Алексей Широков, Александр Шапочкин

Финал

© Алексей Широков, 2023

© Александр Шапочкин, 2023

© ООО «Издательство АСТ», 2023

Глава 1

На удивление, самым сложным в том, чтобы притвориться одним из клонов, было стоять на месте и ничего не делать без команды. Выполнить приказ уже было проще, все-таки лысые не являлись роботами, так что некоторые задержки и отклонения в движениях у них имелись, а вот замереть навытяжку в течение долгого периода было уже не так просто. Особенно учитывая, что мне пришлось перекрыть все чакры, чтобы не палиться.

По выходе из портала нас загнали в громадный ангар, заставив сдать оружие. Судя по всему, мы были на какой-то военной базе, потому что кругом шныряли люди в форме Англии. В целом сомнений не оставалось, лысые клоны – это проект бриттов, использующих их для тайных операций. И, по идее, я мог сейчас уничтожить всю базу, но был нюанс. Даже несколько. С одной стороны, это повлекло бы начало новой Магической войны, и мы бы выступили в ней агрессором. На общественное мнение мне было плевать, но как дважды герцог и глава рода я понимал, насколько важно соблюдать правила. Разнеси я здесь все, даже Максимилиан будет вынужден высказать порицание и демонстративно остаться в стороне во время начавшегося конфликта. Как и многие другие, в иных обстоятельствах вставшие бы на нашу сторону.

Но самое главное, что уничтожение одной базы не принесет особого толка. Да, я убью какое-то количество солдат, уничтожу инфраструктуру, но на этом всё. Стирать с лица земли весь остров я все равно не буду. Ибо это уже геноцид, а я, как бы ни был зол, все-таки еще не дошел до такого состояния, чтобы убивать невинных людей. Так что если и бить, то по тем, кто принимал решение использовать клонов, планировал операции и прочее. А они явно находятся не здесь. Так что пока лучшим решением было не лезть на рожон, а понаблюдать. Что я и делал, стоя среди одинаковых дуболомов и делая вид, что я один из них.

Вокруг суетились солдаты, что-то кричали сержанты, и вообще, с виду больше всего это напоминало не военную базу, а пожар в борделе. На самом деле обычно крупные операции так и выглядят, особенно если в них участвует много молодых солдат. Либо когда операция проводилась в большой спешке, и никто не понимает, что им сейчас нужно делать. И, судя по всему, здесь был второй вариант, щедро разбавленный первым. Мне даже стало интересно, как они вообще умудрились провернуть захват и при этом не поубивать друг друга. Но поинтересоваться я не успел, потому что на сцене появился новый персонаж.

Когда суматошно бегающие солдаты вдруг начали вставать по стойке смирно и отдавать честь, я сразу догадался, что появился кто-то из начальства. И действительно, через несколько секунд в ангаре, где мы находились, появился генерал в окружении свиты. Он бодро промаршировал внутрь, огляделся и, увидев строй клонов, поморщился.

– Смит! Доктора Паркера нашли?! – казалось, говорить нормально генерал не умеет, поэтому всегда орет. – Эвакуация уже завершена! Где доклад о потерях?!

– Сэр, никак нет, сэр! – вытянулся в струну один из сержантов. – Так точно, сэр!

– Ты, сукин сын, надо мной издеваешься?! – побагровел генерал. – Что за бред ты несешь?!

– Сэр, докладываю! – ничуть не смутился сержант. – Доктора Паркера обнаружить не удалось. Начавшаяся операция русских не позволила продолжить поиски. Эвакуация завершена! Потери уточняются!

– Какого черта он вообще туда полез?! – генерал буквально побагровел от злости. – Кто пустил его в портал?!

– Сэр, – осторожно отозвался один из сопровождающих офицеров. – У доктора Паркера было двое сопровождающих из высших вампиров, здание было обработано негатором, и аналитики МИ-6 посчитали…

– А, ну понятно, – зло рассмеялся генерал. – МИ-6. Я мог бы сразу догадаться, что так обосраться могла только разведка. А виноватыми, как всегда, сделают нас!!! Точнее, меня, потому что это моя база!!! Так какого дьявола тут распоряжается МИ-6, я вас спрашиваю?!! Документы всех офицеров, кто пропустил доктора, мне на стол!!! Немедленно! Распоясались, думаете, я на вас управу не найду?!! А эти дуболомы какого демона тут еще стоят?!

Последнее предназначалось группе клонов, в которой находился и я, и от повышенного внимания стольких лиц я почувствовал себя очень неуютно. Не хотелось бы спалиться в последний, можно сказать, момент. Но разглядывать генерал нас не стал. К счастью для него и остальных, потому что я уже был морально готов разнести здесь все к едреной матери. В крайнем случае одного доктора хватило бы, а взять себя я бы не позволил. Пусть доказывают потом, что это именно герцог Ефимов уничтожил их базу, а не оно само, например, взорвалось. Или схлопнулось. Но пронесло.

– Убрать! – генералу меньше всего хотелось возиться с тупыми болванчиками. – Где техники, мать их так?!

– Но, сэр, процедура инфильтрации… – заикнулся было кто-то из свиты, но был нещадно обруган генералом.

– Ты издеваешься?! – генерал снова налился дурной кровью. – Какая инфильтрация для дебилов?!! Это клоны, мать их к демонам!!! Тупые болваны!!! Ты думаешь, что они что?!! Притащили контрабанду?!! Или, может быть, шпион переоделся одним из них и сейчас стоит в строю?!! Так давай покажи мне его!!! Или заткнись!!!

– Сэр, виноват, сэр!!! – вытянулся во фрунт офицер, который понимал, что его карьера полностью зависит от прихотей генерала. – Сержант! Техников сюда!!!

– Меня окружают одни идиоты, – вздохнул генерал и направился к выходу. – Сержант Мэйсон, отчет о потерях должен быть у меня на столе через десять минут! Всем всё понятно?!

– Сэр, так точно, сэр!!! – Воздух задрожал от дружного вопля, но стоило двери за генералом захлопнуться, как все расслабились.

– Чего встали, дети медузы?! – но сержанты были начеку. – Работать! Где эти гребаные техники, почему они еще не работают?!

– Вы же сами нас не пустили! – в ангар вошли двое, одетые в белые комбинезоны, но не биологической защиты, как можно было подумать, а скорее такие, что используют на мясокомбинатах. – Мы еще полчаса назад были готовы забрать мясо, но вы же придумали какую-то инфильтрацию. Будто эти дебилы могут предать.

– Джонсон, закрой свою вонючую пасть, – один из сержантов, видимо, старший над остальными, вызверился на техника. – Думаешь, если я выслушиваю от генерала, буду терпеть это от тебя?! Ты здесь кто?! Наемный рабочий! Вот и выполняй свою работу! Или мигом окажешься на улице!

– Ладно, ладно, чего сразу орать, – техник мигом пошел на попятную и, достав свисток, дунул в него. – Давай, мясо, за мной шагом марш!

Свиста я не услышал, лишь на самом краю восприятия раздался какой-то писк. Судя по всему, это был инфразвуковой свисток для собак. С клонами обращались как с животными, но, с другой стороны, они не были людьми, хоть и очень на них похожи. Куклы, биологические роботы, кто угодно, но не люди. И хоть я поддерживал запрет на клонирование, введенный Консорциумом наций и основными конфессиями, все же за судьбу лысых дуболомов не переживал. А вот что меня ведут вместе с ними куда-то, уже напрягало. Но не сильно. Я стопроцентно верил в возможность когда угодно вырваться отсюда силой. Но хотелось бы все-таки этого избежать.

– Давайте бодрее, мясо! – Джонсон, видимо, любил покуражиться над беззащитными клонами и щедро раздавал им пинки, заставив порадоваться, что я иду в середине колонны, иначе бы не выдержал. – Активнее шагаем! Быстрее, кретины, или не хотите на бойню? Так вы же бараны и ни хрена не понимаете!

При слове «бойня» я напрягся. Не испугался, еще чего не хватало, но палиться так по-глупому не хотелось. Нужно было искать выход, и я давно уже присматривался к белому костюму техника Джонсона. Он мне сразу понравился, костюм, а не техник, тем, что в нем было скрыто даже лицо. Получалось эдакое безликое существо, чей пол можно было определить только по бейджику. Правда, при отсутствии костюма было бы то же самое, потому что первичные и вторичные половые признаки у англичан сейчас не являлись основанием для того, чтобы назвать человека мужчиной или женщиной.

Не двести сорок семь гендеров, как в Либерократии, конечно, но больше тридцати у бриттов было точно. Нина как-то пыталась заставить меня их выучить, чтобы знать, к кому как обращаться, мол, иначе может быть международный скандал, но я тогда заявил, что кому не нравится, могут сидеть в своем Авалоне и там заниматься любыми извращениями. А у нас в России есть два пола: мужской и женский. Остальное от лукавого.

Но проблемы гендерных тараканов в головах иностранцев волновали меня сейчас в последнюю очередь. Пусть делают что хотят. Я же искал возможность поменяться местами с Джонсоном, а лучше с кем другим, потому что техник, ведущий строй клонов, был низеньким и довольно пузатым, то бишь, чтобы влезть в его костюм, мне надо будет очень постараться. Да и спалиться проще простого. Но за неимением лучшего, придется брать и его. Как говорится, при отсутствии горничной имеют дворника.

Я мысленно дал себе пощечину, ибо чувствовал, как меня все больше заносит. Это от адреналина. Вот вроде бы я и в других мирах побывал, и с богами сражался, а все равно потряхивает. Не от страха, а от предвкушения новых приключений. Как бы так адреналиновым наркоманом не стать. Хотя уверен, даже прыжок с парашютом не проймет меня так, как реальная угроза жизни. Ведь, как бы я ни храбрился, против нескольких Аватар вряд ли выстою. Тем более на вражеской территории. Максимум унесу их вместе с собой, впрочем, вместе со всей Англией. Или Авалоном, их сейчас хрен поймешь, кто есть кто.

– Стой! – инфразвуковой свисток вновь резанул по ушам. – Ну что, мясо? Начнем вас разделывать? Раздевайся!

Я, как и все, начал медленно разоблачаться, заодно оглядывая помещение, где мы оказались. Больше всего это походило на разделочный цех. Кругом кафель, шланги с водой, уклон, чтобы та стекала, и несколько сливных отверстий. Но самым жутким предметом здесь являлся пневматический забойщик. Устройство простое и надежное, как лом. Баллон, наполненный сжатым воздухом, к которому подсоединен шланг и забойный пистолет. Стоит нажать на рычаг, и из того вылетит двадцатисантиметровый стальной штырь, с легкостью пробивающий кости черепа даже громадных быков. Что уж говорить о человеке. Я, правда, никак не мог понять, для чего все это нужно, но стоило Джонсону начать работать, как все встало на свои места.

– Итак, – техник провел сканером по груди первого клона. – Номер 154228/2049. Два года в эксплуатации. Признаки деградации тканей – чек, заторможенная реакция – чек, некроз… некроза нет. Да и плевать. В списание. Где там мой списатор? Что, мясо, страшно? Знаю, что нет, вы же тупые. Мясо, оно и есть мясо. Только до этого ты ходил, а сейчас р-р-аз! И лежишь!

Штырь пробил череп клона, и тот рухнул, где стоял, прямо на кучу своей одежды. Подергался несколько секунд и затих. Я даже не дрогнул от этой картины. Ну да, клоны не люди. Они быстро растут, но столь же быстро деградируют. И хозяева пускают их в расход. Тела наверняка пойдут в биореактор, на создание бульона для следующих клонов. Получается эдакое безотходное производство.

Но именно действия техника навели меня на мысль. Я придумал, как нам с ним поменяться местами. Атаковать в лоб было просто, если бы не камеры, висящие под потолком. В комнате просто не было слепых зон, каждая дублировалась дважды. Но имелась подсобка, из которой Джонсон достал запасной баллон со сжатым воздухом. Идеальное место для моего плана. Так что я просто взял и пошел туда, подражая марширующим движениям лысых бугаев и расталкивая их с дороги.

– Куда?! – сказать, что техник опешил, – это ничего не сказать, но быстро пришел в себя и принялся дуть в свисток. – Стоять!!! Да чтоб тебя черти сожрали!!! Опять мозги напрочь сгнили! А я говорил этому придурку Уэсли, что обслуживание надо делать не раз в полгода, а хотя бы каждый месяц. Стой, идиот! Куда ты ломишься?! Мне потом подсобку за тобой отмывать!

Судя по тому, что Джонсон тащил с собой забойный пистолет, церемониться с поехавшим клоном он не собирался. Да и разглядеть меня толком не успел, иначе заметил бы, что я меньше и более стройный. Я же, промаршировав в подсобку, одним движением схватил бутылку моющего средства и брызнул в объектив камеры. Да, здесь она тоже была, пусть это звучало как паранойя. Однако мы находились на военной базе, сломать даже одну камеру, несомненно, означало вызвать подозрение, а вот залить!.. Ну кто пойдет разбираться, чего там в подсобке происходит. Что там может быть интересного? Вот и техник думал так же, когда ворвался сюда.

– Тупой ублюдок, с гнилыми мозгами! – Джонсон был в ярости и пинком распахнул дверь. – А ну тащи сюда свою зад…

– Добрый вечер, – я первым делом перехватил руку с забойным пистолетом, рывком втягивая техника в подсобку. – И прощай.

Даже с заблокированными чакрами обычный человек был мне не противник. Пусть даже техник чем-то занимался и взял ранг Корнета, все равно он не сумел ничего мне противопоставить, и всего с пары ударов отправился в страну вечной охоты. Или, скорее всего, в ад, потому что в рай такого урода уж точно не возьмут. Пусть клоны были бездушными куклами, но они на все сто процентов походили на людей, и вот так спокойно забивать их мог только человек со сдвинутой психикой. Не удивлюсь, если он в детстве сжигал кошек и вешал собак.

Но сейчас мне было плевать на его прошлое. Проблема была в том, что я недооценил разницу в размерах и сейчас пытался влезть в костюм. Но получалось не очень. Даже враскоряку я не мог натянуть его на себя, причем в животе комбинезон болтался, словно проткнутый воздушный шарик. Ладно, это полбеды, полость можно было набить тряпьем. Не женским бельем, как я сделал в торговом центре, хотя его тоже необходимо было спрятать, а так костюмов клонов здесь хватало. Главное, я настолько увлекся косплеем техника, что едва не попался.

– Джонсон, гребаный ты маньяк! – дверь в подсобку распахнулась. – Ты опять здесь дро… кххх.

Сложно говорить, когда тебя хватают за горло и прижимают к стене. Я не убил незваного гостя сразу только потому, что так проще сравнить наши габариты. С телом слишком неудобно возиться, как показала практика. А вот если поставить человека у стены, тогда сразу видно, подходит его одежда мне или нет, пусть даже он и пытался трепыхаться.

– Ты кто такой?! – новый техник поначалу силился вырваться, сопротивлялся, а потом взглянул мне в глаза и осел, словно из него выдернули все кости. Да уж, щадить бритта я не собирался, слишком много на них невинной крови. – Матка босия… Отче наш, ктори си на небесах, неч я твоя мено посватене, неч приде…

– Стоп! – я слегка приложил его об стену, заставляя заткнуться. – Ты что, серб, что ли?

– С-словенец, – от страха техник начал заикаться. – Родил сем се.

– По-английски говори, – я поморщился, – или по-русски, если умеешь.

– Руски?! – а вот теперь он словно расцвел, будто я не угрожал его убить, а наоборот, миллион рублей в подарок принес. – Я люблю русских! Мы из Югославии, дед бежал, когда Первая магическая началась, а потом так переживал, что сдуру рванул в Англию, а не в Союз. Всегда нам говорил, мол, не делайте, как я, если что, бегите к русским, они спасут. Я бы сам сбежал, но теперь с острова не выпускают. А работать где-то надо. Я колледж закончил, а на работу не берут. Только для англичан, будь они прокляты. Хочешь заработать – иди в разнорабочие. С дерьмом возиться. Сами-то бритты сюда не хотят, ну, кроме таких уродов, как Джонсон. Гребаный маньяк только и делал, что кукол забивал. А я так не могу, они же как дети. Глупые, наивные. У меня рука не поднимается.

– Ладно, заткнись, – я еще раз тряхнул техника, приводя в сознание. – Зовут-то тебя как?

– Юре Ковач, – казалось, тот уже меня совсем не боялся. – По преданию, предок нашего рода кузнецом был…

– Заткнись! – я слегка повысил голос. – Ты понимаешь, зачем я здесь? И что мне придется тебя убить?

– Почему? – в голосе Юре было столько удивления. – Я же могу помочь! Если ты хочешь тут все взорвать, я могу показать, где лучше всего заложить бомбу! Меня эти уроды уже давно достали. Я бы и сам их взорвал, но у меня бомбы нет. А ты где ее спрятал, а она большая? Если большая, то…

– Мне надо отсюда по-тихому свалить. – Я понял, что заткнуть этот фонтан красноречия будет весьма непросто, и сразу перешел к делу: – Снести здесь все я и без бомбы могу, я Аватар. Но мне, наоборот, надо уйти по-тихому, и чтобы никто не догадался, что я тут был.

– Аватар! – восторгу Ковача не было предела, и я тут же пожалел, что ему это сказал. – Так за чем дело стало?! Если надо по-тихому, сделаем по-тихому! Никто не знает эту базу лучше, чем Юре Ковач! И уж помочь русскому Аватару – это мой долг! Только это… не мог бы ты меня отпустить. А то висеть над полом не очень удобно.

Глава 2

– Ты абсолютно уверен, что это сработает? – Мы с Юре толкали телегу, полную трупов клонов. – Проверки не будет?

– Военную партию обязательно бы поштучно проверяли, – отмахнулся Ковач. – А гражданских кукол никто и смотреть не будет. По головам посчитают, и все. Вообще обязаны и их проверять, но уже года два, как всем плевать. Когда лейбористы продавили разрешение и началось массовое производство клонов, рабочих рук стало не хватать, ну и потихоньку все забили на финальную проверку. Как нам платят, так мы и работаем. А все потому, что бритты жадные уроды. Все до единого! Куска хлеба никто не подаст в трудное время!

– А на хрена нужно столько клонов? – Этот вопрос волновал меня с того момента, как я осознал масштабы производства лысых дуболомов на этой базе. – Ладно в Латинской Америке или там в Африке делают кукол для борделей и разных извращенцев, но у вас в основном мужики. Причем такие, что не у каждого на них встанет, хоть я в гомосятине и не специалист, конечно. Может, сейчас тренд на лысых качков.

– На них всегда тренд, – рассмеялся Юре. – Но у нас клонов делают не для половых утех. Хотя и для этого есть отдел, но там контроль выше, чем у военных. Заказы от лордов из парламента приходят, эксклюзивные, так что куклы должны быть послушные. Не дай бог удавят кого, потом такой скандал будет. И знаешь что, видел я как-то партию. Там половина похожа на малолетних детей. Даже младенцы есть. Понимаешь, чем эти твари занимаются? Только не говори, что, мол, у клонов нет души, значит, пускай, лишь бы людей не трогали.

– Не скажу, – я скрипнул зубами. – Такие пристрастия на ровном месте не появляются. И плевать, куклы там или нет. Я считаю, что любого, кто тронет ребенка, нужно как минимум кастрировать и изолировать от общества, а лучше сразу в расход. С особой жестокостью.

– Потому что мы православные, – вздохнул техник. – Но нас здесь не любят. Бритты даже придумали себе специальную веру, чтобы делать, что хотят. К тому же сейчас слухи ходят, что скоро, мол, Авалон возродит Британскую империю, над которой никогда не заходит солнце. Типа бритты первые на планете, и остальные нации должны им подчиняться. А кто не захочет, тех они уничтожат. Официально ничего такого не говорят, но новости из других стран подаются в стиле, вон поглядите, дикари. Ты думаешь, для чего им клоны? Да потому что сами британцы уже не хотят горбатиться! Им подавай должность менеджера как минимум.

– Ну не всем же, – я пожал плечами. – Городские-то понятно. Безусловный базовый доход и так позволяет прожить, пусть и не особо шикуя. Но провинциалы-то привыкли работать. Они-то куда делись?

– Из деревень молодежь идет в армию и во флот. Сейчас массово социальная реклама крутится, вступай, поддержи короля и все такое. – Ковач стал серьезным. – Я ж говорю, готовится что-то. И у нас запрос на военных клонов вырос за последние два года раза эдак в три. Но на войне куклы не потянут. Против Воинов низких рангов они еще как-то с огнестрелом справятся, но тот же Рыцарь или… как по-вашему… Ротмистр нашинкует их любое количество. Да и с магами тоже. Негатор очень неудобная штука, его хорошо применять неожиданно или в помещении, а в чистом поле, или если маг знает и настороже, так он раскатает противника раньше, чем тот успеет дымовуху зажечь.

– Но ведь есть клоны-маги, – удивился я, хоть сам встречался с ними всего один раз, что, собственно, и послужило началом всей моей эпопеи. – Причем, если так судить, по эффективности они не ниже Адептов будут. А третий ранг – это уже не шутки.

– Я тебя умоляю! – отмахнулся Ковач. – Мати босия, какие маги?! Штучные экземпляры, ценой как эсминец, со сроком службы в пару месяцев! Да их раскатает даже опытный Аколит! Уж поверь мне, я Оксфорд заканчивал, как раз по специальности биотехнологии! И как специалист говорю, что клоны – говно, не годящееся для большой войны. Их удел диверсии, но это максимум.

– Я заметил, – скривился я, припомнив все мои встречи с лысыми уродами. – А почему ты с дипломом Оксфорда простым техником работаешь?

– А кто меня выше поставит? – рассмеялся Юре. – Внук эмигранта, славянин, пусть даже получивший гражданство. Таким, как я, доверия нет. Дед мой и отец всю жизнь вкалывали на самых грязных работах. Они и учиться меня отправили, чтобы я их судьбу не повторил. Каждый пенни собирали. И чего? Мы здесь никому не нужны! Меня и техником-то взяли только потому, что сами бритты сюда идти не хотят. У нас вся бригада сплошь индусы, пакистанцы, из Африки пара человек, ну и с Балкан несколько. Один Джонсон из бриттов был, но он больной на голову. А так больше сюда никто не пошел.

– А из-за того, что Авалон закрыт для остальных, не стало эмигрантов, – сложил два и два я. – И парламент принимает закон об использовании клонов.

– Точно! – хлопнул в ладоши Ковач. – Только не парламент. Там больше для вида сидят. Король все решил. Мерлин, мать его шлюха. Лорды – это лишь его шавки. Как он скажет, так и будет. А ему нужны солдаты. Вот богом клянусь, не пройдет и пары лет, как Авалон начнет большую войну! Точнее, они сделают так, будто это другие начали, а сами они белые и пушистые. Джентльмены, мать их.

– А ты работаешь на бриттов, производя клонов, с помощью которых они это и устроят, – я усмехнулся. – Ночами хорошо спишь?

– Хреново! – Ковач от переизбытка эмоций чуть маску с очками не сорвал, но быстро очухался и, бросив взгляд на камеру, снова взялся за тележку. – Хреново я сплю! Но мне семью кормить. Дед старый уже, отец, мать, братья с сестрами. Они мелкие еще совсем. А нам, хоть мы и граждане, безусловный базовый доход не положен. Не той нации, видишь ли. Доктор Паркер, гребаный нацист, каждый раз как видит меня, начинает рассказывать, что славяне недолюди. Унтерменши, понимаешь!

– Насколько я знаю, безусловный базовый доход получают граждане минимум в четвертом поколении. – Я не повелся на истерику. – А ты, как я понимаю, максимум второе. Да и прекрасно понимал, для чего нужны клоны, которых ты делаешь. Так что не строй из себя святую невинность. Я тебя и так не трону, если поможешь. Сдашь – тогда да, умрешь первым. Это я тебе гарантирую. Как и то, что за помощь отплачу. Захочешь – помогу семье перебраться к нам. Есть возможности. Но агитацию прекращай. Да и то, что доктор Паркер националист и шовинист, я и без тебя знаю, встречался с ним. Больше он здесь не появится.

– Ну и слава богу, – нервно дернулся Юре, явно не понимающий, как себя со мной вести. – Так я это… Я ничего. У меня семья.

– Это понятно, – я хлопнул техника по плечу. – Каждый зарабатывает как может. Я это понимаю и зла не держу за то, что врагу помогаешь. Бывало, и наши это делали. И пленные, и не очень. Но мы, русские, отходчивые. Однако не пытайся казаться святее папы римского. Я этого не люблю. Тем более что с ним я знаком. Лично. Суровый дядька, надо сказать. Наш патриарх как-то попроще будет, хотя тоже та еще сволочь.

– Х-хорошо, – немного зашуганно кивнул Ковач, не понимая, как ему дальше со мной общаться.

– И расслабься, – я незаметно для остальных ткнул его в бок. – Ты начальник, я стажер. Делаю, что скажешь. Не пались. Сам себе хуже сделаешь. Думаешь, бритты тебя по головке погладят за то, что сразу меня не сдал?

– Да знаю я, – пришел в себя Юре. – Пошли они в задницу. Давай за мной!

Следующие несколько часов я везде хвостом ходил за Ковачем, изучая специфику производства клонов. Не то чтобы меня это интересовало, но любые знания лишними не будут. Пусть я даже был уверен, что император, да и канцлер, никогда в жизни не пойдут на разрешение клонирования и использования кукол на производстве. И дело даже не в этической стороне вопроса. Просто это путь в никуда. Безусловный базовый доход, клоны или роботы, выполняющие грязную работу. А людям-то чем заниматься?

Можно мечтать, что, избавившись от необходимости бороться за кусок хлеба насущного, человечество тут же начет стремиться к самосовершенствованию. Развиваться. Ходить в театры, учить языки, читать книги, повышать уровень личного образования в конце концов. Но, немного зная людей, уверен, что они, наоборот, будут целыми днями бухать, драться и всячески разлагаться морально. Не все. Найдется процентов пять, ну, семь от силы, что возьмут себя в руки. Но основная масса так и скатится в бездну без должного контроля и необходимости прилагать усилия.

Я понимал, зачем это бриттам. Мерлин таким образом просто освобождал огромные человеческие ресурсы, годные к призыву на службу. Плюс обкатывал возможность замены максимального количества людей на производстве клонами. Даже если это будет только сфера сельского хозяйства, все равно сложно переоценить пользу. Но… только в военное время. А значит, мой новый говорливый приятель был прав. Авалон готовится к войне. И делает это довольно давно. Правда, на что именно они рассчитывают, я пока не представлял. Но у меня будет время это выяснить, тем более именно за этим я сюда и явился.

Пару раз мы едва не спалились, но длинный язык Юре вытащил нас из, казалось бы, совсем безнадежных ситуаций. Меня он представлял как стажера то из одного отдела, то из другого, в зависимости от ситуации, и ни разу не ошибся, кому что говорил. Я бы так не смог, да мне никогда и не нужно было столько врать. Но в целом словен мне понравился. Такого хорошо держать как пресс-атташе. Может наплести гору кружев и не сказать толком вообще ничего. И для себя я решил, что, когда закончу здесь, дам ему шанс. Если захочет, конечно. Но это после. Пока же я наблюдал и делал выводы, заодно прикидывая дальнейшие шаги.

– Ну вот, – Ковач кивнул на дверь. – Как я и говорил. Свежая партия кукол, готовая к отправке в графство Бакингемшир. Оттуда до Лондона рукой подать, километров сто, не больше. Добираться стоит…

– Через Лутон, – усмехнулся я. – Ты мне уже все уши им прожужжал. Там живет твоя родня. Дядя с семьей. Ферндейл роуд пятьдесят четыре. Он поможет достать документы и машину. Я даже не буду спрашивать где.

– Мы, эмигранты, должны помогать друг другу, чтобы выжить, – криво улыбнулся Юре. – Но да, лучше не интересоваться. Зачем хороших людей зря тревожить.

– Действительно, – хмыкнул я, прекрасно понимая, что эти хорошие люди со стопроцентной вероятностью работают на мафию. – Хорошо, адрес я запомнил. Как мы все это провернем? В партии же определенное количество клонов.

– Гляди, сейчас вон в той подсобке ты переодеваешься в робу и ждешь, – ткнул пальцем в дверь Ковач. – Через двадцать минут начнется погрузка. Это минут тридцать, максимум час. Я устрою небольшой шухер, и, когда проверяющий отвлечется, заменим тебя на одного из клонов. А дальше, как обговаривали.

– Хорошо, – угрожать и пугать словена я не стал, ибо если поверил, что я Аватар, он и так знает, что ему не жить, пойди что не так, ну а если нет, то это бесполезно. – И, Юре. Спасибо. За всё. Не буду бросать слова на ветер, но, если выберусь из этой передряги, я тебе отплачу.

– Забудь, – неожиданно Ковач отмахнулся. – Я делаю это для себя. Ты был прав, работать на врага, но при этом говорить, что его ненавидишь, – это лицемерие. Я сам пришел на эту должность, никто меня не принуждал. Так, может, получится искупить хоть часть грехов.

– У каждого своя судьба. Кто-то может бороться, кто-то нет. – Я пожал плечами. – В другое время я бы не стал тебя просить рисковать, но сейчас, похоже, выхода нет. Судя по всему, назревает большая война. У бриттов появились новые союзники – вампиры. Да, знаю, что звучит это бредово, но поверь, последние несколько месяцев я только и делал, что с ними воевал. Будь осторожен, эти твари сильные менталисты и способны читать чужие мысли. Постарайся избегать контакта с ними и спрячь семью в безопасном месте. Если все настолько плохо, есть возможность, что я попытаюсь решить проблему одним махом, просто уничтожив Лондон и окрестности. Сил у меня хватит, уж поверь. Так что предупреди своих, но постарайтесь не поднимать панику, действуйте тихо. И храни тебя Господь.

– Я… – подвсхлипнул Юре. – Я… спасибо! Я…

– Соберись! – я хлопнул его по плечу. – Не надо слов. Главное дело.

– Конечно! – техник взял себя в руки. – Я все сделаю в лучшем виде! Обещаю! Просто подожди меня!

Парень убежал, а я остался в подсобке, с напряжением ожидая развития событий. Роба, предназначенная для клонов, оказалась из грубой мешковины, жесткая и колючая настолько, что носить ее было практически невозможно. Для обычного человека, понятное дело, меня-то она особо не напрягала. В этом мы с лысыми оказались похожи, разве что причины у нас были совершенно разные. Те просто были тупыми и не обращали внимания ни на что, кроме поставленной задачи. А я, как колдун, был физически крепче простых людей даже с полностью закрытыми чакрами. Вот что значит универсальность.

Опасался ли я, что Юре меня выдаст? В какой-то мере да. Я не демонстрировал ему свои способности, чтобы не спалиться перед окружающими, так что не знал, поверил ли он, что я Аватар в частности и маг вообще, но от тела того же Джонсона он помог мне избавиться без каких-либо разговоров. А также достал защитный костюм в размер, маску, очки и даже чужой бейджик, который заодно служил и пропуском. Да, возможно, это были личные счеты, как я правильно понял, забойщик оказался тем еще маньячиной, извращенцем и националистом. Но даже так у Ковача была масса возможностей сдать меня, однако он этого не сделал. И не сбежал, что было бы вполне логично.

Вот и сейчас прошло около получаса, как в дверь постучались, а затем в подсобку заскочил возбужденный Ковач. Видя, что я уже переоделся и даже напялил свою маскировку на голову, он одобрительно кивнул и тут же махнул рукой, мол, пошли. Я послушно шагнул вперед, внутренне напрягшись, готовый к любым поворотам событий. Ведь если меня будут брать, то именно сейчас самый подходящий момент. Но нет, мы спокойно прошли через цех мимо громадных ванн, где дозревали очередные заготовки клонов, и оказались на погрузочной зоне. Именно отсюда готовые партии развозили по местам назначения, на что намекала фура с открытыми бортами, готовая к погрузке.

– Юре, где ты ходишь?! – подлетела к нам здоровенная толстозадая женщина, впрочем, остальные подробности были скрыты рабочей одеждой. – Погрузка уже заканчивается! Привел?! Да ты мой сладкий! Давай его сюда! Как старый Нильсон согласился?!

– Ты же знаешь, Бетти, у меня везде связи, – Ковач гордо подбоченился. – Вот бросила бы своего старика и пошла за меня, я бы тебя тоже на место получше пристроил!

– Да иди ты! – рассмеялась толстуха, не забывшая, впрочем, засунуть меня в одну из шеренг клонов. – Ты только обещаешь! Я же тебя затрахаю до смерти!

– Юре Ковач трудностей не боится! – техник гордо выпятил хилую грудь. – Пусть я умру, но сделаю это, как мужчина, на красивой женщине! Так что, Бетти, после смены поехали, выпьем по кружечке.

– Иди в задницу, Ковач, – Бетти рассмеялась и стеганула его какой-то тряпкой. – Я честная католичка и мужу не изменяю. Да и, если бы собралась, выбрала бы парочку тех здоровяков, что мы для военных делаем. И вот их точно затрахала бы насмерть.

– А чего не из сектора «Эй»? – удивился Юре. – Там же мальчиков делают для богатеньких дам.

– Вот именно эти смазливые хлюпики только и годятся, чтобы своей маленькой пипиркой тыкать в высокородных леди, худых как щепка и таких же противных. – Женщина презрительно отмахнулась. – А здесь, – она хлопнула себя по бедру, – почти триста фунтов, полных страсти! Куда им до меня. Так, всё, вали давай! А то из-за тебя вся работа встала. Йосиф, загоняй кукол в фуру! Давай, давай, не то выбьемся из графика, и прощай, премия!

Раздались свистки, и клоны по одному принялись скрываться во чреве машины. Я тоже, когда до меня дошла очередь, послушно прошел внутрь, подражая их движениям, благо качество этих кукол было невысоким, и они то и дело дергались и тряслись. Работать им предстояло на полях какого-то агрохолдинга, принадлежащего то ли лорду, то ли герцогу, меня это мало интересовало. К тому же я точно знал, что до места назначения они не доедут. Массовый побег клонов, что может быть лучше для прикрытия. Я улыбнулся и сжал покрепче инфразвуковой свисток.

Глава 3

– Ты так и не объяснил, что мы делаем в Африке, – обычно флегматичный и хладнокровный Петр казался раздраженным. – Мы нашли Варлока во Франции. Зачем ты поволок нас сюда?

– Поправка, – поднял палец лысый Воевода. – Мы не нашли Варлока во Франции. Ты почуял его местоположение где-то за Ла-Маншем. Так?

– Это мелочи, – отмахнулся шаман.

– Нет, и я тебе уже десять раз объяснял, – тяжело вздохнул Фридрих. – Граница Авалона закрыта. Если Кузьма там, а он там, если верить твоим духам, то просто так взять и приплыть туда мы не можем. Кораблям, заходящим в порты Британии, запрещено отпускать команду на берег, за этим строго следят. Границы охраняются от проникновения с помощью самых современных маджи-систем и боевых кораблей. Возможно, мы смогли бы прорваться, но это вызвало бы огромный международный скандал, а то и начало новой магической войны. Когда два одаренных нашего уровня вламываются на территорию чужой страны, это любыми сообществами трактуется однозначно как нападение.

– И поэтому ты приволок нас в Африку, – резюмировал Ярве, показывая, что логика этого поступка ему до сих пор не понятна.

– Не просто в Африку, а в ЮАР, – поправил его Гогенцоллерн. – Потому что у этой страны самые плотные отношения с англичанами, а главное, с ирландцами. Те еще с позапрошлого века здесь проповедовали, а потом здесь начало действовать ирландское правительственное агентство. Правда, после того как Британия объявила себя Авалоном и, по сути, аннексировала Ирландию, оно закрылось, но это только официально. На деле же отношения углубились и расширились. До такой степени, что здесь даже существуют базы подготовки боевиков ИРА. И лучшего места, чтобы проникнуть на Авалон, просто не существует.

– И ты знаешь, как это сделать? – вопросительно посмотрел на спутника Петр, погладив по голове Хилуку, с удивлением озиравшуюся по сторонам. – Успокойся. Это не эльфы, а люди… наверное. Называются негры.

– Какой грех совершили их боги, что кожа так почернела? – эльфийка с недоумением и испугом разглядывал толпы людей в порту. – Даже Селаим не так провинилась. Зачем мы приехали в это проклятое место?

– Расслабься, – шаман не хотел возиться еще и с рабыней. – Никто их не проклинал. Просто одна из рас Земли имеет такие особенности. Так что успокойся и не отвлекай меня.

– Да, хозяин, – девушка послушно опустила голову и замолчала.

– М-да, – вздохнул Фридрих, глядя на эту картину. – Ладно, пошли дальше. Нам еще транспорт искать, чтобы добраться до города Храфф-Рейнт. А это двести километров отсюда. Не особо далеко, но состояние общественного транспорта здесь оставляет желать лучшего. Так что, думаю, стоит найти машину.

– Ближе никого не нашлось? – Ярве раздражала жара, он не привык к таким температурам, но больше всего его бесило ощущение, будто он вернулся обратно в Эллуриан. – Чего это твои ирландцы так далеко забрались?

– Они не мои, – немец сдержал раздражение. – Ближе, может, и есть кто-то, но у меня контакты только в Храфф-Рейнте. И то эти данные я получил от разведки, и они не ручались за их стопроцентную достоверность. Возможно, придется задействовать агентуру Земель германской нации, благо разрешение госпожа канцлер уже дала.

– Как скажешь, – даже по невыразительному лицу шамана было видно, что он не в восторге от задержки, но не видит другого выхода. – Тогда надо купить машину. У меня есть деньги.

– Вот в чем мы не ограничены, так это в финансах. Ее светлость Гермиона дала мне доступ к личному счету, плюс особый фонд от Леонида Матвеича. В сумме денег хватит, чтобы половину ЮАР выкупить. Так что, если вопрос можно решить звонкой монетой, это уже совсем не проблема, – отмахнулся Фридрих. – И я думал не о машине, а взять напрокат легкомоторный самолет. Лицензия пилота у меня есть. Так будет быстрее.

– Это… хорошо, – услышанное впечатлило даже Петра, обычно равнодушного к материальной стороне жизни, но он быстро взял себя в руки. – Надо двигаться. Дэн в плену уже слишком долго.

– Да, да, вытащим твоего хакера, – кивнул Воевода. – По сторонам смотрите и за вещами. Порт Элизабет – это крупнейший перевалочный пункт в стране, но из-за этого тут масса всякого отребья. А местная полиция не самая трудолюбивая в мире, мягко говоря. Скорее наоборот. Обобрать туриста, особенно белого, для них любимое дело. Вон, глядите, кого-то взяли в оборот.

Действительно, у стены одного из зданий несколько полицейских грубо обыскивали пару европейцев. Те что-то пытались говорить, требовали объяснить им, что происходит, но слуг закона это не смущало. А между собой они общались на каком-то диком диалекте, с которым не справлялся даже маджилингвист. Белых поставили к стенке и под дулами автоматов теперь потрошили чемоданы. Из того, что можно было понять, вроде как искали наркотики, но всем было ясно, что пожилая европейская пара меньше всего походила на драгдилеров. Впрочем, полицейских это не смущало. Зато внимание к происходящему Петра с Фридрихом заметил их командир – высокий, сильный с виду и абсолютно черный негр со знаками различия лейтенанта и в темных очках, видимо, символизирующих его власть.

Он что-то гаркнул своим и вместе с двумя бойцами направился к ребятам, очень удивившимся этому. Правда, кроме некоторого интереса, других чувств ни шаман, ни Воевода не испытывали. Эльфийка тоже глядела на приближающихся полицейских с интересом естествоиспытателя. Дай ей волю, она бы даже провела пару опытов, чтобы убедиться, действительно ли эти люди черные сами по себе, или все-таки это воля их богов. Конечно, вряд ли бы полицейские их пережили, но темных это никогда не останавливало, а Хилука была истинной дочерью своего народа, и даже обработка Петра этого не изменила.

– Вы… оскорбить… полиция… – маджилингвист на груди Фридриха с трудом выцепил и перевел ключевые слов. – Штраф… двести тысяч долларов… расстрел.

– Это что, он пытается развести нас на бабки? – в голосе Ярве не было испуга, скорее заинтересованность, потому что он впервые в жизни попал в такую ситуацию. – Серьезно?

– Хозяин, зачем ему столько старых женщин? – эльфийка с подозрением покосилась на лейтенанта и спряталась за спиной шамана. – Это точно проклятие богов, хозяин. И очень жуткое. Надо уходить отсюда немедленно!

– Бганга мхата ртани!!! – прорычал побелевший от ярости полицейский, видя, что его не просто игнорируют, а еще смотрят, словно паршивая собака, и стараются держаться подальше. Подчиненные дружно передернули затворы, готовые открыть огонь в любую секунду. Петр с Фридрихом переглянулись.

В целом разобраться с ситуацией любой из них мог за пару секунд, и никакое огнестрельное оружие полицейским бы не помогло. Особенно автоматы начала века, чищенные в последний раз примерно тогда же. Но это означало проблемы с властями, и не то чтобы парни этого боялись, но и лишнее внимание было им ни к чему. Особенно учитывая, что традиционно ЮАР относилась к зоне влияния Великобритании, или, как она сейчас называлась, Авалону. Учитывая, что товарищи собрались устроить туда тайный рейд, это еще больше говорило в пользу мирного решения дела.

– Воу, воу, воу, погодите, – Фридрих мгновенно просчитал ситуацию и шагнул вперед, поднимая руки, а заодно и переходя на немецкий. – Мы никого не хотели оскорбить, а тем более доблестных полицейских. Наоборот, хотели сказать спасибо, что вы доблестно выполняете свой долг по защите мирных граждан от преступных элементов. Возможно, мы допустили какую-то ошибку, потому что только что сошли с корабля и плохо знаем местные обычаи. Просим нас простить за это и готовы выплатить штраф. Но двести тысяч долларов – это слишком много. У нас нет таких денег. Как насчет ста долларов? Каждому из доблестных бойцов конечно же.

В ответ лейтенант, явно понявший, что ему говорят, разразился длинной речью, срываясь на крик и брызгая слюной. В процессе солдаты несколько раз вскидывали оружие, но стрелять не спешили. Петр уже после первого предложения перестал обращать внимание и на полицейских, и на обрывки фраз, долетающие из маджилингвиста, и принялся осматривать порт. А вот Фридриху пришлось внимать с умным видом, хотя он сразу понял, что вся эта экспрессия сводилась к одному – лейтенант начал торговаться. И действительно, высказав все, что он думает о наглых белых и китайцах, расхищающих богатство его родины, тот назвал цену в сто тысяч долларов.

В принципе, дальнейшее уже было понятно всем сторонам. Даже бойцы, выглядевшие так, будто недавно вышли из джунглей, заскучали и уже не махали автоматами. Немец и полицейский по очереди приводили разные аргументы, давили на жалость, проклинали собеседника, но двигались к точке, которая устроит обе стороны. Этому не мешал даже языковой барьер, тем более что в какой-то момент лейтенант перешел на африкаанс. Собственно, это и был план Фридриха, ибо немецкий и африкаанс пусть и отличались, но понять друг друга можно было даже без переводчика, ведь последний происходил от голландского, ближайшего родственника немецкого. А когда ты с кем-то говоришь на одном языке, уже не воспринимаешь его как чужака.

– Я договорился, – толкнул Петра в плечо Фридрих, видя, что тот уже совсем забил на происходящее и о чем-то беседует с Хилукой. – Пять тысяч, и лейтенант поможет нам с самолетом. У него родственник на аэродроме находится. Но ему надо будет заплатить отдельно.

– Сам же сказал, деньги не проблема, – Ярве не интересовали подробности, он хотел действовать. – Скинь ему уже перевод, и полетели.

– Эмм… есть проблема, – замялся немец. – Здесь как бы не в ходу онлайн-платежи. Только наличка. А у меня с собой нет такой суммы. Честно говоря, я этого не ожидал, а раньше здесь никогда не был.

– Значит, нам нужен банк, – разумно рассудил шаман. – А у полиции должна быть машина. Пусть подвезут нас туда, а затем на аэродром.

– Хорошая мысль, – загорелся Фридрих и через минуту обо всем договорился.

Ради такого заработка лейтенант был готов и таксистом поработать, так что всего через пару минут товарищи уже сидели в открытом внедорожнике, который, казалось, видел еще буров. Гогенцоллерн каждую секунду ждал, что тот вот-вот развалится, так он скрипел и трясся, но, на удивление, этого не случилось. Петр перенес поездку с привычной невозмутимостью, и только Хилука тряслась как лист, вцепившись в руку хозяина. У нее этот железный зверь, противно воняющий и воющий так, будто вот-вот сдохнет, вызывал безотчетный ужас. Возможно, потому что она не чувствовала в нем жизни. А дома, на Эллурии, даже корабли эльфов и летающие лодки наднебесников имели душу.

Центральный банк Порт-Элизабет не впечатлял. Как и сам город. Нет, колониальная архитектура выглядела неплохо, но создавалось полное впечатление, что время тут замерло еще в конце девятнадцатого века. Низкие дома, не выше трех-четырех этажей, ратуша, словно с картинки учебника по истории, с башенкой и часами, и все такое. Правда, вдалеке виднелись и высокие здания, но, судя по всему, это были человейники жилых районов. С другой стороны, товарищам было плевать и на архитектуру, и на внешнюю пасторальность. Они уже успели рассмотреть порт и трущобы рядом с ним, забитые беднотой, которая, впрочем, не особо и рвалась работать.

Но заниматься социальным воспитанием Фридрих не рвался, как, впрочем, и Петр, которому все местные жители были до лампочки. И если после тесного общения с Денисом и остальной командой спасения Варлока шаман осознал ущербность своей прошлой националистической философии, то сейчас, глядя, как взрослые мужики просто валяются под солнцем, потягивая пиво, у него снова возникли сомнения насчет их принадлежности к роду человеческому. Ну не могли, по его мнению, люди только жрать, спать и спариваться. А ничем другим, судя по всему, они не занимались.

Впрочем, эти мысли Ярве выкинул из головы, как только машина остановилась возле банка. Отстраненным философским размышлениям Петр всегда предпочитал действие. А Фридрих, судя по всему, изначально не забивал себе голову глупостями. Так что парни весьма энергично ворвались в здание. А вот там начались проблемы. Привыкнув к комфорту и качеству обслуживания у себя на родине, юноши не ожидали, что здесь к ним будут относиться как к пустому месту.

Клеркам просто было неинтересно обслуживать двух весьма молодых с виду парней, к тому же одетых не в брендовые вещи, а в практичную и удобную одежду, но не бросающуюся в глаза высоким ценником. В таком виде Фридрих с Петром выглядели небогатыми студентами, приехавшими на каникулы, впрочем, формально они таковыми и являлись. Разве что здесь оказались проездом, и деньжата у них водились. Но клерки этого не знали и отдавали предпочтение другим клиентам, с которых можно поиметь чаевые.

– Простите, я могу видеть управляющего? – Фридрих, несмотря на глуповатый вид, был урожденным Гогенцоллерном и привык к соответствующему отношению, а когда его отфутболил третий по счету клерк, слегка вышел из себя, хотя пока еще без жертв и разрушений. – Позовите его немедленно.

Девочка на ресепшене тоже была невысокого мнения о парнях, но, наткнувшись на ледяной взгляд немца, почему-то испугалась так, что чуть не обмочила колени. И тут же схватилась за телефон. Ждать пришлось недолго. Уже через десять минут со второго этажа появился управляющий, но не один, а с толстым китайцем в дорогом костюме, который с презрением смотрел на окружающих, будто они были его личными слугами, а то и рабами. Было видно, что и он, и управляющий раздражены, видимо, звонок отвлек их от чего-то важного.

– Кто здесь хотел меня видеть?! – управляющий тоже не собирался сдерживаться. – Вы?! И что же такого случилось, что потребовалось отрывать меня от важных переговоров с господином Чжу?!

– Мы уже полчаса ждем, но ни один ваш клерк не хочет нас обслуживать, – Фридрих, несмотря на раздражение, старался быть вежливым, помня о том, что им не нужно лишнее внимание. – При этом половина из них заняты чем угодно, но не работой.

– А кто ты такой, чтобы тебя вообще пускали в мой банк? – от управляющего ощутимо пахнуло алкоголем, и стало ясно, какого плана переговоры они вели с китайцем. – Вон на улице банкомат. Иди и снимай там любую сумму! Почему ты отвлекаешь моих людей и мешаешь уважаемым клиентам? Видите, господин Чжу, с кем приходится работать. Эти нищие студенты едут в нашу страну без денег, а потом всеми силами пытаются нас ограбить.

– Я всего лишь хотел снять деньги со своего счета, – в голосе немца звякнул металл, но этого почти никто не услышал. – Если бы средств в банкомате было достаточно, я бы вас не беспокоил.

– Хочешь сказать, что у тебя столько денег, что банкомат не справляется? – вмешался в разговор китаец. – Кому ты лжешь, мальчик. Сразу видно, что ты бедняк, приехавший в эту прекрасную страну на то, что тебе дали родители. А здесь хочешь произвести впечатление на девушку. Признаю, она красавица. Я раньше таких не видел, хоть попробовал всяких. Но радуйся, у тебя сегодня удачный день! Я предлагаю тебе сто тысяч, но красавица пойдет со мной.

– Какое щедрое предложение, господин Чжу! – восхитился управляющий, тоже сальными глазами глядящий на Хилуку. – Соглашайся, мальчик! Ты уедешь отсюда богатым человеком. Или можешь отказаться. Тогда, возможно, не уедешь совсем. Джунгли – опасное место. Там водится много диких зверей.

– Ага, они как прыгнут, – усмехнулся Петр, до сих пор смотрящий на эту сцену со стороны. – А у меня не хотите спросить, с кем останется моя рабыня?

– Ты еще кто такой? – прищурил и без того узкие глаза китаец. – Монгол? Или этот… бурак.

– Бурят, – поправил его шаман, которого все это уже начало забавлять. – И нет, я не из этого народа. Мы, лыгъо равэтлъан, резали ваших предков еще до того, как русские пришли в Сибирь. А сейчас ты, толстомордый, смеешь мне угрожать?

– Что ты сказал?! – взвился китаец, выхватывая ПМК. – Да я тебя…

Что он хотел сделать, так и осталось загадкой, потому что реакция у Петра была намного выше, а еще ему не надо было искать нужную иконку, активировать плетения и наводиться на цель. Духи и так всегда были рядом, и стоило молодому шаману дать приказ, тут же набросились на противника, жутко завывая. Китаец дико заорал, побледнел и хлопнулся в обморок. Кинувшуюся к ним охрану обезвредил Фридрих, тут же включившийся в драку, раз она уже началась. А управляющего поймала Хилука, ловко сбив на пол и сейчас прижимая к его шее приличных размеров нож. В то, что она способна с легкостью отрезать ему голову, не сомневались ни Петр с Воеводой, ни сам управляющий, если судить по луже, натекшей под ним. Испуганный лейтенант, побоявшийся вмешаться, потому что в негласной табели о рангах работники банка котировались куда выше него, забился под стойку ресепшена, вместе с девушкой, и выходить в ближайшие пару часов не собирался.

– Ну вот, а ведь хотели все сделать тихо, – Фридрих тяжело вздохнул и, ухватив дородного управляющего за воротник, с легкостью одной рукой поднял на уровень своих глаз. – Итак, уважаемый, а теперь мы можем снять свои деньги? Пока господин Чжу отдыхает от трудных переговоров. Или оставить вас этой милой леди? Только учтите, она весьма страстная натура, настолько, что далеко не все выживают после общения с ней.

– М-мы все сделаем!!! – управляющий тут же ухватился за дарованную возможность. – Как мы можем отказать любимым клиентам.

– Вот давно бы так, – Воевода отпустил мужчину, и тот шлепнулся обратно в лужу собственной мочи. – Сдается мне, эта поездка будет весьма веселой. А ведь это только начало.

Глава 4

Кузов, набитый клонами, напоминал мне бочку сельди. Не самая приятная ассоциация, учитывая, что я являлся одной из рыбин. Но, на удивление, кроме морального, больше никакого дискомфорта я не испытывал. Тупые болванчики не напирали, стояли там, где их поставили, да и водила вез груз очень аккуратно. Вряд ли из-за уважения к пассажирам, скорее уж причиной было хорошее состояние дорог и понимание, что, если он испортит товар, за это придется платить. А не думаю, что у обычного работяги хватит средств купить хотя бы одного клона.

Я даже вздремнул стоя, как слон. Недолго, ведь вся Англия размером как одна наша область, но часик удалось покемарить. Благо ПМК остался при мне, правда, до этого включать его я опасался. Да и сейчас пришлось закрыть любой доступ в сеть, чтобы не палиться, благо Денис давно подшаманил мне систему, открыв такие функции администратора, о которых большинство пользователей не догадывается. А меньшинство молчит, потому что давали подписку о неразглашении. И лишь единицы отмороженных хакеров, типа того же самого Донателло, рискуют перейти дорогу одновременно и корпорациям и государству, которые одинаково заинтересованы в защите систем ПМК.

Воспоминания о Денисе всколыхнули совесть. Пусть ребята кинулись меня спасать по своей инициативе, но, по сути, я бросил парней в другом мире, не зная, как сложилась их судьба. Да, можно сказать, что на то были объективные причины, однако это жалкое оправдание. Я ведь и не собирался искать их, когда был там. Спасение Валентина не в счет, оно оказалось случайным. И пусть с точки зрения политики мое поведение было абсолютно правильным, глупо рисковать собой из-за пары человек, когда стоят задачи мирового масштаба, но чувствовал я себя отвратно. Так что пришлось пообещать себе заняться поисками, как только разберусь с хозяевами клонов.

К счастью, система геопозиционирования работала исключительно на прием, так что я без проблем отслеживал свое перемещение. И когда машина достигла нужной мне точки, уже был готов. Понятное дело, что в сам город я не собирался, глупо так палиться. А вот километра три до него – это идеальный вариант, особенно учитывая, что рядом находятся несколько маленьких деревень. Мне же еще и переодеться где-то нужно было, робы клонов являлись нарочито грубыми, чуть ли не мешками, сшитыми на скорую руку. Показаться в таком на людях – значит однозначно привлечь к себе внимание, а это последнее, что мне было нужно сейчас.

Конечной точкой маршрута был город Крафтон. Или деревня, я не сильно разбирался в местной географии. Мне главное было, что возле него располагался небольшой лесной массив. Если это, конечно, можно было назвать лесом. Деревьев там осталось минимум, все остальное вырубили под сельхозугодья. Но даже так это было лучше, чем совсем ничего. Остальная округа представляла собой бесконечные поля, где любой человек выделялся, как три тополя на Плющихе.

План побега был прост как удар валенком. И настолько же неожиданным. Юре отдал мне свисток, управляющий клонами, и научил паре команд. Большего и не требовалось. Я, правда, немного сомневался, что сработает, но, когда пришло время, без промедления выдал короткую руладу, не слышимую человеческим ухом. Надо открыть как минимум Вишудху, чтобы хотя бы почувствовать что-то, но полноценно разобраться могли лишь Эмериты и Комиссары, одаренные, достигшие шестого ранга и открывшие Аджану. Я свои чакры не активировал, так что надеялся, что мне удалось правильно воспроизвести последовательность. Но клоны не подвели, вдруг разом повернувшись направо и ломанувшись вперед, что есть дури.

Что будет, если больше сотни человек весом около восьмидесяти килограммов одновременно навалятся на один из бортов фуры? Правильно, она перевернется, сколько бы ни весила сама. На это и был расчет, так и получилось. Вздрогнув от удара, машина накренилась, а затем медленно начала падать. Ладно, признаю, я тоже внес свою лепту, благо силенок у меня было чуть побольше, даже с закрытыми чакрами. И тяжелый грузовик послушно опрокинулся на бок, двери фуры деформировались и вылетели, а клоны вдруг кинулись бежать, словно испуганные кролики.

Уж не знаю, для чего изначально была нужна эта команда, возможно, что все сигналы прописывались пачкой и для боевых, и для рабочих версий кукол, но факт оставался фактом, клоны разбежались по округе, так, словно за ними гнались собаки. Они искали укромные места и таились там, но стоило рядом появиться человеку, снова кидались бежать. Не знаю, смог бы я сам придумать что-то лучшее для маскировки, но теперь это было и не нужно. Ну мало ли с чего этим дуболомам взбрело в голову спрятаться в лесу. Собственно, а где еще-то? А что один пропал, ну всякое бывает. Они же идиоты, случиться может что угодно. Свалился в канаву и утонул, например.

Нет, я не считал бриттов дураками, наоборот, был уверен, что рано или поздно на мой след выйдут, но тогда я буду уже далеко. До Лутона, где проживали родственники Ковача, по дорогам было чуть больше двадцати километров, а по прямой и того меньше. Для меня по-хорошему это было минут десять бега даже по пересеченной местности. Понятное дело, нестись сломя голову я не собирался, в целях все той же конспирации. Мало ли камер понатыкано в округе. И на бегущего с огромной скоростью клона только идиот не обратит внимания.

К тому же мне еще нужно было переодеться, поэтому, как только оказался в лесу, я резко притормозил и, держась в тени деревьев, пошел в сторону ближайшего жилья. Заодно прихватил с собой одного из клонов, на всякий случай. Судя по карте, недалеко от Крафтона находился Ментмор, как раз по пути на Лутон. Вот там я и решил разжиться одежкой. Тем более для этого деревушка подходила идеально, потому что частично была расположена в лесу.

Первым мне попалось крупное поместье. С огромным господским домом, многочисленными дворовыми постройками и даже собственным ипподромом. Все это богатство от леса было отгорожено валом живой изгороди. Для меня она препятствия, естественно, не представляла, да и делалась не для защиты, но в этот раз хозяевам повезло, так как такие хоромы интересовали меня в последнюю очередь. Поэтому поместье я обошел, держась на максимальном удалении, и сопротивляющегося клона с собой уволок. А то мало ли.

Церковь меня тоже не заинтересовала. Да, я помнил, что на Западе есть традиция оставлять у дверей храма ненужные вещи, но в таких маленьких деревушках, где все друг друга знали, даже исчезновение милостыни могло привести к ненужным вопросам. Так что я решил не рисковать.

А вот дальше началось то, что мне было нужно. Частные дома. Достаточно просторные, чтобы в них жила вся семья, при этом не слишком богатые, чтобы иметь прачечную. И пусть на дворе уже стояла вторая половина двадцать первого века, чистое белье после стирки все так же развешивали под навесом на заднем дворе, что у нас в Сибири, что здесь, в Авалоне. Даже скорее именно тут в большем количестве, у нас-то хоть даже в самых дремучих деревнях давно уже газ, а значит, нормальное отопление. А вот бритты как жили еще сто лет назад, с буржуйками в многоэтажных домах, так и живут до сих пор. Традиция.

Нужные мне вещи я нашел в четвертом по счету дворе. На веревке сушились джинсы, рубашки, толстовка и прочая мелочь. С виду даже размер подходил, но, если нет, нестрашно. Там подрежу, тут подоткну, короче, есть выход. Главное, что буду выглядеть как местный. Ботинки я так и оставил свои, просто натянул на них мешковину робы, так что, когда добуду эти вещи, буду полностью одет, и никто не признает во мне беглого клона или иностранца. Только сделать это надо так, чтобы никто не догадался, что я тут был. Но именно для этого я и тащил сюда одного из беглецов.

Получив направляющий пинок, клон буквально влетел во двор, сорвал веревки с вещами и выбежал с другой стороны, обвешанный шмотьем, будто бельевой вор. Естественно, там я его уже ждал и, избавив от части ноши, отправил дальше, в поле. Простейший трюк, который не собьет со следа профессионалов, но вот местную полицию запросто обведет вокруг пальца.

Но это не означало, что я могу расслабиться. Скорее наоборот. Подходило время, когда мне всерьез надо было опасаться за свою безопасность. За то, что кто-то может увидеть движущегося по лесам клона, прячущегося ото всех, но не спешащего залечь в какую-то нору, а целеустремленно топающего… куда-то. И заинтересоваться, где это «куда-то» находится. Тем более что сбежавших кукол будут искать весьма активно, а значит, поднимут просто армаду дронов, и рано или поздно они доберутся и досюда.

Беспилотники за последние тридцать лет стали настолько привычным явлением, что на них просто никто уже не обращал внимания. Почта, доставка покупок, даже легкое аэротакси, когда надо быстро добраться до нужного места, а город стоит в пробках. Эвакуация машин по воздуху, пожарные, даже «скорая помощь». Применений малой авиации, способной самостоятельно ориентироваться в пространстве, была масса. Полиция большинства стран тоже не отставала.

Контроль с воздуха осуществлялся круглосуточно в нескольких режимах. И уверен, что едва фура с клонами опрокинулась, полиция тут же получила сигнал о произошедшем. И через короткое время по тревоге подняли рой дронов с тепловизорами, чтобы найти всех разбежавшихся кукол. Собственно, поэтому я и торопился уйти подальше, потому что, сколько бы там ни было коптеров, им еще нужно было долететь. А к этому времени я уже рассчитывал спрятаться.

На самом деле скрыться от дрона было несложно. Ночью опасность представляли всего два режима, это тепловизор и нуль-анализатор. Последний регистрировал всплески Сансары, неважно, были это плетения Магов или техники Воинов. Даже элементарное усиление тела давало определенный рисунок, который запишет устройство. Но если не пользоваться нуль-энергией, то оно бесполезно, а я сейчас специально отрезал себя от моря Сансары, закрыв чакры. Ну а насчет тепловизора, Грем Фишшин ел свой хлеб не зря. И научил, как с ними бороться. С практикой, на которой он лично следил за мониторами двух дронов, оборудованных не только камерами, но еще и пневматическими пушками. И тот, кто спалился, получал заряд тяжелых резиновых шаров в… да куда придется. В итоге на третий раз зачет сдали все, даже девчонки, которым этот способ стоял поперек горла.

Все было предельно просто, чтобы скрыться от тепловизора, нужно или понизить температуру своего тела, что без плетений или техник почти нереально, или спрятать его не проводящим тепло материалом. А самым простым и доступным инструментом для этого является обычная грязь. Обмазываешься толстым слоем – и вуаля, тебя не видно. В идеале хорошо бы еще в какой луже заныкаться, чтобы она служила радиатором. Отводила тепло то бишь. Да, ощущения при этом не самые приятные, зато работает и не нужны никакие устройства.

Нет, конечно, были и теплоизолирующие накидки, костюмы, а боевая броня по определению имела встроенный режим сокрытия излучений на всех уровнях, разве что невидимость пока не работала без определенных плетений. Но когда у тебя только роба из мешковины, все эти достижения науки и техники кажутся такими же далекими, как звезды.

Так что я нашел ближайшую канаву и с ног до головы тщательно вымазался толстым слоем грязи. Чтобы не пришлось потом долго отмываться, я специально захватил пару каких-то тряпок, то ли наволочек, то ли полотенец, в темноте было не разобраться, и намотал их на голову и ноги. Чистые вещи тоже сунул в импровизированный мешок, чтобы не испачкать. И в таком виде побежал дальше, держась подальше от освещенных участков. Надо сказать, проделал это я очень вовремя, потому что не прошло и десяти минут, как над головой пролетел первый дрон, а затем они пошли сплошным потоком.

