток ношения. Если захотите…

Последние слова были сказаны тоном, явно намекающим на то, что никто не захочет.

- А если я сразу не захочу одевать? – выкрикнул ещё кто-то.

- Можете не одевать, но тогда вы усложните задачу и нам и себе и потеряете время. Давайте доверять друг другу. Мы от чистого сердца хотим вам помочь. Самое страшное, что может здесь с вами произойти – это сохранение вашего веса, нарушений в организме и пищевых привычек.

Теодор не упомянул, что юристы «Света» могут просто расторгнуть контракт и заставить выплатить огромную неустойку за нежелание следовать правилам. Не хотел начинать с негатива.

- Сейчас я хочу предоставить слово тем, кто будет следить за вашим состоянием, - продолжил главный.

На сцену один за другим начали выходить различные специалисты. Психологи, эндокринологи, терапевты, нейробиологи, программисты. Каждый из них называл себя, сферу своих знаний, желал успехов в достижении цели, добавлял какие-то оригинальные слова – чтобы не сливаться с остальными спикерами, чтобы выделиться, запомниться, - и уходил со сцены.

- Программисты зачем? – шепнул Кайрат друзьям.

- Программировать нас на правильное питание будут, - усмехнулся Артур.

- На этом у нас всё, - снова взял слово Теодор. – Ещё раз желаю всем успехов. С каждым из вас я познакомлюсь и пообщаюсь лично. До встречи!

*****

- Капец сон приснился! - забежал на следующее утро в комнату Артура и Артёма Герман.

Накануне Герман с Артёмом обменялись карточками-ключами от своих номеров. «На всякий случай, - сказал Весельчак. – Чтобы у нас ваш ключ был, а у вас наш».

- Мы тоже заметили, - сказал Артур из ванной. – Я когда проснулся, лежал минут десять - не мог понять, что это было.

- А я вообще не понял, это ли реальность, - развёл руками Артём. – Или то, откуда я проснулся. А Кайрат где?

- Умывается. Этот сон… Это что-то невероятное!

Серебряные, аккуратные ободочки украшали головы наших друзей. Накануне вечером они без каких-либо вопросов и возражений согласились на их установку… Нет, вопросы и расспросы, конечно, были – особенно со стороны Германа и Кайрата, - но без ругани, без «не будем» и «вы не имеете права». С некоторыми участниками установщикам пришлось понервничать больше. Несколько раз приходилось даже вызывать Теодора. В итоге без ободка осталось только пятьдесят шесть человек.

Раздался стук в дверь.

- Да? – крикнул Артём.

- Это я, Кайрат.

- Заходи, - Герман открыл дверь.

- Видишь, как люди входят в чужие номера, - сказал Артур своему весёлому другу, вытирая полотенцем лицо. – А ты так влетел, что я чуть щётку не проглотил.

- Ой, ладно, свои же, - отшутился влетевший. – Можно считать, что в одном номере живём. Просто разделили его для удобства… Но этот сон! Мне рукоплескали тысячи людей. Я играл на сцене шикарного, огромного театра. Мне несли цветы! Всё было так реально! А у вас что было?

- Я в джунглях лазил, - ответил Мыслитель. - Искал каких-то насекомых, потом животных… Меня даже змея укусила. Боль была настоящая. И страх смерти...

- Я не мог вылечить какого-то японца, - Артём тоже решил поделиться. – Смешивал травы, заказывал ингредиенты по телефону. Так и не вылечил… Проснулся… Там была такая же реальность, как и здесь.

- У тебя что было? – обратился Герман к Кайрату.

- Я командовал боевой операцией. Перестреливались с террористами, спасали заложников… Многих не спасли. Так плохо было на душе…

- Да уж. Вот это сны, - проговорил Артём. - И ещё у всех сразу.

- Ясное дело – из-за этого ободка, - Артур постучал по своему головному украшению. – Сказал же вчера Теодор, что он усиливает мозговую деятельность.

- А мне понравилось! - воскликнул Весельчак. – Всегда хочу такие сны.

- Я тоже, - присоединился к нему Добряк.

Старшие были солидарны с ними. Всем понравились эти необычные, яркие сновидения, которые невозможно было отличить от реальной жизни.

- Теперь я понял, почему Теодор не переживал по поводу отказа носить ободки, - сказал Герман.

- Те, кто не одел их вчера, точно оденут сёдня-завтра, - согласился Мыслитель. – Щас начнут все вокруг про эти сны рассказывать…

Друзья были правы. Вечером этого дня в полку не одевших ободок останется семнадцать человек, на следующий день восемь, а ещё через день полк будет полностью расформирован.

В дверь снова постучали.

- Да? Кто там? – крикнул на этот раз Артур.

- Это я, Мадина.

- Оо, заходите! – открыл дверь старший постоялец номера.

Куратор зашла и поздоровалась со всеми.

- Как спалось? – как ни в чём не бывало спросила она.

- Сами знаете – как! – насмешливо-обвинительно ответил Герман, уперев свои пухлые руки в бока.

- Понравилось? – спросила девушка.

- Ещё бы! - воскликнул Весельчак. – Просыпаться из таких снов не хочется.

- Это ободок? – спросил Артём Мадину.

- Да, - ответила та. – Наша система анализирует ваши эмоции и отыскивает интересы. Вы ещё не заказывали еду? Может позавтракаем вместе, в столовой?

- Не заказывали. Минут десять дайте нам, собраться, - ответил за всех Артур.

- Хорошо. Пойду пока поздороваюсь с остальными. Встретимся в столовой. Просто скажите своим часам «вторая столовая», и навигатор укажет путь.

Через двадцать минут Мадина со своей восьмёркой уже сидели в одной из столовых отеля. Около сотни таких же участников со своими кураторами окружали их.

Обслуживанием занимались человекоподобные роботы, которые то ходили, то катались на колёсиках, выдвигающихся из подошв ступней. Всё делалось быстро, аккуратно и бесшумно.

Заказывать можно было сколько угодно, и Артём дал волю своей теории «обильного завтрака». Много съесть не получилось... Меню пестрило разнообразием, но всё это было в варенном, пареном или сыром виде. Ничего жареного, никакого джанк фуда. Теодор не соврал накануне… Сладкого можно было заказать с лимитом в двадцать грамм простых сахаров. Кто-то использовал этот лимит на конфетку, кто-то на сахар в чай или кофе. Мёд, печенье, фрукты – способов истратить свою дозу сладенького было предостаточно.

- Печальный лимит, - пробубнил Кайрат, подперев своими пухлыми кулаками щёки.

- Общий лимит на день шестьдесят грамм, - сказала Мадина. – Но следующую порцию из двадцати грамм вы сможете получить только через пять часов.

Герман начал широко и радостно раскрывать рот и глаза – будто только, что узнал о крупном выигрыше в лотерею, - но тут же резко состряпал грустную мину.

- Ваша интонация обещала меня обрадовать, но, когда до меня дошёл смысл слов, стало ещё печальнее, - пояснил шутник.

Куратор улыбнулась:

- Первые дни будет тяжеловато - потом привыкнете. Зато другой еды можете заказывать хоть сколько.

- Ага, хитрецы… Другой еды… Этой вашей другой еды много не съешь… Варенная, пареная… Скукотища! – высказался Игорь.

Мадина повернулась к нему:

- Еда – помимо удовольствия, - должна обеспечивать ваш организм необходимыми питательными веществами. И не вредить. Если хотите есть – поедите. Нет – значит не голодны. Джанк фуд можно и сытым в себя запихивать. Ничего - я же говорю, - привыкнете. Скоро эта варенная, пареная покажется вам божественно вкусной.

Девушка откусила от своего тёмного бургера – булочки которого были из муки грубого помола, а котлета пареная – её подопечные уже знали об этом, - и со смаком начала жевать, словно подтверждая этим действием своё заявление.

- Алкоголь, табак и другие радости за счёт вреда здоровью тоже можете не искать, - добавила она.

Куратор знала, кто в её группе был любителем упомянутых вещей, поэтому и смотрела сейчас именно на них, переводя взгляд с одного на другого. Те решили промолчать - их не сильно то и тянуло пока на эти вредные радости.

Глава 10

На третий день пребывания на острове наша четвёрка отправилась в джунгли. С куратором, конечно. Взяли пять пауков, по одному на каждого – никто не хотел быть пассажиром, все хотели управлять.

Герман веселился, как ребёнок. Постоянно слезал с робота и бегал меж зарослей. Скоро его примеру последовали и остальные. Атмосфера вокруг была просто волшебной. Огромные, древние деревья, запахи, обезьяны разных размеров и видов, проносящиеся с криками над головой.

- Так и жил бы здесь, - втянул Весельчак воздух полной грудью. – Мне всё здесь нравится. Вы посмотрите какие здесь насекомые! Видели когда-нибудь таких?

На деревьях и под ногами ползали необычного вида муравьи, жуки, гусеницы и ещё какие-то - неподходящие под известную мне таксономию, - насекомые. Всё вокруг было необычно - совсем не такое, как в их родном Алматы. Даже фото и видео не передадут, не помогут вам испытать то, что испытывали сейчас наши пухляши. В такой атмосфере нужно быть самому, ощущать её всеми своими чувствами, всеми клеточками тела.

- Не отходите далеко от робота, - крикнула Мадина, когда Герман рванул в какие-то кусты. – В джунглях полно хищников.

- Каких, например? – высунул Весельчак голову из листвы.

- Тигров, леопардов, – ответила куратор.

- Разве они должны водиться на этом острове? – удивился Артём.

- Нет, но наша компания завезла много животных из Индии и Шри-Ланки. Для сохранения. Здесь им никто не угрожает. Мы заботимся о них, кормим, лечим.

- Молодцы! – одобрил Артур.

- Насекомых всяких, опасных, тоже, наверно, полно? - поинтересовался Кайрат.

- Нет, опасных нет. Мы их истребили. Слишком большую угрозу для участников представляли.

- Как это вы их истребили? – удивился Артур. – А другие то смотрю есть. Выборочный яд что ли?

- У нас есть способы, - последовал уклончивый ответ.

- А поподробнее нельзя? – поднажал Мыслитель. – Я на даче потом использую.

- Нет, нельзя, извините, - Мадина обвела взглядом своих подопечных: - Может на пляж?

Эта идея пришлась по душе всем. Пухляши оседлали пауков и двинулись в путь.

- Стойте, - вдруг крикнул Артём. – А вот и хищник.

Невдалеке от них застыла пантера.

- Красавица! - воскликнул Герман.

- Иди - погладь красавицу, - улыбнулся Артур.

- Я воздержусь. Боюсь испугать, - ответил Весельчак.

- Конечно, испугаешь, - вставил Хмурый. – Она столько мяса отродясь не видела.

- Ха-ха. У тебя не меньше. Хотя какое мясо. Сначала надо сквозь жир пробраться – не утонуть.

Все, кроме Мадины, засмеялись.

Когда толстяки смеются над своей толстотой, шепелявые над своей шепелявостью… В общем, когда определённая группа людей смеётся над определёнными чертами – чаще тем, что считается недостатками, - присущими этой группе, то тому, кто не принадлежит к ней, смеяться не очень удобно, даже некрасиво иногда. Поэтому Мадина и воздержалась от бурного проявления радости.

Конечно, она бы никого не обидела сейчас, засмеявшись. Для наших пухлых друзей она была уже близким человеком - другом. К тому же, являлась «наставницей» для них, гидом на этом острове - то есть была, как бы выше всех, была «шефом» - как часто любил называть её за спиной Герман. Резкой остановки смеха и фразы: «Фи, Мадина, как некрасиво с вашей стороны!» не последовало бы определённо. И всё-таки… Всё-таки воспитание есть воспитание. Оно делает многие вещи недоступными нам по умолчанию. Доступными их можно сделать только усилием воли. Не слабым таким усилием, иногда. Не захотела куратор – а точнее её подсознание, - напрягаться сейчас и включать волю, идти против заложенной в ней модели поведения ради того, чтобы посмеяться.

Выйдя на пауках из джунглей, друзья не смогли сдержать междометий восхищения! Все они в первый раз вживую видели океан. Если не считать, конечно, те разы – а у Германа их было много, - когда они видели океан из иллюминаторов самолёта.

Золотистый пляж раскинулся перед ними. Порядка двухсот участников со своими кураторами уже были здесь. Кто-то загорал, кто-то катался на водных мотоциклах, некоторые ловили волны на досках для сёрфинга. Повсюду шныряли роботы, разносившие напитки и еду. Шезлонги с зонтами и какие-то палатки дополняли картину.

- Это лучшее место на берегу, - сказала Мадина. – Здесь мы поставили специальные отпугиватели акул. Поэтому все кураторы своих сюда ведут.

- Я, конечно, видел моря, - проговорил Герман. – Но океан! Огромный, безграничный… Он вселяет благоговение! Бежим купаться?

- Может сёрфинг? – предложил Артём. – Я всегда мечтал попробовать.

- Хорошая идея, - одобрил Артур. – А доски?

- Я отправлю своего паука за ними, - сказала куратор.

- Пойдёмте, пока поплаваем, - махнул рукой Кайрат и поскакал к океану.

- Подождите, робот плавки принесёт, - крикнула Мадина.

Девушка отправила своего робота за досками, плавками и купальником и пересела к Артёму.

- Поехали! Пробежимся по пляжу! – весело сказала она.

Полдня они купались, учились ловить волны, загорали, знакомились с другими участниками.

- Надо было остальных тоже позвать, - сказал Герман, когда все разлеглись на шезлонгах под пляжными зонтами.

Наши пухляши были в разноцветных купальных шортах, которые принёс для них робот. Мадина в тёмно-синем купальнике. «Издеваются над нами эти роботы» - возмутился Весельчак, когда увидел принесённое пауком разноцветное тряпьё.

- Шухрата и его команду? – спросил Кайрат.

- Да.

- Они сегодня в компы рубятся. Чемпионат какой-то устроили по стрелялкам, - сказала куратор.

- А, понятно, - Герман наслаждался атмосферой. Вдруг он резко показал рукой в толпу людей. – Это же Теодор. Тоже пришёл повеселиться.

Невдалеке от них и вправду стоял старший куратор. Он весело болтал с небольшой группой участников.

- Да, это он, - подтвердила Мадина. – Знакомится с участниками. К нам тоже наверно подойдёт.

Догадка подтвердилась. Подойдя ещё к трём кучкам людей, поболтав и посмеявшись с ними, Теодор, наконец, добрался и до наших героев. Жёлтые плавательные шорты, огромное жёлтое полотенце, закрывающее плечи и спину и соломенная ковбойская шляпа на голове практически сливали его с золотым песком. Точёная фигура, выпуклые мышцы и кубики пресса говорили о том, что старший куратор находится в хороших отношениях со спортом. Нашим толстякам стало даже немного не по себе.

- Всех приветствую! - весело крикнул Тед.

Пухляши и Мадина с улыбками ответили на приветствие. Почти все с улыбками – кроме сами знаете кого.

- Мадина? – продолжил главный, присаживаясь на свободный шезлонг. - Познакомишь со своими?

Девушка представила ему своих подопечных.

- Как вам отель, остров? – поинтересовался он у четырёх «гор».

- Просто волшебно, - ответил Герман. – Как в сказке живём!

Остальные одобрительно закивали и пробубнили что-то, подтверждающее их одобрение.

- Рад, что вам нравится, - сказал Теодор. – Надеюсь, у вас всё получится.

- Сны удивительные. Я и не думал, что на них можно так влиять, - проговорил Артур.

- Уникальные технологии, - улыбнулся старший куратор. – Только «Свет» владеет ими.

- И не только этими, - пробубнил Кайрат.

- А почему вы не рассказываете про них? – спросил Артём. – Это же гордость. Да и помочь можно людям. Жизнь облегчить, эффективность повысить.

- Я сам задаю этот вопрос руководству. Не пришло время говорят. Им виднее.

- Монопольное владение технологиями… - задумчиво сказал Мыслитель. – Позволяет вам быть самыми сильными и развитыми на Земле. – Он придвинулся к Артёму и зашептал ему на ухо: - Помнишь наш разговор в столовой? В Алматы? Они выбрали быть самыми сильными.

- Чего? – крякнул лежащий с другой стороны от Артёма Герман, услышав часть шёпота.

- Потом расскажу, - тихо сказал ему Артур и уже громко Теодору: - Какие стимулы заставляют вас двигаться вперёд? Общественные или личные?

- Думаю, что большей частью личные, - ответил спрашиваемый. – А вас?

- Хочется сказать, что общественные, - улыбнулся Мыслитель. - Но подозреваю, что это далеко не так.

- Да все мы такие, - воскликнул Герман. – Личное благо оно такое родное, понятное… Я точно знаю, чего хочу. Может многое из этого и не полезно, не то, что мне нужно, но я этого хочу. А что хочет общество? Что хотят другие люди? Поди разберись.

- Ты имеешь ввиду, что лучше делать хорошо себе, потому что ты точно знаешь, как это сделать, чем кому-то другому, потому что не знаешь точно, что для него хорошо? – уточнил Кайрат.

- Вот именно, - ответил Весельчак.

- Хорошая мысль, - Хмурый задумался. – Вещи, которые стопроцентно доставляют нам максимум радости, знаем только мы. Пусть каждый из нас и заботится о них.

- Но есть ведь общие вещи. Те, которые доставляют радость большинству людей, - сказал Артём. – Можно делать эти вещи более доступными для всех.

