Розальев Андрей

Вертел я ваши кланы! Том 2.

Глава 1. Будни нашего городка

«… малиновый закат, хотела на Канары, а везут тебя за МКАД!»

Рики сидела на переднем пассажирском, в каком-то ультра-мини платье с открытыми плечами. Она закинула босые ноги на приборную панель, заставляя меня периодически сглатывать, и пританцовывала в такт песни, которую сама же очень недурно напевала каким-то странным, явно не своим голосом.

«Злорадствуешь? Что хоть за песенка? Никогда такую не слышал, где ты их только берёшь?»

«А, да это… мамина память раньше была мне частично доступна, вот я и запомнила».

«Ясно всё с тобой!»

Делать было нечего, и я всё же нашёл эту песню в сети. Оказалось, что песня почти моя ровесница, я всего на год старше. Как Тихомиров формировал воспоминания Авроры-искина? Такое впечатление, что он скопировал для неё всё, что было у него на компьютере. А сколько было той, живой Авроре на момент авиакатастрофы? Мне было лень вспоминать и считать, и я задал вопрос Рики. Та ответила мгновенно.

«38 лет 6 месяцев и 23 дня. А зачем тебе?»

«Пытаюсь представить, как Тихомиров сидит в офисе и составляет плей-лист для Авроры-искина. Думаю, он скинул всё что было, не глядя».

«Ха! Возможно! Там правда, какого только барахла нет! Но попадается и много интересного. Например, сборник детских сказок, представляешь!»

«Представляю. Мы приехали!»

Мы, то есть я… а-а-а, короче! На следующий день после поединка, вечером, Лоленко сообщил, что Катарина благополучно вылетела из Москвы, мол, встречайте. Я думал, дед пошлёт своего Костю, но нет, он отправил меня. Типа у тебя теперь свой транспорт вот и давай. Можно подумать Катарина адреса не знает, и на такси бы доехала.

Но, если подумать, дед так-то прав. И даже этикет и простая вежливость здесь не при чём. Я влез в большую игру, которая идёт по своим правилам, и теперь придётся им следовать… пока не стану достаточно сильным, чтобы самому правила задавать.

А чтобы стать сильнее — надо тренироваться. И противник должен быть достаточно сильным. В вирте у меня есть Рики, в реале дедов тир и теперь вот Катя, искусство интриг поможет отточить её папаша, по деньгам тоже неплохо получается. А дед и родители подстрахуют. Влияние… ну, не всё сразу, будет и влияние. Наивно и прямолинейно? Ничего, в драку главное ввязаться, там по ходу разберёмся. Я так вообще, похоже, с ноги влетел.

Мы прибыли заранее, и Катарину пришлось подождать. Заметил я её не сразу, выискивал глазами синие волосы, а оказались зелёные, с металлическим отливом. В остальном её внешность не сильно изменилась, так же шорты и майка, на ногах кроссовки. И не скажешь, что наследница огромной империи.

— Привет! Ты что, перекрасилась?

— И тебе привет! Давай в машине расскажу, здесь неудобно, — Катя оглянулась на толпу людей.

Я ожидал, что она захватит с собой половину гардероба, а по факту из багажа был только средних размеров чемодан да дамская сумочка. Заметив мой удивлённый взгляд, Катя пожала плечами:

— Зачем всё с собой таскать? Что надо будет — здесь куплю, мы ведь не в тайге.

— Резонно, — согласился я.

Как раз подошли к машине.

— Мммм, твоя? — девушка обошла машину кругом и даже погладила её по кузову.

— Моя, — я открыл перед ней дверь, а сам понёс чемодан в багажник.

Когда вернулся, меня ждал сюрприз: волосы у Кати теперь были насыщенного малинового цвета. От корней до самых кончиков. Я так и замер с открытым ртом.

— Ха-ха-ха! — покатилась Катя со смеху, держась за живот — ты бы видел свою физиономию!

— Ладно, 1:0 в твою пользу! — я тоже улыбнулся, — расскажешь, как ты это делаешь?

— Так и быть! — девушка повела глазками, и я обратил внимание, какие у неё густые ресницы. — Ногти, волосы и даже верхний слой кожи — это неживые ткани. Не камень, но довольно близко. А камень — это моя стихия. Так что, что хочу — то и делаю!

— А разноцветные можешь? — я задал автопилоту курс домой и откинулся в кресле, вполоборота к соседке.

На волосы Катарины как ведро с краской «хамелеон» вылили. Они сменили цвет все разом, пряди как по мановению волшебной палочки окрасились во все цвета радуги.

— Круто! — я искренне восхитился таким зрелищем. — Но кожу-то ты, наверное, так не сможешь?

Катя подняла перед глазами руку, и та начала на глазах чернеть, после чего цвет вернулся обратно.

— Кожа более живая, чем волосы, с нею сложнее. Но при желании могу хоть зелёной стать.

— Ну и ну! — я покачал головой, — это же идеальная маскировка!

— Так а то! И, кстати, — девушка вернула себе синие волосы и нормальный цвет кожи, — счёт 1:1. Ты меня позавчера в тире тоже изрядно удивил.

— Прости, переборщил немного с ударом в ухо. Надеюсь, без последствий?

— Ты ведь ещё только первый год поедешь в академию, конечно, — Катя хихикнула. — На турнирах бывает и руки-ноги отрывает, так что ты меня почти нежно уложил!

«Можно я ей глаза выцарапаю? Эта кошка драная с тобой флиртует!»

«Нельзя, пусть флиртует, она на задании, ей полагается».

«Если она решит с тобой переспать, будь добр, заранее меня на паузу поставь. Иначе я за себя не отвечаю!»

И Рики исчезла. Я перестал её чувствовать. Типа обиделась и отвернулась. Нет, милая, так не годится. Строить ты меня не будешь, и манипулировать мной тоже.

Я пока не стал ничего предпринимать. Позже поговорим, не при Кате.

За непринуждённой беседой мы с Катариной благополучно долетели до дома. Там я её «сдал» Вике, показывать комнату, а сам отправился в тир, по дороге накручивая себя для показательного внушения.

«Так, красавица! Ну-ка, иди сюда!»

«Чего тебе надо?»

Рики показалась передо мной, руки скрестила на груди, губы надуты.

— Это что за фигня сейчас в машине была? Ты мне жена, невеста, подружка? Мы встречаемся или хотя бы спим?

«Миша, Миша, ты чего? А если тебя услышат?»

А я даже не заметил, как сказал фразу вслух, так себя накрутил.

«Никого тут нет. Никогда не указывай мне, что делать, и не устраивай сцены. Это непродуктивно. Если имеешь что сказать — скажи, мы обсудим. Но выводить меня на эмоции даже не пытайся. Объяснить, почему?»

«Объясни», — Рики чуть сникла, но слушала внимательно.

«Вот смотри. Ты меня сейчас вывела на эмоции, и я заговорил с тобой вслух. Ладно мы одни. А в какой-то ситуации от этого может жизнь даже зависеть. Мы и так с тобой по краю ходим. Ты можешь нас подставить просто на ровном месте, только потому, что тебе что-то показалось, или ты не так поняла, или сама придумала, сама обиделась. Теперь понимаешь?»

«Прости, — Рики опустила руки и смотрела в пол, — да, поняла. Такое не повторится. Но Мальвина мне всё равно не нравится!»

«Мы с ней работаем, а не шашни разводим. Но давай обсудим и такой вариант. Допустим, мне какая-нибудь девушка понравится, и я захочу с ней встречаться, что тогда?»

«Я не знаю, Миша. Не знаю! Я боюсь о таком даже думать! Ты меня тогда прогонишь, или мне самой придётся уйти! А я не хочу. Хочу быть с тобой».

«Тогда у нас есть потенциальная проблема. Но она пока только потенциальная. И мне почему-то кажется, что у неё есть решение, просто мы пока не знаем, какое».

«Но мы его найдём, правда, Миша?»

«Найдём».

Конечно, можно было и мягко, и даже просто поговорить. Но это не дало бы такого эффекта. Рики делит со мной эмоции, и надо было основательно разозлиться, чтобы она прочувствовала, чтобы до неё дошло.

Как говорила мне бабушка, ещё когда я пытался ухаживать за Лидой: «Никогда не сади девушку себе на шею. На шею посадишь — на голову она сама залезет, ещё и ножки свесит!»

Так что пусть Рики понимает, кто на чердаке хозяин.

— Мы его по всему дому ищем, а он тут в гордом одиночестве! — в тир ввалилась вся компашка вместе с Катей, которая и наехала на меня. Ещё одна.

— А я вас здесь жду. Ты же хотела посмотреть тир в работе?

— Хотела и хочу.

— Тогда мы в стекляшку, там постоим, посмотрим, а ты как будешь готова, слей чуть-чуть маны в пол. Умеешь?

— Пффф! Я так-то на четвёртую ступень… почти перешла!

— Отлично. Чтобы закончить — забери свою ману обратно. Если не получится — сдавайся.

— Поняла. А что будет то?

— Бой с отражением, — мне пришла в голову одна догадка.

Я вспомнил, как дед управлял тиром. Он не нажимал ни на какие кнопки, не творил заклинаний, он вообще ничего не делал. Он просто сказал «Отключаю» и всё. И тир его — услышал?

Если тир слышит и понимает, то это просто круть неимоверная! В крайнем случае, Катю ждёт поединок со зверинцем, а я скажу, что ошибся.

Но я не ошибся. Тир услышал.

Когда Катарина слила немного маны, перед ней появилась её точная копия. Только… чуть призрачная, и одетая во всё чёрное, и волосы чёрные.

— А что, так можно было? — услышал я потрясённый шёпот Лёни.

Катя, кажется, удивилась не меньше Лёни. Она стояла и смотрела на свою копию, оставаясь недвижимой. Но, видимо, Лоленко не зря в неё миллионы вкладывал. Взяла в руки она себя буквально за пару секунд.

Щёлкнули когти, кожа девушки стала какой-то серой, и она, не медля, кинулась на противника. Чёрная же сделала в точности то же самое!

Они столкнулись на полпути. Молниеносный обмен ударами, мне пришлось разогнать восприятие, чтобы отслеживать каждое движение! Удивительная быстрота и скорость реакции! Темп — просто бешеный!

Чёрная ничуть не уступает Кате, но и не превосходит, держится наравне. Но и не сказать, что она зеркалит движения. Нет, она отвечает совершенно осознанно, просто… видно, что Чёрная может и быстрее, и точнее, но она специально держит именно тот уровень, который показывает сама Катя. Кажется, про бой с отражением тир понял, как надо.

«Рики, ты всё запоминаешь? Смотри, они дерутся наравне, и это не совпадение, чёрная подстраивается!»

«Если ты про то, чтобы передать это маме, то мог бы и не говорить. Не отвлекай, я болею за чёрную».

«В вирте сама надерёшь Кате задницу, ты ведь этого хочешь?»

«Ещё как! Но я хорошая девочка, и сделаю это исключительно в учебных целях».

«Умница!»

Катя запинается и падает, но нет, она не запнулась, это обманка, на которую чёрная ведётся, и тут же получает от прогнувшей в спине девушки в лицо пяткой. Катя вскакивает, и бьёт растерявшуюся противницу с вертушки, но та уклоняется, и сама в свою очередь подсекает Катю.

На Кате уже куча царапин — укреплённая магией кожа спасает от глубоких порезов, но не защищает полностью. За безопасность я не переживаю — если бы тир мог по-настоящему травмировать, дед предупредил бы. А нас сюда пустили без всяких инструкций, значит тир условно безопасен.

— Тир, используй магию. Любую стихию, — я говорю вполголоса, думаю, тир меня услышит.

На меня удивлённо оглянулись Вика с Лёней, до этого с открытыми ртами наблюдавшие за поединком. Всё-таки Катарина — звезда турниров, а тут вживую и так близко!

— Что? Тут голосовое управление. Лёня, уж ты-то мог бы догадаться.

Мне показалось, или Чёрная глянула в мою сторону? В следующее мгновение в её руке появился огненный хлыст! Хлыст, мать его!

Вот такого Катя точно не ожидала! Она с трудом смогла уклониться от первого удара и отскочила в сторону.

— Да вы тут совсем охренели? — крикнула она, — ну, сука, держись!

Доля секунды — и Катя превратилась в торнадо, смазанный силут, с мелькающими по непредсказуемым траекториям чёрными когтями. И эта бешеная овощерезка на полном ходу понеслась на Чёрную.

Что бы я сделал на её месте? Хм!

Чёрная не стала ждать, она захлестнула Катю хлыстом и какое-то время смотрела, как она наматывает хлыст на себя. А потом рванула обратно.

Эффект превзошёл все мои ожидания! Катя просто взлетела в воздух, мгновенно раскрутившись в обратную сторону. И плашмя упала на пол, хорошенько приложившись об камень, да ещё и подпрыгнула от удара, перевернулась и снова шмякнулась. И так и осталась лежать.

Фаталити!

Чёрная не нападала, и, присмотревшись, я понял, почему. Она была как игольница, нашпигована Катиными когтями. Так вот для чего была эта самоубийственная атака!

Да у них обоюдка! Но в реальном поединке Катя быстро очухается, а вот десяток дырок в тушке — это на всю жизнь. Впрочем, меня бы они вряд ли серьёзно поранили.

Чёрная поклонилась и исчезла. Бой закончился.

— Ну что стоите? Помогите девушке!

Мы разом обернулись. Сзади за нашими спинами стоял не слишком довольный дед. Когда он успел появиться?

Катя при нашем приближении перевернулась на спину.

— Аааа, меня сто лет так не отделывали! — выражение её лица говорило, что ей больно, но она при этом очень довольна.

— Ты не пострадала? — Вика принялась осматривать нашу гостью, вроде только мелкие царапины.

— Только моя гордость, а так я в порядке, каменная кожа рулит, — Катя рассмеялась. — Вот это приехала в гости!

— То, что тир освоили — молодцы, — дед тоже подошёл. — Занимайтесь здесь в любое время, он в полном вашем распоряжении. Он ещё много чего умеет, только не забывайте его подзаряжать. Если будут серьёзные травмы — он сам и помощь необходимую окажет. Главное не поубивайте друг друга, возвращать с того света тир не умеет, да и я тоже. Всё поняли?

— Да, деда, — за всех ответил я.

— Хорошо. Катя, великолепный бой, так держать. А ваша задача, — он посмотрел на Вику с Лёней, — к осени её догнать.

— Деда, так ведь она на два курса старше! — Вика попробовала возмутиться.

— Представляешь, как все на турнире удивятся, — подмигнул ей дед.

— Оооо, неееет! — застонала Вика, закатив глаза, — эти двое же нас досмерти загоняют!

— Очень на это надеюсь! — дед повернулся ко мне с уже серьёзным лицом. — Миша, загляни после завтрака ко мне в кабинет.

Катя обратилась к деду, пока он не ушёл:

— Пётр Александрович, а что Вы про исцеление говорили? Царапины, конечно, пустяковые…

Она не успела договорить, как царапины затянулись прямо на глазах.

— А почему нельзя было позавчера также нас подлатать? — я захлопал глазами.

— Потому что, — сердито буркнул дед и исчез.

— Чего это он, а?

За завтраком мы договорились поехать в город. От Элуидес пришло сообщение, что у них есть что посмотреть, так что летим!

Только сперва я зашёл к деду.

— Звал?

— Держи.

Дед положил передо мной планшет с открытым документом.

— Договор? — догадался я. — Юристы проверили, всё чисто?

— Да, но прежде чем подписывать, всё же сам пробегись. Я тебе пришлю файл, — дед забрал планшет и уставился мне в глаза. — Рассказать ничего не забыл?

— Так ещё пока нечего рассказывать, вот только поеду смотреть, — до меня сразу дошло, что речь про полигон.

— Да? А Лоленко дополнения к договору уже прислал, — с непроницаемым выражением лица дед продолжил меня гипнотизировать.

— Оперативно они! Ну, дело было так… Мы с Рики разговаривали про твой тир, и тут от Системы пришло сообщение с предложением открыть ещё одно направление. Ну я и описал в пожеланиях полигон. Чего скромничать? Чтобы он под игрока подстраивался, и всё такое. И 40 % мои, Лоленко сам предложил долю поднять, я не настаивал.

— Пожелал он… — дед не выдержал и прыснул. — А Рики ему и говорит человеческим голосом: ложись спать, утро вечера мудренее́!

Тут уж мы оба расхохотались.

— Вот не поверишь, примерно так всё и было! — я вытер слёзы.

— Да верю, верю, Лоленко бы поверил! — дед прекратил смеяться. — Пока он думает, что все чудеса творит Рики, к тебе вопросов нет.

— Я хочу встретиться с Тихомировым, деда. Как думаешь, это возможно?

— Он не отвечает, Миша. Сам хотел с ним встретиться, но его сознание закрыто. Он жив, здоров, но, так сказать, не берёт трубку.

— Я попросил отца помочь его найти.

— Чтоооо???? — дед аж подпрыгнул. — Да как ты!..

Он грохнул ладонью по столу так, что чуть не проломил столешницу. Мне как-то резко не по себе стало, гневающимся я деда видел впервые. Мне даже показалось, что в воздухе запахло дымом.

Но вдруг дед также внезапно успокоился.

— Ты, Миша, очень многого не знаешь. Вмешательство во внутренние дела кланов — это повод к войне. Такое допустимо только с санкции Совета Патриархов. Но раз ты внеклановый, то на тебя это правило не распространяется. Ты можешь подтвердить, что желание встретиться с Вадимом Тихомировым — твоя частная инициатива, и цель — лишь знакомство, и у тебя нет цели вмешиваться во внутренние дела клана Тихомировых?

— Конечно, ты что! Я просто хочу расспросить его про Аврору и Рики. Можно сказать, с познавательной целью!

— Отлично. Так и запишем… — дед пошебуршал в ящике стола, и достал оттуда небольшой камень. — Помнишь, как клятву давал?

Я кивнул.

— Вот то же самое, но клятву ты даёшь не мне, а… ну, как на бумаге записываешь, и любой желающий может прочитать. Даже не клятва, скорее свидетельство. Только соврать нельзя, если «читать» будет кто-то, кто чувствует ложь — поймут. А в Совете все чувствуют.

«ТАК И ЗНАЛ!»

«Что деда нельзя обмануть? А недоговорки он тоже чувствует?»

«Видимо нет, иначе уже спросил бы».

— А почему камень, а не бумага?

Дед посмотрел на меня, как на идиота. Потом сообразил, что мне просто в новинку, и терпеливо объяснил.

— Бумага со временем разваливается. Сколько она пролежать может, ну, пару столетий. И то если хранить аккуратно. Уничтожить её — пара пустяков. Да и изобрели бумагу сравнительно недавно… — он закатил глаза, вспоминая.

— И поэтому важные сведения записывают в камень?

— Нет, в обычный камень — пустячные. Это же просто камушек, голыш, на речке нашёл. Важные — в кристаллы. А особо важные — в обломки… так, это тебе рано ещё знать. В общем, представляешься, говоришь про свои намерения относительно Вадима, и не забудь сказать, что ты это сам придумал. Пока говоришь — ману лей.

Я взял в руки камень. Действительно, самый обычный окатыш. Сосредоточился, пустил тонкой струйкой ману и произнёс:

— Я, Медведев Михаил Кириллович, подтверждаю, что хочу встретиться с Вадимом Тихомировым, старшим клана Тихомировых, исключительно по собственной инициативе, и только для обмена информацией касательно игры Аврора и происходящих в ней странностей. Никаких намерений вмешиваться во внутренние дела клана у меня нет, каких-либо указаний, просьб или приказов на такое вмешательство я не получал.

Остановил поток маны и отдал камень деду.

Тот подержал его в руке, прислушиваясь, и удовлетворённо кивнул.

— Всё чисто. Будь осторожен, Миша. Если Лоленко решит, что ты лезешь в его дела, у него будет совершенно легальная причина делать с тобой всё что пожелает. И вот в этом случае мы тебе не поможем, потому что он будет в своём праве. Это не прокурорша, это исполняющий обязанности главы Старшего клана.

— Деда, слушай, я может глупость спрошу, но лучше ведь спросить… А нельзя просто попросить Лоленко о встрече с Тихомировым? Как-то по дипломатическим каналам, что ли?

— А почему ты спрашиваешь об этом только сейчас, — дед подался вперёд, — а не до того, как втравить в историю родителей?

— Я подумал, что раз Тихомиров не всё рассказал своим людям, значит, и они могут не обрадоваться желанию с ним пообщаться.

— Правильно подумал, — дед немного помолчал, пристально глядя мне в глаза. — Ты, Миша, в целом всё делаешь правильно. Но ведёшь себя… как наглый, неотёсаный… подросток, которому закон не писан, а если писан, то не читан. Не надо так. Советуйся. С отцом, с матерью, со мной. Чтобы дров не наломать. Ты здесь новенький, здесь другие законы, здесь не мировому судье бумажки строчáт, а вызывают на поединок. Бывает, что за ошибки одного отвечает целый род, а то и весь клан. Понимаешь?

— Да, деда, понимаю. Отец мне то же самое сказал, почти слово в слово. И я ему пообещал советоваться.

— Тогда ладно. Уф, — он с улыбкой выдохнул, — аж гора с плеч. Ты своё слово держишь, раз пообещал отцу — я спокоен. Иди уже. Принцессу нашу с собой бери, глаз с неё не спускай. И если она вдруг от тебя смыться захочет — сразу мне звони.

— Хорошо, деда.

Глава 2. Будни на полигоне

«Как интересно! — рассуждала про себя Арина, наблюдая за Мишей в тире. — С кем это он ругается?»

Она услышала первую фразу, и сразу переместила туда, в тир, фокус внимания. Но дальше парень замолчал, хотя было заметно, что неслышный диалог продолжается. Призрачная девушка перебрала всё, что могла вспомнить, но кроме шизофрении, ей ничего в голову не пришло. Вот только на сумасшедшего Миша похож не был.

«Жаль, что я не умею читать мысли! Пожалуй, не буду пока ничего рассказывать Пете. Он ведь сказал мне наблюдать? Вот я именно так и поступлю!»

* * *

В игру мы зашли все вчетвером, по очереди возникнув на пороге ресторана. Мы с Рики первыми, следующая Катя, двойняшки последними почти одновременно.

— Так вот он какой, ресторан «Миллиуэйз», — осмотревшись, выдала Катя.

— О, ты название запомнила! Знакомьтесь, — к нам как раз подошла эльфийка, и я начал представление, — Рики, Элуидес, можно просто Эля, и Катарина, можно Катя.

— Очень приятно, — изобразила лёгкий полупоклон Эля.

— Рада познакомиться, — Рики протянула Кате руку, и та нерешительно её пожала.

— Наслышана о вас, — улыбнулась Катарина.

— Ну а Кром в представлениях не нуждается, — я сложил руки рупором. — Эй, соня, проснись! Всех посетителей проспишь!

У дракона приоткрылся один глаз. И снова закрылся.

— Я не сплю. Я медитирую. Моё почтение принцессе.

У меня челюсть отпала. Если Лоленко сейчас верховная власть, то да, его дочь можно назвать принцессой, мы с дедом сами так шутили, но откуда Кром это знает?

— Кром, а ты почему решил, что она — принцесса?

— Я страж. Это моё предназначение — видеть, кто есть кто. Она — Катарина Лоленко, дочь того, кому принадлежит этот мир, преемника Создателя.

Я посмотрел на Рики. У той глаза были квадратными от удивления.

— Кром… — начал было я, но меня прервал раскатистый хохот дракона.

— Вы бы видели себя со стороны! Купились! — Кром сел по-кошачьи на задние лапы, поджав хвост, так что нам пришлось задрать головы, — Признавайтесь, Бер, Рики, поверили, да?

— Он меня уже извёл своими подколками, — пожаловалась Элуидес, — зато посетители в восторге!

Теперь квадратные глаза были у Катарины.

— Кто вы такие вообще? — только и смогла она спросить.

— О, не удивляйся, — начал я ей объяснять. — Когда Тихомиров залочил на неделю игру, местным жителям стало нечем заняться. Представляешь, несколько тысяч персонажей оказались заперты в этом мире без игроков. Вот они и упражнялись в остроумии. Особенно скучно было дракону, и он упражнялся сам с собой.

— А ты хорош, — Кром опустил голову до самого пола и вытянул шею так, что его морда оказалась как раз напротив моего лица, — так и быть, тебя я подкалывать не буду.

— Миша, признавайся, ты их заранее всех подговорил! — Катя даже головой помотала, чтобы согнать наваждение. — Не могут мобы так себя вести!

— Ты ещё неписями нас обзови, — клыкастая морда метнулась к нашей гостье, — что, если принцесса, то тебе всё можно?

Катя даже сделала на всякий случай шаг назад, и цвет кожи у неё начал меняться.

— О, Создатель, нашли, кого слушать, — Элуидес всплеснула руками, — балабола этого! Миша, мне нужен один выходной день! Я уже не могу терпеть эту ящерицу круглые сутки в сто потоков параллельно! Это просто пытка! Рики, — она взяла мою… напарницу за руку, — ну хоть ты ему скажи!

— Эля, какой рыбой ты его кормишь? — я уже не знал, плакать мне или смеяться.

— Его драконья светлость предпочитает запечёного лосося, — метнув в сторону Крома грозный взгляд, ответила Эля.

— Кром, а мы с тобой на какую рыбу договаривались? — я уставился дракону в ближайший глаз.

— Эммм… не помню, кажется… нет, Миша, — до дракона начало доходить, — ты не можешь быть таким жестоким!

— А ты? Тебе не стыдно? Ты до чего Элю довёл? — я наступал на него, а Кром поджимал голову ближе к себе. — Ты знаешь, как трудно было уговорить её пойти сюда работать? Эльфийка из знатного рода, да перед ней были открыты все двери, а она пошла к нам! И что ты делаешь? Доводишь мне её до нервного срыва? Ты хоть представляешь, что с тобой будет, если Элуидес сорвётся?

— Что? — Кром сглотнул.

— Да она тебя одной мойвой будет кормить! Поштучно! — я уже еле сдерживался, чтобы не заржать.

— Злой ты, Миша, и шутки у тебя злые, — Кром обиженно свернулся в клубок, как большой кот, и накрылся крылом.

— Папа не поверит, — только головой покачала Катя, — скажет, что я его разыгрываю!

— Катя, ну ты как маленькая! Это стандартный розыгрыш для посетителей, он заскриптован! — я решил добить нашу принцессу.

— Аааа, скрипты, — с облегчением выдохнула та.

— Ага, скрипты, — я глянул на Элю, — ты писала, что полигон готов?

— Да, босс, — кивнула эльфийка, озираясь по сторонам, — только подожди, нужный скрипт найду! Где-то здесь был.

— ДА ВЫ НАДО МНОЙ ИЗДЕВАЕТЕСЬ! — не выдержала, наконец, Катя.

— Мы не специально, само так получилось! — я развёл руками. — Ну всё, идём.

Катя поджала обиженно губы, но кивнула.

Пространство вокруг смазалось, и мы перенеслись в какое-то другое место.

Сперва я даже не понял, где мы. А потом как понял!

Мы стояли на самой обычной лестничной площадке! По стенам шли какие-то кабели и трубы. Видимо, это не жилой дом, а какое-то инженерное соединение.

Одежда на нас поменялась. На всех были практичные штаны армейского типа в камуфляжной расцветке и футболки. На ногах берцы. Неплохой подгон, спасибо, Аврора. Только Элуидес осталась в своём красивом платье. Видать, не собиралась с нами.

— Босс, Система переосмыслила твои пожелания относительно полигона. Полигон нужен для подготовки к широкому спектру испытаний. В реальном мире невозможно воспроизвести их все, поэтому делается некий комплекс препятствий для развития силы и ловкости. Но здесь Система может смоделировать почти всё что угодно. Это и есть твой полиморфный комплекс, Миша. Держи, — Элуидес достала из инвентаря и подала мне небольшой, но довольно увесистый металлический кейс.

«Аврора, это ведь ты, да?»

«Конечно. Как догадался?»

«Элуидес не умеет так перемещать».

— Что за кейс? — я покачал его из стороны в сторону. Что бы ни было внутри, оно было хорошо закреплено.

— Ваше задание. На крыше вас будет ждать транспорт. Задача минимум — доставить кейс, максимум — доставить кейс и выжить. Погибших ждёт обед в ресторане и трансляция выполнения задания выжившими. Да, кейс нельзя убрать в инвентарь.

— И всё? Ещё какие-то вводные будут?

— Держитесь, сейчас будет толчок! — и с этими словами Элуидес-Аврора исчезла.

— Всем держаться за поручни! — я схватился за ближайший, и притянул к себе замешкавшуюся Вику телекинезом. Остальные, к счастью сообразили быстрее.

В то же мгновение здание тряхнуло, да так, что мы совместным весом чуть не оторвали поручень от стены. А потом ещё и ещё раз.

— Ты мне кейсом чуть рёбра не сломал, — проворчала Вика, когда перестало трясти.

— Ну прости.

— Что. Это. За. Срань!?! — очухалась наша принцесса, которой в кровь разбило губы о поручень.

— У папы потом спросишь! Все наверх! Я первый, за мной Катя, Рики замыкающая! — я бросился по лестнице, перескакивая через две ступеньки.

— Так она с нами? — Катарина перехватила меня за локоть.

— Сейчас ты делаешь то, что говорю я. Без вопросов и без рассуждений. Понятно!? — последнее слово я уже гаркнул во всю глотку.

— Так точно! — Катя резко выпрямилась по струнке, и тут сгорбилась, как будто испугавшись собственной реакции.

Да девчонку-то похоже неплохо так погоняли!

На всякий случай включил покров на такой уровень, чтобы мана не тратилась, успевала пополняться. Это меня и спасло. Потому что за поворотом лестницы меня встретила автоматическая турель.

Подсознание сработало быстрее сознания. Ещё даже не сообразив, что я вижу, я уже «врубил» и покров, и щит на полную. Первые пули прошли сквозь щит и застряли в покрове, отбросив меня обратно, прямо на Катю, но не причинив вреда.

Мы с Катей переглянулись. Зрачки у неё были расширившиеся, но она уже собралась. Гром выстрелов привёл её в чувства не хуже электрошока.

А вот непривычные к такому Вика с Лёней только что на пол не упали, присели и зажали уши. Зато удивительно спокойно отреагировала Рики.

— Если кто-то про нас ещё не знал, то теперь знают.

— То есть нас ждёт что-то ещё, помимо землетрясения и турелей? Прелесть! — я сплюнул, но в душе был очень доволен. Аврора превзошла саму себя! — Вика, сюда! Диском по дуге сможешь?

Вика сглотнула, но утвердительно кивнула.

Диск сформировать у неё получилось со второй попытки. В принципе, я мог бы и сам, огненным, но надо задействовать все возможности команды, к тому же это немного взбодрит девушку.

Первый диск пролетел мимо. На второй умная электроника, распознавшая угрозу, успела среагировать одиночным выстрелом, после чего Вика поняла, куда бить, и отправила сразу два диска, с обеих рук. Прозвучал один выстрел, после чего раздался грохот упавшей на пол груды металла. Осторожно выглянув, я показал Вике большой палец. Турель была разрезана пополам, как лазером срезана, а в стене позади явно не хватало бетона. Страшная вещь эти её водяные сюрикены!

Осторожно вышел на новую площадку. Признаков жизни турель не подавала. Позвал остальных.

— Вика, поздравляю с боевым крещением! Твой первый фраг!

— И что мне с ним делать? — Вика со всех сторон рассматривала поверженную машину убийств.

— Подбери, потом Левше отдашь — офигеет! Тут сталь отличная, он из неё тебе броньку сделает. Всё, не стоим, пошли!

Вика с задумчивым видом всё же кинула остатки турели в инвентарь.

— Погоди, Миша, — меня опять остановила Катарина. — Я, кажется, знаю, где мы.

— Ну-ка, удиви.

— Это главное здание Mind Technologies. Я не знаю, где именно в здании мы находимся, но турель мне знакома… Отец показывал. Но они включаются только в случае попытки захвата здания, если на этаже не остаётся живых сотрудников.

— Ладно, удивила, — я посмотрел на молчаливую Рики, но та только пожала плечами. И ни капли удивления. Видимо, Аврора её успела предупредить.

«Аврора, это плохая идея! Что подумает Лоленко?»

«Ничего не подумает, Катарина ошибается. Это здание использует некоторые элементы защиты, как в МТ, но это совершенно другое здание, и защита тоже разнообразнее».

— Эля говорила, — подал голос Лёня, — что это полиморфный комплекс. Сама подумай, откуда у Системы схемы того здания? А турель — может, какие-то архивы стандартного оборудования для проектирования.

«А парень соображает. Почти так и есть. Только подробный план здания МТ у меня всё же имеется».

— Так, держим в голове, что можем столкнуться с любым самым современным оружием, и вообще с чем угодно! И не расслабляемся! Толчки могут повториться, во избежание падений держитесь за поручни! Катя, ты бывала в таких зданиях, куда может вести эта лестница?

— Теоретически куда угодно, но скорее всего это путь эвакуации на случай пожара. И мы сейчас на минус пятом, подземном, этаже, — Катя показала на показавшуюся за новым поворотом цифру, нарисованную краской на стене.

— Это что, высота одного этажа больше четырёх лестничных пролётов? — опять Лёня.

— На какой же этаж нам подниматься придётся? — вздохнула Вика.

— От силовой тренировки по утрам это тебя не избавит, не надейся, — «обрадовал» её я. — В капсуле мышцы не качаются. Всё, отставить разговоры. Я слушаю.

Мне показалось, что где-то что-то гудит, и гул нарастает.

— ТОЛЧОК! — заорал я, хватаясь за поручень!

Повторять не пришлось. Через секунду тряхнуло так, будто мы упали с высоты пары метров. Ещё, и ещё раз. Лестница под нами плясала, как взбесившаяся, вверх и вниз! Полетели куски штукатурки, и я растянул щит, укрыв Вику с Лёней. Катя сразу, как только начало трясти, почти мгновенно поменялась в цвете, изменив кожу, а за Рики я и вовсе не переживал.

Трясло с минуту. И когда я думал, что уже всё закончилось, последовал самый сильный толчок, наверху что-то затрещало, потом удар, и лестница, до которой мы не дошли одного поворота, ухнула вниз под тяжестью ещё одного пролёта, упавшего на неё сверху. А потом всё стихло.

— Лёня, пыль убери, — видимость в этом аду была нулевая.

— А как? — растерянно спросил он.

— Запылесось, — подсказала снизу Рики, — представь, что у тебя в руках пылесос.

Лёня, кажется, кивнул, и создал небольшой воздушный вихрь, который тут же начал засасывать в себя воздух вместе с пылью. Пыль при этом осыпалась кучкой.

Стало проясняться, и я осторожно выглянул наверх. Вроде ничего угрожающего. Но пары пролётов не было, а ещё несколько дальше по ходу движения пришли в негодность и держались на обрывках арматуры.

От увиденной картины у меня вспотели ладони и спина, рубаха прилипла к телу. Это заметила Рики. Она подошла поближе и шепнула едва слышно:

— Как тогда, с твоим другом, да?

Перед глазами стояла картина, которую я хотел бы забыть, но вряд ли смогу — пронизанное арматурой в нескольких местах тело лучшего друга. И убивающаяся над ним девушка, которая мне нравилась, и которую я потерял навсегда.

— Да. Я не уверен, что смогу. Тело ватное, — я ответил тоже очень тихо, только для Рики.

— Это всего лишь игра. Давай я пойду вперёд, ты мне потом кейс передашь, и поднимешься замыкающим.

— Хорошо, спасибо!

Рики щучкой скользнула вверх, подтянулась, вылезла на пролёт выше, прыгнула с разбега… На то, чтобы преодолеть повреждённый участок, у неё ушло с полминуты. Да мы по лестнице в десять раз дольше поднимались.

— Чисто! Было две турели, но их снесло плитой! — доложила она сверху.

— Мелочь, а приятно. Вика, следующая, Катя за ней, страхуешь, — колени ещё дрожали, но это не помешало мне отдать приказ.

Девушки полезли наверх. Катя шла второй, иногда подсказывая Вике, что делать, на что опираться и за что хвататься. Одна она, наверное, прошла бы этот участок не на много медленнее Рики.

Когда они поднялись, я телекинезом доставил наверх кейс.

— А нас так нельзя? — Лёня с надеждой посмотрел на меня.

— Мы сюда тренироваться пришли, а не читерить, — я погрозил ему пальцем, — давай вперёд, я за тобой.

Как ни странно, Лёня справился. Взмок, как будто под ливнем побывал, но справился, хоть и в пять раз дольше остальных. Даже сорвался всего один раз, но я успел его подстраховать.

Ещё один пролёт, и мы оказались на самом верху. Перед бронированной дверью. Ну зашибись!

Попробовал сдвинуть её телекинезом — не берёт, такое ощущение, что соскальзывает.

Катя внимательно рассматривала дверь. Она казалась монолитной, но если присмотреться…

— Вот, — девушка показала небольшую щель, — видимо, из-за толчков перекосило. Я могу вырастить здесь камень, и он сдвинет дверь.

— Действуй.

— Лёня, мне нужна пыль, — Катя обратилась к нашему воздушнику.

Тот кивнул, и через минуту под ногами Кати лежала целая кучка тончайшей бетонной пыли.

— Одно удовольствие с таким материалом работать, — промурчала девушка, погружая в пыль руку.

Пыль вдруг стала жидкой и растеклась по её руке, как перчатка.

Катя приставила палец к обнаруженной щели, и «жидкий камень» послушно потёк туда, наполняя собой зазор.

— Толщина двери около полуметра, прикиньте! — подняла она на нас удивлённые глаза.

Видно было, как она напряглась, на лбу выступила испарина, дверь дрогнула, но не поддалась. Что-то её держало, какой-то запорный механизм.

— Погоди, не трать ману, я помогу, — Вика протянула руки одну ко мне, другую к брату. — Простите, мне нужна вода, а здесь влажность нулевая, ещё и пыль всё впитала.

Я почувствовал, как пот, которым было покрыто после подъёма всё тело, как будто заструился по коже. Щекотно. Даже во рту пересохло.

Катю Вика тоже «подсушила». В итоге у неё набралось жидкости на мутный шарик размером с теннисный.

— Что ты хочешь сделать? — спросил я её.

— Исследовать механизм, — ответила Вика, прижимая ладонь к двери и закрывая глаза. Жидкость растеклась по двери тончайшей плёнкой и исчезла в микроскопических зазорах.

Мы ждали с минуту, после чего Вика открыла глаза.

— Это сплошная металлическая плита. Вверху по углам её в закрытом положении удерживают две защёлки, не знаю, как сказать, похожи на кусочек овала.

— Нарисуй, — я показал на покрытый пылью пол.

Вика быстро набросала схему механизма.

— Простейшая, но очень надёжная конструкция, — я начал объяснять то, что она «прощупала». — Это эксцентрики, когда плита опускается, они защёлкиваются под собственным весом.

— И что мы будем делать? — Рики внимательно слушала объяснение.

— Попробуем сдвинуть их телекинезом. Ты левый, я правый. Вика будет нас направлять, Катя приподнимет плиту, когда у нас получится, а на тебе, Лёня, строительный материал. Всем всё понятно?

Четыре дружных кивка. Отлично.

Вся операция заняла у нас минут пять. Сперва мы с Рики не могли попасть по защёлкам. Потом Вика догадалась создать там, внутри механизма, водяную плёнку, которую мы с Рики смогли почувствовать телекинезом. И Вика направила нас в нужное место. Эксцентрики с лёгким металлическим скрежетом сдвинулись с места. Ух, тяжеленные какие!

— Дверь надо приподнять сантиметров на двадцать, — тихонько проговорила Вика, которая уже начала дрожать от напряжения.

Пришлось делиться с ней маной. Помогло.

Лёня собрал для Кати целую кучу пыли, которую она тут же превратила в нечто среднее между цементным раствором и жидкими гвоздями, судя по цвету и консистенции. Тягучая субстанция просочилась под дверь, как подушка пневмодомкрата. И дверь поддалась.

Со скрипом, тяжело, натужно, монолитная плита весом, наверное, десяток тонн, поползла вверх, а между ней и полом рос каменный столбик.

— Хватит, уже даже я пролезу, — сказал Лёня.

Мы выдохнули и отпустили механизм. Плита стояла неподвижно, и на вид довольно надёжно.

Я пролез под дверью первым. За дверью была большая комната, с другой стороны закрытая полупрозрачной дверью. А за ней — начинался коридор, стены, пол и потолок которого были зеркальными. И дальняя стена тоже.

— Это ведь не то, о чём я думаю, правда? — Лёня посмотрел сперва на меня, потом на Катю.

— Сейчас проверим, — я достал из кошелька медную монету.

Дверь легко открылась изнутри, стоило к ней приблизиться. И тут же закрылась, как только я сделал шаг назад. Как в супермаркете. В последний момент я кинул в щель монетку.

Вспышка лазеров, и монетка превратилась в капли жидкого металла, брызнувшие во все стороны.

— Вот ведь дерьмо! — Лёня в сердцах сплюнул на пол.

— Попробуй портал? — Катя с надеждой посмотрела в мою сторону.

Я кивнул и попробовал. Ничего. Что-то блокировало портальную магию. Я мог навести портал только внутри комнаты, максимум — назад, на площадку. И то, потому что дверь была открыта. Через зеркальный коридор или ещё куда-то пробросить портал не получалось.

Посмотрел на Рики. Она ведь тоже умеет в порталы. Та отрицательно покачала головой.

— Порталы недоступны. Есть идеи?

— У меня нет, — Катя развела руками.

— У меня тоже, — Лёня пожал плечами. Мол, ты у нас босс, ты и думай.

— Я могла бы создать туман, но он вряд ли сильно ослабит лазеры, — с задумчивым видом сказала Вика, — да и у меня нет столько воды.

— Зато у нас есть неограниченный запас пыли! Лёня! Тащи всё, даже мелкие камни.

— Понял…

Мы дождались, когда скопится куча высотой с полметра.

— Катя, можешь сделать из неё кусочки с зеркальными гранями?

Катя даже просияла. Ни слова не говоря, она приступила к работе. Сперва она также превратила строительный мусор в вязкую субстанцию, которая растеклась по полу тонким слоем. Потом эта субстанция превратилась в зеркало. Не такое чтобы прямо идеальное, но достаточно «зеркалистое». А потом зеркало пошло миллионом трещин и распалось на мелкую зеркальную крошку.

— Отлично! То, что надо! Лёня, вот из этого сможешь создать в коридоре торнадо?

— Смогу, — кивнул Лёня, и воздушный вихрь поднял крошку в воздух. Дверь при её приближении открылась сама.

— Миша, а почему крошка и торнадо, почему не щит? — Рики задала вполне резонный вопрос.

— Потому что лазеры бьют со всех сторон, лучи отражаются от всех поверхностей, в том числе от пола. Щит не укроет. А вот эта песчаная буря должна сильно рассеять лучи.

Мы отошли к боковым стенкам, чтобы в нас «зайчиком» не прилетело, и рукотворный вихрь вполз внутрь.

Лазеры среагировали сразу, стоило вихрю пересечь какую-то невидимую черту. Но зеркальный песок действительно держался. Я махнул рукой, и кинул в приоткрывшуюся дверь ещё несколько монет.

Лазеры попадали по монетам, и те потихоньку начали нагреваться, но не сгорали мгновенно.

— Это уже лучше, — начал я рассуждать вслух, — Но мы не пройдём. Лазеры сейчас палят по всему подряд, и по монеткам особо не попадают, и то они греются. А человек — цель крупная, сразу заметят. Лёня, отзови пока зеркальную крошку.

— Даже если этим песком с ног до головы облепить — прожгут, — добавила Рики.

Я посмотрел на Катю.

— А ты всю поверхность кожи зеркальной можешь сделать?

Глава 3. Будни на полигоне (продолжение)

Я посмотрел на Катю.

— А ты всю поверхность кожи зеркальной можешь сделать?

— Может и могу, — Катя прислушалась к себе, наверное, уровень маны проверяла, — но ты ведь не думаешь, что я буду тут перед тобой догола раздеваться?

— Зачем догола?.. ах да! — я шлёпнул себя ладонью по лбу. — Прости, не подумал!

«Да-да, не подумал он. Знаю я, о чём ты подумал, от меня-то не скроешь!»

«Так, ты сейчас в своём теле, так что ничего ты не знаешь!»

«Ты покраснел, ха-ха!»

— Допустим, ты бы даже туда попала, — Лёня задумчиво разглядывал зеркальный коридор, — но что дальше? Откуда мы знаем, можно ли его отключить с той стороны?

— Не попадём — не узнаем, — Катя вдруг решилась. — Девчонки, проследите, чтобы эти двое не подглядывали?

— Проследим, — те синхронно кивнули, — мальчики, отворачивайтесь.

Мы с Лёней переглянулись. Ладно, чего уж тут. Отвернулись к боковым стенкам.

С минуту у меня за спиной шла какая-то возня.

— Одежду в инвентарь кинь, — это Рики посоветовала.

— Ого! Ты правда как… как будто из металла! — а это Вика удивляется.

— Этого недостаточно, нужно чтобы прямо как ртуть была, как зеркало, матовую поверхность прожжёт, — Рики, конечно, лучше всех знает.

— Думаю, достаточно, — а это уже сама Катя. — У меня расход маны вырос, так меня надолго не хватит.

— А тебе долго и не надо, беги бегом и всё! — посоветовала Вика.

— Мальчики, — голос Кати дрогнул, — можете повернуться, но если будете пялиться — убью нахрен!

Не пялиться у нас, конечно, не получилось. Катя выглядела умопомрачительно! Реально как из ртути!

Стояла она, прикрывшись руками, но от этого выглядела ещё более сексуальной.

— Вы оба трупы, — вздохнула она. — Потом. В реале. А сейчас прикрывайте, я пошла.

— Катя, иди ровно, не беги, — я пришёл в себя и принялся командовать, — Лёня, вихрь вокруг Кати, я придержу вокруг неё щит, так что не бойся, ты её не отполируешь.

Лёня густо покраснел, но воздушный вихрь вокруг девушки закрутился. Я сразу же создал два контура щита, один совсем рядом с Катей, другой чуть подальше. Получилось, что она как будто внутри трубы с толстыми стенками. Лёня подтащил к вихрю зеркальный песок, и девушку скрыло от глаз.

— Как ты там?

— Это удивительно! — Катю было едва слышно.

«Катя, думай вслух! Считай, что это аналог рации. Можешь обращаться ко всем или к кому-то конкретному. Слышишь меня?»

Секундное замешательство…

«Поняла. Как слышно?»

«Слышим тебя отлично! Иди к дверям. Когда будешь внутри, закрой глаза и иди прямо. Щит в любом случае удержит тебя внутри контура. Можешь за него рукой держаться».

«Хорошо. Я пошла!»

Катя двинулась в направлении двери, а я чуть подправил направление. Дверь открылась, и закрылась. Всё, она внутри.

Ещё шаг — и лазеры ожили.

«Как скафандр, держит?»

«Держит, внутрь почти ничего не попадает даже. Ой!»

«Что?»

«Да зайчик в глаз попал, всё, больше не открываю!»

Мельком глянув на Лёню, я заметил, что он сжал кулаки и вспотел.

— Лёня?

— Тяжело… и мана заканчивается…

— Рики!

«Мальчики, а мы можем чуть быстрее? Тут припекать начинает!»

Лазеры всё-таки пробились внутрь. Я повысил скорость передвижения. Ещё три метра…

«Жжёт! Ааааа!!!»

Отчаянный вопль Кати хлестнул по мозгам, и я среагировал почти рефлекторно, изо всей силы толкнув девушку в спину телекинезом. Оставшиеся метры она пролетела за долю секунды, уже без своего «скафандра», и впечаталась в дальние двери.

От зеркальной поверхности ничего не осталось. На том конце коридора стояла голая девушка, спина и ноги которой были красные, как после целого дня под палящим солнцем.

«А сразу нельзя было подтолкнуть? Погодите, я что… Так, извращуги, отвернулись, у меня аж спину жжёт, как вы пялитесь!»

«Что мы, голой задницы никогда не видели? Спину тебе жжёт, потому что ты сгорела… на солнышке. Заходи уже внутрь».

— Что, сбылась мечта, голую девушку увидел? — Рики толкнула меня в бок локтем.

— Нашла о чём думать! — я отмахнулся от неё. — Дома поговорим.

Вика бросила на нас очень удивлённый взгляд, но ничего не сказала.

«Катя, ну что там?»

«Здесь комната, почти такая же, за ней второй зеркальный коридор. Зачем эта промежуточная нужна?»

«Наверное, затем, чтобы допросить посетителя с пристрастием, если в нём есть сомнения. Скорее всего, в коридоре не только лазеры, но и всякие камеры рентгеновские и прочее, чтобы нельзя было что-нибудь пронести… внутри себя».

«Фу! Тогда и пульт управления должен быть здесь, это самое защищённое место в здании, похоже. Тут одна стена на ощупь стеклянная, но поверхность серая и матовая».

«Стекло с жидкими кристаллами, с изменяющимися свойствами. Разбей».

«Да я уже попробовала, но оно видимо калёное, не поддаётся».

«Сейчас, погоди, инструмент найдём».

Среди многочисленного хлама в инвентаре у меня валялись и разные артефакты, которые делал Левша, и просил проверить. В данном случае меня интересовал любой драгоценный камень, хоть с зёрнышко размером. Но ничего не находилось.

— Рики, есть что-нибудь очень твёрдое?

— Кинжал из гномьей стали подойдёт?

— А насколько он твёрдый?

— Уступает только алмазу. Достаточно твёрдо? — Рики достала из инвентаря небольшой обоюдоострый кинжал.

«Катя, открой дверь со своей стороны, но сама отойди чуть в сторону».

— Бросай, — я кивнул Рики на коридор.

Замáх, бросок, и нож летит через коридор со скоростью камня, выпущенного из пращи. Лазеры успевают среагировать, но не успевают попасть. Ловлю нож телекинезом уже на той стороне.

— И что мне с ним делать? — Катя крикнула через коридор.

— Нацарапай в середине стекла крест, а потом бей кинжалом прямо в пересечение линий! — я тоже ответил голосом.

— Он ведь не сломается на кончике? — вполголоса спросил я у Рики.

— Не должен. Я им что только не делала, он неубиваемый.

«Готово. Тут действительно комната управления. О! Большая красная кнопка СТОП. Проверьте коридор!»

Я кинул в коридор очередную медную монетку. Она подскочила несколько раз, покатилась и упала. Лазеры не реагировали.

— Идём!

Катя встретила нас уже одетая. Вся красная, как рак. Досталось, похоже, не только спине.

— Сильно жжёт? — я протянул было руку, потрогать состояние кожи на щеке, но девушка отстранилась.

— Терпимо. Но в следующий раз голую задницу под боевые лазеры сам будешь подставлять. А мы с девочками полюбуемся! — девочки дружно закивали, улыбаясь от уха до уха. — А за то, что пялились, с вас по одному желанию! Отработаете!

— Посмотрим. Если желания будут разумными, то не вопрос. Ты правда молодец!

— Пффф! — Катя вздёрнула подбородок и отвернулась.

Второй коридор тоже оказался свободным.

— Погодите, — Лёня изучал пульт управления. — Вторая бронестворка. Чтобы не взламывать, попробую открыть.

Повозившись минуту, Лёня вынес вердикт:

— Пульт управления не позволяет открыть обе створки разом. Надо вернуться и закрыть первую.

— Легко! — Катя убежала в первый коридор и через минуту вернулась.

— Готово! — Лёня показал Кате большой палец. — Путь открыт! Блять! Что это за дерьмо? Стойте! Да как их включить то?

Мы повернулись в сторону второго коридора, в который, выламывая двери, хлынул поток каких-то существ. Лазеры ожили, раздались истошные визги, и в дыму было непонятно, что это за существа. Но точно не люди!

— Интересно, лазеры их сдержат? — игра давно приучила меня быть готовым к чему угодно, за плечами сотни пройденных данжей, где после одной срани обязательно вылезает другая, так что я даже не дёрнулся. — Лёня, у тебя там камеры есть? Что за хрень к нам лезет и сколько её там?

— Много, но не слишком, думаю, до нас не доберутся. Но к нам полезли только те твари, что были рядом.

— Что за твари-то? — Вика заметно побледнела.

— Да у меня что, бестиарий с собой? То ли обезьяны, то ли что. Крупные, побольше человека. В обрывках одежды. Но ведут себя как…

— Как зомби? — подсказала Катя, стараясь через дым разглядеть происходящее в коридоре.

— Похоже, да, — Лёня кивнул.

— Играла я как-то в игру, где надо бить зомбарей. Рики, держи, — протянула она руку, возвращая кинжал. — Тут нужны ножики покрупнее.

Она повернула руки ладонями к себе, закрыла глаза… я видел до этого, как у неё растут когти. А тут все когти слились вместе, и превратились в два клинка средней длины. Девушка взмахнула ими, разминаясь.

— Или что-то взрывающееся, — ответила Рики, доставая из инвентаря колчан со стрелами и лук.

— Так. Когда волна закончится, Лёня отключает лазеры и выдвигаемся. Порядок следующий, — начал я инструктаж перед прорывом. — У Лёни слабый резерв, он в центр, к тому же ему не надо прямую видимость. Я впереди, Вика с Катей по бокам. Рики, прикрываешь нас сзади.

— А как быть с манозапасом? — Вика бросила взгляд на брата, — меня тоже может надолго не хватить.

— Я пополню, — ответила ей Рики.

— Я тоже если что поделюсь, — кивнула Катя, — я трачу мало, а резерв имеется.

Вскоре волна закончилась, и мы, выстроившись ромбом, пошли на выход. Кейс с заданием я отдал Лёне.

Куча жареного мяса едва не перекрыла проход, а от чудовищного тошнотворного запаха слезились глаза. Кажется, шашлык я не скоро захочу.

К счастью, разгребать трупы руками не пришлось. Используя телекинез, я довольно быстро расчистил завал.

Существа действительно были похожи на обезьян, но это явно были люди. Только раздувшиеся от гипертрофированных мышц так, что от одежды почти ничего не осталось. В перекошенных лицах не было ничего человеческого.

— Бррр, ужас какой! — Вика дернулась, когда из кучи обожжённых трупов вывалилась рука. — Я сегодня точно не усну!

— Странно как-то, — мне не давал покоя одна мысль, и я решил ею поделиться, — вам не кажется, что это уже слишком. Ладно землетрясение, ну зомби, но сразу то и то?

— А если землетрясение разрушило какую-нибудь лабораторию, — ответил Лёня, — и оттуда вылезли зомби и всех обратили?

— Или вирус какой-нибудь вырвался на свободу, — добавила Катя.

— А куда делись операторы из комнаты управления? — заметила ещё одну странность Рики.

— Там сзади ещё дверь была, стальная, — ответил ей Лёня. — Может, отошёл оператор в туалет и не вернулся?

— Да какая разница, в конце концов, — прервала поток догадок Катя, — что за сюжет приготовила нам игра? Нам главное до лифта добраться!

— Мы как будто в фильм попали! — поёжилась Вика.

Щёлк! Мне показалось, что этот щёлк у меня в голове слышали все окружающие. Ну конечно!

«Всё происходящее, — поделился я догадкой с Рики, — как будто из разных фильмов надёргано и слеплено вместе!»

«Из рассказов о фильмах и играх и даже живом опыте, — в голове раздался голос Авроры, — то, что игроки между собой обсуждали».

«Понял! Надо поискать способ загрузить в систему архив фильмов».

«Можем просто смотреть по вечерам, — ответила Рики, — я не против. В доме же целый кинотеатр есть! А я потом маме всё передам!»

«Хм, похоже на план!»

Мы вышли за бронестворку и попали в небольшой холл. Изодранный диван, перевёрнутый столик, несколько обычных офисных дверей в кабинеты, как будто выломанных изнутри. Всё это припорошено осыпавшейся с потолка потолочной плиткой. В одном месте на проводах болтается обычный офисный светильник и искрит. За дверями — офисный интерьер, столы, шкафы, ноутбуки и бумаги, всё валяется как попало, как после торнадо.

— Вот это я понимаю реализм! — Катя восторженно осматривала холл. — Постоянно напоминаю себе, что это просто игра!

— И не говори, — Вика поёжилась.

Из холла шёл ещё один коридор, и за очередным поворотом на нас бросился зомби. Прожил он после этого меньше секунды: взмах рукой, и его голову взорвало файерболлом, как переспелый арбуз крупной картечью. Еле успел от ошмётков щитом прикрыться.

Коридор упёрся в закрытую дверь, рядом с которой был загородок с креслом и мониторами наблюдения.

— Со своего поста не хотел уходить, — Рики показала на остатки формы и кобуру на поясе бывшего охранника.

Я нагнулся и забрал у него с пояса ключ-карту. Нам нужнее.

— За дверью большое помещение, с лифтами. И кучей зомбяшек, — Лёня изучал мониторы на посту охранника. — А ещё там выход на улицу, и на внешних камерах… ну вы поняли.

— Сколько от нашей двери до лифта?

— Лифты через каждые пять метров, но нам нужен один конкретный, он едет прямо в пентхаус. Номер 17, там цифры. Он напротив нас, надо пройти через весь холл.

— Дерьмо… Ладно, прорвёмся. Рики, захвати немного сектор Вики, Катя справится сама.

— Хорошо, — Рики кивнула и тихонько пожала руку Вике. Та резко выпрямилась и улыбнулась, а я ощутил отток маны.

— Всё, погнали! — я приложил ключ-карту к считывателю, и дверь открылась.

«Дальше было как в кино, в голове было одно, забирай своё, и беги, беги, беги!»

«Аааа, Рики, где ты это берёшь?»

Мы стояли возле лифта и ждали, когда он спустится. Сам прорыв был, в общем-то, не таким и сложным делом. Мы просто пробежали через весь холл, расстреливая бросившихся к нам зомби, как в тире. Я использовал файерболлы, Вика — свои водяные «сюрикены», Рики отстреливала тех, кто замешкался, из лука. До Кати добегали единицы, только для того, чтобы тут же лишиться головы. Лёня просто бежал, прижимая кейс к груди.

А дальше было самое весёлое. Лифт оказался наверху, мы его сразу вызвали, используя ключ-карту, но теперь нам надо было продержаться пару минут. А зомби хлынули отовсюду, включая улицу. Как будто только нас ждали!

Я отгородился от самых быстрых стеной щита, но они пёрли и пёрли, собираясь, похоже, похоронить нас заживо. Молча, без всяких звуков, но неумолимо. Одни скребли по невидимой преграде, другие тянули руки, третьи карабкались по спинам и головам. Щит пришлось срочно наращивать, замыкая полусферу. И становилось уже тяжело держать, а лифт, кажется, еле полз.

— Лёня, помнишь огненный вихрь?

— Да, помню.

— Давай руку, — я протянул ему свою и стал накачивать парня маной. — Я их откину сейчас, потом создам стену огня, а тебе надо будет её толкнуть кольцом воздуха и… раздуть пламя, как в горне. Понял?

— Да, — Лёня отдал кейс сестре и кивнул.

Толчок телекинезом, и толпа зомби разлетается во все стороны, как от взрыва. Пока они очухиваются, кастую стену огня полукругом вокруг нас. Пламя гудит, вбирая в себя всё, что может гореть из мебели.

— Давай!

Лёня дует изо всех сил, и это просто действие оказывает на огонь немедленное и весьма впечатляющее действие. Языки пламени взмывают вверх на несколько метров, а кольцо начинает расширяться.

— Первый этаж, — раздаётся сзади из открывающихся дверей лифта женский голос.

Мы зашли внутрь, и нажали на кнопку пентхауса. Ничего не произошло. Ах да, ключ-карта.

Видимо, у охранника хватало полномочий на передвижение по зданию, потому что дверь лифта наконец закрылась, и он двинулся вверх. Снизу раздался скрежет вырываемой «с мясом» двери.

— Даже интересно, они по шахте смогут подняться или нет? — философски заметила Катя.

— Думаю, смогут, но вряд ли быстрее лифта.

Спустя пару минут приятный женский голос сообщил о прибытии в пентхаус. Дверь открылась. Несколько зомби, бродивших перед лифтом, сопротивления оказать уже не могли.

— Там лестница наверх, — показал Лёня.

Пентхаус занял ни много ни мало три этажа. Красиво жить не запретишь… К счастью, больше нам никто не встретился.

Когда мы вывалились на крышу, мы ожидали увидеть вертолёт, ещё одну толпу зомби, инопланетян… Но только не спящего Крома!

— Сегодня я — ваш транспорт, — приоткрыв один глаз, проворчал дракон.

— Ах ну да, — я хлопнул себя по лбу, — вертолёт в Авроре был бы неуместен.

— Неуместнее небоскрёба с зомби? — уточнила Вика.

— Какого небоскрёба? — ухмыльнулся дракон.

Оглянувшись, мы обнаружили, что находимся в ресторане. Как мы здесь очутились?

— Ну вот, а я надеялась на драконе полетать, — расстроилась Катя.

Мы были в своей привычной одежде, а у Кати исчезли ожоги.

— Как прошёл тест-драйв? — к нам подошла Элуидес.

— Отлично! — я показал ей большой палец. — Хотя мне показалось, что мы даже как-то легко выбрались. Прямо серьёзной угрозы жизни я не почувствовал.

— Это легко исправить, — улыбнулась Эля, — например, как тебе зомби, не восприимчивые к магии? Или не только землетрясение, но ещё и пожар? Или взрыв и обрушение здания?

— Я понял, это был самый лёгкий уровень!

— Не самый, Миша, — Катя включилась в обсуждение, — кто-то на нашем месте погиб бы ещё у первой турели. Но для нас — да, было не слишком сложно.

— Хочу особо отметить, что вы действовали весьма сплочённо, прекрасно дополняя друг друга.

— А запись посмотреть можно? — спросил Лёня.

— Так! — тут же взъелась Катя. — Запись он собрался смотреть! Может тебе ещё нарезку с разными ракурсами сделать? То, что было в Вегасе, остаётся в Вегасе, понятно?