Каждые пару минут надо мной проносился коптер, иногда зависая над заинтересовавшими оператора местами. Я в эти секунды замирал, боясь выдать себя движением. Но обошлось. Через полчаса активность начала спадать, а еще через двадцать минут дроны исчезли, будто их и не было. Но я не спешил расслабляться. А то мало ли, висит где-нибудь километрах в десяти от земли еще один коптер и сечет, что там происходит в этой местности. А что, вон орбитальные фуры гоняют в стратосфере, и ничего. Так что лучше поберечься.

Таким макаром крался я аж до местечка Элсборо. Тоже то ли село, то ли мелкий городок, у англичан не разберешь. Главное же его достоинство в том, что рядом располагался рыболовецкий клуб. А еще там были вырыты пруды и протекала река Оцел Ривер. У нас такие называют речка-говнотечка, потому что ее переплюнуть можно. Короче, крупный ручей скорее, но дальше и такой не было, так что я решил тут и привести себя в порядок.

Отмывать грязь в холодной воде небольшое удовольствие, каким бы рангом ты ни являлся. Чисто морально неприятно. Но горячую ванну с розовой пеной мне почему-то никто не спешил предоставить, так что и пруд подошел. Благо я изначально подготовился и особо оттирать было нечего. Замотав в робу и остальные тряпки камень побольше, я сплавал на середину пруда, где их и притопил. Конечно, это не давало гарантии, что их не найдут, но, как и в других случаях, главной проблемой являлось время. Я буду уже далеко, когда это случится.

Последний этап моего путешествия начался. Я уже особо не прятался, хоть и старался держаться в тени. Да и осталось идти всего около десятка километров. Для обычного человека это чуть больше часа. Для меня около сорока минут. Я мог уложиться и за пять, и даже за две, но спешить не стоило по многим причинам.

В частности, когда я таки добрался до Лутона, наступил час волка. Самое темное время перед рассветом. Когда ночные твари уже ложатся спать, а дневные еще не проснулись. Это же касалось и людей. Гуляки, тусовавшиеся в барах и клубах, уже отправились домой, полиция клюет носом, город затих и притаился перед следующим днем. Именно на это я и рассчитывал, притворившись хорошо выпившим, но еще стоявшим на ногах завсегдатаем паба. И это сработало. Меня провожали взглядами редкие прохожие, зачастую такие же, как я сам, и полицейские патрули, откровенно кемарившие в машинах, но никто так и не окликнул.

Путь до Лаймстон-гров оказался неблизким, но и не сказать, чтобы очень уж долгим. Растянулся он больше из-за роли подвыпившего гуляки, которую приходилось играть. Но повезло, что я вышел к городу с удачной стороны, так что буквально через полчаса уже стоял на тихой улочке, на окраине, где притаились многоквартирные дома и таунхаусы. Припаркованные рядом машины не первой свежести намекали, что обитают тут не самые богатые люди, но при этом им хватает на собственный транспорт. Короче, такой средний класс рабочих, трудяги, на которых держится экономика. Самое то место для второго-третьего поколения эмигрантов, пытающихся прорваться к лучшей жизни.

Естественно, вставали здесь рано и в некоторых домах уже горел свет, а где-то слышалось урчание прогревающегося автомобиля. Обычное рабочее утро. Даже было как-то жаль портить его незнакомым людям. Но сомнений у меня тоже не было. Да, общение со мной было для них смертельно опасным, и, если бы у меня был другой выход, я бы не стал их беспокоить. Но, к сожалению, здесь и сейчас важна была только цель. Пусть меня сочли бы за это моральным уродом, но меня не волновала чужая безопасность. Да и своя тоже. Потому что теперь я четко понимал, что, если сейчас отступить, оставить все как есть, погибнут в сотни раз больше. Так что, отбросив рефлексию, я подошел к нужной квартире и громко постучал.

– Кого там черти притащили в такую рань?! – дверь распахнул мужчина лет сорока, похожий на цыгана, с парой золотых зубов. – А ты еще что за хрен?! Чего надо?!

– Привет вам от Юре Ковача, – я ласково улыбнулся, но почему-то мужик от этого резко погрустнел. – Может, поговорим в доме? Лучше, чтобы соседи этого не слышали.

Глава 5

– Твои документы готовы, – обрадовал меня Янош Лукач, тот самый похожий на цыгана дядька Юре. – Но ты уверен, что тебе нужно в Лондон? Там сейчас очень строгий контроль. Прилетают какие-то гости, вроде из Польши, так что трясут всех, особенно мигрантов. Раньше такого не было, и я не уверен, что смогу тебе помочь.

– Значит, пернатый хрен договорился с бриттами, – я почесал затылок, невидяще уставившись на работающий телевизор. – Ты можешь узнать подробности?

– Нет, – покачал головой Янош. – Это точно нет. МИ-5 лютует, отслеживает каждый чих. Но почему тебе не спросить у ирландцев? Если кто и может что-то знать, так это они. А ты же с ними что-то мутишь.

– Я им плачу за доставку на острова пары друзей, не более, – поначалу было отмахнулся я, но потом задумался. – Но ты прав. Почему бы нам не расширить и углубить сотрудничество. Это может быть выгодно обеим сторонам. Позволишь воспользоваться твоим ноутбуком?

– Ты платишь, – неопределенно пожал плечами Лукач, – так что пожалуйста. До чего же жизнь странная штука. Уж не знаю, как вы познакомились с Юре, но меньше всего я ожидал увидеть на своем пороге российского герцога и Аватара.

– Будто я сам ожидал, что окажусь в такой ситуации. – Я скривился, понимая, каким бредом, в принципе, была эта моя авантюра, но возвращаться не собирался. – Но я вам благодарен за помощь. И за то, что не сдали меня властям.

– Мне еще жить хочется, – засмеялся Янош, – а влезать в разборку между Аватарами – это самый верный способ самоубийства. Тем более если один из них легендарный русский Аватар антиматерии, первооткрыватель других миров и муж эльфийской богини. С таким, как ты, лучше дружить.

Я молча улыбнулся. Да, дядя Ковача узнал меня в первую же секунду, когда увидел на пороге своего дома. И испугался. Но это как раз нормально. Скорее уж ненормально увидеть перед дверью грязного герцога двух империй в шмотках не по размеру. Неудивительно, что Янош сначала мне не поверил и хотел прогнать. Только вот не Адепту со мной тягаться. Поняв, что он даже сдвинуть с места меня не может, Лукаш убедился в реальности происходящего и пригласил меня в дом.

Там мы спокойно поговорили, если это вообще возможно сделать в большой семье, где только детей пятеро. А еще бабушка с дедом, младший брат, студент колледжа, да дальняя тетка, которой просто негде больше жить. И все они темпераментные, как настоящие балканцы, постоянно кричат, вместо того чтобы говорить, размахивают руками, короче, через полчаса я уже не понимал, кто я и где нахожусь. Но при этом меня сразу усадили за стол, накормили, напоили, ни о чем не расспрашивая. Для родных Лукача было достаточно, что я друг Юре, то есть практически родственник. И относились ко мне соответствующе.

Я тоже не стал нагнетать, тем более что давно мне не удавалось оказаться в настолько семейной атмосфере. Наверно, с самого отъезда из Чулыма. Мы тоже собирались всей семьей вокруг стола, отец читал молитву. Тогда мне казалось это скучным и нудным, но сейчас я жалею о том времени. Безумный бег последних двух лет всерьез вымотал меня, и я дал себе зарок, что, когда закончу с англичанами, соберу всех своих за одним столом. Девочек, маму с Анькой, Машкой, Димкой и Сережей. Малых так и вовсе сто лет уже не видел. Серега, поди, вымахал уже, дети быстро растут, а когда я уезжал, ему всего шесть было. В школу собирался, но я этого уже не застал.

От воспоминаний в груди кольнула тупая боль. Наверно, только в такие моменты понимаешь, что главное в жизни – это семья. И девочки мои – это тоже семья. Зайка, Инна, бешеные сестры Касимовы, рыжая Андре, даже Брунгильда и то уже воспринималась как родная. Пусть у нас с ней еще ничего не было. А главное, чего у меня не было, – это свадьбы. И даже как-то стыдно за это перед Ниной. Только в такой ситуации понимаешь, как же мне повезло с невестой. Или даже с женой. Все-таки свою Зайку я воспринимал именно так, в отличие от остальных девчонок. Те были боевыми подругами, любовницами, фаворитками, в конце концов, а вот жена у меня была одна.

Но, чтобы сыграть свадьбу, нужно было сделать дело и вернуться. Пусть даже я пока сам не особо понимал, какой именно была цель моей авантюры. А вот, чтобы точно определиться, мне требовалась информация, связь и легализация на Авалоне. Все это я и вывалил на Яноша, когда мы наконец-то остались одни. Ну, относительно, дома все равно кто-то был, та же бабушка с дедом, например.

Однако я не боялся, что нас подслушают, потому как, едва мы уединились в кабинете хозяина дома, тот активировал на ПМК плетение «Мыльного пузыря», чем меня неслабо удивил и обнадежил. Не совсем законную для гражданских защиту от прослушки обычному гражданину достать было весьма непросто. Да и постоянно таскать на компиляторе как бы незачем. Дядя Юре же запустил ее настолько привычно, что стало понятно, для него это обычный рабочий инструмент.

Надо сказать, что мои запросы Лукача не поразили. Он отнесся к ним как к чему-то естественному. Что опять же намекало на род деятельности дяди Юре. Нет, в том, что он разведчик-нелегал, я его не подозревал. Слишком уж жирно для меня было бы с ходу попасть к агенту дружественной разведки. А вот в связях с криминалом даже не сомневался. И, ничтоже сумняшеся, спросил об этом в лоб.

Угадал. Янош числился мелким менеджером в какой-то логистической конторе, как я понял, нечто из разряда «а хрен его знает, чем он занимается, бегает целый день, а чего делает, непонятно». На самом же деле контора была прикрытием для мафии, а Лукаш там курировал незаконные перевозки. Чего угодно, начиная от нелегальных мигрантов, заканчивая наркотиками и оружием. Да, внезапно от того, что новоявленный Авалон закрыл границы, особо ничего не поменялось. Разве что попасть на острова стало гораздо сложнее и за потоком нелегалов тщательно следило МИ-5. Это дядя Юре мне сообщил, ничуть не скрываясь.

Конечно, не открытым текстом. Такое не говорят даже своей жене, не то что постороннему человеку. Но намекнул на сферу деятельности настолько жирно, что догадался бы даже идиот. А еще намекнул на то, что помочь мне в его личных интересах, ибо последнее время британские спецслужбы и полиция словно с ума сошли. Принялись закручивать гайки, прерывая работу в местах, где, казалось бы, уже все давно прикормлены. И это было плохим симптомом.

В то, что полиция Авалона решила навести порядок, не верил ни я, ни Лукач. Ни его боссы, там тоже дураков не было. Все понимали, что идет чистка накануне громадного шухера. И сбор денег, потому как многие задержанные почти официально откупались. А для чего нужны деньги, это еще Наполеон сказал. Не верить Бонапарту, нагнувшему почти всю Европу, резона не было, и если до этого момента я еще сомневался, потому как показательная акция в торговом центре не обязательно могла означать подготовку к войне. Ведь до этого не менее показательно клоны выступили и в Турции, и в Либерократии. Но сейчас все встало на свои места.

Единственное, я не верил, что бритты пойдут на нас стройными рядами, облачившись в красные мундиры. Времена, когда батальоны становились друг напротив друга и обменивались выстрелами, давно прошли. Теперь решали танковые клинья и тактические бомбардировщики. Ну и конечно же маги. Аватар ничуть не хуже того же «Белого лебедя», а может, даже получше будет из-за маневренности и большей ударной силы.

Короче, мы пришли к консенсусу. Янош помогает мне всем, чем может, а я ему плачу и, если надо, организую эвакуацию его семьи на материк. Не скажу, что Лукач согласился сразу, хотя было видно, что он скорее торговался, чем реально пытался отказаться. Как минимум потому, что говорить «нет» Аватару не слишком полезно для здоровья. Но в крайнем случае я бы просто ограничился новыми документами и ушел, о чем сразу сообщил. Не стоит загонять людей в угол, от этого они способны на безумные поступки. А вот поощрить материально – это запросто. Тем более что, кроме подтверждения моей немного безумной теории о готовящейся войне, была еще одна вещь, за которую и мой тесть, и моя бабушка не пожалеют даже титула графа. Ну ладно барона, хотя тут надо будет поглядеть.

Телепорт. Действующий прокол нашей реальности, через который клоны и вампиры атаковали торговый центр, а затем отступили. Это действительно прорывная технология, кардинально меняющая мировой баланс. Тот, кто ею владеет, имеет огромное преимущество в атаке, вплоть до сокрушительного ван-шота, способного уничтожить любого противника. Вот как бороться с врагом, если он вдруг подбросит десяток ядерных бомб прямо в ключевые точки страны? Да, систему «Периметр» никто не отменял, и «Мертвая рука» достанет противника, даже если будет уничтожено все правительство. Но что, если и эту систему можно ликвидировать? Или как-то укрыться от ответного удара? Ведь если ты не знаешь, кто твой враг, будешь бить по всем, а это сильно распылит силы.

Короче, поиски этой технологии должны были стать приоритетом в моем расследовании, если уж я в него ввязался. И я верил, что в процессе сумею разобраться и со всем остальным. Зуб даю, что любые планы короля Мерлина связаны именно с телепортацией. Значит, надо копать именно в этом направлении. Но для начала стоило связаться со своими и дать знать, что не в плену. Жив или нет, Аська чувствовала даже через миры, так что об этом я не волновался.

Это оказалось не так просто сделать. Даже нуль-связь на Авалоне жестко прослушивалась, а чтобы связаться с кем-то за границей, требовалось получать разрешение. Но у контрабандистов и промышляющих перевозкой людей, так сказать, свободных предпринимателей, естественно, был способ. Да и даркнет никто не отменял. Другой вопрос, что, кроме обычных номеров телефонов девочек и еще пары человек, я не знал никаких контактных данных. А позвонить как раз возможности не было, у Лукача для связи с внешним, так сказать, миром имелся только небольшой ноутбук, оборудованный системой шифрования. Единственная, чью почту я помнил, была Анька, так что пришлось писать сестре. Впрочем, это было неплохим вариантом, учитывая, что старый хрыч обещал от нее ни на шаг не отходить.

К счастью, так и оказалось. Правда, чтобы Аня не подумала, что это спам или мошенники, пришлось в письме указать пару моментов, которые знали только мы, но в семье обычно много таких. Немного стыдных, обидных, короче, таких, которыми не принято делиться с другими. Так что сестренка слегка обиделась, но прониклась важностью момента и сообщила о письме деду. А тот уже мигом поднял на уши все спецслужбы, и буквально через десяток минут мы установили надежно зашифрованный чат, в котором приватно пообщались.

Наилучшей новостью стало возвращение из мира эльфов Петра. Чукотский шаман не просто вернулся, а притащил с собой рабыню, темную эльфийку. Кроме того, вырос в ранге, поднявшись до Эмерита. Это по официальным данным. Дед же утверждал, что Ярве вполне тянет на слабого Аватара, но сравнить его не с кем, раньше шаманов такой силы никогда не бывало. Да еще и с возможностью роста, потому как Сахасрара, седьмая чакра, у него пока еще так и не открылась.

Короче, и ученые, и канцелярия императора были готовы пылинки сдувать с Петра, но тот вдруг встал на дыбы и после обязательного карантина умотал куда глаза глядят. А все потому, что во время попытки вернуться Денис, тот самый хакер, которому я помогал вернуть игровую карточку с эльфийкой, попал в плен к полякам, а следовательно, и к Пернатому Змею. И Ярве считал себя в этом виноватым.

К счастью, его разрушительную энергию удалось перехватить Фридриху и направить в нужное русло. Не в мирное, это факт, потому что эти два дундука, точнее, два с половиной, если считать эльфийку, собрались ни много ни мало, а идти выручать меня. Похвальное стремление и не сказать, что совсем идиотическое. Остановить фактически Аватара, да еще такого необычного, как чукотский шаман, нахватавшийся каких-то невероятных навыков в ином мире, при поддержке Воеводы и темной эльфийки, тоже не отличавшейся кротостью, если верить тому, что рассказывала мне Иви, не у каждого государства хватит сил. Бритты, конечно, найдут, что им противопоставить, но легкой победы могут не ждать. Да и я в стороне точно не останусь. А вот останется ли после нас Авалон, уже большой вопрос.

На удивление, лысый любитель косплея оказался с мозгами и не дал Петру переть буром, ибо это было чревато новой магической войной. Хотя, в принципе, если вспомнить, что Фридрих являлся ручным Воеводой Гогенцоллернов и терся возле моей бабки, не самого худшего политика нашего времени, все становится на свои места. Однако меня удивило, что он не нашел ничего лучше, как потащить шамана в ЮАР. Но я допускал, что чего-то просто не знаю. Хотя чего скромничать, много чего. А у Фридриха был доступ к разведданным Земель германской нации. Но все равно стоило связаться с ребятами и согласовать дальнейшие действия, благо теперь возможность была.

Что характерно, Фридрих вообще не удивился, когда я вышел на связь. Как будто так и было надо. Но я давно махнул рукой на попытки понять, как у него работает мозг. Хочет верить в мою непобедимость и всемогущество – пусть. Тут, как в том анекдоте, проще согласиться, чем объяснять, почему нет. Главное, что он подтвердил, что они идут именно ко мне, выяснив местоположение с помощью способностей Петра. Это радовало.

Теперь моя авантюра уже не казалась такой бессмысленной. Особенно при поддержке местного криминала, который вряд ли хотел ввязываться в политику, но в целом готов оказать содействие, чтобы отвлечь власти от своих делишек. Многого от них ждать не стоит, но помочь с логистикой и сбором информации они могут. А уж остальное мы сделаем сами. Не думаю, что у бриттов есть надежная защита от иномировых способностей Петра. А они должны быть внушительные, если он сумел обнаружить меня не просто в другой стране, а на Авалоне, надежно экранированном и от спутников, и от иных способов получения информации, включая магические.

Плюс мы с Фридрихом как боевая команда. Честно говоря, внушает. Главное, теперь не спалиться раньше времени. В то, что мы сумеем провернуть все по-тихому, я просто не верил. Не тот склад характера. Тут уж скорее правильно определить цель для удара, потому что кипиш поднимется дикий. Что опять приводит нас к тщательной подготовке и сбору информации.

Последней, с кем я связался, была Нина. Можно было, конечно, просто передать сообщение через Аньку, но я посчитал это подлым. Я и так выгнал девочек в Эллуриан на время войны с вампирами, потому что боялся потерять еще кого-нибудь, кроме Юли. И держать их дальше в неведении было просто непорядочно. К тому же я был уверен в здравомыслии Зайки. Она не стала бы устраивать истерику просто потому, что я ввязался в очередную авантюру. Пусть даже смертельно опасную. Вряд ли бритты отпустят меня живым, если поймают на своей территории.

Как и ожидалось, Нина все поняла, хоть по стилю ее сообщений и ощущалось, как она волнуется и переживает. Пришлось пообещать, что не умру, пока на ней не женюсь и не настрогаем минимум троих детишек. Шутка, конечно, но в каждой шутке… как говорится. На что я был назван бестолочью, но было видно, что Нине полегчало. И мне тоже. Приятно, когда тебя дома ждут и любят. Это мотивирует возвращаться. И не просто, а с победой. Этим я и собирался заняться.

– Так почему ты уверен, что ирландцы могут мне помочь? – я посмотрел на Лукача. – Ты же не просто так предложил к ним обратиться.

– А ты разве не понял, кто везет твоих друзей? – выпучил удивленные глаза Янош. – Это же ирландская республиканская армия. Кому еще знать, что там происходит у бриттов, как не им. Не первый век с ними воюют.

Глава 6

– Значит, вам надо на Авалон, – мистер Морган, типичный ирландец, рыжий и покрытый веснушками, уставился на друзей равнодушным взглядом. – А я чем могу помочь? Если вы не заметили, у нас тут не такси, а торговая компания. Мы не занимаемся перевозками. Обратитесь в посольство и, если вам одобрят визу, сможете официально въехать на остров.

– Визу рассматривают полгода, и это считается крайне быстро, – спокойно выложил свои аргументы Фридрих. – Кроме того, даже с визой на острове не пускают дальше двух портовых городов, открытых для иностранцев. Все суда обязаны разгружаться именно там, и за самовольное пересечение границ города грозит весьма внушительный срок. Насколько мне известно, на данный момент в заключении находятся шестьдесят два иностранца, и никакое международное давление не может повлиять на решение властей Авалона.

– И тем не менее не могу понять, при чем тут наша компания, – Морган всем своим видом показывал, как он не рад гостям, но все же держался в рамках приличия. – Мы честная компания и никогда…

– Ты лжешь, – Петру надоели эти словесные эквилибры, и он рубанул в лоб, что думал. – И мне не нравится, когда в меня целятся из автоматов.

Одновременно с его словами из-за гобелена, с грохотом роняя оружие, вывалилось два тела, сведенных судорогой. Мистер Морган попытался было выхватить ПМК, но тот, словно живой, вдруг перекочевал из его руки к Фридриху, который успел не только обезвредить собеседника, но и посмотреть, какое именно плетение тот пытался активировать.

– Плеть Морганы? – у немецкого Воеводы не было бровей, так что удивление оказалось не слишком выразительным, но те, кто его знал, сказали бы, что он в шоке. – Надо же. Не ожидал встретить обладателя аспекта «Могильного праха».

– Это еще что за аспект? – заинтересовался шаман, впервые слышавший о подобном. – Что-то редкое?

– Не настолько, как у нашего общего друга, но да, весьма, – кивнул Гогенцоллерн. – Энтропия в чистом виде. Насколько мне известно, на данный момент в мире зарегистрировано три или четыре Мага, обладающих данным аспектом. И ирландцев среди них нет.

– Значит, мы не ошиблись адресом, – по лицу Ярве нельзя было ничего прочитать, но голос был довольным. – Кому, как не бойцу ИРА, прятать такую информацию о себе.

– Что ж, помечтайте перед смертью, – хоть Моргана и обескуражила та легкость, с которой молодые с виду парни расправились с охраной и его обезоружили, он быстро взял себя в руки. – Здание заминировано. И стоит мне отдать команду…

– Это ты про контейнер с нуль-водой в подвале? – уточнил Петр. – Изящное решение. Видимо, ты сам проектировал. Волна неуправляемого разрушения, стирающая все на своем пути. Теперь понятно, почему прячешься в Африке. Но забудь, там уже ничего нет.

– Мой друг хочет сказать, что мы понимаем причины вашего беспокойства, – Фридрих имел неплохую подготовку и с легкостью перехватил инициативу в переговорах. – Но при этом не представляем для вас угрозы. Все наши действия продиктованы исключительно самозащитой. Более того, мы готовы хорошо заплатить за ваши услуги, причем не только деньгами. Позвольте представиться. Меня зовут Фридрих Гогенцоллерн. Вы можете легко подтвердить это в сети. Вот, пожалуйста.

– Вы серьезно? – выпучил глаза мистер Морган, глядя на протянутый ему ПМК, мигом растеряв всю важность и снобизм. – Так просто отдаете мне компилятор, зная о моих возможностях?!

– Не хочу вас обижать, – мягко улыбнулся немец, но Петру показалось, будто это королевская кобра раскрыла капюшон, – но для того, чтобы причинить нам вред, одного аспекта будет мало. Вы же пока еще только Ауктор. Или, как принято наименовать этот ранг у вас на родине, Волшебник. Найдите информацию, и вам сразу все станет понятно.

– Я видел много таких, как вы… – надменно хмыкнул ирландец, но через секунду его лицо превратилось в кривую маску. – Гроссмейстер… я должен был догадаться.

– К вашим услугам, – слегка кивнул Фридрих. – Мой товарищ имеет ранг Эмерита, но при этом относится к очень редкой ветви Магов. Он шаман. И уверяю, в этом мире найдется мало тех, кто может ему что-то противопоставить. Но мы не хотим драться. Мы пришли заключить соглашение и получить помощь в путешествии на Авалон. Есть причины, по которым нам бы хотелось, чтобы официальные власти Британии остались в неведении относительно этого визита. К сожалению, открыть я их не могу, вы должны поним…

В этот момент смартфон в кармане Воеводы выдал затейливую руладу. И Фридрих, мгновенно поменявшись в лице, вскочил по стойке смирно, тут же ответив на звонок. Собеседник говорил тихо, но было понятно, что немец испытывает к нему искреннее уважение, а таких людей в мире было не так много. И, немного узнав личность своего неожиданного попутчика, Петр догадывался, что это либо Стальная канцлер, либо сам император Максимилиан III Каролинг. Но главной интригой был не сам звонок, а то, что именно так неожиданно понадобилось правителям одной из сильнейших империй мира. Ведь Фридрих пусть и являлся Воеводой, но был лишь одним из многих. И такая срочность намекала лишь на одну тему – появилась информация о Варлоке.

– Прошу прощения, – закончив разговор, немец убрал телефон и повернулся к Моргану. – Мы с товарищем покинем вас ненадолго. Не будем мешать думать. Но надеемся, что вы примете наше предложение. Уверяю, это более чем в ваших интересах. Я не имею права раскрывать подробности, но, возможно, по результатам нашего визита на Авалон у Ирландии появится шанс на независимость. Доведите это до вашего руководства. Пожалуйста.

– Варлок нашелся, – сам начал разговор Фридрих, когда товарищи отошли достаточно далеко, зная, что Петр может часами молчать, ничего не спрашивая. – Ты был прав, он на Авалоне.

– Духи не ошибаются, – равнодушно заметил молодой шаман. – Мы идем к нему, или он сам выберется?

– Сейчас узнаем, – загрузка приложения отправки шифрованных сообщений как раз завершилась, и немец вбил присланный ему идентификатор. – Это связь с самим Ефимовым. Правда, только сообщения.

– Нет разницы, – отмахнулся Ярве. – Напиши ему про Дениса.

– Конечно, – покладисто согласился Воевода. – Кузьма Васильевич имеет право знать всю правду. Уверен, он будет рад узнать, что вы вернулись, и приложит все усилия по спасению своего подданного.

– Ты опять про дипломатию? – несмотря на всю свою невозмутимость, Петр скривился от отвращения. – Пока будут идти переговоры, Дэн успеет трижды помереть. Нужно просто пойти и забрать его. По праву силы.

– Тогда почему ты не сделал этого сразу? – резонно возразил Фридрих. – Как раз потому, что одиночке, даже такому, как ты или Варлок, нереально бороться с целым государством. Пусть даже это только экспедиционный корпус. Ты сам это прекрасно понял и отступил, за что я тебя ни капли не осуждаю. И считаю, что проще и эффективнее было освободить твоего товарища по дипломатической линии. Но предлагаю этот вопрос пока закрыть, как не своевременный, и оставить решение за Кузьмой Васильевичем. Тем более он вышел на связь.

Ярве был не согласен с Воеводой, но спорить не стал. Как минимум потому, что это не имело смысла. Если Варлок вдруг отказался бы выручать Дэна, шаман отправился бы сам, как изначально и собирался. Да, он знал, что один человек, даже Аватар, не может противостоять целому государству, и там, в мире эльфов, это послужило причиной того, что Денис оказался в плену. Но их приключения так же дали Петру уверенность в своих силах.

С каждым днем он все больше узнавал о возможностях шаманов. Старый орк не только гонял все эти дни своего юного ученика, он готовил основу, параллельно загружая в его разум все свои знания. И чем дальше, тем больше Петр понимал, как именно надо действовать, какие заклинания и приемы применять, чтобы одолеть даже самого опасного врага. Некоторые открывающиеся ему секреты были ужасны настолько, что юный шаман даже думать о подобном не хотел.

Спариваться с гомункулом, сшитым из трупов животных и людей, чтобы получить жуткого неуязвимого помощника? К этому Ярве был не готов. Как и есть людей, пусть даже это значительно повысит его силы. Старый орк назвал бы это чистоплюйством, но, по всей видимости, он умел глядеть в души куда глубже многих, потому что хоть и оставил знания о подобных методах, но изначально ничему подобному Петра не учил. А сам парень не замечал, насколько сильно он изменился за последнее время.

Предложи ему что-то подобное года три назад, и вряд ли бы он отказался. А что, все равно для него не было различия между животными и людьми других наций. Точнее, «не людьми», потому как настоящие люди были одни чукчи. Так что остальных можно было убивать, мучить и есть. А почему нет, если они тоже животные, просто ходят и говорят. Но поражение от Варлока, спасение Ифрит, первая любовь и дружба с Дэном полностью перевернули сознание молодого шамана. И именно поэтому он был готов рискнуть и пойти против целого государства, чтобы спасти друга. Но при этом не утратил благоразумия, именно поэтому и решил сначала найти Ефимова.

– Кузьма Васильевич пишет, что рад твоему возвращению, – в этот момент подал голос Фридрих, что-то печатавший на смартфоне. – Я рассказал ему про Дениса, и глава обещал всячески способствовать его спасению, будь то дипломатический путь или специальная операция. Тем более что к ацтекам и полякам у него свои счеты. А также утвердил наш план проникновения на Авалон. Ему требуется наша помощь в очень сложном и важном деле.

– А как же Дэн? – нахмурился шаман. – Его отодвинем в сторону?

– Как я понял, сейчас этим вопросом займется Министерство иностранных дел, – пожал плечами Воевода. – Составит ноту, потребует свидания консула с господином Вишневским, подданным Российской империи и рода Ефимовых. Это как минимум должно будет оградить Дениса от пыток и издевательств. Даже если поляки откажут, это уже создаст прецедент, а учитывая, что задержали его в другом мире, то фактически арест незаконен. В общем, начнут работать. И если бы ты не молчал, сделали бы это уже давно.

– А если не поможет? – скептически скривился Петр. – Проглотим?

– Вот в этом случае герцог Ефимов оставляет за собой полное право вызволять своего человека любыми методами, включая неконвенциональные, – германец вдруг зло оскалился. – И помоги им Бог.

– Хорошо, – кивнул Ярве, снова принимая равнодушный вид. – Так что, возвращаемся?

– Да, конечно, – согласился немец. – Пойдем узнаем, что там решили наши ирландские друзья. Думаю, что они проявят благоразумие и сделают все как надо.

– Или мы их заставим, – закончил невысказанную мысль шаман. – Но Хилуку я пока отзывать не буду. Пусть присмотрит со стороны.

В здании ирландской торговой компании почти ничего не изменилось. Разве что пропали тела потерявших сознание от шока охранников и появилось два кресла. Было видно, что их уже ждали и в целом настроены на беседу. Это порадовало Фридриха. Он не хотел терять время на лишние войны, тем более с людьми, с которыми, возможно, еще придется работать.

– Итак, – начал Воевода, когда товарищи уселись, – каков ваш положительный ответ?

– Положительный, – щека мистера Моргана дернулась. – Мы готовы переправить вас обоих на Авалон.

– Четверых, – поправил его Гогенцоллерн. – Нас четверо. С нами будут еще две особы.

– Две? – поднял бровь Ярве. – Кто еще?

– Кхм-кхм, – прокашлялся ирландец. – Советую вам для начала между собой определиться с составом. Мы не можем работать в условиях внутреннего конфликта команды, которую доставляем. Это чревато провалом всей цепочки логистики. Вы должны понимать, что незаконное пересечение границ Авалона на данный момент одно из самых тяжких преступлений на островах.

– О, не волнуйтесь, – отмахнулся немец. – У нас все согласовано, просто небольшой сюрприз для моего друга.

– Вам не кажется, что слова «согласовано» и «сюрприз» антонимы? – было видно, что Морган нервничал. – Мы не можем…

В этот момент его прервал звонок ПМК. Выслушав короткое сообщение, ирландец изменился в лице и вскочил на ноги, роняя стул, и кинулся к окну. Товарищи переглянулись и последовали за ним. Их глазам предстала картина классической паники, все куда-то бегут, кричат и ничего не понимают. Но, в отличие от других случаев, здесь большинство жителей деревни, где располагался офис ирландской торговой компании, имели при себе оружие и занимали подготовленные позиции для отражения атаки. Правда, все выстрелы пропадали втуне, потому как враг летел высоко в небе, оставляя за собой ярко-алый реактивный след.

– Оу, – Фридрих хлопнул по плечу ирландца. – Скомандуйте отбой. Это свои. Будет неприятно, если вы в нее попадете. Прежде всего вам.

– Вы уверены? – Морган не отрываясь следил за непонятным гостем, слишком маленьким для самолета, но при этом передвигающимся явно на реактивном двигателе. – Я впервые вижу… такое.

– Привыкайте, – усмехнулся немец, – вас ждет еще множество открытий. – И, повернувшись к Ярве, указал тому на дверь. – Пошли встречать сюрприз.

– Это… – глаза у Петра, наверно, впервые за всю жизнь полезли на лоб от изумления. – Это она…

– О да, – Фридрих довольно сощурился. – Твоя девушка шла за нами из самой Москвы. Не смотри так, я сам это недавно узнал, когда она засветилась при покупке билетов.

Но шаман уже не слушал, сорвавшись с места и едва не выбив дверь грудью. Готовящиеся к обороне люди попытались было его остановить и утащить в укрытие, но Петр рявкнул что-то, и их раскидало в разные стороны. При этом очевидцы утверждали, что в воздухе появились призраки, нападающие на людей. К счастью, жертв и разрушений не было, но местные решили, что если человек хочет так экзотически самоубиться, то зачем ему мешать. Но влюбленному юноше было плевать. Он бежал навстречу той, которую оставил, движимый чувством долга. И она его заметила.

Черный болид рванулся к земле, оставляя за собой огненный след. Моргану повезло, что он успел отдать команду не открывать огня, а то неизвестно, что могло бы произойти. А так Фридрих с умилением наблюдал за встречей двух влюбленных сердец. Казалось, еще мгновение – и они сольются в объятиях, но в следующую секунду, когда Ифрит уже была практически над Петром, ее сбило гибкое стремительное тело, метнувшееся с одной из ближайших крыш.

Закрутившись, две черные девушки – одна из-за одежд, укрывавших ее с ног до головы, а другая из-за цвета кожи, не похожего на тот, что имеют представители негроидной расы, а скорее черно-пепельного, какого на Земле ни у кого нет, – покатились по земле, но быстро пришли в себя. Ифрит мгновенно ударила струями пламени из рук, пытаясь поджарить противницу, но та не собиралась ждать смерти и уже сместилась, одновременно атакуя практически параллельно поверхности, собираясь достать огненную магичку кинжалом.

Ифрит не собиралась давать противнице ни единого шанса и, как только та достаточно приблизилась, ударила кольцом пламени, расходящимся в разные стороны. Спастись от него на таком расстоянии считалось невозможным, однако девушка со странной кожей этого не знала. И легко ушла от атаки, буквально взмыв над улицей. А следом взлетела и огненная, поддерживая себя в воздухе струями пламени. Ловко заложив вираж, она снова нацелилась на приготовившуюся к бою темнокожую противницу и уже была готова огненным метеором смести ее, когда вперед шагнул Петр, заслонив Хилуку собой.

– Хозяин! – Хилука попыталась оттолкнуть шамана с траектории движения метеора, но тот одним движением заставил ее брякнуться на колени, скривившись от боли.

– Повелитель! – Ифрит успела погасить пламя, перед тем как врезаться в грудь Ярве. – Я нашла тебя!

– Нашла, – лежащий на земле Петр улыбался, несмотря на весьма сильный удар и падение, и, протянув руку, отстегнул закрывающую лицо девушки часть никаба. – Прости. Я не должен был оставлять тебя одну.

– Мое место рядом с повелителем, – Йишик, покраснев, опустила глаза, но не сделала попытки прикрыться, а затем стрельнула злым взглядом в сторону эльфийки. – Господин, позволь мне разобраться с этой сучкой Селаим. Темная богиня наверняка прислала ее шпионить за тобой.

– Хозяин, эта женщина опасна! – Хилука хоть и не могла нарушить приказ, но смотрела на огненную словно на злейшего врага. – Позвольте мне забрать ее жизнь!

– А ну цыц всем! – Петр одной командой оборвал зарождавшуюся свару. – Молчать! Йишик, это Хилука, она принадлежит мне и только мне. Селаим над ней не властна. Хилука, это Йишик, моя жена. И с этого момента я не хочу видеть ваши свары. Понятно?

– Да, хозяин.

– Да, повелитель, – хором ответили девушки, бросив короткий взгляд на соперницу и сделав какой-то вывод.

– Ну вот и познакомились, – Фридрих даже не пытался сдержать улыбку, выглядевший довольным, будто кот, обожравшийся сметаны. – Ну что, мистер Морган, наша команда в сборе. Когда отправляемся?

Глава 7

– И что, мы будем просто сидеть на попе ровно и ждать, когда этот обалдуй наиграется в шпионов?!! – Инна, уперев руки в бока, грозно смотрела на остальных девушек. – Вас устраивает роль домашних клуш, которых можно чмокнуть в щеку и умотать на полгода на какую-нибудь войну?!

– Для начала, Кузьма не обалдуй, – спокойно поправила сестру Нина. – Будь добра, прояви уважение к мужу и главе рода. А во-вторых, чего именно ты хочешь? Пока мы слышали только твою истерику и ни капли конструктива. Знаешь правило: критикуешь – предлагай. Вот и давай, дерзай.

– Я не хочу стать вдовой еще до того, как официально выйду замуж! – зашипела старшая из цесаревен. – Ты могла бы давно надавить на Кузю, чтобы он поторопился со свадьбой. Но нет, ты же у нас боевая подруга, во всем поддерживаешь своего мужчину. А в итоге мы все сидим одни, как дуры, и неизвестно вообще, в итоге станем когда-нибудь женами или элегантно перекочуем в разряд вдов. Только учти, женихов тогда поубавится. Спрос на бэушный товар всегда ниже.

– Так чего ты ждешь? – немного ехидно улыбнулась Зайка. – Беги, ищи себе купца, пока хорошую цену дают. Привязку я с тебя и сама сниму без проблем. Устраивай свое счастье.

– Заткнись!!! – взъярилась Инна, сжимая кулаки и надвигаясь на сестру. – Закрой рот, стерва!

– Ваше высочество, успокойтесь, – перед Ниной тут же возникла Лена Касимова, но успела только сказать несколько слов, как ту заслонила собой Евгения, с насмешкой уставившаяся на младшую сестру. – Чего тебе?!

– Я смотрю, кто-то давно не получал. – Касимова-старшая демонстративно размяла кулаки. – Надо бы это исправить.

– Коммандо цурюк!!! – вопль Брунгильды больно стеганул по ушам всех присутствующих. – Стил штеен!!! Ви есть что, совсем дункопф?!!

– Ой, да заткнись ты, – на этот раз, к сожалению, командирского голоса суровой тевтонки оказалось недостаточно, и старшая Касимова пренебрежительно отмахнулась: – Думаешь, что ты тут главная? Ну и что, что ты принцесса? Мы тоже не пальцем деланные. Или, может, хочешь силами помериться? Так сейчас закончу с этой дурой и займусь тобой.

– Ты кого дурой назвала, коза драная?! – Лена даже не думала отступать, скорее наоборот, оскалившись, готовилась кинуться первая. – Да я тебе сейчас таких люлей наваляю!

Обстановка стремительно накалялась, грозя перерасти во всеобщую свалку. Немка, сурово глядя на обидчицу, закатывала рукава. Сестры Касимовы кружили друг напротив друга, примериваясь для атаки. Инна ухватила тяжелую статуэтку со стола, взвешивая ее в руке, а Нина, демонстративно похлопав зонтиком по руке, с вызовом уставилась на сестру. Лишь Андре и Иви не приняли участие во всеобщем безумии, и то потому, что первая лишь недавно оправилась от тяжелой раны, а эльфийка не знала, чью сторону занять. И в этот момент прямо посреди комнаты вдруг разыгралась ледяная буря.

Холодный ветер рвал одежду, а снежинки, что он нес, резали не хуже стали. Хватило пары секунд, чтобы все присутствующие забыли о драке и принялись прятаться. Кто-то запустил ПМК, активируя защитное поле, кто-то укрылся за мебелью. Главные задиры Касимовы, несмотря на технику «Стальной рубашки» и преобразователи, создающие энергетический щит, тоже решили не рисковать, тем более что на них была безопасность подопечных. Так что вскоре в гостиной было слышно лишь завывание ветра, впрочем, довольно быстро успокоившегося.

– Остыли? – дверь в комнату распахнулась, и на пороге появились Аня с Аськой. – А то устроили кордебалет, курицы мокрые.

– Ася! – Лена тут же грозно уставилась на дочь. – Как это понимать?!

– Не кричи на ребенка! – сестра Кузьмы ответила не менее суровым взглядом, мигом спрятав племянницу за спину. – Тоже мне мать называется.

– Аня, ты не права, – убирая зонтик, заступилась за компаньонку и подругу Нина. – Лена делает все, что может. К сожалению, из-за известных причин установить прочную ментальную и эмоциональную связь матери и дочери им непросто. Но это не значит, что они не стараются. И твое вмешательство не делает эту задачу проще.

– А ваши истерики делают? – презрительно скривилась Анна. – Что вы тут устроили?!

– Мы переживаем за Кузьму, – не стала оправдываться или отделять себя от коллектива Иви. – Он может быть в опасности…

– А я, по-вашему, не переживаю?!! – взорвалась Ефимова. – Или вы думаете, что это только вы такие чувствительные, а остальные колоды бесчувственные?! Да я нормально не спала еще с того момента, как он пропал! Есть не могу, трясет всю… а вы-ы-ы-ы… дуры-ы-ы-ы!!!

– Анечка, солнышко, ну не плачь! – тут же кинулась к ревущей девчонке Андре, находившаяся ближе всех к ней. – Ну, прости нас, бестолковых. Мы не хотели… Ой… живот…

В этот момент засуетились все остальные. Француженка, еще до конца не оправившаяся от страшного ранения, была уложена на диван. Вызванные слуги мигом навели порядок в комнате, так что никто бы даже не догадался, что всего несколько минут назад здесь бушевала самая настоящая вьюга. Ковры и мебель были высушены и вычищены бытовыми плетениями, ведь в горничные цесаревен не брали Магов или Воинов ниже второго ранга. Неодаренных даже не рассматривали. Так что не прошло и пяти минут, как гостиная вновь стала чистой и уютной.

– Анечка, прости нас, – Нина лично налила будущей золовке чай. – Мы просто очень переживаем за Кузю и от этого сходим с ума.

– Лучше бы делом занялись, – заворчала девушка, но чашку взяла, и ее жест тут же скопировала Аська, примостившаяся под боком у тети. – Это вы от безделья с ума сходите, точно говорю. Рожать вам надо.

– Так мы не против, – тяжело вздохнула Инна. – Я так совсем наоборот, хоть сейчас готова. Только твой братец свалил опять куда-то и бросил нас одних. Про свадьбу молчит.

– Правильно делает! – наставительно подняла палец Аня. – Если вы такие концерты ему закатываете. Кузя для всех нас старается, и ему нужен надежный тыл, а не куча истеричек, выносящих мозг.

– И ничего мы ему не закатываем! – дружно обиделись все девушки разом. – Неправда это!

– Да ладно? – Ефимова ехидно прищурилась. – А кто его по мордасам лупил? Думаете, если брат ничего не говорит, так я и не узнаю? Вот вам ответка и прилетела. Сильно умными себя возомнили, решили, что можете крутить мужиком как хотите, поэтому Кузя от вас и сбежал. Он с детства такой. Слова не скажет, но делать будет по-своему. Вот и сейчас, видимо, его домой-то не тянет, раз опять умотал куда-то, а вас отправил с глаз долой.

– Варлок бы так никогда не поступил! – Лена Касимова хлопнула ладонью по столу. – Он не такой! Он… он…

– Аня права, – мрачно перебила свою компаньонку младшая цесаревна. – Мы решили, что Кузя глупый мальчик, которым можно крутить как хочешь, и он покорно будет исполнять все наши капризы. Но получилось, что мы сами себя перехитрили. Мальчик вырос, и мы стали ему не нужны.

– Неправда! – Андре дернулась, чтобы вскочить на ноги, но ее с легкостью удержала Брунгильда. – Этого не может быть!

– Да? – зло оскалилась Нина. – А с чего вы взяли, что он не найдет себе кого-нибудь получше. Ладно Ивилада, она богиня и гарант владения родом Ефимовых вотчиной в ее мире. Но все остальные ему уже не нужны.

– Мы цесаревны! – запальчиво крикнула Инна, но натолкнулась на скептический взгляд сестры и сбавила тон. – Папа не позволит…

– Ты реально так считаешь? – сарказма в голосе Зайки хватило бы на семерых. – Что кто-то может что-то не позволить, наверно, сильнейшему Аватару в мире? Да если Кузьма заикнется о том, что хочет разорвать с нами отношения, мы глазом моргнуть не успеем, как окажемся замужем за каким-нибудь седьмым принцем племени Умба-Юмба. Особенно если Кузьма присягнет наследнику. Папенька очень вовремя подсуетился с сыном, и теперь сильный зять ему скорее мешает. А в красивых девках на Руси никогда недостатка не было. Как и желающих породниться с родом Ефимовых. Достаточно кинуть клич, и через неделю новый гарем будет готов. Смирный, послушный, заглядывающий Кузьме в рот в ожидании любого пожелания.

– Ты слишком нагнетаешь, – единственная остававшаяся спокойной с самого начала эльфийская богиня элегантно отхлебнула чай и поставила чашку на стол. – Я бы согласилась с тобой, если бы речь шла о ком-то другом, например о Савелии Мрачном. Но Кузьма не такой. Он любит вас, особенно тебя, Нина. И уважает вас всех. Вспомните, как он убивался по Юле и переживал за Андре. Я лучше всех знаю, как он рвался домой, к семье. Не только к матери и к сестрам с братьями. Но и ко всем вам, вы тоже его семья.

– Мы, – перебила Ивиладу Нина.

– Прости? – та с недоумением подняла бровь, больше ничем не высказывая своего недовольства.

– Мы его семья, – повторила Зайка. – Уверена, что Кузя не откажется ни от одной из нас. Так что не стоит себя принижать. И как семья мы должны обеспечить мужу надежный тыл, чтобы ему было куда возвращаться из своих военных походов. Да, Инна, именно возвращаться. Наш муж и господин человек войны, как бы кому ни хотелось другого. Уверена, что после решения конфликта с вампирами обязательно найдется какая-то другая заваруха, в которую он окунется с головой. И так будет постоянно.

– Брат всегда хотел создать свой собственный отряд наемников и уехать в украинскую зону, – подтвердила Аня. – Может быть, это последствие тех лет, когда он был фактически прикован к инвалидному креслу. Теперь компенсирует, ввязываясь в любой кипиш. Так что, если не готова его ждать, тебе действительно стоит уйти.

– Я готова! – запальчиво вскинулась Инна. – Но… я боюсь за Кузю. А вдруг…

– Мы все переживаем, – обняла и погладила по голове подопечную Евгения. – Но такова бабская доля.

– Но я не хочу! – снова взорвалась старшая цесаревна. – Не хочу прожить каким-то придатком к мужчине!

– Значит, надо делать так, чтобы, во-первых, муж не желать уходить из дома, – как всегда, принялась излагать по порядку любительница немецкого орднунга. – А во-вторых, найти себе работа по душа.

– Полностью согласна, – кивнула Зайка. – Не знаешь, чем себя занять, – займись делом. Тем более что сейчас работы очень много. После чисток чиновников и аристократии, находящихся под вампирским внушением, высвободилось много активов. Часть из них получат наследники, но значительная доля из тех, чьи прежние владельцы попались на сотрудничестве с кровососами, останется свободной. В частности, владения Ромушевых целиком и полностью уходят казне. Но у нас, рода Ефимовых, есть весьма приличные шансы забрать их себе в качестве компенсации. Почему бы тебе, Инна, не заняться этим вопросом? Это поможет отвлечься и принесет роду значительную прибыль.

– А сама почему не хочешь взяться? – Инна упиралась, но скорее по инерции, чем реально отказывалась работать, и это видели все присутствующие. – Или боишься опозориться?

– Ты сейчас серьезно? – Нина удивленно приподняла брови. – К тому же управление и финансы – это твоя специальность. Покажи, что не зря тратила время в колледже.

– С легкостью, – цесаревна облила сестру презрением. – В отличие от тебя, я действительно специалист. И проходила стажировку в лучших компаниях страны.

– Вот и замечательно, – ничуть не обиделась младшая. – Второй вопрос, требующий срочного решения, – это родовое поместье в Аркаиме. Столичные власти наконец-то согласовали все мелочи и выделили землю. Документы уже оформлены, и теперь это собственность рода Ефимовых. Но там пока пусто. Необходимо начинать строительство, а то стыдно перед другими аристократами. Брунгильда, я прошу тебя и Андре заняться этим вопросом. Уверена, немецкая педантичность и французское чувство стиля дадут потрясающие результаты.

– Мы согласны! – девушки переглянулись между собой и тут же дали ответ, особо не раздумывая. – Столичная резиденция рода должна быть самой лучшей!

– Я дам вам в помощь несколько своих девочек, – поддержала подруг Иви. – У эльфов идеальный вкус, к тому же стоит подумать над удобством строений для неантропоморфных рас. У Кузьмы есть ученица, будет неудобно, если поместье станет для нее недоступным.

– Мы будем рады любой помощи, – немка дипломатично не заметила немного расистских высказываний богини, тем более что в чем-то она была права. – Для начала объявим тендер на проект. Думаю, управимся за несколько месяц. Нам надо…

– Особо не спешите, – притормозила готовую пойти вразнос тевтонку Нина. – Главное, не скорость, а качество. Я уверена, что ты и так проверишь каждый сантиметр, но Ивилада права. Род Ефимовых многорасовый, следует учесть каждую мелочь. Поэтому ищите архитектурное агентство, и пусть тщательно работают с проектом. Чтобы не пришлось потом десять раз все переделывать.

– Я, я, натюрлих, – Брунгильда от волнения перешла на немецкий, но быстро исправилась. – Конечно. Мы есть будем очень внимательны. У рода Ефимовы будет лучший резиденций в страна!

– Раздала все задания, а сама чем займешься? – в голосе Инны слышалась ревность, которую та даже не думала скрывать. – Или уже примеряешь на себя роль хозяйки? Хочешь только командовать и смотреть, как мы вкалываем?

– Конечно, – ничуть не смутилась младшая сестра. – Но сидеть без дела я не собираюсь. Мы с Ивиладой войдем в команду поддержки Кузьмы. Генштаб формирует аналитическую и оперативные группы, а также группу поддержки. Мы лучше всех сможем справиться с этой задачей. Так же хотелось бы попросить помочь тебя, Аня, и тебя, Ася. Ты как сестра знаешь, как думает брат, даже лучше меня. И было бы идеально иметь возможность оперативно эвакуировать Кузьму в случае чрезвычайной ситуации или перекинуть к нему подкрепление. Асенька, ты же можешь это сделать?

– Без проблем, – девочка, ведущая себя неожиданно тихо, оживилась, стоило всем обратить на нее внимание. – Правда, папка сейчас словно за какой-то пеленой, просто так к нему не добраться. Я без труда могу ее пробить, но об этом сразу станет известно тем, кто этот барьер поставил. Так что, если надо…

– Нет, нет, – быстро перебила ее Зайка, – оставим это на крайний случай. Просто будь готова, вдруг придется действовать очень быстро. Группу немедленного реагирования уже формируют, Сергей Петрович лично этим занялся. Не думаю, что ему стоит мешать, все-таки это его специальность. То, что он нашел Кузьму в Эллуриане, говорит о его высочайшей квалификации. К тому же Кузя ему доверяет.

– Как хотите, – с виду равнодушно пожала плечами девочка, но окружающие ее молодые женщины не поверили в такую покладистость.

– Ася, – Лена Касимова на правах матери сурово уставилась на дочь. – Надеюсь, ты понимаешь, что стоит на кону и что здесь нет места шалостям?!

– Ой, да подумаешь, – легкомысленно отмахнулась та, – кто нас с папой посмеет тронуть? А ведь к нему еще и Фридрих отправился. Почему лысому можно, а мне нет?! Я там всех заморожу и заберу папу домой! Вы же сами этого хотите!!!

– Хотим, – со вздохом подтвердила Лена, а все остальные молча кивнули, даже Аня. – Но у взрослых бывает так, что личные желания ничего не значат. Иногда долг важнее жизни, и у папы сейчас именно так. Он должен спасти страну от вампиров и разных других злодеев. И, бросившись ему на помощь, когда папа об этом не просит, ты только навредишь. Враги испугаются и попрячутся в норы. А потом нанесут удар, где никто этого не ждет. Как в тот раз, когда мы ходили в «Диснейворлд», помнишь?

– Папа сейчас с этими лысыми гадами воюет? – мгновенно стала серьезной девочка. – Я их ненавижу!

– И я тоже, – тяжело вздохнула Нина. – Эти твари убили мою подругу. И еще много хороших людей. И поэтому папа с ними и воюет.

– Хорошо, – кивнула Ася, окинув мам взглядом, в котором читалась мудрость тысячелетий, заставив тех вздрогнуть. – Я подожду. Но когда папа их найдет… тогда я отомщу им за всё.

Глава 8

– С чего ты вообще взял, что англичане собираются развязать мировую войну?!! – Фридрих, только что чуть не подавившийся водой, смотрел на меня огромными глазами, что придавало ему сходство с аниме-персонажем почище любого косплея. – Что это вообще за бред?!! Эм… кхе-кхе… нижайше прошу прощения, глава.

Я глубоко вздохнул и постарался успокоиться. Ребята прибыли вчера ночью, правда, в таком составе, что меня чуть кондрашка не хватил. Ладно, лысого немца я ждал, потому как уже привык к нему, да и Воевода под рукой мог оказаться очень полезен. Петра я тоже был рад видеть. Все-таки он, не раздумывая, кинулся меня спасать, за что я был ему очень благодарен, хоть и не одобрял подобной глупости, и чувствовал себя обязанным. Тем более, если судить по сансарному отклику и докладам аналитиков, Ярве во время странствий серьезно прибавил в силе и теперь был очень опасен. Это могло помочь. Но вот его спутницы убили меня наповал.

С Ифрит все понятно. Йишик не раз умоляла меня вернуть Петра, и я всей душой хотел помочь девушке, ведь у нее к шаману были настоящие чувства. Так что я не удивился, увидев их вместе. Но скажите, пожалуйста, откуда он достал темную эльфийку, да еще смог промыть ей мозги, сделав рабыней?! Причем добровольной, втюрившейся по уши в своего хозяина. Такое под силу было только вампирам, даже Маги, имеющие аспект ментала, не могли провернуть подобный трюк. Стереть личность, превратив фактически в овощ, – это запросто. Правда, тут был шанс уехать валить лес в Сибирь годиков эдак на двадцать пять. Или, что более вероятно, получить пулю в лоб при задержании. С кровососами вон никто не церемонился.

Однако я был уверен, что Петр промыл мозги эльфийке исключительно по необходимости. Да, у него был сдвиг по фазе на тему национализма. Мол, чукчи – люди, остальные – так, животные говорящие. Но он давно уже осознал всю ущербность подобной теории и даже не заикался о чьем-то превосходстве. Спасибо за это Йишик, кстати. Так что я был рад ее видеть, только вот было непонятно, как теперь залегендировать всю эту гоп-компанию.

К счастью, это оказалось не проблемой, если имеются деньги. И связи, конечно же. У меня было первое, у Яноша – второе. В итоге мы объединили наш капитал, и Петр Ярве стал Нусрат Фатех Али Хан, эмигрантом из Пакистана в третьем поколении. А девочки – его женами, причем согласно мусульманской традиции им положено было ходить в чадре, что сняло проблему того, как спрятать эльфийку. И хоть, на мой взгляд, шаман в чалме и прочей аутентичной одежде смотрелся скорее смешно, но в целом для неискушенного наблюдателя теперь он ничем не отличался от других мусульман, выросших в этнических анклавах, которых на островах оказалось не так уж и мало. Особенно с выходцами из Пакистана и Индии.

В пользу этого выбора также играл запрет женщинам открывать рот без разрешения своего мужчины. Это снимало проблему со знанием языка и возможностью спалиться. За самого Петра я не переживал. По-английски он говорил, правда, плохо. Главное, что его акцент не был похож на русский. К тому же Фридрих с самого начала их путешествия взял шефство над шаманом и натаскивал его в авалонской мове. Учитывая, что сам немец на ней говорил, словно родился и вырос в центре Лондона, Ярве прогрессировал не по дням, а по часам. И уже вполне походил на уроженца островов, проживших большую часть жизни в закрытом анклаве. Таких хватало, собственно, именно там Янош и разжился документами.

А вот лысый косплейщик прибыл уже подготовленным. О легенде для него уже позаботилась разведка Земель германской нации, более того, с этого момента по приказу Стальной бабули все резиденты подчинялись Фридриху. А мне тесть на такой подарок не расщедрился. Я не сказал бы, что прям жалел об этом, но некоторый червячок обиды появился. Словно мне не доверяли. Мол, играйся в шпионов, если хочешь, но взрослым дядям не мешай.

Однако требовать «как у того мальчика» действительно отдавало детством. Так что я сделал ставку не на резидентуру, а на местную организованную преступность и ирландцев. Причем первым я вообще не доверял. Янош не в счет, тут в ход пошли скорее родственные связи, плюс славянское братство. Тоже весьма мутная опора, если вспомнить, сколько раз братушки нас предавали, но тут был нюанс.

Одно дело правительство дома, там они могли играть на вековых обидах и прочем.

Другое – здесь, вдали от родины и при личном общении. В таком случае срабатывал инстинкт «наших бьют», ибо своими Лукач и его семья на Авалоне не стали, несмотря на то что жили тут уже почти половину века. Бритты не спешили признавать грязных славян равными себе, пусть на словах заявляли о равенстве и демократии. Это было особенно смешно слышать в стране, где никогда не было конституции, и монархия существовала еще до ее реставрации в других местах.

Впрочем, на бриттов мне было плевать. Точнее, у меня была здесь конкретная цель, и как только мы решили организационные вопросы и впервые собрались все вместе на оперативной квартире, предоставленной немецкой разведкой, я объявил совещание. И честно выложил свои соображения и то, что хочу сделать. Кто ж знал, что Фридрих чуть не лопнет от смеха.

– То есть ты считаешь, что все это, – я неопределенно махнул рукой в сторону, – клоны, операции на нашей территории и прочее – это все просто так?

– Нет, конечно, – тут же отбоярился Гогенцоллерн. – Бритты наверняка что-то готовят. И визит Кетцалькоатля это подтверждает. Но война… вряд ли. Не потянут они мировую.

– Но клоны… – заикнулся было я… и сам понял, что слишком зациклился на этих куклах. – Хорошо, давай свои аргументы.

– Все просто, для большой войны у авалонцев просто не хватит средств, – пожал плечами лысый. – Клоны и телепорты – это замечательно, но в условиях глобального конфликта это мелочи. Точнее, мгновенная переброска живой силы и материалов, конечно, может сыграть значительную роль, но тут надо смотреть характеристики, а вот болванчиков, не способных к принятию собственных решений, сомнут за несколько секунд. Так что предел бриттов – это прокси-войны, тем более что они как никто умеют играть в управляемый хаос. Кроме того, раз у них уже налажена торговля тупым мясом для хозяйственных нужд, наверняка будут поставлять его и разным частным военным компаниям. Которые вроде как не связаны с Авалоном, но по факту работают на него.

– Я не сказал бы, что клоны были совсем тупыми, – припомнил я все случаи, когда сталкивался с лысыми уродцами. – И в Турции, и в Америке они показали себя опасными бойцами. Да и в Новосибирске тоже.

– Это где ты в одиночку разобрался с боевой группой? – презрительно скривился немец. – Да и в остальных случаях они проявили себя далеко не лучшим образом.

– Он Аватар, – подал голос Петр, которому не очень нравилось просто сидеть и говорить. – Колдун. Его победить тяжело. Даже сейчас.

– Не прибедняйся, – отмахнулся Фридрих. – Ты тоже монстр, какого поискать. Но я говорил не о стычках Кузьмы, а о других операциях. Какой-то их процент прошел успешно, но в целом статистика говорит не в пользу клонов. Если рядом оказывался сильный Маг или Воин, они сливали в восьмидесяти процентов случаев. Единственное, в чем они абсолютно превосходят подготовленных осназовцев, так это в решимости покончить с собой. Почти всегда, когда обстоятельства оборачивались против них, клоны активировали самоуничтожение.

– А какой в этом смысл, если все знают, кому именно они принадлежат? – удивился Петр. – Можно просто предъявить хозяину по факту.

– До недавнего времени никто не знал, что за клонами стоят авалонцы, – вздохнул Фридрих. – Были догадки, но те действовали слишком осторожно. Использовали подставных лиц, оставляли сотни ложных следов. Мы до последнего считали, что за клонами стоит Аргентина или Бразилия. Только когда всплыло использование телепорта, стало понятно, что это авалонцы. Наша… разведка Земель германской нации давно охотится за информацией по созданию внутримировых и межмировых проколов. И слухи, что бритты добились значительных успехов в их разработке, ходили давно. Однако только пару месяцев назад удалось получить стопроцентное подтверждение этого.

– Но сейчас-то доказательства есть, – гнул свою линию шаман. – Вот и предъявить им. Для этого Консорциум наций и создавали. Чтобы решать международные споры.

– Это ничего не даст, – такое даже я понимал. – Даже если удастся доказать непосредственное участие правительства Авалона, по факту они могут послать всех. Хотя, скорее всего, просто назначат козла отпущения из высшего командного состава, свалив на него все прегрешения. На самый крайний случай – снимут премьера. Тем более что сейчас это скорее символическая должность. Убытки возместят, выплатят какие-нибудь копейки пострадавшим. И, по сути, всё.

– Ну, я не сказал бы, что совсем всё, – поправил меня Фридрих. – Введут какие-нибудь санкции или что-то такое. Но это все мелочи, по факту Кузьма прав. Если не нарыть действительно серьезные доказательства, шансы выскользнуть у них слишком высоки.

– Значит, надо найти эти самые доказательства, – шаман сегодня решил побыть капитаном Очевидность. – Раз уж мы здесь.

– А почему нет? – я вдруг замер, пораженный этой простой мыслью. – Действительно, раз мы уже пробрались на сам Авалон, что мешает нам найти доказательства приказов руководства острова об использовании клонов в террористических атаках?!

– Ты же понимаешь, что подобное можно найти только в генеральном штабе, – осторожно, будто разговаривает с опасным душевнобольным, начал немец. – А это такое место, которое охраняется почище, чем Форт-Нокс в Североамериканской Либерократии.

– Это ты сейчас меня оскорбить хотел, или считаешь американцев слишком крутыми? – я иронично приподнял бровь. – Ты же понимаешь, что даже втроем мы сможем войти в любой форт, кто бы там его ни охранял.

– И развязать Вторую магическую? – ответил тем же Фридрих. – Или ты это и имел в виду, когда рассказывал, что бритты что-то задумали? Тогда уверен, твой план сработает на сто процентов.

– А что ты предлагаешь? – я почувствовал, как в душе поднимается злость. – Забыть все и вернуться домой? Мол, извините малолетнего дурачка, ошибся. Пусть большие дяди серьезными делами занимаются, а я пойду в песочнице поиграюсь?

– Я… Виноват! Прошу прощения, глава! – немец мгновенно растерял все ехидство и застыл по стойке смирно, словно статуя. – Нижайше прошу наказать меня!

– Да не ори ты! – я поморщился от звона в ушах. – И сядь! А то голова уже кружится задирать ее. Ты не блажи, а предлагай. Критиковать мы все умеем, даже Петр.

