Соловьева Дана Арнаутова, Евгения

Королева теней-8. Между вороном и ястребом

- Дана Арнаутова, Евгения Соловьева

- Королева теней – 8.

- Между вороном и ястребом

-

- Глава 1. Платье для Марты

-

- «Второго дня шестого месяца сего года, от пришествия Благих 584-го, мы, Аластор Кеннет Лоренс Ульв Дорвенн. король и владетель Дорвенанта, позволяем леди Айлин Мелиссе Элоизе Игрейне Бастельеро. в девичестве леди Дориан, покинуть дом ее супруга лорда Грегора Людвига Стефана Валериуса Бастельеро и жить там, где она пожелает. Лорд Грегор Бастельеро вправе не выделять своей жене содержание, если такова будет его воля, однако леди Айлин Бастельеро вправе забрать из дома супруга свое личное имущество согласно „Правде Дорве" и по правилу „нитки и ложки", в чем ей никто не должен препятствовать. Лорду Грегору Бастельеро запрещено искать встреч с женой, кроме как по ее желанию и предварительной договоренности, а также в присутствии родственников или доверенных лиц леди Бастельеро Лорду Грегору Бастельеро запрещено увозить своего сына Аларика Раэна Стефана Малкольма Бастельеро из Дорвенны в любом направлении, не известив об этом его мать, а также не испросив позволения его величества Аластора. Лорду Грегору Бастельеро запрещено препятствовать встречам леди Айлин Бастельеро с ее сыном Алариком Разном Стефаном Малкольмом, каковые встречи леди Айлин Бастельеро вправе устраивать по своему усмотрению. Леди Айлин Бастельеро надлежит заблаговременно уведомлять супруга о желании навестить сына, лорду Грегору Бастельеро на время этих встреч надлежит удаляться из дома. Следить за соблюдением нашей воли, изложенной в этом указе, мы поручаем Аларику Маркусу Роланду Стефану, лорду Бастельеро. Лорду Аларику Маркусу Бастельеро следует оставаться в Дорвенне, в родовом особняке Бастельеро до следующих наших распоряжений».

- Изящный почерк секретаря, безупречно ровный и украшенный витиеватыми завитушками, расплывался перед глазами, так что Грегору пришлось читать медленно, пытаясь вникнуть в смысл каждого отдельного слова. А под основным текстом указа, между последней строкой и ало-золотой печатью с королевским гербовым львом, было дописано уже другой рукой и другим почерком - тоже ровным, но простым, округлым и разборчивым, как у старательного ученика:

- «Если с лордом Алариком Маркусом бастельеро произойдет несчастный случай, или его поразит проклятие, или неизлечимая болезнь, или же он как-то иначе скоропостижно оставит этот мир, его внук Аларик Раэн Бастельеро немедленно перейдет под опеку короны и мою лично, согласно моему долгу восприемника перед Благими. Аластор Дорвенн».

- Грегор перечитал бумагу трижды, но смысл слов, выведенных траурно- черными чернилами и заверенных королевской печатью, оставался прежним. Чудовищным! Невозможным! Еще и эта приписка! Надо же, какое великодушие! Их величество собственноручно изволил добавить к указу, что ни в ломаный флорин не ставит отцовские права Грегора, его честь главы рода и любовь к сыну!

- Он разжал пальцы и позволил тяжелому пергаменту упасть на стол. Медленно поднял взгляд Лорд Аларик стоял перед столом в кабинете главы рода — кабинете Грегора! - скрестив руки на груди и спокойно взирая, как Грегор читает привезенный им документ. Как его занесло во дворец?! И почему король прислал это чудовищное оскорбление не с курьером, а с членом рода?! Почему он вообще решил вмешаться в семейные дела Грегора таким образом?!

- Так вы, милорд, теперь прямой проводник воли его величества? И мой личный надзиратель? Нечего сказать, немалое доверие вам оказали - следить за собственным сыном, словно шпиону! А если вы свернете себе шею на охоте или утонете на этой вашей... рыбалке?! - выплюнул он, и лорд Аларик невозмутимо пожал плечами.

- Надеюсь, мы оба станем молить Претемнейшую, чтобы этого не произошло, - сказал он с такой спокойной деловитостью, что это было похоже на изысканное оскорбление. - Со своей стороны клянусь приложить все усилия, чтобы как можно дольше оставаться живым и в полноги здравии. Второй экземпляр указа я обязан вручить своей невестке и проследить, чтобы воля короля относительно свободы леди Айлин была исполнена в точности.

- Воля короля... Вручить Айлин... Между прочим, а где она? И что вообще происходит?! Сегодня утром Грегор покинул дом после очередной размолвки, но даже тогда между ним и Айлин речи не шло о раздельном проживании!

- Больше того - о королевской эпеке над их сыном, о свиданиях по разрешению и при свидетелях, о том, что Анлин покинет мужа, сына, их общий дом!

- Конечно, она была расстроена его отказом в визите к Эддерли, но промолчала! Лишь для того, чтобы вонзить ему в спину нож! Сговорившись за этой самой спиной с королем и своим драгоценным свекром... Такой указ не получить в любой момент, его нужно готовить заранее! Во всяком случае, написать прошение... А обратиться с просьбой напрямую без документов Айлин было попросту некогда! И... где она? Почему не встретила его из Академии? Он ведь нарочно вернулся домой раньше, привез ей цветы, ее любимые белые розы, надеясь загладить утреннюю ссору... Неужели она все- таки ослушалась и уехала к Эддерли?!

- Лорд Аларик так же молца смотрел на него, и Грегор почему-то подумал, что отец лишь немного моложе, чем был дед. когда умер. А выглядит крепким, здоровым и полным жизненных сил. хотя он-то, в отличие от лорда Стефана, профан. И Аларику-младшему он приходится дедом, как Стефан — Грегору.... И так же. как Стефан, может теперь отстранить родного отца от воспитания сына, наверняка король пожалует ему и это право, если лорд Аларик пожелает Какая жуткая... несправедливость! И как изощренно мстительна бывает судьба...

- Это вы. - едва ворочая ставшим вдруг непослушным языком, выдавил Грегор. - Это все вы... Вы составили это прошение. Вы посмели...

- Я, - согласился лорд Аларик. - Человек смеет многое, когда ему есть что терять. Я потерял трех дэчерей из-за проклятия вашей матери и скорее умру, чем соглашусь потерять четвертую из-за вас. Пусть даже родную не по крови, а по сердцу.

- Грегор отстраненно подумал, что еще вчера спасительная ярость вспыхнула бы в нем от куда менее оскорбительных слов, но сегодня гнев только тяжело ворочался где-то в глубине души сонным сытым зверем. Повезло же лорду Аларику!

- Я вас ненавижу, - уронил он, глядя прямо в глаза человеку, которого больше даже в мыслях не собирался звать отцом, и вдруг увидел в них то, чего не ожидал и не желал видеть ш в ком - жалость

- Я вполне вас понимаю, - проговорил лорд Дларик с бесконечно оскорбительным сочувствием. - Я тоже ненавидел бы человека, отнявшего у меня смысл жизни. Поверьте, будь вы чуть менее похожи на вашего деда... впрочем, оставим это. Я поступил бы так снова. Но если вам легче ненавидеть хотя бы меня - да будет так.

- Коротко поклонившись - ровно настолько, насколько положено кланяться главэ рода, лорд Аларик направился к двери, но дойти не успел - она открылась, и на пороге возник дворецкий.

- Милорд... - выговорил он с немалым трудом, глядя куда-то между Грегором и лордом Алариком, так что было не совсем понятно, к кому именно обращается. - К вам городская стража. Просят пожаловать в городскую мертвецкую...

- Что? - переспросил Грегор онемевшими вдруг вслед за языком губами.

- Напали на карету миледи! — выдохнул дворецкий. — Кучер убит. И Эмма... простите, милорд, сударыня Эванс! - поправился он. и только эта жалкая оговорка напомнила, что Эванс его племянница.

- Боги, да причем тут Эванс?! Так, погодите... Карета?! Айлин выехала из дома. Эванс ее сопровождала...

- А... миледи?.. - тихо спросил лорд Аларик, и в его голосе Грегор ясно услышал тот же ужас, что охватил его самого.

- Претемнейшая, как же он был зол на Айлин еще несколько мгновений назад! И какой мелкой выглядела эта злость сейчас...

- Пропала. - обреченно ответил дворецкий

- Стены покачнулись, и в глазах у Грегора потемнело.

- ***

- Госпожа, госпожа, очнитесь...

- Айлин с трудом открыла глаза, не понимая, где она и почему мелодичный женский голос обращается к ней так странно, да еще и с необычным выговором.

- Госпожа очнуться! - возрадовалась женщина, и прямо перед собой Айлин увидела смуглое лицо, на котором ярко горели огромные черные глаза. - Хотеть пить, госпожа? Амина принести холодный шербет!

- Шербет? Айлин понятия не имела, что это такое, но во рту пересохло, и она облизала губы Смуглая черноглазая незнакомка помогла ей сесть и опереться спиной о подушки, поднесла стакан с питьем - и вправду холодным, восхитительно пахнущим. Жадно выпив шербет, который оказался похож нз оранжад, только с лимоном и какими-то восточными пряностями. Айлин отдала стакан и посмотрела на женщину.

- Настоящая восточная красавица! Черные как смоль волосы выглядываюг из-под красного платка, глаза густо подведены, губы тоже влажно алеюг краской, а одежда! Одета незнакомка была в штаны, длинную тунику и мягки? домашние туфельки, тоже украшенные вышивкой. Почти как Айлин для того злополучного маскарада, только не в зеленое и бронзовое, а в черное з золотом, и туника гораздо длиннее, почти до щиколоток... Очень красиво! Совсем не по-дорвенантски...

- И тут же Айлин задохнулась от ужаса, разом вспомнив все! Нападение нз карету, убитую Эванс, человека с бретерской серьгой, которого убила она сама, Пушка... Пушок! Он остался там, в карете! беспомощный, пораженный какой-то магической атакой... А вдруг лорд Бастельерэ его теперь упокоит?! И что это были за люди, которые отравили их с Эванс ядовитым дымом, хладнокровно избавились о- кучера и компаньонки, но пытались быть вежливыми с Айлин?!

- Она вспсмнила, что бретер, если только серьга означала именно это, говорил по-фрагански, как и остальные негодяи.. А сейчас перед ней уроженкз то ли Вендии, то ли Султаната! Что все это значит? Кто притащил ее сюда, неизвестный спаситель или помощник похитителей? И куда именно?!

- Где я? - спросила она. стараясь, чтобы голос звучал твердо. - Кто меня сюда доставил? Я хочу видеть этого человека^1

- Да, госпожа! - заулыбалась женщина, словно Айлин сказала ей что-то очень приятное. - госпожа скоро видеть господин! Амина помогать госпожэ умыться и одеться!

- Одеться...

- Только сейчас Айлин заметила, что лежит в кровати почти раздетая, в одном только белье, а ее платье куда-то исчезло. Она вспыхнула от возмущения, но попыталась уговорить себя, что раз рядом была только эта женщина, наверное,она и помогла раздеться.

- Где мои вещи? - спросила Айлин, пытаясь понять, кто же перед ней.

- Разговаривает незнакомка почтительно, шербет подала как опытная горничная, да и зовет Айлин госпожой. С другой стороны, наряд у нее очень дорогой, в ушах - тяжелые золотые серьги, а на пальцах, когда женщина подносила напиток, блеснули драгоценные кольца В Дорвенанте далеко не каждая леди может себе позволить такую роскошь.

- Где я? - добавила Айлин и тут же спохватилась, рассудив, что эта заботливая дама Еряд ли виновата в ее похищении, так что стоит быть повежливее - О, простите, и как вас зовут?

- Меня звать Амина. - сказала женщина и добавила с какой-то простодушной и немного странной гордостью: — Амина следить за порядком в этом доме и ждать, когда господин приведет госпожа. Теперь Амина служить госпожа! Амина очень хорошо служить^1 Госпожа быть довольна! Платье госпожи совсем плохой! Грязный, рваный, вонять дымом, фу! Амина принести госпоже другой платье, красивый! Господин увидеть госпожа в красивый платье и сказать - ах!

- Она закрыла глаза одной ладонью, а вторую приложила к груди, видимо, изображая, как будет потрясен неведомый господин.

- Жду не дождусь, — процедила Айлин. - Мне тоже очень многое нужно сказать этому господину!

- Видимо, таинственная Амина приняла это за согласие, потому что вскочила, метнулась в угол спальни и тут же вернулась с длинным одеянием, больше всего напоминающим ночную рубашку, только из плотного бирюзового шелка и густо распитую по подолу и рукавам золотой нитью, как и у самой Амины.

- Это платье?! - ужаснулась Айлин.

- Несмотря на вполне приличную длину и то, что ткань не просвечивала, выглядело платье слишком необычно и откровенно. Под него ведь даже нижнюю юбку не наденешь, платье слишком узкое и подчеркнет фигуру так, что любое белье будет заметно! Она даже на маскарад не одевалась так откровенно, а здесь чужой дом, да еще и господин какой-то!

- Лучший платье! - уверила ее Амина и со вздохом добавила: — Госпожа привык к другой одежда, Амина понимать, но лучше непривычный платье, чем грязный.

- Мысленно с ней согласившись, Айлин как можно незаметнее осмотрелась. И тут же немного успокоилась - спальня, просторная, хотя и не такая огромная, как в доме Бастельеро, оказалась совершенно дорвенантской и даже немного напоминала ее комнату в доме тетушки. Светло-кремовые стены, легкие зеленые занавеси на окнах, сейчас отдернутые, отчего комнату заливало солнце, распахнутые окна, в которые веял свежий ветерок, но главное - мебель! Изящная, но не такая вычурная, как это любят во Фрагане или Итлии, украшенная затейливой резьбой, но без малейших следов позолоты или инкрустаций. Вряд ли во Фрагане, не говоря уже о Вендии или Султанате, принято обставлять комнаты дорвенантской мебелью, а значит Айлин, скорее всего, еще на родине

- Комната, кстати, гостевая - красивая и удобная, но не имеющая отпечатка хозяина или хозяйки - а значит, дом. где Айлин очнулась, принадлежит отнюдь не бедным людям. Да и в окно видны деревья, а окружить дом садом может позволить себе не каждый горожанин. Разве что ее увезли в загородное поместье? Тогда неизвестный господин еще и дворянин Впрочем, скоро она все узнает наверняка, а гадать бессмысленно.

- Пожалуй, мне и правда нужно умыться, - решила она и попыталась встать.

- На удивление, тело слушалось легко, нигде ничего не болело, только в горле першило - от дыма, наверное. Амина подвинула к самой кровати пару туфелек, и Айлин сунула в них ноги. Только теперь она почувствовала, что от нее действительно пахнет дымом, и одним умыванием это вряд ли исправить, здесь нужна полноценная ванна, чтобы промыть волосы...

- «А сударыня Эванс мертва», - снова вспомнилось ей, и Айлин вздрогнула. Она терпеть не могла компаньонку и мечтала, чтобы та куда-нибудь делась, но такой судьбы, видят Благие, никогда ей не желала.

- Амина распахнула перед Айлин дверь в углу спальни - там оказалась небольшая уборная, очень чистая и аккуратная, без ванны, зато с прекрасным умывальником и зеркалом.

- Амина проводить госпожа в купальня! — заверила странная женщина, то ли прислуга, то ли хозяйка дома. - Весь день мыться, чесать волосы, мазать лицо и тело! Быть самый красивый! Потом! Когда господин успокоиться! Очень бояться, что госпожа нехорошо! Принести на руках, велеть Амина раздеть госпожа и сидеть с ней! Сказать, что госпожа очнется очень злой!

- Надо же. как хорошо этот неизвестный господин меня знает, — пробормотала Айлин, наклоняясь над умывальником. - Хотя... он. наверное, видел...

- Она вспомнила, как нож вошел в тело человека, и ее замутило. Сражаться с демонами и даже с кадавром - это совсем другое! Да, она метала Молоты и огненные шары, но издалека! И Денвер уже был мертв, когда она его добила, чтобы упокоить... А вот так, своими руками... Ударить и увидеть, как жизнь гаснет в чужих глазах... Пусть это был враг, но все-таки человек!

- «А разве этот человек пожалел кучера и Эванс? - возразила она себе, ожесточенно плеща в лицо теплой чистой водой. - Они же ни в чем не были виноваты! Только в том, что попались под руку...»

- Госпожа — дочь воина и сама воин. - сказала Амина с великолепной невозмутимостью. — Госпожа драться и убить врага. Хорошо! Господин — сильный мужчина, ему надо сильный женщина!

- Айлин стиснула зубы. Ничего себе намеки! Кто бы ни был этот неизвестный господин, лучше ему вести себя прилично и ни на что не рассчитывать! Даже в браслетах она может за себя постоять!

- Дождавшись, пока Айлин умоется, Амина подала ей полотенце, а потом принялась осторожно расчесывать, действуя гребнем решительно и в то же время деликатно. Быстро заплела Айлин косу с золоченым шнурком вместо ленты, подала платье... Айлин оглядела себя и признала, что выглядит довольно прилично. Жаль, ножа нет. Наверное, остался в карете рядом с Пушком.

- «Если с Пушком что-нибудь случится... - Она вздохнула, пытаясь удержать слезы. — какая же я все-таки злая, уванс и кучера мне жалко, но так... не очень. А стоит подумать о Пушке... Хоть бы с ним все было хорошо! Он же умертвие, рапиры и дым не могли ему поБредить... Это наверняка магия! Вроде той. что использовал мэтр Денвер, когда забрал у Пушка силу...»

- Она вышга из уборной и радостно вскрикнула! Пушок! Совершенно живой и здоровый - и плевать, что нельзя так сказать об умертвии! Он сидел на ковре перед кроватью и вилял хвостом, а увидев Айлин, вскочил и бросился к ней, радостно сияя синими глазами.

- Пушок... - всхлипнула Айлин, плюхнувшись на кровать и обхватив мохнатую шею пса руками. - Собачка моя... Хороший... Как же ты меня нашел?!

- Подозреваю, что с помощью магии. - раздался от двери голос, и Айлин замерла, стиснув Пушка, а потом медленно подняла голову и посмотрела на говорившего.

- Вы... - сказала она беспомощно, вдруг сообразив, что можно было просто спросить у Амины имя ее господина и не мучиться догадками и неизвестностью. — Это вы меня спасли... Сиона...

- Кармель, стоявший у двери, молча склонил голову. Он был одет в простые черные штаны и белую рубашку, а еще почему-то стоял босиком, словно только что вышел из купальни или покинул постель. Совершено простой, домашний, с влажными Болосами, собранными в хеост, и неглубоким порезом, виднеющимся в открытом вороте рубашки. Алый росчерк чьего-то лезвия начинался у горла и заканчивался ниже ключицы. Айлин задохнулась от запоздалого страха...

- Все хорошо. - сказал разумник, заметив ее взгляд, и улыбнулся одними глазами, как умел только он. - Немного неудачно вышел из портала и потерял пару мгновений, пока отнимал эту рапиру

- Это были вы! - повторила Айлин. — Но как?!

- Она отпустила Пушка, и пес развалился у ее ног на ковре с таким видом, словно всегда здесь лежал.

- Вот.

- Он потянулся рукой за ворот рубашки и вытащил знакомый медальон, висящий на цепочке

- Помните? Поисковый артефакт с прядью ваших волос. Он все еще действует. К счастью, когда на вас напали, рядом со мной был наш общий друг Лучано. Ваша связь в очередной раз пробила блоки, он понял, что вы в беде, и я использовал амулет. На небольшом расстоянии вполне можно поставить портал по привязке к объекту. - Кармель немного нахмурился и добавил: — Только обещайте, что сами так никогда не будете делать. Выход из портала в неизвестное место может быть очень опасен.

- Я... знаю... - отозвалась Айлин. - Можно попасть в дерево, стену или даже человека. Но как же тогда вы?!

- Я удачливый, — наконец улыбнулся магистр. — Но лорда Фарелла, уж простите, с собой брать не стал... Как вы себя чувствуете?

- Хорошо, - растерянно ответила Айлин, чуЕствуя. как сотни мыслей теснятся в голове одновременно рвутся на язык. - А кто это был?! Они... убили кучера и сударыню Эванс, мою компаньонку. Мне ведь нужно теперь вернуться домой? То есть з дом лорда Бастельерэ... Или нет? Я надеялась получить сегодня королевский приказ о раздельном проживании с супругом, батюшка Аларик поехал за ним во дворец... А теперь он будет думать, что меня похитили или убили?! И Аластор с Лучано тоже?! И если я не вернусь, лорд Грегор начнет меня искать, а я даже не знаю, должна вернуться или нет...

- Она всхлипнула осознавая, что не может сказать все. что болит внутри Объяснить, как так получилось, что еще утром она собиралась дождаться позволения Аластора и уехать в собственное поместье, а сейчас не понимает, что случилось и как ей теперь жить Возвращаться или нет, кому сообщать о похищении, о чем говорить...

- Все будет хорошо, Айлин. - Кармель шагнул к ней и, опустившись на одно колено, взял ее руки в свои Айлин только успела заметить, что Амина тихонько выскользнула из спальни, оставив их наедине. — Я пока не знаю, кто на вас напал, но обязательно это выясню. Его величеству и лорду Фареллу мы сообщим, что вы в безопасности. И вашему свекру, если хотите, тоже. Но в дом лорда Бастельеро вам сейчас возвращаться нельзя. Поверьте, это большая удача, что никто, включая вашего супруга, не знает, где вы находитесь.

- Почему? - с трудом спросила Айлин, завороженно глядя з темные глаза, такие близкие, полные заботы за нее...

- Потому что... - Кармель тяжело вздохнул и признался: — Я понимал, что этот разговор должен состояться, но рассчитывал иначе сообщить вам очень тревожные и печальные нэвости. Айлин, лорд Бастельеро душевно не здоров, и именно вы находитесь рядом с ним в гораздо большей опасности, чем кто- либо другой. Вам не следует возвращаться к нему, не следует с ним видеться или давать ему знать, где вы находитесь. Я обещаю, что позабочусь о вашей будущей свободе, но это потребует времени. И... вашего доверия. Если не ко мне. то хотя бы к вашим друзьям, которые тоже за вас боятся.

- Душевно не здоров? - беспомощно повторила Айлин. - Но... я видела его сегодня утром. Он был совсем обычным! То есть как всегда... Постойте, вы думаете, он из-за этого?! Дуэль с Саймоном - это из-за болезни?!

- Разве что косвенно, - сказал Кармель, держа ее ладони в своих, огромных и горячих, от которых по всему телу Айлин расходилось волшебное тепло. - Боюсь, что решение лорда Бастельеро проклясть вашего друга было вполне осознанным. А вот сам вызов на дуэль... Айлин, между просто дурным характером и душевной болезнью лежит пропасть, которую большинство людей никогда не перешагнет, но лорд Бастельеро. увы, ее преодолел Есть некие обстоятельства... Я расскажу о них, но вам лучше сначала отдохнуть, успокоиться, прийти в себя...

- И вы думаете, что я теперь успокоюсь? - возмутилась Айлин. - Какие обстоятельства?! Я должна знать! Если вы правы... Кармель, там же мой сын! И батюшка Аларик... И слуги...

- Уверен, вашему сын/ ничего не угрожает, - терпеливо сказал магистр. - Нездоровье лорда Бастельеро имеет определенную природу, которая касается именно вас. Хорошо, я расскажу. Но обещайте, что потом вы не кинетесь в особняк Бастельеро и вообще никуда не сбежите, а останетесь здесь, в моем доме. Хотя бы пока не придете в себя и не начнете мыслить совершенно хладнокровно.

- Когда это я... - опять возмутилась Айлин и осеклась. Виновато посмотрела на Кармеля и. шмыгнув носог.', призналась: - Вы правы, я действительно способна на ужасные глупости! Но я обещаю! В этот раз - никуда не сбегу!

- Отпустив ее руки, о чем Айлин немедленно про себя пожалела. Кармель встал, прошелся по спальне, а потом, остановившись у окна, негромко и размеренно заговорил:

- Вчера вечером меня навестила моя бывшая соученица, магесса Белой гильдии Элегия Барлис. Вам вряд ли знакомо это имя, но, возможно, вы слышали о заведении, которое называется «Страстоцвет»?

- Сидя на кровати, сложив руки на коленях и не сводя взгляда с Кармеля. Айлин кивнула и постаралась не смутиться. Трудно ни разу не услышать о лучшем борделе Дорвенны, если учишься в Академии. О. конечно. Вороны ни за что не стали бы говорить при ней на такие... неприличные темы, но знали бы они, о чем говорят между собой девицы, когда юноши их не слышат! А может, и хорошо, что не знают?

- Госпожа Барлис приехала ко мне за советом, она была испугана и ошеломлена, - продолжил Кармель. - Вчера вечером, парой часов раньше, ее заведение посетил лорд Бастельеро, ваш супруг. Он выбрал одну из девушек по имени Марта и провел с ней некоторое время. Потом щедро расплатился с хозяйкой и уехал, но когда госпожа Барлис поднялась в комнату к Марте, то обнаружила, что девушка мертва. Убита, причем не проклятием, а голыми руками.

- Айлин вдруг стало холодно.

- Убита? - беспомощно переспросила она. - Как убита? То есть... зачем?! Зачем лорду Бастельеро могло понадобиться.. Кармель! Милорд магистр... Я не понимаю^1

- Хотел бы и я не понимать, - пробормотал Кармель так тихо, что Айлин едва его расслышала, и добавил громче: - Эта девушка была рыжей, зеленоглазой и веснушчатой. Очень похожей на вас. простите за такое сравнение. Скажите, вчера вы ссорились с супругом?

- Вчера? Нет! - Айлин выдохнула это совершенно искренне, а потом вспомнила - и прижала к щекам ладони. — Погодите, я... Это была не ссора... Гораздо хуже... После этой проклятой дуэли я... Я не хотела с ним разговаривать! А вчера днем ему прислали шкатулку с перьями. Шпильки в виде перьев, которые носили Вороны, понимаете?!

- Прекрасно понимаю, - кивнул Кармель. — Всей Академии известен знак уважения особого курса к своему наставнику. Вы хотите сказать, они прислали эти шпильки лорду Бастельеро?

- Да. — кивнула Айлин и отчаянно добавила: - Ни письма, ни объяснений. Только шпильки. Все, даже шпилька Саймона... И я... я добавила к ним свою... Я же не знала! Он... просто уехал из дома! И вернулся поздним вечером, почти ночью... Я опять не стала с ним разговаривать и ушла к себе... А сегодня утром все было как обычно, только.. I |ришло письмо от леди эддерли...

- Письмо? - резко уточнил Кармель. - От Эддерли, вы уверены?

- Я его не читала. — тихо сказала Айлин - Лорд Бастельеро мне не позволил. Но он прочел его зслух, там было написано, что Саймон пришел в себя. И что леди Эддерли приглашает меня... Ну, вы понимаете?! Разве я могла не поехать?! Хотя лорд Бастельеро мне запретил..

- Вполне понимаю, - снова согласился Кармель. - Он вам запретил, и вы. разумеется, поехали. Боюсь, моя дорогая, это письмо было не от леди Эддерли. Саймону еще несколько дней придется провести в лечебном сне Если бы даже он пришел в себя, леди Эддерли не стала бы никого приглашать с визитами, даже вас, она бы, скорее, постаралась опять усыпить Саймона.. Но да. теперь я понимаю... О, еще как понимаю! Особый курс отказался от бывшего наставника, но последней каплей стало то. что к ним присоединились вы...

- Он помолчал, глядя на совершенно раздавленную виной и испугом Айлин, а потом сказал

- Теперь я еще сильнее боюсь за вас. И не только я. Все. кто узнал об этом... происшествии, согласны, что вы в опасности. Вы. разумеется, вправе

- думать, что лорд бастельеро никогда не поднимет на вас руку...

- Не вправе! - перебила Айлин и, увидев в глазах разумника изумление, поспешила объяснить: - Он уже поднял на меня руку! Перед дуэлью с Саймоном он наложил на меня паралич. И потом... — Она замялась, не зная, как объяснить то, что было совершенно понятно ей самой, но вряд ли будет так же очевидно другим. - Лорд Бастельеро любил Саймона. Выделял его из всех, все Вороны это видели. Но не обижались, все же знали, что лорд бастельеро был учеником лорда Эддерли и другом его старшего сына! Конечно, он и должен был любить Саймона больше всех нас. Но любовь не помешала ему сделать... то. что он сделал! Саймон пострадал, потому что прикоснулся ко мне. И эта девушка... Марта... Она умерла из-за меня. - упрямо прошептала Айлин одними губами. - Я его разозлила, и он...

- Нет! - резко бросил Кармель и добавил куда мягче: - Нет, Айлин. Она умерла не из-за вас. Думать так - опасная ловушка! Я верю, чтс вы могли разгневать Грегора Бастельеро. В конце концов, это никогда не быпо сложно. Но если бы каждый убивал только потому, что кто-то его разгневал, Эдор обезлюдел бы! Вспомните, разве ваши друзья ни на кого никогда не злятся? Но его величество не казнит подданных, кроме как за тяжкие преступления, а лорд Фарелл, при всех его умениях, не убивает направо и налево Любому человеку иногда хочется выплеснуть гнев. Но здоровые разумом и душой люди умеют сдерживать эти порывы Вина за смерть Марты и за увечье Саймона лежит на лорде бастельеро - и только на нем Я клянусь вам в этом и как разумник, и как магистр гильдии, которому не раз приходилось выносить приговоры магам-преступникам. Но в одном вы правы, любовь не мешает лорду бастельеро калечить и убивать тех. кого он любит. Он убил Марту, потому что увидел в ней ваше подобие, но целью его гнева были вы...

- Претемнейшая, как же это... - прошептала Айлин, спрятав лицо в ладонях, а потом встрепенулась и выпалила: - Эта девушка по имени Марта! Я хочу с ней поговорить! О, Кармель. я не сомневаюсь в ваших словак, но хочу... мне нужно ее увидеть. Самой! Мне нужно убедиться... Вдруг это какая-то ужасная ошибка?! У моего... у лорда бастельеро много врагов! А вдруг это какой-то заговор, чужое преступление... Прошу вас! Мне нужно точнс знать!

- Понимаю, - согласился разумник - Вы правы, в таком деле не должно быть ни малейших сомнений. Что ж, полагаю, Элегия не откажет мне 8 просьбе. Марту еще не похоронили, ее тело доставят сюда, а Дарра Аранзен наверняка согласится вызвать для вас ее душу. Я передам ему вашу просьбу завтра же.

- Это не понадобится. - решительно откликнулась Айлин. — Мне достаточно имени. Вы сказали, ее зовут Марта?

- Марта из деревни Глаффин. — подтвердил Кармель. — Это на родовых землях Логенброу. кажется... У крестьянок нет родовых имен, вам точно этого достаточно? Может, послать хотя бы за прядью волос? И за мелом со свечами?

- Я же не могу призывать души ритуалом, как положено. — Айлин с раздражением посмотрела на свои запястья и браслеты, прикрытые бирюзовым шелком рукавов. - Если не получится сделать то. на что я надеюсь, волосы бесполезны, как и все остальное. Но я попробую! Позову ее сама! Сейчас! Раньше у меня получалось!

- Ее переполняло лихорадочное нетерпение вместе со странной уверенностью в своих силах. Она по-прежнему чувствовала, как браслеты запирают ее магию, пресекая свободный ток силы, но, кажется, это было неважно!

- Хотите, чтобы я вас оставил? - ровно спросил Кармель, но в его глазах Айлин увидела изумление.

- Нет, - призналась она. - Если только вы сами хотите уйти...

- Ни в коем случае. - откликнулся разумник и задернул занавеси. — Так будет лучше видно, я полагаю. Кстати, ваш нож у меня. Амина сняла ножны вместе с поясом, когда раздевала вас. Принести^7

- Айлин мотнула головой. Нож ей хотелось получить обратно, но это может подождать. Для ее собственных странных умений наличие или отсутствие ножа роли не играет А вот задернутые шторы — это хорошо, это правильно В спальне стало темнее, призрак будет лучше видно. Только что делать, если Марта уже успела уйти в Сады?!

- «Звать! - решительно сказала Айлин сама себе. - Просто звать и верить, что я имею на это право! И не потому, что Претемнейшая сама назвала меня дочерью, а потому, что я хочу справедливости для этой бедной девушки!»

- Марта! - позвала она, до боли в глазах старательно вглядываясь в пустой воздух посередине комнаты. - Марта из деревни Глаффин! Марта, которая умерла вчера! Приди на мой зов! Прошу тебя!

- Пушок, спокойно развалившийся на ковре, приподнял голову, насторожил уши, а потом перевалился на живот и уставился куда-то перед своими лапами.

- Марта! - с отчаянным упрямством позвала Айлин, и тут по спальне пронесся ледяной ветер, а над ковром, прямо между ней и Кармелем, засветилось бледно-серебряное пятно, становясь все темнее, ярче, на глазах превращаясь в человеческую фигуру...

- Марта... - повторила Айлин и услышала резкий вдох Кармеля - он тоже видел явившуюся душу. - Говори со мной, Марта! Прошу тебя!

- У соткавшейся из зоздуха девицы действительно были веснушки, зеленые глаза и рыжие волосы, заплетенные з длинные, слегка растрепанные косы. А еще - круглое, удивительно милое лицо, лукавый взгляд и зеленый корсет поверх тонкой белом сорочки, едва прикрывающей лодыжки. Девица огляделась - недоуменно, словно ее только что разбудили — и, увидев Айлин, ойкнула:

- А я правда на вас похожа! Простите, миледи...

- У Айлин в горле словно застрял плотный ком - с такой наивной гордостью прозвучали эти слова.

- Да. похожа. Очень! И именно поэтому мертва!

- Марта... - прошептала она. - Марта, ты помнишь, как умерла?

- Девица погрустнела, сложила перед собой руки, словно служанка, которую отчитывают за провинность, и кивнула.

- Помню, миледи, как тут забудешь... Вчера вечером, как стемнело, я в салон спустилась, а там гость. Один всего Я его раньше никогда не видела, но все одно признала. У нас, конечно, гостей узнавать не принято, но матушка

- Элегия всем девочкам, которые у дверей встречают, самых знатных господ в Дорвенне выучить велела. А то как понять, кого именно не узнаешь? Вот нам потихоньку и шепнули, кто пожаловал. Лорд Бастельеро это был, не сомневайтесь, миледи. Волосы черные, что смола, глаза синие, сам тоже весь в черном, как будто и не праздник, а траур. Меня увидел и сразу подошел. Я еще подумала - может, у него причуда какая особая, если впервые к нам...

- Причуда, — повторила Айлин и передернулась.

- Вот уж действительно - причуда. И какая особая!

- Марта снова ойкнула и прикрыла рот ладонью.

- Простите, миледи! Все время у меня язык впереди мыслей бежит! Не надо вам знать, какие они бывают, причуды у лордов! И я про это ни слова не скажу, что хотите со мной делайте... Ну вот, как он меня за руку ззял, так мы ко мне в комнату поднялись. Я все сделала, как положено! Улыбалась, раздеваться начала... Простите, миледи, вы сами спросили... А прическу разобрать не успела. Милорд моей шпилькой укололся, вот и разозлился, должно быть... Я даже понять не успела ничего, только услышала, как шея хрустнула — и все.

- Она сокрушенно развела руками, вздохнула и простодушно добавила:

- Жалко... На меня ведь, миледи, ни один гость ни разочка не пожаловался. Даже подарки дарили! Матушка Элегия подарки нам оставляла, ничего сверх платы не брала. Девочки-то их тратили, а я копила У меня младших сестер трое, с теткой в деревне живут, а родители от лихорадки померли три года назад еще, зимой. Вот я половину заработка им отправляла, говорила, что на швею в городе выучилась. Да я бы и выучилась, только денег бы скопила на гильдейский взнос! Матушка Элетя меня бы отпустила, она обещала! А если б не вышло, то и назад бы приняла...

- Я... пошлю твоим сестрам денег, которых хватит на приданое. - прошептала Айлин. - Обязательно пошлю. Есть ли у тебя еще какое-то желание, которое облегчит твою душу?

- Марта улыбнулась. Улыбнулась ясной и солнечной улыбкой!

- Миледи такая добрая! Теперь и правда на душе спокойно стало. А желание у меня есть... Я, миледи, все думала - вот в гильдию вступлю, выучусь, стану мастерицей. Уважать все станут! И вот тогда куплю я себе платье, как у настоящей дамы. Голубое и с кружевами, как облачко. Чтоб не такое, как у нас было велено для гостей носить, а длинное! И чтобы все прикрыто, как у порядочной дамы, и лиф, и запястья, и даже туфельки! Чтобы люди смотрели, и никто не припомнил, кем я была! Не получилось вот... Но если б меня в таком платье хоть похоронили, как честную, больше ничего и не надо. Миледи? Да что ж это, никак вы плачете?

- Нет. - едва вытолкнула Айлин, изо всех сил стараясь не разрыдаться. Видит Претемная. эта Марта — сущий ребенок! Ее убили, а она просит некромантку не о мести, а о красивом платье! Да кем же нужно быть, чтобы поднять руку на такое безобидное создание?! - Я... у тебя будет, обещаю, будет самое красивое платье. Голубое, как у настоящей дамы... Даю слово!

- Спасибо, миледи! — опять просияла Марта улыбкой и присела в реверансе. - Дай зам Благие счастья!

- И медленно растворилась, превратившись опять в облачко, потом - в серебристую дымку над ковром, а потом и вовсе исчезнув.

- Айлин... - тихо сказал Кармель и шагнул к ней. но Айлин его уже не слышала.

- Она все-таки разрыдалась, понимая, что ничего уже не исправить. Не вернуть жизнь этой милой девушке, такой доброй и чистой, несмотря на гнусное ремесло, любящей сестер и не способной держать зла даже на своего убийцу...

- Как он мог^7! - повторяла она сквозь рыдания. - Как он мог?!

- Оказавшись рядом, Кармель сгреб ее в объятия, и Айлин уткнулась в широкую грудь, спрятав на ней лицо. Разумник молча гладил ее по голове и спине, дожидаясь, пока Айлин вволю наплачется, а потом так же тихо заговорил:

- Когда-то я поклялся принять любой ваш выбор относительно замужества и собственной жизни, помните? И сказал, что нарушу это слово только в том случае, если вам будет грозить опасность. Увы. это время

- настало. Здесь вам ничто не угрожает, на доме стоит защита не хуже, чем на любом особняке Трех Дюжин, слуги будут преданы вам так же. как мне. то есть полностью. Я сам готов защищать вас любой ценой и никогда не попрошу ни о чем. что будет противно вашей чести или желаниям Айлин, я обещаю, что вы покинете этот дом в любой момент, когда только захотите, но сейчас позвольте мне позаботиться о вас.

- Всхлипнув. Айлин кивнула и еще плотнее прижалась к нему, чувствуя себя окутанной теплом и надежностью, которыми веяло от Кармеля. Сейчас она не могла думать ни о чем, кроме того, что наконец она свободна. Свободна от самой себя, от тех обещаний, которые давала у алтаря человеку, которого искренне клялась почитать как мужа и отца своего ребенка. Он сам разорвал эту связь, и Айлин было больно и легко одновременно, словно все это время у нее в душе созревал огромный нарыв, а теперь он лопнул, и мучительное ожидание сменилось болезненным, но таким нужным очищением.

- - Все будет хорошо, моя дорогая. - сказал Кармель. обнимая ее и укачивая, слоено ребенка. - Теперь все будет хорошо. Вы справитесь с этой бедой и научитесь жить заново У вас есть сын, друзья и подруги, есть я... А сейчас отдыхайте. Не нужно ни о чем тревожиться, позвольте себе просто отдохнуть и набраться сил. Когда проснетесь, моя экономка Амина поможет вам освоиться в этом доме. Можете ей доверять... Я вернусь вечером и расскажу вам все, что смогу узнать об этом нападении. А теперь спите... И проснитесь полной сил...

- Его голос уплывал куда-то вдаль, и Айлин зевнула, вдруг ощутив, как же ей и правда хочется спать. И как хорошо позволить себе расслабиться, довериться, принять заботу и защиту... Она еще успела почувствовать, как ее бережно укладывают на кровать, укрывают легким одеялом и гладят по голове, потом услышала шаги Кармеля, закрывшуюся дверь - и уснула.

- Глава 2. Необходимые меры

-

- Что случилось?! - Аластор, при появлении Лучано вскочивший из кресла, окинул его быстрым взглядом и выдохнул: - Айлин! Ты в порядке, значит, что-то с ней?

- С ней, - кивнул Лучано и виновато добавил: - Пока не знаю. Но будь это... поистине серьезно, - он вовремя проглотил слово «страшно» - мы бы почувствовали, верно?

- Лично мне и этого хватило, - хмуро огрызнулся Аластор и снова сел. Потер ладонями лицо и признался: - Я чуть с ума не сошел! Ты слышал крики? А еще был запах... Что это за дрянь? Что происходит и где Айлин?!

- Альс... — Лучано подошел и сел на ковер прямо перед креслом Аластора. Вздохнул и принялся говорить: - Когда я почуял, что с нашей синьориной беда, рядом был грандсиньор Дункан Он открыл портал и ушел. Я думаю, что к ней. Не спрашивай, как это возможно, я не маг, я сам не знаю. Но грандсиньору можно доверять - он ради Айлин уже однажды сунулся в пасть к барготу. Уверен - сунется снова, если это понадобится. А как только мы узнаем, в чем дело, придем на помощь...

- Хватит меня успокаивать. - буркнул Аластор. - Я не собираюсь впадать в бешенство. Во всяком случае - прямо сейчас. Чтобы кидаться на кого-то с кулаками и секирой, надо сначала точно выяснить - на кого! А вот потом...

- Он сжал кулаки и глянул на них с недоброй мечтательностью. Лучано заставил себя улыбнуться:

- Очень мудро. Альс. И мы обязательно выясним, кого следует убить за это утро. Грандсиньор Аранвен уже вернулся?

- Ангус? — Аластор посмотрел с удивлением, и Лучано поправился:

- 0. нон! Сын. а не отец^1 Я говорю про грандсиньора Дарру и его матушку. Они тоже были на этой встрече, но уехали раньше. Им следует знать, что случилось!

- Я сейчас пошлю за ними, — кивнул Аластор. - Пока лорд Ангус болеет, всеми делами его ведомства занимается Дарра. Но леди Немайн тоже следует.. Ох. да что же там случилось-то?!

- Он снова спрятал лицо в ладонях и зарычал, как раненый зверь, слишком взбешенный, чтобы молчать, но еще не готовый кинуться - просто потому, что не видит врага. Лучано встал, обошел его кресло и положил руки Аластору на плечи.

- Я тоже боюсь. — сказал он тихо. - Претемная видит, как я боюсь, Альс. Но Айлин жива - мы это знаем точно, потому что у нас одно сердце на троих. А раз она жива — мы ее найдем. Не рви себе душу заранее, силы нам еще понадобятся.

- Аластор наклонил голову и молча прижался щекой к его руке с тыльной стороны ладони. У Лучано перехватило дыхание — в этом простом жесте было столько доверия и благодарности! Он замер, слушая, как сердце застучало в ритме престо, и чувствуя сейчас Аластора, как самого себя - его страх, надежду, стремление бежать на помощь - понять бы только, куда... Всего через несколько ударов сердца Альс торопливо выпрямился, и Лучано осторожно убрал руки, понимая, что другу с его дорвенантским воспитанием сейчас и так неловко, но не собираясь забывать эти мгновения.

- Сегодня, когда ты уехал, у меня был бастельеро-старший, - сказал вдруг Аластор. - Лорд Аларик, друг моего отца. Он попросил указ о раздельном проживании Айлин с лордом Грегором. Я, конечно, подписал Может, дело в этом указе?

- М-м-м, не думаю, - отозвался Лучано - Если я все почуял верно, на синьорину напали. Но зачем ее мужу использовать наемников и шиповские штучки?

- Шиповские?! Ты уверен?

- Аластор рывком обернулся и воззрился на него с пугающей надеждой.

- Альс... Я неверно выразился. - Лучано вздохнул и вернулся на свое место, снова сев перед креслом на ковер. - Эту дрянь используют бандитти в любой стране, от Арлезы до Карлонии. Просто жгучий дым. чтобы выкурить жертву из укрытия Из дома, кареты, пещеры... Кроме Шипов, есть еще bravi...

- наемники И они не обязательно итлийцы. там всякого сброда хватает. Если кто-то нанимал людей в Итлии, я об этом узнаю, обещаю тебе. Но это не Шипы. Я единственный старший мастер в Дорвенне, такой заказ не мог пройти мимо меня.

- Но с тем убийцей... как там его., прошел же?

- Фредо, - снова вздохнул Лучано. - Его звали Фредо Черный Кот. Я тогда только вернулся из Вероккьи, Фредо просто не успел узнать, что меня повысили в ранге. Иначе доложил бы, разумеется. Это непреложный закон для любого Шипа. Альс, если отправляешься работать в чужой город - представься собрату, который за ним приглядывает. И потом... Я уверен, если бы гильдия получила такой заказ, мастер Ларци бы меня предупредил. Он знает, как важна для меня Айлин...

- Допустим... Но кому вообще понадобилось нападать на Айлин?! У нее же нет врагов!

- Зато у грандсиньора Бастельеро найдутся. - заметил Лучано. - Или у тебя. Все знают, что синьорина тебе дорога. Но если ее не убили сразу, а мы верим, что ее не убили...

- Он приказал себе сосредоточиться и думать, как ученик мастера Ларци, а не сопливый перепуганный идиотто, не способный совладать со страхом. Конечно, синьорина жива! Когда умер сам Лучано. и ее. и Аластора тряхнуло куда сильнее... Но что это значит?

- На нее могли напасть дома или в городе. - принялся он рассуждать вслух. - В чужом доме, в лавке, в дороге... Синьорина не выходит из дома одна, в палаццо Бастельеро тоже полно слуг, но опытные bravi могут напасть хоть на королевский дворец, если тот. кто их нанял, не жалеет денег. Раз ее не убили, значит, попытались похитить Допустим, грандсиньор Дункан не успел или не сумел помешать. Жена Великого Магистра и фаворитка короля - огромная ценность. Вопрос в том, что за эту ценность можно выручить?

- Выкуп? - вскинулся Аластор - Я заплачу сколько угодно!

- И грандсиньор Бастельеро - тоже, - подхватил Лучано. - Наверняка он не пожалеет золота, но потом идиотти, решившие продать вам синьорину, будут скрываться всю свою жизнь. Очень печальную и недолгую жизнь, да и после смерти им не позавидуешь... Но похищение за выкуп - это беллиссимо! Тогда с Айлин будут хорошо обращаться, и мы сможем ее выручить, а потом вволю поохотиться на ее обидчиков. Если же нет... Кто может иметь к тебе серьезные счеты?

- Пьячченца, — скривился Аластор. - Глупость Лоренцы дорого им обошлась. Они потеряли огромные деньги и были унижены Ты сам говорил, что семейка это пакостная и жестокая.

- Пьячченца могут, - согласился Лучано и постарался отогнать мысль, что тогда синьорина и вправду в огромной опасности - пауки из Капалермо способны убить ее просто ради наказания короля Дорвенанта. Очень в их духе! — Но это причина для войны, а драться они не любят. Сейчас и Фрагана, и Арлеза готовы прийти тебе на помощь - заслужить будущую дружбу, а заодно пощипать итлийских принцев Нарушить равновесие легко, сложнее потом остановить драку... Будем надеяться, что это не Пьячченца. А если все-таки они...

- Тогда что? — мрачно уронил Аластор.

- Тогда. - помолчав, сказал Лучано, - как бы ни повернулось дело, клянусь Претемной, под этим небом не останется живых Пьячченца Или ты запретишь?..

- Не запрещу, - тихо ответил Аластор. — Но будем надеяться... Кто еще это может быть? На Фрагану думать не хочется. Вроде бы мы с Флоризелем неплохо поладили. Бастельеро фраганцы не любят, но похищать жену бывшего врага - против любых правил чести.

- Не все живут по этим правилам, - вздохнул Лучано. - Если это удар не в тебя, а в грандсиньора Бастельеро. тогда понятно, почему именно сейчас. Раньше у синьора некроманта не было уязвимых мест Иногда чужой смерти недостаточно, хочется не убить человека, а лишить его того, что ему дороже жизни. Любимой молодой жены или ребенка... Вряд ли его величество Флоризель пойдет на такое, ему твоя дружба слишком дорога. Но вот кто- нибудь, потерявший на войне родню, это может запросто.

- Он вспомнил неподвижное лицо грандсиньора Дарры, ледяной огонь в темно-серых глазах... Могло ли быть такое, что наследник Аранвенов решил разом наказать бывшего наставника и заполучить девушку, в которую влюблен? Украсть чужую жену, растоптав гордость ее мужа? Когда он говорил, что намерен уничтожить грандсиньора Бастельеро, о синьорине речь не шла - точнее, шла о ее спасении. Но что, если у грандсиньора Дарры своя игра, з которую он не позвал никого, даже любимого наставника? И своего счастливого соперника, между прочим...

- Альс, я тебе должен еще кое-что рассказать. - Лучано поднялся - Пойдем ко мне, я шамьету сварю. Разговор дслгий и нехороший.

- я смотрю, день сегодня вообще славный на удивление, — съязвил Аластор, вставая из кресла. - Так ты угадал? Раз Аранвены были на встрече? Представить :ебе не могу леди Немайн в борделе!

- А ее сына, значит, можешь^9 - рассеянно удивился Лучано, первым проходя в смежную спальню. - Как по мне, это куда невероятнее... Так вот. з бордель по приглашению грандсиньора Дункана явился не только я и Аранвены...

- Рассказывая, он сварил шамьет по любимому рецепту Аластора, но в этот раз разлил его на две чашки - несмотря на солнечный летний день, по меркам Дорвенанта даже жаркий, Лучано поймал себя на том. что хочет согреться. Горячее и сладкое - вот что ему сейчас нужно не меньше, чем Альсу! Тот слушал рассказ о бедняжке Марте, застыв, словно изваяние, Лучано с трудом всунул ему в руки чашку с шамьетом. А когда закончил, Альс еще некоторое время сидел, уставившись перед собой, а потсм выдохнул:

- Да чтоб он сдох, тварь барготова!

- Только позволь! - вскинулся Лучано. - Я найду безопасный способ! Быть не может, чтоб его не было...

- Однако Аластор тут же помрачнел еще сильнее и нехотя отозвался:

- Не позволю. Как бы ни хотелось... Во-первых, магам и правда виднее. Раз они говорят, что сначала нужен суд и выжигание дара, значит, так тому и быть. Пусть ищут доказательства. Вот если не найдут... Ну, тогда и подумаем, как иначе избавиться от этого бешеного пса. Надо же, как вовремя приехал Бастельеро-с_арший! Пожалуй, стоит с ним поговорить, явно он что-то знает про своего сыночка, Баргот бы того побрал! Лишь бы с Айлин все обошлось, но к мужу я ее больше на пушечный выстрел не подпущу. Нужно будет - разведу их по закону и... Погоди, Лу! Надо же ребенка забрать! Если этот мерзавец еще и безумен, нельзя оставлять ему малыша!

- Не торопись, Альс, - попросил Лучано, с наслаждением глотнув горячего, сладкого v пряного шамьета. - Не тряси апельсины, пока не созрели. Ребенка это безумие вроде бы не касается. По закону ты вряд ли можешь забрать сына у отца, верно? А если так и поступишь, пойдут слухи. Кто знает, чем они обернутся? Синьорина неизвестно где, если грандсиньор Бастельеро к этому не причастен, он сейчас тоже начнет искать виновников. И первое, что он подумает, если ты заберешь у него ребенка, что это наших рук дело Сначала украли жену, теперэ и наследника отняли, понимаешь? Для поврежденного рассудка это может оказаться последней порцией отравы - а безумный Архимаг - последнее, что нужно и Дорвенанту, и нам.

- Пр-роклятье! - Аластор хлопнул свободной рукой по подлокотнику кресла. — Я вообще могу хоть что-нибудь сделать?! Этот выкормыш Барготов изуродовал наследника Эддерли! Лорд Ангус еле выжил, а службу ему наверняка придется оставить! Я канцлера лишился! Умного, верного, опытного канцлера! Еще неизвестно, как получится с его сыном поладить... Дункан не смог жениться на любимой женщине, а сама Айлин теперь в беде! И еще вопрос, где ей опаснее, у похитителей или у человека, который клялся ее любить и защищать! А я ничего, ничего не могу сделать! Сижу и пью шамьет... - Он с ненавистью посмотрел на чашку в другой руке. - Как трус последний!

- Нет, — возразил Лучано, — как тот человек, который не может позволить себе лихих глупостей. Альс, если бы твои секиры и мои ножи со шпильками могли чем-то помочь - разве мы не бросились бы в драку? Знаешь, почему на перстне грандмастера роза без колючек? У обычных Шипов - просто колючее колечко, у младшего мастера - бутон на шипастом стебле, у старшего - роза с колючками... А у грэндмастера - стебель розы гладкий! Я вот не знал, пока грандмастер Лоренцо не удостоил объяснить... Те, кто на самом верху, должны думать головой, а не работать руками. Не травить, i-e резать, а думать, решать и говорить. Ты — кэроль, и любое твое слово найдется, кому исполнить. Но сначала нужно понять, кому и что говорить...

- Не успел мрачный Аластор что-то ответить, как в дверь постучали особым стуком - деликатно негромким, но четким. А следом раздался голос Джастина:

- Ваше величество, лорд Аранвен-младший просит немедленной аудиенции.

- Дарра Аранвен?! Прекрасно, он-то мне и нужен! — обоадовался Аластор. - Зови прямо сюда^1

- За дверью стало тихо. Лучано едва успел забрать у Аластора кружку, которой тот махнул в опасной близости от подлокотника, и почти сразу дверь открылась. На порог спальни шагнул грандсиньор Дарра - в том же сером камзоле, в котором он был на встрече, такой же невозмутимый, только глаза, как показалось Лучано, блестели ярче обычного.

- Ваше величество! - Сын канцлера почтительно поклонился королю. - Лорд Фарелл... - Вежливый кивок в сторону Лучано, словно они сегодня еще не виделись. - Я только что получил от городской стражи известие, что посреди Дорвенны неизвестные люди напали на карету леди Бастельеро.

- Что с ней?!

- Аластор даже не пошевелился в кресле, только посмотрел на Аранвена в упор, но Лучано показалось, что Альс вдруг невидимо заполнил всю комнату, и его гнев тяжело надавил на самого Лучано, бестрепетно встретившего это Дарру и на каждую ладонь окружающего пространства.

- Леди Айлин исчезла, - спокойно сказал Аранвен-младший, не отводя взгляд. — Возле кареты нашлась убитая женщина, предположительно прислуга или компаньонка. Кучер, судя по гербовой ливрее, тоже убит. А кроме них, возле кареты стражники обнаружили шесть трупов со следами насильственной смерти. Ваше величество, я прошу вашего высочайшего дозволения принять соответственные меры для поиска леди Бастельеро.

- Вы их еще не приняли?! - рявкнул Аластор и все-таки привстал в кресле, опираясь ладонями на подлокотники.

- Аранвен-младший, даже не вздрогнув, невозмутимо ответил:

- Разумеется, принял, ваше величество. Я велел перекрыть ворота Дорвенны и никого не выпускать без тщательного досмотра. То же самое, разумеется, коснулось портальных площадок У одного из убитых в ухе серьга, предположительно - бретерская. Поэтому я отправил человека во фраганское посольство и запросил перечень подданных Фраганы, находящихся в Дорвенанте. Еще несколько моих подчиненных опрашивают владельцев постоялых дворов и гостиниц, а также проверяют списки приезжих, которые ведутся на городских воротах и порталах Когда нам будут известны имена убитых, мы сможем поднять их и допросить. В случае необходимости я попрошу помощи моей матушки и лорда Эддерли, но привлекать к допросу лорда бастельеро считаю излишним Кроме того, мои люди допросили жителей домов рядом с местом нападения. Уже известно, что городскую стражу, которая дежурила в том районе, умело отвлекли якобы на драку з другой стороне. Зачинщиков драки тоже разыскивают. Описание леди Бастельеро передали на все ворота и портальные площадки Дорвенны. а капитану городской стражи велено усилить патрули. Все эти меры требуют разрешения вашего величества, особенно перекрытый выезд из Дорвенны. обращение в посольство и допрос прислуги в особняках Трех Дюжин. Поэтому я прошу прощения, что позволил себе отдать приказы раньше, чем известил вас.

- Ничего себе! Это сколько же он успел за такой короткий срок?! Вряд ли Лучано приехал сильно позже молодого некроманта, а тот. едва узнав о похищении, уже отправил людей перетряхивать столицу?! Грандиозо! Лучано посмотрел на сына канцлера с искренним уважением.

- Замолчав, грандсиньор Дарра церемонно поклонился и выпрямился. Аластор, снова опустившись в кресло, пару мгновений разглядывал его, потом отрывисто кивнул:

- Благодарю, милорд. И даю вам любые необходимые полномочия. Только... найдите ее!

- Слушаюсь, ваше величество, - неторопливо ответил синьор Ледяная Глыба и глянул в сторону Лучано: - Осмелюсь спросить у вашего величества, известно ли вам содержание разговора, в котором сегодня утром участвовали как я, так и лорд Фарелл, и другие лица.

- Известно, — бросил Аластор. — Считаю ваше общее решение совершенно правильным. Что касается леди Айлин. о любых новостях извещайте меня немедленно. В любое время дня и ночи! Когда... леди бастельеро найдут, - справился он с едва заметной запинкой, - доставьте ее во дворец под самой тщательной охраной. Сегодня я подписал указ о раздельном проживании леди Айлин и лорда Грегора бастельеро. Чтобы он к ней близко не подошел! Даже не посмотрел издалека!

- Слушаюсь, ваше величество, - снова поклонился молодой Аранвен, и Лучано показалось, что на этот раз в его глазах сверкнула искренняя радость. - Разрешите удалиться?

- Разрешаю, - опять кивнул Аластор.

- Дождавшись, пока синьор Ледяная Глыба выплывет из комнаты. Лучано поставил на столик свою опустевшую чашку и сообщил.

- Поеду-ка я и прогуляться. Если грандсиньор Дункан уже вернулся с новостями, привезу их тебе. Хорошо бы вместе с Айлин, конечно...

- А если его еще нет дома? - спросил Аластор.

- Ну... - Лучано пожал плечами и позволил себе пошутить, чтобы не расставаться с Альсом на совсем унылой ноте: - Тогда сяду у него под дверью палаццо, буду мяукать, чтобы меня впустили, и скрестись, как положено порядочному коту.

- Его экономка - опасная женщина. — А/астор усмехнулся с трудом, но игру поддержал старательно: - Смотри, как бы она не решила, что мяукающего кота следует охолостить. Помнишь, как она владеет ножом?

- О. еще бы! - Лучано восхищенно закатил глаза, посмотрел на Альса и ухмыльнулся: - Только холостить меня поздновато, гильдия уже об этом позаботилась. — И добавил, пока Аластор не вздумал смутиться и начать извиняться: - боюсь, на голос это не влияет! Тенор у меня прекрасный, сам знаешь!

- Ну, тогда... - Аластор усмехнулся уже свободнее и фыркнул: — Тогда тем более поберегись. Вдруг она решит укоротить тебя сразу на голову, а не на другие... части тела? без головы еще никому не удавалось ни петь, ни мяукать!

- - Туше. — признал Лучано, радуясь, что друг хотя бы начал улыбаться. - Ладно, поберегу и голову, и все остальное!

- И торопливо выскочил из спальни, оставляя там Аластора

- * * *

- В городской мертвецкой Грегору прежде не случалось бывать, и теперь, осматриваясь, — без малейшего интереса, просто чтоб немного унять грызущий ужас - он негодующе думал, что эта мертвецкая нарушает все, попросту все мыслимые правила и уложения.

- Во-первых, она располагалась в подвале под кордегардией. Что будет, если городской некромант вовремя не упокоит привезенное сюда тело? Умертвия полезут из подвала прямо к стражникам?! Во-вторых, в ней было тепло. Конечно, не так. как на улице в полдень, но и закутаться в теплый плащ отнюдь не хотелось. И в таких условиях они хранят тела?!

- Даже странно, что запах здесь такой же. как в любой другой мертвецкой, где Грегору случалось бывать - чистящие растворы, щелок, неуловимый душок несвежей плоти и эманации смерти, которые не с чем сравнить, но не с чем и спутать. Грегор знал и ненавидел этот запах с детства и каждый раз после занятий в академической мертвецкой не меньше часа проводил в купальнях, оттирая кожу до красноты и промывая волосы до тех пор. пока они не пропитывались ароматом академического мыла, едкс-мятным, резким и тоже не очень приятным. Но лучше мята, чем вот это!

- Между прочим, именно из-за купальни он впервые поругался с Дорианом Ревенгаром, существованию которого до того момента не придавал особого значения. У их курса тогда было первое занятие с нежизым материалом, и Грегор едва слушал объяснения мэтра, так сильно его мутило, и так страшно было от мысли, что попросту стошнит Какой невыносимый позор для внука королевского некроманта! Но дед ни разу не водил его в меэтвецкую!

- Едва дождавшись конца занятия. Грегор поспешно отправился в купальню, но всего через полчаса, когда гнусный запах уже смылся с кожи, но все никак не желал до конца покинуть волосы, в купальню ворвалась компания боевиков, и белесый задира-Ревенгар нелюбезно потребовал дать вымыться и другим. Мол, все прочие места в купальне заняты, а получаса вполне достаточно, чтобы замыться до предела...

- Грегор встряхнул головой, отгоняя воспоминания, приготовился задержать дыхание, но передумал, уловив среди привычно неприятного запаха какой-то странный, совершенно неуместный, словно зудящий в ноздрях и раздражающий горло... Плесень?! В мертвецкой? И это вдобавок ко всем прочим нарушениям? Чем занимается здешний некромант, хотелось бы знать?!

- Страх за Айлин, гнев на отца и короля, весь жуткий накал последних дней вдруг переплавились в такое простое и понятное раздражение на нерадивого служащего, что Грегор почти обрадовался. Вот сейчас пренебрегающий своими обязанностями некромант ответит за все, что не соответствует правилам безопасности и попросту здравому смыслу!

- Он сошел с последней ступеньки лестницы, ведущей из кордегардии, прошел между высоких шкафов, обитых железом, где каждый ящик представлял собой отдельный гроб, и резко постучал в соседнее помещение, а потом сразу распахнул дверь и шагнул через порог

- Городской некромант, невысокий, лысоватый и плотный, скромной одеждой и всем обликом напоминающий неудачливого торговца, пил шамьет за маленьким столиком с бумагами и письменным прибором. Когда Грегор вошел, некромант с явным сожалением отставил кружку, поднялся и поприветствовал его учтиво, но без малейшего трепета, а потом кивнул на восемь тел, уложенных вплотную друг к другу на высоком жестяном столе такой ширины, что он занимал едва ли не треть помещения.

- Кого-нибудь узнаете, милорд? - равнодушно спросил некромант.

- Женщина с краю - сударыня Эванс. компаньонка моей жены, — ответил Грегор. решив пока не обращать внимания на явную нелюбезность коллеги - Рядом с ней - кучер из моего дома Остальные шестеро мне незнакомы Надо полагать, сами вы не попытались их допросить?

- Не зная их имен? - уточнил мэтр, при этом его лицо даже не дрогнуло. — Разумеется, не попытался. Мой резерв, увы, не так велик, чтобы тратить его на подобные бессмысленные действия Допрашиваю я тех, кого уже опознали.

- Если вы назовете мне имена ваших компаньонки и кучера, могу расспросить их.

- Не трудитесь, — неприязненно бросил Грегор. - Я вполне справлюсь с этим сам. Пришлю людей, чтобы они забрали тела. Надеюсь, стражники помогут вам их погрузить.

- В таком случае извольте подождать, я должен составить бумагу о передаче двух тел. — скучным голосом согласился некромант, и Грегор на миг онемел от изумления.

- Вы не умеете считать? - поинтересовался он наконец. — На месте нападения было восемь убитых!

- Разумеется, их восемь. - пожал плечами некромант, возвращаясь к своему столу. Шамьет в его кружке уже остыл, во всяком случае, парок над ним не поднимался - Но я не имею права выдавать неопознанные тела ранее, чем через десять дней. Возможно, за это время найдется кто-нибудь, кто их опознает. Уложение о неопознанных пострадавших, часть третья.

- У Грегора зашумело в ушах. Уложение?! Какое, к барготу, уложение, если эти негодяи напали на его жену?! Через десять дней допрашивать их будет уже поздно, души за это время уйдут в Претемные Сады, причем легко и безнаказанно! И оттуда их добыть будет куда сложнее! Может, и вовсе не получится! Да, он не знает их имен, но если потребуется, найдет родственников этих мерзавцев! Конечно, кровь уже свернулась, да и волосы, взятые посмертно, не помогут найти живую родню, но ведь есть еще кости! Используя кость, сильный артефактор вполне может создать поисковый амулет! Правда, это тоже долго, не меньше трех дней... Проклятье, неужели он ничего не сможет сделать?!

- И все-таки, как этот болван смеет спорить?! Неужели не понимает, что жизнь жены Грегора в опасности?! Возможно, прямо сейчас!

- Вы противоречите Великому Магистру Ордена? — тихо уточнил Грегор, изо всех сил сдерживая гнев.

- Некромант чуть повернул голову, равнодушно взглянул на него и снова пожал плечами, а потом размеренно заговорил:- Великий Магистр, или просто магистр, да хоть бы и профан. Перед Уложением все равны У вас, я слышал, жена пропала. А у этих... - Некромант указал коротким толстым пальцем на стол, и Грегора передернуло. - У них тоже, небось, жены есть. А может, родители. И они тоже думают, что дети их куда-то пропали. Что покойничков этих опознают, надежды мало, не так уж у нас много фраганцев в городе. Но вдруг да повезет им? Например, из фраганского посольства кого пришлют или дружки отыщутся... Вот тогда я буду рад по закону поступить, милорд. Хоть сам их допрошу, хоть вам для допроса выдам. А грозить не пытайтесь, грозить мне, уж простите, нечем Я. милорд, здесь обучение в Академии отрабатываю по контракту с Орденом. И на местном жалованье буду его еще лет двадцать отрабатывать, а то и дольше, пока сам на кладбище не переселюсь Очередь на мое место не стоит, глубже этой дыры не засунете и деньгами не накажете - их в моем хозяйстве и так ни на что не хватает. Даже, вон, морозильные артефакты из строя вышли, а очередь их менять только на Барготов День подойдет.

- И посмотрел с такой невозможной, безразлично неподъемной усталостью, что Грегора словно обдало волной холода, а заготовленная гневная тирада рассеялась сама собой. Ждать очереди на артефакты?! Провести всю жизнь в этом душном подвале где вытяжка еле работает, зато шамьет остывает быстро, как в погребе? Нет. понятно, простолюдинам, даже магам, выбирать работу не приходится, но... хотя бы обеспечить городскую службу инструментом Орден способен?!

- Составьте список необходимого и передайте моему секретарю, - процедил он. - Я лично позабочусь, чтобы вам все прислали

- Премного благодарен, милорд. - кивнул городской некромант с неожиданным достоинством и предупредил: - Но тела выдать все равно не могу. Если желаете заказать поисковый амулет, я вам левые мизинцы отделю, артефакторам этого хватит

- Извольте - бросил Грегор и потянулся за кошельком - Сколоко с меня за услугу?

- -Для вас. милорд, бесплатно, - тем же равнодушным голосом сообщил некромант. - Все таки Великий Магистр.

- Наказывать служащего за ревностное соблюдение обязанностей Грегор. конечно, не мог. Но влепить проклятием за едза уловимую тень ядовитой насмешки захотелось просто мучительно. Однако в следующее мгновение Грегор себя одернул - конечно ему просто показалось' А это. видимо, такая неуклюжая благодарность и выражение почтения - чего еще ждать от простолюдина?

- Дверь за их спинами скрипнула и в подвале раздался знакомый голсе. который Грегор никакие рассчитывал здесь услышать:

- Доброго дня мэтр Вильерс. У вас опять какие-то сложности с артефактами холода?

- -Милорд Аранвен...

- Высокая и тонкая фигура затянутая в серое, шагнула в комнату. Грегор стиснул зубы - как же не вовремя! Что ему вообще здесь делать?1 Зато некро?/ант, которого, отзывается, звали Вильерс. поклонился Дарре Аранвену очень почтительно, чуть ли не ниже, чег.- Грегору.

- Доброго дня. лорд Бастельеро. - голос Аранвена-младшего был спокойным и таким ледяным, что вполне мог бы заменить проклятые артефакты.

- Зо всяком случае. Грегору показалось, что в подвале сразу повеяло стужей.

- И вам доброго дня, - не менее холодно ответил он. — Могу я узнать, что привело вас сюда, лорд Аранвен?

- Служебные дела, лорд Бастельеро, - ответил Дарра и стянул белоснежную перчатку с правой руки.

- Подойдя к столу, коснулся пальцем ближайшего трупа, определяя давность смерти и остаток некротических эманации, милостиво кивнул.

- Вижу, вы отложили ритуал упокоения? Прекрасно, мэтр Вильерс. мь: вам очень обязаны Личности женщины и человека в ливрее установлены?

- Лорд Бастельеро сообщил, что это компаньонка его жены и кучер в его доме. - доложил Вильерс. И добавил, не глядя на Грегора- - Его светлость желает их забрать.

- Определенно желаю! - вмешался Грегор. - Как и допросить остальных.

- На каком основании, милорд? - с той же ледяной учтивостью удивился барготов мальчишка Аранвен - Нападение на благородную даму подлежит расследованию службой канцлера. Если нам потребуется помощь Ордена, я непременно об этом сообщу.

- Эта дама - моя жена, - тихо сказал Грегор и краем глаза уловил, как Вильерс удивительно ловко для такого нелепого существа сделал шаг назад, уходя от возможной траектории боевого проклятия. - Вы препятствуете мне в ее поисках?

- Насколько мне известно, милорд... - Голосом Аранзена можно было хоть морозить трупы, хоть вскрывать их - на выбор! - С нынешнего дня вам королевским указом запрещено приближаться к этой даме без ее соизволения. Когда мы намдем леди Айлин, я узнаю, желает ли она вас видеть, а потом извещу вас о ее решении До этого времени настоятельно прошу не мешать поискам. Мэтр 8ильерс. вот запрос о выдаче тел - Он достал из поясной сумки сложенный лист гербовой бумаги и положил его на стол. — Будьте любезны написать распоряжение стражникам, наша повозка уже ждет возле кордегардии.

- Слушаюсь, ваша светлость!

- Вильерс вернулся за стол, макнул перо в чернила и принялся писать нужную бумагу

- «Он мне мстит. - с бессильной яростью понял Грегор. поймав бесстрастный взгляд Аранвена. - Мстит за Саймона Эддерли! А может, и за то. что сам не смог жениться на Айлин. он ведь собирался делать ей предложение. Король не развел меня с женой, но развязал руки любому мерзавцу, которому вздумается встать между нами! Если ее спасет Аранвен... Проклятье, да какая разница?1 Ее нужно найти^1 И я бы сам просил помощи у канцлера и всей его холоднокровной семейки, будь от этого толк! Что такого может его служба, чего не смогу я?!»

- Извольте передать мне мизинцы убитых. - бросил он Вильерсу. - Указ короля не лишает меня права искать жену! А когда я ее найду... - Он в упор посмотрел на Дарру и медленно сказал: - Тогда, в соответствии с волей его величества, я сам спрошу хочет ли она меня видеть Надеюсь, вы мне в поисках тоже мешать не станете.

- Несколько мгновений они с Даррой смотрели друг на друга. Грегор уже почти приготовился получить еще один вызов на дуэль, но, видимо, Аранвен все-таки решил отступить. Очень благоразумно с его стороны! Калечить второго наследника семьи из Трех Дюжин меньше, чем за неделю. Грегору не хотелось бы!

- Вы получите требуемое не позже сегодняшнего вечера, - спокойно сказал Дарра. - Никто не сможет сказать, что я лишил леди Айлин хоть одного шанса на спасение Кстати, мэтр Зильерс. а собаку не нашли?

- Собаку? - уточнил городской некромант, присыпая бумагу песком, чтобы чернила быстрее высохли. - Нет, никакой собаки стража не видела.

- Поздравляю. - съязвил Грегор. - Теперь по городу бегает огромное умертвие. Надо было мне все-таки упокоить эту тварь.

- Передайте стражникам, если увидят в городе огромного белого пса. пусть не подходят близко и сразу посылают за мной. - так же спокойно сказал Аранвен. - Десять золотых тому, кто его найдет.

- Не волнуйтесь, милорд. - ответил Вильерс. - Никто к нему не сунется. А я-то думаю, кто одному из покойничков руку перекусил и горло вырвал''

- Он задумчиво посмотрел на тела, прикрытые дерюгой, и Грегор невольно глянул туда же. Так от умертвия все-таки была польза? Впрочем, неважно

- Ваши разрешения, милорды. - Вильерс встал, поклонился ровно в пространство между Грегором и Даррой, а потом двумя руками протянул им два одинаковых документа - серые листки самой дешевой бумаги, такой тонкой, что чернильные строчки проглядывали на другой стороне - Два тела в особняк Бастельеро. шесть - в службу его светлости канцлера

- Грегор молча взял документ, его вдруг отчетливо замутило от всего сразу - от запаха мертвецкой, к которому он уже почти привык, но тот все равно никуда не делся, от тщательно загнанного внутрь страха потерять Айлин, от ненависти к Аранвену, который нашел такой омерзительный повод сводить счеты, и даже от раздражения на Вильерса. ставшего невольным свидетелем ссоры двух лордов Это все обрушилось на него сразу и слилось воедино, как тот самый проклятый запах!

- Благодарю, мэтр Вильерс. - на удивление доброжелательно сказал Аранвен. принимая свой экземпляр. - Морозильные артефакты пришлю вам сегодня же но в следующий раз прошу не тянуть и извещать меня в подобных случаях сразу.

- <А ведь они хорошо знакомы. - с легким отстраненным удивлением понял Грегор. - Что общего может быть у сына канцлера и простолюдина из городской стражи, пусть и коллеги- некроманта? Почему Аранвен ему покровительствует? Служебные дела, наверное... Что ж, если получу от Вильерса перечень, обещание в любом случае исполню. Но какое все-таки

- отвратительное место'- Если Аранвен так благоволит этому магу, мог бы устроить ему перевод. Нозто не мое дело>

- Он вышел из мертвецкой и поднялся по лестнице. Воздух кордегардии был пропитан множеством запахов - толстых кожаных курток, что городская стража носит вместо доспехов, резкой вонью плохо вымытых тел. пивным и колбасным духом, затхлым жиром для смазки оружия... Грегора замутило еще сильнее, и он подумал, что вряд ли стражникам мешают запахи мертвецкой из подвала - их здесь никто попросту не различает.

- Он отдал бумагу начальнику караула и тот с трудом ее прочитал, старательно шевеля губами, а потом заверил, что мертвые тепа, числом две штуки, мужское и женское, немедленно отправят в дом его светлости. Зот прямо сейчас, как только найдется несколько свободных рук... Брезгливо дернув уголком рта. Грегор добавил к бумаге пару серебряных флоринов, и свободные руки тут же нашлись.

- Посмотрев на повозку и запряженных в нее лошадей. Грегор понял сразу две вещи: во- первых. почему Аранвен приехал со своей повозкой, а во-вторых - тела он получит через пару- тройку часов, и это в лучшем случае. Раньше эта развалюха попросту не доберется. Может, вернуться и допросить Эванс и кучера прямо в мертвецкой? Но забирать их для похорон все равно придется..

- - Отправляйте. - мрачно велел он и пошел к своей лошади, привязанной возле кордегардии.

- В конце концов, можно потратить время совсем иначе^1 Он забыл про утреннее письмо, а поиски Айлин следовало начать именно с него. Вряд ли ее похищение устроили Эддерли но... чем Баргот не шутит? Они могли просто оказать кому-то услугу, отомстив Грегору чужими руками... Размышлять об этом было неприятно до омерзения, он ведь искренне собирался не продолжать ссору между семьями.

- Саймон расплатился за свою дерзость, и хотя прежней дружбы между Бастельеро и Эддерли быть не может. Грегору хотелось добром вспоминать то. что для него сделали лорд Говард и леди Мэриан. Не обязательно же становиться врагами из-за глупого мальчишки?! Три Дюжины слишком тесны для родовой вражды...

- Но если Эддерли причастны к похищению Айлин. он должен это узнать! Каждый миг в руках неизвестных барготовых тварей грозит ей смертью, мучениями или позором! Только бы найти ее.. Как он будет растить сына, не смея посмотреть ему в глаза и сказать, что не смог спасти его мать?!

- Глава 3. Призраки мертвой любви

- Дорвенна казалась Грегору мрачной и странно чужой, в точности как Озерный Край, пока армией командовал Корсон, чтоб ему и в Садах не отдыхалось. Словно за каждыми воротами могла скрываться засада, в пении птиц отчетливо слышалась издевка ветер, касаясь лица и волос, то и дело доносил все тот же мерзкий въедливый запах мертвецкой, и даже лица людей на улицах казались ему неприязненными и враждебными.

- Слуга, открывший Грегору ворота особняка Эддерли, тоже смотрел на него враждебно, хотя поклонился, как подобает л поспешил доложить господам о приезде гостя

- Лорд Эддерли встретил Грегора на крыльце, hibho не намереваясь приглашать его в дом Даже ради приличия!

- Грегор проглотил это оскорбление, напомнив себе, что Саймон - единственный сын старого некроманта, а дуэль случилась слишком недазно. чтобы Эддерли смог остыть.

- Что вам угодно? - сухо спросил бывший наставник, очевидно не собираясь тратить время л любезность на такую мелочь, как приветствия.

- Грегор стиснул зубы и еще раз напомнил себе, что Эддерли имеет полное право на обиду.

- Несколько часов назад напали на мою жену. - процедил он, стараясь, чтобы в голосе не прозвучало ни тени недовольства таким пренебрежением. - Убита ее компаньонка, сама Айлин исчезла вместе со своим умертвием. Мне известно, что в этот момент Айлин направлялась к вам по приглашению леди Мариан Я желаю поговорить с ней и узнать, имеет ли она отношение к этому нападению?

- Вы приехали, чтобы предъявить нам такое чудовищное обвинение? - уточнил Эддерли так спокойно, что сразу стало понятно - спокойствие это стоит ему значительных усилий. - Мариан не отправляла никаких приглашений ни бедной девочке, которой судьба уготовила несчастье быть вашей женой, ни кому бы то ни было другому. Все это время, вот уже сутки, она не отходит от нашего сына, который до сих пор не пришел в себя! От вашего бывшего ученика, о здоровье которого вы даже не сочли нужным осведомиться!

- Грегор почувствовал, как кровь бросилась ему в лицо. Никогда - почти никогда! - не испытывал он такого мучительного стыда, но... Он ведь знал, что ничего серьезного Саймону не грозило'

- Наглый мальчишка отделался так легко, как редко бывает на дуэлях, и все же...

- Милорд Эддерли... - начал он сам еще не зная, что скажет.

- То ли спросит все-таки о здоровье этого поганца - хотя бы из учтивости! — то ли все же извинится перед бывшим наставником, будто постаревшим на несколько лет за эти сутки, то ли начнет умолять, ведь должен Эддерли понимать как важно найти Айлин как можно скорее^1

- Но старый некромант поднял руку повелительным жестом.

- Клянусь Претемнейшей Госпожой, клянусь родовой честью и собственной искрой. - сказал он так холодно, что по спине Грегора пробежали мурашки. - Ни я, ни Мариан не посылали вашей жене никакого приглашения и ничего не знаем ни о каком нападении А теперь покиньте мой дом. лорд Бастельеро. и помните, что с этой минуты вы здесь нежеланный гость.

- Едва вспыхнувшую искру гнева Грегор ухитрился подавить сразу, не позволив ей превратиться в яростное пламя Ради прежних отношений, ради Айлин и ребенка, спасенных леди Мариан. и ради памяти о Дилане можно простить пожилым людям едва не потерявшим последнего сына, любую дерзость. Ну. почти любую^1 И границ вежливости Эддерли-старший даже сейчас не перешел. Он в своем доме, куда Грегор явился незваным и нежеланным гостем! А чтобы не длить этот разговор, который и правда мог привести к беде, оставалось одно- единственное средстзо.

- Грегор молча и с полной учтивостью поклонился, благодаря за ответ и клятвы, которые Эддерля мог бы и не давать. А потом, как и было велено, ушел, не обернувшись, ведя лошадь в

- поводу, и вскочил в седло, лишь когда тяжелые ворота закрылись за его спиной.

- * * *

- Несмотря на вольные шуточки и предположения мяукать под воротами палаццо Поверстана ему не пришлось Стоило дернуть за шнурок дверного колокола, эти самые ворота распахнулись, и немолодой арлезиец с перечеркнутой шрамом физиономией принял у Лучано поводья Донны, сообщив, что хозяин ожидает ло-рда Фарелла и просил входить без доклада.

- Сердце сноза тревожно стукнуло, но Лучано успокоил себя тем. что совсем уж плохие вести грандсиньор наверняка привез бы во дворец лично - не такой он человек, чтобы прятаться за чужие спины. А если ожидает посланника у себя дома, может, все не так уж плохо?

- «Или он просто ранен. - возразил сам себе Лучано и тут же рявкнул вдогонку: - Хватит каркать, словно родовые вороны Бастельеро! Сам же говорил Альсу, что не стоит страдать, пока ничего не известно!*

- Тот же самый слуга, больше похожий на бэндитто, чем на лакея, провел его в гостиную. Дункан сидел на диване, на столике перед ним стояли едва начатая бутылка вина и несколько тарелок с холодными закусками, сыром и фруктами. От горя так не пьют, и Лучано окончательно успокоился. Ну, почти!

- Хорошо, что вы один. - сказал магистр вместо приветствия и тут же с улыбкой пояснил:

- Лорд Бастельеро наверняка скоро явится во дворец, и я бы предпочел, чтоб его величеству не пришлось скрывать правду.

- О да, врать Аластор не умеет, - согласился Лучано. - Грандскнвор, она...

- И запнулся, совершенно не понимая, что и как спросить Мысли теснились в голове, слова

- на языке, но блаженное чувство спокойствия уже разливалось внутри. Видят Благие, улыбка

- магистра - лучшее успокоительное, какое Лучано мог представить, хоть рецепт проси!

- Спит. - все так же устало, но искренне улыбаясь, сообщил Дункан и махнул ему рукой на диван рядом с собой. - Ничего страшного, всего лишь утомление и нервное напряжение. Насколько я смог узнать, утром в особняк Бастельеро принесли письмо от леди Эддерли с известием что Саймон очнулся, и просьбой его навестить...

- Очнулся? - изумился Лучано, садясь и Дункан тут же плеснул ему в чистый бокал восхитительного арлезийского. - Но грандсиньор Эддерли...

- Именно. - кивнул разумник. - Полагаю письмо было приманкой. Стоило Грегору Бастельеро отпразиться в Академию. Айлин кинулась к Саймону. Но не успела доехать как на карету напали Кучера и компаньонку убили, я мельком видел тела. Когда появился, Айлин все еще отбивалась. К счастью, она взяла с собой Пушка но мерзавцы швырнули в карету какой-то алхимической дрянью - там все вокруг ею пропахло.

- Ядовитое яблоко. - отозвался Лучано, сделав глоток вина - Я почувствовал запах, когда... ну. вы понимаете. Сам по себе дым не опасен, если не вдыхать его слишком долго. Но если синьорина будет кашлять, когда проснется, лучше позвать целителя.

- Благодарю, непременно, - снова кивнул разумник и тоже отпил из своего бокала.

- Одет он был по-домашнему, как и в тот раз, когда принимал их с Аластором и месьором д'Альбрэ на новоселье, в просторную белую рубашку и мягкие черные штаны В распахнутом вороте виднелась длинная алая полоса, идущая от горла вниз. Нехороший порез, таким ударом легко вскрыть гортань...

- Пустяки. - сказал Дункан, заметив его взгляд. - Царапина. Расстояние было невелико, маяк сработал точно, и я вывалился из портала возле самой кареты.

- Без оружия, - утвердительно спросил Лучано. помня, что рапиры при магистре не было, а нож. даже в опытных руках, матерых вооруженных bravi способен разве что рассмешить - Ну почему вы не взяли меня с собой?'

- Вот потому и не взял. - улыбнулся Дункан. - Вы забыли. Лучано, что я сам себе оружие. От этого удара я увернулся, рапиру, что его нанесла, отнял и тут же вернул владельцу острием вперед... А вот потом... Признаюсь, я был очень зол..

- Он помолчал, допил то. что было в бокале, и с сожалением признался:

- Боюсь, живых свидетелей не осталось.

- Шесть покойников. - подтвердил Лучано. - Но ведь это же Дорвенант! Здесь и мертвых могут разговорить. Грандсиньор Дарра уже занимается этим делом. О. магистр, неужели вы их всех одним ножом?!

- Нет, конечно. - усмехнулся тот - Я их магией. Знаете, разумники считаются почти беспомощными в драке, нам даже в магических дуэлях позволено не участвовать. Но я все- таки магистр гильдии .

- Он с острым намеком глянул на Лучако, у которого под этим взглядом едва не застрял в горле кусочек сыра.

- Сомневаться в умениях грандмастера? - поразился Лучано. проглотив сыр. - О. я бы никогда! А... Что бы сделали?

- Заставил их перебить друг друга, - сказал разумник совершенно обыденно, отчего его слова прозвучали еще более жутко - Говорю же я был очень зол. И потому просто сбросил эту злость на них, ненадолго презратив товарищей в смертельных врагов. Обычно это гораздо сложнее, но они уже были расгалены неудачей и потерями. Пес Айлин загрыз одного сама Айлин убила второго, я а - третьего...

- Синьорина' - восхищенно выдохнул Лучано - Ми брава аморе!

- О да храбрости ей не занимать. - тепло улыбнулся магистр - В общем, пока остальные трое резались между собой, я прихватил Айлин и попросту сбежал А доблестный лорд Ульв сам нашел мой дом немного поз*е. Значит, вы гозорите. жизых свидетелей не осталось"* Что ж я бы предпочел, чтобы лорд Бастельеро не получил и мертвых. Надеюсь. Дарра об этом позаботится.

- Он снова разлил вино по бокалам, и Лучано понял, что магистр ужасно устал, Потому и разговорчив чуть более обычного, и расслаблен, как после тяжелой работы или минувшей опасности. И видно, что расслабленность эта лишь телесная, разум работает по-прежнему остро и ясно, а в темных арлезимских глазах заметна тревога.

- Грандсиньор Аранвен перекрыл зесь город. - сказал он вслух. - Его люди стоят на воротах и прочесывают каждый квартал. Синьорину, конечно, в вашем доме никто не найдет, но на след этих puttabambim, надексь. выйдут.

- Нисколько не сомневаюсь в уме и настойчивости молодого Аранвена, - подтвердил Дункан. - Если есть хоть одна возможность узнать, кто за этим стоит, он узнает Но Айлин лучше пока побыть здесь. В дом Бастельеро ей возвращаться нельзя, во дворце слишком много глаз и ушей. Особняк Аранвенов надежен, однако сам Ангус болен, а Немайн и Дарра сейчас будут слишком заняты. Я бы предпочел присмотреть за Айлин сам

- Нисколько в этом не сомневаюсь, грандсиньор. - Даже не пряча лукавую улыбку. Лучано встал и почтительно поклонился а потом не утерпел и попросил - Можно мне ее увидего"?

- Только не будите - ответил ему очередной улыбкой разумник - Бедная девочка так устала, что уснула, едва мы погозорили.

- Будить спящую синьорину?1 - поразился Лучано - Да что вы, грандсиньор, я же не настолько идиотто! Я почти месяц глядел, что бывает с теми, кто мешает ей выспаться' Ну, демоны всякие, умертвия, кадавры...

- Усмехнувшись, разумник встал и поманил его за собой Лучано проследовал за хозяином дома по знакомому коридору, но в этот раз не в сторону купальни, а к двери, которую Дункан открыл без стука, медленно и осторожно. Заглянул первым, а потом отступил, пропуская гостя Лучано на цыпочках прошел в уютную спальню, где задернутые занавеси создавали приятный сумрак. Красавица-мауритка сидящая у кровати с каким-то рукодельем, бдительно вскинулась, но увидела в дверях Дункана и вернулась к своему занятию.

- Лучано подошел к кровати, бесшумно ступая по мягкому арлезийскому ковру, наклонился к спящей Айлин Дыхание девушки было ровным и чистым, без хрипов, на щеках виднелся легкий здоровый румянец. Вот она слегка повернулась будто почувствовав его взгляд, и улыбнулась чему-то во сне... Лучано поспешно отступил, едва не споткнувшись о лапу синьора Собаки, высунутую из-под кровати. Что ж. кажется, все беллиссимо?

- Выйдя из спальни и дождавшись, пока Дункан закроет дверь, он снова низко поклонился, приложив ладонь к груди, и спросил:

- Сколько вы надеетесь ее прятать, грандсиньор? Не подумайте, что я против, о. совсем нет! Но если кто-нибудь узнает...

- Все мои слуги родом из Арлезы, они преданы мне и не болтливы. - помолчав пару мгновений, ответил разумник. - Уверен, за пределами дома никто из них и словом ни о чем не обмолвится. На доме стоит защита не хуже чем на любом особняке Трех Дюжин Стены высокие, сад большой, и Айлин может спокойно в нем гулять, не опасаясь любопытных соседей Уж повервте, прежний хозяин много лет приносил здесь кровавые жертвы Барготу - и то никто не заметил.

- Веский довод. - растерянно согласился Лучано. - Значит, пока не о чем беспокоиться?

- Если появится причина для беспокойства, я просто увезу ее з Арлезу, - спокойно сказал Дункан. - У меня в саду личный портал, даже выходить за ворота не понадобится. Несколько минут - и мы будем в Вуали А сейчас позвольте попросить вас. друг мой.

- К зашим услугам, грандсиньор! - пылко зазерил Лучано.

- Загляните в особняк Бастельеро, передайте лорду Аларику с глазу на глаз, что его невестка в безопасности, и заберите письмо Эддерли. Полагаю, личному посланнику короля лорд Грегор не откажет.

- Беллиссимо. - просиял Лучано. - Вы правы, грандсиньор, письмо пригодится^1 Полномочия своей Руки Альс у меня не забирал. Очень кстати, м?

- Распрощавшись с разумником, он вскочил в седло Донны и уже с легким сердцем отправился в палаццо сянвора некроманта, напоминая себе что вид нужно иметь хмурый и озабоченный Так, словно синьорина пропала бесследно, король в гневе и печали, а сам Лучано полон рвения и подозрителвности. Кого он подозревает? На всякий случай - всех!

- Солнце уже уверенно перевалило за вершину небосвода, Дорвенна пригрелась и разнежилась в его лучах, словно кошка, и обычно хмурый город казался приятным и ласковым. Сейчас Лучано в нем нравилось решительно все! Переклички торговцев, крики детей, играющих прямо на мостовой, благоухание роз. которые он не видел за высокими оградами дворянских палаццо, но точно знал, что они там есть.

- Даже Донна цокала копытами особенно звонко и мелодично, отбивая подковами веселый ритм, словно джунгарская танцовщица - бубном. Пару раз навстречу Лучано попадались пешие патрули городских стражников и еще раз - конные гвардейцы Но первые, бдительно оглядев одинокого дворянина, шагали мимо, а лейтенант гвардейцев поклонился, явно гордясь знакомством с королевским фаворитом, и Лучано приветливо кивнул в ответ

- «Благие Семеро, как же хороша бывает жизнь, когда солнце наконец выглядывает из-за туч! - подумал Лучано. - Айлин в безопасности и рядом с возлюбленным. Молодой грандсиньор Аранвен перетряхивает столицу, как пьяница - собственный карман в поисках последнего скудо, а магистры Ордена плетут маленький аккуратный заговор против своего главы - и поделом ему! Приятно думать, что Бастельеро ждет правосудие, пусть даже не за смерть той бедняжки, а за убийство бывшего патрона... Надо и мне сделать что-нибудь полезнее. Например, заказать для грандсиньора Ангуса итлийских апельсинов. Зайти в храм, попросить у Милосердной Сестры здоровья и ему. и синьору Саймону, а заодно поставить свечу Претемнейшей, чтобы навела на нужные следы - чего-чего, а покойников в этом деле хватает. Ну и осведомиться у мастера Ларци, не слышно ли чего интересного Не зря же гильдия держит людей при каждом дворе торговых принцев! •

- Палаццо Бастельеро показалось ему еще мрачнее обычного, слуги - тихими и словно перепуганными. Сухопарый дворецкий с каким-то особенно каменным лицом сообщил, что лорда Грегора нет дома, поэтому гостя примет лорд Аларик.

- 3 холодном и тихом, будто склеп, огромном холле Лучано поймал себя на святотатственной мысли, что ему очень хочется встать посреди холла и спеть., ну хотя бы каватину из оперетты •.Принцесса-Солнце». Не может быть чтобы такие замечательные высокие своды глушили звук!

- Он поспешно отбросил эту мысль и заставил себя смотреть серьезно, как положено королевскому следователю, хотя радость так и рвалась изнутри Айлин сюда не вернется! Мастер Ларци прав, его непутевый ученик совсем не умеет держать лицо, когда речэ идет о близких людях. Непростительный порок что для Шипа, что для королевского следователя"

- Милорд Фарелл' - Отец хозяина дома вышел ему навстречу со стремительностью, которой трудно было ждата от почтенного пожилого синьора. - Мою невестку нашли?! Есть новости?!

- Ага. значит, здесь уже все и звестно.-

- Увы. грандсиньор, поиски продолжаются. - Лучано поклонился, а когда выпрямился, его кольнуло стыдом - на просветлевшее лицо свекра Айлин разом снова легла мрачная тень. -

- Ваша светлость. - добавил он поспешно, - у меня поручение от его величества. Где мы можем поговорить?

- И коротко глянул в сторону дворецкого, в ожидании приказаний застывшего неподалеку

- О. простите, я совсем забыл долг учтивости^1 Прошу следовать за мной - Гракдсиньор

- Лплрик ТПЖР попмотррп нл длпрецкогп И НРПЖИДДННП мягко ГКЯЧЛП — ППЧРМу fihl RAM HP

- отдохнуть. Руверс? Передайте свои обязанности камердинеру его све-лости Грегора уверен, он с ними справится.

- Благодарю, милорд. - Дворецкий поклонился отрывисто и как-то неуклюже, словно марионетто в руках неумелого кукольника - Я не устал.

- Ну как знаете, - вздохнул грандсиньор Аларик и, когда они с Лучано вышли из холла, негромко пояснил: - Убитая компаньонка моей невестки - его племянница Кажется, у него больше никого не осталось из родственников. Я бы дал ему отпуск, но... он сам не хочет Возможно, так и вправду лучше, обязанности хоть немного отвлекают беднягу. Так вы сказали, милорд, у вас поруче-ме? Чем я могу служить его величеству?

- Прежде всего, грандсиньор. - тихо сказал Лучано. - у меня /зля вас известие, которое просят хранить в потной тайне.

- Известие?! Неужели...

- Т-с-с. - Лучано прижал палец к губам и так же тихо сказал: - Некая особа о которой вы беспокоитесь, в полной безопасности и под надежной охраной. - А потом, повысив голос, добавил: - Я прибыл, чтобы забрать письмо леди Эддерли. присланное сегодня утром. После известных вам событий оно является важней уликой, и его величество желает, чтобы письмо было передано службе канцлера для расследования.

- О. разумеется! - выдохнул свекор Айлин и посмотрел на Лучано с такой истовой благодарностью что тому стало неловко - Я немедленно за ним пошлю. Уверен, оно в кабинете лорда Грегсра

- Буду крайне признателен, грандсиньор. — поклонился Лучано.

- Через несколько минут он покинул палаццо Бастельеро. увозя плотный конверт с гербовой совой на синем воске и «вечную признательность» благородного синьора Аларика. Первое было необходимо для расследования второе попросту приятно. Кроме того, королевского посланника, заверили, что самый младший из грандсиньоров Бастельеро здоров и весел, если не считать беспокойства по поводу режущегося зуба. Лучано подумал что Айлин будет приятно

- это узнать. Наверняка она беспокоится о малыше.

- * * *

- Домой Грегор вернулся с мучительным желанием убить хоть ксго-нибудь, раз уж нельзя прямо сейчас добраться до настоящих виновников Слуги, чувстзуя настроение хозяина.

- предусмотрительно не показывались на глаза, хотя за всю жизнь Грегор ни разу не позволил себе сорвать гнев на ком-нибудь из них.

- Зато в любимой гостиной Айлин обнаружился лорд Аларик. небрежно играющий с Деми. Он бросал ссбачке маленький мячик, та радостно бегала за ним по зсей комнате, приносила в зубах и, виляя хвостиком, ожидала, пока игрушку снова кинут Раздражение, которое Грегор так успешно сдерживал весь день, снова проснулось внутри, и на этот раз ему не мешали никакие оправдания. Айлин похитили! А этот... играет с собачкой! Претемнейшая до чего же бесполезное существо' Хуже оазве что Люциус. всетаки не зря дед оставил титул главы рода внуку, а не сыну^1

- Простите, что отрываю вас от столь важного занятия. - съязвил Грегор. - Но хотелось бы узнать что произошло за зремя моего отсутствия Тела сударыни Эванс и кучера привезли?

- Они на леднике, — отозвался лорд Аларик. не отрываясь от забазы. - Руверс просил узнать, когда он сможет похоронить племянницу. Он понимает, что вы поднимете ее для допроса, но надеется, что это не повредит ни телу, ни душе

- Для дворецкого, который служит роду Бастельеро. сн непростительно невежественен. - процедил Грегор. - Что, по его мнению, я могу сделать с телом?! Разумеется, оно останется невредим* И. смею надеяться я достаточно опытен, чтобы призвать душу, а потом ее отпустить. Вообще, с какой стати слуги в моем доме передают свои просьбы через вас, а не обращаются с ними напрямую?!

- О. не беспокойтесь ваши слуги прекрасно помнят кто хозяин в этом доме. - равнодушно сказал лорд Алаоик и снова бросил мячик маленькой пседательнице Деми - Как и я. Тем более, что вы не устаете так любезно об этом напомянато. Просто у Руверса случился сердечны* приступ, и лекарь запретил ему вставать с постели. Боюсь, в ближайшее время вам придется искать нового дворецкого.

- Приступ? У Руверса? - растерялся Грегор. - Хотя... сн ведь служил еще деду...

- И быг таким же незыблемым и, казалось, бессмертный, как и все, что осталось Грегору от Стефана, дом традиции, мастерство и воспитание..

- Устаз играть с мячиком, Деми принесла его Грегору и положила возле ног, сев рядом и пытаясь заглянуть в лицо. Грегор наклонился и погладил собачку - в конце концов, она не виновата, что играет с любым, кто проявляет к ней внимание фраганские пушистики для того и созданы.

- Лорд Аларик потянул к себе лист бумаги, лежавший на столе, и принялся что-то черкать на нем карандашом. Кажется, делал набросок или как таг/ они называются... Омерзительное равнодушие! Но Грегор слишком устал злиться, к тому же его ждали куда более важные дела.

- Передайте Руеерсу... - начал он и опомнился, ведь сам только что был недоволен вмешательством лорда Аларика - Нет. я зайду к нему сам. Заодно спрошу о здоровье. Он это

- заслужил...

- Осторожно высвободив сапог, который Деми обняла и положила на него мордочку. Грегор вышел из гостиной и направился в подвал И фамильная лаборатория, и ледник располагались там по соседству. Сейчас он, наконец, узнает, что случилось этим проклятым утром!

- Первым Грегор решил призвать кучера. Вряд ли тот расскажет что-нибудь важное но первые моменты нападения видел именно он. Чтобы не тревожить тело. Грегор срезал с виска убитого прядь волос и хотел было по привычке вызвать дворецкого, но вовремя вспомнил.. Пришлось узнавать имя у своего камердинера

- С привычной аккуратностью начертив звезду, Грегор влил силу и позвал:

- Тимоти Томсон! Явись ко мне'

- Всего через несколько мгновений внутри звезды соткался силуэт бедняги, налился красками и огляделся вокруг. А потом, заметив Грегора. зинозато ахнул:

- Ваша светлость, извольте простить! Не виноватый я! Упустил я лошадок, это правда, но не виноватый^1 Я же за ними сразу кинулся' А собрать не могу' Руки не слушаются... - И он растерянно оглядел свои огромные лапищи, полупрозрачные, как и положено духу

- Баргот с лошадьми! - прервал его Грегор. - Что ты видел?!

- Так лошадок и видел милорд. - удивился кучер. - Лошадок да улицу, куда мне еще смотреть? В нашем звании по сторонам глазеть нечего, наше дело - дорога! А эти как выскочат откуда-то! Один постромки рубанул, чтобы, значит, карета с места не тронулась, а второй мне в грудь рапирой ткнул - и все. Я тут же очнулся, милорд, а лошадки хвосты задрали и как рванули по улице! Я их догонять! А собрать и привести не могу, так и крутился рядышком, пока вы не позвали Господин какой-то меня с собой тоже звал, важный такой, все говорил, будто служба моя кончилась, да разве я могу лошадок бросить?

- Болван... - Грегор от разочарования потер лицо ладонями. - Какой же болван...

- Конечно, кучер ничего не видел! Его сразу убили, а потом душа, покинув тело, кинулась исполнять привычные обязанности, ловить сбежавших лошадей^1 Немыслимый болван^1

- Вы лошадок-то пошлите забрать милорд. - продолжал беспокоиться кучер. - Их стражники нашли да в конюшню свели Может, и зернут. но разве они способны наших красавиц обиходить'' За лошадками уход нужен, а эти не накормят их как положено, не почистят...

- Отпускаю тебя, Тимоти Томсон, - устало и разочарованно сказал Грегор. А потом, спохватившись, что этот болван отказался идти с Провожатым, посчитав лошадей своим незаконченным делом добавил - И лошадей велю забрать, не беспокойся.

- Премного благодарен, милорд! - просиял кучер, и по лаборатории повеяло холодом, как всегда бывает, если открывается путь к Садам.

- Дух Тимоти Томсона растаял, а Грегор обновил свечи и положил з середину звезды белокурую прядь. Надо же, у сударыни Эванс были красивые волосы, а он и не замечал. Правда, с чего ему замечать ее внешность? Жаль бедняжку, за нее похитители тоже ответят. После первой неудачи на показания Эзанс Грегор не особо рассчитывал, но была слабая надежда, что магесса окажется более внимательной и сообразительной, чем простолюдин.

- Званс явилась так легко и охотно словно ждала призыва и Грегор, все еще разраженный на болвана кучера, сначала подумал, что его подводит зрение. Или что вместо Эванс явился кто-то другой - что. несомненно, было еще большей нелепицей.

- Как ни странно, призрак выглядел совсем юной девицей - лет пятнадцати, не больше. Со свежим румяным лицом, с пушистыми светлыми волосами, убранными в затейливую прическу из жгутов, локонов и лент - кажется, нечто подобное носили адептки Академии, когда сам Грегор учился на младших курсах - и с ясными карими глазами, глядящими на него почему-то с тем же восторгом, что Грегору случалось видеть в глазках Демуазель. Даже одета Эванс была з мантию адептки Зеленого факультета, черную, с широкой зеленой отсрочкой по полу и рукавам Странно, с чего бы душе Эванс выглядеть именно так. если вспомнить, сколько лет назад она училась в Академии? Какая впрочем, разница?

- Сударыня, вы видели, что случилось с моей женой? - резко спросил Грегор. и на лице призрака проступила явная растерянность.

- Нет, милорд - прошелестел негромкий голос, и Грегор досадливо поморщился.

- Может быть, вы что-то ель шали или можете, по крайней мере, предположить, куда она исчезла?

- Нет. милорд. - повторил призрак и прикусил губу, словно желая что-то сказать, но в последний момент спохватившись.

- Говорите, - резко приказал Грегор.

- Вы совсем меня не помните? - тихо и бесконечно печально спросил призрак.

- Грегор недоуменно зскинул брови. Нет. конечно, судя по возрасту сударыни Эзанс, они учились в Академии примерно в одно время но неужели она в самом деле полагает, что Грегор помнит каждую адептку, к тому же простолюдинку и с чужого факультета? Да он даже не знал, что племянница их дворецкого одарена искрой^1 Делами тогда занимался дед назерняка он и оплатил девице учебу, с такими расходами в доме Бастельеро не принято было считаться... Но какое это имеет отношение к тому, что он желает узнать?!

- Призрак женщины словно потускнел, опустил плечи, и даже ее лицо словно бы разом постарело.

- Турнир поцелуев - прошептала она едва слышно. - Я устроила его ради вас. милорд только ради вас... Я надеялась, так надеялась, что вы посмотрите на меня и увидите, наконец, а вы... вы даже меня не помните! Какая же я дура!..

- Турнир поцелуев?! То есть эта рано поблекшая женщина и есть та молоденькая ценительница, милая и нежная, за губки которой соперничали,- Неласково же обошлась с ней Всеблагая! Бездетная 8дова. потерявшая даже тень былой красоты, разве что волосы... И чего она хочет от него теперь?! Что это за намеки?!

- Осознав смысл услышанного в полной мере. Грегор нахмурился. Неужели эта... женщина всерьез на что-то рассчитывала?! Может, она и на службу к нему устроилась, чтобы, осуществить свои глупые надежды?! Впрочем, нет, Эванс всегда была очень почтительна и безупречно добродетельна... Если ей просто хотелось быть рядом, это можно понять.. Несчастное существо, живущее прошлым и памятью о кратком миге своего триумфа... Но причем это сейчас?!

- Эванс. послушайте. - сделал он последнюю попытку договориться с убитой. - Если вы и в самом деле... испытывали ко мне чувства... Прошу, помогите мне! Помогите отыскать жену, и я... я буду всегда благодарен зам!

- Жену?! - выдохнул призрак, вдруг обретая неприятное сходство с живой женщиной, причем разгневанной. - Эту мерзавку которая не ценила своего счастья?! Она могла быть с вами всю жизнь, каждую минуту, когда бы только пожелала! Вы ее обожали, исполняли все ее желания, а что взамен?! Как я надеялась, что вы увидите ее непокорность и все поймете^1 Поймете, что она вас не любит и никогда не хотела брака с вами! Я надеялась, вы разуверитесь в этой особе, которая никогда не хотела соблюдать правила и беречь свою репутацию^1 Почему все любили ее за это? Даже вы! Вы! Я любила вас всю жизнь, милорд! Я готова была поклоняться вам как божеству, но даже взгляд не смела бросить издали, ведь кто вы — и кто я?! И что я получила за свою любовь? Забвение и презрение^1 Ну так если бы даже я что-то знала - ни за что не сказала бы вам! Ничего^1 Ни слова^1 Надеюсь, она пропадет навсегда. Живая или мертвая, она разобьет вам сердце так же, как вы разбивали сердца не думая об этом!.

- Прочь. - сухо велел Грегор. уловив главное - Эванс и вправду ничего не знает. - Отпускаю тебя. Эмма Эванс. убирайся в Сады или к Барготу, как тебе определит милость Госпожи.

- Рыдающий и визжащий призрак растворился в пространстве, а Грегор почувствовал себя так. словно испачкался в чем-то отвратительном. Эта дрянь посмела клеветать на Айлин?! Да в одном мизинце его жены больше благородства, чем в этой наглой дуре! Очень жаль, что он когда-то с ней целовался! Дед был прав, мужчине должно соблюдать воздержание и не поддаваться неприличным желаниям, невзирая на возраст и чужие подначки^1

- Он опять заменил свечи, чувствуя, что сойдет с ума. если немедленно не узнает правду Кого ему искать, живую Айлин или ее тело?! Волос Айлин у него нет. горничные знают свое дело, и з ее комнате убирают со всей тщательностью, не пропуская ни соринки, ни шерстинки с проклятого умертвия. ни волоса хозяйки. Зпервые Грегор об этом пожалел. Как он мог проявить подобную неосторожность и не запастись хотя бы прядью?! Но силы на призыв по имени у него еще хватит...

- Айлин Мелисса Элоиза Игрейна Бастельеро. урожденная Ревенгар. приди!

- Он повторил призыв, потом опять - уже в третий раз

- И сноза - никакого ответа. Даже намека на ответ^1 Что ж. значит, она жива - если только не думать о том. что ее душа просто не желает явиться'

- Далекое рассеянное: «Не хочу!» - всплыло в памяти так ясно, словно Грегор услышал его только вчеоа. Проклятье! Трижды проклятье! Ну почему с этой девчонкой всегда было так сложно?1

- Он взмахнул рукой, намереваясь стереть бесполезную звезду, и невольно вздрогнул: в комнате повеяло ледяным ветром и пронзительно запахло сырой землей, прелой листвой, осенними цветами...

- Не стоит искать того, кто не желает быть найденным. — прозвучал голос, похожий на звон хрустального колокольчика, и Грегор медленно поднял голову

- Зеркало на стене лаборатории затуманилось а потом стекло прояснилось, наполнилось бездонной далью, из которой выступила изящная фигура затянутая в лиловый шелк Платье в сумраке лаборатории казалось траурно-темным, лицо нежно белело, а волосы были убраны в строгую высокую прическу...

- «Хорошо, что я стою перед зеркалом. - мелькнула поразительно неуместная мысль - Не хватало только встретить Госпожу... спиной».

- Женщина в зеркале, словно услышав его мысли, улыбнулась — без гнева, но и без веселая.

- Простите. Госпожа. - тихо промолвил Грегор. опустив глаза. - Я плохо заботился о... вашем подарке.

- Ты так ничего и не понял, мальчик, - снова прозвенел голос, от которого у Грегора по спине пробежал холодок. - Я не дарила тебе жену, ведь не меня вы зовете Всеблагой Матерью. Но ты. мой Избранный просил забрать память о несбывшемся, чтобы вдохнуть полной грудью. И я сделала тебе подарок, драгоценный подарок - я указала тебе путь, которым надлежит следовать! Указала так. чтобы ты не мог ошибиться. Ты мог найти свое счастье в Академии, как это случилось со многими. Стать любимым наставником, найти свое счастье и гордость в учениках и оставить о себе память как о великом ученом

- Но ты выбрал другую дорогу и сделал несчастными троих человек. А ведь я пыталась тебя остановить Помнишь свечи в храме? Те. что не хотели зажигаться вс время вашей свадьбы? И я и моя Всеблагая сестра - мы обе тебя предупреждали^1 Но ты не послушался теперь пожинаешь плоды. Последний раз я предупреждаю тебя, мой Избранный, в память о прежних заслугах. Остановись, не пытайся поднять из могилы умершую любовь. Не ты ли говорил, что любое умертвие - страшная тварь?

- Голос стих, и видение в зеркале померкло, превратившись в силуэт, а потом и вовсе растворившись. Грегор. вдруг лишившись последних сил, опустился на пол лаборатории и несколько минут сидел, уставившись в потемневшее зеркало Так это все была ложь?! Его покровительница единственная, которую он истово чтил, тоже предала его?1 Сначала не одобрив брак с Айлин. потом отказав ему е силе во зремя дуэли... А теперь и вовсе велев отступиться?! Что за безумие? Никто, даже не боги не вправе указывать ему. как жить, кого любить и с кем враждовать' Если бы он мог. он швырнул бы Госпоже обратно дар Избраннсго. отказавшись от ее милостей.

- Но поскольку это невозможно, он употребит свою магию по собственному усмотрению. Любые средства хороши, чтсбы спасти Айлин и узнать, к чему эти многозначительные намеки? Кто эти трое, кого он сделал несчастными? Почему какая-то простолюдинка-недоучка позволяет себе говорить, что жена не любит Грегора, а сама Претемнейшая Госпожа ей вторит?!

- Виски заломило пронзительной болью, и Грегор потер их ладонями. Боль стала менее острой, но расползлась по затылку. Пустяки, это лишь усталость и страх за Айлин. Нужно навестить сына. Ему всегда становится легче от вида улыбки маленького Аларика Ради сьна он справится с чем угодно, с любой болью и разочарованием, и Айлин он тоже найдет, а потом они всегда будут счастливы вместе.

- * * *

- Когда он въезжал в дворцовые ворота колокол прозвонил шесть часов, и Лучено поразился, как быстро пролетел день Послав пажа к Аранвену-младшему с просьбой о встрече, он отправился к Аластору. К его удивлению, Дарра Аранвен. невозмутимый и свежий, слоено только что явился на службу, подошел к покоям короля с другой стороны. Поклонившись. Лучано пропустил грандсиньора в королевский кабинет, а сам прошел следом

- Ну 41 и?! — всIреI ил их Ajiauiop, mi мовсммо ui влекансв ui Сумш. — Вв: ее пошли?

- Поиски продолжаются ваше величество - склонил голову синьор Дарра - Мы отыскали зачинщиков драки, которые отвлекли стражу во время нападения Им заплатил неизвестный сударь с фрагакжим выговором и без особых примет

- Серьга, выговор.. - помрачнел Аластор. - Значит все-таки Фрагана?

- Или просто фраганеккй наемник. - словно прочитал мысли Лучано сын канцлера - Делать выводы пока рано.

- Возможно, вам поможет вот это? - протянул ему Лучано конверт и пояснил .Аластору - Этим письмом синьорину выманили из дома.

- Печать Эддерли - сказал Аранвен. внимательно оглядев конверт и едва заметно нахмурился. - Либо подлинная, либо виртуозная подделка. Я прекрасно знаю их печать и разницы не вижу. Само письмо... - Он открыл конверт и прочел послание - Содеожание безусловно лживо Саймон все еще в беспамятстве, приди он в себя, меня бы немедленно известили. Но почерк очень похож... Я немедленно отправлюсь к Зддерли за ответами на вопросы, но сначала, милорд позвольте повторить вопрос его величества.

- Лучано. оказавшийся под прицелом сразу двух взглядов, таких непохожих, но одинаково пронзительных, принял сдержанный и почти чопорный вид. словно кот. которого застигли над кувшином сметаны, а потом сообщил:

- Монсиньор, ваша светлость, позвольте мне промолчать

- Промолчать?! - поразился Аластор. - Лу. ты рехнулся?! Уморить меня хочешь?!

- Вовсе нет - возразил Лучано обиженно. - Но пока во дворец не явился грандсиноор Бастельеро. я буду молчать как рыба! Потому что грандсиньор наверняка начнет задавать вопросы, а королям и благородным синьорам л-ать неприлично не вы ли меня этому учили?

- А себя ты к дворянам по-прежнему не относишь"7 - буркнул Аластор и вдруг расплылся в улыбке. - Значит...

- Какая похвальная осмотрительность. - склонил голову грандсиньор Дарра. - Милорд Фарелл, примите мою благодарность.

- Они с Аластором переглянулись, и Лучанс с изумлением увидел, как серый лед 8 глазах молодого Аранвена... нет. не растаял, конечно! Однако чуть заметно потеплел. Словно устыдившись этого, синьор Дарра тут же полросил позволения удалиться. Но не успел он ступить за порог, из комнаты перед кабинетом заглянул секретарь Вильмон и сообщил:

- Лорд Бастельеро просит аудиенции у его величества.

- Надо же, как вовремя' - хищно обрадовался Аластор и приказал - Впустить'

- ***

- Король смотрел на него так тяжело и холодно, что Грегор вдруг вспомнил, как несколько лет назад этот самый король, тогда - мальчиика. в котором разве что истинный пророк смог бы увидеть будущее величие сказал, что однажды вырвет ему горло. Что ж. кровь Дорве победила позорное происхождение бастарда и в волкодава он действительно зырос только последний болван будет с этим спорить.

- Однако сейчас Грегору было плевать и на дурное настроение короля, и на итлийца замершего за широким королевским плечом в ожидании приказа Ему уже доложили, что ©арелл успел побызат© у него дома и забрать _о самое письмо, которое толкнуло Айлин в руки похитителей. Забрать для службы канцлера единственную улику!

- Он посмотрел на Дарру Аранвена. застывшего у окна, тот ответил невозмутимым взглядом человека прекрасно знающего, что сила на его стороне. Вторая встреча за день и снова некстати' Глупо ожидать, что АранЕены будут беспристрастно расследовать дело, в котором замешаны Эддерли.. С другой стороны, такими клятзами не бросаются, да и Айлин в семье Эддерли всегда любили, так что Говард и Мариан вряд ли виноваты...

- Но вдруг хотя бы король станет его союзником в поисках'

- Ваше величество, я прошу позволения присутствовать при допросе тел негодяев, напазших на мою жену. - проговорил Грегор со старательной почтительностью и замер в ожидании ответа

- Зачем? - осведомился король со столь искренним недоумением, что Грегор стиснул зубы.

- Да он же... издевается^1

- Эти люди напали на мою жену, ваше величество. Я хочу знать, кто им это приказал и куда она исчезла. - зыгсворил он, прикладывая немалые усилия к тому, чтобы голос звучал хотя бь; бесстрастно.

- В то. что у него получится говорить почтительно. Грегор уже и сам не верил. Он ожидал, что Аранвен-младший возразит на эту просьбу, но Дарра молчал, стоя совершенно неподвижно и ничего не выражая красивым, но безразлично-холодным аранвеновским лицом

- Я не позволяю вам этого, милорд. - бросил король, прищурившись, и прежде, чем Грегор успел сказать хоть что-то, добавил: - Вы получили мой приказ, не так ли? Поиски леди Айлин вам тоже запрещены Мне трудно поверить, милорд, что если вам удастся найти ее. то вы удержитесь от встречи или разговора. Что будет прямым нарушением моего приказа.

- В груди вдруг стало так холодно и больно, будто сердце превратилось в острую льдинку. Как в дурном сне Грегор попытался сосредоточиться на происходящем, но то. что он видел и слышал, словно распадалось на отдельные краски, звуки, ощущения.

- Голубые глаза короля стремительно выцвели, став холодно-серыми. Лицо с короткой светлой бородкой и северными косичками от висков застыло, словно вырубленное из камня Как же хорошо, что с этой прической он не похож на Малкольма^1

- Аранвен... Вот на него смотреть точно не хотелось^1 Не хватало еще сорваться и вызвать эту хладнокровную тварь на дуэль прямо при короле!

- Грегор с усилием отвел взгляд и. просто чтобы отвлечься, посмотрел на ©арелла

- Руки итлийца не касались королевских плеч и лежали на резной спинке кресла расслабленно, однако от этой расслабленности почему-то было тревожно. На смуглых пальцах блестели перстни На правой руке - родовой с пожалованным гербом, издалека видно только золото на черной эмали, на левой - кроваво-алый рубин и знакомый аметист, мертвый, но все равно яркий.

- «Почему Фарелла считают улыбчивым безобидным щеголем? - так же отстраненно удивился Грегор. - Он ведь убил Денвера, не говоря об остальной крови на его руках . А об этом совершенно зсе забыли даже я... Интересно, рубин - тоже трофей? Малкольму не было нужды держать при себе убийцу, для казни по закону у него имелся канцлер, а пожелай Кольм чьей-то смерти вне закона, неужели я бы ему отказал'? Этот же король пригрел ядовитую змею в пушистой шкурке домашнего кота, и никто даже не боится!»

- Он вздрогнул, услышав королевский голос и вынырнув из размышлений, в которые провалился так не вовремя.

- Однако - добавил проклятый щенок, все-таки выросший, в волкодава и теперь медленно сжимавший клыки на горле Грегора. - вы, несомненно, должны знать, кто отдал приказ о похищении Поскольку этот негодяй мог целиться в вас. Даю слово, если службе канцлера удастся допросить и спознать нападавших, вы узнаете имя заказчика.

- И это все. ваше величество? - тихо спросил Грегор. истово жалея, что нельзя забыть о присяге. Да. он клялся быть верным и покорным подданным! Но у сеньора тоже есть обязательства перед вассалом! И сейчас не время для сведения счетов. - Я прекрасно понял что вы желаете разлучить меня с женой. Оставляю это желание на вашей совести. Но я никогда в мыслях не имел причинить ей вред И уж точно не способен на это сейчас, когда она в опасности...

- Его голос предательски дрогнул и Грегор не успел устыдиться, как во взгляде короля, устремленном на него, что-то изменилось.

- Я всего лишь хочу спасти ее. - сказал Грегор, и это было настолько близко к покорности и мольбе, насколько он вообще был на это способен В сторону Дарры он по-прежнему старался не смотреть. - Лорд Аранвен отказывается от моих услуг, но если его усилия потерпят неудачу... Ваше величество, неужели я не заслуживаю хотя бы узнать, жива она или?..

- Жива - уронил король, все так же глядя на него в упор. И продолжил с явной неохотой: - Об этом говорит наша с ней связь. Когда на леди Айлин напали, мы с лордом Фареллом ощутили ее страх и гнев. Однако я клянусь, что никакой боли не было. И насколько мы можем понять сейчас, леди Айлин в полном здравии.

- Связь! Проклятый аркан, которому Грегор обрадовался первый раз в жизни! Действительно как же он мог забыть про эту шипастую дрянь?! Но если Айлин жива и не испытывает страданий, значит... надежда есть! Возможно, она совсем близко' Пусть Эддерли оказались ложным следом, пусть сама Претемкейшая предала своего Избранного, если в мире есть хоть капля справедливости, Грегор найдет Айлин! И вернет ее любовь, чего бы ему это ни стоило.

- Глава 4. Очень странный дом

- Айлин разбудил запах. Густой, пряный, чудесный запах шамьета. а еще топленого молока, орехов, меда, муската и корицы! И... чего-то цветочного, кажется?

- Она открыла глаза, села на постели и замерла от восторга - на туалетном столике в узкой стеклянной вазе стояла веточка, усыпанная маленькими, но прелестными белыми цветами, источавшими нежный аромат, чем-то похожий на жасмин и в то же зремя совсем иной Цветы Айлин тоже были незнакомы, но она не сомневалась, что веточка - родом из Арлезы Чем-то она напоминала ту ветку кофе что Кармель принес ей в лазарет Как же чудесно

- А еще на столике были чашка шамьета. над которой поднимался парок, и тарелочка с ореховым печеньем!

- Айлин тут же схватила самое маленькое и сунула в рот целиком Еще теплое печенье оказалось нежным, рассыпчатым и просто таяло вс рту! Проглотив его. Айлин собиралась взять второе, но тут открылась двер», и в комнату вошла Амина, неся... любимое темно-голубое платье Айлин, то самое, что она носила еще до замужества в доме тетушки, да так и оставила там вместе с другими девичьими нарядами!

- - Госпожа хорошо отдохнуть? - улыбнулась Амина - Вчера госпожа устать и быть в печаль, потом вода и сон унесли все тревога Новый день - новый радость'

- Айлин решительно кивнула Ведь и правда унесли! Вчера она проснулась, когда день уже начал клониться к вечеру, и Амина, как и обещала, повела ее 8 купальню, отделанную красивыми расписными плитками. От узорчатых бассейнов Айлин пришла в полный восторг несмотря на усталость. С гордостью показав начищенные медные краны из которых льется чистая вода Амина не ушла, а принялась помогать, хотя Айлин прекрасно вымылась бы сама Но экономка решительно заявила, что «сам госпожа косы как надо не промыть и себя не размять» Сначала она долго что-то делала с ее волосами, потом отправила Айлин в горячий бассейн, спустилась следом и растерла ее тремя разными мочалками, от которых кожа загорелась, а тело наполнилось приятной истомой. А после бассейна уложила ее на широкую скамью и принялась массировать ничуть не хуже, чем костоправы Академии! Под сильными руками Амины Айлин едва сдерживалась, чтобы не пищать, но в конце концов расслабилась и с удовольствием почувствовала как быстрее бежит по жилам кров», прогоняя грусть и усталость.

- А еще Амина принесла не только мыло и массажное масло, но и алхимический бальзам для удаления лишних волос, похожий на тот, которым Айлин пользовалась 8 Академии, только с другим запахом и даже со зсей деликатностью осведомилась, когда «госпожа идти путем красная луна» и чем предпочитает пользоваться в этой трудной дороге. Айлин сперва не поняла, о чем речь, и Амина, с трудом подбирая дорвенантские слова, растолковала, что так у мауритских дам называются женские дни. Айлин, признав поэтичность сравнения, все же немного смутилась, но не смогла не подумать, что из Амины получилась бы просто бесценная камеристка, умелая и заботливая!

- Кармеля она вчера так и не увидела, а когда осторожно спросила о нем Амину, та ответила, что господин уехал по делам, сказав, что госпоже наверняка нужно побыть одной и о многом подумать. Значит, вот где он был вчера вечером?! Позаботился о ее гардеробе а заодно предупредил тетушку, что с Айлин не случилось ничего плохого!

- Пока Айлин ела печенье, запивая его восхитительно сваренным шамьетом и наслаждаясь такой вызывающей, прямо-таки развратной роскошью - завтракать в постели^1 - Амина приготовила щетку для волос и ленты. Дождалась, пока Айлин встанет, усадила ее у зеркала в одной рубашке и принялась бережно расчесывать, смочив щетку каким-то нежно пахнущим зельем, от которого спутавшиеся пряди укладывались на удивление быстро и легко! Одобрительно цокая языком. Амина заплела ей косы, попутно сообщив на ломаном дорвенантском, что у мауритов женщины с огненными волосами очень ценятся, а за такие кудри семья госпожи получила бы сверх обычного выкупа три дюжины баранов, таких же лохматых и кудрявых, как сама госпожа^1

- Айлин не выдержала и рассмеялась, представив, как мауриты таких же смуглые черноглазые и красивые как Амина, тщательно отбирают баранов на предмет кудрявости - вдруг уступят Айлин! Улыбчивое спокойствие экономки Кармеля было так не похоже на чопорное поведение прислуги в доме Бастельеро, что Айлин едва верила самой себе - вдруг это сон. который вот-вот развеется?

- Освежившись в уборной и сменив белье, она оделась и посмотрела в зеркало - там отражалась настоящая, прекрасно знакомая ей Айлин! С простыми девичьими косами в любимом и привычном платье, румяная, с блестящими глазами и губами, тянущимися в улыбке, стоило покоситься на Амину и вспомнить про баранов. Или подумать о том. что сейчас она зыйдет з сад и позовет с собой Пушка, терпеливо ожидающего в углу спальни...

- А потом она вспомнила все что узнала вчера, и радость не ушла, но схлынула, притаившись где-то на дне души, уступив место вине и вернувшейся печали.

- - Мне нужно написать пару писем. - сказала она Амине, и экономка, понимающе кивнув, ушла, через несколько минут вернувшись с письменным прибором и горящей свечой для запечатывания.

- Пока ее не было, Айлин собиралась с мыслями, зная что одно письмо, горокое и полное жалости, написать все-таки будет просто, потому что она точно знает, что в нем должно быть. Зато второе... Стоило подумать о нем. и мысли путались, но отступить Айлин не могла, просто не имела права!

- Устроившисо за туалетным столиком, с которого Амина убрала пустую посуду, Айлин взяла первый лист и обмакнула перо в чернильницу.

- "Дорогая тетушка, - старательно вывела она, - простите за возможнее беспокойство! Я постараюсь навестить вас так скоро, как только смогу, а до этого времени прошу хранить в тайне и мое пребывание в доме известного вам лица и мои намерения, и даже то, что вам известно о моем спасении. Еще прошу вас взять на себя исполнение обещания, данного мною одной несчастной душе Как можно скорее отправьте 8 заведение, именуемое „Страстоцветом", платье голубого цвета из тех, что предназначены для дневных прогулок. Прошу вас выбрать нарядное платье, непременно отделанное кружевом, а также ленты к нему в тон, туфельки и перчатки. Размер платья должен быть таким же, как у меня, в остальном всецело полагаюсь на ваш вкус, дорогая тетушка Передайте распорядительнице заведения госпоже Элегии Барлис, что в этом наряде следует похоронить девицу Марту, исполняя ее посмертную волю... - Айлин остановилась, торопливо смахнула слезу, едва не испортившую письмо, сглотнула ком в горле и продолжила. - Кроме того, пусть наш поверенный отправит в это же заведение двести десять золотых - трижды по семь десятков в честь Семи Благих - с указанием, что эти деньги следует передать семье девицы Марты из деревни Глаффин С любовью, ваша Айлин»

- Высушив листок и вложив его в конверт, она подписала адрес тетушки, капнула немного воска и приложила родовой перстень, подаренный Апастором На воске четко отпечатался пятилепестковый цветок шиповника - ничего общего с гербовым вороном Бастельеро. и как же это правильно!

- «Никаких воронов' Больше никогда » - пообещала сама себе Айлин и посмотрела на уже готовое письмо, словно набираясь в нем уверенности перед следующим Да если бы она даже хоть на миг усомнилась в собственном решении, стоило вспомнить бедняжку Марту и много чего еще...

- Нет. конечно написать это второе письмо необходимо! Но какими именно словами - вот над этим следовало подумать..

- «Я должна быть очень осторожна - сказала себе Айлин, покусывая кончик пера - дурацкая привычка, приобретенная в Академии и неожиданно вернувшаяся вместе с другими вольностями вроде кос и завтрака в постели - Очень-очень осторожна^1 Получив это письмо, лорд Грегоо страшно разгневается, а ведь рядом с ним в одном доме живет батюшка Аларик. и маленький Аларик Раэн.. Если бы я только могла быть уверенной, что лорд Грегор никому не причинит вреда' Но я не могу - и это. кстати, одна из причин, по которой мне вообще приходится это писать! Так что письмо должно быть учтивым, сдержанным и осторожным.. Таким осторожным, словно я накладываю трехуровневый аркан одной рукой и вслепую.. Смертельно осторожным в общем' Пусть он разочаруется во мне. пусть презирает и даже ненавидит - но только меня! Лишь бы не подумал, что в моем решении виноват кто-то еще..

- Она решительно обмакнула перо в чернильницу и принялась писать, стараясь делать это как можно аккуратнее Казалось пальцы вот-вот задрожат от внутреннего напряжения! Как ни странно, почерк в кои-то веки получился разборчивым, почти красивым, словно все. что кипело в душе Айлин, никак не отражалось в том, что она делала

- -Лорд Бастельеро. спешу сообщить вам, что я нахожусь в полном здравии и безопасности. Хочу также заверить что не имею ни малейшего представления, кто и зачем желал меня похитить Прошу вас прекратить искать меня — уверена что вы заняты именно этим Полагаю, вы уже знаете, что я просила у короля раздельного проживания, надеюсь, что соответствующий указ уже составлен и получен вами Заверяю, что это прошение было подано мною в ясном рассудке и после должного обдумывания всех последствий...»

- Чернила высохли, перо царапнуло бумагу, и Айлин опять задумчиво прикусила его верхушку: оперение пощекотало губы. Нужно ли объяснять свое решение'' Если не объяснить, лорд Бастельеро его попросту не поймет...

- «Даже если объяснить, все равно может не понять. - возразила она самой себе. - Да и что я ему скажу? Что не могу простить вскрытого и прочитанного письма? Но ведь это так глупо и мелочно! Что он поступил с Саймоном слишком жестоко? Назерняка сам лорд Грегор считает иначе - ведь мог бы и убить! О бедняжке Марте? Это попросту опасно - он назерняка захочет выяснить, откуда я об этом узнала Расспросит госпожу Барлис. кому она говорила, узнает о Кар меле... и переживет ли эту беседу сама госпожа Барлис? Нет, упоминать о Марте нельзя'»

- Она снова обмакнула перо 8 чернильницу и продолжила:

- «После года нашего брака я пришла к твердому убеждению, что не являюсь той женщиной, которая может составить заше счастье. Боюсь, я не могу выполнять супружеский долг леди Бастельеро в соответствии с вашими представлениями о нем Позвольте заверить, что я сохраню а памяти ваши старания быть достойным супругом и все, что вы для меня сделали, но решения оставить вас и ваш дом не изменю. Заранее прошу прощения за урон вашей репутации и готова взять на себя всю вину в глазах общества, как только мне представится возможность это сделать. Надеюсь на ваше благородство и еще раз прошу не искать меня и не тревожить никого из моих родных и друзей - предусмотрев такую возможность, я не воспользовалась их помощью и скрыла от них место своего пребывания Если же вы сами пожелаете полного развода, я всемерно поддержу это решение и присоединюсь к вашему прошению королю. Прошу вас считать себя совершенно свободным с момента получения этого письма. Айлин, леди Дориан».

- Запечатав и это письмо, она несколько мгновений смотрела на пару конвертов с подписанными адресами. Следовало подумать, как отправить послание в особняк Бастельеро, чтобы не навести бывшего супруга на свой след. Но об этом лучше спросить Кармеля. когда он зернется со службы...

- «Возвращение со службы... Впервые жду с таким нетерпением. - удивленно призналась она себе. - А я ведь думала, что навсегда возненавижу эти простые слова. Оказывается, все зависит от того, кто именно возвращается! Я хочу увидеть Кармеля. хочу узнать, как прошел его день, хочу обсудить с ним все и попросить совета... Я хочу разговаривать с ним и поужинать вместе тоже хочу' Всеблагая Матушка, может, я слишком тороплюсь? Может, я не вправе чувствовать это все к чужому для меня мужчине? Изменять супругу если не телом, то помыслами... А разве это измена?1 Я же не хочу ничего такого.. Если год супружества чему-то меня и научил так это знанию, что без всего, происходящего в спальне, женщина запросто может обойтись и оовно ничего не потеряет Совсем наоборот, без этого куда спокойнее и приятнее жить! Но. одруг несмотря по соои эстсрспия Кармсль ожидает от меня., взаимности? Что мне тогда делать?! Я же теперь точно знаю, что просто не создана... ну... для всего этого...»

- Она сглотнула снова вставший з горле ком и почти с отчаянием посмотрела на письма. Нет. к лорду Бастельероона никогда не вернется! Но. возможно, стоут не подавать Кармелю лишних надежд? Объяснить ему А что, собственно, она может ему объяснить?'1 Он спас ее и предложил помощь, ничего не требуя, его дом - надежная гаван», где она может укрыться...

- о Я просто с ним поговорю, - тоскливо пообещала себе Айлин. - В конце концов, сейчас у нас обоих есть боле? важные дела, чем...»

- Госпожа опять грустить? - проницательно спросила Амина терпеливо ожидающая, пока Айлин закончит с письмами - Не надо грустить. От печалэ женщина стать некрасивый Госпожа хотеть купальня? Или смотреть дом^7 Или сад?

- Да. я очень хочу посмотреть дом и сад - старательно улыбнулась Айлин. - И Пушок наверняка захочет побегать в саду. Правда, хороший мой?

- Пушок немедленно вскочил, всем видом показывая, что побегать - его самое горячее желание. Вот прямо сейчас!

- Амина показзть госпожа дом' - торжественно сказала экономка. -Господин говорил, госпожа придет, и Амина долго ждать! Самый красивый ковер зыбирать Амина, самый тонкий белье для постель, господин все платить. Самый лучший вещи для госпожа! Прислуга учить^1 Дом готовить! Госпожа пришла, господин рад. Амина и слуги тоже рад^1 Мужчина нельзя без женщина^1 - Подумэла и добавила со вздохом - Только большой кот не рад. Собака видел, спина делал как верблюд и шипел как сто змея!

- У вас есть кот? - уточнила Айлин, торопясь перевести беседу с опасной темы про радость «господина» и даже слуг от ее появления. - Пушок его не обидит!

- Пушок повилял хвостом. Амина посмотрела на него с некоторым сомнением и заявила:

- Этот кот никто не обидит. Он сам любой собака обидит.

- И Айлин поняла, что немедленно хочет познакомиться с котом, способным, по мнению Амипь!. ибиде i в Пушка.

- • * •

- Вчера за ужином Аластору пришлось сбойтис» без любимого шамьета - Лу отправился навестить приемного отца. Для этого визита он переоделся в удобную неприметную одежду простого итлийскогс горожанина и снял перстни, оставив только железное кольцо с розой, обернувшейся вокруг пальца шипастым стеблем. Как-то раз Аластор удивился что наемные убийцы так открыто носят знак своего противозаконного ремесла - неужели первый же попавшийся стражник его не разглядит?

- Лу толоко улыбнулся и пояснил, что и-лийские законы запрещают простонародью носить украшения с драгоценными камнями, а железное кольцо любой формы - это пожалуйста. И. конечно, всем прекрасно известно, что именно означает эта розочка, однако схватить Шипа можно лишо на месте преступления. В ином случае он просто поклянется что знать ничего не знал, а кольцо с розой подобрал на соседней улице пару часов назад Сдуру надел на палец, простите идиотто. благородные синьоры!

- Аластор вздохнул и порадовался, что Дорвенант эта чума миновала - хотя лихсго люда хватает и здесь, все-таки ведут они себя не в пример скромнее а купить чужую смерть в Дорвенне куда сложнее, чем в Вероккье или Лавалье. Тому, кто пожелает это сделать, мало зайти в парфюмерную лавку и заплатить веселому приказчику с железным шнпастым кольцом...

- А еще Лучано собрал подарки Целую корзину подарков, как и положено почтительному сыну, давно не навещавшему родной дом. Перстяной плед из Вольфгарда, бутылку карвейна и три бутылки «Золотой Вуали», пакет каких-то сушеных трав и кореньев и закрытую корзину поменьше - ее он доверху наполнил свежими булочками, которые испекла Катрина. Последним что он уложил, к огромному изумлению Аластора были пять-шесть заячьих хвостов, принесенных с кухни

- Для кошек. - невозмутимо пояснил ему Лучано. - Я видел, как синьор Флоримозд играл с таким. Они легкие и пушистые, отличная забава Вернусь после завтрака

- И исчез.

- Аластор снова вздохнул и тоже отправился навестить родителей...

- Как и обещал, на следующий день Лучано явился еще до полудня. Корзина из-под подарков была полна золотых итлийских апельсинсв, от которых по кабинету Аластора сразу поплыл свежий сладковатый аромат.

- Это не все тебе! - предупредил Лучзно. - Сейчас отложу половину и пойдем навестить грандсиньора Ангуса м? - И добавил, рассеянно поглядывая в окно - От Айлин еще нет известий?

- Нету. - буркнул Аластор. откладывая бумаги, с которыми работал. - Если Дункан до обеда не появится, я сам за ним пошлю. А вот навестить лорда Ангуса - превосходная мысль! Я бы и раньше это сделал, но целители просили его не беспокоить. Сегодня уже можно, наверное? Сейчас пошлю узнать

- Оказалось, что можно. Лучано наполнил апельсинами корзинку поменьше к они с Аластором отправились в особняк АранЕенов. После ночного дождя Дорвенна посвежела.

- подковы Огонька. Донны и гвардейских лошадей звонко цокали по влажной мостовой, и Лучано махнул охране, чтобы растянулась подальше.

- Мастер ничего не знает - сказал он негромко. - При дворе Пьячченца новостей не слышно, в других городах Итлии - тоже. У гильдии есть свои люди во Фрагане и Арлезе, им прикажут узнать все. что можно. Если выплывет хоть слово про похищение синьорины, нас известят.

- Передай ему мою благодарность. - отозвался Аластор. - И если я могу выразить ее как-

- то...

- Он повел перед собой рукой, подбирая слова, и Лучано усмехнулся.

- Считай, что уже выразил. - сказал он серьезно, однако в глазах так и плясали смешливые огоньки, золотые, словно кожура итлийских апельсинов. — Круг мастеров трижды читал мое письмо про позор Пьячченца на той охоте 11 велел передать, что гильдия не возьмет заказ ни на короля Дорвенснта, ни на кого-либо из королевской семьи, пока ты жив Разумеется, если такой заказ поступит Это подарок Шипов тем кто поставил Пьячченца на должное место. Я ведь говорил что пауков из Капалермо не любят, м?

- Не возьмут заказ? - поразился Аластор. - А... могли бы?!

- Теперь уже не узнаем. - пожал плечами Лу - Обычно Шипы стараются не забираться так высоко, но., всякое бывает За королевскую кровэ и платят по-королевски знаешь ли Когда ее величество Беатрис покупала у гильдии услуги Шипа, Разлом еще не случился, так что цель меня ждала другая...

- Думаешь, она хотела убить Малкольма? - помолчав, спросил Аластор.

- Говорить об этом было неприятно, даже настроение разом испортилось, но глупо прятаться от собственных мыслей - он и сам не раз думал зачем Беа понадобился наемный убийца.

- Либо короля Малкольма, либо Пьячченца. если те появятся во дворце. - подтвердил Лучано. - И за это ее даже я не осужу. Самое большое терпение однажды заканчивается, а она жила с мужем больше двадцати лет. и жизнь эта была не из приятных. Избавиться же от Пьячченца - это и вовсе не грех. Если ядовитый паук забрался к тебе в дом, надо быть глупцом, чтобы его не прихлопнуть. Но наверняка мы уже не узнаем, разве что в Садах спросить..

- 3 Содах, я надеюсь. и получше найдутся темы для беседы, мрачно сказал Аластор. Хотя сказать несколько слое керолю Малкольму я бы не отказался.

- В молчании они доехали до особняка Аранвенов, где Аластор. как ни странно, еще ни разу не был. Или не странно, ведь лорд Ангус, а теперь и леди Немайн проводили во дворце больше времени, чем дома, и застать их там было проще чем явиться с визитом

- Спешившись во дворе они с Лучано отдали поводья груму в светло-серой ливрее, и Лу забрал корзинку у лейтенанта гвардии, который ее вез. Апельсины вызывающе горели маленькими солнышками, и Аластор не мог не подумать, как причудливо иногда распоряжается жизнь Ведь в Дорвенну могли прислать друого Шипа^1 Кого-то с окончательно очерствевшим сердцем, не способного на любовь и преданность и знающего только долг перед гильдией И сейчас Лу продолжал бы зарить яды в Вероккье, а сам Аластор навещал канцлера один... если бы выжил в том походе, что вряд ли!

- Немолодой дворецкий чинно провел их по огромному ссобняку в спальню хозяина дома, такую же светлую и на вид прохладную, как все комнаты зде:ь Высокие потолки, белое, словно зыгоревшее на солнце дерево, серебряный шелк обоев и -олубой балдахин над кроватью... Лорд Ангус попытался привстать из подушек, на которые опирался, но Аластор торопливо ему зозразил

- Даже не думайте, милорд! Извольте забыть про зтикетные глупости! Как вы себя чувствуете?

- Уже вполне хорошо, - чуть заметно улыбнулся канцлер, посмотрел на Аластора. на Лучано, который держал перед собой корзину с апельсинами словно прикрываясь ей. и на следующей фразе голос его заметно дрогнул: - Не знаю, как и благодарить... Ваше величество... это не просто честь... Лорд Фарелл...

- Мой батюшка передает вам пожелания здоровья^1 - Лучано поставил корзину возле кровати, одновременно поклониэшисв, а потом сунул руку за ворот камзола и достал из потайного кармана небольшой плоский флакон темного стекла. - И вот это... Ровно три капли на полстакана чистой воды за полчаса-час до завтрака Лучше всего - сразу после пробуждения, пока еще не встали с постели Когда ваш целитель спросит, что это. скажите что зам прислали «Слезы феникса- от лучшего зельедела Итлии. Можете показать алхимикам...

- Он понимающе улыбнулся, ставя флакон на столик у кровати, и канцлер ответил усмешкой.

- Думаю, в этом нет нужды, - сказал он с удивительной простотой - Прошу передать сударю Ларци мою глубокую благодарность. Так вышло, что мой отец тоже страдал от слабого сердца и принимал это зелье, поэтому оно мне известно Целители сказали, что «Слезы феникса» изрядно продлили ему жизнь. Но с ними редко кто эасстается. Единственный флакон, который мне удалось купить, закончился... примерно год назад. И я не знал, что в Итлии остались мастера, способные их сделать.

- Скажу больше грандсиньор. - улыбка Лу стала по-кошзчьи самодовольной. - Не сочтите за похвальбу, теперь у вас и в Дорвенанте есть такой мастер. Так что когда этот флакон закончится я сварю еще. - И добавил, повернувшись к Алаггору: - «Слезы феникса- зарятся без магии, в этом их главное достоинство и главный же недостаток. Очень уж хлопотный состав и требует отменного нюха. Но не будь у меня «Слез феникса>, когда я наглотался зелий на холме, я бы даже с вашей магией так дешево не отделался. Провалялся бы точно куда дольше!

- Что же вы стоите? - виновато воскликнул Аранвен. взглядом указывая на единственное кресло возле кровати - Простите, я не ждал... Но ваше величество может сесть и сейчас принесут второе! Шамьета. вина? Мне-то нельзя, но позвольте хоть чем-то угостить...

- О. не стоит беспокоиться ради меня! - заверил его Лучано. - Если монсиньор позволит, я постою за его спиной, как обычно.

- Да садись уже на подлокотник. - хмыкнул Аластор. опускаясь в кресло - Вряд ли мы чем-то удивим лорда Ангуса Пожалуй, я бы выпил шамьета.. Знаете, милорд, мне вас ужасно не хватает! Но прошу учесть что я не позволю вам вернуться к службе, пока целители не скажут, что вы совершенно здоровы. Да и тогда будьте любезны поберечь себя. Вы же самый ценный человек в Дорвенанте' Если бы не вы. я бы ни за что не справился...

- И замолчал в испуге увидев, как по щекам Аранзена медленно катятся две слезы.

- Лорд Аластор... - прошептал канцлер, отводя от него взгляд - Благими клянусь, я много лет надеялся услышать это от кого-то из Дорвенноз... И вот... дождался. Ради этого стоило...

- Аластор почувствовал, что кровь бросилась ему в уши, щеки и шею, чего уже давно не было. Да он думал, что вовсе разучился краснеть! И тут такое

- Позвольте, я вам апельсин почищу! - торопливо вскинулся Лу и в самом деле принялся чистить апельсин как по волшебству появившимся узким ножом. - Грандсиньор. вам непременно следует есть побольше фруктов И еще высыпаться^1 Скажите вашему садовнику, пусть собирает зам букет из лаванды, хмеля и.. Я ему сам список напишу и пришлю! А если у вас в саду это не растет прикажите послать в Итлию . Букеты из трав - превосходное средство, если ставить их возле кровати^1 У вас-то нет енота, который растащит их по всей комнате и половину погрызет, а остальное сунет в простыни...

- Не переставая болтать, он стремительно ободрал апельсин, разломил его на дольки и почтительно положил на столик Аранвен не глядя протянул руку, ззял золотистую дольку, истекающую соком, положил в рот Потом так же не глядя, привычным движением дернул шнурок возле кровати и велел появившейся горничной:

- Шамьет гостям... Лорд Фарелл, может, вам вина? Вы, кажется, предпочитаете арлезийское?

- С вашего позволения, грандсиньор, мне бы ягодного отвара, который обычно пьете вы, - бодро отозвался Лучано, присев на подлокотник рядом с Апастором. и тут же со вздохом сообщил: - Я полночи пил арлезийское с двумя старыми крокодилами., то есть почтенными мастерами, храни их Благие Вино у грандсиньора Дункана отменное не зря я именно его с собой взял, но... некоторые разговоры пьянят посильнее карвейна. чем их ни закусывай. Кстати, хотите свежих новостей из Итлии? Говорят, ее высочество Лоренца Пьячченца выходит замуж. Папенька купил ей жениха откуда-то из княжеств - нелегко найти приличную партию, когда за спиной то и дело слышишь песенки про собачью невесту Риккарди подгребли

- Лавалью. и адмирал Браска собирает флот на поиски морского пути в Вендию. Если у него получится, Лавалья расцветет, а вместе с ней и Джермонто!..

- Цены на пряности упадут. - заметил Аранвен, и его глаза привычно заблестели. - Ваше величество, это очень интересные новости: Если у Дорвенанта появится хотя бы один порт... Мы тоже сможем отправлять корабли в Вендию^1 Ах. как же я жалею, что мое время прошло. - добавил он со спокойной грустью. - Увы. расцвет Дорвенанта я уже не увижу. Но позвольте мне верить з великое будущее нашей страны! Лишь бы Благие хранили вас для королевства, милорд Аластор...

- Вы слишком рано собрались на покой, лорд Ангус, - пробормотал Аластор. чувствуя, что глаза позорно щиплет - Ваш сын прекрасно справляется с обязанностями, но позвольте уж мне и дальше пользоваться вашими советами... Лу, почисть и мне апельсин! И... какие там еще

- новости в Итлии? Расскажи что-нибудь не про политику, а?

- *»*

- С каждой новой увиденной комнатой дом нравился Айлин все сильнее. Было заметно, что его недавно ремонтировали: дерево нигде не потемнело и не покоробилось, на лакировке ни трещинки, чудесные тканые обои тоже выглядели безупречно свежими Везде царил порядок, но не строгий и мрачный, как в особняке Бастельеро. а как у тетушки или у семьи Эддерли - светлые комнаты, просторные и. одновременно, уютные. Правда здесь обстановка выглядела иной, и сначала Айлин не понимала, в чем дело, но потом пригляделась.

- Та спальня в которой она очнулась, была совсем дорвенантской, а вот остальной дом нес отпечаток любви к южным странам с их нарядной роскошью и причудливыми традициями. Вчера она заметила это в купальне, отделанной узорчатой плиткой, а не дерезом как везде в Дорвенанте, сегодня замечала повсюду более низкую и мягкую мебель, изысканные резные орнаменты настенных панелей, множество редких вещиц - вазы, картины яркие вышитые подушки Хозяин дома явно предпочитал удобство во всем и не жалел денег, а в обстановке чувствовалась женская рука - теперь Айлин по достоинству оценила гордость Амины, когда та говорила, что сама выбирала ковры и белье. В Дорвенанте редкая леди позволила бы себе обставить дом так ярко и вычурно, однако Айлин это завораживало^1

- Иногда они видели прислугу, которая спокойно занималась своими делами, не спеша исчезнуть при появлении гостьи, и это тоже было необычно В гостиной две горничные протирали пыль и чистили ковер Это были женщины средних лет, смуглые черноволосые и черноглазые одетые в синие платья с белыми передниками и нарядные цветастые косынки завязанные сзади пышными бантами. Отличие от привычных чепцов просто бросалось в глаза в Дорвенанте прислуга ни за что не позволила бь себе одеваться для работы так броско, но Айлин не могла признать, что обеим южанкам их головные уборы замечательно идут и выглядят очень нарядно. Увидев Айлин и экономку, горничные с достоинством присели, придерживая юбки, а потом, встав и ожидая, пока Амина их представит, с любопытством уставились на Айлин

- Это Луиса. - показала Амина. - Это Роза

- Горничные снова присели, и Айлин молча обрадовалась, что их зовут не Тильдами. Хотя запомнить, кто есть кто. будет нелегко, такими похожими словно сестры, они выглядели. Она приветливо кивнула и Роза с Луисой вернулись к работе, а мауритка повела Айлин дальше.

- В кухне их встретил повар - широкоплечий здоровяк в белой рубахе и черных штанах, тоже смуглый и чернявый, с густой короткой бородой, очень ровно подстриженной и ухоженной Эта самая борода, шрам через всю щеку, прищуренные глаза и шелковая косынка, из-под которой выбивались смоляные кудри, придавали ему такой разбойничий вид, что Айлин легко могла бь предстазить повара на лесной дороге с тесаком и мешком для добычи, а не в кухне среди начищенных до блеска кастрюль и сковородок Повар восхищенно посмотрел на Айлин и, прижав ладонь к сердцу, разразился длинной тирадой, из которой она не поняла ровным счетом ничего, кроме несколько раз повторенного слова «донна».

- Она беспомощно посмотрела на Амину, та расплылась 8 улыбке и кратко перевела:

- Красивая, говорит. Повезло наш господин, говорит. Будет хорошо кормить, говорит. Его Алонсо звать

- Благодарю, сударь Алонсо. - сказала Айлин с улыбкой.

- Повар обрадованно закивал, Айлин же снова поразилась: прислуга, которая позволяет себе делать комплименты леди?! Да еще и одобрять... сердечный выбор хозяина?! Это что же за дом такой?! Или в Арлезе совсем другие нравы и обычаи?

- Хорошо готовить. - невозмутимо сообщила Амина. - Раньше море ходить, дорогой товар возить, стража денег не давать. Потом удача потерять его ловить, хотеть вешаго. Господин его купить и отпустить. Алонсо честно жить хотеть, служба просить. Господин его сюда брать. Арлеза Алонсо нельзя, там опять вешать!

- Повар сокрушенно развел огромными лапищами, з которых нож для разделки мяса выглядел детской игрушкой, и расплылся в доброжелательном оскале.

- Он господин клятва давать, - пояснила Амина, когда они с Айлин вышли из кухни. - Верный как собака быть.

- Они прошли длинным коридором в правое крыло дома и Амина распахнула очередную дверь посмотрев при этом лукаво и как-то... выжидающе Мигом позже Айлин поняла - почему.

- Комната оказалась...

- Айлин замерла на пороге, затаив дыхание

- Детская' Залитая солнечным светом, просторная, но уютная, со светлыми бежевыми стенами, оживленными бледно-розовым и нежно-голубым орнаментом, с толстым ковром на полу и красивой резной колыбелью из светлого дерева. На стене за колыбелью висел гобелен - над бушующим морем летели двенадцать белых лебедей, неся в клювах сеть, в которой слала девушка в потрепанном платье. На головах у лебедей поблескивали золотые короны, а на горизонте вставал над бурными волнами призрачный замок.. Судя по ярким, ничуть не выцветшим краскам, гобелен тоже был новенький как и все здесь. У Айлин почему-то защипало в глазах, и она поспешно отвела взгляд.

- Лучше от этого не стало, здесь и без гобелена было, на что посмотреть. У другой стены высился огромный шкаф, на верхних полках которого выстроились книги, а нижние занимали игрушки. Сбоку от окна стояла лошадка-качалка размером немного меньше настоящего пони.

- Детская первой делали. - гордо похвасталась Амина. - Господин дом купил и сразу сказал детская делать К свадьба король закончили!

- Кармель сделал в своем доме детскую! Глаза снова защипало так сильно, что Айлин стиснула зубы и поспешно отвернулась от Амины, делая вид. что разглядывает книги. Он делал детскую, зная, что она ждет ребенка От другого мужчины, от свое-о врага... А потом прислал подарки для Аларика Раэна...

- Амина, покажи мне сад, - попросила Айлин, стараясь, чтобы голос не дрогнул но прозвучало это все равно глухо и до отвращения отчаянно

- Даже если лорд Бастельеро даст ей развод, она не сможет забрать у него сына! «Правда Дорве» гласит, что ребенок принадлежит отцу, в лучшем случае она сможет иногда с ним зидеться... Но как оставить Аларика Раэна с безумцем?! Чему такой отец его научит?' И как самой жить от встречи до встречи с сыном? Пусть она и не знала, как за ним ухаживать, пусть зидела его пару раз в день, но эти минуты, когда она держала его на руках неловко и бережно, как бесценное хрупкое сокровище, они наполняли ее жизнь каким-то особенным смыслом и нежной тихой радостью от мысли, что именно она подарила этому малышу жизнь. Что сумела каким-то чудом сберечь его. еще нерожденного, и в походе к Разлому, и в смертельных объятиях Запределья, и в родах... Иногда она могла не вспоминать о нем целый день, точно зная, что Аларик Раэн совершенно доволен и благополучен под заботливым присмотром Дороти, но стоило заглянуть з детскую, чтобы пожелать ему доброй ночи, увидеть еще беззубую радостную улыбку...

- Но как было бы прекрасно увидеть Аларика Раэна в этой детской, которая готовилась для него с такой любовью! Лежащим в колыбели, сидящим на лошадке, листающим книгу...

- *Ну почему жизнь так несправедлива?! - с болью подумала Айлин. - В чем лорда Бастельеро уж точно нельзя упрекнуть, так это в том что он не любит сына' Мне иногда кажется, что он любит его гораздо сильнее, чем я' Он часто видится с ним, беспокоится о его здоровье, играет... Да редко кто из мужчин вообще умеет держать ребенка на руках! Хотя... Кармель как раз умеет... И я хотела бы, чтоб Аларик Раэн рос именно с ним, потому что я точно знаю - Кармель научит его быть не только честным и отважным, но и добрым, и великодушным - потому что он сам именно такой! А каким воспитает моего сына его настоящий отец, одни Благие знают Впрочем зачем обманывать себя? Каким еще может вырасти Аларик Раэн в доме Бастельеро. как не похожим на лорда Грегора и лорда Стефана? Разве что батюшка Аларик сумеет как-то повлиять.. Но надеяться что твой свекор сотворит чудо, когда сама отказалась быть рядом с ребенком это... трусость и подлость .»

