Странник. Интеграция

Глава I

Плоский контейнер открывается не сразу. Изначально ожидаю, что будет достаточно моей крови, но, как быстро выясняется опытным путём, необходимо ещё и коснуться коробочки кольцом главы клана. Идея приходит в голову Вэнру — как раз в тот момент, когда я уже готов пустить в ход ятаган, чтобы пробиться к содержимому.

Стоит приложить к небольшому контейнеру золотое кольцо, одновременно сжимая тот окровавленными пальцами, как слышу лёгкий щелчок. Сразу после этого на боковой поверхности коробки появляется тонкая линия, разделившая её на две равные части. А спустя мгновение верхняя половина приподнимается вверх.

Подцепив её пальцами, снимаю. Заглядываю внутрь. Небольшой лист бумаги сложенный вдвое и зелёный камень. То ли изумруд, то ли что-то на него похожее.

Достаю оба предмета, внимательно их рассматривая. Внутри камня имеется сгусток концентрированной амвы, а вот бумага выглядит абсолютно обычной.

Сжимая камень пальцами левой руки, разворачиваю лист. Хм. Это что, адрес? «Буконьевска, дом 72».

— Ну что там? — стоящий рядом Вэнр не удерживается от вопроса и я протягиваю листок ему.

Поэт бросает взгляд на бумагу и морщит лоб.

— Буконьевска… Буконьевска… Есть такая улица в Басфе. Вроде, около центра. Но что по этому адресу, я не знаю, — слова форинга заставляют меня удивлённо поднять брови. Дом в столице Ардонской империи? Не самое очевидное место для устройства тайника. Хотя, для меня так даже лучше. С Ардоном я, по крайней мере, знаком.

Что разочаровывает и отчасти злит, так это отсутствие какой-либо информации. Только адрес и камень. Я ожидал чего-то намного более серьёзного. Хотя бы какой-то зацепки по поводу артефактов или прошлого деда.

Опустив взгляд на сжатый в руке зелёный камень, думаю о том, что было бы неплохо спрятать его в пространственный карман. Машинально прогоняю в голове схему запуска навыка и удивлённо пялюсь на пустые пальцы.

Вскочив на ноги, судорожно вспоминаю описание Рэхтоном обратного процесса. К счастью всё получается — через мгновение камень снова оказывается в моей руке.

— У тебя всё-таки вышло, — на лице стоящего рядом Вэнра отображается полное изумление, а я медленно киваю.

— Как видишь. Ты бы тоже попробовал, — если прогресс связан с увеличением объёма амвы, то по идее, форинг тоже может справиться с задачей.

Спустя несколько минут и два десятка попыток, становится понятно, что для поэта задача пока относится к числу нереализуемых. Я же тестирую объём своего пространственного кармана. Как выясняется, металлическую коробку из тайника туда поместить вполне можно. Как и нож, который оставил мне дед. А вот ятаган или лук, отправляться на хранение упорно не желают. Учитывая, что отдельная стрела туда тоже не влезает, дело скорее всего в длине предметов.

Впрочем, опыты можно оставить и на потом. А сейчас, пожалуй лучше убраться отсюда. Опасность нам, скорее всего, не угрожает. Но вот находиться рядом с телом убитого нами пустотника, не хочется. Стоит даже на момент представить мучения, которые перенёс каждый из братьев, заключённый внутрь этого тела, как внутри поднимается волна ярости.

Да и задач на Домхане у нас не осталось. Тайник найден, информация получена. Теперь самое время отправиться на Ардон и выяснить, что именно находится по указанному адресу. Возможно, совсем скоро получится раздобыть вторую подсказку и отправиться за третьей. Не знаю, сколько именно этапов в маршруте, который разработал дед, но есть надежда, что он не стал чрезмерно всё усложнять.

Возвращаемся к ручью, где я смываю с себя основную часть крови. Тело всё ещё побаливает — пустотник успел неплохо меня приложить. Но это мелочи, если сравнивать с состоянием, которое было до его ликвидации и повышения ранга.

Приведя себя в порядок, бросаю взгляд на повеселевшего Вэнра.

— Готов?

— Конечно. Вперёд, к цивилизации, душу и чистым женщинам, — к поэту возвращается его привычное настроение, что заставляет меня усмехнуться. Порой кажется, что даже если весь мир вокруг рухнет, форинг всё-равно будет отпускать шуточки, да сочинять стихи, посвящая их летающим вокруг обломкам планеты. Конечно, при условии, что те будут напоминать ему очертания женского тела.

Поднимаю руку, чтобы вытащить жетон, но сразу же останавливаю её. Раз я теперь Бронзовый, то может получится обойтись без лишних жестов?

Концентрируюсь, сосредоточив внимание на жетоне и маршрутной монете, что лежит у меня в кармане. Несколько секунд ничего не происходит, а потом окружающий мир исчезает, сменившись непроглядной темнотой.

Момент и мы оказываемся в своих апартаментах Обители. Крутнувшийся на месте поэт восторженно декламирует.

Мы снова дома, снова здесь.

Где женщины бреют лобки,

И лихо усмиряют твою спесь.

Пусть даже были вы близки.

Не слишком складно, но основной посыл ясен. К тому же, поэт сразу же уносится в сторону ванной. В целом я его понимаю. Сам бы не отказался почистить зубы, а потом и помыться.

Перед броском в душ, форинг с грохотом ставит на столик мешок, набитый самородками, а в голову сразу лезут мысли по поводу награды. По идее, я должен отдать двадцать процентов Синклиту. Вернее, в данном конкретном случае, Чаргу.

При этом, мы отправились на Домхан не из зала Обители. То есть выход не был зарегистрирован официально. Не думаю, что это приведёт к серьёзным проблемам, но с другой стороны, зачем напоминать о собственном проступке? Пусть даже он невелик.

Шагаю на кухню, где запускаю кофеварку. Домхан прекрасен многим. Природой, доступными для Странника женщинами и неплохим вином, которое делают местные. Но вот чего мне там не хватало, так это кофе и бытовых удобств в плане гигиены.

Смотря, как медленно наполняется чашка, пытаюсь решить, как быть дальше. Прихожу к выводу, что оптимально всё же сообщить о выполненном задании и оплатить пошлину. Потом навестить тренировочный зал — после обретения Бронзового ранга и получения такого объёма амвы, старые навыки могли усилиться, да и наличие новых тоже стоит проверить.

Вернувшись в гостиную, сбрасываю нагрудник и усевшись в кресло, делаю глоток бодрящего напитка. Прикрываю глаза. Отпиваю ещё кофе. И быстро меняю решение. Тренировки отложим на потом. Прямо сейчас я пойду к Чаргу, зарегистрирую задание и оплачу пошлину. Дальше приму душ, переоденусь в подходящую одежду и мы с Вэнром отправимся на Ардон.

А вот после того, как станет понятно, что находится по тому адресу в Басфе, можно будет выстраивать дальнейшую тактику. Если это место обитания очередного пустотника, то стоит заняться подготовкой. Но может оказаться и так, что тайник укрыт в стене какого-то старого здания. Или, например, в номере гостиницы. Тогда можно будет вскрыть его немедленно, без использования силы.

На мой взгляд, так будет лучше всего. Сомневаюсь, что нам придётся сходу вступить в бой на территории Басфы — это всё-таки столица империи. Да и отследить наши перемещения не так уж просто. А вот времени можно сэкономить порядочно.

Внутренний рационалист бурчит по поводу того, что я окрылён успехом с первой подсказкой и на Ардоне всё наверняка будет непросто. Но переспорить его получается неожиданно легко и просто. Буквально пара минут и аргументов в пользу длительной подготовки не остаётся.

Вышедший из ванной Вэнр тоже отправляется на кухню, откуда доносится шум работающей кофемашины. За время проведённое в Обители, форинг успел освоиться в работе с бытовой техникой. Как мне кажется, ему доставляет удовольствие пользоваться вещами, которые недоступны остальным жителям Ардона. Либо просто радует факт доступа к подобным технологиям.

Вернувшись, усаживается на диван. И почти сразу проливает напиток на свой белый халат.

— Пёсьи лапы! Вечно норовят что-то не то сделать, — ругаясь, протирает пятно, только усугубляя ситуацию и в конце концов решает оставить всё так, как есть.

— Когда отправимся в Басфу? — переводит взгляд на меня и задаёт вопрос, после чего отхлёбывает кофе.

— Как только приведу себя в порядок и оплачу пошлину, — на меня внезапно накатывает усталость, из-за чего слова звучат вяло. А вот поэт недовольно морщится.

— А за что пошлину? Мы сами нашли заказчика, сами всё сделали. Никто нам не помогал. Даже Пёс милосерден к своим жертвам и добр к последователям. А тут пятую часть денег на ровном месте отбирают.

— Мы и так привлекаем к себе внимание. Не стоит усиливать эффект из-за кучки монет, — я озвучиваю свои резоны, но поэт всё-равно недовольно хмурится, что-то тихо бурча под нос.

Спустя пару минут допиваю чашку кофе и поднявшись, шагаю в сторону ванной. Забравшись под горячие струи воды, смываю смесь из пота, грязи и крови, которая покрывает большую часть тела.

Обратно выбираюсь только спустя десять минут. Странное дело — на Домхане я чувствовал себя отлично. А вот сейчас накатила такая дикая усталость, что хоть падай в кровать и отсыпайся десять часов кряду. Пожалуй, надо уточнить у Чарга, в чём может быть дело?

Сразу отправляюсь в свою комнату, где сбрасываю халат и облачаюсь в привычную для Ардона одежду. Вот за оружием придётся топать к личному хранилищу — весь огнестрел находится там. Зря я, наверное, не оставил хотя бы один револьвер в апартаментах.

Вернувшись в гостиную, застаю Вэнра выходящего из кухни со второй чашкой кофе. Заметив меня, помахивает рукой.

— Я тут подумал. Может продать самородки на Ардоне? Всё равно ведь туда собираемся, — парня похоже крепко заело на теме финансов.

— Это просто деньги, Вэнр. Которые всегда можно заработать ещё. Понимаешь? Не стоит на них зацикливаться, — услышав мои слова, форинг кривит губы и усевшись в кресло, прищуривается.

— Ты вот вроде не так богато жил до этого. А сейчас ведёшь себя так, как будто вырос в семье миллиардера. У нас золота на две тысячи цехинов. Ты только представь, сколько всего на это купить можно? — в голосе сквозит определённое возмущение и я слегка улыбаюсь.

— Как по мне, тысяча шестьсот цехинов — это тоже неплохая сумма. Которой нам более чем хватит, — говорю вполне искренне. Если судить по ценам Ардона, то этих денег может быть достаточно, чтобы купить приличный дом в предместье того же Нэффора. На столичную недвижимость их уже не хватит, но если вести речь об остальной территории империи, то вариантов масса.

— Не ценишь ты добытое потом и кровью, — Вэнр мрачно покачивает головой и делает ещё один глоток кофе.

Усмехнувшись, подхватываю мешок с самородками и шагаю к выходу. Поэта я сейчас отчасти понимаю — если ты только что выбрался из состояния бедности, цепляешься за каждую крупную сумму, которая оказывается в руках. Само собой, не испытывая большого желания ею делиться.

Оказавшись в коридоре, быстро добираюсь до «каморки» Чарга. Стучу в дверь. Открывает он в этот раз только спустя секунд двадцать.

— А где экипировка? Оружие? Всё потеряли что-ли? — прищурив глаза, осматривает меня с ног до головы, зацепившись взглядом за мешок.

Точно. Я притащил золото, но совсем забыл о снаряжении Вэнра, которое было условно взято в аренду.

— Всё принесу. Хотя кое-что могло прийти в негодность. А сейчас нужно разобраться с заданием и оплатить пошлину, — на последних словах, управляющий Медным ярусом снова фокусирует внимание на мешке с самородками и отступает назад, распахнув дверь.

— Вы там задание умудрились найти? Облапошили дикарей наверное, да? Мешочек то солидным выглядит, — оценивающе разглядывает прихваченное мной золото. Я же едва не отвечаю, что вообще-то мы взяли не так много, если отталкиваться от ценности оказанной услуги.

На этот раз проходим чуть дальше полупустой прихожей, оказавшись в чём-то вроде зала приёмки. Пара больших столов, несколько вариантов весов. Измерительные приборы. Тут масса всего.

Чарг ловко взвешивает золото, после чего откладывает в сторону несколько кусков породы, в которую вкраплён драгоценный металл и снова возвращается к измерению веса. Наконец поворачивает голову ко мне.

— Два с половиной фунта чистого золота. Пятую часть я забираю, два фунта остаются тебе. Но хочу напомнить, за испорченую амуницию придётся заплатить, — на последних слова, глаза слегка поблёскивают. Видимо, управляющий рассчитывает получить неплохую компенсацию за повреждённую экипировку.

— Я всё помню, Чарг. Сейчас принесу, сам посмотришь и рассчитаемся. Только сначала я бы хотел всё это продать. За ардонские цехины, если ты не против, — обозначаю ещё одну цель своего визита и пузатый мужичок удаляется в соседнюю комнату.

Возвращается с парой кошельков, которые набиты золотыми монетами. Протягивает их мне.

— Можешь не пересчитывать, всё точно. И это… Тут такое дело… — на момент заминается, видимо не зная, как продолжить, а я вопросительно поднимаю брови.

— Заходил Смотритель Канц Ройен. Интересовался, куда вы с форингом отправились и зачем. Просил сообщить, как только вернётесь в Обитель. Ты уж извини, но я обязан с ним связаться, — чуть виновато заканчивает он короткую речь.

Хм. Канц? Тот самый льдистый Странник, который явился для расследования убийства в Басфе. От меня-то ему что нужно? Хочет ещё раз проверить показания? Или появились какие-то подозрения на мой счёт?

В любом случае, контакта не избежать. Как мне кажется, при желании он и вовсе может последовать за мной в любой из миров. А если говорить о цивилизованных, то ещё и окажется в состоянии разыскать.

— Сообщи. Мне нечего скрывать от других Странников, — формулирую ответ так, чтобы он звучал полностью безобидно, но Чарг сразу же кривит губы в ухмылке.

— Ну да. Единственному из клана Вязовых абсолютно нечего скрывать. Всё как всегда, — в голосе сквозит ирония, но разум цепляется не за неё, а за последнюю фразу.

— В каком смысле, как всегда? — вопрос вырывается практически сам собой, а вот мой собеседник на момент задумывается.

— Ну-у… Был у нас тут один архивариус. Отличный мужик, я тебе скажу. Жаль, что сгинул на том дурацком задании. Он как-то обмолвился, что у клана Вязовых всегда так. Все считают, что никакого наследника нет, а очередной Мастер последний с этой фамилией, но стоит тому загнуться или исчезнуть, как появляется потомок. И что самое интересное, предыдущий всегда оставляет завещание. Забавно, правда? — только теперь понимаю, что управляющий куда более пьян, чем обычно. Движения его не выдают, но вот глаза выглядят именно так, как и должны у прилично набравшегося человека.

— И часто такое происходит? — решаю воспользоваться случаем, а Чарг ненадолго задумывается.

— Он говорил о трёх случаях. Сам понимаешь, в архиве скучно. Только и дел, что пить, да перебирать бумажки. Вот он и совмещал, — грустно усмехается Странник.

— Хочешь сказать, что каждый из клана Вязовых становился Мастером Синклита? — спрашиваю прямо в лоб, но формулировка Чарга явно смущает. Подняв руку, с озабоченным видом чешет нос.

— Получается так. Судьба у вас, видать, такая, пробиваться на самый верх, — пожимает он плечами.

— И как попасть в этот архив? Что для этого нужно? — перехожу к следующему моменту, который меня интересует, а мужичок разводит руками.

— Сейчас уже никак. Тебе, по крайней мере. Вот как получишь Золотой ранг, тогда сможешь подать запрос. А так, архив закрыт для всех, кроме Мастера Айрва и тех, кому он выдаёт допуск. Года три уже такой порядок, — зевнув, он объясняет правила, а я чувствую разочарование.

Впрочем, следом за ним сразу приходит подозрение. Три года? Ради чего можно закрыть архив, где всего лишь хранятся записи истории Синклита? Которые, к тому же, не сильно интересны всем остальным Странникам. По крайней мере, если верить словам того же Чарга.

— Ты экипировку-то принесёшь? У меня тут дела ещё, — управляющий напоминает об амуниции и я киваю, быстрым шагом направляясь к двери.

По коридору буквально мчусь. Хочется как можно быстрее вернуться и расспросить Чарга дальше. Пожалуй этот мужичок знает куда больше, чем мне показалось изначально. Надо же — сколько раз я с ним беседовал, а про клан Вязовых и странную схему появления наследника, он вспоминает впервые.

Оказавшись рядом с апартаментами, протягиваю руку к дверной ручке, когда слышу шорох за спиной.

— Умри, отродье! — срывающийся голос выкрикивает фразу, а потом мне в спину бьёт волна воздуха, впечатывающая лицом в дверь.

Глава II

Хрустит сломанный нос и я на момент теряю ориентацию. Впрочем, состояние длится не дольше секунды — из него выводит громкий голос за спиной.

— Вот и всё! Ублюдок! — в словах столько ненависти, что, кажется, я ощущаю, как она физически давит на затылок.

Рывок влево. Вернее, только его попытка — тело не хочет толком слушаться. Зато выходит включить навык невидимости — теперь меня окружает жёлтая аура. Не успеваю порадоваться, как чувствую резкую боль в правом плече. А потом меня снова швыряет в сторону ударной волной.

Рухнув на пол, перекатываюсь в сторону. Перед глазами всё мельтешит, но тем не менее, как-то оценить ситуацию у меня выходит. Вон та размытая фигура, что сейчас почти рядом со мной, и есть противник. А судя по острой боли в правом плече, он успел меня ранить.

Бью тем единственным, что у меня имеется — воздухом. Правда не слишком успешно — если в голове это выглядит, как удар, который унесёт нападающего дальше по коридору, то на деле выходит только слегка его притормозить.

Оружия нет. Я даже кинжал оставил в апартаментах. Единственное, что имеется — простенький нож в пространственном кармане. Пытаюсь извлечь его оттуда, сразу забросив в левую руку, но ничего не выходит. Разум слишком расфокусирован.

Бью ногой, стараясь попасть по коленной чашечке. Как ни странно, это получается. Правда выходит слишком слабо, чтобы остановить противника или свалить его на пол. Тот лишь издаёт глухой выкрик и яростно обрушивает свою правую ногу сверху вниз, видимо, намереваясь попасть мне в живот.

Полностью выйти из под удара не выходит, но успеваю чуть сместиться в сторону — ступня врезается в боковую часть живота.

Вижу, как за спиной противника распахивается дверь и в проёме появляется Вэнр, в правой руке которого сжат топор.

Неизвестный отвлекается, поворачиваю к поэту голову. А я обхватываю своими ногами его левую конечность, пытаясь всё-таки опрокинуть на пол.

Хорошая новость в том, что у меня это получается. Плохая — он успевает ударить по форингу точно такой же воздушной волной, из-за чего тот врезается спиной в дверной косяк.

Машинально пробую оттолкнуться правой рукой и сразу же ору от боли. А ублюдок всаживает кинжал в мою правую ногу. Чёрт! Артерия — если зацепит, мне конец.

Подтягиваю ноги к себе. Резко выпрямляю их, впечатывая обе ступни в бок противника. За счёт этого немного отъезжаю назад. Нож! Почему он так и не появляется в руке?

Снова приподнимаюсь. Вижу, как вскакивает на ноги нападающий. В отличие от меня, он не ранен. И судя по всему, чувствует себя вполне бодро.

— Сдохни уже тварь! Я отомщу за всех! — пока он кричит, делая шаг ко мне, взгляд смещается в сторону Вэнра. Вижу я теперь немного лучше. Так что различаю лежащий на полу кинжал. Видимо, раньше он был в левой руке форинга. Теперь же валяется совсем рядом с ним.

Сам поэт пытается встать на ноги, но делает это слишком медленно. К моменту, когда вернётся в строй, меня уже прикончат.

Тянусь воздухом к его оружию. И подняв короткий клинок в воздух, отправляю в цель. Наметить точное место попадания в моём текущем состоянии сложно. По сути, я бросаю его наугад. В итоге, тот вонзается то ли в правый бок, то ли в правую часть спины противника.

Тот что-то орёт, бешено кривя лицо. А я выдёргиваю оружие из раны. Снова вгоняю его во вражескую плоть. Ещё раз.

Опираясь на левую руку, чуть приподнимаюсь и отползаю назад, помогая себе целой ногой. Нужно убраться подальше от этого психа. Иначе упадёт и всё равно изрежет мне все ноги.

Сам нападающий падает на колени, что-то рыча от боли и ярости. А я выдёргиваю своё оружие, собираясь нанести четвёртый и уже куда более прицельный удар.

Внезапно чувствую, как теряю контроль над клинком — через мгновение тот звякает, покатившись по камню. А меня самого как будто придавливает к полу неведомая сила.

Вэнр тоже стоит на месте, пялясь куда-то дальше по коридору. Форинг уже поднялся на ноги и держит топор, но в бой не бросается. Либо просто не может это сделать.

— Что здесь происходит? Объяснитесь. Немедленно, — сухой голос кажется слегка знакомым и я прокручиваю в голове воспоминания последних дней. Точно. Канц. Смотритель всё-таки явился на Медный ярус. И благополучно помешал мне разобраться с нападавшим.

Рядом проходит фигура, облачённая во что-то вроде белой мантии. На момент задерживается рядом со мной — сыпет какой-то жёлтый порошок на раненую ногу, плюс добавляет ещё одну щепотку на правое плечо. Не сзади, где находится ранение, а спереди, но, видимо, это не так важно. Потом смещается к моему противнику, повторяя процедуру.

Жжение. Очень сильное, я бы сказал. Как будто я до крови расцарапал ногу об ядовитые кусты, а потом посыпал сверху перцем. Да и с плечом творится нечто похожее. Странно, что я вообще смог продолжать бой после таких ранений. Возможно дело в изменениях тела, которые происходят по мере накопления амвы.

— А теперь рассказывайте. Что здесь произошло? — зрение уже вернулось в норму и я хорошо вижу льдисто-синие глаза, безразлично за нами наблюдающие.

— Я возвращался к себе, когда этот парень напал сзади. Ударил воздухом, а потом пытался достать кинжалом. Сначала в спину, а потом ранил в ногу. Он же атаковал моего форинга. С моей стороны это была защита, — выталкиваю из себя слова, которые получаются не слишком разборчивыми из-за сломанного носа. Но Смотритель, вроде бы, всё понимает.

Переводит взгляд на Странника, что меня атаковал. Этот так и стоит на коленях, бешено сверля меня взглядом. Окровавленный кинжал всё ещё сжат в руке, но пошевелиться он не может. Хотя, однозначно пытается — вижу, как напрягаются его мышцы, которые пробуют толкнуть тело вперёд.

— Он должен умереть! Вся моя семья мертва из-за него! Я должен убить ублюдка! — судя по зашкаливающей ненависти, он реально верит в тот бред, что несёт. Тогда как я абсолютно ничего не понимаю.

Улавливаю лёгкую заинтересованность, которая внезапно появляется на лице Канца.

— Вся твоя семья? Когда Странник Кир успел их убить? Рассказывай, — слова звучат сухо, но Золотой явно заинтересовался обвинениями со стороны нападавшего, что вызывает у меня лёгкое возмущение. Какого чёрта тут происходит? Он всерьёз предполагает, что я мог отправить на тот свет родственников этого парня? Да я его самого вижу впервые, что тут говорить о гипотетической родне.

Впрочем, ответить он не успевает. Сзади слышатся быстрые шаги, а потом и голос новоприбывшего.

— Боюсь, это не совсем в вашей компетенции, Смотритель Канц. Я сопровожу этого юношу в камеру, где и проведу допрос, — говорит с некоторым волнением и как мне кажется, небольшой опаской.

Оперевшись на левую руку, пытаюсь приподняться. Жжение в ноге уже практически исчезло. Да и боли там почти нет. Давление, из-за которого я не мог толком пошевелиться, тоже ушло. Видимо Канц понял, что в роли агрессора тут выступал не я.

Поэтому становлюсь на одно колено, получая возможность охватить взглядом всё место действия разом.

Новое лицо — ещё один Странник с золотистым жетоном на груди. Выглядит вроде уверенно, но вот в глазах скрывается сомнение. Как будто он опасается ответной реакции своего оппонента.

Сам Канц пока хранит молчание, пристально рассматривая его. Не уверен, какие эмоции сейчас испытывает последний из Ройенов, но скорее всего, размышляет над возможностью конфликта. Возможно, взвешивает свои шансы. Сложно что-то понять, если лицо человека напоминает застывшую каменную маску.

Через какие-то несколько секунд, баланс сил меняется — из-за поворота выскакивают ещё двое Странников. Один тоже Золотого ранга, второй Серебряного. А за ними поспешает Чарг, чей жетон сейчас тоже вывешен наружу. Только сейчас понимаю, что никогда раньше не задавался вопросом о его ранге. Теперь же становится понятно, что он тоже Серебряный.

Не знаю, как насчёт управляющего Медным ярусом, но ещё двое из только что прибывших, точно намерены играть на стороне того Странника, что хочет забрать парня. И Канц это прекрасно понимает.

— Нападение одного Странника на другого, это тяжкое преступление. Абсолютно немыслимое, если это происходит в Обители Синклита. Я хочу принимать участие в расследовании, — веско роняет слова, пялясь на главного в тройке Смотрителей. Но того уже так просто не пронять. Прибывшая поддержка явно подпитывает его уровень уверенности в себе.

— Понимаю и разделяю ваши чувства, брат Канц. Но как я уже сказал, это вне вашей компетенции. К тому же, вы уже ведёте одно крайне важное для нас расследование. Буду признателен, если вы позволите нам выполнять свою работу, — у него даже тембр голоса поменялся, когда прибыло подкрепление. Исчезли подрагивающие нотки и прорезался металл.

Договорив, кивает в сторону нападавшего, что по-прежнему стоит на коленях, подрагивая всем телом. Вижу, как дёргается его челюсть — тот явно пытается что-то сказать, но ему не дают. Скорее всего кто-то из новой троицы Смотрителей.

Серебряный подхватывает под руку паренька с кудрявыми золотистыми волосами, и рывком поставив на ноги, толкает перед собой. Машинально ожидаю, что на него сейчас наденут наручники, но тот и так забрасывает руки за спину. Вряд-ли сам — скорее всего сопровождающий применяет навык управления воздухом, контролируя конечности.

Беловолосый молча наблюдает за тем, как уводят задержанного. Я же поднимаюсь на ноги и машинально прижимаю пальцы левой руки к носу.

— Мне нужно взять ваши официальные показания. Факт нападение неоспорим и подтверждён наблюдательными артефактами. Но согласно Уставу, я должен вас опросить, — поворачиваю голову, рассматривая говорящего.

Одет абсолютно обычно — джинсы и белая рубашка, плюс кожаные туфли. Что резко контрастирует с обликом Канца, который выглядит так, как будто явился сюда с тайной встречи магов. Или инквизиторов. Второе, пожалуй, даже ближе по духу.

— Я могу всё объяснить в апартаментах? — не успеваю закончить последнее слово, как тот радостно кивает, сразу же шагая к двери. А в беседу снова вклинивается льдистый Странник.

— Хотелось бы присутствовать при этой беседе, — голос не выражает никаких эмоций, но идущий ко мне Смотритель, сбивается с шага. Глянув на собеседника, торопливо возражает.

— Мы ведь только что обсудили границы компетенции и полномочий. Не думаю, что это будет уместно, — к концу второй фразы голос обретает уверенность и он продвигается ещё на пару метров.

— Я лишь хочу присутствовать в роли друга и наставника Странника Кира Вязова. Устав разрешает подобное, если речь идёт о новичках, — Канц медленно излагает слова и в коридоре на пару мгновений устанавливается тишина.

— Он ваш друг и наставник? — взгляд Золотого Смотрителя упирается в меня, тогда как в голове лихорадочно крутятся мысли.

Как поступить? Не сказать, что беловолосый был дружелюбен, когда прибыл на место убийства в Басфе. Но при этом Рэхтон называл его относительно адекватным и независимым игроком, которого никто не смог подмять под себя. Если Рейон и преследует какие-то цели, то они, скорее всего, не связаны с одной из фракций внутри Синклита.

А вот троица примчавшихся сюда Странников, скорее всего связана с Айрвом. Рыжий здоровяк упоминал, что большинство Смотрителей, это его родственники, либо приятели.

— Да. И я не против его присутствия во время допроса, — я подтверждаю версию Канца и стоящий в паре метров Золотой озадаченно хмурится.

Правда, дальше дискуссию не развивает — молча указывает беловолосому на дверь и тот шагает к проёму, заставив Вэнра податься в сторону.

Когда оказываемся внутри, Рейон неожиданно оказывается рядом. Протягивает мне щепотку того порошка, которым посыпал раны, недвусмысленно кивнув на сломанный нос.

Подставляю ладонь и дождавшись, пока он высыпет туда порошок, прикладываю её к носу. После чего усаживаюсь в кресло, пережидая очередной приступ дикого жжения. Только теперь, помимо этого слышится отчётливый хруст, сопровождаемый болью.

Ощущения далеко не самые приятные, но зато полученный результат радует — если не считать следов крови, нос выглядит, как новый.

Коротко пересказываю все обстоятельства случившегося. Хотя, там и рассказывать особенно нечего. Подошёл к двери, меня атаковали при помощи навыка. Потом попытались добить кинжалом. Плюс, противник скорее всего видел меня в режиме невидимости, хотя по идее не должен — на груди у того кудрявого парня болтался медный жетон. Да и управление навыками у него отточено явно не было. Иначе он бы использовал воздух, чтобы сразу всадить мне в спину кинжал.

В процессе понимаю, что атака была спланирована, мягко говоря, не слишком хорошо. Он ведь мог просто подкрасться сзади и ударить кинжалом. Без лишних слов, криков и применения навыков. Один простой точный удар и всё. Тогда всё закончилось бы совсем иначе.

Но вместо этого парень наделал много шуму и дал мне шанс среагировать. Да, возможно не предполагал, что я окажусь в состоянии уклониться от его атаки с применением холодного оружия и рассчитывал провернуть всё максимально быстро. Но даже если так, он зачем-то кричал. И не убил сразу.

В голову приходит только одно объяснение — он хотел, чтобы я понял из-за чего сейчас умру. Возможно хотел выплеснуть накопившуюся ненависть. Проблема только в том, что я абсолютно не понимаю причин, которые заставили его включить меня в число смертельных врагов. Да ещё и напасть внутри Обители.

Прямой вопрос Смотрителю, который назвался Диром Фаском, ничего не даёт — он сразу же уходит от ответа, заявив, что мотивы нападавшего станут понятны в результате его допроса. А потом добавляет, что это, мол, вообще не моё дело и Синклит сам со всем разберётся.

Когда оба Смотрителя, наконец, покидают апартаменты, я перевожу взгляд на мрачного Вэнра, который всё это время просидел на диване.

— Сделаешь кофе? — поняв, что форинг не реагирует, повторяю фразу и тот поднимает на меня глаза.

— Я ведь говорил, что надо найти того выродка, что оставил надпись? Это ведь наверняка он и был! Занялись бы этим тогда и нападения получилось бы избежать, — в чём-то он, пожалуй, прав. Но если оценить реальные шансы отыскать человека, сделавшего надпись — они объективно были бы невысоки.

Разве что наблюдательные артефакты смогли бы помочь. Но с ними тоже всё не до конца понятно — какую информацию они собирают? Аудио? Видео? Выплески силы? Всё вместе взятое?

Этот вопрос я тоже озвучиваю — само собой не получив на него ровным счётом никакого ответа.

— Мы бы только зря потратили время. К тому же, как видишь, он меня не убил, — говоря, тяжело поднимаюсь на ноги и шагаю в сторону кухни.

Сделав себе порцию кофе, возвращаюсь в гостиную. А усевшись в кресло, понимаю — визит на Ардон придётся отложить. После схватки с пустотником, я и так чувствовал дикую усталость. Сейчас же и вовсе почти не в состоянии нормально двигаться. Перед отправкой к месту следующей подсказки, стоит озаботиться отдыхом.

Собственно, именно этим мы и занимаемся. По крайней мере я — когда отправляюсь в спальню, хмурый форинг так и продолжает сидеть на диване, размышляя о чём-то своём.

Я же сбрасываю с себя одежду и отключаюсь, как только оказываюсь под одеялом.

* * *

Утро начинается не с кофе, а с визита Чарга. Несмотря на вчерашнее происшествие, управляющий хочет немедленно ознакомиться с экипировкой Вэнра и произвести окончательный расчёт.

Сам я настолько сонный, что почти не торгуюсь. Соглашаюсь с платой в пять соверенов за повреждения и вручив ему амуницию, отправляюсь на кухню за кофе.

Не знаю, сколько времени удаётся поспать форингу, но поднимается тот в весьма мрачном расположении духа. Молча делает кофе и точно так же молча шагает со мной к личному хранилищу, где находится оружие.

Экипировавшись, чувствую себя немного более уверенно — наличие под рукой сразу двух револьверов немного успокаивает. Странно, на самом деле — вроде, у меня есть способности, которые многие назовут сверхъестественными, но спокойствие внушает именно присутствие огнестрела. Хотя, возможно, я просто не привык к навыкам Странника. Да и откровенно боевых у меня пока нет, если не считать управления воздухом. Но с ним, похоже, может обращаться практически каждый второй в Обители.

Тот револьвер, что дед оставил мне среди вещей, забрасываю в пространственный карман. Туда же отправляются запасные патроны к нему. Не знаю, на что способно это оружие, но как по мне, лучше не держать его на виду.

Вернувшись в апартаменты, ещё раз проверяем экипировку. Ненадолго задумываюсь над тем, чтобы дойти до зала отправки, но быстро вспоминаю, что нам не сказали ни слова по поводу перехода из личных комнат. Так почему бы не повторить манёвр?

Концентрируюсь на жетоне, представляя себе ресторан, в котором мы обедали с Рэхтоном и его командой. Через несколько секунд мы уже покидаем здание, оставляя за спиной перепуганных посетителей и официантов.

Поймав кэб, называю ему адрес. В процессе поездки несколько раз пытаюсь разговорить Вэнра, но тот упорно отмалчивается, отделываясь односложными ответами.

Наконец, притормаживаем. Расплатившись с извозчиком, спрыгиваю на землю. Разворачиваюсь. И вижу здание, в котором должна находиться следующая подсказка деда. Он серьёзно? Я должен проникнуть вот сюда? И ещё умудриться отыскать там тайник?

— Даже Пёс не шутит так жестоко, — форинг выдаёт самую длинную фразу за сегодняшний день, растягивая слова. И надо признать, в данном случае, я с ним полностью согласен.

Глава III

Стоит признать, удивиться тут есть чему. Перед нами настоящий небольшой дворец. Солидное здание, высотой в четыре этажа, которое возвышается над всеми соседними особняками. Даже не представляю, сколько там должно быть комнат внутри? Навскидку, несколько десятков на каждом этаже. Конечно, если они нормального размера.

— Кто тут живёт? Родственники басилевса? — поворачиваю голову к Вэнру и обнаруживаю форинга в весьма странном состоянии. Парень пялится на постройку так, как будто увидел перед собой призрак.

— Герцог Райвел. Вернее, сам он обычно проводит время в родовом поместье. А сюда отправил жену, чтобы не путалась под ногами. Конечно, если ничего не изменилось, — поэт задумчиво отвечает, не отрывая взгляда от дворца. Я же чувствую, как ломаются и сгорают все мои планы.

Хотя, может выйдет проникнуть внутрь, используя режим невидимости? В теории, у герцога не может быть Странников в охране. А значит, я смогу проскользнуть внутрь и спокойно поискать тайник. Наверное.

— Ты случайно, не в курсе, аристократы как-то защищаются от людей вроде нас? — задаю ещё один вопрос и губы Вэнра кривятся в усмешке.

— Формально они защищаются от пустотников. А на деле, внутри наверняка есть наблюдающие артефакты. Как только окажешься внутри дома они примутся орать на все голоса, поднимая тревогу. Невидимость может помочь скрыться от охраны, но вот обследовать дом точно не выйдет. Да и скрыться тоже вряд-ли получится, — хмуро объясняет он.

Интересно. Выходит Вольные Странники ещё и продают свои услуги знати. Хотя, это вполне может делать Синклит. Не удивлюсь, если у Мастера Айрва имеются десятки договоров с аристократами.

— Пойдём. Думаю, мне пора тебе кое-что рассказать, — голос форинга звучит настолько обречённо, что в первый момент я даже теряюсь, не зная, как реагировать.

Сам он уже бредёт вдоль дороги, шагая в выбранном направлении. Догнав, равняюсь с ним.

— Что именно рассказать? — в ответ на моё уточнение парень лишь качает головой.

— Сначала доберёмся до ресторана. Не думаю, что разговор будет коротким, — вторая фраза заставляет меня напрячься ещё больше. О чём он хочет поговорить? Признаться, что работает на деда? Или на кого-то ещё? Что такого может скрывать бродячий поэт, которого я встретил на улицах Нэффора?

К моменту, когда добираемся до ближайшего ресторана и Вэнр запрашивает отдельную кабинку, в голове роится масса разнообразных и безумных предположений. Не люблю, когда люди озвучивают такое, а потом оставляют тебя на растерзание собственной фантазии.

Наконец, усаживаемся за стол и делаем заказ. Когда официант уходит, форинг принимается задумчиво барабанить пальцами по столешнице. Молча.

— Что ты хотел рассказать? — напоминаю о цели нашего визита и форинг мрачно вздыхает.

— Понимаешь… Мы ведь никогда не говорили о моём происхождении, верно? Ты не спрашивал, я тоже этой темы не касался. Но теперь… Кажется, я знаю, как попасть внутрь этого дома. Это будет не слишком приятно, но реализуемо, — последние слова буквально цедит через зубы, морщась так, как будто прямо сейчас испытывает боль.

Молчу, ожидая продолжения и наконец поэт снова начинает говорить.

— Мой дед был королём. Самым что ни на есть настоящим. Отец стал герцогом Пальским. А я его младший сын. Вэнр Пальский, баронет Ардонской империи, — выпаливает всё это, смотря в одну точку, а мои брови изумлённо поднимаются вверх.

Я подозревал, что он получил какое-то образование и, скорее всего, происходит из относительно неплохой семьи. Но делал ставку на разорившихся аристократов или чиновника, который в какой-то момент разрушил свою карьеру. О том, что мой форинг может иметь отношение к высшей знати империи, не было ни единой мысли.

Выдохнув, киваю ему. Привожу разум в порядок. В целом, это никак не меняет расклада. Младший сын герцога, который каким-то образом оказался на улице — ну и что? Он всё равно остаётся спутником Странника. А в жизни бывает всякое, чему тут удивляться?

— Хочешь заявиться в дом Райвела, используя свой статус? — предположение кажется логичным, но Вэнр в ответ разражается негромким смехом.

— Сомневаюсь, что меня пустят дальше порога. К тому же тебя взять с собой всё равно не выйдет. Помнишь ведь про следящие артефакты? А один я никакой тайник там не найду, — выругавшись про себя, сам отбиваю дробь на столешнице.

— Чем это тогда поможет? — решив не гадать, задаю вопрос прямо в лоб и вижу, как хмурится форинг.

— У Райвела нет проблем с пустотниками. Вернее, они конечно есть, но их решают управляющие предприятиями. Зато он раз в несколько месяцев проводит традиционные приёмы, на которые собирает высших аристократов империи. Если получится на него попасть, то появится реальный шанс отыскать второй тайник твоего деда, — по мере того, как он излагает свою схему, возникает соблазн поинтересоваться, чем это отличается от моей формулировки? Приходится приложить определённое усилие, чтобы сдержаться.

Ожидаю продолжения, но парень замолкает и еще больше посмурнев, продолжает пялиться в одну точку.

— И как это сделать? Ты сам сказал, что с твоим статусом, даже просто в дом не попасть, — я решаю чуть раскачать ситуацию, а форинг издаёт тяжелый вздох.

— С моим, не попасть. Но вот отец получит приглашение для всей семьи. Плюс, ещё пять пригласительных, которые может вручить кому угодно из числа друзей семьи. А у герцога Пальского, в отличие от Райвела, как раз есть критические проблемы с пустотниками, — последние слова ему приходится из себя буквально выталкивать.

Зато я, наконец, понимаю его замысел. Связаться с отцом, выполнить задание, получить пару пригласительных. Оказаться на приёме. В теории звучит просто, если бы не пара «но». Первое — сомневаюсь, что Вэнр взял и просто без всяких оснований покинул свой дом. Аристократы не сбегают от роскошной жизни без веских резонов. А второе — слишком уж мрачно он сейчас выглядит. Видимо, представляет, что его ждёт по возвращению домой.

— Какие именно проблемы с пустотниками? — пытаюсь слегка переключить тему разговора, но поэт лишь нервно дёргает рукой.

— Шахты. Сейчас они приносят семье Пальских основную прибыль. Но самые глубокие и прибыльные, в бурение которых были вложены большие деньги, заняты пустотниками. Десятки гнёзд, которые просто так не зачистить. Отец пытался найти Вольных Странников, но у них всё забито заказами едва ли не на годы вперёд. А с имперским казначейством он в давних неладах, — по мере того, как он говорит, картина становится чутьболее ясной.

Значит, шахты. В которых гнездятся десятки пустотников. Не самая стандартная ситуация.

— Как такое могло получиться? Твари ведь приходят по одной. Либо скопом, но тогда они занимают определённую территорию, — не удержавшись, задаю логичный вопрос. А форинг слегка усмехается.

— Понимаю о чём ты думаешь, но этот прорыв был самым обычным, пусть и крупным. Произойди он на поверхности, пустотники стали бы кочующей стаей, которую Странники должны были истребить без всякой награды. Но они выскочили глубоко под землёй. Настолько, что не смогли добраться до поверхности одновременно. Понимаешь? В итоге там образовалась масса гнёзд, которые они контролируют, — интересный получается расклад. Хотя, отчасти логичный.

Если пустотники появились сразу целой оравой, то должны были подпитывать ярость друг друга и не отличаться высоким уровнем интеллекта. А шахты — это сеть коридоров и туннелей, расходящихся в разные стороны. Рванёшь по прямой вперёд и рано или поздно удалишься от собратьев. Чтобы нестись в одном направлении, нужна координация. Которой никак не может быть, когда разум заливает ярость, а вокруг так много вкусной человечины, которая разбегается в разные стороны.

— На всякий случай уточню, ты предлагаешь явиться к отцу и предложить ему сделку, верно? Мы зачищаем шахты, а он даёт нам пригласительные? — переключить парня не получается, так что будем выбивать один клин другим.

Как ни странно, срабатывает — Вэнр переводит взгляд на меня и внезапно растягивает губы в усмешке.

— Не только пригласительные. Думаю стоит запросить у него и цехины. Тысяч десять. Может двадцать. Нужно будет прикинуть прибыль, которую способны дать те шахты, — мысль о том, что его семье придётся раскошелиться, парня явно радует.

Хм. Двадцать тысяч цехинов? Весьма неплохие деньги. Тем не менее Синклит отказывается браться за работу. Да, заказы идут через казначейство, но как мне кажется, у такого аристократа должны быть и свои контакты со Странниками. В конце концов, у Райвеля ведь есть артефакты, охраняющие дом. То есть связи со Странниками он поддерживает. Почему их не может быть у другого герцога?

Я могу понять, почему Странникам не сильно интересны города вроде Нэффора. Мелкие заказы, за которые не так хорошо платят, и мало амвы. По достижению определённой ступени развития, деньги перестают играть серьёзную роль — даже я сейчас мог бы позволить себе пару месяцев отдыха, который можно провести в своё удовольствие. А вот амва — это другой вопрос. Чем выше поднимается Странник, тем более серьёзные монстры нужны, чтобы расти дальше. И с этой точки зрения слабые пустотники, абсолютно никуда не годятся.

Но тут мы имеем полноценный прорыв. Десятки тварей неизвестного уровня угрозы, засевшие в шахтах. Неплохой объём амвы. К которому ещё и прилагается солидный денежный бонус. Странно, что герцог так и не смог никого подрядить на очистку шахт.

— Тогда поедим и возвращаемся в Обитель. Перед отправкой в шахты всё же стоит подготовиться, — я обозначаю план действий на ближайшее время, а форинг кивает.

— Согласен. Только стоит учитывать, что приём состоится уже через десять дней, — он говорит с таким видом, как будто мероприятие начнётся завтра утром и я непонимающе пожимаю плечами.

— Времени ещё полно. Даже если оставить пару дней в запасе, у нас есть пять-шесть суток, чтобы заняться тренировками.

Парень цокает языком и смотрит на меня, как на идиота.

— Приём у герцога Райвела. На котором будет весь цвет империи. Как думаешь, сколько будет желающих получить пригласительные? И как активно они будут пытаться достать заветную бумагу? — вот теперь я понимаю причину его поведения.

— И когда нужно отправляться на твой взгляд? Как быстро твой отец обычно раздаёт пригласительные? — сразу после того, как озвучиваю вопрос, дверь кабины распахивается и внутрь вваливается официант с подносом, уставленным блюдами.

Дождавшись, пока он выйдет, вопросительно поднимаю бровь и парень разводит руками.

— Всегда всё по-разному. Может отдать сразу, как получит, если заранее решил, кого следует наградить. Или тянуть до последнего. Например, в случае, если нужно столкнуть кого-то лбами. А выезжать надо было ещё пару недель назад. Жаль, тогда никто из нас об этом не догадывался, — договорив, принимается резать принесённое мясо. Я же задумываюсь.

Две недели назад я, вроде, и о существовании Странников не подозревал. Конечно, если мой внутренний калькулятор не подводит.

Основной вопрос — как распределить время? Отточить навыки и проверить появление новых необходимо. Но и опоздать, лишив себя возможности подобраться к следующему тайнику деда, тоже не хочется.

На протяжении ближайших двадцати минут я поглощаю тушёное мясо и размышляю. Когда переходим к кофе, определяюсь.

— Тогда мы вернёмся на сутки. Как минимум, сможем проверить изменившиеся пределы старых навыков. Если повезёт — поговорим с Рэхтоном. Что-то мне подсказывает, с этими шахтами всё не так просто, как кажется, — озвучиваю форингу своё решение, а он в ответ лишь взмахивает рукой.

— Обычные пустотники. Они там уже года полтора сидят. Отец сначала ярился всё, даже в канцелярию басилевса ходил. Но оттуда жалобу спустили всё в то же казначейство. А с ними у него серьёзные проблемы, — Вэнр продолжает обрисовывать ситуацию, заставляя меня задать следующий вопрос.

— Какие именно? С чего герцогу вообще конфликтовать с казначейством? Налоги вовремя не заплатил?

Вот теперь поэт выглядит удивлённым. Нахмурившись, морщит лоб, как будто пытаясь что-то вспомнить.

— На самом деле я не знаю, в чём там дело. Налоги всегда платятся вовремя, это точно. Долгов перед казной у отца нет и быть не может. Скорее всего схлестнулся из-за какой-то ерунды. Характер у него скверный, скажем так. Мог запросто нанести кровное оскорбление самому казначею, — судя по тону, с фразой «скверный характер» у парня связаны не самые лучшие воспоминания. Пожалуй, эту тему пока лучше оставить.

Сделав глоток кофе, дёргаю за шнур, при помощи которого в кабину вызывается официант. Когда через пару минут рассчитываемся и выходим на улицу, считаю нужным уточнить ещё один момент.

— Других вариантов ты точно не видишь? Без контакта с твоей семьёй? — учитывая, как его корёжит при воспоминании о родственниках, будущий контракт рискует превратиться в то ещё испытание для психики форинга. К тому же его присутствие точно повлияет и на отношение ко мне. Получить от ворот поворот было бы не слишком приятно.

— Можно пробежаться по всем остальным герцогам империи. Но у них, как правило, всё хорошо. В том плане, что нет такой острой нужды в услугах Странников. Сомневаюсь, что кто-то решится отдать два пригласительных и рискнуть собственной репутацией. Либо мы можем заявиться в ночи и ворваться в дома Райвела, убивая всех на своём пути. Но не думаю, что такая операция будет иметь шансы на успех, — судя по формулировкам, иные варианты железобетонно отсутствуют.

Хотя, это и так было практически очевидно. Будь у Вэнра какая-то альтернатива визиту к семье — он бы точно ею воспользовался.

Хм. В голове всё ещё не укладывается, что мой форинг на самом деле отпрыск герцога империи. А если копнуть чуть глубже, то и вовсе королевских кровей. Видимо, дед был как раз их тех, кто добровольно присоединился к правящей сейчас династии, в обмен на высокий титул и положение в обществе.

— Не забивай себе голову. Я ушёл в никуда, на прощание пообещав, что когда увидимся в следующий раз, они будут обращаться со мной, как с равным. Думаю, именно так и будет, когда мы доберёмся до замка. Форинг Странника — это не менее почётно, чем сын герцога Пальского, — в словах звучит некоторое напряжение, но, если я всё верно понимаю, Вэнр только что закончил прорабатывать вопрос возвращения в своей голове. И незамедлительно поделился результатом со мной.

Есть желание поинтересоваться его историей, но боюсь, сейчас это будет лишним. Он и так рассказал немало. Не вижу особого смысла вытаскивать детали и бередить старые раны.

— Чудовищное происшествие в доме маркизы Рант! Весь Нэффор трепещет! Свежие новости! Покупайте, налетайте, разбирайте! Садовник рассказал ужасающие подробности! — мимо пролетает мальчишка с охапкой газет, а мы с Вэнром переглядываемся. Поворачиваю голову вслед разносчику.

— Эй! Подожди. Сколько за одну газету? — крик заставляет мальчонку быстро вернуться.

— Три мельдона, господин, — жетон сейчас скрыт под рубашкой, но тот явно ориентируется на внешний вид. И надо признать, угадывает.

Достав кошелёк, внезапно понимаю, что самая мелкая монета, которая есть, это один цехин. Да и тот получен после недавнего обеда в ресторане.

Протягиваю его мальчугану и тот деланно вздыхает.

— Нет у меня сдачи, господин. Не наторговал ещё столько, — старается сделать лицо максимально расстроенным, но я прекрасно вижу хитринки, мерцающие в глазах.

— Забирай сдачу себе. А мне дай газету, — нервное напряжение заставлять слегка повысить тон и разносчик делает шаг назад.

Впрочем, сразу же спохватывается и забирает у меня монету, которую тут же отправляет в карман. После чего протягивает мне газету и стрелой уносится вдаль.

Быстро перелистываю несколько страниц. Да где же оно? В какое место они засунули эту статью?

Есть! Целый разворот, посвящённый «вдовствующей маркизе Рант». Замерев на месте, вчитываюсь в газетный текст.

Глава IV

Если честно, ожидаю увидеть новости, связанные с пустотниками. Но всё оказывается куда проще — в дом кто-то вломился, убив горничную и ранив саму аристократку. Впрочем, опасность ей, вроде бы, не угрожает, так что я позволяю себе расслабиться. Не то, чтобы меня всерьёз волновала судьба маркизы, тем не менее мы знакомы — читать о гибели женщины мне бы совсем не хотелось.

А потом добираюсь до слов того самого садовника, который смог рассмотреть нападавшего через окно. И чувство нервного напряжения сразу же возвращается. Слуга толком не запомнил грабителя, но зато утверждает, что ним двигался шлейф тёмной дымки, а в какой-то момент он просто вытянул к окну руку и садовника сбила с ног волна воздуха.

Правда, в этой же статье приводится комментарий главы полиции города, который утверждает, что в этом случае имеет место обычный грабёж, а мужчина, мол, просто перепугался. Но выглядит это не слишком убедительно.

Протягиваю газету стоящему рядом Вэнру, который уже несколько раз пытался заглянуть в текст. Задумываюсь.