- Отличная идея, - одобрил Тед.

- Да, - поддержала Мадина. – По мере сил, по желанию.

- Желание будет, - проговорил старший куратор. – Это естественно для здорового телом, разумом и духом человека дарить радость и стараться быть полезным другим.

- Главное, чтобы таких здоровых было побольше, - сказал Артур. – Герман натолкнул меня на интересную мысль. Об эффективности использования энергии. Если мы тратим энергию делая то, что нравится нам, то максимальное её количество идёт на пользу – мы ведь знаем, что мы любим. А если тратим эту энергию, чтобы сделать хорошо другим, то какая-то её часть – в зависимости от того, насколько мы угадали, что «хорошо» для этих других, - улетает в трубу. В общем я всё усложнил, но пришёл практически к тому же, к чему пришёл Артём – нужно просто делать так, чтобы вещи, доставляющие радость большинству людей, были легкодоступны.

- Да у тебя прям философы в группе. Повезло тебе. Интересно, - расплылся в улыбке Теодор, обращаясь к Мадине.

- Сама не нарадуюсь, - улыбнулась в ответ девушка.

Артур с Германом поддержали её широкими улыбками, Артём улыбочкой поскромнее, а Кайрат ухмылкой.

- Яхты начнут приходить завтра, - объявил Тед. – Старые были на техобслуживании, а новые делали для нас по специальному заказу.

Видно было, что для Мадины это тоже новость.

- О, класс! Будем в океан выходить! – обрадовался Весельчак. – Я как раз думал, где они? На сайте же были фотки и видео с ними.

- Да, поплаваем. А стимулы, - вернулся старший куратор к первому вопросу Артура. – Они ведь всякие нужны, всякие важны. Какой заставляет в данное время гореть и делать что-то со страстью, тот и надо использовать. Не важно - личный или общественный. Я так думаю. Главное не вредить себе и людям. И Земле нашей.

- Я тоже так думаю, - согласился Артур.

- А если стимулы, заставляющие гореть и делать со страстью, как раз и направлены на вред людям? – спросил Герман. – Что если вред людям и есть стимул?

- Изолировать надо таких, - сказал Кайрат. – Не повезло человеку, если у него именно такие стимулы. Не здоровый он.

- Да… Не повезло, - задумчиво проговорил Артём.

Он хотел сказать ещё что-то, даже открыл рот для этого, но потом решил не говорить. Решил, что пришедшие в голову мысли надо хорошенько обдумать и упорядочить. Не подавать на стол сырые продукты, а угостить друзей готовым блюдом из них.

Хотя, если бы он выложил сейчас сырые продукты, то готовое блюдо, приготовленное шестью людьми, имело бы все шансы быть ближе к шедевру, чем приготовленное им одним.

Почему я не разовью его мысль, как когда-то сделал в схожей ситуации с Артуром? Да потому что я сам не понял, что он хотел сказать. Он закрыл своё сознание и не дал даже мне, своему создателю, заглянуть в него. Сам, в тишине, на досуге захотел постряпать и выложить.

С нашими героями Теодор задержался дольше, чем с другими группами. Понравилось болтать с «философами». Поговорили об обществе, любви, дружбе. Убедили Германа, который сказал, что ничего не умеет, потому что так и не смог нормально прокатиться на доске, в том, что он умеет многое. Орудовать ложкой и вилкой, читать, писать, считать, водить машину, ходить на маленьких – по отношению к остальному телу, - ступнях. Про виртуозное владение русским языком, до которого и способным иностранцам неимоверно сложно дойти даже за несколько лет, поговорили отдельно – приятно было осознавать, что так запросто умеешь такое трудное.

Множество мелких вещей мы умеем и даже не замечаем этого. Сюда относится то, что умеют все, то, что умеют далеко не все и то, что умеем только мы…

У каждого из нас свой уникальный путь развития. Даже те, кто с рождения живут в одном доме и подвергаются потокам одинаковой информации и воспитания, по-разному воспринимают и обрабатывают всё, льющееся на них, делают выводы и разветвляют свои мысли отлично друг от друга. Открывающийся доступ к разной информации и опыту развивает и ещё более усиливает эти отличия.

Каждый из нас становится уникальной системой внутренних миров, способностей и желаний, мощной оригинальной машиной восприятия и обработки различных, не похожих друг на друга, данных – эмоций, чувств, собственно информации, действий, интонаций… в общем, коктейля, включающего и те ингредиенты, которые ещё долго не сможет не то что обрабатывать, но даже и нормально воспринимать искусственный интеллект. А мы ещё и формируем на основании этого свои собственные выводы и действия.

Не все, конечно, пользуются этим и осознают, насколько они уникальны…

Проспавшему с самого рождения и внезапно проснувшемуся - в, допустим, двадцатилетнем возрасте, - человеку пришлось бы приложить уйму энергии и времени, чтобы научиться всему этому. Думаю, что он никогда бы уже «не вписался» в общество – в плане развития речи учёные со мной согласны. Настолько колоссальной я считаю работу, которую каждый из нас проделывает с пелёнок, даже не замечая.

В объявлениях о поиске сотрудника, вы не увидите перечисления всех этих умений. Они подразумеваются, как само собой присущее нормальному, образованному человеку. Кроме них – именно об этом и гласят объявления, - работодателей интересуют тонкие – или толстые в случае с виртуозами какого-либо дела, - прослойки умений, которые вы расположили внутри всего этого добра и - одновременно, - на его фундаменте, и то, насколько легко и быстро вы будете намазывать другие слои. Именно за это они готовы платить вам деньги.

- Ладно, пойду знакомиться дальше! – встал, наконец, старший куратор с шезлонга. – Приятно было пообщаться! Ещё увидимся!

Все, кроме недавно заснувшего Кайрата, попрощались с Тедом, выразив надежду на скорую встречу.

Возвращались уже в сумерках. Не удержались, конечно, от бешеных скачек. Мадина смотрела на своих подопечных, как на маленьких детишек.

Рассекать по джунглям на пауках было очень удобно. Даже джип с самой лучшей проходимостью не шёл ни в какое сравнение с ними. Ямы, овраги, горки, любые препятствия на пути были им нипочём. Они могли даже сжиматься – до ширины своего наездника, - чтобы пройти между деревьями. Управлялись паукообразные роботы очень легко – голосом. Можно было кричать им: «налево, направо, назад» – они мгновенно реагировали и бежали куда надо, - можно было сказать, чтобы они двигались за кем-то или чем-то, а можно было просто назвать пункт назначения. Ночью две лампы выдвигались из передней части их тела и освещали дорогу.

Кайрат вошёл в раж и начал догонять на своём пауке какое-то крупное животное.

- Оставь его в покое! – крикнул скачущий сзади и хохочущий Артур. – Оно тебя запомнит. Потом отомстит, когда ты слезешь с паука.

- Да я хочу рассмотреть, - крикнул Хмурый. – Что за зверь.

- Это кабан, - крикнул, поравнявшийся с Артуром Герман.

- Сам ты кабан! - гаркнул ему зачинщик погони. – Он размером с корову был.

Так они и не поняли, что это было за животное. Оно просто исчезло – будто сквозь землю провалилось.

- Упустил! – заорал Кайрат, когда понял, что последние десять секунд гонится за пустотой.

- Ладно, завтра днём прочешим и увидим, - крикнул Артур.

- Поскакали в отель! – сказал Герман. – Я бы не отказался сейчас от кабана на ужин.

- Вот почему ты «кабан» крикнул, - засмеялся подскакавший к ним Артём. – Он у тебя перед глазами стоял.

Все засмеялись.

- Поскакали, - крикнула Мадина. – Шухрат меня уже вызывает. На весь день их оставили.

На самом деле пауки, конечно, не скакали – они бежали. В джунглях, где приходилось постоянно перепрыгивать через различные ямки и преграды, движение пауков и вправду было похоже на скачку, но на территории отеля, на пляже они вполне себе плавно бежали. Наверно, используя производные от «скакать», те, кто ездит на этих роботах – и я вслед за ними, - хотят подчеркнуть, что они именно находятся верхом, а не бегут сами.

Глава 11

Все пухляши, с которыми контактировал наш герой, были дружелюбные и весёлые. Легко шли на контакт. Больше всего людей приехало из России. Украина немного отставала. За ними уже с большим отрывом расположились Казахстан, Узбекистан, Киргизия, Белоруссия, Армения, Грузия и Азербайджан. В порядке убывания количества участников.

- Прошлая партия была англоязычная, - как-то объяснила нашим друзьям полностью русскоязычный состав участников Мадина. – И следующая тоже будет. Чередуем мы. В планах завести говорящих и на других мировых языках.

Однажды, в столовой, к Артёму с Артуром, которые только что уселись за стол, собираясь позавтракать, подошли три толстушки.

- Можно к вам? – спросила одна из них.

Мест вокруг было предостаточно. Видно было, что женщины просто хотят пообщаться.

- Присаживайтесь! – весело ответил Артур.

Подружки поспешили воспользоваться приглашением. Все обменялись приветствиями с улыбками, своими именами и городами проживания.

«Катя, Олеся, Мария. Все из Москвы» - повторил про себя Добряк, чтобы не забыть.

Поболтали об острове, о том, как все рады, что попали сюда, о необычных снах. Потом переключились на книги, различные обучающие передачи, фильмы. В общем заговорили о саморазвитии.

- У меня подружка такая молодец, - рассказывала Олеся. – По десять книг в месяц читает. Умная. Меня пыталась заставить. Ничего не вышло. Засыпаю я, когда читаю.

- Везёт таким, - сказала Катя. – Начитанные, интеллигентные. У меня подруга и книг читает много и всякие видео в Ютубе смотрит полезные. Выступления учёных, всяких гуру, бизнесменов. Я только по всяким скандалам и юмористам там щёлкаю.

- Получать много информации - это только часть дела, - проговорил Артур. – Надо её на молекулы разбирать ещё.

- Как это? – не поняла Олеся.

- Ну, тащат некоторые готовые блоки мыслей и идей и вставляют в строящееся здание своего сознания, - ответил Мыслитель. – Те, кто эти блоки создавали, делали это, полагаясь на свой опыт, знания, ощущения… на что там они ещё полагаются... По крупицам выстраивали и могут объяснить, почему они у них получились именно такими. А так как они идеально вписались, опять же, именно в их здания сознаний, то и дальше им эти здания строить легко и удобно.

Три толстушки смотрели на Артура, не мигая.

- Он всегда так изъясняется? - шепнула Катя Артёму.

- Часто, - шепнул тот в ответ и громко сказал:

- Артур имеет ввиду, что нужно тратить время не только на сбор информации, впитывание чужих идей и мыслей, но и на анализ всего этого, на культивирование своего оригинального сознания и восприятия.

Мыслитель кивнул и добавил:

- Строить своё сознание на чужих выводах и мыслях – дело неблагодарное. Всегда будете зависеть от поступления этих блоков, этих стройматериалов извне. Да ещё и вписываться криво они будут в ваше здание. Надо учиться создавать свои. Пусть они будут не такие качественные, как у великих мыслителей. Зато свои. Со временем вы и к качественным придёте, к таким, которые считаются великими и глубокими. Но зато сами. С другой стороны придёте, другими тропами, своими. Сделаете эти выводы и мысли ещё более полными и полезными.

«Нужно его останавливать, - промелькнуло в голове у Артёма. – Олеся с Катей уже переглядываются»

- Вы что из этих? – быстро вставила Катя в паузу. – Из сотрудников?

- «Света»? – рассмеялся Артур. – Нет - такой же, как вы, участник.

- Шибко умно рассуждаете что-то, - не поверила толстушка.

- Времени было много для размышлений. Родные мысли бесценны, именно…

- Может в аквапарк? – быстро предложила Мария то, что никак уже не вязалось с текущей темой беседы. Создала рельсы перед мчащимся локомотивом и заставила его свернуть на них.

Артур, приготовивший несколько вёдер угля, чтобы бросить их в топку локомотива разговора, так и застыл, не зная, что делать, после резкого поворота.

- Отличная идея, - поспешил ответить Артём. – Друзей только позову, двоих. Они сегодня в номере завтракают, лежебоки.

Большую часть времени наши друзья тратили на совместные развлечения. Не потому что эти развлечения сами по себе были наиболее предпочтительными для каждого из них. Были и намного более предпочтительные. Но то, что совместные развлечения можно было «вкусить» именно вместе, повеселиться и даже поваляться, держась за животы от смеха, вчетвером, несомненно возвышало их. Часто до уровня «вне конкуренции».

К примеру, Артём, который бы точно предпочёл компьютерный клуб аквапарку, если и там и там он был бы один, выбирал аквапарк, потому что шёл туда с друзьями. Его сущность осознавала, что с друзьями в аквапарке она сгенерирует намного больше радости, чем играя в компы без них. Друзья - это отличный усиливающий интерес коэффициент для многих занятий. Даже простое сиденье на лавочке с ними может превратиться в незабываемые мгновения счастья.

Каждый день участники программы с восторгом делились друг с другом своими сновидениями. Необычные сны вызывали у всех восхищение и желание окунуться в мир грёз снова.

Утро нашей четвёрки начиналось с того, что Герман врывался в комнату Добряка и Мыслителя и первым рассказывал о своих «ночных приключениях». Потом ими делились все остальные.

К концу второй недели проекта, Кайрат, начавший с командира отряда спецназовцев, успел побывать в шкуре пилота истребителя, строителя мостов, археолога, шеф-повара французского ресторана, фермера.

Герман был актёром театра и кино, ведущим популярного телешоу, хозяином магазина «Всё для праздника», аниматором на оживлённой улице возле популярного торгового центра, дизайнером одежды.

Артём побывал доктором, ветеринаром, пекарем, озеленителем, фермером - как Кайрат, - мастером, изготовляющим различные аксессуары из кожи – ремни, портмоне и тому подобное, - и дрессировщиком.

Артур был исследователем животного мира, археологом, учителем истории в школе, писателем-фантастом, президентом крупной и влиятельной международной корпорации.

Какие-то ночные воплощения были лишь единожды, другие повторялись. В последних они даже продолжали с того момента, на котором закончили в прошлый раз - будто загружали сохранение в компьютерной игре.

И такая кавалькада профессий и занятий была у всех участников программы.

*****

На четвёртой неделе у каждого из наших друзей осталось только по одному ночному воплощению. Именно тому, которое вызывало наибольший восторг по утрам и заставляло даже Хмурого с восхищением и в подробностях распространяться.

У Германа осталось воплощение ведущего популярного телешоу, у Кайрата фермера, Артём вернулся к своей первой «шкуре» доктора, а Артур… А Артур теперь каждый день просыпался с важным лицом президента крупной корпорации.

Каждому, во сне, кроме основного занятия, приносили радость и второстепенные. Такие, которыми участники по разным причинам не занимались в реальной жизни. Отсутствие денег и времени, навязанная мораль общества и времени, в котором они жили, боязнь осмеяния со стороны знакомых и родных… И даже то, что никто не показал и не рассказал им об этих занятиях было причиной того, что они ими не занимались. Во снах не было никаких границ и запретов, а люди вокруг то и дело предлагали различные - даже шокирующие сперва, - способы времяпровождения.

Возьмём, допустим, Кайрата с его бачатой… Да, да - Хмурый во сне, в свободное от работы на ферме время, ехал в город танцевать бачату. Кайфовал и дрожал от радости под звуки латиноамериканской музыки, энергично двигал своим пухлым телом, поспевая за худенькими партнёршами.

Многие из вас, скорее всего подумают, что такой мрачный и серьёзный человек просто не мог заниматься бачатой в реальной жизни. Она не подходила его образу и хмурому виду. Его бы не поняли и засмеяли знакомые, для которых такой контраст: «серьёзный и важный Кайрат танцует бачату» был бы лучшей шуткой и издёвкой на долгие годы. Но на самом деле... На самом деле Кайрату было плевать на мнение окружающих, на то, что бачата не вяжется с его образом и на смех знакомых, которых у него всё равно было мало. Если бы кто-то в реальной жизни привёл его на бачату, познакомил с этими разогревающими чувства и заставляющими чаще и веселее стучаться сердце движениями и музыкой, он бы с радостью ходил на неё хоть каждый день. Поверхностной информации – Хмурый знал только, что бачата это какой-то танец, - было абсолютно недостаточно, чтобы зацепить и увлечь его.

Вот живёт Петя и раз в два-три месяца проезжает мимо вывески «Квест «Волшебная Гора»». «Какой-то квест» - думает он всякий раз и тут же забывает о нём. А потом друг приглашает его на этот квест, и Петя понимает, что это самое интересное занятие из всех, которые были и есть в его жизни. Он начинает играть в «Волшебную Гору» каждую неделю, совершенствуясь, принимая участие в соревнованиях, становясь опытным и известным игроком. Его жизнь наполняется счастьем. А если бы друг не показал ему квест? Прожил бы Петя всю жизнь, даже не узнав о таком прекрасном источнике радости для себя.

Давали хоть раз ребёнку что-нибудь ещё неизвестное ему, но очень вкусное? «Неть, не буда, не хотю, убели». А потом? Бегает за вами и выпрашивает именно эту радость его маленького мирка.

Бачатой занимался один из работников Кайрата на ферме. Однажды он просто позвал его с собой. Крепкие парни и стройные девушки красиво двигающие телами в такт волшебной музыке очаровали Хмурого до слёз.

Артём после работы в больнице бежал стрелять из лука, гулял со своими собаками. Последних у него завелось аж три – немецкая овчарка, хаски и лабрадор.