– Я? – удивился шаман, никак не прореагировавший на разыгравшуюся сцену. – Да, могу.

– Вот видишь? – я удовлетворенно кивнул. – Но спроси его, чего нам делать, он сразу скажет – идти выручать Дениса, так?

– Конечно, – кивнул Ярве. – Я для этого и приехал.

– Вот! – я наставительно поднял палец. – Но где именно держат Дэна, мы не знаем. Так что логичнее было бы решить сначала назревшие проблемы, то есть клоны и телепорт, а уже затем разбираться со всем остальным. Кстати… сюда же Володырь приезжает, так?!

– Он прибывает в Букингемский дворец, – осторожно прокомментировал Фридрих, заметив на моем лице признаки нездорового возбуждения. – Резиденцию Мерлина…

– Какого-то там по счету, – отмахнулся я. – Да, да я в курсе. Лондон ис зе кепитал Бритиш кроун Авалон. В том и фишка, что атаки на дворец никто не ждет. А мы вломимся туда, навешаем люлей пернатой твари, а заодно пошукаем насчет инфы по планам насчет клонов и технологиям порталов. Ведь наверняка у Мерлина эти данные есть.

– Но не обязательно он хранит их в прикроватной тумбочке!!! – если бы у немца были волосы, они бы встали дыбом. – Это… Это есть бред! Думмхайт!!!

– А мне нравится, – с Петра вдруг слетела маска вечной невозмутимости, и он зло оскалился. – Пернатый Змей мой!

– Да кушай с булочкой, – я благородно уступил другу право на месть. – Можешь его хоть ощипать, хоть ободрать.

– Я его поменяю на Дениса, – быстро успокоился шаман. – Пшеки не станут торговаться.

– Одно другому не мешает, – я пожал плечами. – Ощипанный змей все равно змей. К тому же можно вообще не менять, а выбить из него информацию, где держат Донателло. Зуб даю, крылатый гад в курсе. А потом наведаемся туда и сотрем ублюдков с лица земли.

– Так тоже можно, – хищно улыбнувшись своим мыслям, кивнул Ярве. – А они Дэна не тронут?

– Хм… – я задумался на секунду. – Можно сначала выбить инфу, потом предложить обмен и в этот же момент – напасть. Пока пшеки расчухаются, мы уже отобьем заложника. Короче, есть варианты. Думаю, справимся.

– Вы… вы есть серьезно?! – Фридрих от волнения даже начал заикаться, и к нему вернулся акцент. – Вы есть думкопф! Это самоубийство!!!

– Не преувеличивай, – отмахнулся я от истерики подчиненного. – Убить нас будет крайне проблематично. Скорее уж наоборот. Конечно, мы не сверхчеловеки и тоже смертны. Не умеем летать или пуляться лазерами из глаз и задницы, но в целом справиться с нашей группой даже нескольким Аватарам будет крайне непросто. Ранги ниже можно даже не считать. И это не самоуверенность, а констатация факта. Тем более что мы не будем атаковать в лоб. Для начала соберем информацию, составим план, а затем уже ударим. Сколько там у нас времени есть до визита Володыря?

– Две недели, – немец обессиленно рухнул на стул. – Мне конец. Фрау Виолетта оторвет мне голова.

– Не ссы, прорвемся, – я хлопнул расстроенного тевтонского Воеводу по плечу. – Относись к этому как к приключению. Вон твой кумир Одноударник никогда не парился на этот счет.

– Он бессмертный, сверхсильный, и у него не было тетушки Виолетты, – утешить Фридриха оказалось не так просто. – Я… подчиняюсь вашему слову, глава.

– Вот и славно, – я хотел еще раз хлопнуть парня по плечу, но передумал и оставил его в покое. – Значит, для начала надо установить наблюдение за дворцом и окрестностями.

– Его быстро засекут, – упавшим голосом обломал идею немец. – Может, британские Аватары слабее тебя, но уж точно не тупее. И охраняют короля по высшему разряду.

– Моих посланцев не засекут, – зло оскалился шаман. – Вряд ли у них есть свои шаманы, равные мне по силам.

– Отлично! – я в возбуждении потер ладони. – Твоих духов точно никто не заметит! Даже с открытой Аджной увидеть их сложно, а они при этом даже не прячутся. Так, с этим разобрались…

– Нет! – вскинулся Фридрих. – Не разобрались! Каков радиус действия духов? Какова их способность передавать информацию? Насколько они самостоятельны? Тут куча нюансов, которые следует учесть.

– Он прав, – повернулся ко мне Петр. – Мне нужно будет находиться пусть не совсем рядом, но все же не в другом городе.

– Проблема, – кивнул я, понимая, что имел в виду немец. – Но это мы сейчас обсудим. Тем более что все равно я собирался в Лондон. Правда, для этого придется снова работать с ирландцами. У Яноша таких возможностей нет.

– Глава, а вы уверены, что этот словак нас не сдаст? – Фридриху изначально не понравился Лукач, а больше всего – его контакты с организованной преступностью. – Или его… как это на русском… братки?

– Он словенец, – поправил я Воеводу. – И в нем я уверен больше, чем в ирландцах. У тех наверняка полно стукачей. А насчет Яноша, он с удовольствием сдал бы меня, но тут есть нюанс. Тогда Юре, его племянник, тоже сядет. И если у нас есть немаленький шанс вернуться домой, поменяют на какого-нибудь их шпиона, да и все, то Ковача повесят. И это в лучшем случае. Потому как он совершил государственную измену. Так что Янош никогда племянника не выдаст. Собственно, он сразу все понял и постарался максимально ограничить распространение информации среди своих… эм… коллег, так скажем. То же самое касается и ИРА. У нас есть несколько контактов, которые занимались вашей перевозкой, значит, стоит ими и ограничиться. Фридрих, ты можешь взять на себя дальнейшее общение? Ты с ними уже работал, да и не думаю, что мне самому стоит светиться.

– Как прикажешь, глава, – немец опять стал строгим и чопорным, бывало, на него находило такое, но на этот раз надолго его не хватило. – Как будто, если меня опознают, никто не поймет, что ты где-то рядом.

Глава 9

– То есть вы хотите убить Мерлина, – сидящий передо мной ирландец хотел выглядеть невозмутимо и саркастически, но дергающийся глаз портил всю картину. – Забавно.

– Вы нас неправильно поняли. – Да, как полагают все учебники по переговорам, говорить собеседнику, что это он ошибся, нельзя, но мне было плевать, дважды герцог я или нет. А еще Аватар и колдун. Это я никогда не ошибаюсь. – Если бы мы хотели его убить, мы бы его убили без чьей-либо помощи. Уж поверьте, для этого лично мне нужно лишь его местоположение с точностью до квартала. Дальше дело техники. Р-раз! – я хлопнул в ладоши, и вокруг разлетелись искорки. – И всё.

– И всё, – повторил ирландец, с трудом отрывая взгляд от моих рук, и, непроизвольно сглотнув, встрепенулся и взял себя в руки. – Так чего же вы хотите?

– Помощи в организации операции, – я, не стесняясь, вывалил свои требования. – Вы местные и работаете на этой земле больше, чем мне вообще лет. У вас связи на всех уровнях общества. И самое главное, для вас выгодно, если у англичан будут большие проблемы. Их никто не любит, но больше всех ирландцы, так ведь? Это, может, в других местах забыли, а у нас помнят, как английская полиция прикрывалась ирландскими детьми. Вот заодно и отомстите.

– Мистер О’Нил, – дипломатично подождав, пока я закончу, проговорил Фридрих и только после этого подал голос. – Мы понимаем, насколько неожиданным было наше предложение. И вы вправе потребовать от нас просто уйти. Но если вас все же заинтересовало наше предложение, каким бы бредом оно ни казалось, прежде чем мы продолжим обсуждение, я хотел попросить бы вас отключить записывающую аппаратуру. В качестве жеста доброй воли, так сказать.

– Эм… – подзавис ирландец от перехода, но сумел взять себя в руки. – Конечно. Пожалуй, будет лучше, если никаких данных об этой встрече не останется.

– Это значит, что вы отказываетесь от участия? – я вопросительно улыбнулся, а Петр в упор уставился на нашего собеседника, вроде и ничего не делая, но почему-то тому вдруг стало крайне неуютно. – Мы считали, что Ирландская республиканская армия заинтересована в ослаблении англичан. Неужели мы ошиблись, и легендарные повстанцы заболели обычной для армии мирного времени заразой, когда высшие чины больше всего боятся именно войны. Так как это угрожает их статусу и спокойствию.

– Да как ты сме… – ирландец покраснел и, сжав кулаки, чуть было не кинулся на меня, но, натолкнувшись на насмешливый взгляд, взял себя в руки и заставил успокоиться. – Такое бывает. Но не в моем случае. Те истории про детей. Они не сказки. Я сам бывал в таких, причем с обеих сторон.

– Какая одна, я понимаю, – удивился Фридрих. – А вторая какая?

– В Дублине были волнения. Мы собирались показать поганым англичанам их место, а те прислали войска, – тяжело вздохнул О’Нил. – Я сидел в засаде, ожидая их патруль. И он появился… вместе с моими племянниками. Все как тридцать лет назад, только тогда на их месте были я и сестра. Дура повелась на конфеты, а я не мог ее одну оставить.

– Все закончилось хорошо? – Судя по мрачному лицу ирландца, вряд ли.

– В тот раз – да, – мистер О’Нил хмыкнул и, не спрашивая разрешения, закурил. – Но в следующий раз меня рядом не было. А сестре понравились халявные конфеты. К сожалению, именно в этот момент одна из радикальных ячеек решила напасть, не считаясь с возможными жертвами. Точнее, они хотели сделать из погибших детей символ и предостережение для остальных. И у них получилось…

– Соболезную, – я почувствовал, как мои кулаки непроизвольно сжимаются, причем непонятно, то ли от злости на англичан, устроивших из детей живой щит, то ли на ирландцев, сознательно создавших из тех мучеников. Как по мне, и те и другие были одинаковыми моральными уродами, а вот девочку было по-настоящему жаль. – Надеюсь, вы в своем случае придерживались не столь радикальных взглядов?

– Дети не должны страдать, как бы взрослым ни нравилось, что происходит, – мистер О’Нил сжал кулак так, что сломал сигарету и только после этого спохватился. – Прошу прощения. Я слишком расчувствовался. Итак, предлагаю вернуться к обсуждению вашего… плана. Я отключил запись и удалю все данные о сегодняшней встрече вне зависимости от того, достигнем мы соглашения или нет. Скажу честно, ваша идея звучит откровенно авантюрно, если не сказать бредово, но, возможно… я повторяю, возможно, мы бы могли в ней поучаствовать. Вопрос только в том, что именно вы хотите от нашей организации.

– Помощь в подготовке, – я не стал ломаться и выложил свои требования. – Мы сами понимаем, на сколь серьезную цель замахнулись, и не собираемся штурмовать дворец в лоб. Нужно все тщательно спланировать, разведать место, время, всю подноготную. Наша задача не просто убить или похитить Мерлина которого-там-по-счету. Нет, мы хотим достичь гораздо более прозаичных целей, например, получить технологии телепортации или хотя бы ключ к ним. И планы использования клонов с вампирами. Я прекрасно понимаю, что такое не хранят под подушкой, то есть по большому счету нам нужен доступ в архив или что-то подобное. Наверняка у правителя Авалона такой есть с самым высшим уровнем.

– Простите, но это звучит не менее эм… авантюрно, – ирландец уже полностью пришел в себя и держался в меру раскованно. – Но лично мне ваша затея нравится. Щелкнуть по носу английского королька я всегда готов. Но все же должен спросить еще кое-что. Вы понимаете, что нападение на лидера державы человека вашего уровня означает мировую войну?

– Ту самую, которой ты опасался, – поддакнул ему Фридрих. – Получится, мы сами, своими руками ее начнем.

– Не ты ли меня уверял, что бритты полномасштабную войну не потянут? – я ехидно ухмыльнулся. – Кроме того, они трижды нападали лично на меня с помощью своих клонов. Так что я считаю себя вправе ответить любыми средствами. И император со мной согласен, правда, не знаю почему. Святослав Андреевич вроде кровожадностью не отличался.

– Может, надеется, что ты свернешь здесь шею? – вроде в шутку брякнул немец, но я заметил у него в глазах огонек обеспокоенности. – Прошу простить. Данное замечание было совершенно неуместно. Готов понести любое наказание.

– Да сядь ты уже, – я поморщился. – У меня никогда не было иллюзий по поводу тестя. Я выгоден ему лишь при полной и абсолютной преданности. Но в свете свалившейся популярности скорее опасен, и избавиться от угрозы было бы совершенно логичным шагом для любого политика. Почему император этого не сделал, я решительно не понимаю, даже дед за гарантию не канает. Возможно, есть еще какие-то резоны или, если брать любые фантастические идеи, он действительно знает, что власть мне никуда не уперлась. Не суть важно, главное, у нас есть карт-бланш.

– У меня тоже, – Фридрих тяжело вздохнул, но выложил на стол свой козырь. – Его императорское величество Максимилиан III Каролинг и фрау канцлер поручили мне оказывать любое содействие герцогу Ефимову-Гогенцоллерну в любых его действиях.

– Я бы попросил избегать любых реальных имен, – поморщился мистер О’Нил, – даже несмотря на то, что запись мной не ведется. Мы планируем государственное преступление, пусть даже я не признаю Авалон. Тем не менее осторожность в нашем деле совершенно не лишняя.

– Береженого Бог бережет, а не береженого конвой стережет, – блеснул я знанием поговорок, но любопытство взяло верх. – Но вам не кажется, что это лишнее? Думаете, есть кто-то, кто меня не узнает?

– Не хочу вас огорчать, ваша светлость, – вдруг рассмеялся ирландец, – но здесь вы можете быть в безопасности. Вас не узнают даже домохозяйки, все время проводящие за телевизором. Наши средства массовой информации, а точнее, Министерство печати посчитало новости о первооткрывателе нового мира не просто незначительными, а даже вредными для простых обывателей. Ведь вы не англичанин, а значит, неотесанный варвар. Какие достижения могут быть у такого. А если вдруг люди правду узнают, могут начаться нездоровые волнения или, упаси Господь, даже сомнения в абсолютном превосходстве бриттов над другими нациями.

– Правда – это ложь, война – это мир, незнание – сила, – теперь я цитировал одну старую книжку. – Прав был старик Оруэлл.

– Так он и писал про Англию того времени, – пожал плечами О’Нил, даже не пытаясь отрицать очевидное. – И здесь до сих пор ничего не поменялось. Но оставим литературу в покое. Я примерно понял, что именно вам нужно. Когда вы говорили об архиве, вы имели в виду «Оракул»?

– Да, верно, – кивнул лысый немец. – Я знаю точно, что у императора и премьер-министра есть высший уровень доступа к нему. А также, что этот доступ требует многоуровневого подтверждения личности. Так что без налета, скорее всего, обойтись не получится.

– Я, конечно, может, сейчас покажусь жутким непрофессионалом, но что это за «Оракул»? – честно говоря, особо стыдно мне не было, потому что я еще даже колледж не закончил, да и учился в нем спустя рукава. – Фридрих, тебе не кажется, что сначала стоило поставить меня в известность?

– Эм… – немного завис тот, хлопая на меня глазами. – Прости, глава, но я думал, ты в курсе и именно это имел в виду, говоря, что нам надо в архив. Разве это не так?

Петр с ирландцем одновременно хлопнули себя ладонью по лбу, а у меня возникло огромное желание повторить их жест, но я сдержался. Если уж позориться – то до конца. А вообще, сам виноват, это я понимал прекрасно. Начиная с того, что мне вообще не следовало лезть в порталы, заканчивая бредовыми идеями про войну и шпионаж. Ну не мое это, не мое. Даже если откинуть то, что я, по сути, еще школьник, который знает даже меньше, чем ни хрена, все равно я штурмовик, «торпеда», а не оперативник или аналитик.

Вот с вампирами у меня получалось возиться. Потому что там мне думать особо было не нужно. Нашли гнездо, позвали, сказали «Фас!», я пошел и все разнес. А тут вон поди знай, какие у этих бриттов «Оракулы» или еще какая хрень. Будто я об этом задумывался. Решил – надо прижучить Мерлина, потому что он задолбал меня своими клонами! А оракул там или Геракл, мне разницы нет. Всех убью, один останусь! Но вслух такого же не скажешь. Авторитет главы рода, да и вообще. Но и молчать тоже было не вариант, потому что в итоге мы могли договориться совсем не до того, чего я ожидал. Так что я сделал морду тяпкой, мол, все идет, как и задумано, и повернулся к Воеводе.

– Именно это. – Но не успел Фридрих облегченно выдохнуть, добавил: – Но если я буду знать, что именно имел в виду, то всем будет гораздо проще.

– Мля… – теперь уже немец исполнил фейс-плайм, но тут же исправился: – Прошу простить меня, глава. Если позволите, я объясню все позднее.

– Не стоит, – тормознул я тактичного немца. – Все уже поняли, что я полный профан в этих вопросах. Да и не только в них. Так что давай излагай. Если я правильно понимаю, то «Оракул» – это такой сервер, где хранятся секреты особой важности, так?

– Не совсем, – поправил меня мистер О’Нил. – Скорее речь идет не об одном сервере, а о целой нейросети. Там данные не просто хранятся, это скорее гигантский мозговой центр, созданный из нескольких десятков серверных хранилищ на самых передовых нуль-процессорных технологиях, способный обрабатывать огромное количество информации. В том числе моделировать самые разные процессы, за что его, собственно, и прозвали «Оракулом». Якобы эта нейросеть способна предсказывать будущее, во что я лично не верю. Однако сейчас нас интересует не это, а то, что внутри «Оракула» совершенно точно хранятся все данные по телепортации, поскольку нейросеть принимала самое активное участие в разработке данной технологии.

– Хм… – я задумался. – Моделирование может быть не только процессов, но и ситуаций. То есть вполне может быть, что на этом «Оракуле» обсчитывались акции боевых клонов. Уж слишком гладко они протекали в большинстве случаев.

– Да, это очень вероятно, – одновременно кивнули Фридрих и ирландец. – Военные проекты занимают значительную долю мощностей «Оракула».

– Значит, это и будет нашей целью, – я потер руки, предвкушая, как залезу в самые темные тайны британских монархов. – Есть идеи, как это сделать? Я не про сам штурм, тут то все понятно. Но надо же знать, в какую сторону воевать, а то может неприятно получиться.

– Честно говоря, я не понимаю, почему вас до сих пор не схватила МИ-5, - мистер О’Нил покачал головой. – Вы же совершенно некомпетентны. Для вас это все игры, что ли?

– Я плохо говорю на вашем языке, – впервые вступил в разговор Петр, на протяжении всего времени сидевший словно изваяние, – но мы серьезны, как никогда. Нам нужен этот «Оракул», мне нужен он. И я сделаю все, чтобы до него добраться. С вами или без.

– Петь, осади, – я нахмурился, отмечая, как сгустилась атмосфера, а в тенях, залегших по углам, начало угадываться смутное движение. – Речь сейчас не об этом. Но я согласен с товарищем. Мы ни перед чем не остановимся. А недостаток компетенции компенсируем ударной силой. Уж поверьте, в этом мире есть очень мало того, что может нас остановить. А кроме того, у нас есть совершенно особые умения, которым местным охранителям нечего противопоставить.

– Да-да, я слышал про ваш аспект, – устало кивнул ирландец, – антиматерия – это серьезно, но…

– Она тут ни при чем, – нетерпеливо отмахнулся я. – Вы что-нибудь слышали о шаманах?

– Конечно, – гордо подбоченился мистер О’Нил. – Мы же работаем с Африкой. Анимализм, вудуизм, даже синтоизм. Но к чему это нам? Все известные шаманы едва ли дотягивают до Аукторов, да и то считать ли их отдельным классом, спорят до сих пор. Я лично склоняюсь к версии, что это просто особый аспект.

– А представьте себе шамана ранга Эмерита или даже Аватара, способного напрямую приказывать духам, – я ухмыльнулся, – которых не может отследить никакая аппаратура, просто потому что никто до этого с таким не сталкивался. Ведь наш шаман прошел обучение у орков в другом мире.

– Это было бы весьма полезно… – задумался ирландец и вдруг замер, покосившись на Петра. – Погодите! Вы хотите сказать, что…

– Нам нужен «Оракул», мистер О’Нил, – я откинулся в кресле, положив ногу на ногу. – И мы его добудем, с вами или без вас. Пусть даже это будет сложнее и придется снести Букингемский дворец до основания.

– Это возможно, судя по тому, что я о вас узнал, – ничуть не повелся на слабо ирландец, самодовольно надувшись. – Я про уничтожение дворца. Но до «Оракула» вы так не доберетесь. Так что я вам нужен. И у меня есть план. Если то, что я слышал о шаманах, правда, я уже представляю, что надо делать. Но перед этим все же стоит уточнить возможности и умения. Вдруг что-то подойдет гораздо лучше, а другое, наоборот, совсем не пригодится.

– То есть, я так понимаю, вы с нами, – я с трудом удержался от счастливой улыбки, но, видимо, никого своей гримасой не обманул. – Рад нашему сотрудничеству, мистер О’Нил.

– Пока рано радоваться, – отбрил меня ирландец. – Для начала надо все как следует подготовить. И замести следы. Убрать бандитов, с которыми вы контачили.

– Их никто трогать не будет! – я повысил голос, впиваясь взглядом в повстанца. – Эти люди помогли мне в критической ситуации, так что пусть живут.

– Вы же понимаете, что это не просто след, а огромная дыра, по которой выйти на вас проще простого? – ирландец стойко вынес мой взгляд, хоть было видно, что ему очень неуютно. – Неважно, что за преступная организация, там с гарантией стучит каждый второй.

– Если не каждый первый, – я кивнул. – Но Лукача трогать я запрещаю. Он свел информацию обо мне к минимуму, а его племянник помог в крайне критической ситуации. В крайнем случае предлагаю эвакуировать их из страны. Но они будут жить.

– Вот поэтому я и не люблю работать с непрофессионалами, – поморщился мистер О’Нил. – Ваши эмоции влияют на принятие решений.

– А я никогда и не говорил, что являюсь кадровым шпионом, – я пожал плечами. – И, как по мне, остаться человеком важнее. Так что давайте эту тему закроем и перейдем к обсуждению плана. Петр, твой выход. Давай выкладывай, чего ты вообще можешь теперь.

Глава 10

– Два кебаба, – я кивнул в сторону меню и для наглядности показал на пальцах. – Два, понимаешь меня? С горчицей и огурчиками.

– Эвет, аки, – подтвердила Йишик, ошпарив меня взглядом, к счастью, лишь виртуально. – Шимди хазир олачаксиназ эфендим.

– Понаехали тут, – принялась ворчать пожилая английская… бабка, выбирающая овощи в ларьке рядом. – И границы уже закрыли, а все равно лезут и лезут! Житья никакого нет от этих черномазых дикарей да ирландцев. Развели тут мафию.

Я посмотрел на Ифрит, завернутую в чадру так, что даже глаз не было видно, а руки были закрыты перчатками, которыми та собирала мой заказ. Затем перевел взгляд на точно так же одетую темную эльфийку, суетящуюся возле электрического гриля, и в завершение глянул на хозяина соседнего ларька, где эта ледя сейчас копалась. Индус в чалме, смуглый, словно головешка, верно истолковал мой взгляд и пожал плечами. Мол, английские снобы, что с них возьмешь. Я ответил таким же, с трудом удержавшись, чтобы не почесать голову, зудящую после покраски волос. Ну, или мне так казалось. Мистер О’Нил гарантировал, что краска, превратившая меня в уроженца острова Ирландия, как положено, рыжего от макушки до пяток, совершенно безвредна и сто процентов надежна. Но я-то помнил, где производят всю контрабанду, и то, что Одессу от Авалона отделяло больше двух тысяч километров… я мысленно дал себе подзатыльник. Почти полторы тысячи миль. Надо думать, как британец, иначе спалиться можно проще простого.

– Эй!!! – старая карга, одетая по моде начала двадцатого века, помахала клюкой перед лицом индуса и практически заорала: – Вот эти три помидора и вот этот баклажан!!! Ты меня понимаешь?!!

– Конечно, леди, – судя по чистейшему классическому британскому, тот родился и вырос в самом Лондоне, а образование получил в хорошем колледже, если не в самом Оксфорде, в отличие от бабки, которая говорила даже не на устьевом или эстуарном, как он звался официально, а на чистейшем кокни. – С вас тридцать девять пенсов.

– Что ты несешь, ворюга?!! – тут же напустилась на него та. – Да где ж это видано, чтобы помидоры стоили так дорого?!! Распустились!

– Они стоят ровно столько же, сколько и вчера, мисс Кларк, – похоже, индус уже был одним шагом в нирване и познал истинное отрешение от мира, поскольку у него ни один мускул не дернулся от потока выливаемой на его голову брани. – И столько же, сколько позавчера. За те пять лет, что я торгую на этом месте, а вы у меня покупаете овощи, цена не менялась, мисс Кларк.

– На, подавись! – возразить на этот аргумент бабке было нечего, так что она буквально швырнула монеты на весы, сгребла покупки и отправилась восвояси, плюнув передо мной. – Развелось ирландских крыс. Когда только вами Мерлин займется.

– Прошу прощения за мисс Кларк, – индус повернулся ко мне. – У нее не лучший характер, но она постоянный покупатель. А вы недавно в Кенсингтоне? Я раньше вас здесь не видел. А все, кто здесь живет, рано или поздно приходят на рынок Портабелло.

– Это точно! – я рассмеялся. – У вас острый глаз. Я Эльвар Гримссон, а это Родерик Хувер. – Я ткнул пальцем во Фридриха. – Мы недавно переехали в Лондон. Хотим покорить столицу. Ну, вы понимаете, да?

– Конечно, – кивнул индус. – Меня зовут Ешан Рам, я уже пять лет торгую здесь овощами. Но когда-то тоже собирался взойти на Олимп, думал, что я классно миксую. Но оказалось, для лондонской сцены моего умения маловато, и вот я здесь.

– Поучительно, – я криво усмехнулся, – но мы все же попробуем. Может, у нас танцевать получится лучше, чем у тебя миксовать.

– Так вы танцоры! – обрадовался непонятно чему Ешан. – Теперь понятно. Прошу прощения, но поначалу я вас принял за хулиганов. Просто вы с партнером не выглядите артистами.

– Мы с кем? – до меня не сразу дошло, почему Фридрих поперхнулся кебабом и закашлялся. – А, нет, мы не из этих! Просто снимаем квартиру вместе. Так дешевле, а то цены здесь бешеные. А так-то это Фр… Родерик танцует, а я скорее его охраняю.

– Понятно, – сделал какие-то выводы для себя индус и, наклонившись ко мне, понизил голос: – Я знаю одно место, где… танцуют. Правда, советовал бы вам не ввязываться в это. Может, в деревне, где выросли, вы двое и были самыми сильными, но здесь Лондон, и тут другие правила. На этих… танцах легко могут покалечить или даже убить.

– Но и деньги совсем другие, – вмешался вдруг немец. – А что до остального – пусть попробуют. Мы, знаешь ли, не пальцем деланы.

– Как хотите, – пожал плечами Рам. – Если хотите рискнуть, не вижу смысла вас отговаривать. Найдите в Сохо «Клуб горгулий», там обратитесь к Чарли. Скажете, что я послал. Дальше он все устроит. Но учтите, сразу в высшую лигу… танцев вам попасть не удастся. Скорее всего, придется начать с самого низа.

– Спасибо! Нам нужен только шанс! – хоть я уже был настроен послать индуса за его намеки, Фридрих, наоборот, буквально сиял от счастья. – И будь уверен, дружище, мы тебя не забудем!

– Надеюсь, что это не так, – по лицу Ешана скользнула грустная улыбка, но он уже повернулся к новому покупателю. – Успехов!

– Какого хрена? – я постарался держать себя в руках, пока Воевода тащил меня от прилавка, но это далось ценой невероятных усилий. – Ты на что, мать твою, нас подписал?! Это что за подстава с партнерами?!

– Не стоит беспокоить мою почтенную матушку, – весело отбрил меня немец. – Она и так плохо спит от волнения за меня. Босс, вы даже не представляете, как нам повезло!

– Если ты сейчас все толком не объяснишь – я тебя ударю. Больно! – предупредил я излишне разволновавшегося немца. – Я ни на какие дела в Сохо не подписывался! На хрена мне в этот бордель, у меня Нина есть. И Инна, да и остальные девчонки не хуже. И тем более никакого… партнерства! Только попробуй, уничтожу вместе с половиной Лондона!

– Не, не, босс! Я неправильно выразился! – видимо, лицо у меня было достаточно серьезное, чтобы Фридриха проняло. – Ничего такого, Богом клянусь!

– Тогда какого хрена? – я вроде взял себя в руки, но все равно еще был на взводе. – Чего ты к этому индусу лип?

– Он дал наводку на организаторов боев без правил! – наконец разродился объяснениями Воевода. – Этот Чарли, скорее всего, устраивает бои низшей лиги. В высшую без рекомендаций не попасть, и это должен быть не случайный продавец с рынка. А вот в низшую лигу мы вполне можем пробиться, недаром же Ешан намекнул, что придется поначалу биться с разным отребьем из предместий Лондона.

– Замечательно! – я изобразил улыбку, но быстро ее стер. – А теперь объясни нах… зачем это нам? У нас есть четкий план…

– На реализацию которого могут уйти недели, а то и месяцы, – резонно возразил Фридрих. – Да, то, что удалось найти точку на рынке Портабелло-роуд – это большая удача. Это лучшее место для сбора информации, да и Петр с девушками вполне органично туда вписались, я видел еще несколько кебабных, пусть там женщины и не носили чадру. Но никто докапываться не будет, здесь чтут мультикультурализм и обычаи других народов. Однако я считаю, что класть все яйца в одну корзину глупо. Плюс каждый день, проведенный здесь, повышает наш шанс попасться на крючок МИ-5.

– А если мы будем бить морды на потеху толпе, это нам сильно поможет приблизиться к цели? – я шокированно уставился на товарища. – Отличный план, Фр… Родерик! Надежный, как швейцарские часы!

– Вы просто не в курсе, мой герцог, насколько популярны здесь кулачные бои, – вежливо указал мне на недостаток образования Воевода. – После Первой магической, когда Англия стала Авалоном и закрылась на острове, это стало целой культурой. Не сразу и подпольной, но тем не менее можно уже с уверенностью сказать, что бои проникли во все сферы социума и во все слои общества. Начиная с дешевых пабов, где собираются футбольные ультрас, заканчивая высшим светом, включая и самого Мерлина. Он тоже большой любитель понаблюдать за кровавыми поединками.

– Замечательно, – я все еще был настроен крайне скептически. – Чего мы сразу-то не сообразили. Достаточно лишь набить пару морд – и нас сразу потащат к королю. Делов-то. Да ты гребаный гений!

– Потише, мой вождь, и говорите по-английски, – зашипел на меня Фридрих. – Если к словам еще могут не прислушаться, то иностранную речь местные срисуют как два пальца.

– Ладно, нам надо успокоиться и все обсудить. – Я осмотрелся, соображая, куда нас занесло. – Во, пошли в пабе посидим и поговорим.

– Эм… я бы не советовал туда… – начал было немец, но я уже толкнул дверь одного из многочисленных пабов и пивных, понатыканных вокруг рынка. – Мой господин…

– Два пива, – я отмахнулся, усаживаясь у стойки, за которой маячил сутулый бармен с кислой рожей, даже не подумавший пошевелиться. – Эй, ты меня слышал?

– Он тебя слышал, – повернулся ко мне сосед, крепкий, коротко стриженный британец, чью голову украшало несколько шрамов. – Только вот кто сказал, что здесь обслуживают грязных ирлашек? Вали к себе, а то здесь воняет.

– Ничего, привыкну, я не гордый, – я и не подумал отводить взгляд. – Вы же, я смотрю, привыкли. Хоть прет от вас хуже, чем от козлов. Кстати, ты когда-нибудь нюхал козла? Бьюсь об заклад, нюхал. Как минимум когда сношал свою сестру.

– Ах ты тварь! – крепыш замахнулся на меня, но я был быстрее.

Оно и понятно, бритт едва-едва тянул на Корнета, или точнее, Оруженосца, я мысленно себя поправил. Надо даже думать заставлять себя правильно, чтобы не ляпнуть где невзначай. Тем более что это не мешало мне увернуться от молодецкого замаха агрессивного завсегдатая, поднырнув под кулак, а затем, схватив его за затылок, впечатать мордой в барную стойку. А затем еще пару раз для гарантии.

– Еще желающие есть отведать ирландского кулака? – я отпустил противника, рухнувшего на пол, и осмотрел паб, подмечая, что народу для буднего дня здесь слишком много.

Плюс все они мужчины в возрасте от семнадцати до сорока пяти, крепкие, коротко стриженные, и у каждого на одежде красовался гербовый щит сине-черно-желтых цветов с футбольным мячом и головой орла. Походу, именно об этом и говорил Фридрих. Я приперся в самое логово футбольных ультрас, правда, что это за клуб, понятия не имел. И даже не потому, что только в одном Лондоне их было пару десятков. Просто никогда не интересовался футболом. От слова вообще. Так что, может, это была и местная команда, которую знают десяток-другой человек, а может, имеющая мировую славу, мне было одинаково пофиг.

– Чего притихли? – я криво усмехнулся, а затем снова повернулся к бармену. – Так что, теперь мне пива нальют? И моему другу тоже.

Бармен все так же молча взял кружку и, сверля меня взглядом, принялся наливать пиво из крана. В пабе повисла тишина. Уж не знаю, почему отбитые болельщики сразу на меня не кинулись, но они молча смотрели, как нам в Фридрихом наливают «Гиннесс». И ничего не делали. Даже бармен, хоть и глядел волком, но просто поставил кружки перед нами на подставки с логотипом все того же футбольного клуба и… всё! Я думал, он в них плюнет хотя бы, но нет. Только зубами поскрежетал.

– Чуваки, вы извините моего друга, он немного дикий, – рядом со мной на стул, где сидел забияка, плюхнулся Фридрих и, отхлебнув пива, повернулся к остальным посетителям. – Мы сами с Фоксдейла на острове Мэн. А учились в колледже Святого Михаила в Тенбери Уэлсе. Та еще дыра, я вам скажу, впрочем, с Фоксдейлом не сравнится. Бывали там, парни?

– Я бывал, – откликнулся один из ультрас, такой же бритый, как все, но что-то выдавало в нем бывшего вояку, – правда, не в самом Фоксдейле, а в Порт-Содерик. Там наши корабли стояли.

– Ты слыхал, Эльвар, – Фридрих толкнул меня в плечо и закатился, разбрызгивая пиво, что только что отхлебнул. – Этот лысый урод нас типа проверяет.

– Лохов нашел, – я зло оскалился и тоже хлебнул из своей кружки. – Которые не знают, что флот его величества стоит в Дугласе. Или что, думаешь, если я ирландец, значит, тупой и не мог учиться в колледже?

– Да нет, парни, извините, – бывший матрос примирительно поднял руки. – Просто ты такой вошел и с ходу вырубил Джона. А он самый сильный боец в нашем квартале. К тому же говорите на королевском британском, да и настоящий ирландец никогда бы не сказал про флот его величества.

– Хочешь сказать, я ненастоящий?! – я с грохотом отшвырнул стул, поднимаясь и сжимая кулаки. – А ну иди сюда, педрила! Я выбью из тебя дурь!

– Эльвар, погоди!!! – повис у меня на плечах Фридрих. – Они просто тебя не знают.

– И что?! – я почти стряхнул немца, но тот ловко ушел мне за спину и снова блокировал руки. – Эти засранцы считают, что каждый ирландец должен быть связан с ИРА?! Да?! Вы так считаете, уроды?! Вот ты, я вижу по глазам, ты так считаешь.

– Да нет, чувак, остынь! – парнишка моих лет шуганулся так, что чуть стол не уронил. – Я-я так не считаю! Честно!

– Республиканцы убили наших родителей, – доверительно сообщил Фридрих публике. – Устроили теракт – и бум! Мы сироты. А корона взяла нас на попечение, устроила в колледж.

– Да, поэтому я выбью дурь из любого, кто плохо скажет про его королевское величество Максимилиана Третьего! – я вырвался из рук Воеводы, но кидаться на людей не стал, а схватил пивную кружку. – За его здоровье! Боже, храни короля!

– Боже, храни короля! – послушно подхватили грозные футбольные ультрас, и даже бармен присоединился.

– То-то же, засранцы, – я, якобы успокоившись, сел на место. – Говорите, это ваш лучший боец? Какой у него ранг?

– Оруженосец, – подал голос кто-то из зала.

– Тц, – я досадливо цыкнул. – Только открыл Свадхистхану и уже рыпается на Сквайра. Ладно, я тоже виноват. Не думал, что он настолько слабый. Эй, бармен, всем пиво за мой счет!

Это заявление было уже встречено одобрительным гулом. Болелы расслабились и принялись хлебать свое пойло. Я тоже приложился, но, прямо скажу, без удовольствия. Не понимал я, чего прям все так прутся по этому «Гиннессу». Как по мне, тот же сидр гораздо вкуснее, да и вообще я с алкоголем особо не дружил. Как-то все не до этого было. Так что сейчас пил, поддерживая образ, но не более.

– Так вы, парни, решили попытать счастья в Большом дерби? – к нам подсел бывший моряк. – Уверен, что у тебя получится дойти до большого финала.

– Я что, похож на лошадь? – второй раз разыгрывать из себя психа мне было лень, поэтому я только ограничился злобным взглядом.

– Он шутит, – хлопнул меня по плечу Фридрих, давая знак не нагнетать. – Ага, решили покорить столицу. Есть наводка на одного маклера из Сохо. Завтра заглянем, узнаем, что к чему.

– Круто! – почему-то сразу же оживились остальные болельщики. – Джон тоже хотел, но, видать, ловить ему там нечего.

– Пусть рискнет, как в себя придет, – немецкий Воевода не стал обламывать мечты хулиганов. – Если он Оруженосец, встретиться с нами он не должен. Будет драться со своим рангом.

– Точно, – хлопнул по столу моряк. – Это же только в суперфинале бьются без оглядки на ранг!

– И всегда побеждают Маршалы, – хмыкнул бармен. – Вопрос только, какое герцогство на этот раз будет первым. Я лично ставлю на Норфолк. Он в прошлом году победил и в этот раз наверняка отстоит титул.

– Говно твой Норфолк! – не согласился с ним моряк. – По-любому в этом году Дуглас возьмет свое!

– Да Кент и Дувр сильнее и того и другого! – в зале не согласились с выбором. – Явно чемпионом станет кто-то из этих двоих, вот увидите. А твой Дуглас годен только горшок за ними выносить!

– Что ты сказал?! – моряк не выдержал и кинулся в толпу, работая кулаками и стремясь добраться до обидчика.

Ему тут же ответили, щедро отвешивая тумаки, и через пару секунд уже дралась вся пивная. Что интересно, бармен на это даже ухом не повел. А мы с Фридрихом переглянулись и, оставив кружки, шагнули в свалку. Я не ожидал, что легенда, которую я зубрил несколько дней, понадобится мне в таком месте, и тем более, что придется играть отморозка-ирландца, но… почему нет? И раз слова немца о популярности кулачных боев у знати подтвердились, что мешает нам действительно зайти с этого конца? Вот именно что ничего. Я выдохнул и от души вмазал первому попавшемуся футбольному фанату. Вечер ожидался весьма насыщенный.

Глава 11

Сохо встретил нас сиянием огней витрин баров и многочисленной рекламой весьма сомнительного содержания. Хотя в чем можно сомневаться, видя трехмерный маджи-экран, на котором раздеваются различные девицы, я лично не понимаю. Как бы тут ошибиться, чем именно занимаются в данном заведении, невозможно. Но вот что лично меня удивило, так это наличие не только стрипбаров или эротических театров с кабаре, а также различных видеозалов, демонстрирующих фильмы определенной направленности, и магазинчиков, торгующих дисками и даже видеокассетами. Кому при нашем уровне развития беспроводных сетей они могут быть нужны, я не представлял. Ведь достаточно взять ПМК или смартфон и найти любой контент, что интересует. Но даже короткого времени наблюдения хватило, чтобы убедиться, что люди туда заходят и даже что-то покупают.

Впрочем, мне было плевать на британских извращенцев, нас сюда привело совсем другое дело. Что не мешало «Клубу горгулий» также оказаться стриптиз-баром. Кстати, девицы на трехмерной вывеске были наряжены в костюмы разных монстров, чего я уж совсем не ожидал, но должен был признать, что вкус у дизайнеров был неплох. По крайней мере, мумия избавлялась от бинтов весьма и весьма задорно. Даже захотелось увидеть это вживую, но чисто так, в познавательных целях. Мои девочки всяко были лучше, чем британские кобылы, чей генофонд был в прошлом убит инквизицией, сжигавшей любую красивую женщину как ведьму, и прочими извращениями. И даже Брунгильда, пусть и представляла из себя монументальную северную валькирию, все равно выглядела милее этих потасканных шлюх.

– Права, – громила у входа выглядел опасно, сверля нас взглядом маленьких глазок из-под тяжелого лба, но, если бы не необходимость играть роль, мы на него даже внимания бы не обратили. Куда слабенькому Ротмистру, ну, или Рыцарю, коли мы на Авалоне, до Воеводы и Аватара. Однако приходилось играть по чужим правилам.

– Да брось, дружище, – я скривил лицо в подобии улыбки, – разве не видно, что мы совершеннолетние?

– Мне плевать, – в доказательство охранник сплюнул прямо передо мной, чудом не попав на ботинки. – Права.

– Мы к Чарли, – вылез вперед Фридрих, видя, как у меня на лице заиграли желваки. – Нам Ешан Рам дал наводку, сказал, что Чарли может устроить участие в Большом дерби.

– Проходите, – громила шагнул в сторону, но презрения в его взгляде стало гораздо больше. – Чарли – это менеджер.

– Спасибо, дружище! – немец собирался было похлопать того по плечу, но не решился, якобы испугавшись, а я так и вовсе отыгрывал бешеного ирландца, поэтому ограничился яростным взглядом.

На входе нас встретила живописно раздетая официантка, подтвердившая мое мнение о том, что мои девочки лучше, настолько она была потерта жизнью, хоть и пыталась замазать это толстым слоем макияжа. Не получилось. Правда, был еще шанс, что стриптизерши все же окажутся помоложе да посвежее, но я в это уже не верил. Судя по табличке на двери, этот клуб работал аж с восьмидесятых годов прошлого века, и у меня было полное впечатление, что персонал сохранился с тех самых пор.

Впрочем, я утрировал и даже сам понимал это. Правда, в свое оправдание могу сказать, что у нас в подобных заведениях работают все-таки гораздо более молодые и красивые девушки. Бывал я пару раз еще в Новосибирске, наемники из «Медведя» затаскивали с собой. Так вот, может, в плане костюмов и прочего антуража наши и проигрывали, все-таки за плечами не было почти семи десятков лет опыта, но брали естественной красотой и свежестью. Как по мне, это важнее, хоть уже в Москве у меня даже мыслей не возникло завалиться в какое-нибудь злачное заведение. Нина бы точно кастрировала.

Чарли оказался мужиком лет пятидесяти, одетым то ли как сутенер, то ли как пидор. А скорее всего, и тот и другой, вместе взятые. Правда, относиться легкомысленно к нему было бы ошибкой, об этом ненавязчиво намекал еще один громила – Рыцарь, примостившийся в углу, но так, чтобы прикрыть босса в случае опасности. Понятное дело, если бы мы захотели того убить, нас не остановил бы и батальон таких, но для обывателей этого более чем хватало.

– Значит, вас послал Рам, – вальяжно заложив ногу на ногу, менеджер даже не удосужился подняться. – А с чего он взял, что мне нужны такие сопляки?

– А не зассышь против сопляка выйти? – я прекрасно понимал, для чего нужна такая детская провокация, но в рамках образа проигнорировать ее не мог. – Что притих?! Давай!

– Зря ты так, – Фридрих покачал головой. – Теперь Эль не успокоится, пока кому-нибудь морду не набьет. Ирландец, что с него взять.

– Значит, не испугается сыграть в ирландский отбой? – довольно прищурился Чарли, думающий, что поймал меня в ловушку. – Не со мной, само собой. Я обычный человек и не дурак, чтобы вставать против Сквайра. А вот Джонни. Джо, сыграешь с пареньком?

– Конечно, – поднялся на ноги охранник – Рыцарь. – Запросто. А он сам-то не зассыт?

– Иди сюда, жирный! – я начал словно приплясывать, изображая крайнюю степень возбуждения. – Чтобы я проиграл английской собаке? Да не бывать такому!

– У твоего друга нет акцента, – несмотря на вид, Чарли явно был хитрой и прошаренной сволочью, сразу подметившей несоответствие в моем образе. – Откуда вы, парни?

– Остров Мэн, – Фридрих напряженно следил, как нам с Рыцарем связывают левые руки, оставляя правые свободными. – Но росли мы здесь, в Тенбери Уэлсе. Учились в колледже Святого Михаила, там же и жили.

– Тенбери, – задумался на секунду менеджер. – Это Шорпшир вроде.

– Вустершир, – поправил его немец. – Шорпшир граничит, но это еще не он.

– А, вспомнил! – оживился Чарли. – Там же крупный рынок есть! Бывал как-то. Так что, значит, вы с корешем поете?

– В смысле? – немного опешил Фридрих, а затем до него дошло. – Нет. Мы учились не в хоровой школе Святого Михаила, а в королевской. Это интернат под покровительством королевской семьи. Ну и туда засовывают всех сирот, которых корона взяла под попечительство.

– Представляю, какая это дыра, – хохотнул менеджер, прекрасно разбиравшийся в жизни и нравах чиновников. – То-то вы сразу рванули в столицу.

– Да уж, жизнь там была не сахар, – тяжело вздохнул Фридрих, и даже я на секунду поверил, что он рос в интернате среди сирот и злобных воспитателей, которым было плевать на детей, а заботило только, чем бы поживиться, потому что зарплата была копеечной. – Драться приходилось за каждый кусок хлеба. Если бы не Эльвар, я бы там, наверно, не выжил.

– Да, видно, что твой ирландец бешеный даже на фоне своих соотечественников, – с довольной мордой кивнул менеджер и повернулся к нам, закончившим завязывать ремень. – Ну что, готовы?

– Давай, щенок, бей пер… – громила решил поиграть в благородство и тут же поплатился за это. – Ах ты, урод!

– Не щелкай хлебалом! – я довольно оскалился, разбив губы противнику и пустив первую кровь. – Я не слабак, с которыми ты раньше сражался!

– Ха-а-а! – вместо ответа тот с силой зарядил мне в лицо, стараясь попасть по губам, но чуть-чуть промахнулся и рассек лишь край. – Не крутись, паскуда!

Я лишь улыбнулся на это обвинение. Хоть в ирландском отбое и не принято было уворачиваться, все же некоторые защитные движения допускались. Тем более что играть вчистую Рыцарь против Сквайра было клинической глупостью. Первый всегда победит за счет элементарно большего количества чакры, а значит, более крепкого физического тела. Так что, по идее, эта проверка не имела бы смысла, если бы собирались испытывать именно бойцовские умения. Но на самом деле сейчас Чарли проверял мою стойкость и способность идти до конца.

И я даже понимал, зачем ему это нужно. Среди неврожденных одаренных, Воинов, количество так называемых «бумажных тигров» или, как их презрительно именовали, «спортзальных бойцов» было даже больше, чем среди Магов. Если последние просто не загружали боевые плетения, ограничиваясь парой стандартных, типа шокера, давления или паутины, что должна была спеленать нападающего, потому что, по сути, им и не обязательно было это делать, то у Воинов без тренировок наступала регрессия. Они начинали откатываться в рангах, чакры деградировали и закрывались.

Но заниматься можно было по-разному. Далеко не все Воины оказались любителями набить морду ближнему своему. И иногда получалась парадоксальная ситуация, когда Ротмистр или даже Бригадир ни разу в жизни не дрались по-настоящему. Максимум спарринги в зале, в полной защите и по жестким правилам. На таких деятелей даже смотреть было смешно, а в экстремальной обстановке они мгновенно сдувались, хоть, в принципе, могли бы легко справиться с проблемой. Именно поэтому Чарли и использовал ирландский отбой, как не самое техничное, но точно самое яростное и кровавое средство проверки характера бойца.

По классическим правилам, противники сцеплялись левыми руками, для надежности их еще и ремнем связывали, а затем правыми, строго по очереди, начинали друг друга бить в морду. Уворачиваться или прикрываться было нельзя. А чтобы встретить прямой удар в лицо, требовалось еще то мужество. Тут даже самый смелый и тренированный человек попытается закрыться или убрать голову с траектории удара. И только полные отморозки, типа ирландцев, и придумавших эту забаву, встретят кулак даже с радостью. Ну, или такие, как я, кто мало того, что даже с закрытыми четырьмя чакрами прекрасно видят, куда придется удар, так еще и могут за мгновение до столкновения слегка подкорректировать точку попадания. Сместить голову, чтобы мне не раскрошило зубы, а лишь скользнуло по губе.

Нет, понятное дело, охранник и так бы мне ничего не сломал, все-таки даже закрытые чакры не делают меня настоящим Есаулом. Скорее местный Рыцарь бы себе кисть раздробил, что в целом было бы еще худшим итогом, означающим, что не просто план провалился, а то, что нам надо срочно линять. А так, кровь есть – есть. Губа разбита – разбита. Все в норме, никто не сможет сказать, что я жульничаю. Я усмехнулся и впечатал кулак в нос громиле.

– А твой дружок очень даже ничего! – Чарли поначалу даже не рассчитывал на подобное и заикнулся об ирландском отбое, чтобы сбить спесь с наглого рыжего щенка, но оказалось, что тот вполне себе держит удар Рыцаря и достойно отвечает. – Да не трясись ты так, Уилли знает свое дело и не прибьет его. Если, конечно, этот сопляк будет следить за языком.

– В том и дело, что Эльвар без тормозов. – Фридриху даже не надо было изображать волнение, он и так был весь на нервах, правда, совсем по другой причине, замирая, когда били не меня, а наоборот, я долбил противнику в морду. – Боюсь, заткнуть его будет не так просто.

– Вот именно, – я сплюнул кровь из разбитых губ и ухмыльнулся охраннику. – Бьешь как баба! Моя тетка Карен, бывало, сильнее могла втащить, особенное если ловила меня за воровством конфет.

– Наглый сопляк, – оскалился тот и долбанул меня так, что из глаз посыпались искры, к счастью, только фигурально, а я драматично рухнул на землю. Думаю, Станиславский мной бы гордился. – Так-то, щенок!

– Бь-йошь кк ба-х-ба, – я, шатаясь, начал подниматься. – С-стой ровно, с-сука. Я тебя сейчас урою!

– Пипец, – констатировал Фридрих. – Его понесло. Сейчас хрен успокоишь.

– Да ща я его… – начал было бугай, все еще сцепленный со мной, и тут ему крепко прилетело в челюсть, и настала его очередь рухнуть на пол. – Фука-а…

– А-ха-ха-ха, – вместо того чтобы разозлиться, менеджер заржал как лошадь. – Уилли, тебя на пол положил мало того, что сопливый пацан, так еще и Сквайр! Это же обоссаться можно от смеха! Не думал, что ты такой старый.

– Заткн… эм, в смысле он меня случайно подловил, – вспылил было громила, но быстро сообразил, на кого бычит, и сдал назад, вскакивая на ноги. – Я ему сейчас…

– Довольно! – Чарли нахмурился. – Он нужен мне целым. Заканчивайте.

– Иди в жопу! – я невежливо, но в рамках образа послал менеджера. – Я эту старую английскую обезьяну ща раком поставлю.

– Ублюдок! – Уилли тут же воспользовался шансом вмазать мне в морду, но его ждал сюрприз. – С-сука!!! Моя рука!

– Что, макака, больно?! – я довольно оскалился, подставив под удар лоб, на минуточку, самую крепкую кость в организме, а вкупе с моим рангом его и из танка прошибить было непросто, не то что рукой. – Я же говорю, бьешь как баба! Получай!

Но ударить у меня не вышло, потому что на мне повис Фридрих. Мы с ним рухнули на пол, увлекая за собой и громилу Уилли. Получилась эдакая забавная куча-мала, где каждый брыкался, орал и пытался встать. Лысый косплейщик получал истинное наслаждение, мешая мне и во всю глотку вопя, чтобы я успокоился. Причем в процессе он незаметно для остальных пару раз врезал охраннику, отчего тот стал гораздо менее активным, пытаясь восстановить дыхание.

Не скажу, что я немца за это осуждаю. Скорее было немного завидно, я и сам хотел это сделать, ведь уродец обычного Есаула мог и покалечить. Бил-то охранник в полную силу, а ее у Ротмистра-Рыцаря хватало. Даже у такого слабого, как этот. Но также я понимал, что Чарли и другие охранники, прибежавшие на зов менеджера, основное внимание направят именно на меня. И лучше особо не высовываться. Так что я позволил Фридриху меня удержать, а потом потихоньку успокоился. А там и сам Уилли пришел в себя, так и не поняв, что ему так удачно прилетело и от кого. В итоге минут через двадцать все успокоились и расселись по стульям вокруг стола.

– А ты хорош, – Чарли толкнул мне стакан с виски и довольно усмехнулся, глядя, как я шиплю от боли в разбитых губах. – Считай, проверку ты прошел.

– Значит, я попаду в Большое дерби? – я решил не тянуть кота за все подробности и сразу взял быка за рога. – Или нам поискать другого организатора?

– Остынь, малыш, – менеджер подхватил свой бокал, но не хватанул алкоголь залпом, как я, а отхлебнул немного, покатал во рту и только потом проглотил. – Больше никто с вами работать не будет. Корпоративная солидарность. Так что на Дерби ты сейчас не попадешь. Не психуй, я же не сказал, что вообще, а конкретно сейчас. Для Дерби ты пока слишком неизвестная фигура. Но я могу сделать так, чтобы стало по-другому.

– Давайте без словесных экзерсисов, – влез в разговор Фридрих, а затем повернулся ко мне. – Короче, после того как мы обратились к нему, другие с нами работать не станут. Типа кто первый встал, того и тапки. А чтобы попасть на Дерби, надо, чтобы тебя начали узнавать. То есть подраться в боях, которые Чарли устроит.

– Так бы сразу и сказали, – буркнул я и снова хлебнул скотча. – А то устроили тут хрен знает что.

– Я думал, вы закончили королевский колледж, – не преминул поддеть меня менеджер.

– Ой, только не надо тут, – я поморщился. – Ты уже понял, что из нас двоих я мускулы, а лысый – мозг. Он и лысый-то поэтому, ум на череп изнутри давит.

– Ты задолбал уже с этой детской шуткой, – тяжело вздохнул Фридрих и пожаловался Чарли: – Десять лет я его знаю, и десять лет он несет эту чушь.

– Ты чего, с детства лысый, что ли? – удивленно вытаращился на немца тот. – Реально, что ли, мозги давят?

– Травма после теракта. – Фридрих, который, как я знал, специально брился налысо и применял особые средства, чтобы волосы не росли, посмурнел и в свою очередь приложился к стакану. – У нас тогда ИРА магическую бомбу заложили, хотели солдат взорвать. А получилось наши с Эльваром семьи. Мне тогда скальп буквально сняло. Врачи жизнь-то спасли, но волосы расти так и не стали. В итоге выжили только мы с этим психом.

– Теперь понятно, чего он такой бешеный, – удовлетворенно кивнул Чарли. – Ладно, если хотите на Дерби, тогда я вам помогу. Первый бой будет в Бате. Это Сомерсетшир. Там в одном клубе как раз намечается небольшая заруба подходящего ранга. Ну а выиграешь, тогда уже начнем работать с вами всерьез.

– Даже не сомневайся, – я зло оскалился и одним глотком допил алкоголь. – Я там всех разнесу!

Глава 12

– Бей!!! Убей мерзкого ирландца!!! – от рева толпы закладывало уши, но я не обращал на это внимания, сосредоточившись на противнике.

Вот кого не ожидал встретить здесь, так это бразильца, владеющего капоэйра. Как бы Авалон, закрытый остров и все такое, а тут на тебе, темнокожий паренек с волосами, заплетенными в афрокосы, под ритмы тамтамов крутит свои приемы, граничащие с цирковыми трюками. А в сочетании с высотной боевой акробатикой смотрится это крайне эффектно. Ну и плюс его противник, то бишь я, ирландец, что придает дополнительную мотивацию толпе болеть за капоэйриста.

И тот жег по полной. Например, сейчас он прошелся колесом, нанося беспорядочные с виду удары, которые я принял на защиту, затем, ловко крутанувшись, попытался провести подсечку, но, как только я отступил, тут же перевел ее в удар ногами снизу вверх в голову. Мне снова пришлось отскочить, чтобы не дать себя вырубить, а бразилец все так же, будто так и было задумано, снова выполнил обратное сальто, а затем вдруг встал на руки и на них понесся в мою сторону, вращая ногами в воздухе на манер вертушки.

Честно говоря, впервые видел такой прием вживую. Варяг не уважал подобное, считая позерством, и учил максимально быстро и надежно выводить противника из строя. Убивать или нет, тут уж как получится, но в целом наука Воеводы-ликвидатора была целиком и полностью заточена на нейтрализацию врага. Так что даже сейчас я видел не меньше семи способов ударить противника, жаль только, ни один из них нельзя было использовать. Так что опять пришлось отступать под свист толпы, а хитрый капоэйрист, видя, что я убегаю, вдруг прыгнул вперед и вместо горизонтального удара рубанул ногой сверху. Я прикрыл голову руками, принимая удар, но на этом прием не закончился. Вместо того чтобы долбануть меня по голове, бразилец в воздухе вдруг извернулся и двумя ногами саданул меня в грудь, отшвырнув на несколько метров. Я пронесся по воздуху и врезался в бетонную стену, отскочил от нее и упал на землю.

Толпа радостно взвыла, а я выматерился про себя. Подобные развлечения мне уже начинали надоедать. Очень хотелось использовать что-то из арсенала Варяга, пусть даже с очередным бредовым названием, какую-нибудь «во поле березку», а лучше то, чему учила лаоши. Все-таки у нее опыта убийств ближнего своего было побольше, хотя бы в силу возраста. Правда, ей такое я бы не сказал даже под страхом смертной казни. Потому что казнь – это раз, и все, а Ву Шу за намек на то, что она старая, оставит жить, но ты сам захочешь сдохнуть. Ибо, как и положено, была коварной и мстительной. И меня, кстати, тому же учила.

К сожалению, здесь и сейчас я не имел права пользоваться подобными приемами и стилями боя. Просто потому, что простому ирландскому сироте, выросшему в закрытом интернате, просто негде было им научиться. Сказка про китайского дедушку-садовника не сгодилась бы даже для Чарли, что уж говорить об организаторах самих боев. Ведь это были весьма солидные люди, аристократы, можно сказать, цвет английской нации. Тут менеджер стриптиз-бара не соврал.

Я поднялся, всем своим видом показывая, насколько сильно мне досталось. На самом деле даже на уровне Сквайра такие полеты не несли особой опасности. Железную рубашку никто не отменял, как и ее многочисленные аналоги. С тремя открытыми чакрами держать ее Воин может пару часов, правда, потом требуется сделать Вдох, то бишь насытить организм сансарой. В этом была слабость неврожденных одаренных, но уж на пяти-десятиминутный бой на арене энергии должно хватать с лихвой. Уж я-то точно знаю, не в первый раз мне приходилось маскироваться под Воина. Так что мой спектакль вряд ли обманул опытного бойца и предназначался скорее зрителям, но, на удивление, капоэйрист повелся.

Бразилец вскинул руки, будто он уже победил, и принялся ходить по арене. А потом повернулся туда, где сидели граф с супругой. Их сложно было с кем-то спутать, просто выбирай самую надменную рожу и не ошибешься. К ним-то он и обратился, поклонившись и, по всей видимости, предлагая решить мою участь. Детский сад, ей-богу. Я еще стою на ногах, пусть даже делаю вид, что мне изрядно досталось, однако даже самый тупой идиот сможет догадаться, что до развязки еще далеко. Но этот позер решил, что он превосходит меня на пару порядков и может закончить бой одной левой. Ну что ж, кому-то будет большой сюрприз.

Я с интересом наблюдал за разыгравшимся спектаклем. Граф, судя по кислой мине, в победу капойэриста не так чтобы верил, поэтому не спешил выносить вердикт, зато его супруга все для себя решила. И, облив меня презрительным взглядом, словно помоями, решительно подняла кулак с большим пальцем, направленным вниз. То бишь приговорила меня к смерти. Такое на боях случалось, как мы с Фридрихом выяснили, и более того, перед выходом на арену мне пришлось подписать отказ от претензий, в том числе, если все закончится тяжелой травмой или смертельным исходом. И сейчас бразилец решил показательно меня убить, возможно, чтобы продемонстрировать свою силу и настрой. Впрочем, меньше всего меня заботили его мотивы, умирать на потеху толпе я не собирался.

Получив знак, мой противник хищно оскалился и, поклонившись графу с женой, рисуясь, повернулся ко мне, проведя большим пальцем по шее. В ответ я просто пожал плечами. Мол, посмотрим. Позерство бразильца уже начинало утомлять. Да, я не мог использовать стиль лаоши или винчунь Варяга, но, блин, это не делало меня слабым. Смешанными единоборствами я тоже занимался, особенно когда подрабатывал спарринг-партнером у «медведей». И пусть пока я ничего особого не показывал, но не заканчивать же бой одним ударом. А элемент шоу? Зрители собрались посмотреть поединок, желательно кровавый с превозмоганием. В такой ситуации вырубать противника сразу не комильфо.

Однако бразилец как будто этого в упор не понимал, танцуя перед зрителями и не обращая на меня никакого внимания. Я же спокойно следил за его кривляньями, готовясь ответить так, чтобы навсегда отбить охоту выпендриваться. И когда тот взвился в высоком прыжке, я уже был готов.

Со стороны это смотрелось очень красиво. Капоэйрист свернулся в клубок и перелетел практически через всю арену, чтобы обрушиться на меня аки коршун на ничего не подозревающую курицу. Только вот был нюанс, что я далеко не наседка, а бразилец если и птица, то далеко не орел. Так что когда тот выбросил ногу, целясь пяткой мне в шею, чтобы одним ударом, многократно усиленным и вращением и падением, переломить ее как тростинку, я просто шагнул вперед. И поймал плечом колено противника. Затем осталось лишь слегка подправить траекторию, и капоэйерист сам со всей дури впечатался головой в бетон арены.

Удар вышел жутким, но даже он не убил бразильца. Свой аналог «Железной рубашки» у него тоже имелся. Правда, тут никакая техника не выдержит, так что досталось ему неслабо. И все равно даже сейчас ошеломленный падением и плохо соображающий мой противник пытался сопротивляться. Только кто ж ему даст.

Я просто сел на грудь бразильца, зафиксировав ногами его руки и принялся молотить по наглой загорелой морде. Или от природы смуглой, тут я не разбирался. Да и плевать мне было, честно говоря. Главное, что сейчас я старательно превращал его в фарш, просто чтобы до капоэйриста дошел один очень важный жизненный урок. Не стоит выеживаться до того, как дело полностью сделано. На этот счет есть куча пословиц и поговорок, и все они, по сути, верны. Потому что пока ты еще не победил, пока твой враг не лежит в луже крови, а еще лучше разорванный на части. Или аннигилированный, для надежности, а то те же кровососы могут из своих червей возрождаться. Пока же этого нет – ты не победил. А значит, не стоит вставать в красивую позу.