Странные события происходят рядом со мной постоянно. Начиная с момента, как я получил жетон Странника от запойного алкоголика и заканчивая нападением охранника в гаражном комплексе. Но, если с большинством из них я ничего поделать не могу, то в данном случае точно знаю, где могу получить информацию.

— Я как-то не понимаю. К ней вломился Странник? — форинг, не отрываясь от чтения, задаёт вопрос, а я отрицательно качаю головой.

— Не думаю. Странники не оставляют за собой странной дымки, верно? К тому же, будь это один из нас, он постарался бы провернуть всё более тихо. Тут же не только преступление по законам Ардона. Нарушен Кодекс, — озвучиваю свои мысли вслух. Потом оглядываюсь по сторонам и поднимаю руку, останавливая свободный кэб.

Через несколько секунд извозчик уже правит к кофейне, адрес которой ему даёт Вэнр. Я же тупо пялюсь на прохожих, пытаясь понять — стоит ли уделить внимание произошедшему или лучше вернуться в Обитель, приступив к тренировками. Времени у нас не так много, а другого случая попасть в дворец герцога Райвела может и не представиться.

Когда занимаем небольшую террасу в кофейне, форинг, наконец, откладывает в сторону газету, которую всё это время изучал. Глядя на меня, всплёскивает руками.

— Я не против помочь красивой леди, которая попала в беду. Но приём у Райвела уже через десять дней. Отец может в любой момент распорядиться своими приглашениями для ближнего круга, — после жаркой ночи на Домхане, поэт внезапно стал куда более рассудительно относиться к женскому полу. Хотя, сомневаюсь, что такое положение дел сохранится надолго.

— Согласен. Но посмотри на это с другой стороны. Бумаги, которые мы нашли в мастерской скульптора, и документы из дома маркиза Ранта практически совпадают. В обоих случаях речь про больничные счета. И там, и там имели место эксперименты с амвой, — указываю на очевидное совпадение и форинг ненадолго задумывается.

Через пару секунд на террасе появляется милая официантка, с улыбкой расставляющая на столе чашки. Когда та уходит, Вэнр слегка наклоняется ко мне.

— Хочешь сказать, кто-то пытался зачистить следы? Думаешь, в дом вломились именно из-за документов? — в голосе слышится некоторое сомнение и я пытаюсь объяснить свои резоны.

— Поставь себя на место человека, который каким-то образом с этим связан. Сначала появляется Странник, ликвидирующий один из его опытных образцов. Да, возможно, это результат эксперимента, который повернул не туда, но тем не менее. Потом туда заявляется Охотник Синклита, уже давно занимающийся вопросом экспериментов с амвой и, возможно, успевший засветиться. А дальше они вместе оказываются на месте убийства Стерфа Тонновского в Басфе и каким-то чудом находят мастерскую, где укрывается либо убийца, либо его сообщник, — с каждым приведённым фактом лицо форинга становится всё мрачнее, а когда заканчиваю говорить, он машинально оглядывается вокруг.

— Цепочка событий и правда не выглядит случайностью. Но я не понимаю, зачем так рисковать и вламываться в дом посреди дня? — вопрос звучит весьма логично, но у меня уже есть своя версия ответа.

— Кто-то запаниковал. Сопоставил факты и решил, что мы целенаправленно идём по следу. А если прикинуть, сколько времени прошло с момента убийства Стерфа, то неизвестный мог подумать, что мы либо побывали у маркизы, либо вот-вот объявимся. Отсюда и такая спешка, — договорив, делаю глоток горячего кофе, а вот Вэнр напряжённо морщит лоб, о чём-то задумавшись.

— Но раз так, то мы там уже ничего не найдём. Ни документов, ни каких-то иных свидетельств, — голос звучит слегка разочарованно, но вместе с тем я слышу и нотки облегчения. Видимо сейчас форинга больше занимает будущий контакт с его семьёй, а не хитросплетения интриг.

— Следы. Свидетельство маркизы. Личная беседа с этим чёртовым садовником. Бумаг, скорее всего, не обнаружим, но какую-то информацию всё равно получим, — вижу, как мой спутник хмурится.

Вместо ответа, тоже берётся за чашку кофе. Делает несколько мелких глотков, с задумчивым видом пялясь на прохожих, которые шагают по тротуару под террасой на которой мы сидим. Наконец, смещает взгляд на меня.

— Возможно и так. Но мы ведь даже толком не знаем, что именно ищем. Да и Рэхтон не совсем в курсе. Когда ты не понимаешь происходящего вокруг, легко спутать Пёсью морду с его же хвостом и совершить фатальную ошибку.

Отчасти он прав. Но если глянуть под другим углом, то игнорируя случившееся, мы и не получим никакой новой информации, продолжая блуждать в потёмках.

— В любом случае, я считаю нам надо поговорить с маркизой и исследовать особняк. Времени это много не займёт, на Ардоне я могу просто использовать жетон, — озвучиваю только что принятое решение и ожидаю возражений с его стороны, но парень лишь коротко кивает, снова отпивая напиток.

Определённые сомнения по поводу визита в Нэффор у меня всё же остаются. В основном из-за расхода времени — не хочется потерять дорогу к второй подсказке из-за погружения в местные интриги. Впрочем, если всё пройдёт хорошо, то процесс займёт всего два-три часа. Можно будет вычесть их из времени тренировок и тогда мы будем полностью следовать первоначальному графику.

Быстро допиваем кофе, после чего сворачиваем в один из проулков и я концентрируюсь на жетоне. Короткая вспышка темноты и мы уже в апартаментах Обители. Махнув форингу рукой, опускаюсь в кресло. Шатать после каждого перехода перестало, да и желания опустошить желудок нет. Но слабость в теле всё равно присутствует. Думаю стоит хотя бы минуту отдохнуть.

Сначала думаю над тем, стоит ли тревожить из-за этого небольшого визита Рэхтона. Но потом в голову приходит неожиданная мысль. Хотя, скорее, вполне себе ожидаемая — по-хорошему, стоило вспомнить об этом моменте сразу как Вэнр предложил свой план действий.

Контракт. Для зачистки шахт, мне потребуется подписать договор с герцогом Пальским. А все задания на территории Ардона идут через имперское казначейство. Сработать так же, как на Домхане, точно не получится.

Хм. Интересно, что будет, если попытаться обойти правило? В Уставе Синклита нет пунктов, которые связаны с распределением задач среди Странников. Лишь сказано, что этот механизм определяется Мастерами и зависит от текущей ситуации. Не совсем понятно, какое наказание последует, если мы перебьём пустотников в шахтах. В принципе, я же вообще могу сказать, что это была дружеская услуга семье форинга. А то, что они нам потом выдали пару пригласительных на приём у Райвела — точно такая же ответная услуга.

Само собой, в это вряд ли поверят. Но чтобы выдвинуть обвинения, нужны какие-то доказательства, верно? А если обе стороны будут стоять на своём, то их в руках Смотрителей не окажется.

Внутри сразу оживает внутренний рационалист. который непривычно эмоционально заявляет, что план полное дерьмо. И сразу же набрасывает целый перечень пунктов. Начиная с того, что отсутствие договора позволит отцу Вэнра запросто меня кинуть и заканчивая предположением, что он сдаст меня, как только к нему заявится Смотритель.

Стоит признать, что все эти аргументы тоже имеют (право на жизнь. К тому же о визите Странника и договорённости с ним будет знать какой-то круг людей. Стоит одному из них проговориться и я рискую оказаться под трибуналом.

Нас трудности ждут, испытанья, угрозы

Опасность и риск за каждым углом.

Но смело мы разгребём все невзгоды,

Пока жизнь не накрылась Пёсьим хвостом!

Голос Вэнра отвлекает от мыслей и заставляет переключить внимание на поэта. Только сейчас понимаю, что вместо одной минуты, сижу на месте уже целых пять.

Поднявшись, на всякий случай проверяю оружие, после чего снова концентрируюсь на жетоне. Когда перед глазами появляется приближающийся шарик Ардон, пытаюсь сосредоточиться на гостиной в особняке Рант.

Чёрные стены отсекают окружающее пространство, а через пару мгновений мы уже оказываемся на паркете посреди комнаты.

Опустив руку на рукоять револьвера, оглядываюсь по сторонам. Получилось. Мы с Вэнром в той самой гостиной, которая нужна.

Поэт подходит к лестнице и поднимает голову наверх, рассматривая ступени на второй этаж. Я же запускаю навык Следопыта, принимаясь крутить головой.

Первые следы обнаруживаются практически сразу — три пятна чёрной амвы, около стола. Потом ещё целая группа мелких отметин на паркете, точно такого же цвета. Большой тёмный мазок на стене.

Одну за другой обследую комнаты дома, находя всё новые свидетельства присутствия тут человека, по своим возможностям напоминающего скульптора из Басфы.

Самая странная отметина обнаруживается около кабинета маркиза, в котором я нашёл те самые бумаги. Как будто кто-то залил стену из распылителя с чёрной краской. Брызнул и отошёл в сторону, решив не докрашивать.

На всякий случай захожу и в сам кабинет, снова открывая тот же ящик. Результат вполне ожидаем — документы отсутствуют. Конечно, их могла переложить сама Валья Рант. Но как мне кажется, это не слишком вероятно. Особенно, если учесть, что стол буквально залит следами чёрной амвы.

Странность в том, что я не могу понять, каким образом нападавший покинул дом. Следов около входной двери нет, окна тоже целы. Единственное предположение — он совершил переход между мирами. Но тогда получается, что это всё же был Странник. Как и тот чёртов скульптор из Басфы.

Хм. Зачем Страннику использовать чёрную амву? Если взять всё того же владельца мастерской из столицы империи — никаких особенных навыков за ним замечено не было. По крайней мере тех, что можно было бы использовать в бою.

Но если это был не Странник, то как у него вышло произвести переход? Он же удрал при помощи нашей базовой способности. Не стыкуется.

Раз за разом прокручиваю в голове факты, пытаясь связать их воедино. Когда понимаю, что мозг уже начинает плавиться от обилия догадок и предположений, возвращаюсь к кабинету, где до сих пор орудует Вэнр.

Поэт встречает меня за столом, который щедро завален бумагами. На момент оторвав взгляд от очередного документа, удручённо качает головой.

— О больнице и лечении совсем ничего. Ни единой зацепки. Зато нашёл кое-что по поводу наследника. Вот, посмотри, — выдернув из общей кучи отдельный лист, протягивает его вперёд и я подхожу к форингу. Забрав бумагу, пробегаю глазами текст.

На самом деле обычный бюрократический документ. Доверенность на управление банковским счётом, оформленная на имя виконта Шерасса Ранта. Но помимо всего прочего, здесь имеется адрес для доставки корреспонденции аристократу.

Вчетверо сложив бумагу, убираю её в карман. Именно виконт получил основное наследство почившего маркиза. Причём, если верить юной вдове, странный родственник появился как будто из ниоткуда.

Такое в принципе бывает — на Земле семьи аристократов тоже бывают настолько разветвлёнными, что о половине родственников там не помнят, а остальных видят лишь по каким-то торжественным случаям. С другой стороны — незнакомцам не оставляют всё своё состояние.

Сомневаюсь, что по оставленному адресу можно отыскать самого виконта. Но кто-то точно должен забирать приходящие письма. И если отталкиваться от логики, передавать их дальше. В теории, можно пройти по всей этой цепочке, в конце концов добравшись до её основания. Вопрос лишь в том, а надо ли?

Перевожу взгляд на форинга, который отбрасывает в сторону очередную пачку бумаг и решаю, что пришло время перейти к следующей ступени моего небольшого плана.

— Спускаемся. Надо отыскать маркизу и поговорить с ней. А потом возвращаемся в Обитель, — озвучиваю инструкции и парень отходит в сторону от стола. Ещё раз оглядывает кабинет.

— Знали бы мы тогда, что это может оказаться важным…

Форинг задумчиво тянет слова, а я думаю, что это действительно многое бы упростило. Хотя, я даже сейчас не до конца уверен в необходимости нашего импровизированного расследования. Основной мотивацией была возможность получить дополнительную информацию о глобальной ситуации. Но как мне кажется, вероятность узнать что-то новое, не так велика, как хотелось бы. Всё, что пока вышло — подтвердить факт проникновения в дом «коллеги» столичного скульптора.

Когда спускаемся вниз и оказываемся в прихожей, Вэнр внезапно притормаживает. Поворачивает ко мне лицо.

— А как далеко ты можешь видеть следы? Точнее, чувствовать запах? Если пройтись по городу, может, выйдет унюхать его? Потом проследим, возьмём тёпленьким и выколотим всё, что знает, — глаза горят энтузиазмом, но я медленно качаю головой.

— Не факт, что грабитель в городе. Если ушёл, используя навык Странника, то скорее всего, он уже давно в другом мире. К тому же у скульптора не было никаких отличий от обычных людей, — очевидный факт заставляет поэта на секунду нахмуриться, но он сразу находит контраргумент.

— Ты же нашёл тут следы, правильно? А в мастерской их не было. Возможно, их уровень силы отличается. Или объём опыта работы с ней, — вспышка энтузиазма форинга выходит на новую планку, а я не могу понять, почему он внезапно заинтересовался задачей, которую сам изначально и критиковал.

— Для начала мы поговорим с маркизой и выясним, что она видела. Остальное потом, — даю понять, что беседу пора заканчивать и поэт печально вздыхает, окидывая взглядом прихожую. Снова поворачивается ко мне.

— Я тут просто подумал… Маркиз всё оставил тому виконту, так? А если тут был он сам или его подручный, то рано или поздно мы скормим душу этого ублюдка Псу. Ну а наследство, оно же никуда не денется, так? — мгновение смотрю в его честные глаза, абсолютно не понимая подтекста. Потом осознание всё-таки добирается до головного мозга.

Вот значит в чём дело — парень прикинул, сколько денег заграбастал себе внезапно возникший на горизонте родственник и, видимо, уже нарисовал себе картину, в которой мы становимся обладателями, как минимум, половины.

— Не забыл ради чего я в это ввязался? В приоритете информация. Деньги — это лишь побочный результат, — стараюсь выдержать максимально жёсткий тон, а форинг печально кривит губы.

— Да помню я, помню. Невеста, любовь, предательство и смерть деда. Ты рассказывал. Но золото лишним не бывает. И хочу отметить, информацию с ним получать куда проще, — свою линию он гнуть продолжает, но делает это уже без прежнего огонька.

Я же шагаю к входной двери. Иногда абсолютно непонятно, как работает его разум. Вроде, сбежал из богатой семьи и приличное время перебивался случайными заработками. То есть жёсткой привязки к финансам нет. В бою рискует — если нужно, готов подставиться. Но стоит появиться перспективе заработка, как Вэнр сразу вцепляется в неё зубами.

Может подсознательно хочет доказать родне, что ничем не хуже их в плане заработка денег? Скорее, даже лучше — остальные ведь выросли на всём готовеньком, тогда как форингу его титул, мягко говоря, ничем не помогает.

Открыв дверь, выхожу на крыльцо, размышляя о странных вывертах настроения парня. Спустившись на несколько ступенек, слышу его удивлённое восклицание за спиной. Поднимаю глаза, до этого рассматривающие землю. И сталкиваюсь взглядом с изрядно удивлённым полицейским, чьи пальцы судорожно расстёгивают кобуру.

Глава V

Не останавливаясь, шагаю навстречу полицейскому, на ходу доставая из под рубашки жетон Странника. Тот фокусирует на нём взгляд и удивлённо моргает. Заталкивает уже почти извлечённый револьвер обратно в кобуру.

— Что вы тут делаете? Кто вы? — растерянный служитель порядка не знает как себя вести. Озвучив вопрос, оглядывается на своего коллегу, стоящего у ворот, но тот тоже заметил жетон Странника и не спешит присоединяться к беседе.

— Странник Кир. Прибыл в гости к маркизе Рант, по её личному приглашению. Насколько я понимаю, здесь что-то произошло, верно? — останавливаюсь, смотря на полицейского, а тот поправляет круглый шлем, и без того отлично сидящий на голове.

— Она сейчас в больнице. В дом кто-то вломился и её ранили, — мужчина, наконец, выдавливает из себя слова, а я сразу интересуюсь.

— В какой именно больнице? Насколько серьёзное ранение? — тот снова бросает взгляд в сторону ворот, но в этот раз принимает решение куда быстрее.

— Стефа Пятновского восемь. Там частное заведение, но вас, наверное, должны пустить. А что именно с ней случилось, я не знаю. Наше дело маленькое — стоять и сторожить, — пожимает плечами, а я снова шагаю вперёд, обходя застывшую фигуру стража закона.

Второй дежурный, стоящий около ворот, и вовсе отступает на несколько метров, всем своим видом демонстрируя, что у него нет никаких вопросов, да и вообще он тут исключительно в виде предмета мебели.

Я их прекрасно понимаю. Сложно не опасаться людей, владеющими непонятными тебе способностями, больше напоминающими магию. Тем более, далеко не факт, что провинциальные полицейские владеют информацией о разнице между рангами, которые можно определить по внешнему виду жетона. А если учесть, что людям больше всего запоминаются именно Золотые Странники с их убийственными навыками — страх вполне объясним.

Усмехаюсь, вспомнив, как от меня убегали рабочие в первый день на Ардоне. Тогда мне это показалось чудным — зачем бежать, если у тебя в руке револьвер и ты в любой момент можешь нажать на спуск. Теперь же я их хорошо понимаю. Для удара воздухом, даже мне не нужно много времени. А условный Серебряный может за доли секунды превратить целую группу людей в изувеченные куски мяса. У тебя даже палец на спусковом крючке дёрнуться не успеет.

— Вот же Пёсье отродье. Как с обычными людьми разбираться, так короли. А стоит Странника увидеть, готовы ботинки чистить, лишь бы их не трогали! В полицию нынче только таких и берут, — шагающий рядом поэт злобно выплёвывает слова, оборачиваясь на мужчин в синих мундирах. Учитывая, как часто он вспоминает людей в форме недобрым словом, наверняка немало натерпелся, пока скитался между городами.

Решив проигнорировать выпад, поднимаю руку, останавливая проезжающий мимо кэб и забравшись в него, называю адрес. Как быстро выясняется, он совсем рядом — спустя всего десять минут, выгружаемся около здания больницы.

Жетон срабатывает и здесь — если сначала нам заявляют, что маркиза недоступна для посещений, то выяснив, что к женщине заявился Странник, немедленно дают разрешение и вызываются проводить.

Палата аристократки обнаруживается на втором этаже и надо признать, больше выглядит похожей на приличный гостиничный номер. Пушистые ковры, гравюры на стенах, пара картин, огромная постель, светильники. Даже несколько ваз с цветами.

Зайдя следом за медсестрой внутрь, вижу лежащую на роскошной кровати маркизу, которая лениво поворачивает голову ко входу. А заметив меня, резво спускает ноги на пол, запахивая короткий шёлковый халат. Возясь с поясом, гневно смотрит на работницу, что нас привела.

— Почему не предупредили о посетителях? За что я вам плачу столько денег? Чтобы ко мне вот запросто могли вломиться? А если бы я была не одета? — в голосе звенит металл, а сопровождавшая нас женщина всплёскивает руками.

— Так Странник ведь. Хотел попасть к вам немедленно, сказал, что хочет видеть. Что я могла сделать? Не ждать же его просить, — судя по интонациям, вполне искренне озвучивает свои соображения. Я же чуть удивляюсь.

Понятно, что никто не хочет сходиться с членом Синклита в уличной схватке. Мало того, что шансов на успех немного, так ещё и коллеги могут отомстить. При этом ты даже не поймёшь откуда был нанесён удар — Странник способен переместиться в любую знакомую точку планеты. Чтобы начать конфликт при таких исходных данных, нужно быть самоубийцей. Но вот попросить минуту подождать — это, на мой взгляд, вполне нормально. Особенно, если речь идёт о пациенте больницы.

Служащая покидает палату, а маркиза переключает внимание на меня. Оглядев с ног до головы, интересуется.

— Значит очень хотел видеть? В чём дело, Странник Кир? Вы переживали о несчастной леди, оказавшейся в опасности? — в её голосе слышится то ли сарказм, то ли ирония. Пока не могу определить.

Сам я тоже рассматриваю пострадавшую. Две царапины на щеке, большой синяк на правом бедре, который выглядывает из под полы халата. И несколько мелких порезов на кистях.

— Хочу понять, что случилось в вашем доме. Кем был нападавший и как он оказался внутри, — сухо обозначаю цель визита и шагаю вперёд, подходя к стоящему в нескольких метрах от кровати креслу.

Девушка поворачивает голову вслед моим движениям, не отрывая взгляда. А к беседе внезапно присоединяется Вэнр.

— В газете писали, что вы ранены. Но я пока не вижу… — замявшись, не знает, как продолжить, но я и так прекрасно понимаю о чём речь. Пока никаких критичных ранений на теле аристократки не видно. Да и двигается она достаточно непринуждённо.

Валья Рант слегка морщится и ловко распускает узел на поясе шёлкового халата. Откидывает правую полу, демонстрируя нам перебинтованный бок. А заодно показывает и кружевное бельё, заставляющее, скорее, обратить внимание на определённую часть тела, чем что-то скрывающее. Прозрачная ткань для такой задачи явно не предназначена.

Спустя секунду, возвращает одежду в исходное состояние. Со стороны Вэнра слышится сдавленный вздох, а я чувствую лёгкое раздражение.

— Чем он нанёс рану? — вопрос заставляет аристократку непонимающе нахмуриться. Возможно предполагала, что сейчас её начнуть жалеть и выкажут сочувствие.

Опустившись на кровать, медленно забрасывает одну ногу на другую, заставив форинга ещё раз охнуть. Прищурившись, рассматривает меня.

— Осколки посуды. Он умел управлять воздухом, как настоящий Странник. Но вы ведь не вламываетесь в чужие дома, чтобы их ограбить, правильно? — голос звучит слегка обиженно, но меня это не цепляет.

— Что именно он забрал, кроме документов? Как оказался в доме и как его покинул? Мне нужна полная картина, — перехожу к следующему вопросу, а маркиза поджимает губы, видимо не совсем понимая причину моего раздражения.

— Я не знаю, как грабитель пробрался внутрь, но заметили его на втором этаже. Горничная столкнулась с этим ублюдком и это стоило бедняжке жизни. Потом он бросился на первый этаж и увидел меня. Сначала сбил с ног волной, а потом обрушил на меня посуду с подноса, — вспоминая о нападении, наконец, начинает проявлять настоящие эмоции. Вижу, как раздуваются от гнева ноздри, а пальцы левой руки сжимаются в кулак.

— Ударил по этому идиоту-садовнику, который заглядывал в окно, пробежал мимо меня и выскочил на задний двор. Полиция искала его следы, но сказали, что тот, видимо, профи и смог незаметно скрыться, — на последних словах в её глазах появляется толика подозрения.

Пожалуй, на месте маркизы, я бы тоже начал испытывать сомнения в Странниках, вломись в мой дом один из них. Сейчас я практически уверен, что это был некто со способностью перемещаться между мирам. Вопрос лишь в том, как именно он попал в дом Рант? Для этого нужно хорошо представлять себе обстановку в заданной точке. Это означает, что он, как минимум, раз там побывал. Впрочем, я уверен, за прошедшие годы в особняке маркиза побывала масса людей. От этого оттолкнуться не выйдет.

Бросаю взгляд на Вэнра, но поэт стоит прислонившись к стене и откровенно пялится на ноги маркизы, которые лишь отчасти прикрыты халатом. Толку от него сейчас немного.

Снова поворачиваюсь к аристократке.

— Он забрал только документы? Ты рассказывала полиции о способностях грабителя?

Девушка неожиданно усмехается.

— Мы снова на «ты» Странник Кир? Рада нашему небольшому сближению. Что до ограбления — этот выродок охотился за бумагами мужа. Не знаю, что именно ему было нужно, но насколько могу судить, ничего ценного не исчезло. Документы на особняк я в любом случае храню в другом месте. Полиции я всё рассказала, но они решили, что я перепугалась и что-то напутала. Мол, не может Странник заниматься таким ремеслом.

Меня подмывает ответить, что бумаги на особняк — далеко не самые ценные документы, что хранились в кабинете её мужа, но потом мозг складывает два и два. Она и так в курсе всего. Просто слишком умна, чтобы не лезть в это болото. Маркизу можно понять — интриги Странников её особу никак не касаются и никакой выгоды не принесут. А вот погибнуть можно запросто — она, в в конце концов, самый обычный человек.

Да и в случае с полицией, она, скорее всего, тоже не сильно старалась настоять на своей версии. Исчезни из дома что-то действительно ценное для неё — скорее всего, поведение было бы иным. А так, пропали лишь медицинские счета, до которых аристократке и так не было особенного дела.

— Те бумаги, что были похищены. Ты не замечала на них какого-то герба? — вот теперь она задумывается. То ли пытается вспомнить, то ли решает, стоит ли говорить мне правду.

— Там было что-то такое. Я даже как-то приглядывалась, но определить, чей это герб, так и не смогла, — девушка, наконец, определяется с ответом, а внутри меня как будто щёлкает механизм.

Всё-таки я был прав. Скульптор и маркиз Рант, ставший призраком — звенья одной цепи. Как и непонятный Странник, что явился за документами. Возможно, тогда верна и догадка о причинах такого поступка.

Тяжело опускаюсь в кресло, укладывая руки на широкие мягкие подлокотники. Это что получается? Где-то совсем рядом существует какая-то структура, использующая Странников и ставящая эксперименты с пустотниками? Причём не локальная небольшая группа людей, а относительно разветвлённая сеть. Раз их действия затронули два города империи, расположенных на солидном удалении друг от друга, то я уверен — в других провинциях тоже есть свои «ячейки».

Не совсем понимаю, как со всем этим связана больница? Понятно, что это прикрытие. Но для чего? Что именно они там делают? Самая очевидная мысль — проявляют потенциал тех, кто мог стать Странником. Например берут отдалённых потомков, которым не хватает чистоты генов или чего-то ещё, определяющего наличие способностей. А потом проводят некие манипуляции, которые должны привести к их превращению в полноценного Странника.

Внутри, было, оживляется рационалист, но я быстро его затыкаю. Слабые места у версии видны и так. Более того, их очень много.

Для начала — гипотетической организации необходимо как-то выявлять потомков Странников. Учитывая, что тех не так много, это предполагает массовую проверку всех подряд. А такое точно не осталось бы незамеченным.

Во-вторых, мало найти нужного человека. Его требуется ещё и убедить в необходимости работы на данную структуру или сотрудничество. Что-то мне подсказывает — на такое согласятся далеко не все.

И наконец, в-третьих, такая схема предполагает, что сама больница и стоящие за ней люди заинтересованы в экспериментах. То есть это они должны платить своим «пациентам», а не наоборот. Пока же всё указывает, что и маркиз Рант, и скульптор из Басфы добровольно отдавали им свои кровные.

Но в чём тогда дело? Они научились превращать обычных людей в Странников? Звучит сомнительно — в таком случае, никто не мешал им создать целую армию подобных бойцов. Да и пример маркиза Ранта говорит о многом — старик в итоге стал пустотником, прикованным к собственному дому.

Вот за что он выложил им такую сумму денег? Ради чего? Могу поспорить, с его наследником тоже не всё так просто. Если окажется, что это подставное лицо, то выходит, аристократ не просто щедро платил по счетам, но ещё и передал неизвестным почти всё своё имущество. Сомневаюсь, что взамен он рассчитывал получить лишь возможность существовать в качестве пустотника.

Поморщившись, отбиваю барабанную дробь на подлокотнике кресла. Факты не бьются. Как всё не перекручивай, одни улики противоречат другим. А выстроить теорию, в которой они все были бы верны, у меня никак не выходит.

— Ты так и собираешься просидеть весь день, пялясь в стену? Если да, то этим прекрасно можно заняться и в другом месте, — обиженный тон маркизы заставляет перевести на неё взгляд. А через мгновение я сосредотачиваюсь на том, чтобы сдержать усмешку.

Девушку можно понять — она уже и полу халата небрежно уронила, и поясок слегка распустила, и зону декольте увеличила до неприличного максимума. А Странник хмуро сидит на месте и бровью в её стороны не ведёт.

Поднимаюсь на ноги. Киваю на дверь Вэнру, который так и стоит около стены, едва ли не пуская слюни на аристократку.

— Прошу меня извинить. Задумался. Если на этом всё, то мы пойдём. Дела не ждут, маркиза. Скорейшего выздоровления, — стараюсь выдержать максимально официальный тон и судя по лицу девушки, это её здорово бесит.

— Ты не находишь, что это не совсем вежливо? Вломиться к палату в леди, увидеть то, что никто не должен видеть, а потом просто уйти? — интересно, вот эти гневные нотки в её голосе, они наигранные или настоящие?

Притормозив, бросаю взгляд в сторону пациентки, которая уже плотно запахнула халат и теперь теребит его пояс, испепеляя меня взглядом.

— Маркиза, разве я просил вас мне что-то показывать? Мой форинг лишь задал вопрос о ранении, после чего вы сами решили продемонстрировать нам часть своего тела. При всём уважении, ни одного намёка на желание полюбоваться вашим бельём или тем, что за ним скрывается, я не делал, — отвешиваю что-то вроде неглубокого поклона и глянув на застывшее лицо брюнетки, которая скоро однозначно взорвётся фонтанами ярости, стремительно мчусь к двери.

Валья начинает возмущаться, когда мы уже оказываемся в коридоре. Стоит признать — в выражениях она особенно не стесняется. Скорее наоборот — такого использования в одной фразе слов Солнце, Пёс и Кашалот, я даже предположить не мог.

На момент даже останавливаюсь, чтобы дослушать. Потом о дверь с грохотом что-то разбивается, а рядом звучит восхищённый голос Вэнра.

— Ты её специально так? Чтобы когда решишь забраться в постель, она отдалась со всей страстью? — судя по тону, форинг искренне считает нашу короткую перепалку частью стратегии, что не совсем нравится моему разуму.

— Сколько раз я тебе говорил про Нату? И сколько ещё понадобится упоминаний, чтобы до тебя дошло? — отвечаю, уже шагая вперёд по коридору. Слева от меня обиженно сопит поэт.

— Так она тебя сама кинула, разве нет? Разве это мешает немного расслабиться с кем-то ещё? Да и на Домхане… Ты же проснулся в постели жены ярла, — последнюю фразу выпаливает максимально быстро, как будто опасаясь моей реакции. Я же пытаюсь прикинуть, как ему лучше всё объяснить.

— Я не знаю, что на самом деле случилось. Возможно Ната и правда предательница. Но может быть и нет. Чувства… Их не так легко имитировать. Подлог всё равно ощущается. Либо она мастерски умеет играть, либо во всей этой истории что-то нечисто. А что до жены ярла — когда я ложился в кровать, её там не было. Ночи я, конечно, не помню, но проснулся в штанах. Сомневаюсь, что имел место какой-то интимный контакт, — слушая, форинг качает головой, а когда я заканчиваю, тяжело вздыхает.

— Даже не знаю, завидовать тебе или жалеть. Встретить человека, из-за которого спустя пять лет будешь творить такое — это громадная редкость. Но если он вдруг тебя предаст… Собраться назад ты уже не сможешь, — в голове звучат грустные интонации. Я же предпочитаю не комментировать его пассаж.

Возможно, это и правда редкость. А может быть, у меня банально едет крыша. В любом случае, прямо сейчас мой разум не настроен на контакты с другими девушками. Не говоря о том, что в окружающем мире творятся странные вещи, заставляющие подозревать всех подряд.

Спустившись на первый этаж, сворачиваю в боковой проход. Оглянувшись по сторонам, убеждаюсь, что рядом никого нет. И концентрируюсь на жетоне. Время возвращаться в Обитель.

Когда перед глазами появляются знакомые очертания апартаментов, собираюсь сразу отправиться за порцией кофе. Но застываю на месте, как только поворачиваюсь в сторону кухни. Боковым зрением вижу, как Вэнр опускает руку на револьвер. Сам же медленно интересуюсь.

— Разве Устав Синклита разрешает вламываться в чужие жилища, Странник Канц? Что вы тут делаете?

Глава VI

Смотритель, одетый всё в ту же белоснежную мантию, не спешит отвечать. Несколько секунд молча стоит на месте, рассматривая меня — чувствую, как по позвоночнику проносится ощущения холода. Тогда как внутренний параноик во весь голос орёт, что надо срочно использовать жетон. Убраться с его помощью на Ардон, а потом связаться с Рэхтоном.

— Нас прервали, когда я шёл поговорить с тобой. Поэтому я здесь. Ждал твоего возвращения, — Канц наконец решат подать голос, тогда как я пытаюсь запустить работу мозга.

Ждал? Как он мог нас ждать, если я сам не знал, сколько времени займёт визит к маркизе и во что он выльется? Не понимаю.

Смотритель опускается на диван, около которого стоял, и приглашающим жестом указывает на кресла. Мол, не стесняйтесь, присаживайтесь, в ногах правда нет. Ведёт себя так, как будто это его апартаменты.

Впрочем, прямо сейчас разум цепляется за совсем другие факты. Так что медленно усаживаюсь в кресло и сразу задаю вопрос.

— Как ты узнал, что мы прибудем именно сейчас? — на мой взгляд, один из самых важных моментов. В помещение его мог банально пустить Чарг, который, в принципе, может открыть двери при разрешении от руководства. А вот точное время прибытия в Обитель — это уже совсем другое дело.

— У всех свои секреты, Странник Кир. Клан Ройенов давно и преданно служит Синклиту. За это время у нас накопилось немало тайн, о которых знают лишь единицы, — звучит запредельно пафосно. К тому же, по существу он так ничего и не сказал.

— Возможно и так. Но сейчас эти твои тайны касаются меня. Хотелось бы понять, как ты выяснил время нашего возвращения? И кто именно пустил тебя в наши апартаменты? — сразу озвучиваю и второй волнующий меня момент, а Смотритель едва заметно наклоняет голову.

— Как знаешь, Охотник Кир. Но помни, чем больше тебе известно чужих тайн, тем опаснее становится жизнь, — это сейчас была угроза? Или он намекает на опасность со стороны кого-то ещё?

— Я отследил твой маршрут. Это умеют многие, но не всем доступна такая точность, как у нас. Всё, что мне оставалось — переместиться в место поблизости и наблюдать. А потом отправиться обратно в Обитель, опередив вас. Не знаю, зачем ты посещал ту провинциальную аристократку, но я рискнул предположить, что после этого вы с форингом вернётесь назад, — пожалуй Валья здорово разозлилась бы, услышав как её называют «провинциальной аристократкой».

— Как ты оказался в наших апартаментах? Тебя пустил Фарг? Есть разрешение Айрва? — один за другим озвучиваю вопросы, наблюдая за безразличным выражением лица Канца. Когда заканчиваю, он шевелит пальцами правой руки, лежащей на колене. Единственное его реакция на мои слова.

— Я ведь уже сказал, у клана Ройенов есть свои тайны. Когда-то давно, один из моих предков воздвиг эту цитадель. Поэтому не удивляйся, если мои возможности покажутся тебе чуть большими, чем у остальных, — излагает всё максимально ровным тоном, а мой разум слегка закипает, обрабатывая новые данные.

Хм. Получается, кланы основателей Синклита могут куда больше, чем все прочие Странники? Раз Канц оказался здесь, то в состоянии проникнуть и кто-то ещё. Если подумать, то и камеры хранения, которые так нахваливал Чарг, теперь не кажутся идеальным местом для складирования ценных вещей.

Пока я перевариваю информацию, оживляется Вэнр, сидящий в другом кресле.

— О чём ты хотел с нами поговорить? — поэт тоже чувствует себя дискомфортно, но при этом ещё и раздражён. Скорее всего из-за бесцеремонного вторжения на личную территорию.

— Не с вами. Только со Странником Киром, форинг. Твоя персона меня не интересует, — чуть повернув голову, Смотритель вперивается взглядом в парня и я вижу, как его пальцы буквально впиваются в подлокотники.

То самое ментальное воздействие, которое он использовал на месте убийства? Зачем? Просто, чтобы осадить моего спутника?

— Не думаю, что тебе стоит разбрасываться оскорблениями, Смотритель Канц. Не в чужих апартаментах, куда ты вломился, нарушив Устав, — указываю на очевидный факт и собеседник переключает внимание на меня.

— Ты тоже нарушил Устав, Странник Кир. Переход из личных помещений находится под запретом, как ты сам только что и сказал. Но я здесь не для обсуждения бюрократических условностей. Мне нужно другое. Информация об убийце Стерфа Тонновского. И связи этого дела с той женщиной, которую вы навещали в больнице.

В голове сразу же закручивается вихрь мыслей. Если начистоту, я бы предпочёл рассказать всё Рэхтону. К рыжему здоровяку у меня доверия куда больше, чем к ледяному инквизитору. Но не совсем понятно, когда я снова смогу побеседовать с Рэхтоном. Тогда как Канц прямо здесь. Сидит напротив меня и ждёт ответа.

К тому же, самый рыжий громила отзывался о нём только в положительном ключе. Как минимум, я могу быть уверен, что он не связан с Мастером Айрвом, либо потенциальными заговорщиками из Синклита.

Имеется только одна проблема — я не могу осветить картину полностью. По той простой причине, что Ройен не в курсе моего навыка Следопыта. И боюсь, факт его наличия вызовет у Смотрителя пару резонных вопросов. На которые у меня не будет ровным счётом никакого ответа.

— Семья герцога Нивельского. Вернее её младшая ветвь. Давным-давно не проявляющая активности на политическом поле, но внезапно объявившаяся совсем на другой доске игры, — решившись, озвучиваю факты, которые легко могу подтвердить, и вытаскиваю лист бумаги, найденный в мастерской.

Поднявшись на ноги, подхожу почти вплотную к Канцу и демонстрирую ему герб, не выпуская документ из рук. Тот едва заметно кивает. Поднимает взгляд на меня.

— Это же не всё, верно? — почему-то мне кажется, что сейчас ему хочется напомнить мне о фактической краже улики с места преступления. Хотя, может и нет. Сложно сказать, какие мысли бродят в голове потомка одного из первых Странников.

— Не всё. Муж маркизы Вальи Рант, который оказался пустотником, лечился в той же больнице, что и владелец мастерской. Это был мой второй заказ на ликвидацию тварей и я не сразу понял, что цель выходит далеко за рамки стандартов. А потом задавать вопросы было уже некому, — кратко описываю ситуацию, предполагая, что сейчас собеседник попытается что-то уточнить. Но тот лишь молча ждёт продолжения.

Отступаю на пару шагов назад и складываю лист бумаги, пряча его в небольшой подсумок на поясе.

— У него были счета за лечение. На бумаге с таким же гербом. Их похитили во время ограбления, в котором, скорее всего, был замешан Странник. А пустотник, которого я прикончил в особняке Рант, был призраком, сохранившим свою память, — вот теперь Канц хотя бы как-то реагирует. Чуть подаётся вперёд, пристально всматриваясь в моё лицо.

— Призраком? Ты уверен? Как это выглядело? — то есть нападение совершённое Странником, его не сильно волнует, а вот призрак заинтересовал?

— Бесплотное и неуязвимое создание, которого могло управлять воздухом. Бросался в меня всем, что попадалось под руку. Но был привязан к физического телу, укрытому в винном погребе. Собственно, так я с ним и разобрался, — вспоминаю ключевые моменты уничтожения пустотника, а уголки губ Смотрителя внезапно дёргаются.

— Только один вопрос, Странник Кир. Много ты знаешь пустотников, которые могут использовать амву так же, как мы? У многих есть боевые навыки? — голос звучит так же, как и раньше, но вот выражение его глаз точно поменялось. Конечно, если я не обманываю сам себя, пытаясь сделать собеседника более человечным.

Стоп. Я идиот. Вот реально — просто тупой идиот. Пустотники не способны управлять амвой. Ни в каком ключе. Всё, что они могут — использовать свои изменённые тела, чтобы убивать. Об этом не раз и не два упоминалось в тех книгах, что я успел самостоятельно изучить.

Почему я не подумал об этом раньше? Какого чёрта моей голове показалась нормальной ситуация, в которой воздух рассекает призрак, владеющий телекинезом?

Всё это приводит к простому выводу — маркиз превратился далеко не в обычную тварь, глотнувшую мощи междумирья. И судя по медицинским счетам, связано это всё с той же больницей.

— Вижу, что ты понял, о чём я говорю. А теперь задай себе другой вопрос, кто способен построить больницу в Ардоне и ставить эксперименты на людях, скрывая это от Синклита, — сначала, было, думаю, что он говорит о каком-то конкретном человеке, но быстро понимаю, что ошибся.

Канц всего лишь намекает, что это дело рук Странников. К слову, скорее всего достаточно сильных, раз они так ловко маскируют объекты своих опытов и до сих пор скрываются от Смотрителей.

Предполагаю, что беседа сейчас продолжится, но Ройен уже поднимается на ноги.

— Я услышал всё, что хотел. Благодарю тебя за помощь, Странник Кир. Теперь я представляю, кого именно мне нужно искать, — озвучив последнее слово, сразу же растворяется в воздухе, заставив меня удивлённо дёрнуться.

Интересно. Он что, таким образом и попал к нам? Просто запустил переход с Ардона, выйдя уже в гостиной?

— Как же такие люди бесят. Вот что ему мешало нормально разговаривать? Древняя кровь в венах вскипит, если по-человечески пару слов скажет или что? Ведёт себя, как невесть кто, а у самого ведь ни клана, ни поддержки. Просто идиот в белой мантии, возомнившей себя невесть кем, — возмущённый форинг отправляется на кухню, а я медленно качаю головой.

Когда-нибудь его несдержанность может аукнуться. Впрочем, весь разговор Вэнр держал себя под контролем, так что определённая надежда есть.

Другое дело, что он не совсем прав по поводу Канца. Да, пафоса в нём с избытком. Можно разделить на десятерых и всё равно окажется слишком много для каждого отдельного человека. Тем не менее, он реально пытается идти по следу. Да и возможности Смотрителя впечатляют.

— Какие сейчас планы? — вернувшийся с чашкой кофе форинг усаживается в то же самое кресло и, сделав глоток напитка, смотрит на меня.

— Тренироваться. А потом отправиться к твоему отцу. Всё, как и предполагалось, — в конце пожимаю плечами, не понимая почему схема действий должна была измениться.

А спустя десять минут мы уже заходим в один из тренировочных залов. Стоит признать, следующие двенадцать часов, проходят максимально продуктивно. Если бы не жёсткие временные ограничения, я бы задержался в Обители на куда более длительный промежуток времени.

Хотя бы по той простой причине, что мой навык управления воздухом становится всё более мощным. И насколько я понимаю, до потолка ему ещё далеко. Плюс, у меня всё лучше получается работать с пространственным карманом. В данном случае тренировка до банального проста — я то перемещаю вещи туда, то возвращаю их обратно.

Основная задача — добиться того, чтобы действие происходило практически на полном автомате и не требовало от меня сознательного усилия. Только при таком раскладе, новую способность выйдет использовать на поле боя. Потому как в противном случае рассчитывать на эффективное применение навыка будет сложно. Случай с ножом, который я пытался достать во время боя, достаточно наглядно демонстрирует последствия провала. Если предположить, что я хотел бы извлечь револьвер, а напротив располагалось несколько вооружённых огнестрелом противников — результат мог бы оказаться куда более плачевным.

Помимо этого, работаю с невидимостью и зрением Следопыта. Но как мне кажется, эти навыки не получится раскачивать за счёт тренировок и многократного повторения одних и тех же действий. Видимо, единственный вариант их усиления — увеличение объёма амвы и ранга Странника.

Форинг же концентрируется на развитии собственного тела и оружия. Полученной порции амвы с лихвой хватает, чтобы он стал куда более выносливым. А его шпага, с которой тот не расстаётся, вполне успешно поражает мишени, имитирующие пустотников четвёртого уровня угрозы. Не самый плохой результат.

Столовую мы посещаем абсолютно измотанными. Быстро расправляемся с порциями пищи, после чего возвращаемся в апартаменты и сразу же отправляемся спать.

Первое, что делаю после пробуждения и утренних процедур — топаю к Чаргу. Необходимо выяснить, как провернуть дело с отцом Вэнра и при этом не вляпаться в неприятности.

Опасаюсь, что управляющий спит, но тот распахивает дверь почти сразу после того, как я стучу кулаком. На самом деле немного странно. Если подумать — я ни разу не заставал Чарга спящим. Выпившим и иногда не слишком адекватным — да. Но не в состоянии сна.

— Так и будешь стоять? Или всё-таки что-то скажешь? — мужичок вопросительно пялится на меня, почёсывая пузо, прикрытое футболкой. Встреться мне такой на улице, решил бы, что очередной местной забулдыга, который выполз проветриться.

— Есть один интересный вопрос. Но я думаю, его лучше задать внутри, — намекаю на определённую «нелегальность» обсуждаемой темы, но управляющего это не смущает. Молча отходит в сторону, освобождая мне дорогу.

Что интересно, на этот раз в прихожей стоит пара кожаных кресел, которых тут раньше точно не было. Когда он успел сделать перестановку? Я же только недавно заходил, чтобы продать золото?

Чарг опускается в одно из кресел и вопросительно поднимает брови, а я занимаю второе.

— Как быть, если у меня появится частный заказ на Ардоне? Его возможно выполнить без проводки через имперское казначейство? — я долго раздумывал, как прояснить этот момент, но в конце концов решил, что прямой вопрос будет оптимальным вариантом. С чего бы я не начал разговор, в итоге всё равно придётся произнести эти слова. Так зачем тратить время впустую?

Управляющие скребёт пальцами шею. Хмыкает. Покачивает головой.

— Частный заказ, говоришь? А откуда он, если все заявки собирает казначейство? Если речь про мелочь какую-то, как твои первые в Нэффоре, то чиновники плюнут и разотрут. С тех денег, что за такое платят и налог выйдет мизерным. Вот если что-то крупное попадётся, они сами этого заказчика на лоскуты порвут, если не заплатит, — определённая логика в его ответе имеется. Тем не менее, спрашивал я не совсем об этом.

— Предположим, такой всё-таки есть. Не сказать, что гигантский, но к категории средних, наверное отнести можно. Я могу выполнить его самостоятельно и не попасть под трибунал? — на всякий случай уточняю причину своей обеспокоенности, что неожиданно вызывает у Чарга смех.

— Трибунал? Нет, ну если ты туда собрался с пулемётом заявиться и радостно всех из него перестрелять, то тогда да. Без трибунала не обойтись. А просто заказ мимо казначейства… Максимум тебя пожурят малость. Да в самом этом казначействе могут невзлюбить. Но какое тебе дело до ардонских чиновников, правильно? — дослушав его, удивлённо моргаю.

— Как так? Мне со всех сторон твердили, что все заказы на Ардоне распределяются казначейством и без них нельзя ничего сделать. А сейчас ты говоришь, что это вовсе не проблема, — честно озвучиваю свои сомнения и управляющий снова выдаёт тихий смешок.

— Ардон — это тебе не дикий мир. Всё и правда делается через казначейство, тебе никто и не врал. Они определяют приоритетность задачи, по которой распределяются задания для Странников. Вот пришёл ты ко мне, попросил список работы по Ардону, а я имею право показать только первую тройку по приоритету в каждой категории, понимаешь? Об остальных ты и знать не будешь, — он снова забирает не в ту сторону.

— А Мастер Айрв? Он же настаивает, чтобы всё распределялось только через имперских чиновников, — мой новый вопрос вызывает у собеседника третий приступ смеха и я чувствую, как внутри появляется лёгкое раздражение.

— Я серьёзно, Чарг. Какие могут быть последствия? Это вообще где-то прописано? Есть какие-то документы? — разум, отчаявшийся получить детальное объяснение, аппелирует к бумагам, а управляющий наконец прекращает смеяться.

— Извини, Кир. Новички… Вы иногда бываете такими забавными, что не могу удержаться. И документ, к слову, есть. Имеется такая бумага, где прописана работа по заказам в разных мирах. Если хочешь, найду сейчас копию. Но всё, что тебе нужно — заключить договор, выполнить работу, а потом заплатить мне пошлину. На этом всё, — он с довольным видом хлопает в ладони, а я абсолютно улавливаю логику работы всей системы распределения задач.

— Почему тогда так почти никто не делает? — на мой взгляд, вопрос вполне резонный, но судя по лицу Чарга, тот едва сдерживается, чтобы снова не расхохотаться.

— Ты ведь наверняка уже в курсе, что в Синклите сейчас не так много Странников. Представь какой спрос на их услуги? И сколько им готовы платить. Зачем где-то рыскать, что-то искать, с кем-то договариваться и потом бегать по Обители, чтобы зарегистрировать договор и оплатить пошлину? Можно просто взять задание из списка, получить свои деньги и наслаждаться жизнью дальше, — сейчас он смотрит на меня с таким видом, как будто объясняет здоровому лбу таблицу умножения, а тот всё никак не хочет понимать, почему дважды два будет четыре, а не пять.

— У Золотых и Серебряных есть лимит. По заданию раз в сто часов. Минимум, который нужно отработать. Вот они берут любое из списка, делают его, а потом либо в Обитель, либо на курорт какого-нибудь Лефаса, где можно хорошо провести время. К чему им эти заморочки, если жизнь и так прекрасна? — честно говоря о таком раскладе я не думал. Хотя, сейчас он кажется весьма очевидным вариантом.

Через минуту возвращаюсь в коридор, прихватив с собой копию распоряжения Мастера Айрва, в котором бюрократическим языком описывается всё то же самое. Потом посещаем оружейную, где я подбираю дополнительную экипировку. Сразу после этого направляюсь назад.

Зайдя в апартаменты, сразу же сталкиваюсь взглядом с Вэнром, который уже полностью экипирован и меряет шагами прихожую.

— Ну что? Получилось найти лазейку? — говорить о том, что на самом деле искать было и не нужно, мне не хочется. По крайней мере, прямо сейчас. Поэтому просто киваю.

А спустя четверть часа мы уже стоим в гостиной, готовые к переходу. Экипировка проверена, варианты развития событий проговорены, план в голове уложен. Самое время встретиться с семьёй Вэнра.

Чёрная темнота перехода. Слепящий солнечный свет. И звучное блеяние, которое окружает меня со всех сторон. Прищурив глаза, машинально хватаюсь за револьвер. А потом разжимаю пальцы, растерянно оглядываясь вокруг. Я старался сконцентрироваться на мысли о семье герцога Пальского. Но сработало это как-то странно — сейчас мы стоим практически в центре громадного овечьего стада, чьи представители с ошалевшим видом разбегаются от нас, оглашая воздух возмущённым блеянием.

Глава VII

Собираюсь прояснить ситуацию у Вэнра, который с ошеломлённым видом стоит рядом, но тот уже указывает рукой направление.

— Нам туда. Перевалим через вон тот холм и окажемся возле замка. Если повезёт, то встретим пастухов и реквизируем у них пару коней, — судя по уверенному тону, парень действительно опознал местность. Что не может не радовать — я уже начал сомневаться, что мы хотя бы приблизительно оказались в нужном месте.

Рассекаем овечье стадо, заставляя животных разбегаться. Пару раз едва не вступаем в стычки с баранами, которые ведут себя агрессивно по отношению к чужакам. Странное это чувство, когда ты Странник убивающий пустотников, но не знаешь, что делать, если на тебя кинется обычный баран. По идее, надо стрелять. Но животное так-то не виновато, что переход выкинул нас сюда. К тому же, выстрел наведёт столько паники, что нас могут банально затоптать. Учитывая, что вокруг не меньше тысячи голов скота — не самая радужная перспектива.

К счастью, удаётся обойтись без истребления поголовья баранов и минут через двадцать мы добираемся до границы территории, занятой овцами.

Бывает такое, что ты мажешь в судьбе,

Глянешь вокруг, а там овцы везде.

И один совсем агрессивный баран,

Чья кожа превратится в отличный барабан.

Сначала не совсем понимаю, что меня смущает в данном конкретном стихе. Потом доходит, что поэт иначе сложил рифму. Да и смысла я пока не улавливаю. Это на него так близость родового замка влияет? Нервничает перед встречей с родными?

