Константин Калбазов

Танкист. Капитан

Глава 1. Снова здорова

— «Тополь» пятьсот первый, ответь «Тополю» пятьсот второму, — послышался в головных телефонах слегка изменённый голос Рогова.

— «Тополь» пятьсот первый на связи, — ответил Виктор унтеру, командиру первой мотокоманды.

— Наблюдаю головной дозор, три пушечных танка М-1, и пара мотоциклистов. Слышу рокот приближающейся колонны. Судя по звуку, так же присутствуют такни.

— Миша, остановка, — тут же скомандовал Виктор, и опять Рогову, — Пятьсот второй, не высовывайся и продолжай наблюдать.

— Принял, оставаться на месте и продолжать наблюдать. Пятьсот второй, конец связи.

— Пятьсот первый, конец связи.

Нестеров откинул крышку люка и выглянул наружу. Место ему откровенно не нравилось. Довольно большой в три с половиной километра по фронту и не менее двух с половиной в глубину, относительно равнинный открытый участок с редкими отдельно стоящими деревьями и кустарниками. Складок конечно хватало, но они никак не могли сойти за позицию за которую можно зацепиться, чтобы дать бой превосходящему противнику. Обойти взвод не составит труда.

И отчего ему везёт на подобные приключения!? Вот как пошло с первого курса военного училища, так и продолжается. Всё-то ему приходится бодаться с неравными силами. И вот, снова здорова. Американцы обыграли-таки полковника Аршинова, и пока он концентрировал силы для удара на одном направлении, они прорвали фронт в другом, и штурмовой взвод Нестерова отправили задержать противника, пока остальные части осуществляют отход.

Аршинов обещал по возможности поддержку с воздуха. Но это весьма относительно. После того как к авианосцу «Саратога» в заливе Фонсека присоединился «Лексингтон», янки уже получили превосходство в самолётах. Правда, так и не смогли перехватить полную инициативу в воздухе.

Однако, к исходу первого дня наступления сандинистов, в базу вошли новейшие авианосцы «Йорктаун» и «Энтерпрайз». Общее число самолётов у противника теперь перевалило за три сотни, около половины из которых составляли истребители. Как результат американцы не просто перехватили инициативу в воздухе, а разом уполовинив авиацию варягов, загнали её остатки под веник. Хорошо ещё Аршинов предполагал возможность подобного развития событий, и озаботился запасными замаскированными аэродромами, которые теперь пришлись как нельзя кстати.

Благодаря господству в воздухе американцы не только сумели сорвать наступление сандинистов со стороны Эстели, но и взломать оборону в направлении Манагуа. В прорыв тут же устремились части морской пехоты и национальной гвардии Никарагуа, под личным командованием генерала Самоса.

В настоящий момент командиры сандинистов, при деятельном участии советников варягов пытались организованно отойти к столице, дабы избежать разгрома. Если не сковать противника ринувшегося в прорыв хотя бы на пару часов, отступающие попросту окажутся в окружении.

От линии фронта до Манагуа, от тридцати до пятидесяти километров. Всего-то один решительный бросок. На подступах к городу имеются подготовленные позиции, как наличествует и незначительный гарнизон. Но если основные части не сумеют отступить, то этими силами столицу не удержать точно. А с её падением, сразу будет потерян и весь юг. Вот такие особенности в Никарагуа.

— Гранин, — окликнул Нестеров.

Оно конечно можно и по рации, но зачем, если вот он, в полутора десятках метров от него.

— Я, — тут же откликнулся командир второй мотокоманды

— Забирай парней Рогова, дуйте вон к тому взгорку и занимайте позицию.

— Есть, — с готовностью ответил унтер.

— Сидор Матвеевич, отцепляй их.

— Делаем, — подав сигнал одному из своих парней, отозвался старший унтер.

По его знаку один из никарагуанцев тут же склонился над задним бортом танкового прицепа, и расцепил фаркоп. После чего Виктор скомандовал Уткину трогать, и БРДМ сорвался с места, увлекая с собой отделение стрелков на танковом прицепе. Нестеров предполагал, что возможно Рогову придётся столкнуться с противником, а потому посчитал лишним отправлять с ним усиление из четырёх сандинистов.

Прицеп подцепили к такому же сцепленному с мотоциклом. Правда, если снаряжение техника ещё утащит, то о людях нечего и думать. Поэтому бойцы ухватились за ручки на сиденьях, и побежали рядом. Держась за буксир бежать в разы проще, и быстрее. А у них на счету каждая секунда.

Закатив танковый прицеп за очередную незначительную возвышенность, которой хватало только на то, чтобы укрыть его, Виктор скомандовал остановку. Старший унтер Овечкин в свою очередь распорядился отцепиться от «бардака», и поспешил распределить личный состав по позиции, в резких и ёмких выражениях обозначив задачу закопаться как можно глубже. Впрочем, тут времени-то, хорошо как удастся хоть какой-то бруствер накидать.

Старого вояку учить, только портить. Виктор и не стал. Ни поучать, ни взбадривать добрым словом. Тот и без того понимает, что задание практически самоубийственное. Два отделения на неподготовленных позициях, и даже при отсутствии оных, да ещё на удалении друг от друга в четыре сотни метров. Оно конечно при поддержке БРДМ, но против них не стрелковая рота, без тяжёлого вооружения.

Оставив десант, Нестеров направил «бардак» к опушке леса, откуда выползала серая лента дороги. Первое мая. Сухой сезон всё ещё держится, а потому из под колёс вырываются целые клубы пыли, что твоя дымзавеса. Н-да. Вообще-то, хотя бы кратковременный ливень не помешал бы. Вот что задержало бы наступающих куда эффективнее его разведвзвода. Впрочем, таковым он числится только по штатам. В реальности уже давно является штурмовым.

Метрах в двухстах от опушки приметили промоину, и мех-вод ловко ввинтил в неё «бардак». Получилось весьма удачно. Снаружи осталась только башня, прикрытая раскидистым кустом можжевельника. Одно плохо, выбраться отсюда можно только задним ходом, при этом подставляя борт.

Но это не так страшно, если здесь не задерживаться. Тридцатисемимиллиметровые противотанковые пушки янки не так эффективны против их брони. Им только по устаревшим танкам работать, там броня в основе своей с противопульная. Но их БРДМ машина нового поколения. Снаряд такой пушки сможет забраться им под шкуру только при ну о-очень неудачном стечении обстоятельств.

К слову, все танки янки в основном такие старички и есть. Их можно разобрать даже из крупняка. И именно к таким относился М-1, у которого даже лобовая броня достигает всего лишь шестнадцати миллиметров. Правда, из пулемёта они по нему работать не собирались. Их нужно валить наглухо, так, чтобы они после не создавали проблем. Опять же, психологический эффект для наступающих.

Новые М-2 имеют более серьёзную защиту во лбу, тридцать два миллиметра, плюс рациональный наклон брони. Этот пулемёту уже не взять, он и сорокасемимиллиметровке не всегда по зубам. Но против их семидесяти шести миллиметров не выстоит, однозначно. Причём, даже с расстояния в два километра. Борта же и корма имеют всё ту же противопульную защиту.

Схватку их «бардака» против янки, иначе как избиением младенцев назвать нельзя. Настолько велика разница в качестве этих машин. Но, это только в теории. На практике, им уже доводилось драться против японцев, танки которых ещё хуже американских. И они сумели сбить с Нестерова излишнюю самоуверенность. А когда в связке с танкистами действуют ещё и артиллеристы, и вовсе кисло получается. Так что, янки он воспринимал вполне серьёзно, и драться собирался без дураков.

В этой связи мелькнула было мысль израсходовать скопившийся опыт, и открыть умение «Канонир», благо это ему было вполне по силам. Но он от этой мысли всё же отказался. Виктор сам себе напоминал кощея Чахнущего над златом. Вообще-то, прежде у него в кубышке бывало и куда большее опыта. Просто сейчас он не был уверен, а так ли уж ему необходимо это умение.

Нестеров и так отличный наводчик. Естественный разброс орудия конечно уменьшится, однако и на данный момент точность стрельбы на высоте. Не лучше ли вложиться в обмен очков надбавок и повысить Интеллект. Он всерьёз подумывал над возможностью получения гражданского академического образования, и тогда не помешает малость подпитать мозги. С другой стороны, он вроде как на войне, а здесь востребованы воинские умения. Вот и пребывает в муках выбора.

Пока суд да дело, Виктор вылез в люк, благо куст скрывал его качественно. Зато снаружи слышимость куда лучше. И сразу же услышал треск мотоциклетных двигателей, в который солидно вплетается рокот танковых. Юркнул обратно в башню, и прикрыл крышку.

— Готовность парни, — скомандовал он, подключившись к внутренней сети.

Ещё немного, и в перископ увидел два мотоцикла. В отличии от дэвэровских без коляски, и вообще одноместные. Сзади закреплены сумки со снаряжением, на правой стойке передней вилки кобура с пистолетом-пулемётом Томпсона, на левой инструментальный ящик.

Мотоциклы тут же съехали с дороги расходясь в стороны, и подпрыгивая на неровностях покатили проверять окрестности на предмет неожиданностей. Один из них катил прямиком на позицию «бардака». Но по счастью, земля укрытая густой травой отличалась неровностью, так что он буквально полз. А потому не успел приблизиться до того, как из стены леса выкатились танки.

Виктор удовлетворённо хмыкнул. Как и докладывал Рогов, М-1, одноклассники «тройки», хотя и сильно уступающие ей.

— Игорь, фугасный. И потом ещё два, без команды.

— Есть фугасный, и потом два без команды, — деловито отозвался заряжающий.

С боку послышался металлический шорох, извлекаемого из боеукладки снаряда. Глухой лязг. А затем сытое клацанье затвора.

— В стволе, — доложил Туников, легонько толкнув Нестерова в плечо.

Действие отработанное до автоматизма на случай повреждения внутренней связи, контузии или гула сражения. Так заряжающий не только извещает о том, что зарядил орудие, но и показывает, что сам не подставится под откат казённой части. Прежде Нестерову это казалось излишеством, но уже давно он убедился в правильности подобного подхода.

До мотоциклиста всего-то метров тридцать, и он по прежнему их не видит. Удачная позиция за кустом, только вечно это продолжаться не может. Из леса уже выехали все три машины головного дозора. Вообще-то, лучше бы им высылать один танк, и побольше мотоциклистов. Ну или автомобиль с пехотой. Но кто такой Виктор, чтобы учить уму разуму больших начальников янки. Если только знатно припечатав по зубам.

Б-банг!

Мотоциклиста снесло в траву, знатно приложив ударной волной. Когда в твою сторону стреляет семидесятишестимиллиметровое орудие, лучше находиться в стороне, он же оказался практически на линии огня, за что и поплатился. А судя по сообщению эфира, ещё и пошёл в зачёт как раненый. Контузия, однозначно.

Получено 609 опыта к умению «Пушка-4» — 19507.

Получено 304 опыта к умению «Командир танка-4» — 36818.

Получено 304 опыта к умению «Наводчик-4» — 9753.

Получено 304 опыта к умению «Камуфляж-4» — 9608.

Получено 30 опыта к умению «Наставник-4» — 802.

Получено 609 опыта — 0/4096000.

Невозможно начислить 609 опыта, необходимо академическое образование.

Получено 609 избыточного опыта — 681.

Получено 30 свободного опыта — 615670.

Фугасный снаряд без труда проломился через лобовую броню, и рванул внутри, уничтожив разом весь экипаж, выметнув обе крышки башенных люков, и вызвав возгорание. Виктору пока языки пламени не видно, но Эфир никогда не ошибается. А судя по его сообщению, пожар есть. Значит скоро разгорится. Только выжидать это Нестеров не собирался.

Едва прозвучал выстрел, как оставшиеся два танка рванули в разные стороны. Вообще-то, куда лучше было бы одному из них укрыться за подбитой машиной. Толку от этого было бы куда больше. Впрочем, на авось, или фортуну янки надеяться не собирались. Пока командиры наводили пушки, заряжающие откинули крышки люков и начали выбрасывать дымовые шашки. Так себе мера. Мало того, что машины достаточно высокие, а граната выдаёт не так уж и много дыма, так ещё танки в движении.

Наблюдая эти потуги, Виктор хмыкнул, удерживая в прицеле танк ушедший вправо. Сыто клацнул затвор, и последовал доклад Туникова. И тут Нестеров вдруг ощутил исходящий от янки могильный холод. Внутренний голос требовал что-то предпринять, но холодный расчёт говорил о том, что броня «бардака» этим пушкам не по зубам. Поэтому он продолжил выцеливать янки.

Оба американца выстрелили практически одновременно. Один снаряд прошёл мимо, зато второй попал в башню. По ушам тут же ударил гулкий звон, заставивший его зажмуриться и сжать челюсти. Несмотря на это он всё же подумал о том, что оказался прав, при этом продолжая вращать маховик с прежней скоростью, удерживая взятое упреждение.

Хорошо стреляют, сволочи! А вот ответочку!

Б-банг!

Фугас ударил точно в борт, вломившись в боевое отделение. Признаться, Нестеров впервые наблюдал вот такой взрыв боеукладки. М-1 вскрылся как коробка разбросав элементы корпуса, внутри полыхнуло яркими жирными клубами пламени, с маслянисто-чёрными прожилками, и выметнуло башню высоко в небо.

Получено 756 опыта к умению «Пушка-4» — 20263.

Получено 378 опыта к умению «Командир танка-4» — 37196.

Получено 378 опыта к умению «Наводчик-4» — 10131.

Получено 38 опыта к умению «Наставник-4» — 840.

Получено 756 опыта — 0/4096000.

Невозможно начислить 756 опыта, необходимо академическое образование.

Получено 756 избыточного опыта — 1437.

Получено 38 свободного опыта — 615808.

Третий танк, всё так же разбрасывая дымовые гранаты, к чему присоединился и радист, перестал убегать, и рванул по прямой, выходя им в тыл. Виктор поднял ручку управления горизонтальной наводки, и потянул на себя. Тут же послышалось подвывание электропривода, и башня споро начала разворачиваться в сторону последнего противника. Однако тот всё же успел завершить манёвр и выстрелить. Но Нестеров на это даже не обратил внимания, так как «Шестое чувство» хранило молчание.

Трассер стремительным росчерком преодолел разделяющие их полторы сотни метров, и врезался в склон промоины, вздыбив фонтан земли. А затем утробно грохнул уже глубоко уйдя в грунт. Вот только Виктор и его товарищи этого не видели и не слышали. Обзор в танке не так хорош, как хотелось бы, а в ушах все ещё стоит звон от попадания в башню. Но позицию противника Виктор всё же рассмотрел. И сразу понял, что не успевает развернуть башню.

— Миша задний ход и вправо!

Мех-вод молча сорвал машину с места, и вывернул руль уводя машину в поворот. «Бардак» выскочил из промоины, и с пробуксовкой прогрохотав подвеской, вгрызся зубатыми покрышками в землю и окутываясь клубами пыли. Наконец он подпрыгнул на неровности, становясь под углом к противнику. Ствол орудия теперь смотрел в совершенно другую сторону. Виктора вновь обдало могильным холодом, но прилетевший снаряд ударил не в уязвимую корму, а в подставленный борт. Не причинив вреда он с зубодробильным гулом и визгом ушёл в рикошет.

Виктор подал ручку вперёд, теперь уже разворачивая башню вправо. Уткин продолжал двигаться задним ходом, удерживая БРДМ под углом, выставив так называемый ромб, ну и помог навестись, чуть довернув корпус.

— Миша, короткая! — скомандовал Виктор.

Машина качнулась назад, одновременно Виктор доработал маховиками выправляя наводку, при этом привычно ощущая своё единение с орудием. «Бардак» качнуло вперёд. Нестеров поймал момент равновесия, галочка замерла на уровне борта с взятым упреждением.

Б-банг!

Получено 378 опыта к умению «Пушка-4» — 20641.

Получено 189 опыта к умению «Командир танка-4» — 37385.

Получено 189 опыта к умению «Наводчик-4» — 10320.

Получено 18 опыта к умению «Наставник-4» — 858.

Получено 378 опыта — 0/4096000.

Невозможно начислить 378 опыта, необходимо академическое образование.

Получено 378 избыточного опыта — 1815.

Получено 18 свободного опыта — 615826.

В этот раз попал в машинное отделение. Полыхнуло разом, да так, что экипаж поспешил покинуть машину. Бардак же, сразу после выстрела вновь сорвался с места.

— Миша стой! — скомандовал Виктор.

Вновь руки начали вращать маховики, а затем загрохотал пулемёт. Несмотря на эжектор и работающую вентиляцию, в боевом отделении уже щипало глаза от пороховых газов. Пулемёт же добавил «приятных» ощущений.

Получено 168 опыта к умению «Пулемёт-3» — 67132/256000.

Получено 84 опыта к умению «Командир танка-4» — 37469.

Получено 84 опыта к умению «Пулемётчик-1» — 546/4000.

Получено 9 опыта к умению «Наставник-4» — 867.

Получено 168 опыта — 0/4096000.

Невозможно начислить 168 опыта, необходимо академическое образование.

Получено 168 избыточного опыта — 1983.

Получено 9 свободного опыта — 615835.

Вот так. Учитесь янки грамотно покидать подбитую машину. Сначала дымовые гранаты, выждать пару-тройку секунд, которые в любом случае есть, потому как даже бензиновому двигателю нужно разгореться, а пламени добраться до боевого отделения. И тогда у них был бы шанс. Несмотря на то, что в машине двойной боекомплект, отчего наблюдается теснота, Виктор не собирался понапрасну расходовать снаряды, потому как это пока не бой, а лишь затравка. Патроны же… С этим проще.

— Миша отходим на позицию между отделениями.

— Принял, — отозвался мехвод.

«Бардак» резко рванул с места, Нестеров привычно упёрся рукой, чтобы не приложиться о железо. Глянул в перископ. Первый мотоциклист так и лежит в траве. То ли без сознания, то ли просто решил не отсвечивать. Не важно. Пусть себе валяется. Второй улепётывает во все лопатки, и уже достиг кромки деревьев. И это хорошо. Даже если его доклад задержит колонну всего лишь на минуту. Это выигранное время для спешно окапывающегося взвода.

Глава 2. Не всё коту масленица

«Бардак» занял позицию за очередным кустом. Жаль конечно, что нет «Камуфляжа» от одарённого, но и так получилось достаточно хорошо, чтобы их не обнаружили. Очередная складка им в помощь. Впрочем, за неимением гербовой пишут на простой. И почерк у них пока что надо.

Вооружившись мощным морским биноклем, и приладив к нему козырёк, чтобы не бликовали стёкла, Нестеров всматривался в опушку леса, выискивая наблюдателей противника. Маскировались они грамотно, возможно имели и умение «Камуфляж», но против его четвертой ступени «Наблюдательности» шансов у них не было, поэтому он обнаружил разведку практически сразу. Всё же умения реально работают. Сколько он в этом уже убеждался, но не устанет повторять.

Появились они через десять минут после столкновения с авангардом. И столько же уже всматривались в открытое пространство силясь обнаружить противника, или удостовериться в его отсутствии. Двадцать минут! Его взводу удалось задержать продвижение противника уже на двадцать минут. Он с парнями успел уже изрядно попить крови янки, действуя без поддержки на БРДМ, в том числе. Противник их собственно по машине и узнаёт.

И вот теперь янки пытаются понять, что это было. То ли, опять одиночная боевая машина покуражилась, да подалась восвояси. То ли перед ними взводный опорный пункт. А может и вовсе линия обороны. Хотелось бы конечно. М-да.

Легкомысленность никарагуанцев Нестерова уже напрягала. Ведь можно было устроить взводные и ротные опорные пункты, слив немного пота, и затратив толику сил. Тут всего-то два-три дня земляных работ, что и советовал полковник Аршинов. Однако этим никто так и не озаботился. Хорошо уже хотя бы то, что у столицы подготовили рубеж обороны. Но и тут всё не слава богу, так как занять его сейчас попросту некому. Если сандинисты не успеют отойти с линии фронта, то смысла в этих позициях никакого.

— Командир, Рогов спрашивает, что ему делать, — доложил подползший к нему Ясенев.

При посторонних подобное обращение Нестеров не спускал. Но в машине, в бою и вот так, без лишних глаз и ушей, считал вполне допустимым.

— Что противник? — продолжая наблюдать за разведчиками, поинтересовался Виктор.

— Он затрудняется определить количество, но предполагает, что на двух лесных дорогах скопилось не меньше полка пехоты нацгвардейцев, до батальона морпехов янки, танки и артиллерия.

— Пусть отходят на северо-восток, далее на Бельхико, и там ожидают дальнейших указаний, или действуют по обстановке.

— Понял.

Ясенев отполз назад, и спустившись в ложбинку, пригнувшись побежал к БРДМ. Ч-черт! Как бы было замечательно если бы сюда подтянулась гаубичная батарея. Всего лишь пара десятков снарядов заставили бы янки и нацгвардейцев попрыгать, как на раскалённой сковороде. Судя по докладу Рогова, там сейчас довольно высокая плотность личного состава. Вот уж внесли бы сумятицу от души. Ну или один проход штурмовиков с пуском ракет, и одновременной бомбёжкой. А ещё лучше подкатить батарею реактивных установок. Впрочем, это уже точно из области фантастики, так как у «варягов» такого оружия попросту не было.

Словно отвечая на его мысли, в небе появились истребители противника. Явственная демонстрация кто в небе хозяин. Ну и уровень взаимодействия с авиацией. Двадцать минут, и над местом боя уже эскадрилья, наверняка снаряжённая для штурмовки. Впрочем, сейчас от этой воздушной поддержки толку нет. Поди рассмотри с эдакой высоты замаскированные «бардак» и стрелковые ячейки. Уж что-что, а маскироваться его взвод выучился…

Ну наконец-то! Сваливая деревья, и подминая подлесок на поле выкатили шесть танков М-2. Лобовая броня тридцать два миллиметра, плюс оптимальный угол наклона. Эту фугасом уже не сковырнуть. Бронебойный возьмёт с вероятностью в девяносто процентов. Десять Виктор пожалуй оставит на неровность рельефа, который может как способствовать изменению угла по нормали и способствуя рикошету. Он помнит, как в Шанхае умудрялся подставлять борт «тройки» так, что от него снаряды отлетали. А там брони-то той, чуть да маленько. Но однозначно, янки ведут себя слишком самоуверенно.

— Ну что, соколики, заскучали? — прикрыв за собой крышку люка, бодро произнёс Нестеров.

— Вообще-то нет, — пожал плечами Туников. — Вот скучал бы и скучал. Челюсть в зевоте готов вывернуть.

— За тем ли отправлялся в этот тропический рай? — хмыкнув поинтересовался у заряжающего Виктор, подключая шлемофон к внутренней сети.

— Вообще-то, мне обещали жаркие объятия никарагуанок, — заметил Игорь.

— С этим к Тимуру, это он о них вещал с придыханием, — ушёл в отказ командир, приникая к перископу.

— С него спросишь. Где залезешь, там и слезешь.

— А чего я-то сразу? Сам поди забыл какая она баба на ощупь, — возмущённо возразил радист.

— Вот что ты за человек, Тимур. Ни в чём нельзя на тебя положиться, ни в бабах, ни в пьянке, — покачал головой Туников.

— Зато в бою не подвожу, — нашёлся Ясенев.

— Это да. Пока не подводил, — согласился Виктор, наблюдая за танками.

Те приближались покачиваясь на неровностях рельефа, и выдерживая линию. Вслед за ними, укрываясь за бронированными тушами бежит пехота. Причём не янки, а нацгвардейцы. Интересно, экипажи то американские, или успели натаскать никарагуанцев? Впрочем, не больно-то и интересно. Потому что на этот раз ни «Аптечками» ни опытом разжиться не получится. Тут бы самим уцелеть.

Туников бросил на Нестерова вопросительный взгляд. Вроде оно и понятно что нужно загонять в ствол бронебойный, но приказа нет. Инициатива в их экипаже конечно поощряется, но всему есть своё время и место. Сейчас же, пока непонятно что именно задумал командир.

Виктор лишь мазнул взглядом по приближающимся танкам, увеличил кратность до максимума и всматривался в опушку. Пушчонки М-2 им не страшны. Не то, чтобы ими полностью можно пренебречь. Но по большому счёту отправлять эти шесть машин против их «бардака», это всё равно, что на убой. Успели ведь уже оценить их возможности. Ну и как тогда объяснить эту тупость? На ум приходит только один вариант. Это приманка. После первого же выстрела, позицию БРДМ засекут, и…

Что и? Авиация? Толк от неё только в случае если они окажутся на открытом месте. Под маскировочной сетью они считай в домике. Даже стокилограммовой бомбе нужно рвануть на расстоянии не более двух метров чтобы пробить осколками бортовую броню, или нанести повреждения взрывной волной. А с точностью у авиаторов так себе. Хреново, в общем-то.

Остаётся все же артиллерия. Рогов приметил у янки полевые пушки, а их снарядам уже вполне по силам тягаться с бронёй «бардака». Не гарантировано, но процентов пятьдесят точно. И именно их-то Виктор и высматривал на опушке. Не может быть иначе. Американцы даже никчёмных союзников просто так на убой не отправляют. Непременно должны извлечь свою выгоду. Именно такую характеристику им дал полковник Аршинов, а Нестеров запомнил.

— А вот и вы, мои дорогие. Неужели одна пушечка. А нет. Вон и вторую выкатывают. Отлично. Ага. Третья.

Стоило обнаружить пушки, как Виктору даже полегчало. Не то, чтобы ситуация теперь им на руку. Но, во-первых, появилась определённость. А во-вторых, есть возможность попытаться вывести артиллерию из игры.

— Игорь, осколочный.

— Есть осколочный, — не смог сдержать своё удивление заряжающий.

Виктор опустился к пушечному прицелу, и взялся за рукояти маховиков. Волнения как такового нет. Так, нечто отдалённое. Успел уже перегореть при первом столкновении, хотя тогда особо и волноваться не пришлось.

— В стволе, — доложил Туников, одновременно с лязгом затвора.

— После него, ещё два без команды, — приказал Нестеров.

— Есть.

И тут же шорох снаряда извлекаемого из боеукладки. Галочка прицела легла на орудие, едва различимое сквозь листву и маскировочную сеть.

— Выстрел! — привычно выкрикнул Виктор, и нажал на педаль спуска.

Б-банг!!!

Получено 231 опыта к умению «Пушка-4» — 20872.

Получено 116 опыта к умению «Командир танка-4» — 37585.

Получено 116 опыта к умению «Наводчик-4» — 10436.

Получено 116 опыта к умению «Камуфляж-4» — 9724.

Получено 11 опыта к умению «Наставник-4» — 878.

Получено 231 опыта — 0/4096000.

Невозможно начислить 231 опыта, необходимо академическое образование.

Получено 231 избыточного опыта — 2214.

Получено 11 свободного опыта — 615846.

Полторы секунды, и снаряд рванул точно на щите. И судя по сообщению Эфира, орудие выведено из строя, а среди личного состава имеются потери. Либо убитый и раненый, либо трое раненых. Не суть важно. Главное, что эта пушка вышла из игры.

Виктор быстро заработал маховиками наводясь на второе орудие. Птичка прицела была уже на цели, а снаряд с шуршанием и лязгом вошёл в казённик, когда она выстрелила. Секунда с небольшим и перед панорамой взметнулся столб земли от прилетевшего фугаса. И никакого чувства опасности.

Пришлось немного обождать, ожидая пока пыль осядет. Мазать сейчас никак нельзя. Ещё один фонтан. Но этот чуть в стороне, обзор не застит, к тому же бронебойный, так что эффект так себе. Выстрел в ответ. И практически такой же результат. Разве только о «Камуфляже» можно уже не мечтать. Что в общем-то и не удивительно.

Получено 231 опыта к умению «Пушка-4» — 21103.

Получено 115 опыта к умению «Командир танка-4» — 37700.

Получено 115 опыта к умению «Наводчик-4» — 10551.

Получено 12 опыта к умению «Наставник-4» — 890.

Получено 231 опыта — 0/4096000.

Невозможно начислить 231 опыта, необходимо академическое образование.

Получено 231 избыточного опыта — 2445.

Получено 12 свободного опыта — 615858.

Привычно обдало могильным холодом. Виктор посчитал, что опасность исходит от танков, с их несерьёзным калибром, и решил пренебречь этой опасностью, предпочтя сосредоточиться на более существенной. И тут же ударило по ушам. Потом ещё. И снова. Не больно-то помог и противоосколочный подбой. Виктор начал зевать, как рыба вытащенная из воды, силясь справиться с гулом в голове, и часто моргать, чтобы избавиться от застивших глаза слёз.

Это удачно их тут приласкали. Туников тряхнул головой, и как заведённый вогнал в ствол снаряд. Оно бы осмотреться, оценить обстановку. Ведь наверняка отработали М-2. Пробить броню их пушчонки не пробьют, но по мозгам прилетело знатно. И уж тем более, если попадание это не единичное.

Может и не стоило пренебрегать «Шестым чувством». Эдак ведь и контузию заполучить можно. Ага! Вот в чем причина того, что оно активируется. Ведь Эфир оценивает контузию как ранение. Вот молодец, подумать же больше не о чем!

И снова чувство опасности и гулкий удар. Да, всего лишь тридцать семь миллиметров. Но ч-чёрт, в мозг словно раскалённый прут вогнали!

Виктор тряхнул головой, припоминая детский стишок. «Если вас трамвай задавит, вы сначала вскрикнете, раз задавит, два задавит, а потом привыкнете.» Да чёрта с два к этому привыкнешь! С каждым попаданием становится только хуже! Никарагуанцы у прицелов, или янки, без разницы, наводчики они отличные. Вот где не помешал бы артефактный «Камуфляж».

— Миша, десяток метров вперёд, десяток назад. Так и катайся, — скорее прохрипел, чем произнёс Виктор.

— Есть, — столь же болезненно ответил мехвод.

И тут же «бардак» рыкнув двигателем, рывком тронулся вперёд. Нестерова качнуло назад, но он удержался за ручки маховиков. Машина встала, и тут же пошла обратно. Бог весть стреляли с них или нет. Но попаданий не было и «Шестое чувство» молчало как рыба об лёд.

Виктор вновь приник к прицелу и сквозь мутную пелену навёлся в нужном направлении.

— Миша стоп!

БРДМ замер на месте, качнувшись вперёд, назад. Виктор поймал момент единения с орудием, и нажал на педаль.

— Трогай! — едва рявкнуло орудие, приказал Виктор.

Машина в этот раз дёрнулась не вперёд, а опять назад. То ли причина в этом, то ли противник просто промазал, но попаданий опять не случилось. Впрочем, им так же не повезло. Стрельба из некомфортных условий всё же сказалась. Орудие не поражено, только один раненый. Плохо. Они не в том положении, чтобы мазать.

Зато начал возвращаться слух, и Нестеров расслышал отдалённые орудийные выстрелы. А ещё в головных телефонах раздался голос Овечкина.

— Товарищ поручик, хрен с ними с пушками, главное танки приголубьте, а то пехота за ними тянется.

— Понял тебя, Сидор Матвеевич, — прохрипел в ответ Нестеров, и уже Туникову. — Бронебойный!

— Есть бронебойный!

Следующим выстрелом он подбил танк, ударив точно в лоб. Потом достал ещё одного. Попали и в них. И на этот раз калибр явно не маленький. Нестеров уже настолько привык к тому, что его обдаёт могильным холодом, что уже и не понимал откуда вообще исходит опасность, от танков, с откровенно слабыми пушчонками, или от полевых пушек, куда более серьёзного аргумента.

Поэтому ничего удивительного, что не успел среагировать на привет от артиллеристов. Более серьёзный калибр и ударил куда весомей. Прилетело так, что Нестеров даже сжал виски, силясь понять, не раскололась ли голова. Все же когда долбят только в башню, где ты и находишься, оно куда чувствительней, чем при попаданиях в корпус.

Рука потянулась к пульту пуска дымовых шашек. Два хлопка, один за другим, и пара гранат устремились вперёд, оставляя за собой дымный шлейф. Упали на землю, и кувыркнувшись, замерли испуская густые молочно-белые клубы. Дым, штука обоюдная, с одной стороны, прикрывает от противника, с другой, скрывает и его от тебя. Зато у них появилась возможность немного перевести дух.

Впрочем, пара танков справа осталась в поле зрения.

— Игорь, бронебойный!

— Есть бронебойный!

— Выстрел!

Короткий росчерк трассера ткнулся точно в лобовую плиту и… Срикошетив улетел куда-то вдаль. Виктор даже замер на мгновение от неожиданности, помедлив с отдачей команды на перезарядку. Тот самый редкий случай. Ну надо же.

— Бронебойный!

— Есть бронебойный!

— Ну мать твою! Выстрел!

И на этот раз трассер ткнувшись в броню, исчез внутри, проломившись сквозь преграду. Второго подбил вообще без труда. Потом ещё и по пехоте отработал парой осколочных. Причём весьма удачно, ранив и убив порядка десятка человек. В вооружённых силах ДВР за подобное безграмотное поведение в бою и столь серьёзные потери, с командира взвода спросили бы со всей строгостью. А вот в армиях других стран такое в порядке вещей.

Вновь его обдало могильным холодом, но на этот раз он и не подумал делать какие-либо допуски на стойкость брони. Звук пикирующего самолёта донёсся как сквозь толстый слой ваты. Но спутать его Виктор не мог ни с чем. Он въелся в его память ещё во время шанхайских боёв. И хотя будучи приглушенным контузией, клапанами шлемофона и войлочным противоосколочным подбоем, он звучал не так страшно и зубодробильно, Нестеров прекрасно осознавал исходящую от него опасность.

— Миша, вперёд! Полный ход!

Мехвод не ответил, но рванул довольно резво, настолько, что Нестерова качнуло влево, больно приложив плечом о погон башни. А следом рвануло, мощно, гулко и довольно близко. Машину резко толкнуло в правый борт, Виктора, находившегося в отвёрнутой влево башне, бросило вперёд, и он болезненно ткнулся в наглазник прицела. По броне забарабанили комья земли камни и осколки. И вновь гулкий звон в ушах.

Нарастающий вой, очередного заходящего на пикирование самолёта. Истребитель или штурмовик непонятно, Виктор с американскими моделями пока знаком слабо, плюс не всё в порядке с головой, да и не важно, если честно. При смене позиции они выскользнули из под растянутой сети, а там и несколько попаданий, сорвали часть закреплённой маскировки, вот их и обнаружили с воздуха. Ну и такой момент, что взаимодействие у янки всё же на хорошем уровне, не отнять.

Следующая бомба рванула довольно далеко позади. Их конечно накрыло комьями земли и осколками, но уже не так сильно. А уж о том, что может не выстоять броня, переживать и вовсе не стоит.

— Миша, выкатывайся на открытое место.

— Принял, — отозвался мехвод.

Активировать бы дымогенератор, но не получится. Выхлопной коллектор пока ещё не прогрелся в должной мере, а без этого будет всего лишь перерасход топлива.

Едва выметнулись из-за излома, как Нестеров, приникший к командирскому перископу увидел в разрыве дымзавесы от их шашек, очередной М-2. Причём тот двигался забирая вправо, явно намереваясь обойти их позицию используя складки местности. Машина уже наполовину скрылась из виду. В стволе бронебойный.

— Миша, право тридцать, и остановка! — выкрикнул Виктор, приникая к прицелу.

Мехвод в точности выполнил приказ. Нестеров мысленно похвалил себя, за быстроту и точность выполненных расчётов, а так же за то, что не жадничал вкладываться в соответствующие умения, ну и поблагодарил счастливую судьбу, даровавшую ему такую возможность. Галочка прицела практически легла на почти скрывшуюся машину. Немного доработать маховиками одновременно вводя поправки по горизонтали и вертикали.

— Выстрел!

Едва грохнула пушка, как Уткин сорвал машину с места. Но как бы ни был он скор, несмотря на завесу, оставшиеся артиллеристы нащупали-таки их. «Шестое чувство» вновь дало о себе знать, однако Нестеров не мог ничего предпринять, Миша уже делал всё что нужно. Оставалось только ждать, кто кого переможет, танкисты или пушкари. Две пушки отработали практически одновременно. Один росчерк бронебойного снаряда прошёл впритирку, но всё же мимо. Второй гулко ударил в борт. Пробития не случилось, но голова вновь взорвалась острой болью. Да сколько можно!?

Досталось всем, однако Михаил и не подумал останавливаться, продолжая уводить машину с линии огня, закладывая змейку, уворачиваясь от штурмовиков, нарастающий вой двигателей которых вновь раздался в заполненной болью голове Нестерова.

Один взрыв. Другой. Третий. «Бардак» ловко уворачивался от атак противника. Виктора буквально затопило чувство опасности, и он уже не понимал, что вообще можно тут ещё поделать, полностью доверившись мехводу. Четвертой бомбой их всё же достали. Рвануло совсем близко, машина вдруг осела на правый борт, и Виктор ощутил как броня проскрежетала по земле, БРДМ начало разворачивать, и наконец он замер.

— Командир, колёса порвали! — выкрикнул Уткин.

— Миша, полный газ на холостых, и ставь дымы.

— Есть!

— Братцы, дымовые гранаты за борт по сторонам! Приготовиться покинуть машину! — одновременно отстреливая в сторону противника оставшиеся в мортирках четыре дымовые шашки, приказал Виктор.

На всё про всё, у них ушло несколько секунд, ещё немного они обождали, пока вновь отбомбятся штурмовики, и поднимутся дымы. И наконец Нестеров скомандовал.

— Экипажу покинуть машину!

Глава 3. И без брони не подарок

Виктор первым делом вскрыл ниши с «Перьями», и рассовал их по карманам кителя. Хорошо всё же, что он не стал брать с собой артефакты характерника, оставив их в надёжном месте. Имелся уже нехороший опыт вот такого противостояния в одиночку против толпы японцев. Тогда он так же потерял танк. Правда, дрались они в тот раз куда удачней, нынешнего.

Вцепившись в края люка Нестеров рывком выбросил тело наружу и сел свесив ноги. После чего откинулся назад, и кувыркнувшись через голову оказался рядом с посечённым осколками деревянным ящиком. Открыл защёлки, и откинув крышку начал выбрасывать оттуда бронежилеты и каски. Шлемофоны своё отслужили, теперь не помешает защита посущественней.

Скатившись вниз, сорвал с себя чёрный комбинезон, оставшись в полевой форме и начал облачаться в защиту. Остальные поспешили последовать его примеру, благо время пока есть. Вокруг плотная дымзавеса, укрывающая их от взора противника, который пока и не помышляет в них стрелять. Воя двигателей самолётов не слышно. Наверняка сделали своё дело и убрались восвояси.

— Командир, я успел сообщить деду, что мы живы, и покинули машину. Заряд на стволе закрепил, — накидывая на себя броник, сообщил Ясенев.

— Мину в боеукладке активировал, — это уже Туников.

Минирование на случай потери машины предусматривалось в двух местах. Первый заряд, в боеукладке, там просто отвинчивается колпачок, и дёргается шнур, как в немецкой гранате. Пара минут, и бадабум. Второй в виде в виде пояса с тротилом закрепляется на баллоне эжектора, минута и его разрывает на части. Закладки сделаны на неизвлекаемость, так что, если кто-то доберётся до машины раньше, то поделать ничего не сможет. Это чтобы сберечь секрет экстракции газов из ствола. Гарантия неполная, но лучше уж так, чем никак. Командование сочло, что риск утратить технологию, стоит испытания машины в боевых условиях.

— Ну и чего сидим, кого ждём. Ноги в руки, и за мной, — скомандовал Виктор.

Броники накинули, каски нахлобучили, остальное и в руках унести можно. А то, пока эдак будут возиться, оно как раз и рванёт. А в «бардаке», двойной боекомплект, между прочим.

Они успели укрыться за складкой, когда раздался первый взрыв. Грохнуло знатно, и мимо с пугающим шорохом пролетел увесистый кусок стали. Но это сущие мелочи в сравнении с тем, что будет когда рванёт по настоящему.

— Ходу, парни! — подхватываясь, выкрикнул Нестеров.

Бездумно выбегать не стал. Для начала убедился в том, что дым продолжает их прикрывать. Что там с машиной не видно, как и её саму. Сорвался с места, и вновь короткая перебежка, приметил глубокую промоину оставшуюся от потоков воды, и свалился в неё как в окоп. Жаль такие не попались двум отделениям, занявшим оборону. Это серьёзно упростило бы жизнь, но чего нет, того нет.

Сначала его толкнула земля, и лишь мгновением позже над ними ударила упругая взрывная волна, донёсся оглушительный взрыв, и с громким выворачивающим душу шуршанием, визгом, вжиканьем и ещё бог весть чем, пронеслись обломки и осколки брони. По каске пробарабанили камешки, комья земли, а самого Виктора накрыло густым слоем пыли. М-да. Пожалуй не стоило стягивать с себя комбинезон, потому как он сейчас стал бы не чёрным, а скорее серым.

После взрыва дымзавеса начала быстро рассеиваться, и вскоре Виктор услышал первые винтовочные выстрелы, а следом загрохотал пулемёт. Это его бойцы вступили в бой. Не прошло и десятка секунд, как на опушке рявкнуло орудие, а чуть погодя рвануло где-то справа. Похоже артиллеристы пытаются достать пулемётчика из отделения Гранина.

Нестеров выглянул из промоины и осмотрелся. Справа заметил один из танков, нацелившийся на позиции Овечкина. Деда конечно не в дровах нашли, и он сумеет разобраться с ним. Но дело усложняется тем, что машину прикрывает пехота, пока прячущаяся за бронёй. А это уже проблема.

Виктор сменил магазин с обычными патронами на бронебойные, и дослав патрон в ствол, приник к прицелу. Привычно на глаз внёс поправки, взял упреждение, замер, пока не появилось чувство единения с винтовкой. Благодаря развитым умениям оно и с обычным оружием срабатывает, а уж с артефактом, так и подавно. Наконец уверившись в том, что готов к выстрелу потянул спусковой крючок. «Горка» грохнула, толкнув в плечо.

Получено 175 опыта к умению «Винтовка-4» — 9294.

Получено 87 опыта к умению «Стрелок-4» — 2495.

Получено 87 опыта к умению «Камуфляж-4» — 9811.

Получено 9 опыта к умению «Снайпер-3» — 213/256000.

Получено 175 опыта — 0/4096000.

Невозможно начислить 175 опыта, необходимо академическое образование.

Получено 175 избыточного опыта — 5327.

Получено 9 свободного опыта — 616002.

Попасть в голову мехвода в М-2 никаких сложностей. Он же там сидит как в башенке. Танк какое-то время ехал прямо, а затем начал поворачивать влево. Виктор же в свою очередь и не думал просто наблюдать за происходящим. Рука привычно отработала затвором, загоняя в ствол следующий патрон.

Выстрел!

На этот раз не повезло командиру или наводчику. Не в голову, но наглухо. Как-то сомнительно, что удалось ранить сразу двоих. Всё же после преодоления пятнадцатимиллиметровой брони пробивная способность пули куда ниже, да и форму она теряет. Вариантов нет, прошить тело насквозь.

Перезарядился и вновь выстрелил. На этот раз не попал. Но следующим снова в цель. Правда только ранил, но всё же не зря. Потом ещё, два попадания, и оба раза ранения.

Вообще, бить танковый экипаж в тесной машине, если знать как устроено боевое отделение, не та уж и сложно. Тут скорее нужно удивляться тому, что однажды он всё же промазал. Ну, а тому, что подобное вытворяет винтовочная бронебойная пуля, пусть поражается противник.

Тем временем Туников открыл огонь из пулемёта, по пехоте сопровождавшей эту машину, и заставил её залечь. Не исключено, что при этом кого-то и достал. Но это нужно спрашивать уже его самого. Даже если бы они находились достаточно близко к «бардаку», тот прекратил своё существование, и теперь, в плане опыта, каждый сам за себя.

Вновь грохнула пушка. За ней вторая. И опять рвануло где-то в стороне и сзади. Судя по свисту пуль, позицию танкистов янки уже обнаружили, но, похоже, решили не перенацеливать артиллерию и заткнуть пулемёт на левом фланге.

Кто именно разобрался с экипажем танка они кажется ещё не поняли. Если вообще до них дошло, что танк выведен из боя. Жаль только временно. Саму машину из «Горки» не подбить, слишком слабое заброневое поражение, поэтому двигатель не повредить. Так что, эта машина довольно скоро вернётся в строй.

Впрочем, сейчас это не актуально. А вот полевые пушки, что лупят прямой наводкой, представляют собой проблему. И пулемёт замолк. Не то, чтобы это непременно означало беду, но его заткнули, факт. Как и то, что с пушками нужно разбираться.

Виктор отыскал первое орудие, которое вновь успело выстрелить. Бить по обслуге, никакого смысла. Толку от артиллеристов, если им не из чего стрелять. Поэтому галочка прицела села на кожух гидропневматического накатника. Виктор задержал дыхание, задействовав все свои умения. Дистанция слишком велика, так что пришлось учитывать и расстояние, и метеорологию. Наконец он уловил момент единения с артефактом и плавно потянул спусковой крючок.

Получено 175 опыта к умению «Винтовка-4» — 9731.

Получено 88 опыта к умению «Стрелок-4» — 2714.

Получено 88 опыта к умению «Камуфляж-4» — 10030.

Получено 9 опыта к умению «Снайпер-3» — 235/256000.

Получено 175 опыта — 0/4096000.

Невозможно начислить 175 опыта, необходимо академическое образование.

Получено 175 избыточного опыта — 5764.

Получено 9 свободного опыта — 616024.

Есть! Один выстрел, и минус орудие. Конечно его починят, но когда это будет. А вот сейчас его обслуге остаётся только материть чёртова стрелка, позицию которого, судя по сообщению Эфира, всё ещё не обнаружили. Над Виктором конечно пролетают пули, только огонь не прицельный, а просто по фронту.

Нестеров вновь прицелился и выстрелил, заставив замолчать и последнее орудие. Это он неплохо так постарался, всё ещё оставаясь незамеченным. А как ещё объяснить то, что очки продолжают падать на «Камуфляж».

А вот Туникова обнаруживают практически сразу. Он успевает сделать всего лишь пару тройку коротких очередей, после чего ему приходится менять позицию, из-за сосредоточенного обстрела. То же самое с Ясеневым и Уткиным, которые ведут огонь из автоматов, и так же постоянно меняют позиции. Всё же с подавляющей огневой мощью противника ничего не поделать.

Последний, шестой, танк развернулся и двинулся прямиком на позиции спешившегося экипажа. Скорее всего причина вовсе не в том, что они осознали, откуда именно исходит угроза. Просто их позиция была ближе остальных.

Смять центр, а потом атаковать одну из позиций обеспечив прикрытие пушкой и пулемётами. Конечно, граната в тридцать семь миллиметров это сущая безделица. Но это ведь смотря с чем сравнивать. К тому же, два пулемёта ведущие огонь по фронту, куда как серьёзно. Пусть с точностью у них и имеются определённые трудности, они вполне компенсируют её плотностью огня.

М-2 двигался прямиком на них, выставив лоб. Пехота двигалась следом, прячась за стальной тушей. Бить по броне, даже из «Горки» глухой номер. Смотровые щели узкие, но и другого варианта нет.

Сменил магазин, вогнав в ствол патрон с обычной пулей. Посадил галочку прицела на щель, и потянул спусковой крючок. Артефакт привычно толкнул в плечо, но дульный тормоз-компенсатор сработал как надо, поэтому цель Нестеров так и не потерял из виду. Чуть ниже прорези вспухло маленькое сизое облачко разлетевшегося в пыль свинца. Второй выстрел так же пришёлся ниже. Третий чуть выше. Результат движения машины по неровной местности. Не смотри, что дистанция уже меньше двухсот метров. И только четвёртый попал в цель, поразив мехвода в голову.

Едва осознав это, Виктор поспешил вновь сменить магазин. И два успел перезарядиться, как М-2 выставил перед ним борт. К этому времени Туников слегка причесал пехоту, повалив двоих или троих наступающих, остальные успели укрыться за отвернувшей машиной.

Нестеров отметил это краем сознания, полностью поглощённый желанием как можно быстрее разобраться с экипажем. Отработав затвором, словно у него в руках самозарядка, он вколачивал в борт корпуса и башни оду пулю за другой. К слову, к моменту как он закончил разбирать экипаж, танк остановился.

Наступавшие, укрывшись за стальной защитой, хотели было устроить перестрелку, но не тут-то было. Во-первых едва кто-то высовывался, как по нему отрабатывал Виктор. Правда, стрелять приходилось слишком уж впопыхах, а потому получилось лишь ранить двоих. Во-вторых, в дело вступил Ясенев, со своим гранатомётом.

Нестеров настоял на том, чтобы он поднял соответствующие умения до третьей ступени. А то, гранатомёт раздобыли, а толком обращаться с ним никто не умеет. Включая и самого командира. Ну вот не видел он смысла поднимать ещё и «Гранатомет» с «Гранатомётчиком». На кожухе ППГ-15 снизу устроили приливы, к каковым и крепили ручную артиллерию.

Виктор это не сам придумал, а подсмотрел на новых автоматах, которые пока ещё не поступили на вооружение. Или ими уже насыщают склады, чтобы потом в ускоренном темпе провести перевооружение? Тут он не в курсе. Хотя само оружие ему понравилось. Как и то, что имелись укороченные варианты специально для танкистов.

Хлопок, и граната ушла по крутой траектории, упав за стальной тушей. Ещё один. С третьим разрывом до противника наконец дошло, что это не случайность, а методичный обстрел. Нацгвардейцы, а в наступление отправили именно никарагуанцев, начали отступать. И нужно отдать им должное не побежали, а отползали, стараясь держать между собой и обороняющимися неподвижный танк.

Не успел Виктор порадоваться тому обстоятельству, что они без особых усилий, пусть и ценой потери «бардака» сумели отбить атаку, как в воздухе послышался характерный выхолаживающий грудь свист миномётных мин. И ведь это не пушки, их вот так просто из винтовки не достать.

Одно хорошо, если можно так сказать, били не по их позиции, а по отделениям засевшим дальше и по флангам. Сомнительное утешение, потому что по ним работали сразу два пулемёта. Виктору пришлось их затыкать.

Стрелял не в пулемётчиков, а по ствольным коробкам. Это не движущийся танк, а неподвижная цель. Так что, при его-то умениях, никаких проблем. Бойцы вроде бы и целы остались, но в то же время, обстрел прекратился. В смысле, винтовки так и продолжали палить, но это уже полегче.

Одно плохо, как-то уже привык получать повышенный опыт, а тут сущая безделица по девять очков, как за простое попадание в яблочко мишени. Впрочем, глупо жалеть об опыте, когда на кону жизнь. И уж тем более на фоне того, что помимо уже работающей пары миномётов, в дело вступили ещё два. Причём эти начали садить именно по ним.

— Меняем позицию, парни, — вынужден был отдать приказ Виктор.

Позицию снайпера противнику обнаружить так и не удалось. Но определить направление вполне. К тому же, примеченные пулемётчик и пара автоматчиков вполне себе приемлемый ориентир. Вот и накрыли площадь минами. Да плотно так, что комариный писк осколков слышится над головой густо и часто.

Пришлось убираться по дну промоины на четвереньках, поминая недобрым словом мелкие камни, впивавшиеся сквозь штаны в колени, и ладони. Ч-черт, надо бы озаботиться какой-никакой защитой. Он-то все больше в танке, а вот пехота… Интересно, почему никто об этом не подумал? Ага. Подумать же больше не о чем. Бывает у него подобное, чего уж. Но, стоит отдать таим мыслям должное, они далеко не всегда бесполезны.

Загребая руками сухой каменистый грунт, и поднимая за собой пыль, которая усугублялась оседающей от взрывов, Виктор довольно проворно передвигался по промоине, пока наконец не осознал, что оказался за очередным изломом складки местности, и можно высунуть нос. Мины пока рвались с противоположной стороны и немного в строне, что не могло не радовать.

Оглянулся на товарищей. Пропылённые, чумазые, с грязными от пота потёками на лицах, но невредимые. В смысле, они наверняка, как и он, страдают от головной боли, всё же приложило их знатно, лёгкая контузия гарантирована. Но в общем и целом, потрёпанные но готовые продолжить драться. Что радует.

Нестеров открыл планшет с картой. Топосъёмку тут провели конечно качественную, но к сожалению не нанесли каждую складку. А жаль. Благодаря умению он смог бы вывести парней, избегая зон прямой видимости. Впрочем, грех жаловаться, матрица высот всё же позволяла представить себе объёмную модель местности, и подобрать оптимальный маршрут.

— Значит так, парни, сидим и не отсвечиваем, — хрипло приказал Виктор, ощущая как сухость прошлась по горлу наждаком.

Ч-чёрт! Бой длится всего-то ничего, и поползать пришлось совсем немного, пусть и глотнув пыли, а у него в горле словно пустыня Гоби. Ладно, эти мысли сейчас не к месту, как и желание промочить горло холодной кристально чистой водой. М-да. Мечты.

Оставив парней внизу, сам Нестеров пополз вверх, к излому. Уходить конечно нужно, но не мешало бы внести ещё немного сумятицы в ряды наступающих. И ему с его «Камуфляжем» это сделать куда безопасней. Чтобы его подловить, нужен кто-то с хорошо развитыми умениями.

Ну что сказать, противник прекратил стрельбу из стрелковки. Зато щедро засыпал позиции обороняющихся минами. Виктор понятия не имел сменили ли позиции Овечкин и Гранин, но вот место где ещё недавно укрывался его экипаж утюжат совершенно напрасно.

Нестеров вскинул к глазам бинокль, и прошёлся беглым взглядом по опушке. Маскируются нацгвардейцы конечно неплохо, но против его «Наблюдательности», это не пляшет, от слова совсем. Вот только рядовые Нестерова не интересуют. Не получилось выявить лица начальствующие с наскока, посмотрит повнимательнее.

Вскоре его усилия были вознаграждены. Он приметил группу из трёх офицеров, которым не помогла укрыться ни полевая форма, ни накидка из маскировочной сети. И к слову, это были янки. Если окажется кто-то из высоких чинов, обличённых властью, лично отправившихся вперёд для рекогносцировки, это будет просто невероятная удача.

Виктор взял «Горку» и приник к прицелу. Кратность у него конечно не та, что у бинокля, но это и не важно, с его-то умениями и намётанным глазом охотника. Галочка села точно на лицо офицера, принятого им за старшего, внести необходимые поправки, с учётом метеоусловий, и плавно потянуть спуск.

Артефакт привычно лягнул в плечо, Нестеров же быстро передёрнув затвор, уже выцеливал следующего. Тот всполошился гибелью то ли товарища, то ли начальника. И пока пребывал в растерянности получил привет в голову. Третий попытался укрыться, но так уж вышло, что не сообразил с какого направления вёлся огонь, и наоборот подставился.

Три выстрела, три трупа. Отличный результат, что тут ещё сказать. И главное, попадания строго в голову, а значит «Аптечка» тут бесполезна. И если его догадка относительно командования верна, то им однозначно получилось выгадать не меньше часа, а то и больше.

— Всё парни, уходим, — скатившись вниз, приказал Виктор.

— Совсем, или только меняем позицию? — уточнил Туников.

— Пока отходим к деду. Мне нужна связь. И на будущее, Тимур.

— Я, — отозвался Ясенев.

— Что хочешь делай, на пупе извернись, но раздобудь ещё одну носимую радиостанцию.

— Так я же уже сделал для деда.

— Сумел раз, сможешь и в другой.

— Е-эсть, — обречённо вздохнул радист.

Глава 4. Секретное задание

Вездесущее солнце нашло-таки брешь в парусине палатки и один из лучиков скользнул в полумрак, упёршись точнёхонько в глаз Виктора. Вроде вчера ночью припёрся усталый как собака, и уснул не успев донести голову до подушки. Но стоило только этому озорнику коснуться закрытого века, как сна ни в одном глазу. Нестеров сразу сместился, будучи полон решимости проспать ещё эдак минут триста, но тщетно.

— Твою ж-же м-мать, — в сердцах выругался он, сдаваясь и открывая глаза.

В палатке было сумрачно, поэтому виновника его пробуждения долго искать не пришлось. Надо бы озадачить кого-нибудь, чтобы заштопали прореху. Сейчас-то пока сухой сезон и не особо жарко, к слову, но благость эта продлится недолго, скоро зарядят дожди и будет весело.

Он поднялся с походной складной кровати, сунул ноги в лёгкие сандалии и подхватив несессер с полотенцем, направился умываться. Хорошо иметь танк, способный увезти уйму имущества. И очень плохо терять его, потому что сердце кровью обливается от количества утраченного. Дед в Викторе дыру прожёг своим осуждающим взглядом. Ведь именно его прицеп с имуществом пришлось бросить в том поле.

А вообще, повоевали они славно. Как и предполагал Нестеров, он подстрелил кого-то очень непростого. Точных сведений пока нет, но целых два часа янки и нацгвардейцы не проявляли никакой активности. Потом-то они вновь пошли, и взвод Виктора сильно упираться не стал. Постреляли немного для порядка, да откатились назад, едва в воздухе засвистела первая мина. Выгадать получилось всего лишь минут двадцать, но и это хлеб.

Впоследствии они ещё пару раз устраивали противнику кровопускание, но теперь уже в лесу. Не сказать, что вышло сильно замедлить продвижение, однако задержки были. А там ещё и ушедшие вперёд мотоциклисты постарались, подрывая стволы деревьев и роняя их на дорогу. Имелась среди них парочка бойцов со вторыми ступенями «Сапёра» и «Подрывника», так что, отработали на ять.

Все эти старания не прошли напрасно. Рассечённые части сандинистов сумели организовано отступить, соединиться и занять позиции по холмам на подступах к Манагуа. Наступающие попытались было взять город сходу, но не преуспели в этом, понеся значительные потери.

Генерал Сандино не преминул выдать это за военную победу, раструбив на весь белый свет о том, что самосовцы и янки угодили в расставленную ловушку с ложным отступлением, и увлёкшись наступлением сходу напоролись на заблаговременные позиции, понеся катастрофические потери.

И люди верили в это. Во всяком случае, о том, чтобы какие-либо из областей думали отвалиться пока слышно не было. А тут это быстро происходит. Впрочем, причина скорее всего только в том, что сандинистам удалось удержать столицу. Будь иначе, и территория контролируемая повстанцами серьёзно так ужалась бы. Но пока ситуация стабилизировалась.

Хм. Ну, это если говорить о наступлении янки и Самосы. От лобовых ударов они отказались. Зато авиация утюжит позиции с завидным постоянством, да ещё вчера подтянули гаубицы, и боеприпасов они не жалеют, словно у них погреба бездонные.

Наступление полковника Аршинова на севере окончательно захлебнулось. И как это ни прискорбно, фронт завис в некоем равновесии, которое не продлится долго. Увы, но у сандинистов и варягов начал намечаться дефицит в снаряжении и боеприпасах. Снабжение по прежнему осуществлялось по воздуху, со слишком большим плечом доставки. А как изюминка на торте безраздельное господство авиации противника…

Виктор уже заканчивал умываться, когда перед ним предстал улыбающийся во все тридцать два зуба Ясенев.

— Разрешите доложить, товарищ поручик! — вытянулся он, по стойке смирно, с вещмешком за плечами.

— Докладывай, — вытираясь полотенцем, произнёс Нестеров.

— Ваше приказание выполнено. Достал носимую радиостанцию.

— Надеюсь не спёр.

— Обижаете, товарищ поручик. Я её выменял. Правда, она трофейная. Но я малость поколдую над ней, и уже к завтрашнему утру будет работать как часы.

— Хвалю, боец. Кстати, Тимур, у меня там палатка прохудилась, надо бы заштопать.

— А чего опять я-то? — нарочито скис Ясенев.

— Ну-у, не знаю. Наверное ты мне жизнью обязан.

— Теперь по гроб жизни поминать будете.

— Только до конца той, которую сам же тебе и спас. Вот разменяешь, и я отстану.

— А если самострел, считается? — с надеждой поинтересовался он.

— Считается конечно. Только от трибунала отмазывать не буду.

— Нет?

— Нет.

— Есть заштопать палатку.

Он вытянулся в струнку, и бросив руку к обрезу кепи, чёткий поворот кругом, два строевых шага… И замер, осматриваясь по сторонам. После чего приметил одного из бойцов и рявкнул, словно настоящий полковник.

— Рядовой Санчес!

Ну, в эти тонкости Нестеров уже вдаваться не собирался. Он и так знал, что Тимур сам за иголку не возьмётся. Не та натура. Впрочем, этому проныре многое сходило с рук. Причём прощал его далеко не только Виктор. В этом был замечен даже дед, к которому радист сумел подобрать ключик. С другой стороны, никаких сомнений, что он обставит всё так, что никарагунец ещё и горд останется выполненным поручением. Проныра же.

Пока приводил себя в порядок, прибежал посыльный, и сообщил о вызове в особый отдел. Нестеров не особо удивился по этому поводу. Утрата нового образца боевой техники не могла пройти бесследно. Правда, не понятно отчего вызывают только его, а не весь экипаж.

Когда вышел из палатки, послышался отдалённый грохот автоматической зенитной пушки, к которой вскоре присоединилась другая, а там затарахтели пулемёты и послышалась разрозненная винтовочная трескотня.

Сколько раз говорили, чтобы пехота укрывалась в блиндажах и перекрытых щелях, но всё без толку. Многие никарагуанцы мечтают получить награду за сбитый самолёт. Дополнительный гектар земли, не баран чихнул.

До их расположения бомберам дела не было. Скорее всего они и не подозревали о том, что под сенью деревьев находятся подразделения сандинистов, и уж тем паче варягов. Будь иначе, и тут уже вздымались бы рыжие султаны земли.

Сейчас же их интересовал передний край, проходящий по гряде холмов. Виктор поправил ремень висящей на плече «Горки», с которой он старался не расставаться. Это только считается, что фронт стабилизировался, а так-то случиться может всё что угодно. А его взвод, если что, всего лишь во второй линии.

Достать самолёты он даже не пытался, слишком далеко даже для его артефакта. Так что, пусть там отбиваются без него. Вот пару дней назад, он показал двум янки, по чём фунт изюма. Мало, что сбил, так его парни ещё и пилотов захватили, а он потом их обнулил и передал в особый отдел. Ему землица не полагается, зато начисляются премиальные.

— Что, товарищ поручик, жалеешь, что не на передке? А то бы поохотился, — пыхнув папиросой, хмыкнул подошедший Овечкин.

Виктор глянул на деда, пытаясь понять, дуется ли тот на него, иди уже отпустило. Похоже всё же смирился с потерей прицепа и имущества. Вот и ладно. А то беседовать с брюзжащим старшим унтером, которому не даёт покоя жаба, удовольствие ниже среднего.

— Ну-у, подстрелить парочку летунов всё на пользу, как считаешь Сидор Матвеевич, — осторожно ответил Нестеров.

Так как в поимке сбитых пилотов отличились парни Овечкина, то и половина опыта перепала им же. И не так мало, между прочим, на фоне их, пока ещё невеликих ступеней умений. Избытка у пленных оказалось предостаточно, самому Виктору досталось шестьдесят пять тысяч.

— Это да, польза от этого есть, — подтвердил старый солдат.

— Только я не на передок. В штаб вызвали.

— Станут пытать, как смог потерять машину?

— Это как водится. Только не начинай, Сидор Матвеевич.

Виктор сделал предостерегающий жест. Ну правда, сколько можно!?

— Не буду, — хмыкнул тот, и сунул в рот папиросу.

Пока добирался до штаба, авианалёт завершился. Несмотря на плотный огонь, в этот раз бомберы ушли в полном составе. Ну что сказать, мало умений, нужно ещё и твёрдость духа иметь, чтобы руки не тряслись, глаз не подводил, а голова сохраняла трезвость. Опять же, летунов то же не в дровах нашли, у них свои умения имеются.

— Разрешите, товарищ… майор, — запнувшись, произнёс Виктор.

Удивляться было чему. Начальнику особого отдела ЧВК тут вроде бы как делать нечего. Основные части варягов находятся на севере, потому тут вполне себе управлялся его помощник, в звании поручика. Но нет, сидит за складным полевым столиком, и что-то там записывает в ежедневник.

Как там у Козьмы Пруткова — память сие есть благо, но большее благо бумага. Многое бы отдали янки за возможность заполучить эту книжицу почти наполовину исписанную убористым каллиграфическим почерком.

— Проходите, Виктор Антипович, — закрывая ежедневник, указал особист на стул напротив себя. — Как ваши дела? Слышал, вы опять в прибытке. Уничтожили два самолёта, шесть танков, да парочку вывели из строя. Если так дело пойдёт и дальше, то эдак у республики не хватит ни наград, ни денег, чтобы рассчитаться с вами.

— Ну, всегда ведь есть вариант предъявить счёт, не так ли, Всеволод Иванович.

— Действительно полагаете, что мы настолько мелочны?

— Неужели за потерю «бардака» даже не спросите? — вздёрнул брови Виктор.

— Даже не надейтесь, Виктор Антипович. По всей форме. Правда, на ваше счастье она теперь приняла упрощённый вариант. Так что, сэкономить казённые средства не получится.

— И это греет сердце наёмника, — с наигранным облегчением произнёс Виктор.

— Рад за вас, — в тон ему произнёс майор, а потом уже серьёзно. — Сильно жарко было?

— Признаться, в Китае было пострашней. Там и время окапаться было, и позиция не в пример этой, а потому и упираться приходилось насмерть. Здесь в подобной обороне попросту не было смысла. Позиция хуже некуда. Обошли бы, и сожрали. Повезло, что их командование на передок вылезло, иначе нас сбили бы куда раньше.

— После напишите подробную докладную и представите поручику Смеянову.

— После? — удивился Нестеров.

— А вы думали начальник особого отдела лично приехал сюда, чтобы расспросить вас по факту боя и потери боевой машины? Не жирно ли, товарищ поручик?

— Тогда я теряюсь в догадках, зачем я вам понадобился, — вынужден был признать Виктор.

— Разрешите, товарищ майор.

В палатку вошёл Питон. Виктор был знаком с этим капитаном спецназовцем, командовавшим разведвзводом ЧВК. Даже успел у него кое-чему подучиться. К примеру, делать заготовки из концов верёвок, чтобы было сподручней вязать пленников. Вот только зачем он тут, совершенно непонятно. Опять нужно вызволить кого-то из плена? Но, без «бардака» в этом деле у Виктора никаких преимуществ перед спецурой.

— Проходите капитан, — пригласил майор, указывая на свободный стул. — Итак, товарищи офицеры, перед нами поставлена боевая задача по уничтожению авианосцев противника. Удар должен быть молниеносным и сокрушительным. Таким, чтобы пух и перья.

— Всех авианосцев или можно на выбор? — дурашливо поинтересовался Виктор.

А что такого!? Какая задача, такой и ответ. Почему тогда просто не раскатать в одиночку весь экспедиционный корпус янки. Да как два пальца об асфальт!

— Не хохмите, Нестеров, вам это не идёт, — покачал головой Ворохов. — Задача группы капитана Михновец сопроводить вас до места. Ваша, определить точные координаты кораблей и передать их посредством «Кинитофона» во Владивосток, — особист выложил на стол коробочку артефакта.

— А почему именно я? — удивился Виктор.

— Потому что компетентного специалиста с необходимым допуском сюда доставить слишком хлопотно. Из-за авиации противника два дирижабля с грузами завернули когда они уже были на пути в Никарагуа. А среди варягов вы единственный, кто имеет и соответствующие допуски, и обладает необходимыми умениями, чтобы дать точное целеуказание, — пояснил майор.

— Если я правильно понимаю, речь идёт об умении «Корректировщик», — уточнил Виктор.

— Именно.

— Но у меня его нет. Мало того, «Гаубица» и «Гранатометчик» не подняты даже до первой ступени, а «Гранатомёт» до второй. Не открыты «Артиллерист» и «Канонир». Это прорва опыта.

— Насколько мне известно, у вас в наличии более шестисот тысяч свободного опыта… — начал было Ворохов.

— И мне есть куда их потратить, — покачав головой, перебил его Нестеров.

— То есть, в ваши планы не входит развивать воинские умения?

— Только те, от которых мне будет реальная польза. В противном случае, я намерен использовать его для обмена на надбавки. У меня были плохие стартовые позиции, и этого солидного запаса хватит только на восемь очков.

— И отчего же вы ещё не использовали ваш опыт?

— Война приучила иметь козыри про запас, и это меня уже ни раз выручало. Но тогда лично для меня в поднятии умений был практический смысл. Сейчас же его нет. И вообще, я как солдат готов драться за интересы республики. Но отчего я должен делать это за свой счёт, если враг не топчет мою Родину.

— А вы своего не упустите, Виктор Антипович.

— Есть такое дело, товарищ майор. С другой стороны, у меня в загашнике опыта втрое меньше от потребного.

— Подсчитайте сколько вам понадобится опыта, чтобы поднять «Корректировщика» на четвертую ступень.

— Ого! А к чему такая точность-то?

— Всё узнаете в своё время. Или не узнаете. В любом случае о цели задания и о том, чему вы будете свидетелем, вам придётся молчать. И, да, вот очередная подписка, — подвинул особист по столу уже заполненный бланк.

Кроме того, перед Виктором возникло сообщение Эфира, о заключении соглашения о неразглашении. Ему всегда было интересно, к чему нужны эти бумажки, коль скоро договора по Сути, имели ту же юридическую силу, а их нарушение влекло за собой такие штрафы, что только держись. Проще уж неукоснительно придерживаться всех пунктов контракта. И это плюсом к тому, что окажешься под следствием. Нестеров понятия не имел как это работает, да и никто из яйцеголовых не мог высказать ничего вразумительного, оставалось только принимать это как должное.

Прежде чем подписать, он уже по обыкновению пробежал содержание взглядом. Ничего особенного, вполне себе стандартная форма, с вариациями на тему. А потому он не видел сложностей в том, чтобы параллельно этому произвести необходимые подсчёты.

Благодаря хорошо приподнятому Интеллекту ему с достаточной лёгкостью теперь давались и сложные вычисления, чего уж говорить о простых арифметических действиях. А уж когда это касалось Сути, так и подавно, потому что с этим цифрами достаточно легко обращались даже малограмотные. Суть же, и этим всё сказано.

— Товарищ майор, для поднятия умений на необходимый уровень, мне требуется один миллион девятьсот семнадцать тысяч пятьсот девяносто семь опыта, — доложил он, передавая особисту подписанный бланк.

— М-да. Я вообще-то полагал, что ты обойдёшься казне подешевле. Нестеров, ты же прорву опыта извёл, и всё не в коня корм.

— Так, кони они разные, товарищ майор. Одни рысаки, другие беговые, третьи ломовые.

— Да кто бы спорил. Ладно, получишь свой опыт. Кононов, — повысив голос позвал он.

— Я товарищ майор, — вошёл в палатку поручик.

— Отсыпь этому хитрецу опыта, сколько скажет.

— Есть.

Покинув палатку особиста, Нестеров с Кононовым прошли в другую, явно занимаемую поручиком-характерником временно. Вроде и не пустая, но уж больно выглядит необжитой. Похоже Ворохов приехал сюда специально из-за Виктора, притащив с собой характерника и разведгруппу. Что весьма странно. Куда проще было его вызвать в основное расположение ЧВК, находящееся севернее.

Процесс передачи опыта, как и всегда, не отнял много времени. Не прошло и пяти минут, как Виктор был свободен. Отошёл к дереву, укрывшись от солнца под его кроной, и подперев плечом ствол, начал раскидывать полученное богатство по умениям. Процесс недолгий, если знаешь, что именно должен сделать. Он знал.

Для начала поднял до четвёртой ступени «Гаубицу», после чего пришёл черед открыть новое умение «Артиллерист» и так же задрать его до существующего максимума. Далее последовали «Гранатомёт» и «Гранатомётчик». Затем задрал «Снайпера» и получил доступ к «Канониру». Схожие умения относящиеся к категории Эфира, только работает не со стрелковым оружием, а с пушками. И наконец искомый «Корректировщик», из той же оперы, но для гаубиц и миномётов. К слову, у них разброс так велик, что тут влияние умения заметно в особенности.

М-да. Неслабо это он сейчас так приподнялся. Жаль только академического образования нет, а то разом преодолел бы дистанцию до двенадцатой ступени Сути. Эти мысли его всегда одолевают, когда приходится вливать прорву опыта в рост умений.

Вообще-то, последние полтора месяца он времени даром не терял. Мало, что успел приподнять достаточно избытка, который перевёл в свободный. Так ещё и четыре изобретения сделал, вогнав полученные надбавки в Интеллект.

Сам не зная отчего, возможно из желания покрасоваться перед самим собой, Виктор вызвал перед своим внутренним взором Суть, и окинул её ревнивым взглядом.

Ступень — 11.

Возрождение — 2.

Опыт — 0/4096000

Свободный опыт — 691170.

Избыточный опыт — 0.

Очки надбавок — 0.

Сила — 1.3.

Ловкость — 1.3.

Выносливость — 1.3.

Интеллект — 1.7.

Харизма — 1.7.

Умения — 67.

УМЕНИЯ

ЭФИР

Артефактор-3 — 0/256000.

Канонир-4 — 0.

Корректировщик-4 — 0.

Наставник-4 — 1025.

Снайпер-4 — 0.

Характерник-3 — 0/256000.

Шестое чувство-4 — 2.

ГРАЖДАНСКИЕ

Рабочие специальности

Водитель — 1370/2000.

Кулинария — 1050/2000.

Лингвистика-4 — 475.

Маляр-3 — 883/256000.

Механик-4 — 8000.

Портной-1 — 3203/4000.

Радиодело-4 — 0.

Столяр-1 — 1600/4000.

Скорняк — 1000/2000.

Слесарь-4 — 34000.

Тракторист-1 — 1970/4000.

Токарь-4 — 6000.

Часовщик-4 — 0.

Электрик-1 — 2890/4000.

Охотничьи

Кинолог — 1050/2000.

Ловчий-1 — 1585/4000.

Маскировка-4 — 0.

Рыболов — 1150/2000.

Следопыт — 645/2000.

Спортивные

Велосипедист — 1350/2000.

Гимнаст-2 — 3612/16000.

Легкоатлет-3 — 5513/256000.

Лыжник-2 — 353/16000.

Футболист — 818/2000.

Хозяйственные

Животноводство — 870/2000.

Земледелие — 1050/2000.

Птицеводство — 950/2000.

ВОЕННЫЕ

Стрелковое оружие

Винтовка-4 — 13904.

Пистолет-3 — 53109/256000.

Пистолет-пулемёт-4 — 0.

Пулемёт-3 — 67132/256000.