Жил он в двухэтажном особняке с друзьями, которые не давали ему скучать - постоянно что-нибудь затевали. Иногда выезжали за город, где летали на вертолётах и истребителях – сами управляли. Пару раз Добряк даже прыгнул с парашютом. Попробовали бы вы его подбить на это в реальной жизни!

На стрельбище наш герой познакомился с очаровательной блондинкой Сарой. Именно она научила его правильно держать лук и стрелу. После второго свидания с ней Артём был на седьмом небе от счастья – впервые в жизни он по-настоящему поцеловался с девушкой. Он и будет считать этот поцелуй своим первым. Реальность происходящего - то, как он волновался, потел, делал неловкие движения, - позволила забыть ему, что это сон.

Артур с Германом тоже нашли себе массу занятий по душе. Наслаждались, кайфовали, а потом смаковали, рассказывая про свои виртуальные жизни.

В сновидениях участников программы окружали мудрые и толерантные абсолютно ко всему люди. Им можно было рассказать что угодно, не боясь осуждения. Они готовы были поддержать любую, самую сумасшедшую и дурацкую идею, сопровождать вас туда, куда люди из реальной жизни – во всяком случае подавляющее большинство из них, - никогда бы не отправились. Поэтому и общаться во снах было интересно и приятно. Окружающие сами подкидывали сумасшедшие идейки, приглашали попробовать те или иные занятия, каждую ночь знакомили с чем-то новым – иногда даже неслыханным, - и интересным.

Про сексуальную жизнь во снах я просто не могу не написать. Участники программы не распространялись на эту тему, но у нас с вами есть привилегия заглянуть в замочную скважину.

Персонажи сновидений подкидывали различные идеи и про секс. Многих они повергли бы в шок, заставили бы с негодованием развернуться, уйти и никогда больше не общаться с тем, кто предлагает такое. Но не в этих необычных снах… Не только окружающие там были толерантны ко всему. Сами пухляши становились более толерантными и лёгкими на принятие чего-то необычного и «не положенного». Тут была не просто другая страна, где тебя никто не знает – тут был другой мир. И это немало способствовало «лёгкому» поведению.

Какими только «извращениями» не занимались участники в этом другом мире… Всё, что копилось в них долгие годы, всё, что притягивало, но «невозможно» было претворить в жизнь по разным причинам, здесь выплёскивалось наружу и каждую ночь разрывало их изнутри бомбами сладострастия.

Они хотели не только получать удовольствие – они хотели быть желанными, дарить радость своим – пускай и не настоящим, - сексуальным партнёрам. А для этого им нужно было приводить свои тело и физические возможности в порядок – во снах они были точно такими же, какими были в реальной жизни. Появился ещё один немаловажный стимул к правильному питанию и занятиям физкультурой.

А Артём – который и сам отлично наладил свою сексуальную жизнь во сне к концу первого месяца на острове (у него её и не было-то до этого), - ещё недоумевал поначалу: «Чего это все так рьяно занимаются спортом? Бегают, тягают железо - прям не протолкнуться в спортзалах».

*****

Понять, что за животное они встретили в свою первую вылазку в джунгли, наши друзья так и не смогли, хотя и прочёсывали весь остров на пауках чуть ли не каждый день. Скачки по джунглям и побережью были одним из самых излюбленных их занятий. Лучше всех исследовали остров именно они. Различные обезьяны, кабаны, змеи, крупные кошачьи, лемуры, множество мелких хищников, похожих на мангустов, попались им за время этих исследований. Но ничего и близко похожего на то животное. В конце концов, все обвинили Кайрата во вранье. Сказали, что он преувеличил размеры. Хмурый отпирался слабо – он и сам уже стал подумывать, что ему показалось.

Три пещеры обнаружила наша четвёрка – вместе со своим куратором, - на острове. В две даже немного углубились – насколько позволяла проходимость пауков. Дальше, своими ножками, было боязно. Третья пещера требовала спешивания с самого начала.

Один раз паук спас Германа от смерти… Тут уж, наверно, я преувеличиваю… Но от серьёзных увечий точно. Он схватил своим мощным щупальцем огромного кабана, бежавшего на нашего Весельчака. Сколько было визгу и криков! До сих пор друзья не могут понять, кто больше визжал – Герман или кабан, которому паук дал шлепка по заднице, предварительно оттащив на пять метров от места захвата и развернув в другую сторону. Хрюшка, дико вопя, скрылась в зарослях, а спасённый, визжа и матерясь, забрался на паука и не слезал с него до самого отеля.

Огромный аквапарк, который спокойно вмещал всех участников, был одним из главных центров сбора пухляшей. Здесь они дурачились по полной. Обливались из водных ружей, топили друг друга, плюхались с высоты в бассейн, поднимая брызги до небес. Смотрели фильм «Уловки Норбита»? Помните Распьюшу, которая эффектно скатилась с горки? А теперь представьте, что все посетители аквапарка такие же, как она. Веселуха, правда? Толстяки и толстухи открыто хохотали над собой, над атомными взрывами, которые они устраивали, влетая в воду. Их стройные кураторы смеялись беззвучно и так, чтобы этого никто не заметил. Последние были такие же культурные и воспитанные, как Мадина.

Именно в аквапарке Артём в первый раз заметил, что между некоторыми участниками завязались романтические отношения. Парочки обнимались, целовались, скатывались с горок, держась за руки. Создавали двойной фонтан - и без того мощных, - брызг.

Здания, различные постройки, мимо которых Артур с Германом весело скакали в свой первый день на острове, тоже скрывали различные развлечения. По крайней мере, некоторые из них – те, в которые участникам разрешалось входить. В них были картинги, теннисные корты, стрельбища. Какого только оружия не было в последних – от луков с арбалетами до фантастических лазерных ружей, испепеляющих и расплавляющих всё на своём пути. Парк аттракционов...

Парк аттракционов! Три дня подряд наши толстяки не вылазили из него. Огромные американские горки, различные гигантские вертушки, на которых участники крутились на огромной высоте, с бешеной скоростью меняя расположение и положение тела в пространстве. «Рогатка великана», выстреливающая закреплённый на тросах вагончик с тремя участниками на стометровую высоту. Друзья успокоились только когда опробовали все аттракционы – некоторые из них по нескольку раз.

Неподалёку от аквапарка располагался «Замок Страха». Из него постоянно выходили бледные и потрясённые участники. Программы каждый раз менялись. Артём, который первым прошёл этот замок, получив свою порцию адреналина и жути, решил позвать остальных и посмеяться над ними. Ну, конечно - он то уже всё знал! Думал, что знал… Вышел из замка он ещё более напуганный и дрожащий, чем его друзья.

- Да ну тебя, - сказал ему на выходе Герман. – Так весело нам рассказывал… У меня до сих пор мурашки по коже.

В одном здании всё было оборудовано для очень похожей на пейнтбол игры. Участники делились на команды, одевали специальные костюмы и стрелялись друг с другом. Оружие было настоящее, но патроны холостые. Система, с помощью висящих повсюду камер, улавливала удачные «попадания» и блокировала костюм раненого настолько, насколько такое ранение блокировало бы его движения в реальной жизни. В случае «смертельного» попадания, костюм полностью блокировался, и роботы уносили «убитого» с поля боя. Женщины сильно визжали поначалу - не только когда стреляли в них, но и тогда, когда они стреляли сами. Потом привыкли.

В распоряжении любителей оружия помощнее был огромный полигон. На нём можно было пострелять из РПГ, танков и других тяжёлых пушек. Наряду с обычными танками здесь были ни кем невиданные антаны, летавшие в полуметре от земли. Стреляли эти фантастические танки какой-то зелёной плазмой – для неё и бетон и железо были, что для раскалённого ножа масло. Кайрату очень понравился миномёт – никак не мог настреляться. Герман визжал от удовольствия в антане. Вся веселуха проходила под чутким руководством инструкторов и роботов.

Погода на острове почти всегда была ясная. Кураторы постоянно устраивали весёлые командные игры – от обычных футбола и волейбола до «казаков-разбойников» на пауках по всему острову. Теодор часто принимал участие в этих развлечениях. Веселился как ребёнок, старался изо всех сил, с азартом выполняя возложенные на него задачи.

Пару раз прошли сильные ливни. Никто из участников никогда не видел таких. Они будто поливали территорию отеля из гигантского пожарного гидранта.

В самом отеле развлечений тоже хватало. Кроме упомянутых выше компьютерного клуба и тренажёрных залов, в распоряжении участников находились различные сауны, массажные кабинеты, комнаты настольных игр, танцевальные клубы - в которых несколько раз в неделю устраивались весёлые вечеринки, - рестораны, где можно было на халяву ослепить своего избранника или избранницу – не для всех доступным в обычной жизни, - шиком.

Яхты были разные. На некоторые пускали только двадцать человек, на другие пятьдесят. Участники уплывали на них на пару километров от острова и устраивали пикники посреди океана. Или просто гоняли по округе, пугая рыб и дельфинов.

На огромном корабле, который мог вместить всех участников с кураторами, устраивали ночные дискотеки с фейерверками. Ди-джеи роботы зажигали от души… Хмм, уместно ли говорить такое в отношении них? В общем, работали на славу. Возвращались пухляши после таких веселух только к вечеру следующего дня – так приятно было спать в удобных каютах, убаюкиваясь едва заметным покачиванием волн.

Герман был звездой вечеринок в танцевальных клубах и на корабле. Он сколотил себе группу из трёх толстяков и шести толстушек, оккупировал одну из студий в отеле и репетировал там по несколько часов почти каждый день. Некоторые танцы он придумывал сам, другие ему подсказывал какой-то робот с повадками Зохана (из фильма «Не шутите с Зоханом». Смотрели?) – именно так Герман - а потом и все остальные, - стал называть этого андроида. С последним Весельчак всегда горячо спорил на репетициях. Доходило до криков и топаний ногами. Это больше помогло, чем помешало, прекрасно сдружиться двум творческим сознаниям. Мадина снабжала их необыкновенными, блестящими - порой даже шокирующими, - костюмами. Выступлений этой весомой труппы ждали все обитатели острова. Красочные шоу не оставляли равнодушными никого.

К концу месяца все уже видели перемены в себе и друг друге. Участники заметно похудели. Это было видно, в первую очередь, по лицам. Все чувствовали, что дышать и ходить стало легче, давление не беспокоило так, как раньше. Усталость была уже не такая всё отменяющая – да и приходила она теперь реже.

Раз в неделю каждого участника вызывали врачи, кабинеты которых находились в самом отеле. Осмотры и беседы проходили быстро – всю информацию о физическом и психологическом состоянии пухляшей передавали часы и ободок.

Глава 12

На тридцатый день расчудесной жизни на острове Мадина собрала свою восьмёрку в беседке недалеко от отеля.

- Ну, как проходит отдых? – спросила она.

- Вы устроили для нас рай на Земле, - коротко и ясно выразил Герман эмоции и уровень удовольствия всей группы.

- Рады стараться, - улыбнулась куратор. - Каждый из вас похудел. Шухрат больше всех. Десять килограмм сбросил.

Девушка захлопала - все собравшиеся поддержали её.

- Бывает, - засмущался виновник аплодисментов. - Кто-то вначале быстро сбрасывает, кто-то потом.

Артём, между прочим, тоже неплохо сбросил. Сейчас он весил сто сорок восемь килограмм.

- Тут столько всего… - начал Давид. – Вы столько для нас сделали. Всё просто идеально.

- Вы же поняли почему тут всё так идеально? – с таинственной улыбкой спросила Мадина.

- Что бы мы не думали о еде, - ответил Артём. – Я даже пообедать иногда забываю из-за всего этого веселья.

По лицам остальных было видно, что они поддерживают сказанное.

- Это тоже. Но есть и другая причина, - сказала куратор.

- Какая ещё? – спросил Герман.

- Артур вам скажет, - улыбнулась девушка.

- Я? – удивился названный. – Почему? С чего вы…

- Мне кажется вы уже поняли эту причину.

«Они что мысли мои читают?» - подумал про себя Мыслитель.

- Не знаю, правильно ли я понял… - начал он уже вслух. – Мне кажется, что идеальные условия созданы для того, чтобы мы не растворялись в своих снах.

Лица всех слушающих замерли в его сторону. В самую пору было пострекотать сверчку. Артур знал, что пример лучше донесёт его мысль до них.

- Ну если бы такие сны начали сниться нам в той нашей жизни, до острова, - стал объяснять он. – Что бы произошло? Мы бы выпали из неё. Она показалась бы нам настолько серой и скучной по сравнению со снами, что мы бы её возненавидели. Контраст был бы очень резким. Я бы точно весь день думал о том, как бы поскорее и на дольше уснуть.

Лица слушателей просветлели, некоторые даже заулыбались, показывая, что теперь им всё понятно.

- А здесь этого контраста практически нет. Во снах мы радуемся и кайфуем, проснувшись мы радуемся и кайфуем, - закончил Мыслитель.

- Вот именно. Спасибо, Артур, - поблагодарила его Мадина. – Ваши сны вызывают сейчас целое море положительных эмоций. Восторг, страсть, воодушевление. Мы фиксируем это каждый день и стараемся делать так, чтобы реальная жизнь не отставала, чтобы ваше сознание не становилось зависимым от снов.

- Чтобы мы не становились наркоманами, ищущими очередную дозу сновидений, - выпалил Герман.

- В точку, - улыбнулась куратор. – Ваше подсознание должно иметь ввиду, что в реальной жизни тоже можно получать превосходные эмоции, быть счастливыми. Всё зависит только от вас.

- Сейчас что-то изменится? – спросил Рамиль, догадываясь, что именно поэтому их и собрали. – Говорили же, что месяц…

- Да. Сегодня и завтра последние дни подготовительного периода. Послезавтра вы будете загружены в специальную матрицу…

- Что?! – перебил девушку Герман. – Что ещё за матрица?

- Это уникальная разработка нашей компании. Там вы продолжите жизнь, которую ваша сущность выбрала во сне за этот месяц.

- А насколько вы нас загрузите? – поинтересовался Кайрат.

- На восемь месяцев.

Все вокруг оцепенели. Воцарилась тишина. Наконец, Артур нарушил её:

- А для чего? Что даёт эта матирица?

- В ней вы получите уникальный опыт и впечатления. Специально подобранные и необходимые именно вам для развития. Выгрузитесь вы уже абсолютно другими людьми.

- Но такими же толстыми! – воскликнул Весельчак.

- Это ты не подумал, брат, - сказал ему Кайрат. – Там ведь, наоборот, не переешь. Сколько надо будут давать нам, по трубочкам.

- Но зато будем лежать, как тюфяки! – Герман резко повернулся к Мадине: - Да?

- Нет, не будете, - ответила куратор.

- Как это? – не понял Артём. – Наши настоящие тела, здесь, в отеле, ведь будут лежать?

- Нет. Ваши тела будут находиться в специальных шарах. В них можно делать всё что угодно – бегать, прыгать, танцевать. Всё, что вы будете проделывать в матрице, ваше тело будет повторять здесь.

- Но разве наше тело не будет спать? – всё ещё не понимал Добряк.

- Отчасти, - ответила куратор. – Это будет полусон. Сон лунатика. Специальная разработка, чтобы ваши мышцы и скелет не ослабли. Когда мы вас разбудим, вам потребуется адаптироваться к реальной жизни только психологически. Физически вы будете в полном порядке. И еда будет подаваться не по трубочкам. В рот будет поступать специальное вещество, имеющее ту же консистенцию, что и ваша еда в матрице.

- Ту же консистенцию? – уточнил Шухрат

- Да. Если вы едите кашу, то вещество будет, как каша, если хлеб, то как хлеб. Белки, жиры, углеводы, витамины и всё остальное будет настраиваться соответственно тому, что вы едите там.

- Ого, системка! – почесал голову Герман.

- Если будете переедать в матрице – будете толстеть и здесь. Сколько калорий съели там, столько поступит с этим веществом. Но вряд ли вы там будете переедать, - улыбнулась девушка. – Ваша полная, насыщенная жизнь этого не позволит.

Группа переваривала информацию.

- А отказаться, конечно, нельзя… - начал Рамиль.

- Можно, но тогда вы нарушите контракт и будете платить неустойку, - мягко сказала Мадина.

«Нельзя – это то же можно, - вспоминал Артём. – Кто… Ах, Артур. Артур философствовал на эту тему».

– Но… Не нужно отказываться… Я и все остальные кураторы уже прошли через эту матрицу. Никто не пожалел. Все благословляют тот день, когда подписали контракт со «Светом». Вот, смотрите.

Девушка показала фото толстой – очень толстой, - женщины на своём планшете.

- Кто это? – спросил Игорь.

- Это я. Три года назад. Я была участницей первой программы. Тогда нас было пятьсот человек. Кураторами у нас были и люди и роботы.

Каждый из присутствующих по-своему выразил удивление. «Уау», «Офигеть», различные выдохи и свисты посыпались на куратора со всех сторон.

- Невероятно! – воскликнул Герман.

- И это только верхушка айсберга. Если бы можно было показать плачевное состояние моей души, моё отчаяние на этой фотографии… И сравнить их с моим нынешним блаженством… Контраст был бы других масштабов. Все в первой партии были отчаянные. Другие бы и не поехали. Никаких отзывов ведь тогда не было, никто ничего не знал. Мы были, как добровольцы-первопроходцы. Доверились подошедшим на улице людям, потому что терять было нечего, жизнь была беспросветным мраком.