- Я хочу посмотреть сад. - сказала она. стараясь незаметно смахнуть все-таки навернувшиеся слезы. - А где Пушок?

- Пес ходил с ними по дому, потом незаметно где-то отстал. Но как только Айлин с Аминой вышли на просторную террасу, плавно спускающуюся в сад. Пушок встретил их. радостно помахивая хвостом.

- Хороший собака, - одобрила его Амина - Большой, зубастый. У Амина дома тоже большой собака быть Баран пасти, шатер охранять Шакалы, волки не пускать Сразу горло кусать! Человек тоже кусать, если человек как шакал. Господин говорить собака мясо не есть. Что есть?

- Мясо он и правда не ест. - начала Айлин, не зная, как объяснить, чтобы Амине было понятнее, и не желая пугать мауритку. - Пушок очень... необычная собака. Он... ест магию. Может съесть проклятие... или остатки от призрака Наверное, и самого призрака мог бы... - продолжила она неуверенно, впервые рассмотрев подобную возможность, ведь призраки тоже частично состоят из некротических эманаций. Правда. Пушок никогда на них не покушался, но это лишь потому, что он добрый и воспитанный пес - В общем, он ест всякую вредную для людей магию. - закончила она

- Человек не кусать'7 - с некоторым сомнением взглянула на Пушка Амина.

- Только демонов' - заверила ее Айлин. - Или дичь, если попросить. Зайцев, уток.. - Поколебалась и добавила, решив честно прояснить вопрос: - Когда на меня напали... Ну. вчера. Он загрыз человека. Но только потому, что тот хотел меня схватить!

- А! - просияла Амина. - Это хуже шакал' Собака его кусать - хороший собака! На охота ходить, мясо носить, сам не есть! Совсем хороший собака' Колдовство кусать' Джинн, да? У какой хороший джинн^1

- И бестрепетно погладила Пушка, который под ласкающей его рукой прищурился и еще сильнее завилял хвостом.

- Спустившись с террасы, они пошли по саду, сопровождаемый важно ступающим Пушком. Айлин полной грудью дышала сладким влажным воздухом - похоже, ночью прошел дождь, и земля до сих пор хранила его следы Воздух был полон запахом роз, будто рядом разлился флакон любимых духов Иоланды...

- Они почти обошли дом. когда из ближайшего окна послышалась перебранка двух женских голосов. Во всяком случае. Айлин показалось, что это именно перебранка, поскольку язык был ей не знаком. Певучий, звонкий, со множеством гортанных и рычащих звуков пожалуй, он напоминал речь повара Алонсо и... альбу. которую читал дон Раэн! «Арлезийский^1 - догадалась

- Айлин - Значит, у Кармеля вся прислуга из Арлезы? Точно, он ведь говорил, а я совсем забыла!»

- Амина, услышав голоса встрепенулась, прислушалась и хмыкнула, тут же успокоившись

- Что там за шум-7 - полюбопытствовала Айлин, невольно вспомнив дом Бастельеро, где слуги были тихими, словно немые призраки.

- А здесь жизнь просто кипит' Вот одна из женщин взвизгнула, словно ее дернули за волосы или дали оплеуху - Айлин не раз такое слышала в А<адемии. И сразу голоса стихли, будто спорщицы сами испугались того, что натворили.

- Два горничные делить повар - важно объяснила Амина - Уже неделя ругаться Госпожа их видеть! Роза. Луиса и Алонсо Повар - горячий мужчина! Но драка - непорядок. Амина проводить госпожу, потом делать суд'

- И как же ты будешь делить? - заинтересовалась Айлин, невольно хихикнув - так живо ей представилась Амина в мантии судьи, две горничные, с надеждой ждущие решения, и огромный Алонсо. который, оказывается, пользуется таким успехом^1

- Амина приняла необыкновенно задумчивый вид.

- Если делить по правила, надо рубить сабля, тогда господин останется без горячий ужин. Это нехорошо. Пусть Алонсо два жена берет^1

- У нас так не положено. - улыбнулась Айлин, искренне забавляясь. - В Дорвенанте свои законы, у нас мужчина может жениться только на одной женщине. А у мауритов по-другому, да?

- Ай. глупый закон! - искренне возмутилась Амина - Мужчина много, хороший мужчина - мало! Каждый женщина хочет хороший мужчина. Если каждый хороший мужчина возьмет две жена, пять жена, пять женщина счастливый будет! А есги хороший мужчина два жена не может то пусть кушает хорошо и к лекарь идет. Тогда даже пять сможет, да! - И, вздохнув, прибавила

- У муж Амина отец был вождь. Умный воин, а сын совсем слабый, совсем дурной, да Хорошо что убили, такой племя бы разорить, сыновья слабых и глупых дать. Лучше бы Амина за отец выдали, чем за сын. Но отец старый был. мужской сипа ослабел: пять жен довольный были, больше взять не мог. Вождь пять жен нужно, а повар не вождь, повар два хватит. Нельзя две жена, пусть одна женщина берет, а к другая так ходит.

- А господину тоже нужно две жена? - слукавила Айлин, совсем развеселившись.

- Амина замахала руками.

- Господин не нужно! Мужчина жена берет дом вести, еда готовить, одежда стирать. У господин Амина дом вести, прачка - стирать, повар - -отовить. горничная - убирать, госпожа

- сердце радовать^1 Не нужно два жена, все место заняты!

- Айлин, не выдержав, расхохоталась - и вдруг подумала, как же давно ей не было так легко и весело! И как же порядки в этом доме действительно отличаются от дома Бастельеро! Айлин искренне попыталась представить двух почти одинаковых Тильд, с одинаково ханжескими лицами тянущих доорсцкого Руосрса каждая о соою сторону, и даже голооой помотала Зот уж это вряд ли!

- В другой дом горничный за это выгнать. - продолжила Амина. - Повар наказать, слугам запрещать любовь Но господин сказать - пусть работа не страдать и в дои быть покой, тогда пусть любовь. Всеблагая Мать говорит, любовь - хорошо' А горничный так играть, драка не всерьез Но если госпожа прикажет. Амина всех наказать.

- Не надо наказывать' - попросила Айлин. - Если Кармель... то есть... - Она замялась, как назвать магистра, и тут же вывернулась: - Хозяину дома виднее, как обращаться со своей прислугой. Мне кажется, он., очень добрый.

- Господин добрый. - подтвердила Амина - Хороший муж будет; - Сюва лукаво глянула на Айлин и спросила - Госпожа сама гулять? Амина много дел делать надо.

- Да. конечно^1 - заверила Айлин. понимая, что у экономки действительно хватает работы.

- Проводив уходящую Амину взглядом, Айлин погладила Пушка и пошла по дорожке, с любопытством оглядываясь по сторонам. Пушок под ее рукой вдруг напружинился, и Айлин завертела головой. Что он такое учуял?

- Тут же пес восторженно заскулил, и Айлин увидела в траве длинные пушистые ушки чудесного черно-белого цвета. Кролик' В саду?' Пушок заскреб лапами, и Айлин рассмеялась.

- Хорошо, беги' Можешь за ним погоняться Только не убивай, слышишь? Вдруг это чей-то любимец?

- Пушок радостно тявкнул, лизнул ей руку и сорвался с места.

- Какой интересный сад^1

- Где-то поблизости журчала вода, еще сильнее пахло влажной землей и рэзами, то и дело из травы выглядывали веселые желтые головки одуванчиков, и разноцветные — каких-то незнакомых цветов, а впереди Айлин заметила старые яблони^1 Люсопытно они еще плодоносят? Ах. если бы да' Тогда можно было бы сорвать яблоко прямо с дерева - совсем как в поместье в детстве, такое же душистое и сочное! - и съесть его немедленно, наслаждаясь каждым кусочком! И тем что никто не пытается нарезать это яблоко ломтиками, очистить от кожицы и подать на десертной тарелочке. Или вовсе в пироге!

- Вожделенное яблоко предстало перед Айлин так невыносимо ярко и притягательно, что она задумалась - не вернуться ли в дом? Вдруг в местной кладовой найдутся яблоки? Тогда можно взять его с собой и снова выйти в сад.

- Она заколебалась но вдруг заметила краем глаза что-то., кого-то.

- За кустами сирени бродил туда-сюда человек.

- Айлин решительно направилась к нему. Интересно, кто это? Может, садовник? Тогда стоит с ним познакомиться и предстаоить ему Пушка. Впрочем, подойдя ближе, оно окончательно уверилась, что это не садовник. Во-первых, незнакомец был одет как камердинер или дворецкий во вторых, он был очень стар и. должно быть, несколько не 8 себе - иначе почему бы кружил за этими кустами, словно что-то потерял и никак не может вспомнить - что? Ну и наконец, старик оказался призраком, уж в этом-то Айлин никак не могла ошибиться! Что ж. с обитающими здесь призраками тем более следует познакомиться!

- Услышав ее шаги, призрак обернулся, присмотрелся к ней. подслеповато щурясь, и просиял:

- Миледи! А я вас ищу. ищу...

- Меня? - растерянно уточнила Айлин. и призрак закивал

- Конечно, вас! Мне милорд так и сказал: -Приведи миледи, Уиллам» Я и привел бы. а вас все не было и не было... — закончил он с такой беспомощной растерянностью, что Айлин стало ужасно его жаль.

- Что ж, кажется, бедняга стал жертвой незаконченного дела? Такое бывает часто, и тогда его нелегко упокоить, а у нее даже магии нет! Но если выполнить необходимое призрак упокоится сам. Надо бы его расспросить...

- Ты устал, Уиллам. - мягко сказала она. - Тебе нужно как следует отдохнуть!

- Призрак горестно посмотрел на нее слезящимися от старости глазами и сокрушенно покачал головой.

- Простите, миледи Не могу. Милорд приказал.

- Ну да. незаконченнее дело, так и есть' Должно быть, несчастный Уиллам при жизни был очень предан этому своему милорду. Кому, к слову? Может быть. Кармелю? Но едва ли - слишком он стар и не похож на арлезийца. Наверное, бедняга работал на того человека, у которого Кармель купил этот дом? Впрочем, как бы ни звали его хозяина, помочь несчастному призраку все равно надо. Ведь это же ужас - не иметь возможности уйти в Сады, даже если очень хочется!

- Хорошо, Уиллам. - вздохнула Айлин. подходя ближе. - Покажи, где ми...

- И осеклась - прямо перед ней. между двумя сиреневыми кустами, замерцал, открываясь портал. Айлин замерла на месте и тут призрак что было сил толкнул ее прямо в мерцание^1 Потеряв равновесие. Айлин невольно шагнула вперед, успев еще увидеть, как призрака окутала радужная дымка, и он с блаженной улыбкой растворился в воздухе.

-

- Глава 5. Барготова звезда

-

- Айлин не успела даже испугаться переход оказался таким коротким, что она едва его ощутила.

- По другую сторону портала оказалась просторная - даже, пожалуй, огромная комната размером не меньше танцевального зала в Академии - залитая ярким бельм светом, почти не дающим теней. Айлин замерла на месте, настороженно озираясь, попятилась - и ощутила затылком ласковое дуновение. Резко обернувшись, она увидела, как высокая портальная арка, из которой она, оказывается, вывалилась в эту самую комнату снова замерцала отозвавшись на ее приближение.

- Вот оно что! Стационарный, стабильно работающий портал, настроенный на... интересно, на что он настроен? На любого, кто подойдет к кустам сирени? Вряд ли. для таких порталов непременно требуется ключ. Уж это Айлин прекрасно помнила из начального курса теории порталов, которую им начали преподавать в конце шестого курса, перед самым Разломом Но у нее точно нет никакого ключа . Правда им может послужить не только предмет, но и какая-то особенность, например, фамильное сходство По такому принципу работают потайные двери во многих старинных особгяках, пропуская только членов семьи.

- В тот день, когда Дйлин и Артуру исполнилось двенадцать, отец показал им проходы в сокровищницу, арсенал и погреб, где имелся подземный выход наружу, за гределы усадьбы, а потом заставил дать торжественную клятву, что они никогда не станут использовать эту тайну для игры, никому ее не расскажут и передадут ее только будущим Ревенгарам и только по прямой линии Артур ж/тко важничал, ведь род Ревенгаров предстояло продолжить именно ему, Айлин же сказанное запомнила, но потайной ход. в котором нелозя было играть, не зызвал у нее особого интереса. Потом она узнала, что такие же ходы есть в особняках Эддерли и Аранвенов, но об этом н? принято было говорить - у каждой семьи Трех Дю:«ин имеются такие тайны...

- Но ведь это чужой чом, к которому Айлин не имеет никакого отношения, здесь не может быто портала, пастроспного па псе!

- Она сделала шаг от мерцания, и оно начало гаснуть, растворяясь в воздухе. Шагнула к нему ближе - снова появилось. Значит, все-таки стационарный и стабильный, связывающий ровно две точки в пространстве. И что бы ни служило ключом, портал отзывается -ia ее приближение- Она в любой момент может отсюда уйти, а значит... значит, нет особенньх причин спешить. Лучше как следует изучить место, куда она так внезапно попала - и куда ее распорядился проводить неизвестный милорд Или не ее. а кого-то другого, с кем перепутал Айлин несчастный призрак!

- По-прежнему не двигаясь с места - вдруг здесь магические ловушки от незваных гостей? - Айлин огляделась еще раз и с удивлением отметила, что. пожалуй, была неправа Никакая это не комната и уж точно не танцевальный зал. Помещение скорее походило на лабораторию устроенную прямо з рабочем кабинете

- Здоль двух стен тянулись стеллажи, уставленные толстыми книгами с распухшими от частого исполэзовения корешками, какими-то склянками, ступками и весами разных размеров. Разноцветное стекло и металл слегка потускнели от пыли, но ее слой был совсем тонким, как будто 8 помещении недавно делали уборку. «Или просто пыли неоткуда сюда попадать», - поправила себя Айлин. В дальнем углу стоял письменный стол - тяжелый и основательный. На нем виднелся письменный прибор и лежало что-то. похожее на толстую тетрадь.

- У Айлин даже пальцы зачесались от любопытства - вот бы госмотреть. а может, и почитать? Но она -ут же строго себя одернула. Сколько бы времени никто не заходил в эту лабораторию, принадлежала она магу. Глупо соваться к чужим записям с заблокированной силой! Что. если нэ тетрадь наложено заклинание самоуничтожения? Или стоит защита от чужих рук? А ведь сна даже не сможет их увидеть!

- Нет лучше сообщить об этой лаборатории Кармелю Он о ней точно не знает иначе предупредил бы о портале, да и не выглядела бы лаборатория заброшенной! Сообщить и зернуться сюда вместе с ним - он. по крайней мере, точно увидит, есть ли здесь ловушки или защиты. Решено именно так она и сделает, вот только посмотрит еще совсем чуть-чуть.

- На стене, противоположной той. что была заставлена стеллежами, висел длинный деревянный щит. покрытый красивой резьбой К щиту крепился огромный набор инструментов: разнообразные ножи с клинками необычной формы, несколько пил с разными лезвиями - от зесьма узкого до широкого, еще одна пила поразительно странного вода, больше похожая на тонкую стальную -(ить составленную из крошечных зубцов, небольшие клещи, крючья на длинных рукоятях, нечто, напоминающее скребки, изогнутые иглы...

- Присмотревшись. Айлин сообразила, что резьба, покрывающая щит. это руны и цифры, причем каждая располагалась строго над инструментом, а самая верхняя надпись это... Руническое заклинание призыва^1

- Значит, щит с инструментами - сборный артефакт? Какая немыслимая редкость! И какая роскошь .. Такого ,еаже в Академии нет^1 Точнее, нет настолько огромного. Сборный артефакт призыва Айлин видела в лаборатории мэтра Эварса. который читал их курсу общую алхимию. Но тот щит был всего на дюжину инструментов и мэтр на лекциях призывал с него образцы колб и реторт, называя соответствующую цифру... А этот артефакт предметов на полсотни, не меньше! Кто бы нм обустраивал потайную лабораторию, он был сос-оятельным человеком! Закрепленные на щите инструменты выглядели откровенно жутко и неприятно, но все-таки как удобно, когда можно просто позвать, и нужная зещь сама прыгнет в суку^1 Вот бы зачаровать так туалетный столик, тогда не пришлось бы тратить время на поиски гребня или лент...

- Рядом со щитсм. немного ближе к порталу, висел портрет женщины, показавшейся Айлин сказочно красивой. Волосы незнакомки имели цвет полированного красного дерева и казались гладкими, как зеркало, миндалевидные глаза были в точности того же цвета, что малахитовая брошь тетушки Элоизы. и смотрели не надменно, как у дам рода Бастельеро. не холодно, как у Аранвенов, и не весело, как у Эддерли. а внимательно и грустно.

- «Как странно, - невольно подумала Айлин. - Я бы поклялась чем угодно, что в жилах этой женщины течет золотая кровь: Только в Трех Дюжинах встречаются такие необычные сочетания цветов. Но я не знаю ни одного рода с такими признаками^1 Может, она из тех, которые исчезли? Их-то не заставляют учить, чтобы узнать при встрече...»

- Вне себя от любопытства она прищурилась, пытаясь разобрать надпись на табличке под портретом, и прочитала:

- - Элоиза Амелия Брайд Мэйв Морхальт. урожденная Зольдеринг

- Вольдеринг? Она угадала! Исчезнувший род. перебитый неизвестными врагами - это было на уроках истории! Причем в этом столетии, не так /ж и давно... Значит, лаборатория принадлежала кому-то из этого рода? Или нет? Зачем вообще вешать портреты в лаборатории? И почему имена кажутся такими...

- Айлин уставилась на табличку и едва не ахнула' Сестры леди Гвенивер. тетушки Айлин^1 Элоиза, Амелия, Брайд и Мэйв! Их назвали в честь этой леди?' А на Гвенивер. самую младшую, у леди Морхальт. урожденной Вольдеринг... просто пятого имени не хватило?

- Морхальт...

- Айлин почувствовала как у нее коужится голова. Toda Морхальт - ее дед коронный преступник, убийца и барготопоклонник... Человек, которого она видела всего два раза в жизни, один из главных виновников Разлома... И это его лаборатория?! Но почему портал сюда находится в саду Кармеля?!

- «А ведь он разумник. - ядовитой холодной змеей заползла в сознание непрошеная мысль. - Его сила - от Баргота Пусть разумники давно отреклись от бывшего покровителя, но... что мы знаем про их магию? Она не такая как у обычных магов... Может, не так уж далеко Баргот их отпустил? Да. Разлом устроили некромант Денвер и целитель Морхальт, но что. если был и третий главный заговорщик, оставшийся неизвестным?.. Не хочу! Не хочу даже думать об этом! Но как не думать?! Нет. это бред... Он прискакал к Разлому, чтобы спасти меня! А вдруг нет? Вдруг он хотел сделать что-то... иное? Но просто не успел, потому что я уже закрыла Разлом кровью Ала и своей жертвой? И Кармель решил хотя бы спасти меня, если уж... Не хочу, не хочу, не хочу' Нельзя даже думать об этом, но и не думать - нельзя^1 Ведь он не просто разумник, но и ученик лорда №орхальта ..»

- Она приложила к пылающим щекам ладони - те показались просто ледяными. Леди Элоиза Морхальт - прабабка или родство еще дальше'' - смотрела на нее с портрета грустно и понимающе, словно сочувствовала. Красные, словно рубин, волосы, глаза цвета малахита или свежего лесного мха. ослепительно белая кожа. Бесследно исчезнувшая красота и родовая магия, капли которой вполне могли сохраниться в зловещем потомке леди Элоизы. а от него перейти и к самой Айлин...

- • Я спрошу Кармеля о портале. - подумала Айлин. не позволяя себе захлебнуться ядом подозрения и отчаяния. - Если он имеет какое-то отношение к заговору... Неужели он сможет мне солгать?!»

- Не без труда отведя взгляд от портрета, она наконец взглянула на два длинных стола, установленных в самом центре лаборатории вплотную друг к другу. Высокие, узкие, в точности такие, как. в леднике Академии... Впрочем, нет не в точности! В крышку одного из столов были вделаны зажимы. Айлин попыталась представить, что на столе лежит человек, и получилось что зажимы будут удерживать его горло, руки и ноги - причем руки у ноги пришлось бы развести в сторону, как для жертвоприношения Что ж. в тайном убежище барготопоклонника такому устройству самое место. Но какая гадость и мерзость! Неужели на этом столе действительно...

- Она торопливо отвела взгляд и невольно вскрикнула. Совершенно белый и гладкий каменный пол пересекали яркие линии шириной в ладонь, котооые сливались в огромный - почти во всю лабораторию! - контур звезды. Контур отблескивал металлом, словно его выдолбили в камне, а потом канавки залили расплавом, а лучи звезды были разноцветными празднично сверкающими, просто горящими на фоне белизны пола

- Лучей было восемь.

- Айлин, которая едва не наступила на зеленый, попятилась от линии как от смертельно ядовитой гадины, способной броситься и укусить. Барготова звезда' Не семилучевая с белой сердцевиной как на гербе Ордене а древняя, созданная еще до падения Проклятого^1 Страшный и мощный артефакт, служащий для обращения к тем силам которые...

- «Я должна уйти отсюда! - поняла Айлин. - И немедленно, пока... Пока не вляпалась еще во что-нибудь! Может, еще похуже Разлома! Туда я хотя бы прыгала добровольно, а здесь... И меня наверное, ищут^1 Кармель вряд ли уже вернулся из Академии, у меня будет время хорошенько подумать, что ему сказать и говорить ли вообще что-нибудь! Может, сначала посоветоваться... А с кем я могу о таком поговорить? С лордом Грегором?! О, прекрасная мысль! Милорд Архимаг и мой супруг, я тут случайно провалилась в портал, на другом конце которого оказалась лаборатория лорда Морхальта, моего деда и барготопоклонника, которого вы - вот совпадение* - как раз уЗили А портал этот был в саду мэтра Роверстана. разумника и главы Белой гильдии... И - еи,е одно совпадение — вашего заклятого врага Многовато совпадений, вы не находите? Зато какие интересные... Что я делала в саду Роверстана? Так от вас пряталась, дорогой супруг! Не подумайте плохого, но я бы лучше снова встретилась с Барготом, чем с вами - у него в гостях мне как раз очень понравилось. Заодно можно было бы спросить его, что все это значит..».

- Она с огромным усилием подавила смешок, чувствуя, как подступает отвратительная истерика. Ну уж нет^1 Никакого лорда Бастельеро, Архимаг он или нет! Если уж с кем-то и советоваться, то с Даррой и леди Немайн^1 А для этого нужно выбраться отсюда и., послать им письмо? Интересно, слуги Кармеля согласятся отнести послание в особняк Аранвенов? Или сразу во дворец...

- «Я схожу с ума. - подумала Айлин и сделала еще один осторожный шаг поближе к порталу и подальше от проклятой звезды, жутких столов и щита с инструментами. - Все будет хорошо, правда же? Я нашла что-то очень страшное, чего ни в коем случае не должна была находить, но теперь деваться некуда - с этим нужно что-то делать. Если бы я только могла поверить, что Кармель ни при чем... Как же стыдно и страшно в нем сомневаться!»

- Не поворачиваясь, словно в обстановке лаборатории действительно таилось что-то опасное, ожидая случая кинуться, она отступила к самому порталу, который тут же с готовностью замерцал. Юркнула в него боком... Миг! И перед ней снова были кусты сирени А еще белый мохнатый сугроб, немедленно лизнувший ей ладонь мягким замшевым языком И светлый камзол, отлично заметный даже через густые ветви...

- Айлин! - В голосе Кармеля слышалось такое отчаяние, что она едва не забыла все на свете, даже липкий ужас подозрений. - Где вы были?! Я чуть с ума не сошел! Вернулся, а мне сказали, что вы пропали! Прямо в саду^1 И ваш пес лежал здесь и отказывался уходить... Благие Семеро, девочка моя, что с вами?

- Я . что-то нашла. - с трудом проговорила Айлин и позорно расплакалась - по щекам сами собой потекли горячие слезы. - Кармель. пожалуйста, скажите что это не вы...

- Не я что? - Разумник шагнул к ней, раздвигая ветки и с тревогой вглядываясь в ее лицо. - Айлин. что случилось? Почему вы плачете? Что вы нашли?

- Ла.„ бо.. ратсрию.. - всхлипнула Айлин - Барготову звезду, какие-то жуткие инструменты... И лабо... рато...рию Морхальта .

- Вы ее нашли??

- Сердце Айлин замерло, она кивнула, не отрывая взгляда от лица Кармеля, а на нем отразилось такое облегчение и почти... счастье'

- Вы ее нашли... - повторил он. - Вся служба безопасности Ордена не смогла! Люди канцлера не сумели! Весь дом перевернули вверх дном, подвалы вывернули наизнанку каждую книгу, каждую безделушку перетрясли в поисках заклинания или портального ключа! Вашу тетушку Амелию и заших кузенов привозили сюда, пытались найти проход, запечатанный родовой кровью.. Я сам здесь каждый камень ощупал в поисках тайника! А вы просто вышли прогуляться в сад - и нашли?! Ради Странника - где?'

- Слезы Айлин высохли еще быстрее чем появились Так он не знал?! И даже сам искал эту эту гадость?!

- В кустах! - ззонко сказала она. изнемогая от блаженства, которое заливало ее сейчас изнутри - Там портал Я не знаю, что служит ключом, но он... просто открывается, когда я рядом. Представляете, мне его призрак показал! Вы знали, что у вас тут призрак? То есть был призрак. Он. кажется ушел в Сады. - добавила она немного виновато.

- А вдруг Кармель ей не поверит? Правда, он уже видел, что она может призвать призрак даже в браслетах, но призыв - это совершенно другое дело!

- И действительно. Кармель сосредоточенно нахмурился.

- Лаборатория в кустах... То есть портал... Погодите давайте с самого начала! Вы можете описать этого призрака?

- Да конечно! - заторопилась Айлин. - Высокий, очень худой, совсем старый... лысый, то есть не совсем лысый, немного волос у него оставалось, и они были совсем седые! Глаза тоже светлые, белесые, мне еще показалось, что такими глазами вряд ли можно что-то увидеть, но меня он видел, конечно.

- На лице Кармеля отразилось такое изумление, что Айлин поспешно выдохнула:

- Я действительно его видела, клянусь Претемнейшем^1

- Айлин, дорогая, - мягко прервал ее Кармель. — Я ни на миг не сомневаюсь в ваших словах! Просто я удивлен. Человек, которого вы описали, служил камердинером у вашего деда, а после его смерти и допросов службы безопасности Ордена жил здесь, в небольшом доме в саду. Ему больше некуда было пойти, он ведь был уже стар, к тому же после допросов так и не оправился полностью. Он умер около месяца назад, но удивительно другое: он так и не рассказал, где находится лаборатория. Вероятно и в самом деле не знал, ни где она ни как в нее попасть... Но теперь, видимо, принял вас за леди Гвенивер и привел к порталу, как делал это много лет назад. Порталу, настроенному на родовую кровь и... что-то еще, раз он не сработал на леди Амелию и вашего кузена. Но почему вы решили ему довериться?

- Потому что. — прошептала Айлин. почувствовав себя невозможно глупо. - ни один призрак никогда не причинял мне вреда, понимаете? Лорд Бастельеро всегда твердил, что все призраки опасны, и я сама видела одного... совершенно отвратительного^1 Но. наверное, никогда по-настоящему не верила, что призрак может причинить мне зло.

- Шагнув ближе. Кармель крепко обнял ее вздохнул и задумчиво проговорил

- Мы с лордом Бастельеро редко бываем согласны хоть в чем-то еще со времен Академии. Но s одном я с ним все-таки согласен: человек не станет ни добродушен, ни безопасен лишь потому, что умер Впрочем, вы только что сами в этом убедились

- Айлин кивнула и спрятала лицо у него на груди, замерев, дыша знакомым и таким приятным запахом сандала, хвои, душистого табака и — совсем чуть-чуть - ладана. Похоже Кармель был из тех, кто не изменяет любимым ароматам... Большая ладонь погладила ее по голове.

- Покажете мне эту лабораторию? - спросил разумник и добавил: - Кажется, я знаю, почему проход открывается именно вам Если моя догадка верна вы можете провести меня с

- собой.

- Конечно, покажу^1 - Айлин с сожалением оторвалась от него и порадовалась, что совсем не красит лицо, даже глаза не подкрашивает - иначе позорно испачкала бы светлый камзол - Простите, у вас есть платок? Я такая дура.. Я не хотела вас испугать или расстроить, честное слово!

- Ну что ж. во всяком случае, я рад, что вы нашлись' - Кармель. улыбаясь, протянул ей белый платок, которым Айлин тут же вытерла глаза. - Ничего удивительного, вам всегда хватало нескольких минут, чтобы обеспечить себе... увлекательные приключения. А тут я оставил вас на целых полдня!

- Зато я там ничего не трогала! - возмутилась Айлин. - Только посмотрела от самого входа и сразу вернулась! Ну, почти сразу!

- Изумительная осторожность и выдающаяся осмотрительность. - серьезно согласился Кармель, предлагая ей руку.

- Айлин взяла ее и повела разумника в нужную сторону. На миг она успела испугаться, что портал не откроется но голубоватое сияние вспыхнуло ровно в том же месте Шаг, второй, третий... И они с Кармелем оказались в уже знакомой лаборатории!

- Баргот меня... - изумленно выдохнул Кармель и осекся, оглядываясь вокруг.

- Потом, двигаясь плавно и осторожно, как огромный кот. крадущийся к добыче, подошел к стеллажам посмотрел на книги... Айлин. не утерпев, пошла следом. Названия на корешках читались не все, а те. что можно было разобрать, казались довольно странными. «Боль и сладость испытания себя», «Зеркальные пути - и куда они не ведут». «Жизнеописание хозяина трав и ветров», «Истинное и зерное применение серебряных игл и золотых наперстков»...

- Вы знаете эти книги? - кивнула она з сторону маленькой библиотеки на стеллажах. - О чем они?

- Трудь древних барготопоклонников. - рассеянно отозвался Кармель. - Полагаю, Денвер воровал их в хранилище Ордена - его должность это позволяла - и передавал Морхальту. Кое о каких книгах из этого собрания даже я только слышал. И мне, кстати, з свое время их прочитать не позволили, хотя я подавал запрос как историк Ордена. Думаю, их следует вернуть обратно.

- И даже не прочитаете? - поразилась Айлин.

- Это... немалый соблазн. - задумчиво согласился Кармель. Помолчал и добавил: - Однако изучение истории позволило мне понять, что не всем соблазнам стоит поддаваться.

- Отойдя от книжных полок, он пошел по лаборатории, разглядывая столы и артефакторный щит. Айлин же заметила что между стеллажами, незаметное со стороны, висит большое зеркало в старинной серебряной раме Стекло сохранило удивительную чистоту и глубину, может потому что на него не падали солнечные лучи - а от магических ламп зеркала не портятся. Айлин с любопытством заглянула в зеркало, увидела свои припухшие глаза и чуть покрасневший нос. насупилась, заправила за ухо зыбившийся из прически завиток.

- El cabron de mierda dejaba a su familia en la indigencia mientras derrochaba ei oro en sus putas ideas pervemdas! - прорычал разумник, и Айлин вздрогнула, а потом с испугом глянула в его сторону. Кармель, стоя в центре звезды спиной к Айлин, разглядывал пол у себя под ногами. Никогда, ни единого раза она не слышала в его голосе такого гнева и ярости! Но что же он такое сказал? И почему?!

- Она тихонько кашлянула, и разумник замер, словно окаменев, потом медленно обернулся и Айлин увидела, как исказилось его лицо - словно Кармель изо всех сил пытался успокоиться и перестать злиться, а у него все никак не получалось.

- Простите, моя дорогая. - произнес он голосом, все еще полным гнева. - Я не должен был говорить это при вас.

- «А, значит это была ругань' - сообразила Айлин. - Впрочем, я могла бы догада-ься и раньше, что же еще можно говорить в такой ярости?!-

- Ничего страшного, я все равно ничего не поняла. - заверила она и поспешно уточнила: - Зы знаете, что это за металлы, правда?

- Разумеется. - откликнулся Кармель уже с заметным удивлением в голосе. - Это зол ото, моя дорогая. Что, кроме золота, используется для изготовления артефактов подобной силы? Боюсь, я не совладал с собой именно по этом причине Стоит вспомнить, как жили почтенная супруга вашего деда и его дочери...

- Золото? - ошеломленно уточнила Айлин. - Но его веда... так много' И зачем? Нет. подождите, я помню у золота самая высокая магическая проводимость и способность накапливать магию! Но как золото может быть разноцветным?!

- О, ничего сложного, стоит всего лишь добавить к чистому золоту некоторые присадки, - отвлеченно откликнулся разумник, и Айлин насторожила уши. - Вы ведь знаете, что золото в чистом виде редко используется в артефакторике" Оно слишком мягкое, но достаточно сохранить три четверти чистого золота, чтобы магические свойства не ухудшились. А вместо последней четверти добавляются другие металлы. К примеру, серебро медь и кадмий б неравных долях - добавил он. указав взглядом на темно-зеленый луч. - Или только медь для красного цвета, вендий или железо для синего, полагаю, тут все-таки железо...

- Он осекся, перевел взгляд на Айлин и удивленно нахмурился

- Айлин. это программа четвертого курса общей артефакторики и алхимии^1 Неужели вы действительно не знали?!

- Айлин почувствовала как запылали уши. и потупилась, не желая признаваться, что целую неделю до экзамена они с Саймоном тайком от всех - даже от Дарры! - составляли невидимые чернила, настроенные только на ее собственную ауру, а в день экзамена влезли через окно в аудиторию, выбрав момент когда магистр Адальред отлучился, а остальная комиссия еще не собралась, и быстро пометили те билеты, которые Айлин успела выучить. Да. нечестно! Но уж семь баллов по алхимии она за эти чернила заслужила точно а леди Уинн поставила только четыре балла, да и то с третьего раза^1

- Наверное, я не очень хорошо запомнила именно эту тему. - призналась она. - Зачем вообще некромантам артефакторика с алхимией? Ведь я же никогда не буду делать артефакты!

- А зачем артефакторика с алхимией разумнику? - незозмутимо поинтересовался Кармель. - Может, как раз для того, чтобы понимать, с чем имеешь дело?

- Он снова указал взглядом на звезду, и Айлин окончательно покраснела.

- Я... перечитаю учебник. - пообещала она. - Вы правы...

- И, чтобы сменить не слишком приятную тему, подошла к портрер/. Кармель последовал за ней, и они вдвоем посмотрели на леди Вольдеринг.

- Имена ваших тетушек, - мгновенно понял разумник то же самое что и Айлин. - Похоже, лорд Морхальт всемерно... чтил эту даму. Назерное. гордился родством сТремя Дюжинами

- Я точно знаю, что никогда ее не видела. - призналась Айлин. - Но все-таки она кажется мне.-, знакомой.

- Не удивлен. - согласился Кармель. переводя взгляд с портрета на Айлин. - Вы очень похожи. У вас другие глаза и волосы, моя дорогая но ее черты лица отражаются в вас, как в зеркале . Кстати, у вашего деда был з точности такой же оттенок глаз, когда я у него учился. С возрастом они выцвели, став гораздо бледнее, но когда-то были именно такими. И у леди Гвенивер... - он вдруг осекся

- Но у нас с ней одинаковый цвет глаз^1 - пораженно возразила Айлин, и Кармель медленно кивнул.

- Да. Ярко-зеленый, как весенняя траза. Но я готов поклясться, что ее глаза были того же цвета, что и у лорда Морхальта, а потом... потом они изменились. Хотел бы я знать, как это возможно!

- Айлин вдруг вспомнила, что леди Гвенивер терпеть не могла смотреться в зеркало. Даже когда Мод делала ей прическу, она сидела, глядя на подол, на стол, в шкатулку с украшениями или вовсе закрыв глаза. - но в зеркало не смотрела, словно ей было неприятно себя видеть.

- «•Почему я никогда не замечала, как это странно?! - удивленно подумала Айлин. - Ведь леди Гвенивер так любила украшать себя, придумывать новые прически, с отменным вкусом подбирала украшения... и не любила собственное отражение!»

- Из пяти дочерей рыжие волосы и зеленые глаза своего отца унаследовала только она. - так же медленно, словно размышляя, продолжал разумник. - Глаза лорда Морхальта утратили цвет от возраста, это вполне естественно. Однако как их цвет мог измениться у молодой здоровой женщины? И этот цвет она передала вам...

- Леди Гвенивер ненавидела своего отца. - тихо сказала Айлин - Раньше я не задумывалась об этом, но после замужества она не поддерживала с ним никаких связей Даже с праздниками не поздравляла, а ведь это... самые основы этикета. Никогда не ездила с визитами, не возила нас.. И он тоже не приезжал и не писал писем, как будто забыл, что у него есть дочери и внуки. А она... она даже свое отражение не любила, потому что оно напоминало, на кого она похожа...

- Элоиза его тоже терпеть не может. - задумчивым эхом отозвался Кармель - Впрочем учитывая, как он с ними обходился... Айлин, вы представляете, сколько стоит обстановка этой лаборатории? Артефактный щит, залитая золотом звезда, работа мастеров.. А между тем. ваша родная мать и ее сестры сами шили себе платья и белье, да и того у них не было в достатке. Мне... неловко об этом говорить но у пятерых благородных девиц на выданье было всего две пары выходных туфель - поэтому они никуда не ездили вместе только по очереди Одну пару делили между собой две старшие сестры, одну - три младшие..

- У них был одинаковый размер? - поразилась Айлин и осеклась, увидев ззгляд Кармеля полный сочувствия. - Или... нет?

- Боюсь, что не совсем. - вздохнул магистр. — При мне у Гвенивер однажды слетела туфелька прямо с ноги, и ваша мать... она расплакалась от стыда. А заштопанные и перешитые платья и вовсе были обычным делом Я часто бывал у Морхальта и всегда старался привезти какой-то пустяк, дозволенный не поклоннику, а обычному гостю - пирожные к шамьету, цветы в корзине с лентами .. И когда потом видел эти ленты в прическе у Брайд или Мэйв, удивлялся неужели магистр гильдии не может позволить себе достойно содержать дом и дочерей? А он заливал золотом Барготову звезду!

- Он передернулся с таким отвращением, что Айлин почувствовала жгучий стыд за человека которого совсем не знала. Ей вдруг необыкновенно ярко вспомнилось, как негодовала леди Гвенивер от малейшей порчи одежды или обуви... Как тщательно велись хозяйственные расходы, и кухарка, думая, что маленькая Айлин ее не слышит, ворчала на скупость леди, у которой денег довольно, а она считает каждую банку шамьета и барг муки или соли... О да. леди Гвенивер знала цену каждой ленточки, которую горничные вплетали в косы ее дочери И хотя этих лент всегда было достаточно, они были дорогие яркие и безупречно подобранные к платьям, не дай Благие было испачкать или потерять хоть одну из них!

- Что-то мучительно и горько заболело у Айлин внутри Она всегда считала, что к ней строги лишь потому, что не любят.. Но ведь леди Гвенивер и себе не позволяла ни малейшей неаккуратности это прощалось только обожаемому Артуру, копии отца, воплощению Ревенгара...

- Наверное, она была очень рада, когда батюшка к ней посватался? - прошептала она старательно сдержизая слезы, который уже в который раз за этот день пытались навернуться на глаза

- Все дочери магистра Морхальта выходили замуж за первых, кто к ним сватался - уронил Кармель. - Кроме вашей матери. Она была очень красива и имела основания надеяться на выгодную партию. Так и случилось. Ваш отец влюбился в нее с первого взгляда, и ему было безразлично, что предмет его любви - бесприданница в поношенных туфлях. Разумеется, между наследником Ревенгаров и простолюдином с магическим дворянством выбрать было не так уж сложно. Но я не хотел бы. чтобы вы подозревали ее в корыстности Дориан был молод, хорош собой, обаятелен и неотразим в своей искренности. Он был рыцарем, который спас ее. словно принцессу - из пеицеры дракона Неудивительно, что она его полюбила, странно, если бы этого не случилось...

- Она его любила. - тихо сказала Айлин. - Его и Артура. А меня - нет. И себя, пожалуй, тоже... Кармель. дазайте вернемся в дом^7 Только эта тетрадь на столе... Там. наверное записи лорда Морхальта? Ее нужно взять.

- Разумеется. - согласился разумник.

- Подойдя к столу, он провел рукой над тетрадью, проверяя магическую защиту - Айлин только вздохнула от собственной беспомощности.

- Я могу прочитать эти записи? - спросила она. не особо надеясь на согласие, однако разумник, немного поколебавшись, кивнул и протянул ей тетрадь.

- Они ваши по праву наследницы. - сказал он. - Из потомков Морхальта лишь вы магически одарены, а это имело для него огромное значение. Полагаю, именно поэтому портал и открылся для вас. Мы думали, что доступ в его лабораторию зачарован на родовую кровь, а оказалось, что он требует еще и наличия магии в этой крови И оаспознает искру даже через браслеты Хитроумный старый ублюдок! - в голосе разумника слышалось злое восхищение. - Айлин. прошу вас. что бы вы ни прочли в этих записях, ничего не решайте сгоряча. Я не буду требовать непременно показать их мне, но. магистр проводил страшные опыты. Я ознакомился с докладом некромантов, которые чистили могильник, найденный в саду. И меня - меня' - после этого несколько ночей мучили кошмары. Вы ничего не знаете про своего деда... и мне жалэ. что это знание окажется жутким...

- Я буду осторожна, — сказала Айлин. прижимая к себе старую пухлую тетрадь - И вы тоже сможете прочитать эти записи, обещаю. Я... не уверена, что пойму их - но вы ведь мне поможете?

- Кармель молча кивнул и предложил ей руку.

- Подходя к порталу, Айлин обернулась и снова посмотрела на портрет Элоизы Вольдеринг То ли потому, что эта леди носила имя ее любимой тетушки - и неважно, что наоборот! - то ли потому, что они с Айлин и вправду были похожи, она вдруг почувствовала странное желание непременно узнать, почему ее дед почитал эту женщину настолько, что назвал ее именами всех своих дочерей И какие страшные тайны скрываются в этой тетради, такой безобидной на вид...

- Вы. наверное, проголодались? - спросил Кармель. ведя ее по дорожке к дому. Пушок трусил за ними следом, его когти цокали по каменным плиткам, и этот звук привычно успокаивал Айлин - Я велю немедленно подавать обед, только переоденусь в домашнее

- Письма! - вспомнила Айлин. - Мне нужно отправить письма тетушке и... в особняк бастельеро. Если хотите, можете их прочитать!

- Читать ваши письма? - с удивлением уточнил Кармель. - С какой стати? Думаю вы и сами понимаете что стоит соблюдать осторожность, чтобы лорд Бастельеро не узнал, где вы скрываетесь Не беспокойтесь, я отправлю ему письмо таким образом, что его не получится отследить И, кстати, мне тоже нужно известит» его величество, что вы в безопасности Как хорошо, что хотя бы сейчас я могу сказать это с полной искренностью - когда смотрю на вас и держу за руку. - добавил он с улыбкой.

- Кармель' - возмутилась Айлин. тоже улыбаясь. - Ничего же не случилось!

- Ничего. - согласился разумник. - Но завтра я снова отправлюсь на службу. Очень вас прошу, если вы совершенно случайно найдете портал, который буде~ вести з святилище северных богов, во дворец чинскогс императора или к альвам. Просто подождите меня! Обещаете?

- В его голосе слышалась усмешка, не обидная, а ласковая, и потому Айлин лишь для вида надулась но тут же не выдержала:

- Обязательно подожду! А что. к альвам можно добраться порталом?!

- Благие Семеро... - простонал магистр и рассмеялся. - Понятия не имею' Надеюсь, что нет' Во всяком случае, из моего сада!

- Первый оказался курьером из Академии с каким-то маловажным вопросом от секретарей, второй - из дворца, с холодно-вежливым сообщением от службы канцлера, что поиски леди Бастельеро ведутся, но пока безуспешны И вот - третий! Не курьер, а уличный оборванец Неужели наконец-то след?1

- Добрый господин. - объяснил крысеныш. - Подошел на рынке, спросил, не хочу ли я заработать. А кто не хочет? у меня мамка болеет. Дурная болезнь у нее. Я теперь один в доме работник А господин письмо дал и сказал куда отнести. Целую серебруху отвалил, пусть ему Милосердная Сестра улыбнется...

- Как выглядел господин? - нетерпеливо прервал его Грегор

- Южанин он, - уверенно ответил мальчишка. - Морда черная волосы тоже черные. Сам худой, как они все Ростом небольшой, вот как ваша милость. Одежа на кем темная, но хорошая. Вроде как на слуге из приличного дома или на мастеровом из тех, что на себя работают.

- -Южанин?! Снова южанин, как напавшие на Айлин фраганцы! Мог мальчишка не распознать фраганца? Еще как мог. все южане похожи друг на друга, а уж для крысенка из трущоб...»

- Где он должен ждать ответа? - спросил Грегор. совершенно не надеясь на такую удачу.

- Мальчишка замотал головой так. что всклокоченные лохмы заметались в воздухе

- А нигде. Он письмо и деньгу дал, да и пошел себе Сказал ответа все равно не будет. А больше ничего и не сказал. Можно, я теперь пойду, ваша милость?

- Грегор не без труда отогнал возникшее вдруг желание отказать. Глупо, мальчишка сказал все. что знал, и не скажет ничего нового, даже если запереть его под замок. Напротив, может начать врать, чтобы угодить «его милости». Нет уж. пусть проваливает к Барготу'

- Острое разочарование полоснуло по сердцу. Кто бы ни послал крысеныша. человек это был неглупый и опытный в скользких делах Даже если допросить мальчишку с помощью разумника... Наверняка тот. кто нанял полдюжины головорезов, не пренебрег такой простой предосторожностью, как амулет личины.

- Иди, - бросил Грегор и торопливо сломал печать.

- Помедлил несколько мгновений, развернул листок, пробежал его глазами...

- И отшвырнул, словно ядовитую гадину, всадившую клыки в ладонь Нет, прямо в сердце^1

- Почерк принадлежал Айлин. В этом Грегор не усомнился ни на миг - сколько раз за шестэ лет в Академии ему случалось видет» этот почерк! С каким трудом он разбирал невозможные каракули, призывал на кудрявую рыжую голову милость Претемнейшей и вопрошал сам себя, неужели невозможная девчонка не может писать хотя бы немного более разборчиво? Сколько раз он гадал, вот этот шестипалый след умертвия на листе - это «ариф • или «солле»7 А может быть, вообще семерка?

- Правда, сейчас почерк был намного разборчивее но несомненно принадлежал той же руке, и - о Претемная! - лучше бы Грегор не смог разобрать написанное!

- Подала прошение о раздельном проживании?! Иными словами, поспешила указать, что эту мерзость придумал не лорд Аларик. а она сама? Или Грегор просто видит тайный смысл там где его нет? Но какое это имеет значение?! Кто бы ни принял решение, они оба предали и его. и род!

- Не обратилась за помощью к родным, предусмотрев вернее, попросту струсив встретиться лицом к лицу с ним^1 С законным супругом, который готов был выполнить любой ее каприз! Не дать даже ветерку подуть на эту. эту...

- Грегор задохнулся рванул ворот камзола, по полу что-то застучало, зато наконец получилось вдохнуть.

- «Нужно успокоиться, - подумал он, старясь дышать ровно, глубоко и медленно, хотя в груди просто горело, умоляя схзатить побольше воздуха как можно быстрее. - Нужно... Айлин похитили, я знаю это совершенно точно Письмо запечатано ее печатью... Род Дориан! Благие Семеро, что за насмешка! Глупая зыдумка проклятого бастарда^1 Род из одной-единственной женщины! Представляю, как потешался бы Дориан Ревенгар^1 Неважно, неважно. Письмо запечатано ее печатью, но это ровно ничего не значит... Перстень могли попросту снять, это правда но этот чудовищный почерк не так-то просо подделать. Писала она в этом нет никаких сомнений, но что. если ее попросту вынудили? Заставили угрозами, ведь без магии она совершенно беспомощна...»

- Понимая, что ищет упыря в пустом склепе, и все же не в силах отказаться от глупой надежды. Грегор поднял мерзкое письмо и вгляделся з него, не позволяя себе провалиться в смысл слое, но вглядываясь в их начертание, как учил ьогда-то дед.

- Ровные строки - значит, ее рука не дрожала, а от гнева или страха дрогнула бы непременно. Значит, о принуждении не может идти и речи. Взвешенные осторожные слова - о, такие осторожные и учтивые, словно письмо предназначено опасному враг/'

- Грегор с трудом подавил гнев. Нет. нет. не сейчас... Тщательно подобранные слова означают, что у нее было время как следует продумать письмо. Ее не торопили^1

- Дорогая бумага - гладкая, белая и очень чистая. Письмо писали в полном удобстве, иначе остались бы какие-то следы, пятна или потертости... Отличные чернила... Что ж. чернила и бумага не скажут ничего, кроме того, что она скрывае-ся в достаточно обеспеченном доме. У Элоизы Арментрот? Едва ли К госпоже Арментрот ^йлин искренне привязана и точно не захочет навлечь на нее гнев Грегора

- В собственном подаренном королем поместье? Немыслимая глупость^1 Она ни разу там не была, у нее нет магии, чтобы защититься, она даже не знакома со слугами и ни за что не была бы так спокойна в незнакомом месте, даже если допустить, что в усадьбе где давно не живут хозяева, найдется такая дорогая бумага и чернила!

- Нет, это должно быть хорошо знакомое ей место. Место, где она чувствует себя в полной безопасности но если это не дом родственников или друзей то чей же?

- «Любовника - бесстрастно подсказал холодный и спокойный голос рассудка - Ты долго не хотел замечать очевидного. Грегор. Но теперь, наконец, придется. Она не хотела становиться твоей женой. Она столько раз отказывала тебе, но ты. ослепленный собственной любовью, ничего не желал слышать! А ведь Беатрис предупреждала тебя^1 Беатрис была мерзкой ядовитой гадиной, но ей нельзя было отказать ни в уме. ни в наблюдательности.. Эванс и Претемнейшая говорили о том же... Да ведь ты и сам понимал, что она не любит тебя: Понимал, но гнал от себя эти мысли' Теперь отогнать их не получится Но кто? Кто может быть ее любозником?'»

- Он стиснул письмо в кулаке, сминая плотный лист, и зажмурился почти до боли.

- «Король? Король мог бы подстроить похищение. Его фехтмейстер - фраганец, он мог бь свести своего выкормыша с соотечественниками. Нет. Опять глупость. Фраганец учил Айлин. он знал, что она не позволит себя похитить, зачем ему смерть других фраганцез? К тому же, их все равно пришлось бь убирать, чтобы избежать сплетен' Да и зачем королю похищать ту. которой он уже дал право раздельного проживания? А мог бы дать и разрешение на развод, и просто пригласить ее во дворец... и навещать ее где угодно. . Нет. Это не король и, уж конечно, не Фарелл. Дочь Дориана Ревенгара никогда не спуталась бы с простолюдином, пусть и возведенным в дворянское достоинство. Но кто же тогда? Она почти не знала мужчин, кроме тех с кем дружила в Академии....»

- Грегор открыл глаза

- 3 Академии. - повторил он вслух. - Вот оно. Кроме короля и Фарелла, она была близка только с Аранвеном и Эддерли. Саймон вряд ли пришел в себя, к тому же магистр Эддерли поклялся что его род не причастен к похищению. Но на письме была их печать...

- Звук собственного голоса странно успокаивал разгоряченный разум, и Грегор говорил все медленнее и тише

- Печать была подлинной или очень хорошо подделанной. Откровенную фальшивку я заметил бы непременно, слишком уж часто видел подлинник. И кто же мог раздобыть подлинную печать? Аранвены, бывающие у Эддерли так часто, что это не вызовет никаких подозрений! Дарра собирался жениться на Айлин... Правда, она утверждала что он только ее друг, но могла ли она солгать? Конечно, могла, смогла ведь предать мужа... Я не помню почерка Мариан. но мог ли Дарра его подделать? Разумеется, ведь он так хорошо его знал! Нанять фраганцез заранее зная, что их убьют? Очень в духе Аранвенов Дарра отстранил меня от расследования! Дарра забрал тела, которые я мог бы допросить, и нет ни малейших сомнений, что к тому времени, как будут готовы поисковые амулеты и я смогу узнать имена фраганцез. их души будут упокоены со всей тщательностью. Проклятье... Трижды, сотню раз проклятье! Как я мог быть таким слепцом?!

- «Прошу вас прекратить мои поиски...»

- Грегор почувствовал, как мелко, безболезненно, но раздражающе задергалась щека.

- «Я не буду ее искать, - подумал он. с удивлением поняв вдруг, что гнев, ярость и боль куда- то исчезли, а на их место пришла страшная, оглушительная пустота. - Я не поеду в дом Аранвенов и не стану требовать ее возвращения. Иначе... я убью ее Ее и ее любовника. Убью непременно, и эта смерть не будет легкой и быстрой как у той шлюхи. И меня казнят, потому что бастард не простит мне смерти своей фаворитки Видит Претемная. меня не остановила бы смерть! Но мой сын останется сиротой и кто его воспитает? Лорд Аларик-старший? Или бастард, предусмотрительно ставший восприемником Аларика Раэна? Страшно представить, что из него вырастет с такими воспитателями! К тому же Дарра - наследник Аранвенов. его смерть - повод для кровной мести Пусть даже Ангус не переживет смерти единственного сына, но останется Немайн. есть еще младшая ветвь... Что. если они решат мстить моему сыну? Если я убью Дарру. мой ребенок будет в безопасности только после смерти всех Аранвенов О, как я сейчас понимаю деда! Хотел бы я знать, как ему удалось то. что он совершил' Но нет. жизни одной проклятой шлюхи и ее любовника не стоят смерти целого рода или даже двух родов' И тем более не стоят того, чтобы мой сын рос сиротой...»

- Он медленно, с усилием разжал ладонь, и лист бумаги, скомканный и истерзанный, упал на ковер Грегор проводил его невидящим взглядом и подумал, что сегодня сделает то. чего давно уже не делал Со времен смерти Малкольма и Разлома.. Напьется прямо в кабинете, наедине сам с собой Хоть немного заглушит боль, терзающую изнутри, рвущую сердце, словно упырь - когтистыми лапами Но только сегодня! Нельзя уподобиться Колому, который сдался собственной слабости из-за женщины Позорной омерзительной слабости' Не-е-ет Грегор так не поступит' У него сын' Любимый наследник, единственная надежда рода Бастельеро. и нужно справиться с болью ради него...

- Так что Грегор позволит себе один-единственный вечер. А завтра - на службу Держать лицо, отвечать на сочувственные вопросы - будь прокляты эти лицемеры! - слышать шепотки за спиной. Желательно никого не убить, как бь ни хотелось! Заняться делами... У него ведь так и лежит новый вариант орденского закона о простолюдинах, а еще есть прошение от Карлонской империи, желающей основать у себя магическую Академию... Нет, просто академию, потому что истинная Академия - всего одна и всегда будет принадлежать Дорвенанту... Но ее восточная ветвь под покровительством Семи Благих - это хорошо, это правилен©, ибо служит к вящей славе Ордена. Дел хватит^1 И можно, даже нужно погрузиться в них с головой, чтобы забыть... Баргот как же больно^1 За что она с ним так?1 Просто - за что?! Чем он заслужил предательство от той которую любил всем сердцем?! Неужели дед был прав, и даже лучшие из женщин не способны на верность и чистоту?1 Кто его предал - Айлин или сама Претемнейшая?!

- Письмо белело на ковре, не отвечая на зопросы, и Грегор наступил на него, с мучительным наслаждением растирая бумагу, словно живое существо, ненавистное и отвратительное

- Глава 6. Один обед и два ужина

-

- Ночь Лучано провел в обществе прекрасного, умного и изысканного грандсиньора. Восхитительная была бы ночь - если бы грандсшьор не звался Даррой Аранвеном^1

- Конечно, никакой необходимости в присутствии Лучано при допросе погибших фраганских наемников не было, напротив, грандсиньор Аранвен проявил немалую любезность, позволив постороннему присутствовать при ритуале. Однако его любезность совершенно не помешала Лучано промерзнуть до костей - души пришлось призывать там же. где хранились тела, то есть в леднике, а холодильные артефакты здесь рабэтали на совесть' Вдобавок, ритуал оказался долгим и утомительным даже для зрителя К рассвету Лучано вымотался так, что мечтал лишь об одном - упасть на кровать... или диван . да что там. подойдет даже плащ' - и заснуть хотя бы до полудня.

- Так он и сделал, из последних сил добравшись до собственных покоев и вознеся горячую молитву Великому Безликому чтобы во сне ему ни в коем случае не явился благородный и замечательный во всех отношениях грандсиньор Дарра или... хм .. объекты его работы.

- Великий Безликий проявил милость, хотя милость эта как зачастую бывает, оказалась не без подвоха.

- Всю ночь Лучано смотрел оперу. Во сне он смутно подозревал, что действие происходит не в Итлии. а на главной сцене Гранд Опера, и вынужден был признать, что фраганцы на этот раз превзошли сами себя

- Началась опера, как ей и положено, с увертюры во время которой зрители смогли изучить либретто и узнать, что в некой дальней стране Дсрвендейл случилось ужасное происшествие - открылся Разлом, погубивший почти всю правящую семью и угрожающий миру нашествием демонов. Имена примадонны и пезцов исполняющих главные партии. Лучано были решительно незнакомы, но оперу он обожал и, наметанным глазом оценив богатство постановки по декорациям, приготовился к выдающемуся зрелищу.

- Зрелище не разочаровало!

- В первой же каватине маг-некромант по имени Георг Бостильермо роскошным драматическим баритоном известил зрителей что намерен принести в жертву Астора. последнего бастарда королевской крови, жениться на королеве и узурпировать трон. Разумеется, его подслушала невинная девица Длейна, ученица мага и пришла в ужас. На невинность девицы, согласно оперным традициям, указывало ее белое платье и распущенные волосы, украшенные веночком из белых роз. Пезице, правда, по самым скромным прикидкам Лучано. было далеко за тридцать, а роскошной грудью она могла бы снести Георга со сцены, если бы сделала еще шаг из-за бархатной портьеры, но это же опера! Лирическое сопрано

- «дрвицы». rd нгакпм гпучлр. яяучдпп прплипсиио Яппдрй Впгтилкррмп отправился дрпдть

- предложение королеве, а девица Алейка. излив душу в страстной молитве Претемнейшей бросилась спасать принца.

- Вторая картина порадовала дивный дуэтом Георга и Беатриче, вдовой королевы Дорвендейла - грудное контрапэто и венок из черных шелковых роз. Королева добродетельно отказывала Георгу, клялась вечно блюсти траур по супругу и сыновьям, а также просила у Благих защитника для страны и опустевшего престола. Как и следовало ожидать зрителям тут же показали принца-бастарда в белокуром парике и с двумя позолоченными секирами. Лирико- драматическим тенором принц Астор спел как скорбит по отцу, которого не знал а потом они с Алейной слились в крещендо выясняя, кто сильнее любит родной Дореендейл и потому должен собой пожертвовать. Лучано покосился на соседей по партеру, вытирающих умильные слезы, и понял, что за малейший намек на улыбку его побьют прямо здесь

- Второй акт начался сценой поединка месьора Альбера, приемного отца бастардо, и капитана Кастельмора. влюбленного в королеву. Благородные дворяне сошлись в бою из-за трагического недопонимания и коварных интриг злобного Бостильермо. Проиграв, капитан попытался заколоться, месьор Альбер выбил у него рапиру, но сам упал на руки капитану пропев, что открылась старая рана.. Разумеется, капитан тут же обещал позаботиться о столь великодушном противнике, заодно поклялся отомстить Бостильермо. и два идиотто. то есть прекрасных синьора, уползли со сцены, поддерживая друг друга.

- Лучано с нетерпением ожидал появления самого себя - и дождался^1 В трактире к Алейне и Астору прибился наемник Люсьен, здороЕяк на голову выше бастардо и с такой походкой, словно у него болели колени. Помахав позолоченным кинжалом размером с двуручник, он поклялся спутникам в верности, но уже в следующей сцене первой в третьем акте, выдал все свои секреты, сгорая от лихорадки. На дуэте Люсьена и Алейны, где первый признавался в любви к Алейне, а вторая - к Дорвендейлу и принцу, Лучано вжался в кресло и прикрыл глаза, опасаясь, что это зрелище останется с нум до конца жизни, однако прекрасное лирическое сопрано Алейны и недурной тенорьезе Люсьена не позволяли отвлечься

- Соседка Лучано по креслу справа почтенная дама лет на двадцать старше примадонны и сходного с ней телосложения всхлипывала, утирая слезы надушенным платочком...

- Потом, разумеется была деревня хор 1ризраков. акробатические номера Пушка, которого изображал юноша в белом меховом костюме, и нападение енотов Еноты - мальчики в полосатых трико - привели зал в восторг а когда самый маленький из них встал на колено перед Алейной и жестами попросил взять его с собой, на сцену полетел первый букет Лучано обреченно закрыл глаза и тут же их вытаращил - Астор. маленький енот и Люсьен пели трио как любят Алейну и Дорвендейл:

- На сцене со злобным колдуном Дервельграссом Лучано уже со всем смирился. И с тем, что колдун расхаживал по оперному лесу в черной бархатной мантии со шлейфом, и с тем. что уничтожил его. оказывается, бастард причем в поединке на ариях И даже с тем что над трупом Дерзельграсса Пушок и Перлюрен жонглировали секирами бастарда и кувыркались в воздухе, пока Алейна пела, как мечтает отдать принцу свое сердце.

- Конечно, соседка справа рыдала, как же иначе. И. конечно, на сцену сноза полетели букеты

- Когда бастард и Алейна запели, выясняя, кто из них должен пожертвовать жизнью. Лучано испытал невыносимое желание заткнуть уши и закрыть глаза, однако досмотрел сцен? до конца. Никакого грандсиньора Дункана эта версия событий, увы, не предусматривала Невинная Алейна пожертвовала собой, шагнув в увитую черно-алым шелком арку, бастард сначала долго молился Благим, потом попытался кинуться за ней, но тут с другого края сиены появились Претемнейшая п Баргот, чтобы поспорите за душу Алейны. Пока бастард махал секирой на зловеще хохочущего Баргота, мальчики в белом и полосатом отвлекли Претемнейшую. а Люсьен через арку увел Алейну в мир живых, и зсе выдохнули.

- Сосед слева от Лучано, пожилой мрачный синьор с лицом, исчерченным несколькими старыми шрамами, принялся всхлипывать и сморкаться в огромный платок, приговаривая, что никогда не видел такой душераздирающей сцены

- Беллиссимо. - слабым голосом подтвердил Лучано - Грандиозо... Не знаете скоро финал?

- Ах, если бы эта опера никогда не кончалась! - шепотом воскликнула соседка справа, сосед слева закивал, и Лучано окончательно почувствовал себя лишним среди приличных чувствительных людей, обожающих искусство.

- Финал, впрочем, не заставил себя долго ждать. Как и положено, было много арий. Ария Кастельмора. признающего:я в любви королеве, ария принца, признающегося в любви Алейне. ария Бостильермо, признающегося, что проиграл и достоин смерти. Если бы еще Люсьен признался в чем-нибудь. Лучано. возможно, сам разрыдался бы. но. к его радости, наемник великодушно отступил, г.сжелав влюбленным счастья и удалившись на подгибающихся коленях. Лучано решил поспе представления послать ему баночку мази от артрита жалко же человека...

- Пока на сцене весело казнили Бостильермо. потом играли сразу две свадьбы - Алейны с принцем и отрекшейся от престола королевы с капитаном Кастельмором а вернувшиеся еноты танцевали под предводительством Пушка. Лучано пролистал либретто, нашел имя компози_ора - ничего знакомого! - и вдруг увидел страшное. «Опера „Разлом" - гласило вступление к либретто. - Представление в пяти актах по выдающемуся литературному произведению авторства лорда Люциана Фарелла .»

- Я этого не писал! - возмущенно завопил Лучано... и проснулся'

- «Ну что за бред. - подумал он. облегченно вздыхая, и тут же поправил себя с некоторым сожалением: - А музыка была отличная? И пели очень недурно, особенно Астор и Алейна.. Им бы Люсьена поменять! Хотя пел этот бедолага с больными коленями неплохо.. Еноты в трико,

- упп nnhsnarfflr лд рг.пи fihl ятл ппрпд йыпл hp ппп нлг я fihl пгтапгя r япгтппгр г.кажрм уж честно! Ведь з оперу ходят не ради сюжета, а ради пения и музыки! А вдруг, вдруг и правда когда-нибудь про Разлом напишут оперу?! И е:ли она окажется хороша, то. какая разница, как там будут звать наемника принца и магессу? Я бы послушал...

- Он опять вздохнул, на этот раз мечтательно, и тут же насмешливо фыркнул Ну надо же грандсиньор Фарелли. собственного фонтана вам уже мало! И народных песенок про Разлом и трех героев, что его закрыли, тоже! Теперь вам в персонажи оперы захотелось!

- Переврут же все - пробормотал он. встав с постели и потянувшись всем телом - Вон. в моем собственном сне - и то какое безобразие получилось' И будет наемник из оперы похож на меня, как я сам - иа кота работы маэстро Коррадо всего сходства - лютня да характер! Кстати, а не заглянуть ли мне к маэстро? Помнится, он приглашал таинственную красавицу на ужин... Забавно получится!

- * * *

- Обед который им подали з небольшой уютной столовой, оказался простым, но сытным. Горячая мясная похлебка с пряными травами, тушеная с овощами ягнятина, несколько видов сыра, а на десерт - маленькие сладкие пирожки с вишней. Айлин осилила целых два и поняла, что переела, еще немного - и шевелиться не сможет.

- Ваш повар прекрасно готовит, - улыбнулась она с искренней благодарностью.- И шамьет варит как в доме у тетушки^1 Это арлезийская манера?

- Она самая. - улыбнулся в ответ магистр. - Итлийцы кладут больше пряностей и чаще 8эрлт с медом или сливками, а в Лрлезе говорят, что для правильного шамьета нужны медь огонь и вода - все остальное в нем и так уже есть Хотя пряности все равно добавляют... Высот мастерства нашего друга Лучано мой Алонсо не достиг, но очень старается. Хотя его руки больше привыкли к сабле и штурвалу, чем к поварешке

- Амина мне рассказывала... - Айлин с наслаждением пригубила шамьет и не утерпела: - Правда, что у него... роман сразу с двумя горничными? Я их видела, они очень милые и похожи как сестры.

- Это Алонсо и подвело, - заговорщицки понизил голос Кармель - Все началось, когда он случайно перепутал ночью комнату и вместо Луисы заглянул к Розе. А может, и наоборот, я уже не помню. Ну а утром, сами понимаете, простс побоялся признаться в ошибке! Вот с тех пор это и тянется Безобразие, конечно, однако я стараюсь не вмешиваться в личную жизнь моих слуг. Не так уж много у них развлечений вдали от родины... А как вам понравился дом?

- Он восхитителен! - призналась Айлин л покраснела, вспомнив про детскую. - Я еше не все увидела, но он такой необычный и красивый... Наверное... - Она замялась, но все-таки спросила: - Здесь ничего не осталось от... прежних хозяев?

- В библиотеке есть полка с детскими книгами и руководствами по ведению дома. - спокойно ответил магистр. - Они совсем потрепанные, но я приказал их сохранить. Кое-где там пометки женской рукой, но я не знаю, кто это писал. Впрочем. Элоиза наверняка помнит

- Тетушка очень за меня переживала? - встрепенулась Айлин. Она чувствовала, что говорит сумбурно, перескакивая мыслями с одного на другое но сосредоточиться на чем-то одном не могла. Ее переполняли разом облегчение от пережитого страха радость, что Кармель не причастен к ужасам, творимым ее дедом, вика за то. что она в безопасности, а батюшка Аларик и маленький Аларик Раэн остались в особняке Бастельеро... - Ой. простите, я не успела поблагодарите, вас за платье!

- Не стоит благодарности, - возразил магистр и окинул Айлин восхищенным взглядом - Оно изумительно вам идет. Ваша тетушка прислала весь ваш гардероб, который хранился у нее. и просила передать, что сошьет все недостающее как можно скорее. По ее словам, спасло меня только то. что о вашей пропаже она узнала от меня самого и одновременно с известием, что вы уже нашлись Иначе ее кара была бы страшна'

- Я никого не хотела потревожить. - призналась Айлин. и к ее хорошему настроению примешалось еще болоше зины. - Но если о моем исчезновении станет известно, столько людей будет переживать' Лучано с Апастором Дарра и Вороны. Артур. Иоланда... А я даже не могу их успокоить!

- Боюсь, моя дорогая, об исчезновении леди Бастельеро уже известно всей Дорвенне. - мягко сказал Кармель. - Мы. конечно, можем известить ваших друзей и близких, что вы живы и в безопасности, но чем больше будет этих людей, тем труднее сохранить тайну. Пока что она известна вашей тетушке, его величеству. Лучано и. частично лорду Аларику. Полагаю. Дарре тоже следует это знать тогда он сможет сосредоточиться не на ваших поисках а на похитителях. Но делиться хорошими новостями с остальными лично я бы подождал... Не потому, что не доверяю кому-то из них. просто жизнь полна нелепых случайностей.

- Вы правы! - кивнула Айлин. - Я... потерплю и буду надеяться, что меня простят Потом, когда это все закончится...

- Она допила шамьет и с сожалением посмотрела в сторону оставшихся на блюде пирожков.

- Если пожелаете перекусить до ужина, скажите Амине, она будет счастлива. - очень серьезно сообщил Кармель - У нее всегда имеется запас мауритских сладостей на любой вкус, уверен, вы их никогда не пробовали. А теперь простите, но я вынужден вас оставить. Его величество наверняка ждет от меня объяснений.

- Конечно. - кивнула Айлин - Передайте ему... Передайте, что я очень благодарна' И ему, и Лучано. и Дарре - за все. что они для меня делают...

- Она моргнула, торопясь остановить не вовремя навернувшиеся слезы - да что же такое с ней творится?! Словно все, что она сдерживала в себе эти бесконечные месяцы нежеланного брака, разом вырвалось на волю и теперь захлестывает разум и сердце волнами переживаний

- Непременно - Кармель встал и поклонился, Айлин поднялась следом и присела в реверансе, пряча смущение за привычным щитом этикета. - Еще раз прошу вас располагать этим домом как своим собственным. - уронил он и добавил мягко: - Ни о чем не беспокойтесь, моя донна

- Когда он вышел из столовой Айлин посмотрела ему вслед и тяжело вздохнула Легко сказать - не беспокоиться! А если ей нужно поговорить с ним о важных, но совершенно бесстыдных вещах о которых приличные женщины с мужчинами не разговаривают? Как тут прикажете не беспокоиться?! Вот тетушка Элоиза наверняка смогла бы это сделать, ничуть не уронив достоинства. Иоланда тоже сумела бы... И даже Кларисса умудрилась договориться с доном Каэтано, когда они увиделись впервые в жизни, причем под виселицей... И только она. Айлин, отчаянно трусит, словно... Лионора какая-нибудь!

- Но теперь у нее есть время до вечера, и стоит потратить его с толком. Наверняка Амина знает еще много интересного про этот дом и его обитателей. Нужно разобрать присланный гардероб, вычесать Пушка и найти в саду площадку для тренировки. Мауритские сладости - это прекрасно' И с ними тоже нужно познакомиться поближе! Но так. чтобы не превратиться в круглую булочку из фраганской сказки про сбежавший из дома хлеб-

- Амина вопросу про тренировочную площадку ничуть не удивилась и сообщила, что госпоже нет необходимости ее искать. На заднем дворе, который примыкает к саду, такая площадка давным-давно устроена. По утрам, а иногда и вечером, господин там дерется на саблях с Алонсо Не всерьез, конечно, а для этой... как ее... тре-ни-ров-ка^1 Там есть вкопанные в землю столбики, соломенное чучело и много чего еще. А если госпожа хочет разогнать кровь. Амина сама будет учить ее драться ножом и танцевать мауритские танцы. У госпожи легкая походка и точный глаз она непременно научится и станет еще милее сердцу господина. Мужчины любят женщин, которые умеют танцевать по-мауритски' А сейчас Амина просит госпожу показать свои наряды. Роза с Луисой научили Амину носить арлезийские платья, если нужно выйти из дома на рынок или куда-то еще. Но это простые платья для простых женщин, а у госпожи вещи такие сложные. Амина их никогда не видела и не знает, как одевать госпожу. Вот это. например, что? Это для тех. кто провинился? Наказывать их, чтобы больше так не делали?

- Это корсет - давясь смехом, объяснила Айлин - Чтобы талия была тоньше, и платье хорошо сидело

- Та-ли-я.. - с сомнением повторила Амина, разглядывая изящный шелковый корсет. - Ай, глупые женщины такое придумать^1 Чтобы женщина 8 пояс быть тонкий, грудь - высокий, бедра - пышный... Танцевать надо' Нож брать, бубен брать, кувшин брать' Что есть - все брать и танцезать^1 Тогда лицо будет румяный, глаза блестеть, ноги летать по ковер Мужчины смотреть, глаза не оторвать. золото дарить, жена хотеть! А это - тьфу! - Она с энергичным презрением встряхнула корсет. - Это надеть, тонкий быть! Потом снять, все назад - бух! Госпожа и так очень красивый, быть еще лучше! Амина лицо мазать мед и сливки, волосы мазать розовый масло, тело мочалка тереть! Амина порядок знает. Если 8 город ходить. Амина будет эта штука подавать. Дома зачем себя мучить? Женщина дома надо легко ходить! Платье длинный, мягкий! Не хотеть платье - рубашка и штаны носить! Зто не носить!

- Она положила корсет в груду остального белья и добавила как последний, самый веский аргумент:

- Грудь давить, живот давить - женщина нельзя. Ребенок носить - ребенок больной быть! Госпожа уже рожать?

- Да... - вздохнула Айлин и помрачнела. - Мой сын, он... в другом месте И я не могу его пока забрать. За ним хорошо смотрят, но..

- У госпожа сердце болеть, - понимающе подхватила Амина. - Ничего, господин утешить. Госпожа хорошо кушать. Амина масса делать, купальня делать трава хорошая варить. Госпожа много детей родить! Красивый, умный, сильный дети! Мальчики как господин, девочки как госпожа^1 Много детский смех - счастливый дом^1 Амина всех любить, как верблюдица - родной верблюжонок!

- Да. конечно...

- Айлин украдкой смахнула слезу, не зная, как объяснить замечательной, но такой простодушной мауритке что детей она не хочет. В ближайшее время, вo всяком случае. Она бы снова вытерпела ужас беременности и родов ради Кармеля, но лучше умрет чем приговорит их детей к судьбе бастардов, а пока брак с лордом Грегором не расторгнут, на ребенка, рожденного в этом браке, но не от мужа ляжет несмываемое клеймо бесчестья его матери И раздельное проживание здесь не имеет никакого значения!

- Давай разбирать вещи. - вздохнула она и решила сменить тему. - А чем закончился суд? Кто победил. Роза или Луиса?

- А, никто' - разочарованно махнула рукой Амина. - Этот подлый трус из кухня не выходить, прятаться' Говорить, ужин готовить^1 Особый ужин для господин и госпожа' Ничего. Амина его завтра поймать. Аркан кидать, как на верблюд'

- Айлин представила, как Амина подкарауливает Алонсо где-нибудь в саду, набрасывает на него аркан и с таким же серьезным лицом, как сейчас, ведет на суд, где Роза и Луиса тянут повара каждая в свою сторону. Ох, кажется. в этом доме точно не соскучишься.

- **

- Приятного аппетита, милорд, - вежливо пожелала Айлин и обвела стол, накрытый для ужина, растерянным взглядом.

- О, судя по немыслимо притягательным ароматам. Алонсо расстарался изо всех сил! Вот только меню обещанного «особого» ужина выглядело несколько странным.

- На самом большом блюде были затейливо уложены толстенькие нежно-розовые креветки которые часто подавались у тетушки Элоизы и были любимы и тетушкой, и самой Айлин. Нежно-зеленую спаржу украшал густой, маслянисто-блестящий соус, пахнущий остро и пряно. На другом блюде гежали незнакомые Айлин овощи, напоминающие шишки, только разрезанные на четвертинки, обжаренные до соблазнительной корочки и пахнущие незнакомо но приятно. Еще там были кусочки странного бело-розового мяса - или это рыба? - в густом белом соусе и тоже сдобренные пряностями... А последнее блюдо красовалось - Айлин не поверила своим глазам! - большими, не меньше половины ее ладони, ракушками, открывшими створки и фаршированными кусочками мяса... или там просто запекли их обитателей?

- Может быть, именно так принято ужинать в Арлезе?

- Она посмотрела на милорда магистра, постаравшись сделать это незаметно, и тут же убедилась что., похоже, все-таки не принято: взгляд Кармеля был куда холоднее, чем заслуживало великоле1ие на столе

- Что-то не так? - осторожно спросила Айлин. подавив желание взять приборы.

- Ни в коем случае. моя дорогая - сдержанно ответил тот и все-таки еле уловимо нахмурился. - Кажется. Алонсо счел себя обязанным позаботиться о приятном вечере для нас но несколько... переусердствовал

- Последнее слово он произнес, повысив голос, и Айлин услышала как за дверью тревожно охнули на несколько голосов. А она сама опять ничего не поняла!

- Вам не нравится ужин? - уточнила она. - Выглядит очень интересно и пахнет вкусно...

- Простите, я ни з коем случае не хотел испортить вам аппетит. - вздохнул Кармель и первым взял приборы, как положено хозяину дома. — Полагаю, придется все-таки объясниться, чтобы вы не считали меня капризным тираном . Бокал вина?

- Айлин кивнула, и он налил ей из бутылки золотистого вина с тонким нежным запахом, а потом продолжил:

- Все. что вы видите на столе, это традиционные арлезийские блюда, которые Алонсо отлично готовит Вот это, к примеру, тушеные в сливках осьминоги. - Он указал на бело- розовое мясо. - А это печеные мидии...

- А это? - Айлин с любопытством посмотрела на «шишки». - Спаржу я, конечно, знаю но такие овощи вижу впервые.

- Артишоки. - отозвался магистр. - Они вкусны и полезны, рекомендую попробовать Сложность в том, моя дорогая, что все эти кушанья: дары моря, спаржа с артишоками и вот этот салат из перепелиных яиц... Считается, что они наилучшим образом пополняют телесные силы и горячат кровь геред любовными играми.

- - Перед.

- Айлин глянула на артишоки, которые уже успела положить себе на тарелку, и неудержимо залилась краской. Так это ужин для любовников? И все в доме думают... знают еще и обсуждают наверняка!..

- Зот об этом я и говорю, - снова вздохнул Кармель. - Видит Всеблагая, меньше всего я хотел смутить или даже напугать вас. Кажется, я возмутительно распустил свою прислугу, если они позволяют себе устраивать заговоры - пусть даже эти заговоры проистекают из желания позаботиться обо мне. И о вас, разумеется. Возмутительная бестактность и невоспитанность^1

- Он опять немного повысил голос, и из-за двери послышался горестный вздох. Вряд ли там прятался сам Алонсо. скорее, Роза или Луиса ожидали приказаний а заодно стремились узнать, как хозяин оценит затею повара. Уши и щеки Айлин пылали, но она мужественно посмотрела на Кармеля и поинтересовалась:

- Так вы полагаете, нам не стоит.. это есть?

- Почему же? - слегка удивился разумник - Поверьте воздействие любовной кухни сильно переоценивают. Вряд ли перепелиные яйца и мидии способны разжечь огонь там, где нет ни топлива, ни искры для него Но все эти блюда действительно очень питательны вкусны и легки для пищеварения, в этом их истинное достоинство Попробуйте, прошу, и пусть вас не смущает их сомнительная слава.

- Айлин глотнула вина и робко попробовала артишок - вкус оказался великолепен! Уже смелее она взглянула на печеных мидий... Кармель галантно положил ей порцию и показал, как отделять нежное мясо от тонких раковин-лодочек.

- Их собирают ныряльщики на побережье Арлезы, - сказал он. - Говорят, в северных реках они тоже водятся, но я. признаться, не пробовал, а вот за эти ручаюсь - еще сегодня утром их омывало теплое арлезийское море.

- Восхитительно, - призналась Айлин, распробовав необычное лакомство. - И так чудесно сочетается с артишоками... Надеюсь, вы будете не очень суровь к Алонсо. он ведь хотел как лучше.

- Ну. за желание порадовать прекрасную донну я его даже не упрекну. — усмехнулся Кармель. к которому на глазах вернулось хорошее расположение духа. — А вот за предположение, что его хозяин нуждается в каких-то средствах для поддержания страсти...

- За дверью в третий раз охнули, послышались быстрые шаги - и Айлин тихонько хихикнула Судя по улыбке, которую Кармель прятал в уголках губ, он точно не злился

- Ваша прислуга очень любит вас - улыбнулась она, и разумник кивнул:

- Они считают себя одной семьей, а меня - скорее главой этой семьи, чем хозяином. Но преданность и почтение имеют обратную сторону, заключенную в излишней... старательности. Айлин, я очень прошу вас не обижаться и не думать, что кто-нибудь в этом доме желал вас оскорбить. Если забота Амины или кого-то еще покажется зам навязчивой, просто скажите мне - я сделаю все. чтобы бы чувствовали себя свободно.

- Забота, пусть даже излишняя, это куда лучше равнодушия или неприязни. - тихо сказала Айлин - Знаете в доме лорда Бастельеро я звалась хозяйкой, но чувствовала себя то ли пленницей, то ли нежеланной гостьей. Там было всего два человека, о разлуке с которыми я жалею. Лорд Аларик и Дженни, моя горничная. Не считая Аларика Раэна, конечно, но вы же понимаете...

- Понимаю, - так же негромко отозвался Кармель. - Айлин, вас мучают какие-то мысли? Это из-за найденной лаборатории?

- Соблазн отговориться утренней находкой был так велик, что Айлин едва ему не поддалась. Но начинать отношения с откровенной лжи она не хотела, поэтому качнула головой и. уставившись в тарелку с остатками еды. призналась:

- Нет, дело не в этом. Я... не знаю, как сказать...

- Скажите как другу. - мягко предложил Кармель, словно не замечая ее смущения.

- Я люблю вас! - выпалила Айлин так отчаянно, словно снова кинулась в Разлом, вскинула голову и посмотрела на разумника. - Но я поняла, что не могу., что просто не создана для... любовных отношений. А вы наеерняка ожидаете... Нет, конечно, я верю в ваше благородство! Я знаю, что вы сдержите обещание и не станете... Но что мне делать, если я просто не могу дать того, что вы заслуживаете?! Одна мысль, что я... что мы с вами... Кармель, я не хочу портить то, что между нами было. этой... гадостью^1

- Она замолчала и глотнула вино как воду. Кисловатая жидкость освежила горло, Айлин жадно сделала еще пару глотков и поставила наполовину опустевший бокал, а потом снова упрямо посмотрела на разумника. Тот рассматривал ее с непроницаемым лицом, а потом так же тихо и ровно уточнил.

- Гадостью. значит?

- Гадостью. - кивнула Айлин и тут же торопливо исправилась: - Поверьте я знаю, что это не для всех так^1 Я видела... гримеры супружеской любви! И охотно верю, что есть люди, которым это и вправду доставляет удовольствие! Но... я не такая. Теперь я знаю это совершенно точно' И я не хочу даже думать об этом, применительно к нам.

- Гадостью.. - снова повторил разумник, на пару мгновений прикрыл глаза и процедил - За одно это стоило бы... Всеблагая Мать, как же я жалею, что послушал вас... что отпустил к этому... - Его лицо застыло, но это спокойствие показалось Айлин страшнее любой гневной гримасы Потом Кармель открыл глаза, в упор посмотрел на Айлин и устало сказал: — Я не должен был вас отпускать, но и пренебречь вашим собственным решением не мог. К сожалению, иногда задача не имеет единственно верного ответа... Айлин. послушайте... Вы утверждаете, что не созданы для телесной любви и супружеских радостей, так?

- Айлин снова настороженно кивнула Теперь, когда она сказала самое страшное и постыдное стало намного легче Кармель не обиделся и не разозлился, он сноза говорил с ней терпеливо и ласково, как... с ученицей. И в его лице, хвала Претемнейшей, не было пугающей ярости, только забота.

- Представьте, что вы купили туфли. - сказал вдруг разумник то. что она никак не рассчитывала услышать - Из дорогой кожи, превосходно пошитые, изысканно украшенные Но слегка вам не по размеру. Не настолько, чтобы их нельзя было надеть, и все-таки они вам жмут Представили?

- Айлин удивленно кивнула - и правда, что сложного? Да любая девушка хоть раз в жизни испытала это горькое разочарование, когда купленные, а не пошитые на заказ туфельки просто идеальны во всем, кроме размера. И как назло - совсем чуть-чуть не подходят, а выясняется это уже потом, когда принесешь их из лавки и привыкнешь к мысли, что они твои...

- Теперь представьте, что вам приходится весь день ходить именно в этих туфлях. - неумолимо продолжал разумник. - Утром - на занятия, потом - на долгую прогулку, а вечером еще и танцевать в них Шаг за шагом, час за часом. Что случится''

- Я разотру ноги' - возмущенно сказала Айлин. - Болеть будет ужасно, а может, и мозоли появятся... Во всяком случае, устану и...

- Она осеклась, вдруг заподозрив, что речь совсем не о туфлях .

- Вероятно, в конце концов вы их скинете — невозмутимо предположил Кармель. - А потом решите, что просто., не созданы для туфель?

- В уголках его губ снова пряталась улыбка, но не лукавая, а мягкая, сочувствующая.

- Так вы думаете, что дело в этом? - жалобно спросила Айлин. - Что это не со мной что-то не так. а я... просто выбрала не те туфли?!

- Изнутри ее теплой волной омывала благодарность к магистру, который не только зсе понял, но и подобрал такое понятное сравнение Которое, вдобавок, позволяет говорить о постыдных зещах просто и легко! Всеблагая Матушка, ведь и правда - как похоже! Этот брак действительно жал и натирал ей душу, словно туфли не по размеру - ноги

- Я думаю, что вам стоит походить в мягких домашних тапочках, моя дорогая - ласково сказал Кармель - Позволить себе залечить раны, обрасти новой здоровой кожей, а потом, примерить что-нибудь другое.

- Как у вас все легко. - обиженно сказала Айлин чувствуя себя ужасно глупой. - А если не поможет?

- Чтобы это узнать, нужно попробовать, - сказал разумник и пригубил вино. - Но сначала следует полностью исцелиться, ведь израненным ногам больно даже з тех туфлях, которые безупречно им подходят Айлин. позвольте себе ни о чем не тревожиться. Вы поймете, когда придет время для большего, а сейчас просто отдыхайте. Кстати, ваши друзья передают вам привет и обещают навестить, как только представится удачный момент. Лорд бастельеро вчера был во дворце, но уехал оттуда ни с чем. Дарра решительно настроен даже близко не подпускать его к расследованию, а его величество подтвердил лорду Бастельеро приказ о раздельном проживании и запретил ваши поиски.

- Наверное он в ужасном гневе. - тихо сказала Айлин.

- У нее мурашки побежали, стоило вспомнить редкие, но страшные вспышки ярости которым она была свидетельницей. Кто еще станет жертвой вместо нее, беглянки, которая так близко и в то же время так далеко.

- Что ж ему давно пора научиться обуздывать этот гнев, - пожал плечами разумник и с сожалением добавил: - К сожалению, вряд ли лорд Бастельеро со мной согласится. Он считает свой гнев оправданным и даже более того - единственно возможным чувством сейчас. А лечить того, кто не хочет излечиться пустая трата времени и сил, - добавил он со вздохом. - Но хватит о грустном Завтра я снова еду 8 Академию. Возможно, вам что-нибудь нужно? Книги, учебники, тетради для занятий?

- Учебник по артефакторике! - выпалила Айлин и добавила дрогнувшим голосом - И... узнайте о здоровье Саймона... Я так надеялась, что он пришел в себя и действительно хочет меня видеть... А теперь даже не знаю, кто так подло воспользовался его бедой!

- Ну, кое-что нам уже известно. - Кармель сделал еще небольшой глоток вина, запив съеденных осьминогов с перепелиным салатом - Помните человека с бретерской серьгой? Наш общий друг месьор д'Альбрэ смог его опознать. Мерзавец был исключением даже для бретерского сообщества, где мало кто отличается строгой моралью. Неудивительно, что он ввязался в такое грязное дело, как похищение женщины. Еще двух нападавших опознал офицер по особым поручениям из фраганского посольства и указал на них как на опытных и дорогих наемников. Так мы получили целых три имени..

- И смогли их допросить? - радостно вскинулась Айлин - Дарра не мог об этом не подумать!

- Разумеется! Они с леди Немайн провели ритуал призыва. Увы. это мало что прояснило. Вызванные души рассказали, что их отряд нанял человек из Дорвенанта, в этом они твердо уверены. Никаких особых примет, никакого имени но очень щедрая плата Им надлежало ждать карету с гербовым вороном на дверце, вытащить оттуда рыжеволосую молодую женщину и избавиться от остальных свидетелей. С похищенной женщиной им приказали обращаться учтиво и заботливо, однако надеть на нее усыпляющий артефакт и с помощью портального ключа немедленно доставить в указанное место.

- И это место... - затаив дыхание, спросила Айлин.

- Заброшенная усадьба по дороге в Озерный Край. Скорее всего, оттуда вас должны были переправить куда-то еще. Увы, на встречу никто не явился. Но это и не удивительно, наверняка заказчик похищения узнал новости и затаился. Служба канцлера продолжает искать малейшие следы...

- Я надеюсь их найдут, - твердо сказала Айлин - Кто бы ни был этот человек, он должен заплатить за смерть госпожи Эванс и бедняги-кучера. Их убили так безжалостно и равнодушно... Кармель. я... никогда не радовалась чужой смерти! Но сейчас я очень рада, что никто из напавших на меня не выжил. Они зто заслужили! И еще больше д рада, что смогла хоть немного себя защитить сама

- Вы сделали не просто -немного", моя дорогая, - нежно улыбнулся ей магистр. - Вы отважно сражались и выиграли драгоценное время. Мы обязательно найдем главного преступника, не сомневайтесь.

- Теперь не сомневаюсь. - Айлин посмотрела на остатки еды и с сожалением признала, что сыта. Хорошо бы Алонсо почаще готовил эти удивительные арлезийские блюда, и неважно, что там они означают В желудке и правда никакой тяжести, зато как зкусно^1 - Рано или поздно любая тайна раскрывается чтобы свершилась справедливость. Кларисса Логрейн много лет ждала, чтобы уличить убийцу своих отца и брата но ведь дождалась же'

- Рано или пэздно... - эхом отозвался Кармель. и Айлин показалось, что он неуловимо помрачнел, словно тень набежала на лицо. - Вы правы, моя дорогая, о. как же вы правы...

- Остаток дня грошел так тихо и мирно, словно Благие решили, что Айлин пока достаточно пррржиидний Она прррддпя чррря Амину бллгпдлрнлгть Дгпнгп чд ужин и пппучилд птяртныр заверения, что доблестный повар-контрабандист будет счастлив исполнить любое желание прекрасной донны О любовной кухне не было сказано ни слова, это Айлин оставила на долю Кармеля. Ему уж точно виднее, как обращаться с собственной прислугой.

- Потом они с Аминой сидели в спальне у открытого окна. Из сада тянуло свежестью и ароматом вечерних цветов, на столике рядом дымилась пара чашек шамэета - как для двух подруг, а не для госпожи и служанки' - и стояло блюдечко с обещанными мауритскими сладостями, которые следовало брать просто пальцами - прелесть-то какая! Амина тщательно расчесывала ей волосы, время от времени капая на них душистым маслом, и все это было правильно и привычно. словно Айлин уже многие вечера проводила именно так - в тихом блаженном спокойствии.

- Пока она мылась на ночь, из сада вернулся Пушок и завалился возле кровати Айлин, делая вид, что спит. Погладив пушистые белые уши, Айлин переоделась в длинную ночную рубашку из собственного гардероба, легла в постель и поправила магический шар у постели, чтобы светил ярко, нп hp бил r гплчд

- Взяла принесенную из лаборатории тетрадь, но помедлила, не решаясь открыть.

- Рабочие записи ее деда! Интересно какими они окажутся и что расскажут о своем хозяине? Может ли быть что-то хорошее в человеке, не любящем даже собственную семью? В том. кто устроил страшный заговор и погубил множество людей... Обрек на смерть всех, кто погиб из-за Разлома Как мог этот же человек придумывать способы лечения для беременных женщин и маленьких детей? Ведь магистром лорд Морхальт стал за несомненные заслуги и выдающиеся открытия... Как это асе уместилось в одной душе?1

- Айлин вздохнула и решительно перевернула обложку вместе с несколькими страницами. Почерк у милорда Морхальта был мелким, но вполне разборчивым, а текс-... Айлин невольно улыбнулась, так он оказался похож на записи любой лабораторной работь ! Ну точно — день, месяц, год. точное время, объект исследования^1 Только на фиолетовом факультете в качестве материала выступали упыри, вурдалаки или умертвия, а здесь?

- «Объект бездомная женщина Возраст - примерно семнадцать лет. профанка. Срок беременности: двадцать одна неделя».

- Дальше шло еще несколько подобных записей. Объектами неизменно выступали бездомные, срок беременности разнился, но никакого упоминания о родах и появившихся на свет детях. Затем следовали какие-то алхимические рецепты - вот когда она пожалела, что не уделяла должного внимания дополнительным дисциплинам' - несколько эисунков женского чрева и ребенка в нем. снова какие-то рецепты... Айлин перелистнула несколько страниц - в этом ей пока точно не разобраться. Дневник сам собой раскрылся примерно в середине - похоже, здесь его открывали особенно часто, и переплет это запомнил. Очередная запись начиналась словом «ВАЖНО», написанным алыми чернилами и еще трижды подчеркнутым!

- «Объект Гвенивер Морхальт. пятнадцать лет. девица, профанка. Цель - формирование заранее заданных признаков у будущего потомства

- Вспомогательный объект. Эммелин Кастельмаро, семнадцать лет, адептка. Синяя искра. Магический уровень - высокий. Срок беременности - 20 недель. Избавление от плода по требованию лорда Кастельмаро; о высоком риске лорд Кастельмаро предупрежден. Плод демонстрирует полностью сформированные каналы большой мощности Предполагаемый уровень выброса силы при жертвоприношении - достаточный»...

- Леди Гвенивер - объект?! И леди Кастельмаро?1 Если леди Гвенивер тогда было всего пятнадцать, а Эммелин Кастельмаро на два года старше, то кем она бэ1ла лорду Эдвину Кастельмаро? Сестра, кузина? Никакую леди Эммелин Кастельмаро Айлин не помнила и растерянно перечитала запись, не в силах понять ее смысл. О каком жертвоприношении может идти речь? Что такое вспомогательный объект?! Что это вообще означает?! Нужно спросить Кармеля. он наверняка сможет разобраться, не зря же он изучал медицину?

- ...Руки и ноги затекли так невыносимо, что уже давно не ощущались. Двинуться было невозможно, и Айлин не могла бы сказать, что мешало сильнее - большой живот, словно окаменевший от напряжения, или зажимы, приковавшие ее к столу.

- К столу?!

- Живот?!

- Но ведь она родила почти полгода назад, у нее попросту не может быть такого живота, словно она опять на половине срока...

- Она постаралась осмотреться. но глаза резало от слепящего белого света, не дающего теней. Она только чувствовала, что рядом кто-то есть, кто-то страшный и безжалостный, кто-то. знающий о ее мучениях и равнодушный к ним И... кто-то еще. напуганный так же. как она сама.

- Над ней склонился мужчина Уже немолодой, но и не старый. С медно-рыжими кудрями и с темно-зелеными холодными глазами Эти глаза смотрели на нее так странно... Как будто сквозь равнодушие пробивался тяжелый темный азарт - как у игрока, сделавшего очень высокую ставку^1

- Предполагаемый уровень выброса силы - достаточный. - произнес он. и в его руке блеснул узкий нож.

- Блеснул и вонзился в тяжелый, так мешающий шевельнуться живот.

- Айлин закричала и усльшала в ответ такой же истошный крик.

- Собрав все силы, она повернула голову. На стоящем рядом столе была прикована она сама, бьющаяся в путах, и в ее крике звучал бесконечный ужас

- Айлин^1 Айлин^1 Очнитесь!

- * * *

- Благородный синьор Фарелли?! Как же я... рад вас видеть. .

- Лучано про себя усмехнулся - радости в лице и голосе маэстро Коррадо было меньше, чем золота в навозной куче Словно к нему явился старый заимодавец, твердо намеренный взыскать долги.

- Прошу прощения, благородный синьор. - добавил скульптор, вымучив любезную улыбку. — Я не ждал гостей...

- Вот и ваш слуга так сказал. - весело сообщил Лучано. делая шаг вперед и заставляя Коррадо попятиться с порога гостиной. В небольшом доме, который снимал скультор. столовой не было, так что гостей угощали здесь, а сам Коррадо вообще ел з мастерской, не отрываясь от работы - Ко я его убедил, что это какая-то ошибка Меня вы точно ждали, дорогой маэстро! Назначили мне встречу л пылко обещали, что я не пожалею... О. как восхитительно пахнет^1

- Встречу? Я - вам?!

- Лучано проскользнул мимо растерянного хозяина дома и алчно воззрился на богато накрытый стол. Та-а-ак. что тут у нас? Неуяели запеченные морские гады?! А еще спаржа устрицы, артишоки, виноград и ранние персики... Пыльная бутылка вина и сияющие хрустальные бокалы.. В шандале у стола горят свечи с розовым маслом и мускусом... Прекрасную соотечественницу, которой Коррадо назначил свидание ожидала осада по всем правилам!

- Мне-мне. - заверил Лучано. падая в одно из пары кресел и с улыбкой глядя на скульптора.

- Похоже, Коррадо никак не мог решить возмутиться бесцеремонностью гостя или не портить с ним отношения. Сложный выбср. можно посочувствовать! С одной стороны благосклонность красотки, что должна вот-вот появиться, с другой - расположение королевского фаворита и выгодного заказчика!

- Неужели не помните? - спросил он с ехидным сочувствием. - Ох уж эти непостоянные люди искусства' Не зря. похоже, я просил у вас что-нибудь на память.

- И с тщательно рассчитанной небрежностью вытянул из-за манжета батистовый платок, уронив его перед собой на стол.

- Вы... Откуда это у вас?!

- Коррадо аж качнулся к столу, разглядывая белый платочек с со своим вензелем, вышитым золотым шелком. Поднял на Лучано изумленный взгляд, в котором все сильнее разгорался гнев, и вопросил:

- Как вы забрали у нее этот . знак?!

- Я забрал?! - оскорбленно изумился Лучано. - Ах. маэстро, вы разбили мне сердце! Уже второй раз. между прочим! Сначала променяли меня на первую попавшуюся даму! Чуть ли не канцону пели, восхваляя прекрасные глаза которые вдруг разглядели... А также прочие прелести, с которыми жаждали свести самое близкое знакомство' Уверяли, что встретили божество вдохновения что мечтаете изваять в бронзе и мраморе... Как вы там говорили? - Он улыбнулся и процитировал «Моя любовь будет инструментом который сохранит вашу прелесть на века Ваши слова, м?! Л теперь оказывается, что эта дама вас тоже не слишком впечатлила, раз вы так легко позабыли ее облик. А ведь обещали, что скорее высокое ремесло скульптора сотрется из вашей памяти, чем вы забудете «глаза, подобные расплавленному золоту, походку пантеры, дыхание, полное ароматов цветущего луга*... И что-то там еще было про мед и яд в голосе... Или это тоже про глаза?

- Он отщипнул крупную виноградину, бросил в рот и раскусил Проглотил сладкую мякоть и продолжил, изменив голос, добавив ему теплой женской мягкости и томности:

- Вот так и верь мужчинам... Дважды забыть меня - это уже слишком, дорогой маэстро^1

- А потом откинулся на спинку кресла и посмотрел в лицо Коррадо с веселым злым азартом. Все-таки было немного обидно... Не столько за шутку с характером, изучение которого происходило как раз в соседней спальне сколько за глаза, которые маэстро мог бы и узнать... Ну и еще за то что ради синьора Фарелли скульптор так не старался В тот вечер, когда они обсуждали фонтан и занимались изучением характера, на столе, кроме вина были только сыр да апельсины... А вот синьора в маске оставшаяся безымянной, Коррадо явно подцепила на крючок! Ну и как тут не обидеться, м?

- Погодите^1

- Коррадо даже головой потряс, будто пытался очнуться от кошмара. Подошел к столу, плеснул в бокал вина и махом выпил половину, а потом спросил почти жалобно:

- Она ваша родственница? Разумеется, я узнал глаза! И форму лица... Но я думал - сестра или кузина вашей светлости...

- О. вы решили, что я привел на королевский бал родственницу? - усмехнулся Лучано. - И немедленно принялись за ней ухаживать?! Надо же какая тяга к нашей семье! Сначала - я, затем кузина... Может вас еще с моим батюшкой познакомить дорогой маэстро? Предупреждаю сразу, пылких устремлений он не поймет и не одобрит, однако собеседник прекрасный. Увы, позвольте вас разочаровать - я в семье один, сестрами и кузинами не обзавелся. А эта шутка с прекрасной итлийкой предназначалась, вообще-то. не вам. Но раз уж мне назначили встречу, было бы невежливо ею пренебречь. Не так ли. м?

- Было чистым удовольствием наблюдать, как зспыхнул наконец-то все осознавший Коррадо. Как его некрасивое, но обаятельное лицо преобразил гнев, как засверкали глаза... Лучано откровенно залюбовался! И под его взглядом скульптор ядовито улыбнулся, отсалютовал пустым бокалом и... сел во второе кресло напротив.

- Что ж. отличная шутка^1 - признал он. - Мои поздравления, благородный синьор Фарелли! Неудивительно, что его величество Аластор вас так ценит^1 С вашим остроумием и вдохновенной фантазией...

- И это лишь часть моих несравненных достоинств' - невозмутимо подхватил Лучано - О которых вы наверняка неплохо осведомлены! Раз уж проявили такое прилежание в изучении... моего характера!

- Пару мгновений они в упор смотрели друг на друга будто готовые сцепиться коты, потом Коррадо выдохнул, снова улыбнулся, на этот раз куда любезнее, и предложил:

- Вина, дорогой синьор Лучано? Предлагаю признать, что партия закончилась ничьей И угощайтесь, прошу! Не уверен, что такой пустяк сойдет за достойное извинение, но...

- Он развел руками, и Лучано ответил улыбкой:

- С удовольствием отдам должное ужину Только умоляю - замените свечи Может моей кузине они бы и понравились, но я не поклонник таких сладких и сильных запахов

- Как скажете. - кивнул Коррадо и не стал вызывать слугу - сам встал и принялся менять свечи в шандале на другие, не пахнущие, а потом еще и окно любезно открыл.

- Вернувшись за стол, он разлил зино по бокалам и взглядом спросил, что положить гостю.

- Обожаю морских гадов - признался Лучано. - Эти из Арлезы или с нашей прекрасной родины?

- Кажется, арлезийские. они крупнее. Сам я кухонную прислугу не держу, заказываю еду в местной траттории. Однако повар там из Джермонто, в морских гадах знает толк^1

- Скульптор положил на тарелку гостя щедрую порцию, но и себя не обделил. За гадами последовали артишоки и спаржа. Лучано промолчал, хотя на язык так и рвалось, что Коррадо зря старается - любовная кухня ему сегодня бесполезна. Вместо этого он пригубил вино Ну конечно, монтильи - сладкое и густое. Для дамы предназначалось.. Хотя Альс тоже оценил бы.

- Он сделал пару глотков и вдруг заметил, как подобрался и напрягся Коррадо. Взгляд скульптора не отрывался от руки Лучано, которой тот держал бокал...

- Ах. зараза' Идиотто! Забыл сменить кольцо старшего мастера на обычные дворянские перстни! Совсем размягчились мозги в безопасном Дорзенанте! А ведь в Итлии такая ошибка стоила бы тебе жизни, поэтому ты никогда бы ее не допустил... Осел безмозглый^1 Устрица - вроде тех. что ожидают своей очереди быть съеденными' Ну что ж. теперь играй картами, которые сам раздал!

- Лучано сделал еще один медленный глоток, позволив хозяину дома разглядеть шиповское кольцо, и небрежно поинтересовался:

- Что-то не так. дорогой маэстро? Вы. кажется, побледнели.

- О пустяки... - отозвался скульптор, не отрывая от его руки зачарованного взгляда. И все-таки не выдержал выдохнул с безнадежной горечью - Так вот зачем вы просили поменять свечи! Я хотя бы доужинать успею?

- Что^7 - не понял Лучано. А потом понял и оскорбился: - Ну. знаете! В такой мелочности меня еще никто не подозревал! К тому же я на королевской службе и убиваю исключительно с позволения его величества Аластора. Которого вы пока ничем не разгневали, совсем наоборот.

- На службе... - медленно повторил Коррадо, разглядывая его с восхищенным ужасом. - Так вы не просто фаворит... Итлийский кот короля, прекрасная дама, старший мастер Шипов... Сколько же у вас лиц?!

- Гораздо больше, чем вы назвали, - улыбнулся Лучано уголками губ. - И я буду признателен, если вы не станете делиться этим открытием. Кстати, морские гады великолепны И умоляю, не сочтите причиной для беспокойства, что я не стану больше пить. Просто не люблю монтильи.

- Как... пожелаете. - отозвался скульптор. - Простите, я ведь ждал... Хотите арлезийского'' Или фраганского?

- Беллиссимо! - сдобрил Лучано. - Любое сухое на ваш вкус, маэстро.

- Коррадо встал, прихватив со стола недопитую бутылку, и пошел к шкаочику в углу Руки его не дрожали, спина была прямой, и уже за это скульптор заслуживал уважения Многие вояки, известные безрассудной отвагой, теряли ее при одном упоминании Шипов Претемных Садов А ведь Коррадо тоже итлиец. ему значение железного колечка известно с детства. Болтать скульптор не станет, не совсем же он идиотто, однако, неловко получилось

- Оернувшисв с дру-ой бутылкой, хозяин дома распечатал се и разлил вимо. Темпо-золотое фраганское красиво заискрилось в хрустале. Лучано отщипнул еще пару виноградин, покатал глоток вина во рту. оценивая вкус.

- Беллиссимо. - повторил он и признал - Вы умеете выбирать еду и напитки, маэстро.

- Похоже, лучше, чем сердечные склонности, - чуть смущенно усмехнулся Коррадо.

- Жалеете? - Лугано приподнял бровь. — О том. что получилось в первый раз, или о том. что не вышло во второй?

- О. нет! И да...

- Коррадо улыбнулся, и стало видно, что страх его совсем пропал, сменившись чем-то совсем иным. Восхищением, азартом, жаждой...

- Да вы наглец, маэстро. - усмехнулся Лучано. - Я еще за первый раз на вас обижен, а вы уже намекаете, что не прочь попробовать снова. Вы всегда так неосторожны?

- Жизнь коротка. - Скульптор пожал плечами и подлил в оба бокала еде вина - Если бы я не умел рисковать, не добился бы успеха в своем ремесле. Впрочем, Шипу ли об этом рассказывать... Но вы так молоды! Я бы никогда не подумал, что такое возможно...

- Вы создали первый шедевр в пятнадцать, - заметил Лучано. - «прекрасную Хлою над ручьем». Разве возраст был вам помехой?

- Вы ее видели? - просиял Коррадо. и его глаза блеснули торжеством - Да. мне было всего пятнадцать' И люди сказали, что это работа маэстро Сольци. моего наставника... Что он подправил модель, которую я создал^1 - добавил скульптор с искренним возмущением. - Видит Великий Безликий, ничья рука не касалась Хлои, кроме моей:

- О. это я отлично понимаю. - снова усмехнулся Лучано. - Подпустить кого-то к своему шедевру? К работе своего сердца? Но ведь будущее показало, что они ошибались. Вы великий мастер. Коррадо! - И вздохнул с остатками обидь - Ну почему зь тогда просто не сказали, что я вам приглянулся? Зачем было обманызатъ?

- А вы посмотрите на это моими глазами! - развел руками Коррадо - Синьор Лучано, вы богаты, знатны, молоды и красивы, да еще прославились подвигами^1 И я... Что я мог вам предложить? Самого себя? Сомнительная удача для того, кого люблт король! И, говорят, не только сердцем, но и телом...

- Врут. - брссил Лучано. - Король Аластор. да хранят его Семеэо. любит исключительно женщин. Остальное - слухи. Но вы и вправду могли предложить себя. Не думаю, что ваша слава меньше моей. И уж точно прочнее, потому что проживет века Зы могли просто сказать, что желаете меня - я бы никогда не отказал великому Коррадо!

- Великому Коррадо - возможно. - с неожиданной грустью улыСнулся скульптор. - А мне самому-' Скажите. Лучано. если бы кто-то ответил вам... - нет не взаимностью, а просто согласием! - не потому, что вы - это вы... А потому, что вы - старший мастер Шип, к примеру? Зам бы эш нинрмилииь?

- Но я никогда!.. - возмутился Лучано и осекся

- Да. вот чего он точно никогда не делал - это никого не принуждая к любви. Честно покупал - бывало, но и то не слишком часто. Разве что совсем в юности, когда не хватало собственных достоинств. Конечно, потом не скупился на подарки, но ему всегда хотелось думать, что его выбирают не за деньги. Если мужчина красив, любезен, весел и знает в любви толк, редкая женщина ему откажет А если откажет - всегда можно найти другую! Но пользоваться мрачной славой Шипа? Тем более угрожать?! Мерзость какая... Но... справедливости ради... наверняка бывает и по-другому. У тех, кто не слишком красив и вовсе не любезен, остается надежда только на деньги. Или на железное колечко, которое заставляет людей куда внимательнее слушать просьбы его обладателя.-

- Я вас понял. - буркнул он. чувствуя, что веселая злость пополам с обидой куда-то бесследно исчезли. И тут же мстительно добавил: - Но знаете, так получилось не лучше^1 Все равно вышло, что я ответил согласием вашей славе, а не вам! А вот если бы вы пели такие канцоны мне И пригласили на такой ужин..

- Он обвел остстки пиршества выразительным взглядом, и Коррадс улыбнулся.

- «Вот как у него это получается? — поразился Лучано. — Я ведь был на него обижен! Не настолько, разумеется чтобы отравить, глупость какая. Но шел сюда точно не затем, чтобы помириться. И уж точно не для того, чтобы во второй раз наступать на тот же скользкий камень...»

- Он глотнул вина, чтобы удачнее сменить неловкую тему, и уже открыл рот. но понял, что взгляд скульптора изменился И его лицо - тоже! Положение рук. наклон головы Коррадо даже дышать начал иначе! Быстрее и глубже, словно за окном был не Дорвенант, а Вероккья'

- Я хочу сделать вашу статую. - сказал Коррадо совершенно серьезно, глядя на Лучано в упор. - Без глупостей и недомолвок, обещаю. Статую человека которого мало кто знает по- настоящему. Я ведь прав? Сколько вам, Лучано? Еще и тридцати нет Великий Безликий, если бы я мог изваять вас ле~ через сорок^1 - В голосе скульптора прозвучала такая страстная и безнадежная мука, что Лучано замер, не веря своим ушам - Это была бы моя лучшая работа Юные тела и лица прекрасны, но с каждым прожитым годом в людях накапливается истинная глубина' Сорок лет мне точно не прохить. так что надо пробовать сейчас... Погодите, не двигайтесь^1

- Он выскочил из-за стола, схватил этюдник, лежавший на подоконнике. А снова бросился в кресло, что-то лихорадочно черкая карандашом.

- И долго мне так? —удрученно спросил Лучано

- Не так! - бросил скульптор, не поднимая взгляда. - Раздевайтесь! - И рассеянно добавил: - Можете закрыть окно...

- Да вы издеваетесь! - взвыл Лучано.

- Приподнялся - и тут же замер.

- Сидеть._ - прошипел скульптор, пригвоздив его к креслу совершенно безумным, бешеным взглядом - Раздевайся я сказал. Быстро^1 Закрой барготозо окно, а то замерзнешь ночью.

- Ночью? - уточнил Лучано. приходя в себя и обнаруживая, что зачем-то расстегивает уже второй манжет - То есть вы хотите сказать... Меня во дворце ждут

- Подождут. - сообщил Коррадо. снова утыкаясь в этюдник. - Я потом лично попрошу прощения у его величества. И вообще, зачем ты ему ночью, если не греешь постель? Мне нужнее. Положи руку на подлокотник. Мягче. Как будто ты в Итлии. и за окном настоящее лето, а не вот это вот.

- Он опять вскочил обежал стол и положил руки на плечи Лучано. успевшего снять камзол, но не рубашку. Лучано вздрогнул - широкие крепкие ладони Коррадо обжигали через тонкую ткань, словно тело скульптора было вылито из бронзы, а внутри скрывались горящие угли...

- Положи руку на подлокотник, - повторил он. склонившись ближе, обжигая теперь еще и дыханием Лучано завороженно повиновался. - Вот так хорошо... - Ладони Коррадо на несколько мгновений исчезли, чтобы пробежать по пуговицам рубашки, а потом сдернуть ее. - Штаны пока можешь оставить, сейчас я сделаю лицо и торс. Остальным займемся потом...

- Потом - это утром? - попытался съязвить Лучано, чувствуя, что его подхватила и несет куда-то стихия, которой бесполезно сопротивляться. - Или на следующем свидании, м?

- Я сделаю тебя обнаженным, - пообещал раскаленный хриплый голос в самое ухо, и Лучано содрогнулся от соблазнительной двусмысленности этой фразы - Телом и душой Покажу миру тебя настоящего, как больше никто не сможет' Много лиц. говоришь"7 Я изваяю такую статую. 8 которой они будут виднэ: все - для тех. кто умеет видеть, конечно' Итлийский Кот короля победитель демонов мастер смерти... кто там еще? Когда закончим, ты посмотришь в лицо этой статуи и узнаешь о себе то. чего даже не подозревал^1 Так что сиди... И не мешай мне работать, ради Баргота и всех его демонов'

- «Знал бы ты о Барготе то, что знаю я», - пронеслось в голове Лучано, и он понял, что мысли заволакивает отчаянная хмельная сладость подчинения чужой воле.

- И совершенно неважно, что сейчас речь идет не о постели. Так даже интереснее^1 Так - у него еще никогда не было! Никто до сих пор не хотел влезть в его душу и разум таким образом исследуя тело и создавая его заново, из теплой плоти - в холодную бронзу, оживающую под рукой мастеря. О, да.. это призвание мастера, бы оно ни заключалось. И сейчас понял, что уйти просто не сможет. Никогда себе не простит, если откажется еще от одного чуда, подаренного судьбой! Стать моделью Коррадо, причем не по заказу, а по выбору и хеланию самого маэстро'

- Он вдруг понял что выиграл эту партию, даже не пытаясь играть. Он вдохновил гениального мастера настолько, что тот забыл о страхе, любезности, выгоде.. Обо всем, кроме величайшей жажды творения! О да. Коррадо расточал незнакомке под маской комплименты, блестящие и фальшизые как драгоценности дешевой куртизанки И, разумеется, он хотел уложить «кузину» в постель... Но так бешено, жарко и властно он на нее точно не смотрел^1

- Глубоко вздохнув, Лучано снова откинулся на спинку кресла, невольно прижимаясь теснее к рукам и груди скульптора Обнажить душу значит'' Какое , непристойное и сладкое предложение^1 Куда заманчивее, чем приглашение к обычным любовным играм И все-таки как не оставить за собой последнее слово, м?

- - Как скажете, маэстро. - пробормотал он. закрывая глаза. - В следующий раз. когда захотите кого-то затащить в постель советую говорить именно таким тоном. Уверяю, вам никто не откажет! И пошлите слугу во дворец, а то как бы меня и впрямь не принялись разыскивать...

-

- Глава 7. Тайны и традиции

-

- Айлин... Айлин... - услышала она знакомый голос и рванулась к нему через пелену липкого тяжелого ужаса который спеленал ее. словно паутина - неосторожную мошку. - Айлин...

- Вынырнув из кошмара. задыхаясь и чувствуя, что сердце вот-вот выскочит из груди, Айлин поняла, что сидит на кровати, а Кармель держит ее за руки. Свет магического ночника озарял спальню... Спальня? Кармель?! Значит, это был всего лишь сон?! Какое счастье..

- Не з силах проговорить ни слова. Айлин подалась вперед и уткнулась лицом в плечо разумника, он осторожно, едва касаясь, погладил ее по голове, плечам, спине

- Ну-ну. девочка моя... Все хорошо.. Хорошо.. Хотите воды?

- Айлин кивнула и с трудом оторвалась от мужского плеча, обтянутого темно-синим шелком Такого широкого, теплого надежного... Сердце все не желало успокаиваться, и она заставила себя дышать глубоко и медленно, как г-.а замятиях по практической магии Пока магистр наливал воду из кувшина, стоящего на туалетном столике, з стакан, Айлин посмотрела на свои запястья Привычные цепочки-браслеты на месте, но больше ничего - ни оков, ни следов от них... Конечно, их и не должно быть, она ведь проснулась! Но Айлин до сих пор чувствовала плотные кожаные ремни, из которых пыталась вырваться...

- Вот, выпейте. - Кармель подал ей стакан, и Айлин ухватила его двумя руками, жадно выпила воду, поперхнулась, откашлялась и лишь тогда смогла вымолвить:

- Как вы... откуда...

- Вы кричали, - просто сказал Кармель. - Амина прибежала первой, но не смогла разбудить вас. Пришлось это сделать мне. Извините

- Только сейчас Айлин поняла, что сидит перед ним в одной ночной рубашке 13 тонкого светлого полотна, не скрывающего очертания тела Хорошо еще. что по пояс укрыта одеялом'

- Она потянула одеяло выше, прикрыв грудь, но на большее сил не хватило - сердце стучало так, словно Айлин пробежала вокруг Академии, но тело налилось слабостью.

- Как вы себя чувствуете?

- Кармель смотрел на нее с беспокойством, его волосы, обычно аккуратно уложенные и перевязанные лентой, свободно рассыпались по плечам, зорот халата сбился, и в вырезе виднелась голая грудь... Айлин с трудом о-вела взгляд от полоски смуглой кожи к виновато посмотрела разумнику 8 лицо:

- Я всех разбудила? Простите...

- Не тревожьтесь об этом. - ласково ответил Кармель и снова взял ее за руку. - Вам снился кошмар, верно? Ничего унизительного после всех этих событий Могу я узнать, что вам приснилось? Вы так долго не могли проснуться, что я беспокоюсь, как бы этот сон не повлиял на вас слишком сильно. Лучше сразу справиться с последствиями, чем рисковать, что кошмар вернется.

- Я... я не хочу рассказывать, - пробормотала Айлин, тут же яростно обругав себя трусихой.

- Бояться какого-то сна' Недостойно ни некромантки ни боевички, ни просто взрослой женщины^1

- Она посмотрела на свою ладснь. которая почти целиком скрылась в ладони магистра - наверное, это была магия, но от бережного теплого прикосновения сразу стало легче.

- Вполне понимаю. - согласился Кармель. - Разрешите мне взглянуть самому? Так вам не придется ни рассказывать об этом, ни даже вспоминать. Обещаю, я буду осторожен.

- Да. конечно, - растерянно согласилась Айлин

- Кармель благодарно кивнул, осторожно забрал руку, которую Айлин выпустила с большей неохотой, положил обе ладони ей на виски, нахмурился...

- Почему мне это приснилось' — не выдержала Айлин через пару минут молчания. - Из-за этих записей?

- Я могу ошибаться, моя дорогая - отрешенно откликнулся Кармель убрав руки. - Нэ, боюсь, это был не сон, а видение. Вы ведь помните разницу?

- Айлин ошеломленно кивнула Разумеется! Уж это знают все адепты, начиная с первого курса. Разум порождает сны, используя то. что человек видит или узнает, пока бодрствует. Ои могут быть приятными или пугающими, но принадлежат самому спящему. Видение приходит извне, его может послать Великий Безликий, маг-иллюзорник или какое-то волшебное существо. И видение, в отличие от сна. бывает как ложным, так и правдивым, а иногда и вовсе пророческим, открывающим будущее или... прошлое.

- Это - видение?! Настолько... отвратительное?!

- Почему вы так думаете?! - выдохнула она и Кармель глубоко вздохнул, а потом опять взял ее за руку.

- Зам было страшно и больно не так ли? Поэтому вы едва ли придали значение некоторым... деталям, которые успели увидеть. Скажем, глаза той девушки напротив. Я надеюсь, вы уже поняли, что это были не вы. а леди Гвенивер? Ее глаза были темно-зелеными, в точности такими, как у ее отца и леди Вольдеринг на портрете, а вы их такими никогда не видели. Кстати, магистра Морхаль_а вы тоже увидели впервые, когда он был гораздо старшей уже седым, а в этом кошмаре он выглядел точно так же. как во время моего обучения. -

- Кармель помолчал словно собираясь с мыслями, и продолжил - Помните платье, которое было на Гвенивер?

- Не очень хорошо - Айлин попыталась его представить и неуверенно сказала - Кажется, голубое...

- Верно, - кивнул магистр. - Та< получилось, что я его прекрасно помню. Слишком простое для выезда но достаточно приличное, чтобы надеть, когда в доме гости. Гвенивер и Элоиза носили его по очереди.

- По очереди? - поразилась Айлин - Но... у них же разные фигуры^1 К тому же леди Гвенивер ниже^1

- Да. и потому ей приходилось подкалывать подол булавками. А Элоизе - затягивать шнуровку на груди как можно туже Платье все равно оставалось слишком свободным, и это очень ее огорчало. Знаете... - Кармель вздохнул. - Возможно, потому она и стала модисткой Однажды Элоиза пошутила что Всеблагая не всех женщин одаряет красотой одинаково щедро, но хорошая модистка может восстановить справедливость.

- Это так на нее похоже... — отозвалась Айлин и вздрогнула, мысленно вернувшись в лабораторию. - Значит, мой кошмар и вправду был видением?! Но ведь там принесли жертву...

- Дневник! Записи, которые она читала перед сном! Сухие непонятные строчки проплыли перед ее глазами, но теперь они словно налились кровью. Эксперимент который проводил Морхальт^1 Выделенный как нечто очень важное! И слова, которые были написаны в дневнике - это же они повторились во сне.. «Уровень выброса силы - достаточный!»

- Айлин замутило. На первых шес~и курсах им не так уж много рассказывали про жертвоприношения, но любой некромант поневоле в этом разбирается. Это совершенно точно было жсртооприпошспис! Жиэого чслоогко^1 Беременной жемщимы! И она доже эпаст имя этой бедняжки.

- Тошнота стала почти непреодолимей, в памяти вспыхнули чужие ужас и боль, смешанные в невыносимом страдании. Она погибла! И ребенок - тоже^1 Двойная жертва, давшая выброс огромной силы' А рядом с беспомощной Зммелин. адепткой семнадцати недействительно лежала не Айлин. как ей показалось во сне. а юная леди Гвенивер^1

- Как он мог?1 - выдохнула Айлин и прижала ладонь к губам - так они задрожали

- Кармель обнял ее за плечи.

- Как он мог? - глухо повторила Айлин. качнувшись ближе и снова уткнувшись лбом в шелк его халата. - Не пожалел ни свою дочь, ни леди Эммелин. Кармель. кто такая Эммелин Кастельмаро? Я... никогда о ней не слышала ..

- Эммелин? - откликнулся разумник с легким удивлением а голосе. - Я ее помню, это младшая сестра лорда Эдвина Кастельмаро. Училась у артефакторсв. кажется но родители отозвали ее домой, а потом прошел слух о ее внезапной и скоропостижной смерти... Так Морхальт?..

- Он снова длинно выругался по-арлезийски. так тихо, что Айлин едва расслышала и опять ничего не поняла, но зсей душой согласилась с каждым словом. Еще и мало о таком... таком... чудовище^1

- Он ее не пожалел, - отчаянно повторила она. - И все-таки.. Кармель. это ужасно, но я могу понять... чужих может быть не жаль! Но как он мог так поступить с родной дочерью?! Или даже не с одной?! Почему они не сопротивлялись? Почему не обратились к королю или лорду Аранвену?1

- Айлин представила тетушку Элоизу в лаборатории - привязанную и беспомощную. В ужасе бьющуюся на холодном столе - и ее живот скрутило болезненным тягучим спазмом.

- Полагаю, его эксперименты не коснулись всех дочерей. - задумчиво ответил Кармель. не зыпусвая Айлин из объятий и даже прижимая сильнее - По крайней мере, не Элоизы, иначе я узнал бы об этом не сомневайтесь, моя дорогая. Мы были дружны - и. смею надеяться, так будет и впредь - не меньше, чем вы с его величеством. и Элоиза непременно рассказала бы. случись с ней что-то подобное. Она знала, что найдет во мне не только друга, но и защитника. Брайд, Мэйв и Амелия довольно рано вышли замуж, возможно, это случилось, когда их уже не было в доме... Помните портрет в лаборатории^7 Я полагаю, старый мерзавец выбрал для своих экспериментов Гвенивер, потому что она единственная, кто пошел внешностью в него. И частично, в леди Волъдеринг... Морхальт был помешан на чистоте крови Он одновременно ненавидел Три Дюжины за то. что им досталась милость богов, и благоговел перед силой их магии... Бедняжка Гвенивер пострадала, потому что несла в себе больше всего родовых признаков...

- Магистр осёкся. Мягко отстранился от Айлин, овтал, подошел к окну, отдернул штору и несколько мгновений смотрел в темный сад, озаренный лунный светом. Потом не оборачиваясь, произнес каким-то странным голосом, глуховатым и напряженным:

- Кажется, я должен вам кое-что рассказать, моя дорогая Ваше видение... Не сомневайтесь, оно правдиво. Больше того, оно лишь часть огромной картины, ужасной и омерзительной... Клянусь всеми Благими, я бы предпочел никогда не говорить с вами об этом. Но ваше видение. Бсюсь. оно предназначалось не только вам, но и мне Если, конечно, в нем замешаны те силы, о которых я думаю..

- Кармель, вы меня пугаете. - честно призналась Айлин, и разумник быстро обернулся.

- Простите. - сказал он со своей обычной мягкостью. - Я не хотел. И, возможно, этот разговор не ко времени. Уж до утра он точно может подождать.

- Ну нет... - Айлж помотала головой. - Я хочу все знать! Правда бывает ужасной, но ложь куда хуже^1 Это касается меня, верно?! Если в видении была леди Гвенивер, а послали его мне... Кстати, кто его мог послать?

- Прекрасный вопрос. - кивнул магистр, словно на лекции. - Но его мы пока оставим в стороне, если позволите. Точно я ответить не могу, а строить догадки пока не хочу. Айлин. дорогая, простите. Мой рассказ... Он будет неприятным Но помните, что теперь вы в безопасности, все уже в прошлом...

- Кажется, это прошлое только что решило вмешаться в мое настоящее. - заметила Айлин. - А то и до будущего добраться'

- Немного помедлив. Кармель кивнул и отошел от окна но сел не обратно на кровать, а в кресло рядом с нею. где обычно сидела Амина. Теперь он был слишком далеко, чтобы держать Айлин за руку, зато она видела его лицо и могла смотреть прямо в глаза

- Вы правы, - негромко сказал разумник. - И я не сомневаюсь в вашей отваге но прошу не принимать необдуманных решений, что бы вы ни услышали... - Он дождался ее кивка и продолжил: - Вы помните свой первый день в Академии и совет магистров, на котором вас признали Двойной Звездой?

- Конечно! - удивилась Айлин. - Разве такой день можно забыть?

- Вы правы, нельзя. - Кармель улыбнулся ей ласково и ободряюще, а потом снова посерьезнел. - В тот день на совете случилось кое-что еще. Лорд Мсрхальт. магистр Зеленой Гильдии ваш дед по матери, получил апоплексический удар, который серьезно повредил его здоровью. Ему удалось частично оправиться от болезни, но вернуться на пост магистра он уже не смог. И это определенно было к лучшему... Вы помните как это случилось?

- Я... не очень. - призналась Айлин. - У меня случился выброс - вот это я помню очень хорошо' Магия... она как будто текла через меня бурным потеком и я ничего не могла с этим сделать. Счастье, что никто не пострадал" Погодите... Вы хотите сказать .

- Нет! - быстро ответил Кармель. - Это не вы. Даже не думайте об этом. По правде сказать, удар магистра Морхальта - это моя работа.

- Ваша?!

- Именно. - невесело улыбнулся разумник. - В то время я уже давно не учился у лорда Морхальта. Он был прекрасным целителем но внушал мне отвращение как человек. И это я еще ничего не знал... Но чутье подсказывало мне держаться от Морхальта подальше, а судьба Элоизы к тому времени была счастливо устроена, и мне... стало попросту незачем у него бывать Мы, разумеется, общались в Академии, но не как учитель и ученик а как два магистра своих гильдий. Айлин. вы знаете, что я способен читать мысли, но не делаю этого постоянно - слишком большая нагрузка на разум К тому же существуют амулеты, скрывающие мысли человека, и многие их носят. Магистрам гильдий это напрямую предписывают служебные инструкции, ведь они хранят слишком много чужих тайн. Морхальт разумеется, тоже такой носил. Но в тот день изумление и радость при виде вас оказались слишком сильны, и... мысли Морхальта пробили защиту амулета изнутри. Я услышал самый краешек, но... этого оказалось достаточно, чтобы отбросить свои принципы и осторожность...

- Радость? - недоверчиво повторила Айлин. - Вы думаете, он был так рад меня увидеть? Мы никогда до этого не встречались Но он же знал о своих внуках и внучках... Если бы он хотел со мной познакомиться...

- Айлин, - сказал Кармель еще ласковее. - Вы уже достаточно знаете, чтобы понимать отвращение леди Гвенивер к своему отцу. Думаю, она ни за что не подпустила бы его к своим детям, да и сама старалась держаться подальше. И теперь понятно что у нее были очень веские основания: Но ваш дед и сам не стремился поддерживать семейные связи. Всех своих внуков и внучек, рожденных от старших дочерей, он искренне считал никчемными пустоцветами, потому что никто из них не был одарен искрой. Элокза бесплодна, к тому же оскорбила и разочаровала отца, выйдя за простолюдина. Оставалась Гвенивер и дети от нее. Гвенивер вышла за Дориана Ревенгара. сильного красного мага, да и в целом в Трех Дюжинах магия проявляется гораздо чаще. К тому же над Гвенивер. как мы теперь знаем, он проводил какой-то чудовищный эксперимент... Ему пришлось ждать результата долгие годы! Но ваша мать понесла почти сразу, и через двенадцать лет в Академию пришли вы - рыжеволосая зеленоглазая девочка, вопреки родовой магии сохранившая фамильные признаки Морхальтов и обладающая двойным магическим даром, причем сильным и ярким.

- Вы думаете... - У Айлин перехватило горло, она опять поднесла руку ко рту и беспомощно посмотрела на разумника Заставила себя сделать несколько глубоких вдохов и лишь тогда выдавила: - Из-за его магии... я родилась такой? И потому собственная мать... ненавидела меня? Называла... Барготовым отродьем...

- Гвенивер наверняка видела в вас живое напоминание об отце, - вздохнул разумник. - А может, и о страшных опытах, которые он над ней проводил. Айлин, я историк, но не знаю других случаев, когда в Трех Дюжинах рождался бы ребенок необычной для семьи внешности. Разумеется, бастардов это не касается, но вы-то абсолютно законны!

- А моя магия? - отчаянно спросила Айлин. - Может, я в самом деле забрала одну искру у Артура? Может это он должен был родиться боевиком, как отец?!

- Айлин. дорогая, искру посылают боги - так же мягко напомнил ей Кармель. - Морхальт был гением, но даже он вряд ли сравнялся с богами Если бы Пресветлый Воин или кто-то еще из Благих пожелал наделить вашего брата искрой, лорд Артур получил бы ее при рождении, как это и положено божественными правилами. Ваша магия - только ваша, не сомневайтесь! Двойные Звезды были известны и раньше, когда Морхальта и на свете не было. Разве вы сами не были знакомы с мэтром Лоу?

- Да, верно - пробормотала Айлин, немного успокаиваясь. - Мэтр Киран был Двойной Звездой... Но вы сказали, что удар...

- Я к этому и веду, - кивнул разумник. - Когда Морхальт увидел ваш вы плеск силы, он испытал счастье. Восторг. И странную алчность, которая привлекла мое внимание. Люди... обычно не смотрят на маленьких девочек как на желанную добычу. Вменяемые и порядочные люди, я имею в виду... Но в жажде Морхальта, когда он глядел на вас, не было плотского желания. Заметь я егс. это было бы омерзительно... Но я разумник. Айлин. я привык видеть мерзости в человеческих душах. Нет. это было нечто иное! Я потянулся к его мыслям, пытаясь увидена билвшс, и иреди нрлих чунею, здмирые зохлестули вашею      причиюл, чю ин

- собирается с вами сделать... - Кармель запнулся. Айлин. завороженная его рассказом, увидела, как разумник едва заметно поморщился, а потом проговорил с брезгливым отвращением. - Морхальт подумал, что время пришло Что эксперимент удался. Что следует похитить вас и продолжить работу. Двенадцать лет - слишком рано, однако обучение в Академии бывает опасным и лучше не рисковать. Вдруг вы погибнете или неудачно ударитесь на тренировке Года дза вы должны посидеть под замком, так надежнее, а лет в четырнадцать уже можете понести эебенка. чтобы к пятнадцати родить. Родить первенца... Мысль про первого ребенка была -акой отчетливой и... почти сладострастной... Боюсь одними родами эта тварь не собиралась ограничиваться.

- Б-б-благие Семеро... - заикаясь, выдохнула Айлин. - Похитить меня' Заставить родить?! От кого?! Если он хотел продолжить собственный род... Кармель. это... это даже не мерзость - это хуже! Неужели он собирался

- Совершить с вами соитие? - Разумник снова поморщился - Не думаю. Для зачатия это не обязательно, достаточно некоторых, манипуляций. Морхальт был демоном в человеческом облике, но при этом - гениальным целителем. И очень опытным. Егс умений наверняка хватило бы и на зачатие и на зедение беременности, и на роды. Чего я пока не понимаю, так это его цели. Неужели он пролил столько крови и собирался пролить еще, чтобы сохранить в своем потомстве рыжие волосы и зеленые глаза? Как-то., мелко. Даже если к этому прилагалась магия.

- Он передернулся, глубоко вздохнул потер виски, а потом виновато посмотрел на Айлин и продолжил:

- Я совершил большую ошибку. Айлин. Мне следовало остановиться, а потом попробовать снова - в более удобьый момент. Я мог попросить помощи службы канцлера или орденской безопасности... Конечно, Денвер уже тогда был сообщником Морхальта, но я-то этого не знал. Мне следовало осторожно распутывать клубок этого мерзкого замысла, но я не выдержал. Попытался узнать болэше. влезть в его разум прямо там чтобы прийти и Аранвену уже не с подозрениями, а с четким рассказом... Но что-то пошло не так. Возможно, его амулет был необычным, возможно в зале оказалось слишком много сырой магии. А возможно, Морхальт просто пренебрегал собственным здоровьем - это случается даже у целителей. Когда я проник в его разум глубже Морхальт стал сопротивляться, и от напряжения с ним случился удар

- «Экс-с-с-с-с... Э....Экс-с-с-сперимент...» - вспыхнуло в памяти Айлин

- Это было первое слово, которое она услышала от деда. А потом Морхальт поднялся и... рухнул. Все верно, у него перекосило лицо, и магистр Бреннан. который тогда еще не был магистром, кинулся к нему... И Кармель - тоже!

- Вы к нему подбежали... - проговорила Айлин будто во сне. - Когда он упал...

- Верно, - кивнул Кармель - Я хотел оценить степень повреждений и узнать хоть что- нибудь еще. Как же я испугался! Если бы эта тварь умерла прямо там. она бы унесла все свои замыслы с собой А вдруг у него были сообщники? Я хотел послушать в его мыслях что-то еще, но Бреннан помешал Он отправил Морхальта в целебный сон. чтобы как можно быстрее начать печение - при ударе это невероятно важно. Наш дорогой Бреннан - прекрасный целитель и действовал совершенно верно. - добавил Кармель с горечью. - Но мне он не дал тех драгоценных мгновений, которые могли решить многое. Даже слишком многое! Распотрошил бы я тогда разум старого мерзавца - и. может, узнал бы заранее про заговор Денвера...

- Но зачем вы хотели, чтобы я его навещала?! - возмутилась Айлин. - Вы просили, чтобы я пришла к нему в лазарет! Зачем?'

- Чтобы стимулировать его память - с ужасающей простотой ответил Кармель. - В лазарете вам ничто не угрожало, за Морхальтом вели неусыпный надзор. никто бы вас даже наедине с ним не оставил Его разум очень сильно пострадал, как и память. Помните, чем я занимался, когда вы пришли?

- Айлин честно попыталась припомнить. Ее мутило и знобило, хотепось укутаться з одеяло лечь, закрыть глаза и никогда не знать все. что рассказал Кармель. Но она не будет брезгливой трусихой! Он предупреждал и она сама согласилась' Да и лучше понять все сразу, чтобы потом спокойно все обдумать и разобраться...

- Вы сидели у его постели. - тихо проговорила она. - И называли имена. Имена моей семьи. То есть... его семьи. Дочерей, внуков и знучек. Кузена Родрика, кузин Ирэн и Колетты .. Зачем?

- Я проверял, кого он помнит и что о них думает, - с той же убийственной спокойной прямотой ответил Кармель. - Вас он путал с Гвенивер. если помните, и в этом не было ничего удивительного. Вы очень похожи, а его рассудок плавал в болезненное тумане. Странно другое. Я навещал Морхапыа, когда он отправился домой, и пытался продолжить исследование его разума Я даже согласен был его лечить - лишь бы проникнуть глубже в мерзкие тайны которые он хранил' Но Морхальт... забыл вас. Он прекрасно помнил своих дочерей и всех детей которых они родили Знал, что у Гвенивер есть сын Артур - такой же пустоцвет, лишенный магии как остальные его потомки. Простите, это его слова. Но вас, единственную одаренную, на которую он строил такие зловещие планы. Морхальт не помнил! Когда я пару раз напомнил ему. что Гвенивер родила близнецов, и девочку зовут Айлин. он как будто вас вспоминал. Даже пытался проявить вежливость и что-то спросить... Но к следующему моему визиту забывал о вас полностью! Словно кто-то стер ваше существование из его памяти'

- А разве это возможно'' - растерянно спросила Айлин.

- Да если работал опытный разумник. Но я бы почувствовал след чужой магии, покопайся кто-то в рассудке Морхальта. Сели только... — Кармелв помрачпел и нехотя проговорил: — Сели только этот некто не превосходил меня искусством и силой так же, как я превосхожу обычного мага сзсей гильдии

- И. кто это мог быть?! Вы же сильнейший!

- Вот и меня теперь очень интересует этот вопрос. - также невесело усмехнулся Кармель. - Кто заставил Морхальта забыть то, чему негодяй посвятил столько сил и времени? Кто послал вам это ночное видение? Как вы там сказали? Прошлое стучится в наше настоящее? Очень верно сказано... Понимаете, Айлин, у меня ведь были связаны руки. Я не мог явиться в службу безопасности Ордена и заявить, что устроил апоплексический удар магистру Зеленой Гильдии, потому что мне что-то почудилось в его мыслях. Мне не почудилось^1 Но как я мог это доказать? Разумники не читают мысли напрямую, это общеизвестно. И уж тем более невозможно читать мысли через амулет Хорошо, допустим, я смог бы доказать свои особые способности. И даже пройти допрос у мэтра Овайна в подтверждение своей искренности. Хотя Овайн против меня слабозат, и Денвер мог посчитать такой допрос недостаточным доказательством... Но это никак не отменяет того, что я совершил преступление Я необратимо повредил здоровье своего коллеги-магистра! А должен был рассказать о своих подозрениях тем, кто занимается расследованиями магических преступлений...

- И что было бы тогда? - тихо спросила Айлин. - Ну. кроме вашего допроса? Магистра Морхальта можно было уличить?

- В том-то и дело, что нет. - вздохнул Кармель. - Он ведь забыл не только прс вас. но и про все. что собирался с вами сделать. В его разуме не осталось ни следа тех мыслей' Перед службой канцлера или безопасности Ордена оказался бы несчастный больной старик, которого изуродовал его собственный бывший ученик и нынешний коллега... Впрочем, я все рассказал Ангусу Аранвену. В его осторожности и рассудительности я всегда был уверен, а с Денвером мы не слишком ладили... Ангус спросил, можно ли найти доказательства того, что Морхальт замыслил похищение и недопустимые опыты^7 Но как их было найти? Он решил вас похитить в тот момент как впервые увидел и убедился, что вы ему подходите. А потом удар - и все, помутнение рассудка. О его экспериментах над бродяжками тогда никто не знал, о жертвоприношении леди Эммелин - тем более... Ангус решил уволить Морхальта с должности лейб-лекаря - просто на всякий случай. Объяснили это заботой о его здоровье.. Правда, королева Беатрис все равно приглашала его для консультаций, но при этом всегда были другие целители... Ну и люди лорда Ангуса тайно обыскали дом Морхальта. Вот этот самый, где мы сейчас находимся.

- И ничего не нашли'' - утвердительно спросила Айлин.

- Ничего. Увы, некроманта среди них не было, да и окажись он тут - зряд ли это могло помочь. Прятать могильник Морхальту помогал Денвер, а он знал свое дело. Никто не почуял неладного, пока в сад к Морхальту не занесло лорда Бастельеро с его чутьем и силой Избранного.^ В общем, за Морхальтом присматривали, но он ушел с поста магистра и вел жизнь добропорядочного и законопослушного целителя Замкнулся в своем доме, лишь иногда выезжал ко двору по приглашению, занимался научной деятельностью... И я поверил, что это была внезапная вспышка безумия! Выверт больного сознания, которое так часто случается у действительно талантливых людей Морхальт же был гением а они мыслят иначе, не как обычные люди. Вас он совершенно точно не помнил, это проверили и люди Ангуса. И мы... оставили его в покое... Благие, какой же я был болван^1

- Вы ничего не могли сделать. - искренне сказала Айлин. - Вед» доказательств и правда не было.

- Ну почему же? - Кармел» саркастически усмехнулся - Я мог сам похитить его и распотрошите его разум до самых темных глубин. Возможно, какие-то следы и нашлись бы. Правда Морхальт этого не пережил бы... Если бы я тогда знал то, что знаю сейчас - так и сделал бы!

- Вы не преступник. Кармель! - Айлин подалась вперед и горячо заговорила глядя в усталое и словно осунувшееся лицо разумника. - Вы же не такой как он^1 I' никогда таким не были^1 И вы... даже тогда спасли меня и защитили^1

- Не приписывайте мне лишних заслуг, моя дорогая. - чуть заметно улыбнулся Кармель. - Я бы сделал то же самое для любого ребенка, не только для любимой племянницы Элоизы. Ангус тоже сказал, что Морхальт получил по заслугам, и посоветовал мне не терзаться угрызениями совести Но видят Семеро, меня мучает не совесть^1 А осознание того, скольких бед можно было избежать, окажись я осторожнее, терпеливее и умнее. Баргот меня побери^1

- Лучше не надо. - улыбнулась ему в ответ Айлин. - А то что я буду делать, если он вас... поберет? Хватит с него и лорда Морхальта. Если боги в самом деле справедливы моему дорогому дедушке воздается за все. что он совершил! - Сна помолчала и жалобно сказала, сама ужасаясь тому, о чем подумала: - Как вы думаете, лорд Эдвин знал что случилось... с его сестрой?

- Понятия не имею. - вздохнул Кармель. - Но вот это я непременно выясню. Вы позволите мне взять дневник Морхальта?

- Забирайте! - Айлин с отвращением глянула на проклятую книжицу, так безобидно притаившуюся на туалетном столике. - Только расскажите мне потом, если узнаете что-нибудь важное Пожалуйста! И не надо меня жалеть или думать, что я испугаюсь.. Я не боялась живых мерзавцев, не испугаюсь и рассказа о дохлом!

- Моя храбрая маленькая Айлин. - нежно улыбнулся ей Кармель. вставая. - Ми брава аморе как говорит наш друг Лучано... Хорошо, обещаю ничего от вас не скрывать. А сейчас попробуйте все-таки уснуть?

- Айлин бросила взгляд в окно. Как темно! Который же час ночи? Второй, третий? Неважно, до рассвета еще далеко, и Кармель прав - стоило бы попытаться уснуть, но что, если видение повторится? И она опять перебудит весь дом

- Я попробую. - пообещала она. и Кармель кивнул

- К сожалению, я не могу создать для sac приятных снов. - тихо сказал он. - Но могу сделать так. что вы не увидите ни одного сна до самого утра Правда, это потребует магии, но если вы потерпите-

- О. пожалуйста^1 - горячо попросила Айлин Даже если она снова увидит магию разума в виде змеи, как когда-то давно Любая магия лучше чем эти видения' Да змеи в сравнении с милордом Морхальтом - безобиднейшие существа'

- Кармель с улыбкой кивнул, провел ладонью перед ее лицом, что-то тихо шепнул - и огромная белая змея раздула капюшон, грациозно изогнулась, обвилась вокруг Айлин, оказавшись вдруг теплой и приятной, и ласково, утешительно зашипела «И почему я раньше

- так боялась змей?» - удивилась Айлин и словно по ледяной горе скатилась в сон.

- • * *

- Письмо от Аранвена-младшего принесли к завтраку, и если до этого Грегор с трудом, но пытался что-нибудь съесть, то один лишь вид простого серого конверта с лебедем на сургучной печати отбил у него всякое желание давиться омлетом и гренками. Торопливо вскрыв конверт, Грегор прочел несколько строк, написанных идеально розным, прекрасно ему знакомым почерком Дарры. Надо же, какая учтивость, даже секретарю не поручил!

- Холодное, но безупречно вежливое письмо гласило, что свидетельские показания достойных доверия лиц позволили опознать троих человек из шести, благодаря чему стал возможен ритуал призыва. Эти трое, в свою очередь, назвали имена остальных, что позволило допросить и их тоже. Преступники - шайка наемников разного происхождения и звания - единогласно признались, что были наняты для похищения леди Бастельеро неким лицом, чье имя и мотивы им остались неизвестны Им велели ждать карету по дороге из особняка Бастельеро в особняк Эддерли. убить кучера и всех, кто будет в карете, кроме молодой рыжеволосой дамы, которую предполагалось вывезти з Озерный край и передать нанимателю.

- Однако похищение сорвалось. Двое наемников были убиты самой леди Бастельеро и ее собакой, остальные четверо по неизвестной причине перебили друг друга. Все призванные смогли сообщить о своей смерти лишь разрозненные, крайне противоречивые и совершенно недостоверные сведения Возможно перед смертью на них подействовали магией иллюзии, туманящим разум артефактом или, как предположил его светлость Фарелл. отравляющим веществом. О судьбе пропавшей леди наемники не имеют ни малейшего понятия...

- Еще Аранвен писал, что все меры, принятые по розыску леди Бастельеро, успеха пока не имеют, и заказчик похищения на встречу в условленное место и время не явился. Удалось установить, что печать на письме, которым леди Бастельеро выманили из дома, подлинная, однако леди Мариан Эддерли поклялась Благими, родовой честью и магическим даром что данного письма не писала и никому не поручала это сделать, такую же клятву принес лорд

- Говард Эддерли. Обстоятельства, при которых злоумышленник получил доступ к их родовой печати, чете Эддерли неизвестны и в данный момент расследуются...

- И. наконец, с той же ледяной учтивостью Дарра Аранвен извещал Великого Магистра, что вынужден просить об отставке с должности преподавателя Академии в связи с новыми обязанностями лорда-канцлера Соответствующее прошение уже направлено в канцелярию Академии и магистру гильдии замена для ведения учебных часов найдена, расчет получен, так что присутствие бывшего мэтра Аранвена в Академии с нынешнего дня не требуется.

- Ну и умертвие тебе под одеяло, - пробормотал Грегор. бросая письмо обратно на поднос. - Чем реже будем видеться, тем лучше, Барготом клянусь^1

- Он вдруг подумал, что отчаянно не хочет ехать в Академию! Заниматься делами, которые сегодня кажутся пустыми и не нужными, смотреть в лицо Эддерли-старшему и остальным коллегам... Что за трусость' Ему ли стыдиться если он всего лишь защищал честь своей семьи?! Ту самую честь, которую его жена втоптала в грязь побегом и отказом от брака .. Неудивительно что Аранвен подал в отставку с должности преподавателя' О. разумеется, если он стал новым канцлером, сменив Ангуса, этот пост потребует все его время и силы. Но только ли в этом дело? Если Айлин скрывается у него... тогда ничуть не странно, что Дарра сам избегает встреч - не совсем же он лишен чести... «Честь? - повторил Грегор про себя, до боли стиснув зубы - Какая честь может позволить такое?1 Я должен держаться ради сына но как же хочется узнать и доказать правду, а потом бросить вызов.. Дарра заслуживает куда большей кары, чем глупый мальчишка Саймон! Тот. в конце концов, совершил дерзость, но не подлость!..»

- Он понял, что сидит, уставившись на поднос с письмом, уже несколько минут, потому что остывший шамьет подернулся; тонкой пленочкой сливок. Ну уж нет... Прятаться дома от взглядов и пересудов глаза рода Бастельеро не станет^1 Ему не в чем себя упрекнуть, разве лишь з том. что он был слишком снисходителен к своей жене'

- Поднявшись. Грегор велел седлать лошадь и ушел переодеваться. Мельком вспомнилось, что нужно распорядиться насчет похорон кучера и Эванс. и он сказал об этом камердинеру, который заменил беднягу Рузерса

- Кстати, как он? - рассеянно добавил Грегор.

- Не слишком хорошо, милорд. - сообщил камердинер, подавая шкатулку со Звездой Архимага - Целитель говорит что поражение сердечной деятельности слишком сильное, и даже если Руверс зыживет. служить уже не сможет.

- Не сможет - повторил Грегор. надевая цепь со Звездой. - Что ж, тогда вас ждет повышение. Подготовьте кого-нибудь из слуг себе на замену.

- Да, милорд. - поклонился камердинер, не выказывая ни радости, ни огорчения как и положено вышколенному слуге.

- Спускаясь по лестнице в холл. Грегор подумал, что дворецкий Руверс казался ему таким же непременным и незыблемым признаком дома Бастельеро, как... Ангус Аранвен на посту канцлера. Но каждому приходит его время, вот и Ак-ус передал пост наследнику чего не смог сделать бедняга Руверс... Что ж, новому королю - новый канцлер, а ему, Грегору. не нравятся ни тот, ни другой, так что при дворе он теперь покажется только по прямому приказу короля Ну или когда Аларик Раэн подрастет...

- «Может, в самом деле дать ей развод? - мелькнула унизительно болезненная мыслэ. - И. наверное, стоило бы жениться снова . Я еще молод, у меня могут быть другие дети, братэя или сестры Аларика Раэна... Но никаких больше любовных глупостей! Выбрать скромную воспитанную девицу, хорошо понимающую долг жены и матери... Ну должна ведь з Дорзенанте найтись хоть одна такая?! Боги, еще немного, и я начну завидовать Райнгартенам! Их жены хоть и глупы как овцы, зато знают свое место, и самая большая неприятность, которую они могут причинить, ото неуместная болтооня и растрата ссмсйных денег. Вссго лишь!»

- Он попытался представить эту пока незнакомую ему девицу... Светлые или золотисто- каштановые волосы - ни в коем случае не темные и не рыжие^1 - скромно опущенные глаза, смущенная и милая улыбка. Чуть-чуть лукавства и кокетства нежная благодарность за его подарки и заботу, радость во взгляде, когда он возвращается домой..

- Грегора замутило.

- Он как будто выпил слишком много медовой зоды, которой в лазарете отпаивали при физическом и магическом истощении. Даже во рту стоял невыносимо приторный привкус! Но он же всегда хотел чего-то именно такого^1

- «А женился на девушке, которая была полной противоположностью твоим желаниям, - безжалостно напомнил он себе. - Непокорной, дерзкой, отважной до безумия, не умеющей и не желающей уступать ни в чем... Как ты мог не замечать этого столько времени?! Ее тяга к так называемым друзьям, которым она всякий раз радовалась, как приговоренный - помилованию, ее грусть, когда вы оставалисе наедине Ты был слепцом, Грегор! Над такими, как ты хохочет чернь когда их показывают в уличных балаганах - влюбленных глупцов- рогоносцев' Ты думал с тобой такого никогда не случится?1 Твоя жена никогда не будет крутить юбкой перед каким-то мерзавцем смеясь вместе с ним за твоей спиной... Каким же ты был болваном! Ты надеялся, что она будет честной и верной, раз отдала тебе свою невинность.. Лучше подумал 5ы. что порядочная девица, даже влюбленная, не придет к мужчине сама' Чего ты ждал от нее после такого?! Что она никогда в жизни не посмотрит ни на одного мужчину, кроме тебя?1 Ну так поделом тебе за глупость'*

- Он скрипнул зубами, снова стиснув их слишком сильно. Мысли лезли в голову - мерзкие, тяжелые, липкие.. Унижение, стыд и ненависть сплавились воедино, не давая подумать о чем- то другом, и Грегор почувствовал, что тонет в бездонной мгле... Он мотнул головой, словно сбросиз пелену, л глубоко вздохнул. Если в мире есть хоть капля справедливости, людсюй или божественной. Айлин и ее любовник получат все что им причитается О. Грегор сумеет потерпеть! Этом/ его дед хорошо научил! Рано или поздно, возмездие свершится, но теперь он будет куда осторожнее, чем с Беатрис... или Корсоном. Он больше не может позволить себе неосторожность - ради сына! Ради ребенка, которого нельзя впутывать... во все это.

- «Что я скажу, когда он спросит меня про свою мать? - подумал Грегор с тошнотворным ужасом, будто эго должно было случиться вот-вот - Когда захочет узнать, почему даже не помнит ее... Король может сколько угодно писать приказы о праве на свидания! Но шлюха, сбежавшая с любовником, не станет марать моего наследника своими грязными поцелуями. Достаточно того что он родился из ее чрева... Боги, а ведь я больше всего на сеете боялся, что она умрет родами . Ну почему?! За что?! Как одна женщина может быть и героиней, и подлой тварью? Матерью, едва не заплатившей жизнью за рождение ребенка и женой-изменницей... Чем я заслужил такое?1 Почему не могу даже подумать о какой-то другой женщине... тсй. что могла бы занять ее место... Неужели я до сих пор ее люблю^7! После всего?! И в глубине души подеюсь, что оссото кокос то безумие, обман, ошибка...»

- Он прыгнул в седло и послал кобылу вперед ударом шпор Нервная итлийская лошадь всхрапнула, дернулась и заплясала перебирая тонкими ногами - подковы звонко зацокали по мостовой. Грегоз ослабил повод и мрачно подумал, что в семейной жизни повод стоило держать покрепче, а тс и хлыст брать почаще .

- В Академию он приехал во время второго урока - точнее второй урок шел бы как раз теперь, но заня_ия закончились, юные маги и магессы готовились к летним экзаменам, и коридоры были почти пусты Иногда навстречу попадался кто-то из мэтров или служащих, порой пробегал запоздавший адепт, спеша на консультацию или практику.Грегор стремительно прошел мимо комнаты для преподавателей, даже не подумав туда заглянуть И вовсе не потому, что боягся или стыдился с кем-то встретитэся! Просто ему и в самом деле не о чем было с ними разговаривать.

- Свернув к Башне Архимага, он едва не столкнулся с вывернувшим откуда-то преподавателем в желтой мантии. Иллюзорник шарахнулся от него как от умертвия, торопливо пробормотал извинения и . попытался спрятаться за доспехами в стенной нише На несколько мгновений Грегор растерялся - у него появилось неприятное и странное ощущение, что он смотрит сон наяву. Молодой мэтр, желтая мантия, доспехи эти дурацкие...