Ружье-4 — 2160.

Артиллерия

Гаубица-4 — 0.

Гранатомёт-4 — 0.

Пушка-4 — 23810.

Холодное оружие

Длинные клинки — 1000/2000.

Короткие клинки-3 — 128/256000.

Метание клинков-2 — 4059/16000.

Праща — 1000/2000.

Рукопашный бой

Кулачный бой-3 — 1160/256000.

Самбо-3 — 12614/256000.

Инженерные

Сапёр — 1012/2000.

Военная специальность

Автоматчик-4 — 0.

Артиллерист-4 — 0.

Гранатомётчик-4 — 0.

Заряжающий-4 — 0.

Кавалерист — 1025/2000.

Командир танка-4 — 39053.

Механик-водитель-4 — 0.

Метеоролог-4 — 0.

Наводчик-4 — 11904.

Подрывник — 352/2000.

Пулемётчик-1 — 546/4000.

Радист-4 — 0.

Стрелок-4 — 4801.

Топограф-4 — 0.

Штурмовик-4 — 1080.

Воинские умения

Камуфляж-4 — 12117.

Кошачье зрение-1 — 3735/4000.

Наблюдательность-4 — 168.

Что тут сказать, стартовые позиции у него и впрямь не впечатляли, но прошло каких-то четыре года, и он уже оставил далеко позади не только своих сверстников, но и товарищей куда старше его, как по возрасту, так и по званию.

— О чём задумался, танкист? — подойдя к нему, поинтересовался Питон.

— Да, вот сообразить не могу, к чему было вам ехать сюда, если авианосцы находятся в заливе Фонсека.

— «Саратога» и «Лексингтон» находятся там. И туда нам ещё предстоит добраться. Но наша цель новейшие «Йорктаун» и «Энтерпрайз», которые непогода загнала в одну укромную бухту, в полусотне километров отсюда. Ситуация у Манагуа, считается критичной, поэтому в первую очередь необходимо лишить янки преимущества в авиации именно здесь.

— Ясно. Когда выходим?

— Темноты дожидаться не будем, двинем в час пополудни, с началом сиесты.

— Не крякнем?

— Ничего, выдержим. Зато янки и нацгвардейцев разморит и шансов нарваться будет поменьше. А вот времени у нас мало, как только волнение утихнет, корабли выйдут в океан.

— А что от нас требуется?

— Тебе уже всё сказали. Наша задача доставить тебя в целости к стоянке авианосцев. Твоя, передать точные координаты кораблей. А уж что там и как работает, нас не касается.

— Ладно. Тогда пойду готовиться.

— Кстати, ты ведь винтовку с оптикой не для красоты носишь.

— Я умею стрелять, — кивнув, подтвердил Нестеров.

— Прихвати с собой. У нас в группе есть снайпер, но два отличных стрелка, лучше одного.

— И не думал с ней расставаться, — заверил капитана Виктор.

— И ещё. На время операции тебе нужен позывной.

— А чего тут думать, Тополь, — пожал плечами Виктор.

— Это у вас у танкистов, ты Тополь.

— А разница? Я же не насовсем в спецуру ухожу, а только прикомандирован.

— Хм. Логично. Ну, Тополь, значит, Тополь. Озвучу Ворохову.

Виктор уже отвернулся было, чтобы направиться в свою палатку, но в этот момент к нему подошёл поручик Смеянов, и закинув руки себе за спину, радушно улыбнулся.

— Что? — вздёрнул бровь Нестеров.

— Собираетесь лезть на вражескую территорию и рисковать жизнью, не приведя свои дела в порядок?

— Вы про докладную о том бое?

— Разумеется.

— Господи, ну нельзя же быть такими бюрократами, — вздохнул он.

— Ну, ваша работа драться на поле боя, наша охранять тылы, но делаем-то мы одно дело, — всё так же радушно улыбаясь пожал плечами поручик особист.

Глава 5. Убойный артефакт

Лоси. У Виктора просто не находилось более подходящего эпитета, чтобы охарактеризовать своих спутников. Переход в полсотни километров, в сжатые сроки? Да не вопрос. Он готов к такому марш-броску, спасибо надбавкам, подготовке в училище, собственной усидчивости, ну и наконец охотничьим навыкам, научившим его быстрому передвижению по пересечённой местности. Это, если что, тайга, с её сложным рельефом, буреломами, болотами и прочими прелестями. Но вот такого он просто не ожидал.

Едва перешли линию фронта, как спецназовцы взяли такой темп, что Виктор едва поспевал за ними. Он вообще не представлял, что такое возможно, да ещё по полной выкладке и в дневную жару. А ещё удивлялся, когда Питон на полном серьёзе говорил о том, чтобы он брал с собой только по настоящему нужное. Виктор так и поступил, благо знает, что значит марш-бросок. И только когда группа пошла в полную силу оставив позиции противника за спиной, до него дошёл смысл слов командира группы. Сейчас он избавился бы ещё от чего-нибудь.

Пытка продолжалась три часа, за которые они успели преодолеть более тридцати километров. Только после этого Питон объявил короткий привал, с приёмом пищи. Виктор буквально рухнул на землю, ловя ртом воздух, и решая для себя, стоит ли избавиться от какого-нибудь имущества, прикопав его на месте стоянки. С одной стороны, он вроде бы и не брал ничего лишнего, но с другой, дальше будет ещё труднее.

— Ты как? — опустился рядом с Нестеровым, Михновец.

— Ну вы и лоси, — выдохнул Виктор.

— Есть немного. А ты что же в Выносливость не вкладывался? — поинтересовался капитан.

— А зачем мне это? Я же танкист, приподнял до необходимого минимума, чтобы поступить в училище, и ладно, — продолжая глубоко дышать, ответил Нестеров.

— Ага, помню, слабая стартовая позиция, и очки надбавок вложенные в базу Сути, — кивнул спецназовец, памятуя разговор в палатке особиста.

— Именно, — подтвердил Виктор и поинтересовался, — Послушай Питон, мне вот интересно, а почему нам нужно застать корабли именно в бухте?

— Не знаю, что там и как, но стоит кораблям прийти в движение, и наш выход теряет смысл.

— С чего бы?

— Потому что достать авианосцы мы сможем только на якорной стоянке.

— То есть, толк от того, что хотят использовать будет только по неподвижной цели?

— Мне известно лишь в части касающейся. И всё, что знал, я уже озвучил.

— Ясно, — наконец продышавшись, Виктор полез в рюкзак за тушёнкой и сухарями.

— Слушай, Тополь, мне вот интересно, у тебя реально в загашнике порядка семисот тысяч свободного опыта?

— Так и есть, — вгоняя нож в крышку консервной банки, подтвердил Нестеров.

— А чего же ты, имея такую серьёзную мошну не вложишься в спортивные умения? Все они в той или иной мере влияют на физическую форму и сегодня были бы тебе в помощь.

— Думаешь, мне опыт с неба падает?

— Ну, ты вроде как характерник, и нужные артефакты у тебя имеются. Буквально на днях поимел солидный куш со сбитых пилотов.

— Я гляжу земля слухами полнится, — хмыкнул Нестеров. — Предпочитаю немного потерпеть, а не разбрасываться направо и налево опытом, за который заплачено немалой кровью.

— Планы на будущее, — кивнув, произнёс Михновец.

— Именно. И пока я не вижу смысла их менять, — отгибая крышку консервы, подтвердил Нестеров.

Привал вскоре закончился. Они закопали мусор и продолжили путь. Не сказать, что Виктор не думал о словах Питона. Думал. Ещё как. Даже с началом движения. Однако, так и не нашёл ни единого весомого аргумента в пользу того, чтобы приподнять спортивные умения до третьей ступени. В принципе, на фоне его кубышки, опыта это съело бы немного, но с другой стороны, он не видел в этом смысла. Поэтому терпел вторую часть их пути, продолжая движение через не могу, и пошло оно всё к чёртовой матери…

Не сказать, что бухта была такой уж большой. Но безопасную стоянку для «Йорктауна» и «Энтерпрайза» вполне обеспечивала. Корабли эскорта находились уже снаружи и мористее. Вообще, авианосцам куда лучше быть в море, и выпускать самолёты крейсируя вдоль берега. Но волнение в океане всё ещё не успокоилось, что серьёзно осложняло взлёт и посадку. Погода неподвластна человеку и не собирается считаться с его планами. Поэтому пришлось искать безопасную стоянку, дабы иметь возможность использовать авиацию.

Авианосцы стояли параллельно друг другу, носом к выходу из бухты. Самолёты запускали с помощью катапульт, и палубная команда суетилась как муравьи. На первый взгляд, на кораблях происходит какая-то хаотичная суета. На деле же, каждый знал, что именно должен делать, и если присмотреться, то станет заметна некая упорядоченность и рабора хорошо отлаженного механизма.

Самолёты взлетали по одному каждые две минуты, кружили вокруг бухты, и когда эскадрилья наконец собиралась уходили за горизонт. Затем на палубу начинали садиться вернувшиеся с боевого вылета. И всё это в непрекращающейся карусели. Зрелище просто завораживало.

— Ну что, Тополь, твой выход, — кивнув в сторону кораблей, произнёс Питон.

— Я так понимаю, от меня требуется определить точные координаты авианосцев, — сбрасывая с плеч рюкзак, произнёс Виктор.

— Ты чертовски догадлив, — хмыкнул спецназовец.

— Ага. С детства мамка догадой звала, — в тон ему ответил Нестеров.

Извлёк планшет с картой, и определил своё местоположение с точностью до секунды. А это квадрат со стороной в тридцать с небольшим метров. Потом с помощью своего глазомера измерил расстояние до носа «Энтерпрайза», прикинул угол воображаемой прямой, и наконец получил искомую точку. Потом зафиксировал ещё две точки, на корме и в центре корабля. После чего всё то же самое повторил и с «Йорктауном».

В идеале не помешала бы триангуляция, но он вполне доверял своим умениям, в несомненной пользе которых уже давно убедился. Ну и такой момент, что времени для того, чтобы занять другую позицию у них попросту не было, а значит придётся стрелять от бедра. Между прочим, при наличии соответствующих навыков, не столь уж и безнадёжное занятие, и Виктор наблюдал это собственным глазами, когда его батя разбирался с хунхузами.

— Готов? — поинтересовался Питон, видя, что Нестеров, отложил карту и берётся за «Кинитофофон».

— Дурное дело не хитрое. Ну что, активирую?

— Давай, мы уже связались с Вороховым, а он с руководством, так что тебя там уже ожидают с нетерпением.

— Я гляжу прямо серьёзно так подготовились, — Виктор кивнул на бойца, у которого в руках была небольшая кинокамера.

— Приказано записать хронику. С трудом отбоярились от кинооператора. Пихали его нам, как дар небес. Хорошо хоть Тайга у нас увлекается этим делом, даже киномехаником в кинотеатре подрабатывал в отпуске.

— Понятно. Ладно, поехали, — поведя шеей, произнёс Нестеров, и активировал артефакт. — Здесь Тополь, готов к передаче координат.

— Слышу тебя Тополь, готов принять координаты, — раздался из небольшого динамика изменённый механический голос.

После передачи данных прошло не меньше двух минут, по прошествии которых метрах в двадцати от правого борта «Энтерпрайза» вспух пенный шар, а затем взметнулся огромный столб воды. Очень похоже на взрыв глубинной бомбы. Виктору воочию это наблюдать не приходилось, только на киноэкране, но там кажется всё было взаправду.

Чего-то подобного Нестеров и ожидал, а потому внимательно всматривался в авианосец. Однако никакого сброса бомбы он не заметил. Ну и как тогда туда доставили заряд? Быть может артефакт, который установили на ту же торпеду. Как вариант, могли создать такой, которому передают координаты, он выдвигается на место, и происходит подрыв. Признаться, после своей «Горки», он уже мало чему удивится.

— Промах, — произнёс Виктор в динамик артефакта.

Неизвестный запросил координаты взрыва. После чего замолчал на несколько минут, а затем вновь вспухла вода, и взметнулся столб воды. На этот раз под самым бортом авианосца. И вполне возможно, что тот получил пробоину. Нестеров сообщил об увиденном. Тихо худея с сообщения Эфира.

Получено 5333 опыта к умению «Гаубица-4» — 5333.

Получено 2666 опыта к умению «Артиллерист-4» — 2666.

Получено 2666 опыта к умению «Камуфляж-4» — 14783.

Получено 266 опыта к умению «Корректировщик-4» — 266.

Получено 5333 опыта — 0/4096000.

Невозможно начислить 5333 опыта, необходимо академическое образование.

Получено 5333 избыточного опыта — 5333.

Получено 266 свободного опыта — 691436.

Бог весть, какое отношение имеет новое оружие к артиллерии, но то, что тут и близко нет никакой гаубицы факт. А вот количество прилетевшего опыта, что говорится внушало. Как-то не интересовался как обстоят дела с опытом у моряков. Но если сейчас ему начислили по флотской шкале, то танкисты нервно курят в сторонке. У них там и калибр не чета танковому, и железа столько, что танк даже в сравнении с эсминцем букашка.

Или причина в том, что этим взрывом накрошило целую тучу народу? Как вариант вполне возможно. Но отчего-то он всё же склонялся к мысли, что причина тут в разной шкале получаемого опыта.

Тем временем на кораблях поднялась суета, уже не имеющая ничего общего с запуском самолётов. На «Энтерпрайзе» похоже сыграли аврал и в дело вступили аварийные команды. За кормой «Йорктауна» взбурлила вода, и он начал медленное движение. Знают или предполагают чем могли их атаковать? Возможно. Разведка у янки поставлена хорошо. А может просто решили покинуть потенциально опасное место, что скорее всего.

— Координаты «Энтерпрайза» прежние? — через некоторое время послышался голос из «Кинитофона».

— «Энтерпрайз» неподвижен, похоже всё же получил пробоину. «Йорктаун» пришёл в движение, но координаты его первой точки пока актуальны, — доложил Виктор.

— Принято.

И практически сразу на «Энтерпрайзе» раздался взрыв, отчего крышку одного из люков выбросило вверх, словно пробку шампанского, а в проём выметнуло столб дыма. Буквально несколько секунд, и оттуда повалили густые чёрные клубы, однозначно начался пожар, причём нешуточный.

Получено 5834 опыта к умению «Гаубица-4» — 11167.

Получено 2917 опыта к умению «Артиллерист-4» — 5583.

Получено 2917 опыта к умению «Камуфляж-4» — 17700.

Получено 292 опыта к умению «Корректировщик-4» — 558.

Получено 5834 опыта — 0/4096000.

Невозможно начислить 5834 опыта, необходимо академическое образование.

Получено 5834 избыточного опыта — 11167.

Получено 292 свободного опыта — 691728.

А вот теперь похоже без потерь у янки точно не обошлось. Если за второе попадание начислено столько же, сколько и за первое, то одними только ранеными получится свыше двух десятков. Если есть и убитые, то конечно поменьше. Вот оно как всё серьёзно-то у морячков, упакованных в железо. Если прилетело, так прилетело, штабы не успевают похоронки писать.

Несмотря на охватившее его удивление, Виктор продолжал докладывать обо всём, что наблюдал своими глазами. Неподалёку стрекотал заводной механизм кинокамеры. Тайга продолжал фиксировать происходящее на плёнку, а его товарищ уже стоял рядом, с подготовленной кассетой.

— Тополь, что делает «Йорктаун»? — спросил неизвестный, неизвестно откуда.

— Приблизился к выходу из бухты, прежние координаты уже не действительны.

— Рассчитай координаты точки с упреждением, и подай сигнал, когда её достигнет его бак.

— Сколько нужно времени чтобы прицелиться и выстрелить? — уточнил Нестеров.

— На прицеливание минимум пятнадцать секунд, выстрел мгновенно.

— Принял.

Виктор наметил для ориентира воображаемую точку на воде, быстро произвёл вычисления и передал данные по «Кинитофону». Затем выждал примерно с полминуты, пока «Йорктаун» наползёт на неё, после чего подал сигнал. Честно сказать, он не ожидал, что получится попасть, а предполагал, что опять скажется разброс неизвестного оружия. Потому и взял точку максимально близко к авианосцу, с расчётом на то, что удастся сделать ещё пару выстрелов. После тот слишком отдалится, и точность расчётов Нестерова сильно просядет. Перезарядка у неизвестного оружия слишком долгая.

Но случилось так, что они попали. Да ещё как! Палуба на баке «Йорктауна» вспухла горбом, а борта раздались в сторону, словно их распирало изнутри. Вообще-то и распирало. Похоже заряд неизвестного оружия детонировал в артиллерийском погребе. Мгновение, и раздувшийся было авианосец разорвало в клочья, сверкнуло, и его тут же окутали непроницаемые бурые клубы дыма.

Обломки корабля ударили по «Энтерпрайзу» проламывая его борт, смахивая находящиеся на палубе самолёты, снося огневые точки противовоздушной обороны и раскурочивая надстройки. В довершение его подхватила волна, и как щепку выбросила израненный корабль на берег, завалив его на уцелевший борт.

— Охренеть! — поражённо произнёс Виктор.

И кажется он был не один, а вместе с ним не сдержались и все спецназовцы, сказав это в едином порыве. Вот только Нестеров оказался настолько поражён, что не замечал ничего вокруг. Во второй раз он исторг возглас изумления, когда смог осознать сообщение Эфира.

Получено 101291 опыта к умению «Гаубица-4» — 112458.

Получено 50645 опыта к умению «Артиллерист-4» — 56228.

Получено 50645 опыта к умению «Камуфляж-4» — 68345.

Получено 5064 опыта к умению «Корректировщик-4» — 5622.

Получено 101291 опыта — 0/4096000.

Невозможно начислить 101291 опыта, необходимо академическое образование.

Получено 101291 избыточного опыта — 112458.

Получено 5064 свободного опыта — 696792.

Он даже представить боялся сколько человек только что отправил на тот свет. Конечно наверняка моряки имеют соответствующее образование, и как следствие возродятся. Правда, это если в американском флоте тот же подход, что и в дэвэровском. Но ведь возродиться можно и в каком-нибудь затопленном и замкнутом пространстве, откуда попросту не выбраться, и он будет обречён на повторную гибель.

От нехороших мыслей охвативших его, Виктора буквально передёрнуло, и он сразу побледнел.

— Ты чего, Тополь? — встряхнул его за плечо Питон.

— Да, как-то не доводилось ещё разом отправлять на тот свет такую прорву народу, — нервно сглотнув, произнёс он.

— Брось. Это там где мир, трагедия. На войне всего лишь статистика, и потери личного состава, влияющие на боеспособность подразделения, части, армии. Ты же уже столько хлебнул, что мама не горюй. С чего тебя торкнуло-то?

— Думаешь я этого не понимаю. Со мной разное случалось, но вот такое впервые.

— Хм. Бывает. Тогда просто помни, что подавляющее большинство из них поднимутся, получат выходное пособие и отправятся домой на гражданку. Так что, где-то ты им даже удружил, избавив от всех этих страстей войны.

— Ага. Прям благодетель, — невесело хмыкнул Нестеров.

В ответ Питон только пожал плечами.

— Тополь, почему молчишь? Отвечай, каков результат? — послышался голос из «Кинитофона».

Они там издеваются? А сами что же не получили сообщение от Эфира о том, что тут творится? Вот как-то сомнительно, чтобы оно пришло только Виктору, как и перепал ему весь опыт. Но с другой стороны… Что-то он и впрямь сопли распустил. Не вьюноша бледный, со взором горящим. Успел повидать столько, что не всякому умудрённому годами ветерану перепадёт.

— Здесь Тополь. Попадание, предположительно в артиллерийский погреб под баком. «Йорктаун» разнесло на куски. «Энтерпрайз» изрешетило осколками, и выбросило на берег. А ещё, на нём разгорается пожар, который уже никто не тушит.

— Вы всё засняли?

Виктор глянул на Тайгу, тот утвердительно кивнул, убирая кинокамеру в жёсткий футляр.

— Да, всё засняли.

— Питон, ты рядом?

— Питон на связи, — приблизившись, произнёс капитан.

— Ты должен сделать всё возможное, чтобы отснятый материал был доставлен в особый отдел «Варяга».

— Приказ ясен.

— Отлично. Далее по плану. Выдвигайтесь в залив Фонсека. Ожидаем вашего выхода на связь через двое суток.

— Принял.

— Конец связи.

— Конец связи. Ну что, братцы, вы всё слышали, — обведя взглядом товарищей, произнёс капитан.

— Если я не ошибаюсь, тут по прямой сто двадцать километров, — произнёс Виктор.

— У тебя же «Топограф» на четвёртой ступени, как ты можешь ошибаться, — пожал плечами спецназовец.

— За двое суток? Да я сдохну нахрен, — возмутился Нестеров.

— Это проблема, — под смешки своих бойцов, развёл руками Питон.

Глава 6. Гулять, так гулять

Какими бы лосями ни были спецназовцы, но на счастье Виктора они всё же не собирались проделывать долгий путь до залива Фонсека на своих двоих. Хотя, признаться, Нестеров принял слова Питона за чистую монету. На фоне уже проделанного марш-броска и имеющихся у них надбавок в Выносливость и Силу, звучало это вполне правдоподобно.

А ещё, у них имелась химия, которая могла взбодрить так, что усталости как не бывало. Не балтийский чаёк, о котором говорил батя, а нечто более забористое. Однако, капитан решил, что для этого средства слишком рано. Вообще-то, уже через полчаса бега, Виктор с ним поспорил бы. По его мнению, как раз самое время.

Поначалу-то вроде было полегче, чем перед финишем у бухты. Однако уже совсем скоро Виктор начал прикидывать, без чего в своём снаряжении он мог бы обойтись. Не решившись от чего-либо избавиться, он начал всерьёз подумывать, а не поднять ли спортивные умения до третьей ступени.

Он так и не успел прийти к окончательному решению, когда пытка бегом по пересечённой местности закончилась. Не то, чтобы окончательно, но они по меньшей мере остановились. Нестеров осмотрелся, и сквозь листву подлеска рассмотрел серую ленту грунтовой дороги. Не сказать, что шоссе, но вполне наезженная. Первая мысль пришедшая на ум, они дождутся темноты, и побегут прямо по ней. Идея ему понравилась куда больше, чем забег по пересечённой местности.

— Готовим бесшумное оружие, — приказал Питон, и потянул из кобуры своего «Вепря».

Поправочка. Похоже командир решил захватить транспорт. И эта идея Нестерову понравилась куда больше, чем пеший переход по дороге. Как говорит старая поговорка — лучше плохо ехать, чем хорошо идти.

Виктор извлёк пистолет и споро навернул на ствол глушитель. Следом достал плечевой упор, гнутый из стальной проволоки, и вогнал его крепление в полозки на рукояти. Всё, готов к бою.

В отличии от него, снайпер группы, закрепил прибор для бесшумной стрельбы на стволе винтовки, и сменил магазин, на снаряжённый дозвуковыми патронами. Капитан вопросительно посмотрел на Виктора.

— Бесполезно, — покачал Нестеров, в ответ на немой вопрос. — Даже если дозвуковые патроны, из моей «Горки» пули вылетят с высокой скоростью. Нужно отдельно крутить.

— Неужели не озаботился? — вздёрнул бровь Питон.

— Озаботился конечно. И глушитель имеется. Только их у меня немного, а дистанция тут пистолетная, не вижу смысла расходовать штучные патроны. Я и из «Вепря» на полсотни метров положу в глаз, — заверил Нестеров.

— Ой ли? Кучность пистолета не позволит, — усомнился капитан.

— Даром что ли я в умения вкладывался и «Снайпера» открывал. Положу точно по месту, даже не сомневайся.

— Слышал, что у тебя настоящий артефакт, а не винтовка, — с явной завистью произнёс снайпер, когда командир наконец переключился на остальных бойцов.

Вот так сразу и не поймёшь, чему он завидует больше, «Горке» или умениям Нестерова. Благодаря «Характернику» тот видел Суть всех спецназовцев, а потому знал, что Крюку до «Снайпера» ещё далеко. Спецура-то она спецура, но похоже он пока ещё не достиг того уровня, когда государство готово вкладываться в бойца по полной. Вот, Виктор сподобился. Ну или всякий раз оказывался в нужное время и в нужном месте.

— Так и есть. Единственная в своём роде, другой такой в мире нет, — похлопав по «Горке», с гордостью заверил Нестеров.

— По возвращении дашь пальнуть пару раз? — попросил Крюк.

— Бесполезно, — покачав головой возразил Виктор снайперу, — Привязана ко мне, хоть тонну патронов изведи, выстрелить не получится. Ту же «Аптечку» может использовать посторонний, чтобы вылечить владельца, и с неё можно снять привязку. Здесь вообще без вариантов.

— Жаль, — вздохнул Крюк.

— С хотелками разобрались? — одёрнул их Питон. — Вот и ладно. Теперь слушаем сюда. Нам нужен транспорт. В идеале грузовик с янки. Крюк, на тебе водитель, валишь наповал, — снайпер утвердительно кивнул, — Тополь, снимешь старшего машины, но этого в плечо, больно, но не смертельно, — теперь кивать пришла пора Виктору, — Остальные отрабатываем по находящимся в кузове. Валим наглухо. Вопросы. Вопросов нет. Рассредоточились.

Виктор занял позицию за одним из кустов, и поправил на себе кусок маскировочной сети. Вроде бы несерьёзно, но при его четвёртой ступени «Камуфляжа», нужен кто-то с так же развитой «Наблюдательностью», чтобы оказаться с ним на равных. Любой кто ниже, пройдёт в двух шагах и не заметит, пока он сам себя не выдаст.

Несмотря на то, что дорога была наезженной, и на ней наблюдались сегодняшние следы протекторов шин, ждать пришлось около часа. Признаться, Виктор сомневался, что они тут хоть что-то высидят. Когда прошла первая усталость, он прикинул, что время уже к коротким тропическим сумеркам, и сомнительно, чтобы в военное время кто-то раскатывал в прифронтовой полосе. До линии соприкосновения отсюда порядка пятидесяти километров. Не великая даль. И вообще, по всему Никарагуа, с обеих сторон скоро настанет комендантский час.

Поэтому Нестеров мысленно уже приготовился к очередному марш-броску. Но тут с юга, то есть, со стороны фронта, послышалось завывание мотора грузовика. Ещё немного и из-за поворота появился знакомый угловатый и допотопный «Джеффри», с открытой кабиной под маркизой, где сидели водитель, и офицер. Расстояние плёвое, так что он это рассмотрел хорошо. В кузове с десяток весело гомонящих морпехов.

Виктор вскинул к плечу упор увеличившегося в габаритах пистолета. При нужде он вполне мог отработать и в автоматическом режиме, как пистолет-пулемёт. Правда, злоупотреблять этим всё же не рекомендовалось, конструкция рассчитана на использование такого огня лишь в экстренной ситуации.

Первый выстрел за командиром, поэтому Виктор посадил мушку на свою цель, и сопровождал её, в ожидании сигнала. Наконец раздался негромкий хлопок, кто-то в кузове вскрикнул. Нестеров потянул спусковой крючок, вплетая свой выстрел в дробную перекличку хлопков остальных бойцов.

Как и собирался, вогнал пулю чётко в плечо. Впрочем, чему тут удивляться, если дистанция всего-то неполных тридцать метров, а цель двигалась практически на него, даже упреждение не нужно брать. Офицер дёрнулся, согнулся, и наконец вывалился из кабины.

С остальными было покончено в считанные секунды. Всё же серьёзно готовят спецуру, причём дело даже не в поднятых умениях, а в реальных навыках бойцов. Никто из янки так и не успел выстрелить, максимум на что их хватило, это на вскрики убитых и стенания раненых. Одни опадали прямо в кузов, другие вываливались на землю. Считанные секунды и каждый из десятка морпехов получил свой свинцовый гостинец. Потерявший же управление грузовик свернул в сторону, проломился через подлесок, и упёршись в дерево заглох.

Спецназовцы тут же бросились к противнику, без тени сомнений добивая раненых. При том, что когда-то Виктор был готов защищать пленных от расправы бойцов Бобра при памятном разгроме советской погранзаставы с оружием в руках, сейчас никакого внутреннего протеста эти действия не вызвали. Просто ситуация не идёт ни в какое сравнение с тем, что была тогда. Правда, и добивать никого он не собирался, а остался на месте прикрывая товарищей со стороны.

Пока капитан разбирался с пленным лейтенантом, Нестеров обошёл перебитое отделение морпехов, тела которых спецназовцы споро лишали одежды и укрывали в кустах, чтобы не обнаружили раньше времени. Пятеро из них не имели возрождений, остальные через какое-то время поднимутся. То есть, половина не имела соответствующего образования, что немыслимо для вооружённых сил ДВР. А ведь может статься, и на флоте имеет место такое же соотношение, и тогда его стараниями на тот свет отправится не меньше тысячи человек.

От мысли об этом, Виктор зябко повёл плечами, но самобичеванием заниматься не стал. Вместо этого заглянул в кузов, и приметил брезентовую сумку прямоугольной формы, размерами с почтовую посылку. Открыл её, удовлетворённо кивнул.

Артефакт «Аптечка».

Ресурс — 73/100

Количество зарядов — 4

Состояние заряда — 100%

Перезарядка — 10 дней

Состояние механизма — не взведён.

Ты смотри, как продвинулись янки. С образованием у их бойцов может и не всё слава богу, но «Аптечками» снабдили морпехов прямо на зависть. На секундочку, даже ДВР не в состоянии обеспечить ими каждое отделение. Впрочем, вполне возможно, что артефакт взводный. Всё же в машине был лейтенант, а офицеру не пристало командовать отделением. Если конечно это ни какие-то там элитные бойцы.

— Командир, непривязанная четверная «Аптечка», — окликнул Виктор Питона, и подняв сумку, и демонстрируя трофей.

— У меня есть персональная, одинарная, позвольте позаботиться о моих солдатах, и я готов с вами сотрудничать, — попросил лейтенант.

Молодой, взгляд затравленный, но присутствия духа не теряет и думает о своих людях. Правда, при этом, готов помогать противнику. А вот это уже плохо. Людей конечно жаль, но они ведь солдаты и давали присягу.

— Ты и так, расскажешь, всё, что мне нужно, — покачав головой, возразил капитан.

Он уже избавил янки от формы, и наложил повязку на рану. Виктор и не думал обманываться на этот счёт, Питон не собирался спасать жизнь лейтенанту. Нужно будет, так он и «Аптечку» использует, чтобы исцелить янки. Причём не раз. Только это ни о чём не говорит, он всё равно убьёт пленника, пусть в нынешних реалиях эта смерть и не будет окончательной. Спецназ не берёт пленных на территории противника, если только им не нужен язык.

Нестеров встретился взглядом с Питоном, пожал плечами, и закрыв клапан брезентовой сумки отошёл в сторону. М-да. Трофей конечно знатный, и может статься, что в нём возникнет потребность уже совсем скоро. Хотя, лучше бы не надо. Однако, образец старой модификации, и кроме габаритов ещё и изрядно весит. Одна надежда, что эту добычу не придётся нести тому, кто её обнаружил.

Отойдя в сторону Виктор получил от Тайги комплект снятой с убитого формы, и начал переодеваться. Прежде чем надеть гимнастёрку пришлось застирать свежее пятно крови. Получилось не очень, но в глаза не бросается. Одёжка оказалась великовата, как и ботинки, но с этим придётся мириться. Сомнительно, чтобы они устраивали забеги в этой форме, от своей они ведь не избавились, а упаковали в рюкзаки.

— Тополь, ты же характерник, можешь снять привязку? — минут через десять подошёл к нему Питон.

При этом он показал компактную одинарную «Аптечку», размером с пачку папирос. Виктор всмотрелся в неё, убедился в том, что она персональная и отрицательно покачал головой.

— Для этого нужна четвёртая ступень, а у меня только третья.

— Мне кажется, такой артефакт стоит вложенного опыта, — заметил капитан.

— Я не смогу поднять умение, для этого нужно академическое образование. — отрицательно покачал головой Виктор.

— Жаль. Ладно, на нет и суда нет. По коням парни. Бурый за руль.

— Есть, — без видимого энтузиазма, откликнулся один из бойцов.

Его настроение понять не сложно. «Джеффри» довольно старая модель, если не сказать древняя, аж девятьсот тринадцатого года, и управлять такой колымагой, то ещё удовольствие. Ну что сказать, в Америке сейчас тяжёлые времена, уже много лет продолжается депрессия, и лишних денег на оснащение вооружённых сил нет. Тем паче на морскую пехоту, которую вроде бы и используют в самых горячих точках, но при этом снабжают по остаточному признаку.

Затея с машиной себя полностью оправдала. Катили по дороге, как у себя дома. Питон плотно поработал с лейтенантом, а потому сумел получить достаточно подробные сведения, о блокпостах занимаемых янки. Их они избегали, выбирая дороги блокируемые самосовскими нацгвардейцами, с которыми можно было особо не церемониться. Янки вели себя нагло как хозяева, а потому пёрли буром и разведчики просто копировали их поведение, благо английским владели в совершенстве, ввиду четвертой ступени «Лингвистики» у всех бойцов.

За два с половиной часа, петляя по второстепенным дорогам они успели отмахать порядка сотни километров. Обогнули гору Чонсо, где и бросили грузовик, загнав его в поросший деревьями и кустарником овраг. Если обнаружат, то решат, что группа направилась на восток, к линии фронта, до которой оставалось порядка пятидесяти километров.

— Питон, а что вам предпочтительней, компактная двойная «Аптечка», или вот эта четверная бандура? — поинтересовался Виктор, когда они переодевались в свою одежду.

— Однозначно компактная, — ответил тот.

— Отлично. Тогда по возвращении обменяем.

— Идёт, — с энтузиазмом согласился капитан.

— Держи, — Нестеров протянул ему сумку с артефактом.

— А самому слабо?

— Это пока не моё. Моё там, за линией фронта, донесёте, будет моим, не донесёте, не будет.

— В-вот т-ты ж-жук.

— Есть немного.

— Бурый, — окликнул Питон одного из бойцов.

— Я.

— Прими у Брони артефакт.

— Есть.

Переодевшись группа выдвинулась на северо-запад к военно-морской базе янки в заливе Фонсека. Тут всего-то сорок километров, что в сравнении со ста двадцатью, чистая безделица. И вообще, выход у Виктора пока удавался просто на ура. Сначала упала прорва опыта, потом большинство пути на колёсах, от необходимости нести «Аптечку» его избавили и, наконец, как человека случайного группе спецназовцев, к дежурству привлекать его не стали. Жизнь, что говорится, удалась!

Разочарование их настигло, когда они наконец вышли к заливу и обнаружили, отсутствие там авианосцев. Волнение закончилось, и командование предпочло вывести корабли в океан. А то ведь сам чёрт не разберёт что произошло с «Йорктауном» и «Энтерпрайзом». Поддержку же с воздуха можно осуществлять и с открытой воды. Время реакции чуть дольше, но это ведь не проблема. К тому же, здесь есть сухопутная взлётная полоса.

— М-да. Не всё коту масленица, — помяв подбородок, недовольным тоном произнёс Питон.

— Это точно, — согласился с ним Виктор.

— Итак, что мы имеем. Танкер, склады ГСМ и боеприпасов. Не так чтобы и много.

— Но если сумеем накрыть, то и не мало, — возразил Виктор.

— Это не нам решать. Наше дело доложить.

Доложили. Всё тот же неизвестный голос высказал своё недовольство по поводу отсутствия на месте запланированных целей. Но несколько оживился, как только узнал, что одно большое судно на рейде всё же стоит, и тут же затребовал координаты.

Дистанция до цели слишком большая, как и погрешность в вычислениях Виктора. Но с четвёртой попытки достать его всё же получилось. Капитан решил покинуть опасное место, где поблизости от его судна то и дело рвутся глубинные бомбы. Но в тот момент когда танкер наконец пришёл в движение, в его утробе рванул очередной заряд.

В небо и по сторонам ударили огромные огненные фонтаны, а затем пламя распространилось на расплескавшееся по воде топливо. Танкер умирал долго. По факту он даже не затонул, а выгорел. На дно пошёл его основательно обгоревший остов.

А пока он сопротивлялся пожирающему его пламени, у Виктора запросили координаты склада артвооружения. Что он и сделал.

— Какая высота над уровнем моря? — запросил неизвестный.

— Высота над уровнем моря? — уточнил Нестеров.

— Да, высота над уровнем моря. Только не нужно давать данные по карте, они у нас и так есть. Определите самостоятельно. Нам нужны максимально точные сведения.

— От меня до места пять километров, боюсь, что особой точностью мои данные отличаться не будут.

— Передавайте данные, — потребовал неизвестный.

Виктор глянул на карту, потом произвёл свои вычисления. У него получилось на пять метров выше. В принципе, дело обычное, ни одна топографическая съёмка не даст абсолютно точных данных, если только намерено не отрабатывать определённый участок. Но насколько точны его цифры, неизвестно, Впрочем, плевать. Он сделал всё настолько хорошо, насколько мог. Дальше уже не его головная боль.

Рвануло секунд через двадцать после окончания его доклада. Да так мощно, что никаких сомнений, что там сдетонировали боеприпасы. Ничем иным не объяснить огромное облако пыли и дыма, и дрожь земли докатившуюся до разведчиков.

Не успели янки осознать произошедшее, как раздался очередной взрыв. На этот раз воздушный, за которым последовал разлив топлива из цистерн, и нешуточный пожар.

— Хрена с-себе повеселились, — произнёс Крюк.

— В прошлый раз было круче, — возразил Тайга, убирая от глаза визир кинокамеры.

— Эт-то точно, — подтвердил Виктор, оценивающий сообщение эфира о прилетевшем опыте.

Глава 7. Больше ни ногой

Виктор устало растянулся на своей походной койке, и блаженно выдохнул. Всё, больше он со спецурой ни ногой. Пошли они все… И даже ещё дальше. У него есть свой взвод, пусть уже и без танка, но ничего, глядишь ещё всё наладится. Доставят новую машину и вернётся всё на круги своя.

Главное, чтобы его не впихнули в какой-нибудь трофейный раритет. А то ведь могут. Ещё как могут. А воевать в этих консервных банках, ну никакого желания. Мало того, что их прошивает как картон всем, чем не попадя, так ещё и сами машины допотопные, как кости мамонта.

Прямо не верится, что страна с такими амбициями вооружает свою армию столь никчёмными образцами. Они ведь не идут ни в какое сравнение даже с «тройками», созданными на базе как раз американского танка Кристи. Разве только не копировались бездумно, а сразу модернизировались.

Под невесёлые мысли о своей тяжкой судьбе, Виктор провалился в сон. Начавшаяся авиационная бомбардировка переднего края, поддержанная артиллерией ему ничуть не мешали, воспринимаясь общим фоном. Впрочем, он, можно сказать, и не спал, а просто провалился в забытье, уж больно вымотался за прошедшие четверо суток.

После успешной корректировки использования неизвестного оружия, группа поспешно покинула зону проведения операции. На этот раз, уходили тихо, на цыпочках, дабы не оказаться обнаруженными. Ну и сами никого не задирали. Одно дело, добыть транспорт, для скорейшего выполнения задания, и совсем другое устраивать диверсии в тылу противника.

У них был чёткий приказ, доставить отснятый материал. Питон и не подумал вольно трактовать распоряжение, а потому ни во что не ввязывался. И дабы минимизировать опасность, решил сделать крюк, перейдя границу, и продвигаясь по территории Гондураса. Как результат, обошлось без столкновений. Зато, в кои-то веки, Виктор получил более трёхсот очков опыта в умение «Лёгкая атлетика». Это к тому, сколько им пришлось побегать.

По прибытии в штаб ЧВК «Варяг», Виктор вместе с Питоном доложился майору Ворохову. Затем посетил полковника Аршинова, и воспользовавшись знакомством с ним, обратился к штабному характернику, дабы закрыть вопрос со спецназовцами по опыту.

Нестеров придерживался простого правила — никогда не жадничать. Да, полученная прорва опыта ему перепала вполне заслуженно. Но не стоит забывать, что это не только его заслуга, но и тех, кто сопроводил его до места, позволив выполнить задание и получить столь щедрые дивиденды. Он верил, что в итоге это окупится сторицей. Причём совсем не обязательно в материальном плане. Не стоит забывать, что не хлебом единым жив человек.

Покончив со всеми вопросами Виктор пристроился на попутке, и направился в расположение своего взвода, который по прежнему находился под Манагуа. И едва получив доклад от остававшегося за командира старшего унтера Овечкина. Завалился спать. Разве только мельком отметил, что прореха в палатке заштопана, и дождей теперь можно не опасаться…

— Вставай Тополь, всё на свете проспишь.

Виктор лениво открыл глаза, и спросонья посмотрел на силуэт Питона стоявшего на входе в палатку. Нет, если бы голос звучал тревожно, то его уже подбросило бы, и он стоял бы босой, но с оружием в руках. Тихо конечно не было, слышалась отдалённая разрозненная стрельба, редкие разрывы снарядов и мин, но они воспринимались как фон. Потому и задорный голос спецназовца его ничуть не встревожил.

— Уже приехали? — с нескрываемым удивлением произнёс Виктор.

— Конечно приехали. Ты хотя бы знаешь, что уже сутки массу давишь?

— Откуда мне знать, если я сплю, — садясь на походной койке и сладко потягиваясь, возразил Виктор.

Пока умывался и приводил себя в порядок, Ясенев озаботился завтраком, как для командира, так и для его гостей. В смысле, озадачил молодых никарагуанцев, проныра же. Питон даже предложил забрать парня к себе, мол ему такие ушлые не помешают. К тому же, связист с хорошо поднятыми умениями. Но Тимур предпочёл убраться подальше от капитана. Он и сам успел побегать, пока трепали янки при отступлении, и видел в каком состоянии вернулся командир, а потому зарёкся, что в спецуру его никакими калачами не заманят.

— Здравия, Виктор Антипович, — поприветствовал его, подошедший Овечкин.

— О. А это и есть ваш Дед, — спросил Питон.

Причём сказал так, что прозвище старшего унтера прозвучало именно с большой буквы, как позывной. Старый вояка правильно понял спецназовца, а потому ничуть не обиделся, но границы всё же решил обозначить.

— А это кому как, товарищ капитан. Кому старший унтер-офицер Овечкин, кому дед, а кому и Сидор Матвеевич.

— А мне как позволишь к себе обращаться.

— Я не спецура, а потому в узком кругу по батюшке. А как при подчинённых, то по званию оно лучше будет.

— Суров ты, Сидор Матвеевич.

— Живу долго, и всё больше в погонах.

— К слову, я о тебе не только от Тополя слышал. Знают тебя среди сандинистов и уважают. Уж не первый год в Никарагуа, даёшь прикурить самосовцам и янки.

— Сидор Матвеевич, принеси двойную непривязанную «Аптечку». Мы её сменяем на четверную, старенькую.

— А стоит ли? Транспорта то у нас нету, — с сомнением и толикой осуждения проворчал унтер.

— Будет. Даже не сомневайся, — поспешно заверил Виктор, и добавил. — А четыре в нашем случае, лучше двух.

— Это-то да… Ладно, сейчас принесу.

— Ох и суровый дядька, — повторяясь хмыкнул ему в след Питон.

— Не то слово, — вздохнул Виктор. — Мы когда отступали танк потеряли, пришлось и прицеп бросать, а там добра разного хватало. С потерей дед более или менее смирился, но на большую «Аптечку» теперь смотрит не сквозь призму её возможностей, а с учётом вероятности её утраты.

— Так может ты погорячился?

— Не погорячился. Каждый лишний заряд дорогого стоит. К тому же, после нашего отхода все наши «Аптечки», кроме моей персональной, ушли в ноль. Случись сейчас шальной снаряд, а меня не окажется рядом, так и спасти никого не получится. А этот артефакт заряжен и готов к использованию. Или уже успели применить?

— Заряжен, конечно.

Пока говорили, Овечкин успел обернуться, и вручил капитану компактный артефакт, забрав брезентовую сумку с большим.

— Слушай, Тополь, у меня к тебе есть предложение, — когда старший унтер отошёл, и они вновь остались одни.

— Не хочу, — тут же пошёл в отказ Виктор.

— Я ещё ничего не сказал.

— И не надо. И так понятно, что предложишь прогуляться за линию фронта. Для меня это не невидаль какая, но прежде я туда хаживал на колёсах. На своих двоих оно как-то тяжко получается.

— Ну, тут ты лишён выбора, — покачав головой, возразил капитан. — Ты знаешь, что тридцать два самолёта с уничтоженных авианосцев уцелели, и сумели сесть на шоссе, а сейчас под них спешно оборудуется наземный аэродром?

— Не в курсе. Но это вполне ожидаемо. Было бы глупо со стороны янки поступить иначе.

— Мои парни разведали, и выяснили всё доподлинно. Однако у янки сейчас имеются определённые трудности со снабжением и самолёты прикованы к земле. Чтобы обеспечить своевременную поддержку наземным силам они перебросили «Саратогу» поближе к Манагуа. Так что, небо всё так же остаётся за ними, хотя интенсивность авианалётов и уменьшилась.

— К чему ты мне об этом говоришь?

— Аршинов обратился с просьбой во Владивосток помочь разобраться с наземным аэродромом, и ему пошли навстречу. Наша задача выдвинуться на место, где ты скорректируешь удар новым оружием. Пока мы бегали по Гондурасу, мои парни разведали всё в лучшем виде. Самолёты стоят компактно, так что пары ударов вполне хватит и для нанесения ощутимого удара, и для демонстрации.

— А зачем эти кружева? Не проще ли тебе со своими парнями пробраться на аэродром, и заминировать самолёты. С вашими умениями, вы обойдёте часовых как слепых и глухих.

— Если бы всё было так просто, то мы уже давно уничтожили бы важные военные объекты янки. Но они не дураки, и прикрывают их подготовленными кадрами. Опять же, тут главное не столько ущерб, сколько демонстрация возможностей. Непонятное пугает. Ну и такой момент, после акции предлагаю малость прогуляться по тылам. И для дела хорошо, и нам прибыток. Как ты на это смотришь?

— Хочешь сказать, что в этот раз от тебя не потребовали, чтобы ты отснял всё на киноплёнку?

— Потребовали. Но в прошлый раз у тебя с собой не было твоих «Переводчика» и «Передатчика». Так что, отправлю троих парней с отснятым материалом, а с остальными мы малость поохотимся. Что-то мне подсказывает, что опыта у нас будет предостаточно. Ну и накрути как можно больше дозвуковых патронов.

— Так уверен, что я соглашусь?

— Если не дурак, то согласишься. Только условия немного пересмотрим. Понятно, что ты характерник и без тебя нам не видать опыта как своих ушей, но и тебе без нас не обломится. К тому же, нас десяток, а ту один.

— И?

— Тридцать на семьдесят. Как тебе такой расклад?

— По доле трофеев всё устраивает. Что же до самого рейда… Что-то мне подсказывает, что я об этом ещё пожалею, — вздохнул Нестеров.

— Брось. Скоро в этой войне наступит коренной перелом, так что нужно пользоваться возможностью, пока таковая имеется.

— Только одно условие.

— Говори.

— Вы никого не станете добивать.

— Это территория противника.

— Плевать. Есть грань, за которую мне не хотелось бы заступать.

— Ну, усыплять-то их можно будет?

— Тут я не против.

— Тогда готовься много и быстро бегать, — подмигнул ему капитан.

— Ничего, я выдержу.

— Ладно. Выходим как стемнеет, чтобы на рассвете атаковать аэродром. А мы пока прокатимся в Манагуа, к профессору. Нужно снять привязку с трофейной «Аптечки».

Виктор сожалеющим взглядом проводил Питона, и тяжко вздохнул. Как там у Блока — покой нам только снится? Впрочем, прав капитан, глупо упускать возможность заработать опыт в большом количестве, коль скоро есть для этого возможность.

Хм. Что там он говорил насчёт много и быстро бегать? Пожалуй жадность сейчас не к месту, и стоит пожертвовать опытом, чтобы приподнять спортивные умения до третьей ступени. Всё легче будет. Но в Выносливость вкладываться он всё же обождёт, опыт лучше поберечь.

Ч-чёрт! Третья ступень вроде и не так затратно, но когда речь не об одном умении, это больно. Более шестидесяти пяти тысяч! Эдак у него от заработанного в рейде практически ничего не останется. Мелькнула было мысль отмахнуться от задумки. Но потом вспомнил как туго пришлось во время шатания по лесам, и вызвал перед внутренним взором свою Суть…

* * *

Песчанин закончил читать отчёт главы департамента безопасности республики. Ну что сказать, очередная операция по изъятию одарённого прошла успешно. Это уже десятый, которого удалось умыкнуть в ДВР. Более чем серьёзно, если учесть насколько редко они осчастливливают человечество своим появлением.

Внешняя разведка носом землю роет в поисках таких гениев, как впрочем и отмеченных Эфиром. Кого не получалось выкрасть, старались устранить. Даже сегодня их наличие даёт преимущества. Что уж говорить о временах, когда они сумеют развиться в достаточной мере. Песчанин знал это по себе. Ибо сам являлся одарённым механиком. Да ещё и явился в этот мир, как раз в миг падения Тунгусского метеорита. А может быть и вследствие него.

Увы, но не всегда получалось изъять столь желанный трофей. На сегодняшний день разведчикам пришлось ликвидировать шестерых, двоих одарённых, и четверых отмеченных Эфиром. Никаких соплей по этому поводу Антон Сергеевич разводить не собирался. Либо такие кадры работают на республику, либо не работают ни на кого.

Именно благодаря такому жёсткому подходу сегодня у ДВР имеется неоспоримое преимущество в области артефакторики, завязанной непосредственно на одарённых. И президент республики прекрасно представлял себе важность таких кадров.

Впрочем, ставка была не только на них, но и на его послезнание. Жаль конечно, что в плане исторических событий оно всё больше сходит на нет. Его вмешательство не прошло даром, и старушка история постепенно сходит с проторённой дорожки, начиная бить новую колею. Но в плане технологического развития, его возможностей хватит ещё надолго.

Разумеется он не знает всё и вся. Ему не были известны устройство тех же ракет или того же пулемёта Калашникова. Но он знает общую концепцию и в каком направлении следует направить талантливых людей, которые способны на многое, но пока в эту сторону попросту не думают. Подобный подход помогает избежать ненужных метаний. Хотя и не всегда оправдан.

К примеру, в вопросе с танками, Песчанин предпочёл сначала двинуться по заведомо тупиковому пути, создавая машины на базе американских и британских образцов. Но подобный подход был обусловлен несколькими обстоятельствами. Промышленность ДВР наработала технологию танкостроения, которое впоследствии следовало лишь модернизировать. Танковые войска получили возможность нарабатывать опыт и вырабатывать тактику, не особо привлекая к себе внимание. Ну и самое главное, в обоих направлениях ковались будущие кадры. Такая же ситуация и в других областях.

Правда, даже в этом случае, он предпочитал не форсировать события, и придерживать некоторые технологии, ограничиваясь секретными разработками, и откладывая их до поры в сторонку. Жаль только так же нельзя поступать и с Эфиром, который казалось не выносил перекосов, постепенно нивелируя преимущество одних над другими.

Именно Песчанину, совместно с одарённым медиком удалось создать первую «Аптечку». Он тогда посчитал, что получил неоспоримое преимущество. И это несомненно было так. Но буквально через пять лет после создания им первого артефакта, такой же паре американских одарённых, механику и медику, удалось повторить их достижение. Причём, шли они своим путём. И механизм артефакта отличался.

Данный факт удалось установить попросту разобрав его. Ясное дело повторить конструкцию не получилось бы. Подобные попытки ещё ни разу ни к чему не привели. Зато удалось сравнить рассыпавшиеся потроха.

Тогда, Песчанин решил поставить производство «Аптечек» на поток и приступить к их продажам. Пришлось изрядно вложиться в подготовку кадров, и оснащение производства, но результат радовал. А там начался выпуск и других артефактов, различного назначения. Благодаря своевременно принятым мерам, ДВР являлся бесспорным лидером в области артефакторики.

К слову, данное обстоятельство не больно-то и нравится другим мировым державам. В особенности Великобритании. Правда, пока не настолько, чтобы нападать на республику. Хотя козни конечно же строят. Количество выловленных шпионов поистине впечатляет.

Но пока гадят только исподтишка. Демонстрация возможностей вооружённых сил республики в Испании и Китае впечатляли. А теперь вот ещё и Никарагуа. Американцы пребывают едва ли не в панике, силясь понять, какого собственно говоря чёрта. В конгрессе уже поднялся вой, что подобные потери недопустимы, и необходимо сворачивать прямое военное противостояние с сандинистами и искать новые пути решения данного вопроса.

Вообще-то, Антон Сергеевич полагал, что придётся продемонстрировать ещё и акустические торпеды. Но обошлось без этого секретного оружия, к слову, не имеющего ничего общего с артефакторикой. Всё было за то, что правительство США примет решение о выводе войск из Никарагуа.

— Антон Сергеевич, к вам Горский, — послышался из селектора голос секретаря.

— Пусть войдёт, — ответил Песчанин, откладывая документы в сторону.

— Здравствуй, Антон, — войдя в кабинет, и закрыв за собой дверь, запросто обратился к нему Горский.

— Аркаша, ну побойся бога. Я же не в твоей мастерской, а в своём кабинете. Президентском, между прочим.

— Ага. Мне попробовать войти ещё раз? — берясь за дверную ручку, поинтересовался оружейник.

— Ты ещё обиженную барышню разыграй. Лучше показывай, чего там принёс, — кивая на футляр в руках оружейника, проявил любопытство Песчанин.

Горский не был пришельцем из другого времени, и, чего уж там, теперь и другого мира. Он был плоть от плоти этого, ставшего для Антона родным. А ещё, являлся первым членом команды нынешнего президента ДВР. Когда он его нашёл тот был обычным босяком, без кола, двора и определённого рода деятельности.

Горский водрузил футляр на стол, и с видом фокусника откинул крышку, явив его содержимое. Внутри находился автомат с интегрированным глушителем, и секторным магазином на тридцать патронов. Это заметно, по габаритам.

— Как ты и заказывал, бесшумный автомат. Я его назвал «Рысь».

— Почему «Рысь»? — беря в руки оружие сильно походящее на знакомый ему по прежней жизни «Вал», поинтересовался Песчанин.

— Такой же тихий и смертоносный. Характеристики даже лучше чем у бесшумного карабина. Но значительно легче, плюс промежуточный патрон в девять миллиметров, что увеличивает боекомплект. Работа подвижных частей практически не слышна.

Подступаться к созданию этого оружия, пока не получится надёжный автомат, под промежуточный патрон, не имело смысла. Поэтому первые образцы бесшумного оружия были карабинами. Но после того, как АГ-36, автомат Горского тридцать шестого года, успешно прошёл войсковые испытания, избавившись от детских болячек, можно было приступать и к бесшумной версии.

Разумеется, общего, кроме концепции у них было мало. Но при создании автомата, был наработан столь необходимый опыт. И работы по конструированию бесшумного образца шли уже куда легче. Результат же Песчанин сейчас наблюдает своими глазами.

— Отлично получилось, — вскинув оружие, и уперев приклад в плечо, похвалил Антон.

— И это ещё не все, — многозначительно произнёс оружейник.

— Ну давай, удивляй дальше, — хмыкнул президент.

— В рамочный приклад встроена ниша, для установки артефакта «Модификатор». К сожалению только одного, и это улучшает показатели лишь на четверть. Н-но-о… — Горский не без удовольствия развёл руками.

— «Модификатор»? На автомат? — недоверчиво покосился на оружейника Песчанин.

Было чему удивляться. Двигаясь по проторённой дорожке, новый артефакт, толчок к созданию которого дал молодой изобретатель Нестеров, удалось довести до максимальных на сегодня значений. Не составило труда создать под него и синхронизатор. Как результат, орудия, реактивные установки и миномёты улучшали свои характеристики в полтора раза.

Но установить «Модификатор» на стрелковое оружие не получалось. Единственный удачный опыт вышел с японским противотанковым ружьём. Но оно, по факту, являлось малокалиберной пушкой. Учёные бились над этой проблемой уже год, веря в то, что такое всё же возможно, ведь о том же свидетельствовала и «Горка» Нестерова. И вот он результат упорного труда.

— Сподобились артефакторщики, — с довольной улыбкой, произнёс Горский.

— С твоей помощью? — уточнил Песчанин.

— Не без того. Именно поэтому Дубков сейчас сидит в приёмной, и грызёт ногти. Но уговор дороже денег. Ты уж не поскупись на доброе слово и вообще. А то, получается я его обошёл на повороте. Нехорошо.

— А о чем ты раньше думал?

— Хотелось первым увидеть как твои глазки загорятся.

— Ладно. Не обижу. Тем более, что профессор Дубков это реально заслужил. А ты у него этот триумф украл.

— Ой, ладно. Больше не буду.

— Ага. Зарекалась коза не ходить в огород.

— Слушай, я с этим автоматом, совсем из реалий выпал. Так понимаю, ты дожал-таки янки, — перевёл оружейник разговор в другое русло.

— Ну-у, не то чтобы совсем. Придётся ещё пободаться, но положительная динамика уже наметилась. Они сейчас думают не о том, как нас выпихнуть из Никарагуа, а о том, как уйти не потеряв лица. По сусалам им прилетело знатно.

— Похоже, я пропустил ещё кое-что. Я так понимаю, получилось? — глаза Горского загорелись.

— На этой неделе провели целую серию испытаний на поле боя. Два авианосца, танкер, наземный аэродром, склады ГСМ и артвооружения, — кивнув, подтвердил хозяин кабинета.

Ещё в своём мире, он читал о лучах смерти русского учёного Филиппова. К сожалению появился Песчанин в этой реальности, когда тот уже умер в своей лаборатории при невыясненных обстоятельствах. Но Антону все же удалось раздобыть все изъятое оборудование лаборатории учёного, а так же разыскать похищенные дневники. Соединив их воедино, и передав одарённому физику, через несколько лет упорного труда они всё таки получили положительный результат.

По сути в его руках оказалось мощное оружие сдерживания. Это конечно не ядерная бомба, но то ещё супер оружие, суть которого заключается в передаче увеличенной в двадцать раз энергии взрыва на любое расстояние. Для успешного использования достаточно иметь точные координаты.

— Так может тогда и не давать в руки человечества ядерное оружие? — предположил Горский.

— Нельзя. Как к нему не относись, но именно его разрушительная сила явилась сдерживающим фактором от очередной мировой мясорубки. И именно оно может стать гарантией того, что в конце этого века Россия объединится, и станет ещё сильнее. СССР, при всех его недостатках, не заслуживал гибели, что ни говори, а достоинств у него было куда больше. Страна нуждалась в реформировании, а её тупо развалили. Очень надеюсь, что у меня получится если не избежать этого, то хотя бы не довести до катастрофы.

— А не боишься, что нас нагнут с помощью ядерной дубинки, — усомнился Горский.

— Не боюсь, — покачал головой Песчанин. — Если у них будет дубина, то у нас уже есть «Рапира».

— Ты так назвал детище Филиппова?

— На мой взгляд это наиболее точно характеризует характер этого оружия.

— А если они смогут это повторить?

— В свете сегодняшних реалий наши противники будут копать в направлении нового артефакта. У нас же, чистая наука, пусть и перекликается с Эфиром. Лучи смерти, даже в моем времени, почти сто лет спустя, были скорее фантастикой и как оружие вызывали чаще улыбки, чем живой интерес. Не думаю, что они получат распространение здесь.

— Вообще-то, история уже пошла по другому пути, — заметил Горский.

— Только весьма неохотно, и всякий раз пытается вильнуть на торный путь. И это несмотря на такой фактор, как появление Эфира, — возразил Антон.

— Ну, может ты и прав. Время покажет.

— Вот уж в чём я не сомневаюсь. Пока же, давай просто постараемся сделать так, чтобы наши усилия не оказались напрасными.

Глава 8. Вызов

Виктор открыл глаза, под уже привычный шум моторов и винтов дирижабля. Со звукоизоляцией на дирижаблях не очень, хотя и не сказать, что это доставляет серьёзные неудобства. В первый день ещё да, даже голова болела, но перелёт длится уже пятые сутки, а потому успел привыкнуть.

Поднявшись Нестеров прихватил несессер с туалетными принадлежностями и вышел из каюты, которую занимал с ещё одним поручиком. Умывальная комната, она же душевая располагалась в торце коридора, но приметив, что уборная свободна, завернул сначала туда. Увы, но каюты первого класса, со всеми удобствами младшим офицерам не полагались, даже если были не заняты. В них не устроиться даже за отдельную плату.

В смысле, когда дирижабль выполнял гражданские рейсы, то, при наличии свободных мест и тугого кошелька, никаких сложностей. Но сейчас воздушный гигант трудится на благо армии, и капитан неукоснительно следует армейским критериям. Поэтому пассажиры разделены на три категории — старшие офицеры, младшие, унтерский и рядовой состав. Только так, и никак иначе.

Приведя себя в порядок, Виктор вышел в салон, где офицерам уже подавали завтрак. Поздоровался со своими соседями по столику, и принялся за омлет с парой сосисок. Не сказать, что их баловали разносолами, да и вот это блюдо не из свежих яиц, а из яичного порошка. Но в общем и целом кормили не только сытно, но даже вкусно.

— Ну что, товарищи офицеры, позвольте вас поздравить, через три часа прибываем во Владивосток, — произнёс пехотный капитан, как и все, направлявшийся в отпуск.

— Так скоро? — удивился Нестеров, по расчётам которого они должны быть на месте только к вечеру сегодняшнего дня.

— Повезло, поймали попутный ветер, — сообщил сосед.

Хм. Ну что же, это даже хорошо. Задерживаться на аэродроме никаких причин, и получается, что уже в полдень он буден непосредственно в городе. И в этом случае многое из намеченного успеет уже сегодня. Путешествие не назвать утомительным, а потому нет необходимости в отдыхе после дороги…

Чего не сказать о его последнем рейде. Поначалу всё складывалось очень хорошо. Они вышли к аэродрому и Виктор скорректировал по нему удар неизвестного оружия. В результате нескольких мощных воздушных взрывов было уничтожено более двух десятков самолётов.

Отправив троих с киноплёнкой за линию фронта, с остальными Питон в этот же день устроил засаду на морских пехотинцев. Перебив отделение патрулировавшее дорогу, они скрылись вместе с телами, и дав им воскреснуть, лишили опыта. После чего опоили снотворным, и убрались восвояси. Капитан держал своё слово, и добивать никого не стал.

Вечером ещё одна засада, прошедшая столь же успешно, как и первая. А потом о них стало известно, и за ними началась настоящая охота. Так что, обещание Питона сбылось в полной мере, и оставшиеся девять дней в тылу противника показались адом. Впрочем, справедливости ради, они могли в любой момент прекратить это и уйти к своим. Но не для того затеялись с этим походом, чтобы вот так запросто убраться восвояси.

За эти дни они успели сделать ещё пару засад на дорогах, размотать блок-пост контролируемый янки, и захватить штабной автомобиль, с характерником. В общей сложности им удалось добыть более трёх миллионов опыта, девятьсот семьдесят тысяч которого являлись трофеем Нестерова.

Удачно сходили, чего уж там. Хотя и заплатить за это пришлось немалую цену. По возвращении Виктор несколько дней приходил в себя, из-за употребления химии. Очень эффективная штука. Настолько, что только что едва волочивший ноги, Нестеров сразу обрёл крылья, и казалось был готов свернуть горы.

Конечно, можно было просто использовать «Аптечку», что позволило бы взбодриться не менее эффективно. Но использовать заряд артефакта, который при случае может вернуть с того света и имеет длительный срок перезарядки, так себе решение. Опять же, химия не просто бодрит, но имеет длящийся эффект и в течении суток ты вообще не ощущаешь усталости.

Ему предлагали не маяться ерундой, обменять опыт на очки надбавок и вложить их в Выносливость. Но он отказался это делать. Чтобы поднять её всего лишь на одну десятую, что несомненно окажет явственный эффект, ему пришлось бы выложить более миллиона опыта. Ну и к чему тогда было вообще затеваться с этим рейдом? Поэтому он предпочёл ещё дважды принять химию, к чему ни один из спецназовцев так и не прибегнул.

А по возвращении его догнал откат. Жёсткий, выворачивающий наизнанку, выкручивающий суставы и с дикой головной болью. Он пытался использовать «Аптечку», и та даже израсходовала заряд, подправив какие-то там болячки и ссадины, но на ломку от химии не оказала никакого влияния, боль и не подумала утихать. Ну вот так всё у Эфира неоднозначно. Вернуть с того света, это пожалуйста, помочь от похмелья или от наркоты, ходи стороной.

Пока бегали по тылам, а потом приходил в себя, события в Никарагуа шли своим чередом. Конгресс Соединённых Штатов принял решение о выводе экспедиционного корпуса морской пехоты из Никарагуа. Самосовцы, оставшись в одиночестве не оказывая сколь-нибудь серьёзного сопротивления, начали поспешно откатываться перед наседающими сандинистами, и в итоге ушли в Гондурас.

Решительно непонятно как там будут развиваться события дальше, но пока ЧВК от боевых действий перешла к созданию регулярной армии Никарагуа. В этой связи, многие солдаты и офицеры получили возможность побывать в отпусках.

В их числе оказался и Виктор, со своим взводом. Правда, в их случае это скорее премирование за бои на подступах к Манагуа. Никто не верил в то, что у них это получится, а выдвижение заслона скорее было шагом отчаяния. Однако, им повезло, и всё срослось как надо.

И таки да, на груди Виктора появился орден «Святого Георгия» четвёртой степени. Его экипаж, и унтеров удостоили «Георгиевскими крестами». Правда, вручили награды опять же кулуарно, хотя носить и не воспрещалось. К чему городить сущности, обижать солдат и офицеров служивших своей стране верой и правдой, если принадлежность обоих ЧВК к вооружённым силам ДВР секрет Полишинеля.

Плюсом к этой награде Виктору полагалось единовременно двести тысяч опыта, который надлежало получить во владивостокском банке. Ну и надбавка к жалованию в двадцать пять процентов от оклада на момент совершения подвига, с другими полагающимися льготами. И это при том, что надбавки за солдатские кресты сохранялись…

Как и ожидалось, на военный аэродром, прибыли в одиннадцать часов. Никакой помпы, музыки, и встречающих с цветами. Официально они наёмники, сделавшие войну своей работой, и получающие за это плату. Справедливости ради, весьма достойную, вот только это ничуть не умоляет их заслуг перед республикой.

К чему это? А всё к тому же. Опять Виктора царапнуло от вот такой несправедливости, а на ум невольно пришло сравнение с Добровольческой интербригадой, воевавшей в Испании. Эти получали ничуть не меньшее денежное довольствие и имели такие же льготы, но в отличии от витязевцев и варягов были обласканы и у всех на слуху. А вот что касается эффективности… По сути, именно ЧВК погасили два крупных конфликта, и оба этих успеха были реально на руку ДВР.

Глядя на опускающуюся аппарель Виктор подхватил чемодан и кофр с «Горкой». С рюкзаком оно куда удобней, но тогда уж будь добр переодевайся в гражданку, потому как офицеру с мешками, да авоськами ходить не полагается. Загребут в комендатуру без лишних вопросов, и плевать, что он наёмник. Надел форму, будь добр соответствуй. И, признаться, Виктор был с этим согласен. Он гордился формой, званием и тем, что вообще служит.

Впрочем, от довольно объёмного рюкзака отказаться не получилось. В нем поместилось практически всё его вещевое имущество, и он отправится на базу ЧВК, где будет дожидаться своего владельца на складе личного имущества. В чемодане же был лишь самый минимум, артефакты «Переводчик» и «Передатчик, ну и большое количество подарков.

— Ничего не знаю, Боря. Отказы не принимаются. Отведу тебя к таким девочкам, закачаешься. Это тебе ни какие-то там шлюхи из борделя, — произнёс поручик, опередивший Виктора.

— Ты так настойчив, Андрей, что мне трудно тебе отказать. Но сначала в гостиницу, — ответил шедший рядом с ним Мицкевич.

Нестеров не обратил на него внимания, словно того и не было. Как впрочем и его спутника. Все время перелёта они старательно не замечали друг друга, словно пустое место. К поручику Вязову у Виктора претензий никаких не было, но тот сам его игнорировал, вот он и отвечал той же монетой.

Прибывших встречали с десяток армейских автобусов, которые довезут отпускников до железнодорожного вокзала, делая по пути остановки по требованию. В штаб ЧВК отпускникам надлежит прибыть только по окончании отпуска. По сути, они могут прямо сейчас выбираться отсюда своим ходом. Но это не гражданский аэродром, и общественный транспорт сюда не ходит.

Нестеров не спешил, предоставив Мицкевичу возможность устроился в первом автобусе. После чего сам направился во второй, из предназначенных для офицеров. Остальные отводились под сержантский и рядовой состав. К слову, он от этого даже остался в выигрыше, так как устроился довольно вольготно, без соседей. Толкаться плечами в жару, сомнительное удовольствие, а июнь во Владивостоке выдался знойным.

Пока ехали Виктор наконец решил использовать имеющийся у него опыт. Куда его расходовать вопрос даже не стоял. Однозначно в очки надбавок. Он вообще собирался вложиться в них по максимуму, ещё и прикупить, благо не испытывал стеснений в средствах. А то мало ли, опять Эфир чего-нибудь учудит и условия обмена вновь изменятся не в лучшую сторону. В этой связи он не собирался даже гасить банковский займ. У него есть ещё целых два года отсрочки, и ни единой причины для спешки.

Он бы и раньше это сделал, но решил, что изменения Эфира всё же событие не рядовое, и не может проходить по два раза в год. Пользу же от наличия в кубышке свободного опыта он прочувствовал уже давно. Но сейчас война осталась где-то там, позади, впереди же его ожидал Виноградовск, встреча с Дубковым, и выбор темы для кандидатской. И будет глупо не облегчить себе жизнь, коль скоро Эфир предоставляет такую возможность.

Пристроившись у окна автобуса, и не обращая внимания на мелькающие за ним предместья Владивостока, Нестеров вызвал перед внутренним взором свою Суть. Не без гордости взглянул на внушительную цифру свободного опыта, после чего одним махом обменял почти полтора миллиона на тринадцать очков надбавок. Десять из них тут же определил в Интеллект. Три, оставил про запас.

Для получения академического образования достаточно надбавок в одну целую и семь десятых, у него же они сейчас на одну десятую выше. Начнёт, а там будет видно, нужно ли вкладываться ещё. Что ни говори, а отдавать за очки приходится с каждым разом всё больше, а потому и относиться к ним нужно более рачительно.

Шутка сказать, но за очередную надбавку ему придётся вывалить двести двадцать две тысячи опыта. Поэтому остававшиеся у него почти двести сорок две, он не стал расходовать. Чтобы не остаться ни с чем.

Двадцать две тысячи это достаточно много и он зажрался? Ничего подобного. Просто всё познаётся в сравнении. Ещё недавно он был, можно сказать, аутсайдером. Теперь же оставил далеко позади не только имевших значительно лучшие стартовые условия, но и тех, кто был старше него на несколько лет. И на этом уровне то, что для других много, ему только на один зуб.

Из автобуса вышел на Светланской, недалеко от медицинского общежития. Решил навестить сначала девчат в «тройке», всё равно ведь не обойдёт их стороной. К тому же, Таня его наверняка не ждёт. Во время последнего разговора по «Кинитофону» он сказал, что будет только к вечеру, и её банально может не оказаться дома. А в двести двадцать второй комнате непременно кто-то будет на месте, так как у подруг на носу госы, и они корпят над конспектами.

Дабы не изменять традиции завернул в трактир, и накупил продуктов, и парочку бутылок сухого вина, только и того, чтобы хмель слегка ударил в голову. Это где-то даже полезно, хоть расслабятся, а то ведь наверняка в напряжении. Чтобы дотащить гостинцы, пришлось за отдельную плату воспользоваться помощью полового, которого он нагрузил бумажными кульками, а сам пошёл с чемоданом и кофром.

Едва переступил порог общежития, как тётя Глаша всплеснула руками, обрадовавшись ему как родному. Ещё и поставила его перед собой чуть не по стойке смирно, оглядывая со стороны, заставив его малость повертелся. Он то был в повседневной форме, но при орденах, что придавало весу и солидности. Вообще-то, ему было где-то неловко, но обижать вахтёршу и не подумал.

— Хорош! — резюмировала женщина.

— Я старался, — улыбнулся он.

— И у тебя получилось. Молодчина. Иди уж. В комнате твои подружайки.

— Тётя Глаша, присмотрите за чемоданом? А то мне всё разом не утащить, — оставлять кофр он и не подумал, тут осталось немного, уж как-нибудь донесёт.

— Присмотрю конечно, суй под стол и двигай, кавалер.

А вот в комнате у девчат прошло всё куда громче. Едва осознав, кто именно к ним завалился без предупреждения и без стука, они по обыкновению сорвались с места и взвыв боевыми сиренами облепили его со всех сторон. Хорошо хоть он успел выставить на стол свои гостинцы и пристроить «Горку», а то опять разметали бы всё по полу.

— Ты когда уже научишься предупреждать о своём приезде, — утерев невольно выступившие слёзы, попеняла ему Зина.

— Да ладно. Так же куда веселее, — отмахнулся он, с трудом сглатывая твёрдый ком.

Ещё и отвернулся, сделав вид, что что-то там приметил в окне, а на деле быстро промаргиваясь, чтобы не пустить предательскую слезу. Скажи кому, поднимут на смех, но вот ничего не мог с собой поделать, настолько вот это их отношение трогало за душу.

— Витя, а это у тебя такое правило каждый раз возвращаться с новым крестом на груди? — утирая слёзы, и ткнув его в грудь, поинтересовалась Надя.

— Ну нужно же вас чем-то удивлять. Кстати, я сейчас.

Он поспешно вышел из комнаты, и направился на вахту, за чемоданом. Заодно привёл в порядок свои чувства, и окончательно справился с готовыми пролиться слезами. Ну ей богу, даже перед собой неудобно. Вот же шельмы.

— Девчата, ловите подарки из тропического рая, — водрузив чемодан на одну из кроватей, возвестил он.

Ничего особенного и дорогого — пара фунтов отборного кофе, да безделицы с национальным колоритом. Тут ведь главное внимание, ну и чтобы вещица выбивалась из общего ряда. И подруги оценили подарки, отметив, что различных свёртков в довольно большом чемодане ещё предостаточно, а вот вещей совсем немного.

— Витя, а ты что же, у Тани ещё не был? — удивилась Рита.

— Вот вас навестил, сейчас наскоро перекусим, выпьем за встречу, и побегу. Она всё равно меня только к вечеру ждёт.