– Стоп! Довольно! – ко мне выскочили несколько человек, намереваясь оттащить от не подающего признаков жизни бразильца, но я сам остановился и поднялся на ноги.

– Дамы и господа, в этом поединке нокаутом победил Ирландский Пес! – конферансье не спешил спускаться на арену, а сидел где-то возле графа. – К сожалению, фаворит сегодняшнего тура, бразильский мастер капойэры Аранья проиграл и выбывает из дальнейших соревнований. Следующий поединок начнется через пару минут. В нем будут участвовать…

Я уже не слушал, чего там несет эта говорящая голова, подпрыгнув и легко взлетев на стену, где располагались зрительные места. Соответственно ареной для боев являлся не задний двор занюханного мухами бара и даже не подземная парковка. Аристократы не хотели морозить свои благородные задницы и отказываться от малейших удобств. Поэтому соорудили нечто похожее на Колизей, в миниатюре конечно, и не без некоторых нюансов. Скорее это была дыра в земле, с бетонным полом и стенами и скамейками для зрителей вокруг. Поверху располагались маджи-экраны, чтобы желающие могли разглядеть драку в подробностях, между рядов сновали официанты, разносящие горячительные напитки и закуски, короче, устроено все было по высшему разряду. И это, на минуточку, только провинциальная арена, где редко бывали серьезные бойцы, а в основном мерились силами местные Воины или решившие выпустить пар хулиганы.

Но сейчас тут проводились отборочные на Большое дерби, и, естественно, вся местная аристократия просто не могла пропустить такое событие. Да и не местная тоже, так что найти гостиницу у нас с первого раза не получилось. Да и со второго тоже. Номера были забронированы зрителями заранее, а на постой ирландца никто брать не хотел. Фридриху же предлагали остаться, но он гордо отказался. И ночевать бы нам на улице, если бы не вмешательство организатора. Им выступал ни много ни мало дворецкий местного графа, так что достаточно было одного его слова, и нас тут же поселили в небольшой флигель. Достаточно уютный и просторный для двоих человек, хотя кому-то он мог показаться тесным и пыльным. Жаль только, что вернуться туда мы пока не могли, впереди у меня был еще один бой.

– Неплохо, – хлопнул меня по плечу Фридрих. – Я думал, ты быстрее с ним разделаешься. Но и так нормально.

– Шел бы сам и бился с этим клоуном, – я демонстративно поморщился. – А нет, так заткнись. Дай лучше воды.

– Твой второй бой через час, можешь пока отдохнуть, – я прекрасно видел, как дворецкий зашел мне за спину, но все равно ради достоверности поперхнулся водой и закашлялся. – Аранья был фаворитом этого тура, но не советую тебе расслабляться. Это скорее было обусловлено расположением графини, чем его настоящей силой.

– У нас могут быть проблемы? – тут же выделил главное ушлый в интригах и придворной жизни немец.

– Графиня зла за проигрыш ее протеже, – не стал скрывать дворецкий, находящийся в ранге Аколита, но даже так умудряющийся смотреть на всех как на дерьмо. – Но переживать не стоит. Его сиятельству не нравилось слишком близкое общение жены и безродного эмигранта. Так что он вам благодарен за урок этому наглецу. Ну как вообще может быть благодарен английский лорд простолюдину ирландцу.

– То есть на золотые горы надеяться не стоит, – хмыкнул я, ничуть не переживая об этом. – Да и пес с ними. Я сделал это для себя, а не…

– Мы рады оказать услугу его сиятельству и не просим никаких наград за такую мелочь, – буквально заткнул мне рот Фридрих. – Когда эмигранты начинают наглеть – это действительно неприятно, и мы, как истинные патриоты Авалона, не можем допустить, чтобы пострадала честь достойного сына нашей страны.

– Я так и подумал, – важно кивнул дворецкий, а я с трудом удержался, чтобы не заржать. – И его светлость всегда достойно вознаграждает верных ему людей. Однако бесполезный мусор ему не нужен. Пройдите этот тур, и тогда мы встретимся снова.

– Нижайше благодарим за оказанное доверие. – Воевода склонился в поклоне и подзатыльником заставил меня сделать то же самое. – Его светлость будет доволен, вот увидите.

– Посмотрим, – дворецкий оставил за собой последнее слово и гордо удалился, не обращая внимания на кланяющихся ему людей.

– И что это было? – не обращая внимания на завистливые и откровенно злые взгляды окружающих, мы тоже направились к выходу. – Понятно, что местный граф обратил на нас внимание, но нам-то с этого какой профит?

– Ты же хотел попасть в Букингемский дворец, – как на идиота взглянул на меня Фридрих. – Это как раз отличная возможность. Без покровителя сделать это будет гораздо сложнее.

– Да это понятно, – я тайком сунул немцу кулаком в бок, чтобы не зазнавался. – Я имею в виду, стоит нам идти под руку первого же, кто это предложил. Тем более граф не такая уж и важная птица. Может, стоило подождать, когда начнется Большое дерби, и поискать кандидатуру уже там?

– Прошу прощения, мой вождь, я неправильно вас понял, – торжественно поклонился мне Фридрих, за что получил еще тумаков. – Ай, всё, всё, я всё осознал! Прости, босс!

– Вот и не выпендривайся. – Понятно, что я бил в шутку, да и не проймешь Воеводу такими тычками. – Так что, думаешь, стоит нам иметь дело с этим графом, или же поищем кого получше?

– Как по мне, графа будет достаточно, – пожал плечами Фридрих. – На самом дерби там уже всяко может повернуться, если, точнее, когда ты покажешь себя с лучшей стороны, там и герцоги подтянутся. А сам граф будет рад уступить бойца за какие-нибудь плюшки. Или же войти в коалицию. Но чем раньше у нас появится покровитель, тем лучше. Тут же еще огромные ставки играют. И лучше заранее прикрыть задницу, пока за нее не взяли заинтересованные лица.

– А Чарли что скажем? – Не то чтобы я беспокоился о менеджере стриптиз-бара, но немец был прав в том, что неприятности нам ни к чему. – Он же тоже не просто так бойцов выставляет. Хотя, с другой стороны, пока этот полупокер ничего особого и не сделал. Только пристроил на отборочный тур в провинциальной деревне.

– Ну, справедливости ради надо сказать, что даже здесь на отборочные просто так не попасть, – пожал плечами Воевода. – Но и сложного особо ничего нет, тут ты прав. Думаю, они с графом договорятся. Для Чарли и его шоблы оказать услугу аристократу будет только в плюс. Так что в накладе он не останется, а Большое дерби ему не по уровню. Скорее уж Чарли ждал твоего поражения.

– Чтобы потом повесить долг и получить ручного бойца? – я мигом сообразил, для чего менеджеру может быть нужен такой исход. – Да, наверно, так и есть. Ладно, хрен с ними. Кто там следующий противник? Будем решать проблемы по мере их поступления.

Моим соперником во втором поединке тура был некий Лев из Стаффордшира, оказавшийся типичным британским гопником. Ну, или футбольным ультрас, что, в принципе, одно и то же. Разве что, в отличие от знакомых мне фанатов из Кенсингтона, он неплохо боксировал. Ну, для любителя. По факту же слишком прямолинейный и предсказуемый боец не представлял никакой угрозы не только для меня, но и для менее опытного адепта любого смешанного стиля. Или вообще любого бойца, кто не зацикливается на ударах руками, но и активно использует нижние конечности.

Мне же пришлось рубиться с этим тугодумом кость в кость. Просто для поддержания образа. Мол, ирландцы никогда не отступают и ничего не боятся. Правда, в отличие от Рыцаря из охраны Чарли, справиться со Львом было гораздо проще. Однако я все равно тишком снял «Железную рубашку» и позволил пару раз долбануть себя по морде. Мне даже бровь рассекли, что было просто идеально и вписывалось в победу на морально-волевых. Но, судя по внимательному взгляду графа, он все понял, в отличие от жены и большинства зрителей. Хотя, с другой стороны, это было даже неплохо, потому что представляло меня хладнокровным бойцом, готовым пойти на хитрость ради шоу. Теперь осталось узнать, нужен ли такой человек самому графу и насколько он готов поверить в разумного и сдержанного ирландца.

Глава 13

– За эрла Сомерсета! – со звоном сошлись хрустальные бокалы. – За прекрасную графиню!

Я едва заметно поморщился, но выпил вместе со всеми. Показывать свое отвращение к наглой бабенке, ради своего любовника готовой отправить другого человека на смерть, мне было не с руки. Ну как минимум не на приеме у ее мужа, хозяина Сомерсетшира, где проходили отборочные.

На мой взгляд, праздновать было как-то рановато. Эти отборочные были даже не последними, а совсем наоборот, только началом. Впереди еще маячили бои уровня герцогства и финальные, уже переходящие в само Большое дерби, но тем не менее граф устроил пьянку. Хотя пока все вели себя довольно культурно, и даже самые отбитые на голову бойцы под юбки дамам не лезли, шампанское из горла не жрали, а спокойно общались с соперниками и их помощниками, обсуждая прошедшие бои и делая прогнозы на будущие. Да и одеты все были вполне цивильно, в строгие костюмы-тройки, разной степени клетчатости.

– Улыбайся, – шепотом прошипел Фридрих, тайком ткнув мне в бок локтем. – И не смотри на графиню так, будто ты хочешь освежевать ее прямо здесь.

– Да кому нужна эта старая лошадь? – Графиня действительно не отличалась красотой, а вытянутое костлявое лицо в первой ассоциации намекало именно на любительницу овса, впрочем, вроде как у местной аристократии тоже лучшим завтраком считается именно овсянка. – Как ее только бразилец е…

– Да тише ты! – Не знаю, как шепотом можно орать, но немецкому Воеводе это удалось. – Хочешь, чтобы нас вышвырнули отсюда?!

– Пойдем в другое графство, делов-то, – я легкомысленно пожал плечами.

– И ты серьезно считаешь, что нас возьмут? – на Авалоне Фридрих избавился от немецкой чопорности и даже не стеснялся язвить и стебаться надо мной, но таким он мне больше нравился. – Сам-то подумай, ты бы взял под крыло человека, который уже оскорбил одного аристократа?

– Смотря, что за человек, – я пожал плечами. – Но твою мысль я понял. Да, что-то я расслабился. Впрочем, как ирландцу, мне это простительно, но перебарщивать тоже не стоит.

– Вот именно, – облегченно вздохнул немец. – Ладно, проехали. Пойду, познакомлюсь с гостями, как и положено пронырливому агенту. Все равно сейчас ничего важного не будет, к бойцам просто присматриваются. А вот если тебя позовут на разговор в кабинет графа, это уже серьезно. Так что умоляю, не накосячь до этого момента. Образ психованного ирландца неплох, но не хотелось бы упустить этот вариант.

– Иди уже, – отмахнулся я. – Я не малый ребенок, все понимаю. Хоть и считаю, что ты слишком заморачиваешься. Дерби – это способ попасть во дворец, но не единственный.

– Однако и сливать его бездарно не хочется, – оставил последнее слово за собой Фридрих и исчез, пока я не успел ответить.

Я хмыкнул ему вслед и пошел фланировать по залу. А точнее, направился к столам, где был накрыт фуршет, а также стояли чаши с пуншем. Шампанское я недолюбливал, да к тому же заметил, что его пили в основном женщины. Мне, как ирландцу, вся эта сладкая гадость в горло не лезла, но ничего другого авалонцы подавать не спешили. То ли боялись, что гости нажрутся раньше времени, что сладеньким компотиком, который даже язык не щипал, было сделать сложно, то ли просто жлобились. Я ставил на последнее, ведь таких скряг, как англичане, надо было еще поискать.

Так что пришлось довольствоваться пуншем. А заодно по пути занялся оценкой своих соперников. И бойцов, и их агентов с покровителями. Врага надо знать в лицо, даже учитывая, что вроде как мы не должны были пересекаться, находясь в разных ранговых категориях. Весом и прочими физическими параметрами уже никто не заморачивался. И так понятно, что двенадцатилетний шкет, успевший пробудить Анахату, чакру сердца, четвертую по счету, с легкостью разделается с чемпионом мира в сверхтяжелом весе по боям без правил, просто за счет использования энергии сансары. Техника «Стальной рубашки» просто не даст нанести шпаненку хоть какое-либо повреждение, а любой удар, усиленный выплеском достаточного количества энергии, сметет бугая, просто не заметив его физических кондиций.

Однако у любого правила есть исключения. Я одно из них, поскольку уже являлся Аватаром. А значит, даже спустившись на ранг Сквайра, Есаула по-нашему, был сильнее своих соперников. То бишь выход в финал можно было считать предопределенным. Так что стоило прицениться к остальным, потому что я не думал, что в других графствах и герцогствах уровень бойцов качественно изменится. Тогда бы отборочные просто не имели смысла.

– Прошу прощения, – занятый наблюдением за соперниками, я чуть не налетел на девушку, вдруг появившуюся у меня на пути, и посчитал нужным извиниться. – Мне очень жаль.

– Что-то ты не выглядишь так, будто тебе и вправду жаль, – девица и не подумала отойти, нагло уставившись на меня, что намекало на неслучайность нашей встречи. – Значит, ты и вправду животное, или все ирландцы хамы и быдло.

– Все, – не стал отрицать я очевидное. – Даже странно, что мисс Сомерсет этого не знает.

– Почему же, – ухмыльнулась дочка хозяев, худощавая девица, пошедшая в мать, разве что графу удалось чуть смягчить черты лица. – Это всем известно. Но я хотела убедиться.

– И как? – я не понимал, чего от меня надо избалованной стерве, а кто еще наденет ярко-красное облегающее платье с вызывающим разрезом и декольте, поэтому держался вежливо и настороженно. – Какой вывод?

– Кто-то очень хорошо выдрессировал тебя, Пес, – мое местное прозвище, придуманное буквально на коленке, она словно выплюнула. – Интересно, сколько палок пришлось сломать.

– Много, – я пожал плечами, сделав вид, что не заметил оскорбления. – Но с ними в колледже Святого Михаила проблем не было. Воспитатели там придерживались старого принципа: пожалел розгу – испортил ребенка. Так что лупили нас часто и помногу.

– Видимо, по голове тоже, – снова съехидничала наглая девка. – Иначе тебя вместе с твоим лысым другом здесь уже не было. Маман на тебя очень зла. Она делала большую ставку на Аранью.

– Тогда не стоило выпускать его из-под юбки на ринг, – я, не сдержавшись, намекнул на адюльтер графини. – Там, знаете ли, и побить могут.

– Точно! – хохотнула графская дочь, ничуть не оскорбленная вытащенным на свет грязным бельем матери. – Я ей, кстати, говорила об этом. Этот полуобезьян, может, и хорош в постели, но его дрыганья сгодятся только против полных лохов.

– А я, стало быть, лох неполный, – я скептически скривился. – Спасибо за комплимент.

– Насчет тебя я еще не решила, – шагнула вплотную ко мне девица, а я с трудом подавил желание отшатнуться. – Посмотрим, что скажет папан. И если вдруг ты его устроишь, у меня к тебе будет разговор и предложение.

– От которого невозможно отказаться? – я силой воли заставил себя не морщиться брезгливо от аромата тяжелых духов, вспомнив, что именно так раньше аристократия Европы маскировала запах немытого тела. – Даже не представляю, чем я могу заинтересовать столь молодого и многообещающего Ауктора.

– Молодец, заметил, – девица, ничуть не смущаясь, поправила перстень с четырьмя звездами. – А насчет чем – узнаешь позже. Я не прощаюсь.

– Как мисс будет угодно, – я проводил взглядом девицу, виляющую костлявыми бедрами, и снова сделал надо собой усилие, чтобы не сплюнуть.

Все-таки какие англичанки страшные. Не то что наши красавицы. Про своих я вообще молчу, они у меня самые лучшие. И Зайка, и Иви, и Инна с психованными сестрами Касимовыми. Андре, воплощающая французскую элегантность. Да даже Брунгильда. Да, она дама в теле, но фигура у нее великолепная, да и вообще, она не выглядит толстой. Скорее чуть пышной, с формами, за которые приятно подержаться. Разительный контраст с практически мальчишеской фигурой Андре, но при этом обе чудо как хороши.

Но здесь же в кого ни плюнь – лошадь лошадью. Может, поэтому, кстати, даже полуподпольный чемпионат по боям без правил назвали дерби. И не только его. У них вообще, что ни возьми, все дерби. И бабы тоже те еще кони. И неважно, что я знаю, что сам термин пошел от обозначения соревнований между командами одного региона. Для меня теперь это навсегда связано с конями. И страшными бабами.

С момента моего первого подхода пунш лучше не стал. Все та же сладкая гадость, вяжущая язык и отдающая то ли мылом, то ли стиральным порошком. Как ее люди пьют, не понимаю. Тяжело вздохнул, поискав глазами официанта, но подходить не стал. Образ скучающего по виски и «Гиннессу» ирландца создан, а на самом деле мне не нравилось ни то ни другое. Я бы лучше водочки хряпнул под капусточку и грибочки, чем вот это вот все. Но приходилось терпеть. Я еще раз вздохнул и захрустел тарталеткой с непонятной начинкой. На удивление, закуски на приеме были гораздо лучше бухла.

– Что она тебе сказала?! – приближение троих человек я засек еще секунд десять назад, так что голос за спиной не стал для меня неожиданностью. – Отвечай, мерзкий ирлашка.

– Или что? – я повернулся и уставился прямо в глаза сынку местного лорда, который, к его счастью, мордой лица пошел скорее в папашу, чем в мать, так что выглядел более прилично, но все портили крупные веснушки на длинном носу и презрение, с которым тот на меня глядел. – Прикажешь своим подружкам меня избить прямо здесь? Не боишься, что папочка сделает ата-та?

– Да ты… – дернулся словно от удара пацан чуть старше меня возрастом, но взял себя в руки. – Что тебе сказала Элиза? Отвечай, или клянусь, ты пожалеешь.

– Настоящий джентльмен не выдает секретов леди, – не то чтобы я реально собирался играть в партизана на допросе, просто мне было скучно, а тут такой шанс развлечься. – А ты даже не леди, да и подружки у тебя страшные. Не дружи с ними. Я понимаю, это классика, мол, подруга должна оттенять, но две мерзкие бородатые хари – это уже перебор.

– Берите его, – не выдержал лорденыш, кивнув на меня своим мордоворотам, а затем повернулся к ближайшим гостям, с ужасом взиравшим, как меня тащат к неприметной дверце в стене. – Что уставились?! Жрите и пейте, уроды.

Я, не скрываясь, хмыкнул, поражаясь уровню культуры у местной аристократии. Понятно, что на приеме сейчас других лордов не было, осталось лишь поместное дворянство. Эсквайры там разные и прочие джентри. То бишь те, кто до пэрства не дорос. Но все равно так грубить даже сыну лорда не стоило. Тем более что папаня его смотрел в нашу сторону. Смотрел, но даже не сделал попытки вмешаться. То ли доверял сыночку, то ли, наоборот, решил проверить меня. Впрочем, мне было все равно, позволять себя избить я не собирался.

Действовать я начал сразу, как только меня вытащили в какой-то коридор, идущий вдоль зала. По нему сновали слуги, испуганно замершие при нашем появлении. Но мне на них было плевать, я буквально висел на руках у похитителей, заставляя их себя тащить. И плевать, что для Ротмистра и Сквайра это был не вес, главное, что они не заметили, когда я начал действовать.

Первому прилетело Сквайру, как более слабому и с виду, и по рангу. Мужик лет тридцати с мордой висельника получил каблуком в колено и со стоном свалился на пол, баюкая сломанную ногу. А я, офигев от такой наглости, ведь они даже «Железную рубашку» не применили, тут же с разворота влепил стопой в морду второму. Правда, тот успел закрыться, все-таки разница в целый ранг давала о себе знать.

Отшатнувшись скорее от неожиданности, чем от силы удара, Рыцарь тут же напал сам. Два пушечной силы удара кулаками вспороли воздух там, где еще мгновение назад была моя голова. А я, качнув маятник, тут же пробил лоу-кик, вложив в это все силы и добавив немного сверху. Противника проняло даже через «Железную рубашку», что тот успел активировать. А как ты хотел, это тебе не ваши британские танцы, а поставленный самым опасным Воеводой мира удар, который я отрабатывал многократными повторениями на столбе, вкопанном в землю. Бетонном, между прочим. Варяг вообще человеколюбием не отличался, даже по отношению к ученикам. И ко мне тем более.

– Сука… – зашипел Рыцарь, тем не менее быстро восстанавливаясь. – Тебе конец, ублюдок.

– Я хоть и сирота, но родителей своих знал, – я презрительно сплюнул на пол. – А тебя, поди, пьяный бомж зачал со свиньей в грязной канаве. Поэтому от тебя так воняет.

– Ах ты тварь!!! – Шестерку лорденыша проняло, видать, действительно с семьей было не все в порядке, и он кинулся на меня, одним прыжком за мгновение сократив расстояние между нами.

Но я его ждал и легко ушел от удара, просто оттолкнувшись от пола и стены и описав полукруг, на мгновение завис в воздухе головой вниз, а затем рубанул обеими ногами сверху в голову противнику. Тот как раз находился в неустойчивом положении, и такой удар буквально снес его с ног, заставив рухнуть мордой в пол. А я, воспользовавшись отдачей от столкновения ботинок с головой противника, сделал обратное сальто, приземляясь на ноги, и тут же пробил по лежащему Рыцарю.

К сожалению, тот успел среагировать, просто на пузе отъехав назад, а затем подскочив, будто ничего не случилось. Только вот в глазах у него теперь полыхала ярость и жажда убийства. Не скажу, что меня это напрягало, я уже оценил уровень прихлебателя лорденыша, и надо сказать, что даже на ранге Сквайра, то есть на ступень ниже противника, он проблем бы мне не доставил. Конечно, какой-то боевой опыт у него был, но не слишком большой. Скорее уж тому приходилось работать пугалом неодаренных обывателей и слабеньких Воинов с Магами, чем биться насмерть. Как по мне, это камень в огород Авалона, отказавшегося от участия в Большой игре. С другой стороны, мне же проще, иначе по метке меня спалили бы, стоило только ступить на землю островов.

– Ты покойник! – Рыцарь демонстративно снял куртку и закатал рукава. – Я оторву тебя яйца и заставлю сожрать!

– Ты слишком много говоришь, – я расслабленно пожал плечами. – Наверно, потому что слишком слаб для своего ранга, вот и привык работать языком.

– Ублюдок!!! – сорвался тот с места и… тут же вляпался в паутину, распустившуюся прямо у него на пути. – Фы мфы фыфы фыфыфыф…

– Да, иида, и я так думаю, – я потрепал жертву магии по голове, но пинать не стал, а манерно поклонился дочери графа. – Леди Элиза, благодарю за помощь, хотя она была и не нужна.

– То есть ты справился бы с Рыцарем? – усмехнулась кобылистая девица, принципиально не обращая внимания на налившегося дурной кровью братца. – Отец приглашает тебя в свой кабинет. Не советую заставлять его ждать.

– Конечно, я уже иду, – я точно так же проигнорировал лорденыша, остановившись на мгновение у второго бойца, баюкающего ногу. – Если не хочешь остаться без ноги – срочно вызывай «скорую». У тебя сломан сустав, а возможно, и шейка бедра.

– Мы с тобой еще поквитаемся, – Сквайр пытался угрожать, но выглядело это жалко. – Ходи, оглядывай…

Договорить он не успел, вырубленный одним точным ударом в голову. А вот нефиг было мне угрожать. Не люблю я этого. Да и нет у меня привычки оставлять врагов за спиной. А так ему сотрясение обеспечено. Вкупе с травмой ноги пару недель в больнице даже при самом лучшем лечении. А там, как говорится, или ишак сдохнет, или шах. Или я провалюсь и придется бежать с островов, оставляя за собой прах и пепел. Но тогда какой-то лорденыш со своими шестерками будет самой маленькой моей проблемой.

– А ты молодец, – Элиза провела рукой мне по плечу. – Я не ожидала, что ты выстоишь против быков Деррика.

– Но при этом подставила меня, – в том, что девка знала, что произойдет, я не сомневался. – Не думай, что я это забуду.

– И в мыслях не было, мой злобный ирландский пес, – меня снова обдали волной мерзких духов. – И поверь, у меня есть чем загладить свою вину. Но мы поговорим об этом после. Иди, отец ждет тебя. И помни, теперь ты мой.

Три раза, я внутренне усмехнулся. Даже не будь у меня Зайки и остальных, я на такой развод никогда бы не повелся. Будто не понятно, что брат с сестрой сцепились за наследство. А быть чьей-то торпедой в этом противостоянии мне было физически противно. Однако высказывать это вслух я не спешил. Нет ничего лучше, как позволить сделать за тебя всю работу идиотам, думающим, что это они устанавливают правила игры. Но хорошо смеется лишь последний, тот, кто на самом деле дергал за ниточки. И парочку веревочек я уже сегодня подцепил.

Глава 14

– Вижу, вы уже познакомились с моими детьми, – граф Сомерсет удобно устроился в кресле кабинета, в котором принимал нас. – И как впечатление?

– Расплывчатое, – я с видимым довольствием отхлебнул виски, после мерзко-сладкого пунша показавшегося невероятно вкусным. – Слишком мало времени мы общались. Однако могу отметить их настойчивость в достижении цели.

– Что ж, сочту это за комплимент, – по покер-фейсу лорда было сложно понять, что именно он чувствует, а пытаться прощупать его я не осмеливался, боясь спалиться. – А вы что скажете, Родерик? Уверен, свое мнение вы уже составили.

– Благодарю за столь лестную оценку, лорд, – Фридрих слегка поклонился, приподнявшись в кресле. – И я считаю, что борьба ваших детей за наследство не наше дело. Однако, видимо, у вас есть какое-то предложение, связанное с этим, раз вы решили пообщаться с нами отдельно от остальных.

– Верно, – граф сложил пальцы и задумался на несколько секунд. – Честно говоря, поначалу вы мне не глянулись. Средней руки боец, каких тысячи, и его агент, слишком молодой, чтобы что-то из себя представлять. Однако за бразильца решил выдать небольшой аванс. И не ошибся. Вы оба оказались куда интереснее, чем показываете. Сквайр, почти на равных бьющийся с Ротмистром, такое встретишь нечасто. Как и двадцатилетнего парня, без проблем находящего общий язык с элитой бизнеса и политики моего графства. Теперь понятно, как тебе удавалось организовывать в колледже подпольные турниры.

– Рыцарь из него как из говна пуля, прошу прощения за мой французский, – я презрительно скривился. – Только открытой чакры недостаточно, чтобы стать настоящим Рыцарем. Почему-то многие этого не понимают.

– Нюансы воспитания, – лорд Сомерсет проигнорировал мое хамство. – И именно поэтому я хочу предложить вам сделку.

– Если я правильно понял, речь опять идет о ваших детях, а еще точнее, о наследстве, – взял слово Фридрих. – Но не вижу, чем мы можем вам помочь. Несмотря на то что нам удалось вас удивить, мы все так же остаемся двумя молодыми провинциалами, без связей и особых возможностей.

– Однако у Эльвара есть потенциал, если не выиграть в своей категории, то пройти в финал, – не стал скрывать от нас свои планы граф. – Пусть Фрамер не самый сильный Рыцарь, но он Рыцарь. И боец рангом ниже, могущий сражаться с ним, – это серьезный актив. Особенно если он выберет себе даму сердца.

– Вы имеете в виду свою дочь? – мгновенно сориентировался немец. – Хотите на Большом дерби найти ей партию?

– Да, – кивнул лорд Сомерсет. – Сейчас Элиза и Деррик сражаются за наследство, и надо сказать, у дочери перспективы лучше. Она Маг в ранге Ауктора, что более перспективно.

– Но при этом женщина. То есть в наследниках будет меньше вашей крови, – я нагло хмыкнул, отхлебнув еще виски и заставляя себя не морщиться. – А сын, хоть слабее и не одарен, все-таки сын и есть.

– Именно, – кивнул граф, ничуть не смутившись. – Однако, если я на этом основании отдам наследство сыну, меня не поймут.

– А мисс Элиза будет иметь возможность оспорить завещание, – уловил главное Фридрих. – Я прекрасно понимаю ваши затруднения. Но, при всем уважении, почему вы уверены, что наличие фаворита-финалиста поможет?

– Забыл, что вы еще крайне молоды и из провинции, – хмыкнул лорд Сомерсет. – Но в целом это не ваши заботы. Для вас главное – выйти в финал дерби.

– Ведь финалистов так же приглашают на большой прием в Букингемском дворце, – догадался Фридрих. – А это шанс для мисс Элизы.

– Все верно, – удовлетворенно кивнул лорд. – К сожалению, последние несколько лет ни один из бойцов Сомерсетшира так и не добрался до финала дерби.

– А с чего вы взяли, что у нас есть шанс? – я не понимал, почему граф делает такую ставку на двух незнакомых ему малолеток, вместо того чтобы найти профессионала. – Там будут бойцы со всего Авалона, причем самые лучшие, а не мешки типа вашего Фрамера. И далеко не факт, что я сумею вообще выйти на Большое дерби.

– А ты постарайся, – наверно, впервые на губах графа мелькнула улыбка. – Потому что это в ваших интересах.

– Ну, понятное дело, – я криво ухмыльнулся в ответ. – Только вот…

– Без только! – неожиданно резко отрезал лорд Сомерсет. – Я говорю не только о награде. Но и о наказании. Ты ведь ничего не почувствовал во вкусе виски? Забавно, я думал, что ирландцы будут чувствительнее.

– Что за хрень?! – я отшвырнул стакан, вскакивая на ноги, а Фридрих подозрительно принюхался к напитку. – Что вы нам подмешали?!

– Всего лишь небольшую дозу особого яда, что варит наша местная ведьма, – граф выглядел очень довольным, ловко выхватив ПМК и активировав уже знакомое нам плетение «Паутины». – Очень интересная штука. Если вовремя принимать противоядие, то никак не влияет на организм. Но стоит хоть раз пропустить – боль будет нарастать с каждым часом. И через пару-тройку суток жертва буквально умоляет, чтобы ее просто убили. Самый стойкий на моей памяти продержался неделю. Но даже когда ему дали противоядие, он все равно умер. От страха повторения приступа.

– Вам нужна была гарантия нашей верности, – хмуро буркнул Фридрих, глядя, как я безуспешно пытаюсь высвободиться из кокона. – Но мы и так были готовы с вами работать.

– Чтобы я доверил свою дочь двум пришлым щенкам, один из которых грязный ирландец? – лорд насмешливо поднял бровь. – К тому же это будет для вас дополнительным стимулом. Если этот пес не пройдет в финал, вы оба умрете в жутких муках. И не думайте, что сможете нейтрализовать яд. Эта особая формула действует даже на Эмеритов и Капитанов.

– С кнутом все понятно, а что насчет пряника? – Фридрих с виду был спокоен, но нервно перебирал пальцами. – Я, знаете ли, все же предпочитаю финансовый стимул. Или мы теперь ваши рабы?

– Прекрасная выдержка, – похвалил его лорд, довольно откидываясь в кресле. – Я все больше убеждаюсь, что мой выбор верен. Кстати, он так долго будет?

– Эльвар? – немец кинул на меня предупреждающий взгляд. – Пока не вырубится. Для ирландца он очень даже адекватен и держит себя в руках, однако бывает, что ему срывает крышу. И тогда его проще вырубить, чем успокоить.

– Это тоже неплохо, – кивнул граф. – Так вот, о вознаграждении. Несомненно, вы не рабы. Слава господу, рабство на Авалоне давно запрещено. И если качественно сделаете свою работу – получите противоядие, полностью выводящее яд из организма, и титул эсквайра. Это к весьма значительной сумме денег. Я умею быть щедрым и больше всего плачу за верность.

– Ну, с этим проблем и так не было, – Фридрих пожал плечами. – А сейчас тем более. Или вы имеете в виду что-то еще? Не конфликт ваших детей.

– Деррик обязательно попытается вас перекупить, а если не получится, то избавится, – граф поморщился, видимо, сын был еще той занозой в заднице. – К сожалению, есть еще герцог Девон. Мы церемониальное неметропольное графство, поэтому не входим в состав герцогства, но соседям очень хотелось бы присоединить его к себе.

– А сделать это лучше всего, женившись на наследнице, – задумчиво кивнул немец. – Это же не все претенденты на руку мисс Элизы?

– Не все, – кивнул лорд Сомерсет. – Однако без графства в качестве приданого ее никто не возьмет. Из местных. А вот в столице уже будут иные расклады.

– До которых еще надо дожить, – хмыкнул Фридрих, а я немного затих, устав от представления. – Мой лорд, не хочу показаться трусом или паникером, но вы же понимаете, что нас убьют раньше, чем мы выйдем за пределы Тонтона? Да и в черте города шансов не так чтобы много. Слишком много заинтересованных лиц, чтобы два Сквайра остались целы.

– Насчет этого не беспокойтесь, – отмахнулся граф. – Пока я тут хозяин, вас никто не тронет. К тому же у меня есть возможность обеспечить вам кое-какие козыри. Я так понимаю, что вы оба уперлись в первый порог. Так вот, я могу помочь вам его преодолеть. Но…

– Если вас волнует, сумеет ли Эльвар показать достойный уровень на ранге Рыцаря, то смею вас заверить, вы не пожалеете. – Мгновенно оживившийся Фридрих стал похож на пса, машущего хвостом при виде любимого хозяина. – Да, техники придется отработать, но, по сути, он готов! Да вы и сами видели! Он отличный боец, а Рыцарем станет еще лучше!

– Мне нравится твой энтузиазм, – благосклонно кивнул граф. – Однако этого мало. Вам придется доказать свою полезность и верность. Для начала объясни все своему другу, вряд ли он что-то запомнил в таком состоянии. А после поговорим. Свободны.

– Эм… – Фридрих поднялся на ноги и замер возле меня, якобы не зная, что делать. – Мой лорд, а можно его развязать? Или, наоборот, связать покрепче. А то я не утащу его, когда он так брыкается.

– Эдвард! – граф, не глядя, хлопнул в ладоши, и в дверях тут же показался дворецкий. – Займись.

– Сию секунду, ваша светлость, – с достоинством поклонился тот, брызнул мне в лицо какой-то вонючей гадостью и пояснил для дернувшегося закрыть меня своим телом Фридриха. – Это полицейский спрей. Надежно вырубает даже одаренных первых трех рангов за какой-то десяток секунд.

Я мысленно поблагодарил лысого косплейщика за то, что развел мужика на откровенность, и, отсчитав до двенадцати, затих. Честно говоря, уже ужас как надоело изображать из себя психа, но образ требовал. Пришлось безвольно висеть у Фридриха на плече, пока тот волок меня в выделенную нам комнату. Заодно и обдумал наше положение.

В целом выходило не так плохо, как могло быть. Но и не так хорошо, как хотелось бы. Ввязываться в интриги авалонской знати не хотелось, тем более когда на кону стоит целое графство. Однако я не думал, что дело дойдет до убийств и локальных боев. Это слишком даже для бриттов, любящих управляемый хаос. Но граф Сомерсет пока жив и полон сил. Да и людей у него хватает, если судить по тому, что мы видели. Так что, скорее всего, жадные соседи здесь ничего сделать не смогут.

Сынка графа тоже можно списывать со счетов. Ему, наоборот, крайне необходимо, чтобы наша миссия увенчалась успехом. Так что мелкие обиды типа пары избитых шестерок вообще не в счет. Тем более что я их даже толком не покалечил. Перелом колена – штука неприятная, но при современном уровне медицины это пару суток в гипсе, не более. А то и быстрее, если раскошелиться на высокорангового лекаря, но не думаю, что граф и его отпрыск так уж сильно ценят своих подчиненных. Одна штука с ядом чего стоит.

Теперь главное как-то узнать, когда он должен начать действовать и какие точно при этом ощущения. Ибо не хотелось бы глупо спалиться из-за отсутствия симптомов или их несоответствия реальным. Ведь я уверен, граф специально даст нам помучиться, перед тем как дать противоядие. Чтобы прониклись, так сказать. Ведь он уже считает нас своей собственностью, я это ясно прочитал в его глазах. И все байки про полное выведение из организма – ложь от начала до конца.

Хорошо бы узнать, можно ли вообще вывести эту дрянь из организма и сколько людей таким образом граф держит под контролем, но, с другой стороны, это не наше дело. Мы сюда не революцию устраивать явились. Хотя чисто по-человечески людей жалко. При всей своей нелюбви к бриттам в целом, простые обыватели не вызывали у меня какой-либо антипатии. Даже футбольные хулиганы, с которыми мы били друг другу морду, и то оказались вполне себе адекватными ребятами. Не без придури, конечно, но у нас я видел и похуже. Как, впрочем, и здесь бы нашлись тоже.

В целом я сделал вывод, что люди плюс-минус одинаковые везде. Нет откровенно плохих, как и исключительно хороших. Это не значит, что я полюбил Авалон, скорее наоборот. Мне здесь не нравилось, воздух не такой, культура, отношение той же полиции. У нас тоже не ангелы, мне ли не знать, но здесь на тебя смотрели словно на вошь. Будто перед лицом слуг закона у тебя вообще никаких прав нет. А для аристократов ты вообще не человек, а инструмент. Будешь исправно служить – кинут кусок со стола, попытаешься взбрыкнуть – показательно уничтожат.

Такой спеси я у наших не видел, даже у свежепредставленных баронов. Да, те смотрят на обычных людей как на говно, но при этом все равно в них чувствуется искусственность и наигранность снобизма. А вот авалонские лорды безупречно вежливы, но ты прямо ощущаешь, что в их глазах ты не больше, чем грязь под ногами. Ну и ведут себя соответственно, не обращая внимания на чьи-то жизни и судьбы.

Эпизод с ядом очень показателен в этом вопросе. Просто взять и разрушить жизнь двух случайно оказавшихся рядом парней, просто потому что можешь, тут в порядке вещей. Ну, как минимум я не заметил ни капли сомнения ни у графа, ни у его дочери, которая точно знала, что сейчас произойдет. Им понадобился инструмент – они его получили. И плевать на мнение самого инструмента, с ним никто разговаривать не собирался.

– Не шевелись, – стоило нам остаться одним, Фридрих скинул меня на кровать, а сам сделал вид, что обдумывает ситуацию, параллельно шепотом ставя меня в известность. – Тут минимум три камеры. Даже особо не маскировали. Но может быть и больше. Расслабься, думаю, долго тебя в отключке держать не будут.

Я считал так же. Им нужен был боец, а накачивать его перед предстоящими поединками всякой гадостью не лучший способ победить. Так что наверняка скоро кто-то явится с антидотом. И, скорее всего, сама Элиза. Это же простейший психологический ход, плохой и хороший полицейский. Добрая дочь помогает пострадавшему от тирании отца. Деревенский театр села Большие Бздюхи, сцена третья. Должен признать, мои девочки работают куда изящнее. У них почти не замечаешь того, что тобой манипулируют. Или, может быть, я уже пообтерся и секу такие вещи на раз.

– Вот вы где, – дверь бесцеремонно распахнулась, пропуская дочь графа, успевшую переодеться в домашнее, правда, смотрелось это еще более фривольно, чем бальное платье. – Еле вас нашла. Надо сказать отцу, чтобы вам выделили комнату получше.

– Леди, – Фридрих подскочил со стула и отвесил церемонный поклон. – Благодарю, но нас все устраивает.

– А меня нет! – девица обожгла немца злым взглядом, мол, не лезь не в свое дело. – Мой боец должен получать все самое лучшее! Правда, дорогой? А почему он еще в себя не пришел?

– Может, доза слишком большая, – невинно пожал плечами лысый, делая мне страшные глаза, мол, просыпайся. – Наложилось на… ну, вы понимаете, о чем я.

– Глупости! – отрезала лошадеобразная стерва. – Декокт совершенно безвреден и начинает действовать только через три дня! И не вступает в реакцию с другими препаратами. Это эксклюзивная разработка Анны, проверенная множество раз.

– Ну, тогда он просто спит, – пожал плечами Фридрих. – Усталость после боя, стресс, алкоголь. Все наложилось, и Оли просто вырубило. Вон, слышите, он даже похрапывает.

– Спит? – зависла на мгновение Элиза. – Когда я к нему пришла?!

– Так он откуда это знает? – резонно заметил лысый, а я согласно всхрапнул. – Он же спит.

– Эм… ну да, конечно, – до графской дочери дошло, что она ведет себя глупо. – Хорошо, я зайду позже.

– Моя леди! – успел перехватить ее у дверей Фридрих. – Не могли бы вы снять паутину? А то, боюсь, сам я не справлюсь. Я же не Маг.

– О боже, не понимаю, зачем отец нанял вас двоих! – стерва обожгла невозмутимого немца злым взглядом, но достала ПМК, активируя плетение. – Одного Эльвара было бы более чем достаточно. Готово! Завтра с утра чтобы были готовы! Мне нужно будет отъехать по делам, а вы будете меня сопровождать! И только попробуйте опоздать! Клянусь, я лично высеку тебя так, чтобы шкура пошла лоскутами!

– Как будет угодно моей леди, – Фридрих склонился в низком поклоне, так что только я через крошечные щели между веками сумел разглядеть его ехидную ухмылку. – Как будет угодно.

Глава 15

– Отстань от меня, женщина, никуда я не поеду!!! – я уже откровенно срывался на рык, настолько бесила меня ситуация, а главное, Элиза, возомнившая, что я теперь ее собственность. – Мне тренироваться нужно! Для тебя же, дура, стараюсь!

– Ты и так уже второй день из зала не вылезаешь! – Наглая девка устроилась на пуфике, закинув ногу на ногу и потягивая скотч из стакана. – Я не намерена это терпеть. Так что, повторяю, мы едем на охоту.

– Слушай, дурында, – я со вздохом отошел от груши, которую молотил, и попытался спокойно донести до авалонки свою мысль. – Я не твой любовник, что бы там между нами ни было. Не твой слуга или раб. Между нами нет вообще ничего, кроме предстоящего дерби. И то на него еще надо попасть. А для этого мне нужно работать. И если ты будешь мне мешать, клянусь святым Патриком, я перегну тебя через колено и так отхожу ремнем, что неделю сидеть не сможешь.

– Оу, ты любишь пожестче, – глаза Элизы тут же замаслились, и она провела пальцем мне по груди. – Я не против. Давай же, выпори меня! Поставь…

– Так, заткнись! – я схватился за голову. – Просто заткнись, на хрен, пока я тебя не прибил! Твою мать! Сука, Ф… Родерик, во что ты меня втянул!

– Ну-ну, дорогой, – девушка элегантно встала и обняла меня сзади за плечи. – Не стоит так расстраиваться. У нас все будет хорошо. Тебе понравится.

– Ни хрена, – я стряхнул ее руки и отошел на пару шагов. – Мне уже не нравится. И если ты будешь давить – не понравится уже тебе. Яд не действует мгновенно, да и плетения еще надо активировать. А если ты на магемы надеешься, то зря. Даже они на такой дистанции тебе не помогут. Так что не беси меня!

– Какой ты скучный, – фыркнула Элиза, наконец перестав на меня вешаться и направившись к выходу. – Это приказ отца. Нужно показать тебя обществу, а мне нужен сопровождающий и телохранитель. Так что собирайся. Костюм для верховой езды тебе уже должны были доставить.

– Сквайр телохранителем у Ауктора? – я удивленно вылупил глаза. – Прикалываетесь?!

– Ты сам сказал, что можешь легко со мной разделаться. – вернула мои же слова авалонка. – Вот и проследишь, чтобы этого не случилось. К тому же отец говорил, что ты на грани прорыва и способен справиться с Рыцарем.

– На грани, это не то же самое что прорваться, – я покачал головой, понимая, что отмазаться все же не получится. – Я побеждаю не за счет физических и сансарных возможностей, а за счет техники и опыта. Нормальный Рыцарь размажет меня внешними техниками. Я даже пискнуть не успею.

– Успеешь, я в тебя верю, – отмахнулась стерва. – А там я помогу. У меня, между прочим, аспект Смолы.

– Как у твоего отца, да? – я вдруг понял, почему ни я, ни Рыцаренок Деррика не смогли порвать паутину, ну как минимум без применения сансарных техник. – Неплохо.

– То-то! – гордо вздернула нос Элиза. – Так что слушайся меня, если не хочешь остаток жизни провести приклеенным… где-нибудь. У меня очень богатая фантазия. Однажды в детстве я Рика приклеила в туалете к унитазу, и тот шесть часов не мог освободиться.

– Думаешь меня этим испугать? – я презрительно скривился. – Сразу видно домашнюю девочку, посещавшую хорошую закрытую школу. У нас шутили гораздо жестче, зачастую так, что жертву увозила «скорая». Или труповозка, тоже бывало.

– Ну что ты, дорогой, я просто шучу, – девица улыбнулась, что лучше ее лицо не сделало, а я с трудом удержался, чтобы не поморщиться. – Поторопись. Нужно еще выбрать тебе лошадь. Надеюсь, ты умеешь ездить верхом.

– Может быть, об этом нужно было спрашивать с самого начала? – проворчал я, но дверь уже закрылась. – Блин, когда это последний раз было-то? Будем надеяться, что не все забыл.

Меня учил держаться в седле дед, еще когда я считался наследником рода и надеждой. А потом как-то не до этого было. Впрочем, за последний год я немного обновил навыки, но Гереста – это тебе не неразумная скотина, она сама не давала мне свалиться. Будем надеяться, что этого опыта хватит, чтобы не опозориться.

– Твою мать, Родерик! – я пинком распахнул дверь нашей комнаты, давая прочувствовать всю силу обуревавшей меня ненависти. – В какую жопу ты меня втянул?! Мне прохода не дает эта…

– Осторожней со словами, – Фридрих заткнул мне рот рукой, изображая пантомиму глазами и лицом, и свистящим шепотом продолжил: – Даже у стен могут быть уши.

– Что ты меня за дурака держишь! – я стряхнул его, заставив себя не коситься на места, где мы нашли микрофоны и камеры, и плюхнулся на свою кровать. – Я Элизе и в лицо могу сказать, что она стерва. Достала! Заставляет ехать на какую-то охоту. Еще и на лошадях, прикинь!

– А, вот ты про что, – расслабился Фридрих, тоже падая на постель. – Я-то думал. Конечно, я в курсе, это я предложил, чтобы ты сопровождал юную мисс. Поторгуешь лицом, заодно приобщишься к высокой культуре. Традиционная охота на лис – развлечение, доступное лишь аристократам. Гордись, что тебе удастся в нем поучаствовать.

– Ты серьезно?! – я подскочил с кровати, прошел туда-обратно по комнате и снова сел, схватившись за голову. – Что за нах, Дер?! На хрена мне этот геморрой?! Мне тренироваться надо, я уже нащупал порог! Еще немного…

– Ты уже три месяца так говоришь, и толку ноль! – перебил меня Фридрих. – А граф реально может помочь. Я тут поспрашивал, ведьма, которая сварила яд, делает разные эликсиры. В том числе такие, что помогают открывать чакры.

– Если бы такое существовало, то здесь бы очередь стояла из желающих получить ранг повыше, – я делал вид, что не верю в подобные сказки. – Но ты хоть одного человека видишь? И я нет!

– Потому что ты привык решать проблемы ударом в лоб, – немец развалился на кровати с надменным видом. – А умные люди понимают, что подобные вещи не стоит делать общедоступными. Вряд ли ведьма может делать много таких снадобий, так что эксклюзивность задирает цены на них до потолка. Но самые умные подобное вообще не продают, а меняют. На услуги, хорошее отношение с власть придержащими и так далее. И думаю, здесь именно такой случай. Иначе графа Сомерсета давно бы сожрали. Слишком соседи у него зубастые.

– Да плевать! – я швырнул подушку в стену. – Если графу нужна победа в Большом дерби, он бы и так дал мне этот эликсир! С чего я должен становиться клоуном и развлекать всех этих высокородных дебилов?!

– С того, что дерби – это не просто турнир по боевым искусствам, – Фридриха не впечатлило мое выступление. – Это событие, возможность для аристократов встретиться, посмотреть представление, обсудить дела и прочая, прочая. Раньше для этого служили лошадиные и собачьи бега, гольф, хоть это более приватный вариант, тот же футбол в конце концов. Но со временем все эти развлечения стали доступны простолюдинам, так что господа придумали себе новую потеху. И это отличный вариант для нас. Поработаем на графа, потом получим противоядие, деньги и со связями, которые заведем в процессе, устроимся к какому-нибудь герцогу. Или свой бизнес откроем.

– И ради этого я должен жопу рвать на потеху аристократам, – я скрипнул зубами. – Сука!

– Кстати, насчет этого, – вдруг оживился Фридрих. – Ты там осторожнее, в идеале – вообще не слезай с седла. А то слухи о закрытых школах аристо ходят разные. Это же не наш колледж, где девки учились с пацанами, там-то раздельное обучение. Ну и они привыкли, так сказать, решать проблемы подручными средствами.

– Ты о чем? – я сделал вид, что не понял, а потом взорвался: – Да ну нах!!! Я вообще никуда не поеду! Еще не хватало, чтобы я с пи…

– Воу, воу, полегше! – немец вроде пытался меня успокоить, а сам внутри ржал как сивый мерин, если судить по глазам. – Сейчас толерантное время и даже голубков нельзя называть пи… ну вот этим словом. Иначе можно попасть в черный список!

– Главное, чтобы они не попали мне в шоколадный глаз! – я сделал страшное лицо, без слов обещая разошедшемуся Воеводе страшные кары, когда все это закончится. – Гребаные извращенцы!

– Хватит психовать, иди мойся и переодевайся, – отмахнулся Фридрих. – Костюм тебе принесли, я повесил его в шкаф. Классная вещь, тебе понравится.

– Что-то не уверен, – я вздохнул, но все же пошел в душ, потому что вживание в роль – это хорошо, но я точно знал, что ехать необходимо. – Я подвох за версту чую.

В ванной комнате камер не было, уж не знаю почему. Видимо, граф считал, что достаточно трех, что стояли в комнате. Зря, кстати, так бы увидел, как я от зеркала шарахаюсь каждый раз, когда забываю, что выгляжу теперь по-другому. Никакой магии, чистая наука, пара инъекций специально запрограммированных нанороботов, привезенных Фридрихом, и теперь у меня совсем другое лицо. Похожее на прошлое, все-таки это не глобальное хирургическое вмешательство, но все же не такое. Скулы по-иному очерчены, нос изменился, щеки. Я не стал Эльваром Гримссоном, но максимально приблизился к оригиналу.

Честно говоря, лишь с появлением немецкого Воеводы я в полной мере осознал, насколько идиотским был порыв войти в портал вместе с клонами. И ладно бы я там все быстренько разнес и вернулся, так нет, меня потянуло поиграть в шпионов. Без подготовки, без легенды, с мордой, которую знает каждая собака на планете. Спасибо еще Мерлину, что тот свой железный занавес сделал почти абсолютным и потчевал подданных новостями из-за бугра очень дозированно и в нужном ключе. Поэтому меня сразу не узнали. Но аристократия-то не находилась в информационном вакууме. И я спалился бы в ту же секунду, как мою морду увидел первый же граф. Ну, или даже барон.

К счастью, Фридрих был достаточно подкован в этих вопросах, не зря его натаскивали на работу в контрразведке. Те, кто принимал его за безобидного психа, помешанного на косплее, сильно ошибались, иногда даже смертельно. Бабка держала парня в ежовых рукавицах и зорко следила за подготовкой, иногда даже подгоняя живительными пинками. Рассказывал он как-то о нравах, куда там тем же бриттам с розгами. Немцы били черенками от метлы. Но на удивление, о Стальном канцлере Воевода отзывался с нежностью, как о родной бабушке. Я даже немного позавидовал, правда, тут же вспомнил, что меня, да и остальных детей и внуков та спокойно бросила, свалив править в другую страну. А старый хрыч тоже тот еще мудак и воспитание у него было соответствующее, то есть никакое.

– Твою ж мать, это охота или цирк?! – я с недоумением уставился на темно-зеленое извращение, которое вынул из шкафа. – Как в этом вообще можно охотиться?!

– Верхом, – невозмутимости Фридриха можно было позавидовать. – Охота на лис – древнее развлечение британской аристократии и имеет глубокие традиции. Соответственно, и форма одежды строго регламентирована. Светлые лосины, редингот темных цветов либо красный, если охотник является распорядителем охоты либо заслуженным членом клуба, перчатки и черная каскетка. Тебе повезло, что Элиза обо всем позаботилась.

– Скорее уж граф, – я с презрительной миной осматривал штаны, держа их на вытянутых руках. – Твою за ногу! Я буду выглядеть, как пи…

– Как настоящий охотник, – поправил меня Фридрих. – И советую поторопиться. Время поджимает, и, если не успеешь, молодая госпожа явится одевать тебя лично.

– Ну уж нет, – я тяжело вздохнул и принялся натягивать кожаные лосины. – Позориться, так в одиночестве. Гребаные англичане с их гребаными традициями.

Внизу меня уже ждали. Элиза, облаченная в точно такой же, как у меня, костюм, нервно мерила шагами двор, похлопывая хлыстом по сапогам. Рядом переминались несколько слуг, держа под уздцы коней. Довольно крупных, надо сказать. У меня даже сомнения зародились, но я быстро их купировал. Я, блин, Аватар, неужели у меня сил не хватит на коне удержаться? Да я если ноги сожму с усилием, ему хребет сломаю. Но внутри все равно было немного ссыкотно.

– Наконец-то! – девушка кинулась ко мне, а я с трудом заставил себя не шутить на тему, кто на ком поскачет. – Почему так долго?! Я уже хотела идти тебя искать!

– Воу, воу, полегше! – притормозил я поток претензий. – Эти ваши штаны для извращенцев еще попробуй напяль! А как подумаю, что будет, когда мне отлить приспичит, так плохо становится. Не говоря уже о чем-то большем.

– Ирландский варвар! – припечатала меня дочь графа, но почему-то голос у нее при этом был очень довольным. – Давай уже выберем тебе лошадь. Будет некрасиво, если опоздаем. А я не хочу позориться.

– Ехала бы тогда одна, – я подозрительно осмотрел коней и ткнул пальцем в того, что показался мне самым смирным. – Этот!

– Ты уверен? – засомневалась Элиза, и я уже готов был передумать, когда она решительно подтолкнула меня к выбранному скакуну. – Впрочем, ты же Воин. Не убьешься. Давай садись, и поскакали!

Я скептически осмотрел выбранного коня. Точнее, мерина, кое-какие важные части тела у него отсутствовали, хоть и были задуманы природой. Серый в яблоках, тот фыркнул и ткнулся мордой мне в руку. К сожалению, угостить его мне было нечем, так что я ограничился тем, что погладил мягкую морду, пообещав, что обязательно найду какую-нибудь вкусняшку по дороге. Видимо, этого скотине хватило, так что, когда, припомнив все, чему меня учили, я попытался сесть в седло, мерин не стал строить козни, а послушно стоял, не шевелясь.

– Удивительно, – Элиза, уже сидевшая в седле на красивой кобылке каурой масти, разглядывала меня как диковинное насекомое. – Обычно Вихрь никому так просто не дается.

– Значит, тебя зовут Вихрь? – я похлопал коня по шее, не обращая внимания на девушку. – Надеюсь, ты будешь не против, если мы сегодня не станем сносить постройки и вырывать с корнем деревья. А, малыш?

Мерин фыркнул, то ли ободряюще, то ли насмешливо, но поводьев слушался исправно и не дурил, а чего еще надо. Так что я сначала неуверенно, но с каждой секундой сильнее успокаиваясь и вспоминая почти забытый навык, двинулся за Элизой. Причем в какой-то момент поймал себя на том, что не сижу в седле, как мешок с… песком, а действительно приподнимаюсь на стременах, как и положено. Вот уж не думал, что детских занятий хватит, чтобы выработать рефлекс.

Естественно, ехали мы не одни, а в сопровождении слуг и своры собак. Слуги, кстати, в основном ими и занимались. Оно и понятно, не благородной леди же держать на сворке тридцать псин, сходящих с ума от охотничьего азарта и ощущения свободы. Не царское это дело. Но в целом собакены проблем не доставляли, послушно держась перед нами, и под копыта не лезли.

Ехать пришлось не очень далеко. Казалось бы, Англия, или, точнее, Авалон, обжита уже пару тысяч лет назад, каждый клочок земли учтен и имеет хозяина, использующего его для фермерства или еще чего, но то тут, то там все равно встречаются целые леса. Да, максимально облагороженные, чистенькие, ухоженные, у нас такой назвали бы парком, особенно учитывая количество тропинок и гуляющих по ним людей. Но все равно лес оставался лесом. В нем даже звери водились, причем не только безобидные зайцы или там лисы, но и кабаны, олени и даже волки. Правда, тех отслеживала специальная система и фиксировала каждый шаг, не давая вредить людям, но факт остается фактом. За попытку сохранить хоть небольшие природные островки авалонцев можно было уважать.

Нас уже ждали. На опушке крутилось десятка полтора человек и около сотни собак. Из них выделялись несколько взрослых мужчин в красных пиджаках, ну, или как там они называются. Видимо, это и были те самые распорядители. А вот остальные, в темно-синих, черных и прочих, явно были охотниками. От них так и веяло знатностью и спесью, пусть даже самому старшему не было и тридцати. И их глаза, словно прицелы, скрестились на наших фигурах. Тут бы и дурак понял, что все уже в курсе, кого именно приведет на охоту Элиза.

Глава 16

– Так, значит, это и есть новый слуга вашей семьи, – на меня уставилась типичная британка, то бишь сухая и некрасивая девушка, причем в легком подпитии. – Ирландский Пес! Вуф-вуф! Служить! Дай лапу!

– Мэри, как всегда, на своей волне, – засмеялся ее спутник, невысокий толстячок, которого, впрочем, я опознал как Ауктора. – Не обращайте на нее вынимания. Элиза, познакомь уже нас со своим спутником.

– Это Эльвар Гримссон, – леди Сомерсет даже не повернулась в мою сторону, лишь ткнула кнутом, зажатым в кулаке. – Сквайр и боец, который будет представлять Сомерсет на Большом дерби.

– Раз не получилось в категориях высших рангов, решили довольствоваться остатками? – включилась в разговор еще одна девушка, на этот раз, на удивление, весьма симпатичная, правда, все портило надменное лицо и презрительный взгляд. – Не думала, что графство Сомерсет падет так низко. Впрочем, возможно, этот твой пес даже не выйдет из отборочных, и тебе, Элиза, не придется позориться.

– Не вижу ничего зазорного в бойце ранга Сквайра, – пожала плечами та, – да ты, София, и сама лишь недавно взяла этот уровень. Так что не тебе презирать Гримссона.

– На службе графства Дорсет имеются полтора десятка Рыцарей и три Баннерета, – скривилась красавица. – Нам нет нужды цепляться за первого попавшегося проходимца. Тем более за ирландца. Эти дикари не знают, что такое честь и совесть. Вон, посмотрите на этого! Видите его глаза? Он явно жаждет вцепиться кому-нибудь в горло!

– Не слушай ее, Оли, София на всех кидается, когда у нее месячные, – Элиза даже не старалась выбирать выражения. – Мы с отцом верим, что ты достойно покажешь себя на дерби, к тому же ты еще молод и вполне можешь достигнуть даже ранга Капитана.

– Ты еще скажи Маршала, – пьяно рассмеялась Мэри, как раз отхлебывающая из фляжки виски и окатившая им всех, кто близко стоял. – Не смеши меня! Как будто у этого ирландского пса есть хоть какие-то шансы!

– Девочки, не ссорьтесь, – вмешался еще один участник охоты, единственный из всех одетый в красный редингот, да и внешне выглядевший как эталонный лондонский денди. – Добро пожаловать, мистер Гримссон. Всегда рады видеть среди нас новые лица. Вы раньше охотились на лис? Ох, прошу меня простить, я забыл представиться. Сэр Клемент Корнуол к вашим услугам.

Я мысленно присвистнул, вернув поклон. Здесь собрались как минимум трое графских отпрысков, а то и больше, подноготной той же бухашки Мэри я не знал, как и толстячка, но держались они как равные. Причем, вполне возможно, кто-то из них будущий наследник. Клемент так уж точно. А это очень серьезно, кто бы что ни говорил. Да, в формировании международной повестки слово графов значит немного, но вот внутренняя без них не делается. Так что эта молодежь, без преувеличения, элита Авалона. И тем меньше я понимал, что тут делаю. Может, меня раскрыли, и таким образом граф Сомерсет хочет привязать к себе? Но это даже звучало как бред!

Другая версия заключалась в том, что меня хотят использовать в качестве шута. Эдакий тонкий английский юмор, пригласить недотепу и втихую глумиться над его поведением. Или в открытую, пользуясь его подчиненным положением. Это выглядело уже более правдоподобно, а дружелюбность Корнуола можно было объяснить его двуличностью и подлостью. Типа он поначалу протягивает руку помощи, чтобы в итоге ударом в спину окончательно сбросить в канаву. Однако эта версия подразумевала, что Элиза в сговоре, что с ее стороны было бы как минимум глупо. Но много ли я знаю о женском коварстве и о мыслях самой леди Сомерсет. Мало ли чего там в ее мозгах происходит. Так что такой вариант сбрасывать со счетов не стоит.

Имелась у меня еще мысль, что я сильно недооценил значение Большого дерби для британской аристократии. Вполне возможно, что на этом турнире завязано гораздо больше, чем мы знаем. И этому даже есть объяснение, доступ к мировым событиям у авалонцев крайне ограничен. Так что, возможно, дерби для них стало чем-то типа Панэллинских игр для древних греков. Я когда-то с удивлением узнал, что Олимпийские были лишь одними из четырех агонов, проводившихся в разных городах. Что, впрочем, не мешало почитать чемпионов каждого из них, как полубогов. Может, и здесь было так же, иначе с чего бы правящей фамилии устраивать прием ради победителей.

– Эльвар Гримссон, – мысли, удивившие меня, промелькнули в одну секунду, и я тоже представился, правда, демонстративно для сэра Корнуола. – Для меня честь познакомиться с наследником.

– Ну еще бы, – пьяно хихикнула Мэри. – В вашей вонючей Ирландии каждый овцепас мнит себя аристократом. Но только на Авалоне вы можете прикоснуться к настоящему величию!

– Если вы о себе, я бы не стал к вам прикасаться даже за деньги, – я брезгливо отстранился, заставив Вихря отойти на пару шагов от бухой девицы. – Я себя не на помойке нашел.

– Что?!! – авалонка тут же вышла на ультразвук, отшвырнув фляжку и схватившись за хлыст. – Да как ты смеешь, мразь! Ты знаешь кто я такая?!! Да я прикажу запороть тебя!!! Мудила, а ну иди сюда, урод, клянусь, я прибью тебя здесь и сейчас!!!

– Мэри, возьми себя в руки! – между нами ловко вклинился сэр Клемент, перегородив дорогу девице своей лошадью. – Сэр Гримссон, прошу прощения за свою кузину. Она иногда бывает несносной.

