Михай Лерман

Одиозный мотив

Мне никогда не нравились бессмысленные поездки, как, впрочем, и эта. Мой приятель Женя переживал в последние два месяца из-за пропажи своего брата Димы, исчезновение которого вряд ли удивило бы кого-то из знакомых этой семьи. Мало кто горевал по человеку, чей смысл жизни переплетался с интригами и ханжеством. Даже несмотря на то, что Женя ненавидел своего брата, но всё-таки оказался на пороге моего дома. Несчастный взгляд, что взывал о помощи я не смог проигнорировать. Дмитрий был популярным видеоблогером, вел свою передачу на канале о сверхъестественных явлениях и прочих мистических бреднях. Сам же он был человеком не глупым и понимал, что вся та ложь, что публикуется на его канале конвертируется в прибыль. Женя же помнил, что я оказал ему похожую услугу во времена нашей учебы в университете. Теперь же он пришёл ко мне с Юлей — девушкой Дмитрия, попросил отправиться на его поиски.

— С чего вы решили, что он там? — спросил я, накидывая на себя пальто.

— Ну… Вам это может показаться странным, — неуверенно начала Юля.

— Просто Лёня, никаких «Вы», — поправил ёё.

— Хорошо, Лёня. Я буквально вчера нашла его пропавший блокнот. Там ничего необычного, какие-то идеи для съемок, примечания, всё по мелочи. Только вот на последней странице было название какой-то деревни «Летишье».

— Летишье? Впервые слышу. А в полицию принести улику почему не захотели?

— Послушай, Лёнь, уже месяц прошёл, — вступил в разговор Женя. — Они уже думают, что нет смысла искать его. Сам понимаешь, что у них и так куча висяков.

— Ну да, — согласился я. — Ну, поехали. Только ни на что не рассчитывайте.

Работал я удаленно на одном новостном портале, на жизнь хватало и появилась возможность взять несколько отгулов. К тому же, Женя меня очень просил подсобить ему, а отказываться не хотелось. Эта поездка не должна была помешать моему графику. По дороге в голове всплыла мысль написать об этом статью, в случае если все-таки отыщем пропавшего. Да только на душе стало как-то мерзко. Лицемерно было бы обвинять других в меркантильности, а позже поступить точно также.

Электричка неслась вперед, оставляя за собой путевые знаки и полосы деревьев. Сквозь шум поезда, бывало, прорывались громкие голоса спорящих мужиков, отвлекших меня от своих мыслей. Как показалось, половина мест были свободны, но считать не было никакого желания и смысла. А посему наушники помогли абстрагироваться от окружения и погрузиться в свои мысли. Едва ли я начал засыпать, как почувствовал толчок в ноге.

— Лёнь! — раздался голос Жени. — Нам выходить на следующей.

— Я понял.

Лишь только кивнул ему и убрал наушники в куртку. Мы втроём сошли с электрички на остановку, что давно потеряла свой первоначальный вид. Разум принялся строить картину, где на ограде облезает краска, ржавеет металл, возникают всё новые трещины на асфальте. Когда уже спустились к остановке, Юля заговорила:

— Сейчас нам на седьмую маршрутку. Правда, не знаю где нужно будет остановиться. Ай, ладно. У водителя спросим. А вы вдвоём всю дорогу молчать будете?

— Ты меня попросила поехать с тобой, я согласился. Так ещё и сыщика-любителя попросил помочь. Мне ещё нужно тебя развлекать?!

— Да что с тобой такое?! Женя, твой брат исчез!

Юля славная девушка, никогда не понимал, что она нашла в его брате. И судя по поведению Евгения, он также задавался этим вопросом. Быть может под вуалью тщеславия и жадности скрывался приятный человек. С другой стороны, для неё он был источником стабильной жизни, только нужно закрыть глаза на какие-то особенности профессии и характера.

— Да хрен знает, что мы ищем. Месяц прошёл! Сама подумай.

Юля только фыркнула и обиженно отвернулась.

— Сыщик-любитель значит?! — улыбнувшись, взглянул на Женю.

Он улыбнулся мне в ответ, но глаза всё также оставались растерянными, взывая о надежде, что мы на верном пути. Подвернётся зацепка, которая приведёт нас если не к пропавшему, то хотя бы к разгадке его исчезновения.

— Прости его, — спокойно вмешался я, подойдя к Юле. — Понимаю, вы оба на нервах. Не представляю какого вам обоим. Женя боится, что наша поездка может оказаться бессмысленной.