Когда оказываемся за пределами отары, догоняю его, чтобы поговорить. Но начать беседу не успеваю — из-за небольшого холма показывается всадник, который пришпоривает лошадь и резво мчится к нам, что-то крича.

Судя по тому, как стихают вопли по мере его приближения, изначально пастух принимает нас за местных. А поняв, что перед ним пара вооружённых и прилично одетых людей, меняет настрой.

Остановив коня рядом с нами, опускает взгляд на наши фигуры.

— Откуда вы здесь взялись? Что делаете на земле герцога? — пожалуй, с корректировкой настроения я переборщил. Возможно, теперь он не считает, что мы хотим украсть пару овец. Но и сильного дружелюбия не проявляет.

Глянув на него, молча вытаскиваю из под рубашки жетон Странника. Срабатывает практически так же, как и обычно — изменившийся в лице пастух, убирает руку от револьверной кобуры на своём поясе и сглатывает слюну, испуганно смотря на меня.

— Я могу чем-то помочь, господин Странник? — вот теперь он настроен на сотрудничество.

— Нам нужно в замок герцога Пальского. Как я слышал, у него есть работа для Странника, — простые слова производят эффект взорвавшейся бомбы. Паренёк крутит головой из стороны в сторону, как будто не зная, как ему лучше поступить.

Наконец, указывает рукой в сторону того большого холма, о котором говорил Вэнр.

— Замок там. Нужно просто немного пройтись пешком и всё. Хотя… Не надо пешком. Я… А! У меня же только одна лошадь. Вы подождёте? Я приведу Ранфа и он тоже отдаст свою. Быстро доберётесь, — судя по его лицу, пастух готов и дальше извергать поток слов, так что я поднимаю руку, останавливая его.

— Лошади нам не нужны. Просто пошлите кого-то в замок. Пусть предупредят герцога, что прибыл Странник, который в курсе его проблемы и, возможно, сможет помочь её решить, — несмотря на то, что я максимально чётко обозначаю задачу, всадник ещё секунд пять рассматривает меня широко открытыми глазами и только после этого начинает разворачивать лошадь.

Проводивший его взглядом Вэнр качает головой.

— Зря ты отказался. Сейчас бы минут десять и были в замке. Да и предупредить попросил зря. Эффект внезапности мог помочь договориться, — голос парня звучит совсем невесело и с этим надо что-то делать.

— Во-первых, я не умею ездить верхом. Если ты не забыл, в моём мире все раскатывают на транспорте с двигателями. Конная езда давно превратилась в хобби. Во-вторых, у герцога всё равно нет вариантов. Либо он согласится на все условия, либо может дальше ждать, пока случится чудо. В-третьих, ты вот-вот утрёшь нос всей своей родне. Чего такой хмурый? — форинг на момент отводит взгляд в сторону. Потом оглядывается назад.

— Знакомые места просто. Много не самых лучших воспоминаний, — поэт отделывается общими фразами, а я тихо хмыкаю. Как-то жёстко на него накатило при возвращении в родные места.

Ещё несколько раз пытаюсь разговорить Вэнра, но тот явно не расположен беседовать. Да и приходить в себя не хочет — возможно, парню просто нужно чуть больше времени, чтобы осознать изменения внутри самого себя. Либо, что более вероятно, требуется продемонстрировать эти самые изменения своим собственным родственникам.

Поэтому прекращаю попытки его расшевелить и молча шагаю рядом, прокручивая в голове информацию о семье Пальских. Два старших брата, которые активно участвуют в управлении семейными делами. Один специализируется на промышленности, второй на сельском хозяействе. Старшая сестра, что помешана на армии и оружии. Плюс младшая — этой только исполнилось восемнадцать и по словам Вэнра, она тоже выбивается из общей картины — вместо балов и посиделок на светских салонах, предпочитает рисовать.

Отец — герцог Олоф Пальский. Суров, строг, бывает жесток. Иногда с сильными перегибами. Но умеет считать деньги и не идиот. За счёт чего пока ещё держится на плаву, пусть и нажил себе массу врагов внутри империи.

Мать Вэнра умерла после родов его младшей сестры, так что воспитанием самых юных детей занимались сначала няни, а потом и учителя. Второй раз Олоф так и не женился, но вот любовниц при себе держит постоянно.

В успехе наших переговоров я не сомневаюсь — шахты жизненно важны для герцога. Чем быстрее они вернутся к работе, тем лучше для него. Тем не менее, лучше оказаться на встрече полностью подготовленным, чем явиться туда, почти ничего не зная и размахивая жетоном Странника.

Когда поднимаемся на вершину холма, открывается вид на замок, стоящий по другую сторону узкой реки, протекающей где-то в километре отсюда.

Вздымающиеся вверх башни, мощные каменные стены, широкий и глубокий ров, который до сих поддерживают в надлежащем состоянии. Когда-то это место было резиденцией королевской династии Пальских. Теперь же стало родовым гнездом имперского герцога, что пытается сохранить прежнее влияние.

Спускаясь вниз по склону, вижу, как по мосту идущему через реку проносится автомобиль.

— А вот и торжественная встреча. Спорим, сейчас окажется, что шофёр мне незнаком? На моей памяти, ни один не продержался дольше пяти месяцев, — когда мы оказываемся у подножия и авто подъезжает ближе, останавливаясь в траве, поэт удовлетворённо хмыкает. Видимо оказывается прав.

Помимо водителя, в машине оказывается рослый мужчина в костюме. Выскочив наружу, открывает, было, рот, смотря на меня. Но потом его взгляд падает на Вэнра и мужчина застывает на месте с шокированным выражением лица. Как мне кажется, у него даже возникает желание рявкнуть. К счастью, быстро вспоминает кто именно перед ним — отмечаю, как опасливо косит глаза на мой жетон, висящий поверх рубахи.

— Я рад приветствовать Странника на земле рода Пальских. Но… Боюсь, Его Сиятельство будет не слишком рад видеть вашего спутника, — он, наконец, определяется с формулировкой, а я беззаботно пожимаю плечами.

— А я рискну предположить, что мой спутник будет не слишком рад видеть герцога. Да и твоё лицо, его, возможно, тоже не слишком вдохновляет. Но как видишь, он благополучно пересиливает своё чувство отвращения, — не сдержавшись, отвечаю в относительно резком тоне и слуга замирает, не зная, как реагировать.

Несколько секунд молча жду, наблюдая, как мужчина растерянно бегает взглядом по округе. Наконец решаю ему помочь.

— Доставь нас в замок, а дальше твой герцог сам разберётся, что ему делать. Ты же не считаешь, что можешь решать за него? И уж надеюсь, в твоей голове не появилось тупой идеи предложить мне продолжить путь в одиночку? — судя по тому, как меняется лицо слуги, такая мысль в его черепной коробке бродила. К счастью, не выбравшись наружу. Потому как предсказать реакцию на это Вэнра было бы крайне проблематично.

Встречающий молча возвращается к автомобилю и приглашающе открывает дверь. Дождавшись, пока мы заберёмся на заднее сидение, точно так же молча занимает место рядом с шофёром. И всю дорогу до замка не произносит ни слова.

Ворота в замок оказываются открытыми, а когда делаем полукруг и заезжаем во внутренний двор, обнаруживаю целую делегацию, которая собралась около ступеней входа

С интересом рассматриваю встречающих нас людей. Вон тот седой, коротко остриженный мужчина в камзоле украшенном золотом, скорее всего и есть Олоф Пальский, отец Вэнра. Двое парней рядом с ним — наверняка старшие братья форинга. Оба копируют стиль отца, стараясь ему максимально подражать. Выходит, правда, только у одного. Второй явно страдает чревоугодием — камзол распёрт большим животом, а щёки натурально свисают вниз. Хотя, кто знает — возможно просто чем-то болен. Бывает иногда и такое.

Позади этой троицы выстроился десяток слуг, вовсю рассматривающих приближающийся транспорт. А когда мы оказываемся совсем рядом, на ступенях появляется ещё одно действующее лицо — девушка в брючном костюме и двумя револьверными кобурами на поясе. Плюс, висящий справа длинный кинжал.

Шофёр, который всю дорогу пялился на нас в зеркало заднего вида, думая, что проворачивает этот фокус абсолютно незаметно, останавливается. А слуга стремительно выскакивает наружу и подбежав к моей двери, распахивает её.

— Ваше Сиятельство, рад представить вам господина Странника… — замявшись, вопросительно смотрит на меня и я вижу, как в глазах мелькает испуг. Видимо, по этикету положено назвать моё имя. Которое он, ввиду ситуации, совсем забыл узнать.

— Странника Кира. Одного из Охотников Синклита и главу клана Вязовых, — максимально пафосно озвучив все свои «титулы», киваю мужчине на вторую дверь и тот, едва заметно поморщившись, бежит к ней, чтобы выпустить форинга.

Я же поворачиваюсь к встречающим. Если на герцога и подействовал мой формат представления, то он этого никак не показывает. Стоит всё с тем же мрачным выражением лица, уперев в меня взгляд.

Вот с братьями Вэнра дело обстоит иначе. Тот, что больше похож на отца, тоже пытается придать себе безразличный вид и сурово меня разглядывать, но глаза наполнены любопытством. Второй же этого и вовсе не скрывает, сосредоточив внимание на жетоне. Даже чуть продвигается вперёд, чтобы лучше его рассмотреть.

Слетевшая вниз по ступеням девушка, замирает справа от Олофа. Эта в первую очередь оглядывает моё оружие. А потом переводит взгляд за мою спину и я вижу, как удивлённо распахиваются её глаза.

— Вэнр⁈ Как? — восклицание заставляет всех на секунду забыть о присутствии Странника и переключить внимание на поэта. Здесь даёт пробоину и напускное хладнокровие Олофа — хорошо вижу, как ходят желваки на его лице. Оторвав взгляд от младшего сына, возвращает внимание на меня и шагает вперёд.

— Как это понимать? Зачем вы притащили в мой дом это… Это ничтожество! Ради чего? — голос наполнен вполне искренней яростью и злобой. Чем таким ему насолил поэт перед побегом? Переспал с любовницей отца? Организовал в шахтах профсоюз? Пытался взорвать пару замковых башен?

— Это мой форинг. Благодаря которому у вас появился шанс избавиться от пустотников в шахтах. Если собираетесь общаться с кем-то из нас в подобном тоне, то мы можем прямо сейчас убраться отсюда, — последние слова отнюдь не фигура речи и аристократ это хорошо понимает. Как и тот факт, что другой шанс вернуть под контроль шахты может представиться крайне нескоро.

Несколько секунд он борется с противоречивыми чувствами внутри собственного сознания. Потом презрительно морщится и кивает.

— Раз он выбрал служение незнакомцу вместо своего рода — пусть так и будет. Пока вы в моём замке, к нему будут относиться, как к слуге Странника, который находится под его защитой, — герцог специально выделяет слова «служение» и «слуга», видимо, стараясь подчеркнуть статус Вэнра. А я буквально физически чувствую, как растёт напряжение в воздухе.

— Он мой спутник и соратник, а не слуга. К тому же, сейчас Вэнр способен одолеть любого из присутствующих. Вернее мог бы. Нам запрещено без причины убивать обычных людей, — Олоф стискивает зубы ещё на первой фразе, а последняя и вовсе выбивает его из колеи.

Впрочем, надо отдать герцогу должное — держать удар он умеет. Перед тем, как ответить, какое-то время выжидает, то ли подбирая слова, то ли просто успокаиваясь. Потом ещё раз бросает взгляд на сына и медленно цедит:

— Да кого он может одолеть? Толку от такого при охоте на пустотников, — голос герцога наполнен концентрированным пренебрежением, а я внезапно понимаю, что он абсолютно точно согласится на все условия. Раз не взбрыкнул прямо сейчас и не отправил нас ко всем чертям, увидев Вэнра, то уже никуда не денется.

— Он спас мне жизнь, с одним клинком бросившись на крайне опасную тварь. И прекрасно при этом понимая, что может запросто погибнуть. Шансов в одиночку одолеть такого монстра у него не было. Тем не менее, Вэнр предпочёл пойти в атаку, а не отсиживаться в укрытии, — лицо герцога чуть меняется, а вот старшая сестра бросает в сторону поэта задумчивый взгляд. Я же решаю, что пора перевести наш разговор в чуть более конструктивное русло.

— Мы можем обсудить вопрос зачистки шахт? Или вы предпочитаете говорить об успехах своего младшего сына? — формулировка заставляет Олофа снова сжать зубы, но уже через секунду он кивает.

— Конечно. Предлагаю подняться ко мне в кабинет и поговорить. Рад, что Странники, наконец, обратили внимание на нашу проблему, — голос у него звучит совсем не радостно, но мужчина всё же произносит требуемые слова и спустя мгновение уже начинает подниматься по ступеням.

Когда оказываемся внутри замка и шагаем по каменными коридорам, освещённым газовыми лампами, понимаю, что на переговоры, видимо, отправятся все члены семьи. Они вполне уверенно идут вместе с нами — братья сразу за отцом, а старшая сестра перед нами. Порой бросая заинтересованные взгляды то на меня, то на Вэнра. Скорее всего, девушке любопытно, как её родственник угодил в форинги Странника.

Кабинет, о котором говорил герцог, оказывается настоящим небольшим залом — по центру длинный стол, вдоль которого выставлены ряды высоких стульев, в дальнем конце потрескивают горящие в камине поленья, на стенах висит оружие. Остальное пространство пустует — убранство здесь достаточно аскетично.

Зайдя внутрь, на момент останавливаюсь. Передёргиваю плечами от сырости — несмотря на работающее в коридорах отопление и горящий камин, внутри замка высокая влажность. Потом уверенно шагаю к столу. Занимать место во главе будет точно неразумно — это станет, скорее, не вызовом аристократу, а проявлением собственной тупости. Если расположиться с торца напротив, то придётся едва ли не кричать, чтобы меня услышали. Поэтому усаживаюсь на первый стул по правую руку от него.

Слева от меня приземляется Вэнр, а его братья и сестра располагаются напротив. Дождавшись, пока герцог тоже займёт своё место, поворачиваюсь к нему и задаю первый вопрос.

— Итак, что вы готовы предложить за немедленную очистку ваших шахт от пустотников? — перешёптывающиеся напротив братья сразу замолкают, а их отец с мрачным напряжением рассматривает меня.

— А чего ты хочешь, Странник? Только не говори, что прибыл сюда, не зная, что попросишь за выполнение заказа.

Глянув на него, демонстрирую лёгкую усмешку и откинувшись на спинку стула, поворачиваюсь к форингу.

— Твой выход, Вэнр. Покажи им, как делаются дела.

Глава VIII

Лицо Олофа застывает каменной маской, а взгляд смещается к сыну. Братья и сестра тоже поворачиваются к поэту, а сам он отбивает пальцами ритм на каменной столешнице. Ожидаю, что сейчас что-то продекламирует или отшутится, но тот внезапно для меня, остаётся полностью серьёзным.

— Триста тысяч цехинов. Не меньше. Там семь ярусов шахт и неизвестное количество пустотников. Уровень угрозы неизвестен. Сложная задача.

Герцог не выдерживает — слышу, как скрипят его зубы.

— Триста тысяч? Ты прекрасно знаешь, как обстоят наши дела. И отлично представляешь, сколько я могу заплатить. Зачем вы сюда явились, если запрашиваете неподъёмную сумму? — аристократ старательно сдерживается, но судя по гневным глазами, ему хочется немедленно обрушиться на форинга с потоками ругани.

— Откуда мне знать? Я всего лишь нищий менестрель, который хочет сохранить свободу, не так ли? А вот сейчас стал соратником Странника. Немного неожиданный поворот в судьбе. Но даже я могу предположить, что где-то в глубоких подвалах хранится золото, которое можно потратить в самом крайнем случае. Ты всегда можешь запустить руку в свою кубышку, Олоф, — говорит он вроде спокойно, но в голосе ощущаются нотки то ли удовлетворения, то ли радости.

Его отец шумно выдыхает воздух. Бросает косой взгляд на меня, после чего снова смотрит на сына.

— У нас нет трёхсот тысяч цехинов. Я могу предложить сто пятьдесят. Это максимум, — одно за другим роняет слова, а тот брат, что страдает лишним весом, неожиданно корчит страдальческую гримасу.

Сам форинг какое-то время молчит. Возможно специально выдерживает паузу, а может и действительно о чём-то размышляет.

— Сто пятьдесят тысяч, это слишком мало для такого риска. Ты же сам знаешь, что на лёгких заданиях в Басфе, эти деньги заработать куда проще. Без походов по подземным туннелям, где можно наткнуться на что угодно, — тон поэта звучит отчасти задумчиво. На мой взгляд, пока парень весьма неплохо справляется с работой переговорщика.

Его сестра, которая сидит с другой стороны стола, на самом дальнем от герцога месте, неожиданно чуть подаётся вперёд.

— Брось, Вэнр. Да, ты сбежал и к тебе относились не лучшим образом. Но у нас же одна кровь. Без этих шахт мы падаем на дно. Каждый месяц Пёс забирает всё больше, а в конце и вовсе не останется ничего, — говорит эмоционально и напористо, но форинг лишь пожимает в ответ плечами.

Хм. Выходит, эти шахты для них куда важнее, чем предполагалось? Раз так, то позиция Вэнра теперь выглядит куда более адекватной. Попросить слишком большую для герцога сумму, чтобы в итоге получить реально возможный максимум, плюс пригласительные — не самый плохой расклад.

Сам он несколько секунд молчит, смотря на сестру. Потом переводит взгляд на своего отца.

— Предположим, мы сможем взяться за сто пятьдесят тысяч. Но тогда потребует кое-что ещё, — на первых словах, в глаза герцога отражается удивление смешанное с облегчением, а вот последние заставляют снова стиснуть челюсти

— Что именно? — старый аристократ практически рычит, впиваясь взглядом в своего младшего сына.

— Ты ведь уже получил приглашения на приём у Райвела, так? Нам нужны два из них, — судя по выражению лица, Олоф ожидал вовсе не такого ответа и теперь немного растерян.

— Зачем? За каким Пёсьим помётом, тебе нужно к Райвелу? Ещё раз опозорить семью? — если первые фразы произносит несколько растерянно, то последнюю выпаливает с самой настоящей злостью. Что-то мне подсказывает, под категорию «позора» у герцога попадает всё, что отличается от его собственного взгляда на жизнь.

А вот форинг выглядит абсолютно спокойным. Показательно зевает, прикрыв рот рукой и глядя на отца, пожимает плечами.

— Я давно не представляюсь членом рода Пальских. А теперь и вовсе один из тех, кто истребляет пустотников. Даже если там произойдёт какой-то инцидент, к тебе он никакого отношения иметь не будет, — лицо владельца замка чуть багровеет, а пальцы правой, что лежит на столе, непроизвольно сжимаются в кулак.

Молчит. Секунд тридцать аристократ хранит тишину, пытаясь совладать с эмоциями. Наконец ему это удаётся.

— Сотри Пёс тот день, когда я тебя зачал! Согласен. Но никаких авансов. Только по факту выполнения работы, — тон раздражённый, но похоже герцог смирился с тем фактом, что другого выбора у него нет.

Вэнр чуть поворачивает голову, вопросительно смотря на меня. Увидев, как я коротко киваю, озвучивает ответ.

— Никаких проблем, Олоф. Только составим договор. И на всякий случай напомню, что Синклит в курсе, куда мы отправились. А ты сам прекрасно знаешь, что бывает, когда пытаешься убить Странника, — последняя фраза заставляет герцога повторно скрипнуть зубами.

— Кто по-твоему перед тобой? Уличный грабитель? Убийца? Лесной разбойник? Я всегда держу своё слово, — сейчас аристократ смотрит на Вэнра так, как будто он нанёс ему тяжкое оскорбление, но форинг лишь в очередной раз пожимает плечами, предпочитая никак не реагировать.

Чуть подождав, герцог отправляет одного из своих сыновей к двери — приказать прислуге принести письменные принадлежности. Что интересно, посылает как раз того, что выглядит более похожим на него. А вот оставшийся на месте пухляш с любопытством рассматривает меня и в конце концов интересуется.

— А когда вы собираетесь взяться за работу? — вопрос логичный, но вот точного ответа у меня в голове нет.

Сейчас первая половина дня и в принципе мы можем отправиться в шахты прямо сейчас. Не уверен, сколько именно там будет пустотников, но возможно выйдет справиться к вечеру. Если нет — вернёмся обратно и потом снова спустимся под землю.

Скорее всего так и стоит поступить — не вижу особого смысла торчать в замке до следующего утра. Боекомплектом мы обеспечены, оружие при себе. Зачем зря терять время?

— Как только подпишем договор и выпьем по чашке кофе, — как мне кажется ответ толстяка слегка удивляет. Настолько, что он вроде даже собирается спросить что-то ещё, но в итоге всё же сдерживается. Зато оживляется его сестра, сидящая справа от парня.

— Вам понадобится карта переходов. И фонари. А ещё снаряжение на случай, если наткнётесь на завал, — девушка озвучивает всё с таким видом, как будто сама не раз планировала поход в шахты. Как минимум, размышляла об этом.

Отец бросает на неё недовольный взгляд, но после секундной заминки, кивает.

— Да, фонари понадобится. Конечно, если у Странника нет своего способа разогнат тьму. А снаряжение… Шахты должны быть в порядке. Пустотники убивают людей, а не крушат камень, — стоит признать, реагирует герцог относительно адекватно. Хотя, оно понятно. Стоит нам провалиться и надежда на быструю зачистку его территории от монстров, попросту исчезнет.

От необходимости отвечать на реплику по поводу света, меня избавляет появление слуги, который приносит всё необходимое. Олоф сразу же погружается в составление договора, а я вспоминаю про те шарики, которые использовал Рэхтон. Пожалуй, стоило уточнить у него, что это за артефакты и где их можно достать. Потому как, об оружии и экипировке я подумал. А вот о том, что нам понадобится источник света, даже не вспомнил.

Пробежав глазами текст, который набросал герцог, протягиваю бумагу Вэнру. Дождавшись, пока форинг ознакомится, ставлю свою подпись на обоих экземплярах. Только в этот раз добавляю ещё и печать, с изображенным на ней знаком бесконечности.

Внимательно наблюдающий за процессом Олоф внезапно уточняет.

— Так вы что-то вроде аристократа в среде Странников? — что интересно, в голосе звучит искреннее любопытство. Да и агрессии почти нет. Если во время беседы с Вэнром, аристократ постоянно был на грани срыва, то сейчас говорит скорее уважительно.

— Я бы не сказал, что у нас существует чёткое разделение на благородную кровь и обычных людей. Вернее, само разделение имеется, но оно мало на что влияет. А в целом, всё верно. Если посмотреть с точки зрения жителя Ардона, я кто-то вроде аристократа. Глава клана Странников, — всё-таки решаю обозначит социальный статус, на случай, если это пригодится в дальнейших переговорах.

Герцог задумчиво потирает подбородок, продолжая рассматривать кольцо.

— Герб у вас… Приметный герб. Впечатывается в память. Такой же был на договоре, который когда-то подписал мой дед, — прерывается, явно не закончив фразу и я машинально интересуюсь.

— Тоже на ликвидацию пустотников? — вопрос вроде бы невинный и абсолютно логичный, но Олоф внезапно саркастически кривит губы.

— Если бы. Там была весьма запутанная история, в которой я до сих пор не всё понимаю, — снова не договаривает, отделываясь короткой фразой, которая разжигает интерес к теме.

Хотя, возможно он просто меня прощупывает? Пытается понять, в курсе ли я дел своих предшественников?

— Всегда рад послушать, если у вас найдётся время, чтобы рассказать эту историю, — решаю, что демонстрировать свой интерес, будет излишним. В конце концов, аристократ сам заговорил про случай из прошлого. Появится желание, всё выложит. Нет и чёрт с ним.

Сам Олоф задумчиво кивает, глядя на меня. Потом переводит взгляд на старшую дочь.

— Ронса, обеспечь им транспорт до спуска в шахты и выдай всё необходимое. А потом дождись, пока поднимутся обратно, — тон снова меняется. Сейчас он говорит с такой интонацией, как будто отдаёт приказ солдату.

Сидящий напротив меня сын озадаченно хмурится.

— Отец, я тоже могу довести их до шахты и подождать. Почему ты поручаешь это Ронсе? — в голосе свозит обида и непонимание, а вот взгляд герцога сразу становится куда более мрачным.

— Она давно грезит идеей зачистки шахт и успела детально изучить вопрос. Ты этого практически не касался, Снерр. А теперь смеешь требовать от меня каких-то объяснений? Считаешь, я должен рассказывать тебе о причинах своих решений? — последние слова произносит с явным давлением и парень опускает голову, уткнувшись взглядом в столешницу.

— Нет, отец. Ты герцог Пальский. Кто я такой, чтобы оспаривать твои приказы, — голос старшего сына звучит подавлено, а я начинаю понимать, почему Вэнр предпочёл скитания по улицам, жизни в замке.

Спустя четверть минуты мы уже покидаем зал в сопровождении Ронсы. А вот сыновья и сам Олоф остаются за столом — что-то подсказывает, после нашего ухода, одного из них ждёт куда более суровая моральная экзекуция.

Предполагаю, что со снаряжением мы будем разбираться прямо в замке, но вместо этого девушка ведёт нас вниз. Когда оказываемся на ступенях широкой каменной лестницы, Вэнр обгоняет меня и равняется с сестрой.

— А где Калли? Почему её не пригласили? — понижает тон голоса, как будто боится, что его услышат. Ронса же слегка качает головой.

— В своих покоях. Заперлась и не пускает никого кроме личной горничной, — отвечает она тоже практически шёпотом. Кого они тут опасаются? Подслушивающих слуг, которые могут донести герцогу?

— Снова поссорились? — отчётливо различаю грусть и толику гнева в голосе форинга.

Несколько секунд девушка молчит, спускаясь по ступеням. Чуть повернув голову, косится на меня. Наконец решается.

— Надежды на очистку шахт не было. Ты же наверное в курсе, казначейство не включило наше задание в реестр. А без этого шансов практически нет. Денег всё меньше, тогда как платить по счетам надо. Одно содержание замка обходится в такие суммы, что у Пса глаза на лоб полезут. Отец пытался поговорить с ней про свадьбу. Сказал, что нашёл выгодную партию, кто-то с титулом и при этом с деньгами, — с усилием выдавливает из себя слова, а Вэнр удручённо вздыхает.

— Но теперь же свадьба не понадобится. Мы перебьём всех пустотников в шахтах и их снова запустят, — форинг чуть воодушевляется, а вот его сестра тихо цокает языком.

— Сто пятьдесят тысяч цехинов, Вэнр. Почти всё, что у нас есть. Вы заберёте золото и ассигнации, оставив герцогство без мельдона. А шахты не смогут дать прибыль сразу же. Потребуется время, — услышав ответ, поэт сразу мрачнеет.

В следующее мгновение бросает взгляд на меня, но сразу же отворачивается. Логично — об условиях он договаривался сам. Правда, на тот момент было неизвестно о планах выдать младшую сестру замуж. Думаю, располагай парень информацией, обязательно бы включил её в соглашение.

Чёрт. Выходит как-то не очень хорошо. Вэнр вдоволь потоптался на нервах родни, но при этом косвенно обрёк младшую сестру на договорной брак. Договор менять уже поздно — он подписан. Сомневаюсь, что герцог согласится на новые условия, располагая документом, который уже заверен моей подписью.

Во дворе замка, загружаемся в автомобиль. Что странно, сама Ронса забирается на заднее сидение, устроившись рядом со мной. А её брат, после недолгого колебания, занимает место рядом с шофёром.

Когда проезжаем замковые ворота, наша спутница как будто чуть расслабляется. А спустя минуту поездки, внезапно интересуется.

— Как становятся форингами? Что для этого нужно? — вопрос можно было бы отнести к обычному любопытствую, но я хорошо вижу выражение её глаз. И как по мне, прояснить этот момент она хочет исключительно с практической точки зрения.

Мгновение раздумываю над вариантами формулировок.

— Желание обеих сторон, пара предметов и немного времени, — ответ вполне честный, хоть и немного размытый. Девушка же внезапно усмехается.

— Прямо как в браке. Пара колец, согласие и чуть времени на церемонию, — слова звучат несколько неожиданно и в голове сразу всплывают мысли о Нате, что видимо отражается на лице. Потому как Ронса внезапно смущённо кашляет, отворачиваясь в сторону.

Правда, надолго её терпения не хватает. Через несколько минут снова косится на меня.

— А форингам разрешается поддерживать связь с семьёй? Вообще, есть какие-то правила? — снова тот же самый блеск в глазах. Она собирается попроситься ко мне в помощники? Решила, что раз взяли Вэнра, то шанс есть и у неё?

— Как видишь, твой брат здесь, пусть и ради выполнения задания. Никто не мешает контактировать с родственниками, пока ты находишься в родном мире, — пока отвечаю, в голову приходит неожиданная мысль. А ведь тут и правда кроется небольшая проблема.

Форинги не могут самостоятельно перемещаться между мирами. Если они хотят увидеть родных, нужно согласие Странника. И его повторный визит, чтобы помощник мог вернуться в Синклит. Плюс, само собой, потребуется свободное время. Если Странник постоянно скачет от одного задания к другому, вряд-ли он окажется склонным отпустить кого-то из бойцов в своего рода, мини-отпуск.

— А другие миры… Какие они? Похожи на наш? — видимо это стадартный вопрос, который задают Странникам при первом знакомстве. Как мне кажется, если у меня получится выжить, то я точно ещё не раз его услышу.

— Нам запрещено рассказывать. Если в общих чертах, есть разные. Некоторые напоминают Ардон, только чуть более отсталые. Или наоборот развитые. Другие на него совсем не похожи, — формулирую ответ так, чтобы там содержалась хотя бы какая-то информация, но при этом не озвучиваю никакой конкретики.

Сидящий впереди Вэнр прислушивается к разговора и на последнем вопросе девушки даже поворачивает голову, собираясь что-то сказать. Но осекается, услышав мою первую фразу.

Следующие двадцать минут мы проводим в тишине. Ронса разглядывает окрестности, о чём-то крепко задумавшись. А я пытаюсь прикинуть с чем именно мы можем столкнуться в шахтах? И хватит ли нашего вооружения?

Набор экипировки, по сути такой же, как при зачистке канализации. Только патронов и гранат, я в этот раз прихватил намного больше. Как показывает опыт, боеприпасы имеют свойство быстро заканчиваться. А если учесть, что в туннелях шахт могут оказаться десятки пустотников разного уровня угрозы, мы наверняка сожжём массу патронов.

Наконец останавливаемся около группы зданий, где раньше скорее всего жили шахтёры. Сейчас тут только одинокий дедок с винтовкой, которые отвешивает глубокий поклон Ронсе и чуть менее глубокий Вэнру. А потом интересуется, зачем мы явились?

Узнав причину, с любопытством разглядывает меня, но видимо статус не позволяет вот так запросто расспрашивать Странника в присутствии пары аристократов. Поэтому он просто приглашает следовать за ним.

Ещё чуть времени и мы уже на складе. Как быстро выясняется, в качестве источника освещения нам предлагают использовать спиртовые лампы, окруженные металлической решёткой.

Заметив мой вопросительный взгляд, старик объясняет, что пламя не будет опасно. Мол, даже если в шахтах повышенное содержание горючих газов, то решётка будет формировать разницу температур, из-за чего риск взрыва сводится к минимуму. А если газ всё же прорвётся, то огонь просто погаснет.

Интересная конструкция. В голове вроде крутятся смутные мысли об аналоге, который существовал на Земле, но на все сто процентов я не уверен.

От защитных касок отказываемся — будут только мешать. К тому же, как мне кажется, прочность наших скелетов серьёзно выросла после бойни на Домхане.

Зато прихватываем с собой два экземпляра карты туннелей и переходов в шахтах. Один я беру себе, второй достаётся Вэнру. Интересуюсь, как на шахте обстоят дела с вентиляцией и старик заверяет меня, что всё должно быть в норме. Да и активной разработки там нет, так что скопления метана, по идее тоже отсутствуют. Хотя, на сто процентов, он само собой не уверен.

Когда заканчиваем, шофер провозит нас ещё несколько сотен метров. Потом тормозит и поворачивается назад, кривя лицо от сдерживаемой боли.

— Дальше не могу. Простите, — услышав его глухой голос, скашиваю глаза на Ронсу и понимаю, что девушку едва ли не трясёт. Значит мы уже совсем рядом.

Открыв дверь, выбираюсь на землю. Бросаю взгляд в сторону здания, которое виднеется впереди. Рядом с ним что-то вроде объёмного склада, к которому ведёт железнодорожная ветка. Прямо сейчас на ней застыл небольшой локомотив, к которому прицеплено десятка два вагонеток.

— Удачи вам. Я буду ждать около корпусов, — сестра форинга выдавливает из себя слова и шофёр сразу же начинает разворачиваться. Стоящий рядом Вэнр вздыхает.

— Идём. Посмотрим, что там внизу, — голос у него не сказать, что радостный, но к делу парень вроде бы готов.

Сразу же включаю зрение Странника, пытаясь отыскать следы. Но таковые пока отсутствуют — видимо на поверхность пустотники не выбирались.

Спуск оказывается размещён почти в центре постройки. Тут сразу два варианта — грузовой лифт, который поднимается вручную и лестница с металлическими перекладинами.

Именно по ней мы и начинаем спускаться. Иду первым, порой поглядывая вниз. Вроде не первое задание, да и вооружены мы до зубов, но внутри всё равно сидит какой-то страх. Кажется, что внизу может в любой момент показаться пустотник. Либо монстр обнаружится сидящим в засаде и ждущим пока свежие куски мяса окажется в зоне досягаемости.

Наконец спрыгиваю вниз и сразу же осматриваюсь. Поняв, что не фиксирую следов тварей, отцепляю с пояса лампу и запаливаю её. Следом тот же фокус повторяет Вэнр. Всего у нас по три таких осветительных прибора.

Достав из нагрудной кобуры револьвер, ещё раз смотрю по сторонам, после чего шагаю направо. Форинг, которые тоже достаёт оружие, двигается следом.

Против ожидания, за первым поворотом пустотника не обнаруживается. Как и за вторым. А после десятого, я немного расслабляюсь. Может их вовсе нет на верхнем ярусе, все остались где-то внизу?

Проходим ещё полсотни метров я снова поворачиваю за угол. Не обнаружив ни одного следа амвы, делаю шаг вперёд. Чем быстрее закончим с осмотром этого яруса, тем скорее перейдём к следующему, где видимо и начнётся настоящая работа.

Шорох наверху заставляет поднять голову. Спустя мгновение бросаюсь в сторону, одновременно начав вытягивать руку с револьвером. Не успеваю — рухнувшая на меня туша сбивает с ног, придавливая к полу.

Глава IX

Совсем рядом грохает револьверный выстрел — форинг вступил в дело. Вижу отблески пламени — судя по всему, Вэнр израсходовал зажигательный патрон. Тварь, что накрыла меня сверху, визжит и бьётся в судорге, но слезать не планирует. Вместо этого переходит в атаку — чувствую боль в обеих ногах и животе.

Яростно что-то рыча, давлю левой рукой, стараясь скинуть с себя эту тушу. Выходит откровенно паршиво — лишь слегка приподнимаю пустотника, напоминающего громадного слизня.

Впрочем, это тоже можно использовать. Моя правая рука болтается на свободе, вместе со сжатыми в ней револьвером. Теперь просовываю её под монстра и, уперев ствол в брюхо, спускаю курок.

Одежду щедро забрызгивает ошмётками плоти — первым в барабане стоял разрывной патрон. А громадный слизняк, наконец, подаётся в сторону. Рядом ещё несколько раз кряду стрелят Вэнр, всаживающий в него пулю за пулей.

Сам я делаю рывок в правую сторону, увеличивая разрыв между собой и пустотником. А потом выпускаю ещё одну пулю ему в бок. На это раз зажигательную. Только сейчас до меня доходит, что боеприпасы я набрал специально под шахту — разрывные, бронебойные и замораживающие. Как выяснилось, такие тоже бывают. Но патроны в барабане самих револьверов не поменял. Хорошо, что на верхнем ярусе нет скоплений метана или чего-то подобного. Иначе мы бы сейчас взлетели на воздух.

Слизняк запрыгивает на стену и принимается ловко взбираться по ней, оставляя за собой кровавый след. Но рядом быстро оказывается Вэнр, уже сменивший револьвер на шпагу.

Всаживает клинок в спину монстра. Проворачивает. Выдернув оружие, повторяет процедуру. Бьёт снова. Рубит его сбоку. А когда слизень внезапно сползает ниже, просев сразу на добрый метр, форинг, недолго думая, пинает его, опрокидывая на спину.

Сразу же обрушивает шпагу на брюхо, покрытое множеством мерзких извивающихся ножек. Сносит пачку щупалец, которые резво к нему рванули. Снова и снова опускает шпагу — вплоть до момента, когда внутренности пустотника оказываются буквально изрублены в клочья, а сам он прекращает шевелиться.

Отступив в сторону, вытирает пот со лба и поворачивает голову ко мне. Сразу же вижу, как в глазах форинга мелькает лёгкое опасение.

— Кир, ты как? В норме? У тебя там кровь везде!

Медленно опускаю голову. Действительно — рубашка в районе живота быстро пропитывается кровью. Да и на штанах тоже есть. Просто на фоне тёмной ткани кровотечение не так заметно.

По телу прокатывается волна лёгкой дрожи и тепла — подоспела амва от убитого пустотника. Сразу же становится чуть легче. Такое впечатление, что до этого голова была чем-то серьёзно задурманена.

Задрав рубашку, промываю кожу живота, плеснув на него водой из фляги. Осматриваю ранения. Потом бросаю взгляд на отрубленные щупальца, которые валяются на полу. Теперь понятно, почему мысли еле ползли и я даже не попытался помочь форингу. Тварь впрыснула мне какую-то отраву. Скорее всего, что-то вроде паралитического яда. И если бы не Вэнр, да мой удачный выстрел в брюхо, всё могло бы развернуться совсем иначе.

Впрочем, сейчас я чувствую себя гораздо лучше. Пара минут отдыха и уже готов продолжить путь. Пока отдыхаю, снова осматриваю туннель и причина отсутствия следов на полу становится очевидной — слизняк проделал весь путь прямо по потолку.

Приходится сменить лампу — предыдущая благополучно разбилась. А ещё вытаскиваю из барабана два оставшихся зажигательных патрона, меняя их на замораживающие.

Включаю и свою невидимость — учитывая наличие источника света, который отлично виден в полной темноте, толку от неё немного. Но пусть лучше работает. Мало ли, вдруг в какой-то момент лампа разобьётся и я буду действовать в полной темноте?

Добравшись до угла, на этот раз сначала осторожно выглядываю, осматривая не только стены с полом, но и потолок. Ничего не обнаружив, двигаюсь дальше.

Пройдя десяток метров, обращаюсь к форингу.

— А ты сам тут бывал? Это же ваш семейный бизнес или что-то вроде того, — учитывая, что Вэнр пока ни разу не достал карту, предполагаю, что парень успел изучить подземное пространство до того, как сбежал из семьи.

Но тот лишь отрицательно покачивает головой.

— На этот ярус ещё спускался. Но здесь кто только не играл, когда был ребёнком. Шахтёры нас гоняли, конечно, и старались не пускать. Проблема в том, что своих детей они ещё могут за уши оттаскать, да по заднице надавать. А вот с сыном герцога такое не пройдёт — ты его один раз толкнёшь, а потом папаша сгноит всю твою семью в яме за нападение на аристократа. В детстве я этим частенько злоупотреблял, — последнюю фразу произносит с некоторым сожалением, как будто стыдясь своего поведения в прошлом.

Следующего пустотника обнаруживаем, когда проходим половину верхнего яруса. Причудливая помесь собаки и медведя, габаритами с половину последнего и человеческий лицом, растущим прямо из груди.

Этот не прячется — просто ждёт посреди коридора, а как только видит свет от лампы, бросается вперёд.

Встречаю его двумя выстрелами в морду. Разрывная пуля заставляет монстра заскулить и кинуться вправо, врезавшись боком в стену. А замораживающая превращает в едва держащийся на лапах кусок мяса.

Форинг добавляет ещё одну разрывную в медвежью голову, после чего я добиваю цель прицельным выстрелом в человеческое лицо. Просто, эффективно, безопасно.

За следующие полчаса полностью обходим остатки яруса и, ничего не обнаружив, спускаемся на следующий. Здесь нам попадаются сразу трое пустотников. Устроить засаду пытается только один — напоминающий гигантского богомола, только с человеческой головой.

Правда, оказывается слишком неуклюжим — мы оба хорошо слышим, как он шуршит конечностями, устраиваясь за поворотом. Сначала хочу пустить в дело гранату, но в итоге отдаю свою лампу Вэнру и взяв в руки обрез, шагаю вперёд. Остановившись метрах в пяти от угла, начинаю топтаться на месте и шуметь. Пустотник не выдерживает — выскочив, кидается к долгожданной еде, которая сносит его картечью сразу из двух стволов обреза.

Третий ярус неожиданно оказывается пуст. До последнего жду подвоха, но здесь на самом деле нет ни одной твари. Всё, что находим — старые и почти выцветшие следы амвы. Но они запросто могут принадлежать тем пустотникам, которых мы перебили ярусом выше.

Один раз пробую переключиться на обоняние, но воздух настолько пропитан вонью монстров, что приходится сразу вернуться к зрению.

Итого, три яруса и пять пустотников. Спускаясь ниже, предполагаю, что сейчас они будут встречаться куда чаще, но четвёртый ярус оказывается богат лишь парой тварей, которых мы без проблем расстреливаем из револьверов. Странно. Я предполагал, что всё будет куда опаснее. Пока же самым грозным выглядел тот слизняк, что устроил засаду на потолке. Все остальные — обычные монстры. Которые, как я понимаю, отчасти ещё и дезориентированы — как ни крути, всё это время они провели в полной темноте.

Последнее, к слову сильно упрощает нам задачу — даже самая резвая тварь вынужденно притормаживает или закрывает глаза, попадая в поле света ламп. Что помогает разделываться с ними намного быстрее и эффективнее.

Около спуска на пятый уровень шахт, устраиваем небольшой перерыв. Устроившись прямо около идущих вниз ступеней, съедаем по бутерброду с сыром, запивая их холодным кофе из фляжек. Провиантом нас тоже снабдила Ронса — девушка утверждала, что с учётом размера шахт, рано или поздно нам захочется есть. И оказалась полностью права.

— Как думаешь, сколько их будет на пятом? — расправившийся со своей порцией форинг, закручивает крышку фляги и одновременно задаёт вопрос. Который, в свою очередь, пробуждает внутри меня определённые опасения.

— Сложно сказать. Больше всего, наверное, встретим на седьмом. А пятый может оказаться как пустым, так и забитым монстрами, — озвучиваю свои логические размышления,

Тот крутит головой, разминая шею. Встав, потягивается. Заглядывает в провал тёмного спуска, что идёт вниз.

— Что думаешь насчёт Ронсы? — вопрос звучит настолько неожиданно, что я кашляю, подавившись кофе. Поднимаю удивлённый взгляд на форинга.

— В каком смысле? — уточнение вырывается само по себе. Мозг просто пытается выиграть время. А вот поэт слегка хмурится.

— В качестве форинга, само собой. Если ты не забыл, это моя сестра, — похоже парень считает, что девушка интересует меня в качестве сексуального объекта. Решаю это немедленно исправить.

— Я много раз говорил тебе, что иду по следу Наты. И ты прекрасно знаешь все обстоятельства. За сестру переживать не стоит, — возможно, голос звучит чуть строже, чем следует, потому как Вэнр слегка меняется в лице.

— Да, я всё помню. Извини, просто рефлексы срабатывают. А ты так и не ответил на мой первый вопрос.

Хочу ли я второго отпрыска герцога в свою команду? Сложно сказать. Было бы интересно взглянуть на лицо Олофа, когда тот услышит подобную новость. Но боюсь, одного этого резона слишком мало, чтобы принять девушку в форинги.

— С чего ты взял, что она вообще хочет попасть в команду? — тут вроде всё лежит на виду, но как знать, вдруг они с сестрой обменялись какими-то невербальными знаками? Или успели коротко поговорить, пока меня не было рядом?

— А ты думаешь она просто так все эти вопросы задавала? Ронса, она… Целеустремлённая. Сначала всё хотела попасть на службу в Тайный Корпус. Защищать престол и империю. Когда выяснилось, что аристократов туда берут неохотно, потому как с точки зрения Корпуса, они сами и есть угроза, начала грезить об армии. Но у женщины не так много карьерных путей. Ей ни один не подошёл. Думаю, продолжать не нужно, — форинг заканчивает своё объяснение, а я ненадолго погружаюсь в раздумья.

Скорее всего, она неплохо умеет обращаться с оружием. Возможно, вхожа в определённые круги Ардона. Всё это плюс. Но при этом она сестра Вэнра, что будет мешать во время каждой схватки. Зная поэта, он может рвануть спасать и незнакомую девушку. Просто потому что у неё есть грудь и задница. Ну а в случае с сестрой, всё будет куда жёстче.

Ещё один фактор — ограниченное количество помощников. Если возьму Ронсу, то заполню ещё одно место. До самого момента своей смерти, она останется моим форингом.

Тоже поднимаюсь на ноги и достав из кобуры револьвер, наконец, отвечаю.

— Надо будет подумать. Хочу напомнить, она пока ничего не спрашивала напрямую. А тот разговор в машине мог быть обычным любопытством, — мои слова заставляют поэта что-то пробурчат себе под нос, но в открытую дискуссию он не влезает. Вместо этого топает к спуску на пятый ярус.

Очередной уровень шахт радует нас тремя пустотниками, которых выходит уложить на расстоянии. Стоит признать — межмировое пространство иногда проделывает над их телами такие опыты, о которых я бы даже не задумался. Например, гусь на звериных лапах, с двумя человеческими головами по бокам — увидев эту тварь, я не сразу верю в реальность происходящего. Выручает Вэнр, опустошающий весь барабан револьвера.

Зайдя на шестой, добираемся до очередного поворота и я осторожно выглядываю. Сдавленно чертыхаюсь. Впереди широкий туннель, по бокам которого расположена масса отнорков. Навскидку, штук по двадцать с каждой стороны. А пол щедро заляпан амвой.

Монстр где-то здесь. Скорее всего укрывается в одном из боковых проходов и ждёт, пока мы окажемся на линии атаки.

По очереди проверяем каждый из отнорков, но атака всё равно оказывается неожиданной. Заглянув в очередной поворот, успеваю зафиксировать ярко светящееся пятно на полу, а потом оно стремительно летит прямо на меня.

Спускаю курок и пуля превращает в крошку кусок каменного пола. Я же лечу вниз, по ощущениям, получив удар электричеством.

Ещё выстрел. Это уже Вэнр. Опираясь подрагивающей левой рукой на пол, приподнимаюсь. Вижу тварь, что ныряет в ещё один боковой коридор. И поэта, с ошалелым видом прижавшегося спиной к стене туннеля.

На то, чтобы прийти в себя уходит еще секунд пятнадцать. Потом повторяем попытку — на этот раз обе лампы оставляем на полу, а в руки берём обрезы. Тактика себя оправдывает — четырёх зарядов картечи оказывается достаточно, чтобы разорвать в клочья половину тела пустотника.

Получив порцию амвы, подхожу ближе, рассматривая его. Нечто вроде ската, Только этот скользит не по океанскому дну, а по каменному полу. Что не мешает ему вполне эффективно бить людей разрядами электричества.

К счастью, ещё трое пустотников, которых мы встречаем на шестом ярусе, оказываются вполне себе обычными. Уверен, столкнись мы с ними на поверхности, всё закончилось бы куда хуже. Но насколько я понимаю, изоляция в каменном мешке, где нет ни единого луча света, негативно сказывается и на этих монстрах. А может быть, дело в отсутствии пространства. Даже если противник быстр, силён и смертоносен — он всё равно несётся на тебя по прямой. Остаётся только прицелиться и стрелять, дав свинцу делать своё дело.

Если учесть, что револьверы мы теперь снаряжаем патронами сразу трёх типов, добавив к первым двум ещё и бронебойные, у монстров нет ни единого шанса. По крайней мере у тех, которые нам встречаются.

Седьмой ярус шахт встречает нас множеством старых следов и отсутствием самих пустотников. Зато попадаются останки погибших шахтёров, которых здесь намного больше, чем выше. Прорыв произошёл как раз на седьмом, так что основной удар приняла смена, что работала именно здесь. У остальных было время, чтобы среагировать и выбраться из шахты.

Петляем по туннелям, тщательно осматривая уходящие в сторону выбоины. Но пока не встречаем ни одного монстра. Странно.

Обшарив добрую треть яруса, выходим ещё к одному залу — что-то вроде стыкового помещения, из которого ведёт сразу несколько выходов.

Когда до проёма, ведущего к нему, остаётся около двадцати метров, останавливаюсь. Удивлённо присматриваюсь.

— Отступи на десять шагов назад. Наблюдай за тылом, — отдаю приказ и Вэнр сразу же двигается в обратном направлении.

Сам я тушу лампу и снова всматриваюсь в черный прямоугольник прохода. Может показалось? Галлюцинации?

Впереди снова мелькает свет. Если быть более точным, его блик — сейчас он от чего-то отразился. Но в любом случае, источник света предполагает наличие там монстра. Будь шахта атакована недавно, я бы предположил, что это укрытие одного из выживших. Проблема лишь в том, что прошедшее с начала прорыва время, точно не предполагает наличия здесь живых людей.

Оглянувшись на Вэнра, осторожно шагаю вперёд, стараясь держаться около левой стены. Практически добравшись до проёма, который сейчас совсем близко, прислушиваюсь. Если окажется, что сразу за поворотом меня ждёт неведомая тварь, то стоит взять в руки обрез. А вот если противник далеко, то больше подойдёт револьвер с его разносортными пулями и возможностью прицельной стрельбы.

После короткого колебания, решаю оставить в правой руке револьвер. Левой, на всякий случай вытаскиваю кинжал. Делаю осторожный шаг вперёд. Ещё один.

Остановившись, снова прислушиваюсь. Вроде бы ничего. А внутри всё равно растёт чувство неуверенности, которое появилось буквально секунд пять назад, но уже успешно давит на мозг.

Момент раздумываю о гранате. Потом прикидываю, какими будут последствия, если здесь всё-таки есть метан. Рванёт так, что мы с Вэнром станем обугленными кусками шашлыка. Или вовсе разлетимся в клочья. Пустотника удар, само собой, тоже накроет. Но легче нам от этого не станет.

Новый шаг вперёд. Преодолеваю ещё пару метров. Теперь осталось только выставить ногу и перенести на неё вес тела. После этого я получу точку обзора.

На видимом мне участке стены зала отражаются новые блики света, а я собираюсь подобраться к углу туннеля, чтобы выглянуть, когда слышится голос.

— Неужели. Вот скажи мне Странник, почему вас пришлось ждать настолько долго? Где вы разгуливали всё это время, вместо того, чтобы ликвидировать прорыв?

Глава X

На момент мозг впадает в ступор. С говорящими пустотниками я уже сталкивался. Но не ожидал встретить такого в шахтах. В конце концов, все кого мы уничтожили до этого, в плане интеллекта больше напоминали зверей.

— Ты удивлён, Странник? Из новеньких? Ещё не встречал изменённых, которые начинают знакомство со светской беседы? Или как вы там нас зовёте? Пустотниками, верно? — в голосе сквозит лёгкая ирония, тогда как в моей голове бешено вихрятся мысли.

Нас? Он говорит так, как будто речь о каком-то социальном сообществе. Хм. А и правда, что происходит с теми, кого затягивает в междумирье? Понятно, что они перестают быть собой и каким-то образом там ещё и перемещаются, порой оказываясь в других мирах. Но я никогда не задавался вопросом, что при этом чувствуют сами люди, оказавшиеся в пустоте?