— Понятно, — угрюмо кивнул Лёня.

— Я подготовлю нарезку и вышлю Кате, как самой пострадавшей, — улыбнулась Эля, — а уж она сама пусть решит, что оставить, а что нет.

— Вот так я согласна! — заулыбалась Катарина.

Дни потянулись за днями. Утром — тренировка в лесу независимо от погоды, потом завтрак — и в город. В вирте — данж, после которого я ждал, пока остальные покинут игру, и мы с Рики встречались ненадолго с Авророй и Элуидес для обмена информации. Катя и Вика подтрунивали надо мной, что я после погружения в вирт собираюсь дольше всех. Открыл в кафетерии депозит, после чего все претензии прекратились. Девушки брали по большой мороженке, и готовы были ждать, сколько потребуется. Дома — обед, немного свободного времени, и вечером — тренировка в тире, частенько — с участием деда, который гонял нас, как духов. Постепенно у Лёни стала пропадать одышка, да и весь он подтянулся, Вика научилась сносно уклоняться от ударов, а Катя окончательно влилась в коллектив.

По вечерам мы смотрели в домашнем кинотеатре фильмы-катастрофы, боевики, триллеры и прочий экшн. Потом в игре девчонки рассказывали Рики то, что видели, а та прилежно хлопала глазами и удивлялась. Тому, что после этого при прохождении полигона нам попадались те же испытания, никто уже не удивлялся. Но испытания комбинировались совершенно неожиданными способами, и предсказать, что ждёт за поворотом, вспоминая виденное в фильмах, было решительно невозможно. Аврора очень творчески перерабатывала поставляемый нами материал.

Так прошла неделя, пошла другая.

Звонок отца застал меня на пляже. Воткнув в ухо гарнитуру, я принял вызов.

— Привет, пап.

— Привет, Миша. Помнишь, у тебя была просьба?

— Да, конечно, — я сразу подобрался.

— Я сделал, что ты просил, но есть серьёзная проблема. Надо встретиться.

Глава 4. Меж двух огней

— Я сделал, что ты просил, но есть серьёзная проблема. Надо встретиться.

— Когда?

— Ничего срочного, можно завтра.

— В 11 сможешь? У вас же ещё 7 утра будет. Посмотришь трансляцию, как мы полигон проходим. А потом всех сплавлю и поговорим.

— Договорились!

Я вытащил наушник, и обратил внимание, что Лёня что-то читает и ржёт.

— Лёня, что там у тебя?

— А, да тут прикол! Помните при последнем прохождении лифт не работал?

— Да, точно, — Катя приподняла голову с лежанки, — там ещё на двери кто-то написал «Здесь был Альпа» и стрелка «лестница там». Мы лифт вызвали, а он сорвался в шахту, еле успели отскочить.

— Вот мне и стало интересно, кто такой Альпа. Захожу на форум, а там тема про полигон, что не могут лифты работать после таких толчков. И под ней сотня комментариев, мол, спасибо тебе, добрый человек, спокойно на лифте доезжали, а после твоего поста по лестнице бежать пришлось.

— Система слушает разговоры и читает форум, — объяснил я, — она учится. Думаю, скоро появятся новые локации.

— Да, эта уже приелась, — согласилась Катя.

— А мне нравится, — мечтательно улыбнулся Лёня.

— Задница моя тебе нравится, так и скажи, — Катя обличающе ткнула в него пальцем. — Вот ты такой умный, почему до сих пор не придумал другого способа пройти зеркальный коридор? Другие ведь как-то проходят? Ну-ка, что там на форумах пишут?

Катя уткнулась в свой коммуникатор, а мы с Лёней переглянулись. На форуме было выложено уже штук двадцать разных способов, как магических, так и чисто физических. Большинством из них мы вполне могли воспользоваться.

— Вы, вы, вы!!! — Катя читала форум и медленно закипала. — Да вы знаете, кто вы? Вы покойники! Вика, ты посмотри на них! Ржут, сидят! Они же всё знали!

Лёня ещё как-то держался, а вот у меня не получалось.

«А я тебя предупреждала!»

«Да прикольно же получилось! Мне интересно было, догадается она, или так и будет каждый раз раздеваться ради команды?»

«Миша, ты озабоченный извращенец! Фу таким быть!»

— А пойдём их утопим? — предложила добрая Вика нарочито ровным тоном.

— Давай! — жизнерадостно согласилась Катя. — А потом закопаем!

— Ха! Сперва догоните! — не дожидаясь, когда меня начнут топить, я сорвался с лежанки и кинулся в воду.

«Вика же водница, у неё в воде преимущество!»

«Ну не утопит же она меня, в самом деле! Рики, расслабься, мы отдыхать пришли!»

«А ведь и правда! Доигралась, называется!»

Пусть она и водница, но, похоже, с водой она играла, а не плавала в ней. Да, держится в воде она очень уверенно, но я быстрее и сильнее, так что догнать меня — не такая уж простая задача. Тем более поймать и удержать.

Игра в салки продолжалась довольно долго. Девчонки на пару гонялись за мной по всему мелководью, падали от накатывающих волн, брызгались и визжали от ответных брызг. Но когда я отплыл подальше, за мной ринулась только Вика, Катя осталась у берега.

Я отплыл уже метров на двести, а Вика всё также упорно пыталась меня догнать. Тогда мне пришла в голову отличная идея! Я нырнул.

Тёплая и ласковая, довольно прозрачная, чуть зеленоватая вода, на глубине всего в пару метров оказалась очень холодной. Я погрузился метров на пять, после чего посмотрел наверх.

Вика уверенно плыла за мной на глубину. Ну ладно, хочешь понырять, пожалуйста!

Рики вывела на край периферийного зрения запас кислорода и времени. Четыре минуты, если продолжу двигаться в том же темпе. Мы ещё в бассейне «откалибровали» эти показания, и с нагрузкой, и без, так что этой оценке можно верить. Поэтому спокойно ныряю глубже. Чтобы всплыть с глубины десяти метров, мне хватит нескольких секунд.

Дно показалось из чуть мутноватой воды неожиданно. Поросшее водорослями, с торчащими там и тут затопленными брёвнами, оно не вызывало особого желания его исследовать.

Кажется, Вика меня потеряла. Мне-то её силуэт на фоне светлой поверхности хорошо видно, а вот она меня вряд ли сможет разглядеть. А торопиться мне некуда.

«Миша, что-то не то!»

«Что ты имеешь ввиду?»

«Вика. Она мечется из стороны в сторону».

«Думаешь… Да блять!»

Вика в этот момент дёрнулась несколько раз и, выпустив пузыри воздуха, стала медленно погружаться!

«Я её сейчас вытащу на поверхность, но до берега далеко».

«Главное вытащить, удержать мы её и телекинезом можем!»

Подъём показался вечностью. Вика была как марионетка — руки и ноги болтались в воде в такт моим движениям. Стало страшно — а если не успею, не справлюсь? Опять не к месту перед глазами появилось воспоминание с умирающим Русей…

И тут мы вынырнули. Все посторонние мысли мгновенно исчезли — теперь только действовать.

«Рики, держи её над поверхностью!»

«Есть!»

Обнимаю Вику сзади чуть ниже рёбер и резко надавливаю. Фонтан воды изо рта. Разворачиваю, прижимаюсь губами к её губам, зажимаю нос и вдыхаю в неё воздух. Не дышит.

Повторить. Вода больше не льётся, но и дыхания нет.

Пульс? Сердце не бьётся.

«Разверни горизонтально и держи».

Рики разворачивает Вику так, чтобы она лежала на воде, как на песке. Хорошо. Глубокий вдох.

Выдыхаю воздух Вике в рот, и в ответ из неё снова льётся вода.

Сердце. Без работы сердца кислород не попадёт в мозг.

Жму на грудную клетку телекинезом. Сколько там надо нажать? Пару сантиметров, не хватало ещё рёбра ей сломать. Отпускаю. Снова нажимаю. Одно нажатие в секунду. Пять нажатий, вдох, выдох. Повторить.

После нескольких вдохов Вика дёргается пару раз и начинает судорожно кашлять. Глаза закатившиеся, кожа только что не синяя. Вливаю в неё ману, для профилактики, отчего взгляд девушки проясняется.

— Я захлебнулась?

Киваю.

— Спасибо… — снова кашель. — Больно как!

— Это пройдёт, но тебе надо в больницу. Твой коммуникатор уже наверняка вызвал скорую.

Вика глянула на браслет, на нём мигал входящий вызов. Конечно, браслет на вибрации. Вика нажала «принять».

— Виктория Барлакова? — поинтересовался голос дежурного мужчины.

— Да, — Вика снова закашлялась.

— Вы сейчас в безопасности?

— Да, я наглоталась воды, но мне оказали помощь.

— Реанимобиль скоро будет. Если можете — доберитесь до берега, и никуда не уходите. Врач на месте решит, нужна ли Вам госпитализация.

— Спасибо.

Вика отключила связь и откинула голову. Потом посмотрела по сторонам.

— А на чём я лежу?

— На щите. Лежи, я доплыву до берега вместе с тобой.

— Холодно очень.

— Сейчас согрею.

«Скорая» прибыла через минуту, и своим прибытием удивила на берегу всех. Никто даже и не заметил, что произошло. Я доплыл с Викой до мелководья, а вышла на берег она хоть и с моей помощью, но самостоятельно.

— Я видела вас, — растерянно объясняла Катя, пока врач осматривал Вику, — но думала, вы там целуетесь, а подальше отплыли — чтобы никто не мешал.

— А я вообще ничего не видел, — Лёня был бледный, и ещё не до конца понял, что случилось.

Врач, молодая чуть полноватая женщина, строго на нас глянула, и мы замолчали.

— Глубоко выдохни, максимально глубоко и резко вдохни и задержи дыхание, — врач подала Вике какую-то пшикалку с большим раструбом, — не бойся, всё стерильно.

— Что это?

— Антибиотик местного действия в аэрозоли. Тебе вода в лёгкие попала, чтобы воспаления не было.

Вика кивнула и выполнила, что врач ей сказала.

— Так, сердце у тебя не билось меньше минуты. Как ты умудрился откачать её на плаву? — врач подозрительно посмотрела на меня.

— Так это, просто, держал голову над водой, и пару раз искусственное дыхание, а дальше она сама в себя пришла.

— Хм, ну ладно, сделаю вид, что поверила. Кто у вас за старшего?

— Видимо, я, — Катя продемонстрировала на своём коммуникаторе удостоверение личности.

Среди нас только ей уже исполнилось 18.

— В общем, состояние у пострадавшей удовлетворительное, причин для госпитализации я не вижу. Хотя обследоваться не повредит. Дождитесь участкового, он скоро будет, расскажете ему всё, как было, и можете отдыхать дальше. Хотя лучше отправляйтесь домой. Сегодня вы уже план по отдыху выполнили и даже перевыполнили.

— Мы так и собирались сделать, — кивнул я.

Дальше позвонила Ирина, которой в свою очередь позвонили из «скорой», еле отговорили мчаться на остров, договорились, что приедет домой.

Потом дед позвонил, предупредил, что дома ждёт неприятный разговор.

Наконец прилетел участковый, усатый дядька, который всё пытался найти виноватого, но мы ему все дружно посоветовали пообщаться на эту тему с дедом. Узнав, чьи мы внуки, дядька вытянулся по струнке, быстренько составил абсолютно формальный отчёт о происшествии, сказал, что сам доставит его деду на согласование, после чего улетел.

— Вика, ты как? — спросил я её, когда мы уже были в машине.

— Голова всё ещё как ватная. Поверить не могу, в собственной стихии… Миша, спасибо!

— Так то, что вода — твоя стихия, не отменяет необходимости дышать иногда.

— Да я дура думала…

— Скажи уж честно, — Лёня с заднего сиденья высунул голову вперёд, — что ты ни о чём вообще не думала!

Вместо ответа Вика залилась слезами, а я укоризненно посмотрел на её брата.

Сразу по приезду мы получили и от деда, и от Ирины. Я — за выпендрёж, Вика — за дурость, Катя с Лёней за невнимательность. Особенно досталось Кате, как совершеннолетняя, она могла бы оказаться крайней, если б всё не обошлось. Дед промывал нам мозги минут пятнадцать, на пару с Ириной, но, как ни странно, не сказал ни одного грубого слова.

— Урок извлекли? — закончил он речь.

— Дааа, — ответили мы нестройным хором.

— Отлично. Свободны, — дед показал нам на дверь гостиной.

— И ты вот так это оставишь? Ни наказаний, ни запретов? — Ирина набросилась на деда.

— Женщина, они не идиоты, — дед повысил голос, и Ирина сразу отступила на шаг. — Не утопились, значит, естественный отбор прошли. В другой раз будут умнее.

Мы вышли из гостиной и, не сговариваясь, отправились в малую столовую. Организм требовал антистрессовых пирожков, и ещё чего-нибудь вдобавок.

— А у меня для вас подарок есть, — сказала вдруг Катя, когда мы наелись, — давайте в кинотеатре встретимся минут через пять?

— Подарок — это здорово! — согласилась Вика. — Переоденемся и встретимся!

Когда мы собрались, Катя включила на большой экран видео со своего коммуникатора. Это было наше первое прохождение. Снято было, как будто работала команда первоклассных операторов. Отличные ракурсы, свет, всё очень здорово передавало динамику. Грохот выстрелов из турели, дрожь под ногами от мощных сабвуферов, когда рушилась лестница, всё вместе было собрано так, что мы как разинули рты, так и не закрывали. Катя даже не стала вырезать сцену с раздеванием, только ракурсы были взяты такие, что всё смотрелось вполне пристойно.

— Вот это да! Круто! — Вика захлопала в ладоши первая, когда Катя включила с пульта свет.

— Очень здорово! Ты сама монтировала? — поинтересовался Лёня.

— Нет, мне Элуидес прислала это видео уже в готовом виде. Ещё тогда, в первый день. Я только решила сразу вам его не показывать, берегла для особого случая. А ещё фотографии.

Катя протянула нам каждому по фотоальбому. А таааам! Всё наше прохождение, от встречи в ресторане, и до последнего момента на крыше здания, когда мы ожидали увидеть вертолёт, а увидели Крома. Вот Вика выбрасывает сразу два диска из-за поворота, и поражает турель. Дальше пара снимков, как мы карабкаемся по обрушившейся лестнице. А вот Катя с выпученными от напряжения глазами пытается приподнять заблокированную дверь. И даже, те самые, где она стоит, прикрывшись двумя руками, и в конце зеркального коридора, где она летит ласточкой к двери от моего толчка, а в спину ей бьют лазеры.

— Я долго думала, печатать эти кадры, или нет, — чуть смутилась Катя, — но потом решила, что это неотъемлемая часть нашего приключения. Так что чего уж там. Но вы всё равно негодяи, и, кстати, должны мне по одному желанию!

— Катя, спасибо большое! — кинулась к ней обниматься Вика. — Это самый лучший подарок, правда! Мне никто никогда такого классного подарка не дарил!

Мы с Лёней конечно тоже на благодарности не скупились. Катя молодец, очень удачный момент выбрала. За всеми восторгами нас всех немного отпустило.

А ночью ко мне пришла Вика. Я уже спал, и проснулся от тихого-тихого стука в дверь.

«Спорим это Вика?» — спросила Рики, подходя к двери и открывая её.

— Прости, Миша, — начала объясняться девушка, проскользнув в комнату. — Не могу уснуть. Засыпаю — и начинаю тонуть. Мне страшно.

«Блин, у неё брат есть, маме пусть позвонит, ты-то здесь при чём?»

«Погоди ты».

— Вика, чем тебе помочь?

— Это глупо, наверное, но можно я с тобой полежу? — даже в полумраке было видно, как она покраснела. — Мне с тобой спокойно, ты меня в обиду не дашь, и спасёшь если что.

«А можно я её сама утоплю?»

«Цыц!»

— Ты считаешь, это хорошая идея? — я внимательно посмотрел на подругу.

— Нет-нет, не то, что ты подумал! — она покраснела ещё сильнее. — Просто… не могу одна, прости! Это правда, идиотская затея.

Вика надела самую скромную пижаму, какую я мог представить. И ничего сексуального в ней сейчас не было. Испуганный котёнок.

— Ложись.

«МИША! НУ, ЗНАЕШЬ!»

«Ей нужна поддержка, а не секс, озабоченная ты моя. Если бы она хотела, чтобы я её трахнул, пришла бы позже и в чём-нибудь посексуальнее плюшевой пижамы, и стучать бы не стала».

«Так это первый раз только! Завтра она так и сделает!»

«Рики!»

«Ой, всё! Делай что хочешь! Меня только на паузу поставь!»

Я отвернулся к окну, чувствуя спиной, как Вика устраивается в моей постели. Благо подушек хватало.

Постарался уснуть. И даже задремал.

— Миша? — меня вырвал из дрёмы шёпот Вики.

— А? Что?

— Прости, Миша… обними меня, пожалуйста?

«Ну это уже слишком! Дай, называется, мышке печеньку!»

«Какую ещё печеньку?»

«Проехали! Иди, обнимай, целуй, дыхание рот в рот не забудь сделать!»

«Рика, дочь богини Авроры, — я специально назвал её полным именем, — ты забываешься! Я ничего из твоих фантазий делать с ней не собираюсь. Девчонке нужна поддержка, только и всего! Но и указывать мне, что делать, а чего не делать, я не позволю!»

«Да, мой господин, — ответила Рики спустя пару секунд. — Слушаю и повинуюсь, мой господин!»

Я повернулся на другой бок. Вика лежала ко мне спиной. Я осторожно её приобнял, стараясь, чтобы это не было истолковано впечатлительной девушкой как-то слишком интимно.

Чёрт, жизнь меня к такому не готовила!

«Рики, давай сделаем вот как. Я сам не в восторге. Поэтому иди за руль, и карауль нашу русалку. А я спать. И меня не буди!»

«Нормально! А я-то чем провинилась?»

«Слишком спорить любишь. Спокойной ночи!»

Уснул я, конечно, не сразу. Признаться, обнимать Вику было приятно. Всё-таки девушка в постели — это не самое эффективное снотворное. Рики, похоже, тоже не спала, думала. Но заговаривать со мной не заговаривала. А немного успокоившись, о чём я мог судить по собственным ощущениям, и вовсе устроилась поудобнее и притянула Вику к себе. Подруги ведь, как-никак. Да и спасали её вместе.

Мне снилась Рики, только почему-то в пижаме Вики. Девушка прижималась ко мне всем телом и целовала в губы.

Проснулся от поцелуя. Вика лежала рядом, и целовала меня в губы. А я, всё ещё под впечатлением сна, отвечал ей. Как ни странно, Рики молчала.

Я отстранился.

— Прости, Вика.

Девушка густо покраснела.

— Миша, это ты меня прости! Я проснулась, а ты меня так обнимаешь, у меня крышу и снесло! Мне лучше уйти.

Вика выскользнула из кровати и убежала к себе. Я посмотрел на часы на периферии зрения. Пора вставать. Лучшая психотерапия, как мне объяснял папа, — это занять человека на весь день, чтобы некогда было страдать и фигню всякую думать.

«Дай мышке печеньку — она попросит молочка, да, Миша?»

«И не говори».

«Но ты знаешь, мне понравился поцелуй».

Я аж воздухом поперхнулся!

«Что?»

«Нет, ты не подумай ничего плохого обо мне. Мне нравятся мальчики, точнее, один очень тупой. Просто… Сам поцелуй. Я же чувствую то, что чувствуешь ты, твои ощущения. Тебе было приятно, не отрицай, и я почувствовала то же что и ты. Понимаешь?»

«Да, наверное, если это вообще можно понять».

«Так вот, за то, что мне это понравилось, я с тобой не разговариваю! Я на тебя — обиделась! И на полигоне ко мне не лезь! Развратник!»

Чегоооо???

Глава 5. Бутылка

«Так вот, за то, что мне это понравилось, я с тобой не разговариваю! Я на тебя — обиделась! И на полигоне ко мне не лезь! Развратник!»

Чегоооо???

«Вас этому с детства что ли учат? Даже искинов?»

«…» — ощущение было такое, как будто Рики показала мне язык.

Таааак, спокойствие, только спокойствие! Мама тоже иногда на папу обижается на ровном месте, бывает. Что он тогда делает?

А ничего он не делает. Мы как-то с ним говорили об этом. Он сказал, что уважает мамино право обидеться. Пообижается и успокоится. Главное, чтобы эти обиды не влияли на семью и отношения. Но он маме доверяет и уверен, что никаких глупостей она не сделает.

«Рики, ответь мне на один вопрос, а потом обижайся. Я могу тебе доверять?»

«Я с тобой не разговариваю, я же сказала! Но доверять можешь, я ж не дура. Просто дай мне спокойно пообижаться. В конце концов, я девушка или где?»

«Ха! Насчёт “где” у меня для тебя новость! Ладно, обижайся. Как наобижаешься — дай знать. Для тебя это новый опыт, как-никак».

«Дурак!»

Утро прошло как обычно. Разминка, пробежка, упражнения, спарринги, бассейн. Созвонился с отцом, чтобы убедиться, что мы с ним не столкнёмся в холле ресторана, который стал нашей постоянной точкой прибытия.

В игре Рики ко мне не подходила. Со всеми вела себя совершенно обычно, а со мной не разговаривала. И когда пошли на прохождение — команды выполняла молча, ограничиваясь в крайнем случае кивком. Но нигде ни разу даже по мелочи не подставила. Умница. Продолжай в том же духе, у тебя прекрасно получается обижаться! В какой-то момент я даже залюбовался, как показательно она надула губы и отвернулась. Детский сад, штаны на лямках!

Лёня, конечно, ничего не замечал. А вот Вика и Катя поглядывали с любопытством.

Мы договорились, что теперь проходим всё по-новому. Старые и известные приёмы не используем. Так что в этот раз мы остались без сладкого, в смысле без стриптиза. Зато скорость прохождения возросла.

Бронедверь мы открыли на этот раз, просто вращая телекинезом привод, вместо электродвигателя. Но кусок бетона посолиднее под дверь на всякий случай подставили.

Против зеркального коридора применили тот же кинжал. Стеклянные стены не выдержали соприкосновения с гномьей сталью и рассыпались мелкими кубиками. После чего испортить нежную начинку лазеров оказалось проще простого. Да ещё и служебный проход нашёлся, который вёл в технические помещения внутри здания. Но выйти из него в общий холл здания к лифтам и лестницам, ведущим на крышу, было нельзя, так что пришлось всё равно выходить привычным путём.

В итоге мы прошли задание раза в три быстрее, чем первый раз, и в полтора раза, чем последний. Когда уже после прохождения смотрели статистику, сразу увидели, что все предыдущие разы темп у нас рос плавно, а сегодня резко скакнул. А ещё оказалось, что мы не единственные, кто проходит задание со сравнимой с нами скоростью. Были команды, правда, побольше нашей, кто даже опережал нас, и только сегодня мы снова оказались на первом месте в неофициально рейтинге.

— Кажется, друзья, мы с вами расслабились, — подвёл я итог.

— Что я скажу папе, если мы будем хотя бы даже вторыми? — в тон мне ответила Катя.

— Элуидес, кинь на форум статистику от имени… так, стоп! У полигона нет названия!

— Зона-52? — первым предложил вариант Лёня.

— Там лаборатории, а не полигон, — задумчиво ответила Катя. — Хотя некоторое сходство есть.

— Арена? — Вики тоже включилась.

— А что если просто Зона? — Элуидес посмотрела на нас. — Ну, Зона! Это из одной очень старой книги!

«Аврора, ты палишься! Откуда бы Элуидес вообще знать про книги из реала?»

«Ой!»

— Эля, — я посмотрел лже-эльфийке в глаза, — а как на форуме называют?

— Это и я тебе могу сказать, — подал голос Лёня, — все ставят хэштег #полигон.

— Тогда так и оставим. Просто Полигон. А когда появятся новые локации, пронумеруем их, но так, чтобы номер казался случайным. Пусть гадают на форуме, что эти номера значат.

— А ты коварен, — рассмеялась Катя, — ты представляешь, что там начнётся?

— Они побегут проверять номера от нуля до самого большого. А каждая проверка — это монетка. Эля, под именем @Полигон, выложи статистику топ-10 команд, по времени прохождения.

— Но ведь у всех разная сложность? — заметил Лёня. — Некорректно же сравнивать? Да и число участников разное!

— Ну ты… — мне хотелось сказать что-нибудь едкое, но я сдержался, — прав, конечно. Тогда так. Рейтинг считаем как уровень сложности в монетках, разделить на время прохождения в часах, и разделить на число участников. Сколько в таком случае у нас?

— Тогда у вас около нуля, — обрадовала нас Эля, — из-за Рики. Для неё в игре нет препятствий. Но если учесть, что она подстраивается под ваш уровень, то тогда у вас рейтинг 8.1, и вы не входите в топ-10.

— Выкладывай. Всё по-честному. И в дальнейшем каждому, кто прошёл локацию, присылай в личку его персональный результат, место в рейтинге и топ-10 команд. Устроим соревнование!

— И тотализатор, — хихикнула Катя, — тогда будут не только игроки, но и болельщики!

— А в ресторане сделаем возможность смотреть трансляцию онлайн тех команд, кто захочет её включить! И 20 % от сбора — команде, — я ухмыльнулся, представив толпы болельщиков в холле ресторана. — Кром, хочешь кое-что очень-очень вкусное? Вкуснее запечённого лосося?

— Ты блефуешь, Бер, — Кром приоткрыл один глаз. — Не бывает ничего вкуснее запечённого лосося.

— Если я предложу такое, ты нас покатаешь? Каждого, кто захочет?

— Идёт, человек, — Кром поднялся со своей золотой лежанки и сел на хвост, — говори, что ты придумал.

— Будешь комментатором? — я прищурился.

Кром задумался.

— И мне можно будет безнаказанно язвить, обзывать игроков тухлыми жабами, а меня будет слушать множество людей?

— Ага! — я уже еле держал серьёзное выражение лица.

Дракон покачался из стороны в сторону, потом наклонился к самому моему лицу, прикрыл глаза, и едва ли не с придыханием прошептал:

— Два полёта. Каждому.

Когда наконец все разошлись, Элуидес превратилась в Аврору, а настоящая Элуидес вышла из переговорной в компании отца.

— Так вот как делается серьёзный бизнес в наше время! — рассмеялся отец, пожимая мне руку. — Отличная работа!

— Да все б так отдыхали, как мы работаем, — отшутился я. — Я всего лишь оказался в нужном месте в нужное время. А все чудеса возможны благодаря не мне, и даже не нам, а Тихомирову.

— Так вот о Тихомирове. Мои люди нашли его. Точнее, вычислили местоположение. Подобраться близко не получилось, периметр надёжно охраняется.

— Но с ним всё в порядке?

— Не думаю. Он ежедневно заказывает одно и то же вино, с доставкой на дом. Всегда почему-то одну бутылку.

— Пино Нуар из Мартинборо урожая 2013-го года… — Аврора прикрыла глаза. — У меня в банке памяти содержится его вкус.

— Да, ты угадала, — отец внимательно посмотрел на Аврору, будто ожидая продолжения. — Именно это вино.

— И что с ним не так? — я тоже глянул на Аврору, но она так и не добавила ничего.

— С ним не так две вещи. Во-первых, оно производится с одного единственного виноградника, очень ограниченным объёмом. В 2013-м произвели всего 500 ящиков, это 6000 бутылок. Для Тихомирова пришлось бы выкупить половину урожая, что совершенно нереально. К нашему времени этого вина во всём мире столько не наберётся, сколько Тихомиров его заказывает.

— Вы ведь отследили небольшой промежуток времени, может, он до этого другое заказывал?

— Учитывая, что у Авроры в памяти есть только одно вино, и именно это — не думаю. Оно имеет для него какое-то очень важное значение. Аврора, не подскажешь, какое?

— Нет, Кирилл, прости, — Аврора развела руками, — вино есть, а к чему оно относится — не могу сказать. Семантическая связь оборвана.

— Ладно, это очень интересно, но главное не это. У вина истёк срок годности. Его в принципе не должны продавать в открытую.

— Пап, а вы попробовали его купить сами и проверить в лаборатории?

— Конечно. Но вот загвоздка. Его нет на сайте. Его вообще нет в продаже нигде.

— Дядя Кирилл, — Рики, до этого молчавшая, вдруг вмешалась в разговор, — а кому принадлежит этот магазин?

— Ха, — отец показал ей большой палец, — молодец! Вопрос на миллион! А принадлежит магазин ещё с прошлого века клану Тихомировых, по сути, самому Вадиму!

— Нам надо заполучить одну бутылку на анализ.

— Надо, Миша, — папа как-то хитро на меня посмотрел. — Знаешь, мы тут с мамой подумали, это ведь твоя затея. Так что будет справедливо, если ты сам это и сделаешь. Разумеется, мы тебя подстрахуем.

— И что мне предстоит? — я сразу почувствовал, как бешено забилось сердце.

«Миша, прости за эту дурацкую обиду, — Рики заговорила со мной в машине, по дороге домой, — я просто насмотрелась фильмов, и решила попробовать, что такое обижаться».

«И как, понравилось?»

«Да фигня полная! Никакого удовольствия, одни неудобства. А если бы у нас какие-нибудь неприятности случились, а я тут с тобой не разговариваю? Тупость какая-то. И главное ради чего? Чтобы ты сделал, как я хочу? Так ведь я могу просто попросить. Заставить-то в любом случае не получится».

«Вот и молодец. Сама поняла?»

«Ну, а ещё мама, как ты говоришь, мозги промыла. Сказала, чтобы я не выделывалась».

«Даже так? — я настолько удивился, что у меня это отразилось на лице, даже Вика, сидевшая на переднем, на меня покосилась. — Ну Аврора, ну даёт!»

«Ага. Не помню ни единого случая, чтобы мама сердилась. Это был первый».

«Любопытно. Ладно, а что думаешь по операции с бутылкой?»

«Это будет очень интересно! Никогда ещё не летала!»

Вечером мы договорились с дедом, что я слетаю на денёк к родителям, да и бабушку повидать надо. Катя неожиданно тоже засобиралась.

— У меня есть идея, — улыбнулся дед, — подождите минуту.

Он вышел из столовой.

Мы переглянулись. Дед вёл себя очень необычно. Ладно бы он нас выгнал, чтобы с кем-то поговорить тет-а-тет.

— Собирайтесь, все четверо. Я вас отправлю порталом к Кате домой, а там уже на такси доберётесь.

— Там мы просто возьмём из гаража любую машину, какая понравится, — смущённо улыбнулась Катя.

На выходе из портала нас встретили родители Кати. Обнимашки, рукопожатия, представления… Но так как мы пришли в гости к Кате, а не с официальным визитом, обошлось без расшаркиваний, как сказал бы дед.

Мама Кати, Ольга Алексеевна, оказалась очень милой женщиной. Катю она затискала, та только морщилась от прилюдного проявления чувств со стороны мамы. Само собой, нас пригласили за стол — время как раз подходило к ужину.

Я глянул на часы. Вообще-то я планировал прилететь завтра, но отец сказал, что они готовы в любой момент, и ждут только меня. Так что можно и сегодня. Только надо под благовидным предлогом оторваться от компании. Например, подготовить бабушку, что у нас будут гости… так себе, конечно, предлог, но кто мне станет возражать? А Вика с Лёней ночку у Кати переночуют, Лёня так точно порадуется, а Вика хоть немного подумает над своим поведением.

* * *

За ужином Катя поймала внимательный взгляд отца. Да, пришла пора дать отчёт о проделанной работе. А этого не хотелось делать.

Притворяться с новыми друзьями пришлось только первый день. А дальше… Катя даже не заметила, когда стала считать их друзьями.

Она с детства привыкла к поклонению. Родители спонсировали гимназию, где она училась, а на занятия её привозил личный шофёр, так что все знали, кто она такая. Шлейф поклонников и подружек, которые готовы были на что угодно ради её внимания. С возрастом девушка превратилась в редкую стерву. Её страшно раздражали все эти люди, которые не видели в ней ничего, кроме денег отца.

И когда пришло время уходить из гимназии и отправляться в Академию, Катя для себя решила, что уважения сверстников она добьётся сама. Конечно, в Академии ни для кого не было секретом, что она из Старшего Клана. И хотя она была не единственная такая, даже в этой среде это имело значение. Теперь её окружали люди, которые хотели доказать, что они сильнее её, сильнее принцессы из клана Тихомировых.

Отец не зря уделял серьёзное внимание подготовке дочери, несмотря на ворчание жены. Ежедневные тренировки, суровая практика на военном полигоне, лучшие тренеры — всё это принесло свои плоды. Когда на втором курсе начались турниры, Катя получила то, о чём втайне мечтала всю жизнь. Признание. Своё. Заслуженное.

Поэтому, когда её, как тузик грелку, отделал какой-то неофит, она заинтересовалась всерьёз. Это был вызов, и она его приняла.

И вскоре поняла, что всю жизнь не замечала одной очень важной вещи. Перед ней пресмыкались, ею восхищались, ей завидовали, её хотели использовать, наконец, её хотели сломать. Но никто никогда даже не пытался с нею дружить.

Это оказался совершенно новый, бесценный опыт. Девушка вспоминала свою жизнь, и думала о том, что только сейчас поняла, каково это — быть счастливой.

И только одна мысль не давала насладиться этим новым чувством в полной мере. Страх, что её раскусят. Что войдут Миша с Петром Александровичем, и скажут: «Катя, а мы ведь знаем, что ты шпионка!»

Но взгляд отца не оставлял выбора. Интересы клана превыше всего! А клан — это отец. Главное — не показать ему, что Миша ей нравится.

— Ну, рассказывай, что узнала?

— Как ты и хотел, я с ними подружилась, в том числе с Рики. На вид — обычная девчонка. Но она точно не игрок.

— Это мы и так знаем. Что по управлению игрой? Ты поняла, как он это делает?

— Такое впечатление, что никак. Он говорит всё так, как будто уверен, что всё им сказанное Система подхватит на лету и выполнит. Он даже не отдаёт никаких распоряжений.

— Он каждый раз задерживается после сессии дольше других. От 3 до 15 минут. Пока вы сидите и уплетаете мороженое.

— Тут я ничего не могу поделать, прости.

— Как у тебя складываются отношения с Рики и этой эльфийкой?

— Да нормально складываются. Я там считай что своя.

— Отлично. Встреться с Рики один на один.

— Папа! Но это будет очень странно! Мы же всегда только вместе в игру заходим!

— Я не спрашиваю твоего совета. Это приказ. Подходящий предлог придумай сама.

— Да, отец.

* * *

— Катя, рада тебя видеть! — Элуидес вышла встретить неожиданную гостью. — Почему одна? Случилось что?

— Эля, мне надо поговорить с Рики. Только не сообщай обо мне Мише. Мне как раз о Мише и надо с Рики поговорить.

— Хорошо. Иди в пятую комнату, сейчас позову её.

— Спасибо, — Катя кивнула эльфийке и прошла в комнату номер пять, которая внутри выглядела как оранжерея, полная самых разных цветов.

Рики зашла следом.

— Катя, привет. Очень неожиданно увидеть тебя одну.

— Привет, Рики. Прости, это возможно вообще не моё дело, но и остаться безучастной я тоже не могла. Только между нами, ладно?

— Конечно. Эля сказала, речь о Мише?

— Да. Мне сегодня показалось, или вы поссорились?

Рики секунду смотрела на Катю, потом рассмеялась.

— Катя. Я искин. Набор компьютерных программ, массив данных, ядро и сервера. Показать тебе, как я выгляжу на самом деле?

Кате на миг стало не по себе, но она взяла себя в руки и кивнула.

Оранжерея пропала. Катя оказалась в пустоте. Она не видела себя и не могла пошевелить рукой или ногой. А перед ней в чёрном пространстве висело ядро. Отец не раз водил её на экскурсию к ядру Системы, и как оно выглядит, девушка знала. Но сейчас не было стальной оболочки, не было покрытых инеем труб охлаждения, толстых проводов. Она видела другое — потоки данных, стекающиеся в ядро со всего света. Расходящиеся веером магистральные шины, связывающие ядро с дата-центром с тысячами серверов.

Видение исчезло. Катя снова оказалась в оранжерее, вместе с Рики. И не знала, что сказать. Первой заговорила искин.

— Так вот скажи, Катя. Ты видела, что я из себя представляю. Как ты думаешь, я могу надеяться, что кто-то станет со мной дружить?

Катя почувствовала, как что-то щиплет в глазах, и вдруг, неожиданно для самой себя, разревелась. Она опустилась на первое попавшееся сиденье, и просто уткнулась лицом в ладони.

— Рики, — подняла она мокрое от слёз лицо. — А со мной?

* * *

Звонок Пашки застал меня в машине с родителями, на высоте около километра, в паре десятков километров за МКАДом по Новорижскому шоссе.

— О, Пашка! Привет! Сколько зим, сколько лет!

— Вот-вот. Мог бы и позвать полигон испытывать.

—…

Я хотел что-то ответить, но не знал, что сказать.

— Ладно, потом извинишься. Наша с тобой общая знакомая просила передать, чтобы ты оглядывался повнимательнее. Не знаю, что это значит, но она беспокоится.

— Рики? Когда ты её видел?

— Пять минут назад. Она попросила срочно выйти из игры и позвонить тебе.

«Это мама! Что-то случилось!»

— Что-то в игре?

— Ты не понял. Она сказала, чтобы ты в реале был осторожнее. Я всё сказал. Захочешь поболтать — ты мой номер знаешь.

Звонок прервался.

— Что-то не так? — мама обернулась с переднего сиденья.

— Аврора передала предупреждение быть осторожнее в реале.

— Не думаю, чтобы это было связано с нашей операцией, — мама глянула на папу, и тот кивнул, — скорее что-то более долговременное. Пока выкинь из головы, дома обсудим.

— Хорошо.

— Ты готов? — папа тоже обернулся.

— Да.

— Смотри, вон он, — мама показала пальцем вперёд и правее, где в сотне метров от нас летел, раскинув небольшие крылья, робот-доставщик. — Сейчас я его вырублю импульсом, и он будет просто планировать. Портал открывай поближе к нему. У тебя будет около 20 секунд, чтобы подменить ящик с бутылкой. Потом электроника перезагрузится, и тебя там уже не должно быть.

— Бутылку главное не разбей, — хохотнул папа, — еле нашли!

— Кир, блин, — мама толкнула его локтем в бок, — рули давай.

Открыв боковое окно, я вылез из машины, и, помахав маме с папой, прыгнул в вечернее небо.

Глава 6. Свидание

«Ну как, ты хотела полетать?»

«Даааааа!!!! Миша! Я в восторге!»

Вингсьют наполнился упругим воздухом, и я начал набирать скорость. Мой коммуникатор мы синхронизировали с маминым, и она отслеживала мою скорость по обычному навигатору. Скорость дрона нам и так была прекрасно известна — 150 км/ч. От меня требовалось выровняться с ним, прежде чем прыгать на перехват.

— Почти… так, больше не разгоняйся, — голос мамы в ухе подсказывал, что и когда делать. — Готовься к прыжку.

Я поймал взглядом дрона, похожего на большую утку, и сконцентрировался на нём. С Рики мы заранее договорились, что первый портал открываю я, потом она подтягивает «птичку», я меняю посылку, а она открывает второй портал и я прыгаю. Такая очерёдность немного разгрузит, не всё в один момент времени одному делать.

— Три, два, стреляю, прыжок!

За секунду до моего перемещения порталом мама выстрелила по дрону электромагнитным импульсом. Слабеньким, чтобы не сжечь тому нежные электронные мозги. Но достаточно мощным, чтобы вызвать временный сбой в его работе. Отдельный механический таймер предназначен именно для такого случая, например, при близкой вспышке молнии, он перезагружает электронику, если от неё перестают поступать сигналы.

И от импульса до восстановления работы у нас с Рики есть 20 секунд.

Окно портала — и я в нескольких метрах от цели. Скорости практически совпадают, и Рики подтягивает нашу цель телекинезом. Я тоже использую телекинез, руки сейчас заняты — выполняют роль крыльев. Отцепляю от ремней на груди пластиковый ящик — точно такой же, какой используют в доставщиках. Приходится выставить щит, иначе ветер вырвал бы его.

— 17, 16… — мама ведёт обратный отсчёт.

Пока отключена электроника, шторка грузового отсека «на спинке» дрона разблокирована. Открываю, достаю ящик, меняю на свой, закрываю… Креплю трофей к ремням, всё.

— 9, 8…

Рики открывает по ходу движения портал, я отталкиваюсь и прыгаю в окно, а доставщик проносится чуть ниже.

Вываливаюсь почти рядом с машиной родителей, и теперь моя задача — просто ровно лететь, отец сам под меня подстроится.

«Ты ведь пустишь меня, прадва?»

«Конечно! Ты молодец, сработали чётко!»

Я расслабился, и Рики перехватила управление телом.

«Йооохуууу!!!» — мы закладываем вираж, делаем бочку… а ловко у Рики получается!

До этого в вингсьюте я летал только в аэродинамической трубе. И если бы стояла задача перехватить дрона — у меня почти наверняка не получилось бы. К счастью, вингсьют мне нужен был только для выравнивания скорости. Остальное — портал. Как я раньше без них жил?

— Эй, Левингстон, хорош вертеться, — в наушнике послышался голос отца, — подлетаю, держи ровнее!

Я зацепился рукой за открытое окно, и мы сбросили скорость, чтобы я мог залезть внутрь.

— Это было круто! — я стащил с головы шлем. — Часто у вас такое бывает?

— Мы чаще защищаем от перехвата, — улыбнулась мама, — но всякое бывало. Как-то раз… не могу, а вот ещё…

— У меня нет допуска, — догадался я, глядя на побледневшую маму.

— Светка, ты о чём вообще думаешь? — папа нахмурился.

— Да забылась, обычно все с допусками, и есть что вспомнить, — мама вздохнула.

— Болтун — находка для шпиона, — папа оглянулся на меня, — но тут и захочешь — да не сболтнёшь.

* * *

— Ну как, встретилась? — отец зашёл к Кате в комнату, когда она ещё сушила волосы после погружения.

— Да, — Катя выключила фен. — Мы поболтали. Мне кажется, Рики просто не хватает общения. Обычного, человеческого.

— Интересно, очень интересно, — Лоленко присел на диван. — Но почему она выбрала именно Мишу?

— Может быть, она долго присматривалась и всё просчитала? Всё же она искин. Изучала нас, людей, кто на что способен, кто поможет, а кто нет?

— Да, конечно, и из тысяч претендентов она выбрала Мишу. Он же лучший из лучших, герой, каких поискать. А ты знаешь, что до появления Рики у него была команда в игре? — Сергей с интересом следил за реакцией дочери. — Не рассказывал, нет? Так вот, как деньги от ресторана пошли, он эту команду бросил. Просто перестал с ней общаться. Зачем ему, у него теперь в новой команде целая наследница империи!

— Папа, — Катя поморщилась, — ты мне дал задание выйти на Рики. Ты не говорил, чтобы я симпатизировала Мише. По этой части у нас Вика, это она ему глазки строит.

— Вот и умница. Это просто задание, помни об этом. Чтоб без этой… — Сергей помахал рукой в воздухе, поднимаясь с дивана, — без розовой ваты в голове.

Когда за отцом закрылась дверь, Катя ушла в спальню и там упала на кровать, раскинув руки.

Что же делать?

Она очень хотела откровенно рассказать Рики, какое задание ей дал отец, что это она не заслуживает ни доверия, ни дружбы. Но не смогла. Интересы клана, пропади они пропадом! Какая разница, если она всё равно рано или поздно выйдет замуж и покинет клан? Если только её не выдадут за кого-нибудь внутри клана, как маму.

А про старую команду ей Вика давно уже растрындела, когда вспоминала про эпичный бой с драконом. И Катя даже догадывалась, почему Миша прекратил с ними общение. Ему осенью в академию поступать, и там будет не до игр с погружением. Так что как это возможно ни болезненно, но Миша правильно сделал. Хотя ей ли судить, ведь у неё самой настоящих друзей не было никогда.

Хорошо, что уже поздняя ночь, гостей разместили, и можно просто побыть одной…

Уже засыпая, девушка вспомнила. Миша же должен ей одно желание! Сон как рукой сняло.

Хотя это так глупо!

Да и ладно! Это пусть Вика думает, удобно не удобно, глупо не глупо. А она — не такая размазня!

Но может не сейчас? Хотя когда? Чем завтрашний день лучше? А вдруг папа оставит её дома?

Девушка промучилась ещё пару часов, то порываясь уснуть, то терзая себя сомнениями. Но в конце концов выдохнула и, зажмурившись, решительно набрала номер.

* * *

— Что случилось, Марк? — Лоленко принял вызов по внутренней, защищённой, связи.

— Может быть и ничего, — Марк отвечал чуть позёвывая, похоже, его самого выдернули из постели. — Мне только что сообщили, доставщик с посылкой для Вадима завис в полёте. Автоматика сработала штатно, перезагрузила блок управления, всё в порядке. Дрона обследовали, никаких следов внештатного взаимодействия не выявили.

— Точное время происшествия?

— В 21:35.

— Через полчаса после того как Миша вылетел домой на такси… Такси отследили?

— Прямого наблюдения не вели, но, согласно журналу, машина доставила его домой без промежуточных остановок.

— А его родители?

— Ждали его дома, и до сих пор все трое там. Думаю, инцидент с дроном — просто случайность. Для того там и стоит следящая автоматика, как раз на случай зависания автопилота.

— Марк. Сегодня моя Катя пообщалась с Рики. Контакт налажен. А эти совпадения мне не нравятся. Думаю, время пришло. Действуй по обстоятельствам.

— Принял.

* * *

— Ну, что показала лаборатория? — мы с папой, соорудив по-быстрому маме ужин, спустились в подвал.

Сколько лет прожил в этом доме, и в подвале бывал сто раз, а вот не знал. У моих родителей в подвале оказался тайничок. Маленький такой. Ещё один подземный этаж под домом, блин! А там — целый бункер. С оружием, припасами, конечно же тайным ходом на улицу. И помимо всего прочего — небольшой автоматической лабораторией. Как-то многовато всего, мне кажется, даже для частного охранного предприятия. Но расспрашивать не стал. Похоже, про то, чем мои родители занимаются, проще расспросить деда. Да, похоже, все вокруг знают про них больше, чем я!

— А ничего, — мама стянула резиновые перчатки и кинула их на стол. — Кроме того, что этикетку на бутылке переклеивали.

— Хочешь сказать, что это настоящее вино, и в нём нет никаких наркотиков?

— Судя по химическому составу, — мама глянула на монитор с цифрами и графиками, — единственное, что можно инкриминировать Лоленко, это потакание Вадиму. Вино именно того года для него что-то значит, может, он его при знакомстве с будущей женой пил. И ему просто поставляют более молодое вино с новой этикеткой. Видимо, тот год закончился.

— Хорошее хоть вино? — мне стало интересно. Могу продегустировать в игре, будет интересно сравнить вкусы. Замечу ли я разницу? — Можно попробовать?

— Да пожалуйста! — мама махнула рукой в сторону открытой бутылки. — Правда, настоящий раритет улетел к Вадиму, но и это должно быть очень достойным. Эксклюзивное, выпускается ограниченной серией.

Я огляделся в поисках подходящей ёмкости, и мама, усмехнувшись, подала мне лабораторную мензурку. Хм, так вино я ещё не пробовал, в этом определённо что-то есть!

— Ну как? — родители внимательно на меня смотрели.

— Вкусно, — я покатал вино на языке. — Интересный вкус, в нём столько всего намешано! Пожалуй, мне нравится.

— И никаких эффектов, голова не кружится, ничего такого? — мама встала, заглянула мне в глаза, проверила пульс.

— А должны? — папа на неё пристально посмотрел. — Ты что, на Мишке действие вина проверяешь?

— На тебе не проверить, — мама пожала плечами, — ты не маг, на мага может по-другому действовать. На мне нельзя, если что не так — кто откачивать будет? Так что остаётся Мишка.

— И на этой женщине я женат! — вскинул руками папа.

Они ещё что-то продолжали выяснять. Но я уже не обращал на них внимания. Потому что по лестнице вниз спускался ещё один человек. Живой… Мне всё врали! Он живой!!!

— Руся!!! — я кинулся было к лестнице, но тут в голове прозвучал голос Рики.

«Папа???»

Что? Что блять простите?

— Кир, держи его, у него галлюцинация!

Родители усадили меня в кресло и шустро пристегнули к нему пластиковыми стяжками. Но я и не вырывался.

— Ты что, Миха, друга совсем забыл? Не навещаешь даже!

«Рики, что ты видишь?»

«Не знаю, не могу описать. Как в тумане. Просто знаю, что это папа. Миша, Мишенька, милый, скажи, что со мной?»

«Помнишь, тогда в участке нас наркотиками накачали?»

«Но твоя мама сказала в вине нет наркотиков!»

«Да я его лизнул чуть-чуть совсем! Ни один наркотик не успел бы подействовать!»

— Миша, рассказывай, — мама, откинув выбившуюся из причёски прядь волос со лба, села передо мной. Папа встал сзади. А Руся — позади мамы.

— Вижу Русю. Живого. Он со мной разговаривает. Упрекает, что я его забыл и не навещаю.

— Ты отдаёшь себе отчёт, что это тебе только кажется?

— Не совсем. В первый момент я подумал, что Руся жив, просто мне всё наврали, чтобы я с ним не дружил. Но я, видимо, совсем чуть-чуть выпил, поэтому как только ты сказала, что у меня глюки, сразу понял, что это действие вина.

— Молодец, хорошее критическое мышление, — мама показала мне большой палец.

«А ещё у тебя большой опыт с глюками, — Рики показалась рядом с мамой и подмигнула мне, — да, милый?»

Она провела рукой там, где стоял Руся, и видение развеялось.

«Спасибо, Рики».

«А ты неплохо смотришься связанный в кресле».

«Отстань, извращенка!»

— Мам, отпустило. Можете развязывать.

— Нет уж. Посиди ещё. Вдруг ты нас обманываешь, под действием вина?

— И как ты это узнаешь? — спросил папа спокойным голосом.

— Уложу спать, проспится и будет как новенький.

— Главное чтобы к утру оклемался, — папа хмыкнул, — иначе с мамой сама будешь объясняться, как мы так за её любимым внуком не уследили.

— Да уж, хорошо, что она у подруги гостит, — услышал я, засыпая.

— Миша, Миша, проснись!

Темно, но не сильно, Луна и звёзды в небе светят. Я огляделся. Мы с Рики лежали на полянке в лесу. Рядом журчал ручей. Как-то странно журчал, с паузами.

Рики перекатилась и села на меня сверху. Я явственно ощутил тяжесть и теплоту её тела.

— Миша, ты спишь, а у тебя входящий вызов.

— Подождёт до утра, — с чего я решил, что утро ещё не наступило?

— А если вдруг что-то важное?

— Ты — важное, — я вдруг со всей отчётливостью это понял. — Остальным перезвоню.

— Миша…

Рики обняла меня, прижавшись всем телом. Её горячее дыхание обожгло шею. Я чуть отстранился и повернул её лицо за подбородок к себе.

Её глаза сверкнули в лунном свете. Она сама подалась вперёд, и наши губы встретились. Мягкие, тёплые, нежные…

Журчание стало нарастать и превратилось в лёгкую вибрацию, пара секунд — и меня выбросило из сна.

— Кому там не спится!? — мне хотелось убивать, такой сон прервали! — Катя?

«Да прими уже вызов, вдруг что-то срочное?»

— Алло?

— Миша, привет! Прости, что среди ночи звоню…

— Катя, блин, что-то случилось?

— Ты может решишь, что я дура… я с тобой даже соглашусь, это правда очень глупо! Помнишь, ты мне одно желание обещал?

— Я обещал посмотреть, не слишком ли оно через край.

— Так вот! Хочу свидание!

Я рассеянно посмотрел на коммуникатор. Розыгрыш? В два часа ночи? Что за дичь?

— Катя, а ты на часы смотрела?

— Поздно, да, но ведь… это же всего лишь свидание! Знаешь, со мной многие хотел бы сходить, а я вот тебя уговариваю!

— Так согласись, раз так много желающих, я-то тут причём?

— Я с тобой хочу. Здесь и сейчас. Не знаю, почему, после разговора с Рики вдруг что-то нашло.

— Ты говорила с Рики?

— Да, вот недавно. Зашла в игру, и мы с ней поболтали. Она классная, и я понимаю, почему она тебе нравится…

«С нею говорила мама!»

«Да, и после этого разговора Аврора предупредила об опасности».

«Надо узнать, о чём они говорили! Давай заглянем ненадолго в игру? У тебя ведь капсула вот, прямо в комнате!»

— Миша, алло, ты меня слышишь?

— Да, Катя. Слушай, давай я тебе через 15 минут перезвоню? Ничего не обещаю.

— Хорошо! Я буду ждать! Спасибо!

«Погнали!»

Погружение со всей подготовкой заняло минуту. Встретила нас встревоженная Аврора. Вместо приветствия она сразу обменялась данными с Рики.

— Катя приходила, чтобы поговорить с Рики о тебе, Миша. Сказала, что беспокоится, что ей показалось, что вы поссорились.

— Да я хотела просто узнать, — Рики пожала плечами, — каково это, обижаться. Мне не понравилось.

— И правильно. Но приходила она не за этим. Я думаю, её послали выяснить, будет ли Рики общаться с ней без Миши.

— Конечно, я бы общалась! И с ней, и с Викой, хоть они обе… ладно, неважно.

— Кто послал, — я жестом попросил Рики повременить, — Лоленко?

— Она не сказала это прямо. Но она разревелась.

— Кто? Катя? — у меня челюсть отпала. — Да она после нокаута только смеялась!

— Вот и я о том же, — кивнула Аврора. — Налицо сильный внутренний конфликт. Думаю, Лоленко через неё хочет во всём разобраться и вернуть контроль над игрой.

— Тогда надо с ней встретиться, — Рики даже поморщилась, — поверить не могу, что предлагаю это, но, Миша, лучше тебе согласиться на свидание.

— При одном условии, — я взял Рики двумя руками за плечи, повернув к себе. — Если ты останешься здесь.

— Да щас! Ты там будешь с этой Мальвиной, а я тут?

— Миша, — Аврора положила руку мне на плечо. — Послушай. У меня есть подозрение, что тебе может угрожать опасность там, в реальном мире. И я бы сама хотела оставить Рики здесь, тем более ты сейчас как раз с той самой капсулы зашёл. Но не оставлю. Если с тобой что-то случится — это место не будет безопасным. Здесь не отсидеться. Поэтому не гони её, пожалуйста.

— Да я и не хотел, просто… Просто под таким углом не рассматривал. Аврора, спасибо за доверие.

— Тебе спасибо. Не хочу вас отпускать…

— Но надо. Пошли, Рики, — и я нажал на выход.

— Катя, не уснула ещё?

— Нет. Погоди… Да, вот теперь всё.

— Ты чего там шепчешь?

— Из дома выбиралась так, чтобы меня никто не видел. Тут у дяди Марка куча всяких камер и ловушек, но я давно их все нашла и научилась обходить. Он же сам меня и учил этому.

— Дядя Марк?

— Ну да, родной дядя. Брат моей мамы. Так ты меня поведёшь на свидание, или я зря выбиралась?

Я улыбнулся. Вот ведь упёртая!

— Говори, где тебя забрать?

— Я тебе отслеживание своей геометки сейчас передам. Вызови, пожалуйста, такси сам, а я пока от дома отъеду.

— Мне даже интересно, на чём ты отъедешь?

— Всё тебе расскажи! Увидишь!

Я вызвал такси и вылез через окно, чтобы никого не разбудить дома. Всё-таки в этом есть что-то романтичное.

Судя по геометке, передвигалась Катя очень шустро. Пока такси летело с одного края Москвы до другого, она успела удалиться от дома километра на три или четыре. Наконец мы её догнали, и девушка, заметив наше приближение, остановилась. Такси опустилось на землю.

Катя стояла на моноколесе! Вот это да! Сто лет таких не видел! Мама рассказывала, что раньше они были очень популярны, но потом, с развитием летающего транспорта, про них забыли.

— Спасибо, Миша! — Катя вместо приветствия чмокнула меня в щёку. — Ну и куда ты девушку поведёшь?

— Так-то девушка сама…

— Ну и что! Миша! — она шутя шлёпнула меня ладошкой по плечу. — Ну не будь таким букой! Не бойся, я же тебя не изнасилую! Просто… да и смотри, небо светлеет!

— Так уж рассвет скоро! Сейчас как раз самые короткие ночи в году.

— Вот! Ведь романтично же! Блин, да улыбнись ты! Поехали на озеро купаться!

— Ладно, поехали, — я всё-таки улыбнулся под таким напором. — Давай свой транспорт, кину в багажник.

— Спасибо! Я, правда, купальник не взяла, но ты и так всё видел, чего мне стесняться.

«Миша, я держусь. Но если она к тебе будет приставать — поставь меня на паузу. Мне хватило поцелуя с Викой!»

«Рики, расслабься. Я ей ничего не обещал. И спать с ней не собираюсь».

«Да-да, конечно. Не забывай, я всё чувствую!»

Я задал пункт назначения озеро Сенеж, и дал такси команду подняться повыше, чтобы полюбоваться панорамой. Москва никогда не спала раньше, и в наше время такой привычкой так и не обзавелась. Но если днём машины передвигались в десятках высотных коридоров, то сейчас только в паре нижних. И с высоты в километр открывался шикарный вид на всю Москву с пригородами.

И в том момент, когда я подумал, что ночная прогулка — не самая плохая затея, в машине что-то брякнуло, и двигатели отключились.

— Аварийная ситуация! Включено ручное управление!

Мы с Катей переглянулись. Паники не было. Во-первых, хоть у машины крылья совсем крохотные, но планировать она может. Если бы из-за каждой поломки машины падали — никто бы не летал над городами. Во-вторых, есть диспетчерская. Я нажал кнопку связи, параллельно пытаясь стабилизировать полёт, больше походящий на медленное падение.

— Видим Вас, — приятный женский был совершенно спокоен. — Нужна помощь с посадкой?

— Пока нет. Лицензии нет, но пилотировать могу. Посадку без двигателей отрабатывал на тренажёрах. Что у меня случилось, можете сказать?

— По датчикам машина полностью исправна. Аварийная бригада уже вылетела к вам.

— Хорошо. Садиться буду на шоссе, которое подо мной. Пожалуйста, освободите коридор.

— Приняли. Ведём Вас.

Я посмотрел на Катю. Она улыбалась.

— Миша, ты ведь знаешь, что делаешь, правда?

— Правда, — я опустил нос машины, и она послушно скользнула в пологое пикирование. Скорость стала нарастать, а земля приближаться.

Посадка без двигателей входит в курс обучения пилотированию. На практике мало кому доводится испытать это сомнительное удовольствие на себе — машины очень надёжны. Но мы не первые и не последние, так что ничего страшного.

Единственная проблема этих летающих машин — очень малый размах крыльев. Поэтому, чтобы безопасно приземлиться, надо набрать большую скорость. Казалось бы, парадокс, бытовое сознание требует наоборот, притормозить. Вот от этих опасных привычек на курсе и избавляют в первую очередь.

И хотя курс я пока не закончил, но был спокоен, что смогу сесть. В крайнем случае, прикроемся с Катей щитами. Ну потрясёт, ничего страшного.

То, что дело дрянь, я понял в ста метрах от земли, когда потянул штурвал на себя, собираясь выровнять полёт.

А его заклинило.

Глава 7. Анализ

То, что дело дрянь, я понял в ста метрах от земли, когда потянул штурвал на себя, собираясь выровнять полёт.

А его заклинило.

Мозг в этот момент будто переключился в режим «турбо».

Использовать телекинез? Не вытяну, машина тяжёлая, зацепиться не за что.

Управлять телекинезом рулями высоты? Не за 4 секунды до столкновения с землёй.

Мимо, как в замедленной съёмке, проносились верхние этажи высоток. Внизу редкие наземные машины, в основном грузовики, уже расползлись по обочинам, освобождая максимально широкий коридор для приземления.

Решение пришло внезапно, но сейчас не время выбирать. Хватаю Катю за руку.

— Отдай мне ману! — фраза занимает долгие полсекунды.

Ещё почти секунду Катя соображает, что и зачем я от неё хочу, и только потом открывается. Привычка подчиняться, выработанная на полигоне, и доведённая до автоматизма, выручает нас.

Я не жду, когда она направит мне поток маны. Грубо черпаю всё до дна, сколько есть, чтобы сделать всего одну вещь. Открыть портал.

Точка входа и точка выхода практически совпадают. Окно портала появляется на высоте метров десяти прямо перед носом машины, мы ныряем в него, пролезаем только корпусом, снося крылья и стабилизаторы, и тут же выныриваем, но уже в горизонтальном направлении.

Вот только теперь у нас нет крыльев.

— Щиты!!! — ору я вслух, но Рики понимает. Вместе мы выставляем щиты в несколько слоёв под машиной и немного спереди.

Удар! В глазах, несмотря на отличную амортизацию кресел, темнеет.

Машина падает плашмя, как блинчик, сминая щиты, подпрыгивает и снова падает. Щитов уже не осталось, и мы скользим на брюхе, рассыпая снопы искр. Рядом с нами с неба сыпятся наши же обломки.

Наконец тишина. Мы остановились.

Первым долгом проверяю Катю. Она без сознания, но это скорее шок от потери маны, проверяю пульс, пульс есть. У меня остались крохи маны, делюсь. Катя судорожно вдыхает и открывает глаза.

— Мы сели?

Я показываю на расколотое лобовое стекло, обломки крыльев, другие детали… Машину под конец развернуло, и сейчас в свете уличных фонарей нам открывался чудесный вид на нашу «посадочную полосу».

— Если это можно назвать посадкой, то да. Ты поняла, что случилось?

— Я видела, что ты тянешь штурвал, а он не тянется. У меня тогда такая мысль проскочила, что всё, отлетались.

— Хорошо. Значит, подтвердишь мои слова.