— Лёня, я тоже этого боюсь. Но сердцем чувствую, что он направился туда.

— Ну раз сердцем, — усмехнулся этим словам и облокотился о столб фонаря.

Маршрутка подъехала спустя пять минут. В салоне никого не было. Мы уселись на передние места. Водитель седой мужчина в возрасте, с заметным шрамом над бровью принял деньги.

— Куда вам?

— Нам в посёлок Летишье, — отозвался я.

— Ну надо же! И что всех так тянет в эту дыру?!

— Кто-то ещё интересовался?

— Да кучка каких-то экологов интересовались как добраться. На картах ваших же не значится.

— Ну и как же?

В этот посёлок дороги нет. Я высажу вас на остановке около деревни Тихая Поляна. А через неё направитесь через лес на север, так и доберетесь. Только…

— Только что? — переспросил его.

— Только эта «Тихая Поляна» паршивое место. Сосед мой купил у местной пару кур, так чуть в больничку не слёг от отравления. Больные какие-то. А в прошлом году говорят, что течение реки приволокло к нам в Ахтиноку десятки мертвых рыб. Не знаю, какой химозой они обрабатывают свои земли, но за это должны взяться органы.

— Вот оно как. Ну, спасибо большое, что помогли.

— Слушай, парень. А чего вы в Летишье забыли-то? В деревне той уже давно никто не живет. Заброшенная она.

— Если бы я знал…

Повернув голову, передо мной возникла картина, как девушка пустым взглядом сверлит лесные просторы и указательный палец рисует непонятные узоры на стекле окна. И так было понятно, что каждый по-своему переживает, вот и она уходит в саму себя. И даже знать не хочется какие сценарии возникают в её мыслях. Как по мне, пусть уж морально готовится к худшему. Нечего ей лелеять призрачную надежду. Женя видать уловил мой взгляд и взял девушку за руку, надеясь отогнать от нее дурные мысли.

— Юль, всё будет хорошо, — прошептал он, дабы водитель не услышал.

Она согласно кивнула ему, но по тусклой улыбке на её лице становилось ясно, что сама в это не верит. Уже выходя на пустой остановке, наш путь лежал к деревне Тихая Поляна. Пасмурная погода и так не была к нам благосклонна, так где-то вдалеке послышались раскаты гром. Я расстроился, что не взял с собой зонт, хотя, с утра ничего не предвещало о смене погоды. По приближению к домам моя нервозность только возрастала. Может кого-то сельская местность и природа успокаивала, но от подобного образа жизни и пребывания в отдалённых от крупных городов посёлках становилось неуютно. Представить только здешнюю тишину с наступлением ночи. Ни соседей пьяных сверху, что уж говорить про рёв автомобилей с автострады. Спокойный сон без этой хаотической симфонии мне больше не представляется возможным. И вот гляжу я на здешние «красоты» и тоской удручаюсь. Обычные дома советского типа, с облезлой краской. У кого покосился забор, в доме напротив окна с разбитыми стёклами, хотя на вид там ещё кто-то живет. Вымирающая потихоньку деревенька, нищета и ничего особенного. С грохотом распахнулась дверь одной из хат, откуда вышел коренастый старик. Он подошёл к нам, но не выходил за территорию своего участка. Видать сразу заприметил в окне.

— Эй! Ребятишки, чего забыли у нас?

Женя сразу двинулся в его сторону, скорее всего хотел начать беседу, но я дернул друга за руку и перехватил инициативу на себя.

— Добрый день. Приехали проходить практику от университета. Экологическая экспертиза района. Нужно взять пробы почвы и воды.

— Лёня, что ты несёшь?! — возмутилась Юля. — Не слушайте его. Мы ищем одного человека. Звать Дмитрием. Он мог быть здесь месяц назад или может проходил мимо.

Юля показывала старику экран своего смартфона, на котором похоже было изображение пропавшего. Старик видимо не желал рассматривать фото, а только неоднозначно посмотрел в мою сторону. Девушка не сдавалась и упорно держала смартфон перед носом незнакомца, пока тот не решился взглянуть на экран, после чего отрицательно помотал головой и отвел:

— Не припоминаю такого.

— Вы уверены?

— Я бы запомнил. Можете ещё поспрашивать других, да только сюда никто не заглядывает.

Мы решили направиться дальше, но внезапно старик меня окликнул.