- По инерции он прошел мимо, неприязненно глянув на иллюзорника - должен ведь быть предел даже их чудаковатости! - а потом вдруг вспомнил Да он ведь точно так же столкнулся именно с этим шарлатаном как за глаза звали иллюгорников. когда приехал в Академию после войны^1 Ну точно' И за доспехи этот юнец пытался забиться... Только доспехи тогда были вычищены гораздо хуже а сам иллюзорник - на несколько лет моложе' Но точно такой же болван и трус' Чего он испугался, спрашивается?! Что сейчас, что тогда.

- Шесть, нет, уже семь прошедших лет промелькнули перед Грегсром так стремителы-о. что он остановился и поежился. Как будто вчера рыжая девочка стояла перед Советом магистров, швыряла стаканом в Рсверстана и устраивала магическую бурю. Как будто вчера "регор читал список из двенадцати имгн своих первых учеников И встречал их потом в аудиториях и коридорах - гордых оказанной им честью, сияющих нетерпением и старанием. А по~ом... Потом были эти проклятые жертзоприношения и просто смерти... Распятое на снегу тело одного из Воронов и второе - найденное в трущобах рядом с мертвыми магами. И смерть несчастного секретаря, ставшего прикрытием для мерзавца Денвера, и удушливый страх за Айлин Резенгар. которую так не зовремя понесло на беспокойное кладбище .

- А потом все затихло на долгие, бесконечные как ему тогда казалось, годы, и Грегор читал лекции, водил адептов на практику отчитывал за шалости, но втайне гордилсч их изобретательностью и лихостью, учил всему... ну, почти всему, что знал сам... Почему ему казалось, что он несчастен?! Чего не хватало?!

- Ведь была же у него любовь учеников было уважение коллег, даже восхищение в чужих глазах - и то было! Как сказала Претемнейшая - это и был его путь?1 Когда же и почему он лишился всего, что могло принести его жизни настоящий смысл?!

- Виски мучительно заломило а следом застучало сердце - тревожно и быстро, как геред боем. Грегор остановился у окна стараясь отдышаться, но воздуха не хватало, он казался каким-то пустым, не наполняя грудь, как раньше. Мелькнула мысль позвать целителей, ю тут неприятный приступ закончился, и Грегор пошел дальше, мрачно рассуждая, что если эти годы и вправду оказались лучшими в его жизни, то что-то с этой жизнью определенно вышло не так._

- Несколько человек в темных мантиях с фиолетовой оторочкой он увидел сразу, едва свернул за угол. И хотя сейчас среди них не было ни высокого тонкого Аранвена, ни шумного непоседы Эддерли, ни Резенгар с ее золосами цвета пожара, заметными издалека, Грегор. конечно, не мог их не узнать. Оставшиеся в Академии Вороны - бывшие Вороны! - в попном составе стояли у двери аудитории, тихо переговариваясь.

- При его приближении они разом замолчали и. не переглянувшись, так же одновременно поклонились — очень учтиво и так холодно, что Грегор словно увидел семь копий Дзрры Аранвена. ничуть на него не похожих и в то же время невыносимо ему подобных. Его передернуло - Грегор понадеялся, что незаметно.

- Между прочим, а что они здесь делают именно вместе?!

- Доброго утра, господа адепты, - сказал он сухо. - Если вы ждете занятий у мэтра Аранвена то их не будет Он подал а отставку и больше не преподает в Академии.

- Пару мгновений его бывшие ученики молчали, затем Тимоти Сэвендиш. видимо, на правах старшего, бесстрастно отозвался:

- Благодарю, милорд Великий Магистр, нам это известно. Мы ждем мэтра Витольса, он обещал нам практическое занятие перед экзаменом по нежитеведению.

- Нежитеведение у профана?! Преподавателя истории на факультете разумников-' Благие Семеро, какая все-таки нелепость! Грегор коротко кивнул и прошел мимо, спиной чувствуя семь ззглядов. холодных и острых, как арбале_ные болты. Великий Магистр, значит... Раньше особый курс звал его просто мэтром Бастельеро. Даже когда он принял Звезду Архимага! Возможно в этом обращении не хватало формальной почтительности но... Грегору оно нравилось. И осознание, что он уже никогда его не услышит, снова резануло по сердцу.

- Стиснув зубы и запретив себе расстраиваться - было бы из-за чего! они предали его точно так же. как жена и даже Претемнейшая! - Грегор упрямо поднялся к своему кабинету, молча кляня бесконечную сегодня лестницу. Бросил короткое приветствие вскочившим секретарям и взглядом позвал за собой первого попавшегося. В кабинете упал в кресло, поморщился от жжения в груди и велел

- Напишите приказ о расформировании особого курса некромантов. В связи с тем. что ни у меня, ни у мэтра Аранвена больше нет возможности вести у них отдельные занятия. И дайте прошение Аранвена об отставке, я его подпишу вместе с этим приказом.

- Да. милорд. - поклонился секретарь и впервые за все время, что Грегор его знал, проявил инициативу: - Может быть, передать магистру Эдцерли. чтобы нашел для них преподавателя? Жаль разбивать такой слаженный курс ...

- Не припомню, чтобы просил заших ссзетов. - тихо сказал Грегор. и секретарь, похоже, что-то увидел в его лице, потому что исчез мгновенно и бесследно, словно был по цвету искры не артефактором. а иллюзорником.

- Вот так! И Баргот с ним. с прошлым! С особым курсом который был его гордостью, с памятью о проказах и достижениях этих наглецов... Талантливых дерзких, бесконечно изобретательных паршивцев Ничего, доучатся сами по себе! Они и так получили на его занятиях знаний и умений куда больше, чем досталось обычным адептам! И ни капли благодарности... О. как же правильно когда--о сказал старший Зддерли. что наставник может стать кумиром для адептов, но этот же кумир в одно мгновение слетит с пьедестала если разочарует их.. Чего Грегор точно никогда не боялся, так это кого-то разочаровать^1

- Он рывком подтянул стопку бумаг и взял верхний документ.

- Это оказалось письмо из Карлонии

- Перечитав его дважды, Грегор наконец уяснил, о чем просят карлонские маги по имени Бу- ди-мир Ставор и Ласло Вой-це-хо-вич... Тьфу, до чего же сложные имена! Особенно у последнего титулованного в подписи как бо-я-рин. Что это за звание и чем оно отличается от князя - единственного карлонского титула, известного Грегору. - было решительно непонятно, однако Грегор посчитал это неважным. Если ему захочется прояснить особенности карлонского титулования, можно спросить Ладецки. Главгсе, просьба совершенно ясна.

- Господа карлонцы просили оказать помсщь местному отделению Ордена и созданному при нем учебному заведению, которое они именовали Карлонской императорской академией Ну хоть не просто Академией, что было бы совсем неуместно. Академия - без всяких дополнительных уточнений - может быть только одна, и даже фраганцам не хватило дерзости присвоить это название полностью когда они создавали свою собственную немагическую Ля Люрьез Академитэль.

- Какая же помощь требовалась князю Ставору и бо-я-рину как-его-там? Если объединить и подытожить все перечисленное, то получалось, что... любая^1 С похвальной скромностью карлонцы признавались, что им не хватает преподавателей, учебных пособий и. главное, точных и ясных нормативов, по которым следует оценивать орденских магов. Сами они. похоже, учились у приглашенных из Дорвенанта наставников. Стазор, во всяком случае, писал о себе как о некроманте, а Грегор не помнил никого с таким именем... Или карлонец просто обучался во воемя войны, когда Грегора не было в Дорвенне?..

- В любом случае, понятно, что академического образования мэтрам из Карлонии недостает И они готовы платить недурное жалованье орденским магам, которые приедут с рекомендациями своих гильдий Разумно^1 Иначе мало ли кто к ним хлынет' Еще коллеги с востока просили разрешения купить учебники для адептов, хотя бы образцы, осмотреть академические лаборатории и снять копию с Устава Академии, чтобы сформировать свой по образу и подобию. Тоже вполне логичная и закономерная просьба...

- В конце письма карлонцы рассыпались в тяжеловесных пышных любезностях и осведомлялись не желает ли кто-нибудь из магистров Ордена побывать в Карлонии где его примут со всем возможным почетом и гостеприимством

- Несмотря на отвратительное настроение Грегор невольно улыбнулся, представив подобный визит. В его воображении карлонские маги все были похожи на Ладецки - здоровенные, смахивающие на медведей и с неизменными шестоперами, несмотря на цвет искры. Глупость, конечно... Ехать в Карлонию Грегор не собирался но понимал, что помочь просителям - его долг и как Архимага, и как последователя Семи Благих Что ж хорошая возможность отвлечься..

- В дверь кабинета тихонько, почти вкрадчиво постучали.

- Войдите, - позволил Грегор.

- Тут же на пороге появился секретарь и сообщил:

- Милорд Великий Магистр, господа магистры гильдий ждут вас на Совет

- Совет?! - изумился Грегор. - Разве я приказывал его собрать?

- Не могу знать, милорд' - отрапортовал секретарь как опытный ординарец. - Велено просить вас пожаловать незамедлительно.

- И исчез за дверью, словно это обычное дело, когда магистры сами собирают Совет и приглашают на него Архимага!

- Проводив его взглядом, Грегор тронул пальцем Звезду и заколебался Проще всего было бы вызвать кого-то из магистров и узнать, в чем дело. Но чутье подсказывало, что все не так просто, и вряд ли Совет будет посвящен срочной замене разбитых адептами окон или составлению учебных планов на будущий год Значит, идти на него все равно придется и нельзя давать повод подумать, что Грегор избегает собственных подчиненных!

- Он вышел из кабинета и спустился по треклятой лестнице искренне жалея, что больше не берет с собой трость. Вроде бы давно залеченная нога слегка заныла, и Грегор с отвращением подумал, что именно так. по слухам, подкрадывается старость - утратой прежней ловкости, быстроты и выносливости Но ведь ему еще даже сорока пяти нет - а для мага это совершенно не возраст! Неужели странный недуг деда угасшего слишком рано перешел на внука, минуя сына? Глупости какие! Всего лишь неудачно ступил на ногу, наверное. А приступ нехватки воздуха в коридоре - от нервов. Нужно больше работать, безделье - вот истинная причина слабости^1 А отдыхать потом в обществе сына Пусть Аларик Раэн еще не умеет говорить, но его смех - лучшее лекарство...

- И зачем только он поддался на уговоры и назвал малыша этими дурацкими именами?! Впрочем, достаточно велеть слугам звать юного лорда Стефаном, называть его так самому, и ребенок привыкне- к имени которое дал ему отец.

- «Я все равно воспитаю из него достойного человека, — подумал Грегор. входя в зал Совета и стараяюь не слишком прихрамывать - В любой старой семье имеются страшные или позорные тайны, и жена сбежавшая с любовником, еще не самое отвратительное, что случается На моего сына грязная тень не ляжет, я об этом позабочусь!»

- Он обвел взглядом восемь человек, сидящих за длинным столом, и сухо кивнул, уронив

- - Добрый день, господа магистры.

- Шагнул вперед, ожидая ответа, но все восемь молчали. Больше того - никто из них не встал, приветствуя Архимага'

- Грегор уже внимательнее вгляделся в лица...

- Ладецки хмурится, густые черные брови сошлись на переносице почти в одну линию темные глаза под ними остро блестят... Волански безмятежен, а Райнгартен. сидящий рядом с ним, бледен и потупился.. Эддерли выглядит не слишком хорошо - старый некромант осунулся, под глазами набрякли мешки, но взгляд я-сный и холодный, как у человека принявшего непростое решение - и Грегору очень захотелось это решение узнать... Девериан смотрит осуждающе и даже не пытается это скрыть, зато Валлендорф таращится так. словно вот-вот обмочится от ужаса, как паршивый щенок! Во взгляде Бреннана чистая неприязнь - и неудивительно, они с Эддерли в последнее время особенно близко сошлись. И. наконец Розерстан. Как всегда невозмутимый, безупречно аккуратный и с непроницаемым выражением лица. «Господин Белая мантия. - выплыло из глубин памяти. - Так его назвал Морхальт.. Очень точно!»

- Ну и что это означает? - опросил он вслух, с удовлетворением чувствуя, как сильно и быстро забилось сердце. - Могу я рассчитывать на объяснения?

- Можете. - тяжело и мрачно уронил Ладецки. - Если вот это - и он указал взглядом. - не скажет все необходимое вместо нас.

- Грегор глянул -уда. моргнул... Сердце продолжало гнать кровь быстрее, словно в ожидании драки, но чутье молчало об опасности. Грегор подошел ближе - и сначала замер в непонимании, а по_ом осознал увиденное - и его внутренности скрутило жестокой судорогой.

- На кресле Архимага - его. Грегора. кресле' - лекала красная атласная подушка, посередине которой стояли туфли.

- Бальные туфли, которые Грегор никогда не носил, предпочитая мягкие сапоги. Черные шелковые туфли, расшитые серебряной канителью и крохотными хрустальными бусинами, гранеными ток, что солнечный сост. эолиоаэший эол Сооста, дробился d отих гранях и слепил глаза множеством радужных бликов. Туфли, можно не сомневаться, в точности по его, Грегора, размеру!

- Он с усилием ствел от них взгляд и повернулся к Совету. Магистры смотрели в упор, застыв в напряженном ожидании, а у Грегора в груди снова предательски кончился воздух - совсем как недавно в коридоре.

- Туфли! Барготово дерьмо! Старая как сам Орден традиция! И это не просто оскорбительное пожелание убраться подалоше' Это сообщение что прямых причин для требования отставки не имеется но тот. кому туфли предназначены отныне нежелательная персона 8 чьем-то обществе. Адепты дарят их преподавателю, показывая, что не доверяют его знаниям, обычные маги - магистру гильдии, не оправдавшему их доверие. Но Архимагу?! Такое вообще бывает?!

- Могу я узнать причину? - спросил он звенящим от ледяного гнева голосом, не смотря ни на кого из магистров.

- Он ожидал че-о угодно Что снова ответит Ладецки - не знающий страха боевик Что заговорит Эддерл* - и придется что-то решать с бунтом старого магистра... Он даже от Райнгартена ждал подвоха! Но раздался голос, который Грегор точно не думал услышать:

- Время уходит, милорд. - тихо и очень печально сказал Волански. - И лучше бы вам уйти сейчас пока оно еще на зашей стороне. Мы призвали вас на пост Архимага, зная, что это тяжкое бремя, и еы несли его в меру своих сил. Орден запомнит вас как воина, доблестно стоявшего против демоноз и готового умереть у стен лазарета Как преподавателя, обучившего талантливую смену Как человека, соблюдавшего правила чести. Позвольте нам запомнить вас таким, пока на другую чашу весов не легло слишком многое... Устав Ордена не позволяет сместить Архимага без веских оснований Формально их не имеется. Но совет гильдий просит вас уйти добровольно.

- Уйти?! Отступить?1

- Грегор так поразился, что Золански говорит совершенно обычно, без иносказаний, загадок и дурацких вывертов, что едва не упустил смысл его речи^1 Похвала - и тут же удар' Признание заслуг - и желание избавиться! И от кого? Ладно. Эддерли, Райнгартен... Роеерстан. с которым они никогда не ладили... Не Ладецки дрался рядом с ним в том бою! Девериана Грегор поставил на пост магистра' Заллендорфу, Бреннану и самому Золански никогда не сделал ничего плохого... А сейчас они все - все! - выступили против него!

- И в чем причина? 3 дуэли с младшим Эддерли? Так Саймон уже не гдепт^1 Разумеется, Грегор никогда не поднял бы руку на ученика! Но тот кто получил перстень, должен отвечать за свои поступки, и ссора семьи Бастельеро с семэей Эддерли Ордена не касается... Волански не зря признает, что оснований для смещения Архимага у них нет'

- «А ведь я хотел уйти... - мелькнула мысль - Когда меня позвали на этот пост - оскорбительно позвали, сделав заменой Роверстану! - я был уверен, что не нуждаюсь в нем. Доже собирался уступит» Звезду Райнгартену... 11у так теперэ — г.и за что' К Барготу эти орденские традиции^1 Уйти сейчас - проявить слабость, признать себя виноватым, потерять то, что назвал своим! Не дождутся! Благие видят, подобной уступки с моей стсроны эти люди не заслужили!»

- В полной тишине Грегор медленно поднял указательный палец, на кончике которого засветился болотно-зеленый ого^к Небрежно взмахнув рукой, стряхнул заклятие на омерзительные туфли и с наслаждением увидел, как они истлевают, распадаясь на мгновенно сгнивающие лохмотья Подушка тоже оказалась непоправимо испорчена словно много лет пролежала з сыром склепе и Грегор сделал себе заметку - проследить, чтобы на кресле Архимага поменяли обивку. Дазно пора!

- Круто развернувшись к безмогвно сидящим магистрам, он вытянулся в струнку до боли в позвоночнике надменно задрал подбородок и сообщил, плавясь от ярости:

- - Как верно изволил заметить магистр Волански. у вас, милорды, нет оснований требовать моей отставки А если кто-то из вас не желает видеть меня на посту Архимага, то может уйти в отставку сам. Рекомендую принять решение побыстрее, чтобы я мог подэюкать замену до начала учебного года. А сейчас, милорды, почему бы вам не заняться делом? Магистр Эддерли. представьте мне кандидатуру преподавателя на замену мэтра Аранвена. Чась для особого курса можете не учитывать, я его расформировал. Магистр Ладецки. вас я попрошу сегодня же зайти ко мне в кабинет и дать консультацию. Наши коллеги из Карлонии попросили Орден о помощи, но прежде чем ее предоставить, я должен кое-что узнать.. Магистр Розерстан, извольте объяснить мэтру Витольс/. что профан не может вести у некромантов нежитеведение. Вы взяли этого человека на должность преподавателя истории и редких языков - пусть их и зедет!

- Грегору вспомнилась еще одна мелочь, добавившая этому дню неприятности, и он, уже почти выдохнувшись. ядовито добавил:

- Ах да, магистр Волански' Скажите своему подчиненному... не знаю его имени, молодой такой... В общем, скажите ему что необязательно прятаться от меня при встрече. Не припомню, чтобы успел его чем-то напугать^1

- Я передам, - кивнул Волански с удивительным достоинством словно старого шута и вправду сегодня кто-то подменил. - Мои извинения, милорд Архимаг Мальчик слишком хорош в прорицании, вечно путает настоящее с будущим

- Не найдя, что ответить. Грегор коротко кивнул магистрам и вышел. День, так паршиво начавшийся, еще можно было спасти, и он собрался приложить к этому все возможные усилия У него достаточно дел. в которых можно отыскать новый смысл жизни взамен утерянного!

- Глава 8. Мохнатый дож и арлезийские танцы

- Утро зстретило Айлж не только горячим шамьетом и такими же горячими восхитительными крохотными пирожками с начинкой из сыра и пряных трав, но и небольшой тетрадью в просто

- й темной обложке, которую Амина вручила ей сразу после завтрака.

- Господин велеть передать. - объяснила Амина, заговорщицки улыбаясь. - Сказать, госпожа будет интересно^1

- Айлин неприязненно посмотрела на тетрадь - ну и что. если та возсе не напоминала лабораторный журнал лорда Морхальта^9 Наверняка она, Айлин. еще долго будет ожидать каких-нибудь ужасов под каждым переплетом! Но если Кармель счел, что ей это нужно, стоит по меньшей мере взглянуть на записи. Хотя бы из вежливости!

- Устроившись з кресле у открытого окна и глубоко вдохнув как перед прыжком в воду или началом ритуала. Айлин откэыла тетрадь и изумленно расширила глаза - на первом же листе четким разборчивым почерком, таким знакомым ей по урокам истории, было выведено: ••Способы защиты от чтения мыслей рекомендуемые для профанов».

- Господин для свой друг писать - сообщила Амина. - Друг сюда часто приезжать! Вино пить, мясо есть, платок у Ам^на просить, большой кот ловить - еле шкура спасти.

- Друг? - рассеянно переспросила Айлин. поглаживая тетрадь кончиками пальцез. - Интересно, я его знаю? Монет быть, это месьор д' Альбрэ? Он как раз профан. Но зачем ему защищать мысли?

- Красивый друг, молодой. - уверенно заявила Амина - Часто улыбаться, часто шутить Сам на кот похож^1 Ходит мягко, глаза желтый и зеленый. В тот день, когда господин госпожа привезти, он тоже приезжать. Господин ему спящая госпожа показывать и говорить, что все хорошо. Не бояться, что предать или зло сделать. Если господин своя женщина показать, значит, верный друг.

- Лучано - радостно поняла Айлин. - Да, это прекрасный друг! Значит, он приезжал? И я с ним не повидалась?!

- Она вздохнула, но подумала, что прошло слишком мало времени с попытки похищения. Наверное, Лу и Алу не стой- приезжать сюда - мало ли кого они могут нечаянно навести на след Кроме лорда Бастельеро, есть еще неизвестные похитители Конечно, друзья только поэтому не навещают ее^1

- А я, между прочим, этого большого кота еще не видела. - пробормотала она - Где он прячется и почему?

- Но тут же выбросила из головы всех котсв на свете и даже про друзей временно забыла. Да это же... восхитительный подарок! Не то чтобы она желала скрыть что-то от Кармеля. но как же это похоже на него -позаботиться, чтобы она не чувствовала себя неуютно^1 Действительно, порой она думает глупости, которые созершен-ю не хочется никому показывать!

- Айлин вспомнила про арлезийского льва, который так пригодился ей во время допроса у мэтра Овайна, и тихонько хихикнула. Вроде этого, ага! Ну и вообще мало ли о чем она подумает, глядя на Кармеля?! Может, вспомнит их разговор о... туфлях? И придет к каким-то выводам которые точно захочет пока оставить при себе

- Нет-нет. скрывать свои мысли - это очень полезное умение^1 И как чудесно, что можно, оказывается, не зависеть от амулетов или наличия искры!

- Она принялась завороженно перелистывать страницы, едва заметив, что Амина зыскользнула из комнаты. Магия разума была захватывающе интересной и... совсем не требовала магических сил! Ну да. ведь эти приемы предназначались именно профанам'

- Четким ровным почерком Кармеля в тетради было подробно описано, как очищать разум от мысленного потока и сосредотачиваться на нужной мысли. Арлезийский лев здесь тоже был' Только именовался он черной кошкой, о которой ни в коем случае не следовало думать.

- Айлин опять хихикнула - уж этот прием ей удается прекрасно! Несмотря даже на то. что теперь она понимает его суть. Черная кошка, да? Ну-ну. дорогой магистр Белой гильдии, уж мыто зна-а-аем...

- Она принялась читать другие записи, которые перемежались задачками Некоторые казались удивительно простыми: например, представить перед мысленным взором большую цифру один, написанную ярко-красным цветем Затем - оранжевую двойку и так до самого конца радуги. Айлин сразу попыталась это проделать и обнаружила, что простое задание не такое уж и простое! У нее отлично получалось представлять отдельно цифры и цвета, но совмещаться те и другие никак не хотели'

- Айлин утешила себя тем. что никаким умением нельзя овладеть сразу и без малейших усилий - уж ей-то это прекрасно известно^1 Что магия, что фехтование, что любое ремесло или искусство требуют непременных тренировок! Но какие они у разумников интересные'

- Сколько времени она провела за тетрадью, Айлин и сама не могла бы сказать. Пару раз в комнате бесшумно появлялась Амина, и на столике возникал шамьет блюдо со сладостями, апельсины и яблоки... Айлин увлеченно ела все эти лакомства, запивала их прекрасным орлеэийсиим шамьстом и послождолось кок же доапо оно ничему не училось! И пусть ото очень странная магия, не слишком похожая на магию вообще но уж точно интереснее вышивания или исторических трудов, которые ей приносил дворецкий в доме Бастельеро.

- Она страшно удивилась, когда Амина, в очередной раз появившись в комнате, решительно прервала ее занятия, сообщив:

- Госпожа слишком долго сидеть, голова ломать! Совсем сломать, если еще сидеть' Танцевать надо, кровь разгонять! Потом снова ломать можно!

- Слишком долго? - не поверила Айлин. Посмотрела в окно и осеклась - солнце уже явно перевалило на вторую половину дня - Я даже обед пропустила?

- Госпожа обедать? — прищурилась Амина

- Айлин решительно помотала головой. Есть пока не очень хотелось, а опыт фехтования и танцевальных уроков подсказывал, что тренироваться следует на пустой желудок.

- Госпожа танцевать! - обрадовалась Амина и... вручила ей странный костюм, состоящий из полотняных штанов и рубашки.

- Штаны очень напоминали те. в которых Айлин изображала вендийскую принцессу на маскараде, просторные в бедрах, на щиколотках они подвязывались ленточками А рубашка мягко облегала плечи с грудью, не сковывая движений но была слишком короткой, чтобы заправить ее в штаны. Двигаться в этом костюме с непривычки было неловко, но Айлин вспомнила, что академическая одежда для тренировок сначала тоже казалась неудобной.

- Чулки, кстати. Амина велела снять, и теперь Айлин наслаждалась потрясающим ощущением свободы. Мауритские танцы следовало танцевать босиком. Босиком' Верх непристойности! Но как интересно...

- А нам хватит места? - усомнилась Айлин. оглядывая спальню.

- Для обычных занятий та казалась вполне просторной, но танцевать...

- Сегодня хватит. - успокоила ее Амина. - Госпожа туда-сюда ходить, недалеко Начинать надо с малый!

- И взяла еще одну принесенную с собой вещь - странный жестяной обод с натянутой на него тонкой кожей и подвешенными по всему ободу крошечными бубенчиками Встряхнула - бубенчики звонко откликнулись. Стукнула по натянутой коже костяшками пальцев - инструмент отозвался глухо, но приятно.

- Это голос пустыня. - торжественно и немного печально сказала Амина - Маленький голос. Большой голос из кожи верблюда делать, когда он петь - далеко слышать На нем только мужчины играть. Руки надо сильный, ладони широкий^1 Маленький голос из кожа ягненка, он женский руки любить. На пояс повесить можно, с собой носить. В гости, дома, на базар - везде танцевать! — И шепотом добавила, блеснув глазами: - У господин большой голос тоже есть. На праздник госпожа просить - господин танцевать.

- Кармель... умеет танцевать по-мауритски?! - ахнула Айлин

- Не маурито, нет. — замотала головой Амина - Арлезо! Арлезо и маурито - братья Разные братья, но родные' Господин танцует арлезо, но тоже хорошо, красиво^1 Две сабля брать и танцевать!

- Вот бы посмотреть - восхищенно протянула Айлин и тут же смутилась, но Амина улыбнулась, будто не услышала ничего неприличного, и сказала

- Разве господин отказать возлюбленный женщина? Если женщина хотеть, мужчина исполнять! Или у вас не так?

- У нас о таком даже просить стыдно. - с сожалением призналась Айлин. - Чтобы мужчина танцевал не с женщиной, а для нее... Так нельзя! Это... непристойно!

- Совсем глупый закон, — с осуждением покачала головой Амина. - Женщина хочет показать себя мужчина, мужчина хочет показать себя женщина. Как показать^9 Война драка - плохо. Много крови, беда Танцы - хорошо^1 Скачки - хорошо! Игра в драка хорошо. Женщина смотреть, какой мужчина сильный, у нее сердце таять, глаза гореть, кровь бежать. Потом любовь хорошо!

- Айлин почувствовала, что заливается краской, и взмолилась:

- Амина, дорогая, давай тре нироваться? А то я так ничему не научусь!

- Мауритка кивнула и пошла по комнате странным шагом, отбивая на своем маленьком инструменте ритм то ладонью, то кончиками пальцев, отчего он каждый раз звучал по- разному...

- * * *

- Альс, ты должен пойти со мной. - торжественно заявил Лучано. входя в королевский кабинет без доклада.

- В конце концов, какой смысл иметь привилегии, которым все завидуют и никогда их не использовать?

- М-м-м-м...

- Друг и монсиньор. закопавшийся в документы, приподнял от них голову, рассеянно глянул на Лучано и тут же с ужасом воскликнул:

- Лу! Зачем ты привел эту тварь?1 Он же перепортит, ой...

- Нравится? - с гордостью поинтересовался Лучано. который уже провел тщательно подготовленный эксперимент на гвардейском карауле, стайке фрейлин и трех дежурных пажах.

- Результат эксперимента позволял надеяться, что Альс тоже отвлечется от государственных дел в которые погрузился с нездоровым рвением.

- Ну а кто не отвлечется на холеного упитанного енота, наряженного в золотую цепь с гербовым знаком, кожаный пояс, усыпанный такими же золотыми бляшками, и. главное, в синий шелковый берет с пряжкой и ярким фазаньим перышком?!

- Перлюрен, которого Лучано три дня учил носить эту роскошь, не теряя и не снимая, недовольно похрюкивал но стойко переносил лишения - знал, что потом будет щедро вознагражден Сейчас енота, ввалившегося з кабинет следом за Лучано. больше всего интересовало кресло, на котооом развалился Флооиморд. Он сунулся носом к пушистому приятелю, бесцеремонно растолкал спящего кота обнюхал его и. убедившись что синьор Флориморд не скрывает ничего вкусного, исправился к столу, но тут Лучано его ловко перехватил.

- Лу... Ты что с ним сделал?! - Альс наконец-то заулыбался и откинулся на кресле с любопытством разглядывая енота. - Это что. дворянская цепь? Хм не припомню, чтобы даровал ему дворянство... Мысль, может, и неплохая, но повторять шутку дважды - дурной тон.

- Это не дворянская цепь, а знаки дожа, - невозмутимо сообщил Лучано. - Видишь бляху на поясе и такую же на цепи? Там герб, которьй ты мне пожаловал. А это значит, что синьор Перлюрен - законный дож моих владений в Озерном Крае и обладает правом собирать налоги и пошлины.

- Собирать налоги он умеет. - рассмеялся Аластор. - Но кого ты хочешь ими обложить? Других енотов у меня во дворце нет. хвала Всеблагой Матери

- Причем тут его сородичи? - изумился Лучано. - Мы с синьором Перлюреном дель Енотто собираемся поохотиться на более крупную дичь. Идемте, ваше величество!

- Он щелкнул пальцами, подзывая Перлюренг. и Аластор. посмеиваясь, пошел за ними.

- Только ненадолго, - предупредил он - У меня сейчас встреча с итлийским послом, а через час приедет Аранвен-младший с каким-то очень важным делом. Может, он нашел тех. кто напал на Айлин?

- О. это было бы белиссимо! - отозвался Лучано - А насчет посла не изволь беспокоиться, его-то мы и встречаем. Поверь, п>настоящему шутку с дожем способен оценить только итлиец.

- Ты собираешься пошутить над племянником старого Риккарди"> - настороженно уточнил Аластор. - Надеюсь, он посчитает твою шутку забавной..

- Королевскому любимчику положено чудить и развлекать своего повелителя, - беззаботно сообщил Лучано. - Говорят, синьор Джакомо Риккарди - веселый парень. Ну, для Риккарди, конечно . О. а вот и грандсиньорины. Ч подумал, что им тоже будет весело.

- Братец Аластор^1 - Две девочки в светло-синих платьях кинулись к Альсу, презрев требования этикета. - Как ваши дела? Нам все время говорят, что вы заняты, и чтобы мы вас не беспокоили! А мы соскучились'

- Как всегда, говорила Алиенора. Береника молчала, рассматривая Аластора сияющими глазами и теребя кружевной платочек. Аластор опустился на одно колено и обнял обеих сестер разом. Девочки завизжали от восторга, а Лучано умиленно подумал, что попранный этикет - невеликая цена за искреннюю детскую радость.

- Прошу прощения, - зесело сказал Аластор, поднимаясь и беря названых сестер за руки. — Я дейиiвиiелопо был ммж. Ни еини вылииие си мной увиделся. лгибые дела пидижду i Не так ли. леди Мэрли?

- Он со значением взглянул на старшую фрейлину, сопровождающую принцесс, и та церемонно присела в реверансе.

- А лорд Фарелл обещал показать нам шутку с Перлюреном, - похвасталась Алиенора и потянула Альса к высоким перилам, отделяющим галерею второго этажа от парадной лестницы - Братец, а это правда, что сегодня приедет один из наших кузенов? Как ты думаешь, он нас навестит?

- Нисколько в этом не сомневаюсь. - подтвердил Аластор, и Лучано про себя усмехнулся.

- Даже если синьор Джакомо не собиэался наносить визит своим юным родственницам, теперь у него просто не осталось выбора Впрочем, Риккарди и так не оставляют дочерей Беатрис учтивым ненавязчивым вниманием, во дворец часто присылают книги на итлийском языке, красивые безделушки и разнообразные лакомства

- Все эти подарки, прежде чем отправиться по назначению, проходили через службу канцлера и осмотр Лучано - после случая с принцессой Пьячченца Аластор стал осторожнее, и Лучано его в этом полностью поддерживал Мало ли. в чьих руках побывали книжки с картинками или апельсиновые цукаты по дороге из одного дворца в другой Риккарди, положим, принцессам вряд ли навредят, но у них немало врагов, да и король Дорвенанта стал важной фигурой на доске для политических игр...

- Прошу занять место у перил, блистательные синьорины. - торжественно попросил Лучано - А вы. монсиньор. встаньте вот здесь, у колонны Шутка не получится, если нас увидят.

- Аластор послушался, принцессы и вовсе присели, спрятавшись за перилами и жадно разглядывая пока еще пустую лестницу. Леди Мэрли вздохнула, наверняка осуждая происходящее однако оставила свое мнение при себе и отошла на несколько шагов

- Где ты взял берет для енота? - вполголоса спросил Альс. - А пояс?! Ладно еще цепь...

- Берет любезно сшила синьора Катрина, - сообщил Лучано. - И даже выдала кучу запасных перышек, потому что Перлюрен их сгрызает, стоит отвернуться. А цепь и пояс - подарок моего знакомого банкира Почтежый синьор очень просил принять их в знак дружбы

- Дружбы с твоим енотом? - ехидно уточнил Аластор. - Какой, енотслюбивый господин этот банкир. Хорошо, что хотя бы Флориморд не принимает подарков!

- На твоем месте я бы не был в этом так уверен, — парировал Лучано. - О, а вот и гость! Тссс!

- Он снова щелкнул пальцами - теперь на другой манер, и Перлюрен уверенно направился к лестнице. Спустился на несколько ступеней и сел примерно посередине, приподнявшись всем телом, сложив передние лапы на груди и опираясь на задние с хвостом. Лучано покосился на Аластора и увидел, что друг не сдерживает широкую улыбку. В ярком берете и блестящих регалиях енот был точь-в-точь важный королевский чиновник!

- Невысокий итлиец в темном камзоле и таком же щегольском берете, как у Перлюрена. стремительно прешел по холлу, начал подниматься по лестнице v . остановился, увидев енота. Рядом с Лучано тихонько хихикнули принцессы и тут же зажали рты ладошками.

- Перлюрен с достоинством протянул лапу, повернув ее кверху и сложив горстью. Итлмйский посол - теперь хорошо было видно его смуглое лицо с характерными чеканными чертами, как у всех Риккарди, хмыкнул и попытался обойти наглого зверя Перлюрен ловко отскочил, снова сел на двух ступеньках Baiiiie и опять протянул лапу, показывая, что не намерен уступать. Еще и затрещал недовольно и требовательно

- Матушка Всеблагая. - по-итлийски пробормотал посол, приглядевшись. - Енот в регалиях дожа?! Вроде бы я и не пил давно...

- Енот снова застрекотал.

- Принцессы тихонько, но восторженно запищали.

- Аластор. который по-итлийски почти не говорил, но понимал все лучше, усмехнулся

- Посол настороженно огляделся, проявляя похвальную предусмотрительность и сообразительность но никого не увидел. Поэтому снова пригляделся к еноту и поцокал языком

- Черный кот на золотом поле? - спросил он самого себя. — Не знаю такого герба Но вам, синьор дож, виднее, для кого вы собираете пошлину...

- Перлюрен, который за эти три дня убедился, что перед протянутой лапой не способен устоять никто, особенно если к этой лапе прилагаются берет, умильные глаза и толстые мохнатые щечки, спустился на ступеньку ниже и опять потребовал дань

- Всеблагой клянусь, прямо как дома - вздохнул посол и... полез в кошелек на поясе. - Достаточно вам этого, синьор?

- Протянул Перлюрену серебряную монету и попытался было его обойти, но Перлюрен сунув монету за щеку, сноза преградил синьору Джакомо путь.

- Мало?! - удивился тот. - Синьор, что вы с деньгами делать-то будете?

- Перлюрен застрекотал, и в треске отчетливо слышалось, что это никого не касается. Уж он, мол, найдет собранной пошлине применение. Джакомо Риккарди развел руками, немного помедлил и вытащил на этот раз полновесный золотой скудо. Перлюрен с достоинством принял монету, придирчиво оглядел, попробовал ее на зуб, словно опытный меняла, и сунул за другую щеку.

- Не выдержав. принцессы взвизгнули уже громче, а потом вскочили и выглянули за перила. Аластор. не сдерживая смеха, тоже шагнул из-за колонны Риккарди, увидев их фигуры, мгновенно просиял, поклонился и радостно воскликнул

- Ваше величество! Ваши прекрасные высочества, дорогие кузины! Так это... ваш милый зверь?

- Милый зверь, бессовестно обобравший посла на приличную сумму, уже приглядывался к пряжкам на его туфлях

- Грандсиньор. берегите туфли. - предупредил Лучано. тоже показываясь из-за перил. — И прошу прощения за эту маленькую шутку. Перлюрен, верни граидсиньору деньги, друзья Дорвенанта могут входить во дворец без пошлины.

- Енот недовольно засопел и поглубже затолкал монеты в пасть, показывая что не намерен с ними расставаться.

- Синьор Перлюрен дель Енотто принадлежит лорду Фаредпу. - посмеиваясь, объяснил Аластор.

- Ах, вот как... - Риккарди одарил Лучано легкой полуулыбкой и поклонился уже лично ему.

- Что ж. синьор, кто-кто. а вы имеете полное право назначать дожей. Нет-нет не забирайте монеты. Право, это пустяк, и я рад. что повеселил прекрасных кузин.

- "А заодно короля Дорвенанта. - продолжил про себя Лучано. - Немного смеха - отличное начало для разговора о серьезных вещах, м? Интересно, что нужно Риккарди?

- Алиенора. Береника. мы с вашим кузеном займемся делами, а потом он обязательно вас навестит. - сказал Аластор. и раскрасневшиеся девочки, вспомнив о приличиях, чинно присели

- Непременно навещу, милые кузины, - весело сказал Джакомо и снова поклонился. — И принесу подарки, которые привез...

- Осторожно, кузен! - вскрикнула тихоня Береника. указывая взглядом на его туфли.

- Перлюрен. нельзя' - спохватился Лучано, забирая мохнатого дожа в последний момент, когда пряжка еще не рассталась со щегольской туфлей посла, но уже исчезла в енотьей пасти.

- Стыдно!

- Дож, которому стыдно? - уточнил Джакомо. - О, синьор, я скорее поверю в скромного енота, чем в честного стыдливого дожа._ Позвольте узнать, а что этот исключительный зверь делает с пошлинами? Неужели сдает в казну?

- Если бы. - хмыкнул Аластор - Я бы тогда половину своих чиновников заменил енотами дешевле обошлось бы.

- Джакомо понимающе хохотнул, и они с Аластором пошли в сторону кабинета, а Лучано поспешил поручить Перлюрена ближайшему пажу, велев отвести его в сад. За судьбу денег он нисколько не волновался, зная, что эти монеты пополнят личную копилку Перлюрена - старый кожаный кошелек, который енот хранил под кроватью Лучано. Монеты в нем неуклонно прибавлялись, и Лучано иногда гадал, для чего их собирает енот, и так не обделенный лакомствами и игрушками. Может, на собственное поместье, в котором собирается коротать старость'' Или на поездку в Итлию за апельсинами? В любом случае, повадки Перлюрена - прекрасное средство развеселить Альса, а вечно занятый монсиньор. оставшийся без

- любимого и необходимого, как воздух, канцлера, в этом нуждается.

- * * *

- Очень быстро Айлин поняла что тренировки в Академии, на которых сначала мэтр Вильмар а потом и сам магистр Ладецки гоняли адептов, как некромант - упырей в полнолуние, ни за что не сравнятся с уроками Амины Через два часа - всерьез задумалась, так ли ей нужны «тонкий талия» и «пышный бедра», а к исходу третьего ясно поняла что наверняка существует множество способов умереть куда проще и приятнее.

- Выяснилось, что она. Айлин. все делает совсем неправильно. Даже стоит^1

- Госпожа двигаться как стальной меч^1 - категорично заявила Амина в самом начале урока, стоило Айлин по ее просьбе сделать несколько шагов на цыпочках.

- А как надо? - удивилась она.

- Как шелковый платок, - объяснила Амина и решительно скомандовала: - Пусть коленки госпожа станут мягкий, как масло!

- Айлин честно попыталась - и колени тут же согнулись, так что она едва не упала, но Амина осталась довольна. Зато потом!

- С «мягкий, как масло», коленями следовало не только стоять, но и ходить, умеряя шаг так, чтобы не звякнул ни один колокольчик на широком браслете, который Амина надела Айлин на щиколотку

- Едва колокольчик перестал греметь, как большой тревожный колокол на башне Академии, как Амина придумала новую каверзу, потребовала замереть и нарисовать круг бедрами Айлин смутилась, предстазив, как непристойно это будет выглядеть, особенно в костюме для тренировки, но уже через несколько минут забыла о приличиях - так неожиданно сложно оказалось исполнить указание. Выяснилось, что круг должен быть ровным и плавным, причем стопы не могут ни на волос отрываться от пола, а голова, плечи, руки и даже талия обязаны остаться совершенно неподвижными! «Как каменный статуя», - уверенно сказала Амина

- У самой мауритки это получалось та к легко, словно в ее теле не имелось ни одной кости Ну или они располагались созершенно иначе! А когда она танцевала... У Айлин, смотревшей на невероятнее зрелище сердце колотилось, а дыхание перехватывало. Как может живая женщина, а не бесплотный дух или сказочная альва. двигаться так легко, невесомо, стремительно и грациозно Может, мауриты не совсем люди?' Да никогда в жизни Айлин так не научится'

- Научится! - смеясь, повторяла за ней Амина и с некоторым сожалением добавляла: - Госпожа поздно начинать. Наши девочки рано. Ходить начала - можно танцевать учить. Сначала девочка прыгать как ягненок. Потом расти. Начала кровь ронять - невеста стать. Как невеста не танцевать? Замуж вышла - родить пора Чтобы легко родить - танцезать надо. Женщина стала мать, потом другой раз и много - опять танцезать! Старуха быть - тоже танцевать. Себе сердце радозать. молодой женщина учить._ Госпожа тоже научится' Амина не старуха, но учить уметь!..

- Когда мауритка объявила, что урок окончен. Айлин едва не улеглась прямо на ковер, такой мягкий и удобный, но экономка безжалостно указала в направлении купальни.

- Госпожа надо размять. - объявила она. - Не то завтра госпожа не мочь снова танцевать!

- «Завтра?!» - ужаснулась Айлин про себя, но только покорно кивнула и поплелась в купальню.

- Вода - это хорошо! Это просто прекрасно! В воду можно лечь и лежать, лежать, лежать...

- Госпожа подниматься - услышала она сквозь дремоту голос Амины. - Господин ждать.

- Не могу. - пробормотала Айлин. едва ворочая языком, и ужасно удивилась

- Язык - кажется, единственное, что не нужно для этих... мауритских танцев, тогда почему устал даже он?

- С ужин ждать! — веско прибавила Амина

- Айлин вдруг почувствовала, что не так уж она и устала.

- То есть еще как устала' Но не настолько, чтобы пропустить ужин!

- Быстренько вытащив себя из купальни, она натянула принесенные Аминой чистые вещи, позволила вытереть ы расчесать себе волосы. Есть хотелось так. что в желудке сосало, а ноги подгибались! Однако столовая, в которую Айлин едва не прибежала, сдерживая себя из последних остатков приличий, встретила ее пустотой! Айлин растерянно замерла на пороге.

- Госпожа в сад идти. - подсказала из-за ее плеча вездесущая Амина. - Вечер теплый, господин зелел мясо в сад жарить Алонсо уже давно огонь жечь, угли делать ягненок в молодой вино мочить.

- В открытое окно столовой из сада действительно повеяло неземным ароматом жареного мяса, и у Айлин позорно заурчало 8 животе. Она поспешила на террасу, втихомолку радуясь, что дом Кармеля куда меньше особняка Бастельеро - вот там можно и с голоду помереть, пока доберешься до еды!

- Разумник обнаружился на террасе. Он колдовал над жарозней, от которой исходил тот волшебный, умопомрачительный аромат, по которому Айлин пришла сюда, будто г,о проложенному для нее магическому следу Рядом с жаровней стоял стол, накрытый к ужину, и два кресла

- Айлин сглотнула слюну, оглядела уютный уголок и пообещала себе что завтра устроится с книгой именно здесь!

- Обернувшись и окинув Айлин понимающим взглядом. Кармель улыбнулся одними глазами и молча протянул ей тонкий вертел с нанизанными на него кусочками уже готового мяса. И снова отвернулся к жаровне.

- Айлин почти упала в кресло впилась зубами в ближайший кусочек, стащила его с вертела М-м-м, как вкусно!

- Нежное мясо таяло во рту! Во всяком случае, по пути к желудку уж точно!

- И как восхитительно ужинать зот так запросто, не в столовой, а на террасе, и даже не поддерживать предписанную этикетом застольную беседу! То есть... говорить с Кармелем - одно удовольствие но, оказывается, молчать рядом с ним тоже можно без малейшей неловкости. И как же от этого тепло...

- Второй кусочек мяса она съела так же медленно, наслаждаясь вкусом и почти забытыми запахами костра и дыма, а стащить с вертела третий не успела - между столбиками террасы вдруг просунулась серая пушистая лапа.. Кошачья?! Того самого кота, о котором говорила Амина? Или нет? Разве бывают кошки такого размера?!

- Лапа зашарила по полу, и Айлин не выдержала

- Кармель? - шепотом окликнула она. и разумник обернулся

- Это Дон Леон. - сообщил он так учтиво, что Айлин сразу поняла - оба слова начинаются с заглавной буквы, как и Дон Торнадо. - Арлезийский лесной кот. который по воле судьбы переехал ко мне домой. Прошу вас быть с ним осторожнее, моя дорогая Дон Леон не ручной кот и не терпит фамильярности.

- А... угостить е-о можно? - так же шепотом спросила Айлин.

- Попробуйте. - предложил Кармель. - Он, правда, предпочитает добывать пищу сам. но кто знает... Только не делайте резких движений.

- Айлин положила кусочек мяса на ладонь и замерла так неподвижно, словно сидела в засаде на самое осторожное из умертвий Вроде опытного образца номер Тринадцать, на котором в Академии тренировали адептов...

- Серая лапа вытянулась еще сильнее 8 тщетной попытке достать мясо, недовольно поскребла когтями доски пола. и. наконец, из темноты показалась вторая лапа, затем крутая голова с небольшими для такого крупного кота ушами и пронзительно-желтыми глазами, а потом и весь темно-серый в черную полоску кот.

- И правда, здоровенный! Намного крупнее обычных кошек! Айлин едва дышала восторженно разглядывая кота и понимая, почему он может быть только Доном^1 А заодно - почему Амина считала, что этого кота никакая собака не обидит" Пушок с ним бы справился наверное, но Пушок и сам очень большая собака! Пожалуй, разница между ними такая же, как между обычными котом и собакой...

- Словно услышав ее рассуждения, кот дернул ухом и помедлил. Но мясо пахло призывно и для него тоже^1 Поэтому полосато-серый арлезийский дворянин сделал шаг. потом другой и сел. обернувшись странно коротким хвостом. Еще немного помедлив, недовольно сощурился, снова вытянул лапу, дотянувшись ею до ладони Айлин. выпустил устрашающей длины когти и снял ими кусочек мяса так аккуратно и ловко, словно вилкой! Даже не задел ее руку!

- И тут же прыгнул прочь с террасы, мгновенно скрывшись в кустах.

- Кармель удивленно покачал головой:

- Не думал, что у вас получится. - признался он. - Дон Леон чрезвычайно недоверчив. Иногда он соглашается взять мясо из моих рук. но. насколько мне известно, больше никто не удостаивался такой чести

- Значит, я могу гордиться. - улыбнулась Айлин и тут же обеспокоилась: - А что. если они с Пушком не поладят?

- Ну, ваш пес - очень умное создание. Будем надеяться, что они уживутся. Как прошел ваш день, моя дорогая?

- Чудесно... - Айлин поерзала в кресле, борясь с желанием подогнуть под себя нош. но решила не нарушать этикет настолько непростительно - Я читала учебник по магии разума, который вы мне оставили. Потом Амина учила меня танцевать...

- Кармель снял с жаровни очередной вертел и снял с него мясо на пустое блюдо, поставив его перед Айлин. Положил туда же нарезанный ломтиками сыр, тонкие лепешки. Налил в два бокала светло-золотистое вино, от которого повеяло тонким нежным запахом. Казалось бы. ничего странного в этом не было, обычная забота хозяина дома о гостье, и все-таки эта мягкая уютная! простота тронула Айлин так. что у нее даже в носу защипало, а на глаза навернулись слезы.

- Сморгнув их. Айлин спохватилась:

- А как прошел ваш день?

- Занимательно - ответил разумник, помолчав несколько мгновений. - Лорд Бастельеро отказался добровольно покинуть пост Архимага, а у созета магистров нет оснований отправить его в отставку. Однако есть надежда, что в ближайшее время он будет занят делами Академии и остального Ордена Кстати, он распустил особый курс, который больше не называет себя Воронами Бастельеро

- Распустил Воронов?! - вскрикнула Айлин. уронив вертел - к счастью, на блюдо - Это из-за меня?!

- Ну что вы. дорогая! — улыбнулся Кармель - Не лишайте своих друзей чести самостоятельно вызвать неудовольствие лорда Бастельеро. Поверьте, в этом они вполне способны обойтись беэ вашей помощи. Впрочем, он уже давно не вел у них занятия, это добровольно делал Дарра Аранвен. А теперь Дарра покинул Академию, чтобы сменить отца на посту канцлера, и у Воронов больше нет особого преподавателя

- Жаль, - вздохнула Айлин. - Я надеялась, что хотя бы они доучатся вместе...

- Ну. никто ведь не запрещает им общаться. Насколько мне известно, они стали ходить на занятия одного из моих преподавателей. Мэтр Витольс ведет историю и древние языки, а в свободное время увлекает;я практической некромантией для профанов Говорят, его уроки кладбищенского мастерства очень интересны.

- Мэтр Витольс? А он...

- Айлин осеклась, вспомнив, что далеко не все посвящены в тайну обаятельного клыкастого мэтра. Точнее, только они с Аластором и Лучано И, наверное не стоит даже думать, что Витольс... Черная кошка' Нельзя думать о черной кошке! А еще лучше - ни в коем случае не думать о Доне Леоне! Серсм полосатом Доне Леоне с хищным огнем в желтых глазах, ярких, как драгоценные камни... О его когтистых лапах и необычно коротком хвосте...

- Айлин сама удивилась, как легко сменила мысли - точь-в-точь по учебнику' Опасное знание про аккару уступило место образу кота снимающего мясо у нее с руки, и Айлин даже оглядела сад в поисках Дсна Леона, но тот не показывался из кустов. Так вот как работает магия разумников^1

- О, мэтр Витольс - прекрасный преподаватель. - немного рассеянно подтвердил Кармель и сделал глоток ви1а. - Очень удачное приобретение для Академии ..

- Вы сказали что магистры просили лорда Бастельеро покинуть пост Архимага. - поспешно сменила Айлин огасную тему. - А разве так можно? Я думала, Великий магистр - это на всю жизнь!

- Далеко не всегда. Великий Магистр может заболеть, состариться, устать от своей должности - тогда он уходит в отставку добоовольно Он может совершить какой-то поступок, недостойный Главы Ордене - и тогда главы гильдий вправе потребовать его принудительной отставки. А еще его можно просто попросить уйти К сожалению, лорд Бастельеро пока не дал формальной причины лишить его Звезды Архимага Бедняга Саймон уже получил перс~ень полного орденского мага, поэтому прежние отношения наставника и ученика между ним и лордом Бастельеро прекратились... - Кармель сделал еще глоток, поставил бокал и продолжил - Однако, кроме Устава есть еще традиции и правила чести. Магистры посчитали, что лорд Бастельеро нарушил именно их.

- Наверное, это милорд магистр Эддерли сказал? - тихонько спросила Айлин, которую опять окатило мучительным сожалением и зи-юй.

- Наш дорогой Говард - лицо в этом случае заинтересованное. И уж он бы никогда не позволил себе вмешивать Орден в личную ссору Нет вопрос о недостойном поведении Архимага подняли магистры Ладецки и Девериан.

- Девериан?! - поразилась Айлин. - Но он же... То есть понятно, почему милорд магистр Ладецки возмутился. Боевики очень щепетильны в вопросах дуэлей! Но Девериан... Причем тут артефакторы?

- Полагаю, милорд Девериан выступил не как артефактор. а как лорд из Трех Дюжин и... отец пяти дочерей примерно вашего возраста. - Кармель вздохнул и пояснил для ничего не понимающей Айлин. - Как лорда золотой крэвн его возмутило, что лорд Бастельеро едва не прервал прямую линию рода Эддерли. причем по причине, которую вряд ли можно считать основательной. Саймон - единственный сьн лорда Говарда и леди Мариан, его жизнь - огромная ценность для Дорвенанта И рискоеать наследником рода из-за пустяковой обиды - это недостойно главы другого рода. А еще.. Видите ли. Айлин. перед вашей свадьбой лорд Бастельеро весьма неосторожно обмолвился на Совете магистров дав понять, что вы с ним находились,- в тесных отношениях

- Он - что?! - с ужасом прошептала Айпин, отшатываясь от стола и сидящего напротив разумника. - Он рассказал, что я... что мы... рассказал всем?!

- Я вынужден отдать ему должное. - бесстрастно сказал Кармель, - намерения у лорда Бастельеро были самые лучшие - как он их понимал На вас легло подозрение в связи с Барготом, и он старался вас защитить

- С Барготом?! - простонала Айлин. - Но.. почему?!

- «Никто же не знал. - метнулось у нее е мыслях - Я никому не сказала, что было в Запределье! Черная кошка! Арлезийский лев! Серый арлезийский кот: Что угодно, хоть дюжина умертвий, играющих в салочки на кладбище, тэлько бы не думать о том. о чем думать нельзя!»

- Вы вернулись из Запределья живой и невредимой. - просто пояснил Кармель. - Ваше нездоровье потом - следствие тяжелого пути и напряжения сил. как душевных, так и физических. Но Запределье вас не погубило и некоторым лицам это показалось подозрительным среди них не было ни меня, ни магистров ладецки. Эддерли и Бреннана - все мы оказались на вашей стороне. Но обвинение все-таки прозвучало... И лорд Бастельеро объявил Совету, что вы его невеста и носите его ребенка, поэтому неприкосновенны. Тем самым он. преподаватель, признался в том. что соблазнил адептку а вот это уже преступление. И если бы он на вас не женился...

- Да лучше бы не женился! - Айлин вскочила, в волнении прижимая руки к груди. - Лучше бы всего этого не было! Да лучше бы меня обвинили в связи с Барготом. чем... чем...

- Успокойтесь, дорогая - мягко попросил Кармель. встал и сделал шаг к ней

- Айлин подумала, что он обнимет ее. и в этот момент все ее существо воспротивилось Она любила Кармеля! Но сейчас даже мысль о том что кто-то прижмет ее к себе и тем самым лишит малейшего подобия свободы, вызывала страх и отвращение Она не хотела объятий^1 Любые объятия, пусть самые нежные, это плен! Это невозможность отшатнуться, сделать шаг назад, убежать или сопротивляться^1

- Однако разумник протянул к ней руку так же осторожно, как она сама протягивала ее к лесному коту. Обхватил ее крепко сжатую кисть горячими ладонями и замер, глядя Айлин в глаза, но не пытаясь притянуть ее ближе. От этого уверенного, но ничего не требующего прикосновения кулак Айлин постепенно разжался, и она глубоко вздохнула.

- Он опозорил меня. - сказала Айлин шепотом. - Я надеялась что знает только магистр Бреннан... и вы..

- Он опозорил себя, моя дорогая, - ласково возразил Кармель. забирая и вторую ее руку, согревая в своих и прикасаясь так мягко, что это не казалось ни оскорбительным, ни опасным. - Вы поступили неосторожно, когда явились к нему домой, однако будь на месте лорда Бастельеро магистр Ладейки или., да хоть магистр Райнгартен! Вы думаете, дело кончилось бы так же?

- Нет. конечно! - выдохнула Айлин. - Но... он говорил, что любит меня Что только поэтому... поступил так.

- Любовь требует ответственности и чести. - спокойно сказал оазумник. - Благие видят, что я вас люблю. Но я бы презирал сам себя, окажись вы рядом со мной не в безопасности. Если бы лорд Бастельеро вас любил, он бы позаботился о вас, а не о своем удовольствии Пусть он потом и прикрыл свой позор браком, но уважения среди магистров ему это не добавило, я вас уверяю Тот же Девериан не мог не подумать, что на вашем месте могла оказаться одна из его дочерей. Архимаг должен служить примером благородства для остальных магов. Тот кто обесчестил свою ученицу и изуродовал ученика, пусть и бывшего, не должен возглавлять Орден И пусть формальных причин для отставки нет - к моему глубокому сожалению! - но магистры ясно выразили свое отношение. - Он усмехнулся краешками губ, по-прежнему грея ладони Айлин в своих, и добавил: - Признаться, я впервые наблюдал у глав гильдий такое редкостное, прямо невероятное единодушие^1

- Айлин тихонько фыркнула и про себя согласилась: у лорда Бастельеро просто талант вызывать в людях сильные чувства! Жаль, что эти чувства обычно меняются к худшему, стоит им узнать его получше. Если бы она в свое время не очаровалась его образом, если бы вовремя разглядела за сиянием славы настоящего человека.. Сколько глупостей она бы не сделала!

- Кармель же вздохнул и сказал уже другим тоном:

- Простите, дорогая я вас расстроил. Но вы имеете право знать все. что касается вас так или иначе. Обвинения в вашей связи с Барготом давно сняты, об этом позаботились люди, которые вас любят и верят в вашу невиновность. И я надеюсь, что ваша свобода скоро будет снова принадлежать вам.

- Он склонился к ее рукам, которые так и держал в своих, и осторожно, с величайшей нежностью коснулся их губами. Горячее дыхание, а потом и прикосновение обожгло Айлин. как неудачно сорвавшийся с пальцев аркан, но отозвалось не болью, а сладкой истомой, которая прокатилась по всему телу. Дыхание перехватило, кровь бросилась в щеки, а Кармель. подняв голову, посмотрел Айлин е глаза и очень серьезно - только в глазах плясали смешинки - заявил:

- Позвольте надеяться, что когда-нибудь я увижу мауритские танцы в вашем исполнении. Думаю, это будет незабываемое зрелище

- Только если взамен я увижу арлезийские - в вашем. - парировала Айлин отчаянно краснея и не зная, чего ей хочется - чтобы ее немедленно отпустили или чтобы не отпускали долго-долго. - Амина мне рассказала, что вы умеете^1

- Договорились, - так же серьезно согласился Кармель - А теперь, может, продолжим ужин? Я бы не полагался на великодушие Дона Леона, он вряд ли оставит нам хоть кусочек если зазеваемся. В каждом арлезийце дремлет разбойник, и мой кот не исключение.

- Вы и о себе так говорили. - улыбнулась Айлин. позволяя снова усадить себя в кресло.

- Разве я был не прав? - приподнял разумник широкие густые брови. - Не выпускать то. что попало в руки - вот девиз арлезийских разбойников, и он вполне согласуется с моими принципами.

- И он окинул Айлин таким восхищенным горячим взглядом, что она еще сильнее покраснела и потупилась, а про себя решила что выдержит любые уроки Амины, но обязательно увидит эти загадочные арлезийские танцы в исполнении Кармеля. Даже если ради этого придется самой делать круги бедрами и колени «мягкий, как масло». В конце концов, она - замужняя женщина, которая прячется в доме совершенно постороннего мужчины. А еще ее сомнительная слава после похода к Разлому, положение королевской фаворитки, раздельное проживание с мужем и бегство от него... С точки зрения общества, ей уже некуда глубже падать в пучины порска, так почему бы не позволить себе при этом быть счастливой?!

-

- Глава 9. Ледяной канцлер

-

- Причину -важного визита» грандсиньора Дарры Лучано узнал от него самого, явившегося в королевский кабинет ровно часом позже, и сам удивился, насколько эта причина его расстроила. Казалось бы. ему-то что за дело до смены канцлера в Дорвенанте? Просто один Аранвен уступил место другому, помоложе и возможно, даже позубастее. Для королевства, а значит, и для Альса, сплошная польза'

- «Себе-то хоть ме ври, - мрачно подумал Лучано. затевая шамьет по сложному рецепту, призванному отогнать дурное настроение - с некоторых пор он держал еще одну жаровню со всем необходимым прямо 8 кабинете Альса. Вот как раз для таких случаев - При грандсиньоре Дарре все будет не так. как при грандсиньоре Ангусе, и тебе ли этого не понимать? О. конечно, служба канцлера, призванная обеспечивать порядок и безопасность, продолжит работать как точнейшие часы. но... что-то безвозвратно и непоправимо уйдет из вашего с Альсом обихода. Или ты можешь представить, как вы втроем - теперь уже с грандсиньором Ледяной Глыбой' - пьете шамьет обсуждая большие и малые новости'' И Аранвен-младший, подобно своему предшественнику, тонко и забавно шутит с удивительно серьезным лицом, а твой друг и монсиньор сначала принимает это за чистую монету - на мгновение, не больше! - а потом понимает, фыркает и сам улыбается от всей души? Вот этого будет особенно жаль, потому что улыбка Альса - штука редкая и драгоценная... Как обидно!»

- С другой стороны, грандсиньор Ангус не рабочая лошадь, обреченная сдохнуть прямо в постромках. Свой долг перед страной он выполнил безупречно, можно лишь восхищаться такой самоотверженностью.

- И, конечно. Аластор это понимал не хуже поэтому, вздохнув, подписал прошение об отставке, пока Лучано хлопотал над жарсвней. а следом - заранее подготовленный секретарем указ о назначении, лично вписав туда полное имя грандсиньора Аранвена-младшего.

- Надеюсь, милорд ваш батюшка не оставит нас мудрыми советами, - буркнул он, принимая от Лучано чашку с шамьетом. - Не подумайте, что я не дозеряю вашим умениям, но лорд Ангус был моим наставником в деле управления страной, и мне жаль... - Он прервался, поискал подходящие слова, но не нашел, снова вздохнул и повторил: - Очень жаль!

- Я ему передам ваше величество - склонил золотоволосую голову новый лорд-канцлер - И прошу не сомневаться что вы всегда можете располагать любым из Аранвенов. Служить престолу Дорвенанта - наш долг.

- «Престолу, но не его хозяину. - отметил Лучано. - Хотя дюжина из двенадцати грандсиньоров сказали бы в такой ситуации, что рады служить именно королю!»

- Синьор Зильмон тем временем одним взмахом руки высушил чернила на обоих документах, свернул их, вложил в позолоченные кожаные тубусы и вручил спокойно ожидающему в кресле Аранвену Лучано уже в который раз поразился его идеальной, почти мертвенной невозмутимости. 3 таком возрасте стать второй персоной в государстве - и ни тени радости или гордости на лице!

- Что слышно о деле Бастельеро? - спросил Аластор, сделав глоток, и спохватился: - Кстати, лорд ©арелл превосходно варит шамьет. Если желаете...

- Благодарю ваше величество, не стоит его утруждать - последовал учтивый ответ. - Новостей о похитителях леди Бастельеро пока нет увы. Зато в Академии сегодня произошло любопытное событие. Великий Магистр получил от Совета глав гильдий туфли.

- Туфли? - растерянно уточнил Аластор. и по тонким губам грандсиньора скользнула едва заметная улыбка.

- Прошу прощения, ваше величество. Это давняя традиция Ордена, и состоит ока в том

- Какие великодушные люди' - восхитился Лучано. когда новый канцлер подробно рассказал с позоре грандсиньора Бастельеро. - Всего лишь преподносят пару туфель в качестве намека! У нас бы сразу...

- Он осекся, постаравшись принять благовоспитанный вид как у кота почти вскрывшего клетку с канарейкой, но застигнутого на месте преступления

- Отравили? - поинтересовался Аластор, с удовольствием приканчивая шамьет, и Лучано сделал в памяти заметку, что этот рецептАпьсу явно понравился

- Ну... скорее всего. - признался он вслух. - Хотя можно и с лестницы упасть... Сколько народу погибло от слишком крутых лестниц, вь: не представляете! А что некоторые летели вниз уже со сломанной шеей... Нет все-таки туфли - это очень великодушно! Так ведь можно и успеть убраться подальше, если внять предупреждению!

- Ты веришь, что ом внемлет? - хмыкнул Альс

- Лучано помотал головой а по губам грандсиньора Аранвена снова скользнула улыбка Похоже, его радовало что Архимаг отказался покинуть пост добровольно. Неудивительно, ведь грандсиньор Дароа собирается не просто убить своего врага, но уничтожить его гордость, а чем выше стоит Бастельеро сейчас, тем больнее будет ему падать...

- Что ж, это дело Ордена. - подытожил Аластор. - Благодарю, что рассказали, милорд. Насколько я понимаю, вам нет нужды входить в тонкости вашей службы, вы и так прекрасно со всем знакомы.

- У вашего величества сегодня была встреча с послом Риккарди. — напомнил новый канцлер. - Что я должен знать об этом?

- Риккарди по-прежнему заверяют нас в своей дружбе. - Аластор поставил на подлокотник пустую чашку, и Лучано ее забрал. - Интересуются, не желаем ли мы взять новый кредит, раз уж так удачно расплатились со старыми. Кстати, что скажете?

- Полагаю, это преждевременно - последовал бесстрастный ответ. - Вливания посторонних финансов похожи на употребление лекарственных зелий, иногда они необходимы, но передозировка может принести больше вреда, чем пользы. Сначала следует освоить имеющийся профицит бюджета. О новом же кредите можно подумать, когда заработают мануфактуры. Прибылью с них мы сможем гасить проценты, а сам кредит направить туда, где он будет нужнее всего.

- Рад, что мы сходимся во мнениях. - кивнул Аластор - Окончательно отказываться я не стал, сказал, что подумаю. Еще Риккарди предложили поучаствовать в их экспедиции под командованием адмирала Браска. Они предлагают сделку. Если мы оплатим постройку трех кораблей для флота, что отправится на поиски пути в Вендию, то получим весь груз этих кораблей и еще двух равных им за три первых рейса. Снаряжение этих пяти кораблей з оба конца тоже за счет Риккарди. Но есть условие. Весь груз первых трех рейсов будет продан под личным присмотром принца Риккарди, а полученные средства станут приданым Алиеноры и Береники.

- Форма приданого? - уточнил грандсиньор Дарра и его темно-серые глаза сверкнули интересом.

- Вклад в торговом доме Риккарди. обеспеченный их векселями. Обналичить векселя можно будет лишь после свадьбы. Если одна из девочек... - Аластор поморщился, и было видно, что ему неприятно говорить об этом. - Если с одной из них что-то случится до свадьбы, вторая получит обе части приданого.

- А если, упаси Благие, обе принцессы не доживут до бракосочетания? - ровно поинтересовался новый канцлер.

- Тогда я унаследую их приданое, но только три доли из пяти - за те корабли, что будут оплачены Дорвенантом. Ну и сами корабли з любом случае остаются нашей собственностью, которой мы впразе располагать как угодно. Например, продолжать посылать их 8 Вендию - хоть сами, хоть в составе флота Риккарди.

- Прежде чем ответить, грандсиньор Дарра сплел тонкие длинные пальцы, положив руки на колени поверх тубусов с документами, и несколько мгновений подумал. А потом уронил

- Риккарди желают обеспечить будущее принцесс. Это прекрасная мысль.. Если, конечно, считать, что три рейса окажутся удачными

- Если нет. я зсе равно буду собирать моим младшим сестрам достойное приданое, - сказал Аластор - И корабли могут в этом помочь. Не за три рейса, так за дюжину...

- Корабли имеют свойство тонуть, - сообщил грандсиньор канцлер. - Морские бури, нападения пиратов, ошибки капитанов... Что. если в экспедиции не повезет именно нашим кораблям? Но сама по себе мысль превосходная, ваше величество. Только вот что. - Он еще немного помолчал, а потом фамильные темно-серые глаза снова сверкнули, и Лучано понял, что это едва ли не высшее проявление чувства которое доступно грандсиньору Дарре. - Ваше величество, я предлагаю обезопасить наше вложение средств, насколько это возможно Как я уже говорил, морская экспедиция связана с риском потери кораблей и людей. Но этот риск можно уменьшить, если воспользоваться магией, алхимия и артефакторика Возможно, стихийная магия Мы можем не просто построить корабли, но укрепить их и снабдить необходимыми в долгом плаванье артефактами.

- А разве Риккарди этого не делают? - Аластор немного сдвинул брови, размышляя. - Корабли - это ведь очень дорого...

- Вероятно, делают, - невозмутимо ответил Аранвен. - Однако не в таком... масштабе. Магия - это тоже очень дорого, ваше величество. Она используется в навигационных приборах лекарственных зельях... Но сделать, к примеру канаты с эртефакторными добавками или доски с алхимической пропиткой не могут себе позвогить даже Риккарди. Корабль просто не успеет окупиться, если использовать его на обычных рейсах. А вот экспедиция в Вендию... Это совсем другое дело.

- Погодите, зы сказали, милорд, что Риккарди не могут себе этого позволить! - Брови Апастора сошлись еще чуть ближе. - А мы - можем?

- У Риккарди. ваше величество, нет Ордена. - едва заметно улыбнулся Аранвен-младший. - А у нас - есть У Ордена же имеются должники - маги, которые учились за счет Академии Помните Лионеля Саграсса? Такие должники обязаны отработать свой орденский перстень. И артефакторов с алхимиками среди них не меньше, чем боевиков или некромантов.

- Казна может выкупить их долги? - вскинулся Аластор, как обычно ловя все на лету - Чтобы эти мага были должны уже нам и работали на корону?

- Может, ваше величество. - отозвался грандсиньор Дарра. - Однако с соблюдением соответствующих расценок, установленных правилами гильдии. Цены на магические услуги не должны опускаться ниже определенного предела, это защищает других членов гильдии, оказывающих подобные услуги

- И., в чем тогда наша выгода? - задал Альс вопрос который вертелся на языке у самого Лучано - Если цена одинаковая для всех, и для нас. и дня Риккарди...

- О нет, ваше величество, вовсе не одинаковая. - педантично возразил Аранвен. - Риккарди пришлось бы покупать услуги свободных магов, которые высоко ценят свое время и умения. А мы можем договориться непосредственно с магистрами гильдий и казначейством Ордена По минимальной возможной цене в которую оценивает работу должников сам Орден. Обговорить единовременную выплату, закупить ингредиенты по сниженной стоимости.. Даже с учетом того, что казне придется платить этим магам -калсванье, разница с обычной ценой за услуги составит... - Он опустил веки, став окончательно похожим на мраморную статую, помолчал и, снова открыв глаза, сообщил - Не менее сорока процентов. А возможно, и сорок пять-пятьдесят. если магистры Девериан и Валлендорф пойдут нам навстречу.

- Вполовину дешевле? — сообразил Аластор. и складка между его бровями разгладилас». - Прекрасно!

- Грандиозо' - подтвердил Лучано - Как вы думаете, грандсиньор Аранвен. а Риккарди не захотят воспользоваться нашим посредничеством и тоже... улучшить свои корабли? Это очень расчетливые синьоры, и деньги считать они умеют!

- Весьма на это надеюсь - согласился новый канцлер и снова блеснул глазами. - Было бы интересно обсудить с ними такую возможность Например, предложить им услуги наших мастеров со скидкой, скажем, процентов дзадцать... А полученные средства пустить на оплату трех наших кораблей.

- Орден не обидится, что мы отбиваем работу у свободных магов? - деловито поинтересозался Аластор.

- Если бы Риккарди уже сделали заказ гильдиям, а корона его перехватила такое было бы возможно, - снова согласился Аранвен-младший. - Однако в данном случае у нас приоритет К тому же Орден будет рад получить единовременную выплату по долгам бывших адептов. А мы сможем использовать их магию не только на верфях Риккарди, но и потом, на мануфактурах, к примеру. Милорд магистр Роверстан предлагал это на последнем Совете короля Малкольма перед самым Разломом.

- Знаю, - кивнул Аластор. - Превосходно, милорд Аранвен! Займитесь этим всем немедленно^1 Переговорами с Риккарди. Орденом... Погодите^1 - Он снова нахмурился - Я не могу взваливать на вас еще и это И потом... Скажите честно, вы разбираетесь в кораблях?

- Судостроение и навигация никогда не входили в сферу моих интересов. - с легким сожалением подтвердил новый канцлер.

- «И слава Благим, - с восхищенным ужасом подумал Лучано. - А то я решил бы. что тебя сам Баргот благословил при рождении' Как иначе обычный человек может настолько быстро соображать?! Впрочем что я, это же Аранвен Теперь ничуть не удивляюсь что их семья - бессменные канцлеры. Сохрани их Семеро к великой пользе для всего королевства!;

- Как насчет гоандсиньора Логрейна? - тихонько подсказал он вслух и подсунул Аластору полную чашку шамьета, который нечаянно сварил, пока слушал разговор. - Благородный дон Каэтано понимает в кораблях. А если сам в чем-то не разберется, то знакомых мастеров у него наверняка хватает. Опытный взгляд со стороны - это всегда полезно, а уж если имеешь дело с Риккарди... Да и за грузом в экспедиции дон Каэтано мог бы присмотреть - все-таки бывший контрабандист.

- Пожалуй... - протянул Аластор.

- Отрядить лорда Логрейна королевским эмиссаром? - невозмутимо уточнил канцлер. - Или вы намерены отдать ему эти три корабля под прямое командование''

- Леди Кларисса нам спасибо не скажет, - хмыкнул Аластор - Надеюсь, к тому времени, как корабли выйдут в море, у Логрейнов хотя бы появится наследник... Да определенно, второе лучше. Пусть Каэтано Логрейн-Мурилья командует нашими кораблями и отвечает за них в полной мере. Быть лордом из Трех Дюжин - это не только привилегии, но и обязанности перед короной. Зато если у Дорвенанта появится собственный флот, хотя бы небольшой...

- У этого флота будет в запасе собственный адмирал, - закончил его мысль грандсиньор Дарра - Значит ли это, ваше величество, что вы склоняетесь ответить на брачное предложение Фраганы?

- Об этом погозсрим потом - разом помрачнел Аластор - Если у лошади будет восемь ног. быстрее она от этого бежать не станет. Я снял глубокий траур, но время до окончания малого у меня еще есть. И я намерен потратить его с пользой. Кто бы ни стал моей невестой, не хочу предложить ей корону разоренного королевства.

- Справедливо, ваше величество... Могу ли я отнять еще немного вашего драгоценного внимания?

- Пожалуйста, милорд, без церемоний, - попросил Аластор и только сейчас обнаружил, что рядом стоит кружка со свежим шамьетом.

- Благодарно посмотрел на Лучано, который ответил улыбкой и принялся растирать в ступке корицу - просто занять руки, да и запах приятный...

- Как пожелаете, ваше величество. - склонил голову канцлер еще церемоннее. - Помните дело рода Логрейн? Во время расследования лорд Фарелл поймал так называемого «ночного короля» - человека по имени Роб Вертел. Преступный люд остался без вожака, и до сих пор это место свободно.

- Так это же хорошо! - простодушно обрадовался Аластор. а Лучано и грандсиньор Дарра посмотрели на него примерно одинаково - с легким сожалением

- Боюсь, не очень, - вежливо возразил Аранвен. - Лорд Фарелл, не соблаговолите ли объяснить его величеству, что сейчас происходит на окраинах Дорвенны?

- Резня. - коротко сказал Лучано. - И. видя недоумение Альса пояснил: - Вертел был тот еще выкормыш Баргота но он держал своих людей в железном кулаке. Каждый бандитто знал на каких улицах может кормиться, какие лавки нельзя трогать, и что будет, если откусить кусок больше, чем способен проглотить. А сейчас мелкие вожаки все делят заново - улицы, лавки, рынки... И пока один из них не возьмет верх, окраины будут тонуть в крови. Бандитто ведь режут не только друг друга, простому люду тоже достается, пока их пытаются подмять разные шайки.

- Так... - Аластор кивнул. - Я понял. А разве нельзя изловить их всех, как этого Вертела? Что для этого нужно, деньги, стражники?

- Сошествие всех Семерых на землю во плоти, — серьезно отозвался Лучано. - Боюсь, монсиньор, только это способно избавить мир от воров и бандитто. Можно прочесывать окраины стражей.. Даже нужно это делать время от времени! Но пока не у каждого бедняка есть миска похлебки и дрова для очага, те, кто живет за чужой счет, не переведутся. Да и потом не переведутся тоже. Дай людям вдоволь хлеба, они захотят мяса и вина Отнять проще, чем заработать. И всегда будут те, кто просто любит чужую ©оль и страх.

- Но что-то мы можем сделать? - не столько спросил, сколько велел Аластор. - Нельзя же терпеть это непотребство!

- Ни в коем случае, ваше величество. - подтвердил грандсиньор Дарра - Увы, лорд Фарелл совершенно прав, полностью избавиться от преступного люда невозможно, как невозможно избавиться от грязи. Зато можно следить, чтобы она текла по вырытым для нее канавам, не переполняла их и не выплескивалась на чистые улицы. Я предлагаю дать преступному люду королевства вожака. Сильного, жестокого, умного и... полностью послушного нам

- Так... - повторил Аластор и откинулся на спинку кресла, сжимая в широких ладонях чашку с еще не тронутым шамьетом - Милорд Аранвен. вы хотите... управлять этими людьми' Чужими руками?

- Именно, ваше величество. - Губы грандсиньора Дарры тронула едва заметная улыбка и тут же исчезла. - Возможно, управлять - это чересчур много. Но знать о самых страшных преступлениях заранее или хотя бы выслеживать преступников потом - думаю, это вполне возможно. А для этого необходим тот кого никто не заподозрит - человек, стоящий на самой вершине, пусть эта зершина и находится, с нашей точки зрения, в немыслимой глубине. Новый «ночной король»...

- Грандиозо... — прошептал Лучано, завороженный убийственной простотой и великолепием этой мысли настолько, что даже оставил в покое ступку с кусочками корицы. — Грандсиньор. это... гениально^1

- Благодарю, милорд. - слегка кивнул ему канцлер и снова обратил взор на короля.

- Альс тем временем хмурился все сильнее.

- И что это будет за человек? - поинтересовался он. - Если он так силен и жесток, чтобы стать новым «ночным королем», с чего вы взяли, что он будет предан? Или хотя бы достаточно послушен? Как вь собираетесь обеспечивать его послушание? А то знаете я в детстве слышал много сказок о волшебных помощниках которые сбрасывали зласть мага и разрывали его на куски. И хорошо, если только его.

- Очень разумное опасение, ваше величество. - согласился грандсиньор Дарра. - Однако у меня есть именно такой человек. Сейчас он еще слишком молод и не обладает на окраинах должной репутацией, но оба эти обстоятельства. поправимы. Это дворянин из обедневшего рода. Маг. учившийся за казенный счет, пока я не взял его под свое покровительство и не выплатил его долги Ордену. Мой соученик, преданный мне настолько, насколько может быть предан человек.

- Люди меняются, грандсиньор. - тихонько уронил Лучано и опустил взгляд в ступку с корицей, словно в кабинете не было ничего интереснее - Особенно, взлетев на вершину. Те, кто был предан у ее подножья могут решить, что заплатили все долги и больше не обязаны благодетелю ни верностью, ни послушанием

- Аластор мрачно кивнул и сделал глоток шамьета.

- Это иной случай. — терпеливо возразил Аранвен-младший. - У меня есть основания полагать, что наши с ним узы не могут быть расторгнуты.

- А он знает о роли, которую вы ему предназначили? - хмуро поинтересовался Аластор. - Если он дворянин, то как согласился на подобное бесчестье?

- Перед тем, как ответить, грандсиньор Дарра немного помолчал а потом снова заговорил, медленно, словно подбирая слова:

- У него особый склад ума. ваше величество. Для него не существует ни чести, ни правил морали, ни понятий о законности. Боюсь, при иных обстоятельствах он стал бы преступником куда страшнее Роба Вертела поэтому я считаю себя вправе дать его талантам такое применение. Разумеется, он обо всем знает и полностью согласен.

- У него есть семья? - Лучано прикинул, какую жизнь придется вести королю бандитто в Дорвенне где для такого люда не- правил и традиций, кроме закона ножа, и добавил - Если он маг. что скажет гильдия?

- У него есть мать и младшие сестры. - невозмутимо сообщил грандсиньор Дарра. - Вскоре они уедут из Дореенанта в Карлонию. Девицам обеспечено достойное приданое их матери - средства на старость Она разумная женщина, повидавшая в жизни много горя, и прекрасно знает, что есть обстоятельства, о которых никогда не следует ни с кем говорить. Ее сын сумел достойно позаботиться о своей семье - это все. что она знает, и этого ей достаточно. Что касается гильдии, не вижу, с чего им беспокоиться. Для Ордена он останется обычным законопослушным магом. Некроманты часто живут за счет заказов, даже дворяне. А мой человек работает с двенадцати лет. У него уже имеется репутация умелого проклятийника и значительный опыт. Помните мэтра Бауса. именуемого Крысой, и его сообщника по имени Рикош?

- Разумеется! Кстати, не скажете, куда они подеЕались? - учтиво поинтересовался Лучано и критически оглядел растертую корицу, пытаясь определить, можно ли ее растереть еще сильнее или уже хватит. - Когда я вернулся из Итлии. мне сообщили, что их забрала ваша служба. И на плаху вместе с Вертелом они так и не попали.

- Я отдал их своему человеку для тренировки. - безмятежно сообщил грандсиньор Дарра и его длинные золотистые ресницы даже не дрогнули. - Он был рад возможности отработать некоторые заклятия. Можете не беспокоиться о судьбе этих двоих, милорд, в настоящее время они уже мертвы и надежно упокоены

- И в мыслях не было беспокоиться, грандсиньор, - отозвался Лучано и подумал, что умирали господа маги нехорошо. Нисколько не жаль - заслужили. Похищение благородной девицы, покушение на убийство грандсиньорсв из Трех Дюжин и доверенного лица короля... А ведь это лишь последнее дело 8 их долгой и наверняка любопытной карьере. Вряд ли королевский палач обошелся бы с ними намного милостивее, чем коллега по гильдии, а так хоть пользу принесли. - Значит, ваш человек лучше?

- Баус и Рикош держались против него примерно пять удароз сердца - последовал любезный ответ - Вдвоем и с полным резервом Полагаю, как некромант он вполне подготовлен и может сдавать экзамены на перстень экстерном, как и я в свое время.

- Экзамены?! - вскинулся Аластор. - Так он еще адепт?! Милорд Аранвен. вы втравили в такое дело мальчишку?!

- Ему двадцать один, заше величество. - бесстрастно отозвался Аранвен. - И я рассчитываю, что «ночным королем' он станет года через два-три. Возможно, за это время в Дорвенне появится другой вожак преступного люда, но это... не вызовет сложностей.

- »У мастера по проклятиям? - хмыкнул про себя Лучано. - Точно не вызовет. Никаких».

- А вслух сказал:

- Альс... монсиньор! Вы сами поехали к Разлому в двадцать два года. А я з двадцать четыре получил перстень младшего мастера Это. конечно, куда меньше, чем стать грандмастером целого города... Но грандсиньор. полагаю, знает своего человека и его таланты. Давайте предположим, что этот великолепный юный синьор в самом деле так хорош что может взлететь на вершину и даже удержаться на ней Вполне в это поверю, если его учил сам грандсиньор канцлер! - Он почтительно кивнул Аранвену-младшему, и тот ответил едва заметным кивком. - Предположим, что за эти три года он станет еще лучше Предположим, что за эти годы он не изменит решения связать свое будущее с королевской службой - незаметной, опасной и позорной службой - простите, грандсиньор! Предположим, что вь нисколько не ошибаетесь ни 8 его способностях, ни в его характере. Но - простите еще раз' - я не могу понять, почему вы так уверены в его преданности и послушании? Вы сами говорите, что честь и мораль для него не существуют Выходит, что отношения к вам это не касается? Тогда чем вы держите его за горло, грандсиньор?

- В кабинете стало совершенно тихо. Аластор молча глотал густой шамьет как воду. Лучано перевел дух, поглядывая на каменно-бесстрастное лицо Аранвена и с некоторым сожалением думая, что снова влез всеми лапами на чужую доску для игры. Вот какое ему дело до планов грандсиньора Дарры и его марионетто? А теперь новому канцлеру придется ответить на неудобный вопрос. Мало ли. что там у него за ошейник припасен для нового «ночного короля»? Очень неудобный вопрос, прямо-таки непристойный!

- Я бы тоже хотел об этом узнать, милорд. - тяжело уронил Альс, почти допив шамьет. - Фарелл прав каждым словом. Вы отправляете совсем еще молодого человека на позор и вечную опасность. Он потеряет честь - если не в глазах приличного общества то в своих собственных уж точно. Ему придется совершить множество грехоз - и самому, и своим бездействием по отношению к чужим грехам Он станет истинной барготовой тварью - убийцей, сообщником всров и убийц клятвопреступником и предателем законов божественных и людских И все это ради пользы, которая пока что представляется сомнительной. О. я знаю, что умелый шпион может спасти множество жизней на войне, да и в мирное время весьма полезен. И все-таки пойманных шпионов казнят без пощады и всякого уважения. С этим человеком поступят еще хуже если разоблачат, наверняка его смерть будет мучительной... И вы хотите сказать, что он согласен на все это? И что в полной мере осознает, что его ждет? Ради чего, милорд^9 3 чем вы его убедили, чем купили или как заставили^9 Я должен услышать полный и честный ответ на этот вопрос, прежде чем позволю вам этот замысел. Иначе мне отвечать за этого человека перед богами наравне с вами, милорд.

- И снова кабинет накрыла вязкая тишина, только было слышно, как чуть потрескивала магическая жаровня у окна. А потом лицо Аранвена дрогнуло - всего на миг' - и он неторопливо заговорил:

- Прошу прощения, ваше величество, но отвечать за него перед богами вместе со мной вы не сможете. За этого человека и за его деяния, какими бы они ни были, всегда буду отвечать только я. Это следует из самого характера наших отношений. Поверьте, я бы предпочел избежать этого рассказа, но... ваше величество действительно имеет право знать все обстоятельства. И дело не только в Драммонде, но и во мне - Аранвен немного помолчал спокойно глядя на Аластора, а потом сказал совершенно бесстрастно: - Зы определенно имеете право знать, на что способен ваш канцлер. Прошу прощения, что не подумал об этом раньше. Возможно, после этого разговора вы измените свое решение, и тогда я верну вам указ о моем назначении, пока он еще не обнародован.

- Что?! - выдохнул Аластор. — Милорд, вы с ума сошли? Или шутите?! Или...

- И -осекся Безмятежнее лицо Дарры. на взгляд Лучано, скорее могло принадлежать безумцу чем глупому шутнику. И еще неизвестно, что из этого хуже, если речь идет о втором лице в королевстве.

- «Ага, нам только сумасшедшего канцлера не хватает. - согласился сам с собой Лучано. - В дополнение к сумасшедшему Архимагу. А что, отличное сочетание!»

- Говорите - хрипло бросил Аластор. - Ради Семерых и Баргота'

- И глотнул шамьета. смочив явно пересохшее горло.

- Эта история случилась, когда мне было восемнадцать лет. - размеренно начал Аранвен. - Я был молод и глуп...

- Зы когда-то были глупы? - искренне удивился Лучано. - Разрешите вам не поверить!

- Оставэте лесть, норд Фарелл - едва заметно поморщился Аранзен. - Итак, около семи лет назад я познакомился с прелестной девочкой которая обещала вырасти в не менее прелестную девушку.

- Он посмотрел кудэ-то между Лучано и Аластором. снова помолчал, не то собираясь с мыслями, не то подбирая слова, и так же неспешно продолжил:

- Эта девочка была умна и талантлива, хороша собой и прекрасно воспитана, а главное, от нее веяло душевным теплом, которым она щедро делилась со всеми, кто оказывался рядом. Огромная редкость, согласитесь... Как только я узнал ее ближе - насколько позволяли приличия, разумеется, - я немедленно пожелал сделать ее своей. О. не поймите превратно! 3 моих мыслях ни на мгновение не было ничего способного оскорбить эту юную леди или опорочить ее репутацию. Я относился к ней бережно, как старший брат, но понимал, что вскоре мое чувство перерастет в нечто большее - стоит лишь ей повзрослеть достаточно, чтобы ответить на него. Да. я желал увидеть ее своей невестой, а после - женой, и для этого не было розно никаких препятствий...

- Совсем никаких? - не удержался Лучано, с тревожным холодком понимая о ком идет речь.

- Ни малейших, - последовал спокойный ответ - Я представил ее родителям - пока еще просто как интереснее знакомство - и они одобрили мой выбор. Я стал ее другом и наставником, ей нравилось мое общество, а для меня было честью и удовольствием защищать ее от мелких академических неприятностей, развивать ее талант и следить, чтобы к ней относились с должньм уважением... Все было прекрасно, поверьте, однако всего через несколько месяцев после нашего знакомства произошло нечто... Событие, которое дало понять, что я могу получить отказ.

- Отказать вам?1 - переспросил Лучано. и губы грандсиньора Аранвена тронула очередная мгновенная улыбка.

- Уверяю вас, она могла бы отказать кому угодно Я понимал, что ot-a слишком юна для осознанного выбора. Полагаю, она вообще не думала о чем-то серьезном, однако рядом с ней г.ояэился . другой молодой человек. Л уоидсл его случайно, просто острстнл однажды ночыо о общежитии для адептов. Этот незнакомец был важен для нее настолько, что ради него она проявила огромную неосторожность, рискнула своей репутацией и едва не попала в беду.

- Какая любопытная история... - тихо сказал Аластор. в упор глядя не своего канцлера - И что же вы сделали?

- Я? Ничего, - сообщил тот и добавил с восхитительной безмятежностью, от которой Лучано содрогнулся: - Вообще-то, сначала я хотел его убить. С моей то-жи зрения, тот кто рискнул репутацией леди таким возмутительным образом, не заслуживал раже дуэли. Я мог бы просто проклясть его и несколько мгновений собирался это сделать. Но по_ом подумал, что его смерть огорчит мою леди. Для ее души и разума это могло стать слишком тяжелым испытанием а пека я обдумывал, как устранить этого незнакомце незаметно для нее их встреча перестала быть тайной. Профана незаконно проникшего з Академию, удалил один из преподавателей, и после этого, насколько мне стало известно, они больше не виделись.

- Я бы сказал, долго не виделись. - мрачно поправил его Альс и грандсиньор Дарра величественно кивнул:

- Зы совершенно правы, ваше величество. Они не виделись досаточно долго, чтобы эта история могла забыться К сожалению, я ее забыть не смог. Я вдруг понял, что в любое мгновение рядом с ней может появиться кто-то еще. Удачливый соперник, который лишит меня возможности бытэ рядом с моей леди и терпеливо ждать, пока семена близости, которые я посеял, принесут должные плоды. Иными словами, я мог ее потерять И когда я понял это. я... испугался.

- Он замолчал к глянул на пустую чашку в руках Альса так неожидэнно по-человечески, что Лучано торопливо налил уже остывшего шамьета и подал ему Гранд:иньор поблагодарил его кивком, сделал одлн-единственный глоток, вернул чашку и продолжил:

- Итак, я испугался До этого случая мне никогда не случалось пережить подобного страха, да и после - лишь несколько раз. И поскольку я был глуп, то совершил глупость. Я решил сделать так. чтоСы эта леди никогда не предпочла мне никого другого Разумеется я не собирался использовать для этого уже существующие способы вроде приворотных зелий или заклятий Ведь их могли бы обнаружить и прекратить их действие -гго совершенно меня не устраивало. Я изобрел собственный способ, но не хотел рисковать, используя его сразу на моей леди. В то же зремя я должен был иметь возможность постоянно наблюдать за объектом эксперимента Поэтому выбрал для опыта одного из моих соучеников.

- Соучеников^7! - растерянно уточнил Лучано. - Но...

- О. разумеется, я очистил придуманное заклятие от чувственного компонента. - почти укоризненно сообщил Аранвен. - Во-первых, меня нисколько не гривлекала возможность вызвать в этом юноше плотское желание - совсем наоборот. Во-вторых, я бы никогда не оскорбил мою леди такой пошлостью, как наведенная страсть. Я нэмеревался добиться ее любой обычным, опол11с сстсстоспным путем только ток я мог нсдсяться, что сдслою се счастливой в браке и буду счастлив сам...

- Великолепное намерение, - процедил Альс, поставив чашку на стол, и Лучано показалось, что друг очень жалеет об отсутствии в кабинете любимых секир.

- Впрочем, если что, Альс и кулаками справится, но вот не хотелось бы! Ему с этим канцлером еще работать! Или нет?..

- Я не зря говорил про свою глупость. - напомнил грандсиньор. - Итак, эксперимент был проведен, однако оказался не вполне удачным. Его объект превратился в мою тень, полностью послушную, живущую лишь одним желанием - быть мне полезным и приятным Он стремился проводить со мной рядом все свободное время, искал возможности мне услужить, выполнить любое желание - и был счастлив, если я выказывал ему хоть малейшее одобрение

- Ужас... - выдохнул Лучано. и остановившийся взгляд Альса молча это подтвердил.

- Да. вышло совершенно не то, чего я хотел. - с сожалением признал Аранвен. - Я попытался отменить действие заклятия, но не смог. Слишком глубокие изменения личности - с проклятыми, например, так тоже случается. Тогда я отправился к моему наставнику, рассказал ему обо всем и попросил совета.

- И что с<азал ваш наставник? - с трудом выдаЕил Лучано.

- У него мэроз пробежал по спине, стоило представить, что это вот... чудовище намеревалось присвоить себе синьорину Айлин^1 И если б не обстоятельность и любовь к опытам...

- Боюсь, сн был в ярости. - бесстрастно ответил грандсиньор Аранвен. - К несчастью, исправить ситуацию оказалось невозможно, только исделить те последствия что поддавались исцелению. Его умения и опыт помогли привести поведение моего объекта к нормальному - внешне, во всяком случае. А затем наставник отве; меня в Арлезу и показал на рабском рынке... тех несчастных, с которыми сотворили то же, что я намеревался сделать с моей леди Вы ведь видели его экономку? В таком случае, вы понимаете, о чем я говорю. Должен признать, только этот пример ясно показал мне всю порочность моих намерений До этого путешествия я никак не мог гонять, отчего мой наставник столь разгневан? Я был узерен, что не причиню моему подопытному ровным счетом никакого вреда, Бедь я не собирался ни ломать его волк, ни использовало его в неблаговидных целях. Собственно говоря, я и до этого эксперимента думал предложить ему покровительство, так что обеспечить его преданность казалось хорошей идеей

- Милорд Аранвен, мне кажется или вы совершили преступление, которое карается законами Ордена и королевства'' - спросил Аластор таким холодным голосом, что по спине Лучано опять пробежал озноб, да и в кабинете как будто похолодало

- Формально - нет. ваше величество. - отозвался молодой некромант. - Прошу учесть, что я не накладывал на этого юношу ни одного запрещенного заклятия. Мой аркан действительно был новым и совершенно уникальным. К тому же я не имел намерения повредить своему подопытному.

- Да^7 А мне вот кажется что даже новая и уникапьная отрава - это все равно отрава! - жестко рубануг Альс. - И разве в Ордене судят не по результату, а по намерению?

- В Ордене, ваше величество, судот по совокупности всех факторов. — сообщил Аранвен. - Однако решающим в данном случае следует считать, что мой подопытный сам согласился на эксперимент, хотя был предупрежден о риске

- «Еще бы он не согласился, - промелькнуло в мыслях Лучано. - Такому откажи...•

- Кроме того, он получил щедрую награду и не имеет ко мне ровным счетом никаких претензий, - добавил синьор Ледяная Глыба.

- Вы сказали, что вам было восемнадцать. - Альс говорил все так же холодно зато его потемневшие глаза метали молнии. - А ему?

- Тринадцать. - безмятежно ответил Аранвен.

- Тринадцать?! Совсем еще мальчишка^1 Ребенок^1

- Аластор качнулсл вперед, и Лучано показалось, что без драки — точнее, без избиении — все- таки не обойдется. Поэтому он бесшумно скользнул к плечу Альса и положил на него ладонь, собираясь успокаивать, оттягивать звериное бешенство, готовое зот-вот нахлынуть на друга..

- Ваше величество несколько опрометчиво судит о возрасте. - последовал не менее холодный ответ, словно две ледяные скалы столкнулись в волнах бушующего северного моря. - Как я уже говорил, этот юноша с двенадцати лет зарабатывал себе на жизнь и учебу. К тому моменту, как мы всероез познакомились, он уже год морил крыс по трактирам и постоялым дворам Северной окраиьы, а это хорошая учеба не только в магии. Когда он узнал, что за участие в этом опыте я готов оплатить ему пять лет в Академии, то сам умолял выбрать именно его. Полагаете, он не имел права решать собственную судьбу? Тогда позвольте напомнить вам о девице двенадцати лет. которую некий юный лсрд втянул з не менее опасную авантюру - и даже без особой пользы, насколько мне известно, исключительно ради развлечения. Как вы думаете, эта авантюра могла иметь, последствия?

- Да вы!..

- Не сводя с Аранвена-младшего яростного, кипящего гневом взгляда. Аластор осел обратно в кресло, с усилием втянул воздух, словно тот был густым, выдохнул... Помолчал, приходя в себя, и бросил:

- Я вас понял^1 Так вы поэтому считаете, что этот человек... ч~о он вам безусловно предан?

- Он предан мне так же. как леди Айлин - ее пес. - последовал бесстрастный ответ. - Когда я понял, что заклятие нельзя снять, и отныне главный смысл его жизни в мсем одобрении и благоволении, я принял на себя полную ответственность за судьбу этого юноши. Все эти годы его семья жила за мой счет я оплатил его учебу и дал приданое его сестрам. А когда я выяснил, что в его душе и разуме нет ни малейшего почтения к законам - ни к божественным, ни к человеческим, зато полно честолюбия, азарта и желания зозвыситься, я нашел ему дело, в котором он сможет примените все свои талан_ы с пользой для государства. В том числе и самые темные... Не сомневайтесь ваше величество, он будет прекрасным инструментом — как шпага, яд или проклятие, чья роль зависит от руки, их применяющей

- И опять - уже в который раз - в кабинете стало совершенно тихо. Лучано замерший у кресла Альса, чувствозап. как под его пальцами медленно ргсслабляется каменное плечо друга, и боялся пошевелиться, даже вздохнуть слишком шумно

- Я бы сказал, что вы чудовище, милорд, - очень тихо сказал Альс, разглядывая своего канцлера словно увидел его впервые 8 жизни. - Но если приму заше предложение, буду чудовищем не меньшим. Однажды ваш отец мне сказал что королю необязательно самому марать руки преступлениями, для этого у него есть перчатки... И все-таки я должен разделить с вами ответственность. Приведите этого юношу ко мне для беседы. Если я удостоверюсь, что он вступает на этот путь с ясным разумом, вполне понимая последствия, то соглашусь на ваш замысел. И помоги нам Благие не натворить больших бед в попытке избежать меньших

- Да. ваше величество' - склонил гслозу Аранвен и учтиво уточнил- - Я могу идти?

- Алоыир безнадежно махмул рупий, и канцлер bciom.

- Один миг^1 - встрепенулся Лучано - Позвольте вопрос, грандсиньор! - Дождался чуть заметного кивка и азартно заговорил: - Я ведь правильно понял, что этот синьор, ваш подопечный он из Воронов Бастельерэ? Бывших Воронов?! - Последовал еще один едва уловимый кивок - Вы оказали этому синьору немалую протекцию! А еще одному соученику, если не ошибаюсь, помогли в каком-то судебном деле... - Аранвен снова кивнул, и на этот раз в его взгляде мелькнул удивленный интерес. - А были ведь и другие за эти шесть... уже семь лет. верно, грандсиньор? И мне. простите, не дает покоя вопрос' А Вороны Бастельеро когда-нибудь принадлежали самому грандсиньору Бастельеро, м?!

- Прежде чем ответить, грандсиньор Аранвен помолчал, а затем на его губах появилась настоящая улыбка - быстрая, но заметная и очень удовлетворенная.

- Позвольте ответить вопросом на вопрос, милорд. - сказал он спокойно. - Разве кто- нибудь мешал мэтру Бастельеро позаботиться о своих учениках, как я заботился о своих друзьях?

- Благодарю за ответ, грандсиньор.

- Лучано почтительно поклонился, и новый канцлер, ответив любезным поклоном, покинул королевский кабинет, унося два указа - эб отставке своего отца и собственном назначении.

- У меня от него мороз по коже. - мрачно уронил Аластор. - А другого все равно нет. придется работать с этим... Ты ведь все понял да? Про него, про меня, про Айлин... А вдруг он снова начнет ее преследовать?!

- Не начнет. — вздохнул Лучано. - Ео всяком случае, очень на это надеюсь Насколько мне известно, грандсиньор Ледяная Глыба уступил синьорину своему наставнику - и мы оба знаем, кто это. м? Хочешь еще шамьета, Альс? Горячего и сладкого?'

- Давай' Ледяная Глыба, говоришь? Ему подходит... Ледяной канцлер. Бар-ргот его побери...

- Альса передернуло, и Лучано снова успокаивающе положил руки ему на плечи, прямо через камзол прихватил напряженные мышцы, покатал между пальцами...

- Ты справишься, - сказал негромко и уверенно. - Он будет прекрасным канцлером. Зиртуозо! Но любить тебя, как грандсиньор Ангус, никогда не станет. Ничего, для этого у тебя есть мы с синьориной, месьор Жозеф. грандсиньор Дункан и твои батюшка с матушкой...

- И Флориморд, ага! - фыркнул Альс, как всегда расслабляясь от массажа.

- Он даже голову дэверчиво откинул на спинку кресла, пока Лучано разминал ему плечи, и задышал ровнее

- И Флориморд. - невозмутимо согласился Лучано - Вполне достаточно, чтобы вынести грандсиньора канцлера и не замерзнуть. А вот его впору пожалеть... Но лично я не буду. Грандсиньора Дарру я и раньше опасался, а теперь попросту боюсь. Нет чудовищ хуже, чем те. кто даже не понимает, почему они - чудовища.

- Глава 10. О службе и служении

- За три дня. минувшие с памятного первого урока танцев, Дон Леон проникся к Айлин небывалым расположением. Правда, он не попадался на глаза, когда сна гуляла по саду с Пушком, но стоило псу уйти в дом. спасаясь от летней жары, и янтарно-хелтые огни тут же сверкали из ближайших кустов. А потом и весь кот показывался, чтобы серой тенью скользить по пятам за Айлин. охотиться на птичек неподалеку от нее или ловить в ручейке золотых рыбок. Рыбок Айлин жалела, но Амина объяснила, что их плодится больше, чем нужно и лишних все равно пришлось бы куда-то девать.

- В остальное время, когда не охотился. Дон Леон растягивался на дальней солнечной части террасы мохнатым полосатым ковриком и щурился в сторону сидящей над учебником Айлин, бдительно следя, не несут ли ей шамьет с закусками. По просьбе Айлин к закускам всегда добавляли нарезанное полосками сырое мясо на отдельном блюдечке, и Дон Леон благосклонно соглашался разделить с ней трапезу. Мясо с руки он снимал уже без малейших сомнений, и хотя сразу после этого по-прежнему мчался прочь, но уже не так далеко и быстро, как в первый раз

- Вечером третьего дня он и вовсе вышел из кустов, едва стол накрыла к ужину, и замер у края террасы, настороженно мерцая желтыми глазами, но не делая попыточ удрать. Айлин уже уверенно взяла кусочек мяса чтобы угостить благородного дона, и тихо хихикнула - то же самое сделал Кармель.

- Как вы думаете чье угощение он предпочтет? - шепотом спросила она и покосилась на магистра.

- Тот улыбнулся и слегка пожал плечами.

- Дон Леон, медленно подкравшийся к ним. решил не выбирать. Он схватил мясо, протянутое Айлин. когтями а во второй кусок впился зубами и. как обычно, метнулся в сторону - но на сей раз не в кусты, а под скамью, где и занялся ужином, раскатисто я грозно урча. Наверное, заранее пугал всех, кто мог покуситься на его еду.

- Айлин опять покосилась на Кармеля. готовая восхититься практичностью Дона Леона, и замерла, заметив на руке разумника свежую царапину. Алая полоска начиналась выше запястья и уходила вверх, под слегка закатанный рукав белой рубашки.

- Это Дон Леон? - осторожно спросила она и сразу поняла глупость вопроса

- Разумеется, нет! Царапина всего одна и куда больше похожа на след от ножа чем на кошачьи когти! Но зачем Кармелю понадобилось резать руку?'

- Нет. моя дорогая, - качнул головой разумник и поправил рукав, спрятав царапину. - Я всего лишь угостил мэтра Витольса.

- Мэтра Витольса?! - ахнула Айлин. - Так вы.. вы знаете, кто он такой?!

- Разумеется. - с заметным удивлением согласился Кармель. - Было бы крайней неосмотрительностью с моей стороны принять в академию наставника, не узнав о нем как можно больше. О тайне мэтра Витольса мне сообщил в рекомендательном письме дон Раэн, а сам мэтр подтвердил его рассказ в личной беседе.

- И вы его не выдали? То есть я хочу сказать, он же.

- Айлин замялась, и Кармель ответил ей понимающей улыбкой.

- Аккару, - подсказал он - Чудозище по мнению некоторых авторитетных источников. Увы, боюсь я всегда подвергал чужие авторитеты сомнениям предпочитая по возможности проверять информацию самостоятельно. Мэтр Витольс, безусловно очень опасное существо, но это можно сказать и о многих людях. Например, обо мне самом. Или даже о вас. дорогая Вы ведь не будете спорить, что способны причинить кому-то зред? Если захотите, разумеется

- Но я не хочу! - запротестовала Айлин. Потом вспомнила убитого бретера и тише добавила: - Во всяком случае без веских оснований.

- Очень ценное уточнение - серьезно согласился разумник. - Я считаю, что мэтр Витольс относится к этой же категории людей. Будучи аккару. он прекрасно контролирует свою жажду крови и. в основном, употребляет обычную человеческую пищу. А когда ему требуется особое питание, прибегает к привычному для себя способу. Право, я не считаю преступлением, если один-два раза в неделю мэтр прогуляется на Северную окраину Дорвенны или в трущобы какого-то другого города. Бывают люди, смерть которых только радует окружающих.

- А... ему не вредит подобная диета? - спросила Айлин. молча согласившись, что грабителей и правда не жалко. - Вдруг эти преступники плохо питаются? Или пьют слишком много карвейна...

- Кармель негромко, но искренне рассмеялся и покачал головой.

- Не беспокойтесь, моя дорогая. - сказал он весело. - Мэтр Витольс привык к подобному рациону. Конечно, он бы предпочел разнообоазие. но адепты и преподаватели Академии для него под строжайшим запретом, как и обычные законопослушные горожане. Таково условие, которое предложил сам Витольс А изредка, примерно раз в месяц, я угощаю его своей кровью. Право, это более чем скромная плата за общество такого знатока истории'

- Айлин вспомнила о том единственном случае когда аккару брал кров» у нее самой, и зспыхнула. Какая же она была глупая^1 Ей казалось, что она предусмотрела все' И количество глотков крови, и отсутствие печатей, и даже свободную волю... И при этом не догадывалась, какой сюрприз может преподнести им всем доброжелательный и гостеприимный мастер Витольс. Насколько же предусмотрительнее Кармель! Вот он понял, что нельзя позволять аккару себя кусать' Наверное, это потому, что он разумник?

- Вовсе нет, - усмехнулся Кармель на ее осторожный вопрос. - Мой первый опыт подобного рода оказался. .. запоминающимся. Не стану скрывать, ощущения были необычными и весьма приятными, но одного раза более чем достаточно После я сообщил мэтру Витольсу, что впредь буду сцеживать кровь для него в бокал.

- А как же эмоции? — поразилась Айлин. - Мэтр Витольс говорил, что ему нужны именно они. а кровь лишь проводник^1

- О, это условие оказалось не так уж сложно обойти. - заверил Кармель. - Пока я сцеживаю кровь, мэтр Витольс рассказывает интересную историю по своему выбору. Очевидно, этого довольно, чтобы насытить кровь чувствами. Во всяком случае, мою кровь. К примеру, сегодня мэтр поделился историей происхождения аккару.

- А... может быть, вы расскажете ее мне? - попросила Айлин и даже затаила дыхание от любопытства.

- Как пожелаете. - рассеянно согласился Кармель и сделал глоток вина. Сегодня он пил за ужином красное - и Айлин только сейчас поняла что это из-за кровопотери. - Вы ведь помните из курса древней истории, что когда-то в нашем мире было на три материка больше? Лендовия исчезла так невообразимо давно, что про нее почти ничего не известно, Арусуле и Хамтуру повезло немного больше. Их жители вели многовековую жестокую войну, пользуясь не только оружием, но и смесью магии с наукой. Собственно, оба материка нашли свой конец в результате страшных научно-магических экспериментов, затронувших самые основы мироздания. Аккару появились на самом закате этих цивилизаций и стали последней надеждой Арусулы. Надеждой и предвестником конца...

- Кармель помолчал, и притихшая Айлин увидела что взгляд магистра устремлен куда-то вдаль мимо нее, словно разумник видит в сгущающихся сумерках картины невообразимо далекого прошлого. А потом он заговорил снова:

- Долгое время силы противников были равны, что не устраивало ни одну из сторон, и. наконец, некий блестящий ученый из Арусулы нашел способ создать идеальных воинов Более сильных и быстрых, чем обычные люди, обладающих своеобразной магией, способных обращать других людей в себе подобных и почти бессмертных...

- Аккару?1 - вырвалось у Айлин.

- Именно. - кивнул Кармель. - К сожалению этот ученый был болен, причем столь серьезно, что ему не могли помочь даже лучшие целители Тогда он решил хотя бы сделать свою смерть не напрасной и поставить эксперимент на самом себе. В самом худшем случае он все равно должен был умереть, зато при лучшем исходе обрел бы могущество и почти бессмертие. Эксперимент увенчался успехом и в мире появился первый аккару К сожалению, его коллеги решили, что если ученый перестал быть челозеком. то считаться с ним совершенно не обязательно.

- Прямо как лорд Бастельеро, - тихонько сказала Айлин. - Он тоже думает, что если человек стал призраком или нежитью, то больше не достоин уважения или милосердия. Иногда это и правда так. но не всегда же... И потом, проявлять милосердие к другим нужно не только ради них. но и ради нас самих.. Простите, я больше не буду перебивать

- Не стоит извиняться, дорогая. - улыбнулся ей магистр. - Я всегда рад услышать ваше мнение. Тем более что совершенно с ним согласен. Не все люди достойны уважения лишь потому, что они люди, но и других существ следует оценивать по их поступкам, а не только по родовым признакам. Увы. коллеги того ученого придерживались иных взглядов. Его приковали в лаборатории и использовали как источник крови для создания новых аккару. почти во всем подобных родителю... За одним небольшим исключением. Каждому из них уничтожали свободу воли, оставляя лишь рабскую преданность хозяевам. Ученый же в ярости и ужасе от того, как используют его работы однажды сумел разорвать цепи и бежать из Арусулы. Не в Хамтур. конечно, а гораздо дальше, на материк, который много времени спустя назвали Эдором,. Туда же попали после гибели Арусулы некоторые младшие аккару, созданной при помощи его крови. Именно они заслужили мрачную слову жестоких и почти неуязвимых чудовищ, поскольку видели в людях лишь средство пропитания и не обладали ни настоящим разумом ни милосердием.

- Айлин зябко передернула плечами и от всей души пожалела несчастного ученого, который конечно, попросту не мог оказаться мастером Витольсом... или мог? И не смогла не подумать, что голос Кармеля куда равнодушнее чем заслуживает такая потрясающая, хотя и жуткая история.

- А если еще подумать, то с того самого дня, как Кармель забрал лабораторный журнал лорда Морхальта он стал странно задумчив и хмур словно погружен в какие-то очень неприятные мысли^1

- Кармель. что-то случилось? - осторожно спросила Айлин. и разумник встряхнул головой, как будто заставляя себя сосредоточиться.

- Не беспокойтесь, моя дорогая Я просто задумался

- Дон Леон, тем временем доевший мясо, выбрался из-под лавки, тщательно вылизал лапы лег неподалеку и начал издавать странные звуки, похожие на негромкое рычание.

- Что это с ним? - забеспокоилась Айлин.

- Кармель пригляделся к коту и удивленно отозвался

- Мне кажется, он мурлычет Ну, как умеет. Я никогда не слышал, чтобы он это делал

- Ой, так Дон Леон учится мурлыкать^7 - хихикнула Айлин - Какая прелесть' У него такое суровое выражение морды, как будто ему самому стыдно за такую слабость.

- Я бы ничуть не удивился. - рассеянно улыбнулся Кармель. - Простите, моя дорогая, сегодня я и вправду не лучший собеседник. Похоже, мне предстоит принять очень важное решение, которое многое изменит. О нет не беспокойтесь вам это нисколько не повредит. - поспешно добавил он. - Это давние дега... Я. признаться, надеялся, что именно это решение мне никогда принимать не придется Беда в том, что однозначно хорошего исхода быть просто не может. Что бы я ни решил, это повлечет за собой сложности и... неприятности.

- А ничего не решать совсем-совсем нельзя? - уточнила Айлин. глядя на него с нарастающей тревогой.

- Можно - так же рассеянно улыбнулся Кармель. - Однако и это будет своего рода решением - причем наихудшим. Увы. только нашему милейшему Дону Леону нет нужды выбирать, какой кусок мяса схватить первым, для этого у него целых две лапы и пасть. Людям несколько труднее...

- Я уверена, что вь: сможете выбрать правильно' - сказала Айлин. пытаясь отогнать тревогу. - Если не вы. то кто же?!

- Благодарю за вашу веру в меня, дорогая. - мягко сказал магистр и. взяв руку Айлин. на мгновение коснулся ее пальцев губами. - И простите если последствия моего выбора все-таки окажут влияние на вашу жизнь. Поверэте я постараюсь, чтобы вас это не затронуло или отозвалось как можно меньше.

- • * •

- Несколько дней после возмутительной выходки магистров Грегор ожидал продолжения, однако его не последовало. Драгоценные коллеги были с ним неизменно учтивы, и хотя от этой любезности веяло холодом. Грегора такое отношение вполне устраивало. В конце концов, его распоряжения выполняются точно и в срок, в Академии все идет как положено, дела гильдий также содержатся в полном порядке — чего еще можно требовать от подчиненных?

- Любви?

- Ну. это уж совсем глупость какая-то

- Со своей стороны он перестал пить шамьет в комнате для преподавателей и даже испытал от этого немалое облегчение - больше не нужно было проявлять вежливость с людьми, которые его откровенно терпеть не могу- да и он им не слишком рад Не нужно искать подвох за вежливостью Райнгартена и Розерстана. читать неприкрытую спокойную ненависть во взгляде Эддерли и явное осуждение на лице Девериана Ладецки и Бреннана. Даже на Валлендорфа, вечно стремящегося всем услужить, и на Волански, снова впавшего в свое дурацкое полубезумие, смотреть не нужно. На самом деле - просто прекрасно, что обед ему подают 8 кабинет, как и травяной настой, которым Грегор временно заменил опостылевший шамьет!

- Зато дела Академии, за которые он ззялся с небывалым доселе рвением, шли прекрасно. По неизъяснимой милости богов чем паршивее у Грегора было на душе тем больше сил он мог

- вкладывать в то единственное, что ему пока осталось - работу Архимага.

- 3 первый же день после Совета Грегор поговорил с Ладецки, который, узнав, о чем пойдет речь, ответил на все вопросы хмуро, но подробно, с обстоятельной и даже предупредительной точностью, которую Грегор оценил по достоинству. Сам он даже не предполагал неких обстоятельств, которые следовало учитывать, разрабатывая Устав Карлонской Академии

- Оказалось, что в Карлонии. Влахии и прилегающих к ним мелких княжествах простолюдинов магии учат не так. как дворян. И прекрасно обходятся без всякого равенства, что бы там ни говорили Грегору противники его реформ. Более того, там нет понятия личного дворянства, пожалованного королем или обеспеченного магическим даром'

- Крово! - коротко уронил магистр Ладецки и, поморщившись, объяснил подробнее: - В моих землях считают, что если человек родился в семье простолюдинов, кровь у него неблагородная, так сами боги велели. Ну и нечего людям идти им наперекор. Если простолюдин сослужил какую-то великую службу князю или королю, если совершил подвиг - его наградят, разумеется. Пожалуют деньгами или чином по службе одарят драгоценностями, дом купят... Но дворянство не дадут Потому что подлую кроЕь. текущую в жилах, на благородную не заменить. И магический дар тоже в учет не идет Если искра дарована простолюдину, значит, его судьба - служить господину еще и магией. Это если он господский хлоп... крестьянин то есть. Если вольный человек - пусть на себя работает это не возбраняется.

- А искра? - с огромным интересом уточнил Грегор. - Что делают с простолюдинами, чтобы дар не выгорел к развивался?

- Отдают в услужение другим магам. - словно бы нехотя сказал Ладецки. - На оговоренный срок Позволяют смотреть, что и как делает господин, а там уж чему простолюдин научится, то и его. Проще попроситься в подмастерья другому простолюдину, который в магии смыслит. — вот тот. если за науку заплатить, обуиит всему, что сам знает. Но ни воли, ни, тем более, дворянства это не принесет.

- «И никаких сложностей, о которых мне твердили - с удовлетворением подумал Грегор. — Какое прекрасное и благоразумное устройство общества!»

- Те из простолюдинов, кто могут, наизнанку выворачиваются, но бегут в Дорвенант, — помолчав добавил Ладецки. - Если они из вольных, конечно, а хлопа-то кто отпустит-7 Этих даже учить стараются поменьше, чтобы не возомнили о себе лишнего да не захотели лучшей доли. Бывает, и дар выжигают, если хлоп слишком дерзкий да непокорный. Бывает, попросту убивают Иных держат родней да семьями, чтобы в покорности находились. Мало кто побежит от господина, если знает, что его родителей или жену за это насмерть кнутом запорют, а детей утопят как негодных щенков.

- Грегор поморщился от таких неприглядных подробностей и уточнил:

- Простите, магистр, я как-то раньше не интересовался устройством вашего общества. С простолюдинами, вольными и закабаленными, все ясно, а какраспределяется дворянство?

- Есть какой-то аналог Трех Дюжин?

- Князья, - кивнул боевик. - Их мзло, это самые старые и могущественные семьи В княжествах князь - правитель, как зы понимаете, в Карлонии и Влахии - это титул младшей ветви королевской семьи Во Влахии, к примеру, княжеских родов всего два, Сандоры и Ставоры. оба ведут род от младших братьев первого влашскогс короля - Мирчи Сувора.

- Один из магов, приславших мне письмо - Будимир Стазор. - вспомнил Грегор. - Кажется, он некромант

- Он совершенно точно некромант, милорд Архимаг. - бесстрастно отозвался Ладецки. - У Стооороо рождаются только некроманты. Всегда мужчины и ассгда очень сильные такоо дар, пожалованный им Претемнейшей Госпожой Есть легенда что некогда три брата, чей род был истреблен, а земли захвачены, в странствиях нашли хижину, где жили три женщины. Одна была прекрасной юной девой, голубоглазой и с волосами золотыми, как спелая рожь. Вторая, рыжеволосая и зеленоглазая сияла красотой не меньшей, но зрелой, словно мать немалого семейства А третья была старухой, седой и морщинистой Братья услужили хозяйкам дома, чем смогли, поохотились для них, подновили хижину и нарубили дров а женщины в благодарность пожелали разделить с ними ложе, предложив гостям самим выбрать, кто с кем ляжет Сувор по праву старшего первым выбрал зрелую женщину.младший Сандор положил глаз на юную, но выбирать вторым предстояло не ему. и тогда он взмолился, попросиз брата Стазора уступить очередь.

- Боевик усмехнулся, а Грегор снова поморщился - он уже понял, к чему ведет легенда.

- Ставор отказался, я полагаю? - бросил он.

- Напротив милорд Архимаг. - невезмутимо сообщил Ладецки. - Стазор то ли пожалел младшего брата, которому досталась бы старуха, то ли проявил немалую мудрость, заподозрив, что с хозяйками дома зее не так уж просто.. В общем, он добровольно лег со самой старшей и, должно быть не оскорбил ее пренебрежением. Утром, когда братья проснулись, перед ними оказались три ослепительные красавицы, хоть и разные как свежее утро жаркий полдень и ясная ночь. Ож назвались Благими Гссподарынями и пообещали братьям дары в награду за любезность и заботу.

- Благие... Леди? - перевел Грегор непонятное и жутко сложное слово «гос-по-да-ры-ня».

- Ладецки кивнул

- Сувору его возлюбленная даровала власть над богатыми землями и процветание рода Сандору достались крепкое здоровье и жизненные силы для всех его потомков. А Ставору - власть над смертью во всем, что не противоречит воле Претемной Госпожи. Говорят, нынешний Ставор - Избранный, - спокойно добавил боевик.

- Избранный з Карлонии?! - не поверил Грегор.

- Доподлинно не с<ажу. - усмехнулся Ладецки. - Я хоть и боярского рода, но не из самых знатных, не по мину нам знакомство водить Там, где Сандоры и Ставоры пируют за столом у Суворов, таким, как я. место на дальнем конце стола, а то и вовсе виночерпием у короля с братьями. Тоже честь, конечно, да только с князьями и словечком не перемолвиться

- Малое дворянство - кивнул Грегор - Понимаю. Не сочтите за обиду, магистр, вы потому и приехали в Дорвенант, что здесь легче пробиться человеку с даром?

- Я приехал в Дорвенант, потому что мой род обвинили в измене государю. - спокойно ответил боевик. - Когда люди короля начали наши ворота выбивать тараном, да в терем смоляные стрелы поле-ели, отец велел мне подземным ходом уйти. Знал, что у меня дар есть. И что сдержаться, когра нас убивать начнут, я не смогу. Так еще была надежда что хотя бы младших пожалеют, а после этого уже никого не помиловали бы. Я ему на крови и хлебе поклялся, что уеду и домой никогда не вернусь, поберегу нашу кровь, хоть и в чужих землях.

- И... что случилось с вашей семьей?

- Грегор не был уверен, что хочет услышать ответ но... стоит представлять, с чем и с кем будешь иметь дело. Каэлония и Злахия интересовали его все больше - и не только как поле испытания собственных реформаторских замыслов

- Старшие братья - их у меня двое были — погибли. - так же размеренно ответил боевик. - Младших сестер взяли живыми и увезли во дворец, потом по приказу короля выдали замуж за верных ему людей. А отца и мать повесили на воротах нашей усадьбы. Точнее, на воротных столбах, потому что от самих ворот одни щепки остались Обычная казнь изменников в назидание остальным подданным

- Я... сожалею, мипорд магистр. - склонил голову Грегор. - Не хотел напоминать вам о столь печальных событиях. Мне казалось... Вы ведь упоминали о родственниках е Карлонии. Я был уверен, что с вашей семьей все в порядке

- Сейчас уже в порядке - кивнул Ладецки - Через два года выяснилось, что моего отца оклеветали Виновных казнили, сестрам моим вернули родительские земли - разделили в приданое. Так-то. конечно, я их должен был получить как единственный наследник мужского рода. Но я возвращаться отказался. Отец погиб, а больше меня никто от клятвы освободить не вправе. Да и не тянулэ как-то на родину, знаете ли... Узнал что мужья сестрам достались хорошие - хоть в этой повезло - и решил, что их семьям те земли нужнее. Они меня в благодарность почитают, подарки шлют к каждому празднику, двух сыновей назвали в мою честь. В гости все зовут, но я пока не еду

- Клятва не позволяет? - несколько растерянно поинтересовался Грегор.

- В гости - позвогяет, - уверенно отозвался боевик. - Сам не еду, пока еще жив король, что мою семью истребил. Не приведи боги - во дворец позовут, я ведь их величество по ближайшей стене тонким слоем размажу. Вот как только он сдохнет, сразу поеду - могилы родных навещу, сестер : племянниками повидаю.

- Понимаю. - сдержанно согласился Грегор. - Что ж. милорд магистр, благодарю за беседу. Извольте собрать документы по обучению адептов Красной Гильдии. Список учебников, план обязательных занятий, реестр основных арканов, необходимых для сдачи экзаменов - переходных и выпускных В общем, все. чтобы помочь нашим собратьям в Карлонии. Кстати, а во Влахию вы тоже ездить не можете?

- О, это сколько угодно. - пожал плечами Ладецки. - Их величество Сувор мне ничего не должен.

- Очень... предусмотрительно с его стороны - пробормотал Грегор, когда боевик, четко поклонившись и щелкнув каблуками, вышел.

- ...За следующие два дня все магистры гильдий представили ему запрошенные списки и Грегор. приказав секретарям свести документы е единый реестр, принялся за Устав. Следовало учесть множество тонкостей которые в Уставе Академии Ордена попросту отметались под предлогом всеобщего магического родства адептов любого происхождения. В Карлонии - Грегор это прекрасно понимал - даже внешнего равенства молодых магов не будет, потому что пропасть между дворянами и простолюдинами непреодолима, а между высшим и низшим дворянством чрезвычайно значительна. Это была грандиозная и сложнейшая работа, но. приступая к ней. Грегор испытывал вдохновение и предвкушение как перед битвой, что может переломить ход войны С кем он собирается воевать сейчас? Да какая разница^1 С людьми, обстоятельствами, собственной судьбой'

- Набросав примерный план будущего Устава, Грегор взглянул в окно, за которым сгущались сумерки, и с некоторым трудом вспомнил, что завтра выходной день. Пора ехать домой, да и секретарей следует отпустить - давно уже он так не задерживался на службе. Сердце приятно грело осознание сделанного и понимание, что впереди еще долгий путь.

- Я обязательно должен съездить в Карлонию - подумал Грегор вслух вставая из-за стола и слегка потягиваясь. - Интересная, должно быть, страна'

- Он собрал документы, над которыми работал, и решил взять их домой. Что еще делать в выходные?

- «Конечно, нравы в Карлонии жестокие - подумал Грегор. - но если подумать, где и когда с предполагаемыми изменниками обходятся милостиво? Измена - прямой путь на плаху или виселицу. Семье Ладецки просто не повезло, так бывает. А я хочу посмотреть на некроманта, чей род получил такую великую милость от Претемной Госпожи. Тем более, если он - Избранный... Возможно, именно на Востоке возводится магическая традиция, основанная не только на знаниях, но и на чистоте благородной кэови».

- Вернувшись домой, он едва успел войти в холл, как рядом вырос бывший камердинер, а ныне дворецкий.

- Какие новости? - спросил Грегор. снимая перчатки для верхозой езды и бросая их на протянутый поднос.

- Никаких, милорд, - почтительно ответил дворецкий - Юный лорд пребывает в полном здравии, не считая легкого беспокойства из-за очередного зуба. Его светлость Аларик весь день писал картину, а потом изволил уехать на ужин к семейству Вальдеронов.

- Превосходно. - неприязненно бросил Грегор.

- Пусть гостит хоть у Вальдеронов, хоть у Баргота, хоть ужинать в его компании лишний раз не придется' И без того кусок в горло не лезет. Жаль, что в собственном доме нельзя приказать подавать ужин в кабинет. А также обед и завтрак... Дед бы точно не одобрил. Не потому, что лорд не имеет права на прихоть, а потому что это будет выглядеть, словно он опасается отца или просто уступает ему... Хотя эти совместные завтраки и ужины уже давно превратились в наказание - только непонятно, за что^1

- Осмелюсь доложить, милорд, Руверс совсем плох. - так же почтительно прошелестел дворецкий - Целитель сказал, что счет идет на часы

- Я к нему зайду. - уронил Грегор. - Прямо сейчас. Накрывайте пока на стол.

- Он стремительно прошел по холлу и свернул в крыло для слуг. Вспомнил, что последний раз был здесь чуть ли не двадцать лет назад нэ никак не мог припомнить, по какому поводу. Ах да! Одна из горничных, убирая в библиотеке, случайно открыла гримуар. защищенный проклятием и едва не умерла Проклятие Грегор снял, о-ю было старым, совсем выдохшимся, но горничную пришлось отправить в деревню - ее внешность так пострадала, что смотреть нельзя было без отвращения... А больше ему в этом крыле и делать было нечего.

- Снова возникший рядом дворецкий распахнул перед Грегором ближайшую дверь Очень вовремя, иначе пришлось бы искать комнату Руверса. Грегор шагнул через порог, и дверь за его спиной бесшумно закрылась

- Ми...лорд... - прохрипел лежащий на кровати древний старик, и Грегор поразился — неужели это Руверс?!

- Да что с ним стало за... считанные дни'1

- Лежите Руверс. лежите. - приказал он и шагнул к кровати. - Не нужно вставать.

- Ми-лор-рд.. - продолжал хрипеть бедняга и по его морщинистому лицу из мутных словно выцветших глаз, потекли слезы. - Вы пр-ришли...

- «И правда, часы, если не минуты. - подумал Грегор. окинув Руверса наметанным взглядом. - Жизненная энергия стремительно утекает огонек души едва теплится. Наверное Провожатый уже дежурит где-нибудь поблизости. Что ж, любая жизнь рано или поздно подходит к концу, и все. что я могу сделать для старого преданного слуги - побыть с ним хоть несколько минут».

- Простите милор-рд, - едва слышно прошептал Руверс. вглядываясь в Грегора с мучительной тоской. - Оставляю вас... нз этих всех... Разве они смогут., услужить... как положено...

- Вы прекрасно служили, Руверс. - подтвердил Грегор и присел на край кровати умирающего, отбросив обычную брезгливость.

- Впрочем, неудивительно. Белье чистейшее, характерного запаха старости от Руверса совершенно нет. а близкой смертью ему, некроманту, брезговать странно.

- Я же вас помню... младенчиком еще._ - шептал дворецкий, глядя куда-то за плечо Грегора. Возможно, уже различал там фигуру Провожатого. - Милорду Стефану служил матушке вашей . миледи Валери... милорду Аларику. а младшему лорду не послужу уже...

- Ну-ну. Руверс...

- Врать было бесполезно и. пожалуй, оскорбительно для них обоих. Руверс и сам знал, что умирает. И тогда Грегор сделал единственное, что мог, вспомнив долгие годы действительно безупречной службы, бесконечную преданность, почтительность и заботу. Он протянул руку и взял иссохшую кисть Руверса, словно обтянутую потемневшим пергаментом

- Вы были образцовым слугой, Руверс. - сказал он как мог четко, зная, что слух умирающих быстро слабеет. - Уверен, дед был вами очень доволен. И я тоже, не сомневайтесь.

- Рука Руверса была горячей и странно легкой, словно живая птица готовая вот-вот вырваться на волю. Дворецкий посмотрел на нее, на Грегора...

- Милорд... честь какая... - Слезы так и продолжали бежать из глаз старика и Грегор вздохнул желая, чтобы эта томительная сцена закончилась как можно быстрее. - Даже в Садах помнить буду...

- Все хорошо. Руверс, - мягко проговорил Грегор. чутьем некроманта уловив, что искорка жизни вот-вот погаснет. - Все будет хорошо.

- Лорду Стефану там послужу.. - прохрипел старик и закрыл глаза. - И миледи Валери.. Пока вас дождусь..

- "Ты уж подожди подольше, - хмыкнул про себя Грегор. - Я не тороплюсь».

- И в тот же миг искра мигнула, еще раз, окончательно погасла, и словно легкий порыв холодного воздуха пронесся по комнате, неуловимый ни для кого, кроме одаренных Госпожой

- Все. - уронил Грегор. вставая и отпуская бессильно упавшую на одеяло руку старика. - Можете готовить тело к погребению.

- Не оборачиваясь, он вышел из комнаты чувствуя внутри странную пустоту. Ну что ему этот старик? Преданных слуг в доме Бастельеро ценили, но между ними и господами всегда было такое расстояние, что Грегор понятия не имел чем и как живет его дворецкий вне службы, почему так и не женился... Так почему сейчас его преследует непонятнее глупое ощущение, будто с уходом Руверса ушло что-то важное?1

- Ужин накрыт, милорд, - прошелестел новый дворецкий.

- Точнее, теперь уже просто дворецкий, единственный.

- Сейчас иду - сказал Грегор, но вместо столовой почему-то свернул к лестнице на второй этаж.

- Поднялся по ней, прошел к детской.

- Кормилица при виде вошедшего лорда поднялась и сделала немного неуклюжий реверанс

- А его маленькая светлость изволит спать. - шепотом доложила она. посмотрела в колыбель и так же шепотом ахнула - Ой, проснуться изволили^1 Батюшкины шаги услышали да проснулись...

- Мне сказали, у него режутся зубы?

- Грегор склонился над колыбелью, вглядываясь в лицо сына.

- Да как же им не резаться? - рассудительно ответила кормилица - Самое время. Теперь уж не перестанут пока все не вылезут. Хотите его подержать ваша светлость?

- Аларик Раэн заулыбался, потянулся к нему ручонкой, и в душе Грегора вдруг вспыхнуло неожиданное пугающее раздражение при виде этой улыбки - такой же бессмысленной и ничего не значащей, как радость Демуазель

- -Ему все равно, кому улыбаться - подумал Грегор. испытывая от этой мысли странное болезненное удовольствие сродни тому, какое бывает если почесать невыносимо зудящее место, точно зная, что зуд отступил лишь на мгновение, ко вскоре вернется вдвое сильней, чем прежде. - Ему безразлично, кто держит его на руках, я или кормилица, лорд Аларик. Айлин, Роверстан или этот арлезиец, дон Раэн. Он готов любить каждого, кто возьмет его на руки, в точности так же. как Деми. Или как дон Раэн, который радостно смотрит на кого угодно, даже на меня, с которым встретился впервые в жизни. Или как Айлин. Она тоже любила Аранвена. Эддерли. наверное, даже сударыню Донован... и даже это проклятое умертвие^1 Если она когда- то любила и меня, то не больше, чем любого из них Есть ли что-то более бессмысленное, чем такая любовь? Нет и не может быть ценности в том. что отдают от избытка, как что-то ненужное чем одаривают всех, не глядя и не раздумывая...»

- Не нужно, не хочу его беспокоить. - сказал он вслух и едза не задохнулся от тяжелой вязкой горечи, подступившей к горлу. - Пусть спит...

- «Это пройдет. - подумал он про себя почти в ужасе. - Он мой сын, и я люблю его. а это... всего лишь мгновенная глупая слабость, которая пройдет^1 Конечно, он будет меня любить! Когда вырастет... Это будет настоящая любовь, я смогу заслужить ее' И любовь, и гордость, и уважение моего сына... Просто нужно быть достойным...»

- Он отступил от колыбели, осторожно вышел из комнаты и вдруг понял, что всего несколько минут назад в этом доме и на его глазах умер человек, который совершенно точно его любил. Именно так, как ему всегда хотелось - преданно и безраздельно. Простой слуга, высшим искусством и необходимостью полагавший так служить своему лорду, чтобы лорд как можно меньше вспоминал о его существовании Ведь в доме, где слуги знают свое дело, все делается как будто само по себе, незаметно и 6es участия хозяев. А теперь он ушел... служить лорду Стефану и леди Валери, как он сам сказал, словно даже в Садах не мыслил для себя собственной жизни, жизни вне служения...

- «Но разве этого я хочу от людей? - подумал Грегор с безотчетным тошнотворным страхом. - Служения, а не любви? Неправда^1 Своей жене я готов был служить сам! И любил ее. и ждал ответной любви, но разве не имел на это права?! Я любил деда... И он тоже любил меня, я знаю это совершенно точно! А., кого еще^7 Кто у меня был еще, чтобы любить меня по-настоящему? Неужели я просто прошел мимо чьей-то любви, не увидев ее. не поняв, что она означает? И вернуться уже никак невозможно?..»

- Словно во сне он спустился 8 столовую, сел за стол, положил в рот что-то безвкусное, с трудом прожевал Силы которые переполняли его в Академии, куда-то исчезли, утекли, как вода в песок, и Грегор заставил себя есть просто потому, что понимал - это необходимо Ничего, он просто устал. Завтра будет новый день без всех этих... глупостей. Он продолжит работу над Уставом, поиграет с сыном, даже прогуляется в саду с Деми - почему бы нет"? Ему нужно найти новый смысл жизни, и тогда он обязательно сможет снова быть счастливым. Это ведь так просто, пока он жив. не так ли? Все еще можно исправить, всего добиться - пока он жив.

-

- Глава 11. Перчатка для короля

-

- Бывшего соученика новый канцлер представил Аластору на четвертый день после разгозора, самым похвальным образом не откладывая столь важное дело надолго.

- Аластор долго размышлял о рассказе Дарры Аранвена и ожидал увидеть кого-то отталкивающего, вроде лорда Грегора Бастельеро или даже того отвратительного старика, мэтра Денвера, каким он мог быть в юности. И теперь испытывал смутное разочарование, глядя на безупречно воспитанного молодого дворянина с серьезным умным лицом и самыми располагающими манерами. Пожалуй, единственным недостатком адепта Драммонда можно было счесть раззе что веснушки, усыпавшие все его лицо, не веселые золотистые, как у Айлин. а темные похожие, скорее, на родимые пятна и не слишком привлекательные. Но нельзя же ставить человеку в зину неудачную внешность, которой его наградили родители и воля Всеблагой Матери!

- «Почему мне так хочется найти в нем какие-нибудь недостатки?» - удивился Аластор. но решил обдумать этот вопрос попозже. Лорд Аранвен-младший с полным пониманием отнесся к желанию короля поговорить с Драммондом наедине by. почти наедине. Лучано Аластор уже так привык воспринимать как продолжение себя самого, что не всегда замечал его присутствие, подобнее ровному теплу очага в прохладный день. Вот и сейчас Лу тихонько отступил к окну и сделал вид что увлечен варкой шамьета. а на гостя поглядывает исключительно из вежливости Драммонд которому Лучано не представили, позволил себе один-единственный быстрый взгляд на королевского фаворита и больше в его сторону не смотрел.

- Итак, лорд Кей. Хм, Кейлин? - Аластор взглян/л на краткую справку, поданную ему канцлером в начале визита.

- Женское имя? Почему?!

- Матушка ожидала дочь и заранее выбрала имя, - почтительно сообщил Кейлин Драммонд, верно поняв его удивление - А когда родился я, решила, что нет особой необходимости его менять.

- Понятно, почему вы предпочитаете именоваться Кеем. - хмыкнул Аластор. - У вас две младшие сестры, верно? Вам двадцать один, вы на девятом курсе и намерены закончить Академию в ближайшее время экстерном Разве магам не положено проходить личное ученичество для завершения образования?

- Исключительно по желанию и сообразно возможностям, ваше величество, — так же роено сообщил молодой некромант.

- И чего вам не хватает, желания или возможностей? - поинтересовался Аластор. поднимая взгляд от бумаг и в упор глядя на Драммонда. - Вы учились на особом курсе лорда

- Бастельеро это о многом говорит, да и лорд Аранвен-младший подтверждает, что вы очень талантливы

- Милорд Аранвен чрезвычайно великодушен ..

- Аластору показалось, что скулы Драммонда едва заметно порозовели, но он бы за это не поручился А вот в глазах точно блеснуло удовольствие. Но тут же пропало, словно Драммонд старательно скрывал все, мч> чувствует.

- Заше величество, я проклятийник. - помолчав пару мгновений, продолжил он. - Природа моего дара такова, что обычно имеет либо светлый, либо темный аспект. Очень редки случаи, когда некроманту одинаково хорошо дается и снятие, и наложение проклятий. Мой аспект - безусловно темный. В наставники мне подходит лишь мастер с такой же специализацией и темным аспектом. И, разумеется, он должен быть достаточно силен и опытен, чтобы мне было чему у него учиться. Позвольте без лишней скромности сказать, что таких некромантов очень мало Меня мог бы обучать покойны* мэтр Денвер. Собственно говоря, я и думал просить его о личном ученичестве. Мэтр Денвер ко мне благоволил и давал понять что не откажет Но это было до Разлома, как вы понимаете

- Аластор кивнул. Да >ж. мэтра Денвера он помнил прекрасно и от души желал ему барготовых котлов погорячее И этот упырь в человеческом обличье преподавал в Академии! А молодой Драммонд. однако, смельчак. Так просто говорить о той. что хотел стать учеником коронного преступника и барготопоклонника^1

- А лорд Бастельеро? - уточнил он на всякий случай. - Он веда как раз мастер проклятий насколоки мне навести?

- Выдающийся. - так же розно подтвердил Драммонд. - И как раз обладает обоими аспектами Но даже если бы он согласился оказать мне такую честь, я не стал бы о ней просить. После дуэли лор,са Бастельеро и Саймона Эддерли адепты особого курса перестали считать бывшего наставника достойным доверия и уважения

- Понимаю... - задумчиво сказал Аластор. - Так что же подходящего для вас наставника просто нет? А в Академии разве никто не преподает проклятия? Илл просто в Дорвенанте?

- Не на должном уровне, ваше величество, - почтительно отозвался Драммонд - Магистр Эддерли - мастер призраков, леди Аранвен - ритуалист<а Младшим курсам с этого года преподает мэтресса Леруазен, но она сама недавняя выпускница и пока не имеет права брать личных учеников К тому же вряд ли сможет меня учить, мы примерно равны У старших курсов проклятия ведут мэтры Парьен и Арнольди, они хороши для обычных адептов, но не для меня.

- А вы в себе весьма узерены, - Аластор пристально взглянул в темные глаза Драммонда

- Тот не опустил взгляда продолжая смотреть так же спокойно v вроде бы искренне

- Да, ваше величество. Разумеется я продолжу заниматься самостоятельно. Милорд Аранвен обещал мне доступ к родовой библиотеке и всю необходимую помощь. А практические занятия обеспечит должность, которую он мне предложил.

- Это он про место Ночного короля?! Так легко и просто, словно намеревается стать обычным чиновником или офицером...

- Драммонд вы понимаете, на что соглашаетесь?1 - не выдержал Аластор. - Мне известно, какие отношения связывают вас и Дарру Аранвена Он совершил чудовищный поступок, наложив на вас то ли проклятие, то ли приворот, то ли вообще Баргот знает что'

- Чудовищный? - Впервые с начала разговора во взгляде Драммонда появилось нечто яркое, и это было удивление. - О нет. ваше величество! Милорд Аранвен оказал мне огромное доверие^1 Участвовать в его эксперименте было для меня честью

- И эта честь связала вас на всю жизнь!

- Надеюсь, что так. ваше величество. - По губам Драммонда скользнула быстрая улыбка, неприятно напомнившая едва заметные усмешки самого Аранвена-младшего. - В противном случае разве мог бы я рассчитывать на личное покровительство милорда? Разве что как один из его соучеников, но это совсем другой статус. К тому же милорд Аранвен не скрывая что эксперимент может иметь разные последствия, в том числе довольно необычные Я полностью осознавал, на что иду.

- Вам было тринадцать, - бросил Аластор. - Вы не могли принимать такие решения. Кстати, разве у вас не было опекуна?

- Я же не из Трех Дюжин, ваше зеличество - с неизменной учтивостью напомнил Драммонд. - Малому дворянству корона не обязана оказывать такую честь, как забота о малолетних наследниках и вдовах. Конечно, мать могла бы обратиться в службу канцлера с просьбой его назначить, но

- Но?

- Отдать кому-то право распоряжаться своей судьбой и остатками семейного имущества — вот это действительно риск, ваше величество - И снова Драммонд как показалось Аластору. был совершенно искренен. - Впустить чужого человека в дом. где живут моя матушка и малолетние сестры, принять его решения о том как нам жить... Что. если бы этот опекун оказался недостаточно честным и порядочным человеком? Я слышал, чтс даже в Трех Дюжинах такое встречается...

- Ну. допустим, - буркнул Аластор, признавая правоту Драммонда. Пожалуй, случись что- нибудь с отцом он сам тоже не доверил бы матушку и сестер чужому человеку - И вы согласились на эксперимент, чтобы ни от кого не зависеть? Кстати, а это вообще принято среди магов^7 Ставить эксперименты на соучениках, еще и несовершеннолетних?

- Я был старшим мужчиной в семье, - совершенно безразлично отозвался Драммонд. - А участие в эксперименте - такая же работа как гонять умертвия на кладбищах или травить крыс в подвалах, только не в пример лучше оплачивается Ваше величество, я действительно благодарен его светлости Дарре Аранвену и не имею к нему никаких претензий. Предложи он мне обычное покровительство, я в любом случае был бы обязан хранить ему верность, так почему бы и не магическую?

- Он говорил так спокойно и рассудительно, что на миг Аластор поверил, что напрасно придирается к поступку Аранвена и ничего особенного в этом нет В конце концов, как справедливо заметил его новый канцлер, у него самого с Айлин и Лучано тоже магическая связь. На которую сам Аластор не соглашался, а Лучано был в помутненном сознании и не понималпоследствия. Но им ведь в голову не приходит обвинить Айлин в злоупотреблении доверием^1

- «Потому что это - другое, - возразил он сам себе - Айлин спасала мне жизнь. У нее была зеская причина заключить этот магический контракт и она не собиралась никого из нас делать чужой собственностью... Но говорить об этом с Драммондом, похоже, бесполезно. У него даже глаза блестят, когда он слышит имя Дарры Аранвена! А как благоговейно он зовет его милордом, хотя Дарра ему пока что просто бывший соученик. И все доводы о покровительстве и благодеяниях звучат убедительно, потому что сам Драммонд в них верит всей душой. А если закон формально не нарушен, и обе стороны довольны сделкой, то какой смысл в это лезть? Меня сейчас должно интересовать нечто иное».

- Лорд Драммонд. вы понимаете всю опасность и прочие последствия службы, которую предлагает вам лорд Аранвен? - сухо уточнил он. - Конечно, мы постараемся скрыть вашу роль как можно надежнее, но если гас разоблачат. Аранвен вряд ли успеет вам помочь.

- Это понятный и допустимый риск, ваше величество. - бесстрастно отозвался Драммонд - Я вполне осознаю, что должен рассчитывать только на себя

- И какого вознаграждения вы ждете от короны?

- Никакого, ваше величество. - взглянул на него некромант с явным удивлением. — Не могу же я получать жалованье за то. что является преступлением с точки зрения законов божественных и человеческих? Ремесло проклятийника меня прокормит и даже позволит накопить средства на старость, если я до нее доживу, а о матушке и сестрах в любом случае позаботится милорд Аранвен, если я сам не смогу этого сделать. Никакой награды мне не полагается, но я всегда буду помнить что ваше величество удостоили меня аудиенцией и заботой о моей судьбе.

- Он поклонился, и Аластор понял, что ничего совершенно ничего не может сделать с этим человеком, который уже все для себя решил. Что Кей Драммонд выбрал дорогу, на которой его зряд ли ждет что-то хорошее, но уверен, что иной дороги у него нет, да он ее и не желает. И зряд пи даже прямой королевский запрет что-то изменит

- «Я могу запретить этот план не ему, а Дарре Аранвену. - устало подумал .Аластор. - Тогда канцлер найдет своему марионетто. как говорит Лу. другое применение...»

- Словно услышав свое имя в его мыслях, Лучано тенью скользнул к столу и поставил перед Аластором чашку дымящегося шамьета. А затем обратился к некроманту

- Синьор Драммонд. скажите, что вы намерены изменить а нынешних традициях ночной Дорвенны? Первым делом, так сказать?

- Драммонд встретил его взгляд с легкой настороженностью, как показалось Аластору. Но потом, видимо, решил, что раз его спрашивают, то имеют на это право и, помолчав едва ли пару мгновений.ответил

- Я хочу закрыть бордели, в которых женщин принуждают работать силой И те. в которых используют детей. Совершенно богомерзкое дело.

- Детей?! - вскинулся Аластор - В Дорвенне есть такие?! С детьми... и принуждением?!

- Они везде есть. - брезгливо уронил Лучано. - Прекрасное намерение, беллиссимо. Но вы ведь понимаете, что будет резня^7

- Я на нее рассчитываю. - невозмутимо сообщил Драммонд. - Если окраинных вожаков хорошо проредить, ими будет гораздо легче управлять Милорд Аранвен разрешил мне заняться чисткой окраин уже сейчас, не дожидаясь окончания Академии. Хорошая практика.

- Если поймаете кого-то из владельцев таких борделей живьем, я бы с удовольствием попробовал парочку ядов - сообщил Лучано с явной мечтательностью. - И подобрал бы самые показательные Тела ведь можно и вернуть, это заставит остальных бандитти задуматься, каким ремеслом не стоит зарабатывать.

- Я это учту, милорд. - поклонился Драммонд - И при первой возможности предоставлю вам объекты для экспериментов.

- А я хочу получить этих людей для законного следствия, — мрачно сказал Аластор. - И публичной казни без всякого снисхождения. Извольте учесть и мое пожелание, лорд Драммонд. Вы были весьма убедительны, и я дам лорду Аранвену свое позволение. Но взамен потребую, чтобы вы как можно быстрее вычистили Дорвенну от этой мерзости. Любым способом. Понимаю что бордели необходимы от них никуда не деться. Если женщина продается по доброй воле это только между ней и богами Но чтобы никакого насилия^1 И если в борделе найдут ребенка, над которым творят непотребство, для виновных должно быть только одно наказание - смерть. Если закон бессилен вэ1чистить эту клоаку, берите дело в свои руки и отправляйте негодяев прямиком к Барготу.

- Да. ваше величество. - поклонился Драммонд очень низко и с величайшим почтением.

- Аластор тронул кнопку вызова и велел Вильмону послать за лордом-канцлером.

- Он едва успел допить шамьет. как Аранвен снова вошел в кабинет.

- Милорд, я разрешаю вам любые меры, которые вы сочтете необходимыми. - отрывисто сказал Аластор. - Но помните, что за действия и решения лорда Кея Драммонда вся ответственность лежит исключительно на sac.

- Разумеется, ваше величество. - невозмутимо подтвердил Аранвен. - Иной мысли я никогда не допускал 8ы позволите лорду Драммонду отчитываться лично мне"7

- Позволяю, - кивнул Аластор. - Однако если перед вами встанет какой-то сложный выбор, прошу прийти с ним ко мне. Однажды ваш отец сказал, что королю нужны перчатки для грязных дел, чтобы его руки остались чистыми. Я признаю мудрость милорда Ангуса и соглашаюсь что грязную работу тоже должен кто-то делать. Но при этом, в свою очередь, принимаю ответственность перед людьми и богами за то, что согласился на это. Вы свободны, милорды, я вас не задерживаю.

- Поклонившись, лорд-канцлер и Драммонд вышли. Аластор. который глядел им вслед, снова с неприятным чувством заметил, что Драммонд шагает с Аранвеном слаженно и в один такт, как будто у них одно тело и дыхание на двоих.

- Что скажешь? - спросил он. когда дверь закрылась.

- Лучано, не торопясь отвечато, налил себе шамьета. и запах пряностей в кабинете стал еще гуще Аластор этому обрадовался, потому что чувствовал себя так. словно испачкался в нечистотах. Аромат корицы, кардамона и еще чего-то. что различал только сам Лу. отвлекал и успокаивал.

- Он никогда не будет верен тебе - сказал наконец, друг - Ни как королю, ни как человеку. Синьор Кей - марионетто грандсиньора Дарры. Мыслями, душой и телом.

- Телом?! - скривился Аластор. - Ты думаешь, они все-таки...

- О нет^1 - сразу откликнулся Лучано. - Нон. только не эти двое Один, даже если будет умирать от желания, вряд ли осмелится предложить второй даже не подумает о подобном. Синьору Кею достаточно принадлежать своему хозяину. Страшная штука - этот аркан Хорошо, что синьорина не знала ничего подобного.

- Ты тоже об этом подумал. - сказал Аластор. расслабленно следя, как Лу. по глоточку отпивая из своей чашки, варит ему вторую порцию. - Кстати, не жалеешь?

- Не в этой жизни. - улыбнулся Лучано - Оставь синьора Драммонда его судьбе. Альс. Марионетто по-своему счастлив что может быть полезен кукольнику, не стоит отнимать у него хотя бы это подобие счастья. И он будет хорошим грандмастером. если сможет не только взять ночную Дорвенну, но и удержать ее. Впрочем., этот, пожалуй, сможет Наизнанку вывернется чтобы порадовать грандсиньора Дарру... Если ты веришь своему канцлеру, Альс, то можешь верить и его марионетто. А ты ему веришь, м?

- Другого все равно кет, - буркнул Аластор и вздохнул. - Я верю, что Аранвены преданы Дорвенанту. И любви с верностью от лорда Аранвена-младшего не жду. Для этого у меня есть вы с Айлин. родители, месьор д'Альбрэ с Дунканом. Увы. Дарра не лорд Ангус и никогда им не станет. Но королю с канцлером дружить не обязательно

- Какой ты мудрый, Альс! - насмешливо восхитился Лучано, и Аластор самодовольно улыбнулся, откидываясь на спинку кресла.

- Да, я такой - согласился он. - Кстати, о ядах... Не думай вмешиваться не стану. Те, кто издевался над беззащитными женщинами и детьми, заслуживают самой плохой смерти. И лучше - в назидание остальным. Но я хотел попросить.. Ты ведь можешь сварить зелье, чтобы... ну... не было детей?

- Он все-таки смутился, но Лучано лишь понимающе кивнул.

- Для мужчины или для женщины? - спокойно уточнил он. - И как надолго?

- Для меня, — окончательно сконфузился Аластор - Понимаешь, после Ночи Боярышника Снится всякое! И хочется так, что аж тело ломит.

- Ничего удивительного, м? - пожал плечами Лу. - Как говорит грандсиньор Бреннан. в твоем возрасте надо беспокоиться, если ничего такого не снится и не хочется. Ты уже решил, какую даму осчастливишь?

- Пока нет, - признался Аластор. - Но., до новой свадьбы точно не дотерплю. И... у меня есть амулет, об этом еще лорд Ангус позаботился Как раз перед Ночью боярышника. Вроде бы его должно на год хватить. Но я тут подумал... Аранвены слишком часто считают, что знают, как лучше. Для пользы государства, разумеется! Что, если они решат, что ради Дорвенанта неплохо бы мне завести бастарда или двух-трех? Ну, вот как Малкольм завел. Ведь если подумать, ему лорд Ангус тоже мог дать амулет . Жениться на моей матери Малкольм не собирался внебрачный ребенок ему вряд ли был нужен. А вот если амулет был. но не сработал, а потом лорд Ангус позаботился о моей матери и обо мне.. Так. на всякий случай! Может, я к нему несправедлив, конечно^1 Очень может быто! Но что. если за меня кто-нибудь решит подобное? И амулет... просто не сработает!

- Всякое может быть. - задумчиво согласился Лу. - А ты уверен, что не хочешь, последствий? Быть сыном или дочерью такого отца, как ты, это совсем не то же самое что сыном или дочерью короля Малкольма. м?

- Не хочу, — твердо сказал Аластор - Внебрачных детей у меня не будет. Если я не смогу жениться на этой женщине кем бы она ни была, уж точно не стану портить жизнь ей и ребенку.

- Какой же ты._

- Идиотто? - усмехнулся Аластор. - Да, знаю. 11 что многие сами захотели бы родить королевского бастарда, и что род надо сохранить любой ценой. Все знаю. Но это буду решать сам и хочу полной надежности В конце концов, мне до свадьбы меньше года, зачем мне бастарды?

- Сделаю. Альс. - кивнул Лучано - Рецепт несложный, получишь завтра вечером Одной порции хватит на месяц, и за это зелье я ручаюсь И за то. что подействует, как надо, и за то, что действовать перестанет, если прекратишь принимать. Повезет же какой-то даме, м-м-м? - улыбнулся он, совершенно по-кошачьи блеснув глазами.

