Обида

Глава 1

Обида сотворила его. Сильное и красивое было заложено в Роджера ей. Он помнил, что всю свою сознательную жизнь воспитывался этой удивительной «няней». Но пришла она раньше. Раньше, чем сознание зашевелилось в его мозгу. Она была старше его разума.

Древняя Наставница, появившаяся у наших предков в незапамятные времена, всё ещё была сильна в двадцать первом веке. Она выбирала, направляла, влияла…

День 144.

Первое появление Наставницы. Отец, Глен, играючи забрал у Роджера любимую игрушку - резинового поросёнка. «Ну здравствуй, малыш! - сказала явившаяся в ту же секунду «Мэри Поппинс»». Взрыв плача и гневное махание ручками побудили маму, Элис, выхватить у мужа и вернуть эту драгоценную для ребёнка вещь, эту причину яростного извержения на законное место. Улыбка удовлетворения растянула лицо грудничка.

Дни 325 – 372.

Наставница не покидала его ни в один из этих дней. Обида за своё неумение ходить обжигала Роджера при каждом падении. Он плакал, краснел, закатывал истерики, бил кулачками того, кто подходил его поднимать. «Мне не нужна помощь! Я встану сам! – кричала его маленькая сущность доступными ей способами выражения». 365-372 дни Обида приходила намного реже - он практически уже не падал. Природа сделала своё дело – ножки малыша окрепли. «И стоило меня торопить? – сказал бы он своей «Мэри Поппинс», если бы умел говорить и связно думать».

День 612.

Очередная вспышка Обиды - появление Наставницы, - о которой стоит упомянуть.

Классический случай – ссора в песочнице. Роджер вцепился мёртвой хваткой в соседского пацана. Который, между прочим, был старше него на год. Обида явилась, когда старший не захотел отдавать нашему малышу милостиво одолженную ему до этого лопатку. Вместе с Наставницей тут как тут явилась Злость. Но Ярость… Ярость сшибла с ног даже Злость и взяла управление в свои руки. Отец Альберта – именно так звали старшего мальчика, - кое-как отодрал своё шокированное чадо от Роджера. Это была первая встреча его сына с Яростью. Элис взяла своего малыша со всё ещё перекошенным лицом на руки и начала успокаивать. Именно в тот момент она впервые ощутила огромную силу, исходящую от будто наэлектризованного ребёнка. Тогда же и Обида подчеркнула его имя в реестре своих воспитанников. «Этот – то, что надо, - подумала она. - У остальных и четверти его силы нет».

День 1288.

Чистенький и нарядный Роджер с мамой за ручку вышел из дома в одном из прекраснейших своих настроений. Небо обещало чудесный, безоблачный день. В планах был парк аттракционов.

Но в то время, как реальных туч в ближайшее время не предвиделось, туча в кавычках бежала навстречу нашему герою в виде противной и наглой собаки. Вредина семейства псовых вместе со своим беспечным хозяином - из тех, кто всегда водит своих зубастых без поводка и говорит: «не бойтесь, она не кусается», - забрели далеко от своего дома – раньше их здесь никто не видел. Нарядный мальчик привлёк внимание лучшего друга человека. Псина весело побежала к нему.

Роджер испугался стремительно приближающейся к нему слюнявой пасти. Для него собака была огромной – морда упёрлась бы ему в грудь. Малыш стал махать ручками и кричать. Элис пыталась спрятать, отгородить его на время. На то время, которое нужно было хозяину, чтобы успеть добежать до них. Если бы он побежал…

- Да не беспокойтесь - она у меня не из кусачих, - улыбаясь крикнул хозяин животного, не спеша ковыляя к потревоженным людям.

Но то ли псина в этот день была не в настроении, то ли Роджер сильно уж махал ручками. Паршивка увернулась от отгонявшей её Элис и цапнула ребёнка за ногу… Разорвала штанину и смешала клочья от неё с кровью мальчика…

Не боль вызвала Наставницу. Обида пришла оттого, что был испорчен нарядный костюмчик. Оттого, что его планы пощеголять в новеньком были так грубо, так по-хамски разрушены какой-то глупой барбоской. Роджер издал страшный вопль и вцепился в уши обидчицы. Тянул и рвал. Собака была в шоке. Она заскулила и попыталась выдернуть свои - пока ещё достойного вида, - слуховые аксессуары. Не вышло. Мальчик вцепился в них ногтями и пытался оторвать от башки. Мама и хозяин собаки разнимали их около минуты. Этого времени было предостаточно для того, чтобы превратить красиво торчащие до этого объекты гордости и любования всех потомков волчьих в жалкие окровавленные лохмотья.

