Живая броня

Убийство

Произошло убийство!!!

Для людей, живших до «Живой брони», это не стало бы сенсацией. В те времена убийства были ординарными, никого не удивляющими, происшествиями. Людей убивали по тысячам различных причин материального и нематериального характера.

Но сейчас убийство стало популярнейшей новостью и главной темой обсуждения всей Земли. Многочисленные ток-шоу со всех концов обсасывали его. Там, где не хватало достоверной информации, в ход шли выдуманные слухи, вымышленные обстоятельства этого гнусного деяния. Там, где не хватало показаний настоящих родных, коллег и друзей жертвы – которые вмиг стали мега звёздами мирового масштаба, - не гнушались самозванцами. Весь мир закипел, как потревоженный улей…

*****

- Репортёры не дают мне работать, босс, - пожаловался Джон Уэйк, сотрудник Объединённого Бюро Расследований Северной Америки в звании лейтенанта своему начальнику. – Да что работать - мне даже к дому подъехать тяжко. Облепила его журналистская братия, как осы виноград.

- Временно с семьёй будешь жить в другом месте, - ответил ему шеф, полковник ОБР Павел Орловский. – Ребята работают над этим. Завтра перевезут тебя и твоих незаметно. Что там по делу?

- Пока ничего. Программисты работают, пытаются понять, как смогли взломать систему…

- Оставь эти заморочки – они сами мне отчитываются. По убитому собрал информацию? Что там с уликами?

- Убитый, Жан Пуаро, работал крупье в казино при отеле «Шик». Последние пять лет своей жизни. Семьи не было. Жил с подружкой, - Джон почесал голову. – С уликами тяжеловато. В мире уже пятьдесят четыре года убийств не было. А в нашей стране все шестьдесят. Никто уже и не помнит, как вести себя на месте такого преступления.

- Да, ужасное событие, - покачал головой полковник. – Подумать только… Мы и не знаем, что такое убийства. Мой отец, мать жили ещё в те времена, когда люди дрались и убивали. А я уже нет. Ты и подавно. И что? Хоть что-то собрали?

- Много различных волосков, кожи, образцов крови и отпечатков пальцев. Сдал всё в лабораторию. Жду результатов.

- Жду от тебя ежедневного отчёта. Меня самого и СМИ, и высшее руководство каждый день теребят.

- Так точно, сэр!

Джон вышел из кабинета шефа в не самом лучшем своём настроении. Он поступил на службу в ОБР – элитную силовую структуру своей страны, - чтобы распутывать различные мошеннические схемы, ловить крупных международных воров. Его именно этому и учили в Академии, и именно в этом он зарабатывал себе авторитет и признание все годы своей службы.

Про убийства он не знал практически ничего. Расследованию убийств не учили уже нигде. Все кафедры и факультеты, посвященные этому, были давно упразднены за ненадобностью. Убийств в мире не было уже больше полувека. Даже драк между людьми не было. Всё благодаря «Живой броне».

«Живая броня» была разработана совместными усилиями учёных нескольких стран. Это уникальное устройство вставлялось в человека через небольшой прокол в позвоночнике. Функция его была проста – оно покрывало всю поверхность тела человека силовым полем, которое защищало человека от любых физических воздействий. Что-то наподобие костюма Чёрной Пантеры только невидимое. Работало устройство на искусственном интеллекте высочайшего уровня. Другие разработчики ИИ даже близко не подошли к нему.

Броня сама решала, когда можно отключиться. Это происходило во время еды, различных медицинских и гигиенических процедур, других необходимых действий, в том числе, связанных с тактильными ощущениями. Но даже во время всех этих отключений броня была начеку и реагировала мгновенно – никто не успел бы всадить нож или пулю в спину хоста.

Причинить вред человеку с этим устройством было практически невозможно. Силовое поле выдерживало мощный взрыв – людей отбрасывало, но не ранило. Отравить или усыпить находящегося под защитой «Живой брони» тоже не получилось бы – устройство распознавало все известные яды и вещества и не снимало силовое поле со рта, если хост пытался выпить или съесть их.

Поначалу броню установили себе самые богатые люди. Потом те, кто победнее. А после того, как Азамат Оспанов и Квентин Холмс – учёные, входившие в группу разработчиков, - создали корпорацию «КВАЗ» и наладили массовое производство этого устройства в нескольких странах мира, его смогли позволить себе все остальные.

После пяти лет массового производства и тотального бронирования всего населения Земли, Азамат с Квентином предложили сделать пользование бронёй обязательным для каждого человека. Ещё семь лет понадобилось им, чтобы протолкнуть эту инициативу во всех правительствах мира. Огромные деньги и влияние, заработанное ими за время продаж самого популярного на тот момент устройства в мире, здорово облегчили эту задачу.

В конце концов, все правительства ввели закон об обязательном использовании брони. «Живую броню» стали устанавливать прямо в роддоме, только что родившимся детям. Совсем как обязательные прививки.

Джон уселся за свой стол и начал вспоминать всё, что делали детективы, расследующие убийства в кино. «Опрашивали свидетелей и близких, отслеживали передвижения жертвы за последние недели, проверяли все входящие и исходящие вызовы на телефоне, просматривали почту и социальные сети, - подсказывала ему его память».

Но в фильмах всё было так легко. Проверяя почту или телефон, следователь быстро выходил на нужные контакты, которые позволяли ему правильно тянуть нить, распутывая клубок хитросплетений. Свидетели с близкими были покладистые и словоохотливые, всегда видом или словом, нарочно или случайно выдавали нужные зацепки.

В его случае свидетелей не было. Родных, соседей, знакомых и сослуживцев жертвы Джон уже опросил. Никаких зацепок. Все, как один, характеризовали Жана Пуаро, как добропорядочного, законопослушного гражданина, не имеющего серьёзной вражды ни с кем.

Джон достал досье жертвы и начал перечитывать интересующие его места. «Рост шесть футов три дюйма, вес 210 фунтов. Занимался греблей, побеждал на различных соревнованиях. Здоровенный детина! – в который раз подумал он про жертву, рассматривая фотографии огромного, пышущего здоровьем парня, с выпирающими из-под футболки буграми мышц. – Был забит до смерти».

«Здесь нужно искать именно серьёзную вражду, - ещё раз убедился лейтенант. – Кто будет взламывать такую систему, совершать такое беспрецедентное, дорогостоящее и по времени, и по деньгам, и по риску преступление из-за мелкой ссоры, из-за небольшого недопонимания?»

Спутниковый на руке Джона зазвонил. Вызывал Роберт, которому он поручил проверить тело вместе с патологоанатомами. Он нажал на браслет и в воздухе перед ним появилось изображение довольного подчинённого.

- Да, Роб? Есть новости?

- Джон, этот парень просто маньяк!

- Что такое?

- Мы с ребятами закончили осмотр тела. Многочисленные повреждения мягких тканей, потеря крови, серьёзные повреждения мозга. Парень был избит до смерти.

- Это мне было понятно с самого начала, умник, - выпалил Джон.