— Знаешь, что, Леня. Не советую тебе впредь людей обманывать. Ничего хорошего от этого не жди.

Едва ли прошли несколько домов, как женская рука схватила мой рукав. Злобный взгляд прожигал меня насквозь.

— Нет, объясни мне, какого хера ты устраиваешь? Мы здесь ищем, Диму! А ты… ты… У меня даже слов нет. Женя, зачем ты его с собой взял?!

— Мне не нравится это место. Нутром чувствую, что этот тип что-то скрывает. А ты, идиотка, этого не видишь!

Мы долго с ней спорили, бурно жестикулируя и огрызаясь друг на друга. Казалось, ещё немного и у неё пойдет пена изо рта. Она не желала слушать, видимо была на эмоциях. Я сам негодовал и потому совсем забыл о Жене. Почувствовав отсутствие в этой конфронтации, взгляд принялся искать друга. Он стоял вдалеке у какого-то колодца. Продолжать спор не было желания. Оставив недовольную Юлю позади себя, отправился к Жене.

— Что ты делаешь?

— Да, вот жажда замучила, — ответил он, попивая набранную воду из металлической кружки. — Нашли время ругаться.

— Ты бы не пил это. Ох… Да не важно! Вы слишком легкомысленно относитесь ко всему. Не будем тратить время на этих людей — они нам всё равно ничего не скажут. Идем сразу в Летишье.

Я шёл впереди, ребята же отставали метров на двести. Требовалось всё обдумать и охладить голову. Чем дальше мы отходили от дороги, тем четче доносился вороний грай, а глядя на встречающиеся порой искривлённые стволы мертвых деревьев, и нам сразу же подумалось об одном и том же.

— Теперь понятно почему он выбрал это место, — громко озвучил Женя мои мысли. — Идеально подошло бы для контента.

— Тебе это место кажется загадочным? — раздался вопрос Юли.

— Нет, но атмосферу создает. Останется только на монтаже пририсовать какие-нибудь силуэты, наложить жуткие звуки подписчики будут в восторге.

— Какого же ты низкого о Диме мнения.

— Он такой, какой есть — лицемер, жаждущий популярности и денег, ради достижения своей цели прибегнет к любому обману. Лишь только создает другим проблемы, но не разрешает их.

— Если уж ты так ненавидишь своего брата, почему участвуешь в его поисках?

— Ты дура?! Он же всё равно мой брат. А ещё, потому что я — не такой как он.

— Надо же, какой благородный!

Женя поспешил вперед, ускоряя шаг. Уверен, что он сам понял, что вспылил и перешёл на оскорбления, также, как и я. Ничего, когда голова остынет ему придется извиниться. Не хотелось чувствовать себя уродом и дальше, а потому затормозил и поравнялся с девушкой.

— Юль, прости, что сорвался на тебя тогда.

— Да ладно, чего уж там. Ты извини. Сама вскипела как чайник.

Она шла, сложив руки на груди, а губы всё ещё были надуты.

— Но мне правда интересно почему Женя решил позвать именно тебя?

— Ах, это… Всё из-за инцидента в студгородке, когда мы вместе учились в университете.

— Стой! Я кажется вспомнила. Это ты тот самый выживший?

— Именно, — подтверждая её слова, покачал головой. — С тех самых пор он называет меня детективом, хотя это не так.

— А как бы ты себя назвал? — по её улыбке на лице стало понятно, что она сменила гнев на милость.

— Пожалуй, любопытным нахалом.

Она мило хихикнула. Под ногами хрустели ветки на нескончаемой тропинке. Уже казалось, что лесу не будет конца и края. Появлялось неприятное чувство, словно мы не одни в этом месте. Что если чей-то взор следит за каждым нашим шагом, несущий лишь враждебные намерения. Нервно осматриваясь по сторонам, ничего такого не приметил. Лес как лес, а всё остальное игра воображения. Даже издал фыркающий звук потешаясь над собой. Сам себя же напугал, дуралей. Но Юля обратила внимание на совсем другое, на нечто важное упущенное мной: женя в этот момент как-то странно косил вбок, держась при этом за живот. Мы вместе подбежали к нему подхватывая за руки.

— Что такое, Жень? — встревожено вопрошала Юля. — Тебе плохо?

— Да, голова закружилась и живот резко прихватило.

— Я же говорил тебе не пить эту дрянь, — сердито буркнул я. — Идём обратно. Тебе срочно нужно в больницу.