- Ее еще найти надо. - опять усмехнулся Аластор, успокаиваясь - При своем дворе я точно ни с кем крутить не стану. Айлин пропала, представляешь какие слухи пойдут? И дама будет ожидать, что я... ну...

- Что сделаешь ее постоянной фавориткой, - согласился Лучано и налил ему еще шамьета. - Пожелает милостей для себя и семьи, начнет интриговать... А если сама не захочет, ее непременно попытаются использовать. Но с кем тогда? Найдешь bella горожанку и будешь ходить к ней под магической личиной? Бордели тебе и вовсе не по статусу..

- Не знаю. - признался Аластор и снова вздохнул, предчувствуя очередную ночь полную жарких непристойных сновидений

- За последнюю неделю он перевидал в этих снах всех женщин, с которыми был близок, и еще с дюжину тех. на кого просто засматривался. От мельниковой дочки до фоаганских цветочков и симпатичных фрейлин, которыми, как назло, был полон двор Почему-то не снилась только Беатрис... А вчера, когда ему привиделас» прекрасная итлийка в вишневом платье и с улыбкой поманила в алькоз, на ходу развязывая ленты корсажа. Аластор во сне восторженно пошел за ней. но - слава Благим - вовремя вспомнил, кто в нее переоделся, и проснулся в полком ужасе.

- Вот тогда и решил, что с этим нужно что-то делать. Что-то... понадежнее тренировок на секирах и полночной возни с документами. Потому что ни это. ни холодные обливания уже не помогали! В улыбках придворных дам и опущенных глазках прислуги чудится такое, что кровь кипит а еще хочется немедленно решить, на ком жениться, и побыстрее устраивать свадьбу..

- Нет уж. лучше найти любовницу' Женщину, которой от него ничего не будет нужно, кроме удовольствия и подарков. Лучше всего, чтобы она и правда не знала, кто он такой. Ей же спокойнее! И никаких последствий! Страшно подумать о том. чтобы бросить своего ребенка, не дать ему имя, наследство и полную меру родительской любви. Нет-нет. лучше амулет, зелье, что угодно - лишь бы с полной надежностью!..

- Лучано. который сочувственно наблюдал, как Аластор пьет шамьет ободряюще улыбнулся и уронил:

- Кстати, у меня вчера был Дилан, мой компаньон. Сказал, что грандсиньор Саймон очнулся Навещать его пока не стоит, но как только целители разрешат - я бы съездил. Жаль беднягу.

- Я. пожалуй, пседу с тобой - Аластор поставил на стол снова опустевшую чашку и потянулся, окончательно сбрасывая напряжение разговора с Драммондом. - Он меня от проклятия на охоте прикрыл, а я еще не поблагодарил Вообще-то ордена и за меньшее давали.

- Да и Аранвенов наградить бы стоило. У Ангуса ни одной награды от Малкольма. представляешь? За столькс лет. пока Дорвенант лишь на нем и держался^1

- Благодарность - великая доблесть королей. - согласился Лучано - И такая редкая... Думаю, не только грандсинэоры Аранвены и Эддерли это оценят, но и прочие твои поддатые поймут правильно. Куда приятнее быть опорой трона, если трон, в свою очередь, тоже готов тебя поддержать и возвыать!

- Негромкий стук в дееоь прервал его. и Вильмон. заглянув, сообщил:

- Ваше величество, лорд Ангус Аранвен и магистр Дункан Роверстан просят принять их, как только вашему величеству будет угодно. Они также просили меня освободить достаточно вашего времени для этой аудиенции.

- Ангус?! - удивился Аластор. - Разве ему разрешили вставать? Если лорд Ангус хочет меня видеть, я могу приехать к нему! Да и Дункан, полагаю, не откажется

- Лорд Аранвен и магистр Роверстан уже ожидают решения вашего величества в малой арлезийской гостиной. - уточнил секретарь.

- Хорошо, я сам туда приду - Аластор вскочил из-за стола, чувствуя смутную трезогу, которая все усиливалась - Лу. идем же!

- * * к

- О том. что в Академии - выходной, Айлин вспомнила только тогда, когда вышла к позднему завтраку и обнаружила за столом по-домашнему выглядящего Кармеля. Магистр, одетый в свободные черные штаны и белоснежную рубашку с коротко закатанными рукавами, пил шамьет, а на столе стояло блюдо золотисто-румяных блинчиков, вокруг которого теснились соусники со сметаной, медсм и различными вареньями.

- Доброе утро, - чуть смущенно улыбнулась Айлин. чувствуя себя неприлично ленивой и расслабленной, но почему-то не стыдясь этого, а даже втайне наслаждаясь.

- Доброе утро, моя донна - улыбнулся ей в ответ Кармель и, встав, отодвинул для Айлин стул. - Хорошо ли вы спали? Кошмаров больше не было?

- Слава Великому Безликому, никаких. — покачала головой Айлин. садясь и алчно поглядывая на блинчики. - Последние дни я спала как убитая. Полагаю, за это следует благодарить Амину.

- Умеренные физические нагрузки очень полезны, - согласился Кармель. - Как и во;ные процедуры. Мауриты знают толк в правильной роскоши, которая не вредит разуму и телу, а совсем наоборот. Впрочем, вы ведь и так уделяли много времени тренировкам. Наш дорогой Жозеф при случае всегда вес хвалил.

- Месьор д'Альбрэ хвалил меня? - У Айлин мгновенно кровь бросилась в щеки от смущения и удовольствия. - Но я ведь никогда не смогу сравняться ни с ним, ни с Аластооом!

- Да что там! Я прекрасно понимаю, что фехтую довольно средне^1 И вряд ли добьюсь настоящих успехов...

- А вы хотели бы стать великой фехтовальщицей? - поинтересовался Кармель. намазывая блинчик земляничным джемом.

- Прежде, чем ответить. Айлин хорошенько подумала и скова качнула головой.

- Пожалуй, нет. - честно ответила она. - Я же понимаю, что любое мастерство требует огромного напряжения сил А еще времени и, конечно, таланта Чтобы сравниться с бретером, нужно заниматься как бретер - долгие годы посвятив себя фехтованию полностью... И даже тогда совсем не обязательно у меня это получится Даже наверняка не получится^1 Потому что есть занятия, которые мне гораздо интереснее и приятнее Некромантия например. Вот в ней я бы хотела добиться настоящих успехов, а фехтование или мауритские танцы - это так. Ради удовольствия и заботы о здоровье.

- Удовольствие и забота о здоровье - э~о прекрасные цели. - серьезно и очень искренне сказал Кармель - И вы совершенно правы, что расставляете приоритеты в том, что для вас действительно важно. Нельзя быть одинаково талантливым во всем и это великое счастье когда сердце лежит к тому, к чему есть способности

- А мне кажется, что можно. - вздохнув, призналась Айлин. - Вот вам же удается все что вы хотите? - И она принялась по-детски загибать пальцы, поглядывая на Кармеля. - Все говорят, что вы невероятно талантливы и сильны в магии разума' Фехтуете как бретер, даже серьгу выиграли. В карты играете - ну. сами гонимаете... Я ведь помню ваш урок насчет игры и при каких обстоятельствах его получила! Вы просто пришли и... выиграли сколько вам было нужно^1

- Кармель улыбнулся и кивнул. Айлин, ободоенная смешинками в его глазах, продолжила

- Вы стали самым молодым магистром гильдии за последние не знаю, сколько лет, но все этим восхищаются. Вь умеете играть на гитаре, сочиняете музыку и стихи, поете... Вы спасли Саймона, когда его ранил демон, потому что разбираетесь в медицине как настоящий целитель^1 И еще составляете для Аластсра всякие проекты ради пользы королевства^1 А еще наверняка есть то. о чем я даже не знаю... И когда вы гсворите что нельзя быть одинаково талантливым во всем, от вас это звучит, словно.

- Она замялась, боясь обидеть Кармеля. но тот, улыбаясь, сам подсказал:

- Кокетство?

- Айлин кивнула, чуть виновато потупилась, но тут же снова глянула ему в лицо. Кармель совершенно не выглядел обиженным.

- Полагаю, со стороны это и вправду может выглядеть именно так. - признал магистр. - Но дело в том, что большинство занятий, которым я уделял внимание, для меня были не только развлечениями или способом заработать, но и тренировками в магии разума Разумникам бесполезно наращивать резерв, как это делают маги с другим цветом искры. Нам приходится оттачивать наше единственное и главное оружие - сам разум И делать это следует именно разными способами. Карты отлично тренируют память и учат рассчитывать наперед. Стихосложение и музыка обучают гармонии, воспитывают умение пользоваться образами. Фехтование, верховая езда и танцы - это язык тела, ведь разум и тело не могут существовать друг без друга Добавьте сюда же и медицину - не зная, как устроен человек и как работает его организм, невозможно понимать, как именно он думает Мои успехи в магии разума — следствие моих занятий всем остальным от истории до хирургии. Не скажу что любой человек способен добиться таких же высот, все-таки способности у всех разные, как и возможности для их применения, но люди зачастую не используют и малой доли того, что дано им богами и природой Разум и тело устроены так. что чем больше их тренируешь, тем больше дорог открывается, и тем легче и интереснее по ним идти.

- Айлин слушала его. как завороженная, а Кармель задумчиво продолжал, глядя вроде бы на нее но так. словно видел что-то еще внутри себя самого:

- Вам кажется, моя дорогая, что мои таланте! и возможности если не безграничны, то очень велики Не спорю, я ревностно развивал себя и достиг определенных успехов. Но я никогда не смогу составить и сварить сложное зелье, как это делает наш друг Лучано. да и поет он гораздо лучше меня На рапирах я его. пожалуй, превзойду, но в метании ножей - точно нет. Я неплохо езжу верхом, но его величество Аластор словно видит любую лошадь насквозь и умеет ими управлять как не сможет ни один стихийник - это искусство мне тоже недоступно Я много лет изучал хирургию, и зсе же опыт знания и умения магистра Бреннана далеко превзошли все. чему я научился. Сам Бреннан. кстати, говорит, что его внук намного талантливее деда, и я не вижу причин ему не верить. Да что там в моей собственной семье талантов не меньше! Мой отец - прекрасный архитектор, братья - художники, витражисты, скульпторы... Я никогда не смогу повторить то. что для них - привычное ежедневное ремесло, а сколько еще в мире умений, которые мне никогда не постичь^1

- Чем больше узнаешь тем больше хочется, да?! - вырвалось у Айлин благоговейно и почти испуганно.

- Именно! - кивнул Кармель. на этот раз посмотрев на нее пронзительно и с полным вниманием - Мир огромен и так разнообразен! Я хотел бы увидеть далекие страны и узнать все их тайны Побывать в Чине. Султанате и Зендии. ступить на недосягаемую землю альвов, раскрыть секреты Речного Короля и вольфгардских оборотней Хотел бы изучить алхимию, артефакторику. морское и рудничное дело! Сделать процветающим не только Дорвенант но и все страны на земле, чтоб хотя бы голод и болезни навсегда перестали преследовать людей И то. чего я уже добился, выглядит столь незначительным Таким неважным и мелким по сравнению с тем. чего я никогда не добьюсь^1

- Вы хотите стать богом. - прошептала Айлин. - Только боги могут все...

- Богом? - переспросил Кармель. - Что ж. если это единственный путь, что в нем плохого? Я верю, что когда-нибудь если не все люди станут равными богам, то хотя бы некоторые. Иначе для чего наши души снова и снова возвращаются в этот мир. чтобы проходить новые уроки? Уроки, Айлин. понимаете? После обучения в Академии адепта, который получит перстень, ждет взрослая жизнь, а что ждет человеческую душу, которая выучила все что ей задали? 8ы когда- нибудь задумывались об этом?

- Нет, - помотала головой Айлин и жадно глотнула уже остывший шамьет потому что во рту пересохло. - Я всегда думала, что про уроки - это такое выражение, чтобы людям было понятнее...

- Несомненно, так и есть. - согласился магистр. - Но у меня была возможность изучить множество легенд о Семерых и Барготе. И если свести их воедино с признанными священными источниками, можно прийти к выводу, что Семеро и Баргот когда-то были людьми. Ничем иным нельзя объяснить что они изо всех сил пытаются сохранить собственную человечность. Для этого им и нужны Избранные - чтобы иногда посмотреть на мир глазами обычного человека. Для этого они до сих пор иногда сходят в наш мир во плоти А еще думают, чувствуют и поступают как обычные люди... Впрочем, это очень тонкие материи, я не уверен что вам интересно...

- Мне очень интересно! - пылко заверила Айлин и покраснела еще сильнее

- Если бы она могла рассказать ему о Запределье! О Претемнейшей Госпоже и Барготе которые пили шамьет с булочками как обычная семейная пара, шутили друг над другом и с такой теплотой отнеслись к ней. незваной гостье' Если бы только имела на это право^1

- Тогда надеюсь мы еще сможем поговорить об этом, - улыбнулся Кармель как-то отстраненно. - Еще в юности я начал труд, который назвал «О человечности божественного». И если он будет закончен, я с радостью дам его вам почитать.

- Если? - уточнила Айлин. - А что может помешать?

- Магистр пожал плечами, но промолчал, а затем все-таки доел блинчик, ухитрившись не измазать губы земляничным джемом. Айлин. которой эта сложная наука всегда давалась с трудом, посмотрела на него с завистью и слизнула сладкую полоску с собственных губ. Украдкой, как ей показалось, но тут же поймала пристальный взгляд Кармеля и смутилась - наверное, он сейчас подумал, что она не умеет вести себя за столом! Губы следовало промокнуть салфеткой раз уж испачкала их, а она облизнулась, будто... Дон Леон^1 Неудивительно, что Кармель смотрит так., странно..

- Господин, госпожа! - прервал ее размышления голос вышедшей из дома Амины. - Хорхе почта нести^1 Говорит, господин письмо ждать' Какой письмо, когда завтрак надо кушать? Сначала завтрак, письмо потом, я верно говорить?

- Боюсь, это письмо ждать не может, - отозвался Кармель вроде бы шутливым тоном, однако глаза его остались серьезными - К тому же я поел Дорогая вы позволите? - обратился он к Айлин.

- О. конечно! - встрепенулась Айлин. а Амина, посмотрев на них неодобрительно, заявила:

- Для госпожа тоже письмо есть^1 От женщина, который красивые платья шить!

- Письмо от тетушки' - Айлин даже руки прижала к груди, окончательно забыв об этикете.

- Амина, милая, скорее!

- Хорхе нести. - согласилась Амина и величественно уплыла с террасы, чтобы тут же впустить черноглазого и смуглого мальчишку сына то ли Розы, то ли Луисы, служившего 8 доме Кармеля грумом и курьером

- Тот подошел, явно смущаясь и поглядывая на Айлин, но тут же старательно отводя взгляд Протянул магистру два конверта, но Кармель. глянув на печати, взял только один и велел

- Письмо для миледи отдай ей самой Чему я тебя учил?

- Повернувшись к Айлин. мальчишка покраснел так, что его лицо залило румянцем от ушей до шеи. поклонился приложив руку к груди, а потом протянул Айлин конверт и сообщил срывающимся от старания голосом

- Письмо для миледи! От сударыни Арментрот, что живет в купеческом квартале.

- Благодарю, Хорхе. - улыбнулась Айлин, и мальчик покраснел еще сильнее, хотя только что казалось, будто это невозможно. - Скажи, тебе нравится Пушок?

- Вчера она увидела из окна своей комнаты, как юный арлезиец, восхищенно приоткрыв рот. гладит Пушка лежащего на террасе, а тот благосклонно принимает ласку, слегка постукивая хвостом. Длилось это недолго. Хорхе быстро куда-то позвали, но Айлин вспомнила, как сама была счастлива в двенадцать лет. заполучив Пушка. Хорхе лет десять, и для него, наверное, огромный белый волкодав выглядит недостижимой мечтой.

- Простите, миледи! - выпалил мальчишка, распахнув глаза - Я ему ничего не сделал^1 У миледи такой красивый пес! Я только погладил'

- Ничего страшного. - успокоила его Айлин, чувствуя себя взрослой и умудренной опытом.

- Пушок любит.. - Она хотела сказать «детей», но посмотрела на мальчика, изо всех сил старающегося выглядеть старше, и продолжила: - Когда его гладят. Ты можешь с ним играть, когда он гуляет в саду. Пушок любит бегатв за палкой и кроликами.

- Спасибо, миледи!

- Глаза Хорхе вспыхнули радостью, и он сбежал с террасы в сад явно выглядывая Пушка. Айлин про себя хихикнула, но посмотрела на Кармеля и насторожилась. Он вскрыл конверт и теперь смотрел на письмо, которое в нем было, со странно застывшим лицом. Потом положил небольшой листок возле чашки с шамьетом. Айлин невольно прочитала слова, написанные ровным четким почерком, тут же обругала себя и отвела взгляд. Надо же быть такой бестактной'

- Впрочем, она ничего не поняла. В письме без подписи было всего две фразы. «Я согласен. Сегодня же».

- Извините. - сказала она. смутившись. - Я не хотела..

- Ничего. - рассеянно отозвался Кармель и позвал: - Хорхе' Скажи Амине, чтобы принесла зеленую шкатулку!

- Маленький арлезиец пробежал мимо террасы, торопясь исполнить поручение, а Кармель посмотрел на Айлин и заговорил так мягко, что она мгновенно заподозрила неладное:

- Айлин. дорогая, помните, что я вам говорил о нелегком решении?

- Помню... - почти прошептала она

- Кармель улыбнулся ей сочувственно и попросил:

- Постарайтесь не тревожиться Вы сказали тогда, что верите мне, и я надеюсь, что смог оправдать это доверие. Айлин. год назад я совершил один непростительный поступок. Бывают решения, которые принимать нельзя, но и не принять их невозможно По законам божественным я буду отвечать за этот проступок перед Благими и собственной совестью, но по законам человеческим это коронное преступление

- Коронное? - переспросила Айлин. чувствуя, как солнечное утро вокруг стремительно превращается в тягучий кошмар из тех. в которых вязнешь, и проснуться невозможно. - Вы не могли сделать ничего подобного.

- Хотелось бы мне пошутить насчет вашего неверия в мои способности. - вздохнул Кармель. - Но ситуация к шуткам не располагает. Во всяком случае, вас я точно обидеть не хотел бы... Айлин, дорогая, поверьте, это действительно так. Ответственность за это преступление - тяжкий груз, и я решил сбросить его. Это письмо - подтверждение от моих сообщников по содеянному что они тоже готовы на это. Сегодня мы с ними встретимся во дворце его величества, чтобы признаться ему в заговоре, государственной измене и участии в убийстве королевской семьи. Прежней королевской семьи, разумеется Речь идет о смерти его величества Малкольма и их высочеств Криспина и Кристиана. Также мы косвенно повинны в Разломе и всех бедах, что за ним последовали. Вы ведь понимаете что из дворца я вряд ли зернусь? Амина сейчас принесет шкатулку, если 8ам сообщат, что вы остались в этом доме полноправной хозяйкой, откройте ее и прочтите, что вам надлежит сделать. Не беспокойтесь, о вас позаботятся, а я...

- Подождите! - вскрикнула Айлин, прижав руки к щекам. - Я не понимаю^1 Ничего не понимаю, слышите?' Разлом?' Убийство королевской семьи?' Вы не могли это сделать! Это же Денвер' Кармель. вы не могли быть с ним заодно! Не могли же?!

- Ни в коем случае, - твердо сказал магистр и, потянувшись, взял ее руки в свои, мягко зынуждая отвести их от лица - Айлин. дорогая, клянусь всем, что для меня свято! Клянусь честью дворянина и мага, жизнью своей семьи, любовью к вам^1 Никогда я не был сообщником

- Денвера и Морхальта будь они прокляты! Все, что мы с лордом Ангусом и леди Немайн сделали, было сделано в попытке остановить этих мерзавцев и обойтись как можно меньшей кровью. Я не могу сейчас рассказать вам все в подробностях, но если вкратце, то мы узнали о заговоре Денвера за считанные часы до того, как был открыт Разлом. И вместо того, чтобы спасти королевскую семью, позволили им умереть. По-человечески мне до сих пор жаль юных принцев, но... Иногда следует выбрать меньшее зло. чтобы остановить большее. Ни Малкольм, ни его сыновья не годились для трона, прямая ветвь рода Дорвеннов вела Дорвенант к неминуемой гибели, и мы решились не на смену династии но на смену наследника. Предотвратить Разлом уже было невозможно, заговор Денвера слишком глубоко запустил щупальца в Орден. Мы рассчитывали, что провал в Запределье закроется сам по себе, забрав строго намеченные жертвы, но вышло иначе. Не буду отрицать, что в этом есть наша вина. И за эту вину мы с лордом Ангусом и леди Немайн готовы расплатиться сполна. Я надеюсь, что Дарры немилость его величества не коснется, он не имеет к нашему преступлению никакого отношения. Что касается нас... Айлин. я не вправе предлагать вам руку теперь, ожидая казни за свое преступление. Если его величество посчитает, что я заслуживаю смерти, прошу вас об одном - не держите на него зла Ваш друг Аластор любит вас всей душой, но он - король и должен творить справедливость.

- Замолчите. - глухо повторила Айлин. - Я все равно не верю... Не могу поверить . Вы же приехали за мной к Разлому.. Вы спасли меня. Аластора, Лучано... Зачем вы тогда... Нет. я не понимаю, простите!

- Айлин. я... - Кармель осекся, а потом набрал воздуха словно перед прыжком в воду, и выдохнул: - Я — Избранный Баргота! Когда я узнал, что вы отправились к Разлому, когда понял, что вы намерены сделато. я решил, что должен заменить вас. Ключ требовал от жертвы либо огромной магической силы, либо крови Дорве. Я... полностью отвечаю обоим условиям. Да, по ключу, который разработал Бастельеро. требовался некромант. Но я уверен, что Разлом, ведущий в Бездну, подчинился бы тому, кого избрал Повелитель Запределья. Ну а если нет... Вь же знаете, что я бастард верно? Моя мать была фрейлиной королевы Розаберты. своей кузины. Король Кристус. муж Розаберты. изнасиловал мою мать, и от этого преступления родился я В законном браке моей матери с Юджином Роверстансм, благослови его Семеро, под его родовым именем, но с кровью Дорве У меня ее ничуть не меньше чем у Аластора Вальдерона- Дорвенна, а по спискам престолонаследия я даже старше, так что закрыть Разлом смог бы в любом случае.

- Закрыть Разлом... Собой... - Айлин словно тонула в горячем мареве. Кармель по- прежнему держал ее руки, и это было единственным, что не давало ей потерять всякую связь с реальностью. - Вы хотели шагнуть в Запределье? Вместо меня., или Аластора?

- Я не мог сказать точно, кем вы решили пожертвовать. - признался Кармель. - Но. зная вас. даже не сомневался.

- Отпустив одну ее руку, он расстегнул серьгу с белым камнем, таким же как в мажеском прпг.тнр яыташип рр ия vxa и положил на яскпытый кпнврпт ппямп на оттиск грЫхжпй прчати

- Аранвенов. а потом придв!инул конверт с серьгой к окаменевшей Айлин и пояснил:

- Серьга - артефакт. Основная ее часть - накопитель, который, я уверен, вам еще пригодится Камень - ключ к порталу ведущему в Арлезу. в поместье «Вуаль». В шкатулке завещание где вы названы его наследницей. Это лучшее, что я могу вам оставить. И прошу не отказать мне в этом. Остальные наследники... Там указано, кто вам с этим поможет Айлин... Прошу, скажите мне хоть что-нибудь...

- «Сказать? - промелькнуло у нее в мыслях. - Но что я могу ему сказать?1 Мне нужно время. Нужно понять, осознать, решить, что я должна говорить и чувствовать...»

- Словно услышав ее мысли. Кармель молча поднес ее руку к лицу и замер, прижавшись губами к пальцам. Так, будто слова, которые он ждал от нее были зажнее королезского приговора!

- Почему? - едва слышно шепнула Айлин. - Вы хотели умереть... Вам... Вам не дорога была жизнь?

- «Если он скажет, что так и было... что он любит меня больше жизни... я поверю, - отчаянно и изумленно подумала она. - А прощу ли? Но как я могу прощать или не прощать? Как могу судить? Да, погибло множество людей, страшно и подумать, сколько! Страшно вспомнить ту деревню . Но страшно вспомнить и нищету, которую мы видели по дороге, старую Грету, которая боялась поднять глаза на лорда, пусть даже не свое~о. не верившую, что найдет защиту. Шермез. о котором рассказывал Аластор.. Да. я не могу обзинять ни Кармеля. ни леди Немайн и лорда Ангуса Не могу и не стану^1 Как же легко быть доброй... И как трудно выбирать между одним злом и другим, да еще с завязанными глазами...»

- Мне очень дорога жизнь,- покачал головой разумник - Но ни Аластор, ни вы не должны были отвечать за мои решения. Аранвены - опора трона. Дорвенант не выстоял бы без них. а Белую Гильдию возглавил бы мой заместитель. Баргот учит не только злу. моя дорогая. Он учит принимать решения разумом, не опираясь на чувства, и это был именно тот случай

- Краем глаза Айлин увидела, как Амина подходит к столу и ставит на него большую шкатулку, обтянутую зеленым сафьяном. И даже заметила ключик, торчащий в замочной скважине шкатулки.

- Амина позаботься о госпоже. - сказал Кармель. отпуская руку Айлин и вставая - Госпожа получила тяжелое известие не утруждай ее обычными делами, но будь рядом, чтобы услужить, если понадобишься.

- И добавил что-то пс-арлезийски. отчего лицо Амины так же застыло и стало строгим, как у самого Кармеля, получившего письмо от Аранвена. Мауритка медленно приложила руку ко лбу, затем - к сердцу, низко поклонилась, а потом, распрямившись, скользнула к стулу Айлин и встала за ее спиной.

- Прощайте, моя донна, - мягко сказал Кармель. глядя на Айлин. - Если мы больше не увидимся... Прошу, не терзайте себя мыслями о том. что могло случиться, но уже никогда не произойдет Будьте счастливы, это единственное, о чем я вас прошу.

- Он поклонился, на несколько бесконечных мгновений замерев со склоненной головой, а затем зстал и ушел не оглянувшись. Айлин увидела в приоткрытую дверь террасы, как силуэт магистра скрывается в полумраке дома, и только тогда смогла судорожно вдохнуть и выдохнуть.

- Не надо плакать, госпожа. - тихо сказала за ее спиной Амина - Мужчина всегда уходить и возвращаться. Женщина ждать. Господин велел Амина беречь госпожа. Не надо смотреть свой мужчина вслед и печалиться. В пустыня говорят: «Женский слезы размывать мужской дорога, женский улыбка вести мужчина догмой, как огонь ночью»

- Айлин молча кивнула, но слезы бежали по щекам, даже не думая останавливаться. Сколько еще раз мир вокруг нее перевернется, а близкий и любимый человек превратится во что-то непонятное и пугающее? Хотя... Неужели она боится Кармеля?! Нет! Не его. а за него^1 Да она еще не совсем поняла что он сделал, как и зачем, но все поймет и осознает. И как же страшно думать, что она может и вправду его не увидеть... Никогда больше не увидеть! Коронное преступление, да еще такое страшное...

- должна что-то сделать. - подумала она 8 тоскливом глухом отчаянии. - Но что? Даже если я попрошу Аластора... Он не может и не должен слушать ничьи просьбы в таком деле! Даже мои! Как же страшно... Матушка моя. как же мне страшно...»

- Она вспомнила запах вереска, нежную улыбку Госпожи и темный-претемный янтарь ее взгляда, насмешливый блеск зеленых глаз Баргота...

- оСмррти нрт — подумал* она с трм жр ужаспм. уЛрждяа r тем. что ядруг гтдпо гямым важным на свете. - Даже если его осудят... мы обязательно встретимся з Садах! Неужели Аластор казнит Кармеля... и лорда Ангуса, которого так любит и уважает, и леди Немайн... Ох. бедный Ал! У него же сердце разорвется от этого всего^1 Как мне жалко и его. и Кармеля. и всех- всех, кто погиб! Ну почему нельзя было просто забыть про это все?! Потому что тогда это был бы не Кармель, - ответила она сама себе. - Потому что он - человек чести. Потому что он прав, нельзя жить с таким на совести... Но как жить мне если его не станет?!

-

- Глава 12. Тайное становится явным

-

- В арлезийской гостиной ожидали не только лорд Ангус и Дункан, но и леди Немайн. .Аластор мельком удивился, почему Вильмон не доложил о ней, потом сообразил что леди Немайн, вероятно, занималась во дворце служебными делами и присоединилась к супругу, как только тот приехал.

- При появлении Аластора все трое встали из кресел и мужчины поклонились, а леди Немайн присела в низком реверансе

- Миледи, милорды, прошу сесть. - торопливо велел Аластор - Милорд Ангус, ну зачем вы покинули постель?! Я бы сам приехал^1

- Ваше величество, бывают дела по которым подданным надлежит язляться к королю а не наоборот. - сказал лорд Ангус, но в кресло опустился

- А леди Немайн и Дункан перед тем. как сесть сделали нечто о>-ень странное Они одновременно сняли мажеские кольца и. шагнув впеоед. положили их на столик для шамьета И лишь потом вернулись на свои места.

- Аластор. не понимая смысла этого действия нахмурился, но прошел к любимому креслу. Сея скорее почувствовав, чем услышав, как Лучано скользнул ему за плечо.

- Я внимательно слушаю, - сказал негромко. - Думаю, если это деле привело во дворец настолько важных для меня и королевства людей, незначительным оно быть не может.

- Боюсь, это действительно так. - отозвался лорд Ангус. - Ваше величество, мы прибыли, чтобы признаться в коронном преступлении.

- Он склонил голову, и одновременно с ним то же самое сделали Дункан и леди Немайн

- Аластор моргнул, пытаясь понять, не послышалось ли ему. и уставилоя на трех человек, одетых похоже, словно члены одной семьи Белые камзолы мужчин, платье жемчужного оттенка на леди Немайн. Спокойные бесстрастные лица, серьезные взгляды без тени страха или неискренности... Да о чем вообще речь?'

- Коронное преступление^7 - повторил он растерянно - Против меня? Милорд Ангус, позвольте не поверить...

- О, нет^1 - выдохнул тот и даже немного подался вперед. - Ни в коем случае' Против прежнего короля'

- И принцез. - тихо уронила леди Немайн.

- И принцев, - склонил голову ее муж. - Мы виновны в смерти королевской семьи ваше величество. - И педантично добазил: - Ее мужской части.

- А также в открытии Разлома и всех несчастьях, которые за этим последовали, - ровно закончил Дункан, и Аластор понял, что ничего не понимает, потому что сказанного просто не может быть.

- В гостиной стало совершенно тихо, только за окном щебетали птицы и слышалось журчание близкого фонтана

- Объяснитесь, милорд Ангус, - выдавил Аластор. у которого губы вдруг застыли от леденящего ужаса. - Я... слушаю...

- Это будет долгая история, ваше величество, - вздохнув, признался бывший канцлер - Прошу вас учесть, что никто из нас не надеется избежать ответственности, но чтобы в полной мере понять, что тогда произошло, нужно знать о положении Дорвенанта накануне Разлома больше, чем вы знаете сейчас Вам уже известно о последнем проекте короля Малкольма, но позвольте напомнить, что согласно ему Пьячченца должны были полностью сменить Риккарди в статусе наших финансовых покровителей и банкиров. Залогом этого становились брачные союзы обоих принцев, отправка в Капалермо принцесс и обещание отдать Пьячченца изрядную часть территорий Дорвенанта. Прошу заметить - не вассальных тероиторий. которыми король распоряжаться не вправе а собственных королевских. После этого королевская семья Дорвеннов стала бы на один уровень со многими семьями Трех Дюжин и полностью утратила злияние на политической доске для игр.

- Преступный проект, - мрачно кивнул Аластор. - Я до сих пор не понимаю, как вы позволили королю хотя бы думать в этом направлении!

- А как я мог этого избежать? - грустно спросил Аранвен. - Ваше величество, канцлер обладает значительной властью, но он не может, к примеру, не допустить к королю иностранных послов. Или наложить вето на решение короля о брачном союзе наследных принцев Я даже не смог провести реформы, предложенные Дунканом, потому что королю было неугодно поддержать меня. Видят Благие я умолял его об этом! Просил прислушаться к нуждам страны здраво оценить ситуацию. В том году дефицит государственного бюджета составлял тридцать процентов' Я уверен, ваше величество осознает значение этой цифры.

- Сколько? - охнул Аластор. - Треть?! И где вы намеревались их взять?!

- Где обычно. - растянул губы Аранвен в слабом подобии своей прежней тонкой улыбки - В очередной раз урезать финансирование армии, сократить расходы на ремонт королевских трактов и оборонительных сооружений на границе. Несколько лет до этого нам удавалось избежать повышения налогов, однако очередь дошла и до этой крайней меры Король требовал сохранить привилегии Трех Дюжин, поскольку род Дорвеннов. видите ли, обязан защищать интересы своих главных вассалов. Поэтому бремя новых налогов должно было лечь на малое дворянство вроде вашего приемного отца, и я никак не мог убедить короля в порочности этого хода событий. Он твердил о верности древним клятвам, не желая вникать в основы управления страной! И не думая, что такие семьи, как Бастельеро или Сазерленды, перенесут денежное кровопускание довольно легко, а вот земледельцы с небольшими наделами оказались бы на грани разорения... Ваше величество, последний Совет, состоявшийся при его величестзе Малкольме, привел меня в полное отчаяние' Я просил короля применить право вето' Я умолял его хотя бы явиться на Совет трезвым, чтобы понимать...

- Аранвен прервался, задохнувшись и положил узкую бледную ладонь на левую сторону груди, словно придерживая сердце. Помассировал немного прямо через камзол и виновато улыбнулся

- Прошу прощения, ваше величество, увлекся. Целители запретили мне переживания, но. я не думаю, что это имеет значение после того, что я сегодня расскажу. Признаться, последний год меня изрядно избаловал до этого я несколько лет жил на «Слезах Феникса», и они закончились как раз перед Разломом... Неважно. Прошу понять, я не оправдываюсь, но признаюсь, что был в совершенном отчаянии. А хуже всего, что оба наследных принца шли по пути своего отца и были решительно неспособны взойти на трон. Я знал их с рождения, я наблюдал, как они росли, и как у них проявлялись худшие качества, несмотря на все усилия наставников

- Худшие? - уточнил Аластор, вспомнив двух мальчиков, встреченных в дворцовом саду.

- Конечно, сбегать из комнаты и прятаться от прислуги - странное поведение в двенадцать лет, он бы себе таких капризов не позволил, но они с Айлин вообще гуляли по городу и обэюкивали кладбище - с огромным риском, кстати! Так что не ему упрекать принца Кристиана, а принц Криспин и вовсе показался рассудительным и учтивым юношей...

- Его высочество Криспин чрезмерно увлекался галантными похождениями - негромко сказал Аранвен - Он считал, что принцзм не отказывают, и дошло до того, что некоторые фрейлины прибегали к защите королевы, умоляя спасти их от позора. Следует отдать должное, ее величество искренне пыталась повлиять на сына, но добилась лишь охлаждения отношений с ним.Принц Криспин не желал понять, пэчему его лишают исконных мужских и королевских привилегий Мы с трудом убедили его ограничиться доступными девицами из прислуги, а дворянкам оказывать внимание лишь тем. кто не против был это внимание получить... - Аранвен опять вздохнул, а леди Немайн очень выразительно поджала губы - с явной брезгливостью, словно речь шла не о наследнике трона, а о чем-то совершенно непристойном.

- А король этого не замечал? - хмуро поинтересовался Аластор. - Или ему было все равно?

- Его величество не видел в поведении сына ничего предосудительного. — процедила леди Немайн. - А никто другой не обладал на принца должным влиянием. Прошу, не думайте, что мы не пытались. Для обоих принцев тщательно подбирали товарищей по играм и учебе, старались ввести в их круг должным образом воспитанных молодых дворян. Но это было все равно, что приручать волчат уже попробовавших крови, пытаясь сделать из них подобие домашних щенков Даже хуже, потому что про ручных волков я слышала, в отличие от благоразумных послушных Дорвеннов.

- Я тоже Дорзенн. - заметил Аластор из чувства противоречия и тут же задумался - Или дело в том. что я родился бастардом?

- Нет. ваше зеличество разница между бастардами и урожденными Дорвеннами только в том, что первые не наследуют личный дар Дорвеннов. а вторые не могут быть магами. - негромко сказал Дункан. - Все дело в характере и воспитании. Вы росли в семейной любви и разумных ограничениях, зная, что должны вести себя достойно, не роняя чести рода и соблюдая правила Ваш приемный отец никогда не давал вам понять, что вы стоите над законом и можете позволить себе почти любую прихоть Да. есть законы, над которыми не властны даже короли, например. «Правда Дорве». Но это довольно древний закон, архаичный по сути, и в нем не сказано, что принц крови не имеет права насиловать служанок или вымещать гнев на пажех и лакеях. Такие мелочи даже сейчас мало кого из дзорян беспокоят, а уж во времена Дорве .

- Вымещать гнев... - нахмурился Аластор. - Это вы про кого''

- Про принца Кристиана, ваше величество. - тяжело вздохнул Аранвен. - В отличие от старшего брата, он вполне умеренно интересовался прекрасным полом, зато позволял себе другие . развлечения. Например, выезжать в город без охраны и устраивать ссоры с дворянами, не знающими его в лицо. Его высочество Кристиан к своим восемнадцати годам отлично фехтовал и с удовольствием пользовался этим Еще ему нравилось Евязываться в кабацкие драки. Я постоянно держал при нем три-четыре смены охраны, и мои люди сбивались с ног. пытаясь предотвратить опасные забавы Когда же нам удавалось удержать его во дворце, принц калечил прислугу, избивая горничных хлыстом а лакеев и пажей - просто кулаками.

- Что за мерзость?! - выдохнул Аластор. - Он что, был болен?! Вы его разумникам показывали?1

- И осекся, глянув на Дункана, который молча кивнул, а затем уронил, едва разжимая губы:

- Никакого безумия, ваше величество. Всего лишь полное нежелание сдерживать себя. У обоих.

- И при этом. - снова заговорил Аранвен. - клянусо, мы готовы были сохранить прямую линию. В конце концов, среди Дорвеннов за зсю их историю попадались разные короли... Мы готовы были справляться и с галантными похождениями старшего принца, и со вспышками ярости младшего. Но ни Малкольм. ни его сыновья категорически не желали заниматься королевскими обязанностями. Они знали, что рождены править Дорвенантом, но не желали им управлять!

- Если все так. как вы говорите... - медленно начал Аластор. - Если король пил, принцы вели себя безобразно до невозможности... Криспин же был моим ровесником, верно? Кристиану было восемнадцать... В таком возрасте пора соображать, что ты делаешь. Даже не знаю, что из рассказанного вами отвратительнее. У меня тоже бывают... ну. вспышки...

- грани разорения... Ваше величество, последний Совет, состоявшийся при его величестзе Малкольме, привел меня в полное отчаяние' Я просил короля применить право вето' Я умолял его хотя бы явиться на Совет трезвым, чтобы понимать...

- Аранвен прервался, задохнувшись и положил узкую бледную ладонь на левую сторону груди, словно придерживая сердце. Помассировал немного прямо через камзол и виновато улыбнулся

- Прошу прощения, ваше величество, увлекся. Целители запретили мне переживания, но. я не думаю, что это имеет значение после того, что я сегодня расскажу. Признаться, последний год меня изрядно избаловал до этого я несколько лет жил на «Слезах Феникса», и они закончились как раз перед Разломом... Неважно. Прошу понять, я не оправдываюсь, но признаюсь, что был в совершенном отчаянии. А хуже всего, что оба наследных принца шли по пути своего отца и были решительно неспособны взойти на трон. Я знал их с рождения, я наблюдал, как они росли, и как у них проявлялись худшие качества, несмотря на все усилия наставников

- Худшие? - уточнил Аластор, вспомнив двух мальчиков, встреченных в дворцовом саду.

- Конечно, сбегать из комнаты и прятаться от прислуги - странное поведение в двенадцать лет, он бы себе таких капризов не позволил, но они с Айлин вообще гуляли по городу и обыскивали кладбище - с огромным риском, кстати! Так что не ему упрекать принца Кристиана, а принц Криспин и вовсе показался рассудительным и учтивым юношей...

- Его высочество Криспин чрезмерно увлекался галантными похождениями - негромко сказал Аранвен - Он считал, что принцзм не отказывают, и дошло до того, что некоторые фрейлины прибегали к защите королевы, умоляя спасти их от позора. Следует отдать должное, ее величество искренне пыталась повлиять на сына, но добилась лишь охлаждения отношений с ним.Принц Криспин не желал понять, пэчему его лишают исконных мужских и королевских привилегий Мы с трудом убедили его ограничиться доступными девицами из прислуги, а дворянкам оказывать внимание лишь тем. кто не против был это внимание получить... - Аранвен опять вздохнул, а леди Немайн очень выразительно поджала губы - с явной брезгливостью, словно речь шла не о наследнике трона, а о чем-то совершенно непристойном.

- А король этого не замечал? - хмуро поинтересовался Аластор. - Или ему было все равно?

- Его величество не видел в поведении сына ничего предосудительного. — процедила леди Немайн. - А никто другой не обладал на принца должным влиянием. Прошу, не думайте, что мы не пытались. Для обоих принцев тщательно подбирали товарищей по играм и учебе, старались ввести в их круг должным образом воспитанных молодых дворян. Но это было все равно, что приручать волчат уже попробовавших крови, пытаясь сделать из них подобие домашних щенков Даже хуже, потому что про ручных волков я слышала, в отличие от благоразумных послушных Дорвеннов.

- Я тоже Дорвенн. - заметил Аластор из чувства противоречия и тут же задумался - Или дело в том. что я родился бастардом?

- Нет. ваше зеличество разница между бастардами и урожденными Дорвеннами только в том, что первые не наследуют личный дар Дорвеннов. а вторые не могут быть магами. - негромко сказал Дункан. - Все дело в характере и воспитании. Вы росли в семейной любви и разумных ограничениях, зная, что должны вести себя достойно, не роняя чести рода и соблюдая правила Ваш приемный отец никогда не давал вам понять, что вы стоите над законом и можете позволить себе почти любую прихоть Да. есть законы, над которыми не властны даже короли, например. «Правда Дорве». Но это довольно древний закон, архаичный по сути, и в нем не сказано, что принц крови не имеет права насиловать служанок или вымещать гнев на пажгх и лакеях. Такие мелочи даже сейчас мало кого из дзорян беспокоят, а уж во времена Дорве .

- Вымещать гнев... - нахмурился Аластор. - Это вы про кого''

- Про принца Кристиана, ваше величество. - тяжело вздохнул Аранвен. - В отличие от старшего брата, он вполне умеренно интересовался прекрасным полом, зато позволял себе другие . развлечения. Например, выезжать в город без охраны и устраивать ссоры с дворянами, не знающими его в лицо. Его высочество Кристиан к своим восемнадцати годам отлично фехтовал и с удовольствием пользовался этим Еще ему нравилось ввязываться в кабацкие драки. Я постоянно держал при нем три-четыре смены охраны, и мои люди сбивались с ног. пытаясь предотвратить опасные забавы Когда же нам удавалось удержать его во дворце, принц калечил прислугу, избивая горничных хлыстом а лакеев и пажей - просто кулаками.

- Что за мерзость?! - выдохнул Аластор. - Он что, был болен?! Вы его разумникам показывали?1

- И осекся, глянув на Дункана, который молча кивнул, а затем уронил, едва разжимая губы:

- Никакого безумия, ваше величество. Всего лишь полное нежелание сдерживать себя. У обоих.

- И при этом. - снова заговорил Аранвен, - клянусо, мы готовы были сохранить прямую линию. В конце концов, среди Дорвеннов за всю их историю попадались разные короли... Мы готовы были справляться и с галантными похождениями старшего принца, и со вспышками ярости младшего. Но ни Малкольм. ни его сыновья категорически не желали заниматься королевскими обязанностями. Они знали, что рождены править Дорвенантом, но не желали им управлять!

- Если все так. как вы говорите... - медленно начал Аластор. - Если король пил, принцы вели себя безобразно до невозможности... Криспин же был моим ровесником, верно? Кристиану было восемнадцать... В таком возрасте пора соображать, что ты делаешь. Даже не знаю, что из рассказанного вами отвратительнее. У меня тоже бывают... ну. вспышки...

- Он вспомнил искаженное и залитое кровью лицо молодого Ревенгара. полетевшую в кресло старого Логрейна секиру, ограбление менялы... И пряно-сладкое безумие Ночи Боярышника, когда пали другие преграды, сметенные не гневом, а страстью.

- Бывают, - кивнул Дункан. - Однако вы с ними боретесь, не так ли? Используете приемы, которым я вас научил, сбрасываете напряжение на тренировках и в беседах с близким кругом И. во всяком случае, вы понимаете что такое поведение недопустимо А главное - знаете, что быть королем - это не только права и возможности, но и ответственность. Ваше величество, поверьте лорду и леди Аранвенам. знавшим королевскую семью как никто другой, поверьте мне как разумнику - будь у нас возможность исправить ситуацию иначе, мы бы ею воспользовались. Но прямая ветвь Дорвеннов губила страну так же явно и безнадежно, как война, стихийное бедствие лм эпидемия. Лорд Ангус упомянул про последний Совет короля Малкольма. но ведь это длилось большую часть его правления И продолжилось бы при любом из принцев!

- Я... понял. - с трудом проговорил Аластор. - Договор с Пьячченца. не принятые реформы, дыра в бюджете величиной с Разлом и троица Дорвеннов. с которыми не было никакого сладу. Допустим. Но что дальше?

- Дальше... - вздохнул лорд Аранвен. - Дальше я должен сообщить вам, что еще одной бедой Дорвенанта стали барготопоклонники и случилось это задолго до Разлома, в тот -од. когда вы были представлены ко двору. В первый день зимы в Академии... точнее, на кладбище Академии был принесен в жертву адепт-некромант, юноша с особого курса лорда Бастельеро. Денвер глава службы безопасности Ордена настаизал на сохранении этого чудовищного преступления в строжайше? тайне, и магистры с ним согласились - вы наверняка понимаете причины их решения...

- Аластор медленно кивнул, представив как профаны узнают о появлении барготопоклонников и начинают охоту на разумников. На кого же еще? И если полные орденские маги, получившие перстень, еще могут постоять за себя, тс адепты оказались бы совершенно беззащитны! Да и взрослые ничего не смогут поделать со стрелой, выпущенной из окна или с крыши, а то и просто с метко брошенным камнем В самом деле, магистров еще как можно было понять!

- Жертвоприношение сохранили в тайне, - продолжил лорд Аранвен. - Хотя Дункан, разумеется, рассказал мне о нем Но репутация Денвера была безупречна, и я согласился предоставить поиски барготопоклонников Ордену. Вскоре патрулем под командованием лоэда Саграсса и лично лордом Бастельеро был схвачен сумасшедший некромант, принесший жертву Бария у ради шорой молодое i и. К сожалению, во времн aptrcia он пошб, но после еюсмецми жертвоприношения прекратились, и мы успокоились на целых пять лет, до самой Вишневой ночи прошлого года.

- Ночи перед Разломом? - уточнил Аластор, и бывший канцлер кивнул.

- В ту ночь я невольно прочитал мысли Денвера, которого случайно встретил в Академии и узнал, что он собирается совершить двэйное жертвоприношение и открыть двеоь в Запределье. - негромко добавил Дункан.

- Подождите! - растерялся Аластор - Как вам это удалось? Ни за что не поверю, что глава службы безопасности не защитился бы ст чтения мыслей!

- О. его защита была почти безукоризненной. - горько усмехнулся Дункан. - В противном случае я узнал бы о его участии еще после первого убийства, прямо над телом адепта Донелли. Денвер носил самые сильные артефакты, не говоря уже о щитах на разуме, поставленных мэтром Солиньи, его первым заместителем. И это никого не удивляло - на его-то должности! Вот только сила разумников как и любых магов, возрастает в минуты душевного волнения, и чем сильнее маг взволнован, тем больше его возможности. Это крайне опасное сочетание, вот почему первое, чему учат юных адептов - умение держать себя в руках. Но в ту ночь я был совершенно выведен из равновесия и утратив контроль над собственными щитами, которыми обычно отгораживаюсь от чужих мыслей. Да что там. я был просто в бешенстве' Настолько, что смог услышать мысли Денвера даже сквозь щиты и артефакты! К сожалению. - добавил он. поморщившись. - лишь часть этих мыслей... Циты отреагировали на попытку прочесть то что лежало глубже и мне пришлось отступить, узнав только имена предполагаемых жертв Он собирался принести в жертву одного из Дорвеннов - его устроил бы любой законный представитель рода - и Бастельеро. Грегора Бастельеро, Избранного Претемной Госпожи.

- «Бастельеро?!» - изумился Аластор и вдруг так ясно, словно увидел наяву, вспомнил небольшую полянку разоренное енотами кострище и палатку. Айлин. привязанную к колышкам и отвратительного старика а смердящих обносках Что же он тогда сказал? Что-то важное, как раз о Бастельеро^1 Ах да! «Окажись здесь Бастельеро - и я охотно оставил бы вам жизнь, но этот негодяй уже второй раз увиливает от жертвоприношения!» Так вот что Денвер имел в зиду!

- И вы увидели это в его мыслях? - уточнил он. передернувшись. - Совершенно случайно?

- Абсолютно случайно, - подтвердил Дункан. - За четверть часа до этого у меня произошла очень неприятная встреча с лордом Бастельеро. Он изволил обвинить меня в попытке совращения адептки Ревенгар! Я действительно был с ней наедине з саду, но Вишневая ночь позволяет подобные вольности и я клянусь, что относился к леди Айлин с полным уважением даже в мыслях не позволяя себе ничего непристойного! Я собирался ухаживать за ней и сделать ей предложение, а лорд Бастельеро решил, что я способен обесчестить невинную девушку прямо под вианееым деревом:

- Как вы только его не убили? - буркнул Аластор, представив эту сцену.

- Вспомнив собственный позор несколько лет назад, он едва не передернулся Нет, конечно, тогда лорда Бастельеро можно было понять! Пьяный мальчишка в постели девицы - это не просто скандал, это преступление! И неважно, что они с Айлин ничего плохого не делали, ее репутацию это не спасло бы.. Да, тогда у Бастельеро были основания обойтись с ним так. как он обошелся. Но подозревать в подобном собрата по Ордену, преподавателя.. Возмутительно и почти смешно, учитывая ч-о обесчестил Айлин, в итоге, как раз лорд Бастельеро собственной персоной! Вот уж точно, некоторым хорошо бы вымыть свой палец, прежде чем указывать на чужие пятна'

- Дункан поморщился.

- Я был неприятно близок именно к этому Настолько, что даже принял вызов на поедкнок впервые за все время нашего знакомства. Увы, этого не позволила сама леди Айлин. Она знала, что не сможет отговорить Бастельеро. но надеялась, что я выполню ее просьбу' И я... не смог обмануть эту надежду. Но теперь вы понимаете, в каком состоянии я наткнулся на Денвера? Неудивительно, что у меня слетели щиты, и я окунулся в его мысли, совершенно не представляя, что там увижу. А прочитав их. пришел в ужас'

- И примчался ко мне. - ровно продолжил Аранвен. — С требованием поднять на ноги моих людей и арестовать паву Службы Безопасности Ордена Признаюсь, сначала я подумал, что Дункан не в себе Однако, выслушав его, я задумался. Схватить Денвера было бы крайне сложно, и все-таки мои люди с этим бы справились. Увы. невозможно было сделать это незаметно от его сообщников, о которых мы не знали ровным счетом ничего. Возможно мы смогли бы допросить Денвера и узнать их имена. Повторяю, только возможно - ведь некромант может попросту приказать себе умереть, а затем отказаться язляться призраксм А что за это время устроили бы его сообщники? Сбежали и затаились, нанеся удар, когда его никто не станет ждать? Устроили резню в Академии? Или учинили бы что-то еще? Риск был огромен, а у меня на рука* позвольте повториться, и без того имелся проект гибельного для Дорвенанта брачного догсвора проваленные реформы и... почти готовое письмо к одной известной вам гильдии...

- Аластор скорее почувствовал, чем услышал, как встрепенулся Лучано. а потом раздался его мягкий голос:

- О, грандсиньор. вы намеревались воспользоваться услугами Шипов''

- Намеревался, - вздохнув, признался лорд Ангус. - Это было самым простым и логичным выходом, который позволял обойтись наименьшими жертвами. У Шипов огромный опыт решения деликатных дел. Они могли бы представить гибель королевской семьи как несчастный случай. Прошу учесть, ваше величество. - добавил он с некоторой торопливостью. - королеве Беатрис и ее дочерям ничего не угрожало Нас вполне устраивало сотрудничество с Риккарди это разумные люди, которые не гонятся за чрезмерной выгодой и не вмешиваются во внутренние дела други> стран Кто бы ни взошел на трон после Малкольма, королеза и принцессы были залогом дружбы с Риккарди. Вы можете не верить в нашу искренность, но такими связями не рискуют, особенно в положении Дорвенанта'

- Верю - отозвался Аг.астор. - И почему же вы этого не сделали? Что помешало нанять Шипов? Случайно, не опустевшая казна? - позволил он себе съязвить.

- Разумеется, подобный заказ обошелся бы недешево, - невозмутимо согласился бывший канцлер, и Аластор не мог не восхититься его самообладанием Так спокойно рассуждать о коронном преступлении, за которое, вообще-то четвертуют после пыток! - Однако наша семья смогла бы позволить себе такие расходы, не прибегая к займам из казны Исключительно собственными средствами. Это все равно обошлось бы куда дешевле, чем обязательства перед семьей Пьячченца, а ведь они былк- только одной из бед Но брачный договор с Пьячченца был уже составлен и подписан, его ждали в Капалеомо. и даже пропади договор, или просто задержись з пути, Пьячченца попросту прислали бы новый. А тут еще барготопоклонники! Их требозалось уничтожить, причем сделать это одним ударом. Во всяком случае тех. кто стоял во главе загозора. V мы. как нам казалось, получили возможность сделать и то. и другое. Ваше величество, я не настолько разбираюсь в магии, чтобы объяснить все детали, позвольте доверить дальнейший рассказ моей супруге.

- Аластор молча кивнул. Первоначальный гнев от услышанного не прошел, он тлжелой жаркой массой копился где-то внутри, но разум больше не туманил. -Во всяком случае когда мне придется принимать решение, я смогу сделать это с ясным рассудком и понимая все последствия - подумал он. - И как забыть что научили меня этому те самые люди, против которых теперь я должен применить все полученные умения короля?!»

- Он обратил взгляд на леди Немайн, и та заговорила с таким же ледяным спокойствием словно была отражением своего мужа:

- К сожалению, подробности заговора нам стали известны гораздо позже в тот вечер Дункан смог увидеть лишь самые общие черты Заговорщикам требовался Дорвенн, причем непременно законного происхождения, иначе они. полагаю, наметили бы целью магистра Кристофа. Но короля слишком хорошо охранчли. поэтому Денвер решил использовать одного из принцев, и ему было неважно, какого именно. Выманить принца Денвер поручил Морхальту. за прежние заслуги имевшему прямой доступ во дворец. Но Морхальт. потерявший прежнюю силу и почти безумный, сам оказался жертЕой. Чтобы избавиться от сделавшего свое дело сообщника. Денвер приставил к нему наблюдателя - не замешанного в заговоре, искренне уверенного, что должен помешать жертвоприношению. Этим наблюдателем оказался известный вам Лионель Саграсс. Денвер отлично знал его исполнительность и был уверен, что Саграсс приведет к нему похищенного прлнца. как это и случилось. Денвер собирался переправить будущую жертву и своих сообщников к месту проведения ритуала - в Озерный Край А сам планировал отправиться к лорду Бастельеро с известием о похищении принца и просьбой о помощи...

- Зачем? - растерянно спросил Аластор. - Ведь не собирался же Денвер в самом деле спасать Кристиана? Что бы я ни думал о лорде Бастельеро. он ведь не оставил бы принца в такой беде-7

- Лорд Бастельеро непременно кинулся бы на помощь наследнику. - согласилась леди Немайн. - И попал в ловушку, ведь он не ждал бы подвоха от самого Денвера! И оказался бы второй жертвой в задуманном ритуале. Жертвой силь которой оказалось бы достаточно не просто для открытия прохода s Запределье, но стабильного, постоянно действующего портала, теоретически способного впустить Баргота в наш мир. Чтобь избежать этого, мы предложили королю Малкольму благовидный предлог для вызова лорда Бастельеро во дворец, где Денвер попросту не сумел бы до него дотянуться. Мы решили продержать его здесь так долго, как только сможем. Не знаю, известно ли вам, но проект ограничения работы портальной сети Дорвенанта принятый шесть лет назад, принадлежал именно лорду Бастельеро. Что может быть естественнее, чем обсудить снятие ограничений с тем. кто предложил их ввести? Мы полагали, этого будет достаточно, чтобы барготопоклонники открыли портал исключительно на крови Дорвенна. Я произвела необходимые расчеты и ручаюсь чем угодно - жизнью, даром и честью^1 - что в этом случае пострадать должна была только прямая законная линия Дорвеннов - король и оставшийся в живых принц. После этого мы накрыли бы всех барготопоклонников прямо на месте ритуала. Во всяком случае, главных из них, которые на допросе выдали бы остальных - не все же они были некромантами, способными укрыться от правосудия в Претемных Садах^1

- Отличный план, - зло процедил Аластор. - Вы хотели убрать ДорвенноЕ чужими руками?!

- Мы просто хотели их убрать - вздохнула леди Немайн. - Шипы или барготопоклонники - какая, в сущности, разница? К сожалению, у нас не было принца Флоризеля, способного воспользоваться канделябром прямо за семейным ужином. Но Аранвены. позвольте напомнить. Дорвеннам не чужие, и это вполне может считаться не только государственной изменой, но и семейным делом Нашим с Ангусом семейным делом Ваше величество, я клянусь чем угодно и готова подтвердить это под пытками, допросом разумника или зельем правды - как вам будет угодно! - Дарра ничего не знал о наших планах и никак в них не участвовал. Мы держали его от заговора настолько далеко, как только могли.

- Я тоже клянусь в этом и готов подтвердить. - тихо добавил лорд Ангус, а Дункан молча кивнул.

- «.Отец, мать и наставник. - мелькнуло у Аластора в мыслях. - Можно ли им верить? Разумеется, они станут защищать сына и ученика любой ценой. Могу ли я поверить им? Могу ли допустить, что мой нынешний канцлер ничего не знает о преступлении канцлера прошлого? О преступлении своей семьи и любимого учителя... А даже если не знает - неужели он сможет простить мне их смерть? Возможно, позорную и жестокую... Нет. рано думать об этом, рано!"

- Продолжайте - сухо приказал он. и Немайн заговорила сноза

- Мы ошиблись з расчетах, именно в этом состоит наша вина Чтобы магический удар оказался точечным и жертвами стали только Дорвенны я ослабила защиту дворца изнутри Это было непросто. Стефан Бастельеро прежний королевский некромант, отлично знал свое дело но мэтр Истерлинг, его преемник, полностью мне доверял а я. как вам известно, неплохая ритуалистка Защита была ослаблена ровно настолько, чтобы после это осталось незамеченным при расследовании, а затем я поставила сверху свою собственную скрыв и затерев следы Однако Денвер, не сумев заполучить Избранного Претемной зключил в ритуал своих сообщников, полностью выкачав из них силу. О. никто из них не смог бы сравняться с Бастельеро поодиночке, но их была дюжина. Барготова дюжина, если считать Денвера, который щедро влил в ритуал и собственную силу. Этой силы оказалось достаточно, чтобы открыть не просто портал, а Разлом, который вы видели, вдобавок, начали открываться точечные разрывы рядом с теми, в чьих жилах текла кровь Дорвеннов. Так произошло во дворце, и король Малкольм с принцем Криспином погибли от лап демона, а не от магического удара как должны были Это же случилось в Академии.

- И в нашем поместое. — пробормотал Аластор.

- И в поместье Вальдеронов - подтвердил канцлер. - И еще в других местах, потому что нашлись и другие бастарды - неизвестные и неучтенные. Потомки дворцовой прислуги или горожанок, к которым заглядывали мужчины королевской крови. Все они стали жертвами - и целью для прорывов. О том. что именно сотворил Денвер, как и о подробностях его планов, нам известно от призраков его соучастников. Бывший магистр Морхальт. обиженный на предавших его сообщников, охотно назвал мэтру Бастельеро их имена, а тела остались на Барготовом холме откуда их смогли забрать 8 Дорвенну, а потом и допросить. Если ваше величество пожелает, повторный допрос можно произвести в любой момент. Физический якорь для вызова этих призраков хранится в службе безопасности Ордена.

- Я также могу показать вам слепок с мыслей Денвера. - с едва заметной неуверенностью добавил Дункан. - Конечно, если вы сочтете возможным довериться моей магии после всего услышанного.

- Рискну. - буркнул Аластор. и разумник взял мажеский перстень, так и лежащий на столике рядом с ним Но не надел только поднял на уровень глаз и повернул камнем к Аластору. В глаза сверкнуло белым, и Аластор увидел лицо Денвера - такое же желчное и брюзгливое, каким оно было при их единственной встрече А через мгновение услышал и голос

- Проклятый Бастельеро' Кичится своей силой и кровью! Посмотрим, будет ли он гордиться, когда его кровь по капле стечет на алтарь и откроет путь моему господину! Все они зажравшиеся твари^1 Дорвенны, Аранвены. Эддерли, Бастельеро и Реаенгары . Надменные ублюдки, пожалованные богами - и за что? За то. что предки первыми поклонились этим богам? А боги?' Чего стоят эти боги, не умеющие отличить достойных от всякой швали?! Только один из богов честен, только один ценит силу и не прикрывается слюнявой дрянью вроде благородства- Подожди, господин мой, подожди еще немного! Еще несколько часов - и ты придешь в этот мир во всем своем величии! Я. я открою тебе врата кровью тех. кто принадлежит твоим исконным противникам' Я отдам тебе всех, кого ты пожелаешь, а ты наградишь меня...

- Аластор вынырнул из яркой вспышки чужих воспоминаний и скривился, едва сдерживая тошноту. Какая же мерзость Сколько зависти, злобы, жадности... И этот человек едва не стал королем Дорвенанта?! Он ведь ради этого хотел забрать магию Айлин и тело самого Аластора...

- И наверняка смог бы это сделать, если бы не Лучано... Но как ярко и живо все помнится^1 И как похоже на Денвера, на его болезненную ненависть к дворянству, особенно Трем Дюжинам... Никаких сомнений 5 подлинности воспоминаний, на той поляне Денвер говорил точно так же!

- Отвратительно, - выдавил он вслух - Да, я верю. Его. следовало остановить. Какая же гадость...

- Ладони Лучано легли ему на плечи, разминая напряженные мышцы, и Аластору показалось, что даже дышать стало легче. Он снова откинулся на спинку кресла, от которой наклонился вперед, когда вглядывался в отпечаток чужой памяти.

- Продолжайте — попросил уже устало, но понимая, что разговор далек от завершения. - Значит, вы сняли защиту дворца, позволили похитить Кристиана и принялись ждать

- Еще вызвали во дворец лорда Бастельеро, - педантично напомнил канцлер. - И приняли прочие необходимые меры.

- В то время как лорд Бастельеро беседовал с его величеством. - вступила леди Немайн. - лучшие маги службы моего мужа ожидали, где именно произойдет выброс силы Нам только было известно, что это случится в Озерном крае, но Денвер не думал о точном месте и, тем более не называл мысленно его координаты Позвольте мне не утомлять вас подробностями, но существуют ритуалы способные не только определить вспышку энергий на огромном расстоянии, но и установить место этой вспышки. Подобные ритуалы используются крайне редко, они требуют много сил и хотя бы примерного знания о времени жертвоприношения, но другого выхода у нас попросту не было. Я лично проводила этот ритуал, я должна была отправиться вместе с другими магами, и как только зспышка силы выдала место, где скрывались барготопоклонники. наши люди открыли портал Первая пара магов, боевик и прикрывающий его королевский некромант, шагнула в него, и портал разорвал их в клочья Я должна была идти следующей - Ее голос едва заметно дрогнул, и по спине Аластора пробежал холодок. - Кровь мэтра Истерлинга залила мне все лицо... - Леди Немайн быстро вздохнула, затем медленно выдохнула и посмотрела прямо в глаза Аластору. - Это было невозможно, ваше величество! Невозможно и непостижимо, вопреки всем нашим расчетам и планам' Ведь лорд Бастельеро был во дворце, жив и цел! И все же это случилось. Позже мы узнали, почему К счастью, всех своих сообщников Денвер уничтожил сам К несчастью, сам он остался жив и ускользнул, готовясь нанести последний удар. Нам удалось сорвать его план привести в наш мир Баргота. Разлом открылся в Запределье, но не к самому Падшему, а лишь к его неразумным хищным творениям. Вместо Баргота в мир пришли демоны, разруха и стихийные бедствия. И все. что мы могли сделать - хоть как-то справиться с последствиями и возвести на трон нового короля, чтобы наше преступление хотя бы не оказалось напрасным.

- Она замолчала и в гостиной стало совершенно тихо. Лучано медленно растирал Аластору плечи, разминая каждую мышцу ритмичными уверенными движениями Это почти не отвлекало, напротив. Аластор чувствовал, как тяжело ворочающийся внутри гнев словно засыпает под этими прикосновениями, как прирученный зверь, что повинуется умелым рукам дрессировщика Но рано или поздно зверь все-таки проснется, и тогда нужно будет указать ему цель...

- И кому вы собирались вручить залитую кровью корону? - поинтересовался он. обводя взглядом всех троих. - Мне? А если бы я оказался не пригоден править? Если бы кровь Дорвеннов сделала из меня подобие кого-то из них?! Что вы сделали бы тогда, господа радетели за благо Дорзенанта?!

- Этого не могло случиться, - последовал бесстрастный ответ бывшего канцлера. - Ваше зеличестзо. все эти годы я негласно присматривал за вами с разрешения лорда Себастьяна. Никакого вмешательства' Мы не собирались менять прямую ветвь династии, пока все не стало совсем плохо, и на вас в качестве короля никто не рассчитывал, но кровь Дорвеннов - это кровь Дорвеннов. Мои люди были осторожны и ненавязчивы, раз вы ни разу не заметили их знимания, но из донесений следовало, что бастард его величества Малкольма - здоровый, умный и хорошо воспитанный юноша К шестнадцати годам вы освоили все умения, необходимые юному дворянину, и проявляли рвение к семейным хозяйственным делам Вы почтительно относились к родителям, должным образом вели себя в обществе и проявляли самые похвальные качества Правда, вскоре после вашего представления ко двору последовал известный инцидент с юной леди Айлин, но даже в этом случае вы вели себя простительно для юноши вашего возраста и не совершили ничего непоправимого. Когда ваш отец попросил найти зам наставника...

- Стойте' - Аластор снова наклонился вперед и прошипел, вглядываясь в лицо Аранвена:

- Месьор д' Альбрэ у вас на службе?! Он из ваших людей?!

- Нет. и никогда не был. — последовал невозмутимый ответ - Не беспокойтесь, ваше величество. Я всего лишь свел его с вашим приемным отцом и обеспечил помилование. Разумеется, за ним тоже наблюдали Но как только мы убедились что месьор бывший бретер прививает вам исключительно добродетели и вообще рассматривает скорее как сына, чем воспитанника, мы успокоились на его счет. Признаться, я считаю оба выбора - и вашего приемного отца, и вашего наставника - своей большой удачей, - чуть заметно улыбнулся канцлер

- С этим я точно спорить не буду. - мрачно бросил Аластор. опять откидываяс» на спинку.

- Ну хорошо, а если бы... Я мог сломать шею, упав с лошади. Меня мог убить Бастельеро. Да мало ли что со мной могло случиться? Кого вы собирались сажать на трон? Своего сына?!

- Благие упасите! - выдохнул лорд Ангус с искренним возмущением и удивлением. - Как вы могли так подумать?! Дарра будет прекрасным канцлером, он безупречный исполнитель королевской воли, но я последний, кто хотел бы увидеть его королем! Вы уже достаточно знаете его характер, его понимание дурного и хорошего и взгляды на жизнь, разве можно отдать ему полную абсолютную власть?! Он же будет применять ее из лучших побуждений, но так, что сам Баргот содрогнется от последствий. Нет-нет. его место - за троном, если, конечно, вы пожелаете его там оставить. Но в короли он решительно не годится!

- Тогда кто? - нахмурился Аластор. - Не верю, что у вас не было кого-то в запасе!

- И даже не один кандидат. - согласился Аранвен - Во-первых, милорд магистр Кристоф Мы же не рассчитывали, что прорывы начнут открываться рядом с бастардами, и он погибнет Правда. Кристоф был уже немолод, к тому же имелись некоторые причины, которые делали его не очень подходящим претендентом... - Лорд Ангус вздохнул и пояснил: - Кристоф никогда не испытывал влечения к прекрасному полу, предпочитая свой собственный. Дорвенактец по рождению и воспитанию, он всю жизнь страдал от этого, считая такие наклонности извращенными, тщательно их скрывал и никогда не потакал своим... слабостям. Но если бы выбор пал на него . Кристоф отлично знал, что такое долг дворянина. Взойди он на трон, наверняка стал бы неплохим королем Физически он был способен к продолжению рода а остальное можно было обеспечить особыми зельями или артефактом иллюзий.» Повторяю, это был сомнительный вариант, но возможный.

- Бедняга .. - тихонько прошептал за плечом Лучано. и Аластор про себя с ним согласился - незавидная судьба

- Еще мы всерьез рассматривали возможность возвести на трон лорда Бастельеро. - невозмутимо продолжал бывший канцлер. - Когда-то он был влюблен в Беатрис Риккарди - простите ваше величество. - и мог бы стать ее супругом после смерти его величества Малкольма. Однако у них произошла размолвка и лорд Бастельеро наотрез отказался исполнять долг перед страной таким образом. Не поверите, но даже прямая угроза казни за покушение на вас его не убедила... Впрочем, от этого варианта мы и сами быстро отказались. Лорд Бастельеро - личность, не способная применяться к сложным обстоятельствам. Он восстановил против себя большую часть Трех Дюжин, которые могли ззбунтоваться против такого короля Таким образом, когда магистр Кристоф погиб, у нас осталось всего два явных претендента, из которых следовало выбирать. Вы и...

- Я - и кто? - поинтересовался Аластор с тихой холодной злостью.

- И я. ваше величество - раздался совершенно спокойный, прямо-таки безмятежный голос Дункана - Я - последний оставшийся в живых бастард рода Дорве сын короля Кристуса, барготова ублюдка который изнасиловал мою мать, фрейлину собственной жены. По материнской линии я происхожу от де ла Гуэрра. младшей ветви арлезийских королей, как вам известно. А по отцовской - Дорвенн. побочный брат короля Малкольма и. получается ваш дядя.

-

- Глава 13. Старые тайны

-

- Когда Амина тихонько ушла. Айлин, до боли сцепив пальцы и устазившись в одну точку, даже не заметила. Но через какое-то зремя перед ней на столе оказалась чашка шамьета со сливками и блюдечко с орехово-медовым печеньем которое Амина называла странным словом «пай-хла-ваа». А потом теплая мягкая рука, пахнущая розовым маслом, погладила Айлин по голове.словно ребенка.

- Госпожа кушать, - ласково сказала мауритка. - Амина сама печь для любимый госпожа Сегодня утро печь, пайхлаваа совсем мягкий. Кушать, пока твердый не стал' Потом письмо тетя читать. Тетя уважать надо, хороший женщина, умный, господин ее хвалить'

- Ты права. - вздохнула Айлин. - Что толку просто сидеть, я все разно ничего не могу сделать. Амина, мне так страшно^1 - вырвалось у нее. - Кажется, мне еще никогда не было так страшно! Даже когда я знала, что вот-вот умру, я все равно понимала, что выбрала это сама, что никто не застазит меня шагнуть з Разлом кроме меня самой... Когда что-то можешь сделать страх совсем не такой^1 А вот когда беспомощен, и все зависит от других.

- Амина понимать госпожа. - кивнула мауритка - Пока в рука плеть или нож. страх нет Когда нож нет а на рука веревка - тогда страх. Амина тоже бояться Когда муж и его племя убивать. Амина хватать, на рынок зезти. Амина все потерять! Амина кричать, плакать, кусаться, как собака! Важный колдун приходить. Амина смирный делать. Совсем плохо! Как неживой' Потом господин приходить. Амина спасти, себе взять. Совсем как раньше делать! Амина его любить и служить! Господин говорить, что у Амина быть госпожа Не сейчас, потом^1 Свой госпожа, самый лучший^1 Амина долго ждать И господин принести госпожа^1 Амина больше никогда не бояться! У Амина есть господин и госпожа, самый хороший, любимый! У Амина есть для чего жить!

- Есть для чего жить.. - Айлин смахнула навернувшуюся слезинку. В самом деле, ей ли жалеть себя? Вот Амина потеряла все: родину, племя, семью, свободу, даже изрядную часть собственной души! И находит в себе мужество справиться с этим . А она. Айлин раскисла, хотя ничего ужасного пока не случилось. Кармель не успел рассказать зсе. Должны быть особые обстоятельства, которые толкнули его на это. Аластор обязательно во всем разберется, он добрый и справедливый! И помнит, чем обязан Кармелю. который спас ему жизнь и столько сделал для Дорвенанта...

- Она упрямо сморгнула снова выступившие слезы и взяла письмо.

- «Моя дорогая' - писала тетушка, благоразумно не упоминая имени, так что письмо могло быть адресовано кому угодно. - Я рада сообщить, что твое поручение исполнено б точности и со всем старанием. Деньги отправлены указанным особам, и мой приказчик проследил, чтобы они их получили Я лично выбрала прелестное платье для визитов и отправила лучшую швею подогнать его по нужным меркам. Платье из небесно-голубого шелка, отделанное золотым арлезийским кружевом, я добавила к нему светло-желтую шаль, белье с чулками, т/фельки в тон и подходящие украшения Надеюсь, этого окажется достаточно, чтобы исполнить твое обещание..»

- Непрошеные слезы опять навернулись на глаза, и Айлин вытерла их, даже не скрывая. Бедняжка Марта! Пусть ее душа поскорее обретет покой! Она вздохнула, отпила шамьета - горячего, сладкого, очень вкусного! - и продолжила читать:

- «Позволь теперь перейти к более приятным делам, о которых я непременно хочу тебе рассказать. Для тебя не секрет, что после окончания траура по Тимоти сразу два интересных кавалера соперничали за мое внимание. И в Ночь Бояро1шника я получила от обоих брачное предложение прямо на маскараде! Не могу сказать, что я этого не ожидала, хотя надеялась, что период ухаживаний продлится подольше дав мне больше времени на размышления Однако мужчины бывают столь нетерпеливы! Особенно когда опасаются, что другой может оказаться удачливее... Признаюсь, мне было нелегко выбрать! Ты знаешь, моя дорогая, что я очень дорожу своей свободой и привилегиями женщины, имеющей собственные средства. И тебя в отличие от MHonix, вряд ли удивит, что основанием для моего отказа лорду Эдвину стало то. что другие сочли бы первейшей причиной согласиться^1 Лорд Эдвин - прекрасный мужчина и достойнейший дворянин, я верю, что он с огромной радостью взял бы на себя заботу о моем благополучии. К тому же. у него двое сыновей, так что мои печальные обстоятельства со здоровьем не стали бы помехой. Но леди из Трех Дюжин не может заниматься ремеслом, даже таким приличествующим женщине, как изготовление нарядов и торговля галантным товаром Приняв его предложение я снова стала бы дворянкой, причем более чем обеспеченной и наверняка любимой супругом. Но мне пришлось бы передать все дела модного дома, оставленного мне Тимоти, управляющему и вникать в них не больше, чем позволит супруг, а я успела изучить взгляды лорда Эдвина. Он искренне считает что я занималась швейным ремеслом и торговлей по необходимости, для заработка, и не понимает что женщина может испытывать удовольствие от самостоятельного ведения дел О, лорд Эдвин.. Боюсь, я вряд ли смогла бы объяснить ему что совсем не такова, как он представляет^1 И потому я отказала ему - разумеется, в самых учтивых выражениях и зсячески щадя его гордость...»

- Тетушка отказала лорду Кастельмаро?' Бывшая дворянка совершившая мезалоянс и утратившая титул в браке с купцом, отказала главе рода из Трех Дюжин?!

- Айлин снова перечитала эту часть письма и изумленно покачала головой! Она же видела как лорд Эдвин влюблен в тетушку! Он сделал бы для нее что угодно: Только... и вправду не то, что нужно тетушке Элоизе

- Айлин вздохнула. Действительно, леди из Трех Дюжин не может быть модисткой. Пусть даже дорогой и известной. Этого лорд Эдвин жене просто не позволит! А тетушка вложила в свой модный дом всю душу! Она столько лет занималась им. это ее любимое дело.. Так. но предложений-то было два!

- «Как ты понимаешь, второе предложение последовало от месьора Жозефа, которого многие - опять эти «многие», прости! - сочли бы менее выгодной партией. Иностранец, младший сын. не очень богат, хотя располагает определенными средствами... Правда, любимый наставник и безусловный фазорит его величества, но королевская милость - не та основа, на прочности которой следует строить далеко идущие планы . Поверь, дорогая, мне известны все аргументы которые мог бы привести здравомыслящий человек. Но в моих глазах их перевешивает единственное обстоятельство: когда я спросила месьора Жозефа, какие права он намерен предъявить на имущество супруги и как видит мое будущее, наш дорогой фраганец поклялся, что оставит модный дом в полном моем распоряжении и никогда не станет претендовать ни на прибыль от него, ни на мое право им заниматься. Он сказал, что намерен в скором времени открыть фехтовальную школу, а его репутация и положение при короле дают основания надеяться, что эту школу ждет успех. Таким образом, к пенсиону от короля Фраганы и скопленным средствам у него добавится доход, который позволит содержать нашу семью, не прибегая к моим возможностям. Кроме того, он уверен что честное ремесло не может считаться позорным, и если я согласна выйти за бретера, много лет продававшего свою рапиру, то не ему упрекать женщину з умении торговать иголкой. Дорогая моя, ты можешь подумать, что мой подход к выбору жениха излишне практичен. А как же сердечная склонность?? Но правда в том что оба эти кавалера совершенно прекрасны как мужчины. Каждым из них женщина может страстно увлечься... Но хоть любовь и составляет необходимее условие для счастья все-таки оно не полностью состоит из нее. У супругов должны быть сходные взгляды на то. что составляет основу семейной жизни - управление средствами, воспитание детей, отношения с родственниками и друзьями... Признаюсь честно, мой милый Тимоти совершенно избаловал меня постоянным и безусловным вниманием к моим желаниям и мнению. Боюсь, я никогда не смогу быть счастлива с мужчиной, не готовым предоставить мне такую же свободу, и если бы не нашелся месьор Жозеф который видит во мне не только привлекательную женщину, я бы предпочла остаться одна...*

- Тетушка могла бы! Она совершенно точно не боится самостоятельности, как большинство женщин, привыкших полагаться на отцов и братьев, затем на мужа, а впоследствии - на сыновей и внуков! С другой стороны, если подумать, а разве женщины в этом виноваты? Трудно управиться со свободой, когда ее тебе не дают^1 Магесс хотя бы учат принимать решения и отвечать за них. а что делать профанкам? Да если бы тетушке не повезло сначала с мужем, а потом с Кармелем. которого дядюшка Тимоти назначил опекуном вдовы, даже ее сильный характер не помог бы отстоять право на собственное имущество' Как же это несправедливо... И как хорошо, что тетушка сделала именно такой выбор^1

- •■То есть я смогу звать месьора дАльбрэ дядей? - сообразила Айлин и невольно улыбнулась. - Что ж. с огромным удовольствием!»

- - Госпожа улыбаться! - обрадовалась Амина сидящая напротив и не сводившая с нее все это время взгляда — Хороший весть?!

- Очень, - кивнула Айлин. - К моей тетушке посватался замечательный человек, и она приняла его предложение. Я... очень любила ее мужа, моего дядюшку Тимоти. Но он умер... И тетя его любила, до сих пор любит! Я боялась, она так и останется одна...

- Ай, какой хороший весть! - всплеснула Амина руками - Ваш тетя замуж пойти! За хороший человек! Вот видеть, госпожа, не все плохо, есть хорошо^1 Если госпожа хотеть. Амина на свадьбе тетя танцевать' Особый танец' После него каждый мужчина свой женщина любить сильно-сильно, еле до спальня дойти! - И добавила, лукаво сверкнув подведенными черной краской и оттого огромными и выразительными глазами. - Госпожа этот танец надо знать! Амина учить!

- Мне...

- Айлин покраснела, не зная, что сказать на столь простодушное и милое предложение. «Мне нельзя такое танцевать?» Мало ли что ей было нельзя, но ведь постоянно делала! «Мне его танцевать не для кого?» Ох, да пусть Кармель только вернется живым и невредимым! Она сделает что угодно, выучит любой танец, если ему так нравятся мауритские пляски... В конце концов, уж он ее точно не упрекнет в развратности, раз до сих пор ни разу не упрекнул...

- Мне сначала нужно выучить то. что ты показывала^1 - вывернулась она.

- Это верно. - важно кивнула Амина — Сначала ягненок, потом баран, сначала нитка, потом платок Сердце госпожа успокоить. Амина радоваться^1 Пойти в дом. говорить Алонсо, что готовить на ужин. Госпожа еще сидеть?

- Да, я побуду здесь - заставила себя улыбнуться Айлин. - Благодарю тебя, мне гораздо легче...

- «Никуда отсюда не уйду, пока он не вернется, - подумала она, снова сплетая пальцы и укладывая руки на колени. - Или пока из дворца не пришлют известия о его судьбе. Милая Амина так старалась меня отвлечь, но разве можно не думать... Благие Семеро, будьте к нему милостивы!»

- И она старательно отогнала мысль что о благополучии Избранного следует просить его покровителя, который, к тому же. ей лично знаком. Только вот к добру или созсем наоборот может обернуться подобное покровительство?

- иной вопрос. Почему вы сами не сели на этот Барготом проклятый трон?! Вы же просто созданы быть королем! Уж куда лучше меня!

- Это... очень сложно объяснить, ваше величество. - поморщился Дункан, не отводя, впрочем, взгляда — Я непременно отвечу, и. можете не сомневаться, с полной искренностью. Но начать следует с обстоятельств моего рождения. Позвольте передать слово милорду Ангусу. Мне... слишком отвратительно об этом говорить.

- Аластор уже хотел съязвить, что в измене, конечно, признаться куда легче, но потом вспомнил, что речь идет об изнасиловании матери Дункана... и кивнул.

- Ее светлость леди Кармела прибыла ко двору в свите принцессы Розаберты невесты его величества Кристуса, - так же негромко и ясно сказал Аранвен. - Она была редкостной красавицей, к тому же принадлежала к роду де ла Гуэрра. чьи особенности вам уже известны.

- Аластор опять кивнул, вспомнив леди Мирейю. которая едва не свела его с ума. Дар женщин де ла Гуэрра - вызывать страсть, больше похожую на одержимость! Но если лорд Ангус напоминает об этом, значит...

- Как вы понимаете, она была окружена поклонниками, - так же тихо продолжил Аранвен. - Ее руки наперебой просили дворяне из Трех Дюжин - и совсем юные, и почтенные вдовцы, такие, как лорд Стефан Бастельеро. дед лорда Грегора. Леди Кармела была завидной незестой и могла выбирать совершенно свободно - в достойном себя кругу, разумеется. Ее избранником стал молодой лорд Эварист Кастельмаро, единственный сын и наследник рода Дело шло к свадьбе но. к сожалению, леди Кармела привлекла внимание его величества Кристуса - Аранвен помолчал пару мгновений и добавил- - Самое пристальное внимание. Уверяю вас. леди Кармела к этому отнюдь не стремилась и вела себя безупречно, однако его величество был страстным охотником и. кроме того, не терпел отказов. Мне сложно сказать, какую роль сыграли родовые особенности леди Кармелы. но... король Кристус, в отличие вас, то ли не смог, то ли не пожелал сопротивляться своим желаниям и силой обесчестил бедняжку. В свое оправдание он заявил что не смог устоять перед очарованием де ла Гуэрра. и королева ему поверила - или так хорошо сделала вид. что в конце концов убедила себя в этом.

- Скотина - процедил Аластор. - Не верю, что не мог! Но... продолжайте...

- Если бы это преступление стало известно, между королевскими дворами Арлезы и Дорвенанта вспыхнула бы настоящая ненависть, - опять заговорил Аранвен - Сами подумайте: король, едва женившись на принцессе Арлезы. обесчестил ее невинную кузину... Розаберте пришлось бы потребовать развода ради сохранения чести - своей и семейной Законы Арлезы предусматривают за насилие смертную казнь, однако выдать короля - невозможно. Скорее всего, дело кончилось бы войной.

- Аластор молча кивнул.

- Разумеется, леди Кармела понимала это не хуже других, — вздохнув, сказал бывший канцлер. - И ради сохранения мира между двумя королевствами поклялась молчать Увы, совсем скрыть последствия не удалось, и леди Кармелу объявили жертвой неизвестного негодяя, которого не удалось поймать. Имя истинного виновника осталось достоянием крайне узкого круга состоящего из королевской четы Дорвенанта моего отца - тогдашнего канцлера - и меня как его наследника. Королю Арлезы и семье де ла Гуэрра принесли извинения, однако сплетни в таких случаях неминуемы. Пошли слухи что леди Кармела добоовольно уступила чьей-то страсти... И лорд Кастельмаро. хотя Кармела заверяла его з своей невиновности, разорвал помолвку.

- Вот мерзавец' - вырвалось у Аластора, и канцлер, помедлив снова кивнул, а затем пояснил:

- Эварист Кастельмаро всегда отличался болезненным отношениям к приличиям и женскому целомудрию Много лет спустя его собственная младшая дочь, сестра лорда Эдвина оказалась беременна вне брака. Когда положение девушки стало очевидным, ее возлюбленный, тоже адепт Академии, отправился к лорду Кастельмаро. Влюбленные рассчитывали, что отец леди Эммелин позволит им пожениться, ведь она была уже на пятом месяце. Уво1. юноша родился простолюдином, хоть и должен был б следующем году получить мажеский перстень, а с ним — дворянство. Лорд Кастельмаро приказал затравить его собаками.

- И ему сошло это с рук?! - Аластор даже привстал с кресла.

- Лорду из Трех Дюжин? - слегка скривил тонкие бледные губы лорд Ангус. - Безусловно. Его отец и глава рода тогда уже был Архимагом, он всецело одобрил поведение сына отомстившего за позор его внучки и смывшего пятно с родовой чести кровью преступника. Чего еще достоин простолюдин, обесчестивший благородную девицу?

- А что случилось с леди Эммелин? - мрачно поинтересовался Аластор, садясь обратно в кресло и тут же почувствовав на плечах ладони Лучано.

- Ее отправили к целителю. Чтобы решить деликатную проблему, так сказать...

- У Аластора перехватило дыхание, а за его спиной послышался тихий голос Лу:

- На пятом месяце? Грандсиньор мог бы придумать более милосердный способ избавиться от дочери. Если, конечно, не надеялся на чудо. Или несравненное мастерство целителя.

- О. у этого целителя была прекрасная репутация, - невозмутимо подтвердил Аранвен - Его звали Морхапьтом. Лорд Эварист бэт предупрежден о риске но ответил, что смерть лучше позора Девушка не выжила. Ее брат Здвин, узнав обстоятельства этого дела прекратил всякое общение с отцом и дедом, а в родовой особняк вернулся только после смерти обоих... Впрочем прошу прощения, что отвлекся от темы, ваше величество. Я лишь хотел пояснить, почему жених не заступился за леди Кармелу - он попросту посчитал ее виновной. Королева Розаберта. любившая кузину и знавшая правду, предложила леди Кармеле вернуться в Арлезу, но этому воспротивились де ла Гуэрра. Точнее они согласились принять бедняжку, но потребовали предварительно избавиться... от последствий

- От ребенка' - уточнил Аластор. искоса глянув на каменное лицо Дункана.

- Именно. - подтвердил Аранвен.

- Они сказали, что истинно добродетельные девицы не попадают в подобные обстоятельства. И если моя мать оказалась наедине с мужчиной, способным на преступление, то сама виновата. Де ла Гуэрра решили что она отправится а отдаленное поместье, - тихо уронил Дункан. - Пообещали, что обеспечат ее всем необходимым, позволят пожизненно затвориться от мира и молить Благих о прощении. Только так она может искупить вину перед благородным родом, который случайно произвел на свет непотребную девку. Ведь кто еще может отдаться мужчине до брака и не искупить этот позор собственной смертью?..

- Действительно, — сквозь зубы согласился Аластор. - Кто еще... - С трудом разжал челюсти, которые свело от злости глубоко вдохнул, вэщохнул и бросил - Продолжайте, милорд Как я понимаю, леди отказалась от столь... великодушного предложения?

- Да, ваше величество. - склонил голову Аранвен, свезкнув серебром седины. - Вместе с ним она отказалась от имени, титула и прав урожденной дворянки Леди Кармела сама предложила свсю руку королевскому архитектору, безнадежно влюбленному в нее простолюдину, не смевшему даже мечтать о браке с такой знатной дамой. Конечно. Юджин Роверстан узнал о ее несчастье, но согласился дать будущему ребенку свое имя и никогда не вспоминать обстоятельства его зачатия Семья де ла Гуэрра отреклась от леди Кармелы. оба двора ее тоже осудили за столь неравный брак, но королева Розаберта из своих средств пожаловала ей приданое и разрешила бывать при дворе Дорвенанта. если кузина того пожелает Насколько мне известно, леди Кармела этим правом ни разу не воспользовалась.

- И не воспользуется. - тяжелым холодным голосом подтвердил Дункан. - Так же. как не ступит на землю Арлезы. пока не получит извинений от семьи де ла Гуэрра. Что, увы, не слишком вероятно. Однако это ее решение и оно незыблемо. В храмовой книге мое рождение записано на три месяца позже, чем случилось в действительности - по личному распоряжению милорда Ангуса, да благословят его Семеро.

- Он посмотрег на канцлера, и тот ответил сдержанным кивком, а потом добавил:

- Кровь Дункана проверена родовым камнем Дорвеннов, и результаты проверки хранятся в личном архиве моей семьи. Если пожелаете, заше величество, я готов их предоставить.

- Благодарю, обойдусь. - отозвался Аластор и скривился - виски заломило от напряжения. - Так почему вы не взяли корону, магистр? Грае на трон у вас не меньше, чем у меня А то и побольше - кровь-то старше!

- Как я уже сказал, ваше величество, на это много причин, - размеренно заговорил Дункан. - Первач из них может показаться незначительной по сравнению с политическими интересами, но я люблю свою мать и не хочу напоминать ей о прошлом Увы. хотя мы оба с вами - бастарды, но есть огромная разница. Вы стали плодом взаимной страсти, а я - позорным последствием насилия. Сейчас моя матушка живет в любви и уважении, мой отчим любит меня так же, как лорд Валэдерсн - вас. а их дети чтят меня как старшего брата Если правда откроется, она принесет а нашу семью гсре и унижение. Матушке придется либо нарушить клятзу и доказывать, что она - невинная жертва, либо прослыть женщиной, предавшей свою кузину-королеву ради постели короля. Как вы думаете, во что скорее поверят люди?

- Как обычно - в самое худшге. - подумав, сказал Аластор. и Дункан кивнул

- Именно, ваше величество. И если даже за давностью лет мы избежим ссоры с Арлезой, если удастся объяснить почему это преступление было скрыто Захотят ли лорды Дорвенанта увидеть на троне таксго короля?

- А почему нет? - искренне удивился Аластор. - Вы же происходите от сразу двух королевских линий^1 Обстоятельства те еще, конечно... - Он осекся, а потом, несколько мгновений помолчаз, сказал - Мне искренне жаль зашу мать. И я клянусь, что не считаю ее ни з чем виноватой, ho на трон у вас все равно прав больше'

- Ваше благородство как обычно делает вам честь. - негромко сказал Дуикан. - Однако посмотрите на меня беспристрастно, ваше величество. Дорвенант — северная страна, к южанам здесь относятся недоверчиво, а моя арлезийская кровь написана у меня на лице знаками, которые не стереть На троне Дорвенанта привыкли видеть ДорЕеннов не только по крови, но и по облику. К тому »:е я разумник, вам напомнить, что говорят о магах нашей гильдии? Думаете, сто лет - это большой срок, если речь о поклонении Барготу? И вот сразу после Разлома, устроенного барготопоклонниками. корону требует не просто бастард но явный южанин и. к тому же. маг белой искры. Трудно даже придумать, кто будет пользоваться у лордов и простого народа меньшим доверием.

- Но это же глупо... - растерялся Аластор. - Вы служите Дорвенангу и Ордену... Это... несправедливо, в конце концов^1

- Далеко не все люди умны и справедливы монсиньор - пробормотал за его плечом Лучано. - Вообше-то. их куда меньше, чем других - склонных судить по цве~у кожи или мантии. В Дорвенанте голубым глазам веэят больше, чем черным, а шутки про южан хороши, пока не касаются чести короля..

- Лорд Фарелл праз - снова склонив голову, согласился Дункан. - Вспомните хотя 6oi лорда Кастельмаро. ваше величество. После Разлома он поклялся вам в зерности не просто искренне а с восторгом. Потому что увидел перед собой истинного Дорвенна - светловолосого и светлоглазого, каждой чертой похожего на череду славных предков - и к тому же молодого героя, будто явившегося прямиком из легенд. Вы никому не были известнь, но даже это стало вашим огромным достоинством. Человеку без прошлого легче стать в глазах людей таким каким он пожелает Я же достаточно известен з Дорвенне и как сын королезского архитектора и как магистр Белой Гильдии, и сам по себе. Вы могли зыстроить вашу репутацию с самого фундамента, мне сначала пришлось бы сломать предыдущую и сровнять развалины.

- Поморщившись, Аластор снова про себя признал, что Дункан и в этом прав

- Все равно не верю, что вы бы не справились. - сказал он из чистого упрямства - Зато вам не пришлось бы терять время на учебу, как мне. С лордом Ангусом вы давно знакомы, а в управлении королевством понимаете больше, чем весь мой Совет вместе взятый. Дункан, вы же действительно знаете - как и что нужно делать^1. Еще и мысли читаете..

- Вот за это меня убили бы в первую очередь, — невозмутимо сообщил разумник. - Люди, знаете ли. предпочитают хотя бы свои мысли оставлять при себе. Думаете, я бы смог объяснить, что мне не нужны их личные тайны? И что я не влияю на разум подданных магией, заставляя принимать выгодные мне решения? Кто бы мне поверил, ваше величество? - Помолчав, он как-то неуловимо подобрался и сказал с таким каменно непроницаемым лицом, что чутье Аластора вдруг взвыло о непонятной опасности: - А главное, у них была бы веская причина этого опасаться Помните, я обещал вам полную откровенность?

- Так... - нахмурился Аластор. - Еще откровеннее? В чем теперь вы хотите признаться?

- В том. что само по себе способно привести меня на плаху даже без участия в заговоре, ваше величество, - роено сказал Дункан. - В том, что ни з коей мере не является моей виной, потому что я это не выбирал, но в глазах людей мои оправдания стань это известно, не будут иметь никакого веса. В том, что должно было перекрыть мне путь к трону, даже не будь у нас других кандидатов на корону...

- Да говорите уже! - не выдержал Аластор и почузствовал. как Лучано вдруг стиснул ему плечи - резко и больно, словно понял, что имеет в виду магистр

- Ваше величество, я - Избранный Баргота. - отозвался Дункан и через пару мгновений оглушительной тишины мягко добавил: - Простите я понимаю, что мы и так взвалили на вас тяжкую ношу. И будь моя воля, я постарался бы и дальше держать это при себе. Но раз уж обещал откровенность...

- Пальцы Лучано медленно разжались. Аластор едва это заметил, оглушенный, словно на тренировке пропустил удар кулаком от кого-то из северян. Он даже головой встряхнул и поморгал, а потом воззрился на разумника с тупым недоумением. Избранный... Баргота?1 А у него вообще бывают Избранные?1 То есть.. Не как Почему...

- Лу, выпить... - выдавил он еще через несколько мгновений, продолжая таращиться на Дункана и едва замечая обеспокоенные, вроде даже сочувственные взгляды обоих Аранвенов - Как Избранный?..

- Сорвавшись с места, Лучано бросился к шкафчику в углу и вернулся с бутылкой арлезийского, наливая его прямо на бегу. Сунул Аластору полный бокал и сам глотнул из горлышка. Аластор выхлебал кисловатое вино как воду - в несколько глотков. Шумно выдохнул, поставил бокал на столик...

- Как обычно. - с учтивой невозмутимостью пояснил Дункан, и только в его черных глазах заплясали искорки, но что это было за чувство, Аластор не понял. - Если Семеро могут избирать проводников своей силы, глазами которых способны смотреть на мир. а иногда и творить некие деяния, то почему этого не может Баргот? Он ведь когда-то был Восьмым и равным в кругу божественных сущностей.

- Но Избранных Баргота не бывает' - взвыл Аластор и тут же с ужасом покосился на открытое окно - еще не хватало, чтобы кто-то услышал .

- Словно отвечая на его мысли. Лучано тенью метнулся в ту сторону, выглянул, проверяя, и закрыл окно. Аластор вздохнул свободнее - теперь чары тишины, наложенные на гостиную, точно не дадут ничему выйти наружу. Надо было раньше это сделать!

- Точнее они давно не появлялись. - педантично уточнил разумник. - Настолько давно, что само их существование оказалось под вопросом Но позвольте заверить, ваше зеличество. что это действительно так. Я узнал об этом в шесть лет. когда пробудилась моя магия, и впоследствии неоднократно получал подтверждения своего... статуса. Несколько раз Баргот обращался ко мне лично, а также не отказывал во внимании, когда я задавал вопросы. Признаться, я тоже испытывал сомнения.. Но проведенные эксперименты убедили меня полностью.

- И зачем вам понадобилось подтверждение? — зло поинтересовался Аластор. - Вы вообще понимаете, что...

- И осекся. Слова про лишение всех прав и казнь без возможности смягчения приговора так и не прозвучали, но в них и не было нужды. Как будто магистр Белой Гильдии сам не понимает в чем только что признался!

- Аластор с тоской посмотрел на опустевший бокал, и Лучано. уловив движение его головы плеснул туда еше арлезийского. Эту порцию Аластор выпил мелкими глотками, с позорной трусостью оттягивая момент, когда все-таки придется посмотреть на Дункана. Лучше бы разумник и дальше молчал^1

- «Два раза ты его все равно казнить не сможешь — с отвратительной рассудительностью подсказал внутренний голос. - За участие з заговоре и убийство королевской семьи полагается четвертование, за поклонение Барготу - тоже, кажется И что, на зосемь частей рубить?!»

- Последний глоток вина показался невыносимо горьким, Апастора замутило, и он едва сдержал приступ тошноты

- Зачем вы вообще признались? - спросил он. обводя взглядом троицу заговорщиков. - Вы все, не только Дункан? Ведь никаких доказательств не было^1 Зачем это все?1

- Вопрос прозвучал почти криком, а во взглядах всех троих Аластор увидел нечто, подозрительно похожее на сочувствие. Лучано снова положил руки ему на плечи, но Аластор передернулся давая понять, что не желает прикосновений. Даже от Лу! И успокаиваться не желает!

- Вы могли бы не признаваться, - с трудом повторил Аластор. чувствуя, как сводит губы от какой-то немыслимо глупой, недостойной взрослого человека обиды. - Я бы ни о чем не узнал.. Зачем зам с-то понадобилось?

- Возможно, вы сочтете это себялюбием, - помедлив, отозвался канцлер. - Но. увидев ворота Претемных Задов так близко, я понял, что не хочу войти 8 них с подобным грузом на душе. Если бы вы оказались похожи на его величество Малкольма.. тогда я промолчал бы, не сомневайтесь. Но. к счастью для всех нас. это не так. Я слишком -лубоко узажаю вас ваше величество, и готов принять свою судьбу из ваших рук. какой бы она ни оказалась

- Мое единственное желание - разделить участь супруга. - тихо уронила леди Немайн. - Умоляю не отказывать мне в этом.

- Боюсь, что л я вынужден признаться в себялюбии, - глухо проговорил Дункан - Конечно, любой маг или профан может отдаться з полную власть эаргота, история Денвера, Морхальта и их соэбщников тому пример Однако мои собратья стоят к нему куда ближе других. А я - несразнимо ближе других разумников. Вспомните, что творил магистр Морхальт, ваше величество, и представьте, что могу сотворить я, если Падший получит полную власть над своим творением? О нет, Баргот не приказывает, ломая чужую золю. Он взывает к тому хорошему, что есть в человеке, к самым достойным желаниям, вот только мало кому удается удержаться на грани, где добро переходит в страшное зло. Да. я мог бы стать прекрасным королем. Вы правы, я точно знаю - что и как надлежит сделать ради пользы страны! Но людям свойственно протизиться даже самым лучшим правителям и благим намерениям чтобы помочь Дорвенанту и всем его жителям, рано или поздно я бы уступил искушению примените свою магию к тем. кто этому мешает. Уговорить несогласных, убедить колеблющихся, изменить чье-то мнение, пригрозить, использозать подсмотренную в чужом разуме тайну... Для общего блага, понимаете?! - выдохнул он. подавшись к Аластору и отбросив свою неизменную невозмутимость - Я стал бы величайшим королем' Бесприс-растным, справедливым, проницательным и мудрым... Но путь во тьму всегда начинается на стороне света, и шаг за шагом я прошел бы его до конца. - Магистр замолчал не отводя от Аластора горящего взгляда, передернулся и признался с пугающей искренностью: - Не <очу. Чем больше человеку дано сил. тем больше с него спрос. Можете считать меня трусом, но я точно знаю, что не удержался бы от i-скушения применить свою магию там. где вы справляетесь без нее. И поэтому королем дслжны были стать вы. а не я...

- Когда мы узнали тайну Дункана и выслушали причины, по которым он не хочет взять на себя эту ношу, то согласились с ним. - негромко добавила леди Немайн. - Искушение властью знакомо всем Аранвенам. это мы способны понять Выбор претендентов лишь на первый взгляд был большим, на самом деле этого выбора и вовсе не было Сами боги сохранили вас для Дорвенанта. нам ли спорить с ними?

- Денвер и его сообщники тоже ведь хотели лучшего. - задумчиво добавил лорд Ангус. - Они уверили себя, что жаждут справедливости воздаяния за обиды, более справедливого устройства мира Ради этого, по их мнению, стоило преступить законы человеческие и божественные.

- Таков путь Баргота, - вздохнув, подтвердил разумник. - Те. кто отдался под его руку попросту перестают считаться с чем угодно, кроме собственных целей. честь? Сострадание? Милосеоцие? Клятвы? Все это становится не более чем досадными помехами, но так медленно, что несчастные сами едва ли это замечают. А я не хочу такой судьбы! Я хотел бы жить спокойно и счастливо с моей любимой, заботиться о ней и о детях, которых она когда-нибудь мне подарит... Но. говорят, и магистр Морхальт когда-'о любил жену и дочерей И во что превратилась эта любовь? Путь Баргота искажает самые лучшие чувства, обращая их в противоположность. Это касается всего, даже любви" - Он помолчал и добавил с легкой отстраненностью, словно не для Аласторэ. а для самого себя. - Особенно любви... Желание защищать и оберегать так легко превратить в стремление запереть на сотню замков, окружить дюжиной стен, заслонить от любой опасности - и увидеть опасность даже в дуновении ветра и солнечном луче...

- Вы хотите жить спокойно и поэтому признаетесь в коронном преступлении?1 - не выдержгл Аластор. - И связи с Барготом в придачу!

- Пару мгновений Дункан смотрел на него, потом слабо усмехнулся.

- Действительно, звучит бредово - признал он. —1о дело в том, ваше величество, что просто похоронив эту историю, я все равно не смог бы жить спокойно. Такое решение и то, что за ним последует, стало бы огромным шагом в обьятия Баргота прежде я не сознавал этого в полной vepe. но. обнаружив дневники магистра Морхальта. я как в кривом зеркале увидел в них себя - такого, каким могу стать. Такой человек не должен жить

- Дс. - медленно кивнул Аластор. - Да. я понял. И. ни слова оправдания?! - не выдержал он, кляня себя за снова прорвавшуюся в голосе глупую обиду.

- Бывший канцлер чуть заметно поднял брови и покачан головой, а во взгляде Дункана опять мелькнуло понимание и сочувствие.

- Государственная измена может иметь множество причин, порей весьма веских, - мягко ответил зазумник. - Иногда она может стать необходимостью. Но оправданий она иметь не может. Гем более не могут иметь оправданий смерти несчастных людей, погубленных демонами

- Е£инственное. что мы могли и должны были сделать для погибших и выживших - это дать им достойного короля и помочь ему утвердиться не троне, ваше величество, - спокойно сказал лорд Аранвен. - Нам удалось первое и. смею надеяться, второе. Так что мы сочли себя обязанными признаться вам в совершенном преступлении и готовы принять любую кару.

- В надежде на справедливость вашего величества, которая не позволит вам осудить наших близких, невиновных и ничего не знавших о нашем преступлении. - мягко добавила леди Немайн и взяла руку мужа, который молча пожал ее ладонь

- С полным пониманием своей ответственности. - склонил голову Дункан и тут же выпрямился, спокойно и гордо блеснув глазами

- Я вас ненавижу. - устало сказал Аластор. когда затянувшееся молчание стало совершенно невыносимым. - Лучше бы я никогда ничего зтого не знал. Но теперь придется

- решать, верно? И что бы я ни решил - мне потом с этим жить. Лу... - Он запнулся, подумал, что вина точно больше не хочет - сейчас понадобится вся острота разума, на которую он способен. - Свари шамьета. Несладкого и покрепче. - И снова окинул взглядом безмолвно ожидающих его решения заговорщиков. - Я так понимаю, вы должным образом подготовились к любому исходу? Привели в порядок служебные и семейные дела оставили распоряжения и завещания...

- Троица безмолвно склонила головы тут же выпрямившись Лучано. заняв привычное место у жаровни, с величайшей осторожностью манипулировал посудой, не звякая и. кажется, едва дыша, словно от малейшего звука или шевеления воздуха могло случиться непоправимое. Аластор посмотрел на два мажеских перстня, лежащих на столике. О, теперь ему в полной мере был понятен смысл такого жеста Конечно, два сильных мага, один из которых, к тому же. Избранный, и без перстней многое могут, но... они ведь и правда готовы к любому исходу! Признались во всем, сами себя обезоружили и дали понять, что примут кару.. Честные благородные люди... Верные и покорные подданные... Мерзавцы Барготовы^1 В полном смысле этого слова! Ну что ж. хотят его решения - будет решение! Но сначала нужно загнать поглубже невыносимое желание орать и кидаться секирой. Он король, а не берсерк! И поступать нужно как король...

- Он протянул руку и дернул за шнурок, вызывая камердинера

-

- Глава 14. Ноша королей

-

-

- Смотреть на Альса было больно, однако не смотреть - тоже не получалось. Быстро растирая специи - самую чуточку, только смягчить вкус несладкого крепкого шамьета^1 - Лучано искоса поглядывал на друга, словно превратившегося 8 каменную глыбу - жесткие черты хмурого лица, насупленные брови над ледяной голубизной глаз, упрямо сжатые губы. Не человек, а йотун из вольфгардских сказок^1 Чудовище, которое становится камнем под лучами солнца... Лучано очень надеялся, что Альс окаменел не навсегда! 11 если присмотреться... Вон. яростно бьется на виске живая голубая жилка, да и глаза блестят слишком зло и отчаянно, мертвенного равнодушия в них нет'

- Лучано бросил в ступку еще щепоть корицы - теплый мягкий запах, согревающий тело и душу. Пусть разнесется по гостиной напоминая о хороших днях, что видели эти стены. О. конечно, без приказа он не станет добавлять никаких зелий, ни успокоительных, ни для остроты рассудка. Но чуточку разогнать злую стужу, что плещется вокруг, будто волны холодного северного моря - это ведь можно? Пока волны окончательно не сомкнулись над головами...

- Грандсиньор Ангус, - осторожно мурлыкнул Лу, ставя шэнье на жаровню. - Молю о прощении за невежество, но уверены ли вы. что это решение было полностью вашим? О. я скорее откушу себе язык, чем дурно подумаю о грандсиньоре Дункане. - поспешно добавил он. - но ведь среди помощников Денвера был маг разума. И. полагаю, довольно сильный, если Денвер сделал его своим помощником!

- Почему ему пришло это в голову. Лучано и сам не знал, но мысль-то интеоесная! Если заговорщики пошли на преступление под чужим влиянием вдруг это смягчит их вину? Которая, если бы спросили самого Лучано, была не виной, а заслугой!

- Подчинить разум Аранвенов невозможно. - произнес лорд Ангус таким спокойным и обыденным голосом, что Лучано невольно насторожился, да и Альс, кажется заинтересовался.

- Это потому что вы носите амулеты? - уточнил Лучано и торопливо поправился: - То есть артефакты!

- Мы. несомненно, носим артефакты - согласился бывший канцлер. - К примеру, наш фамильный перстень способен определять ложь, а гербовая цепь - скрывать мысли Однако дело не в них. а в родовой особенности. Если ваше величество, пока мы ждем, позволит мне краткий экскурс в историю...

- Он глянул на Альса, тот кивнул и лорд Ангус, глубоко вздохнув, заговорил так размеренно, словно читал по памяти нечто давно известное

- Согласно летописи рода Аранвенов, записанной рукой леди Аран, когда Дорве и его спутники перевалили горы и остановились на границе будущего Дорвенанта, их отряд окружила магическая буря, а затем посреди наспех разбитого лагеря возникли некие существа - числом восемь. Приняв обличье мужчин и женщин, они назвались Благими Богами и предложили Дорве и его людям свое покровительство в обмен на искреннее почитание. Посовещавшись, изгнанники отринули прежнюю веру в зверобогов и согласились на новую за что были щедро одарены Прошу заметить, ваше величество, милорд Фарелл, - подчеркнул Аранвен голосом, - я сейчас говорю не о магии. Точнее, не о магической искре, которая досталась всем поровну а о более... личных наградах.

- Личных? - уточнил Аластор. - Об этом я ничего не знаю.

- Извините, ваше величество. - вздохнул бывший канцлер. - Увы. в юности вас учили как простого дворянина. А это знание, хоть и не относится к числу секретных, все-таки больше принадлежит королевской семье и Трем Дюжинам Да и в них обычно передается от главы рода к наследнику. Хотя известно и тем, кто особенно интересуется историей - вот как Дункан

- Разумник молча склонил голову, и Ангус продолжил:

- Вам, конечно, известен дар Благих самому Дорве? - Теперь уже кивнул Аластор. а Лучано. спохватившись, снял шэнье с огня и принялся процеживать шамьет, решая важнейший вопрос - капнуть ли туда все-таки самую чуточку апельсинового сиропа. - Однако его спутники, как я сказал, тоже не остались обделенными. Каждый в дружине выбрал себе покровителя по сердцу и получил от этого Благого или Благой награду для себя и всех своих потомков. О некоторых дарах вам должно быть известно, ваше величество, просто вы не соотносили их с историей Дорвенанта. Основательрода Бастельеро. например, был ведьмаком, он умел говорить с мертвыми и проклинать живых. Лично присягнув Претемной Госпоже, он попросил для себя и тех своих потомков, что пойдут его путем, неснимаемости проклятий. Да- да, знаменитый дар Бастельеро, которым они столь гордь

- На губах бывшего канцлера появилась и тут же исчезла тень снисходительной улыбки, и Аранвен продолжил:

- А вот лекарь отряда поклялся в верности Милосердной Сестре и попросил у нее знание о том, кто может быть излечен, а кто умрет непременно. От этого лекаря пошел род Мэрли. и целители из их семьи, даже самые юные и необученные, наследуют родовой дар. Были разумеется, и другие. Вольдеринги к примеру, пожелали видеть то, что другие не замечают а Кастельмаро особенно удачливы в поисках, но не любых, а лишь того, что им жизненно важно. В старшей ветви рода Эдалан рождаются лишь мальчики. Логрейны всегда знают наперед погоду... Если желаете, можете запросить у секретаря полный список, чтение любопытное и полезное. Ну а леди Аран. ведунья и одна из немногих женщин в отряде, попросила ясного разума для своих потомков Разума, который никто не сможет замутить или подчинить - Он помолчал и добавил так же ровно: - В летописи не говорится к кому обратилась со своей просьбой Лебединая Дева точнее, эти строки позже были вымараны. Однако ее просьбу исполнили, и любая попытка подчинить разум Аранвенов заканчивается весьма печально для попытавшегося Чуть больше двухсот лет назад это попробовал сделать один разумник. По его словам, он являлся Избранным Баргота. И, очевидно, был уверек что сможет зачаровать главу рода Аранвен, тогдашнего канцлера.

- И... что с ним случилось? - поинтересовался Аластор и уточнил: - С тем разумником?

- Он полностью лишился рассудка, - спокойно ответил лорд Ангус. - Разума в нем осталось не больше, чем в лопухе

- Как-то не сгишком умно для Избранного самого Баргота м? - вставил Лучано. подавая Аластору шамьет. - Получается, синьор нагло врал?

- Или полностью лишился милости своего покровителя. - уронил Дункан. - Кого Баргот хочет наказать, того способен лишить соображения. Во всяком случае, так о нем говорят.

- У Лучано на сзык просилось, что грандсиньор мог бы сам узнать это у патрона, однако момент для подобной шутки был явно не подходящий. Зато с немыслимой яркостью вспыхнуло в памяти видение на холме - вздыбленный конь топчущий копытами демонов, и всадник, что спрыгивает с него и полосует саблей ладонь. Брызги крови, словно тающие в воздухе, яростный взгляд и арлезийские проклятья. Немилости своего покровителя грандсиньор Дункан явно не боялся!

- Так получается. - Аластор хлебнул шамьета и с удивлением глянул в чашку - забыл, наверное что сам велел сварить несладкий и покрепче. - Аран попросила дар у . Баргота' Кто еще может наделить свойством, относящимся к разуму? Баргот или Великий Безликий. Но если бы второй - в летописи это осталось бы... - Леди Немайн склонила голову, едва заметно улыбнувшись, как при удачном ответе старательного ученика. — А потомкам Дорве дар не перешел? У них же были общие дети!

- Но линию Дорве продолжил старший сын. - подсказала леди Аранвен. - А наследство Аран досталось младшему - вместе с именем Аранвенов. Дорв? и Аран - единственная чета, от которой произошли сразу два рода - и каждый одарен по-своему. Да, мы стараемся не говорить, у кого Аран просила милости, но ведь тогда Благих было восемь...

- Альс кивнул, а Лучано снова благоразумно оставил при себе, что дар грандсиньора Баргота полезностью прееосходит если не все дары Благих, то очень многие. Целителю, конечно, распознавать неминуемую смерть пациента - дело полезное, а эт умения видеть скрытое или находить нужное Лучано сам бы не отказался. Но ясный разум .. Синьора Аран знала, что просить! И снова встает вопрос которым Альс наверняка и сам уже задался: если он казнит Аранвенов-старших. то сможет ли доверять их сыну?

- И тут дверь арлезийской гостиной приоткрыласо, пропуская сухопарую фигуру старого камердинера.

- Ваше величество...

- Джастин поклонился, а затем замер посреди гостиной, всем своим видом изображая полную готовность к исполнению приказов.

- «Зачем Альс вообще его позвал? - только сейчас мелькнуло у Лучано в мыслях. - Не за секирами же послать! Бред какой... И не булочек подать к шамьету... Что может рассказать камердинер, пусть и доверенный, но вряд ли посвященный в государственные секреты?»

- И тут же обозвал себя идиотто - тоже мысленно, разумеется.

- Джастин. вы ведь хорошо знали его величество Малкольма? - спросил Альс.

- Ну конечно^1 В планы на женитьбу принцев старика вряд ли посвящали, как и в глубин» опустевшей казны Дорвенанта. зато прежнего короля, прибери его Баргот подальше. Джастин видел ежедневно!

- Альс говорил так осторожно и мягко, что сердце Лучано сладко замерло от удивленного восхищения. Хотя чему тут удивляться давно мог бы привыкнуть, что Альс не похож на других деорян Даже став королем - не похож^1

- В такой момент, когда у него кипит и клокочет внутри тяжелая страшная ярость, от которой самому Лучано достается только слабый отблеск - и. видят Семеро, лучше бы не доставалось и -ого! - он все же находит силы подумать о чувствах старика-камердинера.

- «Нет. - поправил себя Лучано. - Альс не думает нарочно, в том-то и дело, он просто не может иначе!»

- Джастин моргнул и как-то сразу постарел еще сильнее.

- Я ведь всю жизнь при нем был. - ответил он потерявшим всякие краски, странно надтреснутым голосом - Как его покойное величество детские платьица на штанишки сменили, так меня к нему и приставили. Мне то_да восемнадцать сравнялось... Такая великая честь' Сам прежний королевский камердинер, сударь Томас, меня в пажах приметил сам выучил, а потом за мепя поручился. Три года его овюочестоу Молколвму тогда было... Хсрсшенький такой мальчик, резвый...

- Он поднес к морщинистому лицу руку в безупречно белой перчатке, смахнул слезинку и как будто посмотрел куда-то вдаль, мимо Аластора. сквоз» обтянутую золотистым узорчатым шелком стену арлезийской гостиной Так словно видел перед собой того самого мальчика, о котором говорил. Маленького милого принца навсегда оставшегося в памяти единственного человека..

- «А ведь не такой он еще и старик. — мельком подумал Лучано. - Мастер Ларци. пожалуй, ему ровесник, а выглядит куда свежее... Похоже, клятая семейка прежних Дорвеннов пила силы из всех, кто их окружал, похлеще упырей...»

- Джастин. - осторожно продолжил Аластор. - Я знаю, вы любили короля Малкольма. Может быть, вы помните его последний совет? Не сам совет, - тут же поправился он - Вечер накануне.

- Старый камердинер моргнул, и его руки задрожали.

- Помню, ваше величество. - сказал Джастин тоже дрогнувшим голосом. - К его величеству приходил лорд Аранвен... - Он отвесил почтительный поклон в сторону бывшего канцлера, и 101 oibciwi кивком. — Ею свеинхль Aniyo принес бумши, npjoui ею величесшо ознакомиться с ними, но его величество был... не совсем здоров. - пояснил он. замявшись, и Аластор понимающе кивнул, а Лучано для себя перевел: «не совсем здоров* - то есть попросту страдал с похмелья или был пьян' - Лорд Аранвен умолял его величество быть...

- Трезвым. - подсказал Аластор. видя, что старик попросту не в силах сказать именно это - А что же король?

- Его величество Малкольм приказал подать карвейна. - прошептал Джастин, опустив глаза. — И выпил его на глазах у канцлера Сказал, что никто не смеет указывать королю, когда пить. И велел подать еще бутылку... Простите, ваше величество.

- Понятно - процедил Аластор в наступившей тишине. - Идите... Впрочем, нет, погодите^1 Джастин, а принцы Kpиспин и Кристиан., чем они обычно занимались?

- Камердинер опять заморгал.

- Обычно... - повторил он растерянно. - Его высочество Криспин очень любил в мяч играть. Для него в саду особые корзины развесили Игра такая фраганская. знаете... Вот его высочество свободных от дежурства фрейлин приглашал гулять и велел, чтобы они между собой соревновались, кто лучше мяч в корзинку закинет. А он потом победительницу целовал в ндгряду Или сам г. ними мячиком перекидывался. На пони катались, корябпики в садовом фонтане запускали... Тоже на поцелуи - фрейлины, изволите знать, вокруг фонтана бегали и на кораблики веером махали, у которой первым доплывет...

- «Какая дивная забава^1 - восхитился Лучано. - Стайка хорошеньких девиц носится по саду, кидая мячики и размахивая веерами^1 Щеки горят, глазки блестят, прелести колышутся даже под целомудренными дорвенантскими нарядами... И даже если благородных синьорин строгая матушка не позволяет валять в дворцовых кустах, то можно ведь, насмотревшись на них. отправиться к доступным красоткам из прислуги. Его высочество знал толк в развлечениях! Как мужчина я Кристана понимаю и даже ему завидую, но как друг Альса зная сколько времени он проводит за делами... А ведь тоже мог бы играть с фрейлинами в кораблики...»

- Я понял. - бросил Аластор. - Прекрасное времяпровождение - И не удержался от язвительного тона, будто подслушав мысли Лучано. - Позавидовать можно' А делом он занимался? Бумаги там. Королевский Совет...

- От бумаг у его высочества голова болела, - вздохнул Джастин так смиренно, что знай его Лучано похуже - заподозрил бы изысканную издевку, а так вполне поверил, что бесконечная любовь к подопечным застила камердинеру глаза. - Лейб-лекарь ему капли прописывал и советовал побольше гулять на свежем воздухе. Вот его вьсочество Криспин и гулял... Иногда еще тргнировался вместе с его высочеством Кристианом тот каждый день с фехтмейстером занимался. Прежним конечно, не нынешним... А потом его высочество Кристиан в город частенько ездил - на прогулки.

- Ему тоже лекарь советовал''

- Яда в голосе Аластора было столько, что Лучано испугался - как бы в шамьет не капнуло! Камердинер потугил взгляд, и Альс тут же сменил гнев на милость, смягчив тон

- Хорошо, я понимаю. А на Советы они хоть иногда ходили'' Ну должны ведь были!

- Его высочество Криспин ходил... - отозвался Джастин наморщив лоб з явной попытке припомнить столь выдающееся событие. - Королева очень просила, помнится... Да. раза три ходил... или четыре.. Обычно к именинам ее величества, чтоб ее не расстраивать...

- Грандиозо' - выдохнул Альс, и Лучано вздрогнул, услышав из его уст собственное словечко да еще с теми же самыми интонациями - Целых четыре раза?! Просто великолепно! Хорошо. Джастин, идите. И позовите... Впрочем, нет, не стоит.

- Когда камердинер, поклонившись, вышел, тщательно закрыв га собой дверь. Аластор закрыл глаза и перу минут просидел в полном молчании. Лучано с тэевогой смотрел, как все сильнее пульсирует под светлой кожей на виске тонкая голубая жилка Потом чувства Альса, которые до этогс ощущались как близкая гроза, немного притихли, перестали отзываться будоражащей смесью красок, звуков, запахов и ощущений Лучано догадался, что друг сейчас применяет приемы, которые им обоим показал Дункан, и покосился на разумника.

- Тот сидел с непроницаемым выражением лица, как и Аранвены, но в темных глазах тлели огоньки то ли трееоги. то ли просто напряженного ожидания.

- Я хотел еще позвать и расспросить кого-нибудь из гвардейцев. - устало сказал Аластор. - Но. пожалуй, не буду. Услышанного вполне достаточно. Не думайте, что я вам не верю, просто... Благие Семеро, да я просто не мог согласиться с этим^1

- Он стукнул кулаком по столу, и опустевшая чашка, та самая, привезенная Лучано в подарок вместе с оплаченным кредитом подпрыгнула, жалобно звякнув Альс глянул на нее так, словно хотел взять - и запустить в стену. Но сдержался, хотя уж за это Лучано его даже мысленно никогда бы не угрекнул. Что чашка? Пустяк! Если позволит хоть немного стравить пар из плотно закрытого котла бурлящих чувств...

- Лорд Ангус, сколько лет вы прослужили канцлером при... короле Малксльме? - Имя родного отца Альс произнес с отвращением. - И сколько - у короля Кристуса?

- Девятнадцать лет при его величестве Кристусе и двадцать два при его величестве Малкольме, - последовал бесстрастный ответ

- Лучано чуть не охнул Сколько?! Целая жизнь' И после стольких лет безупречной службы грандсиньор бестрепетно готовится ззойти на плаху''! Неужели у Альсэ язык повернется и рука поднимется?!

- Сорок один год - подытожил Аластор - За тяжкие преступления осуждают на двадцать пять лет каторги...

- Лучано промолчал, что <аторга бывает и бессрочной. Хотя даже двадцать пять лет - это просто растянутый во времени смертный приговор, потому что столько на каторге прожить невозможно. Сам не сдохнешь немыслимой милостью богов - охрана поможет, когда придет срок выходить на волю. Каторга - это всегда путешествие в один конец - прямиком в Сэдь Претемной или котлы Баргота Но сейчас речь не об этом. Ему показалось, что он понимает, на что намекает Альс, и сердце пропустило удар в томительно-тревожном и сладком ожидании

- Я видел, как вы работали, - тяжело и мрачно, словно вынося приговор, продолжил Аластор. - Как рано являлись во дзорец и как поздно его покидали Сколько успезали сделать, жертвуя здоровьем и самоР жизнью. Милорд Ангус, услышав причины, которые толкнули вас на заговор, я не могу и не >очу ссудить вас на смерть, а каторгу вы давно отбыли, причем с такой пользой для Дорвенанта, что мне следует вас награждать, а не наказывать. Я... - Он запнулся, подбирая слова, ко упрямо заговорил опять: - Я знаю, что должен решить иначе Королевская кровь священна... Но и король должен исполнять святые обязанности, назначенные ему богами v людьми Если самое лучшее и полезное животное заболевает бешенством, его приходится убить, как бы ни было жаль. Если человек преступает законы, его судят и наказывают Но кто может осудить короля^9 Короля, который забыл о долге вверг подданных в нищету, а земли - в запустение? Человеческого суда для него нет. а божественного еще дождись...

- Он горько усмехнулся, ззял чашку и сжал ее в огромных ладонях, как будто собирался раздавить хрупкий фарфор.

- «Не порезался бы! - вскинулся Лучано. - И не отобрать же ..»

- Знаете, милорд. - так же мучительно тяжело продолжил Альс. - Когда-то я думал, что короли - особые люди, стоящие выше всего... А потом сам надел корону и понял очень мно-ое И узнал. Про Риккарди. которые продают своих дочерей как залог успешной торговли, и Пьячченцца, которые не гнушаются приворотами и убийствами Про Джанталья которые свели свой род в могилу излишествами и непотребным поведением Про Фрагану, где канделябр за семейным ужином - единственное средство спасти и страну, измученную войной, и принцессу, которую родной отец готов отдать в жены чудовищу. Флоризель. кстати, стал мне другом, и когда я услышал его историю, я его не осудил... А сегодня я узнал многое про Дорвеннов. которым присягал, которых считал если не благодетелями своей родины, то хотя бы мудрыми рачительными хозяевами... И если скажу, что уверен в своей правоте, я совру. Но вот что я понял - иногда полной правоты просто не бывает. И каждый сам решает, на какую правоту он согласен По совести или по закону?

- Он снова смолк, в гостиной стояла завораживающая тишина, и Лучано боялся дышать, чтобы не нарушить ее. Только смотрел на Апастора и снова, уже в который раз. понимал за что любит этого человека, почему присягнул ему и намерен служить всю жизнь, считая это высшим счастьем.

- - Вы. конечно, помните какую шутку я сыграл с приговором егерям - вздохнуз опять заговорил Аластор. - Дело было серьезное но закончилось... даже весело, пожалуй. Как зыкрутился в истории с Лионелем Саграссом.. Это было не очень просто придумать, но легко и забавно выполнить - как на столбиках плясать во время урока фехтования. Маленькие испытания для того, кто вчера стал королем. Как шаги к чему-то большему. Потом умерла Беатрис, моя жена совершившая немало преступлений. Но я ее любил, а виновны в ее смерти оказались мой лучший друг и. не зраг, но близко к тому. И снова мне пришлось решать и выбирать. Я думал, это был сложный выбор^1 Но боги любят посмеяться над теми, кто считает их уроки слишком тяжелыми Всегда бывает сложнее^1 Вот - этот день настал И я снова не хочу делать выбор, которого требует закон, не хочу слушать свой разум, потому что сердце говорит громче. А оно твердит, что вы были правы! Малкольму Дорвенну следовало помнить, что Дорвенант ему не подарили, как дешевую ярмарочную игрушку, что не жаль сломать или забросить! Дорвенант ему доверили! А этс совсем другой долг... Ему следовало лучше воспитывать сыновей, раз уж сам он не хотел править. Или хотя бы постараться сделать так, чтобы их смогли воспитать другие люди. Я же знал принца Криспина Пусть несколько минут но знал^1 Он показался мне славным... Слишком легким, может быть, но любезным и веселым... Только что толку от зеселости принца крестьянам, у которых в полях мокнет или вымерзает урожай? Или горожанам на Северной окраине, где лошади по брюхо тонут в грязи? Или даже лордам, которые грабят купцов, чтобы заплатить налоги, а кто не платит того не осуждают, но завидуют... Принцы не совершили ничего страшного, ничего непростительного? Это как посмотреть! И я сейчас не про обесчещенных фрейлин или избитых пажей говорю, понимаете? П про то, что им простили бы осс ото, будь они хороши о том. для чего судьба их предназначила - в управлении страной. Да если бы они хоть попытались! Двадцать с лишним лет вы служили Малкольму^1 И пусть он не сразу стал таким, не вы же годами пытались вытащить этого борова из болота пьянства и лености! Просили, умоляпи. уговаривали... Знаете, пока вы рассказывали, у меня мелькнула мысль - а что, если ваш сын когда-нибудь сочтет, что я - слишком плохой король? И что Дорвенанту будет лучше без меня? А потом я подумал, что если позволю себе такое... Если годами стану губить свою страну и подданных, если превращу наследников 8 свое омерзительное подобие... Значит, я заслуж/ любую судьбу которую мне отмерят люди, знающие свой долг И надеюсь, что они этот долг исполнят, как исполнили зы!

- Он выдохнул и замер, по-прежнему сжимая в ладонях фарфоровую чашку, расписанную сине-голубыми бегущими лошадьми. Лучано с трудом оторвал взгляд от лица Альса, перевел его на заговорщиков и поразился: три пары глаз сияли, слоено через них наружу рвался огонь, рожденный в сердце. Так. словно этим троим не просто объявили полное помилование, но и наградили чем-то потрясающе желанным^1

- «Они видят, ради чего совершили все э_о. - понял Лучано. - Кого посадили на трон. Человека, который способен понять их! И пойти дальше путем, на который они его направили.

- Пожалуй, даже если бы Аластор велел их казнить, они бы приняли его приговор и умерли... не счастливыми, нет, но спокойными за Дорвенант».

- Зы отбыли свою каторгу заранее \илорд Ангус, - устало закончил Аластор. - И мне бы стоило наградить вас за верность долгу и стране, но я зряд ли смогу это сделать, уж простите Не потому, что не ценю ваш риск и самоотверженность, а потому что мне слишком больно сейчас. От этого всего...

- Он поставил чашку на стол, не прекращая смотреть прямо в лицо бывшему канцлеру.

- Ваш сын останется на посту Я верю, что он не был посвящен в заговор, но если бь даже знал... Он — Аранвен, а н iсмерь куда лучше иинимаги ми какие Аранвены и чю они знача! дли Дорвеннов. Они - не слуги короны, а ее стражи. Стражам иногда приходится убивать, такая уж у них служба. Я... постараюсь всегда помнить об этом и научить этому своих детей, если боги мне их пошлют Что касается вас. милорд.. Я приказываю вам забыть случившееся Навсегда Не вспоминать об этом и не напоминать мне. Унесите эту тайну в Претемные Сады, когда придет заш срок, и если Благие Семеро пожелают наказать вас... Надеюсь, они сначала призовут на суд короля Малкольма с сыновьями И не обвинителями, а ответчиками!

- Несколько ударов сердца в гостиноР снова было тихо, потом заговорила грандсиньора Аранвен:

- А что вы скажете о моей вине ваше величество? Должна ли я передать должность королевского некроманта кому-то, более достойному доверия?

- Более достойному? - невесело усмехнулся Альс. - Я помню, кто накрыл меня щитом, когда принцесса Лоренца бросила проклятие. Вы. ваш сын и ваш ученик. И кого более достойного я могу найти на эту должность? Такого кому смогу доверить не только свою жизнь, но и свой рассудок, и свою семью? К тому же вы сами просили о возможности разделить судьбу супруга. И я совершенно с этим согласен. Его помилование - и ваше помилование тоже. Иначе и быть не может Разумеется, вам также следует молчать об этой истории - пожизненно

- Лучано. который весь разговор был напряжен как арбалетная пружина, выдохнул, радуясь, что до него здесь никому нет дела. Он как служка за сценой, на которой гремит финал трагедии. Падают пронзенные кинжалом герои кого-то милуют, а кого-то казнят, кому-то признаются в любви или отвергают, а его дело - вовремя подавать реквизит и дергать за веревку, опуская и поднимая занавес. И смотреть, слушать, думать... Гореть сердцем вместе с Альсом, пытаясь хоть немного облегчить его ношу и чувствуя его боль, как свою собственную! Ведь ничего еще не кончилось' Альс помиловал только грандсиньоров Аранвеноз...

- Что касается вас. милорд магистр, - повернулся к разумнику Аластор, и Лучано снова подобрался, расслышав холодок в его тоне и оценив этикетное обращение. - Наказывать вас за участие в заговоре бессмысленно. Вы сказали, что виновны в несчастьях, которые причинил Разлом. Однако вы. как и чета Аранвгнов пытались предотвратить их. Возможно, это следовало сделать иначе. Меньшей кровью, меньшими жертвами. Но я сказал это о лорде Бастельеро и повторю снова: вы делали то, что могли, и не тем. кто ничего не сделал, судить вас.

- Но вы как раз делали, ваше величество. - негромко отозвался разумник. - И вы - вправе судить.

- А вам непременно хочется быть наказанным? - опять нахмурился Аластор - Не скажу, что я в восторге от ваших решений Брать корону я не хотел, я бы лучше прожил свою жизнь лордом Вальдероном чем королем Дорвенном. И за то, что зы уступили мне трон, благодарностей не ждите. Но все явные или мнимые грехи, которые касаются Разлома вам прощены. Потому что я там был. И я имею право их прощать Больше мы к этому не вернемся, такова моя воля.

- Дункан медленно склонил голову, и Лучано заметил, что у разумника на виске тоже бьется жилка, но только под смуглой кожей. Боги они даже в этом удивительно похожи' И как можно было не замечать столь очевидного?1 Но он ведь всегда видел это сходство, еще в купальне на арлезийской вечеринке... Видел, но отбрасывал увиденное как нелепость, потому что такого просто не может быть А теперь - в глаза лезет^1

- И у нас остается всего один вопрос, - так же мрачно продолжил Альс. - Магистр... Я все же хочу уточнить что такое этот путь Баргота если вы предпочитаете ему путь на плаху? Кроме того, что это потеря чести и милосердия. - добавил он через мгнозение.

- Избранный - глаза. уши и руки божества. - негромко ответил Роверстан. - Это верно для любого из Семи Благих., но не для Баргота. Избранный моего ратгопа.. - Альс недоуменно приподнял брови, услышав незнакомое слово, а Лучано невольно кивнул - грандсиньор Баргот явно не приходится своему Избранному ни наставником, ни господином, да и «покровитель» не совсем то слово. - Его Избранный может распоряжаться собой так же, как обычный маг, не одаренный.... особой милостью божества И сохраняет полную свободу воли, но только до тех пор. пока в стенах ограждающих его душу, нет даже крохотной щели. Стоит ей появиться, и Баргот станет полным хэзяином как разума Избранного, так и его действий

- И... что тогда останется от самого человека? - растерялся Лучано до такой степени, что произнес это вслух.

- Оболочка. - бросил магистр. - И,разумеется, послушный инструмент, совершенный и отточенный тем лучше чем больше сил вложил в него Баргот Я... много лет избегал этого пути и тем более не желаю зстать на него теперь, зная, что творил Морхальт не просто во славу Баргота но по его прямому распоряжению. Да, я не успел рассказать, что мы с леди Айлин нашли этот журнал в -айной лаборатории ее деда. Той. которую я искал все это время, и которая открылась леди Айлин по праву происхождения. И знаете. Когда я читал эти записи, то понимал, что мог бы встать на ту же дорогу, что и Морхальт - при иных условиях, конечно. Не ради власти или корысти, а ради чистого знания, которое я. как разумник, ценю неизмеримо. О, Баргот находит свой ключ к любой душе! С детства я знал, что он всегда рядом, что следит за каждым моим шагом, выжидая нужного момента Быть его Избранным - как идти по канату над пропастью. Любой грех, который другой человек может исправить, искупить или смыть раскаянием, для меня был смертельно опасен! Как бы объяснить...

- Он помолчал, вздохнул и продолжил:

- Когда я играл з карты, то знал, что мне нельзя плутовать, а грань между чтением чужих лиц. доступным любому опытному игроку, и проникновением в чужой разум - очень тонка* Это помогло мне отточить постоянный контроле собственных мыслей и воли до степени, которую вряд ли достигли другие маги моей гильдии... Я много лет оценивал свои поступки самой строгой мерой, на какую был способен - и. признаюсь честно, это велел мне страх. Ужас перед участью куклы, пусть и божественной. И когда я прочел дневник Морхальта, то ясно увидел крутую лестницу, по которой гениальный ученый, алчущий знания, спускался во тьму Когда Морхальт оказался у пределов человеческих возможностей, он, чтобы их преодолеть призвал Баргота и отдал ему себя з полную власть. А ведь у него, одаренного Милосердной Сестрой, была защита' Его Баргот не мог подчинить без воли самого Морхальта! Мне же этой защиты изначально не досталось...

- Его лицо болезненно исказилось, во взглядах четы Аранвенов мелькнуло то ли отвращение, то ли сочувствие, и Лучано тоже содрогнулся. Какая., немыслимая мерзость' И как страшно жить, когда где-то внутри словно прячется крохотная колба с жутким ядом! Малейшее неосторожное движение - тонкое стекло хрупнет, и отрава потечет в кровь, превращая ее в свое подобие... Да это хуже, чем участь грандмастера. точно знающего, что однажды ученик подаст ему чашу яда! Ученики, по крайней мере, обычно дарят мастерам легкую смерть!

- Несколько дней назад - помолчав, добавил Роверстан, и даже его глаза застыли, как два черных камня. - Баргот приказал мне убить Грегора Бастельеро. И я., почти подчинился. Представляете, каким ужасом это меня наполнило? Я увидел ту трещину, через которую Баргот почти смог до меня добраться Ею стало не мое преступление, но молчание о нем Молчание, дающее мне полную безнаказанность А из дневников магистра Морхальта я узнал, что эксперименты, которые он ставил, по-прежнему не окончены, и Баргот заинтересован в их продолжении . Теперь представьте, что могло случиться, если бы он заполучил меня - далеко не самого слабого и весьма сведущего в медицине мага. Не слишком ли высокая цена за молчание, которое могло спасти мне жизнь, но не душу?

- -Страшно. - мысленно согласился Лучано - Я бы и сам испугался подобного. Одно дело - убить соперника или попросту врага, не говоря уже о заказе Но по собственной воле, а еще лучше - по желанию, полностью осознавая, что делаешь. И совсем другое - подчиняться чужой руке, в точности, как балаганная кукла И все же. да простит меня грандсиньор Дункан, кажется мне. что было что-то еще., что-то важное, прозвучавшее в этом же разговоре, но прошедшее почти незамеченным среди прочего... Думай, Фортунато, что же ты пропустил?»

- Постаравшись отогнать посторонние мысли, Лучано сосредоточился так, словно ему предстояло варить сложнейший антидот, причем уже выпив яд. Ну же!

- Дневники магистра Морхальта' Дункан ни слова не сказал, что именно творил дед синьсринь Да. эксперименты бывают еще какими жуткими - кому, как не ученику самого Ларци Смерть-с-улыбкой это знать? Но Морхальт был целителем, что такого он мог сотворить, что человек много лет спорящий с Барготом, говорит об этом с ужасом? И... чем это может обернуться для синьорины, если вдруг выплывет на свет^71

- ■Грандсиньор! - мысленно позвал Лучано. - Что вы увидели в тех записях? Не знаю, стоит ли это знать Альсу, но я должен непременно! Хотя бы на всякий случай, вдруг хвостик этой тайны мелькнет где-то еще?*

- Он изо всех сил постарался не думать, что судьба разумника еще не решена, и может случиться так. что Дункан уже не сможет защищать Айлин, как прежде... Но тень этой мысли все-таки предательски проскользнула следом. Что ж. он действительно спрашивает не ради себя^1

- Неподвижное лицо магистра не дрогнуло и на этот раз, и целое мгновение мучительной тишины Лучано думал, что не получит ответа...

- Но почти тут же перед его глазами встали плотные желтоватые страницы, заполненные мелким, но вполне разборчивым почерком.

- Список зелий? Точно, длинный список вытяжек из трав какие часто доводилось готовить самому Лучано - кроветворные, для восстановления сил надо же. даже тинктура Лабиозо! Сильнейшее из известных болеутоляющих — но предназначенное отнюдь не только для исцеления. Тинктура Лабиозо убивает саму возможность чувствовать боль - и открывает дорогу к Претемным Садам всего за два месяца постоянного приема, причем все это время клиент проведет в блаженных грезах.. И кому же давали эти зелья?

- ^Объект женщина, бродяжка восемнадцати лет. здорова Срок беременности - шесть месяцев Вскрытие проведено на двадцать четвертой неделе, разрез матки накрыт силовым щитом. Жизнь объекта и плода поддерживается ежесуточным вливанием вытяжки синемрачника.

- ...Двадцать пятая неделя. Объект впал в забытье, питательный раствор приходится давать знутривенно. плод развивается благополучно, зелье по рецепту Повелителя ускоряет развитие плода а полтора раза

- Двадцать шестая неделя объект приходит 8 себя на краткие промежутки времени от десяти минут до часа, демонстрирует признаки безумия. Следует повысить дозу .Ткача сновидений" до максимально возможной Плод обнаруживает признаки закладывания каналов.

- Двадцать седьмая неделя, плод обнаруживает полную нежизнеспособность. Объект подлежит устранению.

- Позелитело говорит, что требуется принципиально иной подход...»

- Каждая запись сопровождалась схематичным рисунком разверстого женского чрева и того, что находилось внутри, о чем Лучано изо всех сил постарался не думать, как о ребенке.

- Записи... записи... записи.

- У него потемнело в глазах, и лишь тогда листы проклятого дневника растаяли перед внутренним взором но Лучано, едва устояв на ногах, понял, что исчезли они только из прямой видимости, а в памяти остались так четко словно их вырезали скальпелем по живой плоти. И уже никуда оттуда не денутся

- «Дерьмо Барготово... - проговорил он про себя с лютым тошнотворным ужасом. - Он же был целителем! Целителем, в котлы его душу... Ладно - Шипы! Кишкорезы и отравители, отребье, недостойное милости Благих за свои дела... Мы и не прикидЭ1ваемся чем-то лучшим! Я сам ассистировал мастеру Ларци. когда он испытывал отраву на ублюдках с городского дна Вел записи, когда подопытные умирали в мучениях, потом вскрывал тела, чтобы описать последствия, и считал это всего лишь экспериментом... Но я Шип! Я - приютский подкидыш, выращенный 1 ильдлсй ради obuciu ремесла, не знавший ничеш rtpyiuiu! А он — целитель, получивший искру лично от Милосердной Сестры^1 Благородный синьор, которого никто не мог принудить к такому' Он помогал детям появиться на свет, спасал рохениц... И этими же руками творил непредставимые гнусности с другими женщинами и детьми! Как это вообще возможно?! Должно же быть в мире хоть что-то святое?!»

- «Как хорошо, что я - бог нарушения правил...- - вспомнился ем/ голос веселого травника, встреченного посреди звенящего от сухости разнотравья. Плетеная корзина, полная лаванды, дивный запах от бледной тонкой кожи и светлых, будто выгоревших на солнце волос... Узкие, то ли весело, то ли просто иронично изогнутые губы, высокие скулы, глаза цвета чистой весенней зелени... совсем как у синьорины... И аромат' Сначала - божестеечно дивный, упоительный, пахнущий свободой, счастьем и вдохновением... А потом, стоило принюхаться, отдающий темным жаром кровью, железом «Прости, мальчик, но подмастерье мне пока не нужен. На твое счастье, не сомневайся».

- "Так вот каков путь, которого боится грандсиньор, — подумал Лучано. которому посреди теплого летнего дня вдруг стало холодно, как на дне полыньи. - Полная свобода - и ее отражение, такая же полная вседозволенность. Жуть какая...»

- Дункан еще миг смотрел но пего, слогию читоя мысли а может, и читал! смог же показать страницы дневника даже без перстня! - а потом отвернулся к спять заговорившему Аластору. И лишь тогда Лучано. вздрогнув от неожиданности, понял, что их можаливый обмен занял едва ли несколько мгновений.

- »* *

- Между Лучано и Дунканом явно что-то происходило, слишком долго и напряженно они смотрели друг другу в глаза, а потом Лучано передернулся, эта невидимая связь распалась, но Аластору показалосэ. что от Лу словно повеяло холодом. Он выглядел... напуганным?

- «Ладно, потом спрошу. - решил Аластор. - Наверняка это важно, однако если Лучано молчит, значит, у него есть на это причина».

- Что ж кажется, я понял достаточно - сказал он. опять встречаясь взглядом с разумником. - Осталось решить, что же с вами все-таки делать Избранный Баргота - магистр гильдии, советник короля, а в будущем, кто знает, и Архимаг...

- Вот к этому я точно никогда не стремился, ваше величество, - поспешно возразил Дункан. - Именно по указанной вами причине Или, если желаете, по той же самой, по которой Дарра Аранвен не годится, чтобы стать королем. Слишком много власти, слишком большое искушение. Ни корона, ни Звезда Архимага не должны были попасть в мои руки. А что касается советов королю... Разве они хоть раз были непрошеными?

- Нет - хмуро бросил Аластор. - И плохими - тоже Но вы опасны, магистр. И понимаете это даже лучше меня.

- Разумник склонил голову, а наступившее молчание прервал голос Лучано.

- При всем уважении, монсиньор, - тихо и очень почтительно сказал он. - в этой комнате нет безопасных людей. Включая, разумеется, вас. Безопесных людей вообще не бывает, иной раз от глупой служаночки вреда больше, чем от пылкого рубаки, а десятилетний мальчишка может быть опаснее матерого убийцы.

- Аластор обвел взглядом комнату. Бывший канцлер, знающий столько тайн, что можно наверное, довести до плахи и каторги половину Трех Дюжин. Опытная некромантка, способная погубить одного короля, чтобы возвести на трон другого - а потом преданно защищать его от проклятий Но кто может защитить от проклятия тот и наложить его способен так же легко. Старший мастер Шип. умелец ножа и ядов. Сколько там Лу знает способов отравить перчатки? Вроде бз как-то хвалился, что целую дюжину^1 И из рук этого человека он каждый день берет шамьет.. Следует признать, что причислив его. Аластора. < этой компании. Лучано ему изрядно польстил^1 А Избранный Баргота и впрямь кажется в сравнении не таким уж страшным. Ну. Избранный.. Ну, Баргота... Морхальт, вон. целителем был! Денвер - некромантом.

- И ведь ни слова не скажет в свое оправдание или защиту! Мерзавец!

- Вы сказали что едва не поддались своему... покровителю. - сказал Аластор. по приоычкс прогооориооя ослух мысли, чтобы упорядочить их. еще роз посмотреть кок бы со стороны - Кстати, чем ему так досадил Бастельеро''

- Своим отношением ко мне. - роено сообщил разумник. - Лорд Бастельеро считает меня личным врагом еще со времен учебы в Академии, а в последнее время у него пожалуй, наконец-то появились причины для этого. В противостоянии уязвимы мы оба, но если Избранные Претемной Госпожи появляются сравнительно часто, то Избранные Баргота и вправду очен» редки. Полагаю. Баргот опасается, что моя смерть от рук Бастельеро лишит его всяких шансов осуществить собственные планы Неважно, что я никак не поддаюсь его влиянию и намерен не поддаваться впредь. Пока я жив - эн может пытаться

- Надо же, никто не любит Бастельеро, даже Баргот, - буркнул Аластор - Не думал что в чем-нибудь соглашусь с Падшим, ко . с вашей враждой и вправду пора что-то делать. Надеюсь, милордь Аранвены и Эддерли об этом позаботятся... Ладно, это тоже понятно. Вы противостояли Барготу много лет. И есть немалая вероятность, что сможете делать это дальше. Но есть и другая вероятность... Маг вашей силы, как вы правильно заметили, поддавшись Барготу, натворит страшных вещей. Ровно так же. как любой человек, независимо от цвета искры или вообще наличия дара.

- Совершенно верно, заше величество. - снова склонил голову Дункан с безупречной спокойной учтивостью.

- Нельзя судить человека за то. чего он еще не сделал. - с глухим тяжелым гневом сказал Аластор. - Да, я знаю, что к Избранным Баргота это не относится. Их убивают как бешеную собаку, которая еще не успела никого укусить, но смертельно опасна одним своим появлением среди людей Но вы - не тварь неразумная' У вас есть разум, душа честь... Вы много лет ведете в одиночку войну, которую мне даже представить трудно. И страшно, если уж начистоту Казнить вас только потому, что вы можете проиграть, это... как сравнять с землей крепость, чтобы враг ее не взял! Несправедливо и... подло.

- Он вздохнул, чувствуя, как все внутри противится решению, которого требуют осторожность, традиции, законы... Все. кроме сердца!

- Какое бы решение вы ни приняли. — тихо ответил Дункан. - я благодарю вас, ваше величество. И считаю честью знакомство с вами.

- Знакомство? - усмехнулся Аластор. - Кстати, да... - Он обвел взглядом комнату и людей напротив. Таких знакомых и понятных, как он был свято уверен еще сегодня утром Встретился глазами с каждым из них. Подумал еще немного... - Скажите, магистр, а там на холме, чем вы рисковали, пытаясь взломать Разлом и вытащить Айлин. Вы говорили что Баргот способен лишить неугодных способности рассуждать...

- Он - повелитель разума, - бесстрастно подтвердил Дункан. - Так что может наслать безумие или попросту лишить здравомыслия

- И все-таки рискнули?

- Магистр молча развел руками, а Аластор вспомнил, как рассказывал об этом Лучано. Кровь, ругательства И бешеный нрав Дорвеннов, который вряд ли стал спокойнее, разбавленный горячей арлезийской кровью. Дункан Роверстан пошел против самого Баргота. хотя мог лишиться рассудка - самое меньшее! И три человека, тоже бросивших зызов Падшему, остались живы

- Я решил. - кивнул Аластор — Будь мы в суде обвинение и защита привели бы равное количество доводов пожалуй. Как король я обязан приказать арестовать вас, подвергнуть дознанию и осудить на казнь Как человек... я верю, что вь способны выиграть свою войну, магистр. И все-таки... наверное, мне пришлось бы уступить осторожности, но... Вальдероны платят свои долги. И я надеюсь, что Дорвенны - хотя бы в моем лице! - тоже Я сохраню вашу тайну и требую того же от всех, кто здесь присутствует. В обмен я прошу, магистр, вашего доверия. Если вь; почувствуете, что можете уступить... что готовы поддаться и проиграть битву за свою душу...

- Я приду к вам, ваше величество. - склонил голову разумник. - И либо попрошу о помощи, если она еще будет возможна, либо тоже попрошу. Например, какое-нибудь средство из богатого арсенала нашего друга Лучано. Думаю у него найдется что-нибудь на крайний случай...

- Ом не спрашивал а говорил с полной уверенностью, и Лучано тоже кивнул.

- Не сомневайтесь, грандсиньор. - сказал он твердо - Дорога к Садам будет быстрой, легкой и приятной. Сделаю как для себя

- На том и порешим. - бросил Аластор. - Разумеется, от обязанностей советника я Бас не освобождаю, даже не надейтесь. Раз уж вы меня во все это втравили, вам и быть рядом.

- Он встал, и трое, сидевшие перед ним. быстро поднялись из кресел, а Лучано отодвинулся от подоконника, на который опирался.

- Клянитесь. - велел Аластор - Кровью, даром дворянской честью. Тем, что свято для зас. чем бы это ни было. И я тоже клянусь То, что было сказано в этой комнате, не должно выйти за ее стены.

- Клянусь! - первым отозвался Лучано.

- Клянусь... клянусь... клянусь... - повторили за ним остальные.

- Тогда я вас больше не задерживаю. - сказал Аластор и с томительным предвкушением подумал, что вот теперь, когда они с Лу вот-вот останутся наедине, он попросит Лучано сварить еще шамьета. Такого же крепкого, но сладкого-пресладкого! Выпьет... выдохнет... подумает обо всем этом спокойно...

- Аранвены, один - поклонившись, вторая - сделав глубокий реверанс - зышли из гостиной. Дункан, тоже отвесив почтительный поклон, вроде бы последовал за ними, но у самой двери обернулся.

- Ваше зеличествс. - спросил он. - могу я задать один вопрос?

- Аластор кивнул.

- Вы сказали, что Дорзенны... простите, что Вальдероны платят свои долги. Это и перевесило чашу весов в мою пользу? Ваша... благодарность''

- Моток ниток - угрюмо то ли уточнил, то ли поправил Аластор. - За который вы отказались принять королевскую награду Ну что ж. считайте, что я зам ее все-таки всучил силой. Вместе с моим доверием и надеждой, что мы все об этом не пожалеем

- Магистр снова поклонился, так же почтительно - и Аластора на миг больно кольнуло, что это явно был поклон подданного, а не друга - и вышел Дверь закрылась, и Аластор выдохнул

- как ему и мечталось. И даже не стал ничем швыряться в стену, хотя очень хотелось^1

- Барготов денек. - процедил он. поводя плечами - Ненавижу сюрпризы! Надеюсь, на сегодня они закончились?

- к**

- Айлин сама не знала, сколько просидела на террасе, бездумно уставившись в сторону клумб, где шелестели листьями роскошные арлезийские розы. Кажется к ней еще раз приходила Амина. Или два. Во всяком случае, на плечах появилась шелковая шаль, в которую Айлин закуталась а на столе - свежий шамьет. Но пить и есть не хотелось. Думать и говорить

- тоже. Она вся превратилась в оцепеневший комок, слепленный из тоски, ожидания, страха и надежды. Разве можно бояться надеяться?! Оказалось, что можно.

- Можно наполниться глупым суеверным ужасом, лишенным даже тени здравого смысла. Можно бояться вспоминать о хорошем, как будто даже эти воспоминания способны упасть на весы чужого выбора, непредставимым роковым образом изменив его к худшему! Конечно, все это было непредставимо глупо но у нее не осталось сил быть умной! Только мучительное терпение которое не заканчивалось лишь потому, что высасывало силы из всех остальных чувств, которые стали блеклыми и слабыми

- Из оцепенения ее вывела мгновенная резкая, хотя и не слишком сильная, боло в запястьях

- словно ненавистные артефактсрные браслеты вдруг нагрелись... Ох нет. и в самом деле нагрелись, будто Айлин на мгновение сунула руки в огонь! Но почему?!

- В то же мгновение она ощутила кожей вспышку магии - в точности, как раньше, до Разлома, именно так Айлин всегда ощущала открытие порталов, но этого не могло, попросту не могло быть сейчас!

- Не могло - и все же случилось. Воздух в нескольких шагах от веранды замутился, уплотняясь, стеклянисто взблеснул, на мгновение застыв огромным зеркалом... И из этого много раз виденного ею портального зеркала шагнула знакомая фигура. Сверкание портала тут же погасло, а Кармель сделал шаг вперед, еще шаг и еще... Он прошел эти три шага медленно, вглядываясь в Айлин, словно преодолевал сопротивление невидимого ветра в лицо, а потом, сорвавшись с места, стремительным рывком взбежал на террасу и замер у самой лестницы.

- Не отрывая взгляда Айлин подалась ему навстречу - не только телом, но и всем своим существом^1 В голове напряженно билось: «А вдруг его отпустили только уладить дела. , попрощаться... Но ведь так не делают?1 Ал никогда бы так со мной не поступил... Но вдруг.. Вдруг...»

- Айлин.. - тихо сказал Кармель. - Айлин...

- И больше ничего, словно одного ее имени было достаточно, словно оно значило гораздо больше, чем она могла представить и понять.

- «Живой. - стучало у нее в висках, разливая по телу странную блаженную беспомощность. - Живой, живой, живой...»