- Подожди. Ты не знаешь главного. Убийца не использовал никаких подручных средств. Он избивал его руками. По всему телу следы от силового поля. Представляешь? Спецы говорят, что избиение продолжалось около пятнадцати минут. Он специально медленно выколачивал из несчастного жизнь.

- Но…, - Джон задумался. – Зачем? Зачем так утруждать себя? Такое подготовленное преступление, взлом системы и что? Биты с ножом не мог взять? Не говоря уже о более серьёзном оружии…

- Вот это «зачем» и предстоит выяснить нам. Патонатомы (Роберт всегда сокращал длинные слова) на это не ответят.

- Ладно, умник… - Джон хотел съязвить, но передумал: - Молодец, возвращайся в контору.

- Слушаюсь, сэр!

«Вот тебе на! - задумался лейтенант, когда изображение Роберта исчезло. – Может быть это и не вражда никакая? Просто больной человек орудует? Маньяк, получивший возможность взламывать систему? Но тогда можно сразу объявлять ЧП и бросать все силы на это…»

Опасения Джона были не напрасны. Если какой-то шибко умный маньяк умеет взламывать «Живую броню», то каждый человек, независимо от уровня и защиты находился под угрозой. Этот больной хакер мог взломать систему брони президента страны и всей его охраны, а потом разделаться с ними, как волк с овечками. Или снять броню с жителей какого-нибудь города, а потом бегать там и убивать налево-направо, не боясь ничего.

Джон задумался о броне и её возможностях. Она ведь делала неуязвимыми суперменами всех вокруг. Но никто не замечал этой неуязвимости или превосходства по отношению к другим именно потому что такими были все. А если человек с бронёй будет окружён людьми без брони? Кем он себя почувствует? Богом? Вершителем судеб? Окружающие будут казаться ему бумажными солдатиками.

Звонок на спутниковый вывел Джона из раздумий. Вызывал шеф.

- Джон, я нашёл одного полицейского ветерана, который занимался убийствами. Зовут Кристофер Рот. Скину тебе его контакты на почту. Пообщайся с ним. Только имей ввиду, что он старенький. Ему восемьдесят девять лет.

- Слушаюсь, сэр! Вот только не пошлёт ли он меня на все четыре стороны?

- Не пошлёт. Я с ним уже переговорил. Он пообещал помочь. Съезди к нему. Возьми что-нибудь по дороге. Не заявляйся с пустыми руками.

- Хорошо, слушаюсь, сэр.

Пообщаться с тем, кто занимался убийствами, для Джона было интересно. Даже если этот старик ничем не поможет. Просто поболтать с таким антиквариатом, да ещё и в рабочее время, по приказу начальства, было прекрасной возможностью, отличным экскурсом в историю от участника событий.

Кристофер

С самого детства Кристофер мечтал стать полицейским. Он мечтал ловить преступников, защищать законопослушных граждан. К подростковому возрасту эта мечта ещё более окрепла и даже выбрала специализацию из первоначальной обширной области. Кристофер захотел стать следователем в отделе убийств. Многочисленные детективные истории, прочитанные им в часы досуга от школы и тренировок по регби, серьёзно повлияли на такое оформление его детской мечты. Агата Кристи со своим Эркюлем Пуаро, Артур Конан Дойл со своим Холмсом и другие. Некоторые необычные произведения, описывающие оригинальные способы убийств и не менее оригинальные способы их раскрытия, он перечитал по нескольку раз.

После полицейской академии, где он по праву считался одним из лучших курсантов, Кристофер поступил на службу в полицейский участок своего родного района. В отдел по раскрытию убийств.

Мечта стала явью. Шесть лет он наслаждался этой лучшей в мире работой для него. Раскрывал самые сложные убийства. Те, которые были совершены на горячую голову, его не интересовали. Там всё было просто и понятно – такие дела он отдавал коллегам. Его привлекали убийства, совершенные хладнокровно, расчётливо и обдуманно. Чем дольше готовились к убийству, тем сложнее оно становилось и тем интереснее для Кристофера было его распутывать.

Сотрудники из других районов обращались к нему, прося помощи в сложных делах.

Один раз приехали даже из Нью-Йорка.

- Кристофер, тут господа пожаловали из Нью-Йоркского департамента, - сказал ему как-то утром шеф, знакомя с коллегами из крупнейшего города страны.

После знакомства и обмена любезностями, старший из приезжих по должности - Альберт, начал излагать проблему:

- Парня убили. Средь бела дня. Есть подозреваемый с сильным мотивом. Месть. Но никаких зацепок, никаких нитей.

Кристофер поморщился. Он не любил распутывать убийства, совершенные из мести – считал их самыми лёгкими и необдуманными.

Шеф увидел его гримасу и поспешил заметить:

- Убийство не сгоряча, Кристофер. Жертва сбила на машине жену и дочь подозреваемого полтора года назад. Жена умерла, дочка до сих пор лечится. Никаких других врагов и мотивов у кого-то убивать этого парня не было.

- Парнишка отделался тогда условным за наезд на пешеходов. Связи у папаши, - добавил Альберт.

- Как произошло убийство? – спросил Кристофер, обнадёженный тем, что блюдо мести подали холодным.

- Кто-то скинул арматуру с крыши и пробил голову парня. Полиция приехала через три минуты. Весь район оцепили. Просматривали камеры. Ничего. Подозреваемый находился в это время с друзьями в боулинге.

- Может несчастный случай?

- Очень уж точно всё подстроено. Убитый - его кстати звали Патрик, - наклонился поднять упавший сверху бумажник, а когда разгибался, летящая сверху железяка пробила его черепушку.

- Хм, мне нужно взглянуть, - искра интереса загорелась в нашем «Шерлоке Холмсе».

Шеф отправил Кристофера в командировку в Нью-Йорк.

По прибытию, он сразу принялся за дело. Обсмотрел и обнюхал все окна, выходящие на место убийства. То, что арматура была сброшена с крыши ему сказали, а вот откуда был сброшен бумажник, никто не знал. Поговорив со всеми жильцами, Кристофер пришёл к интуитивному выводу, что бумажник также был сброшен с крыши. Выходило, что преступник провёл «ювелирной» сложности работу, которую обязательно нужно было отрепетировать несколько раз. Доступ на крышу был у любого желающего – чердак не был заколочен, входные двери были всегда открыты. К тому же, именно возле этого дома жертва проходила практически каждую неделю по дороге к своей подруге. «Это точно не несчастный случай, - подумал Кристофер».

- Мне нужны видеозаписи с прилегающих улиц за последние полтора года и видеозапись из боулинга, в котором отдыхал подозреваемый во время убийства, - сказал он коллегам.

Запись с боулинга показала, что подозреваемый отходил в туалет именно в момент убийства. «Он чем-то управлял, - решил Кристофер. – Скорее всего обычным квадрокоптером». Записи с улиц ничего не дали. Изображения людей были неясные и вдалеке.

«Шерлок Холмс» уже воссоздал в уме практически идентичную произошедшему картину убийства. Осталось связать её с подозреваемым.