Хозяин перепугался. За мальчика, за жизнь своей собаки, которой грозило усыпление, в случае обращения родителей мальчика в суд. Или за свой бубен, в который может дать папа ребёнка. Не так важно. Главное, что он быстро привязал свою окровавленную псину к стоявшей неподалёку лавочке, схватил Роджера на руки и побежал, крикнув перед этим:

- Нужно скорее обработать! За тем домом есть аптека.

Шокированная мама молча последовала за ним. В аптеке он купил всё необходимое, сам обработал и перевязал рану. После чего стал извиняться и предлагать деньги. Элис отказалась – ранка была совсем небольшая. Сказала, что претензий не имеет. Добрая женщина, что скажешь. Мадина, её подруга, хорошенько бы расчехлила этого собачатника. Каясь и извиняясь, мужчина убежал к оставленному товарищу.

День 1825.

Детский сад «Керемет».

Воспитательница Анна незаслуженно поругала Роджера за пролитую другим мальчиком воду. Ярость хотела растерзать истинного виновника образования пятна на ковре, но Обида, не искавшая лёгких путей, рассудила иначе. «Цель – воспитательница, - заявила она». «Нет, я, конечно, помогаю росомахам прыгать на волков, - ответила на это Ярость, - но там и стимулы другие – защита потомства, голод». «Стимулы я тебе предоставлю не хуже, - усмехнулась Наставница».

Обида за несправедливое обхождение, за то, что его выругали перед всей группой, даже не разобравшись в ситуации, начала жечь душу Роджера. Он ничего не видел и не слышал вокруг, всё его существо сконцентрировалось на сидящей в конце комнаты воспитательнице. Та весело болтала со своей коллегой Ларисой и уже позабыла о произошедшем только что инциденте. Уйма таких происшествий случалась на дню. Для неё эта была чепуха, не заставлявшая сердце биться быстрее. Но не для него… Он бесшумно побежал к своей цели – не хотел её спугнуть. И только в самый последний момент - уверенный, что это уже никак не спасёт обидчицу, - Роджер издал страшный крик… Его зубы вонзились в ногу Анны.

Шрам у этой не разобравшейся в ситуации тётеньки остался на всю жизнь…

День 2722.

Один из самых памятных дней в жизни Роджера. Обида в его сознании материализовалась. Его воображение нарисовало Наставницу молодой, строгой девушкой. Теперь он мог разговаривать с ней и получать не только чувственные, но и вербальные уроки. Этому способствовал инцидент в школе.

Самый сильный мальчик в классе – коротко атаман, - расположился за партой Роджера во время перемены. Игорь – так звали этого превосходно физически развитого одноклассника, - не встал даже после звонка. Удобно расположился. Наш герой попросил его освободить место, на что получил грубый отказ и совет катиться куда подальше. Произошедшее далее было примитивным, жестоким и травмирующим зрелищем для всех детей вокруг. И очень печальным для атамана класса. Зубы Роджера лишили нос Игоря изящества и красоты.

Серьёзные разговоры с классной руководительницей, родителями не возымели нужного действия на нашего маленького зверёныша. «Я прав,- говорил он всем. – Я первый никого не трогаю».

И это, как мы знаем, было правдой. Но общество человеческое требует вести себя по-человечески, даже если ты абсолютно прав. Нельзя, будучи правым, откусывать носы обидчикам, снимать с них скальпы и выщипывать брови. Даже Андерса Брейвика - совершившего омерзительнейшее преступление против людей, - всего лишь поместили в тюрьму. И может в этом есть смысл. Ведь кто такой преступник? Человек переступивший закон, взявший на себя огромный риск ради своих идеалов, денег, власти. А значит далеко не слабое существо. Стоит ли рассеивать так удачно сложившиеся атомы? Или лучше проводить работу с такими людьми? И направлять их энергию во благо общества? Жертвам этого, конечно, не объяснить. И никто из нас не знает, как поведёт себя на месте этих жертв. Для этого и существуют государство, законы, которые должны быть настроены так, чтобы людские ресурсы использовались с максимальной отдачей.