- Извиняюсь за нескромный вопрос, - проговорил после небольшой паузы Шухрат. - А сколько вам лет?

- Тридцать восемь.

Снова повисла тишина. Легко можно было дать тридцать восемь женщине на фото. Но девушке, сидящей перед ними…

- А почему вы раньше не показывали нам это фото? – поинтересовался Артём.

- Зачем? Как стимул? У вас и без него всё хорошо получалось. А хвастаться я не люблю. Сейчас просто вижу, что вам тяжело принять эту матрицу с её восемью месяцами… Это, кстати, максимальный срок. Обычно выгрузка начинается раньше. Всё зависит от ваших успехов.

- На сколько раньше? – поинтересовался Давид.

- Самый минимум пока сто шестьдесят четыре дня. Многих после шести месяцев выгружают. Но там вы за эти месяцы проживёте больше.

- В смысле? Там что время по-другому идёт? – спросил Кайрат.

- Да. Я прожила там три года. Моя лучшая подруга десять лет.

- Офигетушки! – подпрыгнул на месте Весельчак. – Там можно и про эту жизнь забыть!

- Не беспокойтесь – такого ещё не было.

Они побеседовали ещё около часа. Помните, я говорил про вопросы любопытства, дополняющие главный стержень информации? Вот они то и посыпались со всех сторон на Мадину. Но с работой своей она справилась – среди её подопечных не было отказавшихся.

Почти в половине групп были отказники. Не хотели некоторые загружаться ни в какую матрицу. Возмущались, ругались с кураторами, агитировали к отказу остальных.

Для Теодора это была стандартная ситуация. Он провёл разъяснительную работу с отказавшимися за закрытыми дверями. Снизил их число наполовину. Юристы «Света» поработали с оставшимися и отвоевали ещё сорок восемь человек. В итоге, только шестнадцать участников расторгли контракт. Может, были богатые и неустойка не пугала их, может, были довольны достигнутыми уже результатами…

*****

В последний перед погружением в матрицу день участников собрали в огромном банкетном зале отеля на прощальный ужин.

Мужчинам выдали элегантные костюмы, женщинам вечерние платья. С каждым поработали стилисты и парикмахеры.

Артём, которого не сразу бы сейчас узнала и родная мать – настолько его внешность изменили профессионалы индустрии красоты, - с минуты на минуту ожидал появления Великого Гэтсби. Всё вокруг вызывало ассоциации со светскими вечеринками Америки 1920-х годов. Отель отошёл от своих бело-серых тонов, чтобы создать эту атмосферу.

«Вечеринка в стиле Гэтсби! Что ещё мы можем сделать для вас?» - улыбнулся наш герой про себя.

Его расфуфыренные друзья, «нацепившие» важные лица, чтобы не контрастировать со своими нарядами и профессионально уложенными шевелюрами, сидели рядом. Мадина была просто обворожительна, чёрное вечернее платье с длинной жемчужной нитью выгодно подчёркивало её фигуру, блестящие серьги и диадема делали лицо ещё более красивым и милым.

Весь зал пестрил яркими красками из-за разодетых помпушек. Что бы делали без них организаторы? На мужских нарядах в деле разукрашивания праздника разными цветами далеко не уедешь.

Снова выступал Теодор. Он похвалил участников за отличные результаты – некоторых – в том числе и Шухрата, - выделил поимённо, призывая всех к рукоплесканиям. Старший куратор ещё раз заверил, что матрица – это абсолютно безопасная, не раз доказавшая свою эффективность программа виртуальной реальности.

- Все кураторы прошли через неё, - сказал Тед. – И ни о чём не жалеют.

Он поднял бокал с чем-то похожим на красное вино и завершил своё выступление:

- Успехов всем!

Теодор отдал микрофон конферансье и сел за стол к людям, которых Артём ещё ни разу не видел на острове. Их было трое. Трое пожилых, седых, но бодро выглядящих мужчин.

- Это программисты, создавшие матрицу, - сказала Мадина, кивая в сторону столика старшего куратора. – Пару дней назад прилетели. Они будут следить за процессом.

- Головастые, наверно, дяди, - проговорил Кайрат, щуря глаза на программистов, чтобы получше разглядеть. – Эх, совсем я слепошара стал близорукий.

- Приходите после острова в любую из наших больниц, - посоветовала куратор. – Наши специалисты вам помогут.

- Теперь только к вам, - ответил «слепошара». – Вы впереди планеты всей лет на сто. Если не на двести…

- Четыре часа нам осталось, - напомнил Артур, посмотрев на часы. – Может успеем погонять на пауках? В последний раз?

- Вы как перед смертью прям, - улыбнулась Мадина. – После матрицы ведь ещё погоняем.

- Да, но… - Мыслитель вздохнул. – Хотелось бы погонять перед этим «погружением». Вместе. Повеселиться напоследок.

- Я тоже хочу, - присоединился Шухрат.

- И я, - поддержал Кайрат.

В итоге выяснилось, что этого хотят все.

- Ну тогда поедим - немного посидим для приличия и бегом переодеваться, - весело сказала девушка.

- Отлично! – обрадовался Артур, как ребёнок.

Роботы как раз начали разносить горячее.

- А что, кстати, запланировано на последние месяцы? После матрицы? – спросил Рамиль, когда все насытились и стали смотреть на еду так, будто она им и не нужна вовсе.

- Развлечения и веселуха, - ответила куратор. – После того, как психологи и нейробиологи помогут вам адаптироваться. В матрице вы станете словно произведения искусства высочайшего уровня. Надо такими вас и перенести в реальный мир. Проверить вашу целостность и прочность. Но не беспокойтесь… Матрица должна сделать вас очень гибкими. Никакие жизненные давления вас не сломают.

- Должна? – повторил за ней Игорь. – А может не сделать?

- Сделает хрупким произведением искусства высочайшего уровня, - вслух пробормотал Артур внезапно пришедшую в голову мысль.

Мадина повернулась к нему:

- Нет, не сделает. Но мы должны убедиться, что вы, вернувшись в свою прежнюю жизнь, сможете оставаться на высочайшем уровне…

- Трудно оставаться… - проговорил Мыслитель. – Определённые условия создают индивидуума с определёнными качествами и достоинствами. А когда он лишается этих условий? И погружается в совершенно другие?

- А что, если одним из качеств, созданных у индивидуума определёнными условиями, будет быстрая и лёгкая адаптация к любым условиям? – с улыбкой парировала куратор.

Артур задумался.

- Не забивайте себе голову, - добавила девушка. – Отложим этот разговор до выгрузки из матрицы. Может тогда и надобность в нём пропадёт. Кто-то вроде хотел погонять?

- Да, пойдёмте уже! – воскликнул Герман. – Сколько можно умничать!

*****

Ночная прохлада обдавала свежестью участников, решивших провести свои последние часы перед погружением в матрицу… Ай… Проще написать: «всех участников». Все высыпали на улицу после прощального ужина. Кто-то – как сделали это наши друзья, - оседлал пауков, кто-то побежал купаться в бассейне. Некоторые просто легли на траву и наслаждались звёздным небом и огромной луной. Ночка была волшебная.

«Специально, наверно, подгадали и безоблачную погоду, и полнолуние» - думал Артём, мчась со своими друзьями по джунглям.

После двух часов дикой беготни между деревьями, прыжков через кусты и овраги, надоедания ночным животным и даже насекомым, Герман предложил добежать до океана и провести последние мгновения вместе там. Все поддержали эту идею.

Хищники и близко не подходили к роботам-паукам - для которых даже тигр был эквивалентен маленькому котёнку. Во всяких духов и демонов наши друзья не верили. И все равно было что-то пугающее и щекочущее нервы в этих тёмных джунглях. Специальные лампы роботов освещали дорогу спереди, но сзади… Дрожь проходила по телу того, кто оборачивался и вглядывался в эту черноту.

На песчаном берегу друзья легли рядом. Один из пауков вытянул свои щупальца над ними и пшикал время от времени специальным раствором, отгоняющим мошкару.

- Вот это ночка! – восхищался Герман. – Так и лежал бы здесь до утра!

- Я б тоже, - поддержал его Артур. – Столько всего есть на острове, а мы всё равно возвращаемся к тому, что даёт природа, к тому, что доступно всем.

- Опустеет отель, скукота будет без нас, толстяков, - сказал Рамиль.

- Даа, - согласился Игорь и повернул голову к Мадине: – Чем вы будете заниматься без нас?

- Я на месяц домой, - ответила куратор. – А потом помогать буду программистам и врачам. Следить за вашими показателями… Работы и вправду мало будет. Но начнётся обучение.

- Что за обучение? – спросил Артём.

- «Свет» каждый год проводит различные курсы. В этом году нас ждёт три месяца молекулярной биологии.

- А как проходят эти курсы? – поинтересовался Герман.

- Лекции, опыты в лабораториях. Специалисты из разных стран приезжают. Даже не согласны бывают в чём-то друг с другом. Им прям здесь дебаты устраивают. А мы впитываем аргументы всех сторон.

- Интересно у вас. Прям работа мечты, - с нотками зависти проговорил Шухрат.

Мадина улыбнулась.

- Я очень рада, что попала в эту компанию, - сказала она.

Повисла тишина, которая, кроме натуральных звуков окружающей природы, нарушалась только «пшиками» паука сверху. Но без них было нельзя – мошкара с радостью облепила бы восемь пухлых и одну стройную «сардельку», не дав им насладиться этой светлой и волшебной ночкой.

Человек уже сильно отвык от природы. И когда кто-то говорит, что было бы прекрасно провести время в горах, лесу или ещё где, вдали от дома и удобств, он, конечно же, подразумевает, что это даже близко не будет похоже на ту жизнь, которую ведут дикие звери и, вообще - будет ненадолго. Чем дольше будет вылазка в дикую природу и чем больше удобств вы оставите дома, тем выше будет восторг, который будут вызывать рассказы о ваших приключениях вдали от цивилизации у слушателей.

Некоторые вылазки даже к подвигам приравниваются.

И чем дальше в будущее, тем шире будут раздвигаться границы, окружающие то, что можно назвать подвигом. Через какую-нибудь тысячу лет, остановить свою летающую тарелку в дикой местности, выйти из неё, отойти на тридцать метров и сфоткаться уже будет считаться героическим и храбрым - а для кого-то очень глупым и необдуманным, - поступком.

Команда Шухрата начала шушукаться, потом резко встала.

- Ладно, - сказал Шухрат. – Мы пойдём. Прощайте! Увидимся после матрицы.

Видно было, что эти четверо хотят сделать что-то вместе перед погружением.

- С горок захотели покататься? Или с какими-то дамами попрощаться? – начал выпытывать Герман. – А может…

- Вот ты любопытный, - остановил его Кайрат. – Оставь их в покое - надо значит надо. Прощайте, друзья!

Неизвестно, что задумала эта четвёрка, но точно не порассекать по джунглям. Без куратора роботы-пауки будут держать прямой курс на территорию отеля.

- Не спешите прощаться, - улыбнулась Мадина. – Ещё увидитесь до погружения. В двенадцать я за вами всеми зайду.

- Тогда до встречи! – сказал Игорь.

Четвёрка Шухрата отчалила и снова повисла тишина с регулярными «пшиками»

- Надеюсь, захотите общаться со мной после матрицы, - не дал насладиться вновь воцарившейся тишиной Весельчак.

- А почему должны не захотеть? – сказал Артур. – Ты что больше всех похудеешь?

Все засмеялись.

- Да я не об этом… - начал Герман. – Мы же другие будем. Мадина же говорила – более развитые, навороченные. Интересы, предпочтения наверно поменяются.

- Это верно, - согласился Кайрат. – Мы ведь другими людьми должны стать.

Весельчак кивнул:

- Будут ли дружить эти другие люди также, как сейчас?

- Может ещё крепче будут, - предположила куратор. – Вы ведь хорошо сошлись сейчас, когда многое в вас ещё в зачаточном состоянии. А когда всё это распустится? И расцветёт?

- Не совсем понимаю, - сказал Артём.

- Мадина имеет ввиду, что раз мы сошлись молоденькими побегами, симпатизируя к тому, что только должно было ещё в нас развиться, то ещё больше сойдёмся, когда это всё разовьётся. Если я, конечно, правильно понял, - ответил за девушку Артур.

- Всё верно, - подтвердила Мадина.

- Но может быть, наоборот, - возразил Кайрат. – То, что нравилось нам друг в друге в зачаточном состоянии, отпугнёт, когда расцветёт и распустится. Или, вообще, не будет уже этого. Другое разовьётся и заглушит то, что в нас есть сейчас.

- Ай, ладно, – махнул рукой Герман. – Будь, что будет. Если будет нам также приятно и легко вместе – будем общаться, нет – не будем.

- Простота – друг гениальности, - улыбнулся Артур.

Они полежали ещё минут двадцать, умничая, споря и фантазируя о той жизни, которая начнётся у них после острова.

- Пора, - вскочила куратор, когда её планшет начал вибрировать и пускать соловьиные трели.

*****

Мадина – как и обещала, - пришла за своими подопечными в двенадцать. В лифте, она достала необычный, длинный ключ и вставила его в ту самую дырку, о предназначении которой поспорили как-то Герман с Артуром. Снизу от дырки открылся дополнительный набор кнопок. Но цифры на них были с «минусом». Куратор нажала на «минус семь» и лифт понёсся вниз.

- Я же говорил! – воскликнул Артур, пританцовывая. – Таратаратам! Пам-Пам!

- Ой – веселишься, будто квартиру выиграл, - язвительно ответил Герман на это бурное выражение радости.

- Вы о чём? – спросила Мадина.

- Да мы с Германом спорили насчёт этой дырки. Я говорил, что благодаря ей можно попасть на подземные этажи. А он – что она нужна роботам для проверки состояния лифта.

- Артур был прав, - повернулась девушка к Герману.

- Да я уже понял.

Через пять минут они стояли в просторной комнате с восемью белыми шарами. Каждый в диаметре был не меньше трёх метров.

- Это ваша комната на следующие шесть-восемь месяцев. Сейчас специалисты снимут вам ободки, заведут в шары и загрузят в матрицу, - сказала Мадина. – Часы останутся.

- Забыл спросить… А что насчёт отходов? – задал, наконец, Рамиль вопрос, который всё забывал задать.

- Все отходы жизнедеятельности шар засасывает в себя и отправляет по трубе в канализацию, - ответила куратор. – Внутри всегда будет чисто, свежо и приятно.

- Капец шары! – восхищался Герман. – Фантастика какая-то!

- Наши инженеры воплотили фантастику в жизнь. Такой шар упоминается в фантастическом произведении «Провидец». Внутри него вы можете делать всё, что угодно. Стенки шара могут принимать форму ступенек, стульев, кровати. Ваше тело будет делать те же самые движения, которые вы будете проделывать в матрице, оставаясь на месте. Ходить, бегать, прыгать и так далее. Если вы будете брать что-то в руки, вешать на спину, одевать на голову, то шар будет выпускать отростки, создающие давление именно на эти части тела. Чем тяжелее предмет, тем больше будет создаваться давление - но не до критических для здоровья величин. Поэтому и вся ваша физкультура в матрице будет влиять на тело здесь. Некоторые ощущения будут внушаться самой системой – шар не может обеспечить всю палитру.

- Я же говорил, что фантастику надо читать, - повернулся Кайрат к Артёму с Германом. – Там многое можно почерпнуть.

- А из фэнтези что? Нельзя? – решил возобновить давно вспыхнувший между ним и Хмурым спор Герман.

- Да из фэнтези… - начал заводиться Кайрат.

- Да ладно вам! Нашли время! – воскликнул Артур. – Каждому своё. Ты из фантастики получаешь необходимое, он из фэнтези. Все разные. Не могут же все смотреть и читать одно и то же! Что же это за мир будет!

Мадина с улыбкой смотрела на своих подопечных.

- Я рада, что мне попались именно вы! – сказала она. – Мне приятно с вами работать! Давайте уже прощаться. Вон спецы идут.

- Нам тоже приятно, - первый и громче всех сказал Весельчак. – Вы лучшая!

Пухляши по очереди обняли и расцеловали любимого куратора.

Трое парней в белых халатах зашли в комнату. Мадина поздоровалась с ними, передала какие-то флешки и пошла к выходу. Потом остановилась, подбежала к одному из парней и дала ему свой планшет.

- Давайте сфоткаемся напоследок, - предложила она с улыбкой своим большим друзьям.

Её остановка и возвращение было воспринято также, как остановка и возвращение что-то забывшего сказать родителя воспринимается ребёнком в детском саду. «Ещё несколько мгновений с мамой/папой» - радуется этот ребёнок.

«Ещё несколько мгновений с Мадиной» - радовались пухляши.

- А я и забыл… Можно было и вчера пофоткаться, - с досадой проговорил Артём.

- Не переживайте. В банкетном зале работали видеокамеры, и пауки снимают всё в постоянном режиме. Я скомпоную эти видеозаписи с другими и сделаю хороший фильм вам на память.

Фотка получилась тёплая и добрая. Восемь улыбающихся толстяков окружали довольную девушку на фоне белой стены. На более предпочтительном для всех фоне белых шаров фоткаться запрещалось.

Глава 13

Артём очнулся в том самом сне, где был доктором. Жил он в прекрасном особняке у моря, с тремя собаками и двенадцатью друзьями – семью парнями и пятью девушками. Дом был общий. Нашему герою нравилось жить именно так - весёлой и дружной компанией.

