Станислав Петров

Беседка

Сегодня, в пасмурную погоду, я решил выйти и прогуляться. Довольно редко я удосуживаюсь выйти на улицу. Почувствовав выгорание, я незамедлительно стал собираться в небольшое путешествие, дабы привести себя и свои мысли в порядок. В подобные мероприятия я беру немного-немало: термос в красивой гравировке с зелёным или молочным чаем внутри, в комплекте к этому — красивая с овальным очертанием керамическая кружка (ручной работы), свой любимый бежевый шоппер, который отлично сочетается с цветом весны и моей лёгкой и свободной одеждой, какую-нибудь интересную книгу, которая заинтересовала меня своим отрывком увиденным на просторах интернета и, пожалуй, что-нибудь перекусить к чаю.

Выйдя с подъезда, я тут же приметил на лавочках засидевшихся бабулек и, как по привычке, непринуждённо поздоровался с ними. Наверное, меня так воспитали, здороваться со всеми во дворе. В детстве, помню, я помногу раз здоровался на улице в своём крохотном посёлке, который на тот момент казался мне очень большим. Здоровался я с бабушками, дедушками, тётушками. Как меня, так и их — это заставляло улыбаться, и улыбаться так, что даже начинали болеть скулы.

Пройдя немного подальше я заметил одинокий дворик, на котором, по сути, постоянно должны засиживаться такие же дети, каким и я был когда-то. Если так подумать, то какое же детство было у меня? Обычно, я его, как мне ошибочно казалось, сильно не запоминал.

Я присел на лавочку, она была немного потрёпанной и уже облезшей, но меня это ничуть не смущало, наоборот, мне от этого даже становилось комфортней, видимо, от неё веяло чем-то родным. Напротив меня стояла беседка. Площадка была окружена деревьями и зеленью, по этой причине я и выбрал это место. Я пригляделся на заброшенную беседку. К моему удивлению, хоть с неё давно и слезла краска, и она уже была покрыта скорее самой “древесиной” — я находил это более отрадным. Собою беседка представляла шестиугольник c квадратными окошками, которых связывали вытянувшиеся вверх тонкие балки.

Я задумался. Мои мысли прервал лучик света, опустившийся с неба на землю и коснувшийся, словно с усилиями пробивавшийся через листву. Почувствовав тепло, я интуитивно решил подойти туда, где пробиваются тёплые лучи. Помню, как даже в школе я предпочитал в любое время: будь то осенью, зимой, весной или летом — купаться в лучах родного тепла. Осенью, конечно, этих лучей было довольно мало, но даже так, я примечал себе первую парту возле окна, куда с утра уже било моё спасение. Так же и зимой, вот только в этот раз приходилось учитывать и расположение батарей, ведь мне чаще всего в зимнюю пору приходилось мёрзнуть, что я прям ну очень не люблю. А весной… весна в этом плане ко мне была очень добра, я обожал весну во всех планах, что может быть лучше, чем лежать на томных уроках, сидя в свободной рубашке расправив галстук и ловить тёплый ветерок, будто находясь в каком-то астрале. Летом мне приходилось лишь пару раз посещать школу, когда приходил сдавать учебники, и, когда повторно сдавал аттестат в десятый класс. Славные и обыденные были деньки в то время… Жаль, что их не вернуть.

Я приметил, что беседка была довольно просторной, а вход был настолько простой и интересный, что его даже было сложно описать. В общем, он не представлял из себя что-нибудь сложное или неописуемое, можете представить, что это самый обычный и просторный вход в какую-нибудь детскую качель. Ещё было очень странно, что она была совершенно чистая, то есть, даже приглядевшись, я не заметил, чтобы там был хотя бы один окурок сигарет, не говоря уже о бутылках и фантиков излюбленной детской продукции. Я решил войти в столь удивительную, по-моему мнению, беседку, уж не мог не насладиться таким прекрасным изобретением людской природы в свои-то годы. На данный момент мне было уже двадцать четыре.

Беседка была очень удобной, не смотря на то, что по сути своей её сидушка была просто деревом. Облокачиваясь головой на перила этой конструкции я так же не почувствовал никакого дискомфорта. Очень странно, я мысленно был готов к тому, чтобы ощутить на своём затылке боль…

Я закрыл глаза. Скрестил руки. В моменте уже забыл, что принёс шоппер и всё находящееся в нём сокровище. Просто забылся, наслаждался лучами солнца, будто струями лившиеся, как летний дождь на эту беседку.

— Отныне, это мой дом! — язвительно, как будто на публику сказал я себе и оставил эти слова в безответном молчании.

Наслаждаясь пением птиц, дуновением ветра, шелестом листьев, я просто почувствовал то, что мне так давно уже недоставало. Работа, дом, сон — и так по кругу. Этот цикл меня преследовал и в детстве, и в подростковом периоде. Казалось, в какой-то момент вся эта цикличность сама собой испарится в ближайшем будущем. Я думал: «Вот, скоро пойду в школу и моя жизнь точно изменится, буду хорошо учиться и стану хорошим учеником, которого все будут любить!» В школьное время я думал: «Вот, пойду на работу, после чего буду делать всё что захочу, буду отдыхать сколько захочу и работать столько, сколько за-хо-чу!» Честно признаться, раньше я был довольно глупеньким, хотя, скорее недоразвитым, сам не пойму, как смог измениться. И даже так, сейчас я, по сути, придерживаюсь той же точки зрения, что и всегда. Всё-таки, я же застрял в цикличности своей глупости.