Вернёмся к Роджеру. Обиженный на учителей и родителей сидел он в своей комнате вечером. Обида наполняла его и атмосферу вокруг него. Он давно ощущал её присутствие. Все разрозненные по комнате частицы его Наставницы стали притягиваться друг к другу. Наконец, его воображение закончило свою работу. Перед ним стоял аналог той Мэри Поппинс, которую сыграла когда-то Наталья Андрейченко. Этот образ был одним из его любимых, у других просто не было шанса.

- Ну, здравствуй, Роджер! – улыбнулся завершённый образ.

- Здравствуйте, Мэри! – пошевелил губами мальчик.

- Шалишь, я смотрю! Нельзя себя так вести.

- Так это же я из-за вас…

- Знаю, знаю. Но пора уже с этим заканчивать. Побаловались и будет! Ты не животное. Ты человек.

- А как тогда… - начал запинаться пацан. – Если они…

- Будем учиться! – улыбнулась «Мэри Поппинс».

Будем учиться! С этого дня Наставница взялась за его воспитание. Когда вспыхивала обида, Мэри пыталась остановить спешащих на помощь Ярость, Злость и Ненависть и старалась помочь первым взяться за мальчика Логике и Разуму. Поначалу это удавалось с трудом. Трое первых, как взбесившиеся носороги, сметали с дороги скромно подходящих к мальчику двух последних. Но постепенно, используя свой авторитет и методы внушения, Обида добилась того, что Логика и Разум добирались до головы Роджера первыми. Иногда, конечно, Наставница сама их оттуда выкидывала, ворвавшись верхом на Ярости. «Будем учиться» - относилось в не меньшей степени и к ней, а может даже в большей. Не смотря на свой почтенный возраст и колоссальный опыт, Обида каждый раз приспосабливалась к своим воспитанникам. Разнообразие человеческих характеров, различных триггеров тех или иных чувств, миллионы не похожих друг на друга мыслей, которые по-разному натурально или примерно одинаково искусственно создают ответные действия на всё вокруг до сих поражали её.

Обида заряжала Роджера нешуточной энергией, которую последний, к её счастью, был в силах принять. Каждый раз, когда мальчик чувствовал несправедливость, видел, что кто-то умеет что-то недоступное пока ему, имеет то, чего у него нет, Обида начинала клокотать внутри. Он чувствовал в себе огромные силы. И желание. Чудесное, всемогущее желание, сметающее любые барьеры и препятствия. В его случае это было желание стать лучше, сильнее, превосходнее. Море казалось ему в такие моменты «по колено». Именно поэтому он и стал лучшим учеником в школе, сильнейшим драчуном – подкреплённая кулаками логика оказалась всё-таки лучше в этом юном возрасте, - виртуозным танцором в стиле брейк-данса.

Обида порой сильно его обжигала. Он ненавидел её в такие моменты. Ненавидел и любил. Эти обжиги давали ему больше, чем любые уроки и наставления. И он жаждал обжечься, снова и снова. Первоначальное желание никогда больше не испытывать такую душевную боль, такую сильную, раздирающую его сущность на части, обиду, сменялось вскоре желанием испытать эту пытку, после которой глаза его пылали огнём, ещё раз. И в более мощном варианте. Но обжиги становились всё слабее. Слабее и реже… Чем сильнее он становился, тем добрее и мягче становилась его Наставница, тем труднее было вообще её вызвать.

В десятом классе Обида приходила уже очень редко. В основном по делам любовным. Стать умнейшим и сильнейшим он, используя своё бешеное желание и иногда волю, мог, но как изменить данную от природы внешность? Нет, уродом он не был. Обычная средняя наружность, приправленная, конечно, великолепным сложением, добытым теми самыми желанием и волей.

Лицо. Никакие старания не изменят его. Девчонки могут его приукрасить, подчеркнуть имеющиеся выгодные черты. Но на общую картину то, что досталось от природы, влияет несравненно больше.

Мальчикам общества и времени нашего героя запрещены были даже такие подшаманивания. Вот и остались смазливые красавцы, будоражащие сердца прекрасной половины школы, единственными, кто ещё мог всколыхнуть в нём обиду.

Школьницы находились на той стадии своего развития, когда именно красивая внешность мальчиков привлекала их больше всего. Восхищение душой сильного пола было в зачаточном состоянии (сами души школьных пацанов недалеко ещё ушли от этого состояния). Со временем многие (или немногие) из них придут к осознанию истинной красоты мужчины, но сейчас… сейчас они мучили Роджера своим непониманием его силы, энергии и духа.