«Убийца заходил в дом несколько раз. Когда репетировал – это могло быть ночью, могло быть давно. И когда устанавливал кошелёк с арматурой. А это уже недавно, - думал Кристофер. – Скорее всего он постоянно менял лицо, причёску, различные аксессуары, чтобы не примелькаться. И он не примелькался. Никто из соседей не помнит одного и того же человека, постоянно заходящего в дом. Никто из соседей людей. А что насчёт собак? У нас тут две собаки имеются. Для них образ не важен, они запоминают запахи».

Пришлось проследить нашему сыщику за подозреваемым и спереть из его куртки носовой платок. Случай представился в тренажёрном зале, когда предполагаемый убийца пошёл в душ. Кристофер уже думал, что он никогда туда не пойдёт – так долго этот зожник занимался и болтал с девчонками. С гантелями попотеть пришлось, чтобы не вызвать подозрения.

Дальше клубок распутался легко и просто. Собачка с первого этажа, которую выгуливали и днём и ночью, узнала запах и привела Кристофера к замурованному и тщательно замаскированному тайнику в канализационной системе недалеко от дома. Видимо, преступник ждал, когда уляжется шумиха, чтобы забрать и уничтожить содержимое. Не дождался. В тайнике были найдены различные маски, накладные усы и бороды, три скрытые камеры и запчасти от квадрокоптера. Множество отпечатков пальцев и следов ДНК того самого подозреваемого.

Случай был раскрыт. Убийца постоянно менял свой образ, чтобы не примелькаться. Репетировал давно, пятнадцать месяцев назад. Потом ждал, чтобы прошло время и все позабыли об инциденте с его женой и ребёнком. Через скрытую камеру преступник следил за улицей, а квадрокоптер сначала столкнул кошелёк, затем арматуру и после этого улетел. Всё было учтено, кроме того, что собачка запомнила убийцу и его запах.

В суде Кристофер ходатайствовал за убийцу.

- Нарушенный принцип неотвратимости наказания привёл к этому печальному происшествию, - заявил он перед присяжными. – Человек потерял любимого человека, его дочь была покалечена, а виновник ушёл от ответственности. Это и стало причиной того, что законопослушный гражданин, полезный член общества, характеризующийся всеми только с положительной стороны, стал преступником.

Шеф и коллеги поддержали Кристофера. Убийца получил семь лет с правом досрочного освобождения.

*****

В общем, купался Кристофер в лучах славы лучшего следователя по убийствам, пока не стали поголовно все устанавливать «Живую броню». Даже до того, как её ношение стало обязательным для всех, подавляющее большинство его сограждан уже обзавелись ей. Конечно. Кто же захочет ходить без брони, когда сосед, коллега, друг, а тем более враг, уже с бронёй?

Убийства прекратились. Даже побоев больше не фиксировали. Отдел, расследующий убийства, расформировали и Кристофера перевели в отдел, расследующий кражи.

Работа не доставляла ему былого удовольствия. Он, конечно, был рад, что людей больше не убивают, но в то же время чувствовал себя ненужным и бесполезным. Кое-как дослужился до пенсии и ушёл на «не очень-то заслуженный» - как он считал, - отдых.

Это всё было кратким пересказом того, что Кристофер рассказал пожаловавшему к нему в гости Джону Уику. Последний заявился к ветерану с коробкой конфет и бутылкой свежевыжатого гранатового сока. Вино не стал брать – неудобно было к такому старику с алкоголем.

- Взломал систему! Кто бы мог подумать, - восхищался старичок, закончив экскурс в прошлое. – Где ж он раньше был? Этот хакер. Может быть и отдел бы мой не расформировали.

Джон сидел на диване перед журнальным столиком и попивал, гостеприимно предложенный ветераном, чаёк.

- Значит умный паршивец, - продолжал Кристофер. – Но ничего. И не таких умных на чистую воду выводили. Так тщательно, как это делали раньше, он своё преступление вряд ли планировал. Скорее всего надеялся на несостоятельность органов правопорядка. Знает ведь паразит, что убийствами никто из нынешних сотрудников не занимался. Что мы имеем на данный момент?

Лейтенант выложил старику всю имеющуюся у него информацию с фотографиями и заключениями экспертиз.

- Надо нестандартно мыслить в этом деле. Камеры проверяли в казино? – спросил Кристофер.

- Да.

- Тщательно?

- Ну, да, вроде. Ничего необычного. Мы не думаем, что это какая-то перепалка или недопонимание с клиентами. Всё-таки такое дело. Систему взломали.

- Обиженный человек на всё что угодно способен, - сказал ветеран. – Обида, знаешь ли, посильнее наживы стимул. Некоторые, чтобы отомстить за обиду на такие ухищрения и способы идут, которые обычным грабителям и не снились.

Кристофер закурил.

- То, что жертва ваш красив, как Аполлон, приняли во внимание?

- Н-нет, - задумался Джон. – Даже не думали об этом.

- А зря. Что ценного может быть у этого несчастного крупье? Чему могут позавидовать? На что могут позариться люди? Ничего у него нет. Иначе не работал бы крупье. Правильно? А вот красота есть. Девушки, наверное, так и льнули к нему. А ведь среди них могли оказаться жёны, любовницы влиятельных людей. Или больных…

- Что-то мы совсем упустили это из виду.

- Нужно поработать в этом направлении. Если ошиблись, я сразу это почувствую.

- Хорошо.

- Завтра я хочу побывать на месте убийства и в казино, где работал Жан Пуаро.

Кристофер задумался.

- Ещё надо проверить старших родственников жертвы, - продолжил он. - Которые пожили в эпоху до «Живой брони». Может они кого-то убили или покалечили. А теперь сын, племянник или внук этих обиженных мстит.

Расследование

На месте происшествия Кристофер чуть не расплакался. Ностальгия захлестнула его. Он вспомнил, как молодым, сам, после работы команды специалистов, лазил и выискивал то, что могло быть пропущено. Одновременно строил в сознании, воссоздавал процесс гнусного действия. Образцы сменялись другими, более точными образцами, по мере того, как он всё больше погружался в место преступления, сливался с ним. Данные, предоставляемые ему коллегами, помогали обтачивать эти образцы, приближая их к единственно истинному.

Старик сказал сопровождавшим его Джону и Роберту оставить его один на один с этим роковым местом. Местом, фотографии и видео которого уже разошлись по всему миру. Невзрачный закуток между домами, который до этого видело не больше десяти людей в месяц, включая дворника, сейчас был на обозрении миллиардов.

Одержимость людей виртуальным миром спасала этот закуток от толп живых людей. Даже те, кто жил по соседству, не приходили посмотреть на него вживую – им хватало того, что они видели в своих спутниковых устройствах. Это здорово облегчило работу полиции сразу после убийства и Кристоферу сейчас. И вообще, эта одержимость избавляла от многих проблем и столпотворений. Возле примечательных туристических объектов не было давок, после каких-либо аварий, взрывов, происшествий на дорогах не скапливались толпы зевак. Живые концерты, спортивные игры не аккумулировали уже вокруг себя кольца живой массы, облегчая работу правоохранительным органам и различным службам безопасности. Люди научились удовлетворять любопытство и получать необходимые эмоции от различных праздников и происшествий онлайн.