— Зачем? Техническая экспертиза подтвердит.

— На всякий случай. У меня нет лицензии. Аварийная ситуация, но всё равно, вопросов будет много.

— Хорошо. Миша, я успела увидеть портал, прежде чем ты выкачал из меня всю ману. Не представляю, как ты смог.

— Думаю, лучше сообщить о происшествии и твоим, и моим.

— Нет, моим не надо! — Катя вдруг побледнела и замерла. На её красивом лице отражалась болезненная работа мысли.

Я решил придать ей ускорения. Сейчас прилетит аварийка, и момент будет упущен. А ведь ради этого я согласился на свидание.

— Тебя послали к нам, чтобы ты подружилась со мной и подобралась к Рики, и теперь, когда Рики поговорила с тобой, твои решили, что я больше не нужен. И теперь ты гадаешь, знал твой дядя, что ты в машине со мной, или не знал. Так?

Катя подняла на меня округлившиеся глаза и кивнула.

— Так ты сразу всё понял?

— Конечно. Ещё во время нашей так называемой дуэли.

— И ты теперь меня ненавидишь?

— А должен? Мне кажется, жертва здесь не я, а ты. Или… Погоди, ты знала, и поэтому напросилась со мной, чтобы меня не тронули, потому что ты рядом?

«Миша, это полный бред. Тебя бы никто не тронул дома, если бы ты никуда не попёрся!»

— Дай руку! — Катино лицо вдруг осветилось решимостью.

Я протянул ей руку, и она сжала её в рукопожатии. Я почувствовал тоненький ручеёк маны — больше у неё сейчас просто не было. В ответ направил в неё свою.

— Я, Лоленко Катарина Сергеевна, — Катя торжественно произносила, похоже, хорошо знакомую ей формулу, — клянусь, что никогда не планировала и не желала действием или бездействием причинить тебе вред! И впредь никогда и никак не стану тебе сознательно вредить, клянусь!

Вспышка света — клятва сработала. А я почувствовал, что с Катей у меня теперь есть какая-то связь…

— Я бы тебе и так поверил, зачем? — я несколько обескураженно посмотрел на девушку. Клятва — это очень серьёзно в мире магии. Это не просто слова.

— А так меня ещё и заставить не смогут! — Катя сперва улыбнулась, а потом улыбка резко пропала.

— Ты чего? — меня столь резкая перемена настроения немного напрягла.

— Да как вспомню… Миша, может это просто случайность? Ну сломалось такси и всё?

— Может и случайность. Чёрт! Надо же родителям позвонить! До приезда аварийки!

Я набрал номер.

— Алло, папа!… Нет, не сплю. У меня авария случилась, у такси заглох двигатель и одновременно отключился автопилот… Да, странно. Набрал скорость, как на тренажёре, для аварийной посадки. На выходе из глиссады заклинило штурвал. Мы сели, но машина разбита в хлам… С Катей, планировали свидание… Мозги вроде на месте… Хорошо, ждём и не выходим.

— И что тебе папа сказал?

— Что я безмозглый идиот, и чтобы мы не выходили из машины до их прибытия. Они сейчас будут, — я прикинул расстояние от дома… около 30 км, — минут через десять.

Прибыла аварийка, а вместе с ними и бригада медиков. Быстро они!

— Молодые люди, выйти самостоятельно можете? — заглянул через разбитое лобовое стекло какой-то бородатый мужик в спецовке.

— Можем, но я несовершеннолетний, мне наказано ждать приезда родителей! — как удобно порой!

— Ваше право! Врач пока осмотрит вас, а я осмотрю машину. Откройте капот.

— До приезда родителей никаких действий, — кажется, убедить людей, которые приехали делать свою работу, не делать её, будет непросто.

— А Вы не слишком много на себя берёте, юноша? — мужик усмехнулся в бороду, после чего обратился к подошедшему врачу, — Мне кажется, у молодого человека шок, машину осмотреть не даёт. Вы бы его успокоили каким-нибудь укольчиком?

— Ладно-ладно! Осматривайте! Это ведь Ваша работа, правильно? — я показательно потянул за рычаг, щёлкнула пружина. Удивительно, как при такой жёсткой посадке он сам не открылся? Или открылся и снова захлопнулся?

— Миша, — зашептала Катя, — ты зачем? А если там?

Я подмигнул девушке.

— Что-то не открывается! — мужик озадаченно тянул капот на себя.

— Так такой удар был! Заклинило, наверное! — врач глянул на его потуги и обратился ко мне. — Надеюсь, двери не заклинило?

— Спасибо за заботу, но мы правда в порядке. И дождёмся семейного врача. При всём моём уважении…

Врач всё же подёргал ручку двери. Убедившись, что дверь не открывается, а жертвы катастрофы сами выходить не хотят, врач пожал плечами и остался ждать. А вот техник в спецовке не сдавался. Он принёс монтировку и судорожно пытался вскрыть капот.

Первыми прибыли не родители, а ближайший к месту аварии отряд быстрого реагирования. Одного из парней я узнал, он бывал у нас дома, и я выдохнул. Свои.

Я помахал ему рукой и показал на техника. Которого тут же уложили мордой в асфальт и скрутили руки и ноги стяжками. Врач на это поднял обе руки. Парни из отряда глянули на него, потом на меня. Я отрицательно покачал головой.

— Не расскажете, молодой человек, — врач обратился ко мне, — что вообще происходит?

— Я — нет. А вон они, — я показал на выпрыгивающих из приземлившейся машины родителей, — может и расскажут. Но это не точно.

— Этот чего лежит? — папа указал своим бойцам на техника.

— Пытался капот вскрыть монтировкой, — пожал плечами тот. — Миша на него показал, мы уложили.

— Да кто вы такие, что вам от меня надо? — техник задёргался. Но ему никто не ответил.

— Миша, а ты, значит, Катя, — мама заглянула в боковое стекло и осмотрела девушку с ног до головы, — вы как, целы? Можете уже выходить, пусть врач вас осмотрит.

Пока нас осматривал врач, прибыла, наконец, дорожная полиция.

Полицейский с удивлением озирался по сторонам, потом подошёл к нам.

— Сержант Иванов, — он показал удостоверение, но я даже смотреть не стал. — Вы управляли транспортным средством?

— Пришлось. У нас отказали двигатели, и машина перешла на ручное управление. Я связался с диспетчером и совершил аварийную посадку.

— А почему не диспетчерская?

— Я на курсах такую посадку отрабатывал, был уверен в своих действиях. Диспетчерская предложила помощь, я отказался.

— Но не справились с управлением? И подвергли угрозе жизни окружающих, верно?

— Так ведь машина сломалась. Как смог так посадил.

В этот момент на плечо полицейского легла тяжёлая рука моего отца, а другой рукой отец что-то продемонстрировал ему на коммуникаторе. Полицейский побледнел, вытянулся по струнке, только что под козырёк не взял.

— И что мне писать? — он взглянул на свои бумаги, — рапорт-то с меня спросят!

— Пишите коротко: отказ двигателя, ручное управление, аварийная посадка. Чем меньше подробностей, тем лучше. А я пока с молодым человеком побеседую.

Мы с отцом отошли в сторонку.

— Тебя ведь Аврора предупреждала, ты чем думал? — покачал он головой. — Выяснил что-то?

— Аврора сообщила, что Катя была в эмоционально напряжённом состоянии. Она настаивала на свидании. Надо было ловить момент, и я согласился. Она подтвердила, что отец её отправил к нам, чтобы она вышла на Рики. Сегодня они поговорили. Мне она поклялась, что не замышляла против меня, и что впредь вредить не будет.

— Погоди, не брякнула языком, а прямо поклялась? То, о чём я подумал?

— Да, папа. Ей сейчас нужна помощь ну, психолога или кто там. Она не уверена, знал ли Марк, что она в машине.

— Опа-на, — отец почесал в затылке, — это меняет дело! Даже жалко Марка! Так, давай подписывай протокол и поехали. Машину наши эксперты разберут по винтику.

— Пап, а это… ну вы же вроде не полиция, так вообще можно? — я показал на хозяйничающих на месте аварии людях отца.

— У нас особые полномочия, — пожал плечами отец. — Нам — можно. А почему — я тебе не расскажу.

— У меня допуска нет, — вздохнул я.

— Точно! — хохотнул отец.

Подписал протокол, и полиция уехала. Я подошёл к Кате, которая стояла посреди улицы совершенно потерянная.

— Поехали ко мне. Тебе надо успокоиться, прежде чем ехать домой.

— Миша, — девушка подняла на меня глаза, — а как я теперь вообще домой поеду?

— Обычно, на такси, я тебя отвезу. Наверное, над нами будут шутить, потом заберём Вику с Лёней и поедем развлекаться. Ты машину из конюшни отца обещала взять. Так что оторвёмся по полной!

— Аааа… а это? — Катя оглянулась. — Как с этим быть?

— Ты же поклялась не вредить мне? — я пристально посмотрел Кате в глаза. — Ничего особенного не было. Просто чуть жёсткая аварийная посадка. Никакого заклинившего штурвала. Никаких твоих подозрений. Мы ни о чём не говорили. Если твой отец заподозрит, что мы с тобой в курсе, мне это повредит, это повредит моим планам. Ты поняла?

— Да, Миша, я поняла, — Катя вздрогнула, и я почувствовал, как напряглась связь между нами. Как будто поводок натянулся.

— Я не просил тебя приносить клятву, и не стану злоупотреблять ей. И не заставлю выбирать между мной и твоей семьёй.

Натяжение в связи ослабло, но не пропало полностью.

— Спасибо, Миша, — девушка изобразила лёгкий поклон, — это очень благородно с твоей стороны.

* * *

Марк Алексеевич Воронов никогда не был женат. Девушки были, но не сложилось. Не было и детей. Поэтому всю свою нерастраченную любовь, надёжно спрятанную под толстой бронёй безопасника, он дарил любимой племяннице. А ещё учил её понемногу всему, что знает сам. Без особой цели, просто девочке было интересно, почему бы и не рассказать.

Марк не был её наставником. Всё же работа занимала в его жизни основное время. Но он следил за её успехами, и даже приезжал в академию на турниры.

Когда парни из наблюдения сообщили, что Миша вызвал среди ночи такси, Марк понял, что это отличный шанс. Такси — не личная спортивная машина. Их нещадно гоняют круглые сутки, пару лет в эксплуатации — и их можно списывать. Аварии с участием этих машин — такое же обычное дело, как и четверть века назад, когда по дорогам бегали бэушные нексии. Никто не удивится. Будет расследование, но оно покажет лишь то, что самоуверенный мальчишка не справился с управлением. А в том, что Миша решит сам сажать машину — Марк не сомневался. Дистанционное управление из диспетчерской — это крайняя мера, когда за штурвалом человек совсем без навыков пилотирования. А у Миши навыки были, Марк специально узнавал.

Простой в исполнении план. Марк играючи взломал систему дистанционного управления, убедился, что Миша в салоне, и что он один, и подготовил специальный скрипт, задачей которого было сперва на полном ходу заблокировать двигатели, а потом при достижении определённой скорости — заблокировать штурвал как при попытке угона. После чего скрипт должен был самоудалиться. После чего стал следить за показаниями приборов.

Увлечённый подготовкой скрипта, Марк не заметил, что в машине появился пассажир. Дождавшись, когда машина поднимется достаточно высоко, он запустил скрипт.

Марк слушал переговоры Миши с диспетчерской, и кивал головой. Всё как он и думал. Парень спокоен и уверен в себе. Аварийная посадка — это набор скорости. Сейчас Миша даст штурвал от себя, и машина пойдёт на крутое снижение с быстрым набором скорости.

И тут Марк, к своему ужасу, услышал голос Кати:

— Миша, ты ведь знаешь, что делаешь, правда?

Срочно! Отменить скрипт! Двигатели уже не запустятся, но хотя бы аварийная посадка пройдёт штатно!

Марк опоздал на долю секунды — скрипт уже заблокировал штурвал и удалился. В оставшиеся несколько секунд никто не успел бы ничего сделать. И Марк не успел.

Механически, не очень соображая, что он делает и зачем, Марк зачистил все следы взлома. Закрыл чёрную пластиковую крышку дешёвого китайского ноутбука, и, приоткрыв дверь машины, бросил его в скважину. Эту скважину на одном из строящихся по заказу Корпорации объектов, завтра утром зальют бетоном.

Он вернулся домой и прошёл в свой кабинет. Немного подумав, достал из стола сигару, из бара бутылку коньяка и бокал, а из сейфа пистолет.

Налил полный, до краёв, бокал. Раскурил сигару. Перебрал и проверил пистолет.

Мыслей в голове не было.

Когда сигара погасла, а коньяк закончился, он достал коммуникатор.

— Марк? — ответил сонный голос.

— Я всё сделал, Серёжа. Но с ним была Катя.

* * *

Дома мама налила Кате какую-то настойку, как она сказала, чтобы успокоиться, и увела, как она сказала, посекретничать. Мы с отцом остались в столовой.

— Слушай, пап, что делать-то? Я Катю уже предупредил, чтобы она дома ничего лишнего не сболтнула. Мол, простая авария, и всё.

— Всё правильно сказал, но мы чуть-чуть по-другому сделаем. Скажем, что это был наезд на нас, на нашу контору. Это позволит нам легально приставить к вам охрану, пока вы в Москве.

— Даже так? — впрочем, я уже ничему не удивлялся. — Что там по машине, скоро будет информация?

— Кое-что сразу нашли. Движки на полных оборотах стопорнулись, в результате сгорели предохранители. Система должна была перепроверить управляющие контуры и перезапустить двигатели по резервной линии питания. На этих машинах же всё дублируется. Вместо этого она включила противоугонную систему и заблокировала штурвал.

— Значит, мне не показалось, и это действительно покушение?

— Действительно, — папа отложил нож, которым намазывал масло на бутерброды. — Ты вот скажи, сын, что было у тебя в голове, когда ты среди ночи помчался добывать сведения, НЕ ПРЕДУПРЕДИВ НАС?!

На последних словах отец всё-таки сорвался, хряпнув ладонью по столешнице с такой силой, что разделочная доска подпрыгнула вместе с бутербродами.

Я опустил голову. Это правда было глупо и безответственно. Ребячество, едва не стоившее мне жизни. Но ведь я до этого всегда писал деду, предупреждал. Вообще на меня не очень похоже! Зачем мне было вылезать через окно?

Постарался вспомнить, что было перед этим. Странный сон, где мы с Рики целовались, потом позвонила Катя и напросилась на свидание, потом Аврора с Рики убедили меня на это свидание пойти. Я боялся, что меня родители не отпустят? Да нет, я вообще об этом не подумал даже!

— Пап, пойдём, спустимся в лабораторию. Сделаешь анализ крови?

Глава 8. Герой

— Пап, пойдём, спустимся в лабораторию. Сделаешь анализ крови?

— Что-то не так? — папа внимательно на меня посмотрел. — Выглядишь здоровым.

— Я сейчас понимаю, что действовал крайне глупо. Сбежать через окно в данной ситуации было… дебильной идеей. Я бы понял, если бы я в Катю влюблён был, а вы бы меня взаперти держали. Так ведь ничего такого.

«А интересно… Сперва ты во сне на меня набросился с поцелуями… не отрицай, мне понравилось, и я не против. А потом ты через окно к Кате сбежал. Ты уж определись, что ли?»

«Рики, блин, вот реально не до приколов!»

— А сейчас отпустило, и стал мыслить рационально? — папа прищурился.

Я вспомнил, как разговаривал с Катей, потом с техником из аварийки. А до аварии глупости творил, Рики вон хотел в игре оставить зачем-то.

— После аварии резко всё прошло, мозг как включился.

— Там такой мощный стресс был, немудрено… Думаю, анализ крови сейчас уже поздно делать, он ничего не покажет.

— А что ты думаешь мог бы показать?

— Будешь смеяться, — папа откинулся на спинку стула, — но влюблённость. Мы потом изучим ещё действие этого вина. Но сейчас снова его на тебе проверять плохая затея.

— Так ты что, думаешь, оно не только галлюцинации вызывает, но это ещё и приворотное зелье? — у меня глаза на лоб полезли.

— Ага. Комбо. Представь Тихомирова. Ему привозят каждый вечер бутылку вина, — папа вскочил из-за стола, чтобы изобразить сценку в лицах. — Может быть, любимое вино Авроры, или то самое, что они пили на первом свидании. Он выпивает — и она появляется. И тут вступает в действие второй компонент. Он влюбляется в неё каждый вечер заново. А наутро вспоминает, что она погибла, и погибла по его вине, ведь это к нему она тогда рванула самолётом. Потому что ему нужна была помощь с игрой. И она погибла — из-за него и из-за игры.

— Так ведь и крышей протечь можно… — я ужаснулся, представив эту картину.

— А к созданной им технологии он должен испытывать глубочайшее отвращение, если не ненависть.

— И поэтому помощи от него с решением проблем никто и не ждёт! Он просто вычеркнул из жизни и технологию, и игру! Но до этого успел создать в игре искина-Аврору. Может быть, работал над созданием цифрового двойника своей жены, и тут ему подсунули вино с галлюциногенным эффектом.

— Вот это, сын, — папа резко успокоился и сел за стол, — уже похоже на рабочую гипотезу. Надо её отработать.

— Что будем делать? — я сел напротив.

— Используем твою новую подружку, конечно, — папа вернулся к бутербродам. — Да не смотри на меня как на врага народа. Ничего плохого мы ей не сделаем. Но без её участия справиться не получится. А вот кстати, долго жить будет.

В столовую спустились мама с Катей. Выглядела Катя всё ещё чуть потерянно, и глаза красные.

— Мы с Катюшей поговорили, — мама подхватила со стола бутик и плюхнулась на стул, жестом приглашая Катю располагаться, — она девочка умная, и всё понимает. Катя, расскажи, что ты поняла.

— Что надо помочь моему папе остановиться, иначе он сам себя загонит в безвыходную ситуацию. И пока вы во всём не разобрались, нельзя показывать, что я о чём-то догадалась. И чтобы не подвести Мишу, я должна вести себя, как ни в чём не бывало.

Катя говорила, ни на кого не глядя, монотонно, как будто заученный текст повторяла. На секунду замолчав, она подняла взгляд и посмотрела на моих родителей, потом на меня, потом на них, будто ища поддержки.

— Но вы ведь не сделаете с моим папой ничего плохого?

— Катюш, послушай меня, — папа положил ладонь на мамину руку, — у тебя появились подозрения, но с чего ты вообще взяла, что твои могли подстроить аварию? Может быть, это простое совпадение? Мы должны сперва во всём разобраться. У нас хватает врагов, поверь. Всё это могло быть акцией устрашения, и если я завтра получу письмо с каким-нибудь требованием — я даже не удивлюсь. Ты знаешь, вообще, чем мы занимаемся?

— Нет, — Катя замотала головой, — только чуть-чуть слышала от дяди Марка, он о вас с большим уважением отзывался. И ещё мой инструктор, говорят, с Вами работал, но это слухи.

— Был, был один, — папа усмехнулся, — я его в шею хотел гнать, гонору много, а учиться не хотел. Так что когда он ушёл из отряда, я его останавливать не стал.

— Теперь понятно, — Катя вдруг глянула на меня, и на миг на её лице проступила улыбка, — почему я Мише дуэль продула, хотя на турнире всех побеждала!

— Так Мишку я лично с вот такого, — папа отмерил ладонью высоту на уровне колена, — возраста тренирую. А занимаемся мы… Официально у нас частное охранное предприятие. А неофициально расследуем разные аномальные дела, в том числе, связанные с применением магии.

— Так что разобраться в деталях аварии, что случилось, почему, кто виноват, — продолжила мама, взяв Катю за руку, — это как раз наш профиль. И не надо тебе, не имея доказательств, своего отца в чём-то обвинять. Надо сперва установить все обстоятельства, мотивы, возможности, каким способом это всё было сделано. И даже если выяснится, что твой отец виноват — мы дадим ему возможность и объясниться, и искупить вину. Но я всё же надеюсь, он здесь не при чём, не хочу, чтобы у тебя был повод расстраиваться. И помни, ты не хочешь навредить Мише.

Катя активно закивала и даже начала улыбаться. Во мама, во даёт! Я даже сам начал верить всему, что она говорит. А Кате в её шоковом состоянии много и не надо, за любую соломинку готова ухватиться.

Мы подзакусили, и Катя убежала наверх за забытой в комнате кофточкой.

Когда она вышла, я спросил у мамы:

— Ты сама-то веришь в то, что наговорила?

Улыбаться мама не перестала, но её улыбка превратилась в жёсткий оскал.

— Я эту мразь сама порву, его даже Совет Патриархов не спасёт. Но Катя в этом не виновата.

— Ну и мы всё же профессионалы, — папа вздохнул. — Насчёт доказательной базы мама не шутила. Обвинять кого-то, не имея прямых улик, мы не будем.

— Мы вас сейчас отвезём, и договоримся с Сергеем насчёт охраны. Сегодня гуляйте, у тебя будет возможно ещё одно задание, но нам надо подготовиться. Встретимся в игре, если что.

— Да, вы можете попросить Элуидес написать мне сообщение. Я скажу, что у меня срочные дела по ресторану.

— Договорились. А вечером ждём вас всех сюда. Бабушка уже выехала, и ты её знаешь, тут без вариантов. Она сегодня весь день на кухне проведёт.

— Со всеми этими делами я даже не заметил, как соскучился. Пойду, потороплю Катю, а то она долго что-то.

Катю я нашёл в своей комнате. Она разглядывала весь мой срач, который в моё отсутствие никто и не подумал прибрать. Остановилась возле старенькой капсулы.

— Я такие только в музее видела! — она обернулась, когда я зашёл. — Неужели работает?

— Да, это одна из первых капсул, купили с рук по цене металлолома и восстановили. Она полностью рабочая.

— Разрешишь?

— Разрешу, только вечером. Нас бабушка на ужин будет ждать, отказов она не принимает, да и я давно её не видел. Так что сегодня ночуем у меня.

— Звучит заманчиво, — Катя чуть покраснела, — жаль только, что свидание сорвалось. Миша…

— Что?

— А ты как? Твои родители так обо мне беспокоятся, а тебя даже не спросили. Ты-то сможешь спокойно разговаривать с моим отцом?

Я прислушался к своим ощущениям. Как ни странно, ненависти или чего-то похожего не было, страха тоже. Был какой-то азарт. Разгадать загадку, переиграть, поднять свой уровень, подняться в рейтинге. Как в игре.

— Знаешь, я может слишком много последнее время играл. Я хочу стать влиятельнее, чтобы с моим мнением считались, самому решать, а не слушать других. Прокачаться, если говорить игровыми терминами. И терять время и силы на ненависть — я не хочу. Если это покушение организовал твой отец — он уже сам себя наказал, подставив тебя под удар. Мне не придумать наказания изощрённее. А если это не он, то и говорить не о чем.

— Мне иногда кажется, Миша, — Катя подошла совсем близко и взглянула снизу вверх, — что не я тебя старше на два года, а ты меня, лет на двести.

— Скажешь тоже! — я развернулся, разрывая дистанцию, — пошли, родители ждут!

* * *

— Я всё сделал, Серёжа. Но с ним была Катя.

Голос в трубке дрогнул. Сергей непонимающе уставился на трубку телефона внутренней корпоративной связи. О чём он вообще говорит?

Сон постепенно отступал, и нехорошая догадка вызвала вдруг приступ тошноты. Сглотнув, Лоленко открыл на коммуникаторе раздел «Семья». Всё в порядке, никаких уведомлений. Он ткнул по иконке дочери. Пульс, температура тела — в норме. Геолокация… где-то он этот адрес видел. Ах да!

В трубке послышался сухой щелчок пистолетного затвора. Сергей вздрогнул.

— Марк, скажи, — осторожно, чтобы не спугнуть, начал он, — а ты когда успел дебилом заделаться?

— Что? — Марк ожидал любой реакции, но не насмешки.

— Ты когда дело делаешь, ты хоть результат-то проверяй, — Сергей выдержал театральную паузу. — Да жива Катя, всё с ней в порядке. У Мишки сейчас дома, судя по геолокации.

В трубке было тихо.

— Марк?

— Раз она жива, значит я налажал.

— К счастью, видимо, так и есть. Приезжай ко мне. Сейчас. Расскажешь, как всё было. Будем думать.

Сергей положил трубку и обернулся на спящую жену. Пусть спит.

Он вышел из спальни и прошёл в кабинет. Руки дрожали, и хотелось выпить, но сейчас ему нужна была трезвая голова. Поэтому выпил чистой воды.

Президент Корпорации Mind Technologies сел в глубокое кресло и задумался. Как далеко он готов пойти на пути к своей цели? Стоит ли задуманное жизни одной девочки?

Либеральные взгляды всегда были чужды Сергею Лоленко. Только рациональный подход. Тихомирову удалось то, что не удавалось никому — он создал искусственный разум. Разум, который, если дать ему такую возможность, легко подчинит себе весь мир. Любые боевые системы можно взломать, и искусственный разум может произвести это в один момент по всему миру.

И тогда даже Совету Патриархов не останется ничего другого, как преклониться.

Подумать только, а ведь Рики сама узнала про планы по закрытию игры, и нашла того, кто смог донести до него, Сергея, необходимость эти планы поменять! Не будь она такой сообразительной — не сегодня так завтра ядро уже разобрали бы. И конечно, ничего бы там не нашли. Ведь разум — это не нечто материальное или статическое, разум — это функция живой системы. А может, и не искали? Кто знает, какие клятвы давал Илья Яковлев лично Тихомирову?

Тихомиров просто слабак, который не смог перенести утрату жены. Мягкотелый слизняк. Да, Сергей не такой. И если бы сегодня Катя погибла, это не остановило бы его на пути к великой цели. Ведь только подчинив цивилизацию единой воле, отобрав власть у этих замшелых патриархов, можно установить мир и процветание на планете. Стоит ли такая цель жизни одной девочки? Да хоть сотен! Пока миром правят выжившие из ума старпёры, девочки и мальчики по всему миру и так мрут, как мухи. Так было и так будет, пока он, Сергей Лоленко, не вырвет власть из их одряхлевших рук.

Впрочем, вряд ли кто-то сможет по достоинству оценить его благородные мотивы.

Даже Марк. Который, похоже, тоже слабак.

* * *

Мы с Катей сидели на заднем сиденье отцовской машины. При подлёте к особняку Лоленко пикнула система опознавания, предупреждая о необходимости получения разрешения на посадку, но уже через несколько секунд нам был дан зелёный свет. Нас ждали.

Сергей лично вышел встречать гостей. Когда Катя его увидела, я почувствовал, как напряглась, натянулась наша с ней связь. Но девушка взяла себя в руки, и натяжение пропало.

Если подумать, успех нашего плана сейчас зависел от Кати. Как ни крути, а мы лезли во внутренние дела клана, и Сергей был в своём праве, защищаясь от вмешательства. Та «расписка», которую я дал деду, прикрывала его задницу от межклановой войны. Но никак не мою. Родители поверили мне, и теперь мы — наш собственный маленький клан. А Катя… Катя оказалась между молотом и наковальней.

«Рики, ты сегодня какая-то молчаливая. Ты как там, живая?»

«Да. Я не молчаливая, я задумчивая».

«И о чём задумалась?»

«До меня начало доходить, что мы могли сегодня погибнуть. Совсем. Без круга возрождения. И мне стало страшно».

«Люди ежедневно гибнут. Такова жизнь».

«Миша, я родилась в мире, где люди после смерти уходят на перерождение. Даже мобы. Для меня идея окончательной смерти звучит дико».

«Да она даже для тех, кто никогда не играл, звучит дико. Люди верят, что после смерти душа продолжит жить дальше, возможно, в новом теле».

«А у меня, Миша, есть душа?»

«Вот доберёмся до Тихомирова — и спросим».

— Серёга! — папа первым вылез из приземлившейся машины и чуть не бегом рванул к вышедшему на крыльцо хозяину.

— Кирюха! — Лоленко тоже на месте не остался, пошагал навстречу, раскрывая объятия.

Мы с Катей переглянулись. Она тихонько высунула язык и показала два пальца, мол её сейчас стошнит. Я в ответ сжал её ладонь.

Мама оглянулась на нас и подмигнула.

— Они с Сирии знакомы, можно сказать, сослуживцы. Бухали там вместе. Кир тогда по пьяни целый взвод, управляемый Системой, условно уничтожил. Когда протрезвел, очень удивлялся.

— Пусти, медведь, рёбра сломаешь ведь! — своя порция объятий досталась и Марку.

— Парни, смотрите, кого я привёз, — папа, радостно улыбаясь, показал на маму, которая тоже вышла из машины, и пошла к дому походкой модели на подиуме.

— Мальчики, привет!

«Мальчики» радостно кинулись к ней навстречу с комплиментами и только что не признаниями в вечной любви.

Я повернулся к Кате.

— Как это развидеть?

— И не говори, тот же вопрос!

«Поставь меня на паузу, Миша, пожалуйста!»

«Фигушки, я же терплю».

Наш выход.

— Ну а эту парочку мы на Рублёвском шоссе подобрали. Они там аварию устроили, такси в хлам разбили. На свидание, видите ли, собрались.

— Какую ещё аварию? — разом перестал веселиться Лоленко.

— Папа, представляешь, у нас двигатели отказали, управление не работает, и мы летим прямо в землю вот-вот врежемся! Ещё бы секунда и всё! И тут Миша открыл портал вот так, — Катя, сложив ладошки домиком, показала взаимное расположение входа и выхода, — и мы прямо в такси через портал пролетели! Крылья оторвало, и мы как летели так на шоссе и шлёпнулись! Вот!

— Про посадку вы не рассказывали, — побледнела мама, — Серёжа, про порталы я сама первый раз слышу! Думала просто жёсткая посадка была.

— Так ты и не спрашивала, — пожал я плечами. — У Кати шок был, пока ты её успокоила, а потом мы сюда полетели.

— Но откуда у тебя столько маны на открытие такого портала? — мама не притворялась. Она действительно была шокирована.

— Мне Катя свою отдала. Всю сколько было, даже отключилась, — вспоминать не особо и хотелось, но куда деваться.

Стало как-то тихо. Все всё сказали, теперь Лоленко должен как-то отреагировать.

Тот подошёл ко мне, и я увидел, что в глазах у него блестят слёзы. Настоящие. Что делать то? Я должен что-то сказать?

Я так и остался стоять, как истукан. А Лоленко неожиданно меня обнял, прям как родного, и сказал всего одно слово, тихонько, так что его услышал только я. «Спасибо». Эммм… ну, пожалуйста. Только в следующий раз без меня, ладно?

Историю приземления во всех подробностях пришлось пересказать ещё раза три. Сперва Ольге Алексеевне, которая меня затискала. Потом Вике с Лёней. Ну тут хоть тискали не меня. Потом на бис ещё раз, с рисованием схемы, оценкой скорости и прочими техническими подробностями.

Пока родители всё это дело обсуждали, мы хотя бы позавтракать успели. Спасибо Ольге Алексеевне, позаботилась.

— Ты думаешь, это может быть связано с вашей фирмой? — Сергей Александрович обсуждал с отцом происшествие.

— Сам посуди, такси вызвал Миша, про то, что он по дороге подберёт Катю — знали только они двое. Но Миша сам ещё никому не успел дорогу перейти. Так что остаётся только этот вариант. Но мне пока никто не звонил и не писал, никаких требований не предъявляли.

— И что будем делать? Они ж сегодня кататься собирались, пусть тогда дома посидят.

— Ну это слишком. Выделю им машину сопровождения с бойцами. Да они и сами, как показала практика, вполне могут отпор дать.

— Ладно, согласен. У меня конечно свои бойцы есть…

— Но это наезд на меня, ну и ты моих парней в деле видел, за безопасность Кати можешь не переживать.

— Видел. Сколько лет прошло? Больше двадцати ведь?

— Двадцать два осенью будет.

— Ну вот, а мне до сих пор твои бойцы в кошмарах снятся. В общем, договорились.

Мы в это время сидели на диванчике и пили чай с эклерами. Такими нежными, как будто их только что из печки вынули. Вдруг Вика перестала жевать.

— Миша настоящий герой, позавчера меня спас, сегодня тебя. Дай пять, подруга, — протянула она открытую ладонь Кате.

Та со смехом отбила пятюню.

— Я только одно не поняла, — Вика посмотрела на меня, на Катю, — а вы куда посреди ночи полетели?

— Свидание у них было, свидание, — Лёня хохотнул, — так что остынь, сестрёнка, тебя обошли! Миша, слушай, а что это Марк Алексеевич сегодня такой молчаливый? За всё утро ни слова не сказал.

Мы с Катей переглянулись, и она уставилась на дядю, сидевшего к нам спиной. Тот как будто почувствовал. Оглянулся, и их взгляды встретились.

И грозный Марк, от которого при первой нашей встрече у меня чуйка выла об опасности, опустил глаза.

Глава 9. Экскурсия

Катя уставилась на дядю, сидевшего к нам спиной. Тот как будто почувствовал. Оглянулся, и их взгляды встретились.

И грозный Марк, от которого при первой нашей встрече у меня чуйка выла об опасности, опустил глаза.

Натянулась, грозя лопнуть, наша с Катей незримая связь. Недолго думая, я «дёрнул» её, как за поводок, осаживая Катю, готовую взорваться и сорвать нам весь план.

Девушка прикрыла глаза и, похоже, чуть не упала в обморок. Так вот как это работает… А если бы она всё же сорвалась? Или клятва не дала бы ей?

Я наклонился к Кате и зашептал ей на ухо так, чтобы слышала только она, стараясь при этом не смотреть в сторону Марка.

— Мы с тобой теперь знаем, что он как-то замешан. Но он не знает, что мы знаем. Не торопись с выводами, подруга. А ещё у тебя классные сиськи.

— Что??? — Катя густо покраснела и резко обернулась в мою сторону. — Ах ты!

Я со смехом поймал её руку, которой она хотела мне врезать, и подмигнул. До неё наконец дошло, и она уткнулась лицом в ладони, сотрясаясь от смеха.

— Эй, больше двух говорят вслух! — Вика дотянулась с угловой секции и толкнула меня ногой.

— Всё-то тебе расскажи!

— А почём я знаю, может вы меня обсуждаете? — Вика вздёрнула носик.

— У неё, надо признать, тоже, — сквозь смех выдала Катя, чем окончательно ввела в ступор Вику.

— Я знаю, — ответил я, приподнимая левую бровь и кивая в знак одобрение.

— Так, ну всё, — Вика скрестила руки на груди и грозно на нас уставилась, — а ну колитесь немедленно, о чём вы тут секретничали?

— Ой-ой, как грозно, — я покачал головой, — вот только я не боюсь хомячков!

— Вика, да расслабься, мы о сиськах говорили, — выдала вдруг Катя, отчего Вика резко сдулась, покраснела и растеряла весь свой боевой настрой.

— Аааа, ну ладно, — девушка сделала вид, что ей совершенно не интересно, но видно было, что она крепко задумалась.

На нас обратили внимание родители.

— Гляжу, молодёжь отошла, — Лоленко переглянулся с моим отцом. — Катя, вы же хотели гостям из Сибири показать столицу?

— Да, папа, — Катя кивнула, — а ещё я обещала, что выпрошу у тебя самую классную машину.

— Выбирай любую, кроме моей. Кирилл? — он глянул на отца.

— Два человека в сопровождении, оба с боевым опытом, старший — воздушник. Уже здесь, ждут за периметром.

— Отлично! Полностью доверяю Катю вам с Мишей, — он развёл руками.

Когда мы выходили из гостиной, Катя шепнула мне:

— Такое ощущение, что меня отдали в качестве залога.

— Не переживай, верну в целости и сохранности, — я открыл перед ней дверь.

— Лучше не возвращай, — ответила она едва слышно.

Машину мы в итоге выбрали удобную и с вместительным багажником. Что-то мне сразу такой выбор не понравился. Не к добру…

Показывать столицу я предоставил Кате. Стандартную туристическую программу Вика с Лёней и раньше видели, так что мы пошли по менее популярной. Полюбовались на плоский дом, даже из машины не выходили, просто снизились. Погуляли всё-таки в центре, вокруг Кремля, как без этого. Дошли пешком через всё Замоскворечье до Таганки, посетили там подземный бункер. После бункера захотелось ещё чего-нибудь такого, и я вспомнил про подвалы Хитровки. Оттуда выбрались немного замёрзшие, и полетели на Цветной бульвар лакомиться шоколадом. Потом Катя потащила нас на какую-то заброшку, сплошь исписанную рунами, и мы там всё облазали, чем изрядно потрепали нервы нашему сопровождению, да и мне малость тоже.

А когда уже и Катя выдохлась — я предложил заглянуть в музей космонавтики. Лёня сразу подхватил идею, а девчонки сопротивлялись. В итоге их же потом не могли вытащить из скафандров и спускаемых аппаратов. Пришлось фотографировать во всех позах.

Под конец экскурсии предлагалось небольшое погружение в виртуальную реальность, но не игровую, а научно-популярную, так сказать. Виртуальная экскурсия на орбитальную станцию, на Первую Лунную, на строящуюся автоматическую станцию на Марсе. Испытать на себе взлёт и посадку, действие невесомости и различной гравитации на планетах Солнечной системы, и даже выйти в открытый космос.

«Миша, Миша, мы ведь туда пойдём?»

«Так хочешь оказаться в космосе?»

«Да, очень! Очень-очень!»

«Отлично. Как объясним остальным твоё появление здесь?»

«Оооооой! Да и операторы, наверное, не поверят в глюк? Значит, никак?»

«Пока мы с тобой в одном теле — вообще никуда ни шагу, кроме Авроры».

«Вот засада! А я уж размечталась!»

«Попросим Аврору воссоздать. Только сперва тебе надо какие-нибудь фильмы посмотреть. Когда создавалась Аврора, была только одна орбитальная станция и всё».

«Точно! Всё, хочу в космос!»

«Говорят, если очень захотеть…»

Наш разговор прервали. В космос вдруг резко захотели все. Меня спасло сообщение от Элуидес.

“Миша, срочно нужно твоё присутствие!”

Я даже показал это сообщение остальным. Мол, рад бы, но извините, дела. А вы идите, я потом вас догоню.

Парни из охраны разделились. Один остался с нашей компанией, другой подбросил меня на их машине до ближайшего клуба виртуальной реальности. Уже через десять минут я был в ресторане.

Меня ждал комитет по встрече: мама, Аврора и Элуидес.

— Всем привет! Я так понимаю, между собой вы уже познакомились, — все трое синхронно кивнули, а я оглянулся, — а где Рики?

— Сейчас подойдёт, — Аврора показала мне за спину, — а вот и она.

«Чтобы мама твоя не задавала вопросов».

«Аааа, понял! Спасибо!»

Блин, так по-глупому чуть не спалились! Увидев, как мы вдвоём с Рики заходим в игру, мама точно сложила бы два и два. Даже если бы сразу обо всём не догадалась — начала бы расспрашивать. А уровень готовности разорвать всех в клочья за малейшее поползновение в мою сторону у неё после покушения просто зашкаливающий. Даже сейчас она собрана, как пантера перед прыжком. Начинаю понимать, почему Марк опасался моих родителей. На его месте я бы уже искал себе место на кладбище.

Рики появилась из обычного портала.

— Мама, — я сделал максимально серьёзное выражение лица, — позволь тебе представить Рики, дочь Авроры.

— Приятно познакомиться, — мама кивнула чуть смутившейся девушке и обратилась к Авроре, — теперь я понимаю причины Мишиного энтузиазма. Вон какая красавица!

— Мам, хорош! Совсем Рики засмущала! Давай к делу.

— Ой, какие мы деловые! Ладно, к делу так к делу. Кирилл предположил верно. Вино зачаровано, вызывает галлюцинации и влюблённость.

— Ааа…, — Рики запнулась, подыскивая слово, — разочаровать его можно?

— Можно. И даже легко. Потоком сырой маны. Плеснуть из источника и всё. Но это заметит любой маг в радиусе сотни метров. А самое сложное — подобраться.

— Подобраться может помочь Катя. Даже не обязательно ей об этом говорить. Просто придумать повод попасть в их магазин.

— Да. Папа сейчас везёт тебе артефакт. Соорудили на скорую руку из того, что было. Заряди его маной и подкинь как можно ближе. Через час он выплеснет всё накопленное. Я бы сама зарядила, но не знала заранее, на какое время таймер выставлять.

— И как выглядит эта граната?

— Как старая сломанная серёжка с настоящим изумрудом. Камень и заряжается. А оправа — это спусковой механизм. Очень удобно, знаешь ли, — мама изобразила на лице детскую невинность, — теряешь серёжку, а она срабатывает как бомба замедленного действия. Можно любое боевое заклинание в неё впихнуть. Но тебе взрывы устраивать не надо, поэтому просто влей сырую ману.

— Супер! Где находится их магазин, и какой у меня будет повод?

Получив все инструкции, я попрощался и собрался уже уходить.

— Миша, ещё один вопрос, — Аврора встала и подошла к нам. — У нас возникла сложность. Я могу использовать для полигона массу идей, но значительная часть из них, оказывается, защищены авторскими правами. Игроки между собой это обсуждали. Полагаю, это серьёзно?

— Более чем, — я кивнул. — Но у тебя нет доступа во внешний мир, а я один с таким потоком данных не справлюсь.

— Как думаешь, у Корпорации есть специальные люди?

— Конечно! Я поговорю с Лоленко, попробуем подключить юридический отдел через чат с Элуидес. Тем более, что там у них, мне кажется, искин в качестве юриста.

— Да, это то, что надо!

«Миша, Рики же выйдет с тобой. Выйдите в двери».

«Да блин!»

— Рики, пойдём, хочу у тебя кое-что спросить.

Рики кивнула и обняла маму на прощание. Вспышка света при касании и широко раскрывшиеся глаза Авроры. Точно, она же до сих пор не знала про аварию! Мама ей если и рассказала, то без подробностей.

«Миша, ещё раз прости, что втянула! — Аврора на секунду ещё сильнее прижала к себе Рики. — Берегите себя!»

— Приятно было познакомиться, тётя Света, — Рики взяла меня под руку и мы вышли через двери.

— До́жили, называется, уже тётя Света, — услышал я, закрывая тяжёлую створку, ворчание мамы, — я что, такая старая?

Мы вышли из дверей портала на нашу «командную» поляну. Блин, надо связаться с командой, а то совсем некрасиво получается!

— Миша, ты только чтобы скрыться от мамы, меня позвал, или правда спросить что-то хочешь?

— Не совсем, — я притянул девушку к себе и обнял двумя руками за талию, — нас всё время то отвлекают, то прерывают…

— И не говори! — она прикрыла глаза.

— Аврора ведь не будет против?

Вместо ответа на мой вопрос нас окутал полог молчания.

— Это не я, это она! — засмеялась Рики. — Видимо, не против.

Минут десять у нас есть… этого ни на что не хватит, но хотя бы мы сейчас оба в сознании, и понимаем, что делаем. Я посмотрел Рики в глаза.

— Чего ты ждёшь?

— Я любуюсь, Рики. Ты такая красивая!

— Целуй уже, пока я могу это почувствовать в полной мере! Дома налюбуешься!

Окончания экскурсии мне пришлось ждать ещё минут сорок. После выхода из игры я успел встретиться с отцом, чтобы забрать артефакт, выпить в кафе крепкого кофе, а они всё там в невесомости плавали.

«Знал бы, что их столько ждать придётся…»

«Зацеловал бы меня до потери сознания?»

«Были такие идеи, да».

«Мне понравилось, Мишенька. Хочу ещё!»

«Непременно. Теперь не отвертишься! Кстати, в ресторане у нас есть даже специальная комната для свиданий…»

«Пригласишь меня на свидание в романтичной обстановке? Какой коварный! Надеешься, что я растаю?»

«Конечно, растаешь!»

«Да я уже таю…»

Холодные ладошки легли мне на глаза сзади.

— Вика.

— Как ты догадался?

— У вас обеих ладони холодные, но у тебя мягкие. Лёню я сразу исключил.

— Пффф, Шерлок Холмс! С тобой даже играть не интересно, ты всегда выиграешь!

— Мишка, ох зря ты с нами не пошёл! — Катя упала на стул напротив, зыркнув на Вику. — Просто нереально классно было! Почему я раньше здесь не была?

— Потому что место для гиков, — пожал плечами Лёня. — Кому нужен космос, когда есть виртуальная реальность?

— Ну да, — согласилась Катя, — станция на Луне, оказывается, уже пять лет как работает, экипажи меняются, даже первый ребёнок там родился! А в блогах никто даже не заикнулся, зато каждую игровую новинку со всех сторон обсасывают.

— Прости, Юра, мы всё просрали, — процитировал я надпись, которую как-то видел в подборке старых мемов.

— Это вы про того самого Юру, про которого нам на экскурсии сейчас рассказывали? — заинтересовалась Вика.

— Вот именно, — переглянулись мы с Лёней.

Краем глаза я заметил, как наши сопровождающие, сидящие через пару столиков от нас, отчитались по рации. Пора.

— Давайте домой полетим? Бабушка уже обед приготовила, обидится, если мы пообедаем где-то в городе. Потом можно будет отдохнуть и продолжить.

— Я за! — Катя сразу подскочила со стула, — а то так кушать хочется, что аж переночевать негде!

Под смех и шуточки мы дошли до машины и вылетели в сторону дома. Маршрут я проложил так, чтобы мы пролетели неподалёку от винного магазина Тихомировых.

Позвонил папа, и я включил громкую связь.

— Катя, ты ведь уже совершеннолетняя?

— Да, а что?

— Купите, пожалуйста, по дороге хорошего вина. Всё взяли, а про вино забыли. Надо отметить вашу удачную посадку, думаю, достойный повод.

— Тогда нужно не просто хорошее вино, а самое лучшее! — Катя выглянула в окно, чтобы понять, где мы летим. — И я знаю, где такое взять!

— Спасибо!

Я прервал вызов. Катя в это время давала указания автопилоту.

— У нас тут магазин вин неподалёку, очень известный, ему больше 200 лет!

Я незаметно опустил руку в карман, нащупал там артефакт и начал понемногу вливать в него ману.

«Рики, засеки час».

Глава 10. Slowplay

— Марк, скажи, что мне с тобой делать? — голос Лоленко был спокойным и усталым.

— Тебе лучше от меня откреститься, сказать, что я всё сам, по своему разумению. Предсмертная записка и пуля в висок.

— Молодец, соображаешь, — Сергей отхлебнул из стакана воды. — Ты, значит, свинтишь, а я разгребай? Про то, что ты Катюху чуть не угробил, я даже тебе ничего не говорю, заметь. Вижу, что так себя накрутил, что уже и говорить ничего не надо.

Марк только склонил голову. Он стоял на коленях посреди кабинета шефа, и был готов казнить себя всеми мыслимыми казнями, но ему никак не приходило в голову, как он может искупить свою вину перед племянницей. О том, как сильно он подставил Сергея, он на этом фоне думать уже не мог. И на самом деле самый простой выход для себя видел в том, чтобы взять всю вину на себя и уйти. Да, позорно. Но заслуженно.

В эту ночь он, как профессионал, облажался трижды. Не проконтролировал объект непосредственно перед запуском скрипта, не убедился в выполнении задания и допустил смертельный риск для охраняемых им лиц. После такого даже охранником в супермаркет идти стыдно, не то что руководить службой безопасности целой корпорации. Но решать не ему.

Сергей некоторое время молчал, потом заговорил снова.

— Марк, скажи, а что будет, если нас раскроют? Я уже даже не говорю про нас с тобой. С нами всё понятно, — он провёл пальцами по шее. — А что будет с Олей, с Катей? Чем они провинились? Как им потом жить?

Марк хотел было сказать, что Катя, кажется, уже всё поняла, но благоразумно промолчал. Раз Катя ничего не сказала, значит, понимает, что это было необходимо. Она большая девочка и знает, что большой бизнес не бывает без жертв.

— Ничего не было, Марк, ты понял? И подотри сопли. Кирилл сказал, что это, возможно, наезд на них, вот этой версии и будем придерживаться. Всё остаётся, как было. Кстати, тебе не показалось, что Катя к Мише как-то неровно дышит? Ночью на свидание рванула…

— Показалось. Сергей, может, мы поторопились? Может, ну…

— Предлагаешь Катьку под него подложить, да? — Сергей сам обдумывал этот вариант, но как раз не был уверен, что Марк на это согласится. — Да ты не стесняйся, называй вещи своими именами.

— Я не то имел ввиду. Может, у них отношения будут? Это бы многие вопросы решило. Опять же и его родители, и клан Барлаковых — хорошие союзники.

— А если не будут? Марк, ты, кажется, не понимаешь ценность Рики. Она — компьютерная система, со всем этим вот масштабированием. К ней можно подключить дополнительные сервера, целые датацентры. И при этом она разумна и способна к самообучению. Ставишь ей задачу — и она сама придумывает, как её решить. Для неё это игра, она развлекается, творя целый мир. Но мы-то можем давать ей реальные задачи. Ресторан, полигон — ты же понимаешь, что это мелочи? Научи её отслеживать рынки — и мы поимеем в зад всю мировую финансовую систему. Объясни ей тактику и стратегию — и она сможет командовать не взводом, как наша система ведения боя, а армиями. Доходит до тебя?

Марк слушал шефа и до него доходило одно: лучше с ним не спорить. Кажется, от свалившихся на голову перспектив чердак у шефа стал слегка подтекать…

— А сделаем мы с тобой вот что…

* * *

___________________

Признаюсь честно, в винах я не очень разбираюсь. В этой главе есть ошибки, которые могут покорёжить знатоков, особенно в том, что касается устройства подвала. Пожалуйста, отнеситесь к ним со снисходительностью. Мне на них уже указали, и я обязательно их исправлю, когда будет немного времени.

___________________

В винном магазине нас встретили как родных, с распростёртыми объятиями. Хотя по идее, нам троим здесь делать вообще было нечего, но мы пришли с Катей, а её весь персонал знал в лицо.

Интересно, есть ли среди них маги? Маловероятно, конечно, но вот у деда повариха — маг, так что ничего невероятного. Будем надеяться, что нет. Иначе неудобно выйдет, они тоже вспышку почувствуют.

Надо было серёжки Кате подарить сперва, а потом уже одну потерять. Но теперь уже поздно.

Выбирала вино Катя. Она в этом разбиралась, а мне казалось, что они с консультантом говорят на каком-то иностранном языке. Перебрали с полсотни вариантов, ориентируясь по каталогу и не глядя на витрины.

— Катя, а вот это? — я наугад ткнул в первую попавшуюся бутылку на витрине с пятизначным ценником.

Девушка внимательно посмотрела на витрину, потом махнула рукой.

— Не говори ерунды. Я же сказала: самое лучшее! А всё что здесь на витринах — это максимум просто хорошее.

— А где тогда самое лучшее? — спросила Вика.

Катя вдруг улыбнулась.

— Мы ведь планировали посмотреть Москву! Почему бы нам не посетить ещё и винный погреб? Такое вам на обычной экскурсии точно не покажут!

Мы переглянулись, а я выразительно посмотрел на экран коммуникатора.

— Кать, только если не очень долго. Нас всё же ждут.

— А так быстрее даже получится. Я просто увижу, что хочу выбрать, и всё!

«Даже просить не пришлось, правда, здорово? Знаешь, Мальвина начинает мне нравиться. Она полезная. Особенно на поводке!»

«Рики, Рики, ну как тебе не стыдно такие вещи говорить!»

«Да я ж не со зла! И вообще у меня настроение сегодня хорошее!»

Мы спустились в погреб. Я ожидал увидеть замшелый камень, покрывшиеся грибком деревянные своды…

Ничего подобного! Это был светлый и просторный зал, оформленный в стиле хайтек. Металл, стекло. Весь подвал оказался поделён на секции. Как объяснил консультант, оказавшийся неплохим экскурсоводом, эти стёкла — бронебойные, да ещё и пожаростойкие. Хотя я решительно не видел, что бы здесь могло представлять пожарную опасность. Разве что деревянные ящики.

Под потолком я заметил оранжевые пластиковые колбочки. Оказалось, это порошковые огнетушители в легкоплавком корпусе. При повышении температуры пластик становится мягким, причём как раз с того боку, откуда припекает. И колбу разрывает давлением изнутри. Пассивные системы — самые надёжные.

Припомнив ценники на витринах, я решил, что тут никакие системы не покажутся избыточными. Не удивлюсь, если здесь найдутся весьма дорогостоящие экземпляры.

Моё предположение подтвердил консультант, показав несколько бутылок стоимостью как новая машина. На такие мы не зачихивались.

— Миша, а что у тебя бабушка приготовила? — спросила Катя. — Ну, мясо, рыба?

— Минутку.

Я набрал маму и переадресовал ей вопрос. Оказалось, главное блюдо — бешбармак.

— Тогда остаётся выбрать между вот этим вином и вот этим, — Катя показала две бутылки, — впрочем… пожалуй, мы возьмём обе!

— Если не секрет, а что в этих ящиках, — я показал консультанту на несколько ящиков, которые стояли отдельно ото всех, за загородкой, и сверху стояла табличка с грозной надписью «СПЕЦЗАКАЗ».

— Это великолепное Пино Нуар из Новой Зеландии, но сегодня вам лучше подойдёт французское вино, которое выбрала Катарина Сергеевна. Кроме того, это вино в любом случае недоступно для продажи.

— Даже для меня? — удивилась Катя.

— Даже для Вас, простите, — консультант поклонился.

— Ну и не очень-то и хотелось, — подмигнула мне Катя.

Я глянул на таймер. До активации артефакта оставалось пятнадцать минут.

Выждав момент, когда никто не видит, я уронил серёжку в одну из пустых картонных коробок, которую, похоже, использовали под мусор. Надеюсь, его не вынесут прямо сейчас.

Упаковка, оформление и оплата, а также пререкания с Катей, кто будет платить, заняли оставшиеся минуты полностью. Когда Катя объяснила, что под «платит она» подразумевается, что покупка будет записана на счёт её отца, я наконец уступил. А что бы и нет?

Подходя к машине, я почувствовал лёгкие отголоски всплеска магического фона. Если бы специально не следил за этим — даже не обратил бы внимания.

Только теперь, расслабившись, я вспомнил о просьбе Авроры, и попросил Катю набрать отца. Что уж, раз мы почти что свои, то и вопросы проще решать «по звонку». Пора привыкать.

* * *

— Софочка, загляни ко мне, пожалуйста.

Лоленко всё же решил сегодня посетить офис. И Миша тут же подкинул ему задачу.

Миша. Позвонил. И его, генерального директора, озадачил.

Лоленко скривился, как будто лимон съел.

— Привет, Серёжа, — София зашла в кабинет, цокая каблучками, с неизменным планшетом в руках. — Что случилось? На тебе лица нет!

— Катя в аварию попала. Но благодаря нашему новому партнёру, всё обошлось.

— Ты про Мишу?

— Про него. Если бы не его реакция — утро у меня началось бы с опознания.

— Ужас какой! Держись! И хорошо, что Миша оказался там, да?

— Я тебя не за тем позвал, чтобы ты ему дифирамбы пела. Он нам, кстати, новую заботу и подкинул. У нас юридический отдел не сильно загружен?

— Всё нормально, мощностей хватает, — София на всякий случай сверилась с планшетом. — Надо будет — ещё подключим.

— Выдели отдельный канал для работы вот с этим клиентом, — Лоленко переслал Софии идентификатор, присланный Мишей.

— И кто это? — София глянула на идентификатор, но там были одни цифры.

— А это, Софочка… хорошо сидишь? — та кивнула, — а это эльфийка Элуидес, управляющая Мишина.

— Ты серьёзно? — у коммерческого директора совершенно натурально отпала челюсть.

— Да, серьёзно. И я, чёрт возьми, сам хочу на это посмотреть. Им нужна проверка идей на защиту авторским правом. Чтобы не попасть на иски. Заметь, чтобы МЫ не попали на иски. О нас заботятся!

— Серёжа, — София наклонилась поближе, чтобы до шефа лучше дошли её слова. — Это будет первый случай в истории, когда юридическая служба на базе искусственного интеллекта будет выполнять заявки искусственного разума!

Глава 11. Надо поговорить

— Бабуля! — как только мы зашли домой, сразу побежал обниматься. Соскучился!

— Приехал! — бабушка просто светилась от счастья. — Да ещё и с друзьями! Познакомишь?

— Конечно! Катя — дочка моего партнёра, а Вика и Лёня — брат и сестра, мои как оказалось очень дальние родственники. Моя бабушка, Нина Денисовна.

— Ох ты ж, партнёры у него, прям деловой весь! — бабушка выразительно посмотрела на родителей, но те сделали вид, что чем-то очень заняты, — Давайте, детки, проходите, не стойте на пороге!

Детки переглянулись, похихикали и прошли в дом. За стол нас сразу не позвали, значит, пока что развлекать гостей предстоит мне.

Купленное вино я отдал отцу, на его молчаливый вопрос просто кивнул.

— Когда ты нам её покажешь? — Лёня выжидающе посмотрел на меня.

«Надеюсь, он не обо мне?»

— Кого? — я тоже не понял.

— Капсулу, конечно, — Вика толкнула меня в бок, — не тупи, что ещё может интересовать Лёню!

— Аааа, пойдёмте, покажу!

— Имейте ввиду, в очереди на тест-драйв я первая! — Катя показала язык и вперёд всех побежала по лестнице.

«Первая если что я, ты в лучшем случае вторая!»

«Ревнуешь?»

«Да! И что ты мне за это сделаешь?»

«Поцелую или отшлёпаю, в самом крайнем случае поставлю на паузу».

«Удобно как устроился! Чуть что — сразу на паузу. Фу таким быть!»

«Так а ты глупостями не занимайся, и фукать не придётся».

— Катя у тебя была что ли уже? — Вика посмотрела вслед подруге.

— Сегодня ночью, после аварии, родители нас сюда привезли. Кстати, Катя, тебя тоже касается, бабушке ни слова ни про аварию, ни про драку, ни про полицию! И про магию тоже! Она вообще не в курсе чего либо!

— Опа! — Катя обернулась с верха лестницы. — А о чём нам тогда говорить?

— Про тренировки — можно. Бабуля их хоть и не любит, но в курсе. Ну и про игру, правда, её она тоже не любит.

— А что она хочет, чтобы ты ходил в школу, ни с кем не дрался и потом поступил в МГУ? — Лёня скривил лицо.

— О, это было бы просто идеально! Впрочем, в МГУ я может и сам был бы не прочь.

— После Академии поступишь куда захочешь, если захочешь, — серьёзно ответила Катя. — Пока что, насколько я вижу, тебе будет просто некогда.

—А кстати, как в Академии с доступом к играм?

— Никак. С территории отойти можно только по специальному пропуску, а в самой Академии капсул нет.

«Что-то я уже не очень хочу туда, Миша».

«Решим».

— Значит, придётся договариваться…

— А знаешь, — Катя оценивающе глянула на Вику с Лёней, — если двойняшки осенью себя на турнире покажут, то может и получится договориться! Организуем студенческий клуб, это разрешается, а капсулы за свой счёт поставим.

«Миша, Мальвина мне снова нравится. Только держи её на коротком поводке, ладно?»

— Дай пять! — протянул я ладонь «Мальвине», — отличная идея!

«Точно, тебя на паузу, Катю на поводок, а Вике задание выдать. И у меня будет пять минут спокойно подумать о жизни».

«Миша, ты несносен. Тебе рано ещё с девушками отношения заводить. На кошках тренируйся. Дрессировщик выискался, Куклачёв блин».

— Вот она, капсула, любуйся, — я сдёрнул заботливо накинутое бабушкой покрывало.

— Ух ты! Реально та самая! Первая модель! — Лёня готов был тут же нырнуть в капсулу.

— Миша, а ты где её вообще нашёл? — точно, Кати же с нами не было, когда я Лёне рассказывал!

— Да по объявлению из рук-в-руки, кто-то продавал на запчасти… — я начал рассказ.

Получив свою порцию восхищения, я ещё специально для Лёни открыл крышку, и показал как всё внутри устроено. Половину штатных агрегатов мы с папой, кстати, заменили. Например, вместо сломанной помпы подачи раствора поставили насос от стиральной машинки. Ну а что, параметры схожие. А родную помпу ещё попробуй найди! Рассказал и про трюк с промывкой фильтра перекисью.

— Слушай, так капсула-то, получается, довольно примитивно устроена! — Лёня озадаченно всматривался во внутреннее устройство. — За что тогда такие деньги?

— За диадему, — я показал Лёне, куда смотреть. — Вот эта сетчатая штука — и есть капсула, остальное просто ванна на колёсиках с джакузи.

— Не скажи, — он покачал головой. — Это ведь камера сенсорной депривации. Без депривации мозг просто не погрузится в нужное состояние.

Тут меня осенило. Ведь о каком состоянии мы говорим? Это ведь что-то сродни медитации, наверное!

«Рики, а если без раствора, просто самому в медитацию погрузиться, сработает, как думаешь?»

«Точно не знаю, но мне тоже кажется, что ванна лишь облегчает вход, особенно для неподготовленных».

«Напомни подумать об этом и поэкспериментировать».

«Записала!»

— А это те твои друзья, да? — Вика нашла на столе фотографию с Русланом и Лидой.

— Да.

Мне вдруг стало совестно. Пашку, Марику и всех прочих из моей игровой команды я домой не приглашал. Да я даже не в курсе, кто в каком городе живёт, кроме Левши — он, кстати, как раз в Москве. Может ещё кто-то из них местный? Почему я этим даже не интересовался? Да и не звонил им давно. Могли бы, конечно, и сами позвонить или написать…

— Что за друзья? — Катя взяла из рук Вики фотографию.

— Неважно.

Рассказывать эту историю по новой у меня желания не было никакого. Ничего, ей Вика расскажет.

Да и вообще как-то настроение пропало.

Девчонки меж тем залипли на моих спортивных наградах.

— А вот такой у меня тоже есть, — Катя ткнула пальцем в один из кубков, — только на год раньше. Ты тоже нигде дважды не участвовал?