Хотя сила его уже сейчас притягивала их сущности к нему. Они чувствовали себя хорошо рядом с ним, уютно и в безопасности. Но симпатию с любовью отдавали «миленьким мордашкам».

Роджер чувствовал своё бессилие. Поначалу он щемлял, притеснял красавчиков. Те даже жаловались «принцессам» школы, просили, чтобы последние оказали давление на озверевшего атамана. Но преследование этих ребят - единственной виной которых были лица Аполлона, - само постепенно стало неприятным, неприемлемым для его гордости.

- Успокойся, Роджер, - сказала ему как-то Наставница. – С этим ты ничего поделать не можешь. Тебе не нужно нравиться всем девушкам. Когда-нибудь ты встретишь ту, после которой забудешь всех остальных.

- Я думал уже встретил. Несколько раз. Сначала Катю, потом Зухру. С Полиной тоже было всё прекрасно. Вот только эти «красавцы» грёбанные постоянно их уводили.

- Ты уникальный. Такой энергии нет ни у кого из этих красавцев. Даже десятины её нет. Пройдёт несколько лет, и ты будешь убегать от переизбытка женской любви к своей персоне. Просто потерпи.

Мальчик задумался.

- Девчонки что перестанут западать на красоту?

- Нет. Конечно будут. Но она будет не конкурент силе, энергии и разуму.

- А у меня будет много этого?

Мэри улыбнулась.

- У тебя уже этого много. Но нынешнее количество не конкурент будущему.

Роджер повеселел. Наставница надела шляпку – пора было уходить.

- А эта энергия - которой у меня много, - она тёмная?

- Кто тебе такое сказал? – удивилась Обида.

- С соседом разговаривали. С Васькой. Он сказал, что, когда человек выигрывает, когда чувствует радость и признание окружающих, он получает огромное количество светлой энергии. И эта энергия полезная, созидательная. Человек может использовать её для развития, самосовершенствования.

Наставница видела к чему клонит её воспитанник.

- А когда человек проигрывает, - продолжил Роджер, - уступает кому-то в чём-то или его обижают, он получает тёмную энергию. А эта энергия разрушительная, вредная. Она отравляет человека, делает его слабее, угнетает его.

- Чушь болтает твой Васька, - обиделась сама Обида. – И ты этому живое доказательство. Не важно с каким знаком ты получаешь энергию – с положительным или отрицательным, - главное сколько ты её получаешь и как используешь. Всё должно быть в меру. Слишком много положительной, также, как и отрицательной, человек может не выдержать.

Она взяла зонтик (лишний - как она заявляла, - для неё аксессуар. Но что поделаешь, - именно такой, с зонтиком, её изначально вообразил наш герой. Теперь не отделаешься) и подошла к окну.

- Ты то сам уже все виды энергии прочувствовал. Что думаешь?

Это было абсолютной правдой. Роджер использовал в своём развитии и светлые и тёмные силы. В последнее время даже больше светлые. Побед было больше, чем поражений. Порой он даже скучал по отрицательной энергии. В такие моменты ему помогал невысокий социальный статус его семьи. Он представлял всех этих мажориков на крутых тачках, как они отдыхают на недоступных для него роскошных яхтах. Обида была тут как тут. И энергией его начинала заряжать и наставления мудрые параллельно давала.

- Отрицательная энергия более побудительная, - ответил воспитанник Обиды. – Когда она втекает в мои вены, я чувствую острую потребность стать сильнее. Я готов «рвать и метать». Положительная более мягкая. Но очень, очень приятная. Так и охота закутаться в неё и ходить, никуда не отпускать.

- Почивать на лаврах хочется, - усмехнулась Наставница. – Рисковое это дело. Можно потом и за дело не взяться.

- Знаю. Но не всегда же ты будешь меня подгонять? Может я и сам смогу?

- Сможешь, когда придёт время! Бывай!

- До свидания, Мэри!

В следующий раз Обида заявилась, когда младшая сестрёнка Роджера Сьюзи слопала не предназначенный для неё кусок торта. Наш герой специально купил это сладкое чудо, притянувшее своим запахом сестрёнку, словно чёрная дыра своей гравитацией звезду (только притянувшийся оказался в этом случае поглотителем), с вечера, чтобы посмаковать утром.