– Так же прошу и меня простить, я перешел границы, – вернул я извинения Корнуолу, хоть и не хотел этого делать. Но сердитый взгляд Элизы и ее пыхтение напомнило, что пока еще Сомерсеты нам были нужны, так что ссориться на ровном месте не стоило, я прекрасно знал, что меня ждет. – К тому же я не сэр.

– Уверен, это ненадолго, – отмахнулся наследник. – Я чувствую, что вы на грани прорыва на новый ранг. А граф Сомерсет с удовольствием вручит вам шпоры. А если этого не сделает он, то с удовольствием сделаю я или мой отец. В отличие от Мэри, мы хорошо разбираемся в людях и не обращаем внимания на их происхождение. Только на перспективность.

– И будут ли они вам полезны, – я просто не смог промолчать.

– Конечно, – не стал отрицать сэр Клемент, чем заработал несколько баллов в моих глазах. – Род прежде всего. Однако для достойного Воина в нем всегда найдется место. Тем более для такого, в котором живет истинный дух Кухулина.

– Еще не хватало быть похожим на семипалый семиглаз, – буркнул я вроде тихо, но Корнуол меня явно услышал и расплылся в улыбке. – Хотя, признаюсь, временами на меня накатывает. Леди Элиза не даст соврать.

– Знаменитый риастрад, – понимающе кивнул мужчина. – И это тоже показатель перспективности вас как Воина. Так что…

– Клемент, дорогой, а ты ничего не попутал, вот так внаглую уводить человека Сомерсетов? – влезла в разговор Элиза, до этого разбиравшаяся с пьяной Мэри. – Гримссон принадлежит мне!

– Только на время Большого дерби, – улыбнулся тот, но глаза оставались серьезными. – А потом Эльвар будет свободен в выборе сюзерена. Так ведь, сэр Гримссон?

– Оли, ты забыл, что обещал мне? – Элиза сделала страшные глаза, намекая на яд. – Неужели ты хочешь предать нас?

– От своих слов я не отказываюсь, не имею такой привычки, – я прикинул варианты и все же решил остаться с Сомерсетами. Слишком уж темной лошадкой был граф Корнуол, хоть я не сомневался в его возможности достать противоядие. – Прошу прощения, сэр, но я уже дал слово графу Сомерсету.

– Конечно, я все понимаю, – как и ожидалось, Клемент сдал назад, то ли играя роль порядочного человека, то ли на самом деле им являясь, но я по-прежнему считал его хитрым и прошаренным интриганом. – Что ж, предлагаю начинать. Господа, дамы, надеюсь, все готовы?

– Наконец-то, – голос Софии, не ввязывающейся в разговор, звучал крайне недовольно. – Давно пора. Я уже замерзла.

– Только скажи, дорогая, я тебя согрею! – тут же к ней подкатил толстячок. – Ты же знаешь, мое сердце принадлежит тебе.

– И каждой проститутке отсюда до Оксфорда, – отбрила его красавица, на что тот ничуть не обиделся. – Сэр Корнуол, трубите уже начало.

– Как прикажете, – Клемент слегка кивнул и, махнув рукой распорядителям, поднес рожок к губам.

Высокий звук прокатился по округе, отчего псы пришли в крайнее возбуждение. Спасло удерживающих их поводырей только то, что своры тут же спустили с поводка, и они ревущим потоком рванули в заросли, оглашая окрестности звонким лаем. Ему вторили рожки распорядителей, переливами сообщающие, что охота началась.

Мы пустили коней галопом, стараясь не отставать от собак. Причем я почти сразу же запутался, где чьи, а вот Элиза и остальные уверенно держались за своей сворой. Как я понял, в этом им помогали распорядители, но как именно, для меня было загадкой. Впрочем, я особо и не вникал, занятый отслеживанием леди Сомерсет. Терять ее из виду я не собирался, а к самой охоте интереса у меня не было.

Точнее, вот к такому ее виду. Когда мы жили в Чулыме, я был знаком со многими охотниками и всегда уважал их как добытчиков. Но это там у нас, в Сибири, где обычный выезд до ближайшего плеса пострелять уток может обернуться трагедией. Суровая природа не прощает ошибок, там вот так за собаками не поскачешь, можно с легкостью влететь в болото, да так, что ни лошадь не выберется, ни всадник. Что уж говорить о более серьезном звере. Тот же олень или лось таранным ударом рогов переворачивает машину. Кабан клыками легко распорет брюхо незадачливому охотнику, а волки или медведь и вовсе могут заставить его поменяться с ними местами, превратив человека в добычу.

И авалонская охота на фоне этого казалась пародией, фарсом, причем фарсом злым и жестоким. Что могла одна маленькая лиса противопоставить своре гончих псов, натасканных на кровь и убийство? Да будь она в три раза больше, все равно ничего. Вот и получалась не охота, а травля, где у зверя нет никакого выбора, кроме крайне мучительной смерти. Меня это не прельщало, так что я полностью устранился от процесса, просто двигаясь вместе со всеми и не более, так что немного удивился, когда мы начали отрываться от основной компании, оставшись лишь с Элизой, слугами и одним из распорядителей.

Сама девушка никакого волнения от этого не испытывала, с азартом подстегивая коня, что мчался вслед за собаками. Я тоже не стал паниковать, видимо, это было естественным процессом, да и гораздо больше меня занимал сам лес. Вот, казалось бы, на Авалоне каждый участок земли поделен, на каждом клочке что-то сажают или разводят, а гляди ж ты, нашлись и настоящие болота. Мелковатые по сравнению с нашими, но все же и вода, и лягушки в наличии, хотя про последних я немного загнул, по таким холодам они уже все спали. Что не мешало мне крутить головой по сторонам, осматривая природу. И именно это нас и спасло.

Чувство опасности или интуиция взвыли белугой, и все, что я успел сделать, – это в прыжке выдернуть Элизу из седла и покатиться с ней по земле, а наших коней подняло в воздух и швырнуло на несколько метров в сторону, ломая им кости и разрывая мясо. Попади мы под такой удар, девушке сразу бы пришел конец, а я мог бы попрощаться со своей маскировкой. Впрочем, еще ничего не закончилось.

– Какой шустрый Сквайр, – на полянку, где на нас напали, вышел одетый во все черное, словно злодей из плохого фильма, мужчина. – Думал, будет проще. Может, и не врали, что ты способен на равных драться с Рыцарем.

– Ты кто такой? – вообще-то, это должна была говорить Элиза, как моя хозяйка, но она еще не отошла от падения, так что я взял переговоры в свои руки. – Чего тебе надо?!

– Ваши жизни конечно же, – удивленно поднял брови незнакомец. – Неужели сам не догадался.

– Тебя Деррик послал? – девушка немного очухалась и начала вставать, опираясь на мою руку. – Этот идиот что, не понимает, что этим делает хуже только себе самому?!

– Извини, детка, я не открываю тмени заказчика, – глумливо усмехнулся мужик, а затем смерил взглядом Элизу. – Но, если будешь послушной и порадуешь меня, так и быть, перед тем как убить, я шепну тебе на ушко его имя. Уверен, ты сильно удивишься.

– Иди на хрен! – леди Сомерсет, авалонская аристократка в энном поколении, совершенно по-простонародному показала ему вытянутый средний палец. – Я лучше сдохну, чем дам такому уроду, как ты! Ты когда на себя последний раз в зеркало смотрел?! Даже конченые шлюхи согласятся трахаться с тобой лишь за очень большие деньги, и то только если ты пакет на голову наденешь!

– Тебе конец, сука! – убийца пошел красными пятнами, а от ненависти в его взгляде трава задымилась. – Я хотел убить тебя быстро, но теперь передумал. Я буду играться с тобой, пока мне не надоест, а твои останки можно будет упаковать в пакет из супермаркета. Знаешь, какой мой любимый прием для таких мелких шлюх, как ты? Я…

– Элиза, дорогая, ты не права, – перебил я монолог психопата. – Проститутки все же не такие разборчивые, и уверен, среди них вполне найдется та, что за большие деньги согласится на акт и без пакета. Проблема в том, что наш друг, боюсь, вряд ли может его совершить по причине крайне маленького пениса или его полного отсутствия. К тому же наверняка он любит, когда его, так сказать, пользуют страпоном, да побольше. Видишь, как стоит? Его поза буквально кричит о том, что господину убийце приходится напрягать сфинктер, чтобы не случилась оказия.

– Тебе конец, ублюдок! – Рожу мужика серьезно перекосило, и он уставился на меня, буквально полыхая от ярости. – Я буду убивать тебя медленно…

– Ой, да заткнись уже, – я презрительно отмахнулся. – Пусть ты и Баннерет, но кто сказал, что мы сдадимся без боя?

– Сквайрчонок и жалкий Ауктор аспекта Смолы угрожают мне?! – убийца зашелся каркающим смехом. – Это забавно. Будет приятно послушать ваши крик…

– Сейчас! – Элиза, тайком доставшая ПМК, вскинула руку и ткнула компилятором в сторону врага. – Убей его!.. Что ты делаешь?!

По ее задумке, возникшая в воздухе паутина должна была спеленать убийцу, а я добить, но вместо атаки на противника я обхватил девушку за талию и рванул в сторону, а затем дважды поменял траекторию, отталкиваясь ногами от деревьев. И правильно сделал, потому что сеть была сметена простейшим силовым толчком, а там, где мы стояли, словно ударил гигантский молот, вдавив мох и палую листву.

– Беги, я постараюсь его задержать! – я отпустил Элизу, махнув рукой в сторону, откуда мы пришли. – Беги и кричи! Кто-то должен услышать!

– Идиот, думаешь, я не подготовился? – расхохотался убийца. – И если ты надеешься на слуг, которые сбежали, то идиот вдвойне! Они уже все мертвы! Думаешь, я один сюда пришел? Просто, чтобы разобраться с вами двумя, мне помощники не нужны!

– Это ты зря так думаешь, – я примерно так все себе и представлял, но надеялся, что у Элизы хватит сил справиться с шестерками киллера. – Рыцарей я уже бил, теперь пора начистить хлебало Баннерету.

– Сопляк! – убийца вдруг одним движением оказался рядом. – Да я таких на завтрак ем!

Удар Воина пятого ранга не шел ни в какое сравнение с тем же от Рыцаря. Все-таки каждая ступень – это не просто еще одна открытая чакра, это качественный скачок. Один Рыцарь легко справится с десятком Сквайров, обычных, а не таких, как я. Баннерет же, ну, или Бригадир по-нашему, без напряга раскатает и полсотни таких противников. А то и всю сотню, если неопытные попадутся. Я же, к сожалению, не мог палиться и драться в полную силу, так что приходилось выкручиваться.

Первый удар я принял на скользящий блок и улетел в сторону, отброшенный его силой. Наверно, убийца удивился, когда я успел среагировать на выпад, но вида не подал, кинувшись добивать меня. Только вот ждать я не собирался, прямо из положения лежа прыгнув в сторону на пару метров, а затем еще раз, но уже вверх. Убежать я не надеялся, тем более с Элизой без уничтожения моей маскировки это было нереально. Зато мог потянуть время, пока нас не найдут. А это должно было случиться, причем скорее рано, чем поздно.

Охотники вполне могли быть в курсе ситуации с покушением, но уж точно далеко не все. Один-два человека, типа того же распорядителя, который завел нас в засаду, и уж точно не правильный мальчик Клемент. И не потому, что он такой хороший, просто участие распорядителей бросало тень и на него самого, как на единственного краснопиджачного в компании. Такой подставы ему точно не надо. Слишком много неприятностей с минимумом профита. Убрать Элизу можно было гораздо проще и элегантнее. И без использования психически нездорового Баннерета. Это само по себе дикое палево, на которое умный человек никогда не пойдет.

К сожалению, спокойно обдумать ситуацию возможности у меня не было. Баннерет носился за мной, как привязанный, и любые попытки оторваться успеха не имели. Но при этом мне пока удавалось не пропустить ни одного удара, все они пришлись на блоки по касательной, а их силу я использовал, чтобы оторваться. Несколько дистанционных техник так же прошли мимо, я вовремя успел среагировать и уклониться. Все это бесило противника, рассчитывающего покончить со мной одним ударом, а схватка затягивалась.

– Откуда ты такой взялся, ублюдок?! – от сводящей с ума ярости убийца с трудом говорил, скорее рычал. – Почему уклоняешься?! Дерись, как мужчина! Я отымею твой труп!!!

– Извини, но я пас, – я повторил жест Элизы со средним пальцем. – Иди вон найди бобра и ему предложи. Хотя на тебя даже он не позарится.

– Почему бобра? – на мгновение завис тот.

– Да просто так, – я пожал плечами. – Просто к слову пришлось. Можешь найти енота. Те как раз любят по помойкам шариться.

– Тварь! – Баннерет сорвался с места, мгновенно оказываясь рядом. – Сдохни!

Удар снес меня с ног и протащил метров пятнадцать, по пути разбив пару деревьев. Жесткий блок просто не смог остановить бешеную силу Воина пятого ранга, и мне было глупо даже пытаться принять его, если бы не одно «но». Да, я ощутил его в полной мере, «Железная рубашка» разлетелась, и в ребрах что-то хрустнуло. Но был нюанс. Все-таки драться с противником на два ранга выше тяжело, а главное, если бы я продолжил уворачиваться, этот мудак когда-нибудь начал бы думать головой и сделал бы то, зачем пришел сюда – убил Элизу. Защитить ее в ипостаси Сквайра я не мог. Значит, пришла пора повышать ставки.

Я врезался в очередное дерево и рухнул на землю. Спина немного болела, все-таки нечасто доводится крушить лес своей тушкой, но в целом я чувствовал себя вполне прилично. Напитанный сансарой организм даже с четырьмя закрытыми высшими чакрами остается телом Аватара, гораздо более прочным, чем у обычных смертных. Так что мои метания и попытки вдохнуть были чистой игрой.

– Добегался, сучоныш, – убийца остановился прямо надо мной и, схватив за воротник куртки, поднял, заглянув в глаза. – Хочешь что-нибудь сказать перед смертью?

– А-ха, – я захрипел, пустив слюну. – Х-хочу, чтобы ты отымел ежа. Или еж тебя. Ха-ха-х-х-х-х…

– Конец тебе, тварь! – Баннерет сжал мне горло, перекрывая доступ кислорода. – Я убью тебя, а потом займусь этой сучкой. Она будет умирать очень, очень долго, и виноват в этом ты. Сначала я… Ар-р!!! Тварь!

На удивление, Элиза и не подумала выполнять мой приказ и бежать, а осталась, и когда убийца начал меня душить, использовала свое самое сильное плетение. Ту самую «Паутину». К сожалению, ничего по-настоящему боевого у нее не стояло, что странно, но я не знаю нравов авалонской знати. Или это личная придурь девушки, неважно, я все равно собирался поговорить с ней, когда мы выберемся из этой передряги. Ведь теперь у нас появился шанс спастись, так что мне не придется срочно валить с острова.

Заклинание четвертого ранга, даже сотворенное Магом с нужным аспектом, все равно проигрывало в чистой силе. Тут нужно было бить наверняка, чтобы голова прочь. А так Баннерету понадобилось всего десяток секунд, чтобы вырваться и кинуться уже на девушку. Следующая «Паутина» была сметена все той же силовой волной. Казалось, спасения ждать неоткуда, еще мгновение, и убийца достанет ее, и в этот момент ему в спину прилетел сильный удар, заставивший потерять равновесие и промазать мимо жертвы, разворачиваясь на лету, чтобы увидеть, кто на него напал. И обомлел. И не только он. Элиза тоже.

На меня уставились две пары обалдевших глаз, ведь еще секунду назад я буквально умирал, избитый и задушенный. А сейчас стоял и даже контратаковал врага на целых два ранга выше. Точнее, на один. Мой спектакль удался, и я со спокойной душой открыл Анахату, четвертую чакру сердца. Прорыв в бою – одна из легенд неврожденных одаренных, ничего с реальностью общего не имеющая, но от этого не становящаяся менее популярной. Вот я и решил выехать на суевериях темных людишек.

– Т-ты прорвался?! – Элиза уставилась на меня огромными глазами. – К-как?!

– Легко, спасибо нашему долбанутому другу, – я подмигнул ей и с хрустом расправил плечи, – ну что, начнем второй раунд!

Глава 17

Могучий удар убийцы-Баннерета, способный пробить танковую броню и раскрошить в пыль бетонный столб, подхваченный моей рукой, скользнул в сторону и разнес в щепки очередное дерево. А я тут же контратаковал, зарядив основанием ладони в горло вражине. Не пробил, для этого силенок Рыцаря было маловато, но оттолкнул, да и в целом немного ошеломил. В который уже раз, отчего противник все сильнее бесился, но сделать ничего не мог.

Мне все же пришлось использовать кое-что из своего арсенала, а именно то, чему меня учила лаоши. По здравом размышлении я пришел к выводу, что это искусство проще выдать за личную интерпретацию неких боевых стилей, изучаемых по книгам. Тем более что умения Поднебесников хоть в целом и напоминали у-шу, но специалист нашел бы тысячи отличий.

– Дерись, как мужчина, ублюдок!!! – взбешенный убийца, казалось, потерял остатки разума. – Хватит убегать, урод! Иди сюда и сдохни уже!!!

На самом деле я его даже понимал. Обидно, когда ты считаешь себя на вершине мира, фактически непобедимым, и вдруг сталкиваешься с сопляком, который мало того, что прямо в бою становится сильнее на целый ранг, так еще и начинает издеваться над тобой, не принимая удары, а уводя их в стороны, ускользая, словно змея, и при этом еще и больно бьет в ответ. Причем его тычки, а по-другому их не назвать, отчего-то ощущаются даже через «Алмазную рубашку». Ну или что там у него, «Доспех» или «Латы», мало ли защитных техник. Главное, что почему-то толчки ладонями или пальцами вдруг начинают через них проходить.

Да, пусть мягкой руки, он такой, немного обидный. И не зрелищный. Никаких тебе столкновений кость в кость, никакой рубки. Мягкие, плавные движения, обманчиво медленные, но почему-то всегда оказывающиеся в нужном месте. Мастер такого стиля никогда не стоял на месте, перетекая, как капля ртути, обволакивая противника, заставляя его попусту расходовать силу и используя ее же против него. А если вспомнить, что в у-шу такие стили еще зовут внутренними, как раз за использование прежде всего внутренней энергии, а не физической силы тела, становится понятно, отчего, превосходя меня на целый ранг, убийца до сих пор ничего не мог сделать.

– Тварь! Я убью тебя и всю твою семью! Клянусь, они буду умиф-фф-ф… – А вот не стоило забывать про Элизу, та своего шанса не упустила и опутала психа очередной дозой паутины. – Ф-фуфу фефя!!!

– Что он сказал? – не поняла авалонка, разумно не подходя близко и прячась за деревьями. – Я ничего не поняла.

– Скорее всего, пообещал тебя убить. – Клейкие путы подарили мне пару секунд передышки, и я воспользовался ими, чтобы перевести дух и осмотреться. – У нашего чокнутого друга вообще маленький словарный запас и не очень с темами для разговора.

– Чем шутить, сделал бы лучше что-нибудь! – немного успокоившись, Элиза тут же продемонстрировала свой характер во всей красе. – Он сейчас освободится!

– Я в курсе. – Убийца действительно без особых усилий разорвал паутину. – Поэтому и не полез его добивать. И я не понимаю, чего ты хочешь. Неужели веришь, что только-только повысившемуся Рыцарю по силам запинать Баннерета? Да я Сквайром пять минут назад был, так-то!

– Но… ты же с ним сражаешься… – начала было девушка и тут же завопила: – Берегись!

– Да знаю, – я кувырком ушел от странных пепельного цвета лезвий, выпущенных убийцей, а затем отпрыгнул, пропуская мимо такое же копье. – Вот ведь мудак!

До Баннерета наконец дошла вся бесполезность столкновения в прямом бою, и он начал расстреливать меня дистанционными техниками. Причем не банальным «Энергетическим толчком» или чем-то таким, а по-настоящему убойными. Я даже заподозрил, что у него была пара преобразователей, уж шибко быстро он их формировал. Хотя, вполне возможно, что тот использовал какие-то другие приемы, мало ли существует методов и разных странных техник.

Жаль только, у меня самого дистанционных техник практически не имелось. «Энергетическая пуля» и «Мышка-норушка», то бишь заяц с пулеметом, были слишком приметными, и сколь бы отгорожены от мира ни были авалонские аристократы, в момент бы опознали их, и тогда прощай скрытность. Приемы, переданные Ву Шу, были чуть разнообразнее, но тут тоже крылся нюанс. Было бы сложно объяснить их наличие и происхождение. Так что, как бы я ни хотел размазать уродца одним ударом, приходилось изображать из себя бешеного кролика, и не в том смысле, который приходит на ум. А прыгать, бегать и кувыркаться, уходя из-под атак.

С другой стороны – время работало на нас. Шанс, что Элизу хватятся, повышался с каждой секундой. Плюс к этому она должна была уже давно отправить сообщение с просьбой о помощи. Заглушить полностью сансарную связь было не так уж просто, для этого требовалось специальное оборудование, да и то гарантий никто не давал. Точнее, все зависело от оператора, чем выше его ранг, тем надежнее блок. Но если бы у убийц имелся кто-то сильнее Адепта, гораздо эффективнее было бы использовать его непосредственно в нападении. Хотя тут тоже, конечно, были варианты.

Тянул время я еще по одной причине. Элиза тоже не сидела без дела. Поняв, что ее атаки практически бесполезны, поскольку убийца слишком легко их нейтрализовывал, она взялась клеить паутину между деревьев, создавая ловушки. Пусть эффективность их была низкой, но они позволяли задержать противника и дать мне возможность контратаковать.

Я сам бы этого не заметил, если бы не «третий глаз». Даже закрытая Аджна серьезно влияет на восприятие, так что я замечаю разные незначительные детали, особенно если они связаны с сансарой. Элиза довольно грамотно укрывала свои ловушки, пряча их за деревьями, а я старался уводить противника в другую сторону, чтобы не мешать ей. Правда, теперь это становилось все сложнее делать, приходилось много петлять, а удары Баннерета разносили деревья в хлам. И было сложно уберечь уже готовые ловушки.

К счастью, и сам убийца начал выдыхаться. Все-таки Воин, даже пятого ранга, совсем не дистанционный боец, его сила в другом. Так что, когда я сделал вид, что меня зацепило, психованный уродец решил добить меня лично, чтобы наверняка. И с ходу влетел в первую же паутину, через которую я до этого перепрыгнул, замаскировав это противопульным маневром.

– Сука! – облепившая тело вязкая паутина благодушия убийце не прибавила. – Тварь, я…

– Да задолбал ты, завались уже. – Удар основанием ладони в подбородок прервал поток очередных угроз, а я с чувством выполненного долга тут же рванул дальше по линии ловушек. – Слышь, лошара, ты как вообще с такими навыками киллером работаешь?

Дразнил гусей я специально. В ярости человек теряет возможность рассуждать здраво и не замечает деталей. Например, растянутых на уровне лодыжек липких нитей. Да, они не способны задержать Баннерета надолго, но все равно ему приходится тратить силы, расходовать энергию. А учитывая, что пополнение в бою невозможно, ну, как минимум на этом ранге, чем больше мелких неприятностей мы доставляли убийце, тем больше шансов выжить у нас становилось.

На самом деле, по-хорошему я уже должен был свалиться от усталости даже с учетом чита «прорыва во время боя». Но убийце было не до анализа, а Элиза в этом слабо разбиралась. Несмотря на свои понты, она была домашней девочкой, без боевых плетений на ПМК. И это при том, что как аристократка она имела право на владение и установку на компилятор для быстрого каста. Ан нет, ей даже в голову не пришло поставить что-то мощнее «Шокера» и «Паутины».

Зато голова у нее варила, жаль, не всегда. Я оттолкнулся от березы и взмыл в воздух, совершив бэк-флип и приземлившись за спиной убийцы, вляпавшегося в очередную паутину и теперь с матами из нее выпутывающегося. Пора было заканчивать с этим цирком. Я уже с минуту слышал приближающиеся голоса. Наш план сработал, ибо подручные Баннерета вели бы себя куда тише. Значит, пора было заканчивать и делать это максимально эпично. А что может быть круче рубки кость в кость.

Первый удар я нанес по всем правилам, объединив то, чему меня учили Варяг и Ву Шу, прямо в затылок врага с выплеском силы. Даже с ограничением четвертого ранга того проняло, ну, это не считая того, что он пролетел несколько метров, собирая деревья и паутину. А что делать, не я такой, жизнь такая. Тем более что Баннерета таким было не убить.

Вот и психованный киллер довольно быстро подскочил на ноги, но при этом его ощутимо вело в сторону. Все-таки удар в голову его достал, основательно всколыхнув содержимое черепной коробки. Да так, что тот даже говорить не смог, что-то неразборчиво мыча, но при этом все еще оставался опасен.

– Мя мямя… – глаза мужика бешено вращались, а изо рта капала слюна.

– Да, да, обязательно, – качнувшись в сторону, я пропустил пару снарядов и тут же оказался рядом с противником, проводя мощную серию в голову. – Когда-нибудь, с кем-нибудь, где-нибудь. Но не сейчас.

Баннерет мотался из стороны в сторону, но так как удары были более стандартными, особого вреда они ему не наносили. Так, сбивали ориентацию да мешали сосредоточиться, не более. А все потому, что добивать его я просто не имел права. Если в Сквайра победившего, а точнее, сбившего с ног Рыцаря еще могли поверить, то в только что прорвавшегося Рыцаря, завалившего Баннерета, никогда. Слишком велико различие в силе и в техниках. Даже при поддержке Ауктора это было решительно невозможно, а значит, привлечет внимание. Как разведчик, я категорически не мог этого допустить. Так что нужно было сделать красиво.

Как я и рассчитывал, убийца пришел в себя. И тут же ответил. Удар я успел заметить и встретить так, как мне это было нужно. В итоге отлетел уже я, пару раз чувствительно приложившись о стволы деревьев, и рухнул, чувствуя, как хрустнули ребра. Пусть даже для этого понадобилось полностью снять «Железную рубашку», зато теперь у меня было алиби. Теперь осталось лишь выжить, ну и уконтрапупить самого убийцу, но от меня тут уже ничего не зависело.

– Вот так, ублюдок!!! – Баннерет, обрадовавшись, что сумел меня достать, плевать хотел на то, что происходит в округе. – Я же сказал, что убью тебя, мазафакер! Я буду резать тебя…

– Не тронь его! – как всегда, невовремя вылезла Элиза, выстрелив «Паутиной» во врага. – Оли, беги!

– Ты задрала меня, дрянь! – Баннерет в очередной раз разорвал ее, но обаяния это ему не прибавило. Покрытый с головы до ног мусором и листвой, налипшей на клейкие нити, он сейчас больше всего напоминал йети или лешего, решившего испугать туристов, а не грозного убийцу, и это не добавляло ему психического здоровья. – Я закончу с этим ублюдком и займусь тобой! Ты пожалеешь, что родилась на свет!

– Я так не думаю. – Наконец на сцене появилось новое действующее лицо, а именно сэр Корнуол собственной персоной, что сразу породило во мне подозрение, а кто, собственно, был заказчиком нападения. – Леди Элиза, вы в порядке?

– Да, но Оли в опасности! – надо отдать должное, девушка мигом взяла себя в руки, став чопорной аристократкой, но про меня не забыла. – Это убийца, он…

– Ни слова больше, – вовремя закруглил общение Клемент. – Взять его!

Убийца взвыл, кинувшись на меня, но его буквально смело прилетевшим плетением. И это была не дешевая «Паутинка», а полноценное «Ледяное ядро», боевое и бронебойное, способное пронять даже Баннерета. Причем модификация оказалась довольно странной, я таких раньше не видел. Она не только сбила противника с ног, а еще и лопнула, обдавая его потоками воды, которая тут же замерзала, превращая убийцу в гигантскую сосульку.

Вырваться из нее противнику было уже куда сложнее. Особенно ослабшему после драки со мной. Я же, в свою очередь, оценил удар и вычеркнул Клемента из подозреваемых. Ведь заточение в ледяной глыбе не убьет Баннерета и позволит ему попасть в руки правосудия. А будь он заказчиком, достаточно было бы лишь слегка изменить модификацию плетения, поместив в ядро не ледяную жидкость, а кислоту. И, как говорится, нет человека – нет проблемы, но сэр Корнуол явно пытался взять его живым.

Собственно, на этом бой закончился. В свите Клемента оказались Магистр и пара Рыцарей, этого было более чем достаточно, чтобы спеленать одного Баннерета. Тот даже не дернулся, лишь раз расколов лед какой-то странной техникой. Я думал, что он самоубился, но нет, внутри рукотворного айсберга все еще ощущалась жизнь, значит, пытался сбежать. Не вышло. И с чувством выполненного долга я потерял сознание, благо техникам работы с сознанием Ву Шу учила меня еще на Эллуриане, пусть и весьма специфическим.

Понятно, что это был не обморок, а скорее вид медитации, когда сознание полностью погружается в себя, оставляя физическое тело без управления. Лаоши говорила, это первый шаг более сложных техник, позволяющих духу выходить из тела, но я до подобных высот еще не добрался. А вот имитировать обморок – это пожалуйста.

– Просыпайся давай, – тело пронзила игла боли, впрочем, мгновенно прошедшей, и послышался шепот Фридриха: – Хорош валяться, босс.

– Сколько я так лежу? – вскакивать или как-то по-другому показывать, что пришел в себя, я не спешил, решив сначала навести справки. – Все нормально?

– Да, дела лучше не бывает, – было слышно, что немец доволен. – Граф оценил спасение дочери и твой прорыв. Нам выделены весьма значительные ресурсы. Даже зелье ведьмы не зажопили, а мне отдали.

– Будешь пить? – я даже заинтересовался, чисто в научных целях, посмотреть, что из этого получится. – Мне скажи, если соберешься. Я видос запишу.

– Идите в пень, многоуважаемый вождь, – не поддался на провокацию Воевода, но проявил поистине тевтонскую прагматичность. – Сохраню, потом передам ученым. Если оно действительно работает, будет ценным активом для рода.

– Логично, – мне стало немного стыдно, что сам об этом не подумал, но я быстро оправдал себя тем, что официально еще без сознания. – Ладно, буду приходить в себя. Подыграй.

Следующие пять минут мы разыгрывали сценку очнувшегося человека, потерявшего сознание на поле боя. Переигрывали нещадно, к счастью, этого никто не заметил, потому что стоило мне зашевелиться, через пару минут в дверь вломилась Элиза. И принялась хлопотать обо мне, заботиться, как она считала. На самом деле делала только хуже, поскольку тяжелее ложки отродясь в руках не держала, да и я был не настолько беспомощным. Но отбиться от предложенной «утки» удалось только с помощью мистера Дэзилла – семейного врача, которому поручили за мной наблюдать. Кстати, очнулся я уже с обработанными ранами и перевязанными ребрами, так что к своей задаче тот отнесся с полной серьезностью. Что намекало на отношение графа, впрочем, тот обо мне не забыл, буквально через пару часов прислав дворецкого с требованием явиться к нему. Элиза и тут пыталась возражать, но я, не слушая ее, сразу согласился. Стоило расставить все точки над «ё» и определиться с дальнейшими планами.

– А вы очень занятный молодой человек, – лорд Сомерсет принимал меня в том же кабинете, но на этот раз интереса в его глазах было гораздо больше. – Сквайр, сумевший противостоять Баннерету, при этом совершить прорыв прямо в бою. Надо сказать, многие считают подобное просто невозможным. И я вхожу в их число. Может, расскажете, как вам это удалось?

– Я практикую внутренние стили у-шу, – я внешне расслабленно пожал плечами. – Их многие недооценивают, а зря.

– И что именно? – поинтересовался граф, тоже приняв расслабленную позу. – Элиза не смогла опознать, а она занималась айкидо с детства.

– Это японское искусство, – я был уверен, что лорд прекрасно знает, чем одно отличается от другого, но решил подыграть. – Я же склоняюсь к китайским методикам. Тайцзи-цюань, багуа-джан. Немного из синъи-цюань. На самом деле я определенного стиля не придерживаюсь. Учителя у меня не было, так что пытался учиться по книгам, а там многое размыто и мутно. Вот я и нахватался оттуда да отсюда. Что-то получилось, что-то нет.

– А почему раньше ничего такого не показывал? – граф наверняка уже знал ответ, но то, что он вообще это спросил, означало, что байка с обучением по книгам вроде как даже прокатила, тем более даже специалисту сложно опознать в моих движениях единый стиль, а вот осколки разных запросто. Мы проверяли.

– Умеешь считать до десяти, остановись на семи, – я пожал плечами и поморщился от боли в ребрах. – Это мой козырь на крайний случай. Сегодня как раз был такой.

– И он сработал, – лорд Сомерсет вдруг улыбнулся. – Благодарю за спасение моей дочери. О награде мы еще поговорим. И теперь я полностью уверен в твоей победе на Большом дерби. А значит, предстоит много работы, но в конце… ты не пожалеешь.

– Конечно, милорд, – я встал и поклонился, чтобы скрыть злую усмешку. – Никогда!

Глава 18

– Пашалста, ваш кебаб, – Петр с полупоклоном протянул бумажный пакет с едой клиенту. – Прихадите ишо!

– Спасибо, – высокий неопрятный мужик, по виду рабочий, выбравшийся со стройки на обед, схватил его и тут же впился зубами в сочное мясо. – Фкуфно! Правду говорили, что тут хорошо готовят.

– Канешна! – шаман расплылся в улыбке, отчего все, кто его знал, попадали бы в обморок. – У Салама лушший кебаб и шаурма в мире! Прихадите все, не пажалеете!

Строитель махнул рукой и поплелся к выходу с рынка, жуя обед, а Ярве тайком выдохнул и осмотрелся. Лицедейство теперь давалось ему без проблем, не приходилось ломать себя, чтобы улыбнуться клиенту. Да и в целом он уже немного ощущал себя Саламом ибн Харун аль-Рашидом, эмигрантом с Ближнего Востока, попавшим на Авалон с помощью родни, заплатившей огромную мзду, и открывшим закусочную на рынке Портабелло. Что даже коренным британцам сделать было не так просто.

Слухи о том, что Салам был связан с правящим домом одной из ближневосточных стран, запустила агентура Российской империи, а немцы, работавшие в плотной связке, сумели создать весьма правдоподобную легенду, которая прошла даже глубокую проверку авалонской контрразведки. Та держала под контролем подобные места, что было неудивительно, учитывая близость Букингемского дворца. И хоть подобное казалось почти невозможным, даже Харука прекрасно вписалась в историю дальнего родственника третьей жены шейха, который попал в немилость и был вынужден бежать из страны. А все потому, что не утерпел и присвоил себе тайком вывезенную из Эллуриана темную эльфийку. Шейх предвкушал, как пополнит свой гарем необычной девушкой, но остался с носом и очень расстроился, так что Саламу пришлось спасаться.

На самом деле настоящего араба спецслужбы взяли немного раньше, поймав при попытке проникновения в зону отчуждения вокруг портала, вместе с группой наемников, с которыми тот рассчитывал совершить налет и похитить несколько эльфиек и кентавров. Но не фортануло, охрана сработала как надо, и алчного дельца встретили нежные объятья осназа. И так совпало, что произошло это, как раз когда Варлоку со товарищи срочно понадобилась легенда, так что было решено использовать имя и связи Салама в обмен на свободу.

Естественно, знали об этом единицы. Для всех непутевый отпрыск рода аль-Рашид предал своего шейха и бежал туда, где его будет тяжело достать. Причем не один, а с любовницей и добычей – темной эльфийкой. Причем авалонская контрразведка, узнав, что к ним попал такой человек, очень возбудилась, поскольку тот обладал компроматом на шейха, но пока Петра не трогали, лишь приглядывали, надеясь что-нибудь выудить. Шамана это мало волновало, поскольку он надеялся, что к тому времени, как за него возьмутся всерьез, они сами прихватят бриттов за мягкое вымя и свалят домой. Так что он спокойно торговал шаурмой и кебабом, вдруг осознав, что ему нравится такая жизнь.

До этого шаман не подозревал, насколько сильно поменялись его приоритеты, просто не было на это времени. Приходилось куда-то бежать, кого-то спасать или спасаться самому. А вот так, чтобы сесть, выдохнуть и ощутить вкус жизни, не было и секунды. И лишь сейчас, когда на смену смертельной опасности пришел размеренный быт, Ярве вдруг понял, что это и есть жизнь. Не бесконечная война и погоня за эфемерным величием, а возможность вставать утром с постели вместе с любимой женщиной. Готовить завтрак. Листать газету за чашкой кофе. Потом идти на работу, где не будет желающих открутить тебе голову. И возвращаться домой, где тебя ждут.

Понятное дело, что сам Петр в будущем не видел себя продавцом шаурмы, но это нюансы. Ларек на рынке вполне можно было заменить сетью ресторанов, где подавали бы блюда из лучшей северной оленины. Со своими связями на Чукотке и в Москве Ярве был уверен, что у него все получится. А учитывая, что по рангу он вполне мог претендовать на титул если не герцога, то графа с гарантией, уверенность в успехе утраивалась.

Денег на дело можно было взять в банке, аристократов кредитовали по очень низкой ставке, или обратиться к тому же Варлоку. Вряд ли Кузьма откажется помочь или даже войти в долю. При поддержке дважды зятя императора и дважды герцога никакие чиновничьи препоны становились не страшны. Скорее уж наоборот, придется отбиваться от желающих выслужиться. И даже аристократы поостерегутся связываться, зная, что Ефимовы в фаворе, а то и просто боясь как самого колдуна-Аватара, так и его бешеного деда. Однако перед этим Петр собирался закрыть гештальт и закончить дела, ибо никакое семейное счастье не заменит долг.

Именно поэтому гордый шаман сейчас улыбался покупателям, даже если те откровенно хамили и оскорбляли его. А такое случалось регулярно, бритты вообще не отличались толерантностью. Нет, официально считалось, что на островах нет национализма и расизма и царят веротерпимость и понимание, однако те же футбольные хулиганы телевизор не смотрели и об этом не знали. Как и разные скинхеды, мелкие бандиты и прочая шушера, желающая поживиться за счет эмигрантов.

И если на рынке они еще были вынуждены держать себя в руках, потому что полиция здесь дежурила постоянно, то в других местах пытались взять реванш, подкараулив Петра с девушками по дороге домой. К их большому сожалению, братков никто не предупредил, что этот невзрачный азиат, которого сопровождают две завернутые в чадру спутницы, – Эмерит. Ранг настоящего Салама очень удачно совпал с официальным уровнем Ярве, разве что на людях стоило избегать использовать шаманские трюки. Но насчет плетений особых ограничений не было, кроме здравого смысла. Высокий ранг сам по себе являлся индульгенцией от многих статей уголовного кодекса. Правда, Петр помнил о конспирации, так что, когда люди из МИ-5, следящие за ним, добрались до поля боя, их ждала кучка хулиганов, трясущихся от пережитого ужаса и остаточных явлений «Цепной молнии», но вполне живых. Правда, у них оказалась сожжена вся одежда, а сами гопники были словно вплавлены в асфальт, но это мелочи.

– Гляжу, сегодня торговля у вас идет неплохо, уважаемый Салам, – отвлек Петра от мыслей голос хозяина соседнего лотка, торгующего фруктами, индуса Ешана Рама. – Если так пойдет, все местные рабочие будут ходить к вам обедать.

– Надэюсь, Аллах услишить ваши слава, о славный Ешан, – Петр всплеснул руками, чувствуя себя так, словно играл в спектакле, впрочем, последнее время это ощущение сильно притупилось, и он начинал ощущать себя беглым родственником арабского шейха. – Врэмя уже перевалило за полдень. Нэ желаите покушать? Никакой гавядины, клянусь Аллахом! Чистейшая баранина, вкусная, как поцелуй женщины!

– Ну, как вам отказать, – притворно вздохнул индус, изначально и рассчитывающий на бесплатный обед. – Но только если возьмете моих яблок. Сладкие, медовые. Вашим женщинам точно понравится.

– Канешна, дарагой! – Петр понимал, что иногда переигрывает, но сделать ничего не мог, его никто никогда не учил лицедейству, и до всего приходилось доходить своим умом, так что, поймав себя на ошибке, сбавил обороты. – С удавольствием папробуем ваших фруктов. Ханум! Сделай для уважаемого Ешана самую лучшую шаурму! Используй то мясо, что я купил с утра!

– Ох, незачем так беспокоиться, – Ешан Рам потупил глаза в притворной скромности, но на самом деле был очень доволен, поскольку считал себя уже коренным авалонцем и полагал, что приезжие должны ему угождать. – Незачем… извините, клиент. Добрый день, миссис Мелтон! Рад видеть вас в добром здравии! Прекрасный цвет лица! Мистеру Мелтону очень повезло с вами. Как его нога? Вы пробовали припарки, что я советовал прошлый раз? Уверяю, не пожалеете. Специи издревле считались у нас лекарством, и нет никого, кто разбирается в этом лучше, чем индусы.

Петр вежливо отошел, не мешая соседу общаться с покупательницей, и никто не заметил, как из кармана пожилой женщины с упрямо поджатыми губами и взглядом законченной стервы выскользнула призрачная мышка и в три прыжка забралась шаману в рукав. Да и вряд ли кто-то вообще смог бы это заметить, не только на рынке Лондона, а вообще на Земле. Разве что сильнейшие шаманы Африки или холодного Севера, неважно, России или там Гренландии, еще могли что-то увидеть, но и то не факт.

Путешествие и наука старого орка очень сильно изменили природу сил чукотского шамана. Он одновременно приблизился к тонкому миру и отдалился от традиционных земных техник, став не очередной вариацией Мага, а настоящим шаманом, оперирующим не столько сансарой, сколько силой астрала и душ живых и не очень существ.

Вот и мышь эта, а точнее, дух, принявший ее облик, обитал на тонких слоях, не слишком глубоко, но дотуда еще не добрался ни один земной шаман. А следовательно, и не было мер противодействия таким существам. Их даже не обнаруживало ни одно маджитехническое устройство или датчик. Что и послужило причиной для выбора инструмента.

Конечно, Петр не сразу решился на отправление полноценного разведчика во дворец. Сначала он нашел носителя, ту самую тетку, три раза в неделю закупающую на рынке овощи для дома и служащую старшей горничной одного из зданий замкового комплекса. Не самого важного, предназначенного скорее для слуг и прочего персонала, но для теста это было идеальным вариантом. МИ-5 не зря ела свой хлеб и считала слуг слабым местом для проникновения в резиденцию правителя Авалона, так что контроль там был на уровне. И дух с легкостью преодолел все преграды, не потревожив охрану и принеся хозяину сведения о расположении комнат и прочих нюансах.

В следующий раз Петр приказал ей забраться подальше, в основные здания дворцового комплекса, но и там проблем не было. Так что через пару недель шаман уже имел полную карту Букингемского дворца, схему патрулей, понимание о системе безопасности и расположении камер. На самом деле для получения этой информации ему достаточно было лишь пары дней, поскольку призвать нужное количество духов было вообще не проблемой, главная сложность заключалась в сведении данных, полученных от потусторонних разведчиков. Все-таки духи не люди, они не отличались умом и сообразительностью. Так что приходилось обрабатывать информацию, сводя ее воедино. Кроме того, не обошлось без сюрпризов, местами весьма неприятных.

Например, под зданием дворца обнаружилось древнее капище, причем действующее, где регулярно приносились кровавые жертвоприношения. Астрал в этом месте дрожал, ткань мира рвалась, выпуская жутких тварей, и хоть тех никто не видел, да и существовали в нашей реальности они не так уж и долго, но у несущих здесь стражу агентов то и дело случались припадки и приступы. А иногда они пропадали бесследно, оставив после себя лишь пятна крови. Что уж говорить о мелких мышках, которые для этих тварей были изысканным лакомством.

Петр потерял несколько разведчиков, прежде чем разобрался и приказал остальным туда не лезть. Примерный план помещений у него уже имелся, а со всем остальным можно было разобраться на месте. В том, что он сумеет совладать с незваными гостями, как и с силой капища, шаман не сомневался. К тому же там с ним будет Варлок, чей аспект разрушал все, к чему прикасался. Сам Кузьма этого не знал, но Ярве специально проверил и сделал правильные выводы.

Единственное, в чем Петр убедился, перед тем как оставить подвал в покое, – в том, что среди предназначенных на закланье жертв не было Дениса. Иначе вряд ли что удержало бы его от немедленного штурма. И хоть, с одной стороны, было странно искать пленного хакера в казематах Букингемского дворца, когда его схватили поляки, но за последнюю неделю шаман очень многое узнал о политике Авалона вообще и об отношениях с Польшей в частности. И не сомневался, что пшеки пляшут под британскую дудку. Точнее, знал это наверняка.

Конечно, это не означало, что поляки должны отдавать Авалону своих пленных, но с Дэном была иная ситуация. Было глупо верить, что его связь с герцогом Ефимовым-Гогенцоллерном еще не всплыла. А это делало хакера весьма ценным заложником, мимо которого Мерлин вряд ли бы прошел. Понятно, что такой человек и самим полякам бы пригодился, но тут был нюанс. Как шаман понял, у тех развернулась обширная подковерная борьба с Кетцалькоатлем, набравшим немалую силу и пользовавшимся популярностью у военных и хазар – незаконных преступных формирований, промышляющих в Украинской зоне, прозванной Хазардом.

Тот, кто считал, ну, подумаешь, какие-то бандиты, какое влияние на общество они могут оказать, просто никогда не был в районах, примыкающих к самой Зоне. Жизнь этих регионов вращалась вокруг хазар, их походов в Хазард и добычи. И человек, который знал и понимал таких людей, поскольку сам долгое время ходил в рейды, вызывал здесь искреннюю симпатию. Пусть даже теперь в его теле обретался кровавый ацтекский божок.

Самим британцам было выгодно поддерживать конфликт, не давая победить ни одной стороне. Концепт «управляемого хаоса» не изжил себя и в двадцать первом веке, и англосаксы с удовольствием применяли его везде, где только можно, ловя рыбку в мутной воде. И естественно, что человек, который очень раздражал Пернатого Змея своей связью с Варлоком, которого тот ненавидел, был неплохим козырем и стоил того, чтобы прибрать его к рукам. Под видом защиты, конечно же, правда, это мало отличалось от приказа, но такие нюансы джентльменов никогда не волновали. Так что Петр небезосновательно считал, что Денис может оказаться на Авалоне, особенно в свете предстоящего визита Володыря.

Подонки тянулись к подонкам, так что в том, что эти двое найдут общий язык, не стоило сомневаться. Мерлин со своим планом тайной войны, использующий клонов в качестве убийц, и Кетцалькоатль, готовый бросить весь мир на алтарь ради силы. Их союз мог бы принести много проблем не только Кузьме и его товарищам, но даже императорам. Если Авалон получит целый мир в качестве сырьевой базы и поддержки, справиться с ним будет чрезвычайно сложно. А в том, что планы у правителя бриттов грандиозные, Петр не сомневался. Как и в том, что у Мерлина была куча секретов, причем раскрыть их не так просто, как могло показаться.

От правителя Авалона фонило той же силой, что и от капища в подвале, что до ужаса пугало мелких духов, так что информацию о положении дел Петру пришлось собирать опосредованно из разговоров других людей. Кроме того, у Мерлина и в личных покоях, и в рабочем кабинете явно имелся локальный телепорт, потому что время от времени он где-то пропадал, бывало, не появляясь целыми сутками. А то и неделями, тут шаман не был уверен, поскольку совсем недолго занимался наблюдением.

По-хорошему, такие возможности идеально подошли бы нелегальному резиденту, который годами бы тихо жил рядом с дворцом и собирал информацию. Кто, куда, когда и зачем. За эти данные любая разведка мира отдала бы любые деньги, ведь даже по самым незначительным фактам иногда удается узнать самые темные секреты, а тут практически прямой доступ. Но, к сожалению, карьера профессионального разведчика Петра не прельщала. Да и времени особо у него не было. Легенда, с горем пополам выдержавшая первичную проверку, могла в любой момент рухнуть, и тогда останется лишь силовой вариант. Впрочем, шаман и так собирался устроить большой бадабум во дворце, только нужно было дождаться Варлока с Фридрихом. Благо Большое дерби было все ближе и ближе. Шаман улыбнулся и незаметным жестом отправил к выбирающей баклажаны миссис Мелтон двух новых духов, юркнувших в сумку.

Глава 19

– Сдохни!!! – Паренек лет двадцати со странной прической, словно у него на голове взорвалась петарда с краской, пафосно вскинул руки. – «Каменные копья»!

Пол подо мной заходил ходуном, и оттуда вверх рванули каменные шипы. Выглядело это весьма впечатляюще, и я даже проникся бы, если бы только ими не пытались проткнуть меня. Ну и если бы эта хрень не оказалась настолько бесполезной. Недаром Воины предпочитают техники с минимальной материализацией, а в идеале вообще чисто энергетические.

– И это всё? – я спокойно стоял на остриях, не испытывая ни доли дискомфорта. – Как-то слабо. Может, попробуешь еще раз?

– Да как ты… – начал было тот, но взял себя в руки. – «Шрапнель»!!!

Вот это уже было опасно, и мне пришлось буквально упасть назад, пропуская над собой рой каменной крошки. Впрочем, опять же, будь атака энергетической, не факт, что я успел бы увернуться. А так даже ничего себе не отбил, ловко уйдя в перекат и через секунду уже стоя на ногах, готовый к продолжению боя. А вот для моего оппонента каст тяжелых дистанционных техник не прошел бесследно. Его уже пошатывало. Пока немного, но и бой недавно начался.

– Пес! Пес! Пес!!! – дружно скандировал зал, что дико бесило моего соперника. – Убей его!

Да, зрители любят эффектные зрелища, но он сделал главную ошибку – проиграл битву за их сердца. Если бы ему удалось хотя бы зацепить меня своими трюками, а лучше пустить кровь, публика была бы на его стороне. Но я ушел от всех атак, увернулся, спрятался, и чувак со взрывом на голове стал посмешищем. А за таких никто не болеет.

– Тебе конец! – До паренька дошло, что его дистанционные атаки просто не попадают по мне, и он наконец-то решился на прямое противостояние. – Посмотрим, что ты сможешь сделать с моей броней!!!

Разбитые камни и щебень на арене зашевелились и вдруг полетели к нему. Я не атаковал, давая возможность врагу подготовиться, хоть и понимал, к чему все идет. По идее, я мог вырубить его прямо сейчас, просто долбанув дистанционкой и добив, но зрителям нужно было шоу. И, как говорят на Дерибасовской, их есть у меня.

– Ну что, испугался?! – взрывоголовый покрылся каменной коркой, став похожим на голема, и поманил меня рукой: – Иди сюда, щенок, я выбью из тебя всю дурь!!!

Мне очень хотелось хлопнуть себя ладонью по лицу или устроить родео, убегая от каменного болвана, пока тот не выдохнется, но я сдержался, чем немало гордился. Победа по очкам не наш метод, мне нужна была чистая схватка и поверженный враг. А камни… что ж, у меня для дурачка были плохие новости. Воины использовали стихийные доспехи крайне редко не только потому, что это серьезно жрало запас сансары. Но и оттого, что толку от этого практически не было. Даже странно, что целый Рыцарь не знал таких элементарных вещей. Не Паж же, только открывший Мулдахару и не понимающий ровным счетом ничего, уже вполне солидный ранг, а туда же.

Каменные копья и прочие препятствия пропали, видимо, их поддержание обходилось слишком дорого, а может, не хотел толкаться в тесноте, так что места для драки было предостаточно. На мой взгляд, даже слишком, на открытом пространстве у меня было явное преимущество, но исправлять чужие ошибки я точно не нанимался. Кто не понимает свои слабые и сильные стороны – тот сам себе злобный буратино. Я же ухмыльнулся и пошел на сближение.

За прошедшее время поединка я не устал ни капли. Да мы и не дрались толком, взрывоголовый пытался меня зацепить то каменными иглами, то копьями, то прочей хренью, не приносившей никакого результата. А я только уворачивался, на что уходило минимум энергии. Так что сейчас был полон сил и решимости красиво закончить схватку.

Столкнулись мы примерно посредине арены. Я специально подгадал это, чтобы и шоу получилось более зрелищным, и осталось пространство для маневра. Для боя с тяжелым неповоротливым соперником движение означало не только жизнь, но и победу. А проигрывать мне нельзя категорически, да я и не собирался.

Широкий и тяжелый взмах каменной руки я пропустил над головой, причем едва не получил по ней кулаком. А все потому, что противник оказался слишком медленным. Гораздо неповоротливее, чем я полагал. И просто не рассчитал время, начав подниматься, когда он еще не закончил удар, едва сам не вписавшись затылком. Правда, успел сообразить и увернуться, зайдя взрывоголовому за спину. Но и пара моих тычков в печень пользы не принесли. Каменная броня надежно защищала его от урона… ну, это он так думал. У меня же был план.

Следующую пару минут я бегал вокруг соперника и бил его куда придется. Без особой пользы, чисто для шоу. Тот не мог меня поймать, так что игра шла в одну калитку. Правда, без видимого результата для зрителей. Я же нашел пару-тройку слабых мест, там, где каменная броня оставалась подвижной, и прощупал остальные части тела на предмет толщины. Не скажу, что она меня впечатлила. Грубо говоря, я и голой рукой при желании мог бы ее пробить, но это вызвало бы вопросы. Да и зачем выпендриваться, когда есть более простой способ.

Решив, что уже достаточно развлек публику, я в очередной раз сместился за спину противника и с оттяжкой лупанул ему в печень. Только на этот раз не кулаком, а основанием ладони и с выплеском энергии. Ее там требовалось самый минимум, но именно подобные техники сводили на нет все стихийные доспехи и тому подобные техники. К чему извращаться, если простейший выброс их пробивает на раз, а та же «Железная рубашка» справляется на порядок лучше.

Вот и сейчас взрывоголовый вдруг охнул, ощутив острую боль, и начал заваливаться, правда, все же устоял. Но каменный доспех частично осыпался, да и сам противник держался как-то скособочившись. Впрочем, быстрее от этого он не стал, так что тут же получил еще пару плюх по почкам и завершающую прямо в грудь. От последнего удара его приподняло, несмотря на вес, и отшвырнуло на полметра, с размаху приложив о землю.

Само падение вряд ли повредило взрывоголовому, а вот мои удары явно не остались без последствий. Противник ворочался со стоном, пытаясь одновременно подняться и отдышаться. И это ему еще повезло, был бы обычным человеком, уже бы откачивали, скорее всего, безрезультатно. Воины все же были покрепче за счет постоянной напитки организма сансарой, но имели свой предел. И сейчас парню было очень больно. По себе знаю, Варяг любил так приложить. Считал, что без боли наука боя не заходит. Сволочь.

Но времени предаваться ностальгии у меня не было. Взрывоголовый, несмотря на боль, довольно ловко поднялся на ноги. Выносливости ему было не занимать, может, на это и был расчет, замотать противника, заставив его выложиться, а потом задавить массой, но, как по мне, это бред. Или у чувака хранилище должно быть размером как у Воеводы. Потому что иначе он сам вымотается быстрее, чем соперник. Или же я чего-то не понимаю, и именно этот фактор заставлял меня осторожничать.

Но в следующие пару минут ничего не поменялось. Я плясал вокруг каменного болвана, то и дело отправляя его на пол жесткими ударами с выбросом энергии. Взрывоголовый упрямо вставал и пер на меня, пытаясь поймать, но не попадал и снова падал. Зрителей подобное зрелище довольно быстро утомило, и они принялись свистеть все громче и громче. Было ощущение, что, если мы так продолжим, на арену полетят объедки, так что я решил заканчивать.

Сбить с ног противника вновь оказалось несложно. Даже странно, при умении манипулировать камнем нельзя, что ли, было срастить доспех с полом? Или эта техника подобного не позволяла? Не знаю, да и плевать. На нет и суда нет. И туда тоже нет, если уж на то пошло. Так что я очередным ударом в грудь опрокинул соперника и уже намеревался сесть ему на грудь, чтобы добить в голову, даже движение начал, когда интуиция взвыла диким зверем. Да так, что я сам не ожидал, что взмою над ареной метров на десять, даже не отталкиваясь от земли, чисто на выплеске энергии. И это меня спасло.

Я не знаю, был это хитрый план, или взрывоголовый просто отчаялся, но его доспех вдруг с грохотом взорвался, а каменная крошка разлетелась в разные стороны, словно шрапнель. Мне досталось, но далеко не так, как если бы я находился над противником. Так, чисто слегка побило, и лишь пара осколков пропороли «Стальную рубашку», разрезав кожу. Но глубоко не вошли, оставшись торчать, так что можно было считать, что я отделался легким испугом. А мой противник уже был на ногах, собираясь продолжить бой. Вот только выглядел он не очень.

Как я и думал, поддержание доспехов его сильно измотало. Настолько, что он еле-еле стоял на ногах. Его штормило и шатало, но парень не сдавался. И в другое время я бы с уважением отнесся к подобной самоотверженности, но, как по мне, глупости тут было гораздо больше. Да и возиться больше не хотелось, так что я развернулся в воздухе и, закрутившись, рухнул вниз, нанося ногой удар прямо по бестолковой голове противника. Тот успел вскинуть руки, но это помогло мало. Удар рухнул, как гильотина на приговоренного. Взрывоголовый дернулся и отлетел в угол, где и затих. Первый раунд отборочных в герцогстве Девон был завершен.

– Оли, ты просто супер! – в раздевалку влетела Элиза, раскрасневшаяся от вина и эмоций. – Я тебя обожаю!

– Ничего сложного, – я пожал плечами, уворачиваясь от объятий. – Парнишка решил поиграть в Мага и, естественно, продул. Кто вообще сказал, что это фаворит?

– Никто всерьез его фаворитом не считал, – Фридрих аккуратно оттер девушку от меня, под предлогом того, что надо снять обмотки с рук. – Леди, дайте бойцу отдохнуть. У него скоро еще одна схватка, с куда более серьезным противником. Нужно обработать раны. Пожалуйста.

– Ладно, ладно, – ворчливо бросила та и направилась к двери. – Но вечером мы празднуем! Только вдвоем с тобой, Оли! Отказа я не приму!

– Да сколько можно, – я потер лицо, пытаясь заставить себя успокоиться. – Задолбало. Ладно бы еще симпатичная была, так ведь страшная, как смертный грех.

– Это тебе месть вселенной за соблазненных женщин, – индифферентно отозвался немец, помогая мне снять бинты. – Причем не самый худший вариант. Видал я тут парочку дам, судя по челюсти, из Габсбургов. Вот где страх божий. А Элиза всего лишь немного на лошадку похожа. А в остальном вроде ничего так.

– Ну и бери ее себе, – отрезал я. – Она эти две недели как с цепи сорвалась. Кстати… Габсбурги – это же Австро-Венгрия бывшая, а сейчас Земли империи германской нации. Тебя не спалили?

– Меня мало кто знает в лицо, а под гримом и вовсе нереально сопоставить английского Рыцаря сэра Хувера и немецкого Кемпфер-Кайзера Фридриха Гогенцоллерна, – отмахнулся тот. – Давай из тебя каменюки выковыряю. А то выглядишь как монстр.

– Да они мне не мешают, – пошутил я, но послушно лег на лавку, чтобы Фридриху было удобнее. – Узнал что-нибудь про следующего соперника? Как там его… Роберт Ковальски, что ли. Сюрпризы будут? Не люблю поляков.

– Он чех. Точнее, его предки были чехами, эмигрировали на Авалон пятьдесят лет назад, когда он еще Англией назывался. – Немец откуда-то достал медицинские инструменты в кювете, спирт, какие-то лекарства, разложил все это с таким видом, будто всю жизнь проработал в больнице, и принялся извлекать из меня кусочки камней. – С виду обычный боксер. Классический панчер, я бы даже сказал. Сильный, быстрый, хорошая работа ног. С готовностью идет на размен ударами, очень жестко бьет с выплеском энергии. Дистанционными атаками если и владеет, то не показывает этого. Зато «Стальную рубашку» держит на загляденье. Можно сказать, эталонное исполнение.

– Боксер, говоришь, – я задумался на секунду. – Работать в ноги? Проймет его лоу-кик?

– По идее, должен, но Ковальски опытный боец и точно знает, как противостоять таким ударам. – Фридрих аккуратно вынимал осколки, обрабатывал ранки специальным спреем и заклеивал пластырем, под которым тут же начинало нещадно чесаться из-за бешено регенерирующих тканей. – Да и надо ли? Попробуй пойти с ним в размен. Ты по-любому мощнее в энергетическом плане, а публика любит такие зрелища. И им развлечение, и тебе известность. Наша задача ведь не столько выиграть, сколько произвести впечатление и попасть на прием. А времени на это совсем немного, нужно пользоваться каждым шансом.

– Значит, будем рубиться, – я пожал плечами, за что чуть не получил по лбу, потому что помешал лечению. – Всё, всё, не двигаюсь. Что там Петр прислал? Есть новые данные?

– Пока нет. – Фридрих непроизвольно оглянулся, не подслушивает ли кто нас, на что я только ухмыльнулся, ибо скрыться от Воеводы было очень непросто, и никто бы не стал тратить такие ресурсы на двух неизвестных парней. – Сводит имеющиеся данные. Карты этажей и подвала уже в полном объеме. Подбивает схемы патрулей и прочего. Устроил пару мелких провокаций в разных частях дворца, теперь обрабатывает данные по действию охраны. Так что ничего особо с прошлого раза не поменялось.

– Что у него с МИ-5? – Безопасность шамана, а главное, его возможность провалить всю операцию меня сильно волновала, потому что именно он был самым ярким и уязвимым пятном. – Есть какие-нибудь движения? Ирландцы чего-нибудь сообщали?

– Пока тихо, но вряд ли это надолго, – немец закончил с одной стороной и пересел на другую, снова принявшись за работу. – С ним уже пару раз беседовали, намекали, что надо бы поделиться компроматом на шейха. Пока удалось взять паузу, якобы на размышление. Но долго думать ему не дадут. Скорее всего, через недельку, плюс-минус пару дней начнут действовать жестче.

– Надо бы ему пару каких-нибудь секретов подкинуть, таких, которые легко проверить, – я задумался, что бы сам сказал на его месте. – Напряги наших, пусть подумают.

– Уже, – отмахнулся Фридрих, – над легендой работают в плотной связке с арабами. Пришлось им пообещать анклав на материке, но это и так рано или поздно бы случилось. Так что Петру будет что предложить, если грамотно поторговаться, можно тянуть время достаточно долго. Я боюсь только, что он не выдержит и разнесет там все на хрен. Сам знаешь, какой у него характер. Почитал я о нем и, честно говоря, не понимаю, как он до сих пор не сорвался.

– Люди меняются, – я пожал плечами, за что получил по ушам. – С появлением Ифрит Ярве сильно поменялся. А после путешествия по Эллуриану так и вовсе другим человеком стал. Я его даже не узнал поначалу. Так что в то, что он сорвется, я не верю, Петр понимает, что тогда Дэна будет в разы сложнее вытащить. По нему, кстати, что-то известно? Поляки чего ответили?

– Говорят, не видели, ничего не знают. – Воевода наконец закончил с последней раной, тщательно промыл ее и заклеил. – Всё! Полежи хотя бы минут десять, дай повреждениям нормально регенерировать. Помедитируй, я покараулю. А поляки пока мажутся, но на них давят со всех сторон. И они бы давно уже отдали парня, по сути, он им и не нужен. Толку с него ноль и как с заложника, и как с источника информации. Но сам понимаешь, там рулит Пернатый Змей. А он просто так Дениса не отдаст.