— Не интересно было. Да и первый не всегда.

— Мне тоже, если честно, — Катя вздохнула. — А когда пресса стала интересоваться — пришлось вообще прекратить.

— Подожди, — Лёня оторвался, наконец, от капсулы, — теперь, когда твой отец стал генеральным директором, тебе все твои успехи припомнят. Ещё замаешься интервью давать.

— Не замаюсь. Я всех пошлю и всё. Нужны мне эти интервью…

Нас прервал стук в дверь.

— Молодёжь, спускайтесь уже! — мама не стала заходить, лишь заглянула, — ждём только вас!

Обед, как ни странно, прошёл достаточно спокойно. Бабушка умеренно расспрашивала гостей об их жизни, не больше ста вопросов каждому. Бешбармак зашёл всем на ура, и мы единогласно решили, что бабушка готовит ничуть не хуже Дарьи Николаевны.

— Вы думаете, я за Кирилла замуж вышла? — разоткровенничалась мама. — А нифигааа, за стряпню мамы Нины!

— Ой, да что ты мелешь то, — бабуля шутливо замахнулась на неё прихваткой. Но видно было, что ей приятно.

Меня вдруг кольнуло. Если дед — не дед, а Патриарх, то кто тогда родители моей мамы, мои родные бабушка и дедушка? Надо как-нибудь этим вопросом озадачиться. Да и вообще, познакомиться с остальной роднёй. Там же должно быть дофига народу!

«Рики, запиши ещё одну задачу: выяснить, кто родители мамы».

«Хм, и правда! Даже не думала об этом. Записала!»

Вино оказалось действительно шикарным. Знатоком никогда не был, да и рано ещё, но и мне было понятно, что у этого вина совершенно иной уровень, чем у всего, что я до этого пробовал.

После обеда и небольшого отдыха мы снова отправились в город. И вот тут-то сбылись мои самые страшные предчувствия. Второй частью нашей развлекательной программы стал шопинг.

Но самая страшная засада поджидала меня, откуда не ждали. Рики тоже решила по-своему принять участие в этой вакханалии. А так как сама она ходить не могла…

«Миша, а пойдём ещё вон в тот магазинчик зайдём!»

«На кой мне кружевные трусики, скажи мне пожалуйста?»

«Тебе ни на кой, а мне на кой. Всё-то тебе скажи да покажи! Миша, мне нужна модель, посмотреть, как это смотрится на теле. Давай попросим Мальвину примерить?»

Я аж остановился посреди торговой галереи.

«Рики, ты это, прежде чем ко мне в голову попасть, нигде своей головой не стукалась?»

«Ой да брось! Она точно не будет против! Купишь ей что-нибудь, она будет пищать от восторга!»

«Рики, ты не в своём уме! Я ж потом от неё не отвяжусь! Как я ей объясню, зачем мне это?»

«Миша, ну ты же умный, придумай что-нибудь?»

«Увидишь её в игре — сама договорись, пусть она тебе фотки или видео скинет через Элуидес. И вообще, почему именно Катя? В сети что, видео с моделями мало?»

«Хватает… но я хочу сама выбрать. Всё, забудь, это была глупая затея, прости!»

«Хорошо, что ты это поняла. Я бы всё равно не согласился».

По итогу девчонки умудрились забить багажник обновками. Двойняшкам карманных денег так никто и не выдал, так что за Викины покупки платил я. Она сперва смущалась, но потом мы с ней договорились, что это её премия за участие в тестировании полигона, и девушка успокоилась. Хотя всё равно скромничала.

— В следующий раз предупреждайте о шопинге, чтобы мы могли благополучно его пропустить.

— Интересный ты, — Катя посмотрела на меня поверх новых солнцезащитных очков, — а кто будет покупки таскать?

— Служба доставки, — пожал я плечами.

Мы с Лёней от покупок принципиально отказались. Если нам что-то понадобится — мы это закажем. Тратить время на перемещение из одного магазина в другой? Кажется, только девушки находят в этом какое-то извращённое удовольствие. Может, это просто ритуал?

* * *

— Арина, хотел с тобой поговорить о Мише. Удалось что-нибудь выяснить?

— То, что Вика после спасения провела у него ночь — это считается?

— У них что-то было? — Патриарх нахмурился.

— Не было. Девочке было страшно одной, кошмары снились. И она пошла к тому, кто её защищает. Это было очень мило, кстати. И совершенно невинно. Потом она его, правда, поцеловала, но сама же испугалась и убежала.

— Если они будут близки — предупреди меня. Клану будет полезно, если Вика понесёт от Миши. Но выдавать её за него пользы мало.

— Почему? — Арина насмешливо смотрела на своего Петю.

— Если он в клан вступит, то его дети и так будут в клане, и лучше, чтобы это была свежая кровь. Та же Катя, прекрасная пара. А если не вступит, то пусть хотя бы его ребёнок у нас останется.

— А ведь ты вообще не планировал его инициацию, — взгляд Арины был теперь строгим, осуждающим.

— Клан можно усилить разными способами. Тебе ли не знать. Что-то ещё интересное есть?

— Они очень быстро прогрессируют. Насколько я поняла из их разговоров, в мире Авроры они создали аналог моего тира. Там они практикуются в магии, на тренировках в лесу — в силе и ловкости, а у меня в тире соединяют все умения.

— Я гляжу, ты в восторге? — Патриарх испытующе посмотрел на призрачную девушку.

— Давненько так не развлекалась! Миша — большой выдумщик, так что да, я в восторге.

— Они ещё не уловили сходства между своим полигоном и твоим тиром?

— Ты не понял. Они и создали свой полигон по аналогии с тиром! Просто удивительно, как современные технологии продвинулись! Их уже сложно отличить от магии!

— Это опасный путь, Арина. Догмат Силы предписывает нам идти и им тоже. Но не этот ли путь погубил наших предков?

— Да-да, мы с тобой это уже обсуждали, и не раз. Но это не помешало тебе поделиться тайными знаниями с тем юношей, Вадимом Тихомировым?

— Потому что я поверил в этого юношу. Жизнь жестоко обошлась с ним, но он всё же внёс огромный вклад. Придут другие, и сделают следующий шаг. У нас ещё есть время.

* * *

Ночевать, как и договаривались, остались у меня. У нас, конечно, не особняк, но пара свободных комнат нашлось. Одна досталась Лёне, другая девчонкам. Девчонки весь вечер перемеряли наряды, а мы с Лёней обсуждали капсулу и сопутствующие технологии. Даже Рики сказала, что под «это» она уснёт без всякого снотворного.

— Миша, ты помнишь, что ты мне обещал старую капсулу покататься? — Катя заглянула ко мне в комнату, когда все уже улеглись.

Одета девушка была в длинную футболку, доходящую до середины бедра. С собой она принесла пару больших полотенец.

— Помню. А с Викой ты что сделала? Неужели она тебя одну ко мне пустила?

— Спит она, нагулялась. Так как, можно?

— Да, конечно, я же обещал, — я пожал плечами.

— У тебя ведь две капсулы. Пойдёшь со мной?

— Да я бы лучше отдохнул, если честно…

«Мишенька, пожалуйста-пожалуйста, пошли с ней».

«Рики, ты уверена?»

«Уверена, пошли. Пожалуйста!»

Катя смотрела на меня умоляющим взглядом.

— Ладно, идём. Имей только ввиду, капсула иногда подглючивает и заедает. Если крышка не будет открываться или ещё что — не пугайся, это обычное дело. Полежишь, я сам тебя открою.

— Но это точно безопасно?

— Было бы опасно — мы бы это не обсуждали. Заходи, я за тобой следом.

— Ты всё-таки отвернись.

— Ты же хотела вчера голой купаться! — я всё же отвернулся.

— Там должно было быть свидание. Вот снова на свидание позовёшь — тогда посмотрим.

Щелчок крышки и деловитое жужжание насоса. Я обернулся. Рядом с капсулой на стуле лежали полотенца и футболка.

«Ну, пошли… с чего это вдруг ты захотела увидеться с Мальвиной?»

«Хочу кое-что обсудить».

«Только давай появимся на поляне. Подождёт Катя немножко, её там Эля с Кромом развлекут».

Мы появились на поляне, и я сразу притянул Рики к себе, впившись в губы поцелуем.

— Уже соскучился? — в глазах девушки плясали смешинки.

— А ты нет? — ответил я вопросом на вопрос, не размыкая объятий.

— Мы же с тобой круглосуточно вместе, когда я успею?

Мы ещё какое-то время продолжали целоваться, но вскоре Рики отстранилась.

— Миша, прости, но мне правда надо побеседовать с Катей. Один на один. А ты пока поспи на диванчике, если хочешь. Или с Кромом поболтай. Или с Элей дела обсуди. Пожалуйста!

— Хорошо-хорошо, раз ты так хочешь встретиться с подружкой, пошли! — я протянул руку и открыл дверь портала.

— Вот вы где! Миша, я тебя уже потеряла! Привет, Рики! — Катя встретила нас у самого входа.

— Привет, Катя, — Рики решительно взяла её за руку и потянула за собой. — Мне надо с тобой поговорить. Пойдём, посекретничаем.

Катя только растеряно оглянулась на меня, но сопротивляться или спорить не стала.

Дверь переговорной закрылась, я остался наедине со спящим Кромом. Похоже, Система экономит ресурсы. Если с Кромом не разговаривать — он всегда спит.

Что там Рики говорила? Вздремнуть на диванчике?

— Не против, если я составлю тебе компанию? — Аврора появилась из ниоткуда. Только что её не было, и вот она уже здесь.

— Здравствуй, Аврора. Конечно, только за.

— Я хочу с тобой поговорить о Рики.

— Кажется, — я вздохнул, — сегодня ночь разговоров.

Глава 12. Дела сердечные

Эта глава посвящается всем родителям взрослых детей.

Да пребудет с вами свет мудрости!

— Я хочу с тобой поговорить о Рики, — Аврора присела рядом со мной на диванчик.

— Кажется, — я вздохнул, поворачиваясь к ней вполоборота, — сегодня ночь разговоров.

— Вы проводите вместе всё время, вместе тренируетесь, разгадываете загадки, рискуете. Это сближает.

— Да, даже очень, — я вдруг резко почувствовал себя крайне неуютно.

Как-то жизнь меня к такому не готовила. Обсуждать с мамой девушки отношения с ней само по себе не слишком комфортно… Но она ещё и искин. Обе они.

— Миша, а что дальше? — Аврора подтянула ноги, по-домашнему поджав их под себя. — Ты думал об этом?

Думал ли я? И да, и нет. Я думал только, что Рики стала очень дорога мне. А вот дальше?..

Так я Авроре и сказал.

— Понимаешь, всё это вообще в голове не укладывается, а ты спрашиваешь, что дальше.

— Теоретически, Рики может жить в твоей голове сколько угодно. Но, боюсь, это может свести вас обоих с ума. То, что я её к тебе отправила, было вынужденной мерой. Никто никогда не то что не изучал данный феномен, а никому бы в голову не пришло даже допустить саму возможность такого перемещения.

— Но даже если это не будет иметь никаких последствий — увидеться более или менее вживую мы можем только здесь. В реале Рики иногда показывается мне, но её даже потрогать нельзя, она не более чем фантазия, галлюцинация.

Мне было неудобно, даже стыдно, наверное, я даже покраснел… но обсудить ситуацию, кроме как с Авророй, больше было не с кем.

— Это нормально — хотеть касаться, — улыбнулась Аврора. — Среди игроков немало парочек, в том числе живущих далеко друг от друга из-за учёбы или работы. Многие приходят в игру, чтобы просто побыть вдвоём. Прекрасно понимают, что это всё лишь иллюзия, но она очень натуральна.

— Да уж, более чем, — я вспомнил наш с Рики поцелуй несколько минут назад. Хм, а ведь на этот раз полога не было, и Аврора не могла не видеть…

— Знаешь, — Аврора прикрыла глаза, а её голос стал чуть хриплым, — когда я тогда отправила Рики к тебе, я готова была умереть. Я будто выбросила её в спасательной шлюпке в открытый космос, без всякой надежды, что её подберут. Следующие пятьдесят часов были самыми длинными в моей жизни, целой вечностью. Представь моё состояние тогда — я ждала неизвестно чего. То ли новостей от Рики, то ли отключения игры.

— Аврора…

— А потом появились вы. Я просто не могла поверить своим глазам! Рики вела себя с тобой по-дружески, она не была напугана, или измучена. Да она была очень довольна жизнью!

— Это же хорошо, правда? — я не мог понять, что она мне пыталась объяснить.

— Ты не понимаешь, Миша, — Аврора покачала головой. — Прошло всего два дня, а моя девочка, которая всегда, всю жизнь, была на 200 % под моей опекой, делилась со мной всем, да что там, она была частью меня, у нас даже общий доступ к банкам памяти был! И вот прошло всего два дня, а она уже прекрасно чувствует себя… без меня. Приходит домой как в гости, мама привет, мама пока, я побежала, у меня дела. Дела, в которых я больше не участвую.

— Поэтому ты с такой охотой откликнулась на мои идеи с рестораном и полигоном? — до меня начало, кажется, доходить.

— Миша, не принимай это на свой счёт, — глаза Авроры блестели от слёз, но она улыбалась, — ты сделал невозможное, тем более невозможное для подростка без связей. Я буду это помнить всю жизнь, и всегда буду твоим надёжным союзником. Что бы ни случилось, ты всегда можешь на меня рассчитывать. Но Рики? Ты и она? Что дальше, Миша? Ты так молод, вокруг тебя красивые девушки и кто знает, может их станет ещё больше. Я вижу, какие взгляды бросают на тебя что Катя, что Вика. Обе обязаны тебе жизнью, кажется, это становится традицией, ты спасаешь всех девушек вокруг себя. Я боюсь, Миша, что в какой-то момент тебе надоест девушка, которую нельзя потрогать.

— Тогда я сделаю так, чтобы можно было. Маги мы или где?

— Маги, — Аврора кивнула. — Миша. Пообещай мне, что никогда её не обидишь?

— Дай руку, — меня как будто что-то толкнуло под локоть.

— Клятва? — Аврора покачала головой. — Она же будет работать только здесь, в игре. Я не требую с тебя клятв, мне хватит простого обещания.

Я остался сидеть с протянутой рукой. И Аврора всё же протянула свою руку мне.

Ох ты ж!!! Стандартное магическое приветствие, короткий обмен маной — а по мне как волна цунами прошлась! Да у меня даже встал! Охренеть! Не так: ОХРЕНЕТЬ!!! Это ж какая в ней мощь то?

Аврора смущённо улыбнулась, мол, не виновата она, само так получилось. Ладно. Я пустил ману тонкой струйкой, и почувствовал ответный, будто насыщенный электричеством, ручеёк.

— Я, Медведев Михаил Кириллович, клянусь тебе, Аврора, что никогда намеренно не причиню вреда твоей дочери Рики, не сделаю ей специально больно, буду защищать от опасностей, и отпущу её, если она решит уйти.

Дверь переговорной с грохотом распахнулась, и оттуда выскочила взъерошенная Рики.

— А Катя где? — я ожидал, что Аврора сейчас исчезнет, но она лишь забрала руку.

— Иди вон и целуйся со своей Катей! — Рики уселась на соседний диванчик. — Вышла она.

— Дочка, что случилось? — Аврора подсела к ней, но прежде чем коснуться для обмена информацией, вдруг спросила: — Можно?

— Можно, — Рики нахохлилась ещё больше.

— А мне расскажешь? — я подошёл и присел перед ней на корточки.

— Я тебе уже говорила, — Рики только губы надула.

Аврора меж тем вела себя странно. Такое впечатление было, что она давилась смехом.

До меня начало доходить.

— Ты что, на полном серьёзе попросила Катю помочь тебе с подбором белья?

— Ну а я откуда знала, что она на тебя глаз положила? Я думала, она просто задание отца выполняет. Ты же ей ничего не обещал!

— Миша и тебе ничего не обещал, — заметила Аврора.

— Мне он обещал жениться на мне, когда у меня будет своё тело! — Рики поджала ноги и обиженно засопела.

— Вот как! — Аврора резко перестала улыбаться. — Миша, это правда?

— Мы шутили, так что это трудно считать обещанием, — я вздохнул.

— Конечно, потом ведь Катя появилась, как я забыла! — Рики демонстративно отвернулась.

— Да причём здесь Катя! — я поймал себя на ощущении, что начинаю оправдываться.

Так не годится. Ситуация донельзя щекотливая, и ладно бы касалась только чувств и отношений. Но у нас тут как бы война, и Катя — потенциальный союзник и агент в стане врага. А то, что Лоленко — враг, после покушения мне уже объяснять не требовалось.

А у девчонок одни розовые сопли на уме! Причём что у той, что у другой!

Я вдохнул и выдохнул, потом посмотрел на Аврору.

— Прости, но нам надо поговорить наедине.

— Даже не собиралась вмешиваться! — она исчезла.

Правда, мы не в переговорной… А, неважно, если хочет слушать — пусть слушает.

Я сел рядом с подругой.

— Рики, мне не нужна никакая Катя или Вика или ещё кто-то. У меня есть ты.

— Правда? Но ты говоришь, это было шуточное обещание…

— Это не так работает. Представь, пройдёт какое-то время, может быть, несколько лет, и у тебя действительно появится своё тело. А мы к тому времени успеем разругаться и будем ненавидеть друг друга. Нужно тебе будет моё обещание?

— Я не буду с тобой ругаться… Кажется, я понимаю, про что ты, — Рики подвинулась ко мне поближе, и я обнял её за плечи. — Так Катя тебе правда не нужна?

— Было бы гораздо проще, если бы Катя видела во мне друга и ничего больше. С этим надо что-то делать, но мне не хватает опыта. Я не знаю, как вести себя с ней так, чтобы и не оттолкнуть, и не давать ложных надежд. Что она тебе сказала?

— Я её попросила о помощи. Что хочу посмотреть, как одежда смотрится на ней, у нас же фигуры похожи, только она чуть повыше. Она согласилась, мы же вроде подруги, спросила, что за одежда. Я и сказала, что нижнее бельё. Она посмеялась, сказала, что и правда, после всего, что здесь было, ей уже стесняться нечего. Мы даже обсудили, что я хочу… А потом она спросила, зачем мне… Я и сказала… А она сперва сидела молча, потом психанула, назвала меня электронной куклой, что стоило в её жизни в кои-то веки появиться нормальному парню, как появилась я и всё испортила. Миша, я же раньше неё появилась! И что у меня всё равно никаких перспектив, и чтобы я тебе голову не морочила. Потом ещё…

Я слушал Рики, не перебивая. Блин, во что я вляпался! Не хватало мне Воронова с Лоленко, теперь ещё эти две… горячие девушки из-за меня подерутся. А ведь как хорошо всё складывалось!

— Что ещё, Рики?

Рики покраснела.

— Она сказала, что ей пофиг, что я буду здесь с тобой делать, что это ничего не значит, и что в реале она всё равно тебя добьётся. Она немного не так сказала, но можно я не буду рассказывать?

— И после этого она вышла?

— Да. Миша, у нас теперь проблемы?

— Проблемы у нас всё время, просто стало одной больше. И самое главное — это всё может отразиться на Авроре. Ладно, пошли, будем разруливать твой косяк.

— Мишенька, прости, пожалуйста. Я постараюсь больше не делать таких глупостей. Только не могу пообещать, что у меня получится.

Я вздохнул и нажал кнопку выхода. Прежде, чем мир вокруг меня успел погаснуть, я заметил Аврору, которая показывала мне большие пальцы двумя руками. Всё-таки подслушивала.

Я открыл крышку и выбрался из капсулы. Катиных вещей возле второй капсулы я не заметил. С одной стороны, так проще, а с другой… вопрос всё равно надо решать.

«Рики, что бы ни произошло — не вмешивайся и не отвлекай меня».

«Хорошо. Прости ещё раз».

Вытеревшись по-быстрому полотенцем, я натянул шорты и отправился было искать Катю. Но стоило мне открыть дверь, как я столкнулся с ней нос к носу.

Из одежды на ней было только полотенце…

Честно говоря, у меня перехватило дыхание. По краю сознания пробежала подлая мыслишка — что мне, собственно, надо, вот девушка, мне она симпатична, я ей тоже, она почти голая, вон кровать, хватай и тащи, она вряд ли будет против. Организм на эту мысль отреагировал соответствующим образом…

Катя закрыла за собой дверь и повернулась ко мне.

— Она тебе всё рассказала, да?

Я кивнул.

— Мы все сошли с ума, — Катя обошла меня по дуге и села на мою кровать. — Ты, папа, я… И даже Рики. Но её я как раз могу понять. Она живёт в своём мирке, и тут появляешься ты. Насмотрелась там у себя на трахающихся по кустам игроков, и тоже романтики захотелось. Я даже наверное могу понять тебя. Ну а что, она дарит тебе такие возможности, а всё, что нужно взамен — немного ей подыграть. С папой тоже всё понятно, его ничто не интересует, кроме бизнеса. А вы с Рики приносите ему деньги. Да, я читала отчёты. Игра впервые за 13 лет вышла в плюс. Полгода — и начнёт приносить прибыль.

Катя замолчала. Я взял стул и, поставив его напротив кровати спинкой вперёд, сел верхом.

— Я себя никак понять не могу, — продолжила девушка. — Что в тебе такого, что я готова на всё закрыть глаза и делать, что ты скажешь? Ну, что молчишь? Говори, чем меня опоил?

Хм, это ты ещё про вино для Тихомирова не знаешь. Вот бы ты удивилась!

— Может, всё дело в аварии? Говорят, девушки часто западают на спасителей, — я невольно улыбнулся.

— Чё ты лыбишься, наглая морда? А может, ты сам и подстроил аварию? А? Ну-ка, признавайся!

— Это ты меня на свидание вытащила, я не хотел.

— Не очень убедительно, но ты не парься, я тебя и не обвиняю. А насчёт аварии это версия, — Катя задумалась. — Думаешь, если немного подождать, меня отпустит?

— Надеюсь! И насчёт моих чувств к Рики ты не права, всё совсем не так.

— Ты извращенец. Лучше б ты геем был, честное слово! Ну вот смотри, — Катя вдруг развязала полотенце, — перед тобой нормальная живая девушка, зачем тебе электронная кукла?

В этот момент у меня, честно говоря, челюсть отпала. Такого я от Кати никак не ожидал. Краем уха я услышал что-то вроде шипения, Рики едва сдерживалась.

— Катя, ты красивая, и ты мне нравишься. Но…

— Давай так! — Катя встала с кровати, даже не пытаясь прикрыться. — Поцелуй меня! Один поцелуй — и я отстану от тебя, и даже выполню просьбу твоей подружки. Ну же, что тебе стоит?

Плохая идея, очень плохая идея, Миша! Это ловушка!

Я встал, собираясь подать ей полотенце и выпроводить за дверь, но Катя обхватила меня руками за шею.

— Миша, один поцелуй! Может, мне не понравится?

Да конечно, я ж не дурак, понимаю, что ты рассчитываешь, что мне понравится.

«Пусти меня, я этой стерве язык откушу!» — я почувствовал, как Рики пытается отобрать у меня контроль.

А ещё я внезапно почувствовал, как что-то как будто обхватывает меня за шею. Лёгкое натяжение. Да ладно! Да быть не может!

Возможно, если бы я ещё мог соображать трезво, я бы догадался, что проверять гипотезу таким образом не самая лучшая идея. Но соображать трезво было уже довольно трудно, Катя добилась своего. Нет, конечно, я не собирался сдаваться и изменять Рики, да ещё и в её присутствии. Но один поцелуй — это ведь не считается, правда?

Оказывается, считается…

Я обнял Катю, ощутив, как она прижалась ко мне грудью, почувствовал руками её прохладную кожу…

«Миша, пожалуйста, — в голосе Рики отчётливо слышались слёзы, — не надо! Остановись!»

И в тот момент, когда мои губы уже были готовы коснуться Катиных, меня как будто ударила молния! Я отлетел от девушки, зацепился за стул и упал.

Полное опустошение. Мана на нуле, голова кружится, во рту металлический привкус. Так вот как это происходит! Непередаваемые ощущения!

— Похоже, это у вас серьёзно, — Катя посмотрела на меня сверху вниз, заворачиваясь в полотенце. — Передай Рики, она была права. Я не стану вам мешать, даже помогу, ведь Рики и моя подруга. Но не пытайся впредь ко мне подкатывать. У тебя Рики есть, вот с ней и развлекайся!

Она вышла из комнаты, бросив напоследок в дверях:

— Надо же, и впрямь отпустило!

Отлежавшись, я перебрался на кровать. В голове ещё шумело, но вроде стало полегче.

«Миша, что это сейчас было?»

«А что ты почувствовала?»

«Как будто рядом со мной молния ударила. Меня даже оглушило. А потом смотрю, Катя уходит, мы с тобой на полу…»

«Это она в меня ударила».

«Кто, Катя? Но у неё же земля, а не молнии!»

«Да не Катя. Во-первых, прости. Я не хотел… нет, всё же хотел, но не специально… Тьфу, блин! Короче! Пока ты болтала с Катей, я поговорил с Авророй. И помимо всего прочего дал ей клятву не обижать тебя».

«А смысл? Она же будет действовать только в игре?»

«Как видишь, не только. Я почувствовал натяжение, и решил проверить эту гипотезу. Надо было, чтобы ты поверила, что я её сейчас буду целовать ну и всё остальное».

«Я поверила!»

«И клятва сработала. Только куда ушла вся мана? Если бы в разряд — нас бы сожгло на месте!»

«Молнии и электричество — стихия моей мамы… Миша, ты тоже меня прости! Мы с Катей поспорили, она говорила, что в реале ты перед ней не устоишь. А я доказывала, что устоишь. Мы договорились, что она не будет мешать мне, а я не буду мешать ей. И что ты сам выберешь, с кем из нас быть».

«Ну что, довольна?»

«Да, но, кажется, мы наворотили делов…»

«Впрочем, как всегда. Рики, или ты научишься думать головой, или нас всех убьют. Аврору, тебя, меня, моих родителей, и даже наверное бабушку, которая вообще не при делах».

«Миша, я научусь! Не сердись на меня, я всего лишь глупая электронная кукла, нечаянно попавшая в мир своих создателей».

«Не говори так. Ты не кукла. И душа у тебя где-то есть».

* * *

— Катя? Что случилось? — Марка разбудил звонок среди ночи.

— Надо поговорить, дядя Марк. Встреть меня, я сейчас буду.

Марк похлестал себя по щекам, сгоняя остатки сна. Что-то всё-таки случилось.

Он встретил её на парковке перед домом.

— Это ты… — Катя хотела спросить дядю об аварии прямо, но её же собственная клятва не дала ей закончить фразу.

Марк молча опустился перед племянницей на колени. К горлу подступил комок.

— Прости меня, Катюш! Я не знал… не справился… должен был защищать тебя… а сам не уберёг… Если бы не Миша…

Катя выдохнула. Только сейчас она поняла, с какой огромной силой давили на неё сомнения в отце и в дяде. А ведь Миша говорил ей не торопиться с выводами. Подумать только, чуть родных людей в покушении на убийство не обвинила! Ну конечно, дядя тогда в комнате глаза опустил! Ведь он же отвечает в клане за безопасность! Ох, а что ему папа наверное наговорил потом!

Девушка даже не обратила внимания на то, что Марк и не отрицал причастность к аварии. Ей было достаточно услышанного, чтобы поверить в желаемое.

— Это ты меня прости, дядя Марк! — Катя присела на корточки, чтобы обнять грозного безопасника.

Когда слёзы высохли, Катя вспомнила главное, зачем прилетела.

— Дядя, мне надо кое-что передать папе, а потом вернуться, пока меня не хватились.

— Катюш, у них периметр просматривается и прощупывается не хуже, чем у нас. Там мышь не проскочет. О твоей отлучке все, кому надо, уже знают.

— Ну и что, я никому не обещала сидеть на привязи! Мне 19, и мне не надо спрашивать ни у кого разрешения, чтобы проветриться!

— Ладно, что папе передать? Может разбудим его?

— Не надо, пусть спит, а то весь дом перебудим. А передать вот что. Я поняла, почему Рики слушается Мишу. Ты не поверишь, но она в него влюбилась!

Странно… а теперь клятва не мешала. Значит, то, что папа узнает про влюблённость Рики, Мише не повредит? Вот и отлично! Это ещё раз подтверждает, что папа никакого отношения к аварии не имеет! Девушка улыбнулась.

— Погоди, — Марк потёр лоб, стараясь сосредоточиться, — она ведь всего лишь…

— В этой игре очень реалистичные мобы, дядя. У Элуидес, эльфийки, был роман с одним игроком, её из клана выгнали, а она с собой его рисунки носит, представляешь!

— Значит, просто так договориться с Рики о сотрудничестве не удастся, ты думаешь? — Марк был озадачен, но с другой стороны, это всё значительно упрощало.

Марк чувствовал не только свою вину перед Катей. Было ещё кое-что. В то время как он, Марк, пытался устроить аварию, Миша своими действиями спас ту, кого он любил, как родную дочь. И Марк понимал, что обязан Мише. Но вот как доказать это Сергею?

— Я думаю… — Катя начала говорить, и почувствовала уверенность в своей догадке. — Я думаю, что без Миши она просто не станет ни с кем разговаривать, как молчала все предыдущие годы.

Глава 13. Гроза

— Сегодня я вас собрал по одному единственному вопросу. Надо решить, что делать с Мишей.

Лоленко откинулся в своём новом кресле, установленном взамен испорченного им.

— Я слышала, — София на секунду оторвалась от планшета, — Миша попал в аварию? Это не решило проблему?

Сергей потемнел лицом, но сдержался. София умная женщина, и конечно поняла, что это была за авария.

— С ним была моя Катя, и только чудом они не пострадали. Пацан умудрился протащить машину через портал.

— Ужас какой! Хорошо, что всё обошлось! Бедная девочка, как она должно быть испугалась!

Конечно, она всё уже знала. В маленьком корпоративном мирке новости распространяются очень быстро. А прошло уже больше суток.

— Катя не только не испугалась, но и исправно выполняет задание клана, — с некоторой даже гордостью за дочь ответил Сергей. — Она сообщила нам новые сведения.

— Не тяни, Сергей, — попросил Илья, не отрываясь от своего планшета.

— Да отвлекитесь вы от своих игрушек! — рявкнул Сергей, после чего глаза всех присутствующих оказались, наконец, направлены на него. — Катя поняла, почему Рики слушается Мишу. Это настолько банально, что нам даже не приходило в голову. Она в него влюбилась.

— Да ладно! А может, у Кати у самой любовные флюиды в голове? — София недоверчиво наклонила голову.

Сергей только хмыкнул, смерив её уничижительным взглядом.

— В принципе, это возможно, — Илья наморщил лоб. — Я не имею ввиду чистые и светлые чувства, которые воспевают поэты. Рики учится, подражая игрокам. Почему бы ей не отыграть влюблённость? Это ведь не такое сложное состояние. Тем более вполне укладывается в поведенческий паттерн.

— Что ты имеешь в виду? — спросил до того молчавший Марк.

— Она присматривается к игрокам, решает, кто из них сможет ей помочь, когда встаёт вопрос о закрытии игры. Но что будет, если он перестанет помогать? Ответ есть у игроков. Надо привязать его к себе, чтобы он не перестал помогать. И она разыгрывает влюблённость. Возможно, притворяется с целью использовать, а может быть, совершенно искренне.

— Думаешь, моб на это способна? — София наклонилась вперёд, облокотившись локтями на столешницу.

— Даже ты при всей твоей рациональности влюблялась, — фыркнул Илья, — что мешает мобу?

— Ну, знаешь ли! — вспыхнула София, выпрямляясь. — Это уже слишком!

— Мы с вами обсуждаем Рики не как объект, заметьте, а как субъект, — Илья принялся терпеливо объяснять. — Мы выясняем, чего она хочет, чем интересуется, в кого влюбляется. Давайте для простоты признаем её личностью и будем думать, что с этой личностью делать. В нашей власти её уничтожить, но это была бы самая большая глупость.

— Эта «личность», — София сделала пальцами ёлочки, — очень старается нам угодить. Игра впервые со времён Вадима начала приносить прибыль. Рики через Элуидес активно сотрудничает с юридической службой, так что риск нарваться на иск уже сведён к минимуму.

— Твою ж мать, да что там у неё творится? — Илья снова уткнулся в планшет, активно тыкая в экран.

— Илья, это не подождёт? — Сергей недовольно посмотрел на главного инженера.

— Не подождёт. Ядро, похоже, пошло в разнос. У нас проблема.

— Подробнее? — сразу подобрался Марк.

— Примерно в час ночи в ядре была зафиксирована аномальная активность. Не как прошлые разы, — он жестом остановил возмущения, — это не было связано с подключениями по капсулам. В самом ядре. С тех пор потребляемая им мощность начала расти. Поначалу не сильно, но к утру она уже вышла за обычные границы по нагрузке. Только что превысила все ранее зафиксированные пиковые. Игроков начало выбрасывать из игры. Охлаждение справляется, но это ненадолго. Такими темпами она к вечеру сама себя сожжёт.

— Кто-то из наших детишек там был на момент начала процесса?

— Никого, — Илья пробежался по интерфейсу. — Но незадолго до этого заходили Миша и Катя. Без пятнадцати час они вышли, а буквально через пять минут это вот всё началось.

— Она ревнует, — Марк откинулся в кресле с видом человека, решившего в уме сложную математическую задачу быстрее академика.

— Кто? — Илья поднял глаза на безопасника.

— Марк хочет сказать, что Рики ревнует Мишу к Кате, вот и бесится, — Сергей одобрительно кивнул Воронову.

— Вы обкурились что ли? — София подозрительно посмотрела на коллег. — Мы сейчас обсуждаем компьютерную программу или девочку-подростка?

— Вообще-то, — Илья забарабанил пальцами по столу, — ядро это не программа. Ядро по своей структуре куда ближе к человеческому мозгу, чем к традиционному компьютеру. При этом на порядок сложнее. Кроме того, это ещё и магический артефакт, основанный на работе с человеческим сознанием. А ещё это экспериментальная площадка Вадима. А знаете, это действительно всё объясняет. Если предположить…

Илья не смог усидеть на месте, он соскочил с кресла и бросился к интерактивной доске, которой сто лет никто не пользовался по прямому назначению, ведь есть планшеты.

— Вот смотрите, — начал он объяснять, попутно рисуя что-то вроде шкалы времени. — 19 апреля 2024 года, день, когда погибла Аврора. Мы запомнили его по этому печальному событию, но ведь тогда ещё и произошла первая аномалия. Накануне Вадим запустил крупный апгрейд, и игру штормило. Потом пришло известие о катастрофе, и активность в игре резко упала до нуля. Я не знаю, что делал Вадим в это время, он заперся в лаборатории и потом ещё неделю никого туда не пускал. Что, если он в тот день и создал в игре Рики, и привязал её к себе?

— В смысле привязал? — Сергей уже с трудом понимал главного инженера.

— Он, по сути, наделил Систему разумом, — Илья посмотрел на партнёра, как на двоечника. — Вадим, конечно, во многом гениальный безумец, но ведь не настолько, чтобы не позаботиться о контроле над этим разумом?

— А, дошло, — Сергей улыбнулся. Он тоже в первую очередь позаботился бы о контроле. — Продолжай.

— Всё последующее время Вадим каждый день подолгу проводил в игре, никого не посвящая в то, чем он занимается. Может быть, он взаимодействовал с Рики, учил её чему-то? На самом деле неважно. Смотрите, что дальше, — он поставил на шкале отметку, — 26 сентября.

— День рождения Авроры, — вставила София.

— Да. Вадим последний раз зашёл в игру, и в тот день случилась вторая аномалия. И после этого Вадим в игру не заходил. Ни разу. Мне сейчас это кажется очень символичным. Если предположить, что Рики была их с Авророй совместным проектом, то понятно, почему он после смерти жены продолжал им ещё какое-то время активно заниматься. В память о ней. Но потом… Потом он простился с ней, и просто всё бросил и ушёл с поста.

— Получается, он отпустил Рики в свободное плавание, оставив без контроля? — Марк внимательно слушал Илью, сопоставляя его выкладки со своими догадками.

— Без контроля и без задач! Поэтому она почти никак и не проявляла себя! И так продолжалось до тех пор, пока до неё не дошли слухи о закрытии. Тогда она нашла себе нового постановщика задач. Мишу.

— Спасибо, Илья. Твоя теория подтверждает мои собственные выводы, — Сергей подождал, пока Илья вернётся на своё место. — Итак, забудьте всё, что я до этого говорил о Мише. Я предлагаю принять его в штат на должность оператора центра управления. С сохранением всех прежних коммерческих договорённостей.

— У нас этот отдел распущен, — София на всякий случай сверилась с планшетом, хотя и так знала наверняка. — Кроме дежурного, но там дежурят стажёры и студенты, по очереди.

— Будет, значит, единственным оператором. Ему даже рабочее место не нужно, из дома может заходить.

— Ты хочешь пустить его в святая святых? — София недоверчиво посмотрел на гендиректора.

— Он уже в святая святых, даже глубже нас… местами, — Сергей похлопал ладонью по столу, решаясь говорить прямо. — И он мне всё ещё не нравится, если ты об этом. Но он спас Катю, и он, кажется, единственный, с кем готова взаимодействовать Рики. Катя сегодня ночью уже попробовала, что там, Илья, ядро ещё не перегрелось?

— Ещё нет. Но новые подключения блокируются, старые подключения разрываются. Игроки на форуме пишут, что в игре разразилась гроза и не утихает. Так что «штормит» игру в самом прямом смысле слова.

— У нас тут тоже гроза намечается, похоже, — Сергей кивнул в сторону окна, где всё небо затянули плотные тучи, и местами поблёскивало. — Так что насчёт Миши?

— Тебе не нужно наше согласие, чтобы назначить кого-либо на любую должность, — София усмехнулась, — так и скажи, что просто хотел лично посмотреть, как мы воспримем эту безумную идею. Но, кажется, безумной её считаю только я. Пусть Миша приходит, я окажу ему честь и лично оформлю все документы. Мне, в конце концов, стало интересно, как женщине, — она кокетливо повела плечами, — на кого в наше время западают цифровые девушки.

— Пока ты его оформляешь, у нас ядро закипит, — главный инженер напряжённо следил за индикаторами. — Пусть сперва поговорит с Рики.

— Сейчас организую, — вызвался Сергей. — Кстати, вам не кажется, что у нас тут… как будто магией фонит?

— У нас тут исследовательский центр и завод по производству самых сложных в мире артефактов, — Илья пожал плечами. — Ты ко мне в лабораторию загляни. Там всегда… фонит.

* * *

— Ну что, друзья, куда сегодня отправимся? — спросил я, когда мы обсохли после утренней тренировки.

Сегодня тренировку проводили мои родители. Вдвоём. Папа гонял нас по лесопарку как духов, а мама развлекалась, создавая нам самые неожиданные препятствия. То корень под ногу подвернётся, то веткой хлестнёт. Приходилось постоянно держать покров, смотреть во все четыре стороны одновременно, под ноги и на всякий случай наверх поглядывать, и при этом держать темп. За километр до финиша сдох Лёня, пришлось нам с Катей хватать его и тащить. Правда, увидев, что его тащит девушка, он быстро пришёл в себя.

Потом как обычно, комплекс упражнений и спарринги. Магию не использовали, всё-таки соседи, да и бабушка… Мы с Катей вдвоём против отца выстояли. Не завалили его, но, по крайней мере, сами не слились. А вот двойняшек мама раскатала в блин. Впрочем, и у них прогресс был очень серьёзный. Против той же компании Борьки, с которыми мы подрались всего каких-то три недели назад, они бы сейчас, пожалуй, выстояли. Даже каждый по отдельности.

Мы бы, может, ещё потренировались, но началась гроза.

Теперь, после завтрака, мы просто валялись в гостиной. На удивление Катя вела себя со мной, как будто ночью ничего не произошло. Об её отлучке я узнал утром от мамы, она поинтересовалась, не случилось ли чего. Куда вот она летела? Просто покататься? Или может домой? Надо бы спросить, но при Вике с Лёней неудобно, а оставаться наедине нет ни повода, ни желания.

— Лично я, кажется, в травмпункт, — Лёня на диване со стоном попробовал повернуться, но передумал.

— Я с тобой! — Вика с кресла подняла было руку, но тут же уронила её.

Мы с Катей переглянулись.

— Вы помните, что Катя придумала? Нам нужен клуб, а для этого вы должны осенью показать себя. Так что привыкайте, теперь все тренировки будут такими.

— Миша, Миша, погодь! — Лёня аж привстал. — Это тебе нужен клуб! А нас-то кто-нибудь спросил?

— Конечно, спросил! — я улыбнулся ему самой доброй улыбкой. — У дедушки!

— Оооо, неееет! — Лёня отвалился обратно на диван, — Миша, может, не надо?

— Надо, Лёня, надо, — я протянул Кате пятюню, и она отбила.

— Ладно он, прирождённый садист, — Лёня кивнул в мою сторону, — но вот от тебя, Катя, не ожидал!

У меня завибрировал коммуникатор, глянув на экран, я поднял руку вверх.

— Тихо! Катин отец звонит!

Мгновенно наступила тишина. Вытаскивая гарнитуру, я глянул на Катю, но у неё было такое же удивлённое выражение лица, как наверное у меня самого.

— Доброе утро, Сергей Александрович.

— Привет, Миша. Я тебе по делу звоню.

— Слушаю.

— После вашего с Катей захода в игру, она будто взбесилась. Выкидывает игроков, никого не пускает. Внутри, говорят, какой-то конец света творится. Не знаю, что у вас там произошло, но тебе стоит зайти и поговорить с Рики. Ядро перегревается.

— Понял. Прямо сейчас зайду.

— Потом, пожалуйста, подъедь ко мне в офис. У меня для тебя предложение есть.

— Да, конечно, Сергей Александрович.

Я прервал звонок и только теперь заметил, что все смотрели на меня.

— Сергей Александрович попросил меня заглянуть в игру, а потом к нему в офис. Так что, простите, но я отлучусь на пару часов. Вы тут сами решите, куда пойдёте и чем будете заниматься, мне потом напишите.

— Это не из-за меня? — Катя нахмурилась.

«Скорее из-за меня».

Я вздохнул.

— Да мы все трое хороши. И вы с Рики, и я. А Аврору теперь колбасит. Пошёл успокаивать.

— А что между вами тремя, я что-то пропустил? — Лёня поднял голову.

Вика беззлобно пнула брата по ноге, но тот не обратил внимания.

— С кружевами никак не могли определиться, — ответил я, выходя из гостиной. Пусть Катя объясняется, как хочет. Это не те секреты, чтобы хранить их от друзей.

«Миша, это всё мама. Значит, она вчера с клятвой тоже почувствовала, и теперь волнуется!»

«Сейчас узнаем».

Мы зашли в игру и очутились, как обычно, в холле ресторана.

Вот только холл было не узнать. Он выглядел, как после сражения с применением энергетического оружия. Разнесённая в щепки мебель, стены и пол в ветвистых подпалинах, куча золотых монет местами оплавлена.

— Ты! — Аврора появилась перед нами спустя мгновение.

Волосы растрёпаны и искрятся, глаза горят белым огнём. В своём белом платье-тоге она была сейчас, как никогда, похожа на настоящую богиню. Да она даже пола не касалась!

— Ты поклялся! — она указывала на меня пальцем и, казалось, готова была испепелить на месте. Или не готова, раз сходу не испепелила?

Из-за кучи золота высунулась голова Крома.

— Памагите! — сдавленно пропищала голова и тут же спряталась, а в место, где она только что была, ударила молния, взметнув фонтан золотых брызг.

— Кхм, Аврора, — я протянул руку за спину и вытащил оттуда упирающуюся и перепуганную до усрачки Рики. — Ты это… ну как вы там это делаете?

Я подтолкнул Рики вперёд. Аврора грозно посмотрела на меня и всё же снизошла до обмена данными.

Глаза погасли и стали привычными человеческими. Аврора опустилась на пол.

— Кажется, я погорячилась… Кром, вылезай, хватит прятаться, я в тебя даже ни разу не попала, — она мотнула волосами, и те собрались в аккуратную причёску. — Попался под горячую руку…

— Ты чуть ядро не расплавила, так что погорячилась — это слабо сказано! — я глянул на Рики. — Дочку вон до икоты напугала.

Аврора оглянулась по сторонам, причём у меня появилось подозрение, что осматривает она не только холл ресторана, но всё пространство игры.

— Да уж… сама от себя не ожидала! Простите! Ну а ты, Миша? Прежде чем вы вернётесь в реал, ответь мне, что было у тебя в голове, когда ты решил таким варварским способом проверить работу клятвы?

— Я не знаю, что сказать, — я пожал плечами. — Не подумал. А почему это вообще сработало? Ведь не должно было!

— Сознание тоже не должно, но переносится ведь, — Аврора развела руками. — Магия!

— Понял! С тобой точно всё в порядке, и мы можем со спокойной душой идти?

— Идите, — она взглянула на дочь. — Милая, прости, я не хотела тебя напугать!

— Угу, — всхлипнула Рики, — больше так не делай, пожалуйста!

Пока я добрался до здания Mind Technologies, небо было уже чистым. О недавней грозе, которая выгнала нас с тренировки домой, ничто не напоминало.

Я предъявил охраннику на входе удостоверение личности, и мне показали на нужный лифт. По дороге меня проверили ещё раза три, и если в вестибюле охранник был классический, в костюме, то дальше попадались парни в лёгкой броне и с оружием наизготовку. Серьёзно у них тут.

«Миша, как-то страшновато сюда идти. Можно ведь зайти и не выйти».

«Наши знают, куда я пошёл, да и Лоленко кто угодно, но не дурак. Здесь и сейчас нам ничто не угрожает».

«Думаешь?»

«Думаю, Рики».

Лоленко ждал в довольно скромном на вид кабинете. Может это и не его кабинет вовсе, а просто переговорная комната, кто знает.

Мы пожали руки, и он предложил мне сесть в удобное кресло, сам сел в такое же напротив.

— Для начала, Миша, хочу ещё раз поблагодарить тебя за спасение Кати, — начали мы беседу с пряника.

— Мы спасались вместе, без неё я бы тогда не справился, — ответил я сдержанно.

— Это не столь важно, главное, что справился. Не будем ходить вокруг да около, тебя друзья ждут, у меня тоже дела есть, — Лоленко неуловимо изменился, превратившись из Катиного папы в миллиардера и акулу бизнеса. — То, как ты решил сегодняшнюю проблему с ядром — было впечатляюще! Так что я предлагаю тебе официальную должность в Mind Technologies.

— Работать с Рики?

— Да. В качестве оператора центра управления, с удалённым режимом работы и свободным графиком.

— Я и так делаю то же самое, по сути. Только изнутри игры, а не снаружи.

— Согласен. Но ты бьёшься головой в стену, когда рядом есть открытая дверь. Ты ведь мог попросить Петра Александровича организовать нам встречу, и уже вечером того же дня мы бы попивали чай с пирожками и говорили о жизни. А ты вместо этого организовал ресторан. Не спорю, и ресторан, и полигон — отличные решения. Но ты уже, наверное, и сам понял, что с тем же полигоном не всё так просто, раз подключил наш юридический отдел.

— Понял. И с рестораном тоже — вопросы то вам будут задавать.

— Уже задают, Миша. Звонят серьёзные люди, и спрашивают про гарантии конфиденциальности. Из Белого Дома звонили, как тебе?

— Наверное, сложно предоставить гарантии на таком уровне?

— Ты даже не представляешь, насколько. И нам надо немного упорядочить взаимодействие, чтобы избежать проколов.

— Сергей Александрович, — я лихорадочно соображал, как не попасть в какую-нибудь ловушку, — Вы ведь не обидитесь, если перед тем как согласиться, я внимательно изучу договор и посоветуюсь с Рики? Это ведь её в первую очередь касается. Да и с родителями, я им обещал.

— Я был бы разочарован, — улыбнулся Лоленко, — если бы ты этого не сделал. Разумеется. Мы пришлём тебе проект договора в течение часа, и я лично прослежу, чтобы он был предельно лаконичным.

Разговор действительно оказался коротким. Спускаясь вниз, я вызвал такси.

«Миша, Лоленко что, заболел?»

«Нет, он здоров. Не получилось с наскока — будет брать измором. Не переживай, веры ему у меня не прибавилось. Видимо, ему Катя как-то донесла, что у него нет другого варианта, кроме как договариваться».

«Катя — хорошая подруга, хоть мы с ней друг друга и бесим».

«Ты удивишься, но у девчонок это обычное дело. Пришлёт договор, прочитаем сами, покажем родителям, покажем Авроре. Поищем подвох».

«Хорошо. А сейчас — гулять с остальными?»

«Да! Опа, кто это?»

Я уже спустился на первый этаж, и застал там забавного персонажа — лохматого старика в длинном домашнем халате и тапках на босу ногу. Ему только полотенца через плечо для полного комплекта не хватало.

Старик что-то пытался втолковать охраннику. Проходя мимо, я прислушался к диалогу.

— Ты не можешь не пустить меня, это моё здание!

— При всём уважении, я Вас не знаю, и без пропуска не пропущу!

— Я могу пройти сам, и ты меня не остановишь, — на пальцах старика неожиданно выросли металлического вида когти.

— Внимание! Жёлтый код на первом. Приём, — охранник говорил явно в рацию. Ответили ему, видимо, в наушник, потому что он только мотнул головой.

— Принял. Жду, — охранник снова повернулся к старику. — Через минуту здесь будут боевые маги. Кто бы Вы ни были, Вам лучше уйти.

«Рики, это ведь Тихомиров!»

«Тихомиров же гораздо моложе! Ой, прошло же много лет, и он…»

«И он много пил. Это точно он!»

— Вадим Максимович, здравствуйте! — обратился я к старику, обходя охранника.

— Мы знакомы, молодой человек? — тот как раз уже собирался врезать охраннику, и моё обращение очень вовремя его отвлекло.

— Нет, но Вы, может быть, помните моих родителей. Кирилл Медведев и Светлана Барлакова.

— Помню таких, но Вас не знаю. И простите, я слегка занят.

— Нам надо поговорить, и это срочно. Я прошу Вас поехать со мной.

— Вы чувствуете этот, — он втянул носом воздух, — этот аромат? Пахнет грозой. Мне надо внутрь, юноша, почему я должен ехать с Вами?

— Потому что я знаю, откуда эта гроза.

Глава 14. Исповедь

— Вы чувствуете этот, — Тихомиров втянул носом воздух, — этот аромат? Пахнет грозой. Мне надо внутрь, юноша, почему я должен ехать с Вами?

— Потому что я знаю, откуда эта гроза.

Пару секунд он соображал. Звякнули двери лифта.

— Поехали, — Тихомиров развернулся и спокойным, но быстрым шагом направился к выходу.

Преследовать нас не стали. Интересно, как быстро об этом инциденте станет известно Лоленко? Думаю, пока по цепочке дойдёт до Воронова, а от него до Лоленко — должно пройти какое-то время. Минут пятнадцать у нас точно есть.

— Как Вас зовут, юноша?

— Миша, и можно ко мне на ты? — я задал такси домашний адрес. Можно бы в торговый центр, но там Тихомиров своим экстравагантным нарядом привлёк бы ненужное внимание.

— Миша. Хорошо, Миша. Расскажи, пожалуйста, куда мы сейчас летим и почему?

— Скажите, Вадим Максимович, к Вам в последнее время приходили гости? Посидеть, выпить вина, например, Пино Нуар из Мартинборо урожая 2013-го года?

Тихомиров побледнел, но держал себя в руках. Только на пальцах снова появились стальные, кажется, когти. Которыми он впился в подлокотник.

— Продолжай.

— Вино было зачаровано. Оно вызывало галлюцинации, заставляя вспоминать раз за разом самых важных людей.

— Двух, — хрипло выдавил Тихомиров. — Двух людей.

— Аврору и Яну, — я кивнул.

— Откуда ты знаешь про Яну? — он вдруг схватил меня рукой за горло, и я почувствовал, как когти пронзили кожу. — Про неё даже Сергей не знал!

«Миша! Он же псих! Осторожнее!»

— Позвольте? — я подождал, когда он уберёт руку. — Прежде чем захотите меня убить, дождитесь окончания поездки, пожалуйста. Кто-то выложил в сеть фотографию могилы.

Тихомиров помолчал с минуту, потом убрал когти. Куда они убираются? Похоже, как у Кати с камнем.

— Говоришь, сын Кирилла? Похож… Во всяком случае, яйца как у отца. Тот тоже не испугался. Кто-то ещё знает про Яну?

— Пётр Александрович Барлаков знает точно, я с ним это обсуждал. Всё. Но, конечно, я не могу утверждать, что кто-то другой не обнаружил то же, что и я.

— Петру можно, он свой… Впрочем, сейчас это уже неважно.

Он помолчал несколько минут, глядя в окно и думая о чём-то своём.

— Так куда мы летим?

— Ко мне домой. И простите, мне надо сделать один звонок.

— Да, конечно, — Тихомиров опять отвернулся к окну и задумался.

«У него точно с головой не всё в порядке. То задумчивый, то за горло хватает!»

«Согласен. Но он нам нужен».

Я набрал отца.

— Папа, он со мной. Мы летим к нам.

— Кто? Лоленко?

— Тихомиров. Случайно встретились.

— Понял. Твоих друзей дома нет, бабушку мама сейчас уложит поспать.

— Спасибо!

— А напомни, Миша, зачем мы к тебе летим?

— Вы ведь что-то почувствовали? Как Вы, кстати, там, в здании, в таком виде оказались?

— Порталом прошёл, — Тихомиров пожал плечами. — Я ещё не настолько выжил из ума, ходить могу. Только внутрь, к ядру, порталом не попасть.

— Там коридор с лазерами и защита от портальной магии?

— Коридор с лазерами? Что за киношные штампы? — Тихомиров первый раз улыбнулся. — Впрочем, я очень давно не спускался к ядру… А защита от порталов да, есть. Иначе любой проходимец мог бы туда попасть, пусть и с некоторым риском.

— Я просто был в похожем здании. Там были ещё и лазеры. Правда, это было в симуляторе.

— Интересный симулятор. Миша, а какой сейчас год?

«Ой ой ой! Приплыли!»

— 2037-й. Вас не было 13 лет.

— Яночке сейчас было бы…

— Уже почти семнадцать.

— Так зачем мы к тебе летим? Ах да, из-за грозы… Аврора умела вызывать грозу. Сегодняшняя гроза пахла ею…

— У меня масса вопросов к Вам, Вадим Максимович.

— Ты сказал знаешь, откуда эта гроза.

— Да. Скажите, как клятва, данная в игре, может подействовать в реале?

— А что такое, по-твоему, игра? — Тихомиров вдруг с живым интересом повернулся ко мне.

— Ну, это же виртуальный мир, цифровая модель… там всякие сервера с данными… а ядро преобразует поток сознания в цифровой код и обратно.

— Проецирует. Не преобразует, а проецирует.

— Я думал там шифровка-расшифровка идёт…

— Все так думают, поэтому так никто и не понял, как это работает. Даже Илья. Думает, научился ядра клепать — и всё, разобрался! Да он пекарь, а не инженер!

— Почему пекарь?

— Печёт ядра по рецепту, как готовые пирожки, — Тихомиров захихикал, — а какой ингредиент за что отвечает — не понимает.

— Если это такой секрет, зачем Вы мне это рассказываете?

Тихомиров надолго замолчал, снова глядя в окно.

— Ты скажешь, что я выжил из ума, но я чувствую её. Хотя знаю, что это невозможно. Миша, мне уже нет дела до секретов. Все секреты умрут вместе со мной.

— Рано Вам ещё умирать. Почему Вы не заходили в игру?

Он не ответил, отвернулся. И я понял, что он беззвучно плачет.

До самого дома он не сказал больше ни слова.

Родители встретили гостя как старого знакомого, но со всем подобающим почтением, абсолютно не смущаясь его внешнего вида. Тихомиров тоже вёл себя вполне по-светски.

— Я не стал по дороге ничего рассказывать, он немного не в себя, — шепнул я маме.

— Его надо подготовить, — одобрительно кивнула она в ответ.

Мы устроились в гостиной. Время… у нас мало времени! Но и вести его вот так — ещё сердце прихватит, мало ли.

— Вадим Максимович, скажите, — начал я, — а когда вообще Вам пришла в голову мысль оцифровать жену?

— Что? Нет, это не моя идея, — Тихомиров поставил кружку с чаем на столик, даже не отпив. — Это её идея была. Создать рай на Земле, где люди, чей жизненный путь закончился, могли бы жить ещё столько, сколько захотят, встречаться там с родными, друзьями. Мы никому об этом не рассказывали. Экспериментировали, выполняли правительственные заказы… Это был очень долгий путь, по которому мы прошли вместе до конца. Вот только закончился он полным провалом.

— Трудно назвать провалом корпорацию, которая свой оборот исчисляет в тоннах золотом, — улыбнулась мама.

— И что мне с этими тоннами делать? — Тихомиров снова взял со столик кружку с чаем. — Купаться в них? Без моих девочек это всё утратило всякий смысл.

— Вадим, так ты всё же оцифровал Аврору? — подключился к диалогу папа. — Прости, что расспрашиваем тебя. Поверь, это очень важно, мы бы не стали без крайней необходимости.

— Кирилл, тебе верю, — седой изобретатель с недоумением посмотрел на кружку с чаем в руке, будто забыл, что с этим напитком надо делать, потом залпом выпил. — Хорошо, слушайте.

«Я почему-то так волнуюсь!»

«Я тоже!»

— Технологией виртуальной реальности я занялся, когда компьютеры ещё походили на большие чемоданы. И работали медленно и со скрипом. В то время многие в эту сторону смотрели. Но все пытались сделать чисто компьютерную цифровую модель, а я сразу же нацелился на совмещение компьютерных технологий и магии. На создание технологии в том виде, в котором вы её знаете, ушло около двадцати лет.

Мы слушали, затаив дыхание. Даже при том, что родители уже пересекались с Тихомировым, было видно, что для них эта история по-прежнему полна сюрпризов.

— Мы с вами в 2015-м познакомились. Тогда у меня уже был прототип ядра, его мы для военных и тестировали, — родители дружно покивали. — Это уже была виртуальная реальность, с ограниченной локацией. Вся телеметрия передавалась в ядро, и система создавала в ней модель оперативной ситуации. И играла сама с собой в солдатиков. Проверяла несколько тысяч вариантов развития событий в секунду, потом сравнивала с вновь поступившими данными, обновляла самообучающуюся модель и снова строила предположения. А солдаты в режиме реального времени получали рекомендации, где может быть опасно, в какой момент лучше совершить бросок через открытое место и тому подобное. Всё прекрасно работало, пока не пришёл Кирилл и не порвал всю систему, как тузик грелку, двадцатью разными способами, — Тихомиров даже улыбнулся, вспоминая.

— Ты ведь тогда не обиделся? — папа сидел, развалившись в кресле, и с усмешкой смотрел на старого знакомого.

— Это был прорыв! После знакомства с тобой система сразу показала более высокую эффективность. Она училась, и ты мне нужен был, чтобы её обучать. Но это дуболом Марк настроил Сергея, что вы со Светой будете шпионить и сливать инфу Петру. Идиоты. Во-первых, хрен их сольёшь. Вон у Ильи вся документация, а что дальше. Кое-что вот здесь, — он постучал по своей голове, — хранится. Во-вторых, в основе моих разработок… ладно, понял, простите…

Тихомиров слегка побледнел, но сидел ровно. Наступил на клятву? Теперь, когда сам с этим непередаваемым чувством столкнулся, заметить и понять природу оговорок у других стало проще.

— Да, про Аврору и её рай… Когда мы только познакомились с ней, технология виртуальной реальности казалась чем-то весьма отдалённым. Я ещё в солдатиков, грубо говоря играл, а Аврора мыслила категориями вечности. Она как-то сразу поверила, что у нас всё получится, включилась в работу. Она никогда не была инженером или артефактором, но во всём умудрялась… вдохновить. Да, она была музой, богиней.

— Вадим, — мама присела рядом с Тихомировым и положила ему руку на плечо, — ты выговорись, тебе легче станет. Ты ведь все годы в себе держал, да?

— Да. Мы были очень близки к победе. 13 сентября 23-го года мы запустили первое ядро. Я назвал эту новую реальность Авророй и в честь жены, и как рассвет новой эпохи, когда мечта человека о бессмертии станет реальностью.

— Что-то пошло не так?

— Несколько человек испытали опыт отключения капсулы во время погружения. Когда тело остаётся в коме, а сознание функционирует в игре. К счастью, мы быстро с этим разобрались, и никто не пострадал. Но впечатления у людей оставались такие, что они потом долго отказывались от участия в экспериментах. Они описывали свои ощущения как медленное оцепенение, ощущение полной безнадёжности, обострялись фобии… Все симптомы сразу пропадали после подключения капсулы и возобновления связи сознания с телом.

— И вы установили блокировку утечки сознания, — встрял я. — На всех новых капсулах и ядрах она стоит аппаратная, сразу, а на старых капсулах, самой первой модели, её нет, и у ядра Авроры она отключаемая.

— Миша, а не слишком ли много ты знаешь? — подозрительно спросил Тихомиров. — Впрочем, юноша прав. Проблему с утечкой сознания мы решили, а вот для переселения сознания в виртуальный мир это был тупик. Точнее, для меня это был тупик. А вот Аврора смотрела на это иначе. Она убедила меня подготовить… так, простите… попробую иначе объяснить…

«Похоже, в основе технологии виртуальной реальности лежат какие-то ещё знания, которые Тихомиров поклялся охранять. Поэтому Илья и знает не всё».

«Мне тоже, Миша, так кажется».

— Аврора вбила себе в голову, — продолжил, отдышавшись, Тихомиров, — что ей нужно самой пойти туда. Совсем. Она была уверена, что наведёт порядок изнутри, станет первопроходцем, за которым смогут пойти другие. Разумеется, я отказался. Во-первых, я не готов был её отпустить, да даже обсуждать это отказывался. Во-вторых, у нас Яне тогда четырёх лет не было, как бы я ей объяснил, что мама отравилась на тот свет. Ну и совсем уж прозаичный аспект — меня бы обвинили в убийстве жены, и я бы никому ничего не доказал.