- Вовсе я не обиделся, - сказал воспитанник, увидев свою Наставницу.

- Немножко было, - улыбнулась та. – Да и скучно мне стало, поболтать захотелось.

Роджер тоже хотел поболтать. Его мучил вопрос, возникший после прошлой беседы.

- Поболтать я люблю, - сказал он, усаживаясь завтракать. – Чай, печенья?

- Нет, спасибо. Эта грубая пища не для меня.

- А чем ты питаешься, кстати?

- Людскими эмоциями, чувствами.

- Мм, - жевал воспитанник свой хлеб с колбасой. – Так не интересно. Тортики, шашлычок, получается, никогда не ешь?

Обида усмехнулась.

- Если бы тебе был доступен вкус моей пищи… Но тебе этого не понять. Как мне не понять ваши тортики, шашлычки и колбаски.

Роджер молча жевал.

- А что ты имела ввиду в прошлый раз? – спросил он, наконец. - Ты сказала, что я смогу сам, когда придёт время.

- Это и имела ввиду. Я передам тебя другому учителю. Он уже не бу…

- Как другому? – перебил её воспитанник. – А ты? Ты уйдёшь от меня?

Кусок застрял в горле у мальчика.

- Если захочешь буду приходить, проведывать. Не расстраивайся. Ближайшие лет пять я точно буду с тобой.

- А почему ты, вообще, должна уйти? Зачем передавать меня?

- Я не работаю со взрослыми. Ну, в основном. У них уже другие наставники.

- Какие?

- У каждого разные. У тебя будет тот, которого ты заслужишь. И я постараюсь, чтобы он был самый лучший.

- Получается я всё равно не смогу сам…

- Ты будешь всё делать сам. Побуждать и заставлять тебя никто уже не будет. Наставник будет только направлять и воодушевлять.

Мальчик задумался.

- Значит отрицательной энергии не будет? Только светлая будет наполнять меня?

- Да, любопытный. Не думай пока об этом. Это ещё не скоро.

- А ты найдёшь себе нового ученика?

- Да их и сейчас у меня миллионы. Ты просто любимчик, вот и уделяю тебе больше времени.

- Ого-го, - Роджер расстроился. – А я думал, что я единственный.

- Ты для меня, как единственный, - утешала его Обида. – Особенный! Но и другие нуждаются в моих услугах. Не ревнуй!

Воспитанник уже доел свой завтрак.

- Знаешь, что… Все учителя, все книжки говорят, что ты нехорошая, что обижаться плохо. Но я то знаю, насколько ты классная. Как ты мне помогаешь. Почему другие не видят этого?

- Не умеют использовать отрицательную энергию, - пожала плечами Мэри. – Как твой сосед Васька. Постепенно сам всё поймёшь. Не спеши. Пусть твоё восприятие окружающего мира меняется плавно, постепенно. Твоё сознание постепенно будет крепнуть и ему станут открываться новые истины.

- А сразу нельзя?

- Нет. Вот представь себя в 30 лет. Сильный, мудрый. С намного более совершенным восприятием мира, чем сейчас. А теперь представь, что ты станешь таким завтра. Да ты просто с ума сойдёшь. Твой мозг не осилит свалившегося на него груза. Груза, который был бы манной небесной, если бы давался постепенно. Такие торопыги в сумасшедших домах оказываются.

Обида воспитывала Роджера. Она направляла его бешеную энергию в нужное русло. Вспыхивающий иногда – не без её, конечно, помощи, - с чудовищной силой огонь мальчика, Наставница заставляла работать на пользу. Вся энергия, которая иначе улетела бы в пространство – не забыв перед этим подсобить нашему герою в так необходимой ему порой порче внешностей некоторых обидчиков, - теперь шла на его колоссальную внутреннюю работу и самосовершенствование. Было трудно, но со временем Роджер научился управлять своим гневом, отвечать виновникам своего огненного состояния очередным апгрейдом. Не распыляться.

Ему очень повезло с Наставницей. В этом было его преимущество.

Не в этом ли главное преимущество тех, кто добился многого в этой жизни от тех, кто добился малого? Наличие достойных наставников. Которые помогают, направляют, воспитывают, закаляют, поощряют человека в том самом юном возрасте, когда это так необходимо. Ведь это весьма ускоряет процесс развития. Дети с хорошими наставниками совершенствуются, прыгают от одной ступени развития к другой намного быстрее детей без гида. Вот и образуется к среднему возрасту между двумя совершенно одинаковыми с виду людьми огромная пропасть во внутреннем капитале. Пропасть, которая делает конкуренцию между этими индивидуумами практически невозможной.

