Андрижески Дж. С.

Темные Боги

Дж. С. Андрижески

Тёмные Боги

(Свет и Тень #3)

Перевод: lauffy

Редактура: Rosland

Русификация обложки: Alena_Alexa

Глава 1. Не все они одинаковы

Тишина в подземной пещере, не считая холодного, лишённого юмора смеха старого Короля Странников, ощущалась мёртвой.

Она должна была понять, что что-то произойдёт.

Она должна была знать, что ещё не всё кончено.

Она должна была знать, что опасность только начала нависать над ними.

Что не будет никакого покоя.

Но поначалу Алексис не предполагала ничего подобного.

Алексис забыла.

Она почему-то забыла, кто такой Красный Дракон.

Она забыла, что это означает.

Здесь. В её мире.

В её измерении.

Она настолько была одержима идеей вернуться на свой пост, вернуться на ту версию Земли, которую называла домом, место, где, как она была уверена, она родилась. Она так сильно хотела вернуться, что совершенно забыла все расчеты, которые обычно делала, прежде чем совершить такой прыжок с кучей не-Светоносных в придачу.

Она забыла о цене.

Она забыла об изменениях, которые произойдут, как только они переместятся.

Она совершенно забыла о цене.

О последствиях.

Всегда были последствия.

У каждого межпространственного прыжка.

Что ещё хуже, она забыла природу самих Странников.

Всё это каким-то образом перегрузило её мыслительные процессы.

Цена прыжка. Тот факт, что у разных существ была разная магия и даже разные физиологические характеристики в различных мирах. Тот факт, что она только что отрезала себя и всех остальных в своей группе от Древних… что она отрезала себя от источника своей магической силы и истощила всю имеющуюся магию, чтобы сделать это.

После стольких дней… недель… и даже месяцев, в течение которых она находилась в заточении в мире Странников, Алексис привыкла к тому, каким образом Странники существовали в том измерении. Она привыкла, что они имели более физическую форму, были более существенными. Как сильно они были похожи на людей.

В мире Странников было легко воспринимать их, как любой другой вид.

Там они казались нормальными.

Немного иллюзорными, но всё равно относительно нормальными.

Там, в своём родном мире, Странники были похожи на вампиров, видящих, фейри, эльфов… или даже на самих Светоносных.

Там они казались куда менее таинственными.

По правде говоря, там они и были гораздо менее таинственными.

Алексис забыла, что Странники не проявлялись таким образом здесь, в её мире.

Здесь Странники не были полностью физически осязаемыми.

Когда Алексис встречала здесь Странников, она всегда задавалась вопросом, состояли ли они вообще из костей, кожи и плоти. Она спрашивала об этом Кэла. Она спрашивала об этом у каждого Странника, которого встречала на своей версии Земли.

Она забыла.

Во время пребывания в мире Странников она обо всём позабыла.

Алексис позволила себе нормализовать Странников, по большей части из-за того, что провела с ними слишком много времени в их мире. Она начала воспринимать их, как и любых других людей. Она обращала внимание на их странные обычаи, впитывала кусочки истории, которыми делился с ней Кэл, пока её разум постепенно классифицировал их как новый вид сверхъестественных существ, с которым она постепенно свыклась.

Всё то время… недели и месяцы… она говорила себе, что они являются причудливой, странной расой. В то же время её разум перестал видеть их в таком свете.

В своём собственном мире Странники были физически осязаемыми, как дерево. Они были… человекоподобными. Не лучшее сравнение, но в их мире оно, казалось, подходило лучше всего.

Но на Земле Алексис Странники не вообще не существовали в такой форме.

Алексис забыла об этом.

Почему-то она обо всём забыла.

Она забыла о цене прыжков через портал, о различиях в магии и её проявлениях. Она забыла, каким странным ей показался Кэл в момент их первой встречи. Она забыла, каким он казался ей на металлическом мостике над первым этажом её клуба. Она забыла о мерцающих изменениях его очертаний.

Она забыла, насколько потусторонним он выглядел.

Она забыла о способностях, которыми он обладал, которыми сбивал её с толку, чтобы незаметно подкрасться, обойти любую защиту, установленную ею вокруг порталов.

Она забыла, каким инопланетным он был, каким совершенно неземным, поскольку его сущность, казалось, приспосабливалась и переменялась прямо у неё на глазах, даже когда они занимались сексом.

Тогда он казался ей таким… иллюзорным.

Таким эфемерным.

Больше похожим на какого-то лесного духа, чем на реального человека.

Из-за этого она доверяла Королю Странников меньше, чем могла бы.

Как Алексис могла забыть обо всём этом?

Ну, возможно, «забыть» — не совсем правильное слово.

Просто это не входило в её приоритеты.

Тот факт, что здесь, на её версии Земли, Странники превращались в изменяющих форму, невообразимых, межпространственных, похожих на духов существ, обманщиков, которые скрывали свою истинную природу и даже физическую форму — всё это просто не числилось в списке вещей, о которых Алексис нужно было подумать за последние несколько дней.

Она определённо не размышляла об этом, пока они активно убегали от Иных и их приспешников.

В любом случае, обычно она о таком и не задумывалась.

Потому что прыгала по измерениям в одиночку, да и то нечасто.

Но одна.

Алексис была Светоносной.

Она не изменялась.

Светоносные не менялись, независимо от того, в каком измерении они находились. Они оставались прежними. Неизменными. Единый организм, единый набор характеристик, единый вариант существования.

Светоносные созданы для того, чтобы прыгать через порталы.

Светоносные не изменялись.

Но Странники менялись.

— Что за чертовщина? — в голосе Девина прозвучал откровенный шок.

Ещё там жил страх, но его слова раздались не громче шёпота.

Джулс вскрикнула.

Уоррик, большой телохранитель Кэла на его родной планете, тот, чью расу Алексис до сих пор точно не определила, настороженно отступил от Красного Дракона.

— Что это, чёрт возьми, такое? — Уоррик выплюнул эти слова с леденящим требованием в голосе. — Что с ними происходит? Объясни, Светоносная! Объясни это!

Алексис не стала этого делать.

Она не могла… не по-настоящему.

Она взглянула на Кэла, единственного Странника, которого когда-либо знала достаточно хорошо, чтобы спрашивать о таких вещах, но на вопросы не было времени. Для любых вопросов, которые она хотела задать о природе Странников в её мире, было уже поздно.

Было слишком поздно.

Ощущая всю реальность происходящего… действительно чувствуя это… Алексис повернулась и посмотрела на Красного Дракона вместе со всеми остальными.

Она впилась в него взглядом в тёмной пещере под горой Пенанг.

Уже было слишком поздно.

Алексис завела обе руки за спину. Схватившись за рукояти, она обнажила мечи, и даже среагировав моментально, без задержек и быстрее любого человека или вампира, она знала, что уже слишком поздно.

Всё, казалось, происходило в замедленной съёмке.

Гробовая тишина повисла над ней, Девином, Уорриком, Кэлом и над другими стражами из числа Странников… над Джулс. Эта тишина поглотила всё, расширяясь сквозь высокие стены подземной пещеры, пока Алексис смотрела на отца Кэла, Красного Дракона.

Она чувствовала это.

Она почувствовала и вспомнила.

Она вспомнила свои первые впечатления от Кэла.

Она вспомнила, как он стоял на мостике в «Красном кнуте», такой высокий и эфемерный, похожий на призрачную дымку, словно он существовал в этом измерении лишь наполовину.

Она слушала, как смеётся Красный Дракон, и его смех был наполнен чистейшим торжеством.

Потом Алексис увидела, как его кожа, волосы и все очертания стали бесплотными, как будто состояли из дыма и света, а не из плоти и костей. Его руки трансформировались. Ноги начали распадаться, словно состояли из пыли.

Больше всего изменилась кожа его лица.

Эти изменения также оказались наиболее значительными. Его кожа превратилась в мерцающий покров. Дымка и флёр превратили его глаза в звёзды, распространяясь дальше по его подбородку и шее…

…Его шее.

Где находился ошейник, который якобы должен его сдерживать.

Цвет глаз Красного Дракона сменился с тёмно-синего на агрессивный кроваво-красный.

Тишина в пещере, если не считать этого леденящего, безрадостного смеха, действительно ощущалась подобно смерти… как будто все они ждали её, ждали, когда Красный Дракон убьёт их.

Стискивая в обеих руках мечи, Алексис оглянулась на Кэла.

Она двинулась в сторону Красного Дракона, но её взгляд всё ещё был прикован к его сыну.

Она увидела, как его кожа тоже начала превращаться в светящуюся дымку.

Она видела, как тела всех остальных Странников приспосабливались к этому миру.

Но на этот раз всё было иначе.

Возможно, потому что она закрыла дверь.

Возможно, потому что она запечатала все двери.

Или, может, потому что Странники ещё не обрели равновесие в этом мире.

Течение времени замедлилось, каждое мгновение длилось мучительно долго.

Алексис слышала, как другие вокруг неё продолжали реагировать на происходящее — её друзья детства Девин, альфа-оборотень, и Джулс, полуфейри, которая готовилась стать Земной Ведьмой, Уоррик… кем бы Уоррик ни был… Странники, которые были приставлены к Красному Дракону в качестве охраны.

Алексис слышала, как кто-то из них кричал.

Алексис слышала, как некоторые из них громко заорали.

Она краем глаза искоса наблюдала, пока все они смотрели на Красного Дракона.

Алексис выставила мечи перед собой.

Она ни на секунду не останавливалась, передвигаясь по чёрному каменному полу.

Она направляла свои шаги, свой взгляд, свою концентрацию на бывшего короля мира Странников.

«В этот раз я смогу, — прошептал её разум. — В этот раз я смогу его убить. Я могу это сделать, потому что это моя работа. Я могу это сделать, чтобы защитить свой мир. Мне не нужно разрешение Кэла…»

— У тебя оно есть! — выкрикнул Кэл сзади. — У тебя есть моё разрешение, Светоносная! Просто сделай это! Сделай это быстро!

Облегчение наполнило её.

Её ноги заскользили ещё быстрее.

Алексис замахнулась мечами, готовясь использовать их одновременно, один за другим, чтобы рассечь его на части, порубить на кусочки.

Она подняла первый клинок, наблюдая, как губы Красного Дракона изогнулись в улыбке, едва различимой за этим дымчатым, светящимся вихре тумана…

…затем произошла вспышка.

И он исчез.

В этот раз не наполовину.

Он полностью исчез.

Алексис всё равно нанесла удар мечами, одним за другим, так быстро, что казалось, будто лезвия опустились одновременно…

…но они прорезали лишь облако света, дыма и иллюзии.

Они так и не коснулись твёрдой плоти и костей.

Свет померк.

Тьма повисла там, где стоял король Странников.

Раздался громкий лязг металла, когда он соприкоснулся с камнем.

От силы ударов по её рукам прошла дрожь.

Она отпрянула назад, скорее инстинктивно, чем намеренно.

А когда посмотрела вниз на чёрный полированный камень…

…то увидела как на полу лежит бледный зелёно-голубой ошейник, всё ещё мерцающий тем потусторонним светом.

Красный Дракон ушёл.

Он просто…исчез.

Глава 2. Последствия

— Что ж… Иисус, Мария и Иосиф… Что теперь? — потребовал Девин.

Он стоял и ловил ртом воздух.

Он всё ещё пытался вытереть кровь с рук и груди остатками своей одежды.

Честно говоря, Алексис не понимала, зачем он вообще старается… по крайней мере, половина их группы была полностью или частично покрыта брызгами крови. У самой Алексис вампирская кровь уже засыхала на одежде, коже, волосах и лице. Она даже виднелась под ногтями и на сгибах локтей.

Вытереться порванной одеждой точно не получится.

Им нужно найти укромное место, чтобы смыть всё это, прежде чем вновь выходить к нормальным людям, иначе они окажутся в малазийской тюрьме по обвинению в убийстве, пока на горе будут искать кучу мёртвых тел.

На самом деле, они должны попытаться разобраться во всём до того, как вообще покинут эту пещеру, не говоря уже о возвращении на пешие тропы, которые вели вверх и вниз с горы. В тюрьме Юго-Восточной Азии они ничего не смогут поделать с Красным Драконом или с чем-нибудь ещё.

Алексис вспомнила о подземном озере.

Ну конечно.

Дерьмо на палочке… должно быть, у неё и правда полная каша в голове, раз она забыла, что оно находится здесь, внизу. Чёрт, да это глубокое тихое озеро занимало большую часть проклятой пещеры.

Вложив мечи в ножны со звенящим звуком, Алексис посмотрела на всех и стиснула зубы, чувствуя, как все их взгляды устремлены на неё.

Она лишь частично могла разглядеть их побледневшие лица, озарённые магическим светом Джулс, который до сих пор парил в нескольких метрах над их головами, освещая большую часть пещеры рядом с порталом.

— Мы должны открыть дверь! — прорычал Кэл.

Он взглянул на Девина, а затем снова посмотрел на Алексис.

— Сейчас же, Светоносная! Прямо сейчас! — сделав паузу, он окинул всех взглядом. — Мой отец будет пытаться сделать то же самое… в этот самый момент, пока мы говорим!

Алексис помрачнела.

В его словах ощущалась истина.

Она открыла рот, чтобы ответить, но её прервал женский крик.

— Донри!

Одна Странница, маленькая синеволосая женщина, побежала обратно в сторону портала, недалеко от того места, где исчез Красный Дракон.

Алексис моргнула, наблюдая, как женщина опустилась на колени на камень рядом с мужчиной, растянувшимся на спине и рукой зажимавшим себе горло.

Дерьмо. Она забыла.

Один из них был ранен.

Алексис, по сути, считала, что он уже мёртв.

Взглянув на Кэла, она увидела его мрачный взгляд, который говорил, что он считал так же. Она подошла к тому месту, где лежал крупный мужчина.

Кэл, Девин и Джулс пошли за ней.

— Он жив? — спросила Алексис, когда оказалась достаточно близко.

Она не хотела показаться чёрствой, но женщина-Странница бросила на неё гневный взгляд снизу вверх.

— Не знаю, — огрызнулась она. — Возможно, ты захочешь проткнуть его одним из своих мечей, Светоносная… чтобы он не задерживал нас?

Алексис стиснула зубы.

— Нет, — сказала она, понизив тон. — Ты можешь ему помочь?

Женщина-Странница закусила губу и покачала головой.

Алексис поняла это качание головой скорее как «не знаю», нежели как категоричное «нет».

Она посмотрела на Кэла.

— Я не знаю магию Странников, — сухо произнесла она. — Как и физиологию Странников. Кто-нибудь из вас может исцелить его?

Кэл посмотрел на неё с мрачным выражением лица.

Затем он перевёл взгляд на Джулс.

— Ты обладаешь целительной магией, феечка? — спросил он.

На этот раз он не произнёс последнюю часть, как будто это было оскорблением.

Джулс нахмурилась, закусила губу, а затем неохотно покачала головой.

— Мы можем доставить его человеческую больницу? — спросила Алексис.

— Разве ты только что не размышляла о том, как из-за этого мы все можем оказаться в тюрьме? — спросил Кэл, сдвинув брови.

— Если это спасёт ему жизнь…

Но ответ Алексис оборвался.

Мужчина-Странник задыхался, ловил ртом воздух, бился в конвульсиях за глоток воздуха.

Женщина-Странница со слезами на глазах зажимала рану на его горле.

— Донри, — сказала она ему. — Брат, держись. Потерпи. Мы отвезём тебя куда-нибудь. Мы сможем вылечить тебя. Ты не можешь сдаться…

Однако теперь Алексис слышала это в её голосе.

Странник умирал.

Она ощутила боль в груди, когда вспомнила, что все эти Странники, вероятно, были друзьями, наверняка работали вместе, служили вместе в течение многих лет. Кроме того, они уже потеряли своих людей из-за серебристых змей в другой пещере по ту сторону портала.

Борген подошёл к мужчине с другой стороны, опустившись на колени напротив женщины на каменном полу.

Мужчина медленно перестал дёргаться в конвульсиях.

Борген держал его за руку, пока осматривал остальную часть его тела в поисках ран.

Он расстегнул надетый на нём бронежилет и увидел огромную зияющую рану, будто сквозь него пролетел бейсбольный мяч.

Джулс ахнула.

Девин поморщился, отойдя на полшага.

— Бл*дь. Выглядит плохо.

Мужчина-Странник двигался всё меньше и меньше.

Остальные стояли и наблюдали.

Алексис чувствовала себя совершенно беспомощной.

Она видела это на лице Боргена даже больше, чем слышала в голосе женщины-Странницы. Мужчина умирал. Уже слишком поздно, чтобы помешать этому.

При этой мысли Кэл взял её за руку.

Когда Алексис взглянула на него, он кивнул с угрюмым выражением лица.

Затем они оба посмотрели на тело павшего Странника и наблюдали, как его друзья до последнего остаются с ним, и через несколько минут…

Донри, Странник, которого Алексис никогда не знала, испустил свой последний вздох.

Глава 3. Смерть и механизмы

— Что ж, просто фантастика, — проворчал Девин, усаживаясь на одну из передних лап сфинкса и потирая лицо здоровенной рукой. — Порталы закрыты. Мы упустили этого бл*дского Красного Дракона. Мы понятия не имеем, где он. И теперь ещё один из нас мёртв.

— Он умер до того, как попал сюда, — отрезал Кэл.

Голос Кэла изменился, и в нём прозвучало открытое предупреждение.

— Это случилось не здесь. Ты видел рану у него в боку. И он не был первым. Мы потеряли ещё двоих прежде, чем остальные из нас прошли через портал…

— И? — Девин поднял голову, сверля взглядом Короля Странников со своего места. — Что ты, бл*дь, хочешь этим сказать, Кэл?

— Я хочу сказать, что, по крайней мере, мы все ещё живы. Мы все могли подохнуть в той пещере. Все. Некоторые из нас действительно умерли…

— Ты думаешь, я не знаю этого? — прорычал оборотень. — Это ты только что ныл и вопил на Лекс за то, что она закрыла врата!

— Возможно, я был неправ… — сердито начал Кэл.

Девин перебил его лающим смешком.

— Возможно? Возможно, ты был неправ?

— Заткнитесь, — Алексис бросила предупреждающий взгляд на них обоих, и её голос звучал холоднее, чем у кого-либо из них. — Прекратите эту грызню. Сейчас же.

Она пристально посмотрела на Кэла.

— Ты можешь отследить его? Своего отца? Мы должны найти его, Кэл. Прямо сейчас.

Повисло молчание.

В этот момент они все наблюдали за Королем Странников, когда его глаза расфокусировались.

Несколько секунд никто из них не шевелился и не говорил.

Затем Кэл раздражённо выдохнул, качая головой.

— Нет, — мрачно ответил он, и его взгляд всё ещё был отстранённым. — Я не могу.

— Но ты делал это раньше… — начала Алексис.

— Да, — перебил Кэл, встретившись с ней взглядом. — Я действительно отслеживал его раньше. Но сейчас не могу. Я пытался. ещё до этого пробовал. Как только он исчез, я попытался.

Он оглядел их всех с мрачным выражением лица.

Его взгляд вернулся к Алексис.

— Он блокирует меня… каким-то образом. Единственный вариант, который приходит мне на ум — ему уже кто-то помогает здесь. Сторонники. Люди, которых он внедрил в это измерение, помимо охранников, оставленных им у самого портала… тех, от кого волчонок уже избавился.

Девин зарычал, вероятно, из-за того, что его обозвали «волчонком».

Кэл едва взглянул на него.

— Насколько я понимаю, — сказал он, всё ещё серьёзно обращаясь к Алексис. — Моему отцу помогли, как только он выбрался из пещеры. Может быть, они ожидали его снаружи. Может, он позвал их, и они пришли. Или, возможно, они охраняли саму пещеру. Какова бы ни была истина, именно в этот момент всё изменилось… как только он выбрался из пещеры. Тогда его присутствие исчезло.

Увидев поджатые губы Алексис, Кэл выдохнул, качая головой.

— По крайней мере, в тот момент я потерял с ним связь. Возможно, он почувствовал меня и заблокировал самостоятельно… но я никогда раньше не знал, что он способен на такое. Я отслеживал его на протяжении всей пещеры. Наблюдал, как он выходит на солнечный свет, а затем он просто…

Кэл сделал неопределённый жест пальцами.

— …Не могу объяснить это. Я никогда не пытался выследить его в этом измерении, так что, возможно, здесь я не смогу последовать за ним на такие большие расстояния. Так или иначе, нам придётся найти другой способ отыскать его. С другой стороны, возможно, он также не может выследить нас.

Алексис нахмурилась. Она точно не собиралась полагаться на это.

Не после прошлого раза.

— Конечно, ты права, — сказал Кэл, явно услышав её. — Мы не можем на это полагаться.

Он пальцами провёл по своим волосам.

Выдохнув, он понизил голос и посмотрел на неё снизу вверх.

— Что насчёт тебя? — спросил он, указывая на татуировки на её руках. — Ты можешь телепортировать нас? Мы должны повторно открыть главные врата. Я полагаю, они передвинулись, да? Так что мы не можем сделать это здесь. Тебе придётся переместить нас в новое место.

Алексис нахмурилась.

Прежде чем она успела ответить ему, заговорила Джулс. Голос полуфейри звучал нервно, сердито, испуганно… возможно, даже откровенно паникующе.

— Ладно, объясните мне, почему нам снова нужно открыть эту проклятую дверь, когда мы едва выбрались оттуда живыми? — Джулс переводила взгляд между ними, прикусывая щёку изнутри. Её взгляд остановился на Алексис, когда все замолчали.

— Разве мы не хотим этого не делать? — настаивала она. — Разве открытие портала — не последнее, что мы хотели бы сделать?

Она снова переводила взгляд между ними, прикусив губу.

Когда Алексис ей не ответила, Джулс глубоко вздохнула, словно пытаясь успокоиться. Отойдя назад, она села на каменную лапу сфинкса в паре метров от того места, где Девин сидел напротив Кэла.

— Если этот мудак Красный Дракон… — она, поморщившись, взглянула на Кэла, словно вспомнив, что этот мудак был его отцом. — Слушай, без обид, но если этот псих собирается попытаться снова открыть двери, разве мы не должны всячески избегать этого? Как можно дольше?

— Чертовски хороший вопрос, — пробормотал Девин.

— Нет, это вовсе не хороший вопрос, — проворчал в ответ Кэл.

Глаза Короля Странников сделались холодными. Он переводил взгляд с Джулс на Девина.

— Мы должны открыть портал. То, что мой отец хочет сделать то же самое, делает эту потребность ещё более насущной. Это вопрос жизни и смерти… судьбы не только вашего мира, но и всех остальных. Разве вы не понимаете?

— Нет, — прорычал Девин. — Не понимаем. Зачем нам это делать?

Бледно-золотистые глаза Кэла нашли оборотня.

— Потому что мы должны, — сказал он. — Поверь мне, волк… Я не думаю, что ты хочешь, чтобы мой отец контролировал порталы в этот мир, — Кэл взглянул на Джулс, и его голос стал ещё холоднее. — При условии, что он вообще сможет это сделать… даже с помощью… чего он, скорее всего, не сможет. Он просто устроит адский бардак, пытаясь это сделать. Зная его, он разнесёт этот мир в своих попытках. Или же он снова попытается поработить Алексис и заставит её сделать всё за него.

— Что? — Джулс скрестила руки на груди, и фейри-огонек повис у неё над головой. — Он не может этого сделать, — она подняла взгляд на Алексис. — Или может?

Девин зарычал на Кэла.

— Почему он так сильно на этом зациклился? — спросил он.

Услышав издевательский смех Кэла, Девин оборвал его.

— И серьёзно? Разнесёт этот мир? Звучит излишне преувеличенно, О Могучий Белый Дракон. Что, чёрт возьми, это вообще значит? Как именно он собирается разнести целую планету? У него ведь на самом деле нет такой силы, да?

Кэл бросил на Девина ещё один уничижительный взгляд.

— Лишь несколько существ в этом мире достаточно могущественны, чтобы заново открыть двери, волк. Большинство из тех, кто обладает такой силой, могут отправить… и уже отправляли, в тот или иной момент… целые измерения назад в каменный век.

Сжав челюсти, он добавил более мрачным шёпотом:

— …Безусловно, половина этих существ принадлежит к Тьме, а не к Свету. Мой отец не стал бы просить помощи у существ Света. Как он сказал бы: «Слишком много условностей, Кэлиджинес. Ты всегда должен находить практичных существ. Ты всегда должен работать с теми, кого можно подкупить, или у кого схожие с тобой цели…»

К концу в голосе Кэла зазвучала горечь.

Он устремил свой тяжёлый взгляд на остальных.

— Не питайте иллюзий. Любой, к кому отец обратится за помощью, уже будет являться сторонником Иных. Он обратится к Тёмным Искусствам, попытается добиться своего, и будь прокляты последствия для всех остальных… даже если это уничтожит половину вашей планеты.

Кэл снова перевёл свой взгляд на Алексис.

— Я всё больше думаю о том, что у него, скорее всего, уже есть свои агенты здесь… независимо от того, встретил ли его кто-то за пределами пещеры. Вероятно, в вашем мире есть могущественные агенты Иных… их стало гораздо больше с тех пор, как он заставил меня похитить тебя и сделать своей женой.

Всё ещё хмурясь, он добавил:

— Возможно, в этом измерении уже есть существа, способные открыть ему врата. Или те, кто начнет разрывать мир на части, пока ты не согласишься сделать это.

Алексис почувствовала, как напряглись её челюсти.

Однако она слушала Кэла вполуха.

Затем она кивнула головой в сторону выхода в закрытый каньон.

— Пошли, — сказала она. — Мы не можем здесь оставаться. Нам нужно умыться.

— Нет! — огрызнулся Кэл. — Ты меня совсем не слышишь, Светоносная? Сначала он уничтожит твой мир. Он уничтожит его и поработит тебя… И через несколько месяцев, самое большее пару лет, все миры погрузятся во тьму из-за нас.

Алексис даже не моргнула.

— Нам нужно умыться, — повторила она.

— Нет! — снова отрезал Кэл. — Во имя богов Тьмы и Света! Ты должна перенести нас к новому порталу, Алексис! Мы не можем медлить! Мы не можем. Ты правда думаешь, что я стал бы лгать тебе о чём-то столь важном? Если у моего отца получится, то он откроет портал, но не к Древним. Он откроет его только в мир Иных. Он завоюет этот мир с помощью их армии… а затем пойдёт в следующий. И в следующий. А после этого в следующий. И так каждый раз, открывая порталы каждого мира ровно настолько, чтобы пропустить свою армию завоевателей.

Кэл махнул рукой туда, где раньше у основания огромного сфинкса была дверь портала.

Когда он это сделал, его пальто, рука и пальцы покрылись этой рябью пропитанной светом дымки. В сравнении с тем, как выглядел его отец перед исчезновением, у Кэла свет едва сиял, больше напоминал отражение в тумане, но Алексис не могла не проследить за ним взглядом.

— Открой их! — потребовал он. — Умоляю, Светоносная! Ради всех нас, ты должна хотя бы попытаться. Ты — наша единственная надежда, чтобы остановить его.

Отведя взгляд от того места, где она наблюдала за дымкой, светом и похожей на облако рябью, обвивавшей его руки и ноги, Алексис встретилась с ним взглядом.

— Я не могу, — честно призналась она.

— Что? — его зрачки заметно расширились. — Почему не можешь?

— Моя магия полностью истощена. Я вообще не могу её почувствовать, — она указала на свои неактивные, однотонные по цвету татуировки. — Мне нечего призывать. Закрытие врат меня совершенно осушило… Мне даже пришлось вытянуть силы остальных из вас, чтобы закончить заклинание.

Воцарилась тишина.

Алексис несколько секунд наблюдала за тем, как все пялятся на неё, и потом вздохнула.

— Ты прав, Кэл, — сказала она приглушённым голосом. — Главного портала здесь больше нет. Он передвинулся. Если только он не исчез полностью… и его уничтожение не было конечной точкой того заклинания, что я сотворила… Я отведу вас туда, как только моя магия вернётся.

— А она вернётся, Лекс? — голос Джулс дрожал от беспокойства.

Алексис взглянула на неё.

Обдумав вопрос, она пожала плечами.

— Я не знаю, — честно ответила она.

Молчание сгустилось.

— Как долго это займёт? — следом спросила Джулс. — Если она вернётся? Сколько времени потребуется твоей магии для полного восстановления?

Алексис снова задумалась над её вопросом.

В итоге она смогла лишь во второй раз пожать плечами.

— Я не знаю.

— Что, бл*дь, это значит? — пробормотал Девин.

Алексис посмотрела на него.

Затем перевела взгляд на Кэла, который смотрел на неё с наполовину шокированным, наполовину поверженным выражением лица. Чувствуя на себе все их взгляды, она стиснула зубы.

— Я не сделала это специально, — сказала она. — Я пыталась спасти нас.

Кэл резко закрыл свой слегка приоткрывшийся рот и отвёл взгляд.

— О боги глубин, — Король Странников провёл рукой по волосам. — Где он? Ты хотя бы можешь почувствовать, куда переместился новый портал?

— Нет, — разочарованно выдохнула Алексис. — Нет, не могу. Я вообще ничего не могу почувствовать.

Снова повисла тишина.

В это раз Кэл был не единственным, кто чувствовал себя поверженным и выглядел именно таким.

Алексис выдохнула, борясь со своим собственным разочарованием.

— Мы можем хотя бы пойти умыться? — спросила она спустя мгновение. — Мне нужно подумать, прежде чем мы сделаем что-то опрометчивое, и никто из нас не должен расхаживать среди людей в таком виде. Одежда и так привлечёт ненужное внимание, не говоря уже о…

— Подожди, — перебил её Девин. — Ты действительно больше не чувствуешь портал? — его голос прозвучал сердито. — Неужели твоя магия действительно исчезла, Лекс? Навсегда, имею в виду? Ни порталов, ни Светоносных… ничего такого?

Казалось, он размышлял прямо на ходу.

Он сглотнул, когда его собственные слова дошли до него, затем он встретился с ней взглядом.

— Может, теперь ты стала обычным человеком, Лекс? С необычными тату и крутыми навыками боевых искусств?

Алексис посмотрела на него, поджав губы.

Затем вместо ответа она всплеснула руками.

— Я не знаю, — сказала она.

— Ну, просто супер! — рявкнул Девин. — Ты издеваешься надо мной, Лекс? Как, чёрт возьми, мы должны…

— ЗАТКНИСЬ! — закричал Уоррик. — ВСЕ ВЫ ЗАТКНИТЕСЬ! ОНА СКАЗАЛА, ЧТО НЕ ЗНАЕТ, ЗНАЧИТ, ОНА НЕ ЗНАЕТ!

Все уставились на него.

Огромный мужчина мрачно смотрел на них, целясь пистолетом в высокий потолок пещеры.

Он нажал на курок.

Затем сделал это ещё раз.

Возможно, Уоррик рассчитывал, что звук многократного выстрела внутри пещеры привлечёт внимание их всех или заставит отвлечься от перемалывания костей Алексис. Может быть, он хотел, чтобы они убрались оттуда, подальше от трупов на полу, подальше от запаха мертвецов и кромешной тьмы пещеры.

Что бы он ни задумал, спусковой механизм оружия не сработал.

Вместо того чтобы выпустить струю фиолетового и синего живого пламени, механика пистолета издала громкий, зловещий щелчок.

Нахмурившись, Уоррик попытался выстрелить из пистолета ещё два раза.

На этот раз похожее на ветку оружие заискрилось, выпустив облачко зеленоватого дыма.

Для Алексис это выглядело так, будто кто-то вылил воду на электрическую розетку.

Дым становился всё гуще.

Уоррик выругался.

Он начал трясти пистолетом. Сначала показалось, что он пытался перезапустить механизм, словно встряхивание могло решить проблему.

Затем, выругавшись громче, он отпустил спусковой механизм, тряся всей рукой, вокруг которой была обвита основная часть оружия.

При других обстоятельствах, Алексис, возможно, нашла бы это забавным.

Но тут Уоррик взвизгнул от реальной боли.

Алексис увидела, как оружие начало менять цвет, превращаясь из тёмного серо-зелёного в более светлый, ярко-оранжевый.

Уоррик яростно тряс своей рукой, явно пытаясь избавиться от оружия. Ему удалось снять большую часть с запястья и предплечья, затем убрать остальное с бицепса, левой стороны талии и рёбер. Он бросил оружие на пол, и оно задымилось и заискрилось, становясь всё светлее по цвету.

— Оно обжигает, — пробормотал Уоррик. — Оно чертовски горячее.

Он посмотрел на остальных, предупреждающе вытянув руку.

— Не подходите ближе… и следите за своим оружием!

Алексис уже сделала осторожный шаг назад.

Сейчас она отошла ещё дальше.

Джулс, очевидно, думая о том же, о чём и Алексис, встала со своего места на лапе сфинкса и сделала несколько шагов назад, направляясь к устью каньона. Девин встал и последовал за ней.

— Оно сейчас взорвётся? — пробормотала Джулс, глядя на Алексис.

Борген и два других Странника тоже теперь отступали.

В то же время они начали избавляться от собственного оружия.

Алексис нахмурилась, посмотрев на Уоррика, а затем на Кэла.

— Ну? — спросила она. — Кто-нибудь собирается ответить на её вопрос?

Кэл сердито посмотрел на неё.

— Откуда, во имя богов, мне знать, взорвётся ли оно? Я понятия не имею, что ваше измерение делает с нашим оружием. Неужели ты думаешь, что я когда-либо раньше приносил в ваш мир оружие подобного рода? Неужели ты думаешь, что я когда-нибудь пошёл бы на такой риск?

Алексис открыла рот, а потом закрыла.

У неё действительно не было хорошего ответа.

Конечно, любое существо, прошедшее через портал с оружием, будет рассматриваться как непосредственная угроза. Они были бы разоружены… силой, при необходимости.

Скорее всего, самой Алексис.

Кэл должен был это знать.

Все существа, которые путешествовали через порталы, знали правила.

В противном случае они долго не протянули бы.

Король Странников хмыкнул, скрещивая руки на груди.

— Естественно, мне это известно, — пробормотал он. — Боги всевышние, жена… после всего ты до сих пор считаешь меня и мой народ идиотами. Кажется, ты считаешь в некотором роде слабоумными всех, кто родом не из этого забытого, изолированного, отсталого измерения…

Алексис почему-то подавила улыбку.

Это наверняка из-за нервов.

Вероятно, это просто напряжение от того, что они едва не погибли, от мёртвых тел, от самой смерти.

В любом случае, было трудно не рассмеяться.

Алексис подумывала сострить, затем взглянула вниз на странное, похожее на ветку оружие на каменном полу, задаваясь вопросом, нужно ли им удирать от него.

Однако оружие перестало так ярко светиться.

На самом деле, теперь казалось, что оно снова медленно начало темнеть.

Алексис с опаской наблюдала за тем, как оно из ярко-оранжевого снова превратилось в тускло-серое.

Она смотрела на него до тех пор, пока не убедилась, что оно вряд ли взорвётся.

После этого она оглядела других Странников.

Алексис заметила, что все они теперь сжимали своё оружие в руках, отцепив его оттуда, где оно было обернуто вокруг их предплечий и бицепсов. Очевидно, они не хотели испытать на себе то, что только что произошло с Уорриком.

— Оставьте остальные пистолеты здесь, — сказала она им. — Тупые предметы, ножи, всё, что не имеет движущихся или химических частей… можете взять с собой. Я полагаю, они должны быть безопасными. Бросьте всё, что вам не нужно, и мы уходим отсюда.

Трое оставшихся Странников поколебались, глядя друг на друга.

Затем Борген, казалось, согласился с ней.

Он бросил пистолет, который держал в руке, позволив ему со стуком упасть на пол пещеры.

Затем, используя другую руку, он начал разматывать со своих рёбер и талии то, что похоже было вторым оружием. Из-за того, как он делал это, странное приспособление напоминало тяжелую, мясистую змею, которую пришлось уговаривать отпустить Боргена.

Двое других выживших Странников последовали его примеру.

Уоррик помрачнел, но снял второе оружие со своего пояса.

Он оставил его на лапе сфинкса вместе с нарукавной повязкой и маленьким серым устройством, похожим на камень. Он вынул наушник из уха и оставил его на полу пещеры, затем избавился ещё от одного устройства, похожего на то, которое Борген снял с пояса.

Алексис наблюдала, как они постепенно разоружались, избавляясь от одного инопланетного механизма за раз.

Как только они закончили, она указала в направлении озера, которое находилось за тем проходом.

— Я серьёзно говорила про озеро, — сказала она. — Нам всем нужно умыться, прежде чем мы поднимемся наверх. Тем из нас, кто покрыт кровью, нужно будет всё ополоснуть. Волосы. Руки. Лица. Шеи. Одежду. Мы ничего не можем поделать с сушкой одежды. И если мы не сумеем отмыть кровь с нашей одежды, то нам нужно будет придумать способ избавиться и от неё тоже, даже если придётся делиться оставшимися у нас предметами одежды. То есть, теми, что не запачканы кровью.

Она наблюдала, как они переглядываются.

Никто из них не ворчал вслух, но, судя по выражению их лиц, им этого очень хотелось.

— Мы будем держаться вместе, — сказала Алексис в приказном тоне. — Мы помоемся. Мы по возможности приведём одежду в порядок… затем спустимся с холма к городу внизу. Вместе. На какие бы компромиссы нам ни пришлось пойти из-за одежды, мы сможем всё исправить, как только доберёмся до аэропорта. Я позвоню своим людям, чтобы мне перевели средства. Потом мы сможем купить всё, что нам потребуется.

Увидев непонимающие взгляды, направленные на неё под фейри-светом, Алексис внутренне вздохнула.

Тащить за собой столько внеземных сверхъестественных существ будет совсем непросто.

На самом деле, это будет тем ещё геморроем.

Однако она не видела, чтобы у неё был какой-то другой выбор.

Теперь, когда они вернулись на её территорию, Алексис, несомненно, оказалась во главе.

Глава 4. Уходя из пещеры

Наверно, единственная хорошая вещь, которая произошла в результате дезориентации, поразившей всех существ из новообретённого, в основном нечеловеческого, причудливо одетого окружения Алексис — это то…

Что они все последовали её приказам.

После той первоначальной неразберихи в пещере они все без единого ворчливого протеста прислушивались к её приказам и наставлениям и последовали им.

Все.

Включая Кэла.

Включая Девина.

По большей части, если не брать во внимание какие-то случайные холодные, откровенно обвиняющие взгляды Уоррика (а она и не брала их во внимание), Алексис практически не получала отпора ни от кого из их разношёрстной команды, которая, спотыкаясь, ввалилась в портал вместе с ней.

Конечно, Алексис не могла в действительности присвоить себе в заслугу молчаливое послушание остальных.

Смерти явно потрясли их всех, особенно Странников.

Странник с перерезанным горлом явно был дорогим для них другом. Алексис понимала, что они, вероятно, ещё и реагируют на смерть двух других солдат-Странников, которых они потеряли внутри пирамиды из-за этих похожих на червей созданий Иных.

Кэл, Борген и двое других Странников коротко обсудили, что, возможно, им стоит похоронить Странника с перерезанным горлом, или, может быть, лучше отнести его к озеру, сжечь или засыпать его тело камнями.

Алексис не лезла в этот разговор.

По её мнению, это дело Странников.

Тем не менее, она стояла вместе с остальными и наблюдала, как глаза трупа становятся стеклянными, затем молочно-белыми, а затем его кожа начала меняться, чего обычно не происходит с кожей мёртвого человека так скоро после предсмертного вздоха. Чёрные вены проступали под всё более прозрачной кожей, и Алексис словно заворожённая с ужасом наблюдала, как глаза мёртвого Странника всё глубже погружались в его череп, губы высыхали, а кровь из перерезанного горла чернела, становясь твёрдой, будто стекло.