- Она всхлипнула собралась с силами, встала и сделала шаг по испещренному солнечными пятнами полу террасы Медленный шаг. осторожный, словно боялась споткнуться или провалиться в эти пятна

- И еще один шаг. И третий, совсем маленький... Три шага навстречу его трем шагам. А потом, так же. как Кармель только что. сорвалась с места и помчалась, бросилась ему на шею позволила подхватить себя и стиснуть в объятиях, спрятала лицо у него на груди, снова всхлипывая от оставившего ее. наконец, страха и облегчения

- <Я не злюсь. - пришла простая и ясная мысль, которую Айлин все никак не удавалось поймать. - Я совсем на него не злюсь. Нельзя злиться на человека, когда так счастлива всего лишь тому, что он жив! Он жив и вернулся домой^1 Нет, - тут же поправилась она. - Все-таки злюсь. Злюсь, как никогда, ни на кого в жизни еще не злилась, за то, что ведь мог бы и не вернуться' А я сидела бы на террасе, ждала и ждала, и дождалась бы не его. а курьера из дворца с известием...»

- Ей вдруг отчетливо представился этот курьер, с равнодушным лицом передающий свиток, запечатанный королевской печатью.

- - Все хорошо. - тихо сказал Кармель над ее головой. - Все обвинения сняты, я полностью помилован. Все закончилось Айлин.. простите, моя донна..

- Вместо ответа она вскинула голову встала на цыпочки, потянулась и поцеловала Кармеля в губы - крепко, почти зло. выплескивая в этом поцелуе всю охватившую ее мучительную ярость, все отчаяние и тоскливый ужас, что мучил ее с самого утра

- Большие горячие ладони легли ей плечи, потом сдвинулись на спину и прижали так сильно что дыхание перехватило.

- ■Только посмейте! - подумала Айлин. глядя ему в глаза и произнося про себя слова так громко и отчетливо, как только могла. - Только посмейте что-нибудь сказать... или не сделать!»

- Не отрывая взгляда. Кармель отпустил Айлин. но только затем, чтобы подхватить на руки. Прижал снова - уверенно, крепко - и дыхание, которое только что перехватывало, вернулось так полно, что Айлин едва не захлебнулась воздухом, который вдруг наполнился и ароматом роз, и душистой летней зеленью, и едва слышным запахом самого Кармеля - теплым чистым мужским запахом, от которого кружилась голова, и захотелось опять ткнуться лицом ему е рубашку, дышать и дышать им...

- «Да скорее же. - снова простонала она мысленно. - И не делайте вид. что не слышите! Я хочу этого, ясно вам?! Я чуть не умерла, когда думала, что больше никогда вас не увижу! И если вы сейчас отговоритесь какими-то глупостями... Я вас. - Она даже мысленно не смогла произнести слово .возненавижу*, здесь и сейчас оно было глупой фальшивкой. - Я вас убью: Верну магию и убью, слышите?' Или попрошу у Амины нож^1 Или сковородку! Или^1..»

- - Как скажете, моя донна, - со смешком прошептал ей в макушку Кармель. разворачиваясь к двери в дом. уходя с веранды и унося Айлин так легко, словно она ничего не весила Или вообще тянула его за собой, как полный ветра парус тянет и ведет корабль. - Все будет, как вы хотите... Сейчас и всегда, пока я жив

- Глава 15. Крылья свободы

- Альс, на тебе лица нет - негромко сказал Лучано, прерывая затянувшееся молчание. - Понимаю, непросто узнать такое, да еще про близких людей. Может успокоительного дать? Голову не затуманит, обещаю, но тяжесть с души снимет.

- Насовсем? — усмехнулся Аластор, и Лучано только вздохнул, одарив его виновато- сочувственным взглядом. - Тогда какой в нем смысл? Ничего, переживу. Знаешь., когда я говорил, что хочу з-нать все... все, что касается меня и происходит вокруг пожалуй, это я лишнего пожелал. От слов не отказываюсь королю и вправду положено знать все, но человеку... это тяжке А король все-таки должен оставаться человеком, иначе

- Он не договорил, но Лучано понимающе кивнул.

- Кстати' - вспомнил Аластор. - О чем вы с Дунканом переглядывались? И еще так странно смотрели друг на друга! Ты так выглядел, словно он тебе самого Баргота показал.

- Так и было. — без улыбки согласился Лучано. - Если правда что Баргот отражается в своих деяниях, то я увидел его как наяву. Тебе грандсиньср Дункан показал барготовэ ублюдка Денвера а мне - эксперименты его дружка Морхальта. Если в Бездне и вправду кипят котлы для великих грешников, недостойных милосердия Претемнейшей. этим двоим вариться там до скончания века.

- Он помолчал, передернулся, а потом добавил с пугающей простотой и искренностэю:

- Знаешь, я. пожалуй, пару недель попью особого зелья, чтобы спать вообще без сновидений. И поставлю дюжину свечей Великому Безликому, чтобы потом никогда не приснилось. Альс. ты... уверен, что хочешь знать и это тоже?

- Не хочу^1 - выдохнул Аластор. - Если уж ты говоришь такое - точно не хочу' Надеюсь. Дункан сожжет проклятые бумаги, чтобы больше никто не пошел этой дорогой. А с меня пока хватит. Скажу Вильмону. чтобы отменил все дела на сегодня' И вообще на несколько дней. Алиенора с Береникой дазно просятся в наше поместье, хотят посмотреть, где я вырос. Поедешь с нами?

- О. в то самое поместье, вокруг которого тебя гонял синьор Жозеф, благослови его Пресветлый Воин? — заулыбался Лучано. - Конечно, поеду! А красивые веселые девицы там имеются?

- Найдем. - снова усмехнулся Аластор. оценив старания Лучано сменить неприятный разговор легкомысленной болтовней. - За невинными девицами гоняться не советую, иначе придется приданое давать, чтоб девчонку потом замуж взяли Но можно заглянуть к одинокой вдове помоложе и помилее Главное после в потемках не столкнуться с ее деревенским ухажером, а то парни из вольных и лорду могут намять бока.

- Лорду, может, и намнут, - согласился Лучано и тут же возразил: - А вот мастеру Шипу — в ряд ли. Неужели я не улизну от деревенских увальней, м"7 Кстати, ты мне обещал...

- Стук в дверь прервал его. и Аластор невольно вздрогнул - кто там еще?

- Стоило ему позволить, в гостиной появился Вильмон. которого Аластор только что вспоминал.

- Ваше величество. - поклонился секретарь. - Лорд Аранвен просит о встрече.

- Аранвен?! - вырвалось у Аластора - Опять?' То есть._ который?!

- Его светлость Дарра, - невозмутимо уточнил Вильмон, и Аластора окатило волной подозрения - что могло понадобиться новому канцлеру, с которым утром уже был разговор - и тоже не из легких^7

- Аластор вдруг всей душой почувствовал, что на сегодня с него хватит Аранвенов! Любых, что бы они там ни жаждали сообщить'

- Его светлость велел передать, что у него новости о расследовании, - добавил Вильмон. — Он вышел на след похитителей леди Бастельеро.

- Пожелание Аранвену-младшему временно провалиться к барготовым демонам, которое Аластор пытался облечь в учтивую форму, замерло у него на губах Бесконечный день, полный паршивых сюрпризов? Что ж. может хоть один из них порадует?!

- Просите его светлость. - кивнул он. - Немедленно, прямо сюда!

- Появившись з гостиной. Дарра Аранвен склонил голову в тщательно отмеренном, как и всегда, поклоне, выпрямился и посмотрел на Аластора непроницаемым взглядом. Аластор с острой завистью отметил, что канцлер, в отличие от него самого, выглядит безукоризненно свежим На длинном камзоле из белой парчи, расшитой серебром ни пятнышка, ни складки, бледно-золотые волосы заплетены в косу так. что ни одна прядь не выбивается из гладкой прически, а темно-серые глаза смотрят внимательно и в то же время бесстрастно. Впрочем чему удивляться, это же Аранвен^1

- Сам Аластор чувствовал себя так. словно с утра махал секирой или объезжал самого норовистого жеребца из отцовских конюшен. Рубашка прилипла к спине от пота. шею. несмотря на все усилия Лучано, сводит в глазах еще не темнеет, но где-то под ложечкой уже тянет от желания содрать одежду, вымыться, потребовать запоздавший на пару часов обед и хотя бы пару часов ничего, совершенно ничего не думать, не делать, не помнить...

- Рассказывайте, милорд - сказал он, с усталым упрямством разворачивая плечи и выпрямляясь в кресле

- Как я уже докладывал вашему величеству - размеренно сообщил канцлер. - от душ похитителей почти ничего не удалось добиться Они оказались бы мертвым следом - Он чуть растянул губы, и Аластор внутренне передернулся от такого воистину некромантского чувства юмора - Если бы не сообщили о том самом заброшенном поместье, куда им было поручено переправить леди Дориан.

- Вы говорили, что в поместье никого не нашли. - припомнил Аластор. и канцлер невозмутимо кивнул

- Совершенно верно, ваше величество. Поэтому в поручил моим людям поднято все документы. 8 которых упоминается поместье и узнать, кто его владелец. Даже если он сам не имеет отношения к похищению, возможно, нам удалось бы выяснить, кому этот человек позволял пользоваться своей собственностью...

- И вам это удалось?1 - Аластор подался вперед остро сожалея, что нельзя схватить Дарру Аранвена за воротник роскошного камзола и вытрясти все разом!

- Да. ваше величество. - с невозмутимым достоинством подтвердил Аранвен. вряд ли подозревая о неподобающих мыслях Аластора. - 3 настоящее время поместье действительно заброшено, земли считаются выморочными. За последнюю треть века оно сменило четырех владельцев - было продано, проиграно в карты, а потом попросту отдано короне за долги. Его считали не слишком ценным и весьма обременительным имуществом из-за неудобства расположения и плохого состояния. Последний владелец никогда з нем не бывал и никому о нем не говорил, еще двое прежних его хозяев давно покинули Дорвенаит Однако до того как быть заброшенным, это поместье долгое время принадлежало древнему роду, не слишком богатому и довольно незначительному, а ныне полностью пресекшемуся. И было отдано в приданое его последней наследнице леди Доротее Ренфорд. Ее муж продал обветшавшее приданое жены тридцать лет назад, - педантично добавил канцлер, и в его глазах появилось нечто, весьма похожее на удовлетворение проделанной работой. - Однако стены поместья еще успели увидеть внуков леди Доротеи, лордов Эжена и Этьена Райнгартенов. которые любили охотиться на этих землях в пору своей юности

- Райнгартены?.. - растерянно повторил Аластор. - Но...

- И обругал сам себя Болва* Немыслимый, самодовольный болван! Да, можно хоть сто раз приказать считать Айлин невиновной, но с каких пор король волен в мыслях подданных, особенно когда речь идет о таких подозрениях?!

- Полагаю, что да. ваше величество. - снова склонил голову канцлер. - Боюсь, одной сломанной ноги оказалось недостаточно чтобы убедить магистра Райнгартена в ошибочности сю пидизрепий.

- Благие слишком уж милостивы. - зло буркнул Аластор. - Нужно было сразу ломать этому болвану шею. - И покрутил своей собственной, занывшей от напряжения Лучано тут же тенью скользнул за спинку кресла прихватил твердыми, приятно теплыми пальцами пониже затылка, ткнул куда-то - и Аластор чуть по креслу не растекся от внезапного облегчения - Так. но доказательств у вас нет?

- К несчастью, только косвенные. - согласился Аранвен. - И даже их трудно считать в полном смысле доказательствами. Речь идет о печати Эддеэли на письме выманившем леди Айлин Видите ли. ваше величество, копии личных печатей магистров хранятся в общежитии для преподавателей Академии на этаже отведенном исключительно магистрам. Каждая из этих комнат не только заперта на замок, но и опечатана магией так, что никто, кроме хозяев, не может туда проникнуть Однако доступ на этаж имеют все главы гильдий, а 8 личном сейфе Великого Магистра хранится универсальный ключ позволяющий открыть любую комнату в Академии независимо от ее защиты. Магистр Райнгартен был секретарем еще прежнего Архимага и пользовался полным его доверием. Я бы не удивился, узнав что он имеет копию этого ключа или возможность добраться до оригинала в отсутствие нынешнего Архимага.

- Пожалуй, - медленно кивнул Аластор. - А его брат-командор так долго имел дело с фраганцами что наверняка знает многих из них Например, бывших пленных, отпущенных после войны... Уверен, далеко не один фраганец пожелал бь отомстить Бастельеро. особенно не подставляясь под его удар. Но все это тоже не доказательство их вины!

- Откинув голову на спинку кресла, он с бессильной злостью подумал о дражайших родственниках, только сделавших вид что подчинились королевскому приказу. Вот же ослы Барготсвы!

- Пальцы Лучано разминали мышцы шеи и плеч тупая бель уходила, растворенная умелой заботой друга, однако тут же заломило виски. Аластор глубоко вдохнул, выдохнул, попытался сосредоточиться...

- Что мы можем сделать, чтобы припереть обоих Райнгартенов к стенке, милорд канцлер? - спросил он прямо - Пока что. насколько я понимаю они могут просто от всего отказаться. Этим двоим змею бы в герб, а не леопарда!

- От пальцев Лучано тепло расходилось уже по всему телу, Аластор вдруг поймал себя на мысли, что массаж, который Лу всегда делал искусно и старательно, еще никогда не был таким приятным. А еще от него, стоящего слишком близко, сегодня особенно хорошо пахнет - шамьетом. пряностями и. едва заметно, какими-то цветами...

- Я продолжу искать доказательства, - опять поклонился Аранвен-младший. - К сожалению, у нас нет оснований для допроса с пристрастием или хотя бы при посредстве разумника. Лорды Трех Дюжин пользуются в этом отношении особыми привилегиями закрепленными в Правде Дорве.

- Опять эта Правда... - с досадой выдохнул Аластор. - ho не пытать же их'

- Мелькнула мысль, что Дункан, пожалуй, может прочитать мысли обоих кузенов И наверняка согласится это сделать. Пока Райнгартены зубами и когтями, словно собственные гербовые звери вцепились в идею о связи с Барготом Айлин не будет в безопасности'

- Осмелюсь поинтересоваться, монсиньор, - прошелестел рядом с его ухом голос Лучано, и горячее дыхание опалило кожу Аластора. - Почему бы вам не позвать этих блистательных господ на чашку шамьета или бокал вина? Исключительно по-родственному м? Не сочтите за похвальбу но после угощения по особому рецепту моего батюшки еще никто не смог удержать при себе секрет, о котором его спрашивали Если ваше величество не сочтет за труд задать нужные вопросы, гр-рандсиньорам Р-райнгартенам пр-ридется на них ответить, не будь я Фор- ртунато Фар-релли...

- Мягкое мурлыканье с явно прорезавшимся итлийским выгозором словно прокатилось по спине Аластора теплей волной, так что он едва уловил смысл сказанного.

- Зелье правды? - с интересом уточнил канцлер. - А это безопасно, милорд Фарелл? Составы наших алхимиков довольно надежны, однако имеют неприятные последствия, поэтому используются лишь з крайнем случае

- Самое страшное, что грозит грандсиньорам. это легкая головная боль. - заверил Лучано. - Да и то если заправить зельем вино. В шамьете вовсе обойдется без последствий. Правда, действует недолго, после дюжины минут прием средства неплохо бы повторить. Но нам ведь надолго и не нужно?

- Хватит пары вопросов, - подтвердил Аластор, изнемогая от желания то ли немедленно попросить Лучано отодвинуться, то ли велеть ему размять шею посильнее. - Если хоть на один я услышу нужный ответ., про остальное буду спрашивать уже иначе - и пусть попробуют не выложить все!

- Тогда предлагаю положиться на мастерство лорда Фарелла. - подытожил канцлер. - И надеюсь, что ваше величество позволит мне присутствовать при этой семейной встрече Либо проведет ее в малом королевском кабинете, предварительно известие меня о времени.

- Хорошо. - уронил Аластор. - Благодарю за службу, милорд канцлер Не смею.. задерживать

- С удивившим его самого удовольствием он подумал, что вот сейчас Дарра Аоанвен уберется, наконец за дверь, и Аластор с Лучано останутся наедине. А потом...

- Потом? О чем он вообще думает?' Или не думает, но готов подумато.. Что вообще происходит?!

- Милорд канцлер! - окинул он уже направившегося к двери Дарру, пытаясь отвлечься, собраться с мыслями, подумать о чем-нибудь действительно важном... даже неприятном! - Скажите, вам известно, по какому поводу меня сегодня навестили ваши родители?

- Дарра Аранвен остановился на середине шага - легкого, скользящего, совершенно бесшумного. Поставил уже поднятую ногу в узкой белой туфле на мягкий арлезийский ковер, изящным пируэтом развернулся к Аластору. И с чудовищной безмятежностью сообщил не дрогнув ни единым лишним мускулом, не шевельнув ресницами, не вздохнув глубже необходимого:

- Полагаю, ваше величество, если бы мне стоило это знать, мои почтенные батюшка и матушка безусловно мне сообщили бы. Разрешите откланяться?

- Дождался молчаливого кивка Аластора и бесшумно выплыл за дверь, словно белоснежно- серебряный призрак.

- Это да или нет? - пробормотал Аластор. чувствуя, что ладони Лучано уже откровенно ласкают его плечи - Лу. ты что делаешь?

- Это честный ответ. - прошептал Лучано в самое его ухо непристойно горячим шепотом. - Но по-аранвеновскн. Грандсиньор Ангус и грандсиньора Немайн тебе вряд ли солгали, сына они постарались уберечь. Но грандсиньор Дарра - их дитя не только плотью и кровью, но и душой с разумом Ты правда поверишь, что он ничего не видел, не слышал не понимал? С его-то паучьим чутьем на все, что происходит в большой паутине Дорвенны? Но какая теперь уже разница, А-а-альс?..

- С коротким вздохом-всхлипом он уткнулся губами в плечо Аластора у основания шеи. со смертельной точностью Шипа выбрав место, где воротник рубашки уже не скрывал кожу. Аластора словно молнией прошибло от макушки до пальцев ног. он вцепился пальцами в подлокотники, понимая, что нужно крикнуть, оттолкнуть, самому рвануться подальше...

- Матушка Всеблагая... - простонал Лучано. словно стекая сбоку по креслу и падая лицом в колени Аластора - А-а-альс... что это.. А-а-айлин-н-н... Ми амор-ре...

- Словно во сне Аластор увидел свою руку, легко и правильно легшую на черноволосую макушку Пальцы зарылись в шелковые смоляные пряди, но перед глазами все поплыло, показалось вдруг, что чернота отливает яростной огненной медью... а потом она вернулась, но уже не мягкими вьющимися локонами, а угольно-черной волной, жесткой, как конская грива. Ударил в ноздри аромат горячего женского тела перемешанный с цветочной сладостью духов.. Нет. это был шамьет с пряностями! А потом запах дыма, хвойкой сзежести и еще чего- то восточного... Запахи мешались, в глазах темнело, по телу катились остро-сладкие волны...

- Айлин... - снова простонал Лучано, и Аластор почувствовал под рукой не волосы, а нежную упругость девичьей груди - уж это ощущение он ни с каким перепутать не мог^1 И неважно, что эту грудь ласкала не его рука, рухнувшие в сознании блоки больше не мешали потоку, что нес их троих., четверых... Всех! - А-а-альс... Наша синьорина Она... и ть: Если так сходят с ума, то к Барготу рассудок^1

- Да.. - выдохнул Аластор, наклоняясь вперед и закрывая глаза. - Да.

- Встретил губами чьи-то губы и даже ради собственной жизни не смог бы сказать, кого целует Айлин, упсенно обнимающуюся с Дунканом^7 Лучано. который целует... кого us них, Айлин или самого Аластора? Черное и рыжее, запах вереска или горячего сандала, сливочно- белая или смугло-золотистая кожа... Одно он знал сейчас совершенно точно - наконец-то пустота в душе заполнилась, все осколки встали на место отведенное им то ли судьбой, то ли магией, то ли чем-то еще что Аластор самому себе боялся назвать. Он чувствовал и Дункана, но словно вдалеке, через какую-то прегоаду. А Лучано и Айлин, что объединяла их всех, были совсем рядом, одинаково близко^1 Три веэшины треугольника наконец-то соединились не просто линиями, а бесчисленным множеством сверкающих граней, срослись воедино, нерасторжимые

- «Айлин... - подумал Аластор. зарываясь пальцами в мягкую роскошь чужих волос. - Лу.. Всеблагая Матушка, помилуй нас! И есл/i тебе неугодно то, что происходит, сделай с этим что- нибудо сама^1 Потому что я не могу, не хочу, не должен останавливаться Только не сейчас, когда чувствую их обоих, словно самого себя и даже роднее. Себя я бы мог образумить, но как отвергнуть их. лучшие части моей души?! Урок это или наказание, я подумаю потом, но сейчас.

- Благими клянусь, между нами нет ничегс кроме счастья обрести друг друга..

- • * *

- Как же все. что сейчас происходило, не было похоже ни на ее первую ночь с лордом Бастельеро, ни на тот десяток с лишним ночей, что успели случиться после свадьбы! Тогда. 8 первый раз она трепетала, не понимая в полной мере, что произойдет, стыдилась этого и одновременно упивалась поглотившим ее стыдом. Потом, после свадьбы, каждый визит супруга терпеливо и покорно ожидала, пока закончится все. что леди должно терпеть кротко и беспрекословно.

- Сейчас же ей хотелось смеяться над прежним невозможно глупым страхом! Хотелось прижаться теснее снова поцеловать Кармеля - самой, не просто отвечая на чужую страсть, но щедро делясь собственной, всей кожей ощутить его прикосновения, даже там где порядочная женщина касается только сама себя, да и то разве что во время омовения'

- Прильнув к мужчине, томясь и тач в тепле его тела, которое ощущала, как цветок - солнечный жар, она нетерпеливо ловила каждый миг. наслаждаясь нахлынувшей свободой от всего, что сковывало раньше ее тело и душу. Кармель нес ее бережно и легко, в прохладных сумеречных коридорах им не встретилось ни одного человека, весь дом затаился и притих, как живое существо, будто опасался помешать. Айлин едва успела подумать, что в спальню может в любой момент войти Амина, как поняпа, что несут ее в другую сторону - к личным покоям хозяина дома.

- Она не могла бы сказать точно, оказалась ли спальня Кармеля далеко или совсем близко, просто ее вдруг опустили на огромную кровать, с которой Кармель успел сдернуть покрывало, а потом, опустившись на одно колено, снял с Айлин домашние бархатные туфельки.

- Туфли^1 Мгновенно вспомнив тот самый разговор, она порывисто вздохнула Что ж ее любимый мужчина и в этом оказался прав^1 Стоило ей отдохнуть в заботливом и спокойном уюте болезненная память поблекла, стерлась, и к Айлин словно вернулась она сама, но прежняя, не знающая поражений и принуждения - горячая и юная, с пооывистыми страстными желаниями и готовностью взять то, что жаждет разумом, сердцем и телом. И этой Айлин безумно нравилось все. что происходит!

- Мельком проводив глазами туфли и тут же забыв о них, Айлин перевела взгляд на Кармеля. Он погладил ее ступни в тонких чулках и тут же двинулся пальцами выше, приподнимая подол. Замерев, Айлин завороженно следила, как с нее умело снимают чулки, как мужские руки уверенно развязывают шнуровку платья.. Подняв руки чтобы Кармелю было удобнее, она зыскользнула из мягкого шелка и словно раздвоилась! С одной стороны, ей мучительно хотелось побыстрее избавиться от всего, что мешало Кармелю к ней прикасаться, с другой - Айлин впервые в жизни пожалела, что на ней так мало одежды' Оказалось, что когда мужчина тебя раздевает, это совершенно не то же самое, что раздеваться самой или при помощи горничной!

- За платьем последовала рубашка, нижняя юбка панталоны... И каждый раз Айлин окатывало сладкой юрячей волной, когда она слышала шелковый шелест, чувствовала прикосновения через тончайшую ткань а потом горячие ладони мучительно неторопливо скользили по только что получившей свободу коже Плечи и грудь, руки и лодыжки, бедра, живот и спина... Айлин даже не знала что тело может быть таким чувствительным, что кожа способна гореть от каждого касания и отзываться на звук, тепло, дыхание..

- Когда одежда с предательской быстротой закончилась Айлин, все так же сидя на кровати, замерла, осознавая, что впервые оказалась перед мужчиной совершенно обнаженней. И тут же поняла, что не чувств/ет неловкости, а только необъяснимое чувство правильности всего, что происходит сейчас и должно произойти дальше. А еще - любопытство^1 Нравится ли Кармелю то, что он видит? Разденется ли он тоже? Неужели так же полно, как раздел ее? И без того горящие щеки опалил? еще сильнее такой невыносимо непристойной и сладкой оказалась эта мысль, а по спине пробежали мурашки

- Словно отвечая ей, Кармель встал, пробежал пальцами по пуговицам белого придворного камзола, скинул его и отбросил, следом полетела рубашка и вся остальная одежда, откинутая прочь, как что-то лишнее всегда бывшее лишним^1

- «Никаких преград, - мелькнула смутная, но тоже очень правильная мысль. - Совсем никаких преград между нами, даже таких незначительных!»

- Айлин облизнула пересохшие губы, жадно глядя, как обнажается мужское тело, победно сияющее смуглой брензой. Занятия в мертвецкой не щадили девичью стыдливость, поэтому Айлин знала, что у м/жчин бывают волосы на теле, причем чаще и больше, чем у женщин. Однако Кармель от шеи и до ступней был гладким, словно вылитым из полированного металла! Мощные округлые плечи, широкая плита груди, красизые руки... Только вот ниже пояса...

- Она старательно попыталась отвести взгляд от самой неприличной части мужского тела которая, как нарочно, этот взгляд прямо притягивала! А ей. как назло, даже не с чем сравнить, несмотря на год супэужеской жизни! Лорд Бастельеро приходил в белье, поверх которого кутался в халат, а потом гасил свечи.. Она никогда не видела его без панталон - ни до, ни после исполнения брачного долга... А опыт лабораторных работ, как теперь стало ясно, тем более не мог пригодиться.

- Я и раньше видела обнаженных мужчин! - выпалила она звенящим от волнения голосом

- Но эти мужчины были куда более., то есть менее

- Заинтересованы? - подсказал Кармель. не слишком старательно пряча смешинки в глазах - И о чем же вы думали, глядя на этих мужчин?

- О зскрытии, - честно призналась Айлин и тут же мысленно обругала себя. Да что с ней такое? Зачем и почему она несет такую чушь?! И в такую минуту' Нужно немедленно, прямо сейчас зсе исправить, пока Кармель не решил что имеет дело с непроходимой дурой! - Но смотреть на вас намного приятнее!

- И осеклась, с ужасом подумав что испортила все еще больше, если только это было возможно.

- Должен признать, что я никогда еще не получал столь изысканных комплиментов. — заверил Кармель так подчеркнуто серьезно, что Айлин поняла - он вот-вот рассмеется

- Рассмеется! Зместо того, чтобы предложить ей лечь и... сделать все то. что положено делать мужчине в подобных... обстоятельствах' Ну почему он ничего не делает?!

- Айлин невольно покосилась вниз, убеждаясь, что заинтересованность, как изящно назвал это Кармель ей не померещилась, а напротив, становится все более явной

- Почему вы медлите? - тихо спросила она. снова почувствовав себя невозможной дурой

- Вы ведь сказали, что все будет так. как я хочу, так почему же вы...

- Чтобы дать зам время подумать. - ответил Кармель так же тихо, как она, но уже без тени веселья в голосе. - Не хочу, чтобь бы сомневались..

- Я достаточно сомневалась! - перебила его Айлин - И думала долго... даже слишком долго! Кармель, если вы сейчас отступите, клянусь, я...

- Разумник всмотрелся в ее лицо со странной пристальностью и здруг увидев что-то. улыбнулся.

- Перед такой угрозой, как сковородка? Ни в коем случае, моя донна! - заверил он с такой комичной серьезностью, что Айлин мезольно рассмеялась, и в тон ей рассмеялся Кармель. тихо и низко, так чувственно, что по телу Айлин снова пробежали мурашки.

- Кармель, словно почувствовав это, оборвал смех и. не отрывая от нее потемневшего жаркого взгляда. потянулся к туалетному столику. Айлин, завороженно проследив за его рукой, увидела резную деревянную шкатулку Наощупь откинув крышку, он вынул кольцо, гладкий серебряный ободок без камня или даже гравировки, надел на мизинец.

- «Зачем?» — удивилась Айлин, но решила, что спросит потом, потом' Позже или завтра, сейчас не время, совсем не время ни для вопросов, ни для мыслей!

- Это для твоей безопасности. - хрипло сказал Кармель. поймав ее взгляд. - Артефакт от зачатия. Надежный

- «Он подумал об этом! - ахнула Айлин про себя, и к возбуждению, которое плавило ее тело раскаленными волнами добавилось глубокое и нежное чувство благодарности. - Даже в этом он успел и сумел обо мне позаботиться^1 Почему же... Нет. болоше никаких мыслей о том другом! Ему нет и никогда ке будет места между нами!»

- «И никаких длинных ночных рубашек^1 - с ликующей хмельной бесстыдностью подумала она окидызая мужчину, стоящего перед ней долгим восхищенным взглядом. - Никаких одеял и простыней, под которыми нужно прятаться! Хочу глядеть на него бесконечно! На такого, каким его создали боги, чтобы подарить мне! Хочу показать ему себя! Что мне там говорили про женский стыд?! Больше никогда не стану стыдиться, что я - женщина"»

- Одним движением Кармель оказался рядом притянул ее к себе, поцеловал с такой невыносимой нежностью, что все мысли исчезли, оставив только жажду - новых поцелуев, объятий, желание оказаться ближе - еще ближе, так. как это только возможно!

- Потянувшись навстречу, Айлин положила руки ему на плечи, с ликующим удовлетворением чувствуя горячую гладкую кожу под ладонями. Погладила скользнула по предплечьям вниз, а потом обхватила его талию уверенно и привычно, словно делала это каждый день Втянула носом воздух, едва удержавшись, чтобы не потереться о мужчину лицом, словно кошка так восхитительно Кармель пах - горячим телом, смолистым дымом хвоей и сандалом... Горьковато-пряный аромат, в котором хотелось купаться и нежиться...

- Повинуясь его осторожному нажиму. Айлин опустилась на подушки, раскинулась среди них с бесстыдной откровенностью, чувствуя себя мягкой, как разогретый и готовый вот-вот растаять воск. Тело плавилось, горело изнутри и жаждало еще прикосновений! Кармель оказался рядом, его руки гладили ее. и от макушки до кончиков пальцев на ногах Айлин ощущала себя сказочной саламандрой, что упоенно нежится з огненно-золотом пламени Она даже не заметила, когда ее косы расплелись, и рыжие локоны разметались вокруг ее головы огненным ореолом...

- "Я - огонь, - подумалось ей в блаженном забытьи. - Я - пламя Я скрывала свою силу от самой себя, боясь вздохнуть полной грудью! Но пламя не может обжечь того, кто сам способен гореть^1 Разделенное на двоих, оно не уменьшается, а разгорается сильнее, в этом и есть великая тайна любви и страсти^1 Чем больше я отдаю, тем больше получаю, и никогда не смогу отдать столько, чтобы лишиться всего!»

- Коротко блаженно простонав, она все-таки позволила себе то. чего так отчаянно хотелось - потянулась губами и приникла поцелуем к золотисто-бронзовой ключице, потом лизнула ее. опять прихватила губами наслаждаясь незнакомым восхитительным вкусом. Кармель длинно и тягуче зыдохнул, на миг замерев и Айлин с ликующей уверенностью победительницы поняла, что он отзывается ее ласкам так же чутко и жадно, как она - его рукам и губам^1

- -/Если я — лютня, - подумалось ей, - то мне нужны его пальцы, чтобы звучать. Если я - рапира, он должен направить меня в цель. И если я - корабль то он - волна, которая меня песет Неужели я могла погибнуть в Разломе или умереть потом, так и не узнав этого чувства единения?! Не хочу даже думать об этом!»

- Снова откинувшись на подушки, она откровенно подставлялась его ласкам, неторопливым, словно само время остановилось. Кармель касался ее то с нежной бережностью, то властно и уверенно, то покрывая поцелуями ее лицо. шею. плечи и все остальное обычно скрытое одеждой Каждое прикосновение рождало новый жар. скручивалось внизу живота в тугую пружину, как будто сложнейший аркан вроде Огненного Ветра, ожидающий только мгновения, когда ему позволят сорваться с кончиков пальцев и затопить все вокруг пламенным безумием...

- Моя донна. - прошептал Кармель. обжигая Айлин дыханием. - Прекрасная .- Любовь МОЯ—

- Горячая сладкая волна захлестнула Айлин, закружила голову, словно она от души хлебнула игристого фоаганского. и увлекла в темную бездну. Ей вдруг показалось, что рядом - совсем рядом! - оказался кто-то еще. Пахнуло пряно-цветочным шамьетом и выделанной кожей, она смутно удивилась, потому что это были знакомые и безусловно любимые запахи, но тех двоих, от которых ими веяло, просто не могло быть здесь!

- Айлин... - услышала она и не поняла, чей это голос и почему он так странно и знакомо двоится - Ай-лин-н... Ми амор-ре...

- «Нет! - возразила она этим голосам. - Не амор-ре. а донна! Это - правильно! Это - со мной, а остальное - сон. греза... Иллюзия!»

- Кармель... - потянулась она навстречу самым любимым и желанным объятиям, поцелуям, ласкам. - Кармель! Мой^1 Хочу...

- Кажется, он что-то пробормотал про аркан и блоки, но Айлин уже не слушала. Блоки, магия, узы аркана - такие пустяки! Важно лишь то. что он - рядом! Что его плоть входит в нее. такая восхитительно твеодая и горячая^1 Что его руки ласкают ее тело, и каждое касание, каждый толчок внутри отзываются волной томной сладости, каждый поцелуй горит на коже, словно вспышка чинского огня.

- «Хочу, чтобы это никогда не заканчивалось - подумала она ликующе - Если бы я знала раньше, что любовь - это не стыд^1 Не боль, не страх, не принуждение' Любовь - это свобода^1 Разделенная на двоих и оттого беспредельная! Больше, чем я сама больше, чем весь мир! Крылья, которые несут в бесконечность, и так тепло, так упоительно в этих лучах...»

- И когда эта мысль обрела завершение когда в мире не осталось больше ничего, кроме Айлин ее мужчины и их единения, что-то случилось. Тягучая сладкая судорога прошла по телу, разворачиваясь внутри, словно тугой бутон с тысячью лепестков. Айлин вскрикнула, стиснула пальцы на плечах Кармеля изо всех сил подаваясь ему навстречу, и рассыпалась искрами где- то высоко в небе, куда взлетела, легкая, как облачко, и сверкающая, как радуга в каплях дождя.

- * * *

- Хмельное золото чужого счастья... Какой же безнадежной горечью оно осталось на губах и в сердце, когда схлынуло, ушло водой в раскаленный песок, растаяло как удача нищего, которому забавы ради бросили скудо из джунгарского золота. Не разменять его даже на пару медяков, не купить кусок хлеба или глоток воды в жару, только и остается, что крутить в пальцах, смотреть на фальшивый бесполезный блеск и знать, что у кого-то полны карманы золота настоящего, чистого и полновесного...

- Когда блоки, поставленные грандсиньором Дунканом поспешно и все-таки слишком поздно выросли стеной, отрезая их с Альсом от синьорины. Лучано передернуло, и воздух в груди закончился. Ненадолго, конечно, ровно до следующего вдоха. Еще горели щеки и губы, на которых таял след единственного доставшегося ему поцелуя, еще кипела кровь, и Лучано точно знал, что вот эта страсть - настоящая, его собственная! Давняя, выстраданная долгими и холодными дорвенантскими ночами запрещенная самому себе потому что какой смысл желать безнадежного?! А вот надо же - дождался^1 Теплых губ. горящих глаз, ласковых и требовательных рук...

- Только что во всем этом толку, если предназначалось это счастье не ему? Даже не заемное, а попросту украденное из чужой постели и чужих объятий'

- И Аластор. мгновенно отшатнувшийся от него, понимал это ничуть не хуже. Намного лучше пожалуй' Он-то об этом и вовсе никогда не мечтал, его куда сильнее накрыло отрезвляющей чуждостью того что случилось. И Лучано зам ер, стоя на коленях у его ног, больше всего боясь поднять глаза и увидеть на лице Альса отвращение Всеблагая Матушка, за что?' Ничем же теперь не оправдаться!

- Альс... прости... - выдохнул Лучано. не смея пошевелиться. - Прости...

- Несколько мгновений тишины тянулись так мучительно, словно каждое падало на кожу каплей кислоты, а потом Лучано услышал тихий и ровный - о, какой ровный! - голос Аластора.

- Зачем ты просишь прощения? Мы же вместе это делали. Если кому-то извиняться, так это мне.

- И все, что Лучано хотел и мог сказать, все. что горячечно и больно рвалось с губ. замерло на них, будто каждое слово обратилось в расплавленный свинец и тут же застыло - так. заливая рот и горло металлом, карают фальшивомонетчиков Говорят, что их сердце сгорает раньше, чем остывает свинец, и теперь Лучано понимал, как это бывает Сгореть изнутри? О. легче легкого!

- Я должен был сообразить, что случилось, - выдавил он через вставший в горле ком. - Ты же ничего в этом не понимаешь... Ты - чистый... Я должен был вовремя понять и уйти Я виноват. Альс... Я позволил себе поверить, что это может случиться. Со мной и с тобой. С Айлин... Между нами.

- А я. по-твоему, ни при чем?! - бросил Аластор, и в его голосе Лучано услышал гнев. Не то безумное исступление берсерка. от которого он мог бы Альса удержать или отвлечь, но совсем другую ярость - холодную, почти рассудочную и оттого даже более страшную. - Не много ли ты на себя берешь? Решаешь за меня, в чем я не виноват?!

- Альс. я...

- Лучано выдохнул и запнулся. Какие объяснения могут помочь? Какими словами можно спасти то. что он так бездумно испортил своей слабостью?! У него не было надежды на разделенную страсть, но был друг! Человек, который ему доверял^1 Позволял прикасаться, быть рядом, делить на двоих заботы и отдых... Разве он, идиотто, не знал, как Альс относится к его чувствам? Снисходительно, да, но держа на расстоянии! Делая вид, что ничего такого попросту нет! И даже это было огромным счастьем, которое он сам разменял на фальшивку!

- Разве Альс теперь сможет его простить? Разве забудет хмельной л сладкий угар, в котором они оба утонули, даже не пытаясь сопротивляться? Хорошо еще, что не успели ничего такого... серьезного но то. что по меркам итлийца - пустяк, всего лишь откровенная и нежная ласка, то для мужчины, выросшего в Дорвенанте. разврат и непотребство...

- Да Аластор его теперь близко к себе не подпустит^1 Ни с массажем ни просто присесть на подлокотник, млея от близости И хорошо, если...

- Пронзительный ледяной ужас захлестнул его с головой, как когда-то - темная вода речной полыньи. Но если из реки Аластор его спас, то сейчас Лучано на такую милость не надеялся. Только бы не испортить все еще сильнее^1 Не сказать лишнего, не показать ни взглядом, ни движением, как ему хочется одного-единственного - просто позволения остаться рядом.

- "Совсем рехнулся, мастер Шип"? - сказал он себе с такой же холодной беспощадностью, выстроив из нее щит против страха. - Ты еще в ноги ему упади и пообещай, что больше не будешь. Если Альс решит, что ты ему больше не нужен, изволь уйти достойно, а не шкодливым котом, выброшенным за шкирку. Хотя бы приличную память о себе ты еще можешь оставить*.

- Как скажете, монсиньор - согласился он, поднимаясь на ноги легким, тщательно рассчитанным движением - Действительно, вам виднее, кто из нас двоих в чем виноват. Вы устали, не смею навязывать вам свое общество.

- Что бы там ни говорил мастер Ларци. а лицо его ученик держать не разучился. Любезная улыбка, бесстрастный взгляд И обязательно те приемы, которые показывал им обоим грандсиньор Дункан^1 Щиты, ограждающие разум и чувства... Вспомнить бы про них пораньше! Но пусть хотя бы теперь Аластор не поймет, не почувствует через клятый аркан как выворачивает наизнанку его друга .

- «Бывшего, видимо», - так же холодно поправил себя Лучано.

- Лу. не дури. - устало сказал Аластор. на которого так и не получалось посмотреть.

- Точнее, Лучано смертельно боялся встретиться с ним взглядом, потому что тогда никакие щиты не помогли бы. Еще не хватало истерику устроить^1

- Приказываешь остаться? - поинтересовался он. с отвращением поняв что истерика все таки начинается, только медленная, тягучая и тихая, но затягивающая, как болотная трясина.

- Да делай ты. что хочешь! - рявкнул Аластор.

- И первым вскочил из кресла, явно собираясь выйти.

- С-с-стой... - прошипел Лучано. - Да стой же ты!

- Одним шагом - быстрым и длинным шагом Шипа^1 - оказавшись рядом, он пробежал пальцами по легкому летнему камзолу Аластора застегивая пуговицы. Поправил ему воротник рубашки, едва заметным касанием убрал за ухо предательски выбившуюся прядь, бросил взгляд пониже пояса... Нет. здесь все в порядке - хоть один из них вовремя вспомнил, что внезапная страсть оставляет следы, и позаботился об их отсутствии И это. конечно, был не Альс — куда ему.

- Я выйду первым - сказал сухо и тускло. - А ты погоди немного. Надо, чтобы румянец прошел и глаза блестеть перестали. Вспомни пока о чем-нибудь... вроде государственного бюджета.

- <А то ведь гвардейцы у нас не слепые. - добавил про себя, но говорить, разумеется, не стал. - Да и кроме них кто-нибудь глазастый может попасться навстречу».

- Лу, нам надо поговорите. - процедил Аластор и... положил ему руку на плечо!

- Лучано едва не взвыл, а уж чего ему стоило не отпрыгнуть^1 Да что же это таксе' Тут изо всех сил стараешься выглядеть невозмутимым, а этот... этот^1 Лучше бы в челюсть приложил^1

- Разумеется, монсиньор, - согласился он вслух с обманчивой кротостью, от которой знакомые Шипы обычно бледнели и старались исчезнуть подальше пока у мастера Фортунатс не исправится настроение - Но лучше на холодную голову м? А я свою пока что не могу назвать таковой. Позвольте нам обоим успокоиться, подумать, решить.. А когда посчитаете что пришло время для разговора, позовите - и я вернусь. Это был тяжелый день, монсиньор. позвольте ему завершиться.

- Несколько ударов сердца Аластор смотрел на него, и Лучано все-таки не смог отвести взгляд. Почувствует что-то? Ну и пусть чувствует! Не он один здесь растерян и не знает что говорить и делать! Не у него одного мир вокруг рушится и что-то внутри рвется в клочоя'

- Хорошо. - медленно отозвался Аластор. - Я позову Не уходи далеко.

- «Не уходи». - услышал Лучано то. что ему очень хотелось услышать.

- И, конечно, ушел Сначала - за дверь арлезийсксй гостиной, потом - подальше от королевского крыла Нашел свободную беседку в саду, сел на скамью, опираясь локтями о колени, и уставился на мраморную девушку, стоящую посреди фонтана Улыбка у нее была точь-в-точь как у матушки Альса, только лицо лет на двадцать моложе. Интересно, сам Аластор это замечал? И любил ли смотреть на эту статую прежний король?

- -Не хочу думать, что все может закончиться вот так. - сказал он себе. - Не хочу и не буду Просто посижу здесь... а потом вернусь и дождусь хотя бы разговора. Он сказал, что позове- Значит. надо вовремя услышать. Ждать и слушать - это то, что я хорошо умею, м?»

- • * k

- Вместе с блаженным опустошением на Айлин вдруг навалилась усталость - тяжелая, но странно уютная, как меховое одеяло... нет. три меховых одеяла!

- «Нужно встать, - подумала она и сонно удивилась - мысли тоже показались ей тяжелыми, неповоротливыми и медленными-медленными. - Одеться и уйти к себе... привести себя в порядок... Вот прямо сейчас, только на минуточку закрою глаза от надоедливого солнца...»

- Она закрыла глаза, пообещав себе, что откроет их ровно через минуту, почувствовала как ее осторожно укрывают чем-то тонким, приятно прохладным и обнимают, а потом окончательно уплыла в сон.

- -...Ревенгар! - услышала она возмущенный и одновременно крайне довольный голос Иоланды и вскинулась, не понимая, что происходит и откуда взялась Иоланда?

- Да еще такая возмущенная и странно выглядящая'

- Подруга была все в том же пышном придворном платье, в котором однажды уже ей снилась Однако сегодня платэе почему-то украшала на животе большая круглая пряжка с огромным рубином. За спиной Иоланды снова виднелись прозрачные крылышки, а в руках она держала золоченую палку, увенчанную леденцовой звездой. Этой палкой Иоланда многозначительно похлопывала по ладони, отчего звезда бросала на стены зловещие отблески.

- Иоланда! - растерянно вскрикнула Айлин. - Это все-таки ты?1

- Нет! - сварливо буркнула подруга - Я по-прежнему не мастерица грез, представь себе^1 Нет, ну надо же. я вся извелась! Думала, с тобой что-то случилось и тебе плохо! А тебе, судя по всему, очень даже хорошо, да?!

- Она огляделась, и Айлин тоже обвела комнату растерянным взглядом, гадая, что же видит Иоланда? Для нее самой спальня Кармеля выглядела в точности как наяву - просторная и светлая с огромной кроватью, украшенной тонкой резьбой а виде виноградных гроздьев, с такими же резными столиками по обе стороны кровати - на одном толстая книга и какие-то шкатулки второй совершенно пуст - с мягким ковром в золотисто-бежевых тонах и окном, распахнутым в сад

- И безо всякого следа Кармеля.

- Интересно, кстати, почему? Может быть, он просто уже проснулся? Тогда понятно, отчего его нет во сне, тем более чужом На мгновение Айлин пожалела, что занятия по основам иллюзий тоже частенько прогуливала, и решила подтянуть эту дисциплину вместе с алхимией. Ох. кажется, ей очень многое предстоит подтягивать...

- То есть ты хотела бы изводиться не зря"5 - улыбнулась она. вспомниз их бесконечные подначки в Академии.

- Зы посмотоите. она еще огрызается! - то ли радостно, то ли негодующе всплеснула руками Иоланда — Ладно уж. по крайней мере ты жива и всем дозольна Учти, я верю, что ты не можешь дать о себе знать по важным причинам, — добавила она ворчливо. - Ладно уж. потерплю. Но только попробуй потеряться окончательно. Ревенгар, из Запределья достану^1

- Не пропаду. - пообещала Айлин, почувствовав такое облегчение, словно погозорила с подругой наяву, а не во сне. - Иоланда, прости меня, пожалуйста! Я не хотела, чтобы ты волновалась, честное слово^1

- Можешь не извиняться, - махнула рукой иллюзорница - Пустяки, дело житейское! Кстати, - оживилась она вдруг - Эддерли пришел в себя Но ему пока не рассказали, что ты пропала сама понимаешь..

- И не нужно - вырвалось у Айлин. - Иоланда. как ты думаешь, он... хоть когда-нибудь захочет меня видеть?

- Дура^1 - фыркнула подруга - Конечно, захочет^1 Только не прямо сейчас, после лечебного сна какое-то время не до гостей Лорд и леди Эддерли тоже хотят. Они так расстроились, что ты пропала! А уж когда узнали, что кто-то воспользовался их печатью... Лорд Эддерли сказал, что. когда этого мерзавца найдут, вызовет его на дуэль! А леди Эддерли - что никаких дуэлей, она как ценительница, категорически не рекомендует это зообще. а уж тому, кто з положении...

- Кто в положении? - совсем запуталась Айлин. едва дыша от огромного облегчения.

- Саймон все-таки пришел в себя^1 Пусть это и сон. но верить Иоланде можно даже во сне уж она-то точно знает, о чем говорит^1

- Да тот. кто тебя выманил поддельным письмом! Леди Эддерли сказала, что как только узнает, кто этот мерзавец, он тут же окажется в положении. А потом родит ежа! Так и сказала представляешь. Ревенгар?

- А если это будет мужчина? - хихикнула Айлин. подумав, что целители, конечно, не умеют накладывать проклятия - и слава всем Благим за это!

- Если бы они. с их-то чувством юмора, еще и проклинали...

- Иоланда радостно кивнула.

- Я тоже об этом подумала. А леди Эддерли сказала, что ее это. несомненно, расстроит, но не остановит. Ладно Ревенгар. мне пора. А ты... ты уж посиди, пожалуйста, смирно там. куда тебя украли, хорошо?

- И зачем-то ткнула пальцем рубин броши. Через игновение прозрачные крылышки за спиной подруги мелко задрожали, потом загудели, как у настоящей, только очень большой стрекозы, потом начали вращаться, чего у стрекоз и вовсе не бывает, а затем Иоланда, подобрав подол к перехватив поудобнее свою палку вылетела в окно

- «Какой хороший сон. - вздохнула Айлин. окончательно проваливаясь в теплое уютное забытье. - Или i-e совсем сон... С иллюзорниками никогда не поймешь, где явь, а где греза, что бы они там ни говорили...»

- ...Проснулосо оно от прохлады и не срезу поняле, где гоходится. но через мгновение вспомнила все, что произошло... Когда же? Сегодня или уже вчера? Приоткрыв глаза, она поняла, что все-тзки сегодня - за окном темнело, но это была густая и мягкая лиловая темнота сумерек, а не сереющая рассветная дымка

- Значит, она проспала полдня в постели мужчины! И не просто мужчины, а того самого, с которым изменила мужу и. Айлин прислушалась к себе и удовлетворенно поняла, что по- прежнему ни капельки этого не стыдится. И даже не намерена раскаиваться'

- «Я всегда чувствовала, что моим мужем должен быт» совсем другой человек, и именно ему я изменяла с лордом Грегором. Вот с ним мне было и сть дно. и неловко .»

- Только... что теперь думает о ней Кармель?

- «Ничего нового. — мысленно огрызнулась Айлин. злясь сама на себя за глупые мысли. - Я люблю его. а он любит меня, мы должны были пожениться, и все что произошло сегодня, должно было произойти уже давно! Правда говооят. что мужчины презирают женщин, которые отдаются так легко, даже если сами клялись этим женщинам в любви. Но ведь это такая подлость и лицемерие! Кармель ни за что. никогда не может оказаться одним из подобных мерзавцев! А если какой-то мужчина действительно такой негодяй, то его мнение - последнее, что должно заботить женщину!»

- Она перека-плась на постели потянулась, чувствуя себя великолепно! В теле ощущалась приятная томность и такая легкость, как будто она целый вечер танцевала на балу пила игристое вино, с затем прекрасно выспалась, полносью восстановив силы Так сладко и крепко она спала в палатке, когда тепло и ровное дыхание друзей убаюкивали лучше успокоительных этваров и снотворных пилюль! Наверное, это потому что Кармель спал возле нее - вторая подушка была смята и хранила не только отпечаток головы, но и запах. Айлин уткнулась в нее носом и блаженно улыбнулась - так вот чего лишают себя супруги, у которых раздельные спальни!

- Нет. конечно иногда это очень удобно! Особенно во время нездоровья, беременности или просто, когда хочется побыть одной. Но все-таки больиую часть времени она предпочла бь засыпать рядом с Кармелем, потом просыпаться в одней постели с ним... «А еще обязательно заниматься... этим самым, чем мы занимались совсем недавно. - призналась она себе. - Не могу сказать, что мне было мало. но... я бы повторила! А потом еще и еще... В конце концов, кто мне рассказывал про важность обучения?1 Вот и пусть учит!»

- Она представила программу по такой восхитительной и очень нужной дисциплине^1 Лекции семинары, коллоквиумы и практические работы... О да. как можно больше практических работ! Лично она готова не выходить из спальни! То есть лаборатории^1 Ну если только затем, чтобы поесть и искупаться... Но к экзаменам, пожалуй, будет готовиться так старательно, как никогда 8 жизни!

- Обнимоя подушку, Айлин рассмеялась — смех сам собой возникал где-то внутри и заполнял ее. как пузырьки игристого вина, которое она не пила но чувствовала себя так. словно искупалась в нем.

- И тут в дверь спальни постучали.

- Войдите! - отозвалась Айлин. повернувшись и безуспешно попытавшись принять приличную позу.

- Подушку она отпустила и даже укрылась одеялом, скрывая наготу но растрепавшиеся волосы лезли в глаза, так что вряд ли этот вид можно было назвать приличным. Однако вошедший Кармель посмотрел на нее с восхищением, от которого в лицо Айлин снова бросилась краска. Вот как у него это получается? Она же сейчас на зедьму похожа^1

- Рад. что вы проснулись, моя донна. - сказал Кармель и улыбнулся. - Ужин скоро подадут. Вы не против, если его накроют на террасе? Алонсо замочил мясо в каком-то особенном маоинаде и жаждет удивить нас своим искусством

- Я не против! - завеэила Айлин. и ее желудок совершенно неприлично подтвердил это громким урчанием. - Только...

- К спальне примыкае- купальня - подсказал Кармель и указал на узкую двеоь в боковой стене. - Конечно, не такая большая и удобная, как внизу, но там есть все необходимое. Может быть, позвать Амину?

- Спасибо^1 - с искренней благодарностью выдохнула Айлин - Не нужно. Я прекрасно справлюсь сама.

- Купальня, выложенная пестрыми изразцами, оказалась действительно небольшой, но в ней нашлось место и для нас-оящей ванны, и для полок с принадлежностями. Среди щеток и мочалок стояла пара глиняных кувшинчиков с душистым мылом Айлин немедленно сунула в них нос и убедилась, что один пахнет сандалом и хвоей, причем мыла в нем чуть меньше половины, а вот второй оказался полон и пах вереском'

- От этого молчаливого и ненавязчивого подтверждения, что ее здесь ждали, на душе снова потеплело Айлин решителэно зачерпнула скользкую розоватую массу и забралась в ванну, второй рукой крутя медный кран...

- М-м-м. зодичка теплая Не горячая, но летом это даже лучше^1 Связаз узлом волосы, чтобы не намочить. Айлин растерла мыло по телу и глубоко вдохнула нежный аромат. А ведь он наверняка останется на коже^1 Так вот о чем говорила Иоланда. когда учила ее. что выбор духов очень важен?! Айлин всегда казалось, что духи должны нравиться ей самой, ну и тем. кто почувствует их. находясь в той же комнате. Но ей в голову не приходило, что настоящий аромат духов предназначен тому, кто ощутит его совсем близко - прямо на коже^1

- Значит Кармелю тоже нравится вереск? Или.. — Айлин запнулась в собственных мыслях. - Ему нравится вереск, потому что это ее любимый запах? Как же хочется в это поверить!

- Скова заурчавший живот и проснувшийся волчий голод напомнили, что ей был обещан ужин на террасе. Скорее туда, скорее!

- Закутавшие» в найденный на полке темно-зеленый халат - ее размера, между прочим^1 - и выйдя из купальни. Айлин убедилась, что Кармель деликатно удалился а на кровати аккуратно разложено платье и белье. Не то платье, в котором она была днем, а свежее из числа домашних, пошитых тетушкой для Академии так. чтобы Айлин могла надевать их сама, без помощи горничных.

- Торопливо одевшись и заплетя простую косу, она вышла из спальни, на прощание окинув ее взглядом. Определенно, светлое дерево и золотистые обои нравятся ей куда больше черного и темно-синего! В такой спальне она готова засыпать и просыпаться... Ах, кажется, об этом она уже думала!..

- Похоже, сегодня Алонсо и вправду превзошел сам себя Дивный аромат мяса с пряностями плыл по саду, и Айлин, вступая на террасу, сглотнула слюну. Пара вертелов еще томилась над углями жаровни, однако посреди накрытого стола уже красовалось блюдо, полное золотисто- коричневых кусочков, блестящих от запеченного жира Как всегда их дополняли плоские лепешки, плотный козий сыр - белый и копченый, пахнущий дымком. - а еще несколько мисочек с соусами и пучок свежайшей зелени В прошлый раз - кажется, это было целую вечность назад^1 - Кармель показывал ей, как принято есть в Арлезе, заворачивая мясо с сыром и зеленью прямо 8 лепешку, а потом обмакивая этот сверток в соус.

- Айлин снова сглотнула слюну и поспешно села на отодвинутый для нее Кармелем стул. Жадно оглядела раскинувшееся на столе великолепие- и предупредила:

- Прошу прощения за манеры, но если я немедленно что-нибудь не съем...

- Вставать между проголодавшейся женщиной и ее ужином? - добродушно усмехн-улся Кармель - Боюсь, это не только неучтиво, но и совершенно неблагоразумно. Прошу!

- М-м-м-м... — согласилась Айлин, вцепившись зубами в мясо, которое просто таяло во рту.

- Кармель молча разлил по бокалам золотистое арлезийское и тоже принялся есть, поглядывая на Айлин со странным выражением, которое она никак не могла определить.

- Больше всего это напоминало... умиление?!

- Утолив первый голод парой кусочков мяса и ломтиком сыра, она запила их вином и решительно посмотрела на Кармеля. Все равно придется поговорить, так почему бы не сейчас? Не зря же она обещала себе быть смелой!

- То. что случилось сегодня! - выпалила Айлин, почувствовав себя ужасно глупо, но запретив себе смущаться. Смущаться можно и потом' - Оно ведь повторится''

- Если ты этого пожелаешь, - откликнулся Кармель и внимательно на нее посмотрел. - Айлин, я несомненно, желал бы пройти с тобой весь «Замок Любви -... и фраганскую -Тысячу Ночей», и чинскую «Заводь Лотосов> но никогда и ни к чему не стану тебя принуждать.

- Под его взглядом Айлин все-таки вспыхнула, но самым светским тоном, на который была способна, поинтересовалась:

- -Тысяча ночей» - это как «Замок любви«, только по-фрагански? Конечно, хочу^1 - И добавила, пробуя проснувшееся вдруг кокетство словно котенок - впервые обнаруженные коготки: - Между прочим, однажды мне уже предлагали попробовать кое-что из «Замка любви» Правда, я тогда отказалась...

- Наш общий друг Лучано. я полагаю? - совершенно спокойно уточнил Кармель и снова улыбнулся. — Что ж. я рад. что честь и удовольствие первым познакомить тебя с этой стороной жизни выпала именно мне. Да 'Тысяча ночей - это фраганская версия «Замка» Для начала можешь прочитать ее сама, если хочешь, я держу экземпляр прямо в спальне А зот для «Заводи лотосов- боюсь, понадобятся мои комментарии

- Айлин очень хотелось прямо сейчас узнать, когда и где Кармель выучил чинский, но на язык прыгнул совсем другой, куда более важный вопрос

- В спальне? То есть мы будем... встречаться...

- Это супружеская спальня, и она была предназначена для нас обоих, как ты. несомненно, уже увидела. - негромко сказал Кармель. Айлин кивнула, вспомнив туалетный столик, такой удобный и совершенно пустой, ожидающий хозяйку. — И я буду рад. если ты согласишься разделить ее со мной. Твоя комната в любом случае останется твоей, и ты сможешь побыть наедине с собой всегда, когда этого пожелаешь.

- Я согласна^1 - выдохнула Айлин и снова потянулась за мясом, чтобы скрыть смущение.

- Ну и есть все еще хотелось, конечно! Между прочим, а когда они перешли на «ты»?' Причем так непринужденно, что она только сейчас это заметила!

- Прожевав мясо, она сунула в рот ломтик сыра и украдкой покосилась на Кармеля. пытаясь понять, что же в нем кажется ей таким незнакомым? И наконец поняла: прямо сейчас он не улыбался но еще никогда ни разу в жизни ей не приходилось видеть такого совершенного умиротворения^1 Такого же полного, что охватило и ее. окутав блаженным чувством покоя и безграничного доверия

- И тут же встрепенулась, вдруг вспомнив важную вещь, о которой обязательно нужно было спросить^1

- Кармель сегодня когда ты вернулся, я почувствовала, как открывается портал^1 Разве такое возможно? Ведь браслеты... - Она запнулась и тут же добавила: - И браслеты нагрелись, как будто от открытого огня! Может, они испортились?

- И подняла перед собой руки, слегка одеонув манжеты.

- Нет. — уверенно возразил Кармель, присмотревшись к ее запястьям. - Браслеты не испорчены. Но их нагрев - первый и верный признак, что твои каналы полностью восстановились, моя донна. Теперь дело лишь за их наполнением. Применять магию ты пока не сможешь, но видеть и чувствовать ее браслеты не помешают.

- Значит, их можно снять? - ликующе выдохнула Айлин и невольно подумала, что этот день, так ужасно начавшийся, станет самым счастливым в ее жизни.

- Можно. - согласился Кармель и, немного помолчав, добавил: - Но для этого тебе придется отправиться в Академию. Браслеты устроены так, что надеть их достаточно просто, но при попытке снять без соответствующих инструментов они раскаляются, и маг рискует получить глубочайшие ожоги Чтобы безопасно снять ограничители, необходимы совместные усилия сильного целителя и мастера-артефактора из службы безопасности Ордена. Один снимает браслеты, второй контролирует каналы, чтобы ток магии не восстановился слишком резко

- В Академию? - разочарованно протянула Айлин - Но туда мне никак нельзя...

- Пока что не стоит. - мягко согласился Кармель. - Но как только ты снова сможешь показываться в обществе, я немедленно отвезу тебя и прослежу, чтобы ты не столкнулась с лордом Бастельеро. - Помолчал и продолжил: - Кстати, ты знаешь, что в юности он тоже их носил? Правда, совсем недолго. Лорд Стефан, его дед счел полезным, чтобы внук испытал магическую беспомощность, и договорился с мэтрами, чтобы лорду Грегору позволили посещать занятия в браслетах. Неделю или около того, если не ошибаюсь. - Немного помрачнел и добавил - Все это время Дилан Эддерли от него не отходил, боялся, что друга проклянут или попросту подловят где-нибудь в темном углу, чтобы предъявить счет за старые обиды.

- Плохо же он отплатил семье Эддерли за все, что они для него делали. - горько сказала Айлин. у которой защипало глаза стоило вспомнить Саймона. - И неделя в браслетах его явно ничему не научила. - Потом вздохнула и решительно сказала: - Не хочу о нем думать. Вообще не хочу сейчас думать о чем-то плохом. Посмотри вечер такой чудесный' Ой, это что. Пушок?! И Дон Леон?!

- Она завертела головой, пытаясь понять, что происходит. С одной стороны террасы по ступеням поднялся Пушок, почему-то мокрый и такой грязный, словно долго катался по земле Снежно-белая шерсть была полна песка и листьев, Айлин в ужасе ахнула про себя, представив, как его придется мыть и вычесывать. Процокаа когтями по террасе Пушок лег в нескольких шагах от стола, держась гордо и независимо, словно Саймон, пойманный на очередной проделке

- А в это же время на перила террасы с другой стороны от стола запрыгнул Дон Леон, какой- то взъерошенный и с листиком, прилипшим к полосатой спине Приняв не менее гордый и независимый вид. он принялся тщательно вылизывать лапу, подчеркнуто не глядя на пораженную Айлин и усмехающегося Кармеля.

- Хорхе сказал, что они сегодня целый день гонялись друг за другом по саду. - пояснил магистр - Искупались в ручье сломали два розовых куста и дюжину лилий, вытоптали какие то клумбы и в перерыве между этими достойными занятиями украли из кухни фаршированную

- утку.

- Ой... - прошептала Айлин в смущении. - Пушок никогда себя так не вел! И._ зачем ему утка?! Он же не ест^1

- Полагаю, он угостил ею Дона Леона. - усмехнулся Кармель. - А может, сам не стал отказываться от угощения - кости, насколько я помню, он грызет. Во зсяком случае, благородный дон из Арлезы и не менее благородный лорд из Дорвенанта явно нашли общий язык. Ничего страшного, клумбы и утка - невелика потеря, главное, что эти двое подружились.

- Но сегодня - никакого мяса' - решительно заявила Айлин, по очереди гневно глядя на две наглые морды без малейших признаков раскаяния. - От тебя. Пушок, я этого точно не ожидала^1 Ну ладно, кот' Но ведь ты же приличная собака^1 Стыдно воровать!

- Пушок ответил ей умильнейшим взглядом и пару раз стукнул хвостом по полу, словно говоря, что воровать, конечно, стыдно, однако иногда - совершенно необходимо! Ей ли этого не знать?!

- Айлин вспомнила список заклятия, утащенный из кабинета лорда Бастельеро. пирожки с академической кухни., и снова вздохнула. Действительно, чего ожидать от собаки, если хозяйка сама никогда не была образцом благонравия.

- Кстати^1 Она повернулась к Кармелю.

- Сегодня в спальне... надеюсь, я не... не напугала тебя своим... поведением. - совершенно смутившись, добавила Айлин и опять невольно покраснела

- И вспомнив об этом самом поведении, и рассердившись, что фраза прозвучала так глупо и беспомощно.

- Позволь подумать. - с самым серьезным выражением лица откликнулся Кармель - Моя любимая наконец-то оказалась в моей постели, совершенно обнаженная и готовая ответить на мою любовь своей... Разумеется, я был в панике!

- Айлин несколько мгновений смотрела на него - ну точно арлезийский котище, тоже никакого стеснения' - а потом с абсолютным облегчением рассмеялась. Всеблагая Матушка.

- ну какие же глупости она себе успела придумать! Какой страх или стыд?! Он знает ее столько лет - и не успел привыкнуть?!

- Она допила вино и посмотрела в сад. где сумерки окончательно сменились бархатной темнотой, и только пара ламп, висящих под потолком террасы, рассеивали эту глубокую тьму, бросая золотистый свет, который расходился кругами от самого яркого до таинственно тающего мягкими отблесками

- «Должно быть, со мной все-таки что-то не так, - подумала Айлин. глубоко вдыхая и густые запахи влажной земли и травы, и сладковатый призрачный аромат крохотных ночных цветов, растворяющийся, стоит только нарочно принюхаться - Кармель - второй мужчина в моей жизни, и снова я бросилась ему на шею сама. Правда теперь я хорошо понимала, что делаю и чего хочу...»

- Полагаю, теперь ты обязана искупить урон, нанесенный моей чести, и выйти за меня замуж, - тихонько рассмеялся Кармель. и Айлин, потянувшись через стол, ткнула его кулаком в плечо, не зная, чего ей хочется больше - снова рассмеяться в ответ, такими нелепыми после его шутки показались ее мысли, или притворно рассердиться

- Или. может, испугаться? Да что на нее нашло? Ей и в голову не пришло бы поднять руку на лорда Грегора. даже в шутку^1

- Айлин, донна моя. - тихо сказал Кармель, и Айлин замерла, таким серьезным и даже напряженным был его голос. - Ты примешь мое кольцо снова? Я не могу просить тебя о браке, пока не разорваны прежние узы. но позволь считать тебя моей невестой и ждать дня. когда мы соединимся перед людьми и богами уже навсегда.

- Я... согласна. - ответила Айлин. едва слыша свой голос.

- Словно во сне она видела, как Кармель. встав, обходит стол опускается перед ней на одно колено, берет ее руку и надевает кольцо. То же самое, знакомое ей до мельчайшей черточки, до сладко-горькой боли, заливающей сердце, стоит лишь вспомнить...

- Она покосилась на мужскую руку, что держала ее пальцы. Кольцо с черным алмазом в белой оправе ровно сияло на ней - как и всегда с момента их помолвки в лазарете Кармель его не снимал и вот черный арлезийский ястреб, вырезанный на камне, дождался своей пары

- Люблю тебя, моя донна. - сказал Кармель. не сводя с нее глаз, показавшихся частицами того же камня - черных, но ярко сияющих внутренним огнем

- Люблю тебя. - эхом отозвалась Айлин и встала лишь затем, чтобы оказаться в объятиях поднявшегося следом Кармеля

- Их губы встретились, и мир вокруг стал таким безупречно понятным и правильным что Айлин удивилась - как она раньше могла жить совсем в другом мире''

- Там. где у нее не было этого мужчины, этого сада с террасой, этой общей спальни, которая их ожидает, и арлезийского белого, налитого его рукой, и собаки с котом, что как-то подозрительно отвернулись от стола Всего, что было ей совершенно необходимо, а она не знала!

- Потом, когда губы уме горели от поцелуев и сердце в груди стучало, как Амина - на своем бубне. Айлин с сожалением отодвинулась от Кармеля и тут же схватив его за руку, то ли повела, то ли потащила в сад. Ей хотелось бежать вприпрыжку и кричать о своем счастье, но она старательно решила вести себя как взрослая женщина - ну хотя бы потренироваться в этом благом и нужном деле! Поэтому они шли рядом по темным ночным тропинкам, а где-то в кустах поблизости мелькало белое пятно, хрустя ветками. Серо-полссатый арлезийский дворянин, разумеется, был бесшумным невидимкой, но Айлин 8 его присутствии не сомневалась.

- Возле очередного куста, где они остановились, чтобы опять поцеловаться. Кармель отломил с высокой ветки густую пушистую гроздь поздней сирени, которая показалась 8 свете далекого магического шара серой, но на самом деле темно-пурпурную, пахнущую свежо и дурманно. Протянул Айлин. и она опустила лицо в нежную пену соцветий. Странное и прекрасное чувство, что уже давно сворачивалось где-то в груди, наконец оформилось в мысль, такую простую и ясную, что Айлин даже удивилась - почему та пришла только сейчас?

- - Я дома. - шепнула она в цветы, подняла голову и, посмотрев на своего мужчину, повторила громче: - Я дома. Кармель.

- И замерла, почувствовав, как всколыхнулись вокруг и потянулись к ней магические потоки, складываясь в какой-то странный, никогда не виденный ею прежде узор, центром которого стала вдруг она. Айлин!

- Глава 16. Потерянный след

- Прошло всего несколько дней после возмутительной выходки магистров, а Грегор уже готов был пожалеть, что не швырнул Звезду Архимага им в лицо Конечно, это и сейчас не поздно было сделать но в его положении подобное разнялось капитуляции, причем позорной. И потому он неизменно и з срок являлся на службу, чувствуя себя в стенах Академии захватчиком посреди взятого приступом города Ему казалось, что даже портреты великих магов прошлого глядят з его сторону недобро и осуждающе. Но это. конечно, было полной глупостью и последствием расстроенных нервов

- а еот что действительно не могло оказаться ни глупостью, ни случайностью, это то. что его собственные секретари с того дня приносили Грегору на подпись исключительно хозяйственные счета, в один голос уверяя, что никаких других срочных и достойных Великого Магистра дел попросту нет.

- Невозможно! Немыслимо!

- И он должен поверить, что на всех факультетах разом исчез недостаток преподавателей, о котором ему все уши прожужжали в прошлом году-7 Что магистры решили этот важнейший вопрос, не утруждая Архимага? Ну и кого они понабрали, хотелось бы знать?! Впрочем, нет. не хотелось. После издевательской отповеди Роверстана взявшего в преподаватели иностранца, профана, да еще и простолюдина, Грегор поклялся себе не лезть з дела гильдий без просьбы о помощи. Академия этой помощи не желает? Что ж. господам магистрам и разбиратося с последствиями.

- Окончательно он утвердился в этом решении, узнав, что изрядная часть бывшего особого курса ходит на тренировки к тому самому Витольсу возомнившему себя кладбищенским мастером. Четверо из оставшихся в Академии семи' Ну ладно, Хавард и Сэвендиш, ладно Лохланн - по-настоящему они сильны только в ритуальной некромантии и могут не понять, что имеют дело с шарлатаном, но ведь Гринхилл чуть ли не с первого курса готовился в кладбищенские мастера - ему-то что может дать этот... знаток неприличных чинских трактатов?!

- Грегор с неприязненным раздражением вспомнил насмешливое бесстыдство Витольса и удивительную снисходительность Эддерли-старшего не говоря уже об остальных. Да если бы кто-нибудь подсунул подобное чтиво его сыну, немедленно поплатился бы' Неудивительно, что Саймон вырос наглецом при полном попустительстве отца и главы рода... Ладно, хватит о нем^1 Каждый получает то. чего заслуживает!

- Из остальных трех прилично вел себя разве что Драммонд. Он окончательно избрал стезю проклятийника и посещал дополнительные занятия в городе у одного из пожилых мастеров, которых Грегор прочил на должность лейб-некроманта Что ж. в этом случае можно быть уверенным в качестве преподавания - старики времен Стефана Черного Глаза свое дело знают. Не пришли ему Драммонд перо вместе с остальными. Грегор, возможно, даже предложил бы ему личное ученичество - мальчишка, которого отмечал еще Денвер удивительно быстро набирал мастерство в проклятиях и даже имел шансы превзойти Саймона Эддерли. Но сам теперь виноват, выше своего учителя ему вряд ли подняться, а тот некромант все же уступал Грегору. как в свое время - Стефану. Любопытно, кстати, как Драммонд оплачивает наверняка недешевые частные уроки? Он ведь, кажется, небогат Впрочем, его дразнили пажом Аранвена, видимо, попросил покровительства у бывшего соученика...

- Думать о предателях, которых учил с таким старанием, было почти физически больно однако Грегор продолжал напоминать себе про чужую неблагодарность, растравливая эту рану едва ли не с болезненным удовольствием. Они могли бы стать лучшими в своем поколении! Г1имучи1Ь ю. 4iu некриматы рида Баиiел&ери собирали и хранили веками! Си своими учениками он поделился бь почти всем, кроме самых тайных родовых знаний! Но они его предали...

- Притом еще двсе и без того оказались страшным разочарованием. Кэдоган и Галлахер вместо благородного искусства некромантии выбрали дорогу ремесленников, жалких мазил, почти прислуги^1 Никто же не запрещал им рисовать в свободное время, дворянину и магу вполне прилично иметь какое-то увлечение. Охоту, например, фехтование или разведение породистых собак.. Почему бы и не живопись? Но похвалы короля и придворных настолько вскружили мальчишкам голову, что вместо выбора основной дисциплины, который все разумные адепты делают во второй половине обучения они заявили, что намерены всецело посвятить себя живописи! Нет, конечно, учебу закончат но лишь в том объеме, который нужен для получения орденского перстня, не больше. И это при таких способностях! После стольких лет обучения у Избранного Смерти^1 Это даже не безумие, это просто _ чудовищная глупость какая-то^1

- «Каждый получает то. чего заслуживает - снова напомнил себе Грегор любимые слова деда. - Если этим господам угодно бегать по чужим заказам с кисточками и красками, это их право Ко мне, по счастью, они больше никакого отношения не имеют! Возможно, Претемная окажет мне самую большую милость в моей жизни, одарив моего сына искрой - и тогда я воспитаю величайшего некроманта в роду Бастельеро и во всех Трех Дюжинах! Но если даже нет... пусть он просто будет человеком, достойным нашего имени!»

- Откинувшись в кресле Архимага, он поставил подпись на последнем документе из сегодняшней тощей стопки и стодвинул его в сторону, чтобы просохли чернила. Бумаги кончились? Ну и прекрасно!

- На самом деле он мог бы даже порадоваться этому молчаливому заговору, ведь проект Устава Карлонской академии отнимал почти все его время! Если бы только за предупредительностью секретарей не мерещился их страх, а за услужливостью магистров охотно предоставивших все нужные для карлонцев списки и записи - не чудилось облегчение от того, что Великий Магистр не беспокоит собратьев своим присутствием или проектами' Впрочем, почему «чудилось»? Магистры совершенно точно не желали его видето' Сегодня

- Грегор убедился в этом, зайдя з преподавательскую комнату между третьим и четвертым уроком, как раз в то время, когда туда приносили шамьет. медовую воду и ореховое печенье.

- Разумеется, ни печенье, ни шамьет. ни тем более общество коллег его не интересовали ни в малой степени! Он всего лишь намеревался поручить Ладецки составить список магов- карлонцев, готовых навестить родину, сопровождая Архимага! Но. услышав из-за двери преподавательской комнаты чей-то смех, кажется. Райнгартена, а потом и громогласную похвалу печенью, Грегор замешкался на пороге и даже подумал не выпить ли и ему шамьета? Подкрепить силы было бы очень разумно^1

- Однако стоило ему войти, в комнате сгустилась такая напряженная неприязненная тишина, что Грегора замутило, и он поспешил выйти, едва отдав распоряжение Ладецки. За дверью, которую он закрыл, тут же возобновилась оживленная беседа, и Грегор с отвращением подумал что его уход унизительно похож на бегство. Но не возвращаться же туда, где его общество так явно нежеланно, это было бы еще унизительнее!

- Встаз из кресла, он взял дедову трость, которую в последнее время снова стал носить с собой и окинул кабинет прощальным взглядом. Больше чем за год в должности Архимага у него так и не получилось привыкнуть к этому роскошному, но неуютному и откровенно чужому помещению. Ало-золотсе убоанство резало глаза, и даже посреди лета казалось, что в кабинете холодно.

- • Собственно говоря а зачем теперь мне этот пост? - подумал Грегор, спускаясь по ненавистной башенной лестнице. Поврежденная нога вроде бы зажила, но он все равно чувствовал неуверенность, наступая на нее. Так, словно собственное тело могло предать его в любой момент. - Я хотел уберечь Айлин от происков Райнгартена, однако это потеряло всякий смысл Проект очищения Академии от простолюдинов провалился из-за упрямства и недальновидности старых ослов-магистров и только необходимость помочь карлонцам позволяет мне почувствовать себя нужным... Но разве с этим не справится кто-то другой?1 Так зачем я держусь за проклятую Звезду, по-настоящему пригодную только для того, чтобы мой сын хватался за нее ручонками и тянул блестящую штучку в рот? Может, к Барготу это все? Но как отступить без потери чести? Как доказать всем и главное, самому себе, что это мое решение, а не трусость?..»

- Что ж, на подготовку поездки в Карлонию вряд ли понадобится много времени. Определенно стоит развеяться, отвлечься от кошмара, в который превратилась его жизнь, и хорошенько подумать о будущем!

- Войдя в особняк, он спросил у дворецкого о здоровье сына, получил заверения, что юный наследник чувствует себя прекрасно, и велел подавать ужин. К его молчаливому облегчению, лорд Аларик не вышел к столу - снова гостил у Вальдеронов. Хоть бы совсем к ним переехал, право! И попугая своего забрал бы...

- Пока он ужинал Деми все зремя крутилась рядом, и Грегор рассеянно давал ей кусочки еды. которые собачка деликатно брала с ладони Однако ее игривость и готовность ласкаться больше не забавляли и даже утомляли. Милое создание, но до чего же навязчивое! Нужно будет сказать горничной, чтобы больше не пускала собачку в столовую и зообще держала ее подальше от Грегора 3 конце концов Деми одинаково привязана ко всем людям, так что какая ей разница, у кого выпрашивать лакомства?

- Закончив ужин, он велел подать бутылку вина в библиотеку и поднялся наверх Дверь в спальню жены была плотно прикрыта, и, проходя мимо. Грегор поморщился от холодной тоскливой ненависти к этой женщине такой юной и при этом такой лицемерной, способной пренебречь и клятвами, данными у алтаря. - лживыми клятвами^1 - и супружеской честью, и материнской любовью. И подумать только, ради нее он был готов на что угодно!

- Мягкий ковер скрадывал шаги, дом выглядел совершенно тихим и пустым, и Грегору. почти дошедшему до библиотеки, вдруг захотелось остановиться посреди коридора и... закричать. Ведь именно об этом он мечтал все годы на войне и после! Вернуться домой, в родовой особняк, тишину которого не нарушают ни пушечные залпы и вопли раненых, ни гомон адептов, ни разговоры коллег ни учебные колокола, ни тем более, гости! Он желал наслаждаться покоем и одиночеством... И вот теперь у него сколько угодно и тишины, и одиночества, невыносимо тяжелых давящих, ненавистных!

- Какая, оказывается, огромная разница - грезить о покое, постоянно получая приглашения из дворца или просто от лордов из Трех Дюжин - на охоты, балы, праздники или даже маскарады, тридцать три раза пометь их Баргот^1 - и столкнуться с полным пренебрежением' Конечно. Грегор сам не желал ни участвовать в празднествах, ни ездить на охоты, но...

- Он вдруг вспомнил, что Девериан недавно объявил о помолвке старшей дочери. И даже прислал приглашение на праздник но исключительно формальное а при личных встречах неизменно молчал. Любому человеку, знакомому с неписаными традициями высшего света было понятно, что лорда Бастельеро попросту опасаются оскорбить не позвав на торжество однако видеть на нем совершенно не желают. И Баргот бы с ним. с Деверианом, но...

- С неумолимой ясностью вспомнилось приглашение от Дориана Ревенгара - на ту злополучную охоту, с которой боевик не вернулся... Конечно, присутствие Грегора ничего не изменило бы. но... Опять это проклятое «но»!

- «Почему все эти годы я сторонился любого общества? — подумал он с тоскливым недоумением. - Ну ладно. Ревенгар. но ведь с Кастельмаро мы неплохо ладили до того случая.. Почему не ездил к старому Мэрли, который постоянно меня приглашал, и зедь я сам сколько раз собирался его повидать" А теперь старик совсем слег, и ему уж точно не до меня. А Малкольм?! Я же видел, во что он превращается, почему не бывал ао дворце? Не пытался отвлечь его от пагубной привычки, не общался с его сыновьями... Кто знает, что могло бы пойти совсем друшм путем, выполни я долг истинного друга?! И ведь я любил его. я бы сделал что угодно, попроси меня Кольм - я искренне так думал! Но... ведь он же просил! А я замкнулся в своем одиночестве не желая видеть, как мой друг теряет человеческий облик.. И лишился Кольма так же. как Дилана Эддерли, только куда страшнее и непростительнее..

- Я подумаю об этом потом - сказал он вслух, чтобы хоть как-то нарушить вязкую холодную тишину библиотеки - Сейчас я слишком устал.. Пожалуй, и проектом сегодня заниматься не стоит, нужно отдохнуть

- Подойдя к ближней полке, он взял первый попавшийся томик, не глядя на название, однако пальцы узнали переплет

- Любимая книга деда! Перечитанная им столько раз, что на переплете остались потертости, а некоторые страницы открывались сами по себе. Грегор, разумеется, читал ее. как и все книги, которые удостаивал вниманием дед. но о чем в ней шла речь, помнил не слишком хорошо Кажется, о некоем зелье связавшем запретной любовью даму и рыцаря... Но дед. должно быть, находил в книге что-то еще. если перечитывал ее раз за разом?

- Грегор открыл первую страницу и погрузился в текст, надеясь что чтение его успокоит, но чем дальше, тем омерзительнее предстаэлялась ему история. Дама оказалась невестой, а потом и женой короля, рыцарь - его племянником, а зелье... да будь оно хоть сто раз приворотным, истинно добродетельные люди должны были бороться с приворотом, а не бездумно сдаваться похоти^1 Впрочем, некоторые зелья действительно затуманивают рассудок, и поддайся рыцарь и дама искушению единожды. Грегор смог бы это понять, но их дальнейшая связь не вызывала ничего, кроме отвращения к преступникам и мучительной, тягостной обиды за короля. Да что дед мог находить в этом... этом .

- Грегор вдруг ясно, как наяву, увидел деда - серебряная седина, спокойное истончившееся лицо, жесткие складки вокруг рта цепкий внимательный взгляд.

- Весьма поучительное повествование. Как ты думаешь. Грегор. в чем главная ошибка короля?

- «Мне было тогда лет пятнадцать, - вспомнил Грегор. — Что же я ему ответил?1 Ах да. я сказал - главная ошибка в том, что он не убил изменников. А дед усмехнулся и покачал головой - разочарованно как я теперь понимаю... И сказал... Да, верно, он сказал... «Иногда убийство - единственный выход, но при этом всегда проигрыш. Можно убить неверную жену и соперника, это даже необходимо сделать, чтобы смыть позор со своего имени, но тот. кто совершит подобное навсегда останется проигравшим, потому что не смог добиться любви. Нет. Грегор. главная ошибка в том. что король женился, ничего не зная о девушке, которую выбрал. Он послал людей узнать, красива ли невеста, а следовало бы выяснить - какое ее нрав-5 На что она способна, чтобы добиться цели? Любит ли она то же, что и будущий муж? Свободно ли ее сердце? Запомни. Грегор. тот, кто позволяет себе ослепнуть, всегда проигрывает...»

- Она ослепила меня. - прошептал Грегор, вцепившись в книгу так. что заболели пальцы. - Ослепила притворной искренностью и скромностью^1 Так же как Беатрис!..

- Под пальцами омерзительно липко чавкнуло, и Грегор вздрогнул. По страницам расползалась вязкая зеленоватая гниль. «Мертвецкая плесень»! Как же немыслимо он распустился, если сам не заметил, как с пальцев сорвалось проклятие?! Счастье, что этого никто не увидел!

- Отбросив томик на стол, Грегор взглянул на него с омерзением. Любимая книга деда теперь безвозвратно испорчена' Правда, деду это уже безразлично, а сам Грегор никогда ее не любил...

- «А что же я любил? - подумал он вдруг, и рот наполнился кислой горечью. - Составлять и распутывать проклятия? О да. некромантия всегда была моей страстью! Но ведь магия - это счастье и смысл жизни любого мага она не считается Верховые прогулки в одиночестве^7 Да .. но это было давно, когда моего общества искали другие... соученики или бывшие сослуживцы... Охота? Нет я всегда терпеть не мог охоту, но ездил с дедом чтобы доставить ему удовольствие.. Танцы) Ну конечно же. я любил танцевать^1 В прошлом году на балу в Вишневую ночь я танцевал со своей кузиной и был... почти счастлив. А что еще? Ведь не может быть так. чтобы меня совсем ничто не радовало?!>

- Он сплел перед собой пальцы и посмотрел на пару перстней - родовой и мажеский. Пожалуй, ему нравилось учить. Видеть горящие восхищением и рвением глаза, передавать мастерство и опыт, оттачивать клинок чужого духа и разума, вкладывая в юных адептов не только знания с умениями, но и собственное видение мира... О да. ему нравилось учить! Раньше...

- «А еще я любил побеждать. - упрямо подумал он. цепляясь за эту мысль, как утопающий за веревку - Я всегда знал, что рожден быть лучшим, и жизнь неизменно подтверждала это. Я выиграл проклятую войну, хотя Корсон считал меня то ли бездарем, то ли неумелым мальчишкой! Фраганцы отступили, запросив мира, и это совершенно точно была победа^1 И с поста командора я ушел победителем. А потом стал Великим магистром и едва не оказался королем... Я спас Академию и столицу! Все чего способен добиться человек, легло к моим ногам, но. почему же эти победы имеют вкус поражения? И что мне полюбить теперь когда меня предало асе. что я ценил, о чем мечтал чего добивался? Жена ушла коллеги-подчиненные молчат при встрече при дворе меня опасливо сторонятся... совсем как деда когда-то! Как мне все исправить и снова выйти на верный путь?!»

- Я должен вернуться в общество хотя бы ради сына. - сказал он себе, потянулся к забытой бутылке вина, чтобы плеснуть в бокал, и тут в дверях библиотеки появился дворецкий.

- Милорд' - поклонился он - К вам гости Лорд Кастельмаро-старший с сыновьями и лорд Ревенгар. Они передают извинения за поздний визит, но утверждают, что дело не терпит отлагательства.

- Кастельмаро и Ревенгар?1

- Грегор зстал и даже успел удивиться явлению гостей в такое ни с чем не сообразное время а потом дернул уголком рта от мгновенного чувства неловкости. Артур Ревенгар! Конечно, он вернулся из полка, узнав о пропаже сестры! И Баргот знает, о чем ему еще насплетничали^1

- Просите их в малую гостиную и подайте вино, - приказал он. - Я немедленно спущусь.

- Ну, хорошо, визит Ревенгара - гто понятно, и перед мальчишкой, пожалуй, стоит извиниться. Артур не имеет никакого отношения к поведению своей сестры, а сообщить ему о похищении Айлин должен был именно Грегор как ее муж. Он просто забыл это сделать... Но зачем явился Эдвин, да еще и сыновей грихватил? Ах да. ведь старший Кастельмаро. кажется, бывший опекун Артура^1 Или даже восприемник? В таком случае он мог увязаться с молодым Ревенгаром из симпатии к воспитаннику, но к чему тут его сыновья?

- Неспешно спустившись по лестнице Грегор сдержанно поклонился гостям, скрывая гримасу - от сполохов черно-красно-золотого, смешанного в разных сочетаниях, в гостиной стало как будто тесно, а 8 затылке вспы>нули искорки пока еще слабой боли. Все четверо были в военной форме. Эдвин - в парадном ало-золотом мундире полковника лейб-гвардейского полка. Ревенгар и оба младших Кастельмаро - в куда более скромных черно-красных лейтенантских с нашивками второго рейтарского Значит, служат вместе с Артуром и сопровождают его просто за компанию''

- Какой надежный эскорт у молодого лорда Ревенгара - съязвил он, позволив раздражению взять зерх над правилами гостеприимства - Вечерами Дорвенна небезопасна, однако лейтенанту рейтаров положено уметь за себя постоять. Неужели вы так за него боитесь. Эдвин?

- После того, как вы обошлись с собственным учеником? - поднял брови боевик и. внимательно осмотрев Грегора с головь до мягких домашних туфель, с изысканной издевкой закончил: - Ну что вы. разумеется, для э_ого нет никаких оснований!

- На миг в гостиной стало совершенно - просто смертельно! - тихо. Гости молчали, а у Грегора перехватило горло от ярости Эдвин был его секундантом' Он видел зсю эту отвратительную сцену с Саймоном и позволяет себе... не просто осуждать, но еще и издеваться?1

- Вы пришли, чтобы оскорбить меня в моем собственном доме? - поинтересовался он. когда снова смог говорить, не опасаясь, что гнев подскажет совсем другой ответ, больше достойный такой наглости.

- Например, проклятие.

- Я пришел не для этого, милорд. - Артур сделал шаг вперед, и Кастельмаро едва заметно кивнул, словно признавая за ним право говорить от лица всех четверых. - Однако насчет Дорвенны вы совершенно правы. Раньие я не думал, что благородную леди могут похитить средь бела дня прямо на улице. К тому же. убив сопровождающих и не оставиз никаких следов Похоже, в Дорвенне куда опаснее, чем я полагал. Неудивительно, что лорд Эдвин решил позаботиться обо мне как мой восприемник и друг нашего рода Он прислал за мной в полк и помогает в розысках Айлин. Вам это кажется странным? Или оскорбляет s каких-то чувствах? - негромко, невозмутимо и даже несколько занудно уточнил он. А потом добавил, пока Грегор пытался осознать, что вот этот хладнокровный юнец - сын и прямое продолжение Дориана Ревенгара. Да его отец уже бы Молотами кидался! - Вынужден сообщить что я рассчитывал встретить от вас другое отношение лорд Бастельеро Вы даже не потрудились прислать мне известие, что моя сестра похищена

- Что ж. вы немедленно узнали об этом и без меня. - огрызнулся Грегор. тут же отбросив любые мысли об извинениях. Только не теперь! - Боюсь, лорд Ревенгар, мне придется разочаровать вас еще сильнее Ваша сестра, насколько мне известно покинула мой дом по собственной воле а прислуга, погибшая из-за этого, стала невинной жертвой интриг леди Айлин

- Да как вы смеете?! - выдохнул Кастельмаро-старший. разворачивая плечи немного наискосок и выдвигая ногу вперед в классической дуэльной стойке боевика У Грегора. видевшего эту позу в исполнении собственной жены и при таких обстоятельствах, которых он врагу не пожелал бы. едва не потемнело в глазах от бешенства. - Оскорблять дочь Дориана?! Леди Айлин, которая спасла Дорвенант?!

- Женщину, которая сбежала от мужа, бросив младенца-сына в колыбели - в тон ему подсказал Грегор. выплевывая слова как желчь, до того едкую, что она обжигала горло. - Ваша драгоценная леди Айлкн добилась от короля права на раздельное проживание с супругом! Но и этого ей показалось мало. Она пропала при таких сомнительных обстоятельствах, что я не могу не подозревать ее собственного участия во всем этом Хотя бы потому, что потом эта героическая и ни в чем не виновная особа прислала мне письмо! - Теперь слова текли сквозь него не просто желчью, но ядом, замешанным на смертельно оскорбленной гордости и боли. - И в этом письме она заверяет, что находится в полной безопасности, не желает, чтобы ее искали, и считает нес обоих свободными от брачных клятв. Немного преждевременно, разумеется, но у меня нет никаких сомнений, что его величество с радостью исполнит желание своей... подруги!

- Растерянность и изумление явно проступившие во взгляде всех четверых, наверняка доставили бы Грегору немалое удовольствие, если бы сейчас его хоть что-то могло радовать.

- Я хотел бы увидеть это письмо. - хладнокровно сказал молодой Ревенгар, первым справившись с удивлением - Как утверждает служба канцлера, мою сестру выманили из дома поддельным посланием Почему вы так уверены, что вам не прислали другую подделку? - Немного помолчал и добавил с той же убийственной рассудительностью: - Приказ его величества о разделэном проживании я бы тоже очень хотел увидеть. Не сочтите за оскорбление, милорд разумеется, я верю вашим словам, но должен знать точные формулировки, опредепяющие ваши дальнейшие отношения с Айлин.

- На каком основании? - краешками губ усмехнулся Грегор. - Вы. кажется, забыли, что по закону ваши родственные отношения разорваны? Вы ей никто лорд Ревенгар, и только моя добрая воля была основанием того что вас принимали в моем доме как ее брата Кстати не кажется ли вам что это очень свойственно леди Айлин - отбрасывать близких людей, как нечто ненужное и даже вредное-7 Когда собственная мать попыталась принудить ее вести себя прилично, леди Айлин /шла из рода, отвергнув семью и памято об отце. Когда я напомнил ей о брачных клятвах и помешал вольной жизни, к которой она привыкла, леди Айлин бросила ссмыо оо оторой роо, только теперь мужа и сыпо. О. прошу прощепия! В третий' От doc то оно отреклась дважды'

- Лорд Бастельеро. вы забываетесь... - негромко и глухо сказал Эдзин Кастельмаро. - Каковы бы ни были причины вашего с ней разрыва, не смейте топтаться по чести леди Айлин и памяти Дориана Вы не видели эту дезочку над телом отца, которого она пыталась предупредить и спасти, не слышали слов леди Гвенивер... Клянусь Пресветпым, если во второй раз она отреклась от рода при сходных обстоятельствах, никто из нас ей не судья Что до письма Почему вы о нем не сообщили? Лорд Аранвен-младший перебирает столицу по камешку и по соломинке^1 Леди Айлин разыскивают в Дорвенанте и за его пределами' Письмо способно послужить уликой или путеводной нитью! Что. если это v правда подделка, написанная похитителями?!

- Можете обманывать себя сколько угодно. - снова усмехнулся Грегор. - Но как челозек, несколько лет проверявший письменные работы леди Айлин я готоз поклясться честью, что в мире не существует похитителей способных подделать ее уникальный почерк И не менее уникальный образ мыслей, к слову говоря. Вы хотите видеть письмо? Извольте! Я не обязан его показывать, но боюсь, что иначе вы так и будете считать леди Айлин святее Семи Благих.

- Он дернул колокольчик и велел появившемуся дворецкому

- Черную шкатулку из моего кабинета.

- А потом уточнил с усталым отвращением:

- Надеюсь, зы понимаете что содержание письма должно остаться гайкой? Леди Айлин всегда очень вольно относилась к своей репутации, но мой сын не заслужил, чтобы его заклеймили родством с такой женщиной.

- Кастельмаро уже раскрыл рот, и его яростный взгляд предупреждал, что сказанное Грегору не понравится, ко... узкая и очень изящная для мужчины ладонь молодого Ревенгара. затянутая в замшевую перчатку, легла на плечо бывшего опекуна - и тот плотно сомкнул губы. Даже зубы, кажется, стиснул так. что еще немного - и заскрипят.

- Можете быть уверены, что я не хочу повредить своему племянник/ - холодно заявил Артур. - И прошу запомнить, что его мать - моя сестра. Вы правы, она больше не Ревенгар и никогда ею не будет в глазах людей и закона Ну и что' Все равно в нас течет одинаковая кровь, и от нашего отца, насколько мне известно. Айлин не отрекалась Она - леди Дориан и дочь Дориана Ревенгара. как я - его сын.

- Грегор молча пожал плечами. Какая ему, в сущности, разница? Если сестрица, пусть лицемерка и распутница, молодому Ревенгару дороже чести, это его личная беда не Грегора.

- Пройдя мимо гостей к окну, он остановился, глядя в ночной сад. полный благоухания цветов Предательница-память тут же показала, как в этом саду он гулял с беременной Айлин, как вернулся из дворца после возмездия, совершенного над Беатрис Риккарди и припал лицом к коленям жены... Oil TOTOD был пойти по плаху роди се защиты и уоидсл бы о этом лишь причину для гордости' Почему она ему солгала? И когда началась эта ложь? Не могла ведь она прийти к нему в ту ночь, не испытывая совсем ничего?! Или... могла?

- Краем глаза он увидел, как вернулся дворецкий, и приказал, обернувшись:

- Отдайте лорду Ревенгару.

- В незапертой шкатулке было всего два документа - проклятый королевский приказ и не менее проклятое письмо Айлин. Артур прочитал их молча с мучительной неторопливостью, словно собирался выучить наизусть, а потом, подняв холодный, совершенно не ревенгаровский взгляд от письма, заявил:

- Я по-прежнему не уверен, что письмо подлинное, однако признаю, что такая возможность существует. Благодарю за любезность, лорд Грегор Полагаю, нам не следует и дальше вам докучать. Последняя просьба, с вашего позволения. Могу я получить какую-нибудь вещь моей сестры? Желательно, личную, которую она носила на себе. У меня есть надежда. - и он бросил короткий взгляд на самого младшего из своих спутников - что это может помочь в поисках.

- «Так вот почему он притащил с собой этих троих! - озарило Грегора. - Эдвина как свидетеля разговора - на всякий случай, а мальчишек - для поисков!»

- Особенный талант семьи Кастельмаро? - уточнил он вслух. - Что ж. попытайтесь! Но должен предупредить, лорд Ревенгар. вы будете крайне разочарованы^1 Кастельмаро способны найти лишь то. что жизненно важно. И даже если они искренне хотят оказать вам услугу, я сомневаюсь, что ваши отношения с... сестрой можно назвать именно такими словами.

- Ревенгар перевел на него по-прежнему прозрачный какой-то пустой взгляд и пожал плечами.

- Что ж, милорд, если это действительно так. мы всего лишь не узнаем об Айлин ничего нового. Если не ошибаюсь, вы не можете похвалиться ничем другим?

- Никто не может, - с отвращением бросил Грегор. — Хорошо, я готов исполнить вашу просьбу. Но с условием что смогу сопровождать вас в поисках.

- Сопровождать? - Артур чуть заметно приподнял белесые ревенгаровские брози. отчего его вытянутое лицо стало еще строже и надменнее. — Могу я узнать, зачем? Вы ведь ясно высказали намерение окончательно порвать с Айлин. так зачем вам ее искать?

- О не сомневайтесв^1 - яростно выплюнул Грегор. - После поступков вашей сестры я не желаю ни видеть ее. ни слышать! Я хочу только... прояснить то. что случилось'

- Что ж. если вы считаете что нуждаетесь в каких-то других пояснениях... - уронил Артур Ревенгар. взглянув поочередно на письмо и приказ, и Грегору мучительно захотелось выругаться. - Впрочем, я вас понимаю, все-таки там погибли ваши люди. Извольте, если мои спутники не будут гротив.

- Дождавшись, пока эти четверо обменяются взглядами и старший Кастельмаро подтвердит согласие коротким кивком. Грегор снова вызвал дворецкого и приказал:

- В мсем гардеробе на полочке с шейными платками лежит., зеленая ленточка Пошлите за ней горничную

- Сказать вслух, что это подвязка, у него язык не повернулся, но если кто-то поймет... Хотя какая разница?1 Он хранил эту вещицу как святыню, как память о безумном поступке, на который Айлин толкнула любовь - так он думал, слепой глупец! Она потеряла эту подвязку в ту ночь, когда пришла к нему...

- Святыня?! Доказательство распущенности ее хозяйки^1 Бросить бы эту дрянь в камин, чтобы следа ее з доме не осталось' Но если Ревенгару она нужна для его приятеля-ищейки, пусть забирает. О. если бы не репутация сына, с каким удовольствием Грегор сообщил бы наглому юнцу, при каких обстоятельствах получил подвязку его сестры! Впрочем, это уже лишнее.

- В ту ночь ему самому следовало сохранить разум и хладнокровие, тогда не случилось бы этого затянувшегося кошмара... В любом случае, признаваться в собственной слабости мужчине и дворянину не к лицу, а он тогда проявил именно слабость. Порочную и справедливо наказанную всем, что за ней последовало^1

- В гостиную бесшумно проскользнула горничная - совсем еще молоденькая, светловолосая и пухленькая, безупречно одетая в форменное темное платье и белоснежные чепец с передником, но с опухшим лицом и покрасневшими как от бессонницы, глазами. Куда только смотрит дворецкий? Если девица больна, почему ей позволяют выходить к гостям? Кстати, это. кажется, личная горничная Айлин? Следует распорядиться, чтобь девчонку отправили обратно в деревню - бывшая хозяйка ее избаловала.

- Милорды... - Горничная низко присела, опустив глаза, а потом протянула перед собой руку с проклятой подвязкой и выдохнула: - А правда, что это для того, чтобы миледи найти?!

- Тильда. - процедил Грегор. возмущенный и пораженный беспредельной наглостью.

- Заговаривать с гостями! Задавать вопросы, да еще такие: И какая дрянь, хотелось бы знать, уже успела распустить язык среди прислуги?! Дворецкий просто не мог. а это значит, что мерзавка подслушивала?1

- Мы постараемся. - пообещал младший Кастельмаро, забирая ленточку.

- Пошла вон, - тихо уронил Грегор. и девица бросила на него перепуганный взгляд, ахнула, прикрыла рот ладонью и бросилась к двери но прежде чем выскочить, уставилась на гостей огромными глазищами и взмолилась:

- Вы уж найдите миледи, ради Всеблагой Матушки! Она такая добрая!

- И только тогда, наконец, исчезла за дверью.

- Непременно в деревню! Но сначала выпороть!

- Этого довольно? - бесстрастно уточнил он вслух Помолчал мгновение и нехотя добавил: -Мы можем пройти в ритуальную комнату.

- Все внутри противилось тому чтобы пустить в сердце дома этих людей, которых Грегор еще недавно имел неосторожность считать достсйными доверия'

- Не нужно. - бросил младший из сыновей Кзстельмаро и, достав откуда-то иглу, коротко и резко кольнул протянутую ему ладонь Резгпгора, о потом лооко вытер подвязкой

- выступившую каплю.

- После чего - Грегор не поверил бы собственным глазам, но чему тогда оставалось верить? - зажмурился, поднес ленту к лицу и потянул носом 8 точности, как это когда-то давно делали охотничьи псы деда.

- Она неподалеку. - заговорил Кастельмаро через пару мгновений странно и дико изменившимся голосом - резким, отрывистым, рычащим и подвывающим одновременно, куда больше похожим на лай. чем на человеческую р?чь. - В Дорвенне или окрестных поместьях. Жива. Здорова. Благополучна.

- Сможешь взять след? - резко и быстро спросил Резенгар. и Кастельмаро-младший не открывая глаз, фыркнул:

- Ищейку нашел! Постараюсь Кстати, а что будет, если мы ее найдем?

- «Прекрасный вопрос. - поморщился про себя Грегор. - Действительно, что я сделаю встретившись со своей дорогой супругой? Дед вырезал целый род из Трех Дюжин за многократно меньший проступок. Л л... просто проглочу смертельное оскорбление?!»

- Если мы ее найдем. Айлин отправится в мой дом. - отрезал мальчишка Ревенгар. - Или же в дом нашей тетушки. Или во дворец, под опеку его величества. Или...

- Или? - уточнил Грегор.

- Или останется там, где находится сейчас, если на то будет ее желание, - сообщил Ревенгар с такой любезностью, что у Грегора свело челюсть - Прошу вас понять, лорд Бастельеро. я ищу сестру, чтобы убедиться в ее безопасности и не намерен навязывать ей свою вояю Поэтому я соглашусь взять вас с собой, только если вы поклянетесь своей магией и честью рода что не попытаетесь принудить Айлин к возвращению и не причините никакого вреда ни ей. ни тем, кто ее скрывает, если это происходит по ее воле.

- Он говорил уверенно, словно стряпчий ипл опытный секретарь, умеющий мгновенно формулировать документы. Да полно, действительно ли это Ревенгар?! Если бы не одно лицо с Доэианом. впору подумать, что тут примешаласькровь Аранвенов^1

- Никогда! - яростно выплюнул Грегор. - Ка< вы смеете требовать от меня подобного!

- Как угодно. - поклонился Ревенгар, и все трое Кастельмаро вскинулись, словно охотничьи псы. заслышавшие звук рожка - Тогда нам придется обойтись без вашей компании Прощайте, милорд

- Грегор услышал четыре щелчка каблуков армейских сапог, слившихся в один.

- Стойте. - выдавил он, едва ворочая онемевшим языком - Я клянусь.... Клянусь, слышите! Я не стану ни к чему принуждать вашу сестру! Я даже говорить с ней не намерен! Я не причиню вреда ни ей. ни тем. кто ее скрывает, будь это хоть сам Баргот. надеюсь, что так оно и есть' Но я надеюсь, вы понимаете, лорд Ревенгар. что я никогда вам этого не прощу'

- Ревенгар обернулся, и его лицо вдруг показалось Грегору странно взрослым и решительным, словно он действительно смотрел в глаза Дориану, причем уже прошедшему войну.

- Нисколько на это не рассчитываю. - согласился он все с той же безукоризненной ледяной вежливостью - Смею заверить, что у меня тоже найдется то. что я не готов вам простить.

- Как и у меня. - буркнул Кастельмаро-старший. - Идемте, милорды Если придется выехать за пределы Дорвенны или штурмовать чей-то дом. лучше поторопиться

- К удивлению Грегора, ни Ревенгар, ни все трое Кастельмаро. покинув его особняк, не сели б седла, а пошли пешком, ведя лошадей в поводу. Грегор подумал, не взять ли лошадь самому. — нога, вроде бы забывшая о старом вывихе, иногда все же начинала ныть и болеть - но представил, до чего глупо будет выглядеть, плетясь верхом за четверкой пеших. А плестись придется, ведь оавняться предстоит на ищейку!

- За воротами младший из сыновей Кастельмаро - как же его всетаки зовут? - снова уткнулся носом в ленточку, потом, отняв ее от лица, задрал голову, втянул прохладный воздух, быстро повернул голову туда-сюда и зашагал по улице, сперва неторопливо, но постепенно ускоряя шаг, так что Грегор вскоре пожалел, что не сел в седло. Да кто тут увидел бы. глупо он выглядит или нет?

- Кастельмаро уверенно дошел до конца улицы, порой замирая на мгновение и вскидывая голову, втягивая запахи Дорвенны и летней ночи порой - принюхиваясь к пятну крови на подвязке и каждый раз Грегор ловил себя на истовой благодарности основателю рода за то, что почтенный ведьмак не попросил у Благих такой неудобный и почти непристойный дар^1 Никогда раньше он не видел родового таланта Кастельмаро в действии и не мог даже предположить, что действие это такое наглядное и почти неприличное. В самом деле, сейчас младший сын Эдвина был до ошеломления и неприятного холодка похож на борзую с фамильного герба'

- Кастельмаро. не подозревающий о мыслях Грегора сделал еще несколько шагов и замер. Снова потянул носом воздух, потоптался на месте и вдруг став еще больше похожим на собственный герб, закрутился на месте, недоуменно поскуливая.

- Она пропала! - выдохнул он наконец. - Как будто стена опустилась - да какая! Сплошной камень до самого неба' Только что я чуял след мог определить направление.. Даже ее саму чуял - и все. как отрезало! Ничего не понимаю, - добавил он жалобно. - Такого... просто не бывает! Никогда не было!

- Это же Айлин, - усмехнулся разом успокоившийся Ревенгар. - Если чего-то никогда не было, она непременно это устроит, уж таланты своей сестры я знаю прекрасно!

- И недопустимо благодушно к этому относитесь. - яростно выдохнул Грегор.

- О да. эта девчонка всегда устраивала что-нибудь немыслимое и он. Грегор, был таким же болваном, что и ее братец, и Кастельмаро, и все прочие, что потакали ее безобразному поведению! А теперь ему приходится расплачиваться за попустительство...

- Что ж, если на этом все позвольте откланяться. - процедил он и коротко поклонился.

- А потом, не дожидаясь ответных поклонов и откровенно наплеваз на этикет развернулся и отправился домой, изо всех сил стараясь не хромать и злясь на себя за собственную глупость, нз Ревенгара не желающего понимать что натворила его сестра, на семейку Кастельмаро. лезущих не в сзое дело на магистров, испортивших ему день, на деда с его пустыми поучениями и даже на глупую наглую горничную, позорящую дом Бастельеро

- Не злился он только на Айлин, потому что назвать это чувство злостью уже не мог При одной мысли о женщине любовь которой он когда-то считал смыслом жизни, в душе поднималась ледяная волна беспредельного отвращения и ненависти. Здорова и благополучна? О. не стоило даже сомневаться' А он-то сходил с ума от страха за нее, пока не получил письмо... Что ж. где бы она ни была, пусть развлекается до их новой встречи. В одном дед был точно прав, нельзя оставлять за спиной такие долги и марать семейную честь подобной грязью. Рано или поздно он встретится и с Айлин. и с теми кто ее прячет. Наверняка встретится! И тогда., он знает, что делать

- Глава 17. Планы на отпуск

- Кармель. ты... ты видишь это? - шепнула Айлин. стиснув его руку и разглядывая аркан - полностью проявившись, сплетенный из разноцветных силовых линий причудливый узор таял в воздухе медленно и плавно, словно позволяя как следует себя рассмотреть.

- Разумник проследил за ее взглядом, однако покачал головой.

- Нет Не вижу, но чувствую. Кажется, активировалось охранное заклинание, наложенное на всю усадьбу. Во всяком случае, оно укрывает куполом и дом, и сад, насколько я могу судить

- Но я не знаю такого заклятия! - вырвалось у Айлин. и она снова почувствовала себя ужасно глупо.

- Адептка шестого... ну хорошо, почти седьмого курса' К тому же не самая прилежная, если уж быть совершенно честной... Вот с чего она взяла, что знает... хотя бы все основные защитные плетения?! Да к тому же те, что укрывают не человека, а целый дом! Их, вообще-то. на старших курсах по ритуалистике проходят^1

- Оно кажется удивительно знакомым... - Слегка нахмурившись. Кармель обвел пристальным взглядом темный сад. посреди которого они стояли, потом посмотрел в сторону дома и снова взглянул на Айлин. - Если бы я мог увидеть структуру, а не просто почувствовать колебания силовых линий, то сказал бы точно...

- А... разве ты не можешь"7 - поразилась Айлин. завороженно следя, как угасают силовые линии, переливаясь яркими цветами, словно их создавал не один маг, а несколько - и с разным цветом искры. Пожалуй, ей тоже это что-то напоминало, причем очень знакомое и важнее, но ухватить ускользающий образ никак не получалось. - Нет я помню, разумники воспринимают магию не так. как другие., да? - Она дождалась кивка и, ободренная, продолжила: - Но веде ты же умеешь читать мысли! Значит, можешь посмотреть., моими глазами, вот'

- Это был бы самый простой путь, - согласился Кармель и поднес ее пальцы к губам, показывая, что оценил доверие Коснулся их легким поцелуем и продолжил: - Но для нас он пока недоступен. Твое обручальное кольцо - артефакт с сильнейшим ментальным щитом, он отсекает любые попытки прочитать мысли или воздействовать на твой разум иным способом.

- Айлин едва не ляпнула что могла бы просто снять кольцо, и тут же обругала себя за бестактность. Кармель так долго ждал, чтобы его надето! А уж защита от чтения мыслей, да еще от разумника, и возее бесценный подарок. И как же это на него похоже

- Конечно, его можно снимать, - продолжил магистр, будто уловив ее мысли. - но прямо сейчас кольцо настраивается на твой разум, и этот процесс лучше не прерывать. Кстати, подобные артефакты носят все члены моей семьи, это обычная предосторожность, когда в доме часто бывает разумник, - добавил он с улыбкой....

- Но я тебе доверяю: - запротестовала Айлин и Кармель с той же улыбкой возразил:

- Я рад это слышать. Но у всех порой бывают мысли которыми не хочется делиться с другими, даже если полностью им доверяешь.

- Айлин тут же вспомнила арлезийского льва и от души согласилась. Нет. ничего непристойного в этом льве не было, а уж как он помог ей на памятном допросе у мэтра Овайна! И даже в учебник вошел! Но зсе-таки ей было бы не так неловко, если бы Кармель о нем не узнал!

- Узор уже растаял. - вздохнув, сообщила она. - И что нам теперь делать?

- Ну, если ты достаточно хорошо его рассмотрела, возможно, сможешь начертить? Пойдем в мой кабинет? Бумагу и перо, конечно, могут принести на террасу, но вдруг потребуются справочники...

- Про себя Айлин восторженно ахнула, преисполнившись любопытства. Интересно, как выглядят кабинеты разумников?! Ей ни разу не запрещалось ходить з любую часть дома, но этикет на этот счет совершенно неумолим - посещать покои хозяев дома без их прямого приглашения неучтиво и бестактно. До сегодняшнего дня она совершенно точно была гостьей а кабинет или лаборатория для любого мага - куда более личная комната, чем даже спальня! Между прочим, в домашней лаборатории лорда Бастельеро она была всего-то один раз - когда призвала душу брата Клариссы Ни до. ни после лорд Грегор ее туда не приглашал, хотя ей было бы так интересно!

- Хм, кстати...

- Мне понадобится лаборатория. - сказала она. вместе с Кармелем возвращаясь к дому и поднимаясь на террасу. - Теперь, когда каналы восстановились, точно понадобится. Я ведь... я обязательно закончу Академию и получу перстень!

- Магистр спокойно кивнул.

- Разумеется. Но тебе придется самой заняться обустройством. Признаться я не слишком хорошо представляю, что именно должно быть 8 лаборатории некромантов...

- Айлин растроганно вздохнула Собственная лаборатория' К тому же созданная ею самой по своему вкусу! Да это самые приятные хлопоты, какие только могут быть!

- Я устроила бы ее во флигеле. - уверенно сказала она. - Подалоше от дома, чтобы... никого не пугато! И для безопасности, конечно. Необходим холодильный ларь для хранения препаратов, шкафы для книг и инструментов, место для мытья рук.. Еще понадобится большой стол, как в мертвецкой, зеркало..

- И осеклась. Стол нужной конфигурации, зеркало, защита на лаборатории, куда не может войти никто посторонний, книжные полки, магические светильники и даже... даже сборный артефакт призыва Ведь все это уже есть! И даже не нуждается е переделках, ну разве что заменить книги... Вот разве что Барготова Звезда...

- «Ну и что? - возразила Айлин сама себе - Барготова Звезда не опасна если не использовать ее как жертвенник, а я ведь ни за что не собираюсь это делать^1 Зато потоки энергии она сводит даже лучше обычной А то. что в этой самой лаборатории мой дед... то есть лорд Морхалвт творил немыслимые мерзости... Так зедь он к тему же жил в этом самом доме, прятал тела своих жертв где-то поблизости... Кармель. кажется, говорил, что здесь же. в саду В самом деле не возил же через весь город куда-нибудь на Северную окраину! Так что же. сжечь дом вырубить сад засыпать землю солью? А если нет то чем хуже лаборатория? Не стыдно исполэзовать то. что уже есть, стыдно использовать это для мерзких дел... Да я едва ли смогу забыть то. что мне привиделось... но тем больше причин превратить отвратительное место, где убивали живых, з нужное и полезнее место, где я смогу приносить покой мертвым^1 Я справлюсь со страхом, я госпожа своей жизни, а не он!»

- Кабинет магистра ожидаемо оказался недалеко от его спальни, на дверь которой Айлин. проходя мимо, покосилась с приятным и почти мечтательным смущением. В самом деле, ну вот с чего она решила, что не создана для некоторых... отношений? Оказалось, что очень даже создана' И они. эти отношения, тоже словно созданы для нее^1

- «Видимо, это как дружба. - решила Айлин. - Главное, найти подходящего именно тебе человека! Вот с Идой Морьезой у меня вряд ли получилось бы дружить, даже окажись мы с ней единственными девочками в Академии! Зато у меня там появились Вороны и Иоланда. а Ида стала верной подругой для Лионоры. раз уж спасла ее такой ценой. Так и в любви! Кто знает, вдруг лорд Бастельеро был бы счастлив с другой женщиной, более подходящей ему по характеру и воспитанию? А я совершенно точно буду счастлива без него' Начиная от спальни и заканчивая всей остальной жизнью!»

- Стоило им перешагнуть порог кабинета, под потолком вспыхнул теплым и мягким золотистым светом магический светильник. Айлин с любопытством огляделась.

- Одну стену занимали высокие почти до самого потолка, книжные полки - книг было множество, но чего-то подобного Айлин и ожидала На стене напротив висела самая обычная грифельная доска, в точности такая, как в любой аудитории Академии

- Иногда для расчетов требуется слишком много места. - сказал Кармель. поймав ее взгляд на доску. - Да и грифель стереть куда проще, чем вымарывать чернила.

- С этим Айлин молча но от всей души согласилась и скользнула взглядом по письменному столу - большому, высокому и массивному, самому обычному, если бы на его краю не стояла человеческая голова. Айлин моргнула и тайком ущипнула себя за руку

- Голова не исчезла. Она смотрела куда-то в стену пустыми тусклыми глазами и. кажется, немного хмурилась. А еще она была совершенно лысой и какой-то странной... Во всяком случае, черепная коробка у нее была полупрозрачная и плохо сочеталась с самым обычным лицом

- Это учебный артефакт Белой Гильдии, - объяснил Кармель. перехватив ее взгляд - Подобные используются на занятиях по влиянию на разум Белая магия, к сожалению, далеко

- не так наглядна, как. к примеру, некромантия или... любая другая

- А как он работает? - осторожно спросила Айлин. приглядезшись к голове и. наконец сообразив, что та вырезана из светлого дерева или кости, а потом искусно раскрашена

- А черепная коробка вообще каменная, похожая на горный хрусталь, из которого иногда делаются ученические перстни.

- Очень просто. - откликнулся Кармель. - Нужно настроиться на артефакт и активировать заклинание.

- Тронув свой мажеский перстень, он пристально посмотрел на голову, и Айлин увидела, как в прозрачном камне почти у самого затылка зажегся белый огонек

- У человека это заклинание вызвало бы видение - объяснил магистр. - А значит, чтобы его вызвать, достаточно воздействовать именно на эту часть разума Точно так же можно заставить человека услышать звуки, усыпить его или лишить его тело чувствительности ..

- Как интересно... - завороженно прошептала Айлин, вглядываясь в артефакт, под черепной коробкой которого, отзываясь словам магистра, загорались все новые огоньки. - А можно мне приходить сюда? Ну... с тобой, разумеется' - поспешно добавила она.

- В любое время, моя дорогая, - улыбнулся магистр. - Правда, здесь нет ничего особо интересного, кроме книг, но с некоторыми из них определенно стоит познакомиться Кстати почему бы тебе не начать вести собственные записи о магии? Магистр Ладецки с большим интересом отзывался о заклятии, которое ты модифицировала из стандартного «Огненного ветра». Я бы даже сказал - с восторгом!

- Его глаза лукаво блеснули, и Айлин на миг забыла обо всем, что случилось за этот невозможно долгий невероятный день, который так ужасно начался, восхитительно продолжился и чудесно заканчивается. Магистр Ладецки одобрил ее безумный самодельный аркан, созданный в приступе отчаяния пополам с ужасом^1 Он действительно считает, что это получилось... хорошо?! И Кармель. кажется тоже так считает?!

- То есть он. конечно, просто верит слову магистра Ладецки. вряд ли разумники разбираются 8 красной магии, но... Как бы ей хотелось, чтобы он мог ею гордиться' И не только ее так называемыми подвигами, которые остались в прошлом - и там им самое место честно говоря^1 - но и тем, что она сможет создать потом когда станет настоящей магессой. не только сильной, но и образованной'

- Думаешь, его стоит... записать? — осторожно поинтеоесовалась она.

- Уверен, - кивнул Кармель. - Насколько я понял, этот аркан получился таким оригинальным из-за смешения двух видов магии, боевой и некромантской. Конечно, двойная искра - огромная редкость. Но почему бь- его не использовать двум магам совместно? Это открывает невероятные возможности'

- Айлин попробовала представить эти самые возможности - и у нее дух захватило. Ну да. маги часто работают в паре или даже группами, но каждый плетет свой собственный аркан! А если одно заклятие выплетать вместе... Правда, для этого потребуется невероятная слаженность с напарником, в буквальном смысле нужно будет чувствовать его как самого себя! Но зато если получится!..

- Я обязательно его запишу. - пообещала она то ли Кармелю, то ли самой себе севшим от волнения голосом. - И остальное - тоже! Все. что смогу вспомнить или придумать! Только... я ведь не смогу сделать это как положено! Ну. как в настоящих трактатах, с терминами и правильными объяснениями...

- О, дорогая, поверь мне как человеку, прочитавшему очень много трактатов и учебников. - усмехнулся Кармель. - И даже написавшему пару-тройку самостоятельно. Чем проще излагается практический материал, тем лучше. Уверен, ть сможешь описать свои арканы так. чтобы их понял кто-то вроде тебя самой - то есть адепты, для которых это и будет предназначено. А уж мэтры в любом случае разберутся, на то они и мэтры.

- И правда, это я могу! - воспрянула духом Айлин. - В записках мэтра Кирана тоже все понятно, до последнего словечка' Зато какие они полезные и интересные! Вот так и надо писать!

- Кармель с улыбкой кивнул, Айлин же вспомнила, зачем они сюда пришли. Подойдя к доске и. взяв грифель, она на мгновение прикрыла глаза, вызывая в памяти вкрадчиво мерцающие линии, и принялась воспроизводить их, так и не подняв веки Еще на третьем курсе их учили чертить схемы, даже самые сложные, с завязанными глазами.

- «Некромант может работать в полной темноте - говорил тогда мэтр Денвер. - Некромант может быть ослеплен. Вы должны быть готовы работать в любых, даже самых сложных условиях!»

- Воспоминание о мэтре Денвере на удивление не вызвало обычной неприязни. Закрытые глаза легкий скрип доски под грифелем, новое заклинание, только и ждущее, чтобы Айлин его выучила, - все это так напоминало Академию, что напрочь погасило любые неприятные мысли!

- За спиной озадаченно хмыкнул Кармель, Айлин поспешно открыла глаза и. глянув на доску, мысленно себя похвалила Все-таки не зря по начертательной некромантии даже мэтр Денвер был вынужден ставить ей семь баллов, а уж как он к ней придирался:

- И как прав был Кармель - стоило начертить схему, и сразу стало ясно... ну, не все но многое. Неизвестное заклятие совершенно определенно было щитом, построенным сразу в три контура, вот только каким-то странным Пожалуй, не имеющим отношения к некромантии... Хотя внутренний контур ясно говорил о том, что накладывалось заклятие на крови, ничто другое попросту не дает таких линий. Зато остальные два не говорили совершенно ни о чем!

- Обернувшись к магистру, она увидела, как тот быстро шагнул к столу и принялся рыться в верхнем ящике, раздраженно бормоча что-то ло-арлезийски. Когда Айлин почти набралась решимости, чтобы спросить, что же он ищет, К-армель с победным возгласом поднял плотный лист с каким-то чертежом, а затем передал его ей.

- Айлин взглянула на лист и снова перевела взгляд на доску. Сходство между двумя схемами и впрямь было Вот только вторая, на листе, выглядела немного проще и. пожалуй, знакомее хотя Айлин и в ней не смогла бы разобраться...

- Мне кажется, эти схемы... ну, та, что на доске, и твоя... мне кажется, они одного рода. - неуверенно сказала Айлин наконец, вдруг почувствовав себя неловко - в конце концов, она действительно всего лишь адептка и вряд ли может сказать что-то действительно важное Но Кармель слушал внимательно и сосредоточенно, как будто ему действительно было интересно ее мнение, и от этого вдумчивого внимания Айлин почувствовала себя намного увереннее. - Посмотри, структура одинаковая, только вот здесь и здесь арканы отличаются способом запечатывания, но на результат это уже не влияет... Как будто их создавали два разных мастера, но одной школы)

- Кармель задумчиво кивнул, а Айлин, наконец, поняла, что же кажется ей таким знакомым

- Это заклятие похоже на аркан дона Раэна! - выдохнула она - То есть не действием, а строением! Как будто оно рассчитано не на магию Семи Благих, а... на что-то совсем другое! Поэтому и магия разноцветная!

- Рассчитано на бесцветную силу. - пробормотал Кармель - Точнее многоцветную которая при использовании сливается воедино и потому цвета не имеет... Ты совершенно права, моя донна Второе заклятие - родом с Альбы, а у альвов не рождаются маги, одаренные Семью Благими. Его привез мне в подарок дон Раэн и именно этим заклятием защищена Вуаль. У этого заклятия есть одна особенность. Оно превосходно защищает дом, причем как от обычного, так и от магического зрения, и самым надежным образом скрывает всех членов семьи, если они находятся в этом доме... Поставить такую защиту может исключительно законный хозяин дома причем всего один раз и лишь на членов своей семьи. Если дом переходит в чужие руки, защита засыпает. И снова она просыпается, только если вернется наследник нужной крови.

- Заклятие активировалось, когда я сказала, что дома' - выпалила Айлин, и Кармель кивнул.

- Полагаю защита приняла это за признание наследства. Следовательно, не может быть сомнений, что защиту на дом ставил магистр Морхальт . Что ж. это полностью объясняет как именно ему удалось скрывать свои дела. Но откуда Морхальт взял это заклятие, хотел бы я знать?' Ведь если оно тоже принадлежит альвам... Нет. не понимаю!

- Принадлежит альвам... - беспомощно повторила Айлин. - Но получается, что оно меня защищает?!

- Уверен. что это так. - сосредоточенно кивнул Кармель. забирая у нее лист со схемой и внимательно его рассматривая. - Заклятия на крови очень мощные, а ты все-таки прямой потомок Морхальта. Следует понимать, что войги внутрь охраняемой территории именно этот аркан не препятствует - если человек точно знает, куда, зачем и к кому он идет Зато он отсекает любые поисковые заклинания и, как бы сказать... отводит глаза любопытствующим. Что в нашем положении исключительно полезно

- А тем заклятиям, что уже защищают дэм. этот аркан не противоречит? - спросила Айлин про себя ужасно гордясь, что способна поддержать разговор на столь сложную магическую тему.

- Учиться^1 Как можно скорее и как можно больше' Чтобы больше никогда не опозориться, как с тем разноцветным алхимическим золотом

- Нисколько. - рассеянно отозвался Кармель. - Совершенно разные магические системы Нет. ну где же он его откопал-то? Старый мерзавец... Впрочем, прости, это вполне может подождать! - спохватился он - Ты. наверное, устала?

- Немного. - призналась Айлин, а про се5я подумала, что она бы пожалуй, потерпела усталость ради такого восхитительного интересного разговора, но не только у нее день был тяжелый.

- И, если подумать. Кармелю пришлось куда хуже!

- Тебе ведь завтра на службу? - спросила она, пытаясь вспомнить, далеко ли до выходных

- Но Кармель, к ее удивлению, покачал голевой, возвращая лист с арканом на прежнее место.

- Я взял отпуск, - сообщил он. - Закончил текущие дела, передал их заместителям... У меня отличные заместители. - добавил он с искренней гордостью. - Уверен, если бы я не вернулся из дворца, гильдия продолжила бы работать как ни в чем не бывало!

- «Благие Семеро! - подумала Айлин с востоэженным ужасом. - Он взял отпуск на случай, если его казнят^1 Передал дела заместителям! И _ак легко об этом говорит!»

- Теперь мы можем съездить в Арлезу, если хочешь. - так же спокойно продолжил Кармель. - В это время года там чудесно. Впрочем, на мой взгляд, там всегда чудесно, но я пристрастен и даже не скрываю этого. Для меня Арлеза - лучшее место в мире, и хоть судьба связала меня с Дорвенантом. я был бы рад проводить на своей второй родине побольше времени. И, конечно, очень хочу показать ее тебе. Апельсины и гранаты уже отцвели, зато море сейчас ласковое как никогда

- «Ласковое море... - повторила про себя Айллн. - Теплое огромное, качающее на волнах...»

- Ей снова вспомнилось то. что было недавно в спальне, и она только чудом не покраснела Наверное, действительно так устала, что даже на смущение сил не осталось

- Я тоже очень хочу увидеть Арлезу, - шепнула Айлин. шагнув к Кармелю и оказавшись в кольце его рук так легко и просто, словно это было совершенно естественно и обычно Впрочем, почему «словно»? Именно так оно и было! - Но знаешь... Еще я очень хочу увидеть сына... моего маленького Аларика... И батюшку Аларика - тоже! А еще Дженни, мою горничную.

- Она уткнулась лицом в грудь Кармеля и продолжала говорить так торопливо, словно у нее совсем не осталось времени, хотя теперь все время мира принадлежало ей. и никак иначе^1

- Я очень по ним соскучилась' И должна попросить прощения у батюшки Аларика за то, что он так волновался! И сына поцеловать... Он совсем ко мне не призык еще, наверное, это даже хорошо! Сейчас для него кормилица важнге и уж она-то никуда от него не денется... Но я все равно должна увидеть его и сказато, что лсблю... Несмотря на все, понимаешь' Все. что думаю про его отца, что чувствую и знаю... Аларика-маленького я очень люблю! А еще я бы забрала Дженни... Амина чудесная и я очень ей благодарна, но Дженни в том доме не любят, я точно знаю. А уж теперь, когда я пропала, и вовсе... И Луну я тоже хочу забрать! Она арлезийка. ей без меня долго нельзя а я ее оставила. Но я совсем не представляю, как это все сделать' Ведь лорд бастельеро...

- Она замолчала, с отчаянием подумав что Кармель не обязан потакать ее желаниям. Или вернее будет сказать - капризам? Он и так рискует, укрывая ее в своем доме, а ведь с Алариком Разном все хорошо, он под присмотром любящего дедушки и Аластора... И Аларику- старшему можно просто передать письмо, это гораздо проще, чем личная встреча. Да и простил ли ее старший лорд Бастельеро за позор, который она принесла их семье и принесет еще?' Может, он и видеть ее теперь не захочет... А Луна и Дженни... Ох, как же все это сложно! Ни за что на свете она не хочет подвергнуть Кармеля опасности, но как бросить там, в ледяном особняке Бастельеро. тех. кто был рядом в самые сложные дни ее жизни""

- И все же появиться в доме Бастельеро открыто, пусть и в отсутствие его хозяина, пусть и под охраной, означает признать перед всей Дорвенной, что никто ее не похищал, а она сама сбежала из дома и преспокойно ездит кура захочет. О. это будет таким немыслимой позором, который лорд Бастельеро не простит ни за что на свете и правильно сделает!

- А что. если ее попытаются выследить? Слуги в доме Бастельеро так преданы хозяину, что еще как могут попытаться, и страшно подумать, что будет, если им это удастся!

- Вот если бы слуги меня не узнали., или узнали, но не смогли бы проследить, даже если захотят, - проговорила Айлин растерянно, только теперь в полной мере поняв, насколько трудная задача ей предстоит.

- Чтобы слуги не узнали леди, год прожившую в доме'' При этом впустили ее в особняк и позволили приблизиться хотя бы к детской драгоценного наследника Бастельеро? Пожалуй, это даже не трудно - попросту невозможно! К тому же ее в любом случае выдаст Луна^1 Все знают что арлезийцы слушаются только хозяев, а значит, если она уведет Луну, все поймут, что за гостья посетила дом^1

- Кажется я знаю, как это можно сделать, моя донна. - неожиданно услышала Айлин. и магистр коснулся губами ее золос на макушке. - Но позволь мне пока умолчать о... деталях. А теперь все же стоило бы поспать. - добавил он. и Айлин встрепенулась, опять посмотрев Кармелю в лицо

- Вот! Вот сейчас можно спросить, не будет ли нового... практического занятия сегодня... или завтра? Или не спрашивать? Лорд Бастельеро посещал ее спальню дважды в неделю, что. если мужчинам трудно делать это чаще? Тогда вопрос будет попросту невежливым! Да. сегодня на это и правда лучше не рассчитывать, все-таки они оба устали... наверное... Но вот завтра...

- Должен признать, сейчас я жалею о твоем ментальном щите, - шутливо хмыкнул Кармель. поглаживая ее волосы, отчего Айлин захотелось совершенно непристойно выгнуться, словно кошке, и замурлыкать -Любопытно, о чем ты думаешь столэ сосредоточенно?

- У всех есть мысли, которыми они не хотят делиться с другими' - выпалила Айлин, чувствуя, как все-таки вспыхнули щеки.

- О, в самом деле?. - весело поддел ее Кармель.

- Несколько мгнозений они смотрели друг на друга не разжимая объятий, а потом расхохотались.

- • * •

- Аластор проснулся мгновенно - словно разом вынырнул из темной, но теплой и словно бы вязкой воды Такие омуты встречались в Грин-Роуз, неширокой и небыстрой, но коварной речке, что текла мимо их усадьбы. В детстве Аластору было строго-настрого запрещено там купаться, но однажды он все-таки не утерпел - сбежал на речку, шалея от собственной смелости и тоскливой зависти к деревенским мальчишкам, которым ничего подобного не запрещали. Те-то плескались з Грин Роуз чуть ли не каждым летним днем и почтительно показали юному лорду лучшее место для купания. Разумеется, предупредили, куда заплывать ни в коем случае не следует, но именно туда Аластора. от восторга забывшего обо всем на свете и занесло.

- На его счастье, тот омут оказался не из самых глубоких и без коряг на дне но когда Аластор. заблудившийся в непроглядно темной от поднявшегося ила воде, понял, что не видит небо и не понимает, куда плыть, липкое чувство страха надолго отучило его от излишней беспечности. На поверхность он выплыл, когда в груди уже кончился воздух, а перед глазами опасно вспыхивали яркие огни... Родители, конечно, обо всем узнали, сами мальчишки и проболтались, до смерти перепуганные тем. что юный лорд едва не утонул у них на глазах.

- Аластор ждал наказания и готов был его принять - понимал, что сильно провинился, но самой страшной карой стали для него наполненные слезами глаза матери, когда она пришла к нему в комнату и крепко обняла, не вымолвив ни слова...

- И с чего ему сейчас вспомнилась Грин-Роуз? Наверное, из-за ощущения липкой тяжести, от которого он проснулся, задыхаясь, и не сразу понял, чтс спал одетым во сне плотно замотался в одеяло, а день - ясный и жаркий... День?! Вечер же должен быть!

- Содрав одеяло, под которым вспотел так. чтс одежда прилипла к телу, он вскочил и бросился к окну Распахнул створку, с наслаждением стянул камзол, бросив его на спинку кресла, подставил разгоряченное лицо ветерку и с ужгсом вспомнил, что прилег ненадолго - просто передохнуть и подумать, как лучше поговорить с Лучано! Ведь честно собирался поваляться до ужина, дав себе и Лу время успокоиться, а потом позвал бы его... И уснул' А время, судя по солнцу, яростно сияющему над дворцовым садом, к полудню!

- Но почему его никто не разбудил?! И где Лу?!

- «Сбежал^1 - с тоскливым отчаянием понял Аластор. - Решил, что раз я его не зову, значит, не хочу видеть, и сбежал! Обратно в свою Итлию или... "!огоди-ка! Он же не томная истеричная девица, с чего бы ему творить такие глупости, которые только в чувствительных романах описываются?! У него здесь служба и подчиненный-каторжник, уже ставший другом Дом в столице и еще один на озере строится - отец недавно говорил, что этим летом отметим новоселье... Предприятие с Диланом Бреннаном И еще десятки невидимых нитей, надежно привязавших Лу к Дорвенанту! Не мог он просто все бросить и исчезнуть даже не дав мне возможности извиниться!»

- И тут же его едва не качнуло от облегчения! В окно снова потянуло ветерком, и Аластор понял, что по спальне плывет восхитительный густой аэомат, привычно доносясь из соседней комнаты. Подумать, что кто-то а отсутствие Лу варит шэмьет в его драгоценной шэнье - такая же глупость как представить самого Лучано. в ночи покидающего Дорвенант с Перлюреном под мышкой

- - Ну, я ему сейчас все скажу... - пробормотал Аластор и осекся.

- Он ведь так и не успел придумать, что именно скажет. Вдобавок, именно сейчас его оглушила простая и крайне мерзкая мысль, прямо вьгекающая из того, о чем он только что думал Даже если Лучано захочет уехать из Дорвенан-а, ему не так просто это сделать! Для начала, з гильдии его не очень-то ждут обратно, судя по тому, что понял .Аластор. Похоже приемный отец Лу был вовсе не против отправить его сюда, подальше от гильдейских интриг и прежнего ремесла. А это значит, что в Итлию Лучано нельзя! Ни обратно в Вероккью. ни в собственный город, которым он великодушно расплатился за долги Дорвенанта... И получается, что Аластор. невольно привязал его к себе не только магическим арканом, за который, по справедливости, они оба не в ответе но и совсем иными узами - долга, необходимости, зависимого положения.

- -Но Лу точно не из тех. кто будет терпеть и молчать, если ему что-то не по нраву. - постарался успокоить себя Аластор - Да и вряд л г он так уж сильно на меня обижен! Собственно, за что? Для него поцелуй с мужчиной не оскорбителен, и он сам намекал что не против бы со мной... Да только я каждый раз давал ему понять, что для меня это неприемлемо!

- А вчера, получается, подарил ему ложную надежду, что между нами все-таки может случиться ну... это самое... Я не хотел^1 Это магия швырнула нас в чужие чувства и желания! но потом я его оттолкнул, хотя до этого сам поцеловал, и вот это... Это. пожалуй, и правда было оскорблением Самое меньшее - серьезной обидой.

- Но... что мне ему все-таки сказать? Что все должно остаться по-прежнему? Что мы друзья - не больше, но и не меньше? А что. если он как раз думает иначе и предложит мне выбрать между тем что для меня одинаково невозможно? Потому что я не способен дать Лучано то. что он желает, но и потерять его совершенно не хочу!»

- - А может, ты просто спросишь его? - сказал он себе очень тихо, глядя в сад. где вдали мелькали яркие платья фрейлин, гуляющих с Алиенорой и Беоеникой. - А то вчера обвинил, что он додумывает и решает за тебя, а сам?

- «Это ведь запах шамьета меня разбудил - подумал Аластор. с потаенным страхом понимая, что нужно отлипнуть от спасительного подоконника, пойти в другую комнату и поговорите, наконец, с лучшим другом, которого ему послала судьба. - Я так привык что мое утро начинается с этого аромата, с улыбки и шуток Лучано, с его забсты и верности... Он прикрывал меня в бою. что должен был стать для нас обоих последним, а я теперь... боюсь с ним поговорить?' Всего лишь из-за того, что мы на несколько мгновений коснулись друг друга губами? А когда в походе мы мерзли и жались друг к другу под одним одеялом, чтобы согреться, меня это не смущало? Или когда я помогал ему, больному, облегчиться, придерживая за такие места, которых мужчины друг у друга касаться не должны, но что делать-то. если один из них горит в лихорадке, а второй не может свалить подобное на невинную девушку'' Тогда меня ничто не смущало! А тут надо же - переживаю свой позор, как скомпрометированная девица!»

- Он отошел от окна, взлохматил волосы и так растрепанные после сна. пригладил их щеткой и наскоро перевязал лентой, взятой со столика. Мельком глянул в зеркапо - а ответ оттуда глянула знакомая физиономия, насупленная но решительная

- "А еще король! - подумал язвительно. - Считаешь себя вправе решатэ чужие судьбы а от такого пустяка чуть в окно не выпрыгнул' Стыдно, младший лорд Вальдерон! Вот иди теперь - и исправляй все. что нечаянно натворил^1

- Подойдя к двери между спальнями, он решительно распахнул ее. переступил порог и тут же замер. Открывшаяся картина была привычной и совершенно умилительной. Лучано. в одной лишь белой рубашке, темных домашних штанах и босиком, возился с жаровней, стоя у окна спиной к Аластору. Только что снятая шэнье исходила душистым паром на столике рядом с ним В окно ярко сияло солнце, бросая крошечные блики на смоляные волосы итлийца и яркую эмалевую заколку, которой Лу собрал их в небрежный хвост. На постели, аккуратно заправленной, словно хозяин встал уже давно или вовсе не ложился, поверх покрывала спал Флориморд. уютно свернувшись серо-белым клубком и уткнувшись носом з пушистый хвост. А на ковре у кресла Перлюрен увлеченно грыз печенье держа его обеими лапами и ревниво покосившись на Аластора будто подозревал его в намерении ограбить бедного енотика

- «Лу ему уже два раза новую корзину заказывал. - мельком вспомнил Аластор. - Но наглая зверюга скоро и в эту перестанет помещаться. Может, он оборотень, как некоторые вольфгардцы? Для того и деньги собирает, чтобы принимать человеческое обличье, выбираться за пределы дворца и тратить их в свое удовольствие? И хорошо еще. если невинно раззлекается в театральных балаганах или скупает кондитерские лавки^1 А вдруг у него там возлюбленная, которая не подозревает, что предмет ее страсти - енот? А там и детишки пойдут... Тьфу, глупость какая! Придет же в голову! Это. наверное, от голода, я же вчера только позавтракал а потом началось вот это все... А здесь шэмьет пахнет... и булочки на столе! Любимые булочки Лучано, сдобные, с корицей, он Катрине из самой Итлии рецепт привез...

- Аластор сглотнул слюну, и в желудке у него позорно заурчало.

- Как всегда не оборачиваясь, словно у него были глаза на затылке, и он точно знал, кто вошел. Лучано перелил шамьет в любимую чашку Аластора, голубую с золотом, которую сам же и привез ему из Итлии. взял блюдо с булочками и отнес это все на столик. Посмотрел Аластору в лицо непривычно серьезными глазами без обычной смешливой искорки и уронил:

- Доброго утра, монсиньор.

- Ты опять?! - вырвалось у Аластора.

- Сделав шаг вперед и с трудом отведя взгляд от вожделенного завтрака, он уставился на Лучано и потребовал:

- Если обиделся - дай мне по физиономии! Или уж выскажи все. что накипело! А вот так - не нужно! Как будто мы... чужие! - И добавил, смутившись, но упрямо глядя на эту итлийскую заразу. Паскуду в человеческом обличье - а зедь давно пора их познакомить обещал же! - Я пришел просить прощения...

- Прощения? - тихо повторил Лучано — Право, не вижу для этого причин. Если кому-то и следует извиняться, то именно мне. Я позволил себе лишнего - и словами, и действиями. Чрезвычайно сожалею.

- Уголки его красивых, четко вырезанных губ дрогнули то ли в усмешке то ли в учтивой улыбке, и Аластор первый раз за все время их знакомства вдруг понял, что говорит не просто с Лучано Фарелли. наемником которому сам пожаловал дворянский титул, но с принцем Джанталья. Пусть бастардом, как он сам. но древней крови, в которой плещутся и гордость, и отвага, и ярость - и все это в любой момент готово плеснуть наружу. А то. что обычно Лучано ходит на мягких кошачьих лапах с любезно втянутыми когтями и попусту не скалит ядовитые клыки - так это исключительно его выбор. Можно и даже нужно быть ему за это благодарным, но принимать такие манеры за слабость ни в коем случае не следует.

- • А я и не принимал. - возразил сам себе Аластор - Просто я ему доверяю. Он и Айлин - часть меня, такая эодная и близкая что я скорее в себе усомнюсь, чем в них - так уж получилось. Когда сн был передо мной виноват, я его простил. Значит, сейчас должен найти нужные слова, чтобы стереть его обиду. А иначе - какой же я ему друг?»

- Я тебе вчера сказал и сегодня повторю. - упрямо сказал Аластор вслух. - Оба мы были хороши. Но я разобраться во всем пытаюсь, а ты между нами стену из этикета строишь А если получится - что мы делать будем? Перекрикиваться через нее, как... два идиотто?

- Уголки губ Лучано снова дрогнули - и на сей раз это точно была улыбка.

- Ободренный этой маленькой, но важной победой. Аластор упал в кресло, потянулся к шамьету, второй рукой цапнул булочку и чистосердечно признался:

- Я голодный КсК упырь! И прости, что вчера тебя не позвал^1 Просто...

- Уснул. - кивнул Лучано и присел на подлокотник второго кресга. стоящего напротив. - Я знаю. Джастин очень беспокоился. Я сказал, что не следует тебя будить, пока не выспишься и сам не проснешься. Ничего удивительного, и разуму, и душе нужно зремя. чтобы освоиться с такими новостями. Может, послать за чем-нибудь посерьезнее?

- Он снова едва заметно улыбнулся, указывая взглядом на блюдо, с которого Аластор потянул уже вторую булочку, щедро запивая сдобу шамьетом

- Ты себе-то свари. - смущенно посоветовал Аластор. сообразив, что шамьет в его чашке - сладкий и со слив<ами. значит, приготовлен именно для него.

- Его здесь действительно ждали^1

- Четвертый раз за утро? - приподнял брови Лучано. - У меня он уже из ушей выливается. Да. кстати... Я тут кое-что приготовил ночью, раз все рав-ю не спалось.

- Он легко вскочил, отошел к своему заветному шкафчику и вернулся с двумя флаконами из прозрачного и темного стекла, которые поставил на столик рядом с булочками. В темном флаконе, как разглядел Аластор. плескалась жидкость, прозрачный был доверху заполнен маленькими белыми пилюлями.

- Зелье, что ты просил. - пояснил Лучано и подвинул к Аластору темный флакон - От нежеланного зачатия у любой дамы, с которой ты ляжешь, двенадцать капель на чашку воды, от приема пищи и вина не зависит, повторять ежемесячно.

- Всего раз в месяц?! - Аластор восхищенно взглянул на флакон. - И действует так долго?!

- Даже немного дольше, но за месяц я ручаюсь Учти, что е этом как раз и кроется опасность - легко забыть или перепутать сроки. Выбери определенный день месяца и пей именно в него, так будет легче запомнить. Можешь прямо сейчас принять, если хочешь. Налить воды?

- Девай, - решительно кивнул Аластор. а про себя подумал, что зелье придется очень кстати

- После того, что накрыло его в Ночь Боярышника и едва не случилось вчера, стоит запомнить, что над некоторыми котлами крышку следует приподнимать заранее, пока пар еще не вырвался наружу - а то обожжет. Так что амулеты, зелья... и найти любовницу, как он и собирался^1

- Лучано принес ему чашку с чистой водой, вытащил плотную крышку и велел

- Капай сам. чтобы рука привыкла. Недольешь - будет ненадежно, перельешь на несколько капель - голова разболится А от большей дозы можно и отразление получить, так что будь аккуратен.

- Аластор серьезно кивнул, про себя радуясь что :амая неприятная часть разговора откладывается, зато они с Лу говорят совсем как раньше.

- Точно отмерив зелье, он выпил воду с неприятным острым привкусом и запил ее парой глотков шамьета под одобрительным взглядом Лу.

- Деожать можно прямо в спальне? - уточнил на всякий случай.

- Мсжно, - кивнул друг. - это зелье холода не требует, а флакон не пропускает солнечный свет Здесь доза на три года а когда закончится. «Обиду Всеблагой» любой приличный зельедел сварит, особенно в Итлии.

- Он неуловимо помрачнел, и Аластор проглотил едва не сорвавшийся с губ вопрос, зачем ему через три года другой зельедел. Рано! Батюшка так и не смог научить его благородному искусству рыбалки в должной мере, но про то, что рыба может сорваться с крючка, поэтому вываживать и подсекать ее следует осторожно. Аластор помнил

- А это? - указал он взглядом на пилюли.

- Зепье правды. - спокойно ответил Лучано. - То. что я обещал грандсиньору Аранвену Одна пилоля на чашку любой жидкости растворяется мгновенно даже без перемешивания вкуса и запаха нет а действует через полсотни ударов сердца. Но всего несколько минут, поэтому зопросы следует задавать быстро Потом допустимо повторить прием, но не больше двух-тре> раз подряд. Максимальная доза - четыре пилюли но и это уже риск. Желательно держать под рукой хорошее противосудорожное и детокс. Это на случай, если грандсиньор пожелает использовать зелье правды на других... интеоесующих его лицах.

- И снова Аластор не спросил, почему Лучано дает указания таким ровным и отстраненным тоном словно сам не собирается присутствовать при допросе, и вообще его это никак не касается

- Я ему передам. - сказал он вместо этого и взял третью булочку, чувствуя, как унимается алчный ззерь в желудке. - Эти булочки по твоему рецепту просто чудо!

- Кстати, синьора Катрина собирается замуж. - уронил Лучано так же безмятежно - Синьор Джастин накснец решился сделать ей предложение. Вскоре они придут просить твоего позволения на брак, а еще хотят усыновить Дани Если ты разрешишь, конечно.

- Усыновить Дани? - растерялся Аластор. - Зачем им... Хотя... К мальчику они привязались, да и он их любит...

- Королевский зоспитанник - это, конечно, статус повыше, чем у приемного сына камердинера и кухарки - согласился Лучано тем же безупречно бесстрастной тоном, который начал не шутку раздражать Аластора. - Но ведь Дани у тебя никто не забирает, если захочешь с ним повозиться. Л -ак у мальчика будет настоящая семья, родовое имя, хоть и скромное, но честное а еще Джастин рассчитывает со временем передать ему должность.

- Они с Катриной очень хорошие люди. - кивнул Аластор с некоторым даже облегчением.

- Признаться, в последнее время он не так уж часто виделся с мальчиком, удовлетворившись тем. что за Дани присматризают Джастин с Катриной. И правда, отличная мысль'

- Надеюсь, на свздьбу нас позовут?! - забросил он удочку наудачу.

- Лучано молча улыбнулся, и Аластор про себя поежился - такой Лу ему совершенно не нравился' Вдруг и правда решил уехать, просто тянет с объяснениями...

- Ладно. - вздохнул он и с сожалением отказался от мысли спрятаться за чашку и четвертую булочку. - Давай начистоту про вчерашнее Я так понял, что мы злипли по милости Дункана и Айлин?

- У грандсиньора и синьорины был прекрасный вечер, - сдержанно подтвердил Лучано - Думаю, магистр все-таки ждал плахи а когда Претемная Госпожа милостиво отводит взор, кровь кипит особеннс сильно.

- Мог бы и покрепче блоки ставить. - буркнул Аластор. - Я. конечно, за них рад, но нам-то подобные... милости Всеблагой совсем ни к чему. - Помолчал и осторожно, словно подсекал золотую рыбку из фраганской сказки, спросил: - Ты на меня очень сильно обижен?

- Я? - Лучано Езглянул на него с удивлением, причем вроде бы искренним и уж точно живым, а не этикетной гримасой. - Мне-то с чего обижаться. Альс? Я думал, это ты...

- Он замолчал и снова бросил на Аластора быстрый опасливый взгляд застигнутого за проделкой кота

- Мы с тобой два болвана! - выдохнул с огромным облегчением Аластор. - Напридумали себе невесть чего, а н/жно было просто поговорить.

- Вот не надо - пробормотал Лучано. явно пряча смущение - Ты. монет быть, и болван, тебе виднее, а я - обычный итлийский идиотто. сколько раз уже напоминал... Альс, я же думал, что ты меня теперь прогонишь... Или я сам уйду, если пойму, что так будет лучше...

- Совсем рехнулсч?! - От облегчения Аластор даже сорвался на откровенную грубость. - Хватит уже про меня всякие глупости думать! Может, мне еще на Айлин обидеться?1

- Синьорина-то чем виновата?! - горячо запротестовал Лучано. - Да и магистр... Я думаю как только он понял, i-то происходит, сразу сделал что-то... разумническсе' Не зря же нас так быстро отпустило!

- А если нет, то сэм виноват. - мстительно подвел черту Аластор. - Вряд ли им с Айлин хотелось оказаться в постели вчетвером Надеюсь только, что она ничего не поняла! Слушай! - И он взглянул на Лучано. озаренный новым пониманием. - А ведь получается, что до вчерашнего днл они...

- Получается, что так. - подтвердил тот со вздохом. - Боги, какое же терпение!

- У него или у нее? - хмыкнул Аластор и все-таки цапнул с блюда четвертую булочку.

- У обоих! - убежденно сказал Лучано и наконец-то стек с подлокотника в кресло, развалившись там свободно и даже томно. А потом поинтересовался деловитым тоном, никак не вязавшимся с этой ленивой томностью: - И что мы будем делать, если опять начнется, м?

- Ну. если будем е этот момент вместе, то... разбегаться по разным комнатам, - подумав решил Аластор. - Лично я для надежности еще и выгоню подальше всех, ктс рядом окажется! А то мало ли._

- Он представил свой обычный круг общения, состоящий из Лучано. семейства Аранвенов секретаря Вильмона. ыесьора д'Апьбрэ... и тихо содрогнулся. Решительно никого из этого круга включая единственную в нем даму, он бы не хотел видеть возле себя в подобную минуту! С Лучано хоть можно поговорить по душам, а если его накроет в присутствии месьора?! Или Дэрры Аранвена?1 Объясняй потом, что в мыслях не имел ничего непристойного^1 И так. между прочим, едва пронеслс. канцлер как раз успел уйти._

- Уверен, магистр что-нибудь придумает, - пообещал Лучано. которому, кажется представилась похожгя картина, судя по тому, как он передернулся. - Ладно, раз уж мы все выяснили... Я подегосв ты пе будешо от меня тслерв шарохатвся?

- Я тебе что пугливая лошадь"5 - Аластор посмотрел на него с недоумением, а потом понял, что скрывается за вопросом Лучано таким же осторожным, как недавно задавал он сам - Да я тебе Семерыми клянусь, вы с Айлин для меня., как я сам. понимаешь? Нелвзя же стыдиться себя самого, если ни в чем не виноват! Так что выкинь это все из головы Будет как раньше, хорошо?

- Беллиссимо. - склонил голову Лу и наконец-то улыбнулся по-настоящему. - А твое решение поехать в поместье тоже в силе'5 Если да, может, отложим его на денек? Мой дорогой компаньон Дилан передал, что грандсиньор Саймон окончательно пришел в себя и просит о встрече Ты не против, если я сначала его навещу, м?

- Кстати, синьора Катрина собирается замуж. - уронил Лучано так же безмятежно - Синьор Джастин наконец решился сделать ей предложение. Вскоре они придут просить твоего позволения на брак, а еще хотят усыновить Дани Если ты разрешишь, конечно.

- Усыновить Дани? - растерялся Аластор. - Зачем им... Хотя... К мальчику они привязались, да и он их любит...

- Королевский зоспитанник - это, конечно, статус повыше, чем у приемного сына камердинера и кухарки - согласился Лучано тем же безупречно бесстрастной тоном, который начал не шутку раздражать Аластора. - Но ведь Дани у тебя никто не забирает, если захочешь с ним повозиться. Л -ак у мальчика будет настолщап семья, родовое имя, хоть и скромное, но честное а еще Джастин рассчитывает со временем передать ему должность.

- Они с Катриной очень хорошие люди. - кивнул Аластор с некоторым даже облегчением.

- Признаться, в последнее время он не так уж часто виделся с мальчиком, удовлетворившись тем. что за Дани присматризают Джастин с Катриной. И правда, отличная мысль'

- Надеюсь, на свадьбу нас позовут?! - забросил он удочку наудачу.

- Лучано молча улыбнулся, и Аластор про себя поежился - такой Лу ему совершенно не нравился' Вдруг и правда решил уехать, просто тянет с объяснениями...

- Ладно. - вздохнул он и с сожалением отказался от мысли спрятаться за чашку и четвертую булочку. - Давай начистоту про вчерашнее Я так понял, что мы элипли по милости Дункана и Айлин?

- У грандсиньора и синьорины был прекрасный вечер, - сдержанно подтвердил Лучано - Думаю, магистр все-таки ждал плахи а когда Претемная Госпожа милостиво отводит взор, кровь кипит особеннс сильно.

- Мог бы и покрепче блоки ставить. - буркнул Аластор. - Я. конечно, за них рад, но нам-то подобные... милости Всеблагой совсем ни к чему. - Помолчал и осторожно, словно подсекал золотую рыбку из фраганской сказки, спросил: - Ты на меня очень сильно обижен?

