Надежда Цыбанова

Влюбиться нужно еще умудриться

Глава 1.

Я уставилась на голый торс парня и не знала, чем следует захлебнуться в таком случае: слюнями или возмущением.

- Кхм, детка, - индивид, прикрывающий маленьким полотенцем самое ценное, переступил с ноги на ногу, - мне что-то страшно стало. Ты маньячка?

Заторможено моргнула, все еще не веря в происходящее. Только вчера покинула стены пансиона для девочек и вот сюрприз – голый парень.

- А что, похожа? – хриплым голосом старого курильщика спросила я.

- Да как сказать. – Парень сделал шаг назад, озираясь по сторонам в поисках укрытия. Казенная обстановка не баловала излишками, а скорее страдала от минимализма. Небольшой круглый стол и две сомнительного вида табуретки, вот и вся мебель в комнате почему-то названной гостиной. На столе даже скатерти нет. – Ты на меня смотришь, словно препарируешь.

- Да-а-а-а? – Капля воды поползла по кубикам пресса вдоль полоски волос, уходящей под полотенце. – Слушай, а тебе не холодно?

Притягательная гладкая кожа стала покрываться неаппетитными пупырями. Привитый в пансионе долг помощи ближнему с трудом, но разогнал розовый туман в голове.

- Есть такое, - хмыкнул синеющий парень.

- Оденься, я отвернусь. А еще лучше - уйду в свою комнату.

- А, так ты моя соседка, - расслабился он, будто всерьез подозревал, что я вломилась в гости, лишь бы увидеть этот образчик совершенного тела. – Никуда ты не пойдешь.

- В смысле? – опешила я, сжимая ручку потрепанного казенного чемодана. Его и диплом, все, что получают выпускницы пансиона. И то и то сомнительного качества.

- В прямом. Спальни заперты, там сейчас идет магическая чистка от насекомых. И моя одежда тоже там. В нашем распоряжении на сегодня только гостиная.

Бум! Это чемодан с грохотом выпал из моих пальцев.

- А ты голым, что ли, по коридору разгуливал? – Ванная ведь единственная на этаже. Так, по крайней мере, мне сказал пройдоха-комендант.

Парень тяжело вздохнул:

- Меня телепортировал мэтр Форей. А одежду забрал в виде вещественного доказательства. Он же не знал, что у нас клопов травят.

- Так! – я сжала виски, понимая, что я ничего не понимаю.

Тридцать часов в душном и набитом народом вагоне. Затем два по ухабам в омнибусе до городка Лотрес. Час пешей прогулки, чтобы отыскать отделение правопорядка в котором, мне надлежит проходить практику. Оказалось, мой будущий начальник отбыл на задержание опасного преступника, и оформлять меня некому. Вместо секретарши (вот она я) мои документы отдали дряхлому старичку из архива. Он, подслеповато щурясь, перечитывал каждую бумажку раз по десять.

Спать хотелось нещадно. Желудок выл голодной стаей волков. Ноги гудели. Руки отваливались. Голова трещала по швам. Одним словом, состояние близкое к озверению.

Во-первых, никто не предупредил, что мой сосед по комнате будет противоположного пола. Еще и голый.

Во-вторых, на паек из-за опасного преступника меня поставят только завтра, а откуда средства у бедной выпускницы пансиона? «Дорожные» копейки я проела еще на первой остановке.

Ну а в-третьих, хоть мой сосед и имел привлекательный вид, но это совсем не то, что я желала лицезреть после тяжелого изматывающего дня.

- Мэтр и твое нижнее белье забрал? – теперь я боюсь на работу идти, не начальник, а зверь какой-то.

- Да на задержании в меня метнули бомбу с лиловой водой.

Я удивленно охнула и прижала к губам пальцы:

- Той самой, что блокирует магию? Запрещенной?

- С ней родимой. Щит пробило и меня и парня рядом задело. Одежда местами подпалилась, и вода попала на белье. Поэтому все и изъяли в качестве вещдока.

Парень говорил спокойным обыденным тоном, будто каждый день мог лишиться магии на неопределенное время. Нет, никто и не ожидал, что он вдруг примется истерить и визжать, но он бы еще зевнул от скуки. Я даже позавидовала такому хладнокровию. Плюсик в копилку кандидата на мою влюбленность.

Кстати, было бы неплохо рассмотреть его повнимательней. Всего целиком, а не только кубики. Но сначала спасти от обморожения. И с решительным видом я полезла в чемодан.

- Так. Надо тебя во что-то одеть. Жить рядом с чахоточным то еще удовольствие, я-то знаю. – В пансионе мы ютились по десять девочек в комнате. Стоило одной простыть, как о спокойном сне забывали все остальные.

- А ты точно окончила свой пансион или тебя выгнали? – парень устроился на скрипучей табуретке, наблюдая, как я роюсь в вещах. – Что-то ты не благовоспитанная. Другая на твоем месте в обмороке давно лежала.

- А ты бы ее полотенчиком обмахивал. Вот этим, - я ткнула в единственную тряпку в комнате. – Открывает девица глаза, а там ты без своего укрытия. Она снова брык в обморок. Так бы всю ночь и развлекались.

Парень хмыкнул, но спорить не стал. Не буду же я ему рассказывать, что в пансионе Святой Единой Защитницы преподают и анатомию, и половое воспитание. Правда, после уроков всех сгоняли в храм на очищающие молитвы.

В результате поисков на стол легли: вязаная шаль и безразмерная юбка с утягивающим поясом. Эту гадость мне мачеха подарила на выпускной.

Мы с парнем скорбно посмотрели на имеющийся ассортимент.

- Может по соседям пройтись? – предложила я.

- До конца рабочего дня еще пара часов минимум. Буду наряжаться в то, что есть.

Дикая усталость меня спасла, иначе бы разорвало от смеха. Парень был мускулист, притягателен и статен. Именно в прошедшем времени. Воспринимать как самца человека в юбке, натянутой до подмышек и чуть прикрывающей колени, и с шалью на плечах сложно. Особенно когда из-под одежды торчат волосатые ноги.

- Если ты когда-нибудь проболтаешься об этом – я тебя убью, - замогильным голосом пообещал парень.

Резко распахнулась дверь, являя нашему скромному обществу недовольного коменданта и два левитирующих матраса. Фойт Гойл относился к тому неприятному типу людей, которых все раздражает. Вот и сейчас он сердито поджал губы и проскрипел:

- Никаких оргий вверенном мне общежитии!

Вот каким, прости меня Единая, нужно быть повернутым, чтобы глядя на мятую, уставшую девушку и парня в юбке придумать нечто неприличное?

- Можешь его убить, - великодушно разрешила я.

Матрасы с грохотом свалились на пол. С неодобрением отметила взметнувшуюся при этом пыль. Уборкой комендант явно не утруждал себя.

- Но-но-но! – скрюченный палец угрожающе покачался в мою сторону. – Ишь боевая нашлась. Принимайте имущество. И чтобы вернули в таком же состоянии!

К слову, драгоценное «имущество» на которое даже дышать страшно, было старше меня раза в три точно. И на взгляд мягкостью не отличалось.

- А где все остальное? Подушка, одеяло, простыни наконец?

Старик удивленно приподнял седые брови и откровенно издеваясь, спросил:

- О чем ты, душечка? Практикантам управление предоставляет только крышу над головой. Остальное спонсирует ваше учебное заведение. Вот и напиши своему директору благодарность за эти шикарные стол и табуретки! Завтра разгерметизируются спальни, и можете обустраиваться!

Я в немом изумлении таращилась на закрытую дверь. Я в незнакомом городе, без денег, с матрасом и голым парнем. Единая, где ж я так нагрешить успела?

- Эй, - меня осторожно тронули за плечо, - ты в порядке?

- А похоже? – подо мной скрипнула презентованная пансионом табуретка.

- Ты не в курсе? На твое имя придет спустя неделю работы перевод, чтобы купить все необходимые мелочи для жизни. В пансионе ничего, что ли, не объяснили? Обычная практика.

Эм. Отъезд вышел несколько сумбурным. Ответственная за бумаги мэтр Жульца внепланово, прямо на рабочем месте, решила родить, хотя до конца срока оставалось еще пара недель. Паника поднялась страшная. Половина пансионерок лежала в благородном обмороке, остальные, в том числе и я, оперативно подсунули свои назначения на подпись, прекрасно представляя, что могут застрять с отъездом еще на неопределенный срок. Бюрократия, однако-с. Естественно, в таком состоянии нам никто ничего не объяснял.

- Почему через неделю только?

Парень перекрестил шаль на груди и повернулся ко мне спиной, протягивая уголки:

- Завяжи, надоела сваливаться. Это срок для твоего руководителя, чтобы определить подходишь ты для работы или нет. Вы можете не сойтись характерами. Или ты не покажешь должных навыков. Зачем начальнику терпеть дуру?

Логично. И понятно. Но для меня, увы, весьма не выгодно. В пансионе Святой Единой Защитницы истинно верили в наказание голодом. Мой характер это не исправило, но зато теперь я стройная и легкая. Потерять место практики нельзя, оно одно из самых престижных. Мэтр Эгэлия готовила его для своей протеже, но я лихо обскакала ее на экзамене, и у директрисы не осталось выбора. Хотя напоследок она мне намекнула: главное не урвать, главное удержать. И если я вылечу отсюда, даже страшно представить в какие дальние дали отправят в следующий раз. Значит, неделю необходимо быть паинькой, чтобы у начальника отдела мэтра Форея не возникло и мысли отказаться от практикантки-секретарши.

- Ой! – я подпрыгнула на табуретке, которая громогласно сообщила, что не такая я уж и легкая. - Надо было у коменданта одежды для тебя спросить!

Девочка-беженка подтянула сползающую юбку и фыркнула:

- У старого скряги? Да он за кусочек тряпки удавиться. Инфаркт на почве жадности еще схватит.

Тело решительно настаивало на отдыхе. Я была согласна уже улечься на бугристого пожеванного жизнью монстра. Только надо сначала привести комнату в надлежащий вид, чтобы не задохнуться ночью от пыли.

Встав в углу, поскольку заклинание очистки имеет волнообразную структуру, я щелкнула пальцами.

Следовало заподозрить подвох сразу как пол начал бледнеть. Я посчитала, что это снимается грязь, а на самом деле - краска.

Впервые в жизни я слышала, как брутальный самец издает истинно бабский визг. И я его понимаю. Попав под неправильно произнесенное заклинание, парень лишился… волос на ногах. Жертва неожиданной депиляции красными глазами доброго маньяка посмотрел на меня, сжавшуюся в углу.

- Очень даже миленько, - прошептала я тихо, понимая, что расправа близка. В волосах парня стали видны искры пламени. Ай да я, довела мага до точки кипения меньше чем за минуту. – Тебе идет.

- Лучше молчи, - проскрипел он в ответ, не разжимая зубов. Беднягу, видимо, заклинило.

- Могу охладить, - храбро шагнула я из своего убежища навстречу злому тигру.

- Только это тебя и спасает.

Глава 2.

Осчастливленный насильственным знакомством с красотой парень блаженно растекся на табуретке, когда кожа перестала гореть огнем. И тут меня осенила правильная, а главное очень своевременная мысль.

- Я Нелия Хэштер, - представилась соседу по комнате и даже помахала робко пальчиками.

Парень вылупился на меня. Открыл рот. Закрыл. Кашлянул. До него тоже дошло, что мы так и не были представлены, а успели познакомиться ближе некуда.

- Винсло Аммероут.

Где-то я уже слышала эту фамилию. Точно слышала. И сосед на меня выжидательно уставился, будто ждет с моей стороны бурю восторгов. Я почесала нос, яснее не стало. Месяц назад девочки в пансионе шепотом обсуждали тайком пронесенный журнал, а на развороте была…

- Айя Аммероут? Актриса? Сестра? Мать?

Винс скривился:

- Мачеха. - И сказал он именно с такой же интонацией как произношу это слово я. Брезгливо. И поспешно перевел тему: - Слушай, а давай ты в магазин через дорогу сбегаешь. Есть-то хочется.

Наши желудки выли уже слаженным дуэтом. Но признаваться в отсутствие денег не очень хотелось. И так обо мне неизвестно что подумал Винс.

Я с невинным лицом устремилась к матрасам.

- Очень устала, сил нет. Давай спать. У нас в пансионе часто пропагандировали лечебное голодание. Видишь, какая я стройная?

Но заболтать себя парень не дал. Цепко ухватив за воротник дорожного платья, заставил выбирать: или позор или смерть от удушения.

- Я не хочу быть стройным. У меня мускулы. Они требуют еду.

Взгляд самопроизвольно скользнул по прикрытому юбкой прессу. Такое тело грех не кормить.

- Ладно, - сдалась я, - только у меня денег нет. Поэтому банкет за твой счет.

Парень выразительно развел руками, намекая, что карманов с монетами нет. Да и карманов вообще.

- Значит, лечебное голодание, - поставила я точку в споре.

Несносный сосед заухмылялся и подцепил цепочку с небольшим круглым серебряным медальоном, лежащую на столе. Я аж задохнулась от зависти. Мне личный счет не открыть в банке еще пару лет, пока не достигну совершеннолетия. Значит, соседу уже исполнилось двадцать два?

- Расслабься, Нелька. Предъявишь при оплате. Пара золотых тут точно имеется. И раз я спонсирую - с тебя услуга. Забеги в магазин готовой одежды. Купи мне рубашку и брюки. И…

- Белье покупать не буду! – несколько истерично взвизгнула я, вырывая у Винса медальон.

И уже в коридоре услышала довольный хмык за дверью.

Всю дорогу меня мучила только одна мысль: что со мной не так? С четырнадцати лет, когда соседки по пансиону начали заглядываться между прутьев в заборе на проходящих парней, у меня появилась голубая мечта – влюбиться. Чтобы сердце сбивалось с ритма. Чтобы от смущения пылали щеки. Чтобы со сладкими вздохами закатывать глаза. Чтобы ощутить пресловутых бабочек в животе.

Но, увы. Подружки обменивались записочками, прижимали фотографии к груди, восхваляли своих избранников, а я была лишней на этом празднике жизни. Даже нарисованные в запрещенных книжках красавцы для меня оставались безликими картинками. Ничего не екало в животе.

Конечно, пофлиртовать с пансионерками хотел каждый парень, и комплименты отсыпались щедро, но мне они казались фальшивыми и безвкусными.

Да я всю дорогу сюда пристально вглядывалась в мужские лица и ждала. Ждала. И не дождалась. Нет, были привлекательные индивиды, но и только.

Вот взять даже моего соседа. Его сложно назвать красивым. Для мужчины это вообще понятие весьма расплывчато. Он притягателен. В нем чувствуется сила и мощь. Выразительные серые глаза. Высокие скулы. Нос немножко полноват. Верхняя губа крупнее нижней. Тяжелый квадратный подбородок. Темно-русые волосы чуть курчавятся. И кубики. Особо привлекательны кубики. Я впервые увидела голого мужчину не на картинке. И опять ничего не екает!

Читала как-то книгу (на чем и попалась в очередной раз, оставшись без ужина) доктора по душевным болезням. Было написано, что все наши психологические заморочки из детства. А у меня оттуда проблема на проблеме.

Мама умерла при родах. Отец ее очень любил, до сих пор никому не позволяет трогать ее фотографию на рабочем столе. Ко мне глубокими чувствами он проникнуться не смог, но за схожесть с мамой спускал шалости и плохое поведение.

Когда мне исполнилось шесть, он решил, что в семье необходима женская рука. Так появилась мачеха номер один. Продержалась она недолго, через полгода подав на развод. Сложно жить в доме, где ребенок тебя недолюбливает, а мужу просто наплевать. Вторая оказалась более морально устойчивой. Но отец застукал ее с любовником и вышвырнул вон. Каюсь, без меня тут не обошлось. Сдала отцу тетку с потрохами. Третья кандидатка на роль мачехи вылетела из дома на следующий день после свадьбы. У меня как раз проснулись магические способности. Ничего сверхъестественного, просто слабая бытовая искра. За час женщина лишилась волос, одежды и тесно познакомилась с тараканами. Четвертая, впрочем, как и пятая слились до похода в храм.

Показано 1 из 10 страниц

А вот шестая прижилась. Змеюка. Слету заделала отцу наследника. И своей беременностью постоянно прикрывалась. Ой, мне нервничать нельзя, не топай так громко. Ой, сладкого хочется, отдай свой леденец. Отец, обычно не влезающий в мои разборки с мачехами, в этот раз был на стороне жены. И меня отправили в пансион. Точнее грымза просто настаивала отослать неугодную падчерицу куда подальше, прикрываясь заботой о не рожденном сыне.

Но родитель удивил даже меня. Взял кредит, чтобы оплатить самый дорогой пансион. Что случилось с мачехой, когда она узнала... И концерты закатывала, и вещи демонстративно собирала. Но отец пригрозил отобрать сына по суду и она заткнулась. Но шипеть в мою сторону не перестала.

Я уехала, ребенок родился. И тут дамочку подменили. Папа у меня торговец средней руки, лишних денег, особенно после кредита, в семье нет. И как следствие, няньки тоже. Мачеха смекнула, что падчерица-то вполне может побыть в роли няньки для орущего младенца. Да и деньги за учебу не потраченные должны вернуть. И начала новую песню. Только вот, подпевать я ей не собиралась. И специально выбила направление на практику как можно дальше от дома, ведь на подходе второй наследник.

«Мужская одежда» магазин с креативным и главное оригинальным названием, откровенно пугал огромными окнами с манекенами. Казалось, они уставились на меня. Прикусив губу, я покосилась на вход. Все-таки посещение подобного места для бывшей пансионерки слишком экзотично.

- Кхм, - раздалось за спиной, - милая девушка, вы мешаете пройти.

Я стушевалась под ироничным взглядом пожилого мужчины и ляпнула первое, что пришло в голову:

- У меня фобия дверей! Никак не могу зайти!

Мужчина фыркнул в шикарные усы и откровенно рассмеялся:

- Тогда моя задача помочь вам в столь затруднительной ситуации. – Мало того, что не оставил мне выбора распахнув дверь, так еще и поклонился. – Прошу вас, ужас побежден и усмирен.

Вот же герой на мою голову. Ничего не поделаешь, придется зайти. А то я и так почти заработала диагноз “обделенная интеллектом”.

Но глядя в услужливые лица продавцов, я чуть не тюкнулась лбом о прилавок. Как купить одежду не зная размера, особенно если кроме кубиков ничего не запомнила? Кое-как руками изобразила высоту и ширину Винса, но судя по блестящим глазам обслуживающего персонала, я где-то промахнулась.

- Что это? – подозрительно спросил сосед, когда я сгрузила покупки на стол.

Не удержавшись, томно вздохнула и нежно посмотрела на коробку. Винс и до этого задумчиво косился на меня, осторожно приоткрыл крышку.

- Торт? Ты купила огромный кремовый торт? Вместо колбасы и хлеба?

- Да-а-а-а, - низким подрагивающим голосом протянула я.

Винс вздрогнул и уронил схваченный пакет с одеждой.

- Мать, давай договоримся: ты так в комнате не стонешь, - неуверенно пробормотал он, стягивая на груди шаль. – А то соседи не то подумают.