— Да не кипишуй, Лёнь. У меня такое каждый день. Нам всего-то ничего осталось дойти. Быстро осмотримся и сразу же назад. Ну, пожалуйста!

— Мы в миг всё осмотрим и в больничку, — присоединилась к нему Юля.

— Ах, да чёрт с вами. Пошли!

Я знал же, что он врёт, но, если упрётся во что-то, так хрен переубедишь. Не легко с ним приходилось в университете. Вот и с тех самых пор ничегошеньки не изменилось.

***

Мы покинули чащу леса и тропа вывела к заброшенной деревушке «Летишье». Все дома давным-давно истлели и сгнили. Сразу в голове всплыла картина о неукротимом пожаре, как жители покинули свой родной край и больше не возвращались. Остались лишь отголоски прошлого. От таких размышлений стало тоскливо и пусто на душе. Ведь каждый город-призрак лишился жизненной силы, своей души, своих жителей. Остались только отголоски прошлого, брошенных предметов интерьера и личных вещей. Даже думать не хотелось, что будет чувствовать человек, глядя на вымерший родной городок. Эти угрюмые фантазии растворились во всплывающем любопытстве, хотелось бы даже сказать изумлении, когда в конце деревеньки показался уцелевший дом. Да, его состояние было далеким от невредимого, но в отличие от остальных языки пламени этих стен не коснулись. Всё вокруг казалось чужим, побеги, цвет почв, даже запахи. Чем больше пытался вспомнить здешние растения, тем больше убеждался в их уникальности. Форма стебля, спиралевидные лепестки, пухлый закрытый бутон. Но волнение по поводу их особенности отбросил в сторону, списав все на собственную безграмотность в ботаники.

На самом краю деревни мелькнуло какое-то свечение. На том месте стоял двухэтажный деревянный дом. Вроде бы его и не было раньше или же сразу не обратил внимания. Опасения только нарастали. Забытое давным-давно чувство чего-то инородного, как тогда в общежитии № 3. Но любопытство взяло вверх надо мной, и мы направились прямиком к этому особняку. Дом был старым и неухоженным, но в отличие от остальных его огонь не коснулся, но вполне себе целёхоньким. Женя выглядел совсем плохо. Он сказал, что передохнёт несколько минут на крыльце и нас догонит. Сам не понимаю почему я его там оставил и как вообще повёлся на его уговоры, но на разведку пошли только мы с Юлей. Деревянные половицы скрипели под ногами. Окна не пропускали свет из-за заколоченных досок. Чтобы не бродить в полумраке, я достал фонарик. Повсюду сломанная мебель, разбитая посуда. На стене висел обшарпанный портрет какого-то мужчины. Мы поднялись наверх. В одной из спален наконец-то наткнулись на что-то стоящее. На полу валялся штатив с камерой, но она была разряжена.

— Лёнь, если здесь камера, значит Дима и правда мог быть здесь!

— Не торопи события. Нужно убедиться.

Пока подключал нашу находку к пауэрбэнку, ещё больше переставала нравится эта ситуация. Никто бы в здравом уме не оставил здесь такую дорогую технику. По телу пробежали мурашки. Я знал прекрасно это ощущение — что за нами кто-то наблюдает. И на каком-то интуитивном уровне понимал, что нам явно этот или эти некто угрожают.

— Юль, я включил. Садись.

Мы уселись на кровать и запустил последний записанный файл.

На экране появился Дима вместе c незнакомцем средних лет.

— Хочу представить вам Валентина Серпухина. Он известный историк-этнограф и сейчас расскажет нам о поселении «Летишье».

— Спасибо, Дима. В первую очередь хотелось бы отметить, что… Погодите. Вы слышали какой-то скрип и грохот внизу?

— Правда? Я ничего не заметил. Сань, проверь. Может с генератором что-то. Продолжайте, Валентин Иванович. Мы это вырежем.

— Так вот. Хотелось бы отметить, что о живущем здесь народе было известно крайне мало. Из дневников советского историка Григория Угольного можно узнать, что жители Летишья почитали женщину по имени Рогнеда. Однако, это были только слухи из соседних деревень. Даже на тот момент деревенька оставалась заброшенной. Григорий Угольный под конец своей жизни сам распространял сомнительные сведенья о культах, жертвоприношениях и приведениях из этих мест. Он встретил конец своей жизни в лечебнице для душевнобольных.