Район напоминал ему те аккуратные жилые массивы со стройными рядами домов и газонов перед ними, которые он видел в американских фильмах.

С утра он отправлялся на любимую работу, где принимал и осматривал пациентов. Некоторым сразу выписывал лечение, других направлял на дальнейшее обследование. Всё было легко – коллеги по работе подсказывали ему, если он затруднялся с решением. Не было противных, обещающих пожаловаться куда следует клиентов.

Каждый день он становился опытнее, узнавал о новых болезнях, различных нюансах их протекания и особенностях лечения.

В четыре часа дня рабочий день заканчивался, и наш герой спешил домой, к своим друзьям. Те всегда что-нибудь придумывали. Совместные прохождения ролевых фэнтезийных игр – у каждого был свой ноутбук, езда на велосипедах по горам и лесам, песни под гитару у бассейна во дворе, бои подушками, теннис, волейбол... Засыпали порой где попало – кто в гостиной на ковре, кто в коридоре на втором этаже, некоторые уходили в царство Морфея на больших надувных матрасах в бассейне. На выходных - которых было предостаточно: в этом мире все работали с понедельника по четверг плюс последние десять дней каждого месяца были праздничными, - они выгоняли со двора свой специальный дом на колёсах и отправлялись в путешествие по стране. Иногда шли в поход, устраивали кэмпинги в живописных уголках природы.

Артём жил именно той весёлой жизнью, о которой всегда мечтало его «я». Той, которую он считал идеальной для себя. Откуда взялось у него это представление о проживании в весёлой коммуне добрых друзей? Мультики, в огромном количестве «поглощаемые» им в детстве, где многие люди, существа и очеловеченные животные жили вместе и каждый день общались и веселились друг с другом; молодёжные американские комедии, в привлекательном свете показывающие студенческую жизнь: веселуха в общежитиях, постоянное совместное времяпровождение, братства, сумасшедшие вечеринки и путешествия… Наверно, это всё оказало влияние, внесло свою лепту.

В реальной жизни устроить такое было практически невозможно. Где ж там взять такую беззаботность для себя и ещё нескольких, подходящих по духу и интересам людей? Все куда-то спешат, у каждого полно дел, проблем – реальных, надуманных, нужных, бесполезных…

Взять хотя бы друзей нашего героя с работы. Не забыли ещё «обеденную группировку»? Приятно и весело было Артёму с ними. Отличные, добрые отношения связывали их. Отношения, которые разлетелись бы в пух и прах, начни они жить в одном доме вместе… Кто должен мыть посуду, готовить, идти за продуктами? Кому и сколько нужно закидывать в общую кассу – делать это по возможностям или потребностям? Кто оставил носки в коридоре? Почему дети не дают поспать в выходные? Почему я должен скидываться на замену батарей, если не считаю это нужным? Эти и многие другие подобные вопросики, которые сначала будут замалчиваться, потом произноситься с улыбкой – очень скоро станет заметна её натянутость, - рано или чуть позже получат хороших союзников в лице гнева и раздражения. Это уже будут не вопросики – это будут вызовы на спор и скандал. Этакие зажжённые спички, бросаемые человеком, облившим себя бензином. Как бы вы не ответили такому человеку – как бы не отбили спичку, - итог будет один: пожар. Промолчите? Спичка отлетит от вашей спины и… снова пожар.

В мире матрицы всё было по-другому. Друзья Артёма не были обременены сложными делами и заботами. А дел, которые отнимают энергию и время, отрывают от родных и близких, не принося в итоге ничего, они себе не изобретали. Немного и радостно работали и много, счастливо отдыхали – эту фразу – предварительно поставив глаголы в неопределённую форму, - можно назвать девизом их мира. Они не уступали в доброте нашему Добряку, который, между прочим, здесь стал ещё добрее, чем в реальной жизни. Там у него бывали небольшие вспышечки злости и возмущения, когда кто-то нагло нарушал святость очереди, грубо обзывался, чуть не сбивал его на пешеходе и орал, будто был прав… Разные ситуации, в которых люди вели себя по-хамски и наплевательски – особенно в отношении него, - возмущали и немного разбалтывали сосуд его души, позволяя злости оказаться сверху. Ненадолго, конечно. Не позволяло лёгкое и воздушное содержимое этого сосуда надолго задержаться тяжёлой злости на поверхности.

В матрице не было даже этих вспышечек. Не было хамов и наплевателей, вызывающих их. И если оценивать доброту человека по количеству секунд пребывания в гневе и злости в неделю или месяц… Не считаю этот подсчёт всеобъемлющим – Доброта штука объёмная и многогранная. Но если оценивать именно так, то Артём стал здесь не просто добрее, он стал кристально добрым.

«В этом мире добрых и культурных людей я и сам могу сойти за хама» - пришла как-то необычная мысль в голову нашего героя.

Эта мысль поразила меня и заставила задуматься. Нет, он был не прав в отношении себя – он никого не стеснял и ни у кого не вызывал справедливого возмущения. Но он был прав в общем.

Иногда мы возмущаемся хамами, невоспитанными людьми, не замечая, что для кого-то, для того, кто воспитан… не скажу: лучше, скажу: по-другому, мы сами можем показаться неотёсанными чурбанами. Что для одного норма – все в его окружении делают так, для другого может показаться вопиющей наглостью – все в его окружении фикают на такое. Смачные плевки в публичных местах, резкая подрезка на дороге, громкий смех, мешающий разговаривать другим, неудобные вопросы, пошлые шутки... Люди ведь не со зла это делают. Они просто так воспитаны. Конечно, не хорошо получается, если они мешают другим, если вызывают возмущение и даже не чувствуют этого, продолжая напирать.

Не со зла – они просто так воспитаны и привыкли. В их измерении это нормально и им трудно перестроиться - особенно если они закостенели, стали «взрослыми». Не со зла – но порождают зло в других людях, в тех, для кого это не норма. Вот и получается – побеспокоил людей и пошёл/поехал в прекрасном настроении дальше, даже не подозревая, что побеспокоил. А в людях зародилось зло. И куда его теперь, если рядом нет такого, как Артём? Растворяющего негативные эмоции, как фэйри жир?

Наш герой знал, что находится в матрице, но часто просто забывал об этом. Реализм всего вокруг – матрицу практически невозможно было отличить от реального мира – единственное, что её выдавало – это именно «гладкая и сладкая» жизнь, - переполнявшие его каждый день положительные эмоции, друзья, управляемые искусственным интеллектом – он правильно об этом догадывался, - которых было не отличить от живых – с ними можно было поговорить о чём угодно, они выражали свои чувства сотнями различных способов, - всё это способствовало тому, что настоящий мир казался всё более далёким и призрачным, а этот - настоящим.

- А почему все так мало работают и много отдыхают? – спросил он как-то раз у одного из друзей.

- Потому что все, - ответил тот.

- Что все?

- Работают. Заняты полезным делом. Вот и досталось его каждому мало.

«А что если в реальном мире все будут заниматься полезным делом? Его тоже достанется мало каждому?» - пришла ещё одна интересная мысль в голову нашего героя.

В реальном мире не всё так просто, Тёма… В матрице всем управляет искусственный интеллект. Никаких споров, нерациональных действий. Всё работает в унисон на общее благо. Идеально. В нашем мире – наряду с полезными, -ежедневно совершаются действия, несущие вред и тормозящие прогресс. Существуют люди, которые намеренно или нечаянно пакостят, люди, которые просто «ничего не делают», люди, которые изображают что что-то делают, люди, которые делают то, что должно стать полезным в будущем, но это не точно… Пробовать тоже надо, а вдруг! Поэтому по-настоящему полезные и актуальные в данное время дела ложатся на плечи гораздо меньшего количества людей. Болезни, человеческие жадность, злость и слабость, плохое питание, несчастные случаи, удары природы тоже бьют по нашему миру гораздо сильнее… В матрице если и есть что-то из этого, то так – для антуража. Вся надежда в нашем мире на технический прогресс и просвещение. Они и так уже многое забрали с плеч людей… И на лидеров. Да – на сильных лидеров, которые будут видеть общую картину и вовремя перенаправлять людскую энергию туда куда надо. Все шансы стать таким лидером в будущем есть и у искусственного интеллекта.

Не забыли про очаровательную блондинку Сару? Отношения нашего героя с ней складывались превосходно. Как и все в этом мире, она была доброй, весёлой и культурной. Вместе влюблённые проводили много времени и офлайн, и онлайн. Стреляли из лука, прыгали с парашютом, летали на дельтапланах, занимались сёрфингом и скалолазанием.

Через три месяца, наполненных радостью, любовью и страстью, отношений, Сара переехала к своему бойфренду. Стала четырнадцатым человеком в большом и дружном доме, сократив разрыв в количестве между парнями и девушками.

Артём был постоянно счастлив. Не было хорошего и плохого настроения, хороших и плохих дней. Был постоянный, мощный фон счастья, с частыми извержениями радости и вдохновения на нём.

Худел наш пухляш стремительно. Уже через год этой сумасшедшей и немыслимой для него раньше жизни (иногда Артём забывал не только пообедать, но и нормально поужинать, завтраки перестали быть праздниками живота), он весил сто килограмм. Этот вес, благодаря росту в сто восемьдесят два сантиметра и хорошему мышечному корсету - в матрице он просто влюбился в силовые упражнения, - уже позволял ему выглядеть неплохо.

Все его сожители были стройные и подтянутые. Несколько раз в неделю они вместе тренировались – или дома, где у них был оборудован большой тренажёрный зал, или на улице – на ближайшей спортивной площадке, стадионе. Играли в лесенку на турниках и брусьях, в различные командные игры. Особенно Артём полюбил регби – чувствовал себя шаром для боулинга, бегая и сбивая всех.

Сотни источников радости окружали нашего героя - многие из них горели намного ярче, чем удовольствие от еды. Он просто не улавливал сияние последнего, не мог разглядеть его в блестящей и искрящейся жизни. А ведь раньше это была главная и самая большая звезда на небосводе его радостей.

Обожаемая работа - на которую он бежал с удовольствием, где его ждали пациенты с различными - порой диковинными и необычными, - проблемами - любопытными и захватывающими загадками для него, - была первым столпом его полной жизни.

Вторым были добрые, искренние и понимающие всё друзья, постоянно придумывающие интересные способы совместного времяпровождения. Легко принимающие, в свою очередь, любые, даже самые «детские» предложения подурачиться от нашего героя. Самое страшное, на что мог нарваться Артём, предлагая им что-либо, это усмешка с риторическим вопросом: «а почему бы и нет?».

Третий столп - любимая девушка. Которая ввела его в мир романтической любви, показала неведомые ему до этого чувства. Показала тому, кто даже не ступал, даже не пробовал подниматься на эти прекрасные, волшебные горы, всё их величие и красоту сразу. Любить и быть любимым – стало одним из ярчайших источников радости для нашего героя. Возлюбленная возносила его до высочайших уровней страсти, таких, о существовании которых он даже не догадывался, таких, которые заставляли его дрожать не только во время близости, но и всегда, когда он вспоминал и предвкушал их. Именно воспоминания о них заставляли его подпрыгивать и чётко ударять каблуком о каблук на улице. Раньше это изящное действие было ему недоступно: даже если бы душевный департамент его сущности дал на него добро, физический ни за что не поставил бы свою подпись.

Всё это, вместе с добрыми, приветливыми и культурными людьми вокруг, радостно машущими хвостом собаками, беззаботностью и проснувшимся детством в душе, легко позволило Артёму вывести не очень продуктивные, даже вредные - в плане пожирания здоровья и растрачивания бесценного времени, - занятия из своего топа. Некоторые из них даже вычеркнуть.

*****

Через два года этой сказочной жизни Артёма было не узнать. Спортивный мачо пришёл на смену колобку. Вес упал до восьмидесяти килограмм и уютно устроился на этой отметке. Бывший пухляш чувствовал себя идеально. Мышцы отчётливо выделялись – видно было даже шесть кубиков пресса. Никакой одышки и стеснённых движений. Бегал и прыгал он теперь не хуже своих друзей, по силе превосходил почти всех.

Разум и душа его получили не меньшее преображение. Он стал намного быстрее соображать, полюбил сильные эмоции. Последние больше не пугали его – теперь он стремился к ним. Каждый день Артём испытывал столько чувств, обдумывал столько ситуаций, сколько в реальной жизни он не испытывал и не обдумывал и за неделю. Многое он, вообще, испытал и обдумал впервые именно здесь.

Сейчас он был просто другим человеком - тем идеалом, которым всегда мечтал стать. Поэтому и вспомнил о том, что находится в матрице.

«Не это ли конечная цель программы, - подумал Добряк. – Чувствую себя идеально. Мать с отцом домой не пустят – не узнают. Наверно, скоро меня выгрузят».

Он желал и боялся выгрузки одновременно. Не хотелось расставаться с работой, друзьями и любимой. Да, они были виртуальные, но полюбил он их по-настоящему… Не хотелось, вообще, покидать этот мир.

«Может смогу потом загружаться сюда, - утешал себя наш герой. – Месяц в реале жить, месяц здесь, и всё отлично будет».

*****

Выгрузки не было. Ни через неделю, ни через месяц…

Зато начались перемены.

Артёму стало всё надоедать. И матрица была тут как тут. Предлагала ему новые варианты занятий, других людей…

Работа, некоторые друзья, Сара, стрельба из лука, собаки стали ему не интересны.

Друзья как будто чувствовали это. Подходили, по-доброму разговаривали, намекая на то, что отношения уже не те и надо двигаться дальше. Потом съезжали.

Так он расстался с восьмью друзьями. Остались вшестером. Парни сравнялись в количестве с девушками.

Не заставила себя ждать и Сара. Подошла, обняла и поцеловала, сказала, что отношения себя изжили. Через пару часов её вещей уже не было в доме.

Не прошло и двух недель, как Артём нашёл замену бывшей. У него завязались романтические отношения с известной хип-хоп исполнительницей Алиёй.

Собак он отдал по объявлению в хорошие руки. С работы его отпустили сразу, как только он заикнулся о потере интереса.

Расставаться с любимыми занятиями и людьми в этом мире оказалось намного легче, чем в реальном. Всё было гладко и с добрыми улыбками. Горечь расставания, которая тоже была какая-то сглаженная, обжигала душу ненадолго - не оставляя при этом никаких следов и тем более ожогов.

Мощный фон счастья ни капли не страдал. Выбывающие источники радости сменялись другими. Что-то, правда, уходило без замены: собаки, многие виды хобби, некоторые друзья. Но взамен нечто другое появлялось в душе и заполняло пустоты. Нечто сильное, надёжное и необъяснимое. То, что давало ему радость и счастье простым своим присутствием.

Алия создавала потрясающую музыку - сильно похожую на ту, которую создавала в реальном мире нашего героя Мисси Эллиотт. Она затянула Артёма в мир хип-хопа, научила его рифмовать и читать рэп. Очень скоро парочка стала выпускать совместные песни, альбомы и ездить с выступлениями по стране.

Концерты собирали полные стадионы. Люди заряжались энергией и вдохновлялись от их песен и мелодий.

Артём удивлялся тому, что раньше не обращал внимания на музыку. Сейчас он даже ходил, пританцовывая, в своём рэперском балахоне, с крутым снепбеком на голове.

Иногда наш герой со своей возлюбленной не вылазили из студии неделями, записывая новые песни. Заказывали еду и всё необходимое прямо туда. Творчество поглощало их. На сцене они чувствовали себя настоящими идолами. Выкладывались на двести процентов, устраивали настоящее шоу. Всегда делали больше, чем запланировали. Бросали микрофон, только когда начинали падать от усталости и желания поспать.

Престижные награды посыпались на них. Их творения надолго занимали первые места в самых популярных хит-парадах.

«Вот это да! – восторженно думал бывший пухляш. – Музыка! Вот что по-настоящему моё!»

Выступали они только вдвоём. Душа Артёма порхала и дрожала от переполнявших её высоких чувств и эмоций, когда он танцевал и читал свой рэп на сцене под музыку, созданную совместно с любимой. Ритмичные, завораживающие движения Алии под эти звуки сводили его с ума.

Четверо оставшихся друзей позвонили нашему герою, когда он был в очередном турне и сказали, что съезжают. Также легко и по-доброму расстались.

В его жизни остались только Алия, музыка и миллионы, жаждущих их выступлений и новых работ поклонников.

А ещё через год стало надоедать и всё это.

Артём недоумевал: «Что это со мной? Никогда раньше мне так быстро всё не надоедало. Проделки матрицы?»

Догадка была правильная. Система специально переполняла человека положительными эмоциями, чтобы вызвать скуку и отвращение. Некоторые моменты она повторяла несколько раз за короткий промежуток времени.

Как-то в самолёте Артём познакомился со сказочно красивой девушкой. Еленой звали этого ангела. У них завязались хорошие отношения, переросшие со временем в роман. Добряк расстался с Алиёй и покончил с опостылевшей ему музыкой. Устроился работать капитаном круизного корабля.

На этом он, конечно, не успокоился. За последующие два года он сменил четыре профессии, пять любимых девушек и двенадцать друзей. Различные хобби и занятия мелькали, как череда ярких картинок. И каждый раз, выдергивая что-то из своей жизни, он чувствовал, как нечто мощное и вечное заполняет пустоту, оставшуюся после этого «что-то», позволяя не вставлять на место выдернутого равноценный по размерам источник радости. Это нечто само становилось ценным и всё более важным источником радости и счастья.