– Потому что это выход на меня, – я кинул. – Эта паскуда по-любому что-то задумала. Иначе зачем ему переться на Авалон. Зуб даю, он притащит Дэна с собой.

– Аналитики склоняются к тому же, – кивнул Фридрих. – Так что Петр прорабатывает план его спасения. Он сам это сказал. Мол, даже если мы с ним не пойдем, он все равно вытащит друга. И это проблема. Ты бы с ним поговорил. Ставить под удар задачу ради…

– Он прав, – я перебил немца. – Мы своих не бросаем. Так что исходи из этого. Дэн рискнул жизнью ради меня, я не оставлю его в беде. Так Петру и передай. Мы идем вместе, и пусть пернатая мразь молится, чтобы он мне не попался. Я ему все перья вырву и в задницу засуну. Давно уже пора это сделать.

Глава 20

Если бы кто-то, лично знакомый с Савелием Афросьевым, сейчас зашел в кабинет в поместье, то испытал бы настоящий шок. Никто и никогда не видел, чтобы Мрачный, известный своим потребительским отношением к женщинам, которых вообще за людей не считал, стоял на коленях перед софой, на которой разлеглась прекрасная обнаженная девушка с пепельной кожей, и кормил ее виноградом, очищая каждую ягоду собственноручно.

– Дорогая, может, ты хочешь чего-нибудь еще? – голос мужчины дрожал от напряжения в ожидании приказа от его госпожи. – Только скажи. Я…

– Заткнись… – только за это слово Афросьев легко мог убить, а уж за последовавшую за ним пощечину не пощадил бы и семью до седьмого колена, прецеденты бывали, но сейчас его это привело в чистый восторг, и мужчина тяжело задышал, обожающим взглядом глядя на унизившую его красавицу. – Надоел. Я думала, ты настоящий мужик, а ты тряпка. Все-таки надо было рискнуть и соблазнить Варлока. Вряд ли бы он протянул дольше, но позлить эту суку было бы весело. Кстати, его нашли?

– Прости, моя госпожа, но еще нет, – повинился Савелий, за что тут же получил еще одну пощечину. – Да-а-а…

– Подробности! Мне нужно знать всё! – Селаим схватила мужчину за волосы, задирая ему голову. – Давай, скотина, соберись! Вот как завоевывать мир с такими бесполезными отбросами под рукой. То ли дело братец Вив, он был настоящий мужчина. Жаль, что подох так глупо. Давай, тварь! Выкладывай, что знаешь! Куда делся благоверный моей светленькой сестренки?! А то мне надо с ним закончить то, что мы начали.

– Об этом знает лишь император, моя повелительница, – затрясся Афросьев. – Даже домочадцы молчат. Или не знают, или им приказали не распространяться даже среди своих. Я подкупил горничных, но те прислуживают лишь фавориткам, к цесаревнам их не подпускают эти бешеные Касимовы. Германская принцесса вообще о делах при посторонних не распространяется. Так что пока наверняка известно только одно – его нет в Москве. Возможно, даже вообще на Земле…

– Идиот! – темная эльфийка хлестанула Мрачного наотмашь по лицу. – Я же тебе, тупица, сказала, что он здесь! Думаешь, мое божественное чутье врет?! Бесполезная скотина! Как ты смеешь во мне сомневаться?!

– Прости, моя госпожа! – Савелий пал ниц, принявшись целовать ей ноги. – Прости, повелительница. Глуп и туп. Не смею…

– Пошел вон! – Селаим оттолкнула его ногой. – Делом займись! Найди мне Варлока! Найди мне этого ублюдка во что бы то ни стало! Если его кровь и есть ключ к вратам мира… ты даже не представляешь, какие перспективы это открывает! Хотя что ты, идиот, можешь понимать. Твой уровень – вечно пытаться стать главным на жалком кусочке суши, но и в этом успеха ты никогда не добьешься. Потому что ты ничтожная тварь, рожденная подчиняться. Служить истинным богам, как и остальные смертные. Даже мои темные эльфы годятся лишь на то, чтобы служить мне сосудами, ведь смертные тела такие недолговечные. Поиграешься немного, а оно уже в негодность пришло. Но надо признать, у этой дурочки весьма неплохая фигура. Почти как у настоящей меня. Тебе же нравится, пес?

– Да, моя госпожа! – В глазах Афросьева сияло абсолютное обожание. – Вы само совершенство! Ваша кожа гладка словно шелк, а тело…

– Всё, заткнись, – эльфийка любила комплименты, но уже поняла, что у Мрачного с этим большие проблемы, ведь он никогда раньше ничего такого женщинам не говорил. – Твои банальные косноязычные потуги меня утомляют. Работать языком ты можешь только в одном случае, да и то техника у тебя ужасная. Ты тренировался, как я приказала?

– Конечно, повелительница! – Савелий с энтузиазмом закивал. – Как вы и приказали, каждый день по три часа. Сначала…

– Избавь меня от подробностей, – отмахнулась девушка. – Иди, делами займись. И пришли мне пару мальчиков покрепче. Хочу развлечься.

– Как прикажете, госпожа. – В глубине глаз Мрачного сверкнули темные огоньки, но он все же не посмел перечить богине. – Сию же секунду все сделаю.

– Пошел вон, – Селаим уже не обращала внимания на мужчину, занятая предвкушением предстоящего удовольствия и мечтами о том, что она сделает с Кузьмой, когда до него доберется. – Ну нет, я не позволю этой суке, Ивиладе, забрать все себе. Обойдется! Один раз у меня почти получилось, значит, выйдет и в этот. Нет такого мужика, что не захотел бы меня! А тот раз не в счет. Если бы у меня было чуть больше времени…

Селаим откинулась на софу, вспоминая прошлое. Младшая из божественной семьи, она всегда считала себя несправедливо обиженной. И компенсировала всем, чем могла. В частности, пускалась в дикие загулы, трахаясь направо и налево со всем, что шевелится, не разбирая ни пола, ни возраста, ни даже принадлежности к разумным расам. Это показалось ей естественным после нескольких любовников кентавров, и, быть может, это увлечение и послужило толчком для появления кое-каких необычных свойств.

Не сразу, но юная богиня начала замечать, что ее любовники-звери становились ручными, слушаясь ее буквально во всем. Даже когда она приказывала тем умереть, они охотно шли навстречу гибели. Это открытие поразило ее и в то же время напугало. За подобное отец мог развоплотить в прямом смысле этого слова. Но новая сила оказалась слишком привлекательной, и Селаим начала экспериментировать уже с разумными.

По одному, по два, в разных уголках Эллуриана, тайком. Мужчины, поддавшиеся ее чарам, сходили с ума, а затем бесследно пропадали. Умненькая богиня не оставляла следов, оставаясь для семьи сумасбродной, но все же хорошей девочкой. Но все изменилось, когда родителей не стало, они ушли на покой, а у сестры появился жених.

Яхве, бог-кузнец высоких хуманов, был видным мужчиной. И сильным, способным привлечь любую. Но главное, он принадлежал ненавистной сестре, которой и так от матери досталась роль хранительницы очага, тогда как брату, Аосу, Пресветлому Виву, все остальное. Брата Селаим побаивалась, так как уже пыталась подбить к нему клинья и была немилосердно отшлепана. Несмотря на то, что среди богов инцест был делом привычным, Аос не видел в мелкой вертихвостке женщину. А вот Яхве живая и непосредственная Селаим понравилась больше, чем серьезная и правильная Ивилада.

Правда, и он сначала относился к темной как к забавной младшей сестре. Бегает, крутится под ногами, веселит. Но чем дальше, тем их игры все больше заходили за грань приличий, пока однажды они не оказались в одной постели. И вот тут Селаим на полную использовала свои силы, стремясь подчинить пусть бога, но тоже мужчину. И у нее получилось.

Не сразу, Яхве какое-то время еще пытался сопротивляться, помнил о своих клятвах и привязанностях, но подлая богиня уже затянула его в свои сети. Сейчас, лежа на диване, эльфийка вспоминала это время с блаженной улыбкой. Было очень приятно видеть метания сестры, которая пыталась разобраться, что происходит с женихом. И гримасу отчаяния, когда она поняла, что именно происходит, и что родная сестра увела у нее жениха.

Правда, потом все пошло не по плану. Всегда добрая и ласковая, хоть и строгая, Ивилада взбеленилась и изгнала гулящую родственницу, заодно сделав ее кожу пепельно-серой. Как выразилась старшая эльфийская богиня, темной, как и твоя душа. А родной брат даже не подумал заступиться, Селаим скрипнула зубами, вспоминая этот момент. Ведь она верила, что Аос не позволит старшей ее серьезно наказать, но тот промолчал, лишь набил морду Яхве. Бог-кузнец ничего не смог противопоставить Богу-воину и просто сбежал, бросив ее одну. Жалкий трус!!! Ну ничего, она ему отомстила! И ему, и братцу, который ее предал. Жаль только, что и сама попалась, но теперь все будет по-другому! На лице темной эльфийки расцвела злая улыбка.

Вместе с Селаим ушли и ее жрецы со своими семьями, оставшись верными своей богине. За это Ивилада и их обратила в темных эльфов, покрасив кожу в пепельно-серый цвет. Но это было не худшее. Гораздо страшнее оказалось то, что места на землях эльфов им не нашлось. Да и рядом тоже. Хайхуманы тоже не горели желанием видеть у себя изменщицу, даже несмотря на то, что бог-кузнец в итоге приполз к ней на коленях, вымаливая прощение за свое предательство. Остальные боги были против, так что Яхве пришлось смириться, а Селаим сделала свои выводы, хоть в тот раз и промолчала.

Но именно из-за этого двойного предательства она и подначила Яхве пойти против вторгшегося Кетцалькоатля в одиночку, не дожидаясь остальных. Если бы боги хайхуманов выступили единым фронтом, результат мог бы оказаться совсем другой. Но они оказались втянуты в локальные стычки, и хоть поначалу им сопутствовал успех и удалось сразить Уицилопочтли, Тлалока, Миктлантекули и еще многих и многих богов-пришельцев, именно афера Селаим послужила причиной падения великого народа и смерти множества как хайхуманов, так и эльфов.

А все потому, что Пернатый Змей, сразивший Яхве, не просто убил его, а принес себе в жертву, на вершине свежеотстроенной пирамиды. И оказалось, что сила крови местных может служить источником силы для иномировых захватчиков. А значит, убивая их, отрезанные от прежнего источника магии незваные гости становились все сильнее. И началась резня.

Сама Селаим тогда чудом не попала на алтарь, лишившись физического тела и надолго впав в спячку. Но даже в таком состоянии ощутила смерть брата, а также всех богов хайхуманов. А вот старшая сестра выжила, что дико бесило младшую. Она ненавидела Ивиладу за то, что даже такая трагедия не сумела навредить ей, и как только снова осознала себя, первой мыслью темной богини стала месть. Сестре, эльфам, всему миру! Но для этого нужна была сила, и, как по заказу, пришли новости о новом муже Ивилады. Тоже хумане, но на этот раз даже не боге, а пришельце из иного мира, обладающем огромной силой разрушения. И это было шансом, который озлобленная богиня никак не могла пропустить, так что, выбрав носительницу посимпатичней, она обрела тело и рванула в другой мир… Дверь хлопнула, отвлекая от воспоминаний.

– Я же сказала не мешать мне! – недовольная Селаим вскинулась, готовая обрушить на виновного гром и молнии, и замерла, уставившись на старшую сестру, стоящую в дверях. – И-ивилада?

– Не ожидала? – эльфийская богиня приподняла бровь и пошла по кабинету, разглядывая обстановку. – Надо признать, вкус у Мрачного есть. Как только он с тобой связался, не понимаю. Хотя вру. И так ясно, что его подвело самомнение. Он решил, что справится с любой женщиной, будь она рабыня или богиня. И проиграл. Потому что не представлял, что в ойкумене есть кто-то, подобный тебе.

– О чем ты? – темная расслабленно откинулась на софе, делая вид, что все в порядке. – У нас с Савелием отличные отношения. Мы любим друг друга. Или только ты можешь найти себе мужа?

– Если бы ты действительно нашла себе мужчину, с которым будешь счастлива, я бы первая за тебя порадовалась, – грустно вздохнув, Ивилада даже не посмотрела на сестру. – К сожалению, мне кажется, что это невозможно. Тебе просто не нужна любовь и подобные чувства. Тебе нужна власть, обожание, чтобы пред тобой мужчины пресмыкались, боготворили тебя. Я думала, что ты выучила свой урок. Жаль, что ошиблась. Ты опять взялась за свое.

– А что такого, если я хочу, чтобы меня боготворили? – Селаим с усмешкой уставилась на старшую, ничуть не стесняясь своей наготы, и, взяв с блюда ягоду винограда, закинула ее в рот. – Я все-таки богиня, как бы ты ни старалась меня низвергнуть. Так что это естественно.

– Я тебя? – Иви грустно улыбнулась. – Если бы я хотела – сделала бы еще тогда. И Аос мне бы помог. Потому что он гораздо лучше меня осознавал, насколько опасна твоя сила. И хотел уничтожить ее даже вместе с тобой. А я умоляла его дать тебе шанс, позволить самой все понять. К сожалению, Пресветлый Вив был прав. Ты снова взялась за свое. Причем опять нацелилась на моего мужчину. Яхве тебе было мало? Теперь ты решила и на Кузьму свои лапы наложить?

– А при чем тут он? – ненатурально удивилась темная. – Как видишь, его здесь нет. Да, не спорю, мужчины сходят от меня с ума, но на твоего я не покушалась. Нашла себе не хуже. Так что можешь быть спокойна, сестрица, твой любимый в безопасности.

– Только потому, что он умнее и честнее, чем ты можешь себе представить. – В глазах Ивилады мелькнула нежность, но всего на мгновение, после чего они потемнели, а сама девушка сурово нахмурилась. – Не лги мне! Думаешь, я не знаю, что Мрачный принялся искать Кузьму, после того как связался с тобой? Или как ты приставала к нему в особняке? Я тебе еще тогда говорила, зря ты считаешь себя самой умной. Все твои планы для меня как на ладони. Решила подчинить его, чтобы отомстить мне и захватить власть в этом мире? Тогда ты как была дурой, так ей и осталась. Ты даже понятия не имеешь во что ввязываешься, но уже нашла себе на задницу приключений.

– А что, если так? – Селаим подскочила, дерзко уставившись на сестру. – Думаешь, сможешь меня остановить?! Я уже не та, что раньше! Ты опоздала, и теперь тебе меня не остановить! Мрачный уже мой целиком и полностью. О, он был силен. Он думал, что я его очередная игрушка. Брал меня жестко, беспощадно. Но его хватило всего на пару дней, и теперь суровый Аватар тьмы – мой верный пес, готовый за меня убить и умереть. И это только начало. Через полгода…

– У тебя нет столько времени, – грустно покачала головой Иви. – У тебя нет даже недели, не то что месяца. Думаешь, изменения в поведении Савелия не заметили? Это сейчас, когда только закончилась активная война с вампирами-менталистами и активно ищут спящих агентов? Такие симптомы у одного из герцогов, входящих в ближний круг императора, не могут не вызывать вопросов. А уж твое воздействие, грубое, ломающее психику, можно отследить даже невооруженным взглядом. И определить его источник. Так что нет у тебя этого времени. Совсем.

– Ты… – широко раскрыв глаза, догадалась Селаим. – Ты предала меня! Сдала этим смертным!!! Как ты могла?! Предательница!

– Я тебя не сдавала, – покачала головой светлая. – Но, когда меня спросили, молчать не стала. Потому что ты сама виновата. Но ты все еще моя сестра. И поэтому я пришла просить тебя сдаться добровольно. Идем со мной. Я обещаю, тебя не тронут, но…

– Но?! – обнаженная богиня сейчас больше всего напоминала демона. Волосы шевелились, хоть в комнате и не было сквозняка, глаза сияли, а ногти на руках удлинились и уплотнились, став когтями. – Ты хочешь, чтобы я, богиня, подчинялась каким-то жалким смертным?! Да как ты смеешь!!! Я, Селаим, великая богиня темных эльфов и никогда не подчинюсь никому! Даже тебе! Ты стала слабой, жалкой, стелешься под этих ничтожных тварей! Ты недостойна даже назваться богиней!

– Но я спасла наш народ, тогда как ты трусливо сбежала, потеряв даже тело, – взгляд Ивилады заледенел. – И думаешь, я не знаю, по чьей вине погибли Яхве и Аос? Это ты привела моего бывшего жениха на смерть. И из-за тебя Пернатый Змей стал сильнее и сумел одолеть брата. На тебе их кровь, и ты смеешь открывать рот, судя о том, кто здесь чего достоин?!

– Ненавижу! – взвизгнула темная, утрачивая последние крохи рассудительности, и кинулась на сестру. – Умри, тварь!

Иви не стала ждать, пока ей вцепятся в лицо, и ударила первой. Тяжелая волна божественной силы отшвырнула Селаим и крепко приложила ее о стену. Но старшая била не в полную силу, боясь повредить сестре, так что та очухалась через пару секунд и кинулась снова, на этот раз по изломанной траектории, а в последний момент и вовсе растворилась в воздухе, чтобы появиться сверху и рухнуть на соперницу.

Вокруг Ивилады возник светящийся купол, который отшвырнул темную в сторону, а сама девушка нахмурилась. Она не ожидала, что сестра пойдет с ней добровольно, но и к таким обвинениям, и к агрессии не была готова. Однако и отступать не собиралась. Сестру ей было жаль, но та сделала свой выбор уже давно. К тому же вредить ей богиня все же не собиралась. Ограничить, запереть, может быть, выслать назад на Эллуриан – это обязательно, но не более. Ивилада никому не признавалась, но потеря семьи была для нее не меньшим ударом, чем гибель множества эльфов от рук ацтеков.

Но Селаим словно обезумела. Она кидалась, раз за разом пытаясь достать сестру, но не могла пробиться через купол. Впрочем, с каждой секундой ее атаки становились все сильнее, темная, уже не стесняясь, использовала свои силы, буквально разнося на части поместье, так что Ивиладе волей-неволей пришлось защищаться. Две богини сошлись в непримиримом противостоянии, и если светлая еще сдерживалась, то Селаим разошлась по полной. Только вот толку это не приносило. Старшая сестра была явно сильнее и пользовалась этим, не давая младшей и шанса.

С каждой секундой положение Селаим становилось все хуже. Она все реже атаковала, с трудом перенося ответные выпады сестры. Сказывалась разница и в силах, и в опыте. Все-таки Ивилада не просто была старше, она несколько сотен лет в одиночку противостояла Кетцалькоатлю, оставшемуся единственным выжившим богом краснокожих пришельцев. Правда, ходили слухи, что в схватке с хайхуманами выжило больше богов, но все они куда-то делись, а Пернатый Змей набрал невероятную мощь. И светлая эльфийская богиня, как могла, боролась с ним, причем небезуспешно. Так что шансов у темной не было, и она поняла это, завыв, словно животное. Разума в ее глазах уже не осталось, лишь ненависть и страх. Селаим не хотела потерять себя еще на сотни лет.

– Повелительница! – итог схватки уже был практически предрешен, когда на поле боя появился новый персонаж, точнее, вернулся хозяин поместья. – Я спасу тебя!

Выглядел Мрачный не очень. Изорванная одежда, подпалины и грязь выдавали, что сюда он прорывался с боем. Но Аватар недаром считался стратегическим резервом страны, так что остановить его не смогли. И сейчас, увидев, в каком состоянии находился его госпожа, Мрачный окончательно съехал с катушек, приняв аспектную форму.

Поместье затопила тьма. Но даже в таком виде, дающем огромный буст к силе, Афросьев не смог пробить защитный купол богини. Его удары стекали ручьями мрака по сияющему свету, а ответ Ивилады едва не уничтожил саму сущность Аватара. Лишь с огромным трудом ему удалось увернуться от луча божественной силы, пронзившего тьму. И тогда Савелий пошел на крайние меры.

Мрак, окутавший поместье, вдруг словно начал втягиваться, образуя кокон вокруг лежащей не земле Селаим. Тьма становилась все плотнее, все непрогляднее, а когда кокон стал больше похож на камень, вдруг взорвалась. Удар был такой силы, что даже Иви отшвырнуло, разрушив ее защиту. Но это были мелочи по сравнению с тем, что силы взрыва не выдержала сама ткань мира. Там, где еще секунду назад лежала темная богиня эльфов, красовалась прореха, через которую можно было заглянуть в межмирье. И если бы нашелся смельчак, он вполне мог бы шагнуть на неведомые тропы, ведущие в иные измерения.

Но рядом оказалась лишь Ивилада, которой подобное было неинтересно. За сестру она переживала, но не настолько, чтобы бросить новообретенную семью. Младшая сама сделал свой выбор. Так что старшая эльфийская богиня лишь молча смотрела, как мир латает прореху, а когда дыра была полностью закрыта, тяжело вздохнула и направилась прочь. Нужно было придумать, что сказать Кузьме, когда тот вернется. Да и императора стоило поставить в известность о том, что в этом месте могут открыться новые врата миров.

Глава 21

– Ты молодец, – лорд Сомерсет отрезал ломтик стейка, прожевал, запил вином и только тогда продолжил: – Я не ожидал, что ты пройдешь этот отборочный таким образом. Череда чистых побед, не придраться. Это… внушает. У тебя большое будущее.

– А я тебе говорила, папа, – Элиза обдала меня таким голодным взглядом, что мне стоило большого усилия не вздрогнуть. – Оли выиграет Большое дерби, вот увидишь! И сделает это красиво!

– Не сомневаюсь, – у лорда было прекрасное настроение. – Я уже получил предложение о союзе от герцога Девона, а также от графов Корнуолов и Уилтс. И надо сказать, они предлагают весьма вкусные условия.

– Ну, естественно, – рассмеялась Элиза. – У них прошел всего один боец, и тот лишь Оруженосец. Причем я посмотрела остальных прошедших в последний круг, могу гарантировать, его вынесут в первом же раунде. Понятно, что они хотят примазаться к нашим достижениям.

– Вы слишком много внимания уделяете этому ирлашке. – Деррик, в отличие от родных, был хмур и глушил вино стаканами. – Он всего лишь Рыцарь. Ничтожество. Да и кто вам сказал, что он сумеет выбить бойцов Норфолка или Чешира.

– Организаторы тоже не дураки и, скорее всего, разведут сильных бойцов, чтобы в финал прошли лучшие, – лорд Сомерсет не разделял пессимизма сына. – Да и не стоит так пренебрежительно отзываться о Рыцарях. Эти Воины – главные рабочие войны. К тому же имеют право стать джентри. Если найдется тот, кто посвятит их в титул.

Намек был жирнее некуда. Оно и понятно, стать одним из аристократов, пусть даже младшим, без земельного надела, означало хорошо устроиться в жизни. Многие законы переставали на тебя распространяться, жизнь становилась проще и гораздо сытнее. Сюзерен был обязан кормить и содержать тебя, обеспечивая всем необходимым, включая образование твоим детям. И по статусу Рыцари находились на уровне детей лорда. Те обычно владели титулом баронетов. Причем, в отличие от нашего, это не был титул вежливости.

Все дети всех лордов, включая даже Мерлина, являлись джентри, то бишь младшей аристократией. Этим авалонская система кардинально отличалась от всех остальных. Так что предложение было на уровне предела мечтаний для безродного сироты, а у герцога двух империй едва не вызвало приступ истерического смеха. Я уже представлял, как буду рассказывать эту хохму Святославу Андреевичу и своим девочкам. Брунька наверняка от возмущения станет похожа на закипающий чайник. Для нее, человека, воспитанного в классическом немецком орднунге, это не просто оскорбление, а нарушение всех устоев общества. Но и для Эльвара Гримссона это было слишком много. Все по классике, дедушка Дюма не даст соврать. Так что я продолжил есть, всеми силами делая вид, что меня это не касается, разве что вилку пару раз уронил. И нож, ага. А так я сама невозмутимость.

– Титул?! – вскинулся уже крепко подвыпивший Деррик. – Отец, не смеши меня! Если бы каждой швали, сумевшей хоть чуть-чуть научиться махать кулаками, давали титулы, у нас было бы не протолкнуться от рыцарей, эсквайров и джентльменов.

– А я думаю, что у Оли огромные перспективы, и джентри только начало, – легкомысленно рассмеялась Элиза. – Он вполне может получить пэрство, когда станет Маршалом. А он станет, вот увидите!

– Кх-кх-кхакхим Маршалом?! – я даже подавился куском мяса, жесткого, как подошва, кстати. – Я?!

– Тут я склонен согласиться с Лиззи, – ухмыльнулся лорд Сомерсет, салютуя мне бокалом с виски. – Уверен, мы еще много раз услышим о твоих подвигах. Надеюсь, в то время ты не забудешь о нас.

– Никогда! – я с жаром в глазах уставился на графа, поднимая свой стакан с соком. – Будьте уверены, я никогда не забуду вашей милости!

Лорд довольно кивнул, а я отхлебнул напитка, пряча улыбку. Уж будь уверен, мудак, я тебя не забуду. Правда, положа руку на сердце, особо злиться на графа у меня тоже не получалось. Да, он пытался меня отравить, чтобы привязать к себе, но, кроме этого, больше ничего плохого не сделал. Даже вон дочь свою фактически отдал, ведь не мог не знать, чем мы занимаемся. Понятно, что для него это на уровне, подумаешь, девочка развлекается с куклой, что немного обидно, но другой стороны, и кастрировать мог за то, что какой-то грязный мужлан протянул свои руки к отраде очей его. Или не руки, а что еще пострашнее.

С другой стороны, лорд Сомерсет, наоборот, всеми силами старался помочь мне развиваться. Пригласил лучших тренеров, от которых мы отказались, и он не стал настаивать. Достал дистанционные техники, подходящие для Рыцарей, что немного расширило мой арсенал. Только за это можно было сказать графу спасибо. Так что гнобить его я не буду, специально как минимум. Можно сказать, что для британского лорда он оказался вполне нормальным человеком. Вот сынок у него дерьмо, тут без вопросов.

Пусть даже сестру заказал не он, хотя тут еще возможны варианты, следствие не закончено, но даже так за последние две недели он мне все нервы измотал. И шакалов своих минимум трижды натравливал, правда, если первый раз его шестерки еще рвались поквитаться за унижение, то потом резко потеряли в энтузиазме. Оно и понятно, обидно, когда тебя больно бьют два пацана лет двадцати от силы. Зато уже равные тебе по рангу. По легенде ведь снадобье ведьмы помогло и Фридриху прорваться, что он использовал на полную. Так что пинали шестерок Деррика мы вместе, правда, немец старался особо не выделяться, атакуя исподтишка. Чтобы не воровать мою славу, как он выразился. Скотина. Может, если бы проявил себя, Элиза бы отстала от меня, хотя вряд ли.

За три дня после победы на отборочных в герцогстве Девон она умудрилась достать меня до печеночных колик, возомнив, что мой триумф был посвящен ей. И пыталась всеми силами показать, как она этому рада. Причем большинство из них были неприличными. Я бы даже сказал, излишне. Такого точно не ожидаешь от дочери знатного лорда, а не от портовой шлюхи. Хорошо еще, пока мне удавалось отбиваться, прикрывшись необходимостью блюсти режим во время тренировок перед финальным раундом отборочных. Но с каждым часом угроза быть жестоко изнасилованным в самой грубой форме становилась реальнее и ближе.

– Благодарю за ужин, – я допил сок и поднялся, отставляя стакан. – Прошу простить, у меня по графику медитация и вечерняя тренировка.

– Если одну пропустить, ничего страшного не случится, – тут же начала строить мне глазки Элиза. – Отдохни сегодня. Я сделаю тебе расслабляющий массаж. Меня ему научила одна индианка. Тебе очень, очень понравится.

– Шлюха, – Деррик презрительно скривился и сплюнул на пол. – Отец, долго ты будешь это терпеть?! Она же…

– Закрой рот, сын, – лорд сердито стукнул кулаком по столу. – Не смей оскорблять сестру! А ты, Элиза, будь сдержаннее! Ты же леди! Иди к себе и прочти восемнадцатый псалом двенадцать раз!

– Но, отец! – вскинулась было девица, но сникла под жестким взглядом родителя. – Как прикажешь.

– И не делай такое лицо, – лорд проигнорировал обиду дочери. – Эльвар прав, ему нужно тренироваться. Слабых противников, типа того каменного идиота, больше не будет. Идите, мистер Гримссон, мы вас не задерживаем.

Я поклонился, не слишком глубоко, и так с трудом заставил себя это сделать, и направился к себе. Фридрих с нами не ужинал, ему такую честь не оказали. Впрочем, немецкий Воевода не расстраивался по этому поводу. Я бы тоже не обиделся, если бы меньше встречался с этой семейкой, но, к сожалению, приходилось чем-то пожертвовать. Отмазка с тренировками работала, но на ужинах мое присутствие было обязательным. Еще бы кормили нормально, а не дерьмом всяким, не зря говорят, что английская кухня худшая в мире. И это аристократы, опора империи! Что же едят простые люди, даже страшно подумать.

Отстрелявшись, я проигнорировал умоляющий взгляд Элизы и свалил к себе. Честно говоря, девица эта уже поперек глотки стояла. Ладно бы, если она бы влюбилась до беспамятства, тогда я ее еще мог пожалеть, так ведь нет! Я интересовал эту великосветскую сучку лишь как трофей, модный аксессуар и вибратор в постели. Меня не обманывали ее полные страсти глаза, любви в них не было ни грамма. Только каприз взбалмошной девочки, которую баловали с детства. Так что на ее счет я особо не парился, скорее наоборот, было немного неприятно изменять моим красавицам с этой британской лошадью, но, как говорится, у разведчика не может быть такого атавизма, как брезгливость и честь.

В комнате Фридрих, развалившись на кровати, читал книгу. Ну, как минимум для камер, установленных в комнате. Я-то знал, что он так переписывается с резидентами разведок с помощью ультратонкого планшета, оборудованного маджисвязью. Собственно, сейчас был один из сеансов, благо современная техника позволяла не привязываться жестко ко времени. Так что я не стал мешать, переодевшись и отправившись на тренировку.

Точнее, спустившись в подвал, где располагался зал, я уселся медитировать. Честно говоря, до этого я не обращал внимания на дистанционные техники Воинов. Нужды не было, да и сама тема прошла как-то мимо меня. Может, если бы я развивался постепенно, да участвовал в разных турнирах и соревнованиях, то, конечно, освоил бы что-то из их арсенала. Но так сложилось, что мне нужно было учиться убивать, а в этом вопросе та же «Магическая пуля» крыла любую другую технику, как бык овцу, учитывая мой аспект.

Однако сейчас было и время, и подробные инструкции, и, что самое главное, место применения данных техник, которые значительно расширяли мой арсенал и позволяли не спалиться раньше времени. Вот я и решил вплотную заняться тренировками, а точнее, подгонкой техник под себя, ведь я не был Воином как таковым, несмотря на схожесть в сансарном плане. Стоит мне открыть чакры, как ни один, даже самый тупой одаренный не сочтет меня им. Но это в будущем, а сейчас я устроился поудобнее, расслабился, очистив голову от лишних мыслей, и представил внутри себя вязь плетения техники, начав прогонять сансару по извилистому пути.

В целом, как оказалось, дистанционная техника Воинов похожа на урезанную версию магем, только менее структурированную, что ли. Меньше тонкой работы с лепестками, больше ощущений и эмоций, как бы глупо это ни звучало. Но да, низкоранговые техники работали именно на чувствах. В основном ярость, страх, злость, короче, самые сильные возникающие во время боя. Мне это не особо нравилось, потому что легко можно было сорваться, но и отказываться от техник я не спешил. Тем более что у меня под рукой был самый настоящий Воевода, досконально знающий нюансы и помогающий мне не огрести проблем.

– Как успехи? – где-то через час ко мне заглянул и сам немец. – Есть подвижки? Удалось понять ключевые моменты?

– В целом разобрался, – я плавно выдохнул и открыл глаза. – По сути же «Копье» – это тот же «Толчок», только энергия концентрируется в одном месте, для лучшей проникающей способности. Так-то я уже понял примерно, как это сделать, но нужно пробовать на практике.

– Естественно, – кивнул Фридрих. – Теория без практики мертва. Тем более что техника, что нашел граф, весьма сырая и неполная.

– А на хрена я тогда с ней корячусь? – у меня от удивления аж глаза на лоб полезли. – Ты ничего не попутал? Пошутить захотел?

– Нет, все так, как должно быть, – немец проигнорировал мое возмущение, – основа техники правильная, а остальное можно при отработке поправить. Даже нужно. Так будет проще и надежнее.

– Ну смотри, тебе виднее, – я успокоился и снова уселся в позу «лотоса». – Ну как там, жучки есть?

– Нет, все чисто, – Воевода спрятал в карман гаджет, похожий на палочку от мороженого, а на самом деле являющийся высокочувствительным детектором, способным находить как чисто технические, так и магические средства наблюдения. – Все те же пять штук, что я уже взломал. Места установки тоже не менялись. Филонит графская служба безопасности.

– А чего им напрягаться, – я пожал плечами. – Мы тут уже третью неделю. За это время никаких происшествий не было. Скорее уж наоборот. Да, и не забывай, что граф верит в яд. Не зря тебе противоядие сразу не дали. Хорошо еще вовремя заметили.

– Да, могли спалиться, – кивнул Фридрих, тоже вспомнив, как две недели назад мы обнаружили, что вкус чая слегка отличается.

Не то чтобы мы пробовали каждый раз, что дают другому, но я уже привык к тому, что пили в поместье, а тут он начал немного горчить. А вот у немца оказался тем же самым. Когда постоянно находишься в напряжении, такие вещи замечаешь, и после короткого мозгового штурма мы пришли к выводу, что это именно противоядие. Срок как раз подходил. Да и фигура Воеводы идеально подходила для проверки эффективности яда и урока для нас.

Так что Фридриху пришлось изображать из себя отравленного, благо о симптомах удалось узнать заранее. Граф сжалился только через сутки, залегендировав это индивидуальной непереносимостью некоторых компонентов у немца. Дескать, ведьма специально всю ночь не спала, работала, чтобы его спасти. Мы, естественно, «поверили», и вроде проканало, не спалились, хоть актеры из нас были еще те. Но уже пообтерлись, привыкли, так что можно хоть в театр идти служить.

– Ладно, все это лирика, – свернул обсуждение Фридрих. – Ярве вышел на связь. К нему завилась МИ-5, как мы и ожидали. Дали на раздумье три дня. Говорит, если поторговаться, максимум неделю сможет выжать. И то лучше не стоит. Слишком высока вероятность провалиться. Бритты, как бы к ним ни относились, все-таки профи.

– Согласен, – я кивнул. – Но и форсировать мы не можем. Как минимум не сейчас. Нужен доступ хотя бы на территорию дворца, тогда уже можно будет действовать жестко. Что там по пернатому мудаку? Визит не сорвался?

– Нет, и, судя по информации, что удалось достать Петру, Мерлин хочет его притащить на финал Большого дерби, – обрадовал меня Воевода. – Там для него кровищи маловато, но все же лучше, чем ничего.

– Да, Кетцалькоатль любит такое, – я кивнул, прикидывая возможные варианты. – По Дэну что-нибудь известно?

– Шаман говорит, духи его почувствовали, – второй раз за последнюю минуту порадовал меня немец. – Хакер на Земле. Вероятность, что бог привезет его с собой, аналитиками оценивается выше восьмидесяти процентов.

– Отлично! – я потер руки в предвкушении. – Передай Петру, чтобы резко обрубал все контакты со спецслужбами. Никаких встреч и бесед, пусть разыгрывает паранойю по максимуму. Дня через три, как только мы в Лондон приедем, может вообще работу бросить и в доме запереться. Мол, боится убийц шейха, и все такое. На несколько дней этого спектакля хватит, а больше нам и не надо.

– Оперативники предложили такой же план действий, – невозмутимо прокомментировал Фридрих. – Он может навести контрразведку на некоторые подозрения на фоне визита Пернатого, но вероятность положительного исхода при таком развитии событий выше семидесяти процентов. Однако есть возможность полного провала. На Авалон возвращается Джулиус Конли, крупнейший специалист по Ближнему Востоку. И он раскусит Петра за несколько секунд без каких-либо проблем. Пока удавалось водить спецслужбы за нос только благодаря замкнутости острова и ограниченности контактов Ярве, но, сам понимаешь, долго это продолжаться не может.

– Долго и не надо, – я зло оскалился. – Если этот хрен к нему сунется – пусть шаман на него своих духов натравит. Если тот не Аватар, справится без проблем. А там, когда поймут, будет уже поздно.

– Конли Эмерит, так что может сработать, – задумался Фридрих. – Я озадачу аналитиков и самого Петра. Пусть готовится. У нас есть три дня, и выходим на финишную прямую. А там… помоги нам Господь.

– Сами справимся, – я хоть и был православным, но при этом не собирался оставлять все на провидение, так что поднялся и направился в сторону выхода. – Айда на полигон. Три дня это до хрена, а мне нужно это «Копье».

Глава 22

– Не торопись, работай спокойно и жди момента, – Фридрих разминал мне плечи и давал последние наставления перед выходом на арену. – Запомни, слабых тут уже нет. Так что аккуратнее, не спались. Если что, отступай и бей «Копьем». Прибьешь так прибьешь, спишут на аномальную чувствительность чакр.

– Думаешь, раз с Сомерсетом прокатило, значит, и остальные ничего не заметят? – Мы этот момент уже обговаривали, но я все равно переживал.

– Даже Эмерит ничего не почувствовал, – со вздохом в который раз успокоил меня немец. – А Аватаров здесь нет, я уже проверил. Так что не волнуйся. В крайнем случае эвакуируемся по жесткому варианту, две группы поддержки снаружи ждут команды. Если что – прорывайся в сторону запасного выхода, они ударят с той стороны. За меня не переживай, я сам выберусь.

– Даже не собирался, – честно признался я. – В тот день, когда я начну беспокоиться за то, сумеет ли убежать Воевода из замеса, где меньше пары полков в полной экипировке и при поддержке минимум десятка Эмеритов, уйду на пенсию. Уеду на остров к Иви, буду сидеть в кресле-качалке и смотреть на море.

– Забыл, что ты воспитанник Варяга, – покаялся Фридрих. – Но идея с креслом-качалкой мне нравится.

– Подарю тебе одно, когда выберемся отсюда, – пообещал я и направился к дверям. – Пора. Пойду набью пару наглых морд.

Арена встретила меня восторженным ревом. Точнее, какая это арена, это целый стадион в Лондоне, на котором оборудовали два ринга, где и проходили бои. Судя по техническому оснащению – не в первый раз, так что все знали свой маневр. Вон даже пара Эмеритов имелись, поддерживающих вокруг рингов защитные купола, чтобы разошедшиеся бойцы не убили кого-нибудь, кроме друг друга. И зрителей было куда больше, чем на прошлых этапах. Навскидку тысяч десять с гарантией. Все места заняты.

– Финал будет проходить на королевском стадионе в Стартфорде, там сорок тысяч зрителей будет, – «обрадовал» меня Фридрих. – Так что готовься.

– Иди в пень, – вежливо попросил я немца не мешать. – Куда идти? Направо или налево?

– Левый ринг, – ткнул пальцем Воевода. – Вот твое фото на экране. Рядом с противником – Ирландским Волкодавом. Никакой фантазии у твоих соотечественников.

– Ты на моих не тяни, – я пожал плечами. – Это у авалонцев или у вашего сумрачного тевтонского гения с воображением не очень. А у нас все в порядке. Мы живем, как чувствуем, потому и озарения регулярно происходят. Так что с креативом все в порядке, иногда даже чересчур.

– Это называется безалаберность, – блеснул знаниями русских идиом Фридрих, но тут же умолк, потому что к нам подошел один из судей.

– Откройте рот, – проверка на преобразователи и прочие маготехнические устройства была обязательной. – Поднимите руки. Благодарю.

Я кивнул в ответ и шагнул к двери ринга. Его огородили сетчатыми стенами, выполняющими функцию как ограничения, так и дополнительной защиты. Сверху нестерпимо палили прожектора, но ослепить Воина было еще той проблемой. Накачанный сансарой организм в пассивном режиме боролся с внешними раздражителями, так что организаторы о комфорте бойцов особо не заботились. Точнее, в этом не было нужды.

Мне свет тоже не мешал, хоть Воином я и не был. Да, мне удавалось имитировать его возможность и местами довольно успешно, но все-таки Колдун – это прежде всего маг, и по полной проявить свои способности я могу только с открытыми чакрами. Но, как говорится, за неимением гербовой пишем на простой. Вариант пословицы с горничной и дворником мне нравился куда меньше, жаль только, что именно его сейчас и предстояло воплотить в жизнь. Хорошо еще, хоть не в прямом смысле этих слов.

На ринге меня ждал здоровенный детина с рыжими, как огонь, волосами, бородой и безумным взглядом. Даже полный кретин признал бы в нем чистокровного ирландца, и то, что против него выставили меня, не слишком похожего на его сородичей, Волкодава дико бесило. Ирландцы вообще с любовью относятся к разного типа боевой ярости, да и к собакам тоже, недаром у них главный герой эпоса, Кухулин, то бишь «пес Куллана», прославился прежде всего риастрадом – состоянием, когда не замечаешь ран и не отличаешь друзей от врагов, убивая любого попавшего в пределы досягаемости. Вот сейчас что-то такое и пытался изобразить мой противник. Получалось так себе, как по мне, но зрителям нравилось. То-то они его в основном и поддерживали. Плевать, как по мне, главное – результат, а не понты.

– Дамы и господа! – Я думал ведущий скажет «леди и джентльмены», но вовремя вспомнил, что на Авалоне это титулы джентри аристократии, а на трибунах большинство были простолюдинами. – Начинаем очередную схватку отборочного тура Большого дерби. Сегодня жребий свел двух бойцов из Ирландии. И как у принято у них… – вместо последнего слова отчетливо слышалось «варваров», – бой будет жестоким и бескомпромиссным! Итак, встречайте, полуфиналист прошлого года, Ирландский Волкодав!!!

Зрители взвыли, а я чуть не сплюнул от досады. Ну твою ж мать! Вот что значит не везет. Так-то я плевать хотел на всех чемпионов и прочих местных знаменитостей, но светиться раньше времени мне было нельзя. А тут придется использовать весь арсенал, чтобы победить честно. Без использования джокера, ибо его я припас на финал эпопеи, который пройдет не на стадионе, а во дворце. Но ничего, прорвемся.

– Его соперник впервые участвует в Большом дерби, можно сказать, он еще щенок, – продолжал глумиться ведущий, и я уже хотел вскрыть ему морду, хоть и не был ирландцем. – Встречайте, Ир-р-рландский… Пес!!!

Меня трибуны встретили хохотом и свистом. Фридрих, кстати, провел небольшое исследование и узнал, что из всех ирландских псов, что выступали на дерби, можно было создать полноценную роту. Но при этом из них всего несколько человек до шли до финала, а выиграли дерби вообще всего двое. Собственно, это и стало причиной, по которой мы выбрали данное прозвище. У зрителей оно синоним неудачника, но пусть лучше смеются, чем копаются в подноготной. А то мало ли что там можно найти. Зацепятся за какой-нибудь косяк, и вся легенда рухнет. Иногда энтузиастам удается то, на что не способны целые команды профессионалов.

– Тефе конеф софляк!!! – в отличие от меня, у «волкодава» был классический ирландский говор, будто он набрал в рот горячей каши. – Я фафарфу тефя как тряфку!!!

Мне было плевать, что несет этот поклонник Кухулина, я терпеливо ждал, когда ведущий и судьи свалят из клетки. Хотя не буду врать, хотелось вломить этому шовинисту, ну да ладно, пусть с ним сами ирландцы разбираются. Или шотландцы. Или валлийцы. Меня всегда поражало, как на весьма небольших островах умудрилось появиться столько наций, к тому же истово культивирующих свою «инаковость». Как по мне, что одни, что другие, что третьи мало отличались от самих бриттов. Хотя мне ли говорить. У нас вон тоже и Белая, и Малая Русь, а там отличий еще меньше. Но тоже, поди ж ты, на сраной козе не подъедешь. Ну да и хрен с ними, сейчас мне не было дела до сравнительных анализов истоков национальных комплексов, чьи бы они ни были. Все внимание я сосредоточил на противнике. И не зря.

Стоило двери клетки захлопнуться, тот мгновенно атаковал. Точнее, он изобразил пару приемов, избив воздух, а под конец взмыл над ареной в красивой вертушке. И несмотря на то, что между нами было не меньше трех метров, я рыбкой нырнул в сторону, уходя с траектории атаки, а там, где я стоял, воздух распороло то самое «Копье», что я тренировал перед боем. Только было видно, что «волкодав» владеет им в совершенстве, недаром же метнул его ногой. Если бы я до этого не определил для себя его как фаната Кухулина, мог бы и прозевать. Не зря же тот метал свое чудо-копье большим пальцем ноги из-под воды. Не помню, откуда я это знал, но вот пригодилось.

Волкодав особо не расстроился, хотя было видно, что мой нырок для него стал неожиданностью. Но раз не получилось закончить бой первым же ударом, ирландец плюнул и полез в ближний бой. Причем сразу начал рубиться по-жесткому, без какой-либо подготовки. Видимо, думал, что масса и возраст дают ему преимущество. Ну, длина рук еще имела значение, но все остальное как-то не очень. Какая разница, сколько весит противник, если решающее значение имеет энергия. Но все же я не стал подставляться, начав отступать и маневрировать, тем самым распаляя противника еще сильнее. У него, словно у настоящей собаки, включился режим погони, и ирландец с азартом носился за мной по рингу. Ровно до тех пор, как я, изучив повадки, не подловил его на противоходе, жестко встретив парой тяжелых ударов в голову.

На задницу посадил, но добить не получилось. Все же Рыцари ребята крепкие, а бил я без выброса сансары, так что Волкодав, хоть и получил по морде и потерял на секунду ориентацию, тут же с двух рук зарядил «Копьями», а через мгновение запустил незнакомую мне технику, создавшую круговую силовую волну, расходящуюся от него во все стороны. Много вреда она не наносила, да и вообще атакующей эту технику назвать было сложно, но зато с гарантией отталкивала противника от хозяина.

Я же изначально не полез добивать упавшего, поэтому вовсе не пострадал. И не из-за возможной опасности или человеколюбия. Просто мне нужно было шоу. Свербело что-то внутри, что не стоит оставлять возможность заявить о себе на финал. Будто предчувствие какое нехорошее. Мало ли чего там случится, лучше, чтобы меня уже заметили и отметили. Хоть и страх спалиться тоже присутствовал, но кто не рискует, тот не пьет шампанское. Эту кислую шипучку я, кстати, не любил, но что поделаешь.

– Тефе конеф, фенок!!! – словарный запас у Волкодава разнообразием не отличался, но оно понятно, голова бойцу нужна, чтобы в нее есть. Правда, те, кто так думают, редко вырастают выше Есаула, ну, или Сквайра по-местному. Однако со временем вполне реально было стать и Рыцарем. Чисто за счет опыта. Но вот дальше всё, и возраст моего оппонента тому подтверждение. Я не говорю, что Баннеретами да Магистрами становятся совсем пацаны, но нормой считается лет тридцать пять – сорок. Быстрее – талант, таких тоже немало, но вот дольше очень редко. Видимо, поэтому Волкодав и выступает. Уперся в потолок и пытается выжать все что можно из текущего ранга.

Но, к сожалению, у него на пути появился я, а проигрывать мне было вообще не вариант. Так что я улыбнулся и поманил ирландца пальцем, мол, иди сюда. Цыпа-цыпа. Волкодав издевку понял и покраснел от ярости, стартовав прямо из сидячего положения, и, в воздухе пару раз изменив направление, обрушил мне в голову красивую вертушку. Точнее, попытался.

Я стоять и ждать, пока меня будут пинать, не собирался и взмыл ему навстречу, перехватив удар в самом начале разворота, когда он еще не стал сокрушительным и опасным. И тут же, оттолкнувшись от Волкодава, сам крутанулся в воздухе, зарядив ему в грудь с двух ног. Ирландец красиво ушел в сетку на противоположной стороне ринга, причем его проняло даже через «Стальную рубашку». Ну а я с помощью воздушной акробатики тут же набрал высоту, собираясь повторить прием противника. А что, удар с разворота ногой в голову – это весьма жестокая вещь, особенно если добавить к ней энергию падения и выплеск сансары. Такими бетонные сваи сносят на раз.

Но ирландец доказал, что не зря он в прошлый раз вышел в полуфинал дерби, где собрались лучшие бойцы Авалона. Повторять мой трюк он не стал, предпочитая увернуться и контратаковать, так что просто оттолкнулся от сетки, подныривая под моей ногой… и тут же принял на скрещенные руки пинок второй. Естественно, я ожидал от него чего-то такого. Лаоши в бою предпочитала именно уклонения, так что хочешь не хочешь, научишься предугадывать действия противника, если не желаешь огрести по самое не могу. Правда, в случае с Ву Шу оно работало так себе, уловок у поднебесницы было огромное количество, а опыта и того больше, но против того же Воронина я уже выходил спокойно, учитывая, что тот тоже учился у любовницы.

– Ты… – начал было ирландец, но я не собирался выслушивать его бред. Хватит шоу, и так уже пару минут пляшем. Так что я приземлился на ноги и тут же кинулся вперед, проходя в ноги не ожидавшему такого противнику. Воины редко увлекались борьбой и тем более на ринге. Все-таки люди шли сюда посмотреть на кровавую рубку, а не на то, как двое мужиков валяют друг друга по полу. Но я не собирался отказываться от такого эффективного инструмента. Разве что и увлекаться не собирался. Варяг меня учил основам, но скорее это были способы освободиться и перевести бой в ударный формат. Однако и азов мне хватило, чтобы подхватить немного замешкавшегося противника и бросить его на ковер. И тут же влететь сверху ударом в челюсть.

Волкодав в партере чувствовал себя не слишком уверенно. Скорее даже вовсе не понимал, что здесь надо делать. Понятно, что Воину это особо и не надо. Какой смысл возиться на земле, если любым ударом можно отбросить противника и просто подняться. Физику-то никто еще не отменял, а уж силенок у неврожденных одаренных хватало, спасибо сансаре. Так что падение для ирландца стало полной неожиданностью, и тот не сразу сообразил, что надо делать. А когда пришел в себя, долбанул уже знакомым мне круговым, точнее, сферическим ударом – толчком.

Только вот я к этому был уже готов. И, когда меня подбросило, не сопротивлялся, а наоборот, с помощью воздушной акробатики постарался взмыть повыше. И тут же рухнул вниз, еще раз повторяя удар ногой с разворота. Иронично, Волкодав использовал его всего раз и то неудачно, а я уже второй раз и снова удачно. Причем даже лучше, чем в первый, потому что поймал ирландца, когда тот еще поднимался на ноги.

Нога рухнула как гильотина, и то, что Волкодав успел среагировать и вместо головы подставить плечо, роли почти не сыграло. Я почувствовал, как под пяткой треснула кость, а противника швырнуло на пол. Перелом ключицы с гарантией, даже через «Стальную рубашку». Но, чтобы вырубить мужика, этого было мало, и я тут же добавил ему, упав сверху и начав впечатывать кулаки в морду со скоростью и методичностью отбойного молотка.

То ли у сферического толчка был период отката, то ли Волкодав растерялся, но скинул с себя он меня только секунды через три. А за это время даже не одаренный опытный боец успеет хорошо накидать тумаков, особенно если противник не сопротивляется. А уж Воин в ранге Рыцаря тем более. Тут никакая защита не спасет, пусть даже сбить ее у меня не удалось. Но и так было заметно, что ирландец поплыл. Сломанная ключица тоже не добавляла активности, скорее уж наоборот. Теперь он прикрывал левую сторону, оберегая плечо, а это давало мне еще больший простор для вариантов развития атаки.

Но начал я с пары простых энергетических ударов. А то что-то противник расслабился в этом плане. Заряды были мощными, но не резкими. Скорее толчки и уж точно не «Копье», которым он гонял меня вначале. Собственно, я и хотел спровоцировать Волкодава на повторение этой атаки, и тот повелся. Взвизгнул раз, другой. Воздух прорезали туго свернутые энергетические струи, но меня там уже не было. Я перекатом приблизился к ирландцу, помня, что, когда тот запускает дистанционную атаку, он как бы толкает ее кулаком. А когда знаешь, что будет делать враг, он в твоей власти. Вот и ирландец весьма удивился, когда я оказался вплотную к нему и с ходу пробил апперкот в челюсть, подбрасывая его в воздух. И тут же прыгнул за ним следом, взлетая выше и сразу начав раскручиваться. Я не виноват, он первый начал. Так что пусть не обижается. И, пару раз обернувшись в воздухе, я рухнул вниз, целясь ногой в грудь упавшего мужчины.

Глава 23

Мэри-Джейн была в бешенстве. Ее, дочь самого президента Североамериканской Либерократии, смел игнорировать какой-то сопляк! К тому же белый цисгендерный мужлан! Да будь он хоть дважды герцог, обязан был явиться на ее зов по первому же требованию! Внутренний голос, правда, вдруг шепнул, что Ефимов и вправду дважды герцог – Российской империи и Земель германской нации, но мисс Джейди его гордо проигнорировала. Такие глупости, как дремучие пережитки отсталых стран, где даже не было истинной североамериканской демократии, ее не интересовали.

Или это потому что она девушка? Этот яйценосный сексист думает, что, если Мэри-Джейн позиционирует свой гендер как женский и местоимения как «она» и «ее», значит, ее можно игнорировать?! А вот если бы она была мужчиной или любой из ста двадцати трех трансперсон, позиционирующих свой гендер как мужской или хотя бы нейтральный, этот ублюдок нашел бы время с ней встретиться и не бегал бы от нее словно трусливый кролик?

Девушка вдруг замерла и мысленно попросила прощения у трансфурри персон, позиционирующих себя как кролики. А заодно порадовалась, что не ляпнула подобное вслух. Хотя в этой варварской и дикой России никто бы не понял, какое оскорбительное значение несут ее слова, а вот дома за подобное ее одноклассница получила полгода ареста. Брякнула в спортзале, не подумав, когда играли в вышибалы, мол, давайте, трусливые кролики, прячьтесь в свои норки. И всё, единственная в школе трансфурри персона кролик подала на нее в суд, хоть той в этот день вообще на уроках не было. Но нашлись добрые люди, записали на видео, и уехала Лиззи в тюрьму штата. Там, правда, потом случилась какая-то темная история с сокамерницей, оказавшейся трансперсоной, то бишь мужиком, считающим себя женщиной, но Мэри-Джейн считала, что подруга сама виновата. Надо думать, что говоришь, особенно в самой свободной стране в мире.

На самом деле Ефимов как таковой девушку особо не волновал. Даже статус первооткрывателя иных миров мало значил для Мэри-Джейн, как минимум потому, что от него ей не было никакой пользы. Слишком много конкуренток, да и вообще, она не могла забыть тот день в парке М. Маусса. Так что, если бы у нее был выбор, она предпочла бы держаться подальше от страшного парня, но, к сожалению, мало того что отец отправил ее в эту варварскую страну, так еще и соратники по борьбе за права меньшинств вдруг ни с того ни с сего попросили встретиться с ним лично. При этом это больше было похоже на приказ, что немного обидело Мэри-Джейн, но та привыкла, что виновата во всем из-за своей гетеросексуальной ориентации, белого цвета кожи и отца президента, так что без труда подавила это чувство, рьяно принявшись за выполнение поставленной задачи. Но ее ждал облом. Ефимов словно сквозь землю провалился.

Точнее, его невесты – жертвы патриархального общества и навязанных гендерных стереотипов, постоянно утверждали, что он то занят, то отъехал, то император вызвал, но Мэри-Джейн была далеко не дурой, несмотря на забитую всякой дурью голову. И смогла сложить два и два. Даже во время войны с вампирами, которую русские отрицали, Варлок то и дело появлялся в колледже и на уроках. Но уже почти месяц, как о нем ничего не было слышно. И произошло это аккурат после захвата террористами торгового центра.

Чтобы узнать это, девушке пришлось попотеть и потратить приличную сумму денег. Причем прямой подкуп ни разу не удался, что одноклассники, что другие ученики буквально боготворили мерзкого «демона», так что пришлось действовать исподволь, приглашая их в кафе и на вечеринки и фильтруя огромное количество данных. Если бы не пара помощниц, приставленных ЦРУ, Джейди сама бы не справилась, но вместе они смогли собрать информацию и пришли к выводу, что Кузьма Ефимов, прославленный Аватар антиматерии и козырная карта Российской империи, тяжело ранен!

Ее товарищи пришли в крайнее возбуждение, когда узнали об этом. Правда, сама Мэри-Джейн не понимала, в чем причина. Даже без Варлока у русских хватало Аватар и Воевод, чтобы дать отпор любому агрессору, и это если не вспоминать о внушительном ядерном потенциале, который все еще оставался смертельно опасным, несмотря на некоторое смещение приоритетов. Однако удар стратегических боеголовок вряд ли пережили бы даже папа римский или патриарх, несмотря на то что являлись фокусом эгрегора. Но, немного подумав, она решила, что намечается какая-то интрига против цесаревен, которой Ефимов может помешать. И тогда его ранение действительно большая удача, и понятно, почему товарищи по борьбе потребовали подтвердить выводы лично.

Но именно этого девушка сделать и не могла, все по тем же причинам – близкие Варлока находили тысячу причин, по которым она не могла с ним встретиться. Нет, дочь президента Либерократии была не дура и понимала, что никто не обязан выполнять ее хотелки, но все равно столь долгая задержка уже граничила с оскорблением. И сегодня Мэри-Джейн решила устроить генеральный штурм, тем более что в коттедже, принадлежащем роду Ефимовых, как специально собрались все его женщины. Другой такой случай мог подвернуться еще нескоро, так что Джейди решилась.

Встретила ее цесаревна Нина, на правах хозяйки дома. Мэри-Джейн коробило подобное отношение, оно отдавало патриархальными порядками и объективизацией, и в другое время девушка с удовольствием наставила бы заблудшую сестру на пусть истинный, но сейчас у нее была цель и некогда было отвлекаться на всякую ерунду.

– Рада видеть тебя, Мэри-Джейн, – приветливо улыбнулась Нина, встречая гостью на пороге дома. – Извини, что не смогла посетить тебя с ответным визитом, слишком много дел. Сама знаешь, какая у нас ситуация. Мало было одного мира, так гости из еще одного дел наворотили. Приходится разгребать теперь не покладая рук. Кузя который день дома не ночует. Бывает наскоками, поесть, привести себя в порядок, и снова в бой.

– А ты не боишься, что у него женщина на стороне? – Мэри-Джейн считала брак патриархальным пережитком, но в глубине души мечтала о принце на белом коне, который увезет в замок. И чужое счастье напоминало ей об этой слабости. Так что вопрос она задавала не только, чтобы увидеть реакцию цесаревны, но и чтобы уязвить более успешную стерву. – А может, и не одна. Кузьма Васильевич мужчина энергичный. Ему одной может не хватить.

– Так и есть, – ничуть не изменилась в лице цесаревна. – Но я полностью в нем уверена. Даже если бы Кузя нашел кого-то на стороне, привел бы домой. Только вот его стандарты чрезвычайно высоки. Боюсь, в мире не так много людей, что смогут им соответствовать. А статус герцога двух империй и вовсе сводит выбор кандидатур к минимуму.

– Что-то раньше за ним не замечалось такой… разборчивости. – И снова Мэри-Джейн не смогла удержаться от шпильки, но, судя по улыбке собеседницы, та именно этого и ждала.

– Герцог Ефимов-Гогенцоллерн очень отзывчивый и добрый человек. – Нина жестом пригласила гостью присесть за чайный столик, где уже были сервированы легкие закуски. – И хоть титул он принял не сразу, да и в целом весьма либерально относится к социальным статусам, все же понимает, что короля играет свита. А у него она уже полностью укомплектована.

– Это ты намекаешь, что мне нечего ловить? – Мэри-Джейн удивленно подняла бровь, а затем заливисто рассмеялась. – Я тебя умоляю! Последнее, чего мне хотелось бы, это попасть в кухонное рабство к белому мужлану.

– То есть против мужчин с другим цветом кожи ты ничего не имеешь? – Нина откровенно веселилась, хоть и не показывала этого, держа лицо, выражающее дружеское сочувствие. – Может, познакомить тебя с кем-нибудь? У нас большая страна и проживают представители почти всех рас. И даже неевропеоидов найдем, хотя ученые утверждают, что у них и монголоидов один предок. А уж потомков кочевых и сибирских народов у нас хватает.

– Да как ты можешь произносить слово на «Н»! – взвилась либертарианка. – Это расизм!!!

– Это антропология, – хладнокровно пожала плечами цесаревна. – Наука о человеке. То, что вы от нее отказались в пользу каких-то откровенно бредовых идей, не делает ее несостоятельной. И на заметку, в Африке никто не обижается на слово «негр». Там просто не знают, что оно должно кого-то оскорблять. Как и у нас. Если ты не в курсе, Российская империя не торговала выходцами из Африки. Разве что в качестве диковинки привозили, но и то получалось так себе. Недаром же один из негров, или арапов, как их тогда назвали, стал соратником Петра Великого. А его внук считается солнцем русской поэзии, и его стихами зачитывается весь мир. Пушкин, Александр Сергеевич, слышала о таком? Между прочим, имел крепостных крестьян. Забавная ирония, да?

– Предлагаю оставить тему моих предпочтений, – Мэри-Джейн хоть и была немного взбалмошной, но далеко не дурой, а вращение в высших кругах истеблишмента Либерократии сделало ее зубастой и сдержанной. И хоть опыта ей не хватало, все же девушка смогла взять себя в руки. – Я здесь не для этого. Мне требуется лично встретиться с герцогом Ефимовым, как гарантом моего пребывания здесь. Именно такое соглашение было между нашими отцами. Но вот уже почти месяц, как я не могу встретиться с гарантом. Вы кормите меня обещаниями, но не выполняете их. Это не то, на что я рассчитывала.

– Я не буду спрашивать, зачем именно тебе Кузьма, – Нина выслушала спич с совершенно спокойным лицом. – Это ваше личное дело. Однако хочу заверить, что никаких препятствий для вашего общения мы не чинили. Это всего лишь неудачное стечение обстоятельств. Ты же в курсе, что у нас на самом деле происходит. И так получилось, что герцог Ефимов ключевая фигура в происходящем. К сожалению, отвертеться от этого не получилось, да и Кузя бы не стал. Он чувствует ответственность перед страной и людьми и обязанностями герцога не манкирует. Так что прошу, подожди еще немного. Скоро он освободится, и вы пообщаетесь.

– Нина, скажи честно, – Мэри-Джейн отставила чайную чашку и твердо взглянула собеседнице в глаза. – Герцог Ефимов ранен?

– С чего ты взяла? – Нина выглядела невозмутимой, но рука, державшая чашку, чуть дрогнула. Неопытный взгляд мог ничего не заметить, но от глаз либертарианки это не укрылось. – Кузьма в полном порядке. Просто немного занят.