— Довольно жутко, — в своей блогерской манере скривил лицо Дмитрий.

На записи позади Димы стоял комод со знакомым резным рисунком. Я поставил на паузу, чтобы приглядеться. Юля была взволнована.

— Лёня! Он был здесь. Мы оказались правы! Но куда он…

— Тише! — гаркнул на неё. — Нам нужно срочно уходить!

Я посветил фонариком в сторону этого комода и всё подтвердилось. Проклятый символ, что уже видел прежде. Это был он. Как я позже выяснил, это руна «Чернобога». Изображено Дерево с корнями в виде трех линий. И вот теперь снова он всплывает в моей жизни.

— Мы никуда не уйдем, пока не узнаем, что с Димой!

— Проклятье! Ты не представляешь куда мы влезли. Это очень херовое место. Я тебе всё расскажу, только давай отсюда сматываться.

Но она меня больше не слушала. Уставилась в экран камеры и продолжила смотреть запись.

— Сань, что там у тебя? — раздался голос Димы. — Чего молчишь?

— Что здесь происходит?! — кто-то завопил из видео.

Дальше ничего нельзя было разобрать из-за криков. Я же принципиально не хотел сейчас это смотреть. Всё читалось по лицу Юли. Наполненные ужасом и непониманием глаза заблестели от слез. На душе стало так невыносимо и гадко.

— Что там, Юль? — не сдерживая своё любопытство спросил я.

— Ничего не вижу. Чёрт! Камера упала. Я ничего не вижу.

— Бери её с собой и уезжаем. Жене сейчас внизу паршиво.

Не успел даже договорить, как на первом этаже послышался скрип. На ум сразу пришёл Женька, которому надоело торчать снаружи и решил проведать нас. Только он сразу бы отозвался. В сию же секунду попытался набрать его номер в смартфоне. Где-то снаружи дома послышал звук звонка, но Женя не отвечал.

— Лёня, что происходит? — совсем ничего не соображая спросила Юля.

— Заткнись! Я, кажется, что-то слышу внизу.

Едва ли она вновь открыла рот, как мне пришлось зажать его рукой. Как мне показалось, одна из ступенек дала о себе знать.

— Кто-то поднимается и это не Женя, — прошептал я, но не убирал руку с её лица.

Мотив. Звучал одиозный мотив в исполнении женского хриплого голоса. Он напоминал колыбельную, но слова её были незнакомы.

БАЙ, ДА ПОБАЙ, ТЫ ЖИВИ, НЕ УМИРАЙ,

ОТЦА МАТЬ НЕ ПОКИДАЙ, БАЮ-БАЙ!

ЕСЛИ МАМУШКУ ПОКИНЕШЬ,

ГОЛОВА ТВОЯ ПОГИБНЕТ,

БАЮ-БАЙ!

Тревога нарастала с приближением дурного песнопения. Оно распространялось эхом по всему обветшалому дому, хотя ощущалось, что звучит только в моей голове. Некто уже поднимался на второй этаж. Лишь одна мысль об этом накладывала оцепенение. Возможно, что со стороны я выглядел человеком, что впал в приступ кататонии. Ещё один шаг исполнителя отвратной колыбельной. Второй. Ноги отказывались двигаться. Непослушный разум был порабощен. Нет! Осквернён чем-то неправильным и противоестественным.

— Нет! — вскрикнула Юля.

С трудом заставив себя повернуться в сторону девушки, все стало ясно с первого взгляда. На неё песнь подействовала совсем иначе, напрочь лишив рассудка бедняжку. В выпученных глазах читалось безумие и поглощённость от кошмарного ощущения страха. Руки её схватились за голову в попытке ногтями ободрать кожу и добраться до сводящей с ума колыбели. Слова застряли в моем горле комом, не представляя как помочь девушке. Послышался очередной шаг, что стал роковым для неё. Юля вымученно улыбнулась и рванула к двери, мимолетно толкнув меня своим плечом.

— Дима, это ты? Я иду! Лёня, ты слышишь? Это же Дима.