Постепенно, отвоёвывая себе кусочек души Артёма за кусочком, это необъяснимое нечто заполонило собой всё.

Наш герой стал лесником. У него не было друзей, любимых, каких-то серьёзных увлечений. Он был пустой. Но в то же время он был полный. Он был счастлив и весел. Не было нужды во внешних источниках счастья. Артём сам стал источником счастья и радости для себя. Необъяснимую сущность, заполнившую его душу, он назвал самодостаточностью, внутренними силой и счастьем.

Теперь он понял, почему его не выгрузили из матрицы тогда, когда он считал себя идеальным и счастливым. Да, он был идеальный и счастливый, но сильно зависел от внешних источников счастья. А что было бы в реальном мире? Без всего этого светящегося разнообразия радостей вокруг? Как долго бы он продержался там?

Сейчас он был уверен в себе. Внутренние сила и счастье, на которые ничто внешнее не могло повлиять плохо – хорошо, пожалуйста, он не против, - наполняли его душу, делая Самодостаточным. Мой герой подсказал мне подходящее слово. Именно самодостаточным стал он, пройдя через вереницу мощных источников счастья, сближений и расставаний с ними.

Артём гулял по лесу, кормил лосей и оленей, наслаждался природой и прекрасным воздухом, добавляя к своему непоколебимому фону счастья ещё немного радости. Иногда читал книги, решал математические задачи, рассматривал под микроскопом образцы растений и насекомых. Регулярно занимался физкультурой – оборудовал для этого специальную площадку возле своего домика.

Со дня на день ожидал он выгрузки из матрицы.

Глава 14

- Оо, неужели! Спящий красавчик!

Над Артёмом склонилось какое-то знакомое лицо. Он не мог припомнить, где его видел.

- Здравствуйте. Я забыл, кто вы. И где я? – медленно спросил Добряк у этого знакомого незнакомца, осмотревшись.

Обстановка вокруг напоминала больничную палату.

- «Здравствуйте», - передразнил тот. – Неужто я и вправду так изменился?

«Артур! – мелькнуло в голове у нашего героя. – Офигеть! Что с ним…»

- Артур! – перебил он свои мысли. – Вот это да! Тебя вообще не узнать!

Перед ним сидел стройный мужчина, лет на десять младше Артура, которого он помнил.

- Не одному же тебе в звезду пляжей превращаться, - засмеялся Мыслитель.

- Это значит… Всё? Нас выгрузили?

- Из нашей восьмёрки только тебя, меня и Шухрата. Остальные ещё там.

- А сколько мы там были? – спросил Артём, разглядывая свои накачанные руки, щупая выпуклые кубики пресса: «Класс! Всё сохранилось! Йехуу!»

- Я полгода, Шухрат на десять дней дольше. Ты через три дня после него выгрузился.

- Капец – в матрице я лет семь прожил. Что за палата? Больница?

- Адаптационный стационар. Я тоже здесь неделю после выгрузки лежал.

- К чему адаптация? Я себя превосходно чувствую, - Добряк подтянул свои колени к животу и сел на кровати.

- Отвыкнуть от матрицы нужно. Система влияла на наши мысли и даже поступки - к чему-то побуждала нас, к чему-то охлаждала. Как кукловод дёргала нужные нити. Теперь без них надо привыкать жить.

- Но разве… Разве мы не сами решали всё? Я действовал так, как считал нужным.

- А система делала так, чтобы ты считал нужным…

Дверь открылась и в палату зашла Мадина.

- Здравствуйте, Артём! Вау! На улице я бы мимо прошла – вас не узнать! - улыбнулась куратор.

- Здравствуйте, Мадина! Всё благодаря вам! – Артём встал навстречу куратору.

- Сидите, сидите! И вам – с двух сторон нужны были усилия.

- Артур говорит, что система влияла на наши решения. Разве это правда?

- Отчасти, - ответила девушка. – Она делала желанным то, что быстрее вело вас к конечному успешному результату. И нежеланным всё, что тормозило процесс.

- А я думал, что я сам всё решал…

- Сами. Просто иногда вам надо было помочь - притупить ненужное, усилить нужное.

- Но я мог делать не так, как хочет матрица?

- Конечно - просто тогда не чувствовали бы столько радости и счастья, сколько чувствовали, идя по указаниям системы.

Артур улыбнулся:

- Помнишь я говорил про «можно и нельзя»? Здесь тоже самое. Можно, но... А, вообще, чего ты паришься? В жизни всё также. Человек всё делает по указанию своей совести и изначально заложенных инструкций и правил. Если нет – то чувствует себя не очень чудесно. По крайней мере поначалу, пока не поменяет свои начальные установки или не пойдёт на сделку с совестью.

- А вы всё такой же мыслитель, я смотрю, - также с улыбкой сказала Мадина.

- К вашим услугам! - отвесил поклон Артур.

- Вы нам что-то вкалывали? – задумчиво проговорил Артём, разглядывая свои накачанные руки.

- Специальные вещества, которые привели ваш гормональный фон в норму и усилили выработку собственного тестостерона, - ответила куратор. – Всё абсолютно безопасно, не переживайте.

- Мне для журналов позировать можно с таким телом, - напряг свои бицухи Добряк.

- Почему бы и нет? – девушка протянула руку и пощупала бицепс. – Ладно, отдыхайте. Каждый день к вам будут заходить психологи и другие специалисты. Будете играть с ними в разные игры и проходить тесты. Завтра с утра сдадите необходимые анализы. Неделя пролетит быстро. Потом наслаждайтесь островом!

- И на этом всё?

- Да, месяц наблюдений и можете лететь домой. Или подождите друзей.

- Разве программа не на год?

- Год – это максимальный срок. Но если вы решили свою проблему раньше, то зачем вас здесь держать?

- Я дождусь Германа и Кайрата. Вместе улетим.

Артур одобрительно кивнул:

- Я тоже так решил.

*****

Неделя и вправду пролетела быстро.

После выписки Артём начал выполнять список действий, которые хотел попробовать в новом теле. Он, конечно, уже привык к своим возможностям в матрице, даже забыл о том, как было неудобно раньше, сколько ограничений налагалось из-за огромного веса, но желание испытать себя именно в реальности - убедиться, что сила, ловкость и выносливость, которыми он пользовался и наслаждался в виртуальном мире, перенеслись без потерь в его настоящую жизнь, - горело ярким пламенем в его душе с первых мгновений «пробуждения».

Плавание в аквапарке и океане, сёрфинг, бег по пляжу и джунглям, различные командные игры – всё это он делал теперь намного быстрее, искуснее и полнее. Добавились элементы движений, которые были просто недоступны до матрицы. Прыжки с сальто в бассейн, лазание по деревьям, отбивания и идеальные пасы мячей – при исполнении которых он задействовал полную амплитуду движений, включая в работу все необходимые для этого мышцы, - различные перекаты, быстрые пробежки с кувырками… Всё выполнялось полностью, с большим энтузиазмом и аккумуляцией радости.

Чем глубже и полнее выполняется действие, тем больший отклик счастья вы от него получаете. Попробуйте как-нибудь поделать только изолирующие упражнения в качалке, отдохните и через пару дней сделайте только базовые. Почувствуете то, что отчётливо почувствовали бы сейчас наши стройные участники, если бы не проделывали уже все движения с полной амплитудой в матрице.

В тренажёрном зале Артём ходил так, будто только в прошлом месяце взял титул «Мистер Олимпия». К слову сказать, все бывшие толстяки - нынешние Аполлоны, - ходили там так. Красавицы с обложек спортивных журналов – шёпотом напомню, что это бывшие толстушки, - не уступали мужчинам в величии походки, кокетливо улыбались и флиртовали, даже выполняя упражнение. Наш герой наслаждался не доступными ему ранее рабочими весами и интенсивностью тренировки, с незнакомыми ему до этого кайфом и воодушевлением тягал железо, подолгу стоял возле зеркала, рассматривая свои бугристые мышцы. Сила и энергия переполняли его. Несколько раз в неделю наведывался он в эту «святую обитель» за очередной порцией великолепных ощущений и эмоций.

Многие занятия Тёме вскоре наскучили. Для счастья ему хватало тренировок, размышлений и бесед с друзьями. Всё остальное стало несущественным.

- Что, накуролесился? – сказал ему как-то за завтраком Артур.

- Да. Что-то уже ничего не хочется.

- Все мы такими стали. Я тоже после выгрузки бегал, как ты, - Мыслитель отпил чёрный чай с молоком из своего стакана. – Быстро наскучило. Это всё из-за матрицы.

- А чем заниматься тогда? Что здесь, что дома. Теперь и разницы то особой нет, - Артём поглощал большую порцию творога, разбавленного сметаной и вареньем.

- Я покажу, как здесь коротают дни. Те кто выгрузился и накуролесился.

После обеда Артур повёл Артёма в огромную беседку, недалеко от отеля.

- Я тут такого наслушался, - шепнул старший, когда они зашли внутрь и уселись на скамье.

Около сорока стройных и подтянутых участников слушали одного, рассказывающего про свои приключения в матрице.

Артёму здесь понравилось. Собравшиеся по очереди делились тем, что пережили в своём виртуальном мире. Истории были настолько интересные и необычные… В общем, удивляться тому, что бывшие толстяки и толстушки поставили их вровень – а кто-то даже выше, - со всеми удовольствиями острова не приходилось.

Виртуальные жизни были разные. Короли, президенты, спортсмены, изобретатели, бизнесмены, журналисты, учителя, строители, фокусники… Кем только не побывали участники программы.

Кого-то матрица закидывала в прошлое, кого-то в будущее - в каждом времени был свой набор занятий, хобби и развлечений.

Некоторые обзаводились семьёй с кучей ребятишек.

Рассказы про будущее больше всего нравились нашему герою. У всех, кого туда закидывали, оно было разное. Наверное, матрица руководствовалась видением будущего – представляющим собой смесь прочитанных книг, просмотренных мультфильмов и фильмов о будущем с собственным воображением, - самих участников проекта.

С открытым ртом все слушали рассказы о необычных формах жизни, удивительных способах перемещения в пространстве и времени, далёких мирах и близких, но ещё более далёких, других измерениях.

«У меня тоже было интересно» - утешал себя Добряк, вспоминая свою дружную коммуну, выступления на сцене, круизы и многое другое.

Одна участница похвасталась, что жила в фэнтезийном мире. Летала на драконах, сражалась с гоблинами, танцевала с гномами и строила романтические отношения с эльфами.

Многие бывшие толстушки смотрели на неё с лицом, выражающим один-единственный вопрос: «А что, можно было и так?».

Общее во всех историях было то, что к их концу участники слабо реагировали на внешние источники радости. Некоторые становились одиночками, как Артём, другие сохраняли много удовольствий, жили среди близких, но чувствовали, что внутренний фон их счастья далеко не так, как раньше, зависит от всего этого.

Глава 15

Семьсот сорок восемь участников проекта – пятеро подопечных Мадины среди них, - провели в матрице весь восьмимесячный срок.

Кайрата и Рамиля поместили в тот самый адаптационный стационар. Остальных из восьмёрки там не было.

- А куда вы поместили Германа, Игоря и Давида? – спросил Артём у Мадины.

Он вместе с куратором и Артуром только что вышел из палаты Кайрата. Последний ещё не пришёл в себя.

- Пойдёмте, присядем. Я всё объясню, - ответила девушка.

Они прошли в фойе стационара и уселись на удобном диванчике.

- Матрица не даёт пока стопроцентного успеха, - начала куратор. – Четыреста пятьдесят два участника не добились положенных результатов.

- Как? – воскликнул Артур. – Вы ведь говорили, что девяносто два процента…

- Да, девяносто два процента первых двух партий сбросили вес и привели свои пищевые привычки в норму, - ответила Мадина. – Мы не учитываем тех, кто отказался от матрицы, расторгнул контракт. Ваша, третья партия, добилась даже лучшего результата - девяносто восемь процентов. Всего два процента участников пришлось выгрузить раньше – их организм оказался недостаточно крепким, ничего страшного...

- Но девяносто восемь… То есть почти все – добились успеха? – переспросил Артём.

- Добились, но не у всех эффект будет долговременный.

- Программа не довела их до самодостаточности? – догадался Мыслитель.

- Вот именно. Они похудели, подтянулись, но остались сильно зависимыми от внешних источников радостей. А кто гарантирует им их в реальной жизни? Со временем удовольствие от еды опять может стать самым ярким и главным. Кому-то повезёт – найдёт качественные и долговременные питающие счастье ресурсы, даже научиться холить, лелеять и оберегать их. А кому-то нет. Мы не работаем на авось. В рекламе, конечно же, будет указано, что успеха добились девяносто восемь процентов. И это справедливо – где бы ещё они так подтянулись и сбросили? Но в наших внутренних отчётах эти четыреста пятьдесят два участника будут учтены, как неудачи. Которые надо анализировать, разбирать и изучать.

- Значит у Германа не получилось… - проговорил Добряк.

- Получилось, но не так, как у вас. Вы получили полноценную «прививку». Компания уверена в вас. В нём – нет.

- Вы вылечили почти всех, но не всем из них поставили «прививку» на всю жизнь, - сказал Артур.

- Что бы я без вас делала, - улыбнулась Мадина. – Да. И теперь, когда вы отправитесь по домам, где велика вероятность «заболеть» снова… В общем, мы не можем считать «не привитых» своим успехом.

- Кажется, я всё понял, - сказал Артём. – Но почему кто-то смог получить «прививку», а кто-то нет?

- Над этим и ломают голову наши учёные. Может быть бедный внутренний мир…

- У Германа он не бедный! – воскликнул наш герой, защищая своего друга.

- Мы только предполагаем, - сказала куратор. – Может быть чересчур сильная привязка к источникам радости, эмоциональная неустойчивость или действия наперекор тому, что надо, что положено. Как говорил Артур: наперекор своим внутренним установкам. Человек – это сложно устроенное существо: психика, сознание, подсознание. Наши спецы будут изучать каждую неудачу.

- А куда вы их забрали? – вспомнил свой первоначальный вопрос Добряк.

- Их подключили к специальной системе, стирающей память. Только ту, которую они получили в матрице, - поспешила добавить Мадина, увидев, как изменились в лицах её собеседники. – Если не стереть, то тоска по виртуальной жизни превратит их в зомби. Они ведь не такие, как вы. Вас система постепенно переводила с одних источников радости на другие. Не всегда вниз - иногда поднимала туда, где источники радости были ярче и качественнее. Чтобы ещё лучше закалить, повысить ваши внутренние силу, счастье и самодостаточность. Зигзагообразно вела и привела к независимости от всего внешнего.

Девушка сделала паузу и посмотрела в окно.

- А с ними у матрицы не получилось, - продолжила она. – Они не могли так легко менять источники радости. Тем более отказываться от них без замены. Герман такой же стройный, подтянутый и накачанный, как вы. И даже, думаю, останется таким на ближайшие пару лет. Что будет потом – не знаю. Я, как и компания, уверена только в «привитых».

- А сколько длится это стирание? – спросил Артур.

- Долго. Два месяца точно. Тут главное не навредить и не стереть лишнее.

В стационар зашёл Теодор и направился в сторону наших друзей.

- О! Приветствую! – весело сказал он, приблизившись.

Бывшие пухляши и их куратор были рады встрече с главным. С улыбками ответили они на его приветствие.

- Вас не узнать… Группа мыслителей. Трое не прошли у вас… Знаю. Ну ничего страшного… - Тед повернулся к Мадине: - Вы объяснили им про «прививки»?

- Да.

- Всё будет хорошо, - продолжил Теодор. – Живут ведь некоторые без прививок от болезней - даже сами отказываются от них.

- Может вы знаете, почему некоторые не получили «прививку»? – спросил Артём.

- Хмм, сложный вопрос… - главный посмотрел на куратора.

- Я уже сказала им, что компания может пока только предполагать, - сказала девушка.

- Это правда. Мы пока только предполагаем. Но ваша партия дала много данных для анализа. Может скоро и выйдем из стадии предположений. Система провела вас через тысячу уникальных эмоций, чувств и размышлений. Тех, которые привели именно вас к успешному результату, «прививке». Для каждого она подбирает нужный сценарий. Может ошибается с кем-то, не учитывает чего-то, может невозможно кого-то «привить», а может и не нужна кому-то «прививка». Может, может, может… И это только часть «может». При детальном рассмотрении, приближении, так сказать, их намного больше появляется. Вы ведь поняли, что такое «прививка»?

- Самодостаточность, независимость от всего, - ответил Артур.

- Да, - кивнул Тед. – «Прививка» даёт вам определённый хороший уровень счастья. Постоянный. Вы можете поднять его выше - различными источниками радости, но не можете опустить ниже. Высокую работоспособность и эффективность неснижаемый уровень счастья и без дополнительных источников обеспечивает.

- Значит, чтобы не случилось - какое бы несчастье и горе с нами не произошло, - этот уровень счастья не опустится? – поинтересовался Добряк.

- Не опустится, - подтвердил старший куратор. – Само ваше отношение к горю и несчастью поменялось. Вы по-другому будете воспринимать их.

- Несчастье или горе – это ведь потеря какого-то источника счастья, - добавил Мыслитель. – А если ты независим от них, то и несчастья не будет…

- Но получается, что мы стали бездушными роботами, - проговорил Артём. – Если моя мама умрёт – я что, даже не заплачу?