— Витя, ты дурак? — подбоченившись спросила Рита

— С чего бы это? — удивился он.

— Да с того. Спасибо за подарки. Очень рады тебя видеть живым, здоровым и жизнерадостным. А теперь закрыл чемодан, схватил его в руки, и дуй отсюда.

— Рита, ты заболела?

— Я заболела? Сначала в зеркало посмотрись.

— Ты что, думаешь Таня меня приревнует к вам?

— Витя, ты точно дурак, — хихикнула Зина. — Ритка права, иди к Татьяне, не забудь по пути купить цветы и ни в коем случае не говори, что был у нас. А мы, так уж и быть, тебя не сдадим.

— Да ладно вам сгущать краски.

— Витя, мы не шутим. Поешь в другой раз. И, да, спасибо за угощение, — резюмировала Рита.

— Так, настоящие друзья не поступают, — шутливо обиженным тоном пробурчал он.

— Именно так и поступают, — поддержала подруг Надя.

В этот момент в дверь постучали, и когда Рита разрешила в комнату вошли двое офицеров. Так не бывает! Перед ним стояли Мицкевич и Вязов. Нестеров даже не подозревал, что среди знакомых девчат есть другие военные, кроме него и Аршинова. И тут вдруг...

— Рита, встречай героев тропиков, — возвестил поручик, и тут же осёкся.

Нестеров же с недоумением взирал не столько на него, сколько на Мицкевича, вперившего в него не менее удивлённый взгляд. Картина неизвестного художника «Не ждали».

— О к-как, — только и сумел произнести поручик.

— Андрей? — теперь пришла пора удивляться Рите.

И судя по её реакции гость был её мимолётным увлечением, и она меньше всего ожидала увидеть его тут. Ну что сказать, Рита сторонница современных взглядов, и придерживается мнения, что семья в первую свою жизнь это анахронизм. О домашнем уюте и потомках можно подумать и позже, а пока от жизни нужно брать всё, и позаботиться о собственном развитии.

— Разрешите представить, — начал было поручик, но его перебил Мицкевич.

— Не стоит, Андрей. Пойдём отсюда, я не пью из лужи, — холодно произнёс он.

— Извинись, — коротко бросил Виктор, прекрасно уловивший смысл сказанного.

— Не вижу для этого не единого повода, — пожал плечами Мицкевич.

— Извинись, или я вызову тебя.

— Я не дерусь из-за шлюх, — фыркнул подпоручик.

— А я за друзей дерусь.

Виктор впечатал свою ногу в грудь Мицкевича. Отлетев назад, тот приложился о дверь, которая не выдержав натиска хрустнула сломавшимся язычком защёлки, после чего распахнулась и с грохотом впечаталась в стену. Подпоручик же оказался на полу коридора.

— Мне набить тебе морду более вдумчиво, чтобы ты счёл себя оскорблённым и вызвал меня? Или уже достаточно? — приблизившись к нему, поинтересовался Нестеров.

— П-подлец. Куда прислать секундантов? — с трудом восстановив дыхание выплюнул Мицкевич.

Глава 9. С возвращением

— Витя, ты совсем с головой не дружишь? — взъярилась Рита, едва незваные офицеры убрались восвояси.

— С чего бы это?

— Да с того. Ты что творишь? Думаешь мы не можем сами за себя постоять, — подбоченилась подруга.

— Да отходили бы его веником, вон компотом облили, да ещё и подушку на нем разорвали бы, и бежал бы он отсюда весь в перьях. Ещё неизвестно кому больше урона было бы, — поддержала её Зина.

— У нас ещё и швабра есть, — ввернула свои пять копеек Надя.

— А я весь такой героический взирал бы на это с высоко поднятой головой.

— Витя, мы тут не девицы, и то, что ты с нами ни-ни, этого факта не отменяет.

— Не девицы. Но и не шлюхи. А потому вопрос закрыт. И вообще, у нас с Мицкевичем старые счёты, а иначе с чего бы он так взъярился. Ну что, девчата, по рюмашке, для снятия стресса?

— Мы непременно хлопнем. Иначе конспекты можно смело забрасывать. А ты вали отсюда, тебя Таня ждёт, — припечатала Рита.

— Да не ждёт она пока. Опять же, замок нужно починить.

— Витя, иди уже, бестолочь.

— Вы какие-то непостоянные. То выковыриваете меня из объятий других девушек, то сами в них толкаете.

— А ты Таню с другими не путай, — ткнув в него пальчиком, возразила Зина.

— Иди уже, Витя. Привет Тане, — вновь потребовала Рита.

Надя подхватила его тяжёлый чемодан, вцепившись в ручку двумя руками, и опустила его перед ним. После чего потянувшись к нему, тихонько чмокнула в щёку.

— Очень рада тебя видеть живым и здоровым. О том, что был тут Тане не говори.

— Ага. Он не скажет, так ведь дуэль теперь не замылить. Одно слово — оболтус, — так же чмокая его в щёку, недовольно произнесла Рита.

— Ох Витя, то что ты оболтус, это факт. Но ты наш оболтус, и мы тебя любим, — заявила Зина.

И потянувшись к нему хищницей впилась ему в губы. После смачного поцелуя, отстранилась и обвела подруг победным взглядом, словно говоря — я сделала это! Нестерову только и оставалось, что покачать на это головой.

До доходного дома, в котором они с Татьяной снимали квартиру, он добрался на такси. А потому это заняло совсем немного времени. Поднялся на второй этаж и открыл дверь своим ключом. Невольно припомнилось сразу несколько анекдотов на тему внезапно вернувшегося из командировки мужа. Впрочем, никаких подозрительности, недоверия или ревности он не испытывал и близко. Вспомнил просто озорства ради.

Татьяна оказалась дома. Но в отличии от подруг, она не корпела над конспектами, а беззастенчиво спала на диване. Впрочем, это у них на носу госы, у неё же очередная летняя сессия, за которой последует пятый курс. Как говорится, почувствуйте разницу.

Нет, если весь семестр бить баклуши, то перед экзаменами однозначно будет подгорать, и придётся вкусить всю прелесть бессонных ночей и впихивания в мозг невпихуемого. Но если учиться планомерно и не халтуря, то можно обойтись малой кровью. И похоже это как раз случай Татьяны, уж больно безмятежный сон, и на столе не учебники с тетрадками, а вазочка с печеньем.

Виктор присел перед ней и заправил за ушко выбившуюся прядь. Будить её не хотелось, поэтому он просто любовался личиком дорогого ему человека. Они конечно регулярно разговаривали по «Кинитофону», у него всегда с собой было фото, да и снилась она ему довольно часто, но всё это ничто в сравнение с возможностью видеть свою любимую наяву.

Глядя на неё, он только теперь, сообразил, что забыл купить цветы. Ну и гад жеж этот Мицкевич, выбил из колеи, и этот момент напрочь вылетел из головы. Ну вот как теперь быть? Выходить из квартиры, чтобы исправить промах, не вариант.

Не успела уняться его паника, как Татьяна открыла глаза. Посмотрела на него, улыбнулась, и протянула к нему руку, а когда он приблизился, притянула к себе, и прильнула к нему своими мягкими, податливыми губами. Вскоре сладостный поцелуй стал отдавать солоноватостью, их губы повлажнели и она наконец оторвалась от него ткнувшись в плечо, и всхлипнула, стараясь сдержать плач.

— Ты чего, Танюша?

— Ничего. Просто рада. С возвращением, — с трудом, выдавила она.

— И я рад тебя видеть, — прижав её к себе и легонько похлопывая по спине, произнёс он.

Так они и просидели какое-то время, пока не успокоились. Вот странное дело, из-за радостной реакции подруг у него в горле встал ком, и подступили непрошенные слёзы. А вот от встречи с Таней, стало как-то тепло, уютно и сладостно. Хотя сердце конечно стучало так, что казалось вырвется из груди.

— Ты рано, — наконец поднимаясь, поправляя причёску и оправляя платье, произнесла Таня.

— Спасибо попутному ветру.

— Ясно. Голоден?

— Да.

— Сейчас буду тебя кормить.

— Я не о еде.

Он притянул её к себе, посмотрел в глаза, и вновь впился в её губы. Только на этот раз не тёплым поцелуем радостной встречи, а страстным, жадным и требовательным. Его настроение тут же передалось ей, и они начали спешно избавляться от одежды, постепенно смещаясь в сторону спальни…

— У тебя ещё один крест, — пристроив головку на его плече, заметила она.

— Так получилось.

— Опять как в Уцяне?

— Неа, — поспешно ответил он.

— Врёшь, — извернувшись, и посмотрев ему в глаза, коротко резюмировала она.

— Правда. С Уцяном даже сравнивать не стоит. Там мы упирались насмерть, а тут всего-то покатались по полю, подбили пару тройку танков, да постреляли малость. Просто так уж вышло, что удачно накрыли командование. Оставшись без руководства, колонна противника замедлила наступление, а пока они телились, сандинисты успели откатиться, заняли позиции и организовали янки горячую встречу.

— Вот так всё легко и непринуждённо?

— Да.

— За безделицу кресты не дают.

— Не дают. Только какая разница, кровью мы исходили в окопах, или просто отходили весело повизгивая, коль скоро задачу выполнили, и благодаря этому Манагуа устоял.

— Л-ладно. Поверю, — посмотрев ему в глаза долгим взглядом, произнесла она.

После чего решительно поднялась, и начала одеваться.

— Ты куда?

— Должна же я покормить своего мужчину.

В ответ на её слова, желудок Виктора громко проурчал, а он сделал виноватую мину, мол, я ни при чём, и сыт одной лишь твоей любовью, а у этого проглота вообще своя голова, и он руководствуется животными инстинктами. Как это можно передать одним лишь взглядом и выражением лица? Ещё как можно, если между двумя имеется нечто большее, чем просто близость.

Пока Таня разогревала обед, Виктор полез в чемодан практически полностью забитый подарками. Большинство поедет в Троицк, но есть ещё и Аршиновы, которых вечером непременно нужно будет навестить. И Роман скорее всего будет дома. У них на четвёртом курсе свободный выход в город, и с отъездом Глеба Даниловича он старался ужинать с матерью. Опять же от Аршинова старшего привёз не только горячий привет.

— Это кому? — послышался за спиной вопрос Тани.

И как только сумела подойти незаметно. Он вроде не увалень какой, и охотник, и вообще, но вот эта кошка сумела застать врасплох.

— Это тебе, — подхватив один из свёртков, вручил он ей.

— И что там?

— Разверни.

Внутри оказалась шёлковая манильская шаль в светлых тонах. Ну, а что он ещё мог ей привезти из Никарагуа, как не популярный элемент костюма латиноамериканок. И судя по загоревшимся глазкам, и тому, как она тут же направилась к зеркалу, с подарком он угадал.

— Спасибо, — игриво поцеловав его в губы, поблагодарила она. — А ты случайно про девчат из «тройки» не забыл.

— Нет, конечно. Уже вручил в лучшем виде, — довольный собой, ответил он.

— В смысле уже вручил? — покосилась она.

— Ну-у, я с аэродрома заскочил к ним, чтобы сразу закрыть этот вопрос, и… Таня, ты чего? — приметив, как на её лицо набежала тень, удивился он.

— Ничего, — поспешно ответила она, резко отвернулась, и направилась в строну кухни.

— Таня. Танюша, ну… Я не понимаю, ты ревнуешь, что ли? — идя вслед за ней, спросил он.

— Я? Да ничуть не бывало, — опять поспешно, и как-то нервно пожав плечами, ответила она.

— Н-да. Говорили мне девчата, чтобы я тебе не проговорился, что был у них. Ещё и прогнали, как узнали, что я ещё не был дома, — вздохнул он.

— А дураком часом не назвали? — посмотрев на него через плечо, поинтересовалась она.

— Кхм. Было дело. Но тебя ведь дома могло и не оказаться. Ты же ждала меня только к вечеру.

— Да чего ты всполошился? Я же тебе сцену не закатываю.

— Угу. Не закатываешь. Танюша, ну извини. Я как-то не подумал. Ну ты же знаешь, что ты для меня дороже всех на свете, — обнимая её со спины, в самое ушко прошептал он.

В ответ она извернулась в его объятьях, посмотрела в глаза, и улыбнулась.

— Знаю. А ещё знаю, что ты у меня всегда был недогадливым и неотёсанным чурбаном, — грустно улыбнулась она.

— Да. Это я. Я такой, — поспешно закивал он болванчиком.

— Но мне было обидно.

— Я исправлюсь. Честно, честно.

Он крепче прижал её к себе, и склонился к ней с поцелуем. Поначалу её обычно мягкие губы были неподатливы, но потом размякли и она ответила на поцелуй. А тот в свою очередь становился всё более требовательным, напористым и жарким. В какой-то момент Тане пришлось собрать в кулак всю свою волю, и разорвав контакт, прильнуть к его плечу.

— Не дразни, — едва слышно произнесла она. — Садись, буду тебя кормить.

— Кхм. Я-а…

— Не хочешь есть?

— Нет, — под урчание живота, произнёс он.

— Оно и видно. Садись, герой любовник. У нас ещё уйма времени впереди.

После обеда пошли прогуляться по городу, благо полуденный зной уже пошёл на убыль, хотя до настоящей прохлады ещё и далеко. Поймав такси, сразу направились в Адмиральский сквер. С одной стороны, это излюбленное место горожан для променада, с другой рядом находилась уютная кофейня, где можно полакомиться великолепным мороженным.

— Витя, а это не Ярика фильм? — указав на афишу, спросила Таня.

Они как раз вышли из такси, проходили мимо кинотеатра. В кассы тянулась длинная очередь, что случается либо в выходные и праздничные дни, либо во время премьеры. Сейчас середина недели, на афише сегодняшняя дата, а значит премьера, и всё за то, что картина пользуется неподдельным интересом.

— «Оскал», — прочитал Виктор лаконичное и угрожающее название. — Да, это его фильм, вон в углу, режиссёр Потапов. Хочешь пойти?

— Н-нет, — чуть задумавшись, покачала она головой. — Во-первых, не хочется терять время на стояние в очереди. А во-вторых, я видела всё своими глазами. Никогда этого не забуду, но и лишний раз вспоминать не хочется. Если уж в кино, то на что-нибудь повеселее.

— Согласен. Вот им, — Виктор кивнул на горожан в очереди, — это не повредит, а с нас хватит и того, чему мы сами были свидетелями. Тогда в сквер, или сначала по мороженному?

— В кофейню, — решительно произнесла она.

После мороженного была прогулка по парку, и в итоге они всё же сходили в кино, только про любовь. Странное дело, но понравилось не только Тане, и целовались они не всё время. В какой-то момент оторвались друг от друга увлёкшись происходящим на большом экране. С сеанса вышли чрезвычайно довольные, а тут ещё и дневную жару сменила вечерняя прохлада.

— Господи, Виктор Антипович, — всплеснула руками Аксинья, увидев его в дверях квартиры Аршиновых.

— Прости, Аксинья, но я не один, надеюсь это не разобьёт твоё сердце, — озарившись улыбкой, произнёс Виктор.

— Всё бы вам шутить, — выглядывая из двери произнесла прислуга, и тут заметила стоявшую в сторонке Баеву. — Господи, Татьяна Леонидовна, здравствуйте. Проходите пожалуйста. Что же вы Виктор Антипович, разве же можно так-то, — пожурила она Нестерова.

При этом в её тоне и взгляде не было ни капли игривости, она была по настоящему рассержена на всеобщего любимца. К слову досталось и от Татьяны, стрельнувшей в него осуждающим взглядом. Ведь это именно он оттеснил её в сторонку, чтобы подругу сразу не приметили.

— Больше не буду, — вслух повинился он.

— Вот и не поступайте так. Выставили меня невеждой какой, — принимая у Татьяны зонтик и шляпку, строго заметила Аксинья.

Наконец она провела их в столовую, где уже собрались к ужину… Хм. Ладно Ромка, его Виктор ожидал увидеть. Но вот сидевший за столом Данила удивил. Как и присутствие уже знакомых Нестерову друзей семейства Аршиновых, вместе с дочерью. Валентину усадили рядом с Данилой, и тот, судя по всему этому ничуть не возражал.

Да и правильно. Хорошая девушка, и дело даже не в том, что она протеже его матери. Хотя зная отношение Данилы к вопросу обзаведения семьёй, Виктор несколько удивился подобному настрою. Впрочем, думать об этом было некогда, Нестерову вдруг сразу стало неловко, ведь изначально именно ему прочили эту девушку в невесты.

— Господи, Витя, Танюша, да что же вы как снег на голову-то, — тут же всполошилась Анна Фёдоровна.

Хозяйка и Роман встретили гостей довольно бурно. Последний едва сдерживался, чтобы не уволочь друга в кабинет отца, и пообщаться без лишних свидетелей. Но был лишён подобной возможности. Тем паче, что Аксинья уже выставляла на стол два дополнительных прибора.

Ужин прошёл в тёплой обстановке. Когда с десертом было покончено, Виктор вручил Аршиновым подарки, что передал глава семейства. Если сыновьям ничего не значащие памятные сувениры, то Анне Фёдоровне, вместе с манильской шалью, только в тёмных тонах, он вручил одинарный «Кинитофон». Как он попал в руки Глеба Даниловича, Нестеров не знал, но подарок дорогой и своих денег стоит.

Конечно Аршиновы старшие не прошли инициацию, и не могут видеть описание характеристик артефактов. Однако это им не мешает использовать некоторые артефакты. И вот этот, как раз входил в перечень доступный пустышам. Анна Фёдоровна приняла коробочку из нержавеющей стали, как большую ценность, и было видно, что с трудом сдерживается, чтобы не вызвать супруга и услышать дорогой голос.

Наконец Роман завладел Виктором и потащил его в отцовский кабинет с намерением хорошенько расспросить обо всём произошедшим с другом. С их последней встречи прошло почти полгода, уж всяко разно есть, что рассказать. Тем паче, он вернулся с войны, и на груди появился новый крест.

Виктор встретился взглядом с Таней, но та успокаивающе смежила веки, мол, всё нормально. Она тут уже не в первый раз, Анна Фёдоровна относится к ней хорошо. А если откровенно, то как к своей будущей невестке. Ну вот так оно всё непросто. И Нестеров для них стал не чужим, и они ему как родные.

— Ну, рассказывай, — закрыв дверь в кабинет, потребовал Роман.

Данила усмехнулся, при проявлении такого нетерпения, и открыв на рабочем столе отца коробку, взял оттуда папиросу. Глянул на Нестерова, который, как ему было известно не курил. В ответ тот только пожал плечами и сделал одобрительный жест.

Да, с доходами у него теперь всё в порядке, и он вполне может себе позволить курить дорогие папиросы с отменным табаком. Но как только появилась эта самая возможность, желание начать дымить окончательно отпало. Находясь же рядом с курильщиками он не ощущал никакого дискомфорта. Разве только если входил в прокуренное и плохо проветриваемое помещение. Но здесь, заботами Аксиньи, с этим был полный порядок.

— Чего рассказывать-то, — неопределённо отмахнулся Виктор.

— Ну ты даёшь! «Святой Георгий» на груди, а ему рассказать нечего! — возмутился друг.

— Да всё как обычно. Покатались под огнём, постреляли, нас подбили, но задачу выполнили, и как итог, награды нашли своих героев.

— А теперь поподробней и в деталях, — так же беря из коробки папиросу, потребовал Роман.

Пришлось удовлетворить его любопытство. Правда, при этом Нестеров всё же постарался быть лаконичным, и не расползаться мыслью по дереву. Он хорошо знал друга, и понимал, что каждый новый факт породит новые вопросы, и ни конца им ни краю.

— Данила, а ты я гляжу решил-таки остепениться, — наконец сменил тему Виктор.

— Заметно?

— Иначе не спрашивал бы.

— Нужно было умереть, чтобы понять, что сколько бы Эфир тебе не отмерил, всего этого можно лишиться в одночасье. А тогда уж после тебя не останется никакого следа. Разумеется, если ты не гений. Я самый обычный, и пока, самое большее, что могу оставить это потомки, — Данила глубоко затянулся, и выпустил густое облако дыма.

— Служишь во Владивостоке? — поинтересовался Виктор.

— Кто же позволит офицеру без возрождения в запасе, служить в войсках, — покачал тот головой.

— Он у нас в училище, на должности командира учебной роты, — пояснил Ромка.

— И то, лишь благодаря связям отца, заступничеству командира Добровольческой интербригады, и «Святому Георгию», — уточнил его старший брат.

— Ясно. Кстати, тут такое дело. Данила, не согласишься быть моим секундантом?

— Ты где успел вляпаться? — удивился Роман.

— Мицкевич, — коротко пояснил Виктор.

— Понятно, — хмыкнул друг.

— А мне не понятно, — возразил Данила. — Коль скоро просишь меня быть твоим секундантом, то я должен знать обстоятельства

— Разумеется, — согласился Виктор и начал рассказывать о недавних событиях.

— Хм. Дуэльный комитет может счесть тебя неправым и обязать принести ему публичные извинения, — выслушав его, резюмировал Данила.

— С чего бы? — возмутился Виктор.

— Девицы лёгкого поведения, не имеет значения, шлюхи они или просто слабы на передок. В такие дела не стоит вмешивать офицерскую честь.

— Я не отступлюсь.

— Можешь получить ярлык бретёра. А это практически гарантированный крест на карьере.

— Я не оступлюсь, — упрямо буркнул Нестеров.

— У вас застарелая вражда. Это так же будет взято во внимание.

— Из-за застарелой вражды я не стал бы тянуть так долго и уже давно набил бы ему морду, провоцируя дуэль. Однако, как он ни пытался, проходя по краю, я до этого не доводил.

— Данила, ты просто не знаешь какие отношения у Вити с девчатами. Там нет ничего кроме дружбы. Вообще. Я могу свидетельствовать.

— Ни ты, ни твои однокурсники, ни гражданские лица, свидетельствовать в дуэльном комитете не можете. Это касается только офицеров. Кстати, у тебя второй секундант есть?

— Хм. Пролагаю, что все уже успели разъехаться. Но…

— Не суть. Значит нету. Я попрошу кого-нибудь.

— Кстати, а секундантам это чем-нибудь может аукнуться? — не удержался Нестеров.

— Нет. Мы всего лишь обязаны проследить за тем, чтобы всё прошло согласно дуэльного кодекса. А вот ты подумай. В трусости тебя обвинит только идиот. Так что, я бы посоветовал тебе принести извинения.

— И признать моих подруг шлюхами. Пусть и опосредованно. Вот уж чему не бывать.

— Я сказал. Ты услышал. Но на меня можешь рассчитывать.

Глава 10. Дуэль

К удивлению Виктора дуэльный комитет тянуть с заседанием не стал, как, впрочем, и затягивать его. Уже утром к ним в квартиру позвонил посыльный, вручивший повестку на час пополудни. К этому времени ему надлежало прибыть в дом офицерского собрания вместе со своими секундантами.

Хорошо хоть Тани дома не оказалось. Она как раз ушла за покупками. Прислугой они как-то не обзавелись. Хотя он и мог себе это позволить. И даже предлагал ей. Но был осмеян, и заподозрен в грязных намерениях, после чего поспешил отступить, и полностью положиться в этом вопросе на мнение Татьяны. Как оказалось, оно и к лучшему. Узнает конечно, шила в мешке не утаишь. Но если повезёт то уже постфактум.

Пришлось поспешить, чтобы Аршинов старший смог отпроситься. Впрочем, переживал Нестеров напрасно. Когда он прибыл в училище, Данила мало, что сам отпросился, так ещё и выполнил своё обещание подобрав второго секунданта. К слову, им оказался капитан Тернов, тот самый офицер, что помог Виктору при поступлении, когда его завернул Мицкевич.

Само заседание длилось не больше двадцати минут и завершилось вердиктом — поединку быть. В качестве оружия Мицкевич выбрал клинки, чему Нестеров ничуть не удивился. Многим известно, что он отличный стрелок и Боря был бы полным кретином, пожелай стреляться.

А вот «Длинные клинки» у Нестерова в полном загоне. Как получил при инициации, так больше ни разу за шашку и не брался. Это если не считать, редких подходов в отпуске, но тут скорее поразмяться, да кровь по жилам разогнать. За такое баловство Эфир не начислил ни единого очка. Батя качал было головой, потому как прежде учил сына вдумчиво. Но тот ведь танкист, и попросту не видел, где может использовать это умение. Так оно и осталось без малейшего внимания.

Вообще-то, в военных училищах имелось фехтование, но даже не на уровне факультатива, а в качестве секций. Есть желание, вперёд, нет, на службе тебе это не понадобится. В армии ДВР шашки остались только в качестве парадного оружия. Исключение это пограничники и казаки, которым порой приходилось рубиться с хунхузами.

А вот у Мицкевича с клинками всё было в порядке. Занимался он этим делом регулярно, а потому его ставка именно на шашку было вполне оправданным. Он конечно понимал, что Нестерову вложиться в умения не составит труда. Про него вообще говорили, что он опыт из воздуха берёт. Но этого как бы мало, необходимы ещё и реальные навыки, на которые эти умения как раз и накладываются. Если же базы нет, или она слаба, то и результат будет печальным.

— Витя, а у тебя вообще «Длинные клинки-то» есть? — когда они вышли на широкое парадное крыльцо дома офицеров, поинтересовался Аршинов.

— Получил при инициации. Просто не вкладывался в него, за ненадобностью.

— Это от отца?

— Его стараниями.

— О чём речь? — поинтересовался Тернов.

— Витя у нас потомственный казак, и Антип Васильевич учил его семейным ухваткам.

— Да так вдумчиво, что умение проявилось при инициации, — хмыкнул капитан. — Полагаю бывшего моего воспитанника ожидает сюрприз.

— Уж не сомневайтесь, — улыбнувшись подтвердил Виктор.

К слову, у Мицкевича третья ступень, как «Длинных клинков», так и «Фехтовальщика». Потомственный представитель белорусской шляхты не мог оставить это дело в стороне.

— Кстати, Виктор, вы бы всё же подумали о том, чтобы решить дело миром. Принесённые извинения на карьере скажутся не лучшим образом, но будут свидетельствовать о вашем благоразумии. Ярлык же бретёра поставит на ней жирный крест. Ничего не имею против ваших подруг, но офицеру не стоит защищать то, чего давно нет и в помине.

— Они мои друзья, — покачав головой возразил Нестеров и добавил, — Однако, если Мицкевич извинится перед ними, хотя бы в моём присутствии, я готов принести ему извинения при любом стечении свидетелей.

Распрощавшись с офицерами, Виктор направился прямиком в банк. Нужно было срочно решить вопрос с поднятием умений на должный уровень. Имеющегося же у него хватило бы лишь на то, чтобы взять третью ступень. Полагаться на свои навыки он не собирался. Что ни говори, а несмотря на батину науку, он давно не практиковался с шашкой.

Со средствами у Виктора проблем не было. Только лицензионные отчисления сегодня приносили ему чуть больше девятисот рублей. Прибавить сюда двойной оклад по должности и надбавки за награды, которые так же оседали на счёте. В Никарагуа он получал только один оклад в местной валюте, чего ему хватало с избытком. Так что, его ежемесячный доход составлял порядка тысячи трёхсот рублей. А ведь есть ещё и премиальные за подбитую технику.

Татьяна имела доступ к его счёту, а как иначе, коль скоро они живут вместе. Только её траты не превышали и пятидесяти рублей в месяц. Вполне приличные деньги, учитывая заработные платы ДВР и денежный курс. Но, как говорится, почувствуйте разницу.

На сегодняшний день у Виктора в банке имелось около сорока тысяч. И он не собирался чахнуть над златом. Приобретение опыта конечно дорогое удовольствие, но по его мнению оно того стоило. Иное дело, что жаль конечно опять прогонять опыт в холостую. И уж тем более на фоне того, что до двенадцатой ступени Сути ему впоследствии потребуется четыре миллиона.

Вот только сохранение возрождения он считал куда более приоритетным. А потому без сожалений потратил двадцать тысяч рублей на приобретение миллиона свободного опыта. Ну и такой момент, что очень хотелось посчитаться с Мицкевичем. Он его уже до печёнки достал. Хотя, справедливости ради, если бы тот извинился перед девчатами, и Нестеров сдержал бы своё обещание принеся ему свои извинения.

Что ни говори, а карьеру ему сделать хотелось. Однако поступаться ради этого друзьями он не готов. Особы лёгкого поведения? А он их не выбирал. Так уж сложилось, и сам не понял в какой момент стал способен порвать за них любого, как тузик грелку.

Когда вышел из кабинета, где ему передали опыт, отчего-то вспомнил о нападении бандитов. Вот ведь. В Никарагуа, где смерть всё время рядом, не опасался расхаживать с полутора миллионной кубышкой, а тут вдруг подумалось. С другой стороны, на войне всё куда проще.

Отошёл в угол фойе банка и присев на диван, вызвал перед внутренним взором Суть. Дело недолгое, так отчего бы не закрыть вопрос, коль скоро знает чего именно хочет.

Получено 1000 опыта к умению «Длинные клинки» — 2000/2000.

Получена новая ступень умения «Длинные клинки-1» — 0/4000.

Получено 4000 опыта к умению «Длинные клинки-1» — 4000/4000.

Получена новая ступень умения «Длинные клинки-2» — 0/16000.

Получено 16000 опыта к умению «Длинные клинки-2» — 16000/16000.

Получена новая ступень умения «Длинные клинки-3» — 0/256000.

Получено 256000 опыта к умению «Длинные кликни-3» — 256000/256000.

Получена новая ступень умения «Длинные клинки-4» — 0.

Получено 277000 опыта — 0 / 4096000.

Невозможно начислить 277000, необходимо академическое образование.

Свободный опыт — 964817.

Затратно, не без того. Но для получения преимущества перед Мицкевичем, имевшим богатую практику, подобный подход лишним всё же не будет. К тому же, Виктор и не собирался останавливаться на этом.

Получено новое умение «Фехтовальщик» — 0/2000

Получено 2000 опыта к умению «Фехтовальщик» — 2000/2000.

Получена новая ступень умения «Фехтовальщик-1» — 0/4000.

Получено 4000 опыта к умению «Фехтовальщик-1» — 4000/4000.

Получена новая ступень умения «Фехтовальщик-2» — 0/16000.

Получено 16000 опыта к умению «Фехтовальщик-2» — 16000/16000.

Получена новая ступень умения «Фехтовальщик-3» — 0/256000.

Получено 256000 опыта к умению «Фехтовальщик-3» — 256000/256000.

Получена новая ступень умения «Фехтовальщик-4» — 0.

Получено 278000 опыта — 0 / 4096000.

Невозможно начислить 278000, необходимо академическое образование.

Свободный опыт — 686817.

На всякий непредвиденный обменял ещё два очка надбавок, приплюсовав их к уже имеющимся трём. Пять очков, это уже серьёзно, но он сначала сойдётся с Мицкевичем, а там будет видно, стоит ли их вбрасывать в Ловкость или нет. Что не говори, но даже на эту пару ушло почти полмиллиона опыта. В кубышке осталось двести десять тысяч. Может для гопников это что-то и значит, но для Виктора это уже вполне привычный объём.

Покинув банк направился в фехтовальный зал. Нужно было поупражняться с шашкой. Конечно в полной мере восстановить навыки нечего и думать, зато получится вспомнить тяжесть клинка, и вообще, оценить на что способен в принципе.

Усталый и довольный собой, он вернулся домой только к ужину. Получил свою долю укоризны за небрежение обществом подруги. Она для порядка подулась малость, после чего всё же смилостивилась, и вечер прошёл в тёплой домашней обстановке. Признаться, он ожидал, что это перерастёт в страстную ночь, но Татьяна сослалась на усталость, и они довольно рано легли спать.

Проснулся он полностью отдохнувшим и полным сил. Поединок, это конечно серьёзно, но не ему испытывать перед ним серьёзное волнение. Что ни говори, а он уже не первый год ходит со смертью рука об руку. Не сказать, что привык и ничего не боится, но и не воспринимает возможную гибель столь уж остро.

Татьяне объяснил ранний подъём тем, что у него нарисовались кое-какие дела. Завтракать отказался, так как немного проспал, и перекусит в каком-нибудь кафе. А после обеда они непременно куда-нибудь сходят. Например в театр. Не сказать, что он был таким уж театралом, но изредка приобщался к прекрасному. И надо сказать, каждый раз оставался довольным.

Аршинов, Тернов и приглашённый ими медик подкатили к дому на такси практически минута в минуту. Виктор устроился на заднем сиденье, и они поехали за город. Так уж сложилось, что драться предпочитали на свежем воздухе. Хотя дуэльный кодекс ничуть не запрещает использовать для этого тир или фехтовальный зал.

— Товарищи офицеры, в очередной раз предлагаю вам решить дело миром, — произнёс Тернов, как старший по званию из присутствующих.

— Пусть Виктор Антипович принесёт свои извинения, и я готов примириться, — произнёс Мицкевич.

Сомнительно, чтобы его удовлетворила такая малость, но он уже взял на себя роль человека которого вынуждают драться, и отыгрывал её до конца. Хотя и не составляло труда понять, что он лукавит и непременно желает наказать своего обидчика.

— Я готов извиниться, но только в ответ на ваши извинения перед оскорблёнными вами девушками.

— Я перед шлюхами не извиняюсь.

— Значит ты сдохнешь. Жаль только не окончательно. Товарищи офицеры, надеюсь формальности соблюдены? — обратился Нестеров к секундантам.

В дуэльный кодекс ДВР была внесена существенная поправка. Согласно которой на поединке с каждой из сторон должен присутствовать медик, с «Аптечкой». Погибших поднимали сразу. Раненых, дабы жизнь мёдом не казалась, оставляли без помощи артефакта.

При сегодняшнем мастерстве медиков, даже смертельное ранение не являлось приговором. Во многих случаях врачи были способны помочь пострадавшим. Иное дело, что все зависит от уровня знаний и их умений. А потому, страданий бедолаге хватит с лихвой. Может случиться и гибель. Правда, в этом случае, в ход пускался артефакт.

Таким образом, погибнуть на дуэли было сложно. Но в то же время ни у кого не возникало и мысли, называть такой поединок водевилем. Тем паче, что при смертельном ранении в голову, потеря возрождения была гарантированной…

Прежде чем сойтись, противники покрутили перед собой клинками, привыкая к балансу и рукояти. Совсем не лишнее, надо сказать. Драться знакомым оружием категорически запрещено. Шашки или пистолеты приобретались секундантами непосредственно перед дуэлью, и использоваться на поединках больше не могли.

Нестеров ожидал, что Мицкевич сразу бросится в атаку, используя своё преимущество во владении клинком, в чем он не сомневался. Однако, то, как Виктор примеривался к шашке и разминал кисть, показали опытному фехтовальщику, что перед ним не простой противник. А потому, действовал Боря аккуратно, без нахрапа.

Какое-то время они кружили, проводя короткие атаки, прощупывая оборону, и возможности противника. И как это ни прискорбно, Нестеров пришёл к неутешительному выводу, о превосходстве Мицкевича. Тот так же это понял, злорадно улыбнулся и начал действовать более агрессивно.

Виктору оставалось уйти в глухую оборону, и выжидать удобного момента. Несмотря на то, что умения у него задраны на максимум, а у противника лишь третья ступень, Нестерову с трудом удавалось сдерживать его натиск.

Виктор уже всерьёз подумывал увеличить свои шансы нарастив Ловкость очками надбавок, когда удача улыбнулась ему. Уловка весьма редкая и сложная в исполнении даже для бати, но Виктор прибегнул к ней без колебаний. Впрочем, времени на раздумья у него и не было. Всё произошло слишком стремительно, на одних рефлексах.

Мицкевич решил атаковать Нестерова в голову, дабы гарантированно лишить его возрождения, и нанёс боковой рубящий удар в висок. За мгновение до того как клинок достиг цели, Виктор присел, с одновременным разворотом вокруг своей оси, сближаясь с противником, разгоняя шашку по кругу и полностью вкладываясь в удар. Казачья уловка, которую никак не мог ожидать привычный к классическому фехтованию.

Клинок с лёгкостью перерубил голень в районе колена, и Мицкевич с криком рухнул на землю.

Получено 43 опыта к умению «Длинные клинки-4» — 43.

Получено 21 опыта к умению «Фехтовальщик-4» — 21.

Получено 43 опыта — 0/4096000.

Невозможно начислить 43 опыта, необходимо академическое образование.

Получено 43 избыточного опыта — 43.

Получено 2 свободного опыта — 210819.

Не обращая внимания на выскочившее сообщение Эфира, Нестеров вскинул клинок вверх, и с силой опустил его на голову противника, раскроив её надвое.

Получено 175 опыта к умению «Длинные клинки-4» — 218.

Получено 88 опыта к умению «Фехтовальщик-4» — 109.

Получено 175 опыта — 0/4096000.

Невозможно начислить 175 опыта, необходимо академическое образование.

Получено 84 избыточного опыта — 218.

Получено 9 свободного опыта — 210828.

— Не чересчур? — спросил Тернов, когда Виктор уже одевался.

— Не для того я выбросил в нужник свою карьеру, чтобы он отделался только лёгким неудобством. «Аптечка» в мгновение восстановила бы его ногу, он ещё и удовольствие испытал бы. Если мне карьера не светит, то и ему не служить. Во всяком случае, пока не поднимет Суть на десятую ступень.

По виду секундантов он понял, что те с ним не согласны. Не с тем, что он решил вопрос радикально. Вовсе нет. Они не могли одобрить его мотив относительно самого поединка. Но ему на это было плевать, потому что он себя считал правым.

Они довезли его до дома, где он с ними распрощался, прихватив с собой футляр с парой шашек, купленных на его деньги. К слову, дрались они оружием Мицкевича. Так что, эти клинки останутся простым сувениром. Впрочем, он ещё посмотрит. Если изготовлены хорошо, то может заберёт с собой и займётся фланкировкой. Отчего-то вдруг руки зачесались. Не иначе, как кровь казачья взыграла.

— Суть покажи, — окинув его обеспокоенным взглядом, строго потребовала Таня.

Вот так, с порога. И это вместо здравствуй. А вообще, вопрос конечно интересный.

— Кто тебе рассказал? — вместо того, чтобы выполнить её требование, спросил он.

— Не ты, представляешь, — с язвинкой ответила она.

— И всё же?

— Девчата вчера заходили, пока тебя не было.

— И ты молчала?

— А что я должна была тебе нервы вымотать перед дуэлью?

— Извини, не хотел чтобы ты переживала.

— Суть покажи, — уже примирительно попросила она.

Ступень — 11.

Возрождение — 2.

Опыт — 0/4096000

Свободный опыт — 210828.

Избыточный опыт — 218.

Очки надбавок — 5.

Сила — 1.3.

Ловкость — 1.3.

Выносливость — 1.3.

Интеллект — 1.8.

Харизма — 1.7.

Умения — 68.

УМЕНИЯ

ЭФИР

Артефактор-3 — 0/256000.

Канонир-4 — 0.

Корректировщик-4 — 8372.

Наставник-4 — 1025.

Снайпер-4 — 0.

Характерник-3 — 0/256000.

Шестое чувство-4 — 2.

ГРАЖДАНСКИЕ

Рабочие специальности

Водитель — 1370/2000.

Кулинария — 1050/2000.

Лингвистика-4 — 475.

Маляр-3 — 883/256000.

Механик-4 — 8000.

Портной-1 — 3203/4000.

Радиодело-4 — 0.

Столяр-1 — 1600/4000.

Скорняк — 1000/2000.

Слесарь-4 — 34000.

Тракторист-1 — 1970/4000.

Токарь-4 — 6000.

Часовщик-4 — 0.

Электрик-1 — 2890/4000.

Охотничьи

Кинолог — 1050/2000.

Ловчий-1 — 1585/4000.

Маскировка-4 — 0.

Рыболов — 1150/2000.

Следопыт — 645/2000.

Спортивные

Велосипедист-3 — 0/256000.

Гимнаст-3 — 0/256000.

Легкоатлет-3 — 6569/256000.

Лыжник-3 — 0/256000.

Футболист-3 — 0/256000.

Хозяйственные

Животноводство — 870/2000.

Земледелие — 1050/2000.

Птицеводство — 950/2000.

ВОЕННЫЕ

Стрелковое оружие

Винтовка-4 — 14954.

Пистолет-3 — 53764/256000.

Пистолет-пулемёт-4 — 0.

Пулемёт-3 — 67132/256000.

Ружье-4 — 2160.

Артиллерия

Гаубица-4 — 167523.

Гранатомёт-4 — 0.

Пушка-4 — 23810.

Холодное оружие

Длинные клинки-4 — 218.

Короткие клинки-3 — 212/256000.

Метание клинков-2 — 4143/16000.

Праща — 1000/2000.

Рукопашный бой

Кулачный бой-3 — 1406/256000.

Самбо-3 — 12860/256000.

Инженерные

Сапёр — 1012/2000.

Военная специальность

Автоматчик-4 — 0.

Артиллерист-4 — 76728.

Гранатомётчик-4 — 0.

Заряжающий-4 — 0.

Кавалерист — 1025/2000.

Командир танка-4 — 39053.

Механик-водитель-4 — 0.

Метеоролог-4 — 0.

Наводчик-4 — 11904.

Подрывник — 352/2000.

Пулемётчик-1 — 546/4000.

Радист-4 — 0.

Стрелок-4 — 4801.

Топограф-4 — 0.

Фехтовальщик-4 — 109.

Штурмовик-4 — 1080.

Воинские умения

Камуфляж-4 — 88845.

Кошачье зрение-2 —35/16000.

Наблюдательность-4 — 168.

— Ну слава богу, — с облегчением выдохнула она, видя, что оба возрождения в наличии. — А этот хам?

— Минус возрождение, и теперь отправится в запас. Во всяком случае, пока не поднимет Суть до десятой ступени.

— Завтракать будешь?

— А покормишь?

— Дурак, ты Нестеров, — вздохнув, произнесла она, направляясь на кухню.

— Таня, я что подумал-то. А выходи за меня замуж, — идя следом, произнёс он.

— О как! А что это ты вдруг созрел? — остановившись у плиты, с нескрываемым удивлением обернулась она.

— Просто хочу быть с тобой рядом, — пожал он плечами.

— Нестеров, а нельзя было это обставить как-нибудь… — она сделала неопределённый жест, — Ну, как-то поромантичней, что ли. Ладно бы был сиволапым крестьянином. Но ведь высшее образование за плечами. Опять же, книг сколько перечитал, в том числе и любовных романов. И тут вдруг… — она развела руками. — Хоть бы завалящий букетик цветов принёс.

— Хм. Это значит нет?

— Это значит да. Но если ты не пересмотришь своё отношение, я тебя брошу.

— И это, Таня. Давай не будем откладывать с детьми.

— Нестеров! — возмутилась девушка, подобному подходу.

— Я просто подумал тут... В общем, твои и мои родители не инициированные, а век их не так уж и долог, как хотелось бы. Опять же, что-то мне подсказывает, что с этим лучше не тянуть, пока есть спокойное время.

— Думаешь будет война? — насторожилась она.

— Сомнительно. Но полагаю, что нас, в смысле, все человечество, ждут серьёзные перемены. Как бы в начавшейся гонке, нам вообще не оказалось бы не до детей. И потом, кто знает, какие ещё могут случиться перемены. Тридцать лет, Эфир оставался неизменным. Не успели мы его хоть мало-мальски изучить, как он начал менять правила. Причём, не сказать, что столь уж незначительно.

— И с чего начнём? С детей или венчания? — с хитрым прищуром, поинтересовалась она.

— С завтрака, — сложил он ладони на груди в умоляющем жесте. — У меня с ужина во рту ни маковой росинки.

— Ох, Нестеров. Все-то у тебя ни как у людей. Садись, горе моё луковое, — указала она на стул у кухонного стола…

Глава 11. За новыми перспективами

Над вокзалом раздался перестук сцепок вагонов, и поезд наконец замер у перрона. Паровоз устало вздохнул, окутавшись облаком пара, которое тут же истаяло. Это словно послужило сигналом для проводников, и они практически синхронно начали открывать двери. Состав, к слову, совсем небольшой, всего-то четыре вагона. Но и станция тупиковая, к тому же направление ни разу не пользуется популярностью.

Виноградовск закрытый город, центр научной мысли ДВР и попасть сюда можно только по спецпропускам. Тот факт, что ты тут когда-то служил и имеешь высокий допуск секретности, вовсе не гарантирует твоего пребывания тут. Для получения пропуска необходимо чтобы в управление департамента безопасности республики поступил вызов на твоё имя от лица уполномоченного таковой сделать. Есть и другой вариант, командировка или предписание.

В случае с Виктором началось с его телеграммы профессору Дубкову. Тот соответственно оформил вызов, но через неделю волокиты Виктор получил предписание явиться в свой прежний батальон на неопределённый срок. Офицер ДБР выписывавший ему пропуск кроме того, что указано в предписании пояснить ничего пояснить не смог.

Сказать, что Нестеров был расстроен, это не сказать ничего. Во-первых, завтра выпуск у его однокашников, и он хотел присутствовать на церемонии. Во-вторых, Татьяна, уже сдавшая экзамены, с ним поехать не могла, по причине секретности. Ну и в-третьих, у него вообще-то отпуск, и денёчки утекают, а они, между прочим, ещё и пожениться хотели.

Однако ничего не поделаешь, приказ есть приказ, и ранним утром он наконец сел на поезд до Виноградовска. Билеты на этот поезд просто так не купить. Если проживаешь в населённом пункте по пути, будь добр предъяви паспорт с пропиской. Направляющиеся непосредственно в город, устраиваются строго в четырёх вагонах, которые и идут до конечной, никому другому туда ходу нет.

О том, что Виноградовск является закрытым наукоградом известно многим, шила в мешке не утаишь. Но попасть туда сложно. Даже местные жители возвращаясь из отпусков, проходят тщательную проверку, что уж говорить о тех, кто явно выделяется на их фоне.

— Начальник патруля подпоручик Тульский, — кинув ладонь к обрезу фуражки, представился офицер.

Позади него замерли два пограничника вооружённых автоматами. Не стоят болванчиками, осматриваются по сторонам, цепко вглядываясь в лица прибывших. Виктор в своей форме ЧВК сразу привлёк к себе внимание, но не исключён вариант, что он лишь отвлекает пограничников. Вот и не теряют бдительности.

— Поручик Нестеров, — представился в свою очередь он.

— Разрешите ваши документы.

— Разумеется.

Виктор достал из внутреннего кармана кителя удостоверение личности, отпускной билет, вызов в университет, предписание и разовый спец-пропуск в город. Даже мысли не возникло проявить какое-либо недовольство. Не маленький, понимает.

На этом проверка не закончилась. Патруль на перроне работает выборочно, в готовности предотвратить несанкционированный выход в город. А вот в здании вокзала, проходила уже тотальная проверка всех прибывших, и досмотр их багажа. В Виноградовске всё по взрослому. Да и понятно, в общем-то. Тут ведь сосредоточены главные секреты республики, и находятся предприятия по производству артефактов, спрос на которые год от года только растёт.

Наконец он вышел на привокзальную площадь, и вздохнул полной грудью. Осмотрелся по сторонам. Всё же красивый городок получился. Оно вроде и один из промышленных центров, но в то же время устроено всё по уму. Учтена роза ветров, и все грязные предприятия расположены на восточной окраине, благодаря чему выбросы в основе своей несёт за пределы городской черты. Сами же улицы утопают в зелени, и в то же время, не закрывают архитектурный стиль.

Наконец Виктор подхватил чемодан, и направился на стоянку такси. Общественный транспорт ему на нравился категорически. Вся эта толчея, и запахи от потного немытого тела, до утончённого аромата женских духов, вызывали у него раздражение. Поэтому когда финансы стали позволять, он предпочитал передвигаться либо пешком, либо на такси.

— Добрый день, Виктор Антипович, — узнал его охранник на проходной университета.

Ничего удивительного. Это ведь не сторожа на проходной какого-нибудь завода. Здешние охранники все служат в ДБР, получают соответствующую зарплату, и имеют необходимую подготовку.

Виктор видел его Суть, и её показания вполне себе внушали уважение. Интеллект в одну целую шесть десятых, это как бы не средний показатель, а достаточный для получения академического образования. И с умениями у него всё очень не плохо, причём далеко не только с боевыми.

— Здравствуйте, Елисей Григорьевич, — так же припомнил Нестеров того.

— Я гляжу, помотало вас, — кивая на кресты, а заодно подразумевая и звание поручика, произнёс охранник.

— Так. Самую малость, — неопределённо ответил Нестеров.

— Вы к Дубкову?

— Так и есть.

— Разрешите удостоверение, вызов и пропуск?

Вот как-то без разницы, что тот знает Нестерова лично. Объект режимный, и абы кому тут находиться не полагается. Беседуя с ним, охранник постоянно отслеживал проходящих мимо, и ни капли сомнений, он помнил кто и по какой надобности тут находится. Как знает и о наличии на это прав.

— Разумеется, — Виктор протянул ему бумаги.

Охранник открыл свой гроссбух и пробежавшись пролистнув пару страниц, нашёл графу с именем Нестерова. Сделал отметку, вписал данные удостоверения личности и наконец выписал разовый пропуск.

Едва поднялся на третий этаж, как столкнулся с Тумановым, ассистентом Дубкова. Тот при виде Нестерова даже обрадовался, чем серьёзно так удивил его. Их отношения не отличались теплотой, их можно было охарактеризовать только как сугубо деловые. Тому ведь мало было своих обязанностей, так он ещё и курировал учебный процесс свалившегося ему на голову подшефного. А тут вдруг…

— Виктор Антипович, с приездом! — радостно возбуждённо произнёс Туманов.

— Здравствуйте, Гордей Константинович. Как ваши дела? Магистра защитили? — пытаясь понять причину такого благодушия, поинтересовался Нестеров.

— Берите выше, — с эдаким лёгким налётом загадочности, улыбнувшись возразил тот.

— Только не говорите, что стали доктором. Так не бывает, — недоверчиво склонил голову на бок Виктор.

— Доктора не получил. Но дело уже движется к защите диссертации.

— Шутите?

В бытность Виктора, Туманов только готовился к сдаче экзаменов на магистра, и по всему выходило, что лишь в этом году должен был достичь этого рубежа. Докторская же… Это фундаментальный научный труд, и вот так на коленке его сбацать не получится.

Что же такое совершил этот, по сути, молодой ещё учёный? Ему едва ли перевалило за тридцать. Хотя конечно, он занят в такой области, как артефакторика, новое и бурно развивающееся направление. А всё новое, это либо тупики, либо прорывы.

— Но, Вы всё ещё ассистент Клима Юрьевича, или уже заматерели настолько, что это не барское дело?

Не стал проявлять излишнее любопытство Виктор. Что ни говори, а университет режимный объект, и секретность тут повсюду.

— Имею небольшой, но отдельный кабинет. Однако, всё ещё его ассистент. Понемногу и передаю свои обязанности, но вашим вопросом, по обыкновению, занимался именно я, — ответил Туманов.

— И куда мне теперь?

— В кабинет Клима Юрьевича, разумеется, — изобразив учтивый поклон, указал он на дверь.

Хорошо ему сейчас. Вот как хорошо! Прямо так и видятся расправившиеся за спиной крылья. Нестерову оставалось за него только порадоваться. Дружны они конечно же не были, но он ему искренне благодарен, за то, как тот возился с его учебной программой.

— Ба-а-а, как-кие люди!

Едва Виктор вошёл в кабинет Дубкова, как тот не просто поднялся из-за стола ему навстречу, но ещё и руки развёл в объятиях. Чего это у них тут такое благостное настроение? Понятно, что профессор благодарен его отцу, ну и в какой-то мере самому Нестерову, так как найденный им «Модификатор оружия» послужил толчком для создания нового артефакта. Но близки они как бы не были.

— Здравствуй, Витя, — произнёс профессор.

В объятия он его не заключил, а только обозначил, взяв за плечи, чуть сжав и слегка тряхнув. И всё же это как-то не укладывается в привычную картину.

— Здравствуйте, Клим Юрьевич, — растерянно улыбнувшись, произнёс Нестеров.

— Да-а-а. Всего-то год, а тебя и не узнать. Офицер, грудь в крестах, во взгляде сталь, повзрослел и заматерел. Упереть Суть в академический потолок, серьёзно поднять умения, да ещё открыть целых пять от Эфира, и всё это всего лишь за год. Скажи мне кто, что подобное возможно, не поверил бы. Или ты стал баснословно богат, что можешь позволить себе покупку неприлично большого объёма свободного опыта.

— На благосостояние не жалуюсь, но львиная доля опыта это война и удача.

— Ну Фортуна дама капризная, и любит подготовленных.

— У вас в университете случилось что-то особенное? — решил сменить тему Нестеров.

— С чего такие выводы? — поняв, что говорить об этом гость не хочет, легко переключился Дубков.

— В коридоре встретил Туманова, в весьма благодушном настроении. Теперь вот вы, прямо на себя не похожи. Он-то ладно, хвалился, что на докторскую пошёл.

— А я радуюсь тому, что мой ученик, если и не превзошёл меня, то уверено движется в этом направлении.

— Вы о Туманове.

— О нём.

— А не секрет, что именно он совершил?

— Секрет. Но у тебя доступ такой, что его тебе доверить можно. Тем паче, без технической документации это знание ничего не стоит. Вот, гляди.

С этим словами Дубков вернулся к столу, и открыл стоявшую на углу картонную коробку. Подмигнул Нестерову, и знаком предложил взглянуть на содержимое. Дважды просить не пришлось. Любопытно же.

Артефакт «Аптечка».

Ресурс — 98/100.

Количество зарядов — 4.

Состояние заряда — 0%.

Перезарядка — 10 дней.

Состояние механизма — не готов к использованию.

Размером с книгу, в принципе можно назвать компактным образцом, без привязки, каковые Виктору доводилось видеть не только габаритами с почтовую посылку. Привлекало внимание наличие кое-каких излишеств, чего прежде наблюдать не доводилось. Их предназначение легко угадывалось без дополнительных пояснений.

Застеклённое круглое окошко с двумя шкалами и отдельными стрелками. Одна, состояние заряда, вторая количество неиспользованных зарядов. Посредине два барабанчика с цифрами показывающие «98», это ресурс. Рядом с окошечком кнопка пуска. Дальше, складывающаяся рукоять взвода пружины.

«Аптечка» относится к артефактам, которые не может использовать не прошедший инициацию. И насколько знал Виктор, над этой проблемой бились уже давно. Вопрос насущный, так как подавляющее большинство людей всё ещё являются пустышами. И вот наконец решение найдено.

— Я правильно понимаю, что это артефакт, которым могут пользоваться неинициированные?

— Правильно.

— И это сумел сделать Туманов?

— Не то, чтобы самостоятельно, но путь решения проблемы нашёл именно он. Им же были осуществлены основные расчёты и изготовлен опытный образец, — профессор указал на артефакт.

— И когда собираетесь разворачивать производство?

— Испытания прошли успешно. Уже доложили по инстанции, и буквально только что получили ответ о том, что решён вопрос финансирования и запуска новой производственной линии.

— Тогда понятно, отчего Гордей Константинович так радуется. Мало того, что учёная степень не за горами, так ещё и материальный статус резко изменится. Рад за вас.

— Все лавры по праву принадлежат Гордею Константиновичу. Но давай к нашим баранам. Итак, касаемо тебя, Виктор. Вот это учебный план и список необходимой литературы. Ничего секретного, всё имеется в свободном доступе, правда обойдётся тебе в копеечку. Если конечно ты не возьмёшь длительный отпуск, и не станешь работать в центральной Владивостокской библиотеке.

— Нет, уж, мне проще взять с собой. Я же с ума сойду, столько сидеть за книгами.

— Знаю. Поэтому прими совет, коль скоро тебе будет проблематично связаться с твоим куратором, сиречь со мной, то я советовал бы вложить имеющиеся пять очков надбавок в Интеллект. Если вдруг ты опять изобретёшь чего-нибудь, то клади туда же, пока не поднимешь до одной целой и девяти десятых. Так тебе будет куда проще.

Пожалуй стоит воспользоваться этим советом. Подготовка к магистерскому экзамену происходит под присмотром и при непосредственной помощи куратора. В случае же Нестерова он будет полностью предоставлен самому себе. Ему даже не воспользоваться «Кинитофоном», так как в Виноградовске их попросту запрещено иметь. Он и свой, что использовал для связи с Таней, оставил дома. Так как его могли попросту изъять. Секретность же.

— И ещё. Через год ожидаю тебя здесь. К этому времени с намеченным объёмом ты уже должен будешь управиться, а дальше потребуется наша университетская библиотека, с секретными материалами. Ну и самое главное, настанет пора определиться с темой, которую ты будешь защищать на магистерском экзамене.

— Надолго мне нужно будет перебираться в Виноградовск?

— Теперь уже до сдачи экзамена. Если поднимешь Интеллект, да при твоих усидчивости и настырности, думаю, что через год Эфир отметит твои старания. Правда, это вовсе не значит, что столь же благосклонны будут наши академики, если только ты не устроишь какой-нибудь прорыв, на манер Туманова.

— Значит год, — подытожил Виктор.

— Минимум, — уточнил Дубков, и продолжил. — Так что, решай вопрос с начальством заблаговременно. Армейские особо преград не чинят, а вот как там в ЧВК, я без понятия.

— Приостановлю контракт, и всех дел. Проблем никаких. Если только не случится чего-то очень серьёзного.

— Будем надеяться, что не случится. Ты когда обратно?

— Не знаю. У меня ещё и предписание от ДБР, явиться по прежнему месту службы, — с кислой миной, ответил Виктор.

— И чем недоволен? Даже мне понятно, что наверняка дело связано с новым образцом бронетехники. Ты же бредишь танками.

— Ну, допустим не брежу, — слабо возразил Виктор.

— Но они тебе нравятся. Так в чём проблема.

— Просто завтра у моих однокашников выпуск.

— Хм. Подумать только, у них выпуск, а ты уже успел пройти через две войны. Причём обе их прекратил.

— В смысле прекратил обе? — удивился Виктор.

— Слухами земля полнится, что некий комвзвода со своими башибузуками захватил японского принца, и положил конец разгоревшейся японо-китайской войне. Хотя, это конечно не точно.

— И вы решили, что это я?

— У меня других кандидатов нет.

— А у меня не имеется соответствующей сему деянию награды, — показал Виктор на свою грудь.

— Значит не ты?

— Не я.

— Ну и ладно.

— А вторая-то причина? — Виктор решил всё же проявить любопытство до конца.

— Ну так, в Никарагуа-то гражданская война по факту закончилась. И опять же, ты непосредственный участник боевых действий.

Дубков понял, что прошёл по самому краю. Не сказать, что он был напрямую причастен к созданию нового оружия. Но ввиду того, что используемая там технология в некоторой мере завязана на Эфир, а он является ведущим специалистом в этой области, то без его привлечения не обошлось. Просто поразительно, как неинициированный Филиппов сумел сделать такое открытие действуя на интуитивном уровне. Ничем иным Клим Юрьевич его успех объяснить не мог.

И конечно же его привлекли к испытанию нового оружия, и ему было известно о причастности к этому Нестерова. Мало того, это именно он и посоветовал использовать местные кадры, когда выяснилось, что нужного специалиста переправить не удалось, и боевые испытания откладываются на неопределённый срок.

Вот только говорить об этом Виктору он и не подумал. При всех допусках молодого офицера, это уже совершенно иной уровень секретности.

— В Никарагуа завершились только активные боевые действия. Стороны поменялись ролями и сейчас набирает обороты партизанская война. Всё за то, что самосовцы будут действовать с территории Гондураса и Коста-Рики, подконтрольных Соединённым Штатам.

— Ты опять вернёшься в Никарагуа?

— Так сказал же, закисну без дела. Спокойная и размеренная жизнь не по мне. Прежде батю не понимал, когда он в одного на медведя хаживал. Теперь же понимаю в полной мере.

— То есть, семьёй обзаводиться не собираешься.

— В этом месяце хотели свадьбу сыграть. Только одно другому не помеха.

— А она с тобой согласна?

— Она знает за кого выходит, — пожав плечами, ответил Виктор

— Ну, дай бог, чтобы у вас всё было хорошо. Ладно, не буду тебя задерживать. Да, чуть не забыл. Твоя студенческая книжка кандидата нашего университета. С ней тебе больше не потребуется вызов, с этого момента ты значишься в списках слушателей. Но это не пропуск, его оформлять в общем порядке.

— Это понятно. До свидания, Клим Юрьевич.

Ну, а чего тянуть кота за подробности. Хорошо всё же иметь такой толкач как Дубков. К приезду Нестерова он всё организовал настолько, что тому оставалось только получить документы, учебный план, список литературы и попрощаться. С другой стороны, у профессора и без него дел выше крыши, так что, незачем его отвлекать.

Выйдя на широкое парадное крыльцо университета, едва не столкнулся с взбежавшей на ступени стайкой щебечущих студенток. Не первокурсницы. Он вспомнил двоих из них, с которыми неоднократно пересекались в коридорах. Девчата задержали на нём любопытный взгляд. Оно и понятно, весь из себя героический наёмник, положительный образ которых в ДВР всячески культивируется, да ещё и явно знакомый. Хотя, судя по их взглядам, в последнем они не уверены.

Виктор озорства ради подмигнул им, и девчата ответили тем же. Двое прыснули смехом, одна глянула эдак оценивающе. Однако, Нестеров сделал вид, что не заметил этого. Завести интрижку он никогда не против. И, к слову, в Виноградовске есть несколько особ, которые были бы рады встречи с ним. Если конечно не повыскакивали замуж. Но ему этого не надо.

И вообще, лучше бы через год не осталось ни одной незамужней из его бывших пассий. Потому как город маленький, а он собирается вернуться сюда уже с Татьяной. Вот обмоют погоны подпоручика Аршинова, и можно двигать в Троицк, к родителям, за благословением, ну и свадебку сыграть, как полагается.

Коль скоро Вы уже здесь, так не поленитесь поставить лайк, Вам ничего не стоит, а мне приятно, йолки.

Глава 12. Старые знакомые

Чтобы добраться до расположения специального танкового батальона опять воспользовался такси. Быстро, с комфортом и по его сегодняшним доходам недорого. Сразу ломиться в штаб с докладом о прибытии не стал. Никакого желания бродить с чемоданом в руках. Даже если комнату в общежитии ещё и не выделили, можно оставить вещи на вахте.

— Здравствуйте, Мария Германовна, — поздоровался он с вахтёршей, видной женщиной за тридцать.

— Б-бат-тюшки! Витя! — всплеснула она руками.

— Ага. Я самый и есть, — улыбаясь в тридцать два зуба, произнёс Нестеров.

Мария Германовна вышла из-за своей стойки, и обняв притянула его к своей пышной груди. Виктор невольно ткнулся в ложбинку проглядывающую в декольте и вдохнул знакомый женский аромат. Это заставило его смутиться, но он все же ответил на объятия, после чего отстранился. Ну-у, вот так у него. Кровь молодая, горячая, ещё и первый опыт со зрелой женщиной сказался.

Поначалу она удивилась подобной реакции, и быстро глянула по сторонам. Однако никого в коридоре не было, что не удивительно, так как постояльцы офицеры и сейчас все на службе. Потом заглянула ему в глаза, и по доброму улыбнулась.

— Свадьба-то когда?

— У меня отпуск до начала августа. Думал успеть, но тут нарисовалась эта командировка.

— Ну и правильно. В жизни нужен кто-то рядом, на кого можно опереться, или просто поделиться хоть хорошим, хоть плохим. Одному тяжко, это я по себе знаю.

— Извини.

— Не извиняйся. Не за что. А я признаться, когда получила распоряжение поселить поручика Нестерова, даже и не подумала, что это ты. Всего-то год не было, а подиж ты… Уезжал мальчишкой, вернулся взрослым мужем, офицером, да к двум крестам полный иконостас собрал.

— Так уж вышло, — слегка развёл он руками.

— Поди довелось хлебнуть лиха.

— Так. Самую малость, — он слегка развёл указательный и большой палец, показывая эту самую малость.

— За малость кресты не дают. Пойдём, буду тебя селить. Твоя прежняя комната занята, так что обоснуешься в другой. Обстановка стандартная, но так как ты командировочный, то жить будешь один. Не к постоянному же составу тебя подселять. Но если ещё кто из командировочных нарисуется, не обессудь.

— Да понятно всё, Мария Германовна. Командир батальона-то не сменился? — идя следом за вахтёршей, поинтересовался он.

— Не отпускают Олега Николаевича. Рвётся в войска. Чуть в наёмники не подался, но на него так цыкнули, что он грешным делом даже на горькую присел. Но слава тебе Господи, попустило.

Забросив в комнату чемодан, Нестеров направился в штаб. Где нос к носу столкнулся с поручиком Рихтером, с которым они, было дело, спаринговались, и из чьего взвода он забрал себе экипаж. Тот как раз прохаживался по коридору с повязкой дежурного по части на руке.

— Н-не м-может быть, — ошарашенно произнёс он.

— Что именно, Генрих Густавович? — протягивая в приветствии руку, поинтересовался Нестеров.

— Виктор Антипович, ты мне должен, — пожимая его руку, произнёс Рихтер.

— Ты про проигранный поединок?

— Ага. Точно. Дважды, — уточнил поручик, ткнув в Нестерова пальцем.

— А во второй-то раз за что?

— Из-за тебя я проиграл червонец. Когда пришла телеграмма о том, что приедет поручик Нестеров для проведения консультаций по новой машине, наши начали биться об заклад, ты это или не ты. Это не мог быть ты.

— Почему?

— Потому что не мог и точка. Ну ладно подпоручик, да даже поручик, но консультант, да ещё и из варягов… Короче, с тебя десятка.

— Насчёт спаринга, признаю, задолжал. Что до остального, без понятия о чём речь. Хотел выписать пропуск в университет, а мне вместе с ним, вручили предписание явиться к вам. О том, что я кого-то тут должен консультировать, от тебя впервые слышу.

— Ну, насчёт консультаций не знаю, а рассказать тебя есть что, — кивая на грудь с крестами, заметил Рихтер.

— Не вопрос, за рюмкой чаю поведаю всё как на духу. А если простишь червонец, так ещё и в деталях.

— Замётано.

— Первых-то не на полигоне?

— У себя.

— Примет.

— Это СВОЕГО-то юнкера… Смеёшься? Да все дела отставит в сторону. Ладно, пошли, выпишу тебе пропуск. Ты же теперь тут посторонний, — хлопнул он Виктора по плечу.

Пока шёл в кабинет комбата, встретил ещё нескольких офицеров, которые неизменно выказали своё удивление, и горячо поздравили с достигнутыми успехами.

Когда же вошёл к Первых, тот поспешил подняться из-за стола, и без обиняков облапил Нестерова, сжав в крепких объятиях. Потом отстранился, сделал пару шагов назад и окинул оценивающим взглядом.

— Хоро-о-ош! Ох хорош! Поручик, полный бант, ещё и орден «Святого Георгия». Никогда в тебе не сомневался, — с гордостью произнёс майор.

Что ни говори, а он так же приложил руку к обучению, воспитанию и становлению личности Нестерова. И сделал в этом плане не так чтобы и мало. За что, Виктор был искренне ему благодарен, и по настоящему рад встрече.

— Я старался вас не подвести, товарищ майор.

— Врёшь конечно. Но мне всё равно приятно, от нас ведь получил путёвку в жизнь. Сразу дали поручика, или вдогонку, досрочно?

— Сразу, товарищ майор. В Китае ещё.

— А ты где-то ещё успел отметиться?

— Никарагуа, — чуть повернувшись, и показывая шеврон варягов, пояснил Нестеров.

— Наш пострел, везде поспел. Не то что… — Первых осёкся, отвернулся и прошёл на своё место за рабочим столом.

— Товарищ майор, плох тот учитель, которого не превзошли его ученики, — присаживаясь у приставного, произнёс Виктор.

— Ты меня пока не превзошёл.

— Но старт вы мне дали хороший.

— Лесть, это грех. Но приятно. А теперь давай-ка поведай мне о своих похождениях. Разумеется о том, о чём можно.

Виктор рассказал почти всё, благо основная его служба секретом не являлась. Опустил лишь некоторые детали о которых упоминать всё же не стоило. Хотя о пленении принца он рассказал в деталях. Там всё же имел место бой, а потому майору этот момент был интересен. Как и поведение машин в условиях далёких от благоприятных.

Поведал и о Никарагуа. Секретного там, за исключением его участия в использовании неизвестного оружия, ничего не было. Поэтому рассказ получился столь же обстоятельным. Тем паче, что опыт в плане рейдов по тылам на «бардаке» получился ничуть не меньшим, чем в Китае, и разница между самураями и янки, как противниками, разительная.

— Олег Николаевич, а зачем меня вызвали сюда-то? Какой-то новый танк? — наконец пришла его пора спрашивать.

— Какой-то, — хмыкнул майор. — Можно сказать, твоё детище.

— Я-то тут при чём? — искренне удивился Нестеров, точно зная, что ни к чему подобному не причастен.

— Военное министерство дало техническое задание конструкторам исходя из изложенного в твоих докладных записках о шанхайских боях.

— Серьёзно?

— Тебе предписание в Виноградовск кто выдал?

— Странный вопрос.

— А они любят пошутить?

— И так быстро сумели построить танк? Как-то не верится.

— Не то, чтобы создать с нуля, — покачал головой Первых. — Машина на платформе ОТ-1. И не танк это, а боевая машина пехоты, БМП, предназначен для транспортировки отделения под защитой брони в боевых порядках танков и поддержки непосредственно в бою. Пока только экспериментальная модель, но весьма перспективная. Тебя вызвали, чтобы ты покатался на ней и дал свою оценку исходя из практического опыта.

— Ну, я как бы танкист, а тут уже мотопехота на бронетехнике получается.

— Как это ни странно, но на сегодняшний день лучше тебя в этой области специалистов нет. Никто другой как-то не додумался создать смешанное подразделение из танка и его десанта.

— Допустим. Но чем не устраивает МБТ? Лёгкий, манёвренный, многоцелевой, с бронезащищенностью в лобовой проекции вполне на уровне. В круговую уверенно держит любую винтовочную пулю. Ещё бы крупнокалиберный пулемёт спрятать в башню, и получилось бы совсем хорошо.

— «Мабута» хорош по своему, но на поле боя он всё же достаточно уязвим. В мотострелковом варианте лобовая броня в какой-то мере ещё противостоит большинству противотанковых средств, но опять же на дистанции до двухсот метров. В борт уязвим даже для крупнокалиберных пулемётов на расстоянии в полтора километра. А тут защищённость и вооружение танка, при сохранившихся достоинствах МБТ. По сути это никакая не боевая машина пехоты, а как раз самый настоящий пехотный танк.

— А можно в подробностях? Ну, коль скоро мне всё одно участвовать в испытаниях.

— Конечно, — Первых открыл сейф и выложил на стол компоновочную схему новинки. — Итак, за основу взят ОТ-1, но с чуть приподнятыми бортами, чтобы бойцам не на четвереньках передвигаться. Наклон лобовой брони изменили на обратный, и в образовавшемся носовом отделении расположили топливный бак. Корму нарастили, сдвинув двигатель чуть назад. Последний нового образца, который при той же мощности получился более компактным. Благодаря чему его сместили к левому борту, а вдоль правого устроили коридор для десанта. Крыша над ним приподнимается, а дверь выполнена в виде опускающейся аппарели, что способствует безопасному десантированию на ходу.

— А зачем обратный скос лобовой брони? Неужели эта дура плавает? — удивился Виктор, прикинув, что лёгкой машина не может быть по определению.

— Масса двадцать тонн, однако «Перья» обеспечивают ему плавучесть. На воде чувствует себя похуже «мабуты», но плавает и уверено выдаёт семь километров в час. Правда сидит в воде довольно глубоко, и при волнении вода перекатывается по крыше, но выдвигаемый воздухозаборник вполне решает эту проблему.

Нестеров, рассматривавший схему, обратил на это внимание. В отличии от него, конструкторы пошли чуть иным путём, и использовали телескопическую схему. Но что-то подсказывало ему, что на выходе они всё же получили лишь усовершенствование. Так как, по сути, машина двигалась в том самом полупогруженном состоянии.

Для Родины Нестерову ничего не жаль. Но коль скоро есть возможность получить от неё материальную благодарность, то он не откажется. Надо будет забросить пробный камень, а там как получится.

— Чтобы облегчить машину уменьшили толщину брони, — между тем продолжал Первых. — В лобовой проекции она всё так же способна противостоять противотанковым средствам, в борт, большинство из существующих образцов держит, но без гарантии. Башня в форме усечённого конуса, значительно меньше и легче танковой. В лоб держит снаряд, сбоку и сзади броня тоньше. Защита машины с боков и кормы делалась из расчёта на стрельбу в упор из противотанковых ружей.

— Стоило ли оно того? — усомнился Виктор. — В случае боя в городе или горах, машина получается достаточно уязвима. Да тот же ранцевый заряд забросят, и кранты. Или устроят артиллерийскую засаду и ударят в борт. Сорок пять миллиметров, при отсутствии наклона слабая защита, даже против той же тридцатисемимиллиметровки.

— Это вариант только на случай десанта или форсирования водных преград. Для использования на суше предусмотрена возможность навески экранов, в том числе и на крышу. Как результат, масса БМП возрастает до тридцати шести тонн, и плавать он сможет только как топор.

— А ещё будет ползать как утюг, в Германскую.

— Не настолько медленно и печально, но таки да, резвым его назвать будет сложно. Однако, если использовать «Перья» то ситуация меняется кардинально. Тогда он получается даже шустрее «отэшек».

— Согласен. Только рабочее время у артефактов небольшое, а перезарядка непомерно долгая.

— Это проблема, — не стал отрицать Первых. — Но с другой стороны, в бою экранированные машины не больно-то отстанут от танков.

— А что это за пушечка такая, в тридцать миллиметров? Не типичный калибр для ДВР.

— Не типичный. Но пушка получилась на загляденье. Автоматическая, перезарядка за счёт короткого хода ствола, двести пятьдесят выстрелов в минуту, лёгкая и убойная. Создавалась для авиации, но как там у них дела я без понятия. А вот что касается нас, то всё просто отлично. Габариты таковы, что башня значительно ниже танковой, в результате чего общая высота машины осталась прежней. Вкупе с «Модификатором», имеет такие характеристики, что просто любо дорого. На дистанции в километр разбирает на ять все имеющиеся образцы бронетехники. Скорость снаряда девятьсот шестьдесят метров в секунду, добавляй артефакт, и на выходе получаем более чем серьёзную дубину. Хотя наши «отэшки» в лоб ей всё же не по зубам. Но в борт уже довольно существенный шансы на разбор. Без усиления, снаряд тоже чего-то да стоит, сорокасемимиллиметровке не уступит.