Невозможно было описать степень моего замешательства. Но когда Юля покинула комнату, из коридора раздался её пронзительный крик, словно он переходил в неистовую истерию, наполненную болью и ужасом. Звуки в коридоре тут же стихли. Было и так ясно, что жизнь несчастной девушки оборвалась в этом богом забытом месте. Но её толчок плечом помог мне выйти из ступора. Не желая дожидаться гостя, я спрятался в старом комоде. Забраться в него тихо и без скрипов заржавевших петель было невозможно, но оставалось уповать на лучшее. Дверь распахнулась, недоброжелательная хозяйка дома вошла вовнутрь. Она продолжала напевать своим осиплым голосом зловещую мелодию. Из щели покосившейся дверцы можно было только разглядеть одеяние этой фигуры, увы лицо не удалось рассмотреть. Женщина носила грязную и рванную понёву, с плеч свисали локоны пепельных волос. Даже через прощелину пробивался отвратный запах напоминающую герань и ещё каких-то трав. Она остановилась в центре комнаты и продолжила петь.

УТКОКОНЬ НЕСЕ ЧЕЛНОК

В ЯВИ ВЫШЕЛ ДИДУ СРОК

ТАПЕРЬ В НАВЕ ОН ПЛЫВЕТ

МАЛОЙ СМЕРТИЮ УМРЁТ

СМЕРТЬ ТУ СЫНКО ПЕРЕЙМИ

СМЕЖИ ГЛАЗОНЬКИ СОМКНИ

Остатки разума стали покидать, уступая место в голове словам песни. Я зажмурился в этот момент не в силах осознавать происходящее. Быть может этот голос или мелодия зловредно действовало на мой рассудок, но перспектива закрыть уши казалась ещё более пугающей. В сей момент только и смог, что зажать рукой нос и рот, чтобы не выдать свое местоположение дыханием. Сердце билось столь неистово, заглушая голос старухи. Ноги стали предательски подкашиваться и дрожать. Очевидно, что долго в таком положении скрываться не смогу. Когда нервы сдадут, желание выскочить из укрытия станет роковой ошибкой, если леденящая кровь бабка не играется со мной, уже заранее зная где я нахожусь. Но песня стало отдаляться вместе с её шагами. Скрип открывающейся двери соседней комнаты послужил сигналом, что нужно действовать и как можно скорее. Выскочив из комода, не задумываясь о том, какой шум произведут мои действия, схватил с пола камеру и тут же рванул из комнаты. В углу коридора лежало бездыханное тело Юли, с вырванной нижней челюстью и пустыми глазницами. Не желая повторить её судьбу, в сей же миг бросился вниз по лестнице, только бы наконец оказаться вне этих гнетущих стен. Но выйдя наружу остолбенел. Передо мной возникла ужасная картина, что не смог бы вообразить трезвый рассудок. Небо покрылось маревом, а на поляне распустились цветы. В них было что-то чужое, не правильное. С первого взгляда не получалось понять, что именно, пока не всмотрелся. В каждом раскрытом бутоне виднелись глаза. Эти растения в прямом смысле смотрели на меня.

Я ВИЖДУ ТЕБЯ!

Крик послышался из особняка. Едва сделав шаг в надежде сбежать тем путём, что и пришли, но впереди стояла толпа людей. Очевидно, это обитатели соседней деревни. Их появление не сулило ничего доброго. Безумный взгляд, перекошенные самодовольные лица ассоциировались с типичной сектой. Однако повергло меня в ужас не их сборище, а то, что среди них стоял Женя и злорадно мне улыбался. Не в силах больше выносить этот кошмар, я помчался в сторону леса. Позади слышны были крики преследователей и режущий уши смех осиплого голоса.

***

Не знаю сколько я пролежал среди кустарников, быть может час или два, но тело и разум были опустошены произошедшим. То и дело вздрагивал от каждого шороха листьев и скрипов ветвей. Внезапно дрожь охватила меня, но не смог понять отчего именно. Неужели меня нашли, но разум не хочет этого осознавать?! Погодя немного, я осознал, что дрожу не я сам, а мой карман. Телефон был на беззвучном, только работал виброрежим. На дисплее отобразился звонок от Жени. Даже с понимаем того, что ничего хорошего это не принесет, всё же принял вызов, но ничего не стал говорить. Не хотелось таким глупым образом выдать себя.

— Лёня, — в динамике прозвучал довольный голос Жени. — Ну и куда же ты пропал? Мы тут все тебя ищем. Взял и бросил своего друга! Видишь, что бывает, когда лезут не свое дело. Выходи по-хорошему приятель. Она ждёт тебя.