Кристофер осматривал, дотошно изучая каждую неровность на земле, каждую трещинку в стенах домов, формирующих этот закуток. В картине, которая начала обрисовываться в его мозгу, при помощи этого визуального и тактильного осмотра, сложения вместе всех данных, предоставленных ОБР, убийца рисовался ему физически очень слабым. «Подросток или женщина, - думал он. – Или уж совсем щупленький мужчина. Защищенными и усиленными энергетическим полем кулаками, так долго избивать и возиться по такой большой площади с жертвой мог только физически слабый индивидуум». Это Кристофер подметил точно – обычный мужчина, бьющий усиленными силовым полем кулаками по незащищенной плоти, разделался бы с жертвой гораздо быстрее. Некоторые крепкие мужики, даже чтобы снести какую-нибудь стену не брали теперь в руки кувалду или лом – они просто били кулаками.

Ветеран видел, как убийца с жертвой отходят от тротуара в закуток о чём-то болтая. Скорее всего они знали друг друга. Увидев, что они углубились в этот проём между домами на достаточное расстояние – на двенадцать метров, если быть точным, - убийца наносит Жану удар в лицо. Ощутив - впервые за всю свою жизнь, - боль от удара и осознав то, что его броня исчезла, жертва повергается в шок. А атакующий наносит тем временем ещё пару ударов в корпус. Жертва пытается убежать, но падает – скорее всего убийца схватил его за ноги. Далее борьба продолжается на земле. Жан в отчаянии отстреливается ударами от нападающего, разбивая свои кулаки в кровь и лишая себя остатков выносливости. Ясно, что он уже плохо соображает – имея явное превосходство в силе, ему нужно было скинуть с себя соперника и убежать. Но шанс был упущен – теперь сил на это не хватает. А убийца продолжает избиение, обрабатывая, в основном, голову. Явное намерение убить – он продолжает бить даже после того, как жертва теряет сознание. Ему нельзя оставлять Жана в живых – они знакомы. Успокаивается избивающий только тогда, когда жертва испускает дух. Он даже наклоняется послушать – не дышит ли избитый. Удостоверившись в обратном, убийца сматывается.

- Я могу обрисовать убийцу, - сказал Кристофер, подойдя к - уставшим ждать «Шерлока Холмса», - Джону с коллегой.

Джон с Робертом переглянулись.

- Вот так вот сразу? – ухмыльнулся подчинённый Джона.

- Это неуравновешенный юноша лет 15-18. Гений. Нам надо пробить всех вундеркиндов этого возраста, живущих в этом районе города.

- Но как? – Джон недоумевал. – Как вы пришли к этому?

Ох, как любил Кристофер всё раскладывать по полочкам, объяснять, как он пришёл к своим заключениям. Иногда в процессе оформления своих мыслей в слова, он улавливал то, что ускользнуло от него ранее. Объяснение помогало ему упорядочить ход своих мыслей.

- Вот вы, Роберт, худощавый и щуплый мужчина, - начал ветеран, отомстив за ухмылку. Роберт пытался что-то ответить, но Джон остановил его. – Но даже вы, колошматя защищенными силовым полем кулаками по незащищенным телу и голове, превратите их в кровавое месиво за пару минут. Убийце на это потребовалось 343 удара – причём посчитаны только существенные, - и пятнадцать минут. Вывод: убийца слаб физически. Либо женщина, либо подросток мужского пола. Взломал систему «Живой брони», что никогда никому не удавалось. Значит гений, уникум своего рода. Умный, но чуть не испортил всё дело, взявшись за него сам, да ещё и голыми руками. О чём это может говорить? О многом. О том, что убийца умён в своей узкой специализации, а в остальных вопросах дуб. О том, что он асоциальный тип и ему просто трудно было найти помощника. О том, что он маньяк, жаждущий крови. О том, что у него юношеский максимализм, в конце концов. Всё это намного больше соответствует юноше подростку, чем женщине.

- А что насчёт ревнивых мужей? – спросил Джон. – Мы уже наводим справки о всех мужьях и бойфрендах девушек, вступавших в близкий контакт и флиртовавших с Жаном. Их очень много.

- Наведите справки, но если найденные мужья по своей комплекции равны или превосходят вашего подчинённого, - ветеран указал на Роберта, - можете их смело вычёркивать.

- Не такой уж я и щуплый, - выпалил Роберт, которого сделали эталоном измерения.

- Не такой уж, но достаточно, - засмеялся Кристофер.

- Это значительно облегчает нам задачу, - рассмеялся, в свою очередь, Джон. – Наверняка почти всех вычеркнем.

- И ты туда же, - вскрикнул обиженный подчинённый. – Я специально найду среди этих бойфрендов десяток тех, кто щуплее меня. Придётся тебе отрабатывать их.

- Ну вот и стимул появился у вас искать лучше, - хитро улыбнулся ветеран.

- Старшие родственники Жана чисты, - добавил Джон. – Никого не убивали и не калечили. Добрые, законопослушные люди.

- Чудненько, - ответил Кристофер. – Сужается поле поиска.

*****

У Роберта получилось найти несколько бойфрендов подружек убитого, которые были щуплее него. Но привязать их к делу не удалось. У всех было железное алиби.

План Кристофера тоже не давал результатов. Нашли с десяток компьютерных гениев в округе, но все они были «гладкие, что прям зацепиться не за что» - как выразился Джон.

Кристофер не сдавался. Он зарегистрировался во всех популярных подростковых социальных сетях под различными фейковыми никами. Общался именно в сообществах программистов и хакеров. Вдруг что-нибудь проскользнёт, вдруг хакеры начнут похваляться своими взломами или знакомствами с теми, кто эти взломы совершил. Может быть про это убийство знает не только исполнитель, но и кто-то ещё. Тайна, удерживаемая двумя, удерживается в два раза слабее. Тремя – в три. И так далее.

Всё было тщетно. «В чём-то я ошибся, - думал Кристофер. – Но в чём? Убийцу я обрисовал правильно. Ошибок тут быть не может…»

Внезапная мысль проблеснула в его сознании. «А что если? – подумал он». Мозг начал рисовать новые картины. «Нет, это невероятно, - отвергала одна часть его сознания появившуюся догадку». «Всё может быть, - говорила другая, креативная и более восприимчивая ко всему необычному».

Догадка была диковатая. Для полковника Павла точно. Но с Джоном можно было её обсудить. Они сблизились за это время. Кристофер подметил лёгкость, с которой Джон воспринимал самые необычные его предположения, видел, что лейтенант старается осматривать любое дело со всех сторон, разбавлять стандартные методы расследования нестандартными.

*****

У лёгкого на восприятие необычного Джона, тем временем, уже опускались руки. Весь мир смотрел на него, ждал раскрытия резонансного убийства. Полковник вызывал каждый день, выспрашивая новости, которых не было и требуя продвижения, которого пока не предвиделось.

Лейтенант сидел в квартире, предоставленной ему ОБР на время расследования, смотрел телевизор и время от времени поглядывал на копошащихся перед ним детишек. Их было двое – мальчик четырёх лет и девочка двух.