В конце концов Странница, которая стояла на коленях, поднялась.

В её глазах читался явный шок, но она не произнесла ни слова.

Алексис уже поняла, что она хорошо знала погибшего, по-видимому, лучше, чем все остальные. Возможно, она даже была близка с ним в интимном плане.

Какими бы ни были их отношения, остальные обходились с ней очень бережно.

Никто не говорил о мёртвом мужчине напрямую, не считая обсуждений по поводу того, что делать с его телом, но Алексис видела, как Борген похлопывал её по плечам и гладил по волосам. Алексис увидела, что Кэл сделал то же самое, а другой мужчина, которого Алексис не знала, взял её за руку.

В итоге они решили оставить тело мужчины здесь.

Они все последовали за Алексис к чёрному озеру, где смыли кровь — по крайней мере столько, сколько смогли отмыть в темноте и холоде.

Они не могли разглядеть все пятна крови на их одежде, поэтому решили сделать это, когда вернутся на поверхность.

Алексис вывела их из пещеры, повторив их с Кэлом путь, когда она спустилась сюда впервые, что, казалось, было уже много лет назад.

Когда они вышли на поверхность Земли под солнечный свет, Алексис почувствовала себя пришельцем из другого мира.

От привычного окружения и смешанных чувств по поводу возвращения домой у неё чуть не закружилась голова.

Небо, деревья… даже грязь под ногами… всё казалось до невозможности знакомым.

И только в этот момент она задумалась о том, какой же будет цена за то, что Алексис провела Девина и Джулс сквозь врата. Предположительно, в мире Кэла тоже должна была существовать какая-то плата за то, что он провёл их туда. Остается надеяться, что бы это ни было, всё просто компенсировалось, когда они вернулись назад.

Для Странников не существовало никакой расплаты.

Особенностью расы Странников было то, что им не нужно платить никакую цену за прыжки через порталы.

Сама Алексис, являясь Светоносной, тоже не должна была вызвать никаких дисбалансов.

Прыжок Уоррика, в чьей расе Алексис всё ещё не разобралась, так же мог иметь свою цену, а может, и не имел.

Независимо от стоимости и последствий, а также от их отсутствия, после столь долгого отсутствия всё равно возникало ощущение оторванности от этого измерения.

Алексис задумалась, было ли теперь всё так, как сказал Девин.

Неужели она теперь стала просто человеком?

Был ли её статус Светоносной аннулирован, раз теперь нет порталов, которые нужно защищать?

Позволят ли ей вести обычный образ жизни?

Эта мысль была странно, почти болезненно заманчивой.

Конечно, судя по тому, что сказал Кэл, ей недолго позволят жить мирной, обычной жизнью. Если теперь она действительно была просто человеком, это означало, что Красный Дракон, скорее всего, сможет захватить их мир без какого-либо сопротивления, и она умрёт обычной смертью или будет порабощена вместе с остальными нормальными людьми.

И всё же, на краткий, мимолётный миг, Алексис почти могла представить себе это.

Каково это — быть обычной.

Вести жизнь, свободную от бремени, которое она взваливала на себя с детства.

Даже будучи фантазией, это казалось прекрасным.

Как прекрасный сон.

Что касается этого ощущения нереальности, Алексис могла поклясться, что видела такую же дезориентацию и облегчённые, недоумевающие, растерянные взгляды у Девина и Джулс, когда посмотрела на них. Алексис показалось почти забавным, что три персоны, которые, казалось, больше всех в их группе были сбиты с толку, были теми тремя, кто на самом деле родом из этих мест…

…И теми, кто называл это измерение своим домом.

Девин и Джулс оба посмотрели на неё с пониманием в глазах.

И всё же никто не проронил ни слова.

Девин и Джулс молчали.

Странники молчали.

Уоррик, кем бы он ни был, тоже молчал.

Алексис не провоцировала никого из них нарушить это молчание.

Вместо этого движением головы и руки она повела их вниз с горы, обходя стороной фуникулёр на склоне, чтобы спуститься пешком.

На ходу они сбрасывали кое-какую одежду, обмениваясь какими-то вещами друг с другом, пока на них более или менее не оказались вещи без заметных следов крови.

— Это пока мы не доберёмся до аэропорта, — напомнила им Алексис.

Они все кивнули, но никто из них не произнёс ни слова.

Алексис даже не была уверена, что они поняли её фразу.

По крайней мере, их молчание и уступчивость дали ей время подумать.

Это хотя бы дало ей крошечное пространство для размышлений, чтобы решить, что произойдёт дальше.

Основные моменты дались ей более или менее естественно.

Добраться до аэропорта.

Получить доступ к деньгам.

Купить им одежду.

Накормить всех… и, возможно, напоить всех кофеином.

После этого шага всё становилось более вариативным.

Они добрались до подножия горы и сумели поймать попутку до Джорджтауна, а затем сесть на автобус до аэропорта. В автобусе Алексис наконец нарушила молчание, чтобы спросить Кэла, Боргена, Джулс, Девина, других Странников и Уоррика о том, что, по их мнению, должно произойти дальше, после того как они разберутся с делами первой необходимости.

Инстинкты подсказывали ей, что нужно было убираться с Пенанга.

Она поделилась своими подозрениями о том, что Красный Дракон, вероятно, по-прежнему здесь, но она всё равно хотела поехать куда-нибудь ещё, где у неё есть связи, предпочтительно в город, где находится один из её клубов, хотя и необязательно в Лос-Анджелес.

Алексис призналась всем, что, скорее всего, ничего не сможет сделать для них здесь.

Скорее всего, она где угодно ничего не смогла бы сделать для них без сверхъестественной и существенной помощи, учитывая, что в данный момент у неё не было доступа к своей магии и даже к обычному смартфону.

Если они тоже не в силах сделать что-либо — то есть, если у самих Странников нет возможности выследить Красного Дракона или сразиться с ним, как только они его найдут — Алексис предложила им всем уйти.

Перегруппироваться.

Отправиться туда, где у Алексис будет доступ к её ресурсам.

Отправиться туда, где будет доступ к магии, заклинаниям и к кому-то, кто может их использовать.

Выследить Красного Дракона.

Затем отправиться за ним.

Даже если Красный Дракон всё ещё был здесь, в чём Кэл и остальные с ней согласились… временно, по крайней мере… Алексис никак не могла его найти.

Кэл никак не мог его выследить.

Алексис никого не знала в этой части Малайзии.

Она также не видела смысла лететь на юг в Куала-Лумпур, потому что у неё не было там собственного клуба.

У неё имелся клуб в Сингапуре, но он был новым, и она знала лишь парочку людей там.

Кроме того, судя по всему, что сказал Кэл, они сами, вероятно, должны были так же сильно беспокоиться о том, что Красный Дракон охотится на них, как и о том, чтобы найти его. В краткосрочной перспективе, скорее всего, отец Кэла сам искал способ выбраться отсюда, при условии, что он ещё не ушёл.

Портал переместился.

Без портала ни у кого из них не было причин оставаться здесь, и теперь, когда Красный Дракон свободно разгуливал по её версии Земли, Алексис хотелось оказаться в более знакомом месте. Она хотела иметь доступ к друзьям, помощи, сотрудникам, книгам заклинаний, к своим магическим предметам, банковским счетам, приличному отелю… не говоря уже о местных сверхъестественных талантах.

Это означало, что ей нужно посадить всех её новых «друзей» на самолёт — или, возможно, на корабль — либо обратно до Лос-Анджелеса, либо, что более практично, сначала в Бангкок, поскольку это чертовски ближе к тому месту, где, вероятно, находился Красный Дракон, а у Алексис там были хорошие связи.

Они могли бы провести несколько ночей в Бангкоке, воспользоваться клубом и связями, которые имелись там у Алексис, выследить Красного Дракона, используя местного мага, а затем, как только они его обнаружат, либо отправиться прямиком к нему, чтобы нейтрализовать… либо попытаться снова открыть порталы, если они найдут в Бангкоке кого-то, кто мог бы это сделать.

Если они не смогут отыскать Красного Дракона из Бангкока, Алексис перевезёт их либо в Лондон, либо прямиком в Лос-Анджелес, в зависимости от того, что покажется наиболее разумным.

В конце концов, она решила, что поездка в Бангкок имеет больше смысла, хотя по большей части Алексис хотела отправиться прямиком домой.

Осознав, что она излишне подробно объяснила всё это семи людям, которые сейчас ехали с ней, она замолчала, вглядываясь в их лица в ожидании реакции.

Она не особо много там увидела.

Однако, в конце концов, Кэл кивнул.

— Ладно, — вот и всё, что он сказал.

До Алексис только потом дошло, что они, скорее всего, слышали только одно из трёх сказанных ею слов. Учитывая потерю своих друзей, прыжок через портал, исчезновение Красного Дракона, спуск с горы и всё остальное, все они выглядели совершенно измученными.

По этой же причине она не стала давить на них и не пыталась добиться более чёткого ответа.

Вместо этого она снова погрузилась в собственные мысли.

Трясясь в кузове древнего проржавевшего грузовика Мерседес, у которого, казалось, вообще не осталось амортизаторов, Алексис невидящим взглядом смотрела в окно на джунгли и падающий дождь, наблюдая за проплывающим мимо пейзажем, пока они ехали к маленькому международному аэропорту острова Пенанг.

Они все были в грязи и насквозь промокли.

Впрочем, они все были мокрыми ещё до того, как начался дождь.

Половина из них была мокрой после озера.

Другая половина вскоре промокла от влажного воздуха, пока они пробирались сквозь джунгли, чтобы дойти до города у подножья горы.

Потом пошёл дождь.

В сезон муссонов в Азии не было лёгких дождиков, которые обычно идут в Лос-Анджелесе. Это был один из тех ливней в Юго-Восточной Азии, в который ты за считанные секунды промокаешь до нитки, и зонтики становятся практически бесполезными.

Вся их группа выглядела, как крысы-утопленницы.

Они выглядели несчастными.

Алексис понимала их.

Странно, но она сочувствовала им всем… очень.

Возможно, потому что она вернулась в свой собственный мир.

Каким-то образом она снова стала нести ответственность.

Она стала ответственна за тех, кто находился под её защитой.

Даже без своей магии Светоносной здесь она была главной.

Теперь, оглядывая их всех, Алексис чувствовала себя виноватой, зная, что скоро ей снова придётся потревожить их.

Но с этим ничего нельзя было поделать, и она сказала себе, что они станут намного счастливее, как только она поселит их в хорошем отеле с обслуживанием номеров, джакузи и ночным видом на реку Чао Прайя. Немного алкоголя тоже не помешает, учитывая все обстоятельства.

Может быть, некоторым из них понадобится много алкоголя.

А сейчас им всем нужно просто продержаться.

Глава 5. Быть человеком

Посадить их всех на самолёт было, пожалуй, самой большой нервотрёпкой.

Джулс (с помощью Кэла и Боргена) пришлось применить магию, чтобы провести их через паспортный контроль, и хотя всё прошло как по маслу, Алексис чертовски переживала.

Возможно, это отчасти потому, что не она использовала магию — что, если говорить начистоту, всегда заставляло её нервничать, поскольку она до мозга костей помешана на контроле — но она могла поклясться, что дело не только в этом.

Она чувствовала, что за ними наблюдают.

Алексис могла поклясться, что всё время, пока они были там, она чувствовала на себе взгляды, но так и не смогла найти никого, кто наблюдал бы за ними, или достаточно весомо ухватиться за это ощущение, чтобы рассказать остальным.

Паспортный контроль и так действовал на нервы по обычным, совершенно человеческим причинам.

Если их поймают, то, скорее всего, им придётся провести в тюрьме как минимум ночь.

Не говоря уже о том, что Алексис обычно не использовала магию для такого рода вещей.

Она не злоупотребляла своими способностями и не связывалась с человеческими властями.

Она никогда не позволяла себе грубых нарушений человеческих законов.

Но в этом случае у них особо не было выбора.

Не было никакого способа сделать легально то, что им нужно.

Не было никакого быстрого способа провернуть это без использования магии.

Даже если бы они пешком пересекли границу с Таиландом, они бы сделали это незаконно. Если бы они пересекли границу поездом или автобусом… это всё равно было бы незаконно.

Даже на то, чтобы достать им поддельные паспорта, ушли бы дни.

Алексис знала это.

Она понимала, что её реакция нелогична.

Тем не менее, всё это казалось слишком рискованным (особенно для Странников) — усаживать их на места коммерческой авиакомпании, независимо от того, первый класс это или нет.

И снова Алексис не смогла придумать лучшей альтернативы.

Её собственная магия, которая действительно была полностью осушена после того последнего, катастрофического заклинания на конец света, казалось, не собиралась быстро восстанавливаться.

После часа или около того пешего спуска с горы Пенанг… и ещё получаса, что Алексис провела за разговорами с людьми из бангкокского клуба, договариваясь о билетах, наличных и бронировании отеля в Бангкоке, и машине, которая будет ждать их в аэропорту… и времени, которое потребовалось, чтобы доехать на автобусе до аэропорта Пенанга (даже проезд на автобусе в итоге оплатил её клуб).… и времени, проведённом в аэропорту за переодеваниями и покупкой новой одежды, кофе, сэндвичей с яйцом, сушёного манго, шоколада, инжира и других закусок в самолёт… даже после всего этого Алексис до сих пор не почувствовала хотя бы проблеска возвращающейся к ней магии Светоносной.

Она чувствовала себя словно разряженная батарейка.

Она чувствовала себя пультом управления, у которого произошло короткое замыкание.

В тот единственный раз, когда она потратила несколько минут, чтобы попытаться провести мимолётную проверку своей силы, во время ожидания у выхода на посадку в аэропорту, Алексис ничего не почувствовала.

Она ничего не ощутила.

Совершенно ничего не произошло.

Её татуировки по-прежнему не светились. Они даже не замерцали.

Она ничего не почувствовала между своими руками. Ни одна из привычных геометрических фигур, которые она вызывала для портальных врат, не появилась из-под её пальцев.

Её магия исчезла.

Она действительно исчезла… возможно, навсегда, как и сказал Девин.

По крайней мере сейчас, с функциональной точки зрения Алексис была человеком.

Она понятия не имела, как долго это продлится.

На самом деле, это не должно было её удивлять.

Это последнее заклинание, закрывающее главные врата, истощило все её резервы до последней капли. Просто чтобы сотворить это заклинание, ей пришлось черпать силы из каждого живого существа вокруг. Учитывая, что она никогда раньше не творила подобного заклинания (она никогда не делала ничего даже отдалённо похожего на это), Алексис понятия не имела, когда её силы снова восстановятся.

Если вообще восстановятся.

Возможно, этого никогда не случится.

Алексис на самом деле не задумывалась о такой возможности, пока Девин не озвучил это, но теперь подобная версия обретала для неё некий смысл.

Возможно, она не сумеет вернуть свои силы до тех пор, пока порталы вновь не откроются.

Возможно, она даже тогда не получит свою магию обратно.

До тех пор им придётся довольствоваться более человеческими, менее фантастическими видами транспорта. Ресурсы Алексис, хотя и были по-прежнему значительными, теперь в основном касались человеческих реалий. Не считая какой-то помощи, которую она могла получить от других сверхъестественных существ — включая тех, кто в настоящее время находился рядом с ней, и тех, с кем она могла связаться, как только они доберутся до Бангкока — на данный момент она была полностью лишена магии.

— Она вернётся, — пробормотал Кэл.

Нахмурившись, он поудобнее устроился на соседнем от неё кресле.

Когда Алексис оглянулась на него, он тоже повернул голову, бросая на неё мрачный взгляд.

Он поджал свои очерченные губы.

— Она вернётся, — повторил он. — Я обещаю тебе, Светоносная.

Отведя от неё взгляд, он добавил, понизив голос:

— …должна вернуться. Значит, всё так и произойдёт.

Алексис не стала предпринимать попытки разобраться в этой логике.

Вместо этого она вздохнула, удобнее усаживаясь в кресле самолёта рядом с тем, что занимал Король Странников. Через проход от неё, тоже в первом классе, вместе сидели Джулс и Девин.

На ряду перед ними сидел Борген вместе с одним из двух оставшихся охранников, с мужчиной. Алексис показалось, что она слышала, как другие называли его Монту.

Перед ней и Кэлом сидели Уоррик и последний оставшийся охранник из команды Странников Боргена, женщина.

Алексис узнала, что её зовут Вулка.

Сейчас Вулка, которая после попытки спасти Донри испачкалась в крови ещё сильнее, чем Кэл, была одета в совершенно новую человеческую одежду, подходящую по стилю этому измерению.

Её кожу и волосы отмыли в озере под горой, а затем ещё раз в туалете малайзийского аэропорта, после того как Джулс увидела Вулку обнажённой и настояла на этом.

Они помогли Страннице подобрать новую земную одежду.

Джулс вымыла волосы Вулки в душе аэропорта, используя настоящий шампунь, и кровь всё равно стекала по телу Странницы в канализацию. Даже после того, как она умылась в озере, кровь всё ещё оставалась в её ушах, под одеждой и под ногтями.

Большая часть одежды, которая на ней была до того, как они помогли ей переодеться, принадлежала Боргену. Она бросила почти все свои вещи возле пещеры на горе Пенанг.

Алексис сама перевязала несколько ран на коже Странницы.

Большая часть крови принадлежала не ей.

Физические травмы Вулки были незначительными.

Глядя на призрачно-белую кожу лица солдата-Странницы, на затравленный взгляд тёмных глаз, почти осязаемое истощение, запечатлевшееся в её чертах, Алексис была почти уверена, что женщина-Странница до сих пор находится в шоке.

Что не так уж удивительно, на самом деле, учитывая, что Вулка видела, как по меньшей мере трое её товарищей Странников были убиты прямо у неё на глазах.

Наблюдая за тем, как все Странники в аэропорту испытывают трудности с такими простыми вещами, как одежда и еда, Алексис снова подумала о том, что им следует задержаться на Пенанге на несколько дней. Она боялась, что они могут стать нестабильными, и хотела дать Странникам немного времени на восстановление.

Когда она осторожно озвучила эту мысль, Кэл и даже сама Вулка сразу же отказались от её предварительного предложения.

Оба были непреклонны.

Оба были совершенно непоколебимы в данном вопросе.

Оба хотели отправиться на поиски Красного Дракона.

Оба хотели открыть охоту на Красного Дракона.

И на самом деле Алексис это вполне устраивало.

Она всё равно беспокоилась о психическом состоянии Странников, но понимала их желание действиями бороться с травмой.

Она понимала это всей своей душой.

Учитывая их желания и собственные стремления Алексис, они не могли остаться.

Поэтому она попросила своих людей забронировать им билеты на ближайший рейс до Бангкока.

Глава 6. Старая раса

— Кажется, я прямо сейчас могла бы умереть от счастья, — сказала Джулс приглушённым голосом, лёжа лицом вниз на гигантской кровати. — Я правда могла бы, — пробормотала она. — Я могу умереть.

Она полежала так ещё несколько секунд, затем вздохнула.

— Может, кому-то из вас стоит бросить мне в голову что-нибудь тяжёлое? Но постарайтесь уложить меня одним ударом. Я не хочу ничего почувствовать.

Девин наклонился и шлёпнул её по заднице, заставив подпрыгнуть. При виде этого Алексис удивлённо фыркнула.

Одарив полуфейри одной из своих дьявольских улыбок, Девин прорычал:

— Ещё рано спать, коротышка, — заявил он, используя прозвище, которое почему-то прилипло к ней в старшей школе. — Мы заказали столько еды, что можно будет накормить армию. И ты сказала, что залезешь со мной в джакузи. Я ловлю тебя на слове.

Несмотря на мимолётные шутки вместе с огромным облегчением от того, что Девин снова привычно разговаривал, Алексис не могла надолго сосредоточиться на двух своих лучших друзьях.

Она только что заполучила новенький телефон, который ей доставил один из сотрудников «Белого кролика», её клуба, который находился к северу от Саторна в Бангкоке, вблизи реки Чаупхрая.

Она заставила их загрузить номера всех клубов, имена всех менеджеров и любые контакты, которые они могли заполучить из «облака» для её личного аккаунта.

Но они сделали даже лучше.

Они нашли и загрузили точную копию информации с её прошлого телефона.

Теперь Алексис поручила им сделать то же самое для Джулс.

Их нынешний отель, который был одновременно знаменит и печально известен, как памятник колониализму, также имел сомнительную честь, являясь самым дорогим местом проживания в Бангкоке. Он стоял прямо на берегу реки — старомодное здание в колониальном стиле, всё в белых тонах, с колоннами, деревянными ставнями, фонтанами и более новым комплексом из четырёх открытых бассейнов в виде лагуны. Первоначальное сооружение было построено англичанами и на протяжении многих лет сохранялось в почти первозданном виде своего былого великолепия. Они пристроили к этому зданию бассейны, расширили сады и скупили недвижимость по обе стороны от него, чтобы построить рестораны и магазины.

В отличие от большинства старых домов в этой части города, которые были либо снесены, либо оставлены в запустении, это здание имело историческую ценность хотя бы для высокопоставленных лиц, которые там останавливались.

По этой же причине с момента первоначальной постройки его несколько десятков раз реконструировали, сохраняя при этом большую часть колониального очарования, по крайней мере, архитектурного.

Алексис, Джулс и Девин заняли самый большой номер, который предлагал отель.

Она по сути сняла весь верхний этаж.

Вскоре ей нужно будет проверить Странников, убедиться, что у них есть всё необходимое, но сначала о главном.

Она по памяти набрала номер и стала дожидаться гудков.

… гудки всё шли.

И шли.

Возможно, гудков прозвучало штук тридцать.

Может, сорок.

Наконец, раздался щелчок.

Голос на другом конце раздался тогда, когда существо поднесло трубку ко рту и уху.

— Алексис, моя дорогая… — промурлыкал низкий голос с акцентом. — Ты совсем не улавливаешь намёка, не так ли? Ты должна была знать, что я почувствую тебя на другом конце звонка.

— Это важно… — начала Алексис.

— Конечно, так и есть, — существо вздохнуло. — Разве бывает иначе?

— Ты нужна мне. Это важно, Мара. Не только для людей. Не только для Светоносных.

На другом конце древнего стационарного телефона повисла тишина.

— Это ты сделала? — следом спросил голос. — Эту вещь с дверями?

— Да.

— Ты отрезала нас от Древних? От Света? — теперь в голосе существа слышался заметный оттенок гнева. — Ты сделала это? Та, что должна защищать наш мир? Ты хоть представляешь, что натворила?

Алексис прикусила губу.

Она оглянулась на Джулс и Девина.

Её школьные друзья наблюдали за ней с огромной кровати, где Джулс наполовину утонула в складках толстого, белого пухового одеяла.

Они живо уставились на неё настороженными взглядами, образно «навострив уши».

Они явно услышали что-то в её голосе, или, в случае с Девином, он мог услышать слова женщины-видящей по телефону.

Этот чёртов слух оборотней был просто поразительным.

— Я действительно сделала это. И я знала, что это будет означать… более или менее, — сказала Алексис, отрывая взгляд от своих друзей. Она снова сосредоточилась на видящей на другом конце провода. — Я приношу свои извинения. Это было необходимо. Сейчас я пытаюсь это исправить. Вот почему мне нужна твоя помощь.

Существо открыто насмехалось над её словами.

— Необходимо. Прямо то, что всегда говорят Тёмные. Перед тем, как сжечь твой мир дотла. Они говорят, что это необходимо. Это даже не первый раз, когда я слышу такое сегодня, Алексис Пул…

— Мара, — предупреждающе перебила её Алексис. — У меня нет на это времени. Если ты хочешь устно отчитать меня за принятое мной решение, тебе придётся сделать это лично. Желательно за чашкой приличного чая, чего-нибудь вроде улуна.

Замолчав, она практически почувствовала, как другое существо прокручивает её слова в своих мыслях, разыскивая невысказанные смыслы вокруг них.

Сделав над собой усилие, Алексис приглушила свой голос, когда заговорила в следующий раз.

— Я правда не могу сделать это по телефону, — сказала она. — Я бы хотела сделать это лично. Я не могу тратить столько времени, чтобы объяснять тебе всё таким образом.

— Что это значит? — настороженно спросила видящая.

— Это значит, что я в Бангкоке, — ответила Алексис, и в её голосе прозвучало ещё больше предупреждения. — Мы можем встретиться? Всё ещё существует серьёзная опасность. Ты знаешь это. Ты сама сказала. Если хочешь, чтобы я всё исправила, то мне нужна твоя помощь.

Алексис практически услышала, как существо нахмурилось.

— Серьёзная опасность? Здесь, в Бангкоке?

Задумавшись над вопросом, Алексис нахмурилась.

— Возможно. На этот счёт у меня пока нет ясности. На самом деле, я надеялась, что ты поможешь мне с этой частью. Но я не могу обсуждать это по телефону, — повторила Алексис с ноткой предупреждения в голосе. — Нам действительно стоит поговорить лично, Мара.

— Ты приедешь сюда? — с сомнением спросила видящая.

— Я могу. Или ты можешь приехать сюда. Вероятно, так было бы удобнее. Для нас обеих.

Алексис прикусила язык, глядя в окна отеля «Элефант Колониал Гарденс».

Она посмотрела на реку, борясь с очередной волной усталости.

— Я в «Гарденс», — добавила она, используя местное название отеля.

Видящая всё ещё молчала.

— «Элефант Колониал Гарденс», — пояснила Алексис.

На этот раз она практически услышала, как видящая закатила глаза.

— Да, дорогая. Я это поняла. Я живу в Бангкоке всего лишь около трёхсот лет. Я всего лишь наблюдала, как этот памятник эгоизму, алчности, упадку и высокомерию возводился твоими любимыми людьми…

— Ты приедешь?

Снова повисло молчание.

Затем существо выдохнуло, щелкая языком в этой странной манере видящих.

Алексис узнала, что в этих щелчках содержалась масса смысловых нюансов, обычно понимаемых по контексту, а также по тому, как жёстко, мягко, деликатно щёлкающий видящий издавал эту комбинацию замысловатых щелчков. В данном случае щёлканье показалось ей сочетанием вздоха, нетерпения, возможно с примесью глубинного раздражения.

Видящие были странной расой.

Старой расой.

— Нет, — ответила следом видящая. — Ты приедешь ко мне. Старый город. То же место. Через три часа.

— Три часа? Почему так долго?

— Три часа. Либо так, либо мы не встречаемся, Светоносная.

— Но почему?

— Я тоже не стану объяснять тебе мой распорядок, Алексис Пул.

Алексис прикусила губу, глянув на часы.

Она подумывала предложить в качестве места встречи свой клуб.

В конце концов, она поняла, что слишком сильно нуждается в другом существе, чтобы спорить о деталях.

Тем не менее, она еле сдерживала нетерпение в своём голосе.

— Я буду там, — лишь ответила она.

Глава 7. Странное притяжение

— Кто, чёрт возьми, это был? — изумленно спросил Девин.

Прежде чем она успела ответить, он покачал головой, упираясь мускулистыми руками в матрас по обе стороны от себя. Он посмотрел на Джулс, затем снова на Алексис, и его лицо выражало наполовину ошеломление, наполовину настороженность.

— Ты и правда знакома чёрт знает с какими людьми, Лекс.

Алексис воздержалась от того, чтобы пробормотать, что большинство из них вовсе не являлось людьми.

Она задумалась, как можно было бы описать Мару или других, ещё более странных видящих, которых она встречала на протяжении многих лет, но прежде чем смогла решить, стоит ли тратить время и остатки мыслительных способностей на подбор слов, учитывая имеющееся у них время, в дверь пентхауса позвонили.

Не говоря ни слова, Алексис развернулась на пятках.

Она направилась прямо к двери и открыла её без предисловий.

Когда она увидела ряд официантов, стоящих в белых пиджаках и белых брюках, в сочетании с чёрными галстуками и чёрными туфлями, Алексис отошла в сторону, чтобы они могли вкатить тележки, нагруженные тарелками с едой.

Она слегка ошеломлённо улыбалась, пока мимо проезжала тележка за тележкой, и думала про себя, что поручать оборотню заказывать еду было очень опасно.

За считанные минуты официанты расставили все шесть тележек в виде своеобразного буфета, посередине между большим столом в центре общей зоны пентхауса и большим телевизором с плоским экраном, установленным перед полукругом из секционных диванов.

После того, как Алексис всё подписала, оставив им щедрые чаевые, они поклонились и вышли, улыбаясь и желая всем приятного аппетита.

Только тогда Алексис подошла к не накрытым тарелкам.

С одной стороны они расставили тарелки, миски, подогреваемый поднос с белым рисом в центре тележки на колесиках.

У них даже имелась тележка, заполненная исключительно напитками — как алкогольными, так и безалкогольными, включая кофе, чай, молоко, эспрессо, сок.

Вдыхая аромат тайских специй и разглядывая различные тайские блюда, смешанные с тандури, карри, блюдами из морепродуктов из разных регионов, блюдами с лапшой, суши-роллами и закусками, Алексис почувствовала, как у неё заурчало в животе. Там была тарелка кальмаров на гриле, ещё одна с Пад Тай, три вида жареного цыпленка, тофу с зелёным карри, Пад Си Ю, суп Том Ям, жареный рис с ананасами, салат из стейков по-тайски, красное и жёлтое тайское карри с морепродуктами, а также разнообразие разноцветных пирожных, мясные шашлычки, разноцветные соусы, ломтики манго, салат из папайи, салат из огурцов, жареные креветки, свежие летние роллы, жареные спринг-роллы, сатай из курицы, фрикадельки из баранины…

Много еды.

Чертовски много еды.

Алексис устала даже просто от попыток перечислить это всё.

В конце концов, она взяла тарелку и миску и начала их наполнять.

Она более-менее выбирала блюда наугад, пока тарелка не заполнилась, потом она остановилась.

Она поставила тарелку и миску на низкий журнальный столик перед диваном и села перед ним, скрестив ноги.

Девин зашёл и рассмеялся.

— Не обращай на нас внимания, Лекс, — ухмыльнулся он, весело взглянув на Джулс, прежде чем снова посмотреть на сидящую на полу Алексис. — Продолжай. Ешь без нас.

— У вас есть обоняние, — парировала Алексис, беря один из мясных шашлычков, которые она схватила, и макая его в арахисовый соус. Она хмыкнула, глядя поверх шпажки на Девина. — Я знаю, что у тебя есть нюх. Тебе просто нужно последовать за ним, когда ты голодный, человек-волк.

Девин покачал головой, но улыбка не сходила с его лица.

Он подошёл к той же стороне ряда тележек для обслуживания номеров, с которой начала она, взял тарелку и начал нагружать её ещё больше, чем она свою, в основном выбирая наиболее мясные блюда, которые только мог найти.

Джулс несколько раз протестовала, отставая от него на несколько тарелок, по-видимому, думая, что Девин съест всё самое вкусное, особенно всё вкусное из тех блюд, которые ей особенно сильно хотелось попробовать.

Однако в конце концов у Джулс на тарелке оказалось примерно третья часть еды Алексис, и, возможно, пятая часть от тарелки Девина.

Все трое уселись вокруг кофейного столика на подушках.

Несколько минут они даже не разговаривали.

Словно по обоюдной договорённости они вооружились вилками, ложками, ножами, пальцами и приступили к еде.

Уничтожив примерно половину своей тарелки, Девин, наконец, поднял взгляд на Алексис.

Судя по выражению его лица, еда уже чудодейственно влияла на него.

Девин выглядел более спокойным.

Ещё он выглядел более сосредоточенным, как будто вернулся в режим стратегического мышления.

Но самым раздражающим было подобие ухмылки на его лице.

— Где муженёк, Лекс? — он откусил большой кусок свежего летнего ролла, который обмакнул в сладкий соус чили. Девин улыбнулся ей, но Алексис заметила в его глазах более пытливый взгляд. — Я думал, ты будешь спать с ним. А не с нами.

Алексис чуть вздохнула про себя.

Правда в том, что она ощущала желание пойти проведать Кэла и, возможно, остальных его друзей-Странников, даже Уоррика.

Она ещё раз рассказала ему про еду здесь, напомнила об их последнем приключении с едой навынос в Лос-Анджелесе и объяснила ему, как пользоваться телефоном.

Борген, Вулка и Уоррик слушали её, но все они казались такими же сбитыми с толку, раздражёнными и незаинтересованными, как и сам Кэл.

Другой Странник, Монту, был в душе и издавал почти порнографические звуки энтузиазма от сильных струй горячей воды.

Алексис изо всех сил старалась игнорировать его.

По правде говоря, даже тогда она была сосредоточена на Кэле

Она чувствовала, что Кэл не одобряет оглашённый ею распорядок ночёвки и хочет поговорить с ней наедине.

Это она тоже проигнорировала.

Алексис чувствовала Кэла даже сейчас, где-то на задворках своего сознания.

Она почти видела его там, бормочущего проклятия себе под нос на языке Странников, расхаживающего по их номеру, который был больше похож на большие двухэтажные апартаменты или таунхаус, с гостиной с высокими потолками, отдельной кухней, двумя ванными комнатами и тремя спальнями.

Этот номер, который Алексис забронировала для себя, Девина и Джулс, был поменьше, всего с двумя спальнями, полутора ванными комнатами, небольшой кухней и гостиной.

Она почти чувствовала, как Кэл злится ещё и из-за этого.

Она также чувствовала его параноидальную уверенность в том, что она будет делить с кем-то одну из кроватей, но не с ним… и не с Джулс.

Алексис думала, что он просто ведёт себя как засранец.

Она думала, что его нездоровая ревность к Девину была чистым ребячеством.

Однако гораздо более раздражающим был тот факт, что Алексис также не могла с уверенностью сказать, что была полностью не согласна с ним.

Не про Девина, конечно.

А про распределение спальных мест.

Она тоже чувствовала непреодолимое желание спать с ним в одной постели.

Нахмурившись, пока прожёвывала кусочек курицы с карри, Алексис не осознавала, что так и не ответила Девину, пока он многозначительно не прочистил горло.

Она подняла взгляд, и на этот раз оборотень выглядел по-настоящему раздражённым.

— Он ведь не будет спать здесь, не так ли? — проворчал Девин.

Алексис замялась.

Прежде чем она решила, что ответить, у двери раздался другой голос.

— Ещё как будет, — сказал Кэл с неприкрытым раздражением в голосе. — …Если у него есть право голоса в данном вопросе, то он определённо будет спать здесь. И не один, волк. И уж точно не с тобой.

Алексис повернулась и посмотрела на Короля Странников снизу вверх с того места, где сидела, скрестив ноги на полу. Она подпёрла одно колено, чтобы использовать его как подлокотник, и всё ещё сжимала одной рукой деревянную шпажку с насаженным на неё цыпленком в карри.

Она подняла глаза на Кэла, которому, как ей внезапно вспомнилось, она посчитала необходимым отдать свою запасную ключ-карту от гостиничного номера.

Она прокрутила в голове то, что Кэл только что сказал Девину, и хотела разозлиться.

Даже сейчас ей хотелось огрызнуться на него за то, что он так пристально смотрел на Девина.

За то, что выглядел почти…

…обиженным.

Алексис поняла, что Кэл выглядел обиженным на неё.

Она не думала, что ей это привиделось.

Очевидно, услышав её мысли, Король Странников хмыкнул.

Она посмотрела на него, моргнула и поняла, что вовсе не злится.

Она совсем на него не сердилась.

Даже после того, как он наорал на неё из-за закрытия врат портала, слово «злость» и близко не подходило к тем эмоциям, которые она испытывала, глядя на него.

Изящно поднявшись на ноги, используя только мышцы ног, чтобы выпрямиться во весь рост, Алексис направилась прямо к Кэлу.

Она шла так, словно была на охоте.

Медленно, грациозно, без лишних движений и звуков.

Её разум абсолютно опустел.

Такое тоже случалось, когда она охотилась.

Алексис подошла прямо к Королю Странников, ни разу не сбившись с шага, не задержавшись даже для того, чтобы получить его разрешение. Без малейшего колебания она обвила его руками и прижалась к его груди.

Глава 8. Не одна

Если Алексис и удивила Кэла, то это удивление продлилось недолго.

Его руки сразу же обвили её, притягивая к себе, и через несколько секунд она почувствовала, как в груди Короля Странников раздался низкий, рокочущий, мурлыкающий звук.

А ещё Алексис услышала, как зарычал Девин.

Она также почувствовала на себе взгляд Девина, и недоверие расходилось от него, как шлейф аромата.

Джулс тоже, наверняка, уставилась на неё, но делала это не так явно.

Какое-то время спустя (казалось, слишком быстро) Алексис неохотно высвободилась из объятий Короля Странников. Слегка вздохнув, она отступила назад, скрещивая руки на груди. Когда она подняла взгляд на лицо Кэлиджинеса, то обнаружила, что он смотрит на неё сверху вниз, и его радужки обрели ясный, бледно-голубой цвет.

Он не улыбался, но она видела там проблески эмоций.

Она видела отражение эмоций на его лице, но больше всего в его глазах.

Она увидела там достаточно и заставила себя отвести взгляд.

Вместо этого теперь Алексис смотрела на Боргена.

— Вы заказали еду? — вежливо спросила она большого Странника. — Так получилось, что у нас оказалось гораздо больше еды, чем мы когда-либо осилим. Так что, если вы ещё не сделали заказ, можете съесть всё, что захотите…

Борген моргнул, а затем улыбнулся.

Не дожидаясь повторного приглашения, он подошёл к журнальному столику (…и прямиком к Джулс, глаза и разум Алексис не могли этого не заметить…).

Большой Странник, казалось, был уже готов сесть, видимо, чтобы есть прямо с тарелок Девина, Джулс и Алексис, или из трёх сразу, но Джулс подняла руку. Она вытерла рот салфеткой и встала, двигаясь гораздо грациознее, чем сама Алексис.

— Ты двигаешься с грацией королевы, — тихо пробормотал Кэл, адресуя эти слова только ей. — Она двигается как милое дитя. Ты двигаешься как королева-воительница.

Алексис слегка фыркнула

Но всё равно улыбнулась ему.

Она знала, что он хотел сделать ей комплимент.

Ещё она знала, что редко кто-то сравнивал её с Джулс и делал эту в её пользу. Не то чтобы она завидовала своей подруге, но иногда она рядом с ней действительно чувствовала себя невидимкой.

Кэл фыркнул в ответ на это, после чего взял её за руку.

— Мне кажется, ты бредишь, жена, — тихо произнёс он.

От его слов Алексис пробрала дрожь.

Однако она не оглянулась. Вместо этого она наблюдала за Джулс и Боргеном, не в силах скрыть своё веселье от взаимодействия миниатюрной полуфейри и Странника с массивными плечами, который, вероятно, был на полметра выше её.

Ей они казались странно очаровательными.

Взяв большого Странника за запястье, Джулс потащила Боргена к ряду тележек для обслуживания номеров. Дойдя до конца, она взяла для него тарелку из стопки и, не говоря ни слова, протянула ему. Затем она повела его вдоль ряда тележек, указывая на различные блюда, пытаясь описать их вкус.

Алексис не могла не заметить, как внимательно Монту и Вулка тоже слушали описания Джулс.

Ещё она поняла, что Кэл тоже слушал с интересом.

Потом она услышала, как у него заурчало в животе.

Разразившись удивлённым смехом, Алексис погладила его по животу сквозь тёмно-серую футболку, которую они купили для него в сувенирной лавке аэропорта Пенанга.

Кэл приподнял бровь, глядя на неё, и она улыбнулась ему в ответ.

— Какого хрена, Алексис? — пробормотал Девин.

В этот раз она недовольно посмотрела на своего друга.

Девин по-прежнему сидел на полу, скрестив ноги. Сейчас он скрестил ещё и руки на груди и смотрел на неё снизу вверх с явным раздражением на лице в сочетании с пылающим гневом в глазах. Большая часть этого гнева, казалось, была направлена на Кэла. А раздражение, видимо, предназначалось ей.