Представьте себе гигантскую библиотеку, забитую полезными и - мягко сказать, - не очень, книгами, с примыкающей к ней не менее обширной лабораторией со всякими материалами и устройствами. Такое простенькое изображение Жизни. Используя знания библиотеки, можно создать в лаборатории всё что душе угодно. Или даже без знаний – методом проб и ошибок. Заводят туда двух человек и говорят им создавать и творить. Вот только одному из них дают наставника, который уже и библиотеку вдоль и поперёк знает и в лаборатории много чего сам настряпал, а другому говорят: иди и пробуй сам. Вопрос: насколько второй должен быть уникальным, чтобы конкурировать с первым?

Некоторые из таких уникальных сами создают себе наставников, внутренних сенсеев. Лепят их из своей злости, нужды, мечтаний, веры, жадности, щедрости, стремлений… короче, кто на что горазд, используют то, что разжигает именно их.

Наш герой использовал обиду. Другого ему и не понадобилось – она одна оказалась превосходным учителем. Воображаемая наставница помогала ему упорядочивать свои мысли, отбрасывать лишнее и видеть истинно полезное в данный момент.

К 25 годам Роджер был уже генеральным директором «Гиги» - самого большого ТРЦ в городе. Обеспечил безбедную жизнь себе и своим родителям.

У хозяина «Гиги» Кудрата наш герой поначалу был обычным водителем. Отец с матерью были, конечно, против такого растрачивания талантов их сына.

- Водителем? – закричал отец, когда услышал о выбранной работе. – Лучший ученик школы, лучший боксёр страны (Роджер три раза становился чемпионом своей родины в этом виде спорта)! Красный диплом финансиста! Английский в совершенстве! И теперь – обычный водитель! Ты с ума сошёл!

- Сынок, послушай отца, - поддержала мужа Элис. – Столько работы над собой, чтобы стать водителем?

- Доверьтесь мне, - улыбнулся Роджер. – Эта работа обеспечит мне связи.

И обеспечила. Обеспечила связь, плавно перетёкшую в дружбу, с самим Кудратом. Последний сам был удивлён выбором работы Роджера.

- С такими достижениями и стал водилой? - то самое удивление, проявленное начальником на второй неделе работы нашего героя.

- Да, отдохнуть хочу немного от всего. Потом подумаю, - соврал Роджер.

Кудрат присматривался к своему новому водителю, общался с ним почти каждый день. Постепенно он им очаровался.

Остроумие, харизма, интеллект, идеальное знание английского, всегда прекрасное расположение духа, энергия удивляли всех, кого возил этот удивительный шофёр вместе со своим начальником.

- У тебя что и водители из Гарварда? – в шутку спрашивали друзья у Кудрата.

- А вы как думали? – смеялся он.

Дружба между шефом и подчинённым крепла. Роджер стал своим в семье своего босса. Они часто ужинали вместе. Несколько раз его даже брали с собой за границу.

- Хватит тебе растрачивать свою энергию впустую, - сказал как-то Кудрат нашему герою. – Я решил взять тебя в «Гигу». Там ты лучше раскроешься и мне пользы больше будет. Зарплаты вообще рядом не стоят.

Сначала владелец «Гиги» устроил Роджера независимым директором в свой ТРЦ. Необычный ставленник следил за деятельностью высшего менеджмента этого процветающего объекта. А вскоре и должность генерального директора для него освободилась. Кудрат перевёл его предшественника на недавно открытую в другом конце города вторую «Гигу». Менеджмент даже не возмущался. Все чувствовали энергию и потенциал молодого парня.

С Обидой встречи стали очень редки. Вызывал Роджер её теперь только искусственно, представляя тех, кто всё ещё был успешнее и богаче него. С трудом вызывал. Счастливому человеку тяжело почувствовать обиду и зависть.

Когда Наставница всё-таки приходила, они вспоминали старое. Прошлые уроки, наставления, приключения.

- Помнишь в школе мне никак не давался английский? – сказал как-то Роджер в одну из таких встреч.

- Да, - улыбнулась Обида. – Ты бесился тогда, говорил, что способности к языкам у тебя нет.