— «Перья», «Модификаторы», дорогое удовольствие, — покачал головой Виктор.

— Не дороже жизни солдат. Опять же, возьмём твой бой у Уцяна. Хотел бы оказаться там на такой машине, с дополнительной бронёй?

— Пока не знаю. Нужно щупать, кататься, смотреть. Опять же, там активно использовалась авиация, и она-то нас и разобрала. Да и в Никарагуа мой «бардак» достал летун. А почему не вижу крупнокалиберный пулемёт? Картечница в лобовой плите, пулемёт спаренный с пушкой, но ничего для противовоздушной обороны.

— А пушка на что? — с видом превосходства усмехнулся Первых. — Угол возвышения целых семьдесят градусов, так что годится для боя и в городе, и в горах, и в качестве зенитки.

— Понятно. Судя по схеме, шесть человек в десантном отделении, двое по бокам от мехвода, и двое в башне, — перешёл Виктор к следующему вопросу.

— В башне справа командир отделения, он же командир машины, слева наводчик, — указывая карандашом, продолжил пояснять Первых. — с боков от мехвода кто-то из управления взвода и десантник.

— Десантироваться через верхние люки под огнём, удовольствие ниже среднего. Гарантированная мишень. Ладно ещё группа управления, им не обязательно покидать машину и непосредственно участвовать в бою. Но рядовому идти в бой сам бог велел.

— Ну вот не придумали как можно сделать так, чтобы всё отделение разместить в десантном отделении.

— Элементарно. Сместить мехвода вправо или влево, перенести двигатель с кормы вперёд и вдоль борта, — сходу выдал Виктор.

— Неплохая концепция. Только при этом получается уже новая машина. Цель же, получить максимум выгоды, при минимуме вложений. Неужели тебе нужно объяснять что означает единая платформа?

— Не нужно. Но и такой подход, не комильфо.

— Значит нужно продумать тактические приёмы, с учётом этих особенностей. Или, как вариант, вообще подумать о сокращении отделения до девяти человек. Машина опытная, тактических приёмов её использования пока нет. Ты это начал, тебе и карты в руки. Думай.

— Я танкист.

— Танкист. Только в Шанхае ты как-то мало об этом думал.

— Там нужно было выжить, и без подготовленных бойцов поддержки меня сожги бы в момент.

— Вот и здесь думай так же, Ты у нас вообще привык мыслить нестандартно.

— Олег Николаевич, а нельзя мне сегодня быстренько откататься, посмотреть и пощупать, а утренним поездом во Владивосток?

— Это не от меня зависит. Ты ведь должен ещё и с конструкторами пообщаться. Неделя, и это минимум. Что-то срочное? — приметив как скис Нестеров, поинтересовался Первых.

— Да у моих завтра выпуск, хотел попасть.

— Х-хе. У кого-то только выпуск, а кто-то уже успел хлебнуть лиха лопатой. Утёр ты нос однокашникам.

В этот момент постучали в дверь, и в кабинет вошёл батальонный молчи-молчи, поручик Неженский. В руке папка, и у Нестерова нет и капли сомнений по поводу её содержимого. Уже давно знакомые ему подписки о неразглашении. После ещё и к начштаба наведается, чтобы закрепить их по Сути. Старый, добрый Виноградовск и его нравы, что тут сказать.

— О! Викентий Петрович. На ловца, как говорится, и зверь в корзину.

— Так это вы меня, Олег Николаевич, в ловчую заманивали, когда к себе вызывали? — деланно испугался поручик. — Здравствуйте Виктор Антипович.

— Здравия желая, — поднявшись поздоровался Нестеров.

Не сказать, что за ним водилось предвзятое отношение к ДБР и особистам в частности. Их работа важна и нужна, но это не значит, что признавая это, он должен общаться с ними накоротке или всячески содействовать в их работе. Поэтому предпочитал всё же держать дистанцию. Правда, так уж вышло, что с момента встречи с полковником Григорьевым он всё больше имеет дела именно с департаментом безопасности.

— Так в чём дело, Олег Николаевич. Что-то помимо моих обязанностей? — поинтересовался особист.

— Есть у меня к вам просьба, — произнёс Первых.

— Весь внимание.

— Вы вроде бы упоминали, что завтра поутру с коллегами выезжаете во Владивосток, в управление.

— Так и есть. Выдвинемся в шесть, чтобы к началу рабочего дня быть на месте.

— Предполагаю, что дела могут задержать вас там до вечера.

— Возможно. Это зависит не от меня. К чему вы клоните?

— Дело в том, что у однокашников Виктора Антиповича завтра выпуск. Не найдётся ли у вас в машине одно место.

— Выпуск? — в удивлении вздёрнул брови Неженский, но потом к нему пришло понимание. — А. Ну, да. Наш пострел везде поспел. Кстати, Олег Николаевич, он ведь уже не ваш юнкер, но вполне себе состоявшийся офицер, а с них вы привыкли снимать стружку.

— Он был МОИМ юнкером, им и останется. Пока не станет моим подчинённым, — счёт всё же нужным уточнить Первых.

— Ага. Логично. Но тут такое дело, я сам пассажиром, однако обещаю переговорить с кадровиком, к которому прицепился.

Ну что сказать, да сотрудники ДБР, но и они ведь люди. А потому если есть возможность вырваться в столицу на денёк, кто же не воспользуется этой возможностью. Использование служебного положения в личных целях? Так. Самую малость.

Глава 13. Выпуск

— Вот!!!

— И-и-и ВСЕ!!!

Начищенные до блеска монеты взмыли над парадным строем, сверкая на полуденном солнце праздничным фейерверком. Молодые подпоручики прошли мимо трибуны печатая шаг, и выдерживая строгое равнение. Сегодня каждый из них старался не ударить в грязь лицом не за страх, а за совесть. Потому что это самый важный день за все четыре года обучения, и к нему подошли ответственно даже законченные разгильдяи.

Виктор смотрел на новоиспечённых офицеров, ощущая как ему сдавливает грудь, к горлу подкатил твёрдый ком, а глаза щиплют готовые пролиться слезы. Он должен быть среди них! Должен вот так же, идти парадным строем, плечом к плечу с однокашниками, как бы они друг к другу не относились. Это ему должны махать столпившиеся вокруг зрители, среди которых лишь малая часть является родителями и родственниками выпускников.

Да, Нестеров оставил всех их позади. За его плечами серьёзный боевой опыт, и звание у него выше. Из всего выпуска погоны поручика получили только двое. Он отмечен высокими боевыми наградами республики. Но вот стоит сейчас в первых рядах зрителей и откровенно завидует этим счастливым мальчишкам. Им только-только предстоит встать на тот путь, по которому он уже идёт, но они счастливее его.

— Витя. Витя, ты чего? — почувствовав его настроение потеребила его за руку Таня.

— А? Нет, ничего.

— Мне так не кажется. Такое впечатление, что ты сейчас заплачешь, — в самое ухо произнесла она.

— С чего ты взяла, — нервно ответил он, и быстро проморгался, чтобы и впрямь ненароком не пустить слезу.

— Брось, они же простые желторотики, и это они должны завидовать тебе, — прижавшись к его плечу, горячо прошептала она ему в ухо.

Будто он сам этого не понимает. Как и того, что позволил себе совершенно недопустимые телячьи нежности. Вот только ничего не мог поделать с обуревавшими его чувствами. Ему хотелось быть среди них, и точка!

— Витя! Витя! Насилу тебя сыскал, — выпалил пробившийся сквозь толпу Аршинов, — Здравствуй Таня.

— Здравствуй Рома. Поздравляю, — поцеловала она его в щёку.

— Спасибо. Так, давайте за мной, — решительно произнёс друг.

— Куда? — удивился Виктор.

— Много вопросов, товарищ поручик. Шевели поршнями, — и не думая вдаваться в объяснения, потянул его Аршинов.

Виктор переглянулся с Татьяной, та лишь пожала плечиками, мол, это же Рома, что объясняет многое. Ну и пошли за ним, не в силах потеряться в толпе, так как тот сжимал руку Нестерова, а он в свою очередь невесты.

— А вот и мы! Встречайте мой сюрприз! — возвестил во всеуслышание Роман, когда они приблизились к большой группе молодых офицеров.

Выпускники как раз сбивались для общего фото, с командованием училища, командиром роты и взводными. Есть такая традиция, фотографироваться сразу после прохождения торжественным маршем. Вот только посторонним там не место, лишь лица причастные, и никак иначе.

Виктор ожидал чего-то подобного. Но признаться, полагал, что это будет фото в кругу семьи Аршиновых. Благо приметил среди зрителей Анну Фёдоровну, как видел и Данилу, участвовавшего в организации мероприятия. Но никак не предполагал, что друг потянет его сниматься на общее фото.

Реакция выпускников оказалась неоднозначной. Большинство возбудились, и поспешили обступить бывшего однокашника, но немало нашлось и тех, кто воспринял его появление, если не в штыки, то с некоторым раздражением, если не сказать враждебностью.

Причём это относилось не только к устоявшейся группе дворян. Он не был одним из выпускников, распрощавшись с однокашниками после второго курса, и этим всё сказано. К тому же, Владивосток ещё не забыл скандальную дуэль недельной давности, и моментально закрепившейся за ним репутации бретёра. А в особенности того, что он добил уже беспомощного противника. И плевать, что всё было в пределах дуэльного кодекса. Офицерская честь требует проявления великодушия даже на поле боя, что уж говорить о поединке.

— Здравия желаю, товарищ полковник, поручик Нестеров, — подойдя к начальнику училища, бросил он ладонь к обрезу фуражки.

— Здравствуйте, поручик. Пришли посчитаться с кем-то за старые обиды? — холодно поинтересовался Родин.

На Виктора словно ушат воды вылили. Он на секунду опешил от подобной встречи, но всё же совладал с собой, и улыбнулся в ответ.

— Просто хотел поздравить своих однокашников с выпуском.

— Это дело хорошее. Несмотря ни на что, молодым офицерам есть чему поучиться у георгиевского кавалера, успевшего оставить за плечами две войны, — и уже к окружающим. — Товарищи офицеры, мы будем фотографироваться с выпускниками, или нет. У меня не так много времени, как хотелось бы.

При этом нужно было быть полным остолопом, чтобы не понять, к чему он сделал акцент на выпускниках. Как ни крути, а Нестеров до выпуска не дошёл. По факту, он был отчислен и являлся, пусть и необычным, но всё же пиджаком, офицером не имеющего за плечами военного училища.

Без лишних слов Виктор отошёл в сторону, подмигнув при этом опешившему Роману. Того настолько возмутило это, что он порывался было не фотографироваться, но друг подал ему знак, чтобы не дурил. Вернулся к Татьяне и приладив её ручку у себя на локте, направился в сторону Анны Фёдоровны.

На душе было пакостно, и это если мягко сказать. Полковник Родин никогда не страдал снобизмом, мало того, политика его командования в училище была направлена на то, чтобы максимально стереть сословные различия. Но офицерская честь для него была превыше всего. Даже если ты сын свинопаса, коль скоро носишь на плечах погоны, будь их достоин. Судя по всему, Виктора он достойным не считал, и плевать ему на все награды скопом, вкупе с достижениями по Сути. Бретёр и забияка, вот кто для него Нестеров. И этого уже не исправить.

— Витя, не обращай ты на него внимания, всё на что хватает этого надутого павлина, это многозначительно надувать щеки, и изображать из себя отца командира, — прижавшись к его руке, убеждённо произнесла Таня.

— Он достойный офицер, — возразил он.

— Спорное утверждение. Я конечно не военная, но как по мне, достойный офицер подумал бы, что он сделал не так, коль скоро его птенцы стали клевать друг друга насмерть, едва вылетев из гнезда. А не унижал бы того, кто в свои двадцать два, успел сделать больше, чем иные в пятьдесят.

— Говори, Танюша, говори. Лей бальзам мне на душу, — погладив её ручку, произнёс он.

— Не смей иронизировать! — остановившись, одёрнула она его. — Я совершенно серьёзно. И вообще, я сейчас…

— Стоп! Я тебя понял, боевая подруга. Отставить плохое настроение, мы сегодня в любом случае гуляем. Хотел конечно с ребятами, но при таких раскладах предпочту твоё общество. И ещё пригласим Анну Фёдоровну. А с Ромкой потом гульнём.

— Завтра. Нет, пусть проспится. Послезавтра. А ещё позовём, и закатим пир, — решительно рубанула она.

— Не получится. Я же сегодня вечерней лошадью обратно в Виноградовск. У меня же командировка.

— Точно. Ох, Нестеров, и всё-то у тебя ни как у людей, — вздохнула она.

— Кстати, я чего-то девчонок не вижу, — решил он сменить тему.

Оно и правда, странно. К слову, с ними были знакомы не только Нестеров и Аршинов, захаживали в гости и другие однокурсники. Не то, чтобы у всех доходило до близости, хотя и случалось, но дружны они были со многими.

— Они, в отличии от тебя, понимают, что им тут точно рады не будут. Из-за них же всё закрутилось, — пояснила очевидное Татьяна.

— М-да, — коротко согласился он.

Найти Аршинову не составило труда, она находилась неподалёку, в компании с Валентиной, которая уже вроде как считалась официальной невестой Данилы. Ну или, по меньшей мере, они встречались.

— Анна Фёдоровна, Валентина Петровна, здравствуйте. — приветствовал их Виктор.

Татьяна поспешила к нему присоединиться, любезно обменявшись улыбками с протеже Аршиновой. Она уже знала, что ту прочили Нестерову, но этот трофей остался за ней. Впрочем, несостоявшаяся соперница смотрела на это с лёгкостью. Увлечённость Виктором прошла быстро, а вот при виде Данилы, её глаза начинали блестеть.

— Я гляжу, Витя, Георгий Константинович обласкал тебя, — когда с приветствиями было покончено, произнесла Анна Фёдоровна.

— Его понять можно, — пожал он плечами.

— Глеб Данилович считает иначе. Разговаривала я с ним по «Кинитофону», не сказать, что он полностью одобряет твою кровожадность, но в целом, не вступись ты за подруг и он перестал бы тебя уважать. Ладно об этом, какие у вас планы?

— Да, пока ничего особенного. Хотели поздравить Рому, а дальше как-то не загадывали.

— Хотел с ребятами отметить выпуск, — догадалась Анна Фёдоровна. — Вообще-то, ты не прав, Витя. В этот день нужно быть с теми, кто тебе дорог, и готов искренне радоваться вместе с тобой, а не косится и не говорит в спину гадости.

— Согласен.

— Здравствуй Виктор. Татьяна Леонидовна, — подошёл Данила.

При этом он переглянулся с Валентиной, и сразу стало понятно, что в общем и целом, присутствие остальных и не требуется. Девушка зарделась, у Анны Федоровны на щеках появился румянец. И дело вовсе не в том, что её желание наконец может осуществиться, она искренне радовалась за сына. Ну такой момент, что полностью одобряла его выбор.

— Так, а где наш разгильдяй подпоручик? Я уже выхватил фотографа, — начал оглядываться по сторонам Данила.

— Да вон он, бежит, ещё чуть и фуражку потеряет, — приметил друга Нестеров.

— Подпоручик Аршинов по случаю представления семье прибыл! — отрапортовал Роман, вытянувшись в струнку, словно на строевом смотре.

— Любезный, мы в сборе, — обратился Данила к фотографу, и тут же ухватил за руку отшатнувшегося было Виктора, прошипев сквозь зубы. — Даже не думай. Мне наплевать на всех и вся, ты был, есть и останешься другом нашей семьи. Заруби это себе на носу. Всё, всё, любезный, прошу простить, я жду когда вылетит птичка, — переключился Данила на фотографа.

У того сейчас самая горячая пора, и уделять излишне много времени на клиентов попросту некогда. Опять же, за его спиной уже стоят очередные жаждущие запечатлеть счастливый момент.

— Тэкс. Банкет у нашего новоявленного офицера только вечером, а сейчас, Роман Глебович, будьте добры отдать долг семье. Все вместе идём в кафе, — решительно произнёс Данила.

Кто бы был против, только не Виктор, поэтому подхватив руку Татьяны, он пошёл вместе со всеми. Придётся пройти подальше от сквера, где прошло торжественное мероприятие. Все близлежащие заведения если уже не оккупированы, то будут заполнены в самое ближайшее время. А сидеть в забитом до отказа кафе, всё же как-то не то.

— Витя, ты извини, я даже предположить не мог… — начал было шедший рядом Роман.

— Нормально всё,— оборвал его Нестеров. — Во-первых, ты от чистого сердца. Во-вторых, меня предупреждали, что этот поединок ничем хорошим для меня не закончится вне зависимости от результата. Ну и в-третьих, по сути, я парням и не однокашник. Мы проучились только два года.

— Зря ты так. Сам же видел, что большинство обрадовалось. И потом, парни хотели сфотографироваться с тобой, я отговорил.

— Правильно сделал. Я и не пошёл бы. Кстати, у меня для тебя подарок. Извини, коробку не прихватил, отправил вдогонку домой.

С этими словами Виктор извлёк из кармана плоский небольшой пистолет. Габаритами чуть больше, так называемого дамского «Браунинга». Но вполне компактный, с зализанными углами и без выпирающих деталей, за исключением флажка предохранителя сверху, и курка. Но и те выполнены так, что не препятствуют извлечению оружия. На рукояти пластина нержавеющей стали и гравировка: «Аршинову Р.Г. по случаю окончания училища. 24 июня 1938 года».

— Спасибо, — смутился Роман, принимая подарок.

— Носи на радость, и лучше бы он тебе не понадобился, — улыбнулся Виктор.

— Ну-ка, — протянул руку Данила. — Интересная игрушка. Никогда раньше не видел.

— Новая модель завода Горского, ПМ, пистолет малогабаритный, — начал пояснять Виктор. — Свободный затвор, ствол закреплён жёстко. Калибр шесть тридцать пять миллиметров, что и у «Браунинга», но гильза чуть длиннее. Так как разрабатывался в первую очередь для департамента безопасности, то боеприпасов два вида. Гражданский, с той же навеской пороха, что и у бельгийца, и боевой, с вдвое большей, — пояснил Виктор.

— Дорогой? — поинтересовался Роман.

— Ты для меня куда дороже. К слову, я и себе прикупил. Внутри бокового кармана кителя пришил петлю, и он в ней отлично сидит, — приподняв клапан, и показывая оружие, пояснил Виктор.

— Маньяк, — констатировал младший Аршинов.

При этом сам рассматривал пистолет в своей руке как вожделенную игрушку. Ну и кто из них маньяк? Впрочем, у мужчин любовь к оружию в крови. И не только у них. Таня так же не расстаётся с его подарком, но у неё уже ставший классикой «Браунинг». Виктор осуществил-таки своё желание, и подарил ей дамский пистолет, не забыв и пластину с гравировкой, только у неё она золотая.

После кафе распрощались, Роман с Анной Фёдоровной направились домой, ей нужно было готовить сына к банкету. Данила с Валентиной пошли в театр. Виктор же с Татьяной взяли курс на медицинское общежитие.

— Витя? А мы думали ты с ребятами будешь отмечать выпуск, — встретила их удивлённая Рита.

— Ну, своё звание я получил куда раньше, ребят поздравил, не без того, но мы уже давно идём разными дорожками. Кстати, от Ромки привет. Он сейчас весь в суете, поэтому не заскочил…

— Не оправдывай своего друга, — подала голос Зина. — Хотел бы, давно навестил. А вообще, ты вовремя. Нам как раз к завтрашнему полудню нужно комнату освобождать. Вика у Никиты уже давно живёт, ей проще.

— И что, уже и билеты купили?

— Купили конечно, причём давно, покатим одним поездом, разбредаясь по пути, — грустно улыбнувшись ответила Рита.

— А ты поди хотел нас куда-то пригласить? — догадалась Надя.

— Была такая мысль, — подтвердил он.

— Не, Витя, не получится. Давай лучше как обычно. Сходи в трактир, прикупи чего-нибудь, мы картошки нажарим, посидим напоследок, как обычно, по домашнему и душевно. Только вина не больше двух бутылок, — предложила Рита.

— Договорились, — радостно улыбнувшись, согласился он.

Какая разница где, и насколько праздничное угощение. Главное с кем, а праздник он не в закуске, а в настроении. Ему же было хорошо. Правда, одновременно где-то и грустно. Он уже привык к тому, что они всегда тут, помогут, поймут, отогреют. И вот теперь эта веха пройдена, а дальше им предстоит идти каждому своей дорогой. И ведь невозможно предположить сведёт ли их жизнь вновь, или разведёт окончательно.

Сходить в знакомый трактир, и прикупить продуктов дело привычное, а потому управился он быстро. Прошло не больше получаса, как они уже оказались за столом. Сковородка с горкой жаренной картошки с салом, щедро сдобренной луком, копчёности, сыр и хлеб из трактира, гранёные стаканы, с рубиновым вином, и отличное настроение.

— Кстати, Витя, а ты ещё вернёшься в Никарагуа? — спросила Рита, когда они выпили по первой, за ребят получивших звёзды, и за дипломы девчат.

— Вернусь. Но когда не знаю. Нарисовалась командировка, потом в Троицк, сыграем свадебку, и в августе обратно, — приобняв Татьяну, ответил он.

— Отлично, значит ещё встретимся, — подмигнула она.

— Ты это о чём? — не понял Виктор.

— Так ведь Ритка подала заявление в департамент здравоохранения о направлении её в Никарагуа. ДВР сейчас активно помогает молодой республике. В медицинской академии появилась группа студентов никарагуанцев. Да и в многих учебных заведениях так же. А пока, туда отправляют специалистов. Ну и медиков не в последнюю очередь.

— Рита, там вообще-то ещё ничего не закончилось, — неодобрительно покачал головой Виктор. — Не веришь мне, спроси Таню, война это страшно.

— Война там закончилась, а с бандитами… Знаешь, Витя, от этого никто не застрахован даже здесь. — возразила Рита. — И потом, мне рассчитывать не на кого, родители простые работяги, а там, помимо высокого жалования, ещё и перспективы роста по Сути. Вот это как раз Таня мне рассказывала.

— Это просто ты услышала только то, что хотела услышать, — возразила Баева.

— Ну и что, — легкомысленно отмахнулась Рита. — Бесплатный сыр он только в мышеловке. Так что, Витя, ещё увидимся. Таня, я надеюсь ты не ревнуешь? — игриво скосила на неё взгляд Рита.

— К тебе? Я ещё и попрошу, чтобы ты за ним там присмотрела. А то столько разговоров про знойных никарагуанских красавиц, — приникнув к его плечу, ответила Татьяна.

— Вот и про парней так же говорят. Врут наверное, — засмеялась Рита.

Так за весёлыми разговорами и пролетело время. На часах было восемь, когда Виктор с Татьяной попрощались с подругами, и пошли на выход.

— Извини, ты наверное рассчитывала, что мы проведём это время вместе, — когда они вышли на улицу, произнёс Виктор.

— Брось. Мы ещё намилуемся, никуда это от нас не убежит. А вот с девчатами наверняка больше не увидимся. Ведь даже не факт, что вы сможете пересечься с Ритой.

— Это да. Её могут направить куда угодно, а, как ни крути, а на службе.

— Витя, а насчёт войны, ты это серьёзно?

— Наши говорят, что янки вот так просто не сдадутся. Открытое противостояние, со столь серьёзными потерями им не нужно, но оказать поддержку самосовцам они в состоянии. И уж тем паче на фоне нашего намерения построить никарагуанский канал. Так что, крови там прольётся ещё много. Но это по большей части уже забота спецуры. Наша функция сведётся к простой демонстрации силы и подготовке вооружённых сил республики.

— так может и мне рвануть на стажировку в Никарагуа. В «Красный крест» стараниями Иволгина мне путь заказан, но могу поехать от нашего департамента здравоохранения. Кстати, заявка на добровольцев имеется.

— Танюша, давай обойдёмся без Китая и Никарагуа. А? — накрыв её ладошку своей рукой, со всей серьёзностью попросил Виктор.

— Да ладно тебе. Уже и пошутить нельзя, — фыркнула она.

Вернувшись домой посидели на кухне за чашкой чаю, после чего он засобирался. Через час нужно было быть у здания управления ДБР, где его подхватят особисты из Виноградовска. Времени конечно с запасом, на такси доберётся куда быстрее. Но его ведь может и не оказаться под рукой.

А вообще, может стоит подумать насчёт покупки своего авто? С одной стороны, особой надобности вроде как нет. С другой, это удобно и у него есть возможность, так отчего бы и нет. К тому же, рядом с их доходным домом имеется гараж, где предусмотрен обслуживающий персонал и штат автослесарей. Не плохая идея. Нужно будет обдумать её с Таней.

Глава 14. С приветом из Китая

Выйдя из подъезда, Виктор осмотрелся по сторонам. Улица освещена фонарями, но не сказать, что они прямо заливают всё вокруг светом. Спотыкаться не будешь, это да, а так-то он предпочёл бы полную луну, а лучше вообще отсутствие освещения, благо имеет вторую ступень умения «Кошачье зрение». Активировать его сейчас нежелательно, потому что даже вот такое освещение фонарей будет слепить, и картинка получится похожей на засветы негативов. К чему это он? Да бог весть, вот подумалось отчего-то.

Нестеров усмехнулся своим мыслям, и уверенным шагом направился в сторону пяточка, у ресторана, через квартал от их дома. Там обычно толкутся таксисты, в ожидании загулявших клиентов. Удобная точка, но не надёжная, потому что какая-нибудь разбитная компания могла разом оседлать все авто, да ещё и кататься всю ночь напролёт. Автобусами же и трамваями добираться нужно с пересадками. Потому он и вышел загодя…

Несмотря на неожиданность, Виктор среагировал мгновенно. Едва ощутив как справа повеяло могильным холодом, он откинулся назад, падая на спину и уходя в перекат. Он и сам не понял, как ему ещё удалось разобрать глухой хлопок, и практически одновременно с этим щелчок пули о стену дома на другой стороне улицы.

Не успел он встать на колено, как из тёмного провала подворотни выскочил неизвестный с пистолетом в руке. Думать некогда, поэтому Виктор завалился на бок, уходя в перекат. И вновь хлопок, щелчок пули на этот раз об асфальт, и виз рикошета.

Оттолкнувшись одновременно руками и ногами, он разом оказался в положении низкого старта, и пригнувшись торпедой рванул в сторону нападавшего. Тот вновь выстрелил, но Нестеров вовремя качнулся в сторону, пропуская вестницу смерти мимо себя. Дёргаясь из стороны в сторону, как учил Питон, он стремительно сближался с убийцей, успевшим выстрелить ещё раз, и вновь промазал.

Не имея возможности достать из кармана пистолет, Виктор решил сойтись в рукопашной, и едва сблизившись нанёс удар по руке с оружием. Пистолет с глушителем брякнулся на асфальт, а неизвестный тут же ответил ударом ноги в голень. Виктор и сам не понял как успел среагировать, подняв свою, спасибо рефлексам, систематическим тренировкам, ну и умениям, куда же без них.

Обороняться в его планы не входило, поэтому он без паузы бросил своё тело вперёд, толкнув убийцу плечом в грудь. Сложением тот оказался потщедушней, а потому был вынужден попятиться, отчего потерял устойчивость, и контроль над телом. Этим поспешил воспользоваться Нестеров, продолжив развивать успех, и довернув тело, нанёс хлёсткий удар основанием раскрытой ладони в челюсть с левой. Получилось качественно, нападавший скрутился и осел на тротуар.

Получено 43 опыта к умению «Самбо-3» — 12903/256000.

Получено 43 опыта — 0/4096000.

Невозможно начислить 43 опыта, необходимо академическое образование.

Получено 43 избыточного опыта — 43.

Получено 2 свободного опыта — 211048.

Со спины вновь повеяло могильным холодом. Виктор не задумываясь, упал на асфальт, лишь за мгновение до хлопка выстрела. Насколько близко пролетела пуля, он без понятия, успел отметить только то, что до стрелка двадцать пять метров. Вторым выстрелом тот достал-таки Нестерова, ранив в левое плечо. Превозмогая боль, он перекатился за бесчувственное тело первого нападавшего, подтянув его на себя. Успел как нельзя вовремя, очередная пуля впилась в убийцу, заставив его вздрогнуть.

Рука Виктора скользнула в боковой карман кителя. Теперь у него появилось время, и грех не воспользоваться этой возможностью. Одновременно с извлечением пээма, он снял его с предохранителя и взвёл курок, девятый патрон у него всегда в стволе.

Очередной хлопок, и Виктор ощутил как пуля попала ему в бок. Сознание затопила новая порция боли, куда сильнее прежней. Пред глазами поплыли разноцветные круги, он сдавлено то ли вскрикнул, то ли прохрипел, брызжа слюной. Но всё же нашёл в себе силы выстрелить в противника, успевшего приблизиться вплотную. Тот замер, словно проглотил лом, устало выдохнул, упал на колени и завалился на бок.

Получено 44 опыта к умению «Пистолет-3» — 53808/256000.

Получено 44 опыта — 0/4096000.

Невозможно начислить 44 опыта, необходимо академическое образование.

Получено 44 избыточного опыта — 87.

Получено 2 свободного опыта — 211050.

Первый в нокауте, плюс получил пулю. Этот ранен, но прилетело ему качественно, без вариантов. Калибр у пээма конечно мелковат, всего-то шесть тридцать пять миллиметров, но патроны у Виктора боевые, да ещё и пули крестообразным надрезом. Так что рана по определению серьёзная и в добавке наверняка не нуждается.

Хотел было воспользоваться «Аптечкой», чтобы излечиться, но тут сзади вновь повеяло могильным холодом. Будучи наполовину придавленным первым убийцей Виктор откинулся назад и вытянул руку в сторону опасности. Третьего нападавшего он рассмотрел сразу, и тут же нажал на спусковой крючок. Выстрел пээма раздался одновременно с хлопком пистолета нападавшего.

Грудь Нестерова взорвалась всепоглощающей болью. Мозг попросту отключился, и Виктор даже не смог понять было ли сообщение эфира, и попал ли он вообще, или безбожно промазал. На глаза начала наползать красная поволока, которая быстро сменилась непроглядным мраком…

В себя он пришёл мгновенно, испытав наивысшее наслаждение, затопившее всё его сознание, точно так же как ещё недавно это сделала боль. Сквозь упругие и шумные толчки в ушах он расслышал собственный сладостный стон.

— М-мать! — не сдержавшись выматерился он, переворачиваясь на бок и хватаясь за причинное место.

Вот уж не думал, что при возрождении ощущения сродни тем, что бывают после использования «Аптечки». Это он испытывал и не раз. Возрождение неоднократно наблюдал у других, и судя по их реакции, ничего подобного не происходило.

— Ну ты как, «варяг»? — услышал он незнакомый голос и обернулся.

В тусклом свете фонаря рассмотрел чёрную морскую форму, выделяющиеся на её фоне золотые погоны старшего лейтенанта, и красную нарукавную повязку с белой надписью «Патруль». Круто. Это его теперь ещё и за нарушение формы одежды загребут. Мысль глупая, но именно она-то и возникла в его голове.

— Н-нормально, — взглянул на свою Суть. — И даже отлично, — поднимаясь, резюмировал он.

А почему нет-то. Все возрождения в наличии, со злоумышленниками возятся морячки патрульные, возрождение в порядке. Старлей прячет в карман свою «Аптечку», а значит израсходовал её заряд на него.

— Спасибо, — искренне поблагодарил Нестеров.

— Ерунда. Ты сделал бы то же самое.

Ещё совсем недавно все гарнизонные патрули буквально охотились на представителей ЧВК, сиречь наёмников. Но постепенно пропагандистская машина и распускаемые слухи сделали своё дело. Теперь «варяги» и «витязи» пользовались уважением не только у гражданских, но и у военных. Служить в этих компаниях не считали для себя зазорным даже ярые поборники дворянского сословия. Отсюда и изменившееся отношение.

— Нестеров Виктор Антипович, — протянул он руку.

— Тимченко, Фёдор Максимович, — представился в ответ старлей.

— С меня поляна.

— Сочтёмся, — улыбнулся моряк

— Что с этими? — Виктор кивнул на нападавших.

— Тот, ранен, скорее всего скоро дойдёт, — показал Тимченко на второго.

Матросы его как раз перевязывали, пытаясь остановить кровь. Ну что сказать, прилетело ему знатно, и если не оказать квалифицированную помощь, абзац однозначный. Экспансивная пуля не шутки.

— Этот труп, — старший патруля ткнул ногой первого. — Тот, — кивок в сторону третьего, — в голову, наповал.

Виктор вызвал перед внутренним взором свою Суть и проверил сообщение Эфира. Так и есть. Надо же, он попал ему в голову, а ведь стрелял всего лишь в направлении нападавшего.

Впрочем, долго размышлять на эту тему Виктор не стал. Ну случилось и случилось, на войне чего только не бывало, и без разницы, что тут не фронт. Зато стало интересно, что это за гопники такие, имеющие в своём арсенале целых три пистолета с глушителями. Что-то китайцы с Миллионнки серьёзно так упакованы.

Интересно, это его заприметил какой-то характерник с более развитой Сутью? Или они решили просто пощипать офицера на удачу? У военных с опытом дела обстоят хорошо, так что, шанс довольно высок. Хм. С другой стороны, поручик, пусть и вся грудь в крестах, не то звание, чтобы упереться в потолок, и иметь большое количество избытка.

Стоп!

Взгляд задержался на первом нападавшем. А ведь это не китаец! Он японец! Ох как всё кучеряво-то! Неужели это привет из Китая? Виктор опустился на колено, одновременно извлекая из кармана «Аптечку». Откинул крышку и приложил артефакт к груди.

Артефакт «Аптечка»

Персональный

Ресурс — 69/100

Количество зарядов — 2

Состояние заряда — 100%

Перезарядка — 10 дней

Состояние механизма — взведён, готов к использованию

Использовать для лечения неизвестного за …? свободного опыта?

Да / Нет

Есть контакт. Значит прошло немного времени и его ещё можно поднять. Мысленно представил себе ноль, и активировал артефакт. Японец вздохнул, и скрючился захлёстнутый волной удовольствия. Да кто же тебе даст вот так просто наслаждаться. Виктор врезал ожившему так, что тот стукнулся затылком об асфальт и отключился. Перевернул его на живот, и сдёрнув брючной ремень, связал ему руки за спиной.

— А зачем это? — удивился старлей.

— Японцы. Возможно диверсанты. Хватит перевязывать этого, вяжите его, сейчас поднимем «Аптечкой».

Матросы глянули на своего старшего, тот кивнул, мол делайте, и они начали сдёргивать с раненого брючной ремень.

— Что тут происходит?! — поинтересовался подбежавший полицейский.

Ага. А вот и стражи порядка подтянулись. Двое, с пистолетами в руках, настроены решительно. Виктор уже закончил с руками, и расстегнув брюки пленника, спустил их до середины бёдер. Со спущенными штанами особо не побегаешь. Поднялся на ноги, подняв руки в примирительном жесте.

— Спокойно, унтер. Спокойно. Поручик Нестеров, частная военная компания «Витязь».

— Старший лейтенант Тимченко, начальник гарнизонного патруля, — представился моряк.

— Что у вас произошло? — вновь поинтересовался полицейский.

— Нападение на характерника, — ответил Виктор, сразу давая понять, что дело подпадает под юрисдикцию департамента безопасности.

Настроение полицейского унтера сразу же испортилось. Он уже видел себя героем сегодняшней ночи. Что с того, что жертва сама отбилась, главное, что есть минимум один выживший злоумышленник и он задержан. Сработал гарнизонный патруль? Ничего страшного, у них разные ведомства и доклады пройдут независимо. Со временем конечно всё разрешится, но главное засветиться в начале, а что там потом, уже не столь важно, потому что запись в послужной список уже пройдёт. Но коль скоро в дело вступает ДБР, то и все лавры отойдут им и вот этим морячкам. С департаментом безопасности не забалуешь.

Виктор ни о чём этом не знал, только мог предположить исходя из расстроенного вида полицейского. Зато прекрасно отдавал себе отчёт в том, что проще сразу пообщаться с конторскими, чего не избежать, а не удваивать удовольствие, беседуя ещё и с полицией.

— Фёдор Максимович, отправьте пожалуйста одного матроса к телефонной будке, пусть позвонит в управление ДБР, — попросил Нестеров Тимченко, склоняясь с артефактом над уже связанным раненным.

Реакция того оказалась не менее бурной, чем у первого нападавшего. Похоже дела его были совсем швах, и не помогла бы даже квалифицированная медицинская помощь. Виктор припомнил, умершего китайца, главу большого семейства, которого не в силах была спасти бригада Красного Креста. Рана вполне сопоставима, у того были серьёзно повреждены лёгкие.

— Ого, — удивился старлей.

Склонившись он подобрал развернувшуюся пулю. Вскрылась она чётко по надрезам, и сейчас предстала эдаким кровавым цветком.

— А ты не боишься крови, — хмыкнул Виктор.

— У нас то же всякое случается. Мне казалось, что экспансивные пули запрещены международной конвенцией.

— В вооружённых силах. А это мой личный пистолет, разрешённый к гражданскому обороту, — пожал плечами Виктор.

Чтобы превратить обычную оболочечную пулю в экспансивную, достаточно иметь самый обыкновенный нож. Благодаря чему можно значительно усилить останавливающее действие, чем Нестеров и воспользовался. Ну вот привык уже иметь в руках убойный аргумент.

— Ч-чёрт! — в сердцах произнёс Виктор, обернувшись на звук цокающих каблучков.

Ну и что теперь делать? Уж лучше бы его промурыжили полицейские, комендатура и безопасники по отдельности и скопом. Вот что он скажет Татьяне, несущейся к нему на всех парах, со своим браунингом в руках? Он как-то успел позабыть, что случилось всё это неподалёку от их дома. И ведь бесполезно отнекиваться, что, мол, всё просто замечательно. Окровавленная штанина, да плюс две дырки на кителе, красноречиво говорили о том, что в случившемся он принимал самое активное участие.

— Танюша, выдыхай. Всё нормально.

— Суть покажи, — потребовала невеста.

Он и не подумал усугублять ситуацию, тут же с готовностью «заголившись» перед ней, демонстрируя доказательство правоты своих слов.

Ступень — 11.

Возрождение — 2.

Опыт — 0/4096000

Свободный опыт — 211059.

Избыточный опыт — 262.

Очки надбавок — 0.

Сила — 1.3.

Ловкость — 1.3.

Выносливость — 1.3.

Интеллект — 1.85.

Харизма — 1.7.

Умения — 68.

— Господи, Нестеров, ты меня в могилу сведёшь, — облегчённо вздохнула она, и прильнула к его груди.

Ага. Похоже убедилась в том, что урона ему по сути не причинили, и теперь её отпустило.

— Всё хорошо, Таня. Всё хорошо, — поглаживая её по головке, произнёс он.

— И что это было? — глухо поинтересовалась она, уткнувшись лицом в его китель.

— Хороший вопрос. Не объяснишь, какого ты тут делаешь с пистолетом в руке? — перешёл в атаку он.

— В смысле?

— В смысле, ты что же, по всякому чиху вот так выбегаешь и ищешь неприятности?

— Почему по каждому чиху? Выглянула в окно и увидела тебя, вы же прямо под фонарём.

— А. Ну да. И всё равно, чтобы этого больше не было.

— Я умею стрелять, — упрямо буркнула она.

— Но не воевать, — резонно возразил он.

— Тебе твой опыт не больно-то помог.

— Их было трое и я победил, — возразил он.

— Забыл? Я хороший диагност. Тебя с того света вытащили, — вновь уткнувшись лицом в его китель, глухо произнесла она.

С чего бы ему забывать. Помнит конечно. Как видит и то, что она уже получила высшее образование по Эфиру, и вот-вот получит седьмую ступень. К слову, он предлагал ей опыт, чтобы подтянуть кое-какие умения, и подрасти по Сути. Однако она отказалась. Во-первых, они пока всё же не семья. А во-вторых, Таня предпочитала постепенный и планомерный рост, считая излишнюю поспешность вредной.

Вскоре прибыла оперативная группа департамента безопасности. К слову, обернулись весьма быстро, признаться он полагал, что возиться будут дольше. Но по факту, времени прошло только и того, чтобы добраться сюда на автомобиле.

Оперативники довольно быстро составили протокол осмотра, и отобрали объяснения от присутствующих тут моряков и полицейских. Составили протокол осмотра, и к ктому моменту когда прибыла труповозка, уже были готовы выдвинуться обратно в управление.

Виктору ничего не оставалось кроме как проститься с Татьяной, пообещав вернуться, как только появится возможность. Ему ведь всё одно нужно будет переодеться и привести себя в порядок. После чего устроился в авто оперативной группы и убыл в департамент безопасности, для проведения дознания.

— Нестеров, твою налево, и что это значит?! — остановил его на парадном крыльце управления, поручик Неженский.

Ох как Нестеров его понимал. Мало того, что задержался, так ещё и щеголяет в грязной окровавленной форме. А кому всё это расхлёбывать, учитывая секретность вокруг батальона к которому прикомандирован этот «варяг»? Правильно, ему.

— Я не виноват, — прижав руки к груди, со всей возможной искренностью заверил Виктор.

— Что случилось? — не обратив внимания на его слова, поинтересовался поручик у капитана.

— А вы какое имеете отношение к поручику Нестерову? — в свою очередь поинтересовался безопасник.

— Он прикомандирован к нашей части в Виноградовске, здесь в увольнении.

— Ясно. Тогда прошу пройти со мной. Будем разбираться, что тут собственно говоря происходит.

Настроение Неженского тут же ухнуло ниже плинтуса. Если нападение смогут увязать с командировкой Нестерова, ему грозят неприятности. А кому это понравится. Впрочем, выбора он лишён, поэтому отошёл в сторону, чтобы переговорить с кадровиком. После чего тот покатил в Виноградовск, а поручик вернулся в здание управления.

Им пришлось провести там всю ночь. В смысле, Виктора и Неженского опрашивали недолго. А потом они до утра гоняли чаи и дремали в конференц зале, ожидая когда наконец закончат крутить пленных японцев.

— Спите, товарищи офицеры, — войдя в дверь, и от души потянувшись, произнёс довольный капитан, старший оперативной группы.

— Кой к черту спим, — недовольно пробурчал Неженский.

Нестеров, открыл глаза и лишь недовольно осмотрел себя. Форма мало что с дырками, так ещё и в засохшей крови. Ну чисто порося. Что же до сна, то ему приходилось отдыхать и в куда менее комфортных условиях.

— Эк-кий вы привереда, Викентий Петрович, — хмыкнул капитан. — Зато, ещё один день во Владивостоке. Разве плохо.

— Судя по вашему настроению, дела обстоят хорошо, — произнёс Виктор.

— Взяли живыми двух японских офицеров, разве плохо, — подмигнул безопасник.

— И что нужно было этим диверсантам? — поинтересовался Нестеров.

— Викентий Петрович, пройдите в отдел кадров и поставьте отметку в своём командировочном. Соответствующие распоряжения они уже получили.

— А? — поручик указал на Виктора.

— Ожидайте его там же, он скоро подойдёт, чтобы отметить свою увольнительную.

— Хорошо.

Неженский без лишних разговоров покинул конференц зал. А что тут непонятного. Дальнейшее его не касается, а лишние знания, лишние печали.

— Это не диверсанты, а скорее мстители, — произнёс старший оперативник, когда они остались вдвоём.

— В смысле?

Изобразил непонимание Виктор, уже понявший в чём тут суть. Но он ведь давал подписку о неразглашении. Одно дело слухи и пересуды, что всячески только поощрялось. И совсем другое ненужная откровенность от непосредственного участника событий.

— Именно в том смысле, в каком вы и подумали. Получается, Виктор Антипович это вы пленили принца Ясухико, в результате чего японцы согласились на мирные переговоры с Чан Кайши, и довоенный статус-кво.

— Не понимаю, о чём вы говорите, товарищ капитан, — возразил Виктор.

— Эти трое молодых офицеров во славу своего микадо поклялись убить того, кто посмел пленить представителя императорского рода.

— Ну и искали бы того, кто к этому причастен, чего на меня-то было нападать, — изображая недоумение покачал головой Виктор.

— То есть, вы к этому не имеете никакого отношения? — улыбнулся капитан.

— Абсолютно.

— Ну-ну, — хмыкнул он.

— А как они нашли меня? Ну, в смысле, с чего взяли, что это я? — поправился Нестеров.

— Не буду вдаваться в подробности, но кое у кого из преступных авторитетов на Миллионке явно с головой проблемы. Ну и такой момент, что я посоветовал бы вам с невестой сменить квартиру. Так, на всякий случай.

— За день мне не управиться.

— Поэтому вы получите два дня. Но тут уж крутитесь.

— Ясно. Я управлюсь.

Глава 15. На строительстве канала

— Привет, — раздался из динамика «Кинитофона» бодрый голос Татьяны.

— Здравствуй, — произнёс Виктор, невольно улыбаясь.

Голос жены изменён звучит как-то механически, но при этом узнаваемый и родной. У него сейчас три часа по полудни, а во Владивостоке только семь утра. Через час Тане выходить из дома в университет, и именно в это время они обычно общались. Разумеется, если не случалось какого-нибудь форс-мажора.

— Как у вас погода? — поинтересовалась она.

— Превосходная. Начался сухой сезон, уже неделю без дождей, и температура плюс двадцать восемь.

— Хочу к тебе-э, — плаксиво протянула она. — У нас тут холодно и слякотно.

— Чего ты жалуешься? Всего-то начало октября.

— Ага. Начало. Зато уже второй день дождь, и термометр упал до плюс восьми. Бр-р-р!

— Не повезло.

— Не то слово.

— Но я предлагал купить авто.

— Это ещё и с машиной мучиться. Нет уж, спасибо, я лучше вызову такси. Спасибо, что нашёл квартиру с телефоном.

— Пользуйся, — великодушно разрешил он. — Кстати, тебе привет от Риты.

— Вы всё же сумели встретиться?

— Её перевели на наш участок строительства. Она теперь заведующая фельдшерским пунктом, имеет в подчинении акушерку, стоматолога и три медсестры. Большо-ой начальник.

— Молодец. И как она? Всё так же хороша?

— Ты ревнуешь меня к Рите?

— С чего бы, — фыркнула Таня, но как-то уж поспешно и нарочито небрежно.

— И правильно, что не ревнуешь. А то мало мне проблем, так ещё и ты добавила бы головной боли.

— Что случилось? — тут же насторожилась она.

— Да уж случилось. Мой Ясенев ни с того ни с сего превратился в хронического больного.

— Хочешь сказать подбивает клинья к Рите?

— Именно.

— Удачи ему. При всей разбитной студенческой жизни, из неё получится хорошая жена, это я тебе точно говорю.

— А ты когда стала экспертом в этом вопросе? — наигранно удивился он.

— Нестеров, чтобы ты знал, это не только моё мнение, но и Анны Фёдоровны. Можешь мне не верить, но она даже рассматривала её кандидатуру для нашего оболтуса Ромки.

— Ты серьёзно? — а вот тут он уже удивился по-настоящему.

— Конечно серьёзно. Впрочем, сейчас ей не до младшенького. Она вся в заботах.

— Только не говори, что Валентина родила.

— А чему ты удивляешься. Всё прошло без неожиданностей и в назначенный срок. Так что, Аршиновы теперь официальные дед и бабушка. Кстати, чуть не забыла, вчера вечером звонил твой брат, Паша. Он прошёл инициацию. Не одарённый и не отмеченный, но очень неплохие результаты. В сельхозинститут проходит с большим запасом по Сути.

— Он тебе свои характеристики случайно не сообщил?

— Я не спрашивала.

— Ясно.

Так они и проговорили час, обо всём и ни о чём конкретном. В общем, всё как обычно. Разве только после женитьбы, Таня решила, что они слишком уж расточительно относятся к ресурсу артефакта, пусть тот и достался в качестве трофея, а не был куплен за деньги. Поэтому они теперь выговаривали оба заряда «Кинитофона». С интервалом девять и десять дней. Из недостатков, это лишало их возможности экстренной связи пока не пройдёт его перезарядка. Но за всё время в этом пока не возникало необходимости, а потому решили пренебречь этим.

Свадьбу они сыграли в середине июля, а в августе его отпуск закончился и Нестеров вернулся в Никарагуа. За прошедший год с небольшим он успел побывать в отпуске ещё раз. Если дома народ стремился попасть в отпуск летом, то служившие здесь, стремились оказаться дома зимой. Вот и Виктору пришлось выдержать целую баталию, чтобы вырваться из вечного лета, и вдохнуть полной грудью морозный воздух.

По здравому рассуждению они решили не спешить заводить детей. С учётом новых реалий учебный процесс в медакадемии был пересмотрен. Срок обучения сократился до шести лет и нагрузка на Татьяну серьёзно увеличилась. Она конечно могла избежать этого, обучаясь по старой программе, но всё же поставила на новую. К тому же, Виктор серьёзно вложился в супругу, прикупив опыт и подняв ей Интеллект до одной целых восьми десятых. Будучи уже замужем, она не видела для этого препятствий и приняла помощь.

И его, и её родители в один голос заявляли, что они возьмут хлопоты по воспитанию детей на себя. Но молодые решили, что это будет неправильно. Вот останутся позади госы, и Татьяне будет значительно легче. Опять же, они вполне могли себе позволить няню…

Окончив разговор, Виктор вышел из палатки, и осмотрелся вокруг. Его сводный взвод располагался на берегу реки, прикрывая находящийся чуть выше палаточный городок на полторы тысячи строителей.

Межокеанский канал должен был в основном проходить по руслу реки Сан-Хуан и озеру Никарагуа, что способствовало как сокращению объёмов работ, так и сроков строительства вообще. Но мест куда предстояло приложить труд тысяч рабочих рук хватало с избытком.

На стремнине находится сразу шесть земснарядов занятых углублением дна реки, которая серьёзно мелеет в сухой сезон. В местах песчаных наносов она доходит всего лишь до двух с небольшим метров. Частые дожди как раз прекратились и сейчас самое время для проведения этих работ. Океанским судам нужен глубокий фарватер.

Кроме того, ведутся берегоукрепительные работы, и расширение русла Сан-Хуан. На чём собственно говоря и задействована основная доля рабочих посёлка. Правда, рабочие трудятся только по левому, никарагуанскому берегу. Правый принадлежит Коста-Рике, правительство которой настроено к начавшемуся строительству крайне негативно. Это если сказать мягко.

Согласно соглашению середины девятнадцатого века, а так же последовавших на протяжении полувека двух судов, река Сан-Хуан полностью принадлежит Никарагуа, при том, что Коста-Рике позволено использовать её водные ресурсы, и судоходство для внутренней торговли.

Вообще-то, обычно граница на реках проходит по стремнине, но здесь этим правилом пренебрегли. Несложно понять, что столь неоднозначное решение было продавлено Америкой из расчёта на возможное строительство канала. Всегда проще иметь дело с одним государством, чем с двумя.

Но как только стало известно о проекте с использованием реки Сан-Хуан, правительство Коста-Рики тут же начало выказывать свои претензии на права этой водной артерии. Начавшееся строительство Панамского канала в значительной мере погасила этот территориальный спор. Однако, он вновь возник, едва новый президент Никарагуа, Скакаса, денонсировал договор с Соединёнными штатами об исключительных правах американцев на строительство канала и заключил новый с ДВР.

Пока правительство Коста-Рики пыталось протолкнуть решение о возникшем споре через суд, на границе участились вооружённые провокации. Что, в свою очередь, усложнило работы по геодезической разведке. Вину за нападения целиком и полностью возложили на самосовцев, и по большей части справедливо. Разумеется, если позабыть об их лагерях на территории сопредельного государства.

В этой связи поначалу геодезические партии, а затем и строительные участки были взяты под охрану ЧВК «Варяг». У военной компании появился новый контракт с «товариществом никарагуанского канала», на охрану и оборону объектов и рабочих грандиозной стройки.

Нападения имели самый разнообразный характер, от банальных пары тройки винтовочных выстрелов, до массированных миномётных обстрелов. Янки неплохо снабжали, повстанцев, а сандинистам теперь на своей шкуре приходилось испытывать все прелести борьбы с партизанами. Правда в первую очередь доставалось всё же строителям канала.

Сводный взвод Виктора, усиленный миномётным расчётом, весьма серьёзное и мобильное подразделение способное дать достойный отпор превосходящим силам. Мало того, ещё и прогуляться на противоположный берег, и показать кузькину мать. Благо переправиться через реку не составит труда.

Его «бардаку» это препятствие на один зуб. Три отделения пехоты посажены на внедорожные грузовики-амфибии. Их грузоподъёмности вполне хватает на то, чтобы перевозить десяток бойцов со снаряжением. Миномётчики на таком же автомобиле, превращённом в мобильную огневую точку.

Опять Нестеров удумал. Просто прикинул, что если стрелять прямо с колёс, то это серьёзно прибавит им мобильности. Вести огонь можно на триста шестьдесят градусов, а если использовать сам грузовичок, как поворотную платформу, то время на наведение экономится кратно. Оставалось только усилить пол, что и было успешно осуществлено.

Ничего сложного, а на выходе два очка надбавок. Ну и донесение ушло по команде, а дядечки с большими погонами сейчас думают, насколько полезной может быть эта новинка. На то оно и высокое начальство, чтобы с умным видом чесать в затылке. Виктор же свою пользу рассмотрел сразу, как впрочем и практик унтер, командир расчёта. Они уже и в деле успели испытать эту подвижную боевую единицу…

Словом, переправиться на правый берег и показать самосовцам кузькину мать он мог без проблем. Вот только путь туда им был заказан. Максимум, что позволялось это вести ответный огонь по противнику. Только так, и никак иначе. В связи с уходом в глухую оборону многие рабочие были вооружены и способны дать отпор нападающим.

Оружие выдавалось строительной компанией по письменному заявлению работника. Помимо этого выделялись и боеприпасы. Не так много, но всё же достаточно для тренировок в стрельбе. Имелось даже стрельбище, которое не пустовало. В рабочем городке и на стройплощадках устроены траншеи, перекрытые щели и блиндажи, на случай нападений и обстрелов.

Едва Виктор подумал об этом, как послышался свист падающей мины.

— В укрытие! — выкрикнул дежурный.

И следом раздался вой механической сирены, который подхватили по всему городку и стройплощадкам. Тревожно загудели земснаряды. Всюду засуетились люди, привычно разбегаясь по местам согласно боевого расчёта. Порой случалось и так, что вслед за миномётным обстрелом следовала атака, как правило предварительно переправившегося противника. Так что, следовало ожидать любого сценария развития событий.

Виктор чертыхнулся, по поводу дурных мыслей притягивающих неприятности, и поспешил обратно в палатку. С падением первой мины, он уже накинул на себя бронежилет, всегда находившийся наготове. Подхватил каску, «Горку», пояс с подсумками, и выскочил наружу.

Благодаря «Шестому чувству» он мог позволить себе некоторую расслабленность. Могильный холод, свойственный появляющейся опасности, предупредит когда придёт пора волноваться. Пока бежал к командному пункту, бросил взгляд окрест. Бойцы занимали места согласно боевого расчёта, рабочие спешили в укрытия, многие подхватывали винтовки, которые держали под рукой у своих рабочих мест.

Слева потянуло холодком, и Виктор растянулся на земле, тут же скатившись в дренажную канаву. Секунда, и неподалёку гулко рванула мина, а над головой послышался комариный писк осколков. Калибр в восемьдесят один миллиметр это весомо.

Прежде самосовцы пользовали ротные шестидесятимиллиметровые миномёты, но выигрывая в манёвренности, они проигрывали в дальности, могуществе заряда и радиусе поражения осколков. Действуя с предельной дистанции расчёт мог подвесить в воздухе десяток мин. К тому моменту когда последняя падала на землю, он уже сворачивал миномёт, чтобы покинуть позицию и не попасть под ответный огонь. Ну и такой момент, что в этом случае получался максимальный разброс, и как следствие, накрывалась большая площадь, что повышало шансы на нанесение ущерба.

Едва осколки и комья земли пролетели над его головой, как Виктор вскочил, и побежал к траншее, всё время прислушиваясь к своим ощущения. Обычно противник ограничивался десятком мин, но случались и более длительные обстрелы. А потому некогда валяться в канаве, ожидая окончания.

Спрыгнув в траншею, он побежал в сторону командно-наблюдательного пункта. Но не успел до него добраться, как обстрел прекратился. Впрочем, пока ещё рано думать, что на этом всё закончилось.

— Что у тебя? — вбежав под перекрытие КНП, поинтересовался Нестеров у Ясенева.

По боевому расчёту ему и связисту надлежало находиться на командно-наблюдательном пункте. В «бардаке» на стационарной позиции управятся и мехвод с заряжающим. А вот ему нужно командовать всем взводом, имея возможность охватить взором всю картину боя. Ну и связь разумеется, куда же без неё.

— В ногу прилетело. Кость вроде не задета, — заканчивая накладывать жгут на бедро, скривился радист.

Если в мягкие ткани, то ничего страшного. С сегодняшними умениями медиков, такие ранения сродни порезам. Поболит конечно, и заживёт не вдруг, а через несколько дней. Разумеется, если не задеты вены. В этом случае придётся повозиться, но опять же, никакого сравнения с тем, что было каких-то двадцать лет назад.

— А ты не подставляйся, бестолочь, — ввалился в укрытие с другой стороны Овечкин.

Прошедшая реорганизация его сводного взвода серьёзно изменили штатную организацию в сторону увеличения. Но старые кадры Виктору всё же сберечь удалось и Сидор Матвеевич сейчас занимал должность заместителя командира взвода

— Связь есть? — поинтересовался Виктор

— Так точно, отозвался радист, накладывая повязку поверх штанины галифе.

— Здесь пятьсот первый. Командирам доложить о потерях и обстановке, — взяв в руки микрофон и приложив к уху головной телефон, запросил Нестеров.

Каждая машина была оборудована радиостанциями, которые легко демонтировались и могли использоваться как мобильные.

— Пятьсот четвёртый, пятьсот первому, потерь нет, противника не наблюдаю…

Следом за командиром первого отделения доложились остальные, и командир миномётного расчёта. Последний с радостью отстрелялся бы по самосовцам, но не имея координат, это была бы стрельба на удачу. Он лишь мог себе представить с какого направления прилетели мины, и примерную дистанцию, но для ведения точного огня этого недостаточно.

К слову, в расположении находится только одно отделение, два других прикрывают строителей на других участках, и вернутся в расположение только с окончанием рабочего дня.

Приняв доклады, Виктор вооружился биноклем и начал осматривать противоположный берег Сан-Хуан. С прекращением миномётного обстрела ничего ещё не закончилось. Не всегда, но порой дав расслабиться охране и рабочим, самосовцы начинали обстрел из стрелкового оружия. Приём немудрёный, но вполне себе эффективный.

Когда обстрелу подвергся другой участок, а ты слышал лишь отдалённые разрывы, то появляется ложное чувство безопасности. Как результат народ начинает покидать укрытия, и в этот момент начинается вторая стадия диверсии. Это случалось уже многократно, но неизменно работало.

Осмотр берега, несмотря на использование «Наблюдательности» ничего не дал. Нестеров было уже решил, что в этот раз обошлось. Как впрочем и многие другие. Рабочие покидали укрытия, и возвращались на свои рабочие места, когда на левом фланге ударили сразу несколько ручных пулемётов.

Прошло долгих десяток секунд, в течении которых самосовцы вели безответный огонь по рабочим. Наконец в ответ загрохотал ручной пулемёт, застрекотали автоматы, затрещали винтовочные выстрелы бойцов и вооружённых рабочих. А чуть позже задудукал крупнокалиберный пулемёт, установленный на турели грузовика.

Виктор подхватил свою «Горку» и вывернув кратность на максимальное приближение, приник к оптике, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь. Бесполезно. Слишком далеко. Опять же, с того момента как в дело вступил крупнокалиберный КЕПГ, стрельба с противоположного берега прекратилась. Да оно и не удивительно, потому как его пули без труда пробивали стволы деревьев доставая укрывшихся там, и разрывали тела в клочья.

Короткие жалящие выпады, были призваны скорее бить по нервам, чем на реальный результат. Тактика не лишённая смысла, если бы рабочие были бы иностранцами, но основную их долю составляли никарагуанцы. На строительстве слишком хорошо платили, а за долгие годы войны местные успели сильно обнищать, и подрастерять чувство страха. А тут им ещё и винтовки выдали. Так что, легко их отсюда не спровадить.

За прошедший год дэвээровцы сумели худо бедно подготовить необходимый минимум кадров по нужным специальностям. Эта работа продолжается и сейчас. Конечно такой подход требует много времени и сил, зато вполне окупит себя в будущем.

С одной стороны, это и значительно меньше зарплаты, которые по местным меркам были более чем на уровне. С другой, по окончании строительства Никарагуа получает квалифицированные рабочие кадры. А это в свою очередь способствует укреплению дружбы между государствами. А главное, обеспечивает лояльность со стороны населения.

— Вот теперь похоже всё. Отбой, — произнёс Виктор, и посмотрел на Ясенева. — Что, Тимур, в кои-то веки есть реальная причина для посещения медпункта.

— Уж лучше бы я что-нибудь придумал, — скривился радист.

— Тимур, я вот гляжу на тебя и понять не могу. Ты серьёзно запал на Риту, или она не желает сдаваться перед твоим несравненным обаянием, что задевает твоё самолюбие?

— А если у меня серьёзно?

— А если серьёзно, то ты должен знать, что монашкой в институте она не была.

— Вы это к чему?

— К тому, что Рита мой друг, и несмотря ни на что, если ты… Однажды я тебе голову вернул на место. Обидишь её, оторву нахрен.

— Я в курсе, Виктор Антипович. Но только я так скажу, из-за дурной девки вы не стали бы драться на поединке, после чего вам путь в армию считай заказан, только и остаётся, что в наёмниках обретаться. И мне, с которым два года на войне, таких слов не говорили бы. А то, что было, то быльём поросло. За год с лишним в Никарагуа про неё никто дурного слова сказать не может. Знать перебесилась.

— Ладно. Двигай уже, Ромео. Только особо не задерживайся.

— Есть не задерживаться, — бодро ответил радист.

Виктор вышел из укрытия, посмотрел в сторону расположения и выше, на рабочий посёлок. М-да. Картина не радостная. Одна из взводных палаток успела прогореть, и сейчас на её месте были заметны языки чадящего пламени.

Дед, расстроенный данным обстоятельством уже командовал бойцами, организуя тушение. Тут не столько из желания спасти что-либо, так как имущество однозначно испорчено, сколько чтобы предотвратить распространение огня. Впрочем. В случае со старшим унтером Овечкиным, про его персональную зелёную и пупырчатую жабу забывать не стоило.

Досталось и рабочему посёлку, где поднимался столб дыма. И похоже там вполне себе реальная опасность серьёзного пожара. Оттуда доносятся возбуждённые крики, суетливо бегает народ, разворачивают пожарные шланги, и запускают помпу. За неделю без дождя всё вокруг успело хорошенько просохнуть. Так что, повод для беспокойства вполне обоснованный.

Глава 16. В преддверии

— Ну здравствуй, Тополь, — капитан спецназовец слегка приподнял поля мятой камуфлированной панамы.

— И тебе не хворать, Питон. Только я уже давно не Тополь, а Бук, — протягивая руку для приветствия, возразил Виктор.

— Это ты со своим начальством бодайся, а у спецуры от позывных вот так за здорово живёшь не отмахиваются. Так что, у нас ты проходишь Тополем, — отвечая на рукопожатие, беззаботно улыбнулся капитан.

— Хоть горшком назовите, только не тащите с собой за речку, — окинув взглядом широкий поток Сан-Хуана, хмыкнул Виктор.

— Да ладно, ничего страшного на том берегу кроме москитов и другой нечисти. Нам ведь запрещено отдаляться от берега дальше чем на километр. Трое суток бродили по лесам, а на веселье опоздали. Обидно, — имея ввиду недавний обстрел, вздохнул Михновец.

— Странно тут как-то всё. Вон снова прикатили особисты, опрашивают народ, документируют, фотографируют, снимают хронику. Посол в Коста-Рике опять подаст ноту протеста, и станет грозить пальчиком, типа, ата-та. А мы как торчали на позициях, так и торчим.

— И что, совсем ни с места? — хмыкнул Питон.

— Так, выбираемся на полигон на учения, да отрабатываем переправу, без высадки на тот берег, вот и всё движение.

— Ну вот, видишь, катаетесь, горючку жжёте, а ты жалуешься, — возразил спецназовец.

— Ну вы то же по тому берегу шастаете. Чего ты стонешь?

— Уел, — развёл руками капитан.

— А вообще, я не понимаю нахрена нас тут держат. По хорошему штат ЧВК должны были бы уже сократить. За прошедшее время мы успели подготовить три полка никарагуанцев, танковый батальон и два авиационных полка. Ни у Гондураса, ни у Коста-Рики таких сил и близко нет, — пожал плечами Виктор.

— У начальства головы большие, пусть они и думают. А наше дело исполнять, — хмыкнул Михновец.

— Уж лучше бы отправили на границу с Маньчжоу-Го. Уверен, что от кадрам с боевым опытом там нашлось бы применение.

— Да нечего там уже делать, — произнёс подошедший поручик особист.

— Здравия, Андрей Степанович, — поздоровался Виктор, протягивая руку.

Питон так же обменялся с поручиком рукопожатием, и склонил голову набок.

— Хочешь сказать, что там уже всё закончилось? — поинтересовался спецназовец.

— Закончилось, — подтвердил «молчи-молчи». — Побряцали оружием, да разошлись по сторонам. Разве только бомберы наши провели три налёта, показав наш решительный настрой. Но там вроде бы без особого ущерба. А вот советы на Халхин-Голе схлестнулись с самураями не на шутку. По итогам всего с обеих сторон тысяч тридцать безвозвратных потерь. По ходу та ещё была мясорубка.

— То есть, у нас объявлена демобилизация? — спросил Виктор.

— Не то, чтобы. Сейчас между Японией и СССР идут переговоры. Мы стоим в сторонке, соблюдая вооружённый нейтралитет. Наш президент лично принёс извинения за инцидент с нашей стороны, произошедший из-за несогласованности действий и поспешно принятого решения генералом Сухаревым. Какового погрозились примерно наказать, но оставили на посту командующего воздушной армией.

— Значит наши сухопутные войска так в бой и не вступили? — уточнил Виктор, вспомнив об Аршинове, как раз и служившем на границе с Маньчжурией.

Роман рвался в бой с того момента как на его плечах оказались офицерские погоны. На начальство зарубило его устремления на корню. В Испанию он мог попасть только отслужив минимум год в качестве командира взвода. Но весной этого года война там завершилась поражением республиканцев. Да и не мудрено, коль скоро их правительство было подобно лебедю, раку и щуке из басни Крылова. А при отсутствии единого руководства, никакое оружие не поможет.

— Ни сухопутные войска, ни военно-морской флот не сделали ни единого выстрела, — подтвердил поручик. — И уже не сделают. Конфликт сойдёт на нет.

— И чего было за советы вступаться? — хмыкнул капитан-спецназовец.

При этом настрой у него был откровенно враждебный, что не удивительно. Приходилось ему хаживать на советскую сторону, как и терять там товарищей. Трудно считать своими тех, с кем ещё совсем недавно резался не на жизнь, а на смерть.

— И советы и мы, суть есть Россия, Алексей Робертович, и наши противоречия, это внутреннее дело, а нападение третьей стороны, это уже другое, — покачав головой возразил поручик.

— Андрей Степанович, а вы, я гляжу, опять документируете и фиксируете. Не проще ли, нам сходить на ту сторону и объяснить господам самосовцам и костариканцам, что трогать нас дурная затея, — решил сменить тему Виктор.

— С чего такие разговоры? Мы не заинтересованы в конфликте. К тому же за них вступятся янки, и тогда это может вылиться в войну. Поэтому выдержка, и ещё раз выдержка, товарищи офицеры. Ладно, поболтал с вами, пора и честь знать. Материал сам себя не соберёт, — попрощался особист.

— Вот же темнила, — хмыкнул ему вслед Михновец.

— Полагаешь всё же нас спустят с цепи? — поинтересовался Нестеров.

— А ты думаешь сколько можно нас дразнить. Терпение и желание решить всё тихо и мирно мы уже выказали. Поэтому, не сегодня, так завтра начнётся, — убеждённо произнёс спецназовец. — Строительство набирает обороты, а такие выпады тормозят сроки и влекут за собой финансовые потери. Опять же, подвешенное состояние с Сан-Хуан нас ни в коей мере не устраивает. Подозреваю, что Коста-Рика потеряет часть территории. А что до янки, то они даже не дёрнутся. Разве только будут гадить исподтишка.

— С чего такая уверенность?

— О чём говорит потеря двух авианосцев махом? — в свою очередь спросил Михновец.

— О том, что у ДВР появился какой-то новый артефакт.

— Ну вот видишь, ты и сам всё знаешь. Мы же эдак можем покрошить все их корабли. И что они тогда будут делать? Уверен, что слухи достигли уже и Японии, потому они так и не подогнали к нашим берегам свой флот. Хотя и имеют военно-морскую базу со всей инфраструктурой на севере Кореи.

— Твои слова, да богу в уши. А то уже заржавел тут сидеть.

— Так может к нам в спецуру. У нас скучать некогда. Даже сейчас, нет-нет, а вглубь Коста-Рики прогуливаемся, чтобы соседи совсем уж не борзели.

— Я танкист, нечего мне делать в спецназе.

— Расскажи мне. Т-танкист, — с подначкой возразил капитан. — Все танкисты как люди, командуют танковыми взводами и ротами, и только у тебя под рукой мотострелковый взвод. И как тебя угораздило? — хмыкнул капитан.

— Это в Шанхае ещё началось. Пришлось кумекать, как сделать так, чтобы не сожгли машину к бениной маме. Вот и удумал собрать вокруг себя десант, да обучить как надо. А после он вырос до взвода. Дальше, взвод особого назначения в «Витязях». А теперь, так уж выходит, что командовать одними лишь танковыми экипажами мне уже не комфортно. Чувствую себя как голый.

— Ясно. Ну, пойду я. Бывай Тополь.

— Бывай, Питон.

Не успел отойти капитан, как на смену ему подошёл Ясенев. Виктор окинул его оценивающим взглядом, и улыбнулся.

— Товарищ поручик, разрешите доложить, прибыл из медпункта без происшествий, ранение в мягкие ткани, освобождение от физических нагрузок сроком на трое суток, ежедневные утренние процедуры.

— Я гляжу тебе галифе не только застирали, но и заштопали, да ещё и выгладили.

— Это тётка Исабель, сказала, что если засохнет, потом не отстирать, вот и… А потом просушила утюгом, — невольно краснея, стушевался жизнерадостный балагур.

Исабель, сорокапятилетняя женщина, старшая медсестра фельдшерского пункта, с Ритой с самого её прибытия в Никарагуа. В ходе войны она потеряла мужа и двоих детей. Побила её жизнь изрядно, и когда казалось, что выхода больше нет, рядом с ней появилась Шапина. Молодой фельдшер приставила женщину к делу, и начала обучать сестринскому делу. А потом, как-то так получилось, что никарагуанка превратилась в самую настоящую дуэнью подруги Нестерова.

— Ну, поздравляю, Тимур, — хмыкнул Виктор, — коль скоро Исабель тебя приняла, это считай две трети успеха.

— А Маргарита Ивановна об этом знает? — поинтересовался радист.

— Предлагаешь нам с Исабель сделать за тебя всю работу?

— Сам управлюсь, — буркнул радист.

— Очень надеюсь. Что там в медпункте, пострадавших много?

— Точно не знаю, но вроде бы подняли одного убитого и двух тяжёлых, шестеро ранены, госпитализированных нет.

— Ну, в этот раз по божески. Можешь идти.

— Есть.

Виктор поправил ремень «Горки» на плече, глянул на солнце склоняющееся к закату, и направился в сторону своей палатки. Время до ужина есть, так отчего бы не сходить на стрельбище. Сегодня это для него едва ли не единственный источник опыта. За прошедшие год с лишним, что он находится на строительстве канала, чаще подвергался обстрелам, чем сам стрелял в ответ.

Снимать бронежилет не стал, предпочитая носить защиту постоянно. Случалось, что на том берегу появлялись снайперы одиночки, предпочитавшие отстреливать зазевавшихся военных. Эта броня серьёзно отличалась от кустарных поделок Виктора, которые он пользовал прежде. При весе в четырнадцать кило, его бронепластины гарантированно держали винтовочную пулю с четырёхсот метров. Тяжёлый, не без того, но в общем и целом, это неудобство стоило того, чтобы с ним мириться.

Не стал расставаться и с «Горкой», предпочитая иметь винтовку под рукой. В дополнение к ней подхватил трофейный помповик «Браунинг», набросил на плечо два патронташа по полсотни патронов, и вышел из палатки.

— Сидор Матвеевич, — окликнул он своего зама.

— Я, товарищ поручик, — отозвался старший унтер.

— Схожу постреляю, остаёшься первым после бога.

— Есть.

Всего-то, семь минут по хорошо натоптанной тропе, и он вышел на стрельбище. Между прочим, хорошо оборудованное. Тут и обычные мишени, и падающие, устроенные из броневой стали, вырезанной из сгоревших танков. Компания заботилась о своих работниках. Правда, при этом не забывала и о собственной прибыли. Аренда огневого рубежа, мишени и боеприпасы были достаточно дешёвыми, зато пользовались спросом.

Кроме того, на каждом строительном участке имелись филиалы государственного банка ДВР, где рабочие могли сбыть свой опыт, по вполне приличным ценам. В местных реалиях, ясное дело, а так-то выходило раза в полтора дешевле чем в том же Владивостоке. Ну вот так у дэвээровцев, помогать они конечно готовы, но только не взваливать себе на плечи, и не содержать союзников. Всё должно быть к обоюдной выгоде.

А вот Виктор в обороте опыта принимать участие не имел никакого права. Его удел, только трофеи. Но ввиду отсутствия активных боевых действий, да и не активных то же, возможность эта лишь возможностью и оставалась.

— Привет, Мигель, — поздоровался он со смотрителем стрельбища.

— Здравствуйте, господин поручик. Хороший денёк, чтобы настрелять немного опыта, — подмигнул он Нестерову.

— Имею такое желание. Тарелочки напрессовал?

— А то как же. Всё как полагается.

Эти мишени-тарелочки были одним из девяти изобретений Виктора, сделанных за последние полтора года. Как говорится, голь, на выдумку хитра. Когда закончились трофейные боеприпасы, Нестеров начал крутить свои патроны, используя для этого более дешёвый чёрный порох. Но главная проблема заключалась именно в мишенях.