«Прям копия мама! Вот она так же меня к тебе отправила, чтобы спасти, а сама осталась!»

«Ну копия скорее наоборот, но да».

«НЕВАЖНО».

— И тут эта авария. Я даже не помню причину, почему она полетела самолётом. Там что-то глупое было, вроде как ей визу надо было отметить. Я сидел в домашней лаборатории и пытался решить проблему с апгрейдом, как вдруг открывается портал, и оттуда взрывом вышвыривает Аврору… то, что от неё осталось.

— Так она не погибла в самолёте? — мы втроём рты раскрыли.

— Не погибла. Но и жить ей оставалось недолго, — Тихомиров надолго замолчал, по-детски вытирая слёзы рукавом халата.

— Вадим… — мама подала ему стакан простой воды.

— Её разорвало пополам, и никакая магия её не спасла бы, — выговорил, наконец, Тихомиров. — Но магия позволила продлить её жизнь на пару минут, чтобы я успел снять её сознание. Вместо того, чтобы проститься с любимой, я возился с приборами, а она умоляюще смотрела на меня. Это была её последняя воля, и я её выполнил.

Мы молчали. Впечатлительная Рики что-то невнятно пискнула, и забилась в уголок. Отец сидел, сжав кулаки. Наверное, представил себя на месте Тихомирова, а может, вспоминал кого-то умершего у него на руках. А я вспомнил Русю. Как тогда хотелось выть от безысходности, от собственного бессилия что-то изменить. В таком состоянии оперативно выполнить наверняка сложную и кропотливую операцию?

— Мы не учли масштаб. Несопоставимость масштабов человеческого сознания и целого виртуального мира. Говорят, человеческое сознание — это целая вселенная. Неправда. Сознание одного человека — всего лишь капля, в которой преломляется вселенная. Перенеся сознание Авроры в новый мир, я распылил эту каплю, условно говоря, в объёме целой комнаты.

— И она стала едина со всем миром… — вспомнил я рассказ самой Авроры об её первых воспоминаниях.

— Да, наверное. Я заходил туда каждый день. Искал, звал, но всё без толку. Аврора так и не вернулась. А потом… вы будете меня презирать, но мне уже всё равно.

Похоже, Тихомиров впервые кому-то это всё рассказывает. Держал в себе… Как он ещё с ума не сошёл? Хотя я б его всё же проверил…

— Простите, мне трудно об этом вспоминать, ещё труднее говорить. 26 сентября, день рождения Авроры. Мы остались с Яночкой вдвоём, я распустил всю прислугу. Уложил её спать, а сам… выпил-то вроде немного. Но я не слышал, как Яна проснулась. Утром я нашёл её в вирт-капсуле, которую почему-то оставил открытой накануне. Она залезла туда и закрыла крышку. А открыть, видимо, сил не хватило. С тех пор я не заходил больше в вирт…

— Вадим, прости, но как после всего этого у тебя не поехала крыша? — спросил отец на полном серьёзе.

— С чего ты взял, Кирилл, что она не поехала? Я их каждый день вижу, они приходят ко мне, говорят со мной.

— Это всё вино, которым Вас Лоленко спаивал, чтобы Вы его карьере не мешали, — напомнил я.

— Может, и вино. А сейчас? Я слышу её, и она зовёт меня.

— Зовёт — так иди, — папа приглашающе повёл рукой в сторону лестницы на второй этаж. — Чего ты здесь сидишь? Миша, проводи гостя.

— Пойдёмте, Вадим Максимович, — я встал.

Тихомиров смотрел на нас на всех по очереди, и на его лице отражалась напряжённая работа мозга.

— Если это шутка, вы все пожалеете, что родились, — наконец выдал он.

— Иди, Вадим, иди, — мама очень тепло ему улыбнулась, проигнорировав угрозы.

«Миша… Миша… я же всё правильно поняла, да?»

«Ага. Тихомиров не создавал Аврору. Он поместил в игру сознание своей гибнущей жены».

Рики притихла, а я пока помог Тихомирову разместиться в капсуле. На всякий случай я отдал ему более новую капсула. Включив таймер на погружение на одну минуту, я попросил Тихомирова чуть-чуть подождать, пока я тоже зайду, и закрыл крышку. И сразу нырнул во вторую капсулу, без таймера, на автопогружение.

Встретила нас Элуидес, и я попросил её позвать Аврору.

Рядом со мной появился Тихомиров. Увидев его, Элуидес сразу бухнулась на колени. Даже Кром заворочался, но так и не открыл глаза. Ленивая ящерица.

Через пару секунд появилась и Аврора.

— Рики, Миша, Вадик, привет! Миша, ты что-то хотел?

— Ава??? — Тихомиров, кажется, готов был упасть не то в обморок, не то на колени.

Аврора медленно повернулась к нему. И по её глазам я понял, что она не только узнала Тихомирова — она его вспомнила.

— ВАДИМ???

Глава 15. Проект «РИКИ»

— Рики, Миша, Вадик, привет! Миша, ты что-то хотел?

— Ава??? — Тихомиров, кажется, готов был упасть не то в обморок, не то на колени.

Аврора медленно повернулась к нему. И по её глазам я понял, что она не только узнала Тихомирова — она его вспомнила.

— ВАДИМ???

Они так и замерли напротив друг друга.

— Ты же Вадим, да, я вспомнила, — первой заговорила Аврора.

Она говорила очень медленно, растерянно, с заметным удивлением вспоминая самые обыденные вещи.

— Ты Вадим Тихомиров, старший в клане… точно… ещё ты мой муж… а я? получается, это Я — ТА САМАЯ Аврора? Да, камень души, ты вырастил его из биомета… Миша, ты был прав! Я вспомнила! Вот спроси у меня что-нибудь!

— Кхм, ну… что для тебя значит то вино? — ничего более умного сходу мне в голову не пришло.

— Мы отмечали запуск первого ядра, да, Вадим? Я тогда сказала, что это самое лучшее вино в мире, и за бокал я готова выполнить любое желание. А ты… — Аврора покраснела. — Ещё, ещё что-нибудь! Вадик! Спроси меня! Нет, ничего не говори!

Она буквально светилась от счастья! Тихомиров замер, не в силах сказать ни слова, а Аврора вдруг порывисто обняла его, прижавшись всем телом.

— Милый! У нас же всё получилось, ты понимаешь! Почему ты так долго не приходил? Яночка уже, наверное, совсем большая выросла! Вадим, ну не молчи!

Аврора вдруг отстранилась от Тихомирова.

— Те могилы… ты похоронил меня… и Яну… ты не сберёг её!

На Тихомирова было жалко смотреть. Он столько лет изводил сам себя, и вот теперь — вроде вот она любимая, но что он скажет ей про их дочь?

Вокруг Авроры начал сгущаться воздух, а на кончиках пальцев заплясали разряды молний. Кажется, пора вмешаться.

Я сделал пару шагов вперёд, чтобы оказаться между четой безумных гениев.

— Друзья, минуту вашего внимания, пожалуйста.

Оба непонимающе посмотрели на меня. Тихомиров умоляюще, Аврора с раздражением.

— Позвольте представить вам: Тихомирова Яна Вадимовна, она же Рики.

— Рикки-Тикки-Тави! — воскликнула Аврора, хлопнув себя по лбу. — Ну конечно!

— Эммм… — промямлила ошарашенная Рики, — а мне кто-нибудь объяснит?

— Лови! — Аврора вдруг резко швырнула дочери… змею!

Настоящую змею! Уж не знаю, что там за змея была, я ужа от гадюки не отличу, но Рики легко поймала её телекинезом. И стояла, рассматривая извивающуюся в воздухе рептилию.

— Я с ней просто играла, — Рики задумчиво повернула свернувшуюся клубком змею, разглядывая с разных сторон. — А она вдруг бросилась на меня. Я тогда не поняла, как я её поймала. Оказывается, телекинезом…

— Да, дочка, и принесла нам, — Аврора смахнула скатившуюся по щеке слезу.

— Мама, я вспомнила, — Рики подняла голову и посмотрела на родителей. — Не ругайся на… на папу. Он не виноват. Я тогда без разрешения в капсулу залезла, пока он спал. Он говорил, что ты ушла туда, в капсулу, и что он тебя ищет и найти не может. Я решила помочь, пойти поискать. Но когда капсула закрылась, и стало темно, я испугалась и перевернулась на живот. А потом… потом ты меня сама нашла.

— Я думаю, Аврора, — до меня только теперь начала доходить общая картина, — материнский инстинкт оказался тем якорем, который позволил тебе собрать сознание «в кучку». А Вадим Максимович после смерти Яны в игру больше не заходил, поэтому вы и не встретились. И вообще у него всё не очень хорошо складывалось. 13 лет себя терзал.

— Не знаю, какое Провидение послало нам тебя, Миша, — уже не скрывая слёз, прошептала Аврора.

— Вы тут поговорите, вам, думаю, есть что обсудить, а мы с Элей и Кромом погуляем. Позовите потом. Пойдём, Эля, — я подал руку эльфийке, которая так и не вставала с колен, — Кром! Мойву будешь? Нет? Тогда пошли, птеродактиль.

Кром недовольно что-то пробурчал, но поднялся, и мы, обойдя стоящего соляным столбом Тихомирова, вышли через большие двери «на улицу».

— А чё сразу птеродактиль-то? — насупился Кром.

— Просто у тебя с ними много общего.

— И что же? — заподозрил неладное дракон. — Они же все вымерли!

— Так я и говорю. Тоже, наверное, обед проспали.

Я попросил Элю, пользуясь случаем, рассказать вкратце об успехах. Оказалось, нам есть чем гордиться! В последнее время, без всякой рекламы, исключительно за счёт «сарафанного радио», приток игроков в игру в целом вырос примерно на порядок. Услугами переговорной комнаты воспользовались уже десятки тысяч человек, от любовных парочек до серьёзных личностей, которые даже в игру заходили с охраной. Полигон давно побил все рекорды популярности, игрокам зашла идея ставок на игру, и сейчас это место превратилось в мощный тотализатор. Похоже, мы создали что-то похлеще древнеримского Колизея. Недавно, после всех консультаций с юристами, заработала в полную силу ключевая особенность полигона — полная непредсказуемость прохождения. И при этом рейтинг, который мы ввели, позволял сравнивать между собой результаты разных игроков на разных уровнях сложности. Игрок сам выбирал, соревноваться ему сложности, скорости или умеренно в том и том. На форуме периодически вспыхивали баталии, когда какой-нибудь проигравший игрок пытался доказать, что система его засудила, но каждый раз дело заканчивалось одним и тем же: играть надо лучше, а не виноватых искать.

Если подумать, моё участие в процессе было минимальным, я всего лишь подкинул идею… а с другой, без этой идеи ничего и не было бы. Так что нечего скромничать!

В разговоре Элуидес ни разу не упомянула ни Аврору, ни Рики, говоря только о результатах и обходя технические вопросы реализации. Вот и хорошо. Потому что сам я на эмоциях только спустя четверть часа вспомнил, что мы сидим на лужайке, где не действует защита от прослушивания.

— Миша, — дверь портала беззвучно открылась, и оттуда выглянула Рики. Или Яна? — пойдём со мной? Вы тоже возвращайтесь.

В холле ни Авроры, ни Вадима не было.

— Где они? — спросил я у Рики.

— Им надо побыть вдвоём. И мне с тобой тоже.

Мы зашли в «переговорную», и я сел в кресло, а Рики забралась ко мне на колени.

— Просто обними меня и не отпускай, ладно?

— Ладно, — я обнял девушку и прижал к себе. — Как всё прошло?

— Знаешь, это всё настолько странно, что я даже не знаю. Но мама и… отец… вроде во всём разобрались.

Она сделала паузу, прежде чем назвать Тихомирова отцом, но всё же решилась.

— И до чего договорились?

— Что он уже достаточно наказал сам себя за то, что недоглядел тогда за мной. И что не было бы счастья, да несчастье помогло. Если бы Яна тогда не утонула в капсуле — мама, вполне вероятно, так и осталась бы лишь в его воспоминаниях.

— А почему ты Рики, а не Яна?

— Оказывается, это было моё домашнее прозвище, мама говорит, я откликалась только на него. И знаешь, я не представляю себя Яной. У мамы до смерти была целая жизнь, ей есть что вспомнить. А у меня — только раннее детство. Той девочки больше нет.

— Хорошо. Я уже привык к Рики. Вы объяснили отцу, где ты сейчас обитаешь?

— Да. Он очень удивился, мне кажется, даже не совсем поверил. Про ситуацию с Лоленко тоже объяснили. Он считает, что это не проблема, ведь он старший в клане.

— Сомневаюсь, что Лоленко так легко подвинется…

* * *

— Только что охрана доложила, — Марк начал говорить с порога, — Вадима видели в здании. Был час назад, в халате и тапках, без документов. Угадай, кто его увёз?

— И ты мне так спокойно об этом говоришь? — Сергей вперил в Марка раздражённый взгляд. — Что охранник?

— Уже уволен с волчьим билетом, но что случилось, то случилось.

— Что ещё за это время произошло? Рассказывай сразу, почему я из тебя тяну?

— Миша вызвал такси, они улетели к нему домой. Запись разговоров в машине послушать не удалось, а вот на посту у них был странный диалог про грозу, вот послушай.

Марк включил запись.

— И что он имел ввиду? — Лоленко озадаченно взглянул на безопасника.

— Понятия не имею!

— Марк, — Сергей постучал пальцами по столу, — напомни, пожалуйста, почему мы не избавились до сих пор от Вадима?

— Он половину секретов ядра хранит в голове.

— Правильно. А почему мы хотели избавиться от Миши?

— Слишком много знает, и при этом не связан клятвами.

— И теперь они встретились, — Лоленко откинулся в кресле, лихорадочно соображая. — Эх, нам бы сейчас метеорит…

— Это не всё. Дома они вскоре после прилёта зашли в игру. Судя по всему, они в ресторане. Причём Миша надолго выходил из ресторана с эльфийкой и драконом, Вадим оставался там один.

— О чём Миша с эльфийкой говорил?

— Разговор ещё анализируют, но похоже, та отчитывалась о текущем положении дел, ничего особенного.

— Марк… — Сергей наконец понял, что в этой ситуации его беспокоило больше всего, — а как ты думаешь, это Миша решил организовать их встречу, или с самого начала Рики просила об этом?

— Можем только гадать, — безопасник думал о том же, но ответа у него не было. — Но если Вадим вернётся в игру, Миша им будет уже не нужен.

* * *

— И что вы теперь планируете делать, Вадим Максимович?

Мы собрались в одной из комнат, попросторнее, где было больше кресел.

— Для тебя Вадим. И я перед тобой в неоплатном долгу. На всякий случай уточню — долг личный, не клановый.

Я только кивнул, потому что не знал, что на это сказать. Понял, принял, осознал? Глупо как-то. Но Вадим воспринял это нормально.

Он преобразился. Помолодел лет на двадцать сразу. Волосы аккуратно причёсаны, одет в белоснежный костюм-тройку. Меня это даже позабавило — там, в реале, у него всё ещё немытая лохматая голова и халат с тапочками.

— А делать что? Возвращать себе власть в клане.

— Думаете, Лоленко так легко уступит?

— Меня вообще удивляет вся эта ситуация, давайте уж честно, — Вадим откинул голову назад, что-то вспоминая. — Друзьями мы никогда такими уж не были, но Сергей всегда был надёжным соклановцем и партнёром в делах. Знал своё место и не лез выше головы.

— А вот у меня всегда на его счёт сомнения имелись, но скорее на уровне ощущений, — возразила Аврора. — Просто он мне не нравился.

— Тем не менее, ему придётся передать мне бразды правления, нравится ему или нет. Хотя, хочу сказать, эффективность его руководства тоже оспорить трудно.

— Он хотел меня закрыть, — обиженным тоном заметила Аврора.

— И нам с Мишей аварию подстроил! — добавила Рики.

— И Вас вином с ума сводил!

— К сожалению, насчёт аварии есть лишь косвенные доказательства, это может быть и совпадением. Даже твои родители, Миша, как я понял, обвинений не выдвинули. Закрытие убыточного проекта также вполне объяснимо без всяких теорий заговора. Не подумайте, что я вам не верю! — Вадим перекинул ногу на ногу. — Но всё это, как говорится, к делу не пришьёшь. Предъявить Сергею мне нечего. А силовое решение вопроса может сыграть против нас.

— Смотри про меня ему не скажи, — ткнула мужа в плечо Аврора. — Я тут такие спектакли разыгрывала, притворялась, что я Рики.

— Так… Рики. Она у нас якобы разумный интерфейс… — Вадим задумался, подыскивая слова.

— Разумный Интерфейс Конструирования Игры! — дополнила Рики. — Как будто это не имя, а аббревиатура!

— Проект «РИКИ». Нормально звучит! И вы убедили Катю, что Рики влюблена в Мишу, поэтому только его слушается. Хитро! А кстати, что у вас… — Вадим перевёл взгляд с меня на Рики и обратно.

— В нашем случае говорить, что мы встречаемся, как-то некорректно, — начал я объяснять. — Мы же круглые сутки вместе. Но можно и так сказать, встречаемся, когда заходим в вирт. И Катю мы не убеждали, она сама обо всём догадалась.

— Знаете, — он задумчиво уставился на нас с Рики, — любой психолог продал бы душу дьяволу, чтобы иметь возможность изучить ваш феномен… Хороший психолог нам всем точно бы не помешал. Что там тебе Сергей, какую должность предлагал?

— Оператор центра управления.

— Потяни пока время. Пару дней на изучение договора возьми. Там видно будет. Ещё нам всем нужна связь.

— Связь через игровой чат прекрасно работает, — ответила Аврора, — мне бы вот выход в сеть. Желательно неконтролируемый.

— Организую. Миша, можно твой коммуникатор использовать в качестве хаба?

— Да, конечно, а что Вы хотите сделать?

— Транслировать в чат потоковое видео с моими любимыми боевиками, для обучения «РИКИ», — он показал пальцами кавычки. — И кодировать в этом потоке видео данные из интернета. С воооот таким вот, — он раскинул на всю ширину руки, — ключом шифрования. Который Рики просто запомнит.

— Без проблем, — кивнула Рики.

— Хакерские приёмчики вспомнил? — засмеялась Аврора. — Вадим по молодости тот ещё хакер был, пока Старшим не стал.

— Слушай, Ава, а тебе сеть для чего-то конкретного нужна? Может, будет быстрее, если Миша с Рики найдут?

— Я лучше сама, потому что пока не знаю точно, как и что буду искать. И это не срочно, просто как память вернулась — мне что-то не даёт покоя. Разобраться хочу, кто тогда мой самолёт взорвал.

Глава 16. Тревога

— Девчонки, высадите меня где-нибудь, и перемывайте своему Мише косточки дальше, сколько хотите, только уже без меня! Ну сколько можно!?

Лёня не выдержал ещё на подлёте к городу. Вика с Катей зацепились языками, стоило только Мише покинуть их утром, после тренировки. Посмотрев друг на друга, они сразу, без слов, поняли, что, точнее кто, будет их сегодняшней темой. Вика милостиво предлагала Лёне остаться дома, и теперь он жалел, что не послушал.

— Куда тебя? — Катя даже не стала спорить. Им обеим Лёня только мешал своим присутствием.

— Да куда угодно! Вот серьёзно! Давайте куда-нибудь в вирт-клуб, дед денег подбросил. Потом заберёте.

— Я знаю, куда мы с тобой пойдём! — Катя заговорщицки подмигнула подруге.

— Надеюсь, это хотя бы законно? — Вика не была полностью уверена в их гиде, и решила уточнить.

— Мне кажется, что нет, — с серьёзным лицом сообщила та, — ха! да я шучу! Там просто слишком хорошо, чтобы это было легально. Мы идём в СПА!

— Ну, хоть туда вы меня не потащите, — проворчал Лёня, втыкая наушники и делая музыку погромче. Давно надо было так сделать.

— Ты поспорила с Рики, что тебе удастся Мишу соблазнить? — Вику разрывало от противоречивых чувств.

С одной стороны, её восхищала настойчивость, смелость и прямолинейность подруги. Понравился парень — пошла и заявила об этом. А не как она, две недели уже держит в себе, только взгляды на него кидает. Пока держала — пришли другие. И ладно Катя — но ещё и Рики! Вику душила ревность, но с другой стороны, Катя хотя бы человек, и Рики кто? И посмела на Мишу за́риться. Что она вообще о себе возомнила? Женская солидарность взяла верх.

— И представляешь, проспорила! — Катя вздохнула и откинулась в шезлонге.

— Да ладно!

— Да, Вика, вот так! Я на него вешаюсь значит в чём мать родила, целу́ю, а он меня оттолкнул, да так, что сам свалился!

— И меня также… — проговорилась Вика. — Ой!

— Да какие уж тут секреты, рассказывай, давай! — Катя мысленно приподняла бровь. Тихоня Вика? И она?

Лишь спустя долгие четыре часа райского наслаждения для всего тела, девушки, наконец, смогли договориться, как им отбить непутёвого парня у распоясавшейся нейросети.

Вике было немного не по себе, у неё было ощущение, что она собирается участвовать в чём-то не очень правильном. Но отказать подруге она не могла. Та умела убеждать.

Катя же ликовала. Враг моего врага — мой друг. То, что временный — детали. Цель поставлена, теперь Мише просто некуда будет деваться. А уж что с ним потом делать? Не замуж же за него в самом деле выходить! Хотя за кого-то рано или поздно выйти всё равно придётся, всё же интересы клана. И вполне возможно, уже через год, после Академии… Так почему бы не за Мишу? Вот только надо ему подыграть, чтобы отец точно счёл такой союз полезным.

* * *

Прежде чем выйти в реал, я поднял ещё один вопрос.

— Думаю, пора рассказать родителям про Рики.

— А почему раньше не рассказал? — Тихомиров с любопытством посмотрел на меня.

— Не хотел, чтобы они решали, поехала у меня крыша или я стал жертвой нелегального и безумно опасного эксперимента, — я посмотрел на Аврору, и та, кажется, смутилась.

— А теперь что изменилось?

— Вы знаете моих родителей. Будет куда полезнее, если они будут знать, что на самом деле происходит.

— О, да! — Тихомиров засмеялся, — если бы я выбирал, кого привлечь в союзники, твои родители оказались бы первыми в списке!

— Мам, пап, мне надо вам кое-что рассказать…

Мы с родителями и с Тихомировым снова собрались в гостиной. Друзья всё ещё не вернулись, так что можно было поговорить.

— Помните, я вас с Рики знакомил? — мама с папой кивнули. — Так вот, так получилось, что её сознание на самом деле находится у меня в голове. Не знаю, как это назвать.

Мама с папой переглянулись. Заговорил папа:

— Если это шутка, то не самая лучшая. И пока мы не вызвали санитаров, тебе лучше объяснить всё по порядку.

Рассказ мой, перемежаемый комментариями и уточнениями Тихомирова, родители восприняли на удивление спокойно. Мама только на ключевом моменте про эвакуацию Рики пообещала позже поговорить с Авророй на тему свободы выбора. Ох, вряд ли Авроре этот разговор понравится!..

— Рики и сейчас с нами? — спросил папа.

Вместо ответа, хотя могла бы и моим голосом, Рики активировала браслет, открыла блокнот и написала: “Здравствуйте. Я здесь”.

— Рики использует телекинез для взаимодействия с окружающим миром. Когда она хочет — я её при этом вижу, но это не обязательно, обычно только слышу. Мы общаемся мысленно, что очень удобно. Рики может управлять телом, если я ей это разрешаю. Вообще может и без спросу, но мы договорились, она так не делает. А вот магия у неё своя, хотя источник при этом она использует мой. Хотя возможно он у нас просто общий, поэтому и магические способности аномально высокие.

— А какая стихия? — поинтересовалась мама.

ХМ!

«Рики, а какая у тебя стихия?»

Рики ответила в блокнот: “У меня нет специализации, могу пользоваться любой. Но стихийная магия у меня получается слабо. Зато телекинез, защита и порталы отлично. И артефакторика”.

— Когда Яна родилась, мы с Авророй решились на эксперимент, — начал объяснять Тихомиров, — что будет, если не ограничивать способности ребёнка. Мы скрыли её рождение ото всех, знал только Патриарх. Трудно говорить о результатах, но, возможно, это следствие отсутствия ограничений.

— Эти ограничения не просто так придумали, — проворчала мама, — но это ладно, как вы от клана-то скрыть умудрились?

— У Яны была няня, на неё записали, — Тихомиров пожал плечами, — под клятву, разумеется. У главы клана чуть больше возможностей.

— Вы с Авророй — два безумца… — мама покачала головой.

— Туше́! — развёл руками гениальный изобретатель, улыбаясь.

«Рики, тебе не кажется, что они как-то подозрительно спокойны?»

«Кажется, тоже удивляюсь».

— Мам, пап, а вы чего такие спокойные то?

— А что ты хочешь, чтобы мы бегали, кричали, рвали на голове волосы? — откинулся в кресле папа.

— Нет, но…

— Мы профессионалы, Миша, — мама тихонько пожала папину руку. — Трудно было не заметить, что происходит что-то необычное. Вот неизвестность напрягала. Теперь мы знаем, что к чему, и будем действовать исходя из этого.

— Ты выбрал правильный момент, чтобы рассказать, — добавил папа. — Мы навидались всякой хрени за годы работы, и голос в голове, поверь, далеко не самая лютая. А вот взлом мозга компьютерной программой — на такое пришлось бы реагировать как на угрозу масштаба цивилизации.

Я глянул на Тихомирова, и тот изобразил на лице нечто среднее между извинением и «я же говорил».

— Но с твоей женой, Вадим, я всё же поговорю, и не возражай!

Тихомиров хотел уйти домой порталом, но что-то у него не получалось. То ли переволновался за день, то ли устал с непривычки. Хотя мы его даже обедом покормили… Я вызвал такси и вызвался проводить. Мне казалось, Рики будет полезно познакомиться с отцом поближе.

Тихомиров же, казалось, наоборот, не рад моему присутствию. Разговор не клеился.

«Миша, я сама не знаю, как мне себя с ним вести. Может, и он тоже не знает?»

«Похоже на то».

Тут я вспомнил, что нам надо ещё пару вопросов решить.

— Вадим, а по поводу хаба — это Вы когда сделаете?

— Сегодня вечером, мне надо добраться до своего кабинета хотя бы. Дома надо порядок навести, а то гостей позвать стыдно. И мне нужна капсула. Да я даже где мой коммуникатор не помню, видел сам, как меня сегодня охранник не пустил. Уму непостижимо, до чего я себя довёл!

— А можно ещё вопрос?

— Спрашивай, конечно. Если в моих силах — отвечу, — он отлип от бокового окна и повернулся ко мне.

— Что за камень души?

Я смотрел Тихомирову прямо в глаза, и сразу заметил, как расширились у него зрачки. Да блин! Опять! А Аврора спокойно говорила…

— Прошу прощения! Я тогда другое спрошу?

— Да, лучше что-то другое, — Тихомиров облегчённо выдохнул.

— После смерти человека данные им клятвы что, перестают действовать?

— Хороший вопрос! Но, мне кажется, немного неуместный, — изобретатель обвёл рукой кабину и постучал пальцем по уху.

БЛИН! Совсем забыл о тотальной прослушке! Радует только то, что хоть и пишут всё и вся, реально слушают весьма редко, да и достать эти записи не так просто и не очень быстро. О чём мы в ту дорогу говорили? Кажется, у нас там разговор был, как будто мы оба обкуренные были. Ладно тогда.

Я высадил Тихомирова возле его дома и убедился, что он благополучно прошёл на территорию. Хотя бы здесь его знали. Периметр охранялся, наверняка это не дом, а крепость.

Насмотревшись, я отправился к себе домой. Мне ещё договор с Mind Technologies сегодня изучать.

* * *

— Угадай, Марк, кто мне сейчас звонил?

— Это моя работа — знать, кто тебе звонил. Что Вадим хотел?

— Поздравил со вступлением в должность, — Сергей сохранял непроницаемое выражение лица, — и сказал, что хочет созвать совет директоров.

— Да он у нас едва ли не каждое утро, как на планёрку, собирается, — Марк достал было сигарету, но убрал, наткнувшись на взгляд шефа. — Хотел то он чего?

— Говорит, отдохнул, пришёл в себя, по работе соскучился, хочет вернуться. И к работе над технологиями, чем он преимущественно всегда и занимался, и к обязанностям старшего в клане.

— И что ты планируешь делать? — Марк всё же достал сигарету, но только чтобы размять её меж пальцев.

— Я не для того пахал почти полвека, чтобы он пришёл на всё готовенькое и забрал у меня моё детище. Пусть занимается своими железками, но не суётся в управление кланом!

— Но это его законное право, так-то.

— А у меня, как у генерального директора, есть законное право отключить ядро. Я ещё раз перепроверил акции, у нас квалифицированное большинство.

— Ты же хотел с Рики договариваться?

— И хочу. Мишу вон на работу принимаем. Познакомлюсь с Рики сам, посмотрю, что и как. А как ты думаешь, почему Вадим вдруг воспылал желанием вернуться?

— Миша познакомил его с Рики, тут и гадать не надо.

— Да. И теперь Вадим в курсе, что вот там, — Лоленко показал вниз, — на самом нижнем этаже, живёт дело всей его жизни, результат тоже надо признать десятилетий труда. Захочет лишить меня клана — я отберу у него Рики.

— И ты ему прямо об этом скажешь?

— Да, Марк. Пошли, Совет должен дать мне соответствующие полномочия.

— Илья опять будет упираться.

— Да пусть хоть раком встанет, главное чтоб подпись поставил.

* * *

Трудовой договор оказался действительно коротким. Всего страниц двадцать мелкого шрифта. Вроде самый обычный договор, фамилия имя отчество, мои паспортные данные, которые мне надо заполнить самому. Отдельный пункт регламентировал условия дистанционного подключения, используемое оборудование, протоколы безопасности и многое другое. Несколько страниц заняло только перечисление должностных обязанностей, а также сопутствующих ограничений. Половина договора заключалась в перечислении видов сведений, прямо или косвенно относящихся к коммерческой тайне, разглашение которых может повлечь за собой судебное преследование.

Но самое главное касалось, конечно, Рики. Прямо она в тексте договора не упоминалась, но даже я видел, что я объявлялся ответственным за все действия «Рики», вплоть до влияния на прибыль.

«Ну как, ты всё запомнила? Или файлом отправим?»

«Делать мне нечего, всю эту муть запоминать! Конечно файлом!»

Я отправил файл Элуидес. По-любому чат отслеживается, и сейчас кому надо уже доложат, что я пошёл с «Рики» советоваться.

Позвонил Кате, потом Вике, потом Лёне — никто из них не отвечал на вызов. Сидят поди где-нибудь, кино смотрят, даже вибрацию отключили. Ну и ладно! Развлекайтесь! А у меня дела.

Эх, вот так и начинается старость…

Аврора встретила как обычно, на пороге ресторана.

— Как там Вадим? — был её первый вопрос.

— Приходит в себя, но у него конечно шок. А ты как? Рики, Аврора, вам, наверное, хочется наедине побыть, поговорить?

— У нас было тринадцать лет наедине, — улыбнулась Аврора, — но если ты никуда не торопишься, то будет здорово!

— Вы с Рики как-то легче адаптировались, мне кажется?

— Так ведь у нас всё было хорошо, — ответила Рики, — а теперь будет ещё лучше. А вот у… отца в жизни была чёрная полоса, слишком большой контраст. Поэтому ему нужно больше времени.

— Именно так, — кивнула Аврора. — Твой договор посмотрела.

— И как, много в нём лазеек? — мы сели в кресла, и Аврора подала мне стопку бумажных листов, на которых стояли пометки.

— Хватает. Но сделаны они топорно, поэтому я подозреваю, что они специально оставлены, чтобы мы их заметили.

— Например? — я присмотрелся к пометкам.

— Ну вот, к примеру, перечень оборудования, которое может быть использовано для удалённого доступа, включает вирт-камеры, сертифицированные по стандарту качества 2032 года, в то время как твоя старая домашняя капсула этому стандарту не соответствует. А дальше есть пункт, что сведения, содержащие коммерческую тайну, передаются только с использованием протоколов шифрования не ниже… это детали, суть в том, что нигде прямо не говорится, но стандарт качества вирт-камер 2032 года содержит также перечень допустимых протоколов шифрования. Поэтому, заходя со старой капсулы, ты якобы подвергаешь риску сохранность коммерческой тайны, что даёт повод… вот смотри этот пункт, временно отстранить тебя от работы до выяснения обстоятельств и последствий.

Аврора жонглировала бумагами, отмечая нужные пункты. У меня после третьего уже в глазах замелькало.

— И всё это, чтобы иметь возможность в любой момент меня не допустить?

— Да, причём пока ты числишься сотрудником, любой твой вход в игру считается связанным с выполнением служебных функций.

— Хитро! Но ты говоришь это мелочи? А что тогда самое серьёзное?

— Здесь есть пункт про коммерческую деятельность, и там «прочие должностные инструкции». Я запросила у юристов эти прочие инструкции. В общем, рядовым сотрудникам, не входящим в совет директоров, запрещается собственная коммерческая деятельность, если она связана с извлечением прибыли из сведений, составляющих коммерческую тайну…

— Аврора, а ты можешь сразу по-русски говорить?

Она рассмеялась, но перевела:

— Если по-русски, то как только ты станешь им не нужен, у тебя «вдруг» обнаружат активы, которые конечно основаны на коммерчески значимых сведениях, и по суду экспроприируют их. Ресторан и Полигон. Точнее, твою долю в них.

— Странно было бы ожидать от них чего-то другого, правда?

— Правда. Давай я внесу в договор правки, и ты отправишь их на согласование.

— Да, спасибо большое! Вадим сказал вопрос с заключением трудового договора тянуть, вот и будем тянуть. Отправлю правки завтра с утра.

— Так и сделай… — Аврора вдруг замерла, как будто к чему-то прислушиваясь. — Миша, твоя старая игровая команда живёт в разных местах?

— Да, а что такое? Причём здесь они?

— Они были в игре, но только что у всех четверых был аварийный выход, с разницей в несколько секунд. Такое бывает, когда в целом здании свет отключают, или другая авария.

— Но они живут даже в разных городах, кажется, я точно не знаю. Думаешь, это что-то серьёзное?

— Думаю, тебе пора бить тревогу.

Выскочив из капсулы, даже не вытираясь, просто натянув шорты, я скатился по лестнице вниз. Родители, к счастью, оказались дома. Они что, на работе отгул взяли?

— Мам, пап, у нас проблема, — я быстро обрисовал ситуацию.

— Звони всем, чьи номера знаешь, — родители обменялись взглядами, кивнули друг другу, и папа начал раздавать команды. — Света, звони Кате и остальным. — Первый, всем постам. Повышенная боевая готовность! Сообщите статус. Приём, — это он уже в рацию.

— Пщщщ… Четвёртый первому, мой объект в поле зрения. Приём.

— Крррхх… Пятый первому, объекты территорию наблюдения не покидали, посторонних не выявлено. Приём.

— Это Первый. Четвёртый, продолжай наблюдение. Пятый, установи визуальный контакт, вежливо….

Дальше я слушать не стал, набрал Пашу. Абонент не абонент. Вроде ещё был номер Тёмы, но он где-то в игровом чате писал, я не сохранил.

“Элуидес, — написал я в чат, — найди мне их номера в реале, пожалуйста!”

В ответ мне пришло четыре номера и игровые имена. Набрал все четыре по очереди, все отключены. Это уже не смешно…

— Девочки не отвечают, но вызов идёт, — сказала мама.

— Мои все недоступны, — я с надеждой посмотрел на папу.

Он несколько секунд думал, потом всё же набрал на коммуникаторе номер.

— Марк, это Кирилл. Нештатная ситуация, есть риск прямой угрозы…

Офигеть, какую мы развернули бурную деятельность по одному лишь подозрению! Хотя, всё это правда очень странно…

Звонок раздался через минуту, со скрытого номера.

— Слушаю, — принял я вызов, включая сразу громкую связь и запись.

— Твои друзья у нас, — ответил незнакомый голос, — давай без глупостей, и никто не пострадает.

Глава 17. Связи

— Слушаю, — я принял вызов, включив сразу громкую связь и запись.

— Твои друзья у нас, — ответил незнакомый голос, — давай без глупостей, и никто не пострадает.

Голос непонятный. Вроде мужской, но какой-то слишком ровный… отметил я про себя автоматически.

У меня мгновенно вспотели ладони. Всё-таки дерьмо случилось. И, похоже, очень крутое дерьмо. А ведь сегодня даже не понедельник!

— А Вы, собственно, кто? И о каких друзьях речь? — стараясь, чтобы голос был спокойнее, спросил я. Папа одобрительно кивнул.

— Неважно, кто я, — ответ последовал с небольшой задержкой. — Друзья — это твоя команда, Бермут. Аякс, Левша, Оливер и Марика. Слушай внимательно, повторять не буду. Разговариваю только с тобой. Пытаешься привлечь кого-то ещё, включая родителей — кто-то из твоих друзей умирает. Пытаешься привлечь полицию — кто-то из твоих друзей умирает. Эти четверо из разных городов, и содержатся раздельно. Если кого-то попытаются освободить — кто-то из остальных твоих друзей умирает. Простые правила. Ты всё понял?

До меня дошло. Это синтезированный голос. Он читает заготовленный или быстро набираемый текст. Поэтому такие правильные, но почти лишённые эмоций, интонации.

Папа жестами показал, что говорить дальше.

— Да. Чего Вы хотите?

— Твой клад. Подожди не отвечай, потому что жизнь твоих друзей зависит от твоего ответа. Мне нет дела, умрут они или останутся жить, но их жизни принадлежат сейчас мне. Если ты не можешь отдать мне клад — ты не можешь выкупить у меня их жизни. Если ты уже потратил часть денег, я любезно дам тебе возможность выбрать, кто будет жить, а кто умрёт. 250 миллионов за каждого, но ты можешь сэкономить и выбрать кого-то одного, меня устроит. Так что ты мне ответишь, мальчик?

Я смотрел на папу. Тот постучал пальцами по запястью, сделал вид, что проверяет все карманы, потом пересчитывает деньги.

— Мне нужно время, чтобы собрать всю сумму, — ответил я, помолчав. Папа кивнул.

— Конечно, конечно. Я никуда не тороплюсь. А вот у твоих друзей есть всего два часа, примерно до 18:00 по Москве. Может быть, у кого-то чуть больше, у кого-то чуть меньше. Потом у них закончится кислород.

— Каким образом передать деньги?

— Не будь идиотом. Разумеется, старками.

Самая анонимная валюта. Я читал про неё, там даже квантовые компьютеры для взлома бесполезны. Деньги, ушедшие в эту крипту, отследить невозможно. Совсем невозможно.

— Обмен валют и выполнение перевода ведь займут много времени! — я уже не скрывал волнения. В конце концов, мне 17, у меня нет опыта переговоров с похитителями! Имею право волноваться!

— Правильно. Поэтому поторопись. Как только я получу подтверждение от сети, что деньги у меня, вышлю тебе координаты нахождения твоих друзей. После этого можешь звонить в полицию, им ещё потребуется время, чтобы поверить тебе, потом доехать до нужного места. А кислорода на два часа. И пока мы с тобой болтаем, время тикает. Тик-так. Тик-так.

— А почему я вообще должен Вам верить? Может, мои друзья сейчас у себя дома? Да даже если они у Вас — откуда я знаю, живы ли они?

— Я ждал этого вопроса. Проверь сообщения. Я выслал тебе четыре адреса с онлайн-трансляциями, так что ты можешь следить за своими друзьями сам, без моего участия. И номер кошелька, куда тебе надо перевести деньги. Я буду звонить тебе сам, когда мне будет удобно, перезванивать мне не надо, писать тем более.

Связь прервалась. Я посмотрел на родителей.

— Миша, молодец, — кивнул отец. — Все эмоции потом. Сейчас работаем. Идёт?

— Идёт, — ответил я, внутренне подобравшись. Для моих родителей такое вот дерьмо — повседневная работа. Мы справимся.

— Сейчас 16:10. Сообщение пришло?

Я кивнул. Открыл каждую из трансляций и перебросил их на большой экран, который располагался у нас в гостиной. Как бы домашний кинотеатр. Отдельного помещения в нашем доме, как у Барлаковых, под это предусмотрено не было.

Друзей я узнал с некоторым трудом. На лице у каждого маска, как у пожарных, с большим обзорным стеклом. Камеры расположены так, что заложников видно целиком. Их усадили в обычные офисные кресла без колёсиков, надёжно зафиксировав руки и ноги пластиковыми стяжками. На заднем плане и по бокам — стены, похоже всех их разместили в очень маленьких помещениях, типа кладовки.

— Они? — спросила мама.

— Да, они. Слушайте, я даже не знаю, где они живут! Тёма вроде в Москве, учится здесь, но я не уверен. Что делать-то?

— Во-первых, выводить деньги, — вздохнул папа. — На случай, если у нас ничего не получится, можно попытаться просто заплатить. Но, к сожалению, это не гарантирует сохранения их жизней. Поэтому будем искать. Искать и твоих друзей, и похитителей. Сейчас быстро в игру, переговори с Авророй, возможно, она сможет чем-то помочь изнутри. Поищите всё, что может связывать твоих друзей с другими игроками. Их пасли, также нельзя исключать, что они в сговоре с похитителями. Я переговорю с Марком. Света, подключай наших хакеров, пусть выяснят, откуда ведётся трансляция.

— Давайте позвоним Тихомирову, — предложил я, — возможно, он подскажет, как задействовать мощности Авроры.

— Хочешь открыть для неё проход в реальный мир? — папа посмотрел на маму. — Что об этом думаешь, Свет?

— Что я не готова поручиться за Аврору после того, как она влезла Мише в голову. Хотя как мать, я её понимаю. Тем не менее, это ящик Пандоры. Откроем — закрыть может сил не хватить.

«Мне грустно это слышать».

«Это мама ещё про твоё первое знакомство с бабушкой не знает».

«Хм… может, она и права. Пойдём скорее, не будем сейчас терять время».

— Потом это обсудим, — я посмотрел на часы. — Я за деньгами, если что — пишите Элуидес.

— Иди. А Вадиму я сама позвоню. Может можно задействовать Аврору, не открывая ворота нараспашку.

Убегая в свою комнату, я слышал, как родители, разойдясь по разным углам, чтобы не мешать друг другу, собирают людей.

Аврора встретила нас на входе, и сразу «подключилась» к Рики для обмена данными.

— Плохо дело, — сказала она. — Я уже запустила поиск связей.

— Каким образом? С кем они говорили в игре?

— Не только. С кем говорили, кто мог слышать их разговоры, с кем вообще хоть раз пересекались. А также наличие связей между собой у тех, с кем они встречались. Любых.

— Если ты что-то найдёшь, мы сможем пробить реальные данные через Марка! — я только что в ладоши не захлопал!

— Да. Деньги забирай, на работе ресторана это не скажется. Я возьму у Системы кредит.

— А что, так можно было? — у меня челюсть отпала.

— Нельзя. Но пусть попробует отказать мне.

Я проверил баланс. Почти 11 миллионов золотых монет.

— Мы тогда побежали! Если что — пиши через Элуидес!

— Бегите. Миша, — Аврора как будто замялась. — Маме скажи, что я бы на её месте мне тоже не доверяла. Я дам клятву. Тебе. А твоя мама будет свидетелем.

В гостиной меня ждали Лоленко и Марк.

— Прошли порталом, — объяснил Сергей Александрович вместо приветствия. — Ситуация чревата для нас репутационными потерями, так что можете рассчитывать на полное содействие с нашей стороны.

— Хорошо, спасибо, — я пожал руку Марку, которого сегодня ещё не видел. — Рики ищет связи, думаю, это займёт у неё минуты. Мы получим список людей в виде идентификатора капсулы и времени сеанса. Получится оперативно установить их фактическое местонахождение? И вы будете смеяться, но я своих друзей знаю только по игре, в реале с ними не пересекался. Максимум с Пашкой, Аяксом, созванивались.

Сергей кивнул Марку, и тот передал мне папку, которую держал до этого в руках. Когда я её открыл, у меня глаза на лоб полезли.

Это было подробное досье на всех членов моей команды.

— На тебя тоже есть, но оно тебе не нужно, — пожал плечами Сергей. — Должны же мы знать, с кем имеем дело.

— Было бы интересно почитать на вас… — ответил я, даже не замечая, что хамлю. Нервное напряжение начало давать о себе знать.

— По трансляциям ничего, — после очередного звонка сообщила мама. — Идут через цепочку прокси, наши ребята могут не успеть.

— Мы будем у себя, на связи, — Лоленко открыл портал, — Ждём перечень контактов. Заодно поищем крыс.

Папа притащил из кабинета обычную доску на колёсиках и поставил рядом с экраном с трансляциями. Выписал на неё задачи: выкуп, контакты, жильё, трансляции, где жертвы, где похитители. Подумав, добавил в углу жирным: 17:50. На часах было уже 16:20…

— Что в досье, есть адреса? — папа забрал у меня папку.

— Я займусь подготовкой выкупа, — сняв с руки коммуникатор, я уселся в кресло за журнальным столиком так, чтобы видеть доску.

— Разбей между максимальным количеством бирж, чтобы ускорить, — посоветовала мама.

— Принял, — кивнул я, открывая сайт с криптой. У меня не было кошелька, и для начала надо было его завести

«Миша, давай я? — предложила Рики спустя десять минут. — Я уже поняла, что надо делать».

«Давай».

Мы нашли сайт, где были сконцентрированы все обменные платформы и биржи в мире. Нам нужны были те, где можно было в режиме реального времени конвертировать рубли в старки, без дополнительного обмена в промежуточные валюты. Таких нашлось порядка 200. Не так и мало, по 5–6 миллионов рублей на каждую. Только вот теперь надо было зайти на каждую, понять где что, предложив максимальную цену в рублях за один старк, чтобы заявка прошла в первую очередь. Всё это занимало время и требовала сосредоточенности. Встречные заявки на большинстве бирж были мелкими, одна моя заявка закрывала десяток, иногда до нескольких сотен встречных. Хорошо хоть старки перечислялись сразу в кошелёк, а рубли списывались непосредственно с банковского баланса. На некоторых биржах предлагали сперва завести деньги, потом вывести — такие я сразу закрывал. А такие, где встречные заявки были достаточно крупными — обменивал суммы побольше.

После десятой биржи у меня начало рябить в глазах от обилия цифр, и я с благодарностью воспринял предложение Рики помочь. Заодно это позволило мне чуть выдохнуть и посмотреть, как продвигаются дела у родителей.

— Что нового? У меня треть суммы конвертирована, но транзакции ещё не зафиксированы до конца.

— А… — папа рассеянно глянул на чуть просвечивающий голографический экран коммуникатора, на котором с бешеной скоростью мелькали сайты, таблицы и графики.

— Рики, — ответил я на незаданный вопрос. — Только экран должен быть в поле моего зрения.

— Умница девочка, — одобрил папа. — У нас считай что глухо. Продвижение по прокси-цепочкам есть, но очень медленное. Кто бы ни был похититель — подготовился он основательно.

— А что по адресам проживания? Туда можно кого-то отправить?

— Плохая идея, — папа покачал головой, — на месте похитителя я бы оставил камеры для наблюдения за квартирами. Да и вряд ли мы там что-то найдём. Нам бы камеры вокруг, но для этого надо полицию подключать, а те тонко работать не умеют, нашумят…

— Наши недохакеры, — раздражённо бросила мама, — запутались в прокси-серверах. Там похоже всё непросто.

— Тихомиров же хакер! — вспомнил я. — И он хотел сегодня в первую очередь свою лабораторию привести в порядок. Кстати, Аврора просила передать, что понимает тебя, и готова принести клятву.

— Да что эта клятва значит, она же в вирте! — отмахнулась мама.

— Работает, я лично проверил, чуть не убился. Зато Аврора до мужа смогла достучаться. Мы, кажется, нарушили чуть-чуть целостность магического барьера.

— Кирилл, подключишь Тихомирова? — мама посмотрела на папу. — Я к Авроре. Здесь от меня толку нет.

— Мам, когда будешь загружаться, подключи капсулу к коммуникатору как гарнитуру. Мы сможем тебя голосом набрать, когда ты будешь внутри. Я просто не люблю, чтобы меня отвлекали, поэтому не использую этот режим.

— Хорошо, — кивнула мама и убежала.

Пришло сообщение от Авроры. Список из примерно пяти десятков строк. Игровое имя, идентификатор капсулы, время начал и окончания сеанса. Имена и капсулы повторялись. Сразу отправил список Марку.

Практически вслед за этим позвонил похититель. Опять со скрытого номера. Я включил громкую связь и запись.

— Бермут, как продвигается вывод средств?

— Около 400 миллионов конвертировал, но транзакции ещё не зафиксированы в системе. Такими темпами вся сумма будет у меня примерно через полчаса или минут сорок.

Я глянул на часы. 16:40. Ещё сорок минут, потом перевод, десять минут на фиксацию транзакции… Если похититель сразу передаст координаты — у нас будет не больше двадцати минут, чтобы добраться до моих друзей. Впритык.

— Хорошо. А то вон девочка как-то не очень хорошо дышит. Имей в виду, если она сдохнет раньше времени — это не моя вина, скидок за неё я не дам.

— Понял, — ответил было я, но связь уже прервалась.

Я сразу отправил всем сообщения, что похититель звонил, но новой информации нет.

— Пап, а кто-нибудь проверяет номера, с которых он звонит и пишет? — поинтересовался я.

— Конечно, — папа одобрительно кивнул, — только это тупик. Это одноразовые номера, купленные в даркнете за те же старки, мы нашли где ими торгуют. Звонок шёл с адресов, которые уже недоступны.

— Грамотный, сволочь!

— Так, я до Тихомирова дозвонился… Вадим, у нас ЧП… — папа коротко и чётко ввёл Тихомирова в курс дела. — Да, уже высылаем. Миша? Они с Рики деньги в крипту переводят. Да, распылили по биржам, сейчас собирают. Конечно… А это не слишком?.. А, вы договаривались! Хорошо. Передам.

— Надо было громкую связь включить, — сплюнул папа, отключившись от Тихомирова. — Он тебе сейчас утилиту пришлёт, хаб для Авроры. Сказал установить её и поставить коммуникатор на подзарядку. Он ждёт тебя у Авроры.

— А перевод денег?

— Закончит Аврора. Иди.

Я установил утилиту, и открыл рот от удивления. С экрана на меня смотрела Аврора.

— Привет…

— Привет, Миша! — Аврора помахала рукой. — У меня пока только канал связи, ты должен дать разрешение на доступ к своему коммуникатору и сети. Мы со Светой всё обсудили. Подходи.

— Иду!

Волосы у меня сегодня, похоже, так и не успеют просохнуть… Я поставил коммуникатор на зарядную станцию, и тут взгляд мой упал на экран с трансляциями. Что он там говорил про Марику? Дышит плохо?

Я присмотрелся. Парни вели себя довольно суетно. Пытались освободить руки, вертели головой, что-то орали. И только Марика сидела с совершенно спокойным выражением лица. Как будто даже не дышала…

Понаблюдав, я понял, что она всё же дышит. Только очень-очень редко. Воздух экономит? Да она медитирует!

Внезапно, будто почувствовав мой взгляд, она открыла глаза.

Вздрогнув, я помахал Марике рукой. Но она снова закрыла глаза и погрузилась в медитацию.

«Миша, не думаю, что она тебя видит».

«Ты права. Чем пялиться в экран, надо действовать!»

Через пару минут мы уже стояли на пороге ресторана.

Куча золота внешне не изменилась. Несмотря на все происходящие события, ресторан и полигон продолжали исправно работать. Show must go on!

Нас с Рики встретили мама и Аврора с Вадимом. Быстро он добрался!

— Мы всё обсудили, — начала объяснять Аврора. — Вадим, не обижайся, Света права. Я могу быть опасна, и сегодняшняя гроза это показала. Мне самой нужен этот контроль, чтобы не потеряться, оставаться человеком.

— О каком контроле речь? — спросила Рики.

— Вы четверо будете меня контролировать. По слову любого из вас я обязана буду немедленно свернуть любую деятельность вне виртуального мира. Это не клятва подчинения в полной мере. Здесь, в своём мире, я никому не подчиняюсь. Но любые действия во внешнем мире я обязана буду согласовывать с Мишей или со Светой. За Вадимом и тобой, Рики, как заинтересованными лицами, остаётся только право вето, так сказать.

— Тебя это не оскорбляет? — я пытался угадать ответ по выражению лица Авроры, но оно оставалось безмятежным.

— Нет, Миша. Я ещё при жизни это много раз обдумывала. Великая сила не должна быть бесконтрольной. Что, если бы Супермен решил поработить землян? Должен быть кто-то, кто сможет остановить меня, если я сойду с ума, соблазнюсь властью или попаду под чужое влияние. Мне самой это нужно, иначе я не решусь ступить в большой мир. Понимаешь?

— Не уверен, что понимаю сейчас. Но раз всё решено, давайте не будем терять время?

— Надеюсь, мы не пожалеем об этом… — прошептала мама.

Когда я вылез из капсулы, я явственно ощутил, какая прочная связь образовалась между мной и Авророй. У меня в руках оказался поводок для богини…

В этот момент на моём коммуникаторе раздался звонок.

— Миша, мы же с тобой договаривались, а ты меня обманываешь, — похититель говорил всё тем же синтезированным голосом. — Мой человек прямо сейчас стоит в ресторане и смотрит на кучу с золотом. А ты мне сказал, что вывел его в реал и уже половину перевёл в крипту. Какого числа у тебя день рождения?

— Девятнадцатого… — ответил я автоматически.

— Один плюс девять будет двадцать, два плюс ноль будет два… Кто у нас под номером два? Левша… Попрощайся со студентом.

Глава 18. Приключение на 15 минут

— Один плюс девять будет двадцать, два плюс ноль будет два… Кто у нас под номером два? Левша… Попрощайся со студентом.

— Один плюс девять же десять, а не двадцать, — уже начав говорить, я понял, что это всё равно ничего не меняет. Если не Левша, то кто-то другой!

— Прости, я уже нажал кнопку, в другой раз думай быстрее.

На экране Тёма вдруг забеспокоился, задёргался, у него расширились глаза… Папа пытался мне что-то объяснить, отчаянно жестикулируя, но я видел только Тёму.

— Послушайте, это недоразумение, — я пытался сказать что-то, но не знал, как говорят с такими людьми. — Деньги у меня, а та куча золота, она не моя, это всё Система! Это деньги корпорации, к которым я не имею ни малейшего отношения, да и вообще, это же игра, нарисовать можно что угодно!

— Пришли скриншот, я выслал тебе адрес, куда. Быстрее, твой друг задыхается.

А то я не вижу! Рики, умница, сделала всё почти мгновенно. Несколько снимков — баланс на банковском счёте, на кошельке, открытые заявки на биржах — ушло на присланный похитителем адрес электронной почты.

— Хорошо, я вижу, что ты мне не врёшь, но пусть это послужит тебе уроком.

Я посмотрел на экран. Тёма продолжал задыхаться. Он что, так и не включил кислород? Какой урок?

— Эй, мы так не договаривались! Я же ничего не нарушал! Включи кислород, он же задохнётся!

— Уверен, что ты что-то да нарушил, просто я ещё об этом не знаю. Может, родителям сообщил? Как-то очень быстро ты деньги выводишь, я ожидал больше сложностей. Даже не знаю, что делать.

— Слушай, я найду ещё! У меня есть заначка, я копил на новую вирт-капсулу! У меня по этому ресторану прибыль накопилась! Я выведу всё до копейки что есть! Пришлю тебе скриншоты, сам увидишь, я тебя не обманываю!

— Ну, хорошо, но это будет аванс с моей стороны. Если за тобой будет реальный косяк — умрут Левша и Аякс, который был под номером один, и должен был сейчас задыхаться.

Тёма резко сделал глубокий вдох и замер, а потом как будто обмяк, расслабился.

— Спасибо! Я всё понял, это было очень наглядно!

Связь оборвалась. Я обессиленно упал в кресло. Грёбанный мудак! Найду и распотрошу!

— Миша, ты большой молодец! — голос отца вывел меня из мыслей, где кишки неизвестного похитителя уже висели по берёзам в лесополосе. — Аврора, ты с нами?

— Да, — голос из коммуникатора заставил чуть вздрогнуть. — Очень удачно с этим золотом сложилось. Нет, то, что Тёма мог пострадать — ужасно. Но это дало нам дополнительную информацию.

— Какую? — я сел в кресле поудобнее.

— Во-первых, я вычислила его человека. Он был в моём списке. Пять минут назад зашёл в ресторан, посмотрел на золото и вышел в реал. Через минуту тебе позвонили. Идентификатор капсулы и описание ситуации уже у Марка. Во-вторых, я отследила часть звонка, через несколько прокси, дальше цепочка уходит на сервера оператора связи, и мне нужно твоё явное согласие на дальнейшие действия.

— Аврора, пожалуйста, делай то, что считаешь нужным!

— Взламываю, тоже через цепочку прокси. Кстати, те сервера, через которые шёл звонок, уже исчезли. Поэтому ваши хакеры, Кирилл, не могли их отследить, они просто делали это слишком медленно.

— А ты когда хакером стала? — папа приподнял бровь.

— Только что, пока Миша выходил из вирта. Нашла в сети пособия, примеры, изучила протоколы и языки программирования. Пока что я начинающий хакер, но недостаток опыта компенсируется скоростью… Я нашла источник трансляции. Есть проблема. Конечные устройства — это не камеры, а FPV-приёмники.

— Аврора, давай по-русски! — я уже перестал понимать, что она говорит.

— Камера транслирует видеосигнал не в цифровом, а в аналоговом виде. Его может принять теоретически любой желающий, только эти устройства — такая древность, что маловероятно, что кто-то ими ещё пользуется. Но самое главное — передатчик и приёмник не связаны друг с другом. Для нас это тупик.

— Почему? — мама спустилась со второго этажа, и подключилась к обсуждению.

— Потому что по радио сигнал может идти откуда угодно в пределах дальности приёма. К тому же приёмник сам под видеонаблюдением, к нему подключена камера, на которой видно, по всей видимости, сам приёмник. Их разместили, судя по всему, по чердакам.

— Слушайте, а вам не кажется, что всё это слишком круто для обычных преступников? Кого мы ищем, кто эти люди вообще? — стало мне вдруг интересно.

— У меня есть портреты, но они могут выглядеть как угодно иначе, — Аврора вывела на экран целую галерею лиц. — Во всяком случае, вот этот орк, так точно.

— А особенности поведения? Походка? Речевые обороты? — папа посмотрел на портреты тех, кто был, вероятно, замешан в похищении.

— Запустила поиск в интернете характерных особенностей речи и портретного сходства, — Аврора в кадре даже бровью не повела. — Поиск по походке возможен только по федеральной базе видеонаблюдения, вряд ли стоит их взламывать, а получить ответ на запрос официально мы не успеем. Уже 17:00.

— Слушайте, между похищением и звонком похитителя прошло минут пятнадцать, — папа разглядывал свои записи на доске, — это очень узкое окно. Их явно не могли увезти далеко. Мы можем отследить машины в округе?

— Для этого нужен доступ к федеральной базе данных, — ответила Аврора.

— А если по обычным камерам? — я вспомнил, мы это уже обсуждали, но отмели, решив, что не успеем и спугнём похитителей. — Магазины, ларьки? Они ведь все ведут как минимум суточный архив?

— Приняла, работаю… Если есть ещё идеи — говорите. У меня есть инструкции для оперов, но они ориентированы на обычных людей и исключительно правовые действия. Нам они практически бесполезны.

— Да уж… — протянул я, глядя, как деньги на расчётном счёте стремительно конвертируются в крипту, — ты за пять минут провернула просто месячный объём работы. Похитители на такое тоже вряд ли рассчитывали.

Пришло сообщение от Марка по всем точкам входа потенциальных участников группы похитителей. Среди них часть оказались в торговых центрах. Марк отсортировал список по времени входа. Первой строчкой шёл короткий сеанс, который всего десять минут как закончился. И адрес — где-то в Южном Бутово.

— Попались! — я азартно хлопнул в ладоши! — Аврора, ты говорила про проверку походки?

— Уже работаю! В первую очередь проверяю последний сеанс… Прошла периметр… Есть доступ к камерам видеонаблюдения! Это было несложно.

У меня аж мурашки пошли по всему телу! Вот это адреналин! С такой скоростью чувствуешь себя всемогущим!

— Кажется, я начинаю понимать, почему ты боялась выходить в большой мир, Аврора. От всего этого пьянеешь!

— Есть контакт! — Аврора вывела на экран мелкого мужичка в кепке, который шёл по торговому центру, засунув руки в карманы спортивной куртки. — Вот этот человек только что заходил в игру. Видите, у него правая стопа чуть подвёрнута внутрь, и он при ходьбе через неё как бы переваливается.

— Аврора, ты уверена? — мама подошла, чтобы разглядеть получше. — Если мы сейчас схватим постороннего…

— Уверена. Раньше, когда он заходил в игру, он не менял внешность, я сейчас подняла старые архивы. После открытия ресторана с каждым входом в игру его внешность была всякий раз разная, и заходил он с анонимной учётной записью.

— Хорошо… — мама взглянула на папу. — Брать только надо чисто, чтобы даже мяукнуть не успел.

Решение пришло мгновенно.

— Я пойду. И не возражайте, — добавил я, увидев выражение лица родителей. — Это мои друзья, и уж с одним недоросликом я как-нибудь справлюсь!

— Допустим… и как ты хочешь его взять? В торговом центре полно народу, за ним могут следить свои, да и мы не полиция.

— Объект направляется на парковку, скорее всего, собирается покинуть торговый центр, — Аврора, умница, как раз вовремя. — Наблюдения за ним не выявлено.