- Я помню, что ты сказала на это. Всю жизнь буду помнить, - ответил улыбкой на улыбку молодой директор. – Ты сравнила меня с танцором, который виртуозно исполняет один танец, но отказывается учиться другому, говоря, что у него нет способности к танцам.

- Ты сразу понял, что я имела ввиду.

- Да, - засмеялся Роджер. – Люди, виртуозно владеющие своим языком, говорят, что у них нет способности к языкам. Это помогло мне осознать, что способности есть у всех. Всё дело в желании и времени усвоения.

Они помолчали, вспоминая былые времена.

- Это самое время не даёт нам насладиться многим в полной мере, - высказался, наконец, Роджер.

- Почему это? Не успеваете?

- Не успевают люди полностью раскрыться. Спортсмены, люди искусства. Гимнастку, которая три года занимается, не сравнить с той, которая тренируется лет пятнадцать. Вторая покажет просто чудеса по сравнению с первой. А потом всё – тело-то стареет. А если бы мы жили тысячу лет, и она могла бы посвятить гимнастике лет 200? Что бы она показала? Я даже не могу представить. Нам это не доступно. И это везде – в профессиях, искусстве, спорте, любом творчестве. Мы наслаждаемся детскими показателями. Для тех, тысячу лет живущих людей, они были бы детскими, - пояснил он.

- А может они успевают дойти до предела человеческих возможностей? – ответила Обида. – И дальше - тренируйся ты хоть 500 лет, - ничего более сложного и совершенного не покажешь.

- Я ещё могу с трудом в это поверить в плане физических возможностей. Но разум, творчество… Их развитие бесконечно, оно не имеет верхней границы. Я верю в это.

- Я тоже так думаю, но их вы и так развиваете веками и тысячелетиями. Передаёте потомкам знания, и они начинают, уже имея огромный багаж знаний. Стоят на плечах гигантов.

Роджер задумался.

- Ты отчасти права. В части разума. Но творчество… Как можно другому человеку продолжить это удивительное, это неуловимое?

Наставница пожала плечами. Потом взяла со стола свою шляпку и зонтик.

- Ты как в детстве донимал меня своими нестандартными вопросами, так и сейчас продолжаешь. Пора мне. Бывай.

- До свидания, Мэри! – улыбнулся Роджер.

День 10322.

Наставница пришла не одна. Милая девушка, как две капли воды похожая на актрису Эмили Блант, залетела в окно вместе с ней. Шляпка, зонтик – всё, как у Мэри.

- Привет, Роджер! Знакомься – это Любознательность Эмили. Она тебя выбрала, - сказала Наставница. – Ты счастливчик. Дальше будешь направляться ей.

Роджер побледнел и застыл на месте, как истукан. Он был готов, он знал, что скоро Обида должна была передать его в руки другого Наставника, но Любознательность… Он ожидал кого-нибудь более мощного, звучащего, типа Воли к Власти, Властителя Душ, Пожирателя Измерений, Могущества…

- Привет, Мэри, - процедил он и к Эмили: - Здравствуйте! Очень приятно.

- Здравствуйте! И мне! Весьма о вас наслышана! – ответила Любознательность.

Роджер улыбнулся и отвёл Обиду в сторону:

- Ты ничего не напутала? Любознательность? Не шутишь?

- Конечно, нет. Ты на расхват был. Многие к тебе в наставники просились. Я выбрала лучшую!

- Лучшую? Чем она лучшая? Обычная любознательность!

Обида посмотрела на него, как на сумасшедшего.

- Извините, пожалуйста, Эмили, - мило улыбаясь, сказала она через плечо Роджера. – Нам нужно отойти поговорить. Неоконченное дело осталось, - соврала в конце, чтобы не обидеть гостью.

- Конечно, конечно! – ответила Эмили. – Я пока осмотрюсь на новом месте работы.

- Вот уж не думала, - негодующе начала Обида, когда они с Роджером вдвоём вышли из комнаты, - что буду объяснять тебе, что такое любознательность.

- И что же это такое? Будь добра просвети, - с сарказмом ответил воспитанник.

- Любознательность – это высшая, взрослая форма любопытства. У всех детей есть любопытство, но только у немногих взрослых оно перерастает в любознательность! И счастлив тот, с кем это произошло! Оно заставляет человека задавать вопросы, находить ответы. Если текущий уровень знаний, развития не позволяет осмыслить что-либо, то именно любознательность заставляет человека развиваться и доходить до нужного уровня. Используя только положительную энергию! А ты нос воротишь!