— Ты реально встречаешься с этим парнем? — спросил Девин. — Реально встречаешься. Этот кусок дерьма похитил тебя, надел на тебя ошейник… и теперь он твой парень? Как это работает, Лекс? Не хочешь просветить меня? Или Джулс? Потому что ей тоже было бы интересно узнать.

Алексис проигнорировала его вопрос.

Она снова посмотрела на Кэла.

— Я объясняла тебе, как заказать еду, — напомнила она ему, приподнимая бровь.

Кэл улыбнулся, склонив голову и признавая её слова.

— Описанный тобой процесс оказался для нас слишком… сложным.

Алексис снова невольно фыркнула от смеха.

— Меню обслуживания номеров оказалось слишком непостижимым для Странников? — поддразнила она.

— Возможно.

Кэл поднял ладонь, изобразив некое подобие пожатия плечами. Дым и свет окутывали его очертания, и это выглядело странно завораживающим.

Так же странно было то, что Алексис это ни сколько не тревожило.

Она действительно поняла, что это каким-то образом притягивает её, вызывая желание снова прикоснуться к Кэлу, может быть, даже поиграть со светом и тенью, которые обвивались вокруг его кожи.

Она задавалась вопросом, почему её реакции были именно такими.

Высвободившись из его объятий во второй раз, Алексис вспомнила, куда ей нужно будет отправиться менее чем через два часа, и почувствовала, как снова возвращается в рабочий режим.

Она почувствовала, что возвращается к той более собранной версии себя, будто кто-то почти переключил каналы в её разуме и, возможно, в теле.

Её разум прояснился. Плечи расправились.

Даже звучание её голоса изменилось, став более чётким и резким.

— Мне надо кое-куда отправиться, — сказала Алексис. — Это касается нашей проблемы.

Услышав тишину, которую вызвали её слова, она помедлила.

Замолчал не только Кэл.

Она оглядела остальных, отметив хмурое выражение лица Девина, удивление на лице Джулс, пока та переводила взгляд с Алексис на Кэла. Джулс, казалось, была менее раздражена на неё, чем Девин, но Алексис поймала себя на мысли, что полуфейри видит что-то между ней и Кэлом.

Возможно, что-то, что она сама упускала.

Кэл хмыкнул.

— Конечно, она что-то увидела, — пробормотал он. — Она же наполовину фейри.

Алексис подумывала ответить на это.

А ещё она хотела узнать, что он имел в виду.

В конце концов, она не сделала ни того, ни другого.

Скоро у них будет время для таких вопросов и объяснений.

Если бы это было что-то серьёзное или опасное, Джулс сразу же отвела бы её в сторону и всё рассказала. Но конкретно сейчас она совсем не ощущала от Джулс никаких признаков чего-то «опасного» или даже «серьёзного».

Возможно, это всего лишь любопытство.

Более того, она уловила проблеск понимания от подруги.

Что-то в духе… «О, ладно. Так вот что это такое. Теперь я поняла».

Алексис не знала точно, было ли это понимание связано с её поведением рядом с Кэлом, с поведением Кэла рядом с ней или с их поведением в обществе друг друга.

— Я подозреваю, что последнее, — хмуро пробормотал Кэл, наблюдая за Джулс. — Хотя, должен признать, я тоже не слишком уверен. Я правда думаю, что теперь она больше одобряет это. То есть сильнее, чем было раньше. Она не беспокоится о тебе, о нас так, как раньше… что бы там ни говорил этот волк.

Алексис снова посмотрела на Короля Странников.

— Большинство из них может остаться здесь, — сказала она. — На время моей отлучки. Это займёт не больше пары часов.

Девин низко зарычал.

Алексис бросила на него предупреждающий взгляд.

Затем, подумав о своих собственных словах, она скрестила руки на груди.

Всё ещё размышляя, она сделала шаг назад, хотя бы для того, чтобы дать себе время подумать. При этом она изо всех сил старалась не обращать внимания на всё более пристальный взгляд Девина, который она чувствовала на себе.

Не говоря уже о пристальном взгляде Кэла, которым он сверлил её.

— Серьёзно, вы все можете остаться здесь, — добавила Алексис, оглядываясь на остальных. На этот раз она окинула взглядом всех Странников. — Большинству из вас определённо следует остаться. Спите. Ешьте. Постарайтесь восстановить силы настолько, насколько это возможно. Хотя бы посидите немного в горячей ванне и, может быть, посмотрите фильм. Отдохните немного.

Она посмотрела конкретно на Джулс.

— …Но правда, постарайтесь поспать, если сможете. Сначала сходите поплавать, позвоните людям, которым нужно позвонить, чтобы заверить их, что с вами всё в порядке. Делайте всё, что поможет вам зарядиться энергией на несколько часов. Велика вероятность, что скоро нам придётся уехать из Бангкока, так что чем больше вы сможете здесь отдохнуть, тем лучше.

Увидев, что теперь Девин нахмурился по другому поводу, Алексис подняла руку, предупреждая протест, появившийся в его глазах.

— Это не опасный контакт, — сообщила она ему. — Скорее странный. И которого очень легко спугнуть, так что я правда могу взять с собой только одного из вас. Обычно я бы пошла одна. Мара и так наверняка будет дёрганной.

Подумав об этом, Алексис помедлила.

Затем приняла решение.

Она посмотрела на Кэла.

Когда она снова заговорила, то обращалась только к нему.

— …Но я подумала, что ты, возможно, захочешь пойти со мной.

— Что? — прорычал Девин. — Он? По-твоему, именно он должен пойти с тобой на эту странную вылазку, о которой ты ничего нам не рассказываешь? Нет, — он покачал головой. — Нет. Ни в коем случае. Ты не возьмёшь его с собой, Лекс. Ни за что. Если ты можешь взять с собой кого-то одного, то возьми меня. Или Джулс.

Девин открыто уставился на Короля Странников.

— …Кого-то, кому ты доверяешь. Кому на самом деле можешь довериться, Лекс.

Алексис взглянула на него.

В этот раз она опять не отреагировала на его злобу.

Вместо этого она снова посмотрела на Кэла.

Она оценила выражение его лица.

— Это касается его поисков, — добавила она. — Твоего отца. Если бы было что-то другое, то я, скорее всего, просто пошла бы одна. Я всё равно могу пойти одна. Если ты предпочтёшь поспать в это время, то никаких проблем. Но я хотела предложить тебе такой вариант. Я бы хотела, чтобы ты поехал со мной, чтобы ты мог пообщаться с ней лично.

Из груди Девина вырвался низкий рокот.

Джулс, которая как раз собиралась сесть рядом с ним, скрестив ноги, после того как провела Боргена через каждую тележку их импровизированного буфета, шлёпнула оборотня по груди.

Девин подпрыгнул от неожиданности.

А потом затих.

Он свирепо посмотрел на Джулс, но промолчал.

Алексис всё ещё чувствовала, как сильно Девин был возмущён, но её внимание оставалось сосредоточенным на Короле Странников.

Выражение лица Кэла не изменилось.

Его облик то проявлялся, то исчезал по краям, но изменения всё равно были незначительными; он оставался более или менее цельным, в одной форме.

Алексис внезапно показалось странным, что она хочет, чтобы Кэл пошёл с ней.

Она совершенно точно не просила из вежливости — она правда хотела, чтобы он пошёл с ней.

С таким же успехом она могла бы пойти одна.

В прежние времена ей было бы гораздо комфортнее отправиться туда одной.

Личная симпатия (или её отсутствие) к той или иной персоне никак бы на неё не повлияли.

Она бы придумала какой-нибудь предлог, чтобы успокоить Девина и оставить его в отеле. Или, в зависимости от её настроения, она могла просто заявить о своём решении пойти в одиночку.

Дома, в Лос-Анджелесе, где она не была окружена своими друзьями и не делила с ними гостиничный номер, она бы ни секунды не раздумывала. Если только у неё не было бы конкретного расчёта задействовать их, например, попросить стаю Девина выследить, патрулировать или охотиться на определённого человека или группу существ, она бы никому ничего не сказала.

Она бы просто ушла.

Если так подумать, она могла бы сделать так и здесь.

Она могла бы просто поесть и выйти за дверь номера.

Но теперь, когда Алексис вернулась на свою родную землю, и у неё наконец появилась возможность делать всё так, как она всегда привыкла это делать, она обнаружила, что просит Короля Странников пойти с ней.

После того, как она несколько месяцев была привязана к Кэлу в его мире, окружена его охраной — ну, по крайней мере, одним телохранителем, Уорриком — Алексис вернулась на свою территорию.

Здесь, в этом мире, она привыкла всё делать в одиночку.

Она привыкла почти всё делать в одиночку.

Кэл прокашлялся.

Алексис приподняла бровь.

— Могу я сначала поесть? — спросил он.

Его светло-янтарного цвета глаза медленно начали изменяться, превращаясь в бледно-зеленые. Они плавно продолжали изменяться в ещё более бледно-фиолетовый цвет. Он оглянулся через плечо туда, где Борген всё ещё накладывал себе на тарелку ложки разноцветного карри и жаркого.

— Это пахнет весьма… странно. Но я вдруг понял, что очень проголодался.

Алексис кивнула, сохраняя невозмутимое выражение лица.

Лишь спустя несколько секунд она поняла, что какая-то её часть хотела рассмеяться.

Глава 9. Кто я

— Я связался со стаей, — пробормотал Девин, ошиваясь возле гардеробной, пока Алексис переодевалась. — Ты наверняка частично слышала. Ещё я позвонил Габриэле.

Алексис кивнула, не потрудившись прокомментировать сказанное.

— Хорошо, — ответила она.

— Пока что я только дал им понять, что со мной всё в порядке, — добавил он. — Но я ещё перезвоню Вику. Я хотел рассказать им подробнее о том, что мы делаем и где находимся. Ты хочешь, чтобы кто-нибудь из них приехал сюда? В Бангкок?

— Погоди с этим, — сказала она. — Возможно, мы скоро сами поедем к ним… Чтобы случайно не разминуться друг с другом где-то над Тихим Океаном.

— Точно, — пробормотал Девин.

Судя по его голосу, который доносился до неё из-за двери гардеробной, он слушал её вполуха, обдумывая их варианты.

Ещё она поняла, что он был немного разочарован.

Если Алексис вообще знала Девина, то этот разговор со стаей, вероятно, немного расслабил его и в то же время заставил чертовски волноваться. Он хотел бы отправиться к ним, и как можно скорее.

Она не могла особо винить его.

Алексис только что вышла из душа.

Кэл вернулся в свою комнату, вероятно, чтобы сделать то же самое.

Джулс и Девин оба практически присвоили себе телефоны, чтобы связаться со всеми людьми в своей жизни, которые в течение прошлой недели практически считали их мёртвыми или похищенными.

Очевидно, приспешники Иных устроили в доме Девина разгром таких масштабов, что вся стая абсолютно слетела с катушек вместе с приёмной семьей Джулс, девушкой Девина, всеми друзьями и соседями Джулс и Девина, не говоря уж обо всех, кто работал в «Красном кнуте».

Подумав об этом, Алексис вздохнула.

Последствий от всего этого бардака могло быть гораздо больше, чем она предполагала.

Им нужно как можно скорее придумать какую-нибудь правдоподобную историю прикрытия.

В частности семья Джулс наверняка сходила с ума.

К тому же они совершенно ничего не знали ни о магии, ни о получеловеческом статусе Джулс. Они просто обожали свою причудливую, очаровательную, обладающую странной интуицией дочь, вместе с её необычными друзьями.

Алексис снова вздохнула.

Закончив принимать душ, она вышла из ванной, надев мягкий гостиничный халат. И как оказалось очень удачно, потому что она увидела, как Девин расположился на её кровати и копался в её новом мобильном телефоне, который был подключён к зарядке рядом с большой кроватью — вероятно потому, что Джулс использовала телефон в другой комнате.

Девин оставил его подключённым, пока разговаривал с тем, кому звонил.

Когда он всем своим видом изобразил извинение, Алексис отмахнулась от него.

Она схватила сумку с новой одеждой, которую купила на Пенанге, и пошла в гардеробную, чтобы переодеться. Но перед этим она сперва стала развешивать одежду на потом, и как раз в этот момент Девин положил трубку и начал разговаривать с ней через приоткрытую дверь гардеробной.

Она не возражала.

Девин был семьёй.

К тому же, она знала его достаточно хорошо и понимала, что он может расхаживать там, размышлять вслух, бормотать себе что-то под нос… но не попытается подсмотреть за её голой задницей в зеркалах или украдкой заглянуть в приоткрытую дверь.

По этой же причине Алексис отвечала на его невнятные размышления, когда это казалось уместным, а сама надевала совершенно новую, чистую гражданскую одежду. Она обдумывала его слова, пока отрывала бирку от мягкой серой футболки, которую вытащила из кучи.

Бросив этикетку в маленькую мусорную корзинку на полу, она нахмурилась, размышляя вместе с ним.

— Когда будешь говорить с ними в следующий раз, скажи им, чтобы проверили врата, — произнесла Алексис рассеянным голосом. — И спроси их об этих дымчатых существах. Выясни, не замечали ли они их в городе или в Гриффит-парке, пока нас не было.

Подумав, она добавила:

— И пусть кто-нибудь свяжется с другими стаями. Пусть они выяснят у местных состояние врат в Лондоне, Москве, и…

— Да-да, — Девин снова принялся расхаживать туда-сюда. — Я попрошу их всё проверить.

— Что насчет Габриэлы? — следом спросила Алексис.

— Я попросил её присмотреть за нами, — сказал Девин. — Но она как будто всё равно собиралась это сделать. Она сказала, что прицепит на всех нас магические устройства типа маячков, чтобы убедиться, что никто не подберётся к нам слишком близко. Она думает, что знает, что искать, особенно после того, что она почувствовала на портале в Старом Зоопарке.

Алексис кивнула, слегка нахмурившись.

Она почти забыла, что Габриэла была там с ними в ту ночь.

Теперь она пыталась решить, существовал ли какой-то способ использовать это в свою пользу.

— Пусть она ещё взглянет на мои заклинания, — спустя мгновение сказала Алексис. — Посмотрим, сможет ли она выяснить, является ли проблема постоянной или временной… и когда всё может восстановиться, если это временно. Было бы неплохо узнать, произошли ли какие-нибудь изменения. Нам не придётся бежать на самолёт, если я смогу воспользоваться порталом, чтобы вернуть нас всех обратно в Лос-Анджелес.

Возникла небольшая пауза.

Затем Девин выдохнул.

— Я уже попросил её, — признался оборотень. — Когда она сказала эту фразу о том, что знает, как выглядят Иные… как бы удивительно это ни было … Я попросил её поискать и Чарльза тоже. И вообще, любых существ, обладающих такой энергией. Она собиралась встретиться со своим ковеном и перезвонить мне. Она сказала, они всё равно понимают, что что-то «изменилось». Когда я упомянул, что тебе пришлось закрыть порталы, она была очень встревожена. Думаю, у них всё равно сегодня намечалось экстренное собрание ковена по этому поводу… ну, «сегодня» по их времени. То есть, ранним утром в Лос-Анджелесе…

Алексис кивнула, застёгивая ремень, который она продела в новые штаны.

— Твой дом в порядке? — затем спросила она.

Снова повисло молчание.

— Я забыл спросить, — признался Девин.

— Узнай у них.

— В следующий раз, — небрежно бросил Девин. — Я не беспокоюсь о своём доме, Лекс. Вик наверняка в тот же день заставил Рэя и Ханну заменить стеклянные двери и окна, поменять замки…

Рэй и Ханна были членами стаи, которые основали компанию строительных подрядчиков. Вспомнив об этом, Алексис кивнула.

— Само собой, — пробормотала она.

— В любом случае, я ещё никому из них особо много не рассказал, — добавил Девин, проводя рукой по своим тёмным волосам. — Сейчас я пока что пытаюсь справиться с «мы думали, ты умер!». Это занимает первоочередное место и затмевает вопрос о том, разгромил кто-то мой дом, пока меня не было, или нет.

— Я понимаю, — терпеливо произнесла Алексис. — Но эти дымчатые существа знают, где ты живёшь. Нам нужно понимать, бывали ли они там с тех пор, как забрали тебя. Возможно, если они там на самом деле были там, то мы сможем использовать этот факт, чтобы отследить их.

— Они и отследили их, — сказал Девин. — Прямиком до врат в Старом Зоопарке. Ещё они были на связи с Габриэлой всё то время, пока меня не было. Они работали с ковеном и с некоторыми вампирами из клуба.

Алексис снова кивнула.

Душ определённо помог.

Она снова почувствовала себя человеком.

Но в то же время она взвинчена почти так же сильно, как и Девин.

В случае с Девином она понимала, что это наверняка вызвано стаей, а не его явным расстройством из-за Габриэлы и того, как он заставил её переживать.

Но в случае с Девином всё всегда сводилось к стае.

Алексис знала, что после такой длительной разлуки с его народом ему, должно быть, хочется лезть на стены. Каждая частичка его инстинктов и сердца кричала, чтобы он вернулся к стае. Она знала Девина достаточно хорошо, чтобы понимать, что ему даже в лучшие времена очень сложно контролировать свои инстинкты альфы. Стая для него была настоящей семьёй.

Кроме того, Девин рассматривал их как исключительно свою ответственность, как то, что было важнее абсолютно любого другого человека или ситуации в его жизни.

Алексис знала, единственное, что сейчас удерживало Девина здесь — это то, что Девин считал Иных и Красного Дракона наибольшей угрозой, с которой когда-либо сталкивалась его стая.

Но все его инстинкты кричали о том, чтобы вернуться в Лос-Анджелес.

Всё в нём кричало о том, чтобы вернуться к его стае.

Одно дело — не быть рядом с ними, пока ты заперт в альтернативном измерении… Но совсем другое — находиться на расстоянии перелёта от своих людей, которые, вероятно, могут быть в опасности из-за того ада, что Алексис только что обрушила на этот мир. Гораздо хуже было бояться, что они могут оказаться в опасности из-за этого существа, и не иметь возможности пойти к ним или добраться до них вовремя, если им понадобится его помощь во плоти.

Алексис машинально коснулась своего бедра при этой мысли.

Но не почувствовала там ножа.

У неё вообще не имелось при себе никакого оружия.

Она определённо не могла разгуливать по Бангкоку с пристёгнутыми к спине мечами, с пистолетом и хлыстом на поясе, охотничьим ножом в ножнах на бедре так, чтобы при этом её не арестовали, и/или она не перепугала чёртову кучу местных жителей.

По этой же причине Алексис пришлось ограничиться небольшим рюкзаком, который она также приобрела в аэропорту Пенанга. Она уже сказала Кэлу, что они сложат туда любое оружие и другие меры защиты, которые могут им пригодиться.

Расстегнув молнию, она первым делом сложила туда свой хлыст.

Может, это был психологический трюк, но Алексис сразу почувствовала себя лучше.

Следом она положила охотничий нож в ножнах (возможно, потому, что она только вспоминала про него), за ним последовал другой нож поменьше, два глока и несколько запасных магазинов, которые дожидались её в сейфе отеля, а также пачку тайских батов на сумму в несколько сотен долларов, которые Алексис получила в Международном аэропорту Бангкока.

Она запросила пистолет у Гюнтера, своего штатного менеджера в «Белом кролике», вместе с магазинами.

Он как всегда справился отлично.

Ещё он заполнил сейф наличными для неё, но Алексис собиралась на всякий случай оставить их здесь. Она не думала, что ей понадобится так много денег там, куда они направлялись.

Мара, как и большинство сверхъестественных существ, с которыми Алексис заключала договоры, в любом случае предпочитала банковские переводы, а не расчёты наличными.

Кроме того, рискованно разгуливать здесь с кучей наличных, даже имея при себе такой арсенал. Оружие и ножи представляли собой опасность и по другим причинам, большинство из которых были связаны с тайскими правоохранительными органами. Если их поймают с оружием на улице, то, скорее всего, объявят террористами, учитывая, что они иностранцы.

Разгуливать с оружием в любой стране, где у Алексис не было сверхъестественных контактов в полиции, было рискованно даже в то время, когда у неё имелся доступ к магии… и независимо от того, было ли оружие пристёгнуто к её телу, и являлось ли оно хоть сколько-нибудь видимым.

Конечно, сейчас она будет рисковать, учитывая обстоятельства.

Но она не планировала привлекать к себе внимание.

Насколько знала Алексис, Красный Дракон уже выследил их здесь, точно так же, как он выслеживал их в своём родном мире.

И дело не только в конкретной угрозе со стороны отца Кэла.

Алексис чувствовала другую угрозу, пусть и в несколько более абстрактной манере.

Ей казалось… что что-то не так.

Возможно, это из-за потери магии, но Алексис так не считала.

Даже не считая магии, всё казалось… накренившимся.

Алексис не спрашивала Кэла, потому что помнила, как он сорвался у врат, но подозревала, что это как-то связано с тем, что врата полностью запечатаны.

Внутри неё это ощущалось подобно надвигающемуся шторму

Алексис чувствовала себя на взводе, как будто по ней пробегал слабый разряд электрического тока, отчего волосы на руках и затылке вставали дыбом, вызывая лёгкую тошноту и беспокойство. Разум был переполнен вопросами: заплачена ли цена за то, что она провела так много людей через портал, прежде чем закрыть его, и что она на самом деле сделала с этим измерением… всеми измерениями…. из-за того, что закрыла врата.

Был ли кто-то из Иных заперт здесь в ловушке?

Что случилось с теми тёмными существами, которых послали через врата ранее, предположительно в рамках подготовки к захвату этого мира, чтобы использовать его в качестве основных врат, с ней в качестве последней Светоносной?

Что ещё оказалось заперто здесь, вместе с ними?

Какие боги были здесь? Какие демоны?

Какие ещё расы оказались за закрытыми вратами?

Будут ли те, кто поддерживает силы Тьмы (или тех, кто находится на стороне Тьмы), ослаблены так же сильно, как и приверженцы Света, будучи отрезанными от источника своей силы?

Или это только сделает их сильнее?

Судя по тому, что подразумевал Кэл, пока орал на неё у врат, силам Света будет хуже в их изоляции от других миров.

От размышлений над этими вопросами у Алексис ещё сильнее начала болеть голова, а беспокойство усиливалось.

Пытаясь не думать обо всех этих вещах, она всё острее чувствовала гигантское количество вины и стыда, смешивающиеся с её нервами.

Она не осознавала, что перестала собираться, пока не ощутила чьё-то присутствие внутри гардеробной рядом с ней.

Это был не Девин. Девин больше не стоял за дверью гардеробной, нервничая вместе с ней, бессознательно разделяя ту же общую тревогу.

Должно быть, Девин ушёл. Скорее всего, он ушёл, чтобы воспользоваться другим телефоном или, возможно, проверить Джулс, которая разговаривала со своими людьми в соседней комнате.

В любом случае, это не был кто-то из её лучших друзей.

За её спиной стоял Кэл.

Он вошёл, пока Алексис была потеряна в своих мыслях.

К счастью, она была полностью одета, не считая обуви, но всё это время просто стояла там и пялилась в стенку шкафа, не видя висящей там одежды и её рюкзака, который лежал расстёгнутым на комоде.

Кэл легко коснулся её рук, чуть ниже плеч, и Алексис подпрыгнула.

Резко повернув голову и посмотрев назад, она увидела, кто это был.

Она изо всех сил попыталась расслабиться.

Кэл поцеловал её в шею, тихо бормоча что-то.

— Ты тоже отрезана от Света, Светоносная, — он снова поцеловал её, прижавшись щекой к её коже. — Ты реагируешь на это. Ты приспосабливаешься. Какая-то часть тебя ищет связи, которые ты потеряла… так же, как и все мы.

Он снова поцеловал её.

Алексис прильнула к его груди, ногам и жару его губ, пока Кэл продолжал целовать её. Она задумалась над его словами. Она чувствовала исходящее от него тепло, уверенность, привязанность… она позволяла себе принять это.

Ещё она поняла, что не хочет слишком пристально разбираться со всем этим.

— Ты имеешь в виду закрытие врат, — произнесла Алексис. — Ты думаешь, я реагирую на это.

— Да.

— Это кажется правдоподобным, — признала она.

Её голос окреп, когда Алексис снова взглянула на него.

— Да, — сказал Кэл, слабо улыбаясь и поглаживая её по волосам. — Тебя тянет ко мне отчасти из-за разрыва твоей привычной связи с Древними. Ты пытаешься найти эту связь через меня… отчасти потому, что мы разделяли такую связь в прошлом.

Алексис задумалась об этом, нахмурившись, и снова кивнула.

— Понимаю, — сказала она.

Кэл усмехнулся, поглаживая её волосы, и запустил в них руку, чтобы притянуть её к себе. Она почувствовала исходящую от него волну желания. Интенсивную и осязаемую.

— Думаешь, моя магия исчезла из-за этого? — спросила она, закрыв глаза, когда Кэл притянул её к себе, обнимая рукой за грудь. — Ты думаешь, она вернётся только после того, как мы откроем врата?

Несколько секунд он молчал.

Затем выдохнул.

— Я не знаю, — признался Кэл. — Но я знаю, что мой отец уверен, будто она вернётся раньше.

— Вот как?

— Да, — Кэл прижался к ней сзади, и Алексис снова почувствовала исходящее от него желание, смешанное с привязанностью, от которой у неё перехватило дыхание. — Он уже подумывал о том, чтобы поохотиться на тебя… о том, чтобы использовать тебя… в то время, как выбирался из пещеры. Он твёрдо намеревался прийти за тобой, Алексис, как только у него появится подкрепление.

Он снова прижался к ней, закрыв глаза.

— Как ты думаешь, почему я «сорвался», если выражаться твоими словами? — пробормотал он, целуя Алексис в шею. — …Которыми ты так лестно охарактеризовала мой страх за тебя?

Она улыбнулась, закатив глаза.

Прежде чем она успела что-либо сказать, Кэл застал её врасплох, обхватив обеими руками за плечи. Он прижал её к себе в наполненном жаром объятии, ещё крепче, чем она обнимала его ранее.

Алексис почувствовала в этом объятии столько тоски, столько тепла и желания… она улавливала это через него настолько осязаемо… что это невольно немного шокировало её.

— Да, — сказал Кэл, снова отвечая на вопрос, который она не озвучила вслух и ещё даже не сформулировала связно у себя в голове. — Вполне вероятно, что здесь мы оба будем более «экстрасенсорно» чуткими, как это называют люди. В каком-то роде это противоречит здравому смыслу, но в то же время вполне логично. Когда ты не можешь установить связь… всё катится к чертям. Просто такова наша природа — быть привязанными к чему-то. Возможно, именно так мы эволюционировали после последнего закрытия дверей.

Алексис сглотнула.

Почему-то из-за его слов к ней вернулся страх.

Возможно, потому, что она впервые поняла, что стояло на кону.

Возможно, она впервые по-настоящему поняла это.

— Мы должны открыть их до того, как это сделает твой отец, — сказала Алексис, поднимая взгляд на Кэла. — Ты говорил мне об этом раньше. Что твой отец откроет врата таким способом, который будет благоприятствовать Тьме. Что он попытается причинить вред многим людям… возможно, даже большинству людей… что он обратится ко Тьме, чтобы обеспечить эту связь и не дать Свету захватить над ней контроль.

— Да, — кивнул Кэл. — Определённо.

Алексис почувствовала, как неприятное ощущение в её животе усиливается.

Кэл гладил её по лицу, проводя пальцем по подбородку.

Проделывая это, он не смягчал свои слова.

— Весьма вероятно, что мой отец откроет порталы только в том случае, если будет знать, что сумеет призвать армии Иных. Ещё я подозреваю, что у Иных есть какой-то способ подавлять врата, чтобы только их связь могла проходить сквозь них.

Он окинул Алексис взглядом.

— Ты должна понимать, что, скорее всего, они уже были на грани реализации подобной идеи. Я подозреваю, что это произошло бы следующим этапом, как только он получил бы контроль над тобой в моём родном мире. Маловероятно, что твоё убийство входило в его изначальный план, но это определённо обсуждалось. Я думаю, что он в течение нескольких лет найдёт молодую Светоносную, которая заменит тебя… при условии, что он ещё не нашёл такую.

В голосе Кэла послышалась горечь.

— Мой отец свято верит в то, что их нужно «воспитывать молодыми». Он хотел бы иметь контроль над таким могущественным существом, как Светоносный… с самого раннего возраста. Он хотел бы вылепить его или её по своему образу и подобию. Он бы хотел, чтобы они были полностью привязаны к нему. Преданы ему одному. Он хотел бы сломить их, так же, как он сделал с Дхармой… как он пытался сделать со мной.

Алексис нахмурилась, обдумывая его слова.

— Ты знаешь, кем Светоносные являются на самом деле, — сказала она. — Ты знаешь, как мы созданы.

— Да.

— Мы действительно именно созданы, а не рождены? Твой отец говорил правду об этом?

Кэл поколебался, затем кивнул, бросив на неё извиняющийся взгляд.

— Это правда, — признал он.

— Значит, он мог бы создать Светоносного, который отвечал бы его потребностям? — спросила Алексис. — Возможно, ему вообще не нужно было бы кого-то тренировать… он мог бы просто перепрограммировать одного из нас. Создать с помощью программирования кого-то, кого он счёл бы наиболее податливым. Или, возможно, наиболее расположенным к Иным.

Воцарилось молчание.

Затем Кэл неохотно кивнул.

— Эта мысль приходила мне в голову. Да.

Алексис поджала губы.

Она уставилась на пол гардеробной, затем развернулась к нему лицом.

— Что тебе известно о моем программировании, Кэл?

Она открыла рот, чтобы спросить что-то ещё, но Странник поднял руку.

— Возможно, мы сможем поговорить об этом позже, — сказал он. — Нам многое нужно обсудить. Кое-то касается твоего друга, в том другом месте…

Он замолчал, бросив на неё предупреждающий взгляд.

Алексис почувствовала, как у неё в груди всё сжалось.

Даринда.

Боги, во всём этом она совсем забыла о своей подруге. Она не могла думать об этом сейчас, зная, что её мысли могут подслушать. Какая-то крошечная, тихая часть её души не могла мельком не подумать о ней, чтобы помнить.

Кэл сказал, что она до сих пор жива, что они с Боргеном каким-то образом спасли Даринду в неком другом мире. Каким-то образом им двоим также удалось убедить Красного Дракона и остальных, что она мертва.

Как Алексис могла забыть о ней?

Кэл бросил на неё более жёсткий, ещё более предупреждающий взгляд.

— Мы обсудим всё это, Светоносная. Когда придёт время. Когда это будет безопасно.

Он оглянулся через плечо, на мгновение сосредоточившись на чём-то в спальне.

— Однако прямо сейчас у нас нет на это времени, любовь моя. Если я правильно считываю показатели с ваших устройств, наши три часа почти истекли. И мы не должны опаздывать на встречу с этим существом, судя по тому, что ты мне рассказала. У нас остаётся не так уж много времени на дорогу… в зависимости от того, как далеко находится это место.

Алексис помрачнела, вытащила телефон из заднего кармана и посмотрела на экран.

Дерьмо. Он прав.

У них осталось пятнадцать минут.

— ДЖУЛС! — крикнула она. — МАШИНА ПРИЕХАЛА?

Полуфейри просунула голову в гардеробную.

Она украдкой взглянула на Кэла, затем снова сосредоточилась на Алексис, вцепившись в дверной косяк своей маленькой белоснежной ручкой.

Завладев вниманием Алексис, Джулс подмигнула ей и несколько раз быстро приподняла брови, явно посылая грязные намёки в отношении её и Кэла.

Однако её голос звучал совершенно нормально, когда она ответила на вопрос.

— Ожидает вас. Прямо перед вестибюлем.

Алексис кивнула, снова взглянув на свой телефон.

Боги преисподней. Вероятно, она ушла в свои мысли намного сильнее, чем полагала.

Они едва ли успеют доехать, даже выедут немедленно.

Что они, несомненно, и должны сделать.

Алексис застегнула молнию на рюкзаке. Затем наклонилась, хватая свои ботинки с пола шкафа, и понесла всё это с собой из гардеробной в другую комнату. Она подумала о том, чтобы схватить пиджак, но потом вспомнила, что они в Бангкоке.

Пиджаки здесь почти никогда не были нужны.

Ещё она не будет тратить время на то, чтобы надеть ботинки в гостиничном номере.

Она сделает это в арендованной машине.

Алексис по дороге схватила ключ-карту с пристенного столика и сунула её в задний карман, не замедляя шага по пути к главной двери номера.

Кэл молча следовал за ней.

Девин тоже ничего не сказал, наблюдая, как она идет мимо… но она могла поклясться, что слышала, как он скрипел зубами, злобно глядя на Странника.

Глава 10. Вампиры

Алексис снова поразилась тому, насколько странно ощущала себя, вернувшись в своё измерение.

Какая-то её часть искала фейри, эльфов… воздушные корабли, проплывающие за окном её машины… те странные сферы света, парящие в воздухе и озаряющие стены стеклянных зданий… деревья размером с секвойи, растущие прямо из фундаментов домов.

Пребывание в Бангкоке, возможно, было менее шокирующим, чем если бы она вернулась сразу в Лос-Анджелес, но всё равно ей пришлось перестраивать свое мышление.

Ещё ей приходилось время от времени напоминать себе, где она находится.

Она всё больше и больше считала, что настоящей проблемой являлось закрытие дверей.

Она находилась дома, но он вовсе не ощущался таковым.

Хуже того, с течением времени всё ощущалось гораздо меньше похожим на дом.

Она подозревала, это из-за того, что Свет стал отрезан от всех миров.

— Так и есть, — произнёс Кэл.

Они выбрались из машины. Теперь они вдвоём шли по улице Старого города, разглядывая номера на дверях. Кэл шёл рядом с ней, одетый в чёрные брюки, идеально сидящие на его длинных ногах, и тёмно-синюю рубашку. Он выглядел довольно свежо для Бангкока, даже во влажном вечернем воздухе. Если он и вспотел от духоты, Алексис этого не заметила.

Алексис поймала себя на том, что часто оглядывается на него.

Теперь же, когда Кэл подтвердил её опасения по поводу последствий закрытых порталов, она снова посмотрела на него.

Какая-то часть её предпочла бы, чтобы это пока не подтверждалось.

Ответственность за то, что она подвергла целые вселенные опасности, закрыв двери портала, тоже начинала давить на неё, но совершенно иначе, нежели влажный воздух Бангкока.

Возможно, отрицание могло помочь лучше справиться с этим.

Возможно, в краткосрочной перспективе знание слишком многого не являлось бы ответом.

Идущий рядом с ней Странник хмыкнул.

У Алексис возникло ощущение, что это хмыканье было скорее выражением сочувствия и согласия, чем насмешкой над её желанием избежать реальности.

Она нашла номер дома, который искала.

Она взглянула на деревянные ставни старомодного дома в традиционном тайском стиле, отмечая, что всё, казалось, было сделано из тикового дерева. На самом деле удивительно, что до сих пор никто не сорвал ставни и панели со стен.

Одна эта древесина наверняка стоила целое состояние.

С другой стороны, у хозяйки дома наверняка были способы сохранить его. В конце концов, она прожила в этой части Земли несколько сотен лет.

Подойдя к двери зелёного цвета, Алексис быстро постучала.

Она оглянулась через плечо и увидела, что Кэл остановился позади, всматриваясь в переулок по обе стороны.

— Здесь есть какое-то поле… — пробормотал он.

— Да, — только и ответила она.

— Мне не знакома эта разновидность.

Подумав об этом, Алексис слегка нахмурилась.

— Разве в твоем мире нет видящих? — она попыталась вспомнить, встречался ли ей кто-то из них там за время её пребывания. — Их там нет, не так ли? Даже в качестве гостей?

Кэл поджал губы.

Он колебался и, казалось, не мог до конца принять решение ответить ей или нет, но всё же ответил.

— Нет, — произнёс он.

Алексис помрачнела.

— Здесь определённо кроется нечто большее.

Он выдохнул с непроизвольным смешком.

— Это так, — сказал он. — У тебя, любовь моя, есть определённая манера задавать такие вопросы, в ответе на которые вечно кроется неизбежно длинная и запутанная история.

— Возможно, в твоём мире просто много длинных и запутанных историй, Белый Дракон, — ответила Алексис, приподняв бровь. — Кажется, они повсюду и всплывают всякий раз, когда я спрашиваю даже самую незначительную вещь о твоем мире.

Кэл рассмеялся и взмахнул рукой в жесте уступки.

— Возможно, — признал он. — Я предупреждал тебя об этом, если ты помнишь.

— И правда, предупреждал, — согласилась она.

Как раз в этот момент открылась дверь.

Алексис обернулась.

Теперь она стояла перед тепло освещённым проходом вместо выкрашенной в зелёный цвет двери.

Пока они летели сюда с Пенанга, ехали на такси до отеля, плавали, болтали, ели, принимали душ, разговаривали по телефону, снова переодевались… брали напрокат машину из отеля, чтобы добраться до этой части города, уже наступила ночь. Когда они въехали в Старый город, все храмы по обе стороны реки были освещены огнями.

Теперь же узкий переулок показался ей тёмным.

Даже со светом фонарных столбов напротив узкого переулка этот дом казался ей тёмным.

Алексис прищурилась, подняв руку, чтобы посмотреть, кто открыл им дверь.

Кем бы это ни были, он не потрудился поприветствовать ни её, ни Кэла.

Он даже не представился.

— Заходите, — произнёс низкий, шипящий голос.

«Вампиры», — подсказал Алексис её разум.

— Возможно, — прошептал Кэл.

Он поджал губы, когда Алексис взглянула на него.

— Возможно, гибрид, — сказал он, пожимая плечами. — Возможно, гибрид с оборотнем.

Алексис нахмурилась.

«Это весьма… специфично», — подумала она в его адрес.

Король Странников лишь вновь пожал плечами.

Посмотрев вперёд, Алексис увидела тёмно-красные глаза, устремлённые на неё. Он высунул голову ещё немного вперёд под уличный свет, так что она могла разглядеть контуры большей части его головы. Она увидела мертвенно-белую кожу. Она увидела, как раздуваются ноздри существа.

Чем бы оно ни было, оно явно учуяло её запах.

«Нет, — подумала в адрес Кэла Алексис. — Этот определённо вампир».

— Как знаешь, — пробормотал Кэл. — Но вампиры — это слишком скучно.

Алексис подавила тихое фырканье.

Она знала, что отчасти это вызвано нервным напряжением.

Взгляд вампира метнулся сначала к Кэлу, затем обратно к Алексис, очевидно, уловив её попытки не улыбнуться или рассмеяться ему в лицо.

Судя по тому, как он посмотрел на неё, он наверняка слышал, что сказал Кэл.

Возможно, он даже понял, что она ответила ему, не произнеся ничего вслух.

Для Алексис все это по-прежнему указывало на «вампира».

Особенно часть про обоняние.

Несколько знакомых вампиров и сотрудников «Красного кнута» говорили ей, что для их вида Светоносные на вкус значительно вкуснее, чем обыкновенная человеческая еда.

Подумав об этом, Алексис вспомнила кое-что ещё.

Единственные другие сверхъестественные существа, которые нравились вампирам на вкус больше, чем Светоносные — это видящие.

Стоявший рядом с ней Кэл хмыкнул.

— Значит, выбор домашнего питомца был неудачным.

«Думаю, всё гораздо запутаннее, чем кажется, — подумала в ответ Алексис. — Из того, что мне рассказывали, видящие становятся зависимыми от кормёжки вампиров. Они этим наслаждаются. Для них это интимный процесс. Уверена, что и для вампиров тоже».

Недолго помолчав, она добавила чуть резче:

«… И прекрати озвучивать вслух все свои шутки», — отчитала она его.

Не в силах решить, забавляется она или всё же раздражена, Алексис пихнула Кэла локтем.