— О чём ты хочешь поговорить? — успешно преодолеваю соблазн высунуться и попытаться подстрелить цель. Если подумать, то он тоже является источником информации. В определённом смысле даже более ценным, чем все остальные.

Слышу, как мой собеседник негромко смеётся. Судя по местоположению источника звука, он находится где-то в левой части зала. Впрочем, сильно это мне всё равно не поможет — помещение слишком большое. К тому же я не знаю, есть ли внутри какие-конструкции, за которыми можно укрыться.

— О жизни, смерти и любви, Странник. Я понимаю, зачем ты убиваешь тех, кто вынырнул в этот мир, чтобы нести только боль и разрушения. Свежих изменённых, которым не повезло и они стали такими, как есть. Безумными, охочими до человеческих жизней и не слишком умными, — замолкает, как будто давая мне возможность вклиниться.

Возможно я бы и задал уточняющий вопрос, но абсолютно не владею темой. Рэхтон ни разу не упоминал, что есть условно разумные пустотник, которые чем-то отличаются от остальных. Да и Чарг про это не говорил. Впрочем, если посмотреть под иным углом, то я никогда о чём-то подобном и не спрашивал.

— Представь, что ты спокойно живёшь в своём мире. Наслаждаешься свободой, планируешь будущее. Возможно даже встречаешь спутника жизни. А потом тебя силой подтаскивают к барьеру, вскрывают его и засовывают сюда. В процессе изувечив тело и отчасти повредив рассудок. Тебе бы такое понравилось? — последние фразы окрашены в отчётливый агрессивный оттенок. Я же пытаюсь понять, о чём он вообще говорит?

«Спутник жизни», «спокойная жизнь» — учитывая мой предыдущий опыт контактов с пустотниками, никогда бы не подумал, что в их отношении можно использовать такие слова.

— Хочешь сказать, что кто-то силой запихнул тебя в этот мир? Как такое возможно? — решаю попытаться вытащить из него дополнительную информацию, одновременно внимательно прислушиваясь к звукам из помещения впереди.

Несколько мгновений тишины. Успеваю осторожно отступить в сторону, меняя позицию на случай атаки противника, когда снова слышу его голос.

— Я же именно так и сказал, Странник. Меня заставили прийти в этот мир. Лишили моей старой жизни и закинули под землю. Мало того, что здесь нет ни капли мощи межмирового океана, так ещё и не с кем поговорить, — он замолкает, а я чувствую волну удивления, которая прокатывает по разуму.

Монстр, который жалуется на отсутствие собеседников и скуку, это что-то кардинально новое. Момент обдумываю свой следующий шаг в беседе.

— Кто это сделал? Зачем? Ради чего, кому-то заниматься подобными вещами? — решаю, что проще всего будет озвучить вопросы в лоб.

Само собой, меня подмывает выяснить, что он подразумевает под жизнью в междумирье и каким образом они устраиваются? Но приходится сдерживать свой интерес. Информация о том, как он угодил на Ардон, представляет куда большую практическую ценность.

— Кто? Разве не такие, как ты, должны искать людей, что пробивают барьер и притаскивают в миры обитателей межмирового океана? А зачем… Почти всё в этом мире делается по трём причинам, Странник. Любовь, власть и деньги. Я бросил вызов нашему ахралу и должен был победить. Он слишком увлёкся личной властью и забыл, для чего мы его избрали. Следующий цикл бодрости должен был стать для него последним. Но я оказался здесь. Могу поспорить, старый выродок всё ещё стоит во главе общины, — теперь в тоне его голоса прорезается злость. Отчётливая и хорошо заметная.

Сам я чувствую, как мозг постепенно начинает плавиться. Ахрал? Община? Выборы? У них там что, полноценная цивилизация? Почему никто даже не намекал на такую возможность?

Стоп. Он же сейчас прямо указал на возможную связь этого их ахрала и людей на Ардоне. Логическая линия очень проста — он угрожал власти лидера и тот воспользовался удобной возможностью избавиться от конкурента.

— Хочешь сказать, ваш ахрал работал с кем-то на Ардоне? И они помогли сохранить власть? Как у вас там вообще всё устроено? Где вы живёте? Почему не пытаетесь наладить контакт с людьми? — высыпаю на него сразу груду вопросов и слышу тяжелый вздох пустотника.

— О, мы пытались, Странник. Как ты думаешь, откуда появились подобные тебе? Как вы обрекли силу? Из-за чего защитные барьеры ослабли настолько, что в ваши миры проваливается всё больше дикарей или изменённых? — он сам озвучивает мне пачку встречных вопросов, а потом внезапно хрипит.

— Было приятно поболтать с разумным существом. Но я хочу вернуться домой. А ещё чувствую частицу межмирового океана, что внутри тебя. И дикую жажду её поглотить. Извини, но сегодня тебе придётся умереть, Странник, — последние слова звучат не слишком разборчиво, их он произносит странным свистящим шёпотом. Я же сразу отступаю назад, держа проём под прицелом револьвера.

Проходит секунда. Вторая. Ещё несколько. Где он? Почему не атакует? Или затаился и ждёт, пока я сам сунусь внутрь?

Оглядываюсь на Вэнра. Форинг всё там же, на своей позиции. Если пустотник каким-то чудом может свободно перемещаться по этой части седьмого яруса и зайдёт нам в спину, поэт это заметит. Должен по крайней мере.

Прислушиваюсь. Улавливаю лёгкий шорох — как будто кто-то трёт ладонями о камень. Вероятно, это звук перемещения пустотника. Вот только определить насколько далеко он от меня находится, крайне сложно.

Может всё-таки рискнуть и бросить гранату? Потенциальный взрыв метана, само собой немного пугает. Но с другой стороны, мы много раз пускали в ход огнестрел. Будь на каком-то из ярусов высокая концентрация газа, он бы уже давно сдетонировал.

Внутренний рационалист напоминает, что именно здесь, на самой большой глубине, стрелять пока не приходилось. Поморщившись, пытаюсь отогнать эту мысль в сторону и убрав кинжал в ножны, тянусь левой рукой к гранате. А в следующий момент мне становится не до того.

Громадная змеиная голову с бирюзовыми глазами, которая высовывается из-за угла, это уже повод для переключения внимания. А если она ещё и выпускает поток яркого белого пламени, который несётся прямо на тебя, то в все мысли сразу же исчезают, уступая место всего одному вопросу — как выжить?

Машинально жму на спусковой крючок, отправляя пулю в сторону пустотника. Одновременно с этим использую навык управления воздухом. Единственное, что на мой взгляд может помочь.

Тело охватывает жжение, а голова разваливается на части. Но у меня получается — ревущий огонь останавливается в полуметре, остановленный стеной плотно спрессованного воздуха.

Впрочем, температура всё равно молниеносно вырастает — огонь накаляет сам воздух, который раскалённым облаком обтекает меня со всех сторон. Печёт так, что кажется кожа сейчас вздуется волдырями, а потом просто отойдёт от плоти.

Сейчас бы пригнать порцию свежей прохлады из туннеля сзади, но у меня не хватает силы. Голова и так рассыпается на части — всё, что получается, это удерживать преграду.

Наконец поток пламени иссякает и я сразу же «отпускаю» защиту. В следующую же секунду, направляю поток воздуха вперёд, избавляясь от ощущения, что меня запекают заживо.

Глаза почти ничего не видят — недавний жар не лучшим образом сказался на зрении. Но я всё равно спускаю курок. Потом ещё раз. Расходую все пять оставшихся в барабане патронов — от мысли, что сейчас придётся пережить ещё одну огненную атаку, сознание бьётся в настоящей панической истерике.

Когда при следующем нажатии на спусковой крючок, револьвер сухо щёлкает, тянусь к гранате. Раз пустотник не подорвал всё вокруг, используя пламя, значит метана здесь всё-таки нет. По крайне мере в высокой концентрации.

Опустившись на колено, бросаю гранату в проём и приваливаюсь спиной к стене, открывая рот.

Дожидаюсь, пока внутри ухнет взрыв и отбрасываю барабан вбок, выбрасывая пустые гильзы экстрактором. Чуть подрагивающими пальцами заполняю ячейки новыми патронами.

Сзади что-то кричит Вэнр, но разобрать слова у меня не выходит — уши ещё не отошли от взрыва гранаты. Так что просто оглядываюсь на форинга, проверяя не возникли ли в тылу неожиданные проблемы. Убедившись, что поэт в норме, возвращаю внимание на проём, что ведёт в зал. Резким рывком веду револьвер влево, возвращая барабан на место. Поднимаюсь на ноги. Кричу.

— Это всё, на что ты способен? Попытаться меня сжечь? Говорил ведь вроде, что разумен, а ведёшь себя, как тупое животное, — закончив говорить, смещаюсь от левой стены к правой, после чего продвигаюсь метра на три вперёд, оказавшись почти вплотную к выходу в помещение.

На первый взгляд, решение не слишком логичное. Теперь, чтобы достать меня, пустотнику даже не надо будет просовывать голову. Достаточно плюнуть огнём откуда-то из темноты.

Хм. А почему я не вижу его? Зрение следопыта показывают всю амву, включая энергию Странников. Но в случае с этим монстром, я разобрал лишь светящиеся бирюзовым глаза, да общие очертания морды.

Успокаиваю нервную систему, которая норовит взбунтоваться. Я разберусь с ним. Пусть противник и дышит огнём, но он сам признался, что испытывает жажду амвы. И что-то мне подсказывает, весь его ресурс прочности в плане контроля этого желания, ушёл на недавний разговор.

На этот раз я не слышу шороха — думаю, такие звуки мои барабанные перепонки смогут улавливать ещё нескоро. Зато вижу слабый, едва заметный бирюзовый отблеск.

Жду, стараясь не шевелиться и задержав дыхание. Весь расчёт на то, что этот пустотник не может меня видеть и не способен чувствовать запах, как и все его сородичи. Пока я в состоянии невидимости, слух — единственное чувство, которое тот может использовать.

Где-то внутри моего сознания, разрывается параноик, тыкающий пальцем в тот факт, что монстр заметил меня ещё на подходе. Но этот факт легко объяснить — он меня слышал. А кроме Странника на такое расстояние никто бы просто не подошёл. Конечно, я мог бы отправить вперёд форинга и тогда…

Мысль заставляет внутренности собраться в комок и я спешно фокусирую внимание на слабых бирюзовых бликах. Сейчас уже поздно отступать. Остаётся лишь положиться на своё первое решение. Пренебречь, вальсируем.

Мгновение и в поле зрения попадают сами глаза пустотника. Два полыхающих бирюзовых треугольника, которые двигаются вдоль стены. Замерев, наблюдаю. Чуть успокаиваюсь — раз он немедленно не ударил огнём, значит не фиксирует мою позицию.

Разбираю и очертание его тела — где-то в глубине пещеры есть источник белого света, что обеспечивает какой-то уровень видимости. Судя по силуэту, я и правда имею дело со змеем.

На этот раз он решает зайти сверху. Видимо считает, что я буду держать под прицелом левую сторону проёма и буду готов выстрелить, как только покажется его голова.

Впрочем, подсознательно я наверное чего-то подобного и жду, потому как пропускаю отличный момент всадить пулю ему в череп. А потом он меняет вектор движения и глаза пропадают из виду.

Зато я могу наблюдать за очертаниями его туши, которая ползёт по каменной стене.

Смещаю руку с револьвером, беря цель на прицел. Спускаю курок. Стреляю ещё раз. Змей рывком уходит со стены, шумно приземляясь на каменный пол, но этим делает себе только хуже. Теперь он полностью открыт.

Всаживаю пулю за пулей, старая поразить голову. Пустотник удирает, развернувшись мордой от меня, но я всё равно вижу отсвет бирюзовых глаз, на который и ориентируюсь. Как мне кажется, если попасть змею в затылок, это тоже может сработать.

Патроны в барабане заканчиваются практически одновременно с моментом, когда тот уходит в укрытие — забирается за что-то массивное и стоящее в правой стороне зала.

Либо я добью его сейчас, либо придётся снова отступать — глаза различают очертания ещё нескольких крупных объектов, которые находятся в помещении. Пустотнику будет, где укрыться. А учитывая его способности, для моей гибели будет достаточно всего одной успешной атаки.

Время, как будто спрессовывается, а я продолжаю действовать.

Сорвать гранату. Выдернуть чеку. Бросить. Рывок на несколько метров. Остановиться, распахнув рот. Вложить револьвер в кобуру.

Ухает взрыв, а я вытаскиваю обрез и снова срываюсь с места. Вот и та самая конструкция, за которой скрылся пустотник. Выглядываю.

Пожалуй, ещё десять минут назад, я бы здорово удивился зрелищу. Не каждый день перед твоими глазами оказывается гигантский змей, из чьего разорванного тела вырываются языки белого пламени. Но сейчас мне абсолютно наплевать. Ключевой момент — достать его, пока он не достал меня. Всё. Точка.

Шаг вперёд. Второй. Вскинув обрез, нацеливаю его на середину тела змея. Разряжаю оба ствола, заставляя его взвиться вверх. Сразу же бросаюсь назад, укрываясь за массивной металлической хреновиной, которую тут видимо оставили шахтёры.

Вовремя — огонь бьёт по моему прикрытию, раскаляя воздух вокруг. Правда, на этот раз атаку куда более слабая. Возможно мне кажется, но вроде бы температура ниже. Да и иссякает струя пламени намного быстрее.

Перезарядить револьвер я всё равно не успеваю, так что сразу готовлю третью гранату. Когда змей прекращает плавить металл, вытаскиваю чеку и отступив на пару шагов назад, просто перебрасываю её над своим прикрытием, не желая высоваться.

Вернувшись на место, достаю обрез. Снова открываю рот. Взрыв. На пол с влажным хлюпаньем приземляются ошмётки, а я заменяю гильзы двумя картечными патронами.

Сначала собираюсь выскочить с другой стороны конструкции, но потом меняю решение — снова огибаю её справа.

Этот взрыв достал пустотника куда серьёзнее. Передняя треть тела практически полностью оторвана от остальной части — держится буквально на каких-то ниточках плоти. Языков пламени, что вырываются из осколочных ран, тоже стало намного больше. Да и в целом, он не проявляет высокой активности. Лишь бессильно подёргивается, пытаясь сдвинуться с места.

Стрелять в ту часть змея, что прямо передо мной, нет никакого смысла. Это кусок монстра, фактически уже не связан с его черепом. Тот даже боли не почувствует.

Доли секунды раздумываю, принимая решение. А потом срываюсь с места, бросаясь к его передней части. Всё, что нужно — быстро добраться до нужной точки, после чего разрядить обрез ему в голову. И поставить наконец точку в этой странной схватке.

Как становится ясно через пару мгновений, какие-то силы у пустотника остались. Он ловко поворачивает голову налево и что-то разъярённо шипит.

Увидев, как разом становится сильнее вырывающиеся из его ран клочья пламени, бросаюсь вправо. Прыгаю, перемахиваю через ту часть его туши, что больше не соединена с головой.

За спиной проносится струя огня, а я пробегаю ещё несколько метров, приближаясь к голове змея. Сам он уже прекратил извержение и теперь разворачивается череп в другую сторону, видимо желая снова попытать счастья.

Но я уже близко. Затормозив, нацеливаю стволы обреза прямо в голову монстра и жму на оба спусковых крючка. Отдача подбрасывает оружие вверх, а я пытаюсь оценить результаты своего выстрела.

Вроде бы всё. Бирюзовые треугольники быстро тухнут, а добрая половина черепной коробки попросту снесена картечью. Несколько секунд стою на месте, не веря собственным глазами. Потом поворачиваюсь к выходу, чтобы крикнуть и позвать Вэнра.

Заметив краем глаза движение, кручусь на месте, машинально поднимаю пустой обрез. И сразу же чувствую, как удивлённо расширяются глаза. Это ещё что такое?

Замерев, наблюдаю за телом только что убитого монстра, которое медленно подрагивая поднимается в воздух, начиная тускло светиться.

Глава XI

Оставаясь на месте, рассматриваю части тела монстра, которые поднимаются наверх, заливая неярким светом зал. Что происходит? Ни с одним убитым пустотником, такого раньше не случалось.

Слышу, как что-то кричит Вэнр, остающийся в коридоре, но уши всё ещё не отошли — разобрать слова не получается. А в следующий момент свечение внезапно усиливается. Ещё секунда и меня пронизывает мощный поток амвы. Настолько сильный, что я кажется сам немного отрываюсь от пола.

Картинка перед глазами размывается, превращаясь в сплошное белое пятно. Сразу вслед за этим приходит ещё один поток амвы. За ним следующий. Чувствую, как мелко дрожат всем мышцы тела. Пожалуй, сейчас я даже сдвинуться с места не смогу.

Волны накатывают одна за другой. А в какой-то момент я внезапно чувствую касание чужого сознания. Внутренний параноик немедленно выдвигает версию, что разум змея жив и сейчас пустотник нанесёт свой посмертный удар, прикончив меня. Теория смотрится настолько убедительно, что на несколько мгновений меня охватывает самый настоящий ужас — как защититься от подобной атаки я попросту не представляю.

Успокоение приходит чуть позже, когда понимаю, что всего лишь чувствую обрывки мыслей противника и касаюсь кусочков его памяти. Не сказать, что это слишком приятно, но явно не смертельно.

Следующая мысль — попытаться извлечь из ситуации какую-то пользу. Например, разобраться, насколько большой была доля правды в его словах.

Идея кажется достаточно хорошей, чтобы попробовать, но воодушевление быстро сменяется разочарованием. Всё происходит слишком быстро. Я попросту не успеваю зацепиться за какой-то отдельный фрагмент, чтобы изучить его.

По сути, у меня выходит лишь понять, что у этого парня было немало боли в прошлом. И на самом деле имелась партнёрша, которую он сильно любил. Что и двигало пустотника вперёд, заставляя развиваться.

Чувствую и те эмоции, что обуревали его разум после того, как змей оказался запертым на дне шахты. Ярость, боль, разочарование, ненависть, страх. И лютая тоска по старой жизни.

Настолько концентрируюсь на восприятии осколков чужого сознания, что пропускаю момент, когда всё заканчивается. Только что через меня текла амва и воспоминания пустотника, а сейчас я выгибаюсь дугой на каменном полу, распахнув рот в беззвучном крике. Никогда не думал, что человеку может быть настолько больно.

Через какое-то время меня отпускает. Не настолько, чтобы подняться на ноги, вернувшись к полноценному функционированию, но достаточно для того, чтобы перевалиться на бок и попытаться восстановить дыхание.

Когда это наконец получается, несколько раз моргаю, приводя в порядок зрение. Свечение от трупа пустотника исчезло, но в зале есть ещё какой-то источник тусклого света — это позволяет рассмотреть общие очертания предметов.

Чёрт. Вэнр. Он ведь тоже попал под удар. Мысль о форинге заставляет меня попробовать встать, но попытка завершается после первого же движения. Вспышка боли в мышцах настолько мощная, что моё желание подняться на ноги, моментально улетучивается.

Лежу, пялясь в стену. Пытаюсь понять, что именно сейчас произошло? С амвой всё укладывается в логическую схему. Убил пустотника — получил порцию энергии. В данном случае, вопрос возникает только по поводу её объёма. Но вот воспоминания змея, это уже куда более странно.

Хм. А ведь он не врал, когда говорил, что обитал где-то в межмировом пространстве с такими же, как он сам. Пусть, деталей я разобрать не успел, но его эмоции прочувствовал. Как и ощущение пустотником своего собственного тела. Не знаю, какой формы оно было в междумирье, но с человеческим организмом, у него ничего схожего точно не было.

Выходит, где-то между мирами есть другие разумные существа? Не люди или животные, которых засосала пустота, а самая настоящая полноценная раса?

Я понимаю, почему об этом молчит Мастер Айрв и другие члены элиты Синклита. А вот мотивация Рэхтона ясна не до конца. По идее, он должен быть в курсе ситуации. При этом не сказал мне ни слова. Не доверяет? Считает, что я могу оказаться не тем, за кого себя выдаю? Или рыжий громила сам не располагает детальной информацией?

Поняв, что начинаю замерзать, снова пробую пошевелиться. На этот раз выходит. Да, каждое движение причиняет боль, а тело слушается с большим трудом, но формально я восстанавливаю подвижность.

Для начала переворачиваюсь на спину. Потом принимаю сидячее положение. Подтянув к себе обрез, несильно постукиваю стволами по каменному полу. Убедившись, что уши улавливаю звук, кричу.

— Вэнр? Ты как там? Живой? — голос звучит надтреснуто, как будто я минимум сутки обходился без воды, бредя по песчаным барханам.

Прислушиваюсь, ожидая ответа, но форинг молчит. На краю сознания мелькает мысль, что поэт мог и погибнуть от такого потока амвы, но я старательно гоню её в сторону.

Опираясь о камень, осторожно выпрямляюсь. Делаю первый шаг в сторону выхода и едва не падаю — координация всё ещё сильно хромает.

Осторожно продвигаюсь дальше и в конце концов добираюсь до выхода в тоннель. Здесь останавливаюсь, опираясь о стену и переводя дух. Тело вроде начинает отходить, но физическая активность всё равно даётся ему с большим трудом.

Вглядываюсь в дальний конец коридора, где виднеется свет поставленной на пол лампы. Вэнр лежит в метре от неё. Рядом валяется винтовка, а сам форинг не двигается. Потерял сознание? Или мёртв?

Продолжаю двигаться дальше, теперь идя вдоль правой стенки прохода. Когда до поэта остаётся несколько метров, чуть расслабляюсь — с такого расстояния хорошо видно, как поднимается и опускается грудная клетка парня. Он жив.

Наконец оказываюсь рядом. Опустившись на одно колено, снимаю с пояса фляжку наполненную водой и щедро брызгаю ему на лицо. Поняв, что это не срабатывает, относительно слабо бью его по щекам. Этот приём оказывается куда более эффективным — поэт шевелится и издаёт слабый стон.

Приоткрыв глаза, сразу же пытается дотянуться рукой до револьвера, но движение получается не слишком точным — пальцы скребут по каменному полу.

— Всё в норме. Это всего лишь я. Давай приходи в себя и поднимайся, — мой собственный организм настойчиво требует отдыха, так что я лишь коротко обозначаю ситуацию, после чего усаживаюсь около каменной стены.

Опершись о неё спиной, вытаскиваю из под рубашки жетон Странника. Непонимающе морщусь. По-прежнему Бронзовый ранг. Амвы было столько, что невольно возникло ощущение перехода на Серебряный. Но судя по артефакту, мой уровень мощи остался в прежних границах. По крайней мере, точно не пробил следующую планку.

Несколько минут проходит практически в полной тишине. Вэнр лежит на спине, отходя от последствий притока энергии, а я сижу на месте, разминая пальцы рук.

Наконец поэт тоже принимает сидячее положение и медленно крутит головой по сторонам.

— Сколько же в нём было амвы, сожри Пёс его чёрную душу. Меня как будто разорвало на мелкие клочья, а потом собрало обратно, — голос слегка ошеломлённый, но я прекрасно понимаю парня. Впрочем, это он ещё не в курсе наличия визуального эффекта свечения туши убитого монстра. Как и факта существования в междумирье расы разумных существ.

— Ты в норме? Двигаться можешь? — озвучиваю короткий вопрос, а форинг цокает языком.

— Прямо сейчас, скорее нет, чем да. Но думаю, минут через десять приду в норму, — судя по тембру, ощущения у Вэнра сейчас довольно болезненные. Оно и понятно — пусть форингу досталось куда меньше амвы, но и его тело приспособлено к использованию энергии не так хорошо, как организм Странника.

Секунд десять мы оба молчим. Потом я медленно поднимаюсь на ноги, опираясь о стену. Поняв, что мышцы наконец почти вернулись к норме, заряжаю оружие.

Следом встаёт и поэт. Со стонами и тихой бранью, но тем не менее, оказывается на ногах. Оперевшись о стену напротив, бросает взгляд на меня.

— Ты же с ним поговорил? Что это была за тварь? — в голосе парня звучит откровенное любопытство, а я несколько секунд размышляю, рассказывать ему о произошедшем или нет.

Определившись, кратко пересказываю свою беседу со змеем и восприятие его амвы. Вижу, как парень хмурит брови.

— Сплошные интриганы, да проглотит Пёс их тела., вокруг. Никому нельзя верить, — судя по тону голоса, парень зол и слегк сбит с толку новой информацией. Понимаю. Сам пока не знаю, как всё это воспринимать.

— Если ты пришёл в норму, думаю пора выдвигаться. Надо закончить осмотр шахты и вернуться в замок, — решаю напомнить о текущей задаче, а сам Вэнр бросает взгляд в сторону зала, где находятся останки змея.

— Думаешь тут могут быть ещё пустотники? — парень испытывает явное сомнение, которое я подсознательно разделяю. Разуму почему-то кажется, что кроме змея на седьмом ярусе больше не должно быть монстров.

— Возможно да. А может быть. Точно узнаем только после того, как проверим, — простенькая логическая схема заставляет форинга скривить лицо. А спустя десять секунд мы уже приближаемся ко входу в зал, где обнаружили последнего пустотника.

Как быстро выясняется, источником света в помещении, служат грибы, растущие на стенах. Их совсем немного, но этого хватает, чтобы слегка разгонять мрак. Хотя наши лампы сразу же забивают свет растительности.

Обнаруживаем и «лежанку» пустотника. Углубление в камне, где он судя по всему спал. А может просто отдыхал, размышляя о прошлом и дожидаясь, пока к нему явится Странник.

Не найдя больше ничего интересного, покидаем помещение. А когда добираемся до следующего, я понимаю один очень простой и очевидный факт — пустотник знал о существовании Странников. И если судить по его первой фразе, прекрасно понимал наши возможности. Да и существование прорывов для него тайной не было.

Сам собой напрашивается вывод, что он уже посещал один из обитаемых миров, после чего вернулся назад в междумирье. Но он моментально разбивается о железобетонные аргументы.

Во-первых, чтобы иметь возможность самостоятельно пробивать барьер, пустотник должен достичь определённого уровня силы. Как правило, речь идёт хотя бы о восьмом уровне угрозы, если отталкиваться от слов Рэхтона.

Безусловно, змей был силён, но на восьму. категорию опасности точно не тянул. Иначе это мы с Вэнром сейчас были бы мертвы, а он радостно резвился в своём логове.

Во-вторых, для такого пустотнику нужно убивать. Прикончить энное количество людей, постепенно усиливаясь и обретая новые способности. А кого он мог тут прикончить? Если не считать шахтёров, которые погибли в момент прорыва пустоты, с тех пор на седьмой ярус ещё не ступала человеческая нога.

Ну и в конце концов, раз он не убрался отсюда, вернувшись назад к своим, значит возможности проделать дыру в барьере, у него не было.

В теории, о Странниках ему мог рассказать другой обитатель междумирья. Если принять факт наличия в пустоте определённого социума, то это выглядит логичным. Должны ведь там быть какие-то опытные и умудрённые опытом старцы, побывавшие в передрягах.

С другой стороны, такой пустотник точно бы привлёк к себе внимание. Уверен, половина Странников не преминула бы похвастаться ликвидацией странного монстра, который выдаёт громадное количество амвы после своей смерти, да ещё и заваливает тебя обрывками собственных воспоминаний.

Остаётся только одно — личный контакт со Странниками. И такое предположение, позволяет набросать массу разнообразных вариантов. С пустотниками могут работать те, кто убил Стерфа. Либо кто-то из членов Синклита. А может этот люди, вовсе не связанные с организацией.

Стараюсь отвлечься от мыслей, сосредоточившись на исследовании коридоров. Да, это более чем интересно, но пока у меня не хватает данных, чтобы выстроить более менее стройную теорию. К тому же, есть куда более приземлённые задачи. Например, закончить осмотр шахты и вернуться назад за своей наградой.

На то, чтобы полностью обойти оставшуюся часть седьмого яруса, у нас уходит ещё около получаса. Против ожидания, ещё дважды встречаем монстров. В плане поведения и уровня интеллекта, они практически полностью идентичны старым — разделываемся с ними без особых проблем.

Когда заканчиваем и топаем назад к подъёму на шестой ярус, Вэнр внезапно начинает декламировать.

Мы почти добрались до цели,

Почти закончили путь.

Ни о чём пока не жалели,

И не страшимся судьбы мы ничуть!

Форинг явно имеет в виду последние события, но облекает всё в слишком расплывчатую форму. Впрочем, пока мне не до анализа его стихов — тело ещё не до конца отошло от поглощения амвы, а разум продолжает генерировать теории связанные с пустотниками.

Пока поднимаемся наверх, один за другим проходя ярусы шахты, на всякий случай уточняю, что не стоит упоминать про убитого разумного змея. Поэт, по-моему слегка обижается на то, что я считаю нужным объяснять очевидные вещи, но быстро отходит. К моменту, когда оказываемся на верхнем ярусе, уже возвращается к прежнему настроению, что-то весело напевая себе под нос.

Выбравшись наружу, невольно морщусь от солнечного света. Мы провели под землёй немало времени и тут уже наступает вечер, но глаза всё равно испытывают дискомфорт.

Оглядевшись, вижу машину, стоящую в десяти метрах от здания. Не успеваю сделать и шага, как справа раздаётся женский голос.

— Ну наконец-то. Я уже думала, что придётся ждать вас до ночи, — оглянувшись, вижу Ронсу, которая поднимается с расстеленного около стены покрывала и шагает к нам.

— Знаешь, пустотники обычно не интересуются, планируешь ты успеть домой к ужину или нет. Они просто хотят тебя сожрать, — Вэнр сразу же подтягивается, пытаясь изобразить из себя бывалого охотника на монстров. Но удостаивается только мимолётного взгляда сестры.

— Вы убили всех? Шахты очищены? Что там были за монстры? Насколько опасные? — глядя на меня, сыпет вопросам, ввергая меня в лёгкую растерянность. Впрочем, быстро беру себя в руки.

— Все ярусы очищены. Осталось только убрать тела и восстановить работу инфраструктуры. А монстры самые обычные, — стараюсь сформулировать ответ так, чтобы он звучал максимально сухо и официально, а девушка взмахивает рукой.

— Да там и так всё работает. Вентиляцию мы вовсе не отключила. Иначе любой искры от выстрела хватило, чтобы всё взлетело на воздух, — в голосе звучит лёгкое разочарование краткостью ответа, но девушка себя успешно сдерживает.

Правда хватает её ровным счётом до того момента, как мы садимся в машину и трогаемся с места. Снова сыпет вопросами, интересуясь абсолютно всем — от условий жизни форингов до правил для них и спецификой охоты на пустотников.

Сначала стараюсь отвечать, но быстро понимаю, что это бесполезно. Каждая новая порция информации разжигает в девушке интерес, заставляя её погружаться в тему всё глубже. Как итог, начинаю отделываться короткими фразами, постоянно ссылаясь на то, что не могу почти ничего рассказывать людям, которые никак не связаны со Странниками.

Впрочем, девушку это не останавливает — вопросы сыпятся с прежней интенсивностью. Похоже тот факт, что она не получила ни на один из заданных последними, Ронсу абсолютно не смущает.

— Ворота опущены. Похоже у них там что-то случилось, — голос шофёра наконец заставляет сестру Вэнра замолчать, а я машинально тяну пальцы к револьверу.

Что там такого могло произойти за время нашего отсутствия? И почему именно сейчас?

Глянув на девушку, сам задаю вопрос.

— Ворота опускают только в исключительных случаях? — та косится на меня и поморщившись, коротко кивает.

— Да. Последний раз такое было года три назад, когда к нам забрела банда беглых солдат. С тех пор замок не закрывался для обороны, — в голосе проскальзывает тревога, которая быстро передаётся и мне.

Три года значит? И единственное, что изменилось сегодня — появление Странника, готового очистить шахты от пустотников. Совпадение? Или закономерность?

Для нашей машины ворота открывают — дежурящие около бойниц стрелки хорошо видят пассажиров. Когда оказываемся за стеной, шофёр тормозит, останавливая машину, а сбоку к нам приближается плотный мужчина в зелёной форме. Выглядит тревожным — зубы плотно стиснуты, пальцы отбивают дробь на кобуре, брови нахмурены.

Остановившись, бросает взгляд на Вэнра. Сразу же переводит его на Ронсу.

— Госпожа, пропала ваша сестра. Из своих собственных и запертых покоев, — договорив упирает взгляд в меня. Тогда как в моей голове проскальзывает мысль, что возможно сейчас самое время воспользоваться жетоном.

Глава XII

— Калли? Пропала? Как? — голос Вэнра звенит в воздухе и мужчина переводит взгляд на него.

— Как я уже сказал, исчезла из своих запертых покоев, — договорив, снова переключает внимание на меня, а вот поэт порывисто распахивает дверь машины.

Выскочив наружу, непонимающе смотрит на меня.

— Идём, Кир! Надо осмотреть её комнаты. Если тут замешаны те ублюдки или кто-то из Странников, то… — останавливается посреди фразы, наконец заметив, что офицер замковой охраны пристально меня рассматривает, а кто-то из солдат за его спиной с яростным видом указывает в нашу сторону.

— Ты действительно считаешь, что я могу быть причастен к похищению собственной сестры? Кусок Пёсьего дерьма! Я сейчас тебя вызову на дуэль и буду медленно убивать, отрубая по кусочку! — едва ли не крича, он уже шагает в сторону, огибая машину.

Вижу, как слегка изменяется лицо офицера, а сзади подтягивается сразу несколько солдат. Не знаю, насколько они осведомлены о возможностях форингов, но думаю, должны понимать, что в случае реального вызова на дуэль, поединок будет не совсем честным — как бы хорошо офицер не владел холодным оружием, против Вэнра у него нет ни единого шанса. Скорость, сила, реакция — поэт сильно опережает обычных людей по всем показателям.

Тяну пальцами за дверную ручку. Оказавшись на земле, рявкаю.

— Вэнр, отставить! Они просто делают свою работу, их не за что убивать, — команда заставляет парня притормозить. А вот один из солдат неожиданно ухмыляется, что-то тихо говоря ближайшему сослуживцу. Смотря прямо на разговорчивого вояку, добавляю.

— Боюсь, вы недооцениваете свои риски. Он форинг Странника. Если захочет — вы все будете мертвы секунд через пять. При самом хорошем раскладе, один из вас успеет выстрелить. В воздух, само собой, потому как прицелиться он попросту не успеет. И то, это только в том случае, если Вэнр будет орудовать шпагой, а не решит вас банально перестрелять, — по мере того, как я говорю, лицо военных вытягиваются всё сильнее. Даже офицер опасливо косится на сына герцога, которого ранее видимо относил к персонам, не представляющим серьёзной угрозы.

Кашлянув, прочищаю горло и уже более спокойным тоном продолжаю.

— Никакого отношения к произошедшему мы не имеем. Если говорить начистоту, ваши подозрения несколько оскорбительны. Тем не менее, мы можем осмотреть её покои и постараться понять, что именно там произошло, — мужчина, который первым сообщил нам новость, какое-то время рассматривает меня, а потом внезапно пожимает плечами.

— Я всего лишь командую сменой охраны. Такие вопросы стоит решать с Его Светлостью. Он уже ожидает вас в малом вечернем зале, — голос звучит невозмутимо, но в глазах застыло тревожное ожидание. Возможно, это и правда не его компетенция, но офицера точно послали, чтобы проверить нашу реакцию. Посмотреть, как мы себя поведём, получив новость и при этом сразу же оказавшись под давлением.

Решение отчасти грамотное. Ну а с другой стороны — полностью бестолковое. Тот, кто отдавал приказ, видимо, не совсем представляет себе возможности Странников. Будь на моём месте кто-то более несдержанный, во дворе уже могли бы лежать трупы. Безусловно, убийство местных стало бы нарушением Кодекса. Но всегда можно сослаться на самозащиту.

Снова хлопает дверь автомобиля с открытым верхом и до ушей доносится встревоженный голос Ронсы.

— Идите за мной. Чем быстрее встретитесь с отцом, тем скорее окажетесь в её покоях, — говоря, она уже шагает к замку и мы с Вэнром устремляемся следом.

Когда отходим на десяток метров от солдат, поэт поворачивает ко мне голову.

— Мы же найдём её, правда, Кир? Ты сможешь понять, что там случилось? — голос звучит глухо. А сам форинг явно пытается вцепиться в соломинку, что плавает посреди океана.

— Возможно, пойму. Но если её действительно забрал Странник — твоя сестра сейчас может быть где угодно, — озвучиваю правдивый ответ, который парню и так известен, но он всё равно яростно скрипит зубами.

— Почему Калли? Кому она могла сделать что-то плохое? Зачем её забирать? — форинг озвучивает риторические вопросы в никуда, а я задумываюсь.

Ведь и правда — кому могла понадобиться младшая дочь герцога? Понятное дело, она могла интересовать кого-то здесь, на Ардоне. Но ради чего её похищать кому-то из Странников? Какой в этом смысл?

Пытаюсь набросать какие-то версии, но ничего не выходит. Абсолютно. Ни единого предположения, которое выглядело хотя бы на десять процентов достоверным.

Когда уже шагаем по коридорам замка, в голову приходит идея, что это может быть ловушкой для нас с Вэнром. Мы не так глубоко влезли в дела Синклита, но как знать, вдруг по нам решили ударить из-за тесного контакта с Рэхтоном и его командой?

Впрочем, не до конца понятно, в каком формате тут можно подготовить ловушку? Если Калли действительно забрал один из Странников — куда логичнее было отправиться в шахты и попытаться прикончить нас там. Например, пока я сражался с тем змеем-пустотником. Вот это было бы результативно — ударить по ослабленному врагу, заодно обеспечив отличное информационное прикрытие его ликвидации. Всего лишь очередной Странник, пропавший во время выполнения задания.

Идущая первой Ронса останавливается около одной из дверей полутёмного коридора и что-то пробормотав под нос, толкает её от себя, заходя внутрь. Следом влетает Вэнр, а последним захожу я, готовый в любой момент активировать навык невидимости.

Это помещение куда меньше, чем то, где мы разговаривали. Несколько кресел, два стоящих вдоль стен дивана, небольшие столики. Плюс, громадный и ярко полыхающий пламенем камин.

— Думаю вам уже сообщили, что произошло, не так ли? Можете сказать, с каких пор Странники начали похищать людей? — герцог с мрачным видом обращается ко мне, буравя взглядом.

— Для начала я бы хотел осмотреть место преступления. Пока рано делать выводы о чьей-то причастности к исчезновению вашей дочери, — пожимаю плечами, излагая ответ, а со своего места сразу же вскакивает один из старших сыновей герцога. Тот самый худой парень по имени Снерр, что хотел отправиться с нами к шахтам вместо Ронсы.

— Удобно. Сначала ты появляешься здесь и всё разнюхиваешь, потом уходишь в шахты и возвращаешься при помощи жетона, чтобы забрать Калли. А теперь ещё и пытаешься сам расследовать собственное преступление.

Хм. Значит аристократы всё же в курсе некоторых деталей жизни Странников. Например, знают, как именно работают наши жетоны.

Вижу, как герцог хмуро косится на сына, но вмешиваться уже поздно — слова вылетели. Зато несдержанность парня говорит в пользу того, что если это и является какой-то западнёй, то семья владеющая замком, отношения к ней не имеет.

— Мы зачищали шахты от пустотников. Справились, к слову, вполне успешно. Утром можете отправить туда людей, чтобы начать наводить порядок. К тому же со мной Вэнр. Ты действительно считаешь, что он мог причинить вред собственной младшей сестре? Зачем? — вопросы заставляют Снерра слегка смутиться и опустить взгляд в пол. А вот герцог реагирует несколько неожиданно.

— Он всегда считал, что Калли просто используют. Готовят из неё рабыню для продажи будущему мужу. Как-то так звучали слова Вэнра, когда речь заходила о династических браках. Порой люди забывают, кем они рождены. Или просто не хотят думать, что власть и фамилия накладывают обязательства. Не всегда приятные и уж точно не простые, но необходимые, — если сначала он говорит, смотря на меня, то ближе к концу речи поворачивается к Вэнру и тот делает шаг вперёд, сжимая кулаки.

— Обязательства? Династия? О чём ты, отец? Каждый может жить так, как ему хочется. Мы могли бы давно переехать из этого замка, сократить охрану и штат прислуги. Избавиться от половины других резиденций и прекратить наконец цепляться за прошлое! Тогда денег бы с лихвой хватало на всё, — судя по тону форинга, тема поднимается точно не в первый раз. С той лишь разницей, что сейчас он находится в куда более выигрышном положении, чем раньше.

Сам Олоф Пальский поднимается на ноги и упирает тяжелый взгляд в своего младшего сына.

— Предлагаешь забыть о том, кто мы есть? Превратиться в очередной обнищавший род без гордости и чести? Растоптать наше прошлое и опозорить предков? — судя по звучащему в голосе пафосу, аристократ вполне искренне верит в свои слова. А если вспомнить фразу «династические браки», которые он использовал до этого, то, может, ещё и считает себя королём. Пусть проигравшим схватку за независимость, но тем не менее.

Пока стиснувший зубы поэт не разразился яростной тирадой или того хуже, не попытался вызвать герцога на дуэль, решаю вмешаться.

— Предлагаю на время оставить вашу дискуссию в стороне. Если никто не забыл, из замка исчезла девушка. И я всё ещё не против осмотреть её покои.

Оба поворачиваются ко мне. Обмениваются взглядами. Наконец герцог согласно кивает.

— Сомневаюсь, что это даст результат, но взглянуть вы можете, — озвучив согласие шагает к двери и через несколько секунд мы уже идём по полутёмным коридорам.

Зрения Следопыта я пускаю в дело сразу же. Правда, пока оно полностью бесполезно — не фиксирую в замке ни одного следа амвы.

Ситуация в корне меняется, когда мы добираемся до покоев Калли, расположенных наверху одной из замковых башен. Здесь не просто есть отдельные отметины чёрного и зелёного цвета — ими заполнено практически всё. Пол, стены, письменный стол, даже кровать.

Замерев на месте, задумчиво рассматриваю последнюю. Всё остальное, в теории и с колоссальной натяжкой можно объяснить. Но следы амвы в постели, говорят об одном — в ней спал Странник. И если отталкиваться от концентрации пятен, да и от их количества, он это делал практически на регулярной основе.

— Ну что? Ты что-то нашёл? — Вэнр нетерпеливо уточняет, расположившись справа от меня, а я пытаюсь подобрать верную формулировку для ответа. Или, скорее, для встречного вопроса.

В конце концов, решаю зайти издалека и мельком глянув на форинга, поворачиваю голову к герцогу.

— Как часто она запиралась в своих покоях? — вопрос звучит относительно просто, но аристократ сразу же хмурится.

— Последнее время — почти каждый вечер. Как будто была не в себе. Но у девушек такое встречается, — на последних словах чуть понижает голос. Видимо вспоминает, что рядом Ронса. Или вообще имеет в виду месячные. Учитывая их общественный строй, возможно, об этом не принято говорить вслух в приличном обществе.

— И давно это началось? Как долго Калли прилагала усилия, чтобы заблокировать к себе доступ на ночь? — вот теперь лицо Олофа искажается в яростной гримасе. Кажется, герцог понимает, на что я намекаю.

— Если подумать, то около пяти месяцев. Что ты здесь нашёл, Странник? К ней приходили? Кто-то из ваших использовал силу, чтобы…

Он не договаривает, но смысл и так всем понятен. Замечаю, как замершая около стены служанка, которую зачем-то сюда позвали, опускает взгляд в пол и шагаю к ней. Останавливаюсь напротив девушки.

— Ты замечала что-то странное? Может быть видела кого-то? — та шмыгает носом и затравленно косится в сторону, а в нескольких метрах от меня яростно рявкает герцог.

— Отвечай! Пёсья требуха! Я всю твою семью пущу на корм свиньям! — гнева в голосе столько, что служанка вжимается в стену, а глаза у неё становятся ещё более испуганными.

Бросаю взгляд на взбешенного аристократа и жестом показываю, чтобы он заткнулся. Снова смотрю на девушку.

— Все понимают, что ты просто выполняла приказы молодой госпожи. Но сейчас она пропала. И тот, кто её забрал, может представлять угрозу. Он опасен. Расскажи, что ты видела. Честно и без утайки. Тогда последствий не будет, — на последних словах кошусь в сторону Олофа и тот яростно выдохнув, кивает.

— Если сейчас выложишь всё, что знаешь, то останешься работать при замке, а семья не пострадает. Но если узнаю, что солгала, все умрут, — голос аристократа дрожит от гнева, но о массовой казни он говорит как о самой обыденной вещи. И судя по реакции служанки, Олоф действительно может такое провернуть.

— Он сказал, что убьёт меня, если я что-то расскажу. И меня, и всех родных. Какая разница, что я сделаю, если все всё равно умрут⁉ — практически выкрикивает слова, а я лихорадочно пытаюсь найти, что ответить.

— Это была ложь. Не думаю, что он рискнёт ещё раз заявиться в замок. Только не после того, как здесь побывали мы с Вэнром. Можешь смело говорить, — на самом деле многое зависит от обстоятельств, но скорее всего, угрозы и правда были пустыми. Надо быть полным идиотом, чтобы вернуться на место преступления ради мести служанке.

Девушка переводит взгляд на разъярённого герцога и сглатывает слюну. Снова смотрит на меня.

— Я не знаю, кто это. Какой-то парень. Молодой, симпатичный. Видела я его всего один раз, но подарки он дарил постоянно. Госпожа иногда забывала их прятать и я ей помогала, — сбивчиво рассказывает, пару раз вытирая блестящие от слёз глаза.

— Она что-то рассказывал о нём? Кто это? Откуда? Как они вообще познакомились? — озвучиваю вопросы, которые приходят в голову и служанка задумчиво морщится.

— Она говорила, что встретила его в прошлом году, на приёме у Его Светлости Райвела. Они… Ну… Тесно познакомились там и она предложила ему приехать в гости. Он пообещал явиться, как только будет такая возможность. И вот полгода назад взял и просто возник в её покоях, — говорит вроде уверенно, так что, скорее всего, не лжёт.

Правда, версия немного отдаёт сказкой. Встретились на приёме и предположительно переспали, а потом девушка ждала его полгода и как только тот появился, бросилась на шею? Либо служанка что-то путает, либо Калли рассказала ей далеко не полную версию истории.

— Он что-то рассказывал о себе? Из какого он города? Что находится рядом? Может быть, был акцент? — услышав новые вопросы, служанка сразу же мотает головой.

— Я его только раз видела. Он тогда пообещал убить меня и родственников, если ляпну кому хоть слово. Про акцент я тогда и не думала, так страшно было. Честно, даже не помню, как голос звучал, — тараторит слова, постоянно скашивая глаза на герцога, тогда как я пытаюсь понять, что тут произошло?

Судя по цвету амвы, неизвестный парень как-то связан с теми Странниками, которые совершили убийство в столице. Как минимум использует ту же механику для усиления своих способностей.

Вопрос лишь в том, зачем ему понадобилось похищать девушку? До этого они полгода встречались тайком, проводя ночи вместе, а теперь он крадёт её из отцовского замка. Почему именно сейчас? Калли сообщили, что грядёт банкротство и теперь ей придётся выйти замуж за кого-то с толстым кошельком? Или он испугался, узнав, что в замке появились мы с Вэнром?

Хм. Если учесть все наши приключения с Рэхтоном, последняя версия тоже имеет право на существование. Но это означает, что парень как-то узнал о нашем визите. Что выглядит крайне маловероятным. Конечно, если где-то в замке нет ещё одного Странника, хотя бы Серебряного ранга, который может связаться с ним при помощи жетона.

Хотя, зачем я всё усложняю? Он ведь мог просто явиться сюда с ежевечерним визитом, чтобы получить порцию любви и Калли всё ему сама рассказала. После чего неизвестный запаниковал и забрал её с собой.

Стоп. Вот и большая брешь в моих рассуждениях. Если всё происходило именно так, то младшая дочь герцога должна быть форингой. Иначе ей никак не пройти через междумирье.

То есть у нас имеется Странник, тяготеющий к запретным методам, не состоящий в Синклите и вдобавок к этому, сделавший свою любовницу форингой.

Чего я пока упорно не понимаю, так это необходимости скрывать отношения. Особенно последние месяцы, когда у герцога Пальского возникла проблема с шахтами. Как мне кажется, он был бы весьма рад зятю из числа Странников, который помог бы решить вопрос, да ещё и обеспечил бы поддержку в будущем. Аристократ наверняка счёл бы такой брак выгодным.

Встряхиваю головой и задаю служанке ещё один вопрос.

— Ты сказала, что он дарил подарки? Они где-то здесь? — та снова шмыгает носом и глянув в сторону герцога, быстро шагает к противоположной стене.

Опустившись на колено, поддевает ногтями плинтус, вытаскивая оттуда тонкую полоску металла. Потом с её помощью вытаскивает из стены камень.

Удивлённо цокнув языком, отстраняю служанку в сторону и один за другим, вытаскиваю ещё несколько компонентов кладки. Сбоку подходит заинтересованный герцог, а за спиной появляется Вэнр, который подносит к нише тайника лампу.

Окидываю взглядом содержимое хранилища и рефлекторно задерживаю взгляд на одной вещи. Чувствую, как расширяются глаза, а внутри появляется желание громко выругаться. Какого чёрта? Откуда это здесь? При чём тут вообще мой дед?

Глава XIII

Скрыть изумление не выходит — как только мой взгляд падает на вещи внутри этого доморощенного тайника, сбоку звучит голос Олофа.

— Что там? Дай мне взглянуть, — судя по тону, герцог намерен прямо сейчас обшарить нишу, осмотрев все находки.

Допустить этого точно нельзя. Мало того, что здесь имеется вещь, которая меня заинтересовала, так ещё и присутствуют устройства из других миров. К примеру планшет. Или наладонная игровая приставка. Неизвестный Странник, похоже, не сильно ограничивал себя в плане выбора презентов возлюбленной. Но если сейчас всё это окажется в руках отца Вэнра — меня самого обвинят в нарушении Кодекса.

— Нельзя. Это предметы из других миров. Если попадут к вам в руки, боюсь, будут приняты определённые меры для обеспечения безопасности, — специально выражаюсь максимально канцелярским языком. Но задумка не срабатывает.

— Какие, например? Убьёшь меня в собственном замке? Это так Странники решают свои вопросы? — в голосе аристократа отчётливо слышится гнев, а его сын опускает руку на кобуру с револьвером.

В голове неожиданно всплывают сцены из известного фильма про мальчика, который выжил и я быстро нахожусь с ответом.

— Речь не обо мне. Учитывая, что Калли приходится Вэнру сестрой, я бы с радостью допустил вас к любой информации. Но есть и другие Странники. Вы же не хотите лишиться даже воспоминаний о том, что когда-то в замке жила девушка по имени Калли, которая ещё и была вашей дочерью? Боюсь, если я нарушу правила, то чего-то подобного и стоит ждать. Убивать вас никто не станет, но вот память частично сотрут. Зная, насколько они любят перестраховываться, я бы поставил на то, что уберут все воспоминания, связанные с инцидентом. На всякий случай, — по мере того, как я озвучиваю фразу за фразой, лицо аристократа превращается из яростного в задумчивое.

Несколько секунд пристально рассматривает меня. Как будто пытается понять, лгу я ему сейчас или нет. Потом слегка отступает назад.

— Хочешь сказать, Странники умеют и такое? Могут запросто стирать память, если им что-то не нравится? — в голосе слышатся нотки недоверия, а я чуть меняю тактику.

— Я бы не сказал, что это просто. К тому же таким даром обладают только некоторые из нас. Но именно они сюда и явятся, чтобы решить проблему. Или ты всерьёз думаешь, что никто никогда не нарушает правил? Если бы мы убивали каждого аристократа, который увидел то, чего не следовало — боюсь, в Ардоне было бы куда меньше знати.

Вздохнув, отступает назад. Бросает взгляд на напряжённого Снерра, который с подозрением пялится на тайник.