Поначалу-то он пользовал отлитые из цемента или обычные плоские камни. Их отличала высокая прочность, и они выдерживали множество попаданий. Основной их недостаток был в том, что Виктору было скучно в них стрелять и он решил как-то разнообразить монотонный настрел опыта.

Для этого воспользовался обычным измельчённым древесным углём и клейстером из муки. В результате получилась достаточно прочная конструкция, чтобы её можно было запустить в полёт, и в то же время, при попадании дроби тарелочка разлеталась эдаким чёрным облачком.

Изготовить ручной пресс было проще простого, а там презентовать идею смотрителю стрельбища, который тут же усмотрел в этом источник дохода. Разве только клейстер из муки заменил на клей из рыбьей чешуи, нечего продукты переводить. Всего-то копейка, в перерасчёте на рубли, зато на выходе интересная игрушка. Тем более, что стендовой стрельбой по определению занимались только те, у кого в кармане водились деньги.

Правда, Виктор пока всё ещё пользовался этими мишенями бесплатно, в счёт подаренного пресса. Впрочем, выгода для него оказалась не только в этом. Как ни странно Эфир счёл такую безделицу достойной очка надбавок, который ушёл в Выносливость. Интеллект и без того уже в одну целую девять десятых.

Память раз за разом возвращала Нестерова в тот самый незабываемый рейд по тылам противника в компании неутомимых спецназовцев. Он конечно не стремится к ним присоединяться, но, как говорится — от сумы и от тюрьмы не зарекайся. Поэтому предпочитал на всякий случай быть всё же готовым к подобному.

— Дай, — заняв положение для стрельбы, скомандовал он.

Паренёк, помощник Мигеля замахнулся и запустил мишень с помощью ручного метателя. Эдакий крюк с проточкой, по которой катилась тарелочка, а затем срывалась с конца, на довольно приличной скорости. Летела достаточно далеко, по непредсказуемой траектории, что только на пользу, потому как вносило какой-то элемент разнообразия.

Выстрел! На фоне голубого неба вспухло облачко угольной пыли, очень быстро рассеявшееся опадая на землю истончающейся дымкой.

Получено 8 опыта к умению «Ружье-4» — 111368.

Получено 8 опыта — 33 / 4096000.

Получено 1 свободного опыта — 591641.

Вчера вечером, по окончании занятий, Эфир осчастливил его сообщением о том, что первый этап академического образования наконец остался позади, и он может двигаться дальше. Правда недолго, только на четверть от требующегося количества опыта для закрытия ступени. Имеющегося у него свободного явно недостаточно для того, чтобы упереться в потолок, а потому он и не спешил его использовать, предпочитая держать его в кубышке. Ну мало ли, что стрясётся. Так-то умений которые ему непременно нужно развить пока нет.

А вообще, несмотря на хорошо задранный Интеллект, к магистерскому экзамену он двигался достаточно медленно. И причина вовсе не в отсутствии рядом наставника. Банально не было возможности плотно засесть за книги. И ладно бы из-за самосовцев, так ведь нет, львиную долю времени съедали ежедневные обязанности взводного, не смотри, что у него отличный замкомвзвода.

— Привет, стрелок, — послышался за спиной задорный девичий голос.

— Здравствуй Рита. Решила немного опыта настрелять? — кивнув на висевший на плече карабин спросил он.

Между прочим подарок Виктора. «Барсук» калибра пять и шесть десятых миллиметра, и набор вкладышей под малокалиберный патрон. Так как достижения Шапиной в умении «Винтовка» весьма скромные, то в её случае этот боеприпас вполне себе работал.

— Ты же знаешь, что опыт стрельбой мне лучше не нарабатывать. Так что, тренируюсь сугубо для себя, — возразила она.

Что правда, то правда, толку от её стрельбы чуть да маленько. Стрелок она средненький, а потому делать ставку на оружие ей не стоит. А вот в плане наработки навыков в обращении с оружием, совсем другое дело. У неё ещё и карманный «Браунинг» имеется. Самосовцы отметились в убийствах и похищениях медиков, прибывших в Никарагуа в рамках программы помощи в области здравоохранения.

— Кстати, слышал Исабель стала благоволить Тимуру.

— Да этот проныра просто к любой женщине подход найдёт, вот и растаяла моя дуэнья. Раньше веником гоняла, а сегодня заявила, мол присмотрись к парню.

— Обложили, стало быть? — хмыкнул Виктор.

— И не говори, — наигранно вздохнула она.

Но тут такое дело. Игра-то она вроде и игра, но есть в ней какая-то фальшь. То есть, получается, что где-то это и не игра.

— Не понимаю, и чего ты кабенишься, — наблюдая за реакцией девушки, хмыкнул Виктор.

— Так я-то чего, если твой Ясенев мычит, потеет и молчит, — игриво развела она руками.

— Тимур? — недоверчиво вздёрнув бровь, удивился Виктор.

— Ну да.

— У-у-у-у, Рита, так ты его похоже крепко на блесну подсадила.

— Да ну тебя, — отмахнулась она.

— Кстати, Тимур сказал, что сегодня потерь не случилось, с чем тебя и поздравляю, — решил он сменить тему.

— А не с чем поздравлять. Это были только предварительные данные. А на деле четверо безвозвратных. Одного в голову, троих слишком поздно доставили.

— Вот значит как.

— Увы. Ладно, пойду я, — помахала она ручкой и направилась к огневому рубежу, для стрельбы по мишеням.

Виктор же проводил её взглядом, и думая вовсе не о погибших, с улыбкой покачал головой. Потом подмигнул парнишке помощнику и скомандовал.

— Дай.

Тот замахнулся и отправил в полёт очередную тарелочку, через пару секунд превратившуюся в облачко чёрной пыли.

* * *

— Разрешите, Антон Сергеевич? — остановившись, едва переступив порог, спросил довольно молодой генерал-лейтенант.

Инициированное поколение сейчас активно наступает на пятки старикам, постепенно отправляя их в отставку. Правда, опытные кадры не спешат уступать свои позиции, составляя не просто серьёзную конкуренцию, но и удерживая за собой большинство высоких и высших должностей. Эфир конечно великое подспорье, однако реальный опыт приходит только с годами и набитыми шишками. Так что процесс замены молодёжью будет достаточно долгим.

Однако, именно в департаменте безопасности сложилось всё таким образом, что молодой да ранний сумел обойти на повороте бывалых рысаков, встав во главе этой структуры. И пока всё было за то, что Кудинов на своём месте. Во всяком случае, в принципиальном противостоянии со старыми кадрами замечен не был. Ну и такой момент, когда-то он начинал в службе безопасности концерна созданного Песчаниным. А значит был проверенным членом ближнего круга, на которого можно положиться.

— Входи, Тарас Андреевич, — разрешил президент, закрывая папку с документами. — Докладывай.

— Сведения подтвердились, генерал Сиро Исии и его ближайшие сподвижники погибли в результате атаки «Рапирами», замаскированной под авианалёт. К сожалению, примерно треть из этих упырей возродилась. Однако, в результате удара, большинство их исследовательской документации в области биологического оружия уничтожено. По факту, отряд семьсот тридцать один прекратил своё существование. Конечно он сможет ещё возродиться, но они серьёзно отброшены в своих исследованиях назад. Та же ситуация и с отрядами сто, и триста один. В последнем случае нам удалось захватить как палачей, так и человека служившего накопителем.

— Получилось вытащить этих упырей?

— Да. Группа буквально сегодня пересекла государственную границу. Кроме этого, узники концентрационного лагеря освобождены, многие получили возможность взять в свои руки оружие. Подобная операция проведённая полковником Григорьевым, в своё время дала хорошие результаты. Надеюсь, что и в этом случае самураи получат несколько партизанских отрядов. Выждем, что у них получится, а потом свяжемся с теми кто сумеет организоваться и выжить, для координации их действий.

— Что с исследованиями? — кивнув в знак того, что с предыдущим вопросом всё понятно, поинтересовался Песчанин.

— Самураи уже предпринимают усилия по возобновлению утраченных позиций по всем направлениям. Однако, как я уже говорил, мы серьёзно отбросили их назад и им во многом придётся начинать с начала.

— Ну что же, Тарас Андреевич, подождём немного, а затем нанесём новый удар.

— Что по Никарагуанскому каналу, Антон Сергеевич? Не пора ли уже начинать действовать? — перешёл к следующему вопросу начальник департамента безопасности.

— Пока будем действовать по дипломатической линии, доводя ситуацию до точки кипения. А вы завышайте число погибших от рук самосовцев, и спасённых жизней нашими усилиями. И побольше грязи на правительство Коста-Рики, так чтобы даже их граждане плевались в их сторону. Когда придёт время, даже у самого завзятого скептика не должно быть сомнений, что в конфронтации повинны именно костариканцы.

— Я понял, Антон Сергеевич.

Глава 17. Друзей не бросают

— Товарищ поручик! — вбежал к нему в палатку Ясенев.

Нестеров, замер с поднесённой ко рту вилкой, устремив на взволнованного парня вопросительный взгляд. Офицерской столовой в их расположении не было, но хотя он и питался из общего котла, принимал пищу в своей палатке. Хотел было с личным составом, но натолкнулся на стену непонимания со стороны Овечкина, едва ли не с силой усадившего его есть в одиночестве.

— Говори, Тимур, — опустив вилку с кашей обратно в тарелку, подбодрил Виктор.

— Маргариту Ивановну похитили! — выпалил он.

— Та-ак. Подробности будут? — стараясь сохранять хладнокровие, поинтересовался он.

— Я пошёл на утренние процедуры…

— Не настолько подробно, Тимур, — сквозь зубы одёрнул его Виктор.

— Весь первонал порешили, тётку Исабель ранили, она чуть не померла. Всех повязали, и бросили в палатках. Их только поутру обнаружили. Стоматолог и акушерка переродились, обе медсестры холодные.

Странно отчего не добили старшую медсестру, ведь по сообщению Эфира видно, что она была только ранена. Впрочем, вполне возможно, что самосовец не был инициирован. У никарагуанцев это в порядке вещей даже среди молодого поколения, характерников тут не хватает катастрофически. К примеру, Виктор отправляясь сюда получил «Инициатор», успел израсходовать его полностью, и перед повторной отправкой обзавестись новым. К слову, ресурс которого так же на исходе.

— Значит так, вооружаешься автоматом, бесшумным карабином, пистолетом, четырьмя осколочными гранатами и двумя дымовыми. Одеваешься в камуфлированный комбинезон, берёшь маскировочную сеть, сухой паёк на трое суток и две двойные «Аптечки». Бронежилет, каску и рацию не брать. И обеспечь мне связь с комбатом. Вопросы?

— Никак нет.

— Свободен.

— Есть!

Едва радист выбежал из палатки как Виктор начал собираться. О недоеденном завтраке даже не вспомнил. Вот как-то не до этого ему сейчас.

Скинул с себя повседневную форму и надел камуфлированный трёхцветный комбинезон с капюшоном. Далее закрепил наколенники и налокотники, изготовленные из сваренных кусков автомобильной камеры. Получилось достаточно эластично и в то же время, неплохо предохраняло от соприкосновения с твёрдой поверхностью.

К его удивлению осуществление давней задумки принесло ему очередное очко надбавок. Правда, несмотря на то, что изделий два, награда Эфира оказалась одной. Впрочем, Нестеров откровенно радовался этому, он и представить не мог, что это будет засчитано изобретением. Ведь ничего нового, поножи и наручи, выполнявшие в том числе и эту функцию, известны с незапамятных времён.

«Горку» с собой брать не стал, слишком громоздкая, даже со сложенным прикладом. Для средних дистанций автомат подойдёт куда лучше. Всё же сомнительно, что в лесу придётся драться на дальних. Для ближнего боя в зарослях, штурмовой дробовик Горского, со складным плечевым упором и пистолетной рукоятью. В качестве бесшумного оружия пистолет «Вепрь» с глушителем. Подхватил ранец, с тревожным комплектом. Там дополнительный боекомплект, предметы первой необходимости, сухой паёк и ёмкость с водой, а то в этих краях не из каждого ручья пить можно.

Хм, вроде и старался не перегружаться, а на круг получается больше двадцати кило. Не слабо так. А ведь с этим нужно ещё побегать. Едва подумал об этом, как тело тут же заныло, от предчувствия неминуемых нагрузок. Он конечно жирком не заплывал, и в Выносливость вложился, да и Сила своё слово скажет, но никакой марш-бросок не сравнится с реальным боевым выходом.

— Разрешите, товарищ поручик, — появился на входе Овечкин.

— Хорошо, что зашёл, Сидор Матвеевич. Мне нужно в Манагуа, поработать в тамошней центральной библиотеке. Остаёшься первым после бога.

— А оно того стоит? — Овечкин и не подумал поддерживать игру Нестерова.

— Она мой друг, Сидор Матвеевич. Поступи я иначе, и ты сам же не поймёшь меня. Так к чему эти слова?

— Кхм. М-да. Ну хотя бы Ясенева не берите с собой. Он же только мешаться будет. У него ведь ваших умений и близко нет,

Ну, да, есть такое. У Ясенева пока только третья ступень «Камуфляжа» и «Наблюдательности». Но с другой стороны, если его кто и сумеет приметить, то только спецы из числа янки. Что ни говори, а у местных с опытом дела обстоят не очень. Но американцы тут в основном в качестве инструкторов, а Тимур ему нужен.

Это если позабыть, что его в принципе придётся связывать. Сейчас-то он выполняет приказы без лишних разговоров, потому что знает, что его возьмут с собой, и отдаёт себе отчёт, что командир реально лучше подготовлен. Но стоит его оставить в сторону, как он тут же сорвётся с нарезки. Виктор это чётко рассмотрел в горячечном блеске его глаз.

— Тимур идёт однозначно, Сидор Матвеевич. И обузой не будет.

— Виктор Антипович, вы же тишком пройдёте так, что вас никто и не приметит. Одолжитесь у ваших дружков из спецуры химией, чтобы девица не трепыхалась, а в подвесной для переноски языков, она с вами будет заодно. В той пигалице весу-то, чуть больше трёх пудов. С вашими умениями и подготовкой, управитесь. А замаетесь, так и отдохнуть сможете. Коли захотите, от вас в трёх шагах пройди и не заметишь. А Тимура я стреножу, не сомневайтесь.

— Нет, дед. Так не пойдёт. Мы с ним уже не первый год из одного котелка хлебаем. А что до обузы, я уже сказал, в тягость он не будет, а случись, так и спину прикроет. Опыт имею, знаю о чём говорю. И потом, умаюсь я её на своём горбу таскать, пусть уж сам с ней разбирается, — улыбнувшись, подвёл черту Виктор.

Странное дело, но сомнений по поводу успеха в спасении Риты он не испытывал. Вот злость, это да, она била через край. Может именно по этой причине он сейчас и совершает очередную глупость. Но и поступить иначе не может. Если уж он за Пановым попёр на рожон, то за неё и подавно.

— Ну, так, значит так, — слегка развёл руками старший унтер.

Когда Нестеров подошёл на НП, где находилась радиостанция, и постоянно присутствовал часовой, Ясенев тут же протянул ему микрофон.

— «Бук» четыреста первый, ответьте «Буку» пятьсот первому, — вызвал Нестеров.

— На связи, «Бук» четыреста первый, — отозвался комбат, майор Остроухов.

— Прошу разрешения на увольнение в Манагуа.

— Причина?

— Посетить библиотеку. Я же заочно готовлюсь к магистерскому экзамену.

— Помню. Как обстановка?

— Как обычно. Самосовцы гадят исподтишка, мы даём укорот. Ночью была диверсия, вырезали персонал медпункта, особисты занимаются.

— Ясно. Сколько тебе нужно?

— Думаю за сутки управлюсь, максимум за двое.

— Кто за старшего, твой дед?

— Так точно.

— Добро. Можешь выезжать.

— Принял.

— «Бук» четыреста первый, конец связи.

— «Бук» пятьсот первый, конец связи.

Едва Нестеров закончил переговоры, как Ясенев подскочил, и схватил ранец. Виктор же наоборот, снял свой, к которому был прикреплён дробовик со сложенным прикладом. Избавился и от бандольеры на полсотни патронов двенадцатого калибра, оставив при себе только автомат, и пояс с подсумками и пистолетом.

— Не суетись, Тимур. Лишние телодвижения, они лишние и есть. Прихвати мои вещички и двигай к Рогову, пусть приготовится переправить нас на тот берег.

— А вы куда?

— На кудыкину гору. Выполняй.

— Есть.

Ну что сказать, дед был прав, стоит навестить спецназовцев, которые устроились рядом с особистом и четверыми его помощниками из рядовых. Силовая поддержка молчи-молчи на строительном участке выполняла и полицейские функции, что вовсе не лишено смысла.

— Здорово, Тайга, — приветствовал Виктор старого знакомого спецназовца.

— И тебе поздорову, Тополь, — не тушуясь офицерского звания Нестерова, на ты, ответил унтер.

— А где ваши?

— О ночном происшествии слышал?

— Слышал.

— Вот, они и отрабатывают.

— Насколько всерьёз? — с затаившейся в груди надеждой, поинтересовался Виктор.

— На отвали, — скривившись, ответил спецназовец.

Всё ясно. Группе Питона особо приказали сильно не отдаляться от реки. А в этом случае они могли лишь обнаружить следы переправы, и определить предположительное направление отхода диверсантов. Ни о какой спасительной операции не могло быть и речи. Осознание же того, что по факту приходится бросать свою согражданку, настроение Тайге не улучшало.

— Молчи-молчи бумажки строчит?

— Работа у него такая, фиксировать, вынюхивать, да докладывать, — пожал тот плечами.

— А ты чего тут?

— Наши налегке ушли, я на хозяйстве.

— Не ссудишь меня подвесной и «снотворным»?

— Тополь, ты понимаешь на что можешь нарваться? — вперив в Виктора оценивающий взгляд, спросил спецназовец.

— Не дурак. Только выбора у меня нет. Рита для меня не чужая.

— Девушка?

— Друг.

— Погоди. Это не из-за неё ли ты рубился в прошлом году?

— Было дело.

— М-да. Тогда говорить бесполезно. Жди.

Тайга скрылся в палатке, откуда послышались звуки возни. Длилось это недолго и вскоре он появился, с ремённой подвесной системой. С её помощью можно транспортировать человека на закорках. Это мог быть, как усыплённый язык, так и свой же раненый товарищ. К слову, спецназовцы использовали их и для того, чтобы выносить трупы врагов, у которых обнаруживалось большое количество опыта. Довольно удобно, если уметь правильно подгонять. Виктор умел. Научился в их совместный боевой выход.

Помимо неё Тайга передал Нестерову и парочку шприц-тюбиков. В первом «снотворное», ну или всё же какой-то забористый наркотик. С одного раза на него не подсядешь, зато вырубает качественно и надолго. Человеку можно хоть все кости переломать, он даже не пикнет. Из побочных эффектов, состояние после пробуждения такое, что в качестве анестезии в медицинских целях лучше не использовать. Не ломка, но тошнит и выворачивает на изнанку так, что впору согласиться на пулю в лоб. И «Аптечка» тут бессильна, потому как ни на наркотики, ни на алкоголь она не действует.

Во втором уже знакомая и опробованная Виктором химия стимулятора. Мёртвого поднимет, и придаст сил. Правда, после так же стребует плату, хотя и не такую лютую как «снотворное».

— Девочка лёгкая, ей и одной дозы хватит чтобы на сутки вырубило. Стимулятор для тебя, на всякий случай, — пояснил Тайга.

— А дай-ка ещё, не жадничай. А то я не один иду.

— Не вопрос.

Когда Нестеров подошёл к капониру в котором находился грузовичок первого отделения, Ясенев едва не подпрыгнул от радости. Не иначе как решил, что командир его обманул, и ушёл сам, налегке. Опасения не лишённые смысла, ведь он подобное уже проворачивал. Именно памятуя об этом, радист уже давно обзавёлся нужными умениями, чтобы случись надобность, составить компанию командиру. И однажды это уже пригодилось, когда они пытались задержать наступление, и жалили противника короткими ударами.

— Товарищ поручик, может всё же радиостанцию с собой возьмём? — предложил Ясенев.

— Лишние тринадцать кило, они лишние и есть. Тем паче, что на помощь к нам никто не придёт. Останешься?

— Вот ещё, — вскинулся Тимур.

— Я так и подумал. Грузимся.

Виктор забрался в кузов плавающего грузовичка-амфибии, устроившись пракого борта на откидном сиденье. Вообще, для полного отделения тесновато, но сейчас тут только он с Ясеневым, да пулемётчик у крупняка на турели. Командир отделения на пассажирском месте. Так же никакого стеснения.

ВАЗ-26ГП бодро подкатил к кромке воды, после чего сбавил ход и медленно въехал в воду, даже в этом случае погнав перед собой волну. Не катер, конечно, но реку рассекает довольно уверено. В качестве движителя колёса с ребристым протектором. Вообще, Виктор сомневался, что на плаву машина покажет хорошие результаты, ведь отказались же от подобной схемы для «бардака». Однако, на деле получилось очень даже хорошо, максимальный ход в десять километров в час, небольшой радиус разворота, да ещё и приличная грузоподъёмность.

Виктор привстал, вглядываясь в противоположный берег. Совсем скоро он приметил движение, и вскинул к глазам бинокль. Не ошибся, Питон с парнями вышли как раз к лодке. Удачно складывается. Впрочем, могло ли быть иначе, коль скоро им приказали не углубляться на сопредельную территорию. Не приметил бы сейчас, обождали бы на берегу, с гарантированным результатом.

— Рогов, правь вон к той группе, — указал Нестеров на спецназовцев.

— Принял, — ответил командир первого отделения, и отдал приказ водителю.

— Ясенев, свяжись с ними, пусть обождут.

Тот дёрнулся было к радиостанции, закреплённой впереди со стороны комода, но тут же отпрянул назад.

— Так я же их частоту не знаю, — растерянно ответил он.

Н-да. крепко же его огрело пыльными мешком по голове, коль скоро всегда находчивый и изворотливый боец выдаёт подобное. Не сказать, что он всегда действовал безоговорочно, зачастую вставлял свои пять копеек, но никогда не выглядел растерянным, как сейчас.

— Мне без разницы, как ты это сделаешь. Приказ ясен?

— Так точно.

— Выполнять.

— Есть.

Радист полез в свой ранец, достал оттуда две чистые портянки из светлого полотна и встав на скамью начал семафорить спецназовцам. Вскоре те его заметили, и вызвали по рации, выйдя на частоту взвода.

А пока суд да дело, Виктор решил подтянуть пару умений, которые у него оставались в загоне и вот теперь могли понадобиться. Решение он принимал не под влиянием момента, а вполне осознанное. Он своих не бросает. И уж тем более друзей. Хотя и осознаёт, что слишком многое поставил на кон, а значит, ему нужен безоговорочный успех, и никак иначе.

Получено 1355 опыта к умению «Следопыт» — 2000/2000.

Получена новая ступень умения «Следопыт-1» — 0/4000.

Получено 4000 опыта к умению «Следопыт-1» — 4000/4000.

Получена новая ступень умения «Следопыт-2» — 0/16000.

Получено 16000 опыта к умению «Следопыт-2» — 16000/16000.

Получена новая ступень умения «Следопыт-3» — 0/256000.

Получено 256000 опыта к умению «Следопыт-3» — 256000/256000.

Получена новая ступень умения «Следопыт-4» — 0.

Получено 277355 опыта — 278228/4096000.

Свободный опыт — 314278.

Порядок. Помнится, ещё во время инициации он получил неплохие стартовые позиции этого умения. Но как-то не было необходимости развивать его. Вот и капало в год по чайной ложке. На охоте, он всё больше с собачкой гонял по верху белок да соболей, а потому никакой нужды разбирать следы. Но пришла пора и «Следопыта». Причём не только его.

Получено новое умение «Лёгкая поступь» — 0/2000.

Получено 2000 опыта к умению «Лёгкая поступь» — 2000/2000.

Получена новая ступень умения «Лёгкая поступь-1» — 0/4000.

Получено 4000 опыта к умению «Лёгкая поступь-1» — 4000/4000.

Получена новая ступень умения «Лёгкая поступь-2» — 0/16000.

Получено 16000 опыта к умению «Лёгкая поступь-2» — 16000/16000.

Получена новая ступень умения «Лёгкая поступь-3» — 0/256000.

Получено 256000 опыта к умению «Следопыт-3» — 256000/256000.

Получена новая ступень умения «Лёгкая поступь-4» — 0.

Получено 278000 опыта — 556228/4096000.

Свободный опыт — 36278.

Умение напрямую завязано на «Следопыте», но в отличии от него требуются показатели Ловкости в одну целую три десятых. Не сказать, что это сурово, но при инициации у Виктора данный показатель был на низком уровне и ему пришлось дополнительно вкладывать шесть очков надбавок. А важность этого умения несомненна, и куда выше.

— Тополь, только не говори, что собираешься… — начал было дождавшийся их Питон.

— К чему говорить, если ответ ты и так знаешь, — подняв руку в останавливающем жесте, перебил его Виктор и поинтересовался. — Куда топать?

— Витя, ты стукнутый на всю голову?

— Лёша, не капай в мозг.

— Идиот, — открывая клапан полевой сумки, бросил сквозь зубы капитан.

Виктор открыл свою, где под целлулоидом обнаружилась такая же карта, как и у спецназовца. Ещё одна странность. Отдаляться от реки запрещено, но подробная карта на сотню километров в глубь сопредельной территории у офицеров на уровне командиров взводов имеется.

— Вот тут, звериная тропа. По ней они ушли на юго-запад. Если они в конец обнаглели от своей безнаказанности, то в том направлении в тридцати километрах от границы находится асьенда Ла Эстер. Её выкупил один из сподвижников Самосы, и там базируется порядка двух сотен нацгвардейцев.

— Серьёзный орешек.

— Да уж, не хухры мухры.

— Какая у них фора?

— Уже не меньше шести часов. Но это всё ерунда. Наверняка вот тут на дороге их ожидала машина. Мы с таким сталкивались. К чему бить лишний раз ноги, если можно высадиться в трёх километрах от границы.

— Что костариканцы?

— С этими держи ухо востро. Нас-то они и в упор не замечают, потому как замахнуться на группу спецназа, это нужно не меньше взвода подгонять, и то сомнительно, что управятся. А вот на двоих вполне могут позариться, чтобы выслужиться. И я бы на твоём месте их не недооценивал. Среди них случаются знатные бойцы.

— Я в курсе. Более подробная информация об асьенде есть?

— Имеется.

— Рассказывай.

— Ну вот что с тобой делать, непрошибаемый ты наш? Ладно, слушай сюда…

Глава 18. По следам похитителей

Выслушав Питона, Виктор поблагодарил его, и кивнув Тимуру направился в сторону зарослей. Признаться, из них так себе спецназовцы, в сравнении с ними кое-что умеют и не более. Ну, разве у Нестерова навыки охотника, да задранные умения. Поэтому Михновец прав, на пограничников им всё же лучше не нарываться. И в этой связи едва скрывшись в подлеске, они тут же активировали умение «Камуфляж».

Вообще-то использовать его постоянно не получится, так как через какое-то время оно выдыхается. У каждого человека срок активности умения сугубо индивидуален. Виктор может поддерживать его примерно час, но это благодаря тому, что у него «Маскировка» имелась на момент инициации, а значит в этом направлении он изначально был не бесталанным. Ясенев же открывал его дополнительно и соответственно оно у него изначально слабее и срок работы «Камуфляжа» на третьей ступени не превышает пятнадцати минут. Соответственно и откат у них разный.

Однако, Нестеров решил, что на начальном этапе это будет оправдано. Ведь недаром же Питон говорил о пограничниках. Вот не хотелось бы бодаться с косториканцами. С одной стороны, прав спецназовец, не стоит их недооценивать. С другой, у них нет времени играть с ними в кошки мышки.

Едва оказались под сенью деревьев, как Виктор сразу же уловил произошедшие с ним изменения. Возможно, наращивай он «Лёгкую поступь» постепенно, и разница была бы не столь разительной, чтобы он сам же её и заметил. Нестеров и прежде не был неумехой в лесу, что отмечали и спецназовцы, а тут и вовсе едва ли не превратился в призрака.

— Что? — остановившись вслед за командиром, выдохнул Ясенев.

— Держись позади, в пределах видимости, — приказал Виктор.

— Да я тебя уже через десяток шагов потеряю, — возразил Ясенев, трезво оценивающий свои способности.

Обращение на ты в боевой обстановке было в порядке вещей. Поэтому Нестеров не обратил на это внимания и пояснил.

— Просто иди по тропе. Если случится развилка, я тебя обожду.

— Принял.

Коль скоро есть возможность выдвинуться передовым дозором, скользя бесшумной тенью, так отчего бы этим и не воспользоваться. До дороги следует добраться максимально быстро, а Виктора обнаружить гораздо сложнее, в то время как он со своей «Наблюдательностью» и «Шестым чувством» имеет все шансы опередить возможную опасность.

Нестеров и побежал бы, если бы имел возможность на такой скорости контролировать округу посредством «Наблюдательности». Однако, всё, что он мог себе позволить, это скорый шаг. Чуть быстрее, и умение уже начинало давать сбой. По этой же причине он мог использовать его в движении на технике, только всматриваясь вдаль, или на черепашьей скорости. Правда, «Шестое чувство» и «Камуфляж» работали даже в этом случае.

Ощутил он изменения и в «Следопыте». Конечно сомнительно, что он не рассмотрел бы следы каблучков Риты, или подошв ботинок её похитителей, на сохраняющей влажность земле. Но вместе с ними он улавливал и другие, менее заметные отпечатки, а так же без труда понимал, какие из них были изначальными, а какие накладывались поверх, и скольких именно человек их оставило. Всего их было шестеро. Вот так он теперь может…

Могильным холодом потянуло спереди и слева. Виктор не стал осмысливать, что именно произошло, и какого характера опасность притаилась за листвой кустарника. Он просто затормозил откидываясь на спину. Ребристые подошвы его сапог впились в едва влажную землю, и всё же не смогли остановить своего владельца, их выбросило вперёд, а Виктор упал навзничь. Впрочем, как и планировал.

Не успел ранец коснуться звериной тропы, а палец уже нажал на спусковой крючок дробовика, посылая в сторону куста рой картечи. В ответ хлестнул винтовочный выстрел и прогрохотала автоматная очередь. Нестеров отмахнулся от сообщения Эфира, успев отметить, что либо убил кого-то, либо ранил сразу двоих. Не важно! Главное, что не впустую, и он выстрелил вновь.

Гулкая пальба дробовика, перемежалась с грохотом автомата и хлёсткими, словно удар плети, выстрелами винтовок. Вокруг коротко и угрожающе свистели пули, проходя выше, и с боков, тупо ударяя в тропу уходя в не такую уж и твёрдую землю, со звонкими щелчками срезали тонкие ветки и шуршали в листве. А ещё, под сенью деревьев послышались душераздирающие крики и стенания раненых.

Пять патронов в трубчатом магазине и один в стволе он выпустил из самозарядного дробовика в считанные секунды. Рой картечи свинцовой метлой прошёлся по кустам, взбивая листву, срезая тонкие ветки и впиваясь в живую плоть. Именно в такой схватке накоротке это оружие наиболее эффективно и куда предпочтительней автомата.

Затвор замер на задержке, давая понять, что патроны кончились. Виктор откатился в сторону, выронив оружие, и потянув из-за спины автомат. Ему нужна была всего лишь пара секунд, которых у него казалось попросту нет. Но именно в этот момент вновь раздался гулкий выстрел дробовика. Один, другой, третий…

Ясенев опустошил своё оружие не менее сноровисто, чем Нестеров. И этого хватило, чтобы Виктор выхватил-таки автомат, и сбросив предохранитель открыл огонь. Он выпустил весь магазин одной непрерывной очередью, после чего сорвался в направлении кустов, успев бросить на бегу.

— Прикрывай!

Дистанция всего-то пятнадцать метров, и на то чтобы их преодолеть ему потребовались считанные секунды. Тем не менее, он успел выхватить снаряжённый магазин и подбив опустошённый вогнать полный в приёмное окно. Сбросил затвор с задержки и в кусты вломился уже готовый открыть огонь.

Нападавших он рассмотрел сразу. Как и отметил для себя то, что они были одеты в форму костариканских пограничников. Всего пятеро. Двое наглухо, третий корчится схватившись за живот и оглашая окрестности истошным воем, четвёртый с ошалелым видом зажимает рану в плече, последний с всхлипом старается остановить кровотечение из бедренной артерии.

Без тени сомнений и сожалений короткими двойками добил раненых в живот и бедро, после чего наставил ствол на паренька с простреленным плечом.

— Девушка гринго, которую похитили с той стороны, где она?

Вот как-то не интересно с какого перепуга они решили на них напасть. Выполнение долга или желание нажиться — без разницы. «Шестое чувство» не обманешь, оно чётко указало на опасность, и коль скоро так, то и действовать нужно соответственно. Ну или принять удар с гордо поднятой головой, с чем он категорически не согласен.

— Говори, — уперев ствол в лоб пленного, равнодушным тоном произнёс Виктор.

И вот это-то безразличие к судьбе пограничника, похоже проняло того до печёнки, так как он затараторил скороговоркой.

— Л-люди с асьенды Ла Эстер увели её туда, — он указал дрожащей рукой направление дальше по тропе, — т-там на дороге их ждал грузовик.

— Это точно были люди с Ла Эстер?

— Д-да, — закивал болванчиком пленный.

— Зачем хотели напасть на нас?

— С-сержант Солано сказал, что наш долг задержать нарушителей границы.

— Чувство долга это похвально, — равнодушным тоном произнёс Виктор и нажал на спусковой крючок.

Получено 175 опыта к умению «Пистолет-пулемёт-4» — 350.

Получено 175 опыта — 556665/ 4096000.

Получено 8 свободного опыта — 36300.

Пленник откинулся на спину, и на земле вокруг его головы быстро начала растекаться лужа крови. Странно. Когда добивал двоих раненых, получил очки в «Автоматчика», а вот теперь только в «Пистолет-пулемёт». Похоже Эфир счёл, что тех двоих он убил в бою, а этого уже после.

Мысль эта промелькнула в голове Виктора, и тут же пропала, в следующее мгновение он уже забыл об убитом и посмотрел на Суть мёртвого сержанта. Этот оказался единственным со средним образованием, имеющим в запасе возрождение. Остальные не поднялись выше третьей ступени и умерли окончательно.

И да, именно этот Солано обнаружил Нестерова, пусть его «Наблюдательность» и была лишь на третьей ступени. Образование оно ведь разное бывает, и это совсем не обязательно школа или гимназия. Сержант явно из охотников, нужные умения в его Сути относились именно к категории охотничьих, а не военных.

Умения это лишь подспорье, несомненно значимое, но подспорье. Куда важнее реальные навыки и опыт их обладателя, то есть база, на которую они и накладываются. В этой связи третья ступень косториканца с лёгкостью била четвертую Нестерова.

— Зачем это, командир? — удивился Ясенев.

Виктор развернул подвесную и начал прилаживать её на трупе сержанта.

— Сбрось ранец, понесёшь его, — приказал Нестеров.

— Но…

— Нельзя его оставлять. Поднимет тревогу, всполошатся на асьенде, а нам этого не надо. Сами виноваты. Если бы закрыли на нас глаза, как не глядели в сторону самосовцев и спецназовцев, ничего не было бы. Давай, бери его на закорки.

Минут пять ушло на то, чтобы подогнать подвесную, дабы обеспечить Тимуру максимальную свободу действий. Ранец Ясенева Нестеров пристроил на себе, как забрал у него дробовик, с бандольерой, на которую перевесили подсумки с гранатами. Оно конечно, ношу Виктора всё одно не сравнить с телом сержанта. Однако, радист чуть массивней Виктора, физически развит лучше и показатели Силы с Выносливостью повыше. Хотя конечно испытание для него оказалось более чем серьёзным.

Через километр они вышли на просёлочную дрогу, где следы диверсантов с пленницей обрывались, и дальше переходили в протекторы автомобильных шин. Виктор не стал следовать по дороге, а пересёк её и двинулся дальше по звериной тропе, тянущейся примерно в нужном направлении.

Сержант пришёл в себя через полтора часа, за которые они успели проделать порядка шести километров. Ясенев с наслаждением опустился на пятую точку, позволив Нестерову избавить его от надоевшей ноши. Сказать, что ему досталось изрядно, это не сказать ничего. Но радист, вопреки обыкновению, вынес это молча, с завидной стойкостью.

— Где мои люди? — вперив в Виктора злой взгляд, спросил Солано.

— Убиты, — отстёгивая подвесную, ответил он.

— Ты за это ответишь, — прошипел сквозь зубы костариканец.

— Никто не просил в нас стрелять, — пожал плечами Виктор.

— Первым выстрелил ты.

— Просто оказался быстрее тебя. И не надо рассказывать, что вы собирались просто задержать нас.

— Вы все имеете не по одной жизни. Так что, подстрелили бы, а после связали и доставили бы на пост.

— Вот молодец. А с чего ты взял, что можешь распоряжаться моими жизнями? Как обычно сделали бы вид, что никого не заметили, и все остались бы живы.

— Мы охраняем границу Коста-Рики.

— Не нужно этого, сержант, — закончив с подвесной, и кивая Тимуру, чтобы он её сложил, покачал головой Виктор. — Что же вы в таком случае не воспрепятствовали самосовцам? А они ведь прошли в наш лагерь и убили двух врачей, прихватив с собой ту, что помоложе и покраше. Не рассмотрели?

— Не тебе указывать, как нам нести службу.

— Согласен. Просто, объясняю почему ты умрёшь, — накручивая на ствол «Вепря» глушитель, сказал Виктор. — И, да, к слову, только от тебя зависит как это случится, либо просто пуля в лоб, либо придётся помучиться, — сунув пистолет в кобуру и извлекая нож, закончил Нестеров.

К этому моменту блеклые показатели Сути пленника стали чёткими, а это значит, что неуязвимость с него спала, и теперь он вновь является простым смертным.

— И что ты хочешь знать?

— Девушка гринго. Где она?

Не выказывая эмоций, Виктор прошёлся ножом срезая пуговицы кителя, после чего взрезал рубашку обнажая тело и явно давая понять, что экзекуция неизбежна.

— Без понятия, — смерив его равнодушным взглядом, ответил сержант.

— А ты не трус. Хорошо, спрошу иначе. В чьих руках ты её видел? — поднеся остро отточенное лезвие к смуглой коже, вновь спросил Виктор.

— А ведь ты сделаешь это, — хмыкнул сержант, глядя Нестерову в глаза.

— Тебе они никто, а она моя подруга. Так что, даже не сомневайся, сделаю, — прикрыв глаза вместо кивка, заверил Виктор.

— Это были люди с асьенды Ла Эстер.

— Хорошо, — поднимаясь, удовлетворённо произнёс Нестеров.

После чего убрал нож, извлёк пистолет, и выстрелил в лоб пленника.

Получено 175 опыта к умению «Пистолет-3» — 54158/256000.

Получено 175 опыта — 556840/ 4096000.

Получено 8 свободного опыта — 36308.

Хлопок, и сержант мотнул головой, выметнув из затылка фонтан крови, мозгов и костей. После чего завалился на бок и застыл без движения.

— Ну ты как, Тимур, в порядке, или ещё хочешь перевести дух?

— Передохнуть не помешало бы, командир, но давай отойдём в сторонку.

— Не вопрос. Риту-то потянешь? Её придётся нести дольше.

— Что ты имеешь ввиду, командир?

— То, что у «Камуфляжа» есть одна странная особенность. Не получится просто взять человека на закорки и активировав умение обеспечить скрытность обоим. Для этого он должен быть либо трупом, либо без памяти. «Снотворное» вполне способствует этому, только если его использовать, то вот так запросто в чувство уже не приведёшь.

— А Рита ещё и наследить изрядно может.

— Именно.

— Вот значит зачем ты меня взял с собой, — тряхнул головой Ясенев.

— А ты думал потому что мне без тебя никак не обойтись? Наивный, — хмыкнув, ответил Нестеров.

— Ничего. Своя ноша не тянет.

— Своя?

— Даже не сомневайся, командир.

— Ну-ну, поглядим.

Дальше двигались налегке и без особых сложностей. Открытых мест не так много, в основном шли лесами, избегая плантаций сахарного тростника. Так-то заросли укроют их ничуть не хуже, чем лес, но сейчас время сбора урожая, а потому нарваться на ненужные взгляды проще простого. Так что, плантации они предпочитали обходить стороной. Сложностей добавляла ещё и холмистая местность.

Ввиду перечисленных причин, на то, чтобы преодолеть неполные тридцать километров пришлось затратить практически весь световой день. До места они добрались всего лишь за час до заката. Поужинали, после чего Нестеров приказал Ясеневу ложиться спать и набираться сил. Сам же устроившись на вершине холма начал наблюдать за асьендой и городком близ неё.

Ну как городок, одна улица и по паре десятков домов по сторонам. В центре таверна, где могли промочить горло как местные жители, так и обитатели асьенды, расположившейся на отшибе. По дороге оттуда и туда порой проходили одиночки или небольшие группы. Нередко их путь завершался как раз в питейном заведении, на втором этаже которого имелись номера с девицами лёгкого поведения.

Сама асьенда представляла собой двор огороженный высоким забором. В северной части вдоль ограды проходит терраса с балюстрадой, покоящейся на колоннах, выполненных в форме арки. В северо-восточном углу устроена крытая площадка, на которой установлена лёгкая мебель, не иначе как для времяпрепровождения на воздухе. В северо-западном трёхэтажный жилой дом, с большими арочными окнами и балконами с кованной оградой. Вдоль восточной стены конюшня и каретный сарай. Правда в открытых воротах виден вполне себе современный автомобиль. А вот в конюшне именно лошади, но они однозначно для верховой езды, потому что у фонтана в центре двора виден и второй авто, с открытым верхом. У западной стены какая-то хозяйственная постройка, возможно склады. Двор мощённый, посредине южной стены двустворчатые ворота.

На северной стене, под террасой ещё одни ворота, ведущие в хозяйственную часть подворья. Там имеются два вытянутых здания, бараки для наёмных работников. Сейчас их используют в качестве казарм для бойцов. Обособлено стоит домик управляющего, который так же не пустует. У ограды центральной усадьбы примостился домик для домашней прислуги, которая всегда пользовалась привилегиями.

Под большим навесом пристроилось с десяток грузовиков, бензовоз и ёмкость кубов на десять, с ручной колонкой для заправки. Под другим, с более скромными размерами, видны четыре миномёта, и штабеля ящиков, наверняка с минами. Хорошо снабжают янки самосовцев, нечего сказать.

А вообще асьенда смотрится настолько красиво, что Виктор не отказался бы какое-то время пожить в таком месте. Ну вот прямо картинка. Если бы только не осознание того, что тамошние обитатели пробавляется убийствами и похищением людей.

— Тимур, — когда окончательно стемнело, разбудил его Виктор.

Тот сразу сел схватив лежавший рядом автомат. Нестеров, придержал его руку, давая понять, что все в порядке. Всё же сильно вымотался радист, коль скоро такая реакция. Что в общем-то и не удивительно, ведь к физическому напряжению примешивается ещё и психологическое.

— Спокойно парень, всё нормально.

— Риту видел?

— Нет. И не факт, что она там. Давай-ка прогуляемся к таверне и найдём кого-нибудь, чтобы порасспросить про неё.

— Вещи с собой заберём, или здесь оставим?

— С собой. Не факт, что сюда вернёмся, лучше не иметь привязки.

Глава 19. Пленница

Кто бы сомневался в том, что публика всех питейных заведений одинакова, невзирая на материки и национальность. После спиртного неизменно тянет по нужде, и обязательно найдётся тот, кто пройдёт мимо уборной, или кого прижмёт невовремя, когда все толчки заняты. И в этом случае у всех маршрут один, за ближайший угол, и как правило самого трактира.

Этот был уже третьим, решившим справить малую нужду на свежем воздухе, при свете звёзд. Двое предыдущих оказались местными жителями и Виктора не заинтересовали. А вот этот явно самосовец. Шляпа с широкими полями, рубашка военного кроя, пояс с патронташем и револьвером в кобуре. Нацгвардеец на отдыхе, как он есть.

Виктор скользнул к намеченной цели замерев у него за спиной, оставшись незамеченным, словно призрак. Дождался когда тот покончит со своим мокрым делом, после чего приложился ребром ладони по основанию шеи. Самосовец сразу обмяк и опал в его руки, так, что он едва успел его подхватить, отметив выскочившее перед внутренним взором сообщение Эфира.

Получено 43 опыта к умению «Самбо-3» — 17566/256000.

Получено 43 опыта — 556883/ 4096000.

Получено 2 свободного опыта — 36310.

Удобно всё же. Не нужно думать, притворяется клиент или и впрямь отправился в нирвану. Сообщение однозначно указало на то, что он ранен, в данном случае без сознания. А раз так, то ноги в руки и ходу. В смысле заранее заготовленные концы верёвки на запястья и лодыжки, кляп в рот, пленника на плечо, как мешок с картошкой и через пустырь, а далее по плантации сахарного тростника.

Пленник пришёл в себя, когда Виктор был только на середине поля. Пришлось останавливаться, и вырубать его по новой. А то нести трепыхающуюся тушку неудобно. Опять краем глаза отметил упавший опыт, и взвалив пленника на плечо поспешил прочь.

— Буэнос ночес, амиго, — одарив доброжелательной улыбкой вновь пришедшего в себя самосовца, произнёс Виктор.

— М-м-м-м, — только и смог промычать в ответ тот.

— Понимаю. С этой штукой во рту говорить совершенно невозможно, — сокрушённо покачал головой Нестеров. — Поэтому я буду спрашивать, а ты только кивай в ответ, да или нет. Договорились?

Пленник никак не отреагировал на эти слова, вперив в Виктора испуганный взгляд. Не герой. Но пока ещё и не осознаёт всю трагичность ситуации. Нестеров решил, что стоит дать ему понять это, и с тихим треском располосовал его рубаху, обнажая грудь.

— Девушка гринго, которую захватили сегодня. Где она? — поинтересовался он.

При этом слегка надавив на нож и вгоняя кончик острия под кожу. Рядом с блестящим лезвием тут же набухла капелька крови. Вообще-то краски он сейчас не наблюдал. «Кошачье зрение» обеспечивало весьма сомнительную картинку, как негатив фотоплёнки. Но, во-первых, этого не так чтобы и мало. А во-вторых, недостаток цветов вполне себе компенсировало воображение.

Ощутив боль пленник засуетился и попытался отстраниться, не преуспев в этом. Но и Виктор не стал продолжать экзекуцию. Обозначил позицию и на этом пока всё. К чему измываться, если можно обойтись малой кровью. Как-то сомнительно, чтобы он играл в героя.

— Жить хочешь?

В ответ пленник энергично закивал. Слишком энергично, а значит не на шутку напуган. И это хорошо.

— Ты видел девушку гринго, которую привезли сегодня? — вновь энергичный кивок. — Она жива? Хорошо. Она на территории асьенды? Отлично. Сейчас я выну кляп, и мы с тобой поговорим. Попробуешь закричать, и я тебя убью. Ты готов говорить, или хочешь умереть? Я знал, что ты умный парень.

— Ам-м-м, гхы-гхы, — простонав закашлялся самосовец.

— Где её держат? — приблизив острие ножа к глазу, и слегка надавив на нижнее веко, спросил Виктор.

— В подвале, под складами во дворе асьенды.

— Её пытали? — не удержался от вопроса Тимур.

— Зачем? — не понял пленный.

— Её охраняют? — спросил Виктор.

— Нет. Только два часовых на стенах и один у ворот.

Всё, спрашивать его больше не о чем. В остальном Виктор получил достаточно подробную информацию от Питона. Поэтому Виктор без лишних слов вогнал пленнику нож прямо в сердце. Тот задохнулся криком, выгнулся дугой, и опал испустив дух. Возрождений у него нет, поэтому и переживать по поводу возможных неприятностей не стоит.

Получено 87 опыта к умению «Короткие клинки-3» — 299/256000.

Получено 87 опыта — 557013/ 4096000.

Получено 4 свободного опыта — 36316.

Оттёр лезвие о рубаху убитого, убрал клинок в ножны и посмотрел на Ясенева.

— До утра его не кинутся. Выждем ещё час, пусть поутихнут, а там и начнём. Не смотри на меня так. Не можем же мы драться со всем гарнизоном асьенды.

— А может устроим диверсию?

— Это разбудит всех обитателей, и кто-то непременно останется в доме и во дворе. Как при таком стечении народа прикажешь выводить Риту. Нет, Тимур, только тишком, да бочком. Ждём.

Время тянулось долго, словно ползущая улитка. Но как бы не замедлился его ход в их восприятии, в реальности ничего не изменилось. Пришёл конец и этому ожиданию. Движение во дворе асьенды и окрестностях практически прекратилось. Лишь изредка возвращались обратно подгулявшие парочки или одиночки.

Ясенев занял позицию у дороги, со стороны главных ворот. Отсюда он мог достать всех троих часовых, благо хотя ночь и безлунная, но звёздная, поэтому двоих на стенах можно хорошо рассмотреть на фоне более светлого неба. У ворот, и вовсе частично попадал в луч света падающего сквозь открытую калитку. Дистанция не больше полутораста метров до самого дальнего, для бесшумного карабина не проблема. Разумеется, при наличии прямых рук. Тимур особыми талантами не блистал, но стрелял хорошо. Так что, управится в любом случае.

Часовой у ворот дремал примостившись на лавке возле стены. Изредка проходившие подвыпившие товарищи его откровенно раздражали. Да ещё каждый из них с явной издёвкой высказывал ему своё сочувствие, вызывая ответный поток желчи и проклятий. Но обруганные находили это забавным, и проходили мимо оглашая ночь хохотом.

Нестеров избавился от всего лишнего, оставив при себе только пояс, с подсумками гранат, нож и пистолет с глушителем. Вот и всё, что он себе позволил, предпочитая действовать налегке.

Наконец проводил очередную парочку, выждал какое-то время, чтобы часовой вновь задремал. Всё же придётся пройти в непосредственной близости от него, а умение не всесильно. Оно ведь только помогает замаскироваться, но не делает невидимым.

Виктор выбрался из кювета на дорогу и открыто пошёл к распахнутой калитке. Ну как открыто, задействовав умение «Камуфляж» и «Лёгкая поступь» конечно же. Часовой так и продолжал находиться в полудрёме, не заметив прошедшего в двух шагах нарушителя. О двоих на стенах и говорить нечего, достаточно было придерживаться теней, чтобы не привлекать их внимания. Освещение двора было довольно скудным, четыре фонаря оставляли слишком много затенённых участков.

Подвал он нашёл довольно быстро. Одна проблема, вход был не один, а целых два и Нестеров понятия не имел, какой из них ему нужен. Если бы имелся часовой… Не надо часового. К чему такие излишества? Ничего страшного, проверит оба.

Спустился по ступням и подступился к двери. Большой амбарный замок проблем не представлял. С умениями «Механика», «Слесаря», «Токаря» и «Часовщика» поднятыми на четвёртую ступень он мог управиться с таким образцом шутя и с закрытыми глазами. Нестеров даже не стал ощупывать или изучать его визуально, а сразу сунул в скважину отмычку. Не прошло и полминуты, как механизм дважды сухо щёлкнул и дужка выскользнула из своего паза. Можно и быстрее управиться, но у него не такая уж и богатая практика.

Благодаря «Кошачьему зрению» в подсветке он не нуждался. Подвал оказался довольно обширным. А ещё, в нос сразу же ударил запах съестного, и в особенности копчёностей. Вдоль стены ящики и коробки с различными консервами, на стеллажах мешки с чем-то сыпучим. Словом, самый обыкновенные продовольственный склад. Нечего и думать о том, чтобы тут держали пленницу.

Наскоро оценив обстановку, Виктор подался обратно, не забыв запереть за собой замок. Едва управился, как пришлось присесть, так как во двор вошла троица подгулявших самосовцев. Остановившись посреди двора, они начали раскуривать сигары.

— Сеньоры офицеры гуляют, — произнёс один из них, кивнув в сторону светящегося окна на первом этаже.

Створки были закрыты, но даже сквозь них слышались приглушенные возбуждённые мужские голоса. Обычное в общем-то дело. Трактир в городке один, сидеть же в одном заведении с личным составом, идея не из лучших.

— А тебе-то что? Можно подумать, ты обижен, — хмыкнул второй. — Шлюхи в городке довольно хороши.

— Да надоели уже, хочется свеженького. Опять же, гринго, они другие.

— Ничего, натешатся командиры, а там и мы попробуем, — успокоил третий.

Пыхнул густым облаком табачного дыма, и хлопнув товарищей по плечам, придал им направление в сторону ворот на хозяйственную часть асьенды. Те безропотно подчинились, взяв курс на ожидающие их койки.

Слушая их Виктор заскрежетал зубами от злости. Слова самосовцев могли означать только одно, Рите сейчас приходится несладко. От осознания этого кровь ударила ему в голову, в висках запульсировало и появилось острое желание кого-нибудь порвать.

Едва двор опустел, как он двинулся по периметру, избегая открытых участков и придерживаясь теней. Вскоре он подобрался к нужному окну, и заглянул в окно, стараясь не приближаться слишком близко, чтобы его не заметили.

Нет, ну нормально, а!? Он тут весь свет порвать готов!.. А она!..

Рита восседала за столом с бокалом шампанского в руке, в компании четверых мужчин и двух девиц. При этом на её лице играла беззаботная улыбка, адресованная что-то там вещавшему офицеру.

К слову, один из них, лет сорока, в гражданском платье, двое в форме старорежимных офицеров нацгвардии Никарагуа. А вот третий, судя по внешности, янки и наверняка военный, пусть и одет в гражданское в военном стиле.

Виктору пришлось прождать ещё с полчаса, прежде чем они начали расходиться. И странное дело, господин в гражданском приказал слуге проводить Риту в её комнату на втором этаже. Вот так посмотришь и напрашивается вывод о том, что она сама ушла с самосовцами.

Нестеров проследил за окнами второго этажа, и обнаружил сразу два, в которых загорелся свет. Сдвинувшись к балкону утопающему в тени, он подпрыгнул, ухватившись за нижний край, и с лёгкостью подтянувшись забрался наверх. И тут в комнате загорелся свет, Нестеров поспешил отойти в сторону от застеклённой двери.

Вновь оказавшись в тени, поспешно нашёл взглядом часового на стене, который мог его обнаружить. Порядок. Этот оказался не меньшим разгильдяем, чем его товарищ у ворот. Разве только более изобретательным, так как спал стоя, привалившись к столбу навеса. Эдак сразу и не разберёшь, дрыхнет он, или бдит службу.

Осторожно заглянул в комнату. Нет, это не Рита. Офицер и одна из девиц поспешно сбрасывали с себя одежду, с недвусмысленными намерениями. Ну что же, пусть забавляются. И было бы неплохо, если они поведут себя как можно громче.

Перебрался через перила, примерился и оттолкнувшись перепрыгнул на соседний балкон. Четыре метра, не шутка, и до инициации ни о чём подобном не приходилось мечтать. Как впрочем и допрыгнуть до балкона второго этажа. А вот теперь в порядке вещей.

Перебравшись через перила, вновь глянул на часового. Тот стоял как и прежде, не меняя позу. Во дворе так же никого, что радовало особо. С другой стороны, два часа ночи, уж должны бы угомониться. Все подвыпившие, кто мог вернуться, вернулись, кто не добрался до казармы, уже и не появится до утра.

Вновь заглянул в комнату, и на этот раз, удачно. Рита не раздеваясь села на кровать, прижав колени к груди и обхватив их руками. При этом её потерянный взгляд был устремлён в какую-то ведомую только ей точку. От уверенности и лёгкости, выказываемой за столом, не осталось и следа. Она походила на загнанного в угол зверька.

От увиденного у Виктора отлегло от сердца. Он уже успел подумать чёрт знает о чём, а на деле… Нет, он пока без понятия, что вообще происходит, но уверен в том, что дурные мысли, поселившиеся у него в голове, не имеют под собой оснований.

С минуту Нестеров ещё понаблюдал за ней, и когда она наконец поднялась на ноги, собираясь раздеться, тихонько постучал в остеклённую дверь. Девушка испугалась и уставилась в его сторону. Виктор максимально приблизил своё лицо к стеклу, и она наконец сумела его узнать. Её удивление было настолько сильным, что она едва не вскрикнула, и поспешила зажать себе рот. Хорошая девочка.

— Витя, ты как тут? — едва открыв дверь, спросила она.

— Ты не поверишь, ножками, и всё по твоим следам.

— Ты один?

— Тимур за оградой страхует. И лучше бы нам убраться отсюда подобру-поздорову. Разумеется, если это входит в твои планы.

— О чём это ты?

— Видел тебя внизу за столом, и эта комната на камеру не похожа.

— А, ты об этом. В Коста-Рике, как и во всей Латинской Америке не хватает врачей, так что они рады и фельдшеру. И уж тем более имеющему достаточно большую практику. «Аптечки» это дорого и дефицитно, а фельдшер с его умениями, и проще, и дешевле. Мне сделали предложение, от которого я не смогла отказаться.

— И поселили вот так, свободно? А если сбежишь?

— Куда? Ты действительно считаешь, что у меня есть шанс добраться до границы?

— М-да. Сомнительно конечно.

— Я бы сказала, нереально.

— Только не в твоём случае. Потому что мы здесь.

— Витя, а что там с?.. — Начала было, и осеклась Рита.

— Терентьев и Маркова переродились. Тетку Исабель ранили, сумела продержаться до утра, и её спасли. Хуанита и Мия убиты.

— С-сволочи, — с прорвавшимся рыданием скорее простонала, чем произнесла она.

— Тихо, девочка. Тихо, — прижав к груди, погладил он её по спине.

Виктор решил дать ей немного поплакать. Слезы смывают боль, и облегчают душу. А досталось ей изрядно. Это как же нужно было взять себя в руки, чтобы изображать беззаботность и готовность к сотрудничеству, в то время когда нервы были напряжены до предела? Смог бы он сам так поступить? Вот уж сомнительно. Впрочем, ему проще, он привык драться, ей же пришлось выживать надеясь только на себя.

— Успокоилась? — когда она шмыгая носом, наконец отстранилась от него.

— Д-да.

— Вот и ладно. Тогда пора уходить, скоро рассвет.

— Я сейчас.

Девушка подошла к шкафу и открыв его, взяла свою одежду, которая была уже выстирана и выглажена. Виктор отвернулся, пока она избавлялась от предоставленного ей платья, и обряжалась в свою юбку-брюки, рубашку и ботинки с высокой шнуровкой. Признаться, данное обстоятельство его порадовало, так как её одежда была куда удобней и темно серого цвета, что хорошо, учитывая сложившуюся ситуацию.

— Витя, тут такое дело, — когда закончила переодеваться заговорила Рита. — Хозяин асьенды характерник. Он слил с меня весь избыток, и у него в сейфе на третьем этаже как минимум два «Накопителя» ёмкостью по восемьсот тысяч, и один из них под завязку. А ещё, не меньше двух десятков «Аптечек».

— И?

— Что, и? Они преступники и…

— Предлагаешь мне экспроприировать их? — перебил её он.

— Десять четверных «Аптечек», являются собственностью «товарищества никарагуанского канала» и пятьдесят тысяч опыта лично мои, — возмутилась она.

— Владелец асьенды гражданский. Не имеет значения, что он поддерживает самосовцев и причастен к нападениям на строителей. Плевать, что находящееся у него в сейфе имущество добытое незаконным путём. Он не объявлен легитимной целью. А потому любое посягательство на его имущество с моей стороны, является мародёрством, а на его жизнь, военным преступлением. Так что, мы сейчас тишком выберемся отсюда и уберёмся восвояси. Если нам повезёт, то без приключений выберемся отсюда.

— А если нет?

— Будем прорываться.

— А самосовцы, случайно не являются для тебя гражданскими лицами?

— Номинально, именно так и есть. Находясь здесь, я уже совершаю преступление. И не имею никакого желания усугублять ситуацию.

— Я тебя поняла. Что мне делать?

— Ты ведь формально не пленница?

— Формально, да.

— То есть, можешь спокойно выйти во двор, чтобы посидеть у фонтана и подышать воздухом.

— Могу.

— Ну так и иди.

— Но…

— Просто иди подышать воздухом, а я тебя там встречу, — кивнув в сторону двери на балкон, закончил он.

— Я поняла.

Глава 20. Бегство

Едва Рита погасила свет в спальне, как Виктор подошёл к окну и осмотрел двор. К сожалению, от «Кошачьего зрения» сейчас больше проблем, чем пользы. Даже редкие фонаря давали такой засвет, что о его использовании нечего было и думать.

Однако часового на стене он рассмотрел и тот оставался в прежней позе. Однозначно уже провалился в глубокий сон, просто научился спать стоя, как умел это делать и сам Нестеров. Причина вовсе не в умениях Эфира, а в практике, приобретённой в училище, когда каждую свободную минуту стараешься использовать для отдыха. Для него уснуть будучи на построении, не было чем-то сверхъестественным.

Часового у ворот и второго, на площадке, не видно. Но и они ведь не смогут его рассмотреть. Опять же, если уйти влево, то он останется в тени, что вкупе с «Камуфляжем» обеспечит гарантированную скрытность. Вот с Шапиной ему пока лучше держаться врозь.

Бесшумно открыл дверь и сместившись влево перелез через перила, после чего повис на руках. Оставшаяся высота не превышала полутора метров, так что спрыгнуть не составило труда, а при активации «Лёгкой поступи» так и вышло совершенно бесшумно.

Присев, извлёк из кобуры пистолет с глушителем, и закрепил на рукояти плечевой упор. После чего, оставаясь в тени продвинулся к складам, с подвалами и пристроившись в очередном тёмном углу, обождал появления Риты. Та не заставила себя долго ждать, и вскоре вышла из двери, направившись прогулочным шагом в сторону фонтана, где и присела на лавку, осмотревшись в поисках Виктора. Он убрал маскировку, и помахал рукой, привлекая её внимание. При этом сумев укрыться от обоих часовых на стене и площадке, оставаясь на освещённом участке.

Она заметила его, и показала это поправив причёску. Виктор глянул на площадку и приметив, что часовой отвернулся, сделал ей жест в направлении ворот. По поводу второго, на стене, пока беспокоиться не приходилось. Разумеется, если она не решит лишний раз нашуметь.

Он так же направился к калитке, но с куда большей скоростью, чтобы опередить Шапину и расчистить ей путь. Самосовца у ворот постоянно беспокоили снующие товарищи, а потому сон его был более чутким и он легко просыпался при любой возможности. Как и прежде он пристроился на лавке и дремал, откинув голову на стену.

Виктор приблизился к нему и протянув руки легонько надавил указательными пальцами на сонные артерии, в готовности обезвредить, если тот проснётся. Расчёт был на то, что после потери сознания, он достаточно быстро придёт в себя и спишет всё на сон. Чем позже обнаружится бегство Риты, тем дальше они смогут отдалиться от асьенды без приключений.

Вообще-то рискованно и именно поэтому он был готов при необходимости просто сломать ему шею. Но всё срослось как надо, Шапиной даже не пришлось останавливаться, она просто вышла из калитки, а Виктор поспешил присоединиться к ней.

Они уже приблизились к Ясеневу и были готовы скользнуть в придорожные кусты, когда из зарослей напротив и дальше метров на десять появилась троица самосовцев. То ли они сокращали путь, то ли двигались не из городка. Не суть важно.

— О! А это разве не сеньора фельдшер!? — воскликнул один из них.

Вроде и нет луны, только звёздное небо, но он всё же сумел заметить её и узнать. Скорее всего, обладал «Кошачьим зрением»

— А что она тут делает? — удивился второй.

— Сеньора, позвольте засвидетельствовать своё почтение, — вклинился третий.

Шум они подняли изрядный. Нестеров бросил взгляд назад. Часовой на стене отлип от своего столба и посмотрел в сторону компании на дороге. Дальше тянуть не имело смысла. Виктора они не заметили только благодаря тому, что он всё ещё использовал «Камуфляж», а всё их внимание сосредоточено на Рите.

Нестеров вскинул пистолет, уперев приклад в плечо, прицелился в первого, которого заподозрил в обладании «Кошачьим зрением», и потянул спусковой крючок.

Хлоп-п!

Первый мотнул головой и завалился на спину. Двое других оказались не робкого десятка и обращаться с оружием умели. Они одновременно дёрнули из кобур свои револьверы. Виктор подбил Рите ногу, роняя её на дорогу и сам рухнул на колено, одновременно с этим стреляя и отмечая, что в этот раз противник только ранен. Из кустов донёсся хлопок. Как и было условлено, Тимур отрабатывает по часовым на стенах. Одновременно с этим грохнул револьверный выстрел, а вдогонку в очередной раз хлопнул пистолет Нестерова. На этот раз наповал.

— Ч-черт! — выругался Виктор едва посмотрев на Риту.

Она неподвижно лежала на пыльной дороге, раскинув руки, а на серой рубашке расползалось тёмное пятно. Грохнул винтовочный выстрел со стены. Вновь хлопнул бесшумный карабин. Нестеров рванул из нагрудного кармана «Аптечку», откинул крышку, скинул предохранитель, приложил артефакт к её груди и активировал.

— О-о-о-ой, — бурно выдохнула она, от прокатившейся по её телу волны удовольствия.

— Потом будешь наслаждаться, — схватив её за руку и поднимая на ноги, произнёс он.

Ещё толком не пришедшую в себя Шапину он утянул с собой в кусты, где их уже поджидал Ясенев, с навьюченными на него амуницией и оружием Нестерова.

— Уходим, — коротко приказал Виктор, продолжая держать девушку за руку.

Радист в свою очередь ухватил её за другую. Вовсе не появление чувств, хотя по пробежавшей по нему дрожи этого и не скажешь. Это опять же установка командира, чтобы не потеряться ночью в зарослях. Он-то благодаря умению может двигаться быстро, обходя препятствия, а им придётся тыкаться как слепым котятам. А ещё есть шанс банально потеряться. Пусть ночь и звёздная, это мало чем помогает и уж тем более, в лесу.

За спиной между тем уже завывала сирена, поднимая самосовцев по тревоге, а значит вот-вот начнётся погоня. Рассчитывать на то, что там нет следопытов, попросту глупо и сейчас помочь беглецам может только скорость. За себя Виктор мог не переживать, чего не сказать о его спутниках.

За час бега, перемежаемого шагом, бесчисленным количеством спотыканий и одним лечением перелома голени у Риты, они наконец взобрались на лысую вершину холма. До кромки леса в среднем метров сто, скаты довольно крутые, так что не вдруг и заберёшься, не говоря уже о том, чтобы забежать.

— Командир, а мы разве не должны путать следы? — справляясь с одышкой, спросил Тимур.

Шапина только глубоко дышала, пытаясь прийти в себя. Недавно использованная на неё «Аптечка» полностью восстановила её ногу, но ничего не могла поделать с усталостью. А досталось ей изрядно. Юбка-брюки и кофта получили пару-тройку прорех. Похоже, при похищении ей пришлось пережить куда меньше, чем при спасении.

— Путая следы нам не уйти, — возразил Нестеров, изучая карту.

Ну что сказать, отдалились они не так чтобы и намного. Выкладываясь через не могу, они сумели преодолеть только шесть километров. Спасибо «Топографу», позволяющему с помощью карты определять своё местоположение. А ведь по ощущениями им удалось пройти куда больше. В принципе, так оно и есть, если учесть спуски, подъёмы и обходы препятствий, то минимум ещё один километр добавить можно. Но этого всё одно мало. Чертовски мало.

— И что тогда будем делать? — поинтересовался Ясенев.

— Вы с Ритой занимаете оборону здесь. На дурака к вам не подобраться, даже несмотря на ночь, а через час рассветёт, и самосовцам вовсе станет кисло. Правда, думаю, что они нагонят нас раньше. Мы за собой целую тропу оставили, по ней двигаться никакого труда не составит.

— Мы на этом холме как в ловушке, — не согласился Ясенев.

— Если все втроём тут сидеть будем, то оно конечно. Только я не для того такой след оставил, чтобы тут отсиживаться.

— А для чего же?

— Хвост буду рубить, — застёгивая на себе бандольеры, ответил Виктор и продолжил, — Рита, возьмёшь мой автомат, только выставь одиночный, очередями с непривычки ты вообще никуда не попадёшь.

— Я поняла.

— Вот и ладно. Постараемся взять их по-тихому. Тимур, вооружаешься бесшумным карабином. Если из леса кто-то появится, даже не один, не стреляй. Позволь им приблизиться до пятидесяти метров, но и тогда работаешь только ты. Рита, не высовываешься. Вообще. Даже не отсвечиваешь. У Тимура есть «Камуфляж» и его так просто не заметить. Тебя обнаружат сразу. В дело вступаешь если поднимется пальба. Вопросы?

Шапина отрицательно тряхнула головой. Нестеров глянул на Ясенева, тот пожал плечами, мол всё предельно ясно. Виктор осмотрел свой арсенал — в сдвоенном подсумке пара запасных магазинов к «Вепрю», сам пистолет с глушителем в кобуре, слева подсумки с гранатами и нож. Прикинул, и потребовал у Тимура и его клинок. Вот теперь готов.

Подхватил дробовик, проверил наличие патронов в трубчатом магазине и хлопнув Ясенева по плечу, по их же следам побежал обратно к лесу. Едва оказавшись под сенью листвы, сошёл с торного пути, на этот раз двигаясь совершенно иначе и стараясь не оставлять следов, для чего задействовал весь свой опыт и соответствующие умения.

Позицию Виктор занял чуть в стороне, укрывшись в зарослях папоротника. Оно и так-то получается хорошо, а уж вкупе с «Камуфляжем» и неподвижностью, так и подавно. Даже имеющий четвёртую ступень «Наблюдательности» и реальный опыт охотника, не сумеет его тут обнаружить. А вот он как раз наоборот.

Хуже нет, чем ждать и догонять. Но гораздо труднее сохранять при этом полную неподвижность. Бог весть, какими умениями будут обладать преследователи. А в том, что они непременно пойдут по следу, у Виктора не было и капли сомнений.

Уж у кого, у кого, а у самосовцев бойцы с нужными навыками просто обязаны быть. Ведь уже более полутора лет как они перешли к партизанским методам войны, и действовали достаточно активно. Нестеров прекрасно знал, насколько быстро нарабатываются нужные навыки и открываются соответствующие умения, при постоянном участии в боях или диверсиях.

Прошло полчаса, прежде чем появились преследователи. Шли небольшой цепью, так, чтобы не пропустить возможную засаду. У ближайшего из них, до которого было не больше двух метров, Виктор рассмотрел умение «Следопыт» и «Камуфляж» третьей ступени и «Наблюдательность» второй. Однако, несмотря на близость, тот его не заметил.

К слову, двигались они не так чтобы и медленно, хотя и не бежали. Грамотный подход, если погоня рассчитана вдолгую. С беглецами девушка без соответствующих умений и с довольно скромной физической подготовкой. До границы порядка тридцати километров и если выдерживать не очень быстрый, но постоянный темп, то нагонят непременно.

А ещё, у того, что шёл по тропе Нестеров приметил за спиной носимую радиостанцию. Получается, эта группа не столько преследователи, сколько загонщики. Их задача идти по следу, и сообщать о направлении движения беглецов, координируя действия облавы, которая выдвинется на грузовиках, чтобы перерезать пути отхода к границе.

Молодцы, что тут ещё сказать. Виктор именно так и поступил бы. Остаётся только понять сколько человек в группе преследования. Так-то, по его наблюдениям пятеро. Но это неточно, возможности для более детальной оценки попросту нет. У самосовцев достаточно сил чтобы отправить по следу и десяток бойцов. С другой стороны, с помощью «Следопыта» определить количество беглецов проще простого. Так что, есть надежда, что избыточное количество всё же не послали. Тем паче, если речь идёт даже не о захвате, а о координации действий основных сил.

Достигнув кромки леса преследователи замерли, не рискуя появляться на открытом месте. Какое-то время старший вглядывался в полоску примятой травы, тянущуюся прямиком к вершине, и наконец подозвал к себе двух бойцов.

— Бертран, обойдёшь холм слева, Алехандро, справа. Всё время осматривайте склоны, и если увидите следы, сразу дайте сигнал. Как сойдётесь, двойной. Всё понятно? — тихо отдал распоряжения старший.

— Ясно, — тихо ответили они.

— И не лезьте к ним. Наше дело просто их блокировать, доложить сеньору капитану и дождаться подкрепления. Может это и не их спецназ, но стрелять они точно умеют.

Виктор покинул своё укрытие и тихонько подкрался так, чтобы слышать разговоры. Поэтому, хотя они и говорили чуть не шёпотом, он расслышал о чём была речь. Далее старший отдал приказ ещё двоим бойцам, один из которых был радистом, рассредоточиться.

Предположения Виктора относительно численности преследователей оказались верными, и это радует. Как и то, что их Суть не впечатляла своими показателями, хотя умения и были подобраны грамотно, их нужно было развивать. О чём говорил и тот факт, что он всё ещё оставался незамеченным.

Теперь настала пора действовать. В смысле, обождать пока эта парочка не разойдётся по сторонам. Цифра три Виктору нравилась куда больше, чем пять. А с ними он и после разберётся, благо изучив их характеристики в своих силах не сомневался. Что там говорил Рома — зачем ему столько трудов вкладывать в «Характерника»? А вот за этим, друг ситный. Возможность правильно оценить противника это уже половина успеха…

Первым на очереди оказался старший, засевший за деревом и через бинокль всматривавшийся в вершину холма. Может и рассмотрел что-то, но это не важно. Главное, он сейчас сосредоточен на другом деле и это облегчает задачу по его ликвидации.

Нестеров тенью скользнул к самосовцу и прикрыв ему рот одновременно вогнал в почку нож, а потом ещё и провернул. Противник задохнулся криком, словно поражённый столбняком, после чего осел в руках Виктора, который аккуратно опустил его на землю. В тот момент когда перед его внутренним взором появилось сообщение об очередном убийстве, его «Камуфляж» накрыл и тело убитого, находящееся с ним в непосредственном контакте.

Все факторы вкупе позволили Нестерову остаться незамеченным и скользнуть теперь уже в сторону радиста. С этим разобраться по-тихому не получилось. Атаковать как первого оказалось невозможно, да и нужен он ему. Поэтому Виктор нанёс удар сверху вниз в надключичную впадину, провернул и выдернул нож с оттяжкой. Удар достаточно сложный в исполнении, но весьма эффективный, буквально парализующий противника, который умирает через пару минут от потери крови из-за повреждения артерии.