- И прибегут спасать?

- Хуже. Захотят присоединиться.

Пока парень пыхтел и переодевался за моей спиной (оставлять его наедине с кремовым искушением не рискнула), я заливала слюной стол, поедая глазами торт.

- Нелька, ты на кого одежду покупала? На гориллу, что ли? – неугомонный сосед развел руки в сторону, демонстрируя свисающие до колен рукава.

- А? Почему на гориллу? – я нехотя оторвала взгляд от второй мечты всей моей пока еще короткой жизни.

Винс молча ткнул в штанину пальцем.

- Так нынче модно, - в наглую соврала я, старательно игнорируя голые бритые лодыжки.

- А еще говорят, из пансионерок получаются замечательные жены, - с тоской вздохнул парень. – Врут, поди. Ни тебе поесть, ни тебе одежды купить. Только ноги побрила зазря.

- То есть торт ты кушать не будешь? – я с невинным лицом потянула коробку на себя.

- Да сейчас! – Винс резво оседлал табуретку и вцепился в коробку с другой стороны. – Смею заметить, что он куплен на мои деньги.

- У-у-у-у, жлоб, - тоненько протянула я.

Парень величественно проигнорировал мое мнение.

- А вилки или ложки ты купила? Нет? Эхехех, как ты досюда одна-то добралась, горюшко пансионное? Ладно, будем есть руками.

Я умилилась. Какой же он хороший, предусмотрительный, заботливый. И кубики. Главное кубики. Все пора влюбляться. Но сначала надо подкрепиться.

Мы жрали. По-другому это действо обозвать нельзя. Вгрызаясь в отломанные руками куски, перемазавшись кремом, я глотала тающий бисквит, не жуя. В какой-то момент веки отяжелели, а голова опустилась на сложенные руки. Отключилась прямо с куском торта во рту. Если это смерть, то я умерла счастливой.

Удалось ли мне выспаться? Нет.

Я, конечно, слышала, как рычит злобный пес, но тут минимум целая стая надрывает глотки так, что стены содрогаются.

Несколько минут полежала, бездумно пялясь в темноту и взывая к Единой, но спасения от храпа не спустилось с небес. На соседнем матрасе эпично выругался Винс.

- Может его разбудить? – я покосилась на парня. – И убить.

- И все-таки тебя выгнали из пансиона, - сделал неожиданный вывод парень. – И чем ты насолила коменданту?

Я покраснела. Хорошо еще ночь, темнота.

- Посоветовала проветрить его каморку, а то там кто-то сдох и плохо пах. А оказалось у старика новый одеколон. А ты в честь чего поселился в этой шикарной комнате?

Винс коротко хохотнул.

- Да когда он мне стал намекать на лучшие условия с доплатой, обозвал его взяточником.

Стены сотряслись от новой рулады.

Глава 3.

- Нелька, просыпайся, - меня настойчиво трясли за плечо, - на работу опоздаешь.

Ха, да я за время жизни в пансионе научилась собираться на лекции с закрытыми глазами, лишь бы урвать еще пару минут сна. А искусство зевать, не раскрывая рта, на утреннем молебне постигла в совершенстве.

- Или ты встаешь, или завтрак я съем сам, - перешел к угрозам Винс.

От вчерашнего ужина все слипалось в желудке, и о торте я уже думала менее мечтательно. Скорее даже с отвращением. Но и разбрасываться едой пока у самой в кармане пусто глупо.

Я села на импровизированной кровати и вынула вату из ушей. Ночью, как это странно бы не звучало, нас спасла грудь. Точнее наполнитель в обманке. Готовые платья обычно шьют по стандартной фигуре, а у некоторых девушек, типа меня, не хватает объема спереди. Перешивать наряд часто не хватает времени и чтобы он не висел подозрительным мешком, вставляют такую наполненную ватой замену. Винс мне даже сначала не поверил, когда я озвучила то, что ищу в чемодане посреди ночи. Помолчал, подождав пока я извлеку находку, и мрачно потребовал:

- Гони одну грудь.

И вата нас спасла. Хоть полностью и не заглушила рев голодного медведя, но перевела уровень шума в приемлемый. Даже отдаленно стало напоминать морской прибой.

С приятным удивлением обнаружила на столе… бутерброды и стакан с чаем. Точно так же проснувшись ночью от храпа, я с благодарностью отметила, что лежу на матрасе и лицо у меня не в креме. Винс обтер мокрым полотенцем? Вот это забота. Но лучше не думать о том, что он им до того прикрывал.

Влюбленность, ау. Видишь, какой хороший парень пропадает? Смотрит на меня с улыбкой. Ну где там пресловутые бабочки?!

Пред грозными очами мэтра Форея я предстала образцовой выпускницей пансиона: волосы собраны в строгий пучок, глаза в пол, спина прямая. Я гордилась собой ровно до вопроса недовольным тоном:

- Почему я вижу твои колени, Хэштер?

- Простите? – пролепетала я, понимая, что ответив в духе «потому что у вас есть глаза», я получу пинок для ускоренного вылета с работы.

- Хорошо, спрошу по-другому. Ты форму получила? – Я помотала головой. – Отлично, сейчас и проверим, насколько ты расторопна, Хэштер. – Мэтр поправил полы пиджак на пузе, сделавшем бы комплимент любой хозяйке, пригладил седые бакенбарды и как рявкнет: - Бегом! Двадцать минут на все про все! Не успела – покуй чемоданы!

До ног приказ дошел быстрее, чем до мозга. Очнулась я уже перед дверью завхоза. Вот что с людьми правильная мотивация делает!

Начальник не выказал никакого удивления, когда я появилась перед ним на две минуты раньше срока, облаченная в форму служащего правопорядка: серая рубашка, темно-синий пиджак и такого же цвета юбка-клеш длиной до середины голени. Все чинно и благопристойно. И волосок не выбился из прически.

- Хорошо, Хэштер, - по тону понятно, что мне хорошо сейчас не станет, - я изначально был против пансионерки в приемной, но твоя характеристика позволяет надеяться на лучшее. Ты же не будешь в рабочее время флиртовать с парнями, да? - Я старательно замотала головой. – И замуж через пару недель не выскочишь, правда ведь?

От неожиданного поворота разговора я поперхнулась воздухом:

- Ик?

- Проклятое место, - тяжело вздохнул Форей. Скорбь в его голосе могла заставить все цветы в здании завянуть, и даже плешивый фикус на входе, который держался на чистом упрямстве и окурках, регулярно прибавляющихся в кадке.

- Ик?

- Только одну введешь в курс дела, как уводят из-под носа в храм жениться. И почему секретарем начальника отдела правопорядка нельзя взять какую-нибудь старую кикимору?

- Ик.

- Да знаю-знаю. Лицо отдела. Но все же хотелось, чтобы мое не менялось так часто!

- Ик.

- Что «ик»? Я даже парня пробовал посадить сюда! Хэштер, ты не поверишь, но он скоропалительно женился! И переехал с семьей в другой город! Точно, место проклято.

- Ик!

- Да меняли уже и кресло и стол. Все без толку. – Мэтр Форей отмахнулся зажатой в руке папкой. – В общем, ты поняла? Никаких мне тут замуж! Теперь о работе. Это приемная. Там мой кабинет. А там комната с плиткой, чтобы варить посетителям чай или кофе. Видишь папки? – Не заметить шкафы до потолка забитые под завязку этими самыми папками, да я вроде не ослепла, хотя от резкого запаха в помещение глаза начали слезиться. Видимо, под горами мусора спрятан труп предшественника. – Это часть твоей работы. Я говорю какое дело мне нужно – ты приносишь, так что заучи расположение. Ждать по часу я не намерен. Если вдруг сюда проберется какая-нибудь мадам с убежавшей кошечкой, посылай ее… ах да, ты ж из благовоспитанных… просто посылай ее в отдел к «потеряшкам». А у нас тут только жмурики. Работаем с трупами. Крови боишься? – Я неуверенно пожала плечами. Скажем, пара капель меня не впечатлит, но вот, например, от бассейна с кровью сознание потерять могу. – Ладно, не бледней. Иногда на места преступления придется со мной ездить. Парень, что обычно записывает показания, вчера руку сломал. С остальным по ходу дела разберешься. Сейчас наведи тут порядок.

Фронт задач ясен. И ужасен. Папки валялись повсюду. На столе. На кресле. На полу. Те, что были убраны в шкафы, лежали кое-как. Еле сдержала рвущийся наружу вздох под ехидным прищуром мэтра.

- Ах да, - Форей обернулся на пороге своего кабинета, - сегодня прием только по записи.

Я поискала глазами журнал на столе среди крепости из папок, но ничего похожего не нашла.

- А где…?

- Вот ты и заведешь его, - обрадовал меня начальник и закрыл дверь.

Что ж, скучать здесь точно не придется. Скинув форменный пиджак, я закатала рукава рубашки.

Сначала нужно избавиться от вони. Через пару минут активного принюхивания источник был обнаружен. Между шкафов валялась незакрытая фляжка с чем-то определенно ядреным. «Выдержанный купаж» сбивал с ног одним ароматом.

С систематикой мои предшественники явно знакомы не были. Все запихано наобум. Пришлось разбивать шкафы по годам. Затем аккуратным почерком переносить в журнал регистрации (и такого тут тоже не было) содержание каждого дела. Иногда хотелось плюнуть и углубиться в чтение. Такие интересные убийства попадались! Но пришлось перебарывать. Сначала нужно зарекомендовать себя как ценного сотрудника, чтобы мэтр не захотел уволить, если застанет на рабочем месте за чтением.

Комнатка с маленькой кухней оказалась приятной находкой. Ведь здесь был ларь с едой, и на обед я смогла соорудить себе два основательных бутерброда с кружкой сладкого крепкого чая.

Мэтр Форей из кабинета не выходил. И вообще там стояла подозрительная тишина. Неужели начальник прикорнул на рабочем месте? А вдруг ему плохо? Все же пожилой человек с нервной профессией. Если в первый день моей стажировки случиться труп работодателя, то, боюсь, ждет меня дорога скорая домой.

Я приложила ухо к двери. Никаких предсмертных хрипов вроде не слышно. Может стоит заглянуть? А если он там и вправду спит?

Неуверенно потопталась на месте и прикусила губу. Есть вариант подсмотреть, не привлекая внимания, но в пансионе за это строго наказывали. Хотя тем, кто умудрился все же подглядеть в замочную скважину за «надзирателями», становилось понятно почему. Например, мэтр Элга любила носить разное кружевное белье, но нас сама учила скромности. Мэтр Дийя проповедующая здоровое питание втихомолку жевала мясо. А то, что вытворяли мэтр Афара и садовник можно смело отнести к категории «только для совершеннолетних».

И я решилась. Наклонилась к замочной скважине…

- Кхе-кхе, - раздалось за спиной.

Золотое правило пойманных с поличным – не суетиться. Начнешь скакать как коза, краснеть и мямлить все сразу поймут, что дело тут не чисто. А если не спеша распрямиться и строгим спокойным взглядом осмотреть визитеров – смутишь их больше, чем они тебя.

- И откуда тут красивые девушки в интересных позах взялись? – иронично спросил блондин коварной наружности.

Именно таких типчиков нам внушали сторониться. По мнению наставниц, мы от одного взгляда на подобных лощеных красавцев забудем о чести. Припомнив, как презрительно бросила характеристику поведению мэтр Афара: «выпрыгивать из платья», я на всякий случай сжала пальцами ворот рубашки. Хоть избавляться от одежды меня не потянуло.

- Ты кто такая? – недовольно проворчал мужчина с кислым лицом. Глядя на него захотелось сразу съесть два куска сахара. Или три.

- Нелька, нас мэтр ждет, - Винс прошелся взглядом по моей форме и удивленно присвистнул: - И когда успела получить?

- Мэтр отругал за колени, - пыхнула недовольством я.

Три мужских взгляда скрестились на юбке.

- А что с ними не так? – удивился блондин. На его висках серебрил иней. Маг льда?

За моей спиной приоткрылась дверь, добавляя в нашу дружную компанию тучного мэтра.

- Их было видно, - он сморщил нос. – И я тебя официально предупреждаю, Брайан Лобивэл, никаких заигрываний с моей секретаршей. Узнаю, будешь в ночных патрулях безвылазно сидеть! И это касается вас двоих тоже, Аммероут и Эдевейс. Нет посиделкам в приемной во время работы.

Кисломордый скривился, всем своим видом показывая отвращение к моей персоне. Винс же нахмурился.

- Что часто уводят? – подозрительно спросил он.

- Да регулярно, - всплеснул пухлыми руками мэтр.

На мне скрестились четыре задумчивых взгляда.

- Хорошенькая, - тихо протянул Брайан.

- Точно уведут, - пустил скупую слезу Форей.

- А давайте ее прикуем, - пришло неожиданное предложение от кисломордого.

- Чтобы мне потом говорили, что приемная превратилась в камеру? – недовольно поджал губы мэтр.

Я только хлопала глазами и маленькими шажочками пробиралась к двери. Далеко не убегу, но затихориться где-нибудь в подсобке пока у мужчин не пройдет обострение вполне реально.

- А ты вообще молчи, - Винс ткнул пальцем в кисломордого. – Из-за тебя ее грудь пострадала!

Тадамс! В повисшей тишине было слышно, как мимо кабинета начальства кто-то крадется на цыпочках. И сразу стало неуютно под пристальным изучением области рубашки, где находится упомянутая часть тела.

Показано 2 из 10 страниц

- Вроде все на месте, - вынес вердикт мэтр Форей.

- Надо пощупать, - поступило предложение от Лобивэла.

- Да не причем здесь я! – несколько испуганно сжался Эдевейс.

- А кто нам всю ночь спать не давал?! – Винс плечом оттеснил меня от загребущих рук любителя тактильных ощущений. Вот он какой замечательный!

Глава 4.

Мэтр Форей с неодобрением цокнул языком:

- Так это вы нервная истеричка и наглый хам, которых заселили в комнату тридцать шесть?

Мы с Винсом переглянулись, и я мысленно пожелала коменданту здоровья и долголетия, особо не стесняясь в выражениях. Мнение соседа о характеристике было таким же молчаливым как и мое, но не менее выразительным. Старик явно в мечтах Винса горел заживо на костре.

- И все же я прошу объяснить, в чем меня тут обвиняют! – напыжился кисломордый и стал похож на недовольного воробья.

Я уже собиралась внятно изложить суть претензии, подбирая максимально культурные слова, как меня опередил Брайан. Он обнял Эдевейса за плечи и проникновенным голосом начал вещать:

- Расскажу-ка я тебе, Лойд, поучительную историю. Пригласила меня как-то дама после совместного вечернего променада распить с ней по чашечке чая. Пришли, значит, стали заваривать. Сперва она отстегнула грудь, потом сняла подушку с попы, вытащила из прически добрую половину локонов, из-за щек достала какие-то распорки. Когда она принялась вытаскивать один стеклянный глаз, я уже был в двух кварталах от ее дома. Девушки они такие, загадочные. Никогда не знаешь что под одеждой спрятано.

Кисломордый задрал нос и, неприязненно глядя на меня, процедил:

- А моя Марта полностью натуральная.

- Еще бы познакомиться с твоей невестой, - откровенно хохотнул Брайан.

Так у зверского храпуна есть невеста? Скажите, где сбрасываются ей на медаль, я последнее отдам! Какая храбрая женщина, однако.

- Вот еще, знакомить ее с всякими ветреными типами.

Судя по довольному лицу, Лобивэл чесать языком любил и самозабвенно придавался этому пороку при каждом удобном случае. Но мэтр Форей был прекрасно осведомлен о развлечении подчиненного и резко оборвал начинающуюся перепалку:

- Хватит! Я собрал вас здесь по делу, а не упражняться в подколках! В кабинет живо! – Мне достался грозный взгляд: - Хэштер, охраняй!

«Гав-гав» мысленно огрызнулась я, а перед начальством по-прежнему стояла кроткая исполнительная девица.

Винс мимоходом сжал мои пальчики, подбадривая, и я растеклась патокой по полу. Все-таки я правильный объект для влюбленности выбрала. Не то что Брайан, хоть он и покрасивши будет, но тепла от него не чувствуется. Маг льда, одним словом.

Почему начальник выдал приказ охранять, я поняла спустя буквально полчаса.

- Не пущу! – рычала я как настоящая сторожевая собака, закрыв собой дверь в святая святых и выставив швабру. – Извольте покинуть помещение!

- Не изволим! – вылез вперед журналист и получил удар хозинвентарем в живот. – Это произвол! Насилие над личностью! Вы не имеете права! Народ должен знать подробности!

Тут из задних рядов донеся чей-то неприятный голос:

- А давайте девчонку свяжем.

Да что ж за день-то такой. То на цепь, то веревка. Нельзя злить благовоспитанных девиц, авторитетно вам заявляю.

Освободив правую руку на пару секунд, щелкнула пальцами. Бытовая магия не так безобидна, как представляет большинство.

- Ай! Ой! – заверещал тот самый голос. – Что ты наслала ведьма?!

Я перехватила швабру поудобнее. Активист попятился и спрятался в толпе.

- А за ведьму ответишь! – недобро улыбнулась я. С такой же милой гримасой четвертая мачеха топила моего котенка. Собственно, после этого в храм идти с ней отец отказался. – Чистота залог здоровья! Я тебя болезный от блох вылечила!

Толпа живо расступилась, образуя вокруг почесывающего мужика пустое пространство.

- Да не было у меня никаких блох!

- Теперь точно нет. Кому еще помочь? – я жадно посмотрела на журналистов. – Вот вы в мятой одежде! Могу отпарить. Прямо на вас!

Внешний вид собирателей сплетен был поголовно небрежным, грязным и жеванным. Почему-то мои добрые намерения никто не оценил. Приемная опустела за удар сердца. Возглавлял отступление почесывающийся красный мужик.

Я метнулась к двери, захлопнула ее и продела в ручку свое оружие и только после этого сползла на затоптанный пол. К такому в пансионе нас не готовили.

Начальник героически высунул нос из своего кабинет:

- Шакалы уже убежали? Вот ты молодец, Хэштер! Продолжай в том же духе и не вздумай замуж свинтить.

Дальний шкаф издал подозрительный скрип. Мы с мэтром затаили дыхание. Следом раздался грохот падающих полок и папок, а я просто закрыла глаза.

- Ну, работай-работай, - крякнул Форей, когда лавина успокоилась и позорно сбежал.

Я думала наш комендант скупердяй? Более жадного человека, чем завхоз в отделении я не встречала. Возвышаясь над курганом из сломанных полок и рассыпанных папок, он заламывал руки и завывал на зависть любой вдове на похоронах:

- Да как же это могло случиться?! Замечательные новые шкафчики!

Официально заявляю – я устала. До конца рабочего дня еще пара часов, а я уже не держусь на ногах. Да и в руках я себя тоже не держу.

- Уверены? – вкрадчивым тоном спросила я и саданула кулаком по соседнему шкафу.

- Вандалка! – взвизгнул завхоз, уворачиваясь от нового потока макулатуры.

- Вся мебель требует замены, - зашипела я.