— Идём. Пусть они займутся делом, а мы подождём в Малом Синем Зале, — слова звучат глухо, как будто аристократ выдавливает их против воли.

Впрочем, скорее всего, так и есть. Сомневаюсь, что герцогу хочется покидать место преступления, не ознакомившись с уликами. Тем не менее, он уходит, забрав с собой всех остальных. А рядом слышится встревоженный голос Вэнра.

— Мы же её найдём? Кир, скажи, что у тебя есть план. Прошу тебя. Пусть у тебя будет план, — обычно неунывающий поэт сейчас выглядит зло и испуганно, что несколько непривычно.

— Это будет сложно. Судя по расцветке амвы, её партнёр связан с убийцами из столицы. Отправился в путь прямо отсюда, вместе с Калли. Сейчас они могут быть, где угодно, сам понимаешь, — озвучиваю ему правду и лицо форинга вытягивается.

Чуть поникнув, бросает взгляд в сторону дверного проёма. Качает головой.

— Как они могли не заметить? Чужой, который постоянно сюда наведывался. Прямо в её покои. Почему отец такое допустил? — в голосе звучит злость, а сами слова не совсем коррелируют с образом Олофа, которого парень до этого выставлял тираном. А теперь обвиняет в недостаточно плотном надзоре за сестрой.

Но это объяснимо — в моменты сильного стресса люди не слишком логичны. И готовы обвинить в произошедшем кого угодно, кроме самих себя. По той простой причине, что так гораздо проще пережить боль.

Опускаюсь на корточки, разглядывая содержимое тайника. Потом принимаюсь вытаскивать предметы, раскладывая их на полу. Планшет, приставка, говорящий медвежонок на батарейках, вибратор, мобильный телефон. Плюс, приличное количество разноформатных украшений.

Когда внутри остаётся всего одна вещь, на момент прерываюсь, рассматривая её. Все остальные подарки объяснить легко и просто. Даже вибратор вписывается в логическую цепочку. А вот эта вещица — нет.

На первый взгляд, обычная шахматная фигура. Конь, если быть более точным. Но стоит присмотреться и замечаешь крохотные зелёные камни, вмурованные в качестве глаз. Да и материал, из которого сделана фигура, не совсем стандартный — не так часто встретишь шахматы из камня.

Именно такие я видел у деда. У него было несколько одинаковых комплектов, которые я случайно обнаружил ещё ребёнком. Сам он объяснил, что это такое хобби. Мол, у него есть целая небольшая мастерская, где он делает такие шахматы. Даже обещал показать, когда приеду в следующий раз.

К моменту очередного визита, история, само собой, забылась и о шахматах я больше не вспоминал. До сегодняшнего дня, когда картинка из детства ярко вспыхнула в голове.

Протянув руку, осторожно достаю коня из тайника. Секунду рассматриваю. Вот и момент истины — дед всегда ставил на фигуры собственные инициалы, выгравированные снизу.

Выдохнув, переворачиваю шахматную фигуру. И печально усмехаюсь, увидев буквы «К. В», вырезанные в камне.

Выпрямившись, на момент концентрируюсь, убирая находку в пространственный карман. Сам же пытаюсь понять, как она здесь оказалась? Амвы я в ней не чувствую. Хотя, в случае с дедом, это ни о чём не говорит. Один из Мастеров Синклита мог использовать настолько тонкий вид энергии, что Бронзовому Страннику его попросту не разглядеть.

Но это, в любом случае, технический момент. В отличие от маршрута, который привёл фигуру коня в эту комнату. Зачем неизвестный оставил её здесь, вместе с подарками? Сомневаюсь, что это был очередной презент Калли. Безусловно, подарки бывают разными, но вручать девушке одну фигуру из шахматного комплекта? Вряд-ли.

— Что не так с этим конём? У тебя такое лицо, как будто ты призрака увидел, — в голосе Вэнра слышится неподдельное любопытства, а я растягиваю губы в нервной усмешке.

Пожалуй, в какой-то мере так и есть. Но думаю, с форингом лучше объясниться уже после того, как вернёмся в Обитель.

— Расскажу, когда покинем Ардон. А пока давай займёмся делом, — формулировка заставляет поэта ненадолго обрадоваться, но уже через пару секунд на его лице снова появляется печальная гримаса. Потому как под «делом» подразумевается всего лишь сбор подарков в подходящую по своим размерам сумку.

Закончив с упаковкой, ещё раз окидываю комнату, используя зрение Следопыта. Убедившись, что ничего не пропустил, шагаю в сторону выхода.

Когда проходим пару десятков метров по коридору, слышу за спиной голос Вэнра.

— Он же не мог её убить, правильно? Калли не Страница. Самая обычная девушка. Её не за что убивать, — судя по тону, парень всерьёз раздумывает над подобной возможностью, так что спешу его успокоить.

— Не думаю, что он вообще собирается причинить ей вред. Сам подумай, если ты каждую вторую ночь проводишь в объятиях девушки, даришь ей подарки и рискуешь, используя свои способности ради свиданий, то значит, есть какие-то чувства, верно? А люди не убивают тех, кого любят, — подбираю слова так, чтобы они звучали максимально убедительно, но у самого мелькает мысль, что Калли могла попросту слишком много знать.

Если отталкиваться от такого варианта, то в принципе, с девушкой могло произойти всё, что угодно. Единственное, что успокаивает — наличие подарков в тайнике и отсутствие трупа. Будь целью Странника ликвидация нежелательного свидетеля, он бы прикончил её прямо в спальне. После чего забрал бы всё, что не относится к Ардону и свалил бы в закат.

Подождите-ка. А и правда, почему он оставил на месте содержимое тайника? Даже не окажись тут нас с Вэнром, эту нишу могли найти. Всё, что требовалось — немного надавить на служанку.

Ещё один момент — ничего сильно ценного или выделяющегося на фоне других вещей, там не было. Конечно, если не считать фигуры шахматного коня.

Едва не спотыкаюсь, когда в голову приходит неожиданная мысль — что, если это сигнал? Возможно кто-то таким способом пытается передать мне послание. Рассчитывая, что я о чём-то догадаюсь, как только увижу фигуру.

Секунд пятнадцать, вполне серьёзно обдумываю этот вариант, шагая следом за слугой, которого герцог оставил в качестве проводника. Когда оказываемся перед самым входом в зал, наконец, понимаю, что вижу умысел там, где его точно быть не может.

Да, неизвестный мне герой-любовник мог оказаться в курсе, что у герцога появился новый глава клана Вязовых со своим форингом. И похитить девушку, чтобы привлечь моё внимание. Более того, он вполне мог оставить эту фигурку сегодня. Как раз тогда, когда явился за ней.

Но стоит взглянуть на картину в целом, как теория моментально рушится. Кем бы ни был этот парень, он давно и, скажем так, плодотворно, встречался с сестрой Вэнра. Скорее всего, всё это началось ещё до того, как я получил жетон Странника и узнал о существовании Синклита.

Как ни крути, на тот момент, он не мог знать, что я появлюсь в этом замке. Из чего вытекает простой факт — шахматный конь никак не может быть зашифрованным посланием.

Уже зайдя в зал и усаживаясь на деревянный стул с высокой спинкой, на момент замираю от новой идеи. Человек, похитивший Калли — не обязательно именно тот, с кем она проводила ночи. Если предположить, что её любовник является членом какой-то организации, то его руководство могло просто воспользоваться удачно подвернувшимся случаем.

Внутренний рационалист гордо преподносит эту мысль, озадачив другие части разума, а справа от меня звучит сухой голос Олофа.

— Ну и как ваши успехи? Есть предположения, где находится моя дочь? — герцог отчаянно старается не показывать, насколько переживает. Но я хорошо вижу сжатые губы, морщины на переносице и выражение его глаз. Аристократ охвачен яростью, к которой щедро примешивается страх.

Пару мгновений размышляю над точными формулировками, в которые стоит облечь ответ и только потом начинаю говорить.

— Плохая новость в том, что отследить похитителя будет сложно. А хорошая заключается в том, что я приблизительно представляю, с кем он может оказаться связан, — звучит расплывчато, но герцогу хватает и этого. Сразу же подаётся вперёд, хищно раздувая ноздри.

— Кто эти люди? Ты можешь назвать мне имена, Странник. Возможно, род Пальских сейчас не слишком богат, но у меня всё ещё хватает верных людей. Если понадобится, я залью всю Басфу кровью Пёсьих выродков, что похитили дочь, — судя по тембру голоса, Олоф готов хоть сейчас рвануть в столицу и приступить к массовым убийствам. Проблема лишь в том, что отыскать Калли это точно не поможет.

— К сожалению, не могу ничего рассказать. Это дело, которым занимаются сами Странники. Но есть вероятность, что в процессе мы обнаружим Калли. Тогда я немедленно верну её домой, — снова перехожу на бюрократический язык, а вот аристократ недовольно хмурится.

— И сколько это может занять времени? — теперь он говорит с вполне отчётливой претензией.

Эмоции Олофа я прекрасно понимаю. Если у тебя забирают что-то дорогое сердцу, то ради возвращения ты готов пойти практически на всё. Но есть один маленький нюанс — в его случае речь идёт о той самой дочери, которую он сам ограничивал в свободе и планировал выдать замуж по расчёту.

К тому же, мне не слишком нравится, что герцог ведёт себя так, как будто перед ним штатная ищейка рода Пальских.

— Хочу заметить, что не подписывал контракт на розыск Калли. Единственная причина, по которой меня волнует её судьба — это Вэнр. Если бы её брат не был моим форингом, боюсь, ни о какой помощи речи бы не зашло. Что же касается времени, я не имею никакого представления, сколько пройдёт часов, дней или недель до того момента, как ваша дочь найдётся. Могу лишь пообещать, что как только это произойдёт, я приложу все усилия, чтобы доставить её в замок. Либо хотя бы проинформировать вас, что с ней всё в порядке, — если в начале моей короткой речи, герцог выглядит изрядно взбешенным, то к концу успокаивается и даже угрюмо кивает.

— Я понимаю. И благодарен тебе за помощь, Странник Кир. Если хочешь, можем подписать контракт. За жизнь Калли, я готов отдать многое, — странные, всё-таки, иногда бывают люди. Вчера он собирался насильно выдать младшую дочь замуж, а сегодня готов поступиться недвижимостью или другим ценным имуществом, лишь бы вернуть её домой в целости и сохранности.

Впрочем, у всех свои тараканы в голове. И не мне их судить.

— Не думаю, что такой контракт будет правомочным с точки зрения нашего руководства. Зато ты можешь быть уверен, что Вэнр не оставит меня в покое, пока девушка не будет найдена. Так что о поисках я точно не забуду, — герцог переводит взгляд на младшего сына и слегка поджимает губы.

Несколько секунд они молча смотрят друг на друга. В конце концов, Олоф тяжело вздыхает и обращается к форингу.

— Мы не всегда ладили. Но если вы спасёте жизнь Калли, тебе всегда будут рады в этом замке. Более того, я верну тебя в завещание и на наш родовой герб. А твои дети получат права на официально признанный титул. Просто верни её. Если потребуется какая-то помощь с моей стороны — скажи. Я сегодня же соберу отряд солдат, который будет постоянно находиться в полной готовности, — краем глаза вижу, как вытягивается лицо поэта, который удивлённо смотрит на собственного отца.

Ненадолго кажется, что он так и будет сидеть каменной статуей, изумлённо пялясь на аристократа. Но через несколько мгновений парень отмирает.

— Я сделаю всё, чтобы найти Калли. Не уверен, что она захочет сюда возвращаться, но и с тем человеком я её не оставлю. Такие как, он совсем недавно…

Чуть повернувшись, жестом руки останавливаю форинга. На мой взгляд, не стоит рассказывать герцогу про убийство Странника в Басфе. Это точно будет лишним.

Поэт замолкает, а вот аристократ недовольно хмурится. Видимо не привык, чтобы его ограничивали в информации. Да ещё и таким беспардонным образом.

Убедившись, что Вэнр больше не собирается ничего говорить, пытаюсь перевести беседу в иное русло.

— Я не против задержаться здесь ещё, но боюсь, нам уже пора. Чем быстрее вернёмся, тем скорее может найтись ваша дочь, — какое-то время Олоф молча смотрит на меня. Наконец кивает и тянет пальцы к небольшому колокольчику, вызывая слугу.

Спустя четверть минуты мы становимся богаче на круглую сумму, к которой прилагаются два приглашения, напечатанных на гербовой бумаге. Последние, на всякий случай, пробегаю глазами, вчитываясь в текст. Вроде бы всё в норме — те самые бумаги, которые нам нужны.

Разобравшись с формальностями, поднимаюсь на ноги, собираясь выйти в коридор и переместиться оттуда. Вставший со своего стула герцог неожиданно протягивает мне руку.

— Найди Калли и я буду твоим должником, Странник Кир. Не только я сам, но и весь род Пальских. Ты можешь рассчитывать на любую услугу с нашей стороны, — вот теперь его голос звучит ровно и уверенно. Наверное, именно таким он и должен быть у человека, чьи предки были королями.

— Я постараюсь найти твою дочь и обеспечить её безопасность. Но обещать ничего не могу, — ещё раз намекаю на тот факт, что поиски могут занять много времени и отнюдь не обязательно увенчаться успехом, на что аристократ лишь морщится.

Когда мы с Вэнром отправляемся в коридор, следом вылетает Ронса. Встав у меня на дороге, смотрит в глаза.

— Не знаю, что у вас там творятся за дела, но хочу, чтобы ты знал, я готова на всё ради спасения сестры. Просто загляни сюда и скажи, что тебе нужна помощь, понятно? Солдаты отца могут лишь убивать. Я способна на куда большее, — выдав эмоциональную речь, сразу же отправляется обратно, а я переглядываюсь с форингом, который пожимает плечами.

Изначально я собирался найти какое-то тихое место и отправиться в Обитель оттуда. Но сейчас коридор пуст — никто не мешает запустить переход прямо отсюда.

Подняв руку, обхватываю пальцами жетон. Концентрируюсь. Через мгновение мир отсекает тьма, а ещё через два я уже вижу стены наших апартаментов.

— Ещё движение и выстрелю! Ты что тут делаешь? — щелкает взведённый курок револьвера, а я поворачиваюсь на звенящий от ярости голос Вэнра.

Глава XIV

Разворачиваюсь, опуская руку на рукоять револьвера. И обнаруживаю в нескольких метрах от себя слегка напряжённого Чарга.

— Ты бы оружие то, опустил, парень. Едрить тебя коромыслом! Это же я, Чарг, — сейчас у него такое выражение лица, как будто последняя фраза абсолютно всё объясняет.

Глянув на Вэнра, подступаю чуть ближе к управляющему Медным ярусом. Киваю.

— Мы видим, что это ты. Вопрос в том, как ты тут оказался и что делаешь?

Мужчина с оскорблённым выражением лица всплёскивает руками.

— Обворовываю вас, конечно. А вы что подумали? Раз у человека есть доступ к хранилищам, где хранятся вещи на миллионы соверенов, то он конечно вор. И ему больше нечем заняться, как забираться в чужие комнаты, надеясь стащить пару ардонских цехинов. Нужно же какое-то хобби в жизни, правильно? — судя по то тону, Чарг всерьёз обижен. Либо хорошо отыгрывает роль.

Машу рукой, давая форингу знак опустить револьвер. А сам задаю тот же самый вопрос, лишь слегка изменив его формулировку.

— Сарказм я распознал и оценил. Но всё же хочется услышать, что ты тут делаешь?

Несколько секунд он молчит, хмуро наблюдая за тем, как Вэнр прячет оружие в кобуру.

— Смотритель попросил за вами приглядывать. Сообщить, как вернетёсь, — управляющий наконец озвучивает причину визиту, а в моей голове моментально появляется ворох мыслей.

— Какой именно Смотритель? Канц? — вопрос вырывается почти машинально, не сразу осознаю, что возможно стоило обыграть это более деликатно.

Но Чарг лишь машет головой.

— Фаск. Тот самый, что нападение на тебя расследует, — судя по угрюмому тону, управляющий ещё обижен нашим недоверием. Но глаза уже прикованы к простому на вид мешку, в котором только звякнули золотые монеты.

Пытаюсь сложить в голове картинку. Дир Фаск — тот самый Смотритель, с которым словесно схлестнулся Канц. Причём, скорее всего, человек Мастера Айрва. Зачем я ему понадобился? Вернее, даже не так. Почему он пытается отследить мою активность?

Было бы неплохо выяснить всё у Чарга, но боюсь, задавать вопросы напрямую бесполезно. Впрочем, это не значит, что не имеется других вариантов.

Глянув на управляющего, который пока не спешит покидать апартаменты, интересуюсь.

— Нам бы поменять деньги и кое-что приобрести. Есть свободная минута?

Вижу, как в глазах пузатого мужичка мелькает радостный огонёк. Но вот выражение лица он старательно сохраняет хмурым.

— Даже не знаю, Странник. Сначала твой парень в меня целится, потом ты хочешь что-то купить. А завтра что? Притащишь сюда пару шлюх, сделав их форингами и откроешь бордель? — говоря, смотрит на меня с выражением вселенского порицания, а вот Вэнр, уже собравшийся на кухню за порцией кофе, замирает на месте.

— А что? Уже были прецеденты? Или в Обители и сейчас есть бордель? — в голосе поэта звучит искренняя заинтересованность, тогда как Чарг недовольно морщится.

— Метафора, это парень. Метафора. Все вы молодые, такие. Вам бы бабу, а лучше двух. И больше ничего не интересует, — управляющий переходит в режим ворчания, а форинг разочарованно качает головой.

— Пожри Пёс такие метафоры. Нельзя же так шутить о женской плоти, это тебе не монеты, Чарг, — выдав ответ, он всё же удаляется на кухню, провожаемый изумлённым взглядом нашего собеседника.

Кашлянув, тот переключает внимание на меня.

— А он у тебя, это… Подрос. Заматерел, что ли. Если не сдохнет раньше времени, будет толк, — голос звучит слегка растерянно, а я решаю напомнить о своём вопросе.

— Обмен и торговля, Чарг. У меня есть цехины и я хочу их потратить. Желательно прямо сейчас.

Ещё несколько секунд тот делает вид, что раздумывает. Наконец помахивает рукой.

— Тебе повезло, что я отходчивый. Идём, поменяю твои цехины, засоси их болото, — развернувшись, сразу направляется к двери.

Подхватив тот самый мешок с золотом, который Вэнр небрежно бросил на диван, шагаю следом. А по дороге пытаюсь связать все факты воедино.

Ещё один след, касающийся деда. Странник, похитивший дочь Олофа Пальского. Интерес Смотрителя, который хочет знать о моих перемещениях. Причём действует не официально. Хотя мог бы — Устав запрещает перемещения из личных комнат. По словам Рэхта, так делают абсолютно все, но формально это всё равно нарушение. При желании, на меня можно надавить и заставить использовать специальный зал.

Варианты рождаются в голове один за другим, но ни один не кажется хотя бы отчасти реалистичным. Слишком сложно связать воедино разрозненные эпизоды. Возможно каждый из них вообще относится к своей собственной истории и никак не связан с другими.

Когда оказываемся перед апартаментами Чарга, в голове внезапно вспыхивает воспоминание. Шахматы. Когда я продавал квартиру деда, то забрал оттуда кое-что на память. В том числе шахматные фигуры. Плюс, коробки с бумагами, фотографиями и возможно чем-то ещё. На тот момент я был озабочен поисками Наты и толком всё это не рассматривал. Просто убедился, что там нет ничего, что намекало бы на причины пропажи деда и сложил в дальний угол.

Прямо сейчас, всё это лежит в моей съёмной квартире. Куда может без проблем попасть любой Странник. Да и хозяйка жилья тоже — у неё есть запасные ключи. К тому же я обещал оплатить ей аренду на два месяца вперёд, после чего пропал с радаров.

— Ты чего столбом встал? Лицо такое, как будто три девки разом сказали, что беременны. А отцы у всех кузнецы, лошадь их затопчи, — голос Чарга выдёргивает из задумчивого состояния и я встряхиваюсь.

Действительно, вышло неловко. Зашёл и застыл, как каменное изваяние около стола. Хотя, понять меня тоже можно. Как я в прошлый раз забыл об этих коробках с вещами? А впрочем нет, не забыл. Мелькала мысль, что их нужно проверить после визита к гаражу. А потом на нас с Вэнром напал охранник и стало не до того.

— Хочу поменять пятьдесят тысяч цехинов. И часть денег сразу потратить, — обозначаю условия сделки и управляющий довольно улыбается.

— Наконец, хоть кто-то с нормальными деньгами, а не мелочью на мороженое. А что нужно то? На что тратить собрался?

Интересно, из какого он мира? И как давно здесь? Поговорки о кузнецах, болотах, конях и колодцах намекают на сельскую местность и невысокий технологический уровень. Но вот фраза про мороженое, однозначно выбивается из общей колеи.

На момент задумываюсь, стараясь набросать в голове список. Потом принимаюсь перечислять.

— Маршрутные монеты. Оружие, боеприпасы, лечебные артефакты, активаторы форингов. Много всего нужно, — намеренно размываю категории, но если верно понимаю выражение лица Чарга, того это вполне устраивает.

С обменом никаких проблем не возникает — курс фиксированный и монеты просто переходят из рук в руки. Ещё пять тысяч цехинов меняю на валюту сразу трёх миров — Лефаса, Йорда и Земли.

А вот потом начинает процесс торгов. На самом деле, мне хочется максимально быстро всё закончить и убраться отсюда. Но боюсь, такое поведение может вызвать подозрения.

Поэтому приходится торговаться, выбивая оптовую скидку и придираясь к предлагаемым вариантам.

Как итог, становлюсь обладателем сразу десятка медицинских артефактов, двух пар активаторов и такого же количества защитных артефактов в виде колец, которые должны обеспечить прикрытие от пуль или иных физических воздействий извне. При этом позволяя вести огонь с внутренней стороны.

Последние стоят дороже всего — за каждый приходится отвалить по триста соверенов. Но во-первых, изначально Чарг просит пятьсот. А во-вторых, на мой взгляд, они могут оказаться крайне полезны.

Маршрутных монет приобретаю целую партию. Ведущих на Лефас, Дунию, Йорд и Землю. У всех отправной точкой стоит Обитель. Плюс, беру монеты, в которые заложен путь с Лефаса, Дунии и Йорда до Ардона.

Использую названия всех миров, которые успел запомнить, чтобы хоть немного запутать управляющего и это вроде выходит — он даже уточняет, зачем мне так много маршрутов. Мой ответ о банальном желании взглянуть на другие миры, его явно не удовлетворяет. Но это даже к лучшему. Плюс, если он станет докладывать Смотрителю, то у того появится куда больше вариантов для потенциальных поисков.

Вот с оружием приходится пройтись по тонкому льду. Когда приходим в арсенал, сначала прошу показать что-то подходящее для Лефаса. Малогабаритное и для скрытого ношения.

Разорившись на полторы сотни соверенов, в которые обходится пистолет и несколько запасных магазинов, «внезапно» вспоминаю, что мне требуется и нечто для Земли. Мол, если загляну на родную планету, то стоит быть вооружённым.

Не самая лучшая уловка. И возможно бесполезная — далеко не факт, что Чарг сразу же помчится к Смотрителю, чтобы пересказать ему нашу беседу и описать покупки. Но я предпочитаю немного подстраховаться.

Когда управляющий раскрывает стенд, встроенный в боковую стену, надолго застываю, рассматривая оружие. Тут масса всего. Десятки револьверов и пистолетов.

Чарг молча достаёт несколько вариантов и выкладывает их на стоящий рядом стол.

— Рекомендую что-то из этого. К тому же револьверы тебе уже знакомы, — глянув на меня, отходит в сторону, а я принимаюсь перебирать оружие.

Знакомы, да. Благодаря тирам. Хотя, из пистолетов я там тоже стрелял. Осталось определиться с тем, что именно взять с собой на Землю. Учитывая опыт прошлого раза, я предпочту рискнуть контактом с полицией, чем снова буду размахивать арматурой, забивая противника насмерть.

В голове всплывает картинка с трупом охранника и я быстро мрачнею. Не самое приятное из моих воспоминаний. Хотя, стоит признать, за последние годы, позитивных моментов, в целом было немного. Если они вообще имели место быть.

Спустя несколько минут определяюсь и откладываю в сторону сразу две модели. «Кобра Питон» под триста пятьдесят седьмой калибр и тридцать второй «Глок», под этот же патрон. Последний с магазином на пятнадцать выстрелов.

— Зажигательные, бронебойные и замораживающие. По десять патронов каждого вида на один ствол. Плюс, ещё по шестьдесят обычных. И я бы взглянул на гранаты, — повернувшись к Чаргу, озвучиваю свои пожелания, а пузан внезапно усмехается.

— Ты там случаем не воевать надумал? Если что, на Земле заключать контракты напрямую нельзя. Люди там о нас не знают, так что любая охота только через официальные каналы, — вспомнивший про свои обязанности управляющий, снова озвучивает мне правила, пока шагает к чему-то вроде громадного металлического короба, стоящего в углу.

Остановившись около него, дёргает за рычаг и крышка начинает отъезжать в сторону. А сам он морщит лоб, как будто пытаясь что-то вспомнить. Наконец осторожно уточняет.

— Я же тебе номер «чистильщиков» давал, верно? — голос звучит не слишком уверенно, да и я такого названия не припоминаю.

— Точно нет, — отрицательно качаю головой, а на лице Чарга появляется озадаченное выражение.

— Значит забыл. Ты напомни, если что, когда возвращаться будем. Отдам тебе визитку, — тон слегка виноватый, а вот я пока абсолютно не понимаю о чём речь.

Шагая к коробу, верхняя панель которого уже ушла в стену, уточняю.

— А что за «чистильщики»? И зачем мне их контакт?

Вздохнувший пузан, на момент смешавшись, взмахивает рукой.

— Прибирают за Странниками, если те ошибутся. Бывает всякое ведь. И пустотники из ниоткуда вдруг лезут, и конфликты с местными, и силу случайно на глазах у людей используют. Если что вдруг такое случится, сразу звони в эту контору. Примут информацию, приедут, разберутся. Считай сотрут случай из реальности. Ни один журналюга, головой их в колодец, не прикопается, — излагая всё это, смотрит куда-то в сторону, что отличается от привычной манеры поведения.

Не понимаю. То ли чего-то недоговаривает, то ли переживает по поводу того, что не оставил мне этот номер раньше.

Собираюсь, уточнить, что это за структура вообще и кому подчиняется, но тут оказываюсь около того самого гигантского короба и лишние мысли сразу вылетают из головы.

Это что, гранатомёт? А вон там нечто вроде переносного зенитно-ракетного комплекса? Плюс, несколько отделов, набитых минами. Самыми настоящими — из тех, что закапывают в земле, а потом на них кто-то подрывается. Ну а те серые брикеты, скорее всего взрывчатка.

— Так тебе ручные гранаты нужны или что помощнее? — наблюдающий за моим бегающим взглядом Чарг, считает нужным уточнить и я киваю, стараясь сосредоточиться.

Просто приму, как факт, что Странник могут вооружаться и таким. Правда, я с трудом могу представить себе пустотника, для ликвидации которого потребуется зенитная ракета. Гранатомёт ещё куда ни шло — если прикинуть, что против тебя выступает нечто тяжеловесное, то он ещё как пригодится. Но зенитный комплекс? Летающие огромные монстры? На Земле?

Через пару минут становлюсь обладателем десятка ручных гранат, которые напитаны амвой, после чего переключаюсь на холодное оружие.

Два стилета с трёхгранными клинками. Относительно короткие — для скрытого ношения вполне подойдут. Плюс, два совсем миниатюрных, с ножнами, которые цепляются на запястье.

Ещё беру пару кинжалов. И бонусом — специальный маскировочный тубус, в который должна поместиться шпага Вэнра. Если нет, то Чарг обещает его поменять на подходящий по размеру.

Только сейчас понимаю, что у форинга подходящего для Земли огнестрела тоже нет. Приходится раскошелиться ещё на энную сумму — беру такие же стволы, как и себе. Боекомплект тоже идентичен.

Когда возвращаемся ко входу в ярус, Чарг просит его подождать и ненадолго исчезает за дверью своих апартаментов. Вернувшись, протягивает мне визитную карточку.

— Держи. Если вдруг что, сразу им звони. А как вернёшься, докладывай Мастеру Айрву или кому-то из Смотрителей. И это… Не говори никому, что я тебе сразу их номер не дал и не объяснил ничего. У меня тут и так новичков почти нет, а с Земли уже давным давно никто не появлялся, — если отталкиваться от тона, то говорит вроде вполне искренне.

Или мне просто хочется в это верить. Как бы там ни было, согласно киваю. И всё же решаю попытаться прояснить момент с Фаском. Тем более теперь у меня есть рычаг давления на переговорах.

— А что от меня тот Смотритель хотел? Зачем просил приглядывать? — старюсь сделать голос максимально беззаботным, но Чарг всё равно сразу мрачнеет.

Оглянувшись по сторонам, приближается почти вплотную.

— Да ничего он не хотел, вроде. Я, ежели честно, сам не до конца понял. То ли с пареньком тем что-то не так, то ли ещё что. Но официально он ничего делать не пожелал. Попросил только присматривать, да сообщать, когда ты в Обители, а когда нет, — вот теперь голос у него чуть виноватый. Как будто понимает, что поступил не совсем верно, но открыто признавать этого не хочет.

Не успеваю сформулировать следующий вопрос, как управляющий уже отступает к двери и махнув мне, скрывается внутри помещения.

Момент выбираю между вариантами. Постучаться и попробовать дожать его или отправиться к себе? В конце концов останавливаюсь на втором. Учитывая с какой прытью скрылся Чарг, вряд-ли стоит ожидать от него иных деталей. Впрочем услышанного и так хватает, чтобы насторожиться.

Вернувшись, выкладываю покупки на стол в гостиной и мы приступаем к экипировке. Вэнра мысль о перемещении на Землю, почему-то радует — с лица форинга пропадает мрачное выражение и он даже принимается что-то насвистывать. Нацепив на себя сразу две кобуры, внезапно декламирует.

Приключений полон наш путь,

Но мы не боимся ничуть.

Загадки повсюду, на каждом шагу,

Но мы и сами у судьбы не в долгу!

Тот факт, что он снова начал импровизировать, уже радует. Точно лучше, чем ходить с кислой миной. Тем более, быстрого решения для поиска его сестры, у меня нет.

Сам форинг пристраивает на пояс стилет и поднимает на меня глаза.

— А зачем нам на Землю в этот раз? — только услышав вопрос, понимаю, что и правда ничего ему не объяснил.

С другой стороны, я сам вспомнил об этих вещах, только когда мы были в Обители. А единственное надёжное место для беседы здесь, это тренировочный зал, куда мы в этот раз не заходили.

— Увидишь. Скорее всего это не займёт много времени, — форинг слегку хмурится, а я бросаю на себя взгляд в зеркало, проверяя не торчит ли где-то оружие и обхватываю пальцами жетон.

Секунда и мир вокруг отсекают чёрные стены. А потом я вижу стены своей съёмной квартиры.

Оглядываюсь вокруг. Проверяю кухню. Пусто. Судя по тому, как разбросаны вещи, внутри тоже никого не было. По крайней мере, хаос остался в том же самом виде.

Пытаюсь вспомнить, в каком именно месте лежат коробки, когда нос улавливает знакомый запах. Сначала даже не понимаю, что это. Зато, когда доходит, машинально опускаю руку на пистолет.

Кручу головой, пытаясь понять, где может находиться источник. Воняет вроде так же, как от пустотника. Только вот, в этот раз, к обычной жёсткой вони примешиваются странные сладковатые нотки. Как будто кто-то вылил флакон духов на груду гниющего мусора.

Вэнр хмурится и откидывает крышку тубусу, берясь за рукоять шпаги. А я подхожу к окну. Выглядываю. И чувствую, как мои брови медленно ползут вверх.

Глава XV

Первые несколько секунд просто оторопело пялюсь на происходящее. Стоящий около тротуара мерседес, пара мужиков, запихивающих туда девушку, которой заломали руки. И трое бабуль, что спокойно что-то обсуждают на скамейке метрах в десяти от происходящего.

Только через пару секунд до меня доходит, что стоит активировать зрение Следопыта. И стоит признать, увиденное при помощи навыка заставляет мозг удивиться ещё больше.

Оба нападавших подсвечены чёрно-синим. Плюс, имеется немало проплешин тёмно-серого цвета. Даже если они не связаны с убийцами, по следу которых мы шли в Басфе, то явно используют схожую механику наращивания силы.

Мгновение выбираю между вариантами реакции. Потом бросаюсь к выходу из квартиры.

— Вэнр, за мной, — на ходу выплёвываю слова и форинг бросается следом, одновременно начиная вытаскивать из тубуса шпагу.

Задержавшись, чтобы отпереть дверь, скашиваю на него глаза.

— Шпагу на место! Держи пальцы около револьвера, — новые инструкции парня явно не радуют, но он подчиняется.

Вот и хорошо. Боюсь, вид человека, который несётся вниз по ступеням со шпагой в руке, побудит любого из соседей вызвать полицию.

Мчимся вниз, перепрыгивая через ступени и стараясь максимально ускориться. А мозг отчаянно пытается придумать хотя бы какой-то план действий. Ну вот выскочим мы из подъезда. Откроем огонь. Предположительно, убьём противников — тот вариант, что это они прикончат нас, разум старается не рассматривать.

А дальше? Они однозначно использовали какой-то навык, чтобы скрыть свои действия от глаз окружающих или замаскировать их под что-то ещё. Я так не умею. То есть без прибытия полиции не обойтись. Что означает…

Оказавшись на первом этаже, обрываю свои размышления. С последствиями буду разбираться позже. Сейчас важно остановить этих парней. А ещё лучше, взять одного живым для допроса. Могу поспорить, он сможет поведать нам массу интересных вещей.

Выскакиваю из подъезда, держа руку около расстёгнутой поясной кобуры, в котором ждёт своего часа «Глок». И сразу же скриплю зубами, обнаружив, что перед домом больше никого нет. Опоздали.

Машинально поворачиваю голову направо, в тщётной надежде, что авто не успело убраться за пределы двора. К своему удивлению, понимаю, что это действительно так — мерседес без движения стоит на повороте.

Едва не срываюсь с места, чтобы побежать к нему. А потом вижу, как машина медленно трогается, начиная двигаться вперёд.

Выскочивший на дорогу форинг, непонимающе крутит головой, а сидящие на скамье бабули с интересом нас рассматривают. Немудрено — если раньше я одевался в стиле «начинающий бомж», то теперь щеголяю в новеньких джинсах и пиджаке. Да и Вэнр одет так же.

Звук клаксона звучит настолько неожиданно, что я едва не вытаскиваю оружие.

— Ты с дороги отойди, паря. Тут вообще-то машины ездят, — опустивший стекло таксист орёт на Вэнра, а я пялюсь на эмблему сервиса. что намалёвана на дверях машины.

Несколько быстрых шагов и я уже открываю дверь. Машу поэту, показывая на вторую. Убедившись, что он меня понял, забираюсь внутрь.

— Я по заказу вообще-то еду. Спрашивать надо, перед тем как в машину ломиться. Вечно, как двери не заблокирую, ломятся неадекваты всякие, — повернувшийся ко мне водитель, демонстрирует свои навыки переговоров, а я тянусь за бумажником.

Тот закрывает рот, обрывая уже начатую фразу и чуть прищуривается, рассматривая плотно набитый банкнотами кошелёк. Не глядя, вытаскиваю оттуда добрый десяток стодолларовых банкнот и протягиваю таксисту.

— Заказ отмени. Едем вон за той тачкой. Столько же, когда закончим, — максимально сжато озвучиваю инструкции, а сам таксист бросает взгляд через лобовое стекло, пытаясь понять, куда я показываю.

— За какой тачкой? — в голосе слышится искреннее недоумение, тогда как я понимаю, что неизвестные уже успели уехать.

— Они ещё могут быть на повороте. Давай быстрее! Утрою сумму! — на лице водителя отчётливо отражаются колебания, но последняя фраза его всё-таки добивает.

Выхватив у меня из рук стопку купюр, жмёт на газ, бросая авто вперёд. Я же с замиранием сердца слежу за приближающимся углом дома. Если цель успела уехать, то всё это окажется зря. Только привлеку к себе лишнее внимание. Вернее, уже это благополучно сделал.

Когда выворачиваем к повороту, глаза видят моргающий поворотником мерсередс и я позволяю себе чуть расслабленно выдохнуть.

— Вот за этой машиной. Едь так, чтобы нас не заметили, — немного подавшись вперёд, озвучиваю инструкции, определяя цель.

Сидящий за рулём мужик лет пятидесяти косится на меня, но ничего не говорит. Молча пристраивается сзади мерседеса, уткнувшись в него взглядом. Это точно не самое лучшее начало слежки, но большого выбора в данном случае нет — так мы хотя бы не вызовем подозрения. В отличие от того варианта, где такси без видимой причины останавливается в паре десятков метров, а потом едет дальше.

— Кто там, Кир? Это же не пустотники, верно? — нервничающий внутри «железного зверя» Вэнр озвучивает вопрос, а водитель немедленно навостряет уши.

Несколько секунд размышляю, как ему ответить. В конце концов формулирую фразы, стараясь сделать так, чтобы они не показались таксисту совсем уж дикими.

— Там люди, похожие на тех, кого мы встречали в Басфе. Когда поймём, кто это такие, возможно выйдет разобраться и в остальном, — звучит вроде бы без намёков на критическое нарушение местных законов. По крайней мере, на мой взгляд.

Загорается зелёный свет и мерседес выкатывается на дорогу. Следом, туда выскакивает и наше авто.

— Пожри Пёс их безумные души! Тогда надо звать Рэхтона. Сами можем и не убить всех, — в принципе поэт озвучивает дельную мысль, но вот глаза водителя немедленно округляются.

Чуть сбросив скорость, поворачивает голову, смотря на меня.

— Слушай, парень. Не знаю, какие у тебя проблемы с иракцами или кто они там, но на мокрое дело я не подписывался. Проблемы мне тоже не нужны, так что я просто сейчас где-то остановлюсь и высажу вас. А дальше уже сами как-то разбирайтесь, — голос звучит напряжённо, а правую руку он убирается с руля, положив себе на ногу.

Иракцы? Не знаю почему, но именно это предположение выбивает меня из колеи, заставив на момент задуматься. А потом в голове вспыхивает понимание. Однако, подкованный в географии таксист — слово «Басфа» действительно похоже на «Басру».

Впрочем, терять транспорт нам всё равно никак нельзя. Снова тянусь к бумажнику, доставая ещё одну стопку валюты. Протягиваю банкноты водителю.

— Ты просто везёшь клиентов, которые хотят проследить за машиной. Специально убивать мы никого не планируем, ты уж поверь. Но эти парни похитили девушку, буквально на наших глазах. И знаешь, как-то не очень хочется оставлять её в беде, — на ходу набрасываю версию, сплетая её, в общем-то, из правдивых фактов.

— Раз кого-то похитили, то в полицию надо звонить, а не на такси за ними гоняться. Я вообще могу прямо сейчас и набрать. Номер их на регистраторе точно есть, — озвучивая всё это, руку за деньгами он так и не тянет. Хотя и телефон достать тоже не пробует.

— Они сами с ними и повязаны. С кем точно не знаю, но птица явно высокого полёта, раз эти уроды такой беспредел посреди дня творят, — выдаю первый пришедший на ум аргумент и сразу понимаю, что этого будет недостаточно.

— Давай ты лучше возьми деньги и поехали. Можно и иначе, конечно. Я расскажу, кто мы такие и всё будет официально. Только вот заработок тогда отменяется, потому как работать тебе придётся за спасибо, — в голову наконец приходит спасительная идея, которая кажется мне вполне неплохой.

Какое-то время водитель задумчиво посматривает на меня в зеркало заднего вида. Наверняка раздумывает. Прикидывает, кем мы можем оказаться и стоит ли нам верить. С одной стороны, пара залётных типов, что вломились в машину и требуют поиграть в сыщика. Ну а с другой, одеты прилично, деньгами сорят, как не в себя. И без особых опасений называют себя силовиками, хотя за такие намёки легко оказаться на нарах.

— Ладно. Но если вдруг что, я сразу сваливаю. Без вариантов, — чеканит слова с такой уверенностью, как будто когда «если вдруг что» начнётся, у него окажется шанс свалить.

Хотя, если такая формулировка его как-то успокаивает, то почему бы и нет. Молча продвигаю чуть вперёд свою руку и мужик забирает стопку долларовых купюр. Я же откидываюсь на спинку сидения, стараясь при этом не выпускать из поля зрения едущий через пару машин от нас мерседес.

Кто это такие? Насколько опасны? Почему оказалась прямо около моего дома? Совпадение? Или попытка заманить в ловушку?

С другой стороны — каким был шанс, что я немедленно брошусь в погоню? Да и вообще окажусь в своей квартире именно в этот момент времени? О том, что мы собираемся на Землю, никто не знал. При таких исходных данных, устроить ловушку достаточно сложно.

Продолжаем ехать за преследуемой машиной, постепенно приближаясь к окраине города. Посматривающий на нас в зеркало таксист, нервничает всё сильнее, а я пытаюсь понять, куда направляется это авто?

В конце концов, оказываемся в районе, который напоминает заброшенную промзону. Не знаю, что тут было раньше, но судя по зданиям, скорее всего располагалось какое-то производство.

В какой-то момент водитель просто вжимает педаль тормоза, останавливая машину.

— Всё. Там дальше всё равно тупик, так что они не выберутся. Назад вернуться можно только этой дорогой. Поеду вперёд, всё равно в итоге упрусь прямо в них, — повернувшись ко мне, озвучивает причину остановки.

Что интересно, на лице присутствует некоторая опаска. Как будто предполагает, что сейчас я упру ему в лоб ствол пистолета, заставив ехать дальше.

На самом деле, такая мысль и правда мелькает в голове. Но так же быстро оттуда пропадает. Даже если предположить, что он просто подчинится, то что мне с ним делать потом? Пристрелить, как свидетеля? Так он не виноват ни в чём, наоборот оказал нужную услугу. Запугать? На какое-то время поможет, но потом он наверняка всё равно двинет в полицию. Прямо сейчас мужик в смешанных чувствах — высока вероятность того, что в итоге он никуда не обратится. Но стоит включить в уравнение прямые угрозы жизни, как ситуация изменится.

Как итог — в руки таксиста перекочёвывает ещё одна пачка банкнот, а мы с Вэнром выбираемся из машины. Проводив взглядом отъезжающее такси, втягиваю ноздрями воздух и слегка морщусь.

Запах. Ощущается ничуть не слабее, чем тогда в квартире. Скорее, даже более сильно.

Такси уже скрылось из виду, так что я вытаскиваю из кобуры пистолет. Глядя на это, Вэнр достаёт револьвер. Взведя курок, тихо декламирует.

Мы снова на тропе войны,

По которой идём, утопая в крови.

И снова где-то там враг,

А мы для него готовим саркофаг.

Бросив взгляд на форинга, озвучиваю план, который сейчас пришёл в голову.

— Я пойду вперед под невидимостью. Ты держись сзади и не высовывайся. Прикрывай тыл. Если дело дойдёт до стрельбы, действуй по обстоятельствам, — в ответ на мои слова парень согласно кивает, а я концентрируюсь, запуская навык невидимости.

Через пару минут добираюсь до поворота разбитой дороги. Выглядываю. Пока ничего необычного. Всё те же здания, уходящий дальше асфальт, от которого сейчас мало что осталось и никаких следов мерседеса.

Чуть выждав, осторожно шагаю дальше. Обращаю внимание, что запах усиливается. Если раньше он чувствовался достаточно слабо, то сейчас постепенно перерастает в настоящую вонь.

Замираю на месте, заметив движение в проёме первого этажа одной из построек. Там буквально на доли секунды мелькает человеческая фигура, которая быстро скрывается за стеной.

Дальше пробираюсь вплотную к стене, стараясь издавать минимум шума. А оказавшись около того самого проёма, замираю на месте.

Секунд пятнадцать проходит в тишине — уши не улавливают ни одного звука. Зато потом вздрагиваю от громкого шёпота.

— Да нет тут никого. Может таксист на вызов просто ехал и заблудился. Или какой-то идиот не туда ему дорогу показал, — судя по тембру голосу, ждущий в засаде мужчина, слегка раздражён.

— Точно. Движок где-то вдалеке порычал и всё. Уехал он. Да и вообще, с каких пор Странники используют такси? — реплик второй стороны я не слышу, но судя по шумному сопению «абонента», его пытаются оставить на посту.

— Тогда я пойду и проверю. Но говорю тебе, нет там никого. Если б были, уже давно тут появились. Всё, конец связи, — хрипа рации я не слышу, так что скорее всего беседа ведётся по мобильнику. Но неизвестный всё равно пытается имитировать стиль беседы то ли военных, то ли кого-то ещё из людей в форме.

Когда выбирается наружу, оказавшись на тротуаре, с трудом удерживаюсь от того, чтобы шумно выдохнуть. Запах теперь не просто силён — он забивает весь нос, едва оставляя мне возможность дышать.

Только сейчас до мозга доходит одна очень простая мысль — несмотря на то, что я использую зрение Следопыта, нос всё равно прекрасно ощущает вонь. Раньше такого не было. Впрочем, людей, которые воняют пустотой, я тоже до этого не встречал.

Противник быстро приближается, а я пытаюсь понять, как лучше поступить. Определившись, осторожно перекладываю пистолет в левую руку, а правой тянусь к стилету.

Вроде получается провернуть всё незаметно. По крайней мере мужчина, который шагает по тротуару, точно ничего не слышит.

Когда оказывается рядом со мной, поднимаю руку и мощным ударом вгоняю трёхгранный клинок в боковую часть шеи. Проворачиваю рукоять.

В последний момент тот дёргается, то ли уловив ток воздуха от моих действий, то ли что-то услышав. Но уклониться уже не успевает. Зато умудряется достать пистолет.

Практически на полном автомате, сдавливаю оружие воздухом, вырывая его из руки хрипящего противника. Вырываю из раны клинок стилета и сразу же давлю воздухом на шею, по сути обхватив её невидимой петлёй.

Тот с ошалевшим лицом размахивает руками, потом пытается дотянуться до рации. Но в конце концов, заваливается вниз, боком рухнув на асфальт.

Несколько секунд стою на месте, смотря, как он корчится в предсмертных судорогах. Потом начинаю двигаться дальше. Добравшись до поворота, выглядываю.

Вот и искомый мерседес. Вокруг, правда, никого не видно. Зрение Следопыта тоже ничего не показывает. Только редкие пятна тёмной амвы, которые виднеются на асфальте, да настоящие потёки энергии, что проступают на стенах.

Какое-то время выжидаю и осматриваюсь. Бросив взгляд назад, вижу Вэнра, который всё ещё держит позицию на предыдущем повороте. И, в конце концов, начинаю двигаться дальше.

Осторожно огибаю машину. Рассмотреть через тонированные стёкла салон практически невозможно, но следов амвы я внутри не вижу — значит людей там нет.

И если отталкиваться от очевидного предположения, то они должны быть внутри большого по размерам здания, чьи стены испятнаны амвой.

Когда оказываюсь около входа, рефлекторно прикрываю левой рукой нос — слишком уж тяжелая тут стоит вонь. Заставляю себя шагнуть внутрь.

Первое помещение оказывается полностью пустым, но откуда-то из глубины постройки доносятся звуки голосов.

Прохожу ещё одну комнату. Следующую. Спустя ещё две замираю около очередного проёма. Только недавно там кто-то разговаривал. Сейчас же я слышу только звуки шагов.

— Ну так что? Ты ведь уже поняла, что с нами шутить не стоит, верно? Может, всё-таки начнёшь думать, как отдать отцовские долги? Если предложишь что-то дельное, выйдешь отсюда живой. Нет — продадим наложницей барону на Йорде и отобьём хотя бы часть, — мужской голос звучит чуть устало, а я, наконец, выглядываю, оценивая ситуацию.

Двое мужчин в рубашках. У каждого по оперативной кобуре и ножу на поясе. Связанная девушка, которую примотали к чему-то вроде металлического столба, ранее наверняка служившего компонентом для какой-то техники.

Уже прикидываю, как начать действовать, когда взгляд падает на предмет, установленный около стены комнаты. Тренога, вокруг которой клубится облако разноцветной амвы. Всё бы ничего, но на её верхушке водружён череп. А через мгновение после того, как я обращаю внимание на странную конструкцию, пустые глазницы внезапно вспыхивают ярко-жёлтым. Смотря при этом прямо на меня.

Глава XVI

Секунду мы просто смотрим друга на друга. Полыхающие глазницы черепа сверлят взглядом меня, а я отчаянно пытаюсь понять, что за непонятная хреновина оказалась у меня перед глазами.

Потом всполохи разноцветной амвы, что кружат вокруг него, начинают быстро набирать яркость, а я поднимаю руку, в которой сжат пистолет. Чем бы это ни было, он однозначно меня видит. А раз невидимость с ним не срабатывает, остаётся только начать действовать.

Когда уже нацеливаю пистолет на лоб черепа, который сейчас почти не виден из-за сверкающей энергии, слышу голос одного из стоящих около пленницы мужчин.

— Чего это конвертор засверкал так? Как он вообще сам включился? — в словах сквозит явное удивление, но обработать их смысл, мой мозг уже не успевает.

Палец жмёт на спусковой крючок и по ушам бьёт звук грохнувшего выстрела. Подсознательно ожидаю, что пуля не нанесёт черепу никакого вреда, но к моему удивлению, тот благополучно раскалывается пополам.

Сразу же слегка высовываюсь, ещё дважды стреляю. Вроде бы попадаю в одного из противников — точно сказать сложно, так как прямо сейчас он рухнул на полу, укрывшись за металлическими бочками.

Вот второй точно невредим. И тоже находится в укрытии — залёг за штабелем высоких металлических ящиков.

— Ты кто, нахрен, такой? Забыл, чья здесь территория, придурок?

Интересный у него подход к переговорам. Крайне изящный. Хотя, очевидно, что он меня с кем-то путает.

— Именем Синклита, предлагаю вам сдаться. В противном случае, вы будете уничтожены.

Мгновение стоит тишина, а потом я внезапно слышу его нервный смех.

— Синклит? Ты из медяков что-ли, дурень? Ох, и зря же ты сюда полез, — на этот раз в голосе имеются вполне отчётливые нотки превосходства. Так обычно бывает, когда противник полностью уверен в своей победе.

Впрочем, развивать беседу дальше, я не собираюсь. Вместо этого использую навык управления воздухом, давя на ящики, что лежат сверху штабеля, за которым укрылся противник.

Они оказываются неожиданно тяжелыми — судя по всему, под завязку чем-то набиты. Тем не менее, у меня получается опрокинуть сразу два из них. Вслед за чём слышится громкий крик мужчины.

Несколько секунд жду, прислушиваясь к его стонам. Зрение Следопыта не позволяет рассмотреть происходящее за тем самым укрытием, но если ящики действительно упали прямо на него, то без переломов не обошлось. Учитывая с какой натугой я их сдвинул, противник должен был получить серьёзные раны.

Чуть поколебавшись, делаю шаг вперёд, держа пистолет наготове.

— Справа! Стреляй! — воздух разрезает крик привязанной к металлическому столбу девушки, а веду стволом пистолета в указанную сторону, ожидая, что сейчас оттуда покажется противник.

Когда глаза фиксируют быстрое движение, машинально жму на спуск, но пуля лишь бессильно рикошетит от стены. А вот выскочивший слева неизвестный, благополучно открывает огонь.

Выручает только тот факт, что я для него невидим. Поэтому первая пуля свистит около головы, а вторая вовсе проходит сантиметрах в сорока левее.

За это время я успеваю сместить ствол пистолета. Но когда собираюсь выстрелить, мужчина запускает в полёт те самые ящики, за которыми укрывался. Все разом. Легко и непринуждённо.