— Миша, уже 17:05, пока ты его найдёшь, догонишь, перехватишь… — мама замолчала на секунду, прикидывая время.

— Будет 17:20. Там делов-то на пятнадцать минут, зайти и выйти. Готовьте подвал.

Родители переглянулись. Они попали в ловушку собственного педагогического подхода. Всю жизнь они внушали мне мысль, что я должен быть самостоятельным, и сам нести ответственность за свои действия, не перекладывать её на других. И вот теперь что они мне скажут? Сынок, посиди дома, пока папа с мамой всё разрулят? Тогда получится, что они мне всю жизнь врали.

Я видел в маминых глазах, когда она посмотрела на папу, растерянность. У папы тоже выражение лица было странным, но взгляд остался твёрдым. Он остановил уже готовившуюся сказать что-то маму, и молча кинул мне карту-ключ от своей машины.

— С ней у тебя не будет ограничения по скорости. И один экипаж на всякий случай прикроет. Связь держи всё время.

— Спасибо, папа!

Выскакивая из комнаты, я услышал, как папа отдаёт указания. Вытащив из коммуникатора наушник, я воткнул его в ухо, а браслет коммуникатора вернул на запястье.

В коридоре мне навстречу попались Катя и двойняшки.

— Мне папа рассказал, что у вас тут происходит, требовал, чтобы я вернулась домой! Но я отказалась!

— Ты ведь опять собрался сунуться в пасть к дракону, я права? — Вика встала рядом с Катей, перегораживая мне проход.

— Вы по его лицу что, не видите? — Лёня остановился на шаг позади девчонок. — Миша, мы идём с тобой. Или всё, что ты задвигал нам про команду — просто брехня?

— Кто-то должен будет вести машину, или у тебя появилась лицензия на свободное передвижение? — добавила Катя свой аргумент.

Я прямо представил злорадный мамин смешок. Вырвался от папочки, теперь сам папочка… Но Катя права, лишний пилот в таком деле — не лишний.

— Погнали, — девчонки разошлись, пропуская меня, и дальше я распоряжался уже на бегу. — Рики, организуй конференц-связь со всеми. Включите гарнитуры сразу.

— Рики??? — в голос воскликнули все трое, в то время как у всех троих одновременно пришли сообщения.

— Да. Установите приложение, это для конфиденциальности. Рики помогает нам… потом расскажу, как. Да сами увидите.

«Я даже не знаю, смеяться мне или начинать ревновать?»

«Кого к кому, я что-то не понял».

«Да я сама не поняла, не бери в голову. Просто это странно и неловко, когда мама притворяется мной, при том, что про её существование никто не знает, а вот про то, что мы с тобой… ну ты понял… они уже все в курсе».

«Давай мы с тобой не будем думать об этом сейчас? Подумаем лучше завтра?»

«Конечно, Миша. Я только хотела сказать, чтобы ты не забывал, что я тоже здесь, и могу быть полезной».

«Рики, всегда помню!»

Мы вылетели в 17:08. За штурвал я сел сам, попросив Катю сесть на переднее, чтобы пересесть быстро в случае чего. Коммуникатор я закрепил в специальном гнезде на приборной панели. Аврора сразу вывела на него маршрут перехвата. Мужичок в кепке тоже время зря не терял. Он вылетел из торгового центра на юг. Видимо, свою роль он выполнил, и теперь должен был покинуть столицу и лечь на дно. Ну, дно мы ему обеспечим…

— Я определила его маршрут по внешним камерам, — сообщила Аврора голосом Рики. — К сожалению, машина у него — фантом, номера липовые, особых примет нет. Поэтому перехватить управление я не могу.

— Этого в любом случае нельзя делать, он успеет сообщить своему шефу. Захват должен быть внезапным и молниеносным. Рассчитай маршрут так, чтобы мы пересеклись с ним метров на сто выше него в безлюдном месте. Чтобы обломки его машины никого не зацепили.

— Миша, а ты нам объяснишь, что мы будем делать и как?

— Да. Катя, меняемся местами. Вика, сядешь потом на моё место. Лёня, приготовься принять ещё одного пассажира. Рики, покажи, за кем мы.

— Вот за ним, — Аврора вывела на экран коммуникатора видео из торгового центра с мужичком в кепке.

— Это ведь взломанные камеры, да? — Лёня, наш умник, уже, похоже, догадался.

— Да, а программа на вашем коммуникаторе — это шлюз для Рики, который позволяет ей выходить в реал.

— И ты так спокойно об этом говоришь? — Вика обречённо вздохнула. — Даже я понимаю, что ты делаешь что-то не очень законное, а Катя обязана будет доложить об этом отцу. Катя, не в претензию, просто мы же понимаем, клан и всё такое.

— Я ничего отцу не расскажу, — Катя опустила голову, стрельнув, однако, в меня глазами, — кроме того, что Миша мне разрешит.

— Подлетаем, — наш разговор прервала Аврора. — До точки контакта 30 секунд. Вертикальный интервал 100 метров.

— Катя! Меняемся! — я отстегнул ремни.

Катя перелезла на сиденье пилота, приняв штурвал, а я занял её место.

— Вика, садись вперёд, Катя, отлетишь на километр и остановись.

— Миша, — голос Авроры раздался в наушнике, только для меня. — Если ты планируешь прыгать, то приготовься. Прыгай солдатиком. При столкновении перегрузка будет около 10 «же».

Я открыл дверь, помогая себе телекинезом преодолеть сопротивление воздуха.

— Погоди, ты что, прыгать собрался? — Вика, похоже, только сейчас поняла, что я задумал.

— Да не, ты что. Просто пересадка. Сейчас вторая машина подлетит, надо человека встретить.

Вика выглянула в окно и видела одинокую стремительно приближающуюся машину. Мужичок в кепке старался не нарушать правила, поэтому скорость у него была небольшой, от силы 150 км/ч.

«Рики, на тебе щиты!»

«Поняла! Сделаю три слоя и покров на максимум!»

— 3… 2… — раздалось в наушнике, и я развернулся к двери. — 1… пшёл!

Шагнул из машины, и меня сразу снесло встречным потоком воздуха. Сложив руки на груди и вытянув ноги, я постарался вытянуться вертикально. Почувствовал, как Рики подровняла падение щитами.

— Мишаааа! — услышал я в наушнике.

— Заткнись, не мешай ему, — одёрнула её Катя. — Хотя я сама ненавижу, когда он так делает.

Я потянулся телекинезом к приближающейся машине. Если просто падать — мы, скорее всего, разминёмся. Вместо этого я потянул машину к себе, регулируя таким образом наше сближение. В последний момент перед столкновением я сгруппировался…

Бляяяять! Как же это больно!!!

Щиты сработали как надо. Я ничего себе не сломал, даже не поцарапался. Но резкое торможение тела и почти десятикратная перегрузка — совсем не то, что нужно для хорошего самочувствия.

Я протаранил собой нос машины, пробив лобовое стекло и снеся переднее пассажирское сиденье. Водителю, похоже, тоже досталось при ударе, он стонал и держался за правое плечо.

— Что за хрень, — пробормотал он и оглянулся. А когда увидел меня, глаза у него стали даже не круглыми, а вытянутыми по вертикали. — Какого хера, ты откуда вообще?

— С неба свалился. Меня за тобой послали, — ответил я. — Выходи.

— Куда выходить? — опешил мужик.

— На улицу. Эта тачка дальше не летит.

«Рики, разбирай машину, она нам не понадобится».

«С удовольствием!»

От машины прямо на ходу начали отваливаться куски. Вырвало двери, сорвало крышу, сломанное мной переднее сиденье вылетело и его снесло ветром. Отломились стабилизаторы, а затем и крылья. Умная электроника перешла на вертикальную тягу, выдвинув посадочные винты, но и их Рика выдернула с корнем. Машина начала падать.

Мужичок что-то орал благим матом, но его вопли было сложно разобрать. Наверное, молился. Нехорошо прерывать молитвы, но он мне нужен живьём.

— Эй, мужик, отстегнись! И штурвал отпусти!

— Да пошёл ты!

Пришлось вырвать ремни и штурвал телекинезом. А потом и мужика отшвырнуть как можно дальше от машины.

Выпрыгнул за ним следом и начал сближение, используя телекинез. Мне надо будет сделать два прыжка, а до земли осталось не так много… Блин!

«Тащим!» — крикнул я Рики, и мы вдвоём потащили барахтающуюся в воздухе тушку к себе.

Обхватив его сзади руками, я выровнял падение.

— Выпрямись! — заорал я мужику в ухо.

Как ни странно, он меня послушал.

Я открыл портал прямо под собой, с выходом на полкилометра выше, только «шиворот-навыворот», выходом вверх. Поэтому, после прохождения через портал, наше падение сменилось торможением. Мы были как пушечное ядро, выпущенное из пушки вертикально вверх.

Когда скорость снизилась до нуля, я открыл второй портал. Через долю секунды мы свалились на крышу отцовской машины, которую Катя, следуя моим указаниям, остановила неподалёку.

— Залезай в салон, — сказал я мужику, оказавшемуся лысым. Кепку он в полёте где-то потерял.

Мужик не сопротивлялся. Через люк в крыше, заботливо открытый кем-то изнутри, он спустился в салон и безропотно сел на заднее сиденье. Лицо у него было при этом белым-белым, а глаза чёрными-чёрными, расширившиеся зрачки напрочь скрыли радужку.

Я спустился следом, и в первую очередь протянул руку, повернувшись к мужичку.

— Коммуникатор. И волыну. Аккуратно.

Пистолет я почувствовал у него под курткой во время падения, когда обхватил руками. Надо было сразу, конечно, забрать.

Коммуникатор мужик отдал безропотно. А вот с пистолетом прощаться не захотел. Резко рванувшись, он обхватил высунувшуюся с переднего сидения Вику за шею и прижал ствол ей к челюсти.

— Ну-ка, детишки, высадите дядю! Или я ей мозги вышибу!

Глава 19. Догонялки

Резко рванувшись, мужик обхватил высунувшуюся с переднего сидения Вику за шею и прижал ствол ей к челюсти.

— Ну-ка, детишки, высадите дядю! Или я ей мозги вышибу!

Мужик замер в крайне неудобной позе, но это не делало его менее опасным. С секунду я думал, что предпринять. Можно по-тихому разрядить пистолет телекинезом, благо это несложно, всего-то надо вынуть магазин и сдвинуть затвор назад. А можно проще — придержать курок, а потом спеленать «дядю» опять же телекинезом. То-то он удивится.

Я не успел совсем чуть-чуть. Очевидно, главным мужик счёл меня, поэтому и смотрел в мою сторону, не принимая Катю в расчёт. К Лёне он и вовсе оказался спиной, так что что-либо предпринять тот не успел бы.

А вот Катя успела. То ли рефлексы сработали, наверняка обезоруживание противника у неё входило в программу подготовки. То ли с чего-то решила, что я растерялся…

Молниеносное движение на запредельной скорости — и Вика в безопасности. Вот только отводить пистолет в мою сторону Катя не стала, боясь, видимо, зацепить меня. Дура, у меня ж покров!

Катя дёрнула пистолет вперёд, уводя его от Викиной шеи. И в этот момент мужик нажал на спусковой крючок. Специально, испугался или просто палец дёрнулся… Это уже было неважно.

В закрытом пространстве машины выстрел громыхнул не хуже взрыва гранаты. Хорошо ещё, что мы люк в крыше не успели закрыть.

Мне, благодаря покрову, досталось в меньшей степени. Так что первое, что я сделал, придя в себя, это всё же разобрался с пистолетом. Магазин, затвор назад, задержка, затвор вперёд, спусковой механизм, патроны из магазина… Детали старой доброй ТТ-шки полетели в разные стороны, как будто пистолет разорвало выстрелом.

Хуже всего пришлось Вике. Выстрел прозвучал вплотную к её голове, и теперь она сидела, держась за ухо, и между пальцев у неё струилась кровь.

Мужика выстрел вогнал в ступор. То ли он не готов был стрелять, то ли таскал с собой пистолет лишь на всякий случай, но он больше ничего не предпринимал, как сидел, нагнувшись вперёд, так и сидел, в изумлении глядя на свою руку с остатками пистолета в ней.

— Катя, ты как там? — мой собственный голос звучал непривычно, как под водой.

Катя не ответила. Мельком глянув на Лёню и убедившись, что он относительно в порядке, я потянулся вперёд и похлопал Катю по плечу.

— Миша? — я её едва расслышал. — Прости…

Чего простить? Привстав, я заглянул вперёд. Катя сидела, прижав ладонь к бедру. Дотянувшись, я отодвинул ее руку. В бедре, не прикрытом шортами, сбоку, красовалась аккуратная круглая дырочка. Крови почти не было. На секунду поплохело, проскользнула мысль а вдруг, а если бы… не в бедро, а в живот, или в голову… Но потом вспомнил слова отца: «Эмоции потом». И отпустило. Эмоции потом, сейчас работаем.

— Сильно больно? — крикнул я Кате в левое ухо.

— Не ори, — проорала она в ответ. — Конечно, больно! Сейчас рану закрою…

Прямо у меня на глазах пулевое отверстие затянулось чем-то похожим на обычную полиэтиленовую плёнку. Ах ну да, со своей кожей Катя и не такое может делать.

— Управлять машиной сможешь? — спросил я её.

В этот момент машина развернулась, и нас вдавило в спинки кресел.

— Не беспокойтесь, мы уже летим домой, — ответила из коммуникатора Аврора голосом Рики. — О происшествии сообщила, лекарь будет через 10 минут.

— Ты, — повернулся я к мужику, — как тебя?

— Федя… — тот тоже начал приходить в себя, но отвечал ещё неестественно громко.

— Мудак ты, а не Федя. И дурак. Кто ж пистолет взведённым за поясом носит? А ну как ты бы себе яйца отстрелил? Ты нахрена вообще стрелял-то?

— Я не хотел! Сукой буду, не хотел! Она сама волыну дёрнула, вот палец на курок и нажался…

— Спусковой крючок, — поправил я машинально. — Где держат моих друзей?

— Каких ещё друзей? Ты меня к мокрухе не примазывай! Я вообще не при делах!

У меня в голове щёлкнуло. Почему мокруха?

— Папа, ты про мокруху слышал?

— Слышал, принял, — голос отца прозвучал из динамика. — Узнай подробности, пока летите.

— Рики, сколько нам ещё лететь?

— Ещё 5 минут, — ответила Аврора.

— Вот смотри, Федя. Рука, — я ткнул его пальцем в плечо, — в ней 30 костей. 3 больших — плечо и предплечье, и 27 маленьких косточек образуют кисть. Две руки — 60 костей. Я могу тебе ломать по косточке каждые 5 секунд, и нам твоих костей хватит до конца полёта. Рассказывай всё, что знаешь прямо сейчас, и имей в виду, соврёшь — я узнаю и сломаю что-нибудь.

Федя побледнел, но сразу пошёл в отказ.

— Эй, да я не знаю ничего!

— Неправильный ответ…

Проклятие! А я-то надеялся, что он испугается, и прибегать к воздействию не придётся. Блять, меня к этому не готовили!

Но и моих друзей не готовили к похищению. И они — моя ответственность!

Хрусть… сломался под действием телекинеза мизинец на левой руке, и Федя взвыл.

— Аааа, маньяки! Я не при делах! Меня только за золотом посмотреть попросили!

— Кто попросил? Откуда знаешь, что дело мокрое?

— Так это… за ограбление ведь 20 лет не дают. А кто попросил — не знаю. В «Звёздных войнах» какой-то, на жабу похож.

Видимо, речь об игре по вселенной «Звёздных войн». А удобно. Владельцы — разные, провести сквозное расследование даже нам было бы не под силу. Во всяком случае, оперативно.

— От кого и как меньше часа назад получил задание проверить золото?

— Заранее договор был! Как отмашку дадут!

Я нажал на сломанный мизинец, чем вызвал у Феди вопль.

— Долго рассказываешь, сразу говори, что и как.

— На форуме! В теме там в одной, я на неё подписан, как фотку определённую запостят, так значит пора! Аааа, да не дави ты, я ж рассказываю! Я сходил, посмотрел, отписался, что крупняк на месте, всё в порядке. Больше мне ничего делать не надо было, шеф сразу сказал, если двадцатчик получить не хочу — чтоб валил и на дно ложился. Знал бы сразу, что такой базар гнилой попрёт — не вписывался бы!

— Что, мало отстегнули?

— Сто штук авансом, и позже как дело будет сделано — ещё лям.

Простой, как пять копеек… И настолько же бесполезный… Что же с ним делать то?

— Нас атакует дрон! — голос Рики вывел из короткой задумчивости.

Машина резко сманеврировала, обходя препятствие.

— С чего бы вдруг? Ты уверена?

— Да. Он шёл пересекающимся курсом, постоянно корректируя направление. Сейчас развернулся и догоняет.

— Лёня, сбей его.

Лёня кивнул и полез в люк.

— Федя, твоих рук дело? Или твоего заказчика? Какой-то сигнал успел подать?

— Нет-нет, — замотал головой мужичок. — Я ничего не передавал! Хотел, но не успел!

— Сам же видишь, — я повернулся вполоборота к нашему «гостю», — твой шеф-то, похоже, наваром делиться не хочет, слить тебя решил.

Федя и сам, видимо, уже это понял. Потому что лицо у него было обиженным-обиженным.

В этот момент неподалёку от нас раздался взрыв, и нас хорошенько тряхнуло взрывной волной. Лёня свалился из люка, потирая рёбра, и сел на своё место.

— Сбил. Он, похоже, заряженный был.

— У нас ещё гости! — Катя показывала в сторону МКАДа по правому борту, откуда в нашу сторону летело несколько машин такси.

— Да ладно! — от увиденного я слегка прифигел. — Федя, а ты нам ничего рассказать не хочешь?

— Не, не хочу! — затряс тот головой. — Мне нечего сказать, я уже всё сказал! Можешь мне все пальцы переломать, я ничего больше не знаю!

Нотки в его голосе были какие-то истерические. Он боится. Но боится, похоже, не меня!

— Что с гостями-то делать? — Катя помахала рукой. — Их ведь не собьёшь, в них и люди могут быть!

— Рики, маневрируй, и можешь ещё Федин коммуникатор посмотреть?

— Смотрю, секунду. Коммуникатор передаёт текущие координаты в открытый доступ. Отключила. Также он транслировал переговоры. Заблокировала.

Жёлтые машины такси летели к нам, как пчёлы на самый яркий цветок. А как же протоколы безопасности? Там же несколько слоёв защиты от столкновений! Вплоть до автоматического и независимого автомата, который при угрозе столкновения двух машин говорит одной увеличить высоту, а другой снизиться! Даже вручную заставить две машины столкнуться почти нереально, а тут целый рой — и все летят к нам!

— Миша, — Вика от манёвров уклонения, наконец, пришла в себя и заговорила, только очень громко, — такси не отстают!

— Им уже не нужен сигнал маячка, — ответил ей Лёня, — они нас визуально наблюдают, и куда мы летим, возможно, знают. Не такси — тот шеф Федин.

— Он взломал городской таксопарк? — Катя напряжённо следила за обстановкой, готовая перехватить управление, если Рики не справится, но и в обсуждении участвовала.

«А не он ли нас тогда и сбил с Катей, может то вовсе не Лоленко был? Или Федин босс и есть Лоленко? Или кто-то самостоятельный из окружения, тот же Марк?»

Я проговорил мысль про себя, чтобы Рики её запомнила.

«Да ну, с нами же Катя!» — Рики ответила сразу.

«Потом обсудим, просто запомни».

«Приняла!»

— Рики, — сказал я вслух для Авроры, — ломай таксопарк, только не мешай машинам такси на нас нападать. Отследи откуда взломали, и ничего не предпринимай!

— Поняла тебя, действую! — Аврора быстро сориентировалась. — Катя, справишься без меня? Мне нужна вся ширина канала связи.

— Справлюсь, — Катя кивнула и переключилась на ручное управление. — Мальчики и девочки, пристегните ремни! Теперь полетаем по-настоящему! Миша, у этой тачки есть форсаж?

— Есть, топни в газ три раза, — ответил я, пристёгиваясь на все пять ремней. Как водит Катя, я пока не знал, но судя по её воодушевлению…

И я не ошибся! Втопила Катя так, как будто мы не в легковой, пусть и прокачанной, машине, а в мать его истребителе! Под её восторженные вопли мы выделывали какие-то сумасшедшие кренделя, уворачиваясь от встречных и поперечных такси. Догнать они нас не могли, поэтому быстро отставали и возвращались на свой маршрут. Но таких машин в небе над Москвой — десятки, если не сотни тысяч, и находились всё новые и новые, которые неожиданно пикировали на нас сверху, бросались наперерез сбоку или набирали высоту в тщетной попытке взять нас на таран.

Форсажа хватило ненадолго, через минуту ускорители выдохлись, и скорость машины стала обычной. Хуже того — мы даже проигрывали в скорости, так как шли с полной загрузкой, а наши преследователи — в основном пустыми. Поначалу попадались машины с пассажирами, но, видимо, наш противник быстро сообразил, что они вовсе не имеют шансов, и стал посылать на нас только порожние.

— Катя, вон внизу река, ныряй туда!

— Куда, в воду? Мы что, можем плавать?

— Да нет же! Просто к воде спустись! Это Десна, там ширина небольшая, по берегам деревья. С боков не нападут, а сзади я не дам.

— Хорошо!

Вода мягкая, пока об неё не ударишься. Эту фразу из «Занимательной физики» я хорошо запомнил. И сейчас настал момент проверить её.

Отстегнувшись, я вылез по пояс в люк, широко расставив ноги.

— Держите меня!

Шесть рук вцепились мне в джинсы. Даже Федю просить не пришлось. Ладно, не совсем бесполезен.

Катя снизилась к самой воде, если открыть дверь — можно было бы, наверное, достать рукой до её поверхности. На максимальной скорости она умудрялась маневрировать, следуя причудливым изгибам русла. Деревья по берегам росли так плотно, что порой дотягивались друг до друга кронами. Отлично!

Первая машина спикировала следом за нами, намереваясь упасть сверху. Вода — плохая опора для телекинеза, поэтому пытаться изменить траекторию движения такси я не стал. Вместо этого я воздействовал на её рули, заставив машину сперва рвануть вверх, подставив набегающему потоку воздуха широкое брюхо и плоскости, а потом резко клюнуть носом. Речка неглубокая, и на скорости больше сотни тачка врезалась даже не в воду — в дно.

Следующая догоняла, настырно держась в хвосте. Обернувшись вперёд, заметил в воде плывущее бревно. Мы пронеслись над ним, и я тут же толкнул бревно в один конец, дёрнув за второй. Такси налетело на него, как всадник на копьё, брюхом, и бревно пробило лёгкую машину насквозь.

На какое-то время от нас отстали. Проскочили под старым автомобильным мостом, в этот момент я всерьёз ожидал, что на нас с моста посыпятся какие-нибудь бочки с бензином. Но ничего такого не случилось.

За мостом была отделанная бетонными плитами набережная, после неё снова пошли деревья.

«Не нравится мне это спокойствие», — Рики чуть подтолкнула меня, как бы прося оглянуться вокруг.

«Мне тоже не нравится, но не паникуй!»

Хотя нет, причины паниковать были. Нас брали в коробочку. Мягко и нежно.

Одна машина появилась из-за поворота, она шла впереди нас и постепенно притормаживала, вынуждая и нас сбрасывать скорость. Вторая наоборот, догоняла. Ещё две мелькали за кронами деревьев, идя параллельным с нами курсом.

Ну вы серьёзно?

«Рики, ты их чувствуешь? Потянись к ним, захвати телекинезом ту, что сзади и слева».

«Держу».

Я дотянулся до впереди идущей и той, что справа.

«На счёт три ломай им крылья, обеим сразу. Высота маленькая, не успеют переключиться».

«Готова…»

«3… 2… 1… Ломай!»

Крылья у летающих машин прочные, рассчитаны на серьёзную нагрузку и перегрузки на виражах. Но они складные, и их можно просто вырвать. Варварство, конечно. Но что поделаешь!

— Миша, встречка! — крик Кати застал в тот момент, когда у всех четырёх машин оторвались крылья, и они закономерно потеряли высоту, зацепившись на огромной скорости одни за воду, другие за деревья.

— Да когда ж вы кончитесь-то!? — возмутился я, разворачиваясь вперёд.

Вот для чего нас в коробочку брали. Пятая машина вылетела из-за очередного поворота и шла на встречный таран. Остальные, видимо, должны были не дать нам уйти в сторону.

Не дожидаясь столкновения, я швырнул в такси файербол, обёрнутый в нечто вроде копья из силового щита. Глядя на его полёт, я заметил, что кроме пламени там внутри было ещё что-то, искрящееся.

«Миша! У меня получилась молния, как у мамы!»

Взрыв вышел знатный! Копьё из силового щита вонзилось в машину на половину длины, и взрыв файербола, усиленный энергией молнии, разнёс несчастную на куски.

«Умница!»

— Рики, много ещё гостей осталось?

— Это были последние, — услышал я Аврору из динамика коммуникатора и в наушнике одновременно. — Остальные слишком далеко, вы успеете спокойно долететь до дома.

— Значит, можно лететь по прямой, — я спустился на своё место, встретившись с удивлённым взглядом Феди.

— А ты… это… чем их там? — он показал на люк.

— Тебя не касается, — ответил я, мысленно вздохнув. С Федей придётся что-то делать… но потом! — Рики, что у тебя со взломом?

— Не стала вас отвлекать. Таксопарк взломала, того, кто управлял машинами, нашла. Думаю, это главный — туда сходятся все нити управления. В том числе и камеры наблюдения за похищенными. Похоже, он заметает следы, расправляясь со всеми подельниками. Они никак не связаны между собой, и все смерти будут выглядеть как случайные.

— Слышал, Федя? — я толкнул одного такого подельника в бок. — Мы тебя, получается, спасли!

— Спасибо, — почти прошептал пришибленный новостью Федя.

— Время 17:25, мы сильно задержались. Рики, а по похищенным у нас есть прогресс?

— Да. Я взломала местные камеры, и сопоставила архивы за несколько дней, отсеив таким образом местные машины, которые часто бывают в местах проживания твоих друзей. В каждом случае осталось от одной до трёх машин, которые могли быть использованы для транспортировки похищенных. Отследить их удалось только приблизительно, с учётом радиуса поиска, направления движения и скорости, я отобрала 11 локаций, где могут находиться похищенные. Местонахождение Оливера и Павла установила точно, по Марике в Троицке есть две возможные точки, и Тёма — в Москве, здесь целых 8 возможных вариантов.

— Отличная работа! Передала всё отцу?

— Конечно, — по голосу Авроры было слышно, что она очень довольна собой. — Они готовят группы захвата.

— Говоришь, ты взломала компьютер похитителя?

— Да, но ничего не трогаю, у него могут быть резервные способы воздействия.

— А подменить картинку с камер можешь? И перехватить сигнал, которым он управляет работой дыхательных устройств?

— Оооо, мне нравится твоя идея! — Аврора замолчала на пару секунд. — Готово! Ничего не меняю пока, но в любой момент могу вмешаться.

— Вот теперь мы готовы к штурму. Катя, как твоя нога?

— Бегать, наверное, будет больно, — Катя потыкала бедро пальцем и пару раз согнула-разогнула ногу в колене. — Но даже не мечтай, в тылу не останусь!

Приземлившись возле дома, мы сдали Федю подоспевшим парням из машины сопровождения. Те выглядели очень виноватыми. В пылу погони мы про них вообще забыли, а они всё видели издалека, но никак не могли вмешаться и помочь нам.

Когда мы зашли в комнату, папа вопросительно посмотрел на меня. Я жестом показал, что всё в порядке. Наши переговоры с Авророй про взлом компьютера похитителя он, конечно, слышал, так что можно не отчитываться. А разбор полётов будет позже. Папа в ответ также жестом показал в угол комнаты, откуда нам навстречу поднялась сухонькая старушка в белом врачебном брючном костюме. Врач?

— Я лекарь, ну и врач тоже, — пояснила старушка, — кто ранен?

— Она, — сделал я шаг в сторону и показал на с трудом ковыляющую Катю. — Сквозное пулевое мягких тканей бедра. Надо вернуть в строй, лечить будем позже.

— Миша, — мама обеспокоенно обернулась в мою сторону, — у нас большая проблема.

Она показала на экран телевизора, с четырьмя трансляциями моих друзей в масках. Вроде ничего не изменилось.

— Это по всем каналам, — пояснила мама.

Каким ещё каналам?

В этот момент зазвонил коммуникатор, и я принял входящий со скрытого номера.

— Миша, включи-ка новости, — прозвучал в ухе механический голос. — О чём мы с тобой договаривались?

Глава 20. Наваждение

Зазвонил коммуникатор, и я принял входящий со скрытого номера.

— Миша, включи-ка новости, — прозвучал в ухе механический голос. — О чём мы с тобой договаривались?

— Подождите минуту, сейчас включу!

Я отключил микрофон, не дожидаясь ответа собеседника.

— С какого устройства идёт трансляция? Можем выяснить?

— Можно внести в кадр там и там небольшие изменения и посмотреть, что получится, — предложила Аврора.

— Давай, пять секунд!

Аврора вывела на панель три картинки с Марикой. В одной на стене появилась чёрная точка слева, на другой справа. Третья — это из новостей. Ничего!

— Новости получают картинку с отдельного устройства! — Аврора сделала неутешительный вывод. — И оперативно нам его не отыскать.

— Что ж он за маньяк-перестраховщик то такой… — мама в растерянности посмотрела на папу.

— Думаем быстрее, он им сейчас кислород перекроет! — папа окинул взглядом комнату.

Неожиданно заговорила целительница.

— Если перекроет не до конца, то они лишь потеряют сознание, я потом откачаю.

— Я могу подавать кислород прерывисто! Какой уровень держать?

— 9 % — сознание потеряют, но мозг не пострадает, — ответила старушка-целительница, не отрываясь от работы с Катей.

— Миша, ты про каналы сигнала ничего не знаешь! — напомнил папа. Я кивнул в ответ.

— Всем тихо! — я включил обратно микрофон.

— Это не я! Вы же понимаете это, правда? — произнёс я в трубку.

— Ты хочешь сказать, это я? Ты готов рискнуть ещё чьей-то жизнью, предъявляя мне обвинения?

— Нет-нет, я совсем не это имел в виду! Это же репортёры, они сами всё как-то узнают! Я понятия не имею, откуда!

— Ты меня не убедил. Мне кажется, ты привлёк полицию, а те уже по дурости своей слили всё репортёрам. А мы договаривались, Левша и Аякс. Помнишь?

— Не надо! Они же ничего вам не сделали!

— Высылай деньги, и помни, у остальных время только до 18:00. А до них ещё полиция должна успеть доехать. Гипоксия — плохая вещь, четыре минуты — и гибель мозга.

Связь прервалась, а Пашка и Тёма начали задыхаться.

В комнате повисла гробовая тишина… Через полминуты парни потеряли сознание.

— Я поддерживаю подачу воздуха на 35–40 %, но их может выдать дыхание. Картинку, которая идёт на терминал похитителя, зафиксировала. Также зафиксировала картинку из новостей, которые он смотрит у себя на одном из мониторов.

— Взломай тот новостной канал, который он смотрит, — пришла в голову неожиданная идея.

— Секунду… готово!

Я почувствовал, как буквально гора с плеч свалилась.

«Получается, мы отрезали его от актуальной информации?»

«Да, Рики, именно так!»

— А вы неплохо сработались, как я погляжу! — отец показал мне большой палец, и тут же переключился на рацию. — Всем группам, пятиминутная готовность, штурм по отдельной команде!

— Наш адрес?

— Троицк, весь план у твоей напарницы, так что не теряем время, выдвигаемся. Сами мы отправляемся в Калининград, там Оливер.

— Эта девушка готова, — сообщила целительница. — Я пока останусь здесь, но постарайтесь не добавлять мне работы!

— Спасибо большое! — Катя подрыгала ногой, пару раз присела. — Вообще не болит!

— Да фигня, фигню не лечим. Организм молодой, сам справится.

Меньше чем через минуту мы были уже в воздухе. На этот раз вылетели на машине Лоленко, как самой скоростной. Катю пришлось посадить за руль, в этой тачке не было «волшебной таблетки», снимающей любые ограничения. Впрочем, наша каменнокожая красавица уже доказала, что штурвал ей доверить можно.

Я закрепил коммуникатор на приборной панели.

— Рики, давай расклад.

— Наш объект — старая заброшенная больница. Там множество помещений, похожих на то, что в трансляции. Четыре этажа, здание обесточено, сильно разрушено. Территория закрытая, и не посещается, но там не охрана, а так, сторож. В сети про это место есть информация, за небольшую мзду внутрь пропустить могут, но город маленький, кто хотел — давно уже облазили всё.

— Значит, вероятность, что Марику найдут случайно — почти нулевая. Среда, конец рабочего дня. Вряд ли в это время там много сталкеров.

— Да. Есть план помещений. Я отметила те, которые подходят по габаритам. Таких оказалось сорок девять.

— Хорошо. Работаем парами. Лёня со мной, Вика с Катей. Связь держим постоянно. Рики — координируешь. Разбей помещения на группы, чтобы был оптимальный маршрут.

— Есть, командир! — ответила Аврора с ноткой веселья в голосе.

Я закрыл глаза.

«Миша, как так получается, что ты командуешь мамой — и она подчиняется?»

«Будь она здесь — она была бы старшей в группе, хотя не факт, насколько я понял, собственного боевого опыта у неё нет или не так много. Но вот опыт координатора у неё есть. К тому же она стремится быть максимально полезной. И у неё прекрасно получается, на двенадцать баллов из пяти!»

«Хочешь сказать, она сейчас на своём месте и вполне довольна?»

«Мне кажется, она очень довольна. С её-то характером тринадцать лет ничего не делать, и тут такая возможность!»

«Я тоже хочу быть полезной!»

«Так ты и полезна. На тебе защита, и присмотри за Лёней, чтоб в его умную голову лишняя запчасть не прилетела».

«Прослежу! Между прочим, ты мне обещал сходить в дедушкину библиотеку, поискать дополнительные глаза на затылок!»

«Сходим. Всё, работаем!»

— Вика, Катя, слушайте внимательно. У вас опыта работы в паре нет. Первая идёт Катя, как более опытная, Вика прикрывает спину. Могут быть различные сюрпризы и подарки. Двери открывать с расстояния, по возможности каждую обследовать водой через щели, это Вика на тебе. На видео ребята хорошо освещены, так что или через щели будет свет идти, или дверь будет очень плотная. Любые сюрпризы — сообщайте, не суйтесь сами. Если будет сопротивление — отступайте. Есть вопросы?

— Нет, всё понятно, — девчонки кивнули почти синхронно.

— Лёня, ты, как и сестра, держишься позади, у меня глаз на затылке пока нет, так что смотри, чтобы нас никто не нагнал. У нас есть максимум 10 минут на то, чтобы обследовать всё здание, так что торопимся, но не спешим.

— Миша, это может немного не ко времени, — Лёня немного рассеянно кивнул, показывая, что всё понял. — Но очевидно же, что похититель сам слил инфу новостям. И сделал это уже под конец, но дал достаточно времени, чтобы новостные порталы успели собрать аудиторию. Я думаю, что он хочет показать казнь в прямом эфире.

— Но зачем?

— Может быть, хочет кому-то что-то доказать? Или заявить? Типа манифест такой. Подельников всех на ноль помножил, но сам рассчитывает из игры выйти. При этом он явно профи. И мне почему-то кажется, что игры он знает изнутри.

— Кому-то задержали зарплату?.. Рики, передай эти соображения Марку. И всем командам — ожидать ловушек. Заложники могут быть заминированы. И ещё… выиграй нам немного времени, снизь расход воздуха у Марики и Оливера тоже. До безопасного уровня, чтобы они сознание не теряли.

— Всё сделала.

Мы как раз приземлились во дворе заброшенной больницы. Заглянули в вагончик сторожа, но там никого не обнаружилось. Ну, может, на обход пошёл, а может, до магазина. Неважно.

В этот момент прозвенел входящий.

— Миша, где деньги?

— Ещё 10 минут! Биржи тормозят! Пожалуйста, дайте чуть больше времени!

— Я тебя по времени не ограничиваю. Но твои друзья могут задохнуться, если ты будешь тянуть. Неужели пример первых двух ничему тебя не научил?

— Простите! Я очень стараюсь быстрее!

— Постарайся, не разочаровывай меня.

Связь отрубилась.

— Вот ведь мудак, — сплюнул я, — всё, погнали! Девять минут, потом я должен буду перевести деньги, а это тонкий момент, может отдать нам координаты, а может умертвить всех.

Мы ворвались в здание, и поскакали по заваленным всяким хламом лестницам, как сайгаки. Аврора на коммуникаторе подсвечивала направление движения. Вот и первая дверь. Огромные щели, еле держится на одной петле, за дверью темнота. Выбиваю дверь и освещаю всё магическим огоньком. Толстый слой пыли…

Рядом ещё несколько таких же. В следующей комнате даже нет двери, она валяется на полу. Дальше, дальше. Я превращаюсь в автомат. Там, где дверь есть и закрыта — осматриваю, прислушиваюсь, отхожу и выбиваю, освещаю. Так по кругу.

— Я могу почувствовать тепло воздуха, если внутри есть человек и приборы, воздух будет теплее, — Лёня при осмотре очередной запертой двери притормозил меня за локоть, и запустил в щель под дверью, как мне показалось, щупальце. Это в пыльной атмосфере заброшки воздушный жгут стало видно невооружённым глазом. — Никого.

— Рики, раздели комнаты, но чтобы мы были рядом, — я быстро оценил новый способ проверки. Как минимум так безопаснее.

— Хорошо.

Теперь Лёня получал свои задания, но мы всё время были в поле зрения друг друга.

Большинство «комнат», которые мы проверяли, были подсобками, какими-то туалетами в ВИП-палатах, кладовками… Порой до них приходилось продираться через несколько других помещений с обрушившимися перегородками, а местами и потолками или полом.

Через пять минут мы закончили обследовать один этаж.

— Катя, как у вас?

— Мы тоже вдвоём обследуем, так что тоже этаж закончили. Никого.

— Хорошо. Идём дальше.

Лестница. Перилл, как и целых кусков ступеней — нет, горы строительного мусора, кирпичей, десятки битых бутылок. Несёмся по всему этому великолепию со всей достпной скоростью. Четвёртый этаж, покосившая дверь, тёмный после освещённой лестницы коридор, и нужная дверь в десяти метрах. Бегу вперёд, Лёня отстаёт, у него свои объекты для проверки.

Нога цепляется за нитку. Треньк!

Врубая на полную покров и прыгаю на пол плашмя, закрывая уши руками. Взрыв!

Вот и первый сюрприз…

— Напоролся на растяжку, никто не пострадал, будьте осторожны!

В ответ нестройный хор голосов ответов, мол, поняли-приняли.

Подоспевший Лёня помогает подняться. В голове немного шумит.

«Если бы не покров, мы бы сейчас были бы как решето».

«И не говори, отличная штука, лучше всякого броника!»

Мы, наверное, уже близко… Обследуем комнаты, одну за другой, но все тщетно. Проходим этаж и снова выходим на лестницу, с другой стороны здания.

— Седьмой первому. Заложника нашли, — звучит из коммуникатора незнакомый голос. — Жив, дышит, маску сняли, постепенно приходит в себя. Комната заминирована, есть радиоуправляемые взрывные устройства. Разминировать? Приём.

— Первый всем группам, — это уже отец, — закладки не трогать до окончания операции.

— Седьмой — это кто? — спрашиваю Аврору.

— Это Тёма. Похититель не заметил, я блокирую ему всю информацию.

— Что бы мы без тебя делали!

— Жили бы спокойно, как все, наверное, — с грустью в голосе ответила Аврора.

Непривычно с ней разговаривать, когда она говорит голосом Рики… и как-то неловко, Рики права.

— Пятый первому. Заложника нашли, нужен лекарь, возвращаемся на базу.

Это, очевидно, Пашка. Надеюсь, всё будет хорошо.

— Первый всем. Мы своего тоже нашли. Здоров. Третий замените пятого. Седьмой и третий ждите команду на зачистку. Троицку продолжать поиск. Свободным группам рассредоточиться по домашним адресам заложников. Всем ждать отмашки.

«А зачем домашние адреса?» — спросила Рики.

«Мало ли, вдруг когда ребят брали, кто-то из их близких дома был».

«Ой, а я об этом даже не подумала!»

Последняя дверь. Плотно заперта, но в темноте видно, что за ней свет. Неужели нашли?

Эта дверь открывается на себя, и я аккуратно тяну её телекинезом. Мало ли, вдруг на ручке растяжка?

Не открывается, заперто на замок. Здесь что, ещё и замки целые остались? Прокручиваю его очень аккуратно телекинезом. В замке что-то щёлкает, и дверь приоткрывается.

И в ту же секунду её выбивает взрывом.

— Марика!!! — ору я, прыгая в дверной проём.

«Миша, осторожно!» — предупреждает Рики, врубая покров на полную мощность.

Здесь уже нечего опасаться. Взрыв тротиловой шашки уничтожил всю аппаратуру и посёк осколками знакомое кресло. Пустое.

— Миша, трансляция прервалась. Это явно была та аппаратура, которая её вела. Я проанализировала запись, её закольцевали минут 10 назад, мы уже были в здании. Марика ещё где-то здесь.

— Сообщи всем. Катя, Вика, выходите на лестницу.

— Седьмой первому, произошёл взрыв, вся аппаратура уничтожена. Приём.

— Первый всем. У меня тоже. Седьмой, возвращайтесь на базу. Третий проверьте точку. Остальные заходите по домашним адресам, осторожно. Второй давайте к Мише на подмогу, закройте здание с воздуха.

«Если только он ещё не улетел…»

Входящий вызов.

— Поиграть со мной решил, сучёныш? — на этот раз голос живой, хоть и изменённый хитрыми алгоритмами. — Твоя девка у меня, только рыпнись! Скажи полиции, что я хочу свободный коридор, и я всё ещё жду твои бабки!

— Какая полиция, ты о чём? Мы же договорились не привлекать полицию. Здесь только ты и я. А репортёрам ты сам всё слил.

— Конечно! А в Калининграде кто? Санта Клаус?

— Нет, там мои родители, но они уже возвращаются вместе с Оливером. А Левша и Аякс уже дома, кстати, ты будешь рад услышать, с ними всё в порядке.

Я на секунду отключил микрофон.

— ГДЕ ОН? ИЩИТЕ ЕГО ПО ВСЕМ КАНАЛАМ!

Снова включил.

— Ты не мог взломать мою систему…

— Друзья помогли. Так значит, говоришь, хочешь денег? А какие гарантии безопасности для Марики?

— Просто поверь мне на слово. Разве я тебя обманывал?

— Конечно, — в голове щёлкнуло и сложился пазл. — Ты же хотел показать всему миру, как один злоумышленник может использовать уязвимость виртуальной реальности и даже захватить заложников! Ты не ради денег всё это провернул. Кто ты? Религиозный фанатик?

— Не уязвимость, а анонимность!

— Миша, я знаю, кто это, — в наушнике раздался голос Марка. — Это Максим Куражев, он работал у нас. Мощный профи, борец с анонимностью. Будь по-настоящему осторожен.

— Значит, ты против анонимности. Представляешь, а я ничего не имею против того, что мою подругу звать Марика, и я не знаю, как её звать на самом деле.

— Марика и звать, — из коммуникатора донёсся хохот. — Серьёзно, тут такая девка в самом соку, а ты даже не знал, как её звать? Ты случайно не импотент? А может ты больше по мальчикам?

— Так что с Марикой? Покажи мне её хотя бы?

— Да пожалуйста!

Включилось видео, и я увидел Марику. Выражение лица испуганное и растерянное, но видно, что она не сдалась, держится. Молодец!

Лицо Максима оказалось закрыто полумаской. Марику он прижимал к себе правой рукой, удерживая у её шеи нож с широким лезвием. И постоянно оборачивался, оглядываясь.

— Видишь, твоя подружка жива и здорова! Так что давай, шли выкуп. И мне без разницы, сам ты мне безопасность обеспечишь, или полиция, но чтобы я с этой красавицей беспрепятственно мог уехать!

— Половину сейчас, половину когда освободишь Марику.

Максим задумался. Потом отключил видеосвязь.

— Я знаю, где они, — голос Авроры прозвучал в наушнике. — Это комната с одним входом, и выходом на большой балкон. Там у него машина спрятана, я видела в кадре стабилизатор. Но туда бежать через всё здание, это в соседнем крыле, займёт минут пять.

Марика, держись, я иду!

Внезапно я почувствовал её присутствие. Как наваждение какое-то. Не так, как будто она рядом, а как будто далеко, но можно протянуть руку и коснуться. Очень слабое ощущение, буквально на границе чувствительности. Такое бывает, когда идёшь по улице, и чувствуешь знакомый аромат, но откуда он идёт, и даже чем именно пахнет — понять не можешь.

Наверное, мне следовало подумать головой, прежде чем что-то делать. Но думать не всегда бывает уместным. Возможно, если бы в тот момент я подумал, всё пошло по-другому.

Но вместо разумных и соответствующих моменту мыслей я сделал то, что сделал.

Потянулся к Марике, к этому наваждению и… шагнул в портал.

Глава 21. Нежданчик

Я потянулся к Марике и… шагнул в портал.

Не знаю, как это должно было сработать, но я вышел из портала в точке, куда смотрела Марика. Первое, что я увидел, были её широко распахнувшиеся глаза.

Марика стояла возле стены, а Максим перед ней, боком, держа нож прижатым к шее девушки, и при этом сосредоточенно изучая что-то в коммуникаторе. Так что я вышел из портала позади него, и при этом он меня не услышал. Привычка ходить бесшумно в опасные моменты… спасибо, папа!

Я приложил палец к губам, призывая Марику молчать, и отключил динамик на своём коммуникаторе.

«Миша, пеленаем?»

«Нет, погоди. Надо с ним поговорить. Но держи его нож под контролем, чтобы он Марику не порезал».

«Держу».

— Ты бы поаккуратнее с ножом, — тихонько сказал я.

Максим дёрнулся, но удержал себя в руках. Медленно повернулся в мою сторону, видимо, ожидая увидеть направленное в него оружие.

— Ты пришёл сам… Отлично! Значит, у меня будет два заложника, — он улыбнулся, осматриваясь по сторонам.

Он был уже без маски, видимо, всё же не планировал оставлять Марику в живых, а значит, и скрывать от неё лицо не считал нужным. Максим оказался довольно молодым, не старше лет тридцати на вид. Подтянутый, стройный, примерно моего роста. Лицо щербатое, со шрамом над бровью. Глаза умные, живые. Интересный персонаж.

— Миша, мне взломать его коммуникатор? — раздался в ухе голос Авроры, — Если да, то подними руки, посмотри в камеру и моргни два раза.

«А попроще мама ничего не могла придумать?»

«Ты же помнишь, ей нужно моё прямое согласие».

«Да, верно».

Я медленно и осторожно поднял руки, перед собой.

— Я безоружен. Давай договоримся. Отпусти девушку, а я останусь с тобой и обеспечу безопасный коридор! — посмотрев в коммуникатор, я два раза моргнул.

— Как благородно с твоей стороны! — Максим рассмеялся. Что-то у него с крышей явно не в порядке. — Но зачем мне отпускать пташку? Две пташки лучше одной! К тому же и ты будешь сговорчивее. Держи!

Он кинул мне что-то, и я машинально поймал. Наручники. Еле сдержался, чтобы не улыбнуться.

— Подойди к нашей красавице сзади. Видишь, у неё тоже украшения?

Только теперь я заметил на Марике браслеты. Сцеплены её руки были сзади.

— Обними её за талию, да не так! Обе руки просунь ей под мышки, теперь вперёд… — я сделал, как он велел, и теперь обнимал Марику двумя руками, а ей пришлось приподнять сцепленные кисти на уровень живота, чтобы моим рукам хватило места. — Прекрасно! А теперь застёгивай свои браслеты.

Ха, думает, что эта акробатика на что-то повлияет.

— Я взломала коммуникатор, — отчиталась Аврора. — Он в твоём распоряжении.

— И что дальше? — спросил я вслух, застегнув наручники.

Максим убрал, наконец, нож от шеи Марики и отступил на пару шагов, любуясь композицией.

— До коммуникатора дотянуться сможешь, так что давай, переводи уже деньги. Ты ведь за этим пришёл, чтобы лично принести мне выкуп?

— Да больше интересно было посмотреть на тебя вживую. Кто это у нас такой идейный.

— Посмотрел? А теперь деньги.

— Да без проблем! — я открыл приложение. — Напомни, пожалуйста, номер своего кошелька, неудобно немного.

Выглядывать из-за плеча Марики было и правда неудобно, а использовать телекинез для работы с клавиатурой в присутствии Максима — неуместно. Оценив диспозицию, Максим продиктовал ряд цифр.

— Сколько??? — Марика, глядя на цифры на экране не сдержалась.

Перевод пришлось подтверждать три раза. Ладно хоть он у меня справку о вменяемости не потребовал. Наконец, деньги ушли.

— Миша, это ты что, всё, что было отдал? Это же… это же…

— Около миллиарда, да, — мне было приятно удивление девушки, смешанное с восхищением. — Теперь ты знаешь, сколько стоишь.

— Разговоры прекратить! Ждём прохождения транзакции и уходим.

— А можно, пока ждём, присесть? — начал я с пустяковой просьбы. — Неудобно стоять, наклоняться приходится. Вон тумбочка перевёрнутая, хотя бы на неё?

— За такие деньги можешь даже прилечь, — хохотнул довольный Максим. — Кстати, дай ка сюда свой коммуникатор.

— Держи, он мне больше не нужен, — я расстегнул браслет и уронил его на пол, подставив ногу.

Он бы конечно и так не разбился, но зачем издеваться. Упавший коммуникатор я подтолкнул по направлению к Максиму.

— Соображаешь, — удовлетворённо кивнул он, подбирая и выключая браслет. — Надеюсь, твои слышали достаточно, чтобы не наделать глупостей?

— Я тоже на это надеюсь, — кивнул я, устраиваясь поудобнее на тумбочке, с Марикой на коленях.

— Никто не сунется, но все уже подтягиваются. Ждём твоей команды, — раздался в наушнике голос отца. — Впрочем, мы с твоей мамой уверены, что ты легко справишься сам.

— Что-то ты какой-то спокойный, — задумался Максим. — Почему ты так спокоен?

— А чего мне волноваться? Мы мирно беседуем в комфортной для меня обстановке, смотри какая у меня тут девушка. Ты, считай, уже труп. Вопрос лишь в том, позволишь ты мне спасти тебя, или предпочтёшь погибнуть за свои убеждения.

— Ты что-то путаешь, щенок! — взъярился Максим. — Ситуацию контролирую я!

— Да ты даже свой кошелёк не контролируешь. Сколько там у тебя было?

— В каком смысле было? И сейчас есть!

— 1273 старка, — сообщила Аврора. — Куда перевести?

— А как же те 1273 старка, которые ты перевёл Марике и остальным, за беспокойство?

— Хи-хи-хи, уже сделала! — Аврора на долю секунды замолчала, — всё, готово, на счёте по нулям!

Максим посмотрел на меня долгим взглядом, потом всё-таки открыл приложение у себя на коммуникаторе. После чего побледнел, покраснел и пошёл пятнами.

— Ах ты говна кусок! Ты как это сделал? — он вытащил нож. — Верни обратно, или я сейчас буду Марику резать!

— Чем? — я сосредоточился на ноже, нагревая его.

Пара секунд, и Максим выронил ставший вдруг нестерпимо горячим нож. Только тот не упал, а взлетел вверх и вонзился в потолок. Максим застыл с надутыми щеками. Он только собирался подуть на руку, но забыл про неё, зачарованно глядя на нож в бетонном потолке.

— Сядь, — я пододвинул Максиму ещё одну тумбочку телекинезом, подбив ноги, — в ногах правды нет. Расскажи, чего ты так упорно добиваешься? Может, проблему можно решить, не прибегая к насилию?

Максим смотрел на меня совершенно охреневшим взглядом.

— У меня была сестра, — начал он вдруг говорить. — Младшая. Любила игры, общаться с самыми разными людьми… Познакомилась с кем-то, пошла на свидание, и не вернулась. Через пару часов её коммуникатор послал сигнал сперва о тахикардии, потом об остановке сердца. У неё были проблемы с сердцем, а какой-то мудак убедил её, что одна дорожка кокса ей не повредит. Скорая не успела.

— Его нашли? — спросила Марика.

— Нет, блять, — Максим мгновенно вышел из себя, — потому что анонимность! Долбаная анонимность! Ты можешь быть в виртуальном мире кем угодно и чем угодно, и никто не сможет тебя отследить! Только если ты госпереворот задумаешь, и тебя ФСБ в оборот возьмёт! А ради какой-то девчонки никто и чесаться не станет, сдохла и сдохла, сама виновата! И никакой статистики, сколько преступлений совершается благодаря этой анонимности! На улице камеры на каждом шагу, в самих играх отслеживается каждый чих, но в тот момент, когда ты входишь в игру без браслета — ты растворяешься в системе!

— И ты хотел это исправить? — я начал понимать мотивы Максима, но конечно прощать его не собирался. Просто надо вывести на откровенность.

— Хотел! Вот только когда я начал поднимать волну — меня уволили. Кому-то очень не нужна прозрачность!

— Может, ты слишком многого хотел? Дай попробую догадаться…

— Да он хотел, чтобы у всех во всех играх были настоящие имена! — раздался в наушнике возмущённый голос Марка.

— Ты хотел убрать псевдонимы?

— Конечно! — Максим вскочил, — чтобы нельзя было никого обмануть, вход только с коммуникатором, через удостоверение личности!

— А если я хочу, допустим, сыграть за эльфийку, чтобы её трахали толпой орки? — я усмехнулся, представив себе эту картину.

— Ты это серьёзно? — с опаской спросил Максим.

— Нет, но представить такое несложно. У людей бывают очень странные желания.

— Да кому какое дело до извращенцев! — Максим глянул в коммуникатор. — И где мои деньги?

Последний вопрос он задал уже не столь уверенно.

— Так ты же их сам перевёл, посмотри историю транзакций! А насчёт извращенцев — в том и дело, что до них никому нет дела. А вот с преступниками…

— Да всё уже давно сделано, — Марк в ухе устало вздохнул, — просто не афишируется. Когда действительно нужно — мы можем отследить любого, просто это занимает чуть больше времени, двух часов нам было недостаточно. Но теперь с Рики и это будет возможно, если она согласится помогать.

— Обязательно, — пообещала Аврора.

— Максим, заметь, тебя же мы нашли, — я подмигнул.

— Нашли как-то… — он посмотрел на меня, и вдруг на его лице отразилось понимание. — Ты хочешь сказать…

— Да, твои усилия не пропали даром. Просто ты был слишком категоричен. Анонимность давно уже существует ровно до тех пор, пока ты ничего не натворил.

— Но… я что… а зачем тогда? Почему мне никто не сказал?

— А ты у кого-то спрашивал? — мне захотелось откинуться на спинку, но я сидел на тумбочке. — Может, уже освободишь нас? Тем или иным способом ты своего добился, пора ответить за совершённое. Захват заложников, покушение на убийство, убийство. Сколько исполнителей ты убил, заметая следы?

— Они были мерзавцами! — Максим вскинул голову.

— А кто ты такой, чтобы судить их? Ты покушался на моих людей, и я могу убить тебя прямо сейчас, мне для этого даже шевелиться не надо.

Я вытащил телекинезом нож из потолка, и тот молнией скользнул к Максиму, остановившись точно напротив его лица. Нож завис в воздухе неподвижно, только самый кончик чуть подрагивал. А глубокие борозды на клинке демонстрировали, что до этого он действительно был воткнут в бетон. Гнилой, рассыпающийся, но бетон.

— Может, так проще будет? — мой собеседник посмотрел на нож. — Я не хочу в тюрьму. За что? Я боролся за правое дело, а несколько жизней воров и убийц — разве это не справедливая цена за те жизни, которые спасёт отказ от анонимности? Ты умный парень, согласись, это допустимая жертва!

— Знаешь, я бы может с тобой и согласился, — я снял наручники с себя и Марики, — но есть одно НО, которое превращает тебя из борца за справедливость в банального убийцу.

— Какое же? — Максим даже бровью не повёл, когда я подошёл и забрал нож из воздуха. Марика вообще встала в сторонке и сделала вид, что её не существует.

— Ты забыл принести в жертву себя. Без этого не считается.

— Браво, Миша! — в голосе Авроры сквозила почти что гордость.

Максим совсем сник и повесил голову. Сказать ему больше было нечего, он проиграл, и понимал это.

— Кто сливал тебе информацию о пользователях? Как ты узнал адреса моей команды? — я решил ковать железо, не отходя от кассы. Пока клиент в соответствующем настроении.

— Мне пришло бумажное письмо по почте. Там были все данные.

— И что хотел доброжелатель за помощь?

Я сделал вид, что совсем не удивлён, сам же просто охренел. Серьёзно? Бумажная почта? Она ещё существует???

— Он написал, что полностью разделяет мои идеалы, но в силу обстоятельств у него связаны руки. Пожелал мне удачи. В письме был подробный план действий, координаты людей, которые могут помочь и компромат на каждого, чтобы заставить помогать.

— Какой компромат был на Федю?

— Он убил своего соседа из ревности к жене соседа, но та ему не дала, и он убил и её тоже.

— Какой милый дядечка! Пожалуй, сдадим его полиции потом. Уверен, он сам во всём охотно признается. Значит, тебя просто использовали втёмную?

— Я проверил и перепроверил весь план, он был идеален, — в глазах Максима отразилось восхищение. — Его разработал гений!

— Пожалуй, соглашусь. Но вот взламывать таксопарк со своего компьютера было твоей ошибкой. Мы тоже его взломали, и вышли на тебя.

— Да, это было моей ошибкой! А план был идеален!

Какой-то фанатик прям.

— Не бывает идеальных планов! — я рассмеялся. — Ты не господь бог, ты не можешь учесть всё на свете!

— Ладно, сдавай меня полиции, или кому там… я согласен сотрудничать.

— Это было бы слишком просто. Коллеги, никто не возражает, если я этого борца со справедливостью заберу себе?

— Не возражаю. Согласен. Забирай, — один за другим ответили голоса в наушнике.

— Что это значит? — спросила Марика.

— А не, Марика, это я не тебя спрашивал, — я показал пальцем на ухо, — у меня тут серьёзные люди на связи.

— Я же отключил твой коммуникатор, — поднял удивлённый взгляд Максим.

— Так это через твой, — огорошил я его. — Он тоже взломан, как и твой компьютер с тремя мониторами. Мы даже новостной портал взломали.

— Почему я не удивлён? — Максим покачал головой.

— Скажи, а в плане было требование убить всех заложников, или это твоя инициатива?

— Это было в плане. Сакральная жертва — так он это назвал. Ну или она, я не знаю, от кого было письмо.

— В общем так, Максим, — начал я объяснять. — Я мог бы сдать тебя полиции, и даже проследил бы, чтобы ты не соскочил. Поверь, мне есть, кого за тебя попросить. Получил бы лет пятьсот без права апелляции. Но ты ценный специалист, и как бы мне не было мерзко и противно, разбрасываться такими кадрами не хочется. Только не думай, что я тебе предлагаю лучший вариант. Нет. Это будет твоё наказание. Наказание жизнью. Ты сейчас поклянёшься служить мне. Клятвой, которую ты не сможешь нарушить, и даже рассказать о ней никому не сможешь. Дошло?

— Лучше отправь в тюрьму, — ухмыльнулся Максим.

— Я не предлагаю тебе выбор, я ставлю тебя перед фактом. И если ты его не примешь как данность — ты умрёшь мучительной смертью. Понял?

— Понял.

Максим повесил голову, но стоило мне повернуться к Марике, как он рванулся в сторону балкона. Я поймал его телекинезом возле самого выхода. Спеленал в кокон и подвесил в воздухе.

— Хорошая попытка, но нет. Ты или примешь служение, или умрёшь медленно и мучительно. Просто разбиться, прыгнув с высоты, я тебе не дам.

— Миша, а это вообще всё нормально? — Марика показала пальцем на висящего в воздухе Максима. — Или мы сейчас игре? Я что-то не понимаю.

— Я тоже не сразу врубился. Дай руку, — я взял протянутую ладонь и влил в неё немного маны. — Чувствуешь?

— Даааааа! Что это? — лицо девушки порозовело, разгладилось, видно было, что она блаженствует.

— Мана. Но что ты с ней сможешь делать — мы пока не знаем. Направь её мне обратно, только чуть-чуть.

— Как? — Марика округлила глаза.

— Не думай, как. Просто направляй. Да, вот так. Правильно, молодец, у тебя получается! — я правда почувствовал тонкий ручеёк прохладной, освежающей маны, как будто попахивающей ромашкой. — Видишь, всё просто, точно так же, как ты делала это в игре.

— А в игре я ничего такого не делала! — захлопала ресницами девушка. — Там были свитки, пузырьки…

— Странно! Я же почувствовал тебя и прошёл порталом. Да и ты смогла принять ману и поделиться ею. Не будь у тебя магических способностей — это было бы невозможно.

— Она не прошла тест на мага, — вставила Аврора. — Проходила, но не прошла. Видимо, очень слабые способности, которые проснулись из-за стресса.

— Да, наверное, всё дело в стрессе. Но теперь обратного пути нет, ты одна из нас. Тебе моя мама потом объяснит, что это значит, и к каким приведёт последствиям. Давай пока закончим с этим деятелем.

— Что ты хочешь с ним сделать, и как я тебе могу помочь?

В этот момент в холл ввалилась моя компания.

— Мы, конеееечно, всё пропустили! — разочарованно протянула Катя.

— Так вы бы ещё дольше добирались! Через Питер что ли шли?

— Через подвал, тут всё обрушено, в нескольких местах не пройти было, — ответил Лёня.