Пожалуй, сейчас я ничего из этого не ощущал. Я чувствовал покой и умиротворение между собой, а главное между природой. Такие обывательские природные пикники мы устраивали с семьёй. Прекрасное было время. Помню, как на меня вечно ругался дедушка, а все остальные с забавой и улыбкой на лице пытались насладиться моментом и посмеяться над моей юностью, посмеяться с грустным ощущением, как мне кажется, на тот момент.

Ребёнком быть здорово. Будучи им, ты не совсем понимаешь, что происходит, ты не понимаешь: почему маме бывает грустно, почему тебе не могут купить новую игрушку, почему папы нет дома и почему он бывает выпивший. Я считаю, та призма, под которой мы видим этот мир, будучи детьми, это самое глупое и счастливое время, которое может с нами быть. Самое прелестное в дестве — это воспоминания о нём. Те самые интересные и забавные моменты, например: когда с другом наступили случайно на муравейник, а спустя секунду обнаруживаете, что все обитатели этого дома уже яростно атакуют вашу гигантскую ногу, и вы, будучи в невероятном удивлении: убегаете от этого муравейника за три девять земель, как будто он вот-вот нагонит вас. Да, всё-таки, детство — это прекрасное время.

Открыв глаза, я заметил, что тот свет, который яро лился на беседку, уже опустился к моим ресницам и поменял оттенок. Не понимаю, как меня угораздило здесь уснуть до вечера? Собрав все свои вещи, напоследок, с лёгким паром, а точнее с грустью — я ушёл.

На мои кеды били тёплые лучи. По пути заскочив в магазин и купив там мороженое, уже спустя десять минут я оказался дома. Принял душ, включил телевизор и стал смотреть детские мультики, которые в совокупности с холодным мороженым «СССР», должны были вернуть меня в детство. Так и случилось, к счастью и удивлению.

Завтра я снова захотел вернуться в тот прекрасный райский уголок. Утром собрал вещи. На этот раз уже более подготовленный. Отправился в путь. Идти было недалеко, но я, для того чтобы дать себе некую свободу и отрекаясь от мнения окружающих, раньше думав, что это будет зазорно, взял зонтик.

У подъезда я конечно же встретил бабулек и решил перекинуться с ними парой слов:

— Здравствуйте, дорогие бабушки! как у вас дела? Как вы себя чувствуете? — с улыбкой и непринуждённо, спросил я.

— Здравствуй, милок! У нас всё как обычно, по-старому. Видим, что ты как-то изменился, у тебя что-то приключилось, молодец?

— Нет! Что вы, у меня тоже всё как обычно. Вдыхаю полной грудью свою молодость, — с задорностью и улыбкой ответил я.

— Ух, какой славный, что ж, видим, что ты путь держишь далёко.

— Пожалуй, но не так уж и далёко, приметил вот одно чудесное место, собираюсь посетить его.

— О-о-о, ну, это святое, в добрый путь!

— Спасибо! — ответил я им на прощанье.

На этом и поговорили, мне даже понравилось.

Идти к этому месту мне было где-то минут двадцать. Погода была ясной, по пути я успел насладиться красотами природы и пением птиц. Путь в основном был между довольно больших холмов, где распластались деревья и проходила дорога. Поднимая голову и посмотря немного правее, можно было увидеть, как земля уходит ввысь, а свисающие деревья закрывают своими листьями от лучей света и создают приятнейший тенёк. Они ещё так забавно и задорно полоскались от ветра. Кажется, с сегодняшнего дня я нахожу прекрасное не только в том райском месте, но и в самом пути, в целом.

Я почти дошёл до точки назначения. Когда настало время поворота в чащу леса, на котором располагалась забавная беседка, я обнаружил, что путь, ведущий к ней — исчез. Меня это привело в ступор. Я стал волноваться и принялся вспоминать то, как я добрался до этого места. Простояв там минут десять, в голову ничего не могло прийти такого, что могло бы хотя бы указать на ошибку в моей памяти или расчётах. Дорога отсутствовала — это факт. А поворачивать мне было прямо в этом месте. Недолго думая я решил проложить эту дорогу сам.

В лицо били ветки, но я решил не отступать, всё-таки уж очень полюбилось мне это место. Пока я получал по лбу, птицы и зверьки, слышавшие мои неудачи, словно посмеивались надо мной. От этого был немного раздражён.

Пройдя, пожалуй, достаточно приличное расстояние и получив по своей “шапке” достаточно “приветов”, я, всё-таки, не обнаружив там ровным счётом ничего, решил вернуться назад. Путь был таким же болезненным, но в этот раз мне не казалось, что природа глумилась надо мной, наоборот, оставила наедине с собой. Меня мучил вопрос, как же исчезла эта беседка? Я решил оставить поиски и раздумия на второй план. Тут думай не думай — только мыслями время растянешь зря.

Оставив эту дорогу позади, храня это прекрасное мгновение в сердце, я отправился на прогулку дальше, в этот раз, на поиски чего-то нового, нового и прекрасного.

Content

Станислав Петров
Беседка