Моих сил едва хватает на то, чтобы притормозить эти летательные снаряды. Сам же падаю на пол, позволяя им прости сверху. Вижу, как прищуривается противник, что уже опускает оружие, собираясь стрелять по полу. И сам жму на спусковой крючок.

Первая пуля бьёт его в бедро, заставив вскрикнуть от боли. Вторая попадает в живот и ублюдок стреляет в ответ — свинец рикошетит от бетона, совсем рядом со мной.

Зато третья бьёт в область паха и гарантированно выводит его из строя — враг, скрючившись, падает на пол.

Прицелившись, ещё дважды стреляю, проделывая новые отверстия в его голове. Приподнявшись, становлюсь на колено и меняю магазин.

— Кир, с тобой всё в порядке? — если бы я не перезаряжался, то наверное сейчас выстрелил бы на звук голоса Вэнра, ранив форинга.

— Порядок. Следи за входом. Ты вообще должен сейчас прикрывать тыл, — в тембре голоса прорывается раздражение и поэт сразу же отступает назад, возвращаясь к проёму.

А я поднимаюсь на ноги. Присматриваюсь к бочкам, за которыми должен лежать ещё один из похитителей. Никакого движения не замечаю. Да и не слышу ничего. Хотя на слух сейчас полагаться не стоит — после выстрелов, уши с трудом улавливают даже сильные звуки.

— Если ты на те бочки смотришь, то сдох он уже. Ты ему похоже аорту прострелил — крови вон натекло море, — девушка снова пытается обозначить ситуацию, а в моей голове сразу же всплывает прошлая ситуация.

— В предыдущий раз ты меня здорово подставила, если что, — я напоминаю об очевидном факте, а пленница недовольно морщится.

— Кто же знал, что ты окажешься таким идиотом? Понятно, что я имела в виду правую сторону с моего угла зрения, а не твоего. Может уже освободишь меня, человек-невидимка? Или у тебя какие-то другие планы? — на последних словах её голос чуть подрагивает. Видимо девушка до конца не верит, что её сейчас развяжут и всё закочнится.

А ещё я понимаю, что она абсолютно не в теме происходящего. Скорее всего даже не осознаёт, кто именно её похитил и почему. Конечно, если слова про «человека-невидимку» не были неудачной шуткой.

Осторожно шагаю вперёд, наблюдая за бочками. Потом замираю на месте и используя силу, сдвигаю две из них в сторону. Чуть успокаиваюсь, поняв, что за ними и правда только труп, который валяется в большой луже собственной крови.

Смещаюсь к черепу. Но тут меня ждёт практически полное разочарование. Следом амвы, по сути нет. А те жалкие остатки, что имеются, не способны о чём-то рассказать. Да, я могу снять слепок и если с ним работал какой-то конкретный Странник, это получится определить. Но думаю, этим можно заняться позже. Достаточно прихватить с собой крохотный осколок черепа, на котором имеется какое-то количество амвы и я могу провести анализ в любом месте.

Развернувшись, подхожу к привязанной девушке и прекращаю работу невидимости. Та испуганно вздрагивает, а потом проходится по мне оценивающим взглядом.

— Могу я спросить, кто ты такой? И что тут вообще происходит? — она старается держать голос максимально ровным, но он всё равно заметно подрагивает.

В целом, это полностью объяснимо — не каждый день на твоих глазах убивают пару человек, кидаются предметами без использования рук и спокойно ходят под пологом невидимости. Неподготовленного человека подобные вещи могут запросто ввергнуть в состояние полного шока.

На всякий случай внимательно рассматриваю её, используя зрение Следопыта. Следов амвы или артефактов не замечаю. Да и не слишком она похожа на Странника.

Ещё раз прокручиваю в голове слова, которые слышал перед тем, как начался бой и озвучиваю вопрос.

— Ты знаешь, что такой Йорд? — один из убитой парочки говорил, что они продадут её барону. Есть шанс, что девушка всё-таки немного погружена в тему.

Правда её глаза говорят ровно о противоположном — сейчас он смотрит на меня, как на полноценного идиота.

— Слушай, я не знаю, кем были эти шлимазлы и кто такой ты сам. И ни хрена ничего не понимаю, — говорит вроде искренне. Но может и играть.

Всё же решаю, что перед тем, как развязать её, стоит прояснить ещё один момент.

— Зачем они вообще тебя сюда привезли? И о каком долге шла речь?

— А ты как долго ждал там за углом, прежде чем вмешаться? Это же нормально, вот так бросать девушку в беде, да? — возмущается вроде бы тоже не наигранно, но отвечать я не спешу. Молча жду, пока ответит по существу. И через пару секунд, брюнетка действительно начинает говорить.

— Отец набрал долгов, чтобы открыть новый бизнес. И у банков, и у вот таких, сомнительных личностей. Но его кинули и всё прогорело. А потом он и вовсе… Погиб он в общем. Несчастный случай. Ну а деньги теперь требуют с меня.

Расклад отчасти странный. Выходит, обычный человек каким-то образом связался со Странниками и взял у них денег?

Хотя, точно ли это Странники? Я опустил взгляд на ближайшее тело и снова активировал зрение Следопыта. Остатков амвы была масса. Но расцветка критично отличалась от того, что я привык видеть в Синклите.

Опустившись на колено рядом с трупом, я начал обшаривать карманы, а девушка недовольно хмыкнула.

— То есть ты меня не развяжешь? — теперь в её словах слышались и отчасти панические нотки.

Я же молча продолжал обшаривать карманы одежды убитых. Не то, чтобы была надежда отыскать нечто значимое. Но, как минимум, какие-то документы у этих парней должны были быть, верно? А может быть и что-то ещё, проливающее свет на то, откуда они такие появились?

У одного я и правда нашёл удостоверение коллекторского агентства, работающие с долгами. О подобном названии я раньше не слышал, но с другой стороны, подобная сфера деятельности меня никак не интересовала, да и не затрагивала, если подумать.

Вот второй, заставил серьёзно удивиться. Найдя во внутреннем кармане красную книжечку, я ожидал увидеть, что угодно. Но точно не удостоверение сотрудника городской администрации. В котором к тому же указана не самая низкая должность — глава департамента культуры.

Я машинально переместил взгляд к лицу убитого. Сколько ему лет то? Чуть за тридцать? Как-то чуть молодо для подобной позиции. И вообще, каким боком тут может быть замешана городская власть? Или это просто совпадение?

Засунув удостоверение в свой собственный карман, я выпрямился. Если не считать бумажников, в которых имелся приличный запас налички, да двух идентичных «беретт», больше у них ничего интересного не было.

Бросив взгляд в сторону выхода, где находился форинг, решил, что в этот раз можно обойтись без него и обойдя металлический столб сзади, разрезал ножом верёвки.

Девушка со стоном выпрямила руки, что раньше были заведены за спину и принялась растирать запястья. А когда я, через несколько секунд, решил всё-таки проверить, как там дела у Вэнра, неожиданно рванулась в сторону и ловко подхватила с пола пистолет, сразу же прицелившись мне в живот.

Скорость у неё была такой, что я начал действовать сразу же, не раздумывая и не пытаясь анализировать. Моментально ударил воздухом, выкручивая её руку и заставляя разжать пальцы на рукояти оружия. А сам, врубив невидимость, сделал несколько быстрых шагов, на ходу доставая револьвер.

Оказавшись вплотную, направляю ствол оружия ей прямо в лоб и взведя курок, снимаю невидимость. Вижу, как испуганно расширяются глаза брюнетки, когда она слышит звук оружия. А после того, как появляюсь перед ней, вовсе отшатывается назад.

Не отрывая взгляда от ствола револьвера, пытается объясниться.

— Ты извини. Просто… Вокруг творится какая-то лютая дичь и я совсем ничего не понимаю. Вот и хотела добавить хотя бы чуть контроля.

Разжимаю губы в усмешке.

— Добавить контроля? Или всадить в меня пулю? Ты думаешь я именно ради этого тебя освободил? Чтобы получить кусочек свинца в брюхо? — тембр моего голоса, заставляет бывшую пленницу оторвать взгляд от оружия и посмотреть мне в глаза.

— Я не собиралась тебя убивать. Просто хотела узнать, кто вы такие и что тут происходит? — звучит отчасти логично. Но после того, как она попыталась взять меня на прицел, верить девушке не слишком тянет.

С другой стороны, знай она о возможностях Странников, точно бы не стала так глупо подставляться. Сама ведь видела, как я использовал силу во время схватки. Да и про невидимость была в курсе. Единственное, что приходит на ум — могла подумать, что есть какие-то ограничения на применение подобной мощи. Или нужно время для активации навыков.

В любом случае, с ней нужно было что-то решать. Плюс, надо определить со своими действиями в глобальном плане. По-хорошему, сюда нужно вызывать Смотрителей. Только вот, кого именно пришлют и как будет происходить процедура следствия, я не знал. К тому же, по идее, мне следовало сообщить обо всём в Обитель до того, как я сам сюда сунулся. И уж тем более начал стрелять.

Другой вариант — связаться с Рэхтоном. Но он тоже кажется мне не самым хорошим. Сложно сказать, где именно сейчас находится здоровяк. К тому же, помочь он мне сможет разве что советом. Бой ведь уже завершён.

Раздражённо морщусь, когда память подбрасывает ещё и воспоминание о документах и фото, за которыми я изначально отправился на Землю. Незадача.

В конце концов определяюсь.

— Поедешь с нами. Поговорим, объяснишь, как твой отец смог связаться с подобными людьми и зачем брал у них деньги, — та открывает рот, чтобы немедленно ответить и я сразу добавляю.

— Помню, что ему нужны были финансы на развитие бизнеса. Но займ, это одно. А вот деньги подобных парней, что стоят вне закона во всех смыслах, совсем иное.

Киваю, указывая на проём, ведущий наружу.

— А теперь давай туда. Медленно и без лишних движений. Ты не поверишь, но меня достало, что каждый второй оказывается не тем, кем кажется. Так что если дёрнешься, я всажу в тебя пулю и утешу себя тем, что ты просто оказалась чьим-то агентом.

Формулировки успешно срабатывают — выкинуть какой-то новый фокус девушка не спешит. Я успешно довожу её до самого выхода и оставляю на попечение Вэнра, который так и дежурит, наблюдая за подступами. Сам же возвращаюсь назад.

Первым делом прихватываю с собой несколько осколков черепа. Не знаю, как насчёт анализа амвы, но вот показать один из этих обломков Рэхтону точно стоит. Пусть рыжий Странник озвучит своё экспертное мнение.

Потом обшариваю помещение, пройдясь по всему поверхностям, на которых можно что-то оставить. И успешно обнаруживаю ключи от входных дверей. Вот и хорошо. Значит, можно просто запереть здесь всё, а потом вернуться и разобраться с трупами.

В теории, это можно провернуть и прямо сейчас. Но тогда придётся снова связывать девушку. Плюс, наше с Вэнром исчезновение, неминуемо вызовет вопросы. Даже если она не будет наблюдать за этим собственным глазами, то может сопоставить факты. В любом случае, оптимально не рисковать.

К тому же, я пока не определился, как именно поступить с телами. Вернее, сами трупы, можно убрать без проблем. Но остаются ещё стреляные гильзы и пули. Плюс, многочисленные отпечатки рук и следы обуви. Не говоря о такси, которое в теории тоже могут отыскать. А водитель сразу же сдаст пару странных пассажиров, которые попросили его проследить за другой машиной.

Наверное, неплохим вариантом стали бы те самые «чистильщики», визитку которых оставил Чарг. Но я уверен, что они моментально солью информацию Мастеру Айрву или кому-то из его соратников. Как вариант, ещё и продублируют коллегам троих мужчин, которых я прикончил в этом здании.

С какой стороны ни посмотри, расклад получается хреновым. Поэтому, пока ограничиваюсь тем, что просто запираю двери. Судя по внешнему виду построек, они заброшены уже долгое время. Сомневаюсь, что кто-то поинтересуется судьбой именно этого здания в ближайшие двадцать четыре часа. А к истечению этого времени, я наверняка отыщу способ решить проблему.

Только оказавшись на улице, понимаю, что внутри всё это время так и воняло пустотой. Вернее, даже не ей самой в чистом виде, а чем-то странным и напоминающим смесь пустоты с амвой. Ещё одна странность, которую я пока никак не могу объяснить.

Остановившись около автомобиля, поворачиваюсь к девушке, за спиной которой маячит форинг с револьвером в правой руке.

— Загружайтесь на заднее сиденье и поехали уже отсюда.

Глава XVII

Возможно, возвращаться назад на трофейном мерседесе, было и не самой хорошей идеей. Мне эта мысль пришла в голову только после того, как мы оказались на дороге и навстречу проехала патрульная машина. Если нас вдруг остановят, то объяснить, каким образом я оказался за рулём этого авто, будет затруднительно. С другой стороны — зачем полицейским тормозить приличного вида машину, которая не нарушает правил?

Сзади молчала спасённая девушка, а справа от меня ёрзал форинг, который то порывался оглянуться назад, то старательно делал вид, что наша спутница ему полностью безразлична. Когда мы остановились на светофоре, Вэнр вовсе секунд на тридцать завис. А потом принялся декламировать.

И снова мы в пути,

Шагаем по тропе войны!

Деву прекрасную спасли

Да честь её уберегли.

— Вот такие вот мы молодцы, — добавил я, когда парень закончил и покосился в сторону заднего сидения.

Сам я глянул в зеркало заднего вида на чуть ошеломлённую девушку.

— Тебя как зовут то?

Та после этого нехитрого вопроса, слегка напряглась. Выпрямила спину и глянула так, как будто я спросил о пароле доступа к банковскому приложению.

— Предположим, Ханна. А куда вы меня везёте? — сразу же озвучила она вопрос, бросив быстрый взгляд в окно.

На момент я задумался. Куда мы сейчас едем, я знал. Но в голове неожиданно появился вопрос, стоит ли везти девушку на ту съёмную квартиру? Конечно, совсем не факт, что я там ещё появлюсь после сегодняшнего визита. Скорее уж найду себе что-то более приличное. С другой стороны, Ханна только что наблюдала картину убийства. А розыск, это такое дело, которое может осложнить жизнь даже Страннику.

Хотя, из неё пытались выколотить долги люди, накачанные амвой. Да ещё и с чем-то вроде артефакта, для которого использовалась всё та же энергия. Даже если сама спасённая не в курсе, то может быть что-то прояснится, после того, как та расскажет о своём отце.

Я ещё раз посмотрел на девушку в зеркало и поправил себя — если расскажет.

— Так куда мы едем? Или это тоже похищение и вопросов мне задавать не стоит? — брюнетка не успокаивалась и я чуть поморщился.

— Ко мне домой. Расскажешь о своём отце и его делах. А ещё всё, что знаешь о тех людях, что тебя похитили и пытались выколотить долги. Уверен, кое-что о кредиторах отца ты знать должна.

Та нахмурилась и скрестив руки на груди, тяжело вздохнула. Пару секунд подумала.

— Может сначала ты мне расскажешь, что за ерунда там творилась? Невидимость эта, летающие предметы, странности. Что это? Какая-то суперсила?

Судя по выражению лица, она и правда ждала какого-то ответа. К тому же ещё и настроена была крайне решительно. Поэтому я решил сыграть по её же правилам и ответил встречным вопросом.

— А что, отец ничего не рассказывал? — простая формулировка подействовала именно так, как я предполагал. Через мгновение решительность и ярость куда-то исчезли, а сзади осталась сидеть растерянная и мало что понимающая девушка.

— Нет. Он вообще не упоминал, что связан с чем-то… Чем-то вроде этого.

Я молча кивнул, а вот форинг скорчил страдальческую мину, повернув голову так, чтобы это было видно нашей спутнице. Ловко. Хотя и не совсем честно — пользоваться уязвимостью женского пола в такой ситуации.

Как бы то ни было, до самого дома она вопросов больше не задавала. Я спокойно припарковал машину за несколько дворов от своего и мы пешком добрались до нужного подъезда. По пути я несколько раз активировал зрение Следопыта, но никаких следов амвы или светящихся силуэтов не заметил. Это не давало стопроцентной гарантии отсутствии слежки, но немного успокаивало.

Оказавшись внутри крохотной квартирки, я отправил пару своих спутников на кухню, а сам заказал доставку из кофейни — три порции горячего кофе, сэндвичи и десерты.

Изначально я собирался сразу побеседовать с Ханной, но услышав, что Вэнр уже завязал беседу, расспрашивая о жизни девушки, решил заняться поиском вещей.

Искомое обнаружилось неожиданно быстро — на дне завала внутри старого шкафа, куда я сбросил весь ненужный хлам. Большая картонная коробка, в которой были те самые шахматы, несколько картонок поменьше и бумажная папка.

Первым делом я открыл шахматы и разложив доску, принялся расставлять фигуры. Закончив, замер, оценивая результат. Потом извлёк из пространственного кармана коня и поставил его на пустующую клетку. Вот теперь тут был полный комплект. А я получил доказательство происхождения фигуры. Только вот, как она могла оказаться в тайнике другого мира? Вернее, как это могло произойти технически, я прекрасно понимал. При этом разум всё никак не мог отыскать причину, по которому кому-то понадобилось тащить шахматную фигуру в такую даль и тем более хранить в тайнике.

На всякий случай ещё раз проверил весь комплект и саму шахматную доску при помощи зрения Следопыта. Не нашёл ни единого следа амвы.

Следом открыл одну из картонных коробок, принявшись перебирать фотографии. В основном на них был дед, запечатлённый рядом с другими людьми. В целом, ничего необычного. Да, на заднем фоне были порой весьма причудливые пейзажи или здания, но судя по стилю одежды, все фото были сделаны на Земле. По крайней мере, пока я не заметил ничего, что сильно выбивалось бы из общего ряда.

Во второй коробке тоже оказались фотографии. Только куда более интересные. Во-первых, чёрно-белые. А во-вторых, там тоже был дед. И сделаны они тоже были на земле. Но вот люди рядом с ним…

Вот у этого лицо похоже на кого-то из известных бизнесменов. А это однозначно фотография с Хрущёвым. Стоп. Мэрилин Монро? Серьёзно? Мастер Синклита мог позволить себе и такое проворачивать?

А это что? Подбитый танк с узнаваемой эмблемой на борту. На фоне которого был сфотографирован дед вместе с парой военных. То есть где-то на фронтах Второй Мировой он тоже отметился?

Я взял по одной фотографии из каждой стопки и сравнил. Возраст отличался, но не слишком сильно. Навскидку, лет двадцать разницы. Тогда как на деле, должно было пройти намного больше.

— Ого! Это Эйзенхауэр? И Хрущёв? — на пол, рядом со мной опустилась Ханна, чей взгляд сразу впился в фотографии.

Секунд десять девушка внимательно изучала снимки, а потом повернула голову ко мне.

— А кто это с ними на всех фото?

Вздохнув, я покосился на Вэнра, который стоял около стены и делал вид, что он вовсе не должен был развлекать спасённую беседой, пока я тут разберусь. Строго говоря, так оно и было — подобной команды я не давал. Но рассчитывал, что форинг дойдёт до этой простой задачи своим собственным умом.

— Мой дед, — услышав ответ, Ханна взяла в каждую руку по фотографии и несколько мгновений изучала их.

— Но… Он тут почти одного возраста. А разрыв между снимками, лет шестьдесят, как минимум, — указав на очевидный факт, брюнетка с любопытством воззрилась на меня.

— Ну вот так. Долго жил. И как видишь, неплохо.

Забрав у неё оба снимка, быстро просмотрел оставшиеся, не обнаружив среди них ничего выделяющегося. Интересными, по большому счёту, были они все. Дед фотографировался либо с историческими личностями, либо в весьма необычных местах. Но всё это не давало никакой новой информации.

Зато третья картонная коробка неожиданно оказалась полна снимков молодых мужчин. Всего двоих и неуловимо похожих. Сначала я подумал, что это дед в молодости. Но судя по тому, что одни снимки делались в самом начале двадцатого века и были совсем старинными, а другие были уже цветными и судя по зданиям, из восьмидесятых годов того же столетия, эта теория отпадала. Кто-то один из них, скорее всего правда был дедом. А вот личность второго оставалась загадкой.

Скорее всего тоже мой предок. Но раз так, получается фотографии середины прошлого столетия принадлежат ему. Хотя схожесть в лицах с прадедом безумная.

Четвёртая картонная коробка и папка, оказались забиты документам. В первой, лежали старые бумаги, чаще всего сложенные вчетверо и упакованные в плёнку.

Я осторожно развернул первую из них. Приказ НКВД о присвоении внеочередного звания Константину Вязову. Следующей оказалось документ времён Российской империи, о праве собственности на загородный дом около Москвы.

Развернув третью бумагу, я прищурился, вчитываясь в строчки. Всё было на английском, но судя по всему, тоже связано с недвижимостью.

— Помочь? Я неплохо знаю язык, — Ханна, которая с интересом за мной наблюдала, с невинным видом предложила свои услуги и в голове снова замелькали мысли по поводу девушки.

По-хорошему, с ней стоило провести беседу прямо сейчас. Но если посмотреть под другим углом, она не была Странницей, да и следов амвы на ней не было. Раз так, ускользнуть отсюда не сможет. Справиться с нами, тоже вряд-ли. Двое вооружённых мужчин, чьи тела усилены амвой, против безоружной и абсолютно обычной девушки — это не тот расклад, которого стоило опасаться. Тогда как досмотреть все найденные документы мне хотелось прямо сейчас.

Протянув ей бумагу, я потянулся за четвёртой, а Ханна принялась озвучивать перевод текста. Оказалось, это было что-то вроде свидетельства о праве собственности на дом под Ливерпулем. Тоже на имя Константина Вязова.

Как быстро выяснилось, на нашу фамилию было оформлено немало разнообразной собственности. И на территории России, и за рубежом. Был даже какой-то особняк в Аргентине и вилла на берегу Вьетнама.

Правда, все бумаги были старыми и выписаны на одного из троих человек — Константина, Кузьму или Куприяна Вязовых.

А вот в папке оказались более свежие документы. Которые относились к нашей эпохе и в них фигурировало только имя деда. Мексика, Уругвай, Тайланд, Индия, Япония, Франция, Испания, Польша — перечень заграничной недвижимости был крайне внушительным. Плюс, ещё и стопка бумаг, которые подтверждали владение океанской яхтой. А сразу за ними нашлись и документы на бизнес-джет.

Закончив, я сложил все бумаги в одну большую стопку и уставился на них. Я никогда не думал, что у деда имелись подобные деньги. После того, как стал ясен его настоящий статус, наличие определённого богатства было очевидным. Странно… Понятно, что он не мог или не хотел рассказывать мне про Синклит и Странников. Но немного помочь внуку с деньгами, можно было и без этого.

Хотя, почему не мог рассказывать? Вот, не хотел, это да — возможно. А препятствий для того, чтобы честно обрисовать мне расклад, я пока не видел. Ни одного. Ничто не мешало ему, посвятить меня в тайны Синклита и приобщить к делу.

Странно, на самом деле. Особенно, если учесть, что я слышал про наследников по линии Вязовых. Мол, каждый появлялся, будучи в курсе дел и уже располагая какими-то знаниями о своей будущей стезе. Тогда как я оказался совсем не в теме. То ли дед не успел, то ли была ещё какая-то причина из-за которой всё пошло не по плану.

— И ты всё это хранил в коробке из под обуви? В шкафу? Тут недвижки на сотни миллионов, наверное, — в голосе Ханны сквозило искреннее недоумение.

— Допускаю, что так оно и есть. Только не факт, что она мне пригодится, — криво усмехнулся я, рассматривая сложенные стопками документы.

Девушка наморщила лоб и непонимающе качнула головой, но не нашлась, что на это сказать. А потом задержала свой взгляд на фото и я увидел, как её брови приподнялись вверх.

Выудив один из снимков, всмотрелась в него, после чего с подозрением глянула на меня и развернула фотографию к моему лицу.

— Ничего не хочешь мне сказать?

Тон однозначно обвинительным, но я абсолютно не понимал, на что она намекает. Фотография мало чем отличалась от остальных. Дед на морском побережье, с каким-то мужчиной. Оба одеты в шорты и рубашки. Улыбаются.

Пожав плечами, я вопросительно посмотрел на саму Ханну, а та пружинисто вскочила на ноги, не выпуская из рук фотографию.

— Это мой отец. В молодости. Что он делает с твоим дедом?

Теперь её эмоциональная реакция на фото стала более понятной. Правда, ответа на вопрос у меня не было.

Тоже встав, я бросил ещё один взгляд на фотографию.

— Возможно они были как-то связаны.

Та разжала губы в усмешке.

— Само собой. Случайные люди на берегу Средиземного моря фотографироваться не будут. Я даже знаю это место. Сицилия. В сотне метров от точки, где это сняли, отличный ресторан. Мы туда ездили, когда я ещё ребёнком была.

Её чувства я прекрасно понимал. Но у меня самого сейчас хватало раздрая внутри. Слишком большой объём информации вывалился на разум и тот всё никак не мог разобраться, как с ним лучше поступить.

— Чем занимался твой отец? — я решил, что лучшая защита, это нападение, а девушка на момент задумалась.

Потом сделала шаг назад, всё так же держа фото в руках и встала так, чтобы держать нас обоих в поле зрения.

— Когда вы меня вытащили, я подумала, что это и правда случайность. Но тут у тебя снимки с моим отцом. Знаешь, как-то с трудом верится, что это просто совпадение.

Голос у неё стал на октаву выше и я невольно покосился в сторону двери. Только шумных разборок мне сейчас не хватало.

Вэнр, который был в лёгком недоумении, развёл руками.

— Странник Кир не мог знать, что его дед связан с твоим отцом. Он ведь даже о Синклите не был в курсе, пока не нашёл труп.

Девушка на момент замерла. Потом кашлянула и осторожно уточнила.

— Что за Странники? Что за Синклит? Причём тут мой отец? О каком трупе речь? И каким боком ко всему этому отношусь я сама?

Интересно, что будет, если вручить ей жетон? По какому принципу их вообще выдают? Если сейчас быстро рвануть к Чаргу, он согласится поделиться одним?

Хотя, нет. Скорее всего новых Странников вербует исключительно верхушка Синклита. Да и не факт, что её отец на самом деле был Странником. С таким же успехом он может оказаться форингом или вовсе обычным человеком, который вёл какие-то дела с Мастером Синклита. Возможно даже зарабатывал на этом какие-то деньги.

Взгляд сам собой скользнул на стопку бумаг и я печально подтвердил — точно зарабатывал. Не знаю, как отец Ханны, а вот дед точно. И как мне кажется, нарушал Кодекс.

— Предлагаю успокоиться и спокойно поговорить. Ты расскажешь нам всё о своём отце, а потом я решу, что именно можно рассказать тебе, — судя по тому, как исказилось лицо брюнетки, формулировки я подобрал не самые удачные.

Вздохнув, я шагнул вперёд и протянул руку, намереваясь забрать у неё фото, но девушка рванулась назад, зацепив локтём старую вазу, что долгое время стояла на столике. Та с грохотом рухнула на пол, за секунду став грудой осколков.

— И зачем? Я же предложил поговорить, — на мой взгляд, вопрос был вполне логичен, но Ханна в ответ лишь оскалила зубы.

— Угу. Ты захотел, чтобы я тебе всё выложила, а потом ты уже сам решал, что мне стоит говорить, а что нет. Считаешь это честным подходом?

Я покосился на форинга, который сейчас выглядел слегка виноватым. Удержи он девушку беседой на кухне и всего этого, сейчас бы не было.

— Не вся информация, одинаково полезна. Некоторая может быть опасной. Настолько, что за тобой могут начать охоту из-за одного факта обладания этими данными.

Та неожиданно усмехнулась.

— Это ты про свою невидимость? Или сверхспособности, которые могут быть у людей? Или про то, что пара амбалов могут средь бела дня запихивать в машину человека, а люди смотрят, как будто сквозь них. Вроде и не происходит у них ничего такого перед глазами.

Отчасти она была права. Ханна уже видела немало. И если начнёт трепать языком, её скорее всего уберут. Как мне кажется, у Синклита должен быть какой-то отработанный механизм решения подобных проблема. Например те же «чистильщики». Кто сказал, что они занимаются только уборкой после столкновений? Ликвидация свидетелей в их профиль тоже неплохо укладывается.

Ещё более простой вариант — ей попросту могли стереть память. Сделать так, чтобы девушка навсегда забыла о том, что видела.

Около стены тихо цокнул языком Вэнр.

— Может обратиться к Смотрителям? На неё напали и удерживали люди, использующие амву. Да и артефакт тот, выглядел странно. Или Рэхтона можно вызвать.

Я отрицательно качнул головой. Доверить информацию Смотрителям, значит фактически сделать её публичной. А Рэхтон в беседе с ней ничем не поможет. Речь идёт не о схватке или рейде в незнакомый мне мир. Всё упирается в переговоры с жителем Земли. И с какой стороны не посмотри, именно у меня больше всего шансов добиться в этой задаче успеха.

Не отрывая взгляд от девушки, которая с лёгким напряжением рассматривала нас, я озвучил новые условия переговоров.

— Я всё расскажу. По крайней мере, из того, что мне известно. Но и сам хочу услышать полную версию истории твоего отца.

Мгновение помолчав, добавил:

— Насчёт опасности, я не шутил. Сейчас за тобой охотятся только кредиторы. А после нашей беседы ты рискуешь превратиться в законную цель для могущественной организации.

Отдаю ей должное — несколько секунд Ханна подумала. Но потом решительно кивнула.

— Согласна. Одними шлимазлами больше, одними меньше, разницы нет. Что так, что так, жизнь дерьмо.

Я коротко усмехнулся. А через пару секунд мы уже устроились за потрёпанным столом крохотной кухни и я задал первый вопрос.

— Итак, чем вообще занимался твой отец?

Глава XVIII

Перед тем, как ответить, девушка какое-то время помолчала, о чём-то раздумывая. Потом вздохнула и поочерёдно оглядела нас с Вэнром.

— У него была компания, которая занималась инвестициями. Пакеты акций, недвижимость, новые медицинские разработки. И пара клиник в Южной Америке. Он управлял капиталами на сотни миллионов долларов.

Звучало неплохо. Одна нестыковка — обычно, такой бизнес приводит к тому, что у людей хотя бы что-то остаётся. Даже если предположить, что дело обернулось банкротством и судебными разбирательствами, её отец должен был сохранить часть имущества в качестве физического лица. Не говоря уже о многочисленных вариантах вывода денег через оффшорные компании и сомнительные юрисдикции.

Не то, чтобы я в этом хорошо разбирался. Но раз так поступают сотни и тысячи людей по всей планете, то почему бы ему не пойти их путём?

— И что со всем этим случилось? — поняв, что Ханна снова погрузилась в свои мысли, я решил слегка подтолкнуть собеседницу.

Та сразу встрепенулась, оторвав глаза от столешницы и подняв их на меня.

— Ну… Если честно, я сама полностью не уверена. Сначала он сказал, что возникли какие-то проблемы с партнёрами. Мол они внезапно исчезли со связи, а на них оказались завязаны какие-то важные бизнес-процессы. Потом началась оптимизация, как он её называл. Распродажа части объектов, чтобы остаться на плаву.

Горько усмехнувшись, постучала пальцами по разлезшемуся покрытию стола.

— А дальше рухнули ценные бумаги медицинской компании, которая была его основным активом. Он избавился от всего, лишь бы выкупить максимум её акций. Потом скандал, обвинения в подлоге, обрушение цены и невозможность продать акции даже за копейки. Кому нужен настолько токсичный актив?

Медицинская компания? В памяти всплывал только один такой случай, произошедший года три назад. Молодая и амбициозная фирма обещала перспективное лекарство от рака и даже провела успешные клинические испытания. По крайней мере их первый этап. Мир ликовал. Люди восторгались гениями, а медицинский сектор готовился к появлению нового лидера — шутка ли, научиться лечить заболевание, которое является главным бичом и страшилкой человечества.

В какой-то момент всплыли документы о подделке испытаний. Следом появились данные, что разрабатываемый препарат, это ложь. Исключительно медийный продукт, без реальной составляющей. Начались проверки, за которыми последовали и аресты. Человечество на момент замерло в ожидании, после чего превратило недавних объектов поклонения в мишени для своей ненависти. Тогда каждый второй обсуждал эту историю, желая Интерполу побыстрее найти всех виновных и наказать.

К слову, последних не нашли. То ли десять, то ли одиннадцать человек из руководства бесследно пропали. По официальной версии, сбежали из Франции, где работала компания, то ли в Африку, то ли в Южную Америку, используя поддельные документы. Но если подумать, то имелся ещё один вариант. Вернее, даже сразу два.

— То есть он потерял всё из-за банкротства компании? И остался совсем с пустыми руками? Что-то ведь должно было сохраниться.

Девушка прикусила губу и посмотрела на меня.

— Ты представляешь себе, что такое крупная инвестиционная компания? Это не один человек с парой помощников, который работает из дома. У отца был большой офис и целая команда персонала. Когда всё рухнуло, им всё равно пришлось платить зарплату и компенсации. Плюс, неустойка по договорам аренды. Он продал практически всё, что было. Осталась только квартира в Тель-Авиве.

Фраза «квартира в Тель-Авиве» для большинства моих знакомых, звучала, как мечта к которой необходимо стремиться. Ну а для сидящей напротив девушки, стала символом падения на самое дно. Как говорится, всё зависит от позиции, с которой смотришь.

— Не стоит так морщить ваши прекрасные глаза. Теперь всё позади. И вы нашли нас, а значит всё будет великолепно, — молчавший до этого форинг, попытался вклиниться в беседу, но поймал суровый взгляд девушки и сразу же смущённо замолк.

Я тоже глянул в его сторону, стараясь выражением глаз продемонстрировать, что не стоит сейчас вмешиваться в разговор. Снова вернул внимание на Ханну.

— Если не учитывать разработку лекарства от рака, было ещё что-то странное? Возможно какие-то новые технологии? Или опять же, лечение. Те две клиники в Южной Америке, на чём они специализировались?

К моей неожиданности, та крепко сжала кулаки и совсем недобро нахмурилась.

— Он не лгал людям! И на самом деле верил, что компания создаст лекарство. Иначе какой смысл скупать акции во время выхода на биржу? Проще было бы, наоборот продать свой пакет и разбогатеть.

Осёкшись, внимательно посмотрела на меня, оценив выражение лица. Медленно протянула.

— Постой… Ты ведь сейчас о том, что с ним кто-то делился? Помогал и делился технологиями, так? Твой дед, например. Который потом просто взял и пропал, — если первые слова звучали задумчиво, то в последних отчётливо слышались нотки агрессии, которые заставили Вэнра беспокойно заёрзать на стуле.

— Мой дед не «взял и пропал». Пять лет назад он погиб. Даже если у них действительно был план по внедрению нового препарата, что лечил бы рак, он при всём желании не смог бы с этим помочь, — я постарался максимально смягчить голос, но ответ всё равно прозвучал достаточно жёстко.

Ханна на момент замялась, не зная, как реагировать. А следом раздался звонок в дверь.

Я вытащил пистолет и активировал зрение Следопыта, а Вэнр потянул из кобуры револьвер. Но это оказался лишь курьер, который наконец привёз кофе и остальной заказ.

Поставив перед каждым по стаканчику с напитком и уложив в центре стола упакованные сэндвичи с круассанами, я вернулся на своё место.

Секунд тридцать все молчали. Ханна задумчиво пялилась в стол, я мелкими глотками вливал в себя кофе, а Вэнр благополучно развернул один из сэндвичей и впился в него зубами.

— Но если твой дед пропал, почему фирма просто не свернула разработки? Зачем было проводить клинические испытания? К чему всё это? Они могли просто тянуть со своими исследованиями, тратить деньги и даже выйти на биржу. Для этого не обязательно требовалось работающее лекарство. Все были бы в выигрыше.

Так-то она была права. Хотя, больные раком люди, оказались бы в проигрыше. Но с точки зрения прибыльности, подобная схема смотрелась оптимально.

Другое дело, что меня это не так сильно интересовало. Да, медицинская компания попала под удар и пропала. Вполне вероятно, её вовсе уничтожили Странники. Тот же Синклит, который обнаружил нарушение Кодекса. Что вполне реально — дед мог использовать технологию, которую почерпнул в другом мире.

— Понимаю, что для тебя это важно. Но меня больше интересуют проекты твоего отца, в которых могли использоваться иные прорывные технологии. Либо странности в поведении его партнёров. С кем он вёл дела? Что говорил о своих планах на будущее?

Девушка помрачнела и стиснула зубы настолько, что те слегка скрипнули.

— Он не слишком любил рассуждать о будущем. Но как-то, на одном моём Дне Рождении сказал, что когда-нибудь я стану настоящей принцессой и за мной будут бегать все мужчины этого мира, — она наконец озвучила ответ, после которого я с трудом сдержал усмешку.

— Все родители говорят нечто подобное своим детям. По крайней мере, если их любят.

Та вздохнула, посмотрев на меня, как на полного идиота.

— Эта фраза прозвучала, когда мне было девятнадцать. За мной как бы уже увивалась куча парней и мужиков. Каждый второй желал забраться в постель дочери крупного бизнесмена, которая ещё и хороша собой.

Жующий Вэнр что-то поддакнул с набитым ртом, но быстро сообразил, что момент для комплиментов не самый лучший и спрятался за стаканом кофе. Я тоже сделал глоток напитка, переваривая новую информацию.

— Принцессой, значит… Ещё что-то он тогда сказал? Может упомянул, как именно собирается стать императором Земли?

Ханна выпрямилась, как натянутая струна, уперев в меня взгляд.

— Мы говорим о моём мёртвом отце! Это не повод для шуток.

Поставив стакан, я в примирительном жесте продемонстрировал ей распахнутые ладони.

— Вообще, я не шутил. Титул принцессы целого мира, подразумевает наличие у её отца короны. Или должности, которая позволяет управлять планетой.

Звучало всё это дико. Но если прикинуть, что дед не просто проворачивал небольшую афёру, собираясь срубить определённое количество денег, то мог иметь место и такой вариант. Мог он использовать отца Ханны в качестве управляемой марионетки? Вполне. В теории, ничто не мешало ему подобрать похожих в других таких же мирах, где ничего не слышали о Странниках. Да и с теми, где были в курсе существования Синклита, тоже наверняка бы нашлись варианты.

Правда, оставался сам Синклит. Мастер Айрв, Смотрители, обычные Странники. Сомневаюсь, что они позволили бы осуществить серию переворотов, с использованием накопленных ими знаний. Меня за демонстрацию телефона едва не задержали, по сути. А тут речь шла о глобальных изменениях в жизни множества миров. Даже если в схеме присутствовала только Земля, масштаб всё равно громаден.

Что же ты задумывал, дед? Собирался захватить власть и в Синклите? Готовил для этого почву и подбирал сторонников? Может Ната прикончила тебя не из-за артефактов, а ради того, чтобы остановить процесс?

Сложно. А если добавить ко всему этому обнаруженные сегодня документы и фотографии, то всё становится ещё более запутанным.

— Отец был хорошим человеком. Возможно не самым добрым и в чём-то жёстким, но справедливым, — глухо озвучила Ханна, смотря куда-то мимо меня.

От ребёнка сложно ожидать объективной оценки одного из родителей. Впрочем, характер её отца, сейчас был не так важен. Куда больше меня интересовал другой момент.

— Зачем он занимал деньги? Чем планировал заниматься? И как погиб?

Подоплёка вопроса была простой — если достаточно опытный бизнесмен, который однажды уже прогорел, спешно собирает финансы, обращаясь к любым источникам, значит располагает полной уверенностью в успехе. А если вспомнить, что его дочь захватили люди, которые использовали амву, то этот момент становился ещё более интересным.

Какое-то время та помолчала. Отпила кофе. Подумала.

— Говорил о новом проекте, который всё исправит. Как минимум, вернёт старые финансовые возможности. В детали не вдавался, но вроде это было связано с добычей золота. То ли в Судане, то ли где-то ещё. Он никогда не любил говорить со мной о делах. Отец был на юге Италии, когда всё произошло. Прилетел на переговоры с потенциальными инвесторами, как он их называл. А потом упал со скалы и разбился. Глупая смерть.

Девушка с мрачным видом сделала ещё глоток напитка, а я кивнул. Уверен, она тоже прекрасно понимала, что отца убили. Падение со скалы — это даже не автомобильная авария. Ещё более элементарно подстроить. А уже если у тебя в кармане местная полиция, всё становится совсем просто. Ну и опять же амва — даже я могу сейчас столкнуть человека в пропасть обычным усилием воли. И никаких улик не останется.

Доевший сэндвич Вэнр, косился на круассаны и с интересом прислушивался к беседе. Неожиданно для меня, вклинился.

— Италия, это же где-то далеко, да? И Тель-Авив тоже. А сюда ты зачем приехала? — взгляд у форинга был бесхитростный, а вот вопрос он задал вполне верный. Я бы даже сказал, интересный.

Девушка покосилась в сторону парня.

— Нашла среди вещей отца документы на ячейку в банке. Здесь, в Петербурге. И ключ-карту доступа. Хотела проверить, что там. Вдруг нашлись бы какие-то бумаги или деньги.

В целом, звучало относительно правдоподобно. Но в моей голове сразу же возник ещё один вопрос.

— А около моего дома, как оказалась?

Теперь, Ханна несколько секунд помедлила, как будто решая, стоит ли отвечать.

— В ячейке был мобильный телефон. Разряженный, само собой. Я его включила, обнаружила там целую груду пропущенных вызовов и перезвонила. Ответил мужчина, который представился партнёром отца и назначил встречу в кафе неподалёку.

Увидев выражение моего лица, развела руками.

— Понимаю. Не самый лучший район, окраина Питера и какая-то забегаловка. Но я подумала, что он может чего-то опасаться. Или может живёт тут где-то неподалёку.

— Угу. Тут в каждом подъезде по инвестору, а на крышах у нас вертолётные площадки.

Спасённая нами девушка чуть наклонила голову вбок и нахмурила брови.

— Мне откуда было знать? Я тут вообще впервые и не разбираюсь, какие социальные группы и где живут. Вот в Париже центр, например такой, что лучше туда не соваться. Если не считать Латинского квартала, конечно. А на окраинах есть приличные районы. Может и тут так же.

Спорить я не стал. Не хотелось впустую терять время. К тому же до разума дошло, что раз Ханну сюда заманили, значит операция была спланированной, а не спонтанной. И у исполнителей, наверняка окажутся соратники, которые захотят проверять, что произошло с парой бойцов, которым всего-то и нужно было, что похитить девчонку.

Мерседес в нескольких домах отсюда. Припаркован с заглушённым двигателем, да. Но там вполне может оказаться устройство для отслеживания.

— А где тот телефон, который ты нашла в ячейке?

Девушка распахнула рот, чтобы ответить и на пару секунд зависла в таком положении. Потом молча достала из кармана аппарат и положила на стол. Я машинально опустил взгляд вниз. Даже не выключила.

— Извини… Я как-то не подумала. Забрала его у одного из тех придурков, а потом голова была другим забита, — судя по тону голоса, ей и правда было неловко. Но ситуацию, это никак не меняло.

Отключать телефон, скорее всего было уже поздно, но я всё равно протянул руку и зажав кнопку, вырубил его. Потом на мгновение задумался.

Мы с Вэнром могли убраться отсюда прямо сейчас. Ничего сложного в этом не было. Вот с Ханной всё куда сложнее. Она не форинг — забрать её в Синклит я не могу. Да и в целом, переместить девушку никуда не получится. В теории, я мог бы забрать её в Ардон и потом вернуть на Землю. Но для такого ей тоже нужно быть форингом.

Выдохнув, врубил зрение Следопыта и огляделся, ища силуэты, что были бы видны через стены. Ничего не обнаружив, деактивировал способность и хмуро посмотрел на Ханну.

— А теперь информация с моей стороны. Очень коротко, так как сюда в любой момент могут заявиться коллеги убитых. Или полноценная штурмовая группа. Особенно, если они поймут, что там сработал Странник.

— Кто сработал? Какой Странник? — чуть поморщилась девушка.

— Сейчас всё объясню. Слушай внимательно и сразу обдумывай. Потому что потом я задам вопрос, от которого будет зависеть твоя жизнь.

Последняя фраза заставила её изрядно напрячься и чуть отодвинуться. Похоже не совсем верно меня поняла. Ну да ладно. Разберётся, когда я подойду к финалу истории.

— Если коротко, существует множество миров. Сотни, может быть тысячи. По сути, это вовсе отдельные вселенные, между которым расположено межмировое пространство. Отдельные представители человечества могут свободно перемещаться по последнему и путешествовать между мирами, — Ханна открыла рот, чтобы задать вопрос, но я взмахнул рукой и девушка с обиженной гримасой осталась молчать. А я продолжил.

— Ещё имеются многочисленные монстры, что приходят из «пустоты». Обычные люди не в состоянии к ним подобраться на расстояние выстрела, а использовать тяжелое вооружение, чаще всего невозможно. Вот Странники могут. Поэтому нас зовут, когда нужно уничтожить подобных тварей, что появились после очередного прорыва.

На момент замолчал, подбирая слова. А Ханна сразу же выпалила вопрос.

— Так мой отец был из таких? Он мог перемещаться между мирами?

Я поморщился и отрицательно качнул головой.

— Не думаю. Но он был связан с дедом. А тот в свою очередь являлся одним из Мастеров Синклита. Организации, которая объединяет всех Странников вместе.

Справа от меня скептически хмыкнул Вэнр и я поспешил исправиться.

— Большинство Странников. Есть и те, что не входят в Синклит. Они торгуют технологиями из других миров, лезут в их внутренние дела и в целом напоминают преступные группировки, — вдаваться в детали я не стал, но судя по изменившемуся выражению лица, общее понимание у Ханны появилось. Как и мысли о том, с кем мог сотрудничать её отец.

Девушка бросила ещё один взгляд на моего спутника.

— То есть вы двое, Странники?

Я ещё раз покачал головой.

— Вэнр, мой форинг. Официальный спутник Странника, который связан со мной при помощи артефакта. За счёт этого я могу перемещать его в другие миры. Не знаю, с кем именно работал твой отец, но эти люди тоже связаны со Странниками. И теперь они абсолютно точно горят желанием с тобой побеседовать. Твой единственный шанс спастись, стать форингом. Тогда я смогу тебя отсюда забрать.

Сейчас девушка смотрела на меня с очень странной гаммой эмоций. Как на человека, который твердит, что где-то за углом разбился космический корабль пришельцев.

Трель дверного звонка ударила по ушам, заставив схватиться за рукоять пистолета и вскочить на ноги. Но вламываться внутрь пока никто не спешил. Вместо этого неизвестный снова позвонил.

Зрение Следопыта не показывало в коридоре никаких следов амвы, но это не сильно успокаивало. Обычный человек с автоматом, не менее опасен, чем Странник с автоматом.

Переглянувшись с Вэнром, я кивнул в сторону единственной комнаты.

— Давай туда. Будь наготове.

Сжимающий в правой руке револьвер парень двинулся в указанном направлении, а я оглянулся на Ханну, которая тоже стояла на ногах, нервно смотря то на меня, то на входную дверь.

— Тебе лучше тоже уйти в комнату. Тут окажешься на виду.

Девушка упрямо поджала губы и покачав головой, шагнула к узкому участку стены, который как раз соединялся с подъездом. Не самая лучшая позиция. Да и от выхода слишком близко — пара шагов по коридору и всё. Но заставлять её силой, я не собирался. Если что, будет виновата сама.

Подойдя к двери, я осторожно заглянул в глазок. Неожиданно. Снаружи стояла владелица квартиры, которую сопровождала пара полицейских.

— Кирилл, я всё слышу! Открывай!

Её то каким ветром сюда принесло? Да ещё с полицией?

— Открывай или я отопру своим ключом.

Я покосился на хлипкий шпингалет. Пожалуй, натиска полицейских он не выдержит. А вставить ключ изнутри не выйдет — скважина только с одной стороны, с внутренней замок закрывался при помощи ручки. Всегда ненавидел такое устройство замков в съёмных квартирах — они заставляли чувствовать себя абсолютно беззащитным. Ну а вот владельцы квартир их обожали. По той же самой причине. Люди всегда любят власть. Пусть даже настолько крохотную. Каждый поднимает самооценку, как может.

Убрав оружие, я щёлкнул замком. Отодвинул в сторону шпингалет. И приоткрыв дверь, высунулся наружу. Сразу протянул ей стопку заранее подготовленных банкнот.

— Арендная плата за два месяца вперёд. Как и договаривались. А зачем тут полиция?

При виде денег, глаза этой матроны чуть подобрели, а на полицейских она почему-то покосилась с некоторой опаской.

Впрочем, ответила мне не она, а один из мужчин в форме. Шагнув вперёд, он нагло попытался заглянуть внутрь квартиры и лениво протянул.

— Сигнал к нам тут поступил. Шумите, распиваете алкоголь, запахи странные доносятся. Женские крики слышали. Надо бы проверить.

За следующую секунду я уже набросал тираду, которая включала в себя отрицание всех упомянутых фактов и завуалированное предложение взятки. Но озвучить ничего не успел — звякнул цепочка на соседней двери и из приоткрывшейся щели послышался старческое ворчание.

— Ходят тут всякие, жить нормально не дают. Шумят в подъезде, курят. Вас что, звал кто-то, ироды?

Напарник сержанта, который придерживал укороченный автомат, шагнул к двери, приблизившись к ней вплотную и начал что-то говорить. Судя по тембру голоса, успокаивающее. И одновременно заверяющее, что тут работают представители закона.

Но слов я не слышал — разуму, который уловил отчётливый и бьющий по мозгам запах «пустоты», сейчас было не до того.

Отступив назад, я потянулся к оружию. Увидел, как испуганно расширяются глаза владелицы квартиры, заметившей пистолет. Она даже успела схватить за плечо сержанта, кивая в мою сторону.

А в следующую секунду из-за двери старушки-соседки протянулась тонкая рука, что заканчивались длинными чёрными когтями. И все как-то разом затихли.

Глава XIX

Первым среагировал напарник сержанта. Отпрянул назад, перехватывая автомат так, чтобы взять на прицел потёртую дверь, из-за которой высовывалась рука монстра.

Вторым в действие включился сам «пустотник», которым неожиданно стала старушка по соседству. Длинные когти врезались в бронежилет патрульного и тот впечатался в стену подъезда, по которой принялся сползать на пол.

Я рванулся назад, поднимая оружие и активируя невидимость. Зрение Следопыта тоже работало и сейчас отчётливо показывало чёрно-зелёный силуэт, что стоял около входа в соседнюю квартиру.

Впрочем наружу монстр показываться не спешил. Вторым ударом, он снёс половину черепа завизжавшей домовладелице, а потом неожиданно нырнул куда-то вглубь.

В тот же момент, подъезд наполнил звук выстрелов — сержант наконец справился с предохранителем своего «Макарова» и теперь одну за другой всаживал пули в дверь, за которой уже никого не было.

Из комнаты высунулся форинг с револьвером. Но не успел я ввести его в курс дела и отдать команду, как стена, что отделяла мою квартиру от места обитания будущего «пустотника» внезапно потеряла свою целостность.

Забавно, но именно так мой мозг прокомментировал разлетающиеся в разные стороны куски бетона и появившуюся в проломе фигуру монстра.

Сразу несколько обломков угодили мне в корпус, благополучно сбив с ног. Но и противник, после своего неожиданного манёвра, явно был не в лучшем состоянии — когда попытался двинуться ко мне, его занесло сильно в сторону. Настолько, что он врезался уже в мою входную дверь, попросту её захлопнув.

Грохнул револьвер Вэнра. Взревел монстр. Что-то диким голосом проорал оставшийся в подъезде сержант. Я тоже нажал на спусковой крючок, вогнав пулю в нижнюю конечность. Всадил вторую в брюхо. Фигура создания напоминала человеческую. Только чуть согбенную, с неестественно длинными руками и выпирающими далеко за пределы тела позвонками.