- Да я не ворочу. Просто я думал, кто-то более крутой и мощный будет моим наставником.

- Поверь уж мне – старой доброй Обиде, - Эмили – одна из самых крутых и мощных наставниц. Разве я посоветую плохое своему любимчику?

- Знаю, что не посоветуешь.

- Ну так иди к Эмили и радуйся! Она просто так не выбирает. Если выбрала – значит ты ещё мягкий и пластичный, склонный к быстрому развитию. Большой ребёнок, короче. Закостеневших она не жалует.

*****

Так и началась жизнь Роджера с новой наставницей. Очень скоро он понял всю крутость и мощь Эмили. Каждый день, благодаря ей, он стремился узнать что-то новое, ещё более усовершенствовать своё восприятие для чего-то трудного из этого нового. Любознательность разжигала его интерес, и ему было совсем не лень лазить по бесчисленным сайтам, находить интересных, оригинальных авторов, создателей качественного письменного и видео контента. Эмили воодушевляла его, когда он находил стоящие материалы, шедевры и остужала, если он забредал в ненужные для его продвижения и кругозора дебри. Она помогала ему вникать во все нюансы работы, становится истинным профессионалом. Поощряла знакомиться с интересными людьми. Особенно с теми, которые имели другие взгляды на жизнь, оригинальные мысли и мнения по разным вопросам. Общение с ними приносило ему огромную пользу и удовольствие.

Обида навещала его. Но не потому что он обижался. Такому полноценному и счастливому человеку – которым он теперь стал, - даже искусственно это не удавалось. Она приходила, как старый друг, не влияя на его мысли и действия. Просто поболтать.

- А есть такие, которых не хочет брать ни один наставник? – спросил как-то Роджер Мэри в одну из таких дружеских болталок.

Обида усмехнулась.

- Полно…

- И среди твоих воспитанников тоже?

- Некоторых своих я до конца их дней веду. Это ещё хороший вариант – не взрослеют просто никогда. Других отбирают Тёмные. Горечь, Злость, Гордыня, Алчность и так далее. Много желающих использовать хоть какую-то энергию. Иногда и мощные источники эти душегубы заполучают. Мои, кстати, у них особенным спросом пользуются. А среди них, ведь, и такие сильные, как ты, встречались.

- Почему твои особенным?

- Потому что я в воспитании и тёмные и светлые силы использую. Могу вызвать упорство и трудолюбие в помощь, бесстрашие и непоколебимую веру в свои силы, а могу злость с ненавистью, ярость, беспощадность. Развитие идёт быстрее, более насыщенно, чем у моих коллег, использующих только светлые. Но рискую… Темнота порой затягивает сильно.

- Понятно.

- Ничего - придёт время и даже детям я уже не нужна буду. На заслуженный отдых уйду. И Тёмные тоже уйдут. Человек сможет прекрасно развиваться, используя наших светлых коллег.

- Ой не скоро это будет, - покачал головой Роджер.

- Да. Твои внуки вряд ли доживут. А вот их внуки вполне себе могут, - улыбнулась бывшая наставница.

- А разве тёмные коллеги не ускоряют развитие, не насыщают его? – напомнил бывший воспитанник только что сказанное Обидой.

- Конечно ускоряют и насыщают. У современных людей. Большинства из них. Но в то же время дорого обходятся. Страшные вещи делают неразумные или слабовольные люди под их руководством. Человеку будущего лучше без них. Другой уровень культуры, развития и восприятия будет. Им не нужен будет кнут. Они прекрасно будут обходиться пряником. Пряником в виде радостей от творчества, открытий, исследований… да от тысячи прекрасных занятий и чувств. Полноценная жизнь…

- А кто не будет успешен в делах? – перебил её Роджер. -Зависть не затянет его?

- Нет, - резко ответила Мэри, будто ожидавшая этого вопроса. – Успехи, открытия братьев по расе будут также вдохновлять, как и свои. Да и потом – внесение даже малюсенькой лепты в продвижение человечества будет греть душу всем.

- Хотелось бы в это верить…

- Верь! Ладно мне пора. Рано расслабляться – я ещё не на пенсии!

Обида взяла шляпку и зонтик и подошла к окну.

- До свидания, Роджер!

- До свидания, Мэри!

Content

Обида

Глава 1