- Ничего не знаю, не положено! – стоял на своем скряга.

- Да я вас сейчас живьем похороню тут, - и занесла руку для удара по следующему шкафу.

- Правда, не положено, - заныл завхоз, пятясь к двери. – Новые выдаются раз в пять лет.

- Что-то мне подсказывает, в приемной обновление пропустили раз пять минимум. Да они старше меня!

- Это называется антиквариат, милочка, - завхоз состроил ехидное выражение и стал похож на лисицу.

- Вот и забирайте свой антиквариат в музей, а мне выдайте положенную добротную мебель, - я подгребла к себе швабру. А что, проверенное средство.

- Эй, эй! – завхоз вскинул перед собой руки в защитном жесте. – Будут тебе новые шкафы!

- Сейчас же! – угрожающе потрясла оружием.

И служащий сдался под напором неопровержимых аргументов с грязной щеткой на конце. Но всю степень своей шикарной мести он позволил мне оценить достаточно быстро.

- Что это? – я нахмурилась, наблюдая, как одна за другой в приемную влетают огромные коробки.

Завхоз с кривой улыбкой и победным блеском в глазах протянул мне накладные:

- Новая мебель, как и заказывала. Подписывай.

Пришлось прижать швабру к груди и зло выдохнуть:

- Не буду! А собрать? А расставить?

- Что?! – взвился на месте неприятный тип. – Ты хочешь заставить старого больного старика тяжести таскать?!

Я сильнее обняла швабру. Видимо возрастной склероз. Надо пожалеть беднягу.

- Вы бытовик. Ничего на горбу носить не придется.

- Так и ты бытовичка! – Но внезапно завхоз сдулся и пробормотал: - Надо, значит, надо. – И направился к первой коробке.

Я в легком шоке повернула голову и столкнулась лицом к лицу с призраком. Бабуля смешно сморщила нос и погрозила пальцем старику.

- Здравствуйте, я Нелия Хэштер, - пролетала зачем-то, хотя мое имя в список служащих внесли еще вчера.

Призрак кивнул на мои слова и ушел в стену. Нервно сглотнув, я незаметно вытерла со лба пот. Все никак не привыкну к этому нововведению: сигнализация из духа. С одной стороны удобно, конечно, охранник, которому не надо спать, есть и отлучаться по нужде, но страшно-то как.

Из-за коробки вынырнул завхоз и заозирался по сторонам. Поймав мой слегка ошарашенный взгляд, он пригладил стоящие дыбом волосы и виновато развел руками:

- Жена. Бывшая.

Первый рабочий день не задался. Совсем ни капельки. Сначала я папки расставляла в шкафах, а затем их же убирала оттуда, чтобы завтра снова заняться тем же самым. Просто таскала и таскала, пока не пришел Винс и не увел меня за руку домой.

Очнулась я, сидя на скрипучей табуретке, вцепившись зубами в сочную ароматную куриную ногу.

- М-м-м! – я закатила глаза от счастья наполнения желудка.

Сосед неодобрительно нахмурился и строго спросил:

- Не обедала? Чтобы подобного больше не было. И так задаюсь вопросом: как тебя ветер не уносит.

Я блаженно растеклась по столу. Однако приятно, когда кто-то беспокоится: поела ты или нет. Вот чувствую еще немного и окончательно влюблюсь!

С трудом прожевав, откушенный больше чем влезает в рот кусок, я вспомнила, что после того как они закрылись в кабинете у мэтра, никого больше не видела.

- А о чем вы целый день совещались? – Я не так представляла работу начальника отдела. Он должен с важным видом раздавать указания и инспектировать их выполнение, а не закрываться с подчиненными на полдня в кабинете.

Винс покрутил в руках кусок хлеба и серьезным тоном начал:

- Вообще-то посвящать в ход следствия посторонних это минимум не профессионально. Но судя по штурму приемной сегодня, сплетни все же поползли по городу. Ты знаешь, что в течение трех месяцев обнаружено пять тел девушек? – Я замотала головой. – Убитые разных сословий, возрастов и незнакомы между собой. Но на каждой был обнаружен легкий флер иллюзорной магии. Конечно, они могли просто скрывать какие-то свои недостатки, но по остаточному следу мага накладывающего заклинания найти не удалось. Сами девушки были слабыми магинями. Огонь, воздух, вода, лед и земля. Сначала подозревали какой-то ритуал, но никаких следов рядом с телами не нашли.

Я нахмурилась, и жевать перестала:

- Тела могли перенести.

- Нет, - Винс автоматически лепил из хлеба какую-то фигуру. Квакозябра получалась странная. – Все указывает на то, что их убивали на месте ударом ножа в сердце.

- То есть кто-то спокойно подходил к ним лицом и закалывал? А они даже не сопротивлялись? – Я хоть и бытовичка, отбивалась бы до последнего.

Парень кивнул, подтверждая мои слова.

- Возможно, преступник закрывался иллюзией, чтобы подобраться к жертвам. Отсюда и флер. Но тогда по какому принципу выбирались девушки? Замужняя с любовником. Содержанка. У одной сразу пара ухажеров. У двух последних вроде все скромно, но нужно капнуть глубже. Если получиться объединить их по какому-нибудь принципу, похоже, что в городе орудует…

- Маньяк, - побелевшими губами закончила я.

- Поэтому я тебе все и рассказал. Если исходить из выбора по магии вариантов у него осталось не много: некромантка, бытовичка, менталистка и иллюзорница. Как ты понимаешь, последние две очень редкие. С коллегой по цеху он вообще вряд ли рискнет связываться, магия на нее не подействует. Менталистки служат под пристальным надзором со стороны властей. К таким просто не подберешься. Некромантку попробуй убей. А вот вы бытовички…

Кусок курицы встал поперек горла.

Глава 5.

Я ткнула пальцем в плечо спящего парня:

- Винс! Пс! Да Винс же!

Никакой реакции, даже не почесался. Пришлось подойти к проблеме серьезнее и основательно потрясти соседа:

- Да проснись же ты! Сам напугал, а теперь спокойно дрыхнешь!

От меня сонно отмахнулись и невнятно пробормотали:

- Отстань, чудовище, не поеду я за этой дурой в кабак.

Э-э-э? В смысле? Я еще в него влюбиться тут, понимаешь, не успела, а он уже по кабакам за дурами шляется. Нет, дружочек, так не пойдет! Воспользуемся проверенным методом воспитанных пансионерок. За мокрые постели следовал очередной нагоняй и голодный день, поэтому был придуман другой способ.

- Ай! – заорал Винс, подпрыгивая на кровати. Та подлетела вместе с ним на добрые сантиметров десять. – Что (далее следует набор идиом нецензурного содержания, от которых мои щеки оплавились от стыда) ты творишь, Нелька?!

Я виновато потупила глаза. Да, слегка перестаралась со щипком, но зачем же об этом сообщать всему общежитию?

Сегодня мы ночевали уже в очищенных комнатах, но я бы предпочла матрас, зато рядом с защитником.

Парень, сердито пыхтя, вынул из ушей заглушки. Между прочим, я вчера так радовалась, когда мне презентовали с ними коробочку. Да я бы к бриллиантовому колье проще отнеслась, чем к нежно прижимаемым к груди заглушкам от шума.

- И? Я все еще жду ответа, - он сел на кровати, скрестив руки.

Винс спал без рубашки. Одеяло, как напуганная девица он натягивать до подбородка не стал. А в общежитие были большие окна, сквозь которые беспрепятственно светила луна как огромный фонарь. Снова здравствуйте кубики, давно не виделись!

- Мне страшно. Ты своим маньяком меня напугал.

- Ну, допустим, маньяк не мой, а общественный. И подумай сама, тут общежитие отделения правопорядка, какой псих сюда полезет?

Я сильнее сжала швабру. А что, проверенное в рабочее время средство и для домашней самообороны вполне подойдет.

- Что-то сомневаюсь я в адекватности того, кто девушек просто так режет.

- Нелия, сейчас глубокая ночь. Давай мы потом поспорим о психическом состоянии маньяка. Еще раз повторяю – сюда он точно не сунется. Не в эту комнату. С тобой здесь живет не слабый огневик. А за стеной рычит голодный медведь. Да он первый же…

И тут мы оба замерли. Было тихо. Совсем тихо.

- А вдруг его маньяк того? – шепотом спросила я.

- С девушкой перепутал? – иронично фыркнул сосед. – Но проверить не помешает. Сегодня не его дежурство точно. Конечно, есть еще невеста. Лойд мог остаться на ночь у нее…

Я скептически поджала губы.

- Вот уж вряд ли. Я бы на его месте до свадьбы свой милый недостаток не демонстрировала. Любовь любовью, а барабанные перепонки дороже.

И Винс сдался. Я увязалась за ним. Оставаться одной в комнате страшно, особенно если за стеной труп. Тут даже швабра не успокаивает.

В коридоре было темно и холодно. Пальчики на ногах неприятно закололо от ледяного пола. И еще пахло чем-то отвратительным. Такое ощущение, что недельные носки сварили в бульоне из протухших овощей.

Я неуверенными шажочками продвигалась за крадущимся парнем, старательно борясь с искушением вцепиться в его пижамные брюки. Под ногой отчетливо и неприятно скрипнула доска. Винс метнул в меня недовольный взгляд и прижал палец к губам. А я что? Я молчу. Вот пускай полу и грозит.

Возле соседской двери мы замерли. Предводитель нашего маленького, но храброго отряда прислушался к тишине и неуверенно стукнул по дереву, вторую руку держа в боевой готовности. Подождал и еще раз ударил. И зачем предупреждать маньяка о нашем появлении? Разве не полагается выбить дверь и влететь в комнату, осыпая все огнем?

Ладно, с огнем я погорячилась. Но и тихо скребстись не вариант. Но со мной моя чудо швабра. Я ловко просунула черенок под рукой парня и долбанула в дверь со всей силы.

В комнате что-то упало, выругалось и, раздраженно топая, направилось встречать гостей.

- Как это понимать Винсло? – прорычал сосед, напряженно изучая прямо перед его носом горящий шарик из чистого пламени. – Вы дружно свихнулись?

- Но вы же не храпели, - слабо пролепетала я, понимая, как жалко звучит это оправдание для нормальных людей.

- И что? – помятое лицо Эдевейса стало откровенно злым. – Спите в заглушках, если это вам так мешает! – И захлопнул дверь.

В темноте раздался завывающий голос коменданта:

- Я же предупреждал, никаких оргий вверенном мне общежитии!

Винс выдохнул, обнял откровенно дрожащую меня за плечи и развернул в сторону нашей комнаты:

- Пошли уже спать, чудо пансионное.

Я почувствовала, как щеки теплеют. Неужели вот она любовь? Но сейчас не понятно сердце так стучит от его объятий или с перепуга.

Показано 3 из 10 страниц

Спать я все равно напросилась к Винсу под бок. Еще и швабру с нами прихватила. А вдруг маньяк, а я не готова.

- Слушай, - откровенно развеселился парень, наблюдая, как я пытаюсь пристроить на узкой кровати третьего, - забавно получилось, если бы на Лойда действительно напали, а тут мы отряд быстрого реагирования в пижамах, но со шваброй.

И точно. Одеться-то мы не подумали. Ладно, Винс в штанах хоть, а я-то в маечке и коротких шортиках. Маньяка бы удар от радости хватил.

- Странно, что никто не высунулся на шум, - я в наглую потянула часть одеяла на себя.

Парень невзначай прижал свой край рукой.

- Так все соседи в заглушках наверняка спят.

- И молятся за здоровье Марты, - фыркнула я. – Всем общежитием ждут, не дождутся когда уже свадьба и Эдевейс съедет отсюда подальше. Желательно в другой конец города.

Мысль шальная, но интригующая вынырнула из глубин сознания очень не своевременно, как это обычно и бывает. Вот же мой будущий возлюбленный лежит в паре сантиметров от меня. И его кубики. И их потрогать хочется до зуда в ладонях, а вдруг не настоящие.

Осторожно ткнула пальцем в пресс соседа. А наощупь очень даже приятно!

Мне в макушку фыркнули:

- Щекотно. Ты бы не шалила, выдержка у меня не железная.

Ох, он еще и благородный. Прямо рыцарь из книги о драконе и принцессе. Хотя, нет. Там главного героя съели.

Ночью спать надо, а то всякие мысли дурные в голову лезут. И вот опять очередная.

- А кого это ты по кабакам забирал? – тоном ревнивой жены, у которой в одной руке скалка, а в другой сковорода, спросила я.

- Что? – Винс еще не понял причину моего негодования, но опасные для себя эманации уловил правильно.

- Ну, ты обозвал меня чудовищем и сказал, что в кабак за какой-то дурой не поедешь!

- Да я по привычке. Думал, служанка мачехи опять из-за ее загулов беспокоится. – Он потер лоб. – Почему-то сейчас возникло ощущение, словно мы супруги и ты поймала меня на горячем. Даже стыдно стало.

Я про себя хихикнула. Подсознание вещь коварная. Но поспать все же не помешает, особенно если с одной стороны охраняет огневик, а с другой швабра. Уже уплывая в мир грез на границе услышала вздох и тихое: «Точно выгнали».

Побудка была громкой. Такое ощущение: дятел нацепил на нос кувалду и решил разнести кирпичную стену. Я понимаю, что на нашем этаже, где все поголовно спят в заглушках по-другому нельзя, но и совесть поиметь кому-то было бы неплохо.

- Если сейчас кто-то скажет «доброе утро», я ему кадык выгрызу, - прохрипела я, вися на дверной ручке и разглядывая не менее помятое начальство.

- Хэштер, пять утра! У нас труп! Какое к чертям оно доброе! – мэтр потер лицо руками. – Ты и Аммероут на выезд. Быстро собирайтесь. Еще быстрее! – рявкнул он, видя, что подчиненная не спешит выполнять указания, а просто хлопает глазами.

Небеса сегодня решили поддержать концепцию «все и сразу». Сначала нас оросили мелким отвратительным дождем, затем щедро присыпали сверху градом и под конец чуть не сдули ледяным ветром.

Улица, на которой обнаружили убитую, была проходной и даже имела небольшой фонтан в окружении лавочек. Вот на одной из них жительница и нашла тело по дороге на работу.

К нашему прибытию все вызванные сотрудники были похожи на мокрую злобную стаю ворон, один судмедэксперт спокойно попыхивал папиросой.

- Что тут у нас? – мэтр резво обежал вокруг лавочки. Я такой прыти от начальства не ожидала. Только что пряталась за его спиной и вдруг осталась один на один с трупом. - Что скажешь Франк?

Мужчина не спеша выпустил в воздух струйку дыма и пожал плечами:

- Без понятия. Это некромантка. Я к ней и не приближался. Волдена уже вызвал, скоро будет.

Ага. С этой кастой магов связываться опасно. Даже в посмертии приятностей от них не дождешься.

Подтверждая это правило, труп распахнул глаза и уставился перед собой белесым взглядом. Еще часик и мы можем получить активного зомби со странным гастрономическим уклоном.

Бравые служащие повели себя в лучших традициях нервных девиц – отшатнулись от трупа на добрый метр. Винс как ответственный следователь в этот момент изучал фонтан, наклонившись над бортиком. Попав под массовое отступление, он не удержался на ногах и рыбкой нырнул в мутную воду. А там дно, между прочим, каменное.

- Утонул! – заголосила я, бездумно сигая следом за ним.

Теперь все собравшиеся перевели офигевшие взгляды на меня. Даже Винс лежа на спине (и как умудрился извернуться?) смотрел будто на бешеную собаку с пеной и кровавой мордой.

В голове только хаотически сея панику, носилось «Я же еще как следует влюбиться в него не успела!».

Никто не ринулся спасать утопленника. И я решила взять все в свои хрупкие женские руки. Под окончательно обалдевшим взглядом Винса, я схватила его за грудки и что есть дури рванула из грязной воды. Тело парня вылетело на бортик и, не удержавшись, свалилось на тротуар. В оглушительной тишине было отчетливо слышно, как он смачно приложился затылком.

- Искусственное дыхание! Срочно! – я козочкой скакнула следом из фонтана прямо на живот парня.

Его руки и ноги рефлекторно дернулись вверх и снова опали без движения.

Судмедэксперт в очередной раз пыхнул папиросой и лениво проговорил:

- Убрали бы вы девку, пока тут два трупа не стало.

Винса в сознание все же привели. Во время моей спасательной операции он умудрился не сильно пострадать. Отделался шишкой на затылке и ушибленными ребрами. Но меня теперь сторонились поголовно все. Я по жути даже труп некромантки обогнала.

Глава 6.

Штатный некромант маленький юркий мужичок, чем-то напоминающий крысу, вынырнул из подворотни неожиданно. Теперь нас, которых сторонились храбрые борцы с преступностью, было двое. Причем некромант мне явно проигрывал.

Один мэтр Форей не дрогнул, когда прибывший специалист засветил чем-то черным в лоб трупу, развернулся на пятках и так же резво исчез между домами, бросив напоследок:

- Работать, лодыри.

Начальник лишь покачал головой и вздохнул:

- Как же я не люблю некромантов.

Затем его взгляд упал на меня, я рефлекторно втянула голову в плечи. Довольный тем, что устрашение практикантки прошло успешно, мэтр деловым тоном приказал:

- Хэштер, пиши.

Следующий полчаса я ходила за Фореем след в след и старательно конспектировала все его слова. Поскольку делать это нас приучили бездумно, в блокнот попало и «шевелитесь упыри ленивые», и «кто натоптал на месте преступления?», и «какая сволочь сейчас ругалась? У нас тут практикантка!». И все это записано аккуратным каллиграфическим подчерком. В пансионе литература, которая не имела в название слово «святой», «житие» и «Единая Защитница» относилась к запрещенному чтиву. Мы с девочками навострились переписывать любовные романы во время коротких прогулок по городу. Если бы только мэтры знали, где мы так умудрились отточить скоропись.

- Отлично, - уже куда более добродушным тоном заключил начальник, изучив исписанные листы. И сразу же озадачил новым поручение: - Иди, помоги Эдевейсу показания снять.

«Помощью» тут и не пахло. Скорее счастливого жениха бедной Марты необходимо было спасать от необъемной женщины, грудью наскакивающей на него. Лойд прижимал папку с листами для допроса к животу и отчаянно искал пути отступления, но позади была лишь стена дома.

- Да что же это делается?! – голосила дама, напирая своим достоянием на синеющего следователя. – Развели тут убивцев! Порядочным людям до работы спокойно не дойти!

- Не разводили мы никого, - бормотал мужчина, бегая глазами по коллегам, молчаливо призывая о помощи. Но те оставались глухи к мольбам, спешно притворяясь ужасно занятыми. И тут он увидел наивную приближающуюся жертву. – О! Хэштер! М-м-м. Как тебя там? Нелия? Вот, займись! Надо записать показания.

Женщина развернулась ко мне с откровенным голодом в глазах как вампир, почувствовавший истекающею кровью жертву. Моя неадекватная фантазия пририсовала образу клыки и красные зрачки.

- Деточка? Что ты тут забыла? – у свидетельницы явно включился режим защиты сирых и убогих. – Да еще в компании этих мужланов.