«Из-за тебя нас укусят. Или ты оскорбишь хозяйку. Или и то, и другое».

Белый Дракон фыркнул, но поднял руки в своего рода извинении.

Или, возможно, в жесте капитуляции.

Всё это он адресовал вампиру в дверях.

— Прошу прощения, друг, — произнёс он. — Моя госпожа сказала мне, что я веду себя грубо.

— Он частенько бывает грубым, — добавила Алексис. — В этом нет ничего личного. Просто он Странник.

Если вампир и принял извинения Кэла или имел хоть какое-то представление о том, кто такой Странник, на его мертвенно-белом лице совершенно ничего не отразилось.

После небольшой паузы он снова растворился во тьме.

— Заходите, — сказало существо.

Алексис и Кэл обменялись взглядами.

Ну, это выглядит немного странно.

Неужели Кэл был прав насчёт гибрида?

Откуда Кэл вообще мог знать об этом? Что могло натолкнуть его на мысль, будто существо, охраняющее дверь Мары, будет представителем гораздо более редкого вида, чем обычный вампир? И если у Белого Дракона не было конкретных причин так думать, то какой смысл рассматривать такие вероятности?

Зачем Королю Странников было придумывать усложнённый ответ на простой вопрос?

Вопрос, который никто не задавал?

— Ты слишком много думаешь, любовь моя, — пробормотал Странник.

Алексис попыталась понять, так ли это на самом деле.

Она решила, что так и есть.

И всё же ей было странно ощущать вокруг себя так мало магии.

Всё внутренние датчики опасности, казалось, верещали у неё в голове и мешали думать, оглушая.

Отмахнувшись от всего этого, когда вампир — или кто бы это ни был — отступил обратно в тайский дом, Алексис стиснула зубы.

Затем, стараясь всё это приглушить, она шагнула вперёд.

Оглянувшись через плечо, чтобы убедиться, что Белый Дракон идёт за ней…

Она последовала за ведущим её существом во мрак.

Глава 11. Другой видящий

Вампир — или гибрид, или кем бы он ни был — повёл их вглубь дома.

Как только они прошли в маленькую прихожую, Алексис показалось, что существо было мужского пола.

Андрогинный, но всё же мужчина.

Он был худощавым, возможно, с тайскими чертами лица, ярко выраженными высокими скулами, прямыми чёрными волосами, большими глазами цвета хрусталя и чётко очерченным ртом. На самом деле он выглядел как тайская кинозвезда или, возможно, фотомодель.

Он выглядел, как персонаж из аниме-истории.

Он определённо был красив, но в нём было что-то, от чего Алексис содрогалась изнутри.

Это была особенность вампиров.

Алексис дружила с некоторыми вампирами. Многих из них она считала красивыми.

Но что-то в них, что-то физическое, что-то одновременно осязаемое и трудноопределимое, всегда настораживало её. По той же причине у неё никогда не было романа ни с одним из них. У неё никогда не было никаких сексуальных связей ни с одним из вампиров.

Она была почти уверена, что нестандартна в своём отвращении.

Судя по тому, как о вампирах отзывались в «Красном кнуте», они невероятно популярны в роли сексуальных партнёров. Она была почти уверена, что большинство сотрудников «Красного кнута» в тот или иной момент времени спали с вампирами, даже Джулс.

Но они точно не во вкусе Алексис.

Сейчас она разглядывала этого вампира и изо всех сил пыталась не морщиться.

Его глаза, вспыхнувшие тёмно-алым в момент открытия двери, теперь снова превратились в потрескавшийся хрусталь — бесцветные глаза спокойного вампира, который не был в режиме охоты.

Или глаза вампира, который хотел, чтобы вы думали, будто он спокоен и совсем не охотится на вас.

Алексис никогда полностью не верила в то, что они вообще переставали охотиться, и это, возможно, отчасти и было её проблемой с ними. В любом случае, её чрезмерно острая реакция по отношении ко всему виду заставляла её задуматься теперь, после всего, что она недавно узнала о Светоносных.

Она задавалась вопросом, не была ли она запрограммирована ненавидеть вампиров.

Ей было любопытно, являлось ли это какой-то частью её генетической схемы, а не каким-то заключением, к которому она пришла естественным путём или при помощи своих внутренних расчётов.

— Да, — произнёс Кэл за её спиной.

Алексис бросила на него раздражённый взгляд.

Он пожал плечами, вскинув руки.

— Прошу прощения, — пробормотал он. — Я приношу свои глубочайшие извинения, дорогая. Я совсем забыл, что мы всё ещё находимся на стадии отрицания.

Алексис невольно фыркнула, качая головой.

Затем, отвернувшись от Кэла, она снова сосредоточилась на доме.

Освещение в холле и удаляющихся коридорах было странным.

Алексис без труда различала очертания стен, мебели, даже скульптур и других необычных предметов, и этого было достаточно, чтобы хорошо ориентироваться, но ей всё виделось в странной тусклой дымке, и она никак не могла полностью определить источник освещения.

Были ли это свечи? Или какая-то странная лампочка?

Магия?

Видящие обычно отличались тем, что не использовали магию как таковую.

В отличие от большинства нелюдей, живущих в измерении Алексис, иномирные «таланты» видящих считались биологическими по своей природе… не сверхъестественными… из-за чего с этой расой бывало странно иметь дело.

Иронично или нет, но для кого-то вроде Алексис, которая была обучена (…«запрограммирована», — раздражённо поправил её разум…) иметь дело в первую очередь со сверхъестественными существами, видящие были чем-то странно экзотическим, почти непостижимым.

Если спросить у видящего, то на самом деле видящие вовсе не являлись сверхъестественными существами.

Они были другим, но родственным видом.

Они бы сказали, что имеют родственную связь в частности с людьми, и это напоминает родство лисы с собакой или медведя с волком.

Конечно, сами видящие верили, что они не просто «отличаются» от людей, но являются более продвинутой, даже более развитой формой человечества. Она слышала, как кто-то называл их homo sarhacienne, но понятия не имела, что это значит.

«Sarhacienne» даже не являлось латинским словом.

Алексис сказали, что это слово пришло из родного языка видящих, из-за чего само обозначение казалось… странным.

Так почему бы просто не использовать слова видящих в обоих случаях?

Алексис даже слышала размышления некоторых видящих о том, что их раса пришла из будущего. Или, наоборот, что они пришли из далёкого прошлого. Ещё она слышала теорию о том, что люди были заброшены в нынешние измерения из несвязанных временных измерений, где у них ещё не развились такие экстрасенсорные способности, как у их «кузенов» видящих.

Честно говоря, многое из этого показалось ей чистой убеждённостью видящих в их расовом превосходстве.

Многие видящие, казалось, тоже придерживались этого мнения.

Алексис заметила, что более вежливые представители расы видящих не высказывались о происхождении своего вида такими терминами в рамках иерархии или какой-то искажённой эволюционной хронологии.

Однако Алексис услышала немало тирад от менее воспитанных представителей, которые читали ей лекции о превосходстве видящих и опасностях «доисторической» человеческой природы.

Всякий раз, когда она заговаривала о магии, видящие непременно ощетинивались.

Они вновь напоминали ей о том, что они были не «сверхъестественными», а «эволюционировавшими».

По правде говоря, большая часть этого смущала Алексис с точки зрения семантики.

Биологические «дары» видящих, несомненно, казались ей магией.

Более того, видящие признавали многие аспекты магического мира.

Казалось, они полностью воспринимали эти вещи как «реальные».

Они знали всё о портальных вратах.

Алексис часто думала, что видящие понимают эти врата лучше, чем кто-либо ещё.

Мара сама говорила Алексис, что видящие так же зависимы от своей связи с другими мирами, как и самые магические сверхъестественные существа. Они использовали большую часть своих сил в нефизическом пространстве, которое они называли «Барьером», и которое как-то связано с порталами.

Более того, они говорили о существах «Тьмы» и «Света», а также об «отклонениях душ» среди себе подобных, которые создали чрезвычайно редких видящих-оборотней и телекинетиков. Они говорили о тёмных существах, которых они классифицировали как «бестелесных» видящих, и для Алексис эти существа были чертовски похожи на волшебников, или чародеев, или даже демонов.

По правде говоря, они были гордой, часто высокомерной… иногда по-настоящему расистской… расой, которая могла считать свои способности «естественными» и превозносить их, акцентируя своё превосходство в отношении сомнительной магии других рас.

В некотором смысле заявление о том, что их собственная природа являлась чистой биологией, было способом поиздеваться над существами, чьи способности они считали недостаточными или даже несерьёзными.

Алексис это не слишком заботило.

Политика среди рас в основном нагоняла на неё скуку.

И её на самом деле не очень волновало, как называют себя видящие, или к чему они относят свои силы: к «магии» или к «науке».

В функциональном плане… может, помимо размножения… она не видела большой разницы.

Даже в случае с размножением, казалось, существовали нефизические вариации и аномалии, даже среди видящих. Сами видящие обычно утверждали, что эти различия больше связаны с прошлыми жизнями и с вмешательством существ из Барьера, чем с генетикой биологических родителей.

Опять же, возможно, Алексис просто не понимала этого.

Как и боги, видящие обычно не были её проблемой.

Казалось, они не являлись расой, которая заинтересована в порталах.

Ну… так было до сих пор.

Тем временем их троица дошла до конца извилистого коридора.

Алексис последовала за красивым, молодым с виду вампиром в комнату с высоким потолком, по-видимому, полностью сделанную из тикового дерева. Здесь всё сияло тем же старинным лоском: стены, полы, оконные ставни, которые были распахнуты на ночь, встроенные шкафы и полки, столы и другие отдельно стоящие предметы мебели. В течение нескольких секунд, пока Алексис оглядывалась по сторонам, она повсюду видела ту самую древесину тёплого оттенка.

Потом она заметила чёрный кожаный диван.

Картины.

Лакированный стол, украшенный изображениями странных животных и человекоподобных фигур, занимал центральную часть комнаты. На его поверхности были изображены драконы, нечто вроде рыцарей и водяных нимф, короли и королевы, мифические животные, которых она не узнавала, гигантская черепаха, держащая что-то вроде картины мира.

Мгновение спустя она увидела и саму видящую, отчасти потому, что та повернула голову и уставилась на них с места, где сидела на красном стуле у одного из открытых окон.

До того, как повернуть голову, Мара смотрела на небольшой канал, по которому проплывала лодка, проносившаяся мимо ряда деревьев и цветущих кустов.

Она обладала поразительной внешностью, как и большинство видящих.

Длинные тёмно-каштановые волосы струились по её плечам и спине; хотя, возможно, они были крашеными.

Учитывая необычную, нечеловеческую этническую принадлежность видящих, невозможно было с уверенностью сказать, откуда она произошла, при условии, что она вообще была с этой Земли. Её лицо каким-то образом выглядело одновременно азиатским и неазиатским.

Её бледно-зелёные глаза с тёмно-коричневыми ободками вокруг радужек сияли в свете свечей, которые озаряли разные уголки комнаты.

Она была красива и обладала совсем нечеловеческой внешностью.

Её высокие скулы почему-то были чересчур высокими.

Линия челюсти была слишком четко очерчена, изгиб губ имел слишком идеальную форму.

Выражение её лица оставалось слишком спокойным, хотя глаза почему-то казались слишком выразительными.

В её глазах как будто тоже содержалась частичка света, который не исходил ни от чего в этой комнате.

Что-то во всем этом поразило Алексис и вызвало ощущение, будто всё застыло во времени.

Комната, ставни из тикового дерева, канал, пальмы и цветы.

Сама видящая.

Видящая посмотрела на Алексис, затем перевела взгляд на Кэла.

Слегка нахмурившись при виде Кэла, она в конце концов посмотрела на вампира, который привёл их в эту часть дома. После недолгого колебания она кивнула, показывая, что вампир может оставить её наедине с двумя гостями.

Прекрасное, мертвецки белое создание, которое выглядело неподвластным времени совершенно в другом смысле, отступило обратно в темноту коридора.

Мара снова посмотрела на Алексис и Кэла.

Алексис скрестила руки на груди, ожидая, что видящая сама заговорит, и зная, что, скорее всего, видящая читает её мысли и до сих пор пытается решить, насколько можно ей доверять.

Её терпение иссякло, и Алексис решила всё-таки первой нарушить молчание, когда в этот момент над ними, как будто с потолка, раздался голос, заставивший её подпрыгнуть на полметра.

— Почему ты закрыла порталы?

Этот голос принадлежал не Маре.

И это был не женский голос.

Глубокий, низко звучащий голос резонировал в открытых пространствах между полом и потолком, заставляя вибрировать тиковые стены.

Он не прозвучал ни сердито, ни обвиняюще, и ни даже обеспокоенно.

В нём слышалось любопытство… Как будто он всего лишь хотел знать ответ на свой вопрос, не более того.

— Ты сказала, что она тебе нужна, — подтолкнул мужской голос. — … Моя супруга.

Последнее слово было произнесено со значительно более сильным напором.

— Зачем? — спросил мужчина. — Зачем она тебе нужна?

К тому моменту, как мужчина замолчал, Алексис нашла его своим взглядом.

В комнате с высоким потолком был библиотечный лофт, расположенный уровнем выше, и оттуда на них сверху вниз смотрел мужчина, положив руки на перила перед несколькими высокими стопками книг.

Когда Алексис не заговорила сразу, он начал шагать по проходу в конце рядов, направляясь к лестнице справа от Алексис. Она следила взглядом, как он дошёл до лестницы и начал спускаться.

Длинные с проседью волосы были убраны деревянной заколкой с его угловатого лица.

Глубоко посаженные бледно-фиалковые глаза сфокусировались на ней.

Поперёк его лица пролегал странный, белый шрам, который выглядел довольно старым и искажал его черты, но от этого сам мужчина не становился уродливым или непривлекательным. Толстый шрам тянулся от его губ до самого низа одного глаза, придавая лицу смертельно серьёзное и несколько опасное выражение.

«Как будто пират», — прошептал её разум.

Будь он человеком, то Алексис бы подумала, что ему пятьдесят с лишним, около шестидесяти.

Красивый, полный достоинства мужчина, приближающийся к зрелому возрасту.

Но видящие жили гораздо дольше людей.

Судя по тому, что она знала, ему запросто могло быть около пятисот лет.

По меркам видящих, возраст около пятидесяти относился к подростковому периоду.

Прокручивая в голове его слова, Алексис встретилась с ним взглядом.

Она вскинула бровь, когда информация дошла до неё с небольшим опозданием.

— Супруга? — вежливо спросила она, переведя взгляд на Мару, затем обратно на него. — Я и не знала, что у Мары есть супруг. Приношу свои извинения, я не знаю, как к вам обращаться…

— Варлан, — сказал старший видящий. — Меня зовут Варлан.

Он почти спустился вниз.

Алексис подождала, пока он дойдёт до неё, затем опустила скрещенные руки.

— Я Алексис… — начала она.

— Я знаю, кто ты, — старший видящий смотрел на неё, не мигая. — Скажи, что ты хочешь от нас. Скажи, почему ты обратилась за помощью к моей супруге. Скажи мне правду… хотя я всё равно заполучу её, — его взгляд метнулся к Кэлу. — От вас обоих.

Алексис верила ему.

Поначалу она даже не задумывалась о том, как и почему.

Его слова определённо не походили на пустое хвастовство.

Более того, в этот раз Алексис услышала предупреждение в его словах.

Она взглянула на Кэла, который уставился на седовласого видящего с выражением тревоги и настороженности на лице. Она поймала себя на мысли, что Кэл видит в этом видящем то же, что и она.

Их называли разведчиками.

Многие видящие, прошедшие подготовку разведчиков, время от времени подрабатывали наёмными убийцами и даже заключали контракты в качестве наёмных убийц.

Что-то в этом мужчине-видящем, который продолжал пристально смотреть на них с неподвижным, как будто каменным выражением лица, навело Алексис на мысль, что он мог быть одним из них.

Всё в нём казалось ей обезоруживающим, обманчиво неприметным, полностью противоположным бахвальству или позерству.

Всё казалось похожим на маскировку.

Неподвижность его глаз, микровыражения, возникающие на острых чертах его лица, даже его шрам… всё в нём и его поведении, на самом деле, наводило Алексис на мысль, что этот мужчина-видящий опасен.

Он был гораздо опаснее, чем пытался казаться.

Он был жутким волком, который пытался прикинуться золотистым ретривером.

— Скажи мне, что тебе надо от моей супруги, — повторил Варлан. — Сейчас же.

Алексис кивнула, чувствуя, как сжались её челюсти.

Она бессознательно расставила ноги на ширину плеч, встав как будто в более агрессивную позу, хотя она скорее ощущалась оборонительной, чем наоборот.

— Мы надеялись, что сможем воспользоваться её помощью с отслеживанием, — сказала Алексис, взглянув на Мару, прежде чем снова перевести взгляд на высокого мужчину. — Мы были вынуждены закрыть порталы, как вы и сказали…

— Мы? — пробормотал Кэл.

Алексис посмотрела на него, но затем уступила.

— Я сделала это. Я приняла решение самостоятельно, — поправилась она. — В то время казалось, что у меня не было выбора. Однако через портал с нами вместе прошло существо. Странник… — она снова взглянула на Кэла, затем перевела взгляд на мужчину-видящего. — … Не этот. Гораздо более опасный с планами по захвату нашего мира.

— Зачем? — голос Варлана оставался бесстрастным. — Зачем тебе понадобилось приводить сюда такое существо? Зная, какую опасность он несёт для этого измерения?

— Мы приняли такое решение. Возможно, ошибочное. В любом случае, он…

Алексис замялась, подбирая слова.

— … Думаю, можно назвать его озлобленной личностью, — закончила она. — Он будет пытаться снова открыть порталы, прежде чем это сделаем мы. Он попытается контролировать врата, впуская в это измерение вещи, которые ни одно существо с моральными принципами не захотело бы увидеть. Хуже того, он попытается сделать это, блокируя Свет, связанный с существами светлой стороны, которые всё ещё находятся здесь.

Варлан помрачнел.

Из-за того, как он сделал это, Алексис почувствовала желание объяснить больше, рассказать ещё что-то.

Она подавила это желание, прикусив губу, и снова скрестила руки на груди.

Пока они смотрели друг на друга, вокруг них повисло молчание.

Она была на сто процентов уверена, что он её читает.

Она взглянула на Мару, затем снова на мужчину.

Очевидно, Мара хотела, чтобы он говорил за них обоих.

В любом случае, Мара тоже была полностью сосредоточена на мужчине.

Когда Варлан больше ничего не сказал и не задал никаких вопросов сразу же, Алексис стала переминаться с ноги на ногу. Она как раз пыталась решить, следует ли ей нарушить молчание, когда старший видящий, наконец, сделал это сам.

Щёлкнув низким, странно мелодичным образом, он покачал головой.

Он подошёл к тому месту, где у окна сидела Мара.

Он протянул руку и начал поглаживать заднюю часть шеи своей супруги.

Он посмотрел сначала на Кэла, потом на Алексис.

— Я понимаю, — просто произнес он.

Его голос прозвучал тише, более зловеще.

— Я хорошо знаком с Иными.

Слегка вздохнув, он добавил:

— К сожалению, я знаком с ними гораздо лучше, чем кто-то из вас может себе представить. Я знаю их под другим именем. На самом деле, под несколькими разными именами. Но они всегда те же. Они всегда хотят одного и того же.

Как будто заметив, как Алексис нахмурилась, Варлан изящно взмахнул рукой в её направлении. Это выглядело как пренебрежительный жест, хотя в нём присутствовала детальность, которая показалась ей завораживающей.

Она наблюдала, как его пальцы выписывают в воздухе замысловатые узоры, точно так же, как она наблюдала, как тело Кэла превращалось из дымки в плоть и обратно в дымчатый свет.

— Подробное объяснение заняло бы слишком много времени, — продолжил Варлан, предвосхищая её вопросы. — Хотя я расскажу вам сжатую версию, поскольку то, что случилось со мной, имеет отношение к тому, что сейчас больше всего интересует вас в отношении Иных.

Сделав паузу и смерив их обоих взглядом, он продолжил тем же голосом.

— Я тоже провалился сквозь порталы, мои очень юные кузены, — серьёзно произнёс он. — До того, как были созданы Светоносные. ещё в начале текущего исторического периода, когда порталы были вновь открыты. Мы, то есть мой народ, видящие, называем это время последним Смещением. Мы видим этот период как начало нового цикла эволюции.

Кэл нахмурился.

Как и Алексис.

Они обменялись взглядами.

— Это было тысячи лет назад, — пробормотал Кэл.

— Технически… да, — Варлан перевёл взгляд на него. — Но это было гораздо раньше, чем вы, возможно, предполагаете. Это было не просто тысячи лет назад… это было тысячи и тысячи лет назад, мой юный друг. Я не знаю точной даты, но я знаю, что Дренги… те существа, которых вы называете Иными… были отрезаны от всех миров.

Он помолчал, размышляя.

— Ни один из вас до конца не понимает свою собственную историю, — сказал он, снова переводя взгляд с Алексис на Кэла. Он сцепил руки на пояснице. — Или историю ваших рас. Но сейчас это не важно… и мне кажется, сейчас не лучшее время или место для объяснений. Достаточно сказать, что измерения, которые я пересёк, были не просто разными альтернативными версиями одних и тех же временных линий. Я перескочил… и в конце концов провалился сквозь саму временную шкалу. Это было отклонением от нормы. Можно даже назвать это ошибкой. Я действительно верю в ошибки… но я осознаю, насколько это необычно, даже в такое экстраординарное время.

Его странно идеальные губы заметно напряглись.

Он посмотрел на Мару.

Как только он это сделал, фиалковые глаза мужчины-видящего смягчились.

Он погладил её пальцами по щеке.

— Я верю, что на то были свои причины, — мягко сказал он.

Она улыбнулась ему, прильнув лицом к его ладони.

Почему-то её улыбка показалась Алексис натянутой.

Она задумалась, насколько сильно закрытие порталов повлияло на них.

Глядя на лицо Мары, на напряжение в её чертах, Алексис поймала себя на мысли, что, скорее всего, влияние было слишком велико. Она никогда не видела Мару такой бледной.

Варлан повернулся к Алексис, и его взгляд был проницательным, как будто он услышал её.

Затем он перевёл взгляд с неё на Кэла.

— Достаточно сказать, что… Я пересёк время. Огромный кусок времени.

Варлан продолжил поглаживать шею Мары, но его взгляд снова стал отстранённым.

— Я не знаю, что именно произошло в конце моего старого мира. Я знаю только то, что мне рассказали, что передавалось сквозь мифологию и исторические тексты на протяжении тысячелетий с тех пор. Более того, я знаю, что двери снова открыли. Когда это произошло, Дренгам вход был запрещён. Они остались в том умирающем мире. Они каким-то образом оказались в ловушке. Остальные миры были в безопасности от них.

Голос Варлана стал мрачным.

— Я полагаю, что нет ничего постоянного… хорошо это или плохо, — он встретился взглядом с Алексис. — Каким-то образом Дренги… Иные… сбежали. Они больше не заключены в тюрьме в том мёртвом мире, где их оставил мой народ.

Алексис нахмурилась.

Она снова посмотрела на Кэла

Кэл в ответ приподнял бровь, но Алексис совсем не показалось, будто Кэл не поверил старому видящему.

Алексис тоже не особо сомневалась, хотя его слова звучали фантастично.

Действительно ли Варлан говорил, что был жив, когда двери закрылись в последний раз? И действительно ли он намекал на то, что случившееся с его миром, его измерением все эти тысячи лет назад… он говорил, что это может повториться здесь?

Означало ли это, что он знал, что произойдёт дальше?

Он знал, сможет ли она снова открыть ворота или нет? Он знал, поможет им это или навредит?

Видящий, казалось, услышал её.

Он улыбнулся. Но в этой улыбки не было ни капли веселья.

И она совсем не достигла его глаз.

— Эти истории не были преувеличены, — сказал он. — Мир, из которого я пришёл… это был тёмный мир. Темнее, чем этот. Он был отрезан от порталов… по крайней мере, от большинства порталов… на протяжении тысячелетий.

Он помолчал, издав вздох, похожий на странное щёлкающее мурлыканье.

— Мы были заключены во тьме вместе с Дренгами. Они отрезали нас от большей части Света. Мы жили в мире, которым они практически правили.

Кэл и Алексис обменялись взглядами.

После этого Алексис почувствовала, как её нутро ещё сильнее скручивает узлом.

Глава 12. Пути видящих

— Что ж, всё это весьма очаровательно, — сухо сказал Кэл.

Он умудрился произнести это в такой манере, которая ясно выражала его убеждённость в том, что пожилой видящий с седеющими волосами несомненно и абсолютно точно рехнулся.

Алексис выгнула бровь, глядя на Кэла.

Она ему не поверила… и пожилой видящий тоже наверняка не поверил.

Алексис услышала жёсткие, резкие нотки под лёгким, поверхностным тоном голоса, который использовал Кэл. Возможно, Кэл хотел сделать вид, будто считает Варлана сумасшедшим. Ещё более вероятно, что Кэл, скорее всего, действительно хотел бы верить в безумие видящего… но это было не так.

Кэл верил словам Варлана, хотя и не хотел этого.

Когда Алексис взглянула на Варлана, видящий едва заметно кивнул ей.

Очевидно, он согласился с её умозаключением.

Сама Алексис не могла решить, что чувствует по этому поводу.

О том, что Варлан читал её.

О том, с какой лёгкостью Варлан раскусил Кэла.

О том, как она сама могла видеть сквозь маску Кэла.

О том, как Варлан открыто дал ей понять, что он всё видит.

Алексис очень хотелось сказать Варлану, чтобы тот оставил разум Кэла в покое и держался от Странника подальше, как и от её разума.

Она понимала блеф Кэла.

Она понимала нежелание Кэла верить старому видящему, потому что сама чувствовала то же самое.

Но на самом деле, больше всего её беспокоила та связь, которую она ощущала с Королём Странников, какое собственничество и желание защитить она испытывала по отношению к нему. Честно говоря, она не могла решить, успокаивало её или настораживало то, как легко она видела сквозь маску, которую Кэлиджинес носил большую часть времени. Или насколько сильно её беспокоило то, что Варлан несомненно видел то же самое.

Варлан фыркнул, явно услышав её.

Когда Алексис повернула голову, чтобы посмотреть на старого видящего, он приподнял бровь.

Она увидела искру теплоты в его глазах, когда он улыбнулся ей в этот раз. Его фиалковые глаза метнулись к Кэлу, затем снова к ней. Алексис не могла не заметить понимающий взгляд, который был там.

Она не особо хотела разбираться в значении этого взгляда, поэтому решила этого не делать.

Варлан фыркнул во второй раз.

Очевидно, что они оба забавляли его.

Кэл притворился, что ничего из этого не слышал.

— … Это и правда очаровательно, — повторил Король Странников, едва ли взглянув на Алексис. — Вся эта история о прыжках во времени, древнем зле, взрывающихся мирах, неминуемом конце нашего мира. Но сейчас это вряд ли имеет какой-то смысл для нас, не так ли? Это не поможет нам остановить Иных от того, что они планируют сделать?

Он сжал челюсти.

На этот раз он бросил взгляд на Алексис.

Потом взгляд его теперь уже золотистых глаз вернулся к Варлану.

— Мы пришли к вам за помощью. С очень реальной и требующей немедленного вмешательства проблемой, кузен. Проще говоря, нам нужна ваша помощь в отслеживании кое-кого. Кто-то опасного, и я надеюсь, что вы бы не хотели, чтобы именно он повторно открыл двери портала.

— Конечно, мы можем с этим помочь, — ответил Варлан.

Его слова прозвучали спокойно и вежливо, и он слегка наклонил голову.

— Естественно, мы поможем, — добавил он. — Если это то существо, что прошло с вами через двери, и которое разделяет связь света с тобой и твоей супругой… Я уже отследил этого индивида. И я могу сказать, где точно он находится.

Воцарилось молчание.

— Что? — Кэл уставился на мужчину-видящего, и цвет его глаз сменился с бледно-золотистого на более резкий тёмно-янтарный. — Ты знал его местонахождение всё это время?

— Не уверен насчёт «всего этого времени», — спокойно ответил Варлан. — Но я уделил особое внимание определению местонахождения каждой персоны и каждого существа, что прошли с вами через двери из того другого мира. С планеты, которую твоя жена называет «Миром Странников», когда она думает о ней, хотя у тебя есть другое название для неё.

Сделав паузу, Варлан наклонил голову, словно прислушиваясь к отдалённому звуку.

— … Лакриас. Нет? Я правильно уловил?

Кэл помрачнел.

Он посмотрел на Алексис, затем снова на видящего.

— Да, — резко ответил он. — Так она называется.

— Где он? — выпалила Алексис.

Когда они оба посмотрели на неё, она поджала губы и скрестила руки, хмуро глядя на седовласого видящего. Она перевела взгляд на Мару, потом снова на него.

— Красный Дракон? Наш потерянный Странник. Он всё ещё в Азии?

— Да, — выражение лица Варлана, казалось, не дрогнуло от её более агрессивной позиции, но Алексис заметила, как видящий встал почти прямо между ней и Марой. — Он всё ещё здесь. На самом деле я видел, как он направлялся в эту сторону. В сторону Бангкока. Из того, что я могу почувствовать, сейчас он находится на лодке, направляющейся к побережью Таиланда. И с ним там ещё несколько других.

— Ещё кто-то? — нахмурилась Алексис.

Варлан один раз кивнул в манере видящих.

При этом он сделал один из тех странных жестов рукой, которые присущи только видящим.

Алексис была абсолютно уверена, что этот конкретный жест означал «да».

— Люди? — допытывала она.

— Думаю, они скорее принадлежат к его виду, — сказал Варлан, указывая подбородком в сторону Кэла. — Тот, кого вы называете Красным Драконом, встретил их за пределами горы, откуда вы все прошли через портал.

Варлан замолчал, когда Кэл бросил на Алексис мрачный взгляд.

Во взгляде не то чтобы читалось «я же тебе говорил», но что-то чертовски близкое к тому.

Возможно, это скорее похоже на «Я ведь это и говорил, да? Это именно то, что я тебе сказал, когда отслеживал его из пещеры».

Затем видящий средних лет перевёл взгляд между ними.

После очередной затянувшейся паузы он продолжил более мрачным тоном.

— Он знает, где ты. Он выслеживает тебя. Конкретно тебя, Светоносная.

На этот раз видящий кивнул в сторону Алексис.

— Ещё он усиленно думает об открытии врат, — сурово добавил Варлан. — Так что да, подозреваю, что вы правы относительно его намерений. Кажется, он полон решимости контролировать любые частоты Света и Тьмы, которые проникают в это измерение. Возможно, во все измерения, но для начала хотя бы здесь.

Алексис и Кэл снова мрачно переглянулись.

Затем Кэл поджал губы и перевёл взгляд обратно на Варлана.

— Нам нужен способ снова открыть двери, друг мой. Вы можете с этим помочь? Это и правда единственный способ бороться с…

Он прикусил губу, ненадолго замолчав.

До Алексис дошло, что он собирался назвать отца по имени. Очевидно, он не особенно хотел признаваться Варлану, что Странник, которого они искали, был его биологическим отцом.

— … другим Странником, о котором рассказала моя жена, — продолжил Кэл более жёстким голосом. — Мы должны открыть врата прежде, чем это сможет сделать он. К сожалению, этот Странник довольно опытен в оккультных системах, используемых и преподаваемых во многих мирах. Он проводил исследования… на протяжении десятилетий.

Он ещё больше поджал губы.

— …Возможно, столетий. По той же причине вполне вероятно, что он лучше нас понимает, как можно снова открыть врата.

Алексис снова скрестила руки на груди.

По какой-то причине слышать, как он называет её своей женой здесь, в присутствии Мары и Варлана, на её версии Земли, ощущалось совсем по-другому, нежели когда он использовал это слово в своём собственном мире или даже в гостиничном номере при остальных.

Конечно, она не упустила из виду, что Варлан использовал то же самое слово.

Хотя с Варланом это больше было похоже на прощупывание.

Возможно, Варлан даже специально подкалывал их обоих, ожидая реакции, чтобы добыть от них больше информации.

Кэл же произносил это более буднично.

Чёрт, сейчас его слова звучали почти искренне.

Алексис вообще больше не улавливала никакого сарказма или попыток надавить на неё.

Уже не в первый раз она задавалась вопросом, как именно Кэл на самом деле воспринимает их пару, не только сейчас, но и в долгосрочной перспективе.

Варлан моргнул.

Он взглянул на Мару. Уголки губ Мары изогнулись в улыбке, после чего она заметно покачала головой, закатив глаза.

Алексис не хотела спрашивать.

Несмотря на это, она была почти уверена, что они смеялись над ней и Кэлом.

Кэл наверняка тоже уловил это.

Его голос зазвучал резче.

— Вы можете нам помочь? — спросил он. — Вы можете помочь нам открыть врата? Или вы только развлекаетесь тут? Держите нас за идиотов?

Варлан отвёл взгляд от своей жены.

Он встретил пристальный взгляд Кэла, и его глаза оставались твёрдыми.

— Я бы дал тебе пару советов, — произнёс он серьёзно. — На твоём месте я бы не тратил время впустую, пытаясь выследить твоего отца-Странника, Король Кэлиджинес. Ты прав на его счёт. Он совершенно безумен… и абсолютно повернут на своих целях. Если ты сосредоточишь всё своё внимание на том, чтобы отследить его, то будешь вынужден убить его. Лучше всего поручить эту задачу кому-то другому.

Варлан обходительно посмотрел на Алексис.

— Возможно, твоим друзьям, Светоносная? Оборотню? Или, возможно, всей его стае, если бы ты смогла перевезти их сюда?

Издав ещё один из этих щёлкающих вздохов, Варлан едва заметным жестом указал рукой в сторону каналов.

— Возможно, было бы проще нанять кого-то из местных для помощи, чем перевозить сюда так много людей. В Бангкоке вампиры, как правило, являются наиболее распространёнными сверхъестественными существами… как ты уже, без сомнения, знаешь, Алексис Пул. Ты могла бы нанять и завербовать этих вампиров, чтобы они выследили Красного Дракона и разобрались с ним для вас, через твой клуб. У меня тоже есть несколько лиц, которых я мог бы вам одолжить. Они будут работать за разумную плату. И они верны только мне… и моей жене.

Алексис почувствовала, что её раздражение немного ослабло.

Обдумав его предложение, она мгновение спустя кивнула.

Это было хорошее предложение.

Она видела в нём смысл, особенно касательно того, чтобы не втягивать её и Кэла в ситуацию, где Кэл оказался бы перед выбором, убивать своего отца или нет.

Снова.

Алексис коротко поклонилась ему, сделав это в манере видящих, как её учили.

— Спасибо за предложение, кузен. Твой совет вполне логичен.

Она нерешительно посмотрела на Кэла.

— …Конечно, ликвидация его отца — это полностью решение нынешнего Короля Странников, — следом добавила она. — По той же причине я должна обсудить это с ним, прежде чем мы выберем стратегию. Но я покрою любые расходы или гонорары вашим людям, если он решит избрать такой путь.

Она снова в сомнении посмотрела на Кэла.

Всё это время она совсем не могла прочитать выражение его лица.

Ну, по крайней мере, в плане того, что он хотел сделать со своим отцом.

Она понятия не имела, решил он убить старика или нет.

Сиснув зубы, Алексис снова посмотрела на Варлана.

— Более насущный вопрос — это врата, — добавила она.

Старый видящий кивнул.

— Это более насущный вопрос, — согласился Варлан.

— Вы знаете, как их открыть?

На губах Варлана заиграла улыбка.

— Я? Лично?

— Да.

Варлан ещё несколько секунд смотрел на Алексис тем нервирующим, чрезмерно пристальным взглядом видящих. Затем он издал медленный, урчащий вздох. Едва заметно покачав головой, он издал более низкую версию того урчания, напоминавшего огромного кота.

— Нет, — сказал он. — Я не знаю.

— Как всё произошло в последний раз? — спросил Кэл, стоявший по другую сторону от Алексис.

Варлан перевёл взгляд на Кэла.

После небольшой паузы он сделал один из тех изящных взмахов рукой.

— Этого я тоже не знаю. К тому времени меня уже не было в том мире. Меня выбросило в нестабильный портал, — Варлан сделал паузу, глядя только на Кэла. — Но я знаю, что существа, которым удалось это сделать, уничтожили мир, чтобы достичь своей цели.

Наступило гробовое молчание.

Затем Кэл сдавленно и недоверчиво засмеялся.

Варлан заговорил прежде, чем за этим смешком последовали слова.

— Сейчас эти существа не смогут вам помочь, — предупредил старший видящий. — Как я уже сказал, это было тысячи и тысячи лет назад. Если только их не выбросило во временной портал, как меня, то сейчас они, очевидно, мертвы. По крайней мере, в материальных мирах. Даже если бы это было не так, я сомневаюсь, что вы вообще сумели бы привести их сюда… и даже если бы сумели, я ещё сильнее сомневаюсь, что они помогли бы вам. Подозреваю, что они расценили бы это как злоупотребление своими силами.

Он немного улыбнулся, как будто эта мысль забавляла его.

Его веселье сопровождалось ещё одним отсутствующим взглядом, как будто старый видящий вспоминал что-то или, возможно, кого-то.

Что бы он ни вспомнил, его это определенно позабавило.

Когда молчание слишком затянулось, Кэл откашлялся.

— Что на счет плана Б? — поинтересовался Белый Дракон. — Желательно такого, который не будет в себя включать уничтожение всей планеты… или вселенной… или что там произошло в последний раз… и такого, который не приведёт в итоге к гибели всех нас?

Кэл кивнул в сторону Мары, не отводя взгляда от старшего мужчины.

— Полагаю, это бы сильно повлияло на твою жизнь здесь. Не так ли, мистер Варлан?

Снова повисла тишина.

Мара улыбнулась, привлекая внимание Алексис.

— Просто Варлан, — спокойно сказала она. — У видящих нет «мистера». Мы никогда не используем подобные формы обращения. Он просто Варлан. Если, конечно, вы не хотите узнать его клановое имя.

Кэл нахмурился. Он открыл рот, чтобы заговорить.

У Алексис появилось стойкое ощущение, что большинство его слов были бы ругательствами, если бы ему дали продолжить.

Но прежде чем Кэл дал себе волю, Мара подняла руку.

В её голосе появились предупреждающие нотки.

— …И совершенно нет никаких причин кричать на моего мужа, Король Кэлиджинес. Мы поможем вам по мере наших возможностей.

— Тогда скажите, к кому нам обратиться, — резко произнесла Алексис, сосредоточившись только на Маре. — Если вы сами не можете открыть врата, а последние существа, которые пытались, уничтожили мир и заточили Иных, тогда почему Красный Дракон думает, что это можно сделать? К кому он пойдёт, чтобы добиться этого?

Снова воцарилось молчание.

В это время Мара и Варлан обменялись взглядами.

И снова Алексис увидела, каким напряжённым было лицо Мары, прежде чем она кивнула.

Алексис заметила насколько бледной выглядела женщина-видящая, и насколько это было странно.

Мара была больна?

Прежде чем она успела поразмышлять об этом, Варлан нарушил молчание.

— Вам нужны Тёмные Боги, — сказал седовласый видящий. — Только они могут помочь вам снова открыть порталы. И только в том случае, если сами того захотят.

— Как мы их об этом спросим? — поинтересовался Кэл напряжённым голосом.

— Ты ни о чём не сможешь их спросить, — ответил Варлан, бросив на него слегка пренебрежительный взгляд. — Они не станут говорить с тобой, кузен.

Его бледные, наполненные светом глаза смотрели прямо на Алексис.