Выстрелив третий раз, я попробовал сделать рывок в сторону комнаты и убраться из крохотной прихожей. Но тут, получивший изрядную порцию свинца «пустотник» выкинул ещё один фокус — ударил звуковой волной. Форинга, который стоял в проёме, просто смело назад, а у меня зазвенело в ушах. Да головная боль накатила такая, что на момент пришлось закрыть глаза.

Тем не менее, я продолжил жать на спусковой крючок, быстро расходуя патроны. К моменту, когда они закончились, глаза наконец вышло открыть и я смог оценить ситуацию.

Монстр стоял около двери, привалившись к ней и скребя когтями стену. Вполне логичное поведение, если твой корпус разворочен разрывными пулями, одна нога почти оторвана, а треть головы превратилась в мясное крошево. Судя по дымку и запаху палёного мяса, часть внутренностей вовсе превратилась в прожаренные угли.

Я выщелкнул магазин и достав запасной, воткнул его в в гнездо рукояти. Пока поднимал руку с оружием, попытался вспомнить, какой именно патрон стоит первым, но быстро решил, что это не так важно. И прицелившись в изувеченную голову «пустотника», нажал на спусковой крючок.

Выстрел. Вспышка пламени. Бешено рванувшийся в сторону монстр, сминающий мою входную дверь, как картон. Я выстрелил ещё раз и остающаяся на месте часть черепа разлетелась черными брызгами. Всадил ещё одну пулю в бок.

Ещё секунда и тело осело на пол, а я неверяще хлопнул глазами. Всё?

В поле зрения показались ноги форинга. Возможно он даже что-то говорил — в любом случае, я пока ничего не слышал. С учётом возможностей Странников, лёгкая контузия должна скоро пройти. Но пока одно из чувств напрочь выпало из числа доступных.

Опираясь на левую руку я поднялся. Снова сменил магазин — как ни крути, три выстрела я уже сделал. А с полным боекомплектом, оно как-то чуть спокойнее.

Потом глянул на фактически обезглавленный труп. Сварливая соседка мне никогда не нравилась. Но я не мог даже предположить, что она…

Кстати, что именно с ней случилось? Человек, который взял и превратился в «пустотника» без всякого прорыва, да ещё за считанные секунды? Как это возможно?

Разум сразу же подкинул очевидную идею — внешнее воздействие. Вторым вариантом был глубоко законспирированный агент, но это уже больше тянуло на теорию заговора. Хотя, если подумать, из моей жизни вполне можно такую построить. Смотреться будет не слишком реалистично, но если грамотно подойти к вопросу, можно найти двинутых, которые в неё поверят и станут спонсировать «исследования» темы. Половина «теоретиков» делает на этом неплохие деньги. И на виллы хватает, и на отдых, и на брендовую одежду для жён. Другие вовсе идут в политику, чтобы заработать ещё больше. Пока толпа жрёт, можно набрасывать. А как перестанет, всегда есть шанс оседлать другую волну.

Тряхнул головой, стараясь избавиться от нахлынувших мыслей. Глянул на Вэнра. Тот стоял, прислонившись к дверному косяку и вполне натурально плакал. Не слишком похоже на форинга. Вернее, совсем непохоже.

Да и мои собственные мысли не слишком адекватны. Как-то странно размышлять об организаторах теорий заговора, стоя над трупом «пустотника».

Стоп. Её атака. Не знаю, чем именно она была, но явно не обычной звуковой волной. Тварь хорошенько вдарила по нашим мозгам.

Уши внезапно прочистились. Только что я не слышал ничего, кроме тонкого гула, а сейчас улавливал всхлипы Вэнра и шум в квартире снизу.

Во входную дверь что-то ударило и она чуть приоткрылась, отодвинув тело убитого монстра. Ещё один удар и в проёме показался сержант, который держал в руках автомат напарника.

— Убили Петьку! Эта сука ему позвоночник сломала!

Вопль заполнил квартиру, а полицейский ударился о дверь третий раз. Форинг никакого внимания на его действия не обращал, продолжая предаваться стенаниям около косяка. Ханны до сих пор не было видно, а я пытался собрать мысли в кучу и начать уже действовать. Получалось плохо — такое ощущение, как будто мой разум раздробили на десятки маленьких частей и теперь они безумным хороводом кружили внутри моей головы, гоняясь друг за другом.

Сержант снова впаялся в дверь и теперь протиснулся внутрь. Пнул ногой труп монстра. Огляделся вокруг.

— Ну какие мы стражи порядка? Вот скажи, малой? Какие? Вчера на смене, Евген одного принял у клуба, так его отпустили. Сынок чей-то. Нахера мы этому городу? Нахера мы кому-то вообще нужны? Всё сгнило, малой. Мы все сгнили. Понимаешь?

Я не сразу понял, что обращается он к Вэнру. А когда до меня дошло, то поднял руку, беря сержанта на прицел. Атака на полицейского тоже подействовала. Да так, что предсказать его действия я бы не смог и в нормальном состоянии. Не то, что сейчас.

Сам он снова принялся орать — голос глухо пробивался через уши, добираясь до осколков моего сознания.

— Ну вот беру я бабло, да. А как не брать? Сегодня не возьмёшь, завтра не возьмёшь, а послезавтра наверху подумают, что ты, сука, слишком честный. И как тогда с тобой вопросы решать, если оно так? Вдруг пойдёшь жалобу катать? А это ж им одни расходы, если жалоба. Этому накати, тому откати. А у того племяша в отдел обещай пристроить. Понимаешь?

Я осторожно сдвинулся в сторону. Сюда бы сейчас какого-то блогера. Глядишь сержант стал бы узнаваемой личностью в городе. Может даже карьеру сделать. Или наоборот, уволили бы его и забыли. Может вовсе грохнули бы. Тут уже, как кривая вывезет.

Сделал ещё один небольшой шаг вперёд, стараясь привести мысли в порядок. Вроде бы начало получаться — мыслить сейчас стало куда проще. Да и тело начинало слушаться. Оставалось подобраться ближе к мужчине в форме и попробовать его вырубить. Убивать бедолагу я не хотел — он же не виноват, что оказался в зоне атаки «пустотника». Но вот избавиться от угрозы, было необходимо. Если полицейский примется поливать всё свинцом, нам с Вэнром несдобровать.

В подъезде кто-то взревел и сержант замолк. Оглянулся назад, на наполовину открытую дверь. Обречённо заявил.

— Ещё один. Вот же…

Договорить не успел — в коридоре мелькнула чёрная туша и полицейский вдавил спусковой крючок, высаживая длинной очередью весь магазин автомата.

Обычный свинец серьёзного урона монстру не нанёс. Но зато затормозил и дал мне возможность прицелиться. «Пустотник» как раз открывал пасть, чтобы обрушить на нас ещё одну ментальную волну, когда в его глотку ударила пуля. Разрывная. Шансов у него не оставалось.

Тем не менее я добавил ещё одну зажигательную. А следом и бронебойную. Последняя, правда ушла в уже падающее тело. Но зато была соблюдена очередность. По идее, в стволе пистолета теперь снова стояла разрывная.

Сбросив невидимость, я шагнул к Вэнру и потряс его за плечо.

— Пора. Уходим отсюда!

Тот поднял на меня глаза и моргнул.

— А зачем? Для чего нам жить, Кир?

Да вашу же мать! Почему его понесло именно в эту сторону?

— Не видишь смысла, слушай приказы. Ты мой форинг, так? Тогда следуй за мной и отстреливай «пустотников». Каша в голове из-за ментальной волны. Тварь ударила по нам и попала.

Тот ещё пару раз моргнул. Потом шмыгнул носом и откинул в сторону барабан револьвера, вытряхивая на пол стреляные гильзы.

За спиной раздался подозрительный голос полицейского.

— А вы парни, кто вообще? Из какой службы будете?

Я повернулся к нему и пожал плечами. Разум, до сих пор не собравшийся в единое целое, работал с трудом, так что ответ я озвучил, пожалуй, не самый лучший.

— Из той самой, что занимается истреблением монстров.

Из кухни появилась фигура Ханны, которая сжимала в правой руке нож. Девушка посмотрела на труп монстра. Перевела взгляд на меня.

— Я готова. Сделай меня форингом и валим отсюда. Но обещай, что я отомщу за отца.

На неё удар «пустотника» повлиял иначе. Пробудил агрессию и желание мстить. Может он вытаскивает на поверхность то, что обычно таится в глубине? Если так, то выходит Вэнр на самом деле размышляет о смысле жизни, а сержанта бесят недостатки системы?

— Ты обещаешь или нет? — в глазах девушки сверкнула угроза и она перехватила нож.

Стрелять в несчастную, которой и так не сильно повезло, я не хотел. Поэтому кивнул.

— Обещаю. Приложи вот это к своей ладони.

На последних словах, бросил ей прозрачный кругляш артефакта, на который немедленно уставился сержант. Потом вставил полный магазин в автомат и уткнулся взглядом в меня.

— На службу принимаете? Я тоже хочу. Хотя… А как у вас там с коррупцией?

Прищурив глаза, повёл стволом автомата так, что тот ненавязчиво смотрел прямо в мой живот. Который сразу же свело чувством голода. Странная реакция на огнестрельное оружие.

Я попытался придумать, как ему всё объяснить, но тут подъезд снова наполнился рёвом «пустотников». На этот раз сразу двух — снизу и сверху по лестнице.

Полицейский развернулся к двери, вскидывая автомат. Я тоже поднял оружие. Откуда их здесь столько взялось? Сразу четыре монстра в одном подъезде. Как кто-то умудрился такое провернуть?

На этот раз сержант начал стрелять слишком рано — добрая половина пуль ушла в никуда, не нанеся первой твари ровным счётом никакого урона.

Впрочем, вторая угодила в цель — я видел, как свинец бьёт в живот и корпус монстра, вынуждая того замедлиться. Потом рявкнул револьвер форинга, выплюнувший зажигательный боеприпас и правое плечо «пустотника» расцвело огненной вспышкой.

Я плавно нажал на спусковой крючок, опасаясь промахнуться. Как быстро выяснилось — зря. Пуля ударила точно в цель, расплескав череп монстра по сторонам.

Но оставался его коллега. Замерший сейчас в коридоре, с опущенными вниз руками, он напоминал странную обезьяну, что сбежала из зоопарка.

Сместив руку с пистолетом, я выстрелил снова. Но теперь лишь поразил бетон, на котором осталось обугленное пятно от попадания зажигательной пули. Не слишком удобно стрелять, когда твой обзор сужен наполовину открытым проходом.

В следующую секунду дверь квартиры, около которой остановился «пустотник» распахнулась, а его голову пробило что-то вроде металлического копья. Я сразу же воспользовался ситуацией и выстрелил снова. В яблочко! Вернее, прямо в середину лба. Бронебойным.

Металлический предмет выдернули из раны. Хм. А это ведь и правда копьё. Странное и похоже полностью отлитое из металла, но тем не менее.

В коридор выглянул мужик лет тридцати. Осторожно потыкал своим оружием монстра и глянул в нашу сторону.

Не успел мой изорванный в клочья разум предположить, кто это, как тот заговорил.

— Слушайте, а как интерфейс то вызывать? Я уже все варианты перепробовал, но ничего не работает. И уведомления не было. Да и за зомби вон баллы не начислили.

Сержант, который отбросил в сторону автомат и сейчас закончил заряжать свой «Макаров», с беспомощным видом оглянулся на меня. Вэнр снова шмыгнул носом. Ну а я молча развёл руками, одновременно устанавливая связь жетона с артефактом форинга, который Ханна так и держала прижатым к кожи ладон.

Потом шагнул в комнату и поднял коробку, в которую мы обратно сложили находки.

Сосед, которого я к этому моменту уже смутно припомнил, не успокаивался.

— Ну вы чего? Жалко что-ли? К нам же система пришла, правильно? Зомби, разломы, монстры. Сильные возвысятся, слабые умрут, а мир изменится. Я может всю жизнь такого ждал.

Я вернулся назад в прихожую. А он секунду помолчал, снова потыкал копьём в монстра и продолжил.

— Только у меня интерфейса нет. Как я стану первым в топе без интерфейса? А очки навыков как распределять? Что за система вообще такая?

Полицейский, который с задумчивой отрешённостью рассматривал соседа, встрепенулся.

— Система прогнила парень! На неё не надейся.

Тот нахмурился.

— То есть как? А что делать тогда? Баллы то мне как за зомби получить? Этого я точно убил. Даже если не один, всё равно что-то накинуть должны.

Сержант махнул головой и озадаченно крякнул. Посмотрел на трупы. Потом на пистолет в своей руке. Растерянно вздохнул. Похоже его постепенно начинало отпускать. Логично — если мы находились на направлении основного удара «пустотника», то патрульный стоял в стороне.

Впрочем, моя голова тоже постепенно начинала работать. И сейчас в неё пришло осознание простого факта — монстров создают из обычных людей. Возможно с какой-то предрасположенностью или самых слабых. Но факт остаётся фактом — в качестве материала для «пустотников» используются простые жильцы. А целью является кто-то из нас. Либо вся троица сразу. Пока остаёмся на месте, атаки продолжатся.

— Так это? Инфой поделитесь? За мной, если что не заржавеет. Я вон и так, вам считай жизнь спас.

Полицейский издал странный звук и подойдя ближе к проёму выхода, глянул наружу.

— Гражданин, вернитесь в квартиру и ждите. Скоро здесь будет подкрепление.

Копейщик нахмурился.

— Да какое подкрепление? Ты ж видишь, тут зомби кругом. Всё, забудь о своей полиции. И про огнестрел свой забудь. Холодняк рулит. Вообще, нужно системное оружие достать. А ещё неплохо бы…

Сержант прервал его словоизвержение весьма незатейливым способом — прицелился в того из табельного пистолета.

— Гражданин, вернитесь в жилое помещение. Это разовый случай. Скоро прибудет подкрепление.

Тот вытаращился на него. Потом со словами «ой, всё», захлопнул дверь квартиры, сразу же загремев чем-то внутри. Наверное остальную экипировку доставать принялся.

Сам страж порядка мгновение постоял, рассматривая залитый кровью коридор и обернулся ко мне. С лёгким сомнением в голосе уточнил.

— Разовый ведь, да?

Я кивнул.

— Разовый. Но ты лучше всем говори, что сознание потерял и ничего не видел. Пришёл, получил по голове, вырубился.

Тот озадаченно нахмурился.

— Так это… А стрелял кто тогда?

— Упирай на то, что ничего не знаешь и ничего не слышал. Лежал на полу, подпирал стену. Потом очнулся, увидел труп напарника и сразу вниз побежал. Так будет шанс выжить.

Судя по глазам полицейского, он хотел спросить что-то ещё. Скорее всего о том, какой будет версия нашей троицы. Но я уже сконцентрировался на жетоне и через мгновение окружающая реальность исчезла, отсечённая чёрными стенами.

Глава XX

Мы оказались на улицах Басфы, которую я и выбирал в качестве ориентира. Правда, в каком-то тесном закоулке, воздух которого был нещадно пропитан вонью, но так наверное даже было лучше. Боюсь, в людном месте наша троица произвела бы настоящий фурор — с оружием в руках и перекошенными лицами, мы могли вызвать вопросы у кого угодно.

Прислонившись к стене, я прикрыл глаза и попробовал расслабиться. Поняв, что мозг постепенно начал отдходить, убрал оружие в кобуру и повернув голову, столкнулся с взглядом Ханны.

— Что это такое нахрен было? Откуда взялись эти монстры? — в правой руке девушка до сих пор сжимала нож, но теперь в голосе было куда больше запоздалого страха, чем агрессии. А ещё там хорошо чувствовалось удивление — переход между мирами, явно её впечатлил.

— «Пустотники» это были, — простонал сбоку Вэнр, который жадно хватал ртом воздух, как будто никак не мог надышаться.

Я перехватил коробку, для которой не захватил крышку и покосившись на форинга, попробовал объяснить.

— Те самые монстры, о которых я рассказывал. Только в этот раз кто-то смог превратить в них самых обычных людей. Причём на расстоянии.

Девушка помотала головой и на пару секунд зависла. Потом впилась в меня вопросительным взглядом.

— Превратить людей? То есть так тоже можно?

Вздохнув, я покосился на узкое окно в задней стене дома, где показалось чьё-то лицо. Неизвестный сразу скрылся из виду, а я попробовал сформулировать ответ.

— Если честно, ни разу ни о чём подобном не слышал. Но прорыва «пустоты» в доме точно не было. Остаётся только вариант с чьим-то внешними усилиями.

Ханна замолчала. А вот Вэнр отлепился от стены и тяжело выдохнув, поморщился.

— Предлагаю добраться до какой-то гостиницы и потом уже побеседовать. За обедом, например.

Форинг был единственным, кто успел перекусить, пока мы были в моей старой квартире. Но судя по всему, всё ещё оставался голодным.

Когда мы двинулись к ближайшему краю проулка, озирающаяся по сторонам брюнетка, осторожно уточнила:

— А где мы, кстати? Что это за место?

Я усмехнулся. Похоже всё же сообразила, что здания рядом какие-то странные, а запахи вовсе не типичны для индустриального города.

— Басфа. Столица Ардона.

Глянув на девушку, заметил, как разом напряглось её лицо и сразу же продолжил.

— Да, мы перенеслись в иной мир. Как я тебе и сказал, это было единственным шансом выбраться из под удара. Не знаю, кто создавал тех монстров, но не думаю, что он взял бы и просто остановился. А от очередной группы мы могли не отбиться.

На самом деле, даже последние два имели все шансы нас прикончить, действуй они более осмысленно. Ментальный удар был куда более серьёзным оружием, чем когти и клыки, но они пробовали использовать его только на близком расстоянии, уже оказавшись в зоне поражения огнём. Хотя, возможно ударная волна гасилась бетонными стенами. Это бы многое объясняло.

— Постой. То есть, как в другом мире? А на каком мне тут языке говорить? Как с местными себя вести? Нельзя же вот так!

Я даже замедлился. Посмотрев на неё, вопросительно приподнял брови.

— Вот так, это как?

Ханна на секунду задумалась.

— Перебросить человека в другой мир и представить это, как будничное дело. Это ведь не то же самое, что до соседнего города доехать!

Возможно она была права. Это мы с Вэнром уже привыкли к постоянным скачкам из одного места в другое. А первый раз, он всегда ощущается иначе. Как и в любом другом деле.

Впрочем, задачу объяснить и растолковать, я переложил на форинга, который с готовностью приступил к делу. Сам же я, зашагал впереди, приводя в порядок мозги и раздумывая, как поступить дальше.

Когда мы вывернули на соседнюю улицу, рядом как-то ненавязчиво оказалась толпа из десятка местных, пара которых была вооружена револьверами, а остальные сжимали стальные прутья или ножи.

Сначала они изрядно удивились нашей вялой реакции, из-за чего их лидер промедлил с угрозами. А потом я достал из под рубашки жетон Странника и банда моментально исчезла. Как будто и не было рядом десяти сопящих и готовых к схватке людей.

Извозчика удалось поймать только спустя несколько сотен метров. К тому моменту Вэнр уже растолковал Ханне базовые «правила» и та больше внимания уделяла изучению местности, чем слушала трескотню парня.

Ну а пока девушка оценивала столицу Ардона, я оценивал её. Сделать неизвестную форингой, было спонтанным решением. Само собой, я раздумывал над этим в процессе разговора с ней. Но так и не пришёл на тот момент к окончательному выводу. С одной стороны, она могла оказаться ключом к разгадке части тайн прадеда. Ну а с другой, я её абсолютно не знал и никак не мог быть уверен в лояльности нового члена команды. Вдруг ей взбредёт в голову договориться с нашими врагами? Или просто пальнуть нам в спину, когда представится возможность и счастливо зажить на Ардоне?

Отведя взгляд от её лица, невольно поморщился. Разум слишком занесло — последний вариант был точно не слишком реалистичен. Что не отменяло того факта, что в девушке я был, мягко говоря, не уверен.

Но это уже сделано. Прошлого не изменить, а значит нет никакого смысла вхолостую расходовать ресурсы организма, прокручивая в голове иные варианты своих действий. Лучше сосредоточиться на том, что только предстоит сделать.

Извозчик довёз нас до одной из гостиниц, в приличном квартале, где я снял большой номер с тремя отдельными спальнями. К счастью, с собой имелось какое-то количество цехинов, которого оказалось более чем достаточно для оплаты.

Потом мы спустились в ресторан, где снова погрузились в беседу — нужно было растолковать Ханне ситуацию не общими мазками, а в деталях. Чтобы девушка осознавала, в какую именно историю вляпалась.

Я предполагал, что она поинтересуется возможностью вернуться назад, к обычной жизни. Но к моему удивлению, брюнетка об этом даже не заикнулась. То ли понимала, что на Земле на неё всё равно откроют охоту и просто жить дальше не выйдет, то ли считала, что при помощи своего нового статуса, сможет разобраться в деле отца. Сложно сказать. В любом случае, новоиспечённая спутница явно желала остаться в составе команды.

В процессе беседы, я определился и с дальнейшим планом действий. В теории, сейчас стоило наведаться в Синклит и сообщить о новом форинге. Но, как я предполагал, это может вызвать дополнительные вопросы со стороны Мастера Айрва или кого-то из Смотрителей. Что в свою очередь вероятно приведёт к условным допросам, вытягиванию информации и возможно визиту на Землю.

Как ни крути, кто-то должен мониторить ситуацию в моём родном мире. Если так, то они наверняка обратят внимание на инцидент в Петербурге. Четыре «пустотника», погибший сотрудник полиции и шумиха, которая должна была подняться по ведомственной линии после приезда подкрепления.

На момент я представил, что произойдёт, если ситуация выйдет из под контроля и популярный блогер или независимое медиа каким-то чудом заглянут в подъезд. Стоит видео разлететься по сети, как его будет уже не остановить. Безусловно, власти смогут зачистить первоисточник. Во всех смыслах этого слова — от ликвидации сайта на котором видео выложено, до убийства человека, который его заснял. Но вот удалить многочисленные копии со всех ресурсов, не под силу никому. Даже если предположить, что государственные машины всех стран сольются ради такой задачи в единого бездушного монстра.

Впрочем, подобный поворот событий был маловероятен. Скорее всего, полицейский вызвал подкрепление, описал ситуацию и о ней доложили наверх. Потом рапорт пошёл ещё выше и на место прибыли те, кому положено разбираться с такими вопросами. Раз власти занимаются работой со Странниками, у них должна быть и какая-то профильная структура, которая отвечает за разруливание внештатных ситуаций, правильно?

На всё это накладывался ещё один момент — наличие двух пригласительных на приём у герцога Райвела. Который должен был состояться уже завтра вечером. Если застрянем в Синклите, разбираясь в обстоятельствах всего произошедшего на Земле, то рискуем не успеть. А объяснить кому-то из Смотрителей причину, по которой мне нужно покинуть Обитель, у меня попросту не получится. Что я им скажу? «Извините, меня там тайник деда ждёт? Надо бы смотаться и посмотреть, а то другого шанса может и не быть.»

Поэтому я решил задержаться здесь, в Басфе. Переночуем в гостинице, а потом проверим дом герцога. Если всё сложится хорошо, то отыщем тайник и узнаем, что там. А потом можно и в Обитель — разбираться со Смотрителями и Мастером Айрвом.

Когда мы поднялись в номер, прихватив с собой пару бутылок вина, Ханна уже получила всю необходимую информацию и переключилась на рассказ о себе.

Что интересно, она владела не совсем стандартным оружием — луком. В его современно-спортивном варианте, конечно. Тем самым, над которым презрительно цокали языком все реконструкторы. Мол, для того, чтобы стрелять из такого, сойдут любые руки, лишь бы хватило сил натянуть тетиву. Тем не менее, это было плюсом — возможно девушка сможет освоить и другие версии оружия. Что значит, станет полезной во время рейдов в миры с низким технологическим уровнем.

Вот с огнестрельным оружием, она управляться практически не умела. Вэнр немедленно взялся демонстрировать ей принцип работы с револьвером, но в любом случае, лишнего у нас с собой не было. Завтра стоило зайти в одну из лавок, что работали со Странниками и озаботиться оружием. Взять девушку с собой на приём, естественно не выйдет. Но ей нужна возможность защищаться, в случае необходимости.

Спать мы легли, как только стемнело — сказывался массив событий, который свалился на наши нервы прошлым днём. Для обычного человеческого разума, это было явным перебором, так что сознание с радостью отключилось, как только представилась такая возможность.

* * *

Утро началось со стука в дверь и «завтрака за счёт отеля», который прикатили на тележке двое служащих. Видимо бонус в честь того, что у них гостит кто-то из Странников.

Следом мы отправились в поход по городу. Ханна вовсю крутила головой — девушке было интересно абсолютно всё, от нарядов местных обитателей до архитектуры.

Ну а когда наша компания оказалась в магазине одежды, с целью подобрать себе что-то подходящее для вечернего приёма, девушка и вовсе с головой погрузилась в изучение ардонской моды.

Если мы с Вэнром быстро выбрали костюмы-тройки и решили на этом остановиться, то Ханну пришлось ждать ещё около часа. Идти на приём вместе с нами ей было не нужно, но это ничуть не помешало девушке активно заняться примеркой нарядов.

Потом была пара лавок с оружием, после которых Ханна обзавелась револьвером и парой ножей. Оружию из арсеналов Синклита, они само собой сильно уступали, но лучше так, чем с голыми руками.

Закончили мы свой поход по городу в ещё одном ресторане. Чуть уставшие и вымотанные, но в целом довольные результатом.

Когда устроились за столиком и сделали заказ, Ханна решила вспомнить о вечернем приёме.

— А что мне делать, когда вы к этому герцогу пойдёте? Просто сидеть в гостинице и ждать? — голос у неё был вроде бы нейтральный, но могу поспорить пассивная роль форинге не слишком нравилась.

Хотя, я уже прикинул, чем она может заняться и как мне казалось, подобрал не самый плохой вариант.

— Будешь ждать с извозчиком, в нескольких домах от особняка герцога. На случай, если нам придётся экстренно делать ноги.

Та слегка нахмурилась и бросила взгляд на Вэнра. Потом вернула внимание на меня и уточнила.

— Я думала, вам надо пробраться внутрь и что-то найти. Вещь, которая не принадлежит владельцу дома и из-за которой не возникнет никаких претензий.

Формально, она была права. Если бы не одно суровое «но», которое имело место быть.

— Верно. Только там может оказаться запечатанный «пустотник», ловушка или что-то в таком роде. Как мне кажется, герцог будет не слишком доволен, если внутри его дома начнут происходить странные вещи, — я обозначил причину своего беспокойства, а Вэнр заворочался на стуле.

— Послушай, ну откуда взяться «пустотнику» в доме? Не внутри же стены его спрятали? Там может и стоит какая-то защита, но точно не такая.

Так-то он мог быть и прав. Сам факт нахождения тайника в доме Райвела уже обеспечивал неплохую защиту. Не так просто вломиться в особняк герцога и добиться возможности его полного осмотра, который позволяли бы отыскать спрятанные вещи.

С другой стороны, я уже видел, как четверо обычных жильцов панельного дома на окраине Питера превратились в одинаковых «пустотников», а потом прибежали убивать свою цель. То есть меня. Раз у кого-то есть такие технологии, то и в стене может оказаться нечто ещё.

— Дед мог перестраховаться. На всякий случай.

Форинг с сомнением покачал головой, но комментировать мои слова не стал. Вот Ханна задумчиво поинтересовалась.

— А что вообще в этих тайниках? В смысле там деньги, ценности, компоненты оружия? Ради чего вы их ищете?

На несколько секунд я погрузился в размышления. Потом решил, что выдавать всю информацию точно будет ошибкой.

— Скорее я пытаюсь разобраться, что произошло с дедом.

Глянувший на меня форинг, печально усмехнулся и добавил.

— И с Натой.

— И с Натой, — кивнул я ему.

Наша новая спутница бросила взгляд на Вэнра и судя по всему, хотела уточнить, кто такая эта Ната, но тут нам начали приносить блюда и на какое-то время стало не до беседы.

Впрочем, когда мы расправились с едой, разговор немедленно продолжился.

— А что именно произошло с твоим дедом? — поинтересовалась Ханна, сделав глоток чая.

Пришлось излагать ей краткую версию истории, услышав которую девушка ненадолго впала в задумчивость.

— Как-то всё загадочно. И с вашим Синклитом этим, и со всем остальным. Какие-то тайны, секреты, подковёрная грызня. Да ещё раздрай этот с фракциями. Плюс, как я поняла, двух Мастеров уже давно нет. То есть ваш Айрв узурпировал всю власть.

Я с лёгким негодованием уточнил.

— Да какой он наш? Айрв был задолго до того, как я впервые услышал про Обитель.

Девушка, с усмешкой кивнула.

— Оборот речи такой. Тебя лично я в этом не обвиняю. Но если серьёзно, Синклит по сути управляется незаконно. Внутри царит хаос, новых людей почти никто не набирает и всё постепенно катится в тартарары. При этом, никого этого особенно и не волнует. Вам это странным не кажется?

На самом деле был Рэхтон, которого всё происходящее ещё как волновало. Но о факте его существования, я форинге ещё не рассказывал. По той простой причине, что не был на сто процентов в ней уверен. Как знать, вдруг это и правда такая крайне ловкая схема внедрения агента, которая взяла и сработала.

При этом, в целом девушка была права. До этого момента, мне казалось, что у процессов в Синклите вполне банальная подоплёка — нежелание делиться властью и попытка сосредоточить все ресурсы организации в одних руках.

Но если посмотреть на всё под иным углом зрения, то никто не мешал Мастеру Айрву набирать Медных Странников и настраивать их в нужном ключе. Взял, выделил каждому по наставнику из числа своих сторонников и дело в шляпе. Тех, кто поддаётся обработке хорошо и прогибается — тащишь наверх через крупные заказы и работу в команде с более высокоранговыми Странниками. Остальных, наоборот стараешься притопить так, чтобы держались около дна и не пытались всплыть.

Ханна восприняла мою задумчивость по своему. Придвинувшись, тихо начала говорить.

— Вот смотри. В Синклите три категории Странников, верно? Золото, серебро и медь. Первых и вторых сейчас много, а последних совсем мало. Но какими заказами занимается низший ранг? — вопрос был элементарным, но судя по её взгляду, девушка реально ждала ответа, так что я не стал разочаровывать форингу.

— Самыми простыми. Относительно слабые «пустотники», которые не интересны Серебряным или Золотым.

Та с довольным видом кивнула.

— Ну вот. Рискну предположить, чаще всего появляются как раз слабые монстры. Это же логично. В основании пирамиды, если поделить их по силе, должны располагаться самые простые противники.

Я молча кивнул. Рассуждение тоже было крайне элементарным, но при этом полностью верным. Слабых «пустотников» было больше всего и встречались они максимально часто.

Сама Ханна продолжила.

— А теперь скажи мне, какая разница в оплате, между обычным Заказом Золотого и Медного Странников?

Переглянувшись с Вэнром, я пожал плечами.

— Сложно вот так сходу сказать. Но думаю, суммы отличаются в десятки раз.

Форинг задумчиво хмыкнул и добавил.

— Иногда и в сотни. Всё зависит от конкретного заказа, монстра и личности самого Странника.

Девушка удовлетворённо взмахнула рукой.

— И что мы получаем в итоге? Самых крупных монстров вычищают, само собой. Потому что за них платят хорошие деньги и это интересная добыча. Уверена, мелочь, которая появляются на территории богатеев, тоже отстреливается, потому что они готовы выложить за её ликвидацию намного больше рыночной цены. А работы там всего ничего. Но! Масса заказов на слабых «пустотников» не выполняется и даже не берётся в работу. Потому что ими просто некому заниматься.

На ум сразу пришли фразы, которые я слышал в Нэффоре. О том, что Странники уже давно к ним не заглядывали и своё основное внимание уделяют столице. Да и логично это — кому интересно мотаться из одной точки в другую и тратить массу времени, чтобы перебить массу слабых монстров, если те же деньги можно сделать на одном заказе. Только в первом случае, у тебя уйдёт неделя или две. А во втором, потратишь от силы, несколько часов своего времени. После чего сможешь спокойно отдыхать.

Стал бы я сам возиться с мелочью, достигнув Золотого ранга? Хотелось бы сказать, что да, но на самом деле вряд-ли. Я и сейчас не слишком зациклен на выполнении обязательств Странника. Хотя, где-то точно существуют «пустотники», которые мешают людям жить и с высокой долей вероятности, кого-то прикончили. Да и новые появляются постоянно.

Отпив заказанный кофе, я с интересом глянул на Ханну и уточнил.

— К чему ты всё это ведёшь? Кто-то пытается создать недовольство Синклитом?

Та развела руками.

— Возможно. А может быть основная задача в том, чтобы отвлечь население от его насущных проблем. Как-то не до размера налогов и коррупции, когда под боком находится тварь, которая способна тебя сожрать. Либо это компонент другого, куда более тонкого плана, который пока не понять, потому что у нас нет данных.

Всё сказанное ею вроде лежало на поверхности и было абсолютно доступно для понимания. Но при этом, я о подобных вещах даже не задумывался. Всё же склад ума девушек из семей высшего общества слегка отличается.

Вэнр цокнул языком.

— Но зачем? Мастер Айрв и так держит власть в своих руках. Синклит полностью под его контролем. С властями Ардона и других миров, отношения налажены. У него всё относительно неплохо.

Ханна просто пожала плечами, а мне пришла в голову мысль, что основным выгодоприобретателем может быть вовсе не Мастер Айрв. А кто-то абсолютно иной. Первыми на ум пришли те люди, что работали с амвой и ставили эксперименты. Но это, наверное, уже было бы перебором. Пусть Айрв и стал под конец жизни коррумпированным бюрократом, тем не менее когда-то давно он был обычным Странником. Впрочем, всякое случается. Иногда люди к старости полностью меняют свои идеалы. А порой успешно притворяются всю жизнь, делая вид, что во что-то верят.

Допив кофе, я позвал официанта и расплатился. Потом окинул взглядом спутников.

— Думаю, пора. У нас всего час на отдых, а потом пора на приём.

На самом деле времени оказалось ещё меньше — я не учёл времени, которое уйдёт у извозчика на то, чтобы довести нас до гостиницы, а потом и до особняка Райвела.

Как бы там ни было, спустя час мы с Вэнром стояли перед небольшим дворцом герцога, окна которого сейчас ярко светились из-за горящих внутри ламп.

На момент задержавшись, переглянулись и я с усмешкой указал кивком на двери. Хотя, более правильно, было бы назвать эту конструкцию небольшими воротами — как по мне, если полностью раскрыть обе створки, в получившийся проём наверняка получится засунуть автомобиль. Причём не самого маленького размера.

Пришлось немного подождать — к дворцу уже вовсю съезжались гости и на входе образовалась небольшая очередь. Но в конце концов я протянул мужчине в ливрее наши пригласительные. А спустя ещё несколько секунд мы вошли внутрь.

Я сразу же включил зрение Следопыта, пытаясь понять, в каком месте этого громадного особняка может располагаться тайник. И невольно обомлел. Зря я думал, что окажусь тут единственным Странником.

Глава XXI

В холле дворца был, как минимум, ещё один Странник вместе со своим форингом. Выглядели оба куда более представительно, чем мы с Вэнром. Одежда явно была подороже, пальцы унизаны перстнями, а из кобуры торчали инструктированные драгоценными камнями рукояти револьверов.

Нам тоже пришлось вооружиться только револьверами. Пистолеты остались в сейфе отеля — технологическое развитие Ардона накладывало свои ограничения, которые приходилось соблюдать.

Не думаю, что у второго Странника имелось нечто напоминающее зрение Следопыта, но видимо какой-то навык, позволяющий определять коллег по цеху, всё же имелся — он повернулся, смотря прямо на меня и после короткой паузы кивнул.

Я ответил тем же. А когда мы отошли на десяток метров в сторону, сбоку послышался тихий голос Вэнра.

— Это кто? Ты его знаешь?

— Ещё один Странник, — шёпотом объяснил я, покосившись на форинга.

Тот сразу примолк, шаря взглядом по сторонам. Потом мрачно изрёк.

— Много их тут ещё, интересно? А если тоже заметят?

Мысль была здравой, но как мне кажется, прадед такую возможность предусмотрел. Раз тут регулярно проходили приёмы, на которых бывали Страники, значит с тайником не всё так просто. Да и в целом, если уж делать его во дворце герцога, то с таким расчётом, чтобы случайный член Синклита не смог распознать, что это такое и добраться до содержимого.

Правда, всё это порождало ещё один важный вопрос — как мне самому отыскать тайник и вскрыть его? Желательно, провернув всё это незаметно для прочих?

За размышлениями, я добрался до одного из залов, которые были открыты для приёма. И на момент замер. Высоченные потолки, искусная лепнина, висящие на стенах картины, приглушённый свет ламп. И множество людей вокруг. Мужчины в костюмах и фраках, женщины в вечерних платьях, разной степени открытости, сверкающее золото и драгоценные камни. Если раньше мне казалось, что наша с Вэнром одежда выглядит вполне неплохо, то сейчас мы казались бедными родственниками, которые явились в гости к семье.

Рядом остановилась девушка в странном платье — оно полностью закрывало фигуру, но вот на груди имело приличных размеров вырез, который открывал едва ли не всё, что было возможно.

— Вы откуда такие впечатлительные? Младшая ветвь из Карнока? Или родня кого-то из гостей?

Я повернул голову и столкнулся с пристальным взглядом зелёных глаз. А на момент включённое зрение Следопыта продемонстрировало интересный факт — в небольшой дамской сумочке, которую девушка таскала с собой, был револьвер, заряженный патронами с амвой. Само оружие я рассмотреть, понятное дело не смог. Но определить по положению боеприпасов, что они находятся в барабане, труда не составило.

— Обычные гости, леди. Вы идите дальше, развлекайтесь.

Ответ я постарался сформулировать так, чтобы у неё пропало желание нас доставать или вовсе задерживаться рядом. Нарочито грубо. Но та не уходила. Вместо этого, прищурилась и весело уточнила.

— Говорите прямо, как мой дядя, когда ему кто-то мешает. В провинции нынче так заелись, что столичные дамы их уже не привлекают?

Вэнр хотел что-то сказать, но осёкся, когда я на него глянул. А вот девушка над нами однозначно потешалась. И далеко не факт, что она просто отступится, если мы попробуем уйти.

Собственно так и произошло — когда мы двинулись к столикам с напитками, неизвестная последовала за нами. Смотря, как мы выбираем бокалы, с деланной задумчивостью уточнила

— Даже интересно, что вы выберете. Тут можно настоящий приём ставок устроить.

Взяв в руку первый попавшийся бокал я развернулся к ней и усмехнувшись, уточнил.

— А мне вот интересно, зачем юной леди оружие, снаряженное патронами с амвой? Опасаетесь встретить тут «пустотника»? На приёме?

Та слегка нахмурилась и чуть отодвинулась назад, а я на секунду достал из под одежды жетон Странника, продемонстрировав его.

Реакция, на самом деле оказалась необычной — вместо того, чтобы извиниться или хотя бы что-то сказать на прощание, та скривилась, как будто увидела перед собой гнилого пропойцу, в котором от человеческого остался только паспорт, да и тот в ломбарде. После чего развернулась и уверенно направилась в противоположную часть зала.

Похоже членов Синклита, конкретно эта аристократка недолюбливала. С другой стороны, прямо сейчас это было нам на руку — хотя бы не станет путаться под ногами.

Следующие полчаса мы потратили на то, чтобы изучить территорию дворца. Приём проходил сразу на двух этажах — под него было выделено четыре больших зала, восемь малых и несколько десятков разноформатных помещений, вроде гостиных и даже библиотек. Одни позволяли собрать камерную компанию из нескольких человек, другие вмещали куда больше людей. Ну а в каждом из основных залов, спокойно могло находится по несколько сотен человек.

Масштабы впечатляли. Как и количество артефактов, напитанных амвой, которые использовались для защиты здания. Плюс, я обнаружил ещё одного Странника. На этот раз без форинга — низенький сухой мужичок стоял в одной из гостиных второго этажа и методично вливал в себя бокал за бокалом вина. В этот раз меня он не заметил. Либо потому что стоял спиной, либо у него банально не имелось нужного навыка.

Как бы там ни было, ни малейших следов тайника я не заметил. По идее, для его прикрытия, тоже должна была использоваться амва. Которую я в свою очередь должен был увидеть, даже несмотря на колоссальное количество артефактов вокруг.

Правда, отсюда вытекал ещё один момент — те, кто располагал навыками, что позволяют чувствовать амву, тоже были должны найти тайник. Да и защитные системы артефактов, по идее должны зафиксировать его местоположение. Конечно, они в первую очередь предназначались для противодействия «пустотникам», но что-то мне подсказывало — иной функционал у подобных штук тоже имелся. Да и у Странников наверняка существовали другие навыки, помимо зрения Следопыта, чтобы искать следы энергии. Само собой не так эффективно и без всякой детализации, но общий фон они чувствовать были должны.

Если отталкиваться от этого, любые публичные места отпадали. Как выделенные под приём, так и те, что находились за пределами этого пространства. Так или иначе, всё, что находилась во дворце, могло попасть под прицел взгляда одного из Странников.

Где при таком раскладе могли разместить тайник? В личной спальне герцога? В покоях его детей? В теории, Странники там оказаться не должны. Но остаётся иная проблема — прадед должен был понимать, что его наследнику тоже потребуется доступ к месту. А как мне попасть в ту же спальню герцога, чтобы проверить? Каждый выход за пределы территории приёма, перекрывался слугой в ливрее. Да, это не проблема с точки зрения прямого столкновения. Но боюсь, такой подход однозначно привлечёт внимание.

Конечно, оставался ещё вариант с невидимостью. Если предположить, что здешние артефакты на меня не среагируют, то так можно проскользнуть практически в любое место. Но это тоже было рискованно. Хотя могло объяснить логику деда — судя по всему, невидимость в нашем роду передавались по генетической линии.

На какое-то время я задумался, выбирая между вариантами. Если исключить личные покои семьи, то оставался ещё подвальный этаж, где располагались кладовые и погреба. Туда спуститься тоже было проблематично, но думаю в этом случае получится что-то придумать. Да и в целом, в режиме невидимости я мог легко проскользнуть мимо слуги, который стоял около входа на лестницу.

Определённая логика в выборе подвала тоже имелась — сомневаюсь, что герцог сам туда часто спускался. И уж тем более водил гостей. Что там рассматривать? Запасы еды да винные погреба?

Остановившись около окна, что вело во внутренний дворик, ненадолго задумался. И определившись, повернул голову к Вэнру.

— Я схожу наверх и быстро пробегусь по комнатам. Проверю, нет ли подозрительных следов амвы. Ты жди здесь. Если вдруг кто-то поинтересуется, говори, что я отошёл с дамой. Или в туалет.

Форинг оскалился в чуть нервной усмешке.

— В туалет с дамой. Этот намёк все сразу поймут.

Тоже усмехнувшись, я двинулся в сторону, направляясь к ближайшей лестнице, что вела наверх. Оказавшись в коридоре, рядом с ней, оглянулся по сторонам и убедившись, что рядом никого нет, активировал навык невидимости.

Потом осторожно добрался до ступеней и через несколько секунд уже поднимался наверх. Обошёл стороной скучающего слугу в ливрее, что стоял наверху, поглядывая на проходящих внизу гостей. Один раз тот всё же услышал звук моего шага и оглянулся, уткнувшись взглядом прямо в меня. Но быстро успокоился.

Здорово помогал тот факт, что пол был выстелен ковром с высоким мягким ворсом, который скрадывал большинство звуков. Правда, при этом нещадно проминался, выдавая моё местоположение. Но к счастью, никто не пытался пристально пялиться на пол — задачи отслеживать невидимых гостей, прислуге не ставили.

Если не считать мужчины, что дежурил около лестницы, я встретил всего двух обитателей дворца. Одну уставшего вида женщину, что намывала мраморный пол в гостиной — туда я сунуться не решился ограничившись обзором со стороны входа. Во-первых, мрамор не позволит передвигаться бесшумно, а во вторых он был ещё и мокрым — следы могли запросто отпечататься.

Вторым стал парень, затянутый в мундир и буквально несущийся по коридору, мне навстречу. Мне оставалось только отступить в сторону, пропустив его мимо.

На то, чтобы обойти весь третий этаж, у меня ушло около двадцати минут — слишком осторожно приходилось перемещаться. К тому же не во все помещения можно было взять и просто зайти. Некоторые приходилось просматривать снаружи, пытаясь не упустить малейших проблесков амвы.

Конечно, можно было воспользоваться своей способностью управления воздухом, но я ещё не овладел ею в должной мере и возня с замками отняла бы массу времени. Плюс, я не был на сто процентов уверен, что артефакторные системы защиты проигнорируют подобное проникновение.

Четвёртый этаж, к моему удивлению, отличался по стилю оформления от первых трёх. Такое впечатление, что здесь кто-то плотно занимался дизайном. Если во всём остальном дворце преобладали красный и жёлтый цвета, то тут повсюду был зелёный. Плюс, приглушённые лампы, которые едва освещали пространство.

Шагая мимо зелёных стен по зелёному ковру и рассматривая зелёные портьеры, я искал следы амвы. Их, на самом деле было немало — артефактов тут тоже было полно. Но ничего, что могло бы быть тайником.

Суть моего метода была элементарной — если сгусток амвы связан с другими, что расположены поблизости, значит это защитный артефакт. Если же подобных контактов нет, стоит рассмотреть его поближе.

Правда, таких отдельных объектов мне пока попадалось только два. Одним оказался небольшой фонтан, который заполнялся разноцветной водой, а вторым небольшая статуя, что периодически меняла своё положение. В обоих случаях, сила Странников использовалась для развлечения.

Я несколько раз доставал найденный в предыдущем тайнике камень, рассчитывая что он может каким-то образом помочь — например подсветить местоположение тайника или сработать, как указатель. Но тот молчал. Лишь мерцала внутри крохотная искра концентрированной амвы — никак иначе он на происходящее не реагировал. Хотя, по идее, должен был являться либо ключом, либо чем-то на него похожим. Не зря же его оставили в одном месте с адресом, где располагался тайник.

Добравшись почти до конца правого крыла, я услышал звуки шагов — по лестнице кто-то поднимался. Судя по негромким голосам, двое — мужчина и женщина.

Остановившись, прислушался. Вот они вышли в коридор. Повернули в противоположную от меня сторону. И нырнули в одно из помещений, которые я ещё не осмотрел.

Чуть поколебавшись, двинулся туда же. Я итак отсутствую слишком долго. Вэнр, безусловно, умеет заговаривать зубы, но если кто-то всерьёз заинтересуется пропажей одного из гостей и начнёт искать, это может стать проблемой. А чем дольше я тут нахожусь, тем выше становится подобная вероятность.

Добравшись до приоткрытой двери, осторожно заглянул внутрь. Следов амвы, если не считать артефактов внешней стены, тут не было. Зато имелась ещё одна и выход в смежное помещение.

Зайдя внутрь, я сделал несколько шагов и замер на месте, услышав голоса, что доносились из той самой смежной комнаты.

— Жанн… Ну не сейчас же. Сюда могут подняться слуги, — томный бархатистый голос вроде бы озвучивал правильные слова, но таким тембром, что даже меня слегка пробрало. Что уж говорить о бедном Жанне, чьи руки должны сейчас бродить по её телу.

— Ты сама знаешь, что они заняты на приёме, дорогая, — в мужском голосе звенело нетерпение, а сразу после этих слова послышался шорох платья, которое то ли снимали, то ли просто задирали.

Похоже наверх поднялась какая-то парочка, решившая развлечься, пока все остальные пьют и беседуют внизу. И раз их пропустили, это должно быть кто-то из самой верхушки общества. Либо родственники герцога.

Следов амвы в соседнем помещении тоже не обнаружилось и я уже развернулся, чтобу уйти, когда оттуда послышался женский стон, за которым последовал характерный, слегка хлюпающий звук. А следом до моих ушей донёсся и вибрирующий от возбуждения женский голос.

— Как же хорошо… И как жаль, что муж остаётся здесь на ночь…

Стоп. Это герцогиня Райвел? Вэнр вроде утверждал, что ей изменяет сам аристократ, а не наоборот.

— Он всё равно будет в своей спальне. А ночью я к тебе непременно загляну. Обещаю.

Интенсивность звуков стала быстро расти и я выскользнул в коридор. Вот я и стал невольным свидетелем личной жизни ардонской аристократии. Интересно, сам герцог вообще в курсе? Хотя, если они живут в разных домах, то скорее всего да.

Дойдя до лестницы, расположенной в центральной части дворца, отправился вниз, по пути разминувшись с группой поднимающихся наверх мужчин. Пятеро. Все вооружены и с решительными мрачными лицами. Мелькнула мысль, что они идут убивать любовника герцогини и я даже на момент остановился. Но почти сразу решил, что это не совсем моё дело. Знай я кого из них лично и будь в курсе происходящего, возможно и стоило вмешаться. А так, сейчас у меня имелась задача поважнее.

Добравшись до второго этажа, нашёл Вэнра, который о чём-то беседовал с двумя хихикающими барышнями. Увлёкся настолько, что пришлось тронуть форинга за плечо — только тогда он наконец оглянулся и рассмотрел мой силуэт.

Навык я вырубил, когда мы оказались в небольшой гостиной. Сразу же поймал на себе вопросительный взгляд парня и отрицательно покачал головой.

— Ничего. Либо он не там, либо я каким-то образом пропустил метки.

Поэт на момент задумался, потирая пальцами лоб. Наконец уточнил.

— Что теперь? Повторишь с нижним этажом?

Я кивнул и форинг неожиданно возмутился.

— Зачем тогда было отрывать меня от дела? Я почти договорился о том, чтобы встретиться с теми красавицами завтра на обеде. Нужно было только чуть-чуть дожать.

Повернув голову, выразительно посмотрел на него и Вэнр тяжело вздохнул.

— Понимаю. Возможно завтра мы уже будем не здесь. Но какой-то шанс можно было мне оставить?

Я молча покачал головой и зашагал по коридору, сопровождаемый расстроенным форингом. Спуск на подвальный ярус дворца отыскался быстро. А потом неожиданно и решился вопрос проникновения — прямо перед нами какой-то толстяк просто взял и прошёл мимо слуги, коротко бросив, что он на игру. Мы с Вэнром двинулись следом и к моему удивлению, нас даже не попробовали остановить. Более того, парень в ливрее даже не спросил, зачем нам вниз.

Как быстро выяснилось, толстяк и правда спешил на игру — в небольшом отдельном помещении сидела компания, которая играла то ли в кости, то ли во что-то их сильно напоминающее. Похоже, герцог озаботился досугом и для тех, кому было скучно таскаться по залам и развлекаться светской болтовнёй, приправляя ту выпивкой.

Мы же банально прошли мимо, не удостоившись даже взгляда со стороны игроков — всё их внимание было приковано к столу, на котором разворачивалось действо.

В процессе изучения подвального этажа, нам ещё несколько раз попадались слуги, но только один покосился с некоторой долей удивления. Остальные проносились мимо, неся в руках ящики с уложенными в них головками сыра и телячьими ножками, либо бутылки вина. Судя по всему, кухня дворца работала и сейчас, обеспечивая гостей новыми закусками. Либо кто-то глобально просчитался во время подготовки к празднику.

Как бы там ни было, первые десять минут поисков ни к чему не привели. Всё то же самое, что и наверху. Только защитных артефактов намного меньше — чаще всего я просто не видел ни единого отблеска амвы.

Проходя мимо очередного закрытого помещения, я уже привычно скользнул взглядом по стене и двинулся было дальше. А потом остановился и медленно повернул голову в сторону. Не показалось — в углу мерцал едва заметный огонёк амвы. Крохотный и едва светящийся, но он всё же был.

И это не артефакт. Слишком мало силы, к тому же она ещё и распылена. Совсем непохоже на полыхающие сгустки энергии, которые обычно находятся внутри артефактов.