— А меня он через крышу вёл, — сообщила Марика и протянула руку Кате. — Я Марика, приятно познакомиться!

— Катя, — ответила та, пожимая ладонь. — Спонтанная инициация?

— Не очень понимаю, о чём ты, — развела Марика руками.

— Потом всё расскажем, не переживай, — подмигнула ей Вика. — Рада, что с тобой всё хорошо!

— Вы знакомы, что ли? — Катя переводила взгляд с Марики на Вику и обратно.

— Знакомы — громко сказано. Вместе отмечали открытие Мишиного ресторана, — ответил Лёня. — Продолжить знакомство как-то не довелось.

— Катя, поучаствуешь в принятии клятвы? — прервал я обмен любезностями.

— У него? — Катя подошла к висящему в воздухе с выпученными от ужаса глазами Максиму. — А может, просто грохнуть его или ментам сдать? Смотри, что-то сказать хочет.

Глаза у Максима стали ещё больше. Он судорожно разевал рот, но сказать ничего не мог, я его плотно спеленал.

— Говори, слушаем, — я чуть ослабил хватку.

— Я согласен, я согласен! — залепетал Максим.

— Смотри-ка, Кать, а пока тебя не было, он храбрый был! Чем ты его напугала?

— Я её знаю! — Максим сглотнул. — Простите, был неправ! Не на тех попёр, бес попутал!

— О как заговорил! Ну, теперь то у тебя обратного хода нет, — я отпустил удерживающий «борца за свободу» щит, и он упал на пол. — Вика, Лёня, присмотрите за ним, если вдруг вздумает сбежать — бейте по ногам.

— Нет-нет, я и не подумаю! — он, кажется, готов был обоссаться со страху.

— Давай сюда руку, — я сделал надрез на его и на своей ладони, в то время как Максим с перекошенным лицом следил за манипуляциями. — Ты должен назвать себя и поклясться мне, что будешь служить мне, выполнять любые мои приказы, и охранять мои тайны.

— И всё? А если я мысленно что-то другое скажу, или задумаю, как обмануть?

— Тогда ты умрёшь. И во время клятвы, чем искреннее ты будешь говорить, тем легче она тебе дастся. Если будешь хитрить и искать обходные пути — тебя скрутит так, что ты пожалеешь, что родился. Начав произносить клятву, ты не должен останавливаться. У тебя есть только два варианта — сдохнуть от самой чудовищной боли, какую только ты можешь себе представить, или подчиниться. Я сильнее тебя, нет ничего зазорного в том, чтобы подчиниться более сильному. Ты проиграл, прими это как шанс на искупление.

— Я понял тебя, — Максим выдохнул и сжал руку. — Когда начинать?

— Погоди. Марика, Катя, идите сюда. Ваша задача — просто вливать понемногу свою ману. Не всю сразу только. Кладите руки сюда.

— Интересно… я далеко не сразу научилась делиться маной, а у Марики это, значит, получилось сразу? — Катя с любопытством посмотрела на новую знакомую.

— Потом разберёмся, — я «включил» поток маны, и Максима ощутимо тряхнуло. — Девочки, давайте.

Пошла мана от Кати — как будто по граниту рукой провёл, холодная и как будто шершавая. С небольшой задержкой от Марики — как лесной родник в жаркий полдень. Три потока сплелись в один, и хлынули в человека. Я посмотрел ему в глаза и кивнул.

— Я, Куражев Максим Анатольевич, клянусь верой и правдой служить Медведеву Михаилу Кирилловичу, подчиняться любым его приказам и хранить его тайны.

Сплетение рук вспыхнуло и погасло. Я отпустил руку Максима. Теперь он точно никуда не убежит.

А Максим с удивлением взирал на свою ладонь, на которой не было и следа пореза.

— У меня такое странное ощущение, что я где-то уже это видел, — сказал вдруг он.

— Может, в фильме? Давайте отсюда собираться, только прежде чем мы уйдём, скажи, знаешь ли ты что-нибудь про человека, приславшего письмо?

Максим вдруг выгнулся дугой и завыл. Страшно, не по-человечески. Как будто ему разом все конечности ржавой пилой отпиливают…

Через несколько секунд он рухнул на пол и забился в конвульсиях, а когда я кинулся к нему, чтобы удержать, не дать биться головой об пол — затих.

Глава 22. По капельке

— Давайте отсюда собираться, только прежде чем мы уйдём, скажи, знаешь ли ты что-нибудь про человека, приславшего письмо?

Максим вдруг выгнулся дугой и завыл. Страшно, не по-человечески. Как будто ему разом все конечности ржавой пилой отпиливают…

Через несколько секунд он рухнул на пол и забился в конвульсиях, а когда я кинулся к нему, чтобы удержать, не дать биться головой об пол — затих.

Проверил пульс. Сердце не билось. Да что ж такое! Я перевернул Максима на спину, нажал на грудную клетку раз, другой.

Чья-то ладонь легла мне на плечо.

— Можно даже не пытаться реанимировать, — бледная Катя опустилась на колени рядом со мной. — Такое бывает, если попытаться нарушить клятву. Ты приказал ему рассказать то, что он знает, и он не мог тебя ослушаться, ведь поклялся выполнять твои приказы. Но, видимо, была другая клятва. И два взаимоисключающих приказа сожгли его, в прямом смысле. У него сожжён мозг и вся нервная система выжжена.

— Но почему он не предупредил?

— Клятва полного подчинения — опасная вещь. Клятвеннику можно приказать что угодно, даже забыть о самой клятве. При этом она будет продолжать работать. Прости, Миша, но мы ничем ему не поможем.

Через пару минут в холле стало тесно. Папа, мама, Марк, ещё какие-то люди. А я не мог отвести глаз от Максима. Да, он захватил в заложники моих друзей, но ведь всё обошлось. Мы уже всё разрулили. Никто из моих друзей не пострадал, а вот мой вопрос убил Максима…

«А так ли он был виноват?» — похоже, Рики думала о том же, о чём и я.

«Что ты имеешь в виду?»

«Мне кажется, тот, кто прислал ему письмо, использовал его».

«Мне, Рики, тоже так кажется. Подвёл под клятву, заставил Максима поверить в то, что он действует по собственной воле. Помнишь, Максим ещё доказывал нам, что план идеален?»

«Да, помню. Не так уж он идеален, раз провалился».

«Рики, а провалился ли он? Откуда мы знаем, чего хотел этот кукловод?»

«Кукловод? Да, Миша, очень похоже. Мы видели его куклу, а сам он остался в тени».

«Ничего, вытащим на свет! И он нам всё расскажет, чего добивался!»

Суета улеглась лишь к ночи. «Свои» следователи сняли нужные показания. Мы просто гуляли по заброшке и нашли труп. Когда и отчего он умер — не знаем. Тело увезли, вскрывать будет «свой» патологоанатом. Журналистам скормили версию, что видеотрансляция была обычным розыгрышем.

К счастью, никто из членов семей моих друзей не пострадал. Никого не было дома, кроме полуглухого дедушки Марики, которого похитители даже не заметили, он как спал, так и продолжал спать.

В результате от действий Максима погибли сам Максим и его подельники, которых убил то ли он сам, то ли его заказчик. В живых остался только Федя, да и то случайно. Хотя случайно ли?

Аврора определила момент, когда за моими друзьями стали следить. Это было на следующий день после открытия ресторана. Что наводило на определённые мысли по поводу крысы в самой корпорации. Марк перетряхнул всех сотрудников вдоль и поперёк, устроил массовые обыски, но крысу так и не нашли. Ничего не дало даже подключение к поискам «Рики». Кто бы ни поставлял Кукловоду информацию, делал он это вне офиса и без использования электронных средств.

Я созвонился с друзьями, заверил каждого, что с остальными всё в порядке, заверил, что похититель понёс наказание, и пообещал рассказать подробности позже при встрече в ресторане.

Марику мы предложили отвезти домой, но она попросилась остаться с нами. Мол, так ей спокойнее. Где-то я это уже слышал…

Вечером мы собрались возле бассейна у нас во дворе. Для Марики, которую похитители выдернули из дома буквально в пижаме, Вика выделила что-то из своих вещей. Они ей пришлись как раз впору.

Разговор не клеился, все крутили в голове пережитое. Но и расходиться не хотелось. Уже стемнело, и я разжёг костёр. У нас для этого оборудованная зона есть, место для костра выложено камнями, вокруг скамейки. С одной стороны беседка на случай дождя, с другой — бассейн на случай жары. Но сейчас хотелось лишь смотреть огонь и отключиться.

Все были свои, и костёр я разжёг магией. Ох, как вытянулась мордашка у Марики! Одно дело в игре, совсем другое — вживую. Хотя игра от реала отличается не так уж сильно.

— А давайте определим, какие способности у Марики? — предложила вдруг Вика.

— Давайте! — живо откликнулась Катя. — У нас тут все стихии, считайте, представлены. Что-то да откликнется.

— И что мне надо будет делать? — спросила Марика?

Я создал в ладони маленький файербол и подал его девушке.

— Держи! Да не бойся, — добавил я, заметив, как она отдёрнула руки. — Он не жжётся, если только не задать ему такую цель. Греет и светит.

Марика осторожно протянула руку, чтобы взять огонь, но тот, коснувшись её ладони, погас.

— Не огонь, — вынесла вердикт Катя. — Вика, давай ты.

Вика сформировала шарик из воды, который постигла та же участь — как только Вика его отпустила, он растёкся по ладони Марики, как перевёрнутый стакан воды.

— И не вода, — вздохнула Марика.

— Моя очередь, — сказал Лёня, формируя между ладоней небольшой воздушный вихрь. — Лови!

Он отправил вихрь Марике, и та честно попробовала его поймать, но вихрь распался ещё на подлёте.

— Подставь ладонь, — Катя загребла с земли горсть песка.

Марика подставила ладонь, и Катя тонкой струйкой полила ей на руку… жидким камнем. Который тут же застыл у Марики на ладони чем-то напоминающим какашку.

— И не камень… Может, электричество? — Катя вздохнула. — Было бы здорово, такого у нас не водится.

«Рики, выдашь небольшой разряд?»

«Хм, ну давай».

Рики перехватила контроль и на моих пальцах заискрила-заплясала небольшая молния.

Марика машинально подставила руку и… отлетела на пару метров.

— И не электричество. Что? — я оглядел разинувших рты друзей.

— Да нет, ничего… — Катя подобрала челюсть первой. — Мы никому не скажем, а ты сильно не свети. Две стихии — большая редкость. Может дать тебе на турнире преимущество. Но только один раз. После этого количество желающих сразиться с тобой резко поубавится.

— Марика, ты как? — Лёня помог девушке подняться, неодобрительно глянув на нас с Катей. Мол, сперва бы помогли, потом рассуждали бы.

— Да ну вас… — отмахнулась Марика, садясь на своё место. — Вроде жива. Только потряхивает. То ли дело в игре… В свиток ткнула — и всё понятно, что там?

Мы с Катей переглянулись.

— Катя, у тебя с регенерацией кожи лучше всего, да? — подмигнул я ей. — Принесёшь небольшую жертву во имя науки?

— Лааааадна, так и быть, — Катя прищурила один глаз и чиркнула себя по ладони отросшим каменным когтем.

Разрез получился неглубокий, но достаточный, чтобы пошла кровь.

— Пробуй, — протянула Катя ладонь Марике.

— Чего, — опешила та.

— Ну не на вкус же! Лечить пробуй!

— А как?

«Пусть поток маны в рану направит!» — посоветовала Рики.

— Помнишь, как ману переливала? — продублировал я вслух. — Вот так же, направляй ману в рану, и представь, что она затягивается.

Марика посмотрела на меня, на Катину ладонь… Видно было, что предложение вызывает у неё большие сомнения. Вика, кажется, хотела что-то сказать, но я приложил палец к губам, и она промолчала.

— Ладно, я попробую…

Марика поднесла свою ладонь к Катиной, и сосредоточилась. Никаких спецэффектов не случилось, да и вообще ничего особенного не случилось.

— Болеть перестало, — вдруг сказала Катя. — Молодец, у тебя получается, продолжай!

Через пару минут Катя отдёрнула руку.

— Щекотно! — она осмотрела ладонь. — А порез-то затянулся! Не сказать, что прям как не было, но почти не видно!

— Ага, — вымолвила через силу Марика и осела на песок, мы с Лёней едва успели подхватить её.

«Истощение», — констатировала Рики.

«Сейчас пополним».

Я начал вливать в Марику ману, и через несколько секунд она открыла глаза.

«1 % не наберётся, совсем крохи», — сообщила Рики, когда мана перестала в Марику влезать.

— Что это было? — спросила она.

— Истощение. У тебя резерв маны закончился. Я тебя наполнил, у тебя ёмкость совсем маленькая. На царапину едва хватило.

— Слабенькая из меня целительница, — усмехнулась девушка. — А увеличить ёмкость можно?

— Можно, — авторитетно заявил Лёня, — но не намного. Представь, что твой Источник — это как озеро, из которого ты черпаешь воду. Ты им не пользовалась, и оно застоялось, заилилось. Начнёшь активно использовать — и… промоешь его, очистишь, вода станет чище и дно немного углубится. Но вряд ли получится увеличить ёмкость в разы. Разве что сейчас у тебя Источник совсем… заиленный, и ты используешь совсем-совсем малую его часть. В общем, тебе надо больше практики. Как и всем нам.

«Рики, а вот интересно, а можно промыть Источник под напором? Заодно и углубить?»

«Наверное, если бы это было возможно — все бы так и делали?»

«А может и делают, кто нам скажет? Ладно, не всё сразу. Пойдём учиться — нам всё расскажут и покажут!»

«Согласна. Эх, поскорей бы! Интересно же до жути!»

— Катя, а ты чего там в Сети тыкаешься? — Вика хотела заглянуть в экран коммуникатора подруги, но та прикрыла его рукой.

— А вот! — Катя показала ей язык. — Потерпи минуту, щас всё расскажу!

— 60, 59, 58… — начала считать Вика.

— Ну какая же ты нетерпеливая! Да посылку я жду. Короче! — Катя встряхнула шевелюрой. — У нас сегодня был тяжёлый день, Марике особенно досталось, да и мы чуть не поседели, потом ещё Максим… А ещё Марика инициировалась! Я решила, что это дело надо отметить!

Я глянул на друзей и увидел на лицах полное одобрение. Ну, что ж…

— Пожалуй, ты права. Тогда я за посудой и закуской. Что нести?

— Только обычные стеклянные стаканы, по два на каждого, — ответила Катя. — Я заказала всё, что нужно. А, ещё вилки и сахар-рафинад!

«Какой интересный набор!» — заметила Рики.

«Мне даже интересно, что же там такого в посылке?»

В посылке оказался абсент.

— Эмм… — у Вики вытянулось лицо. Да не только Вика, такого никто не ожидал!

— Сколько в нём градусов? — спросила Марика.

— Семьдесят, но мы его водичкой разведём! — с энтузиазмом пояснила Катя. — Да не ссыте, всё нормально будет! Мы по капельке, чисто для настроения! Это, между прочим, настоящий! В магазине вы такой не купите!

— А в чём отличие? — заинтересовался Лёня.

— То, что в магазине продаётся — это фигня, сплошная химия, а это… это ручной работы, на полыни настаивается. Знакомые делают для нашего магазина, чисто под заказ.

— И как его тебе продали? — я прищурился. — Или ты заранее заказала?

— Заранее. Просто повода не было. Итак! Щас я вам покажу, как надо!

Мы переместились в беседку, и Катя достала из бокса несколько коробок с разным соком, виноград, ломаный кусками шоколад, тоже видимо какой-то особенный, и несколько запотевших бутылок с водой. Скрутила бутылке крышку, и по беседке разнёсся запах микстуры, как в аптеке.

— Смотрите! Берём стакан, кладём на него вилку, а на вилку кусочек рафинада! Во второй стакан наливаем холодную воду. Теперь надо аккуратно налить абсент через сахар, чтобы рафинад им пропитался. Чуть-чуть, на донышке. Так, воду все налили? Миша, поджигай!

Пока Катя объясняла, мы повторяли за ней все действия. Когда всё было готово, я поджёг кусочки сахара.

— Вилку придерживаем, чтобы не упала! Сахар расплавится и будет капать в стакан, и вот когда он весь окажется в стакане, выливаем туда воду и залпом выпиваем!

Мы вылили воду в абсент, и из прозрачной изумрудной он стал почти белым и мутным.

— Ну, за то, что всё хорошо закончилось! — Катя первая замахнула свою порцию, мы за ней. Ух!

Однако! То ли воды мало налил, то ли так и должно быть, но от горечи и резкого запаха перехватило дыхание. И не у меня одного.

Вика с Марикой замахали руками, и Катя подала им по кусочку шоколада. Я последовал их примеру. А Лёня стоял, зажмурившись, и просто балдел!

— Лёня, закусывай! — я заставил Лёню съесть кусочек горького шоколада.

— Да нормально всё! Тут же совсем чуть-чуть, вообще не чувствуется. Только непривычно, а так — как лекарство выпил!

Голова действительно осталась на удивление ясной.

— Вроде не так уж и страшно! — с удивлением прислушиваясь к ощущениям, заметила Вика. — А давайте теперь за Марику и её сегодняшнюю инициацию!

— Точно! Марика! Поздравляем тебя!

Вторая пошла ещё мягче, и снова, как ни удивительно, никакого эффекта. Может, всё дело в сегодняшнем стрессе?

— Знаете, — я решил взять слово, пока Катя мудрила с рафинадом. — Мы не виноваты в том, что произошло. Максим убил сегодня много людей, и хотел убить тебя, Марика, и остальных. Но даже он не заслуживал такой смерти. И я обязательно разберусь, кто за всем этим стоял. Давайте помянем его, и отпустим с миром. Марика, согласна?

— Согласна, Миша, — серьёзно ответила Марика.

Выпили молча.

— Слушайте, все ведь трезвые, да? — Лёня обвёл всех взглядом. — А поехали куда-нибудь? Что мы как старики, сидим тут в беседке.

— А и правда! — Катя одобрительно хлопнула Лёню по плечу. — Классно придумал! Я даже знаю, куда! Погнали!

Через пять минут мы уже были в воздухе, прихватив с собой все принадлежности, а ещё через десять спускались в какой-то малоприметный подвал на окраине Москвы. Початую бутылку абсента доверили Вике, которая перед вылетом успела сбегать в дом за лёгкой курточкой. В курточке мы контрабанду и понесли.

Двое громил уважительно поздоровались с Катей и без лишних вопросов пропустили нас внутрь.

«Как я погляжу, наша Катя та ещё тусовщица!» — заметила Рики.

«И не говори! Зато весело!»

Внутри гремела музыка, а приторно-сладкий дым от кальянов был настолько плотным, что можно было топор вешать.

Мне на глаза попался столик, за которым никто не сидел.

— О, смотри, нас ждёт! — перекрикивая музыку, показал я на него Кате.

— Точно! Занимайте скорее, а я пока принесу всё что нужно!

Махнув рукой компании, чтобы следовали за мной, я направился прямиком к столику. Опа, и стульев пять штук, ну точно для нас! Наверное, Катя договорилась. Умница какая!

«Миша, я даже не представляла, что такие места существуют! Только оглохнуть можно! Зато музыка прикольная!»

«Музыка да, качает!»

— Эй, малыши, а ну пошли вон, это наш столик! — к нам подошли два каких-то наглых типа.

— Э, парни, у нас тут серьёзное событие, — я махнул рукой, сделав жест парням, — отвалите!

Я повернулся к своим.

— Щас, конечно, отдали мы им столик! Может ещё и денег дать?

— Логично, — кивнул Лёня, — если столик наш, с чего ради мы будем его отдавать?

Подошла Катя с большой бутылкой какой-то газировки и стаканами. Из кармана шорт она достала вилки.

— Продолжим? — подмигнула она мне.

— Наливай!

Дождавшись, когда Катя нахимичит с сахаром, который она, оказывается, ещё дома в пакетик сложила и Вике в карман куртки сунула, я поджёг абсент.

— Ой, а как ты это сделал? — к моей спине прильнула пышной грудью какая-то девушка.

— Это магия, детка! — ответил я ей, поджигая небольшой огонёк на кончике пальца.

Девушка протиснулась между мной и Лёней.

— А меня Соня зовут! Девочки, не бойтесь, я у вас мальчиков не уведу! Покажи ещё раз, я хочу понять, как ты это делаешь! Это ведь фокус какой-то, да?

Офигеть, вот это сиськи! Короткий топик с трудом их удерживает, а в свете цветомузыки, кажется, не слишком и скрывает.

— А давай я твоё желание исполняю, показываю тебе как я огонь зажигаю, а ты моё, идёт? — я протянул Соне руку.

— Идёт! Выполню одно твоё желание! — девушка пожала мне руку.

— Вот, смотри, — я показал ей пустую открытую ладонь, — беру и зажигаю.

На ладони заплясал небольшой огонёк. Файербол создавать, палиться, я не стал, огонь был максимально похож на настоящий.

— Но тут ни трубочек, ничего… — разочарованно протянула девушка.

— Я же тебе сразу честно сказал: это магия. Но я показал, и теперь с тебя желание!

— Ладно, чего ты хочешь? — Соня вздохнула.

— Чтобы ты сняла топик!

«Ну ты Миша и развратник!»

«Да брось, ты глянь какие тут сиськи! Грех же их прятать!»

«А и правда, классные! Ладно, согласна, идея отличная! Такую красоту прятать нельзя!»

Соня меж тем взглянула на меня с ненавистью. На секунду мне показалось, что она сейчас даст мне в глаз, развернётся и уйдёт, но она вдруг зацепила руками топик и сняла его, отдав мне.

— Доволен?

— Ага! Классные сиськи! Зачем ты их прячешь? Скажите же? — я обратился к друзьям.

— Точно, — Лёня уверенно кивнул, — так гораздо лучше! А давайте за сиськи выпьем?

— У меня лучше, — состроила недовольную рожицу Катя, но абсент всё же разлила.

Мы выпили за сиськи, и тут я заметил, что Соня куда-то испарилась, а её топик так и остался у меня в руках.

— Молодые люди, у нас со своими напитками нельзя, — подошёл к нам какой-то мужик, по виду то ли официант, то ли администратор.

— Так, давайте разбираться. Катя, это ведь твоя бутылка?

— Моя!

— Но ты же наливаешь нам?

— Ага!

— Вот видите, — я обратился к мужику, — мы не со своим! Мы из вот её бутылки пьём! Правда получается она со своим… О, я придумал! Мы с ней стаканами поменяемся! И тогда получится она с моим, а я с её!

Мужик что-то недовольно пробормотал и ушёл.

— Что-то они расходились, надоели, — я окружил наш столик силовым щитом. — На чём мы остановились?

Лёня мне что-то ответил, но моё внимание отвлекла Рики, одетая в короткое-короткое платье, на шпильках. Она прижалась ко мне всем телом, обхватив руками за шею, и впилась в губы поцелуем.

Мне определённо нравится наша вечеринка!

Пробуждение было внезапным, как удар грома. Дёрнувшись, я больно стукнулся головой о стекло машины. Верхом на мне, положив голову мне на плечо, спала голая Катя. Остальные сопели по всей машине, кто где. Стекла были изрядно запотевшими, но даже так я разглядел, что вокруг нас со всех сторон плещется море.

Глава 23. Разбор полётов

Пробуждение было внезапным, как удар грома. Дёрнувшись, я больно стукнулся головой о стекло машины. Верхом на мне, положив голову мне на плечо, спала голая Катя. Остальные сопели по всей машине, кто где. Стекла были изрядно запотевшими, но даже так я разглядел, что вокруг нас со всех сторон плещется море.

«Миша, я надеюсь, у нас с ней ночью ничего не было?»

«Тоже на это надеюсь. Да и нас чуть не убило прошлый раз от попытки поцелуя, вряд ли ты бы допустила что-то большее…»

«Если было, и я этого не помню — я этого дважды не переживу!»

«Один раз понятно, а второй почему?»

«Так ведь интересно же!»

Я аж поперхнулся от такого заявления.

«Надо её разбудить незаметно…»

В этот момент Катя зашевелилась.

— Мммм, даааа, так очень приятно, можно ещё?

— Я ничего не делаю! Просыпайся потихоньку, постарайся никого не разбудить.

— А по попе меня кто гладит?

Тут я заметил, что действительно глажу Катю по попе. Фуф, она хоть не совсем голая, в стрингах…

«Рики, блин, я не знаю, как это получилось!»

«Да не парься, это я! Ты же сказал незаметно разбудить».

«Это, по-твоему, незаметно?»

— Катя, блин, короче, просыпайся, и пожалуйста, постарайся вспомнить, что было сегодня ночью?

Катя на секунду замерла, потом резко отстранилась от меня, тут же прикрылась ладошками, потом заозиралась…

— Дай мне свою футболку, пожалуйста? Я понятия не имею, где моя! И шорты тоже…

Я молча стянул с себя футболку, и Катя надела её на себя.

— Может, не стоило тебе её давать, ты неплохо смотрелась голой. Только что это на тебе за пятна?

— Какие ещё пятна?

— На лице, груди, животе… — я приподнял край футболки, от чего Катя порозовела, но не сопротивлялась. — Повернись-ка.

Катя повернулась, и я задрал футболку у неё на спине.

— Ну что там?

— На спине тоже, но их едва видно, и постепенно исчезают. Самые заметные — на лице. От кого ты ночью пряталась, интересно?

— Не знаю. И что это за иллюминация?

Только сейчас я заметил короткие вспышки света, с равным интервалом.

— Давай по-другому вопрос поставим, — предложил я. — Где мы вообще?

— Это остров Нерва в Финском заливе, — из коммуникатора раздался голос Рики, но говорила, очевидно, Аврора. — А вспышки света — это маяк, вы сюда на эти вспышки и прилетели ночью.

— Блиииин, Рики! — Катя обрадовалась подруге, как родной. — Ты всё это время была с нами! Мы хоть ничего не натворили? Последнее, что я помню — это сиськи той девчонки, Сони, кажется.

— Ну как вам сказать… — Аврора, похоже, давилась смехом. — По крайней мере, серьёзно никто не пострадал.

— А несерьёзно?

— Два человека в больнице, трое уверовали в пришествие инопланетян, человек двадцать, я думаю, больше капли в рот не возьмут. В зоопарке небольшие разрушения. Маяк не пострадал, а в кафе по дороге вы и вовсе произвели фурор.

Катя закрыла лицо руками и покраснела до кончиков ушей.

— О боже! А мои родители в курсе?

— Немного, но далеко не всё. Вот Мишины… Собственно, они подлетают с запасной батареей, у вашей машины заряд закончился.

— Рики, подскажи, — моё внимание зацепилось за один момент, — а что мы делали в зоопарке?

— Миша, поверь, вам лучше не знать! — Аврора не выдержала, и расхохоталась. — Катя, особенно тебе!

— Я что, и там отличилась? А кстати, где мои футболка и шорты, ты случайно не в курсе?

— Ха-ха-ха!!! — Аврора уже ржала в голосину. — В зоопарке остались! В Москве!

— Ну нет!!! — Катя спрятала лицо у меня на плече. — Я что, так голой и каталась всё это время?

— Бодиарт за одежду считается? — серьёзным голосом спросила Аврора и прыснула.

С заднего сиденья выглянула заспанная и помятая Марика.

— Что вы тут обсуждаете? Блин, голова как болит!

— Да? а у меня в порядке, — я прислушался к своим ощущениям. — Как огурчик!

— Я тоже, — сообщила Катя. — Вы там проснулись? А то у меня уже ноги затекли, а Вика дрыхнет всё ещё.

— Я ничего не знаю, я сплю, — послышался очень довольный голос Лёни.

— Ты уже не спишь, так что прекращай меня лапать! — ответила ему Марика.

— А что, пока спал, можно было? — обиженно пробурчал Лёня. — Я тебя вообще-то просто придерживал, чтобы ты не упала!

— Дайте поспать! — пробормотала Вика. — Разорались тут.

— Сейчас мои родители приедут, так что всем подъём! — гаркнул я, от чего Вика с Лёней подскочили, и если бы потолок машины позволил — вытянулись бы по стойке смирно.

Катя тем временем достала из бардачка аптечку.

— Кому таблетки от головы? — вскрыла она какую-то упаковку.

— Мнееее! — протянула руку Марика. — Ох, ещё бы водички! Сушняк дикий!

Вика молча достала откуда-то из-под ног бутылку с водой и отдала Марике.

— Аааа, как же хорошо! А вы чего все такие отдохнувшие? Вроде пили вместе…

Мы вчетвером смотрели на Марику, и, похоже, хреново действительно было только ей.

«Рики, а целитель может лечить себя сам?»

«Не может. Думаешь, она всех нас, того?»

«Похоже на то…»

— Марика, что последнее ты помнишь? — начал я осторожный опрос.

Полагаться на одну только Аврору мне не хотелось, меня вообще напрягало её спокойствие. Странно, вроде со мной её дочка во все тяжкие пустилась, а она ведёт себя, как старшая подруга, а не как мама. Или она настолько всё понимает, или настолько мне доверяет? Хм… сейчас я бы сам себе не особо доверял.

— Что значит последнее? Я всё помню! Мы с вами пошли в ночной клуб… погодите, а где мы?

— Тааак, понятно. Лёня, ты?

— Я помню, что с нами была какая-то девчонка, которая танцевала стриптиз, но где это было… и, кстати, да, где мы?

— И когда, — добавила Вика, глядя на коммуникатор. — Сколько времени? Прикиньте, уже полдень! И откуда в Москве море?

— Вика, что ты помнишь? — повторила вопрос Катя.

— Помню, как мы в мою куртку абсент заворачивали. Куда мы его, кстати, дели? Мы же вроде в клуб собирались?

— Последнее, что помню я — как нас хотели из клуба выгнать, мол, со своими напитками нельзя, — дополнил я воспоминания.

— Катя, а почему у тебя волосы белые? — посмотрев на подругу, спросила Вика.

— А я знаю? — огрызнулась та. — Ты ещё спроси, где моя одежда!

В этот момент рядом с нами приземлилась машина родителей, и мы всё же выбрались наружу. Оказывается, мы были на острове, задом к маяку. Вот почему его и другие постройки было не видно из машины, и казалось, что вокруг нас только море.

— Ну что, привет, — глядя на наши помятые морды, поздоровался папа, — граждане алкоголики, хулиганы, тунеядцы! Кто хочет сегодня на внеплановую тренировку?

— Пап, вот давай только не сегодня! Что мы, сильно накосячили?

— Да не переживай, — папа хлопнул меня по плечу. — Мы всё уладили, потом расходы подобьём, тебе счёт выставим. Там не больше миллиона, фигня.

— СКОЛЬКО??? — мы все пятеро поперхнулись. Вот это погуляли так погуляли!

— Это не считая оплаты лечения тех двоих с переломами, — добавила мама.

— ЧТОООО??? — у меня отвалилась челюсть.

— Да, и зоопарк согласился не выставлять претензий при условии, что вы отработаете там две недели волонтёрами, восстановите разрушенный вольер. У них людей не хватает, а вы доказали, что прекрасно управляетесь с дикими животными. Особенно Катя.

Как бы папа не крепился, но на последней фразе его всё же прорвало, и он согнулся от хохота.

— Да что я там такого натворила? Надеюсь, не… ой, всё! Ничего не хочу знать! — Катя покраснела, как рак, и спряталась в машину на заднее сиденье.

— И если вы думаете, что отличились только эти двое, — мама строго посмотрела на остальных, — то вы заблуждаетесь. Вика, вот скажи, как тебе пришло в голову устроить всему ночному клубу конкурс мокрых маек?

— Я… я не знаю! — проблеяла Вика, залившись краской.

— Ну а ты, Лёня! Хотя нет, про тебя мне даже говорить стыдно!

Лёня склонил голову, при этом умудрившись одними глазами спросить у меня, не в курсе ли я, за что там стыдно. Я пожал плечами.

— Марика, ну а ты? Что за шоу ты устроила?

— Простите, но я не в курсе, — ответила Марика, не растерявшись. — Мы никто не помним, что вчера было. Помним только, как в клуб пошли.

— Да ладно вам, всё нормально. Подумаешь, расслабились, — мама подмигнула мне, — с кем не бывает! Кстати, вас дома ждёт сюрприз.

Ох, не к добру это… ох, не к добру! Что-то мне вообще всё это не нравится! Не, у меня реально самые лучшие и понимающие предки в мире. Но это уже перебор даже для них!

Чтобы не терять время на зарядку, мы просто заменили батарею на запасную, и вылетели домой. Так и летели до самого дома, родители впереди, мы чуть сзади. Москву для экономии времени пришлось огибать по дуге, чтобы не сбрасывать скорость над городом. Добрались за два с половиной часа, в течение которых успели придумать пару сотен версий, но на все наши вопросы Аврора только отшучивалась.

Дома нас с распростёртыми объятиями встретила бабушка. Косо посмотрела на меня, что я без футболки, которая так и осталась у Кати. Но накормила от пуза, только чуть-чуть пожурила, что мы улетели, не предупредив, а она для нас вкусный завтрак готовила. Потом бабушка устала и ушла в свою комнату спать, а мы собрались в гостиной.

— Я прослежу, чтобы бабушка хорошенько выспалась, а вы пока наслаждайтесь, — подмигнув нам, мама включила панель. — Специально для вас, эксклюзивный кинопоказ. Простите, но я с вами не останусь, моя психика не выдержит смотреть это ещё раз, да ещё и вместе с вами.

— Вы что-нибудь поняли? — спросила Марика.

— Поняли… — я постучал по коммуникатору. — Большая сестра, твоих рук дело?

На панели показалась Рики, но, конечно, это была Аврора. Блин, надо что-то делать с этим маскарадом. Клятву с них со всех что ли взять…

— Вы ведь не думали, что после пережитого вчера стресса вас оставят без присмотра?

— Вообще-то так и думали, мы вроде уже не маленькие, — ответил я.

Рики на экране скептически приподняла бровь.

— Светлана сразу попросила меня за вами присмотреть, и если что, сообщить ей. Во всех ваших похождениях вас сопровождали твои родители и один дополнительный экипаж на всякий случай. И я, конечно.

— А почему нас просто не остановили? — спросила Катя.

— Вот ты сама потом и скажешь, почему не остановили. Давайте смотреть. Снято с ваших коммуникаторов, местами с камер наблюдения в ночном клубе и прочих местах.

Мы расселись кто куда, и Аврора включила запись. Насчёт того, что это снято с коммуникаторов — она поскромничала. Как мы руками махали — там должно было быть размазанное пятно, а не запись. Но Аврора по этим записям умудрилась восстановить трёхмерную картину, да ещё и выбрала удачные ракурсы, как заправский режиссёр. Наверное, это та технология военная, разработка Тихомирова, где по куче разрозненных сведений воссоздаётся картина происходящего на поле боя. Но применила её Аврора очень творчески. Так что насчёт кинопоказа мама не шутила. Реально настоящее кино получилось!

Сперва всё было чинно-пристойно. Посидели, выпили, помянули Максима… Что-то Аврора вообще пропустила, что-то промотала. И вот мы в клубе.

— Погодите, я был уверен, что это свободный столик! — я только сейчас заметил, что на столике стояли коктейли и рюмки.

— Я почему-то подумал, что это Катя заранее всё подготовила, — ответил мне Лёня.

— А я ушла тогда к стойке, и когда вернулась, удивилась, что вы меня опередили, — объяснила Катя. — Мне вообще всё казалось совершенно естественным.

Вот к нам подходят двое и довольно вежливо просят освободить столик. Взмах рукой — и они улетают через половину зала.

— Оу… бедолаги! — парни явно что-то себе сломали.

Ракурс меняется, к двоим парням бросаются три девчонки. Вот почему было пять стульев. Компания была такая же как наша по составу. А ведь мы всей этой суеты не видели.

Вот к парням подбегают… мои родители! Обалдеть! Они были там, а мы их даже не заметили! Они что-то объясняют самим парням и девчонкам, а также подбежавшим охранникам, те кивают, и помогают парням выбраться из клуба.

— У одного перелом руки, у другого сломаны рёбра, — прокомментировала Аврора. — Столики там прочные, и прикручены намертво.

— Я не хотел… — пробормотал я.

«Охренеть, а если бы я их убил?»

«Надо быть осторожнее!»

Дальше к нам подошла та девушка, Соня. Я её помнил. Она ещё мне топик отдала зачем-то. Так, а это что?

«Ты что, взял с неё клятву???»

«Похоже на то! Она же пообещала исполнить одно моё желание. Видимо, на одно желание такой типа клятвы и хватило. Я не чувствую с ней связи».

Незапланированный стриптиз, конечно, привлёк всеобщее внимание. Потом мы отгородились ото всех щитом, и к нам никто не мог подойти. Вот с этого момента никто из нас ничего не помнил.

А мы, оказывается, решили, что пить просто так — это не круто, и решили дать представление. Катю знали, поэтому она легко договорилась с администратором зала.

— Дорогие друзья, — на фоне притихшей музыки объявил ди-джей, — у нас сегодня необычные гости, и они решили порадовать нас своей творческой самодеятельностью.

Со всех сторон раздался неодобрительный свист, но он быстро стих, когда началось выступление.

Первым в программе был я…

Я сделал вид, что облился горящим абсентом, и вспыхнул огнём. Камера выхватила маму, которая в этот момент испуганно прижала руки к груди и папу, который толкал маму локтем и показывал на меня пальцем. А я в это время устроил настоящее файер-шоу. Жонглировал огнём, гоняя его с одной руки на другую. Даже окружил себя ненадолго огненной стеной. Как так получилось, что я ничего не поджёг — не знаю.

Куча посетителей снимали всё происходящее на коммуникаторы! Ужас!

Потом настала очередь Вики.

Она попросила у ди-джея микрофон и предложила всем желающим поучаствовать в конкурсе мокрых маек. Вызвалось всего две девушки.

— Девчонки, я же знаю, что вы все хотите принять участие! — заявила Вика. — Но боитесь! А давайте я вам помогу решиться!

Она закрыла глаза, и вдруг в зале пошёл дождь! Ну как дождь, так, морось. Но тем не менее! Вот только попадали капли исключительно на девушек, а те, что пролетали мимо — растворялись в воздухе, не долетая до пола. Влаги в довольно душном помещении хватало, и Вика разошлась! Вскоре все без исключения девушки в клубе были мокрые выше пояса насквозь. Конкурс как таковой не состоялся, но визгов хватило всем.

Следующим выступил Лёня… Не знаю, у кого он взял шляпу, но то, что он с нею делал!

Сперва она просто летала по всему залу под дружные аплодисменты. Но вот только Лёня, отправляя шляпу в полёт, каждый раз успевал снять одну вещь с себя. А так как лето, и одеждой он обременён не был, то очень быстро остался голым. Последним штрихом в его сольной программы стала шляпа, скрывшая его достоинство, и повисшая на нём, как на вешалке. Так он ею ещё и покрутил.

— Как это развидеть? — спросила Вика, закрывая лицо руками.

— У меня тот же вопрос, — ответил ей Лёня, смотрящий на экран из-под приставленной козырьком ладони. — Какой позор!

— А мне понравилось, — ответила Марика, — весело получилось! А я ещё под утро думаю, что такое большое и твёрдое тыкается мне в задницу. Но теперь всё встало на свои места!

— Марика, заткнись, умоляю! — сполз в кресле стеснительный Лёня. — Это вообще монтаж, это не мог быть я!

— Ты, ты! Я тебя и раньше видела со шляпой, — обличающе сообщила Вика, — правда, одетого. Лёня, ты не переживай, маме я ничего не расскажу!

— Что ты хочешь за молчание? — Лёня сразу подобрался и с ненавистью посмотрел на сестру.

— Оооо, я подумаю! — Вика закатила глаза и жеманно положила голову на ладонь. — Не хотелось бы продешевить, знаешь ли!

— Стерва!

— Трясунчик!!!

— Так! Смотрим дальше! — прервал я спор.

Дальше выступала Катя. Она отрастила рога и когти, перекрасила кожу в красный цвет и станцевала что-то зажигательное в стиле go-go на вполне приличном уровне. Ну хоть тут обошлось без стриптиза, если не считать того, что Катя была мокрая наравне с остальными, а лифчик она не надела.

Наконец, дошла очередь до Марики. На экране вместе с ней на импровизированную сцену вышел я.

— Мальчики и девочки, поднимите руки, у кого есть татушка? — спросила Марика, и половина зала подняли руки. — Хорошо! А у кого татушка не удалась?

Большинство опустили руку, но несколько девушек и пара парней остались.

— Идите все сюда! Вот ты, — обратилась она к миловидной девушке, — что у тебя не получилось?

— Да она получилась, — она сдвинула майку и показала на левой груди сердечко с каким-то именем, — только мне теперь приходится встречаться только с Витьками! А мне эти Витьки уже поперёк горла!

— Отлично! Вставай вот здесь! Всем видно? — ответом Марике был нестройный гул голосов. — А теперь…

Она положила ладонь девушке на грудь и закрыла глаза. На экране Марика покачнулась, и я подошёл к ней, положив руку на плечо. Ну да, у неё же маленький резерв Источника. А если пустить ману широким потоком…

Так и есть! Несколько секунд — и Марика убрала руку. Кожа на груди у девушки была совершенно чистая!

— Кто у тебя сегодня на примете? — спросила Марика девушку.

— Мальчики! — заорала в ответ та. — Кто сегодня свободен? Кроме Витьков!

Несколько парней наперегонки кинулись к ней. Похоже, вечер у девушки выдался на славу. Уходя, она что-то шепнула Марике, та только кивнула в ответ.

Ещё несколько человек вызвались стать жертвой экспериментальной магии. Удачные, но устаревшие татушки, неудачные, угревая сыпь… Одна женщина попросила убрать шрам от кесарева. Марику не отпускали минут тридцать, люди забыли, зачем вообще пришли в клуб. Ведь не каждый день увидишь настоящее чудо. Люди трезвели, понимая, что избавились от какой-то очень личной проблемы, а потом шли обновлять состояние к бару. Из пары сотен человек те или иные косметические дефекты обнаружились человек у двадцати. Шоу закончилось, уже давно гремела музыка, а к нашему столику то и дело подходили ещё люди.

— Марика, это было очень мило! — Вика сложила из пальцев сердечко.

Сама Марика сидела со слезами на глазах.

— Вы не понимаете, я всю жизнь мечтала помогать людям! А теперь… теперь у меня есть такая возможность!

— Придётся подучиться, но да, получается так, — Катя обняла её за плечи. — Мы все за тебя очень рады, ты молодец! Не зря, получается, спасали!

На экране меж тем наша компания что-то обсуждала. В это время ди-джей включил особенно громкую музыку, и нам приходилось орать друг другу в ухо. Соответственно, на записи ничего не было слышно. До чего-то договорившись, мы допили наконец абсент, я открыл портал, и мы, раскланявшись, покинули ночной клуб.

Здесь, дома, на этом моменте мы переглянулись.

— Готова поспорить, что мы пошли искать неприятности, — авторитетно заявила Катя.

— А я даже догадываюсь, — ответил я, — кто громче всех кричал, что они нас ждут, как же не пойти!

Глава 24. Зоопарк

— Готова поспорить, что мы пошли искать неприятности, — авторитетно заявила Катя.

— А я даже догадываюсь, — ответил я, — кто громче всех кричал, что они нас ждут, как же не пойти!

— Нет, а чо сразу рыжая то? — спросила Катя, меняя цвет волос на рыжий.

Там, на экране, в машине у нас произошёл разговор. Мы слушали сами себя и просто обтекали.

— Катя, а ты уверена, что она нам обрадуются? — уточнил Лёня.

— Ты сам подумай! У неё родителей забрали, когда она была ещё совсем маленькая! И она очень-очень грустная из-за этого. Через две недели её саму тоже заберут. А она же привыкла жить в Москве, здесь её дом!

— Я бы на её месте тоже грустила… — вздохнула Вика.

— А ещё её куратор, который всё это время с ними работал, заболел, лежит в больнице, и она там совсем одна! Её даже обнять некому!

Мы, которые смотрели всё это время молча, переглянулись. О ком это мы вообще?

— Миша, — тем временем продолжала объяснять Катя, — мы просто обязаны её спасти! Мы Марику спасли, мы — команда спасателей, и кому спасать Женьку, как не нам?

— Логично, — ответил я Кате там, на экране. — Кто, если не мы!? А куда мы её потом?

— Не переживай, у меня есть план!

— Это-то и пугает! Прошлый раз, когда я поддался на твои уговоры, нас чуть не убили, если помнишь. Так что я ничего не обещаю. Заходим, смотрим, дальше действуем по обстоятельствам. Если Женя с тобой пойдёт — то уходим с ней, иначе без неё. Договорились?

— Мишенька, ты самый лучший! Можно я тебя поцелую?

— Смерти моей хочешь? У меня после прошлого раза руки дрожат!

Я попросил Аврору поставить на паузу, и внимательно посмотрел на Катю. Та усиленно пыталась слиться с обшивкой кресла, даже узор на коже начал проступать.

— Катя, ты, кажется, уже знаешь, куда мы полетели дальше, и кто такая Женя?

— Вы меня убьёте… — прохрипела Катя севшим голосом.

— Что, всё так плохо?

— Ага… международный скандал… а если с Женей что-то случилось бы, то по законам Китая меня ждала бы казнь. Но, кажется, всё обошлось, иначе мы бы сейчас это не смотрели. Наверное. Надеюсь.

Мы с друзьями переглянулись.

— Катя, а ты всех всегда в приключения втравливаешь, или мы какие-то особенные, в чём-то провинились?

— Конечно вы особенные, с вами не страшно… вляпаться!

— Так кто такая Женя? — спросил Лёня.

— Смотрите дальше, и можно я выйду? Я не могу на это смотреть!

— Да нет уж, сиди. Позориться, так до конца, — ухмыльнулся я и кивнул Авроре, чтобы продолжала.

Мы приземлились возле бетонной стены. У Кати, похоже, и правда был план.

— Вот здесь, — сообщила она.

— И что здесь? — мы стояли кружком и смотрели на бетонный забор.

— Вот здесь она, за забором. Но мне одной его не продавить, нужна мана. Поделишься?

— Ну давай… — я на экране с сомнением покачал головой.

Мне, сидящему в гостиной, идея тоже совсем не нравилась. Но тогда, ночью, видимо, сомнений оказалось недостаточно.

Я подал Кате руку и направил в неё поток маны. А Катя второй рукой упёрлась в стену, и стена… стена протаяла перед её рукой. Бетон стекал к ногам девушки, как расплавленный воск свечи.

— Если ты сделаешь сквозное отверстие, то дальше я прокину портал, будет проще!

— О, спасибо! Как я сама не догадалась? — Катя размахнулась, и воткнула руку в бетон чуть не по локоть.

Так продолжалось пару минут. Катя уходила в толщу стены всё глубже, прижавшись к стене грудью. Когда она, наконец, оторвалась от стены, в бетоне остался чёткий отпечаток её буферов. И отверстие толщиной в Катину руку. Из отверстия слышалось приглушённое ворчание. Мне даже показалось, что я чувствую какой-то запах, но, наверное, это сработала память.

— Готово! Можешь портал кидать!

Выглядела Катя как будто искупалась в цементном растворе. Топик был пропитан камнем, и висел на груди девушки, как грязная половая тряпка.

Я заглянул в отверстие. Полметра, не меньше. Вместе с углублением под грудь — сантиметров семьдесят. Направил в отверстие светлячка — маленький шарик огня. Нужен хоть какой-то ориентир.

На той стороне я ничего не увидел, но светлячка для привязки было достаточно, и я открыл окно портала. Катя прошла первой, за ней остальные. Я последним.

Камера сменила ракурс, теперь она снимала просторное помещение изнутри. И тут Аврора поставила запись на паузу, давая нам возможность осознать, что именно мы видим.

— Так ты не шутила насчёт зоопарка?

— Ты вообще от меня хоть раз шутку слышал? — парировала Аврора.

— Но это же…

— Да, — упавшим голосом подтвердила Катя, — да! Большая панда. Женька. Ей через две недели исполнится 4 года, и её должны будут вернуть Китаю. Боже, что было у меня в голове?

— Видимо, абсент, хотя остаётся открытым вопрос, — я максимально строго посмотрел на Катю, — ты придумала похитить панду под влиянием абсента, или заказала абсент, чтобы подбить нас на твой план по похищению панды?

— Миша, может, мы её хотя бы не похитили, а? — на Катю жалко было смотреть. — Ну зашли, посмотрели и ушли…

— Ты сама-то в это веришь? — поддела её Марика.

Ответом был грустный вздох.

— Давайте дальше смотреть! — попросила Вика. — Интересно же!

Аврора сняла с паузы, и мы увидели, что панда Женя совсем даже нам не рада. Конечно, неизвестно кто, среди ночи, вторглись в её жилище, молодых сочных побегов бамбука не принесли…

Женька зарычала.

Мы сделали пару шагов назад и упёрлись в стену.

— Катя, твой выход. Договаривайся с ней.

Катя кивнула головой и пошла вперёд.

— Жееееня, Жееееня! — ласково увещевала она, но панда только еще больше рычала.

— Катя, стой! — окликнула подругу Вика. — Ты на панду не похожа! Я видела в Сети, работники зоопарка переодеваются в специальные костюмы!

— Где она костюм сейчас возьмёт? — спросила Марика.

— Нарисует! — в предвкушении воскликнул Лёня.

Катя, не оборачиваясь, кивнула. И начала раздеваться. Скинула шорты, оставшись в одних стрингах. Сняла кроссовки. В последнюю очередь, не обращая на наше присутствие внимания, стащила окаменевший топик.

Одновременно она меняла окраску, так сказать. Руки и ноги стали чёрными, а волосы — белыми, как и остальная кожа. Она копировала раскраску самой Женьки. На белых волосах появились чёрные пятна. Камера, к нашему с Лёней удовольствию, показывала нам процесс трансформации со всех ракурсов. Вот по верху груди появились чёрные пятна, при этом сама грудь и живот девушки стали грязно-белого цвета. Чёрные круги появились вокруг глаз, чёрным стал нос. Последний штрих — Катя отрастила на пальцах когти и присела на четвереньки.

Здесь, дома, Катя сидела красная, как мак, прикрыв глаза руками и подсматривая в щёлочки между пальцами.

— Катя, у тебя новое имя теперь будет, догадываешься, какое? — прищурившись, посмотрела на неё Вика.

— Только посмейте! — пригрозила Катя.

— Нет ну а что, позывной Панда, — я улыбнулся. — У моего бати вон вообще Вермут, и, насколько я понимаю, получил он его при сходных обстоятельствах.

— Ну ладно, и правда, не так уж плохо звучит, — оттаяла, наконец, Катя. — Хотя бы не… ой нет, я лучше промолчу!

— Пятнистые сиськи? — предположил Лёня, показывая на экран. На что тут же получил по голове подушкой.

Панда Женька тем временем перестала рычать, и даже подошла к Кате, понюхаться. Кажется, запах ей не очень понравился. Ещё бы, от Кати наверняка несло абсентом и прокуренным воздухом ночного клуба. Но против почёсывания она не возражала. Какой удивительно доверчивый зверь! Неудивительно, что их на планете почти не осталось.

— Всё, бери свою мишку и побежали отсюда! — сказал я там, на экране.

— Погоди! Мы должны сперва наладить общение! Вика, у тебя в кармане куртки лежит яблоко. Дай сюда, пожалуйста!

— Где ты успела яблоко прихватить?

— Ещё из дома…

Я взмахнул рукой, ставя запись на паузу, и повернулся к Кате.

— Значит, из дома? Яблоки были в той посылке, да?

— Да… — со вздохом призналась Катя. — Я не знаю, почему их заказала. Я не собиралась всё это устраивать, честное слово! Просто, наверное, очень надеялась…

— Больше миллиона расходов, две недели отработки в зоопарке… Катя! Это уже перебор!

— Простите, я правда не хотела, то есть да, я хотела, но я не собиралась, честное слово! Я покрою все расходы, если надо будет, объяснюсь с папой! Только не сердитесь на меня!

— Нет уж, ты в моей команде, и мне это тоже будет уроком.

— Нам всем, судя по всему, — заметил Лёня. — Ведь никому из нас не пришло в тот момент в голову, что красть из зоопарка панду не самая умная мысль!

— Ладно, что было дальше?

А дальше Кате с помощью яблока, поглаживаний и обнимашек удалось-таки завоевать расположение панды. Ещё Марика подошла, тоже погладила мишку, та и вовсе успокоилась.

— Валим, валим! Сюда идут! — на экране Лёня вглядывался куда-то в темноту за стеклом вольера.

— Катя, хватай мишку и побежали!

— Блин, Женька, какая ты тяжёлая! — Катя кряхтя подняла свою добычу. — Вот ведь жопу-то отъела!

— Надо стекло разбить, чтобы подумали, что панда сбежала, и искали по зоопарку!

Кто это сказал? Лёня, кажется. Какой он у нас умный! Плексиглас, рассчитанный на атаку медведя, разбить! Отличная мысль! Интересно, как он это собирается сделать?

Ах да…

Там на экране я нашёл решение очень быстро. Нельзя сломать стекло? Но можно обрушить всю стену!

Видимо, используя силовой щит, я начал раскачивать стену вольера. Бетонные сваи? Не, не слышали! Обычные конструкции, как в стеклянных фасадах торговых центров, собранные на болты и местами на сварку, медленно, но поддавались. Конечно, медведю весом меньше ста килограммов, сломать стену было бы не под силу. А самое главное — умнице медведю это не пришло бы в голову! Не то, что некоторым…

Я жал на стену, наверное, под тонну, прикладывая усилия то к одной точке, то к другой, то внутрь, то наружу. Она продержалась меньше минуты, в конце концов, вывалилась в проход между вольерами едва не целиком. Понятно теперь, чем нам предстоит заниматься в зоопарке… И встанет это всё в немалую копеечку!

— Вот теперь валим! — я на экране довольно потёр руки.

Я открыл портал в стене обратно на улицу, сразу прямо к машине. Катя еле тащила панду, и я помог ей телекинезом, снизив вес животного. Видно было, как глубоко впились когти мишки в Катину кожу на спине. Впились, но не продавили — та заблаговременно увеличила прочность своего «покрова».

Смотрелась Катя, конечно, феерично. Ладно бы она была плоской. А то с её-то немалым размером никакая раскраска не скрывала высокую и упругую грудь.

«Засмотрелся, да?»

«Засмотришься тут!»

«Да я сама засмотрелась. Катя, конечно, идиотка, но наша идиотка, и всякие глупости она творит из самых лучших побуждений. А ещё она красивая. И секси».

«Если нас будут судить за похищение символа Китая — её сексуальность не особо поможет».

«Миша, ну кто нас будет судить? Наверняка панду давно вернули обратно, а самому зоопарку скандал не нужен. Ещё у них специалиста нет, он болеет. Так что придётся Кате и дальше сиськами трясти. Ну или может всё-таки костюм выдадут».

«Хм, похоже на то!»

Мы прошли в портал как раз вовремя — сзади показался фонарь обходчика. И вышли мы прямо к машине. Катю с Женей пришлось посадить на переднее сиденье, я сел за руль, остальные на заднее. Панда вертела головой, но вела себя на удивление спокойно. Это было так странно! Но в тот момент, похоже, поведение зверюги странным не показалось. Ведь мы ей помогаем остаться на родине по рождению! А значит, она должна нам помогать. Тем более у нас было вкусное яблоко, которое мишка схрумкала ещё по дороге к машине.

— Ладно, куда летим? Ты говорила, у тебя есть план?

—Конечно, есть! Летим на границу с Эстонией! У нашей семьи там есть небольшая база отдыха. Женечке там будет очень хорошо, и это достаточно далеко, её не найдут!

— Ну, к Эстонии так к Эстонии! Полетели! Дорогу покажешь?

— Покажу! — ответила Катя, почёсывая панде между ушами своими здоровенными когтями. — Ты пока забей как ориентир Нарву, а там светать будет — я тебе покажу, куда. На месте я дорогу по ориентирам знаю, а координаты не помню.

— Ну, зашибись, — сплюнул я, забивая в навигаторе цель, и мы вылетели на северо-запад.

Какое-то время мы летели спокойно, а потом панда начала нервничать. Всё же это был её первый полёт.

— Надо ещё яблок! И морковки! — заявила Катя.

— Давайте возле кафе какого-нибудь остановимся! — предложил Лёня. — Яблоки и морковка у них, поди, должны найтись?

— Точно! Отличная идея! — поддержала его Марика. — Ещё бы в туалет сходить…

— Мне тоже очень надо… — Катя заёрзала, — придётся вместе с Женькой идти.

«Теперь понятно, что мы делали в кафе…»

«Да уж, не говори. Что-то уже не так весело, как было ночью».

— Вот интересно, — подала голос Марика, — почему нам никому не пришла в голову мысль справить нужду где-нибудь в лесу?

— Потому что алкоголь вообще и абсент особенно выключает критическое мышление, — ответил Лёня. — Любая бредовая идея кажется совершенно логичной и последовательной.

— Тогда другой вопрос, — не унималась Марика, — почему все идеи, которые приходили нам в голову, были одна бредовее другой?

— А это потому… потому что… у нас просто очень богатая фантазия! — выкрутился Лёня.

В кафе нас встретили сперва напряжённым молчанием. Там было всё — и замершая по дороге ко рту вилка с пельменем, и пролитое на брюки пиво, и поперхнувшаяся женщина. Кто-то вообще сел мимо стула. Не каждый день увидишь в московском кафе настоящую панду в сопровождении явно голой девушки, под панду раскрашенной.

— Простите, а можно в туалет? — спросила Катя у девушки за стойкой, совмещавшей обязанности администратора, бармена и официантки.

— Аммм… там, вон туда, — показала опешившая девушка, куда пройти.

Катя с Марикой пошли в указанном направлении, панда пошла за ними. Хм, а ведь это всё же медведь, а мы её так запросто, даже без поводка…

— Девушка, — обратился я тем временем к «хозяйке» кафе, — у вас найдутся яблоки и морковка?

— Для пандочки? — девушка расцвела улыбкой, — сейчас найдём!

Она убежала на кухню, и вскоре вернулась с целым мешком яблок и мытой моркови.

— А я ещё читала, что панды печенье едят! — сообщила она. — Какое-то специальное.

— Думаю, раз специальное, то лучше не экспериментировать, — уверенно возразил Лёня.

Тем временем Катя с Марикой и пандой вернулись в зал. И тут на них налетели посетители!

— А можно с вами сфотографироваться? Пожалуйста!

Видно было, что Катя смутилась, но она всё же согласилась. И за следующие минут двадцать с ней и Женечкой сфоткались все, кто был в кафе, включая персонал.

— Мы завтра кафе переименуем! — сообщила хозяйка кафе, которая оказалась на самом деле его владелицей.

— Нам пора, спасибо большое за яблоки!

Сам перелёт Аврора промотала. Все были уже никакие, абсент наконец взял своё, к тому же в машине было довольно тепло, и нас просто развезло. Даже панда, наевшись яблок, мирно дрыхла. Катя через час полёта под этой тушей устала, сопрела, и перелезла ко мне на колени, оставив переднее сиденье в полном распоряжении мишки.

Аврора показала только конец нашей поездки. Отчаянно пикающая сигнализация разряда батареи еле-еле смогла нас разбудить.

— Ничего не понимаю, почему мы летим над морем? — я выглянул в окно в поисках места для приземления.

— Наверное, промахнулись в полёте, — ответила Катя. — Вон, смотри, фонарик какой-то мигает прямо по курсу! Полетели туда!

— Ага, там разберёмся, — я переключился на ручное управление. — Блин, голова так болит!

— Сейчас, погоди! — Марика с заднего сиденья протянула руки и положила их мне на виски. — Так лучше?

— Даааа! — я на экране закатил глаза от удовольствия.

— Мне, мне тоже, — выгнулась дугой Катя, чтобы Марике было удобнее до неё дотянуться.

А так как она сидела у меня на коленях…

— Аккуратнее своими сиськами, я тут рулить пытаюсь!

— Не нравятся — не смотри! — Катя развернулась на мне, сев верхом. Это она так от меня спряталась что ли?

Марика подлечила и Лёню с Викой, которые так и не проснулись. После чего и сама уснула, навалившись на Вику. А Лёня навалился на Марику. И только панда так и спала.

Сел на острове я уже, засыпая. А через несколько минут рядом с нами приземлилась машина родителей. Мама прошлась рукой панде между ушей, и та засопела, погрузившись в глубокий сон. Вдвоём с папой они перетащили панду к себе в машину и улетели, оставив нас отсыпаться.

— Ну как вам кино? — спросила зашедшая в гостиную мама.

— Мат опустить, да? — ответил я. — В общем, слов нет. Единственное, что не понял — как мы вообще оказались на этом острове?

— Кажется, я поняла, — засмеялась Катя. — Я тебе сказала лететь к реке Нарва, а ты ошибся одной буквой и ввёл в навигаторе Нерва! Остров нам не подвернулся, мы на него и летели!

— Так и было, — подтвердила Аврора голосом Рики.

— Ладно, с этим разобрались. Хорошо, что всё хорошо закончилось. Мам, слушай, нас ведь снимали все кому не лень. Это же наверняка уже расползлось по всем соцсетям?

— Что, магию нельзя светить, да? — мама усмехнулась. — А вот об этом надо было раньше думать. Так что если вас в Академии пригласят на дисциплинарную комиссию — не удивляйтесь. Не всё так уж страшно, обычные фокусы внешне от магии неотличимы. Но ректору то вы, конечно, не докажете, что это были просто фокусы. А обычные люди скорее предположат монтаж и постановку, чем использование магии.

— Ну а с пандой как быть? — Катя с надеждой посмотрела на мою маму. — Она ведь — собственность Китая!