— Они будут говорить только со Светоносной, — сказал он. — И только в том случае, если сами того захотят, как я уже сказал. В равной степени вероятно, что они откажутся разговаривать с кем-либо из вас… или с кем-то из вашей компании. Или с кем-то из этого измерения, раз уж на то пошло…

Кэл мрачно посмотрел на Алексис.

Она только сейчас заметила, что он встал перед ней.

То, как он стоял перед ней, почти напоминало ей то, как Варлан стоял между ними и Марой.

Однако с Кэлом всё ощущалось по-другому.

Мало того, что его поза ощущалась защищающей в физическом плане; Алексис чувствовала в этом нечто большее. Казалось, Кэл не хотел, чтобы Варлан бывал в голове Алексис, в то же время как и Алексис не хотела, чтобы Варлан копался в голове Кэла. Каким-то образом, глядя на его месторасположение, его позу, она поняла, что он сделал это из страха за неё.

По какой-то причине эти видящие пугали Кэла.

По крайней мере, они пробудили в нём какую-то агрессию.

Алексис встретилась с ним взглядом, практически вторя его слегка хмурому виду.

Они оба снова посмотрели на двух видящих, одновременно переведя взгляды.

— Что за Тёмные Боги? — спросила Алексис.

Глава 13. Что теперь?

— Что ж, это было абсолютно и до абсурда раздражающе, — пробормотал Кэл.

Он удлинил свой и без того широкий шаг, пробираясь по неровному тротуару.

Он лишь мельком взглянул на Алексис, по-видимому, чтобы убедиться, что она следует за ним, пока они шли по переполненным улицам Старого города Бангкока.

Уже полностью стемнело, но вокруг них повсюду разливался свет.

На старых зданиях вдоль улицы висели фонари.

Аллеи и переулки поменьше, мимо которых они проходили, были усеяны барами, из которых доносилась музыка и смех, а также ресторанами, прилавками с одеждой, украшениями ручной работы, безделушками, живыми животными, исполняющими трюки.

Уличные торговцы продавали всё, начиная от жареных чёрных пауков, которых туристы могли съесть смеха ради, футболок с надписью «Меня трахнули в Бангкоке»1, жареных спринг-роллов и пад-тай, киосков с супом Том Ям и жареными креветками. Ещё больше стендов занимали поддельные святые реликвии, в основном в виде подвесок, которые люди носили на себе, чтобы отогнать злых духов или привлечь удачу.

Алексис пробиралась сквозь плотный поток людей рядом с Кэлом, окружённая запахами пота, алкоголя, сладкого чили и жареных креветок.

Она изо всех сил пыталась подумать о том, что будет дальше, пока они направлялись к реке с окружающими её освещёнными храмами вдалеке, известными местным жителям как ваты.

Сквозь просветы в зданиях она мельком увидела один из самых знаменитых ватов, возвышающийся над водой. Он стоял на другом берегу реки от них, освещённый голубыми и зелёными прожекторами и окружённый пальмами.

Мимо него проплывали лодки и паромы с дымящимися дизельными моторами. Туристы глазели изнутри лодок без окон, фотографируя все старые здания, но особенно Ват Арун, или Храм Рассвета.

Обычно Алексис нравился Бангкок.

Иногда ей даже нравились более мутные туристические районы Бангкока, вроде этого.

Однако сегодня, когда она смотрела на спотыкающихся пьяных туристов и подмечала более знающие, циничные взгляды, которыми обменивались продавцы и водители тук-туков, всё это казалось ей смутно зловещим.

Для живущих здесь людей ничего не изменилось.

Однако для Алексис казалось, что мир уже начал медленно полыхать. Кто-то зажёг спичку, и теперь все они ждали, когда огонь доберётся до них, когда жар усилится и распространится настолько, что его уже нельзя будет избежать.

Их время на исходе.

Алексис чувствовала это.

Даже без того, что сказали ей видящие, она, вероятно, почувствовала бы это.

Варлан, который ясно дал понять, что уже видел по крайней мере один апокалипсис, явно думал, что грядёт что-то плохое.

Она чувствовала то же, что и он, даже не зная, что именно это означало.

Кэл посмотрел на неё с мрачным выражением лица.

— Да, — сказал он.

— Ты чувствуешь это? То, о чём я думала?

— Да, — он на мгновение поджал губы. — Хотя меня гораздо больше беспокоит то, что это можешь чувствовать ты, Светоносная. Сам я бы, возможно, отмахнулся от этого как от паранойи или даже от потрясения из-за отца… но тебя внедрили сюда специально для того, чтобы чувствовать такие вещи. Тебе поручили защищать закреплённое за тобой измерение от вторжения Тьмы.

На это ей было нечего сказать.

Очевидно, Кэлу тоже.

Он не стал вдаваться в подробности помимо того, что уже сказал.

Но на самом деле ему это было и не нужно.

— Что ты думаешь об этом? — следом спросил он. — О том, что они рассказали нам? О Тёмных Богах? Тебе что-нибудь подсказывает твоё внутреннее чутьё?

Алексис нахмурилась.

Резкий смех заставил её повернуть голову влево и напрячься.

Она посмотрела на пьяную девушку около двадцати лет, которая, запрокинув голову, засмеялась во второй раз, сжимая в одной руке кокосовый орех, из срезанной верхушки которого торчала лаймово-зелёная соломинка. Что бы ни находилось внутри этой кокосовой скорлупы, Алексис решила, что это точно что-то сорокаградусное.

Она заставила себя расслабиться и разжать хватку на рюкзаке.

Очевидно, все её боевые инстинкты активировались.

— Я не знаю, что я думаю, — честно призналась она. — О Тёмных Богах или о чём-то ещё из сказанного им. Было нечто странное. Не только в нём. Но и в Маре тоже.

Всё ещё размышляя, она добавила:

— Но у нас больше ничего нет. Так ведь? Что ещё у нас есть? Мы должны изучить хотя бы ту малость, которую они нам дали, тебе так не кажется?

Кэл нахмурился.

Затем вздохнув, он искоса взглянул на Алексис.

— Полагаю, что должны, — признал он с изящным жестом. — Ты права, у нас больше ничего нет. Нам абсолютно не за что зацепиться, кроме этого. Поэтому будем разбираться. По крайней мере, до тех пор, пока что-то не изменится. Может быть, это откроет нам нечто большее.

Он приподнял бровь, одарив Алексис лёгкой улыбкой.

— Это хотя бы займёт нас, пока другие будут охотиться на моего отца.

Алексис согласилась.

Видящие сказали им, что лишь у очень небольшого числа существ хватило бы «сил», чтобы снова открыть врата или хотя бы восстановить связь с Древними.

По всей видимости в этом мире не существовало того особого типа видящих, которым удалось открыть врата в прошлый раз. Эта некая форма «сверхвидящих» вообще не появлялась в этом измерении, по крайней мере, насколько было известно Варлану.

О существах, которые обитали здесь, в этом измерении, Варлан и Мара, похоже, тоже мало что знали.

Они называли их «Тёмными Богами».

Алексис не знала, что именно это означает, но Кэл, казалось, был в курсе.

— Да, — ответил идущий рядом с ней Странник.

— Ты знаешь, что они такое?

Кэл задумался над вопросом.

Затем он выдохнул с очевидной досадой.

— Нет. Не совсем. Но я слышал о них. Это не первый раз, когда я узнаю об их существовании. Мой отец рассказывал о них. Когда я был ребёнком. Он проводил ритуалы, пытаясь обуздать их силу в своих собственных целях… Ещё до того, как у него появилась мания разрушать целые жизненные циклы, — иронично произнёс он.

Бросив на Алексис более серьёзный взгляд, он добавил:

— Тогда вся его озлобленность была в основном нацелена на другие виды. На тех, кого он объявил врагами Странников. Позже она была направлена и на его внутренних врагов. Затем на гораздо более обширную группу существ… в принципе, на любого, кто не находился под его контролем. Очевидно, ты уже могла заметить, к чему это привело.

Алексис задумалась над его словами.

Она сосредоточилась на том, как это сможет сейчас помочь ей и Кэлу.

— Он достиг какого-нибудь результата? — спросила она. — В использовании их силы в своих собственных интересах?

Кэл выдохнул, и его голос зазвучал почти устало.

— Честно говоря, я не знаю. Он часто лгал о таких вещах.

— А сам как думаешь? — настаивала Алексис. — Мог ли он провернуть нечто такое?

Воцарилось молчание.

Затем Кэл пристально посмотрел на неё.

— Думаю, он мог добиться некоторого успеха… очень ограниченного, по крайней мере, в нескольких небольших аспектах. Но я не знаю, добился ли он этого конкретно с помощью Тёмных Богов. С помощью демонов — да. Тёмных магов и чернокнижников — конечно.

Челюсти Кэла сжались, пока он раздумывал.

— Что касается самих Тёмных Богов… Я правда думаю, существует вероятность, что ему удалось с ними связаться. Возможно, он даже мог заполучить парочку одолжений от этих существ. Но всё же я считаю, что его попытки использовать их в некой целенаправленной манере остались нереализованными. По крайней мере, пока он восседал на троне.

Он бросил на Алексис мрачный взгляд.

Поджав губы, он добавил:

— Разумеется, пока он занимал трон, в его подчинении не было таких могущественных существ… иначе его бы никогда не свергли. Я знаю, что частью наказания, назначенного ему, когда он впервые попал в тюрьму, было лишение его возможности использовать любую из своих магических способностей.

Алексис рассеянно кивнула, когда он закончил.

Слегка нахмурившись, она продолжала обдумывать его слова.

— Ты можешь выследить их? — следом спросила она. — Ты можешь сам найти этих Тёмных Богов?

То же самое она спросила у видящих, но их ответ был отрицательным.

Но если отец Кэла знал, как их найти, и у отца Кэла имелась связь с Кэлом, то логично предположить, что в теории Кэл мог использовать своего отца, чтобы…

— На самом деле они вовсе не такие существа, — уклончиво вставил Кэл.

Она нахмурилась.

— Какие существа?

— Они не те, кого можно отследить, — сказал ей Странник.

Алексис обошла группу туристов, сидевших на бордюре. Они вчетвером делили между собой несколько тарелок с едой, запивая пивом Чанг из огромных банок: рулетики из креветок со сладким чили, свиные шашлыки, жареный рис, манго, клейкий рис и ломтики папайи.

— Что это за существа? — спросила она далее. — Если их нельзя выследить?

— Понятия не имею. Но точно не те, кого можно отследить обычными способами.

Его челюсти снова напряглись, пока он обдумывал.

Спустя несколько секунд Кэл пожал плечами.

— Если бы и можно было, — добавил он. — То видящие могли бы это сделать… особенно тот седовласый, который показался мне не только старым, но и великолепно обученным. Они бы не отправили нас к какой-то местной колдунье, чтобы она сотворила для нас заклинание.

Он стиснул зубы.

Когда Кэл продолжил, его голос прозвучал обеспокоенно.

— Думаю, они правы, — признал он. — Скорее всего, здесь нужен ритуал, Светоносная. Заклинания. Колдовство. Возможно, какой-то спиритический сеанс. Нам лучше пойти к колдунье. Или найти какую-нибудь другую ведьму… кого-нибудь, кто прилично владеет светлой и тёмной магией. Или вампира с похожими возможностями. Или чернокнижника.

Он устремил на Алексис мрачный взгляд.

— Я думаю, нам нужно найти кого-то, кто может открыть линию связи, используя в частности магию крови или земли… возможно, даже магию фейри, если вдруг у твоей подруги Джулс есть связь с кем-то подобным здесь, в Бангкоке. Может быть, нам нужно организовать старомодное заклинание… или призыв… или даже жертвоприношение.

Увидев её недоверчивый взгляд, он поднял руку.

— Не человеческое, — прояснил он. — Я думал о быке или о чём-то в этом роде. Может, козу. Или курицу. В этой местности, я не знаю… может, большую ящерицу. Или обезьяну.

Алексис нахмурила брови.

В этом был смысл, но всё же это казалось чертовски опасным.

— Я согласен, — сказал Кэл. — Я сильно подозреваю, что эти существа не совсем на стороне Света, иначе мы могли бы найти менее сомнительный способ призвать их на помощь. Но опять же, если бы они принадлежали к Свету, мой отец, вероятно, вообще не обратился бы к ним за помощью.

Он помрачнел ещё больше.

— …А значит, вероятность того, что они нам помогут, примерно равна вероятности того, что они нас убьют. Но, судя по тому, что сказали те видящие, у нас нет особого выбора.

От его слов Алексис почувствовала холод в груди.

Она восприняла это как знак, что какая-то часть её сущности Светоносной соглашалась с ним.

К сожалению, она соглашалась с ним практически во всем.

— Значит, ты думаешь, что нам сначала следует пойти к колдунье? — спросила Алексис. — К той, чьё имя нам дала Мара. Мы должны начать с неё, так?

Кэл нахмурился.

— Я не знаю, — ответил он. — Мне кажется, Мара была не так уж уверена на этот счёт. Если бы я не знал лучше, я бы подумал, что Варлан заставил её дать нам это имя… скорее всего, чтобы избавиться от нас. Похоже, она сама не очень-то хотела делиться им с нами.

Алексис ещё сильнее поджала губы.

С этим она тоже была согласна.

На самом деле, у неё сложилось стойкое впечатление, что Мара дала им это имя неохотно, возможно, под давлением Варлана, как и думал Кэл. Скорее всего, это просто единственная персона с необходимым видом магии, которую они знали в Бангкоке.

Возможно, Мара знала о Тёмных Богах больше, чем показывала.

В любом случае, учитывая реакцию Мары на разглашение имени и адреса местной ведьмы, им определённо стоит опасаться этой личности.

— Да, — согласился Кэл.

Алексис взглянула на него.

— Тебе не понравился Варлан, не так ли? Он заставил тебя нервничать?

Кэл бросил на неё удивлённый взгляд.

— Конечно, он заставил меня нервничать. Ты точно участвовала в том же разговоре, что и я? Этот видящий — убийца. Я не знаю всю его историю, но он явно работал наёмником… вероятно, на протяжении многих веков, учитывая его возраст. Я не знаю, как он сюда попал, но сомневаюсь, что именно Свет отправил его к нам.

Алексис нахмурилась.

Обдумав это с точки зрения Кэла, она поняла, что соглашается.

— Пожалуй, единственная вещь, которая показалась в нём хорошей — это то, что он как будто искренне боится повторения произошедшего в его предыдущем мире, — пробормотал Кэл.

— Что насчёт твоего отца? — спросила Алексис, оборачиваясь.

Выражение лица Кэла заметно ожесточилось.

— Что ты имеешь в виду?

— Думаешь, он придёт за нами? Или сначала он больше сосредоточится на том, чтобы заново открыть порталы?

Кэл нахмурился. Затем медленно покачал головой.

— Точно не знаю, — признался он. — Я не знаю достаточно, чтобы быть уверенным. Но если так предположить, он, скорее всего, попытается связаться с теми же самыми существами, с Тёмными Богами. Вероятно, он уже произносит заклинания, пока мы разговариваем… если только не существует какой-то причины, по которой он не может сделать этого на лодке. Он не будет ждать, если ему ничего не мешает. Хотя…

Белый Дракон поколебался, словно не был уверен, что ему следует озвучивать остальное вслух.

Но Алексис подозревала, что она знала, почему он застрял на полуслове.

— Он идёт за мной, — закончила она за него. — Я знаю. Мне приходило в голову, что, возможно, ему нужен Светоносный, чтобы общаться с этими созданиями. Варлан как будто специально упомянул об этом. Как будто он предупреждал нас. Или, по крайней мере, предупреждал меня.

Кэл снова сжал челюсти.

А потом пожал плечами.

— Варлану определённо нравятся его маленькие игры, — произнёс он осмотрительно нейтральным голосом. — Насколько я понимаю, он мало что говорит напрямую, если вместо этого можно скрутиться в крендель и намекнуть.

Алексис хмыкнула, но без особого веселья.

И снова она была согласна с Кэлом.

— В любом случае, — выдохнул Странник. — Если эти Тёмные боги общаются только с определёнными видами сверхъестественных существ… или даже только со Светоносными… вполне логично, что мой отец хотел бы держать тебя рядом. Возможно, он даже использовал мою мать для аналогичных целей, пока она была жива…

Его губы поджались, и Алексис на мгновение пришлось сдержаться, чтобы не прикоснуться к нему.

Эта рана была настолько глубокой, настолько осязаемой, что причиняла ей настоящую боль.

Это походило на тугой узел боли в центре её груди.

Кэл прочистил горло.

Он покачал головой, словно стряхивая с себя воспоминания о своей матери.

— Возможно, он попытается похитить тебя, — добавил он более жёстким голосом. — Честно говоря, я уже наполовину ожидал этого… когда мы столкнулись в моём мире, он явно слишком сосредоточился на том, чтобы ты была с ним. Даже тогда я уже понял, что ты для него очень важна. Он бы сам проткнул меня мечом, не задумываясь… но ты была нужна ему живой. Он прям истекал слюной по этому поводу.

В голосе Кэла звучала откровенная горечь.

Но когда он продолжил, там же слышалась и леденящая ярость.

— Теперь у нас, по крайней мере, есть лучшее представление о мотиве. Он явно думает что как минимум наличие Светоносной поблизости повысит его шансы на успех. Независимо от того, для чего именно ты ему нужна в его ритуалах, он, вероятно, вскоре попытается избавиться от нас. Мы должны быть готовы. Он будет в отчаянии. Мой отец в отчаянии — это не то, что ты хотела бы лицезреть.

Алексис кивнула.

Ей снова было нечего возразить.

К ней снова пришло осознание, насколько странно после стольких лет работы в одиночку иметь партнёра в подобном деле. Это было совсем не похоже на её работу с Девином или Джулс, или с кем-либо из волков стаи Девина, или с кем-либо из вампиров, ведьм, падших ангелов или демонов, которых она когда-либо нанимала или с кем работала в Лос-Анджелесе или в любом из своих клубов.

Это ощущалось более…

Равноправным? Естественным?

Постоянным?

Она не могла точно решить.

Что бы это ни было, Алексис нервировало то, насколько спокойно она относилась к мысли о том, что Кэл будет её партнёром в таких вещах.

Она отбросила эту мысль в сторону.

Прямо сейчас ей нужно было подумать.

— Что, если мы сделаем это? — спросила Алексис. — То есть, да, мы пойдём к колдунье, которую посоветовала нам Мара. Но ведь твой отец уже вероятно вызывает этих существ, верно?

— Ты имеешь в виду, что нам стоит подождать, пока он это сделает, а потом вежливо напомнить ему, что они хотят говорить только с тобой? — Кэл выгнул бровь. — Кажется немного рискованным, любовь моя.

Алексис бросила на него слегка забавляющийся взгляд.

Она не стала возражать.

Но не этот вопрос она задавала.

Она была уверена, что Кэл тоже это понимал.

— Я знаю, — Кэл ещё сильнее нахмурился, глядя на неё. — Прошу прощения, что мне больше по душе другие твои мысли… о том, что мы двое — партнёры. О том, насколько естественно это ощущается между нами. Насколько правильно. Как бы мне хотелось, чтобы так было всегда. Как сильно я надеюсь, что, возможно, в какой-то момент в этой картине могут появиться маленькие копии нас самих…

Выдохнув от её изумлённого взгляда, он вскинул руку.

— Я согласен с тобой, Светоносная! Мне тоже это нравится. Мне это очень нравится. На самом деле, мне это нравится настолько, что прямо сейчас у меня настоящий стояк просто от того, что я слушаю, как ты думаешь об этом. Ты почти полностью лишила меня способности думать о чём-либо, кроме секса…

У Алексис отвисла челюсть.

Когда она закрыла рот, собираясь что-то возразить в ответ, Кэл поднял руку.

В его глазах и голосе появилось предостережение.

— Я знаю, о чём ты спрашивала меня, Алексис. Я буду честен… Пока что у меня нет на это ответа. Но если бы мне пришлось дать тебе его прямо сейчас, я бы сказал «нет». Нет, мы не должны пытаться заставить дорогого старину-папулю дать нам заклинание, которое он использует для вызова Тёмных Богов. Мы вообще не должны использовать моего отца, чтобы найти Тёмных Богов или связаться с ними. На самом деле, мы должны постараться сделать так, чтобы его не было рядом с нами, когда мы сами будем пытаться заключить сделку с этими созданиями. Использование моего отца в любом виде должно быть самым последним средством. А это значит, что чем скорее мы это сделаем, тем лучше. Я думаю, для нас станет катастрофой ждать, пока он сам доберётся к нам сюда.

Алексис не ответила.

И всё же, прокручивая в голове его слова, она нахмурилась.

Она соглашалась с ним.

В этот раз она как будто не очень хотела этого, но всё же соглашалась с ним.

— Ну? — спросил Кэл, поджав губы. — Что теперь, Светоносная? Мы возвращаемся в отель? Зовём твоих друзей? Или мы отправимся на встречу с этой колдуньей сами?

Всё ещё размышляя, он смотрел на воду, и его голос звучал напряжённо.

— …Или мы вообще откажемся от этой идеи с сомнительной колдуньей Варлана? Используем кого-то из твоих людей? Есть ли кто-нибудь, кому ты доверяешь, и кто лучше мог бы помочь нам в этом? Возможно, в твоём родном городе?

Алексис поджала губы.

По правде говоря, теперь ей было сложно не думать о другой вещи, которую они обсуждали. Выбросив это из головы, она раздражённо выдохнула.

Хотела бы она, чтобы у неё имелась эта чёртова магия порталов.

Садиться в самолёт прямо сейчас, примерно на 15–22 часов, казалось ужасной идеей. На самом деле, когда она думала об этом после всего, что сказали Варлан и Мара, об этом не могло идти и речи. Даже мысль об этом заставляла её чертовски нервничать.

Терять столько времени в пользу Красного Дракона, учитывая всё, что по её ощущениям происходило, и всё, о чём предупреждали их Мара и Варлан, казалось совершенно безрассудным.

Конечно, Алексис больше доверяла своим контактам в Лос-Анджелесе.

Она больше работала с ними.

Она доверяла им больше.

В Лос-Анджелесе Алексис знала могущественных ведьм и чернокнижников.

Она даже знала нескольких вампиров, обладавших нешуточными магическими навыками.

Там в её распоряжении имелись люди с настоящими талантами.

Ещё там была девушка Девина.

Судя по тому, что рассказал ей Девин, Габриэла была чертовски могущественной ведьмой. Ещё она являлась одной из старших ведьм крупного ковена в Лос-Анджелесе. В данном случае «старшая» означало «одна из самых могущественных», а не «одна из самых старых» в группе.

Возможно, через Девина Алексис смогла бы по телефону заставить весь ковен помочь ей.

Возможно, творить такого рода магию на расстоянии могло бы быть так же действенно, так же эффективно, как и делать это в личном присутствии.

Алексис могла бы, по крайней мере, использовать их в качестве подстраховки и, возможно, для помощи тайской колдунье на земле — той, чьё имя дала ей Мара.

По крайней мере, тогда бы у них был кто-то обладающий магией и прикрывающий их спины.

Она подумала и о другом вопросе Кэла.

Но Алексис пока не хотела возвращаться в отель.

Она не хотела втягивать в это Девина и Джулс, хотя бы до тех пор, пока у неё не будет для них реальных, конкретных новостей. Она не хотела приводить их к колдунье Мары до того, как сама не проверила её. Она вообще не хотела подвергать опасности своих друзей без чертовски весомой на то причины.

Сначала она хотела получить больше информации.

Кэл фыркнул.

— Забавно, что ты не беспокоишься так же сильно обо мне, Светоносная.

Алексис фыркнула в ответ, пихнув его локтем.

В этот раз она также не позволяла себе задумываться о том, что он сказал.

Глава 14. Не-пойми-какое

В конце концов, Алексис позвонила им.

Ну, она позвонила в гостиничный номер.

Девин взял трубку.

— Привет. Это я, — Алексис посмотрела на Кэла и стиснула зубы. — Мы только что встречались с видящими. Похоже, мы заглянем ещё в одно местечко. Но мы скоро вернёмся.

— Лекс…

— Просто послушай, Дев.

Она подробно рассказала ему то, что они узнали от двух видящих, включая тот факт, что Мара дала имя и адрес местной колдуньи.

Затем Алексис сказала им оставаться в отеле.

Она снова предложила им немного поспать.

И сказала, чтобы они были готовы уезжать предположительно утром.

Девин попытался скрыть это, но Алексис практически почувствовала его облегчение на этот счёт.

Чем дольше Алексис говорила, тем больше радовалась, что делает это по телефону, и что она решила не возвращаться в отель, чтобы лично поговорить с Девином или Джулс.

Двое её друзей наверняка попытались бы отговорить её от похода к тайской колдунье и как можно скорее забронировали бы им билеты обратно в Лос-Анджелес.

Как бы то ни было, Девин напомнил, что Алексис получила наводку от двух очень странно звучащих видящих, из которых она смутно знала лично только одну, и они оба с таким же успехом могли быть на стороне зла.

Если бы Алексис вернулась в отель, Джулс определённо встала бы на сторону Девина. Оба её лучших друга попытались бы надавить на Алексис, чтобы она вернулась домой… то есть, чтобы она отправилась домой сию же минуту, и чтобы она работала с людьми в Лос-Анджелесе, которых они все знали и которым доверяли.

Алексис даже могла видеть в этом смысл.

Судя по тому, что сказали Мара и Варлан, существовала вероятность, что Красный Дракон не сможет осуществить своё заклинание призыва без неё. Если сейчас она уедет в Лос-Анджелес, это, возможно, окажется лучшим способом отдалиться от мудака-папаши Кэла.

Если Красному Дракону для его заклинания призыва Тёмных Богов нужно, чтобы Алексис находилась поблизости, то посадить единственную в мире Светоносную в самолёт над Тихим океаном может в краткосрочной перспективе стать самым эффективным способом помешать ему.

Но как бы логично это ни звучало из уст Девина, нутро Алексис кричало, что это окажется огромной, ужасной ошибкой, которая приведёт к концу света.

Ещё Алексис знала Девина.

Она прекрасно знала, что в высшей степени логичный разум оборотня обычно использовался просто для того, чтобы придумать наиболее логично звучащее оправдание.

Девин и Джулс до смерти хотели вернуться домой.

Она слышала это в его голосе даже сейчас.

Девин по-настоящему ощущал себя альфа-оборотнем. Это значительно ухудшилось с последней их встречи, вероятно, потому, что последний час или около того Девин провёл, разговаривая с каждым членом своей стаи, хотя бы для того, чтобы заверить их всех, что он по-прежнему цел и невредим.

У Алексис совершенно не было никаких сомнений в том, что стая посоветует предпринять Девину.

Честно говоря, Джулс ничем не лучше.

Полуфейри была одной из самых общительных людей, которых знала Алексис, у неё имелись друзья по всему Лос-Анджелесу, не говоря уже о большой и дружной приёмной семье сверхобщительных людей, которые практически боготворили землю, по которой ходила Джулс.

Девин сказал Алексис, что телефон в номере разрывался с тех пор, как они с Кэлом ушли на встречу с видящими, и Алексис верила ему на все сто процентов.

Ещё Девин упомянул, что благодаря сотрудникам Алексис из «Белого кролика» Джулс получила новый смартфон, и что наличие у Джулс собственного телефона совсем не сократило количество звонков, поступающих на стационарный телефон.

Джулс уже несколько раз разговаривала с людьми из «Красного кнута», сначала чтобы сказать им, что они с Алексис живы… затем, чтобы сказать, что они на пути домой… затем, чтобы проверить, как там идут дела… затем поговорить с несколькими людьми, которые звонили в отель только для того, чтобы услышать её голос.

Ещё Джулс позвонила своей сестре в Санта-Монике, но только для того, чтобы услышать в трубке визги радости и слёзы.

Неудивительно, что вся её семья совершенно слетела с катушек за всё то время, пока её не было; они были уверены, что её и Девина похитили и/или убили.

Учитывая, что волчья стая Девина обнаружила его дом разгромленным, машину Джулс на подъездной дорожке, припаркованную рядом с машиной Девина, разбитые кухонные окна и стеклянную раздвижную дверь, большую дыру в двери гаража, следы драки перед домом…

…не говоря уже о крови…

Можно сказать, что все опасались худшего.

Ещё они сразу же вызвали полицию.

Конечно, стая пыталась выследить их, но потеряла след в Старом зоопарке… по довольно очевидным причинам.

Девин фыркал от смеха, пока рассказывал ей, насколько безумной была семья Джулс в последний час или около того, но Алексис сомневалась, что в этом имелось что-то смешное.

Она всё ещё чувствовала себя ужасно из-за того, что подвергла своих друзей опасности.

Она чувствовала себя ужасно из-за того, что так сильно напугала родителей, братьев и сестер Джулс.

Что касается телефонных разговоров, то Алексис и сама подслушала кое-что, прежде чем ушла из гостиничного номера с Кэлом.

Она слышала, как Диана, одна из официанток «Красного кнута», так громко визжала в трубку, услышав голос Джулс на линии, что Джулс со смехом отодвинула от уха трубку гостиничного телефона.

Джулс рассказала им всем за ужином, наполовину набив рот пад таем, что ей, вероятно, придётся весь следующий месяц встречаться с людьми за ланчем и кофе, чтобы объяснить, что с ней случилось, и что им лучше придумать чертовски хорошую историю до всего этого.

— …Предпочтительно в самолёте по дороге домой, — мрачно сказала она, многозначительно посмотрев на Алексис и подчеркнув ту часть, где говорилось о возвращении домой. — На самом деле, я думаю, нам следует посвятить дороге весь завтрашний день, Лекс…

И снова это был совершенно не тонкий намёк.

Девин хмыкнул, соглашаясь.

Пока они вместе сидели за журнальным столиком, Девин рассказал им, что позвонил Вику, своему второму в стае Северного Голливуда. По словам Дева, другой оборотень чуть не сошёл с ума и буквально начал орать на него прежде, чем Девин смог что-либо объяснить.

Ещё Девин пробубнил, что позвонил своей девушке Габриэле и двадцать минут успокаивал её по телефону после того, как она разрыдалась.

Вообще-то говоря, Алексис подслушала часть этого разговора… совершенно случайно, конечно.

Когда она вышла из душа в махровом халате и нашла Девина в спальне, разговаривающего по её телефону, она была почти уверена, что он находился в середине этого разговора.

Схватив свою новую, полупустую сумку, наполовину набитую одеждой, которую она купила в аэропорту Пенанга, Алексис ушла в гардеробную и почти полностью закрыла за собой дверь. Развешивая недавно купленную одежду на деревянных вешалках отеля в надежде разгладить какие-нибудь складки, она невольно слышала, как Девин тихо говорит по телефону в соседней комнате.

Она старалась не вслушиваться, особенно в подробности, но по тону его голоса поняла, что это наверняка была его девушка. Она слышала, как он несколько раз повторил, что с ним все в полном порядке, что он жив, невредим и что расскажет ей всё, как только вернется в Лос-Анджелес.

Так что да, Алексис понимала отчаянное желание своих друзей вернуться домой.

Она тоже хотела вернуться.

Возможно, у неё не было стаи оборотней, или второй половинки, ожидающей её там, как у Девина, или чокнутой семейки, которая обожала её, и множества друзей, как у Джулс… но она с нетерпением ждала возвращения в свой дом на холме Сансет. Она с нетерпением ждала свою утреннюю пробежку в парке, свою любимую кофейню и тренажёрный зал, где она тренировалась и спарринговала со стаей оборотней Девина.

Она хотела пойти в клуб и послушать, как её сотрудники сплетничают о гостях.

Она скучала по другим оборотням из стаи Девина, по ведьмам, с которыми дружила, и даже по некоторым вампирам, которых знала в городе.

Она скучала по своему утреннему завтраку из буррито и капучино на миндальном молоке.

Превыше всего этого Алексис хотела поохотиться на тех чёртовых дымчатых тварей и найти какой-нибудь способ нейтрализовать их все до последней. Люди Девина уже искали их, но она определённо чувствовала бы себя намного лучше, если бы сама возглавляла эту маленькую разведывательную шайку.

Однако размышляя обо всём этом, Алексис чувствовала себя тревожно.

Она не могла не заметить контраста между её собственными приоритетами и приоритетами Девина и Джулс.

Ей даже было некому позвонить.

Конечно, есть менеджеры её клубов.

Она могла бы позвонить им. Разузнать, как идут дела. Предложить им помощь.

Но на самом деле Джулс справилась с большей частью всего этого.

Они больше хотели бы поговорить с Джулс.

Единственными людьми, которым она точно позвонила бы при иных обстоятельствах, были сами Девин и Джулс.

Но Девин и Джулс уже находились рядом с ней.

У неё и правда никого больше не было.

Конечно, у неё было бы больше людей, с которыми она могла бы связаться, если бы другие Светоносные…

Кэл резко повернулся. В его глазах сверкало неприкрытое предупреждение.

Алексис почувствовала, как напряглись её челюсти.

Тем не менее, она ловко перенаправила мысли в своём разуме.

«…не были все убиты», — чуть громче додумала она.

Выражение лица Кэла расслабилось, но лишь немного.

Алексис изо всех сил старалась не обращать на это внимания.

С усилием воли она вернула свой разум к предыдущему направлению мыслей.

Суть в том, что в большинстве случаев Алексис вовсе не чувствовала себя одинокой и не ощущала необходимости в большем количестве людей в своей жизни. И всё же, думая о том, что она оставила позади в Лос-Анджелесе, она осознала, что её жизнь там, вероятно, была немного пустой.

Вся её жизнь слегка зациклена на работе.

Ладно, возможно, она полностью крутилась вокруг работы.

Алексис поймала себя на мысли, что вспоминает все те случаи, когда Девин и Джулс мягко намекали на то же самое, намекали, что ей нужно выстраивать больше отношений… немного веселиться, как выразились Девин и Джулс… и развивать свою жизнь вне работы.

Возможно, впервые за всё время Алексис задалась вопросом, были ли они правы.

Она хотела вернуться домой.

Она очень сильно хотела вернуться домой.

Но у неё не имелось такой необходимости возвращаться домой, как у Джулс с Девином.

Кэл фыркнул.

Алексис повернулась и пристально посмотрела на него.

В это же время она сошла с тротуара, чтобы обойти очередную группу туристов. Позади неё прогудел клаксон. Повернув голову, она отшатнулась от тук-тука и запрыгнула обратно на тротуар, пробираясь сквозь толпу людей, выходивших из баров и ресторанов.

Сейчас они уже шли по улице побольше той, что располагалась параллельно реке.

— Знаешь, а ведь видящие могут делать это, — Кэл посмотрел на Алексис, снова присоединяясь к ней сбоку, когда они миновали толпу у дверей бара. — …Могут воздействовать на разум. Просто из-за нахождения рядом с ними. Вблизи их «живого света», как они это называют.

Он оценивающе окинул взглядом выражение её лица, и его глаза обрели зелёный цвет, напоминавший оттенок молодой листвы.

— Я слышал, что такая близость к видящим может вызвать… как они это обозвали? «Нежелательные приступы трагической саморефлексии».

Алексис моргнула.

Затем, когда его слова полностью дошли до неё…

Она невольно рассмеялась.

— Нежелательные приступы трагической саморефлексии? — переспросила она.

Кэл кивнул с притворной серьёзностью.

— Эти ублюдки излучают своё собственное медитативное, интроспективное, не-пойми-какое поле, — он взглянул на неё с кривой улыбкой. — …По крайней мере, так мне объяснили. Оно помещает тебя в своего рода «духовное пространство», которое заставляет тебя задуматься о смысле жизни, о том, каких элементов в жизни может не хватать, или какие вовсе отсутствуют, или что находится в дисбалансе. Любые причины неосознанного несчастья или необходимого роста… и другие раздражающие вещи.

Она выгнула бровь.

— Не-пойми-какое?

Кэл кивнул, слегка улыбнувшись.

— Именно так. Полагаю, это официальный термин.

Потянувшись, он взял Алексис за руку, сжимая её пальцы.

— Значит, мы остаёмся? — спросил он. — В Бангкоке. Чтобы встретиться с этой колдуньей?

Он поднёс её руку к своим губам и поцеловал ладонь.

Алексис невольно вздрогнула от прикосновения его губ.

Его голос зазвучал глубже, снова превращаясь в голос короля.

— Признаюсь, нелегко было следить конкретно за этим лабиринтообразным переплетением твоих мыслей… но, похоже, всё сводится к нашей встрече с этой колдуньей сегодня вечером, и уже потом мы решим, хотим ли пригласить кого-нибудь из твоих друзей-ведьм из твоего родного города, чтобы помочь с каким-нибудь ритуалом тёмной магии, или что там будет… или мы летим обратно в твой город на другом континенте.

Алексис пыталась решить, как реагировать на его слова.

Сначала поцелуй.

Затем этот глубокий голос.

Затем последовала эта непринуждённая отмашка от потока её сознания. Какая-то её часть хотела позабавиться над тем, что Кэл всё это выслушал, но в то же время другая её часть чувствовала раздражение и хотела уйти в защиту.

Возможно, там даже присутствовало смущение.

Алексис знала, с какой лёгкостью он читает её мысли.

Она уже почти привыкла к этому.

Но иногда это всё равно заставляло её чувствовать себя идиоткой.

Алексис откашлялась.

— Да, полагаю, это и есть наш план дальнейших действий, — натянуто произнесла она. — Я бы хотела пойти встретиться с этой колдуньей сейчас. С тобой… и без остальных. Тогда мы сможем понять, остаёмся ли мы здесь ещё на несколько дней или уезжаем сегодня вечером.

Она искоса взглянула на Кэла.

Он вглядывался в её лицо.

Затем как будто в недоумении он издал раздражённый звук.

— Господь всемогущий! Ты действительно собираешься заставить меня сказать это? У тебя есть жизнь, Светоносная, — раздражённо выпалил он.

Теперь в его голосе прозвучало искреннее непонимание, то ли ему сердиться, то ли смеяться.

— …Архангелы всевышние! У тебя достаточно «жизни», чтобы переполнить событиями обыденную реальность дюжины оборотней, людей и полуфейри. Не говоря уже о видящих с их раздражающе долгой жизнью и ещё более раздражающей «мудростью». Просто ты загружена ужасной, сводящей с ума, ответственной по своей сути и важной работой, Алексис. Ну, ты знаешь… та небольшая работка, которую ты делаешь, защищая целое измерение от тёмных существ и злобных сил? Практически в одиночку?

Алексис закатила глаза, глядя на Кэла.

Они прошли ещё немного.

Обдумав его слова, она фыркнула.

И в этот раз ещё и покачала головой.

Странник говорил нелепые вещи.

Многие, очень многие существа охраняли измерения.

Она делала это далеко не в одиночку.

Смехотворно далеко. Несметно далеко. Она всего лишь была крошечной игровой фигуркой на огромной доске, на которой имелось слишком много движущихся элементов, чтобы она могла вникнуть хотя бы в часть из них.

И всё же она почувствовала себя лучше.

Может быть, совсем немного.

Кэл крепче сжал её руку.

— Конечно, так и есть.

Алексис посмотрела на него, приподняв бровь.

— Хотя я не уверена в том, должна ли я винить в этом видящих, Кэлиджинес, — призналась она с лёгкой улыбкой. — Я много думала об этих вещах ещё до того, как мы отправились к ним. Я думала об этом уже несколько месяцев.

— Нах*й видящих, — сказал он, не задумываясь. — Само собой, ты можешь винить во всем их.

Между ними повисло молчание.

Конечно, эта тишина была только между ними двумя, поскольку она прерывалась гудками автомобилей, более пронзительными гудками тук-туков, мопедов и мотоциклов с громко ревущими двигателями, когда те проезжали мимо. Пьяные крики и смех доносились из близлежащих баров, когда они проходили мимо, не говоря уже о звуках бьющегося стекла, громкой музыке и криках продавцов.