Такого надзора за детьми, который был во времена до «Живой брони», сейчас и подавно не было. Можно было смело дать своим отпрыскам коробку холодного и огнестрельного оружия и ни о чём не переживать. Прыжки детей из окон квартир были обычным явлением. Благодаря силовому полю, детишки после удара об землю, прыгали ещё некоторое время, как попрыгунчики, а затем вставали и весело бежали домой, выстраиваясь за братьями, сёстрами и друзьями в очередь, на следующий прыжок.

Исчезла «школьная дедовщина». Никто больше никого не боялся. Ботаники стали более общительными и весёлыми. Заучек не травили. Крепкие и сильные школьники потеряли преимущество. Теперь ценился сам человек – его внутренний мир, харизма, интеллект, доброта.

В соревнованиях по боевым искусствам победители определялись на основании подсчёта очков. Никаких нокаутов, болевых и удушающих. Их просто невозможно было сделать. Да и в сами эти боевые искусства шли только те, кто реально имел призвание к этому, кто, отточив свой талант, мог показать действительно зрелищный и красивый бой.

Отпала необходимость заниматься боевыми искусствами тем, кто раньше шёл туда из-за обид, нанесённых старшими или более сильными ребятами. А значит прекратилась ненужная растрата энергии этими людьми, которые теперь отдавали её туда, куда хотела их душа, их сущность.

Да что - школа и дети! Весь мир кардинально изменился. Люди, окутанные периной безопасности, с радостью занимались делами, которые раньше считались опасными. Если раньше у человека был необходимый набор качеств для профессии пилота, журналиста, дрессировщика, полицейского, моряка, пожарного и так далее и единственное, что не позволяло ему заняться подходящим делом было опасение за свою жизнь и здоровье, то сейчас этот препятствующий мечте пункт рассеялся. Человек мог заниматься любым делом без страха и не тратить свою жизнь на менее подходящее, но более безопасное занятие.

Не только смелые и отчаянные ехали в различные «опасные», но доходные или интересные места на Земле. Теперь ехали все, кого к этому тянуло. Не было больше «опасных» мест. Джунгли Амазонки, африканские степи, российская тайга, моря и океаны кишели исследователями и искателями наживы самых разных возрастов и физических возможностей.

Криминал не пугал людей. Его когти и зубы были бессильны. Самые робкие из людей теперь шли на ответственные посты и выносили решения не боясь ни за себя, ни за свою семью. Директорами крупных предприятий, ресторанных и торговых сетей становились те, кто в эпоху до «Живой брони» не согласился бы на такие публичные и важные посты ни за какие деньги. Предприниматели занимались строительством своих империй, как детишки, играющие в экономические симуляторы у себя дома. Легко и просто. Смелость перестала быть одним из главных решающих факторов в людских успехах и процветании. А вот позиции креативности и способности к адаптации ко всему новому в постоянно меняющемся мире – и без того, находящиеся в топе, - ещё больше укрепились.

Внутренний мир людей раскрывался на полную уже с самого детства. Каждый оттачивал именно то, что было нужно ему, то, в чём он мог принести наибольшую пользу себе и обществу. И всё человечество стало намного эффективнее и счастливее.

Легче стало избавляться от нежелательных контактов, от тех людей, с которыми не по пути. Люди стали честнее друг с другом.

- Когда вы общаетесь в социальных сетях, вам легче сказать человеку «пока», распрощаться с ним и больше никогда не контактировать, если он вас чем-то не устраивает. Вживую, до «Живой брони», сделать это было сложнее: человек был ближе, он мог как-то неадекватно отреагировать на ваше «Асталависта». Вы боялись обидеть, рассердить, разозлить, вывести из равновесия собеседника. Сейчас, с защитным силовым полем, все эти страхи бессмысленны. Выходит что-то между онлайн и офлайн. Негативные эмоции могут обрушиться на нас, но физического воздействия наше сознание уже не боится. Получаются как бы эмоции через пуленепробиваемое стекло, через экран монитора. Которые мы воспринимаем гораздо спокойнее. Отсюда и лёгкость не только в игнорировании и прекращении общения с нежелательными для вас людьми, но и в изложении любых, даже самых неприятных истин в лицо, - так объяснял это явление приглашённый эксперт по психологии на одном из популярнейших шоу Земли.

Преступников всё также задерживали и сажали в тюрьмы. В улучшенные тюрьмы - с полами, стенами и потолками, усиленными силовыми полями или только из них состоящих. Обычные стены заключенные бы легко выломали.

Войны прекратились. Единственное, что могло навредить людям – ядерное оружие, - так и осталось главным показателем силы государств. Но его никто никогда не применял. На поле боя. На полях брани между государствами оно прекрасно применялось, как главный аргумент и решающий фактор в урегулировании споров.

Перестали производить огромное количество видов оружия. Остались только охотничье и спортивное. Высвобожденная энергия пошла на модернизацию ядерного арсенала, на другие перспективные проекты, в частности, лазерное оружие, а также на области, не связанные с вооружением.

И это только малая часть изменений, произошедших в мире, благодаря «Живой броне». Она затронула практически все сферы деятельности, все аспекты жизни людей.

Могли ли знать Азамат и Квентин о том колоссальном эффекте, который окажет «Живая броня» на человеческое общество? Понимали ли они зависимость человека от своей хрупкости, от своего страха перед болью, потерей трудоспособности и насильственной смертью? Скорее всего знали и понимали – неглупые люди, всё-таки. Всемирно признанные учёные. Может поэтому и решили одеть всё человечество в броню, тратили своё время, энергию и деньги на проталкивание этой инициативы?

Сейчас безопасный мир людей пошатнулся. Люди почувствовали, что могут снова стать уязвимыми, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Появились паникёры, утверждающие, что хакеры уже могут массово отключать «Живую броню». Люди спорили друг с другом о возможности этого на различных популярных шоу. Одно убийство, которое в эпоху «до брони» не всколыхнуло бы и сотню людей, сейчас вогнало в неуверенность сотни миллионов.

Джон смотрел шоу, где о нём отзывались не лучшим образом, называя некомпетентным и нерадивым следователем.

- Уже полмесяца прошло, а у следователя, приставленного к этому делу, нет никаких зацепок, - кричала одна пухлая светская львица, приглашённая в качестве эксперта на очередную передачу про сенсационное преступление. – Пора ему признать свою некомпетентность и передать дело другим, более способным сотрудникам.

«Вот дурёха, - злился про себя лейтенант. – Некомпетентность! Где ты найдёшь компетентного по убийствам, когда их не было в нашей стране уже шестьдесят лет? Взять бы тебя за твою пышную шевелюру…»

Звонок на спутниковый прервал его мысленную экзекуцию пухлой дамы. Звонил Кристофер.

- Да, Кристофер, - ответил Джон на вызов.

- Джон, нужно встретиться. Срочно.

- Хорошо, где?

- Подъезжай к кабаку «Пьяная Устрица» на восьмой улице. Я буду там через полчаса.

- Выезжаю.

*****

Уже через двадцать минут Джон с Кристофером сидели друг напротив друга за столиком в самом углу «Пьяной Устрицы».