– Нина, я понимаю, что подобное скрывают даже от самых близких. – Джейди перешла на доверительный тон. – И полностью согласна с этим. Аватары стратегический резерв государства, и даже легкая болезнь одного из них может считаться происшествием федерального, а то и мирового уровня. Но я искренне хочу помочь! Герцог Ефимов спас мне жизнь, я ему обязана. И готова отдать последнее, чтобы отплатить этот долг! Ты знаешь, что в плане медицины Либерократия шагнула далеко вперед по сравнению с другими. И если что-то требуется…

– Мэри, извини, пожалуйста, но я не думаю, что Кузьме требуется гормональная терапия или орхиэктомия с пенэктомией, – цесаревна тоже отставила чашку, не менее твердо встретив взгляд собеседницы. – С остальным наши врачи справятся самостоятельно. У нас медицина тоже на уровне. Так что не переживай, все будет хорошо. Вы очень скоро встретитесь.

– Что ж, – Мэри-Джейн улыбнулась и подняла чашку. – Тогда не буду мешать. Передай Кузьме Васильевичу мои самые теплые пожелания.

– Обязательно, – Нина ответила столь же теплой улыбкой, и девушки принялись обсуждать общих знакомых, перемывая косточки семьям первых лиц ведущих стран мира. Когда либертарианка отвлекалась от борьбы против всего плохого за все хорошее, в том виде, как это понимала, она становилась весьма недурственным собеседником. Жаль, случалось это не так часто.

– Ну что? – с момента ухода гостьи прошло уже двадцать минут, а цесаревна все так же сидела в кресле, потягивая чай, задумавшись о чем-то своем, и лишь появление старшей Касимовой в сопровождении Воронина заставило ее отвлечься. – Нашли что-нибудь?

– Так точно, – Сергей Петрович хоть уже немного пообтесался в компании лиц из высшего света, но все еще по армейской привычке тянулся во фрунт. Хоть не гаркал в ответ во все горло, и то хлеб. – Две закладки. Устройства простенькие и в целом безобидные. Служат для триангуляции ученической печати по сансарному эху.

– Странно, – снова задумалась девушка. – Двойник печати мы запустили почти сразу после исчезновения Кузи. Агентура наших заклятых друзей более сорока раз устанавливала его местоположение, и это лишь те случаи, которые нам известны. То бишь активное сканирование. Пассивно же, думаю, не ошибусь, если скажу, что мониторят каждый день. Зачем либерторианцам дополнительное сканирование? Неужели Машка реально влюбилась?!

– Да нет, вряд ли, – помотала головой Касимова. – Она Кузьму терпеть не может еще с того случая в парке. Тут что-то другое. Скорее всего, действительно хотят убедиться, что он ранен.

– Это плохо, – цесаревна нахмурилась. – Если хотят уточнить вполне очевидную вещь, значит, есть подозрения. Сергей Петрович, насколько надежна обманка печати? Есть вероятность, что Машка в нее поверит?

– Проблема не в ней, а в тех, кто ее послал, – поморщился начальник охраны. – Если я правильно понимаю, то сама Мэри-Джейн ничего особо и не знает. Ее используют втемную, причем далеко не обязательно сами либерторианцы. Их кузены очень любят ловить рыбку в мутной воде, а уж связей у самых разных политических направлений с Альбионом хватает. Любой из них мог выйти на Джуди Андерсон, лидера сопротивления, называющую себя истинной президенткой Североамериканской Либерократии.

– Это кто такая? – заинтересовалась Нина. – Что-то я не помню такой в истеблишменте.

– Неудивительно, Андерсон старается не светиться сама, – усмехнулся Воронин. – Та еще особа, я вам скажу. Сама родом из Нигерии, переехала в Америку в подростковом возрасте. Работала проституткой самого низкого пошиба, потом сделала себе карьеру на протестах. Протестовала против всего на свете. И против белых, и против мужчин, и против демократов, и против республиканцев. Тут кто больше заплатит. Но потом прочно оседлала волну борьбы с мускулинно-магической диктатурой и с тех пор значительно усилила свои позиции. О том, что им удалось завербовать дочку Джейди, мы знаем еще с происшествия в М. Маусс-парке. Что самое смешное, Мэри-Джейн должна была там умереть. С клонами не выгорело, Кузьма Васильевич вовремя вмешался, так что дуэнья должна была ее устранить, но не вышло. Однако Андерсон сумела промыть девчонке мозги, выставив это как покушение сил противников.

– Жалко дурочку, – Нина тяжело вздохнула. – Ну да бог с ней. Нам детей вместе не крестить, а все идет к тому, что Джейди на следующих выборах сковырнут. Попросит убежища – конечно, дадим, мы же не варвары, но и цацкаться с ней и потакать разному бреду у меня желания нет. Что будем говорить Кузьме?

– Чтобы был осторожен, – пожал плечами Сергей Петрович. – Если началось шевеление на таком уровне – значит, враги что-то подозревают. И времени почти нет. Там и так у Петра проблемы, его МИ-5 прижало, вздохнуть не дает. Возможно, ребятам придется прорываться по самому жесткому варианту. И это… я хотел бы вас попросить… я понимаю, что Кузьма Васильевич будет в бешенстве, но и другого выбора не вижу.

– Ты про Асю? – до цесаревны дошло, чего бывший осназовец мнется, словно первокурсница в кино на заднем ряду. – В любом другом случае я бы сказала категорическое нет. Но сейчас думаю, что это единственный вариант. С Кузей я сама поговорю. И еще. Подготовьте группу. Берите самое лучшее оборудование, самых лучших людей. В задницу секретность. Если начнется заваруха, все и так поймут, кто там участвует. Но у Кузи с ребятами хотя бы будет поддержка. Надеюсь на вас.

– Так точно! – вытянулся в струну боевой офицер. – Не извольте сомневаться, Нина Святославовна. Вытащим его в лучшем виде! Целого и невредимого. Разрешите идти готовиться?

– Идите, – цесаревна махнула рукой, а сама глотнула уже полностью остывшего чая и даже не заметила этого. – Кузя, Кузя. Как же тебя угораздило. Ну только вернись, я тебя не отпущу, пока не женишься на мне и ребенка не сделаешь. А еще лучше всем сразу, посмотрим, как ты тогда побегаешь.

Глава 24

– Оли, ты чего такой кислый? – Элиза повисла на мне, словно репей. – Мы же идем на прием в королевский дворец! Круче будет, только когда ты победишь, тогда нас пригласят в саму резиденцию. Но даже так попасть в Сент-Джеймсский дворец может далеко не каждый лорд! Пап, ну скажи же, что я права!

– На самом деле аристократу, даже джентри, попасть туда нетрудно, ведь там, кроме королевского двора, располагаются офисы маршала дипломатического корпуса, канцелярии рыцарских орденов и разных департаментов, – поправил дочь граф Сомерсет. – Но прием, даже низшего уровня, где не ожидается присутствие его величества, совсем иное дело. Требуется пригласительный, который не так просто получить. Что уж говорить о коронном приеме. Единственная возможность туда попасть для простолюдина – это победа на Большом дерби или личное приглашение канцелярии его величества. Так что я тоже не понимаю твоего сумрачного вида.

– Заказчик убийства. – К счастью, у меня была заготовлена отмазка, хоть беспокоило совсем не это. – Его ведь до сих пор не нашли. И киллер не раскололся, несмотря на ваши усилия. Если кто-то хотел помешать вам попасть на дерби, сейчас самое время нанести удар.

– Ты переживаешь из-за меня?! – в шоке уставилась на меня девушка, а затем покраснела. – Это так мило… Я…

– Не выдумывай себе лишнего. – Уж не знаю, почему она так реагировала, то ли ей реально никто раньше комплиментов не говорил, но я в это не верил. Скорее уж напридумывала себе что-то, тем более после нападения Элиза по-настоящему ко мне привязалась, но любовью там и не пахло, уж я-то точно знаю, как выглядит влюбленная женщина и та, что считает, что это ее должны любить, так что выражений особо не выбирал. – Я не хочу потерять свой шанс стать чемпионом. Да и у вас, думаю, нет желания упустить возможность попасть на коронный прием. Разве не для этого все затевалось?

– Ты прав, – кивнул лорд. – Будет обидно споткнуться на последней ступеньке. Но не смертельно. У тебя большое будущее, и уверен, впереди ждет много побед. А насчет убийц не беспокойся. Уверен, в ближайшее время нам ничего не грозит.

– Вы нашли заказчика? – сказать, что мы с Фридрихом удивились, – это ничего не сказать. – И кто это был?

– К сожалению, пока это сделать не удалось, – ничуть не смутился граф Сомерсет. – Но мои люди уже встали на след. Не пройдет и пары недель, как я буду знать виновного. И накажу его по всей строгости. Но это не ваша забота. Сейчас, после провала с убийством, недоброжелатель затаится, так что время есть. Спокойно готовьтесь к финалу. Мне нужна только победа, надеюсь, это понятно?

– Абсолютно, – я кивнул, заставив себя выглядеть максимально серьезно, тем более это было несложно. – Не сомневайтесь, у нас все получится, и о лорде Сомерсете заговорят в самых высоких кабинетах.

– А если нет, ты познаешь, что такое страдание, – мерзко скривился Деррик и демонстративно повернулся к отцу. – Я не понимаю, зачем мы тащим этих дворняг с собой? Ладно еще ирлашка, его надо показать почтенной публике, но на кой нам сдался этот отброс?

– Деррик, выбирай выражения, – слегка осадил его отец, но так, чисто формально. – Родерик сильный Воин и помогает Эльвару с тренировками. Без него тот не добился бы таких результатов. Тем более что его талант организатора может принести большую пользу нашей семье.

– Благодарю, мой лорд, – склонился в поклоне Фридрих, но я был уверен, что это лишь для того, чтобы скрыть ухмылку. – Я вас не подведу.

Я же был даже благодарен Деррику. Иначе можно было забыть, что для лорда Сомерсета мы лишь инструменты, предназначенные для возвышения его рода. Причем пусть и довольно нужные, таким даже не жалко дать титул, благо по авалонской системе лорды вполне могли возводить простолюдинов в младшее дворянство, то самое джентри. Но когда они становятся ненужным или ломаются, инструменты выбрасывают.

И насчет Элизы я не обольщался. Ее увлечение мной – это каприз, усиленный благодарностью за спасение жизни. Но любит британка только одного человека – себя. А остальным лишь позволяет удовлетворять ее желания. Я не исключение, достаточно вспомнить, что, несмотря на все чувства и признания, она ни словом не обмолвилась о противоядии. Зато с восторгом расписывала, как мы с ней будем жить в Лондоне, когда она выйдет замуж. Что я стану ее личным помощником или охранником, она еще точно не знает, как муж решит, но я точно буду жить в ее доме.

Причем про мужа говорилось спокойно, из разряда, а что такого, все так делают. Но это неудивительно, недаром же именно британцы придумали специальный термин для обманутых мужей. Даже Шекспир его использовал, а уж кому, как не ему, верить в вопросах интимных отношений британской знати. Вот и Элиза ничуть не смущалась того, что собиралась наставлять рога мужу. Причем, скорее всего, тот будет в курсе. Я, конечно, сам тот еще ходок, иначе меня дома не ждало бы столько женщин, но такая свобода нравов для меня была уже перебором. Впрочем, мне с ними детей не крестить, пусть делают что хотят.

В машине ненадолго воцарилась тишина. Мы с Фридрихом молчали в тряпочку, и не потому, что нам сказать было нечего, просто это либо не имело смысла, либо могло поставить под удар нашу миссию. А на мысли остальных мне было плевать с высокой колокольни. И чем ближе мы подъезжали к древней резиденции королей Авалона, тем выше она становилась. Вот за Петра я беспокоился, но был уверен, шаман не подкачает.

Последние три дня он сидел в самой настоящей осаде, отбиваясь от агентов МИ-5, правда, пока еще словесно, но дальше всего можно было ожидать. А тут еще либерократцы зашевелились. Эта психованная Мэри-Джейн заявилась к Нине, начав выспрашивать обо мне. И вроде как даже удалось ее обмануть, подсунув фальшивое сансарное эхо печати Большой игры, но Серафим в этот же день зафиксировал еще минимум четыре крупных возмущения, по которым меня пытались запеленговать.

Заклятые друзья всполошились, и пусть конкретное местоположение им пока вычислить не удалось, это был вопрос времени. Которого у нас, соответственно, почти не осталось. И так было чудом, что мы не спалились почти за целый месяц, дальше тянуть возможности не было. Если в дело вступили североамериканцы, значит, то, что узнают они, тут же станет известно и кузенам.

Времени было в обрез. Ни я, ни Фридрих не были уверены, что дотянем до финала. Но, даже если у нас получится, Петра надо было или вытаскивать, или сдавать контрразведке. Как сказал один из предложивших такой ход аналитиков, это может дать нам фору в несколько дней, а шаман просто выполнит свой долг перед страной. Я тогда еще очень пожалел, что не могу дотянуться до этого умника и пожать ему шею. Заслужил, чувак, чего уж там. Но фамилию запомнил, чтобы отблагодарить по возвращении. По всему получалось, что у нас один выход – штурмовать дворец в лоб, что было чревато огромными проблемами, как вдруг лорд Сомерсет объявил, что мы едем на прием. Причем не куда-то там, а в Сент-Джеймсский дворец, являющийся древнейшей резиденцией британского монарха, но самое важное, располагавшийся буквально в паре сотен метров от Букингемского, связанного с ним подземным ходом, который уже разведали духи Петра.

Это был шанс, отказываться от которого глупо. Тем более что Пернатый Змей уже прилетел, и они с Мерлином о чем-то терли в обстановке полной секретности. Реально, даже духи Петра не сумели узнать, в чем дело, но у них было оправдание, переговоры шли не в Букингемском дворце, а где-то в другом месте, куда Кетцалькоатль и правитель Авалона телепортировались прямо из его палат. Зато, что они точно смогли установить, так это то, что крылатый мудак приволок с собой Дэна!

Честно говоря, после этой новости стоило немалых трудов удержать Петра от немедленного штурма. Тот рвался сию же секунду взять резиденцию монарха на щит и требовал ему помочь. Пришлось уговаривать как маленького, просить потерпеть немножко, и тогда дядя купит большого петушка на палочке. Точнее, насадит на кол одного крылатого мудака, который давно туда просится. Но самое главное, для этого требовалось время, хотя бы на минимальную подготовку. И план.

Нет, я был уверен, что, если мы втроем попытаемся взять штурмом Букингемский дворец, у нас получится. С трудом, ведь отбиваться придется от весьма значительных сил противника, но с моей антиматерией, духами Ярве и силой Гогенцоллерна нам удастся это сделать. Весь вопрос в результате. Технология телепортации сводила на нет саму идею прямой атаки. Какой смысл биться лбом о королевские полки, если при этом нужные нам данные тупо уничтожат, а сам Мерлин свалит в неизвестном направлении? Это, кстати, на Петра не подействовало, плевать он хотел на всех Артуров, Ланселотов и прочих рыцарей хоть круглого стола, хоть квадратного табурета. Ему нужен был Денис. Но понимание, что при эвакуации первых лиц пленного могут просто ликвидировать, чтобы не мешался, охладило горячего чукотского парня, и он сумел мыслить конструктивно. Тогда-то мы и изобрели план с подземным ходом.

Уверен, если бы его увидел настоящий разведчик и диверсант, он бы все волосы вырвал себе, включая те, что под мышками. Хотя бы потому, что главный тезис нашего плана был: ввяжемся в драку, а там посмотрим. То бишь будем пытаться действовать скрытно, получится – ну замечательно, а нет, так будем прорываться силой. Это все равно лучше, чем прыгать через кованую ограду Букингемского дворца под взглядами многочисленной охраны. Самое сложное было забрать Петра с его девицами, но они уж точно обузой не были. Ифрит я видел в бою, самоходный, местами летающий огнемет нам весьма пригодится, ну а темная эльфийка, со слов Фридриха, была хороша в ближнем бою. Не верить Воеводе в этом вопросе оснований не было, уж кто разбирался в способностях бить морды ближнему своему, так это он.

– Подъезжаем, – вырвал меня из размышлений голос графа Сомерсет. – Надеюсь, все понимают, насколько важен этот прием, и не опозорят меня? Деррик, ты меня слышишь?

– Почему ты меня спрашиваешь, а не это отребье?!! – тут же взвился возмущенный пацан. – Отец, это…

– Я обращаюсь к тебе, потому что на прошлом приеме ты опрокинул на себя стол с закусками. – Невозмутимости лорда можно было позавидовать. – А ты, Элиза, напилась и наблевала в вазу. Надеюсь, сегодня такого не будет. Эльвар, Родерик, не отходите от меня ни на шаг. И ничего не берите у посторонних. Только со столов, и лишь если до этого никто блюдо не трогал.

– Вы опасаетесь, что нас отравят? – У меня чуть глаза на лоб не полезли от нравов и того, что даже на королевском приеме аристократия не стесняется самых грязных трюков, так что удивление было ничуть не наигранным. – Но это же резиденция монарха!

– Его величество Мерлин XVI редко присутствует на приемах лично. – На удивление, мне даже ответили. – А когда его нет, некоторые дворяне могут трактовать правила довольно… вольно, скажем так. И возможны эксцессы, которые совершенно не нужны перед финалом Большого дерби.

– Понял, будем тише воды, ниже травы, – сейчас я мог обещать что угодно, все равно находиться вместе с этой семейкой нам оставалось считанные минуты. – Как прикажете.

– Наконец ты понял свое место, – не удержался Деррик и тут же презрительно скривился. – Почему в такое место пускают нищих?

Я проследил за его взглядом и увидел нищенку, целиком завернутую в темную грязную одежду. На виду оставалась лишь протянутая рука, которой женщина выпрашивала подаяние. Но окружающим было невдомек, что странный пепельный цвет ее кожи – это не грязь или болезнь. Просто темных эльфов тут еще не видели, хоть аристократы вполне могли и опознать девушку. Однако самому Петру или Ифрит находиться здесь было еще опаснее, все-таки служба безопасности не дремала. И словно в подтверждение моих слов к нищенке подошел охранник в легкой броне и с оружием. Что он говорил, я, естественно, не слышал, но через секунду девушка встала и побрела куда-то по улице.

– Жуткая какая, болеет, наверно, – подал голос Фридрих, при этом незаметно мне подмигнув. – Надеюсь, здесь мы ее больше не встретим.

– Я бы таких сразу высылал на материк, – Деррик хотел сплюнуть, но заметил лицо отца и передумал. – Понаехало отребье. Житья от них нет!

– Да, да, – поддакнул я, давая заодно понять немцу, что понял его намек. – Выслать – это самое оно. Желательно прямо в Сибирь. Пусть у этих жутких русских живут.

– Точно! – заржал лорденыш, впервые, наверно, посмотрев на меня без злобы. – К медведям в тайгу! Там самое место для человеческих отбросов! Чтобы жили в землянках, питались корнями и ветками, как русские.

Я даже не обиделся. Ну как можно злиться на такую прелесть. Ведь эталонный долбоклюй. Интересно, как высоко бы он подпрыгнул, узнав, что я половину сознательной жизни прожил в этой самой жуткой Сибири. Причем землянку ни разу даже в глаза не видел. Но переубеждать кого-то – дело неблагодарное, а главное, никому не нужное, так что я просто оставил британца предаваться своим мечтам, тем более что в этот момент машина остановилась, и мы принялись высаживаться.

Вначале, естественно, шел лорд Сомерсет, он занимал самое удобное место в лимузине и вышел первым, подав руку дочери. Та, наряженная в шикарное бальное платье, неплохо на ней сидевшее, надо сказать, казалась элегантной и воздушной. Впечатление немного портил взгляд провинциалки, попавшей во дворец, но в целом Элиза держалась неплохо. В отличие от Деррика. Тот пытался казаться опытным придворным, держался расхлябанно, но его потуги выглядели скорее смешно и сразу выдавали волнение.

Мы же с Фридрихом скромно следовали за лордом, не обгоняя и не отставая. Дворец нас не интересовал, видали мы карликов и покрупнее, как говорится. То же родовое гнездо Гогенцоллернов могло похвастаться как минимум такой же роскошью, что уж говорить про палаты Кремля, где я последнее время бывал регулярно. И пусть я лишь формально состоял при дворе, а на деле старался максимально от него дистанцироваться, все же удивить меня чем-то было сложно.

Сам прием показался мне скучным до невозможности. Мы таскались за лордом Сомерсетом, пока тот здоровался с нужными людьми. Ощущения при этом были, словно мы выставочные псы или породистые лошади. Ну, по крайней мере, разглядывали нас с таким же выражением лиц. Хорошо еще, не лезли зубы смотреть, а то это же британцы, с них станется. Уж торговля черным деревом это старая традиция на островах, и, если бы не смена конъюнктуры, авалонцы и сейчас бы от нее не отказались. Впрочем, если вспомнить клонов, становилось понятно, что история возвращается на круги своя.

Самое сложное было не сбежать в первые же минуты. Охраны вокруг хватало, а кипиш нам был не нужен. Так что пришлось провести не лучший час в своей жизни, дольше тянуть было нельзя, да и Петр ждал команды. Я уже пару раз замечал мелких грызунов, прячущихся за шторами и занавесями, и хоть их появление можно было списать на древность замка, но легкая зеленая дымка, видимая третьим глазом, не давала усомниться в том, чьи именно это посланники.

– Ваше сиятельство, – я тронул за локоть графа, как раз закончившего разговор с очередным знакомым, боец которого тоже дошел до финала. Лорды петушились перед друг другом, пусть даже это выглядело дружеской беседой, а мы с соперником лишь раз глянули в глаза и, не заметив там ничего, кроме тоски, занялись своими делами, то бишь стояли с кислыми мордами. – Мы отойдем в уборную?

– Конечно, – Сомерсет был доволен собой и без проблем отпустил нас. – Милейший, проводи.

Ближайший слуга согнулся в поклоне перед лордом, а на нас глянул так, будто мы собирались нагадить в ближайшую вазу. Даже стыдно стало, вдруг решит, что мы не знаем, как унитазом пользоваться. Правда, я смотрел больше не на него, а на шмыгающую в тенях зеленую мышку, бегущую чуть впереди нас. И когда та остановилась возле неприметной двери, я кивнул Фридриху. Тот будто размазался в воздухе, а в следующую секунду наш проводник обмяк, потеряв сознание. Немец не дал ему упасть, легко подхватив под мышки и закинув на плечо. Я же в это время аккуратно открыл дверь, пропуская Воеводу с ношей. Всё, теперь пути назад не было. Игра началась.

Глава 25

Кладовка, где мы спрятались, была не слишком большой, но для наших планов ее вполне достаточно. Собственно, здесь мы собирались лишь спрятать тело и подождать Петра. Или помочь ему при необходимости, думаю, он сумеет подать знак, хотя бы с помощью того же духа мыши. Тот, кстати, нам эту каморку и указал, значит, у шамана был план. Впрочем, что я вообще знал о его способностях? Чуть меньше, чем ничего, то, что рассказал Фридрих. Но вряд ли скрытный и осторожный Ярве выдал ему слишком много. Так что в возможности скрытно шамана проникнуть во дворец я не сомневался.

И не зря. Не прошло и двадцати минут, как в дверь стукнули, а затем она распахнулась, пропуская неразлучную троицу. Воздух вокруг них колыхался, словно от жары, но это было явно не из-за температуры. Скорее уж какой-то маскировочный полог или дух, способный на что-то подобное. В подтверждение второго варианта, перед тем как исчезнуть, марево вдруг побелело, грустно вздохнуло и растворилось. Забавно и полезно, но если судить по тому, что мы Петра видели, не действует на одаренных выше шестого ранга, то бишь с открытой Аджной – чакрой третьего глаза. Другой вопрос, что в охране второстепенного дворца вряд ли найдутся даже Комиссары, ну, или Капитаны, коли мы на Авалоне. То, что шаман с девушками без проблем добрался до нас, было тому подтверждением.

– Готовы? – я осмотрел наше небольшое воинство, хотя вопросы были лишними.

Посторонних людей тут не было, каждый многое прошел, чтобы оказаться здесь и сейчас. И был готов пожертвовать многим, если не всем. По крайней мере, я точно. Да, там, дома, остались девочки, Нина, которой я обещал свадьбу и не сдержал слова. Но сейчас рядом были мои враги, которые могли стать огромной проблемой и для них, и для всей нашей страны. И уничтожить их было моим долгом, ради спокойного сна всех дорогих мне людей, как бы пафосно это ни звучало. Что Пернатый Змей, что Мерлин заслужили смерть за все, что они сделали и сделают еще. Ну и про технологию телепортации забывать не стоило, даже если нам удастся достать только ее, это уже будет достижение, и миссию можно считать выполненной.

Переглянувшись с ним еще раз, я кивнул Фридриху, и тот выскользнул за дверь, проверяя, свободен ли путь. Пара секунд, и мы последовали за ним. Петр избавился от маскирующего полога, может, посчитал лишним, а может, тот мешал ему, зато откуда-то достал внушительного размера посох, а эльфийка вооружилась парой коротких, но острых даже с виду сабель. Кажется, такие назывались катласами и были нежно любимы пиратами при абордажах. Факт, что главу государства, всячески поддерживающего пиратство, уничтожат, используя подобное оружие, показался мне ироничным. Я ухмыльнулся и двинулся за ребятами.

Мы, не скрываясь, прошли по узким коридорам, вызывая недоуменные взгляды гостей и обслуги, но останавливать нас не спешили. Сегодня на приеме было достаточно экстравагантных личностей, бойцы пытались всячески выделиться перед сильными мира сего, так что выпендривались как могли. На их фоне скорее я смотрелся бледно и невзрачно, но тут я уперся рогом, заявив, что не позволю наряжать себя клоуном. Мол, надо на арене делами доказывать превосходство, а не устраивать цирк. Лорд Сомерсет со мной согласился, хоть Элиза и надулась. Ей хотелось внимания, а скромный я его не привлекал.

– Оли! Где ты ходишь?! – словно подслушав мои мысли, позади раздался девичий голос. – Это кто такие? Впрочем, неважно! Идем скорее, отец хочет представить тебя важным людям.

– Скорее похвастаться или дать оценить стати, – назвал я вещи своими именами, сворачивая от уборной, где было достаточно людно в технический коридор. – Извини, но я не скаковая лошадь или породистый пес, чтобы участвовать в вашем фарсе.

– Что ты сказал? – тут же нахмурилась девушка. – Да как ты смеешь?! Мы вытащили тебя из дерьма, отмыли, а теперь ты смеешь показывать зубы?! Забыл о яде? Так я напомню! Следующую дозу будешь на коленях вымаливать! Ирландский пес… жалкая шавка, забывшая, кто ее хозяин!

– Ты пьяна, – я с жалостью глядел на пытающуюся самоутвердиться с моей помощью девушку, которую заметно штормило. – Надраться на королевском приеме – это признак слабости. Но я не психоаналитик. Однако на будущее совет – разберись в себе и не пытайся выезжать за счет других.

– Что за хрень ты нес… – возмутилась Элиза, когда Фридрих вдруг возник у нее за спиной, будто телепортировался туда, и ткнул пальцем в область шеи, отчего девушка, замолчав и обмякнув, лужицей стекла на пол. Тактичный, как всегда, немец не дал ей этого сделать окончательно, подхватив в последний момент и в два шага оказавшись возле ниши, задрапированной гобеленом, ловко упаковал туда тело, выдавая немалый опыт в этом деле.

– Чего? – поняв, что мы все на него смотрим, немецкий Кемпфер-Кайзер вдруг смутился. – Дома, знаете, сколько любительниц подкараулить в темном углу и как бы случайно вдруг упасть на руки, да еще при этом случайно порвать одежду. И закричать, мол, Фридрих, бери меня, я вся твоя. Вот и пришлось научиться быстро их нейтрализовывать и избавляться от тел. А то давно бы уже женили на какой-нибудь ушлой девице, решившей, что я подходящая партия, а таких знаете сколько? Это вам хорошо, Кузьму цесаревны охраняют, а тебя, Петр, вон психованная огненная магичка и не менее неадекватная эльфийка, чуть что хватающаяся за клинок. А бедному мне куда деваться?

Мы с шаманом на эти гнусные инсинуации не прореагировали, зато девчонки, услышав не самые лестные характеристики, переглянулись и принялись обходить сглупившего Воеводу с разных сторон. Тот хоть и превосходил по боевой мощи их на голову, попятился, а ухмылка сползла с его лица, сменившись тревожным выражением.

– Шеф, это… – казалось бы, что Воин такого ранга должен был легко справиться с подобными противниками, но в голосе Фридриха вдруг зазвучало беспокойство. – Нам надо спешить. У нас важная цель, и вообще… чего я вам сделал-то?

– Оставьте его. – Разумное зерно в словах немца имелось, нам действительно нужно было торопиться, так что пришлось тормознуть жаждущих крови и мести девиц. – Петь, успокой своих женщин. Потом, дома, ему отомстят, когда расслабится и ждать не будет.

– Вот сейчас вообще спокойней не стало! – беспокойство переросло практически в панику, и от бегства немца удерживало лишь чувство долга. – За что вы так со мной?!

– А сам как думаешь? – я подмигнул Фридриху. – Нефиг было расслабляться. Я еще их с Инной сведу, та большой специалист по части того, как бы устроить какую-нибудь гадость ближнему своему. Воспитание, знаете ли, приходится соответствовать. Но, если хорошо себя сегодня покажешь, подумаю, как уладить твою проблему.

– Я не подведу, шеф!!! – тут же загорелся энтузиазмом Воевода и ловко вырвался из окружения. – Вот увидите!

– Посмотрим, – я не собирался так легко отпускать немца, а то он слишком расслабился за время нашего вынужденного безделья и стал позволять себе лишнего. По-дружески я его понимал и, в принципе, был не против подобных отношений, но все же стоило показать ему, кто тут главный. На будущее, чтобы глупых мыслей не возникало, так сказать.

Дальнейший путь прошел без проблем, впрочем, нам и идти-то оставалось всего ничего. На входе в кухню нас, правда, попыталась остановить охрана, но достаточно было всего пары движений Фридриха, чтобы вырубить обоих, несмотря на то что бойцы имели ранг не ниже Рыцаря и носили легкую броню. От Воеводы их это не защитило, более того, немец проделал все настолько филигранно, что даже на камерах казалось, что он просто обнялся с охранниками и пошел дальше, а те остались на месте, привалившись к стене. Понятно, что надолго маскировки не хватит, первая же перекличка выдаст нас с головой, но счет и так шел на минуты, просто с этого мгновения можно было считать операцию официально начатой.

Дверь, ведущая в подвал, откуда и начинался подземный ход, оказалась мощной, тяжело бронированной, с магическими замками и маджи-электронной системой доступа, связанной с сервером дворца. Даже санкционированная попытка открыть ее сразу же выдавала сигнал на пульт охраны, и требовалось подтвердить доступ. Понятное дело, что никаких паролей у нас не имелось, да и ключей тоже. Зато у нас было кое-что другое, а именно, носитель с боевыми вирусами, способными в считанные секунды положить любую сеть, и духи, готовые физически атаковать серверы и силовые кабели, питающие здание. Правда, всерьез что-то сломать у них вряд ли получится, наверняка тут двойное или даже тройное дублирование систем, но на пару минут минимум отрубить всю электронику можно.

– Начинай, – я кивнул Фридриху на пульт возле дверей. – Петр, будь готов отрубить энергию.

– Угу, – немногословный шаман кивнул и вдруг уставился в сторону коридора. – Проблемы.

– Что вы тут делаете? – из-за поворота показался боец в полной броне и автоматом в руках. – Кто такие? Документы предъявить!

– Мы приглашены на прием в честь Большого дерби, искали туалет и немного заблудились. – Я шагнул вперед, закрывая спиной Фридриха. – Это разве не он?

– Какой туалет?! – не повелся на сказку солдат и вскинул оружие. – Отойти от двери! Два шага назад быстро! В случае неподчинения открываю огонь!

– Ладно, ладно, не нервничай так! – немец поднял руки и отошел от пульта, – Мы признаемся! Ну, хотели мы немного вина слямзить, подумаешь. У Мерлина его дофига, а мы бы отметили финал королевским пойлом.

– Разберемся! – боец автомат не опустил, но было видно, что слегка расслабился, поверив, что перед ним не вражеские шпионы, а просто очередные раздолбаи, решившие поживиться на халяву. Оно и понятно, на профессиональных разведчиков наша разношерстная компания никак не тянула. Одного Петра с его девицами хватало. Уж найти кого-то экзотичнее их – это еще надо постараться. – У меня тут нарушители. Попытка проникнове…

В этот момент панель заискрила, а свет замигал и отключился. Я довольно хмыкнул, кидаясь вперед. Солдат, похоже, был молодой и неопытный, по крайней мере, до самого конца не заметил носитель, торчащий из технического разъема, а теперь уже поздно. До противника мы с Фридрихом добрались одновременно и тут же обрушились градом ударов. Автомат отлетел, выбитый ловким финтом Воеводы, я же, использовав новое умение, одним ударом проломил шлем и вмазал тяжелую оплеуху в голову, мигом выбив сознание у невнимательного охранника. А может, и убив, я особо не сдерживался, не видел причин беречь жизни врагов.

– У нас три минуты, потом включится дублирующая система, – Петр подошел к тяжелой двери, стукнув посохом в пол, взвыл и вдруг стал раздуваться, словно превращаясь, а вокруг него возникло призрачное изображение громадного медведя. – Ар-р-р-рххх!!!

Вцепившись в дверь, шаман с легкостью промял толстый металл и с ревом принялся отодвигать тяжелую преграду. Мы с Фридрихом замерли, пораженные зрелищем. Раньше Петр никогда не демонстрировал подобную технику, видимо, научился ей в путешествии. И слава богу. Иначе тогда, на тайном турнире, где мы с ним впервые познакомились, мне пришлось бы очень несладко. Вряд ли он меня победил, все-таки антиматерия – это ультимативная способность, но боюсь, без нее справиться я бы не смог. И пришлось бы чукчу аннигилировать, чего не хотелось.

– Готово, – Петр удовлетворенно кивнул, глядя на результат своих действий, и развеял духа, сразу уменьшившись в размерах. – Идем. Денис где-то там.

– Не теряй головы, – я все же решил напомнить товарищу, что мы здесь не только за этим. – У нас много задач. Дэн одна из главных, но желательно, чтобы ради его спасения не пришлось жертвовать остальными.

– Мне все равно. – Я не сомневался, что шаман так ответит, но тем не менее это меня немного огорчило. – Я иду за ним. Остальное ваша забота.

– Как скажешь, – мне не хотелось ссориться, только не сейчас, когда мы в шаге от своей цели. – Но все же постарайся нам не мешать, а лучше помочь. Если мы будем работать вместе, все задуманное получится выполнить быстрее и качественнее. Согласен?

– Я иду за Денисом, – упрямству чукчи позавидовали бы и горные бараны, хоть в его краях они и не водятся, но, к счастью, испытания последнего времени научили его хоть немного идти на компромисс. – Но могу подождать. Если ты меня обманешь…

– Да вытащим мы твоего кореша, – я тайком облегченно вздохнул. – Тем более что за мной громадный долг. Так что не переживай. Все готовы? Вперед, нас ждут великие дела!

Мы переглянулись, и Фридрих первым нырнул в проход. С его скоростью и силой это был лучший выбор. Затем пошел Петр с девушками, так как эти трое имели самый широкий арсенал и дальнобойных атак, и приемов ближнего боя, ну а замыкал шествие я лично, готовый и отразить атаку со спины, и поддержать ребят, если потребуется. О порядке следования и тактике мы договорились заранее, как и об условных сигналах. Благо хоть чему-то в колледже нас успели научить.

Казалось, что там каких-то двести-триста метров. Даже для обычного человека пробежать такое расстояние за половину минуты труда не составляет, что уж говорить о тренированных бойцах, а случайных людей в нашей команде не было. Даже самая слабая, то бишь эльфийка, легко могла справиться с несколькими людьми. Я оценивал ее силы как нечто среднее между Корнетом и Есаулом, ну и про магию забывать не стоило. Эльфы в этом плане не слишком сильны, но какие-то приемы и уловки у них имелись. Однако нас ждала не пробежка по специальной дорожке на стадионе, а путешествие по скрытым коммуникациям резиденции правителя Авалона, который, судя по тому, что узнал Петр, страдал паранойей и манией преследования. а может, и наслаждался, кто их бриттов поймет.

Коридор вилял, словно пьяная змея. Понятно, что это было сделано для защиты от пуль и осколков, но нам от этого было не легче. Плюс буквально на первых же десяти метрах мы нарвались на пост охраны. А из-за того, что весь свет в здании и рядом с ним отрубило, произошло это неожиданно и для нас, и для солдат. Но если Фридрих успел среагировать, то авалонцы затупили, и эта задержка стала для них фатальной. Хотя справедливости ради надо сказать, что даже если бы они и ждали нападения, им бы это мало помогло.

Впервые я видел, как бьется Воевода, схватки против вампиров не в счет. Там враг был специфическим, а вот бойцы в тяжелой броне встретились нам впервые. И Фридрих показал класс. Он буквально размазывался в воздухе, атакуя под самыми необычными углами. Броня под кулаками мялась и рвалась, будто бумага, любое противодействие натыкалось на жесткий ответ. В итоге бритты даже вскинуть стволы не успели, как их погребло под градом ударов, и через несколько секунд они опали грудами переломанного мяса и железа. Даже Петр уважительно кивнул, признавая силу немца. А я сделал пометку на будущее, когда все закончится, еще раз подраться с Гогенцоллерном по-настоящему, без дурацкого косплея. Зуб даю, нам есть что друг другу показать.

Следующий пост мы смели в том же темпе. Налет, короткая схватка, два бездыханных тела. Набранный темп позволял предполагать, что максимум через минуту мы будем на месте, даже несмотря на то, что коридор сильно вилял, удлиняя дистанцию, и мы прошли где-то около половины. И стоило мне об этом подумать, как темный тоннель осветился мигающими красными лампами, завыла сирена, а из стен начали выдвигаться тяжелые перегородки, грозя запереть нас под землей. Только вот тот, кто проектировал защиту, явно не ожидал, что будет пытаться задержать человека с аспектом антиматерии.

– Бойся! – я одним словом заставил всех кинуться на пол и прижаться к нему, а сам вскинул руку, создавая самую маленькую магическую пулю, которую мог, и посылая ее вперед. Хлопнуло, запахло паленой проводкой, и в тяжелой бронепластине появилась громадная дыра, словно вырезанная скальпелем. – Не бойся! Ускоряемся. Теперь нет смысла маскироваться. Они знают, что я здесь.

Глава 26

Мы неслись по темным коридорам, освещаемым лишь мигающими красными лампами, словно всадники Апокалипсиса, пусть нас и было немного больше. Эльфийку можно было считать за стажера, а в остальном совпадение было абсолютным. Петр легко заменял Чуму, с его шаманскими навыками наслать на кого-то мор было легче легкого. Воевода Фридрих – это вылитый Война, недаром его класс так и называли Воинами. Ифрит с натяжкой могла сойти за Голод, все-таки жечь посевы – это как раз ее стиль. Ну а мне, как вы понимаете, досталась роль Смерти, и она подходила мне почти идеально. Пусть все мы тут были крайне опасны, но от моих магических пуль из антиматерии спасения не было. Все, что попадало в их радиус действия, аннигилировалось, оставляя после себя лишь горсть пыли, по которой и не скажешь, чем она раньше была, то ли человеком, то ли бронированной перегородкой.

– Бойся! – Впереди показалась очередная перегородка, но на этот раз ребята не стали прятаться, лишь разошлись в стороны, чтобы не загораживать мне сектор обстрела, и я тут же жахнул магической пулей. – Не бойс…

Закончить мне не дали пулеметные очереди, хлестанувшие из получившегося проема. Судя по звуку, били из чего-то тяжелого, калибра двенадцать и семь миллиметров, не меньше. Фридриха, оказавшегося первым на пути пуль, просто унесло, попутно сбив с ног Петра. Я чудом успел упасть на пол, пропуская над головой смертоносный рой и готовясь ответить чем-то не менее убойным, но этого не понадобилось.

На удивление, первой среагировала Ифрит, буквально залив все пространство за перегородкой пламенем. Дохнуло жаром, словно из доменной печи, выстрелы звучали еще несколько секунд, а затем раздались жуткие крики и канонада – рвались неиспользованные боеприпасы в магазинах и укладках. Маг аспекта огня – это страшно, а уж такой, узко специализированный и с младенчества натаскиваемый на убийство и борьбу с вооруженными противниками, вдвойне. Что девушка только что и доказала, спалив встречавшую нас группу осназа и пару турелей, управляемых маджиинтеллектом.

– Кико, мать твою, ты жив?! – я краем глаза проконтролировал, что живых там не осталось, и кинулся к друзьям. – Петр, ты как? Отзовитесь, мать вашу!

– Я… же… просил не называть меня так, – немец заворочался и с трудом поднялся. – Шайсе! Думал, всё, конец, но пронесло.

– В порядке, – следом на ноги встал шаман, которого тут же кинулись ощупывать его девчонки. – Надо двигаться.

– Секунду, – я понимал, что он прав, но все же беспокоился. – Фридрих, ты…

– В норме. – Воевода немного попрыгал, разминаясь. – Но преобразователю конец. Питер, запасные у тебя?

– Не называй так, – сунул ему браслет в руку нахмурившийся Ярве. – Идем.

– Все же живучие вы твари, Воеводы, – я завистливо вздохнул. – Моя «Алмазная рубашка» такого бы не выдержала.

– Тут секрет в том, чтобы принимать попадания по касательной, – раскрыл тайну уже полностью оправившийся немец. – Вернемся, я тебя научу. Но наш шаман прав, надо двигаться, правда, мне сейчас очень не хочется соваться в помещение, где зажигала уважаемая Йишик.

– Ждите, – буркнул Петр и шагнул к пролому, от которого нестерпимо несло жаром, но я его остановил.

– Долго, – я покачал головой. – Потеряем время, пока будешь уговаривать духов залезть в эту духовку. Сделаем проще. Аська! А ну иди сюда!

Секунду ничего не происходило, а затем из ниоткуда вдруг подул сильный холодный ветер, взметнулись снежинки, за считанные мгновения наметая целый сугроб. А потом тот взорвался, осыпав нас снегом, а на его месте оказалась девчонка лет четырнадцати, тут же с визгом повисшая у меня на шее.

– Папка!!! – Аська висела на мне, болтая ногами. – Я так соскучилась!

– И я по тебе, егоза, – я обнял малявку, чувствуя, как на глазах наворачиваются слезы, и усилием воли взял себя в руки. – Ась, прости, но у нас нет времени. Надо надавать плохим дядям по задницам. Погаси, пожалуйста, пожар, а то Ифрит у нас только зажигать может, а вот наоборот никак.

– Легко, – фыркнула девчонка и махнула рукой. Тут же завыл ветер, а ледяная вьюга с легкостью убивала огонь и жар. – А на кого мы охотимся?!

– Мы – на Мерлина какого-то там по счету и Пернатого Змея, а ты идешь домой! – я строго взглянул на девчонку. – Спасибо за помощь, с меня огромная шоколадка.

– Папа, так нечестно! – на глазах у Аськи появились слезы. – Всегда все самое интересное без меня! А я уже не маленькая и могу даже с мамой Иви силой поспорить! Ну па-а-ап! Можно с вами? Позя-я-язя…

– Я отберу у тебя телефон и запрещу смотреть эту вашу дурь, так что не делай мне грустные глаза, как у кота из ролика, – потряс головой я, разрываясь между необходимостью закончить задание, в котором Аська могла нам сильно помочь, и беспокойством за дочь. – Ладно! Идешь с девчонками, никуда сама не лезешь. Если начнется бой – берешь их, и валите отсюда домой, понятно? Ася, я надеюсь на твое благоразумие, и, если ты меня подведешь, больше никогда никуда тебя с собой не возьму. Ясно?! И не дай бог тебе меня не послушаться и влезть куда-нибудь, возьму ремень, и месяц на задницу сесть не сможешь. Мамы не простят мне, если с тобой что-нибудь случится, но самое главное, я сам себе этого никогда не прощу. Надеюсь, ты это понимаешь.

– Конечно, папа, – девочка мгновенно стала выглядеть послушной и кроткой, даже глаза опустила. Если бы ее в этот момент увидел кто-то посторонний, принял бы за эталон благовоспитанной девицы из хорошего рода. А вот те, кто уже знал Аську, наоборот, максимально напряглись бы, потому что эта оторва явно что-то задумала, а значит, надо оказаться как можно дальше, когда пакость случится. – Я сделаю все, как ты скажешь.

– Чую я, что еще пожалею об этом, – я тяжело вздохнул, но махнул рукой. – Двигаемся! И так времени уйму потеряли. Петр, нам нужен самый короткий путь к покоям Мерлина или премьер-министра. На стены, если они тоньше полутора метров, внимания можешь не обращать.

– Идем, – кивнул шаман и тут же, не дожидаясь нас, зашагал вперед. – Тут недалеко.

Скорость наша немного упала, но это уже было не критично. Потеря пары минут на разборки и пожаротушение уже дала возможность силам безопасности дворца прийти в полную готовность и подтянуть подкрепление, а то и вызвать тяжелую артиллерию в виде Аватар и Воевод, то бишь Маршалов. Но, с другой стороны, мы уже были на территории резиденции Мерлина, и нам оставался лишь последний бросок к его самому центру.

– Прямо, – несмотря на то, что коридор тут поворачивал, Петр уверенно махнул рукой вперед. – Метра два, может, три.

– Я говорил о полутора, – пришлось вздохнуть и взяться за дело. – Аська, спрячься за Фридриха.

Серия последовательных попаданий магических пуль из антиматерии превратила стену в коридор, пусть грубый и неудобный. Но нам здесь не жить, зато засада, расположившаяся за очередной бронеперегородкой, осталась ни с чем. Причем самостоятельно открыть ее, чтобы ударить нам в спину, солдаты не могли, у задвижек просто не был такой функции. Они убирались все сразу после выключения тревоги и подтверждения от двух независимых должностных лиц. И, с одной стороны, я с уважением относился к столь серьезным мерам безопасности, но на данный момент эти самые заслонки мешали скорее защитникам, чем нам.

Мы же внезапно для обороняющихся оказались совершенно в другом месте подвала, там, где нас никто не ждал. Оно и понятно, даже Аватару тяжело пробиться через три метра бронебетона, щедро напичканного металлическими компонентами и прочими прелестями, делающими его почти неуязвимым. И уж точно самый сильный Аватар не сможет это сделать быстро, даже самые мощные плетения требуют времени для полноценного развертывания.

К сожалению, конструкторы не приняли во внимание меня, а точнее, аспект антиматерии. Хотя против него, как против того лома, приема не было, так что тут я не прав. Впрочем, мне было плевать и на авалонских строителей, и на их нежные чувства. Мы неслись по подвалам среди бочек вина, ящиков и мешков с провизией, висящих на крюках бычьих и свиных туш, и еще каких-то складов и кладовок. А что делать, двор любого монарха – это уйма людей, а их надо кормить. Жрут же придворные немало, даже скорее наоборот, очень много.

Нас же окружающее изобилие не интересовало. Мы пробивались вперед, не обращая внимания на окружение, и даже когда очередная дыра привела нас в сейф, забитый золотыми слитками, никто и не подумал прикарманить чутка золотого запаса Авалона на будущее. Хотя бы потому, что все понимали: если наша авантюра выгорит, и так будет все, что пожелаем. А если нет, то и все это золото не поможет.

Справедливости ради надо сказать, что располагался сейф на пару уровней глубже обычных складов. Я не знаю, зачем Петр повел нас этим путем, но спорить с шаманом не собирался. Не было времени. Охрана дворца уже встала на наш след, тем более что не заметить его было нереально, и вот уже пару раз нам в спину прилетали шальные пули, правда, никого не зацепили. Ифрит в ответ выпустила пару струй пламени, от которого занялись перекрытия и прочий хлам, а к воющей сирене добавился ревун пожарной тревоги.

Преследователи отстали, но ненадолго, в этом никто из нас не сомневался. Скорее всего, лишь до тех пор, как подойдут бойцы в серьезной броне или найдется Маг с аспектом, подходящим для тушения пожаров. А точнее, для противостояния пламени Йишик, охрана замка и без какой-либо дополнительной защиты прошлась бы по пылающим помещениям, даже не заметив жары. Но огнеметы Ифрит – это уже серьезно, и тут обычным людям ловить нечего. Да и необычным тоже, если нет чего-то, что можно противопоставить жадному пламени.

Мы же, пробив сокровищницу, вдруг вылетели в довольно просторный зал, посреди которого лежала громадная каменюка, залитая кровью. Петроглифы, выбитые на всей ее поверхности, мерцали призрачным алым светом, пульсируя, будто внутри билось живое сердце. Вкупе с тусклым освещением от факелов и тяжелым запахом крови, от которого на языке оставался металлический привкус, атмосфера создавалась весьма гнетущая.

– Это что за хрень?! – я уставился на жуткую каменюку. – Петр, нам нужен «Оракул», ты не забыл? А потом уже Мерлин и все остальные! В том числе и Дэн! Какого хрена?!

– Премьер-министра нет в стране, – бесстрастно выдержал поток моего гнева Петр. – Кроме него, доступ к «Оракулу» имеют несколько высших офицеров и Мерлин. Ты хочешь ловить всех солдат в здании или найти единственного, кто точно сможет дать тебе допуск?

– Ты знал, но промолчал, – я принялся сверлить глазами хитрого шамана. – Мы с тобой об этом еще поговорим, когда вернемся. А здесь мы какого хрена делаем?

– Это ключ, – Ярве кивнул на глыбу. – Алтарь древних богов. Я слышу их голоса. Именно он источник силы Мерлина и связывает наш мир с чем-то еще. Убежищем, другим миром, я не знаю. Не могу сказать. Но Мерлин сейчас там, вместе с Пернатым Змеем. И Денис там.

– Да твою ж за ногу, – я тяжело вздохнул. – Фридрих, сколько у нас времени?

– Минуты две максимум, – пока мы ругались, немец метался по помещению, определяя входы и выходы и готовясь к обороне. Или прорыву, в целом ему было пофиг, чем заниматься. – Судя по звукам, бритты подтягивают тяжелых бойцов, но есть вариант, что штурм будет осуществлен силами Воинов высших рангов. Как я понимаю, алтарь слишком ценен, чтобы его повредить случайным огнем. Так что я бы поставил на штурм. Так что, возможно, в запасе есть еще какое-то время. Но я бы сильно на многое рассчитывать не стал.

– Открывай эту хрень, – я кивнул Петру на камень. – Не зря же ты нас сюда приволок. Фридрих, готовься. Встретим врагов как положено. Мелкая, заделай дыру и все двери льдом. Побольше морозь, не стесняйся. Темная, на тебе защита моей дочери. Если облажаешься, твой хозяин тебя не спасет, я вас обоих распылю. Его за подставу, тебя за слабость. Йишик, ты с Петром. Прикрывай его, не давай врагам помешать. Нам нужно это проклятое убежище, или где там прячется этот мудак Мерлин. Иначе все было напрасно, и мы лишь спровоцировали Вторую магическую войну. По голове нас за это не погладят.

На этот раз никто спорить не стал, и работа закипела. Ну, или замерзла и принялась покрываться льдом, если точнее. Аська управлялась со своими силами виртуозно, умудряясь замораживать сразу три цели: пролом и обе двери. Петр поморщился, видимо, применение сил юной Юки Оной мешало ему общаться с древними богами, но в бутылку лезть не стал, понимая, что и так прокосячился, так что молча взялся за посох, долбанул им оземь и что-то завыл без слов. Ифрит тут же пристроилась у него за спиной, готовясь спалить любого, кто помешает ее любимому. Ну а мы с Фридрихом остались не у дел, наблюдая, как работают другие, но расслабленность наша была обманчивой. Внутренне мы были похожи на сжатые пружины, готовясь атаковать любого, кто окажется в поле видимости.

Пять минут, пять минут, это много или мало? Старая песня не врала, пять минут – такой отрезок времени, что оценить его очень сложно. С одной стороны, что такое пять минут, всего лишь одна двенадцатая часа или одна двести двадцать восьмая часть суток. То бишь ни о чем, если разобраться. Но, с другой стороны, когда эти минуты разделяют жизнь и смерть, они кажутся бесконечными. Недаром Эйнштейн считал время относительным, и я с ним согласен. Минута с женой и минута задницей на раскаленной печи – это таки две большие разницы. А еще меня удивляло, какая хренотень лезет в голову перед боем. Мозг плавится от адреналина, сердце бешено стучит, кулаки сжимаются, а в голове плавают зачастую совсем бредовые мысли и идеи. Хорошо еще, что стоит начаться драке, их выметает, словно и не было.

Так и тут. Пять минут дали нам бритты, пока стягивали бойцов. А потом ледяные стены, возведенные Аськой, вдруг разом взорвались, а в проломах мелькнули стремительные фигуры, с ходу вступавшие в бой. Точнее, это мы ввязались в драку, сами нападавшие пытались нас как можно быстрее убить и имели внушительный арсенал разных колюще-режущих железяк, придуманных человечеством для уничтожения себе подобных. Правда, с самого начала у бриттов все пошло не по плану.

Как минимум они не ожидали, что после взрыва ледяной стены в проломе кинувшиеся туда Воины будут аннигилированы магической пулей с антиматерией. А что, я сразу взял на прицел это направление, поскольку оно находилось дальше всего от алтаря. И результат вышел на загляденье, точнее, глядеть там было не на что – лихие авалонские парни рассыпались серым пеплом, и не помогли ни высококлассные доспехи, ни преобразователи, ни артефакты. Против лома приема нет.

Ворвавшиеся через левые двери столкнулись с Фридрихом, и тут лысый косплеер показал, что ранг Воеводы ему присвоили не только за все семь открытых чакр. Немец был настоящим мастером рукопашного боя, с легкостью противостоя троим вооруженным противникам, из которых один точно был Маршалом, а еще двое Капитанами. Более младшие ранги посылать смысла не было, они для любого из нас были на один укус и не смогли бы пробить индивидуальную защиту даже Петра. Йишик, несмотря на то что не использовала аналоги «Железной рубашки», была надежно защищена своей огненной аурой, так что оставалась только эльфийка, но и та за себя могла постоять, что и доказала, сцепившись с двумя Капитанами, зашедшими с другой стороны. Ну а мне достались два Маршала, сразу попытавшиеся нанизать меня на копье, а вдобавок еще и голову срубить.

Так себе у бриттов с гостеприимством, пришлось уворачиваться, благо умения мне было не занимать. И Варяг, и Ву Шу во главу угла ставили способность не допустить, чтобы в тебе наделали дырок, а уже потом шли техники убийства ближнего своего. Так что я выгнулся и извернулся, пропуская мимо живота наконечник копья, а над головой лезвие меча. И лишь когда противник дернул копье на себя, намереваясь повторить атаку, плотно ухватился за древко, но не для того, чтобы задержать оружие. Зачем? Просто такой ход позволил мне стремительно сократить дистанцию. Можно сказать, Маршал сам притянул меня к себе. И его ждал сюрприз.

Что еще объединяло лаоши и моего первого наставника, так это любовь к работе на ближних дистанциях. Липкие руки не зря были так названы. Когда стоишь с противником лицом к лицу в прямом смысле этого слова, не так уже просто сражаться. А уж когда любое твое действие тут же получает ответ, тебя контролируют, не давая атаковать, дергают, сбивают, это очень неприятно. Ну и вишенка на торте – дюймовый удар. Быстрый, для которого не требуется замах, и от этого не менее смертоносный.

Вот как драться в таких условиях, особенно если у тебя в руках полутораметровое копье? Наверно, именно эта мысль возникла в голове у бритта, когда я скользнул вплотную к нему и принялся осыпать ударами. Нет, что-то и он знал, и пытался противодействовать, как умел. Но одно дело, когда ты лишь изредка изучал данные техники, а совсем другое – когда тебя натаскивали исключительно на такой стиль боя. Что я и доказал, буквально за несколько секунд накидав Маршалу плюх по разным частям тела, пока у него руки были заняты копьем.

Бил я, естественно, с выплеском энергии, причем не жалел сансары. Наконец все мои семь чакр были открыты и исправно качали силу, отчего я ощутил нечто вроде сансарного опьянения. Накрыть не накрыло, но некоторая эйфория и безбашенность присутствовали. Так что бедного Маршала трясло и подкидывало, но оторваться ему я не позволял, вцепившись словно клещ. И мы играли бы так еще долго, если бы не влез второй Маршал, решив банально перерубить меня пополам.

Уж не знаю, каким местом я почувствовал приближение смертоносного лезвия, но прямо из стойки встал на мостик, пропуская клинок, и тот легко, словно татами на тренировке, сделал из одного Маршала два. Натурально, второй боец тупо перерубил своего товарища, даже не заметив этого. И лишь после этого я видел, что лезвие его меча сияет, словно создано из чистого света. Джедая мне еще не хватало, так что я кувыркнулся назад, разрывая дистанцию и давая противнику осознать, что он натворил. А когда тот поднял на меня безумные от ярости глаза, просто разрядил в него очередную магическую пулю. У нас тут не Звездные войны, а я не имперский штурмовик, так что через мгновение на пол упал лишь кусок погасшего еще в полете лезвия и пара ботинок. А я повернулся к остальным, выбирая, кому помочь.

Глава 27

– Так это что, каждый раз, чтобы открыть портал, надо жертву приносить? – не то чтобы мне было жалко бриттов, но все равно такое отношение к людям коробило. – Это сколько же здесь человек зарезали.

– Не обязательно убивать, – поправил меня Петр. – Сначала обязательно напитать алтарь, а затем достаточно крови. Времени возиться просто не было.

– Это да, – я кивнул, вспоминая финал эпического побоища в подвалах Букингемского дворца. – Что-то под конец они разошлись. Даже на попутный ущерб наплевали.

Когда я разобрался с двумя Воеводами, то бишь Маршалами, оказалось, что помогать было уже некому. Фридрих пусть не без проблем, но успешно разбирался со своей троицей, и я ему лишь помешал бы, а вот эльфийка с Аськой меня удивили. Не остроухая, она ничего необычного не показала. Британский Капитан оказался ей не по зубам, хоть Хилука и смогла его немного задержать. Но поразила меня Аська, в последний момент перед гибелью ушастой вдруг обернувшаяся двухметровой Юки Оной и с легкостью поймавшая шустрого Воина за голову. На пол тот шлепнулся уже ледяной глыбой, разбившейся на множество осколков. А в следующую секунду на месте разбитых ледяных стен возникли новые, гораздо толще и прочнее. Собственно, как и ожидалось от повелительницы льда.

Смешно, но я никогда не воспринимал девочку как потустороннее существо огромной силы, хоть прекрасно понимал, что она не обычный человек. Кое-кто намекал, что вовсе не человек, и хорошо бы ее как следует изучить, но последнего, кто мне такое предложил, потом почти сутки откачивали в реанимации. И это я сансару не использовал, бил чисто руками и ногами.

Так что, глядя на двухметровую фигуру, словно вылитую изо льда, от которой нестерпимо несло холодом, я чувствовал только облегчение, что моя девочка не пострадала и могла постоять за себя. Все-таки глубоко внутри меня грызло то, что я вообще взял ее с собой. И я не врал, когда говорил, что не прощу себе, если с ней что-то случится. А так я был уверен, что Аська выберется, даже если на нас сейчас сбросят атомную бомбу. Ну, или Аватара подходящего аспекта, что иногда бывает равносильно.

– Нужна жертва, – подал голос Петр, на секунду прекратив свои завывания. – Чем сильнее, тем лучше.

– Этот вроде еще живой. – Фридрих неуверенно ткнул ногой одного из Капитанов и постарался незаметно отодвинуть в сторону Маршала с практически оторванной головой. – Я его в самом начале по черепу отоварил, так что, даже если мозги в труху, формально он может считаться живым.

– Пойдет? – я подошел и, присев, пощупал пульс у авалонца. Тот слабо, но прощупывался. – Сердце бьется, хоть и кое-как.

– Сойдет, – шаман даже не повернулся, а темная эльфийка уже схватила тело и поволокла его к каменюке. – Отойдите.

Мы дружно последовали совету, а вот его женщины остались, замерев за спиной у мужа и господина. Пришлось дать им по ушам в прямом и переносном смысле, а то расщепит на атомы от чересчур большого усердия, неудобно будет перед Петром. Впрочем, сейчас он не обращал внимания на окружение, полностью сосредоточившись на лежащем перед ним теле.

Мы тоже с интересом следили, что он будет делать, хоть и по сторонам поглядывать не забывали. Первая атака провалилась, и провалилась бездарно. Уж от трех Воевод и нескольких Комиссаров можно было ждать чего-то поразнообразнее и более опасного. Но, по факту, они ничего не смогли нам противопоставить, слившись в первой же стычке. Оно понятно, что бои мастеров занимают считанные мгновения и заканчиваются смертью, но не такой позорной же. Уж могли точно понимать, к кому они идут, сансарное эхо моего аспекта никто не отменял, и я не верю, что его слепка, ну, или как оно там называется, нет в базах всего мира. И тут на тебе, забежали и подохли.

Впрочем, я не жаловался. Нам же лучше, что у бриттов Воины оказались такими слабаками. Главное, чтобы это не послужило причиной к применению более серьезных средств, ну, или чтобы Петр закончил свой ритуал. Он, как раз, воздев в воздух посох, с гортанным криком пронзил грудную клетку жертвы… и одновременно с этим снова лопнули ледяные стены, возведенные Аськой. Но на этот раз было видно, что шутки закончились и за дело взялись Аватары.

Одна дверь буквально расплавилась, когда из нее показалось тело, состоящее даже не из пламени, а из перегретой плазмы. Уж не знаю, дотягивала его температура до той, что на поверхности солнца, но сиял он неслабо, да и оставлял на каменном полу глубокие следы. Вторая дверь вдруг сжалась, словно живая, сокрушая лед, а затем пропустила человека, покрытого камнем. Хотя скорее Аватар аспекта земли буквально проплыл через нее, заодно вобрав в себя приличный кусок стены. Ну а лед, закрывающий пролом, который мы сделали, прорываясь, вдруг зашипел и поплыл, тая словно от кислоты. Хотя, судя по всему, это она и была, слышал я о британском Аватаре этого аспекта, и ничего хорошего о нем не говорили даже свои.

– Кислотный мой!!! – я с ходу зарядил в пролом пару магических пуль, а следом принялся выплетать технику призыва «Мышки-норушки», чтобы хоть немного отвлечь уродца. – Ася, тормозни огненного! Кико, убей эту ходячую скалу! Петр, маму твою за ногу, поторопись, или нам всем хана!!!

Волновался я не зря. Это только со стороны мои пули из антиматерии могли показаться абсолютной имбой. Но по факту у них имелись значительные слабости, и опытный Аватар без труда мог защититься от их воздействия. А именно – слабая проникающая способность. Пули взрывались от любого воздействия, и неважно, врезались они в тело противника или каплю воды, чем кислотный мудак и воспользовался, сбив заряды влет. В стихийной форме ему даже целиться было не надо, достаточно пожелать, и навстречу смертоносным снарядам устремлялся веер брызг, с соответствующим результатом.

Естественно, я знал эту свою слабость, поэтому и взялся за «Мышку», то бишь зайца с миниганом. У него был хоть какой-то шанс отвлечь урода, а лезть в ближний бой я очень не хотел. По идее, «Алмазная рубашка» должна была выдержать, но проверять у меня желания не было. А ну как не получится? В полушаге от цели остаться расплывшейся кляксой на полу было бы обидно. Так что я стремительно закончил заклинание и тут же нырнул за спину грызуну, вскинувшему пулемет и обрушившему на врага шквал металла.