Все эти звуки стали ещё громче, когда они поравнялись с входом в переулок, заполненный витринами магазинов, уличными кафе, киосками, магазинами с туристическими футболками и киосками, торгующими восточными шароварами и юбками, а ещё шарфами и саронгами, раскрашенными во все цвета радуги.

Алексис поймала себя на том, что обдумывает слова Кэла.

Затем, невольно…

Она фыркнула от смеха.

Глава 15. Новый поворот событий

Слова Кэла помогли. Как ни странно, его своеобразное резюме ситуации и пренебрежительное отношение к видящим очень помогли.

Алексис удалось снова сосредоточиться на насущной проблеме, начиная со всего, что рассказали им Мара и Варлан… и всего, чего они недосказали.

Перебирая в памяти их фактические слова, одно за другим, она поняла, что в истории, которую они рассказали ей и Кэлу, было слишком много дыр.

Двое видящих в лучшем случае были загадочными.

На самом деле, Мара вообще мало что сказала.

Она почти не разговаривала все то время, пока они были там, позволяя своему гораздо более нервирующему супругу вести практически весь диалог.

И всё же, по словам Варлана, Мара была экспертом. По словам Варлана, именно Мара должна была объяснить природу Тёмных Богов, но Мара так ничего по-настоящему и не объяснила.

Ну, не так, чтобы в этом было много смысла, чёрт возьми.

Она сказала, что Тёмные Боги были существами, которые жили и в этом измерении и во многих других, иногда более-менее одновременно. Она сказала им, что Тёмные Боги редко «выбирали чью-либо сторону» с точки зрения жизненных циклов или несчастий других существ, с которыми они жили.

Затем, несколько минут или секунд спустя, Мара также рассказала им, что Тёмные Боги иногда вмешивались по причинам, которые никто (по-видимому) в действительности не понимал.

Что касается того, были ли они на самом деле «тёмными» или «светлыми» по своей природе, у Мары тоже не оказалось ответа на этот вопрос. Она как будто думала, что они каким-то образом живут за пределами данного спектра. Позже, однако, она небрежно обронила, что они, возможно, всё-таки относились к тёмной стороне.

Или, поправилась она, они могли быть тёмными.

Могли и не быть.

Или, возможно, они были тёмными только иногда, или с какой-то конкретной точки зрения.

Она в самом деле не знала.

К тому времени Алексис уже была наполовину готова задушить женщину-видящую.

В любом случае, число людей, которые действительно могли вызвать одного из Тёмных Богов, чтобы поговорить с ним, оказалось довольно небольшим.

Даже про колдунью Мара говорила неопределённо.

Она сказала, что, по её мнению, кто-то вроде местного шамана мог бы помочь с призывом.

Или колдунья могла знать того, кто мог бы это сделать.

Или она могла бы знать, как можно отыскать книгу заклинаний, которая рассказала бы, как это сделать, и какие существа могут им понадобиться.

В конце концов, Алексис почти не обращала на Мару внимания.

Когда Мара закончила говорить, Алексис поклонилась в почтительной для видящих манере.

Затем она взяла из руки Мары листок бумаги с написанными на нём именем и адресом колдуньи. Она поблагодарила Мару и Варлана — возможно, немного чересчур резко — и начала пятиться к коридору, ведущему к входной двери.

По большей части, она просто хотела убраться оттуда к чёртовой матери до того, как Кэл вмажет одному из них или обоим по лицу.

К концу рассказа Мары она практически почувствовала гнев Короля Странников.

Ещё она ощущала сдержанность Кэла.

К тому времени он уже стоял позади Алексис, периодически сжимая кулаки в ответ на что-то особенно неопределённое или приводящее в бешенство из уст Мары, Варлана или их обоих. Алексис подозревала, что ему потребовалась вся его сила воли, чтобы удержаться от угроз в адрес двух видящих.

Сейчас же она уставилась на листок бумаги, который дала ей Мара, и хмурилась.

Адрес, который они получили, находился на другом конце города, недалеко от Сукхумвита, одной из главных магистралей, проходящих через центр Бангкока.

— Нам надо поймать такси, — сказала она Кэлу, всё ещё глядя на цифры вперемешку с буквами на тайском языке. — На наземном метро будет слишком долго, и в любом случае сейчас мы далеко от ближайшей станции…

Она замолчала, когда Кэл коснулся её руки.

Странник остановился.

Алексис встала рядом с ним.

Она подняла взгляд и оказалась лицом к лицу с нехарактерно высокой женщиной.

Женщина, стоявшая перед ними, была ростом примерно метр восемьдесят и походила на видящую больше, чем Мара.

Какой бы породы или вида она ни была, эта незнакомая женщина практически трещала от исходящей от неё сверхъестественной силы, и это было что-то настолько отличное от собственной силы Алексис, силы Светоносной, что она не могла не нахмуриться.

Длинные тёмно-синие волосы женщины ниспадали на плечи, но передняя их часть была убрана назад в конский хвост и заплетена по бокам головы. Этот стиль подчёркивал и без того высокие скулы и истощённую, почти похожую на череп внешность.

Всё в этой женщине казалось Алексис костлявым, угловатым.

Ещё Алексис не могла не заметить, какими странными были её зубы.

На нижней челюсти виднелись два неестественно длинных, похожих на резцы зуба.

Они торчали над её верхними зубами, по форме почти напоминая перевёрнутые клыки.

— Ты Алексис Пул? — спросила женщина.

В её словах не было ни угрозы, ни даже какого-либо любопытства.

Алексис взглянула на Кэла.

Он приподнял бровь в ответ, но она заметила настороженность в его глазах. ещё она почувствовала, как его внимание сосредоточилось на рюкзаке за её спиной — том самом, который был почти до краев набит оружием.

Алексис поймала себя на том, что сейчас мысленно проводит инвентаризацию этого оружия, начиная со своего хлыста, который должен лежать сверху, двух заряженных глоков с дополнительными магазинами и разнообразия клинков, которые она потащила с собой вдобавок к более длинному охотничьему ножу.

Алексис снова посмотрела на женщину с тёмно-синими волосами.

— Да, — резко ответила она. — Я Алексис Пул. А ты кто такая?

Женщина даже глазом не моргнула.

Угрожающий тон Алексис явно не смутил её.

— Меня послали за тобой, — ответила женщина. — Я должна доставить тебя в целости и сохранности к Нариссе.

Алексис взглянула на имя, написанное на листке бумаги у неё в руке.

На тайском языке было написано: «Нарисса Ко, 72 °Cукхумвит 77, Ваттана, Бангкок».

Алексис показала листок бумаги Кэлу, и тот нахмурился.

— Ты же в курсе, что я ничего из этого не могу прочитать, верно? — пробормотал он. — По мне, так это немного похоже на птичий помёт на пергаменте, так что я понятия не имею, почему у тебя такое выражение лица.

Она рассмеялась, не в силах сдержаться.

«Это имя колдуньи, — подумала она, обращаясь к нему. — Нарисса».

Алексис видела, как Кэл помрачнел, и в его глазах отразилось понимание. Он повернулся, чтобы окинуть взглядом высокую, похожую на скелет женщину с тёмно-синими волосами.

После краткого осмотра он едва заметно пожал плечами.

— Тебе решать, Светоносная.

Поджав губы, она оглянулась на высокую женщину.

— Ладно, — произнесла Алексис и засунула листок бумаги в карман. — Показывай дорогу.

Глава 16. Клеа

Женщина с синими волосами повезла их совсем не по адресу, указанному на бумажке, которую им дала Мара.

Когда Алексис заметила это, она стразу же насторожилась.

— Куда мы едем? — спросила она.

Сейчас они были в машине.

Алексис оглянулась через плечо, глядя в окно на дорогу, по которой, как она ожидала, они должны были выехать на автостраду.

— …Эта дорога не к адресу, который нам дали. Ты должна была выехать на автостраду там, позади. По этой части Сукхумвита слишком долго добираться по боковым улицам.

Они с Кэлом сидели одни на заднем сиденье старомодного Роллс-Ройса. Внутри антикварный автомобиль имел кремовую отделку, а снаружи был тёпло-коричневого цвета. Женщина с синими волосами была за рулём с правой стороны и двигалась по левой полосе, как в Англии.

Она не включила радио.

Ещё она не закрыла разделяющее стекло между ними.

Но предложила им напитки из маленького холодильника сзади.

Кэл и Алексис отказались.

Женщину с синими волосами, казалось, совершенно не смутил вопрос Алексис.

Она никак не отреагировала на явную агрессию в голосе Алексис.

— Да, — просто сказала она. — Нарисса сейчас не дома. Поэтому я пришла, чтобы найти вас. Она подумала, будет лучше, если я перехвачу вас до того, как вы доберётесь до её резиденции… где её нет. Я должна отвезти вас туда, где она сейчас находится.

— И где же это? — с опаской спросил Кэл.

Женщина с синими волосами посмотрела на него в зеркало заднего вида, но ничего не ответила.

Но молчание не было приемлемым ответом для Алексис.

— Куда ты нас везёшь, друг? — спросила Алексис. — Скажи нам. Сейчас же. Или эта поездка окончена.

На этот раз угроза в её голосе была недвусмысленной.

Взгляд женщины в зеркале переместился с Кэла на Алексис.

Она всё ещё не моргала, и выражение её лица не изменилось.

Её взгляд оставался странно пустым, лишённым эмоций.

— Я везу вас в твой собственный клуб, Алексис Пул. Твой клуб в Бангкоке. «Белый кролик». Нарисса встретит тебя там.

Гнев Алексис сменился чем-то близким к замешательству.

«Белый кролик»?

Вся эта таинственность только для того, чтобы отвезти её в её же заведение?

— Тогда почему бы просто не позвонить нам? Сказать, чтобы мы встретились с вами в клубе? — поинтересовалась Алексис. — К чему всё это странное, смутно угрожающее дерьмо?

— У нас нет номера твоего телефона.

Алексис нахмурилась ещё сильнее.

Они с Кэлом обменялись откровенно скептическими взглядами.

— У вас нет нашего номера телефона? Но вы смогли найти нас на улице? — сделав паузу, Алексис добавила: — Вы могли попросить любого человека в клубе позвонить мне от вашего имени. Если только ты не занимаешься чем-то чертовски мутным, они бы оставили мне сообщение.

И снова синеволосая женщина показалась невозмутимой.

— Нарисса сказала мне, что вы ходили на встречу с Марой и её супругом, — терпеливо объяснила она. — Мы с ними знакомы. Найти вас было нетрудно, — её взгляд переместился на Кэла. — Здесь не так много таких, как ты. Ты… особенная.

Алексис снова недоумевала, что, чёрт возьми, это значит.

Эта женщина уже реально выводила её из себя.

— Я полагаю, о том, чтобы позвонить Маре, не могло быть и речи? — еле слышно пробормотал Кэл, обращаясь к Алексис. — Разве её госпожа не могла попросить кого-нибудь из этих чокнутых видящих передать сообщение? Кажется немного более эффективным… и менее бредовым…

Очевидно, он не спросил это у высокой женщины прямым текстом, но она всё равно ответила ему. Её голос оставался таким же бесстрастным и вежливым, как и раньше.

— Она не носит с собой телефона, глубоко уважаемый и почтенный Белый Дракон, — сказала она. — На самом деле она вообще не пользуется телефонами. Когда она хочет с кем-то поговорить, она идёт к ним. Это просто её способ. Мы понимаем, что это эксцентрично.

Повисло молчание.

В этот момент глаза женщины вспыхнули.

Она ещё раз посмотрела на Кэла в зеркало заднего вида.

Фары машины, ехавшей позади них, осветили её глаза и лицо.

Алексис только сейчас заметила, что радужки глаз у женщины были странного цвета. Хотя они и так были тёмного золотисто-оранжевого оттенка, что достаточно странно, в них также виднелись ржаво-красные прожилки. Они не походили на вены или кровь, а выглядели подобно шипам, пронизывающим основной цвет этих слишком круглых глазниц, придавая им явный звериный вид.

Чёрные зрачки у неё тоже были необычно маленькими, особенно из-за того, что на улице было темно.

Ещё Алексис не видела, как эти зрачки сузились в свете фар.

Было что-то крайне странное в особенностях этих странных глаз, и это показалось Алексис почти знакомым.

— Учитывая ограничения, которые я обрисовала в общих чертах, — продолжила женщина. — Послать меня найти вас на самом деле было самым эффективным способом, — запоздало добавила женщина. — Из-за отсутствия телефона. И из-за её осведомлённости о месте вашей предыдущей встречи.

Алексис и Кэл обменялись взглядами.

Алексис заметила, что женщина всё ещё пялится на Кэла.

Она почувствовала, как начинает ощетиниваться.

Она прикусила губу, заставляя себя отвести взгляд от другой женщины.

Кем бы и чем бы ни была эта синеволосая женщина со странными глазами, и чего бы она от них ни хотела, она определённо слишком заинтересована в Кэле. Алексис заметила в её глазах интерес, любознательность и примесь чего-то ещё.

Вот это «что-то ещё» оставалось неуловимым, едва заметным, чтобы Алексис могла точно определить, но она начинала думать, что синеволосая женщина хотела его.

Не то чтобы это было чем-то необычным.

От одного только количества женщин, пялившихся на него в Старом городе Бангкока, ей уже сводило зубы.

Кэл усмехнулся и придвинулся к ней поближе. Он отодвинул волосы с её лица, лаская подбородок.

— Кто бы говорил, моя дорогая. С другой стороны, я заметил, что ты абсолютно не в курсе того, сколько мужчин и женщин пялится на тебя, пока ты идёшь по улице. Я не могу понять, это сводит с ума или же это просто очаровательно.

«Значит, она реально хочет переспать с тобой?» — мысленно спросила Алексис, поворачиваясь, чтобы посмотреть на него.

— Нет, — тихо прошептал Кэл, целуя её в щёку.

«Ты ей слишком интересен. Она пялится на тебя. Постоянно. Если не секс, то что же? Чего она от тебя хочет?»

Кэл взял ладонь Алексис с её колен и положил на свои.

— Обротень, — прошептал он себе под нос.

Алексис застыла.

«Что?»

— Оборотень.

Он наклонился ближе.

Он говорил ей на ухо так тихо, что его губы касались её кожи, а слова сливались с шумом двигателя автомобиля. Алексис расслышала его не только по самим звукам, но и по вибрации от слов.

— Оборотень, — тихо повторил он. — Они всегда странно реагируют на таких, как я.

Алексис моргнула.

Эта женщина была оборотнем?

Серьёзно?

Каким именно оборотнем? Уж точно она не была волком.

Она, нахмурившись, посмотрела на Кэла.

Он едва заметно кивнул, и его зловещий взгляд метнулся к женщине, сидевшей перед ними, которая вцепилась в руль цвета слоновой кости.

Прежде чем Алексис смогла придумать внятную реакцию на это, женщина заговорила.

Очевидно, у неё был слух оборотня.

— Да, я оборотень. — в её голосе всё ещё полностью отсутствовали какие-либо интонации. — Я приношу извинения за то, что не представилась раньше. Меня зовут Клеа. Я оборотень-слон.

— Слон? — Алексис не могла не удивиться.

Какая-то её часть хотела подвергнуть сомнению слова этой женщины.

— Серьезно? Слон? Я никогда раньше даже не слышала об оборотнях-слонах.

— Мы не очень… распространены, — произнесла женщина.

Она снова посмотрела в зеркало заднего вида.

На этот раз она пересеклась взглядом с Алексис.

— Для меня здесь легко быть слоном, — призналась женщина. — Риск по-прежнему велик, где бы ни жил мой вид. Но здесь… это проще. Хотя бы немного.

Кэл и Алексис снова переглянулись.

Затем Кэл посмотрел в глаза синеволосой женщины в зеркале заднего вида.

— Могу себе представить, — вежливо произнёс он.

Женщина не ответила.

Ещё она не стала вдаваться в подробности.

Глава 17. Далия

Было чертовски странно вернуться в один из её собственных клубов, даже если он находился в Бангкоке и не являлся её флагманским заведением на бульваре Сансет.

Ещё более странным было то, что Алексис провёл внутрь совершенно незнакомый человек и сказал, что для встречи с Нариссой Ко её отведут в одну из приватных кабинок в глубине зала.

Никто в вестибюле клуба не узнал её.

С другой стороны, когда Алексис проверяла одно из своих заведений, и тем более когда разыгрывала из себя госпожу-владелицу, она обычно одевалась совсем не так, как сейчас.

Конечно, она могла бы раздуть из этого проблему.

Она могла бы поведать всем, кто она такая, потребовать высококлассного обслуживания, причитающегося ей как владелице и единоличной хозяйке.

Она решила этого не делать.

У неё имелся офис в каждом её клубе, чтобы было где работать в любое время, когда она приезжала с визитом. Она уже довольно давно не бывала в данном конкретном клубе, но знала, что сотрудники наверняка содержали её офис в чистоте, скорее всего, убирали его через день и следили за тем, чтобы её рыбки были накормлены, а растения политы.

Ей нравилось, что в её офисах имелась какая-то жизнь.

Две девушки, работавшие на входе, были молодыми тайками, выглядели и вели себя как относительно новенькие. Алексис не занималась микроуправлением на своей недвижимости, но она достаточно часто приезжала, чтобы иметь мимолётное знакомство со всеми, кто проработал в одном из её объектов более нескольких месяцев.

Эти двое явно понятия не имели, кто она такая.

Они, вероятно, слышали её имя от более опытных сотрудников, и, возможно, даже видели её фотографии в клубе или в журналах. И всё же Алексис поняла, насколько маловероятным было, что они узнают её в лицо. Большинство тех фотографий были отретушированы или просто доведены до совершенства, и все улыбки Алексис и ракурсы были постановочными.

Более того, всякий раз, когда Алексис посещала официальный приём или другое мероприятие, она сильно красилась и наряжалась. Даже если бы эти две хостесс были её фанатками, Алексис сомневалась, что они узнали бы её, учитывая, как она выглядела сейчас.

У Алексис было не так уж много повседневных фотографий, которые появлялись бы в голливудских новостях.

Она, как правило, избегала того, чтобы её фото повсюду распространялись.

Чем меньше людей знало её в лицо, тем лучше.

Она очень хотела оставаться за кулисами, и не только потому, что её известность могла потенциально подвергнуть риску всех, кого она знала и о ком заботилась.

Меньше всего ей нужно, чтобы какие-нибудь голливудские бездельники увидели, как она рубит демонов в Гриффит-парке, узнали её, рассказали всем своим знакомым и опубликовали это в социальных сетях с её отметкой и подписью «Боже мой!!!».

По этой же причине она ни капельки не обиделась, что её не узнали в вестибюле «Белого кролика».

Если бы она была одна, возможно, ей пришлось бы объясниться и сказать, кто она такая, хотя бы из-за своей одежды. В противном случае они бы не впустили её; формально в «Белом кролике» существовал дресс-код.

Но поскольку они с Кэлом зашли вместе с синеволосым оборотнем-слоном Клеа в качестве гостей «госпожи Нариссы», которая явно имела статус привилегированной клиентки среди персонала «Белого кролика», все сотрудницы лишь улыбались.

Старшая сотрудница из тех двоих, что работали у входа, обошла подиум и пожала Клеа руку. Она улыбнулась Алексис и Кэлу только после того, как поприветствовала высокую женщину со странными глазами, причудливыми клыками и лицом скелета.

Если у хостес и промелькнули какие-то неодобрительные мысли, или она хотела окинуть взглядом Алексис в её слишком повседневной одежде вместе с рюкзаком, заполненным оружием, и армейскими ботинками на шнуровке, она оставила это при себе.

Вместо этого женщина низко поклонилась всем троим.

Затем, всё ещё улыбаясь, она повернулась и повела их вглубь клуба с тёмными стенами.

Только когда они добрались до первого этажа, Алексис услышала удивлённый визг и обернулась, поняв, что её всё-таки узнали.

— Лекс!

Голос с очевидным бруклинским акцентом выкрикнул её имя с другого конца бара.

Когда Алексис обернулась, женщина с длинными каштановыми кудрями вскочила с кожаного барного стула, легко приземлившись на пятнадцатисантиметровые кожаные каблуки.

Она фактически побежала по скользкому полу клуба на своих безбожно высоких каблуках.

Несмотря на то, что на ней было до боли узкое платье, её лицо сияло улыбкой. Она подбежала к тому месту, где стояли Лекс, Кэл, Клеа и хостес, и сжала Алексис в тёплых объятиях.

К тому времени Алексис даже вспомнила, как её зовут.

Она была одной из танцовщиц.

Раньше она работала в нью-йоркском клубе.

Должно быть, она попросила о переводе сюда сюда.

— О, дорогуша! Я ТАК РАДА ТЕБЯ ВИДЕТЬ!

Она ещё крепче стиснула Алексис, затем отпустила, сияя от счастья прямо перед её лицом.

— Конечно, Джулс уже звонила, — сказала женщина. — Но я так рада, что ты приехала сюда, чтобы показать всем, что ты жива и здорова! Мы все ВСЁ слышали, когда Джулс и Дев исчезли в Лос-Анджелесе! Ходили слухи, что вы, возможно, где-то в Азии, но когда вы не объявились, люди начали думать, что с вами тремя могло что-то случиться! О БОЖЕ, это было похоже на фильм УЖАСОВ!

Сделав вдох, она взвизгнула, снова лучезарно улыбаясь Алексис, и встряхнула её руками.

— О БОЖЕЧКИ, УРА! Я ТАК РАДА, что они все ошибались! Я так рада, что с вами всё в порядке! КОГДА вы сюда добрались? Вы собираетесь остаться в Бангкоке на какое-то время, все трое? Мы ОБЯЗАНЫ куда-нибудь сходить! Здесь ТАК МНОГО ВСЕГО ИНТЕРЕСНОГО!

Женщина говорила так быстро и громко, и таким писклявым голосом, что Алексис казалось, будто её несколько раз ударили по лицу.

Она попыталась вернуть себе хладнокровие, слегка безучастно улыбнулась женщине в ответ, глядя на её сильно накрашенное лицо, которое находилось всего в нескольких сантиметрах от её собственного. Радужки и зрачки женщины мерцали в тусклом свете комнаты, как будто она пыталась разглядеть её получше.

Сложно рассмотреть что-либо в темноте сквозь тёмные цветные контактные линзы, которые та носила.

И это являлось напоминанием о том, кем она была.

— Вампир, — пробормотал Кэл рядом с ней. — У тебя и правда очень интересное окружение, Светоносная.

Взгляд вампирши переместился на него.

Она моргнула, повторно пытаясь разглядеть его.

Затем она хищным взглядом прошлась по нему своими вампирскими глазами.

— Вот это да, — пробормотала вампирша. — Кто это у нас здесь?

Как только она тщательно оглядела его с головы до ног, попутно раздевая глазами, губы вампирши растянулись в довольной улыбке.

— И что это за первоклассная закуска, которую вы привели с собой, госпожа Лекс? — вампирша не сводила глаз с лица Кэла. — Чёрт. Держу пари, без одежды он ещё красивее. Где ты его откопала? И неужели то, что находится у него между ног, является настоящей причиной твоего «исчезновения»? Потому что, о БОЖЕ, я бы очень хотела услышать эту историю…

Она посмотрела на Алексис, казалось бы, не замечая того факта, что её босс напряглась, и улыбка сходила с её лица по мере того, как вампирша продолжала таращиться на Странника.

— Чёрт, — повторила женщина-вамп. — Должна признать, я умираю от желания самой прокатиться на нём, — её хрустальные глаза сверкнули под тёмными контактными линзами. — Может, совсем немного попробовать… если он не из брезгливых…

Алексис почувствовала, как её челюсти окаменели.

Казалось, вампирша этого тоже не заметила.

— …И если ты готова поделиться, — предложила вампирша. — Я бы точно убила за возможность использовать его в вечернем шоу на танцполе, — вампирша продолжала оглядывать Короля Странников, теперь уже оценивающим взглядом, уперев руки в бёдра и уставившись на его промежность. — Толпа была бы просто в восторге от него. Особенно с этим очаровательным оскалом, которым он одаривает меня прямо сейчас…

Вампирша подмигнула Кэлу, чей взгляд стал ледяным.

Когда она едва провела рукой по его подбородку, Кэл отдёрнул лицо, не отстраняясь, с по-настоящему злобным взглядом.

— Не трогай, — рявкнул он.

Губы вампирши растянулись в очередной самодовольной улыбке.

— Бл*дь. Он просто ходячий секс. Я просто умираю от желания увидеть, как его пристегнут и… — она провела языком по слегка выпирающему клыку. — … Позаботятся о нём.

— Отвали, Далия, — сказала ей Алексис.

Она пыталась сохранить непринуждённое звучание голоса, но даже сама услышала в своём ответе нотки раздражения.

— Он не для игр, — добавила она так же натянуто.

Кэл посмотрел на неё, затем перевёл взгляд на вампиршу, которая надула нижнюю губу.

— Жадина, жадина, — пробормотала вампирша. — Ты уверена, что я не смогу уломать тебя на это, госпожа? Я буду очень хорошо обращаться с ним. Я буду вести себя наилучшим образом…

— Я уверена, — холодно ответила Алексис. — Он не игрушка, Далия.

— Неужели вы двое…

Но Алексис перебила её.

— Далия, нет, — в её голосе прозвучало откровенное предупреждение. — Не спрашивай больше. И больше к нему не прикасайся. Он уже просил тебя об этом, — помолчав, она добавила более многозначительно: — Ты ведёшь себя грубо, Далия.

Вздохнув, вампирша неохотно оторвала взгляд от Кэла.

С небольшим вздохом она сосредоточилась на Алексис.

Её поза теперь сделалась совершенно покорной.

— Хорошо, — сказала она с надутым видом. — Чем я могу вам помочь, госпожа?

Алексис, которая полностью отвлеклась на женщину-вампира, практически прилипшую к Кэлу прямо у неё на глазах, вспомнила, зачем они здесь. Она посмотрела направо, где Клеа стояла с хостес у входа в клуб.

Они дали этой троице немного пространства, но явно ждали их.

Оглянувшись на Далию, Алексис уперла руки в бока.

— Я здесь, чтобы встретиться кое с кем, — когда вампирша открыла рот, чтобы заговорить, Алексис подняла руку. — Нам не нужно сопровождение. Просто присмотри за безопасностью для нас. И позвони Джулс. Дай ей знать, что мы здесь, и что мы встречаемся с человеком, о котором я ей рассказывала.

Далия перевела взгляд с Алексис на Клеа.

Алексис увидела, как лицо вампирши озарило пониманием.

— Нарисса? — спросила она. — Ты здесь, чтобы встретиться с Нариссой? Зачем, Лекс?

Алексис помрачнела.

У неё не было привычки объясняться с сотрудниками.

С друзьями — да, но Далия не была её подругой.

И после этой небольшой демонстрации её шансы когда-либо стать подругой Алексис значительно уменьшились. Даже не считая того, что Кэл принадлежал ей, Алексис не нравилось, когда люди относились к другим с таким неуважением. Ей не нравилось, когда люди обращались с совершенно незнакомыми людьми так, словно те были предметами для их развлечения.

Рука Кэла обвилась вокруг её талии.

Он шагнул вперёд и тихо прошептал ей на ухо:

— Твой? — промурчал он. — Правильно ли я услышал… Госпожа?

Его слова были яростными, от их жара Алексис напряглась.

Она вздрогнула, но не оглянулась.

Он продолжал обнимать её за талию.

— Чёрт, это слишком горячо, — сказала Далия.

Кэл и Алексис оба уставились на неё, и вампирша подняла руку в извиняющемся жесте.

— Простите! Извините! Просто наблюдение, — покорно сказала она.

Алексис вздохнула внутри. Она поняла, что вовсе не без ума от Далии. Даже для вампира, по меркам Алексис, она была немного социопатичной.

В то же время она была совсем не против выудить немного дополнительной информации.

— Что ты знаешь о ней? — спросила она, слегка мотнув подбородком в сторону оборотня-слона. — Про эту Нариссу? Пока что мы встретились только с её подчинённой.

Клеа никак не реагировала на их взгляды или жесты.

Сейчас она стояла примерно в шести метрах от них, терпеливо ожидая у входа в коридор, который должен был привести их в приватные комнаты клуба. Большинство из этих комнат состояли из звуконепроницаемых «игровых зон» для гостей, но помимо этого в дальнем конце располагались несколько более стандартных, менее ориентированных на секс помещений. В них были кожаные кабинки, настенные мониторы, иногда пилоны и барные стойки с напитками, столы из полированного дерева и собственный обслуживающий персонал для частных встреч.

В одной комнате даже имелся полноценный стол для совещаний.

В некоторых располагались отдельные ванные комнаты.

Далия вздохнула, скрестив руки на груди.

Затем, подумав о вопросе Алексис, она демонстративно пожала плечами.

— Она ведьма, — сказала Далия как ни в чём не бывало. — Но я уверена, что эту часть ты уже знала. Здесь их в основном называют колдуньями… я имею в виду, в Таиланде. Это как-то связано с тем видом магии, который они используют, и имеет прямое отношение к здешней земле… Мне так кажется. Но судя по тому, что мне известно, она ведьма, пусть и немного с другими способностями.

Алексис кивнула, поджав губы.

— Сильная? — спросила она.

Далия кивнула. Её голос и выражение лица стали более серьёзными.

— Судя по тому, что я слышала, да. Очень. Исключительно одарённая. Мы наняли её только для других… для VIP-персон, которым нужна ведьма с репутацией гарантированного результата. Но её репутация весьма безупречна.

Алексис кивнула.

Ничто из того, что сказала Далия, её никак не успокоило, но при этом не вызвало никаких тревожных сигналов.

— Ладно, — Алексис взглянула на Кэла, затем снова на длинноногую вампиршу. — Будь начеку, хорошо? И позвони Джулс. В остальном мы бы не хотели, чтобы нас беспокоили.

— Оки-доки, босс, — весело ответила вампирша.

Она одарила Кэла ещё одним чересчур долгим взглядом, причем её клыки удлинились, и Алексис это тоже совсем не понравилось.

И всё же она решила, что сейчас не стоит слишком углубляться в это.

Вместо этого она посмотрела на Кэла, кивнув головой в сторону приватных комнат.

— Пойдём?

Чем скорее они разберутся с этим, тем лучше.

— Согласен, — пробормотал Кэл.

Как будто с неохотой он отпустил её талию и устремил мрачный, почти враждебный взгляд на женщину-вампира, пока та уходила. Он наблюдал за ней целую секунду, как будто хотел что-то сказать, но не произнёс ни слова за всё время, пока она в своём обтягивающем платье дефилировала обратно к бару. На мгновение Алексис показалось, что он может что-то сказать ей, то есть, самой Алексис, но затем он, казалось, передумал.

Сжав губы в тонкую линию, он вместо этого подтолкнул Алексис локтем в бок.

— Ладно, — пробормотал он. — Давай покончим с этим.

Не говоря больше ни слова, Кэл повернулся на пятках и направился по отделанному тёмной плиткой полу туда, где стояла Клеа.

Подтянув повыше на плечо рюкзак, набитый оружием, Алексис пошла за ним.

Глава 18. Нарисса

Алексис настороженно вошла в заднюю комнату.

Ей пришлось протиснуться мимо Клеа, которая встала у двери.

Хостес-человек, которая привела их сюда, сразу же отошла назад, наверняка по просьбе Клеа, и, поклонившись, исчезла в тёмном коридоре.

Комната была странной формы, внутри расположились столы, барные стойки и открытые стеллажи, сплошь покрытые зажжёнными белыми свечами.

Алексис окинула взглядом языки открытого пламени, хотела было пошутить насчёт вероятности пожара в её клубе, но передумала и вместо этого посмотрела на другую персону, находящуюся внутри помещения.

Приватная комната была обставлена несколько иначе, чем помнила Алексис, и это заставило её задуматься, не арендовала ли ведьма это помещение на более длительный срок и поэтому изменила внутренний декор, чтобы он больше соответствовал её предпочтениям и требованиям.

Некоторые вещи остались такими, как их помнила Алексис.

Тёмно-коричневый секционный кожаный диван, который Алексис выбирала сама, по-прежнему занимал большую часть дальнего угла комнаты, а около него стоял низкий столик в традиционном тайском стиле, украшенный чайным сервизом ручной росписи. В нескольких метрах от дивана расположился каменный фонтан, который занимал большую часть встроенного стеллажа на стене. Алексис смотрела, как вода стекала по чёрным камням, издавая приятный, убаюкивающий звук, который смешивался с густым запахом благовоний в помещении.

Фонтаны тоже выбирала Алексис.

Ещё она помнила белый ковёр, занимающий центральную часть пола.

Сейчас на этом ковре сидела женщина, и перед ней стоял низкий столик, окружённый подушками, которые Алексис не смогла вспомнить.

Данный конкретный столик она тоже не припоминала.

Массивная на вид квадратная столешница как будто была сделана из какого-то белого камня, по всей её поверхности виднелся высеченный орнамент, в основном похожий на то, что Алексис видела в буддийских храмах по всему Таиланду, но там также имелись и более эзотерические узоры. Она поймала себя на мысли, что задаётся вопросом, принадлежали ли наиболее необычные орнаменты человеческой культуре.

Если да, то они, вероятно, происходили из менее распространённой и малоизвестной культуры или периода времени.

Однако Алексис была готова поспорить, что символы не были человеческими.

Верхнюю часть белой каменной поверхности покрывали хаотично расположенные птичьи перья, а также резьба по более тёмной породе, кусочки кварца, нефрита, аметиста и несколько других минералов, горных пород и полудрагоценных камней. Слева от локтя ведьмы, на подставке из красного коралла, высеченной в форме дракона, стоял большой вертикальный кристалл.

Алексис не знала, что это за кристалл.

Она не думала, что когда-либо раньше видела такое сочетание цветов.

При свете горящих свечей он казался бледно-жёлтым с фиолетовыми или, может, тёмно-красными отблесками в центре. Казалось, что эти отблески светились, но это так же могла быть игра света или какое-то преломление света от всех этих искусно расставленных свечей.

Алексис почувствовала на себе изучающий взгляд и повернулась лицом к ведьме.

Женщина была тайкой.

Хотя она могла сойти за китаянку.

Она сидела с идеально прямой спиной, скрестив ноги на большой чёрной подушке. С неподвижным и беззастенчивым выражением лица она наблюдала, как Алексис осматривает комнату.

Однако, когда Алексис посмотрела прямо на неё, взгляд женщины переместился.

Она посмотрела мимо неё, на стоящую у двери Клеа.

— Можешь оставить нас, друг мой, — мягко произнесла она.

Её голос был низким и мелодичным.

Алексис оглянулась на оборотня-слона и увидела, как высокая женщина, кивнув один раз, взялась за ручку двери и начала закрывать её за собой.

Дверь с тихим щелчком закрылась, и Кэл с Алексис оглянулись на ведьму, которая сидела, скрестив ноги, за белым каменным столом.

— Можете присесть, — сказала женщина, как будто это Алексис пришла в её клуб, а не наоборот. — Я попросила хостес принести нам чай. Скажите, если вы захотите что-то ещё.

В её английском не было и следа азиатского акцента.

Она могла бы быть из Лос-Анджелеса.

— Вообще-то я из Канады, — произнесла ведьма. — Ванкувер. Я живу в Бангкоке уже около двенадцати лет. Но выросла в Британской Колумбии.

Кэл заговорил раньше, чем это успела сделать Алексис.

— Что ж, ты определённо чувствуешь себя как дома в заведении моей жены, — сказал он немного холодно. — Может, ты ещё собираешься предложить провести ей экскурсию?

Алексис пришлось спрятать улыбку.

Ведьма как будто вообще не оскорбилась.

Она улыбнулась им, а затем снова указала на подушки на полу.

— Пожалуйста, садитесь, — сказала она, стараясь говорить более вежливо. — Я правда не хотела показаться грубой. И это не какая-то пассивно-агрессивная демонстрация власти, уверяю вас. Я просто знаю, что вы и ваша жена только недавно вернулись в это измерение. Я подумала, что, возможно, вы оба предпочтёте побыть в роли гостей, а не взваливать на свои плечи хозяйские заботы.

— У нас нет времени ни на то, ни на другое, — сказала Алексис, и её голос прозвучал немного жёстко. — Мы пришли сюда не просто так. Мы хотим нанять вас для одного задания…

— Я знаю, зачем вы здесь, — сказала ведьма.

На этот раз в её словах послышалось еле заметное предупреждение.

Она посмотрела на Кэла, затем снова на Алексис.

— Ну? — спросила она. — Что ж, начнём?

Кэл и Алексис обменялись мрачными взглядами.

Король Странников ничего не сказал, но она могла поклясться, что в этот раз почти слышала его мысли, точно так же, как и он, несомненно, слышал её.

Ни один из них не доверял ей.

Ни один из них не доверял всей этой ситуации.

— Понимаю — спокойно сказала ведьма. — Но, как вы, без сомнения, понимаете, у вас нет особого выбора, кроме как использовать меня, если вы планируете провести этот ритуал в Бангкоке. Если вам это не подходит… конечно, я всё пойму.

В конце она говорила с лёгкостью, которая показалась Алексис притворной.

Алексис нахмурилась.

Вместо того чтобы согласиться с ведьмой, она поймала себя на том, что задаётся вопросом, является ли это правдой.

Неужели в Таиланде на самом деле не было других ведьм… или колдуний… столь могущественных, как эта Нарисса? Как правило, у ведьм постарше было больше магической мощи, но Нарцисса выглядела моложе тридцати. Могла ли она действительно быть самой могущественной ведьмой во всём Бангкоке?

— Нет, — сказал Кэл, искоса взглянув на неё. — Это неправда.

В отличие от прошлого раза, он не пытался скрыть свои слова от ведьмы. Он наверняка решил, что это бесполезно, поскольку она, казалось, могла читать мысли их обоих.

— …Но это наиболее целесообразный выбор, — неохотно добавил он.

Он встретился взглядом с Алексис, когда она покосилась на него.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.

Затем они одновременно кивнули и прошли к резному каменному столу.

Глава 19. Последняя из Светоносных

Они сидели рядом друг с другом, скрестив ноги подобно ведьме.

Они сидели плечом к плечу, так близко, что их колени соприкасались.

Они оба расположились на противоположной стороне квадратного стола, за которым сидела Нарисса. Вместо того чтобы усесться на две разные стороны, они предпочли сесть вместе. Они оба изучали ведьму, в то время как Кэл положил руку на бедро Алексис, и этот жест показался одновременно оберегающим и странным, как будто он чувствовал необходимость касаться её, возможно, для самоуспокоения.

У Алексис сложилось сильное впечатление, что ведьма ничего из этого не упустила.

Теперь Нарисса открыто изучала их тёмными глазами, словно проводила своего рода критический анализ.

— Ты можешь сделать это? — прямо спросил Кэл. — Ты можешь призвать Тёмных Богов?

— И могут ли они открыть порталы? — вдогонку спросила Алексис.

Какое-то мгновение ведьма просто смотрела на них.

Затем её взгляд метнулся к двери, которая открылась, впуская приглушённый свет из коридора. Алексис и Кэл повернули головы как раз в тот момент, когда из коридора с поклоном вошла хостес, неся поднос с чайником и тремя чайными чашками посередине.

Женщина принесла поднос к каменному столу и поставила его справа от ведьмы. Не говоря ни слова, хостес налила три чашки и с поклоном вручила каждому из них.

Затем, поклонившись в последний раз, она попятилась к выходу из комнаты.

Она закрыла за собой дверь.

Алексис опустила взгляд на чашку с чаем.

На самом деле она не очень любила чай, но если ведьме хотелось поиграть в свои маленькие игры вежливости, Алексис могла подыграть.

Ведьма язвительно улыбнулась.

— Ты же знаешь, что можешь говорить вслух. Я слышу всё одинаково хорошо в обоих случаях.

Кэл раздражённо хмыкнул.

Алексис лишь пожала плечами.