- Я? - Лучано Езглянул на него с удивлением, причем вроде бы искренним и уж точно живым, а не этикетной гримасой. - Мне-то с чего обижаться. Альс? Я думал, это ты...

- Он замолчал и снова бросил на Аластора быстрый опасливый взгляд застигнутого за проделкой кота

- Мы с тобой два болвана! - выдохнул с огромным облегчением Аластор. - Напридумали себе невесть чего, а н/жно было просто поговорить.

- Вот не надо - пробормотал Лучано. явно пряча смущение - Ты. монет быть, и болван, тебе виднее, а я - обычный итлийский мдиотто. сколько раз уже напоминал... Альс, я же думал, что ты меня теперь прогонишь... Или я сам уйду, если пойму, что так будет лучше...

- Совсем рехнулсч?! - От облегчения Аластор даже сорвался на откровенную грубость. - Хватит уже про меня в:якие глупости думать! Может, мне еще на Айлин обидеться?1

- Синьорина-то чем виновата?! - горячо запротестовал Лучано. - Да и магистр... Я думаю как только он понял, i-то происходит, сразу сделал что-то... разумническсе' Не зря же нас так быстро отпустило!

- А если нет, то сэм виноват. - мстительно подвел черту Аластор. - Вряд ли им с Айлин хотелось оказаться в постели вчетвером Надеюсь только, что она ничего не поняла! Слушай! - И он взглянул на Лучано. озаренный новым пониманием. - А ведь получается, что до вчерашнего днл они...

- Получается, что так. - подтвердил тот со вздохом. - Боги, какое же терпение!

- У него или у нее? - хмыкнул Аластор и все-таки цапнул с блюда четвертую булочку.

- У обоих! - убежденно сказал Лучано и наконец-то стек с подлокотника в кресло, развалившись там свободно и даже томно. А потом поинтересовался деловитым тоном, никак не вязавшимся с этой ленивой томностью: - И что мы будем делать, если опято начнется, м?

- Ну. если будем в этот момент вместе, то... разбегаться по разным комнатам, - подумав решил Аластор. - Лич-ю я для надежности еще и выгоню подальше всех, ктс рядом окажется! А то мало ли._

- Он представил свой обычный круг общения, состоящий из Лучано. семейства Аранвенов секретаря Вильмона. ыесьора д'Альбрэ... и тихо содрогнулся. Решительно никого из этого круга включая единственную в нем даму, он бы не хотел видеть возле себя в подобную минуту! С Лучано хоть можно поговорить по душам, а если его накроет в присутствии месьора?! Или Дэрры Аранвена?1 Объясняй потом, что е мыслях не имел ничего непристойного^1 И так. между прочим, едва пронеслс. канцлер как раз успел уйти._

- Уверен, магистр что-нибудь придумает - пообещал Лучано, которому, кажется представилась похожгя картина, судя по тому, как он передернулся. - Ладно, раз уж мы все выяснили... Я нодегось ты не будешь от меня теперь шарахаться?

- Я тебе что пугливая лошадь"5 - Аластор посмотрел на него с недоумением, а потом понял, что скрывается за вопросом Лучано таким же осторожным, как недавно задавал он сам - Да я тебе Семерыми клянусь, вы с Айлин для меня., как я сам. понимаешь? Нельзя же стыдиться себя самого, если ни в чем не виноват! Так что выкинь это все из головы Будет как раньше, хорошо?

- Беллиссимо. - склонил голову Лу и наконец-то улыбнулся по-настоящему. - А твое решение поехать в поместье тоже в силе'5 Если да, может, отложим его на денек? Мой дорогой компаньон Дилан передал, что грандсиньор Саймон окончательно пришел в себя и просит о встрече Ты не против, если я сначала его навещу, м?

- Да я с тобой съезжу! - заверил его Аластор. вскакивай из кресла так стремительно, что Перлюрен, уже почти стащивший с блюда булочку, отпрыгнул в сторону и возмущенно застрекотал - Прямо сейчас и поедем* Тол=>ко сначала скажем канцлеру, что вечером я желаю выпить шамьета с дорогими родственниками! Пусть придумает вопросы которые мне следует задать - Аранвены на это мастера. А если что-то упустит - ты подскажешь

- Как прикажете монсиньор-р-р. - мурлыкнул Лучано таким правильным голосом, что Аластору и в голову не пришло обижаться на почтительнее обращение

- Монсиньор ведь звучит очень по-разному, знаете ли!

- Глава 18. Шамьет для особых случаев

- Поехать в палаццо Эддерли сразу, как они хотели, разумеется не вышло Сначала Альс решил зымыться. и Лучано его очень даже понимал - как говорят в Итлии. правильная купальня смывает семь тревог, три усталости и одну беду. А после ванны он ожидаемо снова проголодался! Ну что такое пара-тройка булочек для огромного молодого тела? Конечно, Аластор велел подавать обед, великодушно посчитав перекус в комнате Лучано завтраком.

- А к обеду неожиданно присоединились гости.

- Сначала Альс вспомнил, что пропустил тренировку, и немедленно отправил дежурного гуардо за месыэром д'Альбрэ, чтобы извиниться и пригласить его к столу Потом явился грандсиньор Дарра. с неизменной учтивостью осведомившись, угодно ли будет его величеству сегодня заниматься делами или следует отложить все, кроме семейного шамьета. назначенного на вечер? Аластор вздохнул и сообщил, что еще как угодно. Однако не прямо сейчас, а после обеда и визита к Эддерли. Кстати, не хочет ли грандсиньор Аранвен сопровождать их с лордом Фареллом? А пока он думает, Джастин. подайте еще прибор'

- Отвесив изящный поклон и заняв место за столом - от королевских приглашений не отказываются! — грандсиньор так же учтиво сообщил, что навещает синьора Саймона ежедневно, однако старается делать это вечером когда з аканчивает собственные дела.

- ■■То есть около полуночи», - перевел для себя Лучано, прекрасно знавший распорядок работы грандсиньоров Аранвенов Со сменой канцлера изменилось исключительно его имя на подписанных бумагах - и больше ничего!

- Бумаг этих, кстати, грандсиньор прихватил с собой целую папку, словно не сомневался, что Альс немедленно ими займется. Месьор на папку покосился с явным неодобрением и вполголоса уронил, что уставшая рука плохо держит рапиру. Канцлер с достоинством возразил, что перо, к счастью, гораздо легче рапиры посему его держать можно гораздо дольше.

- Скажите, грандсиньор. - вмешался Лучано. пока легкий обмен уколами не превратился в настоящий поединок острот - Не кажется ли вам. что бумаги в наше отсутствие ведут некую тайную жизнь? Во всяком случае они размножаются, словно поселившиеся з кладовой мыши. - незаметно, однако стремительно! Каждый день вы с монсиньором решаете множество дел. однако меньше их не становится, а совсем наоборот^1 Размножаются, точно говорю!

- Узкие губы грандсиньора тронула быстрая аранвеновская улыбка - шутку он оценил. И даже соизволил ответить.

- Любопытная версия, милорд. Когда в детстве я наблюдал за работой отца, то подозревал примерно это же. Однако со временем понял что излишне много не самих документов, а неразумных людей словами и делами дающих основание для их составления.

- Иными словами, грандсиньор. идиотто добавляют вам работы? - уточнил Лучано.

- Совершенно верно, милорд. - величественно склонил голову молодой канцлер.

- Аластор переглянулся с наставником, оба согласно кивнули, и Альс пробормотал, что безмозглые болваны на королевской службе и правда вреднее мышей и крыс в кладовой, жаль что от них никакая кошка н:е поможет

- А вы разрешите лорду ©ареллу травить каждый месяц хотя бы дюжину бесполезных ослов, - щедро предложил месьор. — Вот увидите, остальные либо сами разбегутся, либо возьмутся за ум!

- Всегда знал, синьор, что вы не только добрейшей души человек, но и несказанно мудры! - пылко поддержал его Лучано. а канцлер снова усмехнулся

- И с кем я тогда останусь? - буркнул Аластор. - Хорошо, если один из дюжины ослов окажется все-таки человеком!

- Когда обед закончился, и синьор фехтмейстер откланялся, канцлер еще раз уточнил, все ли готово к семейному шамьету, и спросил, кто будет варить этот самый шамьет - дворцозая кухня или лорд Фарелл^7 А потом добавил, что второе было бы несравненно удобнее, раз уж приправы к шамьету требуют тонкого обращения.

- Совершенно с вами согласен, грандсиньор. - подтвердил Лучано. - К тому же вся Дорвенна знает, что король предпочитает шамьет, приготовленный мной, и если его принесут с кухни, это покажется странным. Отказаться от угощения синьоры все равно не смогут но одно дело - из вежливости намочить губы, и совсем другое - зыпить целую чашку

- Ах да. - кивнул канцлер. - Что вы намерены делать, если лорды Райнгартены зсе-таки не захотят пить или будут слишком медлить?

- Аластор. которому это явно в голову не пришло, растерянно посмотрел на Лучано.

- Тогда, грандсиньор. я спрошу, почему показания мертвых фраганских наемников недвусмысленно указывают на синьоров Райнгартенов как на виновников похищения, - вежливо улыбнулся Лучано. — Уверяю, от такой новости у кого угодно в горле пересохнет, и хоть пару глотков синьоры все же сделают. А если нечаянно опрокинут шамьет - подам воды'

- Аранвен одобрительно склонил голову, Аластор же возмутился:

- Но фраганцы не указали на них прямо!

- А синьоры об этом знают? - удивился Лучано.

- Аранвен одарил его еще одним одобрительным кивком и полуулыбкой, а у Аластора восхищенно вспыхнули глаза

- *Благие Семеро. - подумал Лучано. - Как же хорошо, что мы помирились! Да а хоть всю Дореенну ради него напою зельем правды, даже если придется лично варить его ведрами, а потом заливать в несогласных!»

- Палаццо Эддерли Лучано увидел первый раз и не мог не сравнить его с восхитительным, но мрачным обиталищем рода Бастельеро. Как нарочно, грандсиньоры Эддерли некогда предпочли совершенно другой стиль - их палаццо был выстроен из светло-желтого камня и покрыт коричневой черепицей, так что издали напоминал сдобное пирожное с поджаристой корочкой Мягкие округлые линии декоративных арок, обрамляющих окна и двери, делали это забавное сходство еще сильнее, а возле дома раскинулся роскошный сад полный не только цветов, но и лекарственных трав, на которые Лучано воззрился с восхищением. Да если бы он знал, что в Дорвенне имеется такая сокровищница, давно напросился бы 8 гости!

- Почти сразу, как только перед Альсом распахнули главные двери палаццо, навстречу гостям вылетело полдюжины разномастных собак - веселых, ласкозых и явно избалованных.

- Прошу прощения, ваше величество, - извинился дворецкий. - Их немедленно уберут^1

- Зачем? - пожал плечами Альс. - Прекрасные псы! Я не знал, что лорд Эддерли увлекается охотой Кстати, старший или младший?

- И принялся чесать матерого белоснежного вожака между острыми мохнатыми ушами, которые тот с удовольствием подставил гостю.

- Охотой увлекался его светлость Дилан, - так же почтительно ответил дворецкий. - Эти собаки - потомки его охотничьих собак. Они не приучены к охоте и являются просто любимцами миледи и обоих милордов

- Вожак шел рядом с Альсом как привязанный, с другой стороны пристроилась такая же белая красавица-сука, а остальные псы весело прыгали вокруг всем видом подтверждая, что в этом доме они действительно любимцы, которым нет нужды рисковать в псгоне за зверем.

- Ваше величество! Лорд Фарелл! Какая честь видеть вас в нашем доме^1

- Грандсиньор Эддерли. вышедший им навстречу, почтительно поклонился, а грандсиньора присела в реверансе.

- Прошу без церемоний. - торопливо ответил Аластор и подошел, чтобы поцеловать руку почтенной дамы - Миледи, милорд сочувствую вашей беде. Надеюсь лорду Саймону уже лучше?

- Милосердная Сестра добра к нему. - негромко отозвалась грандсиньора. - Глаза и лицевые нерзы не задеты, пострадал только внешний облик

- Ну. для мужчины это не так уж важно... - попытался утешить ее Аластор и тут же сконфуженно поправился - Простите, я понимаю, насколько глупо сказать это матери... и отцу... Но все могло быть намного хуже'

- Совершенно верно, ваше величество. - с достоинством кивнул грандсиньор - Мы рады, что Саймон жив и не утратил здоровья, а внешность... Все. кто действительно любил его прежним, не разлюбят и сейчас, а до остальных нам нет никакого дела.

- ' Надеюсь, молодой грандсиньор с этим согласен. - подумал Лучано. - Понятно, что мать с отцом будут любить его каким угодно, для друзей ничего не изменится... Да и женщины, пожалуй, простят богатому и знатному наследнику любое уродство. Но каково самому синьору Саймону видеть в зеркале новый облик - и вечное напоминание о проигрыше''»

- Ответ на этот вопрос он попытался прочесть на той половине лица синьора, которая не пострадала, однако не преуспел. Молодой некромант, встретивший их одетым по-домашнему и в кресле, из которого тут же встал, выглядел совершенно спокойным.

- Настолько спокойным, что Лучано слегка насторожился. Ну не бывает у людей, подобных синьору Саймону, горячих и азартных, такого бесстрастно-мудрого отношения к невзгодам!

- Сидите, Эддерли - махнул ему рукой Аластор. - Без церемоний! Смотрю, вы быстро оправились!

- Меня лечили хорошие целители, ваше величество... Видеть вас - огромная честь! Милорд Фарелл. премного благодарен

- Не заставив себя упрашивать, синьор Саймон сноза уселся и Аластор с Лучано последовали его примеру Чета хозяев дома осталась ждать в гостиной, однако в дверь тут же постучали, и миленькая горничная внесла поднос, полный кувшинов и кувшинчиков, чашек вазочек, молочников Быстро накрыла столик и замерла, ожидая распоряжений.

- Ваше величество, милорд... - склонил голову Саймон. - Простите, я не подумал, возможно, вы предпочли бы вино?

- Самое время выпить шамьета. - успокоил его Аластор. и Саймон кивком отпустил горничную. - Кстати, о времени! Оно так быстро пролетело, а я не наградил вас после той охоты, когда вы столь удачно поставили на меня щит Подумайте, что я могу сделать для вас. милорд? В придачу к моей искренней благодарности, разумеется!

- Что?! Ах. это. - Синьор Саймон выглядел таким удивленным словно и думать забыл про подобную мелочь. - Ваше величество, возможность оказать вам услугу - это само по себе награда! К тому же основная заслуга принадлежит Аранвенам и леди Айлин как хозяйке Пушка

- Его лицо, разделенное жутким заклятием на две половины - живую и мертвую, омрачилось еще сильнее, и Лучано подумал, что синьор Саймон наверняка уже знает о похищении синьорины Но известно ли ему. что это похищение мнимое?

- С ними разговор будет особый, а я спрашиваю вас. - возразил ему Аластор. - Ну так что, скажете или мне придется самому придумывать награду? Учтите, воображение у меня так себе, ничего интересного я вам предложить не смогу.

- О. ваше величество. - усмехнулся некромант одной половиной лица, здоровой. - Это у вас-то слабое воображение? После приговора Лионелю Саграссу и капитанам егерей? Позвольте не согласиться^1 Мне. конечно, очень хочется и вправду испросить у вас какую- нибудь милость... но позвольте оставить эту несравненную возможность про запас? Вдруг я натворю что-нибудь гплгобнпя rhisratb rani гнрй или <ота пы раздражение

- Обожженная черная половина некогда красивого лица так и осталась безучастно- мертвенной. неподвижной, но янтарные глаза синьора смотрели дерзко и весело.

- Бастельеро не трогать! - мгновенно предупредил Альс. - На то имеются причины, можете поинтересоваться у своих почтенных родителей. В остальном же.. Смотря что вы намерены натвсрить, милорд.

- А я откуда знаю заранее, ваше величество? - поразился некромант настолько искренне, что Лучано ему почти поверил.

- Точнее, поверил, что синьор просто не знает, кгкую из многочисленных рискованных шалостей, давно задуманных и ждущих осуществления, посчитать достойной королевского прощения^1

- Ну что ж, - вздохнул Аластор и отпил немного шамьета - то ли из вежливости, то ли правда успел проголодаться. Лучано тоже сделал глоток и ужаснулся — з доме Эддерли шамьетом называли нечто, больше напоминающее сироп из меда, сливок и пряностей с небольшим добавлением собственно шамьета - Я запомню, что должен вам любую разумную просьбу или мигость. Но надеюсь на ваше .

- Он запнулся, словно подбирал слово, и с явным удовольствием выпил еще шамьета

- Благоразумие, ваше величество? - подсказал молодой некромант очень почтительно, хотя его глаза так и искрились насмешкой.

- В самом де.-е младший Эддерли - и благоразумие?! Смешно. Однако Лучано уже не раз обманывался в характере синьора Саймона и. помнится, обещал себе не повторять подобных ошибок.

- На ваше чувство чести и ваш разум, - спокойно ответил Аластор и поставил чашку, взглянув на нее не без сожаления - Одна особа, дороггя нам обоим, заверяла меня, что и того, и другого у вас в достатке.

- На несколько мгновений в комнате повисла тишина а потом синьор Саймон улыбнулся - и на этот раз егс губы растянулись целиком. Наметанный взгляд Лучано увидел небольшую кривизну с пострадавшей стороны, но похоже было. ч~о лицевые нервы и правда в порядке. Что ж. теперь у синьора Саймона есть улыбки на все случаи жизни...

- Такое мнение о себе хочется оправдать. - сказал некромант очень мягко, и его насмешливый дерзкий взгляд потеплел - Хотя, союсь, эта особа выдала не вполне заслуженный задаток.

- Только от вас. милорд зависит, сумеете ли вы заслужить его полностью, - парировал Аластор и встал. - Насколько я помню, вы хотели видеть лорда Фарелла по какому-то делу? А я пока с удовольствием поговорю с вашими родителями и осмотрю дом

- Ваше величество...

- вскочив, синьор иаймон почтительно поклонился. Аластор ответил кивком и вышел. Проводив его взглядом, некромант снова сел и повернулся к Лучано:

- Похоже, милорд, шамьет вам не по вкусу? Может, все-таки вина или шоколада?

- О. не стоит! - заторопился Лучано. представив, как в этом доме варят шоколад.

- Его. наверное, можно резать ножом! Кстати, хм... а ведь забавная мысль, интересное лакомство получилось сы... Шоколадная глазурь применяется повсеместно, добавлять шоколад в трюфели и просто выпечку тоже умеют, но почему никому не пришло в голову, что вместо порошка, требующего варки, можно продавать готовый пластичный шоколад разлитый по формам? И. разумеется, с добавками! Орешки, цукаты, изюм... Принцип тот же самый, что с мылом, а уж мыла этого Лучано сварил столько, что на всю Вероккью хватило бы!

- Он с трудом оторвался от грандиозных перспектив, развернувшихся перед мысленным взором, и посмотрел на терпеливо ожидающего синьора Саймона

- Шамьет превосходен, - выдавил Лучано чудовищную ложь и тут же постарался прикрыть ее истиной. - Не сомневайтесь, его величество был в полном восторге от угощения. А я просто предпочитаю... не так сладко...

- И даже еноту своему конфеты запрещаете, - фыркнул некромант выказав отличную память. - Кстати, как он?

- Беллиссимо, - отозвался Лучано. - Растет и толстеет, несмотря на все мои запреты. Поскольку сам себе Перлюрен конфеты не запрещал.

- Не могу его за это ссудить. - сноза усмехнулся Саймон, расянув оба уголка губ

- С каждым разом у него это получалось все легче, словно некромант разучился улыбаться и теперь усердно практиковался. Конечно, прежней эта улыбка никогда не станет и со стороны будет смотреться жутко. Но, как сказал, мудрейший грандсиньор Эддерли. какое нам дело до тех. кто нас не любит? А их иногда и припугнуть бывает полезно...

- Вы. наверное, думаете, зачем я вас позвал? - спросил Сай(Уон, подливая себе шамьета в незаметно опустевшую чашку.

- Лучано. жалея что нельзя запить эту кошмарную сладость просто водой, принялся за очищенные и порезанные долоки яблок, впервые радуясь, что чблоки в Дорвенанте кислее своих южных собратьев.

- Я надеюсь, что услышу об этом от вас, грандсиньор - улыбнулся он в ответ

- Ох. давайте без церемоний! - попросил некромант. - Все-таки мы дрались вместе^1 И труп я для вас поднимал а потом прятал, хоть и недолго. Просто Саймона вполне достаточно! Или Эддерли. если вам угодно.

- Совместные развлечения такого рода весьма объединяют, - согласился Лучано. - В таком случае, Оарелл или Лучано - как вам больше нравится. Можно даже Люцианом, - добавил он, вспомнив, как записан пожалованный титул в документах, - не не обещаю, что стану отзываться, очень уж непривычно

- Отлично. - просиял взглядом и половиной лица Саймон, а Лучано поймал себя на том, что уже начинает привыкать к новому облику синьора некроманта

- В конце концов, если убедить себя, что это просто такая маска... Что он. маскарадов не видел? И вообще, грандсиньор Эддерли-старший безупречно прав: Красота как и просто приятная внешность, в глазах тех, кто смотрит^1 Случись такое - не дай благие, конечно! - с Альсом или синьориной, разве Лучано посчитал бы их некрасивыми?! Выгляди они как угодно - для него ровно ничего не изменилось бы! Уродство, старость - какая разница?1 Ведь души как- то узнают друг друга в Садах, где могут иметь какой угодно облик, взятый из многих сотен жизней' И все-таки за гранью этого мира люди находят тех, кого когда-то любили потому что истинная любовь иногда начинается с восхищения красотой, но никогда на этом не заканчивается.

- Тогда у меня к вам две просьбы. - продолжил Саймон, и Лучано кивнул. - Скажите, вы можете кое-что передать Айлин?

- Рука Лучано, которую он как раз протянул к остаткам яблока, даже не дрогнула, пальцы спокойно взяли очередную дольку Лучано тщательно прожевал кисло-сладкую мякоть, проглотил ее и молча посмотрел на Саймона.

- Ну, сами подумайте, кого мне просить? - пожал плечами некромант. - Отец и матушка ничего не знают, в этом я уверен. И понимаю, что это благоразумно... К его величеству тоже не обратишься так запросто, я не вхожу в его ближний круг А Дарра наверняка получил строгий приказ хранить тайну, и я не могу заставить его выбирать между преданностью короне и преданностью дружбе С Аранвенами знаете ли, могут дружить только те, кто не заставляет их делать подобный выбор.

- Очень мудро с вашей стороны учитывать это, синьор. - пробормотал Лучано. - То есть Саймон... Но с чего вы решили, что кому-то все-таки известно?..

- Дарра продолжает поиски Айлин. - Саймон загнул палец, слозно начиная отсчет. - Но я хорошо его знаю! И помню, каким он был. когда зы шли к Разлому.. Сейчас он полон азарта, не отчаяния, понимаете? Значит, уверен, что Айлин жива-здорова, и просто ищет похитителей. Второе' - И он загнул еще один палец - Похитителя кем бы он ни был. не испугало стать врагом короля. Архимага, канцлера и сразу нескольких семей из Трех Дюжин. Ну и вашим вдобавок. Значит, либо он уверен, что может идеально скрыть все следы, либо намеревается вернуть Айлин и полагает, что к нему после этого не будет претензий. Третье - всей столице известно, что сначала лорд бастельеро истово искал жену, а после перестал!

- Он получил королевский приказ прекратить поиски, - уронил Лучано, глядя на сидящего напротив юношу с искренним интересом.

- И кинулся его выполнять? - хмыкнул некромант. - оарелл, я знаю своего... бывшего наставника куда долоше вас. Ему всегда было плевать на чужие приказы, от кого бы те ни исходили. Думаю, явись к нему сама Претемная Госпожа. Бастельеро и ее волю не исполнил бы. не отвечай это его желаниям Когда-то меня это восхищало... Но я тогда был гораздо глупее, чем сейчас^1

- Он помолчал и продолжил, загнув еще один палец.

- Лично я думаю, что он получил известие то ли от самой Айлин. то ли от ее похитителей. Будь она з беде лорд Бастельеро продолжил бы искать, несмотря на любые королевские приказы, но если она сама сообщила ему что покидает его по доброй воле... Четвертое - наемников, которые воспользовались нашим именем, кто-то перебил!

- Возможно, чтобы скрыть следы, - вставил Лучано. которому все больше нравилась эта игра.

- А зачем прямо на месте и с таким риском? - остро ззглянул на него Саймон. - Будь они из одной шайки, не проще ли потом кинуть им в спину проклятье или... ну не знаю... яду поднести? Нее-ет, лично я думаю, что похищал Айлин кто-то один, а отбивал у похитителей - уже кто-то другой! И этот другой не вернул ее в дом Бастельеро. а забрал куда-то еще! Возможно, по ее желанию... Она ведь ехала ко мне. понимаете?! Одна, без мужа, значит, он ей этого не позволял Наверняка вопреки его воле' Как ей было после этого вернуться к нему домой?! А если предположить, что Айлин кто-то прячет, причем этот кто-то ей не враг, она бы наверняка дала о себе знать самым близким людям! Это у нас кто? - Он разжал пальцы и начал загибать их снова. - Ее тетушка, его величество, вы. Дарра и я. Ну еще Иоланда пожалуй... Я все это время лежал в беспамятстве. Про Дарру я уже сказал С сударыней Арментрот знаком только через Айлин. но меня, когда очнулся, пытались развлекать придворными новостями, и говорят, что она приняла предложение месьора д'Альбрэ и готовится к помолвке. А мне-то известно, как леди Элоиза любит племянницу! В общем, если подумать, я бы сказал, что Айлин скрывается либо у Аранвенов, либо у кого-то из личных доверенных людей его величества - и, в любом случае, с его позволения.

- Вы ведь ни с кем не делились этими любопытными умозаключениями? - ради очистки совести поинтересовался Лучано, уже представляя, каким будет ответ.

- Я? Да с чего бы?' - Саймон состроил дурашливую гримасу, которая на его лице смотрелась откровенно жутко, и набил рот цукатами. Прожевал их. удивительно напоминая Перлюрена и снова пожал плечами: - Я в себя-то пришел недавно, помните? И уж точно не собираюсь наводить на след Айлин лорда Бастельеро... или кого-то еще... Похищали ее всерьез, а значит, она в опасности! И если укрылась где-то в надежном месте, пусть там и пребывает Я только хочу, чтобь! при случае - исключительно при случае, понимаете" - ей передали, что я люблю ее как сестру и готоз помочь чем угодно, как только ей понадобится помощь. И, конечно.

- что я ни з коем случае ни з чем ее не виню! А то знаю я эту... достойную представительницу Ревенгаров - наверняка придумала себе какие-то глупости

- Вы прекрасный друг, синьор Саймон, - склонил голову Лучано. - Разумеется мне неизвестно, где находится синьорина Айлин Однако если представится случай. - Он сделал тщательно рассчитанную паузу и увидел, как понимающе блеснули глаза некроманта. - При этом самом случае синьорина узнает заши слова в точности, это я могу обещать.

- Буду премного благодарен. - кивнул некромант - А теперь вторая просьба. Возьмите меня на службу. Фарелл.

- Что. простите? - изумился Лучано. - Вы имеете в виду мою службу Руки короля?

- Ну да: А что, вы берете только каторжников? Насколько я знаю. Саграсс получает жалованье и носит форму, значит, это обычная королезская служба под вашим началом Вы исполняете личные поручения его величества - это огромная честь и немалая ответственность. А некроманта у вас нет, имеется только боевик. Что вы будете делать, если потребуется допросить мертвеца или разобраться с проклятием?

- Саймон победно посмотрел на Лучано, которому пришлось признать эти аргументы довольно вескими.

- Я подумывал переманить несколько синьоров магов из прежнего ведомства Лионеля. - признался он.

- Я лучше. - самоуверенно заявил Саймон. - Понимаю, сейчас это звучит сомнительно, после такого-то проигрыша на дуэли... Но вы меня видели в деле, когда мы спасали кузину Клари. И, как ни крути, меня обучал и натаскивал лучший боевой некромант Ордена. Ему я уступил... - Его лицо опять омрачилось, но ненадолго, на него тут же вернулась самоуверенность, и Саймон продолжил - Не сомневайтесь за этот урок я его в свое время поблагодарю. Но кроме Бастельеро. меня мало кто может превзойти. Дарра, пожалуй, но с ним я и драться не стану. Драммонд из моих собратьев-адептов - отменный проклятийник... Но мастера такого уровня наперечет! А еще я всегда могу частным образом попросить совета у своего отца и матушки - это вам тоже при случае пригодится. Знаю всю Академию и высшее общество столицы, да и с половиной Дорвенны знаком, от веселых кварталов до купеческих. Что еще? - Он задумался уже всерьез, не напоказ, и добавил: - Свободно говорю по-фрагански и итлийски, немного болтаю по-чински Мэтр Витольс. правда, утверждает, что с ужасным акцентом... Ну и владею всем, что положено дворянину, -от рапиры до лютни. А главное я совершенно свободен пока не вступил з права главы рода Чего, надеюсь, не случится еще долго. У нас в семье принято либо рано гибнуть в какой-то заварухе - характер способствует! - либо жить до глубокой старости, особенно магам

- Ваш почтенный батюшка оторвет мне голову. - пробормотал Лучано больше от неожиданности. - А матушка возможно, сделает еще что-нибудь поинтереснее. Наслышан я о фантазии целителей... Вы же их единственный сын. Саймон, а на службе будете рисковать жизнью...

- И мысленно поежился от небрежного упоминания мастера Битольса Как-никак, аккару обещал повторить свое заманчивое предложение, а то. что он уже год как не напоминает о себе, так дело только в его любезности а надолго ли ее хватит? Подумать только, какая деликатность! Да если бы не грандсиньор Дункан, который часто рассказывал им с Альсом о каких-нибудь забавных случаях, Лучано и не узнал бы. что мастер Витольс совсем рядом И где? В Академии, полной боевикоз и некромантов^1 Восхитительная уверенность в себе!

- А где я не буду ею рисковать? — опять пожал плечами некромант. - В армии? Или на беспокойном кладбище? Мой дар дается не для легкой безопасной жизни, за свою милость Претемнейшая и спрашивает со всей строгостью. Я. конечно, могу отсиживаться под юбкой матушки и за отцовской спиной хоть всю жизнь. Получить какой-нибудь придворный чин... Выучу, например, чинский в совершенстве и буду переводить бумаги для дипломатической коллегии Или дождусь когда в Академии сменится Архимаг. и поступлю туда мэтром, а пока можно и при дворе повеселиться... Только я же с ума сойду от скуки, Фарелл* Мне дело нужно - и дело серьезное, чтобы выкладываться в полную силу. Не возьмете к себе - уйду гонять стригоев да упырей - в провинции всегда кладбищенских мастеров недостача. Или к егерям подамся - уж туда точно всех берут, и там не заскучаешь^1

- Я вас понял. - медленно кивнул Лучано. вглядываясь в собеседника

- Возможно ли... Да нет. молодей грандсиньор совершенно спокоен и выглядит смирившимся... Вот именно, что выглядит! А если копнуть поглубже, не окажется ли это спокойствие такой же маской, скрывающей отчаяние, как та. что навеки скрь-ла половину лица Саймона?

- Откровенность за откровенность, - решился Лучано. - Можете ответить мне на один вопрос?

- Претемнейшей клянусь. - кивнул Саймон. - Что угодно, кроме секретов моего рода или чужих тайн. Не смогу ответить - промолчу!

- О. ничего такого я спрашивать не осмелюсь. - заверил его Лучано - Но поймите меня правильно, вы хотите, чтобы я доверил вам и свою жизнь, и. возможно, чужие. Не говоря уже о выполнении королевских поручений. Я просто должен спросить! - Он помолчал, пытливо вглядываясь в собеседника, и вкрадчиво поинтересовался: - Синьор Саймон, а вы точно не собираетесь свести счеты с жизнью? Знаете, после неудачи часто кажется, что жизнь больше не мила, и ничего хорошего в ней не будет. А вам серьезно досталось...

- Он замолчал, сам себе удивляясь, с чего полез в чужую душу Что бы там ни говорил младший Эддерли он пока не приходится Лучано ни другом, ни приятелем, а если и оказал несколько услуг... Ладно уж. весьма значителэных услуг^1 Так ведь не ради него. Лучано, а ради грандсиньсры Клари и синьорины Айлин. Да всего год назад он, Лучано, и не подумал бы так переживать из-за великовозрастного идиотто а теперь? Поистине, Дорвенант - ужасная страна'

- Свести счеты с жизнью? - явно удивился грандсиньор Саймон, распахнув глаза наивно, как Перлюрен. уже снявший с чужой туфли драгоценную пряжку. Уцелезшая половина лица приобрела при этом необыкновенно умильный вид. зато пострадавшая - столь противоестественный что Лучано внутренне поежился - Из-за этого? Ну уж нет я и без того доставил родителям множество огорчений, которых они никак не заслужили. Да и вообще, неужели я малодушнее Корделии Леруазен? Вы видели Корделию, Фарелл?

- Лучано честно попытался вспомнить, видел ли он хоть одну даму с таким именем, и покачал головой.

- Она училась на последнем курсе когда случился Разлом. - уже в который раз помрачнев, сообщил грандсиньор Саймон. - Некромантка. мастерица проклятий и очень красивая девица. Была Немного похожа на старшую из фраганских принцесс, только блондинка. Корделия защищала Академию во время Прорыва, демоны размозжили ей зсе лицо, даже целители ничего не смогли сделать...

- Лучано представил - и содрогнулся кляня про себя собственное зоэбражение. Беатрис хватило одной морщинки, чтобы зыгнать со службы фрейлину, а ведь ее красоте никак не повредила бы даже дюжина морщин и два десятка седых волос; Девице же в расцвете юности потерять не просто красоту, но даже сколько-нибудь приятный облик. Да трудно представить, сколько сил требуется, чтобы просто пережить подобное'

- И ничего! - закончил грандсиньор Саймон с явным почтением в голосе - Живет, как раньше, служит з Академии, преподает младшим курсам. И даже иллюзию носить отказывается, представляете. Фарелл? Говорит, что все равно знает, как вьглядит, а если кому- то это не по душе, пусть не смотрит Она дескать не неволит А ее между прочим бросил жених, представляете, каков негодяй? Уж мне-то, во всяком случае это не грозит^1 - скривил он губы в подобии улыбки, на этот раз довольно невеселой - Так что не переживайте, я и сам не собираюсь терять голову в прямом смысле слоза и другим в своем присутствии постараюсь этого не позволить. Некоторые уроки обходятся дорого, зато идут на пользу!

- Что ж. если вы и 8 самом деле не намерены совершить чего-то... непредусмотрительного.. - протянул Лучано. и молодой некромант жестко усмехнулся.

- Я не собирался вызывать лорда Бастельеро на вторую дуэль даже без приказания его величества если, конечно, вы имели з виду именно это. Убить его у меня, пожалуй, не хватит сил. а если уж совсем откровенно, то и желания такого не имеется. А великодушие или нерешительность с ним, как я теперь понимаю, будут стоить слишком дорого...

- Не имеете желания? - удивился Лучано, на однокороткое ужасное мгновение представив себя на месте синьора Саймона. Какое желание могло бы возникнуть у не_о самого, окуни его

- Ларци лицом в кислоту? Подобной картине воспротивилось все внутри, Лучано даже замутило. - неужели вы и в самом деле совсем не держите на него зла/

- Нет, - качнул головой некромант. - И да Пожалуй, пощечину я готов ему простить. Теперь-то я понимаю, что лорд Бастельеро каждую шутку в свой адрес принимает за удар, выходит, мы попросту обменялись пощечинами. А вот это. - Саймон коснулся кончиками пальцев изуродованной щеки. - Это другое дело. Это я получил не за шутку, и даже не за поцелуй с его женой, а за то, что посмел подойти слишком близко к выигрышу. Понимаете Фарелл. у лорда Бастельеро почти закончился резерв и тогда он воспользовался... вот этим. Для него оказалась нестерпимой мысль о том что кто-то может его... нет, не превзойти, но хотя бы сравняться, понимаете?! В мою победу он наверняка не поверил! А между прочим, забудь я что он мой наставник, сражайся так же безжалостно, как он и я победил бы...

- Вам просто не повезло с наставником, - тихо сказал Лучано. - Очень сильно не повезло. Если бы я превзошел своего, он был бы счастлив.

- Только теперь он в полной мере осознал слова Ларци. брошенные тем грандмастеру Тино, что у Темного Омута никогда не было учеников. Действительно, откуда? Тино уничтожал всех, кто был способен хотя бы подумать о победе над ним. не то что замахнуться на подобное всерьез. И Тино еще смел судить Ларци?! Ларци, который вложил в ученика все, что знал и умел, всего себя и даже больше^1 Ларци, который верил, что высшая радость для истинного наставника - не просто передать свое мастерство, но воспитать того, кто превзойдет учителя. Того, кто поднимет это мастерство на еще большую высоту, огранит его, словно драгоценный камень, и когда-нибудь, в свою очередь, передаст его дальше - уже своему ученику!

- Теперь я это понимаю, - ответил Саймон, глядя Лучано в глаза. - И понимаю своего отца, который вовремя забрал меня из Академии и отдал в ученичество к леди Немайн. Я думал, он хочет, чтобы я изучил другой подход к некромантии, а он спасал мою душу. Я ведь обожал Грегора Бастельеро Боготворил его несравненное мастерство и его самого, считал, что он всегда и во всем прав! Дарра пытался поговорить со мной и вовремя открыть мне глаза на то. что мой кумир - ложное божество! Отец тоже объяснял... Но я и слушать никого не хотел! Скажи мне лорд Бастельеро, что черное - это белое, я бы поверил^1 Заяви он, что нужно верить в Баргота, а не в Благих, я бы пошел за ним и к Барготу! Я вам клянусь. Фарелл, я же ничем не хотел оскорбить его в тот раз! И уж тем более обидеть Айлин! Я... просто пошутил^1 Я был уверен что они счастливы в браке, и даже подумать не мог, что моя шалость способна их хотя бы расстроить. А еще я знал, что лорд Бастельеро был другом моего старшего брата, и что моя матушка принимала его сына... Я их родными считал - обоих, понимаете?! А оказалось, что одна моя неудачная шутка перевесила для него все - и мою любовь, и благодарность к моей семье... Дешево же он их оценил! Вот этого, признаюсь, я ему не прощу. - закончил Саймон с удивительным спокойствием, хотя только что, казалось, кипел, будто алхимический котел на огне. - Слез моих родителей, сердечного приступа у дядюшки Ангуса и седой пряди на виске у Дарры. Вы ее не видели? Тогда сделайте одолжение, забудьте, что я это сказал... Но если

- Благие хоть немного справедливы, лорд Грегор вскоре рассчитается по всем долгам, а задолжал он не только мне

- Благие справедливы. - уверенно уронил Лучано. - А там. где они не успевают восстановить справедливость, им должны помогать люди. Хорошо, синьоэ Саймон, как только к вам полностью вернутся силы, жду во дворце.

- И сделал еще один глоток шамьета. про себя содрогнувшись от столь исключительной любви к сладкому Что поделать, если молодой некромант станет честью их крошечной компании, состоящей пока из самого Лучано, Лионеля Саграсса и Перлюрена. придется варить

- шамьет и на него, так что стоит запомнить вкус и научиться новому рецепту.

- » * *

- Список орденских магов, назначенных сопровождать Грегора в Карлонию. оказался неожиданно большим.

- Дюжина?! Зачем столько?

- Милорд Архимаг... - Ладецки чуть заметно поморщился, словно человек вынужденный объяснять совершенно очевидные вещи Похоже именно так с его точки зрения это и обстояло

- 3 Карлонии которую вы желаете посетить, этикет значительно отличается от дсрвенантского. Персона знатного происхождения даже из собственного дома не должна выезжать без свиты, так называемых ближникоз. Ни к даме, ни с визитом, ни на охоту. Исключение делается только для королевской службы, но бояре в Карлонии служат не совсем так. как это здесь понимают Князь - а титул лорда из Трех Дюжин соответствует именно княжескому - даже в уборную, простите, ходит с ближниками Не только ради безопасности, но и чтобы не умалить своего достоинства. Дюжина людей - это меньшее, ч~о вы можете взять с собой. Как будто к старому приятелю заглянули по случаю и без всяких церемоний^1

- Благие Семеро... - растерянно проговорил Грегор и от растерянности неловко пошутил:

- Надеюсь, в уборную их всех брать с собой не обязательно?

- Всех - необязательно. - с чудовищной серьезностью ответил Ладецки вызвав у Гре-ора страшное подозрение, что карлонец вовсе не посчитал это шуткой. - Но хотя бы дзух - извольте Не беспокойтесь, они от вас и сами не отойдут порядок знают Старшим вашего эскорта поедет Майсенеш. он сейчас боевиками Службы безопасности командует. Советую расспросить его как можно подробнее, а еще лучше - привлечь к собственным сборам.

- Полагаете, я даже в дорогу не способен собраться самостоятельно? - усмехнулся Грегор, снова заглянув в список.

- Имя Ласло Майсенеша, Красная гильдия, действительно шло там первым.

- Ну, если вы. милорд, знаете разницу между боярином и бояричем, со скольких шагов положено приветствовать князя и сколько бубенчиков должно быть на вашей лошади, то...

- Ладецки развел руками, а Грегор почувствовал себя дураком - чувство редкое и оттого крайне неприятное. Действительно, этикет' Ну вот с чего он взял что в Карлонии и Дорвенанте манеры совершенно одинаковы'" Сам себя выставил, болваном, а отъезд, между тем. все ближе.

- Я вас понял, милорд Ладецки, - сказал он кисло. - Буду премного благодарен и вам. и мэтру Майсенешу Он. кстати, из бояр?

- Ну что вы. милорд Архимаг. - отозвался Ладецки так мягко, что за этой любезностью Грегору послышалась издевка. - Что бы ему тогда в Дорвенанте делать? Я извольте знать, всего дюжину человек вам собрал, потому что карлонцы в Ордене делятся надвое Те. кто из хорошего рода, здесь после учебы не задерживаются, их дома ждут почет и выгода обученные маги в Карлонии редкость. А бывших простолюдинов на родину шестопером не загонишь! Карлония наши порядки насчет освобождения адептов не признает. С перстнем или без него, а хлоп остается хлопом, и бывший хозяин может схватить его где и когда угодно, как только в лицо или по имени узнает Если в вашей свите кто-то из них окажется, это великий позор! - Ладецки помолчал и добавил - Да и неприятности немалые. Вы ведь, милорд, не станете спокойно смотреть, как одного из ваших спутников на площади кнутом насмерть забивают?

- У Грегора. на миг представившего даже не саму эту картину, а всего лишь ее возможность, пальцы сами сложились в проклятье Орденского мага?! Кнутом на площади?! Да будь он хоть сто раз простолюдин, но...

- Вот и мои парни вряд ли утерпят. - обыденным тоном сказал Ладецки - И какое уж тут посольство получится? Нет. ваши ближники, то есть эскорт, все как один из дворян. Не боярство, конечно, однако и стыдиться их вам не придется. Ласло Майсенеш - третий сын королевского воеводы... то есть командора Он с братом-наследником не поладил, вот и остался в Дорвенанте. Остальные тоже из приличных семей. Сами понимаете если короля делает свита...

- К Архимагу это также относится, - кивнул Грегор. - Хорошо, вы правы, я воспользуюсь советами мэтра Майсенеша при сборах и буду по возможности следовать им в Карлонии. Кстати, может, передать что-нибудь вашим родным?

- Ласло им подарки с письмами отвезет. - махнул рукой Ладецки - У вас. поверьте, и часа свободного не будет В Карлонии гостей принимать умеют, а уж такие люди, как Стазор да Войцехович..

- Он снова вздохнул, на этот раз. как показалось Грегору, с некоторой завистью. А может, просто соскучился по родине. Представить только — навсегда покинуть страну, где родился! Как такое вообще возможно?!

- Грегор вдруг некстати вспомнил, что почти никогда не бывал за границей. Лишь однажды сопровождал деда на теплые зоды в Арлезу, но был совершенно разочарован так называемыми южными красотами Жара, обилие смуглых крикливых людей в пестрых костюмах, непривычная кухня и слишком развязные манеры буквально у всех, от дворян до лавочников... Остается надеяться, что Карлония будет хоть немного поприятнее. В конце концов, не жить же он там собирается'..

- Первой новостью, о которой сообщил мэтр Майсенеш. приехав для обещанного руководства сборами, стала абсолютная непригодность выбранной Грегором лошади. Еще двое стихийников. сопровождающие Майсенеша. молча, но очень уверенно кивнули подтверждая его слова.

- Грегор взглянул на лошадэ с некоторым недоумением, вороная итлийская кобыла лучших кровей - а других в конюшне Бастельеро не держали - ответила ему столь же удивленным взглядом из-под длинных девичьих ресниц.

- Лошадка-то хорошая! - поправился мэтр боевик. - Сбруя никуда не годится. Или вы ее для дороги в парадное обрядить прикажете?

- Это и есть парадная. - процедил Грегор. оглядывая изящное и, что немаловажно, удобное седло, ремни из кожи прекрасной выделки и начищенные металлические части.

- Боевик сокрушенно покачал головой и сообщил, что в таком случае милорду Архимагу непременно потребуется новая сбруя То есть лошади милорда Архимага, конечно же. лошади^1 Самому милорду Архимагу сбруя не требуется только самое богатое платье А насчет сбруи пусть милорд Архимаг не изволит беспокоиться, он мэтр Майсенеш. прямо сейчас отправится и приобретет все потребное.

- Двое за его спиной снова слаженно и уверенно кивнули.

- Пусть пришлют счет моему поверенному, - только и сказал Грегор. совершенно не чувствуя в себе сил заниматься приобретением сбруи всего для одной поездки.

- Майсенеш со своими спутниками сгинул на полдня и вернулся один. Сразу отправился в конюшню, долго чем-то занимался, а потом появился в большой гостиной - в малую Грегор никого не приглашал и сам старался не заходить, слишком сильная злость скручивала все внутри от вида янтарных панелей, фигурок и даже клетки с попугаем. Бодро отрапортовав, что лошадь милорда Архимага готова, карлонец попросил Грегора взглянуть на дело его рук.

- При виде чудовищного надругательства, учиненного над несчастной кобылой. Грегор просто онемел! И чем дольше смотрел, тем сильнее ему хотелось взвыть и заявить, что никакой этикет не заставит его ехать на подобном... извращении! Лошадь, судя по всему, полностью разделяла его чувства, нервно похрапывая и косясь в стороны.

- Седло и сбруя, купленные Майсенешем, оказались ярко-алыми еще и украшенными золотой нитью, что на вороной как смоль кобь ле смотрелось просто чудовищно. Словно этого мало, стремена были позолоченными, а налобник расшит чем-то вроде хрустальных бусин, так что при каждом движении лошадиной головы от них разбегались блики При этом саму голову несчастной кобылы венчал султан из павлиньих перьев а гриву и хвост конюхи под руководством боевика перевили золотыми лентами с бахромой да так густо, что собственного черного конского волоса под этой мишурой почти нельзя было рассмотреть.

- А милорду Архимагу нужен плащ! - заявил боевик, видимо, решив, что Грегор достаточно проникся видом лошади. - Тоже ало-золотой хорошо бы. да только коронные цвета невместно даже князю носить. Ну, пускай хоть синий с серебром. И богато, и цвета родовые. И соболями подбить. Непременно соболями! Или вот шубу, если найдется

- Совершенно ошеломленный Грегор невольно вспомнил горностаевую шубу, подаренную Айлин северянами, и представил себя в ней. Да еще верхом на лошади, украшенной, как праздничное древо!

- Какая шуба летом?! - прошипел он, когда, наконец, смог дышать. - Майсенеш, вы._ вы издеваетесь?! Надо мной?

- Никак нет' - отчеканил боевик и добавил с таким простодушием, что Грегор почти уверился что этот мерзавец действительно издевается: - Шубу-то зимой носят. Летом - плащ. Невместно князю без плаща. И без шапки. Шапку пошьют я уже заказал Ее тоже соболями подбить надобно. Лучше бы. конечно, горностаем, да его. боюсь, привезти не успеют...

- Видение подбитой горностаем шапки, превосходно сочетающейся с проклятой шубой, проплыло у Грегора перед мысленным взором, издевательски покачиваясь и звеня... Хотя нет! Это звенели колокольчики, вплетенные в гриву переступающей с ноги на ногу кобылы!

- Грегор почти приказал снять звенящую мерзость, но подумал, что остальные карлонцы дорвавшись до традиций любимой родины, наверняка не пренебрегут удобным случаем' Ну и какая разница, одиннадцать лошадей будет звенеть или двенадцать?! Все равно головной боли не избежать. Кровь Барготова! Так вот зачем они носят меховые шапки^1 Чтоб хоть немного уши от звона прикрыть' Но... не летом же...

- Может, мне еще взять этот ваш шерсто .. шерстопер?' - издевательски поинтересовался Грегор и Майсенеш. просияв, хлопнул себя по лбу.

- И правда' Вы же воевода' Воеводе и без плаща можно, и без шапки. Если с шестопером А если кольчуга найдется, будет совсем хорошо'

- Грегор скрипнул зубами и на всякий случай пообещал себе, что, оказавшись в Карлонии, ни в коем случае не станет шутить

- Спустя мгновение Грегора посетила ужасная мысль, и он. поколебавшись, спросил:

- Мэтр Майсенеш. и что. все наше посольство будет в подобном... виде? В плащах, шапках и... мехах'

- А как же! - просиял боевик - Честь Ордена того требует' - И тут же «утешил» Грегора - Но вы не беспокойтесь, ваша персона всех наряднее покажется. Что ж мы, не понимаем, что ли?!

- Грегор представил дюжину блистающих и звякающих драгоценностями павлинов на таких же блистающих и звякающих конях... и себя во главе процессии - самого нарядного!

- Ну, если честь Ордена... - обреченно сказал он. а про себя подумал, что хватит с карлонцев и его кобылы!

- Никаких плащей и шапок он, исконный дорвенантец надевать не станет. И менять любимый черный камзол на нечто, больше подходящее джунгарам чем Архимагу Ордена - тоже В конце концов, так даже лучше^1 Ворон всегда выделяется среди павлинов и никто не

- перепутает Грегора с людьми из его собственной свиты!

- * * *

- В ожидании родственников Аластор упрямо возился с бумагами, хотя мысли то и дело перескакивали с отчетов казначейства на предстоящий допрос. Лучано, тоже явившийся в малый кабинет заранее, возился в обустроенном для варки шамьета уголке, переставляя баночки и бутылочки в одному ему известном порядке. Похоже, для Лу это занятие было сродни тому, что сам Аластор испытывал, когда ухаживал за лошадьми - возможносто привести разум в порядок, расслабиться и одновременно сосредоточиться. Отец для этого ловил рыбу, а месьор д'Альбрэ точил и полировал и без того идеально ухоженную рапиру...

- Пожалуй. Лучано можно было только позавидовать. В его способности незаметно подлить зелье Аластор нисколько не сомневался, зато Лу не нужно думать, как провести разговор, а главное - не ему терзаться сомнениями, не совершает ли Аластор подлость и как король, и как человек, прибегая к столь сомнительным методам следствия.

- «Когда-то месьор д'Альбрэ сказал, что легко определиться между бесчестьем и честью. - подумал Аластор - И он же пожелал, чтобы мне никогда не пришлось выбирать между разными видами подлости, зная, что без выбора не обойтись. Заподозрить Райнгартенов и отправить их на допрос в службу канцлера - это как раз не подлость! Но если они не виновны, я обижу верных подданных, не совершивших ничего дурного... А если прикажу тайком напоить их зельем правды - тем более оскорблю^1 «

- Ваше величество! - в дверях появился Вильмон. — Лорды Райнгартены ожидают аудиенции.

- Впустите. - велел Аластор и глянул на Лучано.

- Тот кивнул подтверждая, что все готово, и Аластору стало еще хуже. Он помнил, что канцлер собирался наблюдать за допросом, и почему-то присутствие Аранвена за стеной придавало происходящему все более отчетливый гнилой привкус творящейся подлости.

- «Да что со мной такое? - устало подумал Аластор. - Я же сам на все это согласился! Если они виновны, то это их люди пытались похитить Айлин^1 Ну а если не виновны... Попрошу прощения!»

- Доброго вечера, милорды. - сказал он гостям, в который раз удивляясь, до чего похожи эти двое, будто не кузены а близнецы.

- Сегодня сходство было еще заметнее, потому что оба лорда вместо мундира и форменной мантии оделись для обычного визита. Густо расшитые золотом светлые камзолы, будто вылитые в одной форме лица и одинаково зачесанные волосы делали Райнгартенов прямо копией друг друга, словно у Аластора вдруг задвоилось в глазах. Это чувство неприятно напомнило ему Мэнди и Лорри. которые когда-то обожали одеваться одинаково, пока не выросли и не начали соревноваться в пышности и кокетливости нарядов Похоже, в отличие от его сестричек, этих двоих не раздражало видеть рядом свое подобие.

- Ваше величество. - поклонился лорд Этьен. заговорив первым по праву главы рода. - Признаюсь, ваше приглашение было столь же приятным, сколь и неожиданным. Чем мы с кузеном можем вам служить?

- Лорд Эжен молча поклонился словно его отражение, и выпрямился, его взгляд, почтительно устремленный на Аластора. был совершенно бесстрастным

- Ваша служба и без того неоценима. - с трудом улыбнулся Аластор. - Я просто хотел увидеть вас...

- Показалось, или в глазах кузенов мелькнуло подозрение? Ну что ж. ваше величество, поздразляю. вы болван' Действительно, кто бы мог подумать, что тщательно продуманный план, основанный на искусстве Лучано и блестяще составленном списке вопросов от канцлера, рухнет из-за простого и совершенно предсказуемого обстоятельства - он, Аластор. не умеет врать!

- Грандсиньор-ры... - мурлыкнул Лучано. слозно по волшебству появляясь рядом. - Прошу оценить мои скромные умения!

- Тем же волшебством на столе мгновенно возникли приборы из особого сервиза для гостей, затем - вазочки с медом, цукатами и печеньем и, наконец. Лучано принялся разливать шамьет, изящно наклоняя исходящую паром шэ-нье.

- «Как он собирается бросить пилюли? - подумал Аластор с ужасом. - Это же заметно! Нельзя не увидеть подобное, когда оно происходит прямо на глазах'»

- Он изо всех сил старался не смотреть на Лучанс однако взгляд так и тянулся к рукам итлийца. следуя за его плавными мягкими движениями. Густая струя по очереди наполняла бело-золотые чашки из чинского фарфора поверхность шамьета немного колебалась, а потом застывала матовой пленкой, и было совершенно ясно, что никакое зелье подмешать не получится'

- О. милорд Фарелл. слухи о вашем несравненном искусстве идут по всей Дорзенне. - расплылся в улыбке лорд Этьен - У нас даже преподаватели поспорили однажды' Алхимики предполагали, что у вас имеется голубая искра, только очень слабая, непроявленная. А магистр

- Бреннан. который лечил вас. утверждал, что искры не заметил, только богато окрашенную ауру, что говорит об усердном развитии обычных талантов.

- Какая честь, что мою персону обсуждали столь блистательные синьоры, - снова расслабленно, почти томно мурлыкнул Лучано. - Увы я действительно лишен искры. А мой приемный отец и наставник очень посмеялся бы. услышав о моем усердии и талантах. Послушать его, так у наших кошек больше способностей и трудолюбия, не говоря уже о ловкости в обращении с ретортами

- Уверен, в душе он очень гордится вами. - возразил лорд Этьен. - Многие отцы проявляют напускную строгость, чтобы не испортить сыновей. Надеюсь, когда придет мое время воспитывать наследника, я смогу не избаловать его, но вместе с тем дать ему всю отцовскую любовь' Ах. ваше величество, милорд Фарелл, какое это счастье - взять на руки своего ребенка! Узерен, зам не раз предстоит испытать его самим, и тогда вы со мной согласитесь! Ваша сестра и моя дорогая супруга, заше величество, просто расцвела, став матерью и я не устаю каждый день благодарить Всеблагую Матушку за ниспосланное мне счастье'

- Пека лорд Этьен разливался соловьем, Аластор, согласно этикету, первым обреченно пригубил шамьет. Лучано так и не подал условленного знака, и план, похоже, рухнул, а несостоявшийся допрос превратился в обычный семейный визит. Ну что ж. к разочарованию примешивалось немалое облегчение, которое Аластор з иных обстоятельствах назвал бь трусостью но сейчас его слозно тянули в разные стороны противоположные желания. Одно - узнать, наконец, истину. Второе - не совершать того, чему отчаянно противилось чувство чести.

- А оба кузена медленно потягивали шамьет и пробовали сладости, лорд Этьен пылко восхищался искусством Лучано и любезностью Аластора, и лорд Эжен тоже оттаял, признавшись, что три дня назад получил от целителей долгожданное известие о беременности супруги, так чте его величество вскоре снова станет дядюшкой...

- Впервые в жизни едва ли не давясь шамьетом. Аластор поддакивал родственникам, поздравлял Райнгартена-командора, словно светящегося изнутри оттого, что Лоррейн, наконец, понесла, и угрюмо думал, что оказался плохим братом. А еще упрекал принцев^1

- Положим, Криспин и Кристиан в самом деле не уделяли внимание Алиеноре и Беренике, но чем лучше Аластор? Да когда сестры жили в поместье он никогда не отказывался поиграть с ними, сопроводить их на верховой прогулке или составить пару во время урока танцев, но даже тогда довольно быстро начинал тяготиться их обществом.

- Нет. сначала Аластор пытался находить интерес в их бесконечной болтовне, однако говорили сестрички исключительно о рукоделии, нарядах и драгоценностях - ну что он в этом понимал?! Когда они вошли з брачный возраст, к этим разговорам прибавилось обсуждение возможных партий причем в собственные поклонники Мэнди и Лорри записывали любое существо мужского рода, задержавшее на них взгляд дольше, чем на мгновение. Они даже к месьору д'Альбрэ пытались присматриваться, но быстро разочаровались...

- И потому, когда сестры вышли замуж, Аластор вздохнул с облегчением, хотя искренне желал счастья обеим. Конечно, он любил их, совершенно точно любил . как можно любить прелестных пушистых котят, что наводят беспорядок на твоем столе, вечно лезут под ноги и проказничают но иногда ласкаются и забираются на колени, чтобы помурлыкать. И уж точно он с радостью признавал, что в замужестве Мэнди и Лорри обрели истинный смысл жизни, таким вдохновением светились их глаза, когда навещая родительский дом, сестрички говорили о своих мужьях и новей столичной жизни...

- А потом эта нежная, пусть и снисходительная любовь умерла, и Аластор вряд ли смог бы сказать, когда именно. Когда Мэнди нарушила запрет матери и рассказала Беатрис об их с Айлин побеге? Впрочем, нет... тогда Аластор готов был простить сестру. Если бы она только поняла, что едва не натворила' Если бы попросила прощения! Но ведь этого так и не случилось...

- А после этого Лоррейн, уже знавшая о проступке сестры, но не усвоившая этот урок, донесла Беатрис о ночном визите Айлин - и вот теперь Беатрис нет, нет, нет... Нет и никогда не будет! Мерзкая сплетня, принесенная его сестрой, решила судьбу Беатрис, едва не стала роковой для Айлин и оказалась смертным приговором для Лу. не говоря уже о том, как напугала Апиенору и Беренику! Нет, Аластор просто не мог любить Лоррейн которая так самодовольно разрушила их с Беа жизнь и даже не задумалась об этом...

- Но кузены Райнгартены никогда не делали ему ничего плохого! Не просили ни чинов ни привилегий ни даже просто родственного внимания, оказывать которое прямо предписывает этикет' А ведь Аластор ни разу не позвал их ни на музыкальный вечер ни на тренировку, ни попросту в гости, хотя других приглашал частенько Аранвенов и Дункана, месьора д'Альбрэ... Даже вольфгардцев и лорда Кастельмаро!

- Да. таксе откровенное пренебрежение родственниками - это уже откровенная грубость, а со стороны короля - и вовсе немилость! Причем заметная всему двору! Надо же. как вовремя он об этом подумал...

- - Разумеется, я составлю грандсиньоре Лоррейн эликсир для свежести лица - заверил Лучано. как-то незаметно оказавшийся за столом - И грандсиньоре Амандине - тоже. Ручаюсь, эти прелестные дамы не утратят красоту, даже подарив грандсиньорам по дюжине наследников и наследниц. У нас в Итлии говорят, хочешь увидего свою жену через двадцать лет - посмотри на ее матушку! А грандсиньора Джанет. несмотря на зрелый возраст, поистине прекрасна, не так ли. монсиньор?

- Аластор, вынырнув из размышлений, едва не вздрогнул. Монсиньором Лучано должен был его назвать, когда в чашках кузенов окажется зелье. Но... когда успел?'

- Когда разливал шамьет второй раз? Или это был уже третий?.. Когда показывал лорду Этьену, как в Итлии посыпают шамьет тертым шоколадом? Или когда предлагал командору апельсиновые цукаты, «лично сделанные его. Лучано, почтенным батюшкой»? Или... Да какая разница?1 Важно, что желто-зеленые кошачьи глаза сверкают ясно и дерзко, сам Лучано любезен и весел, а в минских чашках расписанных золотом по тончайиему белоснежному фарфору, исходит пряным ароматом коварный шамьет...

- Ледяное отвращение к самому себе накрыло Аластора с головой и заморозило, словно он оказался голым посреди метели.

- «Похоже, этот экзамен на короля я провалил. - подумал сн с беспощадной откровенностью. - Месьор наверняка сказал бы. что и на фехтовальщика - тоже Если взял в руки оружие - бей! Сомневаться нужно было раньше, и все-таки... Не могу. Просто не могу! Будь Айлин у похитителей в руках, я бы пошел на что угодно! Однако она в безопасности, а меня., мутит от мысли о том. во что я превращусь, сделав это...»

- Подождите, милорд - уронил он. и лорд Этьен замер, не донеся чашку до рта

- Постазил ее на стол и недоуменно взглянул на Аластора.

- Рядом с ним отражением стихийника застыл его кузен.

- Лорд Этьен... лорд Эжен...

- Говорить было сложно. Аластор отлично помнил нужные вопросы, но когда учил их. написанные на листе идеально четким почерком канцлера, то малодушно надеялся, что легко получит ответы словно ключи от города, сдавшегося без осады и штурма. А теперь получилось, что он сам отказался от этого пути, такого простого, требующего лишь крошечной уступки дурацким принципам... В конце концов, разве он не король? Разве не властен в жизни и свободе своих подданных, присягавших ему. клявшихся в покорности?

- «А ты клялся отвечато им справедливостью и великодушием, - зло возразил он себе - Ну и где ты во всем этом видишь справедливость? Не говоря уж о великодушии? Дай им хотя бы шанс! И себе - тоже. Им - чистосердечно признаться, себе - сохранить честь»

- Милорды... - продолжил он тяжело и упрямо. - Прежде, чем вы сделаете еще глоток... Я хочу... Нет. я должен спросить вас. Если я не прав, то с радостью попроиу прощения и буду считать себя вашим должником за нанесенную обиду. Но если нет... Лучше бы вам ответить, пока еще я спрашиваю как ваш родственник... а не только король. Хорошс подумайте, прежде чем отвечать... Милорды, вы ничего не хотите мне рассказать?

- Быстрый короткий вдох Лучано он скорее почувствовал, чем услышал.

- «Прости. - мысленно попросил Аластор. - Ты так старался, а я все испортил. Но по- другому я не могу. И надеюсь, что не ошибся иначе все будет гораздо сложнее и неприятнее Очень надеюсь! Баргот бь; побрал эти игры с честью и права королей!»

- Ваше величество.. - начал Этьен Райнгартен то ли возмущенно, то ли испуганно, а потом..

- Все-таки идиотто, как говорит Лу. магистр Ордена точно не был Он посмотрел на Аластора в упор, потом - на Лучано. бесстрастно и любезно улыбающегося, потом - на свой шамьет и снова на Аластора

- А потом коротко и быстро тронул запястье кузена, тоже поднявшего было чашку. Лорд Эжен тут же опустил ее на стол. Фарфоровое донце глухо стукнуло о полированную столешницу и Аластор глубоко внутри передернулся от этого звука.

- Прежде, чей сделаем глоток.. - тихо повторил лорд Этьен - Ваше величество, неужели это...

- Он опять посмотрел на чашку с нескрываемым страхом и отвращением, словно на ядовитую змею, внезапно поднявшую голову среди вазочек и блюдец.

- Аластор стиснул зубы и глянул на Лучано. Тот ответил едва заметно приподнятой бровью

- Скажи. - велел Аластор. изнывая от стыда и злости на самого себя

- Оба Райнгартена замерли в креслах, и только их взгляды метались от Аластора к Лучано и обратно, каждый раз цепляясь за проклятый шамьет. темными пятнами замерший в чашках

- Зелое правды - бесстрастно отозвался Лучано и. чуть подумав, добавил - Если его величество позволит, я с радостью разделю его с грандсиньорами чтобы доказать полную безвредность.

- Правды, значит... - тихо повторил лорд Этьен.

- Потом повернулся, посмотрел кузену в глаза - долго, пристально..

- Теперь уже Аластор замер, боясь прервать этот безмолвный разговор, а потом оба Райнгартена разом кивнули друг другу, словно подтверждая некий договор, и... одним махом выпили шамьет!

- Апдгтор. ИЯуМЛРННП ГМПТП^ЯШИЙ ня НИХ. угпкипяп КДК ДПИННП яыдгхнул Пучлнп

- А кузены, опустили чашки так слаженно, словно тренировались этэ делать, выпрямились и подобрались в креслах, и на лицах их так же одновременно проступило странное выражение больше всего похожее на... облегчение.

- Спрашивайте, ваше величество. - уронил лорд Этьен. Помолчал и добавил то ли с чудовищной искренностью, то ли просто с усталым отчаянием: - Видят Благие, мы и так не стали бы лгать Но вы правы, под зельем надежнее Пожалуй, нам стоит поблагодарить за... столь великодушное... решение-

- Черты его лица смазались и поплыли будто у смертельно пьяного, так что на миг осторожный и уверенный в себе маг пропал, но почти сразу вернулся, только на щеках

- Да, ваше величество, - с готовностью подтвердил тот. - У меня имеется доступ во все помещения Академии, в том числе и в комнаты магистров.

- Универсальный ключ... - пробормотал Аластор, и стихийник кивнул:

- Совершенно верно. Почерк Мариан Эддерли я скопировал из обычного приглашения, а печать взял в комнате лорда Говарда. Мне так жаль... Будь иная возможность, я бы ни за что.

- Это вы объясните лорду и леди Эддерли. - мрачно пообещал Аластоо. - А фраганские наемники?

- Это моя вина. - подал голос командор. - Я знал многих фраганцев еще со времен войны. Знатных пленных часто возвращают за выкуп или обменивают... Кое-кто был мне обязан Когда я попросил предоставить мне надежных понятливых людей, меня свели с этими наемниками. Клянусь кровью и честью рода, у них был строжайший приказ ни в коем случае не вредить леди Мы опасались что Бастельеро поедет с ней. для него заготовили артефакт, блокирующий силу. Ну и алхимическую дрянь, дым которой мешает применять магию Никто не рассчитывал, что эта... что леди отобьется! А кто ее увел, перебив наших людей, мь понятия не имеем! Благими клянусь, ваше величество... Хоть под пыткой покажу - у нас леди Бастельеро нет и никогда не было!

- В голосе Эжена Райнгартена слышалось такое тоскливое отчаяние, что Аластор, возможно, позеоил бы ему и так. даже не зная, что Айлин 8 безопасности Но сообщать лордам Райнгартенам это немаловажное обстоятельство не собирался.

- А как вы собирались скрыть свое участие в этом деле?! - не выдержал Аластор, и на этот раз ему ответил стихийник:

- Существуют зелья, полностью стирающие память человека о ближайших сутках. После ритуала мы собирались напоить леди этим зельем, а затем вернуть в дом Бастельеро. Клянусь вам. клянусь искрой и честью рода, настоящей леди Айлин ничего не грозило! Она даже испуга от похищения не запомнила бы!

- Кто еще в этом участвовал? - спросил Аластор. старательно отгоняя злость и даже удивившись, как легко это удалось Впрочем, теперь, зная точно, что Айлин и в самом деле не собирались причинить вреда, успокоиться получилось куда проще! - С кем вы делились своими сомнениями? Замыслами? Кто помогал вам нанять бретеров?!

- Месьор де Арсе, капитан гвардии короля Флоризеля! — выдохнул командор и взглянул на Аластора умоляюще - Ок не знал, для чего мне нужен бретер, клянусь честью! Я сказал ему. что у меня дело к одному дворянину...

- Аластор задумчиво кивнул. Во Фрагане не редкость, если дворянин, не будучи уверен в собственном фехтовальном искусстве, нанимает для свидания с соперником бретера. Дуэльный кодекс допускает подобную замену, и хотя гордиться ею не принято, но и стыдиться или скрывать тоже незачем.

- Договаривался с бретером наш дворецкий, - добавил магистр. - Он ничего не знал просто передал наши слова и заплатил вперед половину суммы, а сразу по возвращении из фраганы выпил то самое зелье, которым мы собирались напоить леди Бастельеро. Мы должны были убедиться, что оно точно подействует, понимаете? А делиться подозрениями после того, как нас не пожелали слушать даже мои собратья маги? Нет, мы с Эженом поклялись молчать, пока не получим доказательств моей правоты... или ошибки

- По мере того, как он говорил, голос лорда Этьена становился все тверже, взгляд - яснее, и Аластор понял, что действие зелья заканчивается

- Понял это и сам магистр. Вдохнув и выдохнув словно человек пробудившийся от глубокого сна. он посмотрел на опустевшую чашку и негромко сказал:

- Если ваше величество считает нужным, я... повторю прием...

- Теперь-то зачем? - буркнул Аластор - Самое главное вы уже рассказали Впрочем, еще не все... Но я поверю и без всякого зелья, просто объясните - почему вы так убеждены? Вам же дали ответы на все подозрения

- Вы и вправду не понимаете... - тоскливо протянул стихийник. - Хорошо, я... попытаюсь еще раз. Только, можно воды?

- Аластор кивнул, и Лучано поставил перед обоими лордами по стакану чистой воды. Магистр жадно выпил свой и продолжил, лихорадочно блестя глазами, пока командор тянул воду по глоточку.

- Вы. ваше величество, лошадник^1 Вы знаете о лошадях многое. Представьте что в вашем табуне родилась двухголовая лошадь., впрочем, нет. такое порой случается представьте что в вашем табуне родилась лошадь, которая умеет танцевать и петь на человеческом языке! А все, кто вас окружает, недоумевают, что вас так беспокоит - ведь такая умная лошадь наверняка означает особую милость Зсеблагой Матушки'

- Я понял - кивнул Аластор. - Значит, другие маги не разделяли вашего беспокойства..

- Не разделяли^1 - горько воскликнул магистр. - Вот именно, не разделяли. Ведь Разлом вел в Запределье, и они пытались именно этим объяснить все его странности! Но это так же... нелепо, как считать поющую лошадь милостью Всеблагой! Поймите, любой портал - это дверь! За дверью может быть спальня, лес. хлев, аудитория с адептами, поварня, но что бы это ни было, дверь открывается и закрывается совершенно одинаково Разными могут быть только сопутствующие обстоятельства. Скрип несмазанных петель или рассохшихся досок, щелчок замка, тихий стук или оглушительный хлопок, но какой-то звук будет непременно Я портальный мастер, я знаю их все, слышите? Все звуки, с которыми закрываются двери через пространство'

- А эта дверь?.. - начал Аластор. наконец, смутно понимая причины беспокойства Райнгартена

- А эта дверь попросту исчезла в такой тишине, какой не существует вовсе, хотя должна была хлопнуть на весь Эдор^1 Разлом не мог пропасть таким образом, как Айлин Ревенгар не могла вернуться из Запределья живой и невредимой! Некоторые законы непреложны' Люди не могут их изменить, только боги, а кто из богов управляет Запредельем? Баргот^1

- Глаза магистра Райнгартена горели такой непоколебимой убежденностью, что .Аластор невольно ему поверил. Если подумать, беспокойство Райнгартена трудно назвать безосновательным. Он-то не знает, что Айлин отнял у Баргота его же. Баргота, Избранный^1 Вот ведь какая подлость - без Баргота и в самом деле не обошлось!

- От этой мысли во рту стало кисло, словно Аластор кого-то предал Нет. глупости, обошлось без Баргота или нет уж Айлин-то с ним никак не связана, но и Райнгартена можно понять. Еще как можно - если уж Избранный Баргота между плахой и собственным покровителем выбирает плаху, это о чем-то говорит'

- А он. Аластор был недопустимо легкомысленным Это же надо - приказать человеку перестать опасаться, словно это так просто Правда, тогда Райнгартен не предлагал проверку. Безопасную, по его словам Между прочим, он ведь мог поделиться своими подозрениями с профанами, если уж маги его не послушали, наверняка нашлись бы те, кто поверил. И тогда., страшно и представить, что случилось бы тогда!

- Мне нужен этот ритуал. - медленно уронил Аластор. и оба Райнгартена уставились на него недоверчиво и растерянно. - Я понял вас, магистр. Золи Благих вам оказалось недостаточно, верно? Что ж. если так, передайте этот ритуал леди Аранвен. Она как раз мастерица ритуалов, я прав? Надеюсь в ее опыте и знаниях вы не сомневаетесь"7 Прекрасно. Леди Немайн изучит ритуал и если он в самом деле безопасен, леди Айлин проверят им. как только она найдется.

- И вы... пойдете на это? - выдавил магистр, глядя на Аластора с непонятным ужасом

- Впрочем, почему - непонятным? Похоже, Этьен Райнгартен только что понял, что ломился в открытую настежь дверь, выражаясь его собственными оборотами. Он нарушил королевский приказ, пошел на подлог письма, похищение леди из Трех Дюжин и убийство свидетелей, а всего-то нужно было прийти к королю!

- И я пойду на это. — кивнул Аластор а потом не удержался: - Благие Семеро, магистр, ну почему вы просто не попытались еще раз?1 Если вы так доверяете этому ритуалу, что он способен вас убедить я бы сам попросил Айлин его пройти^1 Я-то в ней уверен^1 Как и в том. что она бы не отказалась! Вы же натворили такого... Еще и кузена втянули'

- Не смею просить прощения. - тихо, но ясно ответил Этьен. опустив глаза и тут же снова вскинув голову и посмотрев Аластору в лицо. - Но если ваше величество будет столь великодушен.. Эжен действовал по моему приказу, я же глава рода! Помилуйте его... Оставьте Райнгартенам хотя бы одного взрослого мужчину... способного позаботиться Я-то хоть сына увидел..

- Прекратите! - прикрикнул на него Аластор. у которого гнев опять сменился стыдом и злостью на самого себя

- Это он допустил подобное, вовремя не рассмотрев, не узнав, не выяснив Ну и что теперь делать?! Покарать людей, желавших спасти Дорвенант, а то и весь Эдор?1 Да. они были неправы, но ведь могли и правы оказаться! А теперь ждут наказания... магистр еще и кузена пытается выгородить. А Мэнди только недавно родила. Лоррейн же и вовсе носит ребенка! Что лишить двух малышей отцов? Одного - новорожденного, второго еще в утробе матери? Собственных племянников, которым и так сильно задолжал родственной любви?

- Прекратите. - устало повторил Аластор. - Дайте подумать-

- Мелькнула мысль позвать канцлера, но почему-то Аластор сильно сомневался, что это стоит делать. Неизвестно, знает ли Дарра Аранвен о тайне своего наставника, а без этого знания все возможные последствия не оценить. И, в любом случае, принимать решение снова придется самому Аластору. Да уж... когда дон Раэн назвал это ценой за возможность исполнять свой долг и быть там. где он нужен Тогда это все как-то иначе представлялось^1 А теперь его жизнь превратилась в череду задач, не имеющих правильного решения, потому что любое решение может обернуться бедой, неважно, чем он станет руководствоваться, законом или милосердием!

- «Ну что ж, - мелькнула спокойная и ясная мысль - единственная среди череды торопливых и тревожных - во всяком случае, я точно знаю, что ответить лорду-канцлеру Аранвену, если он вдруг попытается воспротивиться моему решению Что закон — это. конечно, замечательно, однако прежде, чем указывать на чужие пятна, некоторым хорошо бы отмыть собственный палец. И если я вчера помиловал одних заговорщиков, действовавших во благо Дорвенанта. трудно ожидать, что сегодня я казню других таких же. Думаю, милорд канцлер отлично поймет, о чем оечь... Хотя поскорее бы все это закончилось! Ну не могут же зсе мои подданные быть замешаны в каком-то проклятом заговоре?1 Еще немного, и я заподозрю Джастина с Катринсй. а заодно - и Фяориморда!»

- Лорд Этьен... - начал Аластор. и магистр, глядящий на него в молчаливом ожидании побледнел но лишь плотнее сжал губы. - Вы ведь понимаете, что будет, если Грегору Бастельеро станет все известно?

- Бледность магистра стала еще заметнее. Аластор на миг испугался как бы Райнгартена не хватил удар, но при этом, вроде бы. кровь приливает к лицу?

- Лорд Этьен молча кивнул и мгновением позже его жест повторил кузен, снова напряженный и прямей, словно рапиру проглотил

- Вы виновны в подлоге, похищении, убийстве свидетелей и прямом неисполнении приказа короля. - безжалостно сказал Аластор. - Я могу простить вам лишь последнюю вину, потому что вы действовали из лучших побуждений и не искали никакой корысти для себя лично. Одну лишь эту вину, понимаете? Да и то не простить, а... смягчить наказание

- Оба Райнгартена снова молча склонили головы.

- За подлог извольте лично просить прощения у лорда и леди Эддерли, - ровно продолжил Аластор - Я передам им. что пока желаю сохранить в тайне эту историю и заше участие в ней. Пока^1 - подчеркнул он голосом. - Но если вы не сумеете вымолить прощение у семьи Эддерли. чье доброе имя иепользозали таким отвратительным образом, я вынужден буду наказать вас в соответствии с Правдой Дорве и законами Дорвенанта. Признаться, я пока что понятия не имею, что там сказано по этому поводу, но узнаю, не сомневайтесь.

- Он помолчал, наблюдая, как во взглядах обоих лордов просыпаются робкие огоньки надежды

- Далее. Когда леди Айлин Бастельеро найдут, я позабочусь, чтобы она прошла ритуал, но лишь после тщательного исследования оного на действенность и безопасность. Кроме того, советую хорошо подумать, чем вы сможете загладить вину, если ритуал покажет непричастность леди к любым проявлениям Баргота.

- Ваше величество... - прервал его лорд Этьен почти шепотом. - Если лорд Бастельеро узнает... Он уже угрожал мне полным истреблением рода! Полным, понимаете?' Включая ваших сестер и племянников!

- С каждым словом голос стихийника повышался, и последнюю фразу он уже отчаянно простонал.

- Мне об этом известно. - бросил Аластор. - Именно поэтому я и намерен сохранить вашу вину а тайне! Что касается лорда Бастельеро.. Сейчас его действия расследуются службой канцлера, и ваши, милорды, показания сыграли а этом свою роль В тот день, когда леди Айлин пропала, я подписал для нее приказ о раздельном проживании с супругом и намерен дать ей развод, как только она сможет его попросить. Если бы не ваша, милорды, преступная самонадеянность! В общем, лорд Бастельеро в этом деле никоим образом участвовать не будет, но это не снимает с вас ответственности перед леди Бастельеро! Пока она не скажет, что не имеет к вам претензий, помните, что вы не прощены!

- Мы... постараемся искупить... - на глазах воспрянул магистр. - Если бедная девочка ни в чем не виновата... Ей следует держаться подальше от этого чудовища! Этого... бешеного пса... Ваше величество, если вам все известно о смеоти Корсона...

- Доказательства пока не найдены. - осадил его Аластор и не отказал себе в удовольствии съязвить. - Похоже, милорды, с беспомощной леди восемнадцати лет воевать оказалось легче, чем с ее супругом? Если бы в то время вы обвинили мэтра-командора в преступлении, возможно, улики удалось бы найти по сзежим следам?

- Да кто бы стал нас тогда слушать? - горько бросил нынешний командор и потер виски, измученно посыотрев на Аластора. - Простите, ваше величество, но лорд Бастельеро был у короля Малкольма в такой же милости, как леди Бастельеро — у вас. Его величеству Малкольму было не до государственных дел и не до расследования преступлений А уж его любимчику Грегору позволялось вообще все. король и слышать о нем ничего плохого не хотел. Обвини мы его в смерти Корсона, так нарвались бы на дуэль, а то и попросту на смертельное проклятие. Потом, возможно, лорд-канцлер Аранвен и добился бы какой-нибудь кары, но в Претемных Садах: это слабое утешение... Вы нас хотя бы выслушали... Простите за неповиновение, ваше величество, но мы и вправду не рассчитывали... Готовы понести любую кару, только просим оказать милость нашим семьям.

- Ну, младенцев я точно ни за что наказывать не собираюсь. - поморщился Аластор. - Но вы. милорд Эжен, извольте подать в отставку. Я простил вашему роду полковника Райнгартена который едва не погубил два полка, но не намерен терпеть командора армии, который нанимает отребье чтобы похитить одну женщину и убить другую. Понимаю, по сравнению с возможным пришествием Баргота смерть несчастной компаньонки и кучера - сущая мелочь! Всего-то пара простолюдинов! Но у меня на этот счет иное мнение! Согласно Правде Дорве вы должны выплатить возмещение роду Бастельеро. Я позволяю вам отложить этот вопрос до тех пор, пока вы сможете обсудить его со следующим главой рода Но если семьи убитых не получат виру, вы. командор, предстанете перед королевским судом!

- Он с удовлетворением заметил, что кузен-командор по бледности сравнялся с кузеном- магистром. и продолжил:

- В силу прежних заслуг - и чтобы при дворе не стали болтать лишнего^1 - вас ожидает отставка с сохранением мундира и пенсиона, однако на большее не рассчитывайте. И молите Семерых, чтобы леди Айлин нашлась живой и невредимой, а потом простила вас^1

- Да, ваше величество - Командор низко склонил голову и на несколько мгновений замер, а потом выпрямился и бесстрастно уточнил - Кому прикажете передать пост?

- Полковнику Кастельмаро, - подумав несколько мгновений, сказал Аластор. - Или у вас есть другие кандидатуры? Готов прислушаться к вашему мнению

- Благодарю за честь, ваше величество. - По губам командора - уже бывшего - скользнула безрадостная улыбка - Эдвин Кастельмаро - прекрасный выбор, я и сам бы его назвал. И всем сердцем благодарен за ваше великодушие. Полагаю, при дворе мне показываться не стоит?

- Да как вам угодно, - равнодушно сказал Аластор. - Мэнди и Лорри пусть по-прежнему сидят дома, вот им придворная жизнь точно не на пользу. А если вы найдете себе какое-то новое занятие или попросту желаете гулять по дворцу, я не против То же самое касается и вас, милорд, - повернулся он к стихийнику. - Вас лишить поста магистра я не могу, поскольку Орден королю не подчиняется Считайте, что легко отделались, если сможете договориться с Эддерли и леди Бастельеро. И лишь потому, что я не снимаю и с себя вины в этом деле. Мне следовало внимательнее отнестись к вашим опасениям. Возможно, тогда вы пришли бы ко мне вовремя, и всего этого удалось бы избежать

- Теперь я тоже сожалею, что не сделал этого... - Райнгартен склонил голову, и Аластору показалось, что магистр совершенно искренен. - Ваше великодушие беспримерно... Позволите откланяться?

- Не задерживаю, - кивнул Аластор. - Извольте передать моим сестрам привет и... Впрочем, неважно.

- Пожалуй, не стоит обещать, что он станет приезжать к ним с визитом или как-то еще проявлять родственные чувства. Не сейчас. Но вот делать это и правда стоит. Хотя бы ради двора, который наверняка воспримет отставку командора как опалу и не слишком-то ошибется. Благие Семеро, ну какие же глупости приходится учитывать королю^1

- А он. Аластор. снова повел себя как человек, а не как король, и с последствиями этого еще придется столкнуться Король не имеет права выбирать окружение сообразно лишь своим симпатиям и желаниям, вот что ему стоило приблизить кузенов раньше?1 Может, они не блещут талантами и не так приятны лично ему, как Дункан, но ведь не так уж и плохи? А если бы эти двое доверяли ему... Вот и еще один урок, полученный слишком поздно, чтобы все исправить! И можно лишь запомнить его на будущее

- Привет и наилучшие пожелания, - уточнил он и все-таки добавил: - Обещаю навестить племянника..

- Лицо магистра стихийников так явно просветлело, что Аластора снова кольнул стыд. Он дождался, пока оба лорда вышли, низко поклонившись на прощанье, и буркнул:

- Надеюсь, шамьет без всякой гадости у тебя тоже имеется?

- На любой случай, - невозмутимо откликнулся Лучано.

- Глава 19. Как украсть лошадь?

- Канцлер появился в кабинете роено в тот момент, когда Лучано снял с жаровни новую порцию шамьета. Что ж. чувство времени у Аранвенов неизменно превосходное - во всех обстоятельствах!

- Мгновенно убрав со стола лишние чашки, Лу поставил чистый прибор и поклонился

- Прошу, грандсинвор!

- Величественно кивнув, тот опустился в кресло и сложил перед собой руки, сплетя длинные холеные пальцы - жест, который Аластор так часто видел у его отца и леди Немайн. Невольно кольнуло внутреннее беспокойство - расстался он со старшей четой Аранвенов не очень хорошо, а у лорда Ангуса слабое сердце... Как бы ни злился Аластор. что оказался пешкой в их заговоре, но забыть, сколько хорошего ему сделали Аранвены все равно нельзя.

- Как здоровье вашего отца, милорд^7 - спросил он. пока Лучано разливал шамьет. - У нас вчера был нелегкий разговор, и я... тревожусь.

- Благодарю, ваше величество. - склонил голову Аранвен-младший. - Все хорошо. Новое лечение, назначенное с учетом приема «Слез феникса», действует поистине благотворно. Позвольте вас поблагодарить, милорд'

- Он посмотрел на Лучано с легкой улыбкой, едва тронувшей уголки губ, что у Аранвенов равнялось горячему выражению признательности.

- Всегда к вашим услугам, грандсиньор. - кивнул тот. - И к услугам вашим почтеннейших родителей.

- Себе Лу шамьета не налил, напротив, немного отступил от стола, сложив руки на груди и всем видом показывая, что ожидает распоряжений, однако сам приближаться не намерен. Несколько мгновений Аластор не мог понять, с чего это Лучано потребовалось изображать прислугу, а потом нахмурился и велел:

- Да садись ты уже! Уверен, милорд канцлер не подозревает, что ты и ему можешь что- нибудь подлить!

- Чуть сконфуженная улыбка Лучано подтвердила, что догадка была верной.

- Не вижу в этом никакой необходимости, - церемонно согласился канцлер. - Его величеству достаточно задать любой вопрос, на который он желает услышать ответ, и я сочту честью его дать.

- Ловлю вас на слове, милорд, - усмехнулся Аластор. с удовольствием отпивая свой шамьет, пока Лучано послушно садился снова - Как вы думаете, я был прав, что помиловал Райнгартенов-5 То есть пока еще не совсем. - поправился он, - однако...

- Дали им возможность искупить вину и избежать более серьезного наказания"7 - уточнил Аранвен - Ваше величество у меня нет права оценивать ваши решения. Я должен лишь учитывать их возможные последствия. Сейчас я еще не могу с должной уверенностью предположить, какими именно эти последствия будут.

- Но в том. что они будут, вы не сомневаетесь? - нахмурился Аластор.

- На то они и последствия, ваше величество, чтобы., следовать. - Только крошечная пауза между словами показала что канцлер изволит шутит» - Благие или совсем наоборот, кто знает? Если вы позволите, я бы установил наблюдение за обоими лордами Райгартенами. а также их окружением. Смена командора армии может вызвать нежелательные волнения среди офицеров, а это всегда вызывает особый интерес нашего ведомства.

- Вы думаете, лорд Кастельмаро не пользуется доверием в армии? - снова нахмурился Аластор.

- Этого я не говорил, - размеренно отозвался канцлер, пригубив шамьет - Он достойный человек, знающий свое дело и безусловно преданный вашему величеству.

- Но тогда...

- Аластор запнулся искренне не понимая, что имеет в виду Аранвен.

- Полагаю, грандсиньор имеет в виду, что не всем синьорам офицерам понравится новый начальник, кем бы он ни был, - тихонько подсказал Лучано. - У каждого старшего мастера в любимчиках свои младшие мастера которых он поднимет наверх вместе с собой, став грандмастером Этим людям повезет, а тем. кто поставил на неудачника, остается грызть голые кости за чужим столом. Кто-то может посчитать себя несправедливо обиженным и пожелать изменить неудачные обстоятельства..

- Лорд Фарелп совершенно прав, - снова благосклонно кивнул ему канцлер, делая еще глоток. - Назначение нового командора безусловно изменит расстановку сил среди высшего офицерства. Но это естественное следствие отставки прежнего командора Лорды Райнгартены сейчас не в том положении, чтобы выказывать недовольство и плести какие-то интриги. Меня больше беспокоят их намерения относительно леди Айлин. Верно ли я понял, что вы собираетесь воспользоваться этим их ритуалом?

- Только если леди Немайн признает его безопасным' - поспешно уточнил Аластор. - И еще Дункан, пожалуй... Он все-таки магистр Белой гильдии, да еще историк, он должен тоже в этом разбираться!

- И с некоторой растерянностью подумал, что по-прежнему абсолютно доверяет семье Аранвенов и Роеерстану. С другой стороны._ а кому еще он может довериться в подобном деле?! Теперь его самого связывает с этими людьми такое количество тайн...

- Милорд Аранвен. пошлите к Райнгартенам. - попросил он. - Я хочу получить этот ритуал поскорее и... сам отвезу его к магистру. Да, точно! Заодно задам ему пару вопросов, которые только сейчас пришли на ум! И прикажите снять копию для зашей матушки, чтобы она смогла начать проверку. А отцу передайте что я желаю ему здоровья!

- Благодарю, ваше величество. - Аранвен встал и поклонился. - Лорд Фарелл, восхищен вашим искусством. Кстати, не будет ли с моей стороны неучтиво спросить? Я внимательно наблюдал за вашими действиями, но так и не заметил, в какой момент...

- Чашки. — лучезарно улыбнулся Лучано. - Я измельчил пилюли, смешал их с нейтральным веществом и покрыл нужные чашки изнутри. На белом фарфоре белый порошок совершенно незаметен, а потом горячий шамьет растворил его без всякого следа.

- Иными словами, сидеть за столом зам было необязательно? - невозмутимо уточнил канцлер. - Достаточно поставить перед гостем нужную чашку, а налить в нее шамьет может кто угодно?

- И посмотрел на собственную чашку с остатками шамьета

- Лучано молча поклонился. Аластор, который и сам терзался вопросом, когда Лу умудрился подменить шамьет. почувствозал себя ребенком в ярмарочном балагане которому показали вроде бы настоящее волшебство... а потом взрослые, посмеиваясь, объяснили, что это искусный фокус. Пустяк, но обидно!

- Очень изобретательно. - с уважением признал канцлер. - А если бы вы сидели за чужим столом в качестве гостя, не имеющего доступ к чашкам и шамьету?

- Тогда я придумал бы что-нибудь другое. - еще лучезарнее улыбнулся Лу. - Нет нерешаемых задач, грандсиньор. к любому замку найдется ключ, если поискать Или отмычка Или, в крайнем случае, таран, если замок слишком уж несговорчив.

- Я запомню ваш урок, милорд - кивнул Аранвен с непроницаемым лицом. — Ваше величество, описание ритуала будет у вас завтра И позвольте напомнить вам о необходимости брать охрану при каждом вь.-езде из дворца.

- Даже к магистру Роверстану? - Аластор посмотрел на канцлера в упор, не понимая, к чему этот намек. - Я ведь могу и порталом к нему домой перейти

- В любое время и в любом месте. - непреклонно возразил канцлер. - Как только что указал милорд Фарелл к любому замку найдется ключ, отмычка или._ таран. А ваша безопасность слишком важна для Дорвенанта.

- Аластор молча кивнул.

- Когда дверь кабинета закрылась за канцлером. Лучано допил шамьет и усмехнулся

- Обратная стооона заботы. - объяснил он эту усмешку - Держу пари, подавись прежний король до смерти леденцом или прибей его кто-нибудь, грандсиньоры Аранвены вознесли бы благодарственную молитву Семи Благим и Барготу в придачу. Но ть - дело другое! С тебя они пылинки сдувать будут. Не ради тебя самого, конечно, а ради Дорвенанта, о котором ты заботишься как о любимой лошадке' А мы и правда поедем завтра к магистру? Вопросы, м?

- Вопросы - твердо ответил Аластор и тут же вздохнул: — Ну и Айлин увидеть очень хочется. Я так скучаю!

- Тогда сегодня вечером я соберу корзинку. - ответил ему Лу понимающей улыбкой. -

- Думаю, печенье Катрины и апельсиновые цукаты от моего батюшки ей тоже понравятся'

- • *»

- -Ух ты какая суматоха! - восхищенно протянул Лучано, наблюдая, как мимо с очень озабоченными лицами бегает прислуга. - К ним целый король явился, а они не замечают твое величество!

- Не вздумай сказать им об этом - хмыкнул Аластор. - Ну. о том. что я - величество. Слуги у магистра сплошь арлезийцы, да и в лицо им меня знать неоткуда, так что они наверняка считают, что к их хозяину приезжают в гости обычные двоояне. Предпочитаю, чтобы так оно и оставалось

- Лучано понимающе кивнул, и они незамеченными дошли до знакомой гостиной, откуда слышался голос магистра Судя по тону и арлезийской речи. Дункан распоряжался прислугой, и действительно, стоило открыться двери мимо Аластора с Лучано проскользнули сразу две горничные, а затем и мальчишка-грум, которого Аластор видел на здешней конюшне.

- Ваше величество, милорд...

- Магистр, бросив на них быстрый внимательный взгляд, низко поклонился, и Аластор ответил кивком, а Лучано. сглаживая мгновенно возникшее напряжение промурлыкал:

- О. грандсиньор. простите, что мы без предупреждения' Надеюсь, не помешали"7 У вас какой-то праздник?

- Разве вы можете помешать? - с рассеянной учтивостью ответил Дункан, в упор глядя на Аластора - Я всегда рад вас видеть

- "А ведь магистр тоже не знает, как со мной держаться. - понял Аластор. - И ему пожалуй куда сложнее! Я много раз называл его другом и заверял, что хочу общаться с ним без лишних церемоний, но сейчас... Всего два дня прешло, и столь многое изменилось! И он не знает, зачем я приехал! То ли подтвердить, что все как раньше, то ли... А главное мне бы самому понять, что я чувствую! Кто мне тепеоь Дункан? По-прежнему друг, или дядюшка по несчастью, или человек, всучивший мне корону, чтоб ее Баргот побрал? Злюсь я на него или нет?!*

- Мы выяснили, кто стоит за похищением Айлин! - выпалил Аластор. отчаявшись разобраться в том. как ему теперь следует обращаться к магистру, и. растерянно оглянувшись.

- уточнил: - Кстати, где она?

- и тут же тяжело вздохнул, поняв, как глупо прозвучал его вопрос. Мало ли. где может Сыте хозяйка дома, если гости приехали так внезапно! Может, у нее какие-то дела Правда. Айлин здесь пока не хозяйка...

- «Тем более!» - мысленно припечатал Аластор. а магистр развел руками.

- Простите, ваше...

- Аластор^1 - поправил Аластор. наконец, перестав сомневаться.

- Да перед кем он притворяется, в конце концов^7 Так запросто, как они с Лу, не только без предупреждения, но даже без доклада, приезжают только к очень близким друзьям или родственникам, а если он и злится на Дункана, или лорда Ангуса... то тохе исключительно по- родственному. В отличие, кстати, от кузенов Райнгартенов'Значит. и вести себя надо как с родственниками.

- Простите. Аластор. - чуть заметно, но с явной благодарностью и пониманием улыбнулся магистр. - Думаю, она сейчас придет.

- Почти тут же за дверью проср/чали каблучки, Аластор обернулся, ожидая увидеть подругу, по которой, оказывается, жутко соскучился - и обомлел.

- На пороге стояла джунгарка^1

- Смуглая, с черными косами, свисающими из-под желтого, как весенний одуванчик, головного платка, в зеленой рубашке с настолько свободным воротом, что это опасно приближалось к самой границе приличий, в трех юбках, надетых одна поверх другой - желтой, как платок, зеленой, как трава, и самой нижней, черной, зато густо эасшитой по подолу золотым шелком. А может, и не только по подолу, но две верхние юбки надежно это скрывали.

- Плечи джунгарки укутывала пестрая шаль, на шее блестело ожерелье из мелких золотых монеток, на обнаженных до локтя руках сверкали браслеты - штук по г.ятэ-шесть на каждой...

- Аластор моргнул и услышал восторженный голос Лу

- Грандиозо' Какая пленительная джунгарская танцовщица Ми эелла синьорина, на следующем маскараде вы просто обязаны показаться а этом наряде!

- Ми синьорина?' Лу так называет лишь...

- Айлин? - неуверенно спросил Аластор и наконец понял, что глаза джунгарки - ярко- зеленые цвета весенней травы, лукавые и невозможно родные!

- Не узнал' - хихикнула Айлин и кинулась ему на шею

- Аластор. крепко ее обняв, невольно поразился - подруга была совершенно не похожа ни на тихую, безукоризненно любезную и доброжелательную леди Бастел»еро. ни на ту растерянную и немного испуганную, незнакомую, странно повзрослевшую Айлин. что выпрыгнула из зеркала в особняке родителей.

- Сейчас, несмотря на изменившийся цвет ее кожи и волос, не говоря уж о странном наряде, он словно воочию увидел девочку, с которой грыз яблоко на крыше склепа Корсонов. Ту самую Айлин, его дорогую не-леди с милой и задорной улыбкой, сияющим лицом и словно светящимися в предвкушении веселого приключения глазами. А если приключение и окажется вдруг невеселым, то уж незабываемым станет непременно!

- Стоило ему ее отпустить, как Айлин оказалась в объятиях Лу. которого тоже обняла в ответ больше того - наглый итлийский кошак обхватил Айлин за талию, приподнял в воздух, повернулся, как в пазране. и поцеловал ее з щеку!

- Смоляные косы, перевитые тонкими бисерными нитями и украшенные на концах золотыми колечками, качнулись по воздуху и опять упали Айлин на плечи, а смуглое задорное личико просияло еще ярче, и она снова хихикнула

- Аластор. онемез от стола вольного поведения друга, покосился на Дункана, но тот лишь улыбнулся с таким благодушием, слоено Лу и в самом деле был настоящим котом Нельзя же сердиться на кота, если он мурлычет и требует ласки'

- «Хотя лорд Бастельеро. пожалуй, уже кинул бы какое-нибудь проклятье. - мрачно подумал Аластор. - Даже если нет. он уж точно не был бы так благодушен! Интересно. Грегор Бастельеро всегда таким был. или его характер испортился на войне? Или дело вообще не в характере а в чем-то другом. ..

- И перехватил взгляд Айлин, брошенный на магистра, а потом и его ответный.

- «Так вот оно что! Они же смотрят друг на друга так. что никому другому между ними просто нет места... Так смотрят друг на друга отец с матерью, так месьор смотрит на госпожу Элоизу^1»

- И на мгновение Аластору стало жаль лорда Бастельеро. Вот как так получается? Ты можешь быть красавцем, героем, спасителем страны, дворянином высокого рода, и все это не заставит женщину смотреть на тебя таким взглядом!

- Ми белла синьорина вы разбиваете сердца' - решительно заявил Лу и. поймав кончик косы Айлин, потер его пальцами. - Алхимическая краска м? Хорошая штука, но смывать следует аккуратно И золосы сушит Я обязательно пришлю зам потом масло для волос и кожи.

- У госпожа есть масло, - возразила экономка магистра, входя з гостиную. - Самый лучший масло из Арлезы^1 Розовый масло, миндальный, оливковый' Когда госпожа смыть краска. Амина растереть ее масло с головы до ног^1

- О, я вижу, вы в умелых руках^1 - Лучано отвесил мауритке поклон, ухитрившись посмотреть на нее уважительно и умильно одновременно. - Полагаю, гардеробом с вами тоже

- поделилась эта прекрасная дама^7

- Айлин, улыбаясь, кивнула, поправила браслеты и пожаловалась:

- Целых три юбки! Надо же. как тяжело быть настоящей джунгарской женщиной!

- Госпожа не настоящий! - фыркнула Амина - Настоящий джунгарский женщина дюжина юбок носить и не жаловаться^1 Радоваться что столько есть! Дюжина на себе носить, другая в сундук лежать, сердце радовать!

- И милостиво посмотрела на Лучано

- Все это прекрасно^1 - не выдержал Аластор. - Но., зачем?! Айлин, ты собираешься на маскарад? Не пойми меня неправильно, но. ть уверена, что для этого самое время? И... куда?!

- Ну чтс ты говоришь? - Подруга посмотрела на него укоризненно. - Конечно я понимаю, что мне нигде нельзя показываться. Поэтому и оделась вот так!

- Она расправила верхнюю юбку и крутанулась посреди гостиной так быстро, что оборки всех трех взлетели, открывая стройные ножки аж до середины икры. Аластор успел увидеть, что обута Айлин в мягкие кожаные туфельки, а на ногах у нее нет чулок! Замерев Айлин придержала юбки и посмотрела на Аластора с Лучано проказливо улыбаясь. Лучано всем лицом изобразил восхищение а сам Аластор смутился но., такая Айлин нравилась ему куда сильнее своей же бледной тени! Всеблагая Матушка, и как он мог столько времени не замечать разницу, считая, что Айлин довольна своей супружеской жизнью?!

- Вот как выглядит действительно счастливая женщина рядом со своим мужчиной!

- Донна Айлин пожелала украсть лошадь. - невозмутимо и совершенно серьезно сообщил магистр, и только его черные арлезийские глаза смеялись, да а уголках губ притаилась едва заметная улыбка. - Мне остается лишь исполнить желание моей донны.

- Женщина нельзя отказывать, - авторитетно подтвердила Амина, заходя Айлин за спину и поправляя на ней платок. - Если женщина не дать, что она хотеть, женщина сама придумать, как это взять Тогда мужчина сильно пожалеть, что отказы вать'

- Красть лошадь'' - растерянно повторил Аластор, не то чтобы сомневаясь в словах Дункана - зачем бы магистру было придумывать такую немыслимую чушь, да и джунгарский наряд Айлин вполне соответствовал именно такому замыслу - сколько пытаясь их осознать. - Какую лошадь? Зачем?

- Луну! - хихикнула подруга и сразу погрустнев, вздохнула: - Она осталась в доме лорда Бастельеро...

- И ты думаешь, лорд Бастельеро откажется ее тебе отдать?! - поразился Аластор.

- Нет. конечно. Грегор Бастельеро - не слишком приятный человек, но неужели он к тому же настолько... мелочен?!

- Конечно, нет^1 - возмущенно запротестовала Айлин. - Просто я не хочу, чтобы меня выследили, понимаешь? Лорд бастельеро сразу поймет, что Луну забрала именно я, и Дженни мою служанку, тоже. А джунгарский табор можно искать по всему Эдору и не найти!

- Да и вряд ли хоть кто-то сможет сказать, какой именно табор, - протянул Аластор, оценив все великолепие подобной маскировки.

- На землях Вальдеронов часто останавливались джунгары, отец никогда их не гнал, даже сам порой являлся к таборным кострам - и самые разбойные джунгаро никогда не посягали на лошадей с их конезавода. Определенно, этим людям не чуждо своеобразное благородство но вот отличить один табор от другого Аластор бы не взялся Пожалуй, для этого нужно быть джунгаро!

- Нет и в самом деле замечательная идея^1 Вот только...

- Я тоже поеду - заявил он решительно. - Что вы так смотрите? Я делая с лошадьми все но ни разу не воровал' Мне тоже интересно!

- Неужели все. монсиньор?! - Лучано сделал страшные глаза и ехидно уточнил: - Совсем все? О-о-о...

- Дункан зы там ближе, дайте ему подзатыльник, будьте любезны, - попросил Аластор и повернулся к Амине:

- Милая дама, а для моего лица у вас найдется такая же замечательная краска? Волосы- то можно спрятать под платком... Хотя это вряд ли спрячешь..

- И растерянно тронул бородку.

- Лучано, изящно увернувшись от показного подзатыльника, лениво отвешенного ему магистром, усмехнулся и пообещал:

- Не волнуйся Альс, накрасим так. что даже грандсиньора Джанет не узнает; И смыть потом это несложно, утром опять будешь блондином Только вот одежда.. Грандсиньор. боюсь для Альса нам придется позаимствовать уже ваш гардероб!

- Идите с Аминой. Лучано. - кивнул магистр и добавил пару слов по-арлезийски

- Красавица-экономка поклонилась и. внимательно оглядев Аластора. поманила Лучано за собой Вслед за ними, снова рассмеявшись, выпорхнула Айлин - кажется, ей просто нравилось бегать в развевающихся джунгарских юбках и звеня украшениями. Аластору вспомнились молодые кобылки с их конезавода которые застоявшись, скакали по выгулу, а потом гордо к весело вышагивали под седлом, точно так же встряхивая гривой и хвостом.

- Он вздохнул и повернулся к магистру, внимательно встретившему его взгляд... Пожалуй Айлин очень вовремя оставила их вдвоем, некоторые вещи лучше сначала обсудить с Дунканом...

- Значит. Этьен Райнгартен... - Роверстан потер лоб и вздохнул. - Если бы я только не был так самоуверен! Ведь я видел, что Райнгартен обеспокоен, но... у любого магистра множество поводов для беспокойства, а уж у магистра, навлекшего на себя неудовольствие Архимага... Но если Этьена не успокоило свидетельство разумника, то я отнюдь не уверен, что успокоит ритуал Человек, ослепленный тревогой, скорее придумает весьма веские причины, по которым ритуалу тоже нельзя доверять в полной мере

- Так что же. его не нужно проводить? - вскинулся .Аластор. мгновенно вспомнив о вчерашних сомнениях.

- Вдруг Айлин все-таки... Нет. о таком даже думать нельзя! Но все-таки... вдруг?'

- Непременно нужно! - горячо возразил разумник, и Аластор с облегчением выдохнул. - Хотя бы для того, чтобы в следующий раз. если таковой будет. Этьен пришел к вам, а не попытался действовать своими силами.

- Думаете, будет следующий раз? — безнадежно спросил Аластор.

- Я буду искренне рад ошибиться, - помолчав, ответил магистр. - Кто знает, вдруг Райнгартен настолько верит в этот ритуал, что не станет сомневаться в его результатах" Но только после проверки его безопасности, разумеется. В этом отношении я готов довериться мнению леди Немайн, все-таки она действительно выдающаяся ритуалистка.

- А вы сами. Дункан? Разве вы в этом не разбираетесь как разумник? - удивился Аластор.

- Видите ли, ваше величество... - Роверстан слегка поморщился - Этот ритуал создавался не для разумников, а против них Мы им воспользоваться не можем. Я, конечно, могу рассчитать воздействие, но Немайн Аранвен точно справится лучше. Особенно если прибегнет к помощи Дарры, который тоже исключительно силен в ритуалах. Конечно, для гарантии хорошо бы проверить ритуал на ком-то еще... Думаю, у службы канцлера найдутся подопытные преступники.

- А то. что Айлин побывала в Запределье не может . исказить последствия ритуала? - задал Аластор мучивший его вопрос. - Вдруг она., ну не знаю...

- Одержимостью Барготом нельзя заразиться, - понимающе улыбнулся магистр. - Это ведь не оспа и не чума. Пожалуй, даже мне было бы безопасно пройти этот ритуал, если я правильно понимаю его суть. - И он задумчиво взглянул на лист, исписанный сложными символами, который Аластору сегодня утром принес канцлер. - Насколько я могу судить, данный способ отслеживает именно ту лазейку для Баргота, которую создает сам человек своими действиями и мыслями Или не лазейку, а распахнутые врата, если Баргота приглашают добровольно А затем еще нужно, чтобы Баргот этой дверью воспользовался, овладев разумом и душой человека. Ни ко мне ни к Айлин это не относится. Я даже не уверен, что этот ритуал повредил бы мэтру Денверу - очень сомневаюсь, что Баргот действительно отвечал на молитвы и стремления этого мерзавца. А вот Морхальт определенно получил бы по полной...

- Значит Айлин его пройти безопасно?!

- По сути - да. - спокойно подтвердил Дункан. - Но лучше проверить косвенные опасности и последствия, все-таки создатели ритуала не слишком сильно заботились, чтобы не повредить здоровью проверяемых разумников... А я, пожалуй, теперь буду особенно внимательно приглядываться и прислушиваться к магистру Райнгартену. Жаль, что нельзя убедить его пройти лечение от собственных страхов Для этого нужно искреннее желание..

- А просто читать его мысли вы не можете? - хмуро спросил Аластор. - Я понимаю, что это бесчестно, но готов взять любую ответственность на себя. Вдруг он еще что-то задумает против Айлин?

- Прямо сейчас он должен быть уверен, что леди Бастельеро похитили. - помолчав, ответил разумник. - Потом будет ожидать последствий ритуала и еще какое-то время их обдумывать. А потом, надеюсь, мне все же удастся уговорить его на лечение разума Читать мысли магистра напрямую я не могу - он ведь носит защитные артефакты, как и любой глава гильдии. С Денвером тогда просто позезло, второй раз я бы на такое везение не рассчитывал. К тому же я зедь рассказывал, чем мне грозит такое нарушение празил чести

- Аластор кивнул и вздохнул, соглашаясь Действительно. Дункану следует быть особенно осторожным Ну что ж, он ведь прав насчет Райнгартена, время у них точно есть...

- А вот и мы! - провозгласила Айлин, ярким звенящим вихрем снова влетая в гостиную. - Ал. ты должен это примерить^1 Немедленно^1

- Вслед за ней ввалились остальные, причем Лучано тоже оказался переодетым. Теперь на нем были просторные темные штаны, зато рубашка переливалась на солнце огненно-красным шелком, вдобавок расшитым золотой нитью. Черные кудри Лу перехватил широкой пестрой лентой не закрывая их целиком, но подхватиз с боков и собрав на затылке, а вместо пояса повязал такой же яркий шелковый кушак с кистями, подозрительно похожий на женский платок Да и ворот рубашки у него завязывался как-то странно...

- Зато, следовало признать, на дворянина он теперь был похож меньше, чем Перлюрен - на строевого жеребца! Джунгаро. как есть джунгаро! От сверкающих дерзким зесел&ем кошачьих глаз и до кончикоз сапог для верховой езды, в которые Лучано заправил мешковатые штаны. И даже перстни, с которыми Лу не пожелал расстаться на его смуглых пальцах теперь смотрелись не роскошными драгоценностями, а ярмарочными побрякушками из цветного стекла и того самого золота которое знающие люди называют джунгарским.

- О. я вижу, вам нашли гардероб. - усмехнулся магистр. - Действительно, мои вещи даже домашние здесь не годятся, они слишком простых цветов. А это как раз то, что нужно. Благодарю. Алонсо.

- Смуглый здоровяк, ростом и шириной плеч, пожалуй, не уступающий Дункану и такой же чернобородый, с достоинством поклонился. В руках у него был целый ворох рубах, таких сверкающе-ярких, что у Аластора в глазах зарябило. Пронзительно-алое, желтое, винное, ярко- голубое, пламенно-рыжее лиловое, зеленое... Бросив рубахи на диван здоровяк отступил, сложив руки на груди и гордо взирая на этот ворох

- Какой богатый гардероб у вашего повара! - восхитился Лучано и магистр с усмешкой развел руками.

- Алонсо когда-то был контрабандистом, сами понимаете, не мог же он отказать себе в таких приятных мелочах.

- Кажется, я зыбрал не ту профессию! - с самым серьезным видом посетовал Лучано и вытащил из груды желтую рубаху. - Примерь, Альс!

- Айлин. улыбаясь, отвернулась, и Аластор. сняв камзол и рубашку, покорно натянул чужую, пронзительно-желтую, хотя и сомневался, что в ней он будет достаточно похож на джунгаро С его-то светлыми волосами и бородой! Но... Лучано вроде бы сказал что это не помеха? Да и на Айлин достаточно взглянуть...

- Здоровяк-повар тут же подал ему головной платок, такой большой, что волосы под него наверняка спрячутся полностью, черный и густо расшитый желтым шелком того же оттенка, что и рубашка

- Кожу мы затемним. - радостно сообщил Лучано. - А бороду покрасим!

- Лу. меня смущает твоя рубашка. - признался Аластор. - Мне кажется, она... женская

- И ты думаешь, слуги в палаццо Бастельеро увидят разницу? - искренне поразился Лучано и. мгновение подумав добавил: - А если и увидят, то наверняка решат, что ничего другого от джунгаро и ждать было нечего!

- Не сомневайтесь, друг мой. - веско добавил магистр. - Доверьтесь искусству Амины и нашего дорогого Лучано. А я, пожалуй, тоже воспользуюсь любезностью Алонсо..

- Он пригляделся к вороху рубашек, и Айлин. ахнув от восторга, принялась перебирать их одну за другой, каждую прикладывая к Дункану. Кажется, она очень жалела, что на разумника нельзя надеть сразу дюжину, как те самые юбки! Аластор спрятал улыбку. Да определенно, стоит пойти на это безумство, чтобы увидеть такую счастливую Айлин.

- Там у ворот ожидае- наша охрана, - тихонько сказал ему на ухо Лучано - Мне их предупредить или мы уйдем так чтобы они ничего не поняли и ждали короля?

- Не стоит. - вздохнул Аластор. - У них приказ, а я обещал Аранвенам... Скажи, чтобы не попадались на глаза - ну как обычно^1 - и ничему не удивлялись.

- Монсиньор изволит развлекаться, - понимающе улыбнулся Лучано. - Если королю угодно воровать лошадей вместе с джунгарами, кто ему может запретить? По сравнению с иными развлечениями это сущая мелочь, м? Кстати. Альс хорошо что ты выпил мое зелье. Так. на всякий случай! Готов поставить все свои дворянские драгоценности против платка

- госпожи Амины, что пылкие джунгарки не упустят такого лихого молодца^1

- * * *

- Как же Кармелю шла эта шелковая рубашка глубокого винного цвета' Легкая ткань облегала плечи и торс, не столько скрывая могучую стать, сколько подчеркивая мышцы благородный оттенок идеально сочетался с черными волосами и смуглой кожей... Айлин поймала себя на том. что ей хочется запустить руки под шелк и ласкать Кармеля. гладить кончиками пальцев и ладонями горячее тело, которое она теперь знала наощупь.. Всеблагая Матушка, до чего сладкое безумие! Неужели это и есть милости, которые ты посылаешь мужчинам и женщинам, заслужившим твое благоволение? И... значит ли это. что ты не гневаешься? Ведь она. Айлин. все еще связана супружескими обетами с лордом Бастельеро и должна хранить ему верность даже в раздельном проживании...

- «Но ведь наш развод - это лиш» вопрос времени. - постаралась утешить себя Айлин и торопливо отвела взгляд от едущего рядом с ней верхом магистра. - Я честно призналась лорду Бастельеро. что не намерена больше быть его женой. Я дала ему полную свободу! И если он не вернет мне мою добровольно, я буду просить об этом Аластора Видит Всеблагая Матушка, я достаточно уже наказана за свое легкомыслие! И как же хорош Кармель мой любимый... Нет. белые рубашки ему тоже идут несказанно, и все-таки винный... Или темно- изумрудный. Обязательно уговорю его почаще надевать что-нибудь этакое. Ну хотя бы дома!»

- Она снова покосилась на магистра, который в седле Дона Торнадо казался выше всех всадников, кроме, разве что Аластора - у того под седлом тоже был очень рослый жеребец. Удержалась чтобы не хихикнуть. Ал такой забавный в этом наряде! Красивый, но забавный! И теперь, когда он сменил масть, они с Кармелем удивительно похожи^1 Из Ала тоже получился изумительный джунгаро. наверняка его никто не узнает^1 Вот только драгоценности Аластор наотрез отказался надевать, хотя Амина великодушно предложила ему какую-то особенную серьгу, для которой не нужно прокалывать ухо. А ему бы пошло^1

- И опять ее взгляд, как приклеенный, зернулся к лицу Кармеля и его черным волосам, вместо простого шнурка перевязанным алой ленточкой - еще одна уступка, которую магистр сделал своему новому облику. Оказывается, мужчинам очень идут серьги^1 Не всем, конечно, и не всякие, но Кармелю - просто исключительно!

- Моя донна? - Кармель повернулся к ней и вопросительно приподнял бровь. - Что-то не

- так?

- Все прекрасно! - заверила его Айлин и отвела взгляд, стараясь не покраснеть.

- Ну не признаваться же. что откровенно любуешься своим мужчиной?! И думаешь о том, что вечером сможешь сама снять с него этот шелк, такой мягкий, льнущий к рукам... Айлин едва не облизнулась, представив как развязывает ворот рубашки, словно снимает обертку с коробки упоительно вкусных конфет^1 А под шелком.. Под шелком гладкая бронзово-смуглая кожа, которую так и хочется снова тронуть губами, кончиком языка... Никакие конфеты с этим и близко сравниться не могут!

- Благие Семеро, какое счастье, что Кармель подарил ей артефакт, скрывающий мысли! Иначе сейчас, узнай он, о чем она думает, со стыда сгорела бы!

- Кстати, о серьгах Сегодня утром за завтраком Айлин решительно потребовала чтобы Кармель снова надел бретерскую серьгу Нет. конечно, иметь при себе портальный ключ, да еще совмещенный с накопителем, это очень удобно, и она была искренне благодарна любимому мужчине, вот только вспоминать об обстоятельствах, при которых получила этот самый ключ, ей совершенно не хотелось

- Кармель, к счастью, не стал спорить и только попросил помнить, что портальный ключ по- прежнему принадлежит ей.

- Ты тоже' - возмутилась Айлин и поспешно уточнила - Ты тоже принадлежишь мне. И комплектом с серьгой нразишься мне больше'

- Чрезвычайно польщен. - заверил ее Кармель не пряча улыбку, а потом взял руку Айлин и медленно поцеловал ее пальцы, останавливаясь губами на каждом

- Конечно, кровь тут же бросилась ей в щеки, но руку Айлин не отняла и смотрела на черноволосую голову магистра, склоненную перед ней. с радостным изумлением - как же это, оказывается, приятно! Даже такие простые прикосновения ощущаются совсем иначе не так. как раньше... И кажется, что во всем ее теле что-то меняется, словно она. Айлин. долго спавший под снегом сад. наконец озаренный весенним солнцем. Снег растаял земля согрелась, и вот уже сад шумит листвой, радуясь, что может ответить солнцу каждым бутоном, распуская его в прекрасный цветок...

- А второй ключ - камень в твоем обручальном кольце. - серьезно добазил Кармель, распрямляясь. - Портал г моем саду настроен только на Вуаль, он позволяет перейти в нее совершенно свободно. Но с этим кольцом ты можешь отправиться туда любым другим порталом, стационарным или разовым. Камень в кольце хранит и координаты, и допуск на портальную площадку Вуали для тебя и для всех, кого ты пожелаешь взять с собой

- Спасибо за доверие...

- Айлин посмотрела на кольцо, к которому уже так привыкла, словно всегда его носила. Третье кольцо в ее жизни, подаренное по-настоящему дорогим человеком Первым стал мажеский перстень от отца, вторым - гербовый от Аластора И вот теперь третий дар, означающий так много... Если обручальное кольцо Бастельеро было знаком ее добровольного отказа от свободы, то с кольцом Кармеля, заменившим его. свобода к ней вернулась...

- Ну вот мы и приехали. - услышала ока голос магистра и мгновенно вынырнула из раздумий. - Отсюда Алонсо вернется домой, прихватив твою лошадь. В особняк Бастельеро ты поедешь на джунгарской повозке с другими женщинами, чтобы спрятаться среди них Так *е. как мы постараемся затеряться среди верховых мужчин-джунгаро.

- Грандсиньор вы договорились с настоящим табором?! - восхищенно ахнул Лучано. - Гэандиозо! Вот это маскировка^1 А как будет весело!

- И Айлин завороженно глядя на открывшуюся перед ними картину, молча с ним согласилась. Действительно, грандиозо и весело! Настоящий табор. Такого, кажется, даже в романах никогда не было^1

- На огромном пустыре - она и не знала, что в столице такие бывают! - стояла дюжина с лишним повозок, накрытых лоскутными навесами из кожи и парусины. Горели костры, на которых что-то готовилось мирно паслись здоровенные волы, а немного в стороне щипал тоаву целый табунок разномастных лошадей. И люди^1 Множество смуглых, ярко одетых людей! Женщины в длинных юбках, рубахах и цветастых шалях, увешанные украшениями, черноволосые и уже седые но неизменно похожие друг на дружку особой манерой держаться, походкой, жестами... Мужчины, одетые чуть ли не ярче женщин! Ее собственные спутники сэазу перестали казаться разряженными, словно павлины, теперь они выглядели совершенно еотественно. Дети в обносках, едва прикрывающих тело, особенно у мальчиков, но даже эти обноски - тоже пестрые^1 И шум. крики, музыка . Музыка?

- Мы что. попали на праздник? - ошеломленно спросил Аластор. пока расплывшийся в улыбке Лучано снимал с поводьев Донны нарядные подвески и рассовывал их по карманам - Дункан, вы уверены, что вломиться в особняк Бастельеро целым табором это... безопасно? Откуда вы вообще знаете джунгар?! То есть настолько, чтобы договориться с ними с подобном?

- А, это забавная история. - усмехнулся разумник и. помолчав пару мгновений, добавил: - Теперь уже безусловно забавная. Однажды я был очень... расстроен. До того, что даже уотроил загул в одном столичном трактире, небезызвестных «Красных панталонах». Собственно говоря, тогда они и получили новое название, но об этом в другой раз. Чтобы не пить в одиночку, я пригласил за стол магов из Красной гильдии, они как раз там что-то отмечали, а потом в трактир заявились джунгаро, чтобы заняться своим обычным ремеслом. Ну, вы знаете...

- Погадать, поиграть на скрипке, переброситься в кости, а в промежутке спереть что- нибудь? - подсказал Лучано - Кстати, Альс, ты бы убрал поглубже кошелек, что носишь на поясе! А то нас уже встречают

- Ну что вы. Лучано. - улыбнулся Кармель. спешиваясь. - С теми, кто сам приезжает в тэбор джунгаро свято соблюдают традиции гостеприимства Напоить - могут, обыграть в карты или кости - тоже, даже лошадь обменять или попросту предложить купить. Но чтобы обокрасть или как-то оскорбить? Это против их собственных законов, а законы джунгаро. как они говорят получены ими от старых богоз куда раньше, чем в мир пришли Семь Благих и Баргот. Моя донна, вы позволите?

- Он протянул руку, на которую Айлин оперлась, чтобы соскочить с лошади. Разумеется, она могла сделать это и сама - лгсбая боевичка может^1 - но как не воспользоваться случаем для еще одного прикосновения?

- Рядом спешились Аластор и Лучано. Алонсо, напротив, поклонился Айлин и взял повод кобылы, на которой она приехала красивой вороной фраганки, послушной и милой, но все равно не такой замечательной, как Луна. Айлин учтиво кивнула в ответ, и повар-контрабандист, обменявшись с магистром парой слов по-арлезийски. уехал.

- Когда в табор приезжают гости, табору улыбается Странник! - громко заявила высокая, совершенно седая старуха, приближаясь к ним во главе целого отряда джунгар помоложе.

- Похоже, она была здесь важной персоной, потому что звенела и сверкала украшениями, как праздничное древо, а из-под ее зерхней юбки, малиновой и расшитой серебряной нитью, выглядывало еще штук десять - и все, разумеется, разных цветов!

- Айлин вдруг поняла, что слова Амины про дюжину юбок, радующих сердце любой джунгарки. были вовсе не шуткой! Да это же хуже корсета' Как в них поворачиваться можно?! И... это что же получается, она в своих трех тут выглядит., бедно одетой простушкой?!

- «Зато мужчины со мной такие что только позавидовать! - тут же утешила она себя - И кони - тоже^1 Эх. надо было все-таки Пушка с собой взять. Жаль, что он слишком приметный, зато посторожил бы наших лошадей Законы законами, но на Дона Торнадо, Огонька и Донну эти славные люди поглядывают, как Саймон - на корзину сладостей...-

- Джунгаро, столпившись вокруг, и правда восхищенно цокали языками, разглядывая коней, а кто-то смелый даже протянул руку к Дону Торнадо Благородный арлезиец такой фамильярности не одобрил - страшные зубы щелкнули в воздухе там, где мгновение назад была рука нахала. Вместо испуга тот восторженно заахал, но все же сделал шаг назад, потому что Дон Торнадо продолжал скалиться словно пес. и постукивать по земле копытом. Рядом с ним зафыркал и так же затанцевал Огонек.

- Рады быть вашими гостями, почтенная Даримхан. - невозмутимо отозвался Кармель. - Просим принять нас у вашего огня. Это моя женщина, - указал он взглядом на Айлин. - Это мои друзья, - кивнул он на Ала;тора и Лучано.

- Доброго дня, почтенная синьора, — поклонился Лучано — Просим вашего гостеприимства.

- Аластор тоже отвесил поклэн. не выпуская из рук повод Огонька и Донны.

- Вай. какие гости... - Старуха придирчиво оглядела сначала Айлин. потом ее спутников. - Красивые птицы, важные^1 Пезья джунгарские а крылья и голос не наши. Но это ничего. Странник велит принимать любых гостей, лишь бы приходили с добром. Пойдем, красавица. - обратилась она к Айлин. расплываясь в ласковой улыбке. - Не бойся, никто здесь тебя не обидит Мужчина твой сказал, помочь тебе надо. Так мы поможем!

- Спасибо сударыня - Айлин. отчего-то немного робея, присела в учтивом резерансе. придерживая пальцами юбки. - Я вам очень благодарна.

- Хорошая девочка. - милостиво кивнула ей старуха. - Видно, мать с отцом тебя как надо воспитали. - И тут же гаркнула на свою свиту, сменив тон, как опытный наставник или офицер: - А вы чего встали, глазами хлопаете? Гости 8 таборе! Мясо с огня снять, вино - поставить. Коням воды налить гостей к очагу отвести! Или все это эедная старая Даримхан делать будет?

- Айлин про себя хихикнула, глядя, как джунгаро разбегаются по поручениям «бедной старой Даримхан». Конечно, у Кармеля и Аластора тут же почтительно забрали поводья коней - Дона Торнадо еще и опасливо! - а потом повели гостей к пылающему костру, откуда тянуло вкусными ароматами.

- Тут же подскочила молодая джунгарка с подносом, полным еды. Хлеб, сыр. мясо... Даримхан взяла с подноса плоскую лепешку, круто посолила ее крупней серой солью и подала Кармелю. Тот принял лепешку обеими руками, аккуратно отломил кусочек соленого хлеба и сунул в рот Медленно прожевал, проглотил и передал лепешку Аластору. Тот сделал то же самое за ним - Лучано. Айлин, уже догадавшаяся, что это ритуал, положенный по местному этикету, с нетерпением ожидала, пока до нее дойдет очередь.

- Взяв изрядно уменьшившийся кусок, она под пристальными взглядами джунгаро отломила поджаренный краешек... Обычный хлеб, только соленый и пахнет дымом. Вкусно!

- Проглотив свой кусочек, она растерянно посмотрела на остаток, но молодая джунгарка улыбаясь, протянула поднос показывая, что лепешку можно положить обратно. Лучано кстати, уже что-то жевал оттуда, и Аластор явно намерезался последовать его примеру. Джунгаро. убедившись что гости следуют этикету, как будто потеряли к ним интерес, тут же занявшись своими делами, и возле Айлин с ее спутниками остались только Даримхан и ее молодая помощница.

- Налить вам вина, моя донна? - негромко спросил Кармель. - Или, может быть, воды? Понимаю ваше нетерпение, скоро мы отправимся в путь.

- Скоро-скоро. - закивала Даримхан. - Только сына моего подождем и отправимся. Сын мой табор этот водит, - пояснила она с гордостью. - Четверо сыновей у меня и две дочери А внуков. - Она начала загибать пальцы что-то бормоча под нос. похоже - считала. Сбилась, вернулась, опять сбилась и с великолепным простодушием пожала плечами: - Ай, да зачем их считать? Все они в этом таборе либо мои либо родня! Пусть вам Всеблагая столько же подарит!

- Премного благодарен, почтенная Даримхан, - отозвелся Кармель. и его глаза весело блеснули - Мы обязательно постараемся.

- Айлин, чтобы не покраснеть, торопливо от него отвернулась и огляделась. Интересно, откуда здесь музыка?

- Всего в дюжине шагов у другого костра стояла повозка, украшенная цветами и лентами, а несколько мужчин играли на скрипках причем так задорно, что Айлин захотелось покружиться в танце На скрипках, ну надо же!

- Интересно, откуда у джунгаро скрипки? - негромко спросила она.

- Это любимый инструмент их народа. - ответил Кармель, и Айлин удивленно взглянула на него.

- Скрипки? Народные, да к тому же джунгарские? Но ей всегда казалось, что это очень благородный и сложный для освоения инструмент! Не зря же они есть во всех оркестрах!

- В Дорвенанте скрипки появились, когда я учился на последних курсах. - продолжил разумник, просветлев лицом так. как это бывает при каких-то очень приятных воспоминаниях - И поначалу именно в оркестре Академии. Пожилые мэтры решительно не одобряли это нозшество и считали его непристойным Подумать только, джунгарские скрипки! А что дальше-' Адепты могут додуматься танцевать паэрану?' А потом король Малкольм женился на принцессе Беатрис, и паэрану действительно начали танцевать. Сначала при дворе, а затем и везде.

- Так ты застал времена, когда ее еще не было?1 - ахнула Айлин. -Ни паэраны, ни скрипок"" Ужас какой^1 Я думала, это было так давно!

- И вдруг растерянно осознала, что времена, о которых говорит Кармель. это еще до ее рождения! Ну да. он гораздо старше нее. но чтобы настолько?! Больше, чем в два раза... Почему-то она никогда об этом не задумывалась, воспринимая как должное и его опыт, и положение магистра, которого в юности не достичь

- Джунгаро любят этот инструмент, - неторопливо продолжал Кармель. - Как и музыку в целом Гитара и скрипки обязательны у них на всех праздниках, да и вообще при любом случае Вот, например, прямо сейчас в таборе не праздник, а поминки.

- Поминки? - растерянно переспросила Айлин. - Тогда почему все так радуются?

- От костра, где играли, действительно донесся взрыв смеха, затем двое мальчишек выскочили на свободное место и принялись танцевать, размахивая руками и выбрасывая ноги, словно жеребята

- Как же не радоваться красавица' - всплеснула руками Даримхан. - Троюродный дед моего старшего сына покинул нас! На новую дорогу дедушка шагнул, новый путь начал! Нельзя ему слезами дорогу мочить, обидится'

- Какой интересный обычай. - завороженно отозвалась Айлин. - Радоваться на похоронах...

- Хочешь на дедушку посмотреть? - заулыбалась Даримхан. - Окажи нам честь, порадуйся с нами вместе^1 И eoi тоже гости дорогие^1

- Немного смущаясь. Айлин пошла к повозке, где джунгаро расступились с приветливыми лицами перед ней и Кармелем Следом подошли Аластор и Лучано.

- Путника песнями провожать надо. - продолжала пояснять Даримхан. - Плясать ему вслед положено, чтобы с легким сердцем уходил и о тех. кого оставляет, не горевал^1

- «И чтобы ни в коем случае не решил навестить безутешных родственников- - мысленно поддакнула Айлин и. присмотревшись к провожающим уверилась, что характер у покойного явно был... запоминающийся Очень уж искренне поют^1

- Она перевела взгляд на повозку, в которой покойный дедушка, нарядно одетый и украшенный цветами и лентами, лежал с таким брюзгливым лицом, словно ему не нравился ни цвет лент, ни количество цветов, ни искренность песен, и заморгала

- Тонкие прозрачные, как паутинки, лиловые нити некроэнергии над телом не замерли в неподвижности как это положено, а закрутились в едва заметные воронки Более слабый некромант их. пожалуй, не заметил бы. и сначала Айлин испытала прилив гордости. А потом вспомнила где видела такие воронки. Только более явные, тщательно прорисованные лиловыми же чернилами - для наглядности. В гримуаре мастера Кирана^1

- Айлин вгляделась еще старательнее - никакой ошибки! И... что делать? Надо сказать родственникам, какой опасности они подвергаются, но., вдруг джунгаро оскорбятся?

- Госпожа Даримхан... - осторожно начала она - А вы... не хотели бы показать своего почтенного родственника... некроманту? Понимаете... Есть некоторые признаки... которые я вижу как магесса...

- Претемная Госпожа тебя одарила. - закивала старуха. - Что же мы. не понимаем, что ли? Большая честь! Так что ты там о признаках говоришь девочка?

- Некроэнергия! - выпалила ободренная Айлин. - Она показывает, что из этого человека может получиться нежить. Вы только не обижайтесь, прошу, но его обязательно нужно показать некроманту и как следует упокоить! Я бы сама но не могу сейчас. И некромант должен быть сильный^1 Очень сильный' Потому что пройдет полгода... год... и из этого тела может вылупиться стригой'

- Она выдохнула последнее слово и все-таки испугалась. Вдруг их сейчас прогонят... Или не поверят! А стригой - это очень опасно'

- Стрыгой? - переспросила старуха и чуть ли не удовлетворенно кивнула: - Вот и мы так подумали. Из кого бы еще стрыгою получиться? При жизни из трех таборов крови попил, с чего бы ему после смерти меняться?

- Собравшиеся вокруг джунгаро тоже кивали и переглядывались. Айлин поняла, что ничего не понимает.

- Так вы знаете? - растерялась она - А как же тогда поминки?1

- Так поминать его это не мешает! — в свою очередь удивилась старуха - Зачем же у людей праздник отнимать? А некроманту показать надо, это ты. девочка, верно сказала Вот самолучшему и покажем! Все равно к нему пойдем, так два дела за раз и сделаем^1

- Джунгаро снова закивали, довольно перешептываясь. Айлин онемела, пытаясь осознать...

- Дорогая синьора Даримхан, - мурлыкнул рядом Лучано. - Верно ли я понял, что вы намерены взять этого... почтенного покойного синьора _ и отвезти его в палаццо, куда мы с вами собираемся? Уверен, грандсиньор Бастельеро будет чрезвычайно рад... Но мы ведь не станем ждать там его появления, м"> И как тогда быть?

- Да просто оставим ему дедушку. - радостно заявила Даримхан, и джунгаро уже в который раз закивали. - Если он такой великий мастер, то уж сам знает, что с покойниками делать положено. А мы ему тело доставим со всем уважением, и споем по дороге, и спляшем.

- Глядя на сияющие лица вокруг. Айлин не могла и слова вымолвить, вместо нее это сделал Лучано:

- Вломиться с песнями и плясками целым табором з палаццо и выменять чистокровную арлезийскую кобылу на усопшего дедушку, причем будущего стригоя... Благими и Барготом клянусь дорого бы я дал. чтобы увидеть лицо грандсиньора, когда он вернется домой. - Помолчал и задумчиво добавил: - Хотя, пожалуй, лучше оказаться в этот момент подальше

- Глава 20. Джунгарский размен

- Даже полностью дозеряя Кармелю, Айлин все равно не до конца понимала, как все произойдет. А что, если их просто не впустят во двор особняка? Или магическая защита сработает на чужаков? Что если слуги воспротивятся столь странному нашествию, и начнется драка? Или вообще сам лорд Бастельеро сегодня дома?'

- Она тихонько поделилась этими сомнениями с Кармелем. и тот успокаивающе улыбнулся:

- Ни о чем не тревожься, моя донна Вожак табора уехал именно для того, чтобы подготовиться к любым неожиданностям Времени у нас будет действительно немного, но я все сделаю, чтобы ты смогла повидаться с ребенком Кстати, это очень удачно что лорд Аластор и Лучано решили поехать с нами

- Удачно? - удивилась Айлин. - Почему? То есть я всегда рада их повидать но...

- Потому, что теперь тебе не нужно одновременно быть в двух местах. - усмехнулся магистр. - Луна - арлезийка она не пойдет за незнакомым человеком. Из конюшни ее пришлось бы забирать тебе а это изрядная потеря драгоценного времени...

- А теперь это может сделать Аластор?! - обрадовалась Айлин. - Действительно, его-то она знает!

- Могу. - отозвался тот — И это, кстати, даже воровством не будет ведь Луна принадлежит лично тебе.

- А ты хотел какую-то лошадь непременно украсть? - заулыбался Лучано - Давай сведем вдобавок еще парочку'' Вряд ли наши джунгарские друзья будут против!

- Нет уж. — тзердо возразил Аластор - Одно дело - вернуть лошадь ее владелице, и совсем другое - свести чужую. Отец не одобрил бы! Луну я заберу, а в это время Айлин пойдет в дом. Дункан вы же будете ее сопровождать?

- Обязательно. - пообещал магистр. - Лучано, а вы сможете вывести горничную?

- С радостью! - заверил тот. - Каждому свое, я предпочитаю веровать не лошадей, как некоторые, а хорошеньких девиц! Насколько помню, синьорина Дженни очень мила, нельзя оставлять ее в подобном месте.

- Вот и договорились. - подытожил магистр. - О, кажется, баро возвращается^1 - И пояснил Айлин: — Это вожак табора, сын почтенной госпожи Даримхан. Он с братьями дежурил возле особняка Бастельеро. чтобы убедиться, что хозяин точно уехал Ну и еще кое-какие мелочи подготавливал...

- На пустырь действительно въехали трое всадников. Двое остались в седлах, а третий спешился и распахнул Кармелю объятия, словно родственнику. К удивлению Айлин. Кармель принял это как должное и обнял немолодого крепкого джунгаро в ответ.

- Зсе готово, брат^1 - заявил тот, а потом восхищенно уставился на Айлин: — Вай. какая красавица^1 Теперь понимаю, почему ты отказался от моих дочерей! Смотри, хорошо за ней приглядывай^1 Девичьи взгляды зажигают в сердце костер, который словами не потушишь. Как бы не украли ее мои парни^1

- Пусть попробуют, — усмехнулся Кармель и с лукавой нежностью посмотрел на Айлин. - Моя донна привыкла сама воровать себе мужчин. По собственному вкусу!

- Айлин смутилась, а Лучано и Альс переглянулись и понимающе хохотнули, а потом серьезно кивнули, подтверждая Джунгаро зацокал языком, еще раз оглядел Айлин с головы до ног и уже серьезно заключил:

- На повозке с моей матушкой и сестрами поедет. Они ее никому в обиду не дадут, ну и мы присмотрим. Арлезийку кто выводить будет?

- Он. - кивнул Кармель на Аластора - Кобыла его знает, он ее объезжал. А он - кивок на Лучано, - уведет служанку. Я провожу свою женщину в дом, потом быстро уходим. Все готово?

- Как невеста к желанной свадьбе - белозубо ухмыльнулся джунгаро и. повернувшись к свои?ч< людям, рявкнул: - Эй. дети ветра и огня! По коням!

- Онемев от изумления, Айлин смотрела, как табор, мгновение назад спокойно занимавшийся своими делами собирается быстро, словно Красный факультет по тревоге. Старики и старухи тащили в крытые повозки котлы с едой и прочую утварь, дети и подростки отвязывали волов и собирали лошадей. Остальные джунгаро прыгали кто в седла кто в легкие телеги, запряженные коренастыми лошадками Шум, крики, суета, но не бестолковая, а продуманная и азартная. Одна телега выехала с пустыря, вторая, третья...

- Четвертой оказалась та разукрашенная, что стояла возле них, с телом дедушки, а на пятую Даримхан деловито потянула за руку Айлин и помогла сесть на скамью, где уже устроились две немолодые джунгарки Сама Даримхан с прытью, никак не подходящей ее возрасту, взлетела на место возницы подхватила поводья, сунула зачем-то пальцы в рот и... громко, залихватски свистнула Запряженная в телегу пара лошадей откликнулась ржанием и бодро порысила за остальным джунгарским отрядом.

- Айлин завертела головой, высматривая, где Кармель. и успокоилась, обнаружив, что он едет верхом на Доне Торнадо слева от телеги Зато справа, нахально оттеснив Лучано на Донне, тут же пристроился молодой джунгаро, одетый так ярко что у Айлин в глазах зарябило. Сначала он бросал на нее умильные взгляды и подкручивал пальцем длинные черные усы, потом выразительно позвякивал поводьями вороного жеребца такого же нарядного, как хозяин, и, наконец, заговорил:

- А что. красавица. Еидать. совсем бедный у тебя табор, если такой похитительнице сердец осего три юбки украли до одно ожерелье!

- И посмотрел на Кармеля с вызовом, на который магистр только молча усмехнулся

- А мне дюжину юбок и не надо! - возмутилась Айлин. - Зато браслетов много!

- И гордо посмотрела на свои запястья, где красовалось лучшее, что нашлось в шкатулке Амины.

- Ожерелий ему мало, ну надо же! А сколько нужно? Хотя если посмотреть на настоящих джунгарок... Зот хотя бы на тех. что сидят рядом и улыбаются, слушая болтовню своего соплеменника. Может, для них одно ожерелье - это и правда недостаточно, но она-то не джу игарка'

- Парень поцокал языком и глянул едва ли не с оскорбительной жалостью:

- Это разве много?! Много - когда руку до плеча под золотом не видно, и на каждом пальце по кольцу! Эй, красавица, только улыбнись, умчу тебя на коне быстрее ветра! Привезу к своему костру, в шелка и бархат одену, золотом уберу! На руках буду носить чтобы нежки росой не намочила!

- Айлин покосилась на Кармеля. Он ответил ей вопросительным взглядом и даже бровь приподнял, мол. если ее это утомляет... «Нет-нет. - ответила она ему таким же взглядом. - Забавно же! Рядом с тобой. Алом и Лу я в полной безопасности, а этот болтун... Пусть развлекает, пока едем!»

- Не беспокойтесь, почтенный. - ответила она вслух очень вежливо - Росы я не боюсь, да и по руках меня есть. Koviy носить. А что, кстати, гобки только украсть можно-' Купить никак нельзя?

- Джунгаро ответил искренне недоумевающим взглядом а сидящая рядом джунгерка, увешанная золотом как раз так. как он описывал, всплеснула руками, отчего браслеты на них зазвенели:

- Купить?! Да какая *е в этом лихость? Мужчина своей женщине должен показать, что самого Баргота не боится!

- Понимаю. - кивнула Айлин и добавила, поддавшись мгновенному приступу озорства: - Мой уже показал Только он у Баргота меня украл, а не какие-то юбки

- И тут же прикусила язык - наверное, не стоило так говорить^7 Попробуй теперь объяснить, о чем это она'

- Джунгаро глянул недоуменно, и тут подкравшийся к нему сзади Огонек отомстил за Донну, цапнув вороного за круп Вороной взвизгнул, прыгнул в сторону, его хозяин прошипел что-то на незнакомом Айлин языке и недобро покосился на Аластора. Ал тут же втиснулся между ним и телегой, ответив таким невозмутимым взглядом, что Айлин немедленно заподозрила е_о в сговоре с Огоньком. А к молодому джунгаро подъехал хозяин табора, дернул за рукав и что-то напряженно зашептал, иногда поглядыоая ю Кармеля. Помрачнео. гооорлизый поклонник Айлин придержал коня, оставшись позади тегеги. Айлин посмотрела на магистра - тот молча улыбался - и решила, что немного позже обязательно расспросит, о чем была речь.

- А потом оказалось что они приехали^1 Мрачный высокий забор из темного камня, за которым она провела год. словно в темнице, вырос впереди, и Айлин поразилась, как быстро передвигаются вроде бы невзрачные джунгзрекие телеги! Вот первая слегка убавила ход и развернулась, проехав перед воротами, за ней последовала вторая... Вскоре все телеги кроме той. на которой лежал покойник, выстроились вдоль улицы так. чтобы незамедлительно тронуться обратно.

- Сидевшие на них джунгарки деловито спрыгивали, одергивая юбки и Айлин тоже слезла с азартом наблюдая за происходящим. Двое дхунгаро. плечистые здоровяки с ручищами, как у кузнеца, встали по обеим сторонам от двер.1. предназначенной для пеших гостей, и плотно прижали смотровое окошко доской.

- Третий, худощавый и верткий, уверенно постучал дверным молотком.

- Айлин хихикнула, сообразив, что привратник сейчас попытается выглянуть, однако сквозь окошко ничего не увидит и, скорее всего, откроет дверь удивившись внезапной темноте за ней.

- И действительно, стоило привратнику высунуть наружу нос, джунгаро сунул ногу в щель, не давая закрыть дверь, и громогласно заявил:

- Открывай, отец! Мы твоему лорду подарок привезли! Никто другой ему такого не найдет мастера не порадует! Родного дедушку от сердца оторвали, все ради твоего хозяина! Ай как он дизолеп будеН И нам. и itrCitr инаииби игчале!1 Вию жизнь ia*uiu никийника ждал! Все шаза проглядел!

- Айлин чуть сама не поверила, что лорд Бастельеро ждал этого визита и несказанно обрадуется, заполучив такой редкостный дар С другой стороны. Джунгаро ведь и не соврал! Труп с коконом будущего стригоя - и вправду редкость, в Академии его высоко оценили бы'

- Привратник, растерявшись, что-то ответил и, похоже, утратил бдительность! Джунгаро. что с ним разговаривал тут же ввинтился в щель, словно кот - в отдушину погреба. Через миг там что-то лязгнуло двое крепышей рванули двеэь на себя, и та открылась. Джунгаро слаженно скользнули внутрь и еще через несколько мгновений распахнулись главные ворота. Привратника, как заметила Айлин, попросту оттеснили от них, и тот очумело вертел головой, словно не верил своим глазам Неудивительно - вряд ли кому-то могло прийти в голову, что в особняк Бастельеро можно вот так просто влсмиться без малейшей опаски

- Виртуозо. - с уважением протянул Гучано. стоявший рядом с Айлин — Беллиссимо работают^1

- А табор взревел и рванул вперед, словно полчище демонов! Джунгарки звенели бубнами, пели и плясали, размахивая подолами цветастых юбок - всеми одновременно! Несколько подростков выли на дудках. Мужчины, спешившись, мгновенно выпрягли из телеги-катафалка лошадь и покатили телегу внутрь, оставляя за собой цветочную дорожку. Женщины с подростками двигались вместе с ними и вокруг них безумно яркой и громкой волной...

- Идем. Айлин! - Кармель подхватил ее за руку и потянул в самую середину этого поющего, ревущего и пляшущего человеческого вала - Скорее, моя донна'

- Кажется. Аластор и Лучано последовали за ней, но Айлин тут же потеряла их из виду Вместе с табором она влетела во двор особняка, и двор этот впервые на ее памяти показался маленьким, потому что его заполнили люди, лошади, вкаченная повозка с дедушкой... И все это под непрерывные песни и пляски'

- Вот мелькнуло лицо камердинера лорда Бастельеро. вот показался еще кто-то из мужской прислуги. Они отчаянно пытались сдержать натиск джунгаро, но не преуспели и опять пропали, сметенные напором табора Вот горничная в форменном платье - не Дженни, а жаль' - завизжала и кинулась бежать в сад. призывая Всеблагую Матушку и умоляя о милости, хотя никто ее не преследовал. Вот несколько джунгаро отделились от всех и быстро пошли в сторону конюшен - среди них Айлин заметила Аластора

- А ее под вторую руку подхватил Лучано. и вдвоем с Кармелем они почти внесли Айлин в особняк, подальше от ликующего хора скорбящих родичей усопшего, оставшихся во дворе.

- Мелькнул знакомый холл, темными тенями разбежались две или три Тильды шмыгнув куда-то, словно крысы. Айлин только сейчас сообразила, что Дженни может не узнать ее в таком наряде и наверняка спрячется, как остальная прислуга. Да и Дороти кормилица Аларика Раэна. вряд ли подпустит джунгарку к маленькому лорду... И что делать?!

- Подобрав юбки, она взлетела по лестнице, обогнав обоих мужчин, и., замерла, едва успев остановиться Еще миг - и врезалась бы в широкую грудь, обтянутую легким летним камзолом из голубого шелка Второй миг - Айлин растерянно подняла глаза, чувствуя как лицо, шею и уши заливает краска стыда. Третий миг..

- Здравствуйте, дитя мое. - мягко сказал лорд Аларик. преграждая ей путь. - Я надеялся на ваш визит, но даже подумать не мог. что он окажется столь впечатляющим.

- Слева от Айлин замер Лучано. напряженный, словно готовый броситься зверь Справа стоял Кармель. не торопясь вступать в разговор.

- Батюшка Аларик. - произнесла Айлин почти одними губами - Вы меня узнали... как? Я

- же...

- Прекрасный костюм. - улыбнулся пожилой лорд. - Очень вам идет. Как и вашим друзьям Но я все-таки художник, и чтобы обмануть мои глаза, нужно что-то большее, чем краска и яркие наряды. Вы ведь не использовали амулеты иллюзий, чтобы защита дома не подняла тревогу?

- Айлин так же растерянно оглянулась на Кармеля

- Совершенно зерно, милорд. - поклонился тот - И спешу заверить, что мы не намерены причинить ни малейшего вреда этому дому и его обитателям. Вам хватит моего слова или я должен представиться?

- Предпочту оставить вас неузнанными, почтенные., джунгаро, - усмехнулся лорд Апарик и очень выразительно окинул взглядом сначала Кармеля. а потом - и Лучано. которого много раз принимал в гостях и уж точно ни с кем не мог перепутать. - Не хочу лгать, когда придется отвечать на неудобные вопросы лорда Грегора. - И снова взглянул на Айлин. - Милое дитя зачем вы пришли в этот дом? Я надеялся, что вы будете осторожны и не покажетесь здесь как можно дольше.

- Я хочу увидеть сына' - Айлин шагнула вперед и умоляюще посмотрела в ответ - Батюшка Аларик, я понимаю, что не могу его забрать! Аларик Раэн - наследник рода Бастельеро и должен жить в доме, который ему принадлежит Клянусь, я доверяю вам и знаю, что с вами он в безопасности' Но я хочу его увидеть... - Ее голос дрогнул, и Айлин попыталась сдержать слезы, подступившие к глазам, но не слишком преуспела. - Я хочу взять его на руки и попрощаться., до того момента, как смогу вернуться к нему по-настоящему, свободной женщиной, которой нечего бояться и стыдиться. Вы понимаете?

- Конечно, я ведь ждал вас. - просто ответил лорд Аларик - Идемте. Лорд Грегор усилил защиту покоев где живет мой внук со своей кормилицей Если туда войдет кто-то. кроме Бастельеро и пары доверенных слуг, защита поднимет тревогу и оповестит хозяина дома а это последнее, что нам нужно Поэтому я сам вынесу вам ребенка а потом верну его обратно.

- Спасибо, батюшка Аларик! Спасибо - вскрикнула Айлин. борясь с желанием броситься ему на шею. - А у вас... не будет неприятностей?..

- С лордом Грегором? - понимающе уточнил тот - Не думаю. Он пока еще не настолько сошел с ума. чтобы впрямую нарушить королевский указ. а его величество позволил вам видеться с сыном. И. замечу, никак не ограничил вас в количестве и составе спутников Если следовать букве закона, вы имеете право являться сюда хоть с джунгарским табором, хоть с дружиной вольфгардцев. хоть верхом на чинском драконе - говорят, в Чине они до сих пор существуют.

- Он лукаво улыбнулся и пошел к детскому крылу, а вспыхнувшая от счастья Айлин велела:

- Лу. найди Дженни' Пусть возьмет только самые дорогие для нее вещи, а одежду и все нужное я куплю. И... пусть заберет мои драгоценности, но не все, слышишь?! Только жемчуг, эмалевые шпильки и тот изумрудный гарнитур, который я надевала на маскарад. Остальное не трогайте^1 То. что дарили не мне. а леди Бастельеро. пусть в доме Бастельеро и остается^1

- Сделаю, ми синьорина! - пообещал Лучано и умчался, только яркая рубашка мелькнула б сумраке коридора.

- Вцепившись в руку Кармеля сведенными от волнения пальцами. Айлин потянула его следом за лордом Алариком

- А что. если бы отец лорда Грегора нам не помог? - спросила она - Ты же слышал, там защита... Или мы не попали бы в особняк?

- На этот случай я держал козырную карту в рукаве. - негромко ответил магистр. - У службы канцлера есть артефакты, предназначенные для ареста важных персон, в том числе сильных магов. Для этого, как ты понимаешь, необходимо подобраться к ним поближе, преодолев любую защиту и не подняв шума раньше времени. Но я рад, что не пришлось ими пользоваться, вызывая возмущение хозяина дома Лорд Аларик оказал нам большую услугу.

- Они успели пройти примерно полдороги до детской, когда встретили лорда Аларика, бережно несущего завернутого в одеяльце ребенка.

- Привилегия деда - в любой момент навещать внука, - улыбаясь, пояснил тот. - Когда лорда Грегора нет дома, я часто гуляю с малышом и кормилица мне доверяет. Хорошо, что окна детской выходят на другую сторону, и вторжения джунгаро Дороти даже не заметила Возьмите его. дитя мое. и посмотрите каким красавцем он растет'

- Замирая от восторга и непонятного страха Айлин посмотрела на ребенка. На малыше были голубые бархатные одежки и чепчик, присланные тетей Элоизой - наконец-то он до них дорос! Аларик Раэн счастливо заулыбался, потянул к Айлин руки... Она не видела его всего пару недель, а показалось, что он сильно вырос' Темный пушок на голове стал еще длиннее, круглая мордашка - щекастее, а синие глазенки - лукавее...

- Берите. - продолжал улыбаться лорд Аларик. - Не бойтесь, вы же его мать'

- Иногда я в этом сомневаюсь. - жалобно призналась Айлин. с испуганным благоговением принимая малыша и укладывая его на согнутую в локте руку. - Он такой.. такой...

- •Такой Бастельеро^1.» - хотела сказать она. но испугалась, что обидит лорда Аларика.

- У него будет ваша улыбка. - уверенно сказал Аларик-старший. - Кровь Трех Дюжин сохраняет родовые цвета волос, кожи и глаз, но поверьте художнику, это еще не все. Грегор даже в младенчестве был серьезным и любил сжимать руки в кулачки, а этот ребенок улыбается всему миру в точности как вы, и всегда готов обниматься и играть! Если его характер будет похож на ваш, я первый скажу, что лучшего наследства вы не могли ему подарить.

- Благодарю... - прошептала Айлин, завороженно глядя в личико малыша. - Благодарю вас... Аларик Раэн, мальчик мой... Ты ведь не вырастешь слишком сильно, пока я тебя оставлю? Не забудешь меня?

- Не беспокойся об этом, моя донна. - тихо сказал Кармель. - Обещаю, ты будешь держать его за руку, когда он сделает свои первые шаги. И первые его слова ты тоже услышишь.

- Айлин покачала ребенка на руках, а потом, псвинуясь мгновенному порыву, чуть развернула его. показывая Кармеля

- Смотри, малыш. - сказала она - Этому человеку ты обязан не меньше, чем своим родителям. Это он сохранил искру твоей жизни, когда сна едва не погасла внутри меня. И он готов был назвать тебя сыном...

- Агу-а-а... - серьезно сказал Аларик Раэн. а потом спять беззаботно заулыбался

- боюсь, это слишком сложные материи для столь юного существа. - усмехнулся Кармель. - Лучше расскажи, что я прислал подвесные игрушки - надеюсь, они ему нравятся?

- Агу-а-а-а! - радостно подтвердил Аларик Раэн, и Айлин словно ножом по сердцу полоснули.