На этом я сбросил вызов, так ничего и не ответив. Это же явно был не Женя. В голове теперь звучала только одна мысль: «я им не дамся» и с ней продолжил бежать как можно дальше. Когда ноги привели меня к дороге, небо вернулось в свое типичное состояния, никакой алой пелены, только холодные темные просторы с яркими звездами. На попутке меня привезли к ближайшему городу. Водитель пытался спрашивать, что произошло, но сил не было отвечать. Потребовалось несколько дней, чтобы хоть немного прийти в себя. Время уходило, и я это понимал, а потому пришлось обратиться к моему знакомому из правоохранительных органов Алексею Владимировичу. Показав ему видео с камеры и дополнив это своим рассказом, он не поверил мне, но согласился, что дело не чисто. Долго убеждать его не пришлось. Мы с ним и другими следователями отправились в «Тихую Поляну». Но все дома, сараи был разрушены, как и колодцы. На месте Летишья мы увидели только истлевшую территорию. Никаких особняков, полей с цветами, ничего. Не передать словами моё отчаяние, что зародило чувство вины из-за собственных страхов и бездействия. Однажды столкнувшись с чем-то подобным, попытался отмахнуться, выбросить из головы, попутно лелея надежду жить обычной жизнью. Но нечто дурное, зловещее вновь настигло, а я был к этому не готов. На следующий день Алексей осторожно мне намекнул, что люди сверху потребовали прекратить расследование об исчезновении Юли Щегловой, Евгения Кондратьева, Дмитрия Малявина и других, а видеозапись с камеры попросил уничтожить. С тех пор мы больше не касались этой темы. Но разве я мог просто забыть, спрятать этот эпизод жизни в дальний ящик и делать вид, что ничего не произошло?! Поначалу пытался, конечно. Убедил себя в своей беспомощности. Ведь прошлого не воротить? Так чего бередить раны?! Кому от этого легче?! А вот подсознание было не обмануть. Видеть каждую ночь их лица во сне, вновь и вновь заходить в этот дом стало невыносимо. Не выходило сконцентрироваться на работе и в бытовой суете. Когда осознал, что не смогу и дальше так продолжать, вновь пересмотрел эту видеозапись. И ещё раз! Ещё! Картина, что висела на стене уступила место начерченную мной руну «Чернобога». Я часами сверлил её взглядом, но пазл не собирался. Слишком мало было известно, чтобы собрать картинку воедино. Пришлось и на этот раз обратиться к Алексею Владимировичу с просьбой найти родных Валентина Серпухина и потомков Григория Угольного. Я и сам искал в какую психиатрическую лечебницу упрятали безумного историка, но ничего выяснить не удалось. Алексей с трудом согласился.

— Вот не понимаешь ты намёков, Лёнь. Да какие намёки?! Они были очень прямолинейны. Суешь свой нос всюду и жалуешься потом, что прищемили. Студенческого городка и исчезновения друзей не хватило?! Не смотри так на меня. Я наведу справки, раз тебе совесть заснуть не дает, а ты сиди смирно и никуда не лезь.

— Спасибо, Алексей Владимирович. Буду должен.

Не теряя время в ожидании весточки, решил поискал в сети какие-нибудь общины или почитателей этой руны. Результаты выдавали лишь про значения символа в славянской культуре, причем несколько источников противоречат друг другу. Попробовал использовать браузер с анонимным сетевым соединением. И в поиске попалась страница «Племя Марцана — автор Кирилл Дроздов», только открыть не получалось. Выдавало ошибку 404. Судя по поиску, Кирилл Дроздов оставил след на просторах интернета, но все его страницы социальных сетей были удалены. Просить об ещё одной услуге Алексея — это уж слишком. Можно самому попробовать поискать.

На следующий день я не выдержал и сам позвонил Владимировичу. Оператор сообщил, что абонент вне зоны доступа или телефон выключен. Вечером попробовал вновь и та же ситуация. Но всё встало на свои места, когда решил набрать его супругу. Она сообщила, что Алексей Владимирович погиб в автокатастрофе. Я совершил огромную ошибку втянув его в эту историю. Теперь и его кровь на моих руках. Воспользовавшись добротой человека, прекрасно осознавая, что он сам хотел докопаться до истины, обрёк семьянина на смерть. Но кто же они такие, что дергают за ниточки, связанные с оккультными материями, что даже жизнь человека ничего для них не стоит? О чувстве безопасности можно было забыть навсегда. Теперь подойдя к окну возникало чувство, что некто наблюдает за мной, а по ночам слышен этот одиозный мотив.

Content

Михай Лерман
Одиозный мотив