Всё же странный этот Эфир. По факту, ранен и умрёт далеко не сразу, но он учёл тот факт, что рана смертельная и засчитал убийство.

Как Виктор ни старался, но оставшийся самосовец его обнаружил и тут же попытался достать из Томпсона. Зря. Вот если бы просто палил, чтобы нашуметь, тогда совсем другое дело. У его товарищей ещё появился бы какой-то шанс. А так… Едва выдернув нож из тела радиста, Виктор метнул его в третьего преследователя. Клинок прошуршал между листьями и впился в тело противника.

Захрипев тот рухнул на колени, выронив автомат и схватившись за грудь, но Виктор и не подумал на этом останавливаться. Вот если бы Эфир счёл того убитым, то совсем другое дело. Нестеров рванул из кобуры пистолет, и хлопнул выстрел. С семи метров он закатал пулю точно в лоб.

Покончив с этим, поспешил к радисту и ничуть не заботясь о том, что причиняет ему страдания, в первую очередь затолкал ему в рот его же панаму. Потом перевернул на живот и всё так же жёстко связал руки и ноги. К моменту, когда он закончил с его упаковкой, тот был уже мёртв. Но это мелочи, когда у тебя в наличии имеется «Аптечка».

Едва ожив радист громко засопел, явно переживая волну удовольствия. Вот так оно всё кучеряво получается. Только что был готов сойти с ума от невыносимой боли, а теперь захлёбывается от наслаждения.

— Жить хочешь? — спросил его Виктор.

К слову, все они, и старший в том числе, не имели возрождений. Виктор всё ещё мог их поднять, времени прошло не так много. Но это в его планы не входило.

Пленник что-то промычал пытаясь ответить и энергично закивал.

— Вот и ладно. Тогда я сейчас выну кляп, а ты постарайся не шуметь. Понял?

Опять кивок. Виктор освободил его рот, будучи готовым вырубить его при малейшем поползновении на нарушение договорённости.

— Сколько вас было?

— Пятеро, — с готовностью ответил пленник.

— Какой сигнал должны подать Бертран и Алехандро?

— Один крик ночной птицы если обнаружат следы и двойной если не обнаружат и встретятся.

— Как должны ответить вы?

— Один крик птицы.

— Ты умеешь

— Да.

— Какое у вас задание?

— Идти по следу и по радио сообщать направление в котором вы пойдёте, а сеньор капитан позаботится о том, чтобы перекрыть путь к границе.

— Хорошо. Сидим, ждём.

Вскоре послышался двойной крик ночной птицы, и повинуясь знаку Виктора, пленник ответил своим товарищам. После чего Нестеров вновь затолкал ему в рот кляп и привязал к дереву. Оно бы Ясенева приставить, чтобы он присмотрел за ценным кадром. Но не хотелось бы терять время.

По большому счёту опасность сейчас представляет только эта парочка, с противоположной стороны холма. Что же до двух сотен самосовцев, то их теперь не составит труда отправить по ложному следу. Так что, возвращение если и не будет увеселительной прогулкой, то уж точно не представляет большой опасности.

Глава 21. Непредсказуемый

— Выходите, товарищ поручик, — отойдя от дверного проёма, произнёс конвойный.

И судя по его тону, Виктор уже не подследственный. Интересно, что успело произойти за ту неделю, что он сидит на гауптвахте в Эль Рудаль, где находится штаб ЧВК? Не сказать, что дознаватель особо злобствовал. Признаться, на фоне того, что правительство ДВР, «варяги» и «товарищество никарагуанского канала», в частности, старались не поддаваться на провокации, он ожидал куда более жёсткого подхода. Опять же, разговоры разговорами, но когда даже спецура в лице Питона крутила пальцем у виска, это ведь что-то да значит.

Однако, едва услышал тон, которым к нему обратился конвойный, отчего-то сразу решил, что гроза миновала и его пронесло. Мало того, появилась стойкая уверенность, что скоро он окажется за воротами и отправится принимать обратно свой взвод…

Как только в их руках оказался радист, выход к своим стал всего лишь вопросом времени. Виктору удалось убедить самосовцев, что беглецы оставили явственный след в сторону границы, после чего попытались его запутать и направились в другую сторону. Как результат оцепление сместилось к западу, а они благополучно миновали его восточней. При этом разминулись и с костариканскими пограничниками.

Пленного радиста они так же переправили через границу. Питон при виде этой глупости покрутил у виска. Виктор должен был закрыть с ним вопрос так, как всегда поступали с пленными на территории противника. А вместо этого притащил свидетеля, создав себе же головную боль.

Вот только иначе Нестеров поступить не мог. Когда добивал костариканского пограничника, в этом был практический смысл, тот мог поднять тревогу и не факт, что удалось бы вырвать Риту из плена. Здесь ничего подобного не было. Враг, на руках которого кровь и, скорее всего, его приговорят к смертной казни? Возможно. Но он был пленный и у Нестерова была возможность его вывести к своим…

Виктора вывели из здания гауптвахты и проведя по внутреннему двору комендатуры провели в крыло где располагались дознаватели. Привычный маршрут, которым он ходил уже несколько раз, но теперь не отпускало ощущение, что это уже в последний раз.

— Ну чего замерли, Виктор Антипович. Проходите, садитесь, — оторвавшись от бумаг, предложил майор Ворохов.

Вот значит как. Его почтил своим вниманием сам начальник особого отдела ЧВК. Нестеров переступил через порог и прикрыв за собой дверь, подошёл к рабочему столу

— Здравствуйте, — поднявшись, протянул руку особист.

— Здравствуйте, Всеволод Иванович, — ответил рукопожатием Виктор и опустился на стул.

— Ну и учудили же вы, Виктор Антипович, — покачал головой майор.

— Так уж вышло.

— А почему вы притащили того самосовца с собой. Ведь могли избавиться, отправить Маргариту Ивановну через речку, а сами переправились бы в другом месте. В результате всё можно было бы свести к самоволке с дисциплинарной ответственностью.

— Я мог вывести пленного, и я его вывел. Ясенев выполнял мои приказы. А что до ответственности, я рассудил так, что меньше взвода не дадут, дальше передовой не пошлют.

— Это может быть и арестантская рота, с лишением всех наград и звания.

— Сомнительно.

— С чего такие выводы?

— Договориться с костариканцами не получается, не сегодня завтра мы перейдём границу, чтобы отодвинуть её от реки Сан-Хуан. А иначе никакого смысла строить канал на спорной территории. И на этом фоне строгий приговор в отношении меня выглядел бы вопиющей несправедливостью. А что до карьеры, так тут у меня и без этого проблемы.

— Вчера этого самосовца расстреляли, — заметил Ворохов.

— Я не судья, — пожал плечами Виктор, ничуть не испытывая по этому поводу разочарования.

— Ладно, хватит пустых разговоров. Для всех, вы понесли дисциплинарную ответственность в виде штрафа в размере одного годового жалования. Но одновременно с этим, уже поползли слухи, что вы действовали не сами по себе, а выполняли задание особого отдела по спасению гражданки ДВР и сбору разведданных.

— О как! — Виктор не смог сдержать своего удивления.

— Это не лично моя инициатива, а приказ сверху.

— А штраф?

— А что штраф? Он будет удержан. Нестеров, что бы вы там себе ни напридумали, вам была прямая дорожка на каторгу, но повезло. А потому, примите совет, больше не нарывайтесь. Распишитесь в ознакомлении с постановлением о прекращении дознания за отсутствием состава преступления, и привлечения к дисциплинарной ответственности. Личные вещи и оружие получите у дежурного по комендатуре.

— А как же мой радист?

— Как вы правильно заметили, он выполнял ваши приказы. Его выпустили ещё четыре дня назад, — подвинув по столу документы Нестерова и предписание явиться по месту службы, ответил майор.

Дежурный без лишних разговоров выдал Виктору пакет, со всем его имуществом, изъятым при аресте. Двойная «Аптечка», «Кинитофон», поясной ремень с «Вепрем», полевую сумку, бумажник с деньгами, которые он заставил Виктора пересчитать.

— Товарищ поручик! — радостно рванул к нему Ясенев, едва он вышел за КПП.

— Ты как тут? — удивился Нестеров.

— Здравия желаю, — для начала вытянулся тот в струнку, кинув ладонь к панаме, и пояснил. — Позвонили из штаба, сообщили, что вас сегодня отпустят. Овечкин решил отправить транспорт за продовольствием, ну я и напросился.

— Здравия желаю, товарищ поручик, старший машины рядовой Весёлый, — доложился боец из второго отделения.

— Продукты уже получили?

— Никак нет. Не знали, когда именно вы выйдете.

— Тогда правь на продсклад.

— Есть.

Небольшой грузовик-амфибия, с крупнокалиберным пулемётом на турели тронулся с места, и покатил по улочкам заштатного городка. Центральная улица выстроена вроде как в колониальном стиле, но в то же время заметно, что здешние владельцы домов по большей части достатком не отличаются. Или всё же правильней будет сказать, не отличались, потому как то тут, то там на глаза попадались новостройки.

С другой стороны, уже на параллельной улице начинаются жалкие лачуги. По сути, именно они являют собой подавляющее большинство городской застройки. И даже столица Никарагуа, Манагуа, не является исключением. Бедно живут, чего уж там.

Все вооружённые силы по численности не превышают мотострелковую дивизию, да и те содержат из последних сил, с огромными дырами в бюджете. ДВР конечно помогает, но при этом подход такой, что русские предоставляют не «рыбу», а «удочку», обучая «рыбной ловле». Ну и о своей выгоде не забывают. Правда, она не сиюминутная, а на дальнюю перспективу, но это уже детали.

— Как Рита? — спросил Виктор.

— Стоматолог и акушерка решили покинуть Никарагуа. Получили полагающуюся компенсацию и убыли. Новых пока ещё нет, медсестёр нет, «Аптечек» нет. Зашиваются они с тёткой Исабель. Два дня назад случился очередной миномётный обстрел. Сразу из четырёх стволов работали. Удачно накрыли, ублюдки. Троих наглухо, двое на инвалидность, шестеро тяжёлые в госпиталь отправили, ну и четверых в палату при медпункте положили.

— Что наши?

— Никого даже не поцарапало, только парочке прилетело в броники.

— Понятно. С тобой как?

— Порядок, товарищ поручик. Допросили, подержали несколько дней, потом дали под зад коленом. Правда, оштрафовали на годовое жалование. При том, что слух пустили, мол, мы это по заданию особого отдела на ту сторону сунулись. Ну меня наши спрашивают, я отнекиваюсь, да только никто не верит. Хотя и слушок из штаба о штрафе то же пополз, это я уже подтверждаю.

А ведь похоже Нестерову опять повезло. Могло прилететь, и прилететь знатно. Но похоже это происшествие решили замотать и обвешать гроздьями противоречивых слухов. И чем больше противоречий, тем больше уверенность в том, что он не на дурака сунулся в Коста-Рику, а это была операция ДБР, которую маскируют под его самовольство. Да и чёрт с ним, ему как-то без разницы. На свободе, возвращается в свой взвод, вот и ладно.

Они уже выехали за пределы Эль Рудаль, когда их вызвал по радио старший унтер Овечкин.

— «Бук» пятьсот пять, ответь «Буку» пятьсот третьему.

— Пятьсот пятый, на связи, — ответил Весёлый.

— Пятьсот первый с вами?

— Пятьсот первый, на связи, — забрав у старшего машины микрофон, ответил Виктор.

— Пятьсот первый, вам приказано прибыть к четыреста первому.

— Принял тебя, пятьсот третий. Конец связи. Слышал? — Это уже к бойцу с занимательной фамилией Весёлый.

— Так точно, — ответил тот.

— Разворачиваемся.

Водитель притормозил и не дожидаясь дублирования команды начал выворачивать руль. А вскоре они уже катили обратно в сторону покинутого городка.

Расположение танкового батальона встретило их непривычной суетой. Оно никогда не походило на сонное царство, техника дело такое, что требует постоянного обслуживания, и работы с железом всегда было в избытке. Но когда народ бегает, да то и дело звучит забористый трёхэтажный мат, невольно начинаешь понимать, что это неспроста.

— Товарищ майор… — начал было докладывать Виктор, войдя в кабинет комбата.

— Вольно, поручик, — оборвал его Остроухов, указывая напротив себя.

Виктор начавший было протягивать руку для рукопожатия, одёрнул её в самом начале и опустился на стул. Вот как-то сомнительно, что комбат рад его видеть. Похоже того куда больше устроило бы разбирательство по всей строгости. А ведь Остроухов ни разу не отличается кровожадностью.

— Как всё разрешилось? — поинтересовался майор.

— Дисциплинарное взыскание и лишение одного годового жалования.

— Хм. Как-то мягонько с тобой. Сомнительно, чтобы они не знали о твоём материальном положении.

— Хотите добавить?

— Считаешь, что не заслужил?

— Со своевольством согласен, с остальным нет. Мы своих не бросаем.

— Ты сейчас для всех «варягов» герой. А потому тебя следовало бы приземлить как следует, чтобы другим неповадно было. И плевать, связан ты в особистами или нет. Как накласть и на то, что мне из-за тебя худого слова никто не сказал. Ты нарушил приказ, обманул и подставил своего непосредственного начальника. И вот этого я тебе не прощу, Виктор Антипович.

— Товарищ майор…

— Сейчас мне каждый боевой офицер на вес золота, — жёстко оборвал его комбат. — Но если ещё раз откинешь подобный фортель, отдам под трибунал. Это тебе ясно?

— Ясно, товарищ майор.

— И ещё. По окончании боевых действий я буду настаивать на твоём увольнении из рядов частной военной компании «Варяг».

— Но…

— Не интересно, товарищ поручик, — вновь оборвал его майор. — Теперь к нашим баранам. Самосовцы и костариканцы всё же добились того, чего так упорно выпрашивали. Конгресс Никарагуа проголосовал за начало боевых действий. По поступившим сведениям посол в Сан-Хосе вручит акт об объявлении войны уже завтра вечером. Послезавтра, на рассвете войска перейдут границу. У тебя сутки, на то, чтобы подготовиться и выступить. Твоя задача, силами сводного взвода выдвинуться в направлении асьенды Ла Эстер, в кратчайшие сроки захватить её и удерживать до подхода основных сил. Вопросы?

— Никак нет.

— Тогда, выполняй.

— Есть, — поднявшись со стула, отдал честь Виктор.

А что ему ещё оставалось? Как ни крути, но комбат прав. Никакой командир не пожелает иметь в своём подчинении мину замедленного действия, да ещё и со сломанным взрывателем, который может сработать в самый непредсказуемый момент. А значит, просто перевестись в другое место может и не получиться.

Сейчас не ко времени, но возможно впоследствии можно будет обратиться с личной просьбой к полковнику Аршинову. Может же он, как начальник ЧВК выделить отдельное подразделение, напрямую подчиняющееся ему, как в своё время сделал Григорьев.

Едва подумал об этом, как настроение тут же улучшилось. Слова комбата, это только слова. Нестеров не просто так погулять вышел, он орденоносец, обладает бесспорным боевым опытом. Сам Остроухов, при всём желании избавиться от него, не может этого отрицать и собирается подать рапорт по окончании боевых действий.

Что же до асьенды. Там конечно две сотни бойцов, против неполной полусотни в его сводном взводе. Но на стороне «варягов» будет внезапность и огневая мощь. Главное не позволить противнику задействовать их миномёты и тогда численное превосходство будет практически сведено на нет. Жаль в его распоряжении нет «мабут», вот уж когда у самосовцев вообще не было бы шансов.

Но эти машины как-то сошли со сцены и теперь не используются даже в Китае, где «витязи» достаточно активно участвуют в боях по объединению страны под властью гоминьдана. Как-то сомнительно, что причина в их неэффективности, Виктор успел убедиться как раз в обратном. Да и в Виноградовске продолжают тестировать эти машины, выжимая из них весь максимум, на какой они только способны.

— Ну что, товарищ поручик, сильно прилетело? — поинтересовался Тимур, когда Виктор вышел из здания штаба танкового батальона.

— Ясенев, ты кажется что-то стал путать, после нашей прогулки на тот берег. Решил, что мы стали приятелями?

— Никак нет, — тут же вытянулся в струнку радист.

— По прибытии в расположение доложи старшему унтер-офицеру Овечкину об объявлении мною тебе одного наряда вне очереди.

— Есть один наряд вне очереди.

— Вот теперь поехали.

* * *

— Разрешите, Антон Сергеевич?

Генерал-лейтенант Кудинов замер на пороге рабочего кабинета президента, придерживая открытую дверь.

— Проходи, Тарас Андреевич, чего застыл болванчиком, — откладывая папку с документами, добродушно разрешил Песчанин. — Вот что у тебя за привычка, каждый раз спрашивать разрешения, когда секретарь уже сказал проходить.

Хозяин кабинета поднялся из-за рабочего стола и сделав пару шагов навстречу вошедшему обменялся с ним рукопожатием.

— А разве когда-то было иначе, Антон Сергеевич? — вздёрнул бровь начальник ДБР республики.

— Не было, но с годами разве мы не стали ещё ближе?

— Так мы ведь не на даче, за рюмкой чая, а на службе.

— Вот чем ты мне всегда нравился, так это тем, что умеешь отделять службу и дружбу. Ладно, докладывай.

— Операция «Тропики» входит в свою активную стадию. Уже завтра на рассвете два пехотных полка и танковый батальон никарагуанской армии и сводный полк ЧВК «Варяг» перейдут границу. Серьёзного противодействия со стороны Коста-Рики не ожидается. Предполагается, что за двое суток, войска продвинутся вглубь территории на сотню километров, после чего остановятся, перейдут к обороне и костариканцам будут предложены переговоры.

— Которые отклонят данную инициативу и начнут спешную мобилизацию, дабы вышвырнуть врага со своей земли, — продолжил Песчанин.

— Предполагаю, что костариканцы всё же пойдут на диалог, — не согласился с ним Кудинов. — Они захотят выиграть время, чтобы прийти в себя. И именно это им посоветуют их американские советники.

— Согласен. Но уверен, что Аршинов справится с силовой фазой операции.

— К сожалению, тут многое зависит от генерала Сандино. А он, как известно, хороший оратор и пропагандист, но плохой военачальник. Правда, признавать этого не желает и активно вставляет палки в колёса Глебу Даниловичу, который именно ему и обязан всеми своими неудачами в ходе боевых действий.

— Мы не можем задвигать местные кадры. Только учитывать данный фактор. Кстати, на этот случай у нас всё готово?

— Три мотострелковых и два авиационных полка, а так же танковый батальон уже практически подготовлены к переброске, в их составе только сверхсрочнослужащие. Остаётся только аннулировать одни договора, подписать другие, да переодеть в новую форму.

— Отличная работа, Тарас Андреевич. Что там с Нестеровым?

— Как вы и приказали, дело замяли с минимальным ущербом для него. Антон Сергеевич, не много ли внимания этому поручику? Он конечно хороший боец, но никудышный солдат, слишком уж непредсказуем.

— Помнится был во Владивостоке молодой и пронырливый гопник, — с хитринкой посмотрев на генерал-лейтенанта, произнёс Песчанин.

— Кх-гхм, — прокашлялся Кудинов.

— А сегодня он в чинах и едва ли не второе лицо ДВР.

— Скорее правая рука первого лица, — без ложной скромности, поправил тот.

— Пусть так. Я может во многих областях и профан, но всегда умел разбираться в людях, Тарас Андреевич. Это парень не одарённый и не отмеченный Эфиром, но обладает несомненным талантом подмечать очевидные вещи, на которые другие не обращают внимания. Взять меня. Я одарённый механик, и в той, прошлой жизни, знал о лопатах для самоокапывания танков, но напрочь позабыл об этом, а он приметил и применил. А генератор дымзавесы, ведь я о нем слышал, а при моих талантах сложить два и два, проще простого, но как-то и не вспомнил об этом.

— Просто было не до того, других забот хватало.

— Согласен, мне не объять необъятное, потому и стараюсь окружить себя соответствующими кадрами, которые сумеют снять с меня лишнюю нагрузку. От него на свободе пользы будет куда больше, чем на каторге.

— По моим сведениям, по окончании боевых действий комбат собирается писать рапорт о списании его вчистую.

— Значит спишем на гражданку, — пожав плечами, легко согласился президент и продолжил. — Как идут испытания «Рапиры»?

— Своим чередом, Антон Сергеевич. Используем для подрыва скальных пород на углублении фарватера реки Сан-Хуан. Так маскировать куда проще, не нужно устраивать авианалётов, а у нас нарабатывается опыт. Есть предложение влить в корректировщика дополнительный опыт, по выводам профессора Дубкова, это должно будет оказать влияние на точность определения координат и сократит радиус разброса. Сейчас он составляет порядка четырнадцати метров. Для точечных ударов это всё ещё слишком много.

— О каком количестве опыта идёт речь?

— Ему нужно шестьдесят пять миллиардов пятьсот тридцать шесть миллионов.

— Вот значит как, — хмыкнул Песчанин. — А я уже подумал. Что наметился какой-то прорыв или появилось новое умение. На деле же Клим Юрьевич решил проверить теорию относительно возможности достижения пятой ступени. И, скорее всего, вкладывать опыт собирается порционно, в надежде на то, что прогрессия изменится в сторону уменьшения.

— Именно так.

— В результате мы получим сокращение радиуса разброса до двенадцати с половиной метров. Не так чтобы и много, хотя и немало. Но не думаю, что мы можем себе позволить столь огромные затраты на исследования. Придётся компенсировать точность «Рапиры» путём увеличения наносимых ударов. Это всё?

— Да.

— Тогда по чашке чаю с выпечкой? Что-то я заработался.

— Не откажусь.

Глава 22. Штурм асьенды

— Восемнадцать ноль пять, — взглянув на наручные часы, произнёс Виктор.

— Уверены, товарищ поручик? — с сомнением произнёс Овечкин.

— Более чем. У костариканских пограничников уже проблемы со связью. Мы, по ходу движения немного добавим и упадём самосовцам как снег на голову. Если даже выйдем на рассвете, то они уже будут знать об объявлении войны и скорее всего готовы к нападению. Не мне тебе объяснять, как они смогут укрепиться к утру. У них за плечами боевой опыт и окопы рыть они умеют.

— Я не об этом, — покачав головой, возразил старший унтер.

— Дед, мне хуже уже не будет. Если не завтра, то по окончании боевых действий меня спишут на гражданку.

— Нам нужно будет продержаться на асьенде почти сутки.

— Если успеем, то у нас будет достаточно «Аптечек», чтобы максимально минимизировать потери. Всё, теряем время. По машинам! — повысив голос, отдал он команду.

— Нестеров, что это значит? — подбежал к нему особист Смеянов.

— Поздорову ли, Андрей Степанович? — обернулся к нему Виктор, уже запрыгнувший на броню «бардака».

— Вы куда собрались? — требовательным тоном, поинтересовался поручик.

— Туда, — кивнул Нестеров в сторону противоположного берега реки.

— Согласно плана…

— Война уже объявлена, — подняв руку, оборвал его Виктор, — мне поставлена боевая задача, а уж как я её выполню моя головная боль. Занимайтесь своими вопросами, товарищ поручик. Миша, трогай, — хватаясь за скобу на башне, приказал Нестеров.

БРДМ рыкнул двигателем, плавно подкатил к обрезу воды и погнав перед собой волну, уверенно въехал в речной поток, увлекая за собой прицеп плоскодонку, нагруженный амуницией. Следом за ним потянулись грузовики-амфибии, с личным составом и такими же плавающими прицепами. Им предстоит действовать в отрыве от основных сил, а потому Нестеров постарался унести с собой по максимуму.

Впрочем, относилось это не только к амуниции и боеприпасам. После комбата он навестил полковника Аршинова и тот не обрадовал его. С человеческой точки зрения, Глеб Данилович отнёсся к его поступку с пониманием и одобрением. Но как военный осуждал подобный подход и честно сказал, что если поступит рапорт от майора Остроухова, поддержит его.

Признаться, поначалу Виктор обиделся. Но переспав это понял, что отец друга прав. Вместо того, чтобы быть опорой для него, Нестеров явился проблемой и головной болью. Ну и такой момент, что сам бы он подобного поведения от подчинённых не потерпел бы. Добавить сюда его дуэль и картина становится ещё менее радостной. Так что, всё закономерно.

Однако, в его планы не входило уходить поджав хвост. Коль скоро всё так сложилось, то отчего бы и не прихватить немного трофеев. Тем более, если это не идёт в разрез с основной боевой задачей. Асьенда Ла Эстер, теперь являлась военным объектом, а значит, он имел законное право наложить руку на сейф в кабинете хозяина.

Однако имеется парочка немаловажных нюансов. Во-первых, как уже говорилось, самосовцы вполне могли организовать оборону и тогда выковырять их будет достаточно сложно. А во-вторых, узнав о начале боевых действий хозяин попросту мог убраться от греха подальше, прихватив с собой все артефакты. Вот уж чего не хотелось, так это терять такой куш.

Что же до увольнения… С одной стороны, с ним просто расторгнут контракт, ни о какой отставке с позором не могло идти речи. По департаменту безопасности, он выполнял приказ, а потому и здесь никакого негатива. С другой, он и так намеревался взять перерыв в службе, чтобы заняться академическим образованием, благо первый этап уже позади и пора двигаться дальше.

А танки… В ДВР нет закона, запрещающего наёмничество или участие в боевых действиях на территории других стран в качестве добровольца. Так что, если так уж сильно начнёт зудеть, то он всегда может найти применение своим знаниям и навыкам. Хоть в том же Китае…

Переправа прошла без сложностей. Они выехали на противоположный берег, после чего «бардак» двинулся прямо через лес, подминая подлесок и деревья. Последние могли стать проблемой для грузовиков, но не являлись препятствием для многотонной машины. За БРДМ оставалась едва ли не просека.

Вскоре они вышли на просёлок, а там двинулись в направлении шоссе. На перекрёстке на их пути оказался блок пост пограничников, которые даже не стали пытаться их остановить, а просто бросились врассыпную. Оно и понятно, куда им тягаться с колёсным танком, возглавляющим колонну, численность которой из-за шлейфа пыли установить не представлялось возможным.

Пока катили по дорогам, «бардак» то и дело валил телеграфные столбы, благо для этого практически не нужно сбавлять скорость. Разве только отвернуть, прихватив обочину, и разнести пару-тройку столбов в щепки.

На подъезде к цели взвод разделился. Три отделения, под командой старшего унтера Овечкина, свернули на просёлок, чтобы обойти асьенду со стороны хозяйственного двора и атаковать непосредственно казармы. «Бардак» и грузовик с миномётчиками покатили в сторону холма, с которого Виктор вёл наблюдение в прошлый раз. Не сказать, что туда вела дорога, но плантация сахарного тростника и голый склон, с редкими кустами были вполне проходимы для внедорожников.

Миномётчики остановились у подножья холма, едва выехав из зарослей, присмотрев более или менее ровную площадку. Там же бросили и прицеп который тянул БРДМ. Нечего тащить его на позицию.

Командир расчёта забрался на броню и покатил на вершину, чтобы корректировать огонь. Имелась у них на этот случай носимая радиостанция. Тринадцать кило не пушинка, но куда компактней и легче стационарной. Правда, если в случае экипажа Виктора это была отсебятина, то тут связь полагалась по штату.

Выехали прикрываясь кустарником, хотя ни о какой скрытности говорить и не приходилось. Мотор ревел так, что в вечернем воздухе этот звук разносился далеко окрест. Но с другой стороны, слышать-то они слышат, и направление вроде как угадывается, но визуально всё же не обнаружили.

Корректировщик соскочил ещё до полной остановки и поспешил на вершину, на ходу разворачивая кусок маскировочной сетки. Оно бы дать ему время, чтобы он успел сориентироваться на местности, установить связь и передать данные для стрельбы. Но у Нестерова были свои планы на эту асьенду. Тем более на фоне того, что во дворе наблюдается явное оживление.

— Игорь, осколочный, — скомандовал он, наводя орудие на знакомое окно третьего этажа жилого дома.

Главное конечно выбить самосовцев, занять асьенду и удерживать её до подхода основных сил. Но лично для него не менее важно захватить артефакты. Своя рубашка, она как известно всегда ближе к телу, и коль скоро это не противоречит долгу, то отчего бы и не воспользоваться случаем.

— В стволе, — чуть погодя доложил заряжающий.

— Выстрел!

Орудие грохнуло посылая снаряд, который через пару секунд влетел точно в раскрытое окно и рванул внутри. Из обоих окон кабинета выметнуло дым, пыль, осколки стекла, кирпичную крошку и деревянную щепу. В воздухе закружилась сорванная с петель створка.

Получено 87 опыта к умению «Пушка-4» — 19594.

Получено 43 опыта к умению «Командир танка-4» — 46596.

Получено 43 опыта к умению «Наводчик-4» — 19447.

Получено 4 опыта к умению «Наставник-4» — 1779.

Получено 87 опыта — 558218/4096000.

Получено 4 свободного опыта — 36376.

Повредить сейф и его содержимое Виктор не боялся, тут потребуется всадить прямой наводкой. Осколкам же до его содержимого нипочём не добраться. Если только дверь не окажется открытой. Но тут уж приходится рисковать. И судя по сообщению Эфира, там кого-то убило, а может и двоих, ну или, как вариант, четверых ранило. Не суть важно. Главное, что возможно кто-то пытался забрать артефакты. Вот уж чего бы не хотелось.

Во дворе на смену суете пришла… Вообще-то сомнительно, что паника, но народ забегал куда резвее. Кто-то отдавал команды, размахивая руками как ветряная мельница. Ускорились и бойцы на хозяйственном дворе, два грузовика тронулись с места, выкатываясь со стоянки. С десяток человек подбежали к навесу, под которым расположились миномёты. Но пока всё это больше походит на бестолковое метание.

— Осколочный, — скомандовал Нестеров.

— Есть осколочный, — отозвался Туников, и чуть погодя, — В стволе.

— Выстрел!

Снова грохнуло и снаряд ушуршал к цели, вновь выметнув из окна смешанное облако. Но на этот раз никто не пострадал и Эфир оказался нем к этой точной стрельбе.

— Осколочный.

— Есть осколочный.

Жадность, порождает бедность и мешает выполнению боевой задачи. Что ни коим образом не входило в планы Виктора. Поэтому он быстро отработал маховиками горизонтальной и вертикальной наводки, благо доворот нужен небольшой, и взял под прицел хоздвор.

Миномётчики уже вынесли из под навеса два миномёта и устанавливали на открытом месте. Кто будет корректировать их стрельбу, и будет ли вообще, пока непонятно, но сомнительно, чтобы они действовали вслепую. Однако, их использование в планы Виктора не входило. Можно конечно разом поставить точку, вогнав осколочный в штабеля ящиков с минами. К слову, в этом случае получится такой бадабум, что на орехи достанется очень многим.

Но миномёты могут ещё понадобиться его взводу, во время обороны асьенды. У Виктора же есть возможность лишить противника возможности использовать их. Так отчего бы тогда именно так и не поступить.

— Выстрел!

Снаряд лёг точно между двумя расчётами, взметнув облако пыли, укрывшее от взора результат попадания. Судя по сообщению Эфира, досталось там многим, но визуально пока ничего не рассмотреть.

— Шрапнель, взрыватель две секунды.

— Есть шрапнель, взрыватель две секунды.

К моменту перезарядки, пыль рассеялась. Оба миномёта опрокинуло, троих бойцов корчит от ран, остальные замерли в неподвижности, кто-то убит кто-то старается не отсвечивать. По двору мечутся самосовцы, одни в панике, другие в поисках укрытия. Есть и пытающиеся навести порядок, во все больше набирающем обороты бедламе.

Именно в этот момент над двором вспух барашек разрыва шрапнели и в толпу устремился рой картечи. Народ скучился на довольно небольшом пятачке, поэтому и результат оказался впечатляющим. Из того, что видел Виктор, и судя по сообщению Эфира, не меньше полутора десятков убитых и раненых.

И в этот момент во дворе рванула первая мина. За ней вторая, третья… Разрывы шли один за другим, в разных частях двора. Всё же Андреев хороший корректировщик и выучка у его миномётного расчёта что надо. Кладут настолько кучно, что за пределы ограды не упала ни одна мина.

— Пятьсот первый, ответь пятьсот третьему, — послышался в головных телефонах голос старшего унтера Овечкина.

— Пятьсот первый на связи, — ответил Виктор.

— Мы на позиции, — доложил замкомвзвода.

— Открывайте огонь с дальней дистанции. Пока не атакуйте. Нам нужно их не перебить, а прогнать.

— Выполняю. Пятьсот третий, конец связи.

— Пятьсот первый конец связи.

Отдавая распоряжение, Виктор одновременно развернул башню, вновь наводясь на жилой дом. Стоит подстраховаться, чтобы артефакты не умыкнули из под самого носа. Поэтому очередной снаряд вновь прилетел в окно рабочего кабинета. Правда, и на этот раз никто не пострадал.

— Осколочный.

— Есть осколочный. Командир, ты эдак разрушишь дом, — предположил Туников.

— Семьдесят шесть миллиметров не тот калибр, чтобы сложить такое здание, — возразил Нестеров.

— Ну тогда подожжёшь. В стволе.

— Пожар меня вполне устроит, — наводясь на двор, чтобы подсыпать перца находящимся там, ответил Виктор. — Выстрел!

Весь двор не рассмотреть из-за высокого забора, но от дома до центра с фонтаном вполне просматривается. Оно конечно, можно фугасом и прямо через забор, но с одной стороны, не хотелось его рушить, так как ещё пригодится, а с другой, никакого желания палить вслепую. А вот так, когда рвануло на брусчатке, и досталось четверым, возившимся у легкового авто, совсем другое дело.

Одновременно с этим задудукали крупнокалиберные пулемёты с опушки леса, вторя им загрохотали единые и затрещали винтовки. Плотность огня получилась достаточно высокой. И с результативностью не всё так грустно. Пули калибра двенадцать и семь десятых миллиметра прошивали относительно тонкие стены бараков насквозь и в них ещё хватало энергии чтобы поразить человека. Хотя при этом конечно части тела уже не оторвёт.

Ещё минуты три такого обстрела, и большинство самосовцев попросту разбежались. А может и все. Во всяком случае, в бега подались многие, а на виду из живых оставались только раненые. Из грузовиков, осталось только три, с явными повреждениями. Остальные покинули асьенду, увозя в своих кузовах счастливчиков, успевших в них забраться.

Отличная возможность уменьшить число врагов, но Виктор счёл это лишним. Его основная задача захватить асьенду и удерживать её до подхода основных сил. И он не собирался об этом забывать. А что до сбежавших, их срок ещё придёт. Не стоит пытаться объять необъятное.

— Пятьсот седьмой, пятьсот первому.

— Пятьсот седьмой на связи, — отозвался командир миномётчиков.

— Прекратить обстрел, приготовиться к выдвижению.

— Принял, выполняю. Пятьсот седьмой, конец связи.

— Пятьсот первый, конец связи. Пятьсот третий, пятьсот первому.

— Пятьсот третий на связи.

— Выдвигайся к асьенде. Только поаккуратнее, я прикрою.

— Принял. Пятьсот третий, конец связи.

— Пятьсот первый, конец связи.

Виктор приник к командирскому перископу, осматривая хозяйственный двор. Он вывернув приближение на максимум и задействовал «Наблюдательность». Но как ни всматривался, никого так и не заметил. А вскоре взвод уже достиг ограды из жердей, преодолел её и вошёл на территорию асьенды.

Раненых не добивали, а страхуя друг друга, вязали концами верёвок, после чего наскоро накладывали повязки. Это приказ Виктора, по возможности брать пленных. Он помнил о том, что из пятерых преследователей возрождений не имел никто, в то время как у пленного вполне себе наличествовал неслабый избыток, который в результате прошёл мимо Нестерова.

— Пятьсот первый, пятьсот третьему, — наконец вновь вызвал Овечкин.

— Пятьсот первый на связи.

— Асьенду зачистили. Двадцать два пенных, все ранены. Четверо при смерти.

— Какие потери?

— Убитых и раненых нет. Никого даже не поцарапало.

— Принял тебя. Выдвигаемся к асьенде. Пятьсот первый, конец связи.

— Пятьсот третий, конец связи.

С учётом того, что двигались прямиком через плантацию сахарного тростника, до места добрались довольно быстро. Но как бы мало это не отняло времени, к этому моменту бойцы взвода уже были за оградой и вооружившись лопатами с матерком приступили к рытью окопов.

Ничего удивительного, учитывая то обстоятельство, что система обороны была продумана заранее, как и обозначены позиции, которые следовало занять отделениям. Так что, каждый боец точно знал, что и где ему нужно делать.

«Бардак» вкатился во двор и остановился возле фонтана, у посечённого осколками легкового автомобиля. Определённой позиции у него не было, так как зарывать машину в землю не имело смысла, ввиду отсутствия у противника сколь-нибудь эффективных противотанковых средств. Поэтому БРДМ должен был использоваться как подвижная огневая точка.

Вот миномёт, совсем другое дело. Грузовик с его расчётом проследовал сразу на хоздвор, где бойцам предстояло вырыть окоп и обустроить стационарную позицию.

Виктор покинул машину, прихватив с собой сумку с артефактами. И направился к подвалу, в котором ещё недавно намеревался обнаружить Риту. Сейчас там квартировали раненые самосовцы. Тесновато, конечно, но тут уж ничего не поделаешь. С другой стороны, их тут и стопятидесятимиллиметровая гаубица не достанет.

Бойцы Виктора оказали раненым первую помощь, на чём свою миссию сочли выполненной. Был бы штатный медик, он занимался бы ими вплотную, но его во взводе нет. Тратить же на них заряды «Аптечек» Нестеров и не подумает.

Не испытывая и тени угрызений совести, Виктор вооружился артефактами и приступил к снятию у пленных опыта. И в этот раз обошлось без каких либо эксцессов, никто из них даже не попытался умыкнуть его, чтобы не достался врагу. К слову, все находившиеся при смерти имели возможность возрождения, как и ещё трое из раненых не так тяжело.

К его удивлению, трофейного опыта оказалось не так много, как ожидалось. Всего-то четыреста сорок тысяч восемьсот восемьдесят два. Половина которого принадлежит личному составу взвода. Так уж у него повелось.

Когда покинул подвал с пленными, направился на хозяйственный двор, куда снесли всех убитых самосовцев, не забыв приставить к ним часового. Однако, предосторожность оказалась излишней. Ни у одного из двадцати восьми погибших возрождения не обнаружились. Хоронить пока попросту некогда, поэтому Виктор приказал снять караул, а с телами разберутся после.

Покончив с этим Нестеров направился к дому. Пусть и стрелял он только в одну комнату, тем не менее досталось ему неслабо. Потрескавшаяся и отвалившаяся штукатурка, валяющиеся на полу картины, битая посуда и опрокинутая мебель. Впрочем, возможно основной бедлам это результат действия штурмовой группы.

Третьему этажу досталось куда серьёзней. Три снаряда прилетевших в одно место по определению не могут быть мелочью. Хотя и стрелял он осколочными, тем не менее в толстой несущей стене наблюдается два пролома. Как результат, осколки кирпича раскурочили весь коридор.

Одна из створок в кабинет оказалась распахнутой, вторая сорвана с петель. Внутри все иссечено осколками, толстый слой пыли и на мебели нет живого места. Обнаружился и результат третьего попадания, им оказалась глубокая выемка в кирпичной кладке, но стена всё же выстояла перед напором взрыва.

Странное дело, но в кабинете нет никаких тел. Ни среди убитых, ни среди раненых хозяин не обнаружился. Получается, либо сбежал, наплевав на артефакты, либо его тело унесли слуги, которых Виктор так же не наблюдал.

Сейф стоит на своём законном месте в углу, покрытый толстым слоем пыли, иссечённый осколками. Если кирпич лишь поцарапал краску, то осколки снарядов пробили сталь, а местами оставили глубокие борозды. Виктор даже подумал о возможном повреждении запорного механизма.

Несмотря на общую картину, выглядит он монументально и неприступно. Метр восемьдесят в высоту и семьдесят сантиметров в ширину, кодовый замок, под которым скважина для ключа и штурвал, для выведения из зацепления запорных штырей.

Впрочем, его неприступность зависит от того, кто возьмётся за его вскрытие. Иным медвежатникам понадобится гора инструментов, гораздо меньше тех кому достаточно иметь только стетоскоп. Однако, сегодня на помощь ворам пришёл Эфир. Человеку с хорошо развитыми умениями справиться с этой задачей куда проще. Правда, как и во всём, тут многое зависит от базовой подготовки.

У Виктора не просто четвёртая ступень «Слесаря», «Механика» и «Часовщика», он имеет ещё и развитую интуицию. Как выразился профессор Дубков, весьма полезное сочетание. Да и последний год Нестеров провёл не в праздности, а хорошо поднаторел в теории артефакторики, напрямую связанную с механикой вообще.

По мнению Клима Юрьевича, Эфир подложил производителям сейфов хорошую такую свинью. Каждый характерник, потенциальный медвежатник. И рост их числа в преступной среде удаётся пока сдерживать строгим учётом подобных специалистов. Но проблема с каждым годом становится всё острее. В этой связи в многих странах ведётся разработка артефактов способных противостоять взломщикам новой волны. Однако, пока безрезультатно, зато стремительно развиваются различные системы сигнализации…

Виктор подступился к кодовому замку, предварительно оттерев метал вокруг него от пыли. Пальцы левой руки приложил к кольцу с риской, правой взялся за лимб и начал его медленно вращать против часовой стрелки. Обычно начало кодировки замка делают именно в эту сторону. Вращать приходилось медленно, по одному делению, которых было всего сто.

С первой цифрой повезло, он почувствовал нечто неуловимое когда риска находилась на отметке сорок один. Провернул четыре раза, зафиксировал и начал вращать в обратную сторону, с всё той же черепашьей скоростью.

В общей сложности он провозился около получаса. Причём никакой уверенности получилось ли у него что-либо, или всё впустую. Покончив с набором кода вооружился отмычкой и вскоре послышался лёгкий щелчок. Есть! Попробовал провернуть маховик и тот провернулся. Несколько оборотов и дверь отворилась с лёгкостью, без единого скрипа.

— Ого. Э-то я удачно зашёл, — удовлетворённо произнёс Нестеров.

На верхней полке стояли три «Накопителя» ёмкостью по восемьсот тысяч. Два заполнены под завязку, а последний на две трети. Плюсом к этому «Переводчик» и «Передатчик», но как и ожидалось, с персональной привязкой. Впрочем, это не беда. Её ведь и снять можно. Достаточно попасть в Манагуа, к знакомому профессору.

На первой полке две дюжины «Аптечек». Быстро перебрав их он удовлетворённо отметил, что все они без привязок. И половина из захваченых при нападении на медпункт их строительного участка. Иными словами, заряжены не все. Но всё равно, важность столь ценного приобретения переоценить сложно.

У Виктора и мысли не возникло вернуть их «товариществу никарагуанского канала». Вот покончат с войной, тогда можно будет и продать. К слову, по цене значительно выше, чем примут тыловики ЧВК. Удачно всё получилось, чего уж там. А выговор начальства…

Да не станет он дожидаться когда его попрут. И доказывать никому ничего не будет. Вот закончат здесь и сам напишет рапорт. Ему до сдачи магистерского экзамена года два корпеть над книгами. Побудет это время на гражданке. А там, глядишь со временем подзабудется всё, утрясётся и появится возможность вернуться в строй.

Глава 23. Мечты сбываются

— Миша, права тридцать, — отдал Виктор команду.

За грохотом подвески и железа выстрела они не услышали, что в общем-то и не удивительно, учитывая калибр. Зато звон от рикошета очень даже ощутили, словно это и не пуля в четырнадцать и пять десятых миллиметров. Поднаторели местные наводчики, что тут ещё сказать. Это не линейные части, против них сейчас бьётся настоящая элита.

Впрочем, их то же не в дровах нашли, это только первое попадание и пришла пора ответить. Нестеров поднял рукоять горизонтальной наводки и потянул на себя, разворачивая башню влево. Электропривод сработал штатно и орудие быстро навелось на противника. Ручку наводки в горизонтальное положение, подправить в ручном режиме, отработав заодно и по вертикали.

Не прошло и трёх секунд как пушка продудукала посылая в цель очередь на шесть тридцатимиллиметровых снарядов. Два трассера ударили с землю перед машиной противника, пара в район ходовой, по одному в борт и башню. Не справившись с преградой, снаряд попавший в борт, отскочил и крутясь как фейерверк упал на землю. Угодивший в башню, коротким росчерком устремился куда-то в небо.

Пробить такую броню даже в упор не получится, хоть молись всем богам скопом. А вот перца подсыпать под хвост, совсем другое дело. Сомнительно конечно, что при толщине их шкуры экипаж получит контузию, но мало им точно не покажется.

Получено 735 опыта к умению «Пушка-4» — 103787.

Получено 367 опыта к умению «Командир танка-4» — 79041.

Получено 367 опыта к умению «Наводчик-4» — 19483.

Получено 36 опыта к умению «Наставник-4» — 5259.

Получено 36 опыта к умению «Канонир-4» — 3688.

Получено 735 опыта — 1024000/4096000.

Невозможно начислить 735 опыта, необходимо академическое образование.

Получено 735 избыточного опыта — 3675.

Получено 36 свободного опыта — 349137.

Ага. Пробить может и не пробил, но судя по сообщению эфира, машину они всё же повредили, потому что однозначно попали либо в опорный каток, либо перебили гусеницу. С дыркой в катке танк конечно не потеряет ход, но судя по тому, что тот замер, и его слегка повело влево, они его всё же разули.

— Миша, Лево шестьдесят, сближаемся, — скомандовал Нестеров Уткину.

— Разули? — догадался тот.

— Именно. Выводи меня на оптимальный угол, сейчас мы его причешем, — возбуждённо произнёс Виктор.

— Двести пятьдесят первый, ответьте КНП, — вызвали с командно-наблюдательного пункта.

— Дести пятьдесят первый на связи, — отозвался Виктор.

— Закончить учебный бой. Возвращайтесь на исходную.

— Выполняю.

— КНП, конец связи.

— Двести пятьдесят первый, конец связи.

И тут же прилетело сообщение от Эфира.

Вами создана новая боевая машина. Как вы желаете её назвать?

Вы назвали новую боевую машину «Танк рейдовый четвёртой модели».

Получено новое умение «Конструктор» — 0/2000.

Получено 2000 опыта к умению «Конструктор» — 2000/2000.

Получена новая ступень умения «Конструктор-1» — 0/4000.

Получено 4000 опыта к умению «Конструктор-1» — 4000/4000.

Получена новая ступень умения «Конструктор-2» — 0/16000

Получено 16000 опыта к умению «Конструктор-2» — 16000/16000.

Получена новая ступень умения «Конструктор-3» — 0/256000.

Получено 11000 опыта к умению «Чертёжник-3» — 11840/256000.

Получено 11000 опыта к умению «Механик-4» — 32440.

Получено 11000 опыта к умению «Слесарь-4» — 73112.

Получено 11000 опыта к умению «Токарь-4» — 29440.

Получено 20 очков надбавок — 20

Получено 22000 опыта — 1024000/4096000.

Невозможно начислить 22000 опыта, недостаточный уровень академического образования.

Получено 22000 избыточного опыта — 25675.

Получено 1100 свободного опыта — 350237.

От-тано как! Ну вообще-то, с учётом того, что он изобрёл новый танк, Эфир мог бы и пощедрее наградить. А то ведь по факту Виктор получил всего-то двадцать две тысячи опыта. И это почти за полгода напряжённых трудов. Шутка! Да какие вообще могут быть недовольства! Двадцать очков надбавок! Целых двадцать! В его случае за такое количество потребуется выложить восьмизначное количество опыта. Так что, награда просто фантастическая!

«Четвёрка», как Виктор уже называл свой танк, бодро покатил в сторону КНП, где находилась приёмная комиссия. Причём на этот раз её состав настолько представительный, что выше не бывает. И дело даже не в том, что Песчанин президент ДВР, куда важнее то, что он является одарённым механиком.

С их последней встречи Антон Сергеевич ничуть не изменился, чего не сказать о самом Викторе. И дело даже не во внешности, а в том, что он повзрослел психологически. Время проведённое на войне и общение с самыми различными людьми, не прошли даром. Сегодня он уже взирал на мир совершенно другими глазами. И в то же время, стоило президенту лишь приблизиться к нему, как он понял, что по прежнему доверяет ему и готов хоть к чёрту в пасть.

— Виктор Антипович, если я не ошибаюсь, — улыбнувшись, протянул он Нестерову руку.

— У вас хорошая память, Антон Сергеевич, — отвечая на рукопожатие ответил Виктор.

Уважение и безграничное доверие вовсе не повод для того, чтобы тушеваться, проглатывать язык и блеять несуразицы. Если он не допускал подобного в первую их встречу, так с чего бы ему сейчас выглядеть смешно.

— Я вижу у лобовой брони вашего танка обратный наклон. Он плавает?

— Одиннадцать с половиной тон, с таким соотношением массы и внутреннего объёма он и с «Облегчителями» поплывёт только как топор, — возразил Виктор.

— К чему же тогда такое решение?

— Ну, таким образом получилось отвоевать немного места, и разместить топливный бак. К тому же, этот наклон упрощает выезд на достаточно крутой берег. Танк конечно не плавает, но способен передвигаться под водой в течении пяти минут без особой предварительной подготовки.

— Интересно. Расскажите о вашем детище поподробней, — обходя машину, попросил президент.

Виктор улыбнулся и двинулся следом. Он уже знал, что победил. Всего на конкурс было представлено три образца. Два из них уже прошли испытания и он видел их конструкторов перед тем как выехать на полигон для учебной схватки. М-да. Вообще-то, максимально приближенной к боевой. Такое на его памяти было только с одарённым художником, когда его подталкивали к созданию артефакта «Камуфляж».

Так вот, будучи характерником Нестеров видел Суть создателей тех образцов и знал, что Эфир не зачёл им изобретение. А вот у него ситуация совершенно иная. И будучи одарённым Песчанин прекрасно видел это.

— При создании машины я использовал уже наработанные и проверенные решения на базе ТР-3, — начал пояснять Виктор. — узлы и агрегату по большей части не претерпели никаких изменений, я просто вписал их в свою концепцию. Правда от гусениц отказался в пользу таковых новых, что на МБТ. Самую большую сложность представляли корпус машины и иная компоновка.

— Почему приняли решение взять за основу ТР-3?

— Я узнал о создании новой машины из газет только в феврале и у меня оставалось слишком мало времени. Поэтому решение виделось только в использовании уже существующих узлов и агрегатов. К тому же, будучи танкистом, я основывался на собственный опыт использования различных моделей и секретных в том числе. Поэтому не раз и не два прикидывал, как можно было бы модернизировать их. Ведь при эксплуатации всегда выявляются недостатки. Так, я кое-что заимствовал от МБТ, БРДМ и ОТ-1. В частности, на башне предусмотрена возможность установки шноркеля и тогда время нахождения под водой не ограничится пятью минутами. Ну и самое главное, коль скоро речь идёт о перевооружении танковых частей, то наладить серийное производство будет гораздо проще. К тому же, уменьшенная длинна даёт для ходовой запас по массе в целых четыре тонны, что позволит экранировать машину и усилить её защищённость до уровня ПТ-1.

— Но при этом он станет походить на черепаху.

— Не то, чтобы черепаха, но, согласно расчётов, его скорость упадёт с шестидесяти пяти километров в час по шоссе, до сорока пяти. На пересечённой местности и при подъёмах характеристики значительно ухудшатся, а проходимость в бездорожье и вовсе оставит желать лучшего. Но ведь он и не создавался как замена «пэтэшке». Просто предусмотрена такая возможность.

— Ясно. Продолжайте.

— Двигатель расположен вдоль машины, спереди и справа. Механик-водитель слева, его люк сверху, сдвигается в сторону. Лобовая плита сплошная, за исключением закрывающейся бойницы картечницы. Башня отнесена назад. Экипаж два человека.

— Отчего башня одноместная? — проявил заинтересованность президент.

— Двухместная прибавит к массе машины порядка полутора тонн. Использование же тридцатимиллиметровой автоматической пушки значительно упрощает работу командира. Большой угол возвышения, позволяет использовать машину для противовоздушной обороны, уличных боёв и в условиях горной местности.

— Похоже, что запас танка по модернизации совсем мал.

— Так и есть. Максимум, что можно установить это сорокасемимиллиметровую пушку. С учётом расположения башни сзади, это будет полноценное длинноствольное орудие, что значительно повышает бронепробитие. Кроме того, на базе машины можно создать самоходную артиллерийскую установку с семидесятишестимиллиметровой полковой пушкой. Масса конечно увеличится, но не столь критично, как при серьёзном экранировании. Или реактивную установку, для этого достаточно отказаться от башни, и закрепить на броне сиденья для расчёта.

— Хорошо. Я вас услышал. Олег Николаевич, а что с защищённостью? — обратился президент к командиру специального танкового батальона.

— На трёхстах метрах в лобовой проекции уверено противостоит бронебойному сорокасемимиллиметровому снаряду, как по корпусу, так и по башне. Из десяти попаданий, ни одного пробития, — ответил майор Первых.

— Ожидаемо, — удовлетворённо кивнул Песчанин, и уже к Нестерову. — Надеюсь у вас есть дополнительный комплект чертежей?

— Разумеется, — ответил тот.

— В таком случае, передайте его моему секретарю, я ознакомлюсь с ними.

Ну что сказать. Признаться, Нестеров не верил в то, что у него получится обойти маститых конструкторов. Практический опыт и знание матчасти это конечно замечательно, но он в этом деле всё же никто и звать его никак. Но удача оказалась на его стороне. Во всяком случае, пока. Если танк пойдёт в серию, это значит, что с каждой произведённой единицы ему будут положены лицензионные отчисления. А на фоне перевооружения армии, это очень серьёзные деньги.

Впрочем, справедливости ради Виктора грели не предстоящие барыши. В конце концов его сегодняшний совокупный ежемесячный доход был уже порядка трёх тысяч рублей. Ему этого выше крыши. А вот то, что он смог создать свой танк, это совсем другое дело. Передать его ощущения было просто невозможно. И пусть он использовал уже готовые решения, как детали конструктора, это ничуть не умоляло охватившего Нестерова триумфа. Он осуществил свою мечту и построил свой танк!..

Война с Коста-Рикой оказалась непродолжительной. Всего-то три с небольшим месяца, из которых потребовался лишь месяц на то, чтобы оккупировать практически всю её территорию. Развернувшееся было партизанское движение довольно быстро задавили переброшенные из ДВР подразделения спецназа.

Обученные волкодавы, с развитыми специфическими умениями против крестьян, пусть и знающих местность как свои пять пальцев… Даже не смешно. Показательная расправа над одними и предложение амнистии остальным, с предоставлением гарантий неприкосновенности, другим. Куда сложнее оказалось удержать никарагуанцев от излишне жёсткого поведения.

ДВР вовсе не заинтересовано во враждебно настроенных соседях, способных усложнить эксплуатацию будущего канала. Поэтому, кроме кнута, чем и являлась война, были предусмотрены и пряники. В частности, планировалось серьёзно вложиться в экономику Коста-Рики. Предусматривались инвестиции в создание промышленных предприятий.

По результатам мирного договора, Никарагуа отходила полоса на расстоянии пяти километров от реки Сан-Хуан. Кроме того, костариканцы гарантировали, что впредь не будут предоставлять самосовцам базы и уж тем более позволять им действовать с их территории.

Разумеется американцам подобный расклад не понравился. Но в данном случае, памятуя о серьёзных потерях в ходе никарагуанской компании, а так же внутриполитическую ситуацию, они предпочти тактическое отступление. США захлестнули волны протестов, кое-где даже дошло до вооружённых столкновений с армией. Один из сухогрузов подорвался на бог весть как оказавшейся в Панамском канале мине и затонув почти на месяц парализовал движение по нему…

По окончании боевых действий в конце декабря тридцать девятого года Виктор предпочёл сам расторгнуть контракт и выйти в отставку. Он твёрдо намеревался заняться получением академического образования, но прежде чем приступить к этому, решил обеспечить себя и Таню постоянным притоком опыта.

Тем более, что после закрытия вопроса с беспроцентным займом и выводом себя на максимум имеющегося уровня академического образования, у него оставались сущие слёзы. По его меркам, ясное дело. Татьяна, как и прежде, от вливания в неё опыта пока отказалась, мотивируя всё той же необходимостью планомерного развития.

Не испытывая трудностей в средствах Нестеров арендовал пустующее двухэтажное здание где обустроил «Арену». То самое место, где желающие могли палить друг в друга резиновыми пулями, зарабатывая опыт и разгоняя кровь по жилам. Достаточно популярное развлечение не для слабонервных, к тому же поощряемое правительством.

За минусом накладных расходов, аренды, заработной платы персоналу, налогов и сборов, предприятие ежемесячно приносило порядка пятисот рублей дохода и пятнадцати тысяч свободного опыта. Немного? Ну это как сказать. При хорошо отлаженном процессе всё работало само собой, не требуя от Виктора никаких усилий. При наличии умения «Характерник» обмануть его было практически нереально.

Пока занимался этим вопросом, времени даже вздохнуть не было, не то, что осмотреться вокруг. К концу января на горизонте появились Туников и Уткин, так же расторгнувшие договор с военной компанией. Чему Виктор откровенно обрадовался, так как появились те, кому он мог всецело доверить «Арену».

В начале февраля на глаза Виктору попалась статья в газете посвящённая перевооружению бронетанковых войск. В ней говорилось об опыте испанских боёв, выявивших целый ряд недостатков «троек». В этой связи был объявлен конкурс на новый лёгкий танк отвечающий повысившимся требованиям. Эта новость сильно его удивила. Ему ведь доподлинно известно, что ДВР решила отказаться от лёгких танков.

Впрочем, возможность попробовать создать свой танк настолько им завладела, что он поначалу даже был в шоке от собственной наглости. Не удержался и направился в управление бронетанковых войск, чтобы выяснить любой ли может взяться за осуществление данной задумки.

Как оказалось да, любой гражданин ДВР. Чтобы получить финансирование на постройку опытного образца необходимо представить в управление всю техническую документацию. Если проект окажется перспективным, управление откроет финансирование. При желании строить машину за свой счёт, не нужно и этого. Оформляешь соответствующие разрешения и получаешь возможность как на закупку необходимых комплектующих, так и заказ деталей бронекорпуса.

У Виктора имелись свои средства. Жалко ли ему было денег на дорогостоящую затею, которая совсем не обязательно обернётся прибылью? Нет. Он об этом даже не думал. Татьяна хотела было его вразумить, но видя как блестят глаза мужа, обняла, поцеловала и напутствовала порвать всех как тузик грелку. Лучше попробовать и провалиться, чем отступиться и потом всю жизнь жалеть.

Ввиду цейтнота, воплощение танка в металле влетело в копейку и высосало их бюджет практически под ноль. Испытания новых образцов назначили на середину июня и следовало поторопиться, чтобы успеть к этому сроку. А иначе терялся весь смысл, если только не построить машину для удовлетворения своего эго.

Так что, Виктору пришлось переплачивать буквально за всё, чтобы получать необходимое в первую очередь. Даже сунул на лапу директору завода, который выделил ему ангар где и осуществлялась сборка. Арендовал подъёмный автокран, ввиду отсутствия в импровизированном цеху кран-балки. Доплатил на сталелитейном, дабы ускорить изготовление деталей корпуса… Да много чего. Вплоть до полуторного оклада рабочим и выплаты им компенсации за сверхурочные…

Как бы то ни было, но Нестеров успел вовремя. Едва успев накрутить на гусеницы необходимый минимум пробега, но уложился в заданные сроки. И вот теперь он стоял перед своим детищем переполняемый счастьем. У него получилось! Непроизвольно протянул руку и погладил борозду на башне, оставленную рикошетировавшим снарядом.

— Рад, Виктор Антипович? — хлопнув по плечу, спросил бывший комбат.

— Рад, Олег Николаевич. И не тому, что возможно танк пойдёт в серию. Даже если и не так, это не имеет значения. Главное, что Эфир признал его.

— Серьёзно? — вздёрнул бровь майор.

— Сами взгляните, — открывая свою Суть, предложил Виктор.

— Ну т-ты… — одобрительно покачал головой Первых. — А ведь говорил, что не бредишь танками.

— Кажется я врал.

— Кажется, — фыркнул майор. — Однозначно!

Глава 24. И снова Китай

— Ба-а-а, к-как-кие люди!

Григорьев вышел из-за стола, подошёл к Виктору и ухватив его за плечи, слегка повернул влево и вправо, словно рассматривая со всех сторон.

— Повзрослел, возмужал, ума так и не нажил. Ну, здравствуй, бродяга.

Обниматься полковник не стал, всё же настолько близкими они никогда не были. Вместо этого он отпустил Нестерова и протянул руку.

— Здравствуйте, Александр Трифонович, — отвечая на рукопожатие произнёс Виктор.

— Надеюсь напоминать о том, что японцы ничего не забыли и тебе следует быть осторожным не нужно?

— Вы в курсе?

— Я много чего знаю. И о покушении на тебя, и о том, что ты головы рубишь на дуэли, и о том, что плевать не хотел на приказы, если решил, что должен спасти подругу, и о том, что превентивно расторгнул договор с ЧВК, пока тебя не погнали взашей.

— Что-то информация у вас какая-то однобокая — сплошь один негатив.

— Хорошее о себе ты и так знаешь, а вот о плохом возможно не желаешь думать. Прошу.

Полковник сделал жест в сторону столика с самоваром, чайными приборами и корзинкой, накрытой салфеткой. Не изменяет Александр Трифонович своей любви к выпечке. Несмотря на то, что есть не хотел, Виктор без лишних слов, присел за столик. Ибо — пирожки это не еда, а потому что вкусно!

— Не думаю, что я поступил неправильно, — наполняя стакан в подстаканнике чаем, произнёс Нестеров. — И вообще, мне не понятен подобный подход к своим гражданам со стороны государства. Знаете как давило на личный состав то, что мы просто отмахивались от наседавших на нас самосовцев и тупо несли потери?

— Хочешь сказать, что это не лучшим образом отразилось на морально-психологическом состоянии бойцов? — вслед за ним, наполняя чай, хмыкнул Григорьев.

— Именно.

— Но ведь когда пришло время, они пошли вперёд и порвали всех как тузик грелку. Я прав? — убирая салфетку с корзинки с выпечкой, подмигнул полковник.

— Правы, — вынужден был признать Нестеров.

— Так и должно быть, Витя. Государство это механизм принуждения. Просто нужно иметь понимание какой у него запас прочности и при какой нагрузке он не сломается, а будет нормально функционировать. Бездействие накапливало в вас злость и на самосовцев с костариканцами, и на ваше командование, и на правительство ДВР. Но когда дошло до дела, вы направили весь этот негатив на противника, что говорит о чёткой работе государственной машины. Она с лёгкостью перемолола весь мусор, грязь и камешки попавшие в её шестерёнки. Не то, что в семнадцатом, когда всё полетело к чертям из-за пары-тройки бракованных деталей.

— То есть, вы меня осуждаете?

— Нет. Ни по одному из пунктов. Но я не армейский офицер, а потому и понятие выполнения приказа у нас разное. Ты слишком самостоятелен, что не нравилось твоим командирам. Так что, как бы ты ни мечтал служить, солдат из тебя получился не очень. Хотя, конечно это не значит, что от такого кадра нужно спешно избавляться. Лично я использовал бы твои сильные стороны. А их у тебя куда больше. И именно по этой причине сам Песчанин озаботился тем, чтобы ты не попал в жернова, и вместо каторги спокойно ушёл на гражданку.

— Песчанин? — удивился Нестеров, замерев с поднесённым ко рту пирожком.

— У меня хорошие источники информации, — подмигнул Григорьев. — Так что, не сомневайся, твоя судьба решалась на самом высоком уровне. Президент лично отслеживает обстановку вокруг строительства никарагуанского канала и твой случай не мог пройти мимо него. В тебе заложен большой потенциал, Витя, и глупо не использовать это. Как подтверждение, созданный тобой танк, который отправили к нам для полевых испытаний.

Вообще-то, не один танк, а три. В течении месяца были изготовлены ещё две «четвёрки», с двухместными башнями. Одна машина была вооружена всё той же тридцатимиллиметровой автоматической пушкой. В ней командир теперь был свободен и мог сосредоточиться на отслеживании ситуации на поле боя и управлении. Вторую машину вооружили сорокасемимиллиметровой пушкой, где он по прежнему оставался за наводчика.

После укомплектования экипажами и проведения ходовых испытаний танки загрузили в дирижабль и переправили в Китай. Здесь им предстояло пройти испытания в боевой обстановке. Виктор был этому только рад, уж больно закис без дела в течении прошедших месяцев. Оно вроде и не сидел сложа руки, а очень даже наоборот, да только всё это не то. Ему не хватало армейского быта и главное струящегося по жилам адреналина.

А вот Татьяну данное обстоятельство не обрадовало. Она уже настроилась на то, что они проведут вместе как минимум год, и всё это время будут жить как обычная семья. Но как-то не задалось. То он чуть не сутки напролёт был занят строительством своего танка, а теперь вот опять упылил в закат, за несколько тысяч километров.

— Признаться, я ожидал от тебя чего угодно, но только не того, что ты сконструируешь свой танк, — произнёс полковник.

— А чему удивляться? — пожал плечами Виктор. — Я ведь по образованию механик и а по роду деятельности практик. Имею допуск к новейшим разработкам и в средствах не стеснён. О моей мечте вы знаете, так мог ли я пройти мимо объявленного конкурса? Да и не изобретал я ничего. Просто собрал машину как конструктор из уже имеющегося.

— Разве только при этом сумел использовать заложенный потенциал прежних наработок и с лёгкостью обставил конструкторов представивших нечто оригинальное, — поправил Григорьев.

— Тут не поспоришь. Спасибо моей богатой практике. Хотя, признаться, мне непонятно к чему вообще было разрабатывать эту машину. Насколько мне известно, мы ведь решили отказаться от лёгких танков. А тут вдруг такое, — хмыкнул Виктор, нацеливаясь уже на третий пирожок.

— Это потому что, ты узко мыслишь, Витя, — ткнув в его сторону стаканом и отпивая глоток чаю, возразил Григорьев.

— Не объясните?

— А что тут объяснять. Насколько мне известно, твой танк побьёт «тройку» по всем статьям, за исключением скорости и запаса хода, да и то, уступит ненамного. А ТР-3, на сегодняшний день, считается всё ещё современной машиной, отвечающей существующим требованиям. Что было наглядно продемонстрированно на Халхин-Голе.

— Но ДВР-то он зачем? В сравнении с новыми образцами техники, мой танк выглядит как насмешка.

— А что, на ДВР свет клином сошёлся? Отчего не наладить производство хорошей, в своём классе, машины для продажи другим государствам. Не торговать же нам нашими передовыми образцами. А для того, чтобы производство приносило прибыль, продукцию нужно куда-то сбывать. Потребности нашей армии всё же куда скромнее, чем хотелось бы промышленникам.

— То есть, это для внешнего рынка? — поинтересовался Виктор.

— Я конечно не член правительства, но в этом более чем уверен, — подтвердил Григорьев.

— Хм. Ну, если так, тогда это не лишено смысла. Тем более, что за счёт экранов броню можно серьёзно нарастить и на выходе получить средний танк.

— Два в одном. Получается ещё и экономическая целесообразность. Не удивительно, что выбор пал именно на твою машину.

— А у вас-то тут как дела, Александр Трифонович?

— Вошкаемся понемногу, — с выражением кота объевшегося сметаны, ответил полковник.

— Судя по вашему виду, вы тут прямо как рыба в воде, отчего получаете невероятное удовольствие, — улыбнулся Виктор.

— И ты недалёк от истины. По сути, я отошёл от руководства ЧВК, занимаюсь только общими вопросами, «витязи» существуют сами по себе, под командованием моего начальника штаба. Я же полностью сосредоточил свои усилия на разведке, контрразведке и тайных операциях.

— И как на это смотрят в ДБР?

— Главное, результат, Витя. Пока ЧВК действует эффективно и успешно, никого не волнует как именно здесь осуществляется руководство. А мы с Альбертом Константиновичем прекрасно дополняем друг друга.

— Понятно. Я слышал, что процесс объединения страны под властью гоминьдана уже завершено.

— Номинально, да. По факту, до этого пока ещё далеко. Китай ведь не моноэтническое государство, а по сути своей многонациональная и многоконфессиональная империя. Да ещё и с полуфеодальным укладом. Время от времени глава какой-либо из провинций начинает мнить себя царьком и желает обрести независимость от центра. Интриги, заговоры, тайные союзы, восстания. Гражданская война в самом худшем её проявлении, когда страна разорвана не на две части, а на множество лоскутов. Мы это одеяло всячески пытаемся сшить, в то время, как те же японцы всячески способствуют сепаратистским настроениям. И не так чтобы безуспешно. Мало им Маньчжоу-Го, так они ещё и на территории Внутренней Монголии поспособствовали образованию Мэнцзяна. Оказывают всяческую поддержку князю Дэ, возжелавшему независимости от Китая. Весьма дурной пример для других милитаристских лидеров провинций страны.

— И вам это нравится, так как для вас разворачивается обширное поле деятельности, — улыбнувшись, заметил Виктор.

— Не буду отрицать очевидное. Мне действительно это нравится. Жаль только, что по моим прогнозам года через два, процесс объединения завершится уже по факту. Гоминьдан набирает силу и вес, на руководящих должностях многих провинций если не лояльные руководящей партии, то её ставленники.

— А эти не заразятся сепаратизмом?

— Болеют, конечно, но по отношении к ним оперативно применяются радикальные методы лечения. Есть те, кто якобы заигрывают с японцами, проявляя свою готовность к активному противостоянию центральной власти.

— Контригра?

— Она родимая. Словом, тут такой клубок, что мне скучать не приходится.

— А что коммунисты?

— С ними у нас неофициальное перемирие. Мы стараемся не трогать их. Они не атакуют нас. И в то же время работаем над их расколом и привлечением на свою сторону.

— Коммунистов?

— А что тебя удивляет? Если уж у нас вполне себе официально существует партия РСДРП, так называемые меньшевики, то отчего бы и китайцам не пойти по этому же пути, — поднимаясь из-за чайного столика и подходя к рабочему столу, хмыкнул полковник.

Часть членов этого крыла коммунистической партии были даже на стороне белой гвардии. Впоследствии, объединившиеся с большевиками были полностью разгромлены на территории СССР. Остатки меньшевиков окончательно обосновались в ДВР, где они и продолжили свою политическую деятельность. Не сказать, что имели успех, и тем не менее, факт остаётся фактом. Похоже, таким образом Песчанин пытался дать понять, что идеи коммунизма ему не чужды, весь вопрос в трактовке учения Маркса. Если же задумка была в создании точек соприкосновения с советами, то она потерпела крах.

— Союз с китайскими коммунистами то же ваша разработка? — вздёрнул бровь Виктор.

— Куда уж мне, — отмахнулся Григорьев. — Тут поработали с Чан Кайши сам Песчанин его личный представитель и посол.

У Нестерова не было никаких сомнений в том, что у проводивших переговоры с лидером гоминьдана Харизма задрана до небес. Но тут такое дело, что если бы тот совершенно неприемлил такой вариант, то никакой Эфир не оказал бы на него должного эффекта. Мнение о том, что серьёзные показатели этой характеристики могут заставить поверить в то, что белое это чёрное, в корне не верно.

— Александр Трифонович, а вы случайно не выдаёте мне государственную тайну?

— Боишься ответственности?

— Да мне как бы и своих проблем хватает, к чему ещё и лишняя головная боль.

— Расслабься. Никаких секретов. Эти слухи уже вовсю гуляют по стране и озвучиваются на различных уровнях гоминьдана и коммунистической партии Китая. Запущен планомерный процесс подготовки необходимого общественного мнения. Процесс небыстрый, но тут особо спешить и не нужно. У Чан Кайши сейчас хватает проблем с местными царьками. Так что, если ты по секрету расскажешь, что слышал достоверную информацию от знакомого в высоких кругах, делу это точно не повредит.

— Успокоили.

— Ладно. Давай теперь к нашим баранам. Вернее, твоим танкам. Я получил приказ задействовать вас в полной мере, и желательно чтобы вы не отсиживались на базе. Что полностью соответствует моим планам.

— Мне это как-то уже не очень нравится, — пересаживаясь к приставному столу, настороженно произнёс Нестеров.

— Как всегда, дело сугубо добровольное, Витя. Важное, но я не сказал бы, что жизненно необходимое. Однако, прежде чем озвучить его, у меня к тебе есть вопрос — как насчёт проверить своё детище в экстремальных условиях?

— Что-то мне подсказывает, что речь пойдёт о рейде по тылам противника.

— Ну нельзя тебя ставить в общий строй, — слегка развёл руками полковник. — Ты может и бредил танками, офицерскими погонами и службой, только подчинённый из тебя так себе получается. А вот самостоятельные действия, инициатива и риск, совсем другое дело. С тобой и твоими экипажами машин заключаем краткосрочный договор, скажем, месяца на три. Затем я придам тебе взвод мотострелков на трёх грузовиках, проведёшь боевое слаживание, а через пару недель мы доставим вас на дирижабле вот сюда.

Полковник поднялся со своего места, и подойдя к стене раздвинул шторы, прикрывавшие карту. Виктор внимательно на неё взглянул, задействовав «Топографа». Изображение тут же стало трёхмерным. Однако, подробной и точной её всё же не назвать. Слишком мелкомасштабная, для детального ознакомления, но для общей оценки характера местности вполне годится.

— Это же пустыня Гоби.

— Западная её часть, — утвердительно кивнул полковник.

— И что мы там должны делать? Понятно что для испытания ходовых качеств танка условия подходят как нельзя лучше. Но вы туда отправляете целый взвод мотострелков усиленный танками, — Нестеров посмотрел на Григорьева склонив голову на бок.

— Вот здесь, с севера на юг, по горной гряде проходит ряд опорных пунктов, прикрывающих перевалы, проходы и тропы. Их не так много, а потому и сил на это задействовано мало. К тому же, чтобы вести наступление с этой стороны, нужно хорошо заболеть на голову.

— Как и проводить рейд по пустыне.

— Не скажи. Видишь что это?

— Автомобильная дорога?