Судмедэксперт поперхнулся дымом и был за это награжден суровым взглядом.

- Работаю, - с тяжелым вздохом созналась я. Получилось очень жалостливо.

- Бедняжка, - женщина прижала руки с внушительной груди. – Такая маленькая, беззащитная.

Судмедэксперт только прекратил кашлять, как снова поперхнулся. После моего героического спасения утопленника, слабой меня не считал никто.

- Еще и голодная, - всхлипнула я.

Женщина окончательно расчувствовалась.

- Вот и у меня покупатели сегодня голодными останутся. Не успела поставить опару. Придется вчерашние булки продавать.

- О, так вы пекарь? Вкусную сдобу, небось, делаете?

- А то! – она гордо задрала нос. – Лучшую во всем квартале!

- И покупателей много?

- Не жалуюсь. Работаю в прибыль и ладно. Народ разный ходит. Кто любит языками почесать, а кто на минутку забежит.

- Ее знали? – я ткнула пальцем в труп.

Женщина кивнула. Все три подбородка подтвердили.

- Золя Прайм. Работает, тьфу ты, работала у старьевщика Миртена. Вещи проверяла на проклятия. Она же слабеньким магом была, даже не смогла поступить в академию. Сирота, вроде. По крайней мере, о родителях никогда ничего не говорила.

Я бросила быстрый взгляд на труп. Вроде одета девушка весьма прилично: строгое платье темно-синего цвета с черным жакетом. На голове аккуратная прическа. Слегка броский макияж. Смущала только кокетливая и безвкусная брошка в виде цветка. Очень похоже на подарок от дорого мужчины. Хочешь, не хочешь, а носить будешь.

- А жених или друг у нее имелся?

Свидетельница стушевалась.

- Она ни о ком не говорила.

Судя по хитро заблестевшим глазкам, дамочка была в курсе. И хоть так-то мы не сплетницы, обсудить чужие прегрешения горазда любая.

- Но вы что-то знаете?

- Не подумайте, я не кляузница. Да и Золя уже мертва. Не хорошо будет, если я что-то неприличное о покойнике скажу. Тем более она некромантка. А вдруг явиться ко мне в виде духа.

- Ерунда, - отмахнулась я от обычных суеверий. – Единая Защитница накрывает нас своим пологом.

Женщина тут же осенила себя святым знаком.

- Да будет спокойствие в умах и сердцах, - автоматически отозвалась она. – Ну, если так. Может, это как-то поможет найти виновного… Золя сама, конечно, ничего такого не говорила,… но… был у нее полюбовник, женатый. На соседней улице живет. Дартоун Лейс. Я пару раз видела, как он захаживал к Золи, когда его жена на смене была. Она на ткацкой фабрике работает. И еще Клайв-ювелир недавно радостный забегал. Он по дурости брошь безвкусную занедорого приобрел, думал уже никто не купит. А тут Дартоун подешевле подарок присматривал. А теперь она на трупе, брошка эта.

Винс опять наклонился над фонтаном, и я неодобрительно поджала губы. Вот если он снова примется тонуть, кто его спасет?

Рядом с ним расположился Эдевейс. А вот этого я бы сама отправила ласточкой в грязную воду. Но потом бы обязательно помолилась в храме для очищения души от скверного поступка.

К изучению архитектурного выкидыша присоединился и мэтр. Неужели там в воде орудие убийства?

Судмедэксперт перехватил мой заинтересованный взгляд и с усмешкой пыхнул папиросой. Единая, они у него никогда не кончаются?

Ну и ладно, сама все расследую.

- Покажите, где он живет?

Дом подлого изменщика располагался буквально в паре минут ходьбы от места преступления. Я уверенно нажала на звонок. Наверное, стоило опасаться лезть в логово потенциального убийцы, но подкрепление за спиной в виде дородного пекаря придавала смелости.

- Кто там? – хриплым мужским голосом спросили из-за двери.

- Мне нужен Лейс Дартоун, - максимально грозным тоном ответила я, чтобы сразу запугать преступника.

Внешний вид любителя погулять налево вызывал только один вопрос: как оно вообще смеет изменять святой женщине, пожалевшей доходягу. Маленький, тощий и плюгавый. Еще и рябой.

В пансионе не было предмета «Допрос подозреваемого», так что я решили импровизировать. Нацелив ручку в грудь мужчины, я грозно спросила:

- Вы знали Золю Прайм?

Мужик вздрогнул и попятился назад. Правда, далеко уйти не получилось. Со спины его подперла массивная фигура жены.

- Кто это? – зычным голосом проревела она, тыча в меня пальцем. – Полюбовница?!

Бам! Голова мужчины мотнулась от смачного подзатыльника. По-моему, я услышала хруст шейных позвонков.

- Что ты, солнышко, - заюлил супруг, - да я ее вообще первый раз вижу!

Палец переместился на неожидающее такого поворота мое сопровождение.

- Тогда это с ней ты мне изменяешь?

Бам! Голова мотнулась в другую сторону.

- Единая с тобой, золотце, - еще противнее заныл мужик, - это же Дора. У нее муж пальцами гвозди гнет как тростины. Кто ж с ним связываться будет?

Я покосилась на свидетельницу. Женщина приосанилась.

- Сегодня утром была обнаружена убитой Золя Прайм, - затараторила я, видя настрой супруги отвесить очередной воспитательный подзатыльник. Такими темпами подозреваемый начнет всем улыбаться и слюни пускать. – У меня имеется пара вопросов к Лейсу Дартоуну.

- Почему это? – искренне удивилась жена, подгребая к себе подмышку мужчину. – Золю мы знали. Милая девочка. Приветливая. Причем тут мой муж?

- Она была его любовницей.

- Нет! – взвизгнула пародия на мужчину. – Не верь ей! Эта проходимка все придумала!

- Ну, на ней форма правопорядка, - неожиданно спокойным тоном сказала женщина, - и сомневаться в ее словах мне нет резона? Не так ли, дорогой?

Супруг посерел лицом и сжался:

- Все равно, я не изменял тебя с Золей! Доказательств нет!

Я брезгливо поморщилась.

- Вас видели входящим в дом покойной.

- Подумаешь! Дружеские соседские визиты уже запрещены?!

А я и не думала, что работа следователя так утомительна. Почему-то преступник не бежит радостно каяться от одного моего грозного взгляда. Теперь-то понятно, откуда у Винса такое терпение.

- На убитой брошь, подаренная вами. Позвать ювелира, у которого вы ее приобрели?

- Что?! – рыкнула супруга. Я еле на ногах устояла от ее волны гнева. – Мало того, кобель плешивый, что угрохал полюбовницу и даже не удосужился спрятать тело, так еще и семейные деньги спустил! А жене цветочек плюгавенький купить не можешь! А я для него все! Сразу надо было ко мне бежать – сныкали бы тело, никакие следователи не нашли! Бестолочь!

Мужичка затрясло.

- Дорогая, я не убивал! Честно! Клянусь твоей мамой!

По ходу сейчас у меня на руках окажется еще одно тело. Надо спасать мужика.

Вдруг ноги потеряли опору, а шею больно сдавил воротник. Я задергалась, вися в воздухе.

- А это мы еще посмотрим, - с довольным видом произнес мэтр Форей, легко удерживая меня одной рукой. – А ну-ка, вяжите этого голубчика. А с тобой егоза пансионская я еще поговорю. Ремнем.

- Не имеете права, - просипела я. – Телесные наказания уже давно отменены законодательно.

- Какая жалость, - сокрушилось начальство. – На! – Меня всучили в руки Винса. – Едем в отделение.

Подождав пока мэтр грузной походкой утопает подальше, парень зашипел мне на ухо:

- Нелька, совсем без мозгов, да? Кто же пропадает в неизвестном направлении никого не предупредив? Хорошо еще Лойд заметил, куда вы со свидетельницей отправились. Не забудь его поблагодарить, а то точно ремня от мэтра получила бы.

Показано 4 из 10 страниц

Я обиженно надулась. Нет, конечно, они правы, но я же нашла подозреваемого. Могли хоть чуточку похвалить!

- Ладно – ладно, - сдался при виде моих дрожащих губ Винс, - ты умница, никто не спорит. Но больше так не делай. Все же ты маленькая девочка, а не герой в доспехах.

А на душе так приятно стало, что дальнейший выговор начальства казался чем-то мелким и незначительным.

Глава 7.

- Скажи-ка мне Хэштер, почему ты воюешь с завхозом, а страдаю я? – пыхтел от натуги красный мэтр Форей.

Я пожала плечами, продолжая сидеть на рабочем столе и болтать ногами. Всю прелесть склочного характера старика оценила не только я, но и весь наш скромный отдел. Когда мы ввалились в приемную после премерзкого утра, обнаружили, что за ночь завхоз не просто ударно потрудился – а сделал это с фантазией. Шкафы все были собраны, но расставлены так, что к кабинету мэтра оставался лишь узкий проход. В нем-то начальство и застряло.

Еще затейник-старик как-то намудрил и ни один шкаф нельзя было сдвинуть, не задев другой. Чтобы не оказаться заживо погребенными под рухнувшей как домино конструкцией, следователям пришлось по чуть-чуть отодвигать каждый. А я наслаждалась картиной и обдумывала одну идею, пришедшую мне в голову по дороге в отдел.

Влюбиться это хорошо, просто замечательно, но если мои чувства останутся без ответа, так ли я буду рада? Явно нет. Мне же, как любой девушке, захочется обнимашек-целовашек. Вывод прост – Винс попал. Я с него с живого не слезу. Цель вижу, препятствий не замечаю, в себя верю. Главное не покалечиться.

Мэтр Форей тем временем продолжал пребывать в сплюснутом состоянии и пыхтеть гневом:

- Вот что ты за человек, Хэштер! Чем ты так старого больного завхоза довела?!

- Я?! – от несправедливости подскочила на столе. – Я вам шкафы новые выбила!

Из-за мебели высунулась озадаченная моська Брайана:

- У нашего скряги реально выпросить хоть что-то? Нелюсичка, миленькая, а не прогуляешься ли со мной…

- Нет! – рявкнул мэтр. – Она наказана! Никаких прогулок!

- Вы еще в угол поставьте, - обиженным ежиком засопела я.

- Чтобы ты в нем новый Армагеддон устроила? Не-не-не, сиди у меня под присмотром лучше.

Под головой Лобивэла появилось потное кислое лицо Лойда:

- А почему нельзя позвать ребят на помощь?

- Я тебе позову! – начальник побагровел еще больше в попытке втянуть живот. – Хочешь, чтобы надо мной всем отделением потешались?

- А они и так уже ржут, - отозвался Винс. – Ну-ка! – он налег на соседний шкаф и мэтр горным козлом в высоком прыжке вылетел из капкана.

- Свобода! – прохрипел мужчина, сгибаясь пополам.

- Чайку, - тут же встрепенулась я. Затем с прищуром изучила проход и добавила: - Слабительного. Пару килограмм точно сбросите.

- И чему их только в пансионах этих учат, - недовольно пробурчал Эдевейс.

- Помолимся? – с радостной улыбкой блаженного человека обратилась я к собравшимся.

Мэтр рубанул ладонью воздух и приказал

- Поработаем.

В кабинет он больше не рисковал прорваться и решил оккупировать мой стол. Мельком заметила, что прежде чем усесться на мое кресло он осенил себя знаком Единой Защитницы. Такой большой дядя, а верит в сказки.

- Итак, у кого есть версии, - он обвел тяжелым взглядом подчиненных.

Винс взлохматил волосы пятерней:

- То, что убийца не эта пародия на любовника, точно. У него алиби. Да и сильно сомневаюсь, что у задохлика хватило бы сил перенести тело. Вот оттащить, это да.

Все-таки он такой умненький! Такой… Стоп!

- Перенести? Золю убили не там?

Эдевейс вскинулся, явно собираясь процедить что-то о наглых лезущих не в свое дело девушках, но мэтр Форей взмахом руки остановил его. И кивнул Винсу.

- Да, закололи ее чуть дальше в подворотне. Меня сразу удивило - крови на жертве мало. Потом на стенках фонтана увидел следы, будто кто-то что-то мыл и опирался на бортик кровавой рукой. Ребята прочесали округу и быстро нашли место преступления.

Я закусила губу. Что-то во всей этой картине есть нечто иррациональное, не правильное.

- Хочешь сказать, убийца привел жертву в надлежащий вид, определил на лавочку, спокойно умылся и ушел? Причем Золя сидела идеально правильно. Он ее устраивал долго, добиваясь симметричного положения даже пальцев. И не боялся встретиться с патрулем?

Мэтр Форей пристально взглянул на меня и хищно улыбнулся:

- Хэштер, а сходи-ка ты за завхозом. Все-таки привык я к своему кабинету. А то боюсь, твое кресло чем-нибудь меня наградит.

Эх, выставили меня. А я может уже практически раскрыла дело! Вот что за несправедливость…

Ничто не бодрит, как желание врезать человеку и не иметь никакой возможности это сделать. Прости меня, Единая, но не могла бы ниспослать на этого замечательного завхоза хотя бы заикание. Я даже виру в храме заплачу за грех. Потом. Возможно.

И все же я имела удовольствие наблюдать, как мэтр Форей, косясь на меня и стараясь не сорваться на непристойные выражения, объяснял завхозу всю его неправоту. Старик клятвенно пообещал все исправить, но мне почему-то кажется это только раунд в наших взаимоотношениях.

Меня же, подцепив под локоток, передали в очередной раз в руки Винса с наказом топать домой и не нервировать и без того дерганное начальство.

Подумаешь. Зато я могу приступить к плану завоевания соседа. И начну, как умная девушка, с готовки. Правда, на его средства.

Кухня в общежитии была одна единственная, рядом с каморкой коменданта. Тот сразу высунулся, проверяя, кто посмел нарушить священное место. Моя персона с ножом впечатлила его до нервного тика.

Поскольку жили здесь преимущественно мужчины, кухня поражала запустением. Одинокая кастрюля со слипшимися макаронами подозрительно похожими на мозги гордо занимала центральную полку холодильного ларя.

Соль и ту отыскала с трудом.

- Эм, - Винс понюхал свою тарелку, - ты мне лучше сразу скажи: бежать за слабительным или обойдется?

- Это овощи! Их испортить сложно! – Я сердито указала половником на тарелку: - Ешь, не благодарный.

- Зато ими вполне можно отравиться, - Винс придирчиво изучил содержимое ложки и, зажмурившись, резко закинул все в рот.

- Ну как? – я от нетерпения приплясывала на месте.

Парень прожевал, проглотил и поднял на меня офигевший взгляд.

Я уже приготовилась получать комплименты, как в дверь постучали. Нагло, требовательно.

На пороге оказалась разодетая мадам неопределенного возраста и устрашающим макияжем. И как с нее слой побелки при ходьбе не сыпется.

- Мальчик мой, - женщина распахнула руки и метнулась к Винсу, чуть не затоптав по дороге незначительное препятствие в виде девушки с половником, - как я соскучилась!

- Айя, - криво улыбнулся парень, и падать в объятия мачехи не спешил. – Что же заставило тебя проделать весь этот путь из столицы? Никак спустила очередное месячное содержание за игровым столом?

Актрисой женщина и вправду была выдающейся. Так натурально рыдать, чтобы не испортить макияж нужно учиться долго.

- Да какие там деньги, крохи. Ты закрыл доступ к семейному счету и выделяешь лишь три золотых! Прямо как нищей поберушке на паперти!

Ничего себе целых три золотых! Да на эту сумму можно питаться три месяца, если по-умному покупать продукты. Я хочу знать в каком храме эта паперть. Пойду конкуренцию нищим составлю.

От тяжелых духов женщины в комнате стало трудно дышать. Я щелкнула пальцами, произнося заклинание «Освежитель».

- Прислуга? – мачеха презрительно скривила ярко-алые губы. – Вот, деточка, почисть. – И мне на голову спланировал плащ.

- Нелия моя невеста, - вскочил с места Винс. – Не смей с ней так обращаться!

Э? Я замерла в нелепой позе под плащом. Я что-то пропустила? Например, пару месяцев жизни.

- Кто?! Она?! – визжала актриса как настоящая базарная бабка. – У нее хоть приданое есть? Видно же голытьба!

А вот это уже неприятно. Может, у меня нет больших денег и из всей ценной собственности только золотая цепочка, но и оскорблять себя я не позволю.

Окно распахнула с легкой улыбкой, и под недоуменными взглядами семейства плащ красиво спланировал на землю.

- Там ваша одежка упала, - с невинным выражением лица ткнула я пальцем за карниз.

Дамочка открыла рот, но высказаться не успела. Входную дверь я так и не заперла, и теперь в комнате нас стало на двоих больше.

- Вот видишь, я же говорила, что в этом пансионе ее научат плохому, - дрожащим голосом выдавила моя мачеха, вися на локте отца. – Зря только столько денег потратили.

Ага, мачеха уже без пуза, значит, разродилась и прилетела тут же за нянькой. И все под видом заботы.

- Я все выплачу, - взглянула из-под челки на отца. – После практики найду постоянную работу и отдам.

- У нее еще и долги! – уцепилась за новую информацию Айя. – Винсик, лапочка, она тебя окрутила, чтобы запустить свою загребущую руку в наш счет! Нам такая невеста не нужна. Я уже подобрала тебе хорошую девочку.

- С хорошим приданым? – усмехнулся парень. – Мне это не интересно. Свои деньги я заработаю сам. Продаются у нас известно кто. А что касается счета, так он почти пустой.

- Что?! – даже через слой краски было видно, как она посерела. – Где все, что оставил твой отец?!

- Ты их и спустила. На наряды, выпивку и карты. Из воздуха делать монеты никто не умеет. Осталось только то, что отец перевел в акции. С их процента я и выделяю тебе три золотых в месяц. Себе же не беру ничего. Так что радуйся хоть этому.

- Да как ты смеешь, мальчишка! – прорезались гены баньши в актрисе. За стекла стало боязно. – Твоя обязанность содержать меня! Я твоя мать!

- Мачеха, - терпеливым тоном поправил ее Винс. Единая, какой же он замечательный! – Айя, что ты теряешься, нашла бы себе нового мужа и продолжила купаться в роскоши.

По недовольно поджатым губам понятно: попытки были, успехом не увенчались.

- Так! – ожила уже моя мачеха, посильнее вцепившись в локоть отца, а вдруг уведут. – Никаких бедных женихов! Слышишь меня, Нелия! Оглоеда в семье только не хватало!

Я вздернула подбородок и взглянула отцу в глаза, как всегда поступала при конфликтах с мачехой:

- А можно я сама буду решать, как мне жить?

- Можно, - кивнул папа.

- Но дорогой…!

Новый виток воплей оборвал шагнувший из портала гость. Я во все глаза уставилась на мэтра Форей. Тучный начальник был облачен в розовый с оборками халат, пушистые белые тапочки и с полотенцем на голове.

- Вот. Трупы. – Он с хлопком бросил на стол несколько папок.

Айя, подслеповато щурясь, прошлась по фигуре мэтра.

- Винс, а что это за некрасивая толстая девочка?