- Когда она жила в одном доме с сыном, зная, что малыш совсем рядом, ей не так уж сильно хотелось брать его на руки, смотреть в глаза слушать его голос... Она знала, что всегда может это сделать - а любой момент, как только захочется^1 А сейчас, лишившись этой возможности которую ценила столь мало и которая оказалась такой необходимой...      \

- Я буду очень по нему скучать. - призналась она. бережно отдавая Аларика Раэна его деду. - Уже скучаю! Но сейчас ему и правда лучше жить здесь И... мне пора. Простите...

- Не беспокойтесь о нем. - кивнул лорд Аларик. - Наследник рода бастельеро - огромная ценность, и ваш супруг отлично это понимает Эн видит в этом ребенке продолжение всех поколений нашей семьи, включая себя и лорда Стефана А малышу пока нужны только молоко и забота, и мы с Дороти его этим обеспечим... Милое дитя, я буду рад получать от вас весточку хотя бы время от времени Понимаю, что часто вы вряд ли сможете писать, но...

- Я очень хочу^1 - заверила Айлин. - Только боюсь доставить вам неприятности и раньше срока раскрыть свое убежище'

- Знаете, я часто бываю у лорда и леди Вальдеронов. - сказал лорд Аларик. - Мы с Себастьяном очень дружны' И если кто-то из знакомых пришлет письмо на мое имя. но в особняк Вальдеронов. мне его немедленно передадут, кек только я там появлюсь. Разумеется и наоборот, лорд Себастьян не сочтет за труд отправить мое письмо по любому адресу, никого не ставя об этом в известность. А то и просто отдать его своему сыну.

- батюшка Аларик, можно я вас поцелую?

- Айлин порывисто шагнула к свёкру, и тот нагнулся, чтобы ей было удобнее. Она коснулась губами теплой щеки, испытав точно такое же чувство, как в детстве когда целовала отца.

- Моя донна, нам пора, - тихо сказал Кармель, и Айлин с сожалением отступила назад.

- Да хранят sac все Благие, дитя мое - вздохнул лорд Аларик - И вас тоже, друг мой. - глянул он на Кармеля. - А вы, прошу, храните ее'

- До последнего вздоха. - так же тихо ответил Кармель, и Айлин все-таки позорно всхлипнула, а потом вытерла глаза рукавом нарядной рубашки.

- Ничего, Амина ее простит, наверное?

- Пойдем, - пробормотала она снова вцепляясь в руку Кармеля. - Иначе я разревусь, как., как первокурсница^1 А эта краска вряд ли стойкая, и я... я буду похожа на енота! То есть на енотиху...

- Уверен, ты будешь самой прекрасной енотихой з мире. - серьезно заверил ее Кармель. и Айлин улыбнулась сквозь слезы - Но я все равно не позволю Перлюрену отбить тебя у меня!

- Айлин хихикнула сначала неуверенно, потом, вспомнив толстого и щекастого проныру- енота, рассмеялась и пояснила:

- О, можешь не беспокоиться! Разве могу я изменить не только тебе, но и Дону Леону? Перлюрен прекрасен, однако он ради меня мурлыкать не учился^1 И птичек мне не носил^1

- Это потому, что мы, арлезийцы, самый галантный народ! - уверенно сообщил магистр. - И неважно, с хвостом или без-'

- Подхватив Айлин под руку, он провел ее до лестницы, где уже ждала целая компания Лучано с плоской шкатулкой, Дженни в праздничном синем платье и почему-то держащая на руках здоровенного черного кота. и... полузнакомый Айлин джунгаро, которого она вроде бы видела в таборе. Завидев ее, троица обрадовалась и заговорила разом:

- Ми синьорина я все сделал!

- Ай. красивая, скажи своей подружке что джунгаро девок без приданого берут^1

- Миледи Айлин. как хорошо, что вы нашлись! А я замуж выхожу'

- * * *

- Найти в огромном палаццо одну-единственную девицу, притом наверняка спрятавшуюся от джунгарского нашествия, пожалуй, труднее, чем пресловутую иголку в стогу сена. Ту как раз отыскать проще простого, всего-то и нужно, что спалить этот барготоа стог, а потом просеять пепел или поводить над ним магнитом. Детская загадка, в общем, из тех, что любят Шипы в учебных казармах! А вот синьорина Дженни...

- И все-таки Лучано чутьем, которое никогда его не подводило, ощущал, что сегодня их компанию словно сам Странник расцеловал, поэтому все получится возремя и без заминки. Поиски горничной он решил начать со спальни Айлин - если девицы там нет. хотя бы драгоценности соберет Изящный жемчужный гарнитур он помнил прекрасно, как и эмалевые шпильки, на которые сам заглядывался Вспомнилось, что Айлин обещала одолжить ему их на свадьбу - и губы сами собой потянулись в улыбке...

- Но ни это светлое воспоминание, ни азарт, хмельным зельем кипящий в крови и несущий его вперед все-таки не помешали услышать шаги за спиной

- Свернув за очередной угол, он прижался к стене, готовый вынуть и нож из рукаЕа. и сонную шпильку из волос, но вместо этого удивленно поднял брови - следом за ним не особо скрываясь и все-таки ступая легко и почти бесшумно шел джунгаро Молодой красазчик в алой рубахе и просторных штанах свернул за тот же угол, наткнулся на Лучано взглядом, нахмурился, а потом расплылся в улыбке.

- Слышал, ты за девкой идешь, - заявил он, учтиво показывая пустые ладони. - Так я подумал, может, помочь надо? На карауле постоять или собрать что-нибудь...

- А то ведь мне одному никак не справиться^1 - подхватил Лучано и усмехнулся.

- Пару мгновений они мерились понимающими взглядами, потом джунгаро, продолжая улыбаться, пожал плечами:

- Странником клянусь, плохого не замыслил Кобылу там и без меня сведут что я, арлезиек не видал^7 Да и в конюшне толкаться - последнее дело, если руку на здешних лошадок нельзя наложить. А баро велел руки при себе держать, ни ложки медной, ни платка не прихватить. Да мы и сами со всем пониманием, что в гости пришли, не за добычей. Но девку-то посмотреть охота! Сам говорил, что красивая^1

- Ну. пошли, - хмыкнул Лучано, отходя от стены. - Только вперед не лезь, меня она знает, а тебя испугаться может

- Непрошеный спутник кивнул и последовал за ним в некотором отдалении, вертя головой, разглядывая мрачную роскошь палаццо и время от времени цокая языком.

- Нравится? - поинтересовался Лучано. когда они свернули к спальне синьорины.

- Богато. - отозвался джунгаро и. подумав, добавил: - Вынести много чего можно, а жить здесь - упаси Странник. Ни солнца, ни ветра, один камень кругом. Все равно что живым в могилу лечь.

- И я не стал бы, — согласился Лучано. не забывая поглядывать по сторонам. — Но хозяину нравится.

- Так он же по мертвецам мастер. - резонно заметил джунгаро - Ясное дело, что ему тут как рыбе в реке хорошо.

- Усмехнувшись. Лучано толкнул дверь спальни и понял, что Странник и вправду не оставляет их сегодня своей милостью. Синьорина Дженни оказалась в комнате. Больше того, она деловито укладывала какие-то вещи с туалетного столика в плоскую шкатулку, а прямо на застеленной кровати лежал небольшой узелок.

- Ой милорд' - увидев его, обрадовалась девчонка - А я все жду-жду' А никто не идет^1 Вас миледи послала, да?

- Именно она. - заверил Лучано и удивился - Милая Дженни, а почему ты решила, что нужно ждать именно здесь-7 И... почему сегодня?

- Так я карты раскинула! - Девчонка захлопала глазами, и Лучано понял, что одета она не в простую и невзрачную форму местной прислуги, а словно небогатая горожанка, принарядившаяся по особому случаю. Лиф синего платья посажен по фигуре и отделан кокетливой оборкой, подол юбки обшит лентой. Да и волосы Дженни не стянула в глухой узел, а заплела в красивую толстую косу, перевязав ее бисерной нитью. - У меня колода честная от маменьки осталась^1 Как миледи пропала, я каждый день гадала, но карты see отмалчивались Маменька говорила, так бывает, когда судьба никак не может решить, на какую дорогу повернуть. Ну вот. а недавно их достала, и колода будто в руках поет, рассказывать торопится, карты сами из нее падают и 8 расклад ложатся. Вот они мне и сказали что чуть-чуть подождать осталось! Что сегодня я и миледи увижу, и судьбу свою встречу, на пороге она стоит, войти не решается.

- Гадалка?! — восхищенно выдохнул джунгаро. в этот самый момент появившийся в дверях спальни. - Эй, красавица, иди к нам в табор! За руку тебя возьму, вокруг огня обведу, перед матерью и отцом женой назову. Ты гадать умеешь, у меня дюжина коней и своя повозка Хорошо жить будем^1

- Полегче, синьор! - возмутился Лучано, делая шаг и вставая между ним и девчонкой на которую джунгаро смотрел, будто голодный кот на колбасу - Дженни, милая, хозяйка тебе велела собрать ее драгоценности. И твои вещи прихватить надо, сюда ты уже не вернешься.

- Я знаю. - удивительно спокойно и серьезно кивнула девчонка, протянув ему шкатулку. - Шпильки, жемчуг, изумруды - все верно? И еще кое-что. оно ей потом понадобится... А вещи я собрала, только Тибо нужно взять. Тибо. милый, кис-кис-кис!

- Послышалось негромкое мяуканье, и из-под кровати вылез здоровенный кот. пожалуй, не меньше Аконита и такой же холеный, только не серый, а угольно-черный.

- Это Тибо. - заявила девчонка. - Он мое наследство и приданое! Меня матушка им благословила.

- Красавица, зачем тебе приданое? - воскликнул джунгаро. ловким маневром обходя Лучано. - Сама говоришь, карты тебе судьбу предсказали сегодня встретить! Так это я твоя судьба и есть! Я тебя и без наследства, и без приданого возьму!

- Кот опять мяукнул, и они с Дженни посмотрели на джунгаро с одинаковым, сомнением.

- Тибо - матушкиной кошки сын. - так же твердо сказала девчонка. - А кошка эта вслед за матушкой в Сады ушла. Я его здесь не оставлю! А если кому-то мой Тибо не по нраву, значит, это не моя судьба Наша-то судьба нас разлучать не станет правда. Тибо?

- Кот с громким мурчанием потерся о ее ногу и победно оглядел джунгаро, который под этим взглядом явно смутился.

- Дженни, тебя хозяйка ждет. - напомнил Лучано. чувствуя себя зрителем, случайно попавшим на сцену балагана. - И замуж тебе торопиться вроде бы незачем. Уж точно не за парня, которого ты зпервые в жизни видишь, м? А Тибо мы. конечно, здесь не оставим! Бери его и пойдем. Вещи твои я возьму...

- Я донесу! - Джунгаро схватил узелок девчонки и продолжил уговаривать ее горячим шепотом, ревниво косясь на Лучано: - Подумай хорошо, красавица! Неужели хочешь прислугой всю жизнь прожить? У нас-то жизнь вольная мы сами себе хозяева' И коту твоему рады будем, если тебе без него никак. Я же не знал, что он тебе от матушки достался! А если материнское благословение оставить, меня моя собственная меть... ух!

- Он очень впечатляюще содрогнулся

- Дженни подхватила Тибо на руки, тот привычно устроился на ее груди положив лапы на плечо и всем видом выказав полную готовность отправиться куда угодно.

- Дженни... — начал было Лучано, совершенно не представляя, что тут можно сказать.

- Отпустить девчонку в табор?! Вряд ли она себе представляет, что за жизнь у джунгаро! С другой стороны... Матушка, которая оставила дочери в наследство честную колоду и благословила эту самую дочь котом, вряд ли была так уж проста В Итлки женщин, несущих в крови дар от прежних богов называют бруяами и уважают, несмотря на почитание Семи Благих. Почему бь им не быть и в Дореенанте-7 А если Дженни - потомственная бруха. неудивительно, что карты говорят с ней, предсказывая будущее. Вряд ли стоит указывать гадалке, как ей жить. Ему. Лучано. знакомства с госпожой Минри вполне хватило!

- Да вы не бойтесь, милорд. - все тем же спокойным и милым голоском заверила его Дженни шагая рядом с котом на руках - Все у меня будет хорошо^1 С миледи я повидаться зсем сердцем хочу, только моя судьба не рядом с ней она меня прочь ведет Я уж и так. и этак свою колоду спрашивала все одно - костры вижу, дорогу да лошадиные следь Много следов! 1-1 дорога дальняя-предальняя! В жаркие края... Туда, где соленая вода без края^1 А з ней мои дети купаются, и волосики с глазами у них черные, только у дочки глаза голубые, мои.

- Она говорила с такой уверенностью, что Лучано сам на миг увидел теплое пронизанное солнцем море, а в нем - плещущихся на отмели ребятишек. Трех или четырех черноволосых мальчишек - руки-ноги так мелькают, взбивая воду, что не понять, сколько там бултыхается детей. И серьезную девчушку с толстыми черными косичками и пронзительно голубыми глазами на смуглой мордашке - ох. мужская погибель вырастет'

- А если не он - твоя судьба? — негромко уточнил Лучано. покосившись на джунгаро. который шел рядом, навострив уши.

- А сердце с головой у меня на что? - удивилась в ответ Дженни. - Мне матушка всегда говорила: «Глаза видят, уши слышат - сердцу и голове рассказывают А сердце с головой совет держит Послушаешь одно сердце без головы, совершишь глупость и счастья лишишься. А послушаешь голову сердцу вопреки, может, и по уму поступишь, да все одно счастья не будет. Вот если сердце с головой станет заодно, тогда чего они потребуют это и хватай, не ошибешься!»

- Ай. какая мудрая женщина' - восхищенно отозвался джунгаро. — Пусть ей тепло в Садах будет^1 - п тут же вкрадчиво поинтересовался: - и что теое сердце с головой гозорят. красавица?

- Дженни покосилась на него и молча улыбнугась. Да уж. такая, пожалуй, и в таборе не пропадет.

- Айлин с Дунканом ожидали их на лестнице, и ггаза у синьорины были заплаканные. Лучано только вздо<нул, мечтая, как славно было бы оставить Бастельеро небольшой подарок. Например, заменить свечи в спальне или в кабинете... Назерняка прислуга там убирает днем, когда хозяина нет дома, так что никому лишнему на достанется Да что там свечи, можно ведь напроситься в гости или попросту позвать грандсиньора некроманта во дворец - предлог всегда найдется! А там уж... Да. он по-прежнему помнил, что убивать Бастельеро нельзя^1 Но если просто нездоровье... долгое и неприятнее...

- «А потом к нему вызовут целителя, и тот - чем Баргот не шутит? - найдет в организме сясды ядо мрачно подумал Лучано Угадай, i-то псроым угодит под подозрение? И даже если получится подобрать по-настоящему скрытую отраву... Ты собираешься врать Аластору. если он спросит? А он ведь спросит обязателвно!*

- Дженни? - встревожилась Айлин. - Ты... чте?!

- Может быть, поговорим об этом позже, моя донна? - мягко попросил разумник. - Не стоит задерживаться больше необходимого

- Да. конечно! - встрепенулась Айлин и одарила Лучано благодарным взглядом. - Идемте! Ой. Дженни, это твой кот?! Почему ты никогда не говорила, что у тебя ест_0 кот^7 Он такой милый! Ты хочешь забрать его с собой?

- Тибо здесь не нравится, - подтвердила Дженни пристраиваясь рядом с Айлин. так что та смогла без помех рассматривать кота и даже ухитрилась на ходу его погладить. - Мне разрешили пэивезти его с собой из поместья, потому что Тибо отлично ловит мышей и крыс. Но здесь котам нельзя заходить в дом а господской прислуге нечего делать на кухне, поэтому я только ночэЮ могла его погладить... Миледи, а вы дадите мне позволение уйти с табором? Я ведь из поместья лорда Бастельеро. меня разыскивать будут...

- Подожди' - растерялась Айлин. - Так насчет свадьбы - ты это всерьез?! И зачем тебе позволение?!

- Если я верно понял, эта девица приписана к землям лорда Бастельеро, - негзомко сказал магистр. - Если она попросту сбежит, ее и вправду могут объявить в розыск. Но вы как супруга лорда можете дать своей горничной освобождение от службы и позволение не возвращаться в поместье, а устроить жизнь как-то иначе. В том числе и уйти с табором.

- Да. конечно.. - начала Айлин. и тут джунгаро. который нес узелок Дженни, распахнул входную дверь, и какофония звуков, особенно оглушительных после безмолвия особняка, обрушилась на них заглушив слова синьорины.

- подхватив Айлин под руку, разумник увлек ее за собой. Лучано хотел позаоотиться о Дженни но джунгаро успел раньше и бойкая девица охотно приняла его руку, радостно разглядывая кипящий круговорот людей и лошадей Только Тибо с ее плеча взирал на все с полнейшей невозм/тимостью.

- Лу! - Альс вдруг оказался рядом. Луну он держал в поводу, арлезийка нервно похрапывала и косилась на людей вокруг, но вырваться или укусить кого-то не пыталась - Что вы так долго? Были какие-то сложности?

- О. никаких^1 - заверил его Лучано. - Пока ты выводил кобылу, я украл девицу и кота' И почти выдал эту девицу замуж!

- Замуж?! За кого?! И зачем тебе кот?! Енота мало?!

- Да не себе! - возмутился Лучано. - Кот пойдет девице в приданое. И вообще, это не простой кот, а целое материнское благословение... Да не смотри ты так. я в своем уме. Потом расскажу А сейчас пора убираться отсюда, пока слуги не опомнились О. а вот и старший грандсиньор. благослови его Семеро!

- Он указал взглядом на балкончик второго этажа, немного выступающий над двором. Там стоял благородный синьор Аларик. держа Деми и почесьвая ее за ушком. Собачонка пыталась вывернуться кверху пузом прямо у не~о на руках, а пожилой синьор разглядывал творящееся внизу непотребство с благожелательным интересом.

- Вот он встретился взглядом с Лучано. глянул на Аластора кивнул и улыбнулся им, а потом принялся рассматривать трех джунгарских девиц, которые лихо отплясывали возле помоста с дедушкой, крутя юбками и задирая их выше колен. На лице дедушки застыло брезгливо- недовольное выражение, что. по мнению Лучано было ужасной неблагодарностью! Человек, которого так провожают в Сады, просто не имеет права быть недовольным! И неважно, что он уже умер, мог бы заранее постараться и не портить людям праздник такой кислой физиономией

- И тут... Лучано встрепенулся. Его тренированный сл>гх в человеческом гвалте, лошадином ржании и яростных скрипичных руладах уловил дол_ий заунывный вой дудки, который прорезал остальные звуки, будто горячий нож - масло. Услышали его и джунгаро. Человеческий вихрь, мечущийся по двору, вдруг сменил направление и стремительно потек за ворота...

- Ходу^1 - усмехнулся Лучано. и Аластор кивнул

- Он потянул Луну за повод, арлезийка послушно зацокала копытами, а Лучано. уже дойдя до ворот, оглянулся

- Грандсиньор Аларик снова кивнул ему с балкона и удалился, унося Деми - та все же перевернулась на спину и теперь радостно болтала з воздухе пушистыми лапками. В опустевшем дворе остался только снятый с телеги деревянный щит с телом будущего стригоя. украшенный цветами и лентами. Да еще тот особый дух. что витает в воздухе то ли после гулянья, то ли после драки - запах разгоряченных тел. азарта и лихости Лучано поспешно выскользнул за ворота и увидел, что табор с удивительной сноровкой и быстротой покидает улицу.

- Вскочив в седло Донны, он догнал Аластора и вместе с ним подъехал к телеге, где Айлин едва не прыгала, восторженно глядя на Луну. Та ржала и тянулась мордой к хозяйке, а джунгарские женщины смотрели на это умиленно.

- Луна, миленькая, да если бы не юбка, я бы поехала на тебе! - жалобно вздохнула синьорина, почесывая кобылу за ухом, словно кошку.

- Ну и поезжай кто тебе не дает^1 - удивилась госпожа Даримхан. - Ты ж по-нашему одета, а кого джунгаркой верхом удивишь? Застоялась лошадка, соскучилась.. Ай. какая красивая девочка^1

- Просияв. Айлин выпрыгнула из телеги Аластор дернулся было соскочить, чтобы подсадить ее, не синьорина, подхватив юбки одной рукой, другой ухватилась за луку седла и взлетела в него, едва коснувшись носком стремени Лучано восхищенным взглядом проводил мелькнувшие стройные ножки без чулок, но широкие джунгарские юбки тут же накрыли лошадиные бока ниже стремян, скрыв прелестный вид

- Чуть поерзав. Айлин села в седле как влитая, счастливо улыбаясь и гордо взирая на всех вокруг Широкий пояс-кушак обхватил ее тонкую талию - словно никогда и не носила ребенка! - джунгарская рубашка подчеркнула высокую по-девичьи упругую грудь... Непривычные черные золосы разметались по плечам, а зеленые глаза сверкали со смуглого лица так. что у Лучано дыхание перехватило!

- Джунгарки, глядя на нее, одобрительно кивали, а Даримхан пробормотала:

- Ай. лихая дезка. Вроде и не нашего племени, а как будто мать ее под телегой зачала, в шатре родила Зольная кровь, горячая. Кого полюбит, тому ни днем, ни ночью покоя не будет!

- «Это уж точно. - с насмешливой теплой нежностью подумал Лучано. - И не только ему, но и всем вокруг, что друзьям, что врагам А то и до богов доберется'»

- Луна, обрадовавшись воссоединению с любимой хозяйкой, затанцевала под седлом, потом пошла легкой изящной рысью и огромный черный жеребец магистра тут же пристроился рядом, раздувая ноздри и ревниво косясь на других коней, рискнувших подобраться слишком близко. Его всадник, возвышавшийся над большинством джунгаро. наклонился к Айлин. что-то сказал, и ее щеки даже под краской вспыхнули румянцем, а зеленые глаза посмотрели лукаво и дразняще...

- У Лучано привычно потянуло внутри мучительной и сладкой безнадежностью. Так же привычно он напомнил себе, что это не его женщина и никогда не будет ею. Но., ведь смотреть на нее и радоваться ее счастью ему никто не запрещает?!

- А потом он покосился на Альса, который придержал Огонька пропуская арлезийца.. и чутье тревожно кольнуло. Аластор смотрел на Айлин задумчиво и мягко, вроде бы совсем как обычно... И все-таки было в этом взгляде что-то такое.. Если бы Лучано меньше знал Альса и хуже его чувствовал, он бы даже не заметил^1 Но... откуда это сожаление?' И о чем оно?..

- Глава 21. Джунгарские костры

- Сегодня Грегор возвращался домой на удивление в хорошем настроении. Подготовка к поездке в Карлоныга шла полным ходом и должна была зот-вот завершиться. Сам Грегор считал, что можно ехать хоть завтра, но Майсенеш заверил что встречающей стороне тоже нужно время, и Грегор, подумаз, с ним согласился Все-таки впервые Архимаг Ордена посещает Карлонию по столь важному поводу, и естественно, что местное отделение желает предстать в наилучшем свете. Правду сказать, младшая восточная ветвь никогда не получала в Ордене должного внимания, все ограничивалось взиманием налогов с магоз. работающих в Карлонии. Влахии и княжествах Большое упущение! Восточное крыло Ордена может стать огромной силой, только и ждущей, чтобы ее направили в должное русло!

- Он еще раз геребрал в памяти все. что успел подготовить для начала работы с карлонцами. Краткие выписки из Устава и хроник Ордена, перечень учебных пособий с которых спешно снимают копии для карлонских мэтров, подарки основателям Академии... Для князя Ставора лично Грегор приготовил редкий трактат из фамильной библиотеки, которого в Карлонии - он был уверен! - просто не может отыскаться Его и в Дорвенанте-то не сыщешь Интересно, какую направленность имеет сила этого некроманта? Кладбищенское мастерство, призраки, проклятия? Вряд ли он ритуалист. все-таки это сложнейшая наука, основанная на теоретических разработках многих поколений некромантов Ордена, а Ставор - Грегор тщательно это проверил - в Академии никогда не обучался. Скорее всего, работает на чистой силе, которой Госпожа щедро наделяет своих Избранных...

- Некстати вспомнилось, как милость Госпожи, на которую он неизменно полагался, иссякла во время дуэли с молодым Зддерли, и Грегор поморщился Женщины непостоянны, даже богини' Что ж. не ему упрекать Госпожу, она и так была к нему благосклонна многие годы. Если у нее новый фаворит, придется это учитывать и при следующей стычке с Саймоном отнестись к противнику с полной серьезностью. А в том. что эта стычка рано или поздно состоится, он почему-то не сомнезался. Саймон сам подтвердил, что с величайшим вниманием относился к его урокам и взял из них все, что смог, а Грегор... Он учил Воронов побеждать - всегда, любой ценой, не щадя ни себя, ни соперника. Этот урок Эддерли тоже вряд ли забыл.

- Постаравшись отогнать неприятные мысли, он снова сосредоточился на карлонских делах. Остальным основателям подарки подбирали секретари, и отдельные дарь предназначались боярину Вой-це-хо-вичу. который любезно предложил принять гостей из Дорвенанта в своем столичном особняке. Благие Семеро ну что у них все-таки за родовые имена' Самое сложное заклятие - и то легче выговорить

- Майсенеш, которого Грегор придирчиво расспросил о расстановке сил у соседей, заверил, что хотя Зойцехович из малого дворянства и не равен Трем Дюжинам, при карлонском дворе все же пользуется огромным влиянием Боярин богат, его семья много поколений служит королям Карлонии и обладает безупречной репутацией, а сам Войцехович - близкий друг князя Ставора. который принадлежит к младшей ветви королей Влахии. Следовательно Ставоры - что-то вроде влашских Аранвенов. Остальные основатели карлонской академии не столь родовиты и значимы, возглавляют их именно Ставор с Войцеховичем и по праву происхождения, и по личной силе, что Грегор посчитал совершенно естественным обстоятельством.

- В общем, оставалась всего пара-тройка дней до момента, когда посольство Дорвенанта должно было порталом отправиться в столицу Карлонии. и Грегор поймал себя на том, что предвкушает это с нетерпением и даже удовольствием. Наконец-то дело, действительно достойное Архимага, не бесконечные счета и хозяйственные хлопоты^1 Да и коллег-магистров. Баргот их побери, там точно не будет!

- Он подъехал к воротам особняка и, не спешиваясь, постучал дверным кольцом по засову. Но привратник, против обыкновения, не спешил открывать, и Грегор нахмурился - пока еще не раздраженно, а удивленно и слегка раздосадовано. Что там. заснули, что ли?

- Он постучал еще раз. а потом снова и снова. За воротами была полная тишина, во дзоре будто притаились, ожидая непонятно чего. Хмыкнув Грегор слепил из чистой силы круглый комок и запустил его поверх ворот, как дети кидаются снежками Перелетев на другую сторону, комок рассыпался ярко-фиолетовыми искрами, а Грегор. усилив голос заклятием поинтересовался

- И долго мне еще ждать?

- Милорд! - перепугано охнули на той стороне, и ворота почти сразу распахнулись.

- Грегор въехал во двор особняка и осмотрелся уже в подлинном недоумении. Вместо одного привратника его встречали сразу несколько человек - дворецкий, три лакея и вроде бы конюх? При этом они были вооружены! Дворецкий держал топор, а лакеи и конюх сжимали тяжелые кухонные еертелы и вилы. Вилы! Они тут что. с ума все сошли?!

- Зрелище было таким невероятным, что Грегор снова не разгневался, лишь моргнул, пытаясь понять, не обманывает ли его зрение И тут заметил еще один элемент обстановки - деревянный щит. заваленный цветами и яркими лоскутами, лежащий прямо посреди двора. А на щите._ Покойник''! Да еще такой странный-"

- Грегор посмотрел магическим ззором — покойник был совсем свежий, пары дней не прошло. Душа ушла из тела, но некроэманации обволакивали его плотным слоем, закручиваясь подозрительно знакомым образом Прежде чем Грегор вспомнил о чем говорит подобный рисунок энергии, дворецкий робко подал голос:

- Простите, милорд' Это... джунгаро оставили...

- Джунгаро? — повернулся к нему Грегор и, наконец, спешился, бросил повод, и подбежавший конюх схватил его. а потом умчался в сторону конюшни вместе с лошадью и зилами. - Потрудитесь объясниться.

- Под его взглядом дворецкий побледнел и сглотнул, а потом, набрав воздуха, заговорил:

- Не извольте гневаться, милорд! Явился джунгарский табор и притащил... вот это. - Он покосился на тело и обреченно продолжил: - Сказали, что ваша светлость будут довольны Покойник... редкостный...

- Допустим, - ледяным голосом согласился Грегор, пытаясь понять, как это случилось, что джунгарский табор смог прейти во двор особняка Бастельеро - его особняка* - А что с воротами? Они их выломали?

- Никак нет. милорд! - выдохнул дворецкий. - Открыли как-то... Привратник и не понял ничего. Он.. К нему лекаря позвать пришлось. Плачет клянется, что не виноват. Что сначала за воротами темнота была, а потом что-то случилось - и джунгаро как позаняли^1 Лекарь говорит, что у него потрясение... - И шепотом закончил - Нервическое ..

- В то. что привратник, пустивший джунгарский табор, сейчас вапяется с нервным потрясением. Грегор поверил сразу И покойник... Было в нем что-то безусловно любопытное.. Но джунгаро у него дома?!

- Что еще сделали эти негодяи? - тем же ледяным тоном спросил Гре-ор. - Полагаю, что- то украли?

- И с удовлетворением от собственной проницательности увидел, как дворецкий, уже ставший молочно-прозрачным от бледности, обреченно кивает:

- Так точно, милорд. Свели арлезийскую кобылу миледи. А еще с ними ушла горничная и унесла кухонного кота.

- Великолепно... - очень тихо сказал Грегор. и лакеи попятились оставив дворецкого одного перед ликом господского гнева. - Что за горничная?

- Тильда, милорд' - с истовым старанием доложил болван-дворецкий

- Грегор едва не застонал. Впервые удобная традиция звать прислугу одинаково показалась ему какой-то... издевательски опрометчивой. Вот так захочешь узнать, что у тебя украли... Впрочем, какая разница?! Горничная есть горничная Если сама сбежала с джунгаро. значит, дура и непотребная девка^1

- Из поместья недавно привезена. - продолжал дворецкий. - Пятнадцати лет, раньше звали Дженни. - И добавил, понизив голос и тоже делая маленький, незаметный такой шажок назад: - Сначала на кухне служила, а потом у миледи личной горничной... Пока ее светлость., пропасть... не изволили..

- Грегор прикрыл глаза — нелишняя предосторожность в его состоянии. Кидаться проклятиями в собственную прислугу - совершенно недопустимый дурно? тон. Не потому, что лорд не имеет на это право, а потому что следует владеть собой, а владеющий собой человек наказывает провинившихся слуг иначе. Сообразно их и своему положению

- Горничная ее светлости, значит. И ее же арлезийская кобыла. Этой самой миледи, которая изволила пропасть. Дворецкий, конечно, просто старался быть почтительным, но ведь лучше и не скажешь - именно, что изволила^1

- А теперь случилось продолжение этого чудовищного непотребства':

- не открывая глаз, он попытался мыслить хладнокровно не позволяя рассудку сорваться в бездну слепящего гнева.

- Джунгаро. разумеется, могли украсть кобылу, будь она хоть сто раз арлезийка Слухи, что арлезийцы якобы выбирают себе одного хозяина Грегор всегда считал... мягко говоря, преувеличенными. Лошадь есть лошадь хот» и благородное но все же только животное, и приписывать ей верность, на какую не способны иные люди, попросту... глупо^1 Разумеется, джунгаро с удовольствием свели бы дорогую красивую лошадь, но вот то. что исчезла только арлезийка, а прекрасные чистокровные итлийки остались на месте, явно говорило о присутствии Айлин! Не говоря уже о пропаже этой наглой девки, ее горничной!

- Но что Айлин делать в таборе?1 Проклятье ведь Грегор был уверен, что она скрывается у Аранвенов! Однако представить Дарру Аранвена посреди джунгарского табора даже более немыслимо, чем... Чем лошадь в кресле Великого Магистра^1

- Но если Айлин действительно среди джунгаро... Грегор попытался представить хотя бы это - и вполне преуспел. Правда, он никогда не видел ни одного табора, потому вообразил его чем-то вроде двора Академии в первый день вакаций - шумный, запруженный экипажами и зерховыми лошадьми, тесный от толпящихся пестро одетых адептов... то есть джунгаро. Да. в такой обстановке Айлин была бы вполне на своем месте! Куда больше, чем в его доме, слишком для нее приличном^1

- И все же от одной мысли, что жена могла сбежать от него даже не в дом Аранвенов - хотя бы пристойный дом Трех Дюжин! - а в джунгарский табор, под закрытыми веками вспыхнули багровые круги. Это... даже не насмешка, это попросту плевок в лицо!

- Он открыл глаза и велел дворецкому:

- - Позовите лорда Аларика

- А сам подошел к щиту, оставленному бродячим отребьем. Редкостный покойник, значит?! Надо же. какая услужливость! Привезли прямо домой!

- Гнев все-таки прорвал плотину благоразумия, но Грегор направил его в нужное русло, откровенно наслаждаясь приливом сил, который захлестнул его. смывая усталость. Так, посмотрим, что у нас... Ого! А ведь и правда редкость! Неужели это Айлин подсказала джунгаро. как избавиться от мертвеца, что вскоре восстанет хищной тварью? Она же в браслетах . «Но призраков видит. - возразил сам себе Грегор. - Почему бы ей не разглядеть и кокон стригоя?» Что ж восхитительная неосторожность - притащить ему свидетеля, хоть и мертвого Могла бы сообразить, что для него это не помеха.

- Он зачерпнул силы, сформировал заклятие... Магия подчинялась так охотно, что Грегор пожалел только об одном - прямо в этот момент ему даже на дуэль вызвать некого! Жаль, что джунгаро убрались так поспешно. Ну ничего, сейчас он отыщет след и...

- Из какого ты табора?! - рявкнул он, вливая силу и так грубо дергая остаточные некротические нити, что покойник не только открыл глаза, но и сел

- Это, конечно, была не призванная душа, а матрица личности, но свежая безупречно отчетливая и обладающая всей прижизненной памятью.

- Да какой это табор! — возмущенно проскрипел покойник в ответ. - Вот в мое время табор был так табор, а это^1 Тьфу! Старших не уважают' Вожак бабу слушает, по правую руку сажает' Пели, без души, плясали без почтительности, одели.. - Покойник оттянул пальцами ворот красной, пестро расшитой рубашки брезгливо ее осмотрел и решительно закончил: - Кое-как одели и даже шубой не накрыли' Пропали старые порядки'

- «Надо же. какой ревнитель традиций!» - подумал Грегор с невольным уважением, пробившимся через гнев, и принялся задавать вопросы, пытаясь добиться хоть чего-то осмысленного.

- Тщетно.

- Покойный старик был явно не против помочь некроманту - особенно при условии что тот накажет его соплеменников, забывших обычаи предков. А уж это Грегор сделал бы с превеликим удовольствием' Вот только джунгаро не смог ни сказать, как называется табор, ни хотя бы назвать имя вожака или той самой женщины, которую вожак сажал по правую руку.

- Вернее имен-то он назвал добрый десяток, вот только Грегор сильно сомневался, что хоть одного человека, пусть даже джунгаро, могут звать Сметаной Вран-ком или Звездочкой

- Да кони это^1 Буду я еще всяких наглецов по именам запоминать! Вот кони — они другое дело' - даже рассердился на такую недогадливость покойник, а на вопрос, где. по крайней мере, может быть его табор, искренне удивился: - Да откуда ж мне знать? Сегодня - здесь, завтра - там, послезавтра - в чистой степи...

- На несколько мгновений Грегор заподозрил что его изощренно обманывают хотя прекрасно понимал, что матрица личности на это не способна Однако задав еще дюжину вопросов и получив блистательно бессмысленные ответы, вынужден был признать поражение. Покойный джунгаро искренне терпеть не мог своих родственников и намеревался, стае стригоем, начать бытие кровососа с охоты на соплеменников, но не мог дать ни одного стоящего намека, где их искать.

- Потеряв терпение. Грегор спросил, как сам покойник собирается найти сбои будущие жертвы? На что тот с таким же искренним удивлением сообщил, что никакой разницы между родственниками и чужаками не видит. Будет пить кров» из всех, кто попадется, так что рано или поздно наткнется на своих. И мечтательно облизнулся!

- Посмотрев на будущего стригоя и передернувшись от брезгливого отвращения Грегор уже хо~ел накрыть тварь Прахом веков, но передумал. Бросил вместо этого магические узы, стянув ими покойника с абсолютной надежностью, и велел ожидающему на приличном расстоянии лакею:

- В погреб его, на дальний ледник. А завтра выдать людям из Академии

- Все-таки растворять превосходный образец нежити, пригодный для множества лабораторных исследований, слишком расточительно! На миг — не дольше! - Грегор пожалел, что не может показать его Воронам и вместе с ними... Проклятье вот об этом точно думать не следует'

- Он отвернулся от рухнувшего обратно на щит тела и. встретился взглядами с подошедшим отцом.

- Лорд Аларик. вам что-нибудь известно о том. что здесь произошло? - поинтересовался Грегор с ледяной учтивостью.

- В самых общих чертах, - так же холодно ответил тот. - Насколько я могу судить, джунгаро воздали должное вашему профессиональному мастерству. Правда, обратились к нему не совсем обычным путем, но их можно понять - зряд ли у людей из табора была возможность попасть на прием к Архимагу Ордена

- А вместо гонорара за услуги свели породистую лошадь и девицу из прислуги? - с издевкой уточнил Грегор. - Очень по-джунгарски!

- О. не приписывайте этим людям подобной неблагодарности. - отозвался лорд .Аларик. - Если вы опросите прислугу, то узнаете, что джунгаро даже гнутой ложки не позаимствовали. Горничные, правда натерпелись страху, но их никто и пальцем не тронул. Как. впрочем и остальную прислугу. Я бы сказал, что джунгаро вели себя чрезвычайно учтиво для народа имеющего такую славу. Что касается арлезийской кобылы, ее увела заша супруга и моя дорогая невестка, чей визит по странной случайности совпал с появлением джунгаро Вы ведь не будете отрицать, что леди Айлин имела полнее право забрать езою собственную кобылу? Ну и заодно прислугу, которую вы к ней приставили

- Он еще и улыбнулся, словно говорил о самых обычных и пристойных вещах! Действительно, пустяк! Беглая жена явилась в покинутый и опозоренный дом чтобы опозорить его еще сильнее! Да если бы она потребовала свою проклятую лошадь, неужели Грегор ее не отдал бы?! Он бы с радостью избавился от любого напоминания о так называемых королезских милостях, в том числе от кобылы, подаренной королем!

- Больше она ничего не прихватила? - прошипел Грегор. снова борясь с приступом гнева. - Только лошадь и горничную? Как ей вообще позволили войти?! Ей и этому... отребью' Почему вы не велели слугам вышвырнуть их со двора? Почему хотя бы не послали за мной?! А если бы она прошла к моему сыну?!

- А почему вы думаете, что она этого не сделала? - удивился лорд Аларик. - Чтобы мать не пожелала увидеть ребенка, с которым оказалась в разлуке? Конечно, я не стал ей препятствовать. Что касается слуг... Сами посудите не могу же я командовать чужими слугами в чужом доме. - пожал он плечами с такой небрежной рассеянностью, что Грегор задохнулся от бешенства - Не сомневайтесь, милорд, я ни на минуту не забываю, что это - чужой дом. Вы так часто и предупредительно мне об этом напоминали...

- Как вы посмели позволить мерзкой шлюхе прикоснуться к моему реЗенку?! - процедил Грегор. коротко выдыхая после каждого слова, не позволяя горлу снова болезненно сжаться.

- Ну что вы. милорд^1 - с притворной искренностью поразился лорд Аларик. - Я бы не позволил, чтобы моего внука коснулся хоть кто-то, кроме его матери! Но вот ей запретить это я не смог бы ни в коем случае, вы ведь помните о королевском приказе? Vm род Бастельеро вдруг превратился в мятежников, а я и не заметил?

- Он стоял перед Грегором. возвышаясь над ним почти на голову, и Грегор невольно с болезненной старательностью выпрямился, но все равно и близко не сравнялся с отцом... Да какой он ему отец-" Изменник! Предатель! Как он мог встать на сторону згой... твари?'. О, как сейчас Грегор понимал деда, столько лет продержавшего недостойного сына вдали от родного дома' Не зря и к Грегору его не подпускал! А сейчас Грегор вынужден мириться с тем. что человек, по недосмотру богов имеющий с ним общую кровь и носящий то же имя. каждый день видится уже с его, Грегора. сыном! Еще и правами обладает едва ли не большими, чем родной отец!

- Вы - трус, милорд' - бросил он в лицо лорду Апарику с мстительным наслаждением. - Вы всю жизнь исполняли приказ деда не выезжать из поместья, потому что боялись его! Вы не посмели пойти против лорда Стефана и потом - против меня! А сейчас вы так осмелели, потому что за вашей спиной стоит король' Тот. кто даровал вам этот проклятый указ, унижающий честь Бастельеро'

- Ну что ж, милорд. - с той же отточенной холодной любезностью отозвался Аларик. - Вам виднее насчет нашей семейной трусости Вы ведь за столько лет не нашли в себе мужества ни попросить прощения за смерть моей жены, ни хотя бы просто поговорить со мной. Вы правы, я боялся лорда Стефана. Но извольте спросить себя, каким должен быть человек, чтобы его боялся родной сын? Уверены, что хотите до конца пойти по его стопам? Что касается воли короля Зам благоволил прежний монарх Дорвенанта. мне - нынешний. Не отрадно ли, что королевская милость столь неизменно принадлежит нашему роду? А уж на что ее использовать, каждый решает сам Позвольте на этом откланяться, милорд. Мне пора гулять с внуком.

- Он повернулся, чтобы уйти, и Грегор задыхаясь от ярости, уже поднял руку для проклятия... Лорд Аларик заметив это, не отшатнулся, не попытался уклониться, только посмотрел - и в этом взгляде было столько презрения, что Грегора будто окатило ледяной волной. Он. маг в полной силе, собирается проклясть беззащитного профана?! Еще и родича?! Пусть даже от таких родичей Баргот избавь, но все же это кровь Бастельеро..

- В ушах будто зазвенел отчаянный женский голос, кричавший.. Что же она кричала?1 Грегор столько лет старался это забыть и все-таки помнил каждое слово, мог бы даже ночью повторить то, что кричала Аделин. То. что стало причиной ее смерти... А теперь он хочет убить родного отца всего лишь за слова?!

- Действительно, у меня ведь не было ни единой причины бояться лорда Стефана.. - очень тихо, словно для себя самого, сказал лорд Аларик.

- Качнувшись назад Грегор с усилием опустил руку - заставил себя это сделать! - и в тот же миг понял, что его отец не так уж беззащитен. Готовя проклятие, он перешел на магическое зрение и теперь явно различал на груди лорда Аларика сверкающие звездочки спрятанных под камзол и под завязку заряженных силой артефактов Раз. два три...

- К нахлынувшему облегчению так же явно и быстро примешалась досада Не так уж его отец рисковал, вызывая гнев "регора^1 Значит, скорее всего, рассчитывал, что Грегор сорвется! А после ему можно будет предъявить обвинение в неповиновении королю' Или просто вызвать на суд Трех Дюжин, чтобы лишить прав на сына. Попытка убийства родного отца - очень веский и невыносимо позорный повод... И уж в любом случае попытка убийства с помощью магии - прекрасная возможность для магистров избавиться от неугодного Архимага... От осознания того, какую пропасть ему только что удалось миновать. Грегора пробрал озноб.

- Я смотрю, милорд, кто-то изо всех сил заботится о вашей безопасности. - процедил он. стараясь вложить в эти слова всю ненависть и презрение, которые испытывал. - Целых три артефактных щита! Служба канцлера, полагаю?

- Да один артефакт мне любезно предоставил его светлость Аранвен-младший. - невозмутимо подтвердил лорд Аларик.

- А еще два? - зачем-то спросил Грегор. на которого от напряжения накатила головная боль с дурнотой и зазнобило уже всерьез.

- Это забота моих floponix Оуэнов, - со странной улыбкой сказал Аларик. Грегор так и не понял, чего в этой улыбке больше, гордости или грусти. - Кэдогана и Галпахера. Полагаю, им ваш нрав известен не хуже, чем Дарре Аранвену. вот юноши и позаботились...

- Мои ученики?! - зыдохнул Грегор.

- Ему показалось, что эти слова прошли через горло комком шипастой лозы, раздирая нутро в клочья.

- Нет. милорд. - со спокойным достоинством возразил лорд Аларик. - Мои ученики. Я. в отличие от вас, по-прежнему считаю честью и удовольствием быть их наставником

- Он коротко поклонился и ушел в особняк, а Грегор остался стоять посреди двора, в паре шагов от щита, заваленного цветами и лентами .. какая гнусная и неприличная мерзость!

- «Я не могу войти в собственный дом. - понял он вдруг со смертельной ясностью - Не могу чувствовать себя там как прежде^1 Дом. который я всегда считал святыней и убежищем, осквернен^1 Измена Айлин, измена отца, это непристойное нашествие О какой святости родного очага может идти речь?1 Я должен что-то сделать с этим... Я чужой здесь... Отныне я даже здесь чужой! В месте, куда может в любой момент вломиться какое-то отребье, и моя собственная кровь Естанет против меня... Я должен это изменить! Но если я не могу уничтожить заразу, поглотившую мое родовое гнездо, выжечь эту проказу огнем и магией, а потом прокалить сами камни, на которые ступали ненавистные мне люди Я должен найти иной путь! Сегодня вернусь в Академию и переночую там. Глупо и почти смешно, я никогда не пользовался служебными покоями Архимага, и вот настало время. А завтра с утра вызову Майсенеша и скажу, что мы спешно уезжаем в Карлонию. Плевать, готовы они там или нет! В конце концов, пара дней ничего не решит... Не могу дышать одним воздухом с этими... Сорвусь и все-таки убью кого-нибудь! Сегодня ведь почти убил... А этого мне никак нельзя, я должен

- выдержать и забрать сына Мне еще есть, ради кого жить!»

- * * *

- Лучано ждал, что табор, покинув палаццо Бастельеро. вернется на тот же пустырь, однако телеги и всадники проехали квартал насквозь и направились к южным воротам Дорвенны. Весело переругиваясь со стражниками, баро позволил им осмотреть повозки и убедиться, что табор не вывозит ничего запрещенного.

- На синьорину, сидезшую в седле Луны, никто не обратил внимания, но бывшая горничная, светленькая и в приличном городском платье, выделялась среди смуглых пестрых джунгарок, будто голубка в стае ворон. Однако стоило баро добавить к обычной дорожной пошлине пару серебряных монет, как стражники лишь мазнули по Дженни взглядами, да немолодой усатый сержант вполголоса посетовал, мол. и что глупые девки в этих бродягах находят? Да если его дочь осмелится поглядетэ на таборного конокрада, тут же получит столько розог, что неделю не сможет сидеть^1

- Эй. почтенный! - тут же блеснул белозубой улыбкой кто-то из молодняка. - А где, говоришь, твой дом? И хороша ли собой твоя дочь? Может, я ее покатаю? Странником клянусь, твои розги не быстрее моего Вранка

- Проезжай, висельник^1 - ругнулся сержант, и джунгаро. расхохотавшись послал коня вперед мимо чинно тянущихся через ворота телег

- Вскоре обоз выехал на Большой Королевский тракт, растянувшись по нему огромной пестрой змеей, голова которой устремилась на юг. в сторону Озерного края

- Ох. до чего же Лучано была памятна эта дорога!

- Вот в этих кустах я сидел, когда грандсиньор Кастельмаро возвращался без вас. но с месьором, - кивнул он Аластору на пыльные заросли. - Ну и злой же он ехал! Как тот пес из басни, что цапнул утку за хвост и остался с полкой пастью перьев, а добыча улетела.

- Да неудачно получилось, - отозвался Аластор. - Если бы мы ехали к Разлому целым отрядом, репутация Айлин не пострадала бы.

- Тогда вам не понадобился бы я. - заметил Лучано - То есть в отряд я бы все равно постарался напроситься, но в трактире вас отбили бы наемники, а в Шермезе тебе не пришлось бы грабить менялу. Да и за мной вы ухаживать не стали бы - с чего принцу и благородной синьорине самим пачкать руки, спасая приблудившегося простолюдина'7

- Я бы все равно не бросил спутника! - нахмурился Аластор. и Лучано улыбнулся:

- О. разумеется! Что я. не знаю твое великодушное сердце, друг мой? Но вы могли просто оставить меня в том домике, дав припасов - это было бы разумно и вполне милосердно. А может, я и вовсе не провалился бы под лед, ведь с отрядом eoi бы ехали по тракту... В общем это была бы совсем другая история Альс. Без одной палатки на троих и ужина из того, что добудет синьор Собака И мертвую деревню хоронили бы не мы с тобой, а твои люди, и синьора Денвера мог убить кто-то другой. Возможно, мы не встретили бы Раэна. а через кордоны проломились бы с боем, без помощи аккару... Да и на холме все сложилось бы иначе... И уж точно за время пути меня бы близко к вам не подпустили - зачем? Так что тебя я бы все равно берег, но издалека и просто по приказу, а синьорину считал целью... Может я и не успел бы ее убить, но никакая магия нас бы не связала. Нас вообще ничто не связало бы. понимаешь? Ни дружба, ни верность. В этой истории для меня места не было, а если б и нашлось, то такое, что лучше не нужно.

- Несколько мгновений Аластор молчал, а потом решительно кивнул:

- Слава Благим, что случилось так. как случилось. Зот уж не думал, но впору поблагодарить Кастельмаро^1 И Беатрис, которая тебя отправила...

- Тогда уж и мастера Ларци. который выбрал для этого заказа именно меня, - усмехнулся Лучано - И барготова ублюдка Алессандро. чтоб ему достался котел пожарче - за то. что когда-то выкупил меня из приюта и забрал в казармы... Да мало ли кого благодарить стоит - всех и не упомнишь! Синьора Судьба причудливо раскладывает карты.

- И посмотрел на Айлин. ехавшую рядом с Дунканом. Черные от краски волосы блестят на солнце, стройная фигурка сидит в седле как влитая. Героиня, магесса, жена и мать, верный друг и возлюбленная... Боги, а ей всего-то девятнадцато лет^1 Не много ли вы на нее взвалили?! Как она тогда сказала Раэну? Что хочет изменить? Исправить неправильное, вернуть все на верную дорогу... Что ж. с Аластором и Лучано у нее точно получилось! А вместе с ними свернул на новую дорогу и весь Дорвенант Да и остальной Эдор неслабо так задело... И много-много судеб изменил маленький отважный камешек, не боящийся колес и жерновов судьбы.

- А вот здесь мы нырнули в овраг и сбежали, - вздохнул Аластор. - Кстати куда табор едет? Неужели к фраганской границе?

- Почтенная госпожа Даримхан, с повозкой которой они как раз поравнялись, тут же отозвалась:

- Не так сложно лисе в курятник залезть, как потом с курицей в зубах лапы унести. Хоть мы и пошли в гости с подарком от чистого сердца, да у хозяина дома, говорят, нрав неприветливый. Вдруг его ни наш подарок, ни наше уважение не порадуют? Бедным джунгаро лучше оказаться подальше от гнева такого большого господина^1 К этой зиме мой сын собирался вести табор в Арлезу. почему не отправиться туда прямо сейчас? Море там ласковое а люди добрее к моему народу, помнят что у нас общие корни. Побратим моего сына позволил нам пожить на своих землях. Пусть его Странник одарит удачей и всеми милостями Такой славный человек!

- И она с улыбкой покачала головой, глядя в спину Дункану, а потом продолжила:

- Вот сейчас доедем до поляны и остановимся на привал. Куда спешить? Когда боги создавали зремя. они создали его достаточно! Огонь разведем, мясо пожарим, доброе вино откроем! Гулять-радозаться будем! Мой внук украл себе невесту, совсем взрослый стал, значит! Ай. как удачно украл! Красавицу-гадалку вокруг огня поведет, женой назовет перед людьми и богами. Нозая внучка у меня сегодня появится нашему табору на радость, другим на зависть' Джунгаро цену старой крови знают! Найти гадалку, с которой карты сами говорят, редкое везение!

- Так этс он ее украл, значит? - возмущенно удивился Лучано и посмотрел на Дженни, которая сидела на бортике повозки, свесив ноги наружу, и весело болтала с предполагаемым женихом. - Хоть бы спасибо сказал!

- Еще как скажет. - пообещала Даримхан - Почетными гостями на свадьбе будете, первая чаша вина вам, самый сладкий кусок^1 А что до чести, так за кем девка пошла тот ее и украл, у нас так считается.

- Она одобрительно посмотрела на внука который то заставлял коня пританцовывать, то на ходу свешивался с седла и рвал полевые цветы, чтобы бросить их Дженни в подол, и вообще ухитрялся виться вокруг девчонки, как оса вокруг блюдечка с вареньем. Та. в ответ, успевала и стрелять глазками в удачливого поклонника, и отшучиваться от сидящих рядом джунгарок, и ловко плести венок, и еще указывать пальчиком, какие именно цветы желает получить, что внук госпожи Даримхан немедленно и с превеликой охотой исполнял

- Везучий, поганец^1 - усмехнулась Даримхан, умиленно взирая на парочку. - С детства такой был. На ровном месте споткнется, рожей в навоз упадет, а поднимется - в зубах золотой блестит' Нам. джунгаро. удача - первое дело^1 Если не растеряет да в придачу ума наберется, лет через двадцать табор водить будет - Подумала и уточнила: - Если раньше не прибьют.

- А вдруг ей у вас в таборе не понравится? - спросил Аластор. который тоже наблюдал эту картину.

- Ну тогда кто ее держать станет' - пожала плечами старая джунгарка. - Наши женщины как угли от костра - голыми руками не ухватишь, да и в мешке дырку прожгут. Захочет - в другой табор уйдет, а то и вовсе домой воротится. Свадьба вокруг огня - она ведь только на год!

- Как на год?! - вскинулся Аластор.

- А так - безмятежно отозвалась Даримхан. - Возьмет он ее за руку, обойдут вокруг огня три раза по солнцу, поклонятся старшим, да и станут мужем и женой перед богами и людьми. А если за год поймут, что друг другу не по сердцу, так снова вокруг огня обойдут - но уже против солнца Разомкнут руки, да и разойдутся в разные стороны, он ей не муж. она ему не жена. Тогда можно и с другим кем-то вокруг огня пойти.

- А дети? - нахмурился Аластор. - Если за этот год ребенок родится или женщина останется... ну...

- С приплодом в животе? - подсказала Даримхан. - Ну так и что? Если дитя родится, отец ему станет все потребное приносить, он ведь с женщиной разошелся, а не с ребенком

- А если не станет? - упрямо спросил Аластор. - Вдруг у него нет ни чести, ни совести?

- И такое бывает, - согласилась Даримхан, и женщины вокруг закивали, прислушавшись к разговору. - Но если он свою кроЕь бросит, какая же дура с ним вокруг огня в другой раз пойдет? А уж позору от всего табора натерпится, хоть в другой беги' Обычно и сбегают, да только нигде такие не нужны. Живут одиночками, пока не сгинут, и родная рука им глаза не закроет. Не споет по ним никто, не спляшет, имени их не запомнит, сына так не назозет. Страшная судьба, кто же себе такую захочет-7 Умный - ни за что, а дурак и жадина сам никому не нужен Ну а ребенка если без отца или матери останется, табор не бросит Кому в горло кусок полезет если рядом голодное дитя бегает? А? У кого рука поднимется его в повозку не пустить или от котла прогнать^7

- Она с полной уверенностью в своих словах обвела младших родственниц взглядом, и те снова закивали

- Это джунгаро. Альс. - негромко сказал Лучано. - Они так и живут. Дети, конечно, знают мать с отцом, но случись что - их усыновит или удочерит весь табор. Пока хоть кто-то из родни жив. джунгарский ребенок с голоду не умрет и в приюте не окажется. А женщины у них и правда вольные. Не нравится тебе супруг - всего-то надо вокруг огня с ним три раза обойти. Джунгарка без мужа сама себя прокормит, а с детьми ей семья поможет.

- Мы по старому укладу живем - веско уронила Даримхан. - Любовь, она ведь только от свободы рождается, так нам предки зазещали. Раньше все так жили, когда люди вольные были. А потом стали города большие строить и все. что для жизни потребно, в своем доме копить. У чужих добро отнимали, себе собирали да все думали, кому его оставить? Чужим - жалко, а своих слишком много, на каждый рот куска не хватит. Вот и придумали, что надо только своих кровных детей кормить Плохо придумали, но им понравилось! Оно зедь легче когда своему ребенку послаще кусок сунешь, а мимо чужого и вовсе можно пройти. Чужие дети — тьфу, как только язык повернулся такое придумать? Еще и наврали, что боги так велели' И про то, что женщина с мужчиной должны всю жизнь жить, тоже! Мыслимое ли дело - знать, что с тобой через год или пять лет будет?! Может, этот мужчина тебе так опротивеет, что ты с ним под одной телегой спать не ляжешь'- А может, и ты ему^1 Как же можно себя приковать к кому-то?!

- Я такого не понимаю. - вздохнул Аластор. - Меня учили, что мужчина должен выбрать себе одну женщину и всю жизнь ее любить и беречь. Если разлюбил - значит, плохо выбирал - Он помрачнел, опять вздохнул и пожал плечами, продолжив: — Но если у вас такие обычаи, то вам виднее, как жить. Вот лошадь и олень - они вроде бы похожи! Но живут по-разному, и боги им определили каждому свою участь Кому - весь свой век работать и за это получать заботу от человека, а кому - вольно жить 8 лесу, не имея ни защиты от волков, ни стога сена к зиме. И, наверное, и лошадь, и олень считают, что это они живут правильно, а другие - нет. Вот и люди так же...

- Такой молодой и такой толковый. - ласково посмотрела на него Даримхан. - Знать свои обычаи и жить по ним - большой ум. а знать чужие обычаи и чтить их — большая мудрость Ай. хорошо тебя отец с матерью воспитали, дай им боги внуков и внучек побольше^1

- Благодарю. - кивнул Аластор.

- Лучано уже решил, что надо бы перевести разговор на другое, чтобы почтенная синьора по незнанию не затронула старые раны в душе .Альса слишком глубоко, но тут снова пропел сигнальный рожок, и телеги начали сворачивать на большой луг. покрытый такой мягкой и зеленой несмотря на жару, травой, что рядом непременно должна была обнаружиться вода.

- Табор остановится здесь до утра. - сказал Дункан, подъезжая к ним - Как вы уже слышали, нас приглашают на свадьбу почетными гостями. II если вы согласнь немного задержаться..

- Он со значением посмотрел на Аластора. тот пожал плечами, совершенно по-мальчишески улыбнулся и признался:

- На джунгарской сзадьбе я еще не был^1 Но ведь гости должны дарить подарки?

- Об этом не беспокойтесь. - заверил разумник - Я не только пригласил джунгаро на земли своего поместья в Арлезе, но и дал им дене- на припасы, чтобы табор мог идти на юг быстро, не останавливаясь по дороге для заработков. Их повозки полны еды для людей и фуража для скота, и сегодня все гуляют за наш счет, поэтому мы не только желанные гости, но и весьма выгодные.

- За ваш счет - уточнил Аластор. и Дункан развел руками:

- Разве мы не друзья? Какие счеты между друзьями?

- Он спешился и подал руку Айлин. которая легко соскочила на примятую густую траву луга

- А Бастельеро не сможет найти табор по горячим следам? - забеспокоился Лучано. глядя, как джунгаро виртуозно распределяют по лугу коней, волов и повозки. Казалось, даже ребятишки, едва вставшие на ноги, знают, что им делать, и не путаются под ногами у старших, а деловито гонят скот или тянут хворост для костров - Дорзенна близко, нас легко догнать...

- Дункан, улыбаясь, покачал головой:

- Знаете, куда отлучался баро. когда мы его ждали? - сказал он. - Его братвя следили за особняком, а мой дорогой побратим навестил вожаков двух других таборов по счастливой случайности оказазшихся з Дорвенне. В то время, когда мы выезжали через южные ворота, эти таборы покинули столицу через северные и западные. Им хватило предупреждения, что в ближайшие несколько дней никому из джунгаро лучше в Дорвенне не показываться. Бродячий народ подобные вещи отлично понимает! Если лорд Бастельеро захочет догнать скрывшийся табор, ему придется разделиться натрое и пуститься в погоню по трем разным дорогам

- -Грандиозо' Прекрасно придумано! - восхищенно промолвил Лучано. и Дункан, все так же улыбаясь, склонил голову:

- Это придумали полководцы древности. Странно было бы историку о таком не знать. Кстати, полагаю, ваша охрана уже известила службу канцлера, что вы покинули столицу.

- Точно они же где-то здесь. - сконфуженно проговорил Аластор. оглядываясь наугад - Нехорошо получилось, я ведь обещал Аранвену...

- Ты обещал грандсиньору канцлеру, что никуда не уедешь без охраны. - возразил Лучано. - Ну так этого обещания ты и не нарушил. Синьоры из тайной стражи за тобой приглядывают, я тоже буду рядом, а законы гостеприимства в таборе чтут Обидеть гостя - оскорбить самого Странника! Главное, играть ни с кем не садись' Ладно, если проиграешь и уйдешь в одном исподнем, а вдруг выиграешь дюжину девиц как наш дорогой грандсиньор когда-то? Придется расстараться чтобы ни одна не обиделась'

- Кармель. ты выиграл дюжину девиц?! - ахнула Айлин. - И что с ними случилось?!

- Смотрела она при этом не с возмущением, а с чистым азартным любопытством, зеленые глаза сверкали восторженно и радостно.

- Наш друг Лучано слегка преувеличивает - невозмутимо отозвался Дункан. - Во- первых, не дюжину, а всего десяток...

- Существенная разница^1 - согласился Лучано, и Айлин прыснула

- Во-вторых, - так же невозмутимо продолжил разумник - полагаю, от великого восхищения баро мне предложил не только своих дочерей - вряд ли их у него целый десяток! - но и племянниц, а то и зообще всех свободных невест в таборе. А с их обычаями насчет сроков замужества девицы не слишком рисковали. Куда больше рисковал я. если бы в самом деле женился на десятке джунгарок сразу.

- Да уж. с десятком жен год еще попробуй пережить. - с самым серьезным лицом кивнул Аластор. - А что положено делать на джунгарской свадьбе?

- Есть, пить, веселиться, - пожал плечами разумник, обнимая Айлин за плечи и мягко привлекая к себе. - Можно петь и танцевать, играть на чем угодно, состязаться в кости, карты или даже арлезийские башни. Можно скакать на лошадях, бороться и рассказывать истории Нельзя только выглядеть мрачным - это невежливо, и портить настроение тем. кто радуется. Ах да, еще прыгают через костер. Но это не только на свадьбе, а при любом удобном случае И вот это для гостей обязательно, нужно ведь показать, что мы - обычные люди, а не заглянувшая на огонек нечисть.

- Прыгать через костер?! - радостно ахнула Айлин - А как же юбки?!

- Не беспокойтесь, моя донна, - нежно улыбнулся ей магистр. - Пары прыгают через костер вместе, и я позабочусь, чтобы ничего плохого не случилось. Это весело, поверьте!

- Сияющая Айлин кивнула и Лучано подумал, что с этим мужчиной она не только прыгнет через огонь, но и по раскаленным углям пойдет босиком бестрепетно и с полным доверием - видел он. как это делали на ярмарке как раз джунгарские фокусники. Кстати, очень хотел узнать секрет, но так и не вышло!

- Подав синьорине руку. Дункан увел ее к ближайшему костру, где уже весело потрескивал сушняк Незаметно сгустились сумерки, по-летнему золотистые полные теней и приятной прохлады. Тут же затрещали кузнечики, застрекотали еще какие-то насекомые, а потом над головой, глухо ухнув, пролетела крупная птица Лучано с наслаждением вдохнул воздух, полный запахов костра, лошадиного и человеческого пота, растертой копытами и колесами влажной травы, еды и еще чего-то непонятного, будоражащего кровь, как старое 8ин.о, которое пьянит незаметно, горячо и сладко Да определенно стоило выбраться из дворца сюда, за городские стены, к огню и сырой дикой земле...

- Аластор рядом тоже потянул воздух и расправил плечи. Его лицо разгладилось, с него исчезла тень накопившейся усталости, и Альс разом показался моложе мягче и счастливее Вот только взгляд, которым он проводил ушедших Айлин и Дункана, был точно таким же. какой Лучано у него уже сегодня видел Странный взгляд, полный тоски и неужели зависти?!

- Альс, ты... завидуешь? Грандсиньору Дункану? - осторожно спросил Лучано. и на лице Аластора мелькнуло совершенно детское удивление, сменившееся растерянностью.

- Я... пожалуй, и правда завидую - ответил он наконец. И прежде, чем Лучано успел взвыть от ужаса решительно подтвердил: - Конечно, я завидую! Они так друг друга любят, сразу видно^1 Но я не поэтому... не только поэтому, понимаешь? Я тоже любил Беа. но... вот ты можешь представить, чтобы она отправилась с нами воровать кобылу? Пусто даже собственную... Особенно собственную?!

- Лучано честно попытался представить. О, прекрасная итлийская гадюка встала перед глазами как живая даже в вихре джунгарских юбок., и с раздраженно кривящимися губами - шелковый наряд пропах дымом и конским потом, волосы растрепались от скачки, да и конюхоз. немедленно убирающих навоз, в таборе тоже нет.. Пожалуй всего один визит в табор нанес бы наряду ее величества куда более значительный ущерб, чем бедняга Флориморд за всю жизнь - со всей его шерствю и когтями^1

- Вот и я не могу, - хмыкнул Альс, видимо, прочитав ответ по его лицу - Вернее... ради меня Беа. может, и поехала бы. Только ведь ей самой это было бы совсем не по душе. А Айлин - нравится^1 Мы и клады с ней искали, потому что это было весело, понимаешь? И склеп взломали, ну. это неважно' Важно, что она знает и понимает, что такое долг и репутация - но и веселиться тоже умеет, и именно так. как мне нравится! И мне. и тебе и Дункану... Вот поэтому я ему и завидую' И тоже хочу, чтобы моя жена., ну. когда будет' Была именно такой, понимаешь?

- Понимаю, - тихо отозвался Лучано. - Ох, как я тебя понимаю. Альс... Но найти вторую такую девушку.. - Он хотел сказать «невозможно», однако потом все же смягчил удар и продолжил: - Нелегко. Наша синьорина - особенная...

- Знаю - кивнул Аластор. - Конечно, моя жена вряд ли будет ей во всем подобна Но... хотя бы похожа... Неужели я так много хочу? Вот ее высочество Флоретта, например.- Я к ней присматривался. Она кажется веселой и милой. Конечно, она тоже не совсем такая, но... с ней. мне кажется, будет легче, чем с ее сестрой. Флоранс... она великолепна... и очень красива, но... напоминает мне Беатрис. Не характером, нет^1 Просто она не станет смеяться над шуткой про свадьбу с дюжиной джунгарок. верно? А Флоретта... может, и стала бы.

- Грандсиньорина Флоретта - чудесная девица. - подтвердил Лучано. - Но. Альс, поверь мне, очень плохая идея - сравнивать одну женщину с другой. Хуже - толвко сказать об этом ей самой!

- Ты меня совсем уж за болвана держишь? - поморщился Аластор. - И в мыслях не было! Если я женюсь на Флоретте - а все к тому идет - я постараюсь, чтобы она сразу поняла. Айлин ей не соперница.

- Иногда сказать, что кто-то кому-то не соперник - это как раз признать, что такое соперничество есть, - заметил Лучано. - Но принцесса Флоретта - разумная девушка. Она превосходно понимает что брак Дорвенанта и Фраганы - это. в первую очередь, залог мира и дружбы...

- Но при этом наверняка надеется на счастливую или хотя бы мирную супружескую жизнь - возразил Аластор. - Я. между прочим, тоже надеюсь! А Флоретта наверняка знает, что говорят об Айлин. Ну. что она моя...

- Он поморщился словно само слово 'фаворитка» упорно не шло на язык, и в этом Лучано его превосходно понимал Действительно, какая из Айлин фаворитка?! Примерно, как из него самого - фаворит^1 Это объяснение для чужих, для тех, кому хочется увидеть что-то привычное в том, что связало Аластора с Лучано и Айлин. Вот король, а вот его любимцы, и не так уж важно спит он с ними или нет, хотя никто особо не сомневается, что спит Люди - они всегда предполагают самое простое и неприличное

- Но главное, что подобные отношения может понять и двор, и будущая невеста Аластора - умненькая, правильно воспитанная принцесса, которая заранее готова позволить супругу и любовницу, и наверняка даже любовника. Подумаешь какие мелочи! Разумная жена ради мира в семье на время поступится гордостью, а потом, когда мужу-королю рано или поздно наскучит его забава, отвоюет свое, причем с лихвой. Фаворитки, они ведь легко меняются, в отличие от жены - залога дружбы с Фраганой. И, конечно, она понимает, что бывают слишком зубастые и цепкие женщины которые, пожалуй, и законную супругу способны оттеснить в сторону, а и то вовсе погубить. От таких лучше избавляться, не стесняясь никаким способом, а вряд ли во Фрагане с этим хуже, чем в Итлии...

- И самое неправильное в этом всем, что никому, даже милейшей грандсиньорине Флоретте, не удастся объяснить что они трое - Альс. Лучано и Айлин - не просто друзья, совсем не любовники и уж точно не король с любимцами-прилипалами! Они - вообще что-то другое'

- И вот когда я смотрю на Айлин с Дунканом .. - снова медленно заговорил Аластор. подбирая каждое слово. - Я точно знаю, что выйди она эа него замуж, друзьями мы быть не перестанем. Вот только... Лу. я был так сердит на Беа за то. что ей не нравилась Айлин... А теперь понимаю - мне тоже не понравилось бы, появись у нее друзья, среди которых мне не оказалось бы места' А если бы и нашлось, мне ведь тоже хотелось бы проводить время с ней, только с ней, хотя я и люблю всех своих друзей... Любому мужу захочется, чтобы жена уделяла ему больше времени, чем друзьям^1 И жене тоже! Дункан, конечно, не запретит нам дружить он ведь и наш с тобой друг! Но мне и самому не хочется, чтобы между ними случился разлад. И никуда не деться от простой мысли, что вскоре у них будет своя жизнь, у меня с женой - своя, да и ты...

- Он посмотрел на Лучано и смутился

- Ты хотел сказать, что я тоже найду кого-нибудь? - подсказал Лучано такую простую и удобную ложь. - Аластор все еще сконфуженно кивнул. - 0. разумеется найду^1 Когда-нибудь, м?

- «Ну не буду же я говорить, что это невозможно? Легко найти кого-то для постели, но сердце фальшивкой не обманешь. Я сказал бы. что отравлен вами двоими, да только не отравлен, а совсем напротив - исцелен...»

- Это и есть взрослая жизнь? - помолчав, тоскливо спросил Аластор. - Не подвиги, даже не постоянная работа, а вот это вот? Понимать, что теперь ничего никогда не будет по- прежнему? Что я не могу позволить себе жить так, как хочется, не могу выбирать свою судьбу без оглядки на чужое мнение? Я думал, что хоть это. став королем, сумею сохранить. Что мы всегда будем вместе, и я смогу защитить наш союз от всех' А нас как будто тянет в разные стороны, и не только снаружи, но изнутри тоже.. Почему так получается. Лу? Я... не хочу Но не знаю, как все вернуть и надо ли возвращать? Может быть, так и должно быть? Чтобы каждый шел своей дорогой...

- Так и должно быть, Альс. - так же тихо ответил ему Лучано. - Ты прав, у каждого своя дорога Ты не можешь жить чужой жизнью или навязать кому-то свою. Но ведь эти дороги, они не обязательно должны разойтись, м? Вот у твоих родителей своя собственная жизнь - разве от этого ты их меньше любишь? Или вот месьор д'Альбрэ сделал предложение синьоре Элоизе

- разве он перестал быть твоим дорогим наставником? Я уехал в Дорвенант, оставив мастера Ларци. мы теперь почти не видимся, можно сказать, что наши дороги разошлись... и все-таки я люблю его всем сердцем - как отца, учителя, родного человека... Наша Айлин отдалилась от нас. когда вышла за грандсиньора Бастельеро Но не потому, что стала чьей-то женой, а потому что человек рядом с ней оказался неподходящий, побери его Баргот. С Дунканом так не будет, вот увидишь. И даже если мы станем реже видеться, это не сделает нас чужими Просто поверь. И не бойся выбирать свою дорогу.

- Несколько мгновений они молчали, и среди бесчисленных звуков, окружающих их - голосов конского ржания, треска кузнечиков и веток в костре, скрипичных и гитарных наигрышей, что неслись от каждого костра - среди всего этого слитного потока, образующего бесконечную мелодию жизни. Лучано показалось, что он слышит стук сердца. Трех сердец бьющихся по-разному и при этом в унисон^1 Совершенно непонятно с точки зрения музыканта

- и при этом безупречно ясно лично для него^1

- Как там говорила госпожа Даримхан? - буркнул смущенный Аластор. - Такой молодой и такой толковый! - Снова помолчал вздохнул и пообещал: - Я над этим подумаю. Очень хорошо подумаю. И... спасибо тебе. А сейчас давай, что ли. веселиться? А то как бы нас не выгнали со свадьбы за излишнюю мрачность.

- Ну. мы же все-таки не грандсиньор Бастельеро^1 - мгновенно подхватил Лучано. - Вот того выгнали бы точно: Еще и за нечисть приняли ведь через костер он бы наверняка прыгать не стал^1 Кстати. Альс, а ведь удачно, что ты выпил мое зелье, м? Спорим, во-он та девица в алой юбке и зеленой рубашке не просто так на тебя поглядывает?

- Скажешь тоже! - фыркнул Аластор. но на девицу, и правда бросающую в их сторону томные взгляды, посмотрел в ответ с хищным мужским интересом

- «Ну и слава Благим^1 - выдохнул про себя Лучано. - Подумать о таких вещах стоит, и Альс прав - жизнь у него меняется все сильнее с этим ничего не поделаешь. Но не отказывать же себе в маленьких радостях этой самой жизни?! Вроде веселья на чужой свадьбе или сладких губ красивой джунгарки... Главное, вокруг костра с ней не ходить, а все остальное, кажется, можно? Значит, пора веселиться!»

- Грандсиньор Дункан' - окликнул он разумника, решительно подходя к костру, где уже вовсю разливали подогретое с медом и травами вино. - Что вы там говорили о песнях? Скажите, а зы сможете сыграть на гитаре арию О, мое солнце!» из оперетты «Чинская принцесса»?

- Решили блеснуть перед нашими хозяевами? - понимающе усмехнулся разумник. - Показа-ь им, что такое настоящий итлийский виртуозо?Пожалуй, смогу. И даже вторым

- голосом поддержу...

- И негромко что-то сказал, указывая на гитару в руках рассеянно перебирающего струны чернобородого немолодого джунгаро Тот расплылся в улыбке, кивнул, передавая инструмент, и... Лучано едва не задохнулся от накатившего азарта - светлого искристо-колючего и пьянящего, как лучшее игристое вино, что он пробовал

- - Давайте сначала каватину из «Разбойников*. - попросил он. - Распеться хочу.

- Дункан снова понимающе кивнул. Действительно, каватина - легкая, чистая и звонкая - подходила для распева как нельзя лучше, все-таки Лучано давно не использовал голос в полную мощь. А вот потом.. Потом он всем покажет!

- Глава 22. Джунгарская свадьба

- ... И ведь показал^1

- Точнее, они сба показали, потому что гитара в руках Дункана пела так. что восхищенно примолкли собравшиеся вокруг джунгаро, и даже огонь кахется, старался трещать потише. То раскатисто и страстно, то жарко и томно, то вкрадчиво жалуясь, то удовлетворенно и сыто мурлыкая, звучали бесконечно различные гитарные переборы, и низкий, но не хриплый, а яркий и густой, как старое вино, голос разумника вторил им

- Великое мастерство - петь так, чтобы затмить все вокруг и заставить слышать только себя. Но еще большее - не стеоеть чужой голос, не закрасить его своим как рисуют картину поверх другой, ненужной. Так опытный реставратор проявляет старый потускневший шедевр или мастер доводит до совершенства работу ученика. Так виртуозный партнер позволяет показать все, на «-то ты способен в поединке или на сцене, отражая твое искусство и усиливая его . И вот именно это умел Дункан!

- Пока Лучанс распевался в каватине, и оживившиеся джунгаро хлопали ладонями, мгновенно уловив игривый мотив, баритонно Дункана звучал мягко и ровно, всего лишь создавая ненавязчивый фон - будто обрамлял быстрый легкий эскиз, не позволяя краскам расплыться по листу. Но стоило Лучано разогреть голос и почувствовать, как тепло и послушно ложится каждая знакомая нота, сливаясь в мелодию, стоило ему начать забираться все выше и выше - как Дункан не просто подхватил арию вторым голосом, но умудрился постелить этот самый голос под переливчатый тенорьезе Лучано. словно темный бархат - под вышивку золотом, жемчугом, цветным шелком... Великое истинное мастерство — отдать силу своего голоса, чтобы поддержать и вознести ввысь чужой^1

- 11 как их слуиали^1 С открытыми ртами с горящими глазами даже дышали, кажется, в такт, замирая, когда ария взмывала вверх, в ночное густо-синее небо, к самым звездам, обгоняя взлетающие туда же золотые искры костра. И выдыхая, ксгда два голоса плавно летели вниз, поддерживая друг друга, обвивая, играя и перебрасываясь созвучиями. Под этими взглядами Лучано выдал все. что мог! Все. чему научил его седовласый маэстро, вздыхавший, что искусство, которое он передает ученику так старателыо, для кого-то другого было бы истинной драгоценностью, но для Шипа - всего лишь блестящая побрякушка, чтобы при случае заморочить, отвести глаза..

- Он ошибся. Лучано всем сердцем любил музыку. Великий Безликий одарил его неожиданно щедро - идеальным слухом, прекрасной памятью, редкостно красивым тембром Учитель вздыхал, что синэорино Фортунато был бы украшением оперы... Как жаль, что этот голос не услышат истинные ценители, ведь шедевр не рождается в пустоте, ему нужен зритель или слушатель под стать... А петь для себя или приятелей на пирушках - все равно, что бросать жемчуг вместо зерна курам И жемчуга потеря, и куры не оценят.

- Что ж, своих ценителей Лучано дождался Эти люди ничего не понимали в изысканном оперном искусстве, не умели рассуждать о гармонии вряд ли были способны оценить отточенную виртуозность классического вокализа... Но они слушали - и слышали Музыку! Не различая каждую отдельную ноту изощренным слухом знатока, они стояли вокруг, потрясенные, молчащие, и на неко_орых лицах Лучано видел блестящие в свате костра слезы... И все это сотворили они с Дунканом' И еще гитара в руках разумника. И ночь, и пламя костров..

- Когда он закончил, напоследок взлетев к пределу своих возможностей в ослепительном крещендо, и плавно, истомленно опустившись вниз, будто покачиваясь на волнах, на поляне еще какое-то время стояло оглушительное безмолвие. Лучано даже забеспокоился, не нарушил ли он по незнанию какого-то закона или обычая - ну мало ли?! И тут старая Даримхан глубоко вздохнула, не скрываясь, вытерла мокрые глаза и хрипловато, словно спросонья, выдохнула:

- Ай хорошо... На полета лет назад вернулась, молодой себя почуяла! Как будто первый раз мужа любимого обняла да легла с ним! Боги вас поцеловали не иначе...

- Лучано молча поклонился - никакие любезности, которых у него всегда имелся изрядный запас, не стоили этой безыскусной пронзительной похвалы. Тут же ему в руку сунули глиняный стакан с подогретым вином, и он жадно глотнул теплую пряную жидкость. Даже не принюхавшись, не попытавшись определить состав' Словно и не Шип'

- «Ну сегодня-то можно? - спросил он себя самого и, прислушавшись к величественной и лихой симфонии джунгарского праздника, что снова зазвучала вокруг, с неизвестно откуда взявшейся уверенностью сам себе ответил: - Сегодня можно все! Ничего пгохого не случится, только не в эту ночь...»

- Потом его обнимали и хлопала по плечу, мешая дорвенантскую речь с арлезийской и даже итлийской - почему-то с джермонтским выговором, наверное, табор долго там стоял. Поднесли еще вина, и Лучано. улыбаясь, не отказался но принялся цедить его по глоточку, смакуп оттенки специй, которых сыпанули от души. Потом кто-то из джун-аро, восторженно поцокав языком и уважительно сообщив, что «двадцать лет от моря до северных гор кочевал, такого не слышал ай, красиво поешь, парень!» обратился к Аластору. незатейливо предложив сменять Огонька. «Отличного жеребца тебе дам. как ветер быстрого! И даже доплату не возьму, ну разве что десяток серебряных... себе в убыток, только как с гсстя! С другого бы полсотни взял за такого жеребца, да гостей Странник обижать не велит!»

- Твоего коня на моего да я еще и приплатить должен?1 - выдохнул Аластор. обомлев от такой наглости. - Я своему коню цену знаю!

- Тц-тц-тц. ай. красивый гнедой. - подхватил джунгаро. обходя зокруг Огонька и бесцеремонно заглядывая ему в уши - Вальдеронец ага? Но не чистокровный... Матушка - вальдеронка, зга? Тц-тц-тц...

- Полукровка. - согласился Аластор. - С арлезийцем кобылу повязал. Видишь, ладони на четыре в холке выше обычного? По обеим линиям нужную стать взял: А ты мне кого взамен предлагаешь"7 Арлезийца из королевских конюшен? Раз уж доплату просишь!

- Ну не хочешь доплатить - так сменяй^1 - не обиделся джунгаро. - У меня фраганец чистокровный, сам его из жеребеночка вырастил, второй мамкой был ему Да ты посмотри, а? Красавец какой^1 Был бы человеком, я б его сыном назвал^1

- Не успел Лучано пошутить насчет отцовской любви, стоящей чужого коня с доплатой как джунгаро свистнул, и в круг света от костра смуглый мальчишка, одетый только в рубаху до колен втащил за натянутый повод вороного жеребца с белыми, как и у Огонька, чулками. Вокруг снова незаметно и с разительной быстротой образовался круг любопытных зрителей, откуда неслись присвистывания, цоканье языком, щелчки пальцами и авторитетные обсуждения обоих коней

- От сердца отрываю! - заверил джунгаро. - Ни за что не отдал бы, да матушка сон плохой увидела, не велела на черном коне больше не ездить. Ай. какой конь, хоть короля на него сажай!

- Лучано с трудом сдержал смех - короля значит? Что-то королю этот конь не слишком нравится - Аластор на вороного красавца смотрел остро и цепке, но восторга в его взгляде не наблюдалось.

- Ну что. по рукам? - напирал джунгаро. - Да ты посмотри-посмотри' А хочешь, оседлаю? Ай. как он под седлом ходит^1 Как молодая жена под любимым мужем! Сядешь на него - и слезать не захочешь' Ты копыта посмотри, ага? Спину посмотри' Спина как у быка! А голова"7 Голова как посажена!

- И как у него голова посажена? - откликнулся вдруг Аластор таким ядовитым голосом, какого Лучано у него никогда в жизни не слышал и только молча изумился. - Это у фраганца- то а? Хочешь, я тебе расскажу, как у фраганца голова на шее должна сидеть? И как у твоего сидит?! Вот сюда посмотри!

- Он взмахнул рукой и ладонью изобразил нечто, совершенно непонятное Лучано, однако безусловно ясное остальным зрителям, судя по плеснувшим шепоткам Шагнул вперед и отобрал у мальчишки повод. Жеребец всхрапнул, покосился темным блестящим глазом и попытался взбрыкнуть, но Альс на него цыкнул, небрежно и при этом как-то ухватисто прижал его морду ладонью, а потом бесцеремонно провел пальцами от ушей коня по морде и дальше, вдоль шеи

- Я тебе сейчас про твоего коня всю правду расскажу. - негромко пообещал он. и вокруг стало тихо-тихо. - Промолчал бы. не стал в чужие дела лезть, но раз уж ты согласен с доплатой поменяться .

- И заговорил.

- Лучано, который б лошадях разбирался, как кошка - в нотной грамоте, заслушался. Потому что если работает виртуозо то неважно с чем он работает, мастера видно и так. Аластор говорил спокойно, ровно и роняя каждое слово с беспощадной уверенностью, словно мастер Ларци. диктующий рецепт. Он рассказывал про постановку головы несчастного жеребца, про его уши и глаза, про зубы - о, как много, оказывается, можно сказать про лошадиные зубы' - про грудь и круп про лошадиный пах и бабки, про хвост и гриву... Никогда в жизни Лучано не слышал про хвост и гриву таких увлекательных подробностей'

- А еще он поглаживал присмиревшего, как и его хозяин жеребца, легкими уверенными движениями, показывая все. о чем говорил, и онемевший от восхищения Лучано это видел! Зидел. чем отличается чистокровный фраганец от смеска которого Альсу попытались всучить, и даже понимал почему вороной красавец не такой уж красавец - ну разве что на его. Лучано, непросвещенный взгляд' Он залез ему под живот и даже там нашел что-то неправильное и хозяин жеребца, давно покрасневший, попытался что-то сказать, но только развел руками А потом, когда Аластор замолчал, на прощание погладив морду вороного - и тот к нему потянулся с тихим ржанием, да еще и потереться, словно кошка попытался, - его хозяин снова развел руками и под ехидно-сочувственными взглядами своих же соплеменников пробурчал:

- Да я-то что? Это они сказали мол, ты не из наших... Да разве я стал бо! понимающему человеку такого коня предлагать? Знал бы, что ты нашей крови

- Это конь у sac вашей крови. - с той же ядовитой вежливостью обиженного в лучших чувствах лошадника отозвался Аластор. - А я - своей собственной. Дорвенантской!

- Да быть того не может: - истово заявил хозяин жеребца, которому, на взгляд Лучано, стоило бы помолчать. - Чтоб чужак, да так в конях понимал? Да что я. не вижу, как ты с моим вороным тискался, ровно с девкой^7 Он хоть и не арлезиец, а чужих не подпускает' Ни погладить не дает, ни за повод ухватить' Пусть меня Баргот заберет, если ты лошадиное слово не знаешь! Зачем врешь, что не из наших?! Может, и не таборный, а джунгарская кровь точно есть' Может, матушка твоя, не прими за обиду, любила наши песни послушать, а?

- Моя матушка любила и любит моего батюшку' - отрезал Альс. - А лошадник я по отцу. Он всю жизнь коней разводит, и отец его разводил, и отец отца Вальдероны слышал о таких?

- И с превосходством усмехнулся, глядя на отвисшую челюсть собеседника. Что-то пробормотав, тот ухватил вороного за повод и удалился, пару раз оглянувшись на Аластора.

- Ну ты и виртуозо. друг мой! — с восхищением проговорил Лучано. - Переспорить джунгаро о лошадях' Только вот про синьора Себастьяна ты зря сказал.. Не боишься, что молва припишет ему джунгарсксго бастарда? Синьора Джанет может не оценить шутку!

- Да я матушке сам расскажу. - отмахнулся Аластор. - Она посмеется, а отец будет гордиться. Джунгарская кровь, подумаешь! Про коней они мне будут рассказывать! Еще бы у

- Дункана попробовали Дона Торнадо выменять. Вот тогда и вправду было бы весело' Кстати, где Дункан и Айлин?

- Лучано огляделся, нашел их взглядом и завистливо вздохнул Грандсиньор и синьорина уютно устроились на толстом одеяле, брошенном у чьей-то повозки. Айлин сидела, опираясь спиной на кучу подушек и тележное колесо, а Дункан лежал головой у нее на коленях. Рядом стояло блюдо с жареным мясом и большой стакан - один на двоих. На глазах у Лучано Айлин пальцами взяла с блюда аппетитный кусочек, поводила им перед лицом магистра... Тот приподнялся и лениво поймал мясо губами. Прожевал, запил из стакана и снова улегся - словно огромный хищник, разомлевший от сытости, тепла и ласки. Где-нибудь в дворцовых покоях - картина немыслимая, а здесь, под звездным небом, совершенно естественная.

- Лучано вздохнул, тихонько завидуя... И тут же насторожился^1 К Дункану и Айлин. не замечающим ничего вокру. подошел баро. а с ним тот самый ретивый красавец, что пытался заигрывать с синьориной по пути в особняк Бастельеро и которого Аластор цапнул за круп. Тьфу! То есть конь Аластора цапнул коня этого джунгаро!

- Хороший вечер, брат мой! - начал джунгаро, и Дункан повернул к нему голову - Не хочешь ли повеселиться? Сын мой вызывает тебя состязаться. Хочешь - на конях скакать, хочешь - борьбой потешиться, а хочешь - проверить, кто кого у костра перепляшет.

- И немного сконфуженно развел руками, всем видом показывая, что глупости это все, но что поделаешь, если у молодого дурня кровь кипит.

- Вокруг в очередной уже раз принялись собираться его соплеменники. Они. похоже решили, что чужаки в таборе - сплошное развлечение! Лучано про себя поморщился Ну и на что этот птенец рассчитывает? Неужели на победу?

- Состязаться? - рассеянно уточнил Дункан. Приподнялся на локте, внимательно оглядел молодого джунгаро. который вышел вперед, подбоченившись и стараясь выглядеть как можно внушительнее Имейся у него шерсть - наверняка вздыбил бы, словно кот перед дракой^1 - Скажи своему сыну, что я ему проиграл Во всем и сразу! — А потом снова улегся головой на колени синьорине и негромко проворчал - И вообще умер...

- Несколько мгновений вокруг было тихо, а потом табор грохнул смехом. Смеялись мужчины и женщины, беззубые старухи и мальчишки... Джунгаро. на котором скрестились взгляды, покраснел так. что даже в сумерках было заметно, а потом стремительно исчез за чужими спинами.

- Ай. прости глупого мальчишку, брат! - просмеявшись. сказал баро и махнул рукой. - Подрастет - поумнеет^1 - Повернулся к соплеменникам и. повысив голос, заявил: - Эй, дети ветра и дороги^1 Утолили голод, согрели животы - пора и сердце порадовать! Счастье пришло в наш табор, сын моей сестры нашел себе женщину! Разводите большой огонь, пойте и пляшите' Перед людьми и богами он поведет ее вокруг костра!

- Все, все смотрите! - присоединила к нему резкий громкий голос Даримхан. - Внук мой украл женское сердце! Пришла девица-красавица искать пропажу, посмотрела на лихого вооа. да и подарила ему все остальное! Разводите большой огонь, пойте и пляшите^1 Первый шаг она сделает невестой, последний - женой!

- Разом запели скрипки и дудки - сначала наперебой, потом все дружнее и слаженнее. В один из костров принялись подбрасывать уже не хворост и сушняк, а настоящие дрова - наверное, привезли с собой. Впрочем, собранный вокруг луга сухостой туда тоже полетел и в считанные мгновения к небу взметнулось поистине внушительное пламя Весь табор, от детей до глубоких стариков, окружил костер на некотором отдалении, а потом джунгаро принялись хлопать в ладони и петь на незнакомом языке. Ритмичная тягучая мелодия поплыла над поляной, и у Лучано потянуло внутри сладкой тоской, как будто он когда-то. неизмеримо давно уже слышал эту песню, но забыл...

- Кажется, я вовремя, - сказал вдруг рядом знакомый голос. - Люблю огонь в темные времена Пусть он не в силах рассеять мрак навсегда, но хотя бы подарит немного тепла. Доброго вечера, друзья мои. Как же я рад снова увидеть вас.

- Раэн?' - радостно воскликнул Лучано

- t**

- Как красиво! - выдохнула Айлин. когда костер, взметнувшись так. что еще немного - и дотянется до первых звезд, высветил лица - радостные, счастливые, и ни одного грустного или осуждающего.

- Трижды обойдя вокруг костра, Дженни с ее женихом - то есть уже мужем! - поклонились богато одетой джунгарской паре В ответ свекровь подала Дженни небольшой котелок, а отец новобрачного вручил ему хлыст и уздечку. Снова поклонившись, молодые супруги отошли в сторону, и их тут же обступили молодые джунгаро...

- Вот какой должна быть настоящая свадьба! Когда все. кто рядом, твои друзья и рады за тебя так же. как потом за других порадуешься ты.

- И какое счастливое лицо у Дженни^1 -Всеблагая! - взмолилась Айлин - Прошу, пусть она будет так же счастлива и через год, и через пять, и через много-много лет! Пусть ей никогда не понадобится идти вокруг костра против солнца, хотя это очень мудрый обычай, вот бы так было и в Дорвенанте!..»

- Завтра табор отправится в Арлезу - сказал Кармель. - Теперь туда можем отправиться и мы. Разумеется, не прямо завтра - после джунгарского праздника тебе наверняка захочется отдохнуть. Но, скажем, послезавтра утром? Если ты не передумала и по-прежнему хочешь ее увидеть?

- Конечно, хочу! - горячо заверила Айлин и мечтательно улыбнулась - Арлеза почему-то представилась ей похожей на вот этот самый табор:

- Шумной, пестрой, скорой на дружбу и вражду, вспыльчивой, но отходчивой, готовой принять влюбленных и проводить песней уходящих...Что ж. если Арлеза и вправду хоть немного такова. Айлин обязательно ее полюбит^1 Наверное, уже любит - прямо сейчас она любит весь мир^1

- Тогда я сообщу о нашем скором отъезде Аластору а сегодня будем отдыхать и развлекаться. Сейчас будут танцы у костра, тебе наверняка понравится. - добавил он с улыбкой.

- Но я не знаю джунгарских танцев' - ахнула Айлин. - И наверняка буду ужасно неуклюжей в этих юбках!

- И тут же. наперекор собственным словам ощутила приятное предвкушение. В щеки бросился жар. а может, это пламя близкого костра так ее согрело? Танцы' Интересно, какие? Вряд ли в таборе танцуют чинный ловансьон. об этом даже подумать смешно!

- Магесса Красной гильдии, любимая ученица Жсзефа - и неуклюжесть? - удивленно уточнил Кармель и снова улыбнулся. - О. не думаю! В джунгарских танцах нет ничего сложного Кстати, наш общий друг Раэн - истинный мастер...

- Приподнявшись на локте он указал взглядом на Лучано, который разговаривал с высоким темноволосым человеком, одетым слишком просто для джунгаро. Вот собеседник Лу повернулся, в сеете костра мелькнул знакомый профиль, и Айлин обрадсванно узнала арлезийца!

- Откуда он здесь?! - шепнула она Кармелю. - Мы недавно встречались в Дорвенне но табор...

- О, Раэна можно встретить где угодно, - добродушно усмехнулся Кармель - И джунгарский табор — далеко не самое удивительное место!

- Между тем арлезиец что-то с улыбкой сказал Лучано. встретился взглядом с Айлин. просиял и направился к ним Кармель встал, и они с Разном крепко обнялись, а потом арлезиец изящно и церемонно поклонился Айлин:

- Дивная донна' Ваш новый облик - воплощение красоты и свободы! Друг мой. - обернулся он к магистру. - когда я смогу принести вам поздравления?

- Надеюсь, что скоро. - отозвался тот. - Обстоятельства пока оставляют желать лучшего, но обещаю, я непременно позову тебя на свадьбу' Только скажи, где тебя искать^7 А то сегодня ть! в Дорвенанте. завтра - хорошо, если хотя бы в Арлезе или Фрагане, а то ведь и в Чине можешь оказаться. Увы. ко двору тамошнего императора портал не проложишь, да и курьера туда не пошлешь.

- О. пустяки! - небрежно махнул рукой арлезиец. - На вашу свадьбу я явлюсь хоть из Чины, хоть из далекой дикой Славии! Ты только позови! Знаешь, как в сказках приглашают Странника на свадьбу или в восприемники младенцу?

- Выйти на крыльцо и крикнуть з ту сторону, куда дует ветер? - слегка приподнял бровь магистр. - Ну. если ты уверен, что этого достаточно...

- Тебе - да - улыбнулся Раэн. и Айлин тихонько хихикнула

- Дон Раэн - такой шутник! И тоже любит легенды! В сказках, которые им с Артуром рассказывала кормилица. Странника зовут именно так. и он. если считает нужным откликается. А в жизни, наверное, у дона Раэна просто хороший поверенный, с которым Кармель всегда может связаться, а уж тот знает, где найти своего хозяина

- О. танцы начинаются! - заметил арлезиец и. опустившись на одно колено, протянул руку ладонью вверх: - Прекрасная донна, вы окажете мне честь'7

- Придерживая юбки Айлин подала ему руку и встала стараясь не выглядеть неуклюжей Поднявшись Раэн обменялся кивками с Кармелем и повел Айлин в круг танцующих пар.

- Я совсем не умею это танцевать, - призналась она. украдкой глянув на джунгаро и по их примеру подавая партнеру вторую руку.

- И не нужно, - отозвался арлезиец. в быстром поклоне коснувшись ее пальцев губами и тут же выпрямившись. - Джунгаро говорят, что танец живет не в ногах, а в сердце. Слушайте свое сердце, дивная донна, следуйте за музыкой и предоставьте мне остальное. Посмотрите, все танцуют по-разному, кому как нравится. - Он сделал первый шаг, увлекая ее за собой, и мягко добавил: - Вы не сможете ошибиться, потому что здесь не бывает ошибок.

- -Я не смогу ошибиться. - послушно повторила про себя Айлин - Все танцуют по-разному значит, это правильно!*

- Она шагнула раз. второй, чувствуя себя то ли на уроке с Аминой. то ли на тренировке у месьора д'Альбрэ. и вдруг . услышала ритм. Быстрый, очень четкий и ясный, буквально на два счета! Вдох-выдох, шаг-второй, взгляд-улыбка! И вправду - легко! Засмеявшись от нахлынувшего облегчения, Айлин встретилась взглядом с арлезийцем и сжала его руки в ответ! Вдох-выдох, шаг-поворот^1 Скрипка вела за собой звала вдаль, обещала нечто небывалое, чудесное.

- Айлин подумалось, что это похоже на их первый раз с Кармелем... когда он вернулся из дворца, и see преграды рухнули, сметенные страхом и сменившей его радостью! Тот же сладкий жар. то же томление, а потом - восторг! И вправду, ничего общего с теми танцами, к которым она привыкла...

- «Не совсем - подумала она. стараясь быть справедливой - На помолвке Иоланды и Лионеля Саграсса было так же весело. Ну. почти' Я тогда ненадолго вырвалась из дома Бастельеро и наслаждалась этим глотком свободы, как последним в своей жизни! Но тогда я понимала, что придется вернуться к мужу, в мрачный особняк, так и не ставший мне домом... А сейчас точно знаю, что после этого праздника уеду домой! К себе и Кармелю' А еще к Амине и Алонсо. к Пушку и Дону Леону.. Туда, где мне рады и любят^1»

- Она снова рассмеялась, забыв неуверенность и стеснение. И юбки не такие уж неудобные... Наоборот, при быстром повороте они кружатся лучше чем бальное платье' И никаких корсетов, так что руки партнера лежат прямо на талии, от этого сладко замирает в груди, а изнутри поднимается что-то горячее, яркое, огромное, как целый мир...

- -Неужели мне нравятся прикосновения мужчины? - спросила она себя с испуганным восторгом и стыдом - Чужого мужчины, ничем со мной не связанного?1 Нравится блеск з его глазах, его улыбка и восхищенный шепот, когда танец сводит нас совсем близко, и его губы шепчут комплименты... Я же понимаю, что все это несерьезно! Обычная любезность учтивого кавалера Но как же приятно чувствовать себя красивой и желанной. Неужели я стала порочной и развратной, раз мне это нравится? Или ничего страшного, если это всего лишь танец?..»

- Прикрыв глаза и поглубже вдохнув, Айлин попыталась сбросить наваждение открыла глаза... и с облегчением выдохгнула И что за глупости она себе придумала?' Да. дон Раэн очень красив^1 И танцует превосходно, и шепот у него жаркий, а глаза горят, как у Дона Леона, когда тот крадется за птичкой... Но все это приятно лишь потому, что ей. Айлин. за всю ее жизнь досталось не так уж много мужского внимания, причем такого восхищенного и откровенного. Академические уроки танцев, где партнерами были мальчики ее возраста, помолвка 8 доме Иоланды да тот злополучный бал в Ночь Боярышника... И если не считать паэраны с Кармелем под цветущей вишней и танца с Аластором на собственной свадьбе... Она ведь танцевала с мужчинами несравнимо меньше любой своей сверстницы, представленной ко двору!

- «А люблю я все-таки Кармеля. - подумала Айлин с веселой шальной уверенностью, которая ее теперь переполняла. - И то. что в мире, оказывается, множество красивых мужчин, ровно ничего не значит' Танцевать с доном Разном исключительно приятно! И разговаривать, и принимать комплименты... Но на сердце у меня при одном взгляде на него не теплеет, и не хочется оказаться в его объятиях, узнать, какие на вкус у него губы.. Да и всего остального - тоже не хочется!»

- Улыбнувшись не столько партнеру, сколько своим мыслям, она окинула взглядом пляшущих джунгаро. Пары то и дело менялись, и этим джунгарский танец отличался от паэраны. на которую был очень похож. Да еще оказался быстрее и проще, переполнен не игривой легкостью, а дикой радостью и свободой!

- Шаг-шаг-поворот - и Айлин взлетела к небу в сильных руках дона Раэна' Еще один поворот - и опустилась на землю уже напротиз Лучано. а перед Раэном оказалась Дженни, одетая по- джунгарски. прелестно счастливая и смущенная!

- Шаг. еще шаг. и глаза Лу горят, как у настоящего кота, забравшегося в стаю перепелок, позорот - и рядом оказался уже Ал растрепанный, в рубашке с развязанным воротом и улыбкой во весь рот...

- Скрипка смолкла, и Айлин остановилась, едва не влетев Аластору носом в грудь. Он чуть придержал ее за руки. Айлин благодарно кивнула, несколько раз глубоко вдохнула и

- выдохнула... Заглянула Аластору в глаза и спросила сразу обо всем:

- Как хорошо, правда?!

- Хорошо. - улыбаясь, ответил он - Очень^1 Уже и не помню когда так веселился' Разве что дома, когда на деревенские свадьбы звали... Дункан сказал вы хотите поехать в Арлезу? - Дождался, пока Айлин кизнула, и пообещал: - Мы вас навестим! Только не сразу, конечно! Мы понимаем...

- И сам смутился, кажется, потому что отвел глаза, но тут же снова посмотрел открыто и сказал очень просто:

- Я так рад за тебя... за вас! Хочу, чтобы ты была счастлива'

- И я тоже, - шепнула Айлин. вдруг отчаянно смутившись, но не сомневаясь, что Ал ее слышит, как бы тихо она ни говорила. - Хочу счастья для тебя, для Лучано... Все же будет хорошо, правда?

- Правда. - раздался рядом негромкий голос Раэна, прежде чем Аластор успел что-то ответить. - Рано или поздно, так или иначе, но в итоге все будет хорошо, друзья мои... - И улыбнувшись как-то странно. - Айлин показалось, что в этой улыбке мелькнула печаль, - предложил - Идемте к костру? Там рассказывают сказки! Джунгарские сказки стоит послушать, этот народ умеет видеть многое, скрытое от иных глаз.

- Идемте! - обрадовалась Айлин и поискала взглядом Кармеля. - Никогда не слышала джунгарских историй, их ведь никто не записывает!

- Ну почему же никто? - Подойдя. Кармель накинул ей на плечи шаль, которую Айлин приняла с благодарностью - после танца ветерок показался слишком прохладным. - Вот Раэн как раз их собирает. Это не первый табор, в котором он гостит, а джунгаро охотно делятся своими преданиями. Правда, от гостей ждут ответной любезности. О чем ты будешь рассказывать сегодня, друг мой?

- О чем попросят. - с прежней беззаботностью улыбнулся арлезиец. - У меня довольно историй на любой вкус. О великой любви и такой же великой ненависти, о королях и шутах, о благих и Барготе.

- А о Страннике? - спросил Кармель с легкой усмешкой.

- О нем и так рассказывают все кому не лень. - ответил улыбкой Раэн и кивнул на ближайший костер: - Кстати, сегодня у меня нашелся соперник. Сказки про невесту Баргота я еще не слышал'

- И впрямь, любопытно. - согласился Кармель. предлагая Айлин руку. — Да и лицо, кажется, знакомое. Вот ведь... энергичный юноша...

- Айлин хихикнула, узнав в «энергичном юноше» того самого задиру, который пытался ухаживать за ней. а потом столь неудачно для себя вызвал Кармеля на поединок.

- Джунгаро учтиво расступились пропуская гостей вперед, и Айлин прильнула спиной к широкой груди Кармеля, который тут же обнял ее за плечи. Стало еще теплее и уютнее, л она с удовольствием прислушалась к рассказчику, сидящему на козрике посреди круга слушателей Сначала тот перебрасывался шутками с такими не молодыми соплеменниками, но стоило начаться истории, голос его мигом утратил задиристый напор, став звучным и торжественные:

- Раз на большом сходе приглянулся один лихой джунгаро гадалке. Взяла гадалка его за руку, заговорила с ним ласково, да видит - не понравилась Озлилась тут гадалка, ударила парня по плечу хлыстом да как закричит.

- Коло я тебе не хороша, иди-ка. поищи двенадцати братьев сестру, самого Баргста невесту^1

- «понятное дело! - мысленно согласилась Аил™ - половина девиц пошлет отказавшего им кавалера именно к Барготу! А другая половина - еще куда-нибудь, но вряд ли отказавшего и там ждет что-тс хорошее ..•

- Герой сказки, однако, принял ругань за пророчество - наверное, рассудил, что гадалки просто так ничего не говорят! - и отправился искатэ невесту. И ведь умудрился найти, гричем в точности там, где указала гадалка. В доме Баргота^1

- Волосы у девицы - что священный костер на большом сходе. - вдохновенно повествовал джунгаро. то и дело поглядывая на Айлин - Глаза как у кошки дикой Лицо такое, что солнце ей скажет • Дай, сестрица мне отдохнуть денек, посвети людям вместо меня^1-

- Джунгаро собравшиеся вокруг, восхищенно цокали языками, явно оценив столь красноречиво описанные прелести...

- Нежить! - уверенно шепнула Айлин и заметив удивленные взгляды сидевших рядом Лучано и Аластора таким же шепотом, чтобы не перебивать рассказчика, пояснила: - Глаза как у дикой ксшки^1 У них же вертикальные зраши^1 Характерный признак нежити А еще прекрасное лицо, золотой дом. серебряный колодел... Точно нежить. Моройка, наверное, они очень красивые, даже если при жизни были не слишком. И умеют создавать иллюзии, это называется -охотничий полог». Золотой дом. навеоное. вряд ли создадут, но это же сказка!

- Аластор понимающе закивал, Лучано прикрыл рот ладонью, сдерживая смех, и грудо Кармеля тоже дрогнула

- Между тем девица из золотого дома сообщила лихому герою сказки о двенадцати братьях, что должны бьли отдать ей в приданое все имущество, нажитое родителями, и о Барготе, умыкнувшем ее без всякого приданого.

- Вот братья-то обрадовались. - усмехнулся Лучано. а Айлин так же тихонько, но уверенно заключила:

- Точно мсройка, вид «черная невеста». Между прочим, с ними даже кладбищенские мастера не всегда справляются Они вылупляются если девушка-невеста покончила с ообой из-за приданого. Может, его не было, а жених отказался брать бесприданницу...

- Или у девицы и впрямь оказалось двенадцать братьев, которые вряд ли хотели отдавать сестре все имущество! - согласился Лучано. - Очень неразумное распоряжение оставили их почтенные родители! Ми синьорина, а какие еще бывают эти самые, как вы сказали... моройки?

- Ночницы, полуденные сестры, белые матери, серые вдовы, - четко, как на уроке, перечислила Айлин - А братья ненастоящие, если уж моройка. Они родней называют только нежить из своего гнезда.

- Прекрасная семья - заключил Лучано. и Аластор поддержал его смешком

- Дон Раэн, сидящий поодаль и никак не способный услышать их перешептывания, приподнял брови и посмотрел с таким умилением, что Айлин заподозрила - он их все-таки слышит. Тем временем джунгаро в сказке принялся договариваться с Барготом о трех состязаниях за руку девиць

- Узнав, что первым оказались танцы от рассвета до заката. Айлин по примеру Лучано поспешно зажала рот ладонью, чтобы не захихикать - так живо представился ей мастер Керен^1 3 ее восбражении он выплясывал под джунгарскую скрипку нечто исключительно бодрое и при этом явно недоумевал - как это его угораздило! А главное - зачем?!

- Разумеется, сказка закончилась победой молодого джунгаро и его долгой счастливой жизнью с красазицей-женой. Слушатели хлопали друг друга по плечам, вполголоса повторяя самые яркие моменты, а рассказчик, окруженный восхищением соплеменников, гордо и значительно посмотрел на Айлин. однако поймал взгляд Кармеля. насупился, и сияние его самодовольства несколько померкло.

- Прекрасная сказка! - одобрила Айлин и. сноза перейдя на шепот, добавила: - Я ее в учебник по нежитеведению добавлю. Когда его напишу, конечно. Приведу как пример образцово удачной моройской охоты, обычно им людей приходится ловить и заманивать а тут моройку привезли сразу в целый табор, и всех забот - несколько дней не соглашаться на свадьбу. Огонь-то их уничтожает

- Именно поэтому все гости табора з первый же вечер прыгают через костер. - усмехнулся Кармель. - Очень предусмотрительно!

- Беллиссимо придумано. - согласился Лучано. - А то привезешь вот так домой миленькую синьорину, она еще и братьев попросит на свадьбу пригласить... А потом окажется, что табор больше никто не видел^1 После визита баргстоеой дюжины мороев

- А, мудрый человек пришел^1 - Подошедший баро хлопнул Раэна по плечу. - Xopo.ua ли была твоя дорога, собиратель историй''

- Хороша, раз привела меня к друзьям, - улыбнулся арлезиец и принял стакан с вином, который ему немедленно сунули в руки - О чем вам сегодня рассказать? Может, о том. как умная девица трижды обманула Речного Короля? Или как сын этого Короля был проклят и обращен з огромного змея? Или как Баргот сыграл шутку над Семью Благими''

- Джунгаро загомонили, но госпожа Даримхан. которая поднесла гостю угощение, разом пресекла раздор:

- Про Речного Короля с девицей мы и сами знаем. - сообщила она. - И про сына его сказка не новая, во фраганских землях ее издавна рассказывают А про шутку над Благими даже я. старая, никогда не слышала! Эту сказку хотим'

- Извольте, - согласился дон Раэн и при всеобщем жадном внимании занял место рассказчика, немного помолчал а потом размеренно загозорил

- Случилось однажды, что Семеро Благих устроили праздник. То ли день у кого-то из них выдался особенно удачный, то ли смертные чем-то порадовали, теперь уж не узнать Только так они развеселились, что позвали в гости самого Баргота - похвастать перед ним. как чтут их люди. Не отказал Баргот, пришел и оел ссбя, кок подобает эоамому гостю. Подарки принес, похвалил красоту Благих Жен и силу Благих Мужей, деяния их и заслуш. Хлеб разломил и отведал, зино отпил, к огню сел. Хорошим гостем был! И спросили его Благие:

- Почему ты так редко ходишь к нам? Хоть ты нам и противник, а ведь раньше был нашим братом и другом Заглядызал бы почаще, глядишь - и помирились бы мы'

- Вздохнул Баргот и ответил:

- Дел у меня много, бывшие мои братья да сестры Вы вот с добрыми да послушными людьми всемером управляетесь, а мне одному с непокорными грешниками сплошная маета! И как будто мало этого, у вас есть Избранные среди людей, смотрите вы их глазами, слушаете их ушами, а то и дела какие-то их руками творите. Моих же Избранных ваши почитатели истребили, некому мне помочь хоть в самой малости Да и не рождается моих Избранных давным-давно! И если зовете вы себя спразедлизьми. то скажите мне, где же тут спразедливость?

- Подумали Благие, да и согласились И правда, разве это справедливо, что они свою работу всемером делают, да еще им смертные помогают, а Баргот один мается, будто пастух со стадом без своры собак? Хоть плохих людей и меньше на земле, чем хороших, а все-таки неправильно лишать его того, что каждому богу положено^1

- Будь по-твоему. - сказали Благие. - пусть родится твой Избранный и станет тебе помощником. Но только не можем мы отдать невинную душу во власть Проклятого, пусть этот человек сам к тебе на службу пойдет, по доброй воле и своему желанию.

- А где же спразедливость? - вопросил тогда Баргот - Вы-то своих Избранных выбираете при их рождении, у них никакой воли не спрашиваете.

- Подумали еще Благие и снова согласились, но с оговоркой:

- Ладно. - говорят. - выбирай себе Избранного сам, любого бери, кто с белой искрой родится Но над волей и душой его у тебя власти не будет Захочет человек этот поклониться тебе и душу свою отдать - забирай, твое право. А если останется верным добру, не быть тебе ему хозяином

- Вздохнул спять Баргот, пожал плечами, да и говорит

- Будь по-вашему, родня моя бывшая. Конечно, вам-то на Семерых больше справедливости положено, чем мне одному

- Айлин невольно улыбнулась, как будто наяву услышав последние слова произнесенные ядовито учтивым тоном мастера Керена. И тут же вновь погрузилась в повествование увлеченная сюжетом

- И вот продолжился праздник, на который позвали Баргота, и мнэго веселья на нем было. Только захмелели Благие и начали спорить, кто из них для людей важнее? «Я. - сказала Всеблагая Мать. - Ведь я дарю жизнь, и плоды, и любовь, и радость».

- Джунгаро закивали, и по их притихшим рядам пробежал согласный шепот.

- Однако возразили ей другие. - продолжил Раэн. «Нет. я важнее - сказала Милосердная Сестра - Я облегчаю страдания и посылаю здоровье, я помогаю лекарям привести 8 мир дитя и исцеляю раны воинов» «Я важнее. - усмехнулась Претемная Госпожа. - Смертным случается жить без любви, не оставить потомства и не получить даров ?Иилосердной Сестры, но каждый придет в мои владения в итоге итогов».

- Перешептывания стали громче на лицах джунгаро Айлин видела растерянность и работу мысли, словно все они разом и впервые задались вопросом, кто же из Благих Леди прав

- Ну а там и Благие Мужи заговорили - неторопливо продолжал Раэн. и шепотки стихли - слушатели боялись пропустить хоть слово. - Тоже припомнили заслуги перед смертными, заспорили друг с другом и с женами. Только Баргот сидел себе в сторонке у огня да потягивал доброе винцо, сами понимаете ему-то в подобном деле и слово не промолвить. А спор становился все жарче, еще чуть - и кулаки в ход пошли бы! Но на то они и Благие, чтобы пресекать любой раздор, даже среди себя самих, вот и опомнились. Подумали и решили создать мага, одаренного равно всеми семью искрами, чтобы посмотреть какая из них жарче разгорится? Ведь кто из Благих больше значит для людей и людям полезнее, к дару того человек станет прибегать чаще. Баргот же и в этот раз не сказал ничего, только вина себе подлил...

- «А Благие совсем-совсем не насторожились? - удивилась Айлин - Если господин коварства ведет себя так тихо и благочинно, тут бы заподозрить неладное»

- И вот выбрали Благие младенца, и каждый даровал ему искру одинаковой силы. - Голос Раэна, вроде бы негромкий, но ясный и звучный, заполнил все пространство между людьми, завороженными рассказом, и даже, как показалось Айлин. поднялся а небо вместе с языками пламени - Ох, и повезло этому ребенку! Дала ему Милосердная Сестра несокрушимое здоровье и стремление к лекарскому мастерству, а Всеблагая - горячую кровь и щедрое на любовь сердце, а еще доброту к созданным ею тварям. Дал Пресветлый Воин храбрость в бою и тягу к воинскому искусству, а Всеумелый Мастер и Творец Превращений - страсть к наукам и множество талантов Великий Безликий отсыпал, не жалея, умения слагать стихи и песни, поселил в его сердце музыку и танец а Претемная Госпожа покосилась на бывшего супруга, что сидел у огня да чему-то улыбался, и наделила ребенка даром избегать случайной смерти. Все были щедры, все постарались' Упала в младенца искра огненно-алая и золотисто-желтая, солнечно-оранжевая и зелено-травяная. И небесно-голубая упала, и синяя, как морские глубины, и фиалковая, словно безлунная ночь...

- На поляне стало тихо-тихо, казалось, даже лошади и быки не фыркают, словно прислушиваясь к рассказу... Внутри Айлин что-то томительно и тревожно потянуло предчувствием близкой беды. Хотя что плохого может случиться от сказки?

- Выражения лица Кармеля она не видела, только его ладони держали ее плечи крепко и как- то... напряженно. Айлин украдкой глянула на остальных. Аластор хмурился, лицо Лучано застыло маской такого безразличия, что одно это могло насторожить.

- А когда собрались воедино все дары Благих... Вот тут-то и рассмеялся Баргот - Каждое слово арлезийца падало резко и четко. - Ибо семь разноцветных искр вспыхнули разом и слились в одну, огромную и белую, как первый снег, что играет на солнце радугой. «Вот вам и ответ, и дали вы его сами'» - сказал Баргот. Ужаснулись Благие, увидев, что их совершенное творенье несет в себе метку Падшего, и отступили от младенца. Явился ребенок на свет, закричал, и с первым криком Баргот осенил его своей милостью как Избранного. Но слово было сказано, а слово богов нерушимо. И пока сам Избранный по собственной воле не придет к покровителю, нет у Баргота над ним власти. Некому помочь Проклятому в его тяжком труде, а справедливость Благих - она для Благих. - неожиданно закончил Раэн. и тишина повисла над поляной, оглушительная, почти болезненная.

- Айлин даже уши зажать захотелось!

- Хороша твоя сказка, собиратель историй, — тихо и медленно уронила Даримхан, разрушая эту тишину, отчего Айлин вздохнула с облегчением - Ай, хороша И правда, забывать люди стали, что не Семеро Благих пришло на эту землю, Восемь их было. И что в самом богатом да пригожем шатре чисто до тех пор. пека кто-то убирает в нем грязь... Хорошая сказка, она как монета, к одному человеку одной стороной повернется, к другому - другой, а кому-то и вовсе на ребро станет... Ну, что умолкли, дети ветра и дороги?1 - вдруг рявкнула она соплеменникам. - Жги огонь до небес, пали все плохое!

- Переговариваясь, джунгаро разошлись, табор снова загомонил, в притихший костер принялись подбрасывать дрова, и вскоре пламя разгорелось сильнее прежнего. Глядя на ало- золотую завесу, Айлин испугалась, но Кармель ободряюще сжал ее ладонь.

- Ничего не бойся, моя донна. - сказал он - Сегодня не время для страха или печали.

- Словно вторя его словам, запела скрипка, за ней мотив подхватили дудки. Джунгаро начали брать друг друга за руки и вставать длинной цепочкой... Какая-то ярко одетая девица налетела на Айлин, ухватила ее за ладонь и со смехом потащила их с Кармелем к костру, на ходу что-то объясняя. Через миг они оказались частью длинной цепи, и Айлин увидела, что с другой стороны тоже кто-то встал...

- А потом, повинуясь музыке, человеческая змейка побежала вокруг костра - все быстрее и быстрее На ходу джунгаро умудрялись петь и плясать, мужчины выбрасывали вперед ноги и подпрыгивали, женщины крутили бедрами отчего их юбки взлетали выше колен. И бежали- бежали-бежали... Потом Айлин заметила, что от «змеи» то и дело откалывается то пэра, то одинокий джунгаро или джунгарка Оказавшись напротив определенного места, где поляна была поровнее. без кочек, эти смельчаки разбегались и... взлетали! Нет, конечно, они просто прыгали в пламя, пролетая его насквоз», но выглядело это пугающе. У Айлин сильнее забилось сердце. Это же... страшно'

- А если она откажется, их выгонят из табора?! Или еще что похуже случится?

- «Я не буду бояться. - упрямо сказала она себе - Там даже дети прыгают^1 Ну, не совсем дети но вон тому мальчишке вряд ли больше двенадцати^1 Я в его возрасте ходила на беспокойное кладбище!-

- «Потому что дура была. - резонно возразила она себе - И если бы не Пушок...»

- «Но в прыжке и правда нет ничего опасного, иначе джунгаро не делали бы это так легко и весело».

- За размышлениями она едва не забыла переставлять ноги и очнулась, только оказавшись вне цепи. Впереди мелькнула знакомая алая рубаха... Лучано ухватил за руку джунгарскую девицу, невысокую, гибкую, с копной смоляных кудрей, и они вместе улетели в пламя, тут же вынырнув с другой стороны.

- «А я?! - вскинулась Айлин, не совсем забыв про страх, но заставив его умолкнуть. - Я тоже могу'»

- И сама нетерпеливо потянула Кармеля к костру.

- Подбери юбки. - успел посоветовать он. и Айлин торопливо собрала их сбоку ладонью, оценив совет.

- Действительно, джунгарки именно так и делали.

- Стиснув руку Кармеля так. что самой стало больно, с пересохшим от волнения ртом и стучащим сердцем она разбежалась там же где это делали все. и Кармель несся рядом, наверняка примеряя свой широкий шаг к ее бегу. Сердце сорвалось в галоп! Кармель прыгнул на долю мгновения раньше, его пальцы цепко сомкнулись на ее запястье, руку дернуло, а следом за ней и всю Айлин...

- За спиной словно распахнулись огромные крылья! Айлин показалось, что она взмыла в небо, а сердце отстало, задержавшись на земле, и теперь догоняет ее судорожными рывками.

- Фыркнуло пламя лизнув подошвы ее туфелек, юбки вздулись от жара, и Айлин стало разом весело и жутко, как бывает только на беспокойных кладбищах, когда ты. конечно, справишься с любой опасностью - вот только где она затаилась?

- А потом огонь вдруг остался позади, в ноги упруго толкнулась земля, Айлин покачнулась, уткнулась лбом в плечо Кармеля и рассмеялась. Прекрасное чувство! Страшное но прекрасное' Но больше она прыгать не станет - любезные хозяева и так убедились, что никакая она не нежить, а добровольно на такое пойдет лишь тот. кто никогда не чувствовал обжигающего жара, готового взвиться выше, лизнуть юбки или сразу кожу... Нет-нет. больше никогда^1 Ну. разве что еще один разок? Только один, надо же подтвердить, что она точно обычный человек, а не какая-нибудь... невеста Баргота^7

- А можно еще раз? - выдохнула она и услышала как Кармель тихонько рассмеялся.

- Можно, - заверил он. - Только в обратную сторону прыгать не стоит, лучше снова обойти костер. Тебе понравилось?

- Вместо ответа Айлин зажмурилась, сжала его руку и загадала, что если сейчас он ее поцелует... Если он догадается, что именно сейчас ее нужно, прямо-таки необходимо поцеловать, пока лицо горит от жара костра, сердце бешено стучит, но все это можно оправдать прыжком через пламя.. Тогда Кармель будет любить ее всю жизнь, вот'

- Она успела испугаться, что этого не произойдет, и даже яростно обозвала себя дурой - ну кто же заключает с любовью такие споры?! - но его ладони легли ей на плечи, Айлин. радостно вспыхнув, потянулась навстречу, и горячие губы Кармеля приникли к ее губам.

- «У всех на виду^1- - мелькнула испуганная мысль

- "Да и плевать!- - стерла ее следующая, шальная и счастливая.

- ...А потом оказалось, что летние ночи коротки, раньше она не замечала - насколько! И когда розово-лиловая полоска будущего рассвета расплылась по небу, табор умолк. Давно ушли в свой шатер новобрачные, у костров еще сидели любители горячего вина, историй и ленивой, даже без азарта, игры в кости, но веселье неумолимо стихало, а на Айлин навалилась тяжелая томная усталость...

- Попросим пустить нас в шатер или отправимся в Дорвеину^ - спросил Кармель. обнимая ее.

- Лучше з Дореенну, - вздохнула Айлин. - Но это сложно, наверное..

- Ничуть. В другое время я бы предложил конную прогулку. Дон Торнадо и Луна отдохнули и были бы рады поразмяться Но ты устала... Вернемся порталом^7

- У тебя есть портал? - оживилась Айлин - Я думала, он только в Арлезу!

- Мой личный - да. - согласился Кармело. кутая ее в шаль и подхватывая на руки, словно ребенка. Айлин тут же воспользовалась возможностью положить ему голову на плечо и подумала, что никуда отсюда не сдвинется Ближайшие несколько часов - уж точно^1 - Но нашего друга Аластора сопровождают очень полезные и умелые господа из службы другого нашего друга Дарры. Они как раз собираются открыть портал для Аластора с Лучано и готовы оказать нам ту же любезность.

- Беллиссимо. как говорит Лу. - пробормотала Айлин и зевнула: - Даже грандиозо Хочу домой^1

- Спасибо, любовь моя, - шепнул Кармель. нежно касаясь губами ее лба

- За что? - удивилась Айлин. пытаясь сдержать отчаянную зевоту. - Это я должна благода-а-а-арить...

- За то. что зовешь этот дом своим . - успела она услышать, а потом стало тепло, уютно, спокойно, и Айлин провалилась в это ощущение, уплыв на мягких темных волнах.

- Глава 23. Очень важные сборы

- Проводив Альоа. уехавшего отдавать семейные долги - вернувшись из табора и как следует отоспавшись, друг сообщил, что перед отъездом в поместье намерен посетить дом Райнгартенов, надо же в конце концов навестить пока единственного племянника - Лучано с удивлением обнаружил, что его собственный день зыдался восхитительно свободным. Для начала он разобрал почту - как-то незаметно оказалось, что благородному синьору Фареллу многие пишут интересуясь его делами и сообщая о собственных. Управляющий городского особняка прислал хозяйственный отчет и заверения, что в доме все благополучно. Два месяца назад мастера, что перестраивали палаццо, закончили работу, и теперь новенькая лаборатория ожидала когда же у хозяина отыщется для нее время. Еще один отчет прислали из Озерного края, туда тоже следовало наведаться, а то нехорошо получается - постройкой лесного дома больше озабочен синьор Вальдерон. чем сам Лучано^1

- "Обнаглел ты, мальчик мой^1 - словно вживую зазвучал в ушах ехидный голос мастера Ларци. - Королевский батюшка занимается твоими делами, словно управитель! Хоть на новоселье позовешь нас с Лоренцо, или старики тебе уже не нужны?..» «Да как вы можете так думать обо мне мастер? - обиженно возмутился Лучано, словно Ларци и вправду его слышал - Разумеется, позову! Охотой вас не порадуешь, зато в лесную глушь никакой Тино не дотянется со своими интригами! Хоть отдохнете несколько дней!» Голос мастера з его воображении удовлетворенно хмыкнул, и тут же Лучано заметил среди писем пакет, подписанный знакомым почерком

- Торопливо вскрыв послание, он прочел кучу забавных новостей о котах и соседях - именно то. что мог бы писать почтенный зельедел. скучающий по сыну. Узнал, что Аконит застрял в водосточной трубе, и вызволять его пришлось «твоему дружку Фелиппе. кстати, у него все благополучно, его мастер им доволен». Что знучка зеленщика сбежала из дома с сыном капитана городской стражи, и юные идиотти. как говорят, подались куда-то в Арлезу Что дядюшка Тино по-прежнему пребывает не в духе, так что хорошо бы ему, Лучано. в ближайшее время не показываться дядюшке на глаза, а то Вероккья. конечно, просторный город, но для родственников не любящих друг друга, даже мауритская пустыня может оказаться тесной...

- «В Итлию, значит, мне наведываться не стоит. - понял Лучано. - Ну что ж. не особо и собирался. Хотя с Тино все разно придется что-то решать. Если заноза вошла в плоть настолько глубоко, то зыйдет либо с инструментом хирурга, либо с прорвавшимся нарывом Была бы моя воля, я бы давным-давно отправил .дядюшку Тино" к Барготу, где его ждут не дождутся. Но мастер чтит законы гильдии... А жаль! Темный Омут этого не оценит!»

- Еще в пакете имелся плотный лист гербовой бумаги, заверенный печатью гильдии зельеделов Итлии. В документе были перечислены тридцать шесть лекарственных средств, изобретенных мастером Ларци Фарелли ди Вероккья, а также содержалось позволение свободно изготавливать их, продавать и совершенствовать. Предназначалась данная лицензия Лучано Фортунато Фарелли, приемному сыну мастера Ларци Фарелли. с правом передачи кому угодно, включая учеников, подмастерьев и торговых компаньонов У Лучано защипало в глазах - наверное, соринка попала, и он поспешно смахнул навернувшуюся слезу...

- Следующее письмо прислал его знакомый банкир. После пышных заверений в неизменной дружбе и готовности к любым услугам, ведь «мы. уроженцы прекрасной солнечной Итлии должны поддерживать друг друга в этой суровой стране», синьор Томазо сообщал, что в его контору обратился некий благородный синьор Конрад Саграсс. желающий заложить родовой особняк, в котором сейчас проживает совершенно один. Синьор Томазо. знающий, что горячо уважаемый им синьор Лучано принимает участие в судьбе семьи Саграссов. деликатно интересовался его мнением и возможными пожеланиями. Иными словами, следует ли предоставить синьору Саграссу-старшему кредит, который оный синьор безусловно не сможет выплатить и лишится прав на последнее имущество, или же отказать, не сообщая причин?

- Прежде чем написать ответ. Лучано всерьез задумался. Наверняка, получив деньги, барготов пьяница либо допьется до смерти, либо получит нож в спину от собутыльника. Так или иначе, он быстро встанет на тропу, ведущую в Сады, и семья Лионеля наконец освободится. Правда, особняк при этом останется за банком, потому что лишних денег на его выкуп у Саграссов нет а дважды провернуть шутку с подарком уже не получится - Лионеля и первый-то раз пришлось уговаривать, применив такое сильнодействующее средство, как авторитет грандсиньора Аранвена С одной стороны, особняк жаль, у Лионеля два брата, которые захотят завести собственную семью, а отремонтировать пусть даже самый заброшенный палаццо проще, чем построить нозый. С другой... а может, и не стоит его жалеть? Наверняка с этим домом у них связано много не лучших воспоминаний, а грязная чашка испортит самый вкусный шамьет...

- «Спрошу самого Лионеля - рассудил Лучано. отложив письмо банкира - Если он захочет сохранить семейное гнездо ради братьев, попрошу синьора Томазо не выставлять этот демонами драный палаццо на торги а продлить кредит наследникам. Если же Лионель захочет избавиться от развалюхи, пусть ее хоть Баргот забирает! Опять же. молодые синьоры Саграссы тоже имеют право на свое мнение, ведь кому-то из них там жить!»

- Остальные письма были приглашениями на различные торжества - большую часть этих людей Лучано знал только благодаря тренированной памяти Шипа в которой намертво застревало любое увиденное лицо или услышанное имя Иначе как бы он запомнил, что вот этот синьор, зовущий «его светлость лорда Люциана Фарелла» на помолвку дочери, служит при дворе старшим помощником главного садовника? А этот, жаждущий видеть Лучано на празднике по случаю рождения сына, при дворе вовсе не служит, но мечтает, о чем неоднократно намекал своему кузену, лейтенанту Эдлю...

- Обозрев кучу вскрытых писем. Лучано тяжело вздохнул. А не завести ли специального человека для ответов на приглашения, чтобы не позориться незнанием сложных этикетных правил? У него, бывшего Шипа, который большую часть жизни вел только лабораторные книги.

- будет собстзенный секретарь?! С ума сойти можно' С другой стороны, если его личной почтой займется кто-то еще этот кто-то может случайно узнать что-то лишнее а сам Лучано - пропустить что-то нужное'

- «Заведу, - решил он. с содроганием прикинув, сколько времени понадобится уже сегодня, чтобы не показаться неучтивым, а ведь такой ворох писем приходит каждые несколько дней^1 - Но читать почту буду сам. а секретарю отдавать только безделицы...*

- Он вздохнул, потянулся за последним пакетом, изящно и вычурно подписанным по- фрагански. и... сделал стойку, словно синьор Собака почуявший дичь. Сначала а ноздри бросился зосхитительный запах духов - розмарин и сладкие апельсины, а потом Лучано узидел на пакете печать - королевскую лилию, тисненную золотом на синем сургуче. Он даже перечитал адрес дважды, чтобы удостовериться - никакой ошибки, и послание предназначено именно ему. Осторожно вскрыл конверт, чувствуя, как бьется сердце. Зсе-таки не каждый день получаешь письмо от принцессы^1

- Мелькнула мысль дождаться Альса но Лучано рассудил, что грандсиньорине Флоретте виднее, кому и зачем она пишет, и уж прочитать письмо он имеет полное право, а там посмотрим!

- В пакете оказалась нотная тетрадь, перевязанная ленточкой, узел которой скрепляла роскошная эмалевая брошь^1 Удивленно вскинув брови. Лучано отколол и отложил в сторону драгоценную безделушку, пробежал взглядом строчки партитуры... Изысканная вещица! Партия лютни из какой-то оперы, а вот и приложенное либретто... Незнакомой оперы! Ему - и незнакомой!

- Отложив тетрадь, он с азартным предвкушением взялся за письмо. Ее высочество Флоретта очень мило и просто интересовалась делами месьора Люка. «Ведь вы же разрешили так себя называть, правда?» Упоминала, что была на премьере новой оперы написанной маэстро Блаварини. и попросила у восходящей звезды Гранд Опера ноты для своего дорогого дорвенантского друга. И. конечно, ее дорогая сестрица Флоранс присоединяется в наилучших пожеланиях этому самому другу и тоже надеется, что месьор Люка найдет время для визита в Люрьезу. где его будут рады принять одного или с друзьями.

- «А особенно мне обрадуются, надо полагать. - усмехнулся Лучано, - если с собой я прихвачу благородного синьора Вальдерона-младшего! Так. исключительно по-дружески^1 Что ж, их высочествам нельзя отказать в уме и такте, это вам не Лоренца Пьячченца! Так мило - прислать мне ноты, небрежно сколов их безделушкой, которую не постыдится носить принц! Но для тех. кто понимает з этом толк, внимание монарших особ куда дороже любой драгоценности. Фраганские принцессы зовут меня другом, прелесть какая м? А их братец, лисомедведь королевской породы, напоказ благоволит месьору дАльбрэ. и шелковые сети, предназначенные для Аластора, мягко стягиваются сначала вокруг его друзей Интересно, для грандсиньора Дункана они тоже что-то приготовили?»

- Он взял брошь и залюбовался. Чудесная эмалевая стрекоза лишь на первый взгляд изображала обычное насекомое Если присмотреться, тельце стрекозы было крошечной фигуркой обнаженной женщины, раскинувшей руки-усики - невероятно тонкая работа! Крылья переливались бесчисленными оттенками янтарного, изумрудного, лазурного, алого и лилового цветов, разделенных тончайшими золотыми перегородками, а шесть лапок стрекозы крепились к эмалевому же цветку... Подобные броши Лучано видел у придворных щеголей которые закалывали ими ворот камзола или носили на шляпе, но ни разу ему не встречалась драгоценность такой восхитительной красоты^1

- «Я ведь не могу быть настолько неучтивым, чтобы пренебречь подарком принцесс'' - весело подумал он. поглаживая холодную глянцевую эмаль. - Мне просто придется носить эту дивную прелесть, м? И. конечно, вряд ли хоть кто-то при дворе останется в неведении, от кого Итлийский Кот короля получил такой драгоценный бубенчик на ошейник Что ж. это будет интересно! А партию лютни я непременно разучу, зернутся же когда-нибудь наши музыкальные вечера...»

- Собрав приглашения, он отложил пухлую стопку в сторону - нет. сегодня же найти секретаря! Да вот хотя бы синьора Вильмона спросить - пусть порекомендует кого-нибудь из своих соучеников. Заодно и счета на содержание обоих домов - городского и лесного - можно будет спихнуть! Синьор Томазо подождет ответа до вечера, пока Лионель переговорит с братьями, а письмо мастеру отправится в Итлию с очередными подарками...

- Кстати, о письме^1 Не обрадовать ли компаньона, который терпеливо ждал, пока Ларци подавал запрос в гильдию и оформлял барготову лицензию на лекарства? Будь ты хоть грандмастер гильдии Шипов, хоть сам Творец Превращений, но почтенные престарелые синьоры, составляющие совет гильдии зельеделов, не дадут хода твоим бумагам, пока не проверят в них каждую букву с должной придирчивостью! А вдруг лекарства, на которые запрошен патент, на самом деле созданы не заявителем, а кем-то другим? Или в их составе и рецепте имеются сомнительные элементы? Или заявитель не вполне осознает последствия своих действий? Пожалуй, не будь Ларци ди Вероккья столь известной личностью с репутацией великого маэстро зельеделия. гильдия не подписала бы ему патенты так быстро, меньше, чем за год! Ну да они с Дилэном договаривались поздней осенью, помнится как раз выпал первый снег, а сейчас уже середина лета, мануфактура, выросшая на месте пустыря, почти достроена, вот-вот ее накроют крышей и начнут отделызатв изнутри...

- "Как время-то летит' - растерянно ужаснулся Лучано. - Это что. и вся жизнь зет так промчится?! В Шипах совсем незаметно было... А что я мог заметить, если каждый новый день почти не отличался от прошлого? Сварил яд, побегал по крышам, погулял в траттории с Фелиппе, а потом все заново! Ну разве что заказы менялись, да занятия с мастером Ларци становились все сложнее...

- Теперь же я понятия не имею, что случится завтра или даже сегодня вечером - заговор, дуэль, вечеринка или куча работы в лаборатории... Моя жизнь зависит от множества других людей и того, что они сделают или скажут, но и я, в свою очередь, постоянно меняю чью-то судьбу. Иногда - ножом или зелоем, совсем как раньше, а иногда - вовремя оброненным словом или даже взглядом Неужели чего-то такого я и хотел, когда рассказывал Разну, чего попросил бы у Странника? Оказаться на своем месте, там. где нужен именно я...

- Какое восхитительное и порой жуткое чувство - как будто подбираешь наугад ингредиенты, смешиваешь, идешь по чутью - и вдруг тебя озаряет изнутри светом вдохновения, и все становится безупречно ясно! И в твоих руках рождается нечто новое, такое, что сердце замирает от восторга! Таксе, на что ты даже надеяться не мог, но получил это и теперь не понимаешь, как без этого мог раньше жить! И вот этой нынешней жизни я мог лишиться, оставшись... в другой колее?!

- Сверни моя судьба на иной путь, я никогда не приехал бы в Дорвенант! Возможно, все равно стал бы старшим мастером, а потом и грандмастером. сменив постаревшего Ларци... О. в свое время я бы подобрал для него лучший яд" Безболезненный, несущий сладкую нежную смерть И вывернул бы наизнанку сердце, подавая человеку, заменившему мне отца, отраву... но не смог бы этого избежать, просто не понял - как! Да уже одно то. что мне не придется этого делать, стоило любого риска и боли! Даже смерти стоило^1 Я и вправду Фортунато - счастливчик! Я сыграл с Госпожой Судьбой, и. когда она выбросила три шестерки, я метнул кости, и в броске они раскололись пополам добавив к шестеркам еще по очку. Так не бывает, но я же сумел^1 Самому страшно от такой удачи' Как бы еще разделить ее на всех, кто мне дорог, а то одному столько божественных милостей не унести, пожалуй^1»

- Он бережно вложил патент обратно в плотный пакет и убрал остальные бумаги в ящик стола. Не стоит искушать Перлюрена. который гуляет где-то в саду, но скоро вернется. Эмалезая стрекоза сверкала в солнечных лучах, спрятать ее в шкатулку рука не поднималась, и Лучано. миг поколебавшись, приколол брошь к любимому камзолу темно-изумрудного шелка. Яркая эмаль, оправленная в золото, горела на нем так. что глазам больно..

- "А под лепестки цветка и крылышки стрекозы можно прикрепить крошечные пилюли. - невольно подумалось Лучано - Противоядие, например, или стимулятор... А то шпилек для всего нужного не хватает! Интересно, я когда-нибудь перестану думать как Шип? - И сам себе ответил: - А зачем? Я тот, кто я есть, и тот. кем меня сотворили. Я словно эта драгоценность! Чтобы получить такую чистую яркую эмаль, мало набора ингредиентов, еще нужны плавильная печь, куча инструментов и очень умелые руки^1 Пламя, ковка, литье и травление... Если бы металл умел думать и чувствовать, вряд ли это все ему бы понравилось! А воспитать ребенка намного сложнее и дольше' Пусть из меня сделали не украшение, а смертельное оружие, глупо выбрасывать его лишь потому, что оружие может причинить кому-то вред. Оно ведь и спасти способно с той же легкостью, все зависит от руки, что его держит...»

- ...Синьор Вильмон. внимательно выслушав требования к будущему секретарю лорда Фарелла. сделал несколько заметок на листе бумаги, а потом поднял на Лучано серьезный спокойный взгляд

- У sac зесьма высокие ожидания, милорд, - невозмутимо подытожил он - Вы хотите, чтобы заш секретарь должным образом разбирался в делопроизводстве, этикете и ведении хозяйства. Чтобы мог принять поставку алхимических ингредиентов возремя пополнить ваш гардероб или закупить корм для енота. Чтобы он всегда был под рукой для поручений, но при этом успевал проверять положение дел в вашем городском особняке и сельском доме Чтобы знал придворную жизнь и Дорвенну до самых дальних кварталов, при этом при необходимости мог съездить куда угодно, от пограничной заставы до столицы иностранного государства. И. разумеется, занимался всем, на что у вас не хватает времени или желания

- Пожалуй, и вправду многовато. - со вздохом признал Лучано. понимая, что хватил лишку, описывая идеального помощника - Такое совершенство я вряд ли найду, а если человек подобных талантов отыщется, решительно не понимаю, зачем ему служить у меня

- За жалованье, милорд. — Легкая улыбка тронула губы молодого разумника. - Хорошее жалованье и высокое положение работодателя творят чудеса Но если мне будет позволено заметито, вы незерно подходите к самой проблеме Вам нужен не один человек, чудесным образом сочетающий все вышеперечисленное и ничего при этом не успевающий. Ведь чем дальше распространятся ваши деловые и служебные интересы, тем больше будет переписки и прочих забот Во-первых, вам нужен опытный управитель и счетовод, который возьмет на себя попечение о вашем имуществе, будет закупать припасы для дома в столице и поместья в Озерном крае, платить жалованье слугам, при необходимости рассчитывать их и нанимать новых, а также заниматься любыми обстоятельствами, которые не требуют непосредственного внимания лорда то есть вашего. Например, ежегодным ремонтом уплатой налогов и тяжбой с соседями.

- У меня нет тяжбы с соседями! — возмутился Лучано.

- Будет. - уверенно возразил Вильмон. - Боюсь тут и покровительство его величества не поможет, рано или поздно тяжбы случаются у всех Забредут, например, ваши... - Лучано показалось, что секретарь хотел сказать «еноты», но в последний миг поправился - Лошади на земли соседа и потравят его посевы - вот вам и первая тяжба. И не потому, что дело нельзя решить миром, а лишь потому, что какому-нибудь болвану приятно будет похвалиться, что он подал жалобу на того самого Оарелла. понимаете? Вот такие дела и должен решать управитель, по возможности не беспокоя вас.

- Допустим. - согласился Лучано. - Но вь сказали • во-первых-

- Во-вторых. - кивнул разумник. - вам следует завести хотя бы камердинера, если уж в остальном вас устраивает дворцовая прислуга. То. что было допустимо для сударя Фарелли. у лорда Фарелла уже выглядит странно, и вы совеошенно правы, что хотите переложить хотя бы заботу о гардеробе на специально обученного человека. Я бы посоветовал взять на службу еще пару пажей для мелких услуг, собственного кучера и курьера для личных писем Кстати, последнего советую подбирать из зышедших з отставку офицеров, не получивших королевской пенсии Если хорошо поищете, даже мага можно найти. Такие люди исключительно ответственны и дорожат службой. Отлично ездят верхом, хорошо знают Дорвенант и не растеряются в сопредельных государствах, а дворянское происхождение и мажеский перстень очень помогают в пути. Обойдется, конечно, дороже курьера- Iipuc I олгидипа, идгкзки тразди надежнее

- Непременно учту ваш совет - склонил голову Лучано. - И позвольте заметить синьор Вильмон, что я в очередной раз понимаю, отчего грандсиньор Аранвен ценил вас так высоко и почему передал на службу его величеству Полагаю, третий совет - найти отдельного управляющего для мануфактуры?

- Само собой, милорд. - согласился разумник щеки которого слегка порозовели от похвалы. - Но это вы и сами понимаете, к тому же данный вопрос вам лучше обсудить с сударем Бреннаном-младшим. Управляющий, который станет работать на двух компаньонов, должен устраивать их обоих. А я в качестве третьего совета вернусь к тому, с чего мы начали Следить за вашими слугами, при необходимости связываться с управителями, разбирать почту и выполнять личные поручения - sot то, что вы вправе ожидать и требозать от секретаря. Он всегда должен знать, где вас найти, и... понимать, когда и где вас находить не стоит - Вильмон со значением взглянул на Лучано. и тот кивком подтвердил полнейшее согласие. - Также он должен принимать речения по мелким вопросам, исходя из знания вашего характера и предпочтений. И. конечно, ставить ваши интересы настолько выше своих собственных, чтобы не польститься на подкуп или не испугаться угроз если таковые случатся

- Последнее - самое редкое и драгоценное качество. - заметил Лучано. - Синьор Вильмон. я полностью согласен со всем, что вы сказали Управителя, даже двух, я отыщу, штатом слуг тоже озабочусь Остается секретарь Правильно ли я понял, что зы знаете подходящего челозека?

- Пожалуй, знаю, милорд - отозвался тот - Вы правы, он действительно из моих соучеников. Уроженец Дорзенны сын сборшика податей, погибшего на службе. Окончил полный курс и получил перстень вместе с махеским дворянством, но его семья разумеется, осталась в простом сословии. Вдобазок. три его сестры не слишком красивы и не могут рассчитывать на приданое, кроме того, что обеспечит им старший брат, а есть еще младший, он тяжело болен, и немалая доля того, что зарабатывает Лоран, уходит на лечение

- Понимаю. - уронил Лучано. - Посмотреть с одной стороны, синьор ваш соученик вытащил козырную карту, играя с богами. Орденский маг - это прекрасно' С другой стороны, остальные карты пришли такие, что сбросить бы, да не получится, семья - это не лишний прикуп в «Черного дожа». Где он служит?

- А про себя подумал, что история неиззес_ного пока парня весьма напоминает историю Саграсса. Но если и так, ничего плохого, даже напротив Лишь бы оказался умным и способным на благодарность

- Нигде, - вздохнул Вильмон. - Я предлагал ему протекцию в устройстве на королевскую службу, но... младшему секретарю - а на должность старшего его бы никто сразу не ззял! - платят гораздо меньше, чем ему нужно. Он выполняет поручения состоятельных купцов - что- то узнать, найти, купить или обменять Иногда играет в карты - не беспокойтесь, никакого азарта там нет и в помине, ему деньги нужны, а не кровь горячить. Иногда оказывает . более деликсиные ycnyi и Например, эыкуишь чэи-ю письма пинавшие пев ie руки, или без шлаики зернуть домой девицу, которая доверилась непорядочному человеку. За это неплохо платят, он умеет молчать и не боится риска, но такая работа.

- Сегодня невод полон рыбы, а завтра лодка на мели. - кивнул Лучано. вспомнив присказку рыбаков из Вероккьи. - Вы готевь: за него поручиться?

- Да, милорд, - серьезно взглянул на него Вильмон. - Лоран - человек порядочный, я его двенадцать лет знаю, в одной комнате с ним жил... Несмотря на нужду в деньгах, он свою работу всегда делает честно, а то. что го краю закона прогуливался чаще чем положено- Возможно для вашего секретаря это не такой уж большой недостаток? При той службе которую ожидает от вас. милорд, его величество...

- Он чуть сконфуженно улыбнулся, и Лучано усмехнулся в ответ. Ему вспомнился наивный зопрос о пользе енотов с которого началось их знакомство Что ж. вроде бы в людях синьор Вильмон разбирается получше, стоит хотя бы взглянуть на его протеже.

- Кстати, вы ведь можете лорда Сзграсса о нем расспросить. - торопливо добавил Вильмон - Не уверен, что они знакомь' лично, однако Служба безопасности Ордена не раз Лорана проверяла, это я точно знаю. Можно и официальный запрос туда сделать, если пожелаете!

- Очень хотите помочь своему другу? - понимающе уточнил Лучано.

- Я ему немало должен, милорд - прямо взглянул ему в глаза секретарь. - Академия бывает неуютным местом, если ты небогет и не знатен, не обладаешь нужными знакомствами и не умеешь отбиваться ни кулаками, ни насмешками. Без Лорана мои двенадцать лет учебы оказались бы куда неприятнее, а он. когда удача мне улыбнулась, ни о чем не попросил. И если окажется, что я смог ему помочь, всего лишь вовремя замолвив слово...

- Он пожал плечами, а Лучано вспомнились его сегодняшние мысли о том, как меняются судьбы людей...

- Завтра утром его величество ерет в родное поместье, и я его сопровождаю. - решительно сказал он. поднимаясь. - Пребудем там несколько дней, а как только вернемся, я

- жду синьора Лорана для разговора.

- • * •

- Ты замечательно выглядишь! - покривил душой Аластор. поцеловаз сестру в румяную щеку.

- Нет. выглядела Мэнди и в самом деле здоровой и цветущей, глаза ее блестели, а на лице играла улыбка, но беременность изрядно прибавила к ее и без того роскошным округлостям.

- Кобылу в такой форме Аластор велел бы выезжать раза в два больше, чем обычно, а еще непременно урезал бы ей норму овса.

- Впрочем, возможно, магистру Райнгартену как раз нравятся пышные дамы^9 Вон как ласково он смотрит на жену, а если так. то не Аластору упрекать сестру за лишние булочки, съеденные на ночь В конце концов, Мэнди и Лорри еще в поместье обожали полакомиться то земляникой со сливками то медовым печеньем, то различными пирожными, которые научились печь виртуозо, как говорит Лучано. И без булочек уже тогда жить не могли

- ...Именно такие сдобные сладкие булочки с орехами и кремом только что поставила на стол вышколенная прислуга. Аластор взглянул на них, на сестру - и решил ограничиться шамьетом и беседой.

- Маленький Эжен просто прелесть, - щебетала сестрица - Но беременность - это ужасно, просто ужасно^1 Я так растолстела, что теперь не могу надеть ни одно придворное платье. Мой дорогой Этьен, конечно, пообещал мне новые, но ведь шить их так долго, я совершенно отстану от моды^1

- Ты можешь похудеть. - попытался улыбнуться Аластор, поражаясь тому, что встретился с сестрой всего четверть часа назад, а уже готов не встречаться с ней еще месяц. А может, и два. - Уверен, твой муж не откажется выписать из Академии учителя гимнастики. Ведь у вас, лорд Этьен наверняка есть такие мастера?

- Совершенно верно, ваше величество - быстро и. как показалось Аластору. благодарно откликнулся магистр. - Уверен, среди них найдутся те. кто охотно согласится поработать с моей драгоценной супругой.

- Хм. а может, магистру и не нравятся пышные дамы. Во зсяком случае, настолько пышные!

- А леди Бастельеро ты уступил собственного фехтмейстера. - протянула Мэнди, сощурив глаза, из-за чего ее взгляд стал неприятно хищным.

- Точно так же она делала в детстве, когда Аластор съедал последнее оставшееся на блюде пирожное, из-за которого Мэнди и Лорри спорили так горячо, что это весьма заметно отражалось на их прическах и платьицах

- Месьор д'Альбрэ - бретер, - терпеливо напомнил Аластор. - Фехтовальщик. Леди Бастельеро нужен был учитель фехтования, потому я и попросил его давать ей уроки. Если ты хочешь заняться фехтованием, я. конечно, попрошу месьора дать тебе несколько уроков, но мне все же кажется, что тебе больше подошел бы учитель гимнастики. Или начни с прогулок - хотя бы по саду!

- О том. что Мэнди, никогда в жизни не державшей в руке рапиру, вряд ли нужен в наставники именно бретер, он старательно промолчал Как и о том, что месьор его за такую ученицу не поблагодарит, он-то еще по поместью прекрасно знает нрав и привычки Аласторовых сестер Впрочем, как и возможности. Они даже в лесок рядом с поместьем за любимой земляникой не ходили, потому что далеко и утомительно - какие фехтовальные тренировки?!

- Так пусть он учит меня гимнастике! — искренне удивилась Мэнди - Ты же король! Прикажи ему - и все!

- Аластор моргнул, открыл было рот _ но голубые глаза сестры смотрели с такой убежденностью в собственной правоте, что стало понятно - объяснить ей ничего не получится. Мэнди не поймет, почему ее брат-король не может просто приказать одному из своих поданных^1 Так... Но не идти же у нее на поводу'

- Знаешь. - с трудом удерживаясь, чтобы не отчитать сестрицу, улыбнулся Аластор. - пожалуй, я все-таки не буду просить месьора. У него довольно сложная методика, а тебе наверняка не хочется бегать вокруг дома утром и вечером. Правда?

- Мэнди скривила носик и Аластор поздравил себя с успехом. Бегать Мэнди не любила еще больше, чем ездить зерхом, хотя как можно не любить ездить верхом?! Видит Всеблагая Матушка его сестры все же очень, очень странные'

- Да и вообще, - быстро продолжил он торопясь закрепить успех. - Разумнее просто пошить новые платья. Даже если их придется подождать, что с того? Ведь если ты и займешься гимнастикой, то не похудеешь сразу. Платья тебе точно сошьют быстрее, к тому же тебе зедь все равно некуда в них ездить._

- И по гневно блеснувшим глазам сестры понял, что допустил ошибку.

- Некуда? - тоненьким голосом, грозившим вот-вот перейти в плач, переспросила Мэнди. - Так ты приехал не для того, чтобы вернуть меня ко двору?!

- У Аластора даже дыхание перехватило от злости на сестрицу а заодно и на себя. Ведь знал же, что любую уступку Мэнди и Лорри принимают не за вежливость, а за позволение наглеть и дальше' Ну в точности кошки, только у кошек это получается мило, а у сестер - раздражающе!

- «Но ведь это все же моя сестра, - возразил Аластор самому себе. - Избалованная и не слишком умная, но все-таки моя. Значит, я должен попытаться все ей объяснить. В конце концов, когда-нибудь у меня будут дети, и как же я смогу их воспитывать, если не могу спокойно поговорить с Мэнди. уже давно взрослой и даже ставшей матерью?»

- Мэнди. - начал он со старательным спокойствием и вдруг поймал взгляд магистра Райнгартена Такой виноватый и извиняющийся., да ведь ему самому неловко из-за капризов жены! - Мэнди. послушай... Ну что тебе делать при дворе? Ты ведь знаешь, я пока не женат, а у Алиеноры и Береники и без того полный штат фрейлин. Да ведь ты и не хочешь быть фрейлиной дезочек, я прав? Давай вернемся к этому разговору, когда в Дорвенанте снова появится королева

- А если она не появится долго?' - вскрикнула Мэнди, роняя на блюдце серебряную ложечку, которой размешивала мед в шамьете. - И есть же сестры короля! Вот во Фрагане у сестер короля собственный двор, и неважно, что его величество Флоризель не женат!

- Их высочества Флоранс и Флоретта - принцессы, - напомнил Аластор, почему-то чувствуя себя так. словно оказался зрителем в балагане да еще на каком-то удивительно глупом представлении - Мэнди, они не только сестры короля но и дочери^1

- Ну неужели она в самом деле не понимает разницу?! Благие Семеро, он всей душей любит и чтит родителей, однако матушка и батюшка не претендуют на особое положение и почести, предназначенные королевским особам! А Мэнди и Лорри с чего-то решили, что его статус делает их не просто дворянками, а истинными принцессами крови! Узнать бы. кто вложил эту чудную мысль з их прелестные глупые головки' Точно не магистр Райнгартен, зон он как морщится, словно вместо шамьета обнаружил в чашке уксус.

- Ну и что? - капризно протянула Мэнди, надувая пухлые губки. - Мы же твоя семья. Аластор! А раз ты король, мы с Лорри должны стать принцессами. Издай каком-нибудь указ. в конце концов! Неужели тебе жалко? Ведь этих маленьких итлиек ты зовешь сестрами, и они-то принцессы^1 А мы что, хуже? Мы тоже хотим собственный двор и фрейлин!