Вид у ветерана был не очень здоровый. Красные валившиеся глаза, бледное лицо.

- Вы что, не спали? – обеспокоенно спросил Джон.

- Да куда уж там, - ухмыльнулся старик. – Былая страсть разгорелась во мне. Теперь нормально не посплю, пока это преступление не раскрою.

- Вам надо беречься. Всё-таки не молоды…

- Ладно, ладно… Оставим. У меня догадка проскользнула одна. И мне кажется я на верном пути.

Джон сделал заинтересованное лицо.

- Ты читал «Убийство на улице Морг» Эдгара По?

- Н-нет. Не помню.

- Там убийцей оказался орангутанг.

- Как это?

- Да неважно, - отмахнулся ветеран. – Главное то, что «Живую броню» можно установить животному – я уже наводил справки, - а потом надрессировать его на избиение. Вполне возможно, что убийца так и сделал, чтобы сбить нас со следа. А мы, как дураки, ищем маниакального подростка вундеркинда.

Джон переваривал услышанное. Он искал изъяны в догадке Кристофера и нашёл только один:

- А не легче ли подговорить подростка?

- Соваться в самую говорливую и больше всех контактирующую с себе подобными часть человечества? Чтобы нашли и раскололи при первом допросе? Нет, с животным безопаснее. Подростки – это ложный след. Убийца сымитировал подростка. Чтоб искал ты его до выхода на пенсию.

- Кто ж до такого додумается?

- Разносторонне развитый хакер, мыслящий очень оригинально, - сказал ветеран. – Это мой новый портрет убийцы. Он подобрал животное, сходное по силе с подростком, установил ему броню и натравил на Жана. При помощи силового поля, зверь забил - превосходящего его по силе и массе, - соперника.

- Я бы в жизни до такого не додумался, - покачал головой Джон. – И до такого способа убийства, и до догадки о таком способе убийства.

Внезапная мысль пронеслась в голове лейтенанта:

- А ведь все дикие животные в реестре сейчас. Их мало осталось в мире – они все на счету. В государственных зоопарках и заповедниках, в основном. Немного есть и у частников. У очень богатых частников.

- Значит вы без труда найдёте животное, которое на долгое время изымали из этих зоопарков, заповедников или частных вольеров - дрессировка ведь дело не быстрое. Оно и сейчас отсутствует на месте. Обритое на место ведь не вернёшь.

- Как обритое? – не понял Джон.

- Ну вы же не находили волосков животного на месте преступления? Да и не будет такой умный убийца их оставлять. Он обрил обезьяну… Ой, извиняюсь, я ещё не знаю, что это обезьяна, но воображение рисует мне это животное именно обезьяной. Алан По влияет! А ведь это вполне может быть и крупный медвежонок… В общем ищите!

*****

Никому на работе Джон о догадке Кристофера не сказал. Боялся, что не поймут и будут только лыбиться.

Проверку он начал с городского зоопарка. Обошёл его вместе со смотрителем, заглянул в каждую клетку и вольер. Все животные были на месте, кроме кенгуру и рыси.

«Рысь не подходит, - подумал Джон. – Она лапками своими так бы не избила. А вот кенгуру…»

Он пытался вообразить себе, как кенгуру может избить человека. Получалось трудно. «Может ногами? – решил он. – Чёрт его знает. Надрессировали и всё».

- А где кенгуру? - спросил Джон у идущего рядом смотрителя.

- Да она приболела, инфекцию какую-то подхватила. На прошлой неделе дух испустила. Сейчас новую ждём.

- А где тело?

- Тело кенгуру? – удивился смотритель. – Мы сожгли его. По правилам.

- Мне нужны видеозаписи с ваших камер видеонаблюдения и документы о болезни и сжигании.

Удивляясь чудаковатому сотруднику ОБР, смотритель всё же предоставил требуемое. В видеокамеры попадала дорожка, ведущая к вольеру с кенгуру и здание ветеринара с крематорием для животных.

На видеозаписях было видно, как два парня перетаскивают кенгуру из вольера в здание ветеринара. Судя по всему, уже мёртвую. С документами тоже всё было в порядке – дата заболевания, продолжительность болезни, принимаемые лечебные меры и даты смерти и сжигания.

«Скорее всего всё чисто, - подумал Джон. - Галочку ставить не буду пока. Если в других местах животные будут на местах, то вернусь и хорошенько выпотрошу всех, задействованных в деле с кенгуру».

Но возвращаться не пришлось…

*****

Сознание медленно возвращалось к Джону. Он открыл глаза и осмотрелся. Рядом лежал Кристофер. Они находились в каком-то тёмном помещении.

«Что за дела? Где я? – мысли лихорадочно закрутились в голове».

- Эй! – крикнул он. – Кто здесь? Кристофер, Кристофер!

Джон начал толкать старика. Тот заворчал и тоже стал пробуждаться.

Внезапно открылась дверь и включился свет.

- Так, так. Очнулись значит.

Худощавый мужчина средних лет возник в комнате словно ниоткуда.

- Кто ты? – грубо спросил Джон. – Почему похитил и удерживаешь сотрудника ОБР?

- Меня зовут Брэд, - улыбнулся мужчина. – А похитили вас потому что вы хотели помешать моим планам. Но не ты виноват в том, что оказался здесь, а он.

Брэд указал рукой на Кристофера. Тот уже немного очухался - тряс головой и пытался сфокусировать взгляд на похитителе.

- Почему он? – спросил лейтенант.

- Потому что без него вы не ушли бы так далеко в своём расследовании, а значит и похищать вас было бы незачем.

- Так это ты? – изумился Джон. – Ты и есть убийца?

- Ну, фактически, я никого не убивал. Я скорее организатор.

- Не понимаю… И как ты смог накачать меня снотворным? Броня…

Догадка, которая в незатуманенную каким-то веществом голову пришла бы намного раньше, обожгла его сознание.

- Ты что, снял с меня броню?

Брэд подошёл ближе к двери и крикнул:

- Анна! Зайди, пожалуйста.

В комнату зашла приятная молодая девушка лет двадцати пяти с длинными разноцветными волосами и в очках.

- Анна, можешь увести нашего младшего пленника? Мне нужно поговорить с «Шерлоком Холмсом».

- Хорошо. Пойдём, Джон.

Девушка поставила слабо сопротивляющегося – снотворное, которым его накачали ещё не отпустило тело, - лейтенанта на ноги и начала выводить из комнаты.

- Я не хочу…, - возмущался Джон. – Оставьте.

Но девушка, которая благодаря расслабленности Джона была намного сильнее, без труда его вывела.

- Ну что, великий сыщик, - начал Брэд, когда они остались с Кристофером наедине. – Не рад, что ввязался в это дело?

- Конечно, рад, - спокойно ответил Кристофер. – Не рад только, что допустил оплошность, недооценил тебя.

- Лейтенант твой бесхитростный. Заявился к моему знакомому, начал проверять вольер, упёрся, чтобы ему показали отсутствующего шимпанзе…

- Я так и знал, что это обезьяна! – воскликнул ветеран.