Форей имел в загашнике жену, двоих детей и двадцать лет работы. Но никогда еще него не называли девочкой. Что поделаешь, сегодня у начальства просто неудачный день.

Дверь со стуком снова распахнулась.

- Хэштер! Ты возилась на кухне? Куда сахар переставила, злыдня?!

Я посмотрела на половник в руке, затем на тарелку с овощным рагу.

- Ну да, - Винс подмигнул, - ты приготовила очередной торт.

Глава 8.

Форей пригладил бакенбарды и бросил настороженный взгляд на актрису, ведь от человека перепутавшего тучного мэтра в возрасте и девочку можно ожидать чего угодно:

- А что, собственно, здесь происходит?

- А у нас семейная встреча, - далеким от радости голосом оповестил Винс начальство.

Меня тоже перекосило от «счастья». Угу, теплые посиделки в кругу обожаемых родственников.

В дверном проеме вместо строчно ретировавшегося при появлении мэтра Эдевейса, нарисовался довольный комендант и как громко заорет:

- Оргия?!

Прости меня, Единая, но очень захотелось взять швабру и устроить ему… взбучку. Такое ощущение, что старик просто жаждет попасть на подобное мероприятие, а его беднягу не приглашают.

- Что?! – взревел мой отец. Даже присела от неожиданности. Взбесить этот кусок льда нужно еще умудриться, а комендант справился одни словом. – Какая-такая оргия?! Вы во что мою дочь втянули, сволочи?! Ни один Хэштер не был замечен в развратных игрищах!

- Как же скучно вы живете, - спокойным тоном оборвал монолог обиженного родителя мэтр. Один грозный взгляд и комендант, сжавшись, бочком-бочком растворился в коридоре. – Вы за кого нас принимаете, любезный? Тут высокоморальное общежитие!

Слышать такое от одетого в розовый халат мужчины несколько экзотично. Вот и отец подвис, чем мэтр и воспользовался, указав на дверь, и строго проговорил:

- Часы посещения закончены.

Папа в какой-то прострации кивнул. С трудом отцепив мертвую хватку жены от локтя, он шагнул к столу и в конец ошарашил меня:

- Вот, - на столешницу лег небольшой кошель, - на первое время.

- Дорогой! – взвизгнула мачеха, хватаясь за грудь.

«Инфаркт» воспрянула паника. «Жадность» фыркнул разум.

- Вас это, между прочим, тоже касается, - мэтр нашел взглядом актрису, безуспешно пытающуюся притвориться частью интерьера. При нашем минимализме – абсолютно бесперспективное занятие.

- Но я приехала навестить сына!

Айя попыталась разжалобить присутствующих дрожащим подбородком и влажными глазами, но толстая некрасивая девочка оказалась злопамятной и снова указала в направлении двери.

На выходе из нашей комнаты образовалась пробка. Актриса по привычке состроила глазки отцу, за что мачеха и обшипела ее. Покидали они наше высокоморальное общежитие, постоянно переругиваясь.

Мы насладились тишиной. Целую минуту. А затем Винс поинтересовался с хитрой усмешкой:

- И с каких это пор у нас комендантский час?

- Да вот как твою мачеху увидел, так он и начался. Не люблю я всяких… - он повращал запястьем, предлагая додумать каждому свою формулировку. – Не переживайте, детишечки, я вас в обиду не дам. Нравитесь вы мне. Винс умный, находчивый, сообразительный. Ну а ты, Нелька… егоза. Но вопросы правильные умеешь задавать. Но давай-ка с тобой договоримся, больше ты о своих догадках не орешь на весь отдел.

Я согласно кивнула. Тоже хочется быть умненькой и сообразительной, пусть и вообще не понимаешь о чем речь.

- В папках информация по другим убийствам, посмотрите, может какая идея еще в голову придет.

Мэтр отбыл так же эффективно, как и появился. У-у-у, я тоже хочу быть магом высшего порядка.

Винс невзначай отставил тарелку с рагу и извлек на свет из-под стола промасленные пакет с едой, из которого призывно торчали перышки лука. То есть в мои способности не верили с самого начала?!

- Спокойно, - хохотнул парень, наблюдая, как я любовно поглаживаю половник, - это было про запас. На всякий случай. Кто ж виноват, что он так скоро наступил? Не убивай меня, хозяюшка, я тебе еще пригожусь. Вот, например, могу объяснить, о чем говорил Форей. По глазам же вижу, ничего не поняла. – А сам под шумок достает из пакета ароматные вкусности. – Ты очень точно спросила: почему убийца столько копался без боязни наткнуться на патруль. А ведь с появлением версии о маньяке их усилили. Чтобы было более эффективно – каждый день маршрут движения меняют. График кто какие улицы и во сколько проходит, получают лишь вначале смены под подпись. И что из этого следует?

Размышлять, когда под носом лежит нежнейший даже на вид кусок ветчины, у меня получилось слабо. Активно кося одним глазом на угощение, другим на парня с милой улыбкой, я героически заставила извилины шевелиться.

- Ну-у-у, наверное, наш маньяк имеет доступ к графикам патрулей.

- И?

- Что «и»? – я облизнулась, а Винс поперхнулся. – Он явно работает в отделении.

Показано 5 из 10 страниц

- Молодец, - похвалил парень. За мрачными думами даже не поняла: обрадовалась я или нет. – Теперь нам нужно придумать способ как его вычислить.

Я не удержалась от тяжелого вздоха и мысленного обращения к Единой. Нет, Винс, конечно, замечательный, но как же хочется его сейчас приласкать половником.

- Вот скажи мне, ты ведь наверняка оканчивал университет?

- Ага, по специальности «следователь».

- И вас там учили всяким штучка, чтобы ловить преступников? – ласковым тоном продолжила я.

- Куда ж без этого, - Винс упорно игнорировал мое перекошенное лицо.

- А вот меня к такому не готовили! – я треснула половником по столу. – Могу помолиться только для моральной поддержки!

- Подумаешь, - он пожал плечами. – Твои мозги при тебе, а остальное само придет. Так что, есть идеи?

Винс от меня и не отстал. В итоге коллективным творчеством мы придумали отсеять всех, кто был в патрулях в дни убийств. Остальные же попадали под подозрение.

К ночи моя голова опухла, а желание врезать Винсу стало практически непреодолимым. Особенно когда перед сном мы столкнулись с новой проблемой.

- Ты сам знаешь, что маньяк кто-то из работников отделения, - я сердито сопела, скрестив руки на груди.

- Успокойся, не рискнет он промышлять в общежитии. Да наш комендант бдит лучше любого цербера в надежде нарваться на оргию.

- Да не буду я одна спать! Мне страшно!

Винс закатил глаза к потолку. Святого писания там не наблюдалось, но контакт с Единой видимо был налажен.

- Возьми швабру.

- Я и возьму. С нами в постель!

А я не виновата, что комендант хуже завхоза. Напакостил все же. Я хотела перенести мою кровать в спальню к Винсу, но мебель оказалась намертво прикрученной к полу. А сосед выламывать половые доски отказался.

- Я же тоненькая, места много не занимаю.

Винс тяжело опустился на матрас. Пружины под ним истерично взвизгнули.

- Пойми, я же живой. И расслабиться в одной постели с девушкой мне сложно. А выспаться просто необходимо.

И вот как тут реагировать? Вроде и комплимент, но не комплимент вовсе. Пришлось пустить в ход самый бесчеловечный прием.

Старый Билли лохматый и огромный пес, стороживший ворота пансиона был ласков и игрив, не смотря на свои габариты. Правда, прохожие почему-то пугались, когда на них с задорным лаем бежал волкодав. Некоторые даже моментально постигали азы скалолазания, резво взлетая на макушку забора. И умер Билли трагически, попав под колеса омнибуса, когда погнался за улетевшей шляпкой пансионерки.

Слезы легко выпорхнули на глаза, а губы задрожали.

Сама не поняла, как оказалась в теплых и надежных объятиях, а на ухо зашептали:

- Ладно-ладно, не реви. Не выношу слез. Будем вместе спать.

Было настолько волнительно, я и забыла, что должна страдать. До этого мне доводилось обниматься: пару раз с отцом, с подружками по пансиону, а один раз меня подхватил молодой офицер, когда я из-за задумчивости пропустила огромный булыжник посреди дороги. Но такое я ощущала впервые. Не бабочки, конечно, но тоже очень сладко.

Ночь должна была пройти без происшествий: в ушах заглушки, под боком швабра. Но подвел организм. Проснулась от потребности облегчить душу и наведываться в комнату медитации и успокоения.

Полюбовалась спящим Винсом. Он так мило сопит, подложив ладонь под щеку.

А в туалет-то хочется. Но боязно. Вдруг маньяк из-за угла выскочит, тут-то я и оконфузюсь. Эх, ладно, пускай, спит, у него еще дело важно впереди – в меня влюбиться.

По этажу разносился храп. Здоровый молодецкий храп, от которого трясутся стены, и пауки в ужасе разбегаются. Предлагаю причислить Марту к лику святых и выделить в пантеоне ей целую ступень: великомученица, спасительница высокоморального общежития от зверского монстра.

На удивление все прошло без эксцессов. Я успела расслабиться и на обратном пути, даже стала намурлыкивать себе под нос песню.

Рано. Ох, рано. Когда из темноты, словно призрак вышел комендант, я взяла пару высоких октав и шибанула шваброй по пространству перед собой.

- Свихнулась, - прохрипел старик, нос которого удачно разминулся с хозинвентарем на сантиметр.

- Маньяк! – окрысилась я.

- Чего это? – удивился он.

- Опять про оргию спрашивать будешь?!

Завхоз стушевался, втянул голову в плечи и промямлил:

- Мне премию обещали, если хоть одного жильца поймаю на неприличном. От халявных денег кто откажется?

В этот момент Эдевейс многообещающе поперхнулся, и стало тихо. Мы замерли, напряженно вслушиваясь в тишину не веря своему счастью. С полминуты спустя снова раздался раскатистый храп.

- Кстати, ты на кухне этикеткам особо не верь, - расщедрился старик в качестве извинений. – Лойд как въехал, все поменял, мол, так ему привычнее. И если что-то берешь – ставь на тоже место. Пунктик у него на этой почве.

Ах вот оно что. Я же точно помню, на банке было написано «Соль». А там сахар, оказывается. Так в ванильных мечтах плавала, получая похвалу за ужин, что попробовать элементарно забыла! А ведь в пансионе за готовку всегда высший бал был! Обидно.

С завхозом мы разошли не то чтобы друзьями, скорее дипломатами стран в состоянии войны с улыбкой обменивающимися пленными.

Винс в кровати продолжал вызывать умиление. Чувствую - любовь уже близко. Вот сейчас еще полюбуюсь для закрепления эффекта и спать.

Широко зевнув, я шагнула к окну, чтобы стоять против света, дабы полнее насладиться картиной, как краем глаза заметила темную фигуру. Человек двигался вплотную к стене, стараясь не попасть в лунный свет, и вел себя подозрительно, то и дело, задирая голову и высматривая что-то в окнах общежития. Потом он свернул за угол и пропал.

Спать я ложилась, стуча зубами и прижимая к себе родную метлу.

Глава 9.

- Мэтр Форей не принимает, - я, в привычной позиции, выставив швабру перед собой, перекрывала подступ к двери кабинета начальства.

В этот раз приемную осаждали не журналисты. Судя по дорогим костюмам, объемным животам и перстням с драгоценными камнями, посетители были не из народа.

- Меня примет, - пыжился самый упитанный, напирая авторитетом и тростью с золотым набалдашником.

Начальник с Винсом заперлись в кабинете с жуткого вида таблицей в полстены и приказали не беспокоить. У них серьезное дело, а тут посетители.

- Вы не имеете права меня не пускать! – распылялся главный толстяк.

Хм, помниться в пансион приезжали пару раз меценаты, звеня пухлыми кошельками. Выглядели они точь-в-точь как эта группа с животами наперевес. Мэтры нас тогда заставляли все время улыбаться и источать умиротворение. Целый пансион скалящихся девиц, наверняка, пугал меценатов в кошмарах ни одну ночь. Ну, раз так…

- Да защитит Единая ваши помыслы и устремления, - щедро отсыпала благословения с мягкой улыбкой и осенила святым знаком мужика. Шваброй.

Повисла напряженная тишина.

- Блаженная? – осторожно уточнил самый тощий из компании. Стройняшка мог смело посоревноваться с мэтром в пузатости.

Я и его благословила шваброй.

- Я мэр! – воскликнул мужик и сжал трость так, что та заскрипела.

- Рада за вас. Работа нервная, тяжелая. Хотите, еще раз благословлю? – и потрясла шваброй.

- Бесноватая! – крикнул один из посетителей и героически спрятался за мэра.

В этот момент дверь за спиной приоткрылась и на всю приемную прозвучало:

- Хэштер, чаю!

Я, как исполнительный работник, прислонила швабру к столу и резвой козочкой поскакала исполнять повеление. И не учла, что в помещении имеется еще один благословленный козел. Мэр, развив небывалую для своей комплекции прыть, ломанулся к заветной двери, не замечая преград. А зря. Тогда бы он точно не наступил на швабру и не получил прицельный удар по виску черенком.

Бам! Бум! И теперь пол приемной украшает огромная пузатая звезда. Да у нас шкафы с меньшим грохотом осыпались.

На шум из кабинета вышел мэтр Форей. Оглядел композицию и повернулся ко мне, замершей с занесенной ногой для шага. Молча обрисовал рукой тело на полу и вопросительно изогнул бровь. Я в ответ изобразила пантомиму «невиноватая я, он сам убился».

Мэр пришел в себя достаточно быстро, сразу после моих слов: «подумаешь первая помощь, я даже роды принять могу!». Нам так и не сообщили о цели своего визита. Нервно синхронно дергая глазом, делегация устремилась на выход, ведя предводителя под руки.

- Молодец, Нелька, - меня хлопнули по плечу, уменьшив в росте сантиметров на десять. – Он бы стал отчет требовать по маньяку, а информации пока нет. Думаю, они не скоро рискнут в отделение еще сунуться.

Вот как они это проворачивают? Вроде и похвалили, а осадок остался.

- Как тут ваши дела? – я с тихим ужасом чистоплюя осмотрела заваленный бумагами стол начальства.

- Да вот списочек составили, - мне показали добротный рулон. Чувствую, маньяк успеет состариться и умереть по естественным причинам. Тут-то и найдут его косточки. – Теперь отсеем тех, кто владеет активной магией.

Ага, это и мне понятно. Иллюзорники не могут быть, например, огневиками. Но почему-то я думала, что такие слабые маги не служат правопорядку. Он шуты, специалисты в салонах красоты, коробейники. Даже я с бытовой магией опаснее буду.

Свои сомнения я и высказала мэтру.

- Владеть магией иллюзии и показывать ее – разные понятия, - усмехнулся начальник. – Можно всю жизнь скрывать позорную магию, и даже близкие не догадаются. Но ты права. В нашем отделении никто, подчеркиваю никто, не специализируется в данной области.

Я почесала нос. Тяжело иногда выбирать: хочешь ли ты казаться умной или же красивой.

- Вчера в документах я кое-что заметила. Вы говорили, две предыдущие жертвы ничем особо не выделялись. – Мэтр кивнул. – А почему вы посчитали аборт нормой?

Винс споро занырнул в большую гору документов и извлек на свет папку с огромным пятном от кофе. Мой неодобрительный взгляд мужское население кабинета проигнорировала.

- Ты о четвертой? Но ее жених показал, что был в курсе. Просто сейчас они не планировали ребенка.

- Ага, как же. Если бы все так и обстояло, аборт делали в больнице, а не у подпольного врача, рискуя здоровьем матери.

Взгляд мэтра стал задумчивым. Пощипав подбородок, он кивнул своим мыслям.

- Что ж, смысл во всем этом определенно присутствует. Надо пообщаться с горе-папашей поплотнее. Еще интересные мысли есть?

Я поймала теплый взгляд Винса. Все умное в голове с диким писком «еху!» катапультировало в неизвестном направлении. Теперь понятно, почему товарки по пансиону периодически застывали на месте с глупым выражением на лице, думать действительно трудновато.

Но раз решила быть толковой, надо соответствовать.

- По пятой жертве. Нужна выписка из больницы, где она сифилис лечила. Там обычно прописывают бытовой он или нет.

- Запросили мы, запросили. Ждем ответа. – Мэтр сцепил руки в замок на животе. – Вот интересно, чему вас в пансионе учат-то?

- Не болеть разными срамными болезнями. – Я не удержалась от сердитого взгляда на завал из бумаг: – И не разводить помойку на рабочем месте.

Начальство критику восприняло не благосклонно, ехидно посоветовав разобраться сперва на своем. Папки, меня ждали папки.

Вечером я решила предпринять очередную попытку покорения сердца и желудка соседа. Наученная предыдущим провалом, я внимательно изучила все банки на кухне. И вот что я скажу: Эдевейс буйно помешанный псих в острой стадии невменяемости. Если в банке «Соль» был сахар, то логично предположить, что емкости из-под сахара окажется соль. А вот и нет. Там была паприка. В перце – сода, а где должен находиться лавровый лист хранилась гвоздика. Соль в итоге я нашла, потеряв нюх, в неподписанной таре. Раза три проверяла, поскольку язык щипало после сухой горчицы.

- Что это? – грозно спросила я, тыкая в очередной промасленный пакет, который Винс пытался незаметно пронести в комнату.

Парень стушевался и спрятал контрабанду за спиной. Но предательские ароматы выдали его.

Он бросил взгляд на стол, который обзавелся скатертью в крупную красную клетку, оценил глубокую тарелку и горячий дымок над ней и нервно сглотнул:

- Да это так… на всякий случай.

- Но-но-но! – я погрозила пальцем. – Никаких больше «всяких» случаев. Ешь! – И ногой топнула. Прямо как сварливая супруга, встречающая мужа после очередного загула. Только скалки для полноты образа не хватало.

Парень спал с лица, но к столу пошел. Боком.

Я богиней Устрашения и Возмездия нависла над плечом Винса, старательно обнюхивающего ложку. Сосед подул, попробовал кончиком языка. Покосился на меня и решительно отправил еду в рот, наверняка решив, что умереть лучше молодым.

- Ну как?! – от нетерпения я подпрыгнула на месте.

Парень поднял на меня круглые глаза.

- Вкусно. Нет, правда, вкусно.

- Ура! – завопила я и исполнила ритуальный танец вокруг стола.

Винс наблюдал за мной, тепло посмеиваясь. Но такой момент просто не могли не испортить.

Дверь приоткрылась, являя все надеющегося на премию коменданта:

- Оргия!

Винс поперхнулся, а я зацепилась ногой за стол и полетела на пол. Хватательный рефлекс у человека развит лучше мозга, поэтому уцепившись за скатерть, я лишила нас ужина и украсила пол живописными разводами. Сосед бросился меня поднимать, поскользнулся на разлитом соусе и дополнил картину «Очередной вечер в комнате номер тридцать шесть».

Лежу я под парнем, который благодаря тренировкам и кубикам не раскатал мою тушку, а только чуть придавил, опираясь на локти, и думаю: это мне сейчас повезло или нет? В общем, конечно, приятно, но спине больно.