— Я в курсе, — произнесла Светоносная. — Я подумала, что так будет быстрее. Многие люди, которые любят играть в игры, наслаждаются словесной перепалкой и могут тянуть её ради развлечения.

Сделав паузу, чтобы её слова переварили, она добавила:

— Ещё я поняла, что те же самые люди ещё меньше любят, когда другие думают о них пренебрежительно или снисходительно… и предпочтут поторопить события.

— Или, возможно, захотят сорвать ваши планы, — с улыбкой отметила ведьма.

— Сомневаюсь, — Алексис взглянула на ведьму поверх своей чайной чашки. — Твоё эго не позволило бы мне посчитать, что ты некомпетентна… или менее могущественна, чем ты хотела, чтобы мы думали.

Кэл фыркнул себе под нос.

Улыбка ведьмы стала шире.

— Знаешь, а ты и правда довольно смышлёная, — заметила Нарисса.

Алексис закатила глаза.

Сделав последний глоток чая, она поставила чашку на стол.

— Или в край тупая, — пробормотала она себе под нос. — Я знала всё это, но всё равно позволила тебе втянуть меня в словесную перепалку, которой ты и добивалась.

Ведьма рассмеялась.

— Так и есть, — сказала ведьма, продолжая улыбаться. — Очень умна. Особенно для Светоносной.

На этот раз Кэл издал низкий раздражённый звук, похожий на рычание.

— Я не хотела никого обидеть, — ведьма взглянула на него, затем снова посмотрела на Алексис. — Большинство представителей вашего вида всегда казались мне скорее наёмными солдатами, чем стратегами. Я всегда предполагала, что так и должно быть… такими вы были созданы генетически. Казалось, ваши создатели хотели биологически запрограммировать вас таким образом, чтобы ваше мышление было более или менее узконаправленным, неутомимым в своей решимости. Простым. Поддающимся дрессировке. Смертельно опасным.

Подняв свою чашку чая, ведьма пожала плечами.

— Полагаю, для некоторых из нас это удача, что я ошиблась в своём суждении. Иным не повезло, конечно… и в каком-то смысле иронично с более обобщенной точки зрения. Что ты, из всех созданных Светоносных, в конечном итоге стала здешним стражем и последней Светоносной во всех мирах. Это могут быть чудные игры Древних. Выбрать тебя в качестве единственной Светоносной… последнюю оставшуюся из всех после того, как Иные убили остальных.

Алексис нахмурилась.

Часть её хотела прояснить некоторые моменты в этом монологе.

У неё были вопросы.

В то же время она знала, что её собственное эго и её эгоистичный интерес к происхождению Светоносных не могли помешать их цели пребывания здесь.

Алексис решила оставить свои личные вопросы на потом.

Прямо сейчас она должна придумать, как вытянуть из ведьмы то, что им нужно.

— О, я сделаю это за тебя, — сказала Нарисса, подмигивая ей. — Я всего лишь чуть-чуть подёргала тебя за хвост, Светоносная. Мне нравится знать, кому я оказываю услугу…

Кэл издал ещё одно низкое рычание, но ведьма лишь искоса улыбнулась ему.

— …Особенно если эти одолжения могут стоить мне моей души.

И после этого, без какой-либо прелюдии…

Все свечи в комнате погасли.

Глава 20. Призыв

Рука Кэла крепче сжала её ногу.

Она не чувствовала в нём страха, скорее агрессию и желание защитить, и всё это воздействовало на неё настолько сильно, что удивило её.

Сама Алексис просто неподвижно застыла.

С ней такое случалось, когда она охотилась или ожидала неминуемой атаки.

Она всё ещё сидела, неглубоко дыша и почти не двигаясь, когда вспыхнул свет.

Тёмное, кроваво-пурпурное и бледно-жёлтое свечение, поначалу казалось, исходило от самого потолка. Оно растекалось по краске кремового оттенка, как жидкое пламя, пульсируя более высокими волнами и вспыхивая чёрными и оранжевыми прожилками.

Кэл подтолкнул её локтем, указывая на стол, и Алексис последовала за его указанием.

Она сосредоточилась на плотном луче света, соединяющем это сосредоточие пламени на потолке с большим кристаллом на краю стола. Более тонкие и плотные нити как будто исходили из центра этого кристалла, и Алексис поняла, что они были того же цвета.

Она несколько секунд пристально всматривалась, но так и не смогла решить, притягивал ли кристалл свет из комнаты, или же свет исходил из центра самого кристалла, поднимаясь вверх и создавая эти удивительные водянистые узоры на округлой поверхности над головой.

Откуда бы он ни исходил, само свечение на самом деле было не совсем похоже на «свет».

Оно выглядело как золотой и пурпурный огонь, как клубящееся пламя.

Он обладал некой консистенцией — что-то не совсем дымчатое или водянистое, но и мало похожее на свет.

Это действительно походило на огонь — потустороннее, магическое пламя.

Алексис осознала, что не может отвести взгляд ни от него, ни от узоров, которые он создавал на потолке.

Ведьма усмехнулась.

— Это портал, Светоносная. В каком-то смысле. Неудивительно, что тебя к нему тянет, Алексис Пул.

Алексис оторвала взгляд от потолка только для того, чтобы посмотреть на ведьму.

Нарисса выглядела такой же потусторонней, как и золотое с пурпурным пламя.

Её лицо почти полностью оказалось в тени, за исключением глаз, которые горели тем же жёлтым пламенем, что и потолок над головой.

Алексис поняла, что этот огонь не был обычного огненно-жёлтого цвета.

Он был какого-то песчаного оттенка, какого-то странно тёмного цвета.

Не совсем цвет мочи, но в то же время и не цвет солнечного света.

Этот цвет рассказывал о смерти, о спёкшемся песке в пустыне, о выбеленных костях.

— Они там? — спросила Алексис.

Она поймала себя на том, что повысила голос, почти прокричала это.

— Тёмные Боги здесь? — спросила она громче. — Ты вызвала их? Мы уже можем поговорить с ними о порталах?

— Только ты можешь призвать их, Светоносная. Я могу только открыть канал. Я как бы телефон… а ты должна стать голосом.

В отличие от Алексис, ведьма говорила тихо, её голос прозвучал низко, глубоко, кристально чисто в сознании Алексис, но почему-то превратился в едва различимый шёпот.

Каждое слово, произнесённое ведьмой, било по ней, ощущалось подобно удару по лицу.

— Я открыла портал, — тихо продолжила Нарисса. — Я могу держать его открытым достаточно долго, чтобы ты смогла воззвать к ним… установить контакт. Но именно ты должна обратиться к ним. Ты должна призвать их. И ты должна сделать это сейчас..

Взгляд ведьмы переместился на Кэла.

Она упёрлась в него взглядом, и её голос стал чуть холоднее.

— …Только ты. Это можешь быть только ты, Светоносная. Больше никто.

Алексис мрачно посмотрела на Кэла, затем снова на ведьму.

Почему все придавали этому такое большое значение?

Красный Дракон, Варлан… теперь эта ведьма.

После небольшой заминки Алексис отбросила все опасения и непонятки, которые ощущала по поводу всего этого. Ещё она постаралась не обращать внимания на повисшую странность, которую чувствовала между Кэлом и другой женщиной. Очевидно, она не нравилась Кэлу. Столь же очевидным было то, что Нарисса испытывала аналогичные чувства по отношению к нему. Что касается Алексис, то она уже была на сто процентов уверена, что Нариссе нельзя доверять, но, возможно, у них и не было такой необходимости.

Им просто нужно, чтобы она выполнила свою часть работы.

Она нужна им, чтобы открыть дверь к Тёмным Богам.

Что, судя по её словам, она и сделала.

Теперь Алексис нужно просто придумать, что им сказать.

Затем они заплатят ей, и на этом всё закончится.

— Тут я с тобой полностью согласен, любовь моя, — почти прокричал Кэл.

«Ты знаешь её? — мысленно спросила Алексис. — Ведьму. Кажется, что вы каким-то образом знакомы друг с другом…»

Кэл нахмурился, но ничего ей не ответил.

Ведьма даже не взглянула на него.

— Призови их! — приказала она Алексис. — Воззови к Тёмным богам!

Алексис как раз собиралась сделать именно это.

Но почему-то она снова усомнилась.

Почему-то большая её часть не хотела делать этого.

Было ли это из-за блеска в глазах ведьмы, золотистого сияния, исходящего от торчащего камня, которое на самом деле не было сиянием Древних, которое она так любила… не говоря уже о бледно-голубом цвете, который ассоциировался у Алексис с её собственной, личной связью с ними… было ли это из-за рвения ведьмы, или неприязни Кэла, слов, которые использовала Нарисса, или из-за какого-то другого, менее осязаемого голоса в голове Алексис…

Какой бы ни была причина, она поняла, что не хочет этого делать.

Она не хотела делать то, что сказала ведьма.

Кэл посмотрел на неё.

Он поджал свои губы.

Он не выглядел злым. Скорее озадаченным.

Алексис подумала, что он скажет ей сделать это, чтобы покончить со всем. Она думала, что он спросит, почему она тянет резину, когда они оба хотели убраться отсюда к чёртовой матери.

Он не сделал этого.

Он изучал её лицо, и его выражение было напряжённым, как будто он пытался почувствовать то же, что чувствовала она… или, возможно, пытался осмыслить то, что уже почувствовал от неё.

Голос ведьмы звучал ещё громче в свете кружащихся огней.

— Призови их! — закричала она. — Ты должна сделать это сейчас! Я знаю, я сказала, что буду держать двери открытыми для тебя, но я не могу делать это вечно, Светоносная! Ты должна воззвать к ним! Ты должна призвать их сейчас же! Призови Тёмных Богов СЕЙЧАС же!

— Нет, — сказала Алексис.

Она произнесла это тихо, почти шёпотом.

Говоря это, она не смотрела на ведьму.

Она покачала головой, уставившись на свет, исходящий от камня.

— Нет, — повторила она.

Это неправильно.

Всё было неправильным.

— Что случилось? — голос ведьмы стал резким. — Вы же за этим пришли ко мне, не так ли? Почему ты попросила меня открыть портал… с огромным риском для меня, я смею добавить… если ты и не собиралась им воспользоваться? Это что, какая-то шутка? Чего же ты ждёшь, Светоносная? Ты ждешь, что Тёмные Боги лично пригласят тебя?

Алексис не ответила.

Уставившись на свет, она помрачнела.

Слова ведьмы зацепили её.

Она чувствовала, как они пытаются заставить её усомниться в себе.

В любом случае, это воздействие только укрепило её решимость.

В то же время у неё не имелось никакой логичной причины для отказа, и она это знала.

Тогда в чём же проблема?

Они здесь именно ради этого. Они пришли к ведьме именно за этим.

Почему Алексис вдруг пошла на попятную? Откуда это внезапное сомнение? Это Иные воздействовали на её разум? Пытались обмануть её? Неужели Красный Дракон каким-то образом снова проник в её голову?

— Нет, — сказал Кэл.

Алексис подняла взгляд, и он категорично покачал головой.

— Нет, — повторил он. — Я так не думаю. Дело не в этом.

— Тогда в чём? — прокричала она вместе с ним.

— Я не знаю. Но я бы доверился тебе, а не ей.

Он кивнул в сторону ведьмы.

Ведьма повысила свой голос, чтобы соответствовать им.

— В чём проблема? — резко спросила она. — Должна ли я закрыть портал? Светоносная, неужели ты изменила своё желание повторно открыть миры? Вернуть Свет Древних?

Алексис сдвинула брови.

Неужели она передумала? Вот в чём дело?

— Я не могу это сделать, — пробормотала она, качая головой. — Я просто не могу. Я не могу.

— Всё хорошо, — Кэл схватил её за руку и крепко прижал к своему бедру. — Всё в порядке, Лекс.

Почему-то из-за того, что он назвал её по имени, она испытала боль в сердце.

На неё накатил такой поток эмоций, настолько сильный, что на глаза чуть не навернулись слёзы. Она посмотрела вниз на их руки, сжимающие друг друга, и её осенило, что она любит его.

Она и правда любит его.

Она так сильно любит его, что это причиняло боль.

Она не знала, как это произошло, или даже когда и почему.

Но это ощущалось непреложной истинной.

Это было настолько правдиво, что она не могла дышать.

— Алексис… — заговорил он.

Его голос прозвучал хрипло, но она услышала скрывающиеся за ним эмоции. Казалось, он собирался сказать что-то ещё, но не успел…

— ЧТО?! — заорала ведьма. — ЧТО ты сказала, Светоносная?

Кэл повернулся к ней.

Магия, которая жила в нём, его магия Странника, та, которую он, казалось, источал самой своей кожей, особенно с тех пор, как они вернулись с ней в это измерение, пульсировала из него вибрирующим облаком. Она согревала её пальцы, согревала сердце, казалось, обволакивая её, согревая горло, грудь и даже лицо.

Алексис почувствовала его гнев, порыв защитить её, острую потребность атаковать всё, что он считал угрозой лично для неё… И хотя обычно она ненавидела подобные вещи, на этот раз это не напугало её и не навело на мысли, что он мог слететь с катушек.

Это даже не бесило её.

Вместо этого она расслабилась, хотя в то же время почувствовала всё то же самое.

Она чувствовала, что была на тысячу процентов на стороне Кэла.

С чем бы он ни боролся, что бы его ни злило… она тоже будет бороться с этим.

Кем бы ни были его враги, они являлись и её врагами тоже.

Он свирепо посмотрел на ведьму, и его фиалковые глаза стали бледно-голубыми.

— ОНА СКАЗАЛА НЕТ, — прорычал Кэл, наполовину перегнувшись через стол. — ОНА СКАЗАЛА, ЧТО, БЛ*ДЬ, НЕ БУДЕТ ЭТОГО ДЕЛАТЬ. ОНА НЕ БУДЕТ ЗВАТЬ ИХ… ОНА НЕ ПРИЗОВЁТ ИХ ДЛЯ ТЕБЯ. А ТЕПЕРЬ ОТВАЛИ, ИЛИ Я САМ УБЬЮ ТЕБЯ…

Голом Короля Странников был злобным и яростным.

Алексис услышала в его словах не просто недоверие.

Это не только страх или гнев.

Эмоции по большей части сводились вообще не к этим чувствам.

В его словах звучала откровенная враждебность, буквально рябью исходившая от его кожи.

Что бы это ни было, из чего бы это ни вытекало, это чувство показалось ей личным. Что-то в канадской ведьме действительно задело Кэла за живое. То есть, в каком-то интуитивном, квазибиологическом смысле задело за живое.

— Ты не ошибаешься, любовь моя, — пробормотал Кэл.

Алексис помрачнела.

Эта враждебность и гнев всё ещё буквально исходили от кожи Кэла, несмотря на то что он обвился вокруг неё, окутывая своей магией. Помимо любви к нему, она ещё поняла, что теперь доверяет и его инстинктам, даже не из-за того, что любит его, и поэтому ведьма стала вызывать у неё куда более сильную, агрессивную неприязнь, чем прежде.

В случае с Кэлом было нечто большее.

Несмотря на её острую реакцию на ведьму через него, Алексис чувствовала, что это даже не близко к той негативной реакции, которую испытывал сам Король Странников.

Что-то в его реакции на ведьму показалось ей давним.

Кэл уставился на ведьму, нахмурившись, почти как будто…

— Как будто ты узнаешь её, — пробормотала Алексис. — Ты и правда знаешь её. Ты знаешь её, Кэл. Я не знаю как, но каким-то образом.

Кэл повернулся, уставившись на Алексис.

Она встретила его взгляд.

— Ты откуда-то знаешь её, Кэл. Я чувствую ту часть тебя, которая уверена в этом… но ты не можешь вспомнить, где вы встречались. Как будто она…

Алексис замешкалась, когда на неё снизошло понимание.

От осознания этого ей стало плохо.

Её затошнило, потому что это казалось абсолютной правдой.

— …Как будто она член семьи, — закончила Алексис.

Когда она произнесла это вслух и сама услышала, то внезапно с ужасом поняла, что была права.

— Как будто она член семьи, Кэл. Как будто она член твоей семьи…

Кэл, нахмурившись, пристально вглядывался в её лицо, в её глаза.

Затем, внезапно, её слова пронзили своей правдивостью.

В его глазах отобразилось понимание, зрачки резко расширились.

Он повернулся и уставился на ведьму.

Он всего лишь на мгновение задержал взгляд на светящемся зеленью лице женщины по другую сторону стола, а потом резко вскочил на ноги.

Он отдалился от стола, всё ещё сжимая руку Алексис и увлекая её за собой. Он отшатнулся назад с явной тревогой, разведя руки и сжав свободную ладонь в кулак, словно готовясь к бою.

— АЛЕКСИС! — рявкнул он. — ВСТАНЬ ПОЗАДИ МЕНЯ, СЕЙЧАС ЖЕ!

Она повиновалась его словам, скорее инстинктивно, чем сознательно.

Она отскочила от стола немного проворнее, чем он, и скользнула ему за спину, всё ещё сжимая его ладонь и глядя мимо него на ведьму. Она медленно продвигалась вперёд, пока снова не оказалась рядом с ним только для того, чтобы Кэлиджинес крепче сжал её руку и притянул к себе, защищая.

Она открыла рот, чтобы спросить…

… и тут ужасающая вспышка яркого света чуть не ослепила её.

Всё вокруг них померкло.

Глава 21. Иллюзия

Кэл отпустил пальцы Алексис и теперь сжимал её предплечье, подталкивая отступить ещё на несколько шагов.

Однако она начала отходить назад не только из-за Кэла.

Её заставило отступить назад неистовство серебристо-белого света.

Казалось, от ведьмы и стоящего рядом кристалла разлетались вспышки, похожие на молнии.

Алексис рефлекторно уклонялась от них, и тут голос ведьмы раздался с того же места, где она всё ещё сидела за столом, скрестив ноги.

— ПРИЗОВИ ИХ! — закричала ведьма. — ПРИЗОВИ ИХ, СВЕТОНОСНАЯ! МЫ ДОЛЖНЫ СНОВА ОТКРЫТЬ ВРАТА!

Алексис уставилась на неё, чувствуя, как внутри поднимается нечто сродни ужасу.

Чем бы ни являлось это существо, оно точно не было человеком.

— Это мой отец, — крикнул Кэл. — Это его энергия, его магия… это всё Красный Дракон.

Кэл говорил громко за её спиной, прямо ей в ухо.

Он практически кричал, перекрывая шум ветра, хлеставшего вокруг них.

Мысли Алексис вернулись к пещере, к той буре, с которой они столкнулись в Мире Странников, и которую Иные обрушили на пирамиду и главный портал.

Алексис поняла, что этот шторм был схожим.

Как будто точно такая же буря разыгралась сейчас в задней приватной комнате «Белого кролика».

— Я не знаю, почему мне понадобилось так много времени, чтобы распознать это, — крикнул Кэл.

Теперь она чувствовала то же самое.

Серебристый свет.

Это ощущение чудовищной нереальности.

Ощущение того, что тебя обманывают, тобой манипулируют.

Не говоря уже о том, что в оборотне Клеа было нечто, кажущееся таким неправильным.

Ещё двое видящих.

Мара не хотела давать им имя и адрес Нариссы.

Мара смотрела на неё умоляющим взглядом…

Алексис снова сосредоточилась на лице ведьмы.

Как только она сделала это, всё остальное померкло на фоне.

Алексис наблюдала, как изменяются черты лица женщины.

Они покрылись рябью из жидкого дыма, и это тоже было очень знакомо… Алексис наблюдала, как ведьма прямо у неё на глазах превращается в другое существо, как черты её лица смягчились и преобразились, как будто воск расплавился и обрёл новую форму. Она вспомнила, как в шутку спросила Кэла, не являются ли Странники оборотнями, когда они переспали в ту первую ночь в Лос-Анджелесе.

Ещё она вспомнила, как он сказал ей, что это зависит от того, в каком мире они находятся и какого уровня магического мастерства достигли.

Она вспомнила, как в пещере на Пенанге наблюдала превращение Красного Дракона в дым.

Его лицо полностью преобразилось прямо перед тем, как он высвободился из удерживавшего его ошейника.

Из ошейника, который был единственной вещью, сдерживающей его магию.

Вот только магические механизмы не работали в этом мире.

Они ещё не знали об этом, но ни один из их механизмов не работал здесь.

— Ты можешь вывести нас отсюда через портал, Светоносная? — Кэл всё ещё говорил очень громко. — К тебе вернулась твоя магия?

Алексис посмотрела вниз на свои руки, на линии татуировок с письменами Древних вокруг бицепсов и предплечий.

Она изо всех сил сконцентрировалась, пытаясь заставить их засиять.

Но ничего не произошло.

Она ничего не добилась, кроме бледного мерцания татуировок.

Она закрыла глаза, напрягаясь ещё сильнее, пытаясь призвать всё, что могла.

Ничего.

Она ничего не почувствовала.

Словно какая-то тяжесть придавила её к земле, заглушая её свет под сетчатой завесой.

Казалось, будто магия в ней не могла дышать под таким давлением.

Она же не могла до сих пор быть истощена, ведь так?

— Нет.

Алексис посмотрела на своего супруга-Странника, когда Кэл покачал головой.

— Нет, — повторил он. — Я так не думаю. Здесь должно быть что-то другое. Проклятье. Блок на твоей магии. Какая-то иллюзия. Возможно, даже закрытые порталы…

Его слова прервал оглушительный визг.

Он был таким громким, что у Алексис перехватило дыхание, и она зажала уши руками.

Она закрыла глаза, из-за боли крепче прижимая ладони к ушам, пытаясь отгородиться от ужасного шума и отчасти боясь, что он навсегда оглушит её…

И так же внезапно, как это началось…

Всё закончилось.

Всё закончилось, и в комнате стало совершенно тихо.

Оглядевшись вокруг, Алексис поняла, что прекратился не только этот ужасающий звук. Все свечи потухли. Свет, звук, рябь серебристо-золотого и пурпурного пламени… всё сошло на нет.

Сияние стоящего кристалла погасло.

Алексис открыла глаза, тяжело дыша, всё ещё зажимая уши руками.

Единственным источником света, оставшимся в комнате, было бледно-голубое сияние внутри настенного фонтана и синее акцентное освещение по краю потолка.

Эти маленькие детали в интерьер комнаты тоже добавила Алексис.

Когда всё стихло, она перестала так сильно сдавливать ладонями свои уши. Когда всё стихло, она медленно опустила руки, взглянув на Кэла, и увидела, как он поступил так же. Взгляд Кэла уставился в то место у стола, где только что сидела ведьма.

Алексис повернулась, проследив за его взглядом.

Ведьма исчезла.

Алексис ожидала увидеть на том месте Красного Дракона.

Она ожидала увидеть отца Кэла, сидящего на той квадратной подушке.

Но этого не случилось.

Это был не он.

Вместо этого там сидела другая женщина. Она была примерно того же роста, что и ведьма, но абсолютно не походила на женщину, которая изначально сидела там. У появившейся женщины было более эльфийское миниатюрное лицо, с короткими пепельными, торчащими волосами, большими фиалковыми глазами, острым подбородком и изящными чертами.

Алексис знала это лицо.

Это не Красный Дракон.

Это не отец Кэла.

Это его сестра Дхарма.

***

— Ай-яй. Слишком не распаляйся, братец…

Дхарма улыбнулась, пригрозив пальцем Кэлу, когда он, казалось, был готов наброситься на неё.

Она бросила такой же предупреждающий взгляд на Алексис, когда Светоносная потянулась к рюкзаку за спиной, наполненному оружием, которое они взяли с собой в отель.

— Даже не думай, Светоносная, — предупредила Дхарма.

Она подняла пистолет, направив его в центр груди Алексис.

— …Мне не обязательно убивать тебя, — добавила Дхарма с ухмылкой. — Но я бы этим очень насладилась.

Сестра Кэла теперь держала в руках человеческий пистолет из этого измерения, а не из мира Странников. Это означало, что пули, скорее всего, убьют её и Кэла, если Дхарма решит воспользоваться оружием, чтобы пристрелить кого-нибудь из них.

Должно быть, Дхарма усвоила урок о том, насколько кошмарно оружие и механизмы из того, другого мира проявлялись в этом.

Женщина Странница переводила дуло пистолета между ними обоими, чтобы держать на расстоянии, и смотрела то на Алексис, то на Кэла.

Она по-прежнему улыбалась.

От этой улыбки Алексис почувствовала себя жутко, отчасти потому, что узнавала улыбку ведьмы, ту же самую, которую она видела на совершенно другом лице, с более тонкими губами. Странница грациозно поднялась со своего места на ковре, не сводя глаз с Алексис, и Алексис снова поразилась, что те же выражения лица и жесты Дхармы были и у ведьмы.

Кэл был прав.

И она тоже была права.

Он знал, кем являлась эта ведьма, хотя сам того не подозревал.

Возможно, он не совсем разобрался в деталях, но по сути попал в точку.

От неё просто воняло магией Красного Дракона.

Отец Кэла, видимо, отправил Дхарму вперёд ещё на том другом мире.

Он проследил за ними до здания парламента на той версии Земли и, должно быть, забеспокоился, что Кэл и его охрана могут пройти через главный портал прежде, чем Красный Дракон сумеет их остановить. Поэтому отец Кэла поступил так, как от него и ожидалось: отправил свою собственную дочь вперёд в это измерение, через открытые портальные врата, по-видимому, проинструктировав её воспользоваться одними из вторичных врат в другой части планеты, чтобы Алексис не почувствовала, как они активируются.

Зная отца Кэла, он сделал это в качестве подстраховки.

Зная отца Кэла, он сделал это, чтобы быть уверенным, что в конце концов победит, даже если они убьют его. Последнее слово всё равно останется за ним, пусть и из могилы.

Поскольку он не погиб, поскольку Кэл был не таким ужасным типом, как его отец, и решил не убивать его, Красный Дракон по ходу дела придумал весь этот цирк, в котором они участвовали с тех пор, как ушли из отеля.

Он продумал все шаги, необходимые для того, чтобы привести её с Кэлом в «Белого кролика».

Он хотел, чтобы Алексис и Кэл по собственной воле пришли прямо к его приспешнице и отдали себя в её власть.

Зачем? Зачем такая изощрённая уловка?

Ведь наверняка существовали более простые способы убить их?

Дхарма тихо рассмеялась, качая головой.

— Видели бы вы сейчас свои лица, — усмехнулась она.

Женщина Странница отошла от стола, всё ещё держа пистолет поднятым, но уже в несколько более расслабленной манере. Она продолжала пристально следить за ними обоими, и лёгкая улыбка тронула её полные губы. Сестра Кэла не выглядела испуганной или даже злой. Она не выглядела ни в малейшей степени обеспокоенной тем, что кто-то из них может напасть на неё.

Она выглядела взбудораженной.

Она напоминала ребенка-социопата, которому посчастливилось убить кого-то в свой день рождения.

— Неужто разочаровался, увидев меня, братец? — спросила Дхарма, устремив свой пристальный взгляд на Кэла. — Полагаю, я и сама чувствую небольшую досаду после того, как ты испугался большого, плохого Папочки-Бабайки. Судя по выражению ваших лиц, я так думаю, вы ожидали, что старик собственной персоной заявится сюда и сам разберётся с вами?

Кэл и Алексис обменялись мрачными взглядами.

В тот же момент Алексис всё поняла, когда увидела, как аналогичное осознание появилось в глазах Кэла.

— Отвлекающий манёвр, — Кэл заговорил первым.

Его взгляд снова переместился на сестру, и от него расходилась леденящая ярость.

— …Ну, конечно, — пробормотал он. — Он бы захотел устроить отвлечение, пока сам открывает порталы.

Но Дхарма и над этим посмеялась.

— Нет, братец, — сказала она, с жалостью качая головой. — Нет. Мы не лгали обо всём. Лишь в той степени, чтобы стало ясно, что вы оба полные идиоты.

— Что это значит? — вмешалась Алексис.

Она всё ещё держала рюкзак перед собой, сжимая его обеими руками.

Она уже наполовину открыла его верхнюю часть, когда Дхарма подняла пистолет. Алексис удалось расстегнуть основную застёжку, и теперь она придерживала её рукой. Она не осмелилась вытащить какое-либо оружие, по крайней мере, не без отвлекающего момента для них самих.

Алексис сильно подозревала, что, если бы она попыталась сделать это, её бы застрелили.

Либо из-за неё пристрелили бы Кэла.

Дхарма фыркнула, косо взглянув на Алексис.

— Тут ты не ошибаешься, Светоносная.

Алексис нахмурилась, но не стала отвечать.

Вместо этого она попыталась подумать.

Ей нужен пистолет.

Возможно, один из её ножей.

Ей бы очень хотелось держать в руках свой хлыст. Она была чертовски хороша в обращении с этой штукой. Она могла бы разобраться со всем относительно быстро, если бы у неё был хлыст.

Ей был очень нужен этот проклятый хлыст.

Моргая, она потерла лицо.

Её разум с усилием пытался понять, почему она чувствует себя такой уставшей.

Но Кэл всё понял. Кэл понял всё гораздо раньше неё.

— Будь оно всё проклято, — Кэл крепче сжал бицепс Алексис своей рукой. — Они накачали тебя наркотиками, — его пальцы сильнее стиснули её, пока он сверлил взглядом свою сестру. — Ты накачала её наркотиками.

Его взгляд упал на поверхность каменного стола и стоящий на ней поднос с фарфоровым чайником и тремя чашками с блюдцами.

— Будь оно всё проклято, — повторил он низким голосом.

Именно в этот момент дверь в коридор распахнулась.

Алексис заморгала от смены освещения.

Кто-то включил основное освещение в коридоре.

Она вскинула одну руку, чтобы прикрыть глаза, по-прежнему прижимая рюкзак к себе. Она смотрела, как в дверях появилось несколько существ. Они вошли внутрь, особо не обращая внимания ни на неё, ни на Кэла, и вместо этого поклонились Дхарме, их движения и выражения лиц были уважительными.

Клеа, оборотень-слон.

Далия, вампирша с бруклинским акцентом с первого этажа.

Ещё два вампира.

Варлан… Боги.

Кэл разглядывал те же лица.

Его взгляд вернулся к сестре, а голос стал смертельно холодным.

— Получается, ты привела нас сюда, чтобы убить, сестра?

Дхарма снова фыркнула.

— Убить вас? Боги небесные, брат. Твоя чрезмерная любовь к драматизму уже больше похожа на болезнь.

— Что тогда? Чего ты хочешь?

— Он послал меня сюда, чтобы убрать тебя с дороги.

Повернувшись, она холодно посмотрела на Алексис.

— Ты ему нужна… к сожалению.

Её холодный взгляд снова обратился к брату.

— Ты… мой дорогой братец… нет.

С этими словами она подняла пистолет и без предисловий выстрелила ему в грудь.

Глава 22. Тень и Звук

Алексис не знала, где находится.

Она была в своём клубе.

Она была в «Белом Кролике».

Они окружили её в приватной комнате в конце тёмного коридора.

Она закричала, увидев, как Кэл рухнул на пол, а в центре его груди расползалось алое пятно. Она закричала, увидев, как он смотрит на неё, как пытается встать.

Она сдвинулась с места, чтобы помочь ему.

Она уже была на полпути…

А потом вдруг упала.

Алексис лежала на полу и уставилась в потолок, тяжело дыша.

Она не могла пошевелиться.

Она даже не могла закрыть глаза.

Она слышала, как Дхарма с заверением говорила всем, что Алексис не нужно будет полностью нести, что Алексис будет в состоянии ходить… более или менее… просто не совсем по своей воле.

Затем они подняли её на ноги, большие руки поддерживали её с обеих сторон. Шея Алексис свесилась, и они накинули ей на голову мешок, ослепив её.

Те же две пары рук потащили её обратно по этажу клуба в вестибюль.

Вот и всё, что Алексис смогла различить по тусклым очертаниям и звукам вокруг неё… ну и ещё тот факт, что в клубе стало многолюдно за то время, что они провели в задней комнате.

Даже под мешком, с притуплёнными чувствами, Алексис всё ещё могла отслеживать направление своих шагов, приглушённый мерцающий свет коридора, ведущего обратно на первый этаж, тени фигур, движущихся вокруг неё тёмным кольцом.

Когда они вернулись к главному бару клуба и к сцену, звуки из подвесных динамиков и бара окружили её, заглушая всё остальное. Она слышала разговоры и смех, звон стекла и металла, шарканье ботинок по кафельному полу, обольстительный шёпот, скрип кожи. Она чуяла запах пота и джина, более сладкий аромат из смеси напитков и духов, одеколона, иногда с примесью гашиша или травки.

Она даже слышала время от времени резкий хлопок, говорящий ей о том, что кто-то, видимо, устраивал шоу на главной сцене.

Она слышала своих подчинённых.

Она не могла позвать их на помощь.

В любом случае, Далия была заодно с её похитителями.

Сейчас весь персонал «Белого Кролика» может быть завербован Красным Драконом.

Или же они могли просто находиться под контролем вампира.

Какой бы ни была правда, сильные руки, поддерживавшие её, уверенно тащили через главный вестибюль к входной двери, и никто не попытался их остановить.

Потом они затолкали её на заднее сиденье машины.

Никто не окликнул их, не поинтересовался, что они делают.

Другие гости клуба, вероятно, подумали, что это была какая-то секс-игра.

Или же Дхарма со своими прихвостнями каким-то образом использовали магию, чтобы заставить всех отвернуться, или может заставить их увидеть что-то другое, вместо того, что происходило на самом деле. Иные, похоже, бывали исключительно одарёнными, когда дело касалось такого рода магии.

И ещё Варлан.

Варлан был видящим.

Кэл…

Алексис отогнала эту мысль, закрыв глаза под мешком.

Она пока не могла думать о Кэле.

Не могла.

Она не могла даже мысленно позвать его.

Тем самым она могла дать им лишний повод повторно выстрелить в него.

Но даже так, её разум снова и снова прокручивал этот момент.

Как Дхарма поднимает пистолет.

Как она стреляет ему в грудь.

Как же всё это выглядело смешно и извращённо, что белобрысая Странница застрелила своего собственного брата сразу, как только сказала ему, что они здесь не для того, чтобы убить их обоих.

— Надень на неё ещё один. Она всё ещё слишком хорошо видит, — сказала Дхарма, отдавая приказ с соседнего сиденья автомобиля. — Боги Небесные, взгляните на неё! Она явно изо всех сил пытается выглянуть в окно. Она пытается понять, где находится…

Алексис как раз этим и занималась.

Она делала именно это.

Ей на голову натянули ещё один мешок.

Дхарма оказалась права и в другом: если раньше Алексис думала, что ничего не видит, то теперь она по-настоящему испытала, каково это — ослепнуть. Она абсолютно ничего не могла увидеть, даже не могла распознать разницу между темнотой и светом.

Свет и тень.

Она не видела разницу.

Она не могла посмотреть в окно.

После нескольких поворотов она утратила способность определять, куда они направляются…

— Да как ты ещё не СПИШЬ? — пожаловалась Дхарма. — Я дала тебе достаточную дозу, чтобы завалить сенбернара. Или пони, раз уж на то пошло.

Дхарма всё ещё могла читать её мысли.

Даже без присутствия Кэла, соединяющего Алексис с разумами его извращённой, ненормальной семейки, Дхарма и её отец всё ещё могли каким-то образом читать её мысли.

— Она не может, — сказал голос с другой стороны от того места, где она сидела. — Но я могу, сестра.

Варлан.

Варлан был с ними в машине. Варлан, который продал их Красному Дракону. Умелый видящий, о котором предупреждал её Кэл, который вызвал у Кэла чувство, будто он был гораздо могущественнее, чем притворялся на самом деле.

Алексис откинулась на кожаное сиденье, позволив своему телу обмякнуть.

Ей показалось, что они ехали очень долго.

Алексис всё равно могла кое-что чувствовать.

Она почувствовала, когда дорога пошла в гору, и по звукам понимала, что это, должно быть, скоростная автострада. Она услышала странный звук металла под шинами автомобиля и пустое пространство; возможно, это был мост. Она почувствовала изменение высоты, и когда дорога выровнялась, она услышала звук ускоряющегося движения. Она слышала гудки легковых автомобилей и грузовиков, изменения в окружающих звуках, когда они проезжали под эстакадой или выезжали из неё.

В конце концов угол наклона пошёл вниз.

Они съезжали с автострады.

Они спускались обратно в город.

Она ощутила разницу, когда они свернули на очередную узкую улочку, где все звуки звучали ближе, и машина начала останавливаться на светофоре и трогаться вновь. Она опять слышала голоса за окнами, крики водителей тук-туков, крики продавцов, толпы людей и пьяниц, орущих в барах.

Теперь они находились в другой части Бангкока.

Алексис изо всех сил старалась не думать о Кэле.

Она не знала, куда везёт её Дхарма, но догадывалась, к кому именно Странница везла её.

Кэл. Она застрелила Кэла.

Они убили его.

— Боги всевышние, — пробормотала Дхарма с сиденья по другую сторону от неё. — Ты такая же мелодраматичная, как и мой брат, — она пнула Алексис по ноге, заставив её вздрогнуть и отпрянуть назад. — Он не мёртв, Светоносная. Отец не мог рисковать тем, что ты сойдёшь с ума… или умрёшь, если уж на то пошло… потому что он убил твоего драгоценного супруга. Странники подобны видящим. Разве ты этого не знала? Мой отец пытался добраться до тебя прежде, чем ты образовала связь с ним… но сейчас вы оба зашли так далеко, что от этого просто тошнит. Варлану хватило одного взгляда на вас обоих, чтобы он понял это. Вы уже давно перешли ту черту, когда могли бы жить друг без друга…

— Так и есть, — согласился более глубокий, ровный голос. — Они не могут.

— Видишь? — произнесла Дхарма, снова пиная Алексис. — Забавно, но мой отец никогда не ошибается. Он сказал, что ты пойдёшь к одному из своих немощных друзей здесь, в Бангкоке… что ему вообще не нужно будет открывать охоту на тебя. Ему просто нужно сначала добраться до твоих друзей. Ты купилась на всё это. Новый «супруг» Мары, появление Клеа, ведущей тебя в твой собственный клуб. Ведьма, которая работала в центре Бангкока, но у которой не было сотового телефона.

Дхарма с издёвкой фыркнула.

— И ничто из этого вообще не вызвало у тебя никаких подозрений.

Алексис услышала, как женщина-Странница улыбнулась.

Она никак не пыталась оспорить клеймо братоубийцы.

— Боги всевышние. Ты всё не можешь заткнуться по этому поводу? Я уже сказала тебе… Я не убила его.

Алексис невнятно произносила слова, обращаясь к Варлану.

— Ты сказал… ты сказал, что она не может слышать меня.

— Она не может.

Алексис покачала головой под мешками, прикусив губу.

— Но она может.

— Нет. Это я могу. Я передаю ей твои мысли.

Алексис нахмурилась. Ей хотелось поспорить с видящим, сказать ему, как всё это глупо. Если он каким-то образом соединял их разумы, то чем, чёрт возьми, это отличалось от того, как Красный Дракон и Дхарма использовали семейную связь между ними и Кэлом, чтобы добраться до её разума? Разве это не было в точности той же самой хренью?

Варлан вздохнул.

— Нет. Но я понимаю, что технические различия могут быть менее важны для тебя… в данных обстоятельствах.

— Технические различия? — невнятно пробормотала Алексис. — Боги и бутерброды…

Дхарма невесело фыркнула.

— Возможно, мне придётся ещё раз обдумать, насколько «умной» я тебя считала, — усмехнулась она.

Алексис практически слышала, как Странница самодовольно улыбалась.

— …На самом деле ты не такая уж и умная. Ты даже не заметила, что Мара была заложницей Варлана, а не его девушкой. Этот Варлан вообще не любит женщин. Нет так ли, кузен-видящий?

— Обычно нет, моя принцесса, — вежливо ответил низкий голос. — Мне гораздо больше нравятся мужчины большинства рас. Включая мою собственную.