— Именно. По факту, грунтовка, и не дорога, а скорее направление. Но они то и дело сходятся к определённым точкам, где устроены мосты, через русла сезонных водотоков, имеющих достаточно отвесные берега, или проходам в горных массивах, что в Гоби как за здравствуй. Коммунисты потому и растянули контролируемый район, чтобы выйти к границе с Монголией, и наладить автомобильное сообщение с СССР, откуда идут поставки продовольствия, горючего, оружия, боеприпасов и амуниции. Что ни говори, а края, где закрепилась Красная армия, аграрными не назвать, а численность её уже достигает шестидесяти тысяч человек. И это не крестьяне неумехи, а солдаты закалённые в боях. Но всю эту прорву народа нужно кормить, одевать и вооружать. На всем протяжении примерно через каждые двести километров расположены опорные пункты, где есть условия для технического обслуживания, заправки и отдыха. Каждый такой пункт охраняет до роты солдат. От границы Монголии до Нанся, столицы Советской территории, почти восемьсот километров и четыре таких поста. Кроме того, по маршруту всё время передвигаются патрули. На один рейс туда и обратно автомобилю требуется десять суток. По факту, это их дорога жизни, и именно по ней нужно нанести удар. Причём не единичный.

— Я правильно понимаю, Чан Кайши вроде как собирается договориться с коммунистами о союзе и убедить выбрать не радикальный путь, а умеренный? Наверное к лидерам компартии ещё и представители РСДРП направлены, для проведения разъяснительной работы? А тут вдруг удар по коммуникациям, пролитая кровь, а без неё не обойдётся. Как-то не вяжется.

— Одно другому не помеха. Пока имеют место бесперебойные поставки от поддерживающего их СССР, договариваться будет достаточно сложно. Не сказать, что они получают много, но для продолжения боевых действий им этого худо-бедно хватит. Как и поддержания в них уверенности в том, что они представляют собой реальную силу. Совсем не помешает малость разубедить их в этом.

— А отчего высадка за линией опорных пунктов?

— Хочешь прорываться с боем?

— Неплохая проверка для моих машин в условиях горной местности.

— Только для нас главное не это, а удар по коммуникациям.

— А мне нужно всесторонне испытать машины, — упрямо гнул своё Виктор.

— Отсюда до трассы, самый короткий маршрут составит три сотни километров.

— Ну, я так понимаю, без снабжения вы нас не оставите.

— Не оставим. Снабжение будет осуществляться по воздуху.

— Ну тогда какая разница, триста километров или пятьдесят.

— Это к вопросу с топливом и продовольствием. А что делать с самой техникой. Железо имеет свойство ломаться, — усомнился полковник.

— В принципе, все узлы и агрегаты уже проверены временем. Начнём, а там видно будет, — пожал плечами Виктор.

Глава 25. Удар, отскок

Сидя на башне свесив ноги в люк, Виктор посмотрел назад и вправо, на машины шедшие уступом. Двигаться в колонне друг за другом сродни пытке, из-за густого пыльного шлейфа. Не в плане трудностей с дыханием, а из-за отсутствия обзора у механиков. Опять же, в перископы много не увидишь, как ни старался Нестеров разместить их наиболее рационально, но от мёртвых пространств не избавиться. Поэтому командиры двух других танков так же сидели на броне, наблюдая за своими секторами.

От первоначального плана, предусматривавшего состав отряда из танкового и мотопехотного взводов, Виктор отказался. Он решил действовать без прикрытия, которое могло стеснить его в манёвре. Задание подразумевало под собой короткие наскоки и быстрый отход. Проходимость у танков выше, чем у грузовиков, входить с противником в соприкосновение совсем не обязательно, главное нанести материальный урон.

Как результат, пришлось отказаться и от идеи прорыва линии опорных пунктов. Без прикрытия пехоты это практически нереально, а что до марша в несколько сотен километров, так они и без того намотают их на гусеницы. При налаженном систематическом снабжении по воздуху им удастся пробыть в тылу достаточно долгое время, чтобы устроить небольшой хаос, нарушив снабжение и причинив серьёзный материальный ущерб.

— Та-ак. И ведь ещё ничего не успели. «Лисы», воздух. Остановка, подготовиться к отражению воздушной атаки, — приказал он по радио.

Михаил тут же ударил по тормозам, гусеницы проскрежетали по каменистому грунту, Виктор упёрся в крышку люка, чтобы погасить инерцию. Их сразу накрыло догнавшее облако пыли, заставив его чихнуть, не помог и платок, прикрывающий лицо. Машина подалась вперёд, потом назад, покачнулась и замерла.

Игорь не дожидаясь команды чуть довернул башню и приподнял ствол тридцатимиллиметровой пушки, беря на прицел маячивший вдали самолёт.

Проектируя машину Виктор исходил из своего личного опыта, умений и навыков. А потому выбрав в качестве основного вооружения тридцатимиллиметровую автоматическую пушку, решил максимально облегчить машину и сделал башню одноместной. Однако, коль скоро была изготовлена машина и с двухместной, то занял место командира именно в ней. Вопрос о том, кому быть за наводчика даже не стоял, при условии согласия Туникова, ясное дело. Тот и не подумал отказываться, оставив «арену» на своего помощника…

Вообще-то сомнительно, что их смогут заметить. Если только пыль не успеет осесть. Почва тут каменистая, а потому за следы волноваться не приходилось. Об остальном позаботится артефактная раскраска «Камуфляж», серьёзно снижавшая заметность машин, куда там маскировочной сети.

К слову, на каждый из трёх танков небезызвестному Виктору одарённому пришлось разрабатывать отдельный рисунок. Двухместная башня, придаёт машине иную конфигурацию, как и различное оружие. Но для однотипных моделей «Камуфляж» подойдёт без доработок.

Виктор вскинул бинокль, рассматривая самолёт. Похоже советский И-16 и судя по всему, он один. Наверняка осуществляет облёт дороги, до которой оставалось порядка тридцати километров. И вряд ли при этом пилот невнимателен. Григорьев говорил, что диверсий тут они пока не проводили, но на дороге время от времени шалят банды хунхузов. Поддерживаемые японцами, они совершали дальние рейды на территорию подконтрольную гоминьдану и коммунистам. А потому к охране дороги подходили вовсе не формально.

Однако, истребитель не лучший выбор для патрулирования, уж больно плох у него обзор земли. На месте руководства коммунистов Виктор остановил бы свой выбор на вооружённом У-2. В кабине штурмана устанавливался пулемёт на поворотной турели, чего вполне достаточно, чтобы показать хунхузам кузькину мать.

Самолёт пролетел по прямой и вскоре пропал из виду, скрывшись за горной грядой. В пустыне Гоби пески занимают меньшую её часть, в основном она имеет каменистую поверхность и горный рельеф, хотя о высоких вершинах тут говорить и не приходится. Имеются участки с суглинком и чахлой растительностью, которые язык всё же не поворачивается назвать степью. Изредка встречаются небольшие оазисы с колодцами или ключами пробивающимися на поверхность, а так же небольшие солёные озёра.

— «Лисы», продолжить движение, — едва самолёт скрылся из виду, приказал Виктор.

Двигатель рыкнул, выметнув из выхлопной трубы облачко чёрного дыма, машина дёрнулась и под лязг гусениц тронулась с места. Виктор глянул назад, наблюдая как за ними вновь поднимается шлейф пыли, горестно вздохнул и поправил платок, защищавший от пыли. Жаль только с жарой ничего не поделать.

Стремясь хоть как-то облегчить свою участь, они сменили тёмные комбинезоны на светлые, под стать выгоревшей полевой форме. Только помогало это откровенно слабо. Да, никак в общем-то не помогало. Что и не удивительно, учитывая то, что на командирах были надеты тяжёлые штурмовые бронежилеты, с толстыми броневыми пластинами способными выдержать винтовочный выстрел. На головах каски-сферы в тканевых чехлах, весом, на секундочку, порядка двенадцати килограмм.

Эти бронежилет с каской были разработаны для экипировки штурмовых групп и не предусматривали постоянного ношения. Что и не удивительно, при такой-то массе. Зато они обеспечивали достаточную защищённость, поэтому Виктор использовал своё знакомство с директором ЧВК, дабы экипировать командиров машин и обеспечить им максимальную защищённость.

Оно конечно, прилети в голову винтовочная пуля, то даже не пробив такую защиту, она гарантированно сломает шею. Но это и не так уж важно. Было дело с помощью «Аптечки» Виктор прилаживал обратно отрубленную голову. Главное, чтобы мозг не пострадал. Так что, защита не лишённая смысла. Но как же это тяжело!

Примерно через час они наконец вышли к дороге. Ну как дорога. Серая полоса накатанная десятками тысяч колёс грузовиков. Никакой оговорки, их проехало тут столько, что остался явственный след даже на каменистом грунте. Как там говорил полковник Григорьев — «дорога жизни»? Пожалуй так оно и есть.

Место для засады вполне удачное, дорога проходит с севера на юг, на запад отвернуть не даст гряда валунов. Они невысокие, всего-то от полуметра до полутора, но это препятствие непреодолимо даже для танков, что уж говорить об автомобилях. В случае нападения им останется либо двигаться вперёд, либо разворачиваться, повернув в сторону танков устроившихся в засаде. С учётом скорострельности их пушек и дистанции, шансов у противника никаких.

Виктор расставил машины с интервалом в пару сотен метров. Не полагаясь только на «Камуфляж» они использовали так же и маскировочные сети. Так-то оно куда надёжней, а то мало ли, вдруг найдётся кто-то с хорошо развитой «Наблюдательностью». Всё же не стоило забывать, что в Красной армии достаточно много бойцов закалённых в боях. Учитывая же нападения хунхузов, Виктор использовал бы для охраны колонн хорошо подготовленные кадры.

Пусть это и была «дорога жизни», но не сказать, что движение по ней столь уж оживлённое. За четыре часа мимо них не проехал ни один автомобиль. Они не услышали даже отдалённого шума двигателей. Только вновь наблюдали в небе истребитель.

Наконец на севере появился шлейф пыли, относимый в сторону лёгким ветерком. Впрочем, слишком слабым, чтобы водители не глотали пыль, несмотря на выдерживаемую дистанцию. Видимость так себе, но пусть и с трудом, однако детали рассмотреть всё же получается. Всего два десятка тентованных грузовиков ЗИС-5 с прицепами. Впереди колонны, бронеавтомобиль с круглой башней в которой установлен пулемёт. Точно такие же в середине и в конце. Ещё в каждой машине должно быть по одному бойцу охраны.

Несмотря на то, что колонна растянулась метров на шестьсот, для отражения нападения хунхузов вооружённых только стрелковым оружием, более чем серьёзная охрана. Положение мог бы существенно исправить крупнокалиберный пулемёт, но о подобном вооружении у налётчиков никто пока не слышал. Остаются только связки гранат, но нужно ещё уметь правильно их использовать.

— Внимание «Лисы», здесь шестьсот первый, — вызвал Виктор командиров танков.

— Шестьсот второй, на связи.

— Шестьсот третий, на связи, — соответственно отозвались унтера.

— Шестьсот третий, работаешь с хвоста колонны. Шестьсот второй, с центра. Я с головы. Первыми целями определяю бронеавтомобили. Приоритет — вывод из строя техники и уничтожение груза. Как приняли? Приём.

— Шестьсот второй, принял. Работаю с центра колонны, первая цель бронеавтомобиль. Приоритет — вывод из строя техники и груза.

— Шестьсот третий, принял. Работаю с хвоста колонны, первая цель бронеавтомобиль. Приоритет — вывод из строя техники и груза.

— Шестьсот первый, конец связи, — и уже Туникову. — Игорь, бей по мотору. Их пулемёт нам не сможет навредить.

— Ясно, — отозвался наводчик.

Поднять ему необходимые умения на третью ступень не составило труда. И обошлось не так чтобы дорого. По максимуму Нестеров решил всё же не задирать, а сам Игорь сомневался, что подобные вложения могут быть оправданы впоследствии. Он отправился в Китай, потому что не мог оставить командира, когда был ему нужен.

Воссоединение с семьёй для Туникова не прошло бесследно. В октябре жена должна была родить третьего ребёнка, есть работа, благодаря которой он вполне способен обеспечить семью. Появились и кое-какие сбережения, пока служил в горячих точках, так что он смог себе позволить покупку каменного дома во Владивостоке. Пусть и на окраине, но это был их дом, где они могли осесть…

Колонна слишком растянулась, поэтому пришлось пропустить головной броневик, и дать ему отдалиться на три сотни метров, чтобы под обстрелом оказался весь транспорт. Туников продолжал удерживать машину в прицеле, отрабатывая маховиками наводки.

— Огонь, — как-то уж совсем буднично скомандовал Виктор.

Пушка отрывисто гавкнула и трассер бронебойного снаряда устремился к цели. Очень точное орудие. Можно сказать снайперское. Огненный росчерк ткнулся в боковой лист капота. Несмотря на острый угол, броня оказалась слишком тонкой, чтобы случился рикошет. И судя по сообщению Эфира, был не просто разрушен двигатель, но и произошло возгорание.

— Игорь, переноси огонь на первый грузовик, — приказал Виктор.

— Есть, огонь на первый грузовик, — отозвался наводчик, отрабатывая маховиками.

Тем временем головной ЗИС отвернул в сторону, чтобы объехать подбитый и резко остановившийся броневик. Тем самым ещё лучше подставляя двигатель, и Туников не дал маху, вогнав снаряд точно в мотор. Автомобиль с прицепом прокатился по инерции ещё несколько метров, пока не замер. Но судя по всему пожара там не случилось.

Водитель и находившийся в кабине охранник не пострадали и распахнув двери вывалились наружу. Боец сопровождения сразу оказался под защитой грузовика, шофёру же пришлось переползать на противоположную сторону под кузовом на четвереньках.

Тем временем второй грузовик так же попытался объехать образовавшийся затор, но этому пришлось отворачивать ещё больше, а потому он полностью подставился боком, и тут уж попасть по двигателю вообще не составило труда. И на этот раз не обошлось без возгорания.

Остальные автомобили остановились и находившиеся в них бойцы китайской Красной армии поспешили покинуть кабины, в поисках укрытия на противоположной стороне. Кто-то в отчаянии пытался стрелять по обнаружившим себя танкам. Виктор отчётливо слышал беспомощные звонкие щелчки пуль по броне.

— Игорь, смени бронебойные на осколочные и бей по бензобакам, — приказал Виктор.

— Выполняю, — отозвался наводчик и начал возиться с пушкой.

Такая возможность была предусмотрена конструкцией изначально. Буквально несколько секунд и пушка вновь гавкнула, а снаряд рванул под кузовом, попав точно в бензобак.

Будь тот полным и подобного эффекта не случилось бы. Но точка была выбрана примерно посредине между опорными пунктами и автомобили успели израсходовать более трети топлива, плюсом к этому жара и большое количество паров в бензобаках. Поэтому не просто сразу полыхнуло, но ещё и рвануло куда громче самого снаряда, а под кузовом тут же полыхнуло жирное оранжевое пламя.

Вскоре загорелись ещё четыре машины, а там подожгли и первый грузовик, правда, в этом случае Эфир не расщедрился на опыт, так как машина уже была выведена из строя. Впрочем, никто по этому поводу особо не расстроился.

Не прошло и двух минут, как два десятка грузовиков и три бронеавтомобиля превратились в пылающие костры. И что самое примечательное, исходя из докладов подчинённых получалось, что после такого разгрома китайцы не понесли никаких потерь. За исключением трёх раненых, в секторе действия шестьсот третьего, вооружённого сорокасемимиллиметровой пушкой, у которой осколочный снаряд с куда более могучим зарядом взрывчатки.

Признаться, тот факт, что противник не понёс потерь удивил Виктор. Но с другой стороны, такой цели ведь не ставилось изначально. Да и Григорьев просил по возможности не лить лишнюю кровь.

Они успели отдалиться километра на два, когда сзади раздался оглушительный взрыв. Следом ещё один, сменившийся целой цепочкой разрывов уже поскромнее. Похоже они накрыли колонну с боеприпасами и взрывчаткой. Удачное начало, что тут ещё сказать.

* * *

— По этому вопросу всё? — поинтересовался Песчанин у главного безопасника республики.

— Все, Антон Сергеевич, — подтвердил Кудинов.

— Ладно, давай дальше, — заглядывая в листок перед собой, произнёс президент. — Итак, Нестеров и его новый танк. Есть что-нибудь?

Вопрос генерал-лейтенанта не удивил и врасплох не застал. Он уже давно шёл с Песчаниным рука об руку, а потому знал какие вопросы для него могут быть приоритетными. Как входил и в круг избранных бывших в курсе всей его подноготной. Поэтому ответил даже не заглянув в свою папку с документами.

— Поступили сведения, что он разгромил автоколонну с оружием и боеприпасами. Его задумка о действии танков без прикрытия пока себя оправдывает. Однако, начальник штаба ЧВК «Витязь», полковник Рудаков, считает, что это стало возможным только благодаря внезапности и затея всё же провалится.

— Нестеров похоже полагает иначе, — хмыкнув возразил Песчанин и поинтересовался. — Как ведёт себя техника?

— Всё штатно, Антон Сергеевич. Да и могло ли быть иначе, когда он использовал уже опробованные и испытанные в деле решения.

— Однако, при этом на выходе получил совершенно новую боевую машину.

— К слову, мне не понятно, отчего вы решили провести эти испытания? Завод приступил к подготовке серийного выпуска ТР-4 и получил крупный заказ. То есть, машина уже принята и эти испытания... Если только продемонстрировать нашим китайским союзникам, новую машину.

— Ты же знаешь, что Китай не сможет закупать большие партии и основная цель иметь налаженное производство и возможность массовых поставок в СССР.

— Думаете война всё же случится?

— Уверен в этом. После того, как мы сумели добиться примирения Японии и Китая на довоенном статус-кво, я подумал было, что история всё же вильнула в сторону. Но потом случился Халхин-Гол, потом раздел Польши, Прибалтика, далее зимняя война с финнами. Я конечно помню только дату первое сентября, именно в этот день и началась мировая бойня, но в общем и целом, сценарий остался прежним. Изменения наблюдаются только там, где прикладываю руку я или моя команда.

— Возможно вы и правы. Кстати, я тут подумал, может тогда имеет смысл ликвидировать учёных причастных к созданию ядерного оружия? Со временем Эфир скажет своё слово и развитие научной мысли пойдёт по другому пути.

— Быть может и так. Время в любом случае пока есть. Пока сосредоточь усилия на одарённых. Они в любом случае серьёзный задел на будущее.

— Я помню. К слову, если вы уже решили запустить серийное производство новых танков, тогда к чему всё же было отправлять Нестерова для испытаний в Китай?

— Не понимаешь?

— Признаться, нет.

— Может ты уже не соответствуешь занимаемой должности, а, Тарас Андреевич?

— Без ложной скромности, заменить меня вам пока некем, — слегка разведя руками, возразил генерал-лейтенант Кудинов.

— Эт-то точно. А что до Нестерова, то я уже говорил, что у него талант смотреть на очевидные и общеизвестные вещи под иным углом и подмечать то, что вроде и лежит на поверхности, но в то же время никто на это не обращает внимания. Вот и тут, глядишь придумает что-то дельное в тактике рейдов по глубоким тылам противника.

— Хм. Вполне резонно. А я, признаться, уже решил, что у вас на него какие-то особые планы.

— Всему своё время. Несмотря на все свои успехи, он пока мало чего достиг. Хотя и перспективный молодой человек. Так что, я пока всё ещё присматриваюсь к нему.

Глава 26. Хунхузы

Виктор поёжился от прилетевшего порыва ветра и запахнул полы куртки. Вот поди и скажи, что ещё четыре часа назад стояла нестерпимая жара. Пустыня, чтоб ей. Днём раскалённая сковорода, ночью натуральный холодильник. И это вовсе не фигура речи, потому что сорокапятиградусная жара сменилась десятиградусной прохладой. Ну очень бодренький такой контраст и без тёплой одежды тут никак не обойтись. В первую ночь, у Нестерова вообще зуб на зуб не попадал.

От холода захотелось есть. Ужин прошёл уже давно и от него не осталось и следа, поэтому достал плитку сухого пайка в вакуумной полиэтиленовой упаковке. Впился зубами в уголок и надорвал его. Довольно толстая плёнка поддавалась с неохотой, он даже успел пожалеть, что не воспользовался ножом, но упрямство взяло верх и он продолжил терзать упаковку.

Полиэтилен разработали сравнительно недавно в Германии. Русский делец из Владивостока прознав об этом, поспешил выкупить права, заплатив весьма внушительную сумму и наладил производство. И весьма выгодное, надо сказать. С сырьём в республике проблем никаких, благо имеются свои месторождения нефти, сбыт стабильный. Мало того, завод пока не в состоянии удовлетворить резко появившийся спрос. И главный заказчик вовсе не армия, с её упакованными рационами, а сельское хозяйство. Плёнка в разы дешевле стекла, а главное совсем не обязательно возводить дорогостоящие теплицы, если можно обойтись парниками.

Наконец добравшись до плитки пеммикана* он впился в него зубами и с удовольствием заработал челюстями. На одной порции рациона, можно продержаться не ощущая голода целый день. Правда, тут всё зависит от физических нагрузок, но голодать всё одно не будешь. Постоянно сидеть на такой еде затея не из лучших, но если в качестве сухого пайка, или вот так, когда невовремя подвело живот, вполне оптимальный вариант. Тем более, что это ещё и вкусно.

*Пеммикан — мясной пищевой концентрат из жира, высушенных и перетёртых мяса и ягод, использовавшийся североамериканскими индейцами. Входил в состав сухих пайков армий многих стран мира, в некоторых используется по сей день.

Он успел сгрызть примерно треть плитки, когда расслышал отдалённый гул моторов. Завернул полиэтиленовую упаковку, и сунул остатки в карман. Ничего страшного. Даже в таком виде пеммикан может храниться годами. Хотя-а, не в этой упаковке, от неё лучше избавиться и использовать самую обыкновенную тряпицу. Впрочем, он ведь не собирается хранить остатки долго.

— Внимание «лисы», прибыл транспорт, — вскочив выкрикнул он.

Остальные так же расслышали в небе шум моторов и зашевелились. Дремоту и апатию как рукой сняло. Пока от них требовалось не так уж и много, всего-то зажечь переноски и фары машин, для ориентира пилотам транспортника.

Самолёт они так и не увидели. «Кошачье зрение» Виктора даже на четвёртой ступени позволяло видеть не далее двухсот метров. Зато они очень даже рассмотрели белые купола больших парашютов. На этот раз пилот сбросил груз удачно вдоль ущелья, не подвесив парашюты на скалах и не разбросав по большой площади.

Первые транспорты они принимали на открытых участках, обозначая огнями полосу посадки. Но после полуторанедельного забега по Гоби и четырёх разгромленных колонн, предпочитали пополнять припасы в горных районах, где обнаружить сигнальные огни было не так просто, даже при воздушном патрулировании. Искали их всерьёз, задействовав авиацию и довольно крупные моторизованные группы, в состав которых входили как противотанковые пушки, так и сами танки.

Груз собрали довольно быстро. Всё как и заказывали, топливо, боеприпасы, вода, продовольствие и запасные части. Едва собрали посылку, как приступили к обслуживанию машин. В первую очередь заправили, прибрав бочки с горючкой на прицепы. Соляры прислали с запасом, лучше уж пусть останется, чем не хватит. Ящики с боеприпасами на бортовую броню, так, чтобы не мешали ведению огня. Канистры с водой в боевые отделения, дабы уберечь от повреждений. Вода в пустыне синоним жизни.

Затем начали возиться с железом. Отдохнуть можно и днём, под натянутым тентом, а ремонтом лучше заняться по ночному холодку, под светом фонарей. Ничего не поделаешь, какой бы надёжной не считалась техника, она требует постоянного ухода и техобслуживания. Но даже несмотря на это, поломки достаточно частое явление и уж тем более, если совершать систематические марши в экстремальных условиях.

— Эх, говорила мне мама — учись сынок, учись. Не-эт, бибип хочу, вот теперь и долбаюсь, — со вздохом произнёс Михаил, берясь за кувалду.

Износился подшипник на правой полуоси. Пока ничего страшного, но в любой момент это может стать проблемой. В зависимости от ситуации вполне способной повлечь серьёзную поломку, с которой в их условиях уже будет не справиться.

— Помощь нужна? — поинтересовался Виктор.

— Сами управимся, Виктор Антипович. Вы лучше ложитесь отдыхать, — предложил Туников, уже облачившийся в тёмный комбинезон.

Вообще-то, Нестеров и сам это знает, перестук молотков слышится уже от всех трёх машин, в охранении сейчас унтер Горбань, командир третьей машины. То есть, весь личный состав при деле, а утром, когда придёт время отдыхать, кто-то должен караулить их покой. Дефицит личного состава, как он есть. Просто не хотелось спать и пришлось повозиться, прежде чем сон всё же пришёл.

Разбудили его в пять утра. Солнце уже взошло, но они пока ещё находились в тени и наслаждались утренней прохладой. При этом поёживались от лёгкого ветерка, а находившиеся рядом с примусами, на которых готовился завтрак, так ещё и тянули руки к огню. Но все понимали, что ещё немного и навалится жара, от которой натянутый тент довольно слабая защита.

Завтракали рисовой кашей в которую щедро добавили всё тот же пеммикан, ну и ещё немного специй. Получилось и вкусно и сытно. Причём настолько, что Виктор прихватил с собой на пост дополнительную флягу с водой, потому как жажда будет мучать однозначно.

Сменив Горбаня, на вершине скалы, устроил из плащ-палатки некое подобие навеса. С одной стороны защищает от прямых солнечных лучей, с другой продувается, а издали практически незаметно. Обзор отсюда открывается хороший, видно далеко окрест, что радовало особо.

— А эт-то ещё что такое?

Виктор поднёс к глазам бинокль, благо наблюдая из под плащ-палатки бликов можно не опасаться. А рассмотреть происходящее не помешает. Километрах в пяти, по каменистому плато катило пять тентованных грузовиков с прицепами и топливозаправщик. Одно это уже само по себе удивительно, так как до «дороги жизни» отсюда километров сто, не меньше. Так ещё эту колонну сопровождает больше полусотни всадников, на низкорослых монгольских лошадках.

Они двигались вдоль горной гряды и казалось так и пройдут в восточном направлении, но он ошибся, так как вскоре неизвестные повернули и стали исчезать за скалами. И что это было? Поначалу-то он подумал, что это одна из групп, охотившихся за его взводом. Под тентами вполне могли находиться бойцы.

Мало ли, что среди них всадники, в этих краях это скорее плюс. Тем паче, что монгольских лошадей отличает выносливость и неприхотливость. А с учётом местности, лично Виктор не отказался бы от подобного подспорья, для разведки. Но его смутило два фактора. Первый, слишком много бойцов. И второй, нет ни одной пушки.

Противотанковые ружья? Как-то сомнительно. Своих СССР вроде бы не имеет, хотя нужный боеприпас и разработан. Трофейные японские показали свою низкую эффективность в боях на Халхин-Голе. Виктор трижды подумал бы, прежде чем делать на них ставку.

Тогда напрашивается вывод, что это хунхузы разгромившие колонну и возвращающиеся обратно с добычей. Эти ребятки успели неплохо изучить местность, а потому вполне возможно, что знают, как утащить обломившийся им кусок. А это место… Скорее всего там имеется проход и укромный уголок. Лошади не машины и им нужен отдых и несмотря на всю выносливость монголов не помешает водопой.

Будить парней не стал. Незачем. Пусть отдыхают до полудня. У бандитов за плечами не меньше сотни километров, а возможно и больше, учитывая необходимость петлять и прятать следы. За пару часов животным не отдохнуть, да и люди не железные. Им потребуется минимум четыре часа. Но скорее всего даже больше. Местность им известна и на их месте он выдвинулся бы ближе к вечеру, в идеале перед заходом солнца. Тем более, что сейчас полнолуние, а тучами небосвод Гоби не богат…

— И к чему нам эти бандиты? — удивился Горбань, командир третьего танка.

В полдень после побудки Виктор рассказал подчинённым о своих наблюдениях, а так же о решении напасть на банду и освободить пленных. Наверняка водители не из числа налётчиков, а захваченные китайские красноармейцы.

— Я не люблю хунхузов. Настолько, что окажись они в плену и пожалуй рука моя не дрогнула бы, чтобы их прибить к бениной маме. И коль скоро есть возможность отправить на небеса пару тройку десятков этих гадов, то отчего бы так и не поступить.

— Но наша задача перерезать линию снабжения. И в этом хунхузы скорее наши союзники, — возразил старший унтер Логинов, командир второй машины.

— Для начала, я готов сотрудничать не с любым союзником. Но главное даже не это. Как думаете, почему я всякий раз приказываю бить по технике и по возможности не трогать личный состав? — задал вопрос Виктор.

— Ходят слухи, что Чан Кайши вроде как собирается договориться с советами. Поэтому лишняя кровь ни к чему, — предположил Горбань.

— Это проблемы гоминьдана и коммунистов. Меня они не волнуют, — отрицательно покачав головой, возразил Нестеров. — А вот упускать возможность подзаработать опыт, я не желаю.

— Да мы как бы и так зарабатываем, — хмыкнул Логинов.

— Но я хочу больше. Много больше.

— Насколько много? — не удержался от вопроса Горбань.

— Любить, так королеву, воровать так миллион, — улыбнулся Нестеров.

— Лихо.

— Мне такое не в новинку. Но для начала нужно пустить слух о том, что мы не льём кровь понапрасну. Красноармейцы должны знать, что сдавшись в плен они останутся невредимы и потеряют только опыт.

— Вы харатерник? — удивился Горбань.

— Именно. И у меня с собой артефакты для перевода и съёма опыта, — подтвердил Виктор. — А сейчас обедаем и выдвигаемся, сначала вот по этому ущелью, а затем выходим на плато, подходим к расщелине и запираем её.

— А если там всего лишь проход в скале, ведущий на другую сторону гряды? — усомнился Логинов.

— Значит я ошибался и хунхузы уже далеко.

— Но если они там, то наверняка выставят наблюдателей и они нас обнаружат задолго о нашего подхода.

— Будут дураками, если не выставят. Но, бежать от танков по открытой местности затея глупая. Как минимум, потеряют машины с трофеями, чего им не позволит жадность. Ведь есть большая доля вероятности, что мы пройдём мимо. Так что, я за то, что они замрут как мышь под веником и будут ожидать пока мы не уберёмся…

Ещё примерно через полчаса взвод Виктора остановился метрах в пятистах от расщелины, которая едва угадывалась даже с такого расстояния и при помощи оптики. Скалы сливались настолько, что казалось перед ними сплошная каменная красноватая стена изъеденная эрозией. И тем не менее, ему не показалось, он точно видел скрывшиеся там грузовики и всадников.

Виктор вскинул свой бинокль и начал всматриваться в гребень гряды. Смотреть пришлось долго, при этом он ещё и «Наблюдательность» задействовал. Всё же далековато и площадь большая. Так что, задачка не простая.

— Вот-т он, — хмыкнув, наконец удовлетворённо произнёс он, — Внимание «лисы», вижу наблюдателя. Поехали. Миша, трогай.

Танк рывком сорвался с места и под лязг гусениц покатил к скале. Лишь когда приблизились до двух сотен метров и сместились чуть левее, удалось рассмотреть довольно узкий и короткий проход в скале делавший поворот, отчего вновь появлялось ощущение, что там сплошная скала.

Виктор достал из ящика на борту громкоговоритель, пристроил его на башне и бросил провода Туникову, чтобы он подсоединил их к бортовой электросети. Всё же знал куда и зачем отправляется, потому и озаботился заранее. Надо же как-то донести до китайских красноармейцев мысль, что им следует сдаться. Хотя сейчас он собирался обратиться к хунхузам.

— Внимание, с вами говорит поручик частной военной компании «Витязь» Нестеров. Во избежание ненужного кровопролития, предлагаю вам сдаться. Выходите с поднятыми руками и бросайте оружие, — произнёс он с правильным шанхайским выговором.

— Командир, а ты уверен, что они тебя слышат? — усомнился, высунувшийся в люк Туников.

— Ну, наблюдатель точно слышит, — возразил Виктор.

— А что если они тебя не понимают? — вновь выказал сомнение тот.

— На этот случай, попробуем другой диалект. Даром что ли я так сильно задирал «Лингвистику» и изучал язык. Правда, сомневаюсь, что они согласятся. Потому как, сколько человеку не говори, а дать в морду оно всё же надёжней.

— Так может сначала врежем?

— Всему своё время, Игорь. И плюхе в том числе. Внимание «Лисы», не отсвечиваем. Не дёргаемся, отслеживаем обстановку и ждём. Я пошёл.

Нестеров подмигнул Туникову и сняв шлемофон, надел панаму. Потом извлёк свой рюкзак, с закреплёнными на нём гранатомётом и автоматом. «Горку» брать не стал, всё же у неё ограниченный ресурс, уменьшающийся с каждым разом. Сомнительно, что там будут большие дистанции боя, а с его навыками и умениями стрельбы, он и из ППГ наведёт шороху. Прихватил он и бесшумный карабин. Оно конечно есть «Вепрь», который при нём всегда, но на дистанции свыше ста метров с точной стрельбой есть определённые трудности, даже при наличии «Снайпера».

В рюкзаке, помимо боеприпасов, запаса гранат, сухого пайка и воды, находилась и носимая радиостанция. Он уже давно усвоил простую истину относительно того, что связь в бою первейшее дело. Поэтому всякий раз старался дополнительно обзавестись носимой радиостанцией. Он слышал, что появились новые носимые образцы весом всего-то два с половиной кило, радиус действия у них скорее всего небольшой, но вот в данном конкретном случае она была бы куда предпочтительней.

Тяжеловатая ноша, даже с учётом его надбавок в Силу и Выносливость. Но и идти с ней ему недалеко. Всего-то две сотни метров, до основания гряды. Подниматься он будет без лишней тяжести. Прикрепит к рюкзаку верёвку, а там, по мере нахождения удобных площадок будет поднимать его за собой.

Выбравшись из танка, он направился к скале и уже через десяток метров задействовал «Камуфляж». Наблюдавший за ним, потерял его из виду, тут никаких сомнений. Вряд ли кто-то из хунхузов имеет нужный уровень «Наблюдательности». Умения четвёртой ступени и выгоревшей полевой формы песчаной расцветки более чем достаточно, чтобы он стал для них невидимым.

Танкам так не скрыться и наблюдатель по-прежнему их видит. А вот та же авиаразведка уже не страшна. Главное не привлекать к себе внимания движением и тогда самолёты могут разыскивать их сколько угодно, артефактная раскраска сделает своё дело. Если только тот же У-2 пройдёт на бреющем. Но этого не случится, ведь тогда и сектор наблюдения уменьшится в десятки раз, что сделает авиаразведку малоэффективной.

Подниматься на высоту в сотню метров без страховки и использования альпинистского снаряжения, задача не из простых. И дело вовсе не в том, что у него нет костылей и карабинов. Даже при наличии использовать их не получилось бы, из-за шума. А подняться на высоту нужно максимально тихо.

Пока шёл, решил немного подготовиться к предстоящему восхождению. Допуск-то он получил уже давно, но как-то всё надобности не возникало. Опять же, использовать опыт, в то время когда упёрся в потолок, как-то не хотелось. Но теперь это действительно нужно.

Получено новое умение «Альпинист» — 0/2000.

Получено 2000 опыта к умению «Альпинист» — 2000/2000.

Получена новая ступень умения «Альпинист-1» — 0/4000.

Получено 4000 опыта к умению «Альпинист-1» — 4000/4000.

Получена новая ступень умения «Альпинист-2» — 0/16000.

Получено 16000 опыта к умению «Альпинист-2» — 16000/16000.

Получена новая ступень умения «Альпинист-3» — 0/256000.

Получено 22000 опыта — 1024000/4096000.

Невозможно начислить 22000 опыта, недостаточный уровень академического образования.

Свободный опыт — 381255.

Остановиться решил на третьей ступени, посчитав, что этого ему хватит за глаза. А если понадобится, то нарастить не составит труда, благо опыт в запасе ещё имеется. По идее, «Альпинизм» должен был развить в первую очередь интуицию, но случилось ли это он, как и всегда, не понял. Тут нужно попробовать, чтобы осознать.

Умение пошло к спортивным. В принципе, ожидаемо, но у тех же спецназовцев оно значилось в военных специальностях. Тут ведь важно при каких именно обстоятельствах получен допуск. Его случай специальной подготовкой не назвать даже притянув за уши.

Пока разбирался с новым умением, успел подойти к основанию скалы. Ничего так. Внушает. И если приблизился к ней практически не вспотев, то подъём обещал быть тяжким. Да ещё и на солнечной стороне, без клочка тени. Ох-ох-ошеньки, дела его тяжкие.

Глава 27. За дальней перспективой

Виктор окинул взглядом скалу, вздохнул и приблизившись к ней бросил рюкзак с поклажей на землю. Привязал конец верёвки к поясному ремню сзади и поплевав на руки, вновь глянул на красноватый камень.

В момент когда он собирался ухватиться за один из выступов, пришло понимание, что этого делать не стоит, куда практичней использовать другой, чуть выше и правее. Потому что далее идёт столь же удобная щель, где можно держаться не на кончиках пальцев, а нормальным хватом. К тому же он уже знал, куда поставит ногу и где после лёгкого толчка ухватится высвободившейся правой рукой.

Так вот как работает «Альпинист». Нестеров не просто чувствовал поверхность на интуитивном уровне, но мог просчитывать свои действия на несколько шагов вперёд. На столько, насколько мог видеть скалу. А ещё, был способен едва коснувшись камня кончиками пальцев тут же определить насколько тот может быть надёжной опорой.

Взобравшись метров на десять, он оказался на площадке, шириной порядка полуметра. В запасе есть ещё не меньше двадцати метров верёвки, но больно уж удобное место. Поэтому он подтянул рюкзак и пристроил его в уголке. Вообще-то, опасно подниматься вот так. Не дай бог рюкзак соскочит когда окажешься в неудобном положении, то утащит с собой и разобьёшься к нехорошей маме. Но Нестеров считал риск оправданным и был уверен в своих силах.

Передохнул немного, сделал глоток воды и вновь на штурм скалы. Прошёлся пальцами левой руки по очередному выступу, сметая каменную крошку, ухватился и потянулся правой к следующему, одновременно пристраивая правую же ногу на другом выступе. Выиграл сантиметров двадцать и ухватился левой рукой за другой выступ, найдя упор для соответствующей ноги.

Вообще, задача облегчается тем, что скала не вертикальная и не имеет отрицательных углов. Хотя конечно удобным восхождение не назвать, угол наклона совсем незначительный. Но хорошо уже то, что не наблюдается гладких стенок, которые без снаряжения не взять. Во всяком случае, Виктор о подобных умельцах пока ещё не слышал.

Восхождение заняло добрых три часа. С одной стороны вроде как и медленно, при том, что высота составляла не больше сотни метров. Но с другой, поди ещё заберись на такую высоту, мало того, что это серьёзная физическая нагрузка, так ещё и нещадно палит солнце.

Ну и такой момент, что примерно на половине восхождения начали болеть стёртые пальцы. Как-то не подумал об этом, а следовало бы обзавестись перчатками. Хотя-а-а, они скорее были бы помехой, потому что мешали бы чувствовать скалу.

Пока поднимался, хунхузы попытались было высунуть нос из расщелины, но поспешили убраться после пулемётной очереди, подкреплённой осколочным из сорокасемимиллиметровки. Калибр-то вроде несерьёзный, но сто двадцать грамм тротила всё же куда весомей сорока граммов в тридцатимиллиметровом. И судя по тому, что стрельба больше не возобновлялась, бандитам этой демонстрации оказалось более чем достаточно.

Выбирая место для восхождения, Виктор специально сместился в сторону, дабы не выйти прямиком на наблюдателя. Перед завершением подъёма активировал «Камуфляж», а потому взобраться на гряду получилось незамеченным. Он даже смог без труда поднять свой рюкзак, не всполошив двоих хунхузов, до которых было не больше сотни метров.

Впрочем, злоупотреблять умением он не стал. Глупо слишком уж на него полагаться, позабыв о том, что оно является, хотя и весомым, но всё же подспорьем, а не панацеей. Поэтому едва подняв рюкзак, он поспешил укрыться за выступом. К тому же, отсюда открывался хороший обзор на эдакий природный колодец, образованный нависающими скалами.

Как Нестеров и предполагал, тут имелся источник воды. Он представлял собой эдакую каменную чашу или всё же корыто, потому как имел ширину примерно сантиметров пятьдесят и был вытянут вдоль скалы метра на три. Похоже ключевая вода пробиваясь наружу после короткого бега уходила в трещину в скале.

Площадка довольно небольшая, в форме окружности диаметром метров в семьдесят. Из-за грузовиков, лошадей и людей внутри довольно тесно, но в общем и целом для привала вполне приемлемо. И уж тем более, учитывая то, что скалы отбрасывают тень, а значит можно переждать полуденный зной в относительном удобстве, да ещё и с ключевой водой под рукой.

Впрочем, на пленников это не распространялось, так как связанные красноармейцы сидели как раз на солнцепёке. Хотя-а-а, хунхузы тоже не блаженствовали, сосредоточившись у прохода, в готовности отбить атаку. И к чему такие крайности, если можно оставить на жаре только часть народа. Тем более, при наличии наблюдателей, у которых танки как на ладони. Но нет, сгрудились всей толпой.

К посту наблюдателей просто так не подобраться. Тропа, если её можно так назвать, поднимается только на половину высоты. Дальше нужно взбираться с помощью верёвок и вырубленных упоров для ног, что значительно упрощало подъём. Данное обстоятельство не могло не радовать, так как исключало подъём на гребень кого-либо другого.

Виктор отцепил от рюкзака бесшумный карабин и снял с него оптику, которая тут скорее помехой. Его предположения оказались правильными и самая большая дистанция в общей сложности менее двух сотен метров. Так что он и с открытого прицела отработает на ять, а плюсом к этому ещё и лучший обзор.

Затем настал черёд автомата и гранатомёта. Упаковался он на славу, так что мало хунхузам точно не покажется. Извлёк подсумок с десятком гранат, и сразу зарядил одну из них. «Гранатомётчик» у него на четвёртой ступени и на такой дистанции он может забрасывать гостинцы прямо под ноги выбранной жертвы.

Под конец достал подсумки с ручными гранатами, запасными магазинами, кобурой с «Вепрем», нож. Всё это богатство он нацепил на поясной ремень, оружие так же закрепил на себе, чтобы при смене позиции на прежней оставалась только радиостанция. Можно и её с собой унести, забросив рюкзак на спину, но Нестеров счёл, что это уже будет слишком. И без того нагрузился изрядно.

— Шестьсот второй, ответь шестьсот четвёртому, — тихо вызвал Виктор по радиостанции.

До наблюдателей всего-то сотня метров, так что приходилось соблюдать осторожность, дабы не быть обнаруженным раньше времени.

— На связи шестьсот второй, — отозвался старший унтер Логинов, оставшийся за командира.

— Я на позиции. Готов работать. Как у вас?

— Ждём команду.

— Тогда я начинаю. Шестьсот четвёртый, конец связи.

— Принял. Шестьсот второй, конец связи.

Виктор взял на изготовку бесшумный карабин и уперев приклад в плечо, осторожно выглянул из-за каменного выступа. Наблюдатели по прежнему смотрели в сторону замерших в долине танков. Странные они какие-то. Неужели их не насторожил вылезший из машины человек, который вдруг пропал из виду? Если только не знают что такое Эфир, но вот как-то сомнительно, что они настолько дремучие.

Нестеров посадил мушку на голову одного из них, совместив с прорезью прицела. Оружие достаточно точное, чтобы на такой дистанции произвести такой выстрел. Плюсом его умения, так что сомнений у него никаких.

Хлоп-п!

Выстрел сродни пневматической винтовке, звук совершенно бесшумным не назвать. Находившиеся внизу хунхузы не то, чтобы галдели, но вели себя достаточно шумно, а потому ничего не заметили. Чего не сказать о напарнике наблюдателя, вдруг уронившего голову на камень.

Получено 210 опыта к умению «Винтовка-4» — 23917.

Получено 105 опыта к умению «Стрелок-4» — 10009.

Получено 105 опыта к умению «Камуфляж-4» — 92596.

Получено 10 опыта к умению «Снайпер-4» — 1523.

Получено 210 опыта — 1024000/4096000.

Невозможно начислить 210 опыта, недостаточный уровень академического образования.

Получено 210 избыточного опыта — 210.

Получено 10 свободного опыта — 381265.

Второй хунхуз встрепенулся и обернулся, приметив не только гибель товарища, но и расслышав хлопок выстрела. Виктор привычно отработал затвором, как его учил ещё батя, одновременно чуть поведя стволом и ловя в прицел пока ещё живого хунхуза. То, что он поднимет шум, плохо, но не смертельно. Куда важнее то, что он сейчас единственный, кто может представлять для Нестерова реальную опасность.

Хлоп-п!

Получено 52 опыта к умению «Винтовка-4» — 23969.

Получено 26 опыта к умению «Стрелок-4» — 10035.

Получено 26 опыта к умению «Камуфляж-4» — 92622.

Получено 3 опыта к умению «Снайпер-4» — 1526.

Получено 52 опыта — 1024000/4096000.

Невозможно начислить 52 опыта, недостаточный уровень академического образования.

Получено 52 избыточного опыта — 262.

Получено 3 свободного опыта — 381268.

Поспешность до добра не доводит, и этого он лишь ранил. Но хорошо уже то, что прилетело ему качественно и от болевого шока перехватило дыхание, лишив возможности вскрикнуть. Передёрнул затвор и вновь прицелился.

Хлоп-п!

Получено 210 опыта к умению «Винтовка-4» — 24179.

Получено 105 опыта к умению «Стрелок-4» — 10140.

Получено 105 опыта к умению «Камуфляж-4» — 92727.

Получено 11 опыта к умению «Снайпер-4» — 1537.

Получено 210 опыта — 1024000/4096000.

Невозможно начислить 210 опыта, недостаточный уровень академического образования.

Получено 210 избыточного опыта — 472.

Получено 11 свободного опыта — 381279.

Раненный, которого корчило от боли, дёрнул головой и тут же затих. Виктор глянул вниз. Хунхузы продолжали заниматься своими делами так и не заметив неладное с наблюдателями. Впрочем, даже если бы они глядели в их сторону во все глаза, то ничего не увидели бы, так как тех прикрывали каменные выступы.

Нестеров доснарядил в магазин недостающие патроны, после чего выбрал очередную цель. Убивать хунхузов в его планы не входило, только вывести из строя или вынудить сдаться. Даже если только половина из них инициированы, то трофейного опыта должно получиться изрядно. Ну и такой момент, что чем больше раненых, тем более гнетущее впечатление они оказывают на остальных. А он намеревался вынудить их сдаться.

Виктор прицелился в одного из бандитов, и потянул спусковой крючок. Полтораста метров. Но его умений вполне хватило на то, чтобы вогнать пулю точно в плечо. Схватившись за рану и сипя от боли тот упал на одно колено. Его товарищ, ещё не осознавший, что собственно говоря происходит, бросился на помощь. Виктор прицелился в него и вновь потянул спуск. Хлопок! И площадка окружённая горой огласилась криком полным боли. Раненый не смог сдержаться получив пулю в бедро, наверняка раздробившую кость.

Своеобразный каменный мешок тут же наполнился тревожными криками. Бандиты засуетились в поисках невесть откуда взявшегося противника и укрытия. Виктор же методично и без спешки отстреливал одного за другим. Бесшумный карабин и «Камуфляж» работали исправно. Выстрелы первого в поднявшемся шуме было не разобрать, а умение надёжно укрывало Нестерова от хунхузов, о чём его неизменно информировал Эфир.

Внизу поднялась самая настоящая паника. Нет ничего страшнее, чем неизвестность. Хунхузы понятия не имели откуда именно исходила опасность и где находится враг. Зато явственно наблюдали своих раненых товарищей, которых с каждым разом становилось всё больше. Поэтому они не просто начали метаться по пятачку окружённому скалами, но и стрелять в белый свет как в копейку. Винтовочные гулкие выстрелы, перемежались пулемётным грохотом.

Однажды Нестеров почувствовал как в лицо дохнуло могильным холодим и поспешил укрыться за выступом. В этот момент в камень ударила пулемётная очередь, пули с громкими и хлёсткими щелчками ударили в скалу выбивая крошку, с жужжанием уходили в рикошет и с коротким свистом проносились мимо. Но когда он высунулся вновь, то не почувствовал опасности, а следующий выстрел возвестил о том, что он продолжает находиться под завесой «Камуфляжа». Получается это был привет от запаниковавшего пулемётчика садившего от страха в никуда.

Без спешки, выверено и прицельно Виктор успел расстрелять магазин, когда бандиты наконец сообразили с какой стороны исходит опасность. И хотя они по-прежнему его не видели, это позволило им найти укрытие от меткого стрелка. На виду оставались только раненые, которые были не в состоянии спрятаться и оглашали пятачок своими стенаниями. А так же связанные пленники, которые были лишены возможности двигаться.

Оставалось выяснить нет ли кого в мёртвой зоне под ним. Виктор забросил туда две гранаты. Одна рванула впустую. После второй прилетело сообщение о ранении одного из хунхузов. Разрывы напугали лошадей, к тому же в некоторых из них прилетели осколки, что Эфир так же отметил. Но главное, это всё же обуявший их страх. Тем паче, что в этом каменном мешке гранаты рвались особенно громко. Животные начали биться в истерике, чуть не половина оборвала поводья и устремилась прочь из прохода.

Не имевшие понятия просто ли лошади выбегают или это спасаются хунхузы, танкисты открыли пулемётный огонь. Отметилась и сорокасемимиллиметровка, гулко грохнув картечью. Ни одно из пытавшихся спастись животных не сумело даже толком отдалиться от скал.

Виктор забросил ещё пару гранат и вновь прилетело сообщение о ранении, но судя по цифрам это были не люди, а опять досталось продолжающим метаться в панике лошадям. Примерно с десяток вновь сорвались с привязи и умчались в проход, чтобы погибнуть на выходе.

Однако, людям так же досталось. Только в психологическом плане. Решив, что эдак их рано или поздно забросают-таки гранатами, четверо бандитов поспешили покинуть мёртвое пространство и перебежав открытый участок укрылись за грузовиками. Вот теперь пожалуй можно подтягивать и кого посерьёзней.

— Внимание «лисы», здесь шестьсот четвёртый. Шесть сот второму и шестьсот третьему приблизиться на дистанцию в сотню метров и занять позицию напротив прохода. Шестьсот первый входи в проход и как только минуешь его, сразу забирай вправо, пушку влево.

М-да. Если бы знал, то не тащил бы с собой лишнюю тяжесть, обошёлся бы только бесшумным карабином и ручными гранатами. Но кто же знал, что всё обернётся именно так.

Вскоре Уткин вывел танк из прохода, а Туников прошёлся по противоположному склону очередью из тридцатимиллиметровых осколочных снарядов. Хунхузы пытались стрелять по танку из винтовок и пулемёта, но как и ожидалось навредить ему не могли.

Нашлась пара храбрецов, которые попытались было достать его с помощью ранцевых зарядов. Но Виктор не дремал и оба повалились на землю, а пятачок окружённый скалами дважды оглашался гулкими разрывами, отчего опрокинуло один из грузовиков. О бедных лошадях и говорить нечего, слово паника уже не то слово, которым можно описать их состояние. Быть может, смертельный ужас.

После второго разрыва хунхузы попытались было броситься в атаку сквозь качественно прикрывшую их взвесь пыли. Однако, к этому моменту Уткин уже успел развернуть машину и ещё не видя ничего ударил из картечницы прямо в непроницаемую завесу, с каждым выстрелом чуть поворачивая корпус. Туников так же не отмалчивался, продудукав очередь осколочных. Стреляли вслепую, наугад, лишь предполагая возможную атаку, но получилось удачно.

Насколько видел Виктор, никто не пострадал, зато испугались знатно. Бандитов только и хватило, что попытаться перейти в атаку, но стоило засвистеть картечи и прогрохотать разрывам, как они вновь поспешили укрыться за валунами. А там и Виктор, всё так же оставаясь незамеченным, опустошил следующий магазин. И опять с убийственной точностью. Даром что ли он столько времени, сил и опыта вложил в умения.

Наконец, вновь повисла тишина, и Туников через громкоговоритель потребовал, чтобы хунхузы сложили оружие. Какое-то время ничего не происходило. Но когда Виктор подстрелил очередного бедолагу, огласившего каменный мешок громкими стенаниями, дело сдвинулось с мёртвой точки и противник начал выходить из укрытий с поднятыми руками.

Хунхузы, это не обычные бандиты, а весьма матёрый и умелый противник, которому не откажешь ни в храбрости, ни в стойкости. Но когда против тебя выступает танк, перед которым ты бессилен, а на господствующей позиции засел меткий стрелок, которого ты не можешь даже увидеть, то поневоле отчаешься…

Всего в плен попало пятьдесят три хунхуза, пятнадцать из которых были ранены. Несмотря на творившееся на небольшом пятачке, никто из шести китайских красноармейцев не пострадал. Последние все до единого прошли инициацию и у них, надо сказать, был изрядный запас избытка. А вот из бандитов связь с Эфиром имели только двадцать один человек.

Виктор вновь вооружился артефактами, чтобы перевести и снять трофейный опыт. В общей сложности получилось восемьсот десять тысяч. Не так чтобы и мало, и уж тем паче, если учесть, что едва ли не половина пришлась именно на красноармейцев.

Получается, что расчёт Нестерова на трофейный опыт с водителей и охраны конвоев, должен будет себя оправдать. Разумеется, если те не станут драться до последней возможности, а будут скоренько задирать руки вверх.

В этой связи, Виктор озаботился лишь уничтожением груза. Как оказалось, это была вещёвка и продовольствие. Хунхузы это не просто банды, у них имеются целые поселения с семьями, так что, ничего удивительного в том, что имея возможность, они решили прибрать такую добычу к рукам.

— И что дальше? — поинтересовался старший унтер Логинов.

— Отдадим красноармейцам оставшиеся на ходу три грузовика и все оружие хунхузов. Хотят, пусть сами вывозят их к своим для суда, хотят, пусть расстреляют и уходят налегке, мне это не интересно.

— Полагаю, что они не станут возиться и просто кончат их, — предположил Логинов.

— Возможно. Но это уже не наша печаль Главное, чтобы красноармейцы ушли целыми и пошли гулять правильные слухи. Я в это ввязывался из-за дальней перспективы. И пока, у нас всё получается. Ладно, братцы, уходим.

Глава 28. Делец

Прекрасное воскресное утро. В смысле туманное и промозглое, температура всего-то двенадцать градусов. Но это вполне обычно для Приморья, где довольно затяжная весна. На дворе двадцать второе июня, но лето в этом году подзадержалось и солнечных дней не так много, как хотелось бы. Впрочем, нет худа без добра и бегать по холодку куда приятнее, чем под палящими солнечными лучами.

Воскресенье вовсе не причина для безделья. Иное дело, что Виктор в этот день особо не налегает на физические нагрузки, но не может отказаться от элементарной пробежки и занятий на спортивном городке. Просто, если не сделает этого, то весь день будет ощущать дискомфорт.

— И охота тебе, — встретила его Татьяна, зябко передёрнув плечами.

— Брось. Вот зря ты не захотела со мной пробежать. Сейчас чувствовала бы себя взбодрившейся, — задорно возразил он.

— Спасибо, но в воскресенье я предпочитаю поспать на час дольше. Давай в душ, а я пока завтрак приготовлю.

— Ага, я мигом.

— Одежду брось там в угол, мокрая и грязная, нужно постирать.

Татьяна не любила собирать большое количество белья, предпочитая стирать чаще, но в небольших количествах. Спасибо стиральной машине, которую она неизменно называет своей помощницей. Вообще-то, довольно дорогое удовольствие, но они могут себе позволить ещё и не то.

С началом серийного выпуска танков конструкции Виктора, их, и без того хорошее материальное положение, серьёзно улучшилось. Если не сказать больше. Они теперь без преувеличения являются состоятельной семьёй. Виктор отказался от единовременной выплаты опытом и деньгами, пожелав получать лицензионные отчисления.

Ввиду того, что в конструкции своего танка он использовал уже существующие и апробированные решения, выплаты были не так высоки, как могло бы показаться. Но даже две сотни рублей за единицу, приносили ему сорок тысяч ежемесячного дохода. Вкупе с другими лицензиями, «ареной» и фермой, за минусом налогов сумма составляла уже около сорока шести тысяч. И это при их довольно скромных потребностях.

Миллионером он конечно не стал, но и куда пристроить такие доходы пока не знал. Поэтому деньги в подавляющем большинстве оседали в банке. В настоящий момент он сумел пристроить к делу лишь небольшую их часть. Не то, чтобы не находились прожектёры, просившие его профинансировать их идеи. И откуда только узнавали о его финансовом положении? Но он предпочитал не пороть горячку и выждать.

Танки дело не вечное. Ну сколько их произведут, учитывая то, что он уже знал о планах перевооружения республики совершенно другими образцами? По идее их вообще не должны были выпускать. Насколько он знал, в Китай и Никарагуа направляется гораздо меньше машин, чем производится на заводе в месяц. И даже в этом случае ДВР продаёт ТР-3 и ПТ-1.

Именно по этой причине он и думал, в какое предприятие можно вложить имеющиеся деньги. Но так и не пришёл ни к какому конкретному решению. А то, до чего он всё же додумался, в финансовом плане приносило не так много, хотя и являлось весьма прибыльным. Но это другое…

— Садись, — пригласила его Татьяна, когда он после душа вошёл на кухню.

— И что нам бог послал? — потирая руки, опустился он за стол.

— Щи, да каша, пища наша, — улыбнулась она.

И не так чтобы обманула. Каша рисовая на молоке, с кружочком сливочного масла в центре тарелки, яйцо всмятку, гренки, бутербродное масло, клубничное варенье и чай. Виктор как-то привык в армии всё больше к мясному рациону, но Татьяна придерживалась иного мнения, ему же оставалось только принять это.

— Какие планы на воскресенье? — поинтересовалась она.

— Я весь в твоём распоряжении, — сделал он широкий жест.

— Отлично. Как насчёт прокатиться во Владивосток?

— Что-то конкретное?

— Нет. Просто прогуляться.

— Думаешь, там погода сильно отличается от здешней?

— Можно посидеть в ресторане или кафе, сходить в кино или навестить «арену» и Туниковых. Виноградовск как-то утомляет.

— Не вопрос. Давай так и сделаем. А по дороге заедем в Сергеевское, — улыбнувшись, согласился Виктор…

После командировки в Китай и успешных испытаний его танка, Виктор решил заняться своим академическим образованием. Не то, чтобы он испытывал в этом сильную нужду или горел желанием. В конце концов у него имеется в запасе два возрождения, а научная работа его не прельщала от слова совсем. Вот если повозиться с железом, то совсем другое дело. Только не с артефактами, которые требуют большого терпения и многих часов за станком.

С не меньшим удовольствием он вернулся бы на службу. Если другие командиры и открещиваются от такого подчинённого, о чём ему прямо заявили далеко не только злопыхатели, то полковник Григорьев был бы только рад такому кадру. Давний сослуживец бати не был армейским офицером, а потому на многие моменты имел свой особый взгляд. Он не просто нашёл бы применение талантам Нестерова, а использовал бы их с максимальной эффективностью, о чём и заявил ему.

Однако, от службы Виктор решил пока воздержаться. Причина была в Татьяне. Ему хотелось не просто быть с ней рядом, но сделать её счастливой. Он помнил как она провожала его в Китай, и насколько ей это не понравилось. Ну и заодно решил использовать это время с пользой и заняться образованием. Для чего они перебрались в Виноградовск.

Татьяна закончила академию и сейчас проходила интернатуру в местной больнице, набираясь практического опыта. Правда, довольной она при этом не выглядела. Всё же город небольшой и закрытый. Преступности тут как таковой нет, даже на бытовой почве явление довольно редкое. Уж больно тут всё жёстко. А потому и для хирурга работы не так много. Но если мужу для подготовки к магистерскому экзамену нужно находиться именно тут, а иной причины сидеть дома сиднем нет, то и она это приняла…

После завтрака они направились в гараж за автомобилем, Виктор приобрёл себе представительский ВАЗ-39, последняя модель Владивостокского автомобильного завода в крытом кузове. Причина вовсе не в том, что ему хотелось как-то выделиться. Просто хотел угодить супруге.

Диспетчер в гараже не просто отдал им ключи, но заглянув в журнал, сообщил о том, что автомобилю провели плановое техническое обслуживание и он в настоящее время полностью исправен. Здесь имелся свой цех где проводили не только регламентные работы, но и всевозможный ремонт. Очень удобно, и к слову, не так дорого. Вернее, всё зависит от марки авто. В их случае, цена была повыше, но коль скоро можешь себе позволить такую игрушку, то будь готов и платить. Виктор вполне мог себе это позволить.

На выезде их остановили на КПП, где ознакомились с пропуском и провели досмотр. Нестеровы имели право свободного выезда, получив соответствующий пропуск в управлении ДБР. Вообще-то, подобное позволяется немногим, основная масса горожан, и уж тем более военнослужащих, получает лишь разовое разрешение при каждом выезде. Вернее, подаёт заявку на выезд, и вовсе не факт, что её одобрят.

Но у них был особый случай и соответствующие знакомства. Единственно выехать они могли не раньше восьми утра, а вернуться обязаны были не позднее десяти вечера. И лучше бы им воздержаться от нарушений, иначе можно и лишиться подобной привилегии.

До Сергеевского добежали за каких-то полчаса. Тут всего-то двадцать пять километров, по асфальтированной дороге. Можно и быстрее, но дорога тянется меж сопок и достаточно извилистая, чтобы выжимать все сто двадцать километров, на которые способно авто…

Вернувшись из Китая, Виктор обнаружил, что завод уже развернул серийное производство танков и самоходок, а на его счёт в банке упали первые сорок тысяч рублей. Вместе с имеющимися у него сбережениями и премиальными, капнувшими благодаря почти двухмесячному рейду по пустыне Гоби, получалось более чем солидно.

Деньги нужно было вложить так, чтобы от них был несомненный толк. Понятно, что поможет отцу, благодаря чему тот получит очередной толчок, но нужно же смотреть вперёд. Хотел было открыть ещё одну «арену», однако тут конкуренция такая, что за прошедшее время прибыльность ничуть не возросла.

И тогда его осенило. Отчего бы не построить свиноферму. Свинья конечно парнокопытное, но в плане получения опыта Эфир отчего-то относит её к категории хищников. И если иметь свою ферму, да приставить к ней забойщика с пистолетом в руках, то можно получить такой прогресс, а как следствие и прибыль, что все метания по горячим точкам покажутся жалкими потугами.

Но тут такое дело, что если не наладить сбыт, то за это дело не стоит и браться. Эдак раньше вылетишь в трубу, чем что-то заработаешь. И получится, что куда проще регулярно посещать стрельбище, или участвовать в схватках на «арене».

Так как он собирался перебираться в Виноградовск, то решил обратиться к куратору в департаменте безопасности. Город секретный, а потому даже вопросы снабжения на контроле конторы. Обратился не на дурачка, а воспользовался протекцией Григорьева. Принявший Нестерова подполковник выслушал его предложение и не просто согласился поспособствовать, но ещё и дал добрый совет.

Как оказалось, правительство поощряло выпуск консервированной продукции и в частности, того самого армейского рациона, пеммикана. Однако, владельцы консервных заводов предпочитали закупать сырьё у населения. Поднять крупную свиноферму в республике, которая не способна обеспечить собственную продовольственную безопасность, задача непростая требующая серьёзных капиталовложений, при сравнительно скромной прибыли.

Это ведь не вырастить свинью дома на помоях и очистках. И не небольшое хозяйство голов на пятьдесят, которое содержат благодаря вывозимым пищевым отходам из тех же армейских частей. Для масштаба нужно кормовое зерно. Много зерна. А его только закупать у заграничных поставщиков.

Пришлось побегать, найти управляющего, нанять бригаду плотников, чтобы в кратчайшие сроки поставить даже не свиноферму, а целый комплекс. На одной территории выставили животноводческие корпуса, зернохранилище, мельницу, цеха консервного заводика и склады готовой продукции, оборудованные холодильной установкой. Чтобы обеспечить электричество, Нестеров закупил паровую машину с генератором.

Батя узнав о таких делах, оставил своё хозяйство на помощника, приехал на помощь сыну. Он-то и взвалил на себя основные заботы по организации и строительству. Сначала это был корпус под закупленных свиноматок, а пока они вынашивали и выкармливали первое потомство началось ускоренное возведение всего остального.

На сегодняшний день уже налажен поток, работающий как хорошо отлаженный механизм. Каждый день забивается по двадцать голов. Десять отправляются на грузовике в Виноградовск, вторая половина уходит в переработку в консервный цех.

К слову, непонятно отчего вдруг заказ на пеммикан из свинины. Так-то для него годится любое мясо, но традиционно используют говядину. Впрочем, возможно причина в желании внести в рацион разнообразие. Виктору доводилось есть и тот, в составе которого были различные добавки менявшие вкусовые качества.

Не суть важно. Главное что был налажен сбыт, за прошедшие десять месяцев поголовье возросло до четырёх тысяч, а на его банковский счёт регулярно капает опыт. И получалось куда как изрядно. За время рейда по тылам, при всех трудностях и лишениях ему удалось заработать миллион двести тысяч опыта. В то время как свиноферма за прошедшее время уже принесла три с половиной миллиона и дальше прибыльность будет только расти.

По деньгам получалось порядка трёх тысяч рублей в месяц. Не так много, как можно ожидать от столь крупного хозяйства. Однако Виктор считал, что сделал правильное вложение. Ферма функционировала полностью автономно. Работники от свинопасов до управляющего получали солидную заработную плату, что должно было их стимулировать на добросовестную работу.

Вот так, не влезая в процесс, он получал опыт и… Кто сказал, что три тысячи это курам на смех? Очень даже солидно. Всё дело в аппетите, с которым у Нестерова всё в порядке и жадностью он никогда не отличался. Опять же, всё дело в приоритетах, а у него на первом месте вовсе не деньги…

— День добрый, Аристарх Андреевич, — войдя в рабочий кабинет, поприветствовал Нестеров управляющего.

— Виктор Антипович? — искренне удивился тот. — Здравствуйте. Вот уж не ждали вас в воскресенье.

Сюда он приезжал раз в два-три дня, чтобы снять опыт и переместить его в банк, где у него уже хранилось более пяти миллионов. Сейчас он ему без надобности, потому что очередной этап академического образования он так и не получил. Но и оставлять у забойщика, считал неправильным. Ещё не забыл как бандиты едва не обнулили его самого, причём окончательно.

Ну и такой момент, что ему нравилось ездить на автомобиле. Дорога не всегда извилистая, есть и прямые участки, где получалось выжимать всё, на что способен ВАЗ-39. Так отчего же отказывать себе в удовольствии, тем паче имея право свободного выезда за пределы города. К слову, как раз благодаря вот этой самой ферме.

Государство заинтересовано в ней как и он сам. Причём дело даже не только в продовольственной безопасности республики. Помимо постоянного притока свежего мяса на рыночные и магазинные прилавки города республиканского значения, Нестеров обеспечивает и постоянный приток опыта в казну.

Как уже говорилось, свиней тут забивают не традиционным способом. Забойщик простреливает животному голову и только после этого вскрывают глотку, сливают кровь и приступают к разделке. В день по двадцать голов, в месяц шестьсот, поголовье фермы как раз оптимально чтобы обеспечивать непрерывный процесс. Сегодня один выстрел забойщика приносит уже две тысячи девятьсот шестьдесят опыта, из которых пятьсот девяносто два уходит в казну.

С первого января этого года вступил в силу новый закон налогообложения. Для всех граждан зарабатывающих до ста тысяч опыта в год он составляет два процента. От ста до двухсот, пять процентов. От двухсот до пятисот, десять. От пятисот до миллиона, пятнадцать. От миллиона и выше, двадцать. Учитывается именно заработанный, а не приобретённый.

С контролем за этим процессом отлично справляется Эфир. Граждане прошедшие инициацию обязывались явиться в налоговый орган и заключить договор по Сути. Армия и флот, как и прежде, стояли особняком, ввиду того, что государство обеспечивает их возможностью роста за казённый счёт.

— А где Семёныч, — поинтересовался Виктор, имея ввиду забойщика.

— Так он же согласно договора только на забое задействован. Отстрелял своё и свободен.

— Вижу, вас такое положение дел не устраивает, — хмыкнул Виктор.

— Вы хозяин, вам виднее, только как-то оно… — пожал плечами управляющий и осёкся.

— Зря вы так, Аристарх Андреевич. Ферма мною в принципе создавалась только вот из-за этого настрела опыта. Но кроме того я ещё и зарплату плачу местным и весьма щедрую. Иные дельцы глядючи на это только у виска покрутят, потому что сам я от этого доход имею несравнимо меньший, чем мог бы.

— Да понимаю я всё. Но ты поди людям рты заткни. Семёныч расхаживает гоголем, на остальных сверху поглядывает. А и то, триста целковых в месяц. Даже у меня сто пятьдесят, а я тут за всё ответ держу и…

— Что за!.. — Нестеров даже поднялся со стула, всматриваясь в сообщение возникшее перед внутренним взором.

— Что случилось, Виктор Антипович, — привстал со своего места управляющий.

— Разыщите и вызовите сюда Семёныча.

— Так… — начал было растеряно управляющий.

— Срочно! — гаркнул Нестеров.

— Есть, — управляющий тут же сорвался с места.

Считанные секунды и с крыльца послышался его приглушенный голос. Потом рыкнул двигатель небольшого разъездного грузовика. Вскоре вернулся всё ещё растерянный Аристарх Андреевич, а следом вошла Татьяна. Она оставалась в авто, и читала книжку. Предполагалось, что он будет отсутствовать недолго. Но приметив нечто необычное, она решила узнать в чем дело.

— Витя? — вопросительно произнесла она, видя насколько он сейчас зол.

— Этот придурок… — начал было и осёкся Нестеров, а потом глянул на управляющего. — Значит, говорите Семёныч расхаживал гоголем и посматривал на всех с высока, а все ему люто завидовали?

— Так и есть, — подтвердил управляющий.

— М-да. Не думал, что он настолько тупой.

— Витя? — вновь вопросительно произнесла Татьяна.

— Похоже Семёныч решил, что ему теперь и чёрт не брат, а я ему ничего не сделаю, потому что один его выстрел приносит мне две с половиной тысячи опыта. Поэтому решил немного подзаработать на стороне. Тяжело сидеть у ручья и не напиться. Судя по пришедшему сообщению, он только что, в нарушении договора по Сути, застрелил… Если исходить из цифр, возможно корову.

— Быка, — вздохнув, уточнил управляющий.

— Вы откуда знаете? — вздёрнул бровь Нестеров.

— Сосед Семёныча собирался забить быка и отправить в город на колбасный. Я уж договорился и обещал пристроить тушу на нашей машине.

— Ясно.

Через двадцать минут появился виновник происшествия. Ему так же прилетело тревожное сообщение, а ещё разом списался штраф в размере трёх тысяч очков с одного из умений, которое Эфир счёл значимым. И это будет повторяться раз в сутки, на протяжении года. Именно такие условия были прописаны в договоре по Сути…

— Виктор Антипович, как хорошо, что вы приехали, — обрадованно заговорил Семёныч. — Тут такая оказия приключилась…

— Присядь, — оборвав его жестом, пригласил Виктор.

Больше не говоря ни слова он извлёк из саквояжа артефакты, и приладив на запястьях забойщика электроды, начал манипуляции с опытом. Дело привычное, а потому никаких возражений со стороны работника не последовало. Нестеров снял только тот, опыт, что был заработан при настреле свиней, оставив прилетевший за быка в избытке.

— Так, а чего тот-то в избытке оставили? Уже разом и перекинули бы, — растерянно произнёс забойщик.

Вместо ответа, Виктор извлёк свой ПМ и положил его на стол, перед забойщиком.

Виктор Антипович, сплоховал я малость. Вы просто отмените прежний договор по Сути и заключим новый, — с не очень-то и виноватым видом, произнёс Семёныч.

— Возьми и выстрели в стену, — указав направление, произнёс Виктор.

— Так ведь прогресс слетит, — растерялся забойщик.

— И что? Тебе какая печаль? Ты его получил только благодаря мне. Всё прописано в договоре. Так что, бери пистолет и стреляй.

— Да бросьте, Виктор Антипович. Ну сплоховал, с кем не бывает. Ить почитай две с половиной тысячи с одного выстрела. Надо просто поправить…

— Либо ты сделаешь это по доброй воле, либо по требованию исправника. Только я бы тебе не советовал доводить до этого и всё решить полюбовно, — твёрдо произнёс Виктор.

Мужик какое-то время смотрел в его холодные глаза, потом тяжко вздохнул и взяв оружие выстрелил в стену. Не смотри, что калибр несерьёзный, в закрытом помещении звук выстрела приложил по ушам, а в носу тут же защекотало от пороховых газов. Вот и всё. От прогресса который нарабатывался целых пять месяцев не осталось и следа.

Пожалел ли об этом Виктор? Немного. И это не бравада. Лучше уж сейчас, на примере вот этого дурака показать остальным, что не всё так просто. Чем потом жалеть, когда показатели станут значительно выше. Хотя потери конечно серьёзные. И это ещё мягко сказано.

— Семёныч, я надеюсь ты хорошо помнишь договор и не забыл, что в случае его нарушения обязан вернуть три четверти из всего выплаченного тебе жалования.

— Так я…

— Твои трудности, Семёныч. Мне без разницы куда ты потратил деньги и где возьмёшь необходимую сумму. Но через месяц должен будешь произвести полный расчёт. Иначе окажешься в долговой тюрьме. Вот теперь всё. Можешь идти. Аристарх Андреевич, вы говорили, что многие завидовали Семёнычу и хотели бы занять его место? Должность забойщика вакантна.

— Кому много даётся, с того много и спросится, — растерянно произнёс управляющий.

— Так и есть. С забойщиком, проблем не будет?

— При таком раскладе, даже и не знаю, найдётся ли желающий, — развёл руками Аристарх Андреевич.

— Не так страшен чёрт, как его малюют. Главное помнить пункты которые нельзя нарушать, а так же о том, что Эфир не обмануть. Если всё сделано в рамках договора, то в случае промаха и ответственности никакой не последует. Я вечером буду возвращаться из Владивостока и заеду к вам, к этому времени найдите забойщика.

— Поищу конечно. Да только не уверен, что теперь выстроится очередь.

— Я в вас верю. Ну что, Таня, поехали дальше, — улыбнувшись жене, предложил он.