- Я же говорил - оргия! – радостно заверещал комендант.

С трудом проглотив сочные эпитеты, которых мне знать, как пансионерке, не положено, я прошипела сквозь зубы:

- Не там ищите! У вас люди по ночам в окна заглядывают. Не оргия, но на бонус потянет.

- Что?! – Винс завозился на мне, вдавливая в доски.

- Ой! - я старательно покраснела вся. Даже пальцы на ногах приобрели насыщенный свекольный цвет. А все дело в упирающейся в моей живот той самой части так разительно отличающей мужчину от женщины. Единая, как же это волнительно! – Ну-у-у-у… э-э-э… кхм… Вчера ночью я видела, как вдоль общежития крался мутный тип.

- И почему ты сразу ничего не сказала? – сосед приподнялся на локтях, заглядывая мне в лицо.

А-а-а! Спасите! Я сейчас растекусь розовой лужицей!

- Я сначала думала маньяк, но потом пораскинула мозгами и решила, что это может просто в гости к кому приходил человек. - Ироничное фырканье коменданта я проигнорировала. – Мало ли. Тут взрослые люди живут.

- Точно! – в глазах старика появился охотничий азарт. – Наверняка, к Софке из восьмой захаживал, пока муженек ее на работе! Поймаю на горячем, может, и супружник чего отсыплет!

И радостно устремился на встречу со звонкими монетами. Но мимо нашей комнаты, видимо, пройти спокойно не возможно. Билеты пора продавать на вечерний цирк.

- А чего это вы тут делаете, а? – Эдевейс с кислым лицом уставился на учиненный беспорядок. – Шуму от вас на весь этаж.

Кто бы говорил! Из-за него все соседи спят в заглушках!

- Ужинаем! – в сердцах рыкнула я, понимая, что наступил очередной «всякий» случай. В следующий раз приготовлю огромную кастрюлю супа. Но есть шанс, что мы тогда в ней и захлебнемся.

В пансионе часто по вечерам возникал вопрос: чем бы заняться, чтобы не умереть со скуки. Теперь же я очень жаждала поскучать хоть пару минут!

Показано 6 из 10 страниц

С бытовыми заклинаниями уборка не занимает много времени, зато потом надо выдержать борьбу с соседями за доступ к ванной комнате. Злые, уставшие мужики быстро забывают об этикете и воспитании. И не важно, что с тебя капает соус.

В кровать я упала, не спрашивая согласия Винса. И швабру рядом положила. Парень только усмехнулся и на одеяло опустился тяжеленький мешочек.

- Вот. Мне показалось, что в пансионе тебе остро не хватало сладкого.

Я развязала тесемки и ахнула. Карамельки! Разноцветные! Вкусные даже на вид!

- Спасибо, - прошептала я, борясь со спазмом в горле.

Винс дернул кадыком и спешно отвел глаза.

- На здоровье. Пойду-ка я прогуляюсь перед сном, - и резво вскочил на ноги.

Эм? И что это было?

Глава 10.

Я рвала бумаги и шипела себе под нос. Дело мне мэтр доверил не сложное, но настроения это умиротворяющее занятие не поднимало.

Винс! Наглый и подлый изменщик! Как ты мог! Нет, как ты посмел променять такую замечательную меня на эту размалеванную выдру!

Утро в нашем дурдоме, простите отделении, началось стандартно. Я поругалась с завхозом из-за закончившегося у мэтра Форея чая. Меня обвинили во всех смертных грехах и обдирании сирых и убогих, но коробочку с заваркой выдали. Затем я попала в толпу стражей. От креатива в комплиментах и обилии совместного проведения вечера меня знатно перекосило. Найду того, кто их научил фразе «И откуда тут такая фея?», накажу. Шваброй. Посоветовала им читать дамские романы. Может хоть пару новых комплиментов выучат. Начальство было не в духе, но стоически переносило лишения утренней чашки чая, молча сваливая на мой стол всю ненужную макулатуру. Заварочник у меня отобрали, только я успела залить его кипятком.

А вот после было явление всклокоченного Брайана с новостью, что наш маньяк окончательно распоясался. И додумался же напасть на менталистку. Да еще и неудачно. А главное жертву попроще выбрать не мог – замахнулся на саму фаворитку военного министра. Командир над всеми солдатами не обрадовался и повелел найти преступника в максимально короткие сроки.

Мэтр Форей, получивший звездное ускорение посредством излюбленного приема «нога-попа», пришел в состояние близкое к озверению. Даже швабре моей перепало. Ее просто отобрали и заперли в шкафу. Винсу наказали доставить со всеми почестями потерпевшую.

Вот сижу я, секретные бумаги уничтожаю, поднимаю глаза и входят они: Винс и вульгарно разодетая девица. Он ее под локоток придерживает и улыбается так приторно-приторно. А она губки бантиком складывает и отвратительно щебечет.

Прошли мимо будто я пустое место!

Эх, жалко я мешочек с конфетами в комнате оставила, сейчас бы как отвела душу – демонстративно швырнула в мусорную корзину.

Пока я пыхтела, из кабинета мэтра выплыла эта выдра в сопровождение еще и Форея. Отдайте мне мою швабру!

- Хэштер, - начальство споткнулось от моего очень доброго взгляда, - у тебя все нормально?

- Да! – рявкнула, не жалея горла. Чтобы сразу поняли, в каком замечательном расположении духа я пребываю.

Дамочка скользнула по мне презрительным взглядом и, развернувшись всем корпусом к Винсу, пропела:

- Может для разговора найдется местечко поуютнее? Где нет невоспитанных хамок.

Все, кранты тебе страшилище размалеванное! На заклинание «влажной уборки» прямо в моську!

Одного в порыве злости не рассчитала: оно накладывается по площади. И теперь стоят посреди приемной оплеванные мужчины, визжащая девица и призрак покойной жены завхоза. Когда появилась сигнализация Форей и Винс подернулись легкой дымкой. Занимательно.

- Нелия, у тебя какие-то проблемы? - на удивление спокойным тоном проговорил мэтр.

- Да! – брызгая слюной, разорялась фаворитка (в простонародье постельная грелка). – У нее большие проблемы! Я буду жаловаться!

- А не хотите ли пройти в камеру? – мэтр приглашающе махнул рукой.

- Зачем? – хлопнула явно наращенными ресницами девица.

Форей посуровел.

- А вы что думали, милая дама, к сотрудникам отделения правопорядка можно безнаказанно применять ментальное воздействие? Моя подчиненная действовала по инструкции: создала прецедент, чтобы сработала сигнализация. Она-то и очистила нас от внушения.

Я приосанилась, хотя ни о чем таком и не помышляла. А так, да, я герой. Верните мою швабру!

Дамочка быстро сообразила, что перегнула палку, а любовник не гарантия безнаказанности и заныла:

- Это вышло чисто рефлекторно! Без умысла. У меня стресс, вообще-то! Посреди белого дня чуть не прирезали и куда только вы смотрите! Вместо того чтобы искать преступника, вы терроризируете бедную жертву! Это безобразие!

- Вот я вам и предлагаю перейти к делу. - Начальник, оттеснив все еще растерянно моргающего Винса в сторону, утянул девицу обратно в кабинет, на ходу бросив в излюбленной манере: - Хэштер, за мной!

Эйна Нарауд оказалась дамочкой хамоватой, но не дурой. Вряд ли министр так долго терпел возле себя капризную идиотку. Они, конечно, не новые указы обсуждали, но и не молчали. Стоило ей понять, что ее очарование не действует, тут же включила режим деловой женщины: сухо и четко изложив произошедшее.

С «белым днем» она преувеличила. «Серая хмарь» подошла бы больше для пяти утра, когда леди в благородном подпитии возвращалась домой с закрытой вечеринки. Путь был близкий, воздух свежий и бодрящий. Поэтому она решили не брать экипаж, а выгулять ноги. Опасность почувствовала внезапно на абсолютно пустой улице. Чужая агрессия стрельнула по нервам. Отшатнулась в сторону, но каблук неудачно подвернулся, и дамочка полетела на тротуар. Это ее и спасло. Удар ножом пришелся по плечу. Ослепнув от страха и боли, потерпевшая шибанула паникой по площади вокруг себя, а сама, вскочив на ноги, бросилась прочь. Военный министр, в белой рубашке до пят и колпаке, спокойно спал в теплой постели с женой, когда в их дом застучала кулаками обезумевшая, залитая кровью любовница. Спросонья он удивленно хлопал глазами, все еще надеясь, что это глюк. Супруга захлопотала над раненной Нарауд, параллельно выговаривая мужу, что о любовницах надо лучше заботиться, мог бы выделить ей солдат для охраны. Утро у министра вышло преотвратное, вследствие чего и получил нагоняй мэтр Форей.

- Занятно-занятно, - откинувшись на стуле, начальник поглаживал бакенбарды. Потерпевшая уже отбыла прочь, но раздражающий легкий запах духов все еще витал в воздухе. – Хэштер, тебе блок в пансионе ставили?

- Да. Нас же растили как личных помощниц. Чтобы враги секреты не смогли ментально вытянуть.

Винс упал лицом на ладонь и глухо застонал. Бедняжка, мучается угрызениями совести. Я его обязательно пожалею. Потом.

Я передала мэтру исписанные допросные листы:

- Вы думаете наш маньяк снова в деле?

- Если это так, то он в конец охамел. Нашел на кого нападать, неужели нельзя было выбрать жертву попроще. И что за неудачная попытка? Судя по всему, он освоил заклинание «Хамелеон», одно из самых редких у иллюзорников. Знаешь почему? Его нет в широком доступе.

Я задумалась и сама не заметила, как рука опустилась на затылок все еще страдающего парня. Мою ладонь сцапали и прижали к щеке.

- Но удостоверение органов правопорядка дает доступ в закрытые отделы библиотеки?

- Правильно мыслишь, Хэштер. Винсло заканчивай страдать. Я тоже попал под воздействие, но не занимаюсь самоедством в рабочее время. Надо договориться, чтобы всем сотрудникам блок поставили. Но только после того как поймаем маньяка. Не хотелось бы облагодетельствовать преступника. Но с историей Нарауд что-то нечисто. Во-первых, интервал. Он выдерживал больше двух недель между убийствами. Во-вторых, сам факт неудачи. Ну и в-третьих, жертва. Я-то думал, он на менталистку не замахнется. Если хочешь убить такого мага - сначала оглуши. Это золотое правило, все его знают. Как-то все несуразно.

Винс наконец-то подал голос:

- Надо проверить, говорит она правду или врет.

- Твои предложения? – подался вперед мэтр.

- Нарауд упоминала, что часто бывает в ресторации «Золотые небеса» с подругами. Наверняка, у нее там отдельный кабинет. Давайте прослушку поставим. Захочет же она стресс заесть.

- Не факт, не факт. Но как вариант можно попробовать. Спасибо министру у нас теперь полномочий до крыши и выше. Но ты не забыл, нам надо еще список просеять. И кого же мы пошлем?

Я оправила униформу подавальщицы и старалась не скрипеть зубами. Вот послали, так послали. Шпиенка, прости Единая.

В ресторации подтвердили, мол, да кабинет имеется, и госпожа уже сообщила, что изволит сегодня быть. Жучок-то я установила, теперь осталось записать разговор. И чтобы не выделяться на фоне обслуги, мне выдали форму. Хорошо, что мэтра тут нет. Коленки вызывающие выглядывали из-под короткой юбки.

Пафосная и дорогая ресторация изнутри оказалась обычной харчевней. Также дымили плиты, также пахло чем-то горелым и также повара с сальными руками роняли еду на пол.

Я топталась в коридоре возле раздачи, ведь далеко от записывающего устройства отойти было нельзя. Завхоз выдал мне коробочку с видом «только сломай – убью на месте».

- А что это за милый цветок у нас скучает? – ко мне ленивой походкой направлялся франт в дорогом костюме.

- Посторонним сюда нельзя, - нахмурилась я.

- Не будь букой детка. Пошли, посидишь со мной. Я угощаю. Скрасишь мне вечерок, а то скучно одному, - парень нагло ухватил меня за бедро.

- Ага! – раздалось из другого конца коридора. – Так я и знала! Кобель!

Я вытянула шею, чтобы разглядеть весьма симпатичную девушку, одетую в интересное платье с шикарным декольте. Да и фигура у нее весьма и весьма.

Подняла на парня взгляд, транслируя: «да ты ненормальный, если от нее гуляешь». Но ситуацию надо исправлять, потому что мэтр крайне настойчиво советовал не высовываться. А женская драка, как известно, дело громкое и волосовыдерательное.

- О, так это вы! – я расплылась в дурацкой улыбке. – А мы тут как раз сюрприз обсуждаем. Вам повезло, он у вас такой романтичный!

Девушка в голове быстро сложила мой наряд подавальщицы, ресторан, сюрприз и романтику и потрясенно взвизгнула:

- Родик, родненький, ты мне решил предложение сделать? Да зачем же так тратиться? Я согласна!

Пока парень обтекал от финта судьбы, я толкнула его в цепкие женские руки и побежала в другую сторону.

Далеко не ушла, была схвачена, затащена в подсобку.

- Мэри, радость моя, я соскучился, - незнакомый мужской голос жарко пыхтел мне в ухо.

Попытки поцелуя в шею тонкая душевная организация пансионерки не вынесла. Рука нащупала нечто подозрительно знакомое. Швабра, родненька, выручай!

Бросив в подсобке бесчувственное тело, я с облегчением увидела выходящую из заведения Нарауд. Осталось только забрать записывающее устройство и бежать из этого злачного места.

Что б я еще хоть раз пошла в ресторацию!

Глава 11.

Я выставила перед собой папку на манер щита. А что делать швабру-то мне не вернули.

- Ни за что! – сердито топнула ногой.

- Надо, Хэштер, надо, - с ноткой сожаления стоял на своем мэтр.

- Да я просто не умею! – откровенно взвыла, пятясь от начальства.

- У вас в крови должно быть знания как строить глазки.

Я наклонила голову в бок и старательно похлопала ресницами

- Вот так?

- Хотя можно найти какую-нибудь методичку, - тут же сдался Форей. И переключился на Винса: - А ты что пыхтишь как мокрый уголек в костере?

Меня окатили мрачным взглядом. На всякий случай сжала папку посильнее.

- Не нравиться мне эта идея, - парень мотнул головой, будто отгоняя надоедливую муху. – Неужели больше некому, кроме Нельки?

- Смотри сам. В курсе дела лишь мы трое. Я, позволь повторить слова твоей мачехи, некрасивая толстая девочка. Из тебя выйдет знатная бой-баба. Мужики умрут от счастья лицезрения. Сомневаюсь, что отыщется самоубийца, решивший с тобой пофлиртовать.

- Но я переживаю…, - Винс нервным жестом взлохматил волосы.

- А я-то как переживаю. За сохранность отделения, - ехидно усмехнулся мэтр. – Нелия у нас тот еще Армагеддон в юбке, да?

Я вот взяла и надулась. Подумаешь, цветочек принесла. Кто ж знал, что у завхоза на него аллергия. И Брайан сам виноват. А в ресторацию насильно меня отправляли!

Но обо всем по порядку.

Гордая выполнением вчерашней миссии я поспешила отчитаться мэтру Форею. Но владелец «Золотых небес» оказался проворнее. Подавальщик, близко познакомленный со шваброй, теперь имеет третий глаз во лбу и нервный тик, когда проходит мимо кладовки. В общем, попросили меня больше к ним не присылать.

Но мои мучения оказались не напрасными. Запись разговора Нарауд с подругами подтвердила – нападение действительно было. Хотя она и заметила, что осталась от него в выигрыше. Министр последнее время стал терять интерес к ней и того и гляди новую фаворитку заведет. Или еще хуже, перестанет жене изменять. Но теперь-то он не бросит девушку после ужасного стресса, а за это время она постарается вернуть его расположение. Еще начальству крайне не понравилась фраза:

- Врагов-то у меня много. Но больше «благодарных» клиентов. Кому-то могла и помещать свидетельница.

Чем это таким промышляла ментальная дамочка?

Мэтра новость о распоясавшемся маньяке привела в крайнюю степень негодования, и они заперлись с Винсом в кабинете до глубокого вечера. Что обидно, меня хоть и активно привлекали к следствию, но подробностями делиться не спешили.

А перед сном сосед приготовил сюрприз.

- Что это? – глупо спросила я, рассматривая матрас на полу возле кровати.

Винс внимательно уставился в окно, будто там был не заброшенный двор общежития, а выступал кордебалет и пробормотал:

- Ты же боишься одна спать.

Насупилась, поняв, куда клонит парень. Единая, мне же так понравилось лежать у него под боком!

- Раньше это тебя не смущало.

Он на меня покосился и спешно отвел глаза:

- Нелька, вы в пансионе спали в таких нарядах? Неужели не было приличной сорочки до пят?

Была. Как же не было. Серая невзрачная рубашка с пуговицами под горло отправилась на ближайшую свалку, стоило мне покинуть наше благовоспитанное заведение.

- И так вчера отжимания не помогли, - тихим голосом сознался сосед.

Как-то вот не совсем поняла смысл претензии. Он тренировался, чтобы кубики не пропали в жировых складках, и остался недоволен результатом? Я а тогда здесь причем?

И вообще, он вчера улегся на самый край кровати и отвернулся! И всю ночь изображал манекен! Не приобнял ни разу! С одной стороны лежала швабра, с другой бревно. Словно в лесу, честное слово.

Но я решила поступить как умная женщина: согласилась и сделала по-своему. Дождалась, пока Винс уснет и перебралась к нему на матрас. И швабру не забыла. Ночью проснулась от чувства потери чего-то важного, а соседушка преспокойно дрых на кровати. Мы, естественно со шваброй, отправились к нему, чтобы через пару часов снова переместиться на матрас. Играли мы в догонялки в итоге всю ночь.

А утром не выспавшиеся и помятые мы явились пред таким же сонным начальством. Я была не в духе и с ходу вывалила на мэтра претензии.

Во-первых, у нас есть приемная. Она для того, чтобы принимать посетителей. Но в кабинете нет ни одной малюсенькой табуретки. На чем должен сидеть человек, ожидая аудиенции? На моем столе? Или это специально, чтобы пореже заходили и поменьше задерживались?

Во-вторых, новые шкафы это не украшения. Хотелось бы иметь хоть один цветочек, а то я неуютно себя чувствую в окружении бесконечных папок.

Показано 7 из 10 страниц

Мэтр ожидаемо меня отправил к завхозу, где я быстро пожалела о своих дизайнерских замашках. У старика проще выпросить грубосколоченный гроб, чем что-то действительно необходимое.

Но с цветком, можно сказать, повезло. От щедроты скупой души завхоз мне выделил… огромный пустой и пыльный горшок. Я в тихом ужасе смотрела на этого монстра, не представляя, что же в него можно посадить.

Выдали ли мне семена и землю? Нет. Добывать растение отправили на улицу, строго наказав не портить клумбы возле отделения.

В парке весело пригревало солнышко, дети гурьбой носились по аллеям, дамы величественно восседали на лавочках. Мой нос уловил легкий аромат. Вот оно!