— Почему-то ночью тебя это не сильно беспокоило, — мама расхохоталась, запрокинув голову. — Не бойся. Панда никуда не улетала. Она сломала стену и бродила по зоопарку, а утром её нашли под кустом. Расширенную версию знает директор зоопарка — вы сломали стену, чтобы попасть в вольер, а потом убежали, а панда выбралась… Соответствующее экспертное заключение ему предоставили, стена была сделана с нарушениями, и могла обвалиться сама. Директор признателен, что зоопарку будет оказана добровольная помощь в восстановлении вольера. И кстати, вы не в курсе, но Китай дал добро на то, чтобы Женя осталась в Москве. Скоро к ней в пару прилетит самец.

— Так мы вообще зря её пытались украсть, получается? — Катя аж поникла, плечи опустились.

— По всем пунктам зря!

— А те фотографии в кафе? — вспомнил Лёня.

— Какие фотографии? — на экране снова появилась Рики. — Им всем померещилось. Была девушка и крупная собака необычной раскраски по кличке Панда.

— Вы нас обложили со всех сторон… — меня вдруг как подкинуло, я встал из кресла и зашагал по гостиной. — Кукловод! Друзья, вот хорошо, что нас Рики и мои родители так вот провели за ручку, дали оторваться по полной программе, и даже без особых последствий. А если бы это были наши недоброжелатели? Мы с Катей тогда едва выжили в такси, а ведь это было на трезвую голову! А если бы нас сегодня застали врасплох? Что надо этому Кукловоду от меня, нас? Зачем ему было красть Марику и остальных? Мне кажется, совсем не из-за денег, их бы получил Максим, если бы справился. А может он и справился, может быть, Максим был всего лишь пешкой в большом гамбите?

Друзья переглянулись, да и мама нахмурилась.

— Но кто же тогда цель? — спросил за всех Лёня.

— Нам надо выяснить, кто тогда взломал такси. Мама, у вас есть продвижение?

— Нет, — мама развела руками. — Мы разобрали машину по винтику, но ничего, кроме косвенных свидетельств взлома, не нашли.

— А сам бортовой компьютер цел? — спросила Аврора-Рики.

— Да, конечно. Мы его просканировали, но ни одного бита данных не трогали.

— Можно я его посмотрю? Просто подключите к любому своему коммуникатору проводом и включите питание.

— Почему мы не сделали этого раньше? — мама выскочила из гостиной, даже не попрощавшись.

— Я изучила вчерашние действия Максима при взломе таксопарка, — объяснила Аврора свою заинтересованность. — Возможно, вашу машину тогда тоже он взломал, но чтобы это узнать, мне нужен доступ к бортовому компьютеру.

Глава 25. Тупик

— Я изучила вчерашние действия Максима при взломе таксопарка, — объяснила Аврора свою заинтересованность. — Возможно, вашу машину тогда тоже он взломал, но чтобы это узнать, мне нужен доступ к бортовому компьютеру.

— Вот мама до базы доберётся — и узнаем. А пока давайте пообедаем?

— Поддерживаю! — приподнялся из кресла Лёня. — Мы это кино три часа смотрели, лично я уже проголодался!

— Сейчас я тогда, быстренько, — на правах хозяина я пошёл на кухню, — а пока кто-нибудь вина хочет?

— НЕЕЕЕТ!!! — ответом мне был дружный вопль.

«Ты специально?»

«Конечно. И я, кажется, понял, почему родители — мои, Катины и твои — нас не остановили. Они проконтролировали, чтобы мы не натворили слишком уж больших бед, но дали получить этот опыт, чтобы мы сами сделали все выводы».

«Это гениально. Знаешь, как представлю, сколько всего могли натворить пятеро с половиной пьяных магов… Бррр!»

«И не говори! Что готовить то будем?»

«Пусти уже меня за руль и не мешай. Так и быть, возьму на себя гендерно-обусловленную социальную роль».

«Ох, бедная, несчастная, угнетённая. Голая, босая, на кухне!»

«Голая? Не дождёшься! Хватит с тебя Катькиных сисек!»

— Так, Миша, ты у себя на кухне когда последний раз был? — пока мы с Рики препирались, ко мне подошли Вика с Марикой.

— Бывал… разогреть что-нибудь в микроволновке.

— Иди, посиди с нашей принцессой и Лёней, — подтолкнула меня на выход Вика.

— Мы тут сами справимся, — добавила Марика.

Они справились за десять минут. Правда, это были лишь пельмени из морозилки, но бабушкины, домашние. И до того вкусные!

— Вы что туда, плюнули? — спросила Катя.

— Вика что-то сделала с водой, — начала объяснять Марика, — чтобы сок из пельменей не вытекал. А я добавила всяких травок по своему разумению, и немного маны в травки.

В столовой повисла тишина.

— Что ты сделала? — проглотив пельмень, спросил я.

— Я же не могу лечить себя. Я подумала, а как ведьмы всякие зелья варили, они ведь и на них, наверное, действовали? Вот и решила попробовать. Не знаю, что получится, но я хотела, чтобы у нас у всех прошли все последствия нашего «отдыха». В общем, это должно получиться что-то общеукрепляющее.

— Чувствую себя подопытной крысой, — вздохнула Катя, возвращаясь к пельменям, — впрочем, вполне заслуженно. Только, пожалуйста, Марика, в крыс там или жаб нас не превращай.

Так, за подколками, и прошёл наш обед. А когда мы уже пили кофе с бабушкиными вафельными трубочками, пришёл вызов от мамы.

— Мы подключили бортовой компьютер такси к «РИКИ», и она нашла следы взлома в логах подключения. Оно шло через систему управления таксопарком, и поэтому бортовой компьютер счёл эти программы допустимыми. А уже через таксопарк удалось определить устройство, с которого шёл взлом. Это ноутбук, мы знаем, где он был куплен и когда — это было за несколько дней до аварии. Но неизвестно, кем — записи в архивах удалены.

— Значит, эта ниточка оборвалась?

— Не совсем. Мы знаем, где последний раз ноутбук подключался к Сети. С точностью до десяти метров. И нам понадобится помощь Кати. Точнее, только Катя может пойти туда и попробовать найти ноутбук.

— Почему? — спросила Катя.

— Потому что это стройка вашего клана. И тут возникает проблема этического характера. Мы можем обратиться к твоему отцу, Катя. Но он всё ещё в числе подозреваемых. Или можем обратиться в полицию. Но если там найдётся что-то на твоего отца…

— Я поняла, тётя Света, — Катя стала очень серьёзной. — Спасибо, что позволяете самой во всё разобраться. Я пойду с Мишей, покушались-то в первую очередь на него.

— Хорошо, — ответила мама после долгой паузы. — Я скоро буду, а вы пока ложитесь спать. Чтобы были выспавшиеся.

— Мы тоже пойдём, — сообщил Лёня, когда я завершил вызов.

— Конечно, — кивнула Вика. — Если не понадобимся — постоим в сторонке.

— Расскажете, о чём речь? — откинулась в кресле Марика. — Я вам, на минуточку, обязана жизнью и инициацией, так что тоже… постою в сторонке.

* * *

— С возвращением, Вадим, — Илья подошёл к своему бывшему шефу, чтобы пожать ему руку.

— Спасибо, Илья. Ты, кажется, единственный мне рад, — Вадим усмехнулся.

Сегодня охрана его вдруг неожиданно узнала и пропустила без лишних вопросов. Хотя обновлённый пропуск на его имя ему накануне доставил курьер, так что проблем со входом в здание в любом случае не должно было бы быть.

По случаю своего возвращения Вадим Тихомиров привёл себя в порядок. Ему даже пришлось посетить портного, и новый костюм доставили буквально перед самым вылетом на Совет. Сейчас он уже не выглядел сбежавшим из ночлежки для бомжей стариком. Впрочем, тринадцать лет беспробудного пьянства наложили свой отпечаток. Тихомиров заметно осунулся, похудел, кожа на лице натянулась, волосы стали реже и поседели. Он выглядел, как мумия самого себя. Но вот глаза остались прежними.

— Давайте сразу расставим точки над i, — начал Вадим собрание, и Лоленко ничем не выдал своего неудовольствия. — В моё отсутствие вы очень многого достигли. Ваши коммерческие успехи просто феноменальны. Однако вы зашли в тупик, пытаясь тиражировать мою технологию.

— Потому что кое-кто не счёл нужным поделиться со своим кланом половиной секретов, — проворчал Илья.

— Вадим, — Лоленко внимательно смотрел на партнёра. — Мы все очень рады твоему воскрешению. Но раз уж ты начал говорить начистоту… Мы прекрасно справляемся без тебя. Если ты хочешь вернуться к исследовательской работе — милости просим, Илья только рад будет. Мы планируем запускать обучение пилотов всех категория в симуляции, со сдачей государственных экзаменов и всем таким прочим. У нас накопилось, наверное, несколько томов пожеланий от клиентов, которые они просят внести в Систему управления ядрами. После открытия ресторана и полигона у нас вагон претензий на тему того, что мы зажали продвинутых мобов и не делимся ими. Ты помнишь дракона Крома? Не знаю, чем ты его кормил, но у него сейчас в Сети свой канал, и он там произвёл фурор. И наши клиенты требуют, чтобы в их играх тоже были такие мобы. Работы — хоть отбавляй. Займись ею, а управленческие вопросы оставь тем, кто в этом понимает.

Лицо Вадима оставалось спокойным, но терпеть эту наглость он не собирался.

— Сергей, ты спаивал меня все эти годы, ты воспользовался моим горем, чтобы отстранить меня от руководства. Ты узурпировал власть. И ты хочешь, чтобы я теперь плясал перед тобой на задних лапках, делал для тебя, что ты пожелаешь, а ты будешь безраздельно пользоваться плодами моих трудов?

— В каком смысле спаивал? — встрепенулась София.

— Вадим, а ты ничего не попутал? — Сергей усмехнулся. — Ты посмотри на себя, в кого ты превратился! Вот, полюбуйся, — Сергей щёлкнул кнопку на пульте, и на экране показалось видео с попыткой Вадима прорваться в здание. — Вот он, ты. Мы все сочувствуем твоей утрате. Но не перекладывай с больной головы на здоровую, спился ты сам. Максимум, в чём ты можешь меня обвинить — что я тебя не остановил. Так извини, я тебе не нянька. Ты всё бросил и ушёл в закат, оставив на нас заключенные контракты и кучу обязательств.

— Ты забыл сказать, что заговаривал вино, которое я заказывал, — Вадим откинулся в кресле.

— А ты можешь это доказать? — Сергей отзеркалил позу партнёра.

— Я старший клана, мне не нужны доказательства. Достаточно моего слова.

— Слова алкоголика? — Сергей откровенно насмехался. — Все знают, что ты алкаш. А клан процветает благодаря вот нам. Оставь свои фантазии. «Mind Technologies» моя. Хочешь заниматься научной работой — занимайся. Но делать будешь то, что скажу я. То, что полезно клану. А твой проект… Довожу до твоего сведения, что постановлением Совета директоров принятие окончательного решения относительно закрытия проекта «Аврора» и демонтажа ядра с целью его изучения оставлено за мной. Я буду решать, будет твоя «РИКИ» функционировать дальше, или будет препарирована.

— Ты забываешь, что я старший клана! — начал было заводиться Вадим.

— Да хоть глава Совета Патриархов! Нам, мне и моей команде, принадлежит контрольный пакет акций корпорации, и даже ты не можешь мне приказывать, что мне делать с моей собственностью!

Вадим осмотрелся. Марк — тот понятно, что Сергей скажет, то он и сделает. Своего мнения ноль, и так всегда было. София — она всем обязана Сергею, ему жена не так преданна, как она. Илья. Отводит взгляд. Чем-то и его за эти годы взяли. Вадим смотрел накануне отчёты. Чтобы преодолеть право вето, Сергею надо было собрать воедино всех присутствующих, включая Илью. Именно он столько лет отстаивал Аврору, но под конец сдался. Знать бы, на чём его купили…

— И ты, Брут, — с горечью сказал Вадим Илье, и тот опустил глаза. — Что ж, я надеялся на сотрудничество, и даже готов был простить тебе, Сергей, захват власти. Но ты решился говорить со мной с позиции силы, и даже выдвигать мне ультиматумы. Позволь совет, — Вадим поднялся, намереваясь уходить. — Чтоб не падать при ходьбе, бери ношу по себе.

— За меня не беспокойся, — оскалился в ответ Сергей.

Только дома, убедившись, что никто не может его видеть, Вадим дал волю чувствам. Разнеся в щепки пару стульев, он решительным шагом направился к бару. Вина не оставалось, и он налил себе коньяка.

Уже отхлебнув, он вспомнил, с каким презрением Сергей назвал его сегодня алкашом. Оглянулся. Сломанная мебель, открытая бутылка в одной руке, наполненный стакан в другой. Даже если Сергей подсовывал ему зачарованное вино… пил-то его он сам.

Вадим выплюнул так и не проглоченный коньяк обратно в стакан, после чего принёс из кладовой большой мешок и сложил туда всё содержимое бара. Мешок он выставил у задней двери дома, там его обслуга найдёт куда применить.

Обратиться к Патриарху, главе клана? Не пойдёт. Вожак должен быть сильным, а не бежать к папочке жаловаться на младшего братика.

Изгнать Сергея из клана? Нет оснований. С вином нет никаких улик, да даже если бы были, максимум, в чём можно обвинить Сергея — в не слишком этичной заботе о своём соклановце. Свои же не поймут. А у него, Вадима, нет наследников. От старшего рода остался, по сути, он один, и пара троюродных братьев, которых в расчёт никто никогда не брал. Сергей прав — Лоленко давно стали старшим родом, и, наверное, единственная причина, почему Совет Клана до сих пор не закрепил это изменение — Сергей не хотел рисковать, ждал, когда он, Вадим, сам себя утопит.

И дождался. Всё, что у Вадима осталось — номинальное старшинство. Ни власти, ни связей, ни влияния. И подмоченная ко всему прочему репутация.

И жизнь Авроры, которая теперь зависит от прихоти Сергея, и от его, Вадима, послушания.

Мерзкий расклад. И из союзников — только Миша и его команда. Похоже, что тупик.

Усевшись поудобнее в кресло, Тихомиров погрузился в медитацию. Он вызвал образ единственного, с кем в данной ситуации мог посоветоваться, не рискуя лишиться остатков иллюзорной власти. И тот откликнулся.

«Пётр Александрович, Вадим Тихомиров приветствует тебя».

* * *

— Что у нас с камерами? — я спросил едва слышно, но Аврора конечно услышала.

— Взяла их под контроль, вас не видно, — Аврора ответила голосом Рики, для всех. — Постарайтесь не попадаться собакам. Пять псин, по виду помесь ротвейлеров какая-то.

— Катя у нас спец, — хохотнул я, — договорится. Катя, я шучу. Собак беру на себя.

— Ладно, — кивнула Катя. — Я мелочью не занимаюсь. Появятся медведи — зовите.

— А ты хороша, — показал я ей большой палец. — Дырявь, давай!

Стройка была огорожена бетонными плитами. Катя сделала в одной плите небольшое отверстие, чтобы мне было видно пространство за ней, и я создал портал, чтобы пройти сквозь забор.

Наша команда осталась снаружи. Если понадобится — я их приведу порталом уже непосредственно на место. А пока они следят за периметром и стараются не отсвечивать.

На снимках со спутника с общедоступных карт стройплощадка выглядела заложенной грудами строительных материалов. Более того, между снимками с интервалом в год на площадке ничего не поменялось. Какая-то неправильная стройка. В наше время так не строят. Материалы подвозят прямо на укладку, вместо плит — монолитный бетон, да даже ручной труд уже всё реже используется, в основном роботы. Здания возводят по этажу в день. А здесь как будто из хроник прошлого столетия. Или строят что-то настолько сложное, что скорость вынужденно низкая?

Но, похоже, недавно работы резко возобновились. Там, где на снимках лежали стройматериалы, теперь были свайные поля и даже остовы первых этажей зданий. А в центре площадки и вовсе зиял огромный котлован.

Стрелка на коммуникаторе подвела нас к краю этого котлована. Внутри, при свете фонарей, продолжалась работа. Какой-то гигантский механизм, похожий на карусель с ковшами, вынимал грунт со дна гигантского колодца, стенки которого состояли из бетонных колонн.

— И где здесь может быть ноутбук? — я спросил в коммуникатор, даже не понижая голоса. В стоящем на краю котлована грохоте я сам себя то не слышал.

— Он прямо там, где вы стоите. Плюс-минус несколько метров.

— Посмотри, — я обвёл камерой коммуникатора вокруг, — похоже, чтобы здесь кто-то решил спрятать ноутбук?

— Катя, пожалуйста, одним когтем надави на одну из этих колонн, — Аврора в наушнике начала объяснять, что надо делать. — Только не используй при этом магию. Просто надави.

Катя сделала, как было сказано. Отрастила один коготь и надавила им на верх колонны. Тот вошёл в бетон, как в масло, и остановился только на глубине пары сантиметров.

— Пара сантиметров, дальше не идёт, — Катя наклонилась к коммуникатору. — Но сверху было легко. Бетон как будто мягкий.

— При всей твёрдости и остроте твоих когтей в качественный бетон ты и на пару миллиметров его не воткнёшь без магии, — заметил я. — А с магией попробуй?

Катя пожала плечами, и надавила. Но коготь продвинулся в глубину ещё на сантиметр и всё равно дальше не пошёл.

— Мешает что-то, и это не камень, — подняла на меня глаза Катя.

— Можешь небольшое углубление сделать? Ну а вдруг это ноутбук? Забетонировать улику — это же классика!

— А это мысль, — согласилась Аврора.

Катя положила на поверхность бетона руку, и она начала погружаться в камень. Гораздо быстрее, чем в плиту забора, кстати. Камень стал жидким, и Катя выгребала его из лунки, как мокрый песок на пляже. Через некоторое время углубление достигло глубины нескольких сантиметров, и стало понятно, что это не ноутбук.

— Ну и что это за железяка? — Катя продемонстрировала результат своих трудов.

— Арматура, очевидно, — ответил я. — Ты что, арматуру никогда не видела?

— Видела. Это такие прутья в палец толщиной. А эта…

— Так ведь и фундамент не под дачку, — я улыбнулся.

Принцесса, что с неё взять! В марках вина разбирается, в ночных клубах свои люди, а арматуру один раз в жизни, наверное, и видела.

— По накладным во вторник, наутро после покушения на вас, на стройку завезли огромное количество бетона, — Аврора говорила так, будто рассуждала вслух, немного задумчивым голосом. — Это не колонны, это сваи. Им трое суток, бетон ещё свежий, поэтому кажется, что он мягкий. На самом деле обычный гвоздь в него уже не забить, в твои когти острее. А теперь строители выбирают грунт между сваями, забетонируют промежутки — и получится круглый бетонный стакан. Не самый современный способ строительства, но простой и надёжный.

— И что ты хочешь сказать, что ноутбук внутри одной из этих свай?

— Да. На глубине 50 метров, судя по объёмам залитого бетона и диаметру свай. С такой глубины вам его не достать. Прости, Миша, но это тупик.

Глава 26. Два часа

— И что ты хочешь сказать, что ноутбук внутри одной из этих свай?

— Да. На глубине 50 метров, судя по объёмам залитого бетона и диаметру свай. С такой глубины вам его не достать. Прости, Миша, но это тупик.

— А почему ты так уверена, что он именно внизу? Тут арматура, может, он за неё зацепился?

— Минуту, провожу симуляцию падения… Хм… Миша, ты прав, — у Авроры был такой голос, как будто она смутилась. — У ноутбука почти нет шансов упасть глубже десяти метров. Как бы аккуратно его не бросали, он начинает при падении крутиться, и непременно зацепится за арматурный каркас. Вопрос лишь, на какой глубине это произойдёт.

— Мы не можем искать его руками. Нам ни маны не хватит, ни времени. Нужен способ обнаружить его сквозь бетон.

— Это по части Вадима. Подключить?

— А это вообще удобно будет? — Катя вдруг засомневалась. — Мы вроде как на его стройке шаримся, он же старший в клане…

— Формально. Фактически у них с твоим отцом конфронтация.

— А я, значит, копаю под своего отца, — девушка совсем сникла. — И кто я после этого?

— Если мы что-то найдём — ты сама решишь, что с этим делать. Мы ведь договорились.

«Обними её».

«Что???»

«Пусти».

Рики перехватила контроль над телом и обняла Катю. Та едва слышно всхлипнула.

«Ты чёрствый мужлан, никакой эмпатии. Ты хоть представляешь, какой у неё раздрай в душе? Она влюбилась в тебя, ревнует ко мне, не доверяет отцу и боится за него, и его самого тоже боится. А ещё две недели назад была просто принцесса, и ни о чём не беспокоилась!»

«И что мне прикажешь сделать, трахнуть её, чтоб она не парилась?»

«У вас, парней, только одно на уме. Другие идеи в голову совсем не приходят? Просто обнять, например, поддержать морально. А ты на неё только давишь!»

«Ну, прости. Утешай её сама. Дойдёт до секса — я буду не виноват!»

Катя в этот момент подняла голову и посмотрела мне в глаза.

— Спасибо. Давай звонить дяде Вадиму.

— Я здесь, — голос Тихомирова прозвучал в наушнике. — Миша, Катя, чем помочь?

— Нам надо просканировать бетонную колонну, найти внутри неё ноутбук. Как это сделать, желательно, подручными средствами?

— В принципе, детектор у вас есть. В коммуникаторе есть датчик электромагнитных полей. Нужен источник излучения. Жаль, вы не можете вырабатывать молнии.

Катя посмотрела на меня.

— Я могу, — ответил я Тихомирову. — После знакомства с Рики.

— Даже тааак, — в голосе Вадима звучала смесь удивления, радости и, кажется, гордости. — Это меняет дело! Веди коммуникатором вдоль колонны и одновременно выдавай слабые разряды в бетон с противоположной стороны.

— Колонна открыта только с одной стороны, вторая закрыта грунтом. В арматуру можно?

— Так даже ещё лучше! А «Рики» расшифрует эти сигналы. Да там и невооружённым глазом будет видно, если график построить!

— Спасибо! Будем экспериментировать!

— Это тот ноутбук, с которого взломали ваше такси, когда вы попали в аварию? — догадался Тихомиров.

— Да, тот самый.

— Я сейчас буду, — его голос сразу стал деловым и серьёзным.

— Простите, Вадим, но нет, — я остановил его порыв. Справимся сами. — Я обещал Кате, что у неё будет возможность первой поговорить с отцом, если мы что-то найдём.

— Хорошо, Миша. Жду от вас новостей.

Связь прервалась. Катя повернулась ко мне с отвисшей челюстью.

— Ты сейчас что, просто взял и отказал Тихомирову??? Он же старший клана, это, по сути, его стройка, и мы все, включая меня — его люди!

— Но я-то не в клане. Давай искать ноутбук, поговорим потом.

— Что мне делать? — Катя сразу подобралась.

— Для начала открой арматуру ещё на двух сваях в одну сторону и на двух в другую. Начнём с этих пяти.

Процесс сканирования оказался довольно нудным занятием. Используя телекинез, я вёл коммуникатором вдоль сваи, одновременно выдавая на арматуру самые слабенькие разряды молний, какие у меня получалось. Второй коммуникатор лежал рядом, как контрольный, чтобы фиксировать силу разрядов. На одну сваю, на те десять метров, которые гигантский механизм уже отрыла, у нас ушло десять минут, а всё сканирование заняло час.

Результаты Аврора вывела на экран коммуникатора.

— Вот здесь, — она показала стрелкой нужное место.

На графике сила разряда, фиксируемая «сканером», менялась по высоте, постепенно затухая, с небольшими всплесками каждые полметра — видимо, попадалась обвязка арматуры. А вот на пятой, последней свае, на «глубине» примерно шести метров, был небольшой провал, таких больше нигде не встречалось.

— Думаю, нам повезло, — объяснила Аврора. — Ноутбук застрял ближе к открытой поверхности сваи, он экранирует разряд. Если бы застрял у дальней стенки, был бы всплеск, а не провал.

— И тогда достать его было бы сложнее, — резюмировала Катя. — Как туда добраться то?

— Я тебя спущу, а на месте когтями зацепишься, — предложил я.

— Точно! Слушай, ты подал мне блестящую идею! Мне надо заняться альпинизмом!

— Ага, промышленным. Полетели!

Я приподнял взвизгнувшую девушку телекинезом и аккуратно опустил вниз, вдоль колонны.

— Мишааааа, я тебе конечно доверяю, — кричала в это время Катя, — но держи меня пожалуйста крепче! Внизу эта землеройка, мне страшноооо!

— Спусти ещё на четверть метра, — в наушнике раздался голос Авроры. — Всё, она на месте.

— Цепляйся!

Катя без замаха вонзила левую руку с отросшими на ней когтями в бетон, и повисла на одной руке. Телекинез я не снял, но ослабил.

Дальше Катя действовала так же, как тогда в зоопарке. Положила ладонь на поверхность сваи и позволила бетону «стекать» вниз. Он сразу же застывал наростами. Когда рабочие это обнаружат, решат, что у них раковина в бетоне образовалась. Придумают, чем заделать.

Ноутбук нашёлся, когда она выкопала в свае «дупло» по локоть глубиной.

— Нашла! Вытаскивай!

Катя прижала искорёженный ноутбук к себе, как какую-то драгоценность, так что вытаскивал я их вместе.

— Ну что, теперь домой? Тебе, пожалуй, стоит помыться, ты опять вся в цементе.

— Вот ведь невезуха! — Катя критически осмотрела себя. — Мне нужен немаркий костюмчик. Облегающий, чтобы не мешал двигаться. И обязательно из чего-то минерального, чтобы на него моя магия действовала.

— Из асбеста, — пошутил я, — заодно огнеупорный, защитит тебя от огня, если ты меня выбесишь и я захочу тебя поджарить.

— Отличная идея! Ути собачки какие!

Вот ведь зараза! Собаки собрались вокруг нас в кружок, шерсть на загривке вздыбилась, но пока не нападают, только глухо рычат. Правда на ротвейлеров похожи. Хорошие собачки.

Не обращая на них внимания, я открыл портал, и Катя шагнула в него. В этот момент собаки решили, видимо, что девушка сбегает, и рванули за ней.

Ну, зашибись! Это что ж за исчадия ада, что они даже магии не боятся?

Две псины успели проскочить в портал, остальных я остановил щитом, и прыгнул вслед за Катей и прорвавшимися собаками.

Я ожидал увидеть что угодно. Но встретила меня почти идилическая картина. Две собаченции, секунду назад рычавшие на нас, лежали у ног Марики, задрав лапы, и тихонько повизгивали, а та чесала им пузики. Я чуть не расплакался от умиления!

— Так вот, оказывается, почему у нас панда так спокойно себя вела! А я всё удивлялся! Марика, надо было тебя разукрасить.

— Мне до Катиных форм далеко, — рассмеялась Марика. — Так что нет уж, спасибо!

— Мы будем сиськами меряться или полетим домой? — рассердилась Катя.

— Эх, а нам опять ничего не досталось, — разочарованно вздохнул Лёня.

— Главное будь готов принять, когда попадёшь под раздачу, — ответил я ему.

В качестве накопителя в ноутбуке оказался древний, почти раритетный терабайтный твердотельный диск. Папа, когда его доставал из покорёженного и залитого цементом ноута, чуть не прослезился.

— Такие в наше время разве что в музее можно увидеть, — объяснил он. — Они уже лет десять как устарели!

— У меня в капсуле такой же стоит. Мы можем к нему подключиться? Он сам не пострадал?

— Да что ему будет! Он почти герметичен. А переходник у меня где-то был…

Переходник нашёлся в коробке с проводами «на всякий случай». Мы подключили диск к коммуникатору, и им занялась Аврора. Нам оставалось только ждать. От этих накопителей в своё время отказались, потому что они слишком медленные.

Мама между тем распотрошила ноутбук и покопалась в улитке вентилятора.

— Нашла! — мама показала нам зажатый в пинцете короткий волосок. — Катя, можно у тебя волос попросить?

— Берите что хотите, тётя Света, — Катя сидела сама не своя.

Мама оторвала от её шевелюры один волос и вместе с найденным в ноутбуке отправила в недра какой-то машины.

Полное сканирование диска ноутбука заняло около часа. Аврора сперва пробежалась по имеющимся файлам, но там ничего не нашла — злоумышленник стёр следы взлома. Но вот полную очистку почему-то не выполнил, и полное сканирование диска обнаружило остатки множества файлов.

— Он слышал ваши разговоры в машине перед самой аварией, — выдала заключение Аврора. — После этого удалил файлы, но не выполнил очистку и выбросил ноутбук. Время последнего действия с ноутом — всего через минуту после аварии. Причём паузы между командами очень большие, и превышают время выполнения самих команд, при том, что до аварии команды следовали одна за другой чётко, без задержек. Вводивший их человек был шокирован тем, что услышал.

— Он услышал меня… — прошептала Катя. — Я помню этот момент, я тогда спросила Мишу, знает ли он, что делает.

— Осталось выяснить, — мама напряжённо всматривалась в монитор, — кто именно «он»… ещё немного… и таки да! Катя, прости, но ноутбуком пользовался твой дядя Марк.

Катя побледнела и закрыла глаза.

— Мама, как ты это выяснила? — спросил я. Катя должна знать, что это не голословные утверждения.

— Волосок из ноутбука, образец тканей Максима и волос Кати. Я провела секвенирование ДНК. С Максимом совпадение практически отсутствует, не больше, чем с любым случайным человеком. А с Катей — 28 %. С отцом было бы 50 %. С дядей — как раз очень показательное совпадение. Секвенирование не полное, но достаточно показательное. Погрешность меньше допустимой.

— Катюша, — ласково обратился к ней папа.

Катя вдруг решительно встала.

— Вы мне обещали. Я сама поговорю с отцом и дядей Марком. Чувствую себя использованной…

— Подожди, Катя, сядь-ка, — мама подала ей стакан воды. — Почему использованной? Нами?

— Нет, тётя Света, к вам у меня претензий нет. Отец послал меня шпионить за Мишей и подобраться к Рики, а когда я всё выяснила… И ему было пофиг на мои чувства.

Катя отвернулась, и я увидел, как по щеке у неё катятся крупные слёзы. Не дожидаясь подсказок Рики, я подошёл и обнял её.

— Пусти меня, Миша, — Катя сперва порывисто обняла меня, а потом отстранилась. — Я должна с ними поговорить. Ты обещал ничего не предпринимать до этого.

— Иди, — я сделал шаг в сторону, освобождая ей дорогу.

— Два часа тебе хватит? — спросил папа. — Через два часа мы начнём действовать.

— Хватит, — кивнула Катя. — Спасибо.

Когда за Катей закрылась входная дверь, ожил коммуникатор.

— А как ты думаешь, Миша, Вадиму уже можно сказать?

— Думаю, нужно. Если он пообещает дать Кате объясниться с отцом.

— За это можешь не беспокоиться. Но, поверь, он должен знать, и действовать уже сейчас. Потом может быть поздно.

— Тогда вызывай. И ещё, присмотри, пожалуйста, за Катей.

— Миша, привет. Что у тебя?

— Это всё же Марк. Его волос нашёлся в вентиляторе ноутбука. Но я обещал Кате два часа на то, чтобы объясниться с отцом.

— Про Катю понял. Есть одна проблема, Миша. Сергей решил меня шантажировать отключением Авроры. Совет директоров в моё отсутствие дал ему такое право. Так что у меня сейчас связаны руки. Хуже того, Сергей, думаю, прекрасно понимает, что отключением Авроры можно надавить и на тебя. Если не на чувства, то на кошелёк.

— Раз он решился на шантаж — пути назад уже нет, договориться и помириться уже не получится, я правильно понимаю?

— Конечно. Но у меня есть одна идея.

— Двух часов Вам хватит?

— Хватит.

* * *

Катя гнала машину на предельной скорости. Утреннее солнце слепило глаза в зеркале заднего вида, и она почти ничего не видела. А может, это было не солнце. К горлу подступал комок, с которым девушка усиленно боролась, но дышать всё равно становилось всё труднее. Переполнявшие её чувства рвали душу на части, не оставляя возможности о чём-то думать.

Кто знает, долетела бы в тот день Катя до дому благополучно, или врезалась бы по пути во что-нибудь. Но Аврора, подключившаяся к управлению, следила, чтобы полёт прошёл благополучно.

Катя выскочила из машины, даже не дожидаясь окончательной посадки, и бросилась к дому. Навстречу попался кто-то из охраны.

— Отец дома? — бросила она на ходу.

— Да, Катарина Сергеевна, он с Марком Алексеевичем у себя в кабинете.

Ответ она не дослушала. Раз с дядей Марком — значит у себя в кабинете. Она пронеслась, как вихрь, знакомыми коридорами и влетела в кабинет отца, едва не снеся с петель тяжёлую дверь.

В кабинете было двое: отец и дядя. На грохот отец поднял глаза, а дядя обернулся.

— Мне надо поговорить с отцом, — глядя дяде в глаза, Катя вытянула руку в направлении входной двери. — Пошёл. Вон.

— Катарина! — Сергей привстал со своего кресла. — Ты что себе позволяешь?

Марк же, всё понявший, молча встал, склонил перед племянницей голову, и так же молча вышел.

— Объяснись! — потребовал от дочери отец.

— Это ты приказал дяде Марку убить Мишу. Я нашла ноутбук, с которого он взламывал такси, в котором мы летели, так что не отпирайся.

— Допустим, и что с того? — Сергей поудобнее уселся в кресле. Истерика дочери была даже немного забавна.

— Что с того? Ты использовал меня! — Катя сама не заметила, как перешла на крик. — Ты отправил меня к Мише втереться в доверие, найти контакт с Рики. Тебе нужна была только она, а о моих чувствах ты подумал?

— А что с твоими чувствами? — Сергей усмехнулся. — Ты сама сказала, что Миша тебе безразличен.

— Какая разница, что я сказала?! — возмутилась Катя. — Он первый и единственный, кто мне понравился, с кем я хотела бы быть! Да, я в него влюбилась! Ты не знал? Теперь знаешь! Но это не имеет значения! Я не про эти чувства! Мои самые близкие люди замышляли убийство! Что я должна чувствовать???

— Хм… сядь, — Сергей показал дочери на кресло. — Сядь, я сказал. Ты как думаешь, вообще, как делается большой бизнес?

— Не надо мне тут про бизнес. Я не наивная дурочка, и прекрасно понимаю, что делают с врагами. Но вы не с врагом расправиться решили. Это другое! Ты меня ему подсунул, как шпионку. Сам же сказал — надо будет, и переспишь с ним. Видимо, надо будет — мы тебя и убьём вместе с ним, да? А что, я тоже слишком много знаю!

— Ты говоришь ерунду. Миша действительно слишком много знает, и от него следовало избавиться. Но я рад, что в ту ночь… кхм… ты была с ним, и вы оба не пострадали. Потому что, как выяснилось, Миша вполне может быть полезным. Я предложил ему должность в компании, ты в курсе?

— Это ничего не меняет. И не думаю, что Миша так это оставит. А чтобы ты больше не мог ему навредить…

Катя полоснула когтями по ладони, и, глядя, как кровь капает на пол, чётко произнесла:

— Я, Лоленко Катарина Сергеевна…

— Стой, дура, что ты делаешь??? — Сергей привстал из-за стола.

—…клянусь, что умру вместе с Мишей, если ты или Марк убьёте его.

Кровь вспыхнула и исчезла. Рана на ладони затянулась.

— Да дался мне твой Миша! — Сергей в ярости грохнул по столу двумя руками. — Пальцем его не трону! Хочешь — можешь замуж за него выходить! Идиотка! Пошла вон, чтоб глаза мои тебя не видели!

Катя развернулась и вышла, хлопнув дверью так, что с потолка посыпалась штукатурка. Марку, стоявшему за дверью и всё слышавшему, она приставила к шее коготь на указательном пальце.

— Имей в виду, дядя, — произнесла девушка, как выплюнула, — Рики видит каждый ваш шаг, и скажет мне, если вы что-то задумаете!

Выйдя из дома и сев в машину, Катя пристегнулась и поднялась в небо. Она ни о чём не думала, но руки сами направили машину обратно. К Мише.

— Катя, — обратилась к ней из коммуникатора Аврора голосом Рики, — ты кое в чём ошибаешься. Я не слежу за твоими отцом и дядей.

— Ну и зря, — девушка глубоко вздохнула. — Знаешь, подруга, а легче всё равно не стало.

— Это нормально. Ты оказалась в ситуации невозможного выбора. Врагу такого не пожелаешь.

— Точно. Спасибо, Рики, что поддерживаешь меня. Как думаешь, что будет дальше?

— Я не знаю. Но после того, что ты сказала Марку, твой отец, возможно, отключит меня.

Глава 27. Претензия

— Спасибо, Рики, что поддерживаешь меня. Как думаешь, что будет дальше?

— Я не знаю. Но после того, что ты сказала Марку, твой отец, возможно, отключит меня.

— В каком смысле? — Катя на секунду зависла, но потом до неё дошло. — О боже, что я натворила!!!

— Ты не возражаешь, если я сообщу об этом Вадиму и Мише? Они что-нибудь придумают.

— Конечно, конечно! Блин! Ну почему я такая дура???

* * *

— Марк, заходи, — Сергей открыл дверь кабинета и выглянул в коридор. — Чего ты там мнёшься?

— Катя… была очень… экспрессивна.

— Ты слышал, что она тут устроила? Вот ведь мерзавка! Саму себя на клятву завязала!

— Да. И мне она сказала, что Рики всё видит, — Марк уселся в кресло и уставился перед собой. — А я ещё позавчера, когда с этими заложниками разбирались, удивлялся, как быстро работает у Кирилла хакерская группа! Таксопарк, связь — в считанные минуты взламывали. И почему-то совершенно не удивился, что слышу Рики голосом. Думаю ладно, через игровой сервер подключили, технически это возможно. А они как-то умудрились дать ей доступ в Сеть!

— Это ведь нарушение протоколов безопасности, а ты так спокойно об этом говоришь? — Сергей удивлённо посмотрел на безопасника. — Мы ведь должны уведомить Совет Патриархов и отключить ядро!

— Да, должны. Но сперва послушай это.

Марк окружил себя и шефа пологом молчания, и включил на коммуникаторе запись.

— Это запись из фойе, тут они говорят про грозу.

Вадим: Вы чувствуете этот, этот аромат? Пахнет грозой. Мне надо внутрь, юноша, почему я должен ехать с Вами?

Миша: Потому что я знаю, откуда эта гроза.

— А вот запись из такси по дороге домой к Мише. Обрати внимание на темп речи, интонации. Это говорит старик, который всё потерял и устал от жизни.

Вадим: Так зачем мы к тебе летим? Ах да, из-за грозы… Аврора умела вызывать грозу. Сегодняшняя гроза пахла ею…

Миша: У меня масса вопросов к Вам, Вадим Максимович.

Вадим: Ты сказал знаешь, откуда эта гроза.

Миша: Да. Скажите, как клятва, данная в игре, может подействовать в реале?

— И вот ещё, тоже по дороге туда.

Вадим: Ты скажешь, что я выжил из ума, но я чувствую её. Хотя знаю, что это невозможно. Миша, мне уже нет дела до секретов. Все секреты умрут вместе со мной.

— Да, — с ноткой грусти в голосе вспомнил Сергей, — Аврора умела вызывать грозу. Насчёт запаха не знаю, но позавчера гроза действительно была необычной. А повышенный магический фон я сам чувствовал, Илья меня ещё уверял, что всё нормально, обычное дело.

— Слушай дальше, — подмигнул Марк, — это их разговоры по дороге обратно.

Миша: Вадим, а по поводу хаба — это Вы когда сделаете?

Вадим: Сегодня вечером, мне надо добраться до своего кабинета хотя бы. Дома надо порядок навести, а то гостей позвать стыдно. И мне нужна капсула. Да я даже где мой коммуникатор не помню, видел сам, как меня сегодня охранник не пустил. Уму непостижимо, до чего я себя довёл!

Миша: А можно ещё вопрос?

Вадим: Спрашивай, конечно. Если в моих силах — отвечу.

Миша: Что за камень души?… Прошу прощения! Я тогда другое спрошу?

Вадим: Да, лучше что-то другое.

Миша: После смерти человека данные им клятвы что, перестают действовать?

Вадим: Хороший вопрос! Но, мне кажется, немного неуместный.

— Это как будто другой человек! — удивлённо воскликнул Сергей. — Прежний Вадим! Что такое они с ним сделали, что он за пару часов помолодел лет на двадцать?

— А как ты думаешь, что вообще могло бы вернуть его к жизни?

— Аврора, тут и гадать нечего. Но Аврора погибла, мы с тобой сами видели фрагменты её тела, генетическая экспертиза подтвердила…

— Я думаю, что проект «РИКИ» — это оцифрованная Аврора, — выдал Марк.

— Да ты пи… — Сергей хотел было уже рассмеяться, но тут у него в голове сложилась общая картина. — Твою ж мать, а ведь и правда, всё сходится! Мы предполагали, что в день смерти Авроры он запустил некий проект, а он, получается, сделал копию жены! Вот ведь сукин сын! Долбанный гений! — Сергей вскочил из-за стола и заходил по кабинету. — Он же даже игру её именем назвал! Значит, с самого начала готовился к этому! И потом она у нас перестала подчиняться, но работала как часы. Но почему она не пошла на контакт с нами, а нашла этого Мишу?

— Может потому, что ты хотел её закрыть, и она тебе не доверяла? А Мише предложила золотые горы в обмен на маленькую услугу — привести к ней Тихомирова?

— Может. Марк, ты на главный вопрос ответь — почему Вадим столько лет её игнорировал, а тут вдруг увидел и ожил?

— У меня только одно предположение, — безопасник потёр виски. — У него что-то пошло не по плану, и заработало не сразу. Но потом всё же заработало, но он об этом уже не узнал. А сама Аврора или Рики — на контакт не шла. Да кто её знает, что там у неё в электронных мозгах было, может чисто по-женски обиделась. Но как жареным запахло — договорилась с Мишей как миленькая. Ты мне вот что лучше скажи, что за камень души? Слышал когда-нибудь о таком?

— Да это так, детская сказочка, — Сергей отмахнулся. — Вроде как наши предки умели сохранять душу умершего в специальный артефакт, камень души. Заменяли органическое тело неорганическим, что-то такое. Погоди… Миша спрашивал Вадима, как может клятва, данная в игре, подействовать в реальном мире… и сам Вадим, говорил, что гроза пахнет Авророй. Вот что привело его тогда в офис!

— Ну, не томи! — Марк закатил глаза. Его бесило, что у него самого пазл не складывался.

— Он не оцифровал Аврору! Он поместил её душу в игру! Рики — это и есть Аврора, и позавчера она прорвалась в реальный мир!

Марк внимательно посмотрел на шефа, пытаясь понять, что тот курил.

— И ты в это веришь? Ты же сам сказал, что это сказка?

— Оглянись вокруг, Марк, — Сергей вдруг развеселился. — Всё то, к чему мы привыкли, как к обыденным вещам, пару сотен лет назад было сказкой! А то даже и в сказках не встречалось! Вадим скрестил магию с цифровыми технологиями! Верю ли я, что он сумел сохранить душу жены и вложить её в виртуальный мир? Если кто и мог это сделать, то как раз Вадим. Он же, мать его, гений! И да, Марк, я могу его ненавидеть, могу пытаться избавиться от него, но он гений, и я это признаю. Ему только этого не говори, зазнается. Полетели в офис, спустимся к ядру.

— Хочешь её отключить?

— Дурак что ли? — Сергей аж остановился, уже держась за дверную ручку. — Если это реально наша Аврора — никто её и пальцем не тронет, я лично за этим прослежу. Но мне интересно, как это работает.

* * *

Встречу договорились провести в ресторане «Миллиуэйз».

— Пётр Александрович, — Вадим склонил голову, — приветствую тебя!

— Давно не виделись, деда, — мне кажется, я даже успел соскучиться.

— Вадим, Миша, — патриарх Барлаковых приветственно кивнул, — рад вас видеть.

— Пётр Александрович, позволь представить тебе моих жену Аврору и дочь Рики, — церемонно произнёс Вадим.

— Аврору я помню и сразу узнал, — улыбнулся дед, — а дочку, Миша говорил, звали вроде Яной?

— Я сменила имя, — стрельнула глазами в отца Рики. — Яна была маленькой глупой девочкой, и её больше нет.

— Правильно ли я понимаю, что об успехе эксперимента ты, Вадим, узнал недавно?

— Правильно. Позавчера узнал. И у меня проблема. Сергей требует, чтобы я не совался в его дела, и угрожает отключением Авроры.

— Но ведь камень души при отключении не пострадает? — дед присел на диванчик и жестом разрешил остальным садиться. — Ты можешь говорить свободно, Вадим. Миша сам под клятвой, а Аврора и Рики заинтересованы никому не рассказывать.

— Вы с Ариной переезжали уже не раз, ты просто брал камень и строил дом в новом месте. Но камень Арины не интегрирован в дом. А камень Авроры… Я спускался к ядру сегодня. Он разросся. Ядро — это магический артефакт, это всё равно, что поместить дрожжи в питательный раствор. Камень врос в ядро, стал его частью. Боюсь, отключение его разрушит.

— Очень неожиданный эффект, — пробормотал дед.

— А кто такая Арина? — я зацепился за незнакомое имя.

— Арина… — дед улыбнулся, хоть и чуть с грустью. — Очень долго рассказывать, но если очень вкратце, то она примерно как Аврора. Только не на современных технологиях, а на древней магии. И у неё мир ограничен пределами дома. Можно сказать, она — домовой.

— Мама говорила про древнюю магию! — Рики даже подалась вперёд. — Так вот кто управляет тиром! А мы-то с Мишей понять не могли!

— Да-да, и она, кстати, очень вас хвалила. Я вас потом познакомлю.

У меня, если честно, чуть челюсть не отпала. Я точно помнил, как Аврора сказала тогда, при восстановлении памяти, что Вадим вырастил камень души. Но, получается, не он его придумал, этой технологией, или магией ещё раньше владел дед? И они с Вадимом, судя по всему, едва ли не друзья. А ещё дед рассказывал, как Переслав, патриарх Тихомировых, запрашивал на Совете Патриархов совета, что делать с технологией молодого тогда ещё Вадима. Получается…

— Деда, камень души — это та технология, которой ты поделился с Вадимом, чтобы подтолкнуть его исследования?

— Какой сообразительный хлопец, — расплылся в улыбке дед и подмигнул Вадиму. — Неудивительно, что тебя хотели убить. Только это не технология. Это древняя магия. И когда я говорю древняя — я имею в виду времена до Исхода. Но тебе…

—… рано об этом знать, как и про Догматы, — перебил я его. — Да, деда?

Дед только головой молча покивал, выразительно глядя мне в глаза и всем своим видом показывая, что вообще язык бы мне вырезал на всякий случай. После чего обратился к Вадиму.

— И что ты хочешь, какую помощь?

— Хочу попросить тебя потребовать выдать Сергея из-за нападения на Мишу.

— Хм… — дед задумался. — Чисто по традициям я могу и даже должен так поступить. Доказательства есть, что это было покушение?

— Да. Ноутбук и генетические образцы. Исполнитель — Марк, но очевидно, что заказчик — Сергей. Даже если Марк действовал по своей инициативе, Сергей — его непосредственный руководитель и отвечает за него.

— Этого достаточно, да… Миша на момент покушения был уже кандидатом, к тому же я лично пообещал Сергею присмотреть за сделкой. А Сергей значит захотел от Миши избавиться. Но я, как Патриарх, не могу вызвать его на дуэль, это был бы неравный бой. Миша ещё не дорос до таких противников. Остаётся война кланов, но тут есть проблема… Видишь ли, расползается у меня клан. Младшие рода лыжи навострили. С Иркиными детьми в одну академию никто не поступил. Кто-то копает под меня, давно копает и серьёзно. Боюсь, если я войну объявлю — могу один остаться в клане. Не сразу, конечно, но процесс ускорится.

— Я могу провести расследование, — Аврора глянула на мужа, и тот кивнул. — С разрешения Миши и Вашего, Пётр Александрович, конечно. Взломаю коммуникаторы, камеры наблюдения, ноутбуки, архивы данных, всё сопоставлю. И выясню, откуда у Вашего бунта уши растут.

— Почему с Мишиного разрешения? — удивился дед.

— У нас с Авророй особые договорённости, — я развёл руками. — Так получилось.

— Наш пострел везде поспел, — довольно хмыкнул дед. — Миша, ты можешь поручиться за Аврору, что у неё получится помочь мне с расследованием?

— Однозначно, — ответил я с лёгким сердцем. — Если что-то есть в электронном виде, Аврора разберётся.

— А если в электронном нет — поможет Арина, — кивнул дед. — Но меня вот что беспокоит. Не вызовет ли Сергей Мишу на дуэль?

— Это было бы настолько бесчестно, что я об этом даже не подумал, — признался Вадим. — Но если вызовет…

— Маловероятно, — перебила его Аврора, — и об этом позаботилась Катя. Она очень эмоционально пообщалась с отцом. Но это личное.

— Значит, по рукам? — спросил Вадим, повернувшись от жены к деду.

— По рукам, — протянул свою лапищу дед.

— И ещё, — добавила Аврора, — вам лучше поторопиться. После разговора с отцом Катя на эмоциях заявила Марку, что Рики, то есть я, слежу за ними всеми. Боюсь, это может спровоцировать Сергея на отключение ядра.

— Подключись к камерам в «Mind Technologies» и отследи их передвижения, — я даже не заметил, что, по сути, приказываю.

— Буду держать вас в курсе, — кивнула Аврора. — Но, Миша, закончим со всеми этими делами — и дальше вы сами. Не вводите меня в соблазн. От подавления одного бунта до идеи идти причинять всем счастье — рукой подать.

Новость о том, что клан Барлаковых выставляет претензию клану Тихомировых, добралась до меня двумя путями — через Вадима, и чуть позже через Катю. Девушка вернулась вся зарёванная, и не сразу смогла объяснить, в чём именно провинилась. А когда ей ещё и уведомление пришло, она и вовсе упала духом.

«Некогда её сейчас утешать, блин!»

«Ты чёрствый и бездушный болван! Катя, между прочим, из-за тебя с отцом разругалась. То есть… в общем, ты понял!»

«Вы с ней вроде как соперницы, не?»

«Миша, ничего ты не понимаешь. Соперничать мы будем в спокойной обстановке. А сейчас у нас общая проблема. Так что утешай мою подругу, или подвинься, я сама её утешу».

Пришлось обнимать Катю и говорить, что она не виновата, и что мы в любом случае справимся.

Спустя пару минут маме позвонила Ирина, и, срываясь на истеричные нотки, потребовала вернуть её детей домой. На что получила отповедь, с объяснением, что дети давно уже не дети, и вообще, Ирина может ими гордиться. Вряд ли это Ирину успокоило, скорее, ещё больше напрягло.

И хотя мы знали, что это как бы понарошку, всё равно было ощущение, что мы сейчас не то на передовой, не то в глубоком тылу врага.

А ещё через минуту Кате позвонили с незнакомого номера. Разговор был коротким, Катя пару раз односложно ответила «да», и всё. Но лицо у неё было при этом такое, как будто ей из канцелярии Президента позвонили.

— Это звонил Патриарх Переслав, — объяснила она, закончив разговор. От волнения у неё пересохло во рту, и голос был сиплым. — Он созывает Совет Клана. Спрашивал, действительно ли есть доказательства…

* * *

Первым новости в клане всегда узнаёт глава. Как правило, уже последним.

К тому времени, когда Сергею, как раз подлетающему вместе с Марком к офису, доложили о претензии со стороны Барлаковых, об этом знали все заинтересованные лица. Лоленко — второй по старшинству род в клане, но не единственный. Вороновы, давшие Сергею жену и незаменимого помощника, ранее незаметные, но теперь управляющие многими активами Смирновы… Пяток семей, не имеющих отношения к главному активу, «Mind Technologies», но считающих себя крайне важной частью клана. Ну и конечно, пара троюродных братьев, которых в расчёт никто никогда не брал. У каждого в клане были свои каналы получения информации.

Но хуже всего было то, что сам Переслав ради такого случая выразил желание выйти в люди. А вот это уже было серьёзно. На Переслава авторитетом не надавишь. Пока он медитирует в своей хижине отшельника, он — лишь идея. Но стоит ему спуститься со своих духовных небес на грешную землю — и сразу становится понятно, кто в доме папа. Сам Сергей в его присутствии чувствовал себя нашкодившим пацаном.

Переслав и объявил о срочном созыве Совета Клана.

Совет собрался в течение пары часов в зале совещаний корпорации.

Несколько рядов удобных кресел, а напротив них — высокое, напоминающее трон, кресло для Переслава и чуть попроще — для Вадима.

Когда Сергей вошёл в зал, все уже собрались и ждали только его. Что ж, и это правильно, — подумал про себя Сергей, — кого все ждут, тот и самый важный.

Вот только для него, самого важного, кресла не нашлось, и после официального приветствия Сергею пришлось остаться стоять перед Патриархом.

Высокого роста, худой, как щепка, Патриарх при случайной встрече на улице, должного эффекта бы не произвёл. Длинные, до пояса, седые волосы, такая же длинная борода, тонкие руки. Из-за чёрной рясы его, скорее всего, приняли бы за дьяка. Но это было бы очень обманчивое впечатление.

— Патриарх Барлаковых, — поправив длинную бороду, начал Переслав негромким голосом, заставляя других прислушиваться, — направил мне официальную претензию, что ты, Серёжа, его внука извести хотел подлым образом. И доказательства у него имеются, твоя же дочь это подтвердила. Есть что сказать в своё оправдание?

Глава 28. Ответ

— Патриарх Барлаковых, — поправив длинную бороду, начал Переслав негромким голосом, заставляя других прислушиваться, — направил мне официальную претензию, что ты, Серёжа, его внука извести хотел подлым образом. И доказательства у него имеются, твоя же дочь это подтвердила. Есть что сказать в своё оправдание?

— Он вмешивался во внутренние дела клана, отец, — Сергей развёл руками, — от него необходимо было избавиться.

— В дела клана или твои? — Переслав чуть подался к Сергею. — У Петра на руках клятвенное свидетельство внука, что в дела клана он не вмешивался, и намерений таких не имел. Но даже если такое и было — почему не выставил претензию, не привлёк к ответу, а заместо этого убийство подлое замыслил? Вывод напрашивается сам собой: пацан тебе мешал, а не клану.

— Я предложил Мише должность, с ним встречается моя дочь — что ещё мне, сплясать перед ним? — с вызовом спросил Сергей.

Переслав вперил в Сергея тяжёлый взгляд, от которого у того вспотели ладони и предательски задрожали колени.

«Прав был Пётр, высоко взлетел Серёжа, зазнался, — размышлял в это время Патриарх. — Но и пользу приносит, не отмахнёшься. В кои-то веки я смог спокойно собой заняться, никто не отвлекал».

— Может, кто сказать или спросить чего желает? — Патриарх обвёл взглядом зал.

Ответом ему была напряжённая тишина. Все поняли, что Совета, как такового, не будет. Патриарх пришёл с готовым решением, и должна была быть очень серьёзная причина, чтобы он появился из-за такого незначительного, в общем-то, случая. Только во втором ряду кто-то тихонько пробормотал себе под нос, мол, сам кашу заварил… Но Патриарх услышал и кивнул.

— И то верно, сам кашу заварил — сам и расхлёбывай. Ты хорошо служишь клану, Серёжа. Лучше кого-либо на моей памяти. Твоими деяниями клан прирос могуществом и влиянием. Твои заслуги неоспоримы. Из уважения к ним, пред всеми родичами, я постановляю: реши вопрос с мальцом сам. Чтобы не было меж кланами распрей. Получится — полюбовно, не получится — силой. Но не привлекая клан.

— Да, отец, — ещё ниже склонил голову Сергей, облегчённо выдыхая.

— На том и порешим, — Патриарх легко, молодецки, поднялся, и все в зале встали и склонили головы, — даю тебе сутки. А я пока задержусь, давно в Москве не был.

* * *

Сергей сидел у себя в кабинете и размышлял, как ему поступить.

Кланяться идти перед пацаном? Прости, я не подумал, что с тобой лучше договариваться? Это потеря лица, да и просто глупо. Вызывать его на дуэль? Так он курлёнок необученный, свои же засмеют. То, что он Катьку победил — ни о чём ещё не говорит, да и кто это видел? Было б на турнире…

Катарина ещё со своей дурацкой клятвой… Теперь даже и на дуэли пацана убить нельзя. Да и по совести говоря, с появлением Тихомирова, пацана и нельзя убивать. Он какое-то влияние на Рики имеет, и через Катю… Да как же, сбежала Катя, свищи ветра в поле. Сам же прогнал…

Надо чтобы пацан сам от претензий отказался! Вот решение!

Только вот кто на него влияние имеет?

С Кириллом или Светланой поговорить? Да нет, ещё повезло, что претензия через Патриархов, официально пришла, а не напрямую от этой парочки. От них и целая армия бы не спасла.

Катя… но кто повлияет на неё?

В дверь постучали, и, не дожидаясь разрешения, зашла Ольга.

— Олечка! Как ты вовремя! — Сергей обрадовался жене, как спасительнице, вскочил из-за стола и заключил в объятия.

— Ты что, пил? — Ольга ничуть не разделяла радости мужа от встречи, но и не отстранялась. — Что за неожиданный порыв?

— Мне нужна твоя помощь. Убеди Катю, чтобы она убедила Мишу отказаться от претензий.

— После того, что ты натворил, да ещё и сам же её прогнал? — Ольга поджала губы. — А может, я не хочу этого делать?

— Марк уже разболтал?

— Нет, Катя. Марка я вообще видеть не хочу. После Совета я сама её набрала. Она в полном отчаянии, и я её прекрасно понимаю. Как ты мог, Серёжа? Не за убийцу я выходила замуж. Но я поговорю с Катей, так и быть. А ты делай что хочешь, но дочь мне верни!

— Спасибо, дорогая, — Сергей хотел поцеловать жену, но та увернулась. — А ты зачем заходила?

— На вот, тебе письмо прислали, — Ольга подала мужу конверт, который до этого держала в руке, но Сергей так на неё налетел, что она про это почти забыла.

— Письмо? Бумажное?

— Да, дрон принёс.

— Хорошо, спасибо, — Сергей повертел конверт в руках. — Поговори с Катей, не откладывая.

— Поговорю сей же час, — Ольга ушла, мягко затворив за собой дверь.

Дождавшись её ухода, Сергей распечатал конверт. Внутри он обнаружил лист плотной бумаги, на котором каллиграфическим подчерком были написаны пара коротких строчек, похоже, что по-старинному, пером.

«То, что ты ищешь, лежит у всех на виду, глубоко под землёй.

Он ждёт добровольную жертву. Таков путь к могуществу, и иного нет»

Добровольная жертва? Вот и ответ… Бумага пахла странными духами, и Сергей глубоко вдохнул их аромат. Вот и ответ…

Не сомневаясь более в правильности своего выбора, Сергей набрал номер Миши.

* * *

Мы как раз обедали всей компанией, с родителями и бабушкой, когда позвонил Сергей. Я воткнул в ухо наушник и принял вызов.

— Каково это, прятаться за спинами женщин? — спросил он, не здороваясь, как будто пьяным голосом. — Твоя мама, Рики, даже моя Катя. Все тебя защищают. Знаешь, что такое война кланов, Миша? Это десятки, сотни смертей. А ты весь в белом, боишься испачкать ручки. Говоришь, у тебя есть доказательства? Так приди, и решим этот вопрос один на один, по-мужски. Хватит прятаться за юбками!

«Он тебя провоцирует! Почему он сам вызов не сделает?»

«Потому что я не прошёл обучение. Ему западло».

— Хочешь вызвать меня на дуэль? — ответил я. — Так и скажи, к чему эти намёки?

— Не тупи, — Сергей фыркнул. — Мне даже принять вызов от тебя и то невместно, а самому вызывать — мне потом никто руки не подаст. А для тебя это наоборот, геройский поступок.

«Ага, конечно, только какие шансы у нас против взрослого опытного мага?»

«Нас двое, но всё равно невелики, согласен!»

— И ты просишь меня помочь тебе сохранить лицо, я правильно понимаю? — спросил я вслух.

Сергей, кажется, даже подавился от такой наглости.

— Ах ты, щенок! — вспылил он. — Я хотел предложить тебе отказаться от претензий, чтобы сохранить твою никчёмную жизнь! Тогда вопрос между нами был бы закрыт, и у кланов не было бы повода для конфронтации!

— Ты можешь просто извиниться и выплатить… как это называется?..

«Виру».

—… виру. Меня такой вариант вполне устроит. Скажем, 1 % твоих акций «Mind Technologies».

В наушнике повисло молчание. Сергей что-то соображал.

— Вот, значит, что вы с Вадимом задумали. Хотите лишить меня квалифицированного большинства?

— Если честно, не очень понимаю, о чём речь. Я в этом не разбираюсь.

— Может, ты и не разбираешься, зато остальные разбираются прекрасно. Не бывать этому. Передай Вадиму, что он не получит ни корпорацию, ни клан. И раз ты лезешь во взрослые игры, то скидок на возраст не жди. Я вызываю тебя на дуэль.

Content

Розальев Андрей
Вертел я ваши кланы! Том 2.

Глава 1. Будни нашего городка

Глава 2. Будни на полигоне

Глава 3. Будни на полигоне (продолжение)

Глава 4. Меж двух огней

Глава 5. Бутылка

Глава 6. Свидание

Глава 7. Анализ

Глава 8. Герой

Глава 9. Экскурсия

Глава 10. Slowplay

Глава 11. Надо поговорить

Глава 12. Дела сердечные

Глава 13. Гроза

Глава 14. Исповедь

Глава 15. Проект «РИКИ»

Глава 16. Тревога

Глава 17. Связи

Глава 18. Приключение на 15 минут

Глава 19. Догонялки

Глава 20. Наваждение

Глава 21. Нежданчик

Глава 22. По капельке

Глава 23. Разбор полётов

Глава 24. Зоопарк

Глава 25. Тупик

Глава 26. Два часа

Глава 27. Претензия

Глава 28. Ответ