- Если бы не ты, никто бы и не догадался никогда.

- Ты надрессировал и обрил её, правильно? Чтобы мы искали женщину или подростка.

- Да, «Холмс». Спасибо тебе, что влез, - съязвил Брэд.

- Почему ты до сих пор не убил нас?

- О! Не торопись! Ваше убийство будет показательным. Сотрудник ОБР, работающий над скандальным убийством и ветеран полиции, помогающий ему в этом! Убиты в одном месте! Сами напросились.

- Но зачем? Зачем тебе это нужно? И зачем ты вообще убил этого Жана?

- Деньги. Мне нужны деньги и власть. На днях я уже собирался связываться с правительством и требовать кругленькую сумму, чтобы случившееся не повторялось. А тут мне сообщают, что ветеран, помогающий следаку, что-то унюхал. Пришлось принимать меры. Но ничего. После ваших смертей я ещё больше денег запрошу.

- Так ты обычный террорист? – усмехнулся Кристофер.

- Не обычный. Я единственный, кому удалось совершить террористический акт за последние шестьдесят лет. Эта «Живая броня» загнала терроризм в угол. Почти все террористические организации затухли из-за невозможности совершать теракты. Оставшиеся единицы думали о двух вещах: как получить доступ к ядерному оружию и как взломать систему этой - ненавистной для нас, - брони. И вуаля! Перед тобой стоит тот, у кого получилось сделать второе! После стольких лет работы, я имею право насладиться плодами своего труда.

*****

В соседней комнате Анна усадила Джона за стол, дала ему бургер и колу. В коридоре между комнатами стояли крепкие ребята с каменными лицами. «Далеко не убежишь тут, - подумал Джон. – А если учесть то, что я без брони…»

- Прощальный обед? – криво усмехнулся он.

- Да, - ответила девушка. – Этого не было в наших планах. Просто старик оказался чересчур умным.

Джон отодвинул предложенную еду.

- Кто вы такие? Зачем это делаете? – спросил он.

- Мы просто хотим получить деньги от правительства. Чтобы не было больше убийств.

- Вы террористы!

Джон знал, что раньше были такие люди. Люди, причиняющие страдания другим и требующие выкуп, чтобы больше эту боль не причинять. Террористические акты прекратились задолго до его рождения.

- Можно сказать и так, - ответила Анна. – Мы убили одного…

- И ещё двух собираетесь, - напомнил ей Джон.

- Незапланированно! – оправдалась девушка. – Но на этом всё. Получим деньги и разбежимся. Потом я буду помогать людям. Я люблю помогать людям. Я ведь медсестра. Уже пять лет бегаю за больными. А могла и более высокооплачиваемую работу найти. Мне кстати не раз предлагали. И в банк звали и в крупную спутниковую компанию.

Анна оправдывалась так, как будто делала это в первый раз.

«Наверно её мрачные сообщники не очень хорошие собеседники, - подумал Джон. – Мне решила выговориться».

- Убийство есть убийство, - сказал он. – Вы ведь лишаете жизни невинных людей.

- А нынешние богачи не лишали жизни? Не разжирели ли они на крови и поте простых работяг?

«А, вон откуда ноги растут. Социалистка! Скорее всего кто-то – эти парни или Брэд, - промыл ей мозги»

- Если кто-то сделал, то и нам можно, думаете вы? Я по глазам вижу, что ты не такая. Чем ты увлекаешься? Какие-нибудь хобби есть?

- Зачем тебе?

- Все равно тебе жить немного осталось? – усмехнулся Джон.

- Да нет. Я не то имела ввиду, - Анна покраснела.

«Вот, вот – эмоции. Теперь я для неё живой, знакомый человек, а не идущий на заклание барашек. Такого-то убить труднее, чем неизвестного и чужого».

- Онлайн игры обожаю, - продолжала девушка. – Ролевые. Несколько лет крутой эльфийкой там была. Книжный блог веду в сети. Выискиваю молодых талантливых авторов и знакомлю публику с ними. Многим неплохо помогла, кстати.

- И я обожаю ролевые игры, - специально подчёркивал сходства Джон, делая Анну ещё ближе, ещё «знакомее». - Я человеком-волшебником играл почти четыре года. Книги тоже люблю. Раньше в месяц по десять прочитывал. Сейчас, с работой, не получается столько.

*****

- А почему выбор пал именно на Жана Пуаро? – спросил Кристофер.

- Ты же видел фотографии? – ответил Брэд. – Идеальный красавец. Фигура, лицо. Мало того, что убийство, так ещё и такого красавчика убили. Люди любят обсуждать красивых. Когда что-то страшное, небывалое случается с красивым… В общем, был бы обычный пузатик страшненький – так бы не пересылали друг другу люди эту новость и каждый выпуск шоу про него. А нам как раз и нужен был широчайший общественный резонанс. Ты видел какие заставки делали различные шоу к своим передачам?

- Да.

- Самые красивые фотки Жана брали. Да ещё и их подшаманивали. Как на такое не кликнуть женскому полу - да и, отчасти, мужскому, - если наткнутся на них на просторах сети?

Брэд вытащил из-за спины охотничий карабин.

- Ладно, хватит болтать…

*****

- В другой обстановке мы бы подружились, - сказала Анна.

- Я и сейчас хочу подружиться, - весело ответил Джон. – Моя песенка ещё не спета.

«Теперь на жалость надо надавить, - подумал он».

- Детишки дома… Дочка и сын.

- Двое? – грустно подняла на него глаза Анна. – У меня тоже. Двое сыновей.

- Ты прям никак не подходишь к этой компании. Как ты сюда вообще попала?

- Случайно. Один из парней Брэда болел, но не мог пойти в больницу, потому что был в розыске. Кто-то им посоветовал меня. Так я с ними и подружилась.

- И ты здесь по собственному желанию? – Джон пытливо посмотрел ей в глаза. – Только честно?

- Сначала была по собственному. Они со мной хорошо обращались, рассказывали мне свои планы – я была их медсестрой. Тут многие в розыске и путь в больницу им заказан. Но я не думала, что они реально смогут взломать «Живую броню». После убийства они сказали, что назад дороги нет, что мы повязаны одной нитью…

- Неправда. Если ты поможешь мне выбраться, я буду ходатайствовать за тебя в суде. Я сделаю всё, чтобы тебе дали только условный. Я всё-таки сотрудник ОБР!

- Но…, - Анна колебалась. – Ты не обманываешь? (Джон ещё раз сердечно заверил её в обратном) Как я помогу? Там шесть челов…

Раздался выстрел. Звук шёл из той комнаты, где остались Брэд с Кристофером.

*****

Джон ринулся из кухни. Анна за ним. Крепкие ребята, стоявшие на выходе преградили им путь.

- Пропустите! – закричал лейтенант. – Убийцы!

В отчаянии он схватил ближайшего крепыша за грудь и нанёс удар головой в лицо.