Хорошо, что я маг-бытовик. Уже спустя пятнадцать минут в приемной я любовалась… кустом жасмина. Наслаждалась запахом не одна я. Рядом с перекошенным лицом и беспрестанно шмыгая носом, застыл завхоз. Кто ж знал, что у него аллергия не только на траты! Но неожиданно меня поддержал мэтр, с явным наслаждением смотря на мучения завхоза. Винс же похвалил мой вкус и потрепал по голове. Чудесным образом у нас в приемной нарисовались два стула, и даже диван. Вот что аллергия с человеком делает! С растением расставаться было жалко, но мэтр мстительно пообещал позаботиться о кусте. Теперь завхоз на службу летит по ступеням в буквальном смысле, ведь возле крыльца у нас благоухает жасмин.

Рабочий день дальше потек в привычном русле. Но тут моя чистоплотная персона заметила свисающий листок бумаги на верхней полке одного из шкафов. Желание облегчить себе жизнь и не брать шаткую лестницу как обычно подвело. Зачем, если есть швабра?

Стою я внатяжку, пытаюсь сбить листок, а на мою талию легли наглые ладони. Почему наглые? Да они точно принадлежали не Винсу! Значит чужие, и трогать меня ими противопоказано!

От неожиданности издав писк «ви!», я подскочила на месте. Посадка прошла удачно – прямо каблуком на нос сапога наглеца. Брайан разразился бранью достойной лучших портовых кабаков и попытался выдернуть ногу. Я, потеряв опору, махнула руками. А швабра-то никуда не делась. И теперь наш главный ловелас ходит с синяком под глазом и без двух зубов.

Мэтр даже отчитывать меня не стал, только очень выразительно посмотрел.

А вот после уже состоялся примечательный разговор, но прежде мне показали отредактированную версию списка. Всего пятнадцать фамилий.

- Вы уверены? – я ткнула в последнюю строчку. – Что-то я слабо представляю его с ножом. Скорее он бы убивал, просто морально уничтожая мозг жертве.

Винс пожал плечами:

- Он имел доступ к графикам патрулирования.

- Да у него же невеста имеется.

- Ага, неуловимая, которую в глаза никто не видел. Успокойся, Нелька, Эдевейса ни в чем пока не обвиняют. Он, конечно, храпун жуткий, но и мне не вериться, что он способен на такое.

- Вот для этого ты нам и нужна, Хэштер! – радостно потер ладоши мэтр.

У меня от предвкушающего взгляда начальства заныли зубы, словно я съела килограмм ирисок. Чувствую, кому-то будет очень весело, но не мне это точно.

Винс неодобрительно покосился на мэтра и, взяв мою ладошку своими большими и теплыми руками, начал перебирать пальчики. Мурррр, какое приятное ощущение.

- Я не в восторге, - предупредил он, - но тебе придется побыть наживкой. Мы тут прикинули, возможно, он отбирает жертв не только по магическим данным, но и по моральному облику. – Оу, не просто псих, а идейный. – Нужно его спровоцировать. Пофлиртуй с ребятами в отделении.

Тут-то моя челюсть плавно опустилась на пол.

- Хэштер, это важное дело просто некому больше поручить! В конце концов, ты моя помощница и обязана мне помогать! – напирал на мою совесть и ответственность мэтр. – Хочешь, я премию тебе за это выпишу? Хотя нет, не положена практиканткам премия. Тогда… я разрешу светить коленками в приемной. Вот! – Винс неодобрительно покашлял. За короткую юбку в мире велась настоящая битва между ретроградами и модницами, но никогда еще за нее не предлагали рискнуть жизнью. – Да, идея не лучшая. – Он задумчиво поглядел на нахохлившегося Винса. – Точно! Я разрешу вам пожениться! Даже отговаривать не буду! Только чтобы никаких родов в ближайшее время.

Парень автоматически кивнул. Замер, осмысливая услышанное. И, по-моему, перестал дышать. Все-таки как-то не правильно развиваются наши отношения. О любви еще даже не поговорили, а уже женят. Я так не согласна. А как же страстные признания? Нет, без романтики я живой не дамся!

- Но я и вправду не умею, - жалостливо всхлипнула я. Эх, не научена я скупую слезу по запросу выдавать, а в голову как назло ничего печального не приходит. Надо у мачехи Винса попросить мастер-класс.

Как-то в пансионе я пробовала состроить глазки прохожему через забор. Надо же было на ком-то тренироваться. Чтобы мэтры не поймали, выбрала специально поздний вечер. Мужчина шел по своим делам, когда случайно не уцепился взглядом за мои гримасы. В ужасе он отскочил от забора на дорогу прямо под копыта проезжающего всадника. Тот в свою очередь натянул поводья, и лошадь встала на дыбы. Встречная полоса дружно шарахнулась, снеся людей на тротуаре и забор. Больше я флиртовать не рискнула.

- Он тебя научит! – начальник ткнул в Винса пальцем.

Парень еще не отошел от предыдущей новости и только растерянно моргал.

- А он сам-то умеет? - с сомнением в голосе спросила я. Нет, Винс хороший, заботливый парень, но чтобы он стрелял глазками, я слабо представляю.

Мэтр Форей задумался, поглаживая бакенбарды.

- Книгу найду, - сдался он перед лицом суровой действительности.

Глава 12.

Мы с Винсом высунулись в окно по пояс, в некотором шоке разглядывая странную парочку во дворе общежития. Да что мы, все жильцы сейчас прильнули к стеклам.

- Чего это они? – я толкнула соседа локтем, чуть не отправив навстречу с плешивой клумбой.

- Айя концерт закатывает, - неодобрительно поджал губы парень. – Она очень любит работать на публику.

- Профессия обязывает, - усмехнулась я и, ткнув в направлении второй девицы пальцем, сварливым тоном поинтересовалась: - А это у нас кто?

Спутница актрисы была, мягко говоря, странной и отлично сошла бы за некрасивую подругу, которую таскают с собой для подчеркивания своей неотразимости. Бочкообразное нечто в платье отвратительного поросячьего цвета. На одутловатом лице девицы было явно отпечатано честное мнение о происходящем и нас в особенности. Скривило ее сильно.

Айя в лучших традициях игры на сцене выдержала паузу, отставила ногу и драматичным голосом сообщила всем заинтересованным:

- Винсик, познакомься, это твоя невеста!

У соседей под нами что-то с грохотом упало: либо чья-то трепетная душа не выдержала накала страстей, либо дружно отвалились челюсти.

Парень выругался себе под нос.

- Ты ошиблась, вот моя невеста, - и приобнял меня за плечи. – Возраст, да? Ну, ничего мы тебя в госпиталь определим, там память поправят. Говорят, шокотерапия творит чудеса.

Теперь под окнами общежития стояли две персоны с перекошенными лицами.

- А чего они не поднимаются? – тихо спросила я.

- Свидетели. Мачехи нужны свидетели. Думаешь, она в первый раз такой фокус пытается провернуть? Сейчас начнется второй акт и поймешь.

И точно. Айя куда-то резво поскакала, а девицы с обреченным видом поплелась за ней.

Проследив за высоким галопом, я мрачно предложила:

- А давай запремся. И швабру в ручку просунем.

- Не поможет, - Винс недовольно посмотрел на дверь, будто она виновата в придурковатости мачехи. – Айя устроит вой в коридоре. Скажет, что я опорочил девушку и бросил после этого. Проходили уже.

То есть нам остается встретить опасность лицом и умереть как герои? Тогда, где моя боевая подруга!

Заслышав цокот каблуков по скрипучим половицам, я распахнула дверь и с радостной улыбкой пропела:

- Проходите, гости дорогие, - и на швабру оперлась невзначай.

Айя с невестушкой вздрогнули, но в комнату все же просочились. Особенно мило было, когда девушка втянула щеки, чтобы не задеть меня.

Я сочувственно на нее посмотрела:

- Большое приданое, да?

- Тебя не касается, - рассерженной змеей зашипела мачеха.

- Очень даже касается, - я вернула ей милый оскал. – Винса мне обещали в место премии, которая не положена практиканткам.

В комнате случился острый приступ кашля. Особенно старался сосед, пораженный моей формулировкой.

- Что?! – Айя владела голосом хорошо, поэтому у нас чуть не вылетели стекла. – Он обесчестил Эдну! Надругался над бедной крошкой! И обязан на ней жениться!

- Уверены? – я осмотрела пострадавшую сторону и строго спросила: - Винсло, ты много пьешь?

Парень удивленно приподнял одну бровь и покачал головой.

- Вот видите, он столько не выпьет. Вопрос спорный: кто над кем надругался. Но у меня есть решение! – Айя заинтересованно подалась вперед, а Винс расслабился и хмыкнул. - У нас проходит по делу один знакомый менталист, давайте спросим у нее: кто врет. Дамочка не болтлива, так что о сохранности тайны можете не беспокоиться.

Мачеху мое предложение не впечатлило. Девица же покрылась красными пятнами, выгодно подсвеченными расцветкой платья и попыталась выйти в дверь. Но неожиданно на ее пути выросло премиидобывательное препятствие:

- Оргия? – без особой надежды спросил комендант.

- Да! – актриса радостно взвилась, найдя новый повод прицепиться к Винсу с женитьбой.

- Что вы врете! - в сердцах плюнул на пол старик. – Тут кара со шваброй! Какая может быть оргия?!

- Мы только начали, - Айя заметалась глазами по комнате. Как назло в образцовом минимализме придраться было не к чему.

- Вот когда дойдете до дела, тогда и зовите. Но вряд ли у вас что-то получиться. Она же тут! – и бросил на меня злой взгляд. Ага, я всему общежитию не даю погрязнуть в пороке и разврате.

Мачеха сердито затрепетала носом. Единая, это ж, сколько актерского мастерства растрачивается впустую.

- Кстати, почему эти двое живут в одной комнате?! Неженатая девушка и молодой парень, это ли не сводничество?!

Комендант замялся.

- Тут такое дело… когда пришли документы… я ж не знал… написано Н. Хэштер и В. Аммертоун. А по приказу кабинета министров служащих правопорядка следует селить в отдельные спальни, чтобы не мешали высыпаться. – Мы с Винсом дружно уставились на стену, за которой жил рычащий дракон. – В общежитии свободных мест больше не было. А я человек маленький, и терять свою монету за нарушение приказа не собираюсь.

Мачеха для острастки еще повозмущалась, но аплодисментов и цветов не дождалась. Подхватив богатую невесту под руку, с видом несломленного пленного промаршировала на выход.

А нас с соседом ждала занятная книженция в синей обложки с золотым тиснением. «Искусство флирта или как найти себе мужа». Не буду спрашивать у мэтра, где он нашел эту, с позволения сказать, литературу, мне моя психика дорога как память.

На обложке в бесстыдной позе был изображен молодой человек в расстегнутой рубашке.

- Ну-ка, - я притянула к себе книгу. Пересчитала кубики и подняла задумчивый взгляд на Винса. – А их может быть двенадцать? Раздевайся, будем ревизию проводить.

Сосед сжал воротники и попятился:

- Нелька, если ты меня сейчас начнешь трогать, я за себя не отвечаю! Имей совесть, зараза!

Что-то он нервный какой-то. Эх, не удалось мне под шумок пощупать его кубики.

В этот вечер из комнаты номер тридцать шесть раздавался неприличный хохот. К нам даже пару заглядывали соседи, убежденные, что мы принимаем противозаконные вещества. Чтиво оказало очень уж веселым. Нельзя, никак нельзя с серьезным лицом читать про наклоны головы, сложение губ в трубочку и томные взгляды.

Вот что за совет: игриво прикусить губу. Хоть бы написали чью! Если объекта соблазнения, то на дальнейший флирт можно откровенно забить.

Или глубоко вздохнуть. Мол, так грудь невзначай демонстрируешь. Ага, самое то, только если он врач и может заинтересоваться вашим неестественным дыханием.

- Нелька, хватит, - согнулся от хохота Винс, медленно перебираясь на пол, когда я в очередной раз прокомментировала «стопроцентный совет». – Ты можешь просто мило улыбнуться?

Я послушно растянула уже болящие губы.

- Нет, это ужас какой-то. Ты подобной миной и медведя после глубокой спячки отпугнешь. Просто думай о чем-то приятном.

Хм, это я могу. Например, о карамельках. Такие вкусные были. Я весь мешочек в присест умяла. Это единственный подарок в моей жизни просто так, от души, не по случаю праздника. Если, конечно, не считать жабу, которую мне принес соседский мальчик в пять лет, с трогательным бантом на шее.

- Вот то, что нужно, - с довольным тоном похвали меня Винс. – Ты такая умница, особенно если не стараешься. – И гораздо тише продолжил: - Это-то в тебе и привлекает. Ты настоящая. Егозевая, дурная, но живая. Когда много времени провел в обществе актеров, начинаешь ценить в людях честность. Да со мной рвались общаться, только потому, что я пасынок той самой Аммероут. Надеялись, она им поможет устроиться в театре, хотели попасть в узкий круг избранных, прикоснуться к славе. С тобой же все по-другому, ты ценишь во мне меня, а не придаток к фамилии.

Стало трудно дышать. Ощущение, что грудная клетка сжалась, сдавливая сердце, а то отчаянно борется за свободу.

- Ты хороший, - буркнула я, ощущая разливающееся по щекам тепло.

- Нелька-нелька, мачеха как-то заявила, что я отмороженный. Не умею я фонтанировать чувствами направо и налево. Но с тобой это легко получается. Неужели в вашем пансионе все такие?

Я еле заметно выдохнула в сторону. Хорошо, что сменили тему. Разговор стал подходить к опасной грани, за которую сейчас шагнуть я не готова. Но все равно хочется забраться парню на руки и замурлыкать.

- Шутишь? Я лучшая среди худших. Обучение в пансионе стоит дорого, так что там чуть ли каждая с золотой ложкой во рту. Но как часто родители за восемь лет навещают своих девочек? Редко кто приезжал поздравить с днем рождения. И все. Там жили либо такие как я, которые не сошлись характерами с новыми мамами, либо те, кто из наследниц резко переквалифицировались в инструмент для привлечения денег в семью. Была ты единственным ребенком, тебя на руках носили, а потом хоп и младший братец, гордость и отрада. А теперь рассматривают только в качестве варианта кому бы подороже продать, чтобы самому поменьше заплатить, ведь выпускница пансиона Святой Единой Защитницы это престижно.

Мы замолчали, каждый погруженный в свои думы. Не скажу, что в пансионе жилось плохо. Да не кормили за проступки, да строгие мэтры. Но в целом терпимо. Мой характер уже порядком испортившейся безразличием отца и войной с мачехами – не сахар. Но в тоже время я не была задавакой и гордячкой. Те, кто входили в ворота пансиона, задрав нос, быстро ломались, когда нелицеприятная правда выплывала наружу.

Первым в себя пришел Винс. Взлохматив пятерней волосы, он грустно усмехнулся:

- Куда-то нас не туда понесло. Но ты имей в виду, я не хочу, чтобы ты менялась. Никогда не знаешь, что ты отчебучишь, но это и здорово. Маленькое персональное солнышко.

Я скромно потупилась. Все-таки Винс классный парень и без своих кубиков. В голову пришел нужный и актуальный и главное своевременный вопрос:

- Кстати, а сколько тебе лет?

Меня одарили взглядом, в котором плясали смешинки.

- Вот об этом я и говорю – сама непосредственность. Мне двадцать пять. Три года после института при министерстве правопорядка я работал в столице. Потом решил перебраться сюда.

Показано 8 из 10 страниц

- А зачем?

- Все просто, - пожал он плечами. – Там конкуренция огромная. Я бы младшим помощником следователя по мелким кражам лет десять проходил бы точно. Совсем в глушь ехать – заниматься конокрадством и в соседские разборки без конца лезть. Мэтр Форей как раз подал прошение о новом следователе в штат. Вот я и вызвался.

Что ж, Единая, ты от меня лично получишь целый ворох свечей только за эту встречу.

Глава 13.

В большем идиотизме мне учувствовать не приходилось. Винс указал на трех следователей из других отделов, с которыми можно пофлиртовать, а сам наблюдал из-за угла. Почувствовала себя мелкой собачкой на выгуле, но в строгом ошейнике и наморднике. Парни мое мнение явно разделяли, поэтому улыбались мы друг другу через силу.

Не знаю, произвели ли мы впечатление, но спину один раз обжег недовольный взгляд. Хотя могло и показаться. Моя фантазия, помноженная на паранойю, уже и так расцвела буйным цветом.

Винс как мог старался меня успокоить, но я только сильнее сжимала швабру.

Мэтр тоже недовольный ходом расследования то и дело взъерошивал бакенбарды.

- Если мы продолжим топтаться на месте, скоро мне самому что-нибудь оттопчут! Сверху спустили директиву поймать мерзавца в сжатые сроки! Я уже привлек некоторых людей, они тайно следят за подозреваемыми из нашего списка, но этого мало! Идею, дайте мне идею!

Рука Винса случайно задела мое плечо. Волнительное секундное касание, а мне уже хочется куда-нибудь, где прохладнее. Не прав автор книги о флирте, все гораздо интереснее, когда не думаешь про угол наклона головы или глубину вздохов.

- Обыск, - внес предложение Винс и под скептическим взглядом мэтра добавил: - Тайный.

- У нас не столько народа есть в распоряжении, - Форей с недовольной миной сцапал с моего стола листок, смял его и бросил в корзину.

Я печальным взглядом проводила отчет судмедэксперта. Хорошо еще не оригинал.

- Давайте хоть Эдевейса проверим, - внес новое предложение Винс. – А то, как-то неуютно, зная - за стеной потенциальный маньяк живет.

- Хорошо, - сдался мэтр Форей. – Когда он там у нас дежурит? - Начальник взял папку с графиками. Посмотрел, потом перевернул и снова вчитался. – О! Как раз сегодня. Вот ночью и пошурудите у него в комнате!

Я радости мэтра не разделяла. Сомнительное удовольствие копаться в чужом белье. И вообще, причем тут я?!

Этим вопросом и задавалась я, стоя посреди соседской комнаты в свете еле заметного светлячка. Как оказалось в нашем высокоморальном общежитии раздобыть ключи от чужой двери совсем не проблема. У коменданта есть дубликаты. А сам старик на месте не сидит, а рыщет в поисках премии.

- Неличка, ты бы не могла клацать зубами тише? – ласковым шепотом спросил Винс.

- Мне страшно. Я первый раз обыск провожу так-то, - мой собственный голос набатом звучал в ушах, заставляя теснее прижимать к груди швабру.

- Давай, действуй, - подстегнул меня парень сойти с места.

Если бы это было так просто. Воображение настойчиво рисовала тяжелые шаги вернувшегося за чем-то важным Эдевейса и я помотала головой.

- Нелия, ну что ты боишься, - Винс аккуратно положил ладони мне на талию. – Я здесь с тобой. Напомню: весьма не плохой огневик и боец. И не позволю тебя обидеть.

Приятно. Но все равно страшно. Осталось решить какое чувство главнее.

Осторожно сделала шаг в сторону и тут же наткнулась взглядом на нечто квадратное с круглыми отверстиями, обтянутыми сеткой.