Я двинулся назад, а за спиной послышался шёпот Вэнра.

— Что-то нашёл?

— Возможно, — ответил я, задумчиво рассматривая дверь.

Обычный навесной замок, который висел снаружи. И насколько я видел, ни одного защитного артефакта. Неплохо.

К счастью, устройство запирающего механизма оказалось простым — меньше минуты возни и тот щёлкнул, открывая нам дорогу внутрь.

Проскользнув в комнату, я зажёг тусклый светильник на боковой стене и осторожно прикрыл дверь. Потом двинулся к месту, где обнаружил амву.

Так и есть — распылённая прямо в каменной кладке сила. Правда, было не совсем понятно, как с ней быть дальше — все мои попытки воздействия, благополучно заканчивались ничем.

После десятка неудачных экспериментов, я вытащил изумруд, но на него потенциальный тайник тоже не срабатывал.

— Может это не твоего деда, а чей-то ещё? — за спиной снова зашептал Вэнр и я едва заметно поморщился.

В принципе, могло быть и такое. Мало ли какие ещё древние секреты способно хранить это здание. Но хотелось бы верить, что я наконец обнаружил искомое и не придётся снова топать по мрачным коридорам, пытаясь обнаружить свечение силы.

Покрутив в руках камень, приложил его к кладке. Искорка энергии, что раньше трепетала внутри изумруда, чуть дёрнулась в сторону, а потом и вовсе метнулась к стене, полностью в неё погрузившись.

Машинально отступил назад, едва не столкнувшись с форингом, а пальцы правой руки легли на рукоять револьвера.

Но угрозы пока не наблюдалось — вместо этого, несколько камней кладки попросту растворились в воздухе, как будто их на том месте и не было. А я увидел плоскую шкатулку, что лежала внутри.

Приблизившись, ещё раз осмотрел всё, используя зрение Следопыта. Вроде бы подвоха нет. Или он есть, но ловушка выполнена на настолько тонком уровне амвы, что я её не чувствую.

Решившись, протянул руку. Секунду подержал пальцы внутри. После чего обхватил ими шкатулку и вытащил её.

Сзади шумно выдохнул форинг, который на всякий случай уже достал оружие. А в стене снова проявились исчезнувшие куски камня. Ради интереса, даже потрогал их — на ощупь ничем не отличались от соседних. Такие же холодные и самую капельку влажные. Интересно, как дед провернул подобный фокус?

— Ну что там? Откроешь? — глаза Вэнра, который с интересом рассматривал шкатулку, горели от нетерпения, а я с усмешкой поддел её крышку.

Удивлённо хмыкнул, поняв, что та не поддаётся. Попробовал ещё раз. Не добившись никакого результата, осмотрел добычу. Замка вроде не было. Амвы внутри тоже не просматривалось. Странно.

Стоп. Если это тайник, который оставил дед, то он мог привязать его ещё на один компонент.

Вытащив трёхгранный стилет, осторожно уколол себе палец и слегка капнул кровью на деревянную крышку. Сработало. По шкатулке прокатилась волна жёлтого цвета, а верхняя часть чуть отошла от основания.

Чуть подождав, я откинул крышку в сторону. А потом где-то совсем рядом хлопнул револьверный выстрел.

Глава XXII

На этот раз внутри шкатулки лежало три вещи. Визитка, ключ-карта и обычный металлический ключ, который судя по его конструкции, должен был отпирать что-то весьма сложное.

Я быстро сгрёб всё это и отправил в пространственный карман. В коридорах снова захлопали выстрелы. На этот раз куда ближе.

Не надо быть гением, чтобы увидеть связь между открытием тайника и стрельбой. Конечно, можно было предположить всё, что угодно — вплоть до перестрелки пьяных аристократов, которые что-то не поделили во время игры. Но на мой взгляд, такой расклад был крайне маловероятным.

Только вот, зачем устраивать такое уже после того, как тайник найден и вскрыт? И как такое вообще возможно? Где-то рядом имелись артефакты, которые реагировали на открытие шкатулки? Не слишком логично — я ведь мог запросто унести её с собой и открыть сильно позже.

Саму шкатулку я засунул во внутренний карман пиджака — к счастью она была достаточно плоской и мешалась не сильно. Потом достал револьвер, сразу взводя курок. Посмотрел на форинга и активировал режим невидимости.

— Двигаться сзади и прикрывать? — в голосе Вэнра практически не было страха или опасения. Похоже парень начал привыкать к тому, что мы постоянно влипаем в передряги. Особенно, если речь идёт о предметах, оставленным дедом.

— Коридоры слишком узкие. Если разделимся, можем зацепить друг друга. Поэтому держись рядом. И будь готов к бою.

Тот подтверждающе угукнул, а я распахнул дверь, выглядывая наружу. Выстрелов больше слышно не было. Странно. Неужели «пустотник» так быстро разделался с теми игроками? Или это вовсе были не они? Если окажется, что всё дело и правда в паре аристократов, которые что-то не поделили, это будет весьма забавно.

Стоило мне выйти в коридор, как уши уловили звук, который разом развеял все сомнения. Вой. Тот самый, что я уже слышал на Земле. В момент, когда мы отбивались от бывших людей, ставших монстрами.

— За мной. Держись ближе, если что, целься в голову, — я озвучил краткие инструкции форингу и зашагал вперёд по коридору, держа оружие наготове.

Те же самые твари, что на Земле. Как это возможно? Откуда они здесь? Хотя, более правильным, пожалуй будет вопрос о том, кто снова использовал силу ради превращения людей в монстров? Как он выяснил, что я буду здесь и откуда узнал, что шкатулка вскрыта? Не может же это быть простым совпадением.

На долю секунды я даже предположил, что сложенные в коробку фотографии и бумаги тоже находились под защитой, но сразу же отбросил её, как несостоятельную. С ними точно возиться было некому. К тому же, если предположить, что у кого-то имелся доступ к моей квартире, он мог попросту украсть интересующие его вещи, а не оставлять те на месте. Ну а будь конечной целью, моя ликвидация, дела бы обстояли ещё проще — достаточно одного мощного взрывного устройства и на одного Странника в мире бы стало меньше.

Скорее всего, ситуация куда как проще — противник прямо сейчас находится здесь и снова атакует. А значит, это и правда Странник. Который смог отследить направления прыжка, а потом ещё и организовать слежку за нами в Басфе.

Добравшись до перекрестья коридоров, я замер. прислушиваясь к происходящему. Поблизости шума вроде не было. Зато сверху, через толщу каменного перекрытия, слабо доносились крики и выстрелы. А теперь снова заорал монстр.

Чуть сзади учащённо дышал Вэнр, который то и дело оглядывался, проверяя тыл. Я же двинулся дальше. И за следующим поворотом, практически лицом к лицу столкнулся с монстром.

На момент мы замерли. Он, принюхивался и настороженно смотрел сквозь меня, а я просто пялился на изменившегося человека.

В следующую секунду я выбросил вперёд руку с револьвером, уперев ствол ему в подбородок и спустил курок.

Стены забрызгало кровью, а тварь отшатнулась назад, после чего рухнула на пол. Из-за угла сразу же показался, готовый стрелять, Вэнр.

— Уже всё. Давай дальше, надо выбираться отсюда, — голос чуть подрагивал и я разозлившись сам на себя, быстро зашагал вперёд.

Вроде за спиной уже немало встреч с самыми разными «пустотниками», но вот такое лобовое столкновение с одним из них, заставило разум ощутить страх, а сердце забиться быстрее.

— Там же Ханна, снаружи! Одна, — голос Вэнра звучал так, как будто девушку уже рвут на части.

— Чем быстрее окажемся снаружи, тем быстрее её найдём, — быстро выпалил я ответ, на секунду обернувшись назад.

Если неизвестный и правда за нами следил, то вполне мог обнаружить девушку, которая ждала рядом с извозчиком. Ну а с другой стороны, у неё есть оружие. Да и по улицам удирать от подобных тварей куда как сподручнее, чем биться с ними в узких коридорах.

Уже около самой лестницы мы столкнулись с одним из аристократов, который в правой руке держал шпагу, а левой опирался о стену. Глянув на нас расфокусированным взором, неловко взмахнул своим оружием.

— Нет в нас больше чести, господа! Всё продаётся и покупается. Покупается и продаётся. Слышите? Даже в королевском дворце. Как мы до такого докатились?

Я осторожно прошёл мимо, а плотный мужчина тяжело вздохнул.

— И всем ведь плевать, понимаете? Никому нет дела. Грустно всё это… Грустно, господа…

Оставив бедолагу горевать, я взбежал наверх по лестнице. Слуг тут уже не было. Зато слышалась частая стрельба и крики дальше по коридору. Как раз со стороны ближайшего зала. Через который нам нужно было пройти, чтобы добраться до главного выхода из дворца.

В теории, можно было ещё выбраться во внутренний двор и открыть ворота, которые выводили в сад, расположенный с противоположной стороны. Но там было слишком много неизвестных. Начиная с того, что ворота могли оказаться заперты чем-то хитроумным и заканчивая тем, что в саду тоже могут оказаться монстры.

Поэтому я добрался до прохода, что вёл в зал и осторожно выглянул. Трупы, кровь, раненые. Тела сразу пяти монстров, которых успели расстрелять. И ровным счётом никакого движения, если не считать мужчины в форме, что целенаправленно полз к коридору. Правда не к тому, что вёл на выход, а к моему.

Сначала я решил, что у него перебиты ноги и подбежал ближе, прикидывая, как ему можно помочь. Но стоило вдохнуть аромат, что его окружал, как стало понятно — дело не в ранах. Одетый в форму гость, банально напился. Настолько, что даже не мог идти.

Тем не менее я тронул его за плечо и тихо уточнил.

— Выход в другой стороне.

Тот на момент, скосив глаза вправо. Никого не увидев, поморщился. Я было подумал, что спишет на галлюцинацию, но тут он разжал губы, озвучивая ответ.

— Знаю. Зато в той стороне, винные погреба.

Выпрямившись, я задумчиво хмыкнул. Похвальная целеустремлённость. Если бы её ещё и в нужном русле применять — ценный был бы кадр.

В момент, когда я приблизился к другому выходу из зала, после которого оставалось прошагать только полсотни метров по коридора, на лестнице послышался шум.

Звуки напоминали чьё-то падение — как будто тело катится вниз по ступеням, шмякаясь об камень. В принципе, так оно и оказалось. Только это было не одно тело, а сразу пять переплетённых трупов.

Пересекающий зал Вэнр на момент замер, а потом резко ускорился, приближаясь ко мне. Я же, пусть и с некоторым трудом, распознал мертвецов. Та самая пятёрка, что прошла мне навстречу, поднимаясь на четвёртый этаж.

В голове промелькнула безумная догадка, а через какое-то мгновение после неё послышался голос, который сейчас лишь отдалённо напоминал женский.

— Ну что, мой дорогой муженёк? Всё ещё хочешь наказать шлюшку? Отдать её своим армейским приятелям, чтобы те с ней позабавились? Ты же такой мужественный и смелый! Явился разбираться с полуголым врагом в сопровождении четверых офицеров. Это так по-мужски. А застрелить человека, что вызвал тебя на дуэль, и вовсе верх героизма, — скрипучий голос затапливал зал, пробирая тело и вызывая жгучее желание сбежать отсюда.

Но я не мог сорваться с места прямо сейчас — Вэнр ещё не добрался до поворота. А вот военный, что хотел доползти до винного погреба, серьёзно ускорился, быстро продвигаясь в сторону выхода.

Мимо промчался форинг. Через пару секунд я обернулся и увидев его исчезающую в проходе спину, собирался двинуться следом. Но тут в зале что-то заскрежетало. Снова повернувшись в сторону лестницы, я увидел её. Массивное тело с чёрной чешуйчатой кожей, длинные когти на руках, жёлтые глаза и раздвоенный язык, который то и дело вырывался изо рта.

Женские половые признаки герцогиня сохранила, но смотреть на них совсем не хотелось. А вот заполучить в руки гранатомёт — весьма. Ещё лучше — танк, внутрь которого можно забраться и раскатать этого монстра.

Остановившись, «пустотница» пнула кучу сплетённых вместе тел, отбросив их клубок к стене.

— Герцогу не понравилось, что его жену шпилят прямо во время приёма, вы посмотрите? А как самому трахать девок в спальне, пока через стенку пьют чай гости, это нормально. Лживый двуличный ублюдок.

Я осторожно сдвинулся назад и взгляд жёлтых глаз сразу метнулся в мою сторону. Впрочем, в этот раз повезло — звук издал военный, который усиленно пытался притвориться мёртвым. Но немного перестарался — по залу прокатился его храп.

Бывшая аристократка на момент замерла, как мне показалось, в немом удивлении. А я пытался понять, как такое могло получиться? На неё всё подействовало иначе? Или дело вовсе не в неизвестном, просто сама герцогиня использовала похожий артефакт. И если случайных людей он превратил в уже знакомых монстров, то с ней сотворил вот такое?

Голова кипела от предположений, а сама противница уверенно направилась к распластавшемуся на полу и спящему офицеру. Пользуясь моментом, я начал пятиться к выходу и к моменту, когда та оказалась у цели, преодолел половину расстояния.

Теперь она стояла прямо около военного, смотря на него сверху вниз. А я поднял револьвер, взяв на прицел её череп. Первый патрон был разрывным, значит сейчас очередь бронебойного — я снарядил ими барабан, через один. По идее, такой должен пробить броню этого чудовища. С другой стороны, может и не взять — сложно навскидку оценить крепость её защиты.

Та занесла ногу, собираясь поставить её на спину лежащему человеку. Я оценил длину когтей нижней конечности и представил, что они сделают с бедолагой. После чего, всё же нажал на спуск.

Гулко грохнул выстрел и зал сразу же огласил яростный рёв твари, что рухнула на колени, схватившись за голову. Броню я всё-таки не пробил. Зато временно вывел её из строя, что тоже было неплохо.

Развернувшись, я устремился к коридору, из которого уже высунулся Вэнр. А через секунду мы оба неслись в сторону холла.

За спиной снова заревела тварь. Только на этот раз куда более осмысленно. Мы же выскочили в холл, который тоже был заполнен трупами.

Но были тут и живые — один «пустотник», что стоял около стены и десятка два человек, которые сидели перед ним на полу. Скорее всего попали под действие его ментального удара — иначе я никак не мог объяснить тот факт, что никто из вооружённых гостей не пытался сбежать или убить врага.

Мы с форингом выстрелили почти одновременно. Одна пуля разнесла в клочья плечо монстра, а вторая вспахала кровавыми брызгами корпус. Но он всё же попытался крикнуть. Правда не совсем удачно — следующие два кусочка свинца одновременно вонзились в его морду. Один снёс челюсть, а второй пробил череп около глаза. Как итог, тварь не смогла нанести удара, а следующими двумя выстрелами, мы её благополучно добили.

— Они превращаются!

Я невольно дёрнулся от голоса Вэнра. А потом бросил взгляд в сторону замерших около стены людей. Они и правда превращались. Извивались и буквально на глазах становились такими же, как их недавний надсмотрщик.

Сделав несколько быстрых шагов вперёд, я толкнул форинга под защиту мощной каменной статуи, что была совсем рядом и вытащил из пространственного кармана гранату. В барабане оставался всего один патрон — на такую ораву этого точно не хватит. А пока мы будем бежать к громадным дверям выхода, они скорее всего уже успеют превратиться. Оказаться снаружи с такой группой преследователей на хвосте, мне совсем не хотелось.

Выдернув чеку, запустил гранату в сторону «пустотников», а сам укрылся за постаментом, рядом с форингом.

— Вперёд! — рявкнул я, как только ухнул взрыв, из-за которого на момент заложило уши.

Мчась к двери, покосился в правую сторону. Половину обращающихся точно прикончило. Но вот некоторые остались живы и прямо сейчас корчились на полу. Возможно заканчивали процесс изменения. А может извивались от боли. В любом случае, чем раньше мы от них уберёмся тем лучше.

Выскочив из двери, я слетел вниз по каменным ступеням дворца. И вынужденно притормозил перед воротами, обнаружив, что последние перегорожены полицейскими. Полтора десятка стражей порядка, часть из которых была вооружена винтовками. Все держали на прицеле дорожку, что вела со стороны дворца.

— Я форинг Странника. Во дворце какое-то безумие. Люди превращаются в «пустотников». Нам срочно нужно подкрепление из Синклита, — Вэнр яростно орал, показывая своё кольцо, но мужчины в синих форменных мундирах на него реагировали как-то слабо.

Зато моё внезапное появление из воздуха, произвело нужное впечатление. Один из тех, что целился в сторону дорожки, вовсе нажал на спуск, отправив в никуда пулю, а двое стоявших во втором ряду, отпрыгнули назад.

Я же достал жетон Странника, показывая его вооружённым людям.

— Во дворце герцога прорыв «пустоты». Монстры бьют при помощи звуковых волн, которые поражают голову и путают мысли. Подпускать их близко к себе никак нельзя, — выпалив инструкции, я вспомнил о герцогине и спустя секунду продолжил.

— Ими командует ещё одна тварь. Массивная, чёрная и в чешуе.

Снова замолк, оглядывая собравшихся около ворот. Никакого тяжелого вооружения у них заметно не было.

— Сколько их там всего? — уточнил самый пожилой из присутствующих полицейских, что стоял в глубоком тылу.

Ответить я не успел — во дворце снова раздался яростный рёв твари и офицер прямо на моих глазах начал превращаться в такого же монстра, как те, что недавно нас атаковали. А вместе с ним и ещё половина собравшихся здесь бойцов. Плюс, добрые десятка два зевак, что держались поодаль.

— Бежим, — выдохнул я Вэнру и первым бросился в проём калитки для пешеходов.

Форинг на ходу выстрелил в голову одному из будущих «пустотников», а я просто мчался вперёд. Уже добравшись до противоположной стороны улицы, оглянулся, оценивая обстановку. Превращение полицейских практически закончилось. А по ступеням дворца медленно спускалось чешуйчатое чудовище.

Не задерживаясь, я скользнул дальше, собираясь добежать до соседней улицы, где должна была ждать Ханна. Но столкнулся с девушкой уже на углу ближайшего дома.

— Какого хера у вас там случилось? — увидев меня, сразу же рявкнула брюнетка.

Я молча откинул в сторону барабан револьвера, выкинув экстрактором пустые гильзы и наполняя гнёзда новыми патронами. А вот остановившийся рядом Вэнр, решил внести ясность в вопрос.

— Прорыв «пустоты» или что-то такое. Герцогиня сама стала монстром. Только разумным.

На лице девушки появилось выражение полного недоумения, а я вернул на место барабан револьвера и оглянулся назад, где снова раздался рёв твари. Из дворца мы выбрались. Теперь оставалось решить, как быть дальше? Бежать или сражаться?

Глава XXIII

Сейчас, когда разум чуть успокоился и начал мыслить относительно ясно, я прекрасно понимал потенциальную угрозу появившейся во дворце «змеи». Не спорю — свои резоны у неё были. И в целом, я бы не отказался с ней побеседовать. Например на тему того, как она провернула нечто подобное и каким образом превратилась в такого вот монстра? Да ещё и способно обращать других людей в «пустотников».

Скорее всего артефакт. Но вот откуда она его взяла? И почему тот человек, что применил точно такую же схему на Земле, сам не стал такой же чешучайтой махиной? Уверен, объявись рядом с домом такая, она наделала бы столько переполоху, что мы бы что-то услышали. Да и метод превращения, в данном случае был иным — люди становились монстрами, после звуковой атаки «змеи».

Но схема и вид «пустотников» были полностью идентичны. А значит, тут поработали одни и те же люди.

Ударили винтовочные выстрелы и я встряхнулся. Вроде в этот раз не цепляло ментальными атаками, а разум всё равно срывается в поток мыслей. Пусть вроде и по делу.

— Тут нужно что-то потяжелее револьвера, — задумчиво озвучил свою мысль Вэнр, а я согласно кивнул.

— Гранаты. У меня ещё три штуки в пространственном кармане. Нужно только выйти на нормальную позицию для броска, — форинг в ответ на мои слова, глянул в сторону улицы, откуда мы пришли, а Ханна наморщила лоб.

— Пространственный карман? — судя по голосу, спутница была изрядно удивлена.

Я пожал плечами, заодно извлекая из этого самого кармана гранату.

— Место, в котором можно держать определённый объём груза. Не так много, как хотелось бы, но в целом немало.

Глаза девушки изумлённо расширились, я качнул головой. Люди порой бывают странными. Возможность перемещаться между мирами и факт наличия крепости в межмировом пространстве её не смущает, а вот скрывающиеся с глаз вещи, удивляют.

— Сейчас вы оба развернётесь и рванёте отсюда. Со всех своих ног, понятно? Не задерживаться, в перестрелки не вступать. Мчать прямо до гостиницы, — после недолгого колебания я отдал команду форингам и Вэнр немедленно отреагировал.

— Она вон пусть бежит. Всё равно ничего не умеет. А я с тобой через сколько боёв прошёл? Не стану я уходить, — в голосе парня слышались горделивые нотки и мне пришлось надавить.

— Если её всё же ничего не возьмёт, то придётся отступать. Вернее удирать от преследующей по пятам «змеи», рядом с которой будет полно монстров. У меня, с невидимостью, ещё есть шанс. А вы точно погибнете. Мне придётся вас прикрыть и тогда меня тоже прикончат. Как ты сам понимаешь, мне такой расклад не по душе.

На лице спутника появилась обида, но с этим можно разобраться и потом. Прямо сейчас, мне требовалось, чтобы они свалили отсюда как можно дальше.

— Всё! Бежать! Это приказ! Вперёд! — я рявкнул и Ханна действительно сорвалась со своего места, устремившись вдоль дома. Следом за ней устремился и поэт.

Я же активировал невидимость и сделав несколько шагов, скользнул в проём между заборами двух особняков, что были расположены около дворца герцога. Похоже их владельцы настолько недолюбливали друг друга, что одной ограды им было мало — выстроили две напротив. Впрочем, сейчас это могло спасти мне жизнь — на том месте, где я только что был, уже показалось несколько монстров, что крутили головами в поисках целей.

Снова раздался рёв герцогини. Интересно, сколько человек она способна превратить в «пустотников» и использовать, как свою армию? Должны ведь быть какие-то ограничения?

Пытаясь отвлечься умозрительными рассуждениями, я пробирался между двух оград и в конце концов оказался в соседнем проулке, по которому и выдвинулся к дворцу.

Добравшись до угла, застыл на месте, оценивая обстановку.

Широкий проспект, только недавно заполненный зеваками и праздно гуляющими горожанами, опустел. Только трупы да монстры. Где-то в стороне хлопали револьверы, а в одном из домов истошно орал мужчина. Видимо действие ударной волны «змеи» распространялось и на здания.

Сама она, пока больше не кричала. Двигалась вдоль забора дворца, периодически оглядываясь по сторонам. Будь это обычный «пустотник», я бы сказал, что он охраняет свою территорию или следует каким-то странным инстинктам.

Но аристократка наглядно продемонстрировала, что сохранила разум и способна вполне трезво мыслить. Значит должна понимать, что скоро сюда стянут дополнительные силы. И если от полиции её заслон из монстров как-то да защитит, то вот армия или пара Золотых Странников раскатают в тонкий блин.

При этом, бежать она пока не пыталась. Скорее вела себя так, как будто кого-то ждёт. А созданные «пустотники», по сути заняли круговую оборону, перекрывая подступы к своей госпоже.

Несколько расположились недалеко от меня. Стоящие на одном месте, сопящие и методично изучающие округу. Могу поспорить, у них приказ уничтожать всех, кто будет приближаться.

Пока, правда таких безумцев не было, так что проверить я свою теорию не мог. Зато руку оттягивала граната, которую в принципе уже можно было пустить в дело.

Докинуть её до цели, с такого расстояния, было нереально. Но это только в том случае, если бы речь шла про обычный бросок. Стоило добавить в уравнение способность управлять воздухом, как итог становился абсолютно иным.

От того, что буквально метрах в семи от меня стояло сразу несколько «пустотников», было сильно не по себе. Но оставить вопрос не закрытым, значит обречь на гибель ещё неопределённое количество жителей столицы.

Хотя, пока герцогиня не спешила куда-то выдвигаться. Вместо этого так и перемещалась из стороны в сторону вдоль забора, периодически поднимая голову и оглядываясь.

Может действительно кого-то ждёт? Или человеческое сознание погасло и сейчас передо мной полноценный «пустотник»?

На какое-то время я задумался, не стоит ли подождать того, кто сюда может заявиться. Как знать, возможно эта фигура и даст мне ответы на вопросы. Конечно, если каким-то чудом смогу взять его живым. Либо вообще победить.

Но потом в дальнем конце улицы загремели выстрелы и сознание сразу переключилось на другое направление — попробовало прикинуть, сколько человек может погибнуть во время этой бессмысленной атаки.

Честно говоря, я не знал, зачем полиция начала это наступление своими силами. Возможно решили, что раз могут подбираться к «пустотникам» на достаточно близкое расстояние и на мозг не давит желание немедленно удрать подальше отсюда, то это слабые твари и с ними будет легко разделаться. А может быть стражей порядка погнали в атаку, потому что под ударом оказался дворец целого герцога. Учитывая, что все бывшие около ворот погибли, сообщить о смерти самого аристократа явно было некому.

В любом случае, сейчас они пытались оттеснить монстров, а то и полностью перебить их, прорвавшись к дворцу.

Сначала те пытались отбиваться сами — я отчётливо слышал вой ментальных атак, которые монстры обрушивали на людей. Но потом «змея» решила, что подручные не справляются. И развернувшись в ту сторону, откуда наступали полицейские, принялась вопить, ставя в строй новую партию своих воинов.

На этом моменте я всё-таки не выдержал. Выдернул чеку гранаты и разжав пальцы, использовал навык управления воздухом, отправив её вперёд. А сам достал из пространственного кармана вторую.

Ухнувший взрыв оборвал вопль бывшей аристократки и свалил её на землю. Я же сразу отправил в полёт вторую гранату, на этот раз стараясь прицельно расположить её рядом с головой «змеи».

Если после первого взрыва, остальные «пустотники» заметались, рассекая пространство и обшаривая всё вокруг, то второй заставил их временно замереть на месте. Я уже приготовился к тому, что сейчас они станут неуправляемыми монстрами, которых придётся перебить, но тут все они взяли и просто завалились вниз.

Стоит признать, неожиданно. Чего я точно не предполагал, так это разового выхода из строя всей «армии». Видимо она не просто ими управляла, но ещё и каким-то образом поддерживала активность созданных пустотников. Хотя, о таком я раньше не слышал. С другой стороны, истреблением тварей из «пустоты» я тоже занимаюсь не столь уж долгий промежуток времени.

Прислушиваясь к раздающейся вдалеке перекличке полицейских, я попытался прикинуть, стоит ли оставаться на месте? И герцог, и герцогиня были мертвы. Скорее всего у них найдутся родственники, которые по идее могут и щедро заплатить за ликвидацию «пустотника», который прикончил Райвела. Если бы не одно «но» — этим самым монстром являлась герцогиня. С одной стороны, я помог городу, а с другой, своими руками прикончил аристократку. Не говоря о том, что стал свидетелем весьма странной ситуации, о чём наверняка узнает Мастер Айрв.

Взвесив все за и против, я быстро зашагал в дальнюю сторону проулка. Деньги можно достать и каким-то иным способом. А в этой ситуации лучше не светиться. Тем более, что внутри было ещё двое Странников, которые судя по всему, погибли. И могу поспорить, ранг у них был намного выше моего. Что тоже вызовет вопросы в Обители. Вернее у Смотрителей, которые станут заниматься этим делом.

Поэтому я добрался до следующей улицы, а потом пересёк ещё две, разминувшись с группой приближающихся военных. Гарнизон подоспел вовремя — когда всё уже было кончено.

Дальше завернул за угол одного из домов, где сбросил невидимость и поймал извозчика, назвав ему адрес гостиницы. Здорово не хватало телефонной связи — сейчас я бы не отказался набрать Вэнри или Ханну, чтобы выяснить, как у них обстоят дела. Но приходилось ждать, делая всё по старинкке.

К счастью, оба оказались в номере — стоило мне открыть дверь, как рванули навстречу, засыпав вопросами.

Заснуть сейчас всё равно было бы проблематично, поэтому сначала я детально обрисовал им всё произошедшее, а потом мы заказали в номер ужин и вина — после пережитого стресса хотелось немного снять нервное напряжение.

Надо сказать, это сработало — после первого же бокала, Вэнр задумался и изрёк вполне здравую мысль.

— Погиб герцог и Странники. То есть Синклит точно пришлёт кого-то из Смотрителей. Читать следы, как ты, они может и не могут. Но каким-то поисковыми навыками всё равно располагают, — заканчивать свою мысль он не стал, но в данном случае всё и так было понятно.

Если рядом с дворцом окажется Смотритель, который на самом деле неплохо разбирается в отслеживании амвы, то он зафиксирует факт моего присутствия. Конечно, далеко не факт, что у него выйдет проследить путь до гостиницы. Всё же меня вёз извозчик и на дороге, если и оставалась амва, то совсем крохи.

Зато Смотритель сможет подтвердить, что на приёме был ещё один Странник, который предположительно выжил. И если где-то вёлся учёт всех гостей, то там точно отмечены баронет Вэнр Пальский и Странник Кир Вязов. Так себе ситуация, получается. Был на приёме, выжил и сбежал. При этом ровным счётом ничего не сообщив в Синклит.

— Из-за этого могут быть проблемы? Кто эти ваши Смотрители вообще такие? Начальство? — форинг принялся объяснять Ханне базовые основы функционирования Обители, а я ненадолго задумался.

В чём они смогут меня обвинить? Безусловно, при желании, в чём угодно. Но для этого всё же требуется улики. На основании одних следов амвы, да имени в списке гостей, нельзя взять и повесить на Странника все прегрешения прошедшего вечера. Так не получится.

Да и в самом крайнем случае, я легко могу объясниться. Да, мы с Вэнром были на приёме. Но как и все остальные, на полностью законных основаниях. Потом видели появление «пустотников» и даже вступили с ними в бой. А я прикончил их лидера. Почему потом убежал? Так нервы сдали. И вообще, под ментальный удар угодил и мозги работали не совсем так, как надо. Почему, как отошёл, сразу не сообщил в Обитель? Потому что сбивал стресс алкоголем и вообще мне было стыдно о таком говорить. Да и смысла особого не видел, угроза ведь уже устранена.

Получалось вроде бы складно. Единственное, что выпадало из общей картины — идентичность монстров с теми, что атаковали нас в Петербурге. Вот этот факт, если он вскроется, объяснить будет проблематично. Вернее, вовсе невозможно, потому что я сам не понимал, как такое может быть.

Вэнр наконец закончил свой рассказ о Смотрителях и правилах Синклита в плане безопасности. После чего повернулся ко мне и задал вопрос.

— А что там было? В тайнике том?

Я невольно усмехнулся. Ситуация с нестандартными тварями и истреблением практически всех гостей приёма настолько сильно ударила по мозгам, что я почти забыл о нашей изначальной цели. До которой, я между прочим, успешно добрался.

Вытащив из пространственного кармана обнаруженные предметы, внимательно осмотрел их. На визитной карточке был адрес и номер телефона. Судя по коду города, московский. Значит там и находилась наша новая цель.

Ключ-карта была самой обыкновенной. Да и в принципе, ни на одном из предметов, следов амвы я не зафиксировал.

Положив всё на столик, рядом с початой бутылкой вина, утвердительно кивнул форингу и тот сразу же сгрёб трофеи. Вчитался в текст на визитке и поднял на меня глаза.

— А где это? Тоже Земля?

Ханна сразу же выхватила прямоугольник картона из его рук и тоже пробежалась глазами по тексту. Задумчиво нахмурилась.

— Я знаю эту фирму. Отец с ними раньше сотрудничал. Какие-то софтовые разработки или что-то вроде того.

Айтишники. Не знаю почему, но этих парней я недолюбливал. Хотя и почти не знал — количество знакомых в этой среде ограничивалось всего несколькими фигурами. С высокой долей вероятности, среди них есть и нормальные. Не только те, что закомплексованы, страдают от отсутствия женского внимания и на любую девушку, что не убегает от них по проулку, кидаются, как изголодавшийся пёс на свежую кость.

Тряхнул головой, отгоняя в сторону воспоминания. Посмотрел на Ханну.

— Чем именно они занимались? Кто был владелец? Может помнишь какие-то детали?

Та отрицательно покачала головой и я печально вздохнул. Хотя, в целом не такая уж проблема. Всего-то надо, добраться до Москвы, найти офис этой компании и просканировать его на факт наличия амвы. А как отыщу тайник, добраться до него и вскрыть.

Ключевой момент, чтобы в этот момент откуда-то из-за угла не появилась новая тварь, которая начнёт превращать людей в «пустотников». Или нечто похуже.

Приблизившись к окну, выглянул наружу, активировав зрение Следопыта. Никого, кто выделялся бы свечением амвы, рядом с отелем не было. По крайней мере с той стороны, на которую выходило это окно.

По-хорошему, следовало наверное спуститься вниз и посидеть в холле гостиницы, проверяя всех входящих и выходящих. Но для такого я слишком устал. К тому же, в случае с герцогиней всё произошло случайно. Источник силы у неё и того, кто пытался прикончить меня в Питере, может был и один. Но вот мотивы действий у них разительно отличались.

— То есть завтра мы вернёмся на Землю? — Ханна задала вопрос с показательной небрежностью, но голос выдавал лёгкое напряжение.

Чего-то опасается? Или наоборот, хочет быстрее оказаться на Земле, чтобы найти тех, кто может быть виновен в гибели отца?

— Возможно. Сначала отдохнём и выстроим какую-то версию для Синклита. Потом навестим Обитель. Нужно уведомить, что у меня появился новый форинг. А дальше, скорее всего и правда отправимся на Землю.

О том, что в этот раз мы переместимся в какой-то относительно далёкий город, а уже оттуда доберёмся до Москвы, по дороге постаравшись исключить вероятность слежки, я говорить не стал.

Мозг устало напомнил, что вообще-то в Москве на каждом шагу камеры. А ещё новая система распознавания лиц. Нашу троицу, скорее всего зафиксируют ещё на вокзале и если у потенциального противника имеются контакты среди людей в погонах, то будут вести постоянно.

Опустившись в кресло, я какое-то время раздумывал, как можно решить эту проблему, параллельно прислушиваясь к болтовне Вэнра и Ханны, между собой. В конце концов принял мудрое решение отложить анализ на завтрашний день и допив вино, махнул этой парочке рукой.

— Всё. Спать. Завтра сражений с монстрами вроде не предполагается, но день всё равно будет тяжелый. Стоит отдохнуть, — дважды уговаривать их не пришлось. По крайней мере Ханну. Одна минута и девушка уже скрылась за дверью своей спальни.

Следом, в свою комнату уныло побрёл что-то ворчащий себе под нос Вэнр. Я тоже поднялся и оказавшись у себя, не раздеваясь рухнул на кровать, моментально вырубившись.

Глава XXIV

Утро началось с душа, чистой одежды, завтрака и большой порции крепкого кофе. Вроде бы вчера я не так уж много сражался. Всего-то побегал по коридорам, несколько раз выстрелил, да покидался гранатами. Но организм чувствовал себя так, как будто прошлый день прошёл в режиме безостановочного бега в полной выкладке. А в процессе я непрерывно сражался с «пустотниками» голыми руками, разрывая их на части.

Что интересно, Вэнр тоже выглядел измотанным. Не так сильно, как я, но форингу досталась своя порция усталости. Странно. Такое впечатление, что одно нахождение рядом с теми монстрами, забрало у нас обоих прорву сил.

Зато Ханна выглядела более чем жизнерадостно. Настолько, что это временами немного раздражало.

Перед тем, как отправиться в Синклит, я всё-таки решил узнать свежие новости. Попросил портье обеспечить доставку в номер утренних газет и скоро уже пробегал глазами новости.

Одно из изданий забрал себе Вэнр, который внезапно сдавленно охнул и как-то странно посмотрел на меня. Увидев, как я вопросительно поднял брови, на момент замялся.

— Ты пока не дошёл до главного? — вопрос заставил меня слегка нахмуриться. Прямо сейчас я изучал статью полицейского управления, в котором описывались разрушения и потери среди личного состава во время героической ликвидации прорыва «пустоты».

— Смотря, что ты имеешь в виду под главным. О чём там? — кивнул я на газету, который ошарашенный форинг так и держал в руках.

Парень бросил взгляд на текст и вздохнул. Снова поднял глаза на меня.

— Ну… Тут о герцогине Райвел. Её короткое интервью. О том, как она скорбит по поводу смерти своего мужа и пара слов о том, что будет дальше с их родом.

Пару секунд я молчал, осмысливая его слова. Потом протянул руку, сразу же получив газету. И спустя несколько секунд убедился в правоте форинга.

Она не могла выжить. Вернее, в теории, конечно могла. Но даже если предположить, что вторая граната её не прикончила, а просто на время вырубила, то полиция и военные должны были найти аристократку в образе чешуйчатой «пустотницы», которая валялась бы около ограды дворца. А никак не в виде обычной женщины, что способна давать интервью.

Да и я прекрасно видел, какие повреждения нанесли телу взрывы. Остаться в живых, когда у тебя нет половины головы, достаточно проблематично. Не говоря уже об остальных ранениях.

Вернув одну газету Вэнру, пролистал ту, что изначально взял сам и тоже наткнулся на материал о герцогине. Краткое описание событий от её лица.

Аристократка рассказывала, что на момент прорыва «пустоты» находилась в своих личных покоях, куда пошла переодеться, потому что испачкала платье. Услышав выстрелы, якобы сбежала и спряталась в одной из ванных комнат дворца, где и оставалась до приезда полиции. Ничего не видела и толком даже не слышала, а потому и рассказать не может.

Первое, что приходило на ум — вчера орудовала вовсе не герцогиня Райвел. Но это опровергалось тем, что я видел в зале первого этажа. Она была в ярости и вымещала свою злость на муже и его сопровождающих. А ещё я сам слышал, как она трахалась с неизвестным. Собственно, вся картина складывалась практически идеально. Её нашли и застрелили любовника, который пытался выкрутиться, предложив герцогу дуэль. А потом аристократка вспылила и то ли активировала артефакт, то ли каким-то ещё образом преобразовала своё тело.

Я практически на сто процентов был уверен, что вчера «пустотников» в бой отправляла настоящая Райвел.

Раз так, то оставался ещё один очевидный вариант — женщина, которая давала комментарии обоим изданиям, на самом деле герцогиней не являлась.

Звучало логично. Вот только, аристократку многие должны были знать в лицо. Безусловно, сейчас большинство прислуги дворца мертво, да и солидное количество знати вчера тоже полегло. Но в столице всё равно должны быть сотни людей, которые лично с ней знакомы.

Изменение внешности? При помощи амвы? Если так, то это раскусит первый же Странник, который её увидит. А рано или поздно такое произойдёт. Сложно вращаться в высшем общества Басфы и не пересекаться с членами Синклита.

Вот теперь я жалел, что не отправился вчера в Обитель и не выложил всё Смотрителям. Да, ко мне наверняка были бы вопросы. Но зато у них имелся отличный формальный поводу увидеться с герцогиней. И что самое главное — их пропустили бы. Вернее, они и спрашивать, скорее всего не стали. Просто взяли и отправились бы к ней в дворец.

Стоп. Я вообще тоже так могу? Как минимум, технически — прошлым вечером я неплохо рассмотрел все помещения дворца и думаю, у меня выйдет переместиться в любое из них. Разве что артефакторная защита окажется способна меня остановить.

Хм. А почему она кстати, не сработала против вчерашних «пустотников»? В стенах дворца были сотни наполненных амвой артефактов. Они же имелись и в коридорах, а кое-где даже внутри комнат. По идее, любой монстр, который бы появился за территорией ограды, немедленно был бы уничтожен. Не говоря о тех, что рискнули бы орудовать внутри дворца.

Но при этом, отряды «пустотников» чувствовали себя просто прекрасно. А артефакты пребывали всё в том же состоянии.

Получается, что кто-то нашёл способ создавать монстров из людей в любой произвольной точке мира? Плюс, у него имелись рычаги контроля, а получившиеся таким образом «пустотники» были неуязвимы для артефактов защиты. Вернее, попросту их не чувствовали.

На момент я представил, что произойдёт, если такая «змея» появится внутри Обители и невольно передёрнул плечами. Не факт, конечно, что её обращающий рёв подействует на высокоранговых Странников — с высокой долей вероятности, те её прикончат. Но если сделать ещё одно предположение — например о том, что в крепости будет нечто намного более сильное, но использующее то же самое способ воздействия, то картина менялась.

Снова взяв в руки газету, пролистал её ещё раз, изучая все статьи, которые были связаны со вчерашним происшествием во дворце Райвел. Потом проштудировал остальные издания. И обнаружил интересный факт — ни в одном из них не говорилось, что «пустотники» свободно действовали на территории дворца.

Впрочем, там уже должны были работать Смотрители. А эти парни наверняка заметят артефакты по-прежнему наполненные амвой, что неминуемо вызовет массу вопросов.

— Ты уверен, что убил её вчера? — голос Ханны оторвал меня от размышлений, заставив переключить внимание на девушку.

— Практически на сто процентов. Первая граната разнесла в клочья ноги, а вторая лишила её половины черепа, — я озвучил свои воспоминания, а брюнетка сразу же прищурилась.

— Так может она восстановилась? Может ведь такое быть? — вопросительно глянула она сначала на меня, а потом и на Вэнра.

Форинг неуверенно пожал плечами, тоже поворачиваясь ко мне. Я же досадливо поморщился.

— Такое можно допустить. Но выбираясь оттуда, я разминулся с целой группой военных. Они должны были выйти как раз к месту схватки. И были совсем рядом. То есть ей было нужно не просто пройти через регенерацию, но ещё вернуть свой человеческий облик и добраться назад до дворца. Провернув всё, буквально за минуту или около того.

Мои спутники обменялись взглядами и Ханна мрачно кивнула.

— Если бы она умела такое, то не стала бы сдаваться. Разнесла бы весь город, к херам, в клочья. Отрастить ноги и голову за минуту, это вам не шутки.

Какое-то время я раздумывал. А потом решительно поднялся на ноги.

— Прогуляемся. Дойдём до дворца, постоим рядом, глянем на всё своими глазами. Может получится что-то выяснить.

На самом деле, у меня был большой соблазн отправиться внутрь при помощи своих способностей Странника. Скажем, переместиться прямо сейчас на Землю, а оттуда рвануть обратно на Ардон, только в качестве точки прибытия выбрать дворец Райвел.

Останавливали опасения по поводу артефакторной системы. Против вчерашних «пустотников» она может и не сработала, но вполне может защищать от несанкционированного проникновения Странников. Для обычных людей, подобное наверняка прозвучало бы бредом, но на месте любого из местных аристократов, я бы постарался обезопасить себя от членов Синклита.

Хотя, судя по расположению тайника прадеда, артефакты Райвелу не сильно-то помогли. Что тогда, что сейчас.

— А если там Смотрители рядом? — я повернулся к Вэнру и тот с лёгким смущением взмахнул рукой, — У нас же новая форинга, о которой никто никуда не сообщил.

Формально он скорее всего был прав. Но возвращаться в Обитель сейчас было бы откровенной глупостью. Пока есть возможность, стоит хотя бы краем глаза оценить ситуацию лично. От того, что Синклит узнает про Ханну не прямо сейчас, а через несколько часов или к вечеру, ничего критичного не произойдёт.

— Ты переоцениваешь нашу популярность в Обители. Даже если и столкнёмся со Смотрителями, то они вряд-ли окажутся в курсе, сколько у меня форингов.

Не сказать, что ответ его полностью успокоил, но вроде дёргаться он перестал. А через минуту мы уже покидали гостиницу.

Опасения по поводу того, что нас заметят, рассеялись почти сразу, как мы оказались рядом с дворцом. Сейчас тут было настоящее столпотворение. Такое впечатление, как будто каждый третий житель столицы пришёл поглазеть на роскошное здание, в котором вчера произошла кровавая бойня.

Не знаю, что их больше привлекало — тот факт, что среди погибших в основном были представители высших классов и над этим можно было позлорадствовать или близость той самой «пустоты», о которой все они слышали, но мало кто наблюдал последствия её прорывов вблизи.

В любом случае, людей было столько, что мы без проблем среди них затерялись. А когда протолкались почти к самому полицейскому оцеплению, которое не пускало зевак дальше по улице, я активировал зрение Следопыта.

И сразу почувствовал, как нехорошо засосало под ложечкой. Артефакторная система не была полна. Даже отсюда я должен был сейчас видеть яркие огоньки сгустков амвы, светящиеся в стенах. А вместо этого не наблюдал ровным счётом ничего.

Всё это попросту не укладывалось в голове. Под каким углом не посмотри на ситуацию. Фальшивая герцогиня, разряженные артефакты и полная безалаберность Синклита, который всё это не замечает. Хотя Смотрители по идее должны разобраться в ситуации. Как минимум, кто-то из них был обязан допросить саму Райвел. Если её внешность скорректирована при помощи амвы, он бы это наверняка заметил.

А если настоящая? Откуда я знаю, на что ещё способен человек, который придумал способ превращать людей в монстров? Вдруг её сознание просто…

Просто что? Перелетело в новое тело, полностью идентичное старому и уже готовое к использованию? Нереально. Имейся у кого-то такая технология, никакой борьбы за мировое господство не потребовалось бы. Знай себе, сиди на месте, предлагай людям бессмертие, бери с них деньги, да наслаждайся жизнью. А если так хочешь власти, то гарантируй бессмертие всей элите и они сразу же сковырнут старого правителя с престола, посадив туда тебя. А может он и сам уйдёт, если пообещать тёплое место около кормушки.

Какие ещё варианты? Регенерация тоже звучит не слишком реалистично, но при определённых условиях, в это можно было поверить.

Захват другого тела с последующим изменением? Слишком похоже на первый вариант. И опять же — с такими опциями, можно было бы быстро заменить правящую элиту любого мира на полностью подконтрольных тебе людей.

Голова уже начинала плавиться от обилия вариантов, так что я кивнул форингам и принялся проталкиваться к дальнему краю толпы.

Видимо придётся вызывать сюда Рэхтона. Как говорится одна голова хорошо, а две лучше. Конечно, если обе на плечах, а не отрублены. Ну а внутри есть мозги.

Хотя, сейчас нас тоже трое. Но у спутников, судя по всему, никаких вариантов по поводу неожиданного воскрешения герцогини не появилось.

Когда мы наконец выбрались из толпы, рядом объявился низенький мальчуган, который левой рукой придерживал охапку газет, а в правой сжимал всего одну, активно размахивая ей в воздухе.

— Последние новости! Самые свежие новости Басфы! Герцогиня Райвел покинула столицу! Свои пятьдесят дней траура она пробудет на побережье! Выживший дворецкий опровергает все слухи по поводу любовника! Но есть кое-что ещё! Вся правда о семейной жизни герцогов Райвел!

Интересно, сколько времени у них тут живут репортёры, которые работают над такими материалами? Даже на Земле, где уровень защиты журналистов в среднем куда выше, опасно браться за темы, что связаны с власть имущими. При хорошем раскладе на тебя могут подать в суд и придётся бодаться, выкладывая доказательства и рискуя раскрытием источников. Ну а если не повезло и ты живёшь там, где законы стоят не больше, чем чернила, которыми их написали, то могут просто прикончить, без всяких заморочек с судопроизводством.

Впрочем, моё внимание малец привлёк. Да и не только моё — около него моментально образовалась отдельная небольшая толпа, так что пришлось поработать локтями, чтобы заполучить экземпляр газеты.

Добравшись до ближайшего заведения, мы уселись на веранде. Вэнр принялся заказывать кофе и десерты, а я погрузился в изучение статьи.

Райвел действительно покинула столицу. Отказавшись встречаться с родственниками и кем-либо ещё. Единственный, кто её видел — следователь полиции. Плюс, один из Смотрителей Синклита. В газете его назвали просто «Странником», но это точно был один из тех, кто уполномочен вести следствие.

Ни первый, ни второй, судя по всему никаких сомнений в подлинности аристократки не выказали. Хотя всё её поведение говорило как раз о том, что герцогиня фальшивка. Иначе, зачем ей с такой скоростью покидать Басфу и на полсотни дней запираться в поместье около моря.

Слова дворецкого в материале тоже приводились — старый слуга, не скупясь на похвалы рассказывал о крепком браке четы Райвел и прекрасных отношениях между супругами. Ну да, я вчера наблюдал эти «прекрасные отношения». Такое только лютому врагу и желать.

Впрочем, была и иная точка зрения — анонимное интервью подруги одной из служанок герцогини, которая опираясь на рассказы своей знакомой, красочно описывала «жаркие ночи, что Райвел проводила с любовником». В этой части статьи детализация порой была даже чрезмерной.

Выводов издание не делало никаких. Оно и понятно — зачем предлагать кому-то готовый вариант, когда в вечернем выпуске можно сделать ещё один острый материал и заработать ещё денег.

Я протянул газету Вэнру, который сразу же впился взглядом в текст. Сидящая напротив Ханна покосилась в его сторону и потом глянула на меня.

— Двинем за ней к морю? — вопрос звучал так, как будто это дело пяти секунд. Щёлкнул пальцами и ты уже около особняка герцогини на морском побережье.

Хотя, может с точки зрения девушки, так оно и есть. Мы коротко объяснили ей, как работает принцип перемещения между мирами, но далеко не факт, что она всё запомнила и поняла правильно.

— Идея соблазнительная, но думаю для начала мы всё же выберемся в Обитель. Послушаем, что там говорят, представим тебя руководству и потом уже станем раздумывать.

А ещё, прежде чем предпринимать какие-то необдуманные шаги, я хотел побеседовать с Рэхтоном. И если дело всё же перейдёт в практическую плоскость, отправиться к аристократке вместе с ним и его форингами.

Неудачно взяв чашку, пролил немного кофе. К счастью, в основном на стопку салфеток, что лежали поверх столешницы. Скатерть не пострадала.

— Раз она так быстро свалила из города, то наверняка фальшивка. Только не понимаю, почему этого никто не заметил, — брюнетка задумчиво цокнула языком, а я кивнул.

На самом деле, у меня был вариант, который мог бы всё это объяснить. Синклиту либо кому-то из самой верхушки Ардона для чего требовалась фигура живой герцогини Райвел. Например, если её подпись скрепляла какие-то важные договорённости.

Хотя, даже если какие-то документы и существовали, под ними всегда можно обеспечить и подпись наследника. Разве что он не сильно дружит с головой или критично настроен по отношению к этим бумагам.

Более слабая версия — у властей не было тела, которое они могли бы представить публике. Герцог то имелся, пусть и в изрядно помятом виде. А вот герцогини не было. Не «пустотника» же с чешуей закапывать. Но это не выдерживало совсем никакой критики — при желании можно было взять любое женское тело и организовать похороны. Всё, что требовалось — «подправить» черты лица, так чтобы их невозможно было распознать. А тут даже стараться не надо — вчера было столько трупов, что можно было позаимствовать любой.

Вэнр отложил в сторону газету и протяжно вздохнув, потянулся за пирожным. Я сделал ещё один глоток кофе. А когда вернул чашку на место, зацепился взглядом за салфетку. Только что там было неровное и большое пятно от пролитого напитка. Теперь же отчетливо проступали буквы, которые складывались в надпись.

«Никому не верь. Будь осторожен. Найди артефакты. Спаси меня.»

Content

Странник. Интеграция

Глава I

Глава II

Глава III

Глава IV

Глава V

Глава VI

Глава VII

Глава VIII

Глава IX

Глава X

Глава XI

Глава XII

Глава XIII

Глава XIV

Глава XV

Глава XVI

Глава XVII

Глава XVIII

Глава XIX

Глава XX

Глава XXI

Глава XXII

Глава XXIII

Глава XXIV