- То есть быть женами лордов из Трех Дюжин вам уже недостаточно? - Аластор поймал себя на том. что ему тоже хочется прищуриться, как Мэнди. и решительно запретил себе такую прилипчивую гадость. - Хотите собственный двор, да? Позволь узнать, а кого вы наберете во фрейлины? Уж не бывших ли подружек, с которыми вместе служили Беатрис?

- Ну да - Мэнди захлопала ресницами и. кажется, искренне обрадовалась, что он все так хорошо понял - А что такого? Должны ведь они кому-то служить, если хотят остаться при дворе У итлиек будет свой маленький уютный двор, у нас - свой И между прочим, наш двор должен быть больше! Они же еще дети, а мы - замужние дамы и твои настоящие сестры!

- Ваше величество, прошу, выпейте шамьета. - тихо сказал Этьен Райнгартен с таким обреченным выражением лица, что Аластор бы его пожалел если бы не был так зол - Всеблагой клянусь, я свою жену такому не учил, и Эжен - тоже В голову бы не пришло ..

- Аластор выдохнул и в самом деле отпил шамьета. который так и держал з руке. Мэнди, кажется, что-то поняла по его лицу, потому что замолчала, но вид все равно имела обиженный и надутый.

- Во-первых, они не итлийки. а принцессы Дорвенанта, - так же тихо сказал Аластор. изо всех сил борясь с желанием грохнуть чашкой о стол.

- Эх, надо было взять с собой Лучано! Сейчас он сказал бы что-нибудь уместное, пошутил или перевел разговор на другое... Но нельзя же в таких вещах постоянно полагаться на Лу! Надо и самому учиться это делать. К тому же разговор исключительно семейный... а как хочется иметь другую семью' Всеблагие, ну почему нельзя поменять этих дур на Лучано и

- Айлин, чтобы родными стали они... Или хотя бы просто забыть о дорогих сестрицах... Алиенора и Береника ему хоть и не родные, а названые, но насколько же они милее, умнее и деликатнее!

- Для тебя и Лорри они - их высочества. - так же ровно добавил Аластор - И никак иначе, изволь это запомнить. Во-вторых, никакого собственного двора у вас не будет. Понимаю, вам бы хотелось командовать бывшими подругами, гонять их с поручениями... Это некрасиво и недостойно. Мэнди. Я бы понял, если бы ты хотела кому-то из них оказать протекцию. Но взять их фрейлинами, потому что вам хочется поиграть в принцесс? Для начала научитесь вести себя как принцессы, а там посмотрим. И я все больше убеждаюсь, что при дворе вам появляться рано. - жестко добавил он, видя, как голубые глаза сестры наполняются слезами, а грудь, обтянутая лифом домашнего светлого платья, поднимается и опускается чаще

- Между прочим а как матушке удалось сохранить изящную талию, несмотря на роды и возраст^7 Мэнди и Лорри ведь очень на нее похожи, они должны выглядеть так же достойно! Кажется, сестрицы просто распустили себя до безобразия, и не только в еде! Еда это еще самое безобидное!

- Лорд Этьен, - повернулся он к магистру - Прошу, пересмотрите круг общения вашей жены. Вас я в такой глупости точно не подозреваю будьте спокойны Но кто-то ведь льет ей в уши всю эту гадость. И если обнаружите подружку, которой хочется стать старшей фрейлиной нового двора или еще какую-то слишком умную особу... Известите меня об этом

- Разумеется, ваше величество. - с явным облегчением склонил голову магистр.

- В общем, посиди-ка ты еще дома. - заключил Аластор, аккуратно ставя чашку на стол - Удели время супругу и сыну, сама же говоришь, что он прелесть...

- А леди Бастельеро то! не запрещал появляться при дворе, даже когда ее величество умерла' - выкрикнула Мэнди и расплакалась.

- Причем так бурно и горько, словно ее оскорбили или лишили чего-то невероятно дорогого. Слезы потекли по щекам, оставляя дорожки на румянах, глаза тут же некрасиво опухли, губы задрожали и стало видно, что красота Мэнди все-таки не совсем естественного происхождения Аластор, знакомый с ухищрениями Беатрис, никогда в жизни не упрекнул бы сестру в применении косметики, но ведь получается что и цветущее здоровье Мэнди - фальшивка? А ее настоящая кожа под розовой пудрой оказалась мучнисто-бледной, как непропеченная булочка... Тьфу, да что ему эти булочки в голову лезут?'

- При чем здесь леди Бастельеро? - мрачно спросил Аластор. понимая, что все-таки нарвался на самый настоящий семейный скандал

- Мало ей прошлого раза?! Так ничего и не поняла^9

- При всем' - выкрикнула Мэнди - Все из-за нее" Из-за нее ты нас прогнал! Сначала меня, а потом Лорри! И когда мы в первый раз приехали 8 столицу, уезжать тоже пришлось из- за нее! Потому что она вела себя недостойно' Ты сам говорил отцу, а мы слышали' А мы провели при дворе всего сезон^1 И тот не полноствю^1 Остались даже без бала на Ночь Боярышника' И на Летнее Солнцестояние тоже:

- И что тебе не нравится? - рявкнул Аластор. наконец, не выдержав. - Мы приехали 8 столицу, чтобы найти вам с Лорри мужей' Ты что недовольна мужем?! Ждала, что к вам посватаются принцы?' Или тебе после замужества балов не хватало?' Уж в этом ни тебе, ни Лсррейн мужья точно не отказывали' Айлин. говоришь, вела себя недостойно? Куда как достойнее было бы. чтобы я замерз насмерть или меня сожрали упыри, правда, дорогая сестричка?! Я же говорил вам. что не раз обязан ей жизнью. И короной, которой ты так гордишься, тоже' Потому что если бы я погиб, у тебя и Лорри не было бы брата-короля' Этим вы обязаны леди Айлин и лорду ©ареллу! Это они довезли меня до Разлома и пожертвовали своими жизнями, чтобы выжил я Айлин шагнула в Разлом вместо меня, ты это понимаешь?! А ты смеешь упрекать ее в детских шалостях, хотя моя вина в них куда больше!

- Он с трудом остановился, заметив что Райнгартен внимательно слушает разговор. Впрочем, какая уже разница'' Наверняка магистру давно известно все, что знает его жена! Ни Мэнди. ни Лорри никогда не умели держать язык за зубами

- Лорд Этьен. Благими клянусь, это давняя история. - сказал он устало. - В ней нет ничего, порочащего меня или леди Айлин. так что это даже не тайна. Но я бы не котел, чтобы она попала в чьи-то лишние уши. Хотя, полагаю, просить об этом мою милую сестрицу бесполезно...

- Я поговорю с Мэнди. ваше величество. - снова склонил голову магистр. — И если могу сделать еще что-то...

- Аластору очень хотелось попросить Райнгартена, чтобы тот немедленно обеспечил жене новую беременность. И поступал так год за годом, чтобы Мэнди и думать не могла о возвращении ко двору' Пусть родит полдюжины детей, а еще лучше - целую дюжину! Тогда есть надежда что через двенадцать лет поумнеет'

- Но... даже с домашним скотом рачительные хозяева так не поступают, позволяя ему отдохнуть от размножения Кобылы, которые слишком часто жеребятся, приносят на свет слабых жеребят и сами изнашиваются. У собак вроде бы так же... И крестьянки, беспрерывно рожающие, очень быстро старятся, он сам это видел 8 поместье. Такой судьбы он сестре точно не пожелает. Но как-то же надо зыбить у нее дурь из головы!

- Вот что бывает, когда человеку нечем заняться! За ребенком у нее. разумеется, ходит кормилица, дом содержит в порядке прислуга Мэнди остается только указывать горничным, встречать мужа со службы да лечь любимые пирожные! Она даже рукоделье не особо любит... И при этом пожелала себе собственный двор! Наверное, и фрейлин хочет из Трех Дюжин?! Принцесса, чтоб ее...

- Покажите мне племянника, - попросил он. поднимаясь. - Я привез ему подарки, велите за ними послать. - И добавил, когда они с магистром вышли из гостиной, где осталась утирающая слезь платочком Мэнди: - Надеюсь умом он пойдет в вас. а не в мою драгоценную сестрицу. Послушайте, лорд Этьен, найдите ей какое-нибудь занятье' Не хотелось бы разлучать вас. но столичный воздух явно ей вреден, она от него дуреет!

- Это моя ошибка, - вздохнул Райнгартен. пока они шли к детскому крылу. - Я полагал что разница в возрасте не имеет большого значения, если муж крепок телом и может обеспечить жене исполнение любых желаний. Но оказалось, что драгоценностей и нарядов недостаточно, как и прочих . супружеских радостей Мэнди хочет блистать и покорять сердца она уверена что сестре короля будут оказывать внимание самые блестящие кавалеры.

- Ей бы лучше ценить то, что она имеет - буркнул Аластор. недовольный и собой, и сестрой Ну куда это годится - каждый семейный разговор превращать в безобразную ссору^1 - Вы прекрасный муж. лорд Этьен. Мэнди очень повезло! И пока я не стал королем, она была совершенно всем довольна и счастлива' А сейчас вышло как в сказке про волшебную птичку, у которой жадный птицелов просил все больше и больше, пока не остался с одной лишь рваной сетью для ловли. Если вы решите отправить ее в поместье, чтобы одумалась, видят Благие, я возражать не стану!

- Я... подумаю, ваше величество, - тяжело вздохнул магистр.

- Обратно во дворец Аластор ехал не торопясь Ему нравилось разглядывать улицы Дорвенны, отмечать незаметные на первый взгляд, изменения, которых накапливалось все больше Где-то подновили дом. где-то построили новую лавку или посадили у ворот особняка молодые деревца... Дорвенна казалась ему огромным поместьем, и пусть он не знал в лицо и по характеру каждого ее жителя, как это было дома, но мог оценить, что дела в этом поместье постепенно меняются к лучшему.

- Сделав большой крюк через Западный район, он нарочно проехал мимо большой стройки, где заложили фундамент для нового городского рынка и складов. Здесь трудились каторжники, угрюмые полуголые мужчины копали землю и таскали тачки с камнями, не обращая внимания на проезжающих. Что ж. это лучше, чем гнить в тюрьме или отправиться на виселицу. Однако надо бы отправить сюда чиновника с проверкой Там, где работники бесправны открывается широкое поле для злоупотреблений. Положим, из котла с тюремной похлебкой много не украдешь, но ведь некоторые говорят, ухитряются!

- А еще архитектор Роверстан сегодня после завтрака принес проект нового моста. И. когда Аластор удивился, зачем Дорвенне еще один мост, объяснил, что можно соединить берега реки на восточной окраине столицы. Дорвенна растет, уже не всем хватает земли, а желающих ее купить все больше. Если заложить на другом берегу новые кварталы, это изрядно расширит пределы Дорзенны. Аластор усомнился, не лучше ли застроить пустыри, которых в столице все еще изрядно - он сам недавно видел место под целую усадьбу, где расположился джунгарский табор!

- Однако Роверотан возразил что все эти земли или плохо пригодны для строительства, или принадлежат аристократам не желающим их продавать. А на восточном берегу можно спланировать новые кварталы по всем канонам градостроительной науки и частично продавать землю под застройку, а частично - выделять ее офицерам и чиновникам, заслужившим почетную отставку. Такие люди обычно скопили что-то на службе, поэтому строить будут хорошие дома, и новые кварталы окажутся сразу заселены почтенной публикой из купечества и служилого дворянства Соответственно, цены на землю там будут приличными, что принесет казне дополнительную прибыль.

- Теперь я особенно хорошо вижу, от кого ваш сын и мой друг Дункан унаследовал сметку в делах. - сказал Аластор. прекрасно помнивший, кто на самом деле отец Дункана.

- Юджин Ровеостан просиял И. как показалось Аластору. больше от похвалы приемному сыну, чем от признания собственных заслуг.

- Счастлив служить вашему величеству - поклонился он. - Вы позволите моему сыну Рикардо заняться этим? Следует сразу заложить прямые широкие улицы, чтобы жители потом не мучились, как в старом центре Дорвенны. Ну и отвести место под городские службы Рыночная площадь, гарнизон городской стражи, набережная, храмы...

- Позволяю. - кивнул Аластор - Верно ли я понял, что вы прочите сына в свои преемники когда придет время?

- Если будет на то воля Благих и вашего величества - снова поклонился сударь Юджин

- Восточный берег, значит... - Аластор задумчиво посмотрел на рисунок красавца-моста, гордо изогнувшегося над рекой. - Да, сначала н/жно строить мост, иначе землю там никто не купит, и даже те. кто получит ее даром, не захотят строиться. Но на мост в казне сейчас денег нет. Послушайте, сударь Роверстан. составьте смету на строительство моста и прокладку дорог в новой части Дорвенны И пусть ваш сын предоставит мне подробный план этих самых кварталов с разметкой участков Я попробую часть из них продать заранее'

- Заранее? - удивился архитектор. - До постройки моста?

- Ну. если имеется табун лошадей, почему не продать будущий приплод? - пожал плечами Аластор. - Конечно, потом нужно хорошо следить за этими лошадьми и молить Всеблагую о милости, чтобы табун не пал от болезней или не был украден.. Но земля-то никуда не денется! С ней даже как-то проще.. А на деньги, полученные от продажи участков, мы и построим мост' Если не хватит на весь, то хотя бы сильно уменьшит затраты Зато те, кто захочет рискнуть и купить землю в новых кварталах до постройки моста, смогут сами выбрать место для будущего дома - чем не привилегия? Кто-то захочет поселиться поближе к рынку, кто-то - к реке... А прочим уже будем нарезать землю из тсго. что останется.

- Великолепная мысло. ваше величество! - Архитектор поклонился особенно низко и уважительно. - Мы с Рикардо предоставим нужные документы в ближайшее время!

- Сейчас, глядя на стройку. Аластор понимал что поступил зерно, решив рискнуть немалыми затратами ради расширения столицы. Город растет стремительно, как молодой жеребенок, и нужно дать ему место для жизни потому что з тесном стойле даже самая породистая лошадь захиреет

- "Если люди не разберут эти барготовы участки добровольно, прикажу всем главам Трех Дюжин купить по парочке. - решил Аластор. - Для них это не слишком большой расход, а потом жадность не позволит просто забросить землю Да и младшие сыновья с кузенами есть у всех, как и дочери, которым требуется приданое. Для начала строительства моста денег соберу точно, а там люди увидят, что мост строится и начнут покупать уже сами...»

- Я буду командором Бастельеро! - услышал он громкий голос и вынырнул из мыслей, придержаз Огонька.

- Неподалеку от стройки, там. где уже пошли жилые дома, прямо посреди улицы играли дети. Несколько мальчишек лет десяти-одиннадцати размахивали деревянными мечами, а сидящая на крыльце девочка что-то шила.

- Ты вчера был командором Бастельеро! - возразил другой мальчишка. - Я тоже хочу драться с демонами и спасти столицу!

- Командор может быть только один, - возразил первый паренек. - Ты сын лавочника, а мой отец - стражник, поэтому лордом Бастельеро буду я! А станешь спорить, я тебе по роже дам!

- «Ну надо же какое сходство с оригиналом, - усмехнулся про себя Аластор, с интересом слушая ссору. - Масштаб, конечно, помелы-е, зато аргументы ровно те же самые!»

- Ну и ладно... - Второй мальчишка r-адулся. но тут же просиял. - А я. А я тогда буду принцем-бастардом^1 Отправлюсь к Разлому и стану королем! А ты сиди себе в своей столице! И не забудь мне корону отдать, когда приеду^1 Эй. Саймон. - окликнул он третьего мальчишку, увлеченно рубившего деревяшкой траву на обочине - Будешь наемником-итлийцем?

- У зас магессы Ревенгар нету, - ревг-иво возразил самоназначенный лорд-протектор. - Без магессы к Разлому ехать нельзя, это онэ в него залезла!

- А мы Дженни возьмем играть, - не дал сбить себя с толку сыи лавочника. - Дженни' Эй! - позвал он девчонку. -Будешь магес:ой Резенгар?! Поедем драться с демонами и разбойниками!

- Я не хочу драться с демонами. - возмутилась девочка поднимая голову от рукоделья. - И с разбойниками не хочу. Матушка roeopi-т. что девице неприлично драться. Давайте я буду королевой Беатрис, а вы все будете в меня влюблены? Только пусть будет не по правде, и королева не умрет, а пусть все живут как положено - долго и счастливо.

- «Принц» и «командор», больше не обращая на нее внимания, снова заспорили, причем в ход вот-вот должны были пойти кулаки.

- «А эта девочка знает толк в жизни. - грустно улыбнулся про себя Аластор. - Как бы я сам хотел, чтобь все жили долго и счастливо...»

- Он полез в кошелек на поясе и достал нес<олько серебряных флоринов. Взглядом подозвал ближалшего гвардейца, протянул деньги и велел:

- - Отдай им. И скажи, что король Аластор велит хить дружно. Если бы он дрался со своими спутниками или командором Бастельеро, демоны бы их победили

- «Потому что демонов с разбойниками хватит на всех, - подумал он. проезжая миме, пока ошалевшая от счастья детвора провожала его востооженными взглядами и поклонами - И на принцев с командорами, и на лавочников со стражниками, и даже на девиц, благонравных или не очень. Так уж устроен этот мир. что каждому в нем зыпадает предостаточно испытаний... А людям - детям или взрослым, неважно! - нужны герои. Я ведь и сам когда-то смотрел на мэтра-командора Бастелверо как на одного из Благих. Мальчикам, чтобы из них выросли настоящие мужчины, нужно Еерить в честь и доблесть, преданность друзьям и стране. Ну и в любовь прекрасных дам, разумеется. Я вот теперь намного больше знаю о лорде Басте-ьеро. но счастливее меня это точно не сделало. И как знать, не совершу ли я непростительного греха против Дорвенснта, развенчав героя и разоблачив его как негодяя? Что важнее на весах справедливости то, что Грегор Бастельеро сделал для страны, или то, что он совершал для себя? Убийство Корсона - это было благо или зло? Егерей, совершивших нечто подобное, я простил и даже готов был наградить, но одно дело - ретивый глупец-полковник, а другое - осторожный и берегущий людей командор В како>/ случае можно оправдать убийство и где грань, за которой герой становится подлецом? Как мне узнать вину жертвы и вину палача? И можно ли вообще измерить эту вину и назначить каждому кару по делам его? Хорошо тем.

- кому нужно всего лишь победить демонов' Демоны Есегда не правы...!»

- «»*

- Саграсса Лучано решил в Академию не брать. Была бы там синьорина Иоланда - дело другое! Но сейчас ведь летние вакации, адепты разъехались по домам. Так что он показал сразу помрачневшему боевику письмо синьора Тсмазо и отпустил домой, обсудить все с братьями и матушкой. Еще он узнал у Лионеля, к кому в архивах Службы безопасности следует обратктвея с вопросом о Мартине Лоране, маге Бглой гилвдии. Причем так. чтобв ему не только подтвердили законопослушность разумнике, но и с глазу на глаз пояснили, чего от синьора Лорана ждать з целом. Великое дело - нужные знакомства!

- А вот Дилана Бреннана он в Академии застать рассчитывал^1 В последнее зремя компаньон не вылезал из академических лабораторий, замахнувшись на задачу легендарной сложности - создание заменителя крови. При ранениях, родах и некоторых болезнях - совершенно необходимая вещь. Конечно, уже давно существуют зелья, которые способствуют усиленной выработке крови в человеческом теле, но если это тело ослаблено или отразлено, пользы от них немного А создать препарат, который можно влить в человека, оазом восстановив крсеопотерю. пытались многие алхимики и зельеделы, но пока еще ник~о не добился успеха. Даже мастер Ларци з юности пробовал, но... ничего не вышло.

- И потому Лучано сильно сомневался, что у Дилана получится то. что до сих пор никому не удалось. Возможно, эта задача и вовсе не имеет решения! С другой стороны, уж ему-то было известно, что иногда, желая открыть что-то одно, упоэные и талантливые мастера натыкались на нечто совершенно доугое! Как например, зельедел Леонардо Вальдега который искал эликсир бессмертия, а открыл секрет стойких и недорогих красок для ткани Или какой-то алхимик из Карлонии. который, говорят, пытался создать средство для трансмутации глины е золото, а случайно обнаружил секрет чинского фарфора. Ну или почти чинского... Жаль, у бедняги не хватило ума быстренько забыть свое открытие, и алхимика, над которым та< зло пошутила удача вскоре нашли 8 реке с ножом з спине а его записи исчезли. Теперь все знающие люди с интересом ждут, в какой стране первой появится мануфактурэ по изготовлению фарфора, и какой король на этом деле озолотится так. что никакой трансмутации ненужно'

- Вот так возможно, и Дилан в процессе азартньк поисков эликсира искусственной крови найдет что-нибудь полезное, а уж Лучано проследит, чтобы компаньон не лишился ни открытия, ни собственной жизни

- «Надо написать об этом мастеру Ларци. - думал он. подъезжая к высоким стенам Академии, серым, но увитым густым темно-зеленым плющом с нарядными резными листьями. - Ему понравится!» И тут же снова услышал в мыслях насмешливый голос мастера: «Вот это амбиций Я смотрю, мальчик мой, ть выбрал компаньона себе под стать^1 На что-то меньшее, чем великие дела вы не согласны, да?»

- «Он бы saw понравился, мастер, - мысленно возразил Лучано. - Вам бы точно понравился паргнь, способный вырастить обидчику больной зуб в заднице, а потом ухитрившийся сделать бывшего врага другом. И да. мы стоим друг друга Дружить, так с тем, кто способен и о себе позаботиться, и другу прикрыть спину, не этому ли вы с мастером Лоренцо старались меня научить?»

- «Ты должен меня с ним познакомить, - зздохнул голос Ларци. - Хочу пссмотре-ь на человека которому отдаю лучшую часть своего наследия. Да-да, мальчик, лучшая - это не яды. равных которым не придумают еще долго, если придумают вообще. Лучшая - та что не убивает, а спасает... И я рад. что это мое наследство разойдется гораздо дальше, чем то. что получил ты. Возможно, вообще не стоило отдавать тебе ту тетрадь... но как иначе ты понял бы. что я считаю тебя своим наследником? И что не боюсь тебе дозерятэ...»

- «Я бы понял, - упрямо возразил Лучано. спрыгивая с Донны. - Может, не тогда, но позже наверняка понял бы. Мое наследство - не тетрадь с рецептами, а все, чему вы научили меня - и я сейчас не только про искусство зельеварения Еез вас, мастер, не было бы меня такого какой я есть. И... как жалко, что я не смогу никому нечего передать' Вот когда понимаешь, что такое - иметь детей.. Мне дорого обошлось кольцо младшего мастера и шаг вверх по гильдейской лестнице Гораздо дороже чем они стоили на самом деле Если бы я мог выбирать сейчас... Ведо у меня и так было все. что мне нужно^1 Ваша любовь, ваше мастерство и забота... Далось мне тогда это кольцо^1 Самому себе захотелось доказать, как я хорош' И вам. конечно же А вам это и не было никогда нужно, правда? Вы меня и так любили, как отец любит сына. Как синьор Вальдерок побит Альса, хотя тот ему тоже не родной по крови...»

- В крыле целителей Лучаю сообщили, что Бреннан-младший занимается в лабораториях, причем не тех. которые принадлежат Зеленому факультету а у алхимиков Дескать только там имеется сложное оборудование, которое а обычное время учебы днем и ноч»ю занимают сами атимили, ids wiu iujioko сейчас, ви время вакаций, дру1 не Main muiyi к нему прибився «Нади же. как у синьоров магов все серьезно с дисциплиной - подивился Лучано. шагая по тихой пустой Академии. - Чтобы внук магистра гильдии стоял в общей очереди к перегонному кубу, пусть и самому дорогому?!»

- Дежурнв1Й преподавателе одетый в голубую мантию, услышав, кто и зачем к ним пожаловал, рассыпался в лобезностях и лично проводил гостя к нужной лаборатории. Постучал в дверь, из-за которой слышались азартно спорящие голоса и громко сообщил:

- Мэтр Бреннан, к вам лорд Люциан Фарелл!

- Люциан? — удивились за дверью. - А, Лучано' Да входите же!

- Голос принадлежал не Дилану, однако был таким знакомым что Лучано сначала доверчиво шагнул за порог, оставив провожатого по ту сторону двери, а петом едва не отпрыгнул назад, но... поздно Раньше бы этот голос узнать! Хотя... какая разница? Не бегать же от его обладателя всю жизнь, рано или поздно все равно бы встретились, а уж в одном-то городе...

- Мэтр Витольс, - поклонился он - Мое почтение! Дилан. добрый день'

- Ты вовремя' - обрадовался целитель - Нам как раз нужна кровь для эксперимента' Всего-то капелька!

- Ах. капелька... - протянул Лучано. глядя на аккару. который приветливо улыбнулся ему из-за спины компаньона и при этом с расчетливой насмешкой показал кончики клыков. - Конечно, о чем речь.

- Он обреченно протянул руку, одновременно закатывая рукав легкого летнего камзола и рубашки. Дилан мазнул по его запяствго салфеткой, смоченной обеззараживающим средством, и тут же царапнул у основания большого пальца иглой. Умело царапнул, миновав темнеющий под кожей сосудик, но так. что порез тут же наполнился кровью Подставил пробирку. Лучано едва не передернулся, вспомнив... А потом поймал доброжелательный и совершенно спокойный взгляд Витольса Аккару смотрел на проступившую кровь так же. как Лучано глядел бы на лакомое блюдо, будучи при этом совершенно сытым - с интересом, но без желания...

- И что за эксперимент? - поинтересовался он ради приличия, гадая, что связывает Дилана и древнее существо, обладающее невероятной магией.

- Хотя... разве можно быть таким идиотто?! Дилан пытается найти заменитель крови! Если эликсир, который он хочет разработать в самом деле заменит кровь... неудивительно, что аккару этим интересуется!

- Проблемы совместимости... - рассеянно отозвался Дилан отправляя пробирку в сплетение прозрачных и сверкающих трубок. Лучано заметал что там уже стояла похожая, а запястье самого Дилана пересекает едва заметный красньй след от заживленной царапины. Или многих царапин, которые тут же убирает умелый маг. - Ты все равно не поймешь.

- Благодарю за веру в мои способности, дорогой компаньон^1 - обиженно отозвался Лучано. - Ну погоди, спросишь ты у меня что-нибудь!

- Дилан пытается найти универсальную основу для заменителя крови. - негромко сказал аккару. - А я утверждаю, что это невозможно, поскольку кровь каждого человека имеет уникальную структуру.

- Но можно выделить отдельные группы! - запальчиво воскликнул целитель, манипулируя устройством, которого Лучано в жизни не видел. А он-то был уверен, что знает все, способное встретиться в лаборатории. - Это доказал еще сто пятьдесят лет назад мэтр Лассароль^1 А мэтр Эмерик Эдалан подтвердил экспериментально, переливая кровь одних своих крестьян другим: Те которые были родственниками, выжили' Ну. почти все..

- Прекрасный эксперимент, - усмехнулся уголками губ аккару. - Свести в могилу несколько десятков людей, доказывая, что у родственников - общая кровь' Кто бы мог подумать? Друг мой Дилан, это и так знает кто угодно. И я -ie буду спорить, что по свойствам крови людей действительно можно разделить на группы. Сложность в том, по какому критерию эти группы определяв И что. вы собираетесь делать заменитель для каждой группы отдельно? А если этих групп окажется много^7

- Его глаза блеснули, но Дилан. увлеченно что-то делающий с кровью, этого не заметил. А вот у Лучано появилось смутное ощущение, что аккару знает о том. что здесь происходит, намного больше, чем говорит. И . как будто пытается натолкнуть целителя на какую-то мысль!

- •Юн же древнее Семи Благих^1 - мелькнула все более ясная мысль. - Неужели у них. в те немыслимые времена, о которых и памяти не осталось, не было своей медицины и магии? Может, и заменитель, который ищет Дилан. у них был?1 Но Витольс не может просто взять и... рассказать о нем^1 Поэтому он хочет, чтобы Дилан сам совершил это открытие...»

- Аккару смотрел на него внимательно и словно предостерегающе, и Лучано попытался взглядом изобразить, что все понимает и вообще никогда не собирался делать ничего этакого! Ну не совсем же он идиотто - рассказать Дилану, кого они пригрели здесь в Академии?! Витольсу-то что, он з худшем случае просто исчезнет, а вэт как при этом решит сохранить свою тайну - кто знает?

- • Я знаю. - подумал Лучано. отходя от стола и присаживаясь на небольшой диванчик у стены лаборатории. - Единственное, что может хоть как-то надежно сохранить тайну - это смерть. И судя по тому, что аккару хранит свою тайну многие века В общем, лучше мне держать рот на замке и даже не думать ни о чем таком. Тем более что своих забот полно!»

- Наблюдая за работающим Диланом - а на мастера за работой всегда приятно посмотреть, даже если ты не знаешь, чем он занят" - он краем глаза увидел как Витольс присаживается рядом.

- Захотелось отодвинуться - и подальше! И в то же время томительное сладкое ощущение всплыло з памяти, и Лучано с шальным пьяным азартом подумал, что не отказался бы еще от одного небольшого кровопускания. Только не ланцетом, а такими же острыми, как инструмент целителя, кончиками клыков, что то ли и вправду виднеются из-под зерхней губы мастера Витольса. то ли ему. Лучано. их вид подсовывает предательски хорошая память!

- И как вам в Академии, мэтр? - спросил он. пытаясь отвлечься

- А то Витольс еще решит, что Лучано заинтересован в его предложении... Нет уж. никакое удовольствие не стоит подобных последствий!

- Неоднозначно, - помолчав ответил аккару. - Я всегда любил атмосферу храма знаний Горящие глаза, жадность разума и сердца... Так знакомо, так упоительно.. Но не могу отделаться от мысли, что любой прогресс науки приводит к чему-то страшному. Тот. кто может сварить лекарство, с такой же легкостью изготовит яд. - покосился он с насмешкой во взгляде на Лучано. - Мастер, кующий инструменты, рано или поздно изобретет пушку, а потом и более сложные орудия смерти Право, лучше вам не знать, до каких глубин может дойти человеческая мысль в деле истребления себе подобных. Вот даже прекрасное изобретение, над которым работает ваш юный талантливый друг...

- А с ним что не так' - осторожно поинтересовался Лучано. радуясь, что Дилан их не слышит. У него там что-то заискрилось, потом завоняло, и целитель шипел, как залитая водой раскаленная сковорода, пытаясь спасти результаты эксперимента. - Заменитель крови спасет бесчисленное множество жизней, как его еще можно применить?

- Его - никак. - согласился аккару. - Но тот. кто до конца раскроет тайны крови, сделает шаг в такие сферы, куда людям лучше бы не ступать. Представьте что зародыш человека в женской утробе - это мозаика из многих тысяч крошечных кусочков. Вытащи одни, поставь другие - и вот уже у ребенка голубые глаза вместо карих. Или сильное здоровое сердце вместо слабого, с которым он был обречен родиться. Нет наследственной болезни или уродства. . Хорошо?

- Очень... - еще осторожнее сказал Лучано. - Я., знавал семью, где из-за проклятия рождались только больные дети. Неполноценные умом или телом, они очень быстро умирали А вот если бы можно было взять и... поменять рисунок их зародыша.. Они бы, возможно, появились на свет здоровыми?

- У вас прекрасный быстрый ум. Лучано - снова показал кончики клыков аккару. - Как жаль... Да, так и есть. Но подумайте вот о чем. То что один человек способен исправить, другой может сломать. И там. где один станет улучшать рисунок мозаики, убирая врожденные уродства, другой решит... изменить саму природу человека. Добавить ему рога или крылья научить жить под водой или... питаться кровью. Чужой кровью, разумеется. Вражеской. Всегда ведь есть враги из числа тех, кто не хочет жить правильно... Просто представьте что с человеком можно сделать что угодно* А еще можно создать болезнь, которая станет нападать не на зсех людей, как сейчас, а, скажем только на светловолосых. Или только на женщин. Или только на тех в ком течет кровь чернокожих предков. Да-да можно создать и такие болезни если знаешь рисунок человеческой мозаики так же хорошо, как вы - набор ингредиентов, из которых варите зелья. Представляете, во что превратятся войны? Если у каждой стороны будет оружие, могущество которого вы представить не можете? Лопата предназначена для возделывания земли и рытья колодцев, но ею можно убить человека А что можно сделать инструментом для сворачивания гор и прокладывания нового русла рек? Вы хотели бы жить в таком мире, Лучано?

- Медленно осознавая услышанное, Лучано покачал головой, и егс зазнобило, несмотря на жаркий день. Перед глазами всплыли страницы лабораторного журнала синьора Морхальта. Разрезанные тела женщин, бесстрастно точные зарисовки нерожденных младенцев... Ох. как хорошо он понимал, о чем говорит аккару! И предпочел бы. пожалуй не понимать, потому что без этого знания жилось гораздо спокойнее! Примерно как человеку, который знать не знает что построил дом на краю спящего вулкана...

- Получается, что знание - зло? - спросил он почти жалобно. - Если оно приводит к подобному? Или можно как-то... удержать человека?

- На этот вопрос я вам не отвечу. - вздохнул аккару совсем по-человечески - Нам когда- то не удалось.. А все ведь тоже начиналось безобидно, во славу науки и ради спасения человеческой жизни. Только мы хотели создать не заменитель крови, а сразу искусственное тело. Живую куклу, идеального воина, который сможет защищать наши земли от врагов. Только защищать, понимаете? Куклу, которая сохранит много жизней обычных людей... Но там на другой стороне, тоже боялись врагов... И никто не смог вовремя остановиться.

- Он замолчал, и Лучано зябко сплел пальцы рук, жалея что затеял этот разговор. Целый материк, ушедший под воду! И даже не один... С лесами, горами и озерами, полными живых существ - они-то з чем были виноваты?! С городами, красоты которых больше никто никогда не увидит. С людьми., рыбаками и цветочницами, булочниками и музыкантами Целый мир, безвозвратно рухнувший во тьму, потому что кто-то., заигрался? Хотел для своего народа лучшего, а для чужих - как обычно? Как можно остановиться, ступив на эту дорогу?!

- «Путь Баргота, - вспомнилось ему так ясно, словно голос грандсиньора Дункана прозвучал в ушах - Чистое знание, лишенное чести и милосердия...»

- Но вам еще до этого далеко, — тихо и бесстрастно сказал Витольс - Заменитель крови - и вправду очень полезная вещь. Одних только рожениц сколько спасется...

- Так его можнэ изобрести? - еще тише прошептал Лучано - И вы... поможете"7

- Мешать уж "очно не стану, - усмехнулось кончиками клыков древнее существо. - У этого мальчика естэ все. чтобы справиться. Разум, рвение, огромный талант. Его заменитель в любом случае не станет идеальным - слишком дорого в данных условиях, да и надежность невысока... Но это будет шаг в будущее Прорыв. Неисчислимое множество сохраненных жизней и., чуть ближе опасность для всего мира. Может, хотите ему помешать. Лучано?

- Аккару смотрел испытующе, и у Лучано все внутри будто замерзло. Помешать? Мастеру на пороге открытия? Есть только один способ. Тот. про который он думал недавно, вспоминая злосчастного открЭ1вателя фарфора. Дилана тоже можно остановить только смертью, а главное...

- Зачем"7 - продолжил он мысль вслух. - Не он откроет, так другой. Дилан - мой друг... И в самом деле - зачем? Эти спасенные жизни - они ведь будут сейчас, уже скоро. А то страшное, о чем еы говорите... Вдруг у нас получится свернуть? Остановиться вовремя? Позвольте мне верить з людей, синьор... Если уж я, мастер ядов, сижу здесь и готовлюсь варить лекарства... Вдруг у тех. кто придет после нас. тоже это выйдет?

- Надеюсь... - едва слышно промолвил аккару - Пусть., хэтя бы у вас.

- И встрепенулся, словно сбросив немыслимо тяжелую ношу, пригибавшую его плечи к земле, потому что Дилан обернулся от лабораторного стола с раздосадованным лицом.

- Опять не получилось! — бросил он. - Ну что я за болван!

- Не вышло в этот раз. выйдет з другой. - преспокойно пожал плечами Лучано. - Мой компаньон не может потерпеть неудачу. Кстати, я привез тебе патенты. То есть выписаны они на мое имя. но с правом передачи Сейчас поедем к королевскому нотариусу и заверим нужные бумаги.

- Хорошо^1 - просиял целитель. - Просто прекрасно! Мэтр Витольс. могу я рассчитывать на вашу помощь в следующий раз? Мне... так хорошо думается от ваших вопросов и рассуждений' Даже странно, вы ведь историк, а не целитель.

- Мэтр Витольс полон талантов, - чуть кривовато улыбнулся Лучано. - Он и в составлении арометов разбирается, кстати, мэтр, вы сказали, что вам жаль... Вот сейчас, несколько минут назад! Могу я узнать?..

- Разумеется. - безмятежно сообщил аккару. - Мне халь, потому что я вынужден отозвать предложение, которое вам сделал.

- Отозвать?! - растерялся Лучано. - А... почему?1

- Вы недовольны? - насмешливо поднял брови бывший трактирщик. - Кажется еы и так не собирались соглашаться.

- Не собирался... Но интересно же!

- Дилан с любопытством переводил взгляд с Лучано на Витольса и обратно, не понимая, о чем идет речь, но учтиво не интересуясь чужими делами. И слава Благим^1

- О. ничего неприятного для вашей гордости! - все так же с усмешкой заверил аккару. - Я был бы рад^1 Но мне объяснили, что вас ждет другая судьба, ваша собственная - Помолчал и добавил, словно нехотя - А пока что зы, как и ваши друзья, пребываете., под иным покровительством.

- «Это он об Аластсре? - не понял Лучано. - Которому я поклялся служить? Или о Семи Благих, которым поклоняемся мы все? Или вообще о чем-то другом?!»

- Что ж. - улыбнулся он непослушньми от напряжения губами. - Я и вправду доволен таким исходом Но... мы ведь можем остаться... друзьями"?

- Буду рад. - На этот раз Витольс ответил мягкой улыбкой без всякого следа клыков. - И от всей души желаю вам с мэтром Диланом удачи. Возможно, у вас - подчеркнул он голосом. — и вправду получи 1си.

- Он немного странный, правда? - рассеянно заметил целитель, когда аккару вышел, прикрыв за собой тяжелую дверь. - Но так замечательно задает вопросы! Как будто очень много преподавал^1 И в медицине весьма неплох, только сразу видно другую школу - восточную, что ли... Ладно, чего мы ждем? ~ы ведь завтра уезжаешь?

- Ненадолго, - ответил Лучано.

- Он и сам не понимал, какой камень лежал на душе, пока Витольс не отказался от своего предложения. Вроде бы и не страшно, ведь мог просто не соглашаться но... Это было как темная тень, постоянно и тревожно маячиЕшая где-то позади и в стороне, а потом раз - и она исчезла' И сразу стало так легко и ясно! Никакого бессмертия, зато своя жизнь! Теперь уже совершенно точно своя! И в Садах он встретится с Айлин с Аластором, когда придет и> время, а потом они вернутся в этот мир. и навеоняка уроки Претемной Госпожи сведут их опять! Может им даже повезет узнать друг друга^1 Раэн говорил, что у искренне любящих это иногда получается. Или если это слишком самонадеянно, хотя бы снова стать близкими...

- я очень скоро вернусь. - добавил он. - нас ждут великие дела!

- Глава 24. Родственников не выбирают

- Айлин открыла глаза и не поняла, где она Мягкая постель, светлый потолок, окно в сад... Ах да. это же ее комната в доме Кармеля. «В нашем доме. - уверенно поправила она сама себя. - Но почему я проснулась здесь? Почему не б нашей с ним спальне^9"

- Потянулась всем телом, наслаждаясь легкой приятной истомой, села в постели, опираясь на подушки... и чуть не ахнула' Волосы! Они так и остались черного цветаг А еще пропахли дымом, что в аккуратной, пахнущей свежестью и цветами спальне прямо-таки бросалось... в нос! Дым джунгарских костров, запах Луны и ее собственного разгоряченного танцами тела, горьковатый аромат полыни - кажется на том лугу ее было особенно много...

- Путаясь в чистой полотняной простыне, которой была укрыта Айлин вскочила, оглядела себя.. Перед тем, как положить в постель, ее раздели оставив рубашку и панталоны. Наверняка это сделала Амина, и сейчас Айлин была ей всем сердцем благодарна^1 Растрепанные волосы, чумазее лицо... Короткий взгляд в зеркало показал что лицо все-таки не чумазое, уже хорошо, да и волосы заплетены в косу. Фффух' А то ведь спросонья, да еще растрепанная, она способна умертвие напугать^1

- И все-таки показаться в подобном виде Кармелю... Ни за что!

- Она позвонила в колокольчик, и спустя несколоко минут в спальню вплыла Амина, неся поднос с шамьетом и улыбаясь во все лицо

- Госпожа проснуться! - воскликнула она. - Как хорошо' Господин принес госпожа, когда солнце взойти На кровать положить и говорить, что госпожа выспаться надо^1 Приказать не будить пока госпожа сама не проснуться^1 Я только лицо госпожа умыть и волось заплести, госпожа даже ухом не повести!

- А Кармель? - с волнением спросила Айлин. — Он дома?

- Господин у себя лечь, - доложила Амина, пододвигая столик с угощением ближе к кровати. - Проспать один. два... вот столько час' - Она загнула четыре пальца, показывая, сколько именно проспал Кармель, и добавила - Потом встать и з город уехать! Хорошо, что госпожа тут спать, а то господин встать и госпожа проснуться' Господин - умный мужчина, знать, что женщина надо хорошо спать и кушать! Иначе женщина злой и некрасивый!

- Посмотрев на небо, где солнце перезалило за полдень. Айлин согласилась, что господин очень умен! Выспалась она изумительно' Только теперь очень хотелось вымыться! Она попыталась сказать об этом Амине, но экономка покачала головой и авторитетно заявила

- Зачем госпожа торопиться? Вся ночь танцевать, все утро спать, еще чуть-чуть подождать! Роза и Луиса купальня готовить, краска смывать! Госпожа шамьет пить потом в купальня идти. А то голова от голод кружиться, нехорошо!

- Ну. если голова... - протянула Айлин и схватила с тарелки самое аппетитное золотистое печенье. - А краска точно смоется?

- И с опаской посмотрела на кончик смоляной косы

- Амина знать, какая краска брать! - возмутилась мауритка - Есть краска насовсем, есть краска на один день! Надо голова мыть, потом волосы масло мазать. У господин умный друг, он правильно сказать, обязательно масло надо. Мужчина, а такие вещи знать^1

- М-м-м-м.. - отозвалась Айлин с набитым ртом, прожевала печенье, проглотила и согласилась: - Лучано очень хорошо в этом разбирается! Он же мастер зелий, умеет готовить лекарства и косметику... Ну. средства для красоты^1

- Какой умный мужчина^1 - восхитилась Амина - И такой молодой! Жена есть?

- У Лучано? - слегка растерялась Айлин. - Нет...

- Почему такой хороший мужчина не хотеть жениться? - удивилась экономка. - Лицо красивый, кровь горячий, сам целый мастер.. Три жена взять надо! Или даже пять!

- Айлин только смущенно улыбнулась, понимая, что не сможет, да и не вправе объяснить Амине все обстоятельства, которые мешают Лу жениться.

- Наверное пока не нашел женщину по себе? - вывернулась она.

- Посмотрев на опустевшую тарелку и довольно кивнув Амина заметила:

- Госпожа хорошо кушать, потому что ночь быть веселый' Много танцевать, сказки слушать, через огонь прыгать' Красивый белый кобыла домой привести Господин радоваться большой черный конь тоже радоваться! Господин сказать, завтра мы Арлеза ехать. Хорошо! Море купаться, на базар ходить! Госпожа никогда такой базар не видеть!

- Арлеза.. — мечтательно протянула Айлин и вскочила, готовая бежать не только в купальню, но и до самой границы, пожалуй, промчаться, обгоняя ветер'

- ...В купальне она провела часа два и по достоинству оценила предусмотрительность Амины, которая заставила ее сначала позавтракать. Смазав волосы Айлин алхимическим снадобьем, растворяющим краску. Амина сначала долго промывала их. потом, слегка подсушив, наносила масло и заворачивала в нагретое полотенце, потом растирала маслом все тело Айлин от шеи до пяток...

- Я пахну как розовый куст, - сообщила разомлевшая от горячей воды, массажа и масляных притираний Айлин развалившись на скамье, пока Амина убрав полотенце, снова колдовала над ее волосами

- Госпожа пахнуть как целый розовый сад! — возмутилась мауритка. - Это лучший масло из Халифат, где расти самый душистый розы' Если у женщина нет розовый масло, это бедный, несчастный женщина! Когда мы поехать в Арлеза, купить на базаре много разный масло! Миндальный. - принялась она загибать пальцы. - кунжутный оливковый, виноградный косточка, самый чистый аргана масло' Но розовый масло - халиф среди масло! Красота беречь, сердце оадовать^1

- Надо купить его для тетушки. - решила Айлин, принимая у Лусии чашку апельсиновой воды и жадно еыпивая.

- Госпожа обязательно купить подарки' - подхватила Амина, вытирая ее волосы мягкой тканью, впитавшей излишки масла. - Тетя замуж зыходить. невеста должен быть красивый! Чтобы жених за самое сердце ухватить! А сестра у госпожа есть?

- Сестры нет. - вздохнула Айлин и тут же погравилась: - Иоланда! Она мне подруга, но как сестра' И сна тоже выходит замуж Празда, еще не скоро, но они с женихом так любят друг друга! - И похвасталась, немного смущаясь: - Это мы с Лучано их сосватали. Иоланда очень любит розы, наверняка розовое масло ей понразится.

- Подруга как сестра это хорошо - одобрительно кивнула Амина, расчесывая и укладывая ей волосы - Амина знать, где купить самый лучший масло для тетя и подруга свой госпожа В Арлеза великий базар, купец привози_ь все, что нужно женщина! Краска, духи, ожерелье и серьги^1 Шелковый ткань жемчуг, плате к. . Госпожа будет нарядный и довсльный. господин радоЕаться'

- Айлин хихикнула, представив себя одетой как Амина, с родными рыжими волосами, но густо подведенными по примеру мауритки глазами. Интересно, Кармелю понравится? Вчера, когда она оделась по-джунгарски, он смотрел с восхищением...

- Вошедшая в купальню Роза почтительно присела и с ярким арлезийским выговором сообщила:

- Хозяин пэиказал подавать обед и звать донна Айлин к столу.

- Он вернулся! - обрадовалась Айлин и бросилась из купальни, предвкушая все сразу, обед встречу с Кармелем и вопросы про Арлегу которых у нее накопилось презеликое множество'

- Уже у самого выхода она задержалась, чтобы бросить взгляд s большое настенное зеркало. В нем отражалась непростительно довольная жизнью особа! Чуть влажные кудри рассыпались по плечам, губы розовеют, глаза блестят... Айлин вспомнила вчерашнюю сказку про моройку и с приятным чувством подумала что у нее глаза тоже зеленые! Да и волосы рыжие, кстати^1 Но даже если она и похожа на кошку, то не дикую, настороженную и злую а исключительно ручную, избалованную и счастливую! И как ей сегодня к лицу это нежно- зеленое домаилее платье, по-летнему легкое и мягкое'

- Проводив благодарным взглядом выскользнувшую из купальни Амину, она заплела косу, снова взглянула в зеркало показала себе язык, тут же приняла благовоспитанный вид, но счастье, которым была полна ее душа, так и рвалось изнутри мешая быть серьезной Вгрочем, Кармель ведь простит ей некоторую... несерьезность'' Наверняка'

- В столовой ее уже ожидал Кармель. Амина суетилась вокруг стола, поспешно ставя еще один прибор, чашку для шамьета. а вот в ее руках появилась корзинка со сладостями...

- Айлин недоумевающе посмотрела на эту радостную суматоху, удивляясь, что случилось и почему молчит Кармель. если вот-зот появится какой-то гость... должно быть, очень близкий и дорогой, если прибор для него ставят даже без указаний? Может быть, это дон Раэн?

- Амина, кто именно почтил нас визитом? - весело спросил Кармель, и мауритка просияла счастливой улыбкой.

- Брат, господин! Любимый брат'

- Твой брат. Амина? - не поняла Айлин. однако экономка, все так же улыбаясь, покачала головой:

- Брат наш "осподин! Младший, самый любимый

- Брат Кармеля?! Айлин в растерянности повернулась к магистру, не зная что ей дегать - уйти или остаться? Что может подумать приличный челозек о женщине, которая живет в доме постороннего ей мужчины?! Да. они с Кармелем любят друг друга и собираются пожениться, как только... Не ведь сейчас не женаты! А от впечатления, которое она произведет на его родных, зависит, примет ли ее семья Кармеля...

- Ни о чей не беспокойся, моя донна, - сказал Кармель. заметив ее волнение, и предложил Айлин руку. - Прошу к столу

- Сев на свое привычное место. Айлин выпрямилась и замерла - в памяти сами собой всплыли бесчисленные наставления по этикету! Всеблагая Матушка она ведь одета совсем просто, волосы заплетены в обычную косу.

- Дороюй бршец! — иооланыалсн i pomoi лисг.ый Buauieu, а мтовемием позже в ^вернх столовой появился обладатель голоса. - Как я рад тебя ви...деть... то есть вас... Прошу прощения, миледи .

- Зошедший господин напомнил Айлин плотно набитый кожаный мяч - такой же кругленький и при этом упругий и быстрый, будто подскакивающий при каждом шаге. Черноволосый, смуглый и черноглазый, он, пожалуй, был похож на Кармеля Точнее. бэ!Л бы похож окажись Кармель на голову ниже и раза в два толще, причем большая часть этой толщины равномерно собралась вокруг пояса.. И все-таки сходство было заметно^1 Вот только наряд гостя ничего близкого не имел с обычными светлыми костюмами разумника.

- На госте красовался легкий летний камзол немыслимо синего цвета, и отделка мягким серо-сизым шегком только придавала ему яркости Рядом с этим серым синий цвет гросто горел^1 А шейный платок, солнечно-желтый, повязанный причудливым бантом, немного сбился па сторону и пьглядел каким-то... растрепанпвни. По при этом сочетался с сияющей екмевой камзола просто изумительно!

- Рад тебя видеть. Синица^1 - невозмутимо отозезлся Кармель и не без легкого ехидства добавил, глядя на гостя, который несколько мгновений обескураженно взирал в сторону Айлин. а потом, словно опомнившись, торопливо и очень учтиво поклонился. - Хотя предупреди ты о своем визите, моя радость бьша бы еще сильнее. Ты ведь мог не застать меня дома!

- Ну и что?! - искренне удивился господин названный Синицей. - Как будто в твое отсутствие я остался бы в твоем доме голодным! Слава Благим и твоей восхитительной экономке, это невозможно^1 Амина милая, скажи, что я как раз вовремя, и у вас на десерт мое любимое творожное печенье с изюмом и корицей!

- Господин получить все. что угодно! - всплеснула руками Амина - Отведать пайхлаваа. дорогой брат наш хозяин! А пока все обедать. Амина испечь много любимый печенье господин!

- Иногда мне кажется, что это не моя экономка, а твоя, - серьезно проговорил Кармель. но в его глазах плясали смешинки.

- Арлезиец тем временем взглянул на Айлин так внимательно, что стало понятно - он мгновенно отметил и ее простую прическу, и домашнее платье, совсем не предназначенное для визитов даже к родственникам, не говоря уже о таких мелочах, как бархатные комнатные туфельки. Ошибиться было невозможно, она выглядела именно так как должна выглядеть женщина, живущая в этом доме и достаточно близкая с его хозяином, чтобы выходить к столу в таком виде

- Познакомься, Синица. — сказал Кармель совершенно спокойно. - Это донна Айлин. Моя невеста. Айлин. это дон Синица, мой брат. Он витражист и провел больше года вдали от Доовенны. выполняя заказ какого-то влашского вельможи. Поэтому некоторые обстоятельства моей жизни... не вполне ему известны

- Невеста... невеста... То есть та самая невеста?!

- Глаза дона Синицы округлились и сверкнули изумлением. Щеки Айлин загорелись от стыда...

- Единственная, - так же ровно и невозмутимо поправил его Кармель. - У меня всегда была только одна невеста.

- Но я матушка писала... впрочем, тебе виднее^1 - воспрянул дон Синица и. подскочив к Айлин. снова низко поклонился: - Миледи, прошу прощения! Похоже, я неверно понял письма матушки и очень рад. что Умник все-таки намерен жениться! Хоть и немного позже, чем я рассчитывал!

- Умник? - Айлин растерянно оглянулась на Кармеля потом вспомнила о манерах, покраснела еще сильнее и протянула его брату руку, которую тот с воодушевлением поцеловал - А почему...

- Потому же, почему этот болтун - Дон Синица. - вздохнув, пояснил Кармель. - Домашнее прозвище. Разумник - Умник.

- О. понимаю... - пролепетала Айлин, пытаясь отделаться от смущения - Но не могу же я называть вашего брага... Простите, сударь. - обратилась она к гостю, уже вовсю пылая щеками. - Мне. право, неловко...

- Почему не можешь? Почему не можете?! - в один голос удивились эти двое. А Кармель. улыбнувшись, добавил: - Надеюсь, причины его прозвища не менее ясны?

- Айлин, несмотря на смущение, едва не рассмеялась. Действительно' Невысокий, пухлый как взъерошенная птичка, с носом-клювом и круглыми глазами... А эти цвета! Сизо-синий и желтый! Ну вылитая синица!

- Да ты просто завидуешь моим изысканным нарядам! — возмутился брат Кармеля. слегка отряхнул полы камзола и гордо поинтересовался: - Разве я не прекрасно выгляжу?

- Айлин было все сложнее сдерживать смех, и она с изумлением подумала, как похожи и в то же время не сходны эти двое!

- Кое-чего не хватает. - невозмутимо заметил Кармель. пока Дон Синица крутился посреди столовой, поправляя шейный платок и одергивая манжеты, словно птичка, которая старательно чистит перышки.

- Не хватает? - возмущенно уставился он на Кармеля. - И чего же?!

- Перьев. - ласково сообщил Кармель. и Айлин поняла, что такие подначки и шутки для братьев совершенно привычны - Без перьев образ недостаточно... м-м-м.. полон'

- Ха! - обрадовался Дон Синица, скрестил руки на груди и попросил: - Амина милая принеси мой берет! Я отдал его горничной.

- Амина бежать'

- Бросив на гостя очередной влюбленный взгляд, экономка выскочила из столовой и почти сразу зернулась с роскошным беретом Дон Синица принял его у мауритки. надел и повернулся к Айлин с Кармелем откровенно красуясь. И было чем!

- Сшитый из темного атласа, но не черного, а глубокого иссиня-зеленого цвета, берет был больше обычного и с одного края ниспадал почти до самого плеча пышными складками, а с другого был украшен жемчужной брошью, которая держала три коротких, но пышных павлиньих пера!

- Ну что? - горделиво вскинул голову Дон Синица - Как тебе?

- Сдаюсь - признался Кармель - Поражен в самое сердце' Садись уже, ради зсех Благих, обед стынет^1

- Айлин не выдержала - ее губы сами собой расплылись в улыбке. Дон Синица бросил на нее веселый взгляд и. отдав Амине свой великолепный берет, занял место между Айлин и Кармелем так. чтобы видеть обоих.

- И все-таки, как зовут вашего брата^7 - все еще несколько смущенно поинтересовалась Айлин.

- Да. конечно, наедине с Кармелем и даже при друзьях она уже привыкла называть его «на ты», но при чужом человеке... Хотя самого Кармеля это нисколько не смущает, и обращения к ней он не изменил' Интересно, почему? Может, показывает брату, насколько близок с Айлин?..

- Зовут? Зовут. - Лицо Кармеля на миг приобрело растерянное выражение, словно он действительно вспоминал имя, а потом магистр удовлетворенно выдохнул: - Ну. разумеется^1 Его зовут Рамиро!

- Я уж думал, не вспомнишь. - ворчливо заметил тот алчно поглядывая на стол, а потом улыбнулся Айлин: - Но вы. прекрасная донна, тоже можете звать меня Синицей Признаться, я настолько привык к этому прозвищу, что на собственное имя не всегда откликаюсь' Мало ли в мире всяких Рамиро?! В Дорвенанте правда, куда меньше чем в Арлезе. а во Влахии Рамиро так и вовсе не сыщешь.. Но уж Дон Синица везде совершенно точно один^1

- Я... запомню, милорд. - сдерживая смех от этой речи, пообещала Айлин. - То естэ благородный дон...

- Рамиро подмигнул ей и с аппетитом принялся за еду, Айлин же подумала что Дон Синица удивительно напоминает ей Саймона, только лет на двадцать постарше и совершенно другой масти. А улыбка такая же веселая и жизнерадостная'

- Итак, Умник. - обратился Дон Синица к брату, - ты просто обязан рассказать, как это вышло, что я нахожу тебя все еще не женатым? Это тем удивительнее, что донна Айлин восхитительна, как рассвет над южным морем^1 И если она вдруг решит, что ты для нее слишком зануден и скучен.. То мы все равно не выпустим ее из цепких семейных рук, ведь среди сыновей нашей дорогой матушки ты не единственный холостяк!

- И он снова подмигнул Айлин, которая едва не прыснула от такого необычного комплимента.

- Ну надо же. он снова отбивает у меня невесту! - возмутился Кармель и, доверительно понизив голос обратился к Айлин: - Настоящее проклятие рода Роверстанов' Впервые это случилось, когда мне было десять лет. а ему - четыре. Я со всем пылом юности влюбился в одну из матушкиных подруг и пообещал жениться на ней, как только достигну подходящего возраста. Мне казалось, она благосклонно принимает мои ухаживания'

- А то. что она была вдвое старше нас обоих вместе взятых, тебя нисколько не смутило! - вставил Дон Синица.

- Меня никогда не смущали подобные мелочи - махнул рукой Кармель. - Но вот то, что эта жестокосердная дама предпочла мне моего же младшего брата признаюсь, разбило мне сердце

- И как она его... предпочла? - выдавила Айлин. прикинув возраст изменницы и безуспешно пытаясь сдержать смех

- О. это было ужасно. - закатил глаза Кармель. - На званом ужине она посадила его на колени, назвала прелестным мальчиком и отдала свое пирожное! Страшная измена!

- Признайся честно, ты сам имел виды на то пирожное^1 - фыркнул Дон Синица и немедленно вонзил ложечку в безе, которым заедал тушеную утку, ничуть не смущаясь таким нарушением застольного порядка. - И вообще, ты должен быть мне благодарен. В конце концов, эта ветреная дама изменила нам обоим, выйдя замуж за какого-то офицера, у которого из всех достоинств были только чин, усы и умение громко отдавать команды. Если вы, дорогая донна вдруг подумали, что я до сих пор не простил легкомысленную особу и ее избранника, то вы совершенно правы - не простил^1

- Я думаю, впоследствии она горько пожалела что обманула ваши чувства, - едва не рыдая от смеха, утешила его Айлин - Уверена, ей просто было трудно выбрать между столь блистательными кавалерами, и она решила не вносить разлад между братьями

- Мне нравится твоя невеста! - восхитился Дон Синица. - Какое тонкое понимание сути вещей! Прости, не понимаю, почему она до сих пор невеста, а не жена?

- Это... сложный вопрос. Синица. - поморщился Кармель. - Уверен, матушка 8 своих письмах представила тебе события так. как она их видела Но ей тоже не все известно..

- Айлин поняла, что сейчас - из-за нее. между прочим! - Кармель попал в довольно сложное положение. Если он расскажет брату всю правду, она, Айлин. будет выглядеть совершенно непристойно! Она отдалась лорду Бастельеро до брака, зачав от него ребенка, потом, уже беременная, согласилась быть невестой Кармеля. но разорвала помолвку и все же вышла за Бастельеро, а сейчас сидит в доме Кармеля. причем все обстоятельства даже не намекают, а прямо кричат об их связи^1 И как это все можно объяснить непосвященному человеку"

- Что ж. если она столько всего натворила, нужно за это отвечать! И сейчас самое время'

- Я совершила ошибку, - прямо и просто сказала она, внутри холодея от ужаса. - Увы, это не такая веселая история, как о вас и подруге вашей матери. Мне пришлось выбирать между двумя мужчинами, которые оба сделали мне предложение Одного я любила, второго... боялась! - выдохнула она в полной тишине и почувствовала, что говорить сразу стало легче, будто мысли, облаченные в слова, вскрыли где-то в ее душе долго зревший нарыв - Я вышла замуж за того другого, чтобы его угрозы никогда не воплотились в жизнь. Это было моей ошибкой... огромной ошибкой! - добавила ока с торопливым отчаянием, потому что ничего не могла прочитать на внезапно посерьезневшем лице Дона Синицы - Мне следовало раньше понять, что женщина может стать причиной раздора между мужчинами, но если эта вражда началась задолго до... ее появления в их жизни... то никакое решение этой женщины уже ничего не изменит... лишь подольет масла в огонь! Я... - Она посмотрела на Кармеля и постаралась вложить в этот взгляд все, что сейчас испытывала, всю вину, благодарность и нежность^5 - Я всегда буду благодарна вашему брату, дон Рамиро, за терпение и мудрость, которые он тогда проявил. И проявляет до сих пор^1 - добавила она поспешно - Мой брак распался. Я попросила у короля раздельного проживания с супругом и получила эту милость Надеюсь, вскоре получу и развод. Но прежде, чем это случилось, мне... пришлось спасаться из дома супруга... Заш брат был так великодушен, что спас меня, рискуя жизнью, и дал убежище...

- В столовой повисла тишина. Только Амина тенью скользнула за плечом у гостя, заменив ему тарелку

- Я тебя понял, дорогая сестра - кивнул Дон Синица, и Айлин чуть рот не открыла, пытаясь понять, не почудилось ли ей то. что она услышала. - Умник, а вот тебя я не понимаю^1 Почему этот мерзавец до сих пор жив?! Если не надеешься на себя, мог бы вспомнить, что у тебя три брата и два зятя^1 Да и друзей у нашей семьи хватает'

- Он воинственно задрал голову поглядывая то на Кармеля, то на Айлин. и это выглядело бы смешно, однако Айлин видела, что веселый нарядный человечек, похожий на безобидную птичку, сейчас совершенно, прямо-таки пугающе серьезен.

- Я тебе очень благодарен за это напоминание. Синица. - спокойно отозвался Кармель. - Но изволь поверить мне на слово, есть причины, по которым этот человек не должен пасть от моей руки К моему, поверь, глубокому сожалению' И от руки моих братьез зятьев, друзей и наемников - тоже!

- Ну. тебе виднее. - буркнул Дон Синица. - И все-таки если передумаешь...

- Непременно тебе сообщу. - так же ровно пообещал Кармель. и снова Айлин поняла, что это не просто слова. - А сейчас позволь тебя попросить! Кстати, ты уже был дома?

- Да нет же! - возмутился тот. - Из портала - и сразу к тебе^1 Дома меня, конечно, тоже покормили бы.. Но там пока перескажут все новости, пока пошлют за дочерью и племянниками, чтобы показать, как они выросли, пока отчитаюсь матушке и сестрам, почему не привез из Влахии незесту Неизвестно, когда смог бы к тебе вырваться^1 Вот и решил сразу заехато' Кстати, я там подарки привез... После обеда посмотрим!

- Обязательно. — кивнул Кармель. - Так вот. сегодня утром я был у родителей и сообщил им, что уезжаю в Арлезу. Хочу отдохнуть от дел гильдии, погреться на солнце, заняться Вуалью . Очень тебя прошу, Синица, забудь, что видел Айлин в моем доме! И. разумеется, о том. что мы поедем в Арлезу вместе с ней.

- Не боишься, что ее увидят в городе . ах да. у тебя же портал' - понимающе кивнул Дон Синица - Ну что ж, не зря ты Умник! Никого не видел в твоем доме, кроме тех, кто должен здесь быть! - И он так же весело, как раньше, подмигнул Айлин, которая оценила изящную формулировку. - Но учти, ты мне должен! Согласен взять печеньем, которое обещала Амина! Корзинку, не меньше

- Господин брат остаться на ужин^1 - обрадовалась мауритка и лукаво добавила: - Раньше Амина никак не испечь корзина печенье^1

- Тогда я смогу рассказать зам. как работал зо Влахии. - заявил Дон Синица и с некоторым сожалением обозрел остатки обеда. - Дивный, совершенно упоительный заказ! Ну вот что обычно изображают на витражах? - спросил он Айлин.

- Пейзажи.. - неуверенно ответила она — Семерых Благих, какие-то исторические сцены..

- Именно! - возликовал Дон Синица. - И как мне это надоело, вы оба не представляете' А этот заказчик... Между прочим, я говорил, что он - брат короля Влахии? Князь Ставор.. Так вот. он женил старшего сына, и молодые сейчас в столице, а князь к их приезду решил обновить интерьеры замка Для главного зала он заказал мне огромный витраж-' С пейзажем, да. но изображающим родовое кладбище в полнолуние! А в детскую на окна - вереницу танцующих скелетов. Причем скелеты нарисовал сам с большим знанием предмета! - добавил он с искренним уважением.

- Скелеты в детскую?! - поразилась Айлин - А вместо колыбельки у них гробик на цепях?!

- И как мне это в голову не пришло? - ударил себя по лбу Дон Синица - Роскошная идея князь наверняка оценил бы' Он. видите ли. считает, что дети должны привыкать к семейному ремеслу с детства'

- Ставоры - потомственные некроманты, благословленные самой Претемной Госпожой, - пояснил Кармель. - Очень интересный для историка род. И что. ты целый год делал эти витражи?

- Нет разумеется, - возмутился Дон Синица. - Упразился за полгода, хотя работы и вправду было немало. Но результат увидел другой влашский князь и родич Стазоров - Сандор. Его позвали в гости, чтобы похвалиться и как это... обмыть новинку, вот' Уверен, в этой бочке медовухи и впрямь можно было искупать все мои витражи, хм... Так вот. разумеется, он захотел что-то подобное, но с иным сюжетом' Сандоры тяготеют к служению другим Благим Леди, так что там было все как обычно. - вздохнул он. - Венки, снопы колосьев, прекрасные девы... Изящно, прелестно и скучно: Слушай, Умник! - снова воодушевился он. - А давай я сделаю тебе подарок на свадьбу! Витражи в эту гостиную, вашу спальню и детскую! И вообще, куда угодно' Моя дорогая сестра наверняка захочет красиво отделать свой будуар! - торжествующе посмотрел он на Айлин и. едва заметно погрустнев, протянул: - Конечно, скелеты и кладбище прекрасная донна не пожелает... Но цве~ы я тоже делаю замечательно!

- Я некромантка - очень серьезно сообщила ему Айлин и заметила, что в глазах Кармеля пляшут знакомые смешинки - Так что совершенно ничего не имею против скелетов! И кладбище в полнолуние - это очень красиво! А если там еще упыри будут... И некромант, который сидит на крыше склепа..

- Она мечтательно вздохнула, вспомнив знакомство с Аластором Кармель. посвященный в эту историю, понимающе фыркнул Дон Синица устазился на нее незеряще счастливым взглядом, приложил руку к груди и выдохнул:

- Упыри и некроманты^1 Великий Безликий, какой сюжет! Умник, предупреждаю, если ты на ней не женишься, женюсь я!

- Тебе матушка не позволит. - заметил Кармель. - Наверняка она уже нашла тебе на выбор полдюжины невест Милых, благонравных и хозяйственных, точно таких, каких подобрала для Рикардо и Доменико. Это наши средние два брата. - пояснил он Айлин.

- Матушка будет в полном восторге! - возразил Дон Синица, окинул Айлин пронизывающим взглядом, немного подумал и столь же уверенно заключил: - Ты ей не понравишься!

- И пока Айлин хлопала глазами, пытаясь осознать это противоречивое заявление, объяснил

- Ты слишком похожа на нее! Яркая, смелая, гордая... Матушка очень ценит в женщинах эти качества! И потому в невесты своим сыновьям выбирает полную противоположность! Когда Умник приведет тебя знакомиться с родителями, будет большой скандал^1 А сейчас идемте смотреть подарки^1

- Сегодня, - розно повторил Грегор. - Извольте известить принимающую сторону, чтобы не возникло никаких неожиданностей. Можете принести извинения от моего имени Сообщите что причиной спешки стали зажнейшие дела, отложенные ради этого визита. Разумеется, я не рассчитываю на торжественную встречу, которую у наших уважаемых коллег не было времени подготовить Но надеюсь что в самом скромном гостеприимстве на несколько дней нам не откажут?

- Не... думаю, милорд... - Майсенеш как-то растерянно посмотрел на Грегора, сглотнул и через мгновение спохватился - То есть, никак нет. милорд Архимаг^1 Не извольте сомневаться^1 Разрешите исполнять?1

- Буду чрезвычайно признателен, - кивнул Грегор, подумав, что после возвращения следует наградить боевика, проявившего столько старания Временами, конечно, наивного и неуместного, зато от всей души... - Идите. Майсенеш.

- И постарался улыбнуться.

- Майсенеш. сглотнув еще раз. исчез быстрее, чем слабенький призрак от горсти зачарованной соли. Наверное, торопился исполнить приказ, что еще раз доказало - сопровождающего Ладецки подобрал отменно Магистра, пожалуй, тоже стоило поблагодарить без него грегор гораздо хуже представлял бы место, куда решил отправиться

- Оглядев дюжину карлонцез, выстроившихся зо дворе Академии, он еще раз убедился, что был прав, отказавшись одеваться по требованиям карлонского этикета Нацепи хоть всю фамильную сокровищницу и нарядись как попугай, все равно потерялся бы на фоне будущих спутников - как на подбор здоровенных, словно Ладецки их выбирал по себе, в крикливо- пестрых варварских одеждах, увешанных оружием и драгоценностями. На Майсенеше. одетом ярче всех, были короткий белый камзол и такие же белые штаны, причем все это странного покроя и густо украшено золотым позументом. Дополнял наряд ярко-голубой плащ расшитый золотом по краям и у ворота и круглая голубая шапочка с меховой оторочкой, из-под которой виднелись светлые кудри А еще широкий пояс из позолоченных - или золотых?! - узорчатых звеньев, висящая на нем сабля в пестрых кожаных ножнах и... красные сапоги' Красные!

- Грегора замутило. Тошнота усилилась, когда он увидел, что каблуки сапог позолочены гуще, чем пояс, на руках боевика красуется по полдюжины перстней на каждой, а в левом ухе - серьга с крупным сапфиром

- Остальные были одеты в том же варварском стиле, разве что золота на них сверкало поменьше, а оружия висело больше. Грегор задумался, было ли это требованием этикета - все же Майсенеш среди них старший! - или зависело от возможностей каждого... Вспомнил, как боевик предупредительно заверял, что охрана постаоается ни з коем случае не затмить его самого Содрогнулся и решил, ради собственного душевного спокойствия, об этом больше не думать!

- Сам он привычно оделся в черное, связал волосы в хвост, оставив голову непокрытой, а из драгоценностей, кроме родового и мажеского перстней, с которыми не расставался, надел родовую дворянскую цепь, усыпанную сапфирами и бриллиантами, а к ней - орденскую цепь со Звездой Архимага На черном камзоле драгоценности горели вызывающе ярко, и Грегор подумал, что если карлонцам этого окажется недостаточно, значит, говорить о серьезных делах с ними еще рано.

- Единственной уступкой карлонским вкусам, которую он все же сделал стала верховая лошадь, та самая итлийская кобыла, которую конюхи нарядили согласно указаниям Майсенеша Грегор едва не поежился, садясь в седло, но утешил себя тем. что это ненадолго Портал решили открыть прямо во дворе Академии, а на той стороне, как заверил Майсенеш, придется проехать совсем немного, да и то больше для того, чтобы показать почетному гостю столицу, а этого самого гостя - горожанам

- Насколько Грегор понял из несколько сбивчивых объяснений Майсенеша. визит столь важного лица должен был усилить авторитет боярина Войцеховича при карлонском дворе, и отказать любезному хозяину в столь важном для него деле Грегор посчитал неучтивым и неблагодарным.

- Латрия. как называлась столица Карлонии. Грегора... заинтересовала. Здесь не чувствовалось духа благородной древности, как в Дорвенне, но это и понятно. Карлония как самостоятельное государство гораздо моложе Дорвенанта Всего каких-то лет сто пятьдесят назад она представляла собой разрозненные княжества вроде тех, что сейчас граничат с Доовенантом и Фраганой. Род карлонских королей по длине родословной не мог сравниться даже с итлийскими торговыми принцами, не говоря уж о династиях Фраганы Дорвенанта и Арлезы И то. что Латрию король Якуб Сеятель заново выстроил на месте прежнего города, им же в ходе войны и сожженного, очень чувствовалось. Много светлого камня, еще не потемневшего от времени, широкие улицы с ровными мостовыми, единый стиль построек и архитектурных украшений. Там. где фасады домов в Дорвенне украшали сплошные гербовые львы, латрийцы предпочитали изображать девиц, причудливо одетых в длинные широкие платья без пояса, простоволосых и босых, держащих в руках снопы колосьев, птиц, яблоки и прочие дары Всеблагой.

- Да, город определенно выглядел новым А еще - шумным, жадным, ярким и нахальным, словно рыночная торговка, горластая и угодливая одновременно. Здесь было мало по- настоящему красивых зданий, но на те что имелись, посмотреть стоило. Грегору показали храм Трех Господарынь. как в Карлонии и Влахии называют Благих Леди, величественное бело- золотое здание с округлыми, действительно какими-то женственными линиями. Рассказали, что у Трех Господарей тоже имеется главный храм, но он расположен дальше, за королевским дворцом, и туда милорда Великого Магистра тоже непременно сопроводят. Благосклонно кивая Грегор ехал во главе маленькой процессии, обозревая достопримечательности карлонской столицы, мимо которых лежал их путь.

- Городская ратуша, украшенная барельефами в виде драконьих голов... Конная статуя короля Якуба Сеятеля - в каменных руках великого монарха Грегор уже без всякого удивления увидел не меч. а чугунный шестопер. Согласно объяснениям Майсенеша это значило, что монарх не погиб в бою. Как именно он закончил жизненный путь, Грегор понятия не имел потому что никогда не был силен з истории - а уж тем более карлонской Ради интереса он спросил об этом - и узнал, что славный король Якуб преставился в возрасте ста одиннадцати лет от напряжения вызванного плотскими утехами с молодой женой. Судя по завистливым вздохам, сопровождавшим рассказ Майсенеша. карлонцы такой смертью восхищались, Грегор же испытал омерзение. Даже если это правда... нашли, чем гордиться!

- Затем они миновали Фонтан Речных Дев - изящную мраморную чашу, увитую по краю цветочным барельефом. В середине чаши высилась необработанная плоская глыба очень светлого, почти серебристого камня На ней развалились три бронзовые девицы, обнаженные до пояса, с распущенными волосами.чьи пряди не столько прикрывали, сколько подчеркивали женские прелести, и длинными рыбьими хвостами, которые девицы спустили в воду. От вызывающей, прямо-таки непристойной чувственности этого произведения искусства Грегор поморщился, зато карлонцы из его сопровождения воззрились на фонтан влюбленно и почему- то зашарили по карманам и поясным кошелькам.

- Монетку надо кинуть, милорд! - объяснил Майсенеш, подтверждая слова делом и ловко зашвыривая в чашу серебряный флорин. - На удачу в любви!

- «Удача в любви? - повторил про себя Грегор. - Какая глупость! Если эта нелепость и способна кому-то принести удачу, то разве что нищим да уличным мальчишкам, которые наверняка обчищают фонтан, как только очередной дурак проедет мимо. Что касается любви право, я начинаю сомневаться, что она вообще существует'»

- Не удостоив больше фонтан ни единым взглядом, он продолжил путь, разглядывая дома и встречных карлонцев. Как и ожидалось от приличных кварталов столицы, люди здесь были хорошо одеты, хотя, на вкус Грегора. слишком броско. Впрочем, женщины носили платья пристойной длины и вполне скромного фасона так что излишняя пестрота красок местных дам не портила. Зато мужчины' Мимо их процессии несколько раз проезжали всадники наряженные даже ярче Майсенеша! Они словно соревновались между собой, сочетая в одежде зеленый с оранжевым красный с голубым и желтым, розовый с малиновым^1 А шапки карлонского фасона, с ярким верхом и меховой оторочкой, у них. вдобавок, были еще украшены крупными цветными пряжками, из-за которых торчали вверх пучки разноцветных птичьих перьев

- А шапки-то теперь иначе носят — пробормотал Майсенеш. провожая очередного карлонского дворянина хищным взглядом. - Как это я упустил? Ну. ничего...

- И Грегор с содроганием понял, что в ближайшее время ему придется увидеть дурацкие перья и на своих сопровождающих.

- Миновав слизочно-желтую громаду королевского дворца - Майсенеш клятвенно заверил, что драгоценного гостя ждут и там, но позже - их процессия свернула на восток от сердца Латрии. Обогнула рыночную площадь, храм Великого Безликого, которого в Карлонии почитали отдельно от остальных Благих в силу его двойственной природы, и добралась до того, что Грегор сначала посчитал отдельным кварталом, состоящим из нескольких маленьких особняков. Но потом заметил длинную общую ограду, удивительное сходство темно-бурых черепичных крыш, словно возводил эти дома один и тот же архитектор, общую линию сада...

- Подворье славного боярина Ласло Войцехозича. - подтвердил его невысказанную лсгадку Майсенеш и вполголоса что-то бросил по-карлонски одному из спутников. Тот хлестнул коня и пустился к виднеющимся вдали огромным воротам, а боевик продолжил: - Здесь живет весь род боярина. Дети с внуками, племянники, двоюродные и троюродные братья со своими женами и детьми... В Карлонии считают, что большая семья - зеличайшая милость богов, и на тех, кто селится здали от родни, смотрят косо. Честному человеку от своих скрывать нечего, у него и счастое. и беда на виду. Отец Войцеховича тоже здесь жид и дед его. и прадед.

- Почтенная семья со старыми традициями, - одобрительно кивнул Грегор, сворачивая в указанную сторону. - А Ставсры?

- Гостят у боярина. По карлонским законам домом в Латрии могут владеть только подданные карлонского короля, остальные, будь они хоть князья хоть послы, должны либо снимать жилье, либо гостить у кого-то - И добавил с некоторой гордостью: - Это потому, что карлонец у себя в доме полный господин, над ним только боги и король^1 И если до богов далеко, то король в любой момент со своих подданных любую службу спросить может. - Немного поколебался и закончил: - Ну. или позвать ответ перед собой держать

- Грегор. который прекрасно запомнил историю рода Ладецки, только понимающе хмыкнул.

- Тем временем ворота, к которым они приближались, распахнулись на всю ширину, и из них выступила целая процессия, расступившись так. чтобы образовать длинный коридор, уходящий вглубь подворья.

- Грегор. заранее предупрежденный Майсенешем, спешился ровно за три шага до встречающих и передал повод кобылы кому-то из спутников. Боевик тут же соскочил и пошел следом, почтительно держась за левым плечом, чтобы вовремя подсказывать.

- Стоило Грегору приблизиться к первому из карлонцев тот согнулся в глубоком поясном поклоне, широко махнув перед собой рукой и коснувшись пальцами мостовой За ним поклонился второй, и стоящий за ним... За спиной Грегора они тут же выпрямлялись, но шел он между кланяющимися людьми, едва успевая увидеть лица, пока те не превратились в богато одетые спины Все это. как ему сказали, родичи и домочадцы хозяина дома. Чем больше людей встречает гостя, тем больше ему оказывается почета, так что Грегору решительно не на что было пожаловаться Мелькнула мысль, что Войцехович ради его встречи собрал не только своих родственников и слуг, но еще у соседей одолжил - не может быть у одного человека столько родни и вассалов!

- Пройдя через ворота, он шел по живому коридору, пока тот не закончился. Зато началась дорожка из уложенных впритык один к одному пестрых ковров брошенных прямо на каменные плиты. Она вела к парадному входу в особняк - высокому деревянному крыльцу с навесом и резными столбиками. Там стояли хозяева дома, полдюжины мужчин разного возраста, удивительно похожие друг на друга - все невысокие, но грузные, круглолицые, коротко стриженые и отличающиеся разве что длиной бороды Сходство еще сильнее увеличивала одинаковая одежда - долгополые бархатные одеяния, неизменные красные сапоги с позолоченными каблуками и наброшенные на плечи то ли плащи, то ли шубы, парчовые, но подбитые густым плотным мехом. Грегор только ужаснулся про себя, глядя на плотный, зашитый шелком и золотом бархат, на шубы и высокие меховые шапки, но карлонцам. кажется, в такой одежде было ничуть не жарко - и это летом! Как же они зимой одеваются?'

- Остановившись в паре шагов, он громко сказал по-карлонски:

- Приветствую славного боярина Ласло Вой-це-хо-вича и его род- Да будет милость благих над этим домом и его обитателями! Прошу принять меня гостем'

- Эту краткую речь Майсенеш заранее написал ему дорвенантским письмом, и Грегор затвердил ее наизусть, будто заклятие, неприятно напоминая самому себе попугая Энрике. Как его заверили, сам боярин с семьей и его гости Ставоры прекрасно говорят и на дорвенантском. и на фраганском, но обычаи... Проситься под кров чужого рода следует на том языке, который здесь понимают.

- Один из карлонцев. самый старший и с самой роскошной бородой в которой уже явно проглядывала седина, что-то низко и утробно проревел, сделав шаг вперед и раскрывая поистине медвежьи объятия

- будь моим гостем и войди в мой дом. славный князь Григорий бастельеро' - торопливо пеоевел Майсенеш.

- Про себя поморщившие» от переделанного имени. Грегор отвесил учтивый поклон выпрямился и обреченно шагнул ближе

- Обняв его так осторожно, словно боялся сломать - Грегор даже оценил подобную деликатность! - боярин похлопал его по спине, отступил на шаг и расплылся в улыбке заявив на чистом дорвенантском почти без акцента:

- Ну. слава Всеблагой, что добрались! А уж как мы гостям рады' Эх, поторопились немного, а то бы мы такую встречу приготовили' Ну. теперь уж как смогли, так и встретили, скромно, посемейному! Да что ж ты стоишь, князь?! Отведай хлеба и соли!

- Остальные пятеро расплылись а таких же приветливых улыбках, которые на их бородатых лицах смотрелись медвежьими оскалами, и расступились.

- Из-за их спин удивительно легкой походкой выплыла светловолосая девушка, одетая с такой же варварской роскошью, что и мужчины. Распашное верхнее платье, ярко-алое и затканное золотыми цветами, с диковинными широкими рукавами, ниспадающими до самой земли, но при этом не сшитыми по швам открывало нижнее - голубое, без пояса и на целую ладонь короче верхнего, так что из-под подола виднелись сапожки. Красные, разумеется'

- Грегор даже не удивился бы. полагайся к этому наряду меховая шапка, но голову девушки украшал а только голубая повязка, вышитая жемчугом

- Скромно опустив глаза, так что видны были только длинные ресницы, темные, но нежно золотящиеся на кончиках, девица держала блюдо, накрытое ярко вышитой салфеткой, поверх которой лежал круглый, с аппетитной румяной корочкой хлеб и стояла солонка.

- У Грегора даже на сердце потеплело - наконец что-то знакомое! Правда, в Дорвенанте ритуальное угощение выносили только при официальном визите короля, да и то эта традиция понемногу уходила в прошлое, но... следует признать в подобном гостеприимстве есть нечто приятное! А подчеркнутая простота самого угощения вполне примиряет с прочей нарочитой роскошью.

- Отломив небольшой кусочек. Грегор медленно прожевал хлеб - весьма недурной, пышный и сладковатый, больше похожий на сдобную булочку - и только тогда девушка подняла глаза

- Нежно-голубые, ясные и глубокие, как летнее небо.

- Тут же опустила, и Грегору показалось, что девушка чего-то ждет Да и все остальн-ые вроде бы тоже^9

- - Целуйте боярышню в щеки! — торопливо шепнул Майсенеш. - Простите, милорд, забыл предупредить! Почетный гость, если он равный, а его по-семейному встречают, должен боярышню в обе щеки расцеловать. Ну. как родственник!

- Невольно улыбнувшись очередному сходству традиций — з Дорвенанте король тоже целует хозяйку дома! - Грегор шагнул вперед и осторожно коснулся губами сначала одной мягкой щеки девушки, которую она подставила так же покорно и снова не поднимая взгляда, а потом и второй. Вместо аромата дух-ов. которого ждал, он ощутил легкий сладкий запах молока и сдобы, а потом с неожиданным удовольствием увидел, как щеки девушки вспыхнули, почти сравнявшись по цвету с ее верхним платьем. Приятно видеть, что хотя бы где-то девицы сохраняют стыдливость, давно утраченную., в других местах

- Ему вдруг подумалось, что визит в Карлонию может оказаться не только полезным, но и очень приятным.

- Глава 25. Ради всеобщего блага

- Твоя семья... они и впрямь будут недовольны нашим браком? - тихо спросила Айлин. глядя с крыльца, как Дон Синица, красуясь 8 седле серой в яблоках и тоже очень нарядной упитанной кобылки, машет им рукой, а потом выезжает за ворота.

- Улыбнувшись ему вслед, она погладила Пушка, который тоже вышел проводить гостя Брат Кармеля, между прочим, пришел от него в полный восторг и пообещал увековечить на том самом витраже который задумал создать в будуаре Айлин - с упырями и некромантами Пушок, по его заверениям, будет прекрасно смотреться в их компании! С этим Айлин не могла не согласиться - Пушок отлично выглядит где угодно, почему бы ему и витраж не украсить своим присутствием?

- Эскиз витража Дон Синица принялся набрасывать прямо за ужином, не переставая при этом рассказывать о своих похождениях, расспрашивать Кармеля о новостях, осыпать Айлин комплиментами и шути-ь с Аминой, которая зсе же успела испечь творожное печенье И, разумеется, уплетать это самое печенье, запивая его сладким шамьетом со сливками Рисовать карандашом б/дущий витраж на листе плотной бумаги все ему эго совершенно не мешало!

- Вечер в его компании оказался таким веселым!

- А среди подаркоЕ Айлин обнаружила книгу карлонских и злашских предании, переведенных на фраганский, богато украшенную чудесными миниатюрами, и твердо решила, что не расстанется с кни-ой, пока не прочитает все легенды'

- Вероятно, они будут в недоумении. - помолчав, откликнулся Кармель - Но обещаю, тебя это недоумение никак не затронет.

- Но Дон Синица сказал, что будет большой скандал... - растерялась Айлин. и магистр, усмехнувшись, пожал плечами:

- О. скандалы в нашей семье проходят весьма... интересно. Обычно они сводятся к тому, что матушка поджимает губы. В особенно сложных случаях она осуждающе качает головой. Не забывай, моя донна, матушка принадлежит к герцогскому роду и получила соответствующее воспитание. Кроме тоге, поверь, она достаточно мудра и вскоре поймет что куда лучше приобрести чудесную дочь, чем потерять сына. Пусть даже и на короткое время, пока не примет мой зыбор.

- Потерять?! - выдохнула Айлин. - Кармель. я не хочу, чтобы ты поссорился с семьей!

- Поверь, я тоже не хочу этого. - мягко отозвался магистр и взял Айлин за руку. - Но как бы я ни любил свою семью, принимать такие решения должен я сам. Как и отвечать за них. Не беспокойся, моя доипа, осе будет хорошо.

- А твой брат действительно ищет невесту? - полюбопытствовала Айлин, пока они шли обратно в дом. - Но ведь он сказал о дочери..

- Она тут же смутилась, вдруг подумав, что в некоторых семьях бывают и бастарды.

- Жена Синицы умерла родами три года назад, - пояснил Кармель. - Матушка настаивает, чтобы он женился снова, но Синица отшучивается, что женщин в доме и так больше, чем достаточно.

- И вдруг поморщился, словно от боли.

- Айлин удивленно взглянула на него и не успела спросить, что случилось, как ощутила зуд в висках, слоено на нее навели паутинную порчу, и призванные пауки начали плести паутину из ее волос Или словно по вискам забегала сразу сотня муравьев

- 'Магическая атака?1 Но откуда?!» - мелькнула испуганная мысль, и почти тут же Айлин поняла, что это никакая не атака, и даже не зуд а зов Магический зов^1

- Что это? - спросила она вслух и увидела, как лицо Кармеля окаменело, словно он мгновенно запер внутри себя все чувства и мысли.

- Приглашение. - тихо уронил разумник. - С нами желают побеседовать.

- Его рука по-прежнему держала руку Айлин мягко и бережно, но вторую ладонь Кармель уронил на пояс, будто нащупывая эфес рапиры и тут же, спохватившись, отвел Если бь не выучка у месвора д'Алэбрз. Айлин, пожалуй, даже не заметила бы атого баютрого жеста.

- Побеседовать? Кто? - Она растерянно огляделась понимая, что происходит нечто непонятное и наверняка опасное. - Прямо сейчас?

- Боюсь, что да - улыбнулся Кармель одними губами, взгляд у него остался холодным и непроницаемым. - 1 подозреваю, что отказаться от столь любезного приглашения у нас не выйдет. Иначе следующее может оказаться уже не таким любезным... Вот же:..

- Он осекся, явно проглотив ругательство, а невидимее давление на виски Айлин усилилось - пока еще не слишком неприятно, однако с явным намеком. Легкость, с которой неизвестный преодолел защиту дома, испугала и разозлила Айлин одновременно. Да что этот человек себе позволяет?!

- А потом она поняла что это. скорее всего, не человек, и вот тут уже испугалась всерьез

- Это же он? - спросила она, с отвращением услышав, как дрогнул голос. - Твой... покровитель?

- Почему-то назвать Баргота просто Барготом ей показалось намного ужаснее. Как будто, пока слово не произнесено, все еще можно отменить, спрятаться от происходящего, как ребенок прячется о- чудища под кроватью - укрывшись одеялом и истовой верой, что все плохое пройдет мимо. А вот как только назовешь страх по имени - он ту- же увидит тебя!

- Да. - уронил Кармель. - Господин Баргот желает побеседовать. С нами обоими

- Он, похоже звать Проклятого по имени не боялся!

- «Или так давно живет с этим страхом, что привык смотреть чудовищу в лицо. - подумала Айлин. - А я... Смогу ли я?»

- В памяти всплыл об;ик мастера Керена. как он просил себя звать. Такой любезный и доброжелательный такой... безобидный' Булочки, которыми ее угощали, тихий ночной сад... Нежность б голосе и взгляде Претемнейшей Госпожи!

- Так чего же бояться? Если там ее никто не обидел...

- «Тогда я была в гостях' - возразила сама себе Айлин. - Хоть и незваной гостьей, но все- таки... Как сказал мастер Керен^7 „Ребенок, заглянувший на семейный ужин?" Вот ко мне и отнеслись как к ребенку, ведь все мы, смертные, дети богов. А я еще и назвала Претемнейшую матерью... Но сейчас-то дело другое! Что ему от нас нужно?! Почему сейчас, когда зсе... ну если не совсем хорошо, но все-таки начало налаживаться?!»

- Что ж. неучтиво отказываться от приглашения, — постаралась улыбнуться она хотя сердце трепетало, как заячий хвост - Но., как нам встретиться для беседы? Не припомню, чтобы мы звали этого... господина в гости.

- Моя отважная донна!

- Улыбнувшись. Кармелэ поднес ее руку к губам, поцеловал пальцы, и Айлин с_ало чуточку спокойнее. Раз он улыбается, все хорошо, правда? Не может ведь он ее обманывзть и делать вид. что все в порядке, если опасность слишком велика?'

- Поверь этот господин - последнее существо в Эдоре, кого я хотел бы вздеть своим гостем. Нет, нас приглашают на встречу иначе Лаборатория твоего деда. Если не ошибаюсь, туда Баргот может дотянуться из Запределья - не во плоти, конечно, однако... довольно зримо Достаточно зримо для разговора - уточнил он, и улыбка, успокоившая Айлин. показалась не фальшивой - о нет - но несколько . напряженной

- Что ж. тогда идем?

- Она старательно улыбалась в ответ и подумала: «Теперь я еще лучше понимаю, что такое любовь. Это когда боишься за другого гораздо сильнее чем за себя! Ну что мне может сделать Баргот? Я хоть и натворила много чего, но все-таки тех грехов, которые отдают человека Проклятому, не совершала. Убивала да, но лишь защищая себя, не предавала и не нарушала клятв, не. что там еще? Ах да. изменила мужу Но за этот грех я должна отеетить перед Всеблагой Матерью. И отвечу если она спросит' Ей а не Барготу! Но Кармель... Это совсем другое дело. Если Проклятый хочет заявить свои права на него •

- Не бойся, моя донна - сказал Кармель, глядя ей прямо в глаза, и добавил, словно Айлин услышала эхо собственных мыслей: - У него нет и не может быть над тобой власти. Помни об этом!

- А над тобой?! - не удержалась Айлин

- А над собой власти я ему не дам, - спокойно ответил Кармель, и они пошли в сад, держа друг друга за руку, словно на сбычную прогулку.

- Портал открылся на привычном месте, и Айлин велев Пушку ждать в саду, шагнула в магическое сияние одновременно с Кармелем Пара ударов сердца - и они оказались в знакомой лаборатории, ступив на исчерченный магической звездой пол.

- Айлин торопливо огляделась, но в лаборатории, кроме них, никого не было. Тишина, прохлада, только магические пампы засияли под потолком, с каждым мгновением разгораясь все сильнее. И, будто отвечая их свету, замерцало старинное зеркало на стене. Рама его так и осталась темной и тусклой, но старое стекло, будто припыленное временем, сначала налилось ровным серебристым светом потом очистилось но вместо отражения лаборатории в нем показалась чужая комната. Камин с горкой лениво догорающих дров, темная мебель, золотисто-медового цвета обои. Совершенно обычный кабинет, вот и полки с книгами, и письменный прибор на столе._

- А немного в стороне от стола - кресло. Массивное, невысокое и очень удобнее с виду. Айлин неволоно подумала, что Лу или Ал не преминули бы в таком развалиться, а она сама обязательно забралась бы в него с ногами Но мастер Керен сидел, выпрямившись, сложив перед собой руки и переплетя пальцы, так словно был магом. Сидел и разглядывал их обоих.

- Предупреждающе сжав руку Айлин и сразу отпустив. Кармель шагнул вперед и отвесил сухой, тщательно рассчитанный поклон - будто по учебнику этикета. Айлин прямо увидела на миг эту страницу, которая называлась «Как приветствовать нежеланных, однако высокопоставленных особ»

- Последовав примеру Кармеля. она сделала реверанс и выпрямилась, глядя в зеркало, соединившее обычный мир с Запределоем Мастер Керен - думать о нем так все же было спокойнее, чем о Барготе, - улыбнулся ей и кивнул а на Кармеля посмотрел внимательно и с явным неудовольствием.

- Когда молчание затянулось уже сверх пределов учтивости, первым его нарушил все-таки гость.

- Какой же ты упрямец - проговорил он с усталым неодобрением и так брюзгливо словно уже неделю маялся от плохого настроения. - Как все удачно складывалось, и понадобилось же тебе все испортить.

- Кармель промолчал, но гак стиснул зубы, что Айлин услышала, как они скрипнули. А мастер Керен перевел взгляд -»а Айлин и сказал гораздо мягче

- Рад тебя видеть мое дорогое дитя. Я бы посоветовал тебе присесть - разговор предполагается долгий.

- Присесть? Айлин оглядела стол и полки, артефактный щит... Ах да. кресло' Но всего одно, и Кармелю придется стоять. Ничего страшного, конечно... Однако она вдруг поняла, что даже эта мелочь должна подчеркнуть неудовольствие Баргота своим Избранным. А значит..

- Не извольте беспокоиться, милорд - сказала она так учтиво и чинно, как только могла, и снова сделала реверанс. - Мы вполне можем псстоять.

- И сделала шаг в сторону Кармеля. остро жапея. что нельзя прямо сейчас оказаться у него в объятиях, таких теплых и надежных. Но если это невозможно, следует хотя бы показать, на чьей она стороне! Глаза мастера Керена остро блеснули, и стало понятно, что ее маневр был замечен и понят правильно.

- Что ж. как тебе будет угодно, - уронил он. - Впрочем, теперь, когда ты, наконец, приняла наследство своего деда, ничто не мешает нам встречаться чаще и обсуждать дела со всеми удобствами В следующий раз. например.

- И улыбнулся так благожелательно, что Айлин тут же захотелось возмутиться - какой еще следующий раз?1 Она и одного-то не хотела, а ух бегать на постоянные свидания с Барготом и что-то с ним обсуждать... Нет, благодарю^1

- Вы говорите о лорде Морхальте? - уточнила она - Да. он был моим дедом Но . это не то родство, которым я могу гордиться. Мне о нем даже думать не хочется^1 И этот дом... Да, я живу в нем! Но не потому, что мне его оставил дед а потому...

- Она беспомощно посмотрела на Кармеля. надеясь что уж он-то все поймет правильно! Она живет у любимого и будущего мужа!

- То. что нам принадлежит, приходит разными дорогами. - так же мягко сказал мастер Керен. - Иногда весьма странными. Твой цед мечтал оставить этот дом истинному наследнику или наследнице. И вот ты здесь. В его убежище, которое связало нас всех куда более тесными узами, чем ты думаешь. Тебя, меня, твоего деда и этого дерзкого смертного, что стоит рядом с тобой и пока что молчит. Очень благоразумно, между прочим^1

- Он покосился на Кармеля. который ответил коротким поклоном, почти кивком, и снова застыл, выпрямившись и гордо вскинув голову, глядя мастеру Керену прямо в лицо.

- Не все, что к нам приходит, нас радует, - упрямо возразила Айлин. сцепив руки перед собой и остро сожалея, что нельзя сотворить Молот Пресветлого. Так. на всякий случай^1 Просто с Молотом или Могильной Плитой было бы немного спокойнее - Меньше всего мне хочется что-то наследовать от лорда Морхальта. Он был чудовищем!

- Она ждала возражений, но мастер Керен едва заметно улыбнулся и кивнул:

- Еще каким! Даже меня удивил, должен признать. Я всегда был готов на многое ради науки, но некие границы допустимого у меня имеются. А вот у него...

- Но вам это не мешало ему покровительствовать^1 - не выдержала Айлин

- Мастер Керен встретил ее взгляд, пригоднял брови и вдруг звонко и ужасно заразительно рассмеялся. Совсем по-человечески! У не_о даже глаза блеснули лукаво и обаятельно, а их цвет здруг показался удивительно знакомым Где-то она его точно видела^1

- Не путай инструменты с соратниками, дитя мое. - сказал он ласково и весело. - Морхальт был из числа первых. А вот кое-кто мог бы стать соратником! - добавил он. снова с искренней досадой покосившись на разумника.

- Заметь моя донна нечто подобное говорят всем инструментам. - невозмутимо подсказал Кармель

- Наглец. - уронил мастер Керен, снсва холодея взглядом. - Право, пока молчал, было лучше.

- Кармель снова поклонился. На этот раз. как показалось Айлин. не столько учтиво, сколько насмешливо.

- Простите, милорд, могу я узнать зачем вы нас позвали? - спросила она - Не припомню, чтобы у нас были общие дела

- «Особенно такие, которые требуют Естреч, - очень хотелось добавить ей. но Айлин сдержалась и насторожилась - мастер Керен разглядывал ее с пронзительным интересом... И эти его намеки на связь между ними^1 И упоминания Морхальта...»

- Обычно я ожидаю от собеседников большей проницательности, - сообщил он все с той же легкой улыбкой, вернувшейся по узкие губы. — 11с ть слишком мело зпоешь, мое дорогое дитя, и пришло зремя это исправить. Впрочем, тебе ведь известно, что твой дед ставил в этой лаборатории некие эксперименты?

- Я... нашла днезник, - призналась Айлин. - Это ужасно

- Это наука. - безмятежно поправил ее мастер Керен - Она не считается с расходами.

- Айлин передернулась. Назвать расходами смерть людей? Женщин и младенцев, иногда даже не успевших родиться?1

- «А чего ты ждала? Забыла с кем гоЕоришь?1 Или растаяла, оттого что он угощал тебя булочками и шутил? А следовало помнить, что его не зря назвали Падшим и Проклятым!»

- И какое отношение это имеет к нам? - спросила она мрачно.

- Самое прямое. - заверил ее... все-таки Баргот. - Видишь ли, дитя мое. твое рождение - следствие одного из этих экспериментов. Мне казалось, увидев тот сон. ты должна была это понять.

- Сон? Сон?! Так это вы?. - У Айлин перехватило дыхание. Баргот с удовлетворенной улыбкой кизнул - Вы послали мне сон в котором я., то есть леди Гвенивер... и ее отец.

- Она смолкла. Баргот снова кивнул

- Я не рассчитывал, что ты поймешь тонкости сделанного. - сказал он. - Все же это был уникальный эксперимент Но надеялся, что уловишь главное - твой дед был столь одержим своими идеями, что принес на алтарь науки самое дорогое - свою кровь, продолжение своего рода

- На алтарь науки или лично ваш? - негромко уточнил Кармель

- А есть разница? - приподнял бровь Баргот. - Он мечтал о потомстве, чья крозь несла бы мощную магию. Такую же как у Трех Дюжин, или даже сильнее Ведь что такое Три Дюжины?

- Он замолчал, и Айлин почувствовала себя на экзамене.

- Избранники богов, отмеченные их благословением - Заученные с детства слова слетели с губ сами собой - Первые одаренные искрой. Те. через кого сила Благих пришла в наш мир.

- И это все - тоже. - кивнул Баргот. - Но главнее дитя мое в том что Три Дюжины стали нашим первым экспериментом с магией. И на редкость удачным, надо признать Мы явились в этот мир сами не вполне понимая, что именно нам предстоит не освоившись с собственной силой, не имея никакой поддержки и зная, что прежние боги не встретят тех. кто пришел им на смену, с радостью Потому мы наделили своей силой людей Дорве Изгнанника а их вера вернула нам эту силу, и вернула с лихвой. Дорве и его потомки стали основой новой веры, а потому магия Трех Дюжин до сих пор сильнее, чем у других, обычных людей Это-то и хотел изменить Морхальт. А я желал ему помочь, ведь большинство благословленных мной семей попросту вымерли!

- Отвратительная безответственность с их стороны. - с каменным лицом сказал Кармель

- Айлин покосилась на него с ужасным подозрением что машетр говорит это не всерьез, а насмехаясь над Барготом. Над самим Барготом' Баргот, похоже, подумал о том же самом, потому что бросил на Кармеля острый взгляд, но ничего ему не сказал, продолжая обращаться к Айлин:

- Надо сказать, та магия, которую получила дружина Дорве. еще не была знакомой тебе системой искр и каналов. Человеческое тело просто не приспособлено, чтобы так измениться. Это были.. - Он помедлил, подбирая слова - Сгустки сырой божественной силы, наделенные огромным потенциалом и... направлением Людям Дорве было нелегко с ними освоиться. Кто- то не выдержал и погиб, кто-то сошел с ума. кто-то опьянел от полученных возможностей и попытался бунтовать, за что был убит Три Дюжины - это потомки тех. кто оказался наиболее выносливым телом и разумом, а потом еще сумел применить полученные дары Кстати, разве тебя никогда не удивляло разнообразие их внешности? Ведь с Дорве пришли северяне, у которых даже просто темные волосы были редкостью, а в Трех Дюжинах кого только не встретишь?

- Он глянул испытующе, и на Айлин опять повеяло ощущением экзамена.

- Думала, - честно призналась она - Но в летописях говорится про божественную милость... Погодите, так благие... то есть вы... их попросту раскрасили?1 Зачем?!

- Чтобы легче было следить за потомством, - невозмутимо сообщил баргот. - Вместе с дарами, которые они выпросили, смертные получили отметины от своих покровителей - то, что не дает ценным линиям крови затеряться среди человеческого мусора. Сама дружина Дорве на вид не изменилась, что бы по этому поводу не сочинили в летописях. А вот их дети... Они, получив с кровью и плотью магию, усвоенную их родителями, родились такими, какими ты теперь знаешь Три Дюжины.Должен заметить, я всегда считал такие изменения внешности бессмысленными, куда проще было поставить каждому руну на лоб.

- Как ставят клейма скоту?! - возмущенно перебила Айлин и тут же зажала рот ладонью.

- Нашла же, кого прерывать^1

- Однако баргот лишь фыркнул, как показалось Айлин, искренне забавляясь

- Дитя если бы скот умел думать, он гордился бы своими клеймами, ведь ими его награждают высшие существа! Неужели ты думаешь, что люди, отмеченные богами, гордились бы меньше?

- Но люди не скот.. - прошептала Айлин, с ужасом глядя на него - У людей есть разум, душа, свобода воли...

- Это спорный вопрос. - поморщился баргот и снова неуловимо превратился в мастера Керена - такого любезного доброжелательного, говорящего размеренно и убедительно, словно опытный наставник. - Но давай отложим дискуссию о правах смертных. Ты должна понять, что сделанное однажды можно повторить при других условиях. Три Дюжины в этом отношении не уникальны. Есть еще род влашских королей, точнее, целых три рода под покровительством тех. кого вы знаете как благих Леди. Суворы, Ставоры и Сандоры, одаренные Всеблагой Матерью. Претемной Госпожой и Милосердной Сестрой соответственно. У них. правда, внешность не сохраняется, зато магическая сила всегда имеет одну и ту же природу... Тоже эксперимент, хотя и случайный были и другие, но там ничего не вышло, потому говорить о них никакого смысла. Но заметь, что решение наделить кого-то из смертных магическим даром и определить его потомкам особую судьбу всегда исходило от нас! Твой дед в этом смысле оказался уникальным экземпляром - он замахнулся на божественные привилегии!

- Он сделал что?.. - растерянно переспросила Айлин

- Мастер Керен вздохнул, глядя на нее. а потом объяснил терпеливо, словно непонятливому ребенку

- Морхальт мечтал превратить свое потомство 8 новый род Трех Дюжин. Некоторые основания - весьма слабые! - у него для этого были, его прабабкой стала леди Вольдеринг. Но разбавленная кровь утратила сродство с божественными дарами, даже цзет глаз и волос поблек. Он небрежно махнул з сторону портрета, который в прошлый раз так заинтересовал Айлин. и продолжил: - Но даже будь он прямым потомком в первом поколении, дальше кровь Вольдерингов неминуемо размылась бы. К тому же он хотел основать свой собственный великий род. а не оказаться придатком чужого. В поисках силы, способной дать это. Морхальт поставил множество экспериментов и даже добился немалых успехов Исключительно талантливый и упорный был человек... И все же того, к чему так страстно стремился, он получить не сумел потому что это можем даровать только мы. Тогда он пришел ко мне и попросил о помощи.

- И зы ее оказали - с трудом сдерживая тошноту, тихо сказала Айлин Перед глазами снова встали страницы рабочего дневника с описанием мерзостей, которые она никак не могла назвать экспериментами. А по телу словно прокатилась ледяная волна - ужас, который она испытала, всего на несколько минут оказавшись запертой в теле Гвенивер Морхальт. Несчастной дочери чудовища, которое сотворило с ней... что-то сотворило! — Что вы с ними сделали?! С леди Гвенивер. с Эммелин Кастельмаро?! Что?!

- Она сама не заметила, как перешла на крик, и тут же ощутила легкое прикосновение - Кармель положил ей руку на плечо. Мастер Керен - или все же снова Баргот? - поморщился и легонько потер виски длинными бледными пальцами.

- Я? - опасно прохладным голосом уточнил он. - Почти ничего. Лишь выполнил то. о чем меня настойчиво - очень настойчиво^1 - просили Это твой дед разработал ритуал таким образом, что тот потребовал кровавой жертвь , еще и такой... расточительной Мог бы обойтись собственной кровью - истинная магия ценит добровольную жертву гораздо выше! Но посчитал это слишком опасным и болезненным способом, а тут как раз подвернулась бедная девочка . Зато она послужила по-настоящему великой цели. - Он сплел пальцы перед собой, наклонился вперед словно пытаясь оказаться ближе к Айлин. и произнес мягким завораживающим голосом: — Ты ведь некромантка, дитя мое. ты знаешь, что смерть и жизнь идут рука об руку. Эта девушка все равно погибла бы, ей слишком не повезло с родственниками. Зато ее жертва подарила жизнь тебе - такой, какая ты сейчас! - умной, красивой, талантливой... Моей долгожданной наследнице.

- Вашей... что?! - выдохнула Айлин и покачнулась, но Кармель удержал ее и даже привлек к себе, позволив опереться на сзое плечо.

- А ты полагаешь я бы стал так стараться ради честолюбивых вожделений какого-то смертного? - насмешливо и в то же время ласково глянул на нее баргот. - Помнишь, что я говорил об инструментах? Морхальт полагал что сила, полученная от меня через кровавую жертву, изменит тело его дочери, и Гвенивер станет идеальным сосудом для рождения будущих великих магов Это как с дружиной Дорве, только Гвенивер сама даже магессой не стала. Она была. - Он поводил в воздухе рукой, подбирая слова, а потом щелкнул пальцами и улыбнулся: - Что-то вроде дикой яблони, на которую привили другую ветвь - со сладкими плодами. Ах, дитя, как жаль, что ты не знаешь преданий моей истинной родины и не способна оценить аналогию. Впрочем, неважно. Я передал Морхальту частицу своей крови - зот этой крови, понимаешь?

- Он небрежно коснулся указательным пальцем запястья другой руки, и Айлин сглотнула сообразив, что кровь и вправду была настоящей - кровь истинного божества, самого Баргота^1 И... эта кровь попала в тело Гвенивер? Изменив его?!

- Разве это... возможно? - прошептала она одними губами. - Вы же в Запределье...

- Все возможно, дитя мое, - уронил Баргот с легкой самодовольной улыбкой, и Айлин снова передернулась. Она же принимала это обращение как любезность с его стороны^1 И даже не думала, что слова «мое дитя» которые он с таким удовольствием повторял, имеют самый прямой смысл^1 - Для невозможного просто нужно больше времени и усилий. Конечно, мы не смогли открыть постоянный проход в Запределье, этакую парадную дверь... Но сотворить маленькое оконце, которое приоткрылось на несколько мгновений и тут же захлопнулось, о, это вполне удалось^1 Твоя истинная мать приняла мою кров», обработанную и зачарованную так. что после этого у нее должен был родиться мой ребенок..

- Но у меня же не может быть двух отцов' - не выдержала Айлин, и только пальцы Кармеля, предупреждающе сжавшие плечо, не дали ей шагнуть вперед. - Мой отец - Дориан Ревенгар!

- Нисколько не умаляю заслуги этого достойного человека в твоем рождении. - безмятежно отозвался Баргот. и его глаза снова блеснули, будто в предвкушении хорошей шутки. - Учитывая роль, которую играют оба родителя твоим отцом был именно он. А я. изменив кровь Гвенивер Морхальт своей собственной, фактически стал... твоей матерью.

- Он улыбнулся, и эта радостная улыбка на породистом, привлекательном и вроде бы совершенно обычном лице показалась Айлин жуткой и нечеловеческой Так могла бы улыбаться гадюка... или смертельная болезнь, будь у нее лицо. или... самое темное что есть в душе у каждого человека, и в чем люди сами себе боятся признаться

- Зачем вы это сделали? - снова едва слышно спросила она. - Ни за что не поверю, что вам... просто хотелось иметь ребенка...

- И напрасно. - возразил Баргот. и улыбка исчезла с его лица. - Когда-то меня прокляли бесплодием, и долгие годы я был лишен возможности завести детей А когда все же смог - очень дорогой ценой^1 - колесо судьбы повернулось так, что мы с Вереск утратили нашу дочь... Позерь. моя милая девочка, ты действительно стала долгожданным и очень желанным ребенком' Но. конечно, одним только стремлением продлить род мои цели не ограничивались. У меня на тебя великолепные планы, о которых тебе пришло время узнать. Ну не прекрасно ли?!

- Мне кажется, моя донна, тебе действительно лучше присесть, - услышала она негромкий голос Кармеля.

- Ответить ему Айлин не смогла, у нее перехватило дыхание а в глазах вроде бы не потемнело.. Однако все вокруг вдруг показалось ненастоящим, словно происходило во сне. Лаборатория, освещенная столь искусно и ярко, что предметы не отбрасывали теней Окно в Запределье, на другой стороне которого оказался самый обычный уютный кабинет Собеседник, что пугал ее до дрожи, и в то же время очаровывал, как может поразить и очаровать нечто величественное и жуткое - вроде лесного пожара, наводнения, грозы...

- Пытаясь собраться с мыслями, Айлин едва заметила как магистр придвинул к ней кресло Спохватившись, она села, привычным жестом расправив складки платья, а Кармель встал рядом прислонившись к спинке кресла так. что его рука касалась плеча Айлин, и это простое прикосновение вдруг подарило ей чувство полной защищенности и спокойствия. Так странно, учитывая, кто был перед ними! Но рядом с Кармелем Айлин просто не могла бояться и теперь почти спокойно ждала, что же скажет ей восьмое великое божество Эдора. тот, кого назвали Проклятым и Падшим

- В памяти вдруг всплыла сказка, услышанная в джунгарском таборе от Раэна. и Айлин отстраненно, словно это все происходило не совсем с ней. подумала, что дон Раэн подозрительно много знает о делах Благих и Баргота И сказка ведь была им рассказана не просто так, верно? Очень уж вовремя. . к тому же именно для них! Это явно предупреждение!

- Она покосилась на спокойно стоящего рядом Кармеля и подумала, что если сказка - правда, она, Айлин. знает, кем оказался этот маг. получивший все дары Благих и оказавшийся, в итоге, собственностью единственного Неблагого. Может ли оказаться случайностью, что они с Кармелем полюбили друг друга'' Ну да. так она и поверила, что Баргот к этому не причастен!

- Тот о ком она думала, терпеливо ждал, и только когда Айлин благовоспитанно сложила на коленях руки, показывая, что готова слушать, заговорил снова:

- Не думай что мое участие в твоей судьбе ограничилось тем ритуалом и переданной кровою. К сожалению, моя власть в вашем мире ограничена, я знаю все. что здесь происходит, но впрямую влиять могу только на тех. кто сам это позволил Как твой дед. к примеру.

- А мэтр Денвер? - вспомнила вдруг Айлин. - Он же тоже был ну... из ваших?!

- Этот безумец? - удивился Баргот - Ну что ты' Он хотел власти и всего, что к ней прилагается, а это не мой путь. Денвер искренне считал что мне угодны преступления, пороки, разруха, в конце концов" И совершенно не понимал, к чему я стремлюсь на самом деле.

- Правда? - усомнилась Айлин. - И к чему вы стремитесь?

- К всеобщему благу, разумеется. - пожал плечами Баргот. - Клянусь тебе, дитя я искренне хочу, чтобы человеческий род жил в мире и безопасности, раззивая искусства и науки, чтобы люди в достижении целей руководствовались разумом законами и традициями Но пока это не более чем мечта. И кто-то должен быть воплощением всего плохого, за что люди не желают брать ответственность. Баргот нашептал. Баргот попутал... - передразнил он с иронией. - Так намного проще, верно? Вот и Денвер был уверен, что я желаю прийти з этот мир. чтобы захватить власть над ним. Зачем?! Полагаю, задай я этот вопрос ему лично, и он бы не нашел, что ответить Такие люди уверены, что все вокруг хотят того же. что они сами. Власти, мести, роскоши... В общем, игрушек, что нужны обиженным детям, не выросшим из своих обид и неутоленных желаний...

- Но вы же могли его остановить! - горячо возразила Айлин. - Сделать так. чтобы не было Разлома и прорыва демонов! Чтобы люди не страдали...

- Остановить? - Баргот иронично приподнял бровь - То есть лишить Денвера и его соратников права принимать решения? Заставит» их быть хорошими вопреки свободе воли, которой вы гак гордитесь? - Айлин онемела, сраженная этой безупречной, но почему-то отвратительной логикой, а Баргот помолчал и добавил с отчетливой брезгливостью. - Хватит об этом неудачнике Лично я ему ничего не приказывал и его действий не одобрял. Сам все придумал сам сотворил и сам же будет за это отвечать еще не в одном воплощении. Единственный мой почитатель, на которого я повлиял впрямую - это твой дед. Пока он ставил эксперименты на постороннем материале я не вмешивался Но планов на тебя - сама понимаешь! - ни одобрить, ни простить уже не мог. Мой Избранный очень удачно вмешался устроив Мсрхальту удар...

- Он бросил взгляд в сторону Кармеля и. похоже, ожидал ответа, но магистр промолчал Айлин же подумала, что не расскажи ей Кармель об этом заранее и сейчас в незыблемом фундаменте, на котором высилась башня их доверия, появилась бы изрядная трещина. И что вряд ли Баргот на это не рассчитывал!

- Он защищал меня, - сказала она больше для Кармеля. чем для Баргота.

- Я знаю. - кивнул Проклятый. - И за это весьма благодарен. Скажем так. мы никогда с ним это не обсуждали, но я прощал ему гораздо больше, чем привык прощать смертным. Особенно тем. кто принадлежит мне

- Это спорный вопрос, - уронил Кармель над головой Айлин

- Это вопрос моего терпения, - раздраженно бросил Баргот. - Я никогда не давил на тебя в полную силу. И даже использовал не все инструменты, которыми обладаю.

- Потому что не могли, - холодно парировал Кармель. - Свобода воли, дарованная людям, не пустой звук

- Айлин показалось, что он, в свою очередь, сказал это не только для Баргота. но и для нее

- Потому что не хотел. - возразил Проклятый. - От добровольного сотрудничества всегда больше толку. К тому же ты и так неплохо послужил мне Как с Морхальтом. например. Мое дитя нуждалось в помощи, и ты ее оказал - неважно, из каких соображений Ну а я - обратился он к Айлин. - довершил дело, стерев твой образ из памяти этого безумца. Полагаю, - снова глянул он в сторону Кармеля, но на этот раз с явной насмешкой - ты об этом догадывался, не так ли?

- Как говорят мауриты, не нужно видеть льва, чтобы знать о нем. - отозвался магистр. - Львиный след говорит о звере достаточно. Память Мсрхальту стирал тот. кто превосходил меня и 8 силе, и в умении. Среди разумников Эдора я такого мастера не знал - что еще я мог предположить? Кстати, зачем^7 Вы ведь необратимо повредили ему разум - плохая благодарность за преданное служение и великую услугу, что он вам оказал

- Не нужно было испытывать мое терпение. - поморщился Баргот и снова потер виски. - Когда его дочь вышла замуж, унося в себе мою кровь, я предупредил этого болзана. чтобы держался от них с ребенком подальше. Хочет династию великих магов - будет ему династия Но его собственные эксперименты над этой линией крови должны были прекратиться Он же выждал двенадцать лет. убедился, что Гвенивер родила одареннее дитя, и решил продолжить. Нарушив мой прямой приказ^1 Потеря памяти - это меньшее, что я мог с ним сделать.

- А почему вы не стерли память леди Гвенивер? — спросила Айлин. - Весь этот ужас... Зачем ей было помнить его? Может, если бы она все забыла, то...

- Лучше относилась бы к тебе? - подхватил Баргот. глядя на нее с выражением, которое Айлин точно приняла бы за сочувствие, если бы не увидела его на лице существа, вряд ли на это способного. - Но с чего ты ззяла, что она все помнила? Она могла сойти с ума и навредить себе или тебе, могла просто проболтаться Это был слишком большой риск! О, поверь, ничего Гвенивер Морхальт не желала так страстно, как забыть тот ритуал^1 Ну, разве что еще выйти замуж и оказаться подальше от своего отца С первым я ей помог, а со зторым она и сама замечательно справилась

- Вы... заставили ее забыть? Но почему тогда...

- Потому что простой потерей памяти все сложности не решаются. - последовал ответ. - Иначе Морхальт не сошел бы с ума, когда я забрал у него из памяти тзой образ. Исчезнувшие воспоминания разум замещает чем-то иным и обычно - нездоровым^1 Гвенивер мечтала забыть о той ночи, и я запер воспоминания в дальних уголках ее памяти, но чувства, связанные с ними, никуда не делись. Она по-прежнему смертельно боялась своего отца, это было не изменить, но для себя объясняла это его скупостью и жестокостью. Ну а ты родилась похожей на них обоих — воплощение всего, что Гвенивер ненавидела встречать з зеркале. Нетрудно понять, что в сыне она видела копию мужчины, который спас ее из ненавистного дома и подарил лучшую жизнь, а в тебе - память о жизни прошлой ужасной и отвратительной. Неразумно, да, но когда это люди руководствовались только разумом^7

- Подождите! - вскинулась Айлин которую словно ледяной крошкой окатило. - А как же Артур?! Он... тоже?! Как я?!

- Дитя, ну причем здесь твой брат? - снова мгновенно сменил тон Баргот. обращаясь к ней на удивление ласково. - Ни в нем. ни в его будущих потомках нет ни капли моей крови Гвенивер должна была родить всего одного ребенка - моего. Появление рядом твоего брата - чистая случайность.

- Разве такое возможно? - не поверила Айлин. - Мы же близнецы! Ну. то есть... - Она едва не покраснела. - Я могу понять, когда у детей разные отцы. Или один отец но родили их разные матери! Да я слышала про вашу кровь, но все-таки .

- Но ты зедь знаешь историю Дорве и Аран, - терпеливо возразил ей собеседник. - Эта северная ведьмочка родила от своего берсерка двух сыновей, наделенных совершенно разными дарами От старшего пошли Дорвенны. от младшего - род Аранвенов. Вот уж кто умел просить много и правильно^1 То, что вы с братом появились на свет одновременно, ничего не значит, ни к его рождению, ник его судьбе я отношения не имею

- На несколько мгновений Айлин испытала острую зависть к Артуру, которого все это минует, а потом сама устыдилась таких мыслей. Разве она желает брату плохого?! Это же замечательно что с ним все в порядке! Будет, кому продолжить род °евенгаров без примеси всякой чудовищной... то есть божественной крови И вообще Артур - хороший! Такой правильный, серьезный, благородный... Совершенно непонятно, что бы он делал со всем этим безобразием' А ей. Айлин, не впервой. Выбралась из Разлома - из этой истории тоже выберется!

- Бы поэтому меня отпустили? - спросила она и поежилась - прохлада лаборатории перестала казаться приятной — Ну. тогда... - И немного виновато покосилась на Кармеля. Он- то ей свою тайну доверил а вот она о том, что было в Запределье, так и не рассказала. - А Претемная Госпожа-5 Она тоже?..

- Моя драгоценная супруга^7 - понимающе улыбнулся Баргот. и Айлин показалось что все ее мысли и страхи он видит насквозь. - О. боюсь, она здесь совершенно ни при чем. - А потом вздохнул удивительно по-человечески, снова превратившись в мастера Керена. - Вереск - таково ее настоящее имя - страстно желала иметь ребенка Хотя бы одного, потому что наш народ никогда не отличался плодовитостью. Но эти надежды долго оставались тщетными. Однажды они сбылись... В мире не было никого счастливее Вереск, взявшей на руки нашу дочь. И никого несчастнее, когда нам пришлось оставить тот мир. что был нам родным. А вместе с ним - и наше дитя, нашу маленькую Мэб.

- Он замолчал, и в поистине жуткой тишине, разлившейся по лаборатории, Айлин услышала горе, для которого ни у нее. ни у того, кто звался Проклятым, не нашлось слов.

- Простите. - прошептала она единственное, что смогла сказать - Мне жаль... И вас. и ее... И вашу дочь...

- О. с ней все в порядке. — Глаза Керена - сейчас он точно был Кереном! - неуловимо потеплели, и Айлин чуть не ахнула, поняв, где видела этот ярко-зеленый цвет. Да в зеркале же! - Она слишком важна для того мира, чтобы с ней могло что-то случиться...

- «Это вы себя так утешаете?» - едва не ляпнула Айлин и даже зубы стиснула, чтобы промолчать. Потерять ребенка... Этого даже Баргот не заслуживает! Да этого вообще никто и никогда не заслуживает! Вот только... не следует забывать, что чужих младенцев он называл... как это... «посторонним материалом», ага^1

- Теперь ты понимаешь, почему Вереск откликнулась на твой призыв? - сказал он уже обычным голосом - На просьбу маленькой девочки, лишившейся того, что положено каждому ребенку - родительской любви и защиты? Ты назвала себя ее дочерью и Вереск признала это.

- Но все некроманты - ее дети. - прошептала Айлин

- Керен с усмешкой развел руками.

- Все некроманты именуют себя ее детьми и готовы преклонить колени перед моей супругой, но до тебя юная леди, никому не приходило в голову пожелать от нее не магии а любви и материнских объятий. Люди, знаешь ли. очень редко желают подобного от Смерти. - закончил он с ехидцей и добавил: - Кстати, я ведь тоже сделал тебе подарок!

- Подарок? Тоже? - нас_орожилась Айлин. - А... погодите... то есть я должна была родиться с одной лишь красной искрой? А Претемная Госпожа... то есть леди Вереск...

- Нет-нет. - поморщился Керен. - Две искры, полученные тобой при рождении, это как раз результат эксперимента Как и то. что ты получилась очень сильной магессой Но Вереск же не могла заранее знать, чтс вас свяжут настолько особые отношения-7 Удочерив тебя, она подарила тебе власть над призраками и неупокоенными душами - полную и безраздельную. Помнишь, они называли тебя королевой теней? - Он улыбнулся, и Айлин с мучительным чувством узнавания поняла. ч~о так же улыбался ей отец, когда был доволен - Пока что я скорее назвал бы тебя принцессой! Но именно из них вырастают королевы'

- «Так это все не случайно?' - мелькнуло в мыслях Айлин - Способность видеть призраков даже в браслетах, призывато и отпускать их - это дар?! Ох. спасибо, матушка'»

- Будьте любезны передать Претемнейшей Госпоже мою искреннюю благодарность. - попросила она вслух, и Керен улыбнулся, кивнув. - А ваш подарок... У меня же нет белой искры' То есть точно нет. правда?! - испугалась она. и Керен улыбнулся снова.

- Увы. нет. - признался он к ее великому облегчению. - Пока чтс две искры - это предел для смертных, слишком большая нагрузка на магические каналы. Ты должна была родиться с красной, так решил Воин, который покровительствует роду твоего отца Я мог бы даровать тебе вторую искру. - произнес он так доверительно и вкрадчиво, что Айлин сразу заподозрила неладное. - но не хотел слишком давить. Ты могла подумать, что я хочу получить над тобой слишком много власти...

- А вь не хотели? - усомнилась Айлин.

- Она увидела усмешку Керена. а потом Кармель бесстрастно уточнил над ее головой

- Полагаю, моя донна, на самом деле он не хотел повторения моей истории. Когда господин Баргот впервые заговорил со мной, мне было шесть лет. От потрясения и страха я едва не сошел с ума и долго Солел. А я ведь был Избранным и потому гораздо выносливее обычного мажокка. Сделать Избранной еще и тебя он не мог - помнишь сказку про договор с Благими? А удержаться от соблазна поговорить с собственной дочерью, живущей и растущей вдали... Нелегко, признаю. Но про подарок мне тоже хотелось бы услышать. Думаю, дело не только в цвете глаз, правда? У Гвенизер Морхальт он поменялся после ритуала, став признаком, что ее тело усвоило божественную кровь И этот же цвет она передала Айлин вместо темно-зеленого, который старый Морхальт унаследовал по линии Вольдерингов. Любопытно, не это ли натолкнуло его на мысли о собственной избранности и великой судьбе?..

- Айлин покосилась на портрет. Действительно, у леди Вольдеринг. изображенной на нем, глаза цвета темно-изумрудного мха, как и положено их роду. Значит, у нее тоже могли быть такие? А этот оттенок яркой весенней зелени у нее., от Баргота?!

- Я подарил тебе возможность видеть магию разума. - мягко сообщил Керен. - И сопротивляться ей. Нелишнее умение в мире, где живет множество любителей поиграть с чужим рассудком Правда, получилось не созсем удачно, зместо тумана или искр, как бывает обычно, ты видишь воздействие белой магии 8 виде змей. В том мире где я родился, змеи - символ мудрости, наши жрецы поклонялись им и наносили на тело их изображение. Поверь, меньше всего я хотел тебя пугать

- Ничего. - ровно отозвалась Айлин - Я уже привькла. И это весьма ценный дар, благодарю вас, милорд.

- Она уже заметила, что каждый раз Керен едва заметно морщится при этом обращении, но имрннп поэтому hp собиралась лт нргп отказываться Hp отцом жр рго дватк?' И уж точно hp матушкой!

- Но все же хотелось бы узнать, о каких планах вы говорили? - так же бесстрастно продолжила она. - Простите я немного устала. Столько услышала, что не зсе сразу могу осознать Может быть, перейдем к тому, зачем вы нас позвали? Ведв не только ради знакомства, правда же^7

- Разумеется, - кивнул Керен. - Ты совершенно права, пора поговорить и об этом.

- Айлин снова зябко поежилась и поняла, что ей не кажет:я. в лаборатории действительно похолодало. А через пару мгновений ей на плечи опустился самзол Кармеля Повернувшись и поблагодарив его улыбкой. Айлин слегка удивилась - не проще ли было поставить щит от холодного внешнего воздуха? И тут же увидела, что звезда в полу лаборатории наливается силой - по разноцветному металлу побежали искры, сливаясь в крупные огоньки.

- Что это? - встревожилась она. и Баргот сразу откликнулся:

- О, ничего опасного. Связь между вашим миром и Запредельем требует огромного количества энергии. Запасы силь в самой лаборатории исчерпались, теперь звезда тянет магию из внешнего мира.

- «Ага, так вот почему Кармель не применяет чары! - догадалась Айлин - Любой щит, поставленный рядом, звезда попросту поглотит^1 Какое интересное свойство! Вот бы с ним поработать...»

- Прекрасный артефакт, между прочим, - продолжил Керен. - Твой дед не зря потратил на него столько усилий. К нему привязана защита дома, он способен копить силу а когда ты вернешься к магической практике то наверняка оценишь по достоинству и другие возможности этой лаборатории.. Ты ведь любишь эксперименты? - улыбнулся он.

- О, чрезвычайно! - ядовито сообщила Айлин. чувствуя странно глупую обиду. - Учитывая, что я сама - результат эксперимента как оказалось^1 Что-то вроде особенно удачного умертвия с нужными свойствами!

- Умертвия?! - фыркнул мастер Керен и вдруг рассмеялся так звонко и чисто, как никогда не получилось бы у человека. У Айлин даже в ушах зазвенело от этих ледяных серебристых звуков. - Умертвия, надо же... Нет, юная леди. Ты, несомненно, результат эксперимента - первый удачный результат" - но для меня ты вовсе не умертвие или что-то в этом роде. Ты - поверь же в это. наконец! — мое дорогое дитя, кровь от крови, долгожданная наследница, если говорить понятным тебе языком. С нужными свойствами, здесь ты угадала

- Перзый удачный? А что случилось с неудачными?

- Этого ты не хочешь знать, - уронил ее собеседник и посмотрел... предостерегающе?

- «Самое ужасное. - подумала Айлин невольно. — что его слова звучат так по-человечески! Конечно, обидно слышать, что у тебя есть какие-то... нужные свойства Но ведь любой лорд, жена которого з тягости тоже ожидает, что у ребенка они будут! К примеру что ребенок окажется сыном, а не дочерью, что он будет здоров, что у него проснется магия... и разве я никогда не слышала об отцах или матерях, что вымещают на детях свое разочарование если этих самых свойств не окажется? И не только слышала - достаточно вспомнить леди Гвенивер... И даже то, что он не хочет говорить о неудачных результатах, выглядит как попытка защитить меня В самом деле зачем мне об этом знать? Мало было кошмаров после чтения дневника Морхальта? Я и без того знаю, что он - чудовище' И сейчас мне гораздо интереснее другое...»

- Если все так - начала она. старательно подбирая слова, - почему вы отпустили меня, когда я попала в Запределье? Ведь могли же оставить там. несмотря на все усилия... - Она покосилась на Кармеля и благовоспитанно закончила: - Магистра Роверстана.

- Ответом ей была понимающая и снисходительная улыбка Керена. а потом он мягко сказал:

- Если помнишь, я дал тебе выбор и готов был его принять. Я не всеведущ и в тот миг не знал, что мой собственный Избранный бросит мне вызов пытаясь тебя спасти. Отвратительная манера, кстати, взламывать двери, в которые достаточно было вежливо постучать. - Он насмешливо глянул в сторону промолчавшего Кармеля. - Я не мог вернуть тебя в твой мир. но кто сказал что не хотел? Явление твоего... бешеного арлезийца пришлось как нельзя более кстати Сейчас, когда ты почти освободилась от последствий своей ошибки - да-да. я о браке с Избранным моей супруги! - мы можем вернуть твою судьбу в нужное русло. В одном твой дед действительно был прав, твоя судьба - стать истоком великого рода, наделенного особенным предназначением.

- Предназначением служить вам? - догадалась Айлин. и ее пальцы сами собой все-таки сложились для Молота Пресветлого.

- Двух Молотов! И еще бы Могильную плиту вдогонку - никакое волшебное зеркало точно бы не выдержало!

- Служить Эдору. - очень просто ответил Керен. и его тон мгновенно утратил торжественность, которой были пропитаны прошлые слова. - Ты ведь уже и сама поняла, что я не зло. как привыкли считать смертные Я тот. кто стоит на границе между злом и добром, чтобы те, кто называет себя Благими, могли выполнять свою работу чистыми руками. И для этого мне действительно нужны не только инструменты, но и соратники. Или хотя бы люди, чьи желания и цели достаточно совпадут с моими собственными, чтобы я мог направлять их. Исключительно ради всеобщего блага'

- И он улыбнулся так открыто, так искренне и обаятельно...

- Ради всеобщего блага... - медленно повторила Айлин. - Но разве благо может быть всеобщим? Ведь у каждого оно свое. Чтобы я родилась такой, как нужно вам. умерло столько людей! А сколько погубил Денвер со своими сообщниками? И вы думаете, я поверю, что ваше благо не приведет к еще большим жертвам? Даже не потому, что вы хотите этих смертей! А всего лишь из-за того, что не считаетесь... с расходами...

- Не считаюсь, - уронил Керен. - Но прежде, чем ты откажешься даже выслушать меня, подумай вот о чем Ваши драгоценные Семеро считаются источником всяких благ, вы доверяете им и гордитесь их милостью. Но Пресветлый Воин покровительствует убийцам, какие бы красивые слова вы, смертные ни находили для войны. Его чтят не только те, кто защищает свою землю, но и те. кто с оружием в руках приходит на чужую. И наемники, что убивают за деньги, и дуэлянты, льющие кровь за неосторожное слово и косой взгляд. А Всеумелый Мастер и Творец Превращений благоволят ремесленникам, льющим пушки и делающим порох. Один и тот же алхимик может сварить лекарство и смертельный яд. а кузнец - выковать плуг или меч. Но им вы прощаете эту двойственность а мне. идущему на шаг впереди в познании мира - нет. Вы чтите Милосердную Сестру, но знаешь ли ты, дитя, сколько лекарств и методов операций придумали мои служители? Вы молитесь Всеблагой о легких безопасных родах, но это я научил акушерок мыть руки перед тем. как войти к роженице, и кипятить белье. И поверь, тысяча Морхальтов не погубила бы столько женщин, сколько их погубили немытые руки лекаря и грязные простыни^1 Ты. дитя, ставишь мне в вину Разлом, но разве заговор Денвера не привел в итоге на трон твоего друга Аластора, которого все зовут спасением для Дорвенанта? Прежняя ветзь королевской династии прогнила насквозь и ее следовало отсечь, как отсекают руку или ногу, пораженную гангреной, чтобы они не погубили все тело. И, увы. без крови при такой операции не обойтись!

- Он пеоезел дух и продолжил уже тише и спокойнее, так что каждое слово веско падало в полной тишине лаборатории:

- Твой дед мечтал о золотой крови для своих потомков, не задумываясь, что Три Дюжинь были предназначены служить Дорвенанту. Они должны были развивать науки, искусства и ремесла, охранять земли, на которых поселились, быть вождями и пастырями Для Морхаль^а магия была целью, для меня, как и для Благих, она средство! Мне нужен род магов, одаренных моей силой, чтобы соблюдать баланс, который то и дело нарушается. Новая золотая кровь должна остаться неизвестной всем, кроме немногих избранных, последним средством на случай войны, эпидемии, природных бедствий или бунта.. В общем, чего угодно, с чем не смогут справиться обычные люди^1

- Пока что справлялись. - негромко уронил Кармель. - Необязательно быть магом, чтобы выиграть войну, были великие полководцы и без капли дара. Так же как великие лекари, политики и ученые. Магия разума может многое, но далеко не все И не может ничего такого, на что не способны обычные люди. Исчезни завтра Три Дюжины Дорвенанту придется трудно, как ребенку, избалованному могущественными родителями. Но живут же Фрагана Арлеза и Итлия, где магов гораздо меньше. И даже процветают Когда полагаешься только на магию, разум и отмереть может За ненадобностью

- Хочешь поспорить? - хмыкнул Баргот. - Я бы с радостью, но лучше в другой раз. А пока что подумай вот о чем Именно я. е отличие от своих сородичей, призываю людей полагаться не на магию, а на разум. Именно я говорю, что архитектура алхимия, землеустрсение и медицина возможны без магии, а вот без математики и знания природных сил ничего не выйдет Исчезни завтра магия, во Орагане так и будут лить пушки, в Арлезе - шлифовать линзы, а в Итлии - варить зелья Ну а с чем останется Дорвенант?!

- Но вы же хотите создать род. обладающий магией разума, - неуверенно вставила Айлин. - Если она тоже может исчезнуть, какой в этом смысл?

- И сконфуженно замерла под парой пристальных и, кажется, даже удивленных взглядов

- Отличный вопрос! - обрадовался мгновением позже Керен. - Просто представь, девочка моя, что в Эдоре появится еще один род вроде Аранвенов. Они, между прочим, под моим покровительством, и разве это плохо для них или для страны? У них рождаются маги любой искры или вовсе не одаренные, но сила Аранвенов не в этом, а в том. что они привыкли доверять своему разуму, развивать его и постоянно держать в полной готовности к любым испытаниям' Но Аранвенов слишком мало, к тому же они привязаны к своему посту и чересчур известны - это лишь на первый взгляд кажется достоинством, а на деле - досадное ограничение^1 Тот род. что я хочу создать, будет служить всеобщему благу - как лекарство, вовремя изгоняющее болезнь. А если лечение зельями уже запоздало - как скальпель хирурга. И магия станет их инструментом, но не более важным, чем отточенный разум. Пока в

- Эдоре все будет хорошо или хотя бы терпимо, я обещаю никак не вмешиваться в их жизнь. Но если случится нечто, требующее моего - именно моего! - вмешательства.. В конце концов это справедливо, раз я не могу использовать Избранных, как остальные Семеро!

- «Конечно, вам-то на Семерых больше справедливости положено, чем мне одному! - всплыл в памяти Айлин голос Раэна. А потом продолжил «Некому помочь Проклятому в его тяжком труде, а справедливость Благих - она для Благих»

- Но почему именно мы? - спросила она вслух, пытаясь понять, что же хотел сказать своей сказкой их таинственный друг, на что намекнуть и о чем предупредить? - Я поняла, что вы хотите от меня, но зачем вам он?

- Поймав ее взгляд, брошенный на Кармеля, Керен удивленно приподнял бровь и поинтересовался

- А ты собираешься взять в мужья кого-то другого? Я полагал, что отцом твоих будущих детей станет именно он. Неужели я ошибся?

- Нет^1 - выпалила Айлин раньше чем в полной мере осознала смысл вопроса, но тут же упрямо повторила: - Нет, не собираюсь^1

- Почти жаль, - усмехнулся ее собеседник. - Возможно, с другим претендентом на твою руку было бы проще поладить. - И неторопливо добавил, пока она возмущенно вскидывала голову и пыталась найти нужные слова: - Но и так получается превосходно. При соблюдении некоторых условий ваши общие дети станут тем самым родом, который мне нужен. В тебе течет кровь Трех Дюжин, сильная и крепкая, как старое, настоявшееся за века вино Твой возлюбленный по крови наследует сразу двум королевским линиям А моя кровь, добавленная к твоей, и сила Избранного послужат тем компонентом, который соединит все это воедино. Я ожидаю поистине блестящий результат, на который даже надеяться не мог

- Так вы... вы нарочно свели нас?! - ахнула Айлин. боясь посмотреть на Кармеля. - Как породистых собак... или лошадей?!

- Моя донна... - услышала она тихий голос магистра, но упрямо мотнула головой, то ли отвергая любые возражения, то ли пытаясь удержать злые гневные слезы, что навернулись на глаза

- Я?! - поразился Керен. - Какое лестное предположение! - Он снова усмехнулся и сказал мягче, словно догадываясь о буре, что бушевала в ее душе. - Увы. безнадежно далекое от истины. Уверен, если бы я нарочно свел вас. как ты выражаешься, этот упрямец опять бы все испортил. Удивительное рвение нарушать мои планы!

- Опять?.. - выдавила Айлин. и боясь, и страстно желая поверить

- Боги ведь не могут лгать впрямую, даже Баргот - об этом и в священных книгах говорится, и в легендах!

- Опять? - эхом прозвучал рядом голос Кармеля.

- Опять. - поморщившись, подтвердил Керен - Во зторой раз - с этим признанием королю' Стоило твоему возлюбленному промолчать и я смог бы сделать все. что мне нужно, не интересуясь его мнением и не беспокоя тебя, моя дорогая. А в первый... Изначально у меня были на него совершенно иные планы. Потомством Дорве и Аран. да еще с примесью королевской крови Арлезы, не стоит разбрасываться, з какой бы семье этого потомка ни угораздило родиться. Я рассчитывал что он, еще будучи адептом, обратит внимание на девицу, безупречно подходящую ему по всем - абсолютно всем' - качествам. Правда, разница в положении... Но с моей помощью он бы ее преодолел' А какие прекрасные у них были бы дети: Урожденные разумники даже без всяких экспериментов а затем и правильно воспитанные' Смену фигуры на троне можно было бы устроить гораздо изящнее почти без крови... Так ведь нет' Эту девушку он попросту не заметил, а там и она влюбилась в другого вышла замуж, овдовела и покончила с собой... Вот это было поистине глупо. - добавил он с искренним сожалением, от которого у Айлин мороз пробежал по коже.

- Этайн Аранвен?! - поразился, судя по голосу Кармель. - Между нами просто не могло ничего произойти' Я даже не думал о ней'

- А мог бы! - раздраженно бросил Керен. - Выйди она за тебя, наверняка осталась бы жива а трон Дорвенанта могли бы занять ваши дети! Ну. хорошо, допустим, голос сердца оказался громче разума Тебе понравилась другая девица, это я могу понять. Но ведь ты и ее не стал добиваться!

- Она предпочла не меня.

- Айлин показалось, что Кармель с трудом сдерживает гнев, и как же она его понимала^1 Даже богам не позволено так бесцеремонно вмешиваться в жизнь смертных, как все эти годы пытался сделать Баргот. Пусть Кармель его Избранный, но не игрушка же: Не марионетто. как говорит Лу'

- И ты отступил. - глумливо усмехнулся Баргот - Только не говори, что не нашел бы способа добиться победы Невелика цена любви, ради которой ты не пожелал отступить от своих драгоценных принципов!

- Невелика цена любви, если за победу в ней нужно заплатить подлостью, - возразил Кармель. А потом, спустя несколько мгновений, добавил - И лучшее тому доказательство, что сейчас я безмерно рад прежнему поражению.

- Как угодно, - все так же раздраженно процедил Керен и снова обратился к Айлин: - Как видишь, дитя мое. ваша встреча и все, что за ней последовало, результат ваших собственных поступков и решений. Я мог бы просто не вмешиваться, и ты никогда не узнала бы. что в тебе течет моя кровь Оставив Грегора Бастельеро его судьбе ты вышла бы замуж за того, кого желаешь видеть своим супругом, родила ему детей и была бы счастлива и спокойна в своем неведении...

- Так почему вы именно так не поступили? - спросила Айлин. понимая, что именно к этому вопросу ее искусно подводят.

- Потому что для создания истинной золотой крови ритуал должен быть завершен. - спокойно и просто сказал Баргот, глядя на нее в упор. - Когда Три Дюжины получали нашу силу, Эдор кипел от магического шторма, божественной бури, пропитавшей небо и землю силой. Эти условия уже невозможно воспроизвести, даже у Трех Леди во Влахии не вышло полностью. Я же и вовсе ограничен 8 возможностях, связан клятвами и договором с Благими. Если ритуал не закончить частица моей крови не исчезнет в твоем потомстве бесследно однако будет проявляться редкими всплесками У кого-то - сильной магией разума, у кого-то - склонностью к двойной искре... Жалкие капли богатого наследия, которое могло бы принадлежать твоим потомкам до конца божественной эпохи'

- Завершить ритуал.. - повторила Айлин, словно пробуя эти слова на вкус. - Как Морхальт?

- Как пожелаете. - устало и очень по-челозечески вздохнул Керен. - Хотя моему Избранному достаточно будет собственной крови, пролитой в ритуальную звезду. В ответ он получит еще одну порцию моей, что зазершит ритуал. После этого все сыновья, рожденные тобой от него, будут иметь дзойную искру, и одна из них непременно окажется белой. То же самое ждет потомков старшего сына по прямой линии, рожденных в законном браке - как и надлежит золотой кроаи Ну. а если сыновей а каком-то поколении не окажется это наследие перейдет к дочери, которая продолжит род. и уже ее потомкам. Я оставлю за собой право обращаться к любому из них напрямую, как к своим Избранным, но обещаю, что буду пользоваться этим правом только при крайней необходимости. - Он помолчал и добавил: - Полагаю, многие проживут всю жизнь, так и не узнав о моем особом отношении к ним... Впрочем, ты можешь попросту отказаться, дитя мое. - закончил он. снова немного помедлив.

- Правда? - растерялась Айлин. не в силах поверить, что Баргот - сам Баргот - вот так просто отступит от своих планоз, да еще и не станет карать тех. из-за кого это случилось.

- Хотя его планы... то есть цели... оказывается, вовсе не такие ужасные, как об этом говорят. Да по справедливости говоря, они и в самом деле благие! Если только не думать о том. какие отвратительные методы ради них использовались...

- Я никогда не лгу. - обронил мастер Керен - Разумеется, ваш отказ не означает что и я откажусь от своей цели, она слишком необходима Эдору. Я просто повторю эксперимент, который привел к твоему рождению. Вероятно, это потребуется сделать несколько раз. но мне уже не придется блуждать вслепую. Поэтому жертв будет все-таки меньше, чем прежде. Особенно если удастся снова использовать золотую кровь А когда на свет появится еще один мой потомок, я постараюсь договориться уже с ним или с ней. Боги могут себе позволить долгое ожидание, рано или поздно у меня все получится

- Вы подталкиваете меня к согласию, утверждая что это будет меньшее зло? - тихо спросила Айлин. не позволяя себе закричать, хотя именно этого хотелось почти до боли. - А может, и вовсе не зло, ведь стоит мне согласиться и жертв не будет совсем, правда? Это такой легкий выбор! Слишком легкий, чтобы все действительно оказалось так просто и приятно!

- Мастер Керен приподнял одну бровь и усмехнулся краем рта.

- В тебе больше от меня, чем я надеялся. Разумеется, я использую твое доброе сердце, дитя мое. Разумеется, я надеюсь, что вы согласитесь. Не стану лгать, чтс мне будет жаль людей, но ваш отказ отсрочит достижение цели и создаст множество неудобств.

- «Неудобств... Он называет это неудобствами^1 - промелькнуло в мыслях Айлин. - И даже не скрывает, что откажись я - и какая-нибудь новая Эммелин Кастельмаро окажется на алтаре! И наверняка не одна' Даже если я никогда не узнаю об этом, не увижу их лица и не услышу имен... Разве смогу я простить себя за слабость?' За то, что испугалась решения, которое принимать слишком больно и сложно, но и не принять нельзя' А что я могу сделать? Если соглашусь, это может стать не меньшей ошибкой! благие Семеро, мысли сейчас закипят' А собственно, почему я должна отвечать прямо сейчас?! Не обдумав все хорошенько, не посоветовавшись с Кармелем...»

- Я должна дать ответ немедленно? - поинтересовалась она. изо всех сил стараясь, чтобы голос не дрожал, и ужасно боясь, что услышит «да». - Вы же понимаете, что решить такое очень сложно! Мне нужно подумать!

- Разумеется' - Керен улыбнулся, даже не скрывая радость. - Получив ответ немедленно, я бы даже разочаровался! Теперь ты знаешь все. что нужно, и у тебя есть время. Помни только, что затягивать не стоит, от этого решение не станет проще, зато выполнить его может оказаться сложнее.

- И если я откажусь... - осторожно начала Айлин. - Вы не станете преследовать меня и., мапчстра Розерстана? - Жуткая мысль молнией мелькнула в ее сознании, и Айлин торопливо добавила: - И не станете использовать для ритуала кого-то из наших друзей или родственников? Или как-то иначе мстить им?

- Как неприятно, что ты подозреваешь меня в подобной мелочности, - в который раз вздохнул Баргот. — Ради мести? Ни в коем случае

- ■■А ради собственной пользы? - уточнила про себя Айлин и сама же себе ответила: - Лгать он не может, но умолчать - вполне. И это я тоже должна учитывать!»

- Встаз из кресла и едва сдерживаясь, чтобы не повести плечами от озноба, она присела в самом идеальном реверансе, который только могла сделать - наверное, даже леди Гзенивер осталась бы довольна^1

- Благодарю за беседу, милорд. - сказала непослушными от холода губами. - И прошу прощения, что мы вынуждены так рано вас оставить. Вы позволите нам удалиться?

- Еще один вопрос, - услышала она голос Кармеля. - Ритуал проверки, о котором говорил его величество. Он безопасен для леди Айлин? Или нам следует его избегать?

- Ритуал? Какой еще ритуал? Ее собираются проверять, и Ал говорил об этом с Кармелем, но не с ней?!

- Айлин едва не зашипела от немедленного желания повернуться к этому... интригану и зысказать ему все что думает о его желании что-то скрыть! Что-то, напрямую касающееся ее! И Аластору - тоже будь он хоть дюжину раз величеством и столько же - спасением Дорвенанта!

- Словно уловив ее возмущение, Кармель нащупал руку Айлин и легонько сжал. Его пальцы были такими горячими! Если бы Айлин могла, она. заледеневшая, испуганная и напряженная завернулась бы в магистра, словно в огромное одеяло и даже нос наружу не показала^1

- Да пусть проходит - пренебрежительно хмыкнул Баргот - Если бы смертные научились определять мою кровь... пожалуй, это стоило бы моего уважения. Но эта дрянь выявляет лишь тех чья душа принадлежит мне. Он даже для тебя безопасен! И таковым останется, пока ты не поклянешься мне в верности и послушании. А уж для моей дочери опасности нет тем более^1

- Кармель молча поклонился, и з тот же миг зеркало стремительно потускнело, скрывая от них Запределье, кабинет Баргота и его самого. Еще несколько мгновений стекло мерцало россыпью серебристых искр, потом и они исчезли, в зеркале сноза отразилась обстановка лаборатории, а Айлин... покачнулась от чудовищной слабости.

- Моя донна! - тревожно ахнул Кармель, подхватывая ее на руки.

- Ничего страшного! - запротестовала Айлин, с наслаждением прижимаясь к его широкой и горячей даже через рубашку груди. - Я могу идти' Просто устала и замерзла Но нам ведь нужно пройти через портал обратно^1 Вдруг он нас не выпустит?

- Вот и проверим - бросил Кармель и. не спуская ее с рук, шагнул в послушно вспыхнувшее золотистое марево.

- Пропустил... - шепнула Айлин. жмурясь от теплого ночного ветерка, который показался горячим, будто напоенным огненной силой - Как здесь хорошо, жарко

- Это там было холодно. - отозвался магистр - Сейчас велю Амине приготовить горячую занну. а потом растереть тебя. Бедная девочка!

- Кармель... - опять прошептала Айлин. словно в полусне замечая, как мимо проплывают знакомые огромные деревья и уже видна терраса. - Ты точно хочешь на мне жениться? Теперь, когда узнал На дочери самого Баргота?!

- Моя донна, меня не испугало даже то. что ты - дочь этой дуры Гвенивер. - Улыбку Кармеля она не видела, но услышала в его голосе. - Баргота з качестве твоей матери я тем более постараюсь пережить.

- Какой ужас, - сонно пробормотала Айлин - Две тещи - и обе такие^1 Но если будет совсем сложно, ты можешь просто послать одну к другой - и пусть разбираются между

- собой... А что нам теперь делать? Отложим поездку в Арлезу?

- - Зачем? - просмеявшись, спросил Кармель и поцеловал ее в макушку. Замер, обнимая и касаясь губами волос Айлин, а потом сказал бесконечно тепло и мягко: - Мы отправимся завтра как и собирались. Арлеза ждет нас! Море, апельсиновые деревья, белые скалы и дворцы, которые соперничают со скалами в белизне.. Ты увидишь самую прекрасную землю на свете, и она одарит тебя любовью, моя донна...

- «Если она похожа на тебя, - подумала Айлин, но уже не смогла сказать это вслух, - я тоже обязательно полюблю ее. И никакой Баргот не помешает нам быть вместе -

- ***

- Мальчишка был похож на крысу. Не жирную и наглую, вроде тех, что Грегор видел в Архивах, а тощую и облезлую, но оттого еще более неприятную. Острое лицо, близко посаженные глаза, длинный нос, кончик которого то и дело подергивался, словно мальчишка постоянно принюхивался, неопрятные взъерошенные лохмы, серовато-бурые тоже цвета крысиной шерсти. И пахло от него столь же неприятно - то ли сточной канавой, то ли просто бедностью.

- - Кто дал тебе письмо? - резко спросил Грегор.

- И без того дурное настроение усугублялось тем. что это был уже третий посланник, которого добросовестно задержали и привели к нему слуги, не позволив просто отдать письмо.

- *Но не сейчас^1 - рассудительно возразила она сама себе - Уже поздно. Кармель нлврриякл ПРГ А МПЖРТ быть, дджр чдснуп чдятрд РМу нужно бытк на служб* да и яппбще ломиться в спальню к мужчине? Как мне это в голову пришло? Днезник вполне подождет до завтра! А сейчас нужно попробовав заснуть...»

- Она отложила тетрадь, взгляде на нее с опасливой неприязнью и погасила лампу.

- * • *

- Мой дядя... - медленно повторил Аластор. в упор глядя на Дункана, который встретил его взгляд своим, непроницаемым и совершенно бесстрастным - Воистину сегодня день ошеломительных новостей. Так вы тоже бастард? - Он запнулся, осмысливая услышанное, и даже руку поднял в предупредительном жесте, но никто и так не пытался его прервать. - Погодите, допустим . Нет. я. конечно, хочу знать подробности, но куда больше меня интересует

- * * *

- Ночь Грегор провел в покоях Архимага - роскошных, безупречно аккуратных и совершенно безликих. Следы присутствия прежнего хозяина прислуга давно убрала, а сам Грегор бывал здесь всего несколько раз. и ему в голову не приходило обставить спальню с кабинетом как-то по-особенному Все необходимое имеется - и достаточно. Может, потому что он и здесь чувствовал себя чужим, а может, из-за липкого чувства омерзения, которое принес с собой из родового особняка, заснуть так и не получилось. До самого утра он проворочался в кровати, бессильно раздражаясь на все - уханье совы в академическом саду, слишком легкие шторы, пропускающие лунный свет, непривычный аромат свежевыстиранных простыней и такую же непривычную мягкость постели...

- Потом на рассвете за окном оглушительно заорали птицы - вот когда Грегор оценил родовых воронов, гоняющих из его собственного сада наглую пернатую мелочь! - и начался нозый день. Покинув спальню в мрачнейшем настроении, Грегор навестил купальню, благо она у Архимага тоже была личной, велел послать в особняк за свежим костюмом, подать завтрак и вызвать Майсенеша сообщив боевику, что они отбывают в Карлонию сегодня же.

- Никак невозможно, милорд Великий Магистр!.. - запротестовал тот и мгновенно осекся под взглядом Грегора

Content

Соловьева Дана Арнаутова, Евгения Королева теней-8. Между вороном и ястребом