- Что это за монстр? – я тихонько ткнула в него черенком швабры.

Винс вынырнул из шкафа, что-то зажимая в руке:

- Усилитель к проигрывателю. Никогда не видела?

Я помотала головой. Музыка в нашем доме всегда была под запретом. Отец вообще предпочитал жить в постоянном трауре. В пансионе разрешалось только исполнять что-то на рояле во время урока. Ненавижу музицировать.

Винс тяжело вздохнул и протянул мне руку с кинжалом:

- У меня плохая новость.

Оружие опасно блеснуло лезвием, поймав огонек светлячка.

- Может это просто, колбаску там порезать? - слабый голосом спросила я.

Костяная ручка явно намекала на дороговизну. Такой в быту использовать – кощунство.

- Не исключено, - поспешил успокоить меня Винс, хотя я отчетливо слышала фальшивые нотки. – Надо бы на экспертизу сдать. Но тогда придется прийти с орденом на обыск. Он все-таки следователь. Завтра с утра первым дело запрошу у мэтра.

Я рассеяно кивнула. Завтра это еще так далеко.

- А почему не вызвать начальство сейчас?

- Увы, я не маг высшей категории, чтобы строить порталы. Связь через отделение нам не подходит – там Лойд. Обыск и арест нужно производить одновременно. Иначе предоставим большой шанс ему сбежать. Иллюзорник с «Хамелеоном» это сильно. И ведь, падла, скрывал, что является магом.

- Рано делать такие выводы, - упорствовала в человеколюбии я. – Кинжал это не показатель. Как он мог ночью беспрепятственно покинуть общежитие, если его храп вездесущ и заставляет дрожать стены на всех этажах?

Винс спрятал кинжал обратно, любовно разгладив сорочку, под которой он лежал.

- Ты слышала, хоть раз, чтобы тут играла музыка? – вместо ответа спросил он. – Нет? И я не слышал. Зато есть храп. Неестественно громкий, заставляющий соседей спать в заглушках.

- И как он выбирался незамеченный нашим борцом с оргиями?

- А это мы сейчас и узнаем, - Винс быстро пересек комнату и открыл окно. – Ага! Смотри. - Обозреть мне предложили пожарную лестницу, расположенную на расстоянии вытянутой руки. – Это угловая комната. Наши окна с другой стороны, поэтому мы на нее особо внимания не обращали. И заметь – тут забор. Помнишь фигуру, которую ты видела ночью? Быстрее всего он обходил общежитие, чтобы выйти на улицу. Осталось проверить, если там храп, - он кивнул на монстра, - то все сходиться. Даже педантичность. Помнишь истерику из-за сахара? Осталось только проверить, что тут у нас записано и можно будет его брать тепленьким.

Пока Винс ковырялся в устройстве, я, недовольно нахмурившись, спросила:

- А чего это ты так радуешься, что у человека кукушка поехала?

- Ну как же. Мое первое дело. Такое громкое и опасное. И я почти его раскрыл. Во!

Я приготовилась к оглушительной волне и зажала уши. Но видимо Винс умеет пользоваться этим чудовищем и звук вышел тихим. Пару минут мы наслаждались тем, что и так слышим каждый вечер.

- Все. Пошли спать, а завтра с утра его по горячим следам и задержим.

Мне бы настрой соседа.

На удивление Винс проигнорировал ложе на полу, а улегся на кровать и похлопал рядом по матрасу:

- Я же обещал, что буду с тобой.

Осторожно легла и тут же оказалась прижата к теплому боку одной рукой, а вторую Винс положил на подушку над моей головой. Ничего уютней в жизни я не видела. Только вот что-то твердое в бедро мне упирается. Примерно я представляю, какая часть организма это. Не невежда я, в самом деле. Просто одно дело на картинках смотреть, другое бедром чувствовать. И вообще, если честно, жутко интересно пощупать. Но кубики все равно на первом месте.

Приподняла одеяло, чтобы осторожно заглянуть. Винс кашлянул и невзначай прижал укрытие рукой.

- Нелька, давай спать уже.

Я покосилась на стену, разделяющую комнаты и жалобно шмыгнула носом:

- Не получается.

Винс повозился, устраиваясь и предложил:

- Тогда побеседуем. О чем принято разговаривать в постели?

- Ты это у меня спрашиваешь? – фыркнула в ответ. – О новинках в литературе?

Парень тихо рассмеялся, шевеля теплым дыханием мне волосы на макушке:

- Не силен я в современной прозе. Там полкниги восхищаются звездами в глазах дамы, а вторую половину мечтают поцеловать сахарные уста. Мои глаза начинают плакать кровью уже на третьей странице. Хорошо, расскажи мне о… своем идеале парня. Все же девочки мечтают встретить принца.

- Зачем он мне? – я сморщила носик. – Венценосные персоны очень неудобны в бытовой использование, пока до дела дойдет надо сначала час расшаркиванием заниматься. Главное чтобы человек был хороший, надежный, заботливый. Такой, который одеялко подоткнет, лишь бы ты ночью не замерзла. А твой идеал девушки?

Я почувствовала, как пальцы Винса аккуратно касаются моих волос. От точек соприкосновения по всему телу ровным строем прошлись мурашки.

- Такого нет, и никогда не было. Идеалом может быть моя мачеха, чем-то ненастоящим и несуществующим. Мне важно живое тепло, внутренний огонь человека. И раз у нас столь интересная тема: первый поцелуй, какой он был у тебя?

- Ка-а-а-а-акой? – задумчиво протянула я. – Наверное, слюнявый. Мне тогда пять лет было. Сначала презентовали жабу, а потом чмокнули в щеку. Больше такой роскоши в моей жизни не случалось.

- Да, жаба это аргумент, - с серьезным видом покивал Винс. – Где мне теперь искать столь же шикарный подарок, ума не приложу.

- В городском саду посмотри. Только пожирнее выбери. И бантик не забудь. И успокоительные капли для коменданта.

- Мда, такой оргии эти стены еще не видели. А как ты себе представляешь первый взрослый поцелуй?

Я задумалась. В желании влюбиться, я упустила этот нюанс. Мне было важно с кем, но никогда не фантазировала где. Хотя в дамских романах подобному действу отводится особое место: на фоне поверженных врагов, развалин замка, леса или посреди центральной площади. А чего хотелось бы мне?

- Закат. Должен быть обязательно закат. На берегу моря или реки. Впрочем, любой водоем, крове канавы и болота подойдет. Чайки… нет, они не нужны. Будут еще своими истошными криками портить романтическую атмосферу.

- Что ни цветов? Ни свечей? – деланно удивился парень.

- Свечи на фоне заката? Это не просто сладкий сироп, а мед с вареньем – перебор. Цветы, конечно, приветствуются, но лучше в горшке. Зачем тратить деньги на то, что очень быстро завянет. Я все же надеюсь, парень будет разумным и не притащит какой-нибудь фикус на свидание, - прозрачно намекнула я, и личико невинное состроила.

- Вот же ты все-таки прагматичная особа, - Винс приподнялся на руке, заглядывая мне в лицо. Сердце бухнулось в обморок где-то в животе. – Давай спать, солнышко ты недолюбленное.

А? Он всерьез полагает, что я вот так просто теперь возьму и усну? Да тараканы у меня в голове устроили митинг. Гормоны подняли восстание. А сердцу срочно требуется искусственное дыхание!

Ну, ничего! Я незаметно сдвинула одну лямку с плеча, легла поэффектнее, одеяло приспустила до талии. Еще посмотрим, кто сегодня не уснет!

Глава 14.

Я сидела за решеткой. Факт. Рядом со мной лежало мертвое тело девушки. Тоже состоявшееся явление. На мне противомагические наручники. И с этим не поспоришь, поскольку придя в себя, первым делом я попыталась убрать вонь. На сим понятные вещи закончились.

Оставалось неясным сама ситуация, которую можно охарактеризовать вопросом: что, Единая, здесь твориться?!

С утра Винс позволил мне поспать подольше, мотивируя тем, что все равно сейчас сюда придут полным составом и убежал за мэтром. Нежиться в кроватке долго мне не дали естественные потребности. Прихватив швабру, я вышла в коридор. Не знаю, что привлекло меня: неправильное преломление света, или странное движение воздуха, но я резко развернулась, выставляя перед собой оружие. Услышала сдавленное шипение и попыталась щелкнуть пальцами, запуская очистку. Но не успела. Сознание не вежливо покинуло меня, не попрощавшись. Теперь на голове шишка и она сильно болит. Обидно, что боевая подруга осталась где-то на полу в коридоре. Здесь из подручных средств только железная корявая миска.

Долго томиться в неизвестности не пришлось. Я не успела перепробовать все доступные способы вывихнуть запястья, как по лестнице, ведущей вверх, раздались шаги.

- Мне удивиться? – спросила я Эдейвеса, противно скалящегося с другой стороны решетки.

- Как хочешь, - щедрым жестом разрешил мне бывший сослуживец. – Я и так знаю, что кто-то рылся в моей комнате ночью. Вещи лежат чуть-чуть не правильно. Наверняка, без вашей парочки не обошлось.

- Ты же понимаешь, что тебя теперь арестуют?

Маньяк рассмеялся настоящим демоническим смехом. С подвываниями.

- Для начала придется нас найти. А этот милый уединенный домик, купленный через третьи руки, оформлен вовсе на постороннее лицо.

Про тайную слежку не стану говорить. Портить сюрприз это моветон.

- Хорошо, а для чего ты меня… скажем, пригласил в гости?

- Ты будешь Мартой номер пять! – огорошил Эдевейс. – Мое любимое число.

Супер. Мало того, что переименовали, еще и порядковый номер присвоили. Караул, спасите, тут неадекватный псих!

- А это я понимаю четвертая? – я кивнула головой на покойника. Судя по трупным пятнам, девушка умерла не так давно. Может пару дней.

- Да, она меня подвела.

- Как? – я еще раз осмотрела смирненький труп. – Пыталась бежать?

- У нее оказался порок сердца. Представляешь, какая неприятность!

- Я бы тебе посочувствовала, но, увы, не могу. Может, упростим все? Сам сдайся властям.

Не преподавали у нас в пансионе разговоры по душам с маньяками, а зря. Эдевейс разозлился: глаза налились кровью, дыхание стало учащенным, а кислое лицо – злобным.

- Думаешь, мальчик-зайчик придет за тобой?! Нет! Это я твой спаситель! Я вытащил тебя из цепких рук порока! Видел, как ты кокетничала с неудачниками из поискового отдела! А дальше? Куда бы ты скатилась?!

Что ж, мэтр, я вас поздравляю – план удался. Только почему-то плюшки получаю я.

- Ты мой герой, Лойд, - согласно кивнула. С психами лучше не спорить, равно как и с дураками. – Но мне что теперь сидеть взаперти всю жизнь?

- Да, Марта. Тебе здесь ничего не угрожает!

Я снова посмотрела на труп. Спорное утверждение. Да и учитывая, что я пятая…

- А где остальные Марты? Может нам устроить кружок по интересам?

Эдевейс прищурил глаза и погрозил пальцем:

- Только попробуй мне умереть! Я и так сюда каждую ночь мотаюсь, лишь бы у моей любимой Марты было все необходимое! Хочешь, тебе принесу шелковую сорочку?

- Лучше шерстяную пижаму, - я поежилась от прохлады. Значит, он мучил все общежитие, чтобы мучить пленниц. Верните мне мою швабру, и я быстро объясню - с девушками подобным образом обращаться нельзя! – Что-то с заботой пошло не так, раз остальные Марты умерли.

Эдевейс резкими шагами переместился от одной стены до другой.

- Ты не понимаешь! Они болели, отказывались есть, плакали постоянно. Но ты не такая! Ты будешь послушной девочкой.

Да? С чего столь странные выводы?

- Буду-буду, - покорно согласилась я пока маньяк идет на контакт. – А что случилось с самой первой Мартой? Ведь благодаря ей я здесь.

Меня окинули задумчивым взглядом. Ну и скачки настроения у него.

- Случилось? Идиотизм приключился. Я ухаживал за ней! Дарил дорогие подарки! Засыпал цветами! А он взяла и влюбилась в какого-то некроманта! А все, потому что я слабый маг! – Боюсь, причина была в другом. – Но я выкрал ее! Прямо накануне свадьбы! – Испортил людям торжественный день. – Не дал осквернить ее душу развратом! – С каких это пор супружеский долг перешел в градацию чего-то неприличного? – И что в ответ? Она только ревела весь день и звала этого слизняка! А когда я принес его голову, упала без чувств и больше не открыла глаза!

Я на секунду представила, что сейчас увижу труп Винса и сердце заполошно забилось, а грудь стянула фантомная боль, не давая дышать. Нет, Единая, пожалуйста, только не он!

Показано 9 из 10 страниц

Стоп-стоп-стоп. Не время для паники. Винс знает о том, что маньяк Эдевейс. Он будет осторожен. Тем более с ним мэтр, а он мужик неглупый и не даст лезть в пекло без подготовки. Я очень на это надеюсь!

- Что-то ты побледнела, - недовольно заметил Лойд.

- Водички бы, - попыталась я взять себя в руки, но голос предательски дрожал.

- Впечатлилась? – усмехнулся ненормальный тип. – Если будешь паинькой, никто не пострадает.

Я кивнула. Но вопрос сам сорвался с языка:

- А убивал ты, чтобы отвлечь от пропажи девушек?

- Я очищал этих погрязших в пороках женщин! Но ты права. Я великий человек, умею совмещать сразу несколько целей.

Ого, и как такое самомнение проходит в дверь? По логике нужно изобразить на лице почтительность, но мои жалкие потуги могут принять за издевательство. Срочно меняем ход разговора.

- А как же менталистка? С ней вышла промашка.

- Да, Нарауд, оказалась хитрой бестией. Но ничего недолго ей еще греть постель министра. Я до нее доберусь. Не дело, это оставлять таких свидетелей в живых.

- Свидетелей? – нахмурила брови я. Она же сказала, что не видела напавшего.

- Девочка, неужели ты думаешь, моих Март не стали бы искать? Небольшое внушение подругам, матерям, близким и все уверены, что она укатила за границу с молодым мужем. Найти не щепетильного менталиста оказалось не сложно. Только жадная эта Нарауд. Огромную сумму за свои услуги потребовала. Пришлось продать квартиру и переехать в общежитие.

Счет к менталистке растет. Мало того, что занималась противозаконной деятельностью, так еще из-за нее страдали все мы.

Эдевейс прошелся вдоль прутьев клетки, заложив руки за спину.

- Итак, правила. Ни каких истерик и слез. Ненавижу это. Ко мне обращаться уважительно. Быть благодарной. Всегда улыбаться. – Если он продолжит перечень, мне проще самоубиться. – И не шуметь.

Я с дебильной улыбкой подняла с пола железную миску и провела по прутьям с жутким скрежетом:

- Так?

- Да, именно так делать НЕ НАДО! Ты хотела пить? Сейчас принесу.

Оставшись наедине (сокамерница не в счет), я глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки. Не время показывать характер, Нелька!

Дом застонал. Такое ощущение, что стены просто рухнули, погребя меня и труп под обломками.

Я напряженно вслушивалась в тишину, пока не услышала знакомый голос, выкрикивающий приказ сдаться. Винс! Винс здесь! Он пришел за мной!

Но в мозг следом за радостью закралась ужасная мысль: а вдруг его убьют. Эдевейсу терять нечего, а загнанный в угол псих вдвойне опаснее!

Нет, Единая, молю не допусти этого! Только не Винс! Я, может, и не самая примерная твоя дочь, но прошу не за себя. За него. Не позволь случиться непоправимому!

Как смешными и нелепыми кажутся все мои представления о любви. Бабочки, высокопарные фразы. Это такое напускное. А настоящее оно сейчас и здесь. Сердце рвется из груди от переживаний. Тут уже не приходиться думать о чем-то возвышенном, лишь бы он выжил!

Я замерла, когда наверху прекратился грохот и крики. До боли в запястьях я сжала прутья решетки.

Из глаз потекли слезы, лишь я увидела, кто спускается по ступеням в подвал.

- Винс! – мне казалось я ору пронзительно громко, но на самом деле шепчу.

- Неличка! – он бросился ко мне. – Потерпи, моя хорошая!

Под его пальцами плавился замок, горячими каплями падая на пол. А я не смогла сдержать глупой улыбки облегчения, жадно рассматривая сосредоточенно лицо парня. Дверца тюрьмы распахнулась, и меня выдернули из плена. Крепко сжимая в объятиях, так что я слышала хруст своих косточек. Винс бездумно бормотал ласковые слова, прижимаясь щекой к моей макушке.

- Наручники, - прохрипела я, сдавленная от переизбытка чувств.

Меня отпустили и загремели ключами, подбирая под замок.

- А это кто? – Винс бросил взгляд на труп.

- Марта номер четыре, - представила я подругу по несчастью. – К сожалению, ей уже ничем не помочь.

- Ясно. Твою пропажу, кстати, первым обнаружил комендант, наступив на брошенную посреди коридора швабру. – А над грозным оружием все смеялись!

Меня подхватили на руки и бегом поднялись по лестнице.

Небольшая кухня превратилась в место сражения. В кладке одной из стен имелась огромная дыра, края которой полыхали. Сразу видно кто портил дом. По полу бежали веселые ручейки, от выросших в неположенном месте ледяных сталагмитов, между которыми сновали люди в форме правопорядка. Брайан прижимал коленом к полу хрипящего Эдевейса, выкручивая ему руки. Мэтр Форей окинул меня взглядом и мягко улыбнулся.

Спустив на ноги посреди этого хаоса, Винс тщательно ощупал мое тельце на предмет повреждений. А я не сопротивлялась, просто балдея в его руках.

- Солнышко, с тобой все в порядке? – обеспокоено заглянул парень мне в глаза.

Я молча кивнула, до сих пор пребывая на вершине блаженства. Волнами накатывало расслабление и хотелось просто стечь на пол. Он живой! Живой!

- Так. – Винс покосился на стену с пылающей дырой. – Закат есть. – Потом изучил лужи под ногами. – Будем считать это морем. Чаек нет. Все как заказывала.

Я моргнула, не понимая о чем речь. В голове звенела пронзительная пустота.

- А?

- Я целоваться хочу! – в сердцах воскликнул Винс и все в комнате дружно посмотрели на нас. – Ты мне, мелкая вредина, между прочим, должна. Я всю ночь сдерживался! – Так и напрашивалось «как последний дурак».

Сама потянулась к нему, встав на цыпочки. Винс удивленно округлил глаза, но теряться не стал и накрыл мои губы. Говорят, в груди цветет в такие моменты пушистая ромашка… роза… подсолнух. Я не сильна в ботанике, но точно знаю – так хорошо и легко мне еще никогда не было!

Поздравьте меня, я все-таки умудрилась!

Конец.

Content

Надежда Цыбанова
Влюбиться нужно еще умудриться

Глава 2.

Глава 3.

Глава 4.

Глава 5.

Глава 6.

Глава 7.

Глава 8.

Глава 9.

Глава 10.

Глава 11.

Глава 12.

Глава 13.

Глава 14.