Остальные тоже были при деле. Аська тут же окутала противника вьюгой, перерастающей в настоящий шторм, а температура в помещении стремительно поползла вниз. Намечалось эпическое противостояние абсолютного ноля против звезды, но, как мне показалось, все же до столь звучного звания Аватар огня не дотягивал. Иначе нас бы давно испарило вместе со всем зданием. Пять тысяч градусов не шутки, впрочем, как и ноль кельвинов. Фраза «дружественный огонь» в этом случае звучала весьма иронично, но своей опасности не утратила. Оставалось надеяться, что Петр закончит быстрее, чем мы окоченеем.

Проще всего было Фридриху. Он пчелой вился вокруг каменного Аватара, награждая того градом ударов, причем они зачастую прошибали противника почти насквозь, правда, и зарастали повреждения весьма быстро. А выскакивающие то и дело из пола и тела каменного болвана шипы и колья не успевали за юрким немцем. В целом можно было сказать, что, если дать Фридриху побольше времени, он добьет британца, но, к сожалению, именно времени у нас и не было, но зато свою задачу не подпускать врагов к Петру Воевода выполнял. Вопрос был лишь в том, сколько это продлится.

Схватка разгорелась не на шутку. Я помогал зайцу дистанционными атаками, перемежая обычные энергетические с пулями антиматерии, но даже так нам едва удавалось сдерживать кислотного урода. Было видно, что у бритта гораздо больше боевого опыта, и он давил, не давая мне передохнуть. Впрочем, прорваться у него тоже не получалось, так что между нами, как и между Фридрихом с каменным Аватаром, образовался некоторый паритет. Чего нельзя было сказать об Аське и огненном человеке. Их противостояние только набирало обороты, но уже было ясно, что добром это не кончится.

Температура в помещении скакала от лютого мороза к жуткой жаре. И если мы с немцем еще как-то держались, то вот Йишик с эльфийкой приходилось крайне несладко. Они даже на ногах стояли с трудом, но, надо признать, не отходили от спины Петра, готовые защищать его до последнего. И так было понятно, что это просто формальность, и никого остановить они не смогут, но девушек это не смущало. Они были готовы умереть за своего мужчину, впрочем, у меня складывалось впечатление, что, если он еще немного протянет, мы все здесь ляжем.

– Глава, надо уходить! – Фридрих хоть и был занят борьбой с ожившей каменюкой, но ситуацию держал под контролем. – Еще немного, и рванет! Лед и огонь – это опасное сочетание.

– Будто я сам не знаю, – я понимал, что мы попали, но и отступать было обидно. – Но сам видишь, наш шаман…

– Готово, – словно по заказу подал голос Петр, а перед ним, разгораясь, замерцало красное зарево разрыва между мирами. – Прорыв нестабильный. Надолго его не хватит. Надо уходить.

– И быстро, – кивнул я, начиная формировать самую большую пулю, что мог создать. – Фридрих! Валим!!! Аська, брось его! Брось, говорю, засранка! Неделю на задницу не сядешь! Хватай всех, и валите!

Было странно угрожать двухметровой потусторонней сущности, способной превратить в лед целый континент, но сработало. Аська вдруг обернулась пургой, пронеслась по комнате, сметая наших, и вместе с ними всосалась в разрыв. Я остался один на один с тремя Аватарами, но меня это уже не пугало. В руках у меня пульсировала пуля размером с теннисный мяч, а на лице сияла злая улыбка.

– Аста ла виста, бэйби! – я подбросил жутковатый снаряд в воздух и спиной вперед прыгнул к алтарю, на лету показывая кулаки с вытянутым вверх средним пальцем. – Выкусите, твари!

Меня обдал знакомый ветер межмирья, а там, где я только что был, вспухло облако взрыва, поглотившего как сам Букингемский дворец, так и целый квартал вокруг него. Но этого я уже не видел, вывалившись посреди дикого леса.

– Видали, как я их?! – я поднялся на ноги, отряхиваясь от налипших листьев, и увидел, что ребята на меня совсем не смотрят. – Вы чего?

– Гляди, – Фридрих невежливо показал пальцем вперед. – Камелот.

И действительно, далеко впереди на скале возвышался каменный замок, словно пришедший из легенд о рыцарях круглого стола. И, судя по всему, дорога вела нас именно туда.

Чем, собственно, мы и занимались последний час. Правда, можно было добраться и быстрее, что такое пяток километров для полных сил одаренных, но стоило соблюдать осторожность. Как минимум несколько раз мы уже наталкивались на патрули британцев, хорошо еще эльфийка засекала их заранее. В лесу Хилука преобразилась, из почти бесполезного балласта став незаменимым членом команды. Она скользила в тенях, да так, что даже мне с открытым третьим глазом и бесконечными запасами сансары заметить ее было непросто. Авалонцев же она обходила как детей, засекала камеры, растяжки и прочие сюрпризы, но тут ей Петр активно помогал.

Открытие портала не прошло для шамана даром. Даже с жертвой ему пришлось потратить много сил, но Ярве держался. И даже выпустил несколько духов, что-то пошептав над черепами, украшавшими его посох. Так что мы имели несколько невидимых разведчиков, что позволяло нам обходить ловушки, но и справедливости ради надо сказать, что оборона на этом направлении была устроена спустя рукава. Хотя, если разобраться, даже такая защита внутри обособленного пространственного кармана – это уже маразм. Разве что в Камелоте уже знали о прорыве и приняли меры, но гадать мы не собирались, подбираясь все ближе к замку и городку, раскинувшемуся у его подножия.

Нам оставалось пройти какой-то километр от силы, когда от замка раздался жуткий грохот. Крыша донжона разлетелась, будто ее взорвали изнутри, но ни огня, ни дыма не было. Зато из пролома выпорхнул самый настоящий дракон. Точнее, Пернатый Змей собственной персоной. И видок у Кетцалькоатля был так себе. Даже отсюда можно было разглядеть, что крылья у него подраны, да и на теле зияют глубокие раны. Однако это не помешало ацтекскому богу подняться повыше и обрушить на замок град молний. В ответ британцы открыли ураганный огонь из чего только можно, но кровожадный бог сдаваться не собирался. Битва с каждой секундой разгоралась все жарче, а нас мучил только один вопрос: какого, собственно, хрена происходит?!

Глава 28

– Благодарю за оказанное доверие, – Игорь Николаевич Серенский, известный ранее в узких кругах хазар как Володырь, а теперь являющийся ни больше ни меньше как земным воплощением Кетцалькоатля, Пернатого Змея, бога ацтеков, сбежавших в другой мир от нашествия конкистадоров, поднял бокал и отсалютовал собеседнику. – Я умею ценить дружеское отношение и всегда отвечаю тем же. Можете считать, что в грядущем переделе мира мы на вашей стороне.

– Поляки всегда были нашими союзниками, – довольно улыбнулся Мерлин XVI, полный и безраздельный владыка Авалона, наследника Британской империи и Камелота, скрытого мира, вход в который удалось случайно открыть при реставрации Стоунхеджа, когда сорвавшийся камень раздавил рабочего, вернул жест. – И можно сказать, что когда-то мы бились на одной стороне с могучим народом ацтеков против испанских захватчиков. Так что у нас много общего, и надеюсь, в данный момент происходит начало долгого и плодотворного сотрудничества. Тем более что у нас общий враг. Русские мешают и нам, и вам.

– Согласен, – Пернатый Змей кивнул, – нельзя дать им развить экспансию в Эллуриан. Поэтому мы разделим зоны влияния так, как вы предлагали. Нам остается Европа, как база на Земле, и весь Эллуриан. Вы получаете все остальное, включая космос. Это справедливый расклад.

– Осталось лишь расправиться с триумвиратом и китайцами, – рассмеялся Мерлин, – больше для нас никто угрозы не представляет.

– С тем, что вы показали, и нашей помощью это будет несложно, – отмахнулся Володырь. – Ваши новые клоны просто нечто. Я никогда не думал, что энергетическую систему можно прорастить в организме искусственно, к тому же сразу на уровне, равном Магистру, а то и Эмериту. Жаль только, что они крайне недолговечны, иначе даже боюсь представить, на что вы были бы способны.

– За всё надо платить, – с притворной грустью вздохнул правитель Авалона. – Да и нет у нас цели завоевать весь мир, мы же не какие-то там агрессоры, как русские. К тому же у нас имеется недостаток обычной пехоты, так что помощь доблестных ацтеков будет как нельзя кстати.

– Мои отряды всегда готовы обрушиться на врага, – Кетцалькоатль приосанился. – И будьте уверены, ни на Земле, ни на Эллуриане вы не найдете воинов свирепее и сильнее.

– Оттого мне более непонятно, почему вы возитесь с поляками, – Мерлин подал знак, и его бокал снова наполнили вином. – Нет, я не осуждаю, но, по сути, они же вам не нужны. Может быть, поначалу они и сыграли свою роль, но сейчас польское правительство лишь ненужный посредник между нашими народами. И сегодняшняя встреча лучшее тому подтверждение.

– Можете считать это моей прихотью, – улыбнулся Володырь. – К тому же мне все равно требуется представительство на Земле, так почему бы и нет. Разве что придется навести порядок и объяснить им, кто тут главный.

– Мы с удовольствием вам в этом поможем, – Мерлин кивнул, даже не задумываясь. – Все-таки удобнее работать с одним человеком, чем пользоваться… как это называется?.. А! Испорченным телефоном. Знаете, есть такая детская игра.

– Конечно, – кивнул Пернатый Змей. – И я с вами в этом полностью согласен.

– Просто прекрасно, что мы пришли к такому взаимопониманию, – Мерлин взял было бокал, но в этот момент к нему быстрым шагом подошел адъютант и что-то принялся шептать на ухо. – Людей послали? Хорошо, я сейчас сам спущусь и все проверю. Друг мой, вы позволите так вас называть?

– Конечно, – Володырь слегка поклонился. – Это честь для меня.

– Так вот, друг мой, не хотели бы вы взглянуть на сердце Камелота, легендарный круглый стол? – правитель Авалона поднялся на ноги. – Думаю, это будет замечательным символом нашего союза.

– Я… у меня нет слов, ваше величество, – Серенский тоже встал и поклонился, уже куда ниже, чем в первый раз. – Это великая честь.

– Пустяки, какие счеты между друзьями, – легкомысленно отмахнулся Мерлин. – Идем, уверяю, вам понравится.

Бог и правитель островного государства вышли из залы, где обедали, и направились в глубь донжона. На каждой лестничной клетке или перекрестке стояли бойцы, облаченные в боевую броню, но Пернатого Змея они не смущали. Если бы замок принадлежал ему, он удвоил бы количество охраны, а то и утроил бы. С учетом всего увиденного за сегодня можно было с уверенностью сказать, что Камелот – это сердце империи Авалон и источник ее силы. Именно отсюда начнется возрождение Великой Британии, империи, над которой никогда не заходит солнце.

Особого пиетета перед королем Игорь Николаевич не испытывал. Да, честно говоря, он его даже презирал, но пока старался этого не показывать. Пусть теперь бывший хазарин являлся богом, но не утратил присущей ему хитрости и коварства. Да и логически мыслить не разучился. А логика подсказывала, что ему нужны союзники, и чем сильнее, тем лучше. Русские, а главное, Варлок, не остановятся. Ради своей ушастой твари он однозначно пойдет на конфронтацию, и, если сам Кетцалькоатль ничего не боялся, Володырь понимал, что справиться с колдуном-Аватаром, за плечами которого стоит даже не одна, а целых три империи, будет чрезвычайно тяжело. А ведь Ефимову достаточно поделиться землей на Эллуриане, и союзников резко прибавится. Те же турки прямо на это намекали, недаром султан отправил Варлоку свою любимую дочь.

В свете такого расклада союз с Мерлином мог принести значительную выгоду. Авалонцы действительно располагали значительными силами, а главное, возможностями для внезапного удара. Одноразовые клоны сами по себе были мелочью, но вот возможность внезапно и незаметно высадить их в самых защищенных от проникновения местах – это был тот козырь, на который рассчитывал Володырь.

Его целью было не только ударить по Варлоку, но и уничтожить правительство Польши. Мерлин был прав, когда говорил о том, что сейчас это просто лишние посредники. Если изначально поляки сильно помогли Кетцалькоатлю, сумели организовать и обучить диковатых ацтеков, то теперь это уже было лишнее. И терпеть над собой он никого не собирался. Особенно заносчивых пшеков, относящихся к нему снисходительно-покровительственно, как к полезному идиоту, который вроде и что-то может, но надо приглядывать, а то споткнется на ровном месте и что-нибудь сломает. И с одной стороны, богу было плевать на то, что думают жалкие смертные, с другой – он лучше всех знал, что следом за таким отношением приходит презрение. Никто не уважает слабых, о них вытирают ноги. А военные и правительство Речи Посполитой отчего-то считали его слабым.

Впрочем, Мерлин тоже так считал. Володырь не принимал его слова о дружбе за чистую монету. Надо быть полным идиотом, чтобы поверить англичанину, как бы его страна сейчас ни называлась. У бриттов никогда не было постоянных союзников, только постоянные интересы, и предавали они своих якобы друзей регулярно и стабильно. Сложнее было найти договор, который бритты не нарушили, чем наоборот. Так что никаких иллюзий на этот счет Пернатый Змей не строил и лишь рассчитывал ударить первым в спину союзничка, когда придет время. И в свете этого откровение Мерлина было ему очень на руку. Знать слабые места противника – это уже наполовину его победить.

Идти оказалось недалеко. Центральная зала донжона находилась почти на самом верху, откуда открывался хороший вид на окрестности. Но Володыря привлекали не они, а громадный круглый камень, лежащий посреди комнаты. Покрытый петроглифами, он привлекал внимание, и даже тот, кто не мог чувствовать потоки силы и течение тонких энергий, понимал, что это не простой булыжник. Он буквально пульсировал от распирающей его мощи, и Пернатому Змею пришлось приложить немало усилий, чтобы не коснуться шершавой поверхности. Еще было не время, но Кетцалькоатль уже четко знал, что когда-нибудь этот камень будет его.

– Вот он, знаменитый круглый стол, – Мерлин широким жестом указал на булыжник. – Только мало кто знает, что это был прежде всего ритуальный предмет, а не мебель. Теперь и вы, друг мой, посвящены в эту тайну.

– Она останется со мной навсегда, – серьезно кивнул Володарь, не отрывая глаз от камня. – Я ценю ваше доверие и гарантирую, что сохраню этот секрет.

– О, я в этом не сомневаюсь, – вдруг рассмеялся правитель Авалона. – Уж поверь, ты никогда и никому ее не раскроешь. Потому что останешься здесь навсегда.

– Что?! – Пернатый Змей дернулся было, но огромная сила навалилась на него, подтаскивая к круглому столу и придавливая к его поверхности. – Что ты делаешь?!

– Все просто, друг мой, – Мерлин щелкнул пальцами, и рядом возник боец, протягивающий ему меч. – Видишь ли, я не шутил, когда сказал, что это ритуальный предмет. А точнее, алтарь. Но это лишь половина правды, вторая же – вот этот меч. Экскалибур. Дарованный девой озера. Ха! Глупцы! Никакой девы не было, это была царица Маб, даровавшая великую силу! Никто так и не понял, что Кларент, меч в камне, и Экскалибур – это одно и то же. А тот самый камень и есть круглый стол. Время стерло память и запутало легенды, и лишь я – я!!! – сумел разгадать эту загадку и обрел великую силу!!! И ты послужишь очередной ступенькой на пути моего становления величайшим магом в мире. Не жалкой пародией, которая ничего не может без компилятора, а настоящим магом, своей волей осушающим моря и рушащим горы. Так что гордись, это великая честь.

– Ты обманул меня!!! – Кетцалькоатль рвался изо всех сил, но не мог даже двинуться с места. – Я убью тебя! Я покажу тебе гнев бога!

– Бога? – рассмеялся Мерлин, сжимая клинок и обходя камень, чтобы удобней было отрубить голову. – Да, ты был богом… там, у себя. Но здесь, в моем мире, ты никто. Стоило десять раз подумать, прежде чем соваться в такие места, но ты думал лишь о том, как меня использовать, а потом уничтожить. И это расплата за предательство.

– Ты говоришь о предательстве? – вдруг успокоился распластанный на алтаре мужчина. – Что ж, раз так, тогда узри же мою настоящую силу. Глупец, решивший, что его пространственный карман меня остановит. Бог всегда остается богом!!!

– Умри! – правитель Авалона вдруг почувствовал угрозу и кинулся вперед, нанося удар, но было уже поздно.

Клинок рухнул, однако человека на алтаре уже не было. Он мялся и деформировался, обращаясь в громадного змея, на спине которого расправлялись широкие крылья. Меч рассек одно из них, но змей этого почти не заметил, ответив ударом хвоста, отшвырнувшим Мерлина в стену. Его на лету перехватили Воины из охраны, тут же открыв огонь по противнику, но Экскалибур выпал и остался возле алтаря. А без него пули почти не причиняли богу вреда.

– Ты хотел убить меня?! – в голосе Кетцалькоатля уже не осталось ничего человеческого. – Значит, сдохнешь сам! Я вырву твое сердце, а кровь напитает мои силы!!!

Энергия алтаря и бога сошлись в прямом столкновении. Пару секунд ничего не происходило, а затем грянул взрыв, разворотивший верхние этажи донжона, над которым в небе плыл Пернатый Змей.

Глава 29

– Петр, ты нашел Дэна? – Я ткнул в плечо нашего шамана, увлеченного зрелищем развернувшейся битвы, и дождавшись, когда тот кивнет и укажет на замок, скомандовал: – Атакуем сейчас. Аська, ты с Ифрит работаете по площади. Жгите, морозьте, делайте что хотите, но никто не должен уйти обиженным. Снесите городок к чертовой матери. Если я не ошибаюсь, скорее всего, там клепают клонов. Как минимум на базе, куда я попал, были такие же ангары. Но даже если нет – плевать. Мы и так уже натворили столько, что городом больше, городом меньше, не считается.

– Слушаюсь, Варлок-эфенди, – поклонилась мне Йишик, а Аська просто кивнула, видимо, стеснялась говорить в этой форме.

– Фридрих, идешь с Петром, – я махнул рукой в сторону замка. – Вытаскиваете нашего хакера. Будет глупо пройти через самую жопу и не добиться главного. Как он вообще тут оказался?

– Поляки привезли, – откликнулся шаман. – У них какие-то интриги против Пернатого. За власть борются, а бритты снимают сливки.

– Ничего нового, любимый англосаксами во все времена управляемый хаос, – я пожал плечами. – Впрочем, плевать, нам же лучше. Давайте быстро и не попадите в лапы пернатой сволочи. Фридрих, если что, бей насмерть, не стесняйся. Ну а я с девчонками наведу тут шороху. Готовы? Тогда начали!!!

Тот, кто видел атаку Аватара, никогда ее не забудет, но даже это не шло ни в какое сравнение с тем, что устроила Аська. Грозная Юки Она, покровительница льда и холода, обрушила на ничего не подозревающих авалонцев волну мороза такой силы, что люди буквально застывали на месте, оборачиваясь ледяными глыбами. Воины еще держались какое-то время чисто за счет напитанного сансарой организма и разных защитных техник, но даже с ними они сдавались один за другим. А те, кто все же сумел противостоять жуткому холоду и пытался контратаковать, вдруг получали файербол с небес, где на реактивных струях реяла Ифрит, атакуя любую цель, что попадала в поле ее зрения.

Я по мере сил помогал девчонкам, магическими пулями разнося стены зданий и уничтожая особо опасных противников. Заодно и убедился, что оказался прав насчет клонов. В городке была организована целая фабрика по их производству, а также имелись терминалы телепортов, что как бы намекало, к чему именно их готовили. От осознания того, какую опасность может нести подобное сочетание, шевелились волосы. Даже сотня смертников, выброшенных в город, может натворить таких дел, что никаким вампирам не снилось. Все же кровососы не дотягивали в коварстве до англосаксов, как бы они ни назывались. А если вспомнить, что вампирские недобитки убежали на Авалон, становится страшно вдвойне. Так что уничтожал я город без каких-либо угрызений совести, скорее наоборот, с мрачным удовлетворением, ведь чем больше умрет бриттов, тем меньше погибнет моих соотечественников. А не в этом ли и заключается главная задача аристократии – хранить и защищать свою страну.

Естественно, нас заметили. Вообще сложно не обращать внимания на того, кто уничтожает все в округе, распыляя, замораживая или сжигая все, что подвернется под руку. Другой вопрос, что и подобраться к нам было непросто. Ася не стеснялась давать жару, то бишь морозу, да и Йишик носилась по небу, отстреливая любого, кто дернется. Сбить ее было непросто, ПВО у бриттов просто не имелось, потому что в их карманном мирке неоткуда взяться авиации. А пули стрелковых калибров Ифрит просто игнорировала, они либо сгорали, либо отражались ее магическим щитом. Было, правда, несколько магических атак, но каждого такого умника мы поливали в три лица сразу, так что желающие очень быстро закончились.

Конечно, в другое время нас бы встретили гораздо жестче, все же городок являлся военной базой, и людей, и техники тут хватало, но в нашу пользу играло два момента: неожиданность и неотвратимость атаки, – а Ася не дала никому и шанса спрятаться – и, как бы иронично это ни звучало, Пернатый Змей. Над замком бой продолжался и с каждой минутой становился все жарче. С нашим появлением количество атакующих Кетцалькоатля солдат сократилось, зато в дело вступили настоящие мастера. Я ощущал минимум трех Аватар, долбящих по змеюке всем своим арсеналом, и еще чью-то ауру, заметно сильнее всех. Правда, кто это, долго гадать не пришлось.

Из пролома в донжоне вдруг выпорхнул человек с мечом наперевес и принялся гоняться за Пернатым Змеем. В воздухе разгорелась жестокая битва. Кетцалькоатль поливал врага молниями и хлестал хвостом и крыльями. А Мерлин, никем другим человек быть просто не мог, отбивался, нанося рубленые раны, и кастовал заклятия, причем довольно разнообразные и без использования ПМК.

– Тоже колдун, что ли? – я внимательно следил за ходом битвы, но поделиться своими мыслями было не с кем. – Впрочем, пофиг. Пренебречь, вальсируем дальше.

Действительно, у нас еще были дела. Городок только казался маленьким, на самом деле он занимал вполне приличную площадь. Но главное, требовалось вскрыть каждое здание, где могли затаиться враги. Удар в спину нам был не нужен, так что после первой разрушительной атаки пришло время методичной работы по уничтожению живой силы и инфраструктуры противника. Тем более что время у нас было. Вмешиваться в разборку Мерлина и Кетцалькоатля я не хотел. Пусть бы они даже поубивали друг друга, я только спасибо скажу. Все мне работы меньше, но проконтролировать все равно не забуду.

Битва зависла в шатком равновесии. Мы уничтожали город, змеюка и авалонец рубились в небесах, все были заняты своим делом. Однако каждый понимал, что долго это продлиться не может. Так что, когда Пернатый Змей извернулся, получив глубокую резаную рану, но все же достал Мерлина ударом хвоста, отправив его прямиком в руины замка, я ничуть не удивился. Это только в сказках рыцари выходят с мечом против дракона. В жизни же для многотонной летающей рептилии они потянули максимум на консервы «Завтрак туриста». Вот и сейчас много возомнивший о себе человек огреб, а дракон, то бишь змей, принялся оглядываться по сторонам в поисках, кому бы еще навалять. И, естественно, тут же заметил меня, тем более что я и не прятался.

– В-ва-р-р-рлок!!! – змеиная глотка явно не была предназначена для человеческой речи, но пернатый и не шипел, а скорее рычал. – Умр-р-р-ри!!!

– Иди сюда, гадина позорная, – я размял шею и направился в его сторону. – Как долго я ждал этого дня!

Отказываться от битвы я не собирался. Зачем, если это изначально было моей целью. Не здесь и сейчас, а вообще, ощипать мудака за то, что он сделал с семьей Иви, да и вообще, со всеми эльфами, кентаврами, полуросликами и остальными, было для меня делом чести. И раз подвернулась оказия, я с удовольствием ею воспользуюсь.

Кому-то могло показаться, что обстановка и наше поведение не слишком пафосные и не соответствовали моменту. Ну да, мы не занимали красивых поз, задирая кулаки к небу, и не выкрикивали всякую возвышенную чушь. Оно только в кино выглядит красиво, а в жизни война – это всегда кровь, грязь и ужас. Вонища от распоротых животов, крики сгорающих заживо людей, ужас в глазах замерзающих, понимающих, что пришел конец и ничто на свете их не может спасти. Но кто-то должен был делать и такую работу. Без пафоса и лишних понтов. В прозе жизни, так сказать.

Вот и мы схватились вполне себе обыденно, но лишь до того момента, как столкнулись в воздухе. Нет, летать я не научился, да мне и не нужно было. Хватало умений Воина. Даже Есаул без проблем может прыгнуть метров на пятнадцать вверх, а потом приземлиться без повреждений. Что уж говорить про Воеводу или в моем случае колдуна-Аватара, да и воздушную акробатику никто не отменял. Так что, оттолкнувшись как следует от земли, я взмыл в воздух метров на тридцать, и мы сшиблись со змеем.

Ударная волна от нашего столкновения разошлась по окрестностям, качая деревья и срывая с них листву. Оружия у меня не было, но даже без него я не терялся, используя все, чему меня научили за все это время и Варяг, и Ву Шу, и все остальные. Тяжелые удары втыкались в тело гигантского змея, сотрясая его, но не пробивали невероятно прочную шкуру. Сам Кетцалькоатль тоже в долгу не оставался и пару раз жестко хлестанул меня крыльями, потрепанными, но все еще опасными. А когда я начал падать, вдогонку достал хвостом, отчего я буквально впечатался в землю. И тут же следом с неба рухнул и сам змей, рассчитывая раздавить меня своей тяжестью.

Понятное дело, такого удовольствия я ему доставлять не собирался и тут же резво откатился в сторону, а как только туша гада оказалась на земле – кинулся назад и с ходу зарядил ему хороший правый в голову. Башка Кетцалькоатлся мотнулась и врезалась в стоящий рядом дом, пробив стену. Но этого было совершенно недостаточно, чтобы убить дракона, так что теперь мне пришлось уворачиваться, пропуская над собой хвост толщиной с хорошее бревно, а затем и скрываться от молний. Я в ответ долбанул его энергетической атакой, свернув ту в веретено для лучшей проникающей способности и таки пробил шкуру, но рана была далеко не та, на которую я рассчитывал. Это как попадание из мелкашки вместо экспансивной пули. Но даже так змей почувствовал, что я достал его, и решил сбежать.

С одной стороны, правильно, атаковать с высоты более безопасно, но глядя, как он взмывает в облака, я плюнул на желание разорвать пернатого мудака своими руками и зарядил по нему сразу несколькими пулями из антиматерии, и… они бессильно рассыпались по шкуре Кетцалькоатля, вместо того чтобы аннигилировать его на хрен.

– Гл-р-рупец-ц!!! – бывший Володырь, в котором не осталось уже ничего человеческого, завис надо мной метрах в ста над землей, глумливо оскалившись. – Я бог!!! Меня не бер-рут твои жалкие заклинания!!!

– Значит, я оторву тебе голову без них, – я не собирался долго рассусоливать и снова прыгнул к врагу, сжимая кулаки. – Получай!!!

Однако паскуда только этого и ждал. Как только я оттолкнулся от земли, в меня долбанула целая серия молний. Если бы не навыки воздушной акробатики, сладко бы мне не пришлось. А так, я оттолкнулся в воздухе, переводя вертикальный прыжок в горизонтальный, а затем, приземлившись и прокатившись по крыше ближайшего ангара, прыгнул снова, пару раз поменяв направление в воздухе, чтобы сбить прицел. Но все равно нарвался на удар хвоста и, проломив тот самый ангар, рухнул прямо на ванну, где вызревал очередной клон.

Осколки разлетелись в разные стороны, а я порадовался, что Аська тут все как следует проморозила, иначе я бы сейчас был весь в человеческой требухе. Так себе ощущение, надо сказать. Даже замороженные клоны воняли будь здоров, точнее, не они, а питательный раствор, в котором вызревали. Но разбираться мне было некогда, у меня змей недобитый летал, так что я в пару прыжков оказался на улице и стал свидетелем схватки Пернатого и Йишик.

Огненная дева решила мне помочь и атаковала крылатого гада, поливая его из рук, словно из огнеметов. А за счет того, что двигалась она на реактивных струях, выпускаемых из ног, выглядело это так, словно маленький реактивный истребитель атакует гигантского дракона. Ифрит пролетала мимо, обжигая Кетцалькоатля пламенем, и уносилась дальше, чтобы развернуться и напасть снова. Змей пока не успевал, но долго это продолжаться не могло. Рано или поздно он ее достанет, а хрупкая девушка являлась эталоном того, что называют «Стеклянная пушка». Сильная, но с минимальной защитой. Пусть ее не брали пули, но удар бога ей не пережить.

Я это понимал лучше всех, поэтому сорвался с места в ту же секунду, как увидел их схватку. Надо отдать должное Йишик, она капитально отвлекла врага, так что я подобрался вплотную незамеченным. И в последний момент перехватил удар крылом, предназначавшийся девушке. Как я и предполагал, Пернатый быстро сориентировался и подловил ее на проходе.

Удар меня потряс, но не так, как до этого хвостом. Мне даже удалось стабилизироваться и, оттолкнувшись от воздуха, вернуться в драку, крикнув Ифрит, чтобы уходила. Я был благодарен за помощь, но лучше пусть она поможет Аське добить выживших, и тогда мы все вместе разберемся с этим уродом. Я уже осознал божественную силу и признавал, что в одиночку не факт, что его завалю. Но и отступать не собирался.

– Сюда смотри! – ловко развернувшись в воздухе, я с ноги пробил дракону прямо между глаз, сбивая его на землю. – Я твой противник! Будешь отвлекаться, порву, как Тузик грелку.

– Р-р-р-аааа!!! – говорить Кетцалькоатль то ли уже не мог, то ли не хотел, мне было без разницы, главное, что он здорово долбанулся о землю, снеся пару зданий.

И тут же сверху на него рухнул я, целясь в крыло. Мне надоело изображать из себя воздушного гимнаста и ловить оплеухи. Пора было их раздавать, а для этого требовалось вражину обездвижить. Удар вышел на славу. С двух рук с выплеском энергии и такой силы, что от змея полетели перья, а одно из крыльев повисло, перебитое у самого основания. Я бы не дал гарантию, что оно не восстановится, но как минимум временно уродец был прикован к земле, чем надо было пользоваться.

Как бороться с гигантской змеей больше пятнадцати метров длиной и толщиной в целый обхват, а то и больше? Честно говоря, до сегодняшнего дня меня этот вопрос не занимал. Но за нашу стычку я вывел несколько главных опасностей. Первым делом это пасть, полная острых зубов. Да, у нормальных змей таких нет, но Кетцалькоатль никак нормальным считаться не мог. Потом, естественно, шел хвост. Удары им были очень сильными, и меня до сих пор потряхивало от последнего. Крылья сильно хлестали, но в целом терпеть было можно, и в расчет я их не брал, зато нашлась новая напасть. Когда Пернатый впервые попытался меня обвить, я сразу не среагировал, и в итоге пришлось буквально выдираться, оставляя клочки одежды и кожи. Шкура у гада оказалась шершавая, словно наждачка, и очень твердая.

Честно говоря, я вряд ли вырвался бы сам, но, к счастью, оказалось, что змей, как и другие пресмыкающиеся, хладнокровен. Не настолько, как обычные гады, все-таки он был богом, плюс тело создал из человеческого, ведь Володырь никуда не делся, я чувствовал отголоски его сансарного эха, но против Юки Оны даже божественных сил не хватило. Аська умудрялась ограждать меня от своего мороза, зато Пернатому досталось по полной.

Его движения становились все медленнее, что давало мне пространство для маневра. Я атаковал с разных сторон, выкладываясь по полной. То и дело мне удавалось пробить броню, но эти раны были мелкими, все равно что слону дробина. И казалось, можно просто подождать, мол, пусть Аська его полностью заморозит, а там расколем, но я чувствовал, что у Кетцалькоатля есть какой-то козырь в запасе. Оттого и осторожничал, стараясь не лезть на рожон.

Однако с каждой секундой ацтекский бог становился все медленнее и слабее. Я уже не уворачивался каждую секунду от смертельно опасного хвоста, способного вбить по колено в землю, а буквально порхал вокруг морды, осыпая ее мощными ударами такой силы, какой только мог. Та болталась, змей клацал челюстями, но поймать меня не мог. Казалось, победа уже близка, и я примерялся, как бы долбануть так, чтобы вынести змеюке мозг, когда вдруг меня сгребла здоровенная лапа, прижимая к земле.

Эта тварь втихую изменила крылья, создав из них подобие руки, и пусть выглядела она крайне неуклюже, свое дело сделала. Я буквально распластался, пытаясь вырваться, но острые пальцы вошли глубоко в почву, став для меня клеткой. Ни заяц, которого я сотворил настолько быстро, что даже сам этого не заметил, ни пули антиматерии никакого вреда змеюке не нанесли. Как и Ифрит, прошедшаяся по нему пламенем. Даже Аська, возникшая рядом с нами в вихре снега, была отброшена мощным ударом хвоста. Это меня дико взбесило, я даже умудрился сломать Пернатому пару пальцев, но это был мой максимум. Положение становилось безвыходным.

– Я ж-же говор-р-рил, что убью тебя… – Надо мной зависла гигантская пасть, полная острых зубов. – Умри, чер-рвь!!!

Башка монстра ринулась вниз. Я даже не успел испугаться, просто в голове билась мысль о том, что этого всего не может быть. Не со мной, когда я уже был в полушаге от победы. И сдаваться я не собирался, готовясь встретить врага, как вдруг, когда до меня оставались считанные сантиметры, жуткая морда не просто остановилась, а отлетела в сторону. А в следующую секунду надо мной что-то сверкнуло, и появилась голова Фридриха, протягивавшего руку.

– Прости, глава, немного задержались, – доломать остатки пальцев змея было несложно, так что через пару секунд я уже стоял на ногах. – Освобождали заключенных. Там очень важные люди есть, и их свидетельство окажет нам большую услугу.

Действительно, на улице оказалось человек двадцать разных национальностей и цвета кожи. Многие из них были измождены, со следами от пыток, некоторым помогали просто стоять на ногах. Но у всех глаза горели надеждой, а главное, среди них нашелся и Денис, поддерживаемый темной эльфийкой. Хакер выглядел откровенно хреново, но лыбился во все тридцать два. Я кивнул ему и отвернулся к змею. Пора было заканчивать нашу борьбу.

Пернатый выглядел плохо. Аська не простила ему удара и сейчас вбивала очередной ледяной кол, пригвождая гадину к земле. Кетцалькоатль бился и извивался, но вырваться не мог. Однако было видно, что рано или поздно он освободится, даже силы Юки Оны не хватало, чтобы убить бога.

– Глава, тут это… – подал голос Фридрих. – Мы по пути заскочили к Мерлину. И так получилось, что я совершенно случайно сломал алтарный камень. Такой же, как был во дворце. А Петр говорит, что он был якорем, держащим весь этот карман. Короче, надо валить, скоро он схлопнется. И еще, вот держи. Захватил трофей. Самое то, чтобы рубить драконов.

– Случайно, говоришь, – я оглядел протянутый мне Экскалибур и взялся за рукоять. – Как говорил один умный человек, случайности не случайны. И на эту тему мы с тобой еще поговорим дома. А сейчас…

Земля привычно толкнула меня в пятки, когда я взмыл в высоком прыжке. Подо мной бесновался Пернатый Змей, жуткий бог ацтеков, убийца и палач эльфов, хайхуманов, кентавров и еще многих рас и народов. Кровавый тиран, отправляющий на алтари на вершинах пирамид даже своих соотечественников. Тот, кто убил брата Иви и ее жениха, за последнего я, кстати, не в обиде, так и надо мудаку. А вот за остальных… я завис в верхней точке и рухнул вниз, выставив вперед острое как бритва лезвие.

От удара рука дернулась, но я крепко сжимал рукоять до тех пор, пока не оказался на земле. А рядом со мной рухнула отрубленная голова чудовища. Она еще жила, не веря в то, что случилось, но это был конец. Восстановиться и вырваться из ловушки разрушающегося пространственного кармана даже у бога вряд ли бы получилось. Но на всякий случай я еще раз ударил мечом, пронзая сердце дракона, бывшего когда-то человеком. Дело было сделано, и нам пора домой.

– Все в сборе? – я подошел к толпе бывших пленников, рядом с которыми нашелся и шаман, не отходящий далеко от друга. – Денис, рад тебя видеть. Главное, живой, а раны заживут.

– Спасибо, Кузьма, – с трудом держащийся на ногах хакер пожал мне руку. – Спасибо, что пришли за мной.

– Это Петр всех сгоношил, – я тяжело вздохнул. – Не обижайся, но мы шли прежде всего за «Оракулом». Он был целью номер один. Вытащить тебя было задачей номер два, жаль, что получилось только это. Не в этом смысле, а…

– Да я понял, не парься, – рассмеялся Денис. – И кто сказал, что не получилось. Петь, дай чемодан, пожалуйста? Вот держи.

– Это чего? – я уставился на протянутый мне кейс. – Погоди, это то, что я думаю?!

– Не знаю, что ты там думаешь, а это терминал «Оракула», – как всегда вовремя влез Фридрих. – И Денис обещал, что сможет его взломать.

– Легко, – гордо хмыкнул хакер. – Уж не знаю, кто его проектировал, но защита тут прошлого поколения. Дайте мне два часа, и…

– Хоть двое суток, – я обнял спасенного товарища. – Или две недели. Сколько угодно, короче. Надеюсь, мы больше ни в какие неприятности не влезем. Ладно, пора заканчивать с этой эпопеей. Я уже чувствую пульсацию пространства. Ась, вытаскивай нас отсюда. Дамы и господа, пристегнитесь, если есть к чему. Мы домой летим. Меня там невесты заждались, я им свадьбу обещал. Пора выполнять.

Эпилог

С космодрома «Эбареска» Бразильской Короны спешно стартовал русский императорский челнок. Огненной стрелой, оставляющей за собой шлейф, взмыв по дуге рельсовой направляющей в голубые небеса, борт номер один, разорвав в клочья облака, за каких-то пару минут вышел в ближний космос. Конечно, технология строительства звездолетов шагнула уже далеко вперед, и для экономичного и быстрого вывода больших, «неракетоподобных» объектов на околоземную орбиту вовсе не требовалось пользоваться ретроинфраструктурой космодромов второго этапа освоения космоса… Однако пассажиры челнока очень спешили, а этот способ позволял не только выйти на первую космическую скорость, но и сразу же получить мощный стартовый импульс, вырвавшись из основного гравитационного поля Земли.

Именно поэтому, когда включились основные и маневровые двигатели, кораблик, лишь немного подправив свое положение относительно планеты, в нарушение всяческих правил орбитального движения тут же рванулся, выходя по пологой дуге на «особую» орбитальную высоту, двинулся к одному ему ведомой цели. Мимо то тут то там проносились сияющие в космической темноте яркие звездочки, то были либо другие челноки, либо легкие околоземные патрульные катера регулирующих движение служб.

А порой и вовсе быстро приближающиеся искры разрастались до огромных размеров, превращаясь в вооруженные до зубов космические замки, один мощнее другого. Которые стыдливо именовались хозяевами в разговорах и интервью не иначе как «Внеземными поместьями». Которые конечно же, по самым высоким заверениям, не были сверхроскошными военными объектами и символом статуса клана, его суверенной околопланетной территорией, на которой не действуют даже законы Российской империи. А являлись просто этакими милыми орбитальными дачками, на которых подальше от земных и марсианских забот, а также всяческих подлых злопыхателей доживали свой век в покое и неприхотливом быту отошедшие от дел клановые элиты.

Причем зачастую, чем более жестокой и беспринципной была планетарная и космическая политика этих кланов, тем более слащаво описывали орбитальную жизнь своих стариков клановые спикеры и всяческие имиджмейкеры. Порой рассказывая, как проведшие всю свою жизнь в роскоши, балах, войнах и интригах аристократы, покинув настоящие планеты, можно сказать, «возвращаются к земле». Занимаются огородным хозяйством, развивают традиционные народные промыслы, присматривают и балуют своих самых маленьких потомков. Окруженных, конечно же, толпой сирот-погодок, взятых на попечение по инициативе самих стариков из детских домов для самых низких социальных групп населения.

Кто-то из простых людей, может быть, и верил, что, проведя по-настоящему шикарную, почти лишенную многих ограничений жизнь, аристо в возрасте вдруг обретали прозрение и стремились дожить свою жизнь, ничем не отличаясь от обычных пенсионеров, только более обеспеченных, а потому способных совершать куда больше хороших дел. Но те, кто был хоть немного знаком с обновленной клановой темой, конечно же, понимали, что все это сказки. Причем появившиеся поначалу вовсе не в Российской империи, а на территории бывшей Либерократии, где стало популярно рассказывать, как по клановой станции носятся толпы чернокожих детишек, принятых сердобольными североамериканцами из приютов разоренного «Великим переделом», «Клановыми войнами» и новыми нашествиями орд нежити Африканского континента.

Впрочем, одними из немногих во всем мире и, пожалуй, единственными в обновленной Российской империи, кто не поддался подобным модным мировым веяниям, был и остается клан Ефимовых. Чьи представители прямо и без обиняков заявляли, что станция не какое-то там «поместье», а одна из самых мощных на орбите Земли боевая крепость! Военный объект, соваться к которому посторонним категорически не рекомендуется! И им верили…

Может, потому, что у унаследовавших характер своего основателя потомков клана слова редко когда расходились с делом, а может быть, потому, что даже у самых отмороженных и коррумпированных чиновников из Имперской Канцелярии и за весь годовой бюджет государства, положенного им в карман, не могла зародиться идея действительно предпринять что-нибудь против этого столь приближенного к престолу клана. Особенно касательно никем не исполняемого декрета о «Демилитаризованной стационарной орбите Земли», изданного очередной раз воссозданной после последних войн общепланетарной и ничем на самом деле не управляющей болтологической организацией на манер давно почившего в веках ООН.

Что, конечно же, не касалось различных медиа и СМИ, не раз и не два в интересах контролирующих их кланов из разных стран пытавшихся раздуть скандалы вокруг «Милитаризации Ефимовыми космоса», ловко манипулируя общественным мнением своих государств. Впрочем, подобные попытки обычно натыкались на то, что Ефимовы просто публиковали в общедоступной межпланетной сети фотографии и подробные голографические планы, а также схемы вооружений мирных «внеземных поместий» и «вилл» тех, кто пытался играть с ними в подобные игры, после чего в этих кланах начиналась форменная паника и непрекращающаяся головная боль.

Ведь мало того, что эти данные были совершенно секретными, так еще полностью подрывали безопасность космической крепости. Многие из которых при орбитальной осаде или любой другой форме нападения рассчитывали в первую очередь именно на свои замаскированные системы вооружения. Изменить общее расположение которых было ну очень нетривиальной задачей. Особенно у китайских кланов, которые, по их же словам, любили «прикидываться свиньей, чтобы съесть тигра!», видя в этом некую исконно китайскую мудрость. Тем более что официально бряцать оружием у них традиционно до сих мор могло только правительство.

Впрочем, сейчас ни пассажиров, ни экипаж летящего на огромной скорости челнока ни китайцы, ни другие иностранцы совершенно не интересовали. Как и патрульные службы орбитальных регуляторов, в иное время попытавшиеся поймать и остановить подобного лихача магнитными излучателями принудительной швартовки, эту цель старательно игнорировали… Так же поступали и клановые станции, которые вполне были вправе пальнуть чем-нибудь по столь опасно приблизившемуся на огромной скорости летательному аппарату.

Вот только на этот корабль их хозяева даже косого взгляда бросить не смели. У них у самих, впрочем, сейчас было чем заняться. Ведь в этот момент в прямом смысле уходила целая эпоха, и кто-то уже радостно открывал свои лучшие запасы шампанского, а его люди уже вовсю устраивали клановые гулянья. А кто-то, наоборот, грустя в душе, дожидался срочных новостей, понимая, что то, что должно было вскоре случиться, рано или поздно неизбежно произошло бы!

И так было по всей планете, ведь тех, кому «наплевать», можно было найти разве что среди простолюдинов, с трудом изыскивающих способы очередной раз выискать парочку кредитов, чтобы не спать сегодня опять голодными. А вот среди клановых людей вряд ли можно было найти того, кто, будучи хоть немного адекватным, мог оставаться сегодня равнодушным.

Борт же номер один Российской империи, в свою очередь, несясь по орбите почти через всю планету, не соблюдая правила и не проводя согласований, ныряя из орбитального пространства одной страны в другое, старался как можно скорее добраться до орбитальной крепости Ефимовых. Ведь в данный момент даже самые отмороженные представители кланов из других государств не посмели бы не то что попытаться сбить столь важный кораблик, но даже перевести в активное состояние свои системы активного наведения. Ведь случись что, дабы Российская империя не взбесилась, их просто стерли бы с лица вселенной свои же. И в этом участвовали бы и те, кто раньше был их друзьями, и те, с кем объявлена кровная месть.

Сейчас, в 2190 году, когда прошло уже почти сто лет после той бойни, которая была названа впоследствии Великим переделом, момента, когда кланы как в Империи, так и во всем мире, словно взорвались и началась новая масштабная война, можно сказать, всех против всех, нацеленная на полный передел собственности… И то была не новая мировая, ведь между странами как бы ничего и не происходило… Даже если при этом активно менялись их уже ставшие условными территориальные границы.

То был так называемый «Рубеж пассионарности», когда вследствие взрывного увеличения как числа сильных одаренных, так и общей клановой массы, государства в какой-то момент просто потеряли способность собственными независимыми от кланов силами сдерживать их все растущие амбиции, сохраняя статус-кво. И амбиции эти в один момент прорвались, словно лопнувший от излишней накачки воздушный шарик, выплеснув в мир хаос и анархию, в которых по всему миру существовали только клановые интересы и ничего другого не принималось в расчет.

В те годы, как сама Империя, так и семья императора всероссийского, выжили только из-за непоколебимой поддержки связанного в ними кровью большого и могущественного клана Ефимовых, который, несмотря даже на эльфо-кентавровое население, хоть и не являлся уже самым крупным в стране, но по силе в значительной степени превосходил любых конкурентов. Дело в том, что в какой-то момент ощущение приближающегося «Взрыва» не могли более игнорировать даже самые твердолобые аристо, а потому именно люди вдруг стали по всему миру самым ценным ресурсом.

Там, где еще недавно, морщась, отворачивали нос от людей из народа не то что с тремя, но даже уже с четырьмя открытыми чакрами, практически бесценным для кланов стал даже тот, кто просто смог открыть первую муладхару. Во многих странах не осталось даже неодаренных, которые не принадлежали бы в итоге к тому или иному роду, и все были рады, ведь им так долго промывали мозги тем, какое это счастье и удача стать клановым человеком! Что конечно же не вознесло ни слабых магов с воинами, ни тем более простых людей к власти и богатству, а в первую очередь напитало кланы подчиненным им человеческим ресурсом. А в итоге подорвало военные и прочие сдерживающие возможности их стран, потерявших свободный мобилизационный фонд, что и привело в итоге к Великому переделу.

Именно наличие в Российской империи такой силы, как Ефимовы, способствовало тому, что другие крупные семьи удалось довольно быстро стабилизировать, что значило сохранение государства как такового, но вовсе не означало примирения или полного взаимодействия между кланами. Слишком много накопилось к тому моменту обид и претензий, просто до некоторых вдруг резко дошло, что быть пусть своей толпой, но в одной группе с соседями, куда как выгоднее, чем стать правителем собственного минигосударства, столкнувшись однажды с таким крупным и разъяренным супербараном, как Ефимовы. Так что Россия не повторила судьбу Европы, где хоть и сохранились сильно уменьшившиеся основные страны, появилось целое лоскутное одеяло из маленьких, но очень независимых клановых государств.

В любом случае с тех пор прошло уже много времени, минул целый век. Ситуация в значительной мере стабилизировалась, и пусть политическая карта мира и изменилась, но крупномасштабные боевые действия на поверхности родной планеты земляне уже давно не вели. Слишком много появилось песочниц, в которых можно было повоевать друг с другом, не разрушая в пламени войны свой родной дом. Вечно кипящий от конфликтов между колониями Марс, Луна, которая и ранее не отличалась спокойствием. Ресурсодобывающие платформы на орбите Венеры, да и просто околоземный космос в конце-то концов. А ведь есть еще «Второй мир», который тоже сейчас активно подвергался колонизации, что не очень-то нравилось местным аборигенным расам.

Когда станция Ефимовых выросла, полностью закрывая собой горизонт, мерцая огнями с теневой стороны и притягивая к себе взгляд, все еще разогнанный челнок ловко подхватили стыковочным лучом, умело гася скорость и не позволяя экипажу и пассажирам внутри почувствовать дискомфорт от резкой остановки. А еще через пару минут борт номер один затянуло в один из ангаров, где тут же замерцала оранжевая предупредительная световая маркировка.

Кентавры… кто бы мог подумать, что мифические полулюди-полулошади окажутся самыми великолепными и непревзойденными техниками и инженерами на космических верфях. Пусти человека в космос без подготовки, и он в невесомости будет не лучше размахивающей лапами жабы или лягушки. Пусти лошадь в космос, и животное, скорее всего, сойдет с ума. Но кентавр в космосе, в невесомости… казалось, что эти существа буквально родились для таких условий.

Ни грамма паники. Выверенные движения и даже лучшее самочувствие, нежели в планетарных условиях. Первые же пробные полеты клана, отвезшие двуруко-четырехкопытных в невесомость, буквально вызвали шок у всего мирового сообщества. Более того, бывшие философы, поэты и воительницы за столетие родили чуть ли не настоящий культ, ну, или, точнее, концепцию пустотной инженерии и механики. А также показали выдающиеся результаты в технологических дисциплинах и точных науках. Ведь там, где шестилетний человеческий ребенок в среднем тупит, пытаясь сложить два плюс два, родственники легендарного Харона в двухмесячном возрасте выдают правильный ответ, если их уже познакомили с не особо нужной в прошлом мире полулошадиному племени математикой.

Это не значит, что в полноценном взрослом возрасте, который у них наступал к девяти годам, кентавры были умнее людских восемнадцатилеток. Просто мозги у них работали немного по-другому, особенно у мужчин. И там, где ранее лезли в голову мысли о смысле любви или жизни, если заранее заложить техническое ядро, пространные думы об «общем» их уже особо не интересовали. Были и поважнее вопросы.

Ну а если предоставить кентаврам не только невесомость, знания, но еще и искусственную гравитацию и оборудование, а тем более пустотные скафандры, то при работе в открытом космосе они давали хомо сапиенсам прикурить по полной. Во-первых, они были в разы сильнее по своей природе, а потому не выглядели неуклюжими манекенами из-за внутреннего давления даже в образцах первого космического поколения. А во-вторых, их скорость передвижения на четырех ногах с магнитными захватами была куда выше, чем у людей. Вкупе с легкостью усвоения технических знаний же…

В любом случае ситуация кардинально менялась, если сравнивать уже с одаренными. В бою же, на обшивке корабля или планете с низкой гравитацией, копытным и вовсе делать было нечего. Во-первых, крупные цели. А во-вторых, обученный маг или воин все равно были сильнее и быстрее. Да и не интересовала особо это племя именно космическая война.

Со звонким металлическим чавканьем челнок наконец пришвартовался в воздушном доке, где уже вовсю бегала двуногая обслуга и скакали техники. Через мгновение с тихим шипением отворился входной шлюз, и из него тут же выбежали два человека. Точнее, человеческий мужчина и эльфийка, которую он тащил за руку, и тут же побежали в сторону внутри станционного докового монорельса, где их уже дожидался пассажирский вагончик с приветливо открытыми дверями.

– Саша, погоди, я не могу так… – крикнула девушка, и мужчина замедлился, поймав ее, споткнувшуюся, в свои объятия.

– Алина, – покачал он головой. – Мы должны поспешить, иначе не успеем.

– Да, но я на каблуках… – со смущением ответила эльфа и тихо взвизгнула, когда парень, подхватив ее, как принцессу, на руки, в разы быстрее побежал вперед.

Хотя почему «как принцессу». То и была самая настоящая принцесса, а точнее, одна из прямых наследниц старшей семьи клана Ефимовых, Алина Григорьевна Ефимова, ныне императрица всероссийская. Коей стала в результате коронации, состоявшейся после пышной свадьбы с человеком, который сейчас держал ее на руках, на которой гуляла, пожалуй, вся Империя.

Александр, он же шестой император Российской империи, знал ее буквально с самого детства, так что каких-либо шоков или эксцессов из-за подобного межрасового союза никто не испытал. Нет, имелись, конечно, в России, но в основном в других странах и радикальные борцы за чистоту человеческой расы и полубезумные фанатики, считавшие эльфов высшими существами, потому как они ближе к природе… Но все это были просто разные степени сумасшествия.

Так уж распорядилась межмировая природа, что эти две антропоморфные расы просто никогда не смогли бы полностью слиться друг с другом. Все же люди с Земли – это не их аналоги из «Второго мира», а потому хоть общее потомство у них и было возможно, но вот неких метисов-полуэльфов не существовало. Если рождался мальчик, то он был стопроцентным человеком. Если девочка, то у нее были остренькие ушки и кровь в ней лилась чисто эльфийская.

Ученые до сих пор ломали голову над подобным парадоксом, но лишь немногие посвященные знали, что то было делом рук, ну, или помыслов богини Ивилады, еще времен начала ацтекского вторжения во «Второй мир». Полностью исключить появление новой жизни она не могла в силу своей природы, а вот не допустить кровосмешения с ненавистными врагами и, может быть, чуточку смягчить судьбу своих пленных верующих – вполне. Ну и так интересно извернулась в итоге история, что спустя века, когда ее народ вынужден был уживаться с уже другой ветвью земного человечества, тогдашнее решение избавило ее народ от угрозы полного исчезновения.

Вагон со свистом несся по проложенной под потолком общественных залов клановой станции, иногда ныряя в распределяющие тоннели. Алина сидела на кресле, потупившись и о чем-то задумавшись, а Александр стоял у прозрачной двери, с хмурым выражением лица глядя на проносящиеся мимо панорамы космического орбитального города Ефимовых.

В общем-то, в другое время и в другом месте подобная ситуация, когда эти двое могли бы оказаться в столь публичном месте в полном одиночестве без свиты и гвардейцев охраны, была просто нереальной. Но здесь, на орбитальной станции Ефимовых, чужих людей просто не могло быть. Потому-то их величества и не стали дожидаться сопровождения, первыми выбежав из челнока.

Сказать по правде, Александру не очень нравилась ситуация, которая складывалась в стране, которую он унаследовал, и в остальном мире. Общество стало предельно дискретным и совсем жестко клановым, что полностью отличалось от того, что было еще в прошлом, двадцать первом веке. Да, с одной стороны, стало, конечно, в какой-то мере безопаснее, но с другой – если не считать нескольких самых крупных городов имперского значения, каждый кусочек земли стал чьей-то неотделимой собственностью. По сути, государством в государстве.

Так что, если то был обычный человек, а не чиновник Имперской Канцелярии, проехать, например, из Москвы во Владивосток он мог только двумя путями. Либо на скоростном поезде, либо орбитальной переброской. А вот так, чтобы, как встарь, отправиться своим ходом, например, в Тулу, а оттуда до Урала и там через Томск в Новосиб и так далее…

Подобной возможности подданные империи просто лишились. Без предварительного согласования клановые вообще никого не пускали на свои территории, так что такого вот путешественника развернули бы еще где-то в Подмосковье. Отправив в клановое представительство, подавать заявку на транзитную визу и ждать решения клановой бюрократии после обязательной проверки. А то вдруг ты на самом деле шпион какой или задумал чего нехорошее!

Впрочем, такая вот ситуация сложилась сейчас по всему миру. Точнее, по всей планете Земля, потому как «Второй мир» в силу своих особенностей требовал совершенно другого подхода к освоенным территориям. А Марс и Луна так и вовсе были этакими масштабными вечными фронтонами.

Особенно Луна, на которой после войны совместными усилиями большинства стран благодаря новым магическим разработкам была создана искусственно удерживаемая кислородная атмосфера и проведено частичное терраформирование спутника. После чего еще с помощью одной известной богини пошаманили над ядром спутника, увеличив его и разогрев, что позволило запустить естественное вращение планетоида.

Что, кстати, вызвало натуральную истерику у некоторых известных в мире личностей, которых в прошлом можно было бы причислить к разнообразным экологическим активистам. Уж больно «уникальную экосистему Луны» им стало вдруг жалко. Хотя на самом деле просто после того, как люди наконец избавились от маленьких поселений, накрытых лунными куполами, пострадали меркантильные интересы некоторых кланов, занимавшихся их обслуживанием. После чего была дана публичная отмашка на истерический вой.

Для Марса же… для того чтобы провернуть такой же фокус не с маленьким спутником, а с настоящей планетой, у земной цивилизации покуда просто не хватало ни сил, ни ресурсов, ни, самое главное, единства. Да даже с той же Луной столь глобальный проект не раз и не два находился на грани краха. Все время чего-то да не хватало, срывались сроки и то и дело поднимался стон об опасности подобных противоестественных экспериментов.

Мол: «Уроните Луну на Землю, и начнется армагедец! Не трогайте то, что и так хорошо висит миллионы лет!» Но ничего, сделали. И ничего не упало. Более того, астрономы почти век уже заявляют о каких-то чрезвычайно положительных космических тенденциях, за которыми они внимательно наблюдают. А в последнее время и вовсе распространилась и стала популярна теория об искусственном происхождении спутника Земли. Созданного, мол, некими предтечами как некий тест на «взрослость» человеческой цивилизации.

Основывались подобные мнения не только на «неких положительных тенденциях», появившихся после «Лунного проекта», но и на так называемом «Феномене затмений». Уж больно странно расположен земной спутник относительно расстояний от планеты до Солнца, так, словно кто-то специально сделал так, чтобы с Земли размеры у этих небесных тел казались одинаковыми.

– Брат! Мы уж думали, ты не успеешь! – перехватил императора с супругой на выходе из остановившегося вагончика молодой гвардейский офицер в ефимовском парадном мундире, дожидавшийся прибытия пары на припаркованном прямо на платформе легком левитирующем флаере. – С прибытием! Алина!

– Прости, Андрей, новость нас во время визита в Бразильскую Корону застала, – пожимая руку офицеру и помогая супруге забраться в летающий транспорт, произнес молодой император. – Пока объяснились, пока челнок на направляющую рельсу поставили… В общем, спешили как могли. Жив еще?

– Жив… – тяжело вздохнув ответил Ефимов, выгоняя флаер на магнитную дорогу и быстро набирая скорость. – Вас ждет, видимо.

– Успели… – тихо всхлипнула эльфийка, уткнувшись носом в плечо мужа.

* * *

Начиналась новая эпоха. В огромном зале в окружении не менее сотни ближайших родственников и примерно такого же количества сподвижников на специально возведенном для него ложе уходил из этой жизни патриарх и основатель клана Ефимовых. Кузьма Васильевич Ефимов, аватар Антиматерии, герой Империи, Земли и «Второго мира». Могучий, но сильно сдавший в последнее время старец лежал на своем последнем ложе, а вокруг на почтительном отдалении от него стояли его ныне немногочисленные все еще живые дети, сами почтенные старики и лидеры клана, и куда большее количество внуков, правнуков и других потомков.

Рядом же с умирающим находились три с виду молодые женщины, одна из которых, эльфийка, держала его за когда-то сильную, а ныне какую-то усохшую руку. Богиня Иви с любовью и нежностью смотрела на постаревшее, но не утратившее величия лицо своего мужа, и из ее глаз медленно одна за другой катились крупные слезы. Последняя из живущих ныне супруг патриарха, она не собиралась покидать ставший для нее родным клан и после его смерти.

Возле нее не стесняясь рыдала первая дочь, Ася Кузьминишна Ефимова, бессмертное существо, перенесенное патриархом в молодости из какого-то другого мира. Все такая же молодая, словно ей было всего двадцать лет, эта Ледяная Королева уже давно пережила и своего мужа, и детей, и даже внуков с многими правнуками и все равно плакала, словно самая настоящая маленькая девочка.

Третьей же была старая учительница Кузьмы. Тоже молодая, как и почти двести лет назад, бессмертная лаоши Ву Шу. Сейчас она с болью смотрела на самую большую неудачу в ее и без того долгой жизни. И нет, дело не в том, что патриарх был плохим учеником или у них не складывались отношения друг с другом. Наоборот, он был лучшим, таким, о котором она ранее и не мечтала! Вот только…

К ее большому сожалению, энергетическая структура землян вовсе не подходила для практик культивирования бессмертия, существующих в ее родной Наднебесной Империи «Второго мира». Так что всю свою новую жизнь она провела в изысканиях и экспериментах, пытаясь подстроить свое мастерство под иную, отличную от единого ядра даньтяня чакральную систему людей с планеты Земля. Однако… она не успела, хоть ее труд и принес великолепные результаты.

Вначале умер ее муж, затем на войне погибли два сына, а когда появились первые плоды напряженных исследований, ее самый лучший ученик уже был слишком стар для начала культивации. Одаренные земляне, хоть порой и бывают в разы сильнее практикующих, да и живут значительно дольше родившихся без способности, все равно смертны. Так что сейчас, глядя на ставшего ей еще одним сыном когда-то молодого человека, превратившегося в почтенного старца, она не могла не чувствовать сожаления. А от него, как говорили в ее народе, лекарства не существует.

Совершенно неожиданно толпа, собравшаяся в зале, заволновалась, задвигалась, и в первый круг пробрались император и его супруга, почтительно поклонившись лежавшему перед ними предку, который, явно заметив их, слегка улыбнулся. После чего, кивнув, сжал руку своей супруги, с трудом повернув голову, посмотрел на нее, что-то прошептал и наконец, закрыв глаза, как-то расслабился.

– Он… ушел, – громко произнесла богиня, едва сдерживая нахлынувшие на нее эмоции, а услышав разнесшийся по всему залу плач, аккуратно устроила руку покойного на одеяле и, повернувшись к своим многочисленным родственникам, произнесла: – Не плачьте! Не стоит! Он бы не хотел видеть ваши слезы. Он мечтал о том, что вы с гордо поднятой головой встретите новый день и смело пойдете в будущее. А он… Кузьма. Он устал. Он давно уже хотел уйти, чтобы иметь возможность встретиться с ними и наконец-то вновь увидеть ее!

– Кого ее? – сквозь всхлипы тихо спросила императрица, которая была прямым потомком богини.

– Конечно, ту, которую он любил всю свою жизнь больше всего, хоть и щедро делил свое сердце на всех своих жен, – даже не замечая, как из ее глаз текут слезы, улыбнулась богиня. – Я конечно же говорю о его Нине. Той самой Зайке, с которой он скоро встретится, и, быть может, они вновь, как это уже один раз было, пойдут вдвоем на собрание в честь открытия нового учебного года в магической академии какого-нибудь другого мира… Чтобы, нарушив все правила, сбежать из зала, и, дабы не попасться дежурным, они спрыгнут с крыши прямиком в густой осенний парк!

Content

Алексей Широков, Александр Шапочкин
Финал

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Эпилог