- Мама повышает дарованный вам «прививкой» уровень счастья. Конечно, вы почувствуете, что без неё стали несчастнее. Но не настолько, чтобы стать «несчастным» в обычном понимании этого слова, - ответил Теодор.

- Даже «несчастным», ты будешь счастливее многих вокруг, - подсказал Артур.

- А вы всё такой же! Мыслитель, - улыбнулся главный. – Всё верно. Даже ваша низшая ступень счастья и настроения будет находиться высоко. И ниже неё вы не упадёте.

- Теперь понятно, - сказал Артём, которому было не совсем понятно. Ему нужно было упорядочить поступившую информацию - пропустить через «жернова» своего мозга, сделать подходящих форм и размеров для полок склада своего сознания. После этого он и сам сможет объяснить услышанное кому угодно.

- Ладно, пойду пройдусь по другим группам, - сказал Теодор. - Отдыхайте, веселитесь!

- «Прививка» делает вас счастливым просто потому, что вы живёте, - сказала Мадина задумавшемуся Добряку, когда главный ушёл. – Люди ведь многого хотят в жизни – успеха, богатства, хорошей еды, красивой одежды, любви… Всего и не перечислить. А то, что у всех и так есть – бесценная жизнь, способность впитывать информацию, мыслить, творить, развиваться, - даже не замечают. А ведь это и есть главное. Так сказать, ядро.

- Всё остальное просто добавочные надстройки, - добавил Артур. – Хотим очередную «тысячу баксов» и огорчаемся, когда не получаем её. Забывая, что уже имеем «миллионы».

- Да, - кивнула девушка. - «Прививка» и позволяет не забывать об этом. Получим «тысячу баксов» – хорошо, не получим – не беда - ведь у нас есть «миллионы».

- Жизнь – это уже счастье… - пробормотал Артём.

- Ты на верном пути, - с улыбкой сказал Мыслитель.

- Но тогда можно просто лежать и ничего не делать, - воскликнул Добряк. – Зачем бегать за «тысячами» - ещё и временными, когда у меня есть постоянные «миллионы»?

- Отличный вопрос, - сказала куратор. – Артур? Что скажете?

- Догадываюсь… Но всё очень сыро. Лучше вы объясните.

- Хорошо. То, что ваша жизнь – это ядро, основа, а всё остальное просто приложения к нему, мы разобрались. Есть приложения, которые заставляют вибрировать ваше ядро некоторое время – радостно или горестно, в зависимости от того с каким знаком – «плюс» или «минус», - это приложение было для вас, - и улетучиваются, не влияя на структуру и размер самого ядра. Другие, кроме вибрации несут ещё и изменения самому ядру – некоторые делают его больше и крепче, то есть, сильнее, некоторые меньше и хрупче, слабее. «Прививка» не только делает горестные вибрации практически незаметными для вас, она ещё и защищает ядро от любых изменений в слабую сторону. Теперь оно может становиться только сильнее.

- Вы говорите о развитии, верно? – спросил Артур. – Некоторые радости просто развлекают нас, другие ещё и развивают.

- Да, - ответила куратор. - И горести тоже. Некоторые ненадолго портят нам настроение, другие ослабляют само ядро. Бывает, что, наоборот, усиливают – это уже от человека зависит.

Девушка подозвала проходившего мимо робота и попросила его принести три стакана воды.

- Но оставим горести в покое, - продолжила она. – Они для вашего прочного ядра уже не страшны.

- То, что доставляет нам радость, одновременно развивая, будет интересно для нас, - догадался Артём. – Я заметил это ещё в матрице, в самом конце.

- Вот именно, - улыбнулась Мадина. – Видите - сами и ответили на свой вопрос. Всё, что не развивает вас, не делает ваше ядро больше и сильнее, будет бледным, постным для вас. Живой интерес и азарт будут вызывать только занятия, развивающие вашу сущность в нужном ей направлении.

- Радости, не несущие развития, будут для нас, как еда без соли, - проговорил Мыслитель.

- Что-то типа того… Извиняюсь… - куратор взяла стакан воды с подноса, который протянул ей вернувшийся робот.

Артур с Артёмом последовали её примеру.

- Поэтому и не будете вы лежать и ничего не делать, - сказала девушка, утолив жажду. – Много чего будет для вас интересно. Даже очень. Увеличение ядра – развитие, - это удивительный, полный приключений процесс. Это счастье, которое вы будете чувствовать даже со своими «миллионами».

- Радость – не всегда развитие, но развитие – это всегда радость, - вставил Артём.

- Вот именно, - кивнула куратор. – Развитие само по себе станет для вас остро ощущаемой радостью.

Они посидели немного, помолчав. Это было необходимо всем троим. Правильная формулировка и подача информации отнимают не меньше энергии, чем её получение и обработка.

- Чем больше ядро, тем больше счастья ему доступно. И тем разнообразнее его виды, - пробормотал, наконец, вполголоса Артур.

- Где вы это взяли? – резко повернулась к нему Мадина.

- Читал где-то. Не могу вспомнить где.

- То же самое сказал мой куратор-робот, когда объяснял «прививку». Чем больше ядро, тем больше счастья. А чем больше счастья, тем больше ядро. Сильнее, больше, счастливее. Растущие сила и величина ядра позволяют ему впитывать счастье на недоступных ранее уровнях. И запасать его в увеличенных пропорционально ёмкостях. Чем больше счастья – тем веселее и быстрее растёт и развивается ядро. Замкнутый круг силы, величины и счастья, - девушка встала с диванчика и улыбнулась: - Надеюсь, вы всё поняли и сможете объяснить остальным?

- Артём объяснит, - улыбнулся Мыслитель.

- Нет, лучше ты, - ответил наш герой. – Я буду помогать.

Глава 16

Герман присоединился к своим друзьям за полмесяца до окончания этого необычного и навсегда изменившего жизни многих людей года на острове. Игорь с Давидом выписались раньше.

Весельчак был красив, подтянут и бодр. Целыми днями носился он с Зоханом и Мадиной по острову, наслаждаясь возможностями своего нового тела. Эмоции его просто фонтанировали. Каждую ночь он с восхищением рассказывал друзьям о том, как круто быть таким сильным, ловким и выносливым. Пытался даже собрать свою труппу, но часть из них уже уехала, а оставшиеся не горели желанием репетировать и танцевать.

Было ощущение, что Герман любит всех и вся. Оставшиеся на острове участники стали уставать от его постоянных восклицаний и объятий. Роботы сворачивали в другую сторону, когда слышали звуки его голоса и смеха.

Его восторг был понятен. Ведь он не помнил ничего, что происходило с ним в матрице. Не помнил, как постепенно терял килограммы, становился стройнее, выносливее, проворнее. Лёгкое, удобное, «всемогущее» тело было колоссальным сюрпризом для него после пробуждения. Неделя адаптации проходила у него по-другому - не так как у помнивших события матрицы. У последних уклон был на психологическую составляющую, на отвыкание от воздействий системы, у Германа - на привыкание к новому телу и его возможностям. Он ведь поначалу даже габариты свои новые не чувствовал - за метр всех обходил.

Глава 17

За три дня до отлёта наша четвёрка со своим куратором собрались на том самом месте, где они прощались перед погружением в матрицу. Дневное время позволило им обойтись без пшикающих сверху щупалец.

Все «сардельки» теперь были стройные.

- Я чувствую себя превосходно! – воскликнул Герман. – Не вижу, что в чём-то вам уступаю.

Он был вторым по красоте и величине мышц среди друзей после Артёма. Кубики пресса нагло заявляли о минимальном уровне жира в его организме.

- Это прекрасно! – ответил Кайрат. – Пусть так оно и будет.

Герману уже сказали, что он не добился полного успеха в матрице, не «привился». Друзья поддерживали каждое его восклицание, каждое утверждение того, что он ничуть не хуже них. Они искренне надеялись, что так оно и есть. По виду, так оно и было. Мало кто – осмотрев нашего Весельчака со всех сторон и пообщавшись с ним, - сказал бы, что он чем-то отличается от «привитых». Разница между «привитыми» и «непривитыми» была в сознаниях, душах.

- А всё-таки я вам завидую! – сказал «непривитый». – Столько всего испытали! Такие приключения!

«Привитые» промолчали. Они не могли соврать, что приключения были так себе, и Герман много не потерял. Это была бы уже не маленькая ложь, а вопиющая. Разрыв между таким враньём и истиной был бы просто огромен. Ни у кого не хватило смелости или хитрости (или просто наглости? Говорят же: наглое враньё), чтобы как-то перемахнуть через него.

- Зато посмотри каким ты стал! - нашла, что сказать Мадина, которая, наконец, перешла на «ты» со своими подопечными. – Настоящий Тарзан!

Герман просветлел.

- О, да! Жду не дождусь, когда меня увидят родные и коллеги. В обморок попадают! Вы только посмотрите! Мадина, можно?

- Конечно, - улыбнулась девушка и показала всем – в двадцатый или тридцатый раз – никто уже не помнил в какой точно, - фотки Германа до и после матрицы на своём планшете.

Контраст и правда был потрясающий. Минус восемьдесят килограмм, минус десять лет.

- Ты лучше подготовь родных, позвони, - посоветовал Кайрат. – Как бы чего не случилось от шока.

- Неет! – покачал указательным пальчиком Весельчак. – Я их именно ошарашить хочу.

- Давайте встретимся все после прилёта? - предложил Артём.

- Конечно встретимся! – согласился Артур. - Друзей, семьи соберём. Отметим хорошенько! Такое дело… Начало новой жизни, можно сказать.

- На меня матрица не повлияла, - продолжил Добряк. – Вы все мне также интересны.

- А, ты к тому разговору? – вспомнил Хмурый, который был не очень-то и хмурым уже. Нехмурым что ли его назвать? Нет, оставлю как есть - в память о былых временах и чтобы не путать вас. – На меня тоже не повлияла.

- И на меня, - присоединился Мыслитель.

- А на меня меньше всего, - со смехом добавил Герман.

Все засмеялись.

- Ты тоже приходи, - сказал Артём Мадине.

- Непременно, - ответила куратор, которая очень сблизилась со своими подопечными. – Скажете заранее – я прилечу.

- Заварушку устроим что надо! – воскликнул Весельчак. – В стиле бразильского карнавала. Я всё беру на себя!

- Ну начинается, - пробормотал с улыбкой Кайрат.

- А что? Сам хочешь провести? Давайте проголосуем! За меня с бразильским карнавалом или за Кайрата с школьным чаепитием?

- Я сам за тебя, - поспешил сдаться Хмурый. – Проводи как хочешь – ты умеешь.

- То-то, - гордо сказал Герман.

- Мадина? – обратился Артур к куратору. – К вопросу о «прививке»…

- Ах, да… Я не поблагодарила тебя за проведённую лекцию! Спасибо!

Артур сам всё объяснил про «прививки», самодостаточность, ядро и радости от развития членам своей группы. Привёл собственные примеры и сравнения. Артём помогал ему в этом.

- Да пожалуйста, - принял благодарность Мыслитель. – Артём тоже внёс свою лепту.

Мадина поблагодарила Добряка.

- Я кое-что ещё хотел спросить… - продолжил Артур. - Мысль возникла недавно. Есть ведь люди, которые без помощи матрицы становятся «привитыми». Я не встречал их вживую, но видел по телевизору, слышал о них.

- Есть, - подтвердила куратор. – Но их очень мало. Не более одной тысячной процента от населения Земли. По данным нашей компании.

- А как они становятся такими?

Остальные внимательно слушали – их очень заинтересовала поднятая тема.

- Уникумы - что я могу сказать? – ответила Мадина. – Каким-то образом проходят через все этапы матрицы сами. Реально или в своём воображении. Проживают также несколько жизней. Либо судьба их мотыляет туда-сюда, либо живо представляют себя в «шкурах» других людей и чувствуют всё, что чувствуют они. Быстро анализируют, делают выводы… А может с самого начала имеют «прививку». Эдакая мутация в генах.

- Это тоже изучаете? – поинтересовался Артём.

- Да, но не особо. Нет пока ресурсов, чтобы всерьёз заняться. Другой работы полно.

- А может… Если их изучить, то и матрица не нужна будет? – вставил Кайрат.

- Теодор тоже говорил об этом, - сказала куратор. – Кто знает, может быть в будущем намного больше людей будут легко и просто сами доходить до «прививки». Всё, что их окружает, соединяясь с тем, что внутри, будет способствовать этому. Но пока пользуемся матрицей – она доказала свою эффективность.

- Не скоро будут сами доходить, - проговорил Хмурый. – Многим это не выгодно.

- Верно подмечено, - согласился Артур. – Вот сколько людей вы лишили клиентов, исцелив нас, исправив наши пищевые привычки и «привив»? Не боитесь, что они обрушатся на вас с лаем?

- Мы с ними справимся, - улыбнулась девушка. – Кстати, у меня для вас хорошая новость.

- О! Это я люблю! – потёр ладошки Герман.

- На самом деле здесь всё бесплатно, - объявила Мадина. - Вам не нужно выплачивать тридцать или пятнадцать тысяч долларов.

Глаза её собеседников округлились.

- Как это? – начал Артур. – Но ведь менеджеры…

- Они обманули.

- Для чего? – спросил Артём.

- Люди несерьёзно относятся к тому, что бесплатно. Некоторые даже боятся.

- Но кого-то именно плата могла отпугнуть, - сказал Кайрат.

- Компания узнавала финансовое состояние звонивших и предлагала несостоятельным из них «льготные условия». Вплоть до бесплатных.

- Это не хорошая новость, это прекрасная новость! - воскликнул Весельчак. – Спасибо вам за всё! Ваша компания просто невероятная!

Все бывшие пухляши выразили благодарность компании «Свет».

- А неустойки? – вспомнил Мыслитель.

- Неустоек и штрафов тоже нет.

- Но страх перед ними здорово помогал поддерживать дисциплину, - вспомнил Добряк.

- Это точно, - согласилась куратор.

- Чем зарабатывает «Свет», раз может позволить себе такое? - поинтересовался Хмурый.

- У нас хорошие спонсоры, - загадочно улыбнулась Мадина.

В отеле она выдала своим подопечным флешки со всеми их приключениями на острове.

Глава 18

Через три дня Артём со своими друзьями уже летел в родной Алматы. Впереди его ждали удивлённые лица и радостные восклицания близких людей, привыкание к новому отношению со стороны окружающих, уважение всех тех, кто знал его до проекта, симпатия со стороны девушек, которую он последний раз испытывал в школе – хоть до сих пор и не смог ответить на вопрос: симпатия это была или жалость, желание поддержать?

Быстрая ходьба, без постоянных остановок на передышку, совместный кач железа с Султаном – раньше он даже подумать не мог о таких весах и интенсивности… Да всего и не перечислишь. Кто знает, чем захочет заниматься завтра этот новый человек. Тот, которого я хорошо знал до матрицы. Его начальные установки поменялись, и предсказывать, что он будет делать дальше, я уже не могу. Или могу, но рискую соврать – поправил бы меня Артур со своим «нельзя – это можно с риском».

Наверное, тоже самое происходит с нашими детьми. Сначала мы их хорошо знаем, можем предугадывать их мысли, поступки, различные реакции. С возрастом, время, которое они проводят с нами, начинает стремительно сокращаться - в угоду друзьям, школе, университету, любимым, работе и так далее. Массу опыта и впечатлений они получают вдали от нас. Опыта, отличного от того, который получали мы – не растём же мы все в одном и том же инкубаторе. Дети начинают отдаляться от нас. В какой-то момент мы должны признать, что они уже не наши ветки, они самостоятельные деревья и вольны расти так, как им угодно, как им лучше, так, как мы порой даже не подозреваем, что можно, не думаем, что может что-то получиться.

Этот абзац выше – не мои мысли. Не хочу присваивать чужое. Его нашептала мне на ухо Елена Борисовна, мама Артёма. Я ей сказал, что это не сосем одно и то же – дети и созданные тобой персонажи. А она начала обижаться и приводить различные доводы в пользу своих умозаключений.

«И тех и тех мы горячо любим. Переживаем за них. Относимся к их победам и поражениям как к своим. В чём-то персонажи даже выше детей. Последних мы создаём в паре с другим человеком. Воспитание, опыт и различные эмоции - которые дают не только родители, - продолжают дело. А персонажей создаёт только наше воображение. Они чисто наши. Целиком и полностью. И вообще…» И вообще, она пообещала не участвовать в моей повести, если я не оставлю тот абзац. Да, жалко мне, что ли? Один абзац? Для хорошего человека? «Пожалуйста» - ответил я уважаемой маме моего героя и оставил абзац. Хотя и не согласен был с ней в том, что персонажи «чисто наши» - на них тоже оказывают влияние опыт и эмоции.

В любом случае, чем бы не занялся мой герой дальше, его ожидает светлое будущее и… Вот – видите. Уже соврал. С чего это я решил, что светлое будущее? Я просто выдаю желаемое за действительное. Всё-таки, переживаю за Артёма, очень близкого мне человека. Хоть и воображаемого.

Но – и сейчас уже Мадина не даст мне соврать, - что бы не ожидало главного героя этой повести в будущем, «прививка» не даст пасть ему духом. Он не будет несчастным. Артур, Герман и Кайрат смотрят на меня и молчат – значит не вру, а то они бы уже вставили свои «пять копеек».

Не будет несчастным - этого для меня достаточно. Успех, неудачи, светлое, тёмное будущее… Ничто не поколеблет мощный фон счастья Артёма. Он будет счастливым. Смотрю на Мыслителя, Весельчака и Хмурого. Молчат. Значит с "не будет несчастным» я смело перехожу на «будет счастливым».

А этого для меня даже более, чем достаточно.

Артём будет счастливым.

*****

Да не забыл я! Артур думает, что я забыл о своём обещании поделиться его мыслями. Помните, в столовой, ещё перед островом, я привёл сравнения вместо него? Насчёт чёрных шаров и расчерчивания их светлыми полосами? Сразу после матрицы он поделился со мной своими мыслями и сравнениями по этой теме. И я пообещал ему напечатать их в конце повести. Что с превеликим удовольствием и делаю.

Артур представил вопросы – и только возникающие в голове человека, и те, на которые он давно ответил, - в виде комнат в огромной, просто бесконечно высокой гостинице. Некоторые комнаты полностью тёмные, другие ярко освещены. Первые символизируют непонятные для нас вопросы, вторые – понятные. Есть также комнаты, находящиеся в промежуточном – между светлым и тёмным, - состоянии. В каких-то вы успели зажечь пару ламп – немного изучили вопрос, другие чуть-чуть или очень даже неплохо освещены светом из окошек, имеющимися между всеми комнатами. Система окошек позволяет освещать сразу несколько комнат, работая и зажигая свет в одной.

Человек ходит по этой гостинице с фонариком, который символизирует общий уровень развития, способности к восприятию и обработке информации, умение делать выводы. Чем это всё выше, тем фонарик мощнее и тем легче будет за новой дверью.

Открыли дверь и начинаете светить в разные стороны фонариком, нажимая на кнопки и включая одну за другой лампы. Количество ламп и величина комнат разные. Свет из межкомнатных окошек будет помогать. Каждому на столько, на сколько хорошо он осветил комнаты, из которых этот свет доходит до нынешней.

Если зашли с другом, то быстрее найдёте выключатели – два фонаря лучше одного. Некоторые выключатели спрятаны там, где друг их уже находил в других комнатах – у него есть опыт лазания в этих потайных местах. Если он их не нажмёт, то не осветится нужное место, и вы не увидите какой-то выключатель. А у вас есть опыт лазания в местах, потайных для вашего друга. Вы бы и в одиночку нашли все выключатели – не сомневаюсь, - но вдвоём-то быстрее!

Вот такие вот сравнения. У меня остались вопросы к наружным окнам и солнечному свету. Но об этом Артур сам ещё думает.

Смотрит на меня с укором. Ну? Что ещ… Ах, сказать то, что я сказал на острове? Да я уже забыл, что я там сказал… Шучу, шучу. Сравнение Артура мне нравится больше моего! Теперь доволен? Вот и чудненько!

Глава 19

А теперь я расскажу вам об интересном разговоре, который подслушал, когда все участники программы покинули остров. И не только о нём…

Сигнал был получен, когда я спокойно размышлял о завершении повести. Абсолютно не ожидал, что произойдёт что-то ещё, достойное упоминания.

Мне, кстати, здорово помогают эти сигналы. Не могу же я писать обо всём, что происходит с моими героями. Это несколько тысяч – даже десятков тысяч, - страниц будет. Я должен выбирать только самое важное и интересное. Вот здесь и приходят на помощь мои сигнальные датчики. Они начинают пищать и мигать, когда с моими героями приключается что-нибудь значимое и/или увлекательное. Хороший диалог, весёлое приключение, поворотный момент.

И все равно последнее слово за мной. Даже если писать только о том, на что сработали датчики – обо всём, на что они сработали, - понадобится не одна тысяча страниц. Я оставляю за собой право: писать об указанном мне датчиком событии или не писать.

«Ну что там ещё может быть?» - подумал я, когда последний самолёт с участниками покинул остров, а датчики оповестили меня о скором начале интересного диалога в отеле.

«Ладно, послушаем» - решил всё-таки уделить минутку своего времени я. Совсем не хотелось добавлять что-то ещё в повесть.

Насколько экстраординарным должен был быть этот диалог, чтобы я с горячим энтузиазмом начал добавлять его в свою повесть, настолько он таким и оказался. Мне даже пришлось – на правах создателя, - залезть в голову одного, не замеченного мной ранее, персонажа.

Диалог этот происходил между Теодором и одним из разработчиков матрицы. Помните, трое пожилых мужчин сидели за столом со старшим куратором во время прощального ужина? Перед погружением в матрицу? Кто из вас придал значение этим персонажам? Я ведь даже имена их не назвал, даже за второстепенных их не посчитал. А они оказывается ого... Смотрите сами.

- Всё прошло блестяще, Тед! Поздравляю! – радостно сказал Нокард Теодору, нагнав его на выходе из отеля.

Нокард был главный из той троицы. Сейчас он выглядел старше, чем тогда, на ужине. Морщин стало больше, одряхлел, ссутулился…

- Спасибо, шеф! – ответил старший куратор и взял старика под руку. - Хорошая партия была, покладистая. Вы как? Всё хуже?

- Да, немного нам осталось.

- Неужели ничего…

- Не думай об этом. Думай о Деле.

- Хорошо. Как вам «привитые»?

- Матрица советует почти всех. Надо поговорить с их кураторами. В следующий раз планируем три тысячи человек завезти.

- Ускоряемся?

- Да. Уже ищем места для новых отелей.

- Значит до рассекречивания недолго осталось?

- Недолго. Что, не терпится?

Теодор почесал голову.

- После каждой партии нагрузка на службу безопасности увеличивается, - ответил он. – Журналисты уже вокруг острова шныряют. Даже на острове их четыре раза ловили. Скоро облепят нас, как мухи.

- Не переживай. Мы уже запустили дезинформацию и начали строительство барьера вокруг острова. Через полгода нас накроет куполом-невидимкой.

- Класс! – обрадовался Тед.

- Всё будет отлично, - ещё раз подбодрил старшего куратора Нокард. – Отдохни месяц – потом новыми сотрудниками займёшься.

- Хорошо, шеф.

Загадочный диалог и вид сильно постаревшего разработчика матрицы, оказавшегося «шефом» Теодора, меня сильно заинтересовали. Поэтому я и решил покопаться в голове этого Нокарда. Подумать только! Чуть не упустил ключевого персонажа, проливающего свет на всё, что происходило на острове. Чуть не закончил повесть, так и не узнав сам, для чего это всё было. Увлёкся нитью повествования, которая была интересна мне, удостаивал вниманием только датчики, мигающие возле неё. А другие… Ладно - будет мне на будущее урок. Буду теперь обращать внимание даже на сигналы, идущие из самых дальних уголков.

А теперь о том, что я узнал…

*****

Нокард со своими друзьями Мирйаксом и Никаводом – тоже сидевшими тогда за столом с Теодором, - были учёными не из нашего времени. Они прибыли из 4167 года. Мирйакс был старшим из троих, Никавод младшим.

Летом 4167 года они уловили непонятную вспышку тёмной энергии за несколько миллионов световых лет от Земли.

Волна этой энергии стремительно приближались к нашей планете, превращая всё на своём пути в темноту и пустоту. Перемещение её в пространстве было скачкообразным. Она ненадолго исчезала, а потом появлялась ближе, перемахнув через десятки тысяч световых лет.

- Она несётся по нескольким измерениям, - сказал Мирйакс Нокарду и Никаводу.

- Может быть, повезёт, и именно на нас она уйдёт в другое измерение? – сделал предположение Никавод.

- Навряд ли, - ответил Нокард. – Волна тушит звёзды, возле которых есть жизнь. Потом ныряет в другое измерение.

Человечество к тому моменту научилось защищать свою планету от многих катаклизмов. Извержения вулканов, инфекции, изменения климата, падения метеоритов любой величины больше не представляли для него угрозу. Наши развитые потомки могли справиться с любой напастью. Кроме этой… Для несущейся на них тёмной волны они были просто муравьишками…

- Неужели нет никакого способа? – вскрикнул Никавод.

- Мы ничего не можем противопоставить этой силе… - проговорил Нокард. – Если только…

- Что? – с надеждой посмотрел на него Мирйакс.

- Если только человечество не будет ещё развитее и сильнее.

- Развитее? Но как? – Никавод сделал озадаченное лицо и развёл руками. - Сколько у нас осталось времени?

- Лет пятьдесят, думаю. Не больше, - сказал Нокард.

- Как за это время можно стать сильнее? – в отчаянии спросил младший.

- Невозможно. Мы должны отправиться в прошлое.

- Для чего это? – не понял Мирйакс. – На твоей машине времени? Но она ведь даже не прошла испытание.

- Испытаем. В следующем месяце я планирую отправить робота в будущее. Точно узнаем, что ждёт Землю. А в прошлое нам нужно, чтобы ускорить развитие человечества. Сократить мешающие прогрессу факторы, сделать людей чистыми и эффективными. Слишком много энергии наши предки тратили на всякую ерунду. Если от неё избавиться, то к нашему времени человечество придёт более сильным.

- И с чего планируешь начать? – спросил старший.

- На месте решим. У меня целый список уже. Проанализируем ситуацию и начнём действовать.

- А в какое время отправимся? – поинтересовался Никавод.

- В двадцать первый век. Возможности моей машины ограничены – дальше не получится. Ничего страшного - это столетие нам идеально подходит. В нём как раз было большое высвобождение людской энергии, вследствие бума в прогрессе. Многие не знали куда её пристроить и им помогали. Помогали стать белками в колесе. Хочу только предупредить вас…

Нокард сделал паузу, потом медленно проговорил:

- Если отправитесь со мной – обратного пути не будет.

- Как это? – воскликнул младший. – Сам же сказал, что в будущее тоже можно перемещаться.

- Во времени можно в обоих направлениях. Но перемещаться между измерениями машина не может. И я даже не представляю, как это можно сделать.

- А зачем между измерениями? – не понял Никавод.

- Потому что, меняя что-то в прошлом, мы создаём новое ответвление будущего. Наше ответвление не будет больше доступно для нас. Для нас будет доступно будущее, которое будет вытекать из того прошлого, в котором будем находиться мы.

Младший всё ещё не понимал.

- Вот отрежу я тебе сейчас ногу, - решил объяснить попроще всё понявший Мирйакс. – Завтра ты будешь без ноги. Потом Нокард вернётся в прошлое и отговорит меня – того, прошлого меня – ещё с чистой кармой, - от этого гнусного поступка. Но у тебя нога уже не появится. На двух ногах будет ходить другой Никавод – тот, которому Мирйакс ничего не отрезал. Эти два Никавода будут жить в разных измерениях. Один одноногий, другой двуногий. Понял?

Лицо Никавода прояснилось:

- Значит, усиливая человечество в прошлом, мы не усилим человечество, среди которого живём сейчас. Мы усилим то. А это так и будет жить… То есть погибнет через пятьдесят лет…

- Вот именно, - сказал Нокард. – На первых порах мы ещё сможем встречать что-то знакомое, отправляясь в будущее. Но со временем оно станет абсолютно другим. Наши изменения будут создавать всё новые и новые ответвления, в которых человечество будет всё сильнее и развитее.

Не трудно читать? Представьте, какого было мне. Я упростил диалоги наших мудрых потомков и передал всё своими словами. Надеюсь, правильно.

Отправленный в будущее робот показал, что уже в 4185 году Земля превратится в тёмный безжизненный шар, кружащийся вокруг потухшего Солнца.

А разные животные, отправляемые вместе с роботом в прошлое, доказали, что смена времени пагубно влияет на живые организмы. Они быстро старели. Чем дальше их отправляли, тем быстрее протекали процессы старения.

- Да уж, - сказал после возвращения очередной обезьяны Нокард. – Долго мы там не протянем.

Тесты показали, что этот подопытный примат, отправленный на тысячу лет в прошлое и проживший там всего одну неделю, постарел на два месяца.

- Отрыв от своего времени на пользу нашему здоровью не пойдёт, - проговорил Мирйакс.

- И перемещаться туда-сюда лучше не стоит. Это ещё больше бьёт по организму. Будем отправлять роботов. Лет семь у нас есть, - добавил Нокард. – Если будем вкалывать специальные сыворотки. Они неплохо замедляли старение у всех животных. Потом передадим Дело другим.

- А я ещё близких хотел забрать в прошлое. Спасти их, - вздохнул Никавод.

- Вы всё ещё со мной? – спросил изобретатель машины времени.

Друзья подтвердили, что их решение не изменилось.

Две недели они отправляли роботов - с инструментами и загруженными данными технологий, - в двадцать первый век, принимали отчёты. Потом зашли в машину времени сами.

По прибытию они проанализировали человечество, создали компанию «Свет» и начали действовать.

Сначала завели влиятельные знакомства. Выбрали и посвятили в свои дела крупных бизнесменов и руководителей стран. Показали им мощь и возможности технологий будущего, заручились их безусловной поддержкой.

Потом стали набирать сотрудников. И «прививать» некоторых из них.

К тормозящим факторам было отнесено многое - не только лишний вес и безобразное пищевое поведение. Да и «прививка» ставилась не только от этого. Она была универсальной - делала людей сильными, счастливыми, жаждущими развития и устойчивыми ко многим вещам.

Много времени уделяли Просвещению. Миссионеры «Света» отправлялись во все уголки мира. Специальная система сканировала интернет, находила достойные литературные работы, полезные видео и делала так, чтобы о них узнало, как можно больше людей.

С помощью медицины будущего постепенно стирали болезни с лица Земли.

Для того, чтобы начать другие проекты – а также расширить и ускорить уже запущенные, - требовалось много мудрых и сильных сотрудников. Часть которых и набирали из «привитых» на острове.

Для «рассекречивания», которого очень ждал Теодор, люди были не готовы. Так считали все три друга из будущего.

- Они не поспевают даже за техническим прогрессом собственного времени, - сказал как-то Мирйакс про людей двадцать первого века. – Налицо несоответствие внутреннего и внешнего развития.

- Те, кто толкают этот прогресс вперёд, созрели, - добавил Нокард. – Но они верхушка общества, одни из самых умных его представителей. Верхушка созревает, создаёт… А пользуются потом все.

- Ничего. Приведём в соответствие, - пообещал Никавод, который как раз отвечал за Просвещение. – Нам бы сотрудников побольше, а так всё отлично идёт. Даже в самых «тёмных», отсталых уголках Земли наши миссионеры есть.

- В «тёмных» пятнах общего человеческого мозга, - улыбнулся Мирйакс.

- Вот именно, - ответил улыбкой на улыбку младший.

Как вы уже поняли, Артёму в скором времени должно было поступить весьма заманчивое предложение. И двум его друзьям. Извини, Герман - может в следующий раз. Наверное, знание этого и сподвигло меня сказать про светлое будущее моего героя.

Три друга из будущего делали всё от них зависящее, чтобы их раса не исчезла. Раз в полгода они отправляли робота в 4185 год, чтобы ещё раз увидеть безжизненное тёмное пространство.

Но надежда и вера не покидала этих Героев. Они работали.

- Не мы, так другие, те, кто продолжат Дело, получат однажды отчёт о спасении Земли, - сказал Нокард друзьям после шестого неутешительного доклада робота.

«Своё» будущее они не узнали уже через год работы. Изменения в прошлом существенно повлияли на него. Появились новые технологии, совсем другие люди правили, создавали и жили там. Близких не было. Грусть нахлынула на них, сжала тисками сердце и душу, когда робот показал им всё это. Несколько дней они ходили мрачные и угрюмые.

- Но зато облегчается задача, - сказал как-то за ужином Нокард. - Такие изменения произошли из-за годичного вмешательства! Развитие ушло на десятки лет вперёд. Из-за одного года работы! Теперь мы можем перемещать оттуда ещё более продвинутые технологии сюда. Каждый год всё более продвинутые!

- Ещё больше ускоряя прогресс в будущем, - задумчиво проговорил Мирйакс.

- А потом, перемещая технологии сюда, ещё больше ускоряя этот прогресс в будущем, - поразмышлял вслух Никавод.

- Я вижу вы всё поняли, - улыбнулся Нокард. – Наши возможности и шансы спасти Человечество будут расти в геометрической прогрессии.

Будем надеяться, что у них всё получится.

Но даже, если нет? Даже, если против этой тёмной волны нет «приёма»? Стоит ли им опускать руки?

Десятки тысяч людей, на которых уже весьма благотворно повлияла компания «Свет» - они стали счастливее, полноценнее, развитее, сильнее, - миллионы тех, на кого она повлияет не менее чудесно в ближайшие двадцать лет, хором крикнули бы «Нет!» на последний вопрос предыдущего абзаца.

И с чего я решил, что у них может не получиться? Время то на их стороне. Они могут оставить послание: «Если человечество не будет готово ко встрече с волной к 4185 году, то несколько учёных опять должны отправиться в прошлое и развивать человечество лучше». Технологии то уже будут покруче. Не получится – снова отправятся, с ещё более крутыми технологиями. Или изобретут массовое перемещение во времени, нивелируют вред для здоровья и перекинут людей на миллионы лет назад. А можно… Ладно – сами разберутся потомки – уж не глупее меня, наверно, будут…

А мне нужно привести себя в порядок. Я получил приглашение на вечеринку от всех бывших пухляшей! На вечеринку в стиле бразильского карнавала!

Конечно, я на неё попаду – я-то умею перемещаться между измерениями. В своём воображении)

Content

Остров похудения

Остров похудения

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19