— Вот видишь? — сказала Дхарма. — Ты не очень-то наблюдательна… ни один из вас. Но с другой стороны, наш Варлан мастерски умеет врать. Не так ли, мой сладкий?

— Я видящий, моя принцесса, — певуче произнёс мужчина, и в его словах прозвучало что-то вроде поклона. — Я работал разведчиком на протяжении веков. Я могу быть таким, каким я должен быть в этом мире. Из необходимости. Кем в данный момент требует ситуация.

«И ты выбрал сторону Тьмы, — подумала про себя с некоторой горечью Алексис. — Ты выбрал быть порабощённым Иными… Красным Драконом… самовлюблённым идиотом и треплом в наихудшем виде. Какая убогая растрата силы…»

Ей всегда говорили, что большинство древних видящих были воинами Света.

Даже самые эксцентричные из них.

— Я пробовал присоединиться к тому, что ты называешь «стороной света», сестра, — Варлан заговорил сухо, очевидно, услышав её мысли. — Я понял, что в целом мне живётся гораздо лучше с существами, которых вы называете Иными. Как я уже говорил тебе, у меня с ними давняя история. Что я, возможно, забыл тебе рассказать, так это то, что на протяжении большей части этой истории я работал на них, а не против них. Мы знаем друг друга долгое время… очень долгое время. Пусть я не всегда соглашался с решениями их руководства, должен сказать, что они редко плохо обращались со мной.

Его голос стал ниже, зазвучал более резко.

— Я не могу сказать того же о существах Света. Те, кого вы называете Древними… те же самые существа, которых я с детства называл Предками. Меня оставили падать через портал во времени и пространстве, и если бы не вмешательство Иных, я был бы потерян навсегда.

В этом Алексис тоже не пыталась разобраться.

Вместо этого она обдумывала всё, что Варлан рассказал им в том доме в Старом городе.

Ей не потребовалось много времени, чтобы понять, что всё это было ложью.

Ну, всё, что сейчас имело значение.

— Красный Дракон, — сказала Алексис. — Он не плывёт сюда на лодке. Он уже здесь. Он уже в Бангкоке.

Дхарма рассмеялась заливистым смехом.

— Тупица, — глумилась она. — Вы с моим братом идеально подходите друг другу.

Алексис не ответила.

Когда женщина-Странница не получила от неё желаемой реакции, она откинула голову назад, усаживаясь на кожаном сиденье.

Алексис позволила своему разуму полностью опустеть.

Размышления сейчас вряд ли помогли бы ей.

— Согласен, — сказал ей Варлан, почти дружески похлопав её по бедру. — Сейчас тебе ничто не поможет. С тем же успехом ты можешь отдохнуть. Побереги силы.

Алексис не спрашивала, для чего.

У неё было ощущение, что она и так уже знала это.

Глава 23. Главные врата

Они повели её вверх по крутой каменной лестнице.

Алексис ничего не видела.

Под мешком была кромешная тьма.

Она всё ещё слышала шум машин вдалеке, но теперь он звучал довольно отдалённо, как будто они находились в каком-то парке, в стороне от главной дороги. Куда бы они её ни привезли, Алексис предположила, что скорее всего, это было место, которое закрывается с наступлением темноты.

Или же это просто заброшенное место.

Она снова почувствовала вокруг себя других существ, по меньшей мере около десяти.

Она всё острее ощущала нехватку оружия при себе.

Или хотя бы какого-то доступа к её магии.

Где, чёрт возьми, она находилась? Зачем они потащили её в такую даль? Они совершенно точно не могли узнать расположение каких-либо порталов. Порталов вообще никаких не осталось… ни одного. Алексис закрыла их все. Даже она сама больше ничего не чувствовала.

Когда она потянулась своими сенсорами, используя ту часть себя, которая раньше инстинктивно знала расположение всех портальных врат в мире…

Она ничего не почувствовала.

— Чтобы открыть новый портал, нужно подходящее место, — певуче произнёс Варлан. — При необходимости он должен стать главным изначальным порталом. Поэтому нам пришлось привезти тебя в одно из основных мест расположения порталов в этом мире. Вполне вероятно, что главные врата переместятся после твоей смерти… или, возможно, до того… но сейчас нам нужно разместить их в отдалении. Нам нужно, чтобы это было место, которое мы могли бы охранять, оберегать от блуждающих людей и любопытных сверхъестественных существ.

Алексис жадно слушала его слова.

Она не знала локации всех недействующих главных порталов.

Она никогда не видела ни одной причины, по которой ей могло бы понадобиться это знание. Она посещала места расположения главных порталов только тогда, когда там размещался настоящий главный портал.

Но в словах Варлана имелся смысл.

Ещё Алексис впервые поняла, что старый видящий был одним из тех людей, кто придерживал её, направляя через открытое пространство к… чему-то.

— Это храм, сестра, — произнёс Варлан. — И ты была права в своём предположении. Это одно из немногих мест, закрытых для общественности. Это историческое место, закрытое на «реконструкцию». Мы можем держать его закрытым столько, сколько нам потребуется. И он расположен так, что наши люди с лёгкостью могут защитить его.

Алексис нахмурилась, изо всех сил стараясь держать голову прямо.

— Вы хотите попытаться установить главные врата здесь? — спросила она заплетающимся языком. — В центре города? Закрытые или нет, они привлекут сверхъестественных существ со всего мира… отовсюду. Нет никакого возможного способа помешать им прийти сюда. Даже если вы будете охранять это место. И даже если вы попытаетесь держать людей подальше… всё равно найдутся те, кто случайно проникнет сюда.

Она покачала головой, слегка задыхаясь.

— Вы ничего не сможете с этим поделать, — сказала она. — Город с населением в девять миллионов человек… сверхъестественные существа со всей Азии ломанутся сюда, почувствовав врата, — она снова покачала головой. — Вы не сможете защитить их. Никто не сможет. Я бы даже не стала устанавливать здесь вторичные врата…

Она с трудом сглотнула, качая головой.

— …Вампиры. Со всей Азии. Оборотни. Оборотни-панды или кто-то в этом роде…

— Это всего лишь временные врата, сестра, — певуче произнёс старый видящий.

— Это безумие, — повторила она. — Долбанное безумие.

— Мы не намерены держать врата открытыми так долго, как ты могла бы предположить, — ответил он, и её слова явно никак не подействовали на него. — Мы планируем, что ты откроешь их для наших целей… а затем снова закроешь их. Ваш новый король, Красный Дракон, решил сначала завоевать этот мир, твой мир. Он тоже будет жить здесь, по крайней мере, некоторое время. Но здесь ему нужно усилить влияние Иных. Так что он впустит своих друзей, когда ты откроешь врата. Потом ты либо снова закроешь их, либо прикажешь Тёмным Богам закрыть врата за тобой.

— Это… бред, — выдавила Алексис.

Варлан всё так же не реагировал не её слова.

— Ты сделаешь это, — только и сказал он.

— Зачем, бл*дь, во имя всех богов, мне делать это? — спросила она.

— Потому что мы выпустим кишки твоему супругу у тебя на глазах, если ты не подчинишься, — сказал Варлан. — Если ты не подчинишься достаточно быстро, он, скорее всего, пострадает ещё и из-за этого. Он, вероятнее всего, будет лишаться каких-то частей своего организма, пока ты не подчинишься, Алексис Пул. Возможно, пальцев, рук… или глаза. Поэтому я бы не советовал тебе играть в игры, сопротивляясь нашим приказам.

Эмоции Алексис были спутанными.

— Он… жив? — спросила она.

— Конечно, он жив. Мы же сказали тебе, что он жив.

— Ты врал. Про… всё.

— Возможно, — невозмутимо ответил старый видящий. — Но мы не лгали об этом. Я сказал тебе правду. Мы не могли рисковать, убивая его. Только не тогда, когда это может убить тебя. Меня пригласили отчасти для того, чтобы оценить парную связь между вами.

Снова повисла тишина.

Алексис почувствовала тошноту.

Отчасти из-за всего, что сказал Варлан, отчасти из-за переживаний, что они всё ещё врут ей о состоянии Кэла. Она видела, как они стреляли в него.

Она видела, как он упал.

В то же время она знала.

Она знала, что он не умер.

Она не знала, почему была так уверена, но она знала это.

Кэл ещё жив.

— Конечно, — сказал Варлан. — Он ведь твой супруг.

Алексис почувствовала, как боль в её груди усиливается.

Теперь они говорили о том, чтобы выпотрошить его у неё на глазах и отрезать части его тела. Закрыв глаза под мешком, она попыталась выбросить эти образы из головы.

В самом деле, она ничего не могла поделать с этой информацией.

Пока она не увидит Кэла собственными глазами.

— Это произойдёт довольно скоро, моя королева, — пробормотал Варлан.

Алексис также решила не искать подтекст в том, как он только что её назвал.

Они протащили её вверх по последнему лестничному пролёту.

Идти по ровной плитке просторной комнаты было гораздо легче, стук их ботинок эхом отдавался от стен и потолка.

Алексис вздрагивала от резонирующих звуков и пыталась сообразить, сколько из них могло присутствовать с ней здесь, и был ли Кэл одним из них.

Варлан сказал, что это какой-то храм.

К сожалению, в переулках, кварталах и боковых улочках по всему Бангкоку теснилось так много храмов, усыпальниц, церквушек и других религиозных достопримечательностей, что эта информация практически ничего не давала.

— Где Кэл? — спросила Алексис. — Где Белый Дракон?

Варлан не ответил.

Как и не ответило второе существо, которое поддерживало её справа.

Они сказали, что не убили его, но как это возможно?

Эта мысль продолжала крутиться у неё в голове.

Она превратилась почти в мантру.

— Не беспокойся об этом, — посоветовал Варлан. — Лучше беспокойся о том, как ты призовёшь существ, которые позволят тебе вновь открыть двери, Светоносная.

— Но я не могу этого сделать, — Алексис покачала головой, нахмурившись. — Моя магия не работает. Вообще не работает с тех пор, как я закрыла порталы. Я не могу этого сделать. Думаешь, почему мы пошли к ведьме?

— Будешь обсуждать это с Красным Драконом, — только ответил Варлан.

Алексис открыла рот, собираясь снова заговорить об этом, но тут видящий рывком остановил её.

Незнакомец с другой стороны от неё тоже остановился, и она замерла между ними, осознав, что они пришли в место назначения.

Она напрягла слух в попытках уловить побольше информации…

…и тут кто-то схватил мешок и сорвал его с её головы.

Глава 24. Многоголовый слон

Алексис оказалась рядом с огромной статуей внутри храма с высоким потолком.

Над ней возвышалась скульптура из чёрного камня, по меньшей мере двенадцати метров в высоту.

Она изображала слона.

Ну… что-то, похожее на слона.

У этой версии слона имелось три головы, и все они были немного странно расположены, что придавало ему вид какого-то волшебного, сверхъестественного мутанта из мира слонов. У всех трёх голов присутствовали направленные вверх хоботы, длинные клыки цвета слоновой кости и открытые пасти, словно они выкрикивали свой гнев в адрес человеческого и сверхъестественного мира.

Алексис предположила, что это могло быть завуалированным изображением Ганеши, потому что она больше не знала никакого другого божества в виде слона, однако она никогда не видела статую или изображение Ганеши, подобное этому. Почему-то это воплощение показалось ей каким-то извращённым, как будто кто-то взял изображение индуистского бога и наполнил его Тьмой, придав ему угрожающий, зловещий, граничащий с жестокостью вид.

Ганешу обычно изображали танцующим, его руки были сложены в различных мудрах или индийских молитвенных позах. Обычно он выглядел счастливым.

Алексис оторвала взгляд от статуи и медленно посмотрела ниже, чтобы глазами встретиться с толпой, стоявшей вокруг.

Сначала она увидела Красного Дракона.

Он стоял там и странным образом походил на человека в этом угольно-сером костюме в человеческом стиле, с белой рубашкой и насыщенно-чёрным галстуком. Он стоял под той же статуей, примерно в трёх метрах от Алексис, и когда кто-то сорвал с неё мешок, она заметила, как он с опаской наблюдал за ней.

Дхарма стояла рядом с ним, за спиной у неё виднелось нечто похожее на мечи Алексис в ножнах. Одна из кобур Алексис и глок также были пристёгнуты ремнём к талии Странницы, с другой стороны от самого большого из её охотничьих ножей.

При виде своего оружия на женщине-Страннице Алексис могла только нахмуриться, но она не позволила своему взгляду задержаться на ней надолго. Продолжая осматриваться, она перевела взгляд на другие лица.

Клеа, оборотень-слон, которая привела их в «Белого кролика», первой попалась на глаза.

Кучка вампиров, которых Алексис не узнала, выстроилась вдоль стены позади высокого оборотня, вместе с вампиршей Далией из клуба…

И Уорриком из охраны Кэла.

Взгляд Алексис остановился на Уоррике.

Она не могла сказать, что была удивлена.

Но гнев всё равно проснулся в ней, сдавливая грудь.

Может, она никогда и не доверяла Уоррику, и он ей особо не нравился, и она даже отдалённо не считала его настоящим союзником, не говоря уже о том, чтобы называть его другом… но Кэл придерживался именно такого мнения.

Кэл считал его преданным союзником.

Возможно, он даже относился к Уоррику как к другу.

Конечно, всегда существовала вероятность, что Кэл был более мудр в отношении истинной натуры Уоррика, чем предполагала Алексис.

Это в любом случае взбесило её.

Её всегда злило, когда какое-либо существо… кем бы, чёрт возьми, ни являлся Уоррик… пыталось воспользоваться щедростью или доверием другой персоны, вне зависимости от конечного результата.

— Может быть, он преданный союзник, — предположил Варлан, стоявший рядом с ней. — Может быть, он просто предан не твоему супругу. Может быть, его верность принадлежит кому-то другому.

Алексис повернулась, холодно посмотрев на видящего.

— Он фейри, как и твоя подруга, — добавил Варлан, кивая в сторону Уоррика. — Ты интересовалась его расой. Я удивлён, что она тебе не рассказала.

Алексис помрачнела.

Она проследила взглядом Варлана прямо к Уоррику, и поймала себя на том, что ищет намёки на сущность фейри в фигуре и чертах лица высокого мужчины. Теперь, когда она знала, что нужно искать, она видела это.

В его чертах и правда виделось то, что напомнило Алексис о фейри, с которыми она сталкивалась ранее.

По той же причине, как бы сильно ей ни хотелось усомниться в словах Варлана, она поняла, что он, скорее всего, говорит правду.

— Ну, — решил внести ясность Варлан. — Конечно, он не совсем похож на твою подругу. Уоррик — настоящий фейри. Не полукровка. В нём нет человеческой крови… насколько я знаю.

Тёмно-фиолетовые глаза Варлана обратились к ней и по-прежнему были пустыми, не имея ни единого намёка на какие-либо эмоции.

— Он был обязан жизнью Красному Дракону, — объяснил видящий. — Возможно, для тебя это мало что значит, но это может быть сильным источником мотивации, когда одно существо так многим обязано другому. Это была очень глубокая связь. Та, что существовала до его назначения к твоему мужу. И твой супруг не мог это ослабить или сломить.

Алексис не ответила.

Она оглянулась на Уоррика, заметив, что у него на бедре висел человеческий пистолет, тоже с этой версии Земли.

Алексис не узнала этот пистолет, в отличие от своего, который носила Дхарма.

Затем её взгляд заметил что-то на полу.

Движение внизу притянуло её взгляд, и её горло внезапно сжалось.

Там лежал Кэл, и его грудь была мокрой от алой крови.

Он тяжело дышал, лежа на спине, но дыхание было почти беззвучным.

Он выглядел так, словно страдал от боли, но в то же время казался странно нематериальным. Эта необычная, жидкая, похожая на дым субстанция циркулировала вокруг его конечностей, стекая с пальцев и волос. Она волнообразно размывала черты его лица, но лишь для того, чтобы они снова превратились в острые углы и линии, преображая его скулы, челюсть и губы.

Кэл увидел, что Алексис смотрит на него, и их взгляды встретились.

Она не могла заговорить с ним.

Она не могла даже думать о нём здесь, но почувствовала себя гораздо спокойнее, глядя в его фиалковые глаза.

А потом Уоррик пнул его ногой.

Кэл захрипел, его спина выгнулась дугой, когда он скорчился от боли.

Алексис почувствовала, как всё её тело замерло.

Она не думала об этом сознательно, но этот удар что-то закупорил в ней.

Она точно знала, что сделает с Уорриком, если настанет время.

— Ну же, ну же, Светоносная, — пробормотал Варлан. — Думай позитивно. Сейчас ты выполнишь это задание для своего короля, и всё закончится. Ты воссоединишься со своим супругом. Возможно, вам с ним даже позволят размножаться… подарите вашему королю внука. При условии, что вы будете делать то, что вам говорят, и управлять вратами так, как он прикажет.

Алексис не удосужилась сказать ему, насколько неубедительными показались ей его слова.

Её взгляд вернулся к Красному Дракону.

Старый Король Странников наблюдал за ней.

Она не замечала этого, пока не посмотрела прямо на него в ответ, отметив удовлетворение на его лице.

Алексис заговорила громче, обращаясь непосредственно к Красному Дракону.

— Вампиры? — произнесла она. — Падшие фейри?

Она перевела взгляд на Уоррика, затем снова на Красного Дракона.

— …А теперь ещё сломленные, озлобленные видящие? Ты и правда собираешь всех неудачников из материальных миров, не так ли, Отец? Ты действительно Король Отбросов общества.

Её голос стал откровенно насмешливым.

— Где твои дымчатые демоны, Дракон? Разве ты не угрожал мне армией? Говорил мне, что они поджидают меня в моём мире?

Она многозначительно оглянула около двадцати существ, находившихся в помещении.

— Выходит довольно печальное зрелище, если ты вот это имел в виду. Думаю, что даже людям не нужно бояться тебя… если это всё, кого ты привёл с собой как герой-завоеватель.

Красный Дракон улыбнулся.

И всё же Алексис могла сказать, что эта подначка разозлила его.

Очевидно, он до сих пор желал, чтобы она боялась.

Чтобы она съёжилась от страха.

По их последней встрече Алексис поняла, что он был тонкокожим младенцем, который не мог слышать о себе ничего, кроме безудержной похвалы или дрожащего тщедушия, или же лучше вообще ничего, в самом деле.

От того факта, что её впечатления о нём оказались столь точными, Алексис почувствовала странное спокойствие.

— Интересно и то, что ты считаешь себя таким особенным и неповторимым, — добавила она. — В нашем мире тоже есть маленькие жалкие хулиганы… у людей их в избытке. Ещё вампиры. Оборотни. Их точно много и среди ведьм. Ни один из них не интересен. Ни один из них не является каким-то особым уникумом. Даже самый мерзкий из них — всё та же скучная личность, которая снова и снова кричит о своей немощности и ненависти ко всему миру…

Красный Дракон одарил её холодной улыбкой.

— Твои попытки отвлечь меня такие же скучные, — сказал он.

Он медленно спустился по ступеням на основной этаж храма.

Ей показалось забавным то, с какой тяжестью он ставил каждую ногу, явно пытаясь придать своему нисхождению грозный вид и походить на какого-то бога, спускающегося с вершины горы.

— Ты жалок, — сказала ему Алексис.

Его губы изогнулись в тонкой улыбке.

Ей показалось, что он подслушал её мысли о шагах, потому что он начал идти более-менее нормально.

Заметив это, Алексис прыснула со смеха.

— Вау, — произнесла она в этот раз.

Казалось, он ничего не мог с собой поделать.

Он злобно посмотрел на неё.

Взгляд его глаз горел ненавистью тысячи солнц.

Почему-то от этого Алексис стало ещё смешнее.

Покачав головой, она улыбнулась, продолжая осматривать комнату.

Её взгляд скользнул мимо него, отметив, что он стоял на полпути к алтарю, который был вновь украшен, вероятно, самим Красным Драконом. Великолепные, детализированные буддийские гобелены были сорваны и лежали скомканными на каменном полу.

Вместо этого на стене позади него были нарисованы символы чем-то, похожим на настоящую кровь.

Что бы ни означали эти символы, они определённо не являлись буддийскими и не принадлежали какой-либо другой известной ей человеческой религии.

— Ну и? — спросила Алексис, переводя взгляд с алтаря на короля. — Мы собираемся начинать эту вечеринку или как?

Она издала улюлюкающий вопль, почувствовав странный прилив головокружения, когда отпустила свой обычный самоконтроль и целенаправленность.

— Давай, кретин! — Алексис разразилась смехом, всё ещё повиснув в хватке Варлана. — Открой портал! Давайте посмотрим на этих ублюдков Тёмных Богов во плоти!

Глядя на неё с такой же холодной, тлеющей ненавистью в глазах, Красный Дракон улыбнулся.

Глава 25. Заданный ею вопрос

Как и в той приватной комнате в «Белом Кролике»… всё обошлось без предисловий.

Никаких песнопений, никаких миленьких жертвенных цыплят с козлятами, никаких рун или стихов, церемониально произносимых на латыни. Никто не напялил рясу и не поднимал руки в молитвенной позе.

Свет просто появился.

Затем он медленно начал разрастаться, золотые и пурпурные языки пламени создавали в небе водоворот жидкого света. Странно, но без потолка, который мог бы сдержать их, они гораздо больше походили на портал, чем в той комнате в задней части её ночного клуба.

Они все уставились на этот свет, наблюдая, как он разгорается.

Вампиры встали у стены, подальше от места действия, а Дхарма стояла рядом с их отцом, сжимая в руке рукоятку одного из глоков-17, принадлежащего Алексис. Варлан по-прежнему стоял рядом с Алексис, стискивая её руку в железной хватке пальцев.

До этого момента с другой стороны от неё стоял вампир, которого Алексис не узнала, но он отпустил её, отойдя к стене, чтобы быть с остальными из своей расы.

Очевидно, они думали, что Варлан в одиночку сможет справиться с Алексис.

Алексис задавалась вопросом, так ли это на самом деле.

Прямо сейчас, пока у них Кэл, пока у неё нет ни её магии, ни какого-либо другого оружия, это не имело значения.

Алексис было плевать.

Сегодня она уже созерцала подобную свистопляску.

Только теперь разница заключалась в том, что они не пытались обманом заставить её поговорить с Тёмными Богами. Не в этот раз.

На этот раз они хотели, чтобы она сделала это по-настоящему… и они собирались причинить боль её парню («…Супругу, — шептал её разум. — Он твой супруг, Алексис, просто признай это…»), если она не сделает этого именно тогда и именно так, как они ей сказали.

— Почему клуб? — спросила она Варлана.

Она заговорила громко, снова почти переходя на крик, чтобы перекрыть шум усиливающейся бури, когда вокруг многоголовой статуи слона вспыхнул свет.

— Почему ты просто изначально не привёл нас сюда? — поинтересовалась она.

Варлан пожал плечами.

— Красный Дракон хотел, чтобы ты пришла добровольно. Он хотел проверить твои способности, прежде чем встретиться с тобой лично. Он переживал, что ты можешь симулировать потерю магии. Он не хотел рисковать и упустить тебя в случае, если ты просто откроешь портал и исчезнешь…

— Или просто во второй раз уничтожу всех его жалких приспешников-вампиров, — пробурчала Алексис.

— Или так, возможно, — признал видящий. — В любом случае, он хотел проверить, что ты сделаешь в более контролируемой среде.

Алексис обдумала это.

А затем фыркнула.

— Что, если бы я призвала Тёмных Богов? — спросила она.

Варлан искоса взглянул на неё.

— Он бы справился с ситуацией.

— Он просто хотел проделать дыру в стене моего клуба, — пробормотала она.

Варлан прищёлкнул языком, и она едва различила этот звук из-за усиливающегося ветра, хотя стояла очень близко.

— Это тоже возможно, — сказал видящий.

Всё ещё думая обо всём, что он сказал, и наблюдая, как свет становился всё ярче, больше напоминая бушующее пламя над головой, Алексис хмыкнула ещё громче.

— Позволь уточнить, — сказала она. — Твой новый король не хотел встречаться со мной лицом к лицу, пока не убедился, что это безопасно, поэтому вместо себя он послал свою дочь на встречу со мной.

— Да.

Она фыркнула ещё громче.

— Ну и какого же великолепного короля ты себе выбрал, Варлан. Ты, наверно, очень им гордишься.

Варлан пожал плечами.

— Короли уходят и приходят. Их век никогда не длится долго.

— Пока не попадётся тот, чей век правда продлится долго, — пробормотала Алексис.

Варлан повернулся и посмотрел на неё.

Он ничего не ответил, но по какой-то причине у неё сложилось впечатление, что этот комментарий действительно задел его.

Она посмотрела вверх, наблюдая, как языки пламени начинают кружиться над головой.

Они напоминали водоворот.

Как будто перевернутый сверху вниз водоворот в небе.

Или, может, какая-то имитация урагана или тайфуна.

— Я сожалею о том, что случилось с тобой в твоём первом мире, — сказала Алексис Варлану, громко перекрикивая ветер. — Но ты грёбаный идиот, раз думаешь, будто здесь для тебя всё обернётся лучше, если ты вступишь в союз с этими существами.

После её слов повисло молчание.

Несколько секунд она думала, что Варлан ответит ей.

Но он этого не сделал, и в этот момент заговорил Красный Дракон.

Когда Алексис оглянулась, Дхарма уже стояла над своим братом и обнажила охотничий нож Алексис, крепко сжав его в руке.

— Сделай это! — скомандовал Красный Дракон. — Я попрошу тебя только один раз, Светоносная. Призови их.

И Алексис подчинилась.

***

Она не знала, откуда ей было известно, как это делается.

На самом деле, она не знала, как это сделать, во всяком случае, в привычном смысле этого слова.

Если бы кто-нибудь спросил её, как (несколько человек только за этот день пытались узнать об этом), Алексис поклялась бы всеми святыми, что она не знает, что у неё нет ни одной проклятой идеи, как призвать какого-то мутного бога через тёмный вихрь, созданный психопатичным, недавно свергнутым Королем Странников с навязчивой идеей сжечь дотла всё мироздание.

Если бы Кэл не валялся на земле с её же охотничьим ножом, прижатым к его горлу, она, возможно, даже не стала бы пытаться.

Как бы то ни было, Алексис напряглась изо всех сил.

Она вложила каждую частичку своего разума, своей воли, самой своей сущности в этот омут света.

Она пыталась нащупать там что-нибудь.

Хоть что-то.

Она и не ожидала, что почувствует что-либо.

Она думала, что у неё ничего не выйдет, и что они начнут орать на неё, как будто она сделала это нарочно.

Она тянула время.

Она тянула время в надежде, что произойдёт что-то такое, что могло бы изменить текущее расположение шахматных фигур на доске.

Она напряглась изо всех сил и стала искать их, не зная, как именно ищет, будучи не в состоянии никому это объяснить…

«Кто здесь?»

Алексис не заметила перемены.

Внезапно стало совершенно тихо.

Бесшумно.

Она стояла в пустом пространстве, под её ногами был серый пол, со всех сторон её окружали серые стены.

Она огляделась и заметила, что была в той же одежде, что и в храме, когда она стояла под трёхглавым слоном.

«Кто здесь?» — ответила она той же фразой.

«Кто ты?»

Алексис задумалась над этим вопросом.

По правде говоря, она понятия не имела, что тут сказать.

«Я Алексис, — произнесла она наконец. — Раньше я была Светоносной».

Вокруг неё витало замешательство.

Она всё ещё не видела их.

Она подняла глаза к серому потолку, но никого не увидела. Однако она чувствовала их, и до неё впервые по-настоящему дошло, что их больше одного.

«Светоносный никогда не перестанет быть Светоносным», — сказали они.

Голоса накладывались друг на друга, их было так много, что Алексис не могла различить ни одного. Возможно, их было трое. Возможно, их было три тысячи.

Она задумалась над их словами.

Они ощущались правдивыми.

«Да, — ответила она. — Я понимаю. Благодарю вас. Моя магия… магия Светоносной. Кажется, она больше не работает. Я подумала, что перестала быть Светоносной…»

Голоса зазвучали громче, сливаясь в один.

«Светоносный никогда не перестанет быть Светоносным».

Алексис кивнула, поклонившись.

«Да, — повторила она. — Я понимаю это. Я Светоносная. Меня зовут Алексис Пул».

«Почему ты здесь?» — спросили они.

Алексис нахмурилась.

Всё, что привело её сюда, вихрем пронеслось у неё в голове. Бегство от Иных в мире Кэла, побег Красного Дракона, необходимость вновь открыть врата, прежде чем он сможет погрузить мироздание во Тьму.

«Почему ты здесь?» — повторили они.

«Меня послали, — призналась она. — Кое-кто послал меня. Они забрали моего супруга. Они стреляли в него. Теперь они угрожают причинить ему ещё больше боли. Они послали меня сюда. Они хотят, чтобы я просила вас открыть порталы. Они хотят, чтобы я передала им контроль над порталами».

«Но ты Светоносная».

«Да».

«Ты — Светоносная».

«Да», — согласилась она.

«Они забрали… твоего супруга?» — на этот раз спросило одно существо.

Она кивнула, почувствовав укол боли в груди.

«Да. Они навредят ему, если я не сделаю так, как они говорят».

Алексис почувствовала вокруг себя тревогу.

Злость.

Волны беспорядочного отвращения.

Разные эмоции сталкивались друг с другом, едва слышимым шёпотом распространяясь по серым поверхностям за стенами неподвижного света.

Затем внезапно все эмоции сошли на нет.

Она снова ничего не ощущала.

Алексис осмотрелась по сторонам. Неужели она их спугнула? Или они разозлились на неё за то, что она помогла Красному Дракону извратить врата? За то, что рискнула всем ради смертного существа, и неважно, супруг это или нет? Неужели они считали её продажной из-за того, что она рисковала всем своим измерением ради отпрыска Красного Дракона?

Она Светоносная.

Она запрограммирована охранять врата.

По словам Дхармы, по мнению всех остальных, она генетически создана для того, чтобы выполнять это одно-единственное задание… она натренирована, заточена под одну цель, смертоносна.

Заточена под одну цель.

Смертоносна.

Предполагалось, что он не должна беспокоиться о чём-либо ещё.

Возможно, ей не стоило рассказывать им про Кэла.

Неужели она всё испортила, рассказав о Кэле?

«Я должна помочь ему, — сказала Алексис наконец. — Вы можете помочь мне? Вы можете открыть врата?»

Воцарилось молчание.

«Если делать это неправильно, то так тому и быть, — сказала она. — Я пойму. Я буду уважать ваше решение. Но я должна спросить. Он мой супруг. Иначе я бы не просила об этом. Но я бы не спрашивала, если бы это не было лучшим решением для всех измерений».

Снова тишина.

«Ты просишь помощи?» — спросил голос.

«Да! — сказала Алексис. — Мне нужна ваша помощь! Помогите мне спасти моего супруга!»

«Помочь твоему супругу?» — спросил тот же одинокий голос.

«Вот о чём ты просишь нас? — спросил другой. — Ты просишь помощи?»

Затем зазвучало большое множество голосов, накладываясь друг на друга, все они звучали странно счастливо.

«Помогите, помогите, помогите, помогите… она просит о помощи… помогите спасти её пару… супруга Светоносной, пару Светоносной, того, кого она спасает…»

Алексис растерянно огляделась по сторонам.

«Пожалуйста…» — начала она.

Но голос перебил её.

«Вернёт ли Красный Дракон тебе твоего супруга? Если мы откроем врата?»

Алексис поняла, что не может им солгать.

Она всегда была очень дерьмовой лгуньей. Но даже если бы она неплохо умела врать, даже если бы она была лучшей лгуньей в мире, она не смогла бы солгать этим существам.

«Я не знаю, — призналась она. — Наверное, нет. Но я обязана попытаться».

«Да, да… конечно, — перебивающие друг друга голоса вернулись, радостно отдаваясь эхом вокруг неё. — Ты должна попробовать. Пробуй, пробуй… Он твоя пара. Ты не можешь не попробовать…»

«Вы можете мне помочь?» — уточнила она.

Тишина усугубилась.

Затем этот одинокий голос вновь зазвучал, разбивая тишину.

На этот раз он заговорил громко, сотрясая серое пустое пространство.

Сотрясая всё её существо.

Заставляя всё её нутро замереть.

«ДА, — сказал голос. — НАШ ОТВЕТ — ДА».

Последовала яркая вспышка света.

Затем Алексис начала падать, свалившись с небес.

Глава 26. Данный ими ответ

Это ослепило её.

Яркий свет ослепил её.

На несколько секунд Алексис потерялась в бушующем шторме.

В небесных ветрах.

В раскатах небесной мощи.

В буре в стакане воды.

Если бы только она была размером с мышь.

Всё бушевало вокруг неё… так громко, заглушая её разум, что она не могла думать, не могла дышать, не могла ничего увидеть…

Затем, без предупреждения, всё закончилось.

Всё прекратилось.

Алексис лежала на каменном полу.

Она лежала на спине в тёмном помещении, над ней простирался высокий потолок.

Странные чёрные тени преграждали ей обзор, создавая причудливые очертания на фоне высокого белого потолка. Открытые арки пропускали свет луны и звёзд, а также далекое рассеянное свечение яркого города с людьми, живущими своей жизнью.

Алексис не шевелилась.

Казалось, она не шевелилась очень долгое время.

Потом кто-то застонал.

Она узнала этот голос.

— Кэл…

Она забормотала в слепой панике, садясь.

Цепляясь за пол, она подползла к нему, ища его скорее на ощупь, нежели взглядом, особенно поначалу. Потом она нависла над ним и взяла за руку. Кэл хрипел, глядя на неё снизу вверх, и его глаза слабо светились в том же лунном свете, который отражался от пола.

Посмотрев на неё снизу вверх, он улыбнулся и сжал её руку.

— Ты в порядке? — Алексис пыталась дышать, обезумев от того, что она нависала прямо над ним, но не видела его самого. — Здесь есть свет? — спросила она.

Она огляделась, всё ещё хватаясь за него обеими руками, внезапно осознав, насколько тихо здесь было и как громко звучал её голос.

— Где все? — пробормотала она. — Они и правда просто бросили нас здесь?

Кэл изумлённо рассмеялся.

Алексис хмуро посмотрела на него сверху вниз.

— Что случилось? — спросила она.

Кэл снова рассмеялся, хотя было очевидно, что это причиняло ему боль. Поморщившись и задыхаясь, он прижал руку к своим рёбрам в попытках унять тяжело вздымающуюся грудь.

— Нам нужно отвезти тебя в больницу, — сказала Алексис.

— Нет. — он покачал головой. — Знаю, это выглядит плохо. Но всё не так. Мне удалось переместить свою материю. Чтобы пуля не задела что-то жизненно важное… а потом я извлёк пулю, — он ловил ртом воздух, глядя на Алексис снизу вверх, а потом снова покачал головой, сжимая её руку. — Со мной всё в порядке. Обещаю тебе, любовь моя. Я потерял больше крови, вытаскивая эту чёртову пулю, чем когда в меня только выстрелили. Процесс восстановления уже начался…

— Какого хера произошло? — она крепче сжала его руку, глядя на Кэла в темноте. — Неужели я сделала это? Я открыла врата?

Кэл нахмурился, осматривая её.

— Ты правда не помнишь? Ты совсем ничего не помнишь?

В этот раз она почувствовала дрожь от дурного предчувствия, но покачала головой.

— Ты чувствуешь врата? — следом спросил Кэл. — Они открыты?

Алексис сдвинула брови.

Она попыталась распространить своё сознание Светоносной.

Она старалась изо всех сил.

В конце концов, она сдалась, слегка задыхаясь.

Посмотрев на Кэла, Алексис покачала головой.

— Нет, — сказала она. — Я всё ещё ничего не чувствую, — она задумалась, до сих пор тяжело дыша, и поджала губы. — Моя магия ещё не вернулась. Но думаю, я всё равно чувствовала бы их. Я думаю, что почувствовала бы главные врата, если бы они снова открылись.

Кэл кивнул, сжимая её руку в своей.

— Согласен, — только сказал он.

Воцарилась тишина.

Какое-то мгновение они просто сидели вместе.

Алексис чувствовала такое облегчение от того, что он рядом, что ей было сложно думать.

— Ты правда в порядке? — спросила она.

— Я правда в порядке, — заверил он её.

— Что случилось? Боги сказали мне, что они исполнят мою просьбу. Что они сделали?

— О чём ты их попросила? — задал вопрос Кэл, обхватывая её ладонь второй рукой.

Алексис на мгновение задумалась.

Затем она почувствовала резкий шок в груди.

— Я попросила их о помощи.

Кэл усмехнулся.

— Ну что ж… Я почти уверен, что ты получила её, любовь моя.

Алексис посмотрела на него сверху вниз, испытывая нечто вроде зарождающегося ужаса.

— Я попросила их спасти тебя.

Он поцеловал её пальцы, улыбаясь ей.

— Я почти уверен, что этого ты тоже добилась.

— Кэл… где все? Они бросили нас здесь?

Алексис уже знала ответ.

Она знала, что он скажет, ещё до того, как он произнёс это вслух.

Но даже так, ей нужно было заполучить этот ответ.

Ей нужно было услышать это от него, чтобы кто-то прямо сказал ей всё.

Кэл подчинился, и его голос звучал буднично.

— Гигантское, похожее на дракона, невероятно огромное существо появилось из этого вихря света, — сказал Король Странников, по-прежнему удерживая обе её руки. — Оно открыло пасть и засосало их всех до единого. Всех, кроме меня. И тебя… — добавил он, снова целуя её пальцы.

— Гигантский… — пробормотала Алексис.

— … дракон, — коротко сказал он. — Да. Это выглядело весьма драматично. Мне не стыдно признаться, что я орал, как крошечный ребёнок, перепуганный до смерти. Ты уже потеряла сознание. Честно говоря, я боялся, что ты умерла… или скоро умрёшь. Варлан сказал, что твоя душа прошла через портал, и я опасался худшего…

На его глаза навернулись слезы.

Он снова поцеловал её пальцы, прижимая их к своей щеке.

— Боги.

У него вырвался сдавленный смешок.

— Потом это… существо… вылезло из потолка… — он подавил ещё один странный смешок. — Сначала оно забрало моего отца. Затем Варлана. А потом оно просто… казалось, поглотило их всех. Как будто аэродинамическая труба… или торнадо, затянувшее их в этот огненный вихрь.

Алексис сидела совершенно неподвижно.

Она посмотрела на потолок, но там ничего не было.

Там не было никаких следов огня.

Крови не было.

Там ничего не было.

Кэл крепче сжал её руки.

— Мы можем пойти домой? — спросил он её.

Он с закрытыми глазами целовал её пальцы, пока она гладила его лицу.

— Боги… Алексис. Теперь мы можем пойти домой? Я хочу пойти домой с тобой.

Она в замешательстве уставилась на него.

— Врата всё ещё закрыты, — сказала она. У неё перехватило горло, и она погладила Кэла по лицу. На её глазах выступили слёзы. — Мне жаль. Мне так жаль, Кэл. Я не могу отправить тебя домой. Я не могу. Возможно, я никогда не смогу вернуть тебя туда…

— Нет, — он покачал головой, крепче сжимая её руку. — Нет. Не в то место. Не туда, где я родился. Здесь. Этот мир. Твой дом. Наш дом. Я хочу отправиться туда.

Глядя на него сверху вниз, она изо всех сил старалась разглядеть его своими затуманенными глазами.

Постепенно его слова дошли до неё.

Постепенно она поняла, что он правда имел это в виду.

Она вытерла лицо, улыбаясь ему.

— Да, — сказала ему Алексис. — Да, любовь моя. Мы можем отправиться домой.

На самом деле, тут нечего было добавить.

Продолжение следует…

1В оригинале игра на созвучии — I got Banged in Bangkok.

Content

Андрижески Дж. С. Темные Боги