Бешенство диктовало его действия. В здравом уме он не сделал бы такого. На что может надеяться человек без брони, ударяющий того, кто в броне? В лучшем случае на то, что силовое поле откинет бьющую часть тела. В худшем на то, что откидывание будет такой силы, что вывихнется сустав. Силовое поле могло стать и твёрдым. Тогда бьющая часть тела просто травмировалась.

Но ничего этого не произошло. Джон держал перед собой парня с окровавленным от удара его головы лицом. Сам он не чувствовал никакой боли. Все вокруг были в шоке. Анна застыла в дверях.

Бешенство не дало Джону застыть, как всем остальным. Ударом локтя он добил парнишу и бросился на следующего, стоящего между ним и дверью в первую комнату.

Внезапно дверь в эту комнату открылась и из неё вышел Кристофер с охотничьим карабином.

- Всем оставаться на местах! – гаркнул он. – Даже не думайте прыгать! У вас у всех отключена броня!

Стоящий ближе всего к Кристоферу здоровенный детина хмыкнул и точным поставленным ударом двинул старику в челюсть…

Руку этого детины отбросило с такой скоростью, что она чуть не оторвалась. Он заорал и схватился за плечо.

- У всех, кроме меня, - усмехнулся Кристофер. – Джон, вызывай своих. И медиков тоже. Пусть прихватят ветеринаров – только они знают, что делать с огнестрельным ранением.

- Но как? Ничего не…, - залепетал Джон.

- Объясню позже. Действуй!

Ай да старик!

Объяснение припозднилось до глубокой ночи. Кристофер с Джоном сидели в той самой «Пьяной Устрице» и пили чай.

- Отличное дело! – смаковал ветеран. – Спасибо, что подключил меня. Вот это приключение!

- Вы обещали всё рассказать, - напомнил лейтенант. – Я до сих пор ничего не понимаю.

- Слушай, слушай и учись, сынок, - хитро прищурился Кристофер. – Я понимал, что убийца должен был следить за ходом расследования. Он знал всё про тебя и про тех, кто тебе помогает. Ставки были слишком высоки, и он не мог не вмешаться, если бы почувствовал опасность. Я специально использовал незащищённую связь, чтобы попасть в поле их зрения. Это мне удалось. Они начали следить за нами обоими. За мной даже больше. Чтобы причинить нам вред, они должны были отключить нашу броню. Поэтому я заранее подстраховался. Убедил специалистов «КВАЗА» снять моё устройство и установить мне новое.

У Джона округлились глаза – он не знал, что такое возможно.

- Да, пришлось надавить на руководство «КВАЗА». Павел помог. Он подключил к этому делу самого директора ОБР. Им обоим понравился мой план. Старое устройство мы установили свинье. Это было сделано для того, чтобы хакер при взломе видел, что устройство работает и подключено к живому существу. В общем отключили они эту свинью, а я остался при защите.

- Но…

- Отключка и слабость? Я актёрствовал. Пригодились навыки драматического кружка, в котором я занимался в школьные годы. То устройство, которое поставили мне вместо старого, не обычное. Это специально разрабатываемая для правоохранительных органов модель. Она ещё не одобрена и не поступила в массовое производство. Я первый, кто ей воспользовался. Она отключает броню всех, находящихся в радиусе пятидесяти метров.

Джон начинал понимать, что произошло.

- Брэд недооценил «КВАЗ». Там тоже талантливые люди работают. В общем, когда он жахнул из карабина по мне, пуля срикошетила и пробила плечо ему. Дальше ты знаешь, что произошло.

- А как они усыпляли тебя? В броне? – у Джона ещё не сходился весь паззл.

- Когда они отключили броню свиньи, мне пришло сообщение. Я знал, что в ближайший час они попытаются что-то сделать со мной. Не прошло и получаса, как я услышал, что силовое поле отбило какую-то пулю. Я упал и притворился вырубленным. Через несколько секунд меня уже везли на машине. По разговору тех, кто меня вёз, я понял, что пуля была парализующая, а не боевая.

Страшная мысль вдруг пронзила сознание Джона.

- А что насчёт меня? Я ведь был без защиты? Меня могли убить.

- Ты был с защитой. Но с пониженной. Преступники благополучно усыпили тебя и привезли туда же, куда и меня. В заброшенный дом на окраине города.

- Как это получилось? Почему с пониженной?

- Ещё одна возможность этой новой брони. Я вписал в него устройства, которые должны быть включены, несмотря ни на что. Твоё и Роберта, на всякий случай. Только я понизил защиту. Оно защищало вас от убийства и тяжкого вреда здоровью. Но не от усыпления, лёгкого отравления и тому подобного. Я настроил, чтобы твоя броня включилась на пониженной защите сразу после взлома и выключения её хакерами. В системе такая броня отображается как выключенная.

- Значит всё это время - в том доме, - моя броня была включена?

- Наша. У нас с тобой была включена. У всех остальных выключена.

- Если бы я знал это с самого начала! – воскликнул Джон. – Почему меня не поставили в известность?

Теперь он вспомнил отсутствие боли после удара головой.

- Я сомневался в твоих актёрских навыках. А мне нужно было записать признание Брэда. Которое он охотно дал, думая, что я уже не жилец. Извини.

- Офигеть, - лейтенант переваривал информацию. – Вот это дельце! И в отделении «КВАЗА», когда я включал свою броню, мне не сказали, что она включена, но не на полную.

- Обычные сотрудники этого и не увидят. Тут другой доступ нужен.

Кристофер отпил чай.

- В конце только немного сплоховал я, - продолжил старик.

- Что ещё?

- Да чуть Брэд себя не укокошил. Я пытался его остановить, но не успел. Его-то строго-настрого сказали взять живым. «КВАЗ» хочет устроить ему допрос с пристрастием. Это было их главным условием за помощь.

- Понятно. Выпотрошат его. Ему потом наши допросы игрушками покажутся, - Джон отпил свой чай. - А это супер устройство и сейчас на вас?

- Ага, разбежался! Куда ты думаешь меня увезли после этой катавасии? Снимать устройство. Оно стоит больше, чем я заработал за всю жизнь. Мне моё старое поставили. После хрюшки, - улыбнулся Кристофер.

- А когда оно пойдёт на конвейер?

- Лет через двадцать сказали. Хотя теперь - после моего тестирования, - может и раньше.

- Власть будет огромная у тех, кто его носит, - заметил лейтенант.

- Это точно. Но - как заверил меня директор ОБР, - оно будет только для чрезвычайных происшествий и только для заслуженных работников силовых ведомств.

- Ага – пока его не украдёт кто-нибудь. У меня есть просьба к вам, Кристофер.

- Да?

- Та девушка. Анна. Она ведь хотела мне помочь. Она раскаялась и рассказала мне всё тогда, когда я был беспомощный… То есть думал, что беспомощный, - поправился Джон. – И моя жизнь была в её руках… То есть… Ну вы поняли. Брэд удерживал её против воли. Пугал тем, что после убийства, они все стали сообщниками.

- Да, по ней видно было, что она не в своей тарелке.

- Я буду ходатайствовать за неё в суде. Хотел попросить и вас о том же.

- Можешь рассчитывать на меня.

Content

Живая броня

Убийство

Кристофер

Расследование

Ай да старик!