Глава 29. Один народ

— Дай я поведу, — протянув ладошку лодочкой, попросила Татьяна.

— Только без лихачества. Асфальт мокрый и временами туман попадается, — вкладывая в неё ключи, предупредил Виктор.

— Как скажешь, — лучезарно улыбнувшись согласилась она.

Супруга окончила автомобильные курсы ещё в прошлом году, поступив туда, едва он пожелал приобрести авто. Он предлагал ей и раньше, но она всё отказывалась. А тут вдруг сразу же воспылала. Не иначе как коричневый автомобиль новой модели, с никелированными радиаторной решёткой, молдингами на кузове и блестящими дверными ручками сказали своё веское слово.

Татьяна плавно тронулась с места, и покатила по влажному гравию подъездной дороги на трассу Виноврадовск-Владивосток. Поначалу ехала достаточно медленно, ловя колёсами неровности грейдера, но как только оказались на асфальте, сразу прибавила газу уверенно набирая ход.

Водила она хорошо, не отнять. Тут и сами по себе неплохие навыки и умение, которое Виктор задрал ей на максимум. Она хотела было откреститься, мол не стоит сливать столько опыта, но он был непреклонен. Автомобиль не только средство передвижения, но ещё и источник повышенной опасности. Так что, оно того стоило, без вариантов.

Сидя на пассажирском сиденье, Нестеров протянул руку и включил радиоприёмник. Пощёлкал кнопками фиксированных радиоканалов, подбирая приятную музыку. Очень удобно, не нужно крутить настройки и ловить нужную волну.

— Витя, а не лучше ли было впаять Семёнычу штраф, заставив его выплатить всё до копейки и урезать вдвое зарплату? Всё же прогресс в двадцать девять раз, а завтра-послезавтра и в тридцать, — поинтересовалась Татьяна.

— Завтра, — уточнил он. — Но тут такое дело, если пожалею его хоть в одном пункте, в будущем будет куда больнее. Да и он может посчитать себя настолько ценным, что может уже и мне условия диктовать. Сейчас я потерял, зато показал, что готов бить наотмашь и без раздумий, невзирая на потери.

— Хм. Резонно, — прибавляя газ на прямом участке, произнесла она.

До Владивостока добежали быстро. Тут Виктору уже пришлось немного поёрзать, время от времени поглядывая на супругу. Самый трусливый пассажир это шофёр. Правильная поговорка, зрит в самую точку. Хотя он и понимал, что жена управляет авто куда аккуратнее него, но ничего не мог с собой поделать, наблюдая оживлённое движение и не имея возможности контролировать автомобиль.

Первым делом направились к «арене», благо до предприятия было не так далеко. Двухэтажное вытянутое каменное здание дореволюционной постройки, которое долгое время пустовало. Прежде тут были казармы японских интервентов, которых выбивали отсюда с боем. Не сказать, что военный городок удалось взять штурмом, но зданию досталось изрядно.

Как результат, оно долгие годы стояло невостребованным, уж больно неудобное расположение для частных вложений. Городские же власти считали нерентабельным проведение ремонта. Если бы возникла острая нужда, тогда оно конечно, но необходимости не было.

Когда Виктор решил его арендовать, то сложностей не возникло. Даже не потребовалось задействовать связи в городской управе в виде Анны Фёдоровны Аршиновой. Потому что в него едва ли не вцепились, стремясь сбыть с баланса эти полуруины.

При минимальных вложениях в ремонт, он получил на выходе вполне себе прибыльное малое предприятие. Признаться, если бы не его награды и не правильно проведённая реклама, то конкурировать с другими было бы сложно. А так, нашлось много желающих померять силы с георгиевским кавалером, героем трёх войн и двух конфликтов. Ну а дальше спортивный интерес, подогреваемый жаждой надрать зад этому заносчивому вояке, который чаще сам мылил холку охотникам на его пятую точку.

— О! Виктор Антипович! Неожиданно, — выйдя к нему навстречу с протянутой рукой, приветствовал его Туников.

— Как у вас тут, Игорь? — отвечая на рукопожатие, поинтересовался Нестеров.

— По большей части хорошо. Я как раз собирался вам звонить по поводу схватки в следующее воскресенье. Есть группа желающих навалять героям орденоносцам. Если бы знал, что сегодня приедете…

— Нет-нет-нет, — тут же замахал руками Виктор. — Я конечно от схваток не бегаю, но сегодня никакого настроения зарабатывать синяки. В следующее воскресенье, хорошая дата.

— Как скажете. Тогда, просто выехали развеяться? — предположил бывший заряжающий

— А за одно, напроситься к вам на ужин, — улыбнувшись, уточнила Таня.

— Мы всегда за, — с готовностью заверил Туников.

— Ну, тогда часов в семь? — уточнил Виктор.

— Не вопрос, — подтвердил тот.

Попрощавшись с ним, покатили прямиком к магазину «Детский мир». Без подарков заявляться в дом, где имеется ребятня, оно как-то не правильно. Опять же, Татьяне это доставляло удовольствие, причём не столько покупка, сколько сам процесс. К слову, Виктору так же нравилось бродить меж стеллажей, рассматривая игрушки. Возможно оттого, что у его бати не всегда была возможность баловать своих детей.

К полудню выглянуло солнце и воздух очень быстро прогрелся, а лужи начали стремительно высыхать. Правда, стало душновато, но если расположиться в тени деревьев летнего сада, на площадке летнего кафе с чашкой полной мороженого, то получается одно сплошное удовольствие.

Потом был сеанс кино. «Таинственный остров» снятый в СССР уже около месяца как вышел в прокат, но несмотря на это всё ещё пользуется популярностью, а потому имеются два сеанса в большом зале. И свободных мест практически нет.

Картину закупили в рамках культурного обмена с советами. Несмотря на противоречия, практика эта давняя, для чего выбираются более или менее нейтральные темы. В ней конечно присутствует некий посыл к людям труда, способным создать рай на отдельно взятом острове, без эксплуататоров. Однако никаких противоречий с идеологией ДВР не наблюдается.

Насколько знал Виктор, в СССР с ответным визитом отправилась картина Владивостокской киностудии «Пятнадцатилетний капитан». И вроде как идёт в прокате на ура. Что в общем-то и не удивительно, учитывая всё возрастающий интерес к кино в общем.

Они уже практически миновали летний сад, чтобы выйти к стоянке, на которой оставили автомобиль, когда из громкоговорителей на улице и в саду послышался сигнал предупреждения. Свернул игру духовой оркестр, люди с встревоженным видом потянулись к столбам с репродукторами. Ничего хорошего от экстренных выпусков ждать не приходилось.

В последний раз этот сигнал подавали в тридцать девятом, во время советско-японского конфликта на Халхин-Голе. Тогда была объявлена общая мобилизация, хотя до войны дело так и не дошло, все небезосновательно ожидали, что после победы над японцами, советы могут повернуть штыки против ДВР.

Тогда войны не случилось, но кто знает, каковы причины экстренного сообщения сегодня. Конфликт с Японией, Польский поход, присоединение Прибалтики, Зимняя война. Всё это за короткий промежуток времени и везде советам сопутствовала удача. Кто знает, быть может в Москве решили, что настало время решить вопрос с Дальневосточной республикой. Тем более, что с Германией заключён пакт о ненападении.

— Внимание, говорит Дальневосточное информационное агентство. Передаём важное правительственное сообщение, — наконец послышался голос диктора первого государственного канала, на смену которому тут же пришёл не менее знакомый, президента Песчанина. — Граждане Дальневосточной республики, сегодня в одиннадцать часов утра по Владивостокскому времени, и в четыре по Московскому, без объявления войны германские вооружённые силы вероломно напали на Советский союз. Меж нами есть множество противоречий, неоднократно случались пограничные конфликты, но несмотря на это мы один народ, между родными случаются ссоры, но это дело семейное. В ответ же на внешнюю угрозу мы выступим единым фронтом, одной дружной семьёй. На экстренном заседании государственной думы было принято решение об объявлении войны Германии и её сателлитам. В республике объявляется общая мобилизация первой, второй и третьей очереди резерва. Враг не только коварен, но и силён, однако он будет разбит, победа будет за нами.

Сообщение завершилось и из репродукторов полился гимн республики. Виктор невольно подтянулся, хотя и был в гражданской одежде. Остальные так же не спешили расходиться, тех, кто всё же проявлял нетерпение, одёргивали стоявшие рядом. Наконец музыка смолкла и люди начали расходиться.

При этом вели они себя довольно спокойно, даже те, кому, судя по возрасту, предстояло вскоре явиться в военкоматы. С одной стороны, нечто подобное уже было два года назад, с другой, война где-то там, далеко на западе, через семь часовых поясов. А от того казалась чем-то нереальным и признаться не верилось в то, что войска действительно отправят за многие тысячи километров.

Ну может быть поедут добровольцы, как это было с Испанией. Или опять задействуют частные военные компании как в Китае и Никарагуа. А то и вовсе ограничатся чисто символическим жестом, и вообще никого не пошлют. У СССР не просто большая, но и сильная армия, оснащённая по последнему слову военной мысли. Так что, не исключено, что сегодня они сдержат первый натиск, а уже завтра перейдут в контрнаступление. А объявление ДВР войны и мобилизация, всего лишь политика.

Нашлись конечно и недовольные, бурчащие себе под нос или перешёптывающиеся с теми, кого хорошо знали. Высказываться в открытую не рекомендовалось категорически. Было уже такое. Свобода слова в республике приветствовалась, но ровно до того момента, пока страна не объявляла мобилизацию в готовности вступить в войну. С этого момента начинала действовать жёсткая цензура. Не сказать, что за длинный язык непременно попадёшь за решётку, но прилетит больно, а не осознаешь, так и каторга обломится.

Несмотря на начавшуюся войну, ужин у Туниковых прошёл весело. Подтянулся Уткин с молодой женой и полугодовалым сынишкой. Но самое главное, это сюрприз в виде приехавших в отпуск Ясенева и Шапиной, которым Виктор и Татьяна были откровенно рады. Тем паче, что эта парочка успела пожениться, так что выпили не только за встречу, но и по поводу.

Жаль только долго посидеть не получилось. Чете Нестеровых предстояло ещё заехать в Сергеевское, чтобы закрыть вопрос с забойщиком. В этой связи КПП Виноградовска они проехали буквально за десять минут до истечения назначенного срока…

— Виктор Антипович, признаться, я рад, что вы сами пришли, а то ведь на ваше имя уже выписана повестка, — приветствовал его капитан ДБР, курировавшего второй отдел кадров в Виногардовске.

— А чего тянуть, я и так знаю, что нахожусь в резерве первой очереди. Готов получить назначение, — пожал плечами Нестеров.

Утром, вместо того, чтобы направиться в университет, он пошёл прямиком в контору, где и числился на учёте как характерник и бывший офицер ДБР, пусть и лишь номинально.

— Э-э-э не-эт, Виктор Антипович, так легко отделаться у вас не получится. И мобилизации вы пока не подлежите.

— В смысле, не подлежу? А повестка?

— Это по другому поводу. В республике хватает и командиров взводов и характерников. Слава богу, не били баклуши, готовили кадры и есть кого призвать без того, чтобы выдёргивать предпринимателей занятых на стратегических направлениях.

— Не понял.

— Сейчас объясню. Вам надлежит в самые сжатые сроки нарастить поставки пеммикана минимум втрое. Если получится больше, это только приветствуется. Возможности у вас для этого есть, остаётся немного поднапрячься.

— Между прочим, я ещё не вернул вложения сделанные на строительство существующей свинофермы.

— И вернёте и заработаете, государство вам это гарантирует. Тем паче, что основное направление для вас не финансы, а опыт. Получите соответствующую бумаги и обратитесь в налоговый департамент, где с вашим забойщиком заключат договор по Сути о налоге не превышающем пятнадцать процентов.

— Получается, что для ценных работников я смогу получить бронь?

— Вы правильно понимаете, Виктор Антипович.

— В таком случае она нужна для управляющего, ветеринара и трёх забойщиков.

— У вас же только один забойщик, — заглянув в свои бумаги уточнил безопасник.

— Я тут подумал, что глупо складывать все яйца в одну корзину. Так оно конечно получается меньше, зато и случись потерять, будет не так больно.

— Резонно. Случиться может всё что угодно, — с понимающим видом кивнул капитан.

— Вы уже знаете?

— Так вы же занимаетесь поставками в Виноградовск и ферма ваша всего лишь в двадцати пяти километрах, да ещё и вдоль автодороги в режимный город, — ответил безопасник с таким видом, словно Нестеров сморозил несусветную глупость.

— А. Ну да, — хмыкнув, согласился Виктор.

— До вечера представьте мне данные на нужных людей. И помните, до выхода на указанные показатели у вас пять месяцев.

— Я не забуду…

* * *

— Итак, господа-товарищи, мои предположения полностью оправдываются и старушка история не желает отворачивать в сторону, — произнёс Песчанин, откинувшись на высокую спинку стула и упёршись руками в столешницу. — За прошедшие три недели германские войска продвинулись вглубь территории СССР на триста-шестьсот километров. Потери армии более полумиллиона личного состава, причём примерно три четверти попала в плен. Уничтожено порядка трёх с половиной тысяч самолётов, шести тысяч танков, большое количество артиллерии. Ещё не катастрофа, но весьма близко к этому.

В его рабочем кабинете собрались пятеро входивших в ближний круг и знавшие о нём всю правду. Этим людям Антон Сергеевич доверял целиком и полностью. Не сказать, что все они обладали равным объёмом информации, каждый только в части касающейся. Однако, был целый пласт вопросов которые они решали сообща, так как могли говорить открыто.

— Есть информация о крайне жестоком поведении оккупантов на захваченных территориях, — заговорил начальник ДБР, генерал лейтенант Кудинов. — Пока это распространяется на коммунистов, но я уверен, что вы опять окажетесь правы и гансы поведут себя крайне жестоко. Во всяком случае, из полученных донесений с военнопленными обращаются хуже чем со скотом, коммунистов расстреливают до окончательной смерти, используя японский опыт. Как впрочем и любого выказывающего лишь намёк на неповиновение. Так что потери в этой войне будут просто ужасающими и я склоняюсь к мнению, что мы должны предотвратить это нанеся удар по центрам принятия решений, благо «Рапира» даёт нам такую возможность.

— А на выходе получим всё так же враждебно настроенный по отношении к нам СССР, — покачав головой, возразил Голубев, занимавший пост министра иностранных дел. — Убеждён, что мы должны придерживаться изначального плана. И к слову, в этом направлении наметились некоторые подвижки.

— Что именно? — чуть подавшись вперёд, поинтересовался Громов, министр обороны.

— В отношении отправки на фронт нашего экспедиционного корпуса ожидаемо получен категоричный отказ, — покачав головой, ответил ему Голубев. — Советское правительство склоняется к мнению, что эти силы могут оказаться троянским конём. Зато заинтересовались вопросом освоения целинных земель на Алтае. Сказывается быстрая потеря аграрных регионов и осознание того, что малой кровью и на чужой территории уже не получится.

План по поднятию более двух миллионов гектар пашни целинных земель Алтая возник не в одночасье. Этот вопрос начал прорабатываться ещё в начале двадцатых и вплоть до начала коллективизации. Тридцать хуторов занимались опытным земледелием на юге региона, под неусыпным надзором научной экспедиции и контролем ДБР.

За двенадцать лет была разработана методика и технология хозяйствования, выведены новые продуктивные сорта зерновых. Проведена съёмка местности и намечены будущие контуры аграрного региона. Рассчитаны силы и средства для скорого и максимально быстрого освоения земель. А когда возникла опасность раскулачивания хуторян, их эвакуировали в ДВР.

С началом войны предполагалось направить в этот регион добровольцев для организации целого ряда коллективных хозяйств. Целей было сразу две. Первая, это показать советам готовность ДВР выполнять возлагаемые союзнические обязательства. А в качестве гарантий выступят более двадцати тысяч человек, которых планировалось отправить на поднятие целины.

Вторая цель в том, что половина полученного зерна должна будет направляться в республику. Тихоокеанский регион вскоре превратится в зону боевых действий. В подобных условиях обеспечить продовольственную безопасность будет весьма сложно. Тем паче в связи с резким увеличением свиноводства, для поставок мясных консервов во всё тот же СССР.

— Было бы хорошо, если задумка с Алтайской целиной выгорит, — заметил министр обороны. — А то, мало японцев, так советы держат крупные силы ещё и против нас. А они ой как пригодятся им на западе.

— На основании тех сведений что получают в СССР как от двойных агентов, так и от неподконтрольных нам разведчиков, только полный параноик сможет рассмотреть враждебность в наших действиях. И в то же время, мы сделали всё для того, чтобы самураи пребывали в полной уверенности, что в случае агрессии против СССР, мы незамедлительно объявим войну Японии, — возразил главный безопасник республики.

— А что если мы перестараемся и Сталин примет руку помощи ещё до весны сорок второго? — с сомнением произнёс Громов.

— Это вряд ли, — возразил Песчанин министру обороны. — Уверен, что время на перевооружение и реорганизацию армии у тебя есть. Аркадий Петрович, что с новыми автоматами? — спросил он Горского.

— На складах уже находится пятьсот тысяч стволов, что с небольшим запасом перекрывает отмобилизованную на сегодняшний день армию и к осени это количество значительно возрастёт. Склады насыщены новыми боеприпасами для полного курса обучения и на три месяца интенсивных боёв. Мы уже готовы к значительному наращиванию производства. Так что, всё в руках Громова, — взглянул он на министра обороны.

— Если у нас будет хотя бы полгода, то можете не сомневаться, управимся. Как сумеем освоить и новую технику, — заверил тот, в свою очередь глянув в сторону министра промышленности.

— Обеспечим мы вас всем необходимым, — хмыкнул тот. — Производственный процесс уже налажен, на заводских стоянках находится в общей сложности две тысячи различных образцов новой бронетехники. Можем ускорить производство втрое, на основе имеющихся мощностей. Сомнительно, что понадобится строить дополнительные заводы. Всё же защищённость у наших машин на порядок выше, чем у германской техники. Но если потребуется, то в сжатые сроки возможно перевести на военные рельсы Хабаровский тракторный.

— Надеюсь, до этого не дойдёт, — возразил Песчанин и подвёл итог. — Ну что же господа-товарищи, пока оставляем как есть.

Четверо из присутствующих поднялись со своих мест, и потянулись на выход. Кудинов же остался на своём месте, явно давая понять, что у него ещё имеются вопросы и они не для всех ушей. Покидающие кабинет и не подумали заострять на этом внимание. Обычная практика.

— Антон Сергеевич, я всё же считаю, что необходимо задавить исследования в области создания ядерного оружия на корню, — произнёс начальник департамента безопасности, когда они остались одни.

— Не соглашусь с тобой, Тарас Андреевич. Последние исследования показывают, что «Аптечка» и умения медиков, как и в случаях с запущенными хроническими заболеваниями, не в состоянии справиться с лучевой болезнью. Так что, ядерная дубина будет не менее весомым аргументом, чем в моём мире. У нас нет ресурсов СССР или США, а потому свою ядерную программу мы не потянем. Но Германия ни в коем случае не должна получить это вундерваффе. Уж эти-то ничуть не усомнятся применять его или нет. Так что, здесь тебе придётся приложить максимум усилий.

Глава 30. Перед высадкой

Виктор поднялся на боковой мостик и начал прилаживать на треноге телескоп. Никакой морской бинокль не позволит рассмотреть детали, на расстоянии в добрых двадцать километров. Зато сравнительно маломощный телескоп с этим вполне справится.

Увиденное впечатляло, если не сказать больше. Что ни говори, а работа главного калибра крейсера зрелище завораживающее. «Мономах» методично гвоздил своими стовосьмидесятимиллиметровыми орудиями находящимися в трёх трёхорудийных башнях, перемалывая в щебень артиллерийские и пулемётные ДОТы.

Вообще-то, Нестеров не понаслышке знает каким может быть эффект от прилёта тяжёлых морских чемоданов. Успел испытать на себе ещё во время шанхайских боёв. Приятного конечно мало, но перекрытие из толстого железобетона вполне справляется с этой напастью. Так что, он не стал бы особо рассчитывать на то, что артиллерия обезвредит батарею и начал бы десант.

А эт-то ещё что такое!? Виктор не поверил своим глазам, когда из амбразуры одного из артиллерийских ДОТов выметнулись дым и пыль от случившегося внутри разрыва. А ещё, оттуда буквально вышвырнуло тяжёлое стопятидесятимиллиметровое орудие.

Прямое попадание в амбразуру и детонация боекомплекта? Чушь собачья. При стрельбе прямой наводкой, такое ещё возможно, но когда снаряды забрасываются по крутой траектории, подобное попросту нереально. Снаряд пробил перекрытие? Тогда японцы вообще с головой не дружат и разворовали весь цемент, чего не может быть в принципе. А тут, всего лишь час, причём не сказать, что столь уж интенсивной стрельбы на пределе возможностей и от четырёхорудийной батареи в железобетонных ДОТах ничего не осталось.

Конечно есть ещё вариант с использованием артефактов усиливающих боевые возможности орудий. Но тут не помог бы даже «Модификатор», так как ДОТы строятся с запасом на куда более значимый калибр, чем у «Мономаха».

Увиденному у Виктора было только одно объяснение. Это то самое секретное оружие, в испытаниях которого он некогда участвовал в Никарагуа. Конечно тогда оно выказало не такую убийственную точность. Но разработчики ведь не стоят на месте, а с того момента прошло уже четыре года. В существующих реалиях невероятных темпов научно-технического прогресса, это целая куча времени.

— Сигнал с флагмана, приступить к высадке десанта, — услышал Виктор, как вахтенный офицер докладывает командиру корабля.

— Машинам, полный вперёд, — отдал приказ тот и обернулся к командиру батальона морской пехоты. — Ну что, Артур Андреевич, ваши орлы готовы?

— Мы всегда готовы, — подтвердил тот и не подумав трогаться с места.

Времени до высадки ещё более чем достаточно, а потому он предпочёл остаться на ходовом мостике, рассматривая берег. Японцы упорный противник и никакие детали лишними не будут. Виктор решил последовать примеру своего командира, вновь приникнув к окуляру телескопа…

К сентябрю сорок первого Красная армия понесла катастрофические потери и, как полагали многие эксперты, находилась на краю полного разгрома. Однако, вопреки этому она сохранила боеспособность и сумела стабилизировать фронт. К этому времени между правительствами ДВР и СССР были достигнуты договорённости о поставках. Не за здорово живёшь, но признаться и не так, чтобы СССР это было бы сильно в тягость.

На момент начала войны советы протянули железнодорожную ветку до Удской губы, где началось активное строительство морского порта и судостроительного завода. Несмотря на неблагоприятный климат и вечную мерзлоту, осуществление этих планов было лишь вопросом времени. И это понимали все. Плюс активно разведывался и осваивался Северный морской путь.

Понимая неизбежность этого и подгадав критический момент на фронте, Песчанин предложил Сталину помощь. В обмен на аренду части территорий на Колыме, у Гижиги и на Камчатке, сроком на девяносто девять лет, ДВР обязывалось поставлять боевую технику, самолёты, артиллерию, вооружение, боеприпасы автомобили и трактора.

В результате этого танковый завод в значительной мере нарастил производство ТР-4, в различных модификациях и комплектациях. Платформа получилась настолько удачной, что на её базе производили даже боевые машины пехоты. При этом машина прибавила в длине три метра, плавать так и не научилась, зато зарекомендовала себя на поле боя с наилучшей стороны. Ну и такой момент, как возможность форсирования рек с твёрдым дном.

Благодаря такому развитию событий Виктор вдруг превратился в самого настоящего миллионера. Только пока понятия не имел, как ему воспользоваться этим богатством. Ничего умнее свинофермы и материальной помощи отцу, всё наращивавшему свои сельхозугодья, на ум пока не приходило.

К концу ноября сорок первого года он сумел вчетверо увеличить производство пеммикана и вдвое заготовку мяса. Опыт потёк на его счёт тремя ручьями, которые с каждым разом становились всё более полноводными. Пример Семёныча научил других троих забойщиков не быть опрометчивыми и придерживаться буквы договора.

В начале декабря выяснилось, что его труды, как и старания других владельцев животноводческих комплексов, оказались не напрасными. Так уж вышло, что германским и финским войскам удалось практически полностью блокировать Ленинград, который в ДВР по-прежнему именовали Петроградом.

В результате бомбёжек были уничтожены крупные продовольственные склады. К тому же, власти не сумели произвести эвакуацию населения. Имелся ещё целый ряд просчётов, в результате чего над городом нависла угроза голода. Но его так и не случилось, благодаря действиям отделения Красного Креста ДВР, сумевшего наладить бесперебойные поставки в блокадный город того самого пеммикана.

В результате этих перевозок было сбито три грузовых дирижабля. Имелись потери и среди команды. Наличие на борту красного креста не спасало от атак истребителей люфтваффе. Но как бы то ни было, поставки и раздача армейских рационов по карточкам не прекращались до самого снятия блокады зимой сорок третьего года.

Помимо забот по расширению свинофермы, Виктор нашёл возможность и для подготовки к магистерскому экзамену. Однако, тут он сумел продвинуться только до второго этапа академического образования. После чего об учёбе пришлось забыть.

В декабре сорок первого японский флот напал на Перл-Харбор и началась война с США. На этом самураи не остановились. Их войска заняли иностранные сеттльменты в Шанхае и вновь попытались выбить из города китайские полицейские части.

В этот раз Чан-Кайши не стал упираться и терять лучшие части в кровопролитных уличных боях. Он приказал организованно отступить из города, сохранив личный состав, и уже в открытом поле дал бой. Ну как открытом. За прошедшее время китайцы успели создать целую сеть полевых укреплённых районов. Так что японцев ожидал большой сюрприз.

После двухнедельных оборонительных боёв Национально-революционная армия перешла в контрнаступление и сходу овладела Шанхаем. Флот попытался было поддержать сухопутные части, но подвергся массированной бомбардировке китайских военно-воздушных сил. Как результат были потеряны два лёгких крейсера и четыре эсминца.

Боевые действия начались и на других участках. Причём, если китайская Красная армия топталась на месте, лишь изображая бурную деятельность, Национально-революционная армия добилась целого ряда существенных успехов, показав, что теперь находится на качественно ином уровне.

Конечно, вскоре самураи отошли от шока первых наступательных операций противника, после чего война пошла всерьёз. Но о нападении на СССР или ДВР им пришлось позабыть. Уж больно зубастыми стал Чан-Кайши. Впрочем, стратегические планы империи претерпели изменения, и теперь они не особо смотрели на материк. Мало того, имей возможность примириться с Китаем, самураи так и поступили бы. Но те и не помышляли о прекращении боевых действий.

Григорьев вышел на связь с Виктором и предложил ему вновь подписать контракт с ЧВК «Витязь». Не сказать, что Татьяна была довольна данным обстоятельством, но с другой стороны, муж и так мог попасть под мобилизацию. В итоге, она так же решила подписать контракт и отправиться в Китай, где имелась прекрасная возможность для приобретения реального врачебного опыта.

Полгода Нестеров командовал танковой ротой, но в июне сорок второго был отозван в связи с формированием нового для ДВР рода войск. Генеральный штаб пришёл к решению о необходимости создания бригады морской пехоты. До этого её роль выполняли десанты с кораблей, но использовать для подобного корабельных специалистов идея не из лучших, вот и озаботились формированием отдельного рода войск.

Виктор был у истоков штурмовых подразделений. Кроме того, принимал участие не только в создании и отработке тактики, действий мотопехоты на БМП, но и испытывал новые машины. Поэтому ничего удивительного в том, что именно его определили в морскую пехоту в звании капитана и на должности командира роты.

Казалось бы нужно радоваться. Мало того, что он вернулся в регулярные войска, так ещё и с повышением в звании и должности. Но в этой бочке мёда оказалась ложка дёгтя. Первого августа, было принято решение о формировании экспедиционного корпуса для отправки на германский фронт. То есть, именно туда где кипели настоящие танковые сражения и навыки Нестерова пригодились бы как нельзя кстати. Он в наивности своей поспешил написать рапорт и получил от ворот поворот…

Летом сорок второго, Германские войска начали наступление в южном направлении, стремясь захватить нефтяные месторождения Грозного и Баку. Дела Красной армии вновь стали складываться не лучшим образом. Как результат, в августе Сталин всё же согласился принять помощь ДВР.

Стотысячный экспедиционный корпус был сформирован в кратчайшие сроки, планы уже давно свёрстаны, механизм переброски войск на большие расстояния отработан. Двадцать грузовых дирижаблей, мобилизованных для нужд вооружённых сил и Транссибирская магистраль, позволили организовать переброску войск под Астрахань в сжатые сроки.

К концу августа части были полностью развёрнуты и готовы вступить в бой. А первого сентября началось наступление через калмыцкие степи, где не было сплошной линии фронта. Появление корпуса оказалось полной неожиданностью для германского генерального штаба и спутало все карты. Успешно развивавшееся наступление на Кавказе пришлось приостанавливать и разворачивать основные силы против возникшей угрозы.

Экспедиционный корпус ДВР преподнёс вермахту большой сюрприз, не только своим внезапным появлением, большой насыщенностью бронетехники и боевой слаженностью подразделений. Немцы столкнулись непривычными тактическими приёмами и были неприятно удивлены высокой эффективностью взаимодействия между родами войск.

Благодаря ослабевшему напору вермахта Красная армия получила передышку, чем в полной мере воспользовался Берия, прибывший на Кавказ и решительно взявший бразды управления в свои руки. Не отличающийся воинским талантом он обладал недюжинными организаторскими способностями и чутьём. Поэтому сумел в кратчайшие сроки навести порядок в частях Северокавказского фронта, сменить командование, наладить взаимодействие с союзниками и перейти в контрнаступление.

В результате этого к октябрю сорок второго удалось вернуть утраченные за летнюю компанию территории, выйти к Дону и правым флангом практически достичь Сталинграда, где уже шли уличные бои и красноармейцы сражались буквально за каждый дом.

Как только фронт стабилизировался, экспедиционный корпус отвели в тыл на переформирование, отдых и пополнение. Как ни странно, но Слащёв и Берия нашли общий язык и командующему корпусом удалось убедить наркома задержаться на Северном Кавказе. Именно благодаря этому тандему и случилось зимнее наступление на Крым.

Два мотопехотных полка на БМП неожиданно для противника форсировали Керченский пролив и захватили в качестве плацдарма полуостров, который вскоре начал насыщаться частями корпуса. По окончании переброски войск, Слащёв перешёл в наступление, благо с театром военных действий был знаком ещё по гражданской. К концу декабря Крымская наступательная операция была успешно завершена, а войска вышли к перекопу.

К лету сорок третьего Красная армия, экспедиционный корпус ДВР, сформированные советским правительством части войска польского и отдельного чехословацкого корпуса, подошли к границе СССР сорок первого года…

На тихоокеанском театре японцы полностью удерживали инициативу, захватывая один остров за другим. В мае сорок второго они предприняли очередное наступление в Коралловом море, с целью овладения Порт-Морсби. Однако, в этот раз военное счастье оказалось не на их стороне. И хотя по очкам они выиграли у противника, это был первый раз, когда им не удалось достигнуть поставленной цели.

Впрочем, уже через месяц самураи отыгрались, проведя удачную операцию на Мидуэй и захватив военно-морскую базу янки. Вообще-то, американцы сумели разгадать замысел и даже подготовить достойную встречу. Но в ходе сражения все три их авианосца подверглись атакам японских подводных лодок и были потоплены. Вместе с ними на дно отправились и два тяжёлых крейсера. Ещё один получил серьёзные повреждения.

В ноябре янки потеряли Гавайи, с подавляющим большинством своего Тихоокеанского флота. Получив неоспоримое преимущество самураи выдвинули свою авиагруппу к Панамскому каналу. Как результат серьёзные повреждения и закупорка столь важной водной артерии. Кроме того, авианалётам подверглись города на западном побережье Соединённых штатов.

Доминирование японского императорского флота было полным и неоспоримым. Несмотря на понесённые потери, благодаря захваченным трофеям им удалось даже увеличить количество боевых вымпелов. Весной этого, сорок третьего года, они завершили захват Новой Гвинеи и наконец были готовы предложить своим противникам мирные переговоры.

Вот только янки и не думали мириться со своим поражением. Одно дело уступить в гибридном конфликте в Никарагуа и совсем другое признать поражение в войне. Тем более, на фоне успешных действий в Африке, начала высадки на Сицилии и массированных бомбёжек городов Германии их воздушным флотом, базирующемся в Англии.

Чтобы дать отпор низкорослым и злобным самураям Америка спешно вооружалась. На верфях заложены новые боевые корабли и авианосцы. Заводы наращивали производство самолётов и другой боевой техники. Страну охватила небывалая волна патриотизма. Очередной рейд авианосного соединения японского флота к западным берегам США был с успехом отражён соединениями морской авиации берегового базирования…

Всем было очевидно, что чрезмерное усиление японцев в корне не устраивает дэвээровцев. которым куда предпочтительней иметь под боком союзников в виде Китая и Кореи. Поэтому, в августе сорок третьего ДВР объявила войну Японии.

Вооружённые силы атаковали противника сразу по двум направлениям. Сухопутные войска с лёгкостью взломали линию долговременных укреплений на границе и начали наступление в Маньчжурию. Национально-революционная армия и китайская Красная армия нанесли встречные удары. У последних получалось не очень, в то время как первые продвигались вперёд в довольно бодром темпе.

В сравнении с японским императорским флотом, военно-морские силы ДВР обладали значительно меньшим количеством боевых вымпелов. Однако, это если брать в общем. Учитывая же то, что силы самураев были рассредоточены на огромном театре военных действий, в Японском море преимущество оказалось на стороне их противника. К концу первой недели с начала боевых действий к берегам Сахалина направились десантные корабли с морской пехотой на борту…

— Позвольте, Виктор Антипович? — послышался голос за спиной.

— Пожалуйста, Артур Андреевич, — Нестеров оторвался от телескопа и отступил на шаг, позволяя комбату воспользоваться оптикой.

— Отличная видимость. Признаться, когда увидел его у вас, посчитал, что вы вдруг увлеклись астрономией. А тут вон как практично получается. Будет наукой на будущее. Ну что же, пойдёмте к машинам.

— Пожалуй пора, — согласился Виктор.

Большой десантный корабль мог принять на борт батальон морской пехоты на БМП со всей техникой и вооружением. При этом обеспечивая автономность на двенадцать суток. Весьма интересный кораблик и уж тем более, если учесть тот факт, что построили его за пару лет до появления первых плавающих БРДМ и МБТ.

Глава 31. Десант

Для того чтобы подойти к берегу достаточно близко, большому десантному кораблю потребуется ещё с полчаса. Как раз самое время для того, чтобы личный состав занял свои места, а командиры могли проверить готовность подчинённых. Поэтому, прежде чем покинуть боковой ходовой мостик, майор Любимцев переглянулся с командиром БДК и подал знак, подняв большой палец. Тот понял всё правильно и вскоре по палубам разнёсся вымораживающий звук ревуна.

— Внимание, говорит командир корабля. Экипажу приготовиться к обеспечению десантирования. Батальону морской пехоты занять свои места.

Не сказать, что экипаж чувствовал себя расслабленно. Вовсе нет. Но до этого они находились на постах согласно боевого расчёта для отражения морской или воздушной атаки. Теперь же предстояло десантирование. Поэтому аварийная команда покинула свои прежние посты и спешила занять новые. Плюсом к топоту их ботинок добавился ещё и грохот сапог морпехов, покидавших свои кубрики с полной выкладкой. Словом, поднялась суета и стало достаточно шумно.

Прежде чем спуститься на грузовую палубу, Виктор завернул в свою каюту. Соседей уже не было, скорее всего покинули её заблаговременно, чтобы потом не носиться как угорелому. Ведь ясно же к чему всё идёт.

Облачился в бронежилет, надел сбрую, на голову шлем сферу. Экипировка не та, которой он пользовался в Китае. Там защита была куда серьёзней, правда и тяжесть, что у твоего полного средневекового доспеха. Но сейчас ему не только из башни торчать буем, но ещё быть может и бегать придётся, так что и броня гораздо легче.

Поясной ремень с подсумками, кобурой с «Вепрем» и ножнами с тесаком. Наконец подхватил АГС-37, автомат Горского складной, модель тридцать седьмого года. Отличное оружие, со складным прикладом. Вообще-то, офицерам положен укороченный вариант, но Нестеров предпочитал полноразмерный. Он вообще без дальнобойного оружия чувствовал себя не очень.

От «Горки» пришлось временно отказаться, передав её на хранение старшине. Что ни говори, а ресурс у винтовки не бесконечный, Нестеров же собирался прожить долго. Очень долго. А потому стоит поберечь артефакторное оружие для более серьёзных моментов.

Экипировавшись Виктор спустился на грузовую палубу сплошь заставленную боевой техникой. За ней, ближе к корме разместились автомобили обеспечения выполненные в виде амфибий. Грузовики способны нести до трёх тонн груза, полностью загружены в готовности доставить на берег первую волну боеприпасов и снаряжения. Они выдвинутся как только будет захвачен плацдарм.

Личный состав под присмотром взводных снимал с БМП транспортировочные крепления и занимал свои места в машинах. Ротные же собрались у командно-штабной машины, на базе всё того же основного танка, разве только без башни. Из вооружения только крупнокалиберный пулемёт на турели, да картечница в лобовой броне. Задача КШМ обеспечивать руководство, а не непосредственное участие в бою.

— Итак, товарищи офицеры, повторенье мать ученья. Первая рота, высаживаетесь западнее, ваша задача захват складов ГСМ и аэродрома. Желательно, при минимальных материальных потерях, но если столкнёшься с упорным сопротивлением, не стесняйся, — обратился Любимцев к Нестерову.

— Есть, — коротко ответил тот.

— Вторая и третья роты, под моим непосредственным командованием атакуем укрепрайон у военного городка. После их захвата двигаемся дальше на город с запада. Вопросы? Вопросов нет. По местам, товарищи офицеры.

В общем и целом, ничего нового. План захвата Корсакова, никто и не думал называть его на японский манер, уже давно проработан в деталях. Так что, сейчас следовала всего лишь окончательная постановка боевой задачи, в общих чертах и без какой-либо конкретики.

— Товарищ капитан, рота к десантированию готова, — едва Виктор приблизился к своему БМП, доложил его зам.

— Ну что, Вениамин Петрович, нервничаете? — ободряюще подмигнув, спросил Нестеров.

— У всех это когда-то было в первый раз, — улыбнувшись, произнёс поручик, прежде служивший в стрелковом полку.

— Всё правильно. Главное делать всё как на учениях, — хлопнул его по плечу Нестеров, и полез в машину.

В роте всего десять БМП, по три во взводах и одна непосредственно под руководство роты, выполняющая роль КШМ. Только в отличии от машины комбата, это вполне себе стандартная боевая единица. Отличия лишь в десантном отсеке, где установлен планшет с картой и командирский телескопический перископ поднимающийся на высоту в четыре метра и имеющий круговой обзор.

Виктор забрался в десантный отсек через задний трап, и разместился на командирском месте. Взгляд непроизвольно скосился в сторону места командира машины, занятое старшим унтером.

М-да. Даже когда Нестеров командовал танковой ротой в Китае, он совмещал обязанности командира танка и действовал всё больше в боевых порядках. К руководству подразделениями мотопехоты подход совершенно иной. Как впрочем отличается и тактика ведения боя, не сравнимая с взаимодействием танкового десанта, который придан для поддержки машины, а не является одним подразделением.

Наконец вновь заголосили ревуны и створки носовых ворот подались в стороны. Щель начала быстро расширяться, впуская на сумрачную грузовую палубу дневной свет. Виктор опустил к глазам панораму и нажав на кнопку на правой рукояти, приподнял перископ на метр, так, чтобы он всего лишь возвышался над башней. Пока вполне достаточно. Нужно будет больше, всегда можно выдвинуть ещё.

— «Окунь» сто первый, ответь «Ёршу» четыреста первому, — послышался в головных телефонах голос комбата.

— На связи, «Окунь» сто первый, — ответил Нестеров.

— Сто первый, начать высадку.

— Есть начать высадку, — переключил частоту на ротную, — Внимание, «Окуни», запустить двигатели, активировать «Облегчители».

Командиры взводов продублировали приказ, после чего снаружи послышалось подвывание десятка стартеров, сменившееся рёвом запускаемых двигателей, а затем равномерным рокотом дизелей.

— Сто десятый, сто первому.

— На связи сто десятый.

— Начать движение.

— Есть начать движение.

Машины одна за другой подходили к створу ворот в носу корабля и уходя по наклонному пандусу оказывали на плаву. Вслед за первой машиной, пошла вторая, третья. С берега, до которого было порядка полукилометра послышались орудийные выстрелы и рядом с первыми машинами появились всплески.

Это уже не морские орудия в ДОТах, а полковые пушки в полевых укреплениях. И судя по отсутствию разрывов стреляют они бронебойными, что при таком угле даст гарантированный рикошет. Не поможет и фугас, разве только ударит по ушам. Ну и в обоих случаях может привести к контузии находящихся внутри. Артефакты облегчили машину, но при этом ничуть не ослабили броню, каковая у БМП достаточно толстая.

В ответ на огонь японцев тут же заговорили две стотридцатимиллиметровые пушки и тридцатисемимиллиметровые зенитные автоматы десантного корабля. Грозно рявкнули орудия эсминцев и громогласно заявил о себе главный калибр крейсера. Берег тут же окутался черными султанами разрывов.

Машина Виктора въехала в створ ворот и потеряв опору плюхнулась в воды залива, погнав перед собой волну и оказавшись на плаву. Бодро вращающиеся гусеницы погнали воду, подавая её на задние решётки, перенаправляющие поток. Бронированная машина постепенно начала ускоряться и вскоре набрала полный ход.

Виктор ещё приподнял перископ, улучшая обзор. БМП его роты расходились веером, как это уже многократно отрабатывалось на учениях. Рядом с ними ещё появляются единичные всплески бронебойных снарядов. Один из них ткнулся в корпус и коротким росчерком трассера ушёл в рикошет. Броня крыши конечно не такая толстая, как на бортах, но и угол встречи слишком уж острый.

— Сто десятый, сто первому, — вызвал он командира первого взвода.

— На связи сто десятый, — отозвался тот.

— Ты ориентироваться разучился. Возьми на двадцать градусов правее.

— Есть на двадцать градусов правее.

БМП из второго взвода под номером сто двадцать два, тот самый от которого рикошетировал японский гостинец, дал короткую очередь на три бронебойных снаряда. Виктор проследил за строчками трассеров. Один ткнулся в бруствер дзота, другой ушёл выше цели, но третий ударил точно в щит полевой пушки, различимой в амбразуре. Заряд взрывчатки там конечно курам на смех, но осколки могут и насмерть приложить. А уж если прямое попадание, так и вовсе в клочья разорвёт.

Наконец гусеницы вгрызлись в гальку морского дна и машины погнав перед собой волну двинулись к берегу. Третий взвод, в порядках которого он и находился, приотстал, являясь резервом и обеспечивая огневую поддержку атакующим. Точность стрельбы с места куда выше, чем с движущейся. И уж тем паче у тридцатимиллиметровой автоматической пушки, которую вполне можно назвать даже снайперской.

Били одиночными и эффект конечно не столь ощутим как от более крупных калибров. Однако, маломощность боеприпаса вполне компенсировалась количеством осколочных снарядов загоняемых в амбразуры. Сорок граммов тротила рванувшие в замкнутом пространстве, разбрасывая мелкие осколки здоровья не прибавляет.

Довольно скоро удалось привести к молчанию практически все огневые точки. Разве только солдаты вели огонь из траншей, да грохотали ручные пулемёты пехоты. Вот уж бесполезное занятие, против накатывающих на тебя бронированных машин. Но отчаяние ещё и не на то способно.

Когда БМП приблизились настолько близко, что появилась опасность попасть под дружеский огонь, Виктор связался с эсминцем «Страшным» поддерживавшим их, и запросил перенос огня в глубину. От цепи наступающих послышались хлопки картечниц, засыпавших пулями пространство перед собой. Стрелки сидевшие с боков от мехвода, так же не отмалчивались, ведя автоматный огонь из бойниц.

Метрах в тридцати от траншей, БМП опустили трапы, и из их утробы появились морпехи облачённые в бронежилеты и сферы. По двое бойцов сняли закреплённые сзади машин большие щиты и укрываясь за ними выдвинулись с боков машин. Следом за ними потянулись по двое бойцов. Прикрытие быстро обогнало свои бронированные колесницы, выдвинувшись вперёд.

Крышки люков с боков от мехводов поднялись и под их прикрытием наружу вылезли стрелки. До этого они вели огонь из автоматов из бойниц, теперь же вооружившись ручными гранатами начали забрасывать ими траншеи, благо с высоты им это сделать гораздо проще.

И тут же, сквозь дым и пламя туда ссыпались штурмовые тройки. Высвободившиеся «гранатомётчики» наконец покинули машины и поспешили присоединиться к своим товарищам, которые уже сошлись с противником лицом к лицу.

— Сто тридцатый, ответь сто первому, — вызвал Виктор командира третьего взвода, остававшегося в резерве.

— На связи сто тридцатый, — отозвался тот.

— Вперёд. Обеспечить прикрытие машин и вяжите трупы.

Вот такие реалии войны. Уйдёшь вперёд, а позади тебя возродится боеспособный враг. Иди и сражайся потом в полном окружении.

— Есть выдвинуться вперёд, обеспечить прикрытие машин и повязать трупы.

Мехвод Нестерова выжидать не стал и так же тронул машину. Когда они достигли траншей, двое бойцов, находившиеся рядом с мехводом, и пара в десантном отсеке, покинули машину чтобы обеспечить безопасность штабной машины. Это его личный резерв, и боевое охранение.

Вскоре посыпались доклады о занятии первой линии траншей и огневых точек. О больших потерях у противника и отсутствии оных среди его подчинённых. Нестеров приказал перегруппироваться, пополнить боекомплект и приготовиться к следующему броску.

Внутренне он рвался покинуть машину и принять непосредственное участие в бою. Однако времена когда он мог позволить себе подобное безрассудство давно прошли. Спрос за халатное отношение к управлению подразделением в бою куда как серьёзный. Вот никакого желания оказаться на каторге.

Опять же и тактика, у истоков которой он стоял, существенно изменилась. Результат целого года ведения активных боевых действий на германском фронте, в действии. Вообще-то получалось дорого, так как в немалой степени расчёт делался на высокую насыщенность артефактами. Но на поверку, оно того стоило.

Вторую линию траншей и находящиеся там огневые точки, захватили так же быстро как и первую. Где-то даже было проще, так как разгорячённые и поверившие в себя бойцы действовали более уверено и напористо. Из-за широкого использования автоматов, штурмовых дробовиков и гранат потери у самураев оказались просто катастрофические. Выдвинувшиеся следом похоронные команды с трудом успевали стаскивать тела павших и обеспечивать их охрану.

Специфические условия ведения войны в новых условиях требуют соответствующего подхода. В этой связи при каждом батальоне имеется взвод обеспечения, который во время боевых действий берёт на себя роль похоронной команды. Если в процессе боя, сами линейные роты должны позаботиться о своей безопасности, то как только они продвигаются вперёд, в дело вступают эти парни.

Неудобно, хлопотно, требует отвлечения определённых сил и средств, но иначе никак. Ну и такой момент, что род деятельности накладывает отпечаток на развитие Сути. Этим бойцам пришлось вложиться в Силу и Выносливость, потому что сносить в кучу трупы не такое уж и лёгкое занятие. И уж тем более, когда их до неприличия много. Сказывается несомненное качественное преимущество морпехов ДВР.

Несмотря на щиты, бронежилеты и шлемы сферы, среди атакующих так же были убитые и раненые, хотя и в существенно меньших количествах. Эта зашита вполне способна уберечь от штыка, осколков и винтовочной пули по касательной, но от прямого попадания уже не спасает.

Впрочем, благодаря высокой насыщенности «Аптечками» весь личный состав остался в строю. Удивительно, но обошлось только лёгкими царапинами, на которые грешно тратить заряды артефактов. Хотя без помощи раненых конечно же не оставили, ротный санинструктор оказал им первую помощь.

— Сто десятый, сто первому, — вызвал Виктор командира первого взвода.

— На связи, сто десятый, — отозвался тот.

— Выдвигайтесь в направлении складов ГСМ.

— Есть, выдвинуться в направлении складов ГСМ.

— Сто двадцатый, сто первому.

— На связи, сто двадцатый, — послышался в ответ голос командира второго взвода.

— Твоя цель аэродром. Действуй по плану.

— Есть, выдвинуться на захват аэродрома.

— Сто тридцатый, сто первому.

— На связи, сто тридцатый, — это уже третий взводный.

— Находитесь в резерве. Следуйте к перекрёстку в квадрате двадцать восемь двенадцать.

— Есть выдвинуться к перекрёстку в квадрате двадцать восемь двенадцать.

На этот раз БМП приняли личный состав на броню. Рискованно конечно, так как люди будут уязвимы для стрелкового оружия. Но мера необходимая. Испытывая дефицит в противотанковых средствах, японцы пошли на отчаянные меры, широко используя камикадзе. Солдаты вооружённые шестовыми минами атаковали танки противника, разменивая свои жизни на гибель боевой техники. И для самураев такой подход был вполне приемлем.

По мере наработки союзниками опыта противодействия атакам этих смертников, они стали малоэффективными. Поэтому японцы пошли дальше и создали истребительные группы из целых отделений, в которых у каждого бойца была своя роль. Потери стали значительно выше, но и результативность серьёзно возросла.

Вот именно от подобной напасти и береглись морпехи, устраиваясь на броне и подвергаясь при этом риску. Зато шансы обнаружить засаду, куда выше. Опять же, это мог быть и одиночка, так как на вооружении императорской армии стали появляться гранатомёты. Пока немного, но кто сказал, что их нет на Сахалине. Одна такая граната в борт и мало не покажется.

Сам Виктор присоединился к третьему взводу. Перекрёсток находился примерно посредине между двумя объектами которые предстояло захватить его роте. Едва достигли места, как начали окапываться. Спасибо лопатам самоокапывания и умениям «Тракторист» и «Бульдозерист», благодаря которым мехводы были способны управиться с этой задачей без посторонней помощи.

Личный состав так же не праздновал лодыря, рассредоточившись и окапываясь по периметру. В полный профиль окопы копать конечно никто не собирался, но как минимум для стрельбы лёжа, подготовить нужно.

Виктор покидать машину и не думал. Выдвинув перископ на максимальную высоту он осматривал местность в оптику. Время от времени отвлекаясь от панорамы, чтобы внести поправки в отметки на планшете, где в режиме реального времени отслеживал передвижение машин остальных взводов.

Артефакторы Виноградовского университета шагнули достаточно далеко в создании «Маяков». Теперь в комплект входило не два артефакта, а сколь угодно много. Единственное условие, изготавливаться они должны были вместе и детали вытачивались из единого куска того или иного сплава.

Конкретно на его планшете закреплены девять «Маяков», которые указывают направление и дистанцию до каждой из машин. Далее всё просто, глядя на карту сделать соответствующие пометки на плексигласе с помощью фломастера, активировать умение «Топограф» получив трёхмерную модель оценить ситуацию. Тут уж всё зависит от качества исполнения карты.

— Сто десятый, сто первому, — вызвал Виктор.

— На связи сто десятый, — отозвался командир первого взвода.

— Что у тебя со сто двенадцатым? Почему отстал?

— Нарвался на противотанкистов. Разобрался с проблемой, повязал трупы, готов двигаться дальше.

— А ты куда спешишь? Держи линию и продвигайся равномерно без брешей.

— Есть, держать линию.

— Сто двадцатый, сто первому.

— На связи сто двадцатый, — ответил командир второго взвода.

— Куда прёт сто двадцать третий? Не видите, что там ров.

— Это на карте ров, на деле есть проезд, там только что проскочил грузовик. Зайдёт в тыл опорному пункту аэродрома со стороны взлётно-посадочной полосы.

— Принял. Как там оборона? Помощь нужна?

— Пока ничего неожиданного. По нам отработали малокалиберные зенитные автоматы, пощекотали немного, но мы их заткнули. Один двухсотый, трое трёхсотые, все уже в строю. Зениток крупных калибров пока не наблюдаем. Похоже разведка не соврала.

— Принял, работай. Сто первый, конец связи.

— Сто двадцатый конец связи…

Минут через двадцать, когда склады ГСМ были зачищены, а охрану аэродрома уже додавливали, японцы попытались организовать танковую контратаку. Десять танков ударили по второму взводу на аэродроме, но даже толком не успели развернуть боевые порядки, как были сожжены.

Всё же танки у самураев серьёзно так уступали дэвээровским и не способны противостоять бронебойному снаряду тридцатимиллиметровой автоматической пушки. Ну и наличие в каждом отделении противотанкового гранатомёта, что-то да значит. Опять же, три машины оказались уничтоженными артиллерийским огнём с эсминца «Страшный», всё так же продолжавшим поддерживать его роту. Морячки им сегодня вообще помогли далеко не только с танками. Ведь двумя захваченными объектами роль его роты в штурме Корсакова не ограничилась. Тут главное правильно и вовремя передать координаты.

Три батальона морской пехоты на БМП, против трёх с половиной тысяч гарнизона города. Численный перевес самураев подавляющий, чего не сказать о качественном. Наиболее подготовленные и мотивированные кадры находились на других участках тихоокеанского театра военных действий. Поэтому, как это ни удивительно, но больше половины самураев сдались в плен, что для японской армии дело весьма не обычное. Остальные либо погибли, либо получили серьёзные ранения.

И, к слову, большинство безвременно покинули этот мир, так как со средним образованием в Японии дела обстоят не лучшим образом. Начальное и неполное среднее, это да, едва ли не поголовное, а вот дальше уже проблемы. Казна попросту не тянула всеобуч, имевший место в СССР и ДВР. Впрочем, даже в них образование получали не поголовно, хотя и по другим причинам.

Столь высокая эффективность морской пехоты для Виктора вовсе не была неожиданностью. В смысле, он конечно сомневался в своих подчинённых, так как для подавляющего большинства это был первый реальный бой. Однако выучка на качественно ином уровне, совершенно другой подход к тактике ведения боя и несомненное преимущество вооружения должны были сделать своё дело в любом случае. Просто получилось лучше ожидаемого, что радовало особо…

— Товарищ майор, поставленные задачи выполнены, потери трое двухсотых. Двое ранения в голову и одного разорвало в клочья из противотанкового ружья. Возродились и желают остаться в строю, — доложил Виктор комбату прибыв к нему в штаб.

— На ваше усмотрение, Виктор Антипович. Но если решите оставить, не забудьте данный факт задокументировать.

— Есть.

— Теперь к нашим баранам. Вашей роте надлежит выдвинуться в квадрат двадцать пять шестнадцать. Оседлаете вот этот перекрёсток, окопайтесь и ждите дальнейших распоряжений.

— Будем наступать вглубь острова?

— Нужно будет помочь армейцам.

— А как же Курилы?

— А куда они от нас денутся. Вот закончим с Сахалином, а там и их приберём к рукам. Глядишь ещё и на Хокайдо заглянем.

— Не слишком? — вздёрнул бровь Виктор.

— Я полагаю в самый раз, — хитро улыбнулся Любимцев.

Эпилог

Панорама города сменилась видом вокзала, послышался перестук сцепок, вагон дёрнулся и наконец замер.

— Ну вот мы и дома, — улыбнулась Таня.

— Хм. Как ни странно, но это так, — вынужден был признать Виктор.

Несмотря на предприятие во Владивостоке и свиноферму в Сергеевском, проживают они в Виноградовске на съёмной квартире. И хотя в Троицком живут только их родители, домом по сути для них является именно этот город.

— Витя! Таня! — радостно выкрикнул рослый парень со светлой шевелюрой.

— Паша? — вздёрнула в удивлении брови Татьяна.

— Во вымахал, оболтус! — хмыкнул Виктор.

Тем временем младший брат подбежал к ним и радостно сграбастал в объятия старшего, после чего, не менее эмоционально и тепло, но не столь бурно приветствовал невестку.

— Ваши? — скорее для порядка поинтересовался Павел и подхватил два объёмных чемодана.

На привокзальной площади их ожидал автомобиль ВАЗ-30. Заматерел младший брат, уже своё авто. Впрочем, чему тут удивляться, если по окончании сельхозинститута и службы в армии в свои двадцать три, он уже является полноправным хозяином обширной теплицы, сотни гектар пахотной земли и молочно товарной фермы. Оно конечно, не без помощи Виктора, но ведь не промотал выделенные ему деньги, а вложился в дело и трудится не покладая рук.

По дороге сначала заехали к родителям Татьяны. Правда пробыли там недолго, только и того, что обменялись приветствиями и условились, что те приедут на ужин в усадьбу Нестеровых.

— Ого, грейдер, — удивился Виктор, когда они выехали за город.

— Батя сказал, что молиться на капиталы последнее дело, и коль скоро есть деньги, так отчего не проложить к дому нормальную дорогу. Этим летом не получится, но следующим думаем положить асфальт, чтобы не глотать пыль, — пояснил Павел.

Ну, насчёт глотать пыль это брат загнул. Машина конечно предыдущей модели, но в отличном состоянии, все уплотнители в полном порядке, так что пыли в салоне не больше, чем при езде по асфальту. Хотя конечно сзади тянется шлейф, уж больно быстро они ехали. Ну и изрядный её слой осядет на машине, это факт.

От прежнего дома не осталось и следа. Его попросту снесли, поставив на прежнем месте двухэтажную каменную усадьбу с колоннадой и фронтоном в дореволюционном стиле. Всё большое семейство проживает вместе. Даже Павел, несмотря на то, что стал самостоятельным землевладельцем и работодателем для нескольких десятков человек.

Семейство встречало родных высыпав на широкое крыльцо. Батя скромно отошёл в сторону, по обыкновению попыхивая папиросой. Татьяна направилась было сразу к нему, но тот отрицательно покачал головой, и легонько так кивнул в сторону супруги, у которой глаза были на мокром месте.

— Ну как, сынок, отвоевался? — когда с приветствиями было покончено, и они уединились в беседке в молодом саду, поинтересовался отец.

— Демобилизовали вчистую, — хмыкнул Виктор.

— Закуришь? — протянул он Виктору пачку папирос.

К слову, марочный табак, духовитый, но Нестеров младший лишь отрицательно покачал головой. Когда-то, ещё в училище он решил для себя, что если и закурит, то только дорогие папиросы и никак иначе. Однако, денег у него сейчас более чем достаточно, но...

— Не, батя. Я так и не закурил.

— И как ты на службе без курева? — покачал головой Нестеров старший.

— Да как-то обошёлся.

— Японочки то как? Хороши? — сменил тему отец.

— Вообще-то, я там воевал, а не шашни крутил.

— Одно другому не помеха.

— Я от Тани не устал, чтобы кого не лень в постель тащить.

— Вот и молодец. Дурное дело не хитрое, а ты поди потом склей разбитые черепки. Дальше-то, что собираешься делать? Поди такие объёмы поставок мяса и пеммикана уже никому не нужны. Я ещё в прошлом году лишился госзакупок.

— Мне удалось сохранить производство. Спасибо Григорьеву.

— А он-то тут каким боком?

— Предложил создать свою небольшую частную военную компанию. Ну и поспособствовал по своей линии. Войны и конфликты никуда не денутся, а наше правительство уже поднаторело действовать опосредованно. Ну, это как бы со стороны, — видя, что незнакомое слово поставило батю в тупик, пояснил Виктор.

— Ага. Ну, это понятно. Знать не сидится тебе на месте.

— Закисну, я батя.

— А Таня что же, опять за тобой? Это не семья получается, а чёрт знает что.

Супруга, после его отбытия из Китая осталась при ЧВК «Витязь», где прослужила до конца войны, окончив её в звании капитана и должности начальника полевого госпиталя. За два года она наработала такую практику, каковой мало кто мог похвастать. В основном за счёт китайцев, у которых насыщенность «Аптечками» была на крайне низком уровне. Поэтому нескончаемый поток раненых приходилось обрабатывать медикам.

Взявшись за эту работу, она всё же вняла совету Виктора, и подняла свои умения на должный уровень, сумев получить доступ к ряду других, открывавших перед ней новые перспективы. Собственно именно благодаря быстрому росту по Сути и превосходству над старшими товарищами в росте и количестве умений, она и сумела обойти остальных, выйдя на первые роли. Что ни говори, а подобное по силам немногим.

Сейчас она, как и Виктор, готовилась к магистерскому экзамену. И причина тут вовсе не в возможности приобрести очередное возрождение. Это конечно важно, но не сама цель. В конце-концов получить его можно и позже, в запасе предостаточно времени. Всё же прав был Аршинов, когда говорил, что они живут в переломное время, и сейчас идёт закладка новой элиты общества. Оказаться ниже по социальной лестнице никогда не поздно, но отчего бы не попробовать подняться, коль скоро такая возможность имеется.

— Таня останется дома. Мы решили обзавестись детьми, — тепло улыбнувшись, произнёс Виктор.

— Кхм, — распрямился и повёл плечами Антип Васильевич. — Вот это я одобряю. А то уж думал скорее от Пашки дождёмся внуков, чем от тебя.

— А он собрался жениться?

— Если бы. Но по старшинству-то за тобой идёт он.

— И что, нет охотниц до такого приза?

— Как не быть. Почитай в очереди стоят. Да он охламон всё ещё не нагулялся. И когда только успевает, ведь работает с рассвета до заката.

— Ясно. Ну, тогда готовься, через восемь месяцев будешь дедом.

— От это молодец. Только… Охламон ты, сын. Мамке надо было сначала сказать, — зардевшись от радости, пожурил отец.

— А ты удивись больше всех.

— Ага. Ну, это я постараюсь. Так, а твоё это ЧВК… Потянешь ли? — решил сменить тему Нестеров старший.

— Конечно потяну. На лицензионных отчислениях за ТР-4 я стал миллионером. Да и сейчас они продаются как горячие пирожки, не смотри, что война с Германией закончена. Кроме СССР хватает и других покупателей.

— Поди у Григорьева-то свои планы на твой счёт.

— Очень может быть. Но, знаешь батя, ты был прав, он без гнили, квохтать и беречь от всех напастей не станет, но и своих не бросит.

— А свиноферма-то твоя тут при чём?

— ЧВК не армия, воюет не числом, а умением и за немалые деньги. Так что, там нужны настоящие профессионалы, а чтобы подготовить таких потребуется очень много опыта. Вот и решили в правительстве выказать мне поддержку. Если бы не моё намерение, то, как и в твоём случае, я уже лишился бы госзаказа.

— Понятно. А может всё же к Аршинову подашься. Мужик он надёжный и доверия к нему куда больше.

— Не скажу, что с ним надёжней, но что есть, то есть, оказаться разменной картой в его случае шансы гораздо ниже. Но мне всё же Александр Трифонович ближе по духу будет. А вот Ромку к себе перетяну. Он скоро должен будет вернуться из Австрии.

— Анна Фёдоровна тебе не простит, — покачав головой, возразил Антип Васильевич.

— А я по умному, так, чтобы и волки сыты, и овцы целы. Сначала пусть женится, подарит родителям внуков, а там и ко мне можно. Времени у него будет предостаточно. Думаю, эдак года два, пока я магистерский экзамен выдержу.

— Х-хе. Экий ты искуситель. Только ведь Ромка он не ты, танками да войной не бредит.

— У него к жизни сугубо практичный подход, батя. Он и в училище-то поступал дважды, потому что считает, что сейчас идёт безжалостный слом старого мира. Ему же хочется занять положение повыше, а не плестись где-то позади. Да он мне прямо так и сказал, что готов идти за мной, пока я буду его тянуть паровозом, и только если он сам сумеет меня обойти, пойдёт своей дорогой.

— Эк-кий он хитрован.

— Есть такое дело.

— Ты, береги такого друга, сын. Этот нипочём не предаст.

— Знаю батя.

— Вот и молодец, что знаешь. Ладно, пойдём, что ли. Там поди уж обед готов, только нас и ждут.

— Только батя…

— Удивлюсь так, что в театру позовут на сцену, — заверил глава семейства.

* * *

Песчанин отложил очередной документ, поднялся из-за стола и с удовольствием потянулся. Совсем затёк. Снял пиджак и повесив его на спинку рабочего стула вышел на средину кабинета. Покрутил головой, после чего в бодром темпе и не халтуря, дважды повторил армейский комплекс вольных упражнений. Помогло. Кровь быстрее заструилась по венам, на лице появился румянец и из тела ушло ощущение одеревенения, от долгого сидения за бумагами.

Взбодрившись таким образом Антон Сергеевич подошёл к большому окну и посмотрел на внутренний сквер президентского дворца. Он регулярно гулял по нему и катался на велосипеде. Раньше-то бывало и на городские улицы выезжал, но потом случилось покушение.

Ему тогда за малым не прострелили голову, пуля прошла вскользь и он отделался ушибом головного мозга. Благодаря своевременному применению «Аптечки» ранение получилось излечить без побочных эффектов. Однако, Кудинов взъярился не на шутку и с подобным безрассудством было покончено, а кататься на велосипеде и гулять Песчанин теперь мог только на охраняемой территории.

Мда. С главным безопасником спорить себе дороже, даже президенту. Вообще, подавляющее большинство воспринимает Кудинова как паука, оплётшего всю республику паутиной осведомителей, и простёршего свои лапки далеко за границы ДВР.

А ведь им и невдомёк, что стараниями именно его людей, а не Красному кресту, удалось предотвратить страшный голод в блокадном Ленинграде. Что своими успехами на фронте Красная армия и экспедиционный корпус во многом обязаны именно его конторе.

Именно кадры ДБР обеспечивали передачу точных координат для расчётов «Рапир», бивших точно в цель. Под удары попадали артиллерийские парки, фронтовые склады артвооружения и ГСМ, военные заводы, армейские штабы, мосты, железнодорожные узлы. Да много чего.

Песчанин не стеснялся использовать наследие Филиппова. Да и отчего бы и нет, коль скоро его воздействие никак не отличить от подрыва обычного заряда. Разве только после взрыва не оставалось характерного запаха сгоревшего тротила, но тут уж нужно грамотно выбирать цель. С другой стороны, слухи об имеющемся у ДВР секретном оружии, были только на пользу. Этот козырь являлся неплохим отрезвляющим фактором для горячих голов в правительствах возможных противников. Тут главное не наглеть и не терять берега.

Уже к весне сорок второго года точность «Рапиры» серьёзно возросла. Профессору Дубкову удалось создать оптический артефакт способный определять координаты с точностью до одной десятой секунды на дистанции до десяти километров от цели. А это уже снайперская точность.

Именно благодаря этой новинке удавалось без труда взрывать ДОТы изнутри, делая тяжкий труд бесполезным занятием. Что в полной мере ощутили на себе японцы, оборонительные линии которых были подобны едва ли не подземным городам. Годы трудов, неимоверное напряжение сил, огромные затраты, и всё это было сметено атакующими буквально походя.

Не выдержали не только самураи. Ничего не смогли противопоставить этому оружию и гансы. Плюсом к этому явное превосходство бронетехники и высокая насыщенность ею войск. Качественно новая тактика и оснащение войск, так же сыграли свою немаловажную роль. Словом много чего привело к тому, что уже к весне сорок четвёртого Красная армия, в смысле уже Советская, взяла Берлин.

Слащёв предпочёл наступать южнее сосредоточив свои усилия на Австрии. Причём действовал настолько стремительно, что управился своими силами и не допустил туда ни советские войска, ни части стран антигитлеровской коалиции.

К слову, ДВР имела союзный договор только с СССР. Это избавило республику от необходимости участвовать в разделе пирога оккупационных зон. Республика сохранила контроль над всей территорией Австрии. Впоследствии здесь должна будет остаться военная база ДВР.

А пока начался процесс денацификации, восстановления разрухи и правительственных институтов. Не забыли и о Лихтенштейне, сохранявшем нейтралитет и отказавшемся выдавать власовцев. После ряда специальных операций с территории княжества и соседней Швейцарии удалось выковырять для суда, или уничтожить на месте, многих пособников нацистов.

Потери СССР в этой войне были конечно не столь существенны, как в истории его мира, но они всё равно составили около одиннадцати миллионов человек, евреев в общей сложности погибло около пяти. И это учитывая Эфир и наличие у большинства дополнительных возрождений.

Так что, Нюрнбергский процесс случился и здесь, хотя ДВР опять осталась в стороне. Разве только на неофициальном уровне департамент безопасности оказывал всестороннюю помощь советским представителям в сборе доказательной базы и передавал выловленных коллаборационистов.

С Японией игра с самого начала рассчитывалась в долгую. Песчанин планировал изрядно попортить кровь Америке и её союзникам, затянув конфликт на Тихом океане. Благо на помощь СССР им рассчитывать не приходилось.

В этой связи при налёте японцев на Пёрл-Харбор, последовали несколько ударов «Рапирой», что привело к выводу всех без исключения линейных кораблей, уничтожению двух крейсеров, а так же серьёзным повреждениям инфраструктуры порта, что в значительной мере затянуло восстановительные работы.

После этого последовала помощь самураям с Мидуэем, где постарался отряд подводных крейсеров ДВР, уничтоживший авианосную группу янки. В этот раз обошлось без «Рапиры» и артефактов. Оказалось достаточным использовать дальнеходные акустические торпеды, поступившие на вооружение флота республики ещё в тридцать девятом году.

А вот при штурме самого атолла, уже не обошлось без «Рапиры». Как впрочем и при захвате Гавайев. В первом случае самураи захватили только инфраструктуру и некоторое количество вспомогательный судов. Зато во втором, в руках японцев оказались четыре линкора, поднятых после памятного нападения и уже практически вернувшихся в строй. Трофеями так же стали пять крейсеров, шесть эсминцев и пять подводных лодок.

В то время, когда союзники начали наседать на Сталина с тем, чтобы он начал боевые действия против Японии, Песчанин решил нанести упреждающий удар. Оно конечно ДВР и СССР сейчас союзники, но кто знает как оно обернётся дальше. Поэтому хотелось бы иметь под боком дружественный Китай, дабы удержать советы от необдуманных действий.

Союз гоминьдана и коммунистической партии Китая, плюс особый курс последних, лишали СССР возможности организовать наступление против Квантунской армии. Объявлять же войну Японии имея выход к Удской губе, при отсутствии не только военно-морского флота, но и судов как таковых, затея глупее не придумаешь.

Оставалась только Монголия, однако успешные наступательные действия дэвээровцев и китайцев, лишили советы и этой возможности. Объединённые вооружённые силы Китая и армия ДВР достаточно быстро продвигались вперёд, освобождая одну провинцию за другой.

В ходе десантных операций и наступательных действий армии, Южный Сахалин, Курилы и половина Хоккайдо были захвачены меньше чем за месяц. Уже первого сентября сорок третьего года войска остановили своё продвижение и встали в глухую оборону. После чего усилия были сосредоточены на Китае и Корее, которые удалось полностью освободить уже к декабрю. Завершающим аккордом этой стремительной войны послужила Тайваньская десантная операция. Провели её китайские вооружённые силы при непосредственной поддержке флота ДВР.

Удар Японцам был нанесён тяжёлый, но не смертельный. Песчанин постарался максимально бережно обойтись с флотом микадо, и подобрал для начала боевых действий момент, когда кораблей в акватории Японского моря практически не было.

Стремительность действий и сокрушительные удары недвусмысленно указывали на преимущество республики. На оккупированной территории русские действовали максимально жёстко. Развернувшееся было партизанское движение на Хоккайдо было задушено на корню. С одной стороны, кадры набившие руку в ликвидации подобной угрозы. С другой, массовое выселение мирных жителей, через организованные на фронте коридоры, что лишало партизан поддержки местного населения.

Тем временем Америка постепенно усиливала свои позиции на Тихом океане, наращивая мускулы и готовясь врезать по японцам всей своей мощью. На фоне этого, как ни тяжко далось это решение, но Япония всё же согласилась на мир с ДВР, потеряв южный Сахалин и Курилы, отошедшие к республике, войска которой покинули захваченную территорию Хоккайдо. Китай и Корея так же были утрачены, но это всё же было меньшее из зол.

В настоящий момент ДВР начала поставки Японии вооружения и боевой техники. В первую очередь БМП на базе ТР-4 существенно потерявших в толщине брони, зато обрётших способность плавать. Это с успехом было уже опробовано в Советской армии, которой очень пригодилась плавающая бронетехника при наступлении в европейских странах, изобилующих различными водными препятствиями.

Судя по всему самураи планировали провести ряд десантных операций и показать противостоящим им союзникам, что мир с ДВР, ничего не значит. Вполне здраво. Лучше потерять какую-то часть, а не всё сразу. Иное дело, что работы по созданию ядерного оружия идут полным ходом и когда янки ударят своей дубиной, исход войны будет предрешён.

Однако, Япония не прекратит своё существование и в итоге вполне будет способна заплатить по счетам. А коль скоро так, то отчего бы не заработать на военных поставках, отпуская вооружение в долг…

Песчанин вздохнул и бросив последний взгляд на залитый солнечным светом сквер, отвернулся от окна. Возвращаться к работе не хотелось, но ничего не поделаешь, дела сами себя не сделают. Как говорится — взялся за гуж, не говори, что не дюж.

Эфир конечно оказал влияние на этот мир, но куда более значимые изменения случились благодаря вмешательству человека оказавшегося здесь помимо своей воли и решившему повлиять на ход истории. И пока ему сопутствует успех. Ну, а как оно пойдёт дальше, покажет время. Главное не опускать руки и не расслабляться, чего он делать и не собирается.

Content

Константин Калбазов
Танкист. Капитан

Глава 1. Снова здорова

Глава 2. Не всё коту масленица

Глава 3. И без брони не подарок

Глава 4. Секретное задание

Глава 5. Убойный артефакт

Глава 6. Гулять, так гулять

Глава 7. Больше ни ногой

Глава 8. Вызов

Глава 9. С возвращением

Глава 10. Дуэль

Глава 11. За новыми перспективами

Глава 12. Старые знакомые

Глава 13. Выпуск

Глава 14. С приветом из Китая

Глава 15. На строительстве канала

Глава 16. В преддверии

Глава 17. Друзей не бросают

Глава 18. По следам похитителей

Глава 19. Пленница

Глава 20. Бегство

Глава 21. Непредсказуемый

Глава 22. Штурм асьенды

Глава 23. Мечты сбываются

Глава 24. И снова Китай

Глава 25. Удар, отскок

Глава 26. Хунхузы

Глава 27. За дальней перспективой

Глава 28. Делец

Глава 29. Один народ

Глава 30. Перед высадкой

Глава 